Сквозь горизонт. Моряки.

Вместо предисловия. Часть 1. Ситуация накаляется.

Сквозь горизонт. Моряки.

Вместо предисловия.

После окончания войны 1950-52 годов и грянувшего вслед за ней промышленно - финансового кризиса в развитии мировой истории произошли огромные изменения. Прежде всего, в Соединённых Штатах Америки к власти пришло правительство республиканцев во главе с Дуайтом Дэвидом Эйзенхауэром которое бросило все силы на восстановление подорванной кризисом американской экономики и нормализации уровня жизни американских граждан. Здесь следует добавить, что основными причинами возникшей ситуации являлись последствия проведенной разведкой Советского Союза летом 1952 года экономической диверсии в основу, которой легли массовые выбросы на мировые биржи американских ценных бумаг. В результате это вызвало обвал финансовых и товарно-сырьевых бирж во всем мире, а также крах американского доллара как глобальной мировой валюты. И не все бы было так плохо, но в связи с возникшими проблемами в США стали массово закрываться банки, фирмы и промышленные предприятия, что в свою очередь вызвало резкое увеличение безработицы среди рабочих, клерков и финансовых служащих. Вот в такое непростое время и взяли в свои руки бразды правления Дуайт Д. Эйзенхауэр и его республиканское правительство.Первым делом новоиспеченная администрация Белого Дома провела ряд экономических и правовых реформ направленных на стабилизацию финансового положения и укрепления курса американской валюты. Все это тяжким бременем легло на плечи простых налогоплательщиков и привело хоть и к незначительному, но повышению промышленного производства, что дало возможность сохранить свои мощности крупным промышленным корпорациям США. Уже спустя примерно два года после этих событий рост внутреннего валового продукта Соединённых Штатов приблизился к довоенному, что позволило промышленности начать развитие в сторону увеличения производства. При этом основные кораблестроительные корпорации приступили к строительству новых боевых кораблей взамен потерянных в войне 1950-52 года.Однако здесь стоит отвлечься от экономических предпосылок развития Соединённых Штатов Америки и уделить внимание людям, которые приложили руку к воплощению вышеописанного и заняли ведущие места в мировом истеблишменте. Прежде всего, следует отметить, что вице-президентом США после небольшого скандала стал Ричард Никсон, человек молодой и деятельный, да к тому же занимающий все более и более значимый вес в мировой политике. Место государственного секретаря занял Джон Фостер Даллес, а его брат Аллен Даллес стал директором Центрального Разведывательного Управления. Пост министра обороны получил бывший председатель правления «General Motors» Чарльз Уилсон, который публично заявил: «Всё, что хорошо для Дженерал-Моторз, хорошо для Соединённых Штатов». В дальнейшем (с октября 1957 года) его сменил не менее деятельный Нил Макэлрой. Кроме этого следует отметить, что на принятие важнейших решений особое влияние в администрации Эйзенхауэра имел и Шерман Адамс — начальник штата Белого дома и ближайший помощник президента, однако вскоре ему пришлось уйти в отставку по обвинению в коррупции.Что же касается ближайших союзников США по Северо-Атлантическому блоку, а именно также некогда участвовавшей в войне против Советского Союза Англии и нейтральной Франции.Британское правительство с 1955 по 1957 год возглавлял член Консервативной партии сэр Антони Идэн широко известный своим присутствием в качестве министра иностранных дел и заместителя премьер-министра в правительстве Уинстона Черчилля. Однако в январе 1957 года он уступил свое кресло сэру Га́рольду Макми́ллану который до этого занимал посты министра иностранных дел и министра обороны Соединенного королевства. При них министерство иностранных дел последовательно возглавляли пэр Селвин Ллойд (1951-54) и сэр Александр Дуглас-Хьюм (с декабря 1955), а министерство обороны Энтони Хэд (октябрь 1956 — январь 1957), Дункан Сэндис (январь 1957 — октябрь 1959) и Гарольд Уоткинсон (с октября 1959).Что же касается не учувствовавшей в боевых действиях 1950-52 года Франции, то её последовательно возглавляли Жюль Ориоль (1947-1954) и Рене Коти (1954-59) пока в январе 1959 место президента не занял всеми любимый герой Второй Мировой войны генерал Шарль де Голль. Здесь следует добавить, что именно Французская Республика предоставила место для мирных переговоров 1952 года, где с одной стороны в них участвовал Советский Союз, а с другой Соединённые Штаты Америки и ее союзники. Эти страны были представлены в лице Великобритании, Австралии, Новой Зеландии, Канады, да и кроме этого на переговорах присутствовали делегации потерпевших стран, а именно Норвегии, Турции, Греции, Японии, Китая и Корейской Народно-Демократической Республики.По результатам этих переговоров на захваченном советскими войсками японском острове Хоккайдо создана Северояпонская народная социалистическая республика, которая стала важнейшим стратегическим плацдармом, обеспечивающим Советскому Союзу свободный выход в Тихий океан через Сангарский пролив. В европейской части Турции и оккупированном западном побережье полуострова Малая Азия, включая порт Измир, была создана Республика Свободная Западная Турция, в результате чего важнейшие проливы Босфор и Дарданеллы полностью перешли под контроль СССР. Кроме этого аннексированные восточно-турецкие территории, по линии Трабзон-Эрзерум-Мардин, позволили расширить влияние Советов на Сирию и Северный Ирак, и это привело к появлению официально непризнанного государства Курдистан. Ну и самым главным достижением Советского Союза оказалось аннексированние у Соединённых Штатов Америки огромной части территории штата Аляска, включая ее западное и северное побережье, а также глубинные территории вплоть до важнейшего города штата Фэрбанкса. Здесь был создан так называемый Аляскинский край с действовавшей русской администрацией, а также базировались силы армии, КГБ и военно-морского флота Советского Союза.Итак, по результатам боевых действий 1950-52 года США потеряли большие территории на Аляске, а также значительное количество боевых кораблей, с трудом сохранив основные силы своего атлантического и тихоокеанского флотов. Единственным кто оказался в выигрыше, это была Великобритания, которая умудрилась снова оттяпать у Китая Вэй-Хай-Вэй и разместила там свою Тихоокеанскую эскадру, таким образом, взяв под контроль Желтое и Восточно-Китайское моря. Но вернемся к главному, в конце пятидесятых годов двадцатого века сложилось благоприятное положение для восстановления былой мощи Соединенных Штатов Америки. Проще говоря, после поражения и унизительных результатов Парижских мирных переговоров в капиталистическом блоке все мечтали о реванше и стремились снова добиться мировой гегемонии.В этом в какой-то мере способствовала смерть в марте 1953 года генерального секретаря Всероссийской коммунистической партии (большевиков) Иосифа Виссарионовича Сталина. После чего в результате большой внутрипартийной борьбы к власти в Советском Союзе пришел Лаврентий Берия, который и занял вакантный пост вождя. При этом председателем правительства стали Георгий Маленков (1953-1955) и Николай Булганин (с февраля 1955 года), а должность министра иностранных дел последовательно занимали Вячеслав Молотов (1953-1956) Дмитрий Шепилов (1956-1957) и Андрей Громыко (с февраля 1957 года). Тут же следует добавить, что взамен ушедшего Берии министром внутренних дел стали Сергей Круглов (1953-1956) и Николай Дудоров (с октября 1956 года), ну а должность председателя Комитета государственной безопасности получили Иван Серов (1954-1958) и Александр Шелепин (с декабря 1958 года).Здесь следует отметить, что поскольку в 1952 году грянул мировой экономический кризис, экономическое положение Советского Союза резко укрепилось, в результате чего возникли серьезные предпосылки к повышению внутреннего валового продукта внутри страны, а также уровня жизни советских трудящихся. Проще говоря, расстраивались старые и строились новые города, увеличивалось металлургическое производство, машиностроение, приборостроение, легкая промышленность, сельское хозяйство и другие отрасли народной промышленности. Все это привело к укреплению судостроительной базы, то есть строительству новых верфей и предприятий. Теперь на стапелях строились самые новые и совершенные корабли различного тоннажа, что позволило серьезно укрепить позиции военно-морских сил и торгового флота на всех морях и океанах омывающих берега Советского Союза.Из вышесказанного следует, что к 1959 году в мире сложился приблизительно равный паритет сил. Так советскому флоту противостояли объединённые военно-морские силы Соединённых Штатов Америки и Великобритании, которые поддерживали Канада, Австралия и Новая Зеландия. С другой стороны огромные оккупированные и аннексированные Советским Союзом области Турции, Японии и Аляски, а также занимавшая теперь весь полуостров Корейская Народно-Демократическая Республика создавали огромные зоны военного и политического влияния коммунистического интернационала.Итак, к началу шестидесятых годов двадцатого века две мировые системы снова были готовы столкнуться в смертельной схватке, при этом одна сторона жаждала военного и политического реванша, другая же была готова захватить и взять под контроль новые сферы влияния.

Часть 1. Ситуация накаляется.

Паритет сил.В конце сентября 1959 года к зданию военно-морского министерства США подъехал кортеж из нескольких правительственных лимузинов. Так началось знаменитое совещание в Department of the Navy, в котором приняли участие президент Соединённых Штатов Дуайт Д. Эйзенхауэр, вице-президент Ричард Никсон и государственный секретарь Джон Фостер Даллес. Кроме этого на этом совещании присутствовали брат госсекретаря начальник Центрального разведывательного управления Аллен Даллес и министр обороны США Нил Макэлрой. Такое внушительное сообщество первых лиц государства принимал у себя в качестве хозяина встречи только что вступивший в должность морского министра Уильям Франк, а аккомпанировали ему начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, командующий Атлантическим флотом адмирал Рональд Товинс , а также командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд. Кроме этого на совещании присутствовал ряд низших офицеров представляющих собой разведку и оперативные службы флота.Итак, вскоре все присутствующие расселись за большим округлым столом и совещание под грифом «совершенно секретно» началось:- Господа, сегодня мы собрались здесь, что бы наметить план дальнейших действий направленных на достижение превосходства над силами нашего основного противника Советского Союза и последующего реванша и возвращения наших территорий, незаконно оккупированных им,- начал встречу своим вступительным словом Дуайт Эйзенхауэр, далее последовала непродолжительная пауза, после чего президент Соединённых Штатов продолжил: - Итак, господа первоначально мы бы хотели услышать от руководства флота то, что ими сделано для достижения необходимого паритета сил с нашим противником?В ответ на вопрос президента слово взял начальник оперативного штаба и герой предыдущей войны с Советским Союзом адмирал Ленц Гордон:- Уважаемые присутствующие, в данный момент нами созданы две основные оперативные эскадры Атлантического флота Соединенных Штатов. Одна из них находится в Норфолке, в ее состав входят четыре наиболее современных линкора и три прошедших модернизацию ударных авианосца, вторая же базируется в Джэксонвилле, штат Флорида и состоит из трех дредноутов и двух супер авианосцев. Здесь можно добавить, что эти силы поддерживают значительное количество тяжелых и легких крейсеров, а также фрегатов, эсминцев и прочих легких сил…- Давайте пока остановимся на этом и обсудим план дальнейших действий на Атлантическом театре. – Неожиданно вставил слово морской министр Уильям Франк, после чего он выдержал небольшую паузу и продолжил, - Господа, прежде всего я хочу пояснить вам, что если первая оперативная эскадра предназначена для противодействия Северному флоту Советов, то вот вторую мы рассчитываем отправить в Средиземное море для борьбы с Черноморским флотом противника. Однако сейчас их силы значительно уступают силам русских, и мы ожидаем, ввод в строй новых строящихся кораблей. Здесь у нас на верфях на Атлантическом побережье достраиваются три линкора, два супер авианосца, три ударных авианосца, два больших и пять тяжелых крейсеров.- А что же наши союзники? В случае начала боевых действий в Средиземноморье англичане нас поддержат? – задал вопрос вице-президент Ричард Никсон.- Во время прошлой войны Великобритания собрала сливки с ее результатов. Одно то, что они аннексировали Вэй-Хай-Вэй у Китая стоит того, чтобы англичане нас поддержали в предстоящем столкновении с русскими, - ответил на вопрос вице-президента государственный секретарь Джон Даллес.- Господа! Господа! Давайте не делать скоропалительных выводов, - заговорил министр обороны Нил Макэлрой. – Не следует забывать, что в прошлый раз Англия вступила в войну лишь после того, как мы дожали ее на внешнеполитическом фронте, да и вела она боевые действия, как говорится, отнюдь не так как надо. Проще говоря, британцы мастера загребать жар чужими руками, а ведь в Гибралтаре у них два линкора и два новейших авианосца, так что в принципе они могли бы оказать значительную помощь нашему средиземноморскому флоту.После этих слов в кабинете началось бурное обсуждение изложенной ситуации, которое было прервано президентом:- Успокойтесь господа! – громко произнес Дуайт Эйзенхауэр и после того как голоса стали стихать обратился к директору ЦРУ: - А что скажут по поводу сложившейся ситуации в нашем Центральном Разведывательном Управлении?- Прежде всего, я хочу сказать, что в случае начала боевых действий на море вступление в войну Великобритании очень может быть реалистично. Верхушка английского правительства одурманена успехами прошедшей войны и готова снова попробовать себя в поединке с Советским Союзом, тем не менее, значительное количество членов парламента выступают против обострения отношений с Москвой, и это создает двойственность отношений в английской политике. Однако сейчас Разведывательное Управление гораздо более интересуют другие факты… - здесь Аллен Даллес затих, в результате чего со стороны президента послышался вопрос:- Какие?Далее последовал доклад со стороны шефа ЦРУ:- Прежде всего, наша агентура в СССР с большим трудом добывает сведения о Советском флоте, которые наводят на определенные размышления. Так, например, в Северодвинске к вводу в строй готовятся два новейших авианосца, еще два авианосца достраиваются на Дальнем Востоке, в Ленинграде со стапелей сошли линкор и авианосец, ну и что касается Черного моря, то там почти готовы линкор и три авианосца. Как только эти корабли вступят в строй, паритет сил сразу сместится в сторону Советов.- Хорошо господа, из первой части нашего совещания ясно, что мы имеем на Восточном побережье две основные флотские части. Одна имеет назначение для противодействия Северному флоту Советов, другая же будет направлена в Средиземноморский театр. Давайте же перейдем ко второму вопросу, а именно наши действия на Тихом океане, - заговорил президент.- Слово для доклада предоставляется командующему Тихоокеанским флотом адмиралу Герберту Хопвуду, - добавил морской министр.- Господа, в настоящее время мы имеем два основных соединения флота. Первое соединение в составе четырех быстроходных линкоров и двух ударных авианосцев базируется на Окинаве и направлено на обеспечение влияния США в зоне Восточно-Китайского моря и Японского архипелага. Второе соединение в составе двух новых линкоров и одного ударного авианосца находится в Анкоридже и обеспечивает противодействие флоту Советов по линии Алеутских островов. Кроме этого в Перл-Харборе на Гавайях находится один старый дредноут и два сильнейших ударных авианосца. Хочу также сказать, что на верфях Западного побережья находятся в стадии строительства два супер линкора, четыре ударных авианосца, три больших и один тяжелый крейсер. Здесь следует отметить, что наискорейший ввод в строй этих сил приведет к достижению необходимого паритета сил с флотом Советов, - закончил свое выступление адмирал.- Ну что же, адмирал Хопвуд вполне подробно изложил ситуацию с нашим Тихоокеанским флотом, однако сейчас самое важное то, что нам необходимо отвоевать захваченные советским Союзом территории, - последовало со стороны Дуайта Д. Эйзенхауэр, - Что по этому поводу скажет министр обороны?- Уважаемые присутствующие, первым делом нам необходимо провести наступление сухопутных сил на захваченную русскими территорию штата Аляска. Для этих целей мы планируем привлечь порядка десяти стрелковых дивизий усиленных двумя танковыми бригадами. Общая численность войск порядка ста десяти тысяч человек. Эти силы мы сконцентрировали в Калифорнии, и для их прикрытия с воздуха сейчас формируется пятая воздушная армия в составе двух истребительных и двух бомбардировочно-штурмовых дивизий. Всего 200 истребителей Р-51 «Мустанг» и Р-47 «Тандерболт» и 95 бомбардировщиков А-36 «Апач / Инвейдер» и В-23 «Драгон», кроме этого их будут поддерживать 46 стратегических бомбардировщиков В-26 "Мародер" и 24 – В-29 «Суперфортресс». Все эти силы сейчас формируются на западном побережье, и для их переброски на Аляску планируется использовать грузовые суда и военные транспорты под прикрытием сил флота. Сейчас же на территории штата имеется около пятидесяти тысяч солдат регулярной армии, пятнадцать тысяч военнослужащих пограничной охраны и девять тысяч членов национальной гвардии. Они имеют на вооружении около пятидесяти орудий и крупнокалиберных минометов, три десятка танков, четыре десятка истребителей и три десятка бомбардировщиков. Командовать нашими войсками на Аляске, вновь назначен генерал Омар Нельсон Брэдли, - доложил Нил Макэлрой и тут его снова перебил президент:- Хорошо, возникает два вопроса: первое, какие силы противника противостоят войскам генерала Брэдли и второе, как собирается осуществлять прикрытие переброски столь большого контингента на Аляску военно-морской флот?- По данным армейской разведки и ЦРУ группировка русских на Аляске составляет порядка ста двадцати тысяч человек, девяноста танков, сто сорок орудий, двести сорок минометов, сто бомбардировщиков, шестьдесят штурмовиков и около трехсот истребителей. Командует русскими войсками маршал Кирилл Москаленко, - ответил на вопрос министр обороны, после чего слово опять взял командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд:- Переброску этих сил будет обеспечивать четвертое соединение флота, базирующееся в Сан-Франциско. В него входят два тяжелых и шесть легких крейсеров, двадцать эсминцев и двадцать корветов, а также другие силы соединения.- Что же, понятно. Имейте в виду господа, что для нас самая важная задача вернуть оккупированные Советами наши территории, но не следует забывать о том, что в руках русских остается остров Хоккайдо. Прибавьте к этому коммунистическую Корею, и становится ясно, что нам необходимо вернуть все эти территории, - произнес Дуайт Д. Эйзенхауэр, после чего слово снова взял Нил Макэлрой:- В Японии у генерала Джозефа Лоутона Коллинза порядка пятидесяти тысяч войск, сорок танков, сто сорок орудий и минометов. Кроме этого его подержат войска из Австралии, Новой Зеландии и Канады. На базах в Японии у нас сто истребителей, тридцать штурмовиков и семьдесят бомбардировщиков из них тридцать стратегических.- Да на помощь наших союзников надеяться стоит. Они в прошлый раз сильно помогли нам. Однако не стоит забывать, что в этом регионе базируется сильная эскадра и экспедиционный корпус Великобритании. Это еще один факт того, что Британию необходимо втянуть в войну, - вставил слово директор ЦРУ.- Хорошо. Давайте так и занесем в протокол совещания, - заговорил вице-президент Ричард Никсон, - Принять все средства для достижения освобождения оккупированной территории штата Аляска и аннексированной Советским Союзом территории острова Хоккайдо.- А что касается Кореи? – задал вопрос государственный секретарь Джон Фостер Даллес.- Пока оставим этот вопрос открытым, так как сил у нас для вторжения в Корею нет, - ответил министр обороны Нил Макэлрой. После этой реплики слово снова взял президент США:- Господа многое обсудили на сегодняшней встрече, но остается еще один открытый вопрос, а именно, что мы будем делать с Турецким вопросом? Ибо, как всем известно, в руках Советов находятся Босфор и Дарданеллы, а также значительные части западной и восточной Турции. Кроме этого стоит добавить, что под русским влиянием находится значительная часть территории Сирии, что ставит под угрозу поставки нефти из стран Ближнего Востока и Персидского залива.- Разрешите я дам пояснение по данному вопросу, - вступил в разговор государственный секретарь США, - Здесь как никогда раньше под русской угрозой находятся интересы Великобритании и это еще один факт того, что Соединённому Королевству не будет возможности отвертеться от схватки с Советским Союзом. Кроме того не стоит забывать, что помимо Гибралтара англичане владеют также базами на Мальте и в Александрии, что позволяет им контролировать практически все Средиземноморье.- Что ни говори, но в Турции и на Ближнем Востоке нас ждет большая сухопутная операция и мы уже подготовили для этого группировку в пятнадцать стрелковых дивизий и четырех танковых бригад. Общая численность личного состава этих войск составляет сто девяносто тысяч человек. Также для этой цели подготовлено двести истребителей и сто бомбардировщиков. И это не считая британских сил, - добавил министр обороны США.- Что же добавим в наш протокол пункт о начале боевых действий в районе Средиземного моря. Ну что же господа. Мы разобрали все наиболее важные вопросы и занесли это в протокол. На этом данное совещание, считаю законченным и хочу сказать всем большое спасибо, - последовало со стороны Дуайта Д. Эйзенхауэра и присутствующие стали подниматься из-за стола.

Антология о флотах мира.Ситуация сложившаяся в мире осенью 1959 года была явно неординарная. С одной стороны Советский Союз расширил зоны своего влияния на значительные территории, и мировое коммунистическое движение набирало все новые и новые обороты. С другой стороны Соединенные Штаты Америки вполне оправились от поражения в войне 1950-52 годов и в купе со своими союзниками жаждали военного и политического реванша. Все это создавало обоснованную напряжённость в мировой политике и стремительными шагами приближало противоборствующие стороны к новой мировой войне. Итак, все готовились к предстоящей схватке и со стапелей непрерывным потоком сходили линкоры, авианосцы, крейсеры, эсминцы и прочие боевые корабли. И на этом стоит остановиться более подробно.Прежде всего, сразу же после окончания войны 1950-52 годов на американских государственных и частных верфях были заложены корабли, которые строились взамен кораблей погибших в ходе прошедших боевых действий. Они имели те же названия и порядковые номера. При этом проекты линкоров и крейсеров серьёзно перерабатывались, прежде всего, что бы исключить возможность их повторной гибели в результате попаданий снарядов в подбашенные отделения, так как ранее именно там хранился боезапас для орудий главного калибра. Теперь боезапас размещался глубоко в трюме в специальных хорошо защищенных броней отсеках. Модернизировались и авианосцы, на них значительно увеличилось количество самолетов, а именно пикирующих бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер», торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер» и "Дуглас" TBD-6 "Ньюдевастэтор", а также истребителей F-4U «Корсар» и F-6U «Супер Корсар». Кроме этого, помимо крупных кораблей на стапелях также строились фрегаты, эсминцы и другие малые и вспомогательные корабли. В общем, проще говоря, Соединённые Штаты не только пытались полностью возродить свою былую военную мощь, но и готовились к главному реваншу.Что же касается союзников США, а именно в первую очередь Великобритании. Прежде всего, сразу после окончания войны 50-52 года британское командование провело полную реорганизацию флота. Количество его соединений сократилось, и они обрели гораздо больший вес. Основные силы флота базировались на своей излюбленной базе в Скапа-Флоу и представляли собой четыре линкора типа «Дюк оф Йорк» и четыре авианосца еще времен Второй мировой войны типа «Илластраиес». Второе по мощи было средиземноморское соединение флота, находившееся на своей основной базе в Гибралтаре. В его состав входили два наиболее современных линкора типа «Лайон» и два новейших ударных авианосца «Арк Роял» и «Игл». Следующей по мощности было Тихоокеанское соединение «флота ЕЁ Величества» находившееся в аннексированном у Китая Вэй-Хай-Вэе. Основными силами здесь были два устаревших линкора типа «Нельсон», старый линейный крейсер «Ринаун» и два авианосца «Инвисибл» и «Инфлексибл».Однако стоит сказать, что высшее английское командование сделало свои выводы из итогов войны 1950-52 года и на стапелях верфей массово были заложены новые супер авианосцы «Куин Мэри» и «Куин Элизабет», ударные авианосцы «Трафальгар» и «Абукир», а также целый ряд тяжелых и легких крейсеров.Основными самолетами британской палубной авиации были истребители FIR2«Фульмар» и бомбардировщики-торпедоносцы «Фэйри-Барракуда» Mk.V и Мк.VI.Здесь следует добавить, что американские и английские конструкторы в противодействие русским крейсерам стали проектировать тяжелые крейсера водоизмещением в 16-19000 тонн и вооруженных восьмью-девятью 228 мм орудиями. Для запада это было новое слово в технике.Также стоит посвятить несколько предложений военно-морскому флоту Франции. Вообще эта страна в войне 1950-52 года не участвовала и по ее завершении выступила инициатором мирных переговоров между враждующими сторонами. Тем не менее, она имела третий по величине военно-морской флот и уделила особое внимание модернизации существующих и строительству новых боевых кораблей. Всего в состав французского флота входили три линкора и два новых средних авианосца «Клеменсо» и «Фош». Однако на верфях Французской республики в разной степени готовности строились два супер авианосца, два ударных средних авианосца, четыре линкора, а также тяжелые и легкие крейсера.Французская палубная авиация была представлена истребителями «Моран-Солнье» MS.409 и пикирующими бомбардировщиками «Лори-Ньюпорт» LN-401.А что же Советский Союз? Прежде всего, сразу после окончания боевых действий 1950-52 годов командование советского военно-морского флота провело полную реорганизацию сил и сформировало на Дальнем Востоке две оперативные эскадры. Первая базировалась во Владивостоке и в ее состав вошли четыре наиболее мощных линкора с главным калибром в 406 мм. Во вторую эскадру, которая находилась в Петропавловске-Камчатском, вошли три линкора с калибром орудий в 380 мм. Также в состав обеих соединений входили по два линейных крейсера с калибром орудий в 356 мм, а также тяжелые и легкие крейсера, лидеры и эсминцы. Кроме этого четыре авианесущих крейсера Тихоокеанского флота были попарно распределены между соединениями флота, причем Второй Тихоокеанской эскадре достались корабли «Русь» и «Орел» которые были первыми построены для нужд Тихого океана и активно участвовали в боевых действиях войны 1950-52 года. В состав первой же эскадры вошли новые авианесущие крейсера: «Советское Приморье» (бывш. «Советская Украина») и «Советская Сибирь» (бывш. «Советский Туркестан»). Эти корабли пришли на Дальний Восток по Северному морскому пути под конец боевых действий и участвовали в разгроме Американского флота в Беринговом море 5-6 июля 1952 года. Кроме этого в состав Тихоокеанского флота Советского Союза готовились вступить еще два новейших авианесущих крейсера «Забайкальский партизан» и «Уссурийский партизан», а также два легких крейсера и ряд эсминцев.На Северном флоте Советского Союза была сформирована одна Арктическая эскадра линейных сил, в состав которой вошли пять линкоров, включая построенный уже после войны линейный корабль «Бородино», а также два линейных крейсера, четыре тяжелых и девять легких крейсеров. Авианосную группу составляли пять авианесущих крейсеров. Кроме этого к вводу в строй готовились два тяжелых крейсера, а на верфях в Северодвинске достраивались авианесущие крейсера «Советское поморье» и «Уральский рабочий». Здесь также стоит отметить, что там же в Северодвинске был уже спущен на воду и достраивался новый линкор «Кремль», который представлял собой улучшенный проект линкора «Ретвизан» и предназначался для нужд флота Тихого океана.В отличие от Северного и Тихоокеанского Балтийский флот не мог похвастаться таким большим составом линейных сил. Единственный крупный корабль он же флагман флота был легкий крейсер «Максим Горький», остальные же силы флота составляли лидеры и эсминцы. Однако на стапелях судостроительных предприятий Ленинграда достраивались линкор, авианесущий крейсер, а также один тяжелый и три легких крейсера, а у стенки Адмиралтейской судоверфи готовился к вводу в строй линейный крейсер «Кронштадт».На Черном море эскадру линейных сил составляли три линкора, четыре линейных крейсера, четыре тяжелых и семь легких крейсеров. Авианосную группу составляли четыре авианесущих крейсера. Кроме этого у стенки Николаевского судостроительного завода готовились к вводу в строй линкор, два авианесущих и один тяжелый крейсер. Кроме этого на верфях в Севастополе ударными темпами строились один авианесущий и один тяжелый крейсер.В заключение описания сил советского флота необходимо уделить некоторое внимание силам палубной авиации. Так палубными истребителями советского флота являлись самолеты типа Ла-11МК (модернизированный-корабельный), а в качестве пикирующих бомбардировщиков применялись Ту-2МК. Кроме этого на флоте активно внедрялись новые палубные торпедоносцы-бомбардировщики СПБ-47 и СПБ-54 конструктора Александра Архангельского. Впервые такие машины опробовали на Черноморских авианесущих крейсерах еще во время сражений с англо-американским флотом в 1951-52 годах. Тогда прошли их первые боевые испытания, теперь же эти новые самолеты уже получали авианосные группы всех советских флотов.Подводя итог всему вышесказанному можно смело утверждать, что к концу пятидесятых годов двадцатого века Советский Союз обладал одним из самых мощных и совершенных военных флотов мира.

«Гордиев узел».Еще 8 мая 1954 года, на следующий день после капитуляции гарнизона крепости Дьенбьенфу, на конференцию в Женеву прибыла делегация Демократической республики Вьетнам во главе с Хо Ши Мином, начавшая переговоры с представителями Франции по вопросам подписания мирного договора и прекращения французского военного присутствия в Индокитае. Тем не менее, по результатам Первой Индокитайской войны территория Вьетнама была разделена на две части: севернее 17й параллели находилась поддерживаемая Советским Союзом и КНР Демократическая Республика Вьетнам (столица – Ханой), южнее же Государство Вьетнам (столица – Сайгон) основными союзниками которого были Соединенные Штаты и Страны Британского Содружества. Однако, несмотря на подписание мирного договора в Сайгоне еще продолжало базироваться соединение Тихоокеанской зоны французского флота в составе легких крейсеров «Эмиль Бертин» и «Гишен» двух лидеров и шести эскадренных миноносцев.В начале 1959 года на территории Вьетнама вновь была готова разгореться новая война. Силы северного Вьетнама проложили обходные пути сообщения через территорию Лаоса и Камбоджи с южной частью страны в обход демилитаризованной зоны 17й параллели. По этой так называемой «тропе Хо Ши Мина» шли поставки оружия и боеприпасов соединениям Национального фронта освобождения Южного Вьетнама (Вьетконга), что привело к началу новых боевых действий против правительственных войск Нго Динь Зьема - премьер-министра проамериканского Государства Вьетнам.Вторым пунктом мировой напряженности стала расположенная в зоне Карибского бассейна Куба. В 1959 году к власти там пришло прокоммунистическое правительство во главе с Фиделем Кастро, который практически сразу обратился за военной, экономической и политической помощью к Советскому Союзу. Конечно, советское правительство не могло отказать в помощи новому союзнику, тем более что получить такую великолепную базу для флота рядом с побережьем США было очень и очень выгодно.Таким образом, в мире возникли еще два места напряженности, где гегемонии США грозила угроза разрушения. И вот, в конце ноября 1959 года четвертое соединение Атлантического флота покинуло базу в Джэксонвилле (штат Флорида) и отправилось в Средиземное море. В состав этой эскадры под командованием вице-адмирала Вильяма Риббека входили три старых дредноута «Колорадо», «Мериленд», «Вест Виргиния», четыре тяжелых и четыре легких крейсера, а также два новейших супер авианосца «Форестол» и «Америка» с суммарной авиагруппой в 140 истребителей и 80 бомбардировщиков-торпедоносцев. Кроме этого в состав эскадры входили восемь новых фрегатов прикрытия типа «Ингрем», четырнадцать эсминцев, двадцать два корвета, а также другие вспомогательные и транспортные корабли. Базой для этого соединения в Средиземноморье должны были служить бывшие базы итальянского флота в Неаполе и Гаэте.Кроме этих преобразований командование Атлантического флота США в лице адмирала Рональда Товинса отдало приказ пятому и шестому соединению под командованием контр-адмирала Джона Сленга начать блокаду только что получившей независимость Кубы и осуществлять поддержку действий контрреволюционных сил кубинской оппозиции (контрас). Однако пока американские ВМС не трогали советские транспортные корабли, идущие на «остров свободы».А что же на Тихом океане? 1 декабря 1959 года базу Перл-Харбор на острове Оаху покинуло третье соединение американского флота под командованием вице-адмирала Роя Джонсона. Оно направилось в Южно-Китайское море и 12 декабря вошло в гавань Сайгона. В состав этого соединения входили единственный оставшийся в строю американского флота старый дредноут «Миссисипи», два тяжелых и четыре легких крейсера, а также ударные авианосцы «Мидуэй» и «Корал Си» (всего 120 истребителей и 80 бомбардировщиков-торпедоносцев). Кроме этого в составе группировки числились восемь фрегатов, двенадцать эсминцев, двенадцать корветов, вспомогательные корабли и транспорты. Основной задачей этой армады была поддержка южновьетнамского режима Нго Динь Зьема в его борьбе против Вьетконга.При этом в Перл-Харборе не осталось ни одного крупного боевого корабля, и командующий Тихоокеанским флотом Герберт Хопвуд принял решение перебросить на Оаху тяжелые крейсера «Фолл-Ривер» и «Мэкон», а также легкий крейсер «Тикендерога» из четвертого соединения флота находящегося в Сан-Франциско. Такие вот преобразования произошли в составе и дислокации американских военно-морских сил в конце 1959 года.…- Товарищи, как следует из разведданных, полученных по линии Комиссариата Государственной безопасности американский флот начал передислокацию своих сил согласно последним преобразованиям на мировой политической арене. - Начал свое выступление на секретном совещании в Кремле Главнокомандующий ВМФ Советского Союза адмирал флота Сергей Георгиевич Горшков, - Прежде всего это касается переброски крупных корабельных сил Тихоокеанского флота США к берегам Индо-Китая. Хочу добавить, что именно там сейчас начинается массовое партизанское движение вьетнамского народа против марионеточного правительства проамериканского Южного Вьетнама.Второе, стало известно, что командование Атлантического флота США отдало приказ о начале блокирования подходов к берегам коммунистической Кубы и, хотя американские военно-морские силы пока не препятствуют движению наших торговых и транспортных кораблей в ближайшее время нам следует ожидать возникновение проблем на этом участке.И третье на чем я хотел бы заострить внимание присутствующих это переброска крупного соединения американского флота в Средиземное море. Если учесть что в районе Гибралтара уже находится британский флот в составе двух линкоров и двух тяжелых авианосцев, то теперь нам также придется иметь дело с тремя американскими линкорами и двумя супер авианосцами. Общее количество самолетов находящихся на этих кораблях это порядка 240 истребителей и 140 бомбардировщиков.На этом командующий закончил свой доклад, и слово взял Генеральный Секретарь ЦК КПСС Лаврентий Павлович Берия:- Что же, командующий ВМФ четко изложил возникшие перед нами проблемы, кто желается высказаться по данным вопросам?Здесь в разговор вступил министр обороны Советского Союза Родион Яковлевич Малиновский:- Прежде всего, нам следует отправить сильные эскадры на Кубу и в северный Вьетнам. Так мы сможем предотвратить захват наших торговых судов силами американцев. Что же касается Средиземного моря то англичане и американцы явно готовятся к большой сухопутной операции в районе Сирии и восточной Турции. Именно там находятся территории, аннексированные нами у Турции по результатам прошедшей войны. Что же касается Черноморского флота то ему явно необходимо выступить против англо-американских сил находящихся в Средиземноморье. Мы это можем сделать?- Конечно, Средиземноморская эскадра Черноморского флота под командованием контр-адмирала Хватова уже давно находится в районе Эгейского моря и восточного Средиземноморья. Мы имеем там базы в районе Измира и сирийского Тартуса и можем свободно блокировать переброску сухопутных сил противника в Израиль и Ливан. Но скажу вам прямо, противник может начать наступление и со стороны центральной Турции и Ирака. А в этом случае основными базами для приемки военных грузов и войск становятся турецкий Мерсин и порты Персидского залива, - ответил начальник главного штаба ВМФ адмирал Федор Владимирович Зозуля- Товарищи сухопутные войска и авиация Советского Союза имеют достаточно сил, чтобы отразить натиск войск вероятного противника в районе восточного побережья Средиземного моря, северного Ирака и восточной Турцию. Там у нас находится десятая ударная армия в составе десяти стрелковых дивизий, четырех танковых корпусов и около трехсот крупнокалиберных орудий. Её прикрывают четыре истребительных и четыре бомбардировочных полка, - добавил начальник Генерального штаба вооруженных сил Советского Союза маршал Василий Данилович Соколовский.- Хорошо, с этим направлением вроде все понятно, но что нам делать с Кубой и Вьетнамом? Мы имеем там самый настоящий «гордиев узел» и его надо развязать, - снова вступил в разговор Лаврентий Берия.- Предлагается отправить туда две оперативные эскадры. Первая будет базироваться на Кубе и ее возглавит контр-адмирал Егоров. В ее войдут силы Северного флота, а именно легкие крейсера «Свердлов», «Киров», «Калинин», «Каганович», а также эсминцы «Изящный», «Изумительный», «Драчливый» и «капитан Ильин». Вторая эскадра из сил Тихоокеанского флота под командованием контр-адмирала Бекренева будет демонстрировать наше присутствие в северном Вьетнаме. Базой для нее будет служить Хайфон и в ее состав войдут легкие крейсера «Диана» и «Паллада», а также эсминцы «Мощный» и «Могучий», - ответил на вопрос адмирал Зозуля.- Почему вы используете для этих миссий только легкие крейсера и эсминцы? – последовал вопрос со стороны присутствовавшего на совещании председателя правительства Николая Александровича Булганина.- Мы не можем рисковать более дорогостоящими кораблями, так как в случае начала боевых действий легким крейсерам придется прорываться домой через неприятельские воды, – ответил адмирал Горшков.- Да, действительно, ситуация явно не ординарная. Практически мы посылаем наши корабли на смерть, так как в случае начала войны они будут блокированы в своих портах флотом врага. Но нам необходимо сейчас послать свои боевые корабли, чтобы поддержать молодые коммунистические правительства на Кубе и во Вьетнаме. Однако давайте перейдем ко второму вопросу: Что нас ждет в ближайшее время в северной Японии, Корее и Аляске? Слово предоставляется председателю Комитета государственной безопасности товарищу Шелепину, - высказался Берия.Александр Николаевич Шелепин встал из-за стола заговорил:- По данным внешней разведки КГБ недавно в американском морском министерстве прошло секретное совещание, на котором присутствовало высшее руководство Соединенных штатов, и главной целью этого совещания было очерчивание действий направленных на достижения реванша за поражение в войне 1950-52 года. Нашей агентуре удалось добыть копию протокола этого совещания, где ясно изложены цели и задачи американской армии и флота в предстоящей войне с Советским Союзом. Так американцы готовятся перебросить на Аляску большие сухопутные силы, которые сейчас формируются на западном побережье США. А именно это восемь стрелковых дивизий, две танковые бригады и значительное количество артиллерии. Общая численность войск около ста десяти тысяч человек. Для прикрытия с воздуха формируется пятая воздушная армия в составе двух истребительных и двух бомбардировочно-штурмовых дивизий. Это 200 истребителей, 95 тактических и 70 стратегических бомбардировщиков. Эти силы планируется перебросить на Аляску с помощью транспортных конвоев, которые будут прикрывать ВМС США.Кроме этого сейчас же на территории Аляски находится около пятидесяти тысяч солдат регулярной армии, пятнадцать тысяч военнослужащих пограничной охраны и девять тысяч членов национальной гвардии. Командовать американскими войсками на Аляске, вновь назначен генерал Омар Нельсон Брэдли.Здесь Шелепин сделал перерыв, и слово взял начальник генерального штаба маршал Соколовский:- Мы можем противопоставить американцам на Аляске достаточно сил. У маршала Москаленко порядка ста сорока тысяч человек, девяносто танков и самоходных орудий, сто сорок орудий, сто бомбардировщиков, шестьдесят штурмовиков и около трехсот истребителей. Это не считая войск КГБ. Так же в помощь ему сейчас формируется еще две стрелковые дивизии на Чукотке, и они будут переброшены на восток в ближайшее время.- Хорошо, а как у нас дела с Кореей и Северной Японией? – снова задал вопрос Берия.На этот раз слово взял молчавший до сих пор министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко:- С Кореей у нас проблем как раз нет. После победы в войне 50-52 года коммунистическое правительство Кореи бросило все силы на укрепление своей армии, и сейчас штурмовать корейское побережье, сил у американцев нет. А вот с Северной Японией могут возникнуть серьезные проблемы. Японская общественность очень недовольна тем, что мы отторгли у Японии Хоккайдо, кроме этого Соединённые Штаты Америки будут стремиться вернуть под свое влияние этот северояпонский остров, ибо там находятся основные позиции позволяющие взять под контроль этот регион Тихого океана. Кроме этого все прекрасно понимают, что именно там находятся наши основные транспортные коммуникации.- Численность американских войск находящихся на японских островах составляет порядка пятидесяти тысяч человек, в их распоряжении находится сорок танков, двести артиллерийских орудий, сто пятьдесят истребителей и восемьдесят бомбардировщиков, в том числе сорок стратегических, - добавил Александр Шелепин.- Мы можем противопоставить им пятьдесят тысяч из нашего контингента на Хоккайдо и войска на Сахалине. Кроме этого на Хоккайдо у нас имеется шестьдесят танков и самоходных орудий, сто двадцать орудий, двести истребителей и сто сорок бомбардировщиков, - вставил слово министр обороны маршал Малиновский.- Товарищи надо немедленно увеличить контингент наших сил на Хоккайдо. Найдите для этого средства и чтобы в ближайшее время эти дополнительные войска были переброшены на японский архипелаг, - резюмировал вышесказанное Лаврентий Павлович Берия.- Товарищи не стоит забывать, что американцы сейчас ввязались в войну во Вьетнаме, а это дополнительные силы которые могут быть получены путем воинского призыва в самих Соединенных Штатах. Кроме этого вьетнамская мясорубка потребует переброски войск из Австралии, Новой Зеландии и Канады. Да и с Великобританией пока не все ясно. Будут ли англичане участвовать во всех этих американских аферах. Кроме этого не стоит забывать, что осталось чуть более года до конца строка президента Эйзенхауэра и кто придет к власти в США пока еще не известно, - сделал заключение министр иностранных дел Громыко.

Зимнее противостояние.В двадцатых числах декабря 1959 года советские крейсера под командованием контр-адмиралов Георгия Михайловича Егорова и Леонида Константиновича Бекренева прибыли в Хайфон и Гавану. Таким образом, Советский Союз стремился обезопасить свои транспортные суда от досмотра и ареста американскими ВМС и обеспечить свободу перемещения советского торгового флота на океанских коммуникациях. Так на Дальнем Востоке основные поставки в северный Вьетнам шли из расположенных на Ляодунском полуострове Порт-Артура и Дальнего. А поставки на социалистическую Кубу осуществлялись из портов Балтики и Черного моря. Трюмы на шедших в эти страны грузовых судах были под завязку забиты самыми разнообразными грузами, как военного, так и гражданского значения, и их с нетерпением ждали жители этих молодых коммунистических стран. Здесь следует добавить, что их сердца горели самой ясной надеждой на то, что Советский Союз не оставит их в борьбе с мировым капитализмом.…- Это что такое! Откуда взялись русские крейсера в Хайфоне? – прорычал в бешенстве, находясь в адмиральском салоне линкора «Миссисипи» вице-адмирал Рой Джонсон. При этом он громко закашлялся, схватил со стола стакан с «Пепси-колой» и начал ее пить большими глотками. В этот момент дующий в открытые иллюминаторы свежий ветер зашелестел разложенными на большом столе картами и бумагами.- Адмирал. Советы послали свои корабли в Хайфон, чтобы показать свое военное и политическое присутствие Южно-Китайском море. Кроме этого они стремятся обеспечить беспрепятственный проход своих транспортных судов с грузами для северного Вьетнама, - ответил командующему флаг-офицер.- Это понятно и так. Но мы только хотели начать досмотр и арест судов в районе Тонкинского залива, а теперь что… Русские вряд ли просто так дадут досматривать свои торговые корабли, - заговорил вице-адмирал уже более спокойно. - Да, кстати, сколько их? Что это за корабли?- Всего два легких крейсера и два эсминца, - последовало со стороны начальника разведки соединения.- Так! И что нам теперь делать? Прошу высказываться по очереди, господа, - последовало со стороны Роя Джонсона.- Мы можем блокировать и уничтожить их одним ударом прямо в гавани Хайфона, для этого не потребуется много сил, - произнес командир линкора «Миссисипи» кэптен Уилл Согерс. Здесь следует добавить, что его брат Брюс Согерс имел звание контр-адмирала и погиб в сражении с советской эскадрой у восточных берегов Японии 4го февраля 1952 года.- Хм, как вы это себе представляете. Война еще не объявлена, а вы предлагаете провести боевую операцию в чужих водах, - ответил флаг-офицер.- Прежде всего, следует проинформировать штаб флота на Гавайях и Department of the Navy. Пусть они там решают, что делать и как? – заговорил командующий авианосной группой и по совместительству младший флагман эскадры контр-адмирал Роберт Хогс.- Да, Хогс! Вы правы. Мы немедленно сделаем это. Войны нет, поэтому пока не будем трогать гражданские суда, - принял решение командующий Джонсон.…В это же время на другом полушарии земного шара, а именно в гавани Неаполя в каюте флагманского линкора «Колорадо» командующий американским Средиземноморским флотом вице-адмирал Вильям Риббек принимал командующего базирующемся в Гибралтаре английским «соединением Н» вице-адмирала Эдварда Кенгли. Следует сказать, что еще во время войны 1950-52 годов Эдвард Кенгли был младшим флагманом британского флота в Средиземноморье. Тогда его командиром и наставником был знаменитый британский адмирал сэр Джон Рейнольдс - любитель выпить бренди и закурить дорогую гаванскую сигару, что и свело его в преждевременную могилу.- Ну что мистер Кенгли. Ваш флот находится в Гибралтаре и не сделал не одного оборота винта, чтобы занять тактические позиции в восточном средиземноморье, а ведь именно там пролегли наши и ваши важнейшие коммуникации, - обратился американский командующий к британскому коллеге и налил в стоящие на столе бокалы дорогущего виски «Jack Daniels №7 Tennessee». - Все очень просто мой друг, - ответил вице-адмирал Кенгли, - Пока у меня нет никаких распоряжений и директив не из штаба флота, не из Адмиралтейства. Как только Сэр Чарлз Лэмбе, пришлет мне соответствующую бумагу, где черным по белому будет написано «выдвинуться на исходные позиции», так сразу наши корабли снимутся с якорей и направятся на Мальту и в Александрию, а пока «нет войны - нет и движений». Тут Эдвард Кенгли замолчал и приложился к бокалу с виски, которым так заботливо его угощал американский адмирал.- Кстати, а что известно про диспозицию флота Советов? – задал вопрос Вильям Риббек.- По последним данным британской разведки основные силы русского флота сейчас находятся на своих базах в Черном море. И кстати они вот-вот пополнят свой флот линкором и двумя авианосцами. В Эгейском море, а именно в гавани Измира под командой контр-адмирала Хватова находятся легкие крейсера «Ворошилов», «Молотов» и четыре эсминца, ну а в сирийском Тартусе легкие крейсера «Красный Крым», «Червона Украина» и два эсминца. Также можно добавить, что в греческом Пирее недавно бросил якорь в качестве стационера русский крейсер «Красный Кавказ», - ответил на вопрос Эдвард Кенгли и снова отхлебнул из бокала виски.- Так понятно, значит и нам необходимо отправить в Грецию своего стационера. Я завтра же пошлю туда легкий крейсер «Ричмонд», - произнес американский адмирал и также отхлебнул виски из бокала.- Да, ситуация в Греции только недавно стабилизировалась. Греческие коммунисты, хотя и потерпели поражение, еще ведут активную борьбу с правящим режимом, поэтому в Пирее уже два месяца стоят в качестве стационеров наш крейсер «Глазго», французский «Дюгэ Труэн» и итальянский эсминец «Таранто», - снова последовало от британского адмирала, который активно расправлялся с американским виски.Вильям Риббек снова наполнил бокал англичанина и произнес:- Мы должны действовать совместно и раздавить русских еще на выходе из проливов, кроме этого скоро нам придется проводить большое количество конвоев с войсками к берегам Сирии и Палестины. Там грядут большие события, или если говорить более честно, начнется наступление союзных войск вдоль восточного берега Средиземного моря.- Ну что же, ситуация ясная. Но раз американский флот снова появился в Средиземноморье, значит, снова грядет схватка с Советами. Я до сих пор с ужасом вспоминаю измирское сражение времен войны 52 года. Тогда русские как следует дали нам прикурить, - втянулся в воспоминания Эдвард Кенгли.- Да, но именно тогда ваш адмирал Рейнольдс повел себя не очень честно и бросил нас в самый разгар сражения с русскими, - наступил на больную мозоль англичан американский командующий.- Это был оперативный тактический ход. Иначе нас постигла так же участь, что и ваши дредноуты, - попытался вывернуться из щекотливого положения англичанин.- Ну ладно. Будем считать, что подобного более не повториться. Давай те забудет старое, - примирительно произнес вице-адмирал Риббек.Далее разговор перешел на второстепенные темы и спустя примерно час, сильно пошатывающийся от выпитого, англичанин спустился в ожидавший его у борта американского линкора адмиральский катер.- Я смотрю, адмирал, вы славно провели время в гостях у янки, - произнес ожидавший его офицер в звании коммандера.- Скажу честно мой друг: американский виски такая дрянь, что никак не можешь остановиться. Лично я предпочитаю ирландский, - немного заикаясь, ответил вице-адмирал Эдвард Кенгли.…В конце января 1960 года госсекретарь США Джон Фостер Даллес, министр обороны Томас Гейтс (сменил Нила Макэлроя в декабре 1959 года) и морской министр Уильям Франк прибыли Великобританию на борту тяжелого крейсера «Сен-Пол» где и произошла их встреча с верхушкой британского истеблишмента. С английской стороны в переговорах участвовали премьер-министр Га́рольд Макми́ллан, министр иностранных дел Селвин Ллойд, министр обороны Гарольд Уоткинсон и морской министр сэр Чарлз Лэмбе.Здесь следует пояснить, что эта знаменательная встреча произошла в большом кабинете для приемов на Даунинг-стрит, 10 и имела огромное значение на ход дальнейших событий мировой истории.И вот, когда все присутствующие расселись за большими массивного дуба столами слово взял премьер-министр Великобритании:- Господа. Прежде всего, хочу объявить, что в нашем лице Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии с большим удовольствием приветствует своих соратников по Северо-Атлантическому блоку и посланников президента Соединённых Штатов Америки. Думаю, что наша встреча пройдет плодотворно и закончится со значительными результатами для мировой политики и истории.- Уважаемые английские друзья мы прибыли к вам с целью решить ряд важнейших вопросов в области политического и военного сотрудничества в рамках созданного в 1949 году Северо-Атлантического альянса, - произнес ответное слово госсекретарь США.- Итак, давайте не будем откладывать дело в долгий ящик и сразу перейдем к обсуждению данных вопросов, - последовало со стороны Га́рольда Макми́ллана.- Прежде всего, первым вопросом стоит участие Великобритании в предстоящих боевых действиях против Советского Союза с целью отторжения из-под его влияния аннексированных и оккупированных им областей в результате войны 1950-52 годов. Мы бы хотели получить от наших английских союзников четкий ответ на этот вопрос, - сразу взял быка за рога Джон Фостер Даллес, но что последовал длинный ответный монолог со стороны министра иностранных дел Великобритании Селвина Ллойда:- Господа, по итогам войны 50-52 года Советский Союз захватил и аннексировал ряд территорий второстепенных стран, это, прежде всего Корея, японский остров Хоккайдо, районы западной и восточной Турции, часть территории Сирии. Английское правительство очень сильно заинтересовано в том, чтобы вернуть эти земли законным правительствам этих стран и готово выполнить свои обязательства в рамках существующих договоренностей Северо-Атлантического блока.При этих словах англичанина у американцев отлегло от сердца, и они даже немного заулыбались, а Селвин Ллойд тем временем продолжал: - Тем не менее, мы не можем не отметить, что сейчас коммунизм набирает все новые и новые силы и это, прежде всего победа красных на Кубе и в Юго-Восточной Азии. Поэтому мы готовы принять участие, как в сухопутных, так и морских операциях против коммунистов в этих регионах мира.Тут Селвин Ллойд замолчал, и министр обороны США Томас Гейтс задал давно интересующий всех вопрос:- Итак, господа, мы уже отправили свой флот в Средиземное море, а также к берегам Вьетнама и Кубы. Какие действия намерено предпринять Соединённое Королевство в рамках договоров о сотрудничестве?- Наши сухопутные силы будут готовы в начале весны начать наступление в районе Сирии и Северного Ирака. Кроме этого мы готовы послать свой экспедиционный корпус в Японию и Юго-Восточную Азию. Что же касается действий наших морских сил, то на этот вопрос вам ответит морской министр сэр Чарлз Лэмбе, - последовало со стороны министра обороны Великобритании Гарольда Уоткинсона.- Господа, для действий против Тихоокеанского флота Советов мы готовы предоставить «соединение Z» базирующееся в Вэй-Хай-Вэе. В его составе находятся два линкора, линейный крейсер и два ударных авианосца, а это более ста сорока самолетов палубной авиации. Кроме этого в распоряжении командования наших сил на Дальнем Востоке имеется экспедиционный корпус морской пехоты, который можно быстро перебросить на транспортных судах на японский архипелаг или в Корею. Далее, для действий в Юго-Восточной Азии, а именно у берегов Вьетнама мы можем предоставить наши «соединение R» находящееся в Сингапуре. В его состав входят четыре легких крейсера и один авианосец.Перейдем к Средиземноморскому театру. В Гибралтаре у нас находится «соединение Н» в состав, которого входят два новых ударных авианосца. Мы немедленно отправим корабли этого соединения в Александрию и на Мальту, чтобы обеспечить беспрепятственную переброску сухопутных сил в район восточного Средиземноморья. Я считаю, что здесь мы должны действовать совместно с американским флотом и наши действия подлежат совместной корректировке, - закончил свое выступление сэр Чарлз Лэмбе.- Что же, хорошо, но, а что касается Северо-Атлантического театра военных действий? Здесь Британский флот окажет нам помощь? – задал вопрос морской министр США Уильям Франк.- В Скапа-Флоу у нас четыре линкора и четыре авианосца. Общая численность авиагруппы порядка сто восемьдесят самолетов. Наша эскадра примет участие в боевых действиях против флота Советов, если тот выйдет в северную часть Атлантики, - снова ответил Первый морской лорд британского Адмиралтейства.- Так значит, англичане не намерены посылать свои боевые корабли в арктические воды! Вы опять собираетесь таскать каштаны из огня чужими руками, - воскликнул Уильям Франк.- Успокойтесь уважаемый. Великобритания в полном объеме выполняет свои обязательства в Северо-Атлантическом блоке, но мы не собираемся участвовать в заранее обреченных на провал операциях. Тем более, что Норвегия занимает абсолютный нейтралитет и у нас нет там баз, а от Скапа-Флоу до русских вод несколько тысяч миль, - последовал новый ответ со стороны министр обороны Великобритании Гарольда Уоткинсона.- Понятно, ну а как вы смотрите на проведение операций в Балтийском море? Ведь хорошо известно, что флот Советов представлен там лишь одним крейсером и несколькими эсминцами, - последовал новый вопрос со стороны министра обороны США.- Мы считаем, что любые операции в Балтийском море обречены на провал. Сами посудите: маленькая акватория, большая протяженность берегов социалистической Польши и Советского Союза, где находится много авиационных баз с большим количеством истребителей и бомбардировщиков которые готовы в любой момент нанести удар. Кроме этого мины и подводные лодки русских, которыми они наверняка запечатают подходы к своим берегам. Нет! Уважаемые господа, Соединенное Королевство не может позволить себе бессмысленные жертвы в этой Балтийской луже, - подробно ответствовал на американский вопрос Гарольд Уоткинсон.- Ну что же, английская позиция нам более или менее понятна. Надеюсь, что в предстоящей схватке с Советами Великобритания выполнит свои обязательства до конца, - подвел итог разговора Джон Фостер Даллес, после чего американская делегация отбыла в Букингемский дворец на встречу с Её Величеством королевой Великобритании Елизаветой II и Его Королевским Высочеством принцем Филиппом, герцогом Эдинбургским. Данная встреча носила чисто дипломатический характер, поэтому никаких серьезных результатов по её окончании не последовало. Тем не менее, столь представительная делегация американского истеблишмента провела в Англии еще два дня в течение которых провела несколько встреч с ведущими британскими финансистами и промышленниками, после чего американские гости отбыли на родину на борту крейсера «Сен-Пол».…И в заключении хочется сказать, что февраль месяц 1960 года принес в мировую политику противников коммунизма много разочарований. Советский Союз никак не хотел уступать роль мирового политического и военного лидера, молодые коммунистические страны все более и более укрепляли свои позиции на мировой арене, а по трансокеанским коммуникациям двигались десятки кораблей с самыми разнообразными грузами для жителей Кубы и Вьетнама. Здесь следует сделать небольшое отступление и посвятить несколько строк лицам, являющимся теневыми лидерами мировой политики и сыгравшими свою особую роль еще в развязывании войны 1950-52 года.

Новый мировой порядок.Едва высшие лица Соединённых Штатов завершили свой визит в Великобританию в элитном номере «Hotel Plaza Athénée» в Нью-Йорке произошла знаменательная встреча между верхушкой американского истеблишмента во главе с вице-президентом США Ричардом Ми́лхаузом Никсоном и так называемыми главными воротилами мировой политики и экономики. Проще говоря, эти люди более известны как теневое мировое правительство, а именно это пятерка лиц, которых иначе именовали Рокфеллерами, Ротшильдами, Морганами, Люменами, Дюпонами… Со стороны же президентской команды на встрече кроме Ричарда Никсона присутствовали государственный секретарь США Джон Фостер Даллес и новый министр обороны Томас Гейтс.- Итак, уважаемые господа, мы собрались здесь, чтобы рассмотреть ряд важных вопросов связанных с усилением роли США на мировой арене, прежде всего в политической, экономической и военной сфере, - начал встречу человек по имени Рокфеллер. – Нас как промышленников и финансистов в первую очередь интересует: когда, где и как Соединённые Штаты начнут непосредственные боевые действия против Советского Союза и поддержат ли нас наши союзники?- Уважаемые господа, буквально на днях господин государственный секретарь вместе с министром обороны посетили Лондон, где заручились полным согласием британской стороны насчет военного сотрудничества в случае начала боевых действий против Советского Союза. То есть Великобритания и страны Британского содружества, а именно Австралия, Новая Зеландия, а также и Канада полностью нас поддержат как в военном, так и политическом смысле, - ответил на вопрос финансового воротилы вице-президент США.- Это хорошая новость, но нас, прежде всего, интересует арабская нефть и все что связано с ее поставками на мировой рынок, - задал вопрос глава одной из ведущих в мире химических корпораций мистер Дюпон.- Английские и американские войска начнут масштабные боевые действия в Северном Ираке и вдоль восточного берега Средиземного моря с целью вытеснения армии противника из Сирии и восточной части Турции. В тоже время объединённый союзный флот обеспечит свободный проход танкеров и грузовых судов через Суэцкий канал и восточное Средиземноморье, - последовал ответ министра обороны Томаса Гейтса.- Что же, это понятно, но мы надеемся, что в этот раз морской флот проявит себя наилучшим образом, а не то нам до сих пор в страшном кошмаре снятся последствия нашего поражения в войне 1950-52 года. Сейчас цены на нефть стабилизировались и мировая добыча нефти начала увеличиваться, но вы должны знать, что «Arabian light» нужна нам как воздух, ибо именно из нее мы получаем легкий бензин для танков и самолётов, а также топливо для боевых кораблей, - высказался господин Люмен и приложился к бокалу с дорогим бренди.- Господа! Господа! Давайте не будем вспоминать прошлое. С южным направлением вроде бы все ясно, но нас также интересует Куба как поставщик табака и сахарного тростника. Кроме этого стало известно, что вы послали большой флот к берегам Вьетнама. Что вы скажете на это? – вступил в разговор господин Ротшильд и затянулся сигарой.- Да господа! Что вы собираетесь делать с этими новоявленными коммунистами? Вы должны знать, что мы потеряли огромную финансовую составляющую входящую в состав нашей корпорации, и все из-за поражения правительства Батисты. А что касается Вьетнама, зачем посылать туда свои корабли, когда нам от него не жарко, не холодно, - добавил к вышесказанному мистер Морган.- Господа, прежде всего, скажу вам, что наш военно-морской флот перешел на режим блокады коммунистической Кубы. Мы планируем остановить поток помощи режиму Кастро из социалистических стран, что должно подорвать его экономически, - заговорил государственный секретарь США Джон Фостер Даллес. – А вот что касается Вьетнама, скажу вам прямо: если Вьетконг победит на юге и Вьетнам объединится, мы получим новый коммунистический режим и огромные проблемы в Юго-Восточной Азии. Поэтому наше правительство и решило оказать военную и гуманитарную помощь правительству Нго Динь Зьема в его борьбе с красными.- Мы обсуждали ваши последние действия с наиболее выдающимися людьми нашего круга, и скажу вам прямо, мнения разделились. Часть наших коллег относится крайне отрицательно к тому, что вы послали наш флот во Вьетнам, другая же часть в большинстве своем промышленники готовы к тому, что в США начнется большой рост производства, особенно в военной сфере, - снова вступил в разговор мистер Рокфеллер.- Так значит, наше правительство может надеяться на то, что ведущие мировые лидеры финансового мира поддержат нас в нашей борьбе против Советского Союза? – последовало со стороны вице-президента Соединённых Штатов.Далее последовала продолжительная пауза, в течение которой присутствующие смаковали бокалы со спиртным и попыхивали дорогими сигарами.- Позиция правительства нам понятна. Если его действия в военной сфере позволят экономике страны окончательно выйти из депрессии и сделать резкий скачок как во время Второй Мировой мы готовы поддержать его начинания. Будем надеяться, что в этот раз мы добьемся поставленных задач и покажем Советам, что значит новый мировой порядок, - подвел итог господин Рокфеллер.На этом встреча в номере отеля «Plaza» закончилась, и представители правительства отправились по своим делам.Что и говорить, но внешняя разведка КГБ СССР работала безупречно, и содержание этой беседы вскоре стало известно в Кремле, на что министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко сказал:«…финансовые магнаты США дали добро на начало новой мировой бойни, ну что же посмотрим, к чему это приведет…»…Советский пароход «Красный пролетарий» извергая черные клубы дыма, двигался со скоростью десять узлов по Южно-Китайскому морю в направлении Тонкинского залива. Трюмы его были забиты самыми разнообразными грузами от военной амуниции, до электрических генераторов для электростанций. Вообще если рассмотреть богатую жизнь этого судна более подробно, то она представляет особый интерес.Спущенный на воду еще в 1935 году он представлял собой грузовой транспорт водоизмещением 8500 тонн с экипажем в 18 человек. Всю свою долгую жизнь это судно ходило на дальневосточных коммуникациях и швартовалось во многих портах от Бирмы и Сингапура до Камчатки и Чукотки. Счастливо пережив Второю Мировую войну, он прошел большой капитальный ремонт и снова вернулся на свои трансокеанские дороги, чтобы честно и далее служить в Дальневосточном морском пароходстве. Однако и у этого знаменательного судна был жизненный период, который можно назвать особым. Ну а если говорить более подробно, в начале августа 1950 еще за несколько дней до начала войны он был незаконно захвачен американским эсминцем прямо в нейтральных водах Восточно-Китайского моря и далее простоял на приколе в порту Окинавы два года вплоть до окончания войны и подписания Парижских мирных договоренностей. После этого на пароход был возвращен советский экипаж, и он вернулся домой в порт приписки Владивосток, что бы и далее продолжить свой тяжелый труд на трансокеанских коммуникациях.И вот в этот прекрасный солнечный день в феврале 1959 года старый советский пароход под командованием капитана Василия Соколова продвигался к Хайфону, чтобы выгрузить там из своих трюмов товары для Демократической Республики Вьетнам, а затем загрузить в них дорогую и так необходимую для советской промышленности вьетнамскую медную руду.Хорошо отлаженные машины «Красного пролетария» тихо стучали, вращая гребные винты, над поверхностью воды метались и громко кричали чайки, а капитан Соколов стоял на мостике и осматривал горизонт в старый морской бинокль.- Ну что капитан? Скоро Хайфон. Будем грузиться сразу, - произнес поднявшийся по трапу на мостик боцман.- Да. Примем груз и топливо. Продовольствия у нас и на обратный путь хватит. В общем, пара дней и в обратную дорогу, во Владивосток, - ответил капитан Соколов.- Капитан смотрите, на горизонте корабль! Быстроходный. Похоже на крейсер! – вдруг закричал находящийся на крыше рубки сигнальщик.- Да, точно, - капитан Василий Соколов и стоящий рядом боцман прильнули к биноклям, - Судя по флагу на юте, француз.- Капитан нас просят остановиться! – снова послышалось со стороны сигнальщика.- Стоп машины! Приготовиться к приему гостей! – с этими словами капитан «Красного Пролетария» прошел в рубку и дернул ручки машинного телеграфа в положение «СТОП».Спустя минут десять французский крейсер «Эмиль Бертин» подошел к советскому транспорту метров на двести и лег в дрейф. От борта француза отвалил моторный катер и подошел к шторм-трапу спущенному с борта «Красного Пролетария». Застучали ботинки и на палубу советского судна поднялись французский офицер в звании старшего лейтенанта и человек с погонами контр-адмирала.- Добрый день уважаемые русские господа-товарищи! – громко произнес по-французски адмирал, а молодой лейтенант ловко перевел его слова на русский язык. - Контр-адмирал Пятой Республики Жорж Де Лакруэ приветствует вас!- Мы тоже рады встрече с французскими моряками, - ответил Василий Соколов, и лейтенант также перевел его слова на французский язык.- Предлагаю пройти в кают-компанию и продолжить наше общение там. Тем более что у нас найдется настоящий армянский коньяк, - продолжил капитан «Красного Пролетария» и гости последовали за ним. Вскоре все они расположились в больших покрытых дерматином креслах и с бокалами в руках приступили к беседе.- Капитан. Скажу вам прямо. Я рад, что Советский Союз не боится посылать к берегам Вьетнама свои суда, тем более нам стало известно, что недавно русские крейсера бросили свои якоря в гавани Хайфона. Поэтому когда судно под советским флагом встретилось нам, я решил, что могу изложить вам важную информацию, а вы уже передадите ее, куда следует, - заговорил адмирал Де Лакруэ.- Я с большим вниманием слушаю вас, - последовал ответ со стороны капитана Соколова.- Мой русский друг. Прежде всего, я хочу сообщить вам, что французские военные корабли покидают эти воды. Я получил прямое указание из штаба флота, мы оставляем Вьетнам окончательно и перебазируемся в Европу, - продолжил французский контр-адмирал.- Что же, это вполне резонно, - кратко резюмировал советский капитан- Но пусто место не бывает, и с недавнего времени в гавани Сайгона расположилась крупная американская эскадра. В ее составе линкор, два крупных авианосца, шесть крейсеров, фрегаты, эсминцы, вспомогательные суда. Эти силы готовы в самое ближайшее время выступить в поддержку южновьетнамского правительства, но самое главное в том, что в случае начала боевых действий они атакуют вас в гавани Хайфона, - на этих словах адмирал Жорж Де Лекруэ прервал свой монолог и отхлебнул из бокала армянский коньяк.- Вы думаете, что американцы рискнут атаковать наши военные и гражданские корабли прямо в водах дружественного нам Северного Вьетнама, - последовало со стороны капитана Соколова.- Я не думаю, а знаю. Не далее как три дня назад я был принят командующим американского флота вице-адмиралом Роем Джонсоном, и он показал мне бумагу, ответ из Department of the Navy, в которой черным по белому было написано: «В случае начала боевых действий атаковать все гражданские суда и боевые корабли в северовьетнамских портах…». Кроме этого там было написано: «ориентировочное число для начала боевых действий 1 марта…», - снова заговорил француз.- Так значит война не за горами. Лично мы рассчитываем быстро разгрузиться, принять новый груз, и отправиться назад в Советский Союз, - констатировал советский капитан.- Я хочу, чтобы вы передали наш разговор командиру русских крейсеров, которые сейчас находятся в Хайфоне. Все таки Франция выступает противником начала новой мировой войны, да и правительство генерала Де Голля крайне хорошо относится к Советскому Союзу. Ну не могу более вас задерживать и покидаю вас. Кстати коньяк у вас очень и очень ничего, - с этими словами контр-адмирал Жордж Де Лекруэ закончил разговор и поднялся из кресла.Вскоре машины снова застучали, гребные винты завращались, и корабли направились по своим делам.

У берегов Кубы.1 марта 1960 года американское правительство отдало приказ на начало боевых действий против Советского Союза. В этот же день посол Соединённых Штатов Америки в СССР Льюэллин Э. «Томми» Томпсон-младший вручил министру иностранных дел Советского Союза Андрею Громыко «ультиматум», в котором американское правительство выставило ряд требований к советскому правительству:

Советские войска и силы флота покидают оккупированные по итогам войны 1950-52 года территории штата Аляска и полностью передают их под американское управление.Советские войска и силы флота покидают оккупированный японский остров Хоккайдо и передают его под управление постоянной японской администрации.Советские войска и силы флота освобождают оккупированные территории Сирии и восточной Турции и передают их под управление турецкой, английской и американской администрации.Советское правительство передает контроль над проливами Босфор и Дарданеллы объединённому комитету, состоящему из представителей турецкой, английской и американской администрации.Советское правительство прекращает военную и гуманитарную помощь коммунистическим режимам на Кубе и во Вьетнаме.Советское правительство выводит свои вооруженные силы с Корейского полуострова и прекращает военную и гуманитарную помощь Корейской Народной Демократической Республике.Вооруженные силы КНДР оставляют южную часть Корейского Полуострова, отводятся за 38 параллель и предоставляют народу Южной Кореи возможность создать независимое государство.Быстро просмотрев содержимое папки с «ультиматумом» Андрей Громыко произнес:- Ну что же, я в ближайшее время доведу ваши требования до советского правительства, и мы опубликуем ответный меморандум.Спустя примерно два часа в Кремле началось экстренное расширенное заседание военных, правительства и спецслужб, на котором первым делом было решено: создать Государственный Комитет Обороны Советского Союза во главе с председателем Лаврентием Павловичем Берией. Далее был рассмотрен предъявленный Соединенными Штатами «ультиматум» и принято решение об ответном меморандуме на его пункты. Кроме этого на заседании было решено перебросить дополнительные силы советской армии на Аляску и японский остров Хоккайдо. Но главным было то, что все вооруженные силы Советского Союза приводились в полную боевую готовность, а находящиеся в иностранных портах силы флота должны были немедленно выйти в море и направиться на свои базы к берегам Советского Союза. В общем, были разработаны меры активного противодействия действиям сил Северо-Атлантического блока, и спустя какие-то четыре часа министр иностранных дел Андрей Громыко вручил ответное послание послу США Льюэллину Э. Томпсону.Однако основные события в эти дни развивались крайне далеко от решений принятых в министерских и правительственных кабинетах,…Но начнем с Кубы. Как уже было сказано ранее, в порту Гаваны находилась крейсерская эскадра Северного флота под командованием контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова. В ее состав входили легкие крейсеры «Свердлов», «Киров», «Калинин», «Каганович», а также эсминцы «Изящный», «Изумительный», «Драчливый» и «капитан Ильин».Здесь следует сделать небольшое отступление и пояснить, что крейсера «Киров», «Калинин» и «Каганович» (да и «Свердлов» в том числе) первоначально имели крайне невысокую дальность плавания в три с половиной – четыре тысячи миль семнадцати узловым ходом. Однако перед самым началом похода на Кубу они прошли серьезную модернизацию, при которой емкость топливных цистерн на этих кораблях была увеличена более чем в два с половиной раза. Таким образом, теперь они могли проходить до восьми с половиной – девяти тысяч миль экономическим ходом. Тем не менее, в этом дальнем походе их сопровождали два топливных танкера, в задачу которых входило дозаправка боевых кораблей в открытом море.И вот война была объявлена, а корабли эскадры адмирала Егорова оказались блокированы в гавани Гаваны силами американского Атлантического флота под командованием контр-адмирала Джона Сленга. Здесь следует сказать, что вообще-то в состав сил блокады входили в основном легкие крейсера и эсминцы флота США, которые предпочитали держаться на значительном отдалении от кубинских берегов и заниматься в основном досмотром гражданских судов. Поэтому адмирал Сленг запросил поддержки в штабе Атлантического флота, однако там с ответом что-то медлили и 1го марта американский командующий на свой страх и риск собрал силы в кулак и блокировал непосредственно порт Гаваны. Здесь следует добавить, что в распоряжении американского контр-адмирала находились единственный вооруженный восьмидюймовыми орудиями тяжелый крейсер «Олбани», два давно устаревших легких крейсера с шестидюймовой артиллерией «Милуоки» и «Конкорд», а также два легких крейсера-скаута с пятидюймовыми орудиями «Сан-Хуан» и «Сан-Диего». Кроме этого в распоряжении Сленга находились четыре эскадренных миноносца типа «Бенсон», ну а остальные американские корабли, а именно четыре легких крейсера и эсминцы остались осуществлять блокаду Кубы с севера и востока. …Глубокой ночью в 00.30 2 марта 1960 года советские крейсера и эсминцы снялись с якорей на внешнем рейде Гаваны, и адмирал Егоров повел свои корабли на прорыв. Спустя примерно пятнадцать минут корабли противоборствующих сторон увидели друг друга на экранах локаторов и пошли на сближение. Здесь следует сказать, что контр-адмирал Джон Сленг расположил свои корабли полукругом, чтобы в бортовом залпе участвовали все корабельные орудия. Крайним слева находился американский флагманский крейсер «Олбани», далее шли «Милуоки», «Конкорд», «Сан-Хуан» и «Сан-Диего», советские же корабли шли на прорыв кильватерной линией «Свердлов», «Киров», «Калинин», «Каганович». Эсминцы держались ближе к берегу. Корабли быстро сближались, и в 01.15 расстояние между противниками сократилось до сорока кабельтовых. В этот момент американский адмирал приказал включить прожекторы и открыть огонь, а адмирал Егоров резко развернул свои корабли вдоль кубинского берега и увеличил скорость до максимальных тридцати четырех узлов.Вообще соотношение артиллерийских орудий противоборствующих сторон было приблизительно одинаковым. Против 12-203 мм, 24-152 мм и 32-127 мм орудий американцев советская сторона имела 27-180 мм и 12-152 мм орудий главного калибра. И вот артиллерийская дуэль разгорелась на кратчайших расстояниях, при этом обе стороны наносили существенные повреждения друг другу. За пятнадцать минут шесть снарядов калибра 180 мм и три снаряда вспомогательного калибра в 100 мм попали в американский флагманский крейсер «Олбани», на нем вспыхнули несколько пожаров, вышла из строя вторая башня главного калибра и была разрушена кормовая надстройка. Крейсер отвернул влево, вошел в циркуляцию, чтобы выйти на курс русских кораблей и начать преследование. Этот же маневр стали выполнять и легкие крейсера и в этот момент на них обрушился град русских снарядов. В результате легкий практически не имевший брони крейсер «Сан-Хуан» вспыхнул в нескольких местах, окутался паром и лишился хода, а старый легкий крейсер «Милуоки» лишился двух труб и также резко сбавил скорость из-за потери тяги в котлах.В этот момент по приказу адмирала Егорова четыре советских эсминца вышли в торпедную атаку на поврежденные американские корабли, и им пришлось перенести огонь на нового противника. Практически сразу был тяжело поврежден эсминец «Изящный», при этом он лишился хода и загорелся в нескольких местах. Также несколько снарядов попали в эсминец «Изумительный» и он, не выдержав накала боя, отвернул в сторону кубинского берега.Однако два оставшихся в строю советских эсминца, несмотря на плотный заградительный огонь американских артиллеристов, подошли к противнику на расстояние порядка одной мили и выпустили торпеды. Две из них попали в среднюю часть легкого крейсера «Милуоки» и он, окутавшись черным дымом и паром, стал быстро крениться на левый борт. Также одна из советских торпед попала в поврежденный крейсер «Сан-Хуан» и мощный взрыв оторвал у него всю кормовую часть.В результате этого скоротечного боя русские крейсера прорвались в открытый океан и оставляя за кормой преследовавшие их американские корабли. Однако и советские корабли получили множественные повреждения. Наиболее тяжело досталось флагманскому крейсеру «Свердлов», так у него оказалась подводная пробоина в носовой части и он принял более шестисот тонн воды, что снизило скорость до 28 узлов. Кроме этого тяжелый восьмидюймовый бронебойный снаряд пробил боковую броневую плиту второй башни главного калибра и вывел из строя левое и центральное 152 мм орудия.Что же касается эсминцев то с крейсерами остались только эсминцы «Драчливый» и «Капитан Ильин». Тяжело поврежденный эсминец «Изящный» был затоплен своим экипажем, а эсминец «Изумительный» вернулся в порт Гаваны.Американцы же потеряли легкий крейсер «Милуоки», который после попадания торпед быстро опрокинулся и затонул, и крейсер «Сан-Хуан» который оказался так тяжело поврежден, что его дальнейший ремонт сочли нецелесообразным. Далее этот корабль отбуксировали к побережью Флориды, где и посадили на отмель. Вскоре с него сняли вооружение и ценное оборудование, после чего вывели из строя действующего флота и продали на слом.Таким образом, советская крейсерская эскадра прорвала американскую блокаду и вышла на просторы Атлантического океана. И все бы было хорошо, если бы не один вопрос: Как советским крейсерам прорваться в родные порты на Кольском полуострове, при этом следует учитывать то, что на перехват эскадры контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова командующий Атлантическим флотом Соединенных Штатов адмирал Рональд Товинс бросил все находившиеся в его распоряжении тяжелые и легкие крейсера первого, второго и третьего соединений. Кроме этого в воздух были подняты поисковые самолеты с авианосцев «Йорктаун», «Хорнет» и «Франклин Д. Рузвельт». Однако чтобы перекрыть всю территорию Атлантического океана этих сил было явно недостаточно, и американское командование обратилось за поддержкой к своему союзнику по Северо-Атлантическому блоку Великобритании. На просьбу своих союзников англичане вывели из Скапа-Флоу в море четыре тяжелых и четыре легких крейсера, а также авианосцы «Индомитебл» и «Викториес», этими силами они блокировали Фарерский проход между Англией и Исландией. Кроме этого южнее на поиск советских крейсеров отправились четыре легких крейсера из «соединения К» базирующегося в Плимуте.Все эти действия и то, что русские крейсера оказались на трансокеанских коммуникациях, привели к тому, что многие грузовые суда отказались от выхода в море и предпочли отстаиваться в безопасных портах. Это привело к обвалу акций ведущих судоходных компаний мира и серьезным потерям и проблемам на товарно-сырьевых и финансовых биржах мира.А что же эскадра контр-адмирала Егорова? Прорвавшись через американский заслон, советский адмирал привел свои корабли к берегам Гаити, где они и встали на якоря вблизи города Кап-Аитьен. Там советские моряки принялись ликвидировать последствия ночного боя у берегов Кубы, и главным было то, что удалось заделать пробоину в носовой части крейсера «Свердлов» и откачать воду из затопленных отсеков. Вообще то русские находились у берегов Гаити всего около суток, и чтобы не навлекать на себя недовольство гаитянского правительства Франсуа Дювалье они вышли в открытый океан утром 4 марта 1960 года. Однако еще во время этой стоянки контр-адмирал Егоров собрал совет, на котором и был выработан план дальнейших действий:- Товарищи, с некоторыми трудностями нам удалось прорвать американскую блокаду и сейчас нам надо решить: куда двигаться дальше? Прощу высказываться по очереди, – кратко начал совещание советский контр-адмирал.Первым взял слово командир крейсера «Свердлов» капитан первого ранга Валентин Песков, - Товарищи, экипаж корабля сейчас ведет восстановительные работы. Нам удалось подвести пластырь к пробоине в носовой части корпуса, сейчас идет откачка воды из затопленных отсеков. Как только их осушат, мы заварим пробоину, и корабль будет готов к выходу в море. Я считаю, что нам следует прорываться на север, к своим базам на Кольском полуострове.- Американцы вывели в Атлантику почти весь свой флот. Они наверняка знают, что мы встали на стоянку у берегов Гаити и их корабли уже направляются сюда. Прорваться на север у нас шансов немного, может лучше направиться в обход мыса Горн в Тихий океан, - заговорил вторым командир крейсера «Киров» Александр Викторов.- Если пойдем экономическим шестнадцати узловым ходом, то бункероваться можно в Уругвае, Аргентине или Чили. Там не откажут. Но в этом случае нам, возможно, придется встретиться с Тихоокеанским флотом США, - вступил в разговор командир крейсера «Калинин» Николай Федоров.- Тихий океан велик, а силы противника там скованы в районе прибрежных морей, так что можем проскочить по прямой. А там пройдем во Владивосток через пролив Лаперуза или прямо на Камчатку. Я за поход на Дальний Восток, - последовало от командира «Кагановича» Льва Семенова.- Ну а что скажут командиры эсминцев? – снова заговорил адмирал Егоров.Слово взял старший и наиболее опытный командир эсминца «Капитан Ильин» капитан третьего ранга Алексей Нижегородцев:- Нам придется бункероваться как минимум два раза и обязательно в Чили иначе Тихий океан нам по прямой не пересечь. Во всяком случае, это наилучший вариант, тем более что ни на Балтику, ни в Средиземноморье нам ходу нет. - Итак, решено. Будем прорываться на Дальний Восток. Выходим немедленно, как только на «Свердлове» закончатся ремонтные работы, - подвел итог встрече контр-адмирал Георгий Михайлович Егоров.

Первые дни в Средиземноморье.Едва 1 марта 1960 года посол США вручил свой «ультиматум» советскому правительству командующий американским Средиземноморским флотом вице-адмирал Вильям Риббек вывел свои корабли в море. Прежде всего, он отправил тяжелые крейсера «Хелена», «Бремертон», легкие крейсера «Провиденс», «Фарго», а также четыре эсминца типа «Берри» под командованием контр-адмирала Ника Ленгли к восточным берегам Средиземноморья. Основной целью этих сил был перехват находящихся в сирийском Тартусе советских крейсеров «Красный Крым», «Червона Украина», а также эсминцев «Володарский» и «Артем». Тут если говорить честно, то следует сказать, что силы сторон были явно не пропорциональны. Эти советские крейсера были старой двадцатых годов постройки, а их корпуса были заложены еще при царском режиме (как легкие крейсера класса «Светлана»). Вооружены крейсера были старыми 130 мм орудиями образца 1913 года и только перед самой войной 1950-52 года их вооружили современными универсальными 100 мм орудиями и 37 мм зенитными автоматами. Таким образом, советская сторона могла выставить против американской армады всего тридцать орудий главного калибра 130 мм, не считая вспомогательной и зенитной артиллерии. Командовал советскими крейсерами контр-адмирал Михаил Левашов и сразу же 1 марта после получения секретной директивы из Москвы он вывел свои корабли в море и повел их на запад. Таким образом, советская и американская эскадра сближались на встречных курсах и ночью третьего марта разошлись на контркурсах южнее греческого острова Родос. Таким образом, американские крейсера промахнулись мимо своей цели и оказались позади эскадры Левашова и вскоре уперлись в Кипр. Там эскадра адмирала Ленгли бросила якоря вблизи британской базы Акротири, и там же из сообщений агентуры стало ясно, что русские крейсера ушли на запад.«Птичка улетела», - произнес американский командующий и отправил запрос своему патрону вице-адмиралу Риббеку о дальнейших действиях. Однако командующего Средиземноморским флотом мучали совершенно другие проблемы.Прежде всего, его беспокоила судьба легкого крейсера «Ричмонд» который оставался в порту Пирея один на один с советским крейсером «Красный Кавказ». Вечером 1 марта он послал командиру крейсера Джону Маквею шифровку о начале боевых действий с Советским Союзом и необходимости атаковать советский корабль.В 00.30 советский крейсер «Красный Кавказ» снялся с якорей и направился к выходу из бухты Пирея шестнадцати узловым ходом, вслед за ним двинулся «Ричмонд». При этом британский крейсер «Глазго» остался на якоре и в дальнейших событиях участия не принимал. Здесь следует сказать, что советский крейсер был вооружен 4-180 мм орудиями в одноорудийных башнях, кроме этого он имел на вооружении 12-100 мм орудий (Минзини), 2-76 мм, 4-45 мм орудия, а также 10-37 мм и 6-20 мм зенитных автоматов. Американский же «Ричмонд» тоже был далеко не новым кораблем и был вооружен 12 – 152 мм орудиями, 8-40 мм и 14-20 мм зенитными автоматами.00.55 оба корабля удалились от Пирея на десять миль и увеличили скорость до двадцати узлов. Расстояние между ними достигает пятнадцати кабельтовых.01.07 Корабли вышли в нейтральные воды и Джон Маквей приказывает открыть огонь из носовых орудий в корму русского корабля. Первые снаряды пролетают мимо над палубой «Красного Кавказа».01.10 командир советского крейсера капитан первого ранга Иван Горин резко разворачивает свой корабль бортом к противнику и приказывает открыть из всех орудий. Практически сразу два русских 180 мм снаряда попадают в переднюю башню и ходовую рубку «Ричмонда».01.15 американский крейсер также разворачивается левым бортом к советскому кораблю, и огневая дуэль возрастает с новой силой. Корабли двигаются параллельными курсами и расстреливают друг друга.01.30 в крейсер «Красный Кавказ» попадает шесть американских снарядов калибра 152 мм, на корабле выведены из строя две установки спаренных 100 мм орудий, разбита радиорубка и возник сильный пожар на шлюпочной палубе. Сами же советские артиллеристы отметились четырьмя попаданиями 180 мм и двумя попаданиями 100 мм снарядов в американский крейсер. На нем в дополнение к поврежденной ранее носовой башне вышли из строя два казематных шестидюймовых орудия, была разворочена третья дымовая труба и уничтожен кормовой командно-дальномерный пост. К этому времени расстояние между кораблями уменьшилось до 10 кабельтовых и в 01.35 обе стороны произвели друг по другу торпедные залпы. Однако все торпеды, выпущенные противоборствующими сторонами, прошли мимо целей, да к тому же капитан Горин развернул свой корабль кормой к противнику и увеличил скорость до максимальных двадцати шести узлов. Советский крейсер стал быстро удаляться от «Ричмонда» и вскоре противники прекратили артиллерийскую стрельбу.- Почему мы их не преследуем? Капитан! – взволнованно произнес первый помощник командира «Ричмонда».- Не имеет смысла. Тем более мы потеряли почти половину своей артиллерии и дальнейший огневой контакт слишком опасен, - ответил капитан Джон Маквей и, не много подумав, добавил, - Мы находимся в Эгейском море, а здесь полно боевых кораблей и подводных лодок Советов, поэтому приказываю держать курс на юг. Направляемся на базу в Неаполь.Итак, эскадра контр-адмирала Ника Ленгли обосновалась на Кипре, советские крейсера контр-адмирала Михаила Левашова направлялась вдоль западного побережья Малой Азии в Измир. Крейсер «Красный Кавказ» после ночного боя возле Пирея также пересекал Эгейское море по направлению к Измиру, где находились под командой контр-адмирала Николая Хватова легкие крейсера «Ворошилов» и «Молотов», а командующего американским Средиземноморским флотом вице-адмирал Вильям Риббек мучали следующие вопросы:Где расположить силы своего соединения, чтобы:первое - обеспечить переброску транспортов с войсками в Ливан и Израиль;второе - нейтрализовать действия советского флота в Восточном Средиземноморье.Как поведут себя британские союзники и когда они, наконец выдвинут свои силы на Мальту и в Александрию?Наконец утром 2 марта 1960 года на стол адмиралу Риббеку легло донесение от капитана Джона Маквея, в котором сообщалось о ночном бое вблизи Пирея и о том, что повреждённый «Ричмонд» направляется на ремонт в Неаполь. Практически тут же вслед за этим пришла шифровка о том, что на американскую базу в испанской Картахене пришел первый конвой с войсками из США. Всего в его составе находилось тридцать шесть грузовых и пассажирских судов, на которых находилось более тридцати тысяч военнослужащих, пятьдесят танков, сорок крупнокалиберных орудий, а также все необходимые грузы, в том числе и боеприпасы.Этот конвой надо было в любом случае переправить на восточный берег Средиземного моря, ибо из Америки уже вышел следующий караван из сорока пяти судов. Кроме этого на подходе к Гибралтару находился еще один караван, который отошел от берегов Великобритании. В его составе было шестнадцать транспортных судов с английскими военными и грузами. В общем, перед англо-американскими военно-морскими силами стояла серьезная задача: обеспечить беспрепятственную проводку караванов с войсками в израильскую Хайфу.

В водах Тихого океана.А что же на Дальнем Востоке. Как было известно, в северовьетнамском порту Хайфоне находились советские крейсера «Диана» и «Паллада», а также эскадренные миноносцы «Мощный» и «Могучий» под командованием контр-адмирала Леонида Константиновича Бекренева. Когда вечером 1 марта 1960 года он получил секретную депешу из советского посольства в Ханое, в которой говорилось о начале войны с Северо-Атлантическим блоком, его корабли уже покинули Хайфон и вышли в открытое море. Этому способствовали данные разведки и также рассказ капитана парохода «Красный Пролетарий» Василия Соколова о его встрече с французами в Тонкинском заливе. Двигаясь двадцати узловым ходом, советские крейсера шли в полной темноте, соблюдая светомаскировку, и удалялись от берегов Вьетнама. Здесь адмирал Бекренев решился на рискованный шаг он решил не обходить с юга китайский остров Хайнань а пройти сквозь небольшой и узкий пролив (пролив Цюнджоу) между островом и материком. То есть проскочить через китайские воды прямо в Южно-Китайское море. Далее советский адмирал рассчитывал обогнуть Филиппинский архипелаг с севера, пересечь Филиппинское море и, пройдя севернее Марианских островов выйти на просторы Тихого океана. Далее следовало, преодолев тысячи морских миль обогнуть Японию с востока и достичь Курильских островов и Сахалина. А там уже советские воды и рукой подать до Владивостока, однако единственным тонким местом в этом плане было то, что этот маршрут проходил в опасной близости с американской базой на Гуаме, а там могли оказаться крупные боевые корабли противника. Однако, тем не менее, на общем совете план адмирала Бекренева получил одобрение, тем более что идти напрямик во Владивосток вдоль китайских берегов через Восточно-Китайское море и Корейский пролив было нельзя, так как на Окинаве базировались основные силы Американского флота, а на полуострове Шаньдун находилась сильная британская эскадра.…- Черт подери! Как это случилось?! Почему нам никто не сообщил, что русские крейсера вышли в море и исчезли в неизвестном направлении! Где были эти господа из ЦРУ! – изрыгал громы, и молнии командующий третьим соединением американского флота вице-адмирал Рой Джонсон.- Господин адмирал. Советские корабли покинули Хайфон еще до начала объявления войны. Сейчас они наверняка обходят остров Хайнань с юга, поэтому предлагаю выслать на их поиск палубную авиацию, - вставил свое слово флаг-офицер.- Немедленно передайте на авианосцы, чтобы выслали самолеты в Тонкинский залив и Южно-Китайское море! – громко распорядился адмирал.Спустя десять минут с авианосцев «Мидуэй» и «Корал Си» стали подыматься разведывательные самолеты «Кёртисс» SB2C-1C «Хеллдайвер» и небольшими группами направляться на север. Кроме этого к южному берегу Хайнаня были посланы легкие крейсера «Денвер» и «Таллахас», а также четыре эсминца типа «Флэтчер». Однако к тому времени как американские самолеты, и корабли вышли в заданные районы, советские крейсера адмирала Бекренева уже прошли пролив Цюнджоу и пересекали с запада на восток Южно-Китайское море.…Вечером 4 марта 1960 года в Department of the Navy состоялось совещание, на котором присутствовали начальник Центрального разведывательного управления Аллен Даллес и министр обороны США Томас Гейтс. Вел совещание морской министр Уильям Франк, а основным докладчиком выступал начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон:- Господа, с большим неудовольствием вынужден вам сообщить, что советские крейсерские эскадры прорвали нашу блокаду и вырвались на оперативный простор, - начал совещание Уильям Франк. – При этом в результате боестолкновения которое произошло у северного побережья Кубы мы потеряли два корабля. Крейсер «Милуоки» погиб в результате попадания двух торпед, а легкий крейсер «Сан-Хуан» получил тяжелейшие повреждения. У него оторвана кормовая часть, и он полностью потерял свою боеспособность. После этого боестолкновения советские крейсера прибыли к северному берегу Гаити, где простояли около суток, по всей видимости, ремонтируясь, после чего они снялись с якорей и вышли в открытое море. Прошу начальнику штаба изложить существующую на сегодняшний день диспозицию. - На поиск и перехват русской эскадры нами подняты поисковые самолеты береговой авиации, а также палубной авиации с наших авианосцев. Кроме этого в море выведены шесть поисковых крейсерских групп и три ударных авианосца. В их задачу входит перекрытие центральной части Атлантического океана и создание барьера между Гренландией и Исландией. Мы сообщили о произошедшем англичанам, и они также вывели свой флот в море. В их задачу входит создание защитного барьера на линии Фарерские острова – Исландия и поисковые действия западнее Британских островов.- И что? Есть, какие-либо данные о русских? – задал вопрос министр обороны Томас Гейтс.

- Буквально перед самым совещанием пришло сообщение, что гражданский сухогруз под панамским флагом встретил несколько неизвестных кораблей в ста двадцати милях северо-западнее остров Сан-Пауло. Корабли прошли на значительном расстоянии, и определить их принадлежность не удалось, - ответил адмирал Гордон.

- Так что, пока весь наш флот, сжигая тысячи тонн драгоценного топлива, ищет русские крейсера в Атлантике они спокойно идут курсом на юг! – возмущенно вскричал министр обороны США. – Итак, что вы собираетесь делать в этом случае?- Если это советские крейсера, и они движутся в направлении юга, то значит, они решили обогнуть мыс Горн и пройти на Дальний Восток через Тихий океан. Однако им надо бункероваться, и скоро мы будем знать, где и когда они бросят якоря, - ответил морской министр Уильям Франк.- И что! Вы пошлете за ними погоню? – снова последовало со стороны министра обороны.- Это бесперспективно. Прежде всего, предлагаю отозвать наши крейсерские соединения из открытого моря и сообщить нашим английским союзникам о том, что русские решили обогнуть Южную Америку и выйти в Тихий океан. Второе, считаю необходимым дать директиву командующему Тихоокеанским флотом адмиралу Герберту Хопвуду о том, чтобы он выслал боевые корабли к берегам Чили на перехват русских крейсеров, - произнес адмирал Ленц Гордон.- Это надо сделать немедленно, и, кстати, надеюсь, что Центральное Разведывательное Управление эффективно использует свою агентуру и вовремя предупредит нас о появлении русских в портах Южной Америки, - сделал заключение министр обороны Томас Гейтс.- Безусловно, мы приложим все силы, чтобы в Department of the Navy все знали в самые наикратчайшие сроки, - добавил начальник ЦРУ Аллен Даллес.Далее слово взял морской министр Уильям Франк:- А теперь я вынужден сообщить о том, что вице-адмирал Рой Джонсон упустил два русских крейсера, которые находились Северного Вьетнама. Из сообщения, пришедшего из штаба Тихоокеанского флота, следует, что они покинули Хайфон за несколько часов до объявления войны и проскользнули через Тонкинский залив незамеченными. По всей видимости, сейчас они вышли на просторы Тихого океана и направляются на север. Адмирал Герберт Хопвуд приказал усилить патрулирование силами береговой авиации севернее острова Гуам и восточнее Японского архипелага, а основные силы флота на Окинаве блокируют Восточно-Китайское и Желтое моря.- Надо также как и в Атлантике бросить на их поиск авианосцы и крейсера, - вставил слово Аллен Даллес.- У адмирала Хопвуда не хватает сил для этого. В первых это огромный морской театр, во вторых неизвестно где и куда пойдут русские корабли. И главное, если учесть что мы начали переброску войск на Аляску, то значительная часть боевых кораблей занята конвоированием транспортов. А кроме этого ему еще предстоит выделить силы на перехват советских крейсеров у берегов Южной Америки, - разъяснил ситуацию начальник штаба ВМС.Тут слово взял молчавший доселе начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси:- Господа советские крейсера преодолевают минимум четыреста – пятьсот миль в сутки и поймать их довольно сложно. Единственный вариант это засечь их с помощью авиации, после чего навести на них летучие крейсерские отряды. Однако это очень и очень сложно и вполне вероятно русские прорвутся на свои базы. Кроме этого результаты ночного сражения у берегов Кубы широко освещались прессой и имели широкий общественный резонанс. Транспортные компании перепуганы и их суда простаивают в портах. Экономика терпит огромные убытки, а теперь подобное произошло еще и в Тихом океане.- Что же, будем надеяться, что нам удастся найти и уничтожить советские крейсера в наикратчайшее время, а теперь я бы хотел перейти к нашим действиям в Средиземном море. Слушаю вас, - произнес министр обороны США и снова заговорил адмирал Ленц Гордон:- К сожалению, перехватить и разгромить русские силы в Восточном Средиземноморье нам тоже не удалось. Адмирал Вильям Риббек послал туда сильную крейсерскую эскадру, сейчас она находится на английской базе на Кипре, однако два советских крейсера покинули сирийский Тартус и незамеченными проскользнули в Эгейское море. Еще один русский крейсер, находящийся стационером в греческом Пирее покинул порт ночью и устроил артиллерийскую дуэль с нашим крейсером «Ричмонд», повредил его и оторвался от погони. Здесь вызывает вопрос поведение английского крейсера «Глазго» также находившегося в качестве стационера в Пирее. Он не только не поддержал нас в бою против русских, но даже не снялся с якоря. Таким образом, все русские силы Восточного Средиземноморья сейчас собрались в оккупированном Советами турецком Измире. Это пять легких крейсеров и шесть эскадренных миноносцев. Также там находятся несколько подводных лодок. Кроме этого разведка сообщает, что основные силы советского флота покидают свои базы в Черном море.- Что же понятно! Ну, а как дела с переброской войск на восточный берег Средиземного моря? – задал вопрос Томас Гейтс. На этот раз ответ последовал со стороны самого морского министра Уильяма Франка:- Силы нашего и британского военного флота сейчас перебазируются на Мальту, Сицилию и Александрию. Первый наш конвой с восками в количестве тридцати шести судов уже направляется в восточное Средиземноморье. Второй конвой из сорока пяти судов под усиленной охраной флота преодолел половину Атлантики. Кроме этого в Гибралтар прибыл караван с британскими войсками из шестнадцати судов. Он также со дня на день отправится на восток.- Ну что же. Война против Советов началась и мы должны доказать народу Соединенных Штатов что в этот раз победа будет за нами, - пафосно подвел итог министр обороны Томас Гейтс.

Трансокеанский бросок.5 марта из гавани Перл-Харбора вышла летучая крейсерская эскадра под командованием контр-адмирала Даниэля Крэга. В ее состав входили тяжелые крейсера «Фолл-Ривер», «Мэкон», «Орегон» и легкий крейсер «Тикендерога». Это были последние резервные силы, которые командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд выделил на перехват советской эскадры контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова. В задачу эскадры Крэга входил поиск и уничтожение русских кораблей у берегов Чили. Основной базой для американцев должна была стать чилийский порт Вальпараисо.10 марта советские крейсера адмирала Егорова бросили якоря на рейде в Монтевидео (Уругвай). Там при содействии советского посольства и торгпредства были сделаны необходимые закупки провианта для экипажей и топлива для кораблей. К счастью уругвайское правительство не чинило препятствий советским кораблям и в течение двух суток все работы заправке топливом и загрузке провизии были проделаны. Утром 12 марта эскадра Егорова вышла в море и взяла курс на мыс Горн.19 марта советские корабли обогнули Южную Америку и преодолели пролив Дрейка. В этот же день летучая эскадра адмирала Крэга прибыла в Вальпараисо. Здесь правительство Чили в лице Хо́рхе Алесса́ндри Родри́геса выразило явное неудовольствие пребыванием американских кораблей в чилийском порту, но все-таки согласилось предоставить американцам продукты и топливо.25 марта эскадра Егорова прибыла в чилийский порт Консепсьон, что на пятьсот миль южнее Вальпараисо. Едва это стало известно, как адмирал Крэг вывел свои крейсера в море и направился полным ходом на юг.26 марта советские корабли пополнили свои запасы топлива, и вышли в открытый океан. Спустя пять часов к Консепсьону прибыли американцы и были страшно огорчены тем, что не смогли застать там русских, которые в это время со скоростью в 20 узлов уходили курсом на северо-восток. Адмирал Крэг связался со штабом Тихоокеанского флота в Перл-Харборе и получил приказ возвращаться назад.…5 марта советские крейсера «Диана» и «Паллада» а также эсминцы «Мощный» и «Могучий» под командованием контр-адмирала Леонида Константиновича Бекренева прошли пролив Лусон и вышли в Филиппинское море.9 марта они обогнули с севера Марианские острова и, оставив позади японские острова Кадзан, вышли на оперативный простор Тихого океана. В этот же день ими было остановлено и досмотрено японское грузовое судно «Катаси-мару» после чего на нем была выведена из строя рация, и оно было отпущено.10 марта также были остановлены японские суда «Фуко-мару» и «Шонан-Мару» они также были досмотрены и отпущены.12 марта в пятистах милях на северо-запад от японского острова Минамитори русские крейсера встретили американский грузовой транспорт «Орландо-Виктори» водоизмещением более 15000 тонн. Едва русские крейсера приблизились к американцу, как он начал подавать истошные вопли в радиоэфир и развил полную скорость, стремясь уйти от русских крейсеров. Тогда по приказу контр-адмирала Бекренева эсминец «Мощный» догнал его и выпустил по нему три торпеды. Все три смертоносные сигары попали в цель, после чего американский транспорт быстро опрокинулся и пошел ко дну. Из воды русские эсминцы подняли шестнадцать американских моряков. Как выяснилось из допросов пленных «Орландо-Виктори» вез в Японию автомобили, радиооборудование и военное снаряжение.14 марта корабли адмирала Бекренева оказались в открытой части Тихого океана к востоку от Японского архипелага. Там они встретили японскую шхуну «Гойти-Мару» и после досмотра отпустили её.16 марта советские крейсера достигли Курильских островов и прошли через пролив Фриза в Охотское море.17 марта они бросили якоря в порту Корсаков, который находится на юге острова Сахалин, где приняли на борт необходимое топливо, после чего вышли в открытое море.20 марта крейсера «Диана» и «Паллада», а также эсминцы «Мощный» и «Могучий» под командой контр-адмирала Леонида Константиновича Бекренева пройдя более пяти тысяч миль прибыли на основную базу советского флота Владивосток.…- Как вы могли такое допустить! Почему русские крейсера спокойно обогнули Японию и достигли своих баз, при этом навели страху на грузовые перевозки в центральной части Тихого океана?! – громогласно вещал морской министр Уильям Франк, который в сопровождении начальника разведки флота вице-адмирала Роберта Пиллоси, прилетел на главную базу Тихоокеанского флота в Перл-Харбор 28 марта 1960 года.- А что мы могли сделать. Все наши силы разбросаны по огромному театру военных действий. Мы вынуждены конвоировать караваны с войсками на Аляску и в Японию. Там же находятся и основные силы флота. Кроме этого не забывайте, что мы держим крупную эскадру в Сайгоне, где она поддерживает своей авиацией армию Южного Вьетнама, - ответил командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд.- Ну ладно вы не смогли уничтожить те русские корабли, которые находились во Вьетнаме, но другую русскую эскадру, которая обогнула мыс Горн и сейчас идет полным ходом через океан вы упустили у берегов Чили! Как это понимать? – снова взревел Уильям Франк.- Наши крейсера контр-адмирала Крэга опоздали всего на несколько часов, но противник уже вышел в океан и ушел на достаточно большое расстояние от берегов Чили. Сейчас эскадра Крэга направляется в Перл-Харбор, и скажу прямо это наш последний резерв. Мы ждем, не дождемся, когда новые корабли вступят в строй, ибо без них начинать активные действия против Советов бессмысленно, - вступил в разговор начальник штаба Тихоокеанского флота вице-адмирал Томас Мурер.- Господа, но все-таки те советские крейсера, что пришли сюда из Атлантики необходимо перехватить и уничтожить, - вставил слово вице-адмирал Роберт Пиллоси. – Для этого необходимо задействовать расположенную на островах авиацию. Она должна навести на русских наши корабли.- У русских нет в океане баз и нет сопровождающих их танкеров. Поэтому, скорее всего они идут экономическим ходом в семнадцать узлов и проходят четыреста миль в сутки. Им надо преодолеть более семнадцати тысяч километров или девяти тысяч морских миль, на что им потребуется двадцать – двадцать пять дней. Кроме этого следует учитывать то, что они идут в отдалении от крупных островов и единственный вариант их перехватить это то, что эскадра адмирала Крэга прибудет на Оаху быстрее, чем русские преодолеют половину пути. Нашим кораблям надо будет принять топливо и тут же отправиться на перехват противника, при учете того что его обнаружит береговая авиация, - снова вступил в разговор вице-адмирал Томас Мурер.- Ну, так сообщите Крэгу чтобы он поторопился. И поднимайте всю возможную авиацию с островов, - последовало со стороны Уильяма Франка.…2 апреля 1960 года советские крейсера преодолели наиболее пустую часть Тихого океана, и оказались в районе французской Полинезии. Здесь они встретили первое судно, а именно сухогруз под флагом Перу и после обмена любезностями разошлись на контркурсах. К этому времени двигавшиеся севернее по направлению к Гавайскому архипелагу крейсера летучей эскадры контр-адмирала Даниэля Крэга обогнали русских корабли, но сожгли при этом почти все свое топливо.Вообще с топливом дело обстояло крайне напряженно, особенно у советских кораблей. И тем не менее, чтобы пересечь Тихий океан от берегов Чили до Курильской гряды контр-адмирал Георгий Михайлович Егоров принял решение зайти для дозаправки на самый большой остров Французской Полинезии Таити, что и произошло 4 апреля 1960 года. Несмотря на то, что об этом сразу стало известно в Перл-Харборе, крупных боевых кораблей у США в этом районе Тихого океана не было. Тем не менее, адмирал Герберт Хопвуд приказал поднять патрульную авиацию с американского атолла Уэйк и острова Оаху, так как по его предположению советские крейсера должны были пройти где-то между Маршалловыми островами и Гавайским архипелагом.Что же касается советской эскадры, то на Таити контр-адмиралу Егорову удалось с большим трудом купить три тысячи тонн мазута и полторы тысячи тонн солярки находящихся на береговых складах. Этого вполне должно было хватить для дозаправки советских кораблей и беспрепятственного достижения советских баз на Курильских островах и Сахалине. Двое суток корабли адмирала Егорова заправлялись топливом и только вечером 7 апреля покинули Таити. К этому времени эскадра контр-адмирала Даниэля Крэга достигла гавани Перл-Харбора и встала на заправку топливом.Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд рассчитывал, что как только крейсера Крэга заправятся топливом они выйдут по направлению к атоллу Уэйк на перехват советской эскадры. Вероятность боестолкновения советских и американских крейсеров стала очень и очень велика. Это знал и контр-адмирал Егоров, но другого пути не было, ибо количество топлива было ограничено.16 апреля 1960 года советские корабли оказались в ста пятидесяти милях на юго-восток от острова Уэйк. В этот же день в 13.40 они были обнаружены американским разведывательным самолетом FA-26C «Дуглас-Инвейдер» вылетевшим на патрулирование с атолла Уэйк. Практически тот час же летучий отряд адмирала Крэга покинул гавань Перл-Харбора и двинулся двадцати пяти узловым ходом на перехват советской эскадры.17 апреля в 09.30 американские самолеты - разведчики снова установили контакт с эскадрой адмирала Егорова. В 10.45 контакт был потерян и в 18.05 установлен вновь. В 22.30 на расстоянии в семьдесят километров на восток от острова Уэйк советские крейсера были обнаружены локаторами кораблей контр-адмирала Крэга. Практически сразу американский адмирал приказал увеличить скорость движения своих кораблей до тридцати узлов и пошел на сближение с русскими. Тем не менее, советские корабли уже ушли вперед, и американцы оказались в позиции догоняющих.18 апреля в 08.30 расстояние между эскадрами сократилось до 90 кабельтовых, и адмирал Егоров развернул корабли строем уступа влево и приказал увеличить скорость до тридцати узлов.В 09.15 американцы открыли огонь из носовых орудий на дистанции в 80 кабельтовых, советские крейсера тут же открыли ответный огонь из кормовых пушек. Однако первые залпы с обеих сторон оказались безрезультативными, и тогда в 09.40 адмирал Егоров резко развертывает свои корабли «все вдруг» вправо и советская эскадра оказывается в положении «Т» над американцами. Русские открывают огонь из всех орудий и их снаряды рвут противника в куски.Первой жертвой русских снарядов оказывается флагманский крейсер контр-адмирала Даниэля Крэга «Фолл-Ривер». В него за несколько минут попало шесть снарядов калибра 180 мм и три снаряда калибра 152 мм. Из строя вышла носовая башня главного калибра «А» были разбиты две спаренные установки 127 мм орудий левого борта, разрушена носовая надстройка, выведен из строя передний командно-дальномерный пост. В шедший вторым крейсер «Мэкон» попало два 152 мм и три 180 мм снаряда. Были разбиты ходовая рубка, повреждена система управления огнем орудий крейсера, выведена из строя спаренная установка 127 мм орудий.Шедший третьим тяжелый крейсер «Орегон» резко отвернул влево и оказался под огнем шедшего последним русского крейсера «Каганович», который всадил в американца три 180 мм и два 100 мм снаряда. При этом тяжелые русские снаряды пробили борт крейсера в районе котельных отделений и повредили систему паропроводов. «Орегон» резко сбавил скорость до 15 узлов, но успел отметиться тремя попаданиями 203 мм снарядов в борт советского корабля. Тем не менее, корабли разошлись на контркурсах и перед американцами оказались два русских эсминца.Шедший последним в строю американский легкий крейсер «Тикендерога» также развернулся влево и избежал попаданий, так как оказался закрыт от русских корпусом крейсера «Орегон». Далее он обогнал поврежденный корабль и открыл усиленный огонь по русским эсминцам. Практически сразу три 152 мм американских снаряда попали в эсминец «Драчливый». На корабле возник сильный пожар и он, прикрываясь дымовой завесой, попытался уйти из-под огня противника.Все это произошло в течение, каких то двадцати минут и адмирал Егоров резко развернул корабли в северо-западном направлении и стал уходить от противника тридцати узловым ходом. Адмирал Крэг бросил в погоню за русскими три оставшихся на ходу крейсера и преследовал русских еще в течение получаса. При этом противники обменивались залпами кормовых и носовых орудий, но никаких повреждений друг другу не нанесли. В 10.30 американские корабли прекратили погоню и повернули назад к поврежденному «Орегону». В это же время с «Драчливого» поступило сообщение, о том, что на нем вышел из строя правый турбозубчатый агрегат, и его скорость снизалась до пятнадцати узлов. Тогда по приказу советского адмирала команда «Драчливого» перешла на крейсер «Каганович» после чего эсминец «Капитан Ильин» выпустил ему в борт торпеду. Поврежденный «Драчливый» раскололся на две части и быстро пошел ко дну. Советская эскадра контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова продолжила свой путь.22 апреля советская эскадра встречает в Тихом океане трансокеанский лайнер «Сити оф Перис», который шел из Лос-Анжелеса в Иокогаму. Советские корабли приветствовали пассажирский теплоход семафором и прошли мимо.28 апреля советские корабли, наконец, достигают Курильских островов и вскоре бросают якоря в порту Корсаков, что на Сахалине. Здесь они заправляются топливом, которого к тому времени почти не осталось, и 30 апреля отправляются во Владивосток, куда и прибывают 3 мая 1960 года. Дальний поход от берегов Кубы до Владивостока был успешно завершен. Четыре советских крейсера и один эсминец прошли более пятнадцати тысяч морских миль и обогнули Южную Америку. И вот теперь они вошли в состав Тихоокеанского флота Советского Союза.

Весеннее развитие событий.Весна 1960 года была богата на различного рода события. Первым делом следует отметить то, что в течение марта на Ближний Восток было переброшено более семидесяти тысяч американских и двенадцати тысяч британских военнослужащих. Эту группировку поддерживали сорок танков, двести артиллерийских орудий, двести пятьдесят истребителей и восемьдесят бомбардировщиков. Командовал англо-американскими войсками на восточном берегу Средиземного моря американский генерал Кларк Хофман. Кроме этого в северном Ираке была сформирована другая группировка англо-американских сил в количестве шестидесяти пяти тысяч человек, восьмидесяти танков, ста артиллерийских орудий, семидесяти истребителей и сорока бомбардировщиков под командованием генерала Джона Уэйна Колбери.Противостояли англо-американским войскам, находящиеся в северной Сирии и восточной Турции десятая и одиннадцатая советские армии, в состав которых входило порядка ста шестидесяти тысяч бойцов, двести танков и самоходных орудий, двести сорок артиллерийских орудий, триста истребителей и сто двадцать бомбардировщиков. Командовал советскими войсками маршал Андрей Иванович Еременко.В общем, силы сторон были приблизительно равны и 2 апреля англо-американские войска начали совместное наступление через территорию Ливана на позиции советских войск в западной Сирии, а также на востоке Сирии из северного Ирака. Американское командование планировало мощными ударами рассечь группировки русских сил на несколько частей и перерезать советские коммуникации из Закавказья и северных портов Турции. Однако практически сразу наступающие англо-американские войска встретили ожесточенное сопротивление со стороны советских войск и увязли в позиционных боях. Как это ни странно, но постоянной линии фронта в Сирии не было, и боевые действия свелись к борьбе между несколькими группировками противоборствующих сторон. Тем не менее, обойти стороной русские укрепрайоны у англо-американцев никак не получалось и поэтому они вскоре были вынуждены перейти к обороне. Таким образом, массированное наступление союзников на Ближнем Востоке захлебнулось и война приняла затяжной характер.…Вторым театром военных действий весны 1960 года стала находящаяся на другой стороне земного шара Аляска, однако события там развивались аналогично событиям в Сирии. Прежде всего, стоит упомянуть о том, что с помощью военных конвоев американцы перекинули в Анкоридж дополнительные сформированные на западном побережье Соединенных Штатов силы, и суммарное количество американских войск на южном побережье Аляски достигло ста шестидесяти тысяч солдат регулярной армии, пятнадцать тысяч военнослужащих пограничной охраны и двенадцать тысяч членов национальной гвардии. Кроме этого в распоряжении генерала Омара Нельсона Брэдли было сорок танков и двадцать самоходных орудий, двести шестьдесят бронетранспортеров, сто восемьдесят артиллерийских орудий, триста минометов, а с воздуха его войска поддерживали двести истребителей, девяносто пять тактических бомбардировщиков и штурмовиков, а также семьдесят стратегических бомбардировщиков. Это были довольно крупные и серьезные силы, но как и в Сирии сплошного фронта на Аляске не могло и быть, да и кроме того передвижениям войск мешало отсутствие дорог, горы, реки, леса и болота, в общем полностью непроходимая местность. Поэтому основные боевые действия развернулись в районе крупных дорожных трасс и в районе береговой линии, то есть там, где могли пристать десантные корабли и транспорты.Советские силы на Аляске также были довольно значительны и в ожидании американского наступления были усилены двумя переброшенными с Чукотки новыми дивизиями. Всего же у маршала Кирилла Семеновича Москаленко на 15 марта находилось в распоряжении порядка ста шестидесяти пяти тысяч солдат и офицеров регулярной армии, девяносто танков и самоходных орудий, сто сорок орудий, сто бомбардировщиков, шестьдесят штурмовиков и около трехсот истребителей. Кроме этого на Аляске базировалось десять тысяч бойцов внутренних войск и отдельных отрядов КГБ. В общем, силы были примерно равны.Тем не менее, боевые действия на Аляске начались лишь спустя два месяца после официального объявления войны. К этому времени все американские силы были переброшены на южное побережье штата, они прошли перегруппировку, да и сошел снег, а также просохли немногочисленные дороги. Генерал Омар Нельсон Брэдли разбил свои силы на две примерно равные группировки и начал наступление на Фэрбанкс с юга со стороны Мак-Кинли-Парка и с юго-востока в районе Делта-Джанкшен. При этом первоначально американским войскам удалось продвинуться на пять-десять километров вдоль магистральных дорог, однако вскоре они наткнулись на созданные советскими войсками мощные укрепрайоны и наступление забуксовало. Тем не менее, генерал Брэдли и его штаб прекрасно понимали, что без поддержки флота и массированных десантных операций на западном побережье штата успеха в войне не будет, поэтому они обратились к командованию флота с просьбой начать военные действия в акватории Берингова моря. На это командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд ответил, что активные действия на море возможны только после ввода в строй новых кораблей, ибо только в этом случае американский флот будет иметь паритет с Тихоокеанским флотом Советов.…Здесь следует сказать несколько слов о том, что в апреле месяце 1960 года американские судостроительные компании сдали Тихоокеанскому флоту Соединенных Штатов ударные авианосцы «Хэнкок», «Энтерпрайз», «Эссекс», большие крейсера «Аляска», «Гавайи», тяжелый крейсер «Лос-Анджелес». Кроме этого в достройке находились ударный авианосец «Интерпид», большие крейсера «Гуам» и «Филиппины», а также два супер линкора «Монтана» и «Мэн».Для Атлантического флота США были сданы и введены в строй супер авианосец «Китти Хок», тяжелые крейсера «Тускалуза» и «Уичита», а у достроечных стенок уже стояли спущенные на воду супер авианосец «Констеллейшн», ударные авианосцы «Кирсердж», «Индепенденс» и «Рейнджер», линейные корабли «Индиана», «Вашингтон» и «Массачусетс». Эти корабли планировали ввести в строй в конце мая, начале июня 1960 года. Также со стапелей готовились к спуску на воду большие крейсера «Пуэрто-Рико» и «Самоа», тяжелые крейсера «Астория», «Филадельфия» и «Савана», а также ударный авианосец «Принстон». Эти корабли планировалось ввести в строй к сентябрю месяцу 1960 года. Кроме этих крупных кораблей на американских судостроительных верфях во всю строились фрегаты, эсминцы и другие малые корабли.Здесь можно сказать, что американская судостроительная промышленность работала во всю, стараясь в наикратчайшие сроки выдать флоту новые корабли и обеспечить его превосходство в мировом океане.…Однако и советская судостроительная промышленность старалась не отставать от своих зарубежных конкурентов. Так к празднику 1 мая на Дальнем Востоке вступили в строй Тихоокеанского флота два авианесущих крейсера 1го ранга «Забайкальский партизан» и «Уссурийский партизан», а также два легких крейсера «Адмирал Невельской» и «Адмирал Бутаков». Кроме этого там достраивались четыре эсминца и минный заградитель.На Северном флоте к 1 мая вступили в строй авианесущие крейсера 1го ранга «Советское поморье» и «Уральский рабочий», а также тяжелые крейсера «Коминтерн» и «Адмирал Эссен».В состав Балтийского флота вступили авианесущий крейсер 2го ранга «Калининград», линейный корабль «Октябрьская революция», линейный крейсер «Кронштадт», тяжелый крейсер «Ген.-ад. Апраксин», легкие крейсера «Чапаев» и «Орджоникидзе».Николаевские судостроители сдали Черноморскому флоту авианесущий крейсер 1го ранга «Советская Украина», авианесущий крейсер 2 ранга «Киев», линкор «Парижская коммуна», а также достраивали тяжелый крейсер «Адмирал Сенявин». Кроме этого Севастопольская судоверфь готовила к спуску на воду тяжелый крейсер «Адмирал Спиридов» и авианесущий крейсер 2 ранга «Днепропетровск». В Новороссийске были введен в состав флота эсминец-лидер «Незаможник» и достраивались три эсминца.Таким образом, Советский флот становился достаточно мощным и серьезным соперником Англо-Американскому альянсу.…Но вернемся на пару месяцев назад, а именно к началу марта 1960 года. Как известно 1 марта 1960 года Соединенные Штаты Америки объявили войну Советскому Союзу и практически сразу американские и канадские транспорты типа «Либерти», «Виктори» и «Форт» стали перебрасывать союзные войска на Японский архипелаг. Охрану этих конвоев обеспечивало первое соединение Американского Тихоокеанского флота, базирующееся на Окинаве. Всего в течение месяца в Японии было сосредоточено более ста десяти тысяч военнослужащих США, Канады, Австралии и Новой Зеландии под командованием американского генерала Джозефа Лоутона Коллинза. В составе этих сил насчитывалось пятьдесят танков и самоходных орудий, пятьсот бронетранспортеров, сто сорок артиллерийских орудий, триста минометов, а с воздуха помимо морской палубной авиации группировку поддерживали сто восемьдесят истребителей, восемьдесят тактических и сорок пять стратегических бомбардировщиков. Все эти силы были сосредоточены на севере японского острова Хонсю и предназначались для вторжения на занятый Советами северный остров Хоккайдо. Для этого в северных портах Аомори и Хатинохе были сосредоточены сорок пять десантных барж и пятнадцать десантных кораблей, а также транспорты и легкие боевые корабли (тральщики и корветы).Однако все эти силы оказались пассивными наблюдателями за южным берегом Хоккайдо, так как без поддержки главных сил американского флота вторжение было невозможно. Тем более, что на Хоккайдо находилось около девяноста тысяч советских военнослужащих, семьдесят танков и самоходных орудий, двести артиллерийских орудий, триста минометов, двести истребителей и сто двадцать бомбардировщиков. Командовал этой группировкой генерал армии Николай Иванович Крылов.…Таким образом, на 1 мая 1960 года в мире возникло три напряженных точки. Первая – это боевые действия на Ближнем Востоке, вторая – наступление американских войск на Аляске, и третья – подготовка союзников к десантной операции на Хоккайдо. Кроме этого не стоит забывать и то, что в это время сильная корабельная группировка американского флота была занята поддержкой Южновьетнамских войск в их борьбе с Вьетконгом, которому оказывал поддержку Северный Вьетнам и Китай. И всего вышесказанного можно было сделать следующе выводы:Война англо-американского блока с Советским Союзом могла перейти в горячую фазу лишь летом 1960 года, когда северные моря освободятся ото льда и в строй войдут новые корабли.Несмотря на длительную и тщательную подготовку к боевым действиям сил Северо-Атлантического блока явно не хватало для того чтобы развязать боевые действия на всех доступных театрах. А именно на Корейском и Ляодунском полуостровах, а также в районе Дарданелл и Северной Норвегии, где во время войны 1950-52 года американцы потерпели серьезное поражение.

Часть 2 Первое лето войны.

Часть 2. Первое лето войны.

На улице Воронина.9 мая 1960 года в честь победы в Великой Отечественной войне корабли Черноморского флота Советского Союза выстроились на внутреннем рейде Севастополя. При этом жители и гости города заняв все набережные, с воодушевлением приветствовали его обновленный состав. Первыми в кильватерном строю находились линейные корабли «Красный Боспор» (под флагом командующего линейными силами вице-адмирала Иванькова), «Севастополь», «Новороссийск» и только что вступивший в строй четвертый линкор «Парижская коммуна». Все четыре корабля были однотипны, имели скорость тридцать два узла, вооружение из девяти 380 мм и двенадцати 130 мм орудий и относились к классу быстроходных линкоров типа «Победа». Вслед за ними находились три линейных крейсера «Чесма» (под флагом младшего флагмана эскадры контр-адмирала Ховрина), «Синоп», «Наварин» за которыми четвертый в строю линейных крейсеров стоял «Нарком Ворошилов» (бывший немецкий «Гебен» и турецкий «Явуз Султан Селим»). Этот корабль был поврежден и захвачен советскими войсками в Мраморном море во время войны 1950-52 годов. Далее он был отбуксирован в Николаев, где советские корабелы его отремонтировали и модернизировали, после чего он вступил в состав советского Черноморского флота.

Далее вслед за линейными силами флота расположился крейсерский отряд в составе тяжелых крейсеров «Память Азова» (под флагом командующего крейсерским отрядом контр-адмирала Вольного), «Память Меркурия», «Ад. Истомин», «Ад. Корнилов», а также легких крейсеров «Очаков» и «Кагул». Вслед за крейсерами находилась стоящая на якорях авианосная группа Черноморского флота в составе только что прошедших ходовые испытания тяжелого авианесущего крейсера 1го ранга «Советская Украина» (под флагом начальника авианосных сил контр-адмирала Рогова) и ударного авианесущего крейсера 2го ранга «Киев». После них стояли ветераны боевых действий войны 50-52 годов авианесущие крейсера 2го ранга «Николаев», «Одесса», «Харьков» и «Ф. Дзержинский».

Ну а у портовых пирсов выстроившись в несколько рядов, стояли расцвеченные сигнальными флажками лидеры, эсминцы, минные заградители, подводные лодки и другие суда. В общем, почти весь (за исключением крейсеров находящихся в турецком Измире) Черноморский флот был представлен во всей своей мощи и великолепии. Соответственно обходил его строй на адмиральском катере командующий флотом адмирал Владимир Афанасьевич Касатонов, ну а построенные на верхних палубах кораблей команды приветствовали его громогласными криками «Ура».

…

После празднования Дня Победы, а именно утром 10 мая в расположенном на улице Воронина в городе-герое Севастополе штабе Черноморского флота происходило расширенное совещание командования флота под председательством командующего адмирала Касатонова. В качестве гостей из Москвы на совещании присутствовали начальник генерального штаба вооруженных сил СССР маршал Василий Данилович Соколовский, начальник главного штаба ВМФ адмирал Федор Владимирович Зозуля, а также начальник внешней разведки КГБ СССР генерал-полковник Василий Николаевич Васнецов.

- Товарищи, данное совещание посвящено тому, как мы будем действовать в период кампании 1960 года, в Эгейском и Средиземном море. Как вам известно, сейчас в турецком Измире находится наша крейсерская эскадра под командованием контр-адмиралов Хватова и Левашова в составе легких крейсеров «Ворошилов», «Молотов», «Красный Кавказ», «Красный Крым», «Червона Украина» и четырех эсминцев. Слово для доклада предоставляется начальнику штаба флота вице-адмиралу Синегорскому, - открыл заседание командующий флотом адмирал Касатонов. Адмирал Синегорский встал из-за стола, взял в руку указку и подошел к большой висевшей на стене карте Черного и Средиземного морей, на которой цветными флажками были отмечена диспозиция сил противоборствующих сторон. Действуя указкой, адмирал Синегорский заговорил:

- Товарищи, совсем недавно, а именно в марте, апреле наш противник, объединённый англо-американский флот произвел передислокацию своих сил в районе Средиземного моря. Первое два тяжелых и два легких американских крейсера, а также четыре эсминца под командованием контр-адмирала Ника Ленгли находятся на английской базе на Кипре и прикрывают движение транспортов с войсками в восточном Средиземноморье. Второе основные силы американского флота в составе трех линкоров, двух супер авианосцев, двух тяжелых и двух легких крейсеров под командованием вице-адмирала Вильяма Риббека перешли из Неаполя в Александрию и взяли под контроль южные и центральные воды Средиземного моря. Третье, английский флот под командованием вице-адмирала Эдварда Кенгли в составе двух линкоров, четырех легких крейсеров, двух новых ударных авианосцев, а также легких сил перебазировался на Мальту, кроме этого два легких британских крейсера и несколько эсминцев находятся в Хайфе, где прикрывают высадку союзнических войск. Таким образом, все силы англо-американского блока сконцентрированы в восточном Средиземноморье и представляют угрозу нашим крейсерам, базирующимся в Измире. Проще говоря, они могут попытаться блокировать их.

На этом адмирал Синегорский свою речь закончил, и слово взял начальник генерального штаба вооруженных сил маршал Соколовский:

- Товарищи, на сегодняшний день противник провел несколько транспортных конвоев в восточное Средиземноморье и высадил свои войска в северном Израиле и Палестине. Далее англо-американцы начали наступление на позиции нашей десятой армии в Сирии, однако сейчас это наступление захлебнулось, и войска маршала Еременко успешно сдерживают натиск врага. Тем не менее, конвои с боеприпасами, амуницией и техников беспрепятственно идут через Средиземное море в Палестину. Кроме этого не прекращаются и поставки нефти из Средней Азии через Суэцкий канал. Поэтому мы должны в наикратчайшее время перерезать эти коммуникации и посадить войска противника на голодный паек.

- Если наши корабли двинутся семнадцати узловым ходом, то примерно через три-четыре сутки основные силы нашего флота окажутся в Эгейском море. Ну а там можно и начинать масштабные боевые действия против сил англо-американских союзников, - вставил слово командующий линейными силами флота вице-адмирал Иваньков.

- Где вы планируете базироваться? – задал вопрос начальник главного штаба ВМФ адмирал Федор Владимирович Зозуля.

- В Измире, так как только там есть достаточно серьезная ремонтная база, кроме этого оттуда мы можем свободно контролировать акваторию Эгейского моря и восточного Средиземноморья, - ответил командующий Черноморским флотом адмирал Касатонов.

- Без генерального сражения этого нам не достичь. Как и где вы планируете нанести удар по вражескому флоту? – задал вопрос адмирал Зозуля.

- На данный вопрос ответит начальник штаба Черноморского флота адмирал Синегорский.

- Товарищи. Для достижения превосходства над силами Северо-Атлантического блока штабом Черноморского флота разработаны следующие мероприятия. Первым делом силы флота несколькими группами преодолевают турецкие проливы и выходят в Эгейское море. Далее они достигают Измира и проводят там несколько дней для дозаправки топливом и бункеровки припасами. Как только все корабли флота будут готовы к дальнему переходу основные силы в составе эскадры линейных сил, крейсерского отряда и авианосной группы выходят в море, огибают остров Хиос, преодолевают Эгейское море и проходят в пролив между островами Карпатос и Родос, в результате чего выходят в восточное Средиземноморье. Далее основные силы преодолевают Средиземное море и подходят к Александрии. Здесь возможны два варианта: первый - силы американского флота выходят в море и тогда мы навязываем им генеральное сражение и второй – силы противника остаются в гавани Александрии и мы наносим по ним авиационный удар силами нашей палубной авиации. В любом случае мы будем иметь перевес перед американским флотом, а базирующиеся на Мальте англичане не успевают прийти на помощь своим союзникам. Кроме этого мы посылаем крейсерский отряд к берегам Кипра и атакуем там крейсерскую эскадру американского адмирала Ленгли.

- Что же, этот план имеет право на жизнь, но что вы будите делать, если англичане сумеют соединиться с силами адмирала Риббека и более того они могут войти в акваторию Эгейского моря? – задал вопрос начальник генерального штаба вооруженных сил СССР маршал Василий Данилович Соколовский. Ответ взял на себя командующий Черноморским флотом адмирал Владимир Афанасьевич Касатонов:

- Такое развитие событий исключить никак нельзя. Но в этом случае нам придется вступить в генеральное сражение с противником при равном паритете сил. Однако в случае прорыва англо-американцев в Эгейское море и попытка блокирования ими Дарданелл нам окажет помощь войсковая авиация с расположенных на берегу аэродромов. Как известно, если мне не изменяет память, во время войны 50-52 года флот Северо-Атлантического блока дважды пытался блокировать турецкие проливы, и оба раза это закончилось провалом. Однако у нас есть вопрос к представителю Комитета Государственной Безопасности...

- Какой? Я думаю, генерал Васнецов даст категорически полные ответы на все ваши вопросы, - вставил слово маршал Соколовский, после чего снова заговорил вице-адмирал Синегорский.

- В любом из вышерассмотренных вариантов успех наших действий будет сильно зависеть от своевременно поступающей нам развединформации. Особенно в случае если вражеские флоты соединятся и войдут в акваторию Эгейского моря. Что на это скажет разведка?

- Товарищи, за прошедшие с окончания предыдущей войны годы внешняя разведка Комитета Государственной Безопасности создала разветвленную агентурную сеть в районе Эгейского и Средиземного моря. Наши агенты работают в Гибралтаре, Италии и Греции. Кроме этого мы также имеем агентуру на Мальте, Сицилии, Кипре и Египте. Поэтому все перемещения флота Северо-Атлантического альянса сразу отслеживаются и передаются в «центр». Однако в связи с предстоящими событиями мы организуем передачу данных прямо в штаб Черноморского флота и непосредственно флагману Черноморской эскадры. Можете не беспокоиться, все действия противника не останутся для нас незамеченными, и вы будите знать об этом в первую очередь, - ответил на вопрос командования флота генерал-полковник Васнецов.

Дальнейший ход совещания был посвящен второстепенным вопросам и вскоре все присутствующие разошлись. Ну а на следующий день 11 мая 1960 года боевые корабли Черноморского флота Советского Союза стали сниматься с якорей и исчезать за горизонтом.

Битва за Средиземноморье.15 мая 1960 года корабли Черноморского флота Советского Союза миновали Босфор и Дарданеллы, и вышли в Эгейское море. Практически сразу это стало известно командованию Северо-Атлантического блока, и вице-адмирал Вильям Риббек послал срочную депешу на Мальту британскому командующему вице-адмиралу Эдварду Кенгли:

«…прошу вас срочно вывести в море свое соединение и соединиться с американским флотом в районе Александрии…».

На что адмирал Кенгли ответил:

«…в связи с ремонтом силовой установки на авианосце «Игл» выйти в море смогу не ранее 18 мая…».

- Черт возьми! Эти англичане опять просят отсрочки! Они что не понимают, что флот Советов уже в Средиземноморье и может нанести удар по Александрии в любой момент, - разразился проклятьями в адрес союзников, командующий американским флотом вице-адмирал Риббек.

- Адмирал, а не стоит ли послать сообщение контр-адмиралу Ленгли чтобы он оставил Кипр и срочно выдвинулся к Александрии? – задал вопрос командующему флаг-офицер.

- Да, немедленно пошлите радиограмму адмиралу Ленгли, и пусть он поторопится, иначе русские могут блокировать и уничтожить его соединение прямо у берегов Латтакии, - распорядился американский командующий, далее он взял стоящий на столе стакан и, отхлебнув из него пару глотков продолжил:

- Итак, что мы имеем, - адмирал Риббек взял лежащую на столе депешу из разведуправления и внимательно глядя на нее продолжил. – Как сообщает агентура ЦРУ в состав флота противника входят четыре линейных корабля, четыре линейных крейсера, четыре тяжелых крейсера и два легких крейсера. В состав авианосной группы входят шесть авианосцев. Кроме этого легкие силы флота Советов представлены четырьмя лидерами и восьмью эсминцами. Также через турецкие проливы прошли три минных заградителя, десять тральщиков и десять подводных лодок. Что же, господа! Практически весь флот Советов сейчас находится в Эгейском море, и я уверен в ближайшее время, окажется в восточном Средиземноморье. Какие будут предложения?

- Мы можем выйти в открытое море и дать русским бой, - произнес командующий авианосной группой контр-адмирал Джон Кригер.

- И прямо там русские раскатают нас вдребезги, - ответил вице-адмирал: - Хотя, если честно то, выходить в море все равно придется, ибо в гавани Александрии мы прекрасная мишень для советских бомбардировщиков. Кто хочет высказаться еще?

- Предлагаю немедленно покинуть Александрию и выдвинуться на соединение с британским флотом в районе Мальты, - произнес начальник разведки флота в звании командера.

- Согласен, если выйдем в море прямо сейчас, то через пару дней будем на Мальте или в Торонто. Однако в этом случае мы освобождаем восточное Средиземноморье для русских, и они полностью перекрывают наши коммуникации в районе Ливана и Суэцкого канала, - последовало со стороны Вильяма Риббека.

- Да, ведь транспортные конвои идут на Ближний Восток каждую неделю. Они везут все необходимое для армии, которая сражается с русскими в Сирии. Если флот Советов окажется в Средиземном море на военных поставках можно поставить крест, да и не стоит забывать, что через Суэцкий канал идут танкеры с арабской нефтью. Что будет с ними даже страшно представить, - дополнил слова командующего командир флагманского линкора «Колорадо» кэптен Джим Корсман.

- Тем не менее, я буду настаивать на немедленном выходе в море и соединении с флотом наших британских союзников, - снова произнес начальник разведки.

- Хорошо, так и поступим. Свяжите меня с адмиралом Кенгли снова… - последовало со стороны командующего американским флотом.

Спустя двадцать минут на Мальту ушло следующее сообщение:

«…сегодня 15 мая боевые корабли советского флота вышли в Эгейское море. Убедительно прошу вас подготовить свое соединение для решающего боя с советским флотом и выйти в море в наикратчайшее время…».

…

17 мая советская эскадра бросила якоря в гавани Измира. Там русские корабли провели заправку топливом и бункеровку припасами, после чего рано утром 19 мая вышли в открытое море. Обогнув остров Хиос, они в течение двух суток шли между греческими островами и, миновав пролив между островами Карпатос и Родос, вышли в восточную часть Средиземного моря. Здесь эскадра развила скорость в 20 узлов и двинулась курсом на восточное побережье с задачей уничтожить находящиеся здесь британские и американские транспорты и танкеры, то есть перерезать коммуникации, проходящие через Суэцкий канал.

Ранним утром 22 мая боевые корабли Черноморского флота оказались в непосредственной близости от берегов Египта и с палуб советских авианесущих крейсеров стартовали истребители и бомбардировщики. Построившись в боевой порядок, они двинулись курсом на Порт-Саид и вскоре советские бомбы посыпались на стоящие, на якоре американские и английские суда. Весь налет длился двадцать минут, но он оказался очень и очень эффективным. Были уничтожены три американских транспорта и два танкера с арабской нефтью, которая разлилась по гавани и воспламенилась. Свободный (беспошлинный) порт окутался черными клубами дыма. Кроме этого несколько советских бомб упали в область Суэцкого канала и разрушили бетонные укрепления его берегов. Однако на этом рейд советской эскадры по восточному Средиземноморью не закончился. Вице-адмирал Георгий Иваньков двинул свои силы на север и утром 23 мая они оказались в районе израильской Хайфы. Там советские бомбардировщики под прикрытием истребителей наносят новый бомбовый удар по скопившимся в порту американским и английским транспортам. В результате были потоплены пять американских «Виктори» и «Фортов» с войсковыми грузами для сражающегося в Сирии англо-американского корпуса, а также один британский танкер с соляркой для транспортных судов. После этого налета адмирал Иваньков разворачивает эскадру на запад и движется в направлении греческого острова Крит.

Примерно в это же время американские силы под командованием вице-адмирала Вильяма Риббека соединились с британской эскадрой вице-адмирала Эдварда Кенгли в ста милях восточнее Мальты и, развернувшись на обратный курс, двинулись к восточному берегу Средиземного моря. Проще говоря, обе противоборствующие стороны двинулись навстречу друг другу, и их рандеву должно было произойти, где то южнее острова Крит.

25 мая 1960 года 06.15 на экранах радиолокаторов боевых кораблей Черноморского флота показалась групповая цель, обозначающая англо-американские силы. Такие же отметки показались и на экранах кораблей Северо-Атлантического блока. Дистанция между сходящимися противниками составляла сто двадцать километров.

06.30 адмирал Риббек выстраивает свои линейные корабли в линию, к ней сзади присоединяются два британских линкора. Авианосцы держатся западнее линейных сил на сорок километров. Союзники поднимают авиацию. Советский адмирал также выстраивает свои линкоры в линию, линейные крейсера держаться левее и чуть впереди, а авиагруппа располагается на тридцать километров восточнее основных сил.

06.50 советский командующий приказывает увеличить скорость эскадры до тридцати узлов и поднимает авиацию со следующих за эскадрой авианесущих крейсеров.

07.20 в небе над Средиземным морем началось первое воздушное сражение новой войны. Американские F-6U «Супер Корсар» в количестве 36 единиц и 24 британских FIR2«Фульмар» схватились в смертельной схватке с 62 советскими Ла-11МК. Кроме этого с англо-американских авианосцев взлетели 26 американских торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер» и "Дуглас" TBD-6 "Ньюдевастэтор", а также 16 пикирующих бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер» которые устремились к советским кораблям. Командующий авианосной группой Черноморского флота контр-адмирал Дмитрий Рогов поднимает для защиты кораблей эскадры еще 40 истребителей Ла-11МК, которые устремляются на перехват бомбардировщиков и торпедоносцев союзников.

А в это время, линейные силы противоборствующих сторон сходятся для артиллерийской дуэли.

08.30 сражение палубной авиации над Средиземным морем постепенно затихает, и авиация союзников теряет 26 истребителей и 22 торпедоносца-бомбардировщика, советская же сторона лишается 18 истребителей. При этом нескольким американским TBF-4 «Ньюэвенджер» удается прорваться к кораблям советской крейсерской эскадры контр-адмирала Аркадия Вольного. При этом им удалось зайти в атаку на легкий крейсер «Кагул» и эсминец «Адлер». И хотя при атаке два «Ньюэвенджера» были сбиты огнем зенитной артиллерии, одна торпеда Мк16 попала в носовую часть крейсера, что привело к тому что «Кагул» вышел из боя и под охраной двух эсминцев отправился на ремонт в Измир. Кроме этого еще одна торпеда попала в эсминец «Адлер» и он с огромной пробоиной в борту стал быстро погружаться в море. Экипаж с гибнущего корабля был снят эсминцем «Сухуми» и в 08.45 «Адлер» погружается в море. В это же время, используя численное преимущество в авианесущих кораблях и пользуясь тем, что на корабли союзников садились свои истребители, адмирал Рогов поднимает в атаку на противника советские бомбардировщики-торпедоносцы в количестве 26 единиц. Двадцать бомбардировщиков Ту-2Мк и шесть торпедоносцев СПБ-47 устремляются к кораблям англо-американских союзников. Те встречают их плотным огнем зенитной артиллерии. Однако, тем не менее, в 09.10 две бронебойные бомбы БРАБ-250 попадают в британский крейсер «Линдер» и он окутывается черным дымом пожара, после чего тяжело поврежденный поворачивает в сторону Мальты. Также в 09.15 бронебойная бомба попадает в американский крейсер «Пенсакола», однако это попадание причинило лишь незначительные повреждения. Корабль остается в строю.

09.30 линейные силы обеих сторон сближаются до ста двадцати кабельтовых и открывают огонь из орудий главного калибра. При этом оба командующих разворачивают колонны своих кораблей курсом на север, чтобы ввести в бой все орудия своих кораблей. С советской стороны в артиллерийской дуэли участвовали 36 орудий калибра 380 мм четырех линейных кораблей и 27 орудий калибра 305 мм трех линейных крейсеров. Со стороны союзников в бою приняли участие 42 орудия калибра 406 мм английских и американских линкоров. Тяжелые много килограммовые снаряды летели с обеих сторон на дистанцию около 22 километров. Постепенно эскадры сближались, и точность стрельбы становилась все выше и выше.

09.45 два крупнокалиберных снаряда попадают в советский линкор «Красный Боспор», при этом оказывается, разбита шлюпочная палуба и изуродована дымовая труба.

09.47 три пятнадцатидюймовых советских снаряда попадают в корпус американского линейного корабля «Колорадо». Они пробивают верхнюю палубу, и взрываются внутри корпуса, нанося огромные повреждения кораблю.

09.48 два 406 мм снаряда с британского линкора «Лайон» попадают в линейный крейсер «Синоп», однако, практически тут же, в ответ в «Лайон» попадает три 305 мм полубронебойных снаряда с русских линейных крейсеров. Обе эскадры сходятся все ближе и ближе, и в 10.00 дистанция между противоборствующими сторонами сокращается до 90 кабельтовых или 16 километров. Советские артиллеристы переходят на бронебойные снаряды.

В 10.00 воздушное сражение над Средиземным морем вспыхивает с новой силой. Теперь в нем участвует множество самолетов, как истребителей, так и бомбардировщиков-торпедоносцев. Самолеты стартуют звеньями и тут же садятся на свои корабли практически непрерывно. Истребители бьются насмерть в воздухе, а бомбардировщики-торпедоносцы заходят в атаку на военные корабли, которые встречают их огнем из всех стволов своей зенитной артиллерии. Небо над морем превращается в какой-то страшный ад.

10.05 три 380 мм советских снаряда пробивают верхний бронепояс американского линейного корабля «Мэриленд». В это же время еще три 305 мм снаряда с советских линейных крейсеров бьют в борт британского линкора «Тимиреир». Оба корабля получают существенные повреждения.

10.07 три советских бомбардировщика Ту-2МК прорываются к американскому авианосцу «Америка» и наносят по нему бомбовый удар. Четыре бронебойные бомбы БРАБ-250 пробивают взлетную палубу авианосца и разносят вдребезги около десятка находящихся на ангарной палубе американских самолетов. Вспыхивает сильный пожар. На авианосце начинается борьба за живучесть. Он прекращает принимать и выпускать самолеты.

10.09 советские торпедоносцы СПБ-47 прорываются к колоне линкоров союзников на дистанцию в 26 кабельтовых и сбрасывают торпеды 45-36АН. Из четырех сброшенных торпед две проходят мимо, а вот две других попадают в борт линкора «Вест Виргиния». В результате попаданий оказались затопленными два котельных и два машинных отделения, и у линкора падает скорость с двадцати до четырнадцати узлов. «Вест Виргиния» покидает кильватерный строй и направляется на запад.

10.15 три советских бронебойных 380 мм снаряда попадают в американский флагманский линкор «Колорадо», при этом они сносят часть горизонтальной защиты (крыши) второй артиллерийской башни «В» и она выходит из строя. Американский командующий вице-адмирал Вильям Риббек принимает решение выйти из боя и приказывает флоту повернуть на запад.

В 10.30 артиллерийская дуэль прекращается, и эскадры расходятся в разные стороны. Самолеты садятся на свои авианесущие корабли, а эсминцы подбирают в море сбитых летчиков.

Что же показало это первое сражение новой войны. Обе стороны применили в нем артиллерию главного калибра и массированные атаки палубной авиации. С обеих сторон появились тяжело поврежденные корабли, которые потребовали серьезного ремонта, однако серьезных потерь ни со стороны англо-американского, ни со стороны советского флота не было. Тем не менее, союзникам вытеснить советский флот из восточного Средиземноморья не удалось, и транспортные пути в Суэц, Израиль и Ливан оказались перерезанными. Советские крейсера, эсминцы и подводные лодки начали охоту за транспортными судами и танкерами противника.

Летние планы.- Господа, что же это такое?! Почему наш флот в Средиземном море потерпел поражение?! – возмущенно вскричал морской министр Уильям Франк и, выдержав небольшую паузу, задал еще один вопрос, - Что я должен теперь докладывать в «Пентагоне» и «Белом доме»?!

- Успокойтесь господин министр, - решительно произнес начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, - В Средиземном море все закончилось более менее хорошо. Наш флот выдержал серьезную битву с Советами, и серьезные повреждения получили только линкоры «Колорадо» и «Вест Виргиния», а также авианосец «Америка». Ремонт этих кораблей займет как минимум два месяца, а если учитывать, что объединённый флот выдержал сражение с превосходящими силами русских, то все завершилось просто отлично.

- Завершилось просто отлично! Да как вы можете так говорить?! Как вы теперь будете обеспечивать наши войска в Южной Сирии? Как вы теперь будите проводить караваны с войсками и грузами через Средиземное море? – посыпались новые вопросы со стороны морского министра.

- Все очень просто. Мы будем проводить караваны из испанского Кадиса до израильской Хайфы под усиленным конвоем из крейсеров, эсминцев и фрегатов. Для этих целей предлагаю перебросить в Средиземноморье ударный супер авианосец «Китти Хок», тяжелые крейсера «Тускалуза» и «Уичита», а также шестое соединение Атлантического флота в составе пяти легких крейсеров-скаутов, - ответил адмирал Гордон.

- Что же, это вполне приемлемо. Надеюсь, увеличение численности наших боевых кораблей в Средиземном море приведет к положительным результатам, - последовало со стороны морского министра. Далее он сделал несколько глотков из стоящего на столе стакана с водой и продолжил, - Хорошо. А что у нас с распределением новых боевых кораблей на Тихоокеанском театре военных действий?

- Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Герберт Хопвуд считает целесообразным сделать полную перестановку сил, а именно, первое - линкор «Висконсин» переводится на север во второе соединение флота, второе - только что вошедшие в состав флота супер линкоры «Мэн» и «Монтана» распределяются между первым и вторым соединениями флота. Таким образом, мы будем иметь две равные по силам эскадры для противодействия русским в Японском и Беринговом морях. Также произойдет и распределение больших крейсеров – «Аляска» и «Гавайи» войдут в состав базирующегося в Анкоридже второго соединения флота, а «Гуам» и «Филиппины» в состав находящегося на Окинаве первого соединения, - тут адмирал Ленц Гордон выдержал небольшую паузу, после чего продолжил говорить: - Что же касается авианосцев: «Хэнкок» и «Энтерпрайз» будут переданы первому соединению, а «Эссекс» и «Интерпид» второму. Кроме этого в состав находящегося в Перл-Харборе четвертого соединения флота войдет новый тяжелый крейсер «Лос-Анжелес». Такие вот перестановки планируются по Тихоокеанскому флоту, но скажу вам прямо: как только новые корабли вступят в строй, наши силы сравняются с силами русских, не более. Так что рассчитывать на какой-то перелом в войне без переброски дополнительных сил через Панамский канал не стоит.

После слов адмирала Гордона в воздухе повисло напряженное молчание, которое вскоре нарушил морской министр Уильям Франк:

- Что же это вы так пессимистично. Мы имеем на Тихом океане самые лучшие силы и они докажут свое могущество!

- Русские, очень умелые и отважные моряки. Я прекрасно помню, как они сражались еще на прошлой войне, а сражение в Средиземном море это доказывает с новой силой, - последовало со стороны адмирала: - Новые корабли на Тихом океане вступят в строй через две – три недели. Таким образом, мы сможем начать десантную операцию на Хоккайдо в четвертой декаде июня. Если нам это удастся, то тогда мы завоюем превосходство в этой части Тихого океана и сможем перерезать русские коммуникации в районе южного Сахалина и Курильских островов. Однако не стоит забывать, что мы вынуждены держать третье соединение нашего флота в Сайгоне и если говорить честно, сил двух авианосцев недостаточно чтобы оказывать действенную поддержку сухопутным силам Южного Вьетнама.

- Что вы предлагаете?

- Есть два варианта: первый - передать Тихоокеанскому флоту супер авианосец «Констеллейшн», но он не проходит через Панамский канал и его придется перегонять вокруг мыса Горн. И второй – перегнать на Тихий океан авианосцы «Кирсердж» и «Рейнджер». В этом случае мы воспользуемся Панамским каналом, и переход не займет много времени.

- Хорошо. Я за второй вариант. А как обстоят дела с другими кораблями для нашего Атлантического флота? – задал новый вопрос морской министр, на что начальник штаба ВМС ответил:

- Как я говорил ранее супер авианосец «Китти Хок» планируется передать Средиземноморскому флоту. Второй супер авианосец «Констеллейшн» войдет в состав первого соединения Атлантического флота. Это уже к трем имеющимся в составе этого соединения авианосцам. Кроме этого туда уже направились линкоры «Индиана» и «Массачусетс». А вот линкоры «Норд Каролина» и «Вашингтон» войдут в состав второго соединения Атлантического флота. Также туда войдут новые авианосцы «Индепенденс» и «Принстон». Кроме этого в состав второго соединения мы планируем передать большие крейсера «Самоа» и «Пуэрто-Рико» и новые тяжелые крейсера «Астория», «Нью-Йорк», «Филадельфия» и «Савана», но эти корабли войдут в строй позднее, где-то приблизительно в конце июля месяца. Таким образом, мы будем иметь в Атлантике два достаточно мощных соединения флота, и как только новые корабли войдут в строй, можно будет планировать боевые действия против Северного флота Советов.

- Вот это интересно. И какие действия вы планируете в Арктике? – последовал вопрос со стороны морского министра

- Ответ на этот вопрос даст начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси.

Вице-адмирал встал, взял в руки указку и подошел к висевшей на стене большой карте мирового океана. Далее секретарь совещания в звании лейтенант-командера нажал несколько кнопок на специальном пульте, и сверху опустилась большая подробная карта северной Атлантики и советской Арктики до самого мыса Челюскина. Действуя указкой, адмирал Пиллоси заговорил:

- Господа. В тесном сотрудничестве с Центральным Разведывательным Управлением нам удалось выяснить, что на данный момент в состав Северного флота Советского Союза входит пять линкоров, два линейных крейсера, шесть тяжелых и шесть легких крейсеров. Авианосная группа советского флота представлена четырьмя супер авианосцами первого класса, два из них вступили в строй совсем недавно, и тремя ударными авианосцами второго класса. Таким образом, советский флот примерно равен по силам первому соединению нашего Атлантического флота. Основной базой флота Советов является Кольский залив, кроме этого в районе горла Белого моря, а также северного побережья России и Новой земли действует Архангельский оперативный отряд. Вот об этом следует рассказать несколько слов более подробно, а именно в состав этого отряда входит семь линейных ледоколов. Они имеют на борту достаточно сильное артиллерийское вооружение и обеспечивают проход караванов судов по Северному морскому пути вплоть до пролива Вилькицкого и даже моря Лаптевых. Здесь стоит сказать особо: караваны этих судов везут в Архангельск множество важнейших для экономики Советского Союза грузов, таких как железная, никелевая и медная руда, каменный уголь, лес и прочее, прочее, прочее. По данным ЦРУ суммарное количество грузов перевезенных по Северному морскому пути за 1959-60 годы составило порядка миллион двести тысяч тонн. На основании вышесказанного можно утверждать, что полная блокировка Северного морского пути поставит Советский Союз перед подписанием мирного договора на выгодных для нас условиях.

На этом вице-адмирал Пиллоси закончил свой доклад, и слово взял начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон:

- Для нейтрализации советского Северного флота и блокирования перевозок по Северному морскому пути нашим штабом была разработана операция «Ветер Вальхаллы». Она состоит из нескольких этапов:

Первый этап – первое соединение Атлантического флота перемещается на нашу базу в исландском Кефлавике. Второе соединение в Великобританию на их базу Скапа-Флоу, где наши корабли соединятся с британским флотом.

Второй этап – соединенные силы нашего и британского флота выходят в море и идут в Баренцево море, где наносят удар по Северному флоту Советского Союза. Здесь имеются два варианта: Первый – флот противника выходит в море и все решается в генеральном сражении. Второй – флот Советов остается на своей базе в Кольском заливе, и мы наносим по нему мощный бомбовый удар с применением палубной авиации.

Третий этап – после нейтрализации советского флота наши силы перемещаются к проливу Карские Ворота и высаживаем десант на южной оконечности островов Новая Земля. Здесь наши силы выходят в Карское море и наносят удар по русским портам Андерма и Диксон. Таким образом, мы блокируем для Советов Северный морской путь.

Адмирал Гордон замолчал и после небольшой паузы слово взял морской министр Уильям Франк:

- Что же, план, составленный в морском генеральном штабе довольно понятен, и как мне кажется, вполне реализуем. Однако есть два тонких момента: Первое – это удаленность театра военных действий от наших баз. Флоту придется пройти тысячи миль чтобы достигнуть Баренцева моря и Карских морей, а ледовая обстановка в этом регионе довольно сложная. Вот если бы Норвегия, как и в прошлую войну, предоставила нам свои порты?

И второй момент – как вы собираетесь атаковать русский флот на его базах в Кольском заливе. Ведь там помимо палубной авиации нас встретит авиация и с береговых аэродромов. А это сотни самолетов военно-воздушных сил, сил противовоздушной обороны и береговой авиации флота.

Ну а вообще завтра вы представите свой план на объединённом заседании комитета начальников штабов, а я изложу его в «Белом доме». Будем надеяться, что он получит одобрение.

Тут морской министр замолчал и, выдержав продолжительную паузу произнес:

- А каковы наши общие силы в палубной авиации?

На что адмирал Ленц Гордон взял лежащую на столе папку и, глядя в нее ответил:

- Всего в операции «Ветер Вальхаллы» будет задействовано:

Первое соединение Атлантического флота - супер авианосец «Констеллейшн», ударный авианосец «Франклин Д. Рузвельт», а также авианосцы «Йорктаун» и «Хорнет». Это всего 330 самолетов из них 110 бомбардировщиков и 220 истребителей. Второе соединение Атлантического флота – авианосцы «Индепенденс» и «Принстон», всего 126 самолетов, а именно 42 бомбардировщика и 84 истребителя. Силы наших британских союзников четыре авианосца типа «Илластриес» - это 180 самолетов. Из них 60 бомбардировщиков и 120 истребителей. Кроме этого наши британские союзники ввели в строй новые супер авианосцы «Куин Мэри» и «Куин Элизабет» (это 160 самолетов) и ударные авианосцы «Трафальгар» и «Абукир» (120 самолетов). Я считаю, что нам надо настаивать, чтобы наши британские союзники задействовали эти новые корабли в войне против Советов.

Здесь адмирал Ленц Гордон замолчал, и слово снова взял морской министр Уильям Франк:

- Ну что же господа. Со всеми проблемами вроде разобрались. Искренне желаю всем самых благоприятных успехов.

На этом совещание в Department of the Navy закончилось.

На дальних просторах.Советский пароход «Красный Пролетарий» двигался двенадцати узловым ходом через пролив Лусон. Позади осталось Южно-Китайское море, впереди ожидало море Филиппинское. Что и не говори, а капитан советского транспорта был человек отважный. Ибо в тот момент, когда американский флот начал боевые действия против Советского Союза и Демократической Республики Вьетнам, а также взял под контроль все Восточно-Китайское море загрузить пароход под завязку драгоценной медной рудой и под звуки падающих американских бомб покинуть Хайфон, надо быть смелым и решительным человеком. Тем не менее, вышли в Тонкинский залив глубокой ночью, к утру были уже у берегов китайского Хайнаня. Днем 26 мая 1960 года «Красный Пролетарий» вошел в пролив Цюнчжо́у отделяющем остров Хайнань от полуострова Лэйчжоу материкового Китая. Тут пароход был остановлен китайским пограничным катером и после небольшого досмотра продолжил свой путь далее. И вот лавируя между многочисленными джонками китайских рыбаков, пароход под командованием Василия Соколова вышел в Южно-Китайское море. Ну а далее как говорилось ранее «Красный Пролетарий» свободно пересек морскую гладь и, обогнув с севера Филиппинские острова, оказался в открытой акватории Тихого океана.

Вообще от всего этого рейда попахивало самой настоящей авантюрой, ибо капитан Соколов решил повторить рейд двух русских крейсеров под командованием контр-адмирала Леонида Константиновича Бекренева совершенный три месяца назад. Таким образом, капитан «Красного Пролетария» рассчитывал проскользнуть между тихоокеанскими островами на простор океана и, обогнув Японию с востока добраться до Курильских островов, а там уже и родные берега. И вот, несмотря на напряженную ситуацию на тихоокеанском театре советскому пароходу везло и он, вращая гребные винты, упорно двигался вперед.

- Капитан! Слева по курсу дым! – закричал находящийся на крыше ходовой рубки молодой матрос сигнальщик.

- Не паниковать! Рулевой взять два румба вправо! – последовал приказ капитана Соколова.

Нос советского парохода покатился вправо и все с тревогой устремили взгляды на видневшийся на горизонте дым. Примерно через полчаса дым приблизился, и через мощную оптику морских биноклей стало видно, что он исходил от большого пассажирского лайнера под флагом Малайзии. Вскоре лайнер приблизился на достаточно близкое расстояние и просемафорил международным кодом вопрос о курсе встречного корабля.

- Сигнальщик! Передать семафором на встречный корабль: «Советский пароход. Иду курсом на Камчатку. Желаю доброго плавания», - последовало со стороны Василия Соколова, и тут же на верхнем мостике застучала решетка сигнального прожектора.

- Ну что капитан. Вот нас и рассекретили, - произнес подошедший старпом.

- Ничего страшного. Малайцы навряд-ли станут передавать сведения о нас американцам. Я более всего боюсь, встречи с японскими судами, а они скоро вполне возможны, - ответил Василий Соколов.

- Тогда нам надо поменять корабельный флаг и название судна, - последовало со стороны также подошедшего на мостик боцмана корабля.

- Да думаю так и надо сделать. Пойдем, старпом посмотрим каталог транспортных кораблей. Подберем подходящее по силуэту судно. А ты боцман готовь краску и навесную скамейку для изменения названия корабля, - распорядился капитан «Красного Пролетария».

Дело закипело, и вот спустя какие-то два часа на мачте советского парохода затрепетал панамский флаг, а на корме четко выделялось новое название судна «Верагуас» с портом приписки Портобело.

- Всегда приятно быть самым настоящим панамцем, - шутливо произнес боцман глядя на развивающийся над кораблем флаг Республики Панама.

К этому времени сигнальщики уже получили четкие инструкции от капитана Соколова и новые данные для обозначения судна сигнальным прожектором. И вот «Красный Пролетарий» под видом панамского сухогруза двигался четырнадцати узловым ходом через Филиппинское море. Это был наиболее опасный участок пути, так как на севере находились острова Рюкю с основной базой американского флота на острове Окинава, а впереди советский пароход ждал проход между японскими островами Кадзан и Огасавара. Кроме этого следовало учитывать то, что немного южнее находились Марианские острова с базой американского флота на острове Гуам. Но, тем не менее, советский пароход, мерно стуча машинами, наверстывал милю за милей по направлению к открытым водам Тихого океана.

И вот 4 июня в 16.30 в ста сорока милях на северо-восток от японского острова Кадзан «Красный Пролетарий» встретил японскую рыболовную шхуну и, не подавая никаких сигналов, проследовал мимо её.

- Ну что же, будем надеяться, что наш камуфляж сработал, и что на шхуне нет радиостанции, - прокомментировал этот случай старпом.

Машины мерно стучали, советский пароход шел вперед, а перед ним расстилались открытые воды Тихого океана. И вот 6 июня в 10.00 в небе над кораблем пролетел американский разведывательный самолет. Заметив одиноко идущий пароход, он сделал круг над ним, после чего удалился в западном направлении.

- Американский самолет-разведчик, скорее всего с Гуама, - последовало со стороны Василия Соколова.

- Думаете, он раскрыл нашу маскировку? – задал вопрос старпом.

- Вряд ли. Он сделал всего один круг над нами и то на приличной высоте. Будем надеяться, что нас приняли за нейтралов и оставят в покое, - ответил капитан.

Дельнейшие три дня прошли без происшествий. «Красный Пролетарий» вышел в открытые воды Тихого океана и взял курс на север к родным берегам.

И вот 10 июня в 07.30 в двухсот пятидесяти милях к востоку по параллели Токио советскому пароходу встретилось японское грузовое судно «Кимигаё-мару». Примерно в 8.00 корабли сблизились на расстояние в две мили и с японского судна семафором запросили опознавательные.

- Сигнальщик, передать международным кодом: пароход «Верагуас». Панама. Следую в Канаду.

На верхнем мостике застучал диафрагмой прожектор. Спустя пару минут, с японского сухогруза передали ответ.

- Японский пароход «Кимигаё-мару». Иду в Иокогаму из Сан-Франциско. Сборный груз, - зачитал перевод сигнальщик.

- Передай. Желаем счастливого пути, - распорядился капитан Соколов.

- Ну что капитан. Вот и попались мы на удочку. Вы думаете, японцы нам поверили? – последовало со стороны стоящего рядом с капитаном Соколовым старпома.

- Пусть радист внимательно слушает эфир. Если что японцы передадут о нас на берег, - произнес Василий Соколов. Однако, тем не менее но в течение ближайшего часа эфир молчал. А тем временем корабли разошлись в океане на достаточно большое расстояние, и дым от японского сухогруза растаял на горизонте.

Как это ни странно, но дальнейшие дни похода прошли без происшествий. Скорее всего, стала сказываться близость к советским берегам и аннексированному Советским Союзом северному острову Японского архипелага Хоккайдо. И вот 15 июня 1960 года над «Красным пролетарием» стал кружить советский самолет разведчик Пе-2Р. Едва стали различимы красные звезды на крыльях самолета, практически весь экипаж советского парохода выскочил на верхнюю палубу и стал громко кричать и бросать вверх фуражки и бескозырки. Однако капитан Соколов приказал не спускать панамский флаг и быть настороже, ибо до Курильских островов было еще далековато. И вот сделав над пароходом несколько кругов, советский самолет улетел в северном направлении, а пароход продолжил свой путь. Тем не менее, дерзкое путешествие подходило к концу и на следующий день на горизонте замаячили дымы, которые вскоре превратились в силуэты советских сторожевых кораблей. Прошло еще некоторое время и вот к борту «Красного пролетария» подошел СКР-45 типа «Манджур» и в мегафон с него запросили:

- Стоп машины!!! Просим принять досмотровую партию!!!

- Советский пароход «Красный пролетарий»!!! Следуем из Вьетнама с грузом руды!!! – сказал в мегафон капитан Василий Соколов, после чего громко распорядился, - Немедленно поднять государственный флаг Советского Союза!

И вот, над советским пароходом вновь затрепетал красный флаг, и он в сопровождении двух сторожевых кораблей двинулся в направлении острова Итуруп. Там капитану Соколову пришлось объясняться с командованием пограничной охраны Курильских островов, ну а матросам корабля под руководством боцмана смывать панамское название и снова писать родное «Красный Пролетарий» на корме и бортах судна. Когда же все прояснилось, советский пароход под конвоем сторожевого корабля отбыл через пролив Лаперуза в Японское море и через несколько дней прибыл в порт Ванино, где его ждала разгрузка. Ну а вскоре показались и родные причалы Владивостока. Беспримерный переход советского парохода в одиночку вокруг Японии в период войны был отмечен командованием как героический и весь экипаж был награжден ценными подарками, ну а капитан Соколов получил орден Боевого Красного Знамени.

…

К июлю 1960 года американский флот, наконец, произвел соответствующую перегруппировку и полностью подготовился к ведению активных боевых действий против флота Советского союза. Рассмотрим состав флота США более подробно:

Тихоокеанский флот США – командующий адмирал Герберт Хопвуд:

1е соединение – передислоцировано с Окинавы в Токийский залив. Задача – обеспечение вторжения на Хоккайдо.

Линкоры: «Монтана» - флаг командующего вице-адмирала Стива Торнга., «Айова», «Миссури», «Нью-Джерси».

Большие крейсера: «Гуам», «Филиппины».

Тяжелые крейсера – 4 ед., Легкие крейсера – 4 ед.

Авианосцы: «Ленсингтон», «Саратога», «Хэнкок» и «Энтерпрайз».

2е соединение – место базирования Анкоридж. Задача – обеспечение десантных операций на западном побережье Аляски. Нарушение советских коммуникаций в Беринговом море.

Линкоры: «Мэн» - флаг командующего вице-адмирала Джона Хоккинса., «Висконсин», «Иллинойс», «Кентукки».

Большие крейсера: «Аляска», «Гавайи».

Тяжелые крейсера – 2 ед. Легкие крейсера – 4 ед.

Авианосцы: «Орискани», «Эссекс» и «Интерпид».

3е соединение – место базирование Сайгон. Задача – авиационная поддержка сухопутных сил Южного Вьетнама.

Линкоры: «Миссисипи» - флаг командующего вице-адмирала Роя Джонсона.

Тяжелые крейсера – 2 ед. Легкие крейсера – 4ед.

Авианосцы: «Мидуэй», «Корал Си», «Кирсердж» и «Рейнджер».

4е соединение – Место базирования Перл-Харбор. Задача – обеспечение коммуникаций и перевозок на Тихоокеанском театре военных действий.

Тяжелые крейсера – 4 ед. Легкие крейсера – 1 ед. Эсминцы, Корветы. Командующий контр-адмирал Даниэль Крэг.

5е соединение – Место базирования Сан-Франциско, Сан Диего. Задача – обеспечение коммуникаций и перевозок между Западным побережьем и Аляской.

Легкие крейсера – 5 ед. Эсминцы, корветы. Командующий контр-адмирал Роберт Феско.

Тихоокеанскому флоту Соединенных Штатов Америки противостоял Тихоокеанский флот Советского Союза, который к июлю 1960 года тоже претерпел некоторую реорганизацию.

И так состав основных сил Тихоокеанского флота СССР – командующий адмирал Виталий Алексеевич Фо́кин:

1я Тихоокеанская эскадра – место базирования Владивосток. Задача - противодействие американскому флоту в районе Японского моря и острова Хоккайдо.

Линкоры: «Советский Союз» - флаг командующего вице-адмирала Павел Михайлович Харитонов, «Иосиф Сталин», «Петропавловск», «Владивосток».

Линейные крейсера: «Сталинград», «Фрунзе».

Тяжелые крейсера – 2 ед. Легкие крейсера – 8 ед.

Авианесущие крейсера 1го ранга: «Советское Приморье», «Советская Сибирь», «Уссурийский партизан».

2я Тихоокеанская эскадра – место базирования Петропавловск-Камчатский. Задача – противодействие американскому флоту в районе Берингова моря и северной части Тихого океана.

Линкоры: «Ретвизан» - флаг командующего вице-адмирала Леонида Федоровича Игнатьева, «Победа», «Слава».

Линейные крейсера: «Пересвет», «Ослябя».

Тяжелые крейсера – 2 ед. Легкие крейсера – 6 ед.

Авианесущие крейсера 1го ранга: «Забайкальский партизан», «Орел».

Авианесущие крейсера 2го ранга: «Русь».

Таким образом, видно, что на Тихом океане силы противоборствующих сторон были примерно одинаковы. Тем не менее, к началу июля 1960 года противники были готовы к решающей схватке, и она должна была разгореться за остров Хоккайдо. А как же дела обстояли на Атлантическом театре военных действий?

Атлантический флот США – командующий адмирал Рональд Товинс.

1е соединение – передислоцировано из Норфолка в Кефлавик, Исландия. Задача – противодействие Северному флоту Советского Союза в Арктике.

Линкоры: «Саут Дакота» - флаг командующего вице-адмирала Джона Уорвика, «Алабама», «Индиана» и «Массачусетс».

Тяжелые крейсера – 4 ед. Легкие крейсера – 4 ед.

Авианосцы: «Йорктаун», «Хорнет», «Франклин Д. Рузвельт» и супер авианосец «Констеллейшн».

2е соединений – передислоцировано из Ньюпорта в Скапа-Флоу, Великобритания. Задача – совместное с британским флотом противодействие Северному флоту Советского Союза.

Линкоры: «Огайо» - флаг командующего вице-адмирала Джона Хайленда, «Норд Каролина», «Вашингтон».

Большие крейсера: «Пуэрто-Рико», «Самоа» (проходят ходовые испытания до десятого июля).

Тяжелые крейсера – 8 ед. Легкие крейсера – 4 ед.

Авианосцы: «Индепенденс» и «Принстон».

3е соединение – (объединено с 5м соединением) передислоцировано из Нью-Йорка в Мейпорт. Задача – защита восточного побережья Соединенных Штатов, обеспечение безопасности трансокеанских коммуникаций и блокада Кубы.

Тяжелые крейсера – 5 ед. Легкие крейсера – 5 ед. Командующий контр-адмирал Джон Сленг.

Атлантическому флоту США противостоял Северный флот Советского Союза в состав, которого также вошел ряд новых кораблей.

Северный флот СССР – командующий адмирал Андрей Трофимович Чабаненко. Основные базы флота Североморск, Мурманск.

Эскадра линейных сил Северного флота:

Линкоры: «Мурманск» - флаг командующего вице-адмирала Александра Михайловича Леонова, «Архангельск», «Полтава», «Гангут», «Бородино».

Линейные крейсера: «Куйбышев», «Северодвинск».

Тяжелые крейсера – 6 ед. Легкие крейсера – 6 ед.

Авианесущие крейсера 1го ранга: «Советская Россия», «Советская Белоруссия», «Советское Поморье», «Уральский рабочий».

Авианесущие крейсера 2го ранга: «Москва», «Ленинград», «Минск».

Третьим большим соединением флота США был так называемый Средиземноморский флот. Основной базой флота на июль 1960 года был итальянский Неаполь. Ну а основной задачей флота было противодействие Черноморскому флоту Советского Союза и обеспечение транспортных коммуникаций в Средиземном море.

Линкоры: «Колорадо» - флаг командующего вице-адмирала Вильяма Риббека, «Мериленд», «Вест Виргиния».

Тяжелые крейсера – 6 ед. Легкие крейсера – 9 ед.

Супер авианосцы: «Форестол», «Америка», «Китти Хок».

Черноморский флот Советского Союза. – командующий адмирал флота Владимир Афанасьевич Касатонов. Основная база на Черном море Севастополь, база флота в Эгейском море турецкий Измир.

Эскадра линейных сил Черноморского флота:

Линкоры: «Красный Боспор» - флаг командующего вице-адмирала Георгий Николаевич Иваньков, «Севастополь», «Новороссийск», «Парижская коммуна».

Линейные крейсера: «Чесма», «Синоп», «Наварин» и «Нарком Ворошилов» (бывший немецкий «Гебен» и турецкий «Явуз Султан Селим»).

Тяжелые крейсера – 4 ед, Легкие крейсера – 7 ед.

Авианесущие крейсера 1го ранга: «Советская Украина».

Авианесущие крейсера 2го ранга: «Киев», «Николаев», «Одесса», «Харьков», «Ф. Дзержинский».

Таким образом, в июле 1960 года американцы и их союзники англичане решили начать активные действия против военно-морских сил Советского Союза.

Операция «Defender of the east».Четыре громадины американских линкоров резали волны прибрежных вод Японского архипелага. Рядом с ними бороздили море тяжелые и легкие крейсера, а в нескольких милях позади под охраной эсминцев, фрегатов и корветов двигались четыре ударных авианосца. Что бы это значило? А значило это то, что первое соединение Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Стива Торнга шло вдоль восточного берега Японии к аннексированному Советским Союзом острову Хоккайдо. И вот, в этот солнечный день 5 июля 1960 года Соединенные Штаты Америки начали операцию «Defender of the east», что переводится как «Защитник востока». Ну, еще здесь можно сказать, что американские моряки находились в приподнятом настроении, так как буквально накануне отмечали один из главных своих праздников День Независимости США.

И так в чем же заключался ход операции «Defender of the east»? А состоял он из нескольких этапов. Но прежде всего немного расскажем о силах, противостоящих с обеих сторон. Прежде всего, на севере японского острова Хонсю были сосредоточены практически все сухопутные силы Соединенных Штатов и их союзников находящиеся на японском архипелаге, или иначе говоря, 3я армия вторжения под командованием американского генерала Джозефа Лоутона Коллинза. В ее состав входило порядка ста десяти тысяч военнослужащих США и двадцать тысяч человек из экспедиционного корпуса Британской короны. Кроме этого на остров Хонсю прибыло около десяти тысяч канадских, австралийских и новозеландских солдат. Вся это ста сорока тысячная группировка имела в своем распоряжении семьдесят танков и самоходных орудий, пятьсот бронетранспортеров, сто сорок артиллерийских орудий и триста минометов. С воздуха 3ю ударную армию союзников помимо корабельной авиации поддерживали сто восемьдесят истребителей, восемьдесят тактических и сорок пять стратегических бомбардировщиков. В общем, для вторжения на Хоккайдо были собраны достаточно значительные силы, и прежде всего их предстояло перебросить через славящийся сулоями и сильными течениями Сангарский пролив. Для этой цели американцы и англичане сосредоточили на севере Хонсю в портах Аомори и Хатинохе порядка сорока пяти десантных барж и пятнадцать десантных кораблей, а также транспорты и легкие боевые корабли (тральщики и корветы). В общем, в начале июля все эти силы и средства их доставки были подготовлены к началу операции «Defender of the east».

В чем же заключался план вторжения? А состоял он из нескольких этапов:

Первое: 7-8 июля – передовые штурмовые группы с применением специальных средств десантируются на побережье Хоккайдо в районах поселений Мацумаэ на полуострове Осима, а также Хиратори и Уракава на южном побережье острова. Там они закрепляются и обеспечивают высадку основных сил.

Второе: 8-10 июля десантируемые на юге войска продвигаются вдоль побережья и начинают штурм основных портов на юге острова Хоккайдо. Это, прежде всего порты Хакодате, Томакомай и Муроран.

Третье: После занятия портов и обеспечения непосредственной переброски основных сил вторжения начиная с 10 июля, войска союзников наносят удары вглубь острова в направлении Саппоро и захватывают центральную часть Хоккайдо.

Четвертое: Полный захват острова Хоккайдо к 20 июля 1960 года.

Все эти действия должны были поддержаны огнем линейных сил и палубной авиации флота в составе 1го соединения Тихоокеанского флота США. Также в задачу флота входило противодействие флоту Советского Союза со стороны Сангарского (Цугару) пролива и Курильских островов.

Что же, силы американцев и их союзников были значительны, но что же мог противопоставить им на Хоккайдо Советский Союз.

Прежде всего, это сильные оборонительные укрепрайоны, построенные в районе Хаккодате, Томакомайи и Муроран. Общая численность советских войск на юге острова с учетом двух дополнительно переброшенных дивизий составляла сто двадцать тысяч человек. В своем распоряжении они имели девяносто танков и самоходных орудий, двести артиллерийских орудий, триста минометов, двести истребителей и сто двадцать бомбардировщиков. Командовал этой группировкой генерал армии Николай Иванович Крылов.

Кроме этого в гаванях Хаккодате и Муроран были сосредоточены двадцать четыре торпедных катера типа «Смерч».

И вот ранним утром 7го июля первые десантные баржи и корабли с американскими и британскими солдатами двинулись по направлению к берегам Хоккайдо. Первым делом 1й штурмовой группе следовало пересечь Сангарский пролив и высадиться на полуострове Осима, путь 2й и 3й штурмовых групп был значительно дольше, им следовало выйти в открытое море и преодолеть значительное расстояние до южного берега Хоккайдо, после чего высадиться в районе населенных пунктов Хиратори и Уракава. Здесь следует сказать, что на всем протяжении пути самоходные десантные баржи и корабли прикрывали американские эсминцы и корветы, а основные силы американского флота заняли позицию в открытом море восточнее входа в Сангарский пролив. И вот суда с солдатами союзников уверенно двигались вперед, сильно болтаясь на сильных сулоях, а в чистом небе по направлению к южному побережью Хоккайдо стремительно летели американские истребители и бомбардировщики.

- Адмирал! Десантные суда под прикрытием авиации продвигаются по направлению к берегам Хоккайдо! Противник не предпринимает никаких действий! – доложил дежурный офицер стоящему на мостике линкора «Монтана» вице-адмиралу Стиву Торнгу.

- Очень странно. По всем понятиям войны русские давно должны были атаковать наши транспорты морем или авиацией, - заговорил адмирал: - Передайте на авианосцы, что бы авиация атаковала вражеские суда в гаванях Хакодате, Томакомайи и Муроран. Пусть они потопят русские корабли, но не трогают причалы и портовую инфраструктуру. Она нам понадобится для высадки основных сил.

В 09.00 первые десантные суда американцев с тихим шелестом ударились в прибрежный песок южного берега полуострова Осима. В передних частях кораблей откинулись аппарели и американские солдаты стали высаживаться на песчаный пляж. И именно в этот момент из прибрежных зарослей по ним открыли огонь артиллерийские орудия, минометы, пулеметы и стрелковое оружие советских солдат. Пробитые пулями и осколками тела американцев падали в воду и на песок.

- Адмирал! Десантные силы столкнулись с сильным огневым противодействием противника на полуострове Осима и просят поддержки артиллерийским огнем кораблей нашей эскадры! – последовал очередной доклад со стороны дежурного офицера.

- Хорошо, пусть крейсера «Гонолулу» и «Сент-Луис» выдвинуться в Сангарский пролив, и прикроют огнем своих орудий силы десанта, - распорядился Стив Торнг.

Приблизительно в 12.00 американские корабли оказались на месте и открыли огонь по русским укреплениям на берегу. С этой поры американские войска стали уверенно продвигаться вглубь полуострова Осима, однако тут их встретили долговременные огневые точки с советскими орудиями и пулеметами. Тем не менее, войска союзников все прибывали и прибывали на берег острова, и вскоре им удалось занять первую линию траншей советской обороны.

И все бы для союзников продолжалось хорошо, если бы в 12.40 из-за мыса Сираками в пролив не ворвались на полном ходу десяток советских торпедных катеров. Они выстроились полукругом и бросились в атаку на американские корабли, при этом орудия крейсеров перенесли огонь на нового противника. Практически сразу американские снаряды поразили два торпедных катера, шестидюймовые снаряды рвали их в клочья, кроме этого катера загорелись, потеряли ход и стали быстро погружаться в море. Однако остальные восемь катеров сумели подойти на дистанцию залпа и выпустили 533 мм сигары по врагу. Первыми жертвами атаки катеров стали два десантных корабля «Макин Айленд» и «Уидби Айелнд», страшные взрывы от попадания советских торпед раскололи их пополам и не оставили никаких шансов находившимся на их борту американским десантникам. Кроме этого атаке подверглись и два американских крейсера, находившиеся в этом районе. И хотя они набрали максимальную скорость, и стали резко маневрировать одна из торпед ударила крейсер «Сент-Луис» в районе кормовой надстройки. Раздался страшный взрыв, и крейсер резко потерял скорость, как выяснилось впоследствии, он получил пробоину в шесть на восемь метров, в результаты чего оказались затопленными два из четырех машинных отделений, кроме этого корабль получил серьезный крен левый борт. Тем не менее, орудия крейсеров и четырех подошедших им на помощь эскадренных миноносцев продолжали вести ожесточенный огонь по советским торпедным катерам. В результате этого еще два катера получили попадания и объятые пламенем пошли ко дну, остальные же катера повернули к мысу Сираками и, выставив сплошную дымовую завесу, вскоре скрылись за ним.

- Адмирал! Атака русских катеров отбита! Крейсер «Сент-Луис» получил торпедное попадание и возвращается обратно, - последовал очередной доклад дежурного офицера.

- Пусть два корвета сопровождают крейсер на ремонт в Токийский залив. Вместо него для поддержки десанта в районе Мацумаэ пусть выдвигается крейсер «Хелена», - распорядился вице-адмирал, после чего немного подумал и задал вопрос. - А как идут дела на восточных пляжах для высадки десанта?

- Корабли с восточными группами десанта вышли из Хатинохе еще вчера вечером и сейчас преодолели практически две трети пути. Таким образом, начало высадки планируется начать в 20.00 – 21.00 по местному времени, - ответил дежурный офицер.

- Хм, высадка состоится практически под вечер. Передайте на авианосцы, что бы они обеспечили авиационное прикрытие высаживаемых групп. Так же к побережью пусть выдвигаются тральщики и тяжелые крейсера «Индианаполис» и «Портленд». Их задача огнем своих орудий поддержать высаживаемый десант.

Спустя несколько минут два американских тяжелых крейсера вышли из строя походного ордера и быстро устремились в северном направлении. Вместе с ними строй покинули и восемь эскадренных тральщиков, перед которыми стояла задача протралить прибрежные к Хоккайдо воды от возможных русских мин.

В 15.00 на западном пляже в районе Мацумаэ американским десантникам удалось занять первый и второй ряд советских траншей и закрепиться на побережье. В это время к пляжу стали приставать баржи со второй волной десанта. Это был тактический успех американцев и под их жестоким натиском советские войска отступили к Хаккодате. Здесь следует сказать, что в районе этого города был создан усиленный укрепрайон с многочисленными ДОТами, капонирами, сплошными линиями траншей, рядов колючей проволоки и минными полями. На этих рубежах советские войска рассчитывали стоять продолжительное время.

21.00 десантные корабли и самоходные баржи с войсками союзников приблизились к побережью острова Хоккайдо в районе населенных пунктов Хиратори и Уракава и начали высадку передовых отрядов. Как ни странно, но здесь американцев, британцев и их союзников никто не встретил, и они беспрепятственно закрепились на берегу. Тем не менее, наступившая ночь прекратила все боевые действия, и наступило временное затишье. Однако в 02.30 8го июля советские торпедные катера предприняли новую атаку на корабли американского флота. На этот раз они действовали двумя группами. Первая группа в составе шести оставшихся после дневного боя катеров снова атаковали американские корабли в Сангарском проливе из-за мыса Сираками, вторая же группа из четырнадцати торпедных катеров атаковала восточную группировку американского флота вторжения из-за мыса Эримо.

Едва эти маленькие и юркие корабли приблизились на пятьдесят кабельтовых, как на американских судах вспыхнули дальнобойные прожекторы и они открыли ожесточенный артиллерийский огонь. Тем не менее, пользуясь ночной темнотой, советские торпедные катера уверенно шли на сближение с противником и, достигнув дистанции в двадцать-тридцать кабельтовых, выпускали торпеды. В результате этих ночных атак американским артиллеристам удалось уничтожить один катер в западной группе и три катера в восточной группе советских кораблей. Советские же торпеды отправили на дно три американских десантных корабля, не успевших отойди от побережья под защиту главных сил флота. На дно пошли десантные суда «Меса Верде», «Грин Бэй» и «Ганстон Холл». На этот раз эти корабли были пустые. После атаки советские катера под прикрытием дым завес скрылись выступающими в море мысами острова Хоккайдо.

- Вот черт! За один день мы потеряли пять специальных десантных судов из четырнадцати имеющихся! Такие потери просто недопустимы! А ведь еще никак не проявила себя русская авиация, - последовало со стороны вице-адмирала Стива Торнга.

- Да, русские ведут себя очень странно. Еще никак не проявила себя русская авиация, и они не оказывают никакого сопротивления высадке наших войск, - согласился с командующим флаг-офицер.

- Свяжите меня немедленно с генералом Коллинзом, - распорядился Стив Торнг.

Через пять минут дежурный офицер сообщил, что командующий войсками вторжения на связи. Адмирал взял трубку и заговорил:

- Приветствую вас генерал! Считаю целесообразным сообщить вам, что наши передовые отряды достигли побережья Хоккайдо и высадились на нем, не встречая особого сопротивления со стороны Советов.

- Я рад слышать от вас эти новости, адмирал. Думаю, что сегодня русские покажут нам все свою мощь и обрушать на нас огонь всей своей артиллерии. Я считаю целесообразным просить вас, что бы ваши линкоры подошли к побережью и поддержали наши штурмовые группы огнем всех своих орудий, - последовал ответ со стороны генерала Джозефа Лоутона Коллинза.

- Хорошо, как только представится возможность, мы выполним ваши пожелания.

- Надеюсь, завтра мы беспрепятственно высадим на берегах Хоккайдо вторую волну десанта и начнем наступление на Томакомайи и Муроран.

- По данным разведки русские там создали долговременную оборону, и нашим парням придется там горячо.

- Данные разведки мне хорошо известны, но меня более всего беспокоят русские танки. Если Советы бросят их в бой наши ребята могут не выдержать и тогда все пойдет не так как надо.

- Ничего, мы поддержим десантные войска огнем главного калибра линкоров и крейсеров, а также палубной авиацией.

- Нам необходимо захватить порты Томакомайи и Муроран чтобы начать переброску тяжелой техники на Хоккайдо.

- Флот сделает все что необходимо. Желаю успехов, - закончил разговор вице-адмирал Стив Торнг.

…

Утром 8го июля американцы продолжили высадку своих войск в районах Хиратори и Уракава, а также на западном пляже вблизи населенного пункта Мацумаэ. В этот день советская авиация впервые атаковала десантные корабли и баржи, двигающиеся на север. Сорок бомбардировщиков Пе-2М под прикрытием шестидесяти истребителей Як-9П атаковали американские суда и, несмотря на активный огонь зенитной артиллерии и противодействие палубной авиации американцев потопили пять барж с десантниками и один десантный корабль под названием «Фридом». Кроме этого тяжелые повреждения получили десантные корабли «Габриэль Гиффордс» и «Сиу-Сити». Однако два этих судна достигли побережья Хоккайдо и, высадив на него морских пехотинцев, ушли на ремонт в направлении Хатинохе.

Тем не менее, уже вечером 8го июля американцы и их союзники высадили на побережье Хоккайдо порядка двадцати тысяч человек, что позволило им начать наступление в направлении Хаккодате и Томакомай. Однако здесь они натолкнулись на долговременную оборону, которую подготовила советская сторона, и запросили помощи от флота.

Утром 9го июля американские линкоры, выстроившись в линию, приблизились к побережью и открыли огонь из своих шестнадцати дюймовых орудий по советским укреплениям в районе Томакомай. Выпустив по берегу сто восемьдесят фугасных снарядов Мк13 массой 862 килограмма каждый линкоры отошли от берега в море и предоставили дальнейшую поддержку сухопутных сил палубной авиации.

Благодаря вышеописанным действиям по поддержке сухопутных войск военно-морскими силами американцам и их союзникам удалось прорвать оборону советских войск в районе Томакомай и захватить этот порт. Теперь используя его инфраструктуру к пирсам стали швартоваться крупные транспортные суда и разгружать тяжелую технику, артиллерию и боеприпасы. Тем не менее, тяжелые бои развернулись в районе западнее Хаккодате, восточнее Муроран и вглубь острова по направлению к столице префектуры Саппоро. Таким образом, можно было заключить, что в течение первых четырех дней вторжения американцы и их союзники добились значительных тактических успехов и некоторого стратегического превосходства.

Сила противодействия.- Господа! Хочу поздравить всех нас! Операция «Defender of the east» в некоторой степени удалась! Теперь наши войска захватили два больших плацдарма на юге Хаккодате и в скором времени должны перейти в наступление вглубь территории острова, - восторженно заявил министр обороны Томас Гейтс на расширенном заседании комитета начальников штабов.

- Да генералу Джозефу Лоутону Коллинзу сейчас сопутствует удача, однако советские войска на Хоккайдо оказывают упорное сопротивление и ситуация еще особо не прояснилась, - несколько скептически отозвался на восторженные высказывания министра обороны начальник штаба сухопутных войск США генерал Дирк Эмбал.

- Тем не менее, господа! Давайте не будем пессимистами! Наши войска на Хоккайдо уверенно наступают, и скоро сопротивление Советов будет сломлено. А сейчас я бы хотел послушать ваши доклады по ситуации на существующих театрах военных действий. Давайте начнем с сухопутных войск, потом предоставим слово военно-воздушным силам и военно-морскому флоту, последовало со стороны Томаса Гейтса.

Генерал Дирк Эмбал встал из-за большого круглого стола, за которым сидели присутствующие, взял в руку длинную указку и подошел к большой висевшей на стене карте Ближнего востока. Здесь следует сказать, что по просьбе докладчика карты на стене могли меняться, выползая сверху из-за небольшой ширмы. Итак, генерал Дирк Эмбал начал доклад:

- Уважаемые присутствующие. На сегодняшний день мы имеем три основных театра военных действий. Первый театр – это Ближний Восток. Наши и британские войска ведут там наступление на юге и востоке Сирии, и скажу вам прямо: Особых успехов у нас на этом театре военных действий нет. Конечно, нам удалось продвинуться вглубь сирийской территории на десять-двадцать километров, но далее наши силы наткнулись на усиленное сопротивление советских войск. Так что война на Ближнем Востоке приобрела позиционный характер и никакого существенного перелома там не предвидится.

На основании вышесказанного считаю целесообразным поставить перед правительством Турции вопрос о вступлении в войну и открытии двух новых фронтов в центральной части этой страны. Кроме этого генеральный штаб вооруженных сил считает целесообразным начать десантную операцию на Галлипольском полуострове. Это позволит открыть новый фронт против Советов и блокировать русский флот в Черном море.

После этих слов генерал Дирк Эмбал замолчал, и слово взял министр обороны Томас Гейтс:

- Господа, мы внимательно выслушали доклад начальника штаба сухопутных войск о ситуации на Ближнем Востоке и прежде всего, возникает два вопроса:

Первый – сколько, и каких дополнительных сил потребуется для открытия новых фронтов против русских в Турции и проведения десантной операции в Дарданеллах?

Второй – что делать с русским флотом, который сейчас находится в Измире и контролирует Эгейское море и восточное Средиземноморье?

- Генеральный штаб сухопутных сил считает, что для успешного противодействия Советам в центральной Турции потребуется пять-восемь дополнительных дивизий, не считая турецкой армии, а для проведения десантной операции на Гиллипольском полуострове еще пять – шесть дивизий,- ответил генерал Дирк Эмбал.

- Так понятно, а что делать с русским флотом? – снова задал вопрос министр обороны. Теперь слово взял начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон:

- Господа, все вышесказанное не имеет никакого значения до тех пор, пока советский флот хозяйничает в Эгейском и Средиземном море. Нам потребуется сначала нанести русским серьезное поражение, а потом загнать их в Дарданеллы. Но все это господа не более чем мечты, ибо русский флот силен как никогда, и разбить его не так-то просто.

- Ладно, господа! Не будем препираться. В ближайшее время я изложу данные сведения на совещании в «Белом доме» и там мы решим, стоит ли нам начинать вторжение в Турцию, - примирительно заговорил Томас Гейтс и после небольшой паузы добавил. – Прошу вас генерал Эмбал продолжить свой доклад.

Далее начальник штаба сухопутных сил заговорил вновь:

- Вторым театром военных действий против Советского Союза является территория штата Аляска, однако и там дела у генерала Омара Нельсона Брэдли идут не особо удачно, - заговорил генерал Дирк Эмбал, при этом сверху опустилась большая и подробная карта штата Аляска. - Мы перебросили на Аляску огромные силы, одних военнослужащих и членов национальной гвардии там около ста девяносто тысяч, но вот уже более двух месяцев они топчутся на месте. Основные военные действия сейчас сконцентрированы на юге в районе Мак-Кинли-Парка и на юго-востоке в районе Делта-Джанкшен. Там нашим войскам удалось продвинуться по направлению к Фэрбанксу на десять – двадцать километров, но далее они натолкнулись на сильное сопротивление русских и боевые действия приняли позиционный характер. Тем более, что отсутствие хороших дорог и труднопроходимая местность не дает нам создать сплошной фронт и обойти советские укрепрайоны.

На основании вышеизложенного хочу сказать, что генеральный штаб сухопутных войск считает необходимым провести ряд десантных операций на оккупированном русскими западном побережье Аляски, что позволит отрезать основные силы русских в глубине штата и нарушит их коммуникации в Беринговом море.

Тут генерал Дирк Эмбал замолчал, и слово взял начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон:

- Господа, я дополню слова уважаемого генерала Эмбала и хочу сообщить вам, что на данный момент 2е соединение Тихоокеанского флота пополнилось новыми кораблями и теперь полностью соизмеримо с советской эскадрой находящейся в Петропавловске-Камчатском и контролирующей перевозки в Беринговом море. Проще говоря, теперь мы имеем паритет с противником и командующий вторым соединением вице-адмирал Джон Хоккинс готов начать активные действия против русских.

- Ну что же, это довольно хорошие новости, и мы их также доведем до руководства в «Белом доме», - констатировал сказанное министр обороны, после чего генерал Дирк Эмбал продолжил свой доклад, ну а карта на стене сменилась картой острова Хоккайдо:

- Уважаемые присутствующие, третьим театром военных действий, который мы ведем сейчас, это захваченный Советами в войне 50-52 года японский остров Хоккайдо. По последним данным войска генерала Джозефа Лоутона Коллинза, при поддержке 1го соединения нашего Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Стива Торнга успешно высадились на южном побережье острова и захватили город и порт Томакомай. Сейчас они успешно развивают наступление вглубь острова, а также по направлению к Хаккодате и Муроран, однако и тут они столкнулись с сильным сопротивлением советских войск. Тем не менее, мы надеемся, что наши войска и войска наших союзников смогут сломить сопротивление русских и начать продвигаться вглубь Хоккайдо.

- Об успехах на Хоккайдо мы уже говорили ранее. Это очень и очень хорошо. А теперь господа я хочу предоставить слово начальнику штаба военно-воздушных сил генералу Моргену, - высказался Томас Гейтс. Генерал Ричард Морген встал, взял указку, занял место у большой карты мира на стене кабинета и заговорил:

- Уважаемые господа. Я как начальник штаба ВВС Соединенных штатов считаю целесообразным довести до вашего сведения, что если мы откроем новые фронты против Советов ситуация потребует от нас дополнительных сил. Конечно, авиационная промышленность сейчас выпускает все больше и больше самолетов основных боевых марок и мы довольно успешно восполняем потери на существующих сейчас театрах военных действий, но если мы откроем новые фронты в Турции, это потребует дополнительных сил и средств. Кроме этого я хочу сказать, что существенные потери сейчас несет палубная авиация флота, которая не входит в ВВС страны и новые самолеты и летчики поступают, прежде всего, на восполнение её потерь. Тем не менее, мы найдем силы для создания двух дополнительных воздушных армий, которые потребуются на турецком фронте. Это в наших силах.

Тут генерал Ричард Морген замолчал, и слово взял министр обороны Томас Гейтс:

- Хорошо. Мы вас прекрасно поняли, и скажу вам прямо: лично я доведу все сказанное на этом совещании до президента. Хочет ли кто еще высказаться?

- Если не возражаете, я бы хотел сказать несколько слов, - последовало от генерал-майора Дэвида Гибрелта, который занимал пост начальника управления национальной гвардией США.

- Хорошо. Мы вас слушаем генерал.

- Лично я хотел бы поднять вопрос о выплате компенсации членам национальной гвардии, воюющим сейчас на Аляске. Я скажу прямо, ребята проявили себя очень и очень хорошо. Именно им ценой огромных усилий удалось отбить у русских населенный пункт Андерсон, что вывело наши войска прямиком к Фэрбанксу. А ведь членами национальной гвардии являются в основном гражданские лица, и они сражаются за свою родную землю. Руководство Национальной гвардии считает, что они достойны денежного поощрения.

- Я вас понял и обещаю вам, что я обязательно подниму этот вопрос в «Белом доме», Надеюсь, что мы найдем там понимание этой проблемы, а теперь я бы хотел обратиться к коменданту корпуса морской пехоты Соединённых Штатов генералу Дэвиду Шупу.

- Я вас слушаю господин министр.

- Как вы знаете, мы не задействовали основные силы морской пехоты США ни на Ближнем Востоке, не на Хоккайдо, ибо для вас подготовлено особое задание, а именно мы собираемся перебросить основные силы морской пехоты на Аляску и задействовать их в десантных операциях на западном побережье штата.

- Я понял вас господин министр, - последовало со стороны Дэвида Шупа.

- Дело в том, что скоро в Беринговом море наступит ледостав и сообщение будет возможно только при поддержке специальных ледокольных судов, как это и делают русские. В связи с этим мы закупили в Канаде два ледокола «Д' Ибервилль» и «Лабрадор». Вместе с нашими ледоколами «Хили» и «Уинд» они будут обеспечивать поставки оружия, боеприпасов и всего необходимого вашим солдатам в зимний период войны.

- Ну что же, задача для корпуса морской пехоты США понятна, - констатировал генерал Шуп.

На этом совещание комитета начальников штабов было закончено.

В волнах Берингова моря.10го июля 1960 года американский флот начал операцию «Viper throw» что переводится как «Бросок гадюки». Согласно разработанному в штабе Тихоокеанского флота плану 2е соединение флота под командованием вице-адмирала Джона Хоккинса должно было пройти через пролив Унимак в Берингово море и обеспечить беспрепятственную высадку десанта морской пехоты США в районе Хуппер-Бей, Скаммон-Бей, Шелдон-Поинт. Кроме этого крупные силы должны были высадиться на принадлежавшем Соединенным Штатам Бетеле, где так же имелся довольно крупный военный аэродром. Таким образом, отрезанные от основных сил горным хребтом Кускокуам американские войска получали значительное подкрепление и могли начать наступление по суше на занятные Советским Союзом территории Аляски.

И вот 10го июля адмирал Хоккинс вывел в море все свое 2е соединение Тихоокеанского флота США. Первыми еще вечером 9го июля в море вышли тральщики, перед которыми стояла задача протралить фарватер в районе пролива Унимак от возможных мин которые могли выставить там советские подводные лодки. Вслед за ними ранним утром в море вышли тяжелые крейсера «Анкоридж» и «Сан-Франциско», а также легкие крейсера «Винсенс» и «Пасадена». Их поддерживали шесть эсминцев типа «Флэтчер». С интервалом в час уютную гавань Анкориджа стали покидать главные ударные силы американского флота, а именно супер линкор «Мэн», линкоры «Висконсин», «Иллинойс», «Кентукки» и шесть эсминцев типа «Мэхэн». Кроме этого вместе с линкорами гавань покинули только что вступившие в строй два больших крейсера «Аляска» и «Гавайи». Далее вслед за линейными силами следовали имевшиеся в наличии три ударных авианосца «Орискани», «Эссекс» и «Интерпид». Их прикрывали легкие крейсера «Финикс» и «Санта-Фе», четыре эсминца типа «Бенхэм», шесть только что вошедших в состав флота фрегатов типа «Ингрем» и четыре корвета типа «Нокс». Далее в интервале около получаса вслед за основными силами флота следовали десантные и транспортные суда с морскими пехотинцами Соединённых Штатов Америки. Всего в транспортно-десантном отряде находилось пять десантных кораблей типа «Уосп» и десять специализированных транспортных судов различных классов. Всего на борту этих кораблей находилось 17500 морских пехотинцев, сорок бронетранспортеров, пятьдесят орудий калибра 127 мм, а также прочее вооружение и боеприпасы. Кроме этого на десантных судах находились только, что поступившие на вооружение корпуса морской пехоты США вертолеты «UH-1 Ирокез». Всего их было двадцать штук, и они только еще начали выпускаться авиационной промышленностью Штатов.

Это были очень серьезные силы и для их поддержки с воздуха командующий американскими войсками на Аляске генерал Омар Нельсон Брэдли приказал создать на аэродромах Бетел и Диллингхем специальную воздушную группу в состав которой входили сорок истребителей «Валти P-66 Вэнгард» и «P-51 Мустанг», тридцать тактических бомбардировщиков «А-20 Бостон» и пятнадцать штурмовиков «A-36 Апач / Инвейдер». Кроме этого на аэродроме в Диллингхеме базировались пятнадцать стратегических бомбардировщиков «В-29 Доминатор».

Не считая описанных выше сил, в районе Бетела имелись и находившиеся с войны 1950-52 года военные части, а именно это были шесть тысяч военнослужащих сухопутных сил США и две тысячи членов национальной гвардии.

И вот 15 июля американский флот подошел с юга к проливу Унимак и тральщики начали свое дело. Операция «Viper throw» началась.

Но вернемся немного назад, еще 11 июля едва американский флот покинул гавань Анкориджа, благодаря внешней разведке КГБ это стало известно, как в штабе Тихоокеанского флота Советского Союза, так и командованию 2й Тихоокеанской эскадры в Петропавловске-Камчатском. 11го же июля вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев вывел свои корабли в море.

Прошли еще сутки, 16 июля американский флот преодолел пролив Унимак и вышел в Берингово море. За сутки он удалился от Алеутских островов на триста миль и оказался справа от островов Прибылова. Именно здесь на морском дне лежали корабли эскадры адмирала Энгланда погибшие в решающей битве в июле 1952 года. И вот теперь над этими молчаливыми могилами американских моряков двигалась на север армада вице-адмирала Джона Хоккинса.

21.00 17 июля на радарах американских кораблей возникли групповые цели. Это полным ходом наперерез флоту США двигалась 2я Тихоокеанская эскадра Советского Союза под командованием адмирала Игнатьева.

Здесь следует сказать несколько слов о советском командующем. Во время войны 1950-52 года контр-адмирал Леонид Федорович Игнатьев командовал бригадой крейсеров советского флота базирующейся в Петропавловске-Камчатском и с холодными водами Берингова моря был знаком не понаслышке. Еще в самом начале войны бригада из четырех крейсеров под командованием Игнатьева совершила набег на атолл Мидуэй и вдребезги разнесла на нем базу американских ВВС. Далее она участвовала в защите побережья Чукотки во время рейда в советские воды эскадры адмирала Энгланда и наконец, в июле 1952 года приняла активное участие в решающей битве вблизи островов Прибылова. Так что, как видно, вице-адмирал Игнатьев являлся опытным моряком и прекрасно был знаком с плаванием в этих северных водах. И вот на этот раз, вторая битва в Беринговом море разгоралась в самом начале войны.

22.30 дистанция между передовыми отрядами противоборствующих сторон достигла ста двадцати кабельтовых и четыре американских крейсера под командованием контр-адмирала Самюэля Уиллиса открыли огонь, используя данные радарного наблюдения. В ответ русские крейсера повернули на запад, и вышли из-под обстрела.

- Ну что же. С первым почином нас, - произнес вице-адмирал Джон Хоккинс.

- Да, но русские отвернули влево, и ушли из-под наших снарядов, - произнес флаг-офицер.

- Они дожидаются утра. Завтра начнется страшное сражение, - ответил командир линкора Мэн кэптен Джим Ховард.

- Меня более всего сейчас беспокоят наши транспорты с десантом. Что если русские атакуют их в темноте. Передайте командующему десантной партией коммодору Брюсу Хенку что бы он был наиболее внимателен и пусть командующий авианосной группой контр-адмирал Роберт Макфрил возьмет на себя дополнительное прикрытие транспортов с десантом, - распорядился командующий 2м соединением американского тихоокеанского флота адмирал Хоккинс.

23.30 американские корабли перестроились, и теперь транспортно-десантный отряд находился справа от авианосной группы флота. Линейные силы находились левее и чуть впереди от авианосной группы, а четыре крейсера шли впереди основных сил. Тем не менее, ночь прошла спокойно и лишь утром на экранах локаторов появились новые групповые цели обозначавшие сосредоточение сил советского флота.

Ранее утро 18 июля 05.10, с трех советских авианосцев стартует тридцать истребителей Ла-11МК и двадцать четыре бомбардировщика Ту-2МК. В ответ вице-адмирал Хоккинс отдает приказ поднять в воздух двадцать восемь истребителей F-6U «Супер Корсар», четырнадцать торпедоносцев "Дуглас" TBD-6 "Ньюдевастэтор" и четырнадцать пикирующих бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер». И вот находящиеся в воздухе самолеты разбиваются на группы и устремляются навстречу друг другу. В небе над Беринговым морем начинается крупное сражение палубной авиации и в это время корабельные группировки сближаются для артиллерийского боя.

05.35 четыре советских крейсера, а именно тяжелые «Рюрик» (под флагом командующего крейсерским отрядом контр-адмирала Льва Васильевича Семенова), «Аскольд» и легкие «Богатырь», «Витязь» приближаются к американской крейсерской группе контр-адмирала Самюэля Уиллиса на дистанцию в девяносто кабельтовых и открывают огонь из орудий главного калибра. Американцы немедленно начинают ответную стрельбу.

05.45 после десяти минут перестрелки три полубронебойных 280 мм снаряда с русского крейсера «Рюрик» попадают в американский крейсер «Анкоридж». В результате этих попаданий у американца оказывается развороченной носовая оконечность корпуса, и уничтожен ряд внутренних помещений, включаю несколько кубриков для команды.

05.47 три советских полубронебойных 180 мм снаряда с крейсера «Богатырь» накрывают американский легкий крейсер «Винсенс» при этом один из снарядов попадает в левую переднюю установку 127 мм орудий и уничтожает ее. При этом погибает весь расчет установки, а именно восемнадцать матросов и два офицера.

05.53 наконец американцы добиваются попаданий в советские крейсера. Три снаряда калибра 203 мм с флагманского крейсера «Анкоридж» накрывают советский крейсер «Рюрик», при этом два из них пробивают верхнюю палубу толщиной 25 мм и взрываются во внутренних помещениях кормовой части крейсера. Третий снаряд падает в море рядом с бортом и взрывается при ударе о бронепояс крейсера, не причиняя ему никакого вреда.

05.57 американский крейсер «Сан-Франциско» добивается трех попаданий 203 мм фугасных снарядов в русский крейсер «Аскольд», которые поражают его в районе шлюпочной палубы и кормовой настройки. На русском крейсере возникает сильный пожар, и оказываются уничтоженными два 37 мм зенитных автомата.

05.58 теперь уже русский крейсер «Аскольд» наносит по «Сан-Франциско» удар тремя 280 мм полубронебойными снарядами, два из которых попадают во вторую башню главного калибра и она временно выходит из строя. Расчет башни получает сильную контузию. Третий снаряд бьет в находящеюся за башней бронерубку и взрывается, калеча осколками левое крыло капитанского мостика и находящиеся за рубкой помещения.

06.00 американские и советские крейсера развивают полную скорость и, стреляя друг в друга, идут на сближение. В это же время два советских линейных крейсера «Пересвет» и «Ослябя» на дистанции в сто двадцать кабельтовых вступают в артиллерийскую дуэль с американскими большими крейсерами «Аляска» и «Гавайи». Обмениваясь залпами орудий главного калибра на дистанции в сто двадцать кабельтовых, они продвигаются на север параллельными курсами со скоростью в тридцать узлов.

06.05 три советских бомбардировщика Ту-2МК прорываются к группе американских десантных кораблей и транспортов и наносят по ним удар. При этом они добиваются трех попаданий бронебойных авиабомб в транспорт типа «Форт», которые пробивают его палубы и взрываются глубоко в трюме. Кроме этого еще две БРАБ-250 попадают в другой транспорт, и взрываются в его котельном отделении, из-за чего он полностью теряет ход. Поврежденный корабль берет на буксир эсминец сопровождения.

В это же время основные линейные силы противоборствующих сторон сходятся параллельными курсами до дистанции в сто тридцать кабельтовых и начинают артиллерийскую дуэль фугасными и полубронебойными снарядами из орудий главного калибра.

К этому времени воздушное сражение над Беринговым морем утихает и самолеты возвращаются на свои авианосцы. Потери американцев составляют десять истребителей, пять торпедоносцев и четыре пикирующих бомбардировщика, русские же потеряли в этом сражении восемь истребителей и шесть бомбардировщиков.

06.15 противоборствующие крейсерские группы сходятся до дистанции в семьдесят кабельтовых и переходят на бронебойные снаряды, так же в бой вступает и артиллерия среднего калибра.

06.17 три бронебойных 280 мм снаряда с крейсера «Рюрик» попадают во вторую башню крейсера «Анкоридж». Башенная установка американского крейсера оказывается выведенной из строя, при этом погибает большинство ее обслуги. В это же время три 356 мм снаряда с русского линейного крейсера «Пересвет» накрывают американский большой крейсер «Аляска» при этом один из полубронебойных снарядов пробивает верхнюю палубу и разрывается во внутренних помещениях корабля. Два других снаряда падают рядом с бортом корабля.

06.20 Советские и американские линейные силы продолжают обмениваться тяжелыми снарядами главного калибра и добиваются нескольких взаимных накрытий. В это же время вице-адмирал Джон Хоккинс принимает решение отказаться от высадки десанта в районе мыса Румянцева (Хупер-Бей и Скаммон-Бей), а направить главные силы десанта в залив Кускокуим (где в устье одноименной реки находился крупный аэродром Бетел). Кроме этого было решено войти передовым отрядом в пролив Этолина (что между материком и островом Нунивак) и высадить там передовой отряд морской пехоты. По сути дела было решено высадить силы десанта, на границе занимаемой американцами территории штата Аляска, и уже оттуда начать наступление вдоль побережья.

06.25 обменивающиеся снарядами на большой дистанции линейные силы обеих сторон добиваются первых попаданий. Три 380 мм полубронебойных снаряда с советского линкора «Победа» накрывают американский линкор «Висконсин» при этом один снаряд попадает в верхнюю палубу вблизи первой башни американца, а два других падают в воду вблизи борта. В это же время американский командующий вице-адмирал Джон Хоккинс приказывает поднять с авианосцев тридцать истребителей, пятнадцать бомбардировщиков и пятнадцать торпедоносцев, но что с советских авианесущих крейсеров стартует сорок истребителей. В воздухе завязывается очередной жаркий бой.

06.27 три американских 406 мм фугасных снаряда накрывают флагманский линкор советской эскадры «Ретвизан». Два снаряда падают в воду рядом с бортом, а третий врезается в верхнюю палубу в носовой части корпуса корабля и взрывается.

06.29 три 280 мм бронебойных снаряда с тяжелого крейсера «Рюрик» попадают в борт американского флагманского крейсера «Анкоридж» и их бронебойные сердечники прошивают внутренние переборки американца насквозь. В результате этих попаданий на крейсере выходят из строя две динамо-машины носового электроотсека, а также один из сердечников пробивает насквозь центральный пост, убивая осколками шесть человек и раня восьмерых.

06.39 три 180 мм бронебойных снаряда с легкого крейсера «Витязь» попадают в переднюю башню американского крейсера «Пасадена». Они прошивают переднюю бронеплиту и их сердечники проходят башню насквозь. Убито двадцать два и ранено пять человек.

06.40 по приказу советского командующего вице-адмирала Игнатьева четыре крейсера передового отряда разворачиваются и уходят полным ходом на запад. Вслед за этим на северо-запад уходит и вся советская эскадра. Сражение в воздухе так же затихает и по его результатам американцы теряют еще три бомбардировщика, два торпедоносца и шесть истребителей. Советская сторона лишается пяти истребителей.

Чем же был вызван отход советских сил, а это было вызвано тем, что сражающиеся стороны приближались к юго-западному побережью Аляски. Кроме этого впереди находился остров Нунивак, который мешал советскому флоту следовать далее на север в боевом порядке. Вообще, это сражение в Беринговом море показало, что обе стороны имели равный потенциал и не никак не могли добиться перевеса в ту или иную сторону.

И вот 18 июля 1960 года в 13.00 американские транспортные корабли бросили якоря в устье реки Кускокуим и начали выгрузку морских пехотинцев и грузов на берег вблизи населенного пункта Тунтутулиак. Кроме этого пять десантных кораблей под прикрытием крейсеров и эсминцев двинулись на север вдоль побережья штата и вскоре оказались в проливе Этолина где высадили на побережье морских пехотинцев в районе бухты с населенными пунктом Токсук-Бей. Там же при высадке морских пехотинцев впервые были использованы находящиеся на десантных кораблях вертолеты «UH-1 Ирокез».

Первые успехи.И так благодаря благоприятному стечению обстоятельств в первой половине июля 1960 года американская армия и флот добились значительных успехов в войне против Советского Союза. А именно это успешные первоначальные действия десантных сил США и их союзников на юге острова Хоккайдо и западном побережье штата Аляска. Теперь американская военная машина набирала все большие и большие обороты, а промышленность США выпускала все больше и больше боеприпасов, военной техники и прочего военного снаряжения и оборудования.

В двадцатых числах июля 1960 года американские морские пехотинцы начали наступление на север вдоль западного берега штата Аляска. Кроме этого транспортные суда обеспечили снабжение этих сил через юго-восточную часть Берингова моря, при этом их прикрывали боевые корабли 2го соединения Тихоокеанского флота США под командованием вице-адмирала Джона Хоккинса. Таким образом, американцам удалось наладить бесперебойное снабжение вооруженных сил по маршруту Анкоридж – пролив Унимак (Алеутские острова) – залив Кускокуим (на юго-западе штата Аляска). Также американские ВВС обеспечили переброску наиболее необходимых грузов на аэродромы Бетела и Диллингхема.

Что же касается продвижения американских морских пехотинцев поддерживаемых отрядами регулярных войск и национальной гвардии. Первоначально их наступление имело достаточно успешный характер. 25 июля продвигаясь вдоль побережья они переправились на лодках и плотах глубоко вдающеюся в территорию Аляски бухту Бэрд и заняли небольшой населенный пункт Ньюток на ее северном побережье. Далее в течение двух дней туда перебрасывались дополнительные силы и 28 июля войска Соединенных Штатов выступили на поход на Хупер-Бей. Однако путь им осложняли многочисленные небольшие речки, озера и труднопроходимая болотистая местность. Наконец 6 августа передовые отряды американской морской пехоты достигли побережья Берингова моря вблизи мыса Румянцева и тут они встретили жестокое сопротивление советских войск и отрядов сил специальных операций КГБ СССР. Наступление американцев завязло и вначале августа 1960 года война (в районе Хупер-Бей на западной оконечности Аляски) приобрела тяжелый позиционный характер.

А как же обстояли дела на южной оконечности японского острова Хоккайдо. Успех первых дней высадки десантов союзников вскоре затих, и война также приобрела позиционный характер. Тем не менее, 3й армии вторжения под командованием американского генерала Джозефа Лоутона Коллинза удалось расширить плацдармы на полуострове Осима и вплотную подступить с запада к Хаккодате. Кроме этого далось увеличить и занятые территории на юго-востоке острова, занять порт Томакомай, а также вплотную подступить с востока к порту Муроран и развить наступление на север по направлению к главному городу острова Саппоро. Однако эти достижения были оплачены значительными потерями, а советские войска под командованием генерала армии Николая Ивановича Крылова оказывали жесточайшее сопротивление.

…

10 августа 1960 года в «Белом доме» состоялось расширенное заседание, на котором присутствовали президент Соединенных Штатов Америки Дуайт Дэвид Эйзенхауэр, вице-президент Ричард Никсон, государственный секретарь Джон Фостер Даллес, начальник ЦРУ Аллен Даллес, министр обороны Томас Гейтс, министр армии США Уилбер Марион Брукер, морской министр Уильям Франк, министр военно-воздушных сил США Дадли Шарп, начальник штаба сухопутных войск США генерал Дирк Эмбал, начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, начальник штаба военно-воздушных сил генерал Ричард Морген, начальник управления национальной гвардией США генерал-майор Дэвид Гибрелт и комендант корпуса морской пехоты Соединённых Штатов генерал Дэвид Шуп.

- Приветствую вас господа у себя в «Белом доме». Господа до президентских выборов осталось менее полгода и вполне возможно скоро в «овальном кабинете» будет сидеть другой человек, - открыл совещание президент Дуайт Д. Эйзенхауэр, - поэтому я собрал вас здесь всех вместе, чтобы выработать план ближайших действий в войне против Советского Союза. Ну а если говорить более обстоятельно, то нам надо решить, где нанести следующий удар по коммунистическому режиму, который скоро оккупирует большую часть мира. Итак, что скажет на это господин вице-президент?

Слово взял Ричард Никсон:

- Господа, на данный момент существует три варианта дальнейшего развития боевых действий. Вариант с Балтийским морем сразу отпадает как бесперспективный, остается Арктика и Эгейское море, а именно операция по блокаде и захвату Дарданелл. Эти операция следует провести в ближайшее время, что бы добиться определенных результатов до начала новой президентской компании. Кроме этого нам нельзя забывать о таких местах на мировой карте как Куба и Вьетнам, так как именно там коммунизм поднимает свою голову, и мы имеем новые очаги напряженности и сопротивления демократическим ценностям.

Здесь вице-президент замолчал, и заговорил государственный секретарь США Джон Фостер Даллес:

- Уважаемые присутствующие. Как государственный секретарь Соединенных Штатов я обязан вас известить, что я совсем недавно вернулся из Европы, и мы достигли полного согласия с правительством Великобритании о начале боевых действий против Советского Союза на всех театрах военных действий. Кроме этого правительство Турции готово также начать боевые действия против коммунистов, как на западном, так и восточном фронте. Однако у наших союзников англичан есть серьезные опасения насчет сроков проведения боевой операции в Баренцевом море. Они считают, что благоприятное время упущено и предлагают перенести ее на следующий год. Что касается Средиземноморского театра военных действий, то англичане готовы усилить группировку своих сил несколькими авианосцами, что очень и очень кстати. Кроме этого их соединение на Дальнем Востоке уже получило предписание выдвинуться на север Японского архипелага и вместе с американским флотом заняться обеспечением десантной операции на Хоккайдо.

Здесь государственный секретарь замолчал и от президента последовал вопрос:

- Что скажет на это морской министр?

- Господа я за проведение арктической операции «Ветер Валгаллы» в любых условиях, однако предлагаю послушать по этому поводу начальника штаба морских сил адмирала Гордона.

После этих слов вице-адмирал Ленц Гордон открыл лежащую перед ним на столе черную папку и начал говорить:

- По данному вопросу я считаю целесообразным доложить следующее. Август месяц считается наиболее приемлемым для проведения боевых действий в акватории Баренцева моря. Но сегодня уже 10 число и если и начинать какие-либо действия в Арктике, то это следует сделать немедленно. Также готов вам доложить, что наши силы Атлантического флота полностью готовы к проведению операции в ближайшее время. Остается вопрос за англичанами?

- Господа государственный секретарь, и морской министр немедленно свяжитесь с английским адмиралтейством и согласуйте действия наших флотов в операции «Ветер Валгаллы», - последовало распоряжение со стороны Дуайта Д. Эйзенхауэра, на что вышеупомянутые лица закивали своими головами. Далее президент продолжил:

- Что же наиболее благоприятной датой начала операции «Ветер Валгаллы» я считаю пятнадцатое августа, а теперь я считаю целесообразным сказать несколько слов о планируемой операции в районе турецких Дарданелл. Я считаю, что данная операция крайне необходима, и ее также можно провести в ближайшее время. Дополнительные десантные силы мы уже сформировали и главная цель для нашего и британского флота, это вытеснить советскую эскадру в Черное море. Уважаемые господа моряки скажите честно: вы сможете это сделать?

На этот вопрос президента последовал ответ со стороны морского министра Уильяма Франка:

- Господин президент, уважаемые присутствующие, сейчас мы имеем достаточно сильный флот в Средиземном море. Кроме этого и флот Великобритании достаточно силен и как вы сказали, скоро пополнится новыми боевыми кораблями. Я считаю, что мы можем нанести серьезный удар по эскадре противника, после чего она будет вынуждена покинуть Эгейское море и укрыться в проливах.

- Хорошо, каковы по вашему сроки проведения этой операции?

- Ответ на этот вопрос вам даст адмирал Гордон.

Адмирал Гордон перелистал несколько листов в лежащей перед ним папке и заговорил:

- Господа сейчас в Эгейском море, а именно в порту Измира у Советов находится практически весь их Черноморский флот. Это очень и очень серьезные силы. Одних авианосцев у них шесть единиц. Поэтому единственный вариант вытеснить их флот в проливы это нанести их кораблям такие тяжелые повреждения, ликвидация которых потребует переброски их в порты Советского Союза, ну или просто уничтожить часть их эскадры. Это трудновыполнимая задача, но начать ее мы можем прямо сейчас, так как все наши корабли прошли ремонт и готовы к выходу в море.

Адмирал Гордон замолчал и тут слово вставил морской министр Уильям Франк:

- Что же ситуация понятна. Предлагаю начать наши действия в Средиземноморье, так же как и в Арктике пятнадцатого августа и назвать эту операцию «South thunder» («Южный гром»).

- Хорошо господа. Пусть будет так. Начинается президентская компания, и мы должны показать американской нации, что наш флот и наши вооруженные силы не зря едят деньги налогоплательщиков, - подвел итог всему вышесказанному Дуайт Дэвид Эйзенхауэр.

Дальнейший ход совещания был посвящен второстепенным вопросам.

Битва за Средиземноморье.И вот 15 августа 1960 года силы Средиземноморского флота Северо-Атлантического альянса покинули свои стоянки на Мальте, Сицилии и Апеннинском полуострове и выдвинулись в сторону восточного Средиземноморья. Здесь следует уделить несколько слов о составе этого флота. И так впереди на расстоянии примерно десять миль от основных сил двигался крейсерский отряд под командованием контр-адмирала Ника Ленгли. В его состав входили тяжелые крейсера «Хелена», «Бремертон», «Тускалуза» и «Уичита», легкие крейсера «Провиденс», «Фарго», а также четыре эсминца типа «Берри».

Вслед за ними двигались линейные силы флота, а именно линкоры «Колорадо» (под флагом командующего вице-адмирала Вильяма Риббека), «Мериленд», «Вест Виргиния». Далее за ними шли английские линкоры «Лайон» (под флагом английского командующего вице-адмирала Эдварда Кенгли) и «Тимиреир». С обеих сторон их прикрывали британские легкие силы, а именно шесть легких крейсеров-скаутов и десять эсминцев. В десяти милях позади линейных сил флота находилась объединенная авианосная группировка союзного флота под командованием американского контр-адмирала Джона Кригера. Она состояла из американских супер авианосцев «Форестол», «Америка» и «Китти Хок», а также английских ударных авианосцев «Игл», «Арк Роял», и только что вошедших в состав британского флота новых авианосцев «Трафальгар» и «Абукир». Авианосные силы прикрывали тяжелые американские крейсера «Пенсакола», «Солт-Лейк-Сити», легкие крейсера «Ричмонд», «Атланта», а также недавно перебазированные сюда пять легких крейсеров-скаутов из 6го соединения Атлантического флота США. Кроме этого непосредственно сами авианосцы от воздушных атак и подводных лодок защищали восемь американских фрегатов типа «Ингрем», десять эскадренных миноносцев типа «Бенсон», шесть британских фрегатов типа «Кент» и восемь британских же эсминцев-лидеров типа «Трайбл».

Подводя итоги можно сказать, что союзники по Северо-Атлантическому блоку вывели в море практически все силы своего флота, чтобы дать решающее сражение в войне за Средиземноморье.

И вот 17 августа союзная армада прошла пролив Антикитира, что между Пелопоннесом и западной оконечностью острова Крит и вошла в Эгейское море. Далее лавируя между многочисленными островами флот союзников начал, продвигаться по направлению к Измиру, ибо по данным разведки именно в этом турецком порту находилась советская эскадра. Тем не менее, англо-американцы двигались крайне осторожно со скоростью не более пятнадцати узлов, ибо опасались неожиданного нападения со стороны Советов.

Узнав о продвижении противника на северо-восток, советский командующий вице-адмирал Георгий Николаевич Иваньков приказал эскадре сниматься с якорей и, огибая с севера остров Хиос выходить в открытое море. Первым из гавани Измира вышел крейсерский отряд под командованием контр-адмирала Аркадия Ионовича Вольного в составе тяжелых крейсеров «Память Азова», «Память Меркурия», «Ад. Истомин», «Ад. Корнилов» и легких крейсеров «Очаков» и «Кагул», а также двух лидеров. Вслед за ними с якоря снялся отряд линейных крейсеров Черноморского флота, под флагом младшего флагмана эскадры контр-адмирала Александра Васильевича Ховрина, в который входили корабли «Чесма», «Синоп» и «Наварин».

Здесь стоит сказать, что четвертый линейный крейсер «Нарком Ворошилов» (бывший немецкий «Гебен»), легкие крейсера «Красный Кавказ», «Красный Крым» и «Червона Украина», а также эсминцы «Сухуми» и «Брест» под командованием контр-адмирала Михаила Ивановича Левашова были отправлены на север защищать вход в пролив Дарданеллы. Этот отряд был специально сформирован из старых кораблей, которые отличались от остальных единиц эскадры гораздо меньшей скоростью хода в двадцать шесть узлов.

Далее вслед за крейсерскими отрядами в море вышли основные линейные силы эскадры Черноморского флота в составе линейных кораблей «Красный Боспор» (под флагом командующего вице-адмирала Георгия Николаевича Иванькова), «Парижская коммуна», «Севастополь», «Новороссийск». С обеих сторон их прикрывали два лидера и четыре эскадренных миноносца.

И наконец, последними покинули гавань Измира авианосная группа контр-адмирала Ильи Николаевича Рогова в составе авианесущих крейсеров «Советская Украина», «Киев», «Николаев», «Одесса», «Харьков» и «Ф. Дзержинский», а также силы прикрытия под командованием контр-адмирала Николая Львовича Хватова состоящие из легких крейсеров «Ворошилов», «Молотов», а также шести эсминцев.

И вот над Эгейским морем сгустились тучи грандиозной битвы.

19 августа 1960 года основные силы англо-американского флота прошли сквозь греческие острова, и вышли в наиболее открытую часть Эгейского моря. И вот именно здесь советский командующий вице-адмирал Иваньков решил дать бой армаде союзников.

06.00 на экранах локаторов кораблей противоборствующих сторон появились многочисленные цели. Дистанция между передовыми крейсерскими отрядами флотов составила порядка ста миль, при этом американо-английский флот увеличил свою скорость до двадцати узлов, а советская эскадра до двадцати пяти узлов.

06.30 по приказу американского командующего вице-адмирала Риббека с авианосцев была поднята первая волна самолетов. Всего в ней находилось шестьдесят торпедоносцев, семьдесят пикирующих бомбардировщиков и сто истребителей в 06.35 вся эта воздушная армада устремилась к кораблям советского флота. На это в 06.37 командующий советским флотом вице-адмирал Иваньков приказал поднимать с советских авианесущих крейсеров порядка ста сорока истребителей. Грандиозное воздушное сражение над водами Эгейского моря начиналось.

06.45 крейсерская группа контр-адмирала Ленгли увеличивает свою скорость до тридцати узлов и идет на сближение с советскими крейсерами контр-адмирала Вольного. Дистанция между отрядами быстро сокращается. В это время над морской поверхностью закипело ожесточенное воздушное сражение. Самолеты противоборствующих сторон сбивались в отдельные отряды и вертелись в быстрой карусели, откуда периодически падали объятые огнем в воду. Тут следует сказать, что некоторые отдельные группы американских бомбардировщиков и торпедоносцев прорывались к кораблям советской эскадры и тут их встречал плотный огонь зенитных орудий и пулеметов.

06.55 советская сторона поднимает в воздух дополнительные силы в составе тридцати истребителей и переламывает ход сражения в воздухе. Американские и британские бомбардировщики и торпедоносцы один за другим падают в море, оставляя за собой дымные шлейфы.

07.00 англо-американский флот продвигается вперед по направлению к греческому острову Хиос. Советский флот движется навстречу противнику и быстро уменьшает дистанцию между армадами. Суммарная скорость сближения двух флотов составляет порядка пятидесяти узлов (двадцать для союзников и тридцать для советской эскадры).

07.20 воздушное сражение над Эгейским морем постепенно затихает. В результате этой битвы американские и британские силы палубной авиации потеряли пятнадцать торпедоносцев, двадцать два бомбардировщика и сорок истребителей. Советская сторона понесла потери в двадцать пять истребителей. Все это указывало на то, что советские летчики имели гораздо более высокую летную подготовку, а также на более высокие летные и боевые качества советских истребителей Ла-11МК.

07.30 дистанция между крейсерскими отрядами противоборствующих сторон достигает пятидесяти миль и продолжает быстро сокращаться. В это время союзники по Северо-Атлантическому блоку поднимают в воздух вторую волну палубной авиации, состоящую из двадцати торпедоносцев, тридцати бомбардировщиков и ста истребителей. В ответ с советских авианесущих крейсеров стартуют сто двадцать истребителей, и в небе над сближающимися флотами разгорается второе воздушное сражение за прошедшие полтора часа с момента обнаружения на экранах радаров противниками друг друга.

08.00 вторая битва в воздушном пространстве над Эгейским морем постепенно затихает и палубная авиация обеих сторон возвращается на свои авианесущие корабли. Потери союзников составляют десять торпедоносцев, пятнадцать бомбардировщиков и двадцать два истребителя, советская сторона теряет восемнадцать истребителей. Тем не менее, ударным самолетам англо-американского флота так и не удается прорваться к кораблям советской эскадры.

09.00 дистанция между крейсерскими отрядами сокращается до ста пятидесяти кабельтовых (или двадцати семи километров) и американский командующий контр-адмирал Ленгли приказывает открыть огонь из носовых орудий главного калибра. Однако так как советские корабли резко маневрировали, да и дистанция была довольно велика, такая стрельба первоначально не принесла никаких результатов.

09.30 дистанция между крейсерскими отрядами сокращается до семидесяти кабельтовых и обе стороны открывают друг по другу огонь из всех орудий главного и среднего калибра. Практически сразу снаряды с советской стороны накрывают американский крейсер «Хелена», однако и снаряды с американской стороны падают в опасной близости от русских кораблей.

09.32 три 203 мм полубронебойных снаряда попадают в американский крейсер «Бремертон», они пробивают переднюю надстройку и приводят к разрушениям во внутренних помещениях. Практически в это же время еще три 203 мм снаряда попадают в борт флагманского крейсера контр-адмирала Ника Ленгли «Хелена», они разрываются на бронепоясе корабля, не нанося ему никаких повреждений.

09.40 дистанция между противоборствующими группировками продолжает быстро сокращаться и достигает девяносто кабельтовых. Обе стороны переходят на бронебойные снаряды, и поражение целей становится все более и более многочисленны. Теперь снаряды попадают в крейсера практически каждую минуту. Уже через десять минут артиллерийского огня у американцев пылали крейсера «Хелена» и «Провиденс», на крейсере «Фарго» была снесена вторая дымовая труба, а один из эсминцев прикрытия потерял ход в результате прямого попадания бронебойного снаряда в машинное отделение. Однако не все для американцев было так плохо, а именно в это время себя и показали новые тяжелые крейсера «Тускалуза» и «Уичита» вооруженные новейшими 228 мм орудиями главного калибра. Их снаряды разворотили переднюю надстройку на советском крейсере «Память Меркурия», уничтожили две 130 мм артиллерийские установки на крейсере «Ад. Истомин», разбили и зажгли шлюпочную палубу на крейсере «Очаков».

09.50 американский командующий вице-адмирал Вильям Риббек снова приказывает поднять с авианосцев самолеты для атаки на советский флот. На этот раз в налете участвовали тридцать бомбардировщиков и двадцать пять торпедоносцев и семьдесят истребителей. В ответ советский командующий вице-адмирал Георгий Николаевич Иваньков приказывает поднять на защиту кораблей эскадры сто двадцать истребителей. В воздухе над Эгейским морем началось третье за это утро воздушное сражение. В это же время три советских линейных крейсера под командованием младшего флагмана контр-адмирала Александра Васильевича Ховрина сблизились с американскими крейсерами Ника Ленгли до дистанции в сто кабельтовых и открыли по ним огонь из орудий главного калибра. Теперь американский отряд крейсеров оказался под перекрёстным огнем значительно превосходящих сил противника и адмирал Ленгли отдает приказ повернуть на запад и увеличить скорость хода до максимальной. Тем не менее, три 305 мм советских полубронебойных снаряда накрывают американский легкий крейсер «Фарго» который лишь чудом оказывается не повреждённым.

10.00 воздушное сражение достигает своей кульминации и тут три американских торпедоносца прорываются к кораблям советской эскадры, которые встречают их яростным огнем всей своей зенитной артиллерии. При этом два торпедоносца оказываются, сбиты еще на дальних подступах, а вот третьему удается приблизиться на дистанцию в две мили, где он и сбрасывает торпеду. И вот американская «Марк 13» устремилась к советскому линейному кораблю «Парижская коммуна», который резко взял вправо, стремясь уклониться от попадания. Однако, тем не менее, американская торпеда врезается в левый борт корабля и двести килограмм «Торпекса» взрываются, пробивая борт линкора в районе кормовой надстройки. Образуется приличная пробоина во внешней обшивке корабля, но внутренняя противоторпедная защита выдерживает удар, и линкор остается боеспособным.

10.30 очередное воздушное сражение затихает, при этом союзники теряют десять бомбардировщиков, двенадцать торпедоносцев и тридцать три истребителя. Советская сторона имеет потери в двадцать пять истребителей. К этому же времени главные силы обеих флотов сходятся до дистанции в сто кабельтовых и открывают друг по другу огонь из орудий главного калибра. При этом с советской стороны к сражению подключаются и три линейных крейсера контр-адмирала Ховрина.

10.37 три советских 380 мм снаряда с линкора «Красный Боспор» врезаются в палубу американского флагманского линкора «Колорадо». Они пробивают верхнюю палубу в средней части корпуса, и взрываются на внутренней броневой палубе, нанося кораблю значительные разрушения. При этом возникает сильный пожар, и оказываются выведенными из строя два 127 мм орудия среднего калибра.

10.40 еще три советских полубронебойных 380 мм снаряда на этот раз с линкора «Парижская коммуна» попадают в американский линкор «Мериленд» и оставляют его без второй дымовой трубы. Теперь дым от котельных установок смешивается с дымом возникшего пожара, и застилает палубу американского корабля, мешая наведению орудий.

10.42 два американских 406 мм снаряда попадают в советский флагманский линкор «Красный Боспор», пробивают верхнюю палубу и взрываются во внутренних помещениях. В это же время три советских 380 мм снаряда накрывают американский линкор «Вест Виргиния» при этом два снаряда падают около борта, а вот третий полубронебойный снаряд пробивает верхнюю и внутреннею броневые палубы и взрывается в котельно-генераторном отделении. От взрыва встают все оставшиеся три генератора, и весь корабль остается без электроэнергии, при этом встают движущие электродвигатели и линкор теряет ход. Здесь следует пояснить, что корабли типа «Колорадо» имели паротурбинные генераторные установки, которые вырабатывали электрический ток. Этот ток приводил в движение электродвигатели, которые уже в свою очередь вращали гребные винты. Такая силовая установка позволяла иметь кораблям беспрецедентную дальность плавания в 15000 миль, но максимальная скорость линкоров ограничивалась двадцатью одним узлом.

И вот линкор «Вест Виргиния» теряет скорость и выкатывается из линии влево. Ему требуется около десяти минут на перезапуск оставшихся трех парогенераторов и в это время в него влетает еще три 380 мм снаряда с советского линейного корабля «Севастополь». Они прошибают верхнюю палубу в средней части корпуса американского линкора и разрываются во внутренних помещениях. Тем не менее, объятая огнем пожаров «Вест Виргиния» возвращается в линию линкоров и пристраивается вслед за британскими кораблями.

11.00 к этому времени в бой основных сил также вступают советские линейные крейсера под командованием младшего флагмана эскадры контр-адмирала Ховрина. Они с высокой интенсивностью обстреливают из своих двенадцати дюймовых орудий конец колонны линкоров союзников, где находились британские линкоры «Лайон» и «Тимиреир», а также поврежденная «Вест Виргиния».

11.05 в «Лайон» под флагом британского командующего вице-адмирала Эдварда Кенгли попало три снаряда 380 мм с линкора «Новороссийск» и три 305 мм снаряда с линейных крейсеров, также три 305 мм снаряда попали в «Тимиреир», и шесть 305 мм снарядов попало в повреждённую «Вест Виргинию». При этом скорость американского линкора упала до шестнадцати узлов, и он объятый пламенем нескольких пожаров постепенно начал отставать от линии сил англо-американского флота.

11.10 советский командующий вице-адмирал Иваньков приказывает поднять в воздух для нанесения удара по противнику тридцать бомбардировщиков и сорок истребителей. В ответ для прикрытия своих кораблей с англо-американских авианосцев стартует сорок пять истребителей. В небе над морем снова возникает смертельная круговерть, при этом в 11.25 двум советским бомбардировщикам удается прорваться к кораблям флота союзников. Они наносят бомбовый удар и топят британский фрегат «Монмут» типа «Кент», кроме этого три бронебойно-фугасные бомбы попадают в британский авианосец «Трафальгар» при этом на нем вспыхивает сильный пожар, и он временно перестает принимать самолеты.

11.30 в результате попадания трех 406 мм британских снарядов в советский линейный крейсер «Синоп» он временно выходит из строя и уклоняется в сторону греческого острова Хиос. На нем оказалась повреждена кормовая башня главного калибра, и возник сильный пожар.

11.40 очередное сражение в воздухе затихает, и самолеты возвращаются на свои корабли. Союзники потеряли семнадцать истребителей, советская сторона двенадцать бомбардировщиков и пятнадцать истребителей.

11.50 дистанция между основными силами противоборствующих сторон сокращается до семидесяти кабельтовых, и они переходят на бронебойные снаряды. Практически сразу три бронебойных 380 мм снаряда влетают в борт американского линкора «Колорадо», они пробивают верхний бронепояс и разрушают ряд внутренних отсеков и систем корабля. Из строя выходят системы подачи боезапаса к двум башням среднего калибра и трем зенитным установкам. В ответ в 11.52 два 406 американских бронебойных снаряда пробивают бронепояс советского линейного крейсера «Чесма» они проходят во внутренние помещения и повреждают систему подачи пара к левому турбозубчатому агрегату. Скорость крейсера падает до двадцати узлов, и он выходит из боя, также направляясь к греческому острову Хиос.

12.00 Артиллерийский бой между главными силами противоборствующих сторон достигает своего апогея, при этом дистанция между ними сокращается до пятидесяти кабельтовых и снаряды попадают в корабли практически каждую минуту.

12.02 три 305 мм снаряда с русского линейного крейсера «Наварин» пробивают бронепояс отставшего от основных сил союзного флота поврежденного ранее американского линкора «Вест Виргиния». На нем вспыхивает сильный пожар, и выходят из строя две артиллерийские установки среднего калибра. В 12.05 в него попадет еще три снаряда, которые поражают вторую башню главного калибра (она выходит из строя) и ходовую рубку. Капитан «Вест Виргинии» разворачивает корабль на запад и пытается выйти из сражения. В это же время три крупнокалиберных снаряда с британских кораблей врезаются в переднюю надстройку советского линкора «Новороссийск», они пробивают ее насквозь и поражают осколками радиорубку и штурманское отделение. Кроме этого поврежденными оказываются два 37 мм зенитных автомата.

12.05 американский командующий вице-адмирал Вильям Риббек принимает решение прекратить сражение и отойди на юг-запад за линию греческих Цикладских островов. Союзный флот разворачивается и с максимальной скоростью удаляется от места сражения. Советский командующий вице-адмирал Иваньков также разворачивает свои корабли на северо-восток и отводит флот за северную оконечность острова Хиос.

Именно там он собирает всех своих флагманов и проводит краткое совещание на борту линкора «Красный Боспор».

- Товарищи, на этот раз наш противник решил сражаться до полной победы. Итак, какие будут высказывания и предложения? – обратился советский командующий к подчиненным.

Первым слово взял командир авианесущей группы контр-адмирал Илья Николаевич Рогов:

- Все авианесущие крейсера находятся в боеспособном состоянии, однако истребительная авиация понесла серьезные потери. Тем не менее, мы готовы продолжить сражение.

- Группа прикрытия авианосной группы в сражении не участвовала и находится в полной боеготовности, - добавил командир группы прикрытия контр-адмирал Николай Львович Хватов.

- Товарищи у меня из трех линейных крейсеров два вышли из боя в виду тяжелых повреждений. На «Чесме» перебиты паропроводы к левому ГТЗА, и этот крейсер может теперь дать не более двадцати узлов. На «Синопе» повреждена кормовая башня главного калибра и имеются сильные разрушения. Кроме этого на этом корабле имеются повреждения в отсеке поворота руля, и мы были вынуждены перейти на вспомогательное управление, - доложил младший флагман эскадры контр-адмирал Александр Васильевич Ховрин.

Далее в разговор вступил командир крейсерского отряда контр-адмирал Аркадий Ионович Вольный:

- Несмотря на продолжительный артиллерийский бой, корабли отряда крейсеров имеют лишь легкие повреждения и готовы продолжить сражение.

- Ну что же ситуация понятна, некоторые корабли получили серьезные повреждения и поэтому я считаю целесообразным отвести флот в Черное море. Кроме этого некоторые корабли требуют ремонта на специализированных предприятиях в Николаеве и Севастополе, - последовало со стороны командующего вице-адмирала Георгия Николаевича Иванькова.

На это слова со стороны младших командиров последовали возмущенный гул, однако тут командующий выдержал небольшую паузу и продолжил:

- Мы не можем рисковать основными силами флота, тем более что из строя вышли два линейных крейсера, а на линейных кораблях имеются многочисленные повреждения. Кроме этого линкор «Парижская коммуна» поймал торпеду и требует докового ремонта. Я принимаю решение немедленно отвести флот на север, оставив в Эгейском море лишь отряд контр-адмирала Михаила Ивановича Левашова. Он будет защищать проливы и ему на усиление предаются лидеры «Ташкент» и «Тбилиси», а также эсминцы «Сунгари», «Батум», «Федониси» и «Измаил». Кроме этого для минирования подходов к Дарданеллам в его распоряжение передаются минные заградители «Прут», «Днепр» и «Дон». а минзаги «Буг» и «Дунай» немедленно минируют подходы к порту Измир, после чего отойдут на север. Авиационное прикрытие отряда адмирала Левашова будет осуществлять береговая авиация, базирующаяся на Галлипольском полуострове. На этом все. Прошу всех командиров отбыть в свои подразделения и немедленно приступить к выполнению своих обязанностей.

И вот спустя всего двое суток в Эгейском море остался лишь один небольшой отряд контр-адмирала Левашова, в задачу которого входила защита подходов к проливу Дарданеллы и противодействие десантной операции союзников на Галлипольский полуостров. Что же касается англо-американского флота, то он сконцентрировал свои силы в районе греческого Пирея, однако линкоры «Вест Виргиния», «Мэриленд» и легкий крейсер «Фарго», а также британский авианосец «Трафальгар» пришлось отправить в ремонт на Мальту и в Италию.

«Ветер Валгаллы» - «Valhalla Wind».В тот же самый день, когда Средиземноморский флот Северо-Атлантического блока выдвинулся в Эгейское море, а именно 15 августа 1960 года, далеко-далеко на севере другой, гораздо более мощный флот союзников покинул свои базы и двинулся курсом на северо-восток, в сторону советской Арктики. Всего в операции «Ветер Валгаллы» было задействованы огромные силы, каких еще не бывало в Баренцевом море со времен «Битвы за Арктику» в апреле 1951 года.

Ну а теперь рассмотрим более подробно кто, как и с какими силами двинулся навстречу победе или гибели.

Первым в море вышло 1е соединение Атлантического флота Соединенных Штатов базирующееся в исландском Кефлавике. В его состав входили линкоры «Саут Дакота» (под флагом командующего вице-адмирала Джона Уорвика), «Алабама», «Индиана» и «Массачусетс». Крейсерские силы соединения были представлены тяжелыми крейсерами: «Балтимор», «Бостон», «Честер» и «Монтерей», легкими крейсерами: «Бруклин», «Нешвилл», «Спрингфилд» и «Детройт». Авианосную группу соединения составляли авианосцы: «Йорктаун», «Хорнет», «Франклин Д. Рузвельт» и супер авианосец «Констеллейшн». Кроме этого в состав соединения вице-адмирала Уорвика входило шестнадцать эсминцев, двенадцать фрегатов и шестнадцать корветов.

В этот же день британскую базу Скапа-Флоу покинуло второе соединение Атлантического флота США под флагом вице-адмирала Джона Хайленда. Его основные силы были представлены супер линкором «Огайо», а также линкорами «Норд Каролина» и «Вашингтон». Их поддерживали большие крейсера: «Пуэрто-Рико» и «Самоа», тяжелые крейсера: «Нортхэмптон», «Чикаго», «Канберра», «Куинси», «Астория», «Нью-Йорк», «Филадельфия» и «Савана», а также легкие крейсера: «Рейли», «Нью-Хэвен», «Ханингтон» и «Дейтон». Авианосная группа была представлена авианосцами «Индепенденс» и «Принстон». Легкие силы соединения состояли из двенадцати эсминцев, восьми фрегатов и десяти корветов.

Практически в поход против Северного флота Советского Союза выдвинулись все основные силы американского Атлантического флота (главнокомандующим которого являлся адмирал Рональд Товинс). Наследующий день 16 августа покинули свою базу в Скапа-Флоу и главные силы британского флота, чтобы поддержать своих союзников американцев в битве за Арктику. Ими командовал вице-адмирал Роберт Бронк.

Основные силы флота Великобритании были представлены четырьмя однотипными линкорами: «Кинг Джордж 5», «Дюк оф Йорк», «Энсон» и «Хоу». Их поддерживали тяжелые крейсера: «Лондон», «Сассекс», «Норфолк» и «Йорк», а также легкие крейсера: «Белфаст», «Манчестер», «Ливерпуль» и «Глостер». Из авианосцев в походе приняли участие «Индомитебл», «Викториес» и «Илластраиес». Авианосец «Формидебл» участия в походе не принимал в связи с неполадками в машинном отделении. Также легкие силы флота были представлены восьмью эсминцами лидерами, четырьмя эсминцами, восьмью фрегатами и восьмью шлюпами. Здесь следует добавить, что командование флота Великобритании отказалось посылать в холодные воды советской Арктики новые только что спущенные и вступившие в строй крейсеры и авианосцы. Но, тем не менее, объединенные силы англо-британского флота не менее чем в три-четыре раза превосходили советский Северный флот по основным артиллерийским кораблям и в два раза по авианосцам. Поэтому рассмотрим, что же мог противопоставить противнику Советский Союз.

Командовал Северным флотом адмирал флота Андрей Трофимович Чабаненко. Основные силы эскадры Северного флота были представлены линкорами: «Мурманск» (флаг командующего вице-адмирала Александра Михайловича Леонова), «Архангельск», «Полтава», «Гангут», «Бородино» а также линейные крейсера «Куйбышев» и «Северодвинск». Крейсерские силы Северного флота были представлены двумя отрядами:

В первый (флаг контр-адмирала Петра Александровича Семенова) входили тяжелые крейсера: «Петр Великий», «Коминтерн», «Адмирал Эссен» и легкие крейсера: «Дмитрий Донской», «Александр Невский», а также легкий крейсер - минный заградитель «Сокол».

Второй отряд (флаг контр-адмирала Алексей Федоровича Литвинова) состоял из тяжелых крейсеров: «Адмирал Нахимов», «Адмирал Лазарев», «Адмирал Ушаков» и легких крейсеров: «Михаил Кутузов», «Александр Суворов», «Кречет» (легкий крейсер - минный заградитель).

Авианосная группа Северного флота (командир контр-адмирал Борис Иванович Христенко) была представлена тяжелыми авианесущими крейсерами 1го ранга: «Советская Россия», «Советская Белоруссия», «Советское Поморье», «Уральский рабочий» и авианесущими крейсерами 2го ранга «Москва», «Ленинград», «Минск».

Легкие силы Северного флота состояли из двух бригад по два лидера, и пять эскадренных миноносцев в каждом. Кроме этого участок Северного Морского пути от горла Белого моря до пролива Карские Ворота и далее в Карском море находился под защитой Архангельского оперативного отряда в состав, которого входили четыре лидера, шесть эскадренных миноносцев, сторожевые корабли, а также другие легкие и вспомогательные суда. Кроме этого стоит сказать, что на западном участке «Сев Мор пути» от острова Вайгач до мыса Челюскин и далее действовали семь линейных ледоколов имевших на своем борту артиллерийское вооружение и военные команды. Таким образом, Северный флот Советского Союза представлял собой достаточно мощную и опасную для противника силу.

…

И вот три огромные армады Северо-Атлантического блока двинулись на северо-восток вдоль побережья Норвегии. Первоначально, первые несколько дней стояла хорошая погода, и все шло более, менее нормально. Разведывательные самолеты с авианосцев союзников обшаривали поверхность Норвежского моря и докладывали о том, что горизонт чист и в море нет никаких посторонних судов.

- Если такая погода будет стоять и далее, то мы подойдем к Кольской губе во время, и для нашей авиации не будет никаких проблем, - сказал командующий 2м американским соединением вице-адмирал Джон Хайленд.

- Да, авиации будет просто атаковать советские аэродромы и объекты на берегу, тем более что у нас значительный перевес в палубной авиации, - последовало со стороны командира линкора «Огайо» кэптена Рональда Перси.

- Не стоит забывать, что у русских есть большое количество авиации на береговых аэродромах. Кстати, а где сейчас находится британский флот? – задал вопрос командующий.

- Британцы идут со скоростью в семнадцать узлов в двадцати пяти милях позади нас, - ответил флаг-офицер.

- Ну что же, будем надеяться, что сейчас они покажут себя достойно и их силы дадут серьезную поддержку в борьбе против Советов, - констатировал вице-адмирал Хайленд.

И все бы шло, так как говорил американский командующий, но едва флот союзников достиг границы Баренцева моря, погода сломалась, небо заволокло низкими тучами, и в море разразился мощный шести бальный шторм.

- Вот черт! Что же мы будем теперь делать? Никакую авиацию в воздух не поднять, - в отчаянии произнес адмирал Хайленд.

- Прогноз не утешительный. Синоптики прогнозируют продолжение шторма и завтра, - ответил флаг-офицер.

- Да, но мы все ближе и ближе подходим к русским берегам, - констатировал кэптен Рональд Перси.

Союзный флот приближался к той черте, за которой нет возврата, ибо кроме палубной авиации Северного флота его уже ожидали сотни бомбардировщиков и торпедоносцев на береговых аэродромах Кольского полуострова.

…

Утром 25 августа 1960 года первое и второе соединение американского флота приблизилось к советским берегам на сто пятьдесят и сто километров соответственно. Кроме этого британский флот так же находился, в каких-то двадцати пяти километрах от второго соединения флота США. Однако в море все еще бушевал сильный шторм, и небо было затянуто низкими плотными облаками, это не позволяло поднять в воздух палубную авиацию и флоту союзников приходилось выжидать, пока не наступит хорошая погода.

А что же происходило на советской стороне в ожидании удара союзников по Северо-Атлантическому блоку. Прежде всего, проанализировав данные о соотношении противоборствующих сторон, командующий Северным флотом адмирал Чабаненко принял решение не принимать бой в открытом море, а обойтись действиями сил палубной и береговой авиации флота. Кроме этого, к отражению атаки противника было решено привлечь армейскую авиацию, которая базировалась на Кольском полуострове. Корабли Северного флота были рассредоточены по всему Кольскому заливу и помимо своих зенитных средств были защищены береговыми батареями артиллерии ПВО Кольского полуострова. Также авианосные силы флота были сосредоточены так, что имели непосредственную связь со штабом флота в Североморске и могли непосредственно выпускать и принимать свои палубные самолеты. Это позволяло им участвовать в отражении возможных авиационных атак противника и нанесении ударов по кораблям флота коалиции. Всего к сражению были готовы 165 бомбардировщиков, а также 335 истребителей палубной авиации флота. Кроме этого на береговых аэродромах было сосредоточено 150 тактических бомбардировщиков и 265 истребителей. Таким образом, суммарные авиационные силы советской стороны практически на треть превосходили авиацию Северо-Атлантического блока.

1е соединение американского флота – 128 бомбардировщиков, 192 истребителя;

2е соединение американского флота – 50 бомбардировщиков, 76 истребителей;

британский флот – 43 бомбардировщика, 102 истребителя;

Итого: 221 бомбардировщик и торпедоносец и 370 истребителей.

Также, в полную боевую готовность были приведены все батареи береговой артиллерии, защищающие побережье и вход в Кольский залив.

И вот лишь утром 27 августа 1960 года погода над Баренцевым морем, наконец, наладилась. Волнение было небольшое, всего два-три балла, ветер северо-западный 7-8 м/с., по небу плыли немногочисленные белые облака.

Учитывая все это, командующие объединённым флотом союзников посоветовались и решили начать авиационную операцию. По американскому и британскому флоту был отдан приказ: «поднять в воздух первый эшелон палубной авиации».

07.05 пятьдесят американских и тридцать британских бомбардировщиков под прикрытием ста двадцати истребителей поднялись в воздух и двумя волнами направились к советскому берегу.

07.15 с береговых аэродромов и авианесущих крейсеров Северного флота навстречу противнику взлетели сто пятьдесят советских истребителей, и в 07.40 в воздухе над береговой линией Кольского полуострова началось грандиозное воздушное сражение.

Тем не менее, примерно два десятка американских бомбардировщиков прошли сквозь зону ПВО и оказались над советской территорией. Однако как ни старались американские летчики рассмотреть внизу советские корабли, там ничего не было, ибо как было сказано ранее, командование Северного флота увело и рассредоточило их в глубине Кольского залива. Тогда американские летчики бросили свои самолеты непосредственно в атаку на жилые и промышленные кварталы Североморска и Мурманска. Их бомбы посыпались вниз, а в ответ по бомбардировщикам ударили зенитные орудия и автоматы, заблаговременно расставленные советским командованием на площадях и улицах городов и прибрежных поселков.

Огонь советских зенитчиков был просто убийственен. Так всего за двадцать минут бомбового налета им удалось сбить четыре американских «Хэллдайвера» и два «Ньюэвенджера». Тем не менее, четыре американских бомбардировщика атаковали стоящий у причала Североморска транспортный корабль «Онега» и всадили в него четыре 227 килограммовые фугасные бомбы. В результате этих попаданий судно загорелось и затонуло прямо у пирса. Остальные бомбардировщики сбросили свои бомбы на жилые и промышленные кварталы города и, развернувшись, полетели по направлению к своим кораблям.

08.15 воздушное сражение над советским побережьем стало постепенно затихать, и американское командование приказало поднять с авианосцев второй эшелон палубной авиации. Всего в него входило сто американских и тринадцать британских бомбардировщиков и сто пятьдесят истребителей. Навстречу им поднялись двести советских истребителей. 08.45 битва в воздухе разгорелась с новой силой. В это же время англо-американские самолеты первой волны садились на свои корабли, и союзники подсчитывали потери. Всего же первый эшелон потерял двадцать пять американских и десять британских бомбардировщиков, а также тридцать восемь истребителей. Однако, несмотря на столь значимые потери британские и американские адмиралы решили продолжить операцию. Советская сторона потеряла двадцать два истребителя.

09.10 тринадцать американских и четыре британских бомбардировщика прорвались вглубь советской территории и уже во второй раз за это утро атаковали советские города. На этот раз американские и английские фугасы посыпались не только на Североморск, но и на Мурманск. Кроме этого британским летчикам удалось поразить тремя бомбами старый советский пароход «Революция», который был специально поставлен на рейде Североморска как ложная цель. Тем не менее, артиллеристам советской ПВО удалось сбить пять американских «Ньюэвенджеров».

10.00 второе сражение над Кольским полуостровом завершилось, и оставшиеся самолеты стали возвращаться на свои корабли и аэродромы. Американцы на этот раз потеряли двадцать три бомбардировщика и тридцать семь истребителей, британцы лишились трех бомбардировщиков и семи истребителей. Потери советской стороны составили двадцать один истребитель.

- Господа. Мы понесли значительные потери в палубной авиации. Связи с этим, я хочу у вас спросить: Имеет ли смысл продолжать нашу операцию у советских берегов? – задал вопрос по радиосвязи своим подчиненным командующий 1м американским соединением вице-адмирал Джон Уорвик.

- Я считаю, что продолжать операцию необходимо, ибо только в этом случае мы сможем нанести русским серьезный удар, оправдывающий все расходы на нашу операцию, - высказал свое мнение командующий 2м соединением атлантического флота вице-адмирал Джон Хайленд.

- Да, я свами согласен, но мы не нанесли русским практически никаких серьезных потерь. Британский флот поддержит своих союзников и выполнит все свои обязательства, - заявил командующий английским соединением вице-адмирал Роберт Бронк.

Однако их союзный порыв о продолжении операции «Ветер Валгаллы» был омрачен докладами офицеров – операторов радиолокационных установок о том, что со стороны советского берега к кораблям Северо-Атлантического блока приближаются армады русских бомбардировщиков. Да именно сейчас, когда самолеты второй волны садились на свои авианосцы, советское командование бросило в бой сто пятьдесят бомбардировщиков Ту-2 и Пе-2 под прикрытием двухсот истребителей Ла-11 и Як-9. Это были практически все основные силы советской береговой авиации, базирующиеся на Кольском полуострове.

- Немедленно поднимайте в воздух истребители!!! Приготовиться к отражению воздушной атаки! Задействовать все силы зенитной артиллерии! – Такие приказы раздавались по кораблям союзной эскадры, ну а советские самолеты уже заходили на свои цели с разных сторон.

10.45 ударили универсальные и зенитные орудия и автоматы американских и английских кораблей ставя артиллерийскую завесу перед атакующими их советскими пикирующими бомбардировщиками. Проще говоря, начался второй этап битвы за Арктику и на этот раз в качестве мишеней выступали корабли союзного флота.

10.55 три советских Пе-2 прошли сквозь заградительную завесу зенитной артиллерии и атаковали британский авианосец «Илластраиес». Их атака была крайне удачной и четыре бронебойные бомбы весом по двести пятьдесят килограмм каждая пробили палубу английского корабля, разорвавшись внизу на заставленной самолетами ангарной палубе авианосца. Над «Илластраиесом» поднялся большой столб черного дыма, что говорило о том, что это вспыхнули емкости с хранившемся в них авиационным бензином. Судьба корабля повисла на волоске.

11.00 двумя прямыми бомбовыми попаданиями был отправлен на дно новый американский фрегат «Биллингс» типа «Ингрем».

11.02 в результате разрыва в глубине корпуса советской бронебойной бомбы оказался поврежденным американский эсминец «Пребл». На нем оказались выведенными из строя обе турбинные установки. В дальнейшем экипаж с него был снят, а сам корабль потоплен двумя торпедами.

11.10 советские бомбардировщики всадили две БРАБ-250 в американский тяжелый крейсер «Нью-Йорк». Они пробили верхнюю и основную бронепалубы и разорвались в третьем и четвертом котельных отделениях. От этих взрывов оказались выведены из строя четыре котла, и погибло около сорока человек экипажа, ну, а сам корабль сбросил скорость до 15 узлов.

11.12 советские бомбардировщики вышли в атаку на американский авианосец «Индепенденс» и всадили в него три бронебойные бомбы. В результате этих попаданий оказались уничтоженными двенадцать самолетов и разрушена верхняя взлетная палуба. Корабль временно перестал выпускать и принимать самолеты.

11.15 в результате атаки советских Пе-2 получил три бронебойные бомбы и пошел ко дну британский лидер эсминцев «Даймонд».

11.17 четыре советских Ту-2 прорвались сквозь артиллерийскую завесу и атаковали британский линкор «Хоу». Они успешно атаковали этот огромный корабль, и попали в него четырьмя бронебойными бомбами. Все четыре попадания пришлись в носовую часть корабля, в результате чего была выведена из строя передняя четырех орудийная башня и разрушена обшивка корпуса по левому борту, что привело к затоплению ряда внутренних отсеков. Линкор сбросил скорость до четырнадцати узлов и получил крен на левый борт, который в дальнейшем был выравнен контрзатоплением отсеков по правому борту.

11.25 двумя прямыми попаданиями БРАБ-250 был потоплен американский эсминец «Карни». Бомбы пробили несколько палуб, и взорвались глубоко внутри, разворотив обшивку днища и борта. Корабль практически мгновенно пошел ко дну, и из его экипажа удалось спасти лишь семьдесят человек.

11.30 три советских бомбардировщика прорвались сквозь артиллерийскую завесу к американским авианосцам и тремя бомбами повредили корабль «Франклин Д. Рузвельт». На нем оказалась пробита верхняя полетная палуба и уничтожено около десятка самолетов.

11.35 в результате двух бомбовых попаданий пошел ко дну американский фрегат «Темпест» типа «Ингрем».

Однако, тем не менее, американцам и англичанам удалось поднять в воздух около пятидесяти истребителей и отразить нападение советской авиации. Примерно в 11.40 русские самолеты повернули к берегу, потеряв при этом двадцать два бомбардировщика и восемнадцать истребителей. Потери же палубной авиации союзников составили двадцать восемь истребителей, не считая самолетов уничтоженных в результате попаданий в авианосцы. Из всех поврежденных в результате атаки советской авиации кораблей в наиболее тяжелом положении оказался британский авианосец «Илластраиес». На нем вспыхнули емкости с авиационным бензином, и пожар распространился на огромную площадь, кроме этого на нем стали взрываться боеприпасы, приготовленные для готовящихся к взлету самолетов. Британский командующий вице-адмирал Роберт Бронк отдал приказ находящимся рядом с пылающим «Илластраиесом» кораблям оказать ему помощь аварийными партиями.

12.00 в воздухе над Баренцевым морем наступила передышка, тем не менее, анализируя результаты воздушных боев и атак, а также понесенные потери американские и британский командующие решили прервать операцию «Ветер Валгаллы» и развернули свои корабли на запад. Если же говорить более подробно, то американцы потеряли сто четыре истребителя и пятьдесят восемь бомбардировщиков, британцы же понесли потери в восемнадцать бомбардировщиков и двадцать три истребителя. Таким образом, суммарные потери англо-американского флота составили порядка трети, как по бомбардировщикам, так и по истребителям.

И вот огромный флот Северо-Атлантического альянса отступал, уходя от берегов России и по мере того как солнце опускалось к горизонту в атаку на корабли союзников выходили заранее расставленные по его маршруту советские подводные лодки. Всего в нападении на англо-американские корабли приняли участие порядка сорока новейших подводных лодок типа «Барс» и «Борей», а также восемь более старых подлодок типа «К». И хотя эскадры противника двигались противолодочными зигзагами, прощупывая морские глубины эхолотами, и проводя периодически профилактические бомбометания, нескольким советским субмаринам удалось выйти в атаку на вражеские корабли.

18.30 советская субмарина «Манул» типа «Барс» атаковала тремя торпедами американский тяжелый крейсер «Нортхэмптон», однако американцу удалось уклониться от советских торпед, и атака прошла впустую.

19.10 подводная лодка «Воронеж» типа «Борей» вышла в атаку на все еще пылающий и идущий со скоростью двенадцать узлов ранее повреждённый советской авиацией британский авианосец «Илластраиес» и попала в него двумя торпедами. Корабль стал быстро погружаться в море и британский командующий вице-адмирал Роберт Бронк отдал приказ снимать с него людей. В 19.35 «Илластраиес» скрылся в водах Баренцева моря.

20.20 в атаку на американские корабли вышла подводная лодка «Курск» типа «Борей». В результате одна советская торпеда попала в линейный корабль «Массачусетс» и взорвалась в районе кормовой надстройки. Однако мощная противоторпедная защита линкора выдержала удар, и повреждения оказались незначительными.

21.00 подводная лодка «Рысь» атаковала американский легкий крейсер «Дейтон» и поразила его четырьмя торпедами калибра 533 мм. Такой удар оказался смертельным для слабозащищенного корабля и через пятнадцать минут он перевернулся и пошел ко дну. Из экипажа удалось спасти всего пятнадцать человек.

22.10 произошла последняя атака советской подводной лодки «Гепард» на американский фрегат «Вайрлвинд», однако американцу удалось уклониться от торпед.

На этом операция «Ветер Валгаллы» завершилась. Если же говорить более подробно, то действия англо-американского флота вблизи советских берегов закончились полным провалом. Была потеряна треть палубной авиации, одни авианосец, один легкий крейсер, два фрегата и два эсминца. Кроме этого ряд кораблей получили серьезные повреждения и с большим трудом дошли до своих баз, где встали на продолжительный ремонт. Все же достижения союзного флота ограничивались двумя потопленными у пирсов старыми советскими пароходами и несколькими разрушенными промышленными зданиями и домами в городе Североморске. Тем не менее, первое лето войны прошло с некоторыми призрачными успехами для союзников по Северо-Атлантическому блоку.

Часть 3. Реальные действия.

Часть 3. Реальные действия.

1. Опасный рейс.

Советский пароход «Красный пролетарий» двигался десяти узловым ходом в направлении японского мыса Сякотан. За этим далеко выдающимся в Японское море мысом в глубине залива Исикари расположился портовый город Отару, который и являлся целью рейса бывалого советского парохода. Что ни говори, но этот рейс был особенным, ибо на борту «Красного пролетария» помимо военных грузов расположился целый диверсионный отряд сил специальных операций Комитета Государственной Безопасности Советского Союза под командованием майора Льва Ивановича Мыловарского, а это навевало на экипаж корабля особые впечатления, как никак а целый отряд КГБ на борту старого советского парохода.

В этом рейсе кроме «Красного пролетария» участвовали и другие суда, а именно крупные грузовые пароходы «Амурск» и «Академик Патон». Все эти суда были загружены боеприпасами и другими военными грузами для сражающейся на Хоккайдо армии генерала Николая Ивановича Крылова. Так же следует добавить, что переход из Владивостока до японских берегов наших транспортных судов прикрывали четыре сторожевых корабля типа «Маньчжур».

Американская подводная лодка «Альбакор» типа «Поларис» скользила в глубине вод Японского моря, внимательно прощупывая водную гладь с помощью гидролокаторов. Командовал этой субмариной лейтенант – коммандер Саймон Фрэнк. Это был довольно опытный офицер, имеющий за своими плечами большой опыт плавания в северных широтах, а также прошедший суровую школу войны 1950-52 годов.

- Командир! Слышу шумы нескольких судов! Пеленг сто двадцать три! – неожиданно раздалось из рубки гидроакустиков.

- Боевая тревога. Рулевой право на борт. Курс двести тридцать. Поднять перископ, - начал отдавать распоряжения Саймон Фрэнк.

Спустя пару минут труба перископа поднялась вверх и командир «Альбакора» припал к окуляру, рассматривая горизонт.

- Ну что там? – с нетерпением спросил старший помощник командира Джон Уивер.

- Вижу русский конвой. Три транспортных судна и четыре сторожевика. Идут курсом на Хоккайдо, - прокомментировал увиденное Саймон Фрэнк.

- Что будем делать?

- Убрать перископ. Увеличить скорость до четырнадцати узлов. Рулевой взять вправо еще двадцать, - послышались новые распоряжения командира подводной лодки.

Примерно через двадцать минут хода Саймон Фрэнк приказал снова поднять перископ и осмотрел водную гладь вокруг субмарины.

- Внимание. Торпедная атака. Торпедные аппараты с первого по четвертый товсь. Интервал выхода торпед пять секунд. Рулевой взять влево десять.

Прошла еще пара минут и вот раздались долгожданные слова командира:

- Торпедные аппараты с первого по четвертый пли!

Один за другим раздались глухие удары, это сжатый воздух выталкивал из труб смертоносные шестиметровые сигары торпед.

Спустя пару минут на палубе «Красного пролетария» раздался громкой крик наблюдателя сигнальщика:

- Справа по борту вижу следы торпед!!!

Находящийся на мостике капитан Василий Соколов среагировал немедленно и стал громко отдавать распоряжения:

- Правая машина полный вперед! Левая машина средний назад! Руль влево на полную! Боевая тревога! Всем занять места по расписанию!

Из трубы советского парохода повалил черный дым, над морем раздался громкий ревун паровой сирены и он начал резво разворачиваться кормой к приближающимся торпедам. Все кто находился на палубе, прильнули к борту и смотрели на пенные следы быстро двигающихся к судну смертельных сигар. К этому времени выпушенные американцами торпеды заметили и на кораблях охранения. Шедший справа и чуть позади «Красного пролетария» сторожевик резко увеличил скорость и двинулся в бомбовую атаку на предположительное место нахождения американской субмарины.

Однако все закончилось благополучно. Торпеды, выпушенные противником, прошли вдоль бортов советского парохода и растворились в волнах Японского моря. Практически тут же раздались взрывы глубинных бомб сброшенных советским сторожевиком на американскую подводную лодку. Тем не менее, благодаря быстрому маневрированию и опыту лейтенант – коммандера Саймона Френка «Альбакору» удалось увернуться от русских глубинных бомб и, затаившись на глубине пятьдесят метров остаться незамеченным.

- Ну что же. Этим русским сегодня везет, посмотрим, что будет в следующий раз, - констатировал результаты неудачной атаки лейтенант – коммандер.

А опасный рейс советского каравана продолжался. Суда следовали далее и вскоре перед ними замаячили берега острова Хоккайдо. Здесь стоит сказать несколько слов о том, как развивались дела на юге этого японского острова, а именно:

Прежде всего, к сентябрю 1960 года на южных занятых союзниками плацдармах находилось порядка ста тридцати тысяч американских, британских, канадских, австралийских и новозеландских военнослужащих, при этом безвозвратные потери коалиции составили около двадцати тысяч солдат. Тем не менее, после тяжелых боев союзникам удалось захватить второй порт на юге острова Муроран и, обойдя с запада вулкан Йотей прорвать оборону советских войск и выйти к западному побережью острова. В результате этих продвижений около шестидесяти тысяч советских войск оказались отрезанными от основных сил в районе Якумо – Мори - Хаккодате. Однако их сопротивление не ослабевало и американцам, зажатым на полуострове Осима, приходилось явно несладко. Кроме этого тяжелые бои шли и вблизи столицы префектуры Саппоро, но продвинуться там силам союзников никак не удавалось. Таким образом, войска генерала Джозефа Лоутона Коллинза увязли в тяжелых позиционных боях и никак не могли развить наступление вглубь острова Хоккайдо.

И вот, в это смутное время советский пароход «Красный Пролетарий» под командованием капитана Василия Соколова входил в гавань портового города Отару, что находится на западном берегу японского острова Хоккайдо. Здесь следует сказать о том, что Отару являлся основным портом на побережье Японского моря и был напрямую связан с находящейся в глубине острова столицей префектуры городом Саппоро.

И вот после полудня советские транспортные корабли зашли в гавань Отару и пришвартовались к свободным пирсам. Практически сразу же началась разгрузка судов, и отряд майора Мыловарского также начал сходить на берег и сносить на пирс сопутствующие ему грузы и снаряжение. И все бы было хорошо, если бы в это время в воздухе не появились американские бомбардировщики SB2C-7 «Хэллдайвер». Они взлетели с палубы находящегося у южного берега Хоккайдо авианосца «Ленсингтон» и, пролетев через узкий перешеек суши в районе Томакомай преодолели советскую ПВО и обрушили свои бомбы на портовую инфраструктуру Отару. Всего в этом налете участвовали двенадцать бомбардировщиков и главной их целью стали советские транспортные суда, находящиеся на разгрузке у причалов порта Отару.

Едва налет начался, как на советских кораблях заревели сирены воздушной тревоги, и экипажи судов заняли свои места по боевому расписанию. К чести советского флота можно сказать, что капитан «Красного пролетария» Василий Соколов первым оказался на ходовом мостике и оттуда руководил действиями экипажа во время налета. И хотя советский пароход был исключительно грузовым судном еще в то время, как он пришел во Владивосток после своего бесстрашного океанского тура на его баке и юте были установлены два семидесяти шести миллиметровых орудия, а на крыльях мостика и верхней палубе четыре крупнокалиберных пулемета ДШК. И вот едва американские бомбардировщики показались в небе над Отару все эти противовоздушные средства открыли заградительный огонь по приближающемуся врагу. Однако, тем не менее, но американским самолетам в этом налете сопутствовала удача. Первые же фугасные 227 килограммовые бомбы накрыли стоящий у соседнего с «Красным пролетарием» пирса грузовой пароход «Академик Патон». Четыре американских фугаса взорвались рядом с правым бортом этого судна, а одна из бомб пробила верхнюю палубу в носовой части и взорвались внутри в грузовом трюме. В результате этих попаданий на корабле вспыхнул сильный пожар, и начали взрываться находящиеся внутри и еще не разгруженные боеприпасы. Тем не менее, команда корабля и береговые аварийные партии начали борьбу за живучесть, и вскоре им удалось справиться с бушующим в трюме огнем. Ну а налет тем временем продолжался. Четверке американских «Хэллдайверов» удалось преодолеть поставленный батареями ПВО заградительный огонь, и она оказалась как раз над причалами, где находились советские суда. Фугасные бомбы посыпались вновь, и на этот раз досталось находящемуся у дальнего пирса пароходу «Амурск». На этот раз практически все бомбы разорвались на пирсе и в воде у бортов судна, однако один из фугасов ударил в корму «Амурска» и взорвался в румпельном отделении. И хоты груз парохода не пострадал, судно лишилось управления, и в дальнейшем было вынуждено встать на ремонт. Таким образом, из трех советских грузовых судов неповрежденным остался лишь пароход «Красный пролетарий», кроме этого вскоре в небе показались советские истребители и американские бомбардировщики поспешили ретироваться. А опасный рейс, тем не менее, продолжался.

Вскоре, а именно на следующий день советские суда оказались разгруженными и их военные грузы ушли по назначению в действующую армию. Ну а на борт «Красного пролетария» стали подниматься советские военнослужащие, получившие ранения в кровопролитных боях на юге Хоккайдо. И хотя советский пароход был явно грузовым судном, в его трюмах были быстро оборудованы деревянные нары и защищающие от солнца и дождя брезентовые навесы. Таким образом, корабль Василия Соколова за пару дней стоянки в Отару превратился в госпитальное судно, и на его борт поднялось более трехсот человек, которых необходимо было в наикратчайшее время доставить во Владивосток.

И вот пятого сентября 1960 года загруженный раненными советский пароход «Красный пролетарий» покинул гавань японского порта Отару и в сопровождении сторожевого корабля направился к советским берегам.

Здесь следует сказать, что первоначально все шло хорошо, однако на второй день пути, примерно в ста двадцати милях на северо-запад от японского мыса Сякотан советский пароход снова наткнулся на курсирующую в этих водах американскую подводную лодку «Альбакор» под командованием лейтенант – коммандера Саймона Фрэнка.

- Ну, на этот раз этот русский пароход не увернется от наших хрюшек! – с азартом произнес командир американской субмарины и начал быстро отдавать приказания, - Убрать перископ! Внимание всем! Боевая тревога! Торпедные аппараты с первого по четвертый товсь! Атакуем двумя торпедами сторожевик, после чего еще двумя торпедами транспортное судно. Интервал выхода торпед три секунды! Акустик докладывать каждые десять секунд пеленг! Рулевой курс двести тридцать! Скорость двенадцать узлов! Боцман держать лодку на глубине двадцать метров!

На подводной лодке началась суета, все бросились по своим местам и начали выполнять приказы своего командира. И вот, «Альбакор» двинулся двенадцати узловым ходом на пересечение советским кораблям.

Прошло около десяти минут, Саймон Фрэнк приказал снова поднять перископ и, осмотрев горизонт, сосредоточил свое внимание на советских кораблях. Тут же последовали следующие команды:

- Внимание! Курс двести двадцать, пеленг шесть! Первый второй торпедные аппараты пли!

Раздались два глухих удара, это вышли выталкиваемые сжатым воздухом сигары торпед. Спустя каких-то десять секунд раздался сильный взрыв. Одна из американских торпед ударила в борт сторожевика и триста килограмм «торпекса» разворотили обшивку и внутренние конструкции советского корабля.

- Есть контакт!!! – радостно воскликнул Саймон Фрэнк и начал отдавать новые распоряжения, - Рулевой, курс двести двадцать пять! Боцман глубина десять метров! Скорость четырнадцать узлов!

Американская субмарина начала маневрирование, чтобы теперь нанести удар по советскому транспорту. Здесь стоит сказать, что едва американская торпеда поразила советский сторожевик капитан «Красного пролетария» Василий Соколов объявил боевую тревогу и начал маневрирование. Практически тут же в эфир улетела радиограмма о произошедшем, и на помощь атакованным советским кораблям из японского порта Отару вышли еще два сторожевых корабля.

Вот тут следует сказать прямо, что Василий Соколов принял в его ситуации единственно правильное решение и не стал заниматься помощью повреждённому сторожевику, а приказал развить полную скорость и уходить из опасного района курсом на северо-восток. Здесь решающую роль сыграло то, что на борту «Красного пролетария» находилось более трех сотен раненных, плюс члены экипажа и первым вопросом встало спасение их жизней. Ну а командир американской субмарины спустя несколько минут выпустил по советскому пароходу еще две торпеды, однако это было уже ожидаемо и по приказу Василия Соколова «Красный пролетарий» снова резко развернулся кормой к курсу американских торпед которые в результате прошли мимо. Далее советский пароход развил максимальную скорость в шестнадцать узлов и вышел из сектора поражения.

- Вот черт! Проклятье! – выругался Саймон Фрэнк, - Этому русскому повезло во второй раз. Теперь нам его не догнать!

- Может, всплывем и нагоним его в надводном положении, - предложил старпом.

- Пока мы будем нагонять, и маневрировать нас накроют артиллерийским огнем. У этого русского на палубе установлены орудия. Кроме этого они успели отправить радиограмму и теперь сюда наверняка уже спешат сторожевые корабли и противолодочные самолеты противника. Ладно, погружение на сорок метро, курс юго-запад.

И «Альбакор» поспешил покинуть опасный район. Здесь стоит добавить, что примерно через два часа в районе торпедной атаки появился советский противолодочный самолет МДР (морской дальний разведчик), а через четыре часа плававших на спасательных плотах моряков торпедированного корабля подняли на борт два подошедших в район сторожевика.

Ну а «Красный пролетарий» продолжил свой путь в одиночестве и вскоре беспрепятственно пересек северную часть Японского моря и вошел в гавань населенного пункта Ольга, откуда уже в сопровождении боевых кораблей Тихоокеанского флота добрался до Владивостока. Что ни говори, а опасный рейс советского парохода закончился благополучно и все находившиеся на его борту раненные вскоре оказались в госпиталях Владивостока. Ну, а капитан Василий Соколов повторно получил, на этот раз орден «Красной Звезды», а остальные члены экипажа «Красного пролетария» были награждены медалями «За отвагу» и ценными подарками.

2. Их новый план.

Десятого сентября 1960 года на внеочередное совещание в Department of the Navy прибыл министр обороны Соединенных Штатов Томас Соверейн Гейтс. Кроме него на совещании присутствовали морской министр Уильям Франк, начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси, командующий Атлантическим флотом адмирал Рональд Товинс и новый командующий Тихоокеанским флотом адмирал Джон Сайдс который сменил адмирала Герберта Хопвуда на этом посту тридцатого августа. Здесь следует сказать прямо, что на этом совещании решалось, какие действия необходимо предпринять в дальнейшем столкновении с Советским Союзом накануне новых президентских выборов в США, ну а первое и вступительное слово взял на себя министр обороны Томас Гейтс:

- Уважаемые господа! Сегодня мы собрались здесь на внеочередное совещание, посвященное нашим дальнейшим планам по вопросу войны с Советским Союзом, и здесь следует сказать особо о том, что вскоре в Соединенных Штатах начнутся новые президентские выборы, на которых основным противником действующего президента будет являться кандидат от демократической партии Джон Кеннеди. Таким образом, мы должны выработать план действий на ближайший период до начала нового шестьдесят первого года. Итак, прошу вас высказываться по существу вопроса.

После этого небольшой вступительной речи министра обороны заговорил морской министр Уильям Франк:

- Уважаемые присутствующие, прежде всего я считаю целесообразным заслушать отчеты и предложения командующих флотов. Сначала давайте заслушаем командующего Атлантическим флотом. Прошу вас…

Адмирал Рональд Товинс встал, взял в руки указку и подошел к большой карте Атлантического океана спускающейся вниз по стене:

- Господа, я вынужден констатировать, что операция «Ватер Валгаллы» с треском провалилась. Мы не только не добились каких-либо результатов, но и понесли существенные потери в палубной авиации и кроме этого потеряли легкий крейсер и несколько малых кораблей. Также стоит добавить, что наши британские союзники потеряли один из авианосцев. Сейчас наши силы сконцентрированы в Кефлавике Исландия и Скапо-Флоу северная Британия. Англичане также вернулись в свой Скапа-Флоу и таким образом, мы можем защитить от русских нашу северную Атлантику, но не можем нанести им новый удар, так как в Арктике начинается сезон штормов. Проще говоря, мы потерпели поражение и хорошо, что вся наша авантюра ограничилась столь небольшими потерями.

Здесь командующий Атлантическим флотом замолчал, и слово снова взял морской министр Уильям Франк:

- Что же, адмирал Товинс высказался предельно ясно, но нас интересуют так же сведения из Средиземноморья. Я думаю, что здесь следует послушать начальника штаба адмирала Ленца Гордона.

Адмирал Гордон заговорил прямо с места, за которым сидел:

- В Средиземноморье у нас дела идут более-менее хорошо. Вице-адмирал Вильям Риббек и наши британские союзники выдержали серьезный бой с флотом Советов и сумели вытеснить его в Черное море. Сейчас в Эгейском море осталась лишь небольшая группа советских кораблей, которая курсирует у входа в пролив Дарданеллы. На основании вышеизложенного считаю, что через некоторое время можно начать операцию по захвату Галлипольского полуострова и восточного берега пролива.

- Что же это хорошая информация. Кстати, а что за группа русских кораблей осталась в Эгейском море? – спросил министр обороны Томас Гейтс.

- Это старый линейный крейсер «Нарком Ворошилов», устаревшие легкие крейсера «Красный Крым», «Красный Кавказ» и «Червона Украина», а также несколько эскадренных миноносцев, - ответил на вопрос министра начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси.

- Ну что же, я думаю, что эти силы не смогут оказать серьезного сопротивления нашему средиземноморскому флоту. Мы сметем их одним ударом, - добавил к вышесказанному морской министр Уильям Франк.

- Это хорошие известия. Давайте перейдем ко второму вопросу, а именно к планируемым действиям на Тихоокеанском театре военных действий, - последовало со стороны министра обороны.

- Слово предоставляется командующему Тихоокеанским флотом адмиралу Джону Сайдсу, - произнес морской министр.

Адмирал Сайдс поднялся из-за стола, взял указку и занял место, где немногим ранее стоял его коллега адмирал Рональд Товинс. При этом большая карта на стене сменилась картой Тихого океана.

- Господа, - начал адмирал, - прежде всего, я, хочу известить вас, что наши дела на Тихом океане идут достаточно хорошо, а именно:

Первое, наше первое соединение флота под командованием вице-адмирала Стива Торнга находящееся сейчас в районе Сангарского пролива успешно осуществляет переброску вооруженных сил генерала Джозефа Лоутона Коллинза на южное побережье острова Хоккайдо. Нам там удалось захватить довольно большие плацдармы, а также два довольно крупных порта Томакомай и Муроран, через которые и идет основной грузопоток для сражающейся на Хоккайдо армии. Так же считаю целесообразным сказать, что советский флот не оказывает значительного сопротивления и в данный момент его основные силы находятся на своей базе во Владивостоке. В дальнейшем мы планируем, переход части наших кораблей в Японское море и высадку десанта в районе главного японского порта Отару, что позволит зажать обороняющиеся на Хоккайдо советские войска в клещи.

Второе, на севере в районе Берингова моря нам удалось перебросить десантные части на западное побережье Аляски и в результате совместных действий второго соединения флота вице-адмирала Джона Хоккинса и армии под командованием генерала Омара Нельсона Брэдли нам удалось овладеть расположенными на побережье населенными пунктами Токсук-Бей и Хупер-Бей. При этом советский флот продолжает контролировать северную часть Берингова моря, хотя его основные силы находятся в Петропавловске на Камчатке. Таким образом, в дальнейшем, а именно до периода ледостава мы планируем провести активные боевые действия, направленные на пресечение грузового потока следующего из портов Чукотки через северную часть Берингова моря на захваченную русскими территорию штата Аляска.

Тут адмирал Сайдс замолчал, и слово взял начальник штаба ВМС Соединённых Штатов адмирал Ленц Гордон:

- Господа, несмотря на довольно оптимистический доклад, командующего Тихоокеанским флотом я хочу сказать вам, что на самом деле положение наших войск на юге Хоккайдо и Аляске довольно серьезное. Мы имеем там довольно большие сухопутные силы, но их успехи довольно незначительны, и нам необходимо перебросить туда дополнительные войска иначе скоро русские сметут нас в море, ну а на севере в Беринговом море скоро наступит ледостав и действия крупных боевых кораблей станут невозможны. Кроме этого камнем преткновения для нас остается Вьетнам. Мы вынуждены держать в Сайгоне целое крупное соединение флота под командованием вице-адмирала Роя Джонсона в состав, которого входят четыре крупнейших ударных авианосца. Дальнейшее их пребывание там нецелесообразно и нам надо что-то решать с этим вопросом. В штабе флота бытует мнение, что эти силы следует перебросить эти силы на север, где они будут более востребованы. Кроме этого в соединении с британским флотом эскадра адмирала Джонсона сформирует третье ударное соединение равное по силе флоту Советов.

- То есть вы хотите, что бы мы оставили южный Вьетнам на растерзание Вьетконгу! – возмущённо вскричал министр обороны Томас Соверейн Гейтс.

- Южный Вьетнам может и сам успешно противостоять коммунистам, а мы высвободим большую часть флота для борьбы непосредственно с Советским Союзом. Кроме этого нам явно не хватает сил для контроля над основной частью Тихого океана, а туда запросто могут выйти советские рейдеры и нарушить все наши трансокеанские коммуникации.

- Такое решение, как вывод наших сил из Южного Вьетнама может быть принято только с согласия президента и сейчас накануне президентских выборов это должно быть достаточно обосновано. Я доведу мнение штаба флота до администрации «Белого дома» и вы получите ответ в наикратчайшее время. Ну что же, мы все-таки добились серьезных успехов на всех фронтах борьбы с Советами, за исключением операции в Арктике и нам необходимо провести успешно и осеннюю кампанию этого года, - закончил совещание министр обороны.

…

На следующий день одиннадцатого сентября в овальном кабинете «Белого дома» собралась довольно значительная компания, а именно…

За столом в кресле находился тридцать четвертый президент Соединенных Штатов Америки Дуа́йт Дэ́вид Эйзенха́уэр. Слева от него на большом кожаном диване расположились вице-президент Ричард Никсон, государственный секретарь Джон Фостер Даллес и министр обороны Томас Гейтс. Справа на другом диване находились начальник ЦРУ Аллен Даллес, министр армии США Уилбер Марион Брукер и министр военно-воздушных сил США Дадли Шарп. Кроме этого в отдельно стоящем кресле расположился морской министр Уильям Франк, ну, а на стоящих вдоль стены мягких стульях уселись секретарь-делопроизводитель и председатель предвыборного штаба Республиканской партии США.

- Итак, господа, сегодня мы собрались здесь в «Белом доме» что бы обсудить проблемы, возникшие на линии фронта борьбы с Советами, а также основные действия в преддверии грядущих в ноябре президентских выборах, - начал совещание президент Эйзенха́уэр, - Прошу вас господа высказываться по существу. Давайте начнем с вас уважаемый министр обороны…

Министр обороны Томас Гейтс взял лежавшую у него на коленях папку, раскрыл ее, и начал читать доклад который состоял в основном из того, о чем мы рассказывали ранее на совещании в Department of the Navy. Примерно минут через десять он закончил свой доклад и слово снова взял президент Эйзенха́уэр:

- Ну что же господа. Ситуация предельно понятна. Мы имеем небольшие успехи на Тихоокеанском и Средиземноморском театрах военных действий, и практически нас постиг полный провал в Арктике. Кроме этого возник вопрос о дальнейшем поддерживании силами флота союзного нам режима в Южном Вьетнаме и нам надо решить этот вопрос в наикратчайшее время. Что по этому вопросу может сказать государственный департамент?

- Уважаемые присутствующие, - начал говорить государственный секретарь Джон Фостер Деллес, - госдепартамент ведет активную политику в Юго-Восточной Азии и мы готовы взять на себя проблемы, с которыми ранее столкнулась Французская Республика во Вьетнаме. Скажу прямо, что ухода нашего флота из Сайгона правительство Южного Вьетнама под руководством Нго Динь Зьема не сможет противопоставить Вьетконгу серьезного сопротивления. И вообще оно уже в который раз просит нас ввести во Вьетнам американские экспедиционные войска. Вот такие дела…

Здесь государственный секретарь замолчал, и в кабинете повисла напряженная тишина, которую решился нарушить вице-президент Ричард Никсон:

- Господа, если мы сейчас пошлем наши войска в Южный Вьетнам то это потребует нового набора резервистов и серьезные дополнительные затраты на перевозку военных грузов, Что по этому вопросу может сказать министр обороны?

Томас Гейтс снова уперся в свою черную папку и заговорил:

- На сегодняшний день мы сформировали десять новых дивизий, а это порядка ста двадцати тысяч человек для операции в Дарданеллах, а также срочно формируются пять дивизий для армии Джозефа Лоутона Коллинза и четыре дивизии для сил генерала Омара Нельсона Брэдли. Если сейчас мы бросим эти силы во Вьетнам, то русские вскоре смогут переломить ситуацию на Хоккайдо и Аляске.

- Что скажет ЦРУ?

В ответ на эту реплику со стороны президента Аллен Даллес произнес:

- Ситуация с Южным Вьетнамом неоднозначная. Силы Вьетконга еще недостаточно сильны, что бы свергнуть режим Нго Динь Зьема даже при помощи коммунистов Северного Вьетнама. Считаю, что наш флот можно отозвать от берегов Индо-Китая и направить его в более перспективный район.

- Хорошо. Я считаю, что наш флот может покинуть воды Южно-Китайского моря и быть направленным в более необходимый район Тихоокеанского театра военных действий, - последовало со стороны Дуа́йта Дэ́вида Эйзенха́уэра, - ну а правительству Южного Вьетнама мы поможем поставкой дополнительных грузов в том числе и военных.

- Ну что же, Южный Вьетнам мы отдали на растерзание коммунистам, да и с Кубой ничего поделать не можем. Скоро выборы и правительство уйдет в отставку с явно отрицательным рейтингом, - произнес с нескрываемым сарказмом вице-президент Ричард Никсон.

…

В это же время на другой половине земного шара, а именно в московском Кремле проходило секретное заседание Государственного Комитета обороны под руководством самого Лаврентия Павловича Берии. Кроме него в заседании принимали участие председатель правительства Николай Александрович Булганин, министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко и председатель Комитета Государственной безопасности Александр Николаевич Шелепин. Кроме них в Кремле присутствовали министр обороны маршал Родион Яковлевич Малиновский, начальник генерального штаба вооруженных сил маршал Матвей Васильевич Захаров (с апреля 1960)., главнокомандующий ВМФ адмирал флота Сергей Георгиевич Горшков, а также начальник главного штаба ВМФ адмирал Федор Владимирович Зозуля.

Первое слово на совещании принадлежало, как и положено Лаврентию Берии:

- Товарищи, ситуация складывается экстраординарная. Наши западные противники добились некоторых незначительных успехов в операциях против наших войск и флота. Тем не менее, центральный комитет партии и правительство считает, что Государственный Комитет обороны должен принять безотлагательные меры по изменению ситуации, как на восточном, так и на западном театре военных действий. Прошу вас высказываться по очереди. Начнем с вас, товарищ Малиновский…

Родион Малиновский встал и, раскрыв черную папку начал читать:

- На сегодняшний день мы с успехом противостоим войскам Северо-Атлантического блока на Ближнем Востоке, и нашей десятой ударной армии удалось отбросить силы противника на сто – сто пятьдесят километров на юг и юго-восток. Иначе складывается положение на Дальнем Востоке, а именно армия генерала армии Николая Ивановича Крылова уступила войскам противника южное побережье острова Хоккайдо, за исключением порта Хакодате и прилегающего к нему района. Таким образом, примерно шестьдесят тысяч военнослужащих наших войск дерутся в окружении, и остро стоит вопрос о выводе этих сил из района Хакодате и сдаче этого наиважнейшего города противнику…

С этими словами министра обороны в кабинете возник возмущенный гул, который прервал Лаврентий Берия:

- Товарищи сохраняйте спокойствие! Прошу вас продолжить доклад.

И Родион Малиновский продолжал:

- Другим театром военных действий является Аляска. Там нам удалось отразить основные удары американских войск, и война приобрела позиционный характер. Здесь следует отметить то, что американцы при поддержке флота высадили крупный десант на западной оконечности штата Аляска, и им даже удалось продвинуться вдоль побережья на север и захватить пару незначительных населенных пунктов. Однако на сегодняшний день войскам маршала Москаленко удалось остановить продвижение врага и даже на некоторых участках отбросить его силы назад. Вот в принципе и все что мы можем доложить о сегодняшней ситуации. Может, что то хочет сказать начальник генштаба?

С этими словами министра обороны начальник генерального штаба маршал Захаров встал и заговорил:

- Товарищи, все, что только что рассказал уважаемый министр обороны, соответствует сегодняшнему дню, но нам следует смотреть вперед, а именно генштаб предлагает начать наступательные действия, как на Ближнем, так и на Дальнем Востоке. Для этого нам потребуются дополнительные силы в размере трех-четырех дивизий в Сирии, пяти дивизий на Хоккайдо и пяти дивизий на Аляске. Тогда мы сможем переломить стратегическую инициативу и отбросить войска противника с занимаемых ими рубежей. Генеральный штаб предлагает снять эти дополнительные силы с западной группы войск.

Здесь маршал Захаров замолчал, и слово снова взял Лаврентий Берия:

- Ну что же, позиция министерства обороны и генштаба понятна. Прошу присутствующих высказываться по существу.

Первым слово взял председатель правительства Николай Булганин:

- Мы ни в коем случае не должны снимать войска с западной границы, ибо в этом случае Северо-Атлантический блок получит серьезный перевес и может ударить по нам в Восточной Европе.

Следующим высказался министр иностранных дел Андрей Громыко:

- На сегодняшний день ситуация в Западной Европе довольно стабильна, тем более, что правительство Де Голля во Франции занимает стопроцентный нейтралитет по отношению войны между нами и Северо-Атлантическим блоком. Западные противники не посмеют ударить по нам, тем более что война в Европе невыгодна никому.

Далее наступила очередь председателя КГБ Шелепина:

- По данным внешней разведки Комитета Государственной безопасности силы Северо-Атлантического блока в Западной Европе существенно уступают нашей группе войск и вряд ли они пойдут в наступление при сегодняшней ситуации. Тем более по последним данным разведки американцы и англичане готовятся развивать свой успех на Ближнем Востоке, Хоккайдо и Аляске. И они готовят для этого дополнительные силы. Кроме этого по последним данным нашей агентуры они планирую большую десантную операцию в районе Дарданелл.

- Так понятно, значит, мы будем иметь еще одну точку напряжения в западной Турции, и нам потребуются дополнительные силы для защиты входа в турецкие проливы, - констатировал информацию Шелепина Берия, после чего он обратился к морякам:

- Ну а что скажет флот? Какие меры вы планируете предпринять в связи со сложившейся обстановкой?

Адмирал Горшков встал и произнес:

- Мы уже получили информацию от КГБ, и она совпадает с информацией разведки флота. Да, действительно, союзники по Северо-Атлантическому блоку готовят массированную операцию по захвату Галипольского полуострова и блокированию входа в Дарданеллы со стороны Эгейского моря. Этим они стремятся запереть наш флот в Черном море и обеспечить своим транспортным судам и танкерам с персидской нефтью свободный проход через Средиземноморье. Мы планируем соответствующие меры противодействия, о которых позже доложит начальник штаба ВМФ.

Что касается остальных театров военных действий. На севере в связи с наступлением зимнего сезона боевые действия возобновятся не ранее весны следующего года, в Беринговом море так же скоро начнется ледостав, что позволит нашим грузовым судам в сопровождении ледоколов беспрепятственно доставлять грузы на Аляску. Кроме этого мы планируем широкие крейсерские операции в северной части Тихого океана силами базирующейся в Петропавловске Второй Тихоокеанской эскадры. Ну а в Японском море мы также планируем провести масштабные действия для Первой Тихоокеанской эскадры. Ну а более подробно о данных действиях доложит начальник главного штаба ВМФ адмирал Зозуля.

Главнокомандующий ВМФ сел, а адмирал Федор Владимирович Зозуля встал и, взяв в руки указку, начал доклад, умело водя ей по висящей на стене большой карте мирового океана:

- Товарищи, для зашиты входа в пролив Дарданеллы нами выделена особая крейсерская группа под командованием контр-адмирала Михаила Ивановича Левашова в составе линейного крейсера «Нарком Ворошилов», легких крейсеров «Красный Кавказ», «Красный Крым» и «Червона Украина», а также лидеров «Ташкент» и «Тбилиси», эсминцев «Сухуми», «Брест», «Сунгари», «Батум», «Федониси» и «Измаил». Кроме этого на подходах к Дарданеллам выставлены минные поля, а на побережье Галлипольского полуострова сконцентрировано достаточно большое количество артиллерии, войск и авиации, в том числе и авиации флота.

Тут адмирал Зозуля замолчал, и слово взял министр обороны маршал Малиновский:

- Скажите, а разве перечисленных сил флота достаточно для защиты Дарданелл, ведь флот Северо-Атлантического альянса намного сильнее?

- Сейчас на основных кораблях флота проходят восстановительные работы, и мы выделили для защиты пролива наиболее старые корабли, потеря которых не скажется сильно на возможностях Черноморского флота, - ответил адмирал Зозуля и далее продолжил свой доклад:

- На Дальнем Востоке, а именно в акватории Японского моря мы планируем рейд Перовой Тихоокеанской эскадры в район Сангарского пролива и решающее сражение с первым соединением американского флота…

- Товарищи, прошу меня извинить, - неожиданно вступил в разговор председатель Комитета Государственной безопасности Шелепин, - но согласно последним данным внешней разведки англичане планируют перебросить силы своего флота из Вэй-Хай-Вэя в Японское море, а именно в район Сасебо и Симоносеки. В дальнейшем британские силы должны принять участие в десантной операции со стороны западного побережья Хоккайдо, а именно в районе Отару.

Здесь Александр Шелепин замолчал, после чего последовала реплика со стороны главнокомандующего ВМФ Горшкова:

- Что же, это важные сведения. Мы их учтем, и я думаю, что наша Первая Тихоокеанская эскадра сможет справиться с английским флотом. Главное чтобы англичане не соединились с американцами.

Адмирал Зозуля продолжил:

- Далее мы планируем провести масштабные крейсерские операции в северной части Тихого океана крейсерскими силами Второй Тихоокеанской эскадры. Основой же задачей этого подразделения Тихоокеанского флота остается обеспечение переброски воинских сил и грузов для действующей на территории Аляски армии маршала Москаленко. По крайней мере, до наступления в северной части Берингова моря ледостава.

На этом начальник главного морского штаба завершил свой доклад, и слово снова взял Лаврентий Павлович Берия:

- Ну что же товарищи, мы подробно рассмотрели все поставленные перед нами вопросы и выработали дальнейший план действий на осенне-зимний период боевых действий. Будем считать, что нам сопутствует удача.

3. Вторжение в Галлиполи.

Операция по захвату Дарданелл получила в структурах Северо-Атлантического блока название «South storm» что означало «Южный шторм». Она началась в первых числах октября 1960 года и в ней приняли участие практически все силы англо-американского флота дислоцированного в Средиземноморье. Вообще кроме линейных, авианесущих и легких сил союзного флота к переброске и высадке десантных сил на полуостров Галлиполи были привлечены два десятка транспортных и около тридцати малых десантных судов, на которых размещалось около двадцати пяти тысяч военнослужащих английской и американской армий с вооружением и боезапасом. И это была лишь первая волна десанта. На британской Мальте была сосредоточен второй эшелон десантных сил в составе тридцати семи тысяч человек. Их переброску к турецким берегам обеспечивали тридцать восемь транспортных судов типа «Либерти», «Виктори» и «Форт». Проще говоря, в операции «Южный шторм» были задействованы довольно серьезные силы морской пехоты и сухопутных войск Британии и Соединенных Штатов под общим командованием генерала армии Джона Фрэнка Биллоси. За морскую часть операции, а также переброску и высадку сил десанта на турецкий берег отвечал командующий союзным флотом в Средиземном море вице-адмирал Вильям Риббек.

И вот пятого октября англо-американская армада вошла в северную часть Эгейского моря и приблизилась к аннексированному Советским Союзом побережью Турции. Впереди основных сил союзного флота двигался крейсерский отряд под командованием контр-адмирала Ника Ленгли. В его состав входили тяжелые крейсера «Хелена», «Бремертон», «Тускалуза» и «Уичита», легкие крейсера «Провиденс», «Фарго», а также четыре эсминца типа «Берри». Вслед за ними на расстоянии в пять миль шли основные линейные силы союзного флота, а именно американские линейные корабли «Колорадо», «Мериленд», «Вест Виргиния», а также британские линкоры «Лайон» и «Тимиреир». Сразу вслед за ними под прикрытием эсминцев и корветов находились транспорты и десантные корабли с первой волной десанта. Ну а в десяти милях позади всей этой основной армады находилась авианесущая группа под командованием контр-адмирала Джона Кригера в составе американских авианосцев «Форестол», «Америка» и «Китти Хок», а также английских ударных авианосцев «Игл», «Арк Роял», «Трафальгар» и «Абукир». Их также прикрывали крейсера, эсминцы и фрегаты как американского, так и британского флота. В общем, вся эта армада в 09.00 утра пятого октября подошла на расстояние в пять миль к оконечности Галлипольского полуострова.

Светило солнце, дул слабый северо-западный ветерок, на поверхности Эгейского моря стояла небольшая рябь, и ничто не предвещало громкой и ужасной развязки предстоящего грандиозного сражения.

Прежде всего, командующий союзным флотом вице-адмирал Риббек отдал приказ передовым силам приблизиться к турецкому берегу и обеспечить артиллерийскую поддержку высадке десантных сил, что и поспешил выполнить контр-адмирал Ленгли. Однако союзники и не подозревали, что еще в конце сентября советские минные заградители по приказу контр-адмирала Левашова выставили вокруг Галлипольского полуострова и перед входом в пролив Дарданеллы довольно большие и плотные минные заграждения. И первой жертвой в 09.10 советских якорных мин стал американский флагманский крейсер «Хелена». Советская якорная мина МКВ взорвалась под носовой частью американского крейсера. Двести килограмм взрывчатого вещества разворотили двойную обшивку борта корабля, разрушили проходящие в ней стрингеры и шпангоуты, вода хлынула во внутренние отсеки, и крейсер резко затормозил ход. Пробоина оказалась достаточно большая и корабль, приняв в себя более тысячи тонн воды, получил сильный дифферент на нос и крен на правый борт. Команда начала борьбу за живучесть судна. Однако всего через пару минут после взрыва на «Хелене» такая же участь постигла американский эсминец «Бенфолт». Мощный взрыв так повредил носовую часть корабля, что он полностью потерял ход и стал крениться на левый борт. Команда эскадренного миноносца принялась спускать шлюпки и плоты, чтобы покинуть гибнущее судно.

Так как два корабля подорвались на минах, остальные суда англо-американского флота резко замедлили ход и стали ложиться в дрейф на расстоянии в семь-десять миль от турецкого побережья. И именно в этот момент на них обрушился огонь двухсот восьмидесяти миллиметровых орудий советского линейного крейсера «Нарком Ворошилов» (бывший немецкий «Гебен» и турецкий «Явуз Султан Селим»). Этот мощный корабль вышел из пролива Дарданеллы и, держась вблизи побережья Галлипольского полуострова начал маневрирование и артиллерийскую дуэль с крейсерами контр-адмирала Ленгли. Практически сразу два крупнокалиберных русских снаряда попали в носовую часть американского тяжелого крейсера «Бремертон», подошедшего чтобы оказать помощь поврежденной «Хелене». Они пробили надводный борт и ударили в барбет носовой орудийной башни, однако так как эти снаряды были полубронебойного типа, они не пробили толстую броневую защиту, а разорвались, разворотив внутренние конструкции корпуса. Американцы ответили огнем своих орудий, но первоначально их стрельба оказалась достаточно неточной и бесполезной.

09.30 вслед за «Наркомом Ворошиловым» в Эгейское море из пролива Дарданеллы выходят три советских легких крейсера и два звена лидеров с эсминцами, при этом крейсера также маневрируют вдоль турецкого побережья и вступают в артиллерийский бой с американскими кораблями.

09.40 два ста восьмидесяти миллиметровых снаряда с крейсера «Красный Кавказ» поражают американский легкий крейсер «Провиденс» на котором оказывается разрушенным спардек и возникает сильный пожар.

09.47 целая серия из ста тридцати миллиметровых снарядов с крейсеров «Красный Крым» и «Червона Украина» поражает американский легкий крейсер «Фарго», они наносят разрушения надстройкам и выводят из строя башню главного калибра. Здесь следует сказать, что советские крейсера в течение целых тридцати минут засыпают снарядами отряд контр-адмирала Ника Ленгли и наносят его кораблям серьезные повреждения. Советские снаряды попадают в американские корабли практически непрерывно, на них вспыхивают пожары, через пробоины внутрь корпуса хлещет вода, а их осколки уродуют надстройки и внутренние конструкции.

10.25 потрёпанные русскими снарядами американские крейсера отходят от побережья Галлипольского полуострова на расстояние в десять миль, и американские командующий вице-адмирал Вильям Риббек приказывает поднять с авианосцев первый эшелон истребителей и бомбардировщиков. Однако навстречу самолетам союзников уже устремились советские истребители и бомбардировщики с береговых аэродромов. В небе начинается обширное воздушное сражение.

Кроме этого по распоряжению адмирала Риббека вперед выдвигаются эскадренные тральщики американского и британских флотов. Все в распоряжении союзников было восемь американских и десять британских эскадренных тральщиков. Двигаясь шести узловым ходом, они начинают тралить прибрежные воды Галлипольского полуострова и тут же вслед за ними к берегу начинают выдвигаться десантные суда и баржи. И все бы хорошо, однако еще перед началом боевых действий советское командование довольно сильно укрепило побережье Галлипольского полуострова. Так там было построено большое количество ДОТов, ДЗОТов и блиндажей, проложены десятки километров траншей, множество рядов проволочных заграждений и выставлены многочисленные минные поля. Кроме этого на берегу было обустроено значительное количество артиллерийских батарей из 122 и 152 мм орудий и гаубиц. Всего же на полуострове находилось до сорока тысяч военнослужащих советских войск генерала армии Филиппа Ивановича Голикова. Здесь следует также добавить, что на береговых аэродромах в районе Галлипольского полуострова базировалась тринадцатая воздушная армия в задачу которой, входила защита советских сухопутных сил и кораблей военно-морского флота, а также прикрытие подходов к побережью и входа в пролив Дарданеллы. В ее состав входило 242 истребителя Як-9 и Як-11 различных модификаций, 96 штурмовиков Ил-10М и 102 бомбардировщиков Пе-2М. В общем, англо-американские силы вторжения должны были встретить довольно ожесточенное противодействие и сопротивление советских войск.

И вот примерно в 11.00 пятого октября 1960 года первые баржи с десантом союзников уткнулись в песок береговой линии Галлипольского полуострова. Американские и британские морские пехотинцы стали спускаться по откинувшимся аппарелям на берег, а по ним открыли ожесточенный минометный, пулеметный и автоматный огонь бойцы обороняющей территорию полуострова советской армии. Практически тут же по приближающимся американским и британским судам с десантом начала вести стрельбу и береговая артиллерия. И так бой на побережье Галлипольского полуострова разгорелся с ожесточенной силой.

11.30 для поддержки высаживающегося на берег десанта к побережью выдвинулись основные линейные силы союзного флота, они открыли по побережью огонь из орудий главного калибра. Тяжелые шестнадцати дюймовые фугасные снаряды начали крушить советские укрепления и это произвело огромный моральный эффект на высаживающихся на берег американских и британских солдат. Примерно в это же время десять советских бомбардировщиков Пе-2М прорвались к линейным силам флота союзников, и с трудом прорываясь через ожесточенный зенитный огонь средств ПВО линкоров, нанесли по ним бомбовый удар:

11.35 двухсот пятидесяти килограммовая советская фугасная бомба попадает в американский линкор «Мериленд», она взрывается в районе полубака, не причинив кораблю никаких серьезных повреждений. Здесь следует пояснить, что, к большому сожалению, советская береговая бомбардировочная авиация не располагала бронебойными бомбами, а обыкновенные фугасные бомбы оказались малоэффективны для атак на хорошо забронированные в горизонтальной плоскости линейные корабли союзников.

11.37 еще две ФАБ-250 попадают в американский линкор «Вест Виргиния», они также не наносят, каких либо серьезных повреждений, хотя при этом оказывается разрушенной часть средняя часть корабля, в районе которой возник сильный пожар. При этом оказываются уничтоженными практически все шлюпки и катера, а также выведены из строя три зенитных сорока миллиметровых автомата.

11.38 фугасная бомба попадает во флагманский линейный корабль адмирала Риббека «Колорадо», она взрывается на юте, частично разрушив наружное покрытие верхней палубы. Примерно в это же время еще две бомбы поражают британский линейный корабль «Тимиреир» нанеся ему незначительные повреждения в районе передней надстройки. На этом атака советских бомбардировщиков заканчивается, и советская сторона теряет при этом четыре машины.

К часу дня пятого октября боевые действия на берегах Гиллипольского полуострова достигают наивысшего апогея, при этом в некоторых местах противоборствующие стороны сходятся до рукопашной схватки, а количество раскиданных на прибрежном песке трупов американских и британских солдат растет в геометрической прогрессии…

- Вот дьявол, мы несем огромные потери на этом небольшом участке турецкой земли. Если так пойдет и далее, то скоро в нашем распоряжении не останется ни одного солдата! – ругнулся находящийся на штабном корабле «Темпест» командующий силами вторжения американский генерал Джон Биллоси, и после небольшой непродолжительной паузы добавил: - Соедините меня с адмиралом Риббеком.

Через некоторое время дежурный офицер доложил, что связь с флагманским линкором «Колорадо» налажена, и генерал Биллоси заговорил в трубку:

- Приветствую вас в очередной раз адмирал! Наши парни на берегу несут огромные потери, поэтому прошу вас усилить поддержку высаживающихся сил корабельной артиллерией и палубной авиацией. Надо задавить оборону русских и подавить их артиллерийские батареи.

На что вице-адмирал Вильям Риббек ответил:

- Хорошо генерал. Даю вам слово, что флот сделает все возможное для того, чтобы сухопутные силы, наконец, закрепились на берегу.

- Кроме этого адмирал я надеюсь, что нашей авиации, наконец, удастся завоевать господство в воздухе и подавить вражескую артиллерию, которая безнаказанно расстреливает наши десантные суда и баржи на подходе к побережью.

- Хорошо, мы немедленно поднимем в воздух все исправные самолеты…

И вот, спустя всего несколько минут после этого разговора по распоряжению адмирала Риббека командующий авианосной группой союзного флота американский контр-адмирал Джон Кригер поднимает в воздух второй эшелон самолетов. В его состав входило порядка ста двадцати истребителей и восемьдесят бомбардировщиков американской палубной авиации, а также сорок истребителей и тридцать шесть бомбардировщиков с британских авианосцев. С советской же стороны навстречу противнику вылетели сто восемьдесят истребителей из состава тринадцатой воздушной армии. И в небе над Галлипольским полуостровом и его прибрежными водами вновь разгорелось ожесточенное воздушное сражение.

Вообще если говорить откровенно, то пятое октября 1960 года вошло в историю как день огромных потерь и самого страшного сражения между англо-американскими силами вторжения и советской армией. Примерно к пяти вечера этого дня накал боевых действий стал стихать и союзный флот прекратил бомбардировку побережья и отошел в открытое море, что бы там переночевать. Так же удалились от берега и десантные корабли с баржами, благо Эгейское море было спокойным и военные транспорты с войсками могли спокойно переночевать под прикрытием легких сил флота. Всего же в течение первого дня десантной операции из тридцати пяти тысяч военнослужащих сил первого эшелона вторжения на прибрежных пляжах погибло порядка около пять тысяч человек, при этом англо-американским войскам удалось закрепиться в нескольких местах на узкой прибрежной полоске западной части Галлиполи. Кроме этого порядка двух тысяч человек из состава экспедиционного корпуса получили ранения и были переправлены на стоящие в отдалении от берега транспорты и госпитальные суда.

Из палубной авиации союзников за первый день боевых действий были потеряны порядка сорока истребителей и тридцати бомбардировщиков, еще двадцать машин были повреждены и требовали заводского ремонта. Советская же авиация потеряла тридцать пять истребителей, десять штурмовиков и двадцать пять бомбардировщиков. В общем обе стороны понесли значительные потери и всю ночь готовились ко второму дню сражения.

…

Второй день операции «South storm» начался с того, что, а именно ранним утром шестое октября 1960 года, американо-британский флот снова выдвинулся к побережью Галлипольского полуострова. Как и ранее первыми к береговой линии устремились десантные суда и баржи с военнослужащими союзных войск, которые спешили усилить закрепившиеся на побережье экспедиционные силы. Практически сразу же вслед за ними к береговой черте и поспешили подойти основные линейные силы союзного флота что бы, как и в предыдущий день оказать поддержку сухопутным силам своей корабельной артиллерией. Кроме этого так же с самого раннего утра в сторону берега устремились звенья американской и британской палубной авиации в задачу, которой входило уничтожение огневых точек противника и прикрытие с воздуха сил десанта. Таким образом, сражение за Галлиполи разгорелось с новой силой.

А что же советское командование? Едва силы союзников снова пошли в наступление по приказу командующего силами обороны генерала армии Филиппа Ивановича Голикова с береговых аэродромов поднимается порядка ста истребителей, пятьдесят штурмовиков и пятьдесят пикирующих бомбардировщиков. Вся эта сила устремляется навстречу союзникам и в небе над прибрежными водами начинается новое воздушное сражение, при этом части советских штурмовиков и бомбардировщиков удается прорваться и нанести удар по кораблям англо-американского флота.

07.30 советские штурмовики Ил-10М атакуют спешащие к берегу транспортные суда с десантом и топят четыре самоходные баржи. Кроме этого в это же время им удается нанести тяжелые повреждения двум специализированным десантным судам американского флота.

07.45 советские бомбардировщики Пе-2М наносят удар по находящимся в стороне от основных сил союзного флота американским крейсерам контр-адмирала Ника Ленгли. Три фугасные бомбы массой по двести пятьдесят килограмм поражают верхнюю палубу легкого крейсера «Провиденс» и еще одна бомба попадает в ют крейсера «Фарго». Они наносят этим слабо бронированным кораблям значительные разрушения, и американские легкие крейсера отходят для ликвидации последствий этого нападения к авианосным силам флота. Здесь можно также добавить, что американским зенитчикам удается сбить два советских бомбардировщика.

К полудню шестого октября англо-американским силам вторжения, наконец, удалось уверенно закрепиться на западном побережье Галлипольского полуострова, и советские войска отошли на вторую и третью линию обороны. Тем не менее ожесточённое сражение на прибрежных пляжах не ослабевало и ситуация не могла склониться в ту или иную сторону.

Примерно в это же время из Дарданелл в море снова вышла советская эскадра контр-адмирала Михаила Ивановича Левашова в составе линейного крейсера «Нарком Ворошилов» и легкого крейсера «Красный Кавказ». Под прикрытием лидеров и эсминцев эти корабли подходят к южной оконечности полуострова и открывают огонь из орудий главного калибра по находящимся в открытом море американским крейсерам контр-адмирала Ника Ленгли. Между крейсерскими отрядами начинается артиллерийская дуэль и практически сразу два 280 мм снаряда с русского крейсера попадают в американский тяжелый крейсер «Тускалуза» и пробив верхний бронепояс взрываются во внутренних помещениях. В ответ практически сразу же с американских крейсеров в «Наркома Ворошилова» попадают три 229 мм и три 203 мм снаряда большинство, из которых отражает мощный бронепояс старого «германского» корабля. Тем не менее, ожесточенный поединок между крейсерами продолжается еще около получаса, в течение которого противники не наносят друг другу каких либо серьезных повреждений. Далее противники расходятся, советские корабли уходят обратно в Дарданеллы, а американские крейсера отходят в море к авианосным силам флота.

Проще говоря, второй день битвы за полуостров оказывается очень похожим на первый, при этом англо-американские силы вторжения теряют еще около пяти тысяч убитыми и трех тысяч ранеными. Однако к вечеру шестого октября на берегу оказывается практически весь экспедиционный корпус в количестве оставшихся в строю десяти тысяч человек и перед американо-британским командованием встает вопрос о наискорейшей переправке к побережью Галлиполи второй волны десанта, которая лишь недавно покинула Мальту.

- Адмирал! За два дня операции мы потеряли убитыми и ранеными более половины личного состава экспедиционного корпуса. Надо как можно скорее перебросить к театру военных действий вторую часть десантных войск, - произнес командующий силами вторжения генерал армии Джон Фрэнк Биллоси. Здесь следует пояснить, что этот разговор происходил в адмиральском салоне флагманского линкора «Колорадо» куда американский генерал прибыл для совещания с командующим Средиземноморским флотом вице-адмиралом Вильямом Риббеком. И вот теперь два командующих, а также командующий британским флотом вице-адмирал Эдвард Кенгли сидели в больших кожаных креслах у большого стола с разложенными на нем картами театра военных действий. В руках эти люди держали стаканы с наикрепчайшим дорогим виски, которое они попивали маленькими глотками.

- Конвой с транспортами вышел с Мальты совсем недавно и прибудет сюда через два-три дня, - ответил генералу адмирал Риббек.

- За эти два-три дня мы потеряем остатки первой волны сил вторжения, и красные сбросят оставшихся в живых наших парней в море, - вступил в разговор британский адмирал Кенгли.

- Этого нельзя допустить! Мы и так с большим трудом закрепились на берегу, и я прошу вас адмирал передать на транспорты со второй волной экспедиционных войск, чтобы они поспешили, - последовало со стороны Джона Биллоси, - и кроме этого, я хочу услышать от вас предложения по дальнейшим действиям на эти два-три дня.

- Прежде всего, флот постарается и далее оказывать артиллерийскую поддержку десантным войскам, но линкоры израсходовали до половины имеющихся в наличии фугасных снарядов поэтому, чтобы сократить их расход мы будем чередовать обстрел побережья с атаками палубной авиации. А вам мы предлагаем не атаковать русских, а занять на берегу позиционную оборону, - высказал свои предложения командующий американским флотом.

- Да и кроме того вскоре нам придется отходить от побережья в открытое море чтобы пополнять с транспортных судов свой боекомплект, - добавил вице-адмирал Кенгли.

- Ну что же, надеюсь, нам удастся продержаться эти два три дня, - подытожил генерал Биллоси и дальнейший ход совещания был посвящен согласованию действий флота и армии и другим второстепенным вопросам.

4. Турецкий провал.

Седьмое и восьмое октября 1960 года прошло для противоборствующих на Галлипольском полуострове сил без особых перемен. Обе стороны практически не атаковали, а старались закрепиться на занимаемых рубежах, при этом американо-британские войска занимали небольшие плацдармы на побережье полуострова, а советские силы проводили передислокацию и готовились к решающим сражениям. Воздушные бой тоже как-то утихли, а советские корабли укрылись в глубине Дарданелльского пролива.

Утром девятого октября к театру военных действий, наконец, прибыл долгожданный конвой со второй волной десанта и практически сразу же солдаты стали грузиться на десантные суда и баржи. Таким образом, общее количество американо-британских военнослужащих в районе проведения операции «South storm» достигло сорока семи тысяч человек, которым противостояла советская группировка в тридцать пять тысяч бойцов.

- Товарищи! Ситуация в Дарданеллах крайне напряженная. За четыре дня сражения мы потеряли убитыми и ранеными около пяти тысяч человек. Это конечно не идет ни в какое сравнение с потерями наших противников, но сейчас возникла ситуация согласно которой мы можем потерять Галлиполи и тогда противник получит стратегическое преимущество и контроль над южным проливом, - эти слова произнес командующий южной оперативной группой советских войск генерал армии Филипп Иванович Голиков.

Здесь следует пояснить, что десятого октября в небольшом турецком городке Текирдаг что находится на северо-западном побережье Мраморного моря проходило секретное совещание западно-турецкого оперативного района, на котором присутствовал и начальник генерального штаба вооруженных сил СССР маршал Матвей Васильевич Захаров (с апреля 1960).

- Какие резервы мы можем быстро собрать и перебросить на Галлипольский полуостров? – последовало со стороны начальника генерального штаба.

- Всего в нашем распоряжении находятся три мотострелковые дивизии и два артполка, а также одна танковая бригада, но эти небольшие силы контролируют практически всю западную Турцию. Если поднять их по тревоге, то примерно через сутки они прибудут на юг, - ответил один из офицеров штаба.

- Что же! Немедленно поднимайте эти силы и пусть они ускоренным маршем движутся к Галлиполи, - распорядился маршал Захаров и немного подумав, добавил: - Сейчас в Одессе грузятся на транспортные суда две мотострелковые дивизии, предназначенные для Сирийского фронта. Думаю, что мы можем перенаправить их сюда, так как положение в Дарданеллах очень и очень опасное.

- О, эти войска сильно облегчили бы нам обстановку, - последовало со стороны генерала Голикова.

- Какие еще есть проблемы? – задал вопрос начальник генштаба.

- Мы понесли значительные потери в авиации, кроме этого у нас не оказалось в наличии мощных бронебойных бомб для уничтожения вражеских линкоров и крейсеров, - заговорил одни из офицеров в звании полковника авиации.

- Хорошо, завтра же мы перебросим к вам еще два авиационных полка с территории СССР, а это сорок пять бомбардировщиков Ту-2 и сорок пять истребителей Ла-11. Они восполнят ваши потери в авиации, а вот что касается бронебойных бомб, то здесь надо просить помощи у флота, - довел до сведения присутствующих маршал Захаров. - Думаю, что адмирал Касатонов нам не откажет.

…

Но вернемся к берегам Галлипольского полуострова. Как уже было сказано ранее с утра девятого октября вторая волна союзного десанта начала высадку на побережье. В общем, проще говоря, битва за Дарданеллы разгорелась с новой силой как на земле, так и в воздухе.

Однако на этот раз силам англо-американской коалиции сопутствовала удача или, проще говоря, в результате ожесточенного сражения к полудню десятого октября им удалось прорвать оборонительные рубежи советской армии и захватить расположенные на юге полуострова небольшие населенные пункты Эджабад и Крития. Это оказалось довольно большим успехом союзников и позволило им оккупировать южную часть полуострова.

- Браво! Браво, господа! - Вскричал в восторге министр обороны США Томас Гейтс на совещании в «Пентагоне». – Теперь, когда нам удалось закрепиться на Галлипольском полуострове, надо переходить ко второй фазе операции, а именно высадке десанта на восточном берегу Дарданелльского пролива и вторжения флота в Мраморное море.

- Извините сэр, но наши потери за первую неделю операции составили порядка трети от общего числа военнослужащих задействованных в операции «Южный шторм», а напряжение боев на полуострове никак не ослабевает. Если дело пойдет также и дальше, то еще через пару недель мы будем иметь лишь горы трупов, - парировал выступление министра обороны начальник штаба сухопутных войск США генерал Дирк Эмбал.

- И что же вы предлагаете?

- Прежде всего, необходимо собрать и перебросить в западную Турцию дополнительные силы в количестве как минимум пяти пехотных дивизий и двух полков фронтовой авиации…

- И где наши самолеты будут базироваться? Сейчас почти все восточное побережье Эгейского моря находится под контролем Советского Союза и единственным возможным вариантом для базирования наших авиационных сил является Греция. Но, несмотря на то, что эта страна является членом Северо-Атлантического блока политические отношения с ней крайне напряженные, на данный момент наших сил на ее территории нет, - вступил в разговор начальник штаба ВВС генерал Ричард Морген.

- Да, наладить отношения с греческим правительством, особенно сейчас в преддверии президентских выборов нереально, но надо срочно искать выход из сложившейся ситуации, - последовало со стороны Томаса Гейтса. - Предлагаю перебросить в Средиземноморье дополнительные силы авиации флота.

- Вы предлагаете ослабить наш Атлантический флот? – вступил в разговор морской министр Уильям Франк.

- Да именно это я и предлагаю, тем более, что наши боевые корабли находятся на своих базах и в ближайшее время в боестолкновение с флотом Советов не вступят. Наступает зима, а боевые действия в Арктике в это время крайне затруднены…

- Ну что же, что скажет на это флот?

Тут в разговор вступил начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон:

- Думаю можно послать к турецким берегам авианосцы «Франклин Д. Рузвельт» и «Констеллейшн». Это сразу увеличит парк нашей палубной авиации на двести самолетов. Кроме этого уже сейчас из Соединенных Штатов вышли четыре транспортных судна с находящимися на них палубными самолетами для восполнения потерь нашего Средиземноморского флота.

- А что же наши британские союзники? Они не собираются отправить в Эгейское море дополнительные силы? Ведь в состав их флота вошел ряд новых кораблей, в том числе и авианосцев, - последовало со стороны морского министра.

- Мы будем разговаривать с англичанами и напомним им, что надо соблюдать союзные обязательства, - ответил министр обороны.

…

И вот пятнадцатого октября 1960 года на Галлипольский полуостров прибыли свежие части советской армии и дополнительные силы военно-воздушных сил. С этих пор война на этом театре военных действий приняла позиционный характер, так под контролем сил Северо-Атлантической коалиции оказалась южная часть Галлиполи, а советские вооружённые силы создали несколько полос глубокоэшелонированной обороны поперек полуострова. Но, тем не менее, теперь перед англо-американскими союзниками стояла задача о высадке морского десанта на восточный берег Дарданелльского пролива, однако сил для проведения этой операции у них не было и единственным выходом из создавшего положения это было вступление Турции в войну против Советского Союза. Именно это и стало причиной большого совещания в «Белом доме» в преддверии новых президентских выборов в США:

- Итак господа, я собрал вас здесь, чтобы решить ряд важных вопросов посвященных боевым действиям против Советского Союза, - начал свою пафосную речь президент Соединённых Штатов Америки Дуа́йт Дэ́вид Эйзенха́уэр, - кроме этого я считаю напомнить присутствующим о том, что менее чем через месяц состоятся очередные президентские выборы где кандидатом от республиканской партии выступает уважаемый вице-президент Ричард Никсон. Таким образом, я, прежде всего, хочу заручиться вашей поддержкой в связи с возможным вступлением в войну против Советского Союза Турецкой республики. Что же, я жду ваших высказываний по поводу данной проблемы?

Здесь слово взял сидевший в отдельно стоящем кожаном кресле вице-президент Ричард Никсон:

- Уважаемые присутствующие, я хочу сказать, что независимо от того как пройдут президентские выборы мы должны додавить турецкое правительство Махмуда Джеляль Баяра, чтобы оно выступило полным фронтом против Советов и вернуло утраченные в результате войны 1950-52 года территории. И кроме этого не стоит забывать, что Турция является членом Северо-Атлантического блока.

Здесь Ричард Никсон замолчал и снова заговорил президент:

- Какие затраты мы можем понести если Турция в ближайшее время вступит в войну?

- Для Соединенных Штатов это выразится в переброске в центральную Турцию дополнительных десяти пехотных и четырех танковых дивизий, трехсот самолетов и четырех сотен крупнокалиберных орудий, - ответил на вопрос президента министр обороны Томас Гейтс.

- А что скажет на это директор Центрального Разведывательного Управления?

Сидевший на большом стоящем слева от президентского стола черном диване Аллен Даллес раскрыл находившеюся в его руках черную папку и заговорил:

- По оперативным данным нашей агентуры в случае открытия двух новых фронтов в центральной Турции мы столкнемся с довольно большими силами Советского Союза. А именно на западном участке это армия генерала Лелюшенко общей численностью порядка восьмидесяти тысяч человек, которая располагает двумя сотнями танков, двумя с половиной сотнями тяжелых орудий и тремя сотнями самолетов различных классов. На восточном же участке по линии Трабзон-Эрзерум-Газиантеп сплошной линии фронта нет. Это огромное расстояние, имеющее сильно пересеченную местность и там находится несколько ударных группировок русских относящихся к сражающейся в Сирии армии маршала Еременко. Всего по нашим данным эти северо-западные советские группировки имеют около семидесяти тысяч человек состава, около двухсот танков, три сотни орудий и более трехсот самолетов помимо сил самой сирийской армии. Этого явно недостаточно для создания сплошного фронта в восточной Турции, но и турецкая армия не так сильна, чтобы начать сплошное наступление в этом районе.

На этом Аллен Даллес замолчал, и слово снова взял президент США:

- Ну, а что на все выше сказанное скажет государственный секретарь?

- Господа, Государственный департамент ведет активные переговоры, как с Турецкой стороной, так и с нашими союзниками в лице Великобритании и хочу вам сказать, что эти переговоры идут довольно успешно. Прежде всего, мы как было уже сказано ранее, нам практически удалось додавить турецкое правительство на вступление в войну против Советского Союза. Кроме этого британское правительство готово послать в центральную Турцию вооруженный контингент в количестве трех пехотных дивизий и сорока самолетов. Это конечно не особо большие силы, но хочу также напомнить, что британские войска уже сражаются против Советов, как в Дарданеллах, так и в юго-восточной Сирии, - с такими словами выступил на проходившем в «Овальном кабинете» совещании государственный секретарь США и брат директора ЦРУ Джон Фостер Даллес.

- Это хорошие новости. Однако я думаю, что открытие двух новых фронтов в центральной Турции будет хорошим подарком тому, кто победит на президентских выборах в ноябре, - последовало со стороны Дуайта Дэвида Эйзенхауэра.

…

Семнадцатого октября 1960 года под явным давлением США и Великобритании турецкое правительство Махмуда Джеляль Баяра объявило, что вступает в войну против Советского Союза на стороне Северо-Атлантического альянса. Вообще это не было чем-то новым для советского правительства, тем более что Советский Союз располагал достаточно серьезными силами, как в западной, так и восточной Турции. Ну а сама же турецкая армия была не столь многочисленна и отличалась довольно низкой боеспособностью, чтобы сразу начать массированное наступление на внезапно образовавшихся двух новых фронтах. Проще говоря, с семнадцатого октября обе стороны стали заниматься массированной передислокацией сил, ну а турецкая сторона к тому же с нетерпением ожидала, когда транспортные суда с американскими и британскими солдатами прибудут в находящийся на Средиземноморском побережье порт Мерсин.

Однако не отставал от своих противников и Советский Союз, в Одессе, Севастополе и Новороссийске спешно грузились на транспортные суда, переброшенные из внутренних регионов страны мотострелковые и танковые дивизии, и далее эти корабли следовали в Стамбул и Трабзон. Там эти суда разгружались, и советские войска следовали своим ходом к новому театру военных действий. Таким образом, Советский Союз парировал все усилия сил Северо-Атлантического блока по открытию двух новых фронтов в западной и восточной Турции. В общем, проще говоря, начало масштабных боевых действий планировалось не ранее начала декабря 1960 года, а в это время в Соединённых Штатах должны были пройти президентские выборы, на которых решалось, кто же придет к власти в одной из самых могущественных стран мира.

Что же происходило в это время в западной Турции, а именно на Галлипольском полуострове?

С большим трудом силам англо-американской коалиции удалось закрепиться на южной оконечности полуострова и занять там тактическую оборону. Здесь следует сказать прямо, что сил для продвижения вперед у союзников не было, а потери среди личного состава воюющих на полуострове дивизий исчислялись десятками тысяч человек убитыми и ранеными которые на санитарных кораблях и транспортах плыли на свою далекую родину США. Советские же войска также создали на полуострове глубокоэшелонированную оборону и вели против своих противников методическую позиционную борьбу. В общем, война на Галлиполи приняла затяжной и бесперспективный характер.

Ну и в заключение этой главы стоит уделить особое внимание началу ноября 1960 года, ведь именно в это время в Соединенных Штатах Америки грянули очередные президентские выборы, на которых победил представитель Демократической партии Джон Фицджеральд Ке́ннеди. Он с большим отрывом победил представителя Республиканцев Ричарда Никсона, однако еще до двадцатого января 1961 (день присяги) года у власти оставалось правительство Дуа́йта Эйзенха́уэра. Таким образом в стране как бы возникла двойственная ситуация когда одно правительство хотело что-то сделать, но еще не могло, а другое делало, но уже не хотело.

5. У дальних берегов.

Еще когда англо-американские корабли Средиземноморского флота подходили к Дарданеллам за много-много тысяч километров, а именно в аннексированном у Китая Вэй-хай-вэе другая британская эскадра поднимала якоря. Если же говорить более подробно, то это «соединение Z» флота Её Величества состояло из двух уже устаревших, но достаточно мощных линейных кораблей «Нельсон» и «Родней», старого линейного крейсера «Ринаун», тяжелого крейсера «Корнуолл», семи легких крейсеров-скаутов, а также двух авианосцев «Инвисибл» и «Инфлексибл». Кроме этого вместе с крупными кораблями в море вышли легкие силы прикрытия в составе шести фрегатов типа «Кент», двух лидеров типа «Драгон» и четырнадцати эсминцев типов «Даринг» и «JKN». Проще говоря в море вышли почти все основные силы тихоокеанского флота Великобритании под командованием вице-адмирала сэра Даймонда Фрэнка. Ну, а вслед за ними в этот дальний морской поход двинулся транспортный отряд в составе восьми транспортов и восьми специализированных десантных кораблей, на борту которых находилось около двенадцати тысяч солдат британской, новозеландской и австралийской морской пехоты и все необходимые военные грузы. Прикрывали этот транспортный конвой десять шлюпов типа «Блэк Свон» и десять шлюпов «Уайт Свон». Короче говоря, вся эта мощь и сила британского флота выдвинулась со своей базы на востоке Китая на север в сторону Японского моря, где на юге острова Хоккайдо шло ожесточенное сражение между силами Соединенных Штатов и Советского Союза.

Вообще то главной целью этого похода было десантирование сил вышеперечисленных сил на западном побережье Хоккайдо, то есть в случае соединения сил англичан и американцев советские войска оказывались рассеченными на несколько тактических групп, что открывало путь войскам союзников вглубь острова. И вот данный большой конвой двинулся в путь из Вэй-хай-вэя с промежуточной остановкой в японском порту Сасебо. Тем не менее, с самого начала этой операции англичан и их союзников преследовала череда провалов и неудач…

Прежде всего, следует сказать, что едва корабли британской армады стали выбирать свои якоря в гавани Вэй-хая это стало известно советскому командованию и командующий Тихоокеанским флотом Советского Союза адмирал Виталий Алексеевич Фо́кин решил нанести удар по британскому флоту всей мощью первой Тихоокеанской эскадры.

Второе, на пятый день пути случился катаклизм с английским линейный крейсером «Ринаун», на котором отказали сразу два головных турбозубчатых агрегата. В результате скорость крейсера снизилась до четырнадцати узлов, и он был вынужден встать в японском Сасебо на ремонт.

Третье там же в Сасебо к британской эскадре должен был присоединиться австралийский легкий крейсер «Перт», но в результате неудачного маневра он врезался в борт японского транспортного корабля «Хайро-мару» и также был вынужден встать в Японии на ремонт.

Таким образом пятнадцатого октября 1960 года и без того ослабленная британская эскадра выдвинулась вдоль западного побережья Японии в северо-восточном направлении. Однако до сих пор остается непонятным, почему английское командование решило отправиться к берегам Хоккайдо через полностью контролируемые советским флотом воды Японского моря. Ведь если посчитать арифметически, то по количеству крупных боевых кораблей британская эскадра значительно проигрывала 1й Тихоокеанской эскадре, и этим не преминуло воспользоваться советское командование. Проще говоря, уже ранним утром шестнадцатого октября советские корабли снялись с якорей и покинули Амурский залив. Вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов повел их в направлении западных берегов Японии на перехват медленно движущегося в сторону Хоккайдо английского флота. Однако вернемся немного назад, так как перед выходом кораблей в море в адмиральском салоне флагманского линкора «Советский Союз» прошло оперативное совещание командующих подразделениями флота.

…

- Итак, товарищи, наконец-то мы выходим в море, чтобы дать основной бой нашим противникам, - заговорил адмирал Харитонов на совещании своего штаба, проходившем в адмиральском салоне линкора «Советский Союз», - давайте решим, как нам действовать в предстоящем сражении, поэтому прошу, прежде всего, вас высказаться по вопросу готовности наших сил. Давайте начнем с командующего легкими силами.

- Лидеры и эсминцы полностью заправлены топливом и готовы к действиям по всей акватории Японского моря. Легкие силы флота разделены на два тактических дивизиона, в каждом из которых по два лидера и восемь эсминцев. Первый дивизион прикрывает главные силы флота, второй обеспечивает охранение авианосной группы, - кратко и ёмко доложил офицер в звании капитана первого ранга.

- Что скажет командование авианосной группой?

Слово взял командующий авианосной группой контр-адмирал Сергей Валентинович Криволапов:

- Все три авианосных крейсера полностью готовы к боевым действиям. Общее количество самолетов на кораблях равняется 120 истребителей и 78 бомбардировщиков. Считаю, что этих сил вполне достаточно, чтобы организовать воздушное прикрытие основных сил эскадры и нанести удары по вражеским кораблям.

- Слово предоставляется командирам крейсерских отрядов.

Здесь первым заговорил командующий первым крейсерским отрядом контр-адмирал Леонид Константинович Бекренев:

- В первом крейсерском отряде все корабли полностью бункерованы, готовы к длительным боевым действиям. В составе отряда тяжелые крейсера «Баян» и «Громобой», а также легкие крейсера «Диана», «Паллада», «Ад. Невельской», «Ад. Бутаков».

Далее слово взял командующий вторым крейсерским отрядом контр-адмирал Георгий Михайлович Егоров:

- Во втором крейсерском отряде находятся тяжелые крейсера «Ад. Макаров» и «Ад. Витгефт», а также легкие крейсера «Свердлов», «Киров», «Калинин», «Каганович». Все корабли к бою готовы.

- Что же, все это хорошо, товарищи, - снова продолжил адмирал Харитонов, - по поводу главных сил эскадры скажу, что на всех линкорах и линейных крейсерах все в полном порядке. Все корабли полностью обеспечены всем необходимым и готовы к предстоящему сражения, поэтому теперь мы перейдем ко второму вопросу, а именно я доведу до вашего сведения о том, как мы будем действовать против флота наших противников. Но прежде о диспозиции противоборствующих сил прошу доложить старшего штурмана эскадры.

После этих слов из-за стола встал капитан первого ранга и, взяв в руки длинную указку, подошел к висевшей на переборке большой карте Японского моря:

- Товарищи по последним оперативным данным вчера английская эскадра и большой конвой с войсками покинули Сасебо и сейчас движутся в северо-восточном направлении вдоль западного побережья Японии. Сейчас их скорость составляет двенадцать-четырнадцать узлов и они, достигнут южной оконечности острова Хоккайдо через семь, восемь дней. Основные же силы американского флота сейчас находятся в восточной части Сангарского пролива, где они заняты поддержкой своих сухопутных сил воюющих на юге Хоккайдо. Таким образом, если мы атакуем британский флот где-то в центральной части Японского моря, американцам потребуется не менее двое-трое дней, что бы прийти им на помощь.

Тут слово взял офицер разведки флота, находившийся при штабе командующего эскадрой:

- Я считаю, что нашим противникам уже стало известно, что советский флот в полном составе готов покинуть Владивосток, и американский командующий вице-адмирал Стив Торнг уже выдвинул свои силы в Японское море через Сангарский пролив. Думаю, что его корабли уже спешат навстречу англичанам. Однако есть и хорошее сообщение, в Сасебо остался на ремонте английский линейный крейсер «Ринаун», у него что-то не в порядке с двигательной установкой, а австралийский крейсер «Перт» протаранил японский сухогруз и также встал на ремонт.

Далее слово снова взял вице-адмирал Харитонов:

- Что же, я также согласен с разведкой флота в том, что англичане и американцы уже знают о том, что мы покидаем Владивосток. Поэтому есть два варианта развития дальнейших действий, а именно: первый - атаковать британцев у западного побережья японского архипелага еще до того как они встретятся с американцами и второй - выдвинуться прямо к острову Хоккайдо и там пытаться разбить наших противников по отдельности.

На этом командующий замолчал и в разговор вступил младший флагман эскадры контр-адмирал Григорий Константинович Масленков:

- Если мы атакуем англичан на полпути к Хоккайдо, то у нас гораздо больше шансов нанести им поражение, но я считаю, что в случае обнаружения нашего флота на дальнем расстоянии они могут попытаться укрыться в одном из портов на западном побережье Японии.

- Что же, если они поступят так, то мы можем нанести по ним удар нашей палубной авиацией, - произнес командующий авианосной группой контр-адмирал Криволапов.

- Да, я тоже считаю, что этот вариант наиболее приемлем. Кроме этого я уже отдал приказ о выдвижении в восточную часть Японского моря наших подводных сил. Кроме этого несколько подводных лодок отправлено в район Сангарского пролива и в их задачу входит наблюдение за перемещениями американского флота, однако пока никаких сообщений от них не поступало. Итак, товарищи, как показывают расчеты, мы должны двигаться со скоростью в двадцать пять узлов, чтобы перехватить британский флот на траверзе острова Содо.

На этом совещание было закончено и корабли первой Тихоокеанской эскадры, извергая из труб клубы дыма, заспешили на вышеозначенное место рандеву с противником.

…

И вот утром восемнадцатого октября британский флот оказался в пятидесяти милях от расположенного у западного побережья Японского архипелага острова Содо. Здесь следует сказать, что вся эта английская армада двигалась на северо-восток со скоростью двенадцать узлов и прошла как раз половину расстояния до Хоккайдо. И вот в этот момент, а именно в 08.30 на экранах локаторов английских линкоров и крейсеров появились множественные групповые цели.

- Адмирал, что будем делать? Это русская эскадра! До нее не более шестидесяти миль, через два часа советские корабли будут здесь, - в панике произнес флаг-офицер.

- Немедленно передать на транспортные суда и корабли охранения! Пусть они полным ходом следуют в японский порт Ниигата. До него не более ста миль и будем надеяться, что они успеют укрыться там, - распорядился командующий «соединением Z» вице-адмирал сэр Даймонд Фрэнк.

- Хорошо, сэр! Но что делать нам? Перевес русских огромен ибо, судя по данным, на нас идет весь их флот.

- Передайте на авианосцы, пусть они займут позицию на расстоянии в тридцать-сорок миль к востоку от главных сил. Ну а мы встретим противника всеми своими орудиями. Кстати где сейчас находится флот наших американских союзников?

- Согласно последним данным соединение вице-адмирала Стива Торнга в составе четырех линкоров, двух тяжелых, двух легких крейсеров и двух авианосцев вышло через Сангарский пролив в Японского море. Сейчас оно находится на расстоянии в четыреста пятьдесят миль от нас.

- То есть до нас им идти шестнадцать-восемнадцать часов полным ходом. Что ж будем принимать бой здесь и планомерно отходить в сторону японского побережья.

На этом разговор на капитанском мостике линкора «Нельсон» был завершен и английские корабли стали занимать боевой порядок. Прежде всего, в боевую линию выстроились линейные корабли «Нельсон» и «Родней». Это были достаточно старые, но довольно мощные боевые корабли с максимальной скоростью в двадцать три узла, основная огневая мощь которых состояла из восемнадцати 406 мм орудий. Впереди этой основной силы британского флота на расстоянии в сорок кабельтовых заняли позицию тяжелый крейсер «Корнуолл» и два легких крейсера «Спартан» и «Аретьюза», кроме этого этот передовой отряд поддерживали два лидера и четыре эсминца. На расстоянии же в сорок кабельтовых позади линкоров выстроился замыкающий отряд из пяти легких крейсеров «Сириус», «Аргонаут», «Гермиона», «Клеопатра», «Беллона», а также пяти эскадренных миноносцев. Как уже было сказано ранее два английских авианосца под прикрытием шести фрегатов и пяти эсминцев заняли позицию восточнее, ну а транспортный конвой в сопровождении шлюпов охранения вовсю улепетывал к японским берегам.

Примерно в это же время в боевой рубке линейного корабля «Советский Союз» командующий 1й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов отдавал последние распоряжения перед боем:

- Значит так! Уважаемые мои товарищи моряки! Первым делом атакуем основными силами английские линейные корабли. Строй такой: впереди «Советский Союз» за ним «Петропавловск». Основная цель для нас британский флагман «Нельсон». Далее второй отряд: «Иосиф Сталин» и «Владивосток». Они атакуют «Родней». Левый фланг – линейные крейсера «Сталинград» и «Фрунзе», а также два лидера и восемь эсминцев. Они атакуют передовой британский отряд. На правом фланге первый крейсерский отряд контр-адмирала Бекренева, они должны уничтожить вражеский арьергард. Авианосная группа и второй дивизион эсминцев держатся в двадцати милях западнее основных сил и поддерживают нас палубной авиацией. Передайте диспозицию на корабли эскадры.

- Товарищ адмирал, а каковы будит указания для второго крейсерского отряда?

- Второй крейсерский отряд контр-адмирала Егорова должен на полной скорости обойти место главного сражения и далее настигнуть и атаковать авианосную группу противника, а также уходящие на восток транспортные суда.

И вот 08.50 восемнадцатого октября началось грандиозное морское сражение, которое вошло в историю как «битва у острова Содо». Прежде всего, с находящихся западнее советских авианесущих крейсеров стартовали шестьдесят истребителей Ла-11МК, сорок пикирующих бомбардировщиков Ту-2МК и двенадцать торпедоносцев СПБ-52. Все эти самолеты устремились на восток к кораблям британского флота. В ответ же навстречу самолетам советской палубной авиации с английских авианосцев «Инвисибл» и «Инфлексибл» адмирал Даймонд Фрэнк приказал поднять сорок истребителей FIR2«Фульмар» и в небе над Японским морем разгорелось страшное воздушное сражение. Тем не менее, за счет перевеса в количестве большинству советских бомбардировщиков и торпедоносцев удалось прорваться к английским кораблям, которые встретили их огнем из всех своих зенитных орудий. И тут по очередному приказу британского командующего с авианосцев поднялись в воздух еще двадцать истребителей, которые и взяли на себя защиту авианосцев и транспортных судов. Тем не менее, советским бомбардировщикам удалось нанести бомбовые удары по двум английским транспортам, которые загорелись и пошли ко дну, при этом находившиеся на их борту многочисленные морские пехотинцы в панике прыгали в воду и старались залезть в спущенные шлюпки. Кроме этого не повезло британскому авианосцу «Инфлексибл», советские бомбардировщики провели на него несколько атак, и попали в полетную палубу двумя двухсот пятидесяти килограммовыми бронебойными бомбами. В результате в палубе возникли огромные пробоины, а на находившейся ниже ангарной палубе вспыхнул пожар. Аварийные партии начали борьбу с огнем при этом оказались уничтоженными находившиеся там пять бомбардировщиков «Фэйри-Барракуда» Mk.V. И все бы хорошо, но на этом неприятности англичан не закончились, ибо два советских торпедоносца СПБ-52 сумели зайти в атаку на уже поврежденный «Инфлексибл» и атаковали его своими торпедами. При этом они попали в британский корабль одной торпедой, которая поразила его в кормовую часть, в район винтов левого борта. В результате полученных повреждений скорость авианосца упала до четырнадцати узлов, и он по приказу адмирала Фрэнка взял курс в сторону японских берегов. Примерно к 10 часам воздушная битва над Японским морем стала затихать, уцелевшие самолеты возвратились на свои корабли, при этом потери советской стороны составили пятнадцать истребителей и десять бомбардировщиков, англичане же потеряли двадцать три истребителя.

Но основная фаза сражения была еще впереди.

10.30 корабли советской эскадры приблизились к силам британского флота на расстояние в 100 кабельтовых и обе стороны открыли артиллерийский огонь. Первоначально стрельба из орудий главного калибра не приносила серьезного успеха, но спустя двадцать минут противоборствующие стороны сблизились до дистанции в восемьдесят кабельтовых и с обеих сторон появились накрытия, кроме этого русские корабли перешли на бронебойные снаряды.

11.00 три 406 мм снаряда с советского флагманского линейного корабля «Советский Союз» поражают флагманский линкор британского флота «Нельсон» в левый борт носовой части корпуса. 11.05 в ответ три британских бронебойных снаряда попадают в борт «Советского Союза», пробивают верхний бронепояс и отражаются внутренними гласисами.

11.07 три советских снаряда с линкора «Петропавловск» также поражают «Нельсона» в кормовую часть, где они уничтожают несколько зенитных установок и разрушают кормовую надстройку.

11.09 три советских снаряда попадают в линкор «Родней», поражают центральную надстройку и выводят из строя одну из башен 152 мм орудий среднего калибра.

11.25 – 11.40 ожесточение артиллерийского боя между главными силами нарастает, противники сближаются до пятидесяти кабельтовых и усиленно осыпают друг друга снарядами главного и среднего калибра, при этом фиксируются обильные попадания в корабли обеих сторон. В это же время советские линейные крейсера «Сталинград» и «Фрунзе» заходят поперек курса британского флота и начинают обильно обстреливать передовой отряд противника. Попадания их тяжелых 356 мм снарядов становятся убийственными для трех английских крейсеров. На «Корнуолле» оказываются разбитыми надстройки, снесена одна из дымовых труб, поражены две носовые башни главного калибра и выведены из строя две установки универсальных 102 мм орудий. Кроме этого снаряды советских линейных крейсеров поражаю и легкие британские крейсера-скауты. Так всего три 356 мм полубронебойных советских снаряда разворачивают борт крейсера «Спартан» в районе машинных и котельных отделений в результате внутрь крейсера поступает столько воды, что он полностью теряет ход и становится отличной мишенью для русских артиллеристов. Спустя всего, каких то десять минут в «Спартан» попадает еще шесть крупнокалиберных снарядов и пять снарядов калибра 130 мм, он мгновенно опрокидывается на левый борт и идет ко дну. Из пятьсот тридцати человек экипажа эсминцы выловили из воды всего двенадцать человек.

Третий же крейсер английского передового отряда «Аретьюза» так же получил одно попадание тяжелого крупнокалиберного снаряда с советского линейного крейсера «Фрунзе», который пробил навылет переднюю башню, далее прошил на вылет барбет второй башни и взорвался на нижнем ярусе передней надстройки, сильно разворотив её. Кроме этого «Аретьюза» также словила в борт и три 130 мм снаряда с русских крейсеров, которые поразили ряд внутренних отсеков и вызвали сильный пожар. В 11.42 по приказу адмирала Фрэнка «Корнуолл» и «Аретьюза» резко набирают полную скорость и берут курс в сторону японского побережья, советские же линейные крейсера «Сталинград» и «Фрунзе» не преследуют уходящего на восток противника, а переносят огонь своих орудий на британские линкоры.

Примерно в это же время, а именно ориентировочно в 11.30 крейсерский отряд контр-адмирала Леонида Константиновича Бекренева сближается с британским арьергардом и открывает по нему огонь фугасными и полубронебойными снарядами с дистанции всего в пятьдесят кабельтовых. Здесь так же сказался перевес русских в тяжелых орудиях и их 280 и 152 мм снаряды практически каждую минуту поражают легкие английские крейсера. В 11.45 одиннадцатидюймовый снаряд с советского тяжелого крейсера «Громобой» пробивает борт легкого британского крейсера-скаута «Гермиона» и взрывается в снарядном погребе второй башни 133 мм орудий. Страшный взрыв раскалывает корпус британского корабля на две части, и они практически мгновенно уходят под воду. Эсминцам сопровождения удается спасти всего пять человек из полу тысячного экипажа «Гермионы».

Практически в это же время тяжелые русские снаряды поражают британские крейсера «Сириус», «Аргонаут» и «Беллона». Неповрежденным остается только крейсер «Клеопатра». Английские корабли получают многочисленные повреждения и в 11.50 поворачивают на восток. Крейсерский отряд контр-адмирала Бекренева совершает маневр и подключается к обстрелу с кормы английского линкора «Родней».

В этот же самый период, а именно с 11.30 до 12.00 второй крейсерский отряд контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова в составе двух тяжелых и четырех легких крейсеров, развив максимальную скорость, в тридцать пять узлов, обходит с юга место основного сражения и настигает медленно отходящий на восток авианосец «Инфлексибл». Советские крейсера открывают по ранее повреждённому кораблю и охраняющим его фрегатам артиллерийский огонь из орудий главного калибра с дистанции в пятьдесят кабельтовых и приближаются к ним для нанесения решающего удара.

Таким образом, примерно в 12.00 два британских линейных корабля остаются один на один с сильно превосходящими силами русской эскадры. К этому времени в «Нельсон» попало двенадцать снарядов калибра 406 мм и восемь снарядов калибра 152 мм., «Родней» же поразило девять снарядов 406 мм и двенадцать снарядов 152 мм. Оба корабля получили серьезные повреждения и горели в нескольких местах. Тем не менее, им удалось отметиться рядом попаданий в советские линейные корабли, но в полдень к обстрелу британских кораблей подключились два советских линейных крейсера и шесть крейсеров первого крейсерского отряда. И на бедных англичан посыпался непрерывный град снарядов.

12.30 «Нельсон» получает попадания еще трех 406 мм снарядов с линкора «Советский Союз» и шесть 356 мм снарядов с советских линейных крейсеров в носовую часть корпуса. На флагманском линкоре адмирала Даймонда Фрэнка выведены из строя две башни главного и две башни среднего калибра, разбиты надстройки, уничтожена шлюпочная палуба, он объят сильным пожаром и погрузился в воду носовой частью практически до верхней палубы. Шедший за ним «Родней» получает шесть 406 мм и восемь 152 мм снарядов с советских линкоров, а также шесть 280 мм и шесть 152 мм снарядов в кормовую часть с советских крейсеров отряда контр-адмирала Бекренева. Из-за попаданий в корму он теряет управление и имеет сильный крен на левый борт. На нем выведена из строя центральная башня главного калибра и сильно разбита корма и надстройка. Далее начинается агония британских линейных сил вице-адмирала Даймонда Фрэнка…

12.45 носовая палуба «Нельсона» погружается в воду вплоть до первой башни главного калибра. Линкор полностью перестает двигаться, прекращает артиллерийскую стрельбу и далее методично погружается в воду.

12.50 крен линкора «Родней» достигает тридцати градусов, из-за неисправности управления его разворачивает кормой к западу.

12.57 флагманский линкор адмирала Фрэнка резко уходит под воду носовой частью и на нем взрываются котлы (в связи с попаданием забортной воды). 13.02 корпус «Нельсона» раскалывается на две части и уходит под воду. Из тысячи триста пятидесяти человек экипажа и штаба адмирала удается спасти всего двадцать шесть человек (вице-адмирала Даймонда Фрэнка среди них не было).

13.05 линкор «Родней» заваливается на левый борт и в 13.07 на нем происходит взрыв погребов боезапаса. 13.09 остатки корабля скрываются под водой. Из воды удается выловить всего девятнадцать человек (экипаж 1314 человек).

Однако на этом сражение в Японском море не заканчивается. Примерно в 12.30 второй крейсерский отряд контр-адмирала Егорова окончательно настигает медленно двигающийся к побережью в сопровождении двух фрегатов и двух эсминцев тяжело поврежденный авианосец «Инфлексибл» и крейсера открывают по ним артиллерийский огонь из орудий главного калибра с дистанции всего в сорок кабельтовых. Здесь следует сказать, что в связи с повреждениями полетной палубы «Инфлексибл» не мог принимать и выпускать самолеты, и таким образом защищаться ему было нечем. К 12.50 в английский корабль попадает около двадцати снарядов калибра 203 и 180 мм., и он оказывается полностью объят огнем. Экипаж «Инфлексибла» покидает его, переходя на корабли сопровождения, и неуправляемый и представляющий собой огромный факел медленно дрейфует по Японскому морю. В 13.15 к нему вплотную приближается крейсер «Киров» и выпускает по британскому авианосцу три торпеды, которые поражают его в среднюю часть, «Инфлексибл» лишь получает крен на правый борт и продолжает дрейфовать по морю. Тогда в него выпускает три торпеды крейсер «Калинин» и этот залп ставит жирную точку в судьбе британского корабля. В 13.30 «Инфлексибл» опрокидывается и быстро уходит под воду.

Таким образом, к 13.30 восемнадцатого октября британское «соединение Z» можно было считать уничтоженным. В результате произошедшего сражения англичане потеряли два линейных корабля, два легких крейсера и один авианосец, кроме этого советской авиацией были уничтожены два транспортных корабля с десантом. Остальные английские корабли, включая один авианосец, получили различные повреждения и вместе с транспортным отрядом укрылись в порту Ниигата на западном побережье Японии.

Однако, так как к месту сражения приближался большой американский флот, а некоторые советские корабли получили серьезные повреждения командующий 1й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов счел дальнейшее продолжение операции бесперспективным и крайне опасным и отдал приказ об отходе советских сил в сторону Владивостока.

Ну и в заключение этой главы стоит сказать о том, что спустя двое сутки британские десантные и транспортные суда в сопровождении боевых кораблей американского флота продолжили свой путь на северо-восток, но результате сражения в Японском море союзникам пришлось отказаться от высадки на западном побережье Хоккайдо и британские войска были направлены для усиления американских войск на плацдарме у южного мыса Сираками.

6. Осеннее развитие событий.

- Как такое могло произойти!? Почему русские уничтожили наше сильнейшее соединение в Тихом океане!? – в бешенстве вскричал премьер-министр Великобритании Га́рольд Макми́ллан в своем кабинете на Даунинг-стрит 10.

- Перевес русских тяжелых кораблях был просто огромен. У адмирала Фрэнка не было никаких шансов противостоять флоту Советов, - ответил министр обороны Гарольд Уоткинсон.

- А что скажет на это морской министр?

Сэр Чарлз Лэмбе встал, раскрыл черную кожаную папку и заговорил:

- В результате сражения с советским флотом мы потеряли два линейных корабля, один авианосец, два легких крейсера, еще один тяжелый и три легких крейсера получили серьезные повреждения и были отправлены в японский порт Сасебо для ремонта. Кроме этого конвой с десантными войсками потерял два транспорта, но остальные корабли и один авианосец продолжили свой поход к Хоккайдо в сопровождении флота наших американских союзников. Крейсер «Ринаун» и австралийский крейсер «Перт» в сражении участия не принимали, так как находятся на ремонте в Сасебо.

- Что же, это сухие цифры, но что мы скажем простым английским обывателям? Мы ввязались в эту войну, что бы поддержать наших заокеанских партнеров, но чтобы война начиналась для такого жестокого поражения для нас, это уже слишком, - продолжил Макмиллан.

Здесь слово взял министр иностранных дел Селвин Ллойд:

- Господа! Господа! Давайте, прежде всего, успокоимся! Надо срочно разработать коммюнике. Я считаю, что надо преподнести нашим гражданам это поражение как неотъемлемую наглость и дерзость русских. И прежде всего, следует удостоить особым почестям погибших моряков и вице-адмирала Даймонда Фрэнка.

- Хорошо, вот вы и возьметесь за разработку этого документа и надо это сделать как можно скорее. Иначе общественность не ждет, а слухи быстро распространяются и играют явно не нам на руку. Кстати, сколько всего погибло моряков и солдат морской пехоты во время сражения в Японском море? – последовало со стороны премьер-министра.

- Всего наши потери составили приблизительно 3900 моряков, летчиков и офицеров штаба адмирала Фрэнка, а также около 1200 солдат морской пехоты на уничтоженных русскими двух транспортных кораблях, - ответил на вопрос морской министр.

- Надо непременно наградить погибших и выделить денежные средства на пособие их семьям. Кстати, может мне все-таки кто-нибудь ответит на вопрос: почему адмирал Фрэнк повел свои корабли напрямик через Японское море, а не в обход вдоль восточного побережья Японии?

- На этот вопрос теперь некому ответить. Адмиралтейство склоняется к мнению, что сэр Даймонд Фрэнк не учел того, что русские могут атаковать его на полпути до Хоккайдо. Тем не менее, нам удалось сохранить большую часть транспортных и десантных судов, а также один из авианосцев, - снова ответил сэр Чарлз Лэмбе.

- Ну и теперь последний вопрос, господа. - Последовало со стороны Га́рольда Макми́ллана. – Мы потеряли практически все свое «соединение Z». Поэтому рассчитывает ли Адмиралтейство послать какие-либо дополнительные силы в Тихий океан?

Тут слово взял непосредственно сам министр обороны Гарольд Уоткинсон:

- Мы уже обсуждали это с главным морским штабом и пришли к выводу, и склоняемся к тому, что можно перебросить на Дальний Восток один из авианосцев из «флота Метрополии», а именно «Индомитебл», а также два линкора «Энсон» и «Хоу». Кроме этого их будут поддерживать тяжелые крейсера «Норфолк» и «Йорк», а также легкие крейсера «Ливерпуль» и «Глостер». Кроме этого министерство обороны предлагает перебросить в Тихий океан базирующееся в Плимуте «соединение К» в составе линейного корабля «Вэнгард», двух тяжелых и двух легких крейсеров.

- Так вы что, предлагаете практически полностью оголить Британские острова!? – снова вскричал премьер-министр Великобритании, - ведь в составе «флота Метрополий» останутся всего два линейных корабля и два авианосца!

- Ничего страшного, тем более что сейчас проходят ходовые испытания два новых супер авианосца и два тяжелых и два легких крейсера нового типа. Кроме этого почти достроены еще два тяжелых крейсера, - парировал реплику Га́рольда Макми́ллана морской министр сэр Чарлз Лэмбе, - Адмиралтейство и главный морской штаб считает, что мы должны послать на Дальний Восток достаточно крупные силы, если хотим добиться на этом поприще хотя бы каких либо успехов. Кроме этого за нами остается китайский Вэй-хай-вэй, а если правительство Мао вступит в войну на стороне Советского Союза, он может быть потерян. Кроме этого мы должны так же обеспечить свое присутствие в Сингапуре, ибо в расположенном рядом Вьетнаме вновь разгорается гражданская война.

- А кого вы планируете поставить во главе нашего Тихоокеанского флота?

- В адмиралтействе пока еще этот вопрос остается открытым. Есть мнение назначить на эту должность командующего «соединением К» вице-адмирала Джорджа Стейла или первого заместителя начальника главного морского штаба вице-адмирала Томаса Глочестера.

- Что же, завтра все это я доведу до Её Величества и пусть она скажет свое решающее слово, - завершил разговор Га́рольд Макми́ллан.

…

В это же время за океаном, а именно в Department of the Navy, у кабинете морского министра Уильяма Франка состоялся разговор, который в дальнейшем многое стоил для военно-морского флота Соединенных Штатов Америки. Основным собеседником Уильяма Франка был начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, при этом разговоре также присутствовал начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси.

- Господа, наши доблестные союзники получили хорошую взбучку. Советы разнесли их флот в труху не потеряв при этом не единого корабля, - произнес Уильям Франк и приложился к стоящему на столе стакану с «Кока-колой». Отхлебнув пару глотков, он продолжил: - В связи с этим возникает вопрос: Что мы будем делать в сложившейся ситуации?

- Английский командующий повел себя крайне не разумно решив преодолеть расстояние до театра боевых действий по кратчайшему пути вдоль западного побережья Японии. Это и привело к тому, что британский флот оказался под ударом советской эскадры, которая превосходила его в несколько раз, - в ответ на вопрос морского министра заговорил адмирал Ленц Гордон.

- Да, в «Пентагоне» пришли к такому же выводу, но сейчас на повестке дня стоит вопрос: что мы будем делать далее?

- Сейчас нам, прежде всего, необходимо усилить соединение адмирала Стива Торнга несколькими авианосцами, хотя один из оставшихся английских авианосцев уже присоединился к нашему флоту. Тем не менее, предлагаю передать 1му соединению два авианосца из находящегося в Сайгоне 3го соединения. Считаю, что следует переправить на север ударные авианосцы «Мидуэй» и «Корал Си», а двух оставшихся у адмирала Джонсона авианосцев вполне хватит для оказания помощи Южному Вьетнаму, - снова ответил на вопрос начальник штаба флота.

- Что же? Так и поступим. Надо немедленно информировать командующего Тихоокеанским флотом адмирала Джона Сайдса (занял место Герберта Хопвуда 30 августа 1960 года) об этом. А сейчас я хочу поговорить о том, какие изменения нас ждут после ноябрьских выборов. Здесь важно то, что если на выборах победят демократы многие лишаться своих постов и концепция наших действий в войне с Советским Союзом подвергнется кардинальному изменению.

- Что же уйдем в почетную отставку, - констатировал реплику морского министра адмирал Гордон и немного подумав, продолжил: - Прежде всего меня сейчас беспокоит ситуация в Средиземном море. Наш флот вот уже полмесяца болтается в районе Дарданелл, поддерживая десантные войска, которые высадились на Галлипольском полуострове. И что же? Весь успех этой операции, это взятие небольшого плацдарма и огромные потери в личном составе сухопутных войск. А кораблям требуется топливо, боеприпасы, продовольствие, а также ремонт и просто отдых. Им приходится бункероваться прямо в море с подошедших транспортных судов и танкеров, а это очень сложно и неудобно. В общем надо что-то делать с постоянной или временной базой для нашего Средиземноморского флота.

- Я думаю, что наши господа из Государственного департамента дожмут Греческое правительство в ближайшее время, и мы получим в распоряжение нашего флота базы в Александрополисе или Салониках.

- Господа, я хочу предупредить вас о том, что по данным разведки флота и сообщениям агентуры ЦРУ советский черноморский флот в полном составе покинул свои базы и направился в сторону Босфора. Это говорит о том, что русские возможно хотят навязать нам новое генеральное сражение и это не шутка, - вступил в разговор начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси.

- Что же, пусть попробуют! Как насчет дополнительных сил, которые мы выделили для флота вице-адмирала Вильяма Риббека? – последовало со стороны морского министра.

- Авианосцы «Франклин Д. Рузвельт» и «Констеллейшн» уже покинули исландский Кефлавик и в сопровождении фрегатов охранения направились в Средиземное море. Они прибудут в Эгейское море примерно через две недели, - доложил начальник морского штаба адмирал Гордон.

- И это время как раз пройдут президентские выборы. Ну что же поживем, увидим, - констатировал Уильям Франк, после чего он задал следующий вопрос, - а каковы у нас дела на Аляске?

На что адмирал Гордон ответил:

- Сухопутные войска на Аляске топчутся на месте. За три месяца боёв морским пехотинцам удалось отбить у русских лишь несколько небольших населенных пунктов на западном побережье штата. Что же касается успехов в глубине, то армия генерала Брэдли топчется на месте. Проще говоря, наступление в направлении Фэрбанкса захлебнулось и перешло в режим позиционной войны. Что же касается флота, то мы упустили время для активных действий, так как Берингово море уже стало активно покрываться льдом и без ледоколов там делать нечего. У нас в Датч-Харборе четыре ледокола: это наши «Хили» и «Уинд», а также купленные у Канады «Д' Ибервилль» и «Лабрадор», все они обеспечивают снабжение наших войск на западном побережье Аляски. Для сравнения у русских на восточной части Северного морского пути работают восемь линейных ледоколов имеющих артиллерийское вооружение.

Здесь начальник морского штаба замолчал, и слово взял адмирал Пиллоси:

- Хочу сказать, что мы сейчас имеем четыре линкора против трех русских, таким образом, у командующего 2м соединением вице-адмирала Джона Хоккинса, есть хороший шанс нанести русским поражение в открытом бою.

- Сейчас русские корабли находятся в Петропавловске на Камчатке и там их бесполезно атаковать. Тем не менее, надо активизировать наши действия в южной части Берингова моря к северу от Алеутской гряды.

- Хорошо, мы передадим эти пожелания адмиралу Хоккинсу.

На этом разговор был окончен.

…

И вот восьмого ноября прошли президентские выборы 1960 года, которые завершили эру правления Дуайта Эйзенхауэра. В результате на этих выборах большинством голосов избирателей и выборщиков победил кандидат от демократов Джон Фицджеральд Ке́ннеди. Это был первый президент США католического вероисповедания и весьма смазливо выглядевший на рекламных плакатах и телеэкране. Фактически это и стало причиной его победы, а вовсе не политическая платформа его партии и обещания «энергичного руководства» и «гибкой стратегии победы». Тем не менее, дело было сделано и новый руководитель Соединенных Штатов еще задолго до инаугурации начал формировать свой кабинет и подбирать кандидатов на главенствующие должности (с 20 января 1961 года) в сфере политики и военного дела.

Какие же люди заняли эти важнейшие посты? Должность вице-президента досталась сенатору от штата Техас Ли́ндону Бэйнсу Джо́нсону, а государственным секретарем стал Дейвид Дин Раск (специалист в области политических наук, служил в Пентагоне, госдепартаменте, с 1952 года возглавлял «Фонд Рокфеллера»). Министром финансов стал Кларенс Дуглас Диллон, а министром юстиции брат президента Роберт Фрэ́нсис Кеннеди. При этом свой пост сохранил начальник ЦРУ Аллен Даллес (которого лишь двадцать девятого октября 1961 года заменил Джон Маккоун) Военные должности же распределились следующим образом: министр обороны Роберт Стрэйндж Макнамара, министр военно-морских сил США Джон Бо́уден Ко́нналли, министр армии США Элвис Джекоб Стар, министр военно-воздушных сил США Юджин Цукерт, ну а командующие флотами в начале президентства Джона Кеннеди сохранили свои посты.

Однако все это было еще впереди, а нам следует вернуться в середину ноября 1960 года, ибо эти дни отметились несколькими яркими событиями, о которых так или иначе было косвенно упомянуто ранее:

Первое 15 ноября к осаждавшему Дарданеллы англо-американскому флоту присоединились два сильнейших американских авианосца «Франклин Д. Рузвельт» и «Констеллейшн». Таким образом, союзный средиземноморский флот стал иметь в своем составе пять американских и четыре британских авианосца, и это позволило союзникам получить серьезное преимущество перед флотом Советского Союза.

К этому же времени Советский Черноморский флот занял позицию в районе Босфора, а три из его пяти авианесущих крейсеров вошли в Мраморное море, откуда их самолеты могли наносить удары по противнику вблизи Галлипольского полуострова.

Второе 17 ноября английская армада под командованием вице-адмирала сэра Томаса Глочестера в составе трех линейных кораблей, одного авианосца, четырех тяжелых и четырех легких крейсеров, а также шести эсминцев и четырех фрегатов прибыло в Кейптаун (Южная Африка). Конечной точкой маршрута этого нового «соединения Z» флота Её Величества был японский архипелаг, где силы союзников вели борьбу с советскими войсками за обладание южной оконечностью острова Хоккайдо.

Третье 17го же ноября к сражающемуся в районе Сангарского пролива 1му соединению Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Стива Торнга присоединились ударные авианосцы «Мидуэй» и «Корал Си». Таким образом, общее количество авианосцев союзников на этом театре военных действий составило семь единиц.

Четвертое 18 ноября основные силы 2го соединения американского Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Джона Хоккинса покинуло Анкоридж с целью демонстрации силы и уничтожения советских транспортных караванов вблизи южной оконечности Камчатки. Этот план давно вынашивался американским командованием и наконец-то пинок от вышестоящего командования заставил американский флот покинуть уютный залив Кука.

И все бы было хорошо, но последние полтора месяца 1960 года принесли в арсенал истории цепь странных и последовательных событий.

…

24 ноября 2е соединение американского Тихоокеанского флота обошло с юга гряду Алеутских островов и приблизилось на триста пятьдесят миль с юго-востока к Петропавловску-Камчатскому. Примерно в 10.40 американскую армаду заметил советский самолет разведчик и передал в штаб северной оперативной группы о нахождении флота противника вблизи советских берегов.

В 11.30 советской командующий вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев отдал приказ на выход в море основных сил 2й Тихоокеанской эскадры. К 12.30 уютный Авачинский залив покинули три авианесущих крейсера, три линкора, два линейных крейсера, два тяжелых и шесть легких крейсеров, а также все лидеры и эсминцы. Советская эскадра в полном составе двинулась на перехват противника.

В 18.00 советская эскадра приблизилась к американскому флоту на сто миль, однако в связи с наступлением темноты адмирал Игнатьев приказал увеличить скорость и двигаться раздельными отрядами наперерез соединению адмирала Хоккинса. Таким образом, основная фаза сражения была назначена на два-три часа ночи 25 ноября 1960 года. Что ни говори, но русские рассчитывали на ночной артиллерийский бой без применения палубной авиации.

00.00 25 ноября на экранах локаторов стали появляться групповые цели, то есть обе противоборствующие стороны увидели друг друга.

- Адмирал! Русские корабли появились на экранах локаторов. Они полным ходом идут на сближение с нами! Что это значит? – воскликнул дежурный флаг-офицер в ходовой рубке линейного корабля «Мэн».

- Это значит, что русские решились на ночной бой, - ответил командующий вице-адмирал Джон Хоккинс, далее он закурил дорогую гаванскую сигару и задал два вопроса: - Какие будут мнения господа? Стоит ли нам принимать ночной бой?

- Я думаю, что нам не следует идти у русских на поводу, ибо согласно имеющихся разведданных их флот проходил усиленные тренировки в ночной стрельбе, - высказал свое мнение капитан линкора «Мэн» кэптен Роберт Морс.

- Мы имеем перевес против русских в один линейный корабль. Я за то, чтобы принять бой, - последовало со стороны начальника штаба соединения коммодора Фрэнсиса Талька.

- Если русские ударят первыми, то они первым делом постараются нанести удар по авианосцам, а их потеря равносильна серьезному поражению, - заговорил дежурный флаг-офицер в звании командера.

- Что же старшие офицеры высказались, и я принимаю решение уклониться от боя. Передайте приказ на корабли эскадры «курс на восток». Мы возвращаемся в Анкоридж, - констатировал адмирал Хоккинс.

Спустя десять минут американские корабли сделали «поворот все вдруг» и стали удаляться от российских берегов. Командующий советской эскадрой адмирал Игнатьев не стал преследовать противника, а также отдал приказ возвращаться на базу в Петропавловск-Камчатский. Генеральное сражение в северной части Тихого океана так и не состоялось.

7. Последние дни 1960 года.

1 декабря 1960 года Турция, наконец-то начала боевые действия против Советского Союза, при этом к этому времени в центральную часть полуострова Малая Азия были переброшены значительные сухопутные силы союзников. Они включали в себя шесть американских, четыре британские, две австралийские и одну новозеландскую дивизии. Кроме этого на новые сухопутные фронты были поставлены около двухсот орудий, пятьсот тяжелых минометов, сто танков и пятьсот бронетранспортеров. Авиационное же прикрытие союзных сил составляли двести истребителей и сто двадцать тактических бомбардировщиков, кроме этого на большом аэродроме в районе Адана расположились тридцать шесть американских стратегических бомбардировщиков Boeing B-29 «Superfortress». Вместе с турецкой армией, это были достаточно серьезные силы., противостоящие западной советской группе войск генерала армии Дмитрия Даниловича Лелюшенко и находящимся на востоке Турции северным оперативным группам войск армии маршала Андрея Ивановича Еременко. Таким образом, как и говорилось ранее, если на западе образовался сплошной фронт между советскими войсками и войсками союзников по Северо-Атлантическому блоку, то на востоке сплошного фронта не было и получилось противоборство между советскими и союзными оперативно-тактическим группами войск. Кроме этого армия маршала Еременко вела успешную борьбу с англо-американскими войсками в южной Сирии и северном Ираке. Командовать же силами союзников в центральной части Турции, был назначен американский генерал армии Роберт Симс Лейфман.

Каковы же были действия союзников по Северо-Атлантическому блоку в районе Дарданелл? Как это ни стронно, но там никаких серьезных изменений не происходило. Десантные силы под командованием генерала Джона Фрэнка Биллоси так никак и не могли изменить существующее положение, и их успех ограничивался удержанием небольшого плацдарма на юге Галлипольского полуострова. Им противостояли войска генерала армии Филиппа Ивановича Голикова, которые с 1 декабря 1960 года стали называться 9й ударной армией Советского Союза. Тем не менее, советские силы не предпринимали никаких попыток сбросить войска союзников в море и боевые действия на Галлиполи представляли собой вялый позиционный характер. К этому времени американским и британским дипломатам наконец-то удалось дожать греческое правительство, и оно предоставило в распоряжение союзного флота свой порт Салоники и его инфраструктуру. Это значительно облегчило действия англо-американского флота в районе Дарданелл и позволило его кораблям бункероваться и проводить небольшие ремонты вблизи театра военных действий.

Но вернемся немного назад. Так как Турция и англо-американские войска теперь выступили единым фронтом, то в умах их генералов созрел план по возврату крупного турецкого порта Измир, который когда-то (а именно во время войны 1950-52 года) являлся основной базой для их флота в Эгейском море. Поэтому 2 декабря 1960 года они начали наступление против западной группы войск генерала Лелюшенко в направлении этого турецкого города. По расчетам аналитиков штаба генерала Лейфмана войска союзников должны были взять Измир к началу нового 1961 году.

Вторым направлением, по которому также наносился главный удар, был выбран восточный берег пролива Дарданеллы, а именно расположенный там небольшой, но важный городок Чанаккале. По замыслу штаба союзных сил успех этой операции гарантировал получение полного контроля над турецким проливом и возможность проникновения кораблей англо-американского флота в Мраморное море. Итак, вот такие планы ставило перед собой союзное командование и наступление войск Северо-Атлантического блока началось, тем не менее, в течение всего декабря месяца оно не принесло желаемых результатов и в начале января 1961 года окончательно увязло в кровопролитных позиционных боях. В общем, война в западной Турции шла вовсе не по правилам и требовала все новых и новых сил.

Ну а что касается восточной Турции, то здесь войска союзников так же никаких поразительных успехов не добились. Отсутствие сплошной линии фронта привело к тому, что советские танки обходили укрепленные районы противника, и проходили сотни километров, громя тылы союзных войск. Единственное же наступление американо-британо-турецких войск на важный в стратегическом смысле город Эрзерум провалилось на начальном этапе. Войска союзников просто увязли в глубокоэшелонированной обороне советских войск, и все также как и на западе свелось к позиционной войне.

…

Что же происходило на дальневосточном театре военных действий. Прежде всего, стоит сказать, что в отставку был отправлен командующий 2м соединением Тихоокеанского флота вице-адмирал Джон Хоккинс. Здесь следует сказать, что основной причиной этого решения стало, как сказали в «Department of the Navy», позорное бегство адмирала Хоккинса от советского флота 25 ноября 1960 года. Новым командующим 2м соединением был назначен только что получивший звание вице-адмирала Бенджамин Клэри.

Что касается Аляски, то там тоже произошли серьезные изменения в командовании сухопутных войск, а именно отставку получил бессменный командующий сухопутными восками генерал Омар Нельсон Брэдли, на его место был назначен генерал Джозеф С. Лэнг. Кроме этого потеряли свои посты и многие из штаба генерала Брэдли, что негативно сказалось на оперативном командовании американскими войсками на Аляске. Этим не преминуло воспользоваться советское командование и 12 декабря войска маршала Москаленко начали неожиданное наступление от Фэрбанкса к Анкориджу. К 20 декабря хорошо оснащенные и вооруженные советские лыжные части при поддержке танков и полевой артиллерии преодолели Аляскинский хребет, захватили населенные пункты Мак-Кинли–Парк и Кантуалл, и оказались на подступах к небольшому поселку Талкитна. Лишь здесь свежим силам американской армии удалось затормозить русское наступление, но до главного города Аляски и основной базы американского флота Анкориджа оставалось не более ста двадцати километров.

Ну а на западном побережье Аляски, где в районе Бетела в непроходимых снегах окопались американские морские пехотинцы, боевые действия практически превратились в непрерывную диверсионную войну. Дело в том, что лыжные отряды «сил специальных операций» КГБ и разведывательные отряды сухопутных войск Советского Союза совершали многокилометровые рейды вглубь контролируемой американскими войсками территории. Они уничтожали небольшие американские гарнизоны, взрывали мосты и военные склады, в общем, вели активные боевые действия, на что американцы не могли противопоставить никаких активных противодействий.

Тут еще следует сказать несколько слов о снабжении западной группировки американских войск на Аляске. Оно осуществлялось из Датч-Харбора за счет караванов транспортных судов, которые при помощи четырех американских ледоколов пробивались сквозь сплошные льды в залив Кускокуим.

В общем, война на Аляске носила затяжной характер и её ход все более, и более склонялся в сторону советской стороны.

…

Ну а как обстояли дела союзников на юге японского острова Хоккайдо. За время прошедшее с момента начала высадки англо-американских сил и до конца 1960 года к боевым действиям были привлечены все новых и новых резервы как американских, британских, так и австралийских, новозеландских и канадских войск. Кроме этого к этому театру военных действий подходили новые дополнительные силы в лице британского соединения вице-адмирала сэра Томаса Глочестера, в перовой декаде нового 1961 года оно должно было прибыть в район боевых действий.

Ну а на суше при усиленной поддержке палубной авиации и артиллерии кораблей союзного флота войскам генерала Джозефа Лоутона Коллинза удалось, наконец, захватить один из важнейших портов на юге Хоккайдо Муроран. Кроме этого им удалось преодолеть южные отроги вулкана Йотей, и выйти к западному побережью полуострова Осима отрезав, таким образом, большую группировку советских войск в районе Хаккодате. Теперь советские войска генерала Крылова были разделены на две части. Основные силы оборонялись на севере полуострова Осима прежде всего защищая основной город Хоккайдо и столицу префектуры Саппоро. Другая же часть советских войск численностью около семидесяти тысяч человек сражалась на два фронта, защищая с севера (со стороны населенного пункта Якумо) и с юго-запада (со стороны мыса Сираками) основной южный порт на Хоккайдо Хакодате. Тем не менее, легкие силы советского флота сумели наладить бесперебойное снабжение окруженной части войск, поставляя все необходимые грузы и вывозя раненых через небольшой городок Эсаси на западном побережье полуострова Осима.

Проще говоря, боевые действия на юге острова Хоккайдо приобретали все более и более значимый для союзников характер. Американские, британские, канадские, австралийские и новозеландские войска теперь имели значительное преимущество перед советской оперативной группой генерала Крылова, но им все-таки никак не удавалось развить свое наступление в глубину острова и взять столицу Хоккайдо Саппоро. Однако ситуация на юге этого японского острова становилась все более и более напряженная и это стало темой очередного совещания Государственного Комитета Обороны которое проходило в Кремле 27 декабря 1960 года.

8. Большой разговор.

На этом расширенном совещании присутствовали практически все члены советского правительства и ГКО. Председательствовал на нем генеральный секретарь Коммунистической Партии Советского Союза, и он же председатель Государственного Комитета Обороны Лаврентий Берия. Кроме него по одну сторону большого длинного стола в кремлевском кабинете находились: председатель правительства Булганин, министр иностранных дел Громыко, министр внутренних дел Щелоков (с 1 мая 1960 года), председатель КГБ Шелепин. По другую же сторону стола расположились главные военные деятели Советского Союза, а именно: министр обороны маршал Малиновский, начальник генерального штаба маршал Захаров (с апреля 1960 года), командующий военно-морским флотом Советского Союза адмирал Горшков и начальник главного штаба ВМФ адмирал Зозуля.

И вот совещание началось. Первым слово взял, как и положено председательствующий Лаврентий Павлович Берия:

- Уважаемые присутствующие. Товарищи. Сегодняшнее совещание носит экстраординарный характер и на нем нам необходимо решить несколько важных вопросов связанных с ходом боевых действий на существующих военных театрах. Скажу сразу, сейчас наиболее острая обстановка складывается на Дальнем Востоке, а именно на юге японского острова Хоккайдо. Так что давайте начнем именно с этого.

Тут слово взял начальник генерального штаба маршал Матвей Васильевич Захаров, он встал, развернул на столе большую карту данного театра военных действий, взял в руки длинную указку и начал доклад:

- Товарищи. На сегодняшний день наиболее большую обеспокоенность вызывает положение наших войск на юге острова Хоккайдо. Наш противник, а именно англо-американские войска получили достаточно сильное подкрепление из канадских, австралийских и новозеландских дивизий. Таким образом, общее количество военнослужащих под командованием генерала Коллинза достигло двухсот тысяч человек. Численность же наших войск находящихся под командованием генерала армии Николая Ивановича Крылова составляет порядка ста шестидесяти тысяч человек, при этом группировка около шестидесяти тысяч человек отрезана от основных сил на полуострове Осима. Этим войскам приходится сражаться в окружении и отражать натиск противника с двух сторон: как с севера (из района городка Якумо), откуда наступают основные силы противника, так и с юго-запада (из в района Мацумаэ), где плацдарм захватили американские и британские морские пехотинцы. Здесь стоит также сказать, что единственным путем снабжения наших войск защищающих Хаккодате является ещё находящийся в наших руках небольшой городок Эсаси на западном побережье полуострова Осима. Но рано или поздно этот порт будет потерян. Поэтому руководство Генерального штаба ставит вопрос об эвакуации окруженных на юге Хоккайдо войск и сдаче Хаккодате в ближайшее время.

Здесь маршал Захаров замолчал, и в зале послышались возмущенные возгласы, которые прервал Лаврентий Берия:

- Сдать Хаккодате… А если мы продолжим сопротивление и будем и далее защищать этот японский город?

- В этом случае мы рискуем потерять не только юг острова Хоккайдо, но всю южную группировку наших войск, а это около шестидесяти тысяч человек. Нам ни как не обеспечить ее необходимым, а особенно боеприпасами. Кроме этого в ближайшее время на этот театр военных действий прибывает сильный английский флот, - ответил на вопрос главы ГКО министр обороны маршал Родион Малиновский.

- Что же, раз так, то пусть блокированные под Хаккодате войска немедленно начинают эвакуацию, - вынес решение Берия.

- Эти войска будут гораздо полезней, где-нибудь под Саппоро или на юго-восточном фронте. Однако генеральный штаб считает необходимым поднять вопрос о привлечении новых резервов для воюющих на юге острова Хоккайдо войск генерала Крылова. Сейчас общая численность войск противника достигла порядка двухсот тысяч человек, генштаб считает необходимым немедленно перебросить на Хоккайдо не менее пяти-шести мотострелковых дивизий из восточной группы войск Советского Союза. Таким образом, мы сможем добиться паритета с войсками союзников, - здесь маршал Захаров замолчал и слово взял председатель правительства Николай Александрович Булганин:

- Сейчас наши войска находятся в Корее и северном Китае, а именно в Манчжурии и на Ляодунском полуострове. Что будет, если мы снимем войска из этих регионов и перебросим их на Хоккайдо? А если наши противники, как и в прошлую войну, начнут вторжение на юге Кореи или под Порт-Артуром?

- Сейчас это практически невозможно, так как практически все силы генерала Коллинза переброшены на север Японии и, кстати, за прошедшие несколько месяцев боев на юге Хоккайдо их потери составили порядка сорока тысяч человек убитыми и ранеными. Это в три раза больше чем потери войск генерала Крылова, - ответил на вопрос председателя правительства начальник генштаба.

- А что скажет на все это флот? – последовало со стороны Лаврентия Берии.

- Флот готов обеспечить эвакуацию наших войск из-под Хаккодате, - заговорил начальник главного морского штаба адмирал Федор Владимирович Зозуля, - для этого мы можем привлечь порядка сорока сторожевых кораблей и вспомогательных судов. Это позволит в течение недели переправить весь личный состав южной группировки сухопутных сил.

- Главное что бы было надежное воздушное прикрытие, - добавил командующий ВМФ адмирал Горшков.

- Не расстраивайтесь, армейская авиация сделает все необходимое, тем более мы решили перебросить на Хоккайдо два дополнительных истребительных и два бомбардировочных полка, - констатировал Родион Малиновский.

- Что же, товарищи, давайте подведем итоги по данной проблеме, - заговорил Лаврентий Берия:

- Первое – начать немедленную эвакуацию группировки советских войск с южной части острова Хоккайдо.

Второе – в течение января 1961 года увеличить количество сухопутных сил на севере Японии на шесть новых дивизий.

Третье – немедленно увеличить количество армейской авиации на Хоккайдо на два истребительных и два бомбардировочных полка.

У присутствующих будут, какие-либо добавления?

Слово взял министр обороны:

- Считаю целесообразным добавить:

Четвертое – перебросить на Хоккайдо две танковые бригады и два полка армейской артиллерии. Тем более что эти резервы уже сформированы и готовы.

- Хорошо, ну а что скажет флот?

Слово взял командующий ВМФ Советского Союза адмирал Сергей Георгиевич Горшков:

- Как было уже сказано ранее к этому театру боевых действий приближается сильный британский флот под командованием вице-адмирала Глочестера. Он совсем недавно покинул британскую базу в Восточно-Китайском море Вэй-хай-вэй и в его составе три линейных корабля, один авианосец, четыре тяжелых и восемь легких крейсеров. Кроме этого в Сасебо к ним присоединятся остатки разбитого нами в Японском море британского флота, а именно это один линейный крейсер, один тяжелый и четыре легких крейсера. На основе вышеизложенного хочу сказать, что прибытие английского флота на север Японии сразу сводит на нет все действия нашей 1й Тихоокеанской эскадры, а также увеличивает количество авианосцев противника на этом военном театре до восьми единиц.

- Так понятно. Что скажут присутствующие?

- Так что же! Наш флот расписался в полном бессилии? – воскликнул молчавший до этого министр внутренний дел Николай Щелоков.

- Ну почему же! Совсем недавно наша 1я Тихоокеанская эскадра вдребезги разнесла в Японском море британский флот, а на севере наша 2я Тихоокеанская эскадра обратила в бегство 2е соединение американского флота, в результате чего адмирал Хоккинс лишился своего поста, - вступился за моряков председатель КГБ Александр Шелепин.

- Да, не стоит обижать наших моряков. Тем более что теперь объединенный флот союзников в значительной мере превосходит нашу эскадру в количественном смысле, - заговорил министр иностранных дел Андрей Громыко:

- Тем более, уважаемые товарищи, хочу сообщить вам, что Мао Цзэдун пользуясь тем, что британские войска и флот отправлены на север Японии, собирается атаковать Вэй-хай-вэй и вернуть его под контроль коммунистического Китая.

- О, это дало нам бы неоспоримое преимущество в борьбе против союзников на Дальнем Востоке, - воскликнул Булганин.

- А как наши дела на Аляске? – задал вопрос председатель ГКО.

- На сегодняшний день войска маршала Москаленко, пользуясь тем, что американцы сменили все руководство своими вооруженными силами, преодолели Аляскинский хребет и провели успешное наступление в сторону Анкориджа. Сейчас они находятся всего в ста двадцати километрах от этого города. На западном же побережье небольшие отряды армии и КГБ ведут успешную диверсионную войну против американцев. В общем на Аляске ситуация все более склоняется в нашу пользу – ответил начальник генерального штаба.

- Что же. Все это хорошая информация, давайте, товарищи, перейдем к следующим вопросам. Прошу вас, доложите как наши дела на южном направлении? – последовало со стороны Лаврентия Берии.

Слово снова взял маршал Захаров:

- На сегодняшний день армия маршала Еременко успешно противостоит англо-американским войскам, как в Сирии, так и в восточной части Турции. Скажу прямо, сейчас 10я армия является самой большой по численности личного состава (это более двухсот тридцати тысяч человек) так и оснащенности артиллерийскими орудиями и минометами, танками и бронетранспортерами, а также фронтовой и стратегической авиацией. Благодаря этому войска союзников по Северо-Атлантическому блоку не смогли развить свое наступление, как в Южной Сирии, так и в Северном Ираке и на сегодняшний день боевые действия в этом регионе приняли чисто тактический и позиционный характер. На востоке же полуострова Малая Азия наши танковые части обошли районы сосредоточения войск союзников и нанесли глубокие разрезающие удары вглубь турецкой территории. Это стало возможным в связи с тем, что сплошной линии фронта там не имеется.

В западной же части полуострова Малая Азия войска генерала Лелюшенко успешно отразили наступление турецких, американских и британских войск в направлении Измира и Дарданелл. Сейчас общее количество наших военнослужащих на этом фронте в западной Турции достигло ста пятидесяти тысяч человек, что несколько уступает в численности войскам западных союзников, и хотя наша 8я армия находится в обороне, мы планируем усилить ее еще четырьмя дивизиями, двумя артиллерийскими полками и одной танковой бригадой. Сейчас эти войска грузятся на транспортные суда в Одессе и Новороссийске.

- Что же с южными фронтами все более или менее понятно, а как наши дела на Галлипольском полуострове? – последовал вопрос со стороны председателя ГКО.

- В Дарданеллах противник сумел достичь некоторых незначительных успехов, а именно англо-американским десантным войскам удалось захватить значительный плацдарм на юге Галлипольского полуострова, однако 9я ударная армия генерала Голикова остановила продвижение противника на север и заняла глубокоэшелонированную оборону. Сейчас мы усилили ее свежими частями, а также артиллерией и фронтовой авиацией, кроме этого значительную помощь в обороне полуострова нам оказывает авиация Черноморского флота, - тут начальник генштаба замолчал и слово взял начальник главного штаба ВМФ адмирал Зозуля:

- Товарищи, сейчас Черноморский флот сконцентрировал свои силы в районе Босфора, кроме этого его авианесущие крейсера разделены на две тактические группы и они попеременно проходят в Мраморное море и оттуда наносят удары палубной авиацией по англо-американским войскам и флоту в районе Дарданелл. Кстати сейчас англо-американский флот так же разделился на две группы и попеременно оказывает поддержку своим войскам на Галлипольском полуострове.

- Это стало возможным потому, что Греция предоставила Северо-Атлантическому флоту свой порт Салоники, - добавил командующий ВМФ адмирал Горшков.

- Что скажет на это министерство иностранных дел? – последовало со стороны Лаврентия Берии.

- Товарищи, Как известно еще в 1952 году Греция вступила в Северо-Атлантический блок, это кардинально изменило ситуацию в греческом правительстве. В общем, проще говоря, британским и американским дипломатам удалось сломить греческое правительство, и оно предоставило свои порты и инфраструктуру союзникам, - ответил министр иностранных дел Андрей Громыко.

- Это не очень приятное известие, а мы не могли бы каким-либо образом воздействовать на Грецию, чтобы она отказала Северо-Атлантическому блоку в помощи? – задал вопрос министр внутренних дел Щелоков.

- Десять лет назад, во время войны 1950-52 годов Греция была на нашей стороне, но сейчас у власти в этой стране стоит проамериканский режим короля Павла Первого и наше влияние крайне ограничено, - ответил на вопрос Андрей Громыко.

- У меня есть вопрос к морякам, - заговорил председатель правительства Николай Булганин, - Планирует ли флот в ближайшее время, какие либо активные действия против сил Северо-Атлантического блока?

- Сейчас в районе Дарданелл наши силы значительно уступают флоту англо-американского блока, так против шести наших авианесущих крейсеров у противника пять американских и четыре британских авианосца. Это явно играет не в нашу пользу, но Черноморский флот планирует, как только будет освобожден Галлипольский полуостров, выйти в Эгейское море и начать активные боевые действия против флота союзников, - ответил адмирал Горшков.

- А на севере? Планируются ли какие либо активные действия там? – последовало от председателя ГКО Берии.

- На севере сейчас сезон штормов. Кроме этого льды уже покрыли Карское и часть Баренцева моря. Это затрудняет проведение каких-либо активных действий в Арктике. По крайней мере, до весны мы не планируем никаких серьезных операций в этом регионе, - снова ответил командующий ВМФ.

- И это правильно! Флот надо сохранить для боевой кампании следующего года. Это сейчас наиважнейшая задача, - констатировал Лаврентий Берия.

На этом совещание в Кремле было закончено.

9. Зимний сезон.

И вот наступило 20 января 1961года. В этот зимний день прошел инаугурацию или, говоря проще, приступил к выполнению своих обязанностей 35й президент Соединенных Штатов Америки Джон Ф. Кеннеди. Конечно, в большинстве своем заняли свои посты в правительстве и новые люди, более подробно о которых было сказано ранее. Однако коснёмся этого вопроса снова, ибо с приходом к власти новой партии и нового правительственного кабинета произошли серьезные изменения и в военной политике США.

Прежде всего, своего поста лишился министр обороны Томас Гейтс и его пост занял Роберт С. Макнамара. Здесь следует сказать, что, несмотря на то, что Макнамара был республиканцем, Джон Кеннеди считал его «звездой своего кабинета» и во многих вопросах, в том числе не только военных, но политических и экономических президент обращался за советом к нему.

Лишился своего поста и морской министр Уильям Франк, это вакантное место досталось Джону Бо́удену Ко́нналли (с 25 января 1961года). Это был молодой прогрессивный политик, которого рекомендовал на место морского министра вице-президент Линдон Джонсон.

Далее свои посты сохранили начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон и начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси. Однако суровая рука карьеры коснулась командующего Атлантическим флотом США адмирала Рональда Товинса, его место занял только что получивший звание адмирала Роберт Мэллоу. Командующий же Тихоокеанским флотом адмирал Джон Сайдс сохранил свое место.

И как же решило новое правительство Соединённых Штатов изменить военную политику в борьбе с Советским Союзом?

Прежде всего, решено было усилить воинские формирования союзников на Галлипольском полуострове и на Хоккайдо, кроме этого дополнительные силы перебрасывались на Аляску, где перед новым командующим американскими войсками генералом Джозефом С. Лэнгом была поставлена задача в наикратчайшее время отбросить русских от Анкориджа и взять Фэрбанкс.

Далее, командующему 1м соединением американского Тихоокеанского флота вице-адмиралу Стиву Торнгу совместно с британским «соединением Z» организовать блокаду Владивостока и нанести значительный ущерб советскому флоту.

Командующему 2м соединением американского Тихоокеанского флота вице-адмиралу Бенджамину Клэри организовать атаку на советский флот, находящийся в Петропавловске-Камчатском и перерезать Северный Морской путь.

Далее распоряжения нового правительства США касались Атлантического флота Соединенных штатов. Здесь стоит сказать о том, что в связи с тем что значительная часть его сил была отправлена в Средиземное море (а силы британского флота на Дальний Восток) ситуация склонилась в пользу Северного флота Советского Союза. Каково же было это новое соотношение сил:

Прежде всего, это 1е соединение Атлантического флота Соединенных Штатов под командованием вице-адмирала Джона Уорвика в состав которого теперь входило четыре линкора и всего два авианосца. Далее 2е соединение Атлантического флота в составе трех линкоров и двух авианосцев под командованием вице-адмирала Джона Хайленда покинуло британскую базу на севере Великобритании и переместилось для защиты восточного побережья США в Норфолк.

Таким образом, на главной британской базе в Скапо-Флоу остались лишь сильно ослабленные силы британского «флота Метрополий» в составе двух линейных кораблей и двух устаревших авианосцев времен Второй Мировой войны.

Но новое правительство США никак не хотело этого видеть и считало целесообразным начать активные действия против флота Советского Союза в Арктике.

Вот такие изменения в концепцию боевых действий принесло новое правительство Соединенных Штатов Америки в январе 1961 года.

…

- На что же такое надеются наши американские союзники!? – с возмущением заговорил министр обороны Великобритании Гарольд Уоткинсон, - Они отозвали свой флот из Скапа-Флоу и теперь мы остались в одиночестве против всего флота Советов.

- Да это именно так, ибо в настоящий момент соотношение сил в районе Исландско-Фарерского рубежа явно не в нашу пользу, - добавил к вышесказанному морской министр сэр Чарлз Лэмбе, - давайте послушаем доклад главнокомандующего ВМФ?

Адмирал флота сэр Роберт Хьютс встал, раскрыл черную кожаную папку и стал читать:

- На сегодняшний день мы имеем в своем распоряжении - «соединение М», а именно два линкора «Кинг Джордж 5» и «Дюк оф Йорк, авианосцы «Викториес» и «Формидебл», два тяжелых и два легких крейсера. Это практически все линейные силы, которыми располагает «флот Метрополии» в Скапа-Флоу. Хочу сказать прямо, что сейчас два новых супер авианосца «Куин Мэри» и «Куин Элизабет» проходят ходовые испытания и к боевым действиям еще не готовы. Кроме этого к вводу в состав флота готовятся тяжелые крейсера «Эксетер» и «Суррей», легкие крейсера «Ланкастер» и «Сомерсет», а также на последней стадии достройки находятся тяжелые крейсера «Дефендер» и «Айрон Дюк».

Далее адмирал Хьютс положил папку на стол и начал говорить от себя:

- Господа хочу сказать вам, что на сегодняшний день Северный флот Советов представляет собой значительную силу. В его состав входят пять линкоров, два линейных крейсера, семь авианосцев, а также шесть тяжелых и пять легких крейсеров. Кроме этого в настоящее время ходовые испытания в Белом море проходит еще один линейный корабль, а в Северодвинске достраиваются два легких крейсера. Таким образом, соотношение сил на северном театре военных действий сейчас не в нашу пользу.

- Да, но наши заокеанские союзники в лице правительства США требуют от нас начать активные действия в арктических водах! – с возмущением констатировал министр обороны Великобритании, - Что вы можете на это сказать, господа!?

Здесь слово взял сэр Чарлз Лэмбе:

- Господа, давайте, прежде всего, успокоимся и послушаем, что же приготовил нам главный морской штаб?

Из-за стола встал начальник главного морского штаба адмирал Джон Солвер, он подошел к висевшей на стене большой карте северной Атлантики и Арктики, взял в руки указку и заговорил:

- Уважаемые присутствующие. Сейчас практически все наши силы сконцентрированы на Оркнейских островах в Скапа-Флоу. Силы же наших американских союзников разделены на две основные части и находятся в Кефлавике, Исландия, также на восточном побережье США, в основной базе – Норфолк, штат Виргиния. Силы же советского Северного флота сейчас находятся на своих базах в Кольском заливе, то есть в тысячах морских миль от нас. Сейчас большая часть Арктики покрыта льдами, а в северной Атлантике господствует штормовая погода, это в значительной мере затрудняет использование морских сил, как нами, так и Советами, поэтому главный морской штаб считает целесообразным отложить начало активных боевых действий до конца марта-начала апреля 1961 года. К тому же к этому времени в строй вступят новые корабли, которые подготовила для нас промышленность.

- Так ситуация понятна. Завтра же я буду у премьер-министра и доведу до его сведения все эти доводы. Считаю целесообразным дать понять новому руководству Соединенных Штатов, что война требует жертв и лучше, чтобы эти жертвы были минимальны, - подвел итог разговору министр обороны Гарольд Уоткинсон.

…

Спустя неделю после вышеприведенного совещания подобный же разговор состоялся за океаном в Department of the Navy:

- Что же уважаемые господа! Англичане в очередной раз бросили нас на произвол судьбы, но наш флот и наша армия пойдут в бой и нанесут поражение Советам! – пафосно начал разговор новоиспеченный морской министр Соединенных Штатов Джон Бо́уден Ко́нналли, - Так что же, давай те заслушаем начальника морского штаба. Что он скажет на все это?

- Уважаемые присутствующие. Главный морской штаб считает, что действия наших английских союзников вполне оправданы в сложившейся ситуации. Сейчас в связи с переброской наших авианосцев в Средиземноморье мы потеряли преимущество в палубной авиации над Северным флотом Советского Союза. Мы считаем, что до наступления весны никакие боевые операции в советской Арктике не желательны, - высказался адмирал Ленц Гордон.

- Да как вы можете так говорить! Правительство и прежде всего президент ждут от нас неоспоримых побед на этом фронте! И если наши британские союзники поджали свой хвост, это не значит, что мы должны также делать это, - понеслось со стороны морского министра, - что скажет разведка флота?

Вице-адмирал Роберт Пиллоси встал и заговорил:

- По имеющимся данным полученным разведывательным отделом флота и агентурой ЦРУ советский флот не намерен предпринимать какие-либо активные действия зимой 1961 года в Баренцевом море и северной Атлантике. Кроме этого зимняя штормовая погода в этом регионе сводит на нет успешное применение авианосцев и их палубной авиации. Разведывательный отдел флота, рекомендует не проводить каких-либо операций в северной Атлантике, а дождаться весны и лета с их более благоприятной погодой.

- И вы туда же! Да как вы можете утверждать, что какая-то неважная погода помешает активным действиям нашего флота у советских берегов когда правительство и президент хотят доказать американским налогоплательщикам, что война не зря есть их деньги! Что же ваше мнение уважаемые адмиралы мне понятно. А теперь мне хотелось бы знать, что на это скажет командующий Атлантическим флотом?

Здесь следует сказать, что на этом разговоре в Department of the Navy присутствовали специально приглашенный командующий Атлантическим флотом Соединенных Штатов адмирал Роберт Мэллоу. В отличие от своих непосредственных начальников он явно придерживался президентской политики и считал, что Атлантический флот явно застоялся в своих портах. Итак, адмирал Роберт Мэллоу встал из-за стола, взял указку и, подойдя к большой висевшей на стене карте, заговорил:

- Господа, прежде всего, хочу сказать, что Атлантический флот готов выполнить свои боевые обязательства перед гражданами США. На сегодняшний день штабом флота был разработан ряд мероприятий по усилению активности наших сил у берегов нашего противника. Итак, какие же действия разработал штаб флота:

Первое – 2е соединение флота под командованием вице-адмирала Джона Хайленда должно перебазироваться из Норфолка в исландский Кефлавик где соединиться с 1м соединением флота вице-адмирала Джона Уорвика.

Второе – оттуда соединенный флот должен взять курс в Баренцево море, где ему необходимо продемонстрировать свою силу перед флотом Советов.

Третье – В случае выхода советского флота в море, нашему флоту будет поставлена задача, навязать противнику генеральное сражение и попытаться уничтожить его боевые корабли с помощью палубной авиации и артиллерийского огня.

И последнее – сроки выполнения этой операции вторая половина января - начало февраля 1961 года.

- Ну вот, видите! Пока вы здесь сидели и гадали, какая погода будет весной, штаб Атлантического флота все придумал за вас, уважаемые адмиралы. Завтра же я доложу о планируемых действиях флота в «Белом доме» и думаю, что прозвучавшие здесь предложения получат там полное одобрение! - Уже более и более довольным голосом проговорил морской министр Джон Б. Ко́нналли.

На этом разговор был закончен и присутствовавшие на нем стали расходиться. Спустя некоторое время, идя по красной ковровой дорожке коридора «департамента флота» начальник разведки вице-адмирал Роберт Пиллоси тихо сказал начальнику штаба адмиралу Ленцу Гордону:

- Похоже, наш флот ждет серьезное поражение?

- Как бы нам вообще не остаться без Атлантического флота. Вспомните адмирала Нимица и «Битву за Арктику» пятьдесят первого года, - последовал ему ответ.

10. Личное дело капитана Саймона Фрэнка.

Американская субмарина «Альбакор» медленно рассекала толщу морской воды и двигалась в подводном положении в северной части Японского моря. Здесь она уже находилась более недели и искала для себя цели в виде советских транспортных судов идущих с войсками и грузами для сражающейся на Хоккайдо армии генерала Крылова. Однако желаемой целью для американских подводников были и транспорты, идущие в обратном направлении которые были заполнены ранеными бойцами советской армии. В общем по приказу нового морского министра Соединенных Штатов Джона Ко́нналли американскому подводному флоту была поставлена задача в ведении сплошной неограниченной войны. И вот «Альбакор» двигался в подводном положении и искал себе жертву в этой безжалостной и кровавой подводной войне.

- Командир! Слышу шумы нескольких судов. Шесть больших и пять малых судов, - раздался голос акустика.

- Поднять перископ! – распорядился лейтенант – коммандер Саймон Фрэнк.

Покрытая маслом труба быстро заскользила вверх и вскоре перед глазами командира «Альбакора» оказался перископный визир. Сайман Фрэнк прильнул к панораме, и быстро поворачивая за откидывающиеся ручки перископ, осмотрел горизонт.

- Большой конвой! Следует в направлении Хоккайдо, шесть тяжелогруженных крупных транспортных судов и пять сторожевых кораблей типа «Гиляк». Убрать перископ! Курс двести тридцать, скорость десять узлов, - последовало со стороны командира «Альбакора».

- Будем атаковать? – спросил старший помощник Дэвид Старк.

- Конечно Старк! – громко ответил Саймон Фрэнк, - Сейчас суда каравана идут со скоростью двенадцать-тринадцать узлов. Что бы нас ни засекли гидролокаторы сторожевиков мы просто подойдем и встанем наперерез курсу конвоя и будем ждать.

- Ну, атакуем мы один транспорт, а сторожевики нас бомбами.

- Ничего страшного. Отойдем задним ходом, резко развернемся влево и затаимся.

Далее командир Фрэнк занялся отдачей необходимых команд, чтобы выйти наперерез курса советского конвоя.

И вот наступил решающий момент. Снова был поднят перископ и буквально за несколько секунд опытный глаз лейтенант – коммандера выбрал цель. Раздалась команда: «первый, второй аппараты – пли» и послышались глухие звуки сжатого воздуха, выталкивающие смертоносные сигары торпед в море. Внутри лодки наступила полная тишина, и лишь старший помощник командира Дэвид Старк отсчитывал по секундомеру прошедшее с момента залпа время.

И вот как бы этого не ждали, неожиданно для всех раздались два глухих мощных взрыва.

- Полный назад, руль влево! – послышалось распоряжение командира «Альбакора» и тут же раздался голос акустика:

- Два быстроходных судна движутся в нашу сторону!

Прошла пара секунд, и раздался очередной приказ Саймана Фрэнка:

- Стоп двигатели! Погружение пятьдесят метров! Полная тишина!

Прошло несколько минут и вскоре вблизи лодки раздались мощные взрывы. Это советские сторожевики отрабатывали возможный район нахождения вражеской субмарины глубинными бомбами. И вот, взрывы все раздавались и раздавались. Внутри лодки лопались плафоны освещения, в некоторых местах на внутренней обшивке появилась слеза. Американские моряки молчали, а некоторые из них молились про себя.

Примерно минут через двадцать взрывы стихли, и корабли охранения удалились. Командир «Альбакора» приказал всплывать и поднять перископ. Через мощную оптику было видно, что выбранная цель - большой транспорт уже практически скрылся под водой. Рядом с ним находились два сторожевых корабля и старый советский пароход с надписью на корме «Красный пролетарий», который принимал на борт людей с гибнущего судна.

- Э-э! Да это наш старый знакомый! Как я его не рассмотрел ранее? «Красный пролетарий» - это тот самый пароход, который мы дважды безрезультатно атаковали в сентябре прошлого года, - с досадой в голосе проговорил Сайман Фрэнк.

- И что вы предлагаете командир? Атаковать русских снова? – последовало со стороны старшего помощника.

- Ни в коем случае! Иначе русские разнесут нас вдребезги своими бомбами. Я думаю, что мы еще встретимся с этим старым русским пароходом, и наш спор решит всего одна удачная торпеда.

- А сейчас что, командир?

- А сейчас уходим, пока русские не засекли нас и не атаковали снова. А теперь медленно отходим назад. Малый ход.

И «Альбакор» медленно стал выходить из опасного района.

Часть 4. Перелом.

Часть 4. Перелом.

1. Арктический холод.

6 февраля 1961 года было отмечено тем, что объединенный Атлантический флот Соединенных Штатов покинул уютную гавань исландского Кефлавика. Так с одобрения «Белого дома» началась операция «Thor's hammer» или «Молот Тора». И все бы было нормально, однако сам план этой операции был написан на белом листке в штабе Атлантического флота под руководством его командующего адмирала Роберта Мэллоу. Что ни говори, но главный морской штаб в лице адмирала Ленца Гордона был против этой операции, тем более, что погода никак не способствовала успешному применению палубной авиации в штормовых условиях зимних арктических морей. Да и недавняя передача двух основных супер авианосцев американскому Средиземноморскому флоту создало перевес в авианесущих кораблях и палубной авиации в сторону советского Северного флота. И, тем не менее, практически все боеспособное ядро американского Атлантического флота устремилось восемнадцати узловым ходом в сторону советской Арктики.

Итак, первыми впереди всей армады двигались линейные силы 1го соединения под командованием вице-адмирала Джона Уорвика в составе четырех линейных кораблей, четырех тяжелых и четырех легких крейсеров. С обеих сторон их прикрывали восемь эсминцев типа «Флэтчер», а позади в отдалении десяти миль двигались два оставшихся у соединения авианосца, которые также защищали восемь фрегатов и четыре эсминца.

Далее на расстоянии пятидесяти миль позади отряда Уорвика шло 2е соединение Атлантического флота под командованием вице-адмирала Джона Хайленда. Оно состояло из трех линкоров, двух больших крейсеров, четырех тяжелых и четырех легких крейсеров, а также восьми эскадренных миноносцев. На расстоянии в пять миль позади этого отряда находились два авианосца, один тяжелый крейсер, четыре фрегата и восемь эсминцев. Это был вторая авианосная группа американского флота. Здесь стоит сказать особо, что сам командующий Атлантическим флотом адмирал Роберт Мэллоу со своим штабом находился на новом тяжелом крейсере «Нью-Йорк», который находился со второй авианосной группой американского флота.

Такие вот силы двигались сквозь штормовую полярную ночь навстречу бушующей неизвестности.

…

В это время в штабе Северного флота собрались на экстренное совещание, на котором присутствовали начальники подразделений советского флота, представители штаба и специальных служб, а также смежных ведомств. Председательствовал на этом совещании командующий флотом адмирал Андрей Трофимович Чабаненко, он же и начал данное мероприятие:

- Товарищи! Прошу всех внимание (в зале наступила тишина)! Сегодня мы собрались здесь по очень и очень важному поводу. По данным разведывательной агентуры Комитета Государственной Безопасности сегодня весь американский Атлантический флот покинул Исландию и движется к нашим берегам. Прошу сказать несколько слов представителя КГБ.

Сидевший справа от командующего человек в звании полковника встал и громко заговорил:

- Товарищи! Буквально несколько часов назад по системе экстренной связи нами было получено сообщение о том, что весь американский флот покинул Кефлавик и, соблюдая полное молчание, исчез в открытом море. Скажу сразу, наша агентура еще неделю назад сообщало о том, что практически все основное ядро флота противника собралось в Исландии и готовится к дальнему походу. Кроме этого наши разведчики в Соединенных Штатах прислали информацию о том, что новое американское правительство Джона Кеннеди приняло новую военную доктрину, в которой основным пунктом является активизация боевых действий у наших берегов. Кроме этого стало известно, что оно одобрило большую операцию своего Атлантического флота у наших берегов. Исходя из этого, Комитет Государственной Безопасности предупреждает всех, флот противника покинул свои базы и уже движется в сторону советских берегов.

На этом представитель КГБ закончил свое выступление, и слово снова взял адмирал Чабаненко:

- Что же! Думаю всем понятно, что наш противник решился на безрассудную операцию против нашего флота в самый разгар полярной ночи и штормов. Хочу сказать сразу, что по данным разведки английский флот сейчас находится на своей базе в Скапа-Флоу и никаких действий не предпринимает. Кроме этого американцы не так давно отправили два своих сильнейших супер авианосца в Средиземное море, и теперь у них в распоряжении осталось всего лишь четыре авианесущих корабля. Теперь прошу вас высказываться командирам подразделений?

Здесь первым заговорил командующий линейными силами эскадры Северного флота вице-адмирал Александр Михайлович Леонов:

- Все пять линкоров и два линейных крейсера полностью готовы к сражению. Кроме этого сейчас в Кольском заливе находится только что вступивший в состав флота линейный корабль «Кремль». Он только что закончил испытания и считаю, что его можно использовать в предстоящем сражении. Таким образом, против семи линейных кораблей и двух больших крейсеров противника у нас будет шесть линкоров и два линейных крейсера.

- Что скажет начальник инженерной службы флота?

- На линкоре «Кремль» остались только наладочные работы по управлению артиллерией, поэтому я поставлю вопрос о присутствии на корабле во время сражения инженерно-технических работников, которые и возьмут на себя все возникающие технические проблемы.

- Хорошо. Что скажут командующие крейсерскими отрядами?

- 1й отряд крейсеров полностью готов к боевым действиям, - отрапортовал его командир контр-адмирал Степан Николаевич Старшинов.

- 2й отряд крейсеров также готов к выполнению заданий, - последовал ответ его коллеги контр-адмирала Василия Дмитриевича Немоляева.

Здесь стоит сказать, что Северный флот располагал в своем составе шестью тяжелыми и шестью легкими крейсерами, которые были поделены на две равных отряда.

- Отряд легких сил флота, как дела у вас?

- Оба дивизиона эсминцев и лидеров полностью готовы к выполнению поставленных задач, - ответил командующий легкими силами контр-адмирал Иван Францевич Кравцов.

В составе Северного флота находились два отряда легких сил по два лидера, и пять эсминцев в каждом.

- Что же хорошо. Что скажет командир авианосной группы?

Контр-адмирал Сергей Георгиевич Весновский встал и громко доложил:

- На сегодняшний день на всех авианесущих крейсерах флота все в полном порядке. Все корабли готовы к выходу в море. Палубная авиация только на днях закончила тренировочные полеты в условиях полярной ночи. Сейчас в состав авианосной группы входят четыре авианесущих крейсера первого ранга и три авианесущих крейсера второго ранга. Они несут на своих палубах сто восемьдесят бомбардировщиков и двести шестьдесят истребителей. Этих сил вполне достаточно чтобы нейтрализовать и уничтожить палубную авиацию противника.

- Спасибо за доклад. Ну что же, командующие подразделениями эскадры высказались. Теперь слово предоставляется начальнику штаба флота контр-адмиралу Льву Павловичу Краснову.

- Товарищи, наш флот на сегодняшний момент находится в полной боевой готовности и практически ни чем не уступает американскому флоту. Кроме этого мы находимся в родных водах, а не как наш противник за тысячи миль от своих баз. На основании этого командованием флота решено встретить нашего противника в свободном ото льдов западном районе Баренцева моря и дать ему генеральное сражение. Поэтому, прежде всего, прошу сначала высказаться начальнику гидрометеорологической службы флота.

Офицер в звании капитана первого ранга встал и, открыв папку, стал зачитывать:

- В ближайшие два три дня в свободных ото льда частях Баренцева и Норвежского морей прогнозируется сильный шторм волнением в пять-шесть баллов. В результате чего судам, находящимся в его зоне грозит сильное оледенение. По прошествие этих дней погода должна стабилизироваться, волнение не превысит одного-двух баллов, облачность пропадет, при ясном небе будет резкое понижение температуры.

Начальник гидрометеорологической службы флота сел, и слово снова взял адмирал Краснов:

- Что же. По всей видимости, к тому моменту, когда вражеские корабли, достигнут наших вод, погода должна наладиться, что будет способствовать применению палубной авиации. Таким образом, мы нанесем по американцам комбинированный удар палубной авиацией и артиллерией кораблей.

Тут слово взял командующий линейными силами эскадры Северного флота вице-адмирал Александр Михайлович Леонов. Он взял указку и подошел к большому куску висевшего на стене ватмана, на котором была изображен порядок расстановки сил эскадры:

- Что же. Теперь о диспозиции в предстоящем сражении. Выходим из Кольского залива подразделениями эскадры. Сначала легкие силы и крейсера. Потом линейные силы флота и авианосная группа. Противника встретим в западном районе Баренцева моря, где-то приблизительно в районе тридцатого меридиана или в двухсот пятидесяти-трехсот милях к востоку от острова Медвежий. Считаю, что заранее следует выслать в этот район в качестве наблюдателей за вражеским флотом отряд подводных лодок. Бой примем в классической схеме. Линия линкоров, справа для охвата сил противника с фланга два быстроходных линейных крейсера. Крейсерские отряды противостоят крейсерам противника. Авианосная группа в тридцати – сорока милях от главных сил на юго-восток. Легкие силы занимаются разведкой, противодействуют эсминцам противника и наносят удары по поврежденным в результате боя большим кораблям.

Здесь командующий эскадрой замолчал, и слово снова взял адмирал Чабаненко:

- Хочу добавить, что мы решили привлечь к нанесению удара по флоту противника береговую авиацию. Высотные бомбардировщики нанесут удар по вражеским кораблям в тот момент, когда палубная авиация противника будет уже нейтрализована. На этом все, товарищи. Какие будут вопросы?

- А где во время боя находиться мне? – задал вопрос младший флагман эскадры контр-адмирал Алексей Иванович Цибиков.

- Младший флагман эскадры будет находиться на одном из линейных крейсеров. В его задачу будет входить маневр и охват группы противника с фланга, - ответил командующий эскадрой адмирал Леонов.

…

Ну а теперь удостоим несколько слово опоминавшемуся ранее линейному кораблю «Кремль». Это корабль строился на Северодвинском судостроительном заводе по проекту линкора «Ретвизан» для нужд Тихоокеанского флота. Весной 1960 года «Кремль» был спущен на воду и до октября находился у достроечной стенки завода. Осенью он вышел на ходовые испытания в Белое море, а в связи с тем, что это море покрывается льдом для завершения всех наладочных работ «Кремль» перешел в Кольский залив. Что же собой представлял этот новый советский линейный корабль?

Стандартное водоизмещение линкора было увеличено по сравнению с «Ретвизаном» на три тысячи тонн и составляло 43000 тонн, соответственно полное водоизмещение достигло 47000 тонн. Суммарная мощность энергетической установки, а именно четырех турбозубчатых агрегатов достигало двухсот тысяч индикаторных сил. Эти ТЗА получали пар от шестнадцати котлов «адмиралтейского» типа, которые располагались попарно в восьми котельных отделениях. Расположение всей же энергетической было линейное – впереди котельные отделения позади отделения ТЗА. Сколько же составляла максимальная скорость линейного корабля? На испытаниях корабль двигался порядка 12 часов со средней скоростью 31,6 узла. При 16 узловом экономическом ходе дальность плавания корабля достигала 10500 миль.

Бронирование линкора было немного толще, чем у его прародителя «Ретвизана»:

Главный броневой пояс имел толщину 305 мм и навешивался на 20 мм обшивку внешнего борта. При этом в центральной части корабля борта были наклонены внутрь на двадцать градусов что еще более увеличивало толщину пробития металла. Такая броневая защита была соизмерима с броневой защитой американских линкоров типа «Айова» и даже немного превосходила её. Главный броневой пояс защищал корпус от носовой до кормовой башни и упирался в поперечные броневые траверсы толщиной 203 мм. Выше главного бронепояса находился заваленный внутрь на двадцать пять градусов верхний бронепояс толщиной 254 мм.

Горизонтальная защита корабля состояла из двух бронепалуб, а именно верхней в 75 мм и основной (нижней) которая состояла из боковых скосов толщиной 152 мм и средней горизонтальной части в 125 мм. Она изготавливалась из экстра мягкой никелевой стали и была включена в набор корпуса, что обеспечивало ему дополнительную прочность.

В местах дымоходов дымовых труб и машинных отделений под углом в 55 градусов были установлены броневые гласисы толщиной 152 мм.

Орудийные барбеты имели толщину брони порядка 325 - 356 мм, а орудийные башни главного калибра бронировались: спереди 400 мм плитой, боковые стенки 380-356 мм, задняя стенка 305 мм, верхняя плита (горизонтальная защита) 340 мм.

Башни среднего калибра защищались 152 – 130 мм броней.

Броневые рубки состояли из 450-400 мм броневых плит.

По вооружению линкор «Кремль» был идентичен «Ретвизану»:

Главный калибр состоял из 12 - 380 мм орудий в четырех трех орудийных башнях (Мк 3-15) которые были разработаны еще для линейных кораблей типа «Победа». Боекомплект имел двести снарядов на ствол и состоял из бронебойно-подкалиберных, полубронебойных и осколочно-фугасных снарядов. Заряжание раздельно-картузное. Скорострельность три выстрела в минуту.

Средний калибр 12 – 130 мм орудий в шести стандартных двух орудийных башнях (СМ-2-2) Боекомплект 250 снарядов на ствол. Снаряды бронебойные, осколочно-фугасные и дистанционная шрапнельная граната. Заряжание унитарное. Скорострельность шесть выстрелов в минуту.

Универсальная артиллерия 8 - 100 мм орудий Б-34УСМ в одноорудийных башенных установках. Боекомплект 270 снарядов на ствол. Снаряды полубронебойные, осколочно-фугасные и дистанционная шрапнельная граната. Заряжание унитарное. Скорострельность десять выстрелов в минуту.

Зенитная артиллерия линкора состояла из 14 – спаренных 37 мм автоматических пушечных установок (В-11М) и 16 – установок счетверенных 14,5 мм пулеметов КПВ (ЗПУ-4К).

Ну и в заключение несколько слов о системе управления артиллерийским огнем:

На линкоре «Кремль» как и на всех остальных типах линейных кораблей, было три командно-дальномерных поста с шестиметровыми дальномерами. Два их них располагались на передней и задней броневых рубках и один на верхнем марсе передней четырех ногой мачты. Все они были связаны с центральной системой управления артиллерийским огнем, в состав которой входили два баллистических вычислителя новейшей конструкции. Кроме этого в каждой артиллерийской башне главного калибра находился свой дальномер и баллистический вычислитель, что позволяло ей при необходимости вести артиллерийский огонь самостоятельно. Кроме этого за стрельбу артиллерии среднего, универсального калибра, а также огонь зенитной артиллерии отвечали находившиеся на передней и задней надстройках восемь артиллерийских директоров и четыре пункта управления артиллерийским зенитным огнем (ПУАЗО).

Линейный корабль «Кремль» был оснащен двумя локаторами дальнего обнаружения и слежения за надводными целями (с дальностью действия до 80 километров) и двумя радиолокационными станциями (РЛС) обнаружения и слежения за воздушными целями (они могли обнаружить бомбардировщик на расстоянии до 60 километров, а истребитель до 40 километров). Кроме этого на линкоре имелось в распоряжении четыре РЛС дистанционного наведения орудий среднего и универсального калибра и подрыва универсальных шрапнельных гранат с радиолокационными взрывателями (дальность действия этих РЛС составляла порядка 22 километров).

Ну и в заключении можно сказать, что линейный корабль «Кремль» представлял собой самый совершенный и идеально сбалансированный механизм военного предназначения и не уступал его лучшим аналогам мира.

2. Навстречу гибели.

14 февраля 1961 года американский флот вошел в западную часть Баренцева моря. В 10.40 первое соединение флота было обнаружено советской подводной лодкой «Рысь» в районе 25го градуса восточной долготы и практически тут же шифровка улетела в штаб Северного флота. Итак, противник был обнаружен, и советская эскадра под командованием вице-адмирала Александра Михайловича Леонова покинула Кольский залив и вышла в открытое море. Стояла чистая полярная ночь, в море было лишь небольшое волнение, а температура воздуха упала до минус двадцати пяти градусов по Цельсию. В общем, зима давала знать себя в северных широтах.

16 февраля в 05.40 советские разведывательные самолеты обнаружили идущий со скоростью в пятнадцать узлов на восток американский Атлантический флот. К этому времени советский флот уже занял исходную позицию в трехстах пятидесяти милях на север от норвежского мыса Нордкин где то как раз в районе 30го меридиана. Над Баренцевым морем стояла тревожная тишина.

К 09.00 благодаря запущенным с авианесущих крейсеров самолетам-разведчикам и четырем дежурившим в этом районе моря подводным лодкам советскому командованию стала полностью понятна диспозиция сил американского флота, и адмирал Леонов двинул силы своей эскадры навстречу приближающемуся противнику. В 11.00 на экранах локаторов дальнего обнаружения и слежения появились множественные групповые надводные цели. В это время дистанция между двумя морскими армадами составляет всего 40 миль.

В этот момент, командующий Атлантическим флотом адмирал Роберт Мэллоу, отдает приказ поднять с авианосцев первой авианосной группы сорок бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер», двадцать торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер» и тридцать шесть истребителей F-4U «Корсар». Этим воздушным силам было приказано прорваться к кораблям советского флота и атаковать их. В ответ по приказу адмирала Леонова командующий авианосной группой Северного флота контр-адмирал понимает на перехват американских самолетов порядка ста двадцати истребителей Ла-9МК, Ла-11МК. В освещенном северным сиянием небе начинается грандиозное воздушное сражение. Пилоты сражаются на смерть, самолеты крутят страшные карусели, расстреливают друг друга и авиационных пушек и пулеметов, и объятые пламенем падают в ледяную воду Баренцева моря. Если учесть, что температура воды была менее нуля градусов, а температура окружающего воздуха минус двадцать пять, выжить в таких условиях было просто невозможно. Тем не менее, практически сразу становится ясно, что преимущество советских истребителей на лицо и большинство самолетов американской палубной авиации оказывается сбито. К 12.30 воздушное сражение затихает, и оставшиеся самолеты возвращаются на свои корабли. Потери американской стороны составляют двадцать пять истребителей, пятнадцать бомбардировщиков и двенадцать торпедоносцев, советская же палубная авиация потеряла тринадцать машин.

Ну а тем временем линейные и крейсерские силы противоборствующих сторон сходятся для непосредственного артиллерийского боя. И вот в 13.15 советский командующий вице-адмирал Леонов разворачивает свою линию линкоров («Мурманск», «Архангельск», «Полтава», «Гангут», «Бородино», «Кремль») строго на север и приказывает открыть огонь по американским кораблям 1го соединения Атлантического флота. В ответ вице-адмирал Уорвик также разворачивает линию своих линкоров («Саут Дакота», «Алабама», «Индиана», «Массачусетс») в северном направлении, и они открывают ответный огонь. Дистанция между противниками составляет порядка двенадцати миль (22 км), и они ведут огонь полубронебойными и фугасными снарядами. В этот же время два советских линейных крейсера («Куйбышев», «Северодвинск») развив максимальную скорость в 34 узла, охватывают линию американских кораблей с юга и открывают огонь из своих 305 мм орудий по замыкающим кораблям. 1е соединение американского Атлантического флота оказывается под перекрестным огнем сильно превосходящих советских сил.

Видя, в каком положении оказались линейные силы 1го соединения, американский командующий адмирал Мэллоу отдает приказ 2му соединению вице-адмирала Хайленда на полной скорости двигаться на помощь вице-адмиралу Уорвику. Но для этого требовалось время, а оно было упущено, так как расстояние между американскими соединениями составляло порядка сорока миль (более часа пути).

Но время было упущено. Дистанция между противоборствующими группами кораблей сокращалось, и град снарядов осыпал четыре американских линкора. Примерно к 14.00 во флагманский линейный корабль вице-адмирала Уорвика попало порядка десяти-двенадцати 406 мм советских полубронебойных снарядов, «Саут Дакота» горела в нескольких местах и на ней, по всей видимости, было повреждено управление, так как корабль стал рыскать на курсе. Тяжело пришлось и остальным кораблям 1го соединения американского флота: в «Алабаму» попало шесть снарядов калибра 380 мм, в «Индиану» восемь снарядов 380 мм и в «Массачусетс» десять 380мм снарядов с линейного корабля «Кремль» и восемь 305 мм снарядов с советских линейных крейсеров. Положение «Массачусетса» оказалось наиболее критическим, его надстройки были сильно разбиты, из строя выведена половина средней артиллерии, а также задняя башня главного калибра, на которой заклинило погон. Кроме этого корма линкора сильно пострадала от огня советский линейных крейсеров, и на нем было повреждено управляющее рулями устройство, что привело к тому, что капитан линкора был вынужден управлять кораблем с помощью машин.

В общем, на первом этапе боя американским линейным силам пришлось нелегко. Огромный перевес советского флота в крупнокалиберных орудиях и сокращение дистанции ведения артиллерийской стрельбы до семидесяти кабельтовых позволило ему нанести четырем американским линкорам значительные повреждения. Однако, тем не менее в 14.30 к месту сражения подошли линейные силы 2го соединения Атлантического флота под командованием вице-адмирала Хайленда, а именно супер линкор «Огайо» линейные корабли «Норд Каролина» и «Вашингтон», а также большие крейсера «Пуэрто-Рико» и «Самоа». В 14.35 линкоры адмирала Хайленда пристроились впереди «Саут Дакоты», а большие крейсера вступили в артиллерийский бой с безнаказанно расстреливающими замыкающий колону линкоров «Массачусетс» советскими линейными крейсерами младшего флагмана эскадры контр-адмирала Цибикова. Здесь следует сказать несколько слов об американских больших крейсерах типа «Аляска». Это были крупные водоизмещением более 35000 тонн корабли вооруженные 9 – 305 мм орудиями в трех трехорудийных башнях. По своим характеристикам они примерно соответствовали советским линейным крейсерам типа «Куйбышев» уступая им в скорости и бронировании.

Таким образом, к 15.00 в сражении в Баренцевом море линейные силы противоборствующих сторон вошли в паритет.

Однако бой продолжался и в 15.15 в десяти милях южнее сражения линейных сил советские крейсерские отряды вступили в сражение с американскими крейсерами. Там бой шел на коротких дистанциях и практически сразу противники нанесли друг другу большое количество самых разнообразных повреждений. Тем не менее, преимущество советского флота сказалось и здесь и вскоре на американском тяжелом крейсере «Честер» произошел взрыв боекомплекта погребов главного калибра носовых башен. Страшный взрыв осветил темную поверхность моря и разорвал корабль на две части, которые течение нескольких минут они быстро пошли на дно.

В этот момент советский командующий вице-адмирал Леонов приказывает поднять в атаку на вражеский флот сто пикирующих бомбардировщиков и сто восемьдесят истребителей. Американцы так же поднимают в воздух тридцать бомбардировщиков, тридцать торпедоносцев и восемьдесят истребителей. Однако в этот раз воздушные силы оказываются неравны, и большинству советских бомбардировщиков удается прорваться к целям. В 15.55 шесть пикирующих бомбардировщиков Ту-2МК прорываются к сильно поврежденному американскому линкору «Массачусетс» и наносят по нему удар бронебойными бомбами. Так как большинство установок среднего и зенитного калибра этого корабля оказывается выведенной из строя в результате артиллерийского боя с советскими кораблями, он не оказывает серьезного противодействия советской авиации и становится отличной мишенью. В результате этой атаки в «Массачусетс» попадает сразу шесть БРАБ-250 и объятый огнем разрушенный корабль полностью останавливается. В этот момент в него попадает еще несколько крупнокалиберных снарядов с советских линейных кораблей, и он опрокидывается на правый борт. Через несколько минут на нем детонируют погреба боезапаса и «Массачусетс» быстро уходит под воду. Американский флот теряет один из линейных кораблей.

В 16.00 десять советских бомбардировщиков прорываются к американским авианосцам и атакуют их. В результате этой атаки четыре бронебойные бомбы пробивают верхнюю полетную палубу авианосца «Принстон» и взрываются внутри. Тяжело поврежденный корабль полностью теряет ход и становится пылающим факелом освещающим темную поверхность моря. Далее с поврежденного и более не боеспособного корабля подошедшие фрегаты и эсминцы снимают людей и топят его торпедами. В 16.40 «Принстон» скрывается в темных водах Баренцева моря.

В 16.20 четыре советских бомбардировщика наносят удар по большому крейсеру «Самоа». Здесь кстати следует сказать, что к этому времени в этот крейсер уже влетело девять 305 мм снарядов с советских линейных крейсеров. Атака бомбардировщиков завершает карьеру «Самое» шестью попаданиями бронебойных бомб. Сильно разбитый пылающий американский большой крейсер сильно крениться на правый борт и быстро погружается носом в воду. В этот момент на поврежденный американский корабль заходят в атаку советские эскадренные миноносцы «Смелый» и «Деловой», они выпускают с дистанции в десять кабельтовых шесть торпед калибра 533 мм, из которых три попадают в цель. Раздается серия сильных взрывов и в 16.35 «Самоа» быстро уходит под воду.

К этому времени американский командующий адмирал Роберт Мэллоу осознает, что его флот терпит поражение и до полной катастрофы остались считанные минуты. Он отдает приказ всем соединениям выйти из боя, на что корабли американской армады разворачиваются и, отстреливаясь из кормовых орудий, уходят в сторону запада. Советский командующий вице-адмирал Александр Михайлович Леонов приказывает не преследовать уходящего противника, а вызывает для атаки на неприятеля высотные бомбардировщики.

В 18.15 в небе над идущими на запад американскими кораблями появляются двадцать советских дальних бомбардировщиков Ту-4, которые с высоты в четыре тысячи метров сбрасывают свой смертоносный груз. В результате этого удара на американцев падает порядка ста двадцати тяжелых бронебойных бомб (БРАБ-500 и БРАБ-1000), две из которых ударили в авианосец «Индепенденс». В результате этих попаданий он оказался практически полностью разрушенным и объят огнем от воспламенившегося авиационного бензина. По приказу командующего американским флотом адмирала Мэллоу экипаж гибнущего авианосца покинул его и перешел на корабли охранения, после чего беспомощный «Индепенденс» был добит торпедами с эсминцев охранения. Здесь следует сказать, что с гибелью этого авианосца американский флот полностью лишился одной из своих авиагрупп, однако на этом неприятности Атлантического флота не кончились.

Во время этого налета советской дальней авиации одна из тысячекилограммовых бомб пробила носовую часть новейшего крейсера «Нью-Йорк» с адмиралом Робертом Мэллоу на борту. Она прошла сквозь верхнюю и основную бронепалубы корабля и взорвалась в глубоко внутри разворотив практически всю носовую часть корабля. Лишь чудом не взорвались погреба боезапаса носовых башен (их пришлось затопить), а днище в носовой части корпуса оказалось разворочено на длину более двадцати метров. Ледяная вода хлынула внутрь, и крейсер стал быстро погружаться носом в море. Получивший контузию адмирал Мэллоу был переправлен вместе со своим штабом на один из эсминцев сопровождения, а экипаж поврежденного «Нью-Йорка» начал борьбу за живучесть корабля. Тем не менее, вода быстро прибывала через пробитые и искореженные переборки и заполняла отсек за отсеком. Вскоре крейсер погрузился носом в воду практически до самой верхней палубы, а его винты поднялись выше уровня воды. Машины встали, и корабль остался без электроэнергии. Дальнейшая борьба за живучесть стала бессмысленной, и по приказу командира экипаж перешел на эсминцы сопровождения. Две торпеды поставили точку в недолгой жизни этого новейшего корабля. В 18.45 «Нью-Йорк» пошел ко дну.

На этом сражение в Баренцевом море закончилось полной победой Северного флота Советского Союза. В результате этого боестолкновения американский Атлантический флот потерял один линейный корабль, два авианосца, один большой и два тяжелых крейсера. Кроме этого большие потери понесла палубная авиация, а именно были потеряны около пятидесяти бомбардировщиков и порядка семидесяти истребителей. При этом многим самолетам пришлось садиться на воду, так как два оставшиеся в строю авианосца не могли принять все находящиеся в воздухе самолеты. Все это были очень и очень серьезные потери, кроме того остальные корабли имели множественные повреждения. К тому же американский же флот с большим трудом добрался до своих баз, и большинство его основных боевых кораблей пришлось поставить на длительный ремонт.

Что же касается советского Северного флота? Хотя он и вышел полным победителем в произошедшем сражении, оно для него тоже прошло не бесследно. Прежде всего, в результате воздушных боев и от огня зенитной артиллерии американских кораблей была потеряна значительная часть палубной авиации, а именно около тридцати истребителей и порядка двадцати пяти бомбардировщиков. Кроме этого практически все принимавшие участие в сражении линейные корабли получили достаточно много повреждений от огня артиллерии американских линкоров. И все они требовали продолжительного ремонта в условиях судоремонтных заводов и баз Кольской губы.

Ну и заключение этой главы хочется сказать, что благодаря более умелому управлению адмиралов и успешным действиям офицеров и матросов советский Северный флот вышел полным победителем в этом арктическом сражении.

3. Странная ситуация.

- О господи! Как такое возможно!? Почему наш Атлантический флот получил такое страшное поражение? – в ужасе воскликнул новый президент Соединенных Штатов Джон Ф. Кеннеди, - Господа, объясните мне это?

- Уважаемый господин президент, - начал говорить министр обороны Роберт Макнамара, - не стоит поддаваться панике. Несмотря на серьезные потери, наш флот сохранил свои основные силы и готов в случае необходимости встреться с врагом лицом к лицу. Давай те лучше сначала заслушаем доклад морского министра и после решим, что делать далее.

- Да, да! Хорошо! Что скажет морской министр?

Министр военно-морских сил США Джон Бо́уден Ко́нналли встал с кожаного дивана и открыв черную папку начал читать:

- Господа. В результате произошедшего в Баренцевом море сражения Атлантический флот США понес следующие потери, а именно: линейный корабль «Массачусетс», большой крейсер «Самоа», авианосцы «Принстон» и «Индепенденс», тяжелые крейсера «Честер» и «Нью-Йорк». Потери палубной авиации в ходе сражения составили порядка ста самолетов, общее количество погибших военнослужащих (моряков и летчиков) достигает значения в шесть тысяч пятьсот человек. Такие большие потери личного состава обусловлены тем, что многие корабли были уничтожены внезапно, а температура воды в зимний сезон в Баренцевом море находится ниже нуля градусов по Цельсию. Многие оказавшиеся в воде моряки просто не выдержали переохлаждения.

Считаю целесообразным добавить, что многие участвовавшие в сражении корабли (а именно линкоры и крейсера) получили серьезные повреждения и требуют длительного ремонта.

В настоящее время наиболее боеспособной частью Атлантического флота является 2е соединение под командованием вице-адмирала Джона Хайленда. Оно находится в нашей исландской базе у Кефлавике, корабли же 1го соединения вице-адмирала Джона Уорвика отведены в ремонт в наши порты на восточном побережье.

Здесь морской министр замолчал и тут же последовал вопрос со стороны президента:

- Сколько у нас осталось авианосцев и вообще, какие корабли сейчас защищают нас в Атлантике?

- Сейчас в распоряжении Атлантического флота авианосцы «Йорктаун» и «Хорнет», супер линкор «Огайо», линкоры «Норд Каролина», «Вашингтон», большое количество крейсеров, а также легкие силы флота, - последовал ответ со стороны Джона Ко́нналли.

- Да, силы явно не равные… Кто, по-вашему, теперь должен возглавить Атлантический флот в такой опасный и ответственный момент? – произнес молчавший до этого вице-президент Линдон Джонсон.

- Фактически адмирал Мэллоу провалил операцию у советских берегов и оказался несостоятельным командующим, к тому же сам едва не погиб на крейсере «Нью-Йорк». Он уже отстранен, и я рекомендую на его место адмирала Роберта Дэннисона. Это опытный служака и он сможет в наикратчайшее время восстановить могущество Америки на Атлантическом театре военных действий, - ответил морской министр.

- Я поддерживаю эту кандидатуру. Адмирал Дэннисон человек дела и обладает огромной активностью в вопросах военного дела, - добавил к вышесказанному министр обороны Роберт Макнамара.

- Хорошо! Считайте, что кандидатура адмирала Дэннисона одобрена, - произнес президент Кеннеди.

- Еще один небольшой вопросик? – снова произнес морской министр.

- Какой?

- Вопрос такой: стоит ли нам отзывать ударные авианосцы из Средиземного моря в северную Атлантику?

- Ни в коем случае! Сейчас в районе Эгейского моря решается исход турецкой кампании, и ослабление Средиземноморского флота может привести к тому, что мы имеем сейчас в Атлантике, - ответил за президента министр обороны США.

…

И вот наступила странная ситуация, с одной стороны поражение в Баренцевом море должно было остудить воинственный пыл руководства Соединенных Штатов, с другой как это ни странно, правительство Джона Кеннеди продолжало ставить перед флотом и армией задачи в повышении активности боевых действий. Тем не менее, все это грозило Северо-Атлантическому блоку военной катастрофой, но об этом никто не задумывался, быть может, за исключением начальника главного морского штаба адмирала Ленца Гордона и его подчиненного начальника разведки флота вице-адмирала Роберта Пиллоси.

- Адмирал, положение на восточном театре боевых действий просто угрожающее. Русские войска, несмотря на зимнее время, начали новое наступление вдоль западного побережья Аляски, а также в районе Анкориджа. Их мобильные группы обходят наши укрепления и громят тылы американских войск. Кроме этого Советы благодаря своим ледоколам перебросили на Аляску дополнительные силы, в том числе четыре танковые бригады. Если так пойдет и далее, мы можем потерять Анкоридж, - заговорил начальник разведки флота вице-адмирал Пиллоси, находясь в кабинете, адмирала Ленца Гордона.

- Откуда такая информация?

- Эти сведения получены от агентуры ЦРУ работающей на оккупированной Советами территории штата Аляска.

- Хм, если русские возьмут Анкоридж, то мы потеряем единственную хорошо пригодную для стоянки флота базу.

- Считаю, что к этому следует готовиться, так как в связи с отстранением от командования сухопутными войсками генерала Брэдли ситуация на Аляске только ухудшилась. Новое командование просто не знает, что делать и как остановить русское наступление.

- Хорошо. Считаю, что целесообразно готовиться перебазировать 2е соединение Тихоокеанского флота в порт Хомер и на остров Кадьяк. Ну а если советские войска дотянуться и сюда, то пусть флот готовится к переходу в Якутат и Джюно что в архипелаге Александра.

- Но это увеличит расстояние до театра военных действий в Беринговом море на несколько тысяч миль.

- А что поделаешь? Лучше сохранить флот, чем потом кусать локти. Сейчас в Норфолке на восточном побережье начал проходить испытания новый линкор «Джорджия». Я буду настаивать, чтобы его передали в состав Тихоокеанского флота, а именно в состав 2го соединения вице-адмирала Клэри.

- Да, но это может не понравиться высшему руководству. Еще один линкор в составе флота Тихого океана для них это слишком много.

- Ничего, адмиралу Клэри необходимо иметь серьезный перевес в борьбе с флотом Советов. Ну а теперь какова ситуация на остальных театрах военных действий?

- На юге острова Хоккайдо советские войска покинули Хаккодате и эвакуировались в район Саппоро. Таким образом, войска генерала Коллинз захватили весь юг острова и сейчас готовятся к наступлению на север.

- Их поддерживает сильный флот.

- Да, это так. В районе Сангарского пролива и южного побережья острова Хоккайдо действует 1е соединение Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Стива Торнга, в его составе имеется четыре линкора, два больших крейсера и шесть авианосцев. Кроме этого там же находится английская эскадра вице-адмирала Глочестера в его составе три линейных корабля, один линейный крейсер и два авианосца.

- Русские выиграли два крупных морских сражения, одно в Арктике и одно в Японском море. Это говорит о том, что они хорошо подготовились к этой войне и готовы сражаться до конца. Я думаю, что нашему флоту еще придется столкнуться с Советами в генеральном сражении.

- Согласен адмирал, но скажу прямо, мы отправили два ударных авианосца из состава 3го соединения вице-адмирала Роя Джонсона в район Хоккайдо, и теперь дела в Южном Вьетнаме пошли очень и очень плохо. Так как там осталось всего два авианосца, активность нашей палубной авиации снизилась вдвое и, пользуясь этим Вьетконг при поддержке Северного Вьетнама начал масштабные боевые действия.

- Это не наша забота. Пускай большие головы из «Белого дома» думают об этом. Была бы моя воля, я отправил бы все соединение адмирала Джонсона на север, воевать против Советов. Ну да ладно. А каково положение на Средиземноморском театре военных действий.

- Скажу прямо адмирал, в настоящий момент в районе Дарданелл положение просто угрожающее. По данным агентуры советский флот покинул свои базы в Черном море и сконцентрировал силы в районе Босфора. Кроме этого практически постоянно русские авианосцы находятся в Мраморном море и оттуда атакуют наш флот своей палубной авиацией. Как докладывают наши агенты в Стамбуле, в ближайшее время флот Советов может пройти Дарданеллы и выйти в Эгейское море, чтобы дать генеральное сражение нашему и британскому флоту. Сейчас в составе Черноморского флота находится четыре линейных корабля, четыре линейных крейсера и семь авианосцев (один только что вступил в строй). Флот Северо-Атлантического блока в Средиземном море может противопоставить Советам три американских и два британских линкора, а также пять американских и четыре британских авианосца, однако из-за постоянных воздушных боев в районе Галлипольского полуострова сейчас по количеству самолетов палубной авиации стороны практически равны.

- Значит, разведка флота считает, что Советы в Эгейском море могут решиться на генеральное сражение?

- Да, разведка считает, что в ближайшее время русский флот может пройти Дарданеллы и атаковать нас. Тем более что сейчас американский и британский флот действуют в районе Галлипольского полуострова попеременно, периодически отдыхая в греческих Салониках.

- Так понятно, значит, нас ждет на юге большое сражение. Что же будем надеяться, что оно не закончится как битва в Баренцевом море, - на этом начальник штаба ВМС США адмирал Ленц Гордон закончил этот разговор.

…

И вот американский флот начал готовиться к новой кампании весны-лета 1961 года. Как и говорил ранее начальник штаба ВМС США адмирал Ленц Гордон к вводу в строй флота готовился новый линейный корабль «Джорджия», что же он представлял из себя. Уделим этому в конце этой главы несколько предложений. Прежде всего, стоит сказать, что проект «Джорджии» начал разрабатываться еще в конце тридцатых годов, но потом был отложен в пользу более перспективных «Айов». Однако в связи с серьезными потерями флота в войне 1950-52 годов американцы приняли решение реанимировать проект и построить по нему один такой корабль. Так что же собой представлял спущенный на воду весной 1960 года линейный корабль «Джорджия». При полном водоизмещении в 55000 тонн, он имел длину 270 и ширину 36 метров. Главный броневой пояс имел толщину в 350 мм, траверсы 287 мм, палубы 19…37+152 мм, башни главного калибра 152-457 мм, барбеты 234-439 мм, боевые рубки 102-457 мм. Линкор имел энергетическую установку, состоящую из двенадцати котлов и четырех турбозубчатых агрегатов общей мощностью в 220000 индикаторных сил, при этом максимальная скорость корабля составляла 33 узла, а дальность плавания эконмическим 16 узловым ходом 13500 миль. Но главной особенностью линкора «Джорджия» это было его вооружение, которое состояло из трех двух орудийных башен с орудиями главного калибра в 457 мм (18 дюймов). Это были самые мощные орудия с самым большим калибром в мире (за исключением погибших во второй мировой войне японских линкоров «Ямато» и «Мусаси»). Средний калибр был представлен десятью спаренными стандартными для флота США 127 мм орудиями, ну а зенитная артиллерия состояла из восьми спаренных 76 мм универсальных орудий, десяти счетверенных 40 мм автоматов «Бофорс» и сорока 20 мм одиночных зенитных автоматов «Эрликон».

Численность экипажа «Джорджии» составляла 2800 человек.

Ну и в заключении следует сказать, что этот гигантский корабль являлся самым большим и с самыми крупнокалиберными орудиями линкором в мире. Однако, по весу бортового залпа он уступал американским же линкорам типа «Монтана» и советским линейным кораблям типа «Советский Союз» (эти корабли имели по четыре башни с тремя орудиями калибра 406 мм).

4. Последний убедительный довод.

Итак, правительство США было в трансе, а в конце февраля 1961 года состоялось то, о чем еще месяц назад предупреждал начальник разведки штаба флота вице-адмирал Роберт Пиллоси. А именно в это время советский Черноморский флот неожиданно для всех вышел в Эгейское море через Дарданелльский пролив и развернул свои главные силы южнее Галлипольского полуострова. Командовал этой эскадрой вице-адмирал Георгий Николаевич Иваньков.

Здесь следует сказать, что в этот момент у западного побережья Галлипольского полуострова находился английский флот под командованием вице-адмирала Эдварда Кенгли. Оно занималось тем, что огнем орудий главного калибра и палубной авиацией поддерживало находившиеся на юге полуострова экспедиционные части британских и американских войск, ну а американское соединение объединённого Средиземноморского флота в этот момент находилось на отдыхе в Салониках, и должно было сменить британцев через неделю.

Что ни говори, а выход в Эгейское море 27 февраля 1961 года сильной советской эскадры оказался крайне неожиданным для руководства англо-американского флота и фактически сорвал все действия союзников по поддержке своих сухопутных войск на Галлипольском полуострове. Что же касается британского командующего Эдварда Кенгли, если честно, что он решил не испытывать судьбу и не вступать в схватку с превосходящим его силы противником, а приказал своим кораблям взять курс на Салоники и полным ходом уходить туда. Однако, тем не менее, советская палубная авиация нанесла массированный удар по уходящим кораблям английского флота, а также десантным судам и военным транспортам, находящимся у юго-западной оконечности Галлипольского полуострова.

Всего в атаке на британские корабли учувствовали порядка ста советских истребителей и восемьдесят бомбардировщиков и торпедоносцев. Против этой армады британцы подняли со своих авианосцев около пятидесяти истребителей, но это не спасло их корабли от серии воздушных ударов.

Так в 15.30 27 февраля шесть советских пикирующих бомбардировщиков Ту-2МК вышли в атаку и нанесли бомбовый удар по британскому авианосцу «Трафальгар». Всего в этот практически новый корабль попало шесть двухсот пятидесяти килограммовых бронебойных бомб (БРАБ-250), они пробили верхнюю полетную палубу по всей длине корпуса и взорвались внутри. Практически сразу весь «Трафальгар» оказался объят огнем, на нем вспыхнули емкости с авиационным бензином и стали взрываться боеприпасы, приготовленные для погрузки в самолеты. В 15.35 стало абсолютно понятно, что этот авианосец не спасти и британский командующий адмирал Кенгли отдал приказ об эвакуации экипажа. Фрегаты и эсминцы сопровождения подошли гибнущему кораблю и стали принимать на борт людей. В 16.00 эвакуация была закончена, и английский эсминец выпустил по «Трафальгару» четыре торпеды. 16.15 авианосец скрылся в спокойных водах Эгейского моря.

Однако это была не единственная жертва со стороны британского флота. В 15.35 три советских Ту-2МК спикировали на британский легкий крейсер «Эвриал» и поразили его тремя БРАБ-250. Здесь следует сказать, что советские бронебойные бомбы с легкостью пробили несколько палуб этого корабля и взорвались внутри, разрушая все вокруг. Этот легкий корабль сразу потерял ход и окутался огнем и дымом. Видя, что судно не спасти, капитан крейсера отдал приказ покинуть корабль и матросы стали прыгать в море и забираться на борт двух подошедших на помощь эсминцев. В 16.00 «Эвриал» после попаданий двух торпед пошел ко дну.

Но и это было еще не все, В 15.50 четыре советских торпедоносца СПБ-52 вышли в атаку на однотипный «Трафальгару» британский авианосец «Абукир» и с дистанции около 1000 метров сбросили по нему свои торпеды, две из которых попали в цель. В результате этих попаданий на «Абукире» оказались повреждены винты и рули управления. Огромный корабль лишился хода и начал дрейфовать по гладкой поверхности Эгейского моря. Это сделало его лакомой целью для советской авиации и вскоре в 16.15 четыре советских пикирующих бомбардировщика нанесли по нему бомбовый удар. В результате этой атаки в палубу «Абукира» вонзились две бронебойные бомбы и взорвались глубоко внутри его корпуса. На авианосце начался сильный пожар, однако экипаж корабля продолжил борьбу за живучесть и отражение воздушных атак советских самолетов. Тем не менее, видя, что тяжело поврежденный корабль бессмысленно дрейфует по морю, британский командующий отдает приказ фрегатам и эсминцам сопровождения эвакуировать с него людей и потопить «Абукир» торпедами. В 17.00 получивший три торпеды от своих же эсминцев британский авианосец скрылся под водой.

Однако на этом беды британцев не закончились. В течение двух часов советская палубная авиация также потопила четыре военных транспорта и два десантных корабля находившихся у западного побережья Галлипольского полуострова. Здесь следует сказать, что в связи с ускоренным британским отступлением, находящиеся на суше американские и британские войска оказались без поддержки и помощи флота. Да и сам английский флот понес серьезные потери в виде двух новейших авианосцев и одного легкого крейсера. Кроме этого серьезные повреждения получил еще один британский авианосец «Арк Роял», в носовую часть которого попала одна бронебойная бомба. Правда он остался на плаву и не лишился основных функций, но в связи с разрушенной взлетной палубой оказался не способным выпускать самолеты, то есть потерял боеспособность.

…

- Вот черт! – Выругался американский командующий вице-адмирал Вильям Риббек находящийся на ходовом мостике линейного корабля «Колорадо» стоящего на якоре в порту Салоники, - Это что же такое! Советский флот неожиданно вышел в Эгейское море и это никого не насторожило. Где была разведка флота, а где агентура ЦРУ? Что сейчас происходит с британцами? Где они находятся?

- Адмирал, еще две недели назад пришла шифрограмма из главного морского штаба где адмирал Пиллоси сообщает о возможном прорыве советских кораблей в Эгейское море, - ответил на вопрос командующего один из офицеров его штаба.

- По последним данным британцы отступили от побережья Галлипольского полуострова и сейчас полным ходом идут в юго-западном направлении в сторону острова Лемнос. Кроме этого по последним данным русские бросили против соединения вице-адмирала Кенгли большое количество палубной авиации и потопили несколько его кораблей и транспортов обеспечения сухопутных войск, - доложил дежурный флаг-офицер.

- Так понятно! Немедленно постарайтесь связаться с адмиралом Кенгли, и выяснить какие у англичан потери? Также приказываю поднять в воздух несколько разведчиков и послать их в направлении Дарданелл. На кораблях флота приказываю принять боевую готовность номер два, вернуть из увольнений всех офицеров и матросов и приготовиться к выходу из порта, - последовал ряд распоряжений со стороны вице-адмирала Риббека.

- Адмирал, я думаю надо как можно скорее покинуть Салоники, иначе русские могут атаковать нас прямо в гавани, - вставил свое слово капитан линкора «Колорадо» кэптен Джим Корсман.

- Вы что! Советы не такие дураки, что бы атаковать нас в греческом порту. Это большой международный скандал, - ответил командующий, но как выяснилось немного позже, капитан американского линкора оказался прав.

…

Ну а пока командование флотом Соединенных Штатов выясняло ситуацию и решало, что делать советский флот полным ходом начинает преследование отступающих британцев. Видя это, командующий английским соединением вице-адмирал Эдвард Кенли отдает приказ изменить направление отхода своих сил на южное, и направляет свой флот в центральную часть Эгейского моря. Здесь следует отдать нему должное, ибо он прекрасно осознает, что всего с одним боеспособным авианосцем ему нечего противопоставить русским.

Видя это, советский командующий вице-адмирал Иваньков направляет основные силы своего флота в Солунский залив с целью блокировать американский флот в порту Салоники, так же он отправляет шифровку в главный морской штаб ВМС Советского Союза с запросом на разрешение атаковать противника прямо в греческом порту. По этому вопросу в Кремле было собрано экстренное заседание с участием председателя ГКО Лаврентия Павловича Берии, министра иностранных дел Андрея Андреевича Громыко, министра обороны маршала Родиона Яковлевича Малиновского и главнокомандующего ВМС адмирала флота Сергея Георгиевича Горшкова.

- Товарищи, ситуация экстраординарная. В настоящее время эскадра Черноморского флота нанесла серьезное поражение английскому флоту и обратила его в бегство. Теперь же наш флот движется в направлении греческого порта Салоники, где находится стоянка американского флота. Командующий эскадрой вице-адмирал Иваньков запросил у нас разрешения блокировать флот противника и нанести по нему массированный авиационный удар, - кратко изложил суть вопроса адмирал Горшков.

- Так понятно, то есть вы считаете целесообразным атаковать американцев прямо на территории Греции? – последовало со стороны Лаврентия Берии.

- Да, именно это и является сутью вопроса.

- Что скажет министр иностранных дел?

- Министерство иностранных дел считает, что подобная операция вполне возможна. Ну что нам грозит - очередная нота протеста со стороны греческого посла. Тем не менее, мы не имеем никакого отношения к тому, что Греция предоставила свои порты для сил Северо-Атлантического блока, тем более что она является его членом с 1952 года. Тем не менее, воевать с Советским Союзом на территории Турции греческое правительство не будет, - высказал свое мнение министр иностранных дел Андрей Громыко.

- Что же мнение министерства иностранных дел нам понятно. Что скажет министр обороны?

- Мы за. Надо немедленно нанести удар, ибо это может переломить всю ситуацию на юге, - произнес маршал Малиновский.

- Что же. Мнение заинтересованных ведомств нам понятно, - подвел итог председатель ГКО, - адмирал, немедленно радируйте командующему Черноморским флотом и командующему эскадрой, что мы даем добро на атаку противника в греческом порту.

Спустя каких то полчаса командующий Черноморской эскадрой вице-адмирал Георгий Николаевич Иваньков в кают-компании линейного корабля «Красный Боспор» изучал только что полученную радиограмму из главного морского штаба Советского Союза. Тщательно прочитав текст шифровки, адмирал обвел взглядом присутствующих рядом офицеров и произнес:

- Товарищи, штаб флота дает добро на проведение атаки в Салониках. Поэтому приказываю изменить курс на Солунский залив, скорость хода двадцать пять узлов. Также подготовить авиацию для нанесения удара по американскому флоту.

- А если американцы выйдут навстречу?

- Пусть выходят. У нас сейчас полный перевес. Кстати пусть командир авианосной группой вышлет разведчиков в направлении побережья.

И советский флот в полном составе двинулся к берегам Греции. Далее следует сказать, что спустя примерно сутки корабли советской эскадры блокировали Солунский залив, а ну а командующему американским флотом вице-адмиралу Риббеку доложили о произошедшем и он приказал кораблям выбирать якоря и готовиться к генеральному сражению.

- Господа! Я решил не искушать судьбу и вступить в генеральное сражение с флотом Советов. Скажу сразу. Перевес сейчас на стороне противника и нам предстоит доказать правительству и народу Соединенных Штатов, что на американских моряков можно положиться. Мы уступаем нашему противнику в артиллерийских кораблях, и у нас нет возможности для маневра, но наш последний убедительный довод это наши пять ударных супер авианосцев готовых раздавить своей авиацией нашего врага. - Именно такие слова произнес Вильям Риббек перед офицерами своего штаба и флагманского корабля накануне битвы, которая должна была стать решающей на всем южном театре военных действий.

5. Солунское сражение (часть 1).

Какова же была диспозиция противоборствующих сторон накануне генерального сражения в Солунском заливе. Сам этот залив представляет собой вид довольно длинной бутылки, в горлышке которой находится греческий порт Салоники. У дна этой бутылки, то есть входа в залив и расположилась советская эскадра. Прежде всего, в центре этого пролива расположились линейные силы советской эскадры в составе четырех линкоров и четырех линейных крейсеров, эти силы прикрывал первый дивизион эсминцев. На флангах расположились две крейсерские бригады, в каждой из которых находилось по три тяжелых и по три легких крейсера. Восточнее на расстоянии в семь миль находилась авианосная группа флота в количестве одного авианесущего крейсера 1го ранга и шести авианесущих крейсеров 2го ранга. Их защищал легкий крейсер «Красный Кавказ» и второй дивизион эсминцев Черноморского флота.

Что касается американцев, то 1го марта 1961 года примерно в 8.00 часов их флот снялся с якорей и вышел из гавани Салоник в Солунский залив. Впереди в кильватерной колонне двигались три линейных корабля (во главе с флагманским линкором «Колорадо»), за ними так же колонной двигались четыре тяжелых крейсера. С обеих сторон эти корабли прикрывали эсминцы и корветы. За ними на расстоянии в пять миль шла авианосная группа американского флота в составе пяти ударных супер авианосцев, которые с обеих сторон защищали два тяжелых и шесть легких крейсеров. Кроме этого вторую линию обороны составляли эсминцы и фрегаты. Таким образом, американский командующий хотел создать двойное кольцо противовоздушной обороны вокруг наиболее ценных авианосцев, так что для советских летчиков задача по атаке противника сильно усложнялась.

В 8.15 дистанция между противоборствующими сторонами сократилась до сорока миль, и советский командующий поднял с авианесущих крейсеров сто истребителей и шестьдесят бомбардировщиков. С американских же авианосцев также стали стартовать самолеты и всего в воздух также взлетело около ста истребителей и шестьдесят бомбардировщиков-торпедоносцев. Две эти большие группы вошли в боевое соприкосновение, и в воздухе закипело грандиозное сражение. Здесь следует сказать особо, ибо обе противоборствующие стороны дрались отчаянно и безжалостно, истребители вертели в воздухе сложнейшие финты и поливали друг друга из пушек и пулеметов, бомбардировщики стремились прорваться сквозь огонь зенитных орудий к находившимся внизу кораблям противника и сбросить на них свой смертоносный груз. Скажу сразу в этой боевой ситуации советские Ту-2МК снова, как и в войне 1950-52 годов применили массированное топ-мачтовое бомбометание и добились выдающихся результатов.

В 8.30 отряд советских бомбардировщиков из десяти машин прорвалось сквозь истребительный заслон противника, и защитный огонь средств ПВО кораблей к американским авианосцам и нанесло по ним бомбовый удар. При этом самолеты разделились: пять из них атаковали шедший первым в колоне авианосец «Форестол», а вторые следующий за ним авианосец «Америка». Здесь следует сказать, что в каждом из атакующих звеньев три из пяти советских самолетов атаковали цель с пикирования, а два с левого борта топ-мачтовым способом. При этом средствам ПВО американских кораблей удалось сбить по два бомбардировщика в каждой из атакующих групп, но остальные Ту-2МК нанесли решающие удары.

Первым пострадал авианосец «Форестол» в его взлетную палубу попали четыре бронебойные бомбы (БРАБ-250) которые пробили ее и взорвались внутри. Кроме этого от атаковавших его двух самолетов топ-мачтовым способом две БРАБ-250 вонзились в его борт выше бронепояса и также взорвались внутри корабля. Эти шесть попаданий практически решили судьбу этого корабля, на нем вспыхнул сильный пожар, так как воспламенился авиационный бензин, и начали взрываться боеприпасы, приготовленные для загрузки в самолеты. Видя, что вверенное ему судно находится на грани гибели капитан «Форестола» направил корабль к северному берегу Солунского залива с целью посадить его на отмель, но дойти туда этому авианосцу, было не суждено, ибо выйдя из строя, он подвергся второму удару на этот раз русских торпедоносцев СПБ-52. В 8.55 три советские торпеды (45-56НТ с боевой частью в 320 кг «ТГА») ударили пылающий «Форестол» в его многострадальный левый борт и корабль стал быстро опрокидываться. В 9.00 американский авианосец лег на бок и на нем взорвались котлы. Через пять минут корабль скрылся в водах греческого залива.

Что касается авианосца «Америка», на котором находился штаб нового командующего авианосной группой контр-адмирала Дональда Стэмпа, то ему повезло намного больше. В его взлетную палубу вонзилось три бронебойные бомбы, которые взорвались внутри, уничтожив около двух десятков находящихся на ангарной палубе самолетов. Тем не менее, аварийные партии сумели быстро справиться с огнем, и корабль теперь возглавил колонну американских авианосцев. Что же касается самолетов, которые атаковали «Америку» с борта, то один из них был сбит, а второй сумел попасть в борт корабля всего одной бомбой, да и то она ударилась о бронепояс и взорвалась снаружи.

Тем не менее, на этом атака советской авиации отнюдь не была закончена.

В 9.10 новая волна советских бомбардировщиков попыталась пробиться к американским авианосцам через заслон американских истребителей, и если говорить откровенно им это удалось. На этот раз под ударом двенадцати Ту-2МК оказались супер авианосцы «Китти Хок» и «Констеллейшн» которые встретили советские самолеты огнем из всех своих зенитных и универсальных орудий. Тем не менее, восьми бомбардировщикам удалось пробиться сквозь завесу из зенитного огня и атаковать два этих огромных корабля, при этом они разделились, и на каждый из американских авианосцев пришлось по четыре самолета. На этот раз советские летчики пикировали на свои цели сверху и практически сразу попали пятью бронебойными бомбами в палубу авианосца «Китти Хок» и четырьмя бомбами в «Констеллейшн».

Здесь следует сказать особо, дело в том, что каждый советский бомбардировщик нес по восемь БРАБ-250 и сбрасывал их практически сразу за одну атаку, так как на последующие заходы надежды было мало. Советская бронебойная бомба весила 250 кг. При этом она имела специально спроектированный удлинённый корпус из легированной стали и стенки переменной толщины, а также короткий коробчатый стабилизатор. При этом сброшенная с пикирующего бомбардировщика (при скорости 550-570 км/час) на высоте 700-900 метров она прибивала гомогенную броню толщиной до 150 мм, что было очень и очень хорошим показателем. Этого вполне хватало, чтобы поражать палубу американских авианосцев и крейсеров.

Так вот, советские бронебойные бомбы поразили два больших супер авианосца и взорвались внутри на большой ангарной палубе этих громадных кораблей, где находилось и готовилось к вылету множество самолетов. В результате взрывов несколько десятков самолетов было уничтожено и повреждено, также воспламенилось авиационное топливо, которым их заправляли и начали взрываться подготовленные для загрузки в самолеты боеприпасы. В общем, внутри этих гигантских кораблей наступил настоящий огненный ад, с которым пытались справиться аварийные команды и просто оставшиеся в живых техники обслуживающие самолеты и матросы корабельной команды. Тем не менее, несмотря на серьезные повреждения эти два корабля оставались на плаву и продолжали двигаться в сторону выхода из залива.

Что же касается последнего, замыкающего колону, авианосца «Франклин Д. Рузвельт» то ему повезло более чем остальным кораблям американской авианосной группы. Советские бомбардировщики не смогли пробиться к нему сквозь плотный огонь средств ПВО, и он на первом этапе сражения остался не поврежденным и продолжил выпускать и принимать свои самолеты.

Выше мы рассмотрели то, что касается американской стороны, а теперь посмотрим на советскую авиагруппу. Здесь все оказалось совершенно по-другому. Прежде всего, прорваться сквозь советские истребители удалось лишь нескольким небольшим группам американских бомбардировщиков и торпедоносцев. И, тем не менее, на подлете к советским кораблям их встретил плотный зенитный огонь с кораблей охранения и самих авианосцев. Здесь еще часть самолетов противника была уничтожена и в атаку на советские авианесущие крейсера вышли лишь две группы по три самолета пикирующих бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер» и пять летящих над самой поверхностью воды торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер». Все эти самолеты сильно отличались от советских машин, так американские бомбардировщики несли в отличие от них по две бронебойные бомбы (массой по 227 кг) на внутренней подвеске и при необходимости еще две такие бомбы снаружи, но при этом атака с пикирования была невозможна. Что касается торпедоносцев «Ньюэвенджер» они были вооружены одной 907 кг торпедой калибра 558 мм (Мк25) с весом боевой части в 329 кг «Торпекса».

И вот эти самолеты вышли в атаку на корабли советской авианесущей группы. Первыми атаковали пикирующие бомбардировщики, и им удалось поразить двумя бронебойными бомбами авианесущий крейсер «Харьков», однако они взорвались при пробитии верхней полетной бронепалубы и частично разрушили её. Корабль на некоторое время перестал выпускать и принимать самолеты. Кроме этого другая группа из трех американских бомбардировщиков поразили одной бомбой кормовую часть авианесущего крейсера «Днепропетровск» она частично разрушила верхнюю палубу, но корабль не потерял свою боеспособность. При этом два американских «Хэллдайвера» оказались сбиты зенитными автоматами ПВО авианосцев.

Гораздо более удачнее оказалась атака пяти американских торпедоносцев. Они сбросили свои торпеды на дистанции до цели около тысячи метров и, хотя два самолета оказались сбиты большинство торпед достигло своих целей, а именно:

В 9.25 одна торпеда поразила авианесущий крейсер «Киев», пробила противоторпедную защиту и вызвала затопления крайнего левого отделения ТЗА. Скорость крейсера сразу упала до 23 узлов, и возник небольшой крен на левый борт. Однако корабль не потерял свою боеспособность.

В 9.27 другая торпеда поразила в носовую часть авианесущий крейсер «Николаев», это вызвало затопление ряда отсеков, корабль получил дифферент на нос, но также продолжил принимать и выпускать самолеты.

В.9.30 третья американская торпеда ударила в уже поврежденный бомбами крейсер «Харьков». Она прошла сквозь его ПТЗ и вызвала затопления ряда внутренних помещений в районе надстройки корабля, который получил крен в 6 градусов на правый борт.

Здесь следует сказать несколько слов о противоторпедной защите советских авианесущих крейсеров 2го ранга: при их проектировании за основу была принята ПТЗ итальянского типа Пульезе состоящая из двух концентрических цилиндров шедших внутри корпуса корабля примерно на 2/3 его длины. Наружный цилиндр образовывали двойная обшивка борта толщиной около 20 мм и противоторпедная переборка толщиной 40 мм. Пространство между цилиндрами (защитная камера) разделялось на 16 секций, заполнявшихся топливом и пресной водой, которые, по мере расходования, замещались забортной водой. Далее следовали две фильтрационные продольные переборки, толщиной по 12 мм. Вся конструкция ПТЗ в отличие от итальянского прототипа выполнялась сварной, что увеличивало ее восприимчивость к деформационным перегрузкам. Расчётная сопротивляемость подводному взрыву составляла 350 кг тротила.

В отличие от авианесущих крейсеров 2 ранга у крейсера 1го ранга «Советская Украина» ПТЗ была устроена по другому, а именно состояла из так называемых камер Свирского которые состояли из внешней 20 мм обшивки корпуса, внутренней 16 мм обшивки и вертикальных противоторпедных переборок толщиной 40 и 25 мм. Все внутреннее пространство было поделено 15 мм вертикальными перегородками на небольшие камеры, заполненные вулканической пемзой которые и воспринимали на себя энергию взрыва торпеды. Такая защита применялась практически на всех советских линейных кораблях и крейсерах и имела расчетную сопротивляемость подводному взрыву в 500 кг тротила.

Ну а теперь вернемся к разгорающемуся в Солунском заливе сражению между американским и советским флотами. Итак, прошло всего около одного часа, а Средиземноморский флот Соединенных Штатов потерял один супер авианосец («Форестол») и еще три получили серьезные повреждения. Это были серьезные неприятности для американцев, так как два («Китии Хок» и «Констеллейшн») из трех поврежденных авианосцев потеряли свою боеспособность. Таким образом, в сражении остались учувствовать всего два корабля («Америка» и «Франклин Д. Рузвельт»), они продолжили принимать и выпускать самолеты, хотя многим американским летчикам пришлось садиться на воду или уходить в сторону греческих берегов.

Такая ситуация позволила русской авиации к 10.00 завоевать господство в воздухе и начать вторую массированную атаку на американские корабли.

6. Солунское сражение (часть 2).

В 10.15 1го марта 1961 года по приказу советского командующего вице-адмирала Иванькова с авианесущих крейсеров была поднята вторая волна палубной авиации в количестве восьмидесяти истребителей сорока бомбардировщиков и двадцати торпедоносцев. Это была вторая ударная группа, которая и направилась к вражеским кораблям. Видя, что советские самолеты приближаются, американский командующий вице-адмирал Риббек приказывает командующему авианосной группой контр-адмиралу Стэмпу поднять в воздух все способные к полету истребители, каких набралось порядка шестидесяти на двух оставшихся в строю авианосцах. И вот в 10.30 начался второй этап, так называемого Солунского сражения, вначале которого схватились меж собой группы истребителей, ну а бомбардировщики и торпедоносцы устремились к своим целям.

На этот раз первой целью советских бомбардировщиков и торпедоносцев оказался уже получивший тяжелые повреждения американский супер авианосец «Китти Хок». В 10.37 его атаковали сразу шесть советских Ту-2МК, и поразили его палубу сразу пятью бронебойными бомбами. Это свело на нет все усилия пожарных и аварийных команд этого многострадального полностью объятого огнем корабля, и его капитан отдает приказ покинуть гибнущий авианосец. В 10.50 пылающий и потерявший ход «Китти Хок» относит в сторону восточного побережья Греции (а именно Хал-кидонского полуострова) и он садится на мель. К этому моменту фрегаты и эсминцы сопровождения уже практически сняли с него всех людей, и в 11.05 на борту «Китти Хок» раздается серия мощных взрывов, это взрываются погреба боезапаса и емкости с авиационным бензином. Здесь можно сказать, что представляющий собой пылающий факел обреченный американский авианосец будет догорать на этой отмели еще в течение целой недели.

В 10.40 пять советских бомбардировщиков и три торпедоносца атакуют также тяжело поврежденный в результате перовой атаки американский супер авианосец «Констеллейшн». На этот раз три самолета атакуют противника с пикирования, а два бомбардировщика проводят топ-мачтовое бомбометание, кроме этого три советских торпедоносца СПБ-52 сбрасывают свои торпеды с дистанции всего в пятьсот метров и попадают ими в правый борт супер авианосца. Кроме этого «Констеллейшн» поражают пять бронебойных бомб в палубу и три бронебойные бомбы пробивают правый борт выше бронепояса и взрываются внутри. Одновременное поражение этого корабля таким большим количеством бомб и торпед приводит к тому, что в 11.15 объятый пламенем американский авианосец опрокидывается на правый борт и на нем взрываются котлы и погреба боезапаса. В 11.30 перевернувшийся кверху днищем «Констеллейшн» уходит на дно Солунского залива, из 5300 находящихся на его борту человек вместе с кораблем гибнет около 1780 матросов и офицеров.

Таким образом, к 11.30 американский флот теряет уже три супер авианосца из пяти, но атака советских бомбардировщиков продолжалась.

11.35 пять советских бомбардировщиков прорываются к флагманскому авианосцу «Америка» и атакую его с пикирования. В результате этой атаки, несмотря на маневрирование американского корабля четыре советские бронебойные бомбы пронзают его полетную палубу и взрываются внутри. На корабле вновь возникает сильный пожар и по приказу контр-адмирала Дональда Стэмпа «Америка» начинает разворачиваться, чтобы лечь на обратный курс. В этот момент на него выходят в атаку четыре советских торпедоносца, которые сбрасывают торпеды с дистанции всего в шестьсот метров. Таким образом, в 11.45 четыре советские торпеды с боевой частью в 320 кг «ТГА» вонзаются в борт «Америки» и огромный корабль начинает крениться и тонуть. 11.50 на авианосце раздается серия сильных взрывов, это огонь добирается до погребов боезапаса и цистерн с авиационным бензином.

К 12.00 сплошной пожар охватывает практически весь гигантский корабль, и члены его экипажа начинают прыгать за борт, где их поднимают на борт фрегаты и эсминцы охранения.

12.30 пылающая «Америка» ложится на бок и через пару минут перевертывается кверху килем. 12.37 супер авианосец скрывается в водах греческого залива, при этом вместе с ним гибнет большая часть его экипажа (около 4000 человек) вместе с контр-адмиралом Дональдом Стэмпом.

Ну а что же происходит с последним американским авианосцем, названным в честь 32го президента США. Как это ни странно но «Франклин Д. Рузвельт» в течение всего сражения успешно отражает атаки советской авиации и уворачивается от падающих на него бомб. При этом он продолжает принимать и выпускать свои боевые самолеты и когда становится понятно, что идущей впереди «Америке» приходит конец, капитан «Франклина…» кэптен Роберт Хотс разворачивает свой корабль на обратный курс и направляет его в гавань Салоники. Таким образом, благодаря слаженным и умелым действиям своего экипажа «Франклин Д. Рузвельт» остается единственным американским авианосцем, который сумел уцелеть в ходе этого страшного и кровопролитного сражения.

Ну, а что же с американскими линкорами и крейсерами. Так или иначе, но они также подверглись многочисленным атакам советских бомбардировщиков и торпедоносцев. Еще в 10.30 десять советских бомбардировщиков наносят удар по следующим в кильватерной колоне американским линейным кораблям. И хотя их встречает сильнейший зенитный огонь средств ПВО американских кораблей, шесть Ту-2МК прорываются и наносят бомбовый удар по ним, при этом две БРАБ-250 поражают линейный корабль «Вест Виргиния» и три БРАБ-250 шедший замыкающим линкор «Мериленд». При этом все эти бомбы пробили верхнюю более толстую палубу американских линкоров (здесь следует сказать, так как схема горизонтального бронирования этих кораблей была выполнена «вверх ногами» и при этом сброшенные с пикирования советские бронебойные бомбы пробивали её насквозь) и далее поражали внутреннюю противоосколочную палубу и взрывались глубоко внутри. В результате на «Вест Виргинии» оказались выведены котельное и машинное отделения, и его скорость снизилась до 15 узлов. Ну а на «Мериленде» одна из бронебойных бомб попадает в корму и выводит из строя рулевое управление, а две другие пробивают верхнюю палубу в районе грот мачты, разносят вдребезги несколько помещении и там возникает сильный пожар. Тем не менее, американские корабли продолжают двигаться к выходу из залива и к 11.00 сближаются с линейными силами русской эскадры до дистанции в 100 кабельтовых (18,5 километров).

И вот линкоры и линейные крейсера открывают артиллерийский огонь. Здесь конечно сразу же сказался огромный перевес русских в крупных боевых кораблях и орудиях главного калибра. Так против трех американских линкоров (всего 32 орудия в 406 мм) и четырех тяжелых крейсеров (38 орудий в 203 мм) русские выставили четыре линейных корабля (36 орудий в 380 мм) и четыре линейных крейсера (27 орудий в 305 мм и 10 орудий в 280 мм). Здесь следует сказать, что находившиеся на флангах главных сил советские крейсерские отряды первоначально в сражении не участвовали. И, тем не менее, советский командующий вице-адмирал Георгий Николаевич Иваньков развернул свои корабли бортом к противнику, и русские практически засыпали американский флот тяжелыми снарядами.

Видя, что его соединение оказалось в неприятной диспозиции американский командующий вице-адмирал Вильям Риббек приказывает своим кораблям повернуть курсом на юг и попытаться вырваться из мешка Солунского залива за кормой советских кораблей. И тут ему преграждает путь крейсерский отряд контр-адмирала Аркадий Григорьевича Вольного в составе тяжелых крейсеров «Память Азова», «Ад. Корнилов», «Ад. Истомин» (36 орудий в 203 мм) и легких крейсеров «Очаков», «Кагул», «Ворошилов» (25 орудий в 180 мм). Таким образом, американский флот оказывается под перекрестным огнем сильно превосходящих сил противника.

К 11.40 в американский флагманский линкор «Колорадо» попадает шесть крупнокалиберных снарядов (380 мм и 305 мм), на нем оказывается, выведена из строя вторая башня главного калибра и разбиты спардек и вторая дымовая труба. В линейный корабль «Вест Виргиния» попадает три снаряда (380 мм) в шедший вторым с трудом управляющийся линкор «Мериленд» так же три снаряда (380 мм), а вот американским крейсерам достается намного больше. Так крейсер «Пенсакола» получил десять попаданий крупнокалиберных снарядов (305 и 203 мм), крейсер «Солт-Лейк-Сити» восемь попаданий (280 и 203 мм), крейсер «Хелена» (шесть попаданий (203 и 180 мм), ну и крейсер «Бремертон» три попадания (180 мм).

В 11.50 американский командующий вице-адмирал Риббек видя, что его соединению грозит полное уничтожение, отдает приказ: «всем кораблям повернуть назад и укрыться в гавани Салоник». На что командующий крейсерским отрядом контр-адмирал Ник Ленгли приказывает подчиненным ему крейсерам развить полную скорость и попытаться прорваться в Эгейское море. Это было полное неподчинение приказу вышестоящего командира, за что впоследствии адмирал Ленгли был отстранён от командования и отправлен в отставку. Однако, тем не менее, американскому крейсерскому отряду удалось выдержать короткое и кровопролитное сражение и прорваться в открытое море. В дальнейшем четыре изуродованных русскими снарядами крейсера адмирала Ленгли добрались до египетской Александрии, где и остались той самой единственной силой противостоящей советскому флоту в восточном Средиземноморье.

12.10 линейные силы американского флота кое-как разворачиваются на обратный курс, и адмирал Иваньков бросает на уничтожение противника всю имеющуюся в наличие авиацию.

12.20 пять советских торпедоносцев СПБ-52 атакуют плохо управляемый и поврежденный линкор «Мериленд», они приближаются к нему на дистанцию в тысячу метров и сбрасывают свои торпеды, три из которых поражают американский линейный корабль в правый борт. Тем не менее, удар этих смертоносных сигар принимает на себя противоторпедная защита и «Мериленд» лишь получает небольшой крен и дифферент на нос.

12.30 еще три советских торпедоносца снова атакуют «Мериленд» и всаживают в его многострадальный правый борт две торпеды в район носа. Американский корабль еще больше крениться, и погружается носом в море. Однако тут следует сказать, что советские авиационные торпеды 45-56НТ с боевой частью в 320 кг «ТГА» оказались недостаточно мощными и не могли в большинстве случаев пробить противоторпедную защиту американских линейных кораблей. Поэтому основной эффект от применения этих торпед оказывался при их попадании в носовую и кормовую часть корпуса, где не было ПТЗ. В результате скорость линкора падает до 12 узлов и этот практически полностью неуправляемый корабль становится лакомой добычей для пикирующих бомбардировщиков.

12.35 четыре пикирующих бомбардировщика Ту-2МК атакуют «Мериленд» и попадают в него четырьмя бронебойными бомбами, которые проходят сквозь верхнюю и внутреннюю бронепалубы и взрываются внутри. Над гибнущим кораблем в средней части корпуса возникает огромный огненный столб взрыва, что говорит о том, что на нем сдетонировали погреба боезапаса среднего калибра. В 12.37 горящий «Мериленд» опрокидывается на правый борт и через несколько минут переворачивается кверху килем. В 12.45 этот американский линкор быстро погружается в море, оставляя на воде немногочисленных плавающих членов его команды.

12.30 пять советских пикировщиков атакуют американский линейный корабль «Вест Виргиния» и поражают его шестью бронебойными бомбами. Они прошивают верхнюю и внутреннею бронепалубы корабля и проходят глубоко внутрь корпуса, где и взрываются. При этом одна из двухсот пятидесяти килограммовых бомб доходит до погребов главного калибра первой передней башни. Страшной силы взрыв разрывает корпус американского линкора на две части при этом носовая оконечность быстро уходит под воду, передняя рубка, фок-мачта и первая дымовая труба скрываются в огненном смерче, ну а остальная объятая огнем часть корпуса «Вест Виргинии» остается дрейфовать по поверхности Солунского залива еще примерно в течение часа. К ней подходят эсминцы сопровождения и принимают на борт оставшихся в живых матросов и офицеров этого американского корабля. В 13.25 остатки пылающей и покинутой всеми «Вест Виргинии» уходят под воду.

Ну а что же касается флагманского линкора вице-адмирала Риббека «Колорадо». Ему как это ни странно, но повезло больше. Получив от кораблей советской эскадры к 12.30 около дюжины тяжелых снарядов, лишившись в результате этого боя второй башни главного калибра и половины всей артиллерии среднего и зенитного калибра, он был атакован тремя пикирующими бомбардировщиками и тремя торпедоносцами. Однако благодаря умелому маневрированию в результате этой атаки в него попадает всего одна бронебойная бомба и две торпеды в центральную часть корпуса, удары которых уверенно воспринимает мощная ПТЗ этого линейного корабля. В 12.50 «Колорадо» выходит из боя и, имея на борту сильные повреждения, направляется вглубь Солунского залива. Туда же уходят и крейсера с эсминцами и фрегатами. Советский флот приступает к блокаде остатков американского флота в гавани греческого порта Салоники.

7. Галлипольская катастрофа.

- Мне может, кто ни будь сказать, что же произошло на самом деле с нашим флотом в Эгейском море!? – практически прокричал 35й президент США Джон Ф. Кеннеди вечером 1го марта 1961 года в овальном кабинете «Белого дома».

- Информация крайне противоречивая, господин президент, - ответил стоящий как мальчик посреди кабинета морской министр Джон Бо́уден Ко́нналли, - по имеющимся данным русские всего за пару часов нанесли поражение нашему Средиземноморскому флоту и сейчас блокировали его в гавани греческих Салоник.

- И что!? Как такое возможно!? Каковы потери нашего флота? – снова последовало со стороны президента Соединенных Штатов.

- Каких либо подробных данных пока нет. Известно лишь, что в сегодня днем в районе Солунского залива произошло большое сражение. Кроме этого так же стало известно, что еще 27 февраля английский флот лишился в сражении у Галлипольского полуострова двух авианосцев и одного крейсера, при этом, где он находится сейчас не известно.

- И что же!? Каковы ваши предложения!?

В этот момент в овальный кабинет вошел государственный секретарь Дейвид Дин Раск.

- А, вот и госдепартамент пожаловал. - Последовало со стороны президента Кеннеди. – Что вы хотите нам сообщить?

- Господин президент, - Дейвид Д. Раск открыл находившуюся в его руках папку и продолжил, - только что нами получено сообщение от нашего консула в греческих Салониках, в котором говориться, что наш Средиземноморский флот разгромлен и практически полностью уничтожен.

- Как так? Что еще сообщает консул?

- Из его сообщения следует, что остатки нашего флота находятся в гавани Салоник, которые блокированы русскими. Вице-адмирал Вильям Риббек жив, но получил серьезную контузию и ранение в ногу.

- В сообщении говориться, что ни будь о потерях нашего флота?

- Нет, господин президент. Считаю, что это будет известно не ранее завтрашнего дня.

…

На следующий день 2го марта 1961 года в «Белом доме» было созвано расширенное заседание правительства США. Основной повесткой дня на этом заседании была названа выработка новой стратегии боевых действий в войне против Советского Союза. Ну, а на самом же деле там решено было разобрать причины поражения в Эгейском море и решить, что делать далее.

Итак, основное место во главе большого стола из темного дуба занял президент Соединенных Штатов Джон Ф. Кеннеди. Справа от его стола в коричневом кресле сидел вице-президент Линдон Джонсон, а слева в другом таком же кресле находился государственный секретарь Дейвид Раск. Кроме этого в кабинете президента находилось два длинных кожаных дивана, на одном из которых расположились министр финансов Кларенс Диллон, министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди, а также начальник ЦРУ Аллен Даллес. Другой же диван заняли военные деятели правительства, а именно министр обороны Роберт Макнамара, министр армии Элвис Стар, министр военно-воздушных сил Юджин Цукерт, а также морской министр Джон Ко́нналли.

И вот примерно в 11 часов по восточно-американскому времени заседание началось:

- Итак, господа, вижу, что все основные лица собрались. Поэтому считаю целесообразным начать наше совещание, - на этот раз уже более спокойно начал говорить президент, - первое слово предоставляется министру военно-морских сил США господину Ко́нналли. Прошу вас доложить нам по существу вопроса.

Джон Конналли встал и, раскрыв большую черную папку начал читать:

- Господа. 1го марта 1961 года в Солунском заливе Эгейского моря произошло сражение между американским и советскими флотами. В результате этого боестолкновения наш флот потерял четыре новейших супер авианосца и два линейных корабля…

- Да как так можно!!! Наш командующий, что, оказался совсем неспособным к руководству вверенным ему флотом! – громогласно прервал доклад морского министра министр юстиции Роберт Кеннеди.

- Господа давайте сначала дослушаем доклад господина Конналли! Не будем пока обобщать свое мнение с мнением специалистов, - вставил свое слово Роберт Макнамара.

- С вашего позволения я продолжу. - Последовало со стороны морского министра, после чего он продолжил доклад. – Господа, и так, я на данный момент в греческом порту Салоники находятся авианосец «Франклин Д. Рузвельт», линейный корабль «Колорадо» (здесь следует сказать, что он тяжело поврежден), тяжелые крейсера «Тускалуза» и «Уичита», легкие крейсера «Ричмонд», «Фарго», «Провиденс», «Атланта», а так же крейсера-скауты «Сан-Диего» и «Джюно». Кроме этого в там же находятся восемь фрегатов, четыре корвета и десять эскадренных миноносцев. Сам же командующий нашим флотом вице-адмирал Вильям Риббек находится в госпитале в Салониках. Кроме этого четыре наших тяжелых крейсера «Пенсакола», «Солт-Лейк-Сити», «Хелена» и «Бремертон» под командованием контр-адмирала Ника Ленгли вырвались из Солунского залива и сейчас подходят к египетской Александрии. Там же находятся и три крейсера скаута «Окленд», «Рино» и «Флинт», а также четыре эсминца. Это вся информация по дислокации нашего флота на сегодняшний день. Хочу так же сообщить уважаемым членам кабинета, что британский флот потерял два новых авианосца и один легкий крейсер и в настоящее время движется в сторону Мальты.

Здесь морской министр замолчал, и вопрос задал, министр армии Элвис Стар:

- Каковы же наши потери в людях и авиации?

- Общие потери составляют около десяти тысяч человек, ну а палубная авиация понесла очень и очень существенный урон. Погибло порядка двухсот истребителей и двухсот бомбардировщиков-торпедоносцев. Кроме того многие находившиеся в воздухе самолеты дотянули до берега и сделали вынужденную посадку на греческой земле, кроме этого многим пришлось садиться на воду.

- А что у нас имеется по флоту Советов? – задал вопрос министр обороны Роберт Макнамара.

- В настоящее время советский флот находится в горле Солунского залива и осуществляет блокаду Салоник, - снова ответил Джон Конналли и сразу после него неожиданно для всех заговорил начальник ЦРУ Аллен Даллес:

- Господа, только что пришло сообщение, что через Дарданеллы в направлении Стамбула проследовали два русских авианосца. По всей видимости, они получили серьезные повреждения, и им требуется серьезный ремонт.

После этой реплики слово снова взял президент Кеннеди:

- Ну что же, господа. Я не знаю, как я буду выступать перед конгрессменами и что мы скажем народу Соединенных Штатов, но то, что Средиземноморского флота у нас более нет, это очевидно. Жду ваших высказываний по существу данного вопроса.

В кабинете повисла гробовая тишина, которую решился нарушить лишь вице-президент Линдон Джонсон:

- Уважаемые члены кабинета, прежде всего, считаю целесообразным подготовить подробное и обстоятельное коммюнике, которое необходимо не позднее, чем завтра утром опубликовать во всех основных американских изданиях. Думаю, что в нем мы спишем все на неблагоприятное стечение обстоятельств и огромный перевес флота Советов в авиации и крупных боевых кораблях.

- Думаю, что надо обязательно упомянуть о мужестве и героизме американских моряков и летчиков, - добавил к вышесказанному государственный секретарь Дейвид Раск, - и кроме того, не стоит забывать о Греции. Пусть греческое правительство потребует немедленного снятия блокады и ухода советского флота из греческих вод.

- Да, это необходимо, иначе нам ни как не вызволить наши корабли из гавани Салоник, - высказался министр финансов Кларенс Диллон.

- Кстати думаю, что министерство финансов найдет средства на выплату пособий пенсий погибшим морякам и летчикам, - произнес брат президента Роберт Кеннеди.

- Да, мы немедленно займемся этим вопросом.

- Это все хорошо, но меня беспокоит один очень и очень важный вопрос, - последовало со стороны Роберт Макнамара, - а именно, что теперь будет с нашими Турецкими фронтами. Проще говоря, теперь, когда мы лишились нашего Средиземноморского флота, как мы будем снабжать всем необходимым наши войска на Галлипольском полуострове, в центральной Турции и на Ближнем Востоке? И, вообще, уважаемые господа, считайте, что транспортные артерии через Суэцкий канал перерезаны русским флотом, ибо мы проиграли битву за Средиземноморье.

- Нам надо как можно скорее послать дополнительные силы флота в Средиземное море! – громко высказался государственный секретарь Дейвид Раск.

- Какие!? – Так же громко парировал его министр обороны. – Вы что забыли, что наш Атлантический флот потерпел тяжелое поражение в Арктике. Вот морской министр вам скажет, чем мы сейчас располагаем в Атлантике?

- Сейчас в распоряжении Атлантического флота находится всего два авианосца «Йорктаун» и «Хорнет», а также три линкора и около двух десятков крейсеров. Все эти силы защищают восточное побережье Соединенных Штатов и их едва хватает, что бы контролировать торговые пути через северную Атлантику, - ответил Джон Ко́нналли.

- Ладно, господа, не стоит ругаться. Мы получили серьезный урок и надо как-то выходить из сложившегося положения, - примирительно сказал президент Кеннеди, - кроме того не забывайте, что мы ведем войну против Советского Союза еще и на дальнем востоке. Скажу вам прямо, меня очень и очень настораживает ситуация на Аляске, там до Анкориджа русским войскам осталось всего порядка ста километров и что будет если мы потеряем этот основной порт, даже страшно сказать. Мы потеряем практически всю Аляску.

- Мы можем перебросить на Аляску две пехотные дивизии и две бригады морской пехоты, которые планировалось отправить на Хоккайдо. Надеюсь, эти войска смогут отбросить русских назад, - ответил министр обороны.

- Хорошо, так и сделаем, но что будет с нашим экспедиционным корпусом на Галлипольском полуострове? – снова задал вопрос Джон Кеннеди.

- Теперь, когда они лишились снабжения и помощи флота, имеется лишь один вариант, это эвакуировать их оттуда, - ответил вице-президент Линдон Джонсон.

- Как!? Наш флот сам блокирован в Салониках, а англичане отступили, аж, на Мальту, - воскликнул брат президента Роберт Кеннеди, - и вообще, сколько всего там наших войск?

- Сейчас в распоряжении генерала Джона Фрэнка Биллоси находится порядка двадцати пяти тысяч американских и пятнадцати тысяч британских солдат, - ответил Роберт Макнамара.

- И что их ждет? – задал вопрос Роберт Кеннеди.

- Гибель или плен, - ответил министр обороны.

- Да как вы можете так говорить! Надо немедленно решить вопрос об их снабжении или эвакуации, - истерично произнес брат президента.

В общем если подводить итоги, то это заседание в «Белом доме» не привело ни каким-либо глобальным решениям и все покатилось как «снежный ком».

…

Прежде всего, уже на следующий день после Солунского сражения советские войска под командованием генерала армии Филиппа Ивановича Голикова начали массированное наступление на находящийся на южной оконечности Галлипольского полуострова американо-британский экспедиционный контингент генерала Биллоси. При этом советские силы сделали акцент при этом наступлении на четыре свежие танковые бригады и массированное применение фронтовой авиации, которая теперь полностью господствовали в воздухе над Галлиполи. Выдержать столь мощный натиск наступающих советских сил союзники не смогли и стали в панике отступать к юго-западному побережью полуострова. Однако появившиеся в этом районе Эгейского моря советские крейсера практически полностью закрыли возможность эвакуации союзных сил Северо-Атлантического блока с Галлипольского полуострова. Кроме этого их артиллерия периодически наносила огневые удары по скопившимся в панике на берегу американо-британским войскам. В общем уже 3го марта 1961 года ситуация на Галлипольском полуострове приблизилась к катастрофе.

4го марта советские войска при активном участии танков и авиации отбили у войск союзников стратегически важный населенный пункт Крития. При этом защищавшие этот поселок американские войска были оттеснены к южной оконечности полуострова. Английский же контингент закрепился на юго-западном побережье и с большим трудом сдерживал наступление советских сил 8й армии генерала Голикова. К вечеру 5го марта у обороняющихся сил союзников по Северо-Атлантическому блоку стали подходить к концу боеприпасы, а потери в живой силе составили более семи тысяч. При этом полевые госпиталя были переполнены, и раненых приходилось укладывать прямо под открытым небом. Находящийся вместе со своими войсками командующий экспедиционным контингентом американский генерал Джон Фрэнк Биллоси запросил срочной помощи у флота, но в ответ он получил сообщение, где говорилось, что его войскам необходимо держаться и держаться.

6го марта советский танковый кулак мощным ударом рассек оборону союзников в юго-западном направлении и таким образом разделили обороняющиеся на полуострове английские и американские войска. К вечеру того же дня потери войск Северо-Атлантического блока составляли уже двенадцать тысяч убитыми и около десяти тысяч ранеными. Это было полное фиаско, и по согласованию со своим штабом генерал Биллоси запросил у русских двенадцати часовое перемирие, для консультаций по поводу почетной капитуляции. Что ни говори, но советское командование генерала Голикова пошло навстречу союзникам и приостановило боевые действия на Галлиполи.

И вот 7го марта 1961 года в пяти километрах к югу от Критии командующий экспедиционными силами Северо-Атлантического блока генерал Джон Фрэнк Биллоси подписал документ, подтверждающий полную капитуляцию сил союзников на Галлипольском полуострове. Таким образом, в этот весенний день одна из точек напряжения в войне была ликвидирована, всего в плен советским войскам попало порядка двадцати тысяч американских и двенадцать тысяч британский военнослужащих. Что и сказать, но это был очень и очень серьезный удар по военной стратегии англо-американского блока, и являлось серьезной победой Советского Союза в западной части Турции. Кроме этого высвободившиеся силы 8й ударной армии теперь перебрасывались в Малую Азию, где с турецко-британско-американскими войсками сражались войска западного фронта и где генерал Филипп Иванович Голиков сменил генерала армии Дмитрия Данииловича Лелюшенко.

8. Меры военной политики.

Что ни говори, но поражение англо-американских войск на Галлипольском полуострове сильнейшим образом сказалось на мировой экономике. Так акции ведущих американских компаний упали сразу на десять-двенадцать процентов, зашатало и мировые биржи, ну а победа советского флота в Солунском заливе позволило полностью перекрыть проход танкерам из Персидского залива через Суэцкий канал. Таким образом, арабская нефть подорожала, как минимум на двадцать пять процентов по отношению к марту 1960 года. Все это негативным образом сказалось на экономике Соединенных Штатов, однако правительство Джона Кеннеди сумело выправить ситуацию за счет огромных денежных вливаний во внутренний экономический рынок.

Тем не менее, к концу марта силы американского флота получили серьезное подкрепление, а именно с ремонта вышли три линейных корабля («Саут Дакота», «Алабама» и «Индиана») и большой крейсер «Пуэрто-Рико». Эти корабли наиболее сильно пострадали в ходе сражения в Баренцевом море в середине февраля 1961 года. Кроме этого американский флот готовился пополнить свой состав новыми кораблями, а именно ходовые испытания проходили тяжелые крейсера «Астория», «Филадельфия» и «Савана», а также последние пуско-наладочные работы завершались на сильнейшем супер линкоре «Джорджия». Не остались без пополнения и легкие силы флота США, туда вошли новые корабли, а именно шестнадцать фрегатов типа «Ингрем» и восемь эскадренных миноносцев типа «Берри». Однако очень и очень плохо было с авианосцами, тем более что после гибели двух таких кораблей в Арктике и четырех супер авианосцев в Эгейском море в распоряжении Атлантического флота США осталось всего два боеспособных авианосца времен Второй Мировой войны. Ну и еще один ударный авианосец, который блокирован в греческом порту Салоники. Поэтому правительство Джона Кеннеди поставило перед судостроителями серьезный вопрос о строительстве как минимум пяти ударных авианосцев типа улучшенный «Мидуэй».

30 марта 1961 года было выдано техническое задание и 2 апреля заложены первые три корабля (они получили название «Филиппин Си», «Сайпан» и «Гарри Трумэн»), ну а 10 апреля состоялась закладка оставшихся двух авианосцев («Карл Винсон» и «Дуайт Эйзенхауэр»). Однако, тем не менее, но полная постройка этих кораблей должна была занять около четырех-пяти лет, а что делать до этого никто не знал.

Ну а что же советский флот. Он так же пополнился новыми кораблями, а именно наконец-то полностью вошел в строй уже побывавший в сражении линкор «Кремль», а также на ходовые испытания в Мурманск пришли легкие крейсера «Кузьма Минин» и «Дмитрий Пожарский». На Балтике в строй вошли линкор «Октябрьская революция», линейный крейсер «Кронштадт», авианесущий крейсер 2го ранга «Калининград», тяжелый крейсер «Ген-ад. Апраксин», а также легкие крейсера «Чапаев» и «Орджоникидзе». Ну и как говорилось уже ранее в состав Черноморского флота вошли тяжелые крейсера «Ад. Сенявин» и «Ад. Спиридов», а на Дальнем Востоке легкие крейсера «Ад. Невельской» и «Ад. Бутаков». Таким образом, к началу апреля 1961 года советские кораблестроители сдали флоту практически все корабли, заложенные до начала войны.

Ну а теперь вернемся к мерам глобальной политики, а именно к тому, как в Кремле восприняли поражение Англо-американского блока в Турции и Эгейском море, а также каково было планирование действий на новую кампанию весны-лета 1961 года.

Итак, расширенное заседание Государственного Комитета обороны под председательством товарища Лаврентия Павловича Берии состоялось в Большом Кремлевском кабинете 15 апреля 1961 года.

- Товарищи! Прошу всех тишины! – Начал заседание председатель ГКО. – Товарищи. Надеюсь всем присутствующим известно, что совсем недавно, а именно 7го марта находящиеся на Галлипольском полуострове англо-американские войска капитулировали. Таким образом, пролив Дарданеллы снова находятся под полным нашим контролем, и полностью обеспечивает выход советских кораблей в Эгейское море. Кроме этого немного ранее, точнее 1го марта эскадра нашего Черноморского флота нанесла американцам сильнейшее поражение в районе Солунского залива, в результате которого противник потерял четыре новейших авианосца и два линкора. По существующей ситуации в районе Эгейского и Средиземного моря прошу высказаться начальника главного морского штаба.

Адмирал Федор Владимирович Зозуля встал и подошел с указкой в руке к большой висевшей на стене карте восточного Средиземноморья:

- Товарищи. Хочу еще раз напомнить вам, что 1го марта наш Черноморский флот нанес противнику серьезное поражение в районе Солунского залива. В результате этого боестолкновения американский Средиземноморский флот потерял четыре новейших супер авианосца и два линкора. На сегодняшний день остатки американского флота блокированы в греческом порту Салоники и перед нами возникла дилемма атаковать или не атаковать их прямо на рейде.

Здесь адмирал Зозуля замолчал, и слово взял командующий ВМС Советского Союза адмирал Сергей Георгиевич Горшков:

- Товарищи, мы не можем вечно держать крупные силы флота в этом районе. Так что вы скажите по этому вопросу? Особенно нас интересует мнение министерства иностранных дел.

- Греческое правительство еще 2го марта направило нам ноту протеста в связи с масштабными боевыми действиями в Солунском заливе. МИД считает, что хотя Греция и член Северо-Атлантического блока, она не учувствует напрямую в боевых действиях и нам нежелательно атаковать противника в ее водах и портах, - ответил министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко.

- Я думаю также. Пусть флот немедленно уходит из греческих вод, и не препятствуют выходу американских кораблей из Салоник, - добавил Лаврентий Берия.

- Что же… Мы немедленно передадим это решение командованию нашей эскадры, - констатировал адмирал Горшков.

- Прошу вас продолжить доклад.

И адмирал Зозуля снова заговорил:

- На сегодняшний день основные силы эскадры Черноморского флота находятся у входа в Солунский залив, кроме этого один из крейсерских отрядов усиленный линейным крейсером «Нарком Ворошилов» находятся у южной оконечности Галлипольского полуострова, обеспечивая морскую блокаду находящихся там экспедиционных сил Северо-Атлантического блока.

Здесь адмирал Зозуля снова замолчал, так как последовала реплика со стороны председателя ГКО Берии:

- Извините адмирал, но мы вас снова перебьем. Товарищ министр обороны доложите, как продвигаются дела в районе Дарданелл?

- На сегодняшний день англо-американские войска на Галлипольском полуострове полностью разоружены и сейчас мы переправляем их личный состав на север европейской части Турции в специально подготовленные лагеря. Пользуясь предоставленным моментом, хочу также довести до членов ГКО, что в наш плен попало двадцать одна тысяча двести пятьдесят два военнослужащих Соединенных Штатов и двенадцать тысяч семьсот пятнадцать военнослужащих Великобритании, это включая раненых которым оказывается вся необходимая медицинская помощь. Кроме этого в числе пленных находится пять генералов во главе с командующим экспедиционными силами Северо-Атлантического блока генералом армии Джоном Фрэнком Биллоси который и подписал акт о капитуляции этих сил, - последовал основательный и подробный доклад со стороны министра обороны маршала Родиона Яковлевича Малиновского.

Здесь в кремлевском кабинете раздались многочисленные положительные возгласы, после который снова заговорил Лаврентий Павлович Берия:

- Спокойно, спокойно товарищи! Я, конечно, понимаю, что эти победы нашего флота и наших вооруженных сил воодушевляют всех, но давайте дослушаем уважаемого начальника главного морского штаба.

И адмирал Зозуля продолжил:

- Товарищи теперь мы вместе с командованием Черноморского флота пришли к выводу, что основной базой для наших кораблей может снова стать оккупированный нашими сухопутными войсками турецкий порт Измир. Там есть сильная производственная база и полная инфраструктура необходимая для полноценного базирования крупного соединения боевых кораблей. Кроме этого оттуда крайне удобно наносить удары по коммуникациям противника в восточном Средиземноморье, проще говоря, наш флот готов нанести удар по судоходному пути через Суэцкий канал и блокировать путь транспортам противника которые обеспечивают войска союзников в центральной Турции и Ближнем Востоке. Это все что я хотел бы сказать о ситуации на южном театре военных действий.

- Товарищ адмирал, прошу вас сказать несколько слов о наших делах в Арктике, а после перейди к Дальневосточному театру военных действий, - последовало со стороны председателя ГКО, после чего адмирал Зозуля продолжил:

- На севере товарищи сейчас полное затишье. Наш Северный флот нанес в феврале серьезное поражение англо-американскому флоту и надолго отбил у них желание появляться в наших Арктических водах. Сейчас флот отдыхает, лишь легкие силы Архангельского оперативного отряда обеспечивают работу ледоколов и проводку транспортных караванов в западной части Северного морского пути. Скажу сразу большая удаленность этого региона от баз Северо-Атлантического блока, крайне отрицательно сказывается на активности боевых действий. Думаю, что до начала лета там никаких серьезных столкновений не предвидится.

- Это дает нам дополнительное время на подготовку к новой летней кампании, - добавил главнокомандующий ВМС адмирал Горшков. - Но я бы хотел поднять один вопрос который имеет существенное значение для нашего Тихоокеанского флота, а именно, как только позволит ледовая ситуация мы планируем перевести по Северному морскому пути линейный корабль «Кремль» на Дальний Восток.

- Чем это мотивировано?

- Прежде всего, это то, что наша 2я Тихоокеанская эскадра сейчас уступает американскому флоту по количеству линейных кораблей. Переход линкора «Кремль» позволит добиться равенства сил с противником, тем более главный морской штаб считает, что основные боевые действия предстоящей кампании развернуться в северной части Тихого океана, - пояснил начальник главного морского штаба.

- Ну что же. Если моряки так считают, то пусть так и будет, - констатировал Берия, после чего он добавил, - адмирал Зозуля. Прошу вас сесть, а слово представляется начальнику генерального штаба маршалу Захарову. Прошу вас доложить, прежде всего, о ситуации на Дальнем Востоке.

Маршал Матвей Васильевич Захаров встал и занял место адмирала Зозули, при этом два офицера быстро и умело заменили на стене карту театра военных действий. После этого маршал Захаров начал доклад:

- Товарищи, на сегодняшний день наши войска на Аляске находятся всего в ста километрах от главной военной базы американцев Анкориджа, поэтому генеральный штаб планирует с наступлением лета, а именно когда просохнут дороги, начать массированное наступление в направлении на юг. Таким образом, мы рассчитываем занять всю территорию этого американского штата в районе Анкориджа и южнее, после чего приступить к десантной операции на Алеутские острова и архипелаг Александра. Однако успех этой кампании зависит от того, сумеет ли наш флот обеспечить сухопутным войскам соответствующую поддержку.

- Что же понятно. Что скажет главнокомандующий ВМС?

- Именно для этого мы и панируем усилить 2ю Тихоокеанскую эскадру еще одним линейным кораблем, - ответил адмирал Горшков, после чего маршал Захаров продолжил:

- Для обеспечения преимущества наших сил и успеха наступления мы планируем перебросить в распоряжение маршала Москаленко пять мотострелковых дивизий, две танковые бригады и артиллерийский полк. Эти силы сейчас формируются на Чукотке, и в ближайшее время мы начнем их переброску на Аляску, чтобы к началу лета они заняли свое исходное положение. Это что касается северо-восточного театра военных действий, теперь же я с вашего позволения перейду к ситуации на Хоккайдо. А вот там положение складывается отнюдь не в нашу пользу, ибо нам пришлось оставить Хакодате и теперь практически весь полуостров Осима и значительная часть южного побережья острова находятся под контролем сил союзников. Кроме этого войска генерала Коллинза сейчас усиленно штурмуют нашу оборону в районе Саппоро, и нам с большим трудом удается отражать их атаки. По данным разведки сейчас на Хоккайдо находится порядка двухсот пятидесяти тысяч солдат Соединенных Штатов, Великобритании, Канады, Австралии и Новой Зеландии. Для сравнения под командованием генерала Николая Ивановича Крылова сейчас находится порядка двухсот двадцати тысяч человек, и мы сейчас спешно перебрасываем на Хоккайдо через Сахалин еще пять мотострелковых дивизий, две танковые бригады и два артполка из восточной группы войск.

Здесь маршал Захаров замолчал, и слово взял председатель КГБ Александр Николаевич Шелепин:

- Товарищи, по данным нашей агентуры американцы планировали перебросить на Хоккайдо четыре только что сформированные пехотные дивизии, но в связи с обострением ситуации они теперь будут переправлены на Аляску. Так что там нас ждут серьезные проблемы.

- Да, действительно. Это очень серьезно, - последовало со стороны Лаврентия Берии, - но, кстати, мы как-то говорили о том, что на Хоккайдо будут переброшены крупные силы авиации?

После этого вопроса председателя ГКО слово взял командующий ВВС маршал авиации Константин Андреевич Вершинин:

- Мы уже перебросили на Хоккайдо дополнительные силы: два бомбардировочных и два истребительных полка. Что касается Аляски, то туда в ближайшее время также будут отправлены два полка истребителей и два полка бомбардировщиков, мы ждем, когда сойдет снег и подсохнет почва.

- Я считаю, что нам следует переправить на Дальний Восток дополнительные силы авиации из центральной и европейской части страны. Подумайте над этим, - вынес свою резолюцию Лаврентий Павлович, после чего он добавил, - прошу вас продолжить доклад.

И маршал Захаров снова заговорил:

- Сейчас главное то, что для того, чтобы переломить ситуацию на Хоккайдо нам надо, чтобы флот исправил ситуацию на море, ибо основная помощь сухопутным войскам генерала Коллинза, оказывается, по морю, а также палубной авиацией союзного флота.

- Что скажут на это моряки?

Слово взял главнокомандующий адмирал Горшков:

- Мы это прекрасно понимаем, но сейчас наша 1я Тихоокеанская эскадра сильно уступает силам противника. У американцев сейчас в районе Сангарского пролива четыре линкора и шесть авианосцев, а у британцев три линкора, один линейный крейсер и два авианосца. Нанести им поражение на море практически невозможно.

- Но есть ли какой-либо выход?

- Может нам переправить на восток не один линкор, а весь Северный флот?

- Ни в коем случае. Северный флот сейчас обеспечивает защиту наших северных границ и свободу судоходства в Арктике, в том числе и в западной части Северного морского пути. Считаю, что наиболее целесообразно переправить в Петропавловск-Камчатский один линкор. Этого вполне достаточно, чтобы сравнять наши силы с флотом противника в районе Берингова моря и северной части Тихого океана, - дал ответ на поставленные вопросы адмирал Горшков.

- Что же, хорошо, так и поступим, - констатировал председатель ГКО, после чего добавил, - ну с вражеским флотом у Хоккайдо надо что-то придумать? Его следует нейтрализовать, иначе нам не удастся переломить ситуацию на этом северном острове японского архипелага.

И вот здесь слово взял председатель правительства Николай Александрович Булганин:

- Постойте товарищи! Здесь возникло пара мыслей, а именно: как известно не так давно американцы перенаправили два своих мощнейших авианосца от берегов Вьетнама на Хоккайдо. Это негативно сказалось на активности действий их авиации против южновьетнамских повстанцев, которые в результате перешли в наступление. Я думаю, что мы можем увеличить помощь Демократической республике Вьетнам, а через них и партизанам на юге. Это приведет к тому, что Соединенные Штаты будут вынуждены отправить часть своих боевых кораблей обратно к берегам Южного Вьетнама. Это первое, а вот второе, это то, что китайский режим Мао Цзэдуна планирует в ближайшее время начать наступление и вернуть себе контроль над аннексированным у него Вэй-хай-вэем. Думаю, что мы и тут можем оказать помощь нашим китайским товарищам. Ну а британский флот будет вынужден вернуться на свою базу, чтобы защитить её.

- Что же это дельные предложения, думаю, нам следует подумать над ними как следует, - последовало со стороны Лаврентия Павловича Берии. В общем, что ни говори, но меры глобальной политики и здесь сделали свое дело.

9. Ледовый поход.

И вот в середине апреля 1961 года линейный корабль «Кремль» в сопровождении ледоколов Архангельского оперативного отряда «Сибирь» и «И. Сталин» двинулся на восток вдоль северного побережья Советского Союза. Здесь следует сказать, что десять лет назад этот же путь проделала целая советская эскадра в составе двух линкоров, двух линейных крейсеров, а также двух авианесущих крейсеров под командованием контр-адмирала Лугового успешно прошли Северным морским путем и приняли самое непосредственное участие в боевых действиях в Беринговом море. Однако тогда переход проходил в летнее время, когда на полярные льды отступают далеко на север, теперь же переход линейного корабля «Кремль» осуществлялся в самое суровое время полярной навигации. При этом западная часть его перехода обеспечивалась военными ледоколами Архангельского оперативного отряда (от Мурманска до Дудинки), ну а восточная (от Дудинки до Петропавловска-Камчатского) ледоколами 2й Тихоокеанской эскадры. И вот линкор «Кремль» и два танкера сопровождения устремился в пробитую ледоколами брешь в арктических полярных льдах курсом на восток. По плану весь переход в 8200 морских миль должен был занять порядка двадцати-двадцати пяти дней при средней скорости хода в 10 узлов. Здесь следует сказать, что перед этим походом на линейный корабль были загружены большие дополнительные запасы топлива и провизии, теплые вещи для всех членов его экипажа (а это порядка 1400 человек), а также подробные карты Северного морского пути. Руководил этим переходом все тот же известный полярник, много раз, ходивший этими арктическими путями, контр-адмирал Василий Федорович Луговой.

- Ну что? Сможем мы пройти Северным морским путем насквозь до самого Берингова пролива? – задал вопрос адмиралу Луговому командир линкора капитан первого ранга Игнат Петрович Северский.

- Ничего два ледокола сопровождают нас сейчас, у Диксона они передадут нас ледоколам «Таймыр» и «Ямал», ну а далее за проливом Вилькицкого нас поведут до самого Тикси ледоколы «Арктика» и «Индигирка» и «А. Микоян».

- А после? Ведь далее начинается самый тяжелый участок пути.

- Там нас встретят ледоколы восточной части СМП. Они и поведут нас до самого Берингова пролива и далее до мыса Наварин в Беринговом море. Это хорошо, что сейчас погода наладилась, то есть безветренно и безоблачно, а не то нам бы пришлось всей командой скалывать лед.

Вот в таких условиях и начался этот легендарный ледовый поход. Тем не менее, советские корабли уверенно шли сквозь ледяные поля и торосы и вскоре благополучно прибыли в Диксон. Там советские корабли встретили хлебом солью местные жители, ибо все-таки впервые в этот далекий арктический порт зашел такой крупный военный корабль как линкор «Кремль». Что ни говори, в честь таких знатных гостей в центральном клубе северного городка был накрыт огромный стол и проведен большой торжественный банкет, на который были приглашены все офицеры (за исключением вахтенных) линейного корабля и сопровождавших его ледоколов. В общем, праздник удался, но отдых, к сожалению, оказался недолгим, ибо уже на следующий день советский караван вышел в дальнейший путь.

На этот раз пришлось гораздо труднее, так как, несмотря на уже весеннюю погоду льды у северного побережья полуострова Таймыр оказались достаточно толстыми и крепкими. На этот раз линейный корабль и сопровождавшие его транспортные суда вели ледоколы «Таймыр» и «Ямал», при этом значительное количество раз, им приходилось останавливаться, отходить назад и с разбегу крушить многолетние льды. В общем, скорость каравана значительно снизилась и для того, чтобы обогнуть полуостров Таймыр и добраться до Тикси потребовалось порядка двух недель. Здесь следует сказать, что за проливом Вилькицкого караван встретили ледоколы «Арктика» и «Индигирка», а в устье Лены к ним присоединился ледокол «А. Микоян». В Тикси корабли снова остановились на непродолжительный отдых, и вскоре отправился далее, на этот раз уже в сопровождении ледоколов восточной зоны Северного морского пути, а именно «Святогор» и «Ермак». Эти два корабля и повели караван вплоть до самого Берингова пролива, сделав лишь одну остановку в небольшом порту Певек. Всего же за месяц линкор «Кремль» в сопровождении ледоколов преодолел Карское море, море Лаптевых, Восточно-сибирское и Чукотское моря и пройдя около 8000 миль, вышел в Берингов пролив. Там его встретили два советских ледокола восточной зоны СМП «Х. Лаптев» и «Д. Лаптев», которые в этом районе занимались проводкой транспортных конвоев через льды северной части Берингова моря на Аляску (ведь именно так туда перебрасывались свежие военные части, боевая техника, боеприпасы, продовольствие и прочие грузы). И вот в сопровождении двух этих ледоколов 25 мая 1961 года линейный корабль «Кремль» вышел на чистую воду вблизи мыса Наварин, где его встретили советские эскадренные миноносцы. Ну и далее советский линейный корабль через два дня закончил свой полуторамесячный поход, прибыв в Петропавловск-Камчатский, где нового члена торжественно приветствовали корабли 2й Тихоокеанской эскадры.

Здесь следует сказать, что теперь с прибытием еще одного линкора силы советского Тихоокеанского флота в северной части Тихого океана сравнялись с противостоящими им силами американского флота находящимися на Аляске. В общем, проще говоря, был, достигнут полный паритет сил противоборствующих в этой войне сторон.

…

- Как вы могли допустить, чтобы Советы перебросили по своему Северному морскому пути такую сильную боевую единицу как линейный корабль из Мурманска в Петропавловск на Камчатке!? – громко вопрошал морской министр Джон Бо́уден Ко́нналли у командующего американским Тихоокеанским флотом адмирала Джона Сайдса и членов его штаба. Здесь следует сказать, что высшее лицо в сфере военно-морских сил Соединенных Штатов прибыло с официальным визитом в главный штаб Тихоокеанского флота в Перл-Харборе, что находится на острове Оаху (Гавайские острова).

- А что мы могли сделать? Советы провели свой линкор через полярные льды с помощью своих ледоколов, кроме этого они двигались исключительно в подконтрольных им морских водах и мы никак не могли противодействовать им даже с помощью стратегической авиации, - попытался оправдаться перед высшим должностным лицом адмирал Джон Сайдс.

- Могли бы послать подводные лодки.

- Когда советский линкор оказался на чистой воде его встретили эсминцы. А у русских стоят на вооружении самонаводящиеся глубоководные противолодочные торпеды. Мы итак за год потеряли в советских водах десять подводных лодок.

- Ну ладно, оставим этот разговор. Ясно лишь одно, сейчас 2я эскадра Советов стала равной по силе нашему 2му соединению вице-адмирала Бенджамина Клэри, поэтому мы по настоянию главного морского штаба и лично адмирала Гордона, перебрасываем в его распоряжение новейший линейный корабль «Джорджия». Сейчас он уже огибает мыс Горн (так как линкор по своим параметрам не проходил через Панамский канал – прим. автора), - сообщил новость морской министр.

- Что же, это приятная новость, но, как известно калибр орудий «Джорджии» составляет восемнадцать дюймов (457 мм), а в распоряжении нашего флота нет таких снарядов, - последовало со стороны начальника штаба Тихоокеанского флота вице-адмирала Томаса Мурера.

- Ничего, два военных транспорта с боеприпасами для «Джорджии» уже подходят к Панамскому каналу. Скоро они прибудут в Сан-Франциско, и там они будут дожидаться линкора. После чего все суда вместе с очередным конвоем отправятся к берегам Аляски, - довел до моряков один из сопровождающих морского министра.

- Так что господа, мы вскоре рассчитываем, что наше второе соединение нанесет поражение или хотя бы нейтрализует флот Советов. Тем более что в настоящее время военное положение на Аляске все более и более напряженное. Русским осталось порядка ста километров до Анкориджа, поэтому мы перебрасываем туда еще четыре дивизии предназначенные ранее для Хоккайдо, - констатировал Джон Бо́уден Ко́нналли.

- Да, в случае потери Анкориджа нам придется перебросить наше 2е соединение в Якутат и Джуно, а это отдаляет места базирования нашего флота от театра военных действий на тысячу миль, - произнес адмирал Джон Сайдс.

- Это крайне не желательно, но будем надеяться, что этого не произойдет, и наши войска сумеют отбросить русских от Анкориджа, - высказался морской министр.

И все бы хорошо, но мы немного забежали вперед, поэтому вернемся к началу апреля 1961 года.

10. Хронология весенних событий.

В первых числах апреля 1961 года остатки американского Средиземноморского флота, наконец-то покинули греческие Салоники и направились в египетскую Александрию. Однако, несмотря на то, что их выходу никто не препятствовал, не все корабли смогли покинуть гавань Салоник. Это относилось, прежде всего, к линейному кораблю «Колорадо» получившему в результате сражения столь тяжелые повреждения, что его переход через все восточное Средиземноморье был практически невозможен. Здесь следует сказать, что во время сражения в Солунском заливе в «Колорадо» попало порядка дюжины крупнокалиберных снарядов, одна бронебойная бомба и две авиационные торпеды которые поймала его ПТЗ. Тем не менее, на линкоре была полностью выведена вторая башня главного калибра и почти половина средней и зенитной артиллерии. При этом линкор в результате подводных пробоин от бронебойных снарядов нахватался около тысячи тонн воды, при этом на нем были затоплены одно котельное и одно машинное отделения. В результате «Колорадо» имел крен в десять градусов на правый борт и дифферент на нос. Тем не менее, без продолжительного ремонта корабль не смог бы преодолеть семьсот миль до египетской Александрии, и его решено было оставить в Салониках. В поход же вышли авианосец «Франклин Д. Рузвельт», тяжелые крейсера «Тускалуза» (под флагом командующего вице-адмирала Вильяма Риббека) и «Уичита», отряд легких крейсеров «Ричмонд», «Фарго», «Провиденс», и «Атланта», крейсера скауты «Сан-Диего» и «Джюно», а также восемь фрегатов, четыре корвета и десять эскадренных миноносцев.

Конечно же, советский флот мог с легкостью разгромить эти силы противника, но его корабли также требовали ремонта, а экипажи отдыха. Тем более что два авианесущих крейсера, получивших торпедные попадания в результате сражения были отправлены на ремонт в Стамбул, а остальные корабли русской эскадры встали на якорь в находящемся под контролем советских войск турецком Измире. В общем, было это ошибкой советского командования или нет, но остатки американского флота, придерживаясь греческих вод, вскоре добрались до Александрии, где соединились с отрядом крейсеров контр-адмирала Ника Ленгли («Пенсакола», «Солт-Лейк-Сити», «Хелена» и «Бремертон»).

Итак, корабли американского и английского флота теперь находились на своих базах, а вот командование Средиземноморского флота судьба не пощадила. Прежде всего, едва корабли американского флота бросили свои якоря у египетского берега в отставку были отправлены командующий крейсерским отрядом контр-адмирал Ник Ленгли и его непосредственный начальник вице-адмирал Вильям Риббек. Должность же нового главнокомандующего Средиземноморским флотом занял протеже морского министра Джона Бо́удена Ко́нналли вице-адмирал Гарольд Смит. Это был довольно деятельный человек, который привел с собой практически весь новый состав своего морского штаба. Ну а место командира крейсерского отряда занял такой же активный и деятельный, как и его начальник, контр-адмирал Чарльз Дункан. В общем, теперь перед новым командованием американского Средиземноморского флота стояла задача наладить бесперебойное снабжение своих войск в центральной части Турции и на Ближнем Востоке, и добиться этого надо было с помощью одних только крейсеров и эсминцев, так как новые крупные боевые корабли посылать в Средиземное море никто не собирался. Их и так осталось у союзников всего ничего, тем более что после капитуляции союзных войск на Галлипольском полуострове дела на сухопутном фронте пошли совсем из рук вон плохо.

Прежде всего, советские войска западного турецкого фронта под командованием генерала армии Филиппа Ивановича Голикова в результате нескольких мощных контрударов отбросили союзные силы на несколько сот километров от Измира и Чанаккале (восточный берег Дарданелл) на восток. Ну и кроме этого в апреле месяце армия маршала Андрея Ивановича Еременко полностью разгромила контингент сил Северо-Атлантического блока на юге Сирии и начала массированное наступление в направлении Триполи и Бейрута. В общем, проще говоря, союзники стали полностью терять контроль над ситуацией в Малой Азии и на Ближнем Востоке.

Ну а что же на Дальнем Востоке. В апреле-мае месяце боевые действия на Аляске практически не велись, однако, тем не менее, американцы перебросили в район Анкориджа четыре свежие пехотные дивизии. В результате этого общее количество военнослужащих Соединенных Штатов под командованием генерала Джозефа С. Лэнга достигло двухсот пятидесяти тысяч человек, треть которых находилась на отрезанном горами и болотами от основных сил западном побережье штата. Снабжение этого отдельного контингента осуществлялось по воздуху на аэродромы Бетел и Диллингхем или с помощью войсковых транспортов шедших в залив Кускокуим из Анкориджа вокруг полуострова Аляска через Датч-Харбор.

Однако и советские войска усиленно готовились к летней кампании и пополняли на своей территории запасы боеприпасов, продовольствия и прочего необходимого для боевого действия войск. Если же говорить более подробно, то к концу мая 1961 года на Аляску в распоряжение маршала Кирилла Семеновича Москаленко были переброшены дополнительные четыре мотострелковых дивизии, две танковые бригады и два артполка. Кроме этого количество самолетов на Аляске было увеличено на два бомбардировочных, один штурмовой и два истребительных полка. Таким образом, общая численность советских войск на Аляске достигла двухсот семидесяти тысяч человек.

В общем обе стороны активно готовились к новой летней кампании и усиленно ждали, когда просохнут дороги в этой лесистой и болотистой местности.

Теперь же перейдем к ситуации, которая сложилась весной 1961 года на Хоккайдо. Как уже говорилось ранее, еще зимой советские войска оставили важнейший японский порт Хакодате, и теперь весь юг этого японского острова, включая полуостров Осима, находились под контролем союзников. Таким образом, благодаря переброске дополнительных сил с Сахалина и с континентальной части Советского Союза наступление англо-американских войск на столицу Хоккайдо Саппоро захлебнулось, и война приобрела чисто позиционный характер. Тем не менее, благодаря огромной численности задействованной на Хоккайдо палубной авиации флота союзников ситуация на май 1961 года оставалась очень и очень напряженной. Здесь следует сказать, что командующий войсками союзников американский генерал Джозеф Лоутон Коллинз требовал от высшего командования Соединенных Штатов все новых и новых подкреплений, однако как говорилось немного выше, большинство вновь сформированных войск было отправлено на Аляску. Все это привело к тому, что в результате к концу мая 1961 года количество военнослужащих противоборствующих сторон примерно сравнялись по численности и противники достигли паритета сил.

Вот такая ситуация сложилась на всех театрах военных действий между Советским Союзом и Американо-британской коалицией. Тем не менее, но к лету 1961 года наметился серьезный перелом в сторону Советского Союза, который никак не хотело замечать новое правительство Соединенных Штатов. Там в верхах правительства США все еще хотели и желали новых побед, которые как призрак ускользали из рук англо-американских союзников.

Ну а что же происходило в это время еще в двух точках мировой напряженности, а именно совсем недавно ставшей социалистической Кубе и находящегося в другой половине земного шара Вьетнаме.

Прежде всего, расскажем немного о том, как отрезанная тысячами миль от поддерживающих ее стран социалистического лагеря небольшая страна в Карибском море выживала под действием санкции и блокады со стороны Соединенных Штатов. Тем не менее, революционное правительство Кубы под руководством Фиделя Кастро уверенно закрепило свою власть на этом небольшом острове и проводило свою социалистическую политику. Это крайне раздражало правительство Соединенных Штатов и в апреле 1961 года они решили провести десантную операцию по вторжению на Кубу сформированных в США сил вооруженных кубинских сепаратистов. Однако, тем не менее, в результате длительного сражения американский десант был уничтожен правительственными войсками Кубы, ну а агрессия США получила полное осуждение во всем мире.

Ну а что же происходило весной 1961 года в юго-восточной Азии. Как уже говорилось ранее, американский флот у берегов Южного Вьетнама был ослаблен отправкой двух сильнейший авианосцев на север (к берегам Хоккайдо). Это привело к тому, что эффективность действия палубной авиации оказывающей помощь войскам Южного Вьетнама снизилась практически в два раза. Этим и воспользовались партизаны «Вьетконга» в борьбе против режима Нго Динь Зьема начав новое крупномасштабное наступление при поддержке Демократической республики Вьетнам, Китайской народной республики, Корейской народно-демократической республики и Советского Союза. Таким образом, само существование южнокорейского государства было поставлено под вопрос, и перед Соединенными Штатами и их союзниками возник серьезный вопрос об отправке дополнительных сил флота и сухопутной армии в Южный Вьетнам.

…

Другим новым местом мирового напряжения стал в апреле 1961 года китайский, а верней английский Вэй-хай-вэй, ибо именно в это время китайский коммунистический режим Мао Цзэдуна решил отвоевать этот стратегически важный порт у Британской империи. Для этого на полуострове Шаньдун китайская армия сосредоточила порядка восьмидесяти тысяч военнослужащих (шесть полных дивизий), семьдесят полученных из Советского Союза танков Т-34-85 и Т-54, сто двадцать бронетранспортеров местного производства, около шестидесяти орудий калибра 122 и 152 мм, двести минометов, а также пятьдесят штурмовиков Ил-10 и сто двадцать истребителей Як-7 и Як-9. Вообще то это были достаточно серьезные силы если учитывать то, что Вэй-Хай-Вэй защищали всего восемнадцать тысяч солдат британских колониальных войск имеющих в распоряжении двадцать танков «Валентайн», пятнадцать самоходных орудий «Бишоп» (87,6 мм гаубица-пушка), сорок буксируемых орудий калибра 127 мм и порядка сорока бронетранспортеров. Кроме этого на военном аэродроме Вэй-Хай-Вэя находилось порядка семидесяти истребителей «Хаукер Темпест» и сорок тактических бомбардировщиков «Авро 679 Манчестер». Как видно из приведенного выше соотношение сил в районе Вэй-хай-вэя было явно не в пользу британцев и 17 апреля китайское правительство Мао Цзэдуна вручило командующему контингентом английской колонии ультиматум. В нем говорилось, что «в срок до 20 апреля колониальные войска и администрация Британии в этом китайском порту должны начать эвакуацию из Вэй-хай-вэя или сложить оружие». В ответ, командующий британским контингентом, генерал сэр Артур Крейг заявил что Вэй-хай «является неотъемлемой частью Британской империи и английские солдаты готовы сражаться до конца».

И вот 20 апреля в 9.00 китайские артиллеристы начали планомерный обстрел оборонительных позиций Вэй-хай-вэя. Кроме этого двадцать китайских штурмовиков атаковали инфраструктуру этого британского порта и сбросили на него порядка сорока бомб ФАБ-100, при этом ими был повреждены английский транспортный корабль «Принцесса Елизавета» и военный танкер сопровождения «HQ-22». Далее в 10.00 китайские солдаты при поддержке танков и бронетранспортеров пошли в атаку на британские позиции, началось так называемое «сражение за Вэй-хай», в котором немногочисленный британский контингент занимал довольно мощные оборонительные позиции. И это привело к тому, что к 11.00 атака китайской пехоты захлебнулась, и командование отвело ее на исходные позиции. В общем, массированное наступление войск коммунистического Китая было отражено всего одной усиленной дивизией британских колониальных войск.

В дальнейшем в течение недели войска Китайской народной республики еще пять раз пытались штурмовать оборонительные позиции англичан, однако это ни к чему не привело. Кроме этого еще за неделю до начала этого военного конфликта британское командование послало сообщение о надвигающейся китайской угрозе командующему «соединением Z» адмиралу Томасу Глочестеру. Который, получив данную информацию, немедленно приказал находящимся на юге Хоккайдо британским солдатам грузиться на транспортные суда. И вскоре английская эскадра в полном составе отправилась на юг, на помощь осажденному Вэй-хай-вэю. Все эти действия англичан серьезно ослабили контингент союзников, и советские войска получили дополнительный перевес в силах на юге Хоккайдо.

Ну а что же с осадой китайскими войсками Вэй-хай-вэя? Лишь через неделю 27 апреля им удалось прорвать оборону немногочисленных британских войск в нескольких местах, и коммунистическая армия Китая ворвалась на улицы осажденного города. И все бы хорошо, но именно в этот же день 27 апреля в Вэй-хай прибыло соединение адмирала Глочестера и на берег сошли еще пятнадцать тысяч солдат британской морской пехоты. И эти новые силы сумели приостановить натиск китайских солдат, а на некоторых участках даже отбросить противника к окраинам города. Кроме этого существенное значение в это внесли крупнокалиберная артиллерия британских линкоров и крейсеров, а также палубная авиация двух британских авианосцев.

Но, тем не менее, а армия КНР продолжила наступление и 29 апреля китайцы вновь захватили юго-восточную часть города. Сил на сопротивление у англичан более не было и 30 апреля британское командование запросило перемирия. Далее с 1 по 3 мая были проведены дипломатические переговоры по результатам, которых, было решено передать Вэй-хай-вэй Китайской народной республики, ну а британские войска, администрация и граждане должны были эвакуироваться на транспортных судах в течение двух недель после подписания договора. Таким образом, спустя десять лет после захвата и аннексии Вэй-хай-вэя Великобританией этот важнейший порт на полуострове Шаньдун снова стал частью Китая, ну а британский военный флот, а также войска и гражданские лица перебазировались в Гонконг и Сингапур. На этом британско-китайский инцидент в Вэй-хай-вэе был исчерпан.

…

Ну, так что же? К летней военной кампании 1961 года противоборствующие стороны подошли с явным перевесом в сторону Советского Союза. Так советские войска добились полнейшей победы над силами Северо-Атлантического блока на Галлипольском полуострове, разгромили войска союзников в южной Сирии, а также добились выигрышной ситуации на далекой Аляске. Что же касается Соединенных Штатов и их союзников, то новое правительство под руководством президента Кеннеди никак не хотело замечать, что ситуация на мировых театрах военных действий все более и более склоняется в пользу русских. И, тем не менее, оно все больше и больше требовало от командования войсками и флотом США новых и новых побед. Конечно, не все в правительстве и высшем военном руководстве Соединенных Штатов поддерживали подобный политический курс, но высшая правительственная клика никак не хотела слышать их голоса и поэтому американо-британские союзники все более, и более сваливались в сторону военного и политического коллапса.

Ну и в заключение следует сказать несколько слов о том, что Советский Союз завоевывал все больший и больший вес в мире, а его союзники, страны социалистического лагеря и другие поддерживающие коммунистическую политику государства вступали хоть и в пассивный, но союз против англо-американской коалиции.

Часть 5. Кампания 61го года.

Часть 5. Кампания 61го года.

1. Где-то там на Аляске.

И вот началось долгожданное лето 1961 года, ну а началось оно с того, что 30 мая советские войска маршала Кирилла Семеновича Москаленко начали долгожданное наступление на Анкоридж. Здесь следует отметить, что как уже говорилось ранее, линия фронта на Аляске перед началом русского наступления проходила через небольшой населенный пункт Талкитна, который находился всего в ста километрах к северу от самого большого города штата и главной военно-морской базы флота США Анкориджа. Что ни говори, но советские войска начали свое наступление с массированной воздушной бомбардировки и мощного артобстрела из тяжелых 122 и 152 мм орудий. После этого в ход пошли советские танки и самоходки, поддержанные свежими мотострелковыми частями которые специально были переброшены на Аляску. В общем, натиск русских полков был настолько силен, что фронт к северу от Анкориджа посыпался и даже переброшенные с западного побережья Соединенных Штатов четыре свежие пехотные дивизии не смогли ничего сделать с наступающим противником. В конце концов, 7 июня 1961 года американские войска были вынуждены отойти на последний рубеж обороны в районе населенных пунктов Уассила и Палмер, откуда до Анкориджа оставалось всего двадцать пять километров.

Кроме этого второй удар войска маршала Москаленко нанесли в направлении на юго-восток в сторону канадской границы. В результате этого удара были снесены американские оборонительные позиции в районе населенного пункта Делта-Джанкшен и за пять дней наступления советские мотострелковые части на одном дыхании прошли более двухсот пятидесяти километров при этом были заняты населенные пункты Танакросс и Ток на юго-востоке, а также Мак-Каллум и Гакона на южном направлении. Это привело к тому, что Анкоридж, а так же находящаяся в его районе основная часть американской армии оказались под угрозой окружения. Кроме этого эти войска могли быть отрезаны от юго-восточной части штата.

Ну, а что же происходило на западном побережье штата Аляска, где советские мобильные подразделения также начали наступление на находящиеся под контролем американских морских пехотинцев населенные пункты в районе Хуппер-Бей. Кроме этого советские войска высадили с легких судов морской десант на большой остров Нельсон, находящийся в районе глубоко вдающейся в побережье бухты Бэрд. Таким образом, часть американских военнослужащих (в районе Хуппер-Бей), оказалась отрезанной от основной части войск находящихся на западном побережье Аляски.

Кроме этого следует сказать, что советская фронтовая и стратегическая авиация практически сразу же с началом советского наступления на Аляске подвергла массированным бомбовым ударам важнейшие и крупнейшие аэродромы в районе Анкориджа, Бетела и Диллингхема. В результате этих ударов американские ВВС потеряли более пятидесяти истребителей, сорока фронтовых и двенадцати стратегических бомбардировщиков.

…

- Господа! Вы знаете, что сейчас творится на Аляске!? – громко и мрачно произнес президент Соединенных штатов Джон Ф. Кеннеди, после этих слов он сел в черное кожаное кресло, глубоко вздохнул и продолжил монолог: - Надеюсь всем уже известно, что советские войска находятся на подступах к Анкориджу и только беспримерное мужество и героизм наших солдат сдерживает их наступление на город. И кстати, расстояние от передовых позиций наших обороняющихся войск до городских окраин составляет всего десять-двадцать миль и Советы уже обстреливают аэродром Анкориджа из своих полевых орудий. Что вы на это скажите?

- Считаю, что надо немедленно начать эвакуацию из Анкориджа государственных учреждений и всех желающих его покинуть местных жителей, - произнес вице-президент Линдон Джонсон.

- Что!? Вы предлагает бегство!? – громко взвизгнул министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди.

- А что!? Вы думаете, мы сможем отстоять город!? Лично я считаю, что судьба Анкориджа решена и единственное, что еще сдерживает русских, это то, что их флот не блокировал залив Кука, - парировал вице-президент.

- Вы что считаете, что такое развитие событий возможно? – последовало со стороны президента.

- Вполне…

- Господа! Я вам скажу прямо! Вы недооцениваете ситуацию. Русские наступают не только на Анкоридж, но и на юго-восток и их наступление там очень и очень успешно. Они уже разгромили наши части и сейчас находятся всего в ста двадцати милях от моря. Как только они выйдут к побережью наши силы в районе Анкориджа будут отрезаны от юго-востока штата, - вступил в разговор министр обороны Роберт Макнамара.

- Хорошо господа! Какие будут предложения? Я слушаю вас… - произнес Джон Кеннеди.

- Как я сказал, пришло время начинать эвакуацию государственных учреждений и желающих покинуть осажденный город жителей, - снова повторил вице-президент.

- Необходимо подготовить к взрыву портовую инфраструктуру Анкориджа, а так же огромную нефтебазу флота, которая находится там, - добавил начальник ЦРУ Аллен Даллес.

- Конечно, это надо начинать немедленно, иначе в случае сдачи Анкориджа русским наши войска отступят на полуостров Кенай откуда их можно будет беспрепятственно эвакуировать морскими транспортами, - вступил в разговор министр армии Элвис Стар.

- Эвакуировать беспрепятственно можно будет только в том случае, если наш флот сохранит свое господствующее положение в северной части Тихого океана, - вставил свое слово государственный секретарь Дейвид Раск.

- Господа, господа успокойтесь! Наше 2е соединение вице-адмирала Бенджамин Клэри сопоставимо по силам с флотом Советов, кроме этого вот-вот туда прибудет суперлинкор «Джорджия» и мы будем иметь значительный перевес, - наконец-то вставил свое слово морской министр Джон Ко́нналли.

- Вы лучше скажите нам, куда вы планируете перебросить наш флот в случае падения Анкориджа? – задал вопрос вице-президент Линдон Джонсон.

- В этом случае флот покинет залив Кука и перебазируется в Якутат или Джуно, - ответил морской министр.

- Что скажет авиация? – задал очередной вопрос президент.

- Наши военно-воздушные силы на Аляске несут тяжелые потери. Сказывается серьезный перевес русских в боевых самолетах. В случае если Анкоридж будет сдан, мы планируем перевести свои силы на аэродромы Бетела и Диллингхема, ну а транспортная авиация окажет посильную помощь в эвакуации на аэродром в Джуно, - ответил министр ВВС Юджин Цукерт.

- Хорошо. А теперь меня интересует, каким образом мы будем поддерживать наши войска на западном побережье Аляски и Алеутских островах? – последовало со стороны Джонна Кеннеди.

- Единственный вариант снабжения этой группировки наших войск это транспортные конвои через Датч-Харбор, - ответил министр обороны Роберт Макнамара.

Вот такой разговор происходил в овальном кабинете «Белого дома» 8го июня 1961 года.

…

И вот, тем не менее, но уже 9го июня советские войска начали новое наступление на Анкоридж, и в этот же день в море вышла 2я Тихоокеанская эскадра под командованием вице-адмирала Леонида Федоровича Игнатьева. Здесь следует сказать несколько слов о том, что адмирал Игнатьев был очень и очень опытный командир, ибо во время войны 1950-52 годов он командовал базирующимся в Петропавловке-Камчатском крейсерским отрядом и с успехом прошел сквозь все генеральные сражения, происходившие в тот период в северной части Тихого океана. Что ни говори, а после того как он получил звание вице-адмирала именно Игнатьев был назначен командующим всей 2й Тихоокеанской эскадрой. И вот вначале нюня этот опытный и прожженный в сражениях командир повел вверенные ему силы в дальний поход, и здесь следует сказать, что теперь в его руках была довольно внушительная сила, включающая в себя четыре линейных корабля, два линейных крейсера, два тяжелых крейсера и шесть легких крейсеров. Кроме этого основные силы эскадры прикрывали три тяжелых авианесущих крейсера с авиагруппой в сто бомбардировщиков и сто сорок истребителей. Здесь также следует сказать, что еще за несколько дней до начала этой операции в море вышли почти все находящиеся в составе советского флота на Камчатке подводные лодки. В их задачу входило осуществление дальней разведки, а также атака боевых кораблей и транспортных судов противника на его коммуникациях.

Что ни говори, а это были вполне серьезные силы способные разнести в пух и прах любого серьезного противника. Ну и еще о чем следует сказать это то, что вместе с основными силами 2й Тихоокеанской эскадры в поход вышел и отряд легких сил в составе четырех лидеров, девяти эскадренных миноносцев, а также десяти океанских сторожевых кораблей, в задачу которых входило обеспечение прикрытия и защиты авианосной группы. Ну и еще кроме этих сил в составе русской эскадры было еще пять эскадренных миноносцев, которые в настоящее время вместе со сторожевыми кораблями занимались проводкой транспортных конвоев в северной части Берингова моря (между Чукоткой и Аляской).

Однако самым интересным было не только это, а то, что еще в этот поход адмирал Игнатьев взял с собой находившиеся в его распоряжении два мощных и быстроходных минных заградителя («Хопер» и «Уссури»). На каждом из которых находилось порядка четырехсот пятидесяти морских гальваноударных мин, ну и кроме этого еще триста пятьдесят мин взял на борт находящийся при эскадре крейсер-минный заградитель «Снег». Здесь следует сказать, что согласно плану операции эти три корабля должны были завалить минами проливы между Алеутскими островами и таким образом перерезать транспортные коммуникации противника между Анкориджем и западным побережьем штата. В общем, проще говоря, советский флот начинал большие и крупномасштабные действия во вражеских водах.

Ну а что же американский флот, основные силы которого находились в заливе Кука, который по своему составу и своим силам он примерно равнялся русской эскадре. Под командованием вице-адмирала Бенджамина Клэри находилось четыре линкора, два больших (линейных) крейсера, два тяжелых крейсера и четыре легких крейсера. Авианосная группа 2го соединения Тихоокеанского флота состояла из трех тяжелых авианосцев типа «Эссекс», которые несли на себе порядка ста двадцати бомбардировщиков-торпедоносцев и ста сорока истребителей. В общем, проще говоря, силы палубной авиации противоборствующих сторон были примерно одинаковы. Ну и в заключение необходимо сказать о легких силах американского флота, в которые входили шесть эсминцев типа «Флетчер», шести фрегатов типа «Ингрем», а также четырех быстроходных корвета типа «Нокс». Также шесть эсминцев типа «Мэхэн» базировались в Датч-Харборе где они вместе с корветами обеспечивали передвижение транспортных судов до от Алеутских островов до залива Кускокуим где находилась главная база американцев на западном побережье Бетел. Ну и еще четыре эсминца типа «Бенхэм» и несколько корветов обеспечивали перемещение транспортных судов вдоль юго-восточных берегов Аляски. Кроме этого в распоряжении адмирала Клэри находилось десять подводных лодок, часть которых находилась в боевых походах у русских берегов.

…

- Ну, так что? Как видно из донесений от агентуры ЦРУ русская эскадра практически в полном составе покинула свою базу в Петропавловске и движется в нашу сторону. Какие будут мысли по этому поводу, господа? – с таких слов начал экстренное совещание командующий 2м соединением американского Тихоокеанского флота вице-адмирал Бенджамин Клэри. При этом иллюминаторы в адмиральском салоне супер линкора «Мэн» были открыты, и теплый южный ветер шелестел разложенными на большом столе картами и бумагами.

- Адмирал, мы долгое время ждали удобного момента, что бы выдвинуться к русским берегам и сразиться с противником, и вот теперь русские сами идут к нам. Все это говорит о том, что они хотят заблокировать нас в заливе Кука, поэтому я считаю, что мы должны выдвинуться в океан и навязать там противнику генеральное сражение, - последовало на вопрос командующего от капитана линкора кэптена Джона Спринса. Здесь следует сказать, что после его слов остальные капитаны линейных кораблей дружно закивали головами.

- Что же хорошо. А что скажут на это младшие флагманы?

Теперь слово взял сидевший по другую сторону стола младший флагман эскадры контр-адмирал Роберт Хоуг:

- Я согласен с кэптенем Спринсом. Сейчас наступило самое благоприятное время для генерального сражения с русскими, но нам не известно, куда идет флот противника и где он находится сейчас. Думаю, надо немедленно передать на наши военно-воздушные базы на Алеутских островах и западном побережье штата, что они провели дальнюю воздушную разведку. Также следует вывести в море все имеющиеся в наличии подводные лодки, чтобы они занялись патрулированием южнее Алеутских островов.

- Что же, это дельное предложение. Давайте так и поступим. Но у нас есть еще одна проблема и она гораздо серьезнее, чем русский флот, а именно… Русские войска находятся уже на подступах к Анкориджу. Кроме этого они разбили наши части на юго-востоке и практически подошли к портам Валдиз и Кордова, как только они возьмут их Анкоридж и основная часть сухопутных войск будет отрезана от юго-восточной части штата. В связи с этим на высшем уровне уже принято решение об эвакуации войск и населения в Джуно и Якутат. Туда же перебазируется и наш флот. В общем, перед нами стоит задача обеспечить беспрепятственную эвакуацию из Анкориджа и с полуострова Кенай, - довел последние сведения до своих подчиненных командующий флотом.

- Так что же!? Сейчас мы вполне можем обеспечить проход военным транспортам до архипелага Александра, но если здесь появится русский флот, это будет очень и очень проблематично, - последовало со стороны командующего авианосной группой контр-адмирала Роберта Макфрила.

- Я тоже так считаю, поэтому я решил просить помощи у главнокомандующего флотом адмирала Сайдса. Я сообщил ему, что нам требуется помощь в легких силах, а именно базирующегося в Сан-Франциско пятого соединения флота под командованием контр-адмирала Роберта Феско. В его составе находятся пять легких крейсеров-скаутов и двадцать эсминцев. Этих сил вполне хватит для конвоирования наших транспортов с эвакуированными людьми. Кроме этого, хочу сообщить вам господа, что у нового супер линкора «Джорджия» выявились проблемы с машинами и сейчас он находится в Сан-Франциско. Как только они будут устранены, этот корабль выдвинется к нам.

- Но русские будут здесь раньше.

- Вот и я о том же. Так что нам придется принимать сражение в существующем составе флота, - подвел итог вице-адмирал Бенджамин Клэри, - да поможет нам бог…

Вот в таких мрачных тонах состоялось совещание в адмиральском салоне флагманского линкора «Мэн» 10 июня 1961 года.

2. Около алеутского архипелага.

13 июня 1961 года советская эскадра под командованием вице-адмирала Игнатова подошла к расположенному в Алеутском архипелаге острову Уналашка. И вот тут следует сказать, что именно здесь располагалась передовая база американского флота Датч-Харбор и первым делом советская палубная авиация нанесла бомбовый удар по данному объекту. Всего ранним утром 13 июня в налете на Датч-Харбор участвовали двадцать пять бомбардировщиков Ту-2МК, которые прикрывали порядка тридцати истребителей Ла-11МК. Что ни говори, но этот удар оказался довольно результативным, а именно первым делом практически на минимальной высоте советские бомбардировщики подлетели к американской базе и нанесли первый удар по расположенной на возвышенной сопке радиолокационной станции, от которой остались одни обломки. Далее атаке подверглись находящиеся в гавани суда и объекты портовой инфраструктуры, в том числе огромное нефтяное хранилище, расположенное на берегу. При этом нападении на Датч-Харбор советские бомбардировщики использовали простые фугасные бомбы весом в 250 и 500 килограмм, которые они сбрасывали на бреющем полете над самыми мачтами стоящих на якоре американских кораблей. Таким образом, были потоплены два из четырех находившихся в порту эскадренных миноносцев типа «Мэхэн», два пустых военных транспорта типа «Форт» и танкер сопровождения «YN-35», кроме этого в результате бомбовых попаданий тяжелые повреждения получили еще один эскадренный миноносец и не успевший вовремя покинуть Датч-Харбор ледокол «Лабрадор». В общем, к 9.00 13 июня над этой базой американского флота поднялись высокие столбы черного дыма.

Но это было еще только начало, где-то примерно часа через три к северо-восточной оконечности острова Уналашка приблизились основные силы 2й Тихоокеанской эскадры, после чего четыре линейных корабля советского флота открыли по американской базе огонь из своих орудий главного калибра. В течение целого часа тяжелые 380 мм фугасные снаряды перепахивали землю в районе Датч-Харбора, при этом прямыми попаданиями были разрушены здания ремонтных мастерских, оставшиеся неповреждёнными при налете авиации две емкости с нефтью, казармы военнослужащих гарнизона, военная комендатура и несколько других зданий. Кроме этого несколько тяжелых русских снарядов попало в уже поврежденный авиацией ледокол «Лабрадор», который стал быстро крениться и спустя пятнадцать минут перевернулся и затонул. В общем, к полудню 13 июня военная база на Уналашке была полностью разрушена, ну а американские военные и местные жители опасаясь русского десанта, скрылись в глубине острова.

Здесь также следует сказать, что в одно время с нападением на Датч-Харбор пятнадцать советских палубных бомбардировщиков при прикрытии истребителей подвергли атаке небольшую американскую военно-воздушную базу Оттер-Поинт на соседней острове Умнак где вывели из строя взлетно-посадочную полосу и уничтожили несколько находящихся на земле самолетов. Кроме этого третий отряд из советских бомбардировщиков (двадцать самолетов) и истребителей (двадцать пять самолетов) были направлены к южной оконечности полуострова Аляска, где атаковали другую базу американских ВВС Колд-Бей. Там также была повреждены две ВПП и подожжены емкости с авиационным бензином. Здесь следует добавить, что эти два удара имели второстепенное значение, и основной задачей этих налетов была нейтрализация активности действий американских военно-воздушных сил.

Таким образом первый этап действий советского военно-морского флота оказался вполне удачным и уже на следующее утро 14 июня три советских минных заградителя под прикрытием крейсеров и эсминцев начали постановку минных заграждений в проливах Унимак (между островами Унимак и Акутан) и Акутан (между островами Акутан и Уналашка). Так как американская авиация была нейтрализована, и минным постановкам русских никто не мешал, уже к 12.00 оба пролива были заблокированы и пустые советские минные заградители взяли курс к родным берегам. Здесь следует сказать, что по плану командования Тихоокеанского флота, остальные более удаленные от полуострова Аляска проливы блокировались советскими подводными лодками, которые при попытке американских кораблей пройти между Алеутскими островами должны были атаковать их. В общем, все действия советского флота были направлены на то, чтобы отрезать Берингово море от северной части Тихого океана и таким образом лишить американцев возможности оказывать помощь их войскам на западном побережье Аляски.

…

- Господа, только что пришло сообщение, что советский флот и его авиация нанесли удары по Датч-Харбору и нашим аэродромам в Оттер-Поинт и Колд-Бей. Кроме этого было замечено, что советские корабли выставили мины в проливах между Алеутскими островами. В результате этих действий мы не можем теперь снабжать наши войска на западном побережье Аляски. Итак, какие будут предложения? – именно такие слова произнес вице-адмирал Бенджамин Клэри перед членами своего штаба вечером 14 июня 1961 года.

- Адмирал, считаю, что нам следует немедленно выйти в море и вступить в бой с русскими, - первым высказал свое мнение командующий авианосной группой контр-адмирал Роберт Макфрил.

- Да, я согласен со словами коммодора, но считаю, что предварительно следует протралить заваленные русскими минами проливы между островами, - последовало со стороны младшего флагмана эскадры контр-адмирала Роберта Хоуга.

- Это понятно, но сейчас русский флот находится к северу от Алеутских островов и его самолеты могут нанести удар, когда мы подойдем к островам с юга, - произнес командир крейсерского отряда контр-адмирал Самюэль Уиллис.

- Да, сражение предстоит не шуточное… Ну что же, вот мой приказ: всему соединению немедленно сняться с якорей и выйти в море, - констатировал командующий.

И уже спустя полчаса зазвенели якорные цепи, корабли стали поднимать давление пара в котлах, ну а гребные винты делать первые обороты. В общем, проще говоря, 2е соединение американского Тихоокеанского флота направилось к выходу из залива Кука. Конечно, это не ускользнуло от советской разведки, и уже утром 15 июня вице-адмирал Игнатьев знал, что американский флот вышел в море.

- Товарищи, ну вот мы и дождались. Только что пришла шифрограмма о том, что адмирал Клэри вывел весь свой флот в море. Теперь нам предстоит генеральное сражение, и давайте будем готовы к нему, - именно так довел Леонид Федорович Игнатьев только что полученную информацию до офицеров своего штаба.

- Каким образом мы планируем встретить врага? – последовал вопрос от младшего флагмана эскадры контр-адмирала Николая Ивановича Мокова.

- Думаю, что до артиллерийского сражения дело не дойдет. Скорее всего, американцы будут тралить проливы, и атаковать нас с помощью своей палубной авиации. Поэтому приказываю: отойди от Алеутской гряды на двадцать-двадцать пять миль и построить корабли в противовоздушный ордер. Будем опираться на действия своей авиации, ну а далее посмотрим, как будут разворачиваться события.

И советский флот стал готовиться к предстоящему грандиозному сражению, однако прежде чем американский флот приблизился с юга к Алеутской гряде, советские бомбардировщики по приказу адмирала Игнатьева нанесли повторные удары по американским аэродромам Оттер-Поинт и Колд-Бей. Причем основной целью этих налетов оказались, как и ранее взлетно-посадочные полосы этих американских аэродромов. Здесь следует добавить, что русское командование старалось полностью исключить помощь американскому флоту с аэродромов расположенных на берегу и это ему вполне удалось. В общем, утром 16 июня советский флот занял исходные позиции к северо-западу от острова Унимак и приготовился к предстоящему сражению.

…

И вот наступило 18 июня 1961 года.

07.00 американский флот под командованием вице-адмирала Бенджамина Клэри приблизился к проливу Унимак в Алеутской гряде с юга на расстояние в двадцать миль. К этому времени американское соединение приняло в построении ордер противовоздушной обороны и приготовилось к отражению воздушных атак.

07.15 по приказу американского командующего находящиеся в его распоряжении пять эскадренных и пять базовых тральщиков под прикрытием двух легких крейсеров («Винсенс» и «Пасадена»), а также четырех эсминцев типа «Флетчер», выдвинулись вперед и вошли в пролив Унимак где занялись траленьем фарватера между островами.

07.30 по приказу вице-адмирала Игнатьева с трех советских авианесущих крейсеров («Забайкальский партизан», «Орел», «Русь») поднялись пятьдесят истребителей Ла-11МК и сорок бомбардировщиков Ту-2МК, в задачу которых входило нанесение бомбовых ударов по кораблям противника. Кроме этого в северную часть пролива Унимак подошли русские легкие крейсера («Олег» и «Варяг»), а также четыре эскадренных миноносца которые должны были огнем своих орудий противодействовать работе американских тральщиков, однако пока расстояние между этими крейсерскими отрядами советского и американского флота составляло порядка пятнадцати миль, поэтому огонь крейсера не открывали.

07.40 по приказу американского командующего вице-адмирала Бенджамина Клэри с находящихся в его распоряжении трех тяжелых авианосцев («Орискани», «Эссекс» и «Интерпид») поднимаются пятьдесят истребителей F-4U «Корсар», а также тридцать пикирующих бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер» и десять торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер». В задачу этой авиагруппы входила атака советских кораблей севернее Алеутских островов и завоевание господства в воздухе. В 07.50 в небе над проливом Унимак разгорелось довольно серьезное воздушное сражение, в котором силы обеих сторон были примерно равны.

07.50 три советских бомбардировщика атакуют американские корабли передового отряда и попадают в крейсер «Винсенс» одной двухсот пятидесяти килограммовой бронебойной бомбой, которая пробивает верхнюю и внутреннею броневую палубы справа от носовой башни среднего калибра и взрывается внутри корпуса. В результате этого попадания из строя выходят вышеуказанная башня 127 мм орудий и носовой дизель-генераторный отсек, при этом разворачивает наружу верхнюю палубу и часть надводного борта выше бронепояса. В общем, повреждения оказываются не очень критическими, и крейсер сохраняет свою боеспособность.

Примерно в это же время, и именно в 07.55 в атаку на советские крейсера выходят два американских пикирующих бомбардировщика и атакуют их 227 кг бронебойными бомбами, одна из которых попадает в крейсер «Варяг» пробивает верхнюю палубу и взрывается на скосе внутренней броневой палубы. От этого взрыва выходят из строя два 37 мм зенитных автомата, но крейсер продолжает выполнять свою задачу.

Что ни говори, но на первоначальном этапе сражения стороны оказываются в равных условиях, однако воздушный бой продолжается…

8.05 десять советских бомбардировщиков прорываются к главным силам американского флота и атакуют группу американских авианосцев, при этом нападении три самолета оказываются, сбиты средствами ПВО, но остальные выходят в атаку на авианосцы «Эссекс» и «Интерпид» и только чудом эти корабли остались без прямых попаданий. Однако при этой атаке одна из БРАБ-250 попала в прикрывавший авианосцы фрегат «Монсун» (типа «Ингрем»). Эта бомба пробивает насквозь все палубы этого слабозащищённого корабля, и взрывается глубоко внутри, разворачивая при этом часть днища. Фрегат теряет ход и быстро погружается в море, при этом его экипаж покидает гибнущее судно. Оказавшихся в воде людей подбирают другие корабли эскорта, однако вместе с кораблем гибнем порядка двадцати пяти членов его экипажа.

8.10 советское командование поднимает в воздух вторую волну авиации из сорока бомбардировщиков и пятидесяти истребителей, так же поступают и американцы, с их авианосцев стартует еще пятьдесят бомбардировщиков и пятьдесят истребителей.

8.15 восемь американских торпедоносцев и пять пикирующих бомбардировщиков прорываются к основным силам советской эскадры, где их встречает ураганный огонь зенитных и универсальных орудий. В результате четыре торпедоносца и три бомбардировщика оказываются, сбиты, но, тем не менее, остальные сбрасывают свой смертоносный груз на советские авианесущие крейсера. И опять же по счастливой случайности почти все бомбы падают мимо, а торпеды за исключением одной проходят вдали советских кораблей. Ну а одна же торпеда Мк13 с боевой частью 183 кг тротила попала в середину корпуса советского авианесущего крейсера «Русь», однако ПТЗ корабля выдержала этот удар и корабль остается в строю. Здесь следует сказать, что на вооружении 2го соединения американского Тихоокеанского флота были лишь устаревшие авиационные торпеды Мк13 моделей: 2а, 3 и 4. Из-за этого атаки американских торпедоносцев оказались малоэффективными, и основная боевая нагрузка легла на пикирующие бомбардировщики.

8.20 три американских пикирующих бомбардировщика «Хэллдайвер» прорываются сквозь заслон советских истребителей и атакуют советские тяжелые крейсера («Рюрик» и «Аскольд»). В результате этой атаки два бомбардировщика оказываются сбитыми средствами ПВО кораблей, ну, оставшийся самолет наносит удар по крейсеру «Аскольд», в который попадает одна 227 кг бронебойная бомба. Она пробивает верхнюю палубу в районе шлюпочной палубы и взрывается на скосе внутренней бронепалубы корабля, при этом взрывом выворачивает наружу верхнюю палубу, выводит из строя одну установку универсальных 100 мм орудий и разрушает моторный катер. Тем не менее, корабль полностью сохраняет свою боеспособность и продолжает отражать воздушные атаки американской палубной авиации.

8.25 четыре советских бомбардировщика Ту-2МК атакуют американский легкий крейсер «Феникс» и сбрасывают на него весь свой бомбовой груз. Здесь следует пояснить, что «Феникс» единственный в составе кораблей 2го соединения относился к классу легких крейсеров типа «Бруклин» и отличался от остальных тем, что был вооружен пятнадцатью 152 мм орудиями, расположенными в пяти трех орудийных башнях (три на носу и две на корме). И вот этот корабль отчаянно уворачивается от падающих советских бомб, однако три БРАБ-250 находят свою цель и пробивают верхнюю палубу американского крейсера. Страшные взрывы разрушают корабль и его системы, в результате этих попаданий из строя выходят две правые установки 127 мм орудий, два 40 мм автомата «Бофорс», оказывается разрушенной шлюпочная палуба и задняя надстройка корабля. Тем не менее, несмотря на большие разрушения и повреждение некоторых внутренних систем крейсер остается в составе своего соединения.

Тем не менее, сражение у Алеутских островов продолжается.

8.30 десять советских бомбардировщиков атакуют американские тральщики в проливе Унимак, при этом они сбрасывают бомбы на бреющем полете прямо над мачтами этих небольших кораблей. В результате этой атаки, на дно уходят три американских тральщика которые советские бомбы просто разрывают на куски.

Однако, атака русских самолетов на корабли американского флота продолжается.

8.35 пять советских бомбардировщиков Ту-2МК атакуют с пикирования американский линейный корабль «Висконсин» и попадают в него двумя двухсот пятидесяти килограммовыми бронебойными бомбами. Однако эти попадания не причинили особого вреда американскому хорошо бронированному кораблю, а два русских самолета оказались сбиты.

8.45 три американских торпедоносца «Ньюэвенджер» атакуют советские линейные корабли и в результате попадают одной торпедой в линкор «Слава». Однако мощная ПТЗ советского корабля принимает этот удар на себя, и линейный корабль ограничивается лишь незначительными повреждениями.

К 9.00 воздушное сражение над проливом Унимак затихает, и оставшиеся целыми самолеты возвращаются на свои корабли. Здесь следует сказать, что в результате этой первой фазы сражения советская палубная авиация потеряла двадцать три бомбардировщика и тридцать два истребителя, американцы же понесли потери в двадцать восемь бомбардировщиков-торпедоносцев и тридцать шесть истребителей. В общем, потери противоборствующих сторон и процент попаданий в надводные корабли оказались примерно одинаковыми.

- Товарищи, произошедшее боевое столкновение показало, что ни одна из сторон не может добиться сколь либо значимого перевеса. Поэтому хочу выслушать ваши предложения по поводу дальнейших боевых действий? – заявил вице-адмирал Игнатьев офицерам своего штаба в адмиральском салоне флагманского линкора «Ретвизан».

- Считаю целесообразным и далее продолжать сражение в таком же ключе, - первым ответил на вопрос командующего младший флагман эскадры контр-адмирал Николай Моков.

- Если дело пойдет и далее так, то мы рискуем потерять большую часть палубной авиации. Нам нужен какой-то оригинальный ход, - произнес командующий.

- А если крупным кораблям выдвинуться к проливу и открыть огонь по тральщикам противника, - предложил командир линкора капитан 1го ранга Александр Невиномысский.

- А если они подорвутся на минах, которые мы выставили в проливе? – произнес старший штурман эскадры капитан 2го ранга Владимир Смирнов.

- Да, это довольно опасно. Думаю, что с этой задачей вполне справятся и находящиеся там крейсера, - констатировал адмирал Моков.

- Ладно, давайте продолжим бой с применением авиации, и очень жаль, что у нас нет на кораблях штурмовиков, одни лишь скоростные бомбардировщики, а то бы мы уже бы расправились с вражеским отрядом траленья, - подвел итог Леонид Федорович Игнатьев.

Здесь следует сказать, что подобный же разговор происходил и в адмиральском салоне американского линейного корабля «Мэн», только в этом случае его участниками были вице-адмирал Бенджамин Клэри и члены его штаба. Однако и они ничего существенного придумать не смогли, и было решено продолжить атаковать флот противника с помощью палубной авиации, которой требовалась существенная передышка.

Итак, прошло более трех часов и в 12.00 18 июня 1961 года командующий американским флотом отдает приказ поднять с авианосцев пятьдесят истребителей и сорок бомбардировщиков-торпедоносцев. В ответ с советских авианесущих крейсеров навстречу противнику также поднимается шестьдесят истребителей и пятьдесят бомбардировщиков. Начинается вторая фаза сражения.

12.15 пять американских «Хэллдайверов» обходят стороной зону сражения самолетов над проливом Унимак и атакуют советские линейные корабли. Здесь средства ПВО советских кораблей сбивают два самолета, но три остальные машины пикируют на флагманский линейный корабль «Ретвизан» и попадают в него двумя 227 кг бронебойными бомбами. Они пробивают верхнюю палубу линкора и взрываются на основной внутренней бронепалубе разрушая несколько внутренних отсеков корабля. Однако нанесенные ими повреждения оказываются несущественными, и корабль практически полностью сохраняет свою боеспособность.

12.25 пять советских скоростных бомбардировщиков Ту-2МК прорываются сквозь истребительный заслон и завесу средств ПВО кораблей и атакуют американские линейные корабли. Три бомбардировщика оказываются, сбиты, но два других сбрасывают свой бомбовый груз на американские линкоры «Мэн» и «Висконсин», при этом в каждый из кораблей попадает по две БРАБ-250. На флагманском линейном корабле «Мэн» бомбы пробивают верхнюю бронепалубу и взрываются, разрушив часть внутренних отсеков корабля, однако «Мэн» сохраняет свою боеспособность и уверенно уворачивается от других бомб. Что же касается «Висконсина» то на этот раз ему повезло меньше, а дело в том, что одна из бронебойных бомб проходит сквозь горизонтальную защиту и взрывается в отделении левого турбозубчатого генератора, в результате чего скорость корабля падает до двадцати пяти узлов.

12.30 три американских «Ньюэвенджера» прорываются сквозь советские истребители и сбрасывают свои торпеды, одна из которых попадает в ПТЗ авианесущего крейсера «Орел», однако это попадание не оказывает какого-либо действия на боеспособность корабля.

12.35 пять советских бомбардировщиков снова атакуют американские тральщики в проливе Унимак и топят еще три корабля. После этого оставшиеся четыре тральщика покидают пролив Унимак и отходят к главным силам флота.

12.45 американский командующий Бенджамин Клэри приказывает флоту развернуться и уходить на северо-восток в залив Кука. При этом самолеты противоборствующих сторон возвращаются на свои корабли. Общие же потери в палубной авиации составили у советской стороны тридцать три бомбардировщика и тридцать восемь истребителей, а у американцев тридцать восемь бомбардировщиков-торпедоносцев и сорок пять истребителей. Ну а советский флот так же разворачивается на запад и направляется к берегам родной Камчатки.

В общем, к 13.00 18 июня 1961 года сражение у Алеутских островов заканчивается с ничейным результатом, однако битва за Аляску только набирает обороты.

3. Падение Анкориджа.

И вот 20 июня советские войска начали новое наступление на Аляске. Прежде всего после усиленной артподготовки и авиационного удара начался штурм американских укреплений в районе населенных пунктов Уасилла и Палмер которые к вечеру того же дня пали. Практически полностью разгромленные и деморализованные американские войска отошли на последнюю линию обороны в районе расположенного к северу от города аэропорта Анкориджа. Однако советские войска и тут продолжили свое наступление, и к вечеру 23 июня аэропорт был взят, ну а передовые отряды советских войск оказались у северных границ города.

Кроме этого следует сказать, что 22 июня восточная группа советских войск вышла к южному побережью Аляски и овладела двумя важнейшими стратегическими портами Валдиз и Кордова, в результате чего находящиеся в районе Анкориджа основные силы американцев оказались отрезаны от юго-восточной части штата. В общем ситуация на данном театре военных действий как и говорилось ранее, обернулась полномасштабной катастрофой.

В результате всех этих вышеописанных событий 2е соединение американского флота покинуло порт Анкориджа и перебазировалось в южную часть залива Кука (порт Хомер на юге полуострова Кенай). Именно оттуда (да еще расположенного в восточной части полуострова небольшого порта Сьюард) и стала производиться эвакуация отступающих сил американской армии и гражданского населения. В общем, полностью загруженные транспортные и пассажирские суда под прикрытием американских эскадренных миноносцев и пришедших на помощь из Сан-Франциско крейсеров-скаутов 5го соединения Тихоокеанского флота (под командованием контр-адмирала Роберта Феско) покидали полуостров Кенай и уходили курсом на Джуно (столица штата в архипелаге Александра). При этом эти многочисленные караваны транспортных судов подвергались постоянным ударам советских бомбардировщиков, а также атакам русских подводных лодок. В общем, потери были еще те…

Что ни говори, но 24 июня 1961 года под ожесточенным натиском советских войск Анкоридж пал и остатки американских войск отступили на единственную оставшуюся под их контролем часть южной Аляски полуостров Кенай. Здесь следует отметить, что в самом узком месте этого полуострова (на пяти километровом перешейке в районе населенного пункта Уаиттер) был создан последний рубеж обороны, в задачу которого входило сдержать натиск советских войск, пока основные остатки американской армии не эвакуируются с полуострова. Однако 26 июня и эти укрепления были прорваны и советские войска вошли на полуостров Кенай, ну а американская эвакуация превратилась в большую панику. Утром 27 июня корабли 2го соединения американского флота под командованием вице-адмирала Бенджамин Клэри покинули порты на полуострове Кенай и ушли курсом на Якутат, где и должна была разместиться новая база американского флота. Однако, несмотря на большую удобную гавань, портовая инфраструктура в Якутате оставляла желать лучшего, поэтому наиболее сильно пострадавшие в хоте сражения у Алеутских островов корабли (линкоры «Мэн» и «Висконсин», крейсера «Винсенс» и «Феникс») пришлось отправить на ремонт в главный город Аляски Джуно.

Ну а 30 июня 1961 года практически весь полуостров Кенай был взят советскими войсками, при этом плен попали порядка четырех с половиной тысяч американских солдат, не успевших вовремя эвакуироваться с полуострова. В общем, к 1му июля 1961 года весь юг штата Аляска оказался в руках советских войск.

…

- Уважаемые господа! Ну, вот и все! Аляска практически потеряна для нас. Какие будут предложения? – Произнес президент США Джон Ф. Кеннеди на большом совещании в овальном кабинете «Белого дома» 29 июня 1961 года. Конечно, его фраза носила чисто символический характер, но что ни говори, а в ответ президенту была лишь полная тишина. Поэтому Джон Кеннеди продолжил свой монолог. – Как я понимаю, вам нечего сказать, поэтому скажу я. Господа, прежде всего нам следует подумать: Как донести до народа Соединенных Штатов наш проигрыш на Аляске? Второе, нам надо решить, как теперь поступить с нашими войсками на западном побережье Аляски, ведь теперь путь к ним практически перерезан русским флотом, и они остались без подкреплений и снабжения боеприпасами и продовольствием. А ведь там находится порядка шестидесяти тысяч солдат вооруженных сил США и пятнадцать тысяч членов национальной гвардии. И третье сможем ли, мы теперь удержать в руках юго-восток штата? Хватит ли для этого у нас сил? Итак, господа, я слушаю ваше мнение по заданным вопросам.

Что ни говори, но первым после президента слово взял государственный секретарь Дейвид Раск:

- Господа, наше поражение на Аляске сказалось самым негативным образом на нашей экономике. Наши активы на фондовых и сырьевых биржах упали как минимум на пять-десять пунктов, ну а доллар обесценился на пять процентов. Ну и если наши войска на западном побережье Аляски капитулируют обвал валюты и ценных бумаг продолжится в наихудшей форме. Поэтому считаю, что нам следует немедленно заняться эвакуацией наших сил на Аляске, а также подготовить серьезное коммюнике по поводу сложившейся ситуации.

- Господа, я вот тут набросал черновой текст этого документа и считаю, что вам следует послушать его, - неожиданно для всех произнес вице-президент Линдон Джонсон.

- Что же, давай те послушаем, - произнес президент США, после чего Линдон Джонсон встал и начал зачитывать данный текст:

- «Уважаемые граждане Соединенных Штатов Америки, сегодня для нас настал день траура по нашим героическим военным, защищающим нашу великую родину на далекой, но нашей Аляске. Кроме этого, наши славные солдаты приложили все свои силы для того, чтобы наш противник не захватил те территории, которые до сих пор оставались под нашим контролем. Однако, тем не менее, наш враг оказался очень и очень силен и его войска 24 июля захватили самый большой город штата Аляска Анкоридж, в результате чего наши храбрые солдаты были вынуждены покинуть эти земли, чтобы создать новую линию обороны на юго-востоке штата. Честь и слава нашим храбрым солдатам, летчикам, морякам, офицерам и членам национальной гвардии».

Здесь Линдон Джонсон закончил свой пафосный монолог и сел в большое кожаное кресло стоящее справа от стола президента.

- Что же, как черновик пойдет. Главное, что нет никаких подробностей о ситуации на Аляске, но его надо как следует подкорректировать и немедленно выдать в основные издания страны, - прокомментировал текст подготовленный вице-президентом министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди.

- Вот ты мой милый братик и займёшься этим как министр юстиции, - тут же отреагировал на его слова Джон Кеннеди, - а теперь господа по существу вопроса. Какие будут предложения по ситуации на Аляске?

- Как уже говорилось ранее, нам следует немедленно начать эвакуацию войск с западного побережья штата. Вопрос: как нам это сделать? Что скажут военные? – снова вступил в разговор государственный секретарь Дейвид Раск.

- Конечно, какую-то часть военнослужащих может эвакуировать транспортная авиация, это при том, что основные аэродромы в Бетеле и Диллингхеме пока находятся в наших руках. Но господа! В связи с падением Анкориджа самолетам теперь придется преодолевать гораздо более длинный путь до аэродрома в Джуно, а это сильно снижает эффективность эвакуации, - последовало со стороны министра ВВС Юджина Цукерта.

- С авиацией все понятно. Полностью эвакуировать семьдесят пять тысяч человек можно лишь на транспортных судах. Что скажет на это флот? – произнес министр армии, Элвис Стар.

И вот тут слово взял молчавший до этого морской министр Джон Ко́нналли:

- Господа, как вы понимаете наш флот, никак не несет ответственности за поражение на Аляске…

- Это как так! Здесь вы не правы! Если бы флот сразу разгромил русских и нарушил их коммуникации между Аляской и Чукоткой, то наши войска уже бы отвоевали у Советов территории потерянные в результате войны 50-52 годов, - резко перебил морского министра брат президента Роберт Кеннеди.

- Погодите, погодите господа! Пусть мистер Канналли продолжит, - попытался разрядить ситуацию министр обороны Роберт Макнамара.

- Господа, наш флот показал себя достойно в сражении у Алеутских островов, но и русские оказались на высоте. В результате поставленные цели не были достигнуты, то есть обе стороны разошлись с ничейным результатом. Кроме этого, хочу доложить вам, что флот противника выставил в проливах между Алеутскими островами большие минные заграждения, что теперь препятствует прохождению наших транспортов с грузами для войск находящихся на западном побережье Аляски. Это же и препятствует их эвакуации на юго-восток. Кроме этого у западных берегов штата и в других проходах между островами замечены вражеские подводные лодки. Считаю, что надо организовать большой хорошо охраняемый конвой, который сможет доставить на западное побережье необходимые грузы, а оттуда эвакуировать людей.

- А как этот ваш конвой пройдет между островами? – задал вопрос министр обороны Соединенных Штатов.

- Мы включим в состав конвоя оставшиеся у адмирала Клэри четыре тральщика и кроме этого перекинем с западного побережья еще восемь эскадренных и двадцать базовых тральщиков. Они протралят проходы между островами и укроются в гавани Датч-Харбора, - ответил морской министр.

- Но это же слишком долго! Советы не будут ждать и нанесут новый удар раньше, - снова последовала критика со стороны Роберта Кеннеди.

- Ничего, тральщики будут добираться до Алеутских островов около двух недель, за это время мы сумеем подготовиться к русскому наступлению, ну а необходимые грузы перебросит транспортная авиация.

…

Что ни говори, а на следующий день после вышеописанного совещания в «Белом доме», а именно 30 июня 1961 года советские войска маршала Кирилла Семеновича Москаленко начали новое наступление на этот раз вдоль западного побережья Аляски. Однако в этой сильно заболоченной и пересеченной реками и озерами лесистой местности упор был сделан не на танковые части, а на высадку многочисленных десантных партий из морских пехотинцев Тихоокеанского флота и бойцов сил специальных операций, Комитета государственной безопасности Советского Союза. Ну а основные силы сухопутных войск, а именно мотострелковые части наступали с севера вдоль изрезанного глубокими заливами берега Аляски применяя в качестве средств продвижения резиновые лодки и надувные плоты, на которых переправляли личный состав, оружие и снаряжение. Ну и еще следует сказать, что, так как использование тяжелой артиллерии было так же затруднено, на помощь наступающим советским частям пришла фронтовая авиация и флот, отправивший для бомбардировки позиций противника легкие крейсера «Варяг» и «Олег», а также четыре эскадренных миноносца.

Ну а что можно сказать непосредственно о советском наступлении на западном побережье Аляски:

30 июня в первый день операции советская фронтовая авиация нанесла удар по крупному аэродрому американских ВВС в районе Бетела. При этом на земле были уничтожены порядка двадцати самолетов, разрушены ангары и подожжены две из четырех емкости с авиационным бензином.

2 июля был отбит у американцев населенный пункт Хупер-Бей (самая западная точка Аляски), и далее советские войска начали продвигаться в южном направлении.

6 июля советские войска продвинулись вдоль западного побережья Аляски на шестьдесят километров до глубоко вдающейся в материк бухты Бэрд и вплотную приблизились к стратегически важному населенному пункту и аэродрому Бетел. При этом русские захватили целый ряд небольших населенных пунктов на своем пути (Чевак, Чакуактолик, Ньюток, Касиглук).

В общем ситуация на западном побережье Аляски принимало все более и более напряженный характер.

4. Последний караван.

4го июля 1961 года (в день независимости Соединенных Штатов) в гавань главного основного порта в районе архипелага Александра Ситка вошел долгожданный супер линкор «Джорджия». Это было серьезное подкрепление для ослабленного после сражения у Алеутских островов американского флота. Кроме этого в удобной гавани этого городка был сформирован специальный конвой для эвакуации американских сил с западного побережья Аляски. В него входило сорок шесть крупнотоннажных транспортов типа «Виктори» и «Форт» специально переоборудованных под перевозку людей (а именно на каждом судне могло поместиться около тысячи двухсот человек), и четыре крупнотоннажных пассажирских лайнера (вместимостью до тысячи восемьсот человек). В охрану этого конвоя входило двадцать эскадренных миноносцев типа «Флэтчер» и «Бэнсон», восемь корветов типа «Нокс», а также пять легких крейсеров-скаутов («Туксон», «Джюно 2», «Спокан», «Фресно» и «Атланта 2») под флагом контр-адмирала Роберта Феско.

Также следует сказать, что этот громадный конвой сопровождали силы основного прикрытия под флагом младшего флагмана 2го соединения американского флота контр-адмирала Роберта Хоуга в составе супер линкора «Джорджия», больших крейсеров «Аляска» и «Гавайи», легкого крейсера «Санта-Фе», а также шести эсминцев типа «Флэтчер». Кроме этого впереди конвоя двигались восемь эскадренных и шесть базовых тральщиков, в задачу которых входило освободить от русских мин проливы между Алеутскими островами.

Здесь следует сказать, что довольно странно, почему командующий 2м соединением вице-адмирал Бенджамин Клэри не дал в прикрытие этого огромного каравана ни одного авианосца. Возможно, на его решение повлиял тот факт, что авианесущая группа еще не пополнилась новыми самолетами после сражения у Алеутских островов. Ну и еще, скорее всего он понадеялся, что авиационное прикрытие конвой получит с береговых аэродромов на полуострове Аляска (Колд-Бей), Алеутских островах (Оттер-Поинт), а при выходе в Берингово море с аэродромов Бетела и Диллингхема.

И вот 6го июля этот огромный флот покинул гавань Ситхи и вышел в открытое море и двинулся 10 узловым ходом на запад.

…

10 июля: ушедшие вперед тральщики подошли к приливу Унимак и начали тралить фарватер.

11 июля: к проливу Унимак подошел отряд основного прикрытия под командованием контр-адмирала Роберта Хоуга. Здесь его корабли легли в дрейф, дожидаясь основной части каравана.

12 июля: тральщики закончили тралить пролив, и ушли в Датч-Харбор. В 10.00 в протраленный проход вошел легкий крейсер «Санта-Фе». В 13.00 он прошел прилив Унимак и вышел в Берингово море. В 13.30 в пролив вошли корабли основных сил прикрытия конвоя, в 16.00 они благополучно его миновали.

13 июля: С самого утра, то есть к 7.00 пролив Унимак миновали три крейсера-скаута и пять эсминцев под командованием контр-адмирала Роберта Феско. С 7.30 в пролив стали по очереди втягиваться транспорты каравана.

10.45 транспорт «Форт Сан-Руперт» уклонился от протраленного фарватера вправо и под ним взрывается русская мина «АГС-Г» (боевая часть 230 кг тринитротолуола). В результате у американского транспорта оказывается развороченной носовая часть корпуса, и он получает сильный дифферент на нос. К нему на помощь подходит американский корвет, однако поврежденный транспорт снова подрывается на мине и всего через десять минут уходит на дно. Его экипаж подбирает корвет сопровождения.

Что ни говори, но это была единственная потеря американского каравана в проливе Унимак. Тем не менее, вся линия транспортных судов растянулась на много километров, и их проход через пролив занял более суток, то есть лишь к полудню 14 июля последние корабли конвоя и прикрывавшие их два крейсера скаута и несколько эскадренных миноносцев миновали пролив. Далее корабли каравана выстроились в походный ордер и под прикрытием крейсеров, эсминцев и корветов двинулись курсом на северо-восток. Конечной целью этого конвоя был залив Кускокуим, на берегах которого находилось несколько небольших населенных пунктов с довольно развитой портовой инфраструктурой (Куигиллингок, Конгиганак, Куинагак, а также Гудньюс-Бей в бухте Гудньюс). И вот 14 июля в 13.00 построившийся в походный ордер огромный караван из транспортов и боевых кораблей охранения, двинулся к намеченной цели.

14 июля 15.35 находящаяся на боевом дежурстве севернее оконечности полуострова Аляска советская подводная лодка «Пантера» атакует двумя торпедами и топит транспортный корабль «Форт Сен-Джонс». После этого лодка в течение двадцати минут находится под бомбардировкой кораблями охранения, но ей удается благополучно уйти из-под удара.

В полдень 17 июля 1961 года огромный караван транспортов прибывает в залив Кускокуим практически сразу, на них начинают грузиться американские военнослужащие и члены национальной гвардии.

14.00 на радарах американских кораблей основных сил прикрытия появляется групповая цель, которая классифицируются как русские крейсера и эсминцы. Командующий силами прикрытия контр-адмирал Роберт Хоуг приказывает кораблям сниматься с якорей и выдвигаться навстречу противнику.

18.00 расстояние между советскими крейсерами и кораблями адмирала Хоуга сокращается до 120 кабельтовых (22 км) и американский командующий приказывает открыть огонь из орудий главного калибра. Тут же выясняется, что противником американцев выступали советский тяжелый крейсер «Рюрик» (12 – 280 мм орудий), легкие крейсера «Варяг» и «Олег» (16-180 мм орудий), лидеры «Азард» и «Гром», а также эскадренные миноносцы «Сокрушительный», «Скорый», «Свирепый» и «Стерегущий». Это был мобильный отряд посланный командующим 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмиралом Игнатьевым, чтобы прощупать оборону американского каравана. Командовал этим мобильный отрядом младший флагман эскадры контр-адмирал Николай Моков.

18.05 советские крейсера открывают ответный огонь. Начинается артиллерийская дуэль между основными силами противоборствующих сторон.

18.45 три 280 мм полубронебойных снарядов с русского крейсера «Рюрик» попадают в надстройки американского флагманского супер линкора «Джорджия», В результате этих попаданий на линкоре выходит из строя артиллерийский директор средней артиллерии левого борта, одна установка 127 мм орудий и два зенитных автомата «Бофорс». Кроме этого оказывается, разрушена радиорубка, а также в передней надстройке возникает сильный пожар. Как это ни странно, но это оказываются единственные попадания в более чем часовой артиллерийской дуэли. К 19.15 обе стороны расходятся, и советские корабли исчезают в направлении на северо-запад. Все за час десять минут боя американские корабли выпустили около ста десяти крупнокалиберных снарядов (457 мм, и 305 мм), а советская сторона порядка восьмидесяти снарядов калибра 280 и 180 мм.

18 июля, 06.00 утра, стоящие на якоре, осуществляющие погрузку транспортные суда американского каравана подвергаются массированному налету советских фронтовых бомбардировщиков и штурмовиков. Всего в налете на американские корабли участвует около сотни фронтовых бомбардировщиков Пе-2 и сорок штурмовиков Ил-10. Они сбрасывают бомбы на стоящие на якорях суда, а штурмовики еще и расстреливают их из пушек и пулеметов. Здесь следует сказать, что в результате этого налета на дно уходят четыре транспорта типа «Форт», два транспорта типа «Виктори», и пассажирский лайнер «Вильденбраун». Кроме этого серьезные повреждения получают два транспортных судна типа «Форт», с них эвакуируют экипажи, а сами корабли сажают на прибрежную отмель в районе порта Гудньюс-Бей. Таким образом, общее количество транспортов конвоя сокращается до тридцати шести, а пассажирских лайнеров до трех.

19 июля 1961 года. Погрузка американских военнослужащих на транспортные суда подходит к завершению и в 11.30 суда каравана, а также и боевые корабли поднимают якоря и отправляются на юго-запад по направлению к проливу Унимак. Всего же на транспортных судах разместилось около 43200 человек, а на трех пассажирских лайнерах 5400 военнослужащих войск США. Отсюда следует, что в районе западного побережья Аляски осталось порядка одиннадцати с половиной тысяч американских солдат и порядка пятнадцати тысяч членов национальной гвардии. Эти войска и заняли временные оборонительные позиции в районе аэродрома Бетела, инфраструктуру которого специальные команды саперов подготовили к уничтожению.

Однако вернемся к нашему многострадальному каравану.

19 июля, огромный конвой из транспортных и боевых кораблей растянулся на расстояние в десять миль, при этом основные силы прикрытия держались западнее и ожидали нападения русского флота, которое не заставило себя долго ждать.

15.30 на экранах радаров американских боевых кораблей снова появилось несколько целей, расстояние до которых составляла порядка пятидесяти километров (27 миль).

16.35 советские крейсера и эсминцы приблизились до дистанции в 100 кабельтовых и открыли огонь полубронебойными снарядами из орудий главного калибра. Практически тут же открыли ответный огонь и американские корабли.

16.45 залп американского большого крейсера «Аляска» накрывает советский легкий крейсер «Олег» и спустя всего несколько минут 305 мм американский снаряд попадает во вторую дымовую трубу русского корабля, сильно разворотив её, при этом еще два снаряда пролетают над палубой крейсера и падают в море.

16.55 два 180 мм снаряда с русского легкого крейсера «Варяг» бьют в носовую оконечность корпуса американского большого крейсера «Гавайи» и взрываются внутри, сильно разрушив внутренние переборки и верхнюю палубу корабля.

17.00 три полубронебойных снаряда калибра 280 мм с тяжелого русского крейсера «Рюрик» бьют в надстройку и вторую переднюю башню американского линейного корабля «Джорджия». В результате этих попаданий оказываются выведенными из строя одна установка 127 мм орудий и три зенитных автомата «Бофорс». Кроме этого на линкоре возникает сильный пожар.

Примерно в это же время два советских лидера и четыре эсминца обходят с севера основные силы прикрытия и бросаются в атаку на тяжелогруженные транспорты американского конвоя. На их пути встают два американских крейсера-скаута («Фресно» и «Атланта 2») и четыре американских эсминца типа «Флэтчер». Между кораблями завязывается ожесточенный артиллерийский бой, в результате которого в американский крейсер «Атланта 2» попадает пять 130 мм снарядов, которые выводят из строя третью носовую башенную установку 127 мм орудий и разрушают надстройку корабля. Кроме этого в крейсер «Фресно» попадает три 130 мм снаряда и еще один 130 мм русский снаряд попадает в американский эсминец «Джон Финн». Однако и в русские корабли попадали американские снаряды: три 127 мм снаряда поразили лидер «Азард», два лидер «Гром» и по одному снаряду в эсминцы «Сокрушительный» и «Скорый». Тем не менее, советским эсминцам удается сделать прицельные залпы из 533 мм четырехтрубных торпедных аппаратов, и советские смертоносные сигары устремляются к американским транспортам. Из всех торпед три штуки попадают в цель и отправляют на дно американские транспорты «Форт Клаин», «Форт Раск» и « Лайн Виктори». Здесь все предельно просто. Слабые корпуса американских пароходов просто не выдерживают мощных взрывов советских торпед, и вода практически сразу заливает внутренние отсеки и трюмные помещения кораблей. Тысячи оказавшихся в воде людей пытаются подобрать подошедшие корабли охранения, но жертвы все равно оказываются велики.

Кроме этого советские лидеры также производят торпедные залпы на этот раз по защищающим караван американским крейсерам, «Фресно» удается увернуться от русских торпед, а вот «Атланте 2» не везет. Две 533 мм сигары («53-56») с боевой частью в 400 кг «ТГА» практически раскалывают легкий американский крейсер на две части. В 17.30 «Атланта 2» быстро уходит под воду, унося с собой жизни шестьсот моряков. Спасти удается всего двадцать три человека.

В 17.35 на помощь к отражающим атаку советских эсминцев американским кораблям подходят находившиеся до этого в голове каравана еще три американских легких крейсера-скаута, а именно «Туксон» (под флагом контр-адмирала Роберта Феско), а также «Джюно 2» и «Спокан», в результате чего советским кораблям приходится ретироваться перед превосходящими силами противника.

17.40 вслед за легкими силами на запад уходят и русские крейсера. Артиллерийский бой затихает, и русские крейсера растворяются за горизонтом. Здесь следует сказать, что американский супер линкор «Джорджия» выпустил в этом бою шестьдесят снарядов калибра 457 мм и ни разу не то, что не попал, даже не накрыл цель. Причиной этого оказалось то, что боевая подготовка моряков этого только что вошедшего в строй флота корабля оставляла желать лучшего. При всем этом советский крейсер «Рюрик» всадил в «Джорджию» шесть 280 мм полубронебойных снарядов попав в нее два раза полными залпами. И хотя американский корабль и не получил серьезных повреждений, на нем оказалось разрушенными надстройки и выведены из строя две установки спаренных 127 мм орудий и пять установок зенитных автоматов «Бофорс». В результате этих попаданий насчитывается двадцать пять убитых и семнадцать раненых членов экипажа супер линкора.

Что ни говори, дневное артиллерийское сражение закончилось, но неприятности американского конвоя еще были не все.

20 июля 1961 года. 02.35 советская подводная лодка «Барс» производит ночную атаку и топит двумя торпедами транспорт «Форт Холмс», после чего успешно уходит из-под бомбового удара американских эсминцев. Кроме этого две подводные лодки советского флота типа «Борей» снова выставляют на протраленном американцами фарватере в проливе Унимак порядка шестидесяти морских мин типа «ЭП-Г».

22 июля: караван из американских транспортов и боевых кораблей подходит к Алеутским островам. 10.30 первые суда каравана и четыре американских эсминца втягиваются в пролив. 10.55 шедший первым американский эскадренный миноносец «О, Кэйн» подрывается на русской мине. Корабль остается на плаву, но теряет ход. Его берет на буксир корвет сопровождения и тащит в находящийся рядом Датч-Харбор. Кроме этого с американской базы вызывают тральщики, и они начинают снова протраливать фарватер. В это время американские транспорты и боевые корабли встают на якоря вблизи северо-западного берега острова Унимак.

23 июля: к полудню фарватер был снова протрален и первые суда каравана втянулись в пролив, причем на этот раз впереди судов конвоя снова идут эскадренные тральщики.

24 июля, утро: последние корабли американского флота проходят пролив Унимак и выходят в северную часть Тихого океана, при этом под корпусом американского большого крейсера «Гавайи» взрывается русская мина «ЭП-Г» (боевая часть 300 кг ТНТ). В днище крейсера образуется большая пробоина, и корабль принимает более шестисот тонн воды, получая при этом дифферент на нос. Тем не менее «Гавайи» продолжают поход и встают на ремонт лишь после прибытия на базу.

29 июля конвой американского флота успешно прибывает в порт Ситка и операция по эвакуации американских войск с западного побережья Аляски успешно заканчивается. Всего в ходе этой операции караван потерял двенадцать транспортных судов и один пассажирский лайнер (то есть из 50 вышедших в поход транспортов и пассажирских кораблей вернулось 37), общие же потери в людях составили порядка четырех тысяч человек, включая экипаж погибшего легкого крейсера «Атланта 2». В общем, операция была признана успешной и её руководители контр-адмиралы Роберт Хоуг и Роберт Феско получили высокие правительственные награды («серебряная звезда»).

…

А что же далее случилось с американскими войсками, которые остались на западном побережье Аляски?

Всего же в районе Бетела и Диллингхема осталось порядка одиннадцати с половиной тысяч американских солдат и около пятнадцати тысяч членов национальной гвардии. Эти силы никак не могли удержать фронт и уже 1го августа советские войска практически без боя берут Бетел и захватывают находящуюся рядом с ним крупную военно-воздушную базу. Остатки же американских войск под командованием бригадного генерала Джорджа Рея отступают вдоль побережья Бристольского залива Берингова моря к Диллингхему. При этом они занимают новую линию обороны в районе западных отрогов гор Аклун (Кускокуим) и там пытаются задержать наступление советских войск.

Однако, тем не менее, уже 10 августа специальные отряды наступающих советских войск переваливают через хребет Аклун севернее линии обороны американских войск и атакуют Диллингхем. Это приводит к тому, что американские войска бросают тяжелое вооружение и панически отходят сквозь горы Аляскинского хребта к большому озеру Илиамна, после чего пройдя вдоль берегов этого огромного водоема, пересекают в основании полуостров Аляска и выходят к его восточному побережью. Там остатки американских вооруженных сил и солдат национальной гвардии эвакуируют легкие силы флота, сначала на остров Кадьяк, а потом и далее на архипелаг Александра. На этом эпопея небольшой группы американских войск заканчивается и практически все западное побережье штата Аляска оказывается под контролем советских войск.

5. Слово и дело.

- Товарищи, сегодня у нас знаменательный день, - именно с таких слов начал очередное заседание Государственного Комитета Обороны 9го августа 1961 года его председатель Лаврентий Павлович Берия, - наши войска на Аляске взяли Анкоридж и сейчас успешно наступают вдоль западного побережья штата. Таким образом, скоро практически вся территория Аляски за исключением ее юго-восточной части окажется под нашим контролем. Итак, слово предоставляется министру обороны маршалу Родиону Яковлевичу Малиновскому.

После этих слов министр обороны Советского Союза встал и громко начал читать доклад:

- Товарищи, в конце июня наши войска на Аляске взяли основной ее порт Анкоридж и окончательно вытеснили противника с полуострова Кенай. После этого войска маршала Москаленко начали наступление вдоль западного побережья Аляски и, разгромив оборонительные позиции противника, взяли одну из главных баз американских ВВС в районе Бетела. Здесь следует сказать, что ни смотря на противодействие нашего флота, американским ВМС удалось эвакуировать основную часть своих войск с западного побережья с помощью большого транспортного конвоя. На сегодняшний же день остатки американских сухопутных войск и национальной гвардии заняли оборону в районе второй крупной базы американских ВВС в районе Диллингхема. Однако наши войска наступают по всем направлениям, и вскоре почти вся территория Аляски окажется под нашим контролем.

Здесь министр обороны замолчал и ему был задан вопрос со стороны председателя правительства Николая Александровича Булганина:

- А вы точно можете сказать, какие территории Аляски сейчас находятся под контролем американцев?

На что Родион Малиновский ответил:

- На сегодняшний день под американским контролем находится юго-восток штата, начиная от Якутата и включая архипелаг Александра с основными городами Джуно и Ситка. Кроме этого под контролем американцев остаются небольшой участок побережья в районе Бристольского залива, полуостров Аляска, Алеутские острова и остров Кадьяк. Однако до наступления холодов и сезона штормов мы планируем провести крупную десантную операцию и освободить эти земли.

- Хорошо. Ну а что скажет командующий флотом?

Теперь уже встал из-за стола командующий ВМФ СССР адмирал Сергей Георгиевич Горшков:

- Товарищи. Наша 2я Тихоокеанская эскадра, базирующаяся на Камчатке, с честью выдержала большое сражение с американским флотом у Алеутских островов, где наши моряки блокировали пролив Унимак с помощью минного оружия, ну а наши летчики палубной авиации с честью сразились с американцами. В общем, по итогам это сражение кончилось с ничейным результатом, ну а потом наши крейсера атаковали силы суда большого американского конвоя, в задачу которого входила эвакуация американских сухопутных сил с западного побережья Аляски. В результате этого боя были нанесены повреждения новейшему американскому линкору «Джорджия», а также подорвался на нашей мине большой крейсер «Гавайи». Кроме этого нашими эсминцами уничтожены три американских транспорта и один легкий крейсер. Всего же по данным разведки американцы потеряли в ходе этой операции тринадцать транспортных судов и около четырех тысяч человек из экипажей кораблей и эвакуируемых солдат.

- Что же, это довольно подробная информация. Каковы же планы флота на дальнейшее?

- Теперь мы планируем заняться высадкой массированного десанта на северное побережье полуострова Аляска и Алеутские острова, после чего флот будет перебазирован из Берингова моря в северную часть Тихого океана. Мы рассчитываем, что наиболее подойдет для базы флота остров Кадьяк. Оттуда рукой подать до последнего оплота американцев архипелага Александра.

- Что же, хорошо. Будем надеяться, что удача будет сопутствовать нам и дальше, - подвел итог председатель ГКО.

Но здесь мы забежали слишком далеко вперед, поэтому давайте вернемся в начало июня 1961 года.

…

Именно в это время войска генерала Джозефа Лоутона Коллинза начали новую попытку наступления на Хоккайдо. На этот раз их целью был небольшой японский городок Ивамидзава расположенный в глубине японского острова Хоккайдо. По плану генерала Коллинза союзные войска должны были взять этот населенный пункт и, развивая наступление дальше, обойти основные укрепления советских войск в районе Саппоро с севера с последующим выходом к побережью залива Исикари. Таким образом, основная часть русских сил оказывалась в окружении в районе столицы Хоккайдо Саппоро, да и кроме того путь союзным войскам вглубь острова Хоккайдо оказывался открыт.

Однако все оказалось не так уж и просто, как считал генерал Коллинз. Он и не подозревал, что совсем недавно на Хоккайдо с острова Сахалин было переброшено пять свежих мотострелковых дивизий, две танковые бригады, два истребительных, два бомбардировочных и один штурмовой авиаполк. Таким образом, общая численность советских сил на Хоккайдо достигла двухсот сорока тысяч человек против двухсот тысяч военнослужащих союзников. Проще говоря, наступление сил коалиции на Ивамидзаву практически сразу провалилось, и советские войска нанесли мощный контрудар в направлении на расположенный на южном побережье Хоккайдо порт Томакомай.

12 июня 1961 года этот стратегически важный японский город был взят советскими войсками, и силы союзников оказались разрезаны на две части (на юго-западе острова и юге в районе населенных пунктов Хиратори и Уракава). Получив такой сильный удар, генерал Коллинз немедленно запросил срочной помощи у «Пентагона», ну а находящиеся в окружении на юге острова войска пришлось немедленно эвакуировать силами флота в район полуострова Осима.

В общем, особых успехов силы союзников на Хоккайдо не добились, а лишь потеряли часть с таким трудом завоёванной территории, ну а боевые действия на юге острова снова приняли изматывающий позиционный характер.

…

- Господа, генерал Коллинз срочно требует серьезного подкрепления. Его войска понесли серьезное поражение и потеряли часть местности на южном побережье острова Хоккайдо. Каковы будут предложения? – задал вопрос своим подчиненным министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара на расширенном заседании командующих войсками и комитета начальников штабов в «Пентагоне» 21 июня 1961 года.

- Сейчас мы формируем три свежие пехотные дивизии на западном побережье США, думаю, что их можно перебросить в Японию и таким образом увеличить численность наших экспедиционных сил на Хоккайдо до двухсот сорока тысяч человек, - рискнул ответить первым начальник штаба сухопутных войск США генерал Дирк Эмбал.

- Мы можем перебросить на север острова Хонсю сто тридцатый отдельный полк стратегической авиации, а это порядка сорока новейших стратегических бомбардировщиков B-50 «Суперфортресс», - добавил начальник штаба ВВС генерал Ричард Морген.

- Это хорошо, но этого мало! Как только что сумело выяснить наше Главное разведывательное управление? Русские перебросили на Хоккайдо целых пять свежих дивизий, две танковые бригады и пять авиационных полков. Что скажет флот? – снова задал вопрос Роберт С. Макнамара.

- У главного морского штаба есть серьезное предложение по поводу ситуации на юге Хоккайдо. Доложит начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон, - последовало со стороны морского министра Джона Бо́удена Ко́нналли.

- Господа. Анализируя создавшуюся в районе Сангарского пролива ситуацию, главный морской штаб разработал операцию основной целью, которой будет крупная десантная операция в районе западного побережья полуострова Осима, - начал доклад Ленц Гордон: - Первым дело в этой операции примут участие два ударных авианосца «Хэнкок» и «Энтерпрайз», два линкора, два больших крейсера и легкие силы прикрытия. Десантная группа будет состоять из восьми специализированных десантных кораблей типа «Уосп», на которых разместиться порядка десяти тысяч морских пехотинцев которые и будут основной ударной частью десанта. Главным же объектом предстоящего десантирования является расположенный на западном побережье острова Хоккайдо небольшой портовый город Иванай. Как только морские пехотинцы закрепятся на побережье, туда сразу хлынет вторая волна десанта в количестве десяти тысяч военнослужащих на восьми транспортных кораблях типа «Виктори - Хаскелл». Главной же целью этой десантной операции является завоевание обширного плацдарма на западном побережье Хоккайдо и дальнейшее его соединение с наступающими войсками основных сил экспедиционных войск находящихся на южном берегу острова.

Здесь начальник штаба ВМС замолчал, и слово взял комендант корпуса морской пехоты генерал Дэвид Шуп:

- Господа, с вашего разрешения я добавлю несколько слов. Если нам удастся осуществить этот план, то таким образом мы прорвем русскою оборону и в дальнейшем поведем наступление на небольшой городок Йоити, а там остается всего несколько километров до основного порта на оккупированном русскими Хоккайдо Отару. Ну а после его захвата судьба Саппоро будет решена.

- Что же хорошо, этот план заслуживает одобрения, - констатировал услышанное министр обороны Роберт С. Макнамара.

…

25 июня 1961 года часть кораблей американского 1го соединения Тихоокеанского флота прошла сквозь Сангарский пролив в Японское море и направилась к небольшому японскому городку Йоити. В составе этого отряда под командованием младшего флагмана соединения контр-адмирала Дирка Сногерса входили линейные корабли «Нью-Джерси» и «Миссури», большие крейсера «Гуам» и «Филиппины», а также тяжелые авианосцы «Хэнкок» и «Энтерпрайз». Это были главные силы прикрытия, которые сопровождали четыре фрегата типа «Ингрем» и четыре эсминца типа «Бенсон».

Вслед за этим главным отрядом двигались главные силы вторжения, где под прикрытием легких крейсеров «Гонолулу» и «Сент-Луис», а также четырех эсминцев типа «Бенхэм» двигались восемь десантных кораблей типа «Хаскелл» с морскими пехотинцами на борту.

Где то к полудню 26 июня вышеописанные силы американского флота обогнули с запада полуостров Осима и подошли к большому заливу, в глубине которого и находился городок Иванай. В 14.00 с американских авианосцев поднялись сорок истребителей F-6U «Супер Корсар» и тридцать восемь бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер» которые нанесли бомбовый удар по советскими позициям в районе этого небольшого населенного пункта. Практически сразу же вслед за бомбовым ударом к берегу приблизились американские линкоры и открыли огонь из орудий главного калибра. Под их прикрытием к песчаному пляжу образующему береговую линию подошли десантные корабли и сквозь откинутые аппарели на берег хлынули американские морские пехотинцы. Высадка десанта началась.

Здесь следует сказать, что в этом районе у советских войск не было особо мощных укреплений, и линия фронта проходила немного южнее городка Йванай, поэтому советское командование обратилось за помощью к флоту.

И уже 26 июня 1я Тихоокеанская эскадра снялась с якорей и покинула Владивосток. Советское командование задумало дать генеральный бой американскому флоту.

6. Битва за Хоккайдо (часть 1).

Наступило утро 28 июня 1961 года. Основные силы советского Тихоокеанского флота подошли к побережью острова Хоккайдо на расстояние в восемьдесят километров, когда на экранах радаров показались многочисленные цели, которые обозначали американские корабли отряда контр-адмирала Дирка Сногерса.

- Ну, вот товарищи, кажется, мы прибыли на место в самый подходящий для этого момент, - констатировал, разглядывая текущую обстановку на экране локатора, командующий 1й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов.

- Какие будут распоряжения? – последовало со стороны дежурного флаг-офицера.

- Передайте на авианосцы, что бы поднимали первую волну самолетов и начинали атаковать противника.

- Слушаюсь товарищ адмирал.

И практически сразу с трех находящихся в распоряжении у вице-адмирала Харитонова авианесущих крейсеров стали подниматься в воздух истребители и бомбардировщики. Всего в первом эшелоне атакующих американские корабли советских самолетов находилось пятьдесят истребителей Ла-11МК и тридцать бомбардировщиков Ту-2МК. Как это ни странно, но в момент, когда советские самолеты стали заходить в атаку на американские авианосцы, садились группы самолетов только что вернувшиеся с задания по бомбардировке целей на берегу. Таким образом, контр-адмирал Сногерс не мог сразу поднять на защиту кораблей свои истребители. Однако этот американский командующий не стал впадать в панику и приказал своим кораблям выстроиться в противовоздушный ордер и отражать воздушные атаки всеми средствами ПВО. Кроме этого адмирал Сногерс послал запрос на помощь своему командиру вице-адмиралу Стиву Торнгу, который в это время находился с основными силами американского флота по другую сторону Сангарского пролива в районе порта Муроран (на южном побережье Хоккайдо). Однако в ответ, командующий американским 1м соединением, приказал адмиралу Сногерсу спешно отходить всеми силами в Сангарский пролив, не вступая в прямое боестолкновение с русскими кораблями, что Согерс и поспешил исполнить…

Итак, 28 июня, 8.10 советские самолеты выходят в атаку на построенные в противовоздушный ордер американские корабли, которые в спешном порядке отходят в южном направлении.

8.15 десять советских Ту-2МК атакуют американские авианосцы «Хэнкок» и «Энтерпрайз», при этом средства ПВО кораблей сбивают три самолета, но остальные успевают сбросить на противника свой груз. 8.17 две БРАБ-250 прибивают взлетную палубу авианосца «Хэнкок» и взрываются на внутренней ангарной палубе, уничтожив около двух десятков находящихся там самолетов. На корабле возникает сильный пожар, и взрываются подготовленные для заправки в самолеты боеприпасы, однако аварийные партии успешно борются с огнем и постепенно справляются с пожарами, тем не менее «Хэнкок» перестает выпускать и принимать самолеты.

8.20 двухсот пятидесяти килограммовая бронебойная бомба попадает прямо в надстройку авианосца «Энтерпрайз» при этом она уничтожает ходовой мостик и ходовую рубку корабля, а также наносит серьезные повреждения другим боевым постам, расположенным в надстройке. От этого удара погибает командир корабля, его старший помощник, командир авиационной группы, а также целый ряд офицеров авианосца, управление авианосцем переводится в резервный пост, а командование кораблем принимает второй помощник капитана в звании лейтенант-коммандера.

8.30 десять советских бомбардировщиков атакуют идущие на юг тридцати узловым ходом линейные корабли противника, однако мощная противовоздушная защита этих огромных кораблей создает сильный заслон на пути русских самолетов. В результате четыре бомбардировщика оказываются, сбиты, а остальные сбрасывают свой груз с горизонтального полета.

Тем не менее, третьей десятке советских Ту-2МК удается успешно атаковать группу американских транспортов, двигающуюся ближе к побережью полуострова Осима. Вот тут советским самолетам полностью сопутствует удача.

8.40-9.00 практически сразу советские бомбы отправляют на дно пять из восьми транспортных судов типа «Хаскелл» и хотя эти корабли ушли на дно практически пустыми, эти потери в будущем серьезно сказались на способности американского флота перебрасывать грузы и солдат через Сангарский пролив.

Но и это было еще не все.

Примерно через полтора часа 1я Тихоокеанская эскадра в полном составе приблизилась с моря к захваченному американскими морскими пехотинцами плацдарму на побережье полуострова Осима во главе с городком Иванай. Советские корабли подошли к берегу практически вплотную и начали молотить побережье из своих 406 мм орудий главного калибра, кроме этого в бой вступила и палубная авиация Тихоокеанского флота, а именно порядка тридцати бомбардировщиков атаковали позиции американцев фугасными бомбами. В общем высадившимся на берег американским солдатам стало очень и очень горячо, ну а отсутствие тяжелого вооружения и мощных средств зенитной обороны не давало им возможности организовать ответное сопротивление.

Однако и это было еще не все…

Примерно по полудню 28 июня к бомбардировке закрепившихся на берегу американских солдат подключились бомбардировщики Пе-2М фронтовой авиации советских войск и после их удара практически сразу на американцев пошли в атаку спешно переброшенные в этот район по приказу генерала Крылова две танковые бригады и две свежие мотострелковые дивизии советской армии. Наступление этих сил продолжалось до конца дня 28 июня и кольцо окружения вокруг американских солдат все больше и больше сжималось.

Ночью боевые действия затихли и стороны занялись подсчетом убитых и раненых. Как оказалось, за эти несколько дней боев на западном побережье полуострова Осима, американская сторона потеряла около пяти тысяч человек убитыми и шести тысяч ранеными из всего двадцати тысячного экспедиционного контингента. Что ни говори, а потери американцев составили более половины всего личного состава, и тогда утром 29 июня командующий десантными силами генерал-майор американской армии Джон Вайсман запросил временного перемирия. Здесь следует добавить, что к этому дню у окруженных американских сил практически закончилось продовольствие и медикаменты, да и боеприпасы дело подходили к концу. Зная о бедственном положении своих окруженных в районе Иванай войск, командующий союзными силами в Японии генерал Джозеф Лоутон Коллинз отдает окруженной группировке приказ самой выходить на соединение с союзными частями в направлении на юг полуострова Осима, что и предпринимает генерал Вайсман в ночь на 30 июня 1961 года. Однако этот прорыв становится последним отчаянным шагом американцев в попытке спасти окруженные войска от полного уничтожения. Бой продолжается практически в течение всей ночи и лишь под утро оставшиеся в живых американские морские пехотинцы и военнослужащие сухопутных войск поднимают белый флаг. В советский плен попадает порядка восьми тысяч (вместе с ранеными) американцев во главе с генерал-майором Джоном Вайсманом.

Таким образом, утром 30 июня американский плацдарм на западном берегу полуострова Осима оказался ликвидирован. Тем не менее, летняя битва за Хоккайдо еще не закончилась.

…

- Господа, только что, мы получили еще одну серьезную пощёчину от русских, - начал очередное совещание в «Белом доме» 35й президент США Джон Ф. Кеннеди, - что скажет на это министр обороны?

Роберт С. Макнамара поднялся из большого кожаного кресла, в котором сидел и заговорил:

- В данном поражении основная вина лежит на американском флоте, который постыдно бежал и оставил без прикрытия находящиеся на берегу войска, едва советская эскадра замаячила на горизонте. Кроме этого в гибели и попаданию наших солдат в русский плен сыграл большой перевес Советов в танках и тяжелом вооружении. Думаю, что за действия нашего флота ответит морской министр.

После этих слов министр обороны сел обратно в кресло и его место занял Джон Бо́уден Ко́нналли:

- Господа, господа, - начал он скороговоркой, - мы уже назначили срочную проверку действий командующего 1м соединением Тихоокеанского флота вице-адмирала Стива Торнга. Уже сегодня вечером я и начальник главного морского штаба адмирал Ленц Гордон вылетаем сначала в штаб Тихоокеанского флота на остров Оаху, а потом в Японию. Я гарантирую вам, что действия ответственных за поражение лиц будут рассмотрены особенно тщательно, и мы вынесем справедливое решение.

- Что же, мы с нетерпением ждем результатов вашей поездки, но хочу, чтобы вместе с вами полетел и представитель администрации президента, а именно министр юстиции, - последовало со стороны президента Соединённых Штатов.

- Что!? Мне также придется лететь в далекую Японию!? – с удивлением воскликнул младший брат президента Роберт Кеннеди.

- Да, это именно так, мой уважаемый брат. Вы как министр юстиции проконтролируете все действия наших военных с точки зрения законности, - констатировал вышесказанное президент.

Что ни говори, а уже на следующий день 2го июля 1961 года американский транспортно-пассажирский самолет Локхид VC-130B «Геркулес» с членами комиссии на борту вылетел в сторону западного побережья США. 4го июля после промежуточной посадки в Сан-Франциско самолет с членами комиссии прибыл на главную базу Тихоокеанского флота остров Оаху, что находится в гряде Гавайских островов, где и состоялся короткий, но насыщенный разговор с главнокомандующим флотом адмиралом Джоном Сайдсом.

«Я не считаю, что адмирал Торнг виноват в том, что приключилось на юге Хоккайдо. Наши силы были вынуждены разделиться, и в результате подошедший к месту десантной операции советский флот оказался намного сильнее. Поэтому контр-адмирал Дирк Сногерс и был вынужден быстро отступить и укрыться в Сангарском проливе», - заявил адмирал флота прибывшей комиссии.

Далее, на следующий день самолет с комиссией на борту прибыл на север острова Хонсю и уже 4го июля морской министр Конналли, адмирал Гордон и министр Роберт Кеннеди ступили на борт находящегося в гавани Хакодате флагманского линкора «Монтана». Что ни говори, а деятельность этой новоявленной комиссии затянулась на целых три дня, в течение которых были вызваны для дачи показаний многие офицеры как морских, так и сухопутных сил. В конце концов, к вечеру 7го июля морской министр Джон Бо́уден Ко́нналли не без поддержки брата президента Роберта Кеннеди сделал заключение:

«Вина в поражении американских десантных войск полностью лежит на непонятных и провальных действиях руководства 1го соединения Тихоокеанского флота, которые привели к тому, что находящиеся на берегу войска оказались без поддержки со стороны флота. Кроме этого была упущена возможность нанести поражение флоту противника и завоеванию господства в северной части Японского моря.

На основании вышеизложенного требую отстранить от занимаемых должностей командующего 1м соединением вице-адмирала Стива Торнга и младшего флагмана соединения контр-адмирала Дирка Сногерса».

Что ни говори, а на следующий день влиятельная комиссия убыла восвояси, ну а спустя несколько дней опальные адмиралы сдали свои полномочия. Новым командующим 1м соединением Тихоокеанского флота Соединенных Штатов был назначен протеже и друг министра юстиции и брата президента, только что получивший звание вице-адмирала Элмо Рассел Зумвалт, ну а младшим флагманом главнокомандующий флотом Джон Сайдс назначил боевого и опытного контр-адмирала Дэниса Хола.

А тем временем советский флот успешно обосновался в северной части Японского моря, точнее в заливе Исикари, а именно в главном порту Хоккайдо Отару.

7. Битва за Хоккайдо (часть 2).

- Итак, что мы будем делать далее, - начал свое первое совещание новоиспеченный 1м соединением Тихоокеанского флота Соединенных Штатов вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт, - считаю, что нам необходимо, прежде всего, выйти в Японское море, и нанести поражение обосновавшемуся в заливе Исикари флоту Советов. Для этого я готов привлечь все имеющиеся в нашем распоряжении авианосные силы, то есть сделать основную ставку на нанесение ударов с применением палубной авиации. Какие будут мнения, господа?

Тут слово взял младший флагман эскадры контр-адмирал Дэнис Хол:

- Господин адмирал, все это конечно правильно и обоснованно, но не стоит забывать, что два наших тяжелых авианосца получили тяжелые повреждения и были вынуждены отправиться на ремонт в Токийский залив. Таким образом, в нашем распоряжении остались всего четыре ударных авианосца, при этом мы должны обеспечивать авиационную поддержку сухопутных войск находящихся на юге Хоккайдо. На основании вышеизложенного считаю, что генеральное сражение с русским флотом вещь преждевременная и его следует отложить.

- И как вы смеете противоречить своему командующему? – с гневом произнес адмирал Зумвалт, - однако, если кто еще считает по-своему, прошу вас высказываться?

- Адмирал, лично я поддерживаю ваш план и тоже считаю, что сейчас самый подходящий момент, чтобы дать русским генеральный бой, но может нам лучше все-таки дождаться когда «Хэнкок» и «Энтерпрайз» закончат ремонт? – вступил в разговор, командующий авианосной группой контр-адмирал Джордж Баскет.

- Ваше мнение мне понятно, однако не стоит забывать, что в распоряжении у русских всего три авианосца против четырех наших. Этот огромный перевес в численности палубной авиации дает нам право на победу в предстоящем сражении, - ответил на вопрос подчиненного новоиспеченный командующий флотом. – Ну а каково мнение командира крейсерского отряда?

На что контр-адмирал Дональд Хенсли овтетил:

- Я за то, чтобы дать сражение Советам, тем более что по количеству авианосцев мы их превосходим. Если нам будет сопутствовать удача, то в дальнейшем перед нами встанет задача завоевания полного контроля над Японским морем. Пора загнать флот русских обратно в их Владивосток.

- Вот это мнение мне нравится! Считаю, что выход флота в Японское море можно начать прямо завтра поутру, - подвел итог адмирал Элмо Зумвалт.

И вот на следующий день, 15 июля 1961 года находящиеся в гавани Хокодате боевые корабли американского флота стали сниматься с якорей и брать курс на запад через узкое горлышко Сангарского пролива.

Однако все эти манипуляции огромного 1го соединения американского флота не прошли мимо советской разведки, и уже к вечеру этого же дня 15 июля советская эскадра снялась в полном составе с якорной стоянки в заливе Исикари и двинулась на юг вдоль полуострова Осима в сторону входа в Сангарский пролив. Здесь стоит сказать, что именно в этом месте командующий советской эскадрой вице-адмирал Харитонов и решил дать главный бой противнику. Тем не менее, американский флот прошел пролив первым, и основная часть предстоящего сражения развернулась в районе к северо-западу от южной оконечности острова Хоккайдо мыса Сираками.

…

16 июля, 6.15 утра. На экранах радаров двигавшихся впереди флота американских крейсеров появились многочисленные цели. Это был первый крейсерский отряд советской Тихоокеанской эскадры под командованием контр-адмирала Леонид Константинович Бекренев двигавшийся также впереди основных сил. В его состав входили тяжелые крейсера «Баян» и «Громобой», а также легкие крейсера «Диана», «Паллада», «Ад. Навельской» и «Ад. Бутаков». И они стремительно, со скоростью в тридцать три узла приближались к противнику. Здесь следует сказать, что немного западнее первого отряда двигался и второй крейсерский отряд под командованием контр-адмирала Георгия Михайловича Егорова в составе тяжелых крейсеров «Ад. Макаров», «Ад. Витгефт» и легких крейсеров «Свердлов», «Киров», «Калинин» и «Каганович».

Таким образом, советский командующий адмирал Харитонов бросил в первый бой практически все свои крейсерские силы. Ну а против двух наших крейсерских отрядов американцы выставили свой отряд крейсеров под командованием контр-адмирала Дональда Хенсли в составе тяжелых крейсеров «Индианаполис», «Портленд», «Толедо» и «Нью-Орлеан», а также легких крейсеров «Бойсе», «Хелена», «Гонолулу» и «Сент-Луис». И этот американский отряд также двигался навстречу русским со скоростью в тридцать два узла. Таким образом, суммарная скорость сближения двух эскадр составляла порядка шестидесяти пяти узлов, и уже через час противники увидели друг друга в оптику своих дальномеров и прицелов орудий.

7.20 американские артиллеристы дают первый залп с дистанции в сто кабельтовых. 7.25 советские корабли открывают ответный огонь. Противоборствующие стороны продолжают быстро сближаться, осыпая друг друга снарядами.

7.45 дистанция между крейсерами сокращается до пятидесяти кабельтовых, и советские адмиралы разворачивают свои отряды вправо, вводя в бой все орудия своих кораблей. Американский адмирал так же разворачивает свои крейсера на этот раз влево. Начинаются первые попадания в корабли обеих сторон.

7.50 апогей боя между крейсерскими отрядами достигает наивысшего значения, летящие с обеих сторон снаряды, практически рвут корабли противоборствующих сторон в куски.

8.00 видя, что в сражении между крейсерами перевес оказался на стороне советского флота командующий американским соединением вице-адмирал Элмо Р. Зумвалт отправляет в бой два больших (линейных) крейсера («Гуам» и «Филиппины») под командованием младшего флагмана эскадры контр-адмирала Дэниса Хола. Теперь в расчете на их 305 мм орудия американцы должны были получить серьезный огневой перевес, однако видя это, советский командующий вице-адмирал Харитонов приказывает двум своим линейным крейсерам («Фрунзе» и «Сталинград» - 24-356 мм орудий) под командованием младшего флагмана эскадры контр-адмирала Валентина Семеновича Лушкова поддержать свои крейсерские отряды.

8.15 линейные крейсера вступают в бой, и сражение у мыса Сираками приобретает еще больший накал.

8.20 тяжелый 280 мм русский бронебойный снаряд прибивает бортовую броню и барбет второй передней башни американского легкого крейсера «Бойсе» и взрывается в снарядном отделении. Снаряды и заряды детонируют, и огромный страшный взрыв уничтожает носовую часть корпуса американского легкого крейсера. Ну а кормовая часть корабля практически мгновенно встает вертикально и быстро уходит под воду, из восемьсот шестидесяти восьми членов экипажа «Бойсе» спастись удается всего четырем матросам.

8.25 к этому времени американский легкий крейсер «Хелена» получает в правый борт порядка десяти 180мм и пятнадцати 152 мм русских снарядов и, имея сильные повреждения и разрушения, выходит из боя. Он отворачивает на юго-восток и, оставляя за собой большой дымный шлейф, уходит в сторону Сангарского пролива.

8.30 дистанция между американскими и русскими крейсерами сокращается до двадцати пяти кабельтовых, и напряжение артиллерийского боя достигает еще более наивысшего накала. Теперь снаряды с обеих сторон попадают в корабли практически каждую минуту.

8.35 из боя выходит советский легкий крейсер «Свердлов», на нем оказывается выведенной из строя рулевая машина управления и он, с трудом управляясь машинами, уходит на север в сторону залива Исикари. Кроме этого на нем оказывается выведенной из строя вторая башня главного калибра, имеются сильные разрушения, а также три подводные пробоины в передней части корпуса. Корабль принимает порядка тысячи тонн воды и имеет сильный дифферент на нос.

8.40 советские линейные и американские большие крейсера сходятся до дистанции в сорок кабельтовых и их сверхтяжелые снаряды наносят им сильнейшие повреждения, тем не менее, перевес русских в тяжелых орудиях начинает сказываться на ходе сражения.

8.45 тяжелые 356 мм снаряды с русских линейных крейсеров разносят вдребезги переднюю надстройку американского большого крейсера «Филиппины», в результате чего гибнет все командование этого большого корабля. Тем не менее, крейсер продолжает бой и удачным залпом наносит три подводные пробоины советскому линейному крейсеру «Сталинград» в результате чего тот принимает порядка шестисот тонн воды. Крен выравнивают контрзатоплением противоположных отсеков, но корабль снижает скорость до двадцати восьми узлов.

В это же время продолжается ожесточенная схватка между флагманскими линейными крейсерами «Фрунзе» и «Гуам». Они всаживают друг в друга сразу по несколько тяжелых и средних снарядов и наносят серьезные повреждения. Тем не менее, броневая защита советских кораблей оказывается более стойкой и перспективной и вскоре 8.50 американский контр-адмирал Дэнис Хол приказывает своим большим крейсерам отходить на юго-запад к входу в Сангарский пролив.

9.00 американский крейсерский отряд под командованием контр-адмирала Дональда Хенсли также отворачивает к югу, и его корабли постепенно выходят из боя. Советские же крейсера так же разворачиваются и уходят на север в сторону залива Исикари.

Сражение между крейсерами затихает, но основные силы противоборствующих сторон только стремятся вступить в сражение.

9.30 командующий советской эскадрой вице-адмирал Харитонов поднимает в воздух со своих авианесущих крейсеров порядка шестидесяти истребителей Ла-11МК и сорока пяти бомбардировщиков Ту-2МК. Они устремляются к основным силам американского флота, откуда им навстречу стартуют около пятидесяти истребителей F-4U «Корсар». В воздухе начинается жестокий бой, но советским бомбардировщикам удается прорваться к американским кораблям и нанести удар.

9.50 порядка пяти советских бомбардировщиков атакуют американский авианосец «Саратога» и попадают в него тремя бронебойными бомбами весом по двести пятьдесят килограмм. Они пробивают верхнюю взлетную палубу и взрываются во внутреннем ангаре, где уничтожают около тридцати палубных самолетов. На «Саратоге» вспыхивает сильный пожар, однако аварийные партии локализуют и вскоре ликвидируют огонь. Тем не менее, американский авианосец более не может принимать и выпускать самолеты, он разворачивается на обратный курс и скрывается в Сангарском проливе.

10.00 шесть советских бомбардировщиков пикируют на американский авианосец «Ленсингтон» и добиваются двух попаданий в него БРАБ-250. Как и на «Саратоге» бомбы проходят сквозь верхнюю полетную палубу и взрываются внутри, уничтожив порядка двадцати палубных самолетов и вызвав сильный пожар. Однако и здесь экипажу американского корабля удается справиться с огнем, но, тем не менее, поврежденный авианосец уходит вслед за своим собратом на юго-запад.

Таким образом, уже к 10.10 у американского командующего остается в распоряжении всего два тяжелых ударных авианосца, с которых по его приказу поднимается порядка сорока дополнительных истребителей, тридцать бомбардировщиков SB2C-7 «Хэллдайвер» и двадцать торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер». В ответ советский адмирал приказывает поднять в воздух еще пятьдесят истребителей Ла-11МК, двадцать бомбардировщиков Ту-2МК и десять новых торпедоносцев СПБ-54 с торпедами на борту.

Сражение в воздухе принимает еще более ожесточенный характер.

10.25 восемь американских пикирующих бомбардировщиков атакуют советский авианесущий крейсер «Советское Приморье», три самолета оказываются сбитыми, но остальные всаживают в палубу корабля две 227 кг бронебойные бомбы, нанося ему серьезные повреждения. Тем не менее, команда корабля успешно справляется с огнем, но авианесущий крейсер выходит из боя.

В это же время пять советских бомбардировщиков атакуют американский ударный авианосец «Корал Си» и, потеряв при этом две машины, добиваются попаданий в него двух БРАБ-250. Однако эти две бомбы взрываются на краю бронированной палубы корабля и наносят лишь незначительные повреждения, уничтожив при этом три палубных американских самолета.

10.30 пять американских торпедоносцев атакуют оставшиеся два советских авианесущих крейсера, которые своими средствами ПВО сбивают две машины, однако остальные успешно сбрасывают торпеды и добиваются одного попадания в левый борт авианесущего крейсера «Советская Сибирь». Однако мощная ПТЗ корабля выдерживает взрыв торпеды, и корабль остается в строю.

В это же время пять советских торпедоносцев СПБ-54 атакуют американские авианосцы и попадают двумя торпедами (45-36АНУ) в авианосец «Мидуэй». Корабль получает небольшой крен на правый борт, но его выравнивают контрзатоплением отсеков.

К 11.00 видя, что корабли обеих сторон получают серьезные повреждения советский и американский командующие разворачивают свои эскадры в обратную сторону, при этом линейным кораблям так и не удается вступить в огневое соприкосновение, и они практически без повреждений уходят на исходные позиции.

Сражение у мыса Сираками заканчивается, уцелевшие самолеты садятся на свои корабли, ну а истерзанные снарядами, авиабомбами и торпедами крейсера и авианосцы уходят на ремонт в свои порты базирования. Тем не менее, советская сторона добивается наилучших успехов, а именно:

Американцы в результате сражения теряют один легкий крейсер, сорок пять истребителей и тридцать шесть бомбардировщиков-торпедоносцев.

Советский же флот имеет потери в сорок два истребителя и тридцать два бомбардировщика.

По итогам сражения за остров Хоккайдо американцы остаются в Хакодате всего лишь с четырьмя линкорами и одним тяжелым авианосцем. Советская же сторона успешно закрепляется в заливе Исикари также с четырьмя линкорами и одним авианесущим крейсером. Остальные же американские корабли уходят на ремонт в Токийский залив, ну а получившие повреждения советские крейсера двинулись через Японское море на свою основную базу во Владивосток.

Ну и в заключение следует сказать, что в результате вышеописанной битвы за Хоккайдо американцы практически полностью потеряли возможность поддержки своих сухопутных войск силами палубной авиации флота, что привело к тому, что войска генерала Джозефа Лоутона Коллинза были вынуждены перейти к глухой обороне.

8. Выход к океану.

- Товарищи сегодня я собрал вас по поводу того, что завтра мы начинаем новую наступательную операцию, разработанную нашим штабом под кодовым названием «Уран», - начал очередное совещание в штабе Северо-Восточной оперативной группы советского флота в Петропавловске-Камчатском командующий 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев:

- Я скажу вам прямо, к этой операции мы готовились практически все лето, ну а главной ее задачей будет ряд массированных десантных операций по захвату находящихся под контролем противника островов Алеутской гряды, территории полуострова Аляска и острова Кадьяк. Скажу вам прямо, для этой цели выделены довольно крупные силы морской пехоты Тихоокеанского флота, несколько воздушно-десантных дивизий сухопутных сил, а также подразделений сил специальных операций КГБ. Ну и как вы понимаете главным действующим лицом в предстоящей высадке наших войск, на вышеуказанные объекты будут играть надводные силы флота, а именно сконцентрированные сейчас в Петропавловске специальные десантные суда типа «Дельта» и «Дельта-М» в количестве двадцати штук. Кроме этого мы решили привлечь к переброске сил десанта шесть грузопассажирских пароходов Дальневосточного морского пароходства находящихся сейчас в Авачинской губе. Ну а теперь подробно о действиях сил флота в данной операции расскажет начальник штаба Северо-Восточной оперативной группы флота контр-адмирал Кононенко.

Иван Алексеевич Кононенко встал, подошел к большой и подробной карте Северо-восточного театра боевых действий включающей в себя все Берингово море, Камчатку, Чукотку, Аляску и Северную часть Тихого океана и, взяв указку в руку заговорил:

- Прежде всего, хочу сообщить вам, товарищи, что на сегодняшний день силы американского флота находятся в нескольких местах базирования. Основная часть 2го соединения под командованием вице-адмирала Бенджамина Клэри находится в заливе Якутат. В ее состав входят суперлинкор «Мэн», линкоры «Висконсин», «Иллинойс», «Кентукки», а также тяжелые крейсера «Анкоридж» и «Сан-Франциско». Кроме этого там же находятся авианосцы «Эссекс» и «Орискани». Кроме этого в гавани города Ситха, что в архипелаге Александра на ремонте находятся суперлинкор «Джорджия», большой крейсер «Гавайи», легкий крейсер «Феникс», а также авианосец «Интерпид» у которого неполадки в машинах. Другой отряд американского флота под флагом контр-адмирала Роберта Хоуга в составе большого крейсера «Аляска», а также легких крейсеров «Винсенс», «Пасадена» и «Санта-Фе» находится в непосредственной близости от восточного побережья полуострова Аляска, а именно на острове Кадьяк. Таким образом, силы американского 2го соединения разделены на три части и находятся на значительном удалении друг от друга.

Согласно разработанному нашим штабом плану операции «Уран» наш флот основными силами в составе четырех линкоров, двух авианосных крейсеров, а также нескольких эсминцев, сторожевиков и десяти десантных кораблей атакует Датч-Харбор и высаживает десант на островах Амакнак и Уналашка. Кроме этого мы высаживаем дополнительные десантные силы на островах Алеутской гряды Умнак, Унимак и южной оконечности полуострова Аляска. Здесь основную задачу по десантированию наших сил сыграют еще восемь десантных кораблей, а также четыре легких крейсера и эсминцы.

Кроме этого в северную часть Тихого океана будут направлены крейсерские силы нашей эскадры под командованием младшего флагмана контр-адмирала Мокова в составе двух линейных, двух тяжелых и двух легких крейсеров. Кроме этого этот отряд будет прикрывать один наш авианесущий крейсер, лидеры и эсминцы. Они обогнут Алеутскую гряду с юга и ударят по все еще находящемуся под контролем американцев острову Кадьяк где находится одна из группировок флота противника. Как только силы врага будут подавлены, к острову Кадьяк через пролив Акутан выдвинется несколько десантных кораблей, и они обеспечат высадку наших сил на этот остров. Тут следует сказать, что дополнительные сухопутные силы на этот остров мы можем перебросить со стороны находящегося в наших руках Анкориджа и полуострова Кенай. Ну и в заключении следует сказать, что в это же время мы с помощью крейсеров и легких сил проведем второстепенные десантные операции по захвату остальных островов Алеутской гряды и побережья полуострова Аляска. На этом в принципе все.

- Итак, товарищи, какие будут вопросы? – произнес командующий 2й Тихоокеанской эскадрой и по совместительству начальник Северо-восточной оперативной группы советского флота вице-адмирал Игнатьев.

- Да в принципе все понятно, но что нам делать, если вдруг основные силы американского флота покинут Якутат и направятся на помощь своим крейсерам к острову Кадьяк? – задал вопрос, командующий авианосной группой контр-адмирал Степан Георгиевич Следов.

- Все может быть, однако в этом случае отходите к проливу Унимак и тогда вам помогут основные силы флота, - ответил адмирал Игнатьев.

- Ну что же, все ясно, когда мы начинаем эту операцию? – спросил один из офицеров штаба.

- Немедленно, прошу всех отбыть во вверенные им подразделения и на корабли флота, и через полчаса начинайте сниматься с якорей. А сейчас получите в штабе флота конверты с директивами, которые вы вскроете, когда поднимитесь на палубу своих кораблей, - закончил разговор командующий эскадрой.

И вот спустя полчаса над трубами находящихся в Авачинском заливе кораблей появились черные дымы, а их цепи загремели по клюзам, выбирая со дна тяжелые якоря.

…

Советский грузовой пароход «Красный Пролетарий» двигался двенадцати узловым ходом по направлению к Четвертому Курильскому проливу, ну а пунктом назначения в грузовой лоции этого старого судна числился главный порт в Северо-Восточном регионе Дальнего Востока Петропавловск-Камчатский. Тут следует сказать, что как будь то специально в эти августовские дни тысяче девятьсот шестьдесят первого года погода в Охотском море стояла довольно спокойная, и лишь легкий юго-восточный бриз слегка шевелил морскую гладь.

- Ну как капитан? Чувствуется что впереди у нас самый трудный участок пути? – произнес вышедший на капитанский мостик штурман, обращаясь к капитану этого грузового судна опытному и продвинутому в военных делах Василию Соколову.

- Да, как пройдем между островами Курильской гряды, до самой оконечности Камчатки нас могут атаковать американские подводные лодки. Это их излюбленный участок наших морских коммуникаций, - ответил капитан «Красного Пролетария».

- И подумать, ведь именно сейчас у нас такой опасный груз, а мы идем одни без всякого сопровождения и прикрытия.

- Да на этот раз наш пароход под завязку загружен снарядами и картузами с порохом для них и этот груз очень и очень ждут на кораблях 2й Тихоокеанской эскадры.

- Нам надо было подождать какого-нибудь конвоя и тогда уже идти в этот рейс.

- Ждать пока сформируют караван, пришлось бы очень и очень долго, тем более что сейчас все легкие силы флота заняты на конвоировании судов с войсками на Хоккайдо.

И все было бы хорошо, однако в это время по ту сторону от Четвертого Курильского пролива, а если говорить более точно у юго-восточной оконечности острова Парамушир морские глубины тихо рассекала американская субмарина «Альбакор» под командованием капитан - коммандера Саймона Фрэнка. И что и ни говори, а очередная встреча этих двух капитанов здесь в северных водах Тихого океана была предрешена.

Прошло несколько часов, начинало стемняться и вот тогда под покровом темной ночи капитан «Красного Пролетария» и решился пройти сквозь этот вышеописанный пролив между северными островами Курильской гряды в Тихий океан, ну а командир находящейся практически в том же месте американской субмарины решил всплыть для зарядки аккумуляторных батарей. И как это ни странно, но именно здесь пути этих двух обычных кораблей и пересеклись в очередной раз.

- Ну и темень, а мы не налетим случайно на скалы? - с сомнением в голосе спросил стоящий у штурвала советского парохода рулевой.

- Да даже звезд не видно, приходится идти по счислению, - ответил ему штурман, склонившийся с логарифмической линейкой в руках над находящимся тут же в рубке столом с разложенными на нем подробными морскими картами.

- Пойду на воздух, буду смотреть, как бы нам не нарваться на какие-нибудь неприятности, - произнес находящийся тут же в рубке капитан судна Василий Соколов и, хлопнув дверью, вышел на ходовой мостик с морским биноклем в руках.

- Ну как, что видно в темноте? – задал он вопрос находящемуся тут же на мостике дежурному матросу-сигнальщику.

- Ничего товарищ капитан, хоть глаз выколи, тем более что на небе плотная облачность, даже звезд не видно, - ответил тот своему капитану и далее оба они, прильнув к окулярам больших морских биноклей стали внимательно смотреть в темноту. Так прошло порядка нескольких часов пока на востоке не стало понемногу светать, а с покрытого низкими серыми тучами неба заморосил противный мелкий дождик.

- Ну ладно, пойду выпью в рубке чаю, - произнес Василий Соколов и, стряхнув с мокрой фуражки воду, зашел сквозь боковой вход в ходовую рубку. И вот тут-то едва он собирался хлопнуть за собой дверью, неожиданно раздался громкий крик находившегося на мостике сигнальщика:

- Справа по курсу вижу неопознанную подводную лодку!

- Боевая тревога! Расчеты к орудиям! Самый полный вперед! Лево руля! – тут же начал отдавать приказы Василий Соколов, и по палубе старого советского сухогруза застучали ботинки моряков. Тут следует сказать, что в связи с началом боевых действий на полубаке и юте «Красного Пролетария» были установлены два семидесяти шести миллиметровых орудия 34-К, а на крыльях мостика и верхней палубе четыре крупнокалиберных пулемета ДШК. И вот едва прошло несколько минут с момента обнаружения неизвестной субмарины, как имеющие соответствующую боевую выучку моряки советского парохода заняли свои боевые места, и стволы орудий развернулись в сторону видневшегося сквозь дождевую завесу неопознанного противника.

Ну а в это время на идущей параллельным курсом американской подводной лодке также заметили идущее в одиночку советское судно и сыграли боевую тревогу.

- Что это за судно!? – громко крикнул поднявшийся наружу командир «Альбакора» Саймон Фрэнк.

- Как это ни странно, но, похоже, это именно тот самый советский сухогруз, который увернулся от наших хрюшек тогда в Японском море, - ответил ему находящийся здесь же на верхнем мостике ходовой рубки субмарины старший помощник Джон Уивер.

- Откуда вы это узнали?

- Так контуры у этого парохода такие же, как и тогда у западного побережья Хоккайдо.

- Вы сыграли боевую тревогу?

- Да командир!

- Тогда приготовиться к торпедной атаке, будем атаковать с надводного положения! – распорядился Саймон Фрэнк.

И в этот момент расположенное на полубаке советского парохода орудие произвело выстрел, ну а выпущенный им снаряд угодил прямо в левую сторону ходовой рубки американской субмарины. Раздался сильный взрыв и во все стороны полетели осколки и обломки металла рубки «Альбакора».

- Вот черт! – громко прокричал капитан – коммандер Саймон Фрэнк и присел за находящийся на верху ходовой рубки металлический фальшборт.

- Эти русские не боятся нас! Еще пара попадания и мы более не сможем погрузиться! – крикнул ему старший помощник Джон Уивер, и в этот момент орудие на носу советского парохода произвело второй выстрел, однако на этот раз снаряд просвистел над головами находящихся на вершине рубки американских моряков и их командир громко заголосил:

- Немедленное погружение! Всем в низ!

И тут очередной снаряд угодил прямо в находящееся перед ходовой рубкой «Альбакора» 85 мм универсальное орудие, при этом взрыв осколочно-фугасного снаряда уничтожил орудийный расчет из четырех американских моряков и тяжело ранил в живот командира этого орудия молодого лейтенанта Эдварда Рича.

- Немедленно спускайте раненого вниз! Всем укрыться в лодке! – снова прокричал Саймон Фрэнк и в это время со стороны советского сухогруза заголосили крупнокалиберные пулеметы.

- О, господи, только этого нам не хватало! – вскрикнул Джон Уивер когда тяжелые пули застучали по металлу ходовой рубки и борту субмарины.

Однако едва американские подводники успели спуститься вниз, очередной русский снаряд угодил прямо в корпус подводной лодки по левому борту.

- Капитан! Мы не можем погрузиться, так как поврежден прочный корпус лодки! Что делать! – неожиданно последовало со стороны боцмана.

- И что теперь будем делать? – последовало со стороны старшего помощника командира американской субмарины.

- Полный вперед! Курс на юго-запад! Скоро дождь укроет нас от русских, ну а далее будем добираться до берегов Японии в надводном положении! – произнес капитан – коммандер Саймон Фрэнк. И тут в многострадальный «Альбакор» попал еще один снаряд, который также пробил как легкий, так и прочный корпус подлодки и полностью лишил ее возможности погружения. Тем не менее, используя свое преимущество в скорости, американской субмарине удалось затеряться среди хлынувшего с неба дождя, и советские артиллеристы прекратили вести стрельбу.

- Ну вот, кажется, отбились, - произнес штурман «Красного Пролетария».

- Да, на этот раз нам точно повезло, что американцы оказались в надводном положении, и похоже нам все-таки удалось их серьезно повредить, - ответил капитан Василий Соколов и немного подумав, добавил, - немедленно готовьте срочную радиограмму в Северо-Курильск о том, что мы здесь встретили американскую субмарину. Пусть они вышлют сюда патрульную авиацию.

И советский пароход «Красный Пролетарий» громко стуча паровыми машинами, продолжил свой путь в сторону Камчатки.

…

И все бы было бы так просто, но именно в тот момент, когда и произошла вышеописанная встреча в Четвертом Курильской проливе, в нескольких тысячах миль восточнее 2я Тихоокеанская эскадра советского флота под командованием вице-адмирала Игнатьева заканчивала развертывание своих сил в непосредственной близости от Алеутских островов. Наконец наступило 15 августа тысяче девятьсот шестьдесят первого года и именно этим ранним утром с палуб советских авианесущих крейсеров поднялись в небо палубные истребители и бомбардировщики. Прежде всего, они несколькими ударными группами нанесли массированные бомбовые удары по американским аэродромам, расположенным на Алеутских островах (Оттер-Поинт) и южной оконечности полуострова Аляска (Колд-Бей). И практически сразу же после этих ударов к заранее определенным местам на американском побережье подошли под прикрытием орудий советских линейных кораблей и крейсеров десантные суда с находящимися на них морскими пехотинцами и солдатами воздушно-десантных сил Советского Союза. Тут следует пояснить, что именно так 15 августа началось советское вторжение на все еще находящиеся под контролем американцев острова Алеутской гряды и западное побережье полуострова Аляска.

Но это было еще не все, что припас для американцев командующий советским флотом вице-адмирал Игнатьев и его штаб, а именно, примерно в тоже время, когда советские войска начали высадку на американские острова и побережье полуострова Аляска с южной стороны Алеутской гряды в северную часть Тихого океана вышла оперативная группа советских кораблей под командованием контр-адмирала Николая Ивановича Мокова. Здесь следует сказать, что в состав этого отряда входили два линейных крейсера «Пересвет» и «Ослябя» (24-356 мм орудия), два тяжелых крейсера «Рюрик» и «Аскольд» (24-280 мм орудия) и два легких крейсера «Богатырь» и «Витязь» (24-180 мм орудия). Кроме этого этот отряд прикрывал авианесущий крейсер «Русь» (28-бомбандировщиков, 4-разведчика, 34-истребителя) который в свою очередь защищали лидеры «Азард» и «Гром», эскадренные миноносцы «Сокрушительный», «Скорый», «Свирепый» и «Стерегущий», а также шесть сторожевиков типа «Кореец».

И вот вся эта внушительная сила прошла вдоль южной стороны Алеутской гряды, юго-восточного берега полуострова Аляска и подошла к острову Кадьяк, где в гавани одноименного порта находилось американское крейсерское соединение контр-адмирала Роберта Хоуга. Тут следует сказать, что едва американскому командующему сообщили, что в пятидесяти милях на юго-запад появились русские корабли, он тут же отдал приказа своим кораблям сниматься с якорей и уходить на восток в сторону Якутата, ибо там базировались основные силы американского флота. И здесь американский адмирал был как нельзя прав, ибо перевес русских в боевых кораблях и орудиях был настолько велик, что у небольшого отряда адмирала Хоуга не было никаких шансов противостоять им. Кроме этого данное решение поддержал и сам командующий 2м соединением американского флота вице-адмирал Бенджамин Клэри.

Ну а спустя несколько суток после того как отряд контр-адмирала Мокова занял оперативную позицию к востоку от острова Кадьяк к его берегам подошли четыре десантных судна с советскими морскими пехотинцами на борту и шесть эскадренных тральщиков которые занялись чисткой гавани порта Кадьяк от возможных американских мин. В общем работа закипела и спустя некоторое время, а именно 20 августа тысяче девятьсот шестьдесят первого года остров Кадьяк оказался оккупированным советскими войсками практически без единого выстрела. Таким образом, всего за пять дней вся огромная территория штата Аляска за исключением ее юго-восточной части оказался под контролем Советского Союза. На этом кампания шестьдесят первого года на северо-восточном театре военных действий была закончена, а советский флот успешно обживал новые гавани и базу флота в заливе Кука.

9. Угрожающая ситуация.

- Итак, господа, на днях мы окончательно потеряли практически всю территорию штата Аляска. Что вы можете на это сказать? – последовало со стороны 35го президента Соединенных Штатов Джона Фицджералда Ке́ннеди на большом совещании которое проходило в «овальном кабинете» «Белого дома» 25 августа тысяче девятьсот шестьдесят первого года. Ну а тут что и не говори, а первым слово взял вице-президент Линдон Джонсон:

- Народные массы считают, что в этом, прежде всего, виновно командование наших армии и флота и скажу вам прямо, лично я полностью согласен с этим утверждением. Поэтому считаю целесообразным полностью заменить все руководство наших вооруженных сил находящихся на юго-востоке штата Аляска и 2го соединения нашего Тихоокеанского флота.

- Мы и так только что сменили руководство на флоте и в сухопутных войсках находящихся на Аляске, так что лично я против каких-либо кадровых перестановок, - неожиданно выступил государственный секретарь Дейвид Раск.

- Да, и здесь вы правы, ибо я также считаю, что смена руководства находящихся на Аляске сил нашей армии и флота преждевременно, - последовало со стороны президента Кеннеди. - И сейчас я считаю, что мы должны выслушать наших военных деятелей о том, что они намерены предпринять в контексте возникшей на Тихоокеанском театре военных действий ситуации. Итак, прошу сначала высказаться вас уважаемый министр обороны.

Тут слово взял министр обороны США Роберт С. Макнамара:

- Прежде всего, я хочу сообщить вам, что на самом деле наши дела на Аляске не так уж и плохи, а именно: основные силы нашей армии под командованием генерала Джозефа Лэнга сейчас сосредоточены в районе Якутата и занимаются тем, что создают там долговременную и глубокоэшелонированную оборону. Кроме этого часть этих сил рассредоточена по островам архипелага Александра, где в их задачу входит оборона этих островов от возможного десанта со стороны русских. Ну а насчет действий сил нашего флота вам доложит морской министр.

И после этих слов морской министр Джон Ко́нналли встал и заговорил:

- Уважаемые господа, часть кораблей 2го соединения нашего Тихоокеанского флота сейчас заканчивает ремонт в гавани Джюно что находится в архипелаге Александра и в ближайшее время они соединятся с основными силами флота в заливе Якутат. Таким образом, в распоряжении вице-адмирала Бенджамина Клэри будут силы равные, и даже превосходящие силы советского флота в северной части Тихого океана и это полностью блокирует планы русских на десантную операцию в архипелаге Александра. Вот, в общем, и все, господа.

- Так, а вы уверены, что гения адмирала Клэри хватит, чтобы нанести русским ответный удар? – задал провокационный вопрос министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди.

- Да, главный морской штаб считает, что адмирал Клэри полностью отвечает требованиям к командующему соединением нашего флота, - ответил морской министр.

- Ладно, с Аляской вроде все понятно, а что насчет наших действий на Хоккайдо? – задал вопрос Джон Ф. Кеннеди.

- На это вам ответит министр армии, - ответил Роберт Макнамара.

Министр армии Элвис Стар, встал и, раскрыв свою черную кожаную папку заговорил:

- Скажу прямо, дела у генерала Джозефа Коллинза идут не особо хорошо, после того, как большинство наших авианосцев было вынуждено уйти на ремонт в Токийский залив, находящиеся на юге Хоккайдо наши войска остались без должной авиационной поддержки. Кроме этого как выяснилось недавно, русские перекинули на Хоккайдо свежие силы и нанесли рассекающий удар по нашим войскам в направлении города Томакомай, в результате чего мы были вынуждены эвакуировать свои войска с южного побережья острова Хоккайдо. Таким образом, сейчас под нашим контролем остается лишь Хаккодате, Муроран и полуостров Осима, и никаких положительных перспектив в связи с серьезным перевесом советских сил генеральный штаб не видит. Конечно, мы еще можем успешно сражаться на Хоккайдо, но для этого необходимо, чтобы все наши авианосцы как можно скорее вернулись в район боевых действий и кроме этого требуется перекинуть в северную Японию дополнительные силы с континента.

На этом Элвис Стар, замолчал и сел на стоящий в «овальном кабинете» один из кожаных диванов.

- И какие силы мы можем сейчас выделить генералу Коллинзу? – задал вопрос президент Кеннеди.

Ответ на этот вопрос взял на себя министр обороны Роберт Макнамара:

- Мы сейчас спешно формируем две стрелковые дивизии на западном побережье Штатов, а именно в Калифорнии, эти силы мы и планируем перебросить в качестве помощи нашим войскам, сражающимся на Хоккайдо. Однако я считаю, что этих сил крайне недостаточно и настаиваю на переброске туда нашей национальной гвардии.

- Вы что предлагаете использовать нашу национальную гвардию за пределами территории США? Это противоречит нашим законам, и такого не было со времен Первой мировой войны, - возмущенным голосом произнес министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди.

- Я считаю, что с этим предложением мы должны обратиться к членам конгресса, - парировал этот вопрос министр обороны.

- Мясорубка на Хоккайдо уже перемолола наши лучшие дивизии, так что же, теперь мы бросаем в нее силы нашей национальной гвардии, - произнес государственный секретарь Дейвид Раск.

- Да это именно так, но поймите, без этого мы не сможем удержаться, а тем более развить успех на юге Хоккайдо, сейчас русские имеют значительный перевес, как в сухопутных силах, так и в технике, а особенно в авиации и тяжелой артиллерии и они вот-вот скинут нас в море, - стал настаивать на своем предложении Роберт Макнамара.

- Хорошо, я уже завтра внесу это предложение на рассмотрение членами конгресса и думаю, что мы получим полное одобрение, - произнес президент Кеннеди.

…

И вот уже 28 августа через день после одобрения вышеописанного предложения конгрессом США груженые бойцами национальной гвардии военные транспорты стали покидать гавань Лос-Анжелеса и брать курс на запад в сторону Японского архипелага. Тут следует сказать, что это был последний отчаянный шаг американского командования, который был направлен на то, чтобы переломить складывающуюся не в их пользу ситуацию на Хоккайдо. Кроме этого американцы направили в Японию дополнительный полк американских старых тактических бомбардировщиков B-25 «Митчелл» которые переправлялись через океан на палубах тех же грузовых транспортов типа «Либерти» и «Виктори» которые шли в Японию с грузами для сражающихся там войск. Однако пока американцы производили все эти манипуляции, силы советского флота на Дальнем Востоке также предприняли передислокацию, которая была направлена на усиление 2й Тихоокеанской эскадры, которая, выполнив свое задание по захвату Алеутских островов, полуострова Аляска и острова Кадьяк ушла на отдых и ремонт на Камчатку, а именно:

Прежде всего, в состав 2й Тихоокеанской эскадры были переведены тяжелые крейсера «Баян» и «Громобой», которые вместе с перешедшими на северо-восток ранее легкими крейсерами «Варяг» и «Олег» составили вторую бригаду крейсеров. Тут следует сказать, что первую бригаду крейсеров составляли тяжелые крейсера «Рюрик» и «Аскольд», а также легкие крейсера «Богатырь» и «Витязь». Таким образом, силы советского флота в Беринговом море и северной части Тихого океана значительно усилились, и теперь единственное что давало перевес американскому флоту в этом регионе, был новейший и заканчивающий ремонт супер линкор «Джорджия» вооруженный шестью 457 мм орудиями. Ну а в остальном силы противоборствующих сторон были примерно равны, а именно: четыре линкора против четырех, два линейных крейсера против двух больших (линейных) крейсеров, и три советских авианесущих крейсера против трех американских авианосцев.

Тем не менее, что на северно-восточном театре военных действий, что в районе Японского моря, обе стороны занимались тем, что спешно ремонтировали пострадавшие в результате боестолкновений летом шестьдесят первого года корабли и готовились к новым и как они считали решающим сражениям. Однако тут следует сказать, что осень прошла довольно спокойно ну а пришедшая зима заморозила прибрежные и северные воды и перенесла на кампанию следующего шестьдесят второго года время основных сражении.

Ну, тут мы забежали немного вперед, поэтому вернемся в конец августа, начало сентября и проанализируем ситуацию, которая возникла на мировом театре военных действий к этому времени, а именно:

Прежде всего, еще раз коснемся ситуации в районе Японского архипелага, а именно того, что после потери своей базы в Вэй-Хай-Вэе союзный американцам британский флот под командованием вице-адмирала сэра Томаса Глочестера сосредоточился на юге Японии в Сасебо, где его корабли прошли серьезный ремонт и представляли собой довольно значительную силу. А именно в состав этого соединения «Z» входили три линкора, один линейный, пять тяжелых и восемь легких крейсеров, кроме этого в него также входили два авианосца, пять легких крейсеров-скаутов, легкий австралийский крейсер «Перт», а также шесть фрегатов, два лидера и четырнадцать эскадренных миноносцев. В общем, это были достаточно серьезные силы, ну а в купе с десантным отрядом, состоящим из десяти военных транспортов и восьми специализированных десантных судов на которых находилось порядка шестнадцати тысяч солдат британской, новозеландской и австралийской морской пехоты, а также и все необходимые военные грузы они были готовы оказать существенную помощь своим американским союзникам на юге Хоккайдо.

Ну а теперь перенесемся на несколько тысяч миль на запад, а именно на Средиземноморский театр военных действий, Турцию и Ближний Восток и вот тут следует сказать, что и тут дела у Северо-Атлантического блока шли, не особо хорошо, а если говорить более правильно и вообще плохо. Прежде всего, рассмотрим особенно внимательно силы базирующегося в Торонто американского и находящиеся на Мальте английского флотов, которые еще до самой осени не могли оправиться после страшного поражения в Солунском заливе. А вообще в распоряжении командующего американским флотом вице-адмирала Гарольда Смита находился один ударный авианосец «Франклин Д. Рузвельт», шесть тяжелых, четыре легких, и пять крейсеров-скаутов. Кроме этого в качестве легких сил у него находилось восемь фрегатов, четыре корвета и четырнадцать эсминцев и это были все силы, которые теперь защищали транспорты, с войсками, идущие из Европы и Америки в Турцию и на Ближний Восток. Что же касается британского флота находящегося в Средиземном море, а именно под командованием английского вице-адмирала Эдварда Кенгли находилось хоть и понесшие значительные потери, но еще достаточно сильное соединение «H», в которое входили два линкора, два старых авианосца, пять легких крейсеров, шесть фрегатов, восемь лидеров и четырнадцать эсминцев. Ну и последнее о чем еще стоит сказать, это то, что сильно поврежденный и последний из американских линкоров «Колорадо» так и остался стоять в гавани Салоник, так как его состояние никак не позволяло перегнать его на ремонт в Италию или еще куда.

А как же обстояли дела на сухопутных фронтах Турции и Ближнего Востока? А если говорить более подробно, обстояли они там не особо хорошо для сухопутных сил Северо-Атлантического блока, а именно, прежде всего войска маршала Еременко жестким натиском вытеснили контингент союзников из Ливии и Палестины на Синайский полуостров, и им оставалось всего пара сотен километров до важнейшей стратегической артерии Ближнего Востока Суэцкого канала. Кроме этого на восточном фронте или если говорить в северном Ираке советские войска нанесли серьезное поражение силам англо-американского блока и вынудили их отступить из восточной Сирии в северный Ирак к самому Мосулу. На основании всего произошедшего американские командующие войсками союзников на Ближнем Востоке и в Северном Ираке, а именно генерал Кларк Хофман и генерал Джон Уэйн Колбери в панике завалили «Пентагон» своими депешами о том, что им необходимо большое количество свежих сил, а также техника, авиация, топливо и боеприпасы.

Ну и в центральной Турции советские войска генерала армии Голикова оттеснили турецко-американо-британские силы на восток и командующий союзными силами в центральной Турции генерал армии Роберт Симс Лейфман также сообщил своему начальству, что если не будет серьезного подкрепления его войска не смогут сдержать натиск противника не на западном, не на восточном фронте. В общем если говорить более обобщенно ситуация для сил анти-советской коалиции на всех театрах военных действий складывалась не особо хорошо или даже если так можно сказать угрожающе плохо.

10. Осенний ренессанс.

И вот наступила осень шестьдесят первого года и именно тогда в начале сентября новые силы американской армии в лице двух десятков тысяч членов национальной гвардии были переброшены в северную Японию, где вместе с вновь подоспевшим английскими войсками начали очередное сражение с советской армией за Хоккайдо. Тут следует пояснить, что фактически с прибытием новый сил из Соединенных Штатов, а также транспортов с английскими, австралийскими и новозеландскими войсками общее соотношение сил противоборствующих сторон на северном острове Японского архипелага стало примерно одинаковым и генерал Коллинз смог, наконец, вздохнуть спокойно. Однако так как находящиеся под его командованием союзные войска так и не смогли продвинуться вперед по направлению к главному городу префектуры Саппоро, он приказал этим силам перейти к тактической обороне, что они и сделали. Тем не менее, и советские войска на Хоккайдо под командованием генерала армии Крылова не стали устраивать новое массированное наступление на позиции американцев и их союзников, а постарались поглубже зарыться в землю и перейти к глубокой обороне на существующих рубежах. Таким образом, уже в начале сентября шестьдесят первого года боевые действия, что на юге Хоккайдо, что на юго-востоке Аляски приняли самый непосредственный позиционный характер и никаких решительных перемен там не предвиделось.

…

- Господа, сегодня я собрал вас здесь, чтобы решить вопрос, что нам делать с Турцией и Ближним Востоком. Как всем известно, там мы терпим одно серьезное поражение за другим, и сейчас наступил момент, что если так пойдет и далее в руках русских окажется Суэцкий канал. Итак, кто и что вы можете сказать по данному вопросу? – произнес президент Джон Ф. Кеннеди на очередном совещании у себя в «овальном кабинете» «Белого дома».

- Господа, господа, сейчас наступило время, когда мы должны принять самое непосредственное решение по озвученному нашим президентом вопросу, ибо, если мы потеряем Суэц, война на Ближнем Востоке будет проиграна окончательно и бесповоротно! – громко выступил вице-президент Линдон Джонсон

- Да ситуация крайне опасная, да и кроме того если русские продолжат свои наступательные операции Турция выйдет из войны и мы останемся без плацдарма в Малой Азии. И скажу вам прямо, такие тенденции есть и они очень и очень реальны, - вставил свое слово государственный секретарь Дейвид Раск.

- Но тогда у нас высвободятся войска, которые мы можем перебросить на Ближний Восток, - вступил в разговор министр юстиции и брат президента Роберт Кеннеди.

- Да это так, но тоже сделают и русские, но кроме этого вы не забывайте, что теперь их флот полностью господствует в восточном Средиземноморье, - произнес Дейвид Раск.

- Хорошо, в принципе все понятно, но что на все это скажут в «Петагоне»? – обратился к военным президент Кеннеди и тут первым слово взял министр обороны Роберт С. Макнамара:

- Уважаемые господа, прежде всего, хочу вам сообщить, что благодаря тому, что наши национальная гвардия теперь может участвовать в боевых действиях за границами Соединенных Штатов, нам удалось выправить положение на Хоккайдо и Аляске и теперь я хочу сообщить вам, что более тридцати тысяч бойцов национальной гвардии вот-вот отправятся на Ближний Восток. Кроме этого мы в ближайшее время перебрасываем туда еще шесть вновь сформированных на территории Штатов общевойсковых пехотных дивизий, что должно в корне изменить существующую ситуацию в этом регионе.

И тут в разговор вновь вступил брат президента молодой и амбициозный Роберт Кеннеди:

- Тогда может быть, министр обороны ответит нам, когда и как наши силы будут переправлены в район Суэца, ведь насколько всем известно мы практически лишились своего флота в Средиземноморье?

В ответ на эту реплику Роберт Макнамара закашлялся и после данной небольшой паузы заговорил:

- Все очень и очень просто, мы планируем перебрасывать войска на Ближний Восток и в северный Ирак не через Средиземноморье, а направляя их через Панамский канал в Тихий океан, ну а далее через Малаккский пролив и Индийский океан в Персидский залив, и Красное море.

- Да, но это очень и очень долгий и дальний путь. Что скажет на все это флот? – произнес президент Кеннеди.

- Да, это конечно гораздо более дальний путь, но мы, к сожалению, не можем сейчас переправлять наши войска через Средиземное море, ибо там вовсю курсируют русские крейсера и подводные лодки. Я скажу больше, теперь мы вынуждены вести свои танкеры с арабской нефтью вокруг Африки, - снова произнес министр обороны и после его взял слово морской министр Джон Ко́нналли:

- Это все знают, но и вы поймите правильно, что перемещение наших транспортов с войсками через Малаккский пролив или вокруг Африки займет не менее месяца, а эти силы нужны на Ближнем Востоке уже сейчас. Так что это не выход, - последовала критика со стороны Роберта Кеннеди, на что Джон Конналли произнес:

- Да это так, но мы не видим иного выхода. Ибо передвижение наших конвоев через Средиземное море практически прервано Советами.

- А если обратиться к нашим союзникам англичанам? Ведь они все также контролируют Мальту, - произнес вице-президент Линдон Джонсон.

- У Великобритании в Средиземном море два линкора, два авианосца и пять легких крейсеров и это явно не те силы, которые смогли бы противостоять советскому флоту, - ответил морской министр.

- Ладно, господа, пусть наши солдаты плывут на Ближний Восток, так как говорит наш уважаемый морской министр, но те войска, которые сейчас находятся там, должны выстоять и предотвратить захват Суэца русскими и считайте что это приказ, - подвел итог разговору президент Кеннеди и на этом совещание в «Белом доме было закончено».

…

И все бы было именно так как и рассчитывало американское руководство, однако уже первого октября шестьдесят первого года вконец обескровленная Турции вышла из войны и заключила очередное сепаратное перемирие с Советским Союзом. Тут следует сказать, что это произвело на союзников по Северо-Атлантическому блоку удручающее впечатление и шестидесяти пяти тысячный контингент американских и британских сил, под командованием генерала Роберта Симса Лейфмана, сразу же после этого события погрузился на транспортные корабли и покинул территорию полуострова Малая Азия. В общем, если говорить более конкретно американские и британские транспорты с этими войсками преодолели с севера на юг восточную часть Средиземного моря и благополучно отшвартовались в Порт-Сайде который располагался в районе Суэцкого канала. Эти дополнительные силы оказались как нельзя, кстати, для сильно потрёпанных и практически полностью деморализованных натиском противника войск генерала Кларка Хофмана и они стали готовить оборонительные позиции в районе Ал-Ариш что на севере Синайского полуострова. Но, тем не менее, наступление советских войск на Ближнем Востоке продолжалось и уже пятого октября советские танки вошли в Иерусалим, что оказалось знаковой стратегической победой Советского Союза на Ближневосточном театре военных действий. Так или иначе, но война там для союзников по Северо-Атлантическому блоку на южном направлении была фактически полностью проиграна, и правительство подконтрольного англичанам Египта заявило о своей независимости и потребовало полного вывода британских и американских военных кораблей из своих портов. Все это опять оказало на Британское и Американского руководства крайне негативное впечатление, ну а так как сил для подавления революционных настроений в Египте не было, правители Англии и Соединенных Штатов стали давить на египетского президента Насера дипломатическим путем, ну а тот в свою очередь начал глобальную кампанию по изгнанию союзных войск и флота с территории страны. В общем, что и не говори, а осень шестьдесят первого года оказалась такой несчастливой для американского и британского истеблишмента что там всерьез задумались о мирных переговорах с Советским Союзом, однако тут следует сказать, что военные настроения все-таки преобладали и в конце концов на встрече президента Соединённых Штатов Джона Ф. Кеннеди и премьер-министра Великобритании Га́рольда Макми́ллана в середине октября шестьдесят первого года было решено продолжить борьбу с Советским Союзом до конца.

Часть 6. Дальние моря.

Часть 6. Дальние моря.

1. Путь на восток.

Капитан советского парохода «Красный пролетарий» Василий Соколов стоял на правом крыле ходового мостика и внимательно изучал виднеющиеся на горизонте острова в двенадцати кратный морской бинокль. Ну а сам старый советский пароход подходил в составе конвоя из четырех грузовых судов и четырех сторожевиков охранения к Алеутской гряде или если говорить более подробней к большому острову Уналашка, где находился недавно захваченная советскими силами одна из главных баз американского флота в этом регионе Датч-Харбор.

- Ну что капитан, первый раз так близко подходим к американским берегам? – спросил вышедший из ходовой рубки штурман.

- Да, так далеко на восток мы еще не забирались, - ответил капитан «Красного пролетария».

- В обще то воды здесь мало исследованы, если честно, то я с большим трудом нашел карты этого участка моря в морском архиве Петропавловска, - последовало со стороны штурмана.

- Да, эти острова наши силы захватили совсем недавно, так что возможно мы найдем подходящие карты в Датч-Харборе, - произнес Василий Соколов, ну а старый советский пароход мерно стуча машинами, и далее продолжал рассекать слегка волнующуюся гладь Берингова моря.

И вот спустя несколько часов «Красный пролетарий» пришвартовался к свободному пирсу бывшей американской базы Датч-Харбор, где практически сразу началась разгрузка его трюмов от набитого там добра. Ну а если говорить более подробно, то этот советский пароход привез в недавно захваченный советскими десантными силами островной порт продовольствие, оружие и боеприпасы которые были так необходимы оккупировавшим этот остров войскам. Кроме этого в грузовом трюме «Красного пролетария» находилась в разобранном виде самая настоящая радиолокационная станция дальнего обнаружения и слежения, которая должна была занять место уничтоженной советской авиацией подобной американской системы.

- Ну что капитан, вот мы и на месте. Когда в обратный путь? – произнес снова поднявшийся на мостик штурман.

- Сегодня, завтра разгрузимся, и сразу же назад. Так что пара дней для отдыха у нас имеется, - ответил Василий Соколов.

- Тогда я на берег, пойду в портовую контору, посмотрю, может там сохранились какие-нибудь карты, - последовало со стороны штурмана.

- Хорошо, но возьми личное оружие и кого-нибудь в помощь, - посоветовал капитан сухогруза.

- Я возьму с собой юнгу, - ответил штурман и удалился с мостика парохода.

…

Два советских крейсерских отряда 2й Тихоокеанской эскадры шли двадцати узловым ходом, прорываясь сквозь сильно штормующее море северной части Тихого океана, а именно залива Аляска. Здесь следует сказать, что в состав двух этих ударных соединений входили (1й отряд под командованием контр-адмирала Владимира Васильевича Михайлина) тяжелые крейсера «Рюрик», «Аскольд», легкие крейсера «Богатырь», «Витязь», а также (2й отряд под командованием контр-адмирала Григория Григорьевича Олейника) тяжелые крейсера «Баян», «Громобой», легкие крейсера «Варяг» и «Олег». Кроме этого от атак подводных лодок противника их прикрывали эскадренные миноносцы «Сокрушительный», «Скорый», «Свирепый» и «Стерегущий».

Тут следует сказать, что в задачу этих двух соединений входило рейдерство на коммуникациях противника вдоль западного побережья Северной Америки, а также возможность боевого соприкосновения с флотом противника, корабли которого к этому времени уже закончили ремонтные работы и теперь основные силы американского флота в полном составе сосредоточились в заливе Якутат.

- Ну что товарищ адмирал, будем делать, если против нас выдвинутся основные силы американцев? – задал вопрос командир тяжелого крейсера «Рюрик» находясь в боевой рубке этого корабля.

- Если против нас выйдут линкоры, то мы немедленно будем уходить, ну а если крейсера то примем бой, - ответил контр-адмирал Михайлин.

- Тем не менее, посылать почти все свои крейсерские силы к побережью противника довольно рискованно.

- Вот именно поэтому мы и займемся сначала поиском грузовых судов идущих из континентальной Америки в район юго-восточной части Аляски.

И, тем не менее, восьмерка советских крейсеров двадцати узловым ходом преодолела штормующие воды северной части Тихого океана и тридцатого сентября шестьдесят первого года оказались в пятидесяти милях восточнее южной части архипелага Александра или если говорить более точно на широте самого южного американского порта Кетчикан.

И вот тут-то, а именно в шесть часов утра на радиолокаторах русских крейсеров показалась медленно идущая вдоль западного побережья Америки групповая цель, которая при ближайшем рассмотрении оказалась большим военным конвоем из двенадцати грузовых судов типа «Виктори» и «Форт» которые прикрывали легкие крейсера-скауты «Туксон», «Джюно 2» и «Спокан», а также шесть эсминцев типа «Бенсон» и шесть корветов типа «Нокс» под флагом самого командующего 5м соединением Тихоокеанского флота контр-адмирала Роберта Феско.

Конечно, тут следует сказать, что по огневой мощи, американские силы не шли ни в какое сравнение с советскими крейсерскими отрядами, однако, тем не менее, едва на экранах радаров американских крейсеров показались русские корабли адмирал Феско приказал транспортным кораблям конвоя развить максимальную скорость в 17 узлов для «Виктори», и 11 узлов для транспортов типа «Форт» и двигаться по направлению к находящимся восточнее канадским островам королевы Шарлотты. Ну а сам отважный американский адмирал двинул три своих вооруженных 127 мм орудиями легких крейсера и эсминцы навстречу противнику.

И вот в 10.00 два советских крейсерских отряда настигли американские корабли и обрушили на них огонь своих мощных орудий. Тут следует сказать, что фактически американский командующий не мог ничего сделать, чтобы защитить свои транспортные суда от атаки русских крейсеров и три его легких крейсера-скаута отчаянно отстреливаясь из своих 127 мм орудий также стали отходить, как и транспортные суда к архипелагу королевы Шарлотты. Тем не менее, оторваться от быстроходных советских крейсеров им не удалось, и вскоре они оказались под огнем тяжелых орудий, и именно в этот момент два 280 мм русских снаряда попали в американский крейсер «Спокан», при этом один из них пробил навылет заднюю башню, а также барбет второй задней башни и взорвался внутри, в результате этого сдетонировали находившиеся на подъёмниках снаряды и мощный взрыв сорвал башню с погона и разворотил корпус корабля. Второй же тяжелый советский снаряд попал в носовую надстройку и сильно повредил ее, уничтожив штурманское отделение и радиорубку.

В общем, что и ни говори, а американские боевые корабли оказались под все уничтожающим огнем русских крейсеров, ну а советские эсминцы, тем временем развив максимальную скорость, настигли спешно уходящие на восток американские транспортные суда и атаковали их своими торпедами. В результате этой атаки на дно пошли четыре транспорта типа «Форт», у которых с их максимальной скоростью в 11 узлов не было никаких шансов уйти от русских торпед. Ну а в это время тяжелые советские снаряды рвали три жалких американских крейсера в клочья, а именно:

В 10.35 получивший порядка пяти попаданий 280 и 180 мм снарядов, объятый пламенем американский крейсер «Джюно 2» неожиданно в результате попадания тяжелого снаряда в машинное отделение потерял ход и стал легкой добычей для советских крейсеров.

10.50 полностью разбитый советскими снарядами «Джюно 2» опрокинулся на левый борт и пошел ко дну. Вместе с ним погибло и триста шестьдесят пять человек из его экипажа.

10.55 американский флагманский крейсер «Туксон» получивший к этому времени восемь попаданий тяжелых советских снарядов неожиданно взорвался, так как один из 180 мм русских снарядов пробил его слабую бортовую броню и взорвался в носовом артиллерийском погребе второй носовой башни. В результате этого сдетонировали погреба и остальных носовых установок 127 мм орудий и сильный взрыв оторвал носовую часть корпуса крейсера, при этом погибли находящиеся в передней рубке командование крейсера и весь штаб 5го соединения американского Тихоокеанского флота во главе с самим контр-адмиралом Робертом Феско. Кроме этого следует сказать, что оторванная кормовая часть корабля еще с полчаса оставалась на плаву и находящиеся там американские моряки смогли покинуть гибнущий крейсер.

Ну а тем временем русские эсминцы настигли спешно уходящие к канадским островам американские транспорты и потопили торпедами еще два транспорта типа «Форт» и один транспортный корабль типа «Виктори». В общем американский конвой был практически полностью разгромлен и советские крейсерские отряды стали отходить на восток в сторону уже закрепленных за Советским Союзом Алеутских островов.

…

- Что вы сказали? Советские крейсера у наших берегов! – громко переспросил у своего офицера связи командующий 2м соединением американского Тихоокеанского флота вице-адмирал Бенджамин Клэри.

- Да сэр, только что получено сообщение, что наш караван уничтожен вблизи островов королевы Шарлотты. Сопровождавший его с тремя крейсерами контр-адмирал Феско погиб. Уничтожены также два его легких крейсера, - последовал ответ на вопрос адмирала.

- И каковы силы русских, которые атаковали наш конвой?

- Два отряда по четыре крейсера, а также четыре эскадренных миноносца.

- Откуда получены эти данные?

- Получена радиограмма от капитана легкого крейсера «Спокан», при этом он сообщил, что его корабль также сильно поврежден. Кроме этого русские уничтожили семь из двенадцати транспортов конвоя.

- О господи, это только начало… - и адмирал Клэри схватился за голову.

- Адмирал может вывести в море наши авианосцы и уничтожить русских? – произнес присутствующий при этом командующий авианосной группой контр-адмирал Роберт Макфрил.

- Это бессмысленно, неужели вы думаете, что советские крейсера остались у наших берегов. Они делают, как минимум двадцать пять – тридцать узлов в час и уже вышли из зоны действия нашей береговой авиации, - ответил командующий.

- Да, если честно, то охота на русские крейсера сейчас уже полностью бесполезна, однако это говорит о том, что Советы готовы к новому наступлению и вовсю обживают потерянные нами базы, - вступил в разговор младший флагман соединения контр-адмирал Роберт Хоуг.

- Да это именно так, как говорит наша разведка, русские транспортные конвои один за другим прибывают в Датч-Харбор и в Колд-Бей и выгружают там свои грузы, - произнес офицер, отвечающий за связь с ЦРУ.

Однако никто и не подозревал, как ошибался командующий 2м соединением вице-адмирал Клэри.

…

И вот второго октября шестьдесят первого года два советских крейсерских отряда в составе четырех тяжелых и четырех легких крейсеров оказалась всего в двадцати милях от находящегося на острове Баранова американском населенном пункте под названием Ситка (или по старому Ново-Архангельск). Ровно в 06.05 советские крейсера приблизились к гавани Ситки на дистанцию в пять миль, и открыли по находившимся там американским судам и портовой инфраструктуре артиллерийский огонь из орудий главного калибра.

В 06.15 находящегося на борту флагманского линкора «Мэн» вице-адмирала Бенджамина Клэри разбудил дежурный флаг-офицер.

- Что случилось? – еще не окончательно проснувшись, произнес адмирал.

- Сэр, только что получено сообщение, что советские крейсера появились вблизи Ситки, в нем также говорится, что они обстреливают гавань и находящиеся в ней корабли из своих орудий.

- О, господи! Собрать немедленно всех офицеров штаба, и сообщите контр-адмиралу Хоугу, что бы он немедленно выводил в море крейсера.

- Адмирал, может поднять в небо палубную авиацию?

- Не стоит, русские уже наверняка прекратили обстрел и отходят на полной скорости на запад. Передайте Хоугу, что бы он взял «Аляску», «Гавайи», «Анкоридж» и «Сан-Франциско», а также все легкие крейсера и десять эсминцев.

- Но сэр, нашим кораблям потребуется, как минимум час, чтобы набрать необходимые пары.

- Да, это крайне плохо, однако, тем не менее, на полной скорости они должны нагнать противника и вступить с ним в бой.

- Русские крейсера имеют преимущество в скорости и не уступают нашим кораблям в вооружении, так может нам вывести в море парочку линкоров.

- Нет, это уже слишком, я думаю, что для того чтобы задать русским хороший бой хватит и крейсеров, - отрезал командующий вторым соединением Тихоокеанского флота США.

И вот тут-то и следует сказать, что если бы вице-адмирал Бенджамин Клэри знал, как он ошибался, ибо именно в это время советские крейсерские отряды снизили свою скорость до двенадцати узлов и параллельными курсами стали удаляться от американских берегов к находящемуся на их пути Датч-Харбору. Ну а отряд контр-адмирала Роберта Хоуга развив двадцати пяти узловую скорость стал очень и очень быстро нагонять их, рассекая серые волны северной части Тихого океана или по-другому как назывался это регион залива Аляска. И конечно здесь следует сказать несколько слов о том, какие же силы были в распоряжении американцев, а именно, основную ударную силу составляли два больших (линейных) крейсера «Аляска» и «Гавайи» (всего 18-305 мм орудий), а также два тяжелых крейсера «Анкоридж» и «Сан-Франциско» (всего 21-203 мм орудие). Справа от этих основных сил на расстоянии в двадцать кабельтовых под командованием командира крейсерского отряда контр-адмирала Самюэля Уиллиса шли четыре легких крейсера «Феникс», «Винсенс», «Пасадена» и «Санта-Фе» (51-152 мм орудие), ну а по обеим сторонам этой эскадры на расстоянии в десять кабельтовых держалось по пять эскадренных миноносцев типа «Мэхэн» и «Бенхэн».

В общем, что и не говори, а это были довольно серьезные силы и они могли бы нанести советским крейсерским отрядам значительный урон и, вот теперь вся эта армада со скоростью в двадцать пять узлов стремительно нагоняла медленно уходящие на запад советские крейсера. Однако, тем не менее, а спустя примерно сутки этой гонки на экранах радаров обе противоборствующие силы обнаружили друг друга на расстоянии в восемьдесят километров и вот тогда командующие советскими крейсерскими отрядами и решили дать бой американской армаде.

2. Битва в заливе Аляска.

13.00 третьего октября шестьдесят первого года, два советских крейсерских отряда совершают поворот на сто восемьдесят градусов и начинают резкое сближение с отрядом контр-адмирала Роберта Хоуга, причем американский командующий в этот самый момент делает полное перестроение своих сил и теперь в северной колонне находятся большой крейсер «Аляска» под флагом лично самого младшего флагмана 2го соединения американского флота контр-адмирала Роберта Хоуга, за ним следует тяжелый крейсер «Анкоридж» и два легких крейсера «Винсенс» и «Пасадена», во второй находящейся примерно в тридцати кабельтовых к югу также выстроившись в линию параллельным курсом с северным отрядом двигаются большой крейсер «Гавайи» с командующим крейсерскими силами контр-адмиралом Самуэлем Уиллисом на борту, тяжелый крейсер «Сан-Франциско» и также два легких крейсера «Феникс» и «Санта-Фе». Что же касается советских крейсерских отрядов то они вскоре при непосредственном сближении с противником разворачиваются курсом на северо-восток: тяжелые крейсера «Баян» под флагом контр-адмирала Григория Григорьевича Олейника, тяжелый крейсер «Громобой», а также легкие крейсера «Варяг» и «Олег», и курсом на юго-восток тяжелый крейсер «Рюрик» с командующим крейсерским отрядом контр-адмиралом Владимиром Васильевичем Михайлиным на борту, а также тяжелый крейсер «Аскольд» и легкие крейсера «Богатырь» и «Витязь».

При этом советские крейсера развивают скорость порядка тридцати четырех узлов и американские крейсера оказываются так скажем зажаты во все более и более сжимающиеся клещи.

13.35 дистанция между противоборствующими сторонами уменьшается до восьмидесяти кабельтовых, то есть примерно до пятнадцати километров и обе стороны открывают взаимный огонь, используя полубронебойные снаряды.

13.45 отмечается первое попадание 305 мм американского снаряда в советский крейсер «Баян», этот снаряд пробивает на вылет вторую дымовую трубу и взрывается за противоположным бортом корабля.

13.50 еще один 305 мм снаряд с американского крейсера «Аляска» снова попадает в «Баян» и, пробивая верхний бронепояс, взрывается при ударе во внутренний вертикальный гласис, разворотив при этом осколками и взрывом верхнюю палубу.

13.55 два советских 180 мм снаряда с крейсера «Варяг» бьют в американский легкий крейсер «Финикс», при этом оказывается, повреждена вторая носовая башня главного калибра, а также разрушена часть помещений в основании носовой надстройки, на корабле возникает сильный пожар.

14.05 темп артиллерийской дуэли все более и более нарастает, и американский командующий отдает приказ обеим крейсерским колоннам повернуть на северо-запад и юго-запад, таким образом, пытаясь обхватить оба советских крейсерских отряда с хвоста и отрезать им путь к отступлению на запад в сторону полуострова Аляска.

14.10 оба советских крейсерских отряда резко разворачиваются и теперь противники двигаются, постепенно все более и более сближаясь четырьмя параллельными колонами, две в сторону севера и две в южном направлении. При этом снаряды все чаще и чаще находят свою цель и обе стороны имеют серьезные повреждения.

14.15 в американский крейсер «Аляска» попадают три 280 мм бронебойных снаряда с русского крейсера «Баян» и, пробивая наружный бронепояс бьют прямо в сухопарники сразу двух котлов которые тут же выходят из строя, при этом скорость флагманского корабля контр-адмирала Хоуга сразу же падает до двадцати трех узлов, ну а так как и следующие за ним корабли также снижают скорость 2й советский крейсерский отряд вырывается вперед и охватывая голову американской колонны поворачивает на запад. При этом на поврежденный большой крейсер «Аляска» обрушивается град снарядов и он пылает в нескольких местах.

В это же самое время гораздо южнее обе противоборствующие колонны советских и американских крейсеров все далее и далее удаляются на юг и как это ни странно к этому самому времени они отмечаются лишь несколькими попаданиями друг в друга. Так в советский флагманский крейсер «Рюрик» попадает все на всего два фугасных 305 мм снаряда, которые отражаются внешним броневым поясом, не причиняя кораблю практически не какого вреда. В тоже время в американский большой крейсер «Гавайи» попадает три полубронебойных снаряда с «Рюрика» и два из них отражаются внешним бронепоясом американского большого крейсера, а третий попадает в незабронированную переднюю часть корабля и, взрывается внутри, полностью разрушив столовую для младшего офицерского состава.

Что же касается следующей пары то советский тяжелый крейсер «Аскольд» и американский тяжелый крейсер «Сан-Франциско» обмениваются за это время всего двумя попаданиями, которые наносят кораблям лишь незначительные внешние повреждения. Ну а следующие за тяжелыми легкие крейсера «Феникс» и «Санта-Фе» с американской стороны и «Богатырь», «Витязь» с русской добиваются друг в друга все на всего одного двух попадания которые, как и следует, не наносят им каких-либо серьезных повреждений. И кончено же здесь следует сказать, что такая низкая эффективность артиллерийской стрельбы оказывается, обусловлено тем, что расстояние между уходящими на юг колоннами кораблей в отличие от северных отрядов все более и более увеличивается и к 14.30 достигает уже порядка четырнадцати миль или двадцати шести километров, в результате чего в 14.40 обе стороны прекращают стрельбу и советский отряд, увеличив скорость до тридцати пяти узлов резко разворачивается на сто восемьдесят градусов и быстро уходит в западном направлении.

В общем, что тут и сказать, но названная несколько позднее как битва в заливе Аляска не приносит той или иной стороне каких-либо существенных результатов или побед и к вечеру обе противоборствующие стороны уходят уже так далеко, что теряют друг друга на экране локаторов. Тем не менее, а так как все-таки и американские и советские крейсера получили в результате этого сражения те или иные пускай и в большинстве своем незначительные повреждения они возвращаются на свои сильно удаленные друг от друга базы, где встают на необходимый им достаточно серьезный ремонт. И вот тут то и следует добавить, что, так как далее в северной части Тихого океана наступает самый настоящий зимний сезон боевые действия как на море практически прекращаются, однако последствия этого вышеописанного небольшого сражения как выяснилось далее будут иметь довольно серьезные и долгоиграющие последствия как говорится в высших эшелонах власти обеих сторон.

…

- Так ну что же не далее как вчера наш военно-морской флот доказал что он все-таки может сражаться с этим коварным и крайне серьезным противником! – воскликнул президент Соединенных Штатов Джон Фицджералд Кеннеди сидя в своем мягком кресле в «овальном» кабинете «Белого дома».

- Я думаю, что по данному поводу нам необходимо срочно составить соответствующее коммюнике господин президент, - тут же добавил к вышесказанному его первый заместитель и вице-президент Линдон Джонсон.

- Коммюнике конечно необходимо, но все-таки немного поостерегся, ибо битва в заливе Аляска закончилась практически с ничейным результатом, так что русские, что наш флот не понесли каких-либо серьезных потерь, при этом перед этим русские крейсера практически, что просто на просто уничтожили наш конвой, следующий на Аляску, - вдруг совершенно неожиданно последовало со стороны министра обороны Роберта С. Макнамара на что государственный секретарь Дейвид Раск довольно-таки громким и сильно возмущенным тоном практически что закричал:

- Да как вы смеете, так к этому относится! Сегодня мы наконец-то получили так необходимую нам победу! И первым делом это необходимо довести до народа Соединенных Штатов, тем более что он просто на просто уже устал от наших бесконечных и ничем неоправданных поражений!

- Ладно, ладно господа, давайте будем более вежливы, о разгромленном караване, конечно, говорить не следует, а вот насчет битвы в заливе Аляска надо как можно подробнее и популярнее сообщить нашим гражданам, - подвел итог данному небольшому разговору президент Кеннеди, ну а тем временем спустя пару дней за много, много километров от Вашингтона в большом кремлевском кабинете Генеральный Секретарь Коммунистической партии Советского Союза и председатель Государственного комитета обороны Лаврентий Павлович Берия принимал главнокомандующего Военно-морским флотом СССР и адмирала Сергея Георгиевича Горшкова и начальника штаба флота адмирала Федора Владимировича Золулю.

- Итак, уважаемые моряки, может быть вы все-таки просветите меня о том что произошло между нашим и американским флотом в северной части Тихого океана, а не сведения какие-то очень и очень непонятные и противоречивые? – последовало со стороны Лаврентия Павловича после чего он снял свои круглые очки, протер их чистым носовым платком и снова водрузил на свое овальное и чисто выбритое лицо.

- Дело в том товарищ председатель ГКО, что два наших крейсерских отряда 2й Тихоокеанской эскадры разгромили у западных берегов Канады большой направляющийся на Аляску конвой противника с войсками и военными грузами после чего на обратном пути вступили в бой с американскими крейсерами который если уж говорить предельно откровенно закончился ничем, - последовал ответ на вышезаданный вопрос со стороны адмирала Горшкова.

- Закончился ничем? – как бы переспросил Берия, после чего в кабинете возникла неловкая пауза и, после достаточно долгого молчания со стороны председателя ГКО последовало следующее: - Может вы, все-таки объясните, почему именно так получилось?

И тут слово взял начальник главного морского штаба адмирал Зозуля:

- Да все предельно просто, товарищ секретарь, дело в том, что наши моряки первоначально вступили в бой с американскими крейсерами, но далее в результате высокой скорости хода и маневрирования, противоборствующие стороны разделились на две сражающиеся между собой группы и после недолгого артиллерийского боя разошлись в разные стороны. В общем, командиры вышеуказанных крейсерских отрядов, что с нашей, что с американской стороны просто не стали продолжать данное сражение и разошлись в разные стороны. При этом большинство кораблей с обеих сторон получили немногочисленные и несерьезные повреждения. В общем, данный бой закончился просто ни чем.

- Так и складно же вы говорите, однако что вы скажите на то, что ведущие американские издания просто на просто вовсю трубят о своей победе? – довольно-таки саркастически последовало со стороны Лаврентия Павловича.

- Думаю, что американскому правительству на фоне понесенных их арией и флотом серьезных поражений просто на просто потребовался самый что ни на есть настоящий и необходимый для общественного мнения пиар, - негромко констатировал адмирал Горшков, на что Берия снова ненадолго задумался и после небольшой паузы кратко произнес:

- Ну что же, теперь все более менее понятно, можете идти…

Ну а когда оба адмирала уже покинули вышеуказанный кремлевский кабинет, между ними произошел небольшой и довольно-таки доверительный разговор:

- И что все это было? – задала вопрос уже удобно расположившийся в служебном ЗИЛе адмирал Зозуля.

- Да уж, по такому пустяковому поводу и вызывать в Кремль, - с некоторой досадой в голосе произнес вместе ответа командующий Военно-морским флотом.

- И все если честно виноваты американские газеты, которых написали о произошедшем самую настоящую чушь…

3. Соотношение сил.

В общем, но на этом вышеописанном небольшом происшествии или иначе как назвали его американские газеты «битве в заливе Аляска» в северной части Тихого океана кампания тысяча девятисот шестьдесят второго года оказалась полностью законченной и противоборствующие стороны стали вовсю готовиться к третьему году идущей на огромных мировых пространствах войны. Ну, конечно же, здесь стоит немного внимания уделить возникшему соотношению сил, как на океанских театрах действия так и на суше:

Итак, Тихоокеанский театр военных действий и прежде всего самая его напряженная точка южная оконечность острова Хоккайдо, где получившим наконец-то долгожданное подкрепление экспедиционным войскам генерала Джозефа Лоутона Коллинза наконец-то удалось стабилизировать разваливающийся фронт и вступить в долговременное позиционное противоборство с советскими вооруженными силами под командованием генерала армии Николая Ивановича Крылова.

Что же касается морских сил, то в районе отделяющего Хоккайдо от острова Хонсю Сангарского пролива находилось поддерживающее войска генерала Коллинза самое мощное 1е соединение американского Тихоокеанского флота под командованием вице-адмирала Элмо Рассела Зумвалта в состав, которого входили:

Суперлинкор «Монтана», линкоры «Айова», «Миссури», «Нью-Джерси».

Большие (линейные) крейсера: «Гуам», «Филиппины».

Тяжелые крейсера: «Индианаполис», «Портленд», «Толедо», «Нью-Орлеан».

Легкие крейсера: «Хелена», «Гонолулу», «Сент-Луис» и переброшенный взамен погибшего при сражении в Японском море «Бойсе» крейсер-скаут «Фресно».

Авианосцы: «Ленсингтон», «Саратога», «Хэнкок», «Энтрепрайз», «Мидуэй», «Корал Си».

…

Кроме этого в район южной оконечности Хоккайдо после потери китайского Вэй-Хай-Вея снова вернулось соединение британского флота «Z» под командованием вице-адмирала сэра Томаса Глочестера а также прошедшие отдых на юге Японии войска британского экспедиционного корпуса а также немногочисленные войсковые силы из Австралии и Новой Зеландии. В общем, что тут и сказать, но это стало довольно серьезным подспорьем американским войскам генерала Коллинза и, фронт на юге Хоккайдо практически полностью стабилизировался.

Состав английского соединения «Z»:

Линкоры: «Энсон», «Хоу», «Вэнгард».

Линейный крейсер: «Ринаун».

Тяжелые крейсера: «Корнуол», «Норфолк», «Йорк», «Девоншир», «Суффолк».

Легкие крейсера: «Аретьюза», «Сириус», «Аргонаут», «Беллона», «Клеопатра», «Леверпуль», «Глостер», «Ахилес», «Аякс», а также австралийский легкий крейсер «Перт».

Авианосцы: «Инвисибл», «Индомитебл»,

В общем, в результате этих перемещений в районе Сангарского пролива скопились достаточно серьезные силы союзников, противостоящие Тихоокеанскому флоту Советского Союза.

…

Со стороны Советского флота в этом регионе им противостояла базирующаяся во Владивостоке 1я Тихоокеанская эскадра под командованием вице-адмирала Павла Михайловича Харитонова в составе:

Линкоры: «Советский Союз», «Иосиф Сталин», «Петропавловск», «Владивосток».

Линейные крейсера: «Сталинград», «Фрунзе».

Тяжелые крейсера: «Ад. Макаров», «Ад. Витгефт».

Легкие крейсера: «Ад. Невельской», «Ад. Бутаков», «Свердлов», «Киров», «Калинин», «Каганович».

Авианесущие крейсера: «Советская Сибирь», «Советское приморье», «Уссурийский партизан».

…

Боевые же действия на Аляске уже осенью шестьдесят первого года практически полностью прекратились, ибо под контролем вооруженных сил Советского Союза под командованием маршала Кирилла Семеновича Москаленко взяли под контроль практически всю огромную территорию этого штата за исключением узкой полоски побережья, на юго-востоке, а также так называемого архипелага Александра, где и укрылись остатки американских войск генерала Джозефа С. Лэнга.

Что же касается северной части Тихого океана, то там основные силы Тихоокеанского флота Соединенных Штатов были представлены базирующимся в заливе Якутат (юго-восточная часть Аляски) 2м соединением вице-адмирала Бенджамина Клэри, которое было представлено следующими кораблями:

Суперлинкоры: «Джорджия», «Мэн», линкоры: «Иллинойс», «Кентукки», «Висконсин».

Большие (линейные) крейсера: «Аляска», «Гавайи».

Тяжелые крейсера: «Анкоридж», «Сан-Франциско».

Легкие крейсера: «Феникс», «Винсенс», «Пасадена», «Санта-Фе».

Авианосцы: «Орискани», «Интерпид», «Эссекс».

…

Ну а со стороны ВМФ Советского Союза в этом регионе действовала 2я Тихоокеанская эскадра под командованием вице-адмирала Леонида Федоровича Игнатьева, для которой основной базой являлась Авачинская губа на Камчатке:

Линкоры: «Ретвизан», «Кремль», «Слава», «Победа».

Линейные крейсера: «Пересвет», «Ослябя».

Тяжелые крейсера: «Рюрик», «Аскольд», «Баян», «Громобой».

Легкие крейсера: «Богатырь», «Витязь», «Варяг», «Олег», «Диана», «Паллада», «Светлана», «Снег».

Авианесущие крейсера: «Забайкальский партизан», «Орел», «Русь».

…

Ну и в заключение здесь также стоит сказать, что кроме вышеперечисленных сил в Тихом океане также находились еще три вспомогательных соединения Тихоокеанского флота Соединённых Штатов, а именно:

3е соединение под командованием вице-адмирала Роя Джонсона поддерживающее режим Нго Динь Зьема в Южном Вьетнаме и базирующееся в районе Сайгона:

Линкор (дредноут): «Миссисипи».

Тяжелые крейсера: «Рочестер», «Ньюпорт-Ньюс».

Легкие крейсера: «Марблехед», «Мемфис», «Денвер», «Таллахас».

Авианосцы: «Кирсердж» и «Рейнджер».

…

4е соединение под командованием только что получившего звание вице-адмирала Даниэля Крэга базой для которого служил остров Оаху (Перл-Харбор) на Гавайях.

Тяжелые крейсера: «Фолл-Ривер», «Мэкон», «Орегон», «Лос-Анжелес».

Легкие крейсера: «Тикендерога».

…

В общем, что тут и сказать, но флот союзников на Тихом океане представлял довольно серьёзную силу под глобальным командованием американского командующего адмирала Джона Сайдса и суммарно все еще превосходил флот Советского Союза, что создавало на Тихоокеанском театре военных действий очень и очень напряженную обстановку. Ну а что же в Атлантике, а вот там англо-американские силы были представлены прежде всего Атлантическим флотом Соединенных Штатов под командованием адмирала Роберта Дэннисона в состав которого входило несколько следующих боевых групп:

1е соединение вице-адмирала Джона Уорвика базирующееся в Норфолке (восточное побережье США):

Линкоры: «Саут Дакота», «Индиана», «Алабама».

Тяжелые крейсера: «Балтимор», «Бостон», «Монтерей».

Легкие крейсера: «Бруклин», «Нешвил», «Спрингфилд», «Детройт».

Авианосцы: «Йорктаун».

…

2е соединение вице-адмирала Джона Хайленда базирующееся в бухте Кефлафик (Исландия).

Суперлинкор: «Огайо», линкор: «Норд Каролина», «Вашингтон».

Большие (линейные) крейсера: «Пуэрто-Рико».

Тяжелые крейсера: «Нортхэмптон», «Чикаго», «Канберра», «Куинси».

Легкие крейсера: «Рейли», «Нью-Хэвен», «Ханнигтон», «Дейтон».

Авианосцы: «Хорнет».

…

3е соединение вице-адмирала Джона Слэнга базирующееся в Мейпорте (Флорида), основная задача блокада Кубы:

Тяжелые крейсера: «Хьюстон», «Аугуста», «Сен-Пол», «Питтсбург», «Олбани»

Легкие крейсера: «Биллокси», «Принсетон», «Коламбия», «Конкорд».

…

Таким образом, в составе Атлантического флота США осталось всего два действующих ударных авианосца, что свело на нет его наступательные действия по отношению к Советской Арктике, ну и, конечно же, здесь мы не может обойти стороной флот союзной Великобритании который почти что весь находился в своей главной базе Скапа-Флоу на Оркнейских островах (Северная шотландия):

Соединение «М» (флот Метрополии), с новым командующим вице-адмиралом сэром Уйльямом Свифтом:

Линкоры: «Кинг Джордж 5», «Дюк оф Йорк».

Тяжелые крейсера: «Лондон», «Сассекс».

Легкие крейсера: «Белфаст», «Манчестер».

Авианосцы: «Куин Элизабет», «Куин Мэри», «Викториес», «Формидебл».

…

Соединение «К» командующий вице-адмирал сэр Альфред Моин, Примут (Юго-западная Англия):

Легкие крейсера: «Бирмингем», «Саутгемптон», «Ньюкасл», «Шеффилд».

…

Ну и, конечно же всем этим англо-американским силам противостоял Северный флот Советского Союза под командованием адмирала Андрея Трофимовича Чабаненко базой для которого служил Североморск (Кольский полуостров)

Линкоры: «Мурманск», «Архангельск», «Гангут», «Полтава», «Бородино».

Линейные крейсера: «Северодвинск», «Куйбышев».

Тяжелые крейсера: «Петр Великий», «Ад. Нахимов», «Ад. Лазарев», «Ад. Ушаков», «Ад. Эссен», «Коминтерн».

Легкие крейсера: «Дмитрий Донской», «Александр Невский», «Михаил Кутузов», «Александр Суворов», «Дмитрий Пожарский», «Кузьма Минин», «Сокол», «Кречет».

Авианесущие крейсера: «Советская Россия», «Советская Белоруссия», «Советское поморье», «Уральский Рабочий», «Москва», «Ленинград», «Минск».

…

Ну и последним театром противостояния Советского Союза и сил Северо-Атлантического блока было Средиземноморье, и Ближний Восток, где в кампанию шестьдесят второго года назревало решающее сражение за обладание важнейшей стратегической артерией Суэцким каналом и, конечно же, здесь войскам советской 10й ударной армии под командованием маршала Андрея Ивановича Еременко противостояли занявшие оборонительные позиции всего в ста километрах от Суэца объединенные англо-американские силы под командованием генерала Кларка Хофмана.

Ну а что касается противоборствующих морских сил в восточной части Средиземного моря, то они были представлены, прежде всего, вновь сформированным после Солунского разгрома Средиземноморским флотом Соединенных Штатов под командованием вице-адмирала Гарольда Смита (база египетский порт Александрия) в состав которого входили:

Тяжелые крейсера: «Филадельфия», «Савана», «Тускалуза», «Уичита», «Пентсакола», «Солт-Лейк-Сити», «Хелена», «Бремертон».

Легкие крейсера: «Ричмонд», «Провиденс», «Фарго», «Атланта», «Сан-Диего», «Джуно», «Окленд», «Рино», «Флинт».

Ну и также в Александрии находился единственный оставшийся у американцев авианосец: «Франклин Д. Рузвельт».

Что же касается флагманского корабля, бывшего командующего Средиземноморским флотом вице-адмирала Риббека то его обгоревший и полузатопленный остов так и остался гнить на отмели в греческом порту Салоники, ибо техническое состояние линкора «Колорадо» было таково, что перевести его на ремонт в Торонто или Гибралтар не было никакой возможности.

…

Тем не менее, а кроме американцев на находящейся в центре Средиземноморья Мальте находилось британское соединение «Н» под командованием вице-адмирала Эдварда Кенгли в составе:

Линкоров: «Лайон», «Тимиреир».

Тяжелых крейсеров: «Айрон Дюк», «Дефендер», «Суррей», «Эксетер».

Легких крейсеров: «Ланкастер», «Сомерсет», «Глазго», «Линдер», «Нептун», «Орион», «Диадем».

Авианосцев: «Арк Роял», «Игл».

…

Ну и этим вышеприведенным военно-морским силам Северо-Атлантического блока противостоял Черноморский флот Советского Союза (база флота в турецком Измире) под командованием адмирала Владимира Афанасьевича Касатонова силы которого были представлены следующими основными ударными кораблями:

Линкоры: «Красный Боспор», «Парижская Коммуна», «Севастополь», «Новороссийск».

Линейные крейсера: «Чесма», «Синоп», «Наварин», «Нарком Ворошилов».

Тяжелые крейсера: «Память Азова», «Память Меркурия», «Ад. Истомин», «Ад. Корнилов», «Ад Сенявин», «Ад. Спиридов».

Легкие крейсера: «Очаков», «Кагул», «Ворошилов», «Молотов», «Красный Кавказ», «Красный Крым», «Червона Украина».

Авианесущие крейсера: «Советская Укранина», «Киев», «Днепропетровск», «Николаев», «Одесса», «Харьков», «Ф. Дзержинский».

…

В общем как вы видите, несмотря на ряд полученных поражений союзные американо-британские силы тем не менее были довольно-таки сильны и очень, очень опасны, и это кончено же характеризировалось тем что американский кабинет президента Джона Ф. Кеннеди, что английское правительство премьер-министра Га́рольда Макми́ллана довольно-таки сильно надеялись что кампания шестьдесят второго года для их армии и флота будет как говорится более и более удачной.

4. Дальние планы.

И вот в начале декабря шестьдесят первого года в небольшую и уютную гавань Санта-Крус де Тенерифе, что находится на острове Тенериф Канарского архипелага вошел американский тяжелый крейсер «Монтерей» в сопровождении двух эсминцев сопровождения на борту, которого на давно запланированную встречу прибыл лично сам президент Соединенных Штатов Америки Джон Фицджералд Кеннеди, в сопровождении своих ближайших соратников, а именно государственного секретаря Дейвида Раска, министра обороны Роберта С. Макнамара и морского министра Джона Бо́удена Ко́нналли. Ну и конечно же когда «Монтерей» только что зашел в вышеуказанную гавань он обменялся несколькими салютными залпами с находящимся в ней английским тяжелым крейсером «Лондон» на котором на данную и довольно-таки значимую встречу несколькими часами ранее прибыла английская делегация в составе премьер-министра Великобритании Га́рольда Макми́ллана, министра иностранных дел Селвина Ллойда, министра обороны Гарольда Уоткинсона и морского министра сэра Чарлза Лэмбе. В общем, что тут и сказать, но на этом небольшом острове в центральной части Атлантического океана и должны были пройти важнейшие переговоры о дальнейшей стратегии действий в войне Северо-Атлантического блока против Советского Союза в формате как говорится четыре на четыре.

Ну и конечно же уже утром следующего дня а именно шестого декабря шестьдесят первого года в находящемся в столице данного небольшого принадлежавшего Испании автономного анклава Са́нта-Крус-де-Тенери́фе так называемом Муниципальном музее изящных искусств или если говорить более подробно в одном из его увешанных картинами известных испанских мастеров залов и началась вышеуказанная встреча где все её участники уселись напротив друг друга за специально установленным там длинным и явно старинной работы полированным столом.

В общем, что тут и сказать, но первым, как и положено наиболее весомой в плане военных действий стороне взял слово лично сам президент Соединенных Штатов Америки Джон Ф. Кеннеди:

- Уважаемые присутствующие и друзья, сегодня мы собрались на этом прекрасном и теплом острове, чтобы согласовать план наших дальнейших действий в предстоящей кампании следующего года, и кончено же первоначально я хочу поблагодарить наших британских союзников за тот вклад, который они внесли в борьбу с красными коммунистами!

Ну и кончено же после такого пафосного и совершенно бесполезного с точки зрения предстоящих переговоров вступления ответное слово взял премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан:

- Что же, большое спасибо за эти добрые слова! И кончено же в качестве ответа на вышесказанное я хочу сообщить нашим американским друзьям, что Соединенное Королевство будет и далее соблюдать свой союзнические обязательства в противостоянии нашему противнику, то есть Советскому Союзу!

Таким образом, на этом прелюдия данного совещания вроде бы была и окончена и обе стороны перешли к вещам более серьезным и прагматичным:

- Уважаемые коллеги, прежде всего нам хочется узнать каковы ваши планы в предстоящей кампании на Средиземноморском театре военных действий, ибо, так как линия фронта сейчас проходит всего на всего в ста километрах на север от Суэцкого канала мы можем в ближайшее время просто на просто потерять эту так важную для нас стратегическую артерию? – первым делом последовало со стороны президента Кеннеди на что находящийся напротив него премьер-министр Великобритании довольно-таки важным голосом ответил:

- Да, вы господин президент, как говорится вы совершенно правы и ситуация на Ближнем Востоке очень и очень тревожит нас, поэтому мы планируем в самое наикратчайшее время перебросить туда дополнительные силы в количестве двух свежих стрелковых дивизий, танковой бригады и артиллерийского полка которые мы только что сформировали на наших базах в метрополии.

- Что же это довольно приятная новость, но что вы собираетесь предпринять на морском театре военных действий? – тут же задал новый вопрос президент на что со стороны Гарольда Макмиллана довольно-таки серьезным тоном последовал следующий ответ:

- Мы и так довольно-таки серьезно усилили наше соединение «Н» четырьмя новейшими тяжелыми крейсерами, так что сейчас союзные силы в Средиземноморье представляют довольно серьезный вес.

- Да это конечно хорошо, но уважаемые господа, неужели вы забыли что сейчас мы имеем там всего на всего три авианосца в то время как у русских в Измире находятся аж семь авианесущих кораблей, - совершенно неожиданно вступил в разговор морской министр Соединенных Штатов Америки Джон Бо́уден Ко́нналли на что морской министр Великобритании сэр Чарлз Лэмбе мягким и вкрадчивым голосом заговорил:

- Да вы совершенно правы, но мы и так потеряли в Эгейском море два новейших авианосца, поэтому в Адмиралтействе считают, что теперь мы должны вести в основном оборонительные действия и с применением легких сил и крейсеров обеспечивать проводку наших судов с грузами и войсками в сторону Ближнего Востока, а общем если говорить предельно откровенно, то пусть американский Средиземноморский флот возьмет на себя прикрытие следующих их Гибралтара конвоев восточнее острова Крит, ну а мы будем отвечать за это западнее двадцать пятого меридиана.

- Хм, это конечно все верно, но что мы сможем противопоставить флоту Советов, если он вдруг выйдет в Средиземное море, ведь если честно у нас остались одни лишь крейсера и один ударный авианосец! – воскликнул министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара.

- Успокойтесь господа, успокойтесь, скажу вам прямо, раз уж американский флот понес такие серьезные потери в сражении при Салониках, а мы потеряли два новейших авианосца в северной части Эгейского моря теперь у нас остается всего лишь один ход, а именно под прикрытием мобильных крейсерских групп проводить конвой до Порт-Саида и стараться более не вступать в генеральное сражение с превосходящим нас по всем категориям противником, - попытался успокоить членов совещания британский морской министр Чарлз Лэмбе, после чего слово неожиданно взял молчавший до этого министр иностранных дел Великобритании которого, как известно, звали не иначе как Селвин Ллойда:

- Господа, господа, конечно дела на море стоят первым планом, но я хочу напомнить вам, что мы со дня на день можем потерять свою базу в Александрии, ибо правительство президента Насера все более и более склоняется к социалистическому толку и идет на сближение с Советским Союзом. Так что я считаю, что мы должны быть очень и очень внимательны в этом плане и считаю целесообразным, что нам необходимо приложить все усилия, чтобы сохранить и укрепить свое влияние в северном Египте.

- Да уважаемые господа я полностью согласен с Селвином Ллойдом и считаю что наши дипломаты спецслужбы должны заняться этим вопросом как можно скорее и облагоразумить Гама́ля А́бделя На́сера на внешнеполитическом поприще Ближневосточной политики, - добавил к вышесказанному государственный секретарь Соединенных Штатов Дейвид Раск.

- Насер спит и видит, как русские танки подходят к каналу, и в его голове сейчас бредит лишь одна мысль о том, чтобы Египет полностью стал независимым и социалистическим государством, - последовало далее со стороны английского премьера и тут в разговор вдруг совершенно неожиданно вступил молчавший до этого министр обороны Соединенного Королевства Гарольд Уоткинсон:

- Все это конечно интересно господа, но мы и так практически исчерпали все свои силы в результате поражения союзных войск на Галлиполи и в центральной Турции, да и дела в Северном Ираке идут из рук вон плохо, ибо наше наступление на Эрзерум как говорится, полностью провалилось. Так что сейчас перед нами стоит всего лишь одна и достаточно важная задача главной целью, которой является остановить русских в их продвижении к Суэцкому каналу и отбросить советские части как можно дальше на север. Так что я считаю целесообразным надавить на правительство Иордании и Израиля, чтобы они поставили перед Советами вопрос об немедленно выводе русских войск с территории этих государств.

- Вопрос конечно интересный, но вы же прекрасно понимаете, что сейчас страны Ближнего Востока, а именно Израиль, Иордания, Палестина и Ливан существуют лишь на политической карте мира, а де-факто полностью подконтрольны либо нам, либо Советскому Союзу, - немного скептически констатировал государственный секретарь Соединенных Штатов Дейвид Раск после чего министр обороны Роберта С. Макнамара уже более приемлемым тоном продолжил:

- Союзные силы создали по всему Синайскому полуострову семь оборонительных линий, западная сторона которых упирается в Средиземное море, а восточная в район залива Акаба. Общая численность союзных сил занимающих данные оборонительные рубежи составляет порядка ста двадцати тысяч человек, в распоряжении которых имеется сто сорок танков, двести пятьдесят стволов самоходной и буксируемой артиллерии, пятьсот минометов разного калибра, а также порядка восьмидесяти пяти тактических бомбардировщиков и двести тридцать истребителей базирующихся на прифронтовых аэродромах. Командует этими войсками генерал Кларк Хофман и это очень и очень серьезные силы, которые как я считаю, могут успешно противостоять армии Советов.

- Хорошо, хорошо, господа! Будем считать, что в районе восточного Средиземноморья мы более менее, но смогли прийти к долгожданному консенсусу, - уже более примирительно произнес президент Джон Ф. Кеннеди и после нескольких больших глотков воды из стоящего перед ним на столе стакана достаточно так спокойно продолжил: - Ну а теперь я считаю нам необходимо перейти к делам на Северо-Атлантическом театре военных действий, что вы на это скажите?

- А что тут сказать, - тут же последовало со стороны министра обороны Великобритании Гарольда Уоткинсона, - все наши предыдущие попытки нанести какой-либо урон Северному флоту Советского союза просто на просто окончились ничем, причем союзные силы потеряли при этом ряд крупных кораблей, так что теперь мы имеем против восьми советских четыре английских и два американских авианосца, что из-за огромного морского театра военных действий сводит на нет все наши планы на данном направлении. В общем, мы предлагаем и далее блокировать Северную Атлантику между Исландией и Фарерскими островами и более не соваться в арктические воды.

- Что же мы также имеем подобное мнение по данному вопросу и думаю, что нам следует более не проводить каких либо серьезных операция в этом регионе, - согласился с вышесказанным министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара после чего он уже более серьезно перевел данный разговор на более актуальную тематику: - В общем, единственное место, где мы можем еще как-то переломить ход идущей войны это район южной оконечности Хоккайдо, где наши союзные силы сейчас снова достигли значительного перевеса над противником.

Тут министр обороны неожиданно замолчал а вышеуказанную тему неожиданно продолжил морской министр Соединенных Штатов Джон Бо́уден Ко́нналли:

- Да, да, да, уважаемые господа сейчас мы имеем в районе Хокодате аж семь линкоров, три больших крейсера и восемь авианосцев, кроме этого войска генерала Коллинза в результате полученного подкрепления, а также вместе с вновь прибывшими туда английскими, австралийскими и новозеландскими войсками достигли общей численности порядка двухсот тысяч человек и думаю что эти прямо так огромные силы в самое ближайшее время смогут нанести Советам решающее поражение и взять столицу префектуры Хоккайдо город Саппоро. В общем, на данный момент под нашим контролем находится практически весь полуостров Осима от мыса Сираками на юге до мыса Сякотан на севере, так что смею вас заверить, сейчас наступает самое благоприятное время для нашего наступления, ибо те силы союзного флота, которые сейчас находятся в районе Сангарского пролива в несколько раз превышают силы Тихоокеанского флота Советов.

- Ну что же это очень и очень хорошая новость, и когда же мы планируем нанести этот решающий удар? – задал вопрос премьер-министр Соединенного Королевства Га́рольд Макми́ллан.

- Мы думаем что самое благоприятное время для проведения данной операции это начало января шестьдесят второго года, - последовало на это со стороны президента Кеннеди после чего практически все присутствующие на вышеуказанном совещании согласно закивали головами, и вот тут то как говорится небольшую ложку дегтя в данное варево кинул морской министр Соединенных Штатов Джон Бо́уден Ко́нналли:

- Господа, господа, я конечно полностью согласен с вышеприведенными доводами но мы как говорится забыли об очень и очень важной теме, а именно о том что сейчас происходит в районе Вьетнама, ибо как вы все прекрасно знаете Вьетконг начал новое наступление и находящиеся в Сайгоне два наших авианосца просто на просто не могут оказать серьезной поддержки правительству Нго Динь Зьема в его борьбе с коммунистами!

- Да уж ну и дела! – с некоторой досадой последовало в ответ на слова министра со стороны президента Джона Ф. Кеннеди: - Если мы сейчас не окажем соответствующей поддержки адмиралу Джонсону, то Южный Вьетнам падет, и мы будем иметь еще одну полностью коммунистическую страну в Индо-Китайском регионе! После Кубы это уж очень и очень слишком!

- И что же вы предлагаете? Лично мы могли бы конечно послать в качестве поддержки вашему флоту четыре легких крейсера и авианосец «Триумф» из нашего соединения, что сейчас находится в Сингапуре, но лично я считаю, что эти небольшие силы погоды в районе Сайгона не сделают, - ответил на вышесказанное морской министр Великобритании сэр Чарлз Лэмбе.

- Тем не менее, а это бы было очень и очень кстати, тем не менее, снимать ударные авианосцы с Хоккайдо в преддверии грядущего наступления мы не можем, так что считаем, что ваше предложение принято, - хитро произнес Роберт С. Макнамара после чего президент Кеннеди снова сделал несколько больших глотков воды и согласно кивнул.

- Что же, что же уважаемые господа, будем считать, что сегодня мы определили два основных направления грядущей кампании, и это соответственно Ближний Восток и север Японского архипелага, и лично я считаю, что это очень и очень хорошо, ибо теперь распылять свои силы по другим точкам напряженности нам абсолютно не потребуется и думаю, что мы сможем наконец-то добиться серьезного перелома в этой борьбе с Советами! – громко и довольно пафосно подвел итог данному заседанию английский премьер-министр Га́рольд Макми́ллан после чего слово как и положено президенту самой могущественной страны в мире взял Джон Фицджералд Кеннеди:

- Уважаемые присутствующие, скажу вам предельно откровенно, что я очень и очень рад, что мы так быстро пришли к желательному консенсусу по всем этим достаточно сложным и многочисленным вопросам и как президент великой державы я хочу сказать в заключение данной беседы, что благодаря всеобщим усилиям мы наконец-то сможем одержать долгожданную победу в этой жестокой и кровопролитной войне!

В общем, на этом главная часть вышеописанного совещания оказалась практически и законченной, ну а после еще одного дня уже более узких посвященных менее серьезным вещам переговоров как говорится тет-а-тет и большого торжественного обеда боевые корабли Северо-Атлантического блока покинули гавань Санта-Крус де Тенерифе и направились к своим родным берегам.

…

Ну а не прошло после вышеописанной встречи на Канарских островах и пары холодных зимних дней как в большом Кремлевском кабинете в Москве произошло подобное большое совещание главным действующим лицом, которого был, непосредственно лично сам генеральный секретарь и председатель Государственного Комитета Обороны Лаврентий Павлович Берия, кроме которого на данном совете присутствовали председатель совета министров Николай Александрович Булганин, министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко, и только что занявший пост председателя Комитета Государственной Безопасности Владимир Ефимович Семичастный, ну и, конечно же, главные военные лица, а именно: министр обороны маршал Родион Яковлевич Малиновский, начальник генерального штаба вооруженных сил СССР маршал Матвей Васильевич Захаров, командующий ВМФ СССР адмирал Горшков Сергей Георгиевич и начальник главного штаба ВМФ адмирал Федор Владимирович Зозуля. В общем, что тут и сказать, но глядя на состав членов данного совещания можно смело утверждать, что там собрались самые значимые и видные деятели военно-политической верхушки страны, и именно вот в таком узком кругу и было проведено обсуждение и принятие военных планов на кампанию будущего шестьдесят второго года.

Ну и, конечно же, первым начал вышеуказанную встречу лично сам председатель ГКО Лаврентий Павлович Берия, который, как и положено первому государственному лицу произнес нижеприведённые вступительные слова:

- Уважаемые товарищи, прежде всего, хочу сообщить вам, что всего пару дней назад на Канарских островах произошла встреча между президентом Соединенных Штатов Кеннеди и премьер-министром Великобритании Макмилланом, на которой они и их первые приближенные лица осуждали стратегию боевых действий на предстоящий шестьдесят второй год, в общем, наша внешняя разведка как говориться поработала вполне успешно и слово для более подробного озвучивания результатов данных переговоров предоставляется председателю КГБ товарищу Семичастному, прошу вас Владимир Ефимович.

- Товарищи благодаря нашей агентуре на Канарских островах нам удалось уже буквально через два дня получить подробную стенограмму вышеуказанной встречи, с которой вы, как, и положено уже ознакомились заранее, однако я все-таки вкратце хочу сказать, что наши стратегические противники согласовали и приняли на предстоящий военный год следующий план действий, а именно:

- Первое усилить свою группировку войск на Ближнем Востоке с целью недопущения прорыва сил нашей 10й армии к Суэцкому каналу и последующим наступление сил Северо-Атлантического блока в северном направлении. Второе, провести массированное наступление союзных сил на юге Хоккайдо с последующей полной оккупацией данного острова. В общем вот в принципе и все о чем смогли договориться американцы и англичане, ибо согласно данным нашей внешней разведки сил для массированных боевых действий в какой-либо другой части мира у них просто на просто не осталось. Вот в принципе и все что я хочу сообщить по данному вопросу, - далее председатель КГБ сел и слово снова взял Лаврентий Берия:

- Ну раз такое дело то пусть сначала выступят наши военные, - и далее слово взял начальник генерального штаба маршал Захаров, который тут же поднялся из-за стола и раскрыв находящуюся в руках папку мягким но сильным голосом заговорил:

- Прежде всего, товарищи, я хочу уделить внимание тому, что происходит на Ближнем Востоке, а именно, наша 10я ударная армия под командованием маршала Еременко сейчас находится примерно в ста километрах севернее Суэцкого канала и сейчас в её составе на данном направлении насчитывается порядка двухсот тысяч человек, триста пятьдесят танков, сто пятьдесят самоходных орудий, пятьсот двадцать орудий крупного калибра и семьсот различного вида минометов. Кроме этого в этом же районе на данный момент сосредоточено двести двадцать тактических бомбардировщиков и порядка четырехсот истребителей. Кроме этого я также хочу добавить, что противостоящие нашим войскам севернее Суэца силы Северо-Атлантического блока сейчас по численности примерно равны нашей 10й армии, но серьезно уступают нам в артиллерии, танках и авиации, однако союзники возвели на данном рубеже, то есть от побережья Средиземного моря до залива Акаба семь оборонительных линий что очень и очень затрудняет нашим войскам продвижение на юг.

Тут маршал Захаров замолчал, и со стороны Лаврентия Берии последовали следующие слова:

- Так хорошо, ну а что по данному вопросу скажут моряки?

После чего из-за стола поднялся начальник главного морского штаба адмирал Зозуля и с его стороны последовали следующие слова:

- Товарищи сейчас ситуация в восточной части Средиземного моря практически полностью находится под нашим контролем, ибо после поражения американского флота в Солунском заливе у нашего противника в районе Александрии остался всего на всего один ударный авианосец и несколько крейсеров. Что же касается англичан, то они также потеряли в Эгейском море два новейших авианосца и сейчас их флот находится на Мальте. В общем как теперь стало известно, их сил хватает лишь на то, чтобы кое-как проводить караваны с грузами и войсками в район Суэцкого канала, однако и тут они несут очень и очень серьезные потери. Что же касается нашего Черноморского флота, то на данный момент он базируется в турецком Измире и все его корабли полностью исправны и готовы в любой момент атаковать противника.

- Ну что же это очень и очень хорошо, но товарищи что же нам делать, чтобы нанести решающее поражение войскам наших противников и овладеть Суэцким каналом? – тут же последовало со стороны председателя ГКО, и тут слово взял маршал Малиновский:

- Мы тут с моряками посовещались и решили, что самым наилучшим выходом из данной ситуации было бы провести массированную высадку морского десанта в районе Аль-Ариш что находится за пределами оборонительных рубежей англо-американцев и возможно даже в самом Порт-Сайде. Во всяком случае, это позволит нанести удар в тыл обороняющимся на севере Синая войскам генерала Хофмана и позволит нашим танковым клиньям прорвать оборону противника.

Тут министр обороны закончил и далее заговорил командующий ВМФ адмирал Горшков:

- Да, маршал Малиновский все правильно изложил, во всяком случае, мы посоветовались и пришли к выводу, что флот сможет полностью обеспечить высадку довольно крупных сил в тылу врага, а значительный перевес в ударных кораблях сведет на нет, все попытки американцев сорвать высадку.

- Что же, идея конечно хорошая, но над этим надо как следует подумать, так что пусть военные, как, и положено, разработают подробный план действий и представят его в ГКО в наикратчайшее время, - подвел итоги обсуждения по данному вопросу Берия и после чего он тщательно протер носовым платком свои круглые очки и снова продолжил: - Так, а теперь по ситуации на Хоккайдо, ибо насколько всем нам стало известно американцы и их союзники, намерены полностью переломить ситуацию на юге этого острова. Прошу вас маршал Захаров доложить о текущем положении:

- Товарищи, как считает генеральных штаб ситуация на юге Хоккайдо очень и очень напряженная, мало того что войска генерала Коллинза получили недавно серьезное пополнение так еще и силы англичан и их союзников снова высадились там что позволило силам союзников практически что полностью оккупировать полуостров Осимаи выйти на ближайшие подступы к важнейшему городу на острове Саппоро. В общем сейчас у наших противников на юге Хоккайдо находится порядка двухсот тысяч человек против ста шестидесяти у генерала Крылова хотя в танках, артиллерийских орудиях и самолетах у нас все-таки есть незначительный перевес. В общем ситуация очень и очень напряженная и даже я не побоюсь этого сказать крайне опасная.

- Что скажет флот? – тут же последовало со стороны Лаврентия Павловича и в его больших и серых глазах заиграли нехорошие огоньки.

- Скажу вам прямо, товарищи, - тут же последовало со стороны адмирала Горшкова, - перевес англо-американского флота в данном районе против нашей 1й эскадры очень и довольно значителен. В общем, против нас союзники сосредоточили семь линкоров, три линейных крейсера и восемь авианосцев, что даже если мы соединим в один кулак все наши силы на Тихом океане, все равно не даст нам паритета над противником. Однако во всем этом есть и один довольно хороший момент, а именно: Дело в том что теперь в результате того что часть своих авианосных сил американцы были вынуждены перевести из Сайгона в район Хоккайдо их давление сильно ослабло и это позволило южновьетнамским партизанам начать новое массированное наступление на проамериканский режим Южного Вьетнама.

- Хорошо, но Хоккайдо нам терять ни в коем случае нельзя, так что немедленно изыщите дополнительные силы для армии генерала Крылова и думайте, думайте, как нам хотя бы нейтрализовать флот наших противников в этом районе, - строго последовало со стороны председателя ГКО, и тут в разговор снова вступил командующий ВМФ адмирал Горшков:

- В обще-то у нас была одна идея, суть которой заключалась в том, чтобы атаковать вражеский флот в Сангарском проливе с двух сторон, а именно 1я Тихоокеанская эскадра в полном составе атакует со стороны Японского моря, а 2я с востока, то есть со стороны Тихого океана. Тогда нашим противникам придется разъединить свои силы на две части и силы, противоборствующих стороны станут примерно равны, однако даже в этом случае возникает проблема с вражескими авианосцами и тут у нас есть лишь один шанс, а именно привлечь к этой операции силы нашей береговой авиации.

- Что же этот план вполне заслуживает более серьезного обсуждения, так что пусть командование флота в самые наикратчайшие сроки займется его более серьезной проработкой и даже если это потребуется пусть кто-нибудь из высшего командного состава флота отправится на Дальний Восток, что бы все вышесказанное проработать на месте, - произнес Берия, после чего он снова протер свои круглые очки и уже более спокойным тоном продолжил: - Ну а что у нас на других театрах военных действий, а именно на Аляске и в Арктических водах?

- На данный момент почти, что вся основная территория Аляски находится в наших руках, и мы планируем, как только установится хорошая погода немедленно осуществить десантную операцию на все еще контролируемые американцами архипелаг Александра и юго-восточное побережье, однако единственное что нам препятствует в этом так это достаточно сильное соединение американского флота, базирующееся в заливе Якутат, так что пока мы не сможем нейтрализовать его проведения наступления в указанном направлении практически невозможно, - последовало со стороны начальника главного морского штаба адмирала Зозули, и тут в разговор снова вступил командующий ВМФ адмирал Горшков:

- В общем если судить предельно откровенно то теперь базирующаяся в Петропавловске наша 2я Тихоокеанская эскадра оказалась, как бы между двух огней, ибо с одной стороны мы намерены задействовать её в районе Хоккайдо, а с другой она противостоит американскому флоту на юго-востоке Аляски, да к тому же еще её корабли обеспечивают проводку наших судов между Чукоткой и Аляской.

- Да ситуация довольно сложная, так что давайте-ка немедленно пусть кто-нибудь направится на Дальний Восток и посмотрит там все на месте, ну а теперь расскажите как наши дела в Арктике? – перевел разговор на другую тему председатель ГКО.

- В Арктике на тысяче девятьсот шестьдесят второй год никаких серьезных боевых действий не планируется, тем не менее, мы конечно могли бы перевести часть сил Северного флота по Севморпути на Дальний Восток, но думаю делать этого не стоит, ибо тогда англо-американский флот может снова попытаться вторгнуться в наши Арктические воды, - кратко последовало со стороны адмирала Зозули и тут слово неожиданно взял министр иностранных дел Громыко:

- Товарищи, товарищи, конечно с военными делами все вроде бы теперь понятно, но все-таки может, мы уделим немного внимания и делам на политическом фронте, ибо как было сказано выше, теперь мы имеем еще несколько точек на карте мира, где вот-вот к власти придут лояльные нам социалистические или даже коммунистические силы!

- Что же вопрос конечно интересный, так что давайте Андрей Андреевич давайте продолжайте, - тут же вставил свое слово Лаврентий Павлович, ну а министр иностранных дел тем временем продолжил:

- Ну а теперь, прежде всего о ситуации в Египте, товарищи! Дело в том что недавно к власти в этой стране пришло правительство склонное к социалистическому толку и Гама́ль А́бдель На́сер недавно через вторые страны обратился к Советскому Союзу с просьбой оказать самую наискорейшую гуманитарную и даже военную помощь в борьбе египетского народа за его независимость. В общем как мы думаем если немного поднажать на данном направлении то правительство Египта поставит на международном уровне вопрос о полном выводе войск Северо-Атлантического альянса с его территории, и во всяком случае флота наших противников из Александрии, а это как вы понимаете нам очень и очень на руку.

Тут министр иностранных дел взял небольшую паузу и в разговор снова вступил председатель Комитета Государственной Безопасности Владимир Ефимович Семичастный:

- Товарищи со стороны своего ведомства я прямо хочу довести до вашего сведения то, что президент Насер может уже в начале следующего года поставить перед мировыми лидерами вопрос о немедленном выводе американского флота из Александрии и этому есть очень и очень весомые обстоятельства, и главным из них является то, что сейчас силы американского флота в Восточном Средиземноморье уже не имеют той силы, с которой египтянам приходилось ранее считаться. В общем, мы со стороны своего ведомства ведем также активную работу в данном направлении и хорошо бы, чтобы, когда наступит вышеуказанное время, наш флот подтвердил это какими-либо активными действиями.

- Что же, считайте, что мы вас услышали, и в первых же числах января мы проведем десантные операции в этом районе, о чем уже было сказано ранее, - последовал краткий ответ на вышесказанное со стороны адмирала Горшкова.

- Ну тогда второй вопрос, а именно наши дела в Индо-Китае, - снова последовало со стороны министра иностранных дел Громыко, - в общем, товарищи, если говорить предельно откровенно то там снова разгорается довольно большая и страшная война, ибо партизанские отряды фронта освобождения Южного Вьетнама при поддержке сил Демократической республики Вьетнам начали новое масштабное наступление на территорию подконтрольную режиму Нго Динь Зьема и уже достаточно близко подошли к Сайгону. В общем на фоне всех этих событий первый президент ДРВ Хо Ши Мин также обратился к Советскому Союзу с просьбой предоставить его государству военную помощь, ну а так как в водах Южно-Китайского моря сейчас находится американский флот мы сможем оказать её лишь по сухопутному пути через территорию Китая благо что Мао Цзедун совершенно не против этого.

Тут Андрей Громыко закончил свою речь и товарищ Берия кратко и крайне лаконично подвел всему вышесказанному итог:

- Ну что же, я думаю, что наши военные хорошо и главное быстро решат все вышеуказанные проблемы, не правда ли, дорогие мои товарищи?

5. Некоторые второстепенные события.

Командующий 3м соединением Тихоокеанского флота вице-адмирал Рой Джонсон стоял на правом крыле ходового мостика старого линейного корабля «Миссисипи» и довольно-таки нервно теребя рукой свой чисто выбритый массивный подбородок с довольно озабоченным видом смотрел как в этот последний день шестьдесят первого года в глубоководную бухту Тантханя (морской порт вблизи Сайгона) медленно вползает под охраной эсминцев и корветов старый английский авианосец «Триумф».

- Да уж, ну и ну, ну и подкрепление нам прислали англичане, - крайне недовольно и очень пафосно последовало со стороны адмирала, на что стоящий рядом с ним флаг-офицер несколько заинтересованно переспросил:

- Что вы имеете в виду адмирал?

- Да вот смотрю я на это ржавое корыто и думаю, сколько же всяких неприятностей оно нам принесет.

- То есть как так?

- А так вот, водоизмещение восемнадцать тысяч тонн, скорость двадцать пять узлов и авиагруппа: восемнадцать старых бомбардировщиков-торпедоносцев «Фэйри Барракуда» Мк 2 и двадцать один истребитель F4U «Корсар» в общем, еще те силы…

- Да, но почему же наше командование не дает нам новых авианосцев?

- По всей видимости, предстоящие на Хоккайдо события для них сейчас явно важнее, видать там действительно намечается серьезная битва, - ответил вице-адмирал Рой Джонсон и тут в направлении находящегося на некотором удалении от побережья Сайгона вдруг стали слышны отдаленные взрывы, на что со стороны командующего 3м соединением тут же последовало: - Ну, вот опять вьетконговцы, по всей видимости, снова пошили в наступление, сейчас армия южан снова запросит авиационную поддержку…

После чего Рой Джонсон спустился в кают-компанию старого линкора и там, в присутствии капитана корабля и офицеров своего штаба приступил к изысканно и вкусно приготовленному обеду. И все бы было так просто и хорошо, но едва вышеупомянутые лица начали поглощать блюдо под номером два, как в кают-компанию быстрой походкой вошел дежурный офицер и, тихим голосом склонившись к самому уху сидящего во главе стола командующего, что-то тому стал быстро и довольно-таки долго ему шептать.

- Вот тысяча чертей! – вдруг совершенно неожиданно для всех рявкнул Рой Джонсон, после чего он выдернул из-за воротника своего форменного кителя белую салфетку и с явной яростью бросил её на стол: - Только вот этого нам не хватало!

- Что случилось адмирал? – тут же последовало со стороны сидящего напротив его капитана корабля и все находящиеся за столом с явным интересом повернули головы в сторону командующего.

- Нет, но вы только и подумайте, сегодня утром Вьетконг прорвал оборону западнее Сайгона и теперь командование южан слезно просит направить в этот район порядка сорока бомбардировщиков, а ведь наши летчики еще лишь вчера сделали в этот район не менее восьми полных вылетов. В общем если так пойдет и дальше, то уже через пару дней у нас не останется не бомб не топлива для самолетов, а ведь транспортные корабли еще так и не пришли! И что это там думают в штабе флота!?

- Да конечно, здесь вы совершенно правы адмирал, хотя там, на Оаху, по всей видимости, считают, что все это для нашего флота на севере Японии очень и очень важнее, - тут же добавил к словам сказанным командующим капитан корабля, ну а что касается вице-адмирала то тот вдруг совершенно неожиданно задумался и после небольшой паузы вдруг совершенно неожиданно заявил:

- Значит так, передайте англичанам, чтобы они немедленно подняли свои бомбардировщики и направили их в указанный район! В общем, пора посмотреть, на что эти лондонские денди способны!

И после этих самых слов американского командующего дежурный офицер быстро покинул кают-компанию и направился выполнять полученное распоряжение.

…

Старый советский пароход «Красный пролетарий» мерно стуча своими машинами, довольно-таки так резво рассекал небольшие и плавные волны, в проливе Лаперуза, возвращаясь в свой родной Владивосток из достаточно дальнего и очередного похода, ну а уж если говорить об этом более серьезно то в этот раз этот небольшой грузовой корабль побывал в Петропавловске-Камчатском, после чего достиг даже недавно занятого нашими войсками находящегося в районе Алеутской гряды так называемого Датч-Харбора. И вот теперь его изношенным и серьезно поработавшим машинам требовался серьезный ремонт, да и корпус этого старого парохода было бы неплохо подновить и покрасить свежей черной краской.

Что же касается его капитана, то этот еще довольно-таки молодой, но очень и очень серьезный человек с двумя боевыми орденами на своем кителе, как и положено, стоял на левом крыле ходового мостика и внимательно разглядывал в мощный морской бинокль затянутую плотной серой дымкой гладь названного в честь французского мореплавателя пролива.

- Ну что командир, еще немного, и мы снова окажемся в пределах Японского моря, ну а там уж и до родных берегов скажем так рукой подать, - последовало со стороны также вышедшего из ходовой рубки старпома, на что Василий Соколов довольно-таки озабоченным голосом ответил:

- Это конечно хорошо, но если честно то теперь мы находимся в самых, скажем так наиболее опасных с точки зрения вражеских подводных лодок водах, хотя если честно, то этот небольшой туман нам очень и очень на руку…

И все бы было так просто и хорошо, однако именно в этот момент там же в холодных водах пролива Лаперуза на небольшой глубине скользила американская подводная лодка «Альбакор» под командованием лейтенант-коммандера Саймана Фрэнка и, конечно же именно в тот самый момент когда на мостике «Красного пролетария» и происходил вышеописанный разговор из рубки гидроакустика последовали следующие слова:

- Капитан слышу шум винтов прямо по курсу! По всей видимости, какой-то одинокий пароход.

- Поднять перископ! – раздался приказ со стороны командира и уже спустя несколько секунд Саймон Фрэнк прислонился лицом к холодной резине окуляра вышеуказанного оптического прибора: - Вот дьявол ни чего не видать в этом проклятом тумане! – с некоторой досадой последовало со стороны лейтенант-коммандера, после чего он резко развернул перископ прямо по курсу и тут же громко заорал:

- Боцман! Немедленное погружение на двадцать метров! Лево руля!

- Что, что произошло!? – довольно-таки озабоченным тоном тут же последовало со стороны старшего помощника Джона Уивера на что Сайман Фрэнк достаточно нервным и явно озабоченным голосом заговорил:

- Молитесь, молитесь Джон! Еще немного и это русское судно ударит нас своим форштевнем!

- Дьявол! Только этого нам не хватало!

- Да, да, сейчас только бы суметь увернуться…

Ну и тут также следует сказать, что и на этот раз «Альбакору» снова повезло, ибо советский пароход «Красный пролетарий» мерно стуча своими машинами, прошел всего в нескольких метрах от американской субмарины едва просто на просто не подмяв её под себя. В общем если говорить более конкретно то данная вышеописанная очередная встреча этих двух кораблей снова окончилась ничем при этом даже ни капитан Василий Соколов, ни его моряки не заметили ничего подозрительного, ну а что касается американских подводников то они еще долго после вышеописанного вытирали холодный пот со своих лбов и молились господу богу за то, что и на этот раз он не оставил их в одиночестве.

…

Торпедный катер ТК-407 двигался со скоростью в тридцать пять узлов в сторону мыса Сираками, за которым если уж говорить более подробно и начинался западный вход в хорошо известный всем Сангарский пролив. И вот тут то и следует немного уделить внимание этим торпедным катерам ибо они относились к принципиально новому типу «Вихрь» (или улучшенный «Комсомолец») с полностью дюралевым корпусом и полным водоизмещением в двадцать четыре тонны, при этом двух вальная силовая установка этого корабля с форсированными двигателями внутреннего сгорания по 1200 индикаторных сил позволяла развивать этому небольшому кораблику максимальную скорость в пятьдесят два узла или же двигаться со скоростью в тридцать два узла на дистанцию примерно в триста семьдесят – триста восемьдесят миль. А вот вооружение на этом корабле было значительно мощнее, чем на таких кораблях предыдущих типов, а именно оно было представлено: расположенной на носу установкой со спаренными крупнокалиберными пулеметами КПВ, а также расположенной на корме такой же спаренной установкой пулеметов ДШКМ, кроме того на корме катера находилось два бомбосбрасывателя с 14 глубинными бомбами БМ-1, ну и главным и самым страшным оружием этого небольшого корабля являлись расположенные по обоим бортам два бугельных торпедных аппарата БС-7М с торпедами 53-39, при этом они имели три режима хода (10 000 м на 34 узлах, 8000 м на 39 узлах, 4000 м на 51 узле) и вес боевой части в 317 килограммов «ТГА-16». Таким образом, несмотря на свои малые размеры, этот боевой кораблик был довольно-таки очень и очень опасен для любого вероятного противника.

Но вернемся в затянутые довольно сильной дымкой воды северной части Японского моря, в общем, что тут и сказать, но кроме ТК-407, рядом с ним в этом же направлении шли еще три торпедных катера под номерами ТК-408, ТК-409 и ТК-414, которые, как и положено составляли третий дивизион торпедных катеров, который вместе еще с двумя такими же подразделениями базировался в находящемся на западном побережье Хоккайдо довольно крупном порту Отару. Ну, конечно же, командовал этим дивизионом молодой, но уже достаточно опытный лейтенант советского флота Семен Торопов, которым к тому же также и являлся командиром вышеупомянутого торпедного катера ТК-407. В общем, что тут и сказать, но был обычный запланированный заранее выход в район Сангарского пролива, основной целью которого была возможность нанесения торпедного удара по транспортным кораблям противника, следующим с войсками и грузами с северной оконечности острова Хонсю в район расположенного на самой оконечности полуострова Осима небольшого городка Мацумаэ.

- Погода самое то, совсем ничего не видать, - последовало со стороны находящегося за штурвалом рулевого матроса, на что лейтенант Торопов довольно-таки серьезным голосом произнес:

- Да это нам на руку, однако, как я думаю, за мысом Сираками туман совсем рассеется, так что смотри в оба!

- А то, как же!

И действительно не прошло еще и двадцати минут как с востока подул самый настоящий и достаточно сильный ветерок, который в считанные минуты разогнал нависшие над водой клочья тумана и перед глазами советских моряков тут же предстала довольно оригинальная и даже величественная картина в виде возникшего прямо по курсу огромного силуэта самого настоящего военного корабля.

- Ого, а это еще что такое! – с явным удивлением в голосе воскликнул матрос-рулевой, на что лейтенант Торопов тут же в находящийся у него под рукой микрофон рации довольно-таки так резко и громко закричал:

- Полный вперед! Торпедная атака!

И практически в этот же самый момент море осветилось вспышками выстрелов и рядом с набирающими максимальную скорость катерами возникли всплески от снарядов среднего и малого калибра. В общем если уж говорить предельно откровенно, то по четырем небольшим, однако очень и очень быстро двигающимся суденышкам открыла огонь вся бортовая артиллерия возникшего перед ними огромного закованного в броню линейного корабля.

Тем не менее, а советские торпедные катера ловко лавируя и меняя курс, уверенно приближались и, со стороны старающегося перекричать рев вышедших на форсаж двигателей Семена Торопова тут же последовало:

- Судя по силуэту это «Вэнгард» вот только не понимаю, почему они раньше, когда мы были еще в тумане, не открыли огонь!

И именно в это самый момент, двигающийся рядом торпедный катер с номером ТК-408, сильно задымил и, резко сбавив скорость, стал разворачиваться влево.

- Попадание в машинное отделение, один из двигателей вышел из строя! Ложусь на обратный курс! – тут же послышалось в наушниках шлемофона на что лейтенант, обращаясь и так к вовсю извивающемуся перед штурвалом рулевому громко прокричал:

- Маневрируй! Маневрируй! А не то и нас также накроют!

- Вас понял! – тут же последовало со стороны матроса и, практически в этот же самый момент он резко повернул штурвал, вправо заложив при этом довольно крутой вираж.

- Еще немного, немного, и мы выйдем на дистанцию прямого залпа! – снова прокричал лейтенант и в этот самый момент в другой следующий справа катер под номером ТК-409 попал, по всей видимости, снаряд среднего калибра и он на некоторое время исчезнув в облаке огня и дыма стал быстро погружаться в воду изуродованным носом.

- ТК-414 как слышишь меня!? Прием! – тут же распорядился Семен Торопов в находящийся у него перед ртом микрофон.

- Вас слышу! Прием! – послышалось в шлемофоне.

- Подбирайте людей с «девятки» и немедленно уходите! Это приказ!

- Вас понял, командир!

И именно в этот самый момент со стороны рулевого последовало:

- Товарищ командир! До цели всего десять кабельтовых!

- Хорошо! Выходим на курс атаки! Торпеды в режим три! – тут же среагировал на это лейтенант и спустя несколько секунд внимательного наблюдения в визир прицела резко скомандовал: - Возьми лево три! Так держать! Залп!

И с этими его словами оба находящихся на катере торпедных аппарат с шипящим звуком вытолкнули из своих черных жерл смертоносные сигары торпед, которые тут же плюхнулись в холодную воду и устремились со скоростью в пятьдесят узлов к находящемуся перед ними силуэту линкора.

- Лево руля! Ложимся на обратный курс! Полный вперед! – последовали тут же команды со стороны Семена Торопова и именно в этот момент несколько выпущенных, скорее всего из сорока миллиметрового «Бофорса» снарядов ударили в борт катера и боковую плоскость ходовой рубки.

- Вот черт только этого не хватало! – с некоторой досадой выругался лейтенант, ощущая как по правому боку потекло, что то липкое и теплое, ну и именно в этот самый момент примерно в середине корпуса английского линкора возникли два огромных огненных взрыва.

- Попадание, товарищ командир! Попадание! – радостно воскликнул рулевой, на что обливающийся кровью лейтенант Торопов лишь тихо прошептал:

- Вижу… Как больно…

Таким образом, в результате этой отчаянной атаки английский линейный корабль «Вэнгард» получил тяжелые повреждения, ну а дивизион торпедных катеров советского Тихоокеанского флота, потеряв при этом один корабль и порядка шести человек личного состава, сумел все-таки успешно вернуться на базу. Что же касается его командира лейтенанта Семена Торопова, то он был успешно прооперирован в полевом госпитале в Отару, после чего его отправили на госпитальном судне во Владивосток, где его и нашла присвоенная ему за вышеописанную атаку награда в виде ордена Боевого Красного Знамени.

…

- Что!? Как такое могло произойти!? Почему «Вэнгард» оказался один в этом районе и без прикрытия эсминцев? – громко распинался командующий соединением «Z» британского флота вице-адмирал сэр Томас Глочестер находясь в кают-компании флагманского линкора «Энсон».

- Извините адмирал но согласно просьбы находящихся на берегу наших сухопутных войск «Вэнгард» вышел в Японское море и достигнув мыса Сякотан должен был обрушить всю мощь своих орудий на позиции русских, - тут же последовал ответ со стороны дежурного офицера, - в общем, сопровождавшие его четыре наших эскадренных миноносца находились на некотором удалении от линкора ну а так как далее начинался достаточно плотный туман русским торпедным катерам удалось практически, что вплотную подобраться к нашему линкору.

- Так понятно, но скажите, что теперь делать? И надо же было этому произойти накануне важнейших и даже так скажем глобальных событий в районе северной Японии, - уже более спокойно произнес английский вице-адмирал и после небольшой паузы во время которой он довольно-таки умело раскурил свою небольшую трубку с его стороны последовал следующий вопрос: - Ладно, и что там такое с «Вэнгардом»?

- В общем, в линкор попали две русские торпеды, при этом образовались две большие пробоины в центральной части корпуса, в результате чего оказались затоплены два котельных отделения и корабль получил крен в десять градусов на левый борт. Теперь придется его оправить на ремонт либо в Токийский залив, либо в Сасебо, - последовал уже более детальный и подробный доклад со стороны офицера.

- Да уж, ну так что же. Теперь у нас осталось всего два линкора против четырех у Советов, так что более крупным кораблям не выходить из Сангарского пролива в Японское море без моего личного распоряжения, - закончил вышеприведенный и довольно-таки неприятный разговор, попыхивающий своей маленькой трубкой британский командующий сэр Томас Глочестер.

Однако что тут и сказать, но очередная неприятность для союзного флота произошла буквально на следующий день правда на этот раз уже по другую сторону Сангарского пролива в районе юго-восточной оконечности Хоккайдо мыса Эримо.

…

Четыре советских бомбардировщика Пе-2М летели на высоте в три тысячи метров вдоль юго-восточного побережья Хоккайдо и все бы было так просто и хорошо, однако ровно в восемь утра, когда тусклое зимнее солнце лишь только показалось над горизонтом командир этой группы орденоносец и один из самых опытнейших летчиков майор Аркадий Прибальский совершенно неожиданно увидел прямо по курсу довольно-таки приличных размеров корабль.

- Что это командир? – тут же последовал вопрос со стороны штурмана.

- Хм, похоже на крейсер, а с ним и еще и два эсминца, - тут же внимательно глядя вниз произнес майор Прибальский и уже буквально через несколько секунд с его стороны последовали следующие распоряжения: - Внимание! Атака! Двойка заходит вместе со мной с правого борта! Третий и четвертый с левого!

И далее четверка наших пикирующих бомбардировщиков разделилась попарно и как и следовало со стороны вышеприведенного приказа советские Пе-2М стали заходить на находящийся внизу корабль с двух разных сторон. При этом практически в этот же момент по ним ударили орудия зенитной артиллерии и вокруг стремительно атакующих самолетов появились разрывы и трассирующие линии летящих им навстречу снарядов.

- Что за корабль командир? – задал вопрос штурман, на что Аркадий Прибальский к этому времени уже успевший достаточно внимательно разглядеть цель громким и серьезным голосом ответил:

- Легкий крейсер с пятью башнями, видать вышел на разведку, хотя если честно совершенно не понятно, что он тут делает.

И именно в этот самый момент пикирующие бомбардировщики устремились вниз чтобы буквально через несколько секунд полета от них отделились черные точки бронебойных бомб, которые как желуди из корзины посыпались на американский корабль. И все бы было так просто и хорошо, однако, тем не менее, две БРАБ-250 угодили в американский корабль и, пробив его верхнюю палубу и внутреннею двух дюймовую броню взорвались прямо внутри артиллерийских погребов кормовых орудий. В общем, что тут и сказать, но вся кормовая часть корабля вплоть до второй дымовой трубы исчезла в огненной вспышке огромного взрыва, после чего оставшаяся передняя часть крейсера резко поднялась вверх и стала быстро уходить под воду.

- Ого, видать, мы попали прямо в артиллерийский погреб! Вот это зрелище! – радостно воскликнул штурман, на что майор Прибальский довольно-таки спокойным голосом строго произнес:

- Сделайте пару кадров, надеюсь фотоаппарат у вас с собой?

- Уже, - тут же последовал ответ, на что со стороны командира уже более мягко последовало:

- Ну, тогда немедленно уходим!

И после этих его слов четыре советских пикирующих бомбардировщика устремились на север в сторону родных берегов.

…

- Господин адмирал, - немного нервным голосом произнес дежурный офицер штаба, обращаясь к только что закончившему завтракать командующему первым соединением американского тихоокеанского флота вице-адмиралу Элмо Расселу Зумвалту.

- Что такое? – немного напыщенно ответил американский адмирал и вытер свои жирные губы заткнутой за воротник белоснежной салфеткой.

- Господин адмирал, только что пришло сообщение, что советские бомбардировщики потопили крейсер «Хелена»…

- Что, как потопили? – еще не веря в услышанное переспросил вице-адмирал.

- Крейсер «Хелена» в сопровождении двух эсминцев вчера вечером вышел к мысу Эримо для плановой разведки прилегающих вод, там он был атакован четырьмя советскими пикирующими бомбардировщиками, в результате чего одна или несколько бомб попали в кормовую часть корабля. В общем, на крейсере сдетонировали артиллерийские погреба, в результате чего он сразу же ушел под воду. Во всяком случае, именно такое сообщение только что пришло с эсминцев сопровождения.

И после этих самых слов доклада дежурного офицера в кают-компании наступила довольно продолжительная тишина, ибо никто не хотел нарушить молчание своего адмирала.

- Так, - наконец-то последовало со стороны Элмо Рассела Зумвалта, и он с яростью вытащил из-за воротника белоснежную салфетку, отбросил её в сторону, после чего громко и напыщенно продолжил: - Так, значит вчера «Вэнгард» у англичан, сегодня «Хелена» у нас? Что же это наводит на определенные размышления! Тем не менее, несмотря на все эти потери, предстоящую операцию мы отменять не можем и все, как и условлено ранее пойдет по намеченному плану!

В общем, что тут и сказать, но благодаря вышеприведенным и вроде бы не особо значимым событиям союзный флот в районе Сангарского пролива оказался все-таки немного но ослабленным и у советской стороны возникла довольно серьезная возможность оказать вышеуказанному противнику достойное сопротивление.

6. Сражение за Суэц (Часть 1).

И вот у первых числах нового шестьдесят оперативный отряд Черноморского флота Советского Союза в полном составе покинул гавань турецкого Измира и перебазировался на свою старую базу в сирийский Тартус от которого до египетского Суэца оставалось всего на всего около пятьсот километров, что было в пределах суточного перехода экономическим ходом в семнадцать узлов. Ну и, конечно же, здесь следует сказать что в состав данного оперативного отряда входили линейные крейсера «Чесма» (под флагом командующего контр-адмирала Аркадия Григорьевича Вольного), «Синоп» и «Наварин», тяжелые крейсера «Память Азова» и «Память Меркурия», а также легких крейсеров «Очаков» и «Кагул». Кроме этого в Тартус были переведены тридцать десантных кораблей типа «Дельта» и «Дельта-М» и восемь войсковых транспортов для обеспечения запланированной высадки в районе египетского Порт-Саида, ну а прикрытие всех этих кораблей обеспечивали легкие силы флота в составе лидеров «Симферополь», «Баку» шести эскадренных миноносцев и десяти сторожевиков типа «Гиляк». Что же касается авиационного прикрытия предстоящей операции то оно обеспечивалось авианосной группой флота, которую защищали легкие крейсера «Ворошилов» и «Молотов», шесть эсминцев и восемь сторожевых кораблей, ну а сам основной состав данного подразделения Черноморского флота состоял из авианесущих крейсеров 2го ранга «Киев», «Днепропетровск», «Николаев», «Одесса» и «Харьков» что в сумме составляло порядка ста бомбардировщиков и ста пятидесяти истребителей. Ну и последнее что касалось защиты с западного направления предстоящей операции в районе восточного Средиземноморья то примерно в ста милях юго-восточнее греческого острова Крит были развернуты вышедшие из Измира основные силы Черноморского флота под командованием лично самого командующего эскадрой вице-адмирала Георгия Николаевича Иванькова в составе четырех линейных кораблей двух легких крейсеров и двух авианесущих крейсеров. В общем, что тут и сказать, но советское командование задействовало для предстоящей битвы в районе Суэцкого канала практически все свои силы за исключением оставшегося прикрывать вход в Дарданеллы линейного крейсера «Нарком Ворошилов» и легкого крейсера «Красный Кавказ». Таким образом, в юго-восточном районе Средиземного моря назревало решающее сражение между Советским Союзом и силами Северо-Атлантического блока которое, скорее всего, должно было стать и последним:

…

- Итак, товарищи, до начала операции «Сатурн» остается менее суток, так что давайте-ка еще раз прошвырнемся по намеченному плану и обговорим все оставшиеся тонкости данного мероприятия, - начал последнее перед предстоящей схваткой совещание контр-адмирал Вольный, после чего слово взял офицер в звании капитана первого ранга непосредственно отвечающий за связь и координацию действий между флотом и частями наступающей с севера вдоль восточного берега Средиземного моря 10й ударной армии под командованием маршала Андрея Ивановича Еременко:

- Товарищи, как и было условлено наши корабли и транспортные суда с десантом должны будут покинуть Тартус буквально через два часа, чтобы завтра к утру оказаться в районе запланированной высадки или если говорить более точно, то в районе Аль-Ариш и восточной части Порт-Сайда. В тоже время авиационные силы палубной авиации флота должны будут нанести удар по основному аэродрому противника в районе юго-западнее Порт-Сайда, после чего мы должны совместно с фронтовой авиацией завоевать полное господство в воздухе и высадить на прибрежной полосе морской десант. Кроме этого командованием 10й армии планируется также осуществить в данных районах высадку двух дивизий ВДВ, что должно еще более усилить наше положение на данном локальном театре военных действий. Ну и последнее, как только наши десантные силы закрепятся на вышеуказанных участках и оттянут на себя часть сил англо-американского блока основные силы 10й ударной армии нанесут два основных удара в северной и южной части Синайского полуострова, причем удар на юге носит отвлекающее действие с целью сковать находящиеся там силы противника и не дать ему перебросить их на север. Вот в принципе и все, товарищи.

- Что же с этим в принципе все более менее ясно, какие будут вопросы товарищи? – последовало со стороны контр-адмирала.

- С делами на суше как говорится понятно, но что будет, если американцы, а они это наверняка сделают, выведут навстречу нам свой флот из Александрии? – последовал вопрос со стороны одного из присутствующих на совещании командиров крейсеров.

- А вот на этот вопрос отвечу вам лично я, - тут же произнес Аркадий Григорьевич Вольный, после чего со стороны командующего тут же последовало: - Сначала о соотношении сил: на данный момент у американцев в Александрии имеется восемь тяжелых и девять легких крейсеров, а также один ударный авианосец, против них мы планируем выставить три линейных, два тяжелых и два легких крейсера, тем не менее, а вступать в прямой бой с противником мы не намерены и прежде всего, планируем нанести по американскому соединению вице-адмирала Гарольда Смита авиационный удар. Так что сами понимаете, основная нагрузка в предстоящем сражении ляжет на плечи наших летчиков. Тем не менее, так как у нас значительный перевес в палубной авиации мы планируем полностью нейтрализовать нашего противника и не дать ему прорваться к нашим кораблям, ну а уж если какие-то из американских крейсеров прорвутся в район проведения десантной операции то тут их, как правило, и встретят наши корабли. Но это на самый крайний случай как вы понимаете.

- А как вообще будет осуществляться высадка наших десантных сил? – возник следующий вопрос со стороны присутствующих.

- Сначала к берегу подходят тяжелые и легкие крейсера и если там возникает какое-либо огневое противодействие подавляют его огнем своих орудий, далее первой волной к определенным заранее местам высадки направляются десантные суда и высаживают на берег первую партию морских пехотинцев при этом на некотором удалении от берега с самолетов десантируются воздушно-десантные войска, которые и захватывают наиболее важные объекты. Ну а потом к уже находящимся под нашим контролем причалам Порт-Саида подходят транспорты высаживают вторую партию десанта, а также сгружают тяжелое вооружение и прочие грузы, - последовал ответ со стороны капитана первого ранга командующего десантными силами оперативного отряда.

- Еще вопросы есть? Вопросов нет, так что прошу всех присутствующих отбыть на свои корабли, через полчаса выходим в море, - закончил данное небольшое совещание контр-адмирал, после чего все и последовали этому краткому распоряжению.

…

И вот еще ранним утром 6 января нового шестьдесят второго года советский оперативный отряд кораблей Черноморского флота практически вплотную приблизился к Порт-Саиду, причем если уж говорить об этом более конкретно то, что флотским руководством, то, что командованием сухопутных сил первоначальный план высадки в двух местах был полностью изменен и проводить десантную операцию в районе ближайшего к линии фронта небольшого населенного пункта Аль-Ариш был отменен и все задействованные в данной операции силы были направлены к устью Суэцкого канала. В общем, что тут и сказать, но уже к шести часам утра, взлетевшие с палуб советских авианесущих кораблей бомбардировщики нанесли удар, по аэропорту Порт-Саида выведя из строя все взлетно-посадочные полосы и уже в 6.10 советские десантные корабли уткнулись в песчаные пляжи побережья вблизи египетского Порт-Саида и морские пехотинцы Черноморского флота начали высадку в данном оперативном районе.

6.40 второй отряд десантных кораблей также успешно достиг берега, и вторая волна десанта также ступила на побережье.

7.00 воздушно-десантные войска 10й ударной армии в количестве двух бригад начали десантирование с транспортных самолетов на восточном берегу Суэцкого канала. К 7.40 десантники захватили довольно приличный плацдарм справа от входа в канал и, таким образом устье этой важнейшей мировой стратегической коммуникации оказалось полностью под контролем советских войск.

В это же время находящиеся на севере войска 10й ударной армии начали артиллерийскую и авиационную подготовку предстоящего наступления.

7.30 морские пехотинцы Черноморского флота вошли в северные прибрежные пригороды Порт- Саида, в это же время начался захват портовой инфраструктуры этого египетского города.

8.30 осуществлён практически полный захват торгового порта в гавани Порт-Саида.

Войска 10й ударной армии после полуторачасовой артподготовки при массированной поддержке фронтовой авиации начали наступление на оборонительные позиции англо-американских войск на севере и юге Синайского полуострова.

9.15 первые советские транспортные корабли начали швартоваться к причалам Порт-Саида, началась выгрузка тяжелой техники и высадка третьей волны десанта.

10.00 советские морские пехотинцы практически без боя заняли северную часть города, ну а находящиеся на восточном берегу канала бойцы ВДВ заняли там довольно приличный плацдарм и начали окапываться на данной территории.

12.00 большая часть Порт-Саида оказалась под контролем советских войск.

18.00 морская пехота вышла на южные окраины Порт- Саида и вплотную приблизилась к находящемуся рядом с городом аэропорту.

21.00 аэропорт Порт-Саида был полностью оккупирован советскими войсками после чего они начали возводить защитные сооружения на отделяющем город от материка узком перешейке.

…

- Как такое могло произойти? И почему я об этом узнаю лишь спустя восемь часов? – довольно-таки расстроенным тоном произнес командующий американским Средиземноморским флотом вице-адмирал Гарольд Смит, находясь в своей каюте тяжелого флагманского крейсера «Филадельфия».

- Все произошло очень и очень неожиданно, господин адмирал. В общем, русские высадили массированный морской и воздушный десант по обеим сторонам от входа в Суэцкий канал и сейчас их войска практически без боя вошли в Порт-Саид, - последовал ответ со стороны флаг-офицера.

- Такая крупная операция не может быть проведена без поддержки основных сил флота а ведь как сообщала наша разведка они еще три дня назад покинули гавань Измира… И как же это ЦРУ прохлопало то что Советы планируют осуществить высадку своих войск в районе Суэцкого канала? – как то уже более спокойно и рассудительно последовало со стороны американского адмирала.

- Мы уже послали в этот район два разведывательных самолета, но на данный момент связь с ними потеряна. Скорее всего, они сбиты и это говорит о том, что советские авианосцы также находятся в этом районе.

- Так значит, объявить по всем кораблям полную боевую готовность, хотя я думаю что русские не рискнут атаковать нас в гавани Александрии… В общем через два часа весь флот выходит в море и далее двигается курсом на Порт-Саид. Сначала идут тяжелые и легкие крейсера ну а авианосец и легкие силы позади на расстоянии в двадцать миль, - наконец-то последовало распоряжение со стороны адмирала Смита, после чего он надел на голову свою белую фуражку и вместе с флаг-офицером направился на мостик своего корабля.

И все бы было так просто и хорошо, однако когда уже стало совсем темнеть, американские корабли наконец-то построились в походный ордер и двадцати узловым ходом направились вдоль египетского побережья в сторону входа в Суэцкий канал.

И вот тут то и следует немного пояснить, что, так как расстояние от Александрии до Порт-Саида составляло примерно около трехсот километров двигающемуся со скоростью в двадцать узлов американскому флоту потребовалось бы для преодоления этого расстояния примерно восемь десять часов, однако так как наступала темная и довольно долгая зимняя ночь использовать палубную авиацию до наступления светового дня было просто невозможно и поэтому получивший данную информацию советский командующий контр-адмирал Аркадий Григорьевич Вольный бросил все имеющиеся у него силы навстречу приближающемуся противнику и решил просто на просто вступить с ним в ночной артиллерийский бой.

В общем, что тут и сказать, но примерно в 2.00 7го января обе противоборствующие стороны увидели друг друга на экранах своих локаторов, после чего крейсера перестроились в боевой ордер и с максимальной скоростью устремились навстречу друг другу.

- Ну что же, раз русские идут нам навстречу, встретим их достойно! – воскликнул при этом вице-адмирал Гарольд Смит и далее по его приказу восемь тяжелых крейсеров выстроились в кильватерную колонну в центре, ну а по четыре легких крейсера заняли позиции с обеих сторон. Что же касается легкого крейсера-скаута «Флинт» то он по приказу адмирала остался в охранении находящегося позади основных сил авианосца «Франклин Д. Рузвельт».

Ну а что же советские корабли, а вот они, двигаясь со скоростью в тридцать три-тридцать четыре узла навстречу американскому флоту, выстроились в три боевые линии, при этом три линейных крейсера шли в центре, справа находились два тяжелых крейсера, а слева или ближе к египетскому берегу два легких. И хотя американцы имели довольно-таки значительный перевес в количестве артиллерийских орудий, более крупный калибр трех советских линейных крейсеров представлял для них очень и очень серьезную опасность.

И вот примерно в 3.40 дистанция между противниками сократилась до шестидесяти кабельтовых (примерно одиннадцати километров) и обе стороны включили дальнобойные прожекторы и открыли огонь из всех орудий стремительно при этом, продолжая сближаться.

4.00 дистанция сократилась до сорока кабельтовых (семь километров) при этом обе группы кораблей повернули на север и именно в этот момент начались многочисленные попадания с обеих сторон.

4.03 тяжелый 305 мм бронебойный снаряд пробивает вертикальную броневую защиту крейсера «Филадельфия» в результате чего из строя выходит один из турбозубчатых агрегатов в результате чего скорость резко падает до двадцати пяти узлов и флагманский корабль резко поворачивает вправо в результате чего строй американских крейсеров нарушается и ночное сражение просто на просто превращается в беспорядочную свалку.

4.07 один из тяжелых, по всей видимости, полубронебойных снарядов выводит из строя рулевое управление американского легкого крейсера-скаута «Рино» в результате чего он входит в неуправляемую циркуляцию и спустя пару минут на скорости в тридцать узлов врезается в борт однотипного крейсера «Окленд», в результате чего тот мгновенно переворачивается кверху килем и спустя двадцать минут уходит на дно. Что же касается «Рино» то он с сильно развороченной носовой частью получает сильный дифферент на нос, полностью останавливается и становится отличной мишенью для русских крейсеров, которые всаживают в него снаряд за снарядом. К 4.25 он получает порядка двадцати попаданий, после чего он неожиданно ложится на правый борт и примерно в 4.35 скрывается под водой. Из экипажей двух этих кораблей удается спастись всего на всего тридцати двум морякам.

4.14 советский полубронебойный снаряд попадает во вторую переднюю башню легкого крейсера «Атланта» в результате чего взрываются находящиеся в ней снаряды, и гибнет весь расчет данной артиллерийской установки.

4.17. артиллерийский бой достигает наивысшего накала, и снаряды с обеих сторон практически непрерывно попадают в корабли, тем не менее, так как строй американских крейсеров оказывается нарушенным, вице-адмирал Гарольд Смит приказывает своим крейсерам отходить на запад и к 5.00 дистанция между противоборствующими сторонами сильно увеличивается и, обе стороны прекращают артиллерийскую стрельбу.

- Каковы наши потери? – задал вопрос американский командующий, когда последние залпы ночного боя стихли и крейсера разошлись на довольно-таки приличное расстояние.

- На «Филадельфии» поврежден правый турбозубчатый агрегат, на «Атланте» выведена из строя вторая носовая башня шестидюймовых орудий на остальных кораблях много попаданий, но повреждения крайне незначительны, что же касается легких крейсеров «Рино» и «Окленд» то они, по всей видимости, погибли, - доложил дежурный офицер штаба.

- Что же чему быть тому не миновать, какие будут предложения? – тут же последовало со стороны адмирала Смита.

- Предлагаю отправить «Филадельфию» и «Атланту» на ремонт в Александрию ну а самим перенести штаб на какой-нибудь другой крейсер и снова атаковать русских, - предложил младший флагман Средиземноморского флота контр-адмирал Чарльз Дункан.

- Что же предложение вполне дельное, но вы не забывайте, что через пару часов начнет светать и в небо поднимется палубная авиация, так что слушайте мой приказ кораблям немедленно принять противовоздушный строй и взять курс на Александрию. И пусть как только начнет светать, с авианосца поднимают истребители, ибо чует мое сердце, русские нас немедленно атакуют.

И действительно как в воду смотрел американский адмирал, ибо едва взошло тусклое зимнее солнце, на востоке показалось несколько групп советских самолетов, которые практически тут же разделились на четверки и пары и стали заходить в атаку на двигающиеся со скоростью в двадцать узлов в сторону египетской Александрии корабли американского Средиземноморского флота. И вот тут то и следует немного пояснить, что в этой утренней атаке принимали участие шестнадцать бомбардировщиков Ту-2 МК и шесть торпедоносцев СПБ-52, которые сопровождали порядка тридцати истребителей Ла-11МК, которые поднял со своих авианесущих крейсеров командир авианосной группы Черноморского флота контр-адмирал Рогов. Ну и, конечно же, едва советские самолеты стали приближаться к американскому флоту с единственного американского авианосца «Франклин Д. Рузвельт» тут же стартовало порядка трех десятков истребителей, в основную задачу которых входило, прежде всего, нарушение порядка советских ударных самолетов и недопущение их приближения к своим кораблям. Тем не менее, несмотря на то, что примерно в 8.55 в небе разгорелся ожесточенный воздушный бой, часть советских бомбардировщиков и торпедоносцев успешно прорвалась к находящимся в противовоздушном ордере американским крейсерам и, далее уже прорываясь через огонь их средств ПВО, нанесла по ним соответствующий удар.

Таким образом, примерно в 9.15 восемь советских Ту-2МК спикировали на маневрирующие американские крейсера и сбросили на них свой бомбовой груз при этом одна бронебойная бомба весом в двести пятьдесят килограмм угодила в палубу флагманского крейсера «Филадельфия» пробила её и внутреннюю бронепалубу насквозь и взорвалась в районе отсека кормовых электрогенераторов, полностью уничтожив его.

9.17 две БРАБ-250 попадают в американский тяжелый крейсер «Тускалуза» и наносят ему тяжелые повреждения, при этом на шлюпочной палубе крейсера вспыхивает серьезный пожар, который удается ликвидировать лишь практически только спустя час.

9.19 одна бронебойная бомба с советского пикировщика попадает в носовую часть легкого крейсера-скаута «Сан-Диего» пробивает его корпус практически насквозь и взрывается глубоко внутри, разворотив при этом просто огромную пробоину в днище этого небольшого и слабозащищенного корабля. В результате этого попадания американский корабль принимает почти семьсот тонн воды и с сильным дифферентом на нос малым ходом уходит в сторону Александрии.

Тем не менее, но на этом атака советских самолетов не заканчивается и в 9.25 четыре торпедоносца СПБ-52 выходят на американский тяжелый крейсер «Солт-Лейк-Сити» и с дистанции в семьсот метров сбрасывают в море находящиеся у них под брюхом торпеды 45-56НТ (с боевой частью в 320 кг «ТГА») которые, как и положено устремляются к находящемуся на правом фланге строя американских кораблей крейсеру. При этом две торпеды проходят мимо, одну принимает себе в борт эсминец «Тракстан» который тут же раскалывается надвое и быстро уходит под воду, ну и одна торпеда попадает в «Солт- Лейк-Сити» в районе кормовой башни главного калибра в результате чего образуется большая пробоина и корабль приняв порядка семисот тонн воды получает крен на правый борт.

При этом в результате воздушного боя и противодействия сил ПВО боевых кораблей советская палубная авиация теряет пять бомбардировщиков, два торпедоносца и восьми истребителей, что же касается авиагруппы американского авианосца, то она лишается пятнадцати истребителей. В общем, на этом сражение между силами советского и американского флота заканчивается и перед американским адмиралом встает непреодолимая дилемма:

- Итак, сегодня я собрал вас здесь чтобы осудить один очень и очень важный вопрос, - последовало со стороны Гарольда Смита когда он, члены его штаба и капитаны кораблей собрались в кают-компании крейсера «Филадельфия» после того как он снова бросил якорь на внешнем рейде египетской Александрии: - Таким образом, вопрос предельно простой стоит ли нам и далее пытаться атаковать советский флот или лучше отступить в сторону западного Средиземноморья?

- На данный момент несколько наших кораблей получили серьезные повреждения, кроме этого в ночном бою с русскими мы потеряли два легких крейсера, так что на данный момент в море могут выйти всего на всего пять тяжелых и четыре легких крейсера, и это против трех линейных, двух тяжелых и двух легких крейсеров русских. Так что силы практически равны, - тут же последовало со стороны младшего флагмана контр-адмирала Чарльза Дункана.

- Да, но снова на ночной бой мы более рассчитывать не можем, ну а в светлое время суток есть опасность, что на нас навалится вся авиация Советов, - тут же немного скептически последовало от одного из слушавших данный разговор капитанов.

- Я согласен, если мы снова попытаемся атаковать русских, то можем просто на просто потерять весь флот, тем более что у нас всего один авианосец против пяти у противника, - последовала еще одна реплика из зала.

- Что же давайте поступим так, - наконец-то после вышеприведенной небольшой дискуссии подвел итог вице-адмирал Гарольд Смит, - в общем, пока останемся здесь, ибо поврежденные корабли необходимо подготовить к длительному переходу, ну а что касается боевых действий, то думаю пока нам не стоит соваться в юго-восточный район Средиземного моря и попросить помощи у англичан, которые как я считаю за двое трое суток прибудут сюда.

Ну а что же советский флот, конечно по результатам ночного сражения русские крейсера тоже получили довольно-таки много артиллерийских попаданий, тем не менее благодаря умелому руководству и маневрированию серьезных повреждений они не получили, ну и далее продолжили прикрывать свои десантные силы в районе египетского Порт-Саида, к причалам которого еще с утра 7го января причалила вторая группа войсковых транспортов с которой на египетский берег стали высаживаться дополнительные войска, а также сгружаться боевая техника, артиллерия, боеприпасы и прочие так необходимые в подобных операциях грузы. Таким образом, но что тут и сказать, первые два дня операции «Сатурн» прошли для советских армии и флота довольно-таки успешно.

7. Сражение за Суэц (Часть 2).

Утро 8го января шестьдесят второго года, советские войска при поддержке танков и авиации прорвали оборонительные рубежи англо-американских союзников на юго-востоке Синайского полуострова, и вышли на оперативный простор, захватив находящийся там небольшой населенный пункт Ейлат. Что же касается северного направления то и там дела у 10й ударной армии маршала Еременко шли довольно-таки успешно и, за два дня ожесточенных боев им удалось прорвать четыре из семи оборонительных линий, что в сумме с прорывом на юге привело англо-американское командование прямо-таки в настоящий шок. Кроме этого успешная высадка советской морской пехоты и воздушно-десантных войск в районе входа в Суэцкий канал, а также практически ничем закончившееся сражение между советским и американским флотом в юго-восточной части Средиземного моря произвело на генерала Кларка Хофмана и его штаб достаточно удручающее впечатление на основании чего тем же самым утром в находящемся за последней линией обороны его штабной палатке произошел следующий и довольно принципиальный разговор:

- Так, что же нам теперь делать? Не сегодня завтра русские прорвут последнею линию обороны ибо, судя по всему мы очень и очень недооценили их силы и теперь нам придется поплатиться за это, - последовало со стороны всерьез расстроенного возникшей всего за пару дней ситуацией генерала Хофмана.

- Да и даже отступать нам теперь некуда ибо Порт-Саид и обе сторону Суэцкого канала теперь находятся в руках Советов, - добавил к словам своего командующего один из его заместителей и в это время на севере снова послышались звуки сильнейшей канонады и в небе начался очередной воздушный бой.

- Надо немедленно связаться с адмиралом Смитом, пусть флот немедленно деблокирует вход в канал и тогда русские останутся без снабжения, - предложил один из офицеров штаба генерала Хофмана на что тот снова ненадолго задумался и сильно расстроенно заговорил:

- Хорошо, немедленно установите связь с флотом! Ну а пока нам стоит подумать, как нам ликвидировать этот самый прорыв на юге, а не то русские танки уже наверняка вышли нашим войскам в тыл…

- Давайте перебросим туда две английские бригады, благо, что резервы у нас еще есть, - тут же поступило предложение со стороны одного из заместителей, на что склонившийся над развернутой на столе картой начальник штаба союзных войск генерал-лейтенант Стив Роджерс довольно-таки пессимистично задал следующий вопрос:

- И что две эти бригады смогут остановить советский танковый кулак? Нет единственное, что нам сейчас необходимо сделать так это немедленно выделить силы чтобы отбить у русских Порт-Саид.

- А это еще зачем? – тут же последовал ответ со стороны одного из присутвующих в штабе американского генерала английских офицеров.

- А затем чтобы иметь возможность отступления и это поверьте теперь не за горами, ибо пройдет еще день два и советские войска прорвут оставшиеся три линии обороны, - тут же последовало со стороны начальника штаба, и тут в палатку снова зашел один из офицеров штаба и громким голосом доложил:

- Господин генерал, связь с флотом установлена!

- Тогда передайте адмиралу Смиту следующее: «прошу вас немедленно выйти в море с целью деблокирования русского десанта в районе входа в Суэцкий канал».

- Будет исполнено!

И с этими словами офицер с блокнотом в руках связи вышел из палатки ну а генерал Хофман неожиданно продолжил:

- Да уж, ну и ну, а ведь вы генерал Роджерс совершенно правы, ибо еще пара другая дней и наш фронт посыплется как «домино», так что надо нам заранее подумать об отступлении.

- Тогда я предлагаю немедленно выдвинуть две английские пехотные бригады и танковый батальон в район канала, чтобы они хотя бы смогли сбросить русских с восточного побережья, - последовало тут же со стороны начальника штаба.

- А вы уверены, что этих сил будет вполне достаточно?

- Пока что да, тем более остальные резервы нам пока что нужны на линии фронта…

И именно в этот момент в палатку снова просто на просто вбежал офицер связи и громким и нервным голосом сообщил:

- Господин командующий получено две радиограммы, одна от адмирала Смита, другая из «Пентагона»!

- Хорошо и что сказал адмирал Смит?

- «На данный момент нет возможности, ждем прибытия англичан, подписано вице-адмирал Смит».

- И это все? – с явным удивлением последовало со стороны генерала Хофмана.

- Да все, господин командующий.

- Ну уж и ну, как говорится моряки всегда красноречивы! Ну а что там пришло из «Пентагона»?

- «Генералу Кларку Хофману. Приказываю вам держать оборону на севере Синайского полуострова любой ценой. В случае прорыва оборонительных линий приложить все силы для его ликвидации. От вас зависит будущее нашей великой страны. Министр обороны Соединенных Штатов Америки Роберт С. Макнамара».

- Да уж видать что из Вашингтона гораздо лучше видно что творится здесь, - с некоторым сарказмом произнес на это генерал Роджерс ну а что касается Кларка Хофмана то он вдруг совершенно обессилено сел на раскладной стул и тихо заговорил:

- Ну значит так, немедленно выдвигайте резервы к Порт-Саиду ибо теперь нам будет необходимо форсировать при отступлении Суэцкий канал а вот эвакуацию войск можно будет проводить только из Александрии а до нее очень и очень далеко…

…

Тем не менее, а уже утром следующего дня (9го января) советские войска прорвали последнюю линию обороны англо-американцев у самого побережья Средиземного моря и вся линия фронта на Синайском полуострове фактически посыпалась по частям. При этом сильно деморализованные части союзных войск стали беспорядочно отступать к находящемуся на юге Суэцкому каналу, где согласно планам штаба генерала Хофмана и решено было создать дополнительный оборонительный рубеж с целью задержать наступление русских войск на запад, то есть в сторону Нила. Ну и, конечно же, единственной возможной для англичан и американцев переправой через канал оставался находящийся несколько южнее большой стратегический железнодорожный мост в районе большого египетского города Исмаилия, ибо расположенный севернее автомобильный мост между Синайским полуостровом и проходящим вдоль левого берега канала шоссе оказался перерезан высадившимся там мобильным отрядом советских десантников, что поставило отступающие союзные войска в очень и очень невыгодное положение.

- Ну что же господа, если говорить предельно честно то это и есть самая настоящая и неотвратимая катастрофа, - сильно расстроенным тоном произнес командующий англо-американскими войсками генерал Кларк Хофман, находясь в своей штабной палатке, которая теперь находилась в районе железнодорожного моста на левом египетском берегу проходящей здесь западной ветки Суэцкого канала (пояснение дело в том, что в данной местности канал имел две судоходные ветки, начиная от небольшого селения Эль-Куантара и до самого находящегося немного севернее Суэца, так называемого Большого Горького озера)

- Да советские войска уже взяли Эль-Ариш, а их танки по последним сведениям находятся уже в семидесяти километрах от Суэцкого канала, - тут же немного скептически последовало со стороны начальника штаба генерал-лейтенанта Стива Роджерса.

- И что же нам теперь делать?

- Надо немедленно организовать новую линию обороны вдоль западного берега канала, хотя если честно для русских с их инженерным обеспечением форсировать эти сто-триста метров ширины канала очень и очень простое дело и думаю, что маршал Еременко уже наметил места для наведения этих переправ, - последовало далее со стороны начальника штаба.

- Да все это конечно верно, но вы посмотрите, какое количество войск и техники скопилось на правом берегу, а ведь русские могут в любой момент нанести по переправе авиационный удар, - снова практически, что заныл генерал Хофман.

- Конечно, и я думаю, что они это сделают в ближайшее время, тем более что наша авиация за эти несколько дней боев стала практически что недееспособна, - тут же снова добавил к вышесказанному генерал Роджерс и, именно в этот момент в небе над железнодорожным мостом появилось порядка двух десятков самолетов, которые тут же стали заходить в атаку и буквально через несколько минут пол звуки стрельбы зенитных автоматов с неба посыпались самые настоящие советские фугасные бомбы.

- О господи, неужели это самая настоящая правда! – воскликнул при первых звуках разрывов тяжелых фугасных бомб генерал Кларк Хофман и далее пара офицеров его штаба просто на просто взяла командующего под ручки и быстро потащила в стороны специально выкопанного для таких случаев рядом со штабной палаткой окопа. Ну а что касается начальника штаба то тот в отличие от своего непосредственного начальника быстро вышел из палатки и, приставив к глазам мощный полевой бинокль, стал внимательно смотреть на весь тот ужасный хаос, который в данный момент и творился около моста.

И все бы было так просто и хорошо, однако именно в этот день 9го января две тяжелые фугасные бомбы попали в один из пролетов вышеописанной переправы и полностью обрушили его, напрочь лишив находящиеся на правом синайском берегу англо-американские войска возможности переправиться на другой более безопасный западный берег.

- И что же нам теперь делать? – в явном отчаянье воскликнул генерал Хофман на что его более спокойный и хладнокровный начальник штаба совершенно спокойным голосом тут же ответил:

- Я уже отдал приказ навести два понтонных моста через канал, думаю, что через пару часов они будут готовы, однако сейчас меня более беспокоят те две английские бригады и танковый батальон которые мы послали на север в район Порт-Саида. Думаю, что они для нас окончательно потеряны…

- А это еще почему?

- Так сами понимаете, фронта на севере практически нет и русские танки вот-вот ударят англичанам в тыл, пока те возятся с русским десантом, думаю что у них осталось еще около суток.

- Тогда может их отозвать?

- Хорошо, я немедленно распоряжусь передать им приказ к отходу на юг вдоль правого берега Суэцкого канала, - тут же согласился с вышепоставленным со стороны командующего вопросом генерал Роджерс.

В общем, что тут и сказать, но уже спустя примерно еще двое суток (то есть 11 января) передовые советские части вышли к правому синайскому берегу Суэцкого канала в районе небольшого населенного пункта Эль-Куантара и соединились с находящимся там небольшим отрядом воздушно-десантных войск, который как уже говорилось ранее удерживал находящийся в этом месте единственный в этом районе стратегический автомобильный мост. Что же касается находящихся несколько севернее двух британских бригад, то в результате вышеописанных события они оказались в полном окружении и перед ними встал достаточно простой выбор: либо поднять белый флаг, либо быть полностью уничтоженными.

Таким образом, всего за неделю ожесточенных боев англо-американские силы, насчитывающие до этого порядка двухсот тысяч человек потеряли пленными, ранеными и убитыми порядка сорока процентов (около восьмидесяти тысяч) личного состава, а также почти всю бронетехнику, артиллерию и авиацию и, в полном беспорядке стали откатываться к единственной оставшейся на пути советских войск преграде так называемому Суэцкому каналу.

В общем, что тут и сказать, но это была полная и абсолютно настоящая катастрофа главной причиной, которой оказался огромный перевес советских войск над силами Северо-Атлантического союза, а также гораздо более грамотное руководство наступающими силами со стороны штаба маршала Еременко.

…

- Так может мне кто-нибудь доходчиво и популярно объяснить, что же сейчас происходит в районе Суэцкого канала!? – громко и явно возмущенно последовало со стороны президента Соединенных Штатов Джона Ф. Кеннеди, который, как и положено главному лицу сидел в своем мягком кресле в «овальном» кабинете Белого дома.

- Согласно последним, полученным нами сведениям на данный момент практически весь Синайский полуостров находится под контролем Советов, что же касается войск генерала Хофмана то они полностью разбиты и деморализованы, и сейчас бросая технику и все остальное, в панике переправляются на западный берег Суэцкого канала, - тут же немного дрожащим голосом сообщил председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Кристофер Милли.

- Так понятно, - тихо и как-то очень и очень тяжело произнес в ответ на вышеприведенные данные президент Кеннеди и, после этих его слов в кабинете наступила достаточно продолжительная пауза, после которой тут же последовало: - И почему же это произошло? Кто даст ответ президенту?

- Разрешите мне, - тихо как будь то сильно нашкодивший ребенок, решился все-таки ответить на вопрос президента министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара: - В общем если говорить предельно откровенно то наши силы оказались просто на просто не в состоянии противостоять натиску Советов, причем русские высадили большой десант в районе Порт-Сайда и таким образом отрезали войска генерала Хофмана от наикратчайшего пути снабжения и отступления.

Тут министр обороны замолчал и со стороны Джона Кеннеди тут же последовало:

- Все это как-то немного размыто и непонятно, вы лучше скажите, почему наш флот не смог оказать достойное противодействие высадке этого как вы говорите десанта?

- Адмирал Смит пытался атаковать флот противника на силы были слишком неравны, однако основой причиной этого оказалось то, что у нас был всего один авианосец против пяти советских. В общем у нашего флота не было никаких шансов на победу и кто-муже в результате этого сражения мы потеряли два крейсера и еще несколько кораблей получили серьезные повреждения, - тут же доложил морской министр Джон Бо́уден Ко́нналли, после чего слово неожиданно перешло к находящемуся тут же в кабинете государственному секретарю Дейвиду Раску:

- Господа! Господа! Все это конечно очень и очень прискорбно, но если честно у меня есть новость, которая если уж говорить предельно откровенно является очень и очень плохой!

Тут Дейвид Раск неожиданно замолчал, а вот со стороны президента кратко последовало:

- Ну что еще там, такого плохого?

- Дело в том уважаемые господа что буквально как пару часов назад мы совершенно неожиданно получили ноту со стороны египетского правительства в которой черным по белому написано что президент Гама́ль А́бдель На́сер и его социалистические соратники требуют чтобы флот и войска Северо-Атлантического блока немедленно покинули территорию Египта причем что касается Суэцкого канала то он согласно присланному документу полностью переходит под контроль египтян. В общем вот так как то…

- Проклятые арабы! И это надо же в самый такой момент практически воткнуть нам нож в спину! – в явной ярости и довольно озлобленно воскликнул молчавший до этого и также сидевший в большом кожаном кресле слева от стола ставший недавно генеральным прокурором младший брат президента Роберт Фрэнсис Кеннеди.

- Успокойтесь дорогой братик, этого следовало ожидать, тем более теперь когда, нашив войска полностью разбиты, а флот оказался просто на просто не способным противостоять Советам, - как-то уже более спокойно последовало со стороны президента и тут слово взял вице-президент Линдон Джонсон:

- Господа, господа, давайте лучше взглянем не эти вещи реально, все равно теперь нам придется эвакуировать наши войска с территории Египта, а флот вывести на Мальту или в Торонто. В общем, что тут и сказать, но война на Ближнем Востоке окончательно проиграна, и мы более ничего не в силах с этим сделать, так что срочное коммюнике я беру на себя, ну а вы уж постарайтесь довести до американского народа что основная и решающая битва развернется на Хоккайдо. Вот именно на этом нам и следует сейчас, полностью сосредоточится.

Тут Линдон Джонсон наконец-то замолчал и со стороны президента Кеннеди тут же последовало:

- Что же раз такое дело немедленно эвакуируйте наши войска из Египта, а флот… Флот пусть перебазируется в Торонто. И скажу вам прямо мои дорогие соратники, этот факт, то есть, то, что война на Ближнем Востоке проиграна, стоит принять безвозвратно и окончательно!

…

В общем, что тут и сказать но уже 14го января штаб генерала Хофмана запросил самого настоящего перемирия и практически оставшиеся без техники и тяжелого вооружения остатки войск Северо-Атлантического блока спешным маршем проследовали в сторону находящегося немного западнее и контролируемого русскими Порт-Саида небольшого египетского портового города Димят где стали грузится на транспортные и госпитальные корабли, которые один за другим выходили в море и направлялись в сторону западного Средиземноморья. При этом не советские войска ни силы революционного правительства Египта не чинили союзникам никаких препятствий, ибо согласно подписанному в этот же день договору Арабская Республика Египет теперь полностью становится единственным и официальным бенефициаром всей инфраструктуры Суэцкого канала и все осуществляемые по нему перевозки полностью переходят под контроль АРЕ. Что же касается советских войск, то они также покидают территорию Египта и других ближневосточных стран (за исключением Восточной Турции и Сирийской Арабской Республики) в результате чего линия противостояния между Советским Союзом и Северо-Атлантическим блоком практически полностью ликвидируется, а англо-американские войска оставляют Северный Ирак.

Тем не менее, несмотря на то, что наикратчайший путь из Индийского океана в Атлантический становится снова более менее доступен, восточная часть Средиземного моря, тем не менее, оказывается под полным контролем советского флота, и танкерам с арабской нефтью все равно приходится идти в Европу и Америку вокруг Африканского континента.

Ну и в заключение этой главы стоит сказать о том, что теперь единственной оставшейся на мировом театре военных действий точкой наивысшего напряжения становится самый северный остров Японского архипелага Хоккайдо.

8. Зимняя прелюдия.

И вот после поражения на Ближнем Востоке американо-британские силы стали вовсю готовиться к главному как они полагали сражению этой войны, которое, как и говорилось ранее, и должно было развернуться на юге самого северного острова японского архипелага, который именуется не иначе как Хоккайдо. Таким образом, прежде всего, стоит определиться, что же собой представляли две противоборствующие стороны на момент начала февраля тысяча девятьсот шестьдесят второго года, а именно:

В общем, что тут и сказать, но на вышеуказанный момент линия фронта на этом японском острове проходила от мыса Сякотан на север-востоке, через небольшой населенный пункт Иванай, западные отроги вулкана Йотей и далее вплоть до довольно-таки большого морского порта Муроран при этом под контролем союзных войск находился практически весь полуостров Осима включая расположенный непосредственно в самом Сангарском проливе главный портовый город Хакодате.

Что же касается сил союзников, то благодаря прибывшим в начале шестьдесят второго года многочисленным подкреплениям на этом не особо большом кусочке захваченной союзниками земли была сконцентрирована ста восьмидесяти тысячная группировка американских войск, а также двадцать пять тысяч военнослужащих из Британии, Австралии и Новой Зеландии. Причем в распоряжении этой даже можно так сказать огромной военной силы находилось порядка ста двадцати танков, пятьдесят самоходных орудий, двести двадцать артиллерийских орудий и триста семьдесят минометов. Кроме этого на специально подготовленных аэродромах на севере острова Хонсю было сконцентрировано двести истребителей, сто двадцать тактических и тридцать стратегических бомбардировщиков, однако тут, конечно же, стоит упомянуть о том, что всю эту авиационную группировку отделял от непосредственного театра военных действий довольно-таки приличных размеров Сангарский пролив, что, конечно же, не особо хорошо сказывалось на эффективности армейской авиации союзников.

Ну и последнее что стоит сказать о находящихся в этом регионе силах то всей этой довольно значительной массой солдат и вооружений командовал один из лучших и продвинутых генералов американской армии Джозеф Лоутон Коллинз.

Ну а что касается флота то ранее уже было сказано что в районе Сангарского пролива действовал объединённый флот Соединенных Штатов и Великобритании причем если американцы сконцентрировали свои силы к востоку то есть в акватории Тихого океана то английский флот действовал у западного побережья Хоккайдо или иначе в восточной части Японского моря. Что же касается этих сил то в распоряжении американского командующего (вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт) находилось четыре линкора, два больших (линейных) крейсера, четыре тяжелых и три легких крейсера, а также шесть самых лучших во флоте США авианосцев на которым суммарно базировалось около пятисот самолетов палубной авиации (примерно триста истребителей и двести бомбардировщиков-торпедоносцев).

Ну и кончено же о британцах, а вот их силы были гораздо скромнее, ибо всего у них имелось два линкора (ибо третий линейный корабль «Вэнгард все еще находился на ремонте в Токийском заливе), один старый линейный крейсер, пять тяжелых и десять легких крейсеров. Что же касается авианосцев, то под командованием британского вице-адмирала сэра Томаса Глочестера находилось все два авианосца времен второй мировой войны, на которых всего базировалось около ста десяти летательных аппаратов, а именно шестьдесят истребителей и пятьдесят бомбардировщиков.

Тем не менее, но суммарно англо-американцы сконцентрировали на юге Хоккайдо и в районе Сангарского пролива просто огромную массу войск и теперь все эти силы со дня на день ждали приказа начать наступление на советские позиции на севере полуострова Осима.

Ну а что же могла противопоставить союзникам армии и флот Советского Союза?

Прежде всего, стоит сказать, что в распоряжении генерала Николая Ивановича Крылова находилось примерно сто девяносто тысяч солдат регулярных войск, а также бойцов морской пехоты сил специальных операций КГБ СССР. При этом по количеству танков и самоходных орудий (двести семьдесят единиц), артиллерийских систем (триста десять ед.), минометов (пятьсот ед.), а также и фронтовой авиации (двести шестьдесят истребителей, двести бомбардировщиков, семьдесят штурмовиков) у Советского Союза на Хоккайдо был довольно-таки весомый перевес. Кроме этого на аэродромах в районе южного Сахалина находилось порядка сорока стратегических бомбардировщиков, которые также могли оказать достаточно весомую поддержку армии генерала Крылова. В общем, что тут и сказать, но силы противоборствующих на юге Хоккайдо сторон были примерно более менее равны, а вот что касается флота то тут все было гораздо и гораздо скромнее, ибо в акватории Японского моря русские могли выставить базирующуюся во Владивостоке 1ю Тихоокеанскую эскадру (командующий вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов) а именно: четыре линкора, два линейных крейсера, два тяжелых и шесть легких крейсеров, а также три авианесущих крейсера 1го ранга (сто двадцать истребителей и девяносто бомбардировщиков) и это в принципе довольно значительно превосходило силы англичан, но вот со стороны Тихого океана все было гораздо и более хуже, ибо у базирующейся в Петропавловске-Камчатском 2й Тихоокеанской эскадры (командующий вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев) было в составе четыре линкора, два линейных крейсера, четыре тяжелых и восемь легких крейсеров, ну а что же касается авианосной группы, то там имелось лишь два авианесущих крейсера 1го ранга и один авианесущий крейсер 2го ранга (что в сумме давало сто истребителей и семьдесят пять бомбардировщиков).

При этом здесь также стоит сказать о том что 2я Тихоокеанская эскадра также обеспечивала безопасность перемещения грузовых судов между Чукоткой и Аляской а также еще и противостояла 2му соединению американского флота которое хоть и находилось за несколько тысяч миль от русских берегов но тем не менее могла нанести удар в спину. В общем что тут и сказать но ситуация зимой шестьдесят второго года на восточном театре военных действий оказалась очень и очень напряженной.

…

- Господа, сегодня мы собрались здесь, чтобы обсудить и назначить сроки для нашего наступления на юге Хоккайдо, ибо время движется вперед и нам очень и очень необходима большая и хорошо разрекламированная победа, - последовало со стороны президента Джон Фицджералд Кеннеди и вот тут то и следует сказать, что кроме него в «овальном» кабинете «Белого дома» собрался весь цвет верхушки Соединенных Штатов Америки в составе вице-президента Линдона Джонсона, государственного секретаря Дейвида Раска, генерального прокурора и младшего брата президента Роберта Фрэнсиса Кеннеди, министра обороны Роберта С. Макнамара, а также и самого морского министра Джона Бо́удена Ко́нналли. Причем на данное заседание не пригласили ни начальника главного морского штаба, не министра армии, ни кого-либо другого, кто как положено по их статусу, должны были бы играть в данном вопросе одну из главных ролей.

Ну и, конечно же, сразу же после слов президента слово взял министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара, который довольно-таки серьезным и пафосным тоном громко заговорил:

- Господа, как считает высшее военное командование начало данной операции, которую мы решили наименовать «Грозная сила» («A formidable force») следует проводить не ранее чем в конце марта, ибо существует несколько серьезных моментов, которые в настоящее время играют не на нашей стороне, а именно:

Прежде всего, это то, что в настоящее время находящиеся на Хоккайдо наши войска значительно уступают противнику по количеству танков, боевых бронированных машин, артиллерийских орудий, минометов и других механизированных средств. Таким образом, за оставшиеся пару месяцев мы сможем переправить туда все выше перечисленное, а также и дополнительные силы в количестве двадцати тысяч солдат национальной гвардии.

Второе, и это также довольно важная причина это конечно погода, ибо на данный момент в этой части Японского моря и Тихого океана еще возможны тайфуны и да сама погода не особо способствует применению палубной авиации в районе боевых действий. Таким образом, на основании всего вышеизложенного комитет начальников штабов и главный военно-морской штаб предлагает начать данную операцию не ранее 1го апреля тысяче девятьсот шестьдесят второго года.

Тут Роберт Макнамара замолчал, и в кабинете наступила какая-то неловкая тишина, которую совершенно неожиданно для всех вскоре нарушил государственный секретарь Дэйвид Раск:

- И что же, значит, вы предлагаете ждать два месяца, но ведь за это время Советы смогут также перекинуть на Хоккайдо дополнительные силы и подготовиться к обороне! Нет, нет, нет, операцию следует начинать немедленно!

- Я согласен с государственным секретарем, операцию можно бы было начать и в феврале и в начале марта, тем более что у нас серьезный перевес в авиации, а также и в численности войск. Ну а когда прибудут силы национальной гвардии им уже более ничего не останется, как обеспечивать порядок на освобожденных от Советах территориях, - как-то немного недовольно и даже нахально добавил к словам Дэйвида Раска брат президента Роберт.

- Все это конечно хорошо, но вот лично я считаю, что военные в данном вопросе правы, ибо перевес наших сил крайне незначителен, да и по боевой технике мы серьезно уступаем русским, так что я за то чтобы начать операцию по захвату Хоккайдо в апреле или даже еще позже, - вдруг совершенно неожиданно выдал противоположную точку зрения вице-президент Линдон Джонсон.

- Что же с мнением членов правительства все более менее понятно, но возникает резонный вопрос: Что скажет по этому поводу флот? – обратился президент Кеннеди к морскому министру.

- Господа, прежде всего я хочу сказать, что данная операция грозит нам прямым столкновением с флотом Советов и скорее всего нам придётся выдержать с ним, даже может не одно генеральное сражение. Ну а так как применение палубной авиации возможно лишь в относительно хорошую погоду то главный морской штаб считает что наилучшим сроком для начала масштабных боевых действий является апрель или даже май месяц, - тут же последовало со стороны Джона Бо́удена Ко́нналли, после чего снова наступила довольно продолжительная тишина которую на этот раз решился нарушить лично сам Джон Ф. Кеннеди:

- В общем, так господа! Если уж мнения разделились то я как главнокомандующий принимаю решение начать операцию «Грозная сила» 10 апреля, ну а до тех пор, пусть войска и флот занимаются подготовкой к предстоящему сражению и еще раз очень и очень вас прошу особо об этом не распространяться, ибо все, о чем мы тут говорим тут же становится тут же известно в Кремле!

…

А в это время в штабе Тихоокеанского флота во Владивостоке также шло небольшое, но очень серьезное совещание, в котором непосредственное участие принимал прилетевший из Москвы начальник главного морского штаба адмирал Федор Владимирович Зозуля.

- Товарищи думаю что совершенно понятно, что как только в районе Сангарского пролива установится более менее относительно хорошая погода наши противники начнут свое долгожданное наступление, поэтому сейчас нам необходимо выработать соответствующий план действий чтобы если не сорвать их планы то хотя бы нанести какой-либо урон флоту англо-американской коалиции, - начал вышеуказанное совещание командующий Тихоокеанским флотом Советского Союза адмирал Виталий Алексеевич Фо́кин, после чего слово взял непосредственно адмирал Зозуля:

- Итак, товарищи, какие будут предложения по вышесказанному вопросу?

И тут из-за стола встал начальник штаба Тихоокеанского флота вице-адмирал Петр Сергеевич Иванов, который, как и положено опытному штабисту встал из-за стола, взял в руки длинную указку и подошел к находящейся на стене огромной карте вышеуказанного района боевых действий:

- На данный момент все основные силы американского флота находятся на восточном побережье острова Хонсю в большом порту Хатинохе, что же касается флота англичан то он укрылся в глубине залива Мацу в порту Аомори, так что для того чтобы им нанести какое-либо существенное поражение нам придется практически вплотную подойти к входу в Сангарский пролив и только в этом случае мы сможем нанести по находящемуся в своих базах противнику серьезный авиационный удар, однако возможен и другой исход данного предприятия, ибо в этом случае флот противника может выйти в открытое море и вступить с нами непосредственно в прямое столкновение. Однако во всех этих случаях не стоит забывать о том, что погода зимой в районе Сангарского пролива крайне неустойчива, что сильно затрудняет применение палубной авиации.

Тут адмирал Иванов замолчал и со стороны командующего 1й Тихоокеанской эскадры вице-адмирала Павла Михайловича Харитонова тут же последовали следующие слова:

- Что же, это нам и на руку! Ибо если англичане рискнут выйти в море мы с ними вступим в прямой артиллерийский бой, а тут перевес явно на нашей стороне, если уже они останутся в гавани Аомори то тогда наша палубная и фронтовая авиация нанесет по ним соответствующий удар!

- Да, но погоду при этом не угадаешь? Так что может оказаться, так что мы просто проболтаемся в море и сожжем дорогостоящее топливо, так и не добившись ничего, - тут же с небольшим скептицизмом заявил младший флагман 1й эскадры контр-адмирал Валентин Семенович Лушков.

- Хорошо, ну а что нам на это скажут метеорологи? – задал вопрос адмирал Фокин и тут из-за стола встал, по всей видимости, начальник метеорологической службы флота в звании капитана первого ранга, со сторону которого тут же и последовало:

- Погода в течение ближайших двух месяцев в районе Сангарского пролива будет крайне неустойчивая, температура днем около нуля, ночью небольшой минус, скорость ветра в среднем семь восемь метров в секунду, однако в феврале, марте возможно прохождение через данный регион нескольких тайфунов. В общем как мы считаем применение палубной авиации, в данный период, будет серьезно затруднено.

- Ну что же даже если мы и решимся на проведение этой предварительной операции то что нам делать с американцами ибо у них имеется порядка шести тяжелых ударных авианосцев против трех наших? – тут же задал очередной вопрос командир авианосной группы контр-адмирал Сергей Валентинович Криволапов.

- Тогда будем надеяться на то, что погода сыграет нам на руку и все решит прямой артиллерийский бой, однако все это осуществимо лишь в том случае если с востока по американскому флоту ударит 2я Тихоокеанская эскадра, так что давайте послушаем адмирала Игнатьева, - тут же последовало очередное предложение со стороны адмирала Фокина, после чего слово взял командующий 2й эскадрой вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев который ради такого важного совещания прилетел во Владивосток с Камчатки:

- В настоящий момент все боевые корабли эскадры находятся в полной боевой готовности, и мы как я считаю, можем попробовать нанести вышезаявленный удар в самое ближайшее время, ибо весной в Беринговом море вскроется лед, и часть сил придется отправить туда для обеспечения проводки наших караванов между Чукоткой и Аляской, да и к тому же на лето мы планируем провести последнюю десантную операцию на остающийся пока под контролем американцев архипелаг Александра. Так что действовать следует немедленно, пока что говорится, в этом регионе бушуют штормы.

- Что же с позицией командующего 2й эскадрой все более менее понятно, так что давайте-ка товарищи готовьтесь к выходу в море и будем действовать согласно разработанному сегодня плану, - последовало со стороны начальника главного морского штаба адмирала Зозули, после чего он громко и неожиданно чихнул и уже более мягким голосом продолжил, - в общем, действуем так, первая эскадры подходит к Сангарскому проливу с стороны Японского моря, вторая со стороны Тихого океана, в этом случае нашим противникам придется действовать по отдельности и американцы не смогут прийти на помощь британцам, далее действуем согласно погоде, если она будет плохая то вступаем с ними в артиллерийский бой, ну па если погода будет более менее нормальной, то поднимаем палубную авиацию и атакуем союзников или в море или непосредственно в их портах базирования. В общем вот так как-то, товарищи…

- Я думаю, что нам надо привлечь к данной операции находящуюся на Хоккайдо фронтовую авиацию сухопутных сил, - тут же добавил к вышесказанному адмирал Фокин.

- Хорошо, немедленно свяжитесь с ВВС и скоординируйте с ними все предстоящие действия, - согласился с вышесказанным адмирал Зозуля, после чего он снова негромко чихнул и уже более серьезно произнес: - Итак, когда же вы предлагаете провести данную операцию и, кстати, как мы её назовем?

- Предлагаю провести её на день советской армии, то есть числа пятнадцатого февраля, - тут же последовало со стороны начальника штабы Тихоокеанского флота вице-адмирала Иванова.

- То есть уже менее чем через две недели, хорошо, - согласился адмирал Зозуля, - а как же мы её назовем?

- Предлагаю назвать её «Сталинский удар»! – тут же последовало предложение со стороны адмирала Харитонова.

- Что же название соответствующее нашей эпохе! – кратко прокомментировал данное предложение начальник главного морского штаба.

В общем, далее собравшиеся во Владивостоке адмиралы Советского флота стали разбирать менее существенные и второстепенные вопросы ну и таким образом данное совещание закончилось лишь спустя несколько часов, когда тусклое зимнее солнце уже практически склонилось к горизонту.

Ну и кончено же здесь также стоит сказать о том, что для того чтобы более менее снизить перевес американского флота в палубной авиации советское командование военно-воздушных сил тут же сконцентрировало на нескольких полевых аэродромах вблизи юго-восточного побережья Хоккайдо довольно крупные силы в составе трех полков истребительной и трех полков бомбардировочной авиации что суммарно составляло порядка 96 пикирующих бомбардировщиков Пе-2М и 120 истребителей Як-9 и Ла-11. Таким образом, в предстоящей операции советского флота против англо-американцев был, достигнут соответствующий паритет, и операция под кодовым названием «Сталинский удар» стала вполне реальной и реализуемой.

В общем, что тут и сказать, но вскоре, то есть за несколько дней до выхода в море все командиры основных боевых кораблей получили соответствующие инструкции и в рамках полной координации взаимодействия 2я Тихоокеанская эскадра должна была выйти в море из Авачинской губы на Камчатке одиннадцатого февраля ну а что касается 1й Тихоокеанской эскадры то она покинула бухту Золотой рог (Владивосток) утром тринадцатого числа этого же месяца. Таким образом, обе две эти довольно серьёзные силы должны были подойти к Сангарскому проливу с запада и востока практически одновременно ранним утром пятнадцатого февраля тысяче девятьсот шестьдесят второго года ибо именно в этот день погода в данном регионе, по словам синоптиков должна была быть более менее относительно благоприятной при волнении моря примерно в три балла.

9. «Сталинский удар» (Часть 1).

И вот утром пятнадцатого февраля обе советские эскадры подошли с запад и востока к находящемуся между японскими островами Хоккайдо и Хонсю, так называемому Сангарскому проливу. Причем все это произошло так быстро и неожиданно, что о произошедшем американскому командующему адмиралу Элмо Расселу Зумвалту доложили лишь только когда он в кают-компании флагманского линейного корабля «Монтана» практически что уже закончил свой завтрак.

- Господин адмирал, смею вас побеспокоить но пятнадцать минут назад на экранах наших радаров появились многочисленные отметки, - тихо произнес дежурный офицер склонившись практически в самому уху попивающего утренний кофе адмирала.

- Хм, и что же это за такие непонятные отметки? – как то не особо беспокойно последовало со стороны Элмо Рассела Зумвалта.

- Не известно господин командующий.

- Ну, тогда пошлите туда разведывательный самолет и, пусть он посмотрит что там и к чему.

- Будет исполнено, - и с этими словами дежурный офицер поспешил вон из кают-компании, ну а что касается американцев, то они даже не удосужились после этого объявить на кораблях своего флота боевую тревогу.

Ну и тем временем у западного входа в Сангарский пролив развернула свои боевые порядки 1я Тихоокеанская эскадра под командованием вице-адмирала Харитонова и вот тут-то находящиеся в заливе Мацу английские моряки в отличие от своих американских коллег проявили довольно сильное рвение и буквально через два часа после сообщения от береговых служб британское соединение «Z» стало вытягиваться в Сангарский пролив. Причем английский командующий вице-адмирал Томас Глочестер практически тут же послал радиограмму своему американскому коллеге о том, что в акватории Японского моря назревает достаточно серьезное сражение.

- Вот дьявол! – громко и даже немного отчаянно выругался английский адмирал, и тут же раскурив свою небольшую трубку, самым серьезным тоном задал своему флаг-офицеру следующий вопрос: - Вы послали американцам радиограмму о том что Советы явились к нам со всем своим флотом?

- Еще два часа назад сэр!

- Так и что же они?

- Пока что от командующего американским флотом никаких сообщений не поступало.

- Вот черт! Только этого нам не хватало, тем более что силы русского флота практически в два раза превосходят наши, да и «Вэнгард» до сих пор застрял на ремонте в Токийском заливе.

Тем не менее, а несмотря на вышеуказанные сообщения и предупреждения вице-адмирал Зумвалт тем не менее даже спустя несколько часов после обнаружения советских кораблей не предпринял никаких соответствующих действий.

- И что там говорят эти самые англичане? – как-то без какого-либо беспокойства задал вопрос американский командующий.

- Они прислали радиограмму о том, что флот Советов занял исходные позиции у западного входа в пролив. В общем, адмирал Глочестер выводит свои корабли из залива Мацу, - тут же последовал ответ со стороны дежурного офицера.

- Так понятно, ну а у нас то, что происходит? – последовал новый вопрос со стороны Элмо Рассела Зумвалта.

- Мы считаем, что юго-западнее мыса Эримо находится 2я эскадра Советов и если честно то господин адмирал пора и нам предпринять какие-либо действия, а не то еще чего…

- Чего, чего, вы что же считаете, что русские посмеют нас атаковать! Ладно, отдайте приказ поднимать пары и готовиться к выходу в море! – наконец-то последовало долгожданное решение со стороны американского командующего и именно в это время по приказу адмирала Игнатьева с трех его авианесущих крейсеров стартует тридцать истребителей и двадцать бомбардировщиков, которые всего в нескольких метрах над поверхностью Тихого океана устремляются в сторону Хатинохе, где на американских кораблях лишь только начинают поднимать в котлах пары и выбирать якорные цепи.

И вот в примерно в 10.30 советские самолеты совершенно неожиданно появляются над американскими кораблями и практически сразу же выходят в атаку на только что начинающие движение авианосцы средства ПВО, которых открывают по ним довольно-таки плотный и, но явно беспорядочный огонь, к тому же так как американские корабли находятся еще в гавани у них отсутствует возможность маневра, ну а самолеты на их палубах еще только готовятся к взлету. В общем, что тут и сказать, но все шесть авианосцев становятся лакомой целью для советских пикирующих бомбардировщиков, которые один за другим пикируют на них, сбрасывая при этом бронебойные бомбы.

Итак, 10.35 первая двухсот пятидесяти килограммовая бомба врезается в палубу авианосца «Мидуэй» рядом с надстройкой и делает в ней огромную пробоину, уничтожая при этом около десятка самолетов, которые при этом вспыхивают как спички. В общем, но далее всего из-за одного этого попадания мощнейший американский авианосец выходит из строя и оказывается, полностью небоеспособен.

10.37 две БРАБ-250 попадают в авианосец «Корал Си» в районе правого борта, пробивают несколько палуб и взрываются в районе ватерлинии нанося ему довольно серьезные разрушения, при этом этот корабль, замедляет ход и направляется к находящемуся недалеко берегу, ибо через разрушенную обшивку в него быстро поступает большое количество воды, в результате чего возникает сильный крен.

10.40 три советских пикирующих бомбардировщика атакуют авианосец «Хэнкок» и поражают его двумя бронебойными бомбами, при чем одна из них пробивает как верхнюю, так и ангарную палубы в районе кормы и выводит из строя рулевое устройство, при этом этот огромный корабль становится временно неуправляемым и наваливается своим левым бортом на однотипный ему авианосец «Энтерпрайз» в результате чего оба корабля получают незначительные повреждения и именно в этот момент они снова подвергаются атаке советских Ту-2М, которые всаживают две бронебойные бомбы во взлетную палубу «Энтерпрайза» полностью выводя его из строя.

Тем не менее, а спустя пятнадцать минут после начала атака советских бомбардировщиков заканчивается и они уходят на свои корабли, потеряв при этом всего два самолета. Что же касается успевших стартовать в это время с авианосцев «Ленсингтон» и «Саратога» американских истребителей то они тут же оказываются, связаны боем с советскими Ла-11МК прикрытия и в небе прямо над американскими кораблями возникает довольно обширная свалка воздушного боя, который, кстати, вскоре также заканчивается и противоборствующие стороны расходятся в разные стороны, потеряв при этом по паре машин. В общем, что тут и сказать, но всего за двадцать минут четыре из шести американских авианосцев оказываются, выведены из строя, что сводит на нет все преимущество американского флота.

Ну а что же в это время происходит на западе? П

Примерно через два часа английское соединение «Z» оказывается в Сангарском проливе и, построившись в боевой порядок, устремляется на запад со скоростью в двадцать узлов, при этом его командующий сэр Томас Глочестер запрашивает у адмирала Зумвалта помощи в количестве двух авианосцев не зная еще о том, что именно в это время советские бомбы уже сыплются на американские корабли.

- Так, и что же они хотят, эти самые англичане? – немного рассержено последовало со стороны стоящего на правом крыле ходового мостика линкора «Монтана» американского командующего.

- Они хотят, чтобы мы отправили им на помощь как минимум два авианосца, - тут же последовал ответ со стороны дежурного офицера.

- Оправить им два корабля, когда только что четыре из шести наших авианосцев выведены из строя! Ну, уж нет, пусть англичане выкручиваются собственными силами, так и радируйте им! – довольно-таки отчаянно последовал ответ со стороны Элмо Рассела Зумвалта.

Тем не менее, а основная фаза сражения, что на западе что на востоке была еще впереди и уже к 13.00 пятнадцатого февраля тысяче девятьсот шестьдесят второго года противоборствующие стороны, выстроившись в боевое построение, устремились полным ходом навстречу друг другу.

И вот тут то, так как у американцев в строю осталось всего два авианосца, советский командующий 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Игнатьев поднимает со своих авианесущих крейсеров сорок истребителей Ла-11МК и сорок пикирующих бомбардировщиков Ту-2МК и бросает их в атаку на быстро приближающееся 1е соединение американского флота, что приводит к одной из самых масштабных и жесточайших боевых схваток в воздухе вблизи восточного входа в Сангарский пролив. Причем несмотря на то что американский командующий вице-адмирал Элмо Рассел Зумавалт также поднял с оставшихся в его распоряжении двух авианосцев около сорока истребителей советским бомбардировщикам, тем не менее, удалось прорваться к кораблям противника и нанести по ним массированный бомбовый удар:

13.45 около десятка советских бомбардировщиков выходят в атаку на вырвавшиеся вперед легкие крейсера американцев и практически сразу же две бронебойные бомбы весом по двести пятьдесят килограмм пробивают верхнюю и внутренние палубы легкого крейсера «Сент-Луис» и взрываются глубоко во внутренних помещениях, в результате чего из строя выходит один из турбозубчатых агрегатов, а также оказываются поврежденными два котла. Скорость крейсера тут же падает до двадцати узлов и он накренивших на правый борт и, оставляя за собой длинный черный шлейф дыма с явным трудом разворачивается на обратный курс и уходит в сторону японского берега.

13.55 сразу три БРАБ-250 поражают легкий крейсер «Гонолулу» практически полностью разрушив его носовую часть, при этом в переборках и обшивке корпуса возникают многочисленные пробоины, и передние отсеки вплоть до передней броневой траверсы быстро заполняются водой. Корабль получает сильный дифферент на нос, его скорость падает до двадцати узлов и он также направляется в сторону Хатинохе.

Что же касается последнего из этих трех кораблей то уже в самом начале сражения в распоряжении американцев остается лишь легкий крейсер-скаут «Фресно» которому каким то чудом удается увернуться от падающего на него града бомб и он сделав резкий маневр вскоре присоединяется к направляющимся на восток главным силам флота.

В общем, что тут и сказать, но примерно через полчаса сражение в небе затихает и к этому времени между главными силами противоборствующих сторон остается около четырнадцати миль (примерно двадцать пять километров) в результате чего оба командующих разворачивают линии своих линейных кораблей в северном направлении и приказывают открыть огонь из орудий главного калибра, при этом обе стороны используют падающие по навесной траектории фугасные и полубронебойные снаряды однако так как расстояние между эскадрами довольно большое первое попадание происходит лишь спустя двадцать пять минут после начала артиллерийского боя:

14.42 380 мм полубронебойный снаряд с советского линкора «Победа» попадает в основание второй дымовой трубы американского линкора «Айова, срывая при этом с основания установку спаренных 127мм орудий и взрывается, сильно искорежив несколько шлюпок и катеров. В результате дым из огромной дыры во второй трубе застилает палубу корабля и мешает ведению стрельбы из кормовой башни главного калибра.

14.47 такой же 380 мм снаряд с линкора «Кремль» попадает в кормовую надстройку линкора «Миссури» пробивая при этом навылет установку 127 мм орудий и взрывается, частично разрушив надстройку. При этом на корабле возникает сильный пожар, который вскоре успешно ликвидируется аварийными командами.

14.48 американцы добиваются первого попадания в советский линейный корабль «Кремль» при этом тяжелый 406 мм фугасный снаряд пробивает верхнюю палубу корабля, а районе кормовой части и взрывается, образовав в ней достаточно большую пробоину, из которой вырывается сильное пламя.

14.52. сразу два американских фугасных снаряда калибра 406 мм падают по навесной траектории на палубу советского флагманского линкора «Ретвизан» и, пробивая ее, разрываются, сильно разворотив её.

14.57 советский полубронебойный 380 мм снаряд с линкора «Ретвизан» пробивает верхнюю и внутреннюю броневую палубы американского линкора «Монтана» и взрывается под ней, разрушив при этом ряд внутренних отсеков и два элеватора подачи снарядов к орудиям среднего калибра.

15.00 советский командующий вице-адмирал Игнатьев поворачивает линию своих кораблей на северо-запад и идет на сближение с противником.

15.02 сразу два советских снаряда с замыкающего линию линейного корабля «Слава» бьют вблизи кормовой башни в палубу американского линкора «Нью-Джерси», пробивают её и, ударившись о броню барбета, разрываются, сильно искорежив палубу и борт корабля.

15.05 в броневой рубке американского флагманского линкора «Монтана» произошел следующий разговор:

- Русские пошли на сближение, господин адмирал! – громко последовало со стороны одного из офицеров штаба.

- На сближение? И что бы это значило? – немного растерянно последовал со стороны вице-адмирала.

- Они хотят сократить дистанцию и перейти на бронебойные снаряды, - тут же пояснил ситуацию находящийся тут же командир корабля.

- Хм, это очень и очень опасно…, - задумчиво констатировал все вышеуслышанное Элмо Рассел Зумвалт.

- Да, их бронебойные снаряды достаточно опасны, и в обще, они большие мастера ближнего боя, - тут же добавил к вышесказанному командир корабля.

- Тогда слушайте мой приказ: немедленно поворачиваем на юго-запад, - как-то не особо хорошо произнес американский командующий, на что со стороны сразу как-то сникших моряков кратко последовало:

- Так значит, мы отступаем?

- Да и главное в этой ситуации, во что бы то ни стало сохранить флот, ибо наши корабли и так уже получили ряд повреждений, - тут же пояснил свою новоявленную позицию адмирал Зумвалт.

- Поворот на сто двадцать на запад! – тут же отреагировал на слова командующего командир линейного корабля.

Однако, но этом данное боестолкновение еще не закончивается, ибо сразу же после этого разговора 15.08 в носовую надстройку флагманского линейного корабля «Монтана» попали сразу два 380 мм полубронебойных снаряда с одного из русских кораблей при этом один из которых просто на просто снес расположенный наверху дальномер переднего КДП, а второй ударился прямо о броню боевой рубки и взорвался сильно оглушив при этом всех находящихся внутри.

- А-а! Что я говорил! Немедленно поворачиваем назад, и скажите, чтобы крейсера также отходили! – громко прокричал, как и все остальные сильно оглохший адмирал, на что находящийся тут же командир линейного корабля так же громко ответил:

- Уже поворачиваем! Через пару минут закончим циркуляцию и ляжем на обратный курс!

В общем, что тут и сказать, но вскоре американский флот стал просто на просто улепетывать в сторону японского порта Хатинохе ну а что касается адмирала Игнатьева то он не стал более преследовать противника и просто на просто попросил сконцентрированные на побережье Хоккайдо военно-воздушные силы нанести по ним дополнительный бомбовый удар.

10. «Сталинский удар» (Часть 2).

А что происходило в это время у западного входа в Сангарский пролив? Ну и а происходило там вот что:

Прежде всего, примерно в 15.00 пятнадцатого февраля обе противоборствующие стороны или если говорить более конкретно 1я Тихоокеанская эскадра ВМФ Советского Союза и соединение «Z» королевского флота Великобритании практически одновременно обнаруживают друг друга на экранах своих локаторов, при чем в этот самый момент расстояние между этими двумя группами кораблей составляет около тридцати двух миль (или примерно шестьдесят километров). И вот тут то перед британским командующим вице-адмиралом Томасом Глочестером встает непреодолимая дилемма, а именно: или принять бой с сильно превосходящим противником или развернуться курсом на восток и просто на просто укрыться в глубине Сангарского пролива. В общем, но именно в это время на мостике флагманского линейного корабля «Энсон» возникает следующий и довольно-таки серьезный разговор:

- Ну что там американцы? – как бы совершенно неопределенно задал вопрос сэр Томас Глочестер.

- Пока что от них никакого ответа, - тут же последовало со стороны одного из членов его штаба, большинство которых также находилось в можно так сказать огромной ходовой рубке линкора.

- Так и что же нам делать? – последовал следующий вопрос со стороны вице-адмирала.

- Сэр, думаю, нам следует пока не поздно уклониться от боя, ибо, если говорить серьезно противник в несколько раз превосходит наши силы.

- Хорошо так и поступим, немедленно передайте по кораблям «поворот все вдруг»! В общем, ложимся на обратный курс и уходим в Сангарский пролив! – распорядился британский командующий и тут в рубку совершенно неожиданно вбежал один из младших офицеров и громким голосом произнес:

- Адмирал! Только что со стороны русских появилась групповая воздушная цель! Это русские самолеты!

- Ну что же это очень и очень логично! Если нельзя нас раскатать пушками, то это сделаю бомбы! Передайте на авианосцы, пусть немедленно поднимают все имеющиеся истребители! – тут же добавил к вышесказанному сэр Томас Глочестер.

Таким образом, уже спустя несколько минут в небе над западной частью Сангарского пролива развернулось массированное воздушное сражение, в котором с советской стороны участвовало порядка сорока истребителей и тридцати пикирующих бомбардировщиков ну а со стороны же англичан также около тридцати пяти истребителей с двух британских авианосцев. В общем, пока в небе происходила битва между истребителями советские пикирующие бомбардировщики зашли с севера и с юга на совершающие в этом момент разворот английские корабли и сбросили на них свой бомбовой груз:

15.25 пять советских Ту-2МК атакуют флагманский линкор «Энсон» и сбрасывают на него свой бомбовой груз, в результате чего две двухсот пятидесяти килограммовые бронебойные бомбы попадают в носовую часть корабля прибивают несколько палуб и взрываются внутри сильно разворотив внутренние помещения, при этом артиллерии ПВО удается сбить два самолета из пяти.

15.27 три советских бомбардировщика атакуют линкор «Хоу» и попадают в него одной бронебойной бомбой, которая пробивает верхнюю палубу корабля в районе кормовой башни и взрывается внутри, однако во время этой атаки два из трех самолетов оказываются, сбиты артиллерией британского линкора.

15.30 три самолета атакуют линейный крейсер «Ринаун» однако тот ловко маневрирует и ему удается уклониться от всех падающих на него бомб.

15.33 советские бомбардировщики атакуют находящиеся впереди линкоров крейсера англичан и добиваются сразу четырех попаданий в легкий крейсер-скаут «Беллона», при этом бронебойные бомбы пробивают этот практически небронированный корабль до самого дна и взрываются глубоко внутри образовав большие пробоины в днище. В результате этого сильно поврежденный корабль теряет ход, заваливается на борт и спустя всего на всего пять минут уходит под воду. Из экипажа крейсера эсминцам сопровождения удается вытащить всего пять человек.

Однако что тут и сказать, но это оказывается единственной потерей британского флота в этом недолгом сражении и уже спустя полчаса соединение «Z» втягивается в горло Сангарского пролива и тридцати узловым ходом уходит на восток, ну а советские и британские самолеты садятся на свои авианесущие корабли, при этом англичане теряют двенадцать машин, советская же сторона шесть истребителей и восемь бомбардировщиков. Таким образом, сражение в районе западного входа в Сангарский пролив заканчивается и уже ранним утром следующего дня британская эскадра снова втягивается на рейд своей базы в заливе Мацу (японский порт Аомори). Однако здесь стоит вернуться немного назад и снова перенесись на восточный театр боевых действий, где сильно потрепанное американское соединение под командованием вице-адмирала Элмо Рассела Зумвалта, уже практически на подходе к Хатинохе, подвергается массированному налету советских пикирующих бомбардировщиков Пе-2МК, которые как уже говорилось выше были посланы для этой атаки по просьбе адмирала Игнатьева с береговых аэродромов на юго-восточном побережье острова Хоккайдо.

Ну и вот тут то эти шестьдесят пикирующих бомбардировщиков Пе-2М делятся на несколько групп и под прикрытием сорока истребителей Як-9 атакуют корабли американского флота. Однако эта все-таки довольно серьезная и массированная атака оказалась для противника отнюдь не неожиданной и адмирал Зумвалт поднимает навстречу советской воздушной армаде с оставшихся в его распоряжении двух авианосцев тридцать пять истребителей F-6U «Супер Корсар», а также запрашивает поддержки у армейской авиации. В общем, в воздухе происходит еще одно грандиозное сражение, однако примерно полутора десяткам советских бомбардировщиков удается зайти в атаку на американские корабли, и они довольно-таки успешно сбрасывают на них свой бомбовой груз:

16.23 три советские БРАБ 250 попадают в американский тяжелый крейсер «Индианаполис», который при этом практически полностью теряет ход, ибо удар приходится в район котельных отделений и весь окутанный дымом дрейфует по поверхности Тихого океана.

16.25 одна бронебойная бомба попадает в тяжелый крейсер «Портленд» пробивает на нем верхнюю и внутреннюю броневую палубы и взрывается внутри, при этом оказывается, поврежден один из турбозубчатых агрегатов и скорость корабля тут же падает до двадцати узлов.

16.30 еще одна бомба бьет в «Индианаполис», пробивает несколько палуб и взрывается возле правого борта образов в нем большую пробоину, в которую тут же начинает поступать вода.

Тем временем солнце садится за горизонт, и воздушное сражение заканчивается, в результате чего воздушные силы противоборствующих сторон расходятся в разные стороны и возвращаются на свои корабли и аэродромы.

Что же касается сильно поврежденного и дрейфующего по поверхности океана американского тяжелого крейсера «Индианаполис» то его сначала пытается взять на буксир и тащить за собой крейсер «Толедо», однако так как на поврежденном корабле не работают насосы он быстро принимает в себя забортную воду, которая заполняет поврежденные взрывами отсеки и вскоре он получает сильный крен на правый поврежденный борт. Кроме этого в море начинает сильно штормить и американский командующий вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт приказывает снять с «Индианаполиса» экипаж и потопить тяжело поврежденный крейсер торпедами. В 17.50 американский эсминец всаживает в борт несчастного корабля три торпеды и в 18.00 американский тяжелый крейсер скрывается в волнах штормующего Тихого океана примерно в двадцати милях к востоку от японского порта Хатинохе.

Таким образом, в результате проведенной советским флотом операции «Сталинский удар были уничтожены один американский тяжелый и один британский легкий крейсера, тяжелые повреждения получили два американских легких крейсера и четыре мощнейших ударных авианосцев, ну и также кроме этого в результате попаданий крупнокалиберных снарядов и бронебойных бомб повреждения разной степени тяжести получили практически все линейные корабли союзников. В общем, что тут и сказать, но операция «Сталинский удар» завершилась вполне успешно и силы англо-американского флота оказались в довольно-таки непростой ситуации, ибо да начала планируемой на начало апреля операции «Грозная сила» оставалось всего на всего полтора месяца, однако ремонт получивших повреждения кораблей и в первую очередь четырех американских авианосцев как минимум мог затянуться на два-три месяца, что сводило на нет начало массированного наступления союзников на юге Хоккайдо.

…

- Так и что же такое произошло там, в районе так называемого Сангарского пролива? – уже буквально на следующий день произнес президент Соединенных штатов Джон Ф. Кеннеди, сидя в большом кожаном кресле в «овальном» кабинете «Белого дома».

- Господин президент, - практически тут же последовало со стороны стоящего перед ним на вытяжку морского министра Джона Бо́удена Ко́нналли, - не далее как вчера силы советского флота совершенно неожиданно появились с обеих сторон от Сангарского пролива в результате чего и наш и британский флот были вынуждены вступить с противником в прямое боестолкновение. В общем, в результате этого сражения ряд наших кораблей, в том числе и четыре авианосца получили различной степени тяжести повреждения ну и кроме этого мы потеряли один тяжелый крейсер, ну а наши английские союзники также один легкий крейсер.

- Так и что же произошло с нашими авианосцами, вы можете ответить более подробно? – снова немного раздражительно задал вопрос президент.

- Четыре наших ударных авианосца получили ряд попаданий в результате атаки советских бомбардировщиков и требуют достаточно серьезного ремонта, в общем, восстановительные работы на этих кораблях могут занять до трех месяцев, при этом некоторые из них придется отправить в Токийский залив, ибо только там есть необходимая инфраструктура, - добавил к вышеизложенному морской министр Соединенных Штатов.

- Так что же теперь нам необходимо перенести сроки предстоящего наступления на юге Хоккайдо? – задал следующий вопрос, присутствующий в кабинете государственный секретарь Дейвид Раск.

- Да вы совершенно правы, ибо без поддержки флота операция «Грозная сила» практически неосуществима, однако если честно, то нам еще очень и очень повезло, - вставил свое слово министр обороны Роберт С. Макнамара.

- А это еще почему? – тут же задал вопрос, сидящий в углу кабинета брат президента и новый Генеральный прокурор Роберт Фрэнсис Кеннеди.

- Да просто на просто хорошо еще что ни мы и ни британцы не потеряли, ни одного линкора, ни одного авианосца. Так что предлагаю перенести сроки начала наступления на юге Хоккайдо на первое июня, - тут же последовало объяснение, и предложение со стороны министра обороны, на что Роберт Кеннеди довольно-таки возмущенно заявил:

- Ого, вы предлагаете отложить данное мероприятие до лета? Но это же очень и очень непростительно, ибо русские смогут, тогда как следует подготовиться!

- У нас нет другого выхода, ибо начинать операцию со всего двумя нашими и двумя британскими авианосцами просто невозможно, в общем, думайте, что хотите, но русские своей атакой на наш флот практически свели на нет все наше преимущество в авиации, да и к тому же суда с танками и артиллерией для армии генерала Коллинза еще в пути и прибудут на Хоккайдо лишь во второй половине марта, - снова пояснил министр обороны США.

- Я вот вас слушаю, и у меня возникает неожиданное желание немедленно заключить перемирие с Советским Союзом! – вдруг совершенно неожиданно и достаточно громко произнес президент Кеннеди, на что у всех присутствующих в кабинете возникли довольно удивленные лица и со стороны брата президента тут же последовало:

- Это было бы, конечно же, хорошо, однако скажу вам господин президент совершенно откровенно: практически невозможно.

- И почему?

- А потому что противостояние между демократическим и социалистическим блоком в мире сейчас достигло наивысшего напряжения и вскоре мы совершенно точно узнаем, кто и когда победит в этой войне!

- Что же дорогой брат может вы и совершенно правы, тогда назначаем начало операции «Грозная сила» на первое июня, ну а пока что я приказываю всем заняться подготовкой наших войск к этому наступлению. Так что уважаемые господа надеюсь флот сумеет обеспечить прохождение транспортных судов с войсками и техникой с Западного побережья Соединенных Штатов в северную Японию, - закончил вышеприведенный разговор Джон Ф. Кеннеди на чем данное небольшое совещание и было соответственно закончено, ну а тем временем в штабе Тихоокеанского флота в кабинете командующего адмирала Виталия Алексеевича Фо́кина между ним и начальником штаба вице-адмиралом Петром Сергеевичем Ивановым произошел следующий разговор:

- Ну что в принципе операция «Сталинский удар» все-таки достигла заранее установленных результатов, - начал его командующий.

- Да, совершенно верно, авианосцы «Мидуэй» и «Корал Си» получили серьезные повреждения и потеряли свою боеспособность, на «Хэнкоке» выведено из строя рулевое управление, ну а «Энтерпрайз» кроме двух попаданий во взлетную палубу столкновения с «Хэнкоком» требует теперь очень и очень серьезного ремонта. Таким образом, у наших противников осталось в строю всего четыре авианосца, что сводит на нет, все их попытки начать наступление на юге Хоккайдо в ближайшее время, - произнес в ответ на вышесказанное начальник штаба флота.

- Эх, нам бы тогда сейчас каким-нибудь образом закрепить полученный успех? – то ли задал вопрос, то ли просто произнес адмирал Фокин.

- Есть одна мысль, а что если нам провести в акватории Тихого океана масштабную крейсерскую операцию, тем более что наши крейсера практически не участвовали в прошедшем сражении, - предложил вице-адмирал Иванов.

- Что же свяжитесь немедленно с адмиралом Игнатьевым и обсудите с ним это.

- Тогда я пожалуй сам вылечу на Камчатку и постараюсь решить все на месте, - произнес начальник штаба.

- Хорошо, я согласен, ну а мы тем временем подумаем над проведением такой же крейсерской операции в районе Корейского пролива, во всяком случае, это отвлечет противника, - закончил данный разговор, командующий Тихоокеанским флотом Советского Союза.

Часть 7. За горизонтом.

Часть 7. За горизонтом.

1. Совершенный эксперимент.

В этот хмурый день двадцать второго февраля тысяче девятьсот шестьдесят второго года северо-восточный ветер гнал волны по поверхности так называемой «воронки» горла Белого моря. Здесь на западном берегу полуострова Канин нос находился небольшой поселок Шойна. Основан он был в тысяче девятьсот тридцать третьем году, и единственным занятием его обитателей являлось рыболовством. Но их небогатая разнообразиями жизнь оказалась нарушена четыре месяца назад, когда к двум его старым деревянным причалам стали один за другим швартоваться грузовые корабли, с которых на берег сошли суетливые люди и стали выгружаться стройматериалы, контейнеры и прочие, прочие, крайне интересные для местных старожилов материальные ценности. Вскоре к их несказанному удивлению внешний вид населенного пункта Шойна явно преобразился, вместо гнилых деревянных причалов возникли серьезные металлические пирсы, к которым теперь без труда могли швартоваться огромные корабли. Кроме этого на них появились мощные портовые краны, способные без труда перемещать с кораблей и обратно серьезные грузы, а на берегу расположились здание управления, ремонтные мастерские, казармы и другие объекты портовой инфраструктуры. На некотором удалении от берега возникла выложенная специальными плитами двухкилометровая взлетно-посадочная полоса аэродрома, хранилища для топлива, здания для персонала и все что соответствует хорошему полевому аэродрому. Ну а далее над Шойной стали один за другим заходить на посадку и взлетать самолеты транспортной авиации. Одновременно в самом поселке возникла новая школа, довольно большая и хорошая гостиница, полностью оборудованная больница и новое здание районного отдела КГБ, но главным было то, что на соседней с поселком возвышенности, или как говорили местные жители сопке, появился так называемый объект «Р-35». О назначении данного объекта ходили совершенно немыслимые легенды, однако, как выяснилось позднее их, специально сочиняли сотрудники госбезопасности, с целью распространения явной дезинформации на всю близлежащую «метагалактику».

Но вернемся в этот серый полдень двадцать второго февраля тысяче девятьсот шестьдесят второго года. На специальной смотровой площадке объекта «Р-35» находилось около десятка людей в военной и гражданской форме. Некоторые из них держали у лица мощные морские бинокли, но взоры всех этих лиц были устремлены на находящийся примерно в сорока кабельтовых от берега силуэт легкого крейсера.

- Сколько осталось до начала эксперимента? – произнес человек в серой маршальской шинели и каракулевой шапке.

- Семь минут, тридцать секунд, Лаврентий Павлович, - ответил находившийся рядом военный в звании генерал-майора государственной безопасности.

- Хорошо, сейчас увидим, что там наколдовали наши гениальные ученные? Судя по полученной от вас, Петр Васильевич, информации, это подобно изобретению пороха нашими китайскими друзьями, - своим странным голосом произнес Берия.

- Товарищ Федотов знает, что говорить, мы уже трижды проводили этот эксперимент и поверьте, результат был просто ошеломляющий, - последовала реплика со стороны человека в шляпе и длинном дождевом плаще.

- Ну что же, вкратце поясните нам, как построена схема испытаний? – последовал вопрос со стороны комиссара Федотова.

Отвечать вызвался высокий человек в штатском по фамилии Ландау: - Товарищи, «спец. объект №52» установлен находящемся на расстоянии на крейсере «Дмитрий Донской», который стоит на якоре в семи тысячах метров от нас. В пятидесяти километрах на северо-западе и пятидесяти километрах на юго-западе находятся крейсера «Александр Невский» и «Дмитрий Пожарский», который будут проводить мониторинг с помощью своих РЛС, кроме этого северо-восточнее, на оконечности полуострова Канин нос, находится стратегическая радиолокационная станция дальнего обнаружения и слежения, которая также будет вести наблюдение. Непосредственный метрологический и визуальный контроль хода эксперимента будет осуществляться с объекта «Р-35», где мы с вами и находимся. Ну, если проще, то через две минуты экипаж крейсера включит установку, и мы все увидим собственными глазами.

- Как всегда, товарищ Ландау немного прямолинеен, поэтому добавлю, что на крейсере находятся только моряки-добровольцы и научно-технический персонал которые и запустят данный агрегат. Количество людей сведено до минимума, хотя при предыдущих запусках рассеивателя никаких побочных явлений или влияния излучения на людей не наблюдалось, - добавил генерал-майор госбезопасности.

- Товарищи предельное внимание сейчас начнется запуск, начинаю обратный отсчет, - возбужденно произнес, стоящий немного в стороне от остальных с секундомером в руках, невысокий человек в штатском, - внимание! Семь, шесть, пять, четыре, три, два, один, пуск!

Все находящиеся на смотровой площадке прижали к глазам мощные морские бинокли и напряженно глядели на, стоящий на якоре, крейсер. Однако в течение первых десяти секунд ничего особенного не происходило, и со стороны наркома внутренних дел Берии последовала реплика: - И что, по крайней мере, я ничего сверхъестественного не наблюдаю?

- Установка вышла на сорок пять процентов мощности, сейчас должно кое-что измениться, - произнес тот самый человек с секундомером по фамилии Герштейн.

Неожиданно, спустя несколько секунд находящийся на горизонте силуэт «Дмитрия Донского» как бы стал расплываться в туманной дымке. А через полминуты последовала следующая фраза со стороны товарища Герштейна: - Товарищи, установка вышла на девяносто пять процентов расчетной мощности, давайте пройдем в здание контрольно-наблюдательного центра и посмотрим данные испытаний в режиме реального времени.

- Давайте выполним просьбу Семёна Соломоновича и, тогда всем все станет понятно, - добавил Лев Дави́дович Ланда́у, и все быстрым шагом направились к находившемуся поблизости, полу углублённому в прибрежный песок, невысокому, напоминающему чем-то мощный бетонный ДОТ, зданию.

Когда высокопоставленные и прочие лица проникли внутрь, то там они увидели множество разнообразной, помигивающей разноцветными лампами и испускающей бумажные шлейфы осциллограмм аппаратуры, а также склонившихся над ней молчаливых и сосредоточенных людей, в руках у которых быстро мелькали логарифмические линейки и карандаши.

- Товарищи, давайте подойдем вот к этой панели, и посмотрим на экран основного локатора объекта «Р-35», - как будто читая студентам лекцию, заговорил академик Ландау, - прошу вас обратить внимание на то, что вместо отметки обозначающей крейсер на экране абсолютно ничего не наблюдается. Сейчас будут меняться режимы модуляции оборудования и параметры работы локатора, приступайте, - добавил он, обращаясь к находившимся у пультов и мониторов научно-техническим работникам.

Военные и штатские во главе с Берией напряженно вглядывались в круглый экран, на котором ничего не наблюдалось, кроме бегающей по кругу радиального луча и несколько смазанного контура береговой линии полуострова. Далее, в течение нескольких минут, радар стал показывать странные явления, то это была какая то размытая облачность, то некое тусклое серебрящееся излучение неопределенной конфигурации, однако, тем не менее, никакого-либо намека на находящийся в каких то семи километрах от берега боевой корабль не было. Крейсер с длиной корпуса в сто девяносто и высотой надстроек более двадцати метров просто исчез с экрана радиолокатора, и никто из членов государственной комиссии не мог понять почему. Неожиданно один из них в форме генерала авиации схватил бинокль и выскочил из бункера, спустя пару минут он вернулся обратно и громко произнес: - Товарищи корабль находится на горизонте, но виден как-бы в сильной дымке. Невооруженным глазом сложно определить, что это за тип судна.

-Хм, - заинтересованным тоном заговорил Лаврентий Павлович, - товарищ Ландау, вы как достаточно уважаемый ученый и академик, будьте любезны, поясните нам боевым генералам, что бы все это значило?

- Вообще, на данное явление мы натолкнулись случайно. При изучении воздействия электро-магнитного излучения на поток элементарных заряженных частиц был обнаружен несколько странный эффект: излучение не просто теряло свою мощность, но и как бы рассеивалось и исчезало, при этом мы никак не могли понять, почему при подсчетах получается, что нарушается закон сохранения энергии. Как известно энергия не исчезает бесследно, а просто переходит из одной формы в другую, но у нас кредит и дебет сводились явно не к «нолю», - начал говорить Лев Дави́дович, - нас это заинтересовало и мы ввели в эксперимент несколько дополнительных потоков излучений и стали варьировать их параметрами и вот тут произошло то, что возникло странное явление, на достаточно приличном расстоянии от области исследования пропали все радиоволны и начались некоторые оптические изменения пространства, и еще, секундная стрелка атомного хронометра стала при каждом шаге производить дополнительные колебания. Ну и далее, после некоторого количества лабораторных исследований удалось создать установку - излучатель, как мы называем, пространственно-силового поля, которое гасит абсолютно все электро-магнитные радиоизлучения от ультра-короткого до сверхдлинного метрового диапазона. Ну, а также наблюдается и некоторые изменения и в области оптического диапазона. Сейчас это устройство и сопутствующее оборудование установлены на крейсере «Дмитрий Донской» и работают в режиме 95% расчётной мощности, при этом область блокирования любых излучений составляет в радиусе около 60 км, - академик Ландау замолчал.

- То есть, как я понимаю, в пределах 120 км, никакие радиолокаторы наш крейсер не видят? – задал вопрос военный в звании генерала авиации.

- Совершенно верно, при этом затраты энергии составляют всего 12 кВт, как вы понимаете для установленных на крейсере электрогенераторов это мизерная нагрузка. Мы прикинули, что если довести потребляемую мощность до 16-18 кВт, диаметр области блокировки излучений достигнет 160-180 км, - добавил Семён Соломонович Герштейн.

- То есть вы хотите сказать, что в этой зоне можно спрятать боевой корабль и его ни кто не сможет обнаружить? – воскликнул один из военных в чине генерала войск береговой обороны.

- Там можно спрятать целую эскадру, - ответил флотский в звании контр-адмирала.

- Если работают излучатели нескольких кораблей, то область может достигнуть полтысячи километров, - заговорил генерал-майор госбезопасности Петр Васильевич Федотов, он давно курировал в аппарате МГБ научную сферу, - но есть несколько особенностей. При работе излучателей находящиеся в зоне корабли становятся абсолютно слепыми, то есть их локаторы также ничего не видят, и нет никакой радиосвязи, лишь гидроакустические системы частично сохраняют свою работоспособность. Если учитывать, что возникают странные оптические эффекты, фактически все сводится к зоркости наблюдателей, но главное то, что боевые корабли могут приблизиться к противнику вплотную, внезапно отключить излучатели и нанести удар практически в упор.

- Ну что же, впечатляет, - произнес Лаврентий Павлович, - необходимо немедленно усилить секретность данных работ, как я понимаю, мы вернулись в эпоху Первой Мировой войны.

- Да, совершенно верно, - ответил контр-адмирал, - ну разве что, теперь имеется гораздо более эффективная авиация, но как я полагаю, и ей действовать в данной зоне будет довольно затруднительно. Товарищи, представьте себе следующую ситуацию, наша эскадра неожиданно возникает на внешнем рейде Нью-Йорка или Лос-Анжелеса.

Далее высокопоставленные военные стали возбужденно обсуждать возникшие перспективы…

Неожиданно громко заговорил Лев Дави́дович Ландау: - Товарищи, товарищи, давайте немного отвлечемся, я считаю необходимым кое-что добавить к вышесказанному!

Присутствующие снова обратили свое внимание на академика.

- Товарищи ученные, что-то хотят добавить? – произнес Лаврентий Павлович.

- Видите ли, откровенно говоря, нам до сих пор полностью не понятна природа данного эффекта. Возникает вопрос – является ли это в действительности это явление излучением? Вот товарищи Герштейн, Иоффе и другие склоняются к мнению, что мы вторглись в крайне неизученные области науки, то есть имеет место теория, что при проведении подобных экспериментов возникает так называемое возмущение силовых полей пространства и возможно времени. Тем не менее, возникающие оптические эффекты и искажения, а также девиация магнитных устройств и нарушение работы хронометров и метрономов косвенно подтверждают эту гипотезу, - высказался академик Ландау.

- И какое значение имеет это ваше предположение? – задал вопрос один из военных в звании генерала инженерных войск.

- Дело в том, что все, что мы делаем крайне неопределенно и имеется опасность возникновения какого-нибудь серьезного эксцесса, - продолжил Семён Соломонович Герштейн, - особенно настораживают то, что время становится инвариантом, а, всем известно, это величина постоянная. И еще непосредственно при включении установки наблюдается отклонение от горизонтали поверхности налитой в стакан воды, что говорит об изменении в зоне эксперимента гравитационного поля планеты. Угол отклонения достигает тридцати градусов.

- Вы считаете, что возможно подобное тому, что произошло с «Элдриджем»? – задал вопрос комиссар госбезопасности Федотов.

- Служба внешней разведки КГБ предоставила нам некоторую информацию по Филадельфийскому эксперименту, но мы считаем, что главная ошибка Эйнштейна и Тесла заключалась в том, что была задействована установка значительно завышенной мощности, а также само изначальное моделирование эксперимента было ошибочно и некорректно. У нас для достижения необходимого эффекта необходимо крайне не энергозатратное и компактное устройство, и тем не менее результат потрясающий и это очень настораживает, - ответил Лев Дави́дович Ландау

- Ну ладно, однако, прежде всего, следует довести экспериментальную установку до ума и полной готовности. Несмотря на то, что мы нанесли сокрушительное поражение мировому капиталистическому империализму, наши враги достаточно сильны и все еще жаждут реванша, поэтому Военно-морским силам Советского Союза это новое оружие необходимо как воздух. Сколько вам потребуется времени, что бы начать промышленное производство подобного оборудования? – жестко сделал заключение Берия.

- Три-четыре месяца, - ответил Ландау.

- Мы планируем установить его на всех больших кораблях нашего флота и таким образом перед нами возникает перспектива безопасных дальних походов и проведения боевых операций возле побережья наших врагов, - тут же добавил к вышесказанному контр-адмирал.

- Хорошо, товарищи ученые продолжайте свои исследования и работы, необходимые для этого проекта средства будут выделены в любом объеме, - завершил разговор председатель Государственного Комитета Обороны Советского Союза.

Вскоре высокопоставленные лица покинули этот секретный объект с кодовым наименованием «Р-35».

2. Океанский рейд.

Начало марта тысяче девятьсот шестьдесят второго года ознаменовалось тем, что именно в это время на океанские просторы, покинув уютную Авачинскую губу на Камчатке вышли сразу четыре легких крейсера 2й Тихоокеанской эскадры, которые сразу же разделившись попарно со скоростью в шестнадцать узлов двинулись в центральную часть этого огромного водного пространства с целью перехвата двигающихся там американских транспортных судов с войсками и грузами для сражающейся на юге Хоккайдо армии генерала Коллинза. Ну и, конечно же, здесь стоит сказать о том, что в первой рейдерской паре находились легкие крейсера «Варяг» и «Олег», которые согласно разработанному плану направились курсом на юго-восток, то есть в район севернее Гавайских островов, ну а во второй паре были крейсера «Диана» и «Паллада» в задачу которых входили рейдерские операции северо-западнее атолла Мидуэй. То есть если говорить более конкретно, то обе эти пары должны были перехватывать американские суда на трансокеанской трассе Хоккодате – западное побережье США, между которыми было приблизительно десять тысяч километров абсолютно пустого и чистого Тихого океана. Ну а также кроме этих четырех вышеуказанных кораблей примерно в это же время из Владивостока вышли два легких крейсера «Ад. Невельской» и «Ад. Бутаков» в задачу которых входило провести демонстрационные действия в северной части Корейского пролива с целью оттянуть на себя внимание флота англо-американских союзников. В общем, что тут и сказать, но именно в эти первые весенние дни шестьдесят второго года советский Тихоокеанский флот начал запланированные еще в феврале рейдерские операции и хотя в ней фактически были задействованы всего четыре отнюдь не самых сильных корабля 2й Тихоокеанской эскадры, как оказалось в дальнейшем их рейдерские действия оказались очень и очень эффективны.

И так пятого марта в 10.00 практически посреди Тихого океана или если говорить более точнее примерно в тысяче миль к северу от Гавайского архипелага советские крейсера «Варяг» и «Олег» остановили двигающийся на запад большой океанский лайнер «Юнайтед Стейтс» водоизмещением в 54000 тонн на борту, которого находилось около 1870 гражданских пассажиров направляющихся из Лос-Анжелеса в японскую Иокогаму.

- Так и что же нам теперь делать с ним? – задал вопрос командир крейсера «Варяг» капитан первого ранга Самойлов.

- Да уж, ну мы и влипли, это надо же первое перехваченное судно и им оказался американский лайнер с обыкновенными пассажирами, - тут же последовало со стороны старшего офицера.

- И думаю, что они вот-вот заверещат в эфир, что их посреди океана остановили русские крейсера, ладно, готовьте абордажную партию для высадки на эту махину, офицер.

- Кого назначить старшим?

- Отправляйтесь сами, тем более что вы в совершенстве владеете английским…

И вскоре после этих слов от борта крейсера «Варяг» отвалил моторный катер, который буквально через несколько минут причалил к опущенному почти до самой кромки воды трапу огромного американского лайнера, ну и далее на палубу «Юнайтед Стейст» поднялся вооруженный отряд морских пехотинцев советского Тихоокеанского флота во главе с лично самом старшим офицером крейсера капитаном третьего ранга Корнеевым.

- И так уважаемые господа, прежде всего я хотел бы видеть капитана этого корабля? – на абсолютно совершенном английском языке произнес старший офицер Корнеев.

- Он перед вами, и скажу вам прямо офицер, вы нарушаете международные законы, ибо «Юнайдет Стейтс» является чисто гражданским судном, и мы совершаем самый обыкновенный рейс по маршруту Лос-Анжелес – Иокогама, - тут же последовало в ответ на вопрос советского офицера от находящегося прямо у трапа одетого в белоснежную капитанскую форму довольно тучного бородатого человека.

- И как же вас зовут сэр? – на английский манер задала новый вопрос капитан Корнеев.

- Джон Брементон к вашим услугам, - тут же ответил на вышезаданный вопрос американец.

- Ну тогда мы господин Браментон сейчас осмотрим ваше судно и если ничего не найдет подозрительного тут же покинем его, однако считаю обязанным вас предупредить заранее что в этом случае мы будем вынуждены вывести из строя вашу радиостанцию, что бы вы не могли сообщить о нас своему военному флоту.

- Но это абсолютно незаконно! Ибо «Юнайтед Стейтс» чисто гражданское судно!

- Но возможен и второй вариант, сэр.

- И какой же?

- Мы можем просто высадить вас и всех ваших пассажиров на шлюпки и потопить ваш огромный лайнер, - как выдохнул советский офицер.

- Но это, это просто возмутительно! Вы этого не сделаете! – тут же последовало от сильно покрасневшего, по всей видимости, от напряжения американского капитана.

- Сделаем, сделаем, а теперь позвольте, мы начинаем осмотр! – и с этими словами своего командира советские морские пехотинцы с автоматами наперевес на глазах многочисленных и сильно изумленных пассажиров этого океанского лайнера рассыпались по кораблю, внимательно осматривая как его многочисленные помещения и, так и внутренние трюмы. Что же касается капитана Корнеева то он в сопровождении двух человек и лично самого Джона Брементона проследовали в огромную по размерам ходовую рубку лайнера, чтобы посмотреть и внимательно изучить находящиеся там судовые документы.

И вот по истечение примерно получаса советские моряки покинули огромный американский лайнер, внимательно осмотрев его и выведя при этом все имеющаяся на нем радиооборудование, после чего русские крейсера быстро поспешили дальше и уже вечером же этого дня перед ними совершенно неожиданно возник небольшой караван из сразу четырех грузовых судов который сопровождали два старых американских эсминца типа «Бенсон».

- Ну, вот нас и рассекретили, - негромко произнес командир крейсера «Варяг» капитан первого ранга Самойлов и практически тут же орудия советских крейсеров произвели залп, послав свои смертоносные снаряды в сторону американских кораблей.

В общем, что тут и сказать, но далее в самом центре Тихого океана разыгралось небольшое морское сражение, в котором буквально всего за несколько минут оба американских эскадренных миноносца оказались уничтожены, после чего русские артиллеристы принялись за спешно улепетывавшие в совершенно разные стороны транспортные суда. И вот тут то и следует сказать что, несмотря на то, что крейсера «Варяг» и «Олег» были достаточно мощными боевыми кораблями на них отсутствовали торпедные аппараты, и вся нагрузка за уничтожение транспортов соответственно легла на их артиллерию главного калибра (по 8 орудий калибра 180 мм) которая просто на просто в упор расстреливала фугасными снарядами несчастные американские корабли.

Таким образом, где то примерно в течение часа все суда этого небольшого конвоя, объятые пламенем и с развороченными бортами, просто на просто пошли ко дну, ну а штабе американского Тихоокеанского флота на острове Оаху (Гавайский архипелаг) получили советующее сообщение.

- Господин адмирал! – громко и немного нервозно произнес дежурный офицер, зайдя в огромный и светлый кабинет командующего Тихоокеанским флотом Соединенных Штатов адмирала Джона Сайдса который в это время занимался тем, что вел какую-то очень и очень непринужденную беседу со своим начальником штаба вице-адмиралом Томасом Мурером: - Только что пришло сообщение, что в ста милях севернее Гавайских островов советские крейсера уничтожили наш караван из двух эсминцев и четырех транспортных судов.

- Караван? Какой еще такой караван? Какие русские крейсера? – как бы, не особо понимая, о чем речь переспросил американский адмирал.

- Это небольшой конвой, который шел в Хатинохе с военным грузом, господин адмирал.

- Да и странно, почему о данном караване не известно в штабе флота? – снова немного напыщенно задал вопрос Джон Сайдс.

- Хм, о нем, конечно, знали, но если честно он настолько невелик, что вас просто решили не беспокоить.

- Не беспокоить, и это теперь, когда русские крейсера вышли на океанские коммуникации! – разразился наконец-то осознавший что к чему американский командующий: - И, конечно же, возникает другой вопрос: Почему нам ничего не известно о том, что русские крейсера вышли на оперативный простор?

- Хм, да, однако, разведка ЦРУ ничего об этом не докладывала, - тут же уже более спокойно добавил к вышесказанному вице-адмирал Томас Мурер.

- Значит об этом можно сказать только одно! Эти деятели из ЦРУ опять что-то прошляпили! Ну да ладно, что будем делать? И вообще, сколько всего этих русских крейсеров на наших трансокеанских коммуникациях? Вы можете ответить? – продолжал бесноваться американский командующий.

- В сообщении, которое мы получили, говорится, что всего два корабля, - тут же последовало со стороны дежурного офицера.

- Так значит, какие будут предложения? – обратился на этот раз, командующий к своему начальнику штаба.

- Надо немедленно поднять с аэродромов разведывательную авиацию и, конечно же, направить в указанный район наши крейсера, - тут же ответил Томас Мурер.

- Хорошо, немедленно передайте адмиралу Крэгу чтобы он взял два тяжелых крейсера и пару эсминцев и направился с ними в указанный район! – распорядился Джон Сайдс на что начальник штаба как бы так ненавязчиво произнес:

- Я думаю, что это не единственные русские корабли в этом районе, скорее всего Советы послали туда несколько крейсерских групп.

- Да вы совершенно правы, пусть также остальные корабли будут наготове, - закончил данный разговор, командующий Тихоокеанским флотом, и тут спустя несколько минут в штаб флота пришло сообщение о том, что западнее атолла Мидуэй еще два русских крейсера только что потопили большой воинский транспорт, шедший из Хатинохе в Гонолулу. В общем, что тут и сказать, но вскоре еще два тяжелых американских крейсера покинули гавань Оаху и устремились в заданный район.

Ну и последним что полностью переполнило чашу терпения адмирала Сайдса, стало то, что уже к вечеру этого же дня наконец-то пришло сообщение от сумевшего все-таки восстановить радиосвязь трансокеанского лайнера «Юнайтед Стейтс» о том, что им еще утром он был остановлен русскими крейсерами.

- Вот дьявол, неужели эти гражданские не могли послать сообщение об этом раньше!? – с явной досадой в голосе воскликнул командующий Тихоокеанским флотом.

- Вряд ли это было возможно, ибо они говорят, что русские всего лишь осмотрели корабль и вывели из строя всю радиоаппаратуру, - негромко констатировал опять зашедший в кабинет вышесказанное начальник штаба флота.

Ну а тем временем русские крейсера «Диана» и «Паллада» продолжали свой бег к северо-западу от Гавайских островов и за два дня потопили в этом районе еще два транспортных судна груженных сборными военными грузами. Что же касается крейсеров «Варяг» и «Олег» и после уничтожения вышеуказанного конвоя они направились также на запад и уже на следующий день ими был остановлен большой канадский сухогруз-рефрижератор основным грузом, которого оказалось огромное количество консервных банок с солдатским питанием для армии генерала Коллинза. В общем, экипаж данного корабля был высажен на спасательные шлюпки, ну а советские моряки заложили у него в трюме подрывные заряды, после чего взорвали этого огромное водоизмещением в 18000 тонн судно, которое буквально через полчаса скрылось в водах Тихого океана.

Тем не менее, но, несмотря на довольно-таки активные действия американского флота и авиации найти четыре легких крейсера на огромных океанских просторах было довольно-таки сложно, ибо к вечеру седьмого марта они прошли уже несколько сот миль и суммарно потопили при этом порядка десятка транспортных судов. В общем, что тут и сказать, но если честно, то у адмирала Джона Сайдса к этому времени уже достаточно сильно болела голова, и на его счету было уже несколько практически полностью бессонных ночей.

- Ну что будем делать? – задал вопрос американский командующий, когда в штаб Тихоокеанского флота пришло очередное сообщение о потоплении русскими крейсерами в трехстах милях на запад острова Мидуэй японского транспорта «Сидзу-мару».

- Что же, все легкие и тяжелые крейсера нашего первого соединения находятся на ремонте в Токийском заливе или в гавани Хатинохе, ну а что касается наших сил на Оаху то тут и так остался всего один легкий крейсер «Тикендерога», а все остальные корабли вице-адмирала Крэга уже давным давно вышли в море, однако что то я не особо надеюсь, что им удастся найти и перехватить русские крейсера на такой большой акватории, - тут же немного скептически ответил на вопрос командующего вице-адмирал Томас Мурер.

- Хорошо, но может нам тогда попросить англичан бросить на поиск русских к востоку от Японии свои легкие силы? – совершенно неожиданно последовало со стороны Джона Сайдса, на что начальник штаба быстро встал из-за стола и самым серьезным тоном произнес:

- А это вполне хорошая мысль, пойду, свяжусь с адмиралом Глочестером…

И вот уже спустя несколько часов британские легкие крейсера «Аретьюза», «Сириус», «Аргонаут», «Клеопатра», «Леверпуль», «Глостер», «Ахилес» и «Аякс» вышли из Сангарского пролива и, разбившись на пары, устремились в виде лучей веера по просторам Тихого океана, в результате чего для находящихся в этом районе советских кораблей совершенно неожиданно возникла достаточно опасная ситуация, ибо радары этих крейсеров охватывали еще и довольно большое пространство.

Но, тем не менее, а здесь стоит сказать о том, что, так как рейд советских крейсеров длился уже практически несколько дней и почти что всё судоходство в этом районе оказалось парализованным, в ночь на девятое марта они повернули на север и двадцати пяти узловым ходом устремились вдоль сто шестидесятого меридиана в сторону родной Камчатки. В общем, что тут и сказать, но все-таки четыре советских крейсера сумели выйти из данной и довольно-таки опасной зоны в самый последний момент и самые северные из британских крейсеров «Аретьюза» и «Сириус» прошли всего в восьмидесяти милях у них за кормой, едва не нащупав советские корабли своими радарами. Тем не менее, но на этом данный достаточно опасный рейд благополучно заканчивается и тринадцатого марта четыре советских крейсера благополучно входят в родную Авачинскую бухту и швартуются к бетонным пирсам Петропавловска-Камчатского.

Ну и в заключение еще несколько слов стоит сказать о том, что еще два легких крейсера 1й Тихоокеанской эскадры, а именно «Ад. Невельской» и Ад. Бутаков» несколько дней успешно курсируют в южной части Японского моря, что приводит к тому, что отправленные туда британские тяжелые крейсера «Норфолк» и «Суффолк», фактически опять же безрезультатно проходят вдоль западного побережья Японского архипелага в сторону Корейского пролива.

Таким образом кроме того что было уничтожено довольно значительное количество транспортов с военными грузами для союзной армии на юге Хоккайдо все это обошлось для американцев и англичан огромной массой израсходованного на поиски русских невидимок топлива и всерьез потрепанными нервами адмирала Сайдса.

3. Последний бой крейсера «Светлана».

Семнадцатое марта тысяче девятьсот шестьдесят второго года ознаменовалось тем что именно в этот совершенно обычный день легкий крейсер 2й Тихоокеанской эскадры «Светлана» в очередной раз покинул свою родную Авачинскую бухту и семнадцати узловым ходом направился на запад к берегам уже практически полностью занятой советскими войсками Аляски. Так что же это был такой за корабль? А корабль это был довольно своеобразный и даже так сказать немного оригинальный, причем если уж говорить об этом предельно откровенно то практически всю свою довольно долгую жизнь, ибо спущен он был еще в далеком сорок седьмом году, этот легкий крейсер провел именно в этих северных водах хорошо знакомого ему Берингова моря, занимаясь тем, что обеспечивал проводку караванов транспортных судов между Камчаткой, Чукоткой и находящейся под контролем Советского Союза частью американского штата Аляска.

Однако прежде чем приступить к дальнейшему изложению событий скажем несколько слов об этом небольшом, но как оказалось в дальнейшем довольно-таки героическом корабле:

Итак, при стандартном водоизмещении в девять тысяч пятьсот тонн он при максимальной мощности своей двигательной установки развивал скорость в тридцать пять узлов, ну а экономическим ходом в семнадцать узлов мог пройти около восьми тысяч миль. Бронирование крейсер «Светлана» имел не особо серьезное, тем не менее, вдоль его бортов тянулся главный броневой пояс в шестьдесят миллиметров толщиной, ну внутренние наиболее важные отсеки и механизмы защищала карапасная броневая палуба, имеющая семьдесят миллиметров брони на скосах и пятьдесят в центральной горизонтальной части. А вот спереди и сзади эту бронированную цитадель защищали броневые траверсы толщиной семьдесят пять миллиметров. Что же касается барбетов, то они имели сто миллиметровое бронирование и, конечно же, сами башни главного калибра были забронированы сто сорока миллиметрами броневой стали спереди и семьдесят пять и пятьдесят миллиметров с боков, сзади и сверху. И последнее обе броневые рубки крейсера имели толщину защищавшей их брони порядка ста сорока миллиметров. Таким образом, здесь можно уверенно констатировать, что бронирование крейсера «Светлана» было рассчитано на довольно значительную дистанцию боя с аналогичными крейсерами противника, а также на более ближний бой с крейсерами-скаутами и эскадренными миноносцами. Что же касается вооружения, то оно было довольно-таки мощным для такого небольшого корабля и состояло из двенадцати ста пятидесяти двух миллиметровых орудий в четырех трех орудийных башнях расположенных на носу и на корме крейсера по линейно-возвышенной схеме, шести универсальных ста миллиметровых орудий в индивидуальных щитовых установках, а также довольно приличного зенитного вооружения состоящего из двенадцати тридцати семи миллиметровых спаренных автоматических пушек и десяти двадцати трех миллиметровых спаренных установок. Ну и завершало вооружение данного корабля два расположенных на верхней палубе трехтрубных торпедных аппарата калибра пятьсот тридцать три миллиметра, что делало легкий крейсер «Светлана» довольно опасным и грозным противником и здесь также стоит сказать о том, что далее по его несколько улучшенному проекту было построено еще два таких же крейсера, которые вошли в состав 1й Тихоокеанской эскадры и получили названия «Ад. Невельской» и «Ад. Бутаков».

Но вернемся в семнадцатое марта тысяче девятьсот шестьдесят второго года ибо именно в этот день легкий крейсер «Светлана» покинул родной Петропавловск- Камчатский и согласно приказа командующего эскадрой вице-адмирала Игнатьева направился в сопровождении двух эскадренных миноносцев «Ревнивый» и «Решительный» прямо на запад через все Берингово море в сторону так называемого Бристольского залива и северного побережья полуострова Аляска с целью разведывания находящейся там ледовой обстановки. В общем если уж говорить предельно откровенно то это был самый обыкновенный и довольно-таки обычный рейс легкого крейсера «Светлана», который со скоростью в семнадцать узлов в сопровождении двух эсминцев уверенно рассекал холодные и спокойные воды северной части Тихого океана, следуя курсом в сторону восходящего солнца.

Тем не менее, но вскоре едва крейсер спустя два дня достиг прохода между Командорскими и Алеутскими островами эсминцы сопровождения покинули его и повернули обратно, ну а что касается «Светланы» то она вошла в акваторию Берингова моря и уверенно направилась на восток согласно полученному от командующего эскадрой задания.

- Хорошо, что погода стоит хорошая, льды будут видны из далека, - произнес старший офицер крейсера капитан-лейтенант Петр Николаевич Кожевников, на что находящийся рядом с ним на ходовом мостике командир крейсера капитан первого ранга Серегин убрал от лица мощный морской бинокль и совершенно спокойно ответил:

- Да вы правы, однако мы еще должны зайти в Датч-Харбор на Алеутских островах, а это мне очень и очень не нравится.

- Это еще почему?

- Просто какое-то предчувствие нехорошее, хотя от нас лишь требуется произвести разведку в данном регионе и, выходить за пределы Берингова моря мы не будем, - ответил командир.

- Да там можно запросто нарваться на крупные боевые корабли противника, тем более что как сообщает разведка американцы стали вести себя довольно активно в северной части Тихого океана и с наши наблюдатели с острова Кадьяк сообщают, что уже несколько раз видели на горизонте какие-то подозрительные силуэты, - тут же последовало со стороны старшего офицера крейсера

- Вот и я о том же, как бы адмирал Клэри не отправил бы в Берингово море свои крейсера…

- Хм, а что им там делать? – переспросил капитан-лейтенант Кожевников, после чего он глубоко вздохнул и уже более прагматично добавил: - Сейчас льдами покрыта вся северная часть Берингова моря и наши транспорты идут на Аляску с помощью ледоколов, так что крупным боевым кораблям туда хода просто нет.

- Согласен, и, тем не менее, следует быть настороже, так что передайте на пост РЛС, чтобы были предельно внимательны, - строго произнес капитан первого ранга Серегин, на что старший офицер снова глубоко вздохнул и кратко ответил:

- Хорошо…

Ну а легкий крейсер «Светлана» тем временем быстро бежал, рассекая ледяные воды Берингова моря и, уже спустя пару суток оказался в водах Бристольского залива, которые как ни странно, но уже практически полностью освободились ото льда.

- Хм, однако, однако, если так и дальше пойдет то вскоре наши транспортные суда смогут подойти к американскому берегу, ибо льды в этом году довольно-таки рано стали отступать на север, - самым серьезным тоном произнес командир крейсера «Светлана» находясь, как и положено на левом крыле ходового мостика с большим морским биноклем в руках.

- Да действительно, и плавающих льдов мало, ну что поворачиваем на юг, к полуострову Аляска? – тут же последовало со стороны старшего офицера, на что со стороны капитана Серегина тут же последовал следующий ответ:

- Да, так и поступим, пройдем вдоль кромки льда, только надо быть предельно острожными, ибо еще не хватало нам напороться на какую-нибудь плавающую глыбу…

И крейсер «Светлана» стал крайне осторожно и, медленно лавируя между большими плавающими льдинами продвигаться четырнадцати узловым ходом в южном направлении. И все бы было так хорошо, однако буквально спустя час после данного разговора из радиолокационной рубки прибежал встревоженный матрос и немного взволнованным голосом быстро доложил:

- Товарищ командир! На экране локатора появилось три надводные цели!

- Только этого нам не хватало! И как они далеко от нас? – тут же последовало со стороны командира.

- Когда их засекли, они находились примерно в тридцати пяти милях от нас на юго-запад, двигаясь курсом на северо-восток.

- Так значит, старший офицер, увеличить скорость до двадцати узлов, курс на юго-запад, немедленно играйте боевую тревогу и будем надеяться, что это караван грузовых судов из Датч-Харбора, а не крейсера вице-адмирала Клэри! – громко распорядился капитан первого ранга Серегин и практически в этот же момент громко зазвучали ревуны боевой тревоги.

В общем, что тут и сказать, но советский крейсер быстро устремился навстречу возможному противнику и, буквально через пару часов стало абсолютно ясно, что это вовсе не транспортные суда, а самые что ни на есть настоящие и хорошо вооруженные боевые корабли американского флота.

- Итак, вижу на горизонте тяжелый крейсер «Анкоридж» и легкие крейсера «Винсенс» и «Пасадена»! – громко доложил матрос-наблюдатель, который, как и положено находился на крыше ходовой рубки.

- Так и откуда же они здесь взялись? Как они попали в Берингово море? – задала вопрос старший офицер крейсера Петр Николаевич Кожевников.

- Да это действительно странно, думаю, что они проникли сюда через проливы, что к западу от Лисьих остров, однако, тем не менее, а бой принимать надо, ибо противник уже отрезал нам путь на запад, и распорядитесь, чтобы передали в штаб флота, что в Беринговом море действуют крейсера противника, - тут же последовало со стороны командира Серегина ну а тем временем корабли противоборствующих сторон продолжали быстро сближаться.

- Господин адмирал, - произнес примерно в это же время, дежурный офицер, обращаясь к командующему вышеуказанным крейсерским отрядом американского флота контр-адмиралу Самюэлю Уиллису, - перед нами русский крейсер «Светлана», что прикажите делать?

- Идем не сближение полным ходом и передайте на легкие крейсера, чтобы они заходили на него с запада! Надо отрезать русским путь к отступлению! – тут же последовало со стороны командующего.

- Хорошо, но адмирал, русские вышли в прямой эфир, и скоро здесь появятся их самолеты!

- Ничего, через пару часов все будет кончено, ибо у нас три крейсера против одного!

- Да, но возможно в этом районе есть и другие русские корабли?

- Если бы они были здесь, то мы бы уже об этом знали, а пока что у нас всего лишь одна задача: уничтожить этот русский корабль…

Ну а тем временем далеко, далеко за несколько тысяч миль от берегов Аляски в штабе Северо-Восточной оперативной группой Тихоокеанского флота в Петропавловске-Камчатском в кабинете начальника штаба контр-адмирала Ивана Алексеевича Кононенко произошел примерно такой же разговор между ним и командующим 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмиралом Леонидом Федоровичем Игнатьевым:

- Леонид Федорович, только что получено сообщение, что находящийся в Бристольском заливе легкий крейсер «Светлана» встретился с тремя американскими крейсерами, - первым произнес контр-адмирал Кононенко.

- Да, мне тоже только что сообщили, - тут же последовал ответ со стороны командующего эскадрой, - однако возникает вопрос: откуда они там взялись, ибо ни разведка флота, ни внешняя разведка КГБ об этом не докладывала?

- Скорее всего, они проникли в акваторию Берингова моря через один из западных проливов между Алеутскими островами, тем не менее, и что нам теперь делать? – высказал предположение и задал всех мучавший вопрос начальник штаба, после чего оба адмирала склонились над разложенной на большом столе картой и спустя некоторое время со стороны вице-адмирала Игнатьева последовало:

- Надо передать капитану Серегину, чтобы он прорывался в сторону Датч-Харбора, ну а оттуда следует поднять ему на помощь авиацию.

- Да, но там всего одна эскадрилья бомбардировщиков и две эскадрильи истребителей, ну а остальное там составляет транспортная и разведывательная авиация.

- Все равно пусть поднимают все разведывательные самолеты и бомбардировщики, а также надо вывести из гавани Датч-Харбора два находящихся там эскадренных миноносца. Пусть они немедленно идут полным ходом в район встречи крейсеров, - тут же добавил к вышесказанному адмирал Игнатьев.

Ну а тем временем расстояние между крейсером «Светлана» и американскими кораблями достигло тринадцати миль (около двадцати километров) и американский командующий контр-адмирал Уиллис приказал открыть огонь. В общем, что тут и сказать, но практически в этот же момент, или если говорить более точно в 14.07 двадцать пятого марта тысяче шестьдесят второго года восьми дюймовые орудий главного калибра тяжелого крейсера «Анкоридж» извергли из своих стволов тяжелые ста двадцати миллиметровые бронебойные снаряды в сторону русского крейсера. И вот тут-то и следует сказать, но именно в этот момент неравное сражение в Бристольском заливе Берингова моря и началось:

14.09 артиллеристы русского крейсера открывают ответный огонь.

14.15 в бой вступают два легких американских крейсера.

14.27 американцы добиваются первого накрытия и их снаряды падают всего в двадцати метрах от крейсера «Светлана»

14.31 первый шести дюймовый снаряд с американского крейсера «Пасадена» попадает в борт русского корабля, пробивая борт в районе носовой части и взрывается, внутри уничтожив несколько внутренних помещений.

14.37 ответный снаряд с крейсера «Светлана» попадает в носовую надстройку американского легкого крейсера «Винсенс» и уничтожает находящуюся в ней радиорубку.

14.39 артиллеристы тяжелого крейсера «Анкоридж» добиваются первого попадания и, тяжелый восьми дюймовый бронебойный снаряд пробивает броневой пояс и внутренний скос броневой палубы в районе второй дымовой трубы и выводит из строя один из котлов. В результате чего скорость русского крейсера падает до двадцати восьми узлов и американцы, пользуясь преимуществом в скорости, быстро идут на сближение.

14.42 сразу три советских бронебойных снаряда бьют в корпус крейсера «Винсенс», пробивая при этом ста двадцати семи миллиметровый бронепояс прямо под кормовой надстройкой и, выводят из строя кормовую возвышенную башню главного калибра, а также два элеватора подачи снарядов к орудиям среднего калибра. При этом на американском корабле возникает сильный пожар.

14.48 сразу два бронебойных восьми дюймовых снаряда с крейсера «Анкоридж» пробивают внешнюю и внутреннею защиту русского корабля и выводят из строя правый турбозубчатый агрегат при этом скорость корабля сразу же падает до пятнадцати узлов, что приводит к тому что «Светлана» теперь становится легкой добычей для американских крейсеров. Кроме этого третий восьми дюймовый бронебойный американский снаряд пробивает навылет барбет кормового возвышенного орудия и выводит из строя находящийся в нем механизм подачи снарядов к ста пятидесяти двух миллиметровым орудиям.

15.00 американские крейсера приближаются к тяжело поврежденному русскому кораблю на дистанцию в сорок кабельтовых и начинают его расстреливать практически в упор. При этом тяжелые снаряды начинают попадать в «Светлану» практически каждую минуту и наносят советскому крейсеру тяжелейшие повреждения.

15.04 советские моряки делают по врагу залп из обоих торпедных аппаратов, однако противник успешно маневрирует, и торпеды проходят мимо.

15.07 в результате прямого попадания американского снаряда выходит из строя носовая башня главного калибра.

15.09 крейсер «Светлана» получает сразу три снаряда ниже ватерлинии, в результате чего отсеки по правому борту заполняются водой и корабль получает крен в пятнадцать градусов.

15.11 командир русского крейсера выдает в эфир последнюю радиограмму: «Погибаю, но не сдаюсь…» с координатами нахождения корабля. После чего связь с ним прерывается.

15.16 прямым попаданием снесена передняя фок-мачта со всеми локаторами и системами.

15.18 выходит из строя вторая носовая башня русского крейсера.

15.20 командир крейсера «Светлана» приказывает открыть кингстоны и покинуть корабль. Тем не менее, американцы продолжают расстреливать погибающий русский крейсер.

15.35 объятый огнем крейсер «Светлана» опрокидывается на правый борт и быстро погружается в воду в ста сорока милях от северного побережья полуострова Аляска.

15.40 советский корабль скрывается в водах Берингова моря, американцы поднимают из воды двенадцать русских моряков во главе со старшим офицером капитан-лейтенантом Петром Николаевичем Кожевниковым. После чего крейсера контр-адмирала Самуэля Уиллиса полным ходом уходят на юго-запад в сторону пролива Самалга (Алеутские острова).

15.55 над местом только что закончившегося сражения появляются советские самолеты-разведчики и бомбардировщики.

16.15 десять советских пикирующих бомбардировщиков атакуют уходящие с максимальной скоростью на юго-запад крейсера контр-адмирала Уиллиса, при этом они добиваются одного попадания в легкий крейсер «Пасадена» при котором двухсот пятидесяти килограммовая бронебойная бомба пробивает верхнюю палубу в носовой части корабля и взрывается, внутри нанеся крейсеру существенные повреждения.

В общем, на этом данная атака и заканчивается и спустя сутки американские крейсера успешно проходят через пролив Самалга в Тихий океан, поворачивают на восток и уходят к своим берегам, но вернемся немного назад, ибо к вечеру этого же дня на место гибели легкого крейсера «Светлана» приходят вышедшие из Датч-Харбора эскадренные миноносцы «Свободный» и «Сердитый» которые вытаскивают из ледяной воды небольшой спасательный плот, на котором оказываются чудом выжившие и не замеченные американцами два матроса. Кроме этого они подбирают также с воды около десятка тел погибших советских моряков, после чего еще в течение нескольких часов обследуют воды Берингова моря и лишь с наступлением темноты уходят на базу.

Таким образом, двадцать пятое марта тысяче девятьсот шестьдесят второго года стало тем самым днем, когда военно-морской флот Советского Союза потерял в результате прямого артиллерийского сражения первый крупный боевой корабль. Тем не менее, произошедшее отнюдь не особо сказалось на боевых действиях 2й Тихоокеанской эскадры и благодаря показаниям двух чудом выживших в ледяной воде Берингова моря матросов удалось с мельчайшими подробностями выяснить весь ход этих трагических событий. Что же касается попавших в американский плен двенадцати советских моряков во главе со старшим офицером крейсера капитан-лейтенантом Петром Николаевичем Кожевниковым то тут следует сказать, что американцы обращались с ними довольно-таки достойно и вскоре они оказались в небольшом лагере для военнопленных расположенном вблизи населенного пункта Ситка на острове Баранова, что находится в архипелаге Александра и вот тут-то и стоит сказать о том, что их плен оказался достаточно недолгим, ибо уже летом шестьдесят второго года флот и вооруженные силы провели масштабную операцию по освобождению этой пока что остающейся под контролем американцев небольшой части штата Аляска.

4. Апрельское таянье льда (Часть 1).

Однако что тут и сказать, но как оказалось это была отнюдь не единственная потеря советского флота в эти весенние дни, ибо уже десятого апреля тысяче девятьсот шестьдесят второго года вышедший за несколько дней до этой даты из Авачинской бухты на Камчатке крейсер-минный заградитель советского флота «Снег» прибыл в расположенную на острове Уланашка (Алеутские острова) гавань находящегося под контролем Советского Союза небольшого, но довольно важного поселка Датч-Харбор. И вот тут то и следует сказать об этом небольшом корабле более подробно:

В обще то крейсер-минный заградитель «Снег» относился к принципиально новому классу боевых кораблей, который появился в советском флоте всего десять лет назад. При водоизмещении в четыре тысячи пятьсот тонн он развивал максимальную скорость в тридцать четыре узла и мог пройти семнадцати узловым экономическим ходом около пяти тысяч миль. Бронирование на этом корабле было в основном противоосколочное, однако наиболее важные механизмы, котлы и погреба боезапаса были прикрыты внутренней броневой палубой карапасного типа с толщиной броневых листов на скосах в шестьдесят миллиметров и пятьдесят миллиметров в горизонтальной части. Тем не менее, но вооружение этот довольно-таки небольшой кораблик имел достаточно внушительное, и оно состояло из восьми ста тридцати миллиметровых орудий в четырех двух орудийных башнях расположенных по линейно возвышенной схеме в носовой и кормовой части корабля, четырех ста миллиметровых универсальных орудий расположенных по обоим бортам крейсера, а также довольно мощного зенитного вооружения состоящего из восьми тридцати семи и восьми двадцати трех миллиметровых зенитных автоматов. Однако самым главным в нем было то, что этот небольшой кораблик мог брать на борт (то есть на специальную внутреннею и верхнюю палубы) до трехсот пятидесяти якорных морских мин, ну или также довольно значительное количество донных электромагнитных или акустических подводных минных зарядов.

Однако вернемся в десятое апреля тысяче девятьсот шестьдесят второго года когда «Снег» с полным запасом подводной смерти зашел в гавань Датч-Харбора чтобы уже на следующий день отправиться в северную часть Тихого океана чтобы выставить имеющиеся на его борту мины у западного побережья полуострова Кенай (залив Аляска) чтобы предотвратить приближение к нему кораблей американского флота. И все бы было так просто и хорошо, однако именно в этот день к югу от пролива Унимак (что немного к северо-востоку от острова Уланашка) заняла позицию американская подводная лодка «Альбакор» типа «Поларис» под командованием лейтенант-коммандера Саймана Фрэнка.

И вот ранним утром следующего дня «Снег» в сопровождении двух эскадренных миноносцев покинул гавань Датч-Харбора и, уже буквально через несколько часов оказался в проливе Унимак, следуя курсом в сторону северо-восточной части Тихого океана. И все бы было так просто и хорошо, но примерно в 16.05 от гидроакустика «Альбокора» последовало следующее сообщение:

- Слышу шумы трех быстроходных кораблей! Дистанция тридцать кабельтовых, курс юго-восток!

- Внимание! Боевая тревога! Поднять перископ! – тут же последовало со стороны Саймана Фрэнка, и шум ног его подчиненных нарушил тишину слабо освещаемых и мокрых отсеков подводной лодки. Тем не менее, а вскоре перископ оказался над водой и командир «Альбакора» прильнув глазами к обрезиненной панораме, стал внимательно осматривать горизонт.

- Джон, Джон! Посмотрите сами! Что это за корабль в сопровождении двух эскадренных миноносцев? – совершенно неожиданно обратился Сайман Фрэнк к своему старшему помощнику и тут же уступил ему место у перископа.

- Хм, вижу два русских эскадренных миноносца, а там…, там…, - произнес старший помощник Джон Уивер, - там я думаю это легкий русский крейсер «Снег», ибо у них во флоте всего лишь один корабль таких размеров и тоннажа.

- Что же может, рискнем? – вдруг с явным задором произнес Сайман Фрэнк.

- Можно, но с ним два русских эсминца, а это очень и очень опасно, - тут же последовало со стороны Джона Уивера.

- Ладно, первый, второй, третий, четвертый торпедные аппараты товсь! Внимание, торпедная атака! Курс шестьдесят! – уже более уверенным голосом скомандовал лейтенант-коммандер после чего рассекая холодные воды пролива Унимак субмарина «Альбакор» начала маневрирование.

В общем, что тут и сказать, но за эти несколько минут пока американская подводная лодка выходила в позицию для торпедной стрельбы, её командир еще два раза поднимал перископ и вот примерно в 16.35 советский крейсер оказался в точке торпедного залпа, и в этот момент раздалась хорошо знакомая команда:

- Торпедные аппараты пли!

После чего с интервалом в несколько секунд из передних труб «Альбакора» как и принято, в американском флоте веером, с шипением сжатого воздуха вышли смертоносные сигары торпед. Что же касается Саймана Фрэнка и его помощника Джона Уивера то они, прислонившись к холодной переборке главного отсека субмарины с явным нетерпением стали взирать на монотонно идущую стрелку секундомера.

- Десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать, четырнадцать…, - вдруг вслед за показаниями хронометра стал считать пройденные секунды командир «Альбакора» и тут вдруг совершенно неожиданно лодку сильно тряхнуло, и раздался страшный грохот.

- Дьявол! А это еще что такое!? – с явным удивлением воскликнул Сайман Фрэнк и тут же быстро скомандовал: - Поднять перископ!

- Командир! Но это может быть очень опасно! – попытался остановить его старший помощник Джон Уивер однако, тем не менее, а покрытая маслом труба перископа быстро заскользила вверх и прильнувший к панораме лейтенант-коммандер после нескольких минут очень и очень удивленно произнес:

- Ого, вот это да! Посмотрите сами Уивер!

После чего он уступил место у перископа старшему помощнику и тот глянув у панораму увидел огромное черное облако взрыва и маневрирующие около него русские эскадренные миноносцы.

- Надо сматываться командир! А не то сейчас нас накроют бомбами!

- Убрать перископ! Глубина погружения пятьдесят метров! Тихий ход! Курс юго-восток! – последовало дальнейшие команды и «Альбакор» так и, оставшись безнаказанным рассекая холодные воды, медленно стал удаляться от места трагедии.

Ну и а что касается того что произошло на поверхности то там одна из торпед выпущенных американскими подводниками попала прямо в кормовую часть советского крейсера при этом тут же сдетонировали находившиеся на нем мины которые просто на просто разнесли примерно половину этого небольшого корабля в куски. Что же касается носовой части, то она еще где-то с полминуты сохраняла плавучесть, после чего резко поднялась вертикально и быстро скрылась под поверхностью воды, что и сумел запечатлеть в перископ этот довольно-таки удачливый командир субмарины флота Соединенных Штатов.

В общем, что тут и сказать, но ужасная гибель «Снега» произвела на советских моряков довольно удручающее впечатление и два сопровождавших его эсминца сумели вытащить из ледяной апрельской воды всего на всего шесть человек из более чем четырехсотенной команды погибшего крейсера-минного заградителя.

Таки образом советский Тихоокеанский флот всего за пару недель лишился двух боевых кораблей из своего основного состава, и как сказал вице-адмирал Игнатьев это отнюдь не случайное стечение обстоятельств, и самая настоящая удача флота противника.

…

- Товарищи, ситуация очень и очень непростая, - начал свое выступление командующий 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирал Леонид Федорович Игнатьев на совещании в штабе Северо-восточного оперативного района в Петропавловске-Камчатском, - за две недели мы потеряли два боевых корабля и это говорит о том, что американский флот начал проводить активные действия в подконтрольных нам водах, при этом совершенно недавно мы получили информацию из управления внешней разведки КГБ о том, что командование 2го соединения флота Соединенных Штатов планирует атаковать и провести несколько достаточно крупных десантных операций в районе Датч-Харбора на Алеутских островах, острова Кадьяк и полуострова Кенай в заливе Аляска. И если это им удастся, то тогда все наши планы по захвату архипелага Александра и юго-восточного побережья Аляски в летнюю кампанию шестьдесят второго года просто будут не осуществимы. Итак, прошу вас высказываться по существу, прошу сначала высказаться вам товарищ контр-адмирал?

И тут согласно просьбе командующего первым взял слово начальник штаба Северо-восточного оперативного района контр-адмирал Иван Алексеевич Кононенко который, как и положено встал из-за стола подошел к висевшей на стене большой карте и взяв в руки указку довольно-таки серьезно заговорил:

- Товарищи на сегодняшний день между нашей главной базой на Чукотке и портами Ном, Стеббинс и Котлик в заливе Нортона на западном побережье Аляски практически каждые сутки проходит по каравану транспортных судов, при этом здесь также следует сказать, что в настоящее время проводкой этих конвоев через льды занимаются четыре вооруженных линейных ледокола, однако в этом году потепление в данном регионе наступило довольно-таки рано и согласно расчетам уже к первому мая вся акватория Берингова моря должна освободиться ото льда, что как вы понимаете, дает доступ подводным лодкам противника к путям прохождения наших транспортных судов. Поэтому штаб Северо-восточного оперативного района планирует как только позволит ледовая обстановка направить туда дополнительные легкие силы флота в количестве порядка десяти сторожевых кораблей и десяти морских охотников которые вкупе с десятком сторожевиков пограничной охраны займутся проводкой наших транспортных судов. Однако скажу вам прямо, хоть это вполне и серьезные силы они никак не смогут противостоять крупным боевым кораблям противника, если они вдруг появятся в этой части Берингова моря.

Кроме этого я также считаю должным довести до вашего сведения что теперь, в связи с присоединением юго-западной территории Аляски, а также полуострова Аляска и Алеутских островов нам понадобятся дополнительные силы, чтобы наладить транспортное сообщение с расположенными там населенными пунктами, а также с южной частью Аляски, где находятся залив Кука, полуостров Кенай и остров Кадьяк. Так что сами понимаете товарищи, для обеспечения сообщения между этими довольно-таки сильно удаленными районами нам могут потребоваться очень и очень большие силы. В общем вот так как-то…

Тут контр-адмирал замолчал и, со стороны вице-адмирала Игнатьева тут же последовало следующее:

- Сколько вообще мы можем задействовать малых кораблей для решения всех тех проблем, что только что изложил адмирал Кононенко?

- Сейчас в нашем распоряжении шестнадцать сторожевых кораблей типа «Кореец», шестнадцать морских охотников и четырнадцать торпедных катеров, да еще у пограничников восемнадцать сторожевых кораблей типа «Манджур», но прошу вас не забывать, что мы еще должны также обеспечить прикрытие нашей авианосной группы, если она выйдет в море, - тут же последовал ответ со стороны командующего легкими и вспомогательными силами флота контр-адмирала Павла Иосифовича Брезгина.

- Да хоть силы вроде бы и большие, но, тем не менее, на такой огромный район их явно недостаточно, да и эсминцев у нас немного и они потребуются флоту в решающем сражении, так что же товарищи, какие еще будут предложения? – явно озабоченным тоном задал вопрос адмирал Игнатьев.

- А что если попросить помощи во Владивостоке, тем более что у них достаточно внушительное количество легких сил, - тут же последовало предложение со стороны младшего флагмана эскадры контр-адмирала Николай Ивановича Мокова.

- Хорошо, так и поступим, хотя если честно они сейчас заняты переброской войск и грузов на Хоккайдо, да к тому же держат под контролем Сахалин и Курильскую гряду, - покачав головой, произнес Леонид Федорович Игнатьев, после чего уже более строгим тоном от него последовало следующее: - Ну а теперь давайте товарищи поговорим насчет предстоящей летней кампании, ибо перед нами стоит задача по нейтрализации 2го соединения американского флота, а также проведение десантной операции на архипелаг Александра и юго-западную часть Аляски, где все еще пока хозяйничают американцы. Сначала слово вам товарищ Моков, - обратился командующий к своему младшему флагману который сразу же встал из-за стола и раскрыв перед собой черную кожаную папку тут же заговорил:

- Прежде всего, хочу сообщить вам товарищи, что на данный момент 2е соединение вице-адмирала Клэри превосходит нашу эскадру по количеству линейных кораблей, причем здесь также стоит сказать особо о том, что их калибр гораздо крупнее и вес бортового залпа гораздо больше. Однако мы имеем значительный перевес по линейным и тяжелым и легким крейсерам, а также по калибру их орудий и количеству стволов. Тем не менее, но командование считает, что вступать в прямой артиллерийский бой нам не следует и поэтому единственным вариантом выиграть генеральное сражение для нас будет разбить соединение противника по частям…

Тут после этих слов младшего флагмана в кабинете возник своеобразный шум, ибо никто просто не понимал, что имеет в виду контр-адмирал, тем не менее, вице-адмирал Игнатьев тут же призвал всех к соблюдению тишины и попросил своего младшего флагмана продолжить:

- Что же касается авиации, то у нас имеется в наличии три авианесущих крейсера, а это девяносто семь бомбардировщиков и сто двадцать восемь истребителей против трех имеющихся ударных авианосцев неприятеля, что составляет в сумме восемьдесят бомбардировщиков-торпедоносцев и сто истребителей. В общем, что касается палубной авиации то силы обоих противоборствующих сторон примерно можно считать одинаковыми. Ну и что касается эсминцев то здесь против наших четырех лидеров и четырнадцати эскадренных миноносцев противник может выставить шестнадцать эсминцев и шесть фрегатов.

Тут контр-адмирал Николай Иванович Моков закончил свой доклад, и слово снова взял вице-адмирал Игнатьев:

- Ну, так что товарищи, вы все прекрасно слышали, так что прошу высказываться по существу.

- Товарищи все вроде бы более менее ясно, но только возникает вопрос, как нам выманить вражеский флот из их базы и разбить его по частям? – задал всех волнующий вопрос, командующий 1м крейсерским отрядом контр-адмирал Владимир Васильевич Михайлин.

- Да вступать в прямое боестолкновение с американцами нам не с руки, тем более что у них теперь есть пятый линкор с восемнадцати дюймовыми орудиями, - добавил к его словам командующий 2м крейсерским отрядом контр-адмирал Григорий Григорьевич Олейник.

- Я думаю, что нам надо попросить помощи у армии, пусть они блокируют Якутат с суши и тогда адмирал Клэри будет вынужден отступить дальше на юг, в Джуно или Ситку, - последовало тут предложение со стороны командующего авианосной группой контр-адмирала Степана Георгиевича Следова.

- Это конечно дельное предложение, но товарищи взгляните на карту Якутат как вся юго-восточная часть Аляски отделены от основной территории горным хребтом, что довольно-таки сильно затрудняет переброску туда наших сухопутных сил и тяжелого вооружения, кроме этого американцы соорудили там несколько достаточно мощных оборонительных линий, так что единственный выход это блокировать Якутат с моря и высадить южнее его крупный морской десант, - тут же последовало пояснение со стороны контр-адмирала Мокова.

- Да товарищи, сейчас вся ответственность за успешную летнюю кампанию ложится на флот, то есть на нас, и кроме того вы не забывайте что летом начнется сражение на Хоккайдо и нам следовало бы помочь нашим товарищам из Владивостока, - тут же добавил к вышесказанному вице-адмирал Игнатьев.

- Что же тогда остается всего лишь один ход, надо атаковать противника прямо в гавани Якутата, и тогда преимущество будет на нашей стороне, - последовало предложение со стороны командующего авианосной группой контр-адмирала Степана Георгиевича Следова.

- Да я тоже склоняюсь именно к этому варианту и думаю что нам следует провести эту операцию в самом начале мая, до того как начнется летняя кампания на севере Японского архипелага, да и десантную операцию можно будет начать в это же время, - согласился со своим подчиненным командующий эскадрой.

- Что же на этом и остановимся, да сопутствует нам хорошая погода, - добавил к его словам начальник штаба Северо-восточного оперативного района, после чего стали разбирать второстепенные вопросы ну а само совещание закончилось лишь, когда солнце уже практически склонилось к горизонту.

…

Таким образом, как и говорилось несколько выше командованием 2й Тихоокеанской эскадры было принято решение о проведении в начале мая тысяче девятьсот шестьдесят второго года масштабной военной операции по нейтрализации находящегося в бухте Якутата 2го соединения американского флота, которая в дальнейшем должна была развиться в крупный десант на пока что остающиеся под контролем Соединенных штатов острова архипелага Александра и узкую полоску побережья на юго-востоке Аляски или даже если более правильно сказать западное побережье Канады. При этом для осуществления данной десантной операции решено было привлечь все имеющиеся в распоряжении советского командования двадцать специализированных десантных судов типа «Дельта» и «Дельта-М», на которых могло разместиться порядка пяти тысяч морских пехотинцев, а также значительно количество плавающих танков ПТ-76, легких полевых орудий и также боеприпасы, и прочее, прочее, прочее. В общем, что тут и сказать, но это была лишь первая волна десанта и она должна была под прикрытием орудий кораблей 2й Тихоокеанской эскадры высадиться на нескольких наиболее крупных островах архипелага Александра и захватить находящиеся там небольшие населенные пункты, после чего туда должны были пришвартоваться уже более крупные транспортные суда со вторым эшелоном сил вторжения состоящих из военнослужащих сухопутных сил, а также более серьезной бронетехники, полевых орудий и всего необходимо для дальнейшего вторжения на остальные острова и континентальную юго-восточную узкую полоску земли. Кроме этого для наилучшего продвижения сил вторжения через узкие и извилистые проливы между островами было решено задействовать для этого почти, что все имеющиеся в наличии малые корабли советского флота, а именно четырнадцать торпедных катеров, двадцать пять тральщиков, четыре вспомогательных судна и два имеющихся в наличии минных заградителя.

В общем, что тут и сказать, но подготовка к этой операции началась еще в середине апреля и как говориться пошла полным ходом.

5. Апрельское таянье льда (Часть 2).

Старый советский пароход «Красный пролетарий» как и было, приказано в управлении Дальневосточного пароходства пришвартовался к стенке военного порта Владивосток ровно в шесть часов вечера двадцатого апреля тысяче девятьсот шестьдесят второго года, при этом здесь также следует сказать о том, что его корпус и надстройки светились явно свежей краской, а старые паровые машины только что прошли капитальный ремонт и на этот раз стучали гораздо тише и равномерней.

- Капитан, и что это нас под вечер поставили под погрузку? – задал вопрос старший помощник, на что капитан парохода Василий Соколов, на груди которого уже светились два боевых ордена самым строгим и даже немного суровым голосом ответил:

- Не знаю, но в пароходстве сказали, что мы поступаем в полное распоряжение военного флота, ну а куда нас теперь понесет, нам скажут позднее.

И едва капитан сказал эти слова, как к пирсу подкатили два грузовых автомобиля, из которых тут же посыпались солдаты внутренних войск, которые буквально за пару минут полностью оцепили причал, по которому очень и очень медленно покатились двигающиеся за счет небольшого маневрового тепловоза две железнодорожные платформы с какими-то очень и очень большими ящиками.

- Ага, а вот похоже и наш груз и, по всей видимости, на этот раз мы поплывем с чем то очень и очень серьезным…, - негромко произнес Василий Соколов ну а что касается боцмана и старшего помощника то они тут же спустились по трапу на палубу, чтобы заняться приемкой и закреплением вышеуказанных обшитых железными пластинами ящиков.

Однако не успела погрузка еще, и начаться как на палубу «Красного пролетария» поднялась прибывшая к пирсу на нескольких легковых автомобилях довольно представительная делегация, в состав которой входило двое военных моряков в звании капитана второго ранга и капитана-лейтенанта, двое сотрудников военной контрразведки, а также трое людей в штатском которые своим внешним видом, скорее всего, походили на каких-то очень и очень важных ученых, причем для них было решено предоставить наиболее лучшие жилые помещения в пассажирской части корабля.

- Так как я вижу у вас, и вооружение имеется! – громко произнес один из сотрудников военной контрразведки внимательно осмотрев находящиеся на носу и корме корабля две семидесяти шести миллиметровые пушки и установленные на крыльях мостика и верхней палубе четыре пулемета ДШК.

- Да и если честно нам его уже несколько раз приходилось применять, - тут же последовал ответ со стороны капитана.

- Неплохо, ну а пока что давайте займемся погрузкой и закреплением груза, - кратко констатировал находящийся тут капитан второго ранга, после чего вышеуказанные ящики стали перемещаться в носовой и кормовой грузовые трюмы «Красного пролетария» с помощью находящегося тут же на пирсе огромного портового крана, при этом занимающиеся погрузкой портовые рабочие действовали так быстро и умело что уже буквально через час весь груз был погружен и, как и положено, намертво закреплен с помощью крепких стальных тросов и натяжных устройств.

- Ну, вот вроде и все, а теперь вперед в море, и пока что до пролива Лаперуза нас будет сопровождать сторожевой корабль, - тут же последовало со стороны флотского, на что капитан парохода Василий Соколов самым серьезным образом спросил:

- А каков вообще пункт назначения?

- Петропавловск-Камчатский, бывали там? – ответил капитан второго ранга, на что со стороны Василия Соколова тут же последовало:

- Конечно, а вообще то мы ходили и гораздо дальше и в Анадырь и даже не так давно Датч-Харбор навещали.

- Отлично, - только и последовало в ответ.

…

А в это время за многие тысячи миль от Владивостока в кают-компании флагманского линкора «Мэн» состоялось довольно-таки серьезное и даже солидное совещание, на котором кроме командующего 2м соединением американского Тихоокеанского флота вице-адмирала Бенджамина Клэри присутствовали прилетевшие ради этого из Оаху начальник штаба Тихоокеанского флота вице-адмирал Томас Мурер и прибывшие из континентальной части Соединенных Штатов начальник штаба ВМС адмирал Ленц Гордон и начальник разведки флота вице-адмирал Роберт Пиллоси между которыми возле разложенной на большом полированном столе картой северной части Тихого океана состоялся следующий и довольно серьезный разговор:

- Итак, уважаемые господа, я хочу вам сообщить, что начало операции «Грозная сила», то есть наше наступление на юге Хоккайдо намечено на первое июня, так что, как и планировалось ранее мы намерены провести высадку наших десантных сил на Алеутские острова, остров Кадьяк и полуостров Кенай примерно в конце мая, и эту второстепенную операцию мы намерены назвать «Полет ястреба», - начал вышеуказанное совещание начальник штаба Тихоокеанского флота вице-адмирал Томас Мурер, итак прошу вас высказываться по существу господа.

И тут, как и положено главному действующему лицу слово взял командующий 2м соединением вице-адмирал Клэри:

- Господа хочу вам сообщить, что практически все корабли вверенного мне соединения закончили все ремонтные работы и сейчас находятся в полной готовности к выходу в море. Кроме этого в предстоящей десантной операции мы планируем задействовать имеющиеся в нашем распоряжении пять специализированных десантных кораблей и восемь войсковых транспортов, на которых должны разместиться порядка восьми тысяч человек с полным вооружением, техникой и всеми сопутствующими грузами.

В общем, согласно разработанному штабом флота плану наши десантные силы под прикрытием боевых кораблей флота выдвинуться к трем указанным участкам десантирования тремя ударными группами, и под прикрытием корабельных орудий и палубной авиации они произведут десантирование на берег. Также в качестве прикрытия этой высадки и обеспечения беспрепятственного подхода кораблей к берегу мы задействовали в данной операции дюжину тральщиков, и пять вспомогательных судов.

Тут адмирал Клэри замолчал и со стороны начальника штаба ВМС Соединенных Штатов адмирала Ленца Гордона последовал следующий вопрос:

- Каковы ваши действия, если эскадра русских выйдет в северную часть Тихого океана и постарается оказать противодействие нашему десанту?

- Тогда мы намерены вступить с ними в прямое боестолкновение, при этом перевес в крупных боевых кораблях как вы знаете, будет на нашей стороне, - тут же ответил на него командующий 2м соединением.

- Да, линкор «Джорджия» является для вашего соединения хорошим подспорьем, тем более что и калибр наших орудий значительно больше, чем у русских, - явно довольным тоном последовало со стороны Томаса Мурена и тут, совершенно неожиданно заговорил молчавший до этого начальник разведки флота Соединенных Штатов вице-адмирал Роберт Пиллоси:

- Господа, все это конечно очень и очень прекрасно но я хочу вам сообщить что русские также планируют провести десантную операцию в районе архипелага Александра и всего два дня назад я беседовал с людьми из Центрального разведывательного управления и они сообщили мне что по их сведениям Советы начнут эту операцию не ранее июля когда ситуация вокруг Хоккайдо уже станет более менее ясной, однако, как вы знаете доверять ЦРУ отнюдь нельзя, ибо они уже не раз давали нам неточную информацию. Так что господа надо быть готовым к тому, что русские могут в любой момент предоставить нам неожиданный сюрприз.

- Да, да, господа, начальник разведки флота здесь абсолютно прав, так что думаю нам следует подключить к этому вопросу разведку флота и высадить несколько разведывательных групп на полуострове Кенай чтобы они внимательно присматривали за всем тем что там творится, - добавил к вышесказанному адмирал Гордон.

- Хорошо, я немедленно распоряжусь, чтобы наш разведывательный отдел подготовил три четыре группы по пять-шесть человек и подводники доставили их к оккупированным русскими берегам, - согласился с вышесказанным командующий 2м соединением вице-адмирал Бенджамин Клэри.

- Что же с этим более менее ясно, однако что нам делать с русскими транспортами, что круглый год курсируют между Чукоткой и Аляской, тем более что Берингово море скоро освободится ото льда? – задал вопрос начальник штаба Тихоокеанского флота вице-адмирал Томас Мурер.

- Да неплохо бы и там насолить русским, я думаю что как только позволит ледовая обстановка туда следует послать несколько подводных лодок, ну а там посмотрим, если нам удастся нейтрализовать или даже разгромить советский флот то судьба Аляски будет практически решена в нашу пользу, - последовало со стороны адмирала Гордона, после чего адмиралы перешли к менее важным вопросам и лишь к вечеру все уселись за стол чтобы утолить накопившийся за этот плодотворный день голод.

…

Ну а именно в это же время американская подводная лодка «Альбакор» рассекала в подводном положении воды северной части Тихого океана, направляясь к наиболее богатому на судоходство Четвертому курильскому проливу, где её командир лейтенант-коммандер Сайман Фрэнк, как и положено опытному подводнику рассчитывал на какую-нибудь достаточно легкую и серьезную добычу.

- Ну что командир, как всегда займем позицию прямо по центру пролива? – задал вопрос старший помощник Джон Уивер на что командир субмарины отхлебнул из железной кружки горячий кофе и довольно-таки так просто произнес:

- Да именно так и поступим, и думаю, что нам не придется ждать долго…

В общем, на этом американские моряки и порешили и, уже буквально через пару часов со стороны гидроакустика поступило долгожданное сообщение:

- Слышу шум винтов прямо по курсу!

- Поднять перископ! – тут же последовала команда со стороны Саймана Фрэнка и когда скользящая вверх блестящая труба остановилась, он тут же прильнул к обрезиненной панораме этого оптического прибора.

- Ого, вот это я понимаю! – спустя какое-то время последовало от командира «Альбакора», - Джон, я думаю, что вам это следует видеть!

И с этими словами лейтенант-коммандер уступил место у панорамы своему старшему помощнику.

- Да это точно довольно достойная цель, командир! Большой танкер и судя по осадке его танки, наполнены горючим до самого верха, вот только насколько я вижу, его сопровождают два корабля охранения…

- Ничего, внимание, первый четвертый торпедные аппараты товсь! Курс двести сорок, глубина десять! Малый ход! – тут же последовали распоряжения со стороны явно вошедшего в азарт Саймана Фрэнка, ну а что касается американской субмарины, то она медленно вращая винтами начала маневрирование с целью выхода в позицию для торпедного залпа.

Тем не менее, а спустя несколько минут командир субмарины снова приказал поднять перископ и, внимательно осмотрев горизонт громко и торжественно произнес:

- Внимание приготовиться к стрельбе… Первый, второй, третий, четвертый торпедные аппараты пли!

И далее четыре американские торпеды Мк28 с двухсот шестидесяти пяти килограммовым зарядом «Торпекса» веером устремились к намеченной цели, ну а что касается Саймана Фрэнка, то он тут же отдал приказ на отход с позиции залпа и уставился взглядом на монотонно двигающуюся стрелку секундомера.

И вот спустя примерно тридцать секунд совершенно неожиданно раздались два мощных взрыва после чего лейтенант-коммандер приказал снова поднять перископ и прильнув к окуляру стал взирать на то что как он сказал позже натворили его смертоносные хрюшки. Ну а посмотреть там явно было на что, ибо в результате попадания двух из четырех американских торпед нефтеналивной танкер «Свиять» водоизмещением в пять тысяч семьсот тонн получил две огромные пробоины и стал быстро погружаться с сильным креном на правый борт. При этом находящийся в его танках мазут стал растекаться по поверхности моря огромным черным пятном и спустя несколько минут воспламенился, в результате чего над Четвертым курильским проливом поднялся огромной высоты столб черного дыма. Что же касается сопровождавших поврежденный танкер двух морских охотников то они сразу же подошли к нему с противоположного борта и стали тут же снимать с него людей.

- Что же, что же, все просто очень и очень отлично! – последовало со стороны командира «Альбакора» на что находящийся рядом с ним старший помощник Джон Уивер довольно-таки сильно озабоченным голосом спросил:

- Что отлично? Надо немедленно уходить из этого района, ибо эти два русских морских охотника сейчас начнут нас шерстить глубинными бомбами!

- Не беспокойтесь Джон, два эти как вы выразились морских охотника, сейчас заняты спасением экипажа этого несчастного советского танкера, так что мы теперь можем спокойно сменить позицию и ждать следующий грузовой пароход. Убрать перископ! Средний ход, курс двести семьдесят! – тут же добавил к вышесказанному удачливый американский командир

И все бы было так просто и хорошо, однако тут стоит сказать, что в это самое время с противоположной стороны Курильских островов к Четвертому курильскому проливу мерно стуча машинами в сопровождении приданного ему сторожевика подходил старый советский пароход «Красный пролетарий» на борту которого как говорилось несколько выше находилась довольно-таки большая группа важных лиц, а в трюмах лежали большие обитые железом деревянные ящики.

- Капитан! Капитан! – громко последовало от находящегося на крыше ходовой рубки матроса-наблюдателя: - Прямо по курсу столб черного дыма!

- Вижу! – тут же произнес в ответ Василий Соколов и приставив мощный морской бинокль к глазам стал внимательно вглядываться в даль.

- Что, что такое? – услышал он, спустя несколько минут со стороны поднявшегося по трапу на ходовой мостик парохода капитана второго ранга вслед за которым, громко стуча ботинками, туда же влезли сопровождавшие груз капитан-лейтенант и двое представителей военной контрразведки один из которых тут же довольно-таки так нервно задал явно сильно беспокоивший всех вопрос:

- Капитан, что это за дым на горизонте!?

- Скорее всего, там взорвалось какое-то гражданское судно, груз которого явно воспламенился, я думаю, что это какой-нибудь танкер, - тут же пояснил возникшую ситуацию капитан «Красного пролетария».

- Если это сделала вражеская подводная лодка то нам до темноты соваться туда нельзя, - высказал свое мнение капитан второго ранга, на что Василий Соколов убрал от своих глаз бинокль и, обращаясь на этот раз через открытую дверь ходовой рубки к рулевому громко произнес:

- Рулевой! Курс северо-восток! Средний ход! И передайте на сторожевик, что он может быть свободен!

- Что вы задумали, капитан!? И почему вы отпускаете сторожевой корабль? – тут же посыпались вопросы от находящихся на корабле сотрудников военной контрразведки.

- Просто мы пройдем вдоль северного побережья островов Парамушир и Шумшу и проскочим в Тихий океан через Первый курильский пролив, во всяком случае, так гораздо безопасней, - пояснил своим спутникам капитан советского парохода.

- Через Первый курильский пролив? – тут же переспросил капитан второго ранга, после чего от него последовало следующее высказывание: - Хм, но он же гораздо более труден для плавания…

- Ничего, у нас есть все соответствующие карты, и кто мы же мне уже один раз приходилось бывать в этих водах, - бодро ответил Василий Соколов и «Красный пролетарий» мерно стуча своими паровыми машинами, бодро направился на северо-восток.

…

- Товарищ адмирал! – громко произнес дежурный офицер, находясь в большом кабинете командующего 2й Тихоокеанской эскадрой в здании штаба Северо-восточного оперативного района который, как известно, находился в хорошо известном всем Петропавловске-Камчатском: - Только что получено важное сообщение из Владивостока!

- Так и зачем же мы понадобились штабу флота? – негромко произнес Леонид Федорович Игнатьев, встав из-за стола, на котором, как и положено, в данном учреждении была развернута огромная карта северной части Тихого океана.

- Не иначе что тут приложила руку Москва, иначе, зачем им беспокоить нас перед такой ответственной операцией, - высказал свое мнение находящийся тут же в кабинете командующего начальник штаба Северо-восточного оперативной группы флота контр-адмирал Иван Алексеевич Кононенко.

- А вот сейчас и узнаем, - тут же последовало со стороны вице-адмирала и он, уже обращаясь к офицеру связи, строго произнес, - читайте!

- «Ждите прибытия особо важного груза и сопровождающих его лиц. Груз находится на пароходе «Красный пролетарий». Вышел из Владивостока двадцать первого апреля. Расчетное время прибытия первое мая. Прошу вас выслать навстречу пару эскадренных миноносцев. Командующий флотом адмирал Фокин». Все товарищ командующий, - закончил дежурный офицер.

- Вы что-нибудь понимаете? Что это еще за такой особо важный груз? – с явным недоумением в голосе произнес после небольшой паузы вице-адмирал Игнатьев, на что начальник штаба также немного удивленно констатировал:

- Хм, да еще просят выслать навстречу этому самому «Красному пролетарию» целых два эсминца…

- Да, с каждым днем все более и более странно, и что это еще за сопровождающие его лица? Здесь явно пахнет спецслужбами.

- Хорошо, так что будем делать-то?

- Пусть эсминцы «Скорый» и «Сокрушительный» срочно снимаются с якорей и направляются к южной оконечности Камчатки! И передайте им, что они должны там встретить пароход «Красный пролетарий» и сопроводить его на базу! – наконец-то последовало со стороны командующего, после чего дежурный офицер кратко сказал:

- Есть! – и быстро покинул кабинет.

Ну а именно в это время старый советский пароход успешно проскользнул через Первый курильский пролив в Тихий океан и уверенно двенадцати узловым ходом направился вдоль восточного побережья полуострова Камчатка в северном направлении, чтобы уже через несколько часов встретиться с вышедшими ему навстречу эсминцами и, как, и положено обменяться с ними дружественным семафорным сигналом.

В общем, что тут и сказать, но этот довольно-таки важный и ответственный рейс вскоре завершился вполне благополучно и уже двадцать восьмого апреля «Красный пролетарий» мерно стуча своими паровыми машинами, уверенно входил в Авачинскую бухту, чтобы уже через час пришвартоваться к специально выделенному для его швартовки отдельному пирсу.

6. Операция особой важности… (Часть 1).

- Хм, однако, и что эта самая штукенция поможет нам нейтрализовать американский флот? – задал вопрос вице-адмирал Игнатьев внимательно глядя на то, как рабочие под чутким руководством прибывших вместе с вышеописанным грузом на пароходе «Красный пролетарий» гражданских специалистов заканчивают установку и подключение какой-то достаточно странной конструкции на верхней части линейного корабля «Победа».

- Это только что разработанный нашими учеными излучатель электромагнитного и гравитационного поля «Василек», - тут же последовало со стороны стоящего рядом с ним гражданского специалиста по фамилии Герштейн, после чего он громко кашлянул и самым серьезным тоном добавил следующее, - в общем, мы уже испытали его на одном из кораблей Северного флота и вот теперь две серийные установки переданы вам, чтобы вы совершенно незаметно как говорится, приблизились к неприятелю, и смогли нанести по нему сокрушительный удар.

- Сокрушительный удар? – немного озадаченным тоном повторил вышесказанное командующий: - И в чем же смысл все этих ваших слов?

- Дело в том, что этот прибор излучает небольшое магнитное поле, которое вот с этих двух детекторов бомбардируется ионизированными частицами, при этом вокруг корабля с этой установкой изменяется окружающее пространство и все находящиеся вокруг объекты становятся абсолютно невидимы для любых локаторов, а также и для находящихся на определенном расстоянии визуальных приборов, - начал объяснять принцип действия установки ученый.

- Ну, с локаторами я думаю все более менее понятно, а вот насчет визуальных приборов это если честно сказать как-то немного очень и очень странно, - тут же последовало со стороны присутствующего тут же младшего флагмана эскадры контр-адмирала Мокова.

- Видите ли, когда начинает работать эта установка в пространстве вокруг корабля начинают происходить физические изменения и для других он становится как бы полупрозрачным, при этом мы даже зафиксировали изменения, как пространства, так и гравитационного поля.

- И каков же радиус этого поля?

- При подаваемой на установку мощности в восемнадцать-двадцать киловатт область покрытия достигает в диаметре двухсот двухсот-пятидесяти километров. В общем, с помощью всего одной установки вы сможете спрятать от глаз противника весь свой флот! – немного восторженным голосом произнес товарищ Герштейн.

- Так ну раз у нас имеется два таких прибора, значит, мы можем прикрыть сразу два больших соединения кораблей, - как-то не особо уверенно последовало со стороны находящегося тут же командующего авианосной группой контр-адмирала Следова.

- Вы совершенно правы, и поэтому вам выделены две такие установки одну из которых мы установили на этом линкоре, другую же я думаю, следует наладить на каком-нибудь другом корабле, в общем, решайте товарищи сами, вам виднее!

- Тогда может вторую установку поставить на один из авианесущих кораблей? – задал вопрос адмирал Следов.

- В принципе вы совершенно правы, ибо, насколько мне известно, авианосцы…

- В нашем случае авианесущие крейсера, - поправил ученого вице-адмирал.

- Хорошо авианесущие крейсера действуют на некотором удалении от основных сил флота и менее подвержены прямым попаданиям, так что я думаю так и следует поступить, - продолжил свое предложение Герштейн, после чего он снова негромко кашлянул и вдруг совершенно неожиданно произнес, - вот только скажу вам прямо, что когда установка работает использовать авиацию довольно проблематично.

- То есть как так? – последовал на вышесказанное со стороны флотских вопрос.

- А просто дело в том, что летчики просто не видят где находятся поверхность воды и корабль, ну а приборы на их самолетах скажем так немного привирают, так что перед применением авиации вам следует немедленно отключить установки на обоих кораблях, хотя если честно лучше всего использовать их по отдельности и включать вторую лишь в случае выхода из строя перовой.

- Хм, что же все более менее понятно, однако если это ваше изобретение позволит нам приблизиться вплотную к противнику я думаю что используя эффект внезапности мы сможем нанести ему соответствующий урон, - подвел итог всему вышесказанному адмирал Игнатьев после чего среди флотских возникло довольно бурное обсуждение посвященное тактике применения ударной силы флота в связи с вновь открывшимися возможностями.

…

И вот ранним утром десятого мая 2я Тихоокеанская эскадра в полном составе покинула Авачинскую губу и как говорится в донесении агентов американской разведки, исчезла в неизвестном направлении. В общем, что тут и сказать, но уже в полдень этого же дня в кают-компании флагманского линкора американского флота «Мэн» около большого полированного стола с разложенными на нем картами северной части Тихого океана состоялся небольшой, но достаточно важный разговор:

- Господин адмирал! – громко воскликнул дежурный офицер штаба 2го соединения американского флота: - Только что пришло сообщение от Центрального Разведывательного управления, что сегодня утром советская эскадра в полном составе покинула Петропавловск!

- Хм, русские покинули свою базу? – довольно-таки удивленно переспросил вице-адмирал Бенджамин Клэри: - А эти деятели господина Даллеса не напутали там чего-либо опять, а не то они уже не раз подсовывали нам неверную информацию?

- Не могу знать господин вице-адмирал, но если честно, то данное сообщение получено по закрытым каналам от агентуры ЦРУ на Камчатке, - тут же отрапортовал офицер.

- Да уж, видать русские действительно решились на какую-то очередную авантюру раз весь их флот вышел в открытое море… И так, что вы предлагаете? – обратился адмирал Клэри к офицерам своего штаба.

- Надо немедленно послать все имеющиеся у нас подводные лодки к проходам между островами Алеутской гряды, - тут же последовало предложение со стороны младшего флагмана соединения контр-адмирала Роберта Хоуга.

- Что же это вполне дельное предложение, ибо насколько всем известно эти самые русские приверженцы стандартных ходов, и они наверняка пойдут куда-нибудь в район Датч-Харбора через Берингово море, - тут же одобрил предложение своего заместителя командующий.

- А может нам выслать в этот район дальнюю авиацию? – последовало еще одно предложение на этот раз со стороны также присутствующего в кают-компании командира авианосной группы контр-адмирала Роберта Макфрила.

- Дальнюю авиацию? – переспросил адмирал Клэри: - Что же, что же немедленно свяжитесь с береговой авиацией! Пусть они немедленно вышлют пару дальних разведчиков в район полуострова Аляска и острова Кадьяк ибо думается мне что русский флот явно направляется в залив Кука.

- Адмирал! Если они действительно направляются туда, то вся наша десантная операция «Полет ястреба» находится под угрозой! – в явной растерянности воскликнул командир крейсерского отряда контр-адмирал Самюэль Уиллис.

- Да и это именно так, тем не менее, пока мы не выясним окончательно, куда направляется русский флот начинать данную операцию явно не стоит, - достаточно озабоченным голосом произнес Бенджамин Клэри.

- Что же это вполне понятно…, - тут же последовало со стороны одного из его подчиненных.

…

Ну а тем временем 2я эскадра Тихоокеанского флота Советского Союза, противореча всей логике членов штаба вице-адмирала Клэри сразу же сначала повернув на юг обошла Алеутские острова с запада и вышла на оперативный простор северной части Тихого океана чтобы благодаря установленной на её кораблях разработанной советскими учеными установке «Василек» спокойно в полном составе направиться к западному побережью Соединенных Штатов. Таким образом, огромный состоящий из множества боевых кораблей флот совершенно незаметно для противника проскользнул в так называемый залив Аляска, совершенно другим окружным путем минуя все выставленные американцами патрульные субмарины, а также и высланные ими разведывательные самолеты.

- Так товарищи, - последовало со стороны вице-адмирала Игнатьева пятнадцатого мая тысяче девятьсот шестьдесят второго года, когда до главной базы американского флота залива Якутат оставалось всего на всего около пятидесяти миль, - через пару часов снимаем защитное поле и немедленно начинаем бомбардировку Якутата и находящихся в его гавани военных кораблей. В общем, линкоры выстраиваются в линию и разворачиваются к берегу левым бортом, линейные крейсера находятся чуть ближе к берегу и впереди, скорость тридцать узлов, открываем огонь немедленно. В это же время с авианесущих крейсеров взлетают тридцать бомбардировщиков и сорок истребителей, которые наносят удар по вражеским авианосцам и береговому аэродрому, который находится на южном берегу залива. Думаю что всем все понятно.

- А что делать крейсерам? – тут же последовал вопрос со стороны командира первого крейсерского отряда контр-адмирала Михайлина.

- Крейсерские отряда находятся спереди и сзади от основных сил и поддерживают их огнем своих орудий, но не расходуйте снаряды понапрасну, ибо еще не известно чем все это кончится, а перед нами еще стоит задача по высадке десанта на архипелаг Александра, а сейчас наши транспортные и десантные корабли еще на подходе к Датч-Харбору, и перед нами, прежде всего, стоит задача нейтрализовать американский флот, - закончил вице-адмирал Игнатьев и уже буквально через некоторое непродолжительное время, когда до американского побережья оставалось всего на всего десять миль прикрывающая советские корабли установка «Василек» была неожиданно выключена, и они со скоростью в тридцать узлов устремились вперед, постепенно разворачиваясь левым бортом к находящемуся на своей стоянке американскому флоту. Ну и здесь также стоит сказать о том, что едва защитное поле исчезло с взлетных палуб авианесущих крейсеров один за другим стали стартовать советские истребители и бомбардировщики.

…

- Адмирал! Адмирал! – в явной панике закричал ворвавшийся в кают-компанию флагманского линкора «Мэн» дежурный офицер лицо, которого было совершенно бело от явного нервного возбуждения.

- Что, что еще такое!? – недовольным голосом произнес ужинавший именно в этот момент вместе с командиром линкора вице-адмирал Бенджамин Клэри, на что офицер со страшным, по всей видимости, от ужаса выражением лица, дрожащим голосом продолжил:

- Адмирал… Только что с берегового наблюдательного пункта сообщили что русские корабли находятся на траверсе Якутата…

- Что за чушь вы несете? Какие еще русские корабли? Вы что пьяны? – довольно-таки сильно раздраженно произнес командующий американским флотом и, вырвав из-за воротника белоснежную салфетку, яростно бросил её на стол между расставленной на нем дорогой фарфоровой посуды.

- Не могу знать господин командующий, но как сообщили с берега они появились просто на просто из не откуда…

И именно в этот момент чрез раскрытые иллюминаторы послышался резкий громкий свист и рядом с находящимися на стоянке в заливе Якутат кораблями американского флота возникли огромные столбы от падающих крупнокалиберных снарядов…

- О господи! Да как же так!? Немедленно играйте боевую тревогу и пусть в котлах поднимают пары! – закричал наконец-то осознавший, что происходит американский командующий, после чего так и не закончив приятный и сытный ужин, американские офицеры поспешили вон из кают-компании.

Ну а тем временем:

В 17.05 корабли советского флота подошли к заливу Якутат на расстояние в пять шесть миль и открыли по нему ураганный огонь из орудий главного и среднего калибра. В это же время с находящихся на расстоянии в десять миль от береговой линии авианесущих крейсеров взлетели советские бомбардировщики и истребители и на полной скорости устремились к находящимся в гавани кораблям американского флота.

17.12 первые три советских крупнокалиберных снаряда угодили в находящийся ближе к выходу из гавани американский линейный корабль «Кентукки».

17.15 еще два трехсот восьмидесяти миллиметровых снаряда поражают линкор «Иллинойс».

17.17 еще один снаряд бьет в носовую надстройку линкора «Кентукки» и два снаряда среднего калибра попадают в линейный корабль «Мэн»

17.19 три крупнокалиберных советских снаряда бьют в линкор «Мэн» при этом на нем возникает сильный пожар в районе шлюпочной палубы.

17.20 трехсот пятидесяти шести миллиметровый снаряд с советского линейного крейсера «Ослябя» пробивает борт американского большого крейсера «Гавайи» в районе ватерлинии, в результате чего чрез эту пробоину в него начинает поступать вода.

17.25 советские бомбардировщики начинают бомбардировку американских авианосцев и берегового аэродрома.

17.26 три трехсот пятидесяти шести миллиметровых снаряда с линейного крейсера «Пересвет» попадают в американский большой крейсер «Аляска» пробивают на нем основной бронепояс и взрываются внутри при этом оказываются, повреждены два котла. В это же время некоторые американские корабли наконец-то открывают редкий ответный огонь, однако к этому времени советские снаряды сыплются на них непрерывным градом.

17.28 три советских ста восьмидесяти миллиметровых снаряда попадают в американский тяжелый крейсер «Анкоридж» при этом на нем возникает сильнейший пожар в районе кормовой надстройки. В это же время два крупнокалиберных снаряда поражают сильнейший американский линкор «Джорджия» в результате чего он лишается двух артиллерийских установок среднего калибра.

17.30 советские бомбардировщики всаживают три бронебойные бомбы в палубу американского авианосца «Эссекс» в результате чего на нем начинается сильнейший пожар и это уже снявшийся с якорей корабль притыкается к южному берегу залива. В это же время двухсот восьмидесяти миллиметровые снаряды с русских крейсеров накрывают находящиеся ближе к выходу из залива американские крейсера и практически одновременно выводят из строя легкие крейсера «Винсенс» и «Пасадена», на которым они поражают котельные и машинные отделения.

17.31 два тяжелых снаряда попадают в линкор «Джорджия», а также еще три таких же трехсот восьмидесяти миллиметровых снаряда бьют в линкор «Кентукки» который к этому времени уже снялся с якорей и направляется к выходу из залива.

17.32 две бронебойные бомбы попадают в палубу авианосца «Орискани» и он также выходит из строя, что же касается третьего ударного американского авианосца «Интерпид» то этот довольно-таки приличных размеров корабль в отличие от других направляется не к выходу из залива, а в его глубину, в результате чего он избегает повреждений и остается единственным авианосцем американского флота который избегает повреждений и сохраняет свою боеспособность. Ну а тем временем артиллерийский обстрел кораблей 2го соединения флота Соединенных Штатов во свю продолжается:

17.34 три крупнокалиберных снаряда попадают в линейный корабль «Иллинойс», а также еще один трехсот восьмидесяти миллиметровый снаряд в линкор «Мэн». Кроме этого к этому времени находящийся на берегу аэродром американских ВВС оказывается полностью разбит и на нем сгорают ярким пламенем порядка двадцати тактических бомбардировщиков, сорок истребителей и пять самолетов разведчиков.

17.36 два советских крупнокалиберных снаряда попадают в линкор «Висконсин», кроме этого еще три двухсот восьмидесяти миллиметровых снаряда с советских тяжелых крейсеров бьют в американский легкий крейсер «Санта-Фе» в результате чего на нем взрываются артиллерийские погреба носовых башен и окутанный огромным облаком корабль раскалывается пополам и быстро уходит на дно. Тем не менее, а это оказывается единственная потеря американского флота за это страшное и не особо продолжительное сражение.

17.37 два двухсот восьмидесяти миллиметровых снаряда попадают в американский крейсер «Анкоридж» в районе ватерлинии, в результате чего в его носовой части образуются пробоины, через которые внутрь корпуса корабля начинает поступать вода. В это же время советские бомбардировщики атакуют линкор «Джорджия» и добиваются в него двух попаданий БРАБ-250, в результате чего на американском корабле выходит из строя вторая передняя башня главного калибра и возникает сильнейший пожар.

17.38 сразу три советских тяжелых снаряда бьют в линкор «Висконсин», а также еще один такой же трехсот восьмидесяти миллиметровый снаряд попадает прямо в ходовую рубку флагманского американского линкора «Мэн» в результате чего находящиеся в броневой рубке адмирал Клэри и члены его штаба получают легкую контузию.

17.40 советский командующий вице-адмирал Игнатьев приказывает поднять с авианесущих крейсеров вторую волну бомбардировщиков и направляет её на корабли американского флота. В это же время американские артиллеристы добиваются единственного за все сражение попадания шестнадцати дюймового снаряда в советский линейный корабль «Кремль», который взрывается на верхней палубе и выводит из строя два универсальных орудия.

17.42 сразу три советских трехсот пятидесяти шести миллиметровых снаряда с линейного крейсера «Пересвет» попадают в американский большой крейсер «Аляска» и выводят на нем вторую переднюю башню главного калибра и левый турбозубчатый агрегат в результате чего корабль полностью выходит из строя и совершив большую циркуляцию притыкается к северному берегу залива.

17.45 вторая волна из тридцати советских бомбардировщиков заходит в атаку на корабли американского флота и наносит по ним бомбовый удар, в результате чего попадания бронебойных бомб получают линейные корабли «Висконсин», «Иллинойс», «Кентукки», а также большой крейсер «Гавайи».

17.50 после почти, что часового боя советский командующий вице-адмирал Игнатьев разворачивает свои корабли прочь от американских берегов и уводит их курсом на запад в сторону острова Кадьяк. Сражение в заливе Якутат прекращается ну а что касается американского флота то он оказывается практически, что полностью нейтрализован. Причем из всех его кораблей никаких повреждений не получили лишь успевшие скрыться в глубине залива уже вышеупомянутый авианосец «Интерпид», тяжелый крейсер «Сан-Франциско» и легкий крейсер «Феникс», что же касается остальных кораблей то все они получили по несколько серьезных попаданий и большинство из них оказалось не способно к каким-либо дальнейшим боевым действиям.

7. Операция особой важности… (Часть 2).

- И каковы последствия всего этого? – мрачно произнес вице-адмирал Бенджамин Клэри, находясь на правом изрешечённом осколками крыле ходового мостика флагманского линкора «Мэн» оглядывая дымящиеся и изуродованные русскими снарядами корабли своего флота.

- Все линейные корабли и два авианосца получили серьезные повреждения и требуют продолжительного ремонта, кроме этого также серьезно пострадали оба больших крейсера, тяжелый крейсер «Анкоридж», а также легкие крейсера «Винсенс» и «Пасадена». Легкий крейсер «Санта-Фе» погиб в результате взрыва боекомплекта, ну а не пострадали и могут сейчас выйти в море лишь авианосец «Интерпид», тяжелый крейсер «Сан-Франциско» и легкий крейсер «Феникс», - доложил дежурный флаг-офицер.

- Так понятно, значит на операции «Полет ястреба» можно поставить крест! Ну а вы выяснили, почему и как русские смогли так быстро и незаметно подобраться к нашему флоту? – тут же задал второй вопрос американский командующий.

- Это, это, для нас остается полной загадкой… В общем установленные на побережье радиолокационные станции ничего не зафиксировали, ну а что касается наблюдателей, то они все в один голос утверждают что вражеский флот появился просто из неоткуда…, - как то не особенно уверенно ответил офицер штаба и именно в этот момент на ходовой мостик поднялся командир линейного корабля «Мэн» кэптен Джорж Свенг.

- Ну что с линкором? – все также довольно-таки мрачно поинтересовался вице-адмирал, на что кэптен Свенг достаточно так озабоченным голосом быстро заговорил:

- Линкор получил пять попаданий крупнокалиберными снарядами пятнадцати дюймового калибра и два снаряда среднего я думаю пяти дюймового. В общем, ходовая рубка полностью уничтожена, шлюпочная палуба разбита, две пробоины в носовой части и один снаряд попал в кормовую надстройку. Всего уничтожено одна установка пятидюймовых орудий, четыре «Бофорса» и пять «Эрликонов», а также сильно изуродована вторая дымовая труба. Двадцать два человека погибло и шестнадцать ранено. Тем не менее, корабль может немедленно выйти в море и принять бой, адмирал!

- Что же, что же хоть это то и хорошо… Однако как я понимаю остальные корабли пострадали гораздо больше? – тут же последовало со стороны вице-адмирала на что со стороны офицера тут же последовало:

- Повреждения и потери еще только устанавливаются, однако наиболее пострадали линейные корабли «Кентукки» и «Иллинойс», в «Висконсин» попало пять снарядов и одна авиабомба, в результате чего на нем повреждено рулевое управление. А вот на «Джорджии» как доложили, выведена из строя вторая башня главного калибра и её ремонт как установлено, возможен только на Оаху или на западном побережье Штатов, - последовало некоторое объяснение со стороны одного из отвечающих за материальное обеспечение флота офицеров.

- Да уж, ну и устроили нам русские…, - на этот раз с глубоким вздохом и довольно-таки расстроенно произнес Бенджамин Клэри и тут все увидели, что к борту линкора подвалил моторный катер и по спущенному трапу на палубу быстро поднялся младший флагман соединения контр-адмирал Роберт Хоуг.

- Ну что Хоуг, как там дела на крейсерах!? – громко спросил своего заместителя американский командующий.

- Не особо хорошо, господин вице-адмирал! – так же громко и еще поднимаясь на ходовой мостик, ответил младший флагман: - «Анкоридж» принял более шестисот тонн воды, «Аляска» получала около восьми попаданий на ней вышли из строя два котла и турбина, повреждена вторая башня главного калибра, ну а что касается «Гавайев» то тот также имеет одну подводную пробоину и бомбовое попадание в кормовую часть. В общем, из крейсеров в строю только «Сан-Франциско» и «Феникс».

- О, господи, и все это произошло с моим флотом, а ведь мы еще всего два часа назад превосходили русских почти по всем параметрам…, - с явным отчаяньем тихо запричитал Бенджамин Клэри, однако командующий 2м соединением флота Соединенных Штатов не мог и предполагать что худшее еще впереди.

…

Ну а тем временем советский командующий вице-адмирал Игнатьев довольно-таки серьезным голосом строго произнес:

- Значит так товарищи, скажу вам прямо, судя по итогам прошедшего боя американский флот, как мы и хотели, оказался полностью нейтрализован, поэтому считаю целесообразным начать десантную операцию на острова архипелага Александра, поэтому слушайте мой приказ:

Прежде всего, главные линейные силы и авианосная группа временно перемещаются в бухту на острове Кадьяк, что же касается крейсерских отрядов, то они выдвигаются к островам Александра, где перед ними возникает задача по прощупыванию американской обороны. Ну а так как основные силы десанта сейчас находятся на подходе к Датч-Харбору, то там они должны как можно быстрее заправиться топливом, после чего под прикрытием основных сил немедленно выдвигаются к заданной точке высадки. В общем, думаю, что через пять шесть дней мы начнем запланированное десантирование на американскую территорию.

Тут советский командующий замолчал, и со стороны младшего флагмана эскадры контр-адмирала Мокова последовало следующее высказывание:

- Я думаю, что бои за острова Александра развернуться довольно жестокие, так что нам потребуется непрерывное движение транспортов между местом высадки и территориями, находящимися под нашим контролем.

- Да вы совершенно правы, как только десантники и морская пехота закрепятся на островах, мы организуем непрерывное сообщение между ними и полуостровом Кенай, где уже сосредоточены основные силы вторжения, - тут же констатировал вице-адмирал Игнатьев.

- А если американцы все-таки рискнут выйти в море на перехват наших транспортных судов? – задал вопрос командир второго крейсерского отряда контр-адмирала Олейник.

- Ничего страшного, ибо на всем пути следования суда с войсками будут прикрывать основные силы флота, в общем, через пять-шесть дней начинаем десантную операцию на архипелаг Александра, - подвел итог данному разговору командующий.

Ну и здесь также следует сказать, что далее все пошло именно так как и было намечено советским командованием или если говорить более подробно, то уже через шесть дней дозаправленные топливом десантные суда и транспорты под прикрытием основных сил 2й Тихоокеанской эскадры приблизились к вышеуказанным островам и с помощью находящихся в составе этого ордера мореходных тральщиков, а также под прикрытием артиллерийских орудий советских крейсеров и линкоров начали успешную высадку на основной крупный остров Баранова, где находится большой город, и порт, а также бывшая столица штата Аляска Ситка который ранее назывался как русский Ново-Архангельск.

И вот тут то и стоит более подробно сказать о том, что несмотря на то что этот остров да и остальные острова архипелага Александра давным давно находились под юрисдикцией Соединенных Штатов никакой серьезной береговой обороны они как оказалось вовсе и не имели, что привело к тому что весь этот достаточно большой остров вместе с находящимся на нем городом оказался захвачен всего на всего за три дня, и это произвело на американское командование довольно-таки неприятное впечатление.

Ну а далее советские морские пехотинцы и десантники используя переброшенные в район архипелага тральщики, морские охотники и другие небольшие вспомогательные суда стали захватывать один остров за другим, в результате чего уже буквально через неделю почти все острова архипелага за исключением узкой прибрежной полосы и находящихся на самом юге крупного портового города Кетчикан оказались под контролем сил Советского Союза. Однако здесь мы немного забежали вперед, так что вернемся именно в тот момент, когда первые десантные суда с советскими морскими пехотинцами уткнулись своими аппарелями в песчаный пляж недалеко от расположенного на острове Баранова города Ситка.

…

- Адмирал, только что получено сообщение, что русские начали высадку десанта на острове Баранова, - доложил вице-адмирала Бенджамину Клэри дежурный офицер.

- Десант, на острове Баранова? Но это же очень и очень далеко от русских берегов? Как они туда подошли?

- Не могу знать господин адмирал, но судя по докладу со стороны береговой охраны наши радиолокационные станции опять ничего не заметили. В общем, советский флот оказался там совершенно внезапно.

- Что опять внезапно!? – в явном раздражении воскликнул американский командующий, после чего он взял со стола большой бокал с самой настоящей охлажденной «Кока-колой» сделал из него несколько глотков и уже более спокойным голосом заявил: - Так и чем все это нам грозит?

- Во-первых, еще не известно какие силы русские перекинули на острова и думается, что они в первую очередь займутся их оккупацией, ну а во-вторых если уж это произошло, то теперь русский флот оказался южнее нас и мы отрезаны как от нашей портовой инфраструктуры в Джуно и Кетчикане, так и от западного побережья Соединенных Штатов, а это очень и очень опасно в нашем положении, когда большинству наших кораблей требуется серьезный ремонт, - довольно-таки подробно изложил суть сложившейся ситуации младший флагман контр-адмирал Роберт Хоуг.

- Да здесь вы совершенно правы, ибо некоторые из наших кораблей требуют серьезного ремонта в заводских условиях, - согласился со своим первым заместителем адмирал Клэри после чего он снова отхлебнул из своего бокала «Кока-колы» и явно недовольно и даже немного яростно продолжил, - а ведь я господа еще до войны говорил о том что наша береговая оборона ни на что не способна, а эти деятели из правительства вместо того чтобы выделять деньги на артиллерийские батареи и минные заграждения вбухивали их в какие-то свои явно сомнительные проекты, так что теперь нам приходится просто на просто расплачиваться за их военную и политическую недальновидность.

- Это кончено все так и есть, господин адмирал, но что теперь нам делать, ибо часть наших поврежденных кораблей уже подготовлена для буксировки в Джуно и Кетчикан, а линкор «Джорджия» с его поврежденной башней мы вообще планировали отправить в Сан-Франциско? – задал давно наболевший вопрос контр-адмирал Хоуг.

- В общем, так завтра утром выходим в море и выдвигаемся прямо юго-запад, - тут же последовало со стороны Бенджамина Клэри.

- Да, но русский флот находится у островов Александра и думается, что он не пропустит такую лакомую добычу?

- Ничего так будет видно, но из этой ловушки в этот проклятом Якутате следует бежать и делать это надо немедленно! В общем, попробуем проскочить у них за спиной и направимся прямо на Оаху – громко закончил данный разговор американский командующий.

Таким образом, но уже ранним утром следующего дня, а именно двадцать второго мая тысяче девятьсот шестьдесят второго года 2е соединение Тихоокеанского флота Соединенных Штатов в полном составе покинуло гавань Якутата и со скоростью в двенадцать узлов, а более некоторые тяжело поврежденные корабли и не могли развить, двинулось курсом на юго-запад в сторону находящихся практически посреди океана Гавайских остров.

…

Ну а тем временем десантные силы Советского Союза под прикрытием артиллерийских орудий кораблей 2й Тихоокеанской эскадры успешно занимали остров за островом в районе архипелага Александра при этом здесь также стоит обязательно сказать о том что, как и было запланировано ранее для участия в боевых действиях были привлечены также сухопутные войска, которые с помощью войсковых транспортов под прикрытием русских крейсеров перебрасывались туда из района полуострова Кенай. И вот тут то если уж говорить совершенно откровенно изуродованные корабли соединения вице-адмирала Клэри в полной темноте и на довольно значительном расстоянии пересекли курс одного из таких советских конвоев который, как и положено прикрывал первый крейсерский отряд контр-адмирала Михайлина, после чего американцы сумели беспрепятственно выйти на просторы северной части Тихого океана, чтобы далее совершенно спокойно направиться на хорошо известный всем остров Оаху, где, как известно и находилась главная база американского флота Перл-Харбор.

Однако тут следует вернуться к островам Александра, ибо едва советские десантные части стали один за другим занимать эти вышеуказанные острова командующий американскими силами в этом регионе хорошо известный всем генерал Джозеф С. Лэнг в распоряжении которого имелись довольно значительные силы, состоящие из почти, что тридцати тысяч американских военнослужащих и двенадцати тысяч членов национальной гвардии (которые ранее планировалось использовать при десантировании на острова Алеутской гряды, остров Кадьяк и полуостров Кенай) привел их в полную боеготовность с целью защиты расположенного на побережье столицы штата города Джуно, а также еще около десяти тысяч военнослужащих оказались на самом юге архипелага, где им было приказано защищать большой и стратегически важный город-порт Кетчикан.

В общем, что тут и сказать, но основная и последняя битва за полный контроль над Аляской как говорится уже вот-вот назревала, ну а пока что пора перенестись за несколько тысяч километров от места вышеописанных события в город Вашингтон, где в «овальном» кабинете «Белого дома» двадцать пятого мая тысяча девятьсот шестьдесят второго года состоялось расширенное заседание верхушки правительства и главного военного руководства Соединенных Штатов Америки.

Ну и, конечно же, начал его лично сам сидящий в своем кожаном кресле за большим полированным столом президент Соединенных Штатов Джон Фицджералд Кеннеди который, имея при этом достаточно хмурое выражение лица довольно-таки так нудно произнес:

- Уважаемые господа! Сегодня я собрал вас здесь для того, чтобы как говорится решить пару очень и очень важных вопросов, а именно: прежде всего, что нам делать с Аляской и как вообще быть с намеченной на первое июня операцией «Грозная сила»! Ну и, конечно же, здесь стоит сказать о том, что все эти вопросы обусловлены именно теми последними событиями в районе юго-восточной части Аляски, которая пока еще можно считать остается под нашим контролем. Итак, что вы скажите на это, господин министр обороны? – немного ехидно обратился под конец своего монолога президент к своему министру обороны Роберту С. Макнамара, который тут же поднялся с находящегося в кабинете большого кожаного дивана и, раскрыв черную кожаную папку громко заговорил:

- Господа, судя по последним полученным «Пентагоном» данным советские войска на данный момент контролируют практически весь архипелаг Александра за исключением лишь двух самых южных островов с находящимися там важными стратегическими портами Кетчикан, Крейг и несколькими другими. Кроме этого под нашим контролем остается также все континентальное побережье вместе с городами Якутат и Джуно где войска под командованием генерала Лэнга создали достаточно серьезную линию обороны. В общем если говорить откровенно, то все-таки положение не является сильно критическим и наши смелые и отважные военные дадут достойный отпор коммунистическому агрессору!

- Так что же с этим все более менее понятно ну а что на это скажет флот? – тут же последовало со стороны президента в результате чего место мальчика для битья занял морской министр Джон Бо́уден Ко́нналли который уже не так оптимистично и немного нервозно произнес следующую речь:

- Господа, господа, дела на флоте отнюдь не так хороши, как кажется, в общем, в результате внезапного появления советского флота в районе залива Якутат корабли нашего второго соединения подверглись интенсивной бомбардировке и получили довольно серьезные повреждения. Тем не менее, благодаря находчивости командующего вице-адмирала Бенджамина Клэри нашему флоту удалось прорваться за спиной у неприятеля в сторону нашей главной базы на Гавайских островах, где они теперь смогут в самые наикратчайшие сроки, пройди так необходимый им ремонт. Однако из-за того что наш флот теперь окончательно покинул северную часть Тихого океана наши сухопутные силы в районе Джуно оказались полностью отрезанными от путей снабжения и согласно имеющимся там запасам боеприпасов и всего остального смогут продержаться при интенсивном натиске русских не более двух-трех недель.

Тут морской министр неожиданно замолчал, в результате чего со стороны сидевшего в большом кожаном кресле справа от президента его брата генерального прокурора Роберта Фрэнсиса Кеннеди громко и немного истерично последовало следующее:

- Не надо, не надо, господин морской министр отбеливать действия своих подчиненных! Если адмирал Клэри проявил самую настоящую трусость его необходимо немедленно снять с должности командующего 2м соединением нашего Тихоокеанского флота! И думаю, что вы это сделаете немедленно, а пока что давайте думать, как нам исправить это положение и что необходимо для этого сделать!

- Прошу меня извинить господа, но как это ни странно, но адмирал Клэри здесь абсолютно не причем, ибо как говорят очевидцы он узнал о том, что противник находится возле Якутата когда уже русские снаряды начали падать рядом со стоящими на якорях нашими кораблями, и главное о чем я еще не говорил, это то, что самым странным является то, что советская эскадра появилась у наших берегов как будь то из неоткуда и даже расположенные на побережье радиолокационные станции и посты наблюдения её приближение просто на просто не заметили! И поверьте господа это абсолютная правда! – громко но довольно-таки немного плаксиво высказался Джон Бо́уден Ко́нналли.

- Так и как же все это объясняет Центральное Разведывательное Управление, ведь тут как-никак именно ваша епархия? – задал вопрос Джон Ф. Кеннеди, на что новый директор вышеуказанного ведомства Джон Александр Маккоун тут же встал со второго находящегося в кабинете президента кожаного дивана и тихим и вкрадчивым голосом тут же заговорил:

- По последним оперативным данным, полученным от нашей агентуры, у русских появились какие-то очень и очень странные устройства которые, судя по имеющейся информации, блокируют или точнее делают незаметными для радаров их корабли. Однако этих данных очень и очень мало ибо работа нашей агентуры на территории Советского Союза очень и очень затруднена.

После чего директор ЦРУ тут же сел обратно, на что президент Соединенных Штатов уже не так громко и довольно устало сказал:

- Ладно, пока что с Аляской как я понимаю полная неясность, так что давайте-ка господа лучше перейдем ко второму вопросу стоит ли начинать первого июня операцию «Грозная сила» или следует с ней снова немного повременить пока обстановка более менее проясниться. Скажу вам честно, что лично я склоняюсь ко второму варианту.

- Нет, нет, нет, господа. Мы обязаны начать наше наступление на юге Хоккайдо сейчас, ибо от этого сильно зависит общественное мнение и голоса наших избирателей, а им нужны явные и явные победы, как на военном, так и на политическом театре действий, - громко и немного возмущенно тут же последовало со стороны государственного секретаря Дейвида Раска.

- Лично я согласен с государственным секретарем, и мы не имеем права отменять или переносить данную операцию, когда к ней уже все полностью готово, - поддержал Дейвида Раска генеральный прокурор и брат президента Роберт Кеннеди.

- Все это конечно хорошо, но вот лично я склоняюсь к тому, что с операцией «Грозная сила» следует немного повременить, по крайней мере, до тех пор, пока пострадавшие корабли нашего 2го соединения не будут отремонтированы иначе русские могут снова перебросить свою эскадру от берегов Аляски к Хоккайдо, а тогда перевес снова будет на стороне Советов, - тут же высказал свое мнение вице-президент Линдон Джонсон.

- Так значит, два мнения против двух, тогда давайте послушаем, что скажут на это наши военные? – задал вопрос президент Кеннеди и тут с дивана снова встал министр обороны Роберт С. Макнамара:

- Господа, в «Пентагоне» считают что начало операции «Грозная сила» следует перенести как минимум до того как решаться все наши вопросы на Аляске то есть как минимум на месяц.

- Так понятно, а что скажет морской министр? – последовал новый вопрос со стороны президента.

- Во всяком случае за месяц мы сможем отремонтировать большую часть кораблей второго соединения и они могут значительно усилить наш флот в районе Хоккайдо, - тут же ответил Джон Бо́уден Ко́нналли.

- Ха, так что, значит, вы уже согласились с тем, что мы окончательно потеряли Аляску, а ведь там еще остается более сорока тысяч наших военнослужащих и членов национальной гвардии под командованием генерала Джозефа Лэнга! – воскликнул на это брат президента.

- Ничего страшного в этом нет, я думаю, что они еще могут оказать довольно-таки достойное и длительное сопротивление русским, тем более что эвакуировать их у нас как говорится, нет никакой возможности, - мрачно парировал высказывание генерального прокурора министр обороны.

- То есть как так? – вдруг совершенно удивленно произнес президент, на что Роберт С. Макнамара все также мрачно пояснил:

- Дело в том, что эта узкая полоска земли вдоль западного побережья, которая еще пока принадлежит нашей стране отрезана от основной части Канады непроходимым горным хребтом лесами и болотами и там просто на просто нет никаких дорог, так что единственный путь для отступления это по морю, а оно полностью контролируется флотом Советов, так что войска генерала Лэнга можно сказать полностью обречены. Таким образом, можно заключить, что основные события сейчас развернуться именно в районе Джуно, ибо там сосредоточены основные силы нашей армии.

- О господи, да благослови ты этих несчастных! – вдруг совершенно неожиданно вспомнил президент Соединенных Штатов господа бога, после чего с его стороны уже не так уверенно, но довольно-таки серьезно тут же последовало: - Господа, лично я считаю что до тех пор пока не проясниться ситуация на Аляске начинать операцию «Грозная сила» не стоит. Так что вот вам мое решение, перенести начало нашего наступления на Хоккайдо на первое июля, то есть на месяц, ну а тем временем и пострадавшие корабли будут отремонтированы…

В общем вот на этом данное совещание было вроде бы и закончено, ну а тем временем советский флот высадил еще один десант в районе хорошо известного всем Якутата который после жестокого, но не продолжительного боя пал, ну а оставшиеся в живых три тысячи американских солдат просто на просто сдались в плен, ибо отступать им как говорится было просто не куда. Что же касается положения в районе Джуно, то там к первому июня советские войска накопили достаточно серьезные силы и как говорится полностью приготовились к броску на континент, для чего в захваченной ранее Ситке было сконцентрировано десять специализированных десантных кораблей, а также тральщики, торпедные катера и многие другие небольшие вспомогательные суда.

8. Один страшный бой…

Рядовой-заряжающий американской армии Скот Ритжер уселся на станину его любимой 105 миллиметровой гаубицы «Howitzer M101» и, как и положено малоопытному вояке закурил самую настоящую длинную и тонкую сигарету «Кэмел». И все бы было так просто и хорошо, ибо как и положено в этот теплый день третьего июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года светило яркое и даже немного жаркое солнце, по небу плыли небольшие белые облака, а по поверхности неширокого, отделяющего небольшой остров Дугласа от остальных островов архипелага Александра пролива, бежали небольшие мягкие волны. Однако именно в тот момент когда глядевший на всю эту идиллию Скот Ритжер сделал очередную затяжку к нему как и положено самому настоящему командиру орудия тихо и незаметно подвалил сзади капрал Крэг и громко, а также немного коварно, явно для того чтобы напугать несчастного рядового прямо над ухом заорал:

- Что рядовой Ритжер!!! Опять прохлаждаешь свою никчемную задницу!!!

- Ой, господин сержант! – тут же вскочил и испуганно заголил Скот Ритжер: - Нее, не прохлаждаю!

- Не прохлаждаешь, говоришь, рядовой, - немного картаво и уже более спокойно тут же последовало со стороны капрала, - а почему орудие до сих пор не замаскировано?

- Так, так…, - сильно заикаясь, попытался сказать что-то в свое оправдание рядовой, - так вроде бы господин капрал и приказа-то такого вроде бы не было…

- Было, не было, надо самому шевелить мозговой извилиной, ибо поверь мне рядовой, скоро сюда явятся ужасные русские, а твоя гаубица стоит именно на самом что ни на есть важном и опасном направлении. Так что рядовой Ритжер, бери в руки топор и немедленно нарубить веток, чтобы замаскировать это орудие! – как то не особенно слаженно, но довольно громко и картаво распорядился капрал Крэг.

«Эх, и надо же было именно сейчас принести сюда этого капрала…», - думал про себя орудующий уже спустя несколько минут небольшим топором рядовой Скот Ритжер однако, тем не менее, а вскоре рядом с ним возникла большая гора свеженарубленных еловых веток которые еще было необходимо перетаскать к огневой позиции и как следует укрыть находящееся на ней артиллерийское орудие.

Ну и, конечно же, здесь следует сказать более подробно о том, что этот небольшой островок Дуглас защищал непосредственно самую настоящую столицу штата Аляска Джуно от остальных островов архипелага Александра и соответственно от находящихся на них советских солдат. Что же касается батареи из восьми 105 миллиметровых гаубиц «Howitzer M101» то она, как и положено одной из самых настоящих ударных сил армии Соединенных Штатов защищающих Джуно находилась на самой западной стороне покрытого густым еловым лесом острова Дуглас и, конечно же, контролировала весь находящийся перед ним глубокий, но довольно-таки неширокий пролив. Кроме-же этой батареи на северной и южной оконечности острова находилось также еще по одному такому же артиллерийскому подразделению, ну а все западное побережье острова Дуглас было испещрено свежевырытыми окопами, траншеями и пулеметными гнездами которые теперь занимали в серьез стремившиеся схватиться с советскими десантниками отважные солдаты армии генерала Джозефа С. Лэнга.

В общем, что тут и сказать но уже буквально через полчаса гаубица была завалено свежесрубленными еловыми ветками, ну а что касается рядового Скота Ритжера то он снова уселся на одну из лап её станины и открыв складным ножом банку самой настоящей говяжьей тушенки стал с явным аппетитом употреблять её с помощью большой алюминиевой ложки.

- Так, так, так, значит! – снова немного картаво произнес не весть, откуда появившийся около орудия капрал Крэг: - А ты Ритжер снова опять фискалишь? Да еще и тушенку где-то раздобыл!

- Ой, господин капрал! – тут же последовало со стороны снова вскочившего на ноги рядового: - Ваше приказание выполнено! Орудие замаскировано, ну а расчет принимает пищу!

- Пищу пока что ты один принимаешь Скот Ритжер, так ну да ладно, пока что отдыхай, ну а потом надо будет подтащить поближе к орудию снаряды, а не то вдруг полезут коммунисты, а у нас и стрелять то ничем, - и с этими словами капрал Крэг проследовал далее по батарее внимательно оглядывая как артиллеристы замаскировали находящиеся в их ведении артиллерийские орудия. Ну а что касается рядового Ритжера то он с явным облегчением снова уселся на станину орудия и принялся далее поглощать имеющеюся при нем тушенку.

В общем все было более менее спокойно и вскоре Скот Ритжер вместе того чтобы заняться подталкиванием тяжелых и достаточно неудобных снарядов как ни в чем небывало улегся на станину орудия и глядя на небольшие волны находящейся перед ним водной глади стал с явным удовольствием размышлять о своей любимой девушке Маргарет с которой если уж говорить более подробно у него было все на мази в его далеком и родном Сан-Франциско.

«Эх, и это надо же, когда женюсь, то у нас с Маргарет будет как минимум двое детей…», - мечтал о своем будущем рядовой Ритжер как вдруг из-за находящегося перед ним острова совершенно неожиданно стал выдвигаться какой-то очень и очень странный и как показалось ему довольно-таки очень огромный корабль.

«Ого, а это еще что такое?», - тут же подумал про себя всерьез встревоженный этим Скот Ритжер и практически в этот же самый миг со стороны находящегося немного далее командного пункта показался бегущий и широко размахивающий руками капрал Крэг который при этого громко и как всегда немного картавя, кричал следующее:

- К орудиям!!! К орудиям!!! Внимание! Зарядить осколочно-фугасный! Быстрее!!!

И с этими его словами рядовой заряжающий Скот Ритжер сломя голову понесся к находящемуся примерно метрах в десяти от орудия окопу, где и были складированы ящики с блистающими смазкой снарядами.

Тем не менее, а именно в это время в отделяющий остров Дугласа пролив медленно и осторожно входил или даже если говорить более конкретно, вползал линейный крейсер «Ослябя» который туда был послан советским командованием чтобы огнем своих трехсот пятидесяти шести миллиметровых орудий просто на просто превратить американские оборонительные рубежи в самый настоящий хлам. Причем здесь также стоит сказать о том что мощная броня этого огромного корабля спокойно отражала сто пяти миллиметровые снаряды американской артиллерии ибо орудий более крупного калибра у обороняющих Джуно войск генерала Лэнга просто на просто не имелось.

Но, тем не менее, вернемся в это солнечное утро третьего июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года, а точнее в тот самый момент, когда рядовой заряжающий Скот Ритжер загнал один из снарядов в казенник своей гаубицы, и она произвела первый выстрел по появившемуся из-за мыса огромному русскому крейсеру. В общем, что тут и сказать, но батарея, в составе которой и находилось орудие, в расчет которого входил рядовой Ритжер открыла просто на просто ураганный огонь по приближающейся цели и тут, то есть буквально через пару минут после начала боя, двенадцать крупнокалиберных орудий русского крейсера произвели первый залп и тяжелые шестисот килограммовые фугасные снаряды ударили в прибрежную полосу острова Дугласа превратив его в самый настоящий ад. При этом огромные взрывы подняли массу земли веток и даже стволов деревьев, а каменисто-песчаный берег острова стал похож на самую настоящую лунную поверхность.

Что же касается рядового Скота Ритжера то его просто на просто отбросило взрывной волной метров на десять в сторону от того места где находилась его гаубица и он тут же потерял сознание, ну а обстрел берега тем временем продолжался и русские перенесли всё уничтожающий огонь своих сверхмощных корабельных орудий в сторону или если говорить более точно к месту расположения второй артиллерийской батареи.

«О, господи, да что же это такое было…», - подумал рядовой Скот Ритжер, немного придя в себя и тут до него наконец-то дошло, что его рот набит песчаным грунтом, да и его самого сильно присыпало землей.

«Ой, надо немедленно выбираться из этого ада…», - мелькнуло далее в его голове, и он забарахтался, в результате чего после непродолжительной работы руками и ногами рядовой заряжающий оказался на поверхности возле большой или даже просто огромной воронки по другую сторону, от которой валялась на боку его изуродованная гаубица.

«Ого, вот это да… А где же все остальные?», - мысленно задал вопрос Скот Ритжер внимательно изучая мутными и забитыми песком глазами ту окружающую местность где еще всего несколько минут назад он нежился под яркими лучами летнего солнца. И все бы было так сложно и затруднительно, но тут взгляд рядового упал на торчащую в нескольких метрах от него из большой кучи земли обутую в кожаный высокий ботинок ногу.

- Ой, да это же нога капрала Крэга…, - тихо прошептал рядовой-заряжающий и в это время раздался очередной звуковой удар артиллерийского залпа и над его головой с шипением пролетели куда-то в глубину острова русские снаряды.

- Мама, мамочка моя! – громко на этот раз воскликнул уже успевший освободить свой рот от песка Скот Ритжер и стал руками разгребать рыхлый песчаный грунт, стараясь освободить ногу, а там далее и тело капрала Крэга из его земляной могилы. В общем, далее или если говорить более точно уже через несколько минут капрал оказался выкопанным и рядовой заряжающий припал к его грязной груди стараясь различить стук сердца этого бравого вояки.

«Хм, бьется или не бьется?», - только и успел подумать Скот, как вдруг находящийся рядом с ним капрал неожиданно закашлялся и, отрыгивая изо рта самый настоящий прибрежный песок, открыл глаза.

- Ритжер… Ритжер… Это ты? – с явным трудом произнес капрал Крэг на что обрадованный заряжающий громко и даже с небольшими слезами на глазах заговорил:

- О, господин капрал! Я так рад что вы живы! Поверьте это просто ужасно все то, что здесь произошло…

- Да уж Ритжер, спасибо тебе что откопал меня из этой кучи дерьма… А что это вообще было?

- Да я не знаю, господин капрал, просто русские открыли огонь и их снаряды превратили нашу батарею, да и весь берег в хлам…

- Эх Ритжер, я думаю что сейчас сюда начнет высаживаться их десант… В общем надо делать ноги… Помоги мне подняться, Ритжер…, - тут же последовало со стороны этого более опытного вояки и тут наш славный рядовой взглянул на водную гладь пролива и увидел что из-за громады находящегося в нем русского крейсера стали быстро появляться небольшие и быстро движущуюся к острову корабли.

- Господин капрал посмотрите, что это такое? – задал вопрос удивленный их появлением Скот Ритжер на что лицо капрала приняло довольно мрачное выражение и он все еще слабым и тихим голосом произнес:

- А это и есть русские десантные корабли… Эх и где же наши славные моряки? Могли бы хотя бы поставить в проливе минные заграждения…

И после этих его слов рядовой заряжающий Скот Ритжер приподнял капрала Крэга на ноги и они ковыляя стали пробираться мимо огромных воронок и поваленных стволов деревьев в глубь острова. Ну а уже спустя несколько минут около того самого места где и разыгралась вышеописанная сцена в песчано-каменистый берег острова уперлись аппарели десантных кораблей по которым стуча своими сапогами побежали морские пехотинцы Тихоокеанского флота Советского Союза.

9. Падение Джуно.

В общем, что тут и сказать, но именно третьего июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года и началась та самая заключительная операция советских армии и флота по окончательному захвату последних остающихся под контролем Соединенных Штатов земель, а именно архипелага Александра и небольшой узкой полоски континентальной земли на юго-востоке Аляски. И конечно же здесь главное и решающее слово сыграло то, что так как американский флот и об этом было сказано выше задолго до этого покинул эти воды и даже не оставил в распоряжении обороняющих эти вышеуказанные земли сил даже одного какого-нибудь заштатного минного заградителя. Таким образом, все это привело к тому, что для облегчения десантирования советских войск вблизи главного города Аляски Джуно советское командование успешно ввело в отделяющий его от островов архипелага Александра пролив линейный крейсер «Ослябя» и он огнем своих крупнокалиберных орудий просто на просто всего за несколько минут снес или, проще говоря, уничтожил оборонительные рубежи американской армии. Ну и далее сразу же вслед за этим к берегу небольшого расположенного перед Джуно острова Дуглас пристали специализированные десантные суда и морские пехотинцы под прикрытием, вышедших из их чрева бронетранспортеров и плавающих танков ПТ-76 хлынули на вражеское побережье. Ну и, конечно же, все это произвело довольно удручающее впечатление на американское командование, хотя если уж говорить предельно откровенно в распоряжении генерала Лэнга было как минимум двадцать тысяч военнослужащих американской армии и около восьми тысяч солдат национальной гвардии, которые должны были защищать главный город Аляски Джуно.

…

- Генерал! Генерал! – громко и довольно растерянно произнес вбежавший в палатку штабной офицер, на что генерал Джозеф С. Лэнг явно встревоженным голосом практически тут же задал встречный вопрос:

- Ну что еще произошло?

- Генерал, только что русские ввели в пролив свой линкор, и он огнем своих орудий снес все наши батареи и укрепления на западной стороне острова Дуглас! – тут же последовало со стороны немного уже оправившегося от быстрого бега офицера.

- Так значит…, - явно озабоченно произнес американский командующий и после небольшой паузы строго добавил: - И откуда же это такие сведения?

- Некоторые из наших солдат уцелели и вышли ко второй линии позиций на западной окраине Джуно!

- А ну немедленно покажите мне этих молодцов! – громко распорядился генерал Лэнг и уже спустя пару минут, перед ним предстала довольно своеобразная и сильно перепачканная землей парочка, в виде молодого и веснушчатого рядового с нашивками артиллериста, который с некоторым трудом поддерживал такого же грязного и немного побитого капрала.

- Ух ты, какие молодцы! – тут же воскликнул Джозеф С. Лэнг после чего он внимательно осмотрел данную парочку с ног до головы и задал следующий вопрос: - И откуда же вы такие появились?

- Рядовой-заряжающий Скот Ритжер! Господин генерал! А это со мной капрал Крэг, только вы его простите, пожалуйста, за разговор, просто его немного присыпало землей! – громко отрапортовал веснушчатый солдат.

- Ах вот оно что, а не то уж я думал, что вы вылезли из какого-то подземелья, а ну доложите нам, что произошло там, на западном берегу острова? – задал следующий вопрос американский генерал.

- Первоначально все было спокойно, господин генерал! Ну а потом из-за мыса появился большой корабль, и мы открыли по нему огонь из всех своих орудий! – начал свой рассказ Скот Ритжер.

- Так понятно, ну а что было дальше?

- А далее господин генерал едва мы успели сделать несколько выстрелов, как со стороны этого самого корабля последовали огромные вспышки и весь берег превратился в самый настоящий ад. Ну а когда все более менее закончилось я очнулся и увидел рядом с собой торчащую из земли ногу господина капрала… В общем я его откопал и мы поспешили в глубину леса ибо русские начали на побережье высадку своих войск… Вот вроде бы и все, господин генерал! – закончил свой рассказ рядовой Ритжер.

- Молодцы, вы храбро проявили себя и за это будите, представлены к правительственной награде! – тут же воскликнул в ответ на вышесказанное генерал Лэнг и тут капрал Крэг вдруг совершенно неожиданно и негромко молвил:

- Эх, господин генерал, если бы у нас были выставлены в проливе мины, всего этого могло бы и не произойти…

- Что же капрал я тоже полностью с этим согласен, но тем не менее мы будем защищать Джуно до конца и это не зависит от того сколько у нас сил и средств, а теперь идите, поужинайте и приведите себе в порядок, - закончил данный разговор командующий после чего вслед за одним из штабных офицеров наша славная парочка проследовала в сторону находящейся рядом со штабом полевой кухни.

- И что вы на это скажите? – тут же обратился Джозеф С. Лэнг к своим подчиненным.

- Что вы имеете в виду генерал? – вопросом на вопрос ответил на вышесказанное один из высших офицеров его штаба.

- А то, что даже какой-то простой капрал прекрасно понимает, что если бы мы заранее заминировали пролив, всего этого могло бы и не произойти!

- Хм, да, но это должен был сделать флот…

- Вот именно, ну а что на самом деле? А на самом деле наши славные моряки просто на просто дали деру и бросили нас на произвол судьбы или точнее на растерзание этим самым страшным русским коммунистам! – не с того не с сего разошелся генерал Лэнг.

- Успокойтесь господин командующий! – тут же поспешил его одернуть начальник штаба американских войск генерал-майор Джо Бирайт: - Все не так уж и плохо, во всяком случае, у нас еще осталось две оборонительные линии и полным полно солдат. Так что поверьте, Джуно мы так просто не сдадим!

- Не сдадим!? – тут же немного иронично переспросил генерал Лэнг: - Во-первых, о чем мы уже говорили, флот нас просто бросил! Во-вторых, вы же прекрасно знаете, что примерно половину всех имеющихся у нас сухопутных сил мы были вынуждены отправить на континент, чтобы их там перереформировали и отправили в северную Японию. И в третьих, что мы сможем сделать этим самым русским, если у нас осталось всего на всего около пятидесяти ста пяти миллиметровых гаубиц и около сотни минометов, а у них полный комплект всех вооружений, в том числе авиация и орудия главного калибра этого самого линкора!

- И что же вы предлагаете генерал? – задал давно наболевший вопрос один из офицеров в звании полковника.

- Что я предлагаю, а то, либо сражаться до последнего солдата и патрона, либо просто с честью капитулировать! – вдруг совершенно неожиданно произнес генерал Джозеф С. Лэнг, и это вызвало явное возмущение и ропот среди его многочисленных подчиненных.

- Да как так то?

- Нет, нет мы не можем на это пойти!

- А как же честь американской армии?

И много всяких разных других высказываний и тут вдруг совершенно неожиданно, где то снаружи над натянутой над штабом маскировочной сеткой что-то сильно зашипело и, примерно метрах в трехстах от него возник огромный и сопровождающийся страшным грохотом огромный взрыв. При этом все кто находился в штабном окопе присели, а начальник штаба генерал-майор Джо Бирайт громко и даже немного восторженно произнес:

- Ну что, вот вам и подарок от русских!

- Что, что это такое!? – тут же воскликнул один из офицеров штаба и тут, снова раздалось шипение и уже гораздо ближе к штабу возникли еще два таких же взрыва, в результате чего многочисленные комья земли и небольшие камешки посыпались сверху сквозь натянутую над штабным окопом маскировочную сетку.

- О господи! Да это же тяжелые снаряды с русского линкора! И они явно метят в нас! – тут же воскликнул один из штабных офицеров в звании полковника.

- Ну что я говорил! Все это свидетельствует о том, что русские прекрасно обо всем осведомлены! И поверьте, мне к этому приложили руку местные индейцы, ибо они давно симпатизируют русским! В общем надо немедленно делать ноги, господа! А не то следующий снаряд ударит прямо сюда! – громко и довольно-таки нервно закричал слегка оглушенный как все остальные генерал Бирайт на что американский командующий также громко произнес:

- Так, так, так! Значит, немедленно свертываемся и, перемещаемся на запасной командный пункт, что на восточной окраине Джуно!

- Но господин генерал! Оттуда мы ничего не увидим! – тут же последовало от одного из офицеров штаба.

- Ну и что, а вы что думаете, что если нас здесь накроет русским снарядом это будет гораздо лучше! – только и успел ответить на его реплику генерал Бирайт и именно в этот момент еще три русских крупнокалиберных снаряда взорвались прямо на американских позициях, причем один из них, да будет это немного странно ударил прямо именно в тот окоп, где под маскировочной сеткой и находился штаб генерала Джозефа С. Лэнга причем в результате этого взрыва вместе с американским командующим погиб и весь его штаб включая генерал-майора Бирайта и всех находящихся там в этот момент офицеров.

…

- Господин бригадный генерал! – громко обратился к военному коменданту Джуно генералу Сеймуру Дженсу вошедший в его находящийся в центре города кабинет дежурный офицер.

- Да Лич, что случилось? – приподняв голову, из-за стола произнес генерал Дженс.

- Господин генерал, только что сообщили, что на южной окраине города русские уничтожили штаб генерала Лэнга!

- Что? Как это так уничтожили? – с явным удивлением произнес бригадный генерал.

- Артиллерией крупного калибра, ибо насколько стало известно, один из советских линейных кораблей вошел в пролив и открыл огонь из своих орудий по позициям наших войск.

- Ах вот оно значит как? А я все думал, что это за грохот! И что все, все погибли?

- Как сообщили именно все, то есть весь штаб вместе с генералом Лэнгом.

- Хм и что же теперь делать?

- Теперь согласно старшинству командующим становитесь вы господин генерал. Тем более что вы единственный кто имеет звание генерала среди всех находящихся в Джуно офицеров! – как то не особенно уверенно произнес дежурный офицер, в результате Сеймур Дженс глубоко задумался и после довольно продолжительной паузы, наконец-то произнес:

- Что же Лич, хорошо, передайте всем оставшимся в живых офицерам, что ровно в пять они должны прибыть сюда в военную комендатуру Джуно, чтобы решить, что делать далее и вообще как теперь быть.

- Будет исполнено господин бригадный генерал! – тут же отчеканил Лич и, повернувшись, вышел из кабинета, при этом в его стильно подстриженной голове витали следующие довольно безрадостные мысли:

«Эх, бедный Сеймур Дженс, ведь он никогда не был в бою и не руководил такой масштабной обороной! Как же он теперь с этим справится? Что же теперь будет?».

…

В общем, что тут и сказать, но уже вечером этого же дня советские войска полностью заняли так называемый остров Дуглас и вышли к узкому природному каналу, который отделяет его от континента и соответственно от западных городских кварталов Джуно. Кроме этого все это привело к тому, что теперь под огнем плавающих танков ПТ-76 и небольших полевых семидесяти пяти миллиметровых орудий оказались позиции последней линии обороны американских войск и до решающего и последнего штурма столицы штата Джуно оставался всего на всего один единственный шаг. Таким образом, ввиду всего выше происходящего новый командующий американской армии на Аляске бригадный генерал Сеймур Дженс вечером четвертого июня собрал расширенное совещание в своем кабинете в здании главной военной комендатуры в центральном правительственном квартале Джуно. Причем если уж говорить об этом более подробно, то на данное мероприятие были приглашены и гражданские власти, а именно последний губернатор некогда огромного штата Аляска Ричард Макнилли и мэр Джуно Александер Сторм. Тем не менее, но когда все приглашенные лица наконец-то собрались бригадный генерал Сеймур Дженс встал из-за своего большого и полированного стола и негромким и мягким голосом заговорил:

- Уважаемые господа, сегодня мы собрались здесь, чтобы решить один очень и очень важный вопрос, а именно стоит ли нам продолжать бессмысленное сопротивление превосходящим силам противника или просто капитулировать на самых что ни на есть более менее достойных условиях.

Тут бригадный генерал замолчал, и в кабинете повисла, какая то тягучая и явно напряженная тишина, которую лишь спустя довольно-таки продолжительное время и рискнул нарушить один из присутствующих военных, который довольно-таки так деликатно задал следующий вопрос:

- А каковы предпосылки того что нам так скажем необходимо капитулировать?

- Во-первых, скажу вам откровенно это то, что мы только что потеряли остров Дуглас и сейчас передовые русские части отделяет от прибрежных кварталов Джуно всего на всего лишь узкий канал, во-вторых всем прекрасно известно, что сегодня утром генерал Лэнг вместе со всем своим штабом трагически погиб в результате артиллерийского обстрела и в третьих, если мы продолжим, как я считаю это бессмысленное сопротивление город Джуно будет не просто разрушен, а просто стерт с лица земли, ибо надеюсь, вы видели, что творят русские крупнокалиберные снаряды, - пояснил свою позицию генерал Дженс.

- Лично я за то, чтобы немедленно капитулировать, ибо допустить того чтобы погибли мирные горожане мы просто не можем! – воскликнул на все вышесказанное мэр Джуно Александер Сторм.

- Да, да, да, бессмысленное сопротивление ни к чему хорошему не приведет! Тем более что нам надо подумать не только о гражданских и, но и о тысячах не в чем, не повинных военных, ибо в случае боев в городской черте большая часть из них явно погибнет! В общем, уличные бои нам просто не к чему! – тут же поддержал своего коллегу губернатор штата Аляска Ричард Макнилли.

- Что же с позицией гражданских властей все более менее понятно, ну а что на все это скажут военные? – тут же обратился к своим подчиненным Сеймур Дженс.

- Если бы у нас было достаточно боеприпасов и тяжелого вооружения то мы могли бы еще оказать русским достойное сопротивление и даже отбросить их назад, но всего этого у нас просто на просто нет, так что я господа готов сложить оружие, но только на самых достойных для нас условиях, - последовал ответ на вышезаданный вопрос со стороны одного из полковников который вроде бы как показалось бригадному генералу отвечал за северный фланг обороны Джуно, тем не менее, а после этих его слов среди военных последовал некоторый шепот и после непродолжительной и тихой беседы один из офицеров встал и громко произнес:

- Мы пришли к выводу, что нужно немедленно капитулировать!

10. Красное знамя над Аляской.

И вот уже утром следующего дня, а именно утром пятого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года начались переговоры между американским командованием во главе с бригадным генералом Сеймуром Дженсом и командующим советскими силами вторжения маршалом Кириллом Семеновичем Москаленко в результате которых были достигнуты следующие договоренности, а именно все обороняющие Джуно американские войска, а также национальная гвардия складывают оружие и перестают оказывать какое-либо сопротивление. При этом всем им гарантируется соответствующее питание, медицинская помощь и прочие условия, соответствующие договоренностям о содержании военнопленных. Однако самым показательным во всех этих договоренностях стало то, что порядка десяти тысяч членов национальной гвардии после капитуляции и разоружения просто на просто отпускалось по домам или, говоря еще проще эти вооруженные силы расформировывались ибо, как известно оно в большинстве своем состояло из англоязычного населения Аляски и их в район Джуно просто на просто закинула судьба и ход вышеописанной военной кампании.

Таким образом, уже к вечеру пятого июня передовые части советских десантников и морских пехотинцев вошли на пустынные улицы бывшей столицы штата Джуно и стали один за другим занимать наиболее важные правительственные учреждения и промышленные объекты. В общем уже к вечеру следующего дня город полностью оказался под контролем советских сил, а оборонявшие его американские силы оказались полностью разоружены. Кроме этого в этот же день, а именно пятого июня советское командование высадило севернее города большой воздушный десант, военнослужащие которого тут же взяли под контроль большой аэропорт, где им также досталось порядка десяти самолетов-разведчиков, около десятка тактических бомбардировщиков и двух дюжин истребителей авиационной группы американских военно-воздушных сил которые базировались на этом сугубо гражданском аэродроме. Ну и, конечно же, здесь стоит сказать о том, что с падением Джуно практически все юго-восточная часть Аляски оказалась под контролем вооруженных сил Советского Союза и единственной территорией, где еще хозяйничали американцы это были расположенные на самой южной оконечности архипелага Александра несколько достаточно важных портов этого региона (среди которых особо выделялся город-порт Кетчикан) которые защищали порядка четырех тысяч солдат американской армии и около трех тысяч членов национальной гвардии. В общем это были довольно-таки очень и очень незначительные даже мизерные силы и когда в проливе Диксон-Энтранс появились советские боевые корабли командование этого оборонительного района южной оконечности архипелага Александра не нашло ничего лучшего как просто сложить оружие и отдаться на милость более сильному и хорошо оснащенному победителю. Таким образом, уже буквально к десятому июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года вся оставшаяся территория штата Аляска была взята под контроль войсками Советского Союза и даже на её самой южной оконечности взвилось красное знамя победы.

Тем не менее, но тут следует сказать, что с самого начала советские оккупационные власти не стали чинить каких-либо препятствий гражданской администрации, а также и простым обывателям Джуно и других населенных пунктов в новоприобретенных районах и уже буквально через несколько дней местные рыбаки, ибо именно этот промысел был основным занятием жителей архипелага Александра, стали выходить в море и спокойно заниматься своим любимым видом деятельности, при этом также снова заработали расположенные на берегу рыбоперерабатывающие предприятия, а также и прочая другая промышленность. Кроме же этого советские транспортные суда активно стали осваивать торговые пути между портами юго-восточной части Аляски от Анкориджа до архипелага Александра, хотя пока им приходилось двигаться лишь в виде охраняемых конвоев и именно вдоль этого довольно протяженного побережья.

…

- Господа, итак, скажу вам прямо, вчера мы окончательно потеряли Аляску, - произнес президент Кеннеди утром двенадцатого июня шестьдесят второго года сидя в своем большом кожаном кресле в «овальном» кабинете «Белого дома», - ну что же вы молчите? Прошу вас высказываться по существу?

- Уважаемый господин президент! – практически тут же взял слово вице-президент Линдон Джонсон: - Все это конечно так и то что мы потеряли Аляску это, конечно же, очень и очень прискорбно, но скажу вам прямо господа! Война еще не окончена и теперь нас ждет главное сражение между светлой демократией и проклятым коммунизмом, которое, как всем прекрасно известно, и должно теперь должно развернуться на севере Японии! В общем, не все еще потеряно и как говорится все еще впереди!

Тут вице-президент неожиданно замолчал и со стороны Джона Фицджералда Кеннеди тут же последовало:

- Все это конечно верно, господин вице-президент, но давайте лучше перейдем к вещам более прагматичным, так что слово за вами уважаемый министр обороны!

И тут же после этих слов президента министр обороны Соединенных Штатов Роберт С. Макнамара поднялся с большого кожаного дивана и, раскрыв свою черную папку начал тут же излагать:

- Господин президент! Господа! Прежде всего, хочу сообщить вам, что на сегодняшний день на юге Хоккайдо создана довольно внушительная группировка, которая включает в себя порядка двухсот двадцати тысяч военнослужащих вооруженных сил Соединенных Штатов, а также двадцати тысяч переброшенных туда с континента членов национальной гвардии и около сорока тысяч британских, канадских, австралийских и новозеландских солдат. Кроме этого на данный момент в распоряжении генерала Коллинза имеется двести двадцать полевых орудий, четыреста минометов, сто пятьдесят танков, двести истребителей, а также порядка ста тактических и сорока стратегических бомбардировщиков и это не считая палубной авиации. В общем если говорить предельно откровенно то наши вооруженные силы значительно превосходят силы Советов поэтому предлагаю начать операцию «Грозная сила» ранее запланированного срока а именно пятнадцатого июня сего года!

- Хм, так вы что предлагаете снова перенести сроки, несмотря на то, что корабли нашего флота еще не закончили ремонт? – совершенно неожиданно воскликнул на слова министра обороны сидевший в кресле справа от президента его младший брат генеральный прокурор Роберт Фрэнсис Кеннеди.

- Да и именно это я и предлагаю, тем более что силы нашего и британского флота находящиеся в районе Сангарского пролива практически полностью готовы к бою и их вполне достаточно, чтобы успешно провести операцию «Грозная сила»! Ну а что касается кораблей второго соединения то сейчас они ремонтируются на Оаху и это если честно займет еще довольно продолжительное время, тем более что теперь в связи потерей Аляски эти силы высвободились и могут быть успешно переброшены в любой район Тихого океана! – тут же ответил на вопрос брата президента Роберт С. Макнамара.

- Хм, что же, что же, в ваших словах есть определенный смысл, тем более что теперь и западное побережье Соединенных Штатов пока что находится без прикрытия и дела во Юго-Восточной Азии очень и очень напряженные…, - как то немного задумчиво произнес находящийся по другую сторону от президента государственный секретарь Дейвид Раск

- Да, да, мы не можем забывать о Вьетнаме тем более как считает наш истеблишмент именно там вскоре должны развернуться очередные масштабные события в противостоянии между демократическим и коммунистическими блоками, - тут же добавил к его словам вице-президент Линдон Джонсон.

- Так, так господа! – тут же снова заговорил президент: - Все это конечно хорошо, но давайте послушаем, что нам скажет морской министр и, после этого тут же перейдем к решению наших насущных вопросов! Итак, прошу вас господин Корт!

Ну и тут же новый морской министр Соединенных Штатов (а занял он эту должность всего несколько дней назад) встал, поправил свои круглые очки и, как и предыдущий докладчик, открыв черную папку громко заговорил:

- На данный момент все корабли нашего первого соединения, а так же и корабли союзного нам британского флота прошли полный ремонт и полностью готовы к проведению операции «Грозная сила»! При этом в районе боевых действий сейчас находится шесть наших и два британских авианосца, что значительно превосходит силы советского флота! Что же касается нашего второго соединения, то сейчас его корабли находятся на ремонте в гавани Перл-Харбора на Гавайских островах и, насколько мне известно, они закончат его где-то примерно в середине июля начале августа месяца!

Тут Фред Корт неожиданно замолчал и как ни в чем, ни бывало снова сел на кожаный диван рядом с министром обороны.

- Хм, что же теперь все более менее понятно, так что господа, давайте-ка перейдем к решению главного насущного вопроса, а именно: следует ли начинать операцию «Грозная сила» раньше намеченного срока или все-таки стоит подождать до первого июля? – тут же последовало со стороны президента Кеннеди.

- Я за что чтобы не переносить дату начала операции, - тут же высказался вице-президент Линдон Джонсон.

- Я тоже считаю, что не стоит торопиться, - добавил к его словам Дейвид Раск.

- Господа, господа! Нет, нет, нет, разу нас появилась такая возможность то мы должны начать наше наступление на юге Хоккайдо как можно более раньше, поэтому я полностью поддерживаю предложение министра обороны начать операцию «Грозная сила» пятнадцатого июня, то есть через три дня! – громко и как всегда немного истерично высказался брат президента и генеральный прокурор Роберт Кеннеди.

- Я тоже за то чтобы начать операцию раньше, - практически мгновенно вслед за ним произнес Роберт С. Макнамара.

- И я тоже, - быстро и негромко как будь то нашкодивший школьник, тут же произнес новый морской министр Фред Корт.

- Хм, что же ваше мнение мне понятно, а значит, начнем операцию «Грозная сила» восемнадцатого июня, - вдруг совершенно неожиданно принял Соломоново решение президент Соединенных Штатов Джон Ф. Кеннеди, после чего он как-то немного вяло махнул своей правой рукой и уже более тихо и спокойно добавил: - Ну что же господа, думаю, что вам все прекрасно понятно, так что прошу вас всех освободить мой кабинет и, кстати, не забудьте оповестить обо всем, что тут решено генерала Коллинза, вот, в общем, и все вроде бы…

- Господин президент! Господин президент! – вдруг совершенно неожиданно для всех забалагурил новый морской министр: - Есть еще один небольшой вопросик!

- Хм, ну что там у вас? – с явным неудовольствием произнес на это Джон Кеннеди.

- Как вы смотрите на то, чтобы назначить новым командующим вторым соединением нашего Тихоокеанского флота вице-адмирала Мориса Вайснера!?

- А это еще кто такой? Что-то я о нем ранее не слышал? – с некоторым удивлением ответил вопросом на вопрос президент.

- Да он понимаете, только что получил звание вице-адмирала, молодой и дельный такой…, - как то немного смущенно последовало со стороны Фреда Корта.

- Делайте что хотите, это ваша епархия, ну а я впрочем не против… - просто отмахнулся от данной небольшой проблемы Джон Кеннеди и после того как все вышеуказанные лица покинули «овальный» кабинет тридцать пятого президента Соединенных Штатов сморил внезапный сон, ну а так как нервное напряжение оказалось очень и очень большим то тут ему стали сниться самые настоящие кошмары, а именно:

а приснилось ему далекое, далекое прошлое… Как будь то бы он снова стоит на палубе своего небольшого торпедного катера под номером РТ-109 и бушующие волны Тихого океана одна за другой перекатываются рядом с этим небольшим суденышком. Ну а далее наступает полная темнота и из нее вдруг совершенно неожиданно появляется острый форштевень вражеского эсминца и со всей силы бьет в борт торпедного катера, разрезая далее его пополам. И тут Джон Кеннеди оказывается в воде где вместе с ним барахтаются его подчиненные после чего он осознает что необходимо плыть далее к близлежащему берегу на котором вполне возможно полным полно японских солдат… И все бы было так сложно и затруднительно то тут президент осознает что сил плыть далее более нет и он вот-вот захлебнется соленой и теплой океанской водой…

В общем, что тут и сказать, но далее Джон Ф. Кеннеди неожиданно проснулся и понял, что, несмотря на то, что в кабинете во всю работали кондиционеры, все его тело покрывает теплый и липкий пот.

«Фу, опять приснилась эта самая война… И ведь надо же он всегда оканчивается одинаково, а ведь всем прекрасно известно что нам удалось доплыть до берега и никаких японских солдат там не оказалось…», - подумал про себя тридцать пятый президент Соединенных Штатов после чего он нажал на кнопку находящегося перед ним на большом полированном столе селектора и громко произнес:

- Марта!?

- Да господин президент! – тут же последовал ответ со стороны находящейся в приемной секретарши.

- Сделай мне кофе и свяжи меня с вице-президентом!

- Хорошо господин президент! – тут же послышалось из динамика селектора, после чего так раздались какие-то еле слышимые щелчки и вскоре со стороны Марты тут же последовало: - Вице-президент на второй линии, а кофе будет готов через несколько минут!

- Спасибо Марта! – ответил ей Джон Фицджералд Кеннеди и буквально через несколько секунд в снятой им телефонной трубке послышался голос Линдона Джонсона:

- Я вас слушаю господин президент?

- Уважаемый господин Джонсон, хочу вам сообщить, что я намерен в самые ближайшие дни посетить северную Японию и лично встретиться с генералом Коллинзом и адмиралом Зумвалтом! Как думаете, такая поездка возможна?

- Я думаю что да, но только вам господин президент придется лететь туда на самолете, а это очень и очень опасно, - тут последовал ответ со стороны вице-президента.

- Ничего, пусть администрация разработает маршрут, а вы, как и положено, на время моего отсутствия останетесь за старшего.

- Хорошо господин президент, а кого вы возьмете с собой в эту поездку?

- Думаю, что меня будет сопровождать государственный секретарь, ибо кроме встречи с военными я намерен нанести визит дружбы и вежливости японскому правительству, тем более что все прекрасно понимают, что мы боремся именно за целостность и неделимости их страны.

- Тогда я немедленно займусь подготовкой данного визита и, как только все будет готово, вам сообщу, - тут же последовало со стороны Линдона Джонсона.

- Прекрасно, я полностью надеюсь на вас вице-президент… В общем жду вашего звонка, - закончил данный разговор президент Кеннеди и положив черную эбонитовую трубку на аппарат откинулся в своем большом кожаном кресле.

Ну а далее дверь в «овальный» кабинет неожиданно открылась и туда вошла его секретарша Марта с большим подносом в руках и мягким приятным голосом

- Ваш кофе господин президент.

- Спасибо Марта, можете быть свободны, - тут же последовало в ответ со стороны Джона Фицджералда Кеннеди.

Часть 8. Последнее лето. Вместо окончания и послесловия.

Часть 8. Последнее лето.

1. Накануне.

И вот пятнадцатого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года или если говорить более точно всего за три дня до начала давно запланированной операции «Грозная сила» («Formidable force) тридцать пятый президент соединенных штатов Америки Джон Фицджералд Кеннеди в сопровождении государственного секретаря Дейвида Раска на военно-транспортном самолете Локхид C-130 «Геркулес» с дозаправками на Гавайских островах и острове Гуам прибыл в японский город Хотинохе, который как уже было сказано ранее и являлся основной базой американского флота, а также местом расположения главного штаба сил вторжения на Хоккайдо или по другому армии генерала Джозефа Лоутона Коллинза. И вот там-то американский президент и встретился со своими славными генералами и адмиралами на борту флагманского линейного корабля 1го соединения Тихоокеанского флота Соединенных Штатов «Монтана». И, конечно же, первым делом, как только Джон Кеннеди поднялся на борт этого огромного корабля, он первым делом поздоровался за руку с вице-адмиралом Элмо Расселом Зумвалтом, генералом Джозефом Лоутоном Коллинзом, а также и другими присутствующими там морскими и сухопутными офицерами, ну и кончено же кроме этого президент отдельно поприветствовал выстроенных на верхней палубе матросов с некоторыми из которых он также по-демократически пожал руку. Ну и далее, то есть после всех этих официальных процедур американский президент вместе со своим сопровождающим генеральным секретарем, а также с адмиралом Зумвалтом и находящимся тут же на борту линкора генералом Коллинзом проследовали в специально подготовленную для беседы кают-компанию, где между ними и состоялся данный и как оказалось совершенно бесполезный высокопоставленный разговор.

- Итак, господа, прежде всего, хочу вам сказать, что я, да и весь народ Соединённых Штатов Америки очень и очень надеемся на то, что вы и ваши храбрые матросы и солдаты в самое ближайшее время наконец-то наваляете этим проклятым коммунистам и эта длительная и не особо благоприятная война покатится наконец-то в совершенно другом направлении, - как-то не особо внятно и понятно начал данный разговор Джон Ф. Кеннеди когда он и военные уселись в большие мягкие кресла вокруг огромного полированного стола на котором как и положено при военном положении была разложена большая карта данного театра военных действий и стояли высокие бокалы а также бутылки с невесть откуда взявшейся в далекой Японии «Кока-колой».

- Будьте уверены господин президент, - практически тут же последовал ответ на реплику президента со стороны вице-адмирала Элмо Рассела Зумавлта который, как и положено хозяину данного помещения, занял место по другую сторону стола, - наши матросы так и жаждут навесить оплеух этим проклятым «комми», ну а так как на данный момент все корабли вверенного мне флота полностью готовы к выполнению любых задач то скажу вам прямо за этим дело не станет!

- Что же, что же, господин адмирал это очень и очень крепкие и хорошие слова, однако, а как чувствуют себя наши славные солдаты, ибо насколько я понимаю им скоро предстоит встретиться лицом к лицу с этим коварным и наглым противником? – тут же обратился президент к командующему сухопутными силами, на что со стороны генерала Коллинза в отличие от своего морского коллеги уже более мягко и тактично последовал следующий ответ:

- Господин президент, на данный момент на территории занятой наши территории острова Хоккайдо сконцентрированы следующие силы: прежде всего это двести двадцать тысяч солдат армии Соединенных Штатов, двадцать тысяч членов национальной гвардии и около сорока тысяч союзных нам британских, канадских, австралийских и новозеландских военнослужащих. Кроме этого там же на данный момент сконцентрировано двести двадцать артиллерийских орудий, четыреста минометов, а также сто пятьдесят танков и огромное количество боеприпасов и прочего военного снаряжения. Что же касается авиации, то на аэродромах на севере острова Хонсю сейчас находится в полной боевой готовности двести истребителей, сто тактических и сорок стратегических бомбардировщиков и это не считая сил авиации флота. В общем, сухопутные войска и авиация полностью готовы к предстоящему наступлению, однако нам думается, что противника так просто сломить не удастся, ибо по сведениям нашей разведки русские также довольно значительно нарастили количество своих сил и вооружений на острове Хоккайдо.

Тут Джозеф Лоутон Коллинз неожиданно замолчал и в разговор тут же вступил пока что молчавший до этого и пристроившийся в отдельно стоящем от стола кожаном кресле государственный секретарь Дейвид Раск со стороны которого тут же последовало следующее:

- В обще то господа военные хочу вам сообщить что Государственным Департаментом на случай полного провала нашего наступления уже давным давно разработан запасной вариант…

- Провала наступления!? – несколько неожиданно проревел в ответ на реплику государственного секретаря адмирал Зумвалт: - Да как вы можете так говорить, ибо при том перевесе, который мы теперь имеем над противником успех операции «Грозная сила» просто на просто гарантирован!

- Тем не менее, однако, вы прекрасно знаете, как мы за последнее время уже несколько раз ошибались, - тут же продолжил секретарь Дэйвид Раск, - в общем, Государственный Департамент подготовил запасной вариант на случай непредвиденных событий и суть данного плана заключается в том, что тогда нам придется просто на просто пойти на сепаратное перемирии с Советским Союзом.

- То есть как так? – тут же довольно удивленно задал вопрос, внимательно слушавший этот разговор генерал Коллинз.

- Да, да, господа, именно так, - последовало на этот раз со стороны президента, - вы только сами посудите, наш Атлантический флот практически полностью деморализован, Средиземноморский уничтожен и мы потеряли контроль над Суэцким каналом, ну а теперь с окончательной потерей Аляски последняя наша надежда осталась, скажем, так, просто на вас! В общем вот так как-то господа!

- Не беспокойтесь господин президент, - тут же громко и немного высокопарно воскликнул адмирал Зумвалт, - не армия, ни флот на этот раз вас не подведут, тем более что сейчас мы имеем значительное преимущество перед Советами!

- Эх, вашими бы словами…, - с некоторым отчаяньем и обеспокоенностью последовало тут же со стороны Джона Фицджералда Кеннеди, - мне уже не раз говорили так же, а что же получалось на самом деле… В общем так давайте-ка лучше введите меня в план нашего наступления ну а далее я немедленно вылетаю в Токио, на встречу с японским правительством.

И после этих его слов генерал Джозеф Лоутон Коллинз и вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт склонившись над картой стали объяснять президенту план предстоящей операции и если уж говорить об этом более конкретно то этот скажем так, по мнению американских командующих коварный и превосходный план операции «Грозная сила» отличался лишь тем, что американское командование планировало самое настоящее наступление внутрь острова Хоккайдо по всем направлениям и фронтам. В общем, голову тридцать пятого президента Соединенных Штатов им запудрить практически что удалось и уже буквально через полчаса полностью уверенные в успехе предстоящей авантюры Джон Ф. Кеннеди и Дейвид Раск покинули борт линкора «Монтана» чтобы снова пожать руку нескольким солдатам из охраны авиационной базы в Хатинохе и отправиться на своем военно-транспортном самолете в Токио, где как уже было сказано выше их ждала встреча с японским правительством и последующий долгий перелет домой.

В общем, что тут и сказать, но это, по всей видимости, оказался один из самых бесполезных и напряженных визитов тридцать пятого президента Соединенных Штатов Америки.

…

Однако здесь следует сказать несколько слов о том, что, так как разведка Советского Союза работала довольно эффективно, советское командование отлично знало о предстоящих планах американцев и их союзников и, конечно же, также довольно-таки серьезно подготовилось к предстоящим событиям на юге Хоккайдо. Ну а так как время не было упущено советская армия, на этом самом северном острове Японского архипелага которой командовал генерал армии Николай Иванович Крылов, представляла собой довольно значительную силу, а именно:

Прежде всего, к середине июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года на Хоккайдо было сконцентрировано в общей сложности порядка двухсот двадцати тысяч военнослужащих Советской Армии, морской пехоты Тихоокеанского флота, а также сил специальных операций Комитета государственной безопасности Советского Союза, и хотя по численному количеству они довольно-таки значительно уступали силам противника по техническому оснащению и боевой технике перевес был на советской стороне. Ну а если говорить об этом более подробно то в распоряжении генерала Крылова находилось около двухсот девяносто артиллерийских орудий (калибра 122 и 152 мм), пятьсот минометов, двести танков и шестьдесят самоходных орудий, кроме этого на аэродромах острова Хоккайдо было сконцентрировано двести семьдесят истребителей (Ла-9М и Як-9М), сто девяносто фронтовых бомбардировщиков (Пе-2М и Ту-2М), шестьдесят штурмовиков (Ил-10М), а также на аэродроме в районе находящегося на самом севере острова города Вакканай находился отдельный полк стратегических бомбардировщиков Ту-4 в количестве 42 единиц.

То есть если говорить о соотношении сил противоборствующих сторон то, несмотря на численное превосходство американцев и их союзников преимущество в военной технике все-таки было на стороне сил Советского Союза. В общем, что тут и сказать, но очередное сражение за Хоккайдо назревало очень и очень серьезное. Тем не менее, а так как советское командование было прекрасно осведомлено о планах противника в тот же самый день, когда президент Кеннеди посетил борт линкора «Монтана» в штабе армии генерала Крылова в небольшом японском городе на западном побережье острова Масике произошло довольно-таки серьезное и расширенное заседание, в котором также принял участие прибывший туда на крейсере «Ад. Невельской» командующий Тихоокеанским флотом Советского союза адмирал Виталий Алексеевич Фокин.

Ну и кончено же первым открыл данный совет лично сам командующий советскими войсками на Хоккайдо генерал армии Николай Иванович Крылов, который, встав над большим столом с разложенными на нем картами острова Хоккайдо мягким и серьезным голосом произнес:

- Итак, товарищи офицеры, сегодня мы собрались здесь, чтобы решить, как мы будем противодействовать нашему противнику, ибо как сообщает разведка американцы и их союзники должны начать наступление на юге Хоккайдо как говорится со дня на день, прошу вас товарищ начальник штаба, прежде всего, изложить текущую ситуацию и положение дел на театре военных действий на данный момент, - обратился командующий к своему заместителю, после чего человек с погонами генерал-лейтенанта поднялся со своего стула и громко и последовательно заговорил:

- Товарищи, я не буду останавливаться на соотношении противоборствующих сторон, тем более что данная справка лежит перед каждым присутствующим, а сразу перейду к возможной тактике наступления наших противников, а именно:

Прежде всего, штаб генерала Коллинза планирует после массированной артиллерийской подготовки и авиационных ударов начать наступление на наши позиции сразу по двум направлениям, то есть к западу и востоку от вулкана Йотей по направлению на столицу префектуры Хоккайдо Саппоро, при этом они планируют взять этот город в клещи, после чего взять его и далее развивать последующее наступление в глубь острова. Кроме этого также часть сил противника должная будет нанести еще один вспомогательный удар по направлению на город-порт Томакомай с дальнейшим развитием данного наступления в направлении на восток. Таким образом, вот вроде бы и все по данному вопросу и поэтому наш штаб предлагает опередить противника и нанести по нему опережающие артиллерийскую подготовку и авиационные удары, в общем, также как мы поступили в сорок третьем на Курской дуге. Ну а потом планируется измотать противника в долговременных позиционных боях и после того как он выдохнется нанести по нему несколько массированных танковых ударов, с целью рассечь войска американцев и англичан по направлению к Осямамбе с последующим полным вытеснением противника с территории Хоккайдо. Вот в принципе и все вроде бы…

- Так понятно, значит, бои предстоят жестокие и на довольно ограниченном пространстве суши, - тут же последовало со стороны одного из офицеров штаба.

- Да товарищи без явной поддержки флота наше положение может стать очень и очень критическим, - добавил к вышесказанному один из присутствующих на совещании комдивов.

- Да вы абсолютно правы товарищи, так что давайте послушаем что на это скажем командующий флотом? – задал вопрос генерал Крылов, после чего адмирал Фокин встал и взяв в руки указку спокойно и рассудительно заговорил:

- Первая Тихоокеанская эскадра уже покинула Владивосток и завтра займет диспозицию у западного берега Хоккайдо, что же касается Второй эскадры то она еще находится в Петропавловске, ибо кораблям надо забункероваться и загрузить боеприпасы, так как они только что вернулись от берегов Аляски, и поэтому корабли прибудут к восточному берегу Хоккайдо примерно лишь через три четыре дня. Тем не менее даже с прибытием кораблей Второй Тихоокеанской эскадры рассчитывать на генеральное сражение нам не стоит ибо силы противника в авианосцах значительно превосходят наши и согласно полученной диспозиции она займет исходное положение в районе южной оконечности Курильской гряды откуда и будут наноситься удары по американскому флоту.

- Хм, ну что же, с этим все более менее понятно, тем не менее, командование считает что первыми, тем не менее, должны начать мы и поэтому считаю целесообразным нанести упреждающий удар по силам союзников вечером семнадцатого июня, - тут же последовало со стороны начальника штаба.

- А почему вы выбрали именно это число? – задал вопрос адмирал Фокин.

- Дело в том, что согласно имеющейся информации англо-американские войска должны начать наступление на наши позиции утром восемнадцатого июня, ибо это число для начала проведения операции «Грозная сила» а именно так называется все это мероприятие выбрал лично сам президент Кеннеди, который в данный момент находится на Хонсю, - пояснил командующий советскими восками на Хоккайдо генерал Крылов.

- Что же товарищи, тогда и для вас у меня есть небольшое сообщение, - тут же снова вступил в разговор адмирал Фокин, - дело в том уважаемые товарищи, что недавно на некоторые наши боевые корабли установлены специальные разработанные нашими советскими учеными установки, которые позволяют им подобраться к врагу практически вплотную и незаметно для него. В общем, мы уже опробовали их и они дали просто на просто превосходный результат, так что в связи с этим флот планирует нанести по военно-морским силам американцев и англичан, так скажем самый настоящий превентивный удар. В общем, проще говоря, мы не собираемся отсиживаться в стороне от основных событий.

- Что же, надеюсь, что это так сказать новое оружие действительно поможет принести нам победу над нашим противником, - констатировал вышеизложенное советский командующий генерал Крылов.

2. Начало операции «Грозная сила».

Рядовой американкой морской пехоты Элвин Грей сидел на ящике с патронами в траншее передовой линии укреплений американской армии, которая находилась всего в двух километрах от небольшой полностью разрушенной в результате боевых действий японской деревеньки на восточном склоне вулкана Йотей и внимательно осматривал находящеюся в его распоряжении автоматическую винтовку М14, ибо насколько всем уже было известно ранним утром следующего дня должно было начаться большое наступление на находящиеся всего в паре сотен метров впереди позиции советских войск. И все бы было так просто и хорошо, но едва рядовой Грей закончил внимательно осматривать затвор своего оружия, как в траншее показался командир его роты старший лейтенант Джойс что тут же привело к тому что Элвин вскочил со своего ящика и тут же, как и положено бравому солдату вытянулся по стойке смирно.

- Может сесть рядовой, чем занимаетесь? – тут же последовало на это из уст лейтенанта Джойса, на что Элвин Грей тут же снова уселся на ящик с патронами и громким голосом отрапортовал:

- Занимаемся осмотром и проверкой оружия, господин старший лейтенант!

- Молодей рядовой, правильное занятие, ибо завтра в шесть утра нам всем идти в атаку и поверьте, с такими бравыми солдатами я думаю, мы хорошо наваляем этим проклятым «комми»!

- Рад стараться господин старший лейтенант! – тут же последовало в ответ на вышесказанное со стороны рядового Элвина Грея, ну а что касается командира роты, то тот стал как-то особо внимательно оглядывать находящийся тут же рядом на бруствере и уставленный на треногий станок пулемет М60.

- Рядовой, - вдруг совершенно неожиданно снова обратился лейтенант Джойс к все еще занимавшемуся со своей винтовкой рядовому Грею, - а что то я не вижу расчет этого пулемета?

- А они вот в том блиндаже, господин лейтенант, - тут же ответил на вопрос своего командира Элвин после чего Джойс быстро проследовал в указанном направлении и скрылся за занавешивающей вход в блиндаж куском полотна цвета «хаки».

«Ну вот похоже что эти любители подуться в карты нарвались на неприятности…», - только и успел подумать рядовой Элвин как из землянки донеслись явно рассерженные вопли ротного командира и практически в тот же миг полотно неожиданно откинулось и оттуда выскочили всерьез перепуганные неожиданным появлением начальства сослуживцы Грея которые тут же бросились к своему оружию и под ругань появившегося вслед за ними из блиндажа старшего лейтенанта стали осматривать и вертеть в руках вверенное им оружие.

- Ах вы, дармоеды!!! Любители игры в карты!!! Вам завтра идти в атаку, а ваше оружие не чищено и не смазано!!! – вопил, по всей видимости, всерьез рассерженный таким отношением к службе Джойс: - Ничего вот завтра эти проклятые русские вам так наваляют, что вы надолго забудете об этой жалкой игре в карты и…

Однако договорить свою очередную фразу старший лейтенант так и не успел, ибо именно в этот момент в воздухе что-то засвистело, и всего в паре метров от траншеи раздался чудовищной силы взрыв, после чего с неба посыпались многочисленные куски земли, а также небольшие в изобилии валяющиеся вокруг позиций вулканические камни.

- Мама, что это!!!? – только и успел воскликнуть на все происходящее повалившийся на дно траншеи рядовой Элвин Грей, после чего раздался еще один чудовищной силы взрыв и именно в том месте, где только что находился блиндаж, образовалась огромная воронка, а в небо вместе с землей и камнями также полетели бревна и доски, из которых и было сооружено данное земляное укрытие.

Ну а дальше, а дальше начался самый настоящий ад, ибо русские снаряды посыпались на американские позиции непрерывным шквалом и стали превращать их вместе с находящимся там личным составом в какое-то совершенно невообразимое месиво.

«Мама, мамочка моя родная… Что же это? Что это такое?», - именно такие мысли витали в голове рядового Грея пока он, как и чудом спасшиеся от неминуемой смерти его сослуживцы, наполовину засыпанные землей, лежали на дне полуразрушенной взрывами траншеи ну а ужасный артиллерийский обстрел американских позиций тем временем продолжался и продолжался.

«Ой, мамочка, когда же все это закончится…», - мысленно и не однократно произнес рядовой Элвин Грей, и тут как будь то бы, бог услышал его слова, и наступила внезапная и совершенно оглушительная тишина.

«Мамочка моя родная, неужели это все?», - последний раз подумал про себя наш отважный американский солдат и с трудом сбрасывая с себя большие комья земли, он стал подниматься на какие-то очень и очень ватные и качающиеся от произошедшего ноги. И вот наконец-то Элвин оказался на ногах и, протирая забитые крупинками почвы глаза с явным удивлением оглядел возникший перед ним и очень похожий на лунный пейзаж некогда оборонительных позиций американской армии.

- Ой господи… И как же мы теперь пойдем в атаку? – тихим голосом прошептал пораженный произошедший рядовой Грей и тут ему на глаза попался с трудом выкарабкивавшийся из-под большой груды земли и камней командир его роты старший лейтенант Джойс.

- Грей! Грей! Помоги мне…, - последовало со стороны этого видать довольно сильно придавленного землей индивида. Тем не менее, Грей тут же взял себя в руки и бросился помогать своему командиру, ну и уже спустя несколько минут старший лейтенант, а вместе с ним и наш молодой герой сидели на развалившемся патронном ящике и с явным удивлением наблюдали за тем как из полуразрушенных траншей выбирались их боевые товарищи.

- Как вы себя чувствуете командир? – задал вопрос рядовой Грей.

- Что-то мутит еще немного, - тихим голосом ответил на его вопрос лейтенант Джойс и тут к ним один за другим стали подходить сильно перепачканные землей и имеющие сильно потрепанный вид их боевые товарищи.

- Командир, командир, что же теперь делать? Вы только посмотрите, что творится вокруг, - последовало со стороны одного из этих новоявленных бойцов великой американской армии, на что лейтенант Джойс уже более твердым и немного громким голосом тут же ответил:

- В общем, так, немедленно начинайте откапывать оружие и боеприпасы, а не то, нам завтра надо с чем-то идти в атаку на русские позиции…

В общем, что тут и сказать, но уже буквально через полчаса рядом с все еще сидящим на полуразбитом ящике с патронами командиром стала скапливаться достаточно приличная груда оружия и прочих так необходимых в предстоящем наступлении вещей ну а что касается нашего славного рядового Элвина Грея то ему довольно-таки быстро удалось откопать свою автоматическую винтовку, которая как ни странно оказалась в полном порядке.

- Ну вот, это уже гораздо лучше, - громко произнес лейтенант Джойс, когда на его глазах из-под большой груды земли двое солдат откопали уже ранее виденный им пулемет М60 на специальном треногом станке.

- Это кончено все хорошо, но командир, как же мы теперь пойдем в атаку? – задала вопрос один из его подчиненных, в руках которого откуда-то взялся самый настоящий пистолет-пулемет М3, у которого был оторван складной приклад.

- Ничего, скоро подойдут войска второго эшелона и, все будет хорошо, - ответил старший лейтенант и тут в небе совершенно неожиданно возник гул множества самолетов.

- Хм, а это еще что такое? – с явной тревогой задал вопрос сам себе рядовой Грей и тут послышался свист падающих бомб и ад на земле начался снова…

«Мама, мамочка моя родная… Да когда же все это кончится…», - с явной мольбой думал Элвин снова повалившись в полузасыпанную землей траншею при этом он так крепко прижал к себе свою винтовку как будь то бы очень и очень боялся потерять её снова.

…

- Генерал! Генерал! – громко воскликнул вбежавший в штабную палатку офицер, на что Джозеф Лоутон Коллинз громко и явно обеспокоенно произнес:

- Что, ну что опять случилось?

- Только что русские подвергли усиленному артиллерийскому обстрелу наши передовые позиции! Ну а теперь их бомбардировщики снова утюжат первую и вторую линию наших траншей!

- Так, и что же нам теперь делать? – громко и явно раздраженно последовало со стороны американского командующего.

- Нет, генерал, отменять наступление никак нельзя, - негромко в отличие от своего начальника произнес один из склонившихся над большим столом с разложенными на нем картами офицер.

- Так значит, как только все это закончится немедленно подсчитать потери и привести войска в полную боевую готовность! – распорядился генерал Коллинз, на что его начальник штаба, на полевой форме которого блистали погоны генерал-лейтенанта, довольно-таки озабоченным голосом заговорил:

- Я думаю, что нам стоит немедленно перенести начало наступления на более поздний срок, ибо связь между войсками, скорее всего, нарушена, да и сами военные части теперь необходимо привести в порядок.

- Нет, переносить сроки мы не можем, ибо все это утверждено на самом верху, в общем, делайте все, что хотите, но чтобы к утру все было в полном ажуре, ибо, как и было условлено ровно в шесть часов мы начинаем операцию «Грозная сила»! – начал тут же распаляться после слов своего заместителя командующий и практически тут же все находящиеся в его палатке офицеры забегали туда-сюда.

В общем, паника и растерянность вскоре вполне улеглись и уже часам к трем утра связь между частями американской армии и их союзников была более менее восстановлена ну а что касается потерь от внезапных артобстрела и бомбардировки то они конечно были довольно серьезными, но не критическими. И вот примерно в пять часов утра со стороны одного из офицеров штаба последовал следующий доклад:

- Господин командующий, вверенные вам части приведены в полную боевую готовность и готовы начать наступление, однако скажу вам прямо, мы потеряли около двадцати танков и три десятка крупнокалиберных орудий, так что плотность нашего огня значительно снизилась за счет передислокации оставшихся в строю батарей. Что же касается потерь среди личного состава то они, как только что доложили, составляют около пяти тысяч человек убитыми и ранеными, однако мы сумели их восполнить за счет войск третьего эшелона и резерва.

- Отлично, отлично, господа! – как ни в чем не бывало, воскликнул генерал Коллинз и сделав несколько больших глотков из стоящего поверх карт стакана с «Кока-колой», уже более спокойно продолжил: - Все вы умеете, ну а потери… Потери не так уж и значительны. Ничего господа, скоро мы наваляем русским и, как и условлено ровно в пять сорок наша артиллерия должная нанести по ним артиллерийский удар. Ну а там, в действие вступит авиация и, я думаю, что наши тактические бомбардировщики на севере острова Хонсю уже прогревают свои двигатели.

- Господин командующий, а может нашей стратегической авиации также нанести несколько ударов по целям в глубине Хоккайдо? – последовал толи вопрос толи предложение со стороны начальника штаба.

- Что же, что же, предложение вполне дельное. Пусть командующий авиацией поднимает все сорок стратегических бомбардировщиков, и они превратят Асахихаву и Вакканай в груду развалин, - явно довольно поддержал данное предложение Джозеф Лоутон Коллинз.

В общем, что тут и сказать, но ровно в шесть часов утра восемнадцатого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года после двадцатиминутной артиллерийской подготовки пехотинцы союзных войск под прикрытием имеющихся у них немногочисленных танков пошли в атаку на ощетинившиеся стволами орудий и пулеметов русские позиции и давно анонсируемая американским командованием операция «Грозная сила» вошла в свою первую фазу.

…

Таким образом, если уж говорить обо всем предельно подробно, сильно деморализованные неожиданным артиллерийским ударом и авиационной бомбардировкой русских части американских и британских войск все-таки пошли ранним утром восемнадцатого июня в атаку на русские позиции по всей линии фронта или если говорить более точно, то с западной и восточной стороны от вулкана Йотей. Тем не менее, но эта первое наступление союзников практически тут же захлебнулось и под все уничтожающим огнем артиллерии, минометов и стрелкового оружия, засевших на хорошо оборудованных позициях советских солдат американские и британские пехотинцы стали просто валиться на изрытую воронками от снарядов землю сраженные непрерывным шквалом пуль и снарядов.

В общем уже где-то к восьми часам утра восемнадцатого июня генералу Коллинзу доложили, что первая атака на русские позиции захлебнулась и американские части отошли на свои позиции с большими потерями. Однако, тем не менее, но командующий союзными войсками отнесся к этому сообщению довольно-таки легкомысленно и, не особо долго раздумывая тут же заявил:

- Ничего страшного, пусть немного попридут в себя и ровно в девять атаку повторить.

- Да, но солдаты сильно измотаны и деморализованы, может лучше отложить наступление на некоторое более продолжительное время? – попытался было возразить ему начальник штаба.

- Нет, нет, нет, раз я сказал, в девять утра, значит в девять, нам надо немедленно занять хотя бы одну линию обороны противника, ибо мне что-то необходимо докладывать в «Пентагон»! – голосом, не терпящим возражений, произнес Джозеф Лоутон Коллинз.

Ну и согласно этому приказу своего командующего ровно в девять утра после очередной непродолжительной подготовки американские и британские пехотинцы снова поднялись в бессмысленную атаку, в результате чего прямо перед русскими позициями горы трупов этих бесславных вояк стали расти просто в геометрической прогрессии. В общем, далее за весь день восемнадцатого июня союзные войска еще трижды поднимались в атаку и под ожесточенным и все уничтожающим огнем русских пушек и пулеметов с большими потерями откатывались назад. Тем не менее но все-таки в одном месте, а именно на западном участке фронта в районе небольшого и давным давно превращенного в груду развалин поселка Иванай британским и австралийским войскам удалось все-таки прорвать первую линию советской обороны и вклиниться в находящиеся тут позиции армии генерала Крылова на три-четыре километра, то есть именно в этом районе а также среди развалин этого небольшого вышеупомянутого поселка закипел самый настоящий и довольно ожесточенный ближний бой, который периодически то и дело переходил даже в рукопашные схватки.

Таким образом, вечером восемнадцатого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года американский командующий генерал Коллинз с довольно-таки обрадованным видом все же отправил в «Пентагон» сообщение в котором говорилось, что союзным войскам удалось успешно прорвать оборону противника и войти в селение Иванай.

3. Сражение у полуострова Осима (Часть 1).

- Так значит, им все-таки удалось прорвать нашу оборону южнее Саппоро, - произнес командующий советскими войсками на Хоккайдо генерал Крылов, на что его начальник штаба довольно-таки спокойным и серьезным голосом добавил:

- Да Николай Иванович, вчера они провели порядка пяти атак и, несмотря на то, что мы перед своими позициями завалили все их телами, британским морским пехотинцам удалось все-таки занять первую и вторую наши траншеи на южных окраинах селения Иванай. Ну а сегодня с утра генерал Коллинз приказал отдельному австралийскому полку при поддержке двадцати танков ударить в этом месте снова, так что сейчас бои идут прямо на улицах этого поселка.

- Что же, тогда давайте-ка срочно перебросьте туда мотострелковую бригаду из нашего резерва и три батареи противотанковых пушек БС-3, да передайте штурмовой авиации, чтобы они нанести удар по занятым противником позициям.

- Хорошо товарищ генерал.

В общем, что тут и сказать, но ситуация на западном участке фронта, в связи с прорывом британских сил к селению Иванай, стала довольно критической, тем более что оттуда до столицы Хоккайдо Саппоро было просто на просто рукой подать, поэтому советское командование тут же организовало еще две линии обороны в районе расположенного к юго-западу от порта Отару небольшого селения Йоити в которые вскоре и уперлись своим правым флангом британские стрелки, обойдя горящий и полностью разрушенный Иванай с востока. Тем не менее, но тут все-таки следует сказать, что на этом сравнительно небольшом участке между западными отрогами вулкана Йотей побережьем Японского моря сошлись в смертельной схватке довольно значительные силы, как со стороны союзников, так и со стороны войск Советского Союза.

- Ну что как я понимаю, наши храбрые солдаты все-таки прорвали русскую оборону и вот-вот ворвутся на улицы Саппоро! – громко и немного надменно воскликнул генерал Джозеф Лоутон Коллинз, на что со стороны одного из его подчиненных тут же последовал следующий ответ:

- Господин командующий, сейчас бои идут как в самом поселке Иванай, так и немного северо-восточней его в Йоити, тем не менее, русские оказывают довольно-таки серьезное сопротивление и подготовили несколько новых линий обороны. В общем, командование сухопутных сил считает, что пора нашим морякам подойти к западному побережью и огнем своих орудий поддержать наши войска.

- Что-же, что-же, передайте адмиралу Глочестеру чтобы он выводил свои корабли в Японское море и немедленно поддержал союзные войска! – тут же распорядился генерал Коллинз.

И все бы было так просто и хорошо, однако британский командующий вице-адмирал сэр Томас Глочестер был довольно-таки опытным командующим и воякой и поэтому он тут же обратился к командующему американским флотом с просьбой усилить его соединение двумя американскими авианосцами, на что вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт громко чертыхнулся на все-таки распорядился, чтобы два его авианосца «Хэнкок» и «Энтерпрайз», в сопровождении четырех фрегатов и четырех корветов охранения вошли в Сангарский пролив и соединились с британским флотом. В общем, что тут и сказать, но уже утром двадцатого июня корабли адмирала Глочестера вышли в Японское море и, выстроившись в боевой порядок, неспешно четырнадцати узловым ходом направились вдоль западного побережья полуострова Осима в северном направлении. Ну а так как британцы особо и не спешили, это стало сразу известно советскому командованию и, примерно к восемнадцати часам вечера, используя установленное на нескольких кораблях новое секретное оборудование радиолокационной защиты, 1я Тихоокеанская эскадра Советского Союза совершенно неожиданно появилась на горизонте прямо по курсу британского флота. В общем, таким образом, сражение между противоборствующими сторонами назревало очень и очень серьезное.

- Адмирал, взгляните прямо по курсу…, - немного растерянно произнес один из офицеров флагманского линкора британского флота «Энсон» обращаясь к находившемуся в ходовой рубке корабля вице-адмиралу Томасу Глочестеру, на что тот тут же взял в руки мощный морской бинокль и, приставив его к своим белесым глазам, взглянул в указанном направлении.

- Что это такое? Неужели это русская эскадра? – немного неуверенно произнес британский командующий, не убирая бинокля от своих глаз.

- Да адмирал, это явно русский флот и, причем в полном составе, - ответил на его вопрос командир линкора капитан с простой английской фамилией Смит.

- Хм, видать вместо того чтобы поддержать огнем своих орудий и авиацией наши сухопутные войска нам придется вступить в бой с советским флотом…, - задумчиво последовало со стороны сэра Глочестера.

- И думается, что нам следует поспешить с боевой тревогой, ибо русские идут навсречу нам с максимальной скоростью и вот-вот откроют огонь из свои орудий, - тут же последовало от одного из офицеров британского штаба.

- Что же, передайте по кораблям: «Боевая тревога! Скорость двадцать восемь узлов!», - последовало на это распоряжение адмирала после чего он убрал от своего лица морской бинокль и как-то немного озадаченно добавил; - Видать действительно американская разведка не ошиблась в том что у русских есть какая-то новая система защиты своих кораблей от наших радаров, иначе мы бы их уже давным давно засекли а они появились перед нами совершенно внезапно…

И именно в этот момент находящиеся примерно в двенадцати милях перед британским флотом советские корабли стали резко поворачивать вправо, а их силуэты озарились вспышками выстрелов.

- Адмирал! Русские хотят нас прижать к берегу! И кстати они открыли огонь! – тут же среагировал на это капитан Смит, в результате чего со стороны Томаса Глочестера последовало следующее:

- Вижу, вижу, капитан! Передайте на корабли: «Поворот влево! Открыть огонь! И пусть с авианосцев поднимают самолеты!» Думаю, что наступления темноты они успеют нанести не один удар по русским!

И именно в этот момент примерно метрах в ста справа от флагманского линкора «Энсон» возникли три высоких столба от падающих русских снарядов.

…

Ну и вот именно в данный момент времени ожесточенное сражение возле западного побережья полуострова Осима началось и примерно в это же время командующий 1й Тихоокеанской эскадрой Советского Союза вице-адмирал Павел Михайлович Харитонов также приказал поднять с находящихся позади эскадры своих трех авианесущих крейсеров сорок истребителей и тридцать два бомбардировщика и бросил их в атаку на британский флот, таким образом, в небе над спокойно волнующимся Японским морем разыгралось ожесточенное воздушное сражение, в котором истребители вертелись в смертельной карусели, а бомбардировщики пытались прорваться сквозь ожесточенный огонь зенитной артиллерии к своим целям в виде надводных кораблей.

Что же касается линейных сил противоборствующих сторон то они, ведя огонь с дальней дистанции фугасными и полубронебойными снарядами, первоначально разошлись на контркурсах, однако далее что британский, что советский командующие развернули свои эскадры в обратном направлении и, сблизившись до девяноста кабельтовых, стали безжалостно расстреливать друг друга, направляясь опять навстречу друг другу. Ну и вот тут-то с более близкой дистанции и были зафиксированы первые попадания с обеих сторон:

И вот в 18.45 три тяжелых полубронебойных 406 мм снаряда с флагманского линкора «Советский Союз» врезаются в борт и носовую надстройку британского флагманского линейного корабля «Энсон» при этом они пробивают незабронированные части корпуса корабля и взрываются, внутри нанося при этом огромные разрушения. Причем здесь стоит также упомянуть о том, что на этих английских линейных кораблях времен Второй Мировой войны вообще не имелось бронированных боевых рубок и поэтому крупные осколки советских снарядов просто на просто изнутри изрешетили стенки и переборки передней надстройки и перебили множество британских моряков и офицеров, как из команды корабля, так и из состава штаба вице-адмирала Томаса Глочестера. При этом сам британский командующий получил легкую контузию и ранение небольшим осколком в правое плечо.

В общем, что тут и сказать, но далее огонь с обеих сторон стал просто уничтожающим и тяжелые снаряды стали попадать в корабли практически каждую минуту, ну а так как перевес в тяжелых орудиях был на русской стороне советский командующий адмирал Харитонов еще ввел в бой дополнительные силы в виде имеющихся в его распоряжении двух линейных крейсеров («Фрунзе» и «Сталинград») которые благодаря высокой скорости хода зашли со стороны японского побережья и, охватив конец линии английской эскадры, засыпали замыкающий её старый линейный крейсер «Ринаун» 356 мм снарядами, что было для этого слабо бронированного корабля просто смертельным.

- Адмирал! Адмирал! – громко воскликнул офицер штаба, вбежавший в ходовую рубку линкора именно в тот момент, когда сэру Томасу Глочестеру перебинтовывали раненное плечо.

- Ну что, что там еще? – с негромким стоном произнес адмирал.

- Русские зажали нас в клещи! Они ввели в бой два линейных крейсера, и теперь они бьют по замыкающим нашу линию кораблям. В общем надо, что то срочно делать иначе «Ринауну» долго не выстоять, - еще не успевши окончательно отдышаться, затараторил офицер.

- Да, дела очень и очень плохи. Вы только посмотрите, как горит «Хоу»! – громко добавил к вышеизложенному капитан Смит и именно в этот момент корпус линкора сотрясли еще два попавших в него снаряда.

- Передайте по кораблям: «Поворот на юг! Немедленно уходим полным ходом!», - тут же распорядился британский командующий, на что опытный командир «Энсона» уже более тихо от себя произнес:

- Эх, нам бы суметь вырваться из этой ловушки…

Ну а в это время несколько самолетов как с одной стороны, так и с другой прорвались к своим целям, в результате чего началась совершенно новая стадия сражения в Японском море. Ну а если уж говорить об этом более конкретно, то пять американских бомбардировщиков-торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер» атаковали находящиеся в стороне от сражающихся основных сил советские крейсера и атаковали их имеющимися в них на вооружении старыми авиационными торпедами Мк13 с боевым зарядом в 272 кг «Торпекса». Причем в результате этой атаки три самолета были сбиты зенитной артиллерией советских кораблей, однако одна из американских торпед попала в борт легкого крейсера «Свердлов» в районе второй дымовой трубы, в результате чего в борту корабля образовалась пробоина размером два на три метра и, оказалось затоплено одно из котельных отделений. Тем не менее, советский крейсер остался в строю, хотя его скорость сразу упала до двадцати восьми узлов.

Тем не менее, а на этом авиационные удары по советским кораблям отнюдь не закончились и уже спустя всего несколько минут пять британских бомбардировщиков-торпедоносцев «Фейри Барракуда» Мк5 снова атаковали советские крейсера и, несмотря на то, что четыре из пяти этих старых самолетов были поражены средствами противовоздушной обороны они добились еще двух торпедных попаданий в советский легкий крейсер «Калинин» при чем в данном случае в результате вышеуказанных торпедных попаданий образовались две довольно значительные пробоины, в результате чего корабль полностью лишился, ходя и приняв в себя более тысячи двухсот тонн воды получил крен в двадцать градусов на левый борт. Ну и забегая вперед, следует сказать, что в дальнейшем судьба этого корабля была предрешена и по приказу командующего эскадрой пара советских эсминцев сняла с него экипаж и окончательно потопила сильно поврежденный и дрейфующий крейсер парой торпед.

Но вернемся немного назад и когда сражение между линейными силами противоборствующих сторон находилось в самом разгаре восемь советских пикирующих бомбардировщиков Ту-2МК прорвались к американскому авианосцу «Хэнкок» и всадили в его палубу пять бронебойных двухсот пятидесяти килограммовых бомб, в результате чего этот довольно-таки приличных размеров корабль вспыхнул как свечка и через несколько минут страшного пожара на нем сдетонировали приготовленные для американских самолетов боеприпасы. В результате чего над поверхностью Японского моря возник гигантский огненно-черный столб дыма и пламени, а немногочисленные чудом оставшиеся в живых члены его команды стали бросаться с огромной высоты его борта в холодную спокойную морскую воду.

Однако, тем не менее, вернемся к ожесточенно обстреливающим друг друга линейным силам и, как уже было сказано ранее, уже в 19.40 британский командующий сэр Томас Глочестер отдал приказ всем кораблям его соединения спешно отходить на юг. Тем не менее, но именно в этот момент шедший замыкающим в колонне британских линейных сил линейный крейсер «Ринаун» в результате попадания советского 356 мм снаряда в корму потерял управление и резко выкатился в сторону, в результате чего оба советских линейных крейсера сосредоточили весь огонь своих тяжелых орудий на этом старом времен еще первой мировой войны несчастном корабле. Ну а так как бронирование «Ринауна» скажем так, было просто аховым, русские снаряды без особо труда прошивали его борта и взрывались, внутри нанося этому ветерану двух мировых войн серьезные повреждения и разрушения.

- Сэр, похоже «Ринауну» пришел конец! – громко произнес один из офицеров британского штаба только что вернувшийся в ходовую рубку, где всерьез расстроенный возникшей ситуацией вице-адмирал сидел на раскладном стуле, опустив вниз свою седую голову.

- Да, если бы русские не ввели в бой свои линейные крейсера у нас еще был бы шанс, а теперь я просто молю бога чтобы нам удалось вырваться из этой петли…, - как то немного понуро и тихо произнес в ответ сэр Глочестер после чего он вдруг совершенно неожиданно встал со своего стула и, взяв здоровой рукой, морской бинокль вышел на правое крыло ходового мостика, чтобы взглянуть на то, что творится в конце колонны его линейных кораблей. Ну а посмотреть там было на что, ибо все в огне и дыму среди высоких столбов падающих снарядов, сами непрерывно стреляя вслед за «Энсоном» уверенно двигались сильно пылающий «Хоу» и уверенно идущий вслед за ним и как это ни странно, но менее пострадавший «Вэнгард». Что же касается «Ринауна» то как удалось рассмотреть сквозь дым английскому адмиралу этот старый линейный крейсер развернуло бортом к расстреливающим его советским кораблям и весь в огне от многочисленных пожаров он, похоже, что погрузился кормой в воду вплоть до верхней палубы.

- Да, с «Ринауном» можно проститься…, - тихо прошептал вице-адмирал и по его лицу толи от теплого ветра, толи от обиды потекли скупые блестящие слезы.

И вот теперь спустя примерно час после начала активной фазы сражения британский флот бросив за кормой полузатопленный погибающий «Ринаун» с максимальной скоростью уходил на юг в сторону Сангарского пролива, а идущие западнее от него русские корабли продолжали с упорством расстреливать его из своих крупнокалиберных орудий. Тем не менее, на этом сражение в Японском море еще отнюдь не закончилось, ибо световой день в июне месяце довольно-таки очень и очень длинный, а ночи светлые и короткие.

4. Сражение у полуострова Осима (Часть 2).

И вот тут-то перед англичанами встала самая настоящая дилемма, ибо на их пути возник небольшой вулканический остров Окусири, который был отделен от японского побережья небольшим двадцати километровым проливом с одноименным названием. В обще то когда соединение сэра Глочестера двигалось на север оно обошло этот островок с запада ну а теперь так как по правому борту двигались русские корабли, которые при этом непрерывно обстреливали британский флот, британский вице-адмирал приказал своим кораблям войти в этот небольшой пролив и таким образом попытаться хотя бы на время дать своим истерзанным кораблям небольшую передышку. Однако и советское командование прекрасно понимало возникшую ситуацию и поэтому вице-адмирал Харитонов приказал своим кораблям обойти Окусири с запада, после чего снова отрыть по британскому флоту артиллерийский огонь. Тем не менее, но битва в Японском море ненадолго прекратилась и именно в это время советские самолеты нанесли по находившемуся немного южнее англо-американскому авианосному соединению очередной бомбовый удар. В общем если уж говорить об этом более подробно, то сорок советских бомбардировщиков Ту-2МК под прикрытием пятидесяти истребителей поднялись с трех авианесущих крейсеров и после ожесточенного воздушного сражения частично прорвались к шедшему замыкающим американскому авианосцу «Энтерпрайз» всадив в его взлетную палубу сразу четыре двухсот пятидесяти килограммовые бронебойные бомбы. Тем не менее, несмотря на значительные разрушения, пылающий американский корабль с небольшим креном на левый борт продолжал уходить полным ходом на юг и именно в этот момент один из подбитых зенитной артиллерией бомбардировщиков с полной боевой нагрузкой пошел на таран и врезался в уже поврежденный левый борт «Энтерпрайза» прямо в середине его двухсот пятидесяти метрового корпуса, при этом раздался сильнейший взрыв, в небо взметнулись обломки обшивки и палубы корабля а в его левом борту возник огромный пролом от самой ватерлинии до верхней палубы. В общем, этот сильно поврежденный корабль вошел в стремительную циркуляцию и, все сильнее и сильнее кренясь на левый борт буквально через пару минут в связи со стремительным поступлением воды во внутренние отсеки перевернулся кверху килем. При этом из более двух тысяч человек экипажа этого корабля удалось спастись лишь пятерым.

Ну и теперь вернемся немного на север, а именно туда где два советских линейных крейсера к этому времени практически изрешетили своими 356 мм снарядами этот несчастный «Ринаун» который к этому времени набрал в себя через множество полученных им пробоин такое огромное количество воды, что его корма оказалась вровень с холодной водой Японского моря. Ну а так как судьба этого старого линейного крейсера уже была фактически решена, советские корабли оставили поле боя и полным ходом устремились на юг туда, где должен был вот-вот начаться очередной этап этого ожесточенного и страшного сражения. Ну а «Ринаун», а что же он, но это ни странно этот похожий на решето корабль еще достаточно долгое время продержался на поверхности моря и лишь спустя пару часов, когда стало уже совсем темнеть покинутый своим экипажем медленно и все также с развивающимся на мачте британским флагом стал погружаться в холодные воды Японского моря. Ну а что касается членов экипажа этого славного крейсера то они, как и положено погрузились на оставшиеся шлюпки и плоты и успешно добрались до западного занятного английскими пехотинцами побережья полуострова Осима.

Однако вернемся немного назад и примерно в 19.55 двадцатого июня несколько британских торпедоносцев со стороны заходящего на западе солнца вышли в атаку на поврежденный ранее и отставший от остальных кораблей эскадры легкий крейсер «Свердлов» и всадили в него сразу три торпеды, в результате чего он стал быстро погружаться в воду и в 20.20 опрокинулся и пошел ко дну. Таким образом, за два часа сражения у полуострова Осима советский флот потерял два легких крейсера, а его противники два американских авианосца и британский линейный крейсер. Тем не менее, но впереди назревало, по всей видимости, очень и очень напряженное и страшное ночное сражение.

И вот примерно в 23.00, то есть когда солнце уже почти что практически скрылось за горизонтом, истерзанный русскими снарядами британский флот преодолел пролив Окусири и вновь столкнулся с советским флотом, который, пользуясь преимуществом в скорости, обошел этот небольшой остров с запада. Ну а так как на использование авиации наложила вето быстронаступающая ночная темнота линейные, и крейсерские силы противоборствующих сторон быстро сблизились до дистанции в шесть пять миль и, освещая друг друга прожекторами, вступили в ночной артиллерийский бой.

- Пусть крейсера немедленно прикрывают авианосцы! – произнес вице-адмирала сэр Томас Глочестер когда июньская ночь внезапно озарилась вспышками выстрелов.

- Адмирал русские сблизились по правому боту на дистанцию кинжального огня, кроме этого с кормы нас нагоняют два русских линейных крейсера, так что мы опять вот-вот окажемся под перекрестным огнем, - тут же отрапортовал своему командующему один из офицеров его штаба.

- Увеличить скорость, надо как можно быстрее достичь Сангарского пролива, - как-то немного устало произнес в ответ на вышесказанное сэр Томас Глочестер и именно в этот момент раздался оглушительный грохот и две носовые башни линкора «Энсон» извергли из своих стволов 356 мм снаряды, которые с шипением унеслись в сторону маячившей на западе русской эскадры.

В общем, что тут и сказать но бой начался с новой довольно ожесточенной силой и обе стороны стали заваливать друг друга непрерывным шквалом снарядов как главного и так и среднего калибра. Тем не менее, но теперь против четырех советских линейных кораблей и двух находящихся позади британского флота линейных крейсеров у англичан осталось всего три сильно изуродованных линкора, что делало их шансы успешно добраться до Сангарского пролива очень и очень призрачными. Ну и кончено же здесь также стоит сказать о том, что наконец-то в этот же самый момент времени немного южнее британские и русские тяжелые и легкие крейсера также вступили в довольно-таки напряженное и ожесточенное противостояние, при чем против двух тяжелых и четырех легких крейсеров у советской стороны британцы имели аж пять тяжелых и девять легких крейсеров. Таким образом, на этой линии противостояния преимущество явно было у флота Великобритании, однако русские крейсера уверенно шли на сближение и под ужасным артиллерийским обстрелом пытались прорваться к спешно уходящим на юг двум английским авианосцам.

- Товарищ адмирал, если дело так пойдет и дальше, то мы можем вскоре вообще остаться без крейсеров, - обратился к командующему 1й Тихоокеанской эскадрой один из подчиненных ему офицеров.

- Хм, и чем это мотивировано? – как-то немного недовольно задал вопрос на вышесказанную фразу вице-адмирал Харитонов.

- Перевес противника в крейсерах очень и очень большой, так что рекомендую немедленно дать команду командирам крейсерских отрядов на немедленно отступление.

- Что же пусть будет так, пусть адмиралы Бекренев и Егоров немедленно выходят из боя и отходят к авианосной группе, - распорядился командующий советской эскадрой.

И вот практически спустя несколько минут шестерка советских крейсеров резко повернула вправо и стали спешно уходить в сторону все еще немного светлеющего от заходящего солнца запада, при этом примерно в это же время к британскому командующему снова обратился один из его подчиненных:

- Сэр, только что пришло сообщение, что русские вывели свои крейсера из боя!

- Ха! Что же это очень и очень хорошая новость! Пусть командующий крейсерским отрядом контр-адмирал Стэйтон немедленно разворачивает все тяжелые крейсера на север и атакует русские линкоры, ну а остальные силы пускай остаются для прикрытия авианосцев! – явно довольным голосом распорядился адмирал Глочестер и именно в этот момент в борт «Энсона» с ужасным грохотом ударили сразу три советских крупнокалиберных снаряда.

- О господи, если так пойдет и далее, мы скоро пойдем ко дну! – в явном отчаянье от происходящего воскликнул капитан Смит.

Тем не менее, а снаряды с обеих сторон сыпались просто градом и, единственное что могло теперь спасти линейные силы англичан от полного уничтожения так это та самая отчаянная атака тяжелых британских крейсеров, которые к 22.40 развернулись курсом на север и стали заходить на линию советских линкоров с запада.

- Товарищ адмирал, - тут же обратился к адмиралу Харитонову один из его подчиненных, - спереди появились крейсера противника, они заходят на нас справа!

- Так, значит, адмирал Глочестер хояет зажать нас в клещи, - немного задумчиво произнес на это советский командующий, - значит так, немедленно передайте на линейные крейсера пусть они полным ходом обходят нас с кормы и атакуют британцев.

- Да но на это им потребуется как минимум двадцать-тридцать минут…

- Ничего продержимся…

Тем не менее, на вскоре в результате вышеописанного маневра британцев колонна советских линейных кораблей на некоторое время оказалась под перекрестным огнем, ибо с одной стороны она вела бой с тремя английскими линкорами, а с другой её стали обстреливать тяжелые крейсера. Однако спустя некоторое непродолжительное время по ним открыли огонь спешно зашедшие с севера два советских линейных крейсера и их тяжелые 356 мм снаряды стали, прежде всего, чинить просто уничтожающее действие на находящиеся впереди отряда британские тяжелые крейсера «Корнуол» и «Йорк» которые сразу же получили по несколько попаданий и спешно стали разворачиваться на обратный курс, ибо даже одно удачное попадание крупнокалиберного снаряда могло оказаться просто фатальным для этих древних времен тридцатых годов британских кораблей.

Тем не менее, а все же несколько русских снарядов нашли свою цель и в 23.15 один их них поразил шедший головным флагманский крейсер «Корнуол» прямо в переднюю башню, при этом он просто разворотил её как консервную банку, а одно из двух её 203 мм орудий просто на просто сорвало со станка и выбросило за борт.

Далее в 23.18 еще один 356 мм снаряд ударил в носовую часть тяжелого крейсера «Йорк» и, пробив борт, дошел до 25 мм носового броневого траверса, где и взорвался, изуродовав множество переборок и верхнюю палубу.

В общем, далее сразу стало понятно, что если все так продлиться и далее потерь среди слабо защищенных и непредназначенных для такого боя британских крейсеров не избежать и командующий крейсерским отрядом контр-адмирал Стэйтон принял единственно правильное решение и распорядился о повороте «все вдруг» и срочном отходе в южном направлении. Тем не менее, а эта фактически безумная атака британских тяжелых крейсеров дала некоторую передышку главным силам флота и вскоре три изрешеченных снарядами британских линейных корабля все-так приблизились к мысу Сираками за которым, и маячил вход в спасительных Сангарский пролив, куда уже успели войти два оставшихся практически неповрежденными британских авианосца а также и прикрывавшие их легкие крейсера и эсминцы.

- Ну вот, вроде бы наш авианосный отряд все-таки ускользнул, - с явным облегчением произнес адмирал Глочестер на что один из офицеров его штаба довольно-таки уверенно добавил:

- Да если бы не наш перевес в крейсерах, то русские и его бы уничтожили.

- Ничего, все будет хорошо, однако наши линейные корабли практически полностью израсходовали свой боезапас и изрешечены русскими снарядами, так что как только достигнем Аомори пусть сразу же встают на ремонт, а свой штаб я перенесу на один из тяжелых крейсеров, - глубокомысленно изрек английский адмирал, на что его находящийся тут же на ходовом мостике капитан Смит тихо произнес:

- Надо еще до туда добраться…

- Что вы имеете в виду? – строго задал вопрос, услышавший эту фразу британский командующий.

- А вы что не чувствуете? – тут же вопросом на вопрос ответил командир линкора «Энсон»: - Как мне доложили мы уже приняли через пробоины около восемьсот тонн воды и имеем крен на правый борт в десять градусов. И кстати скорость упала до двадцати трех узлов…

- Вот дьявол, по всей видимости, в результате этого безумного сражения мы полностью лишились своего линейного флота! – тут же чертыхнулся сэр Глочестер.

Тем не менее, а так как вскоре должно было уже начать светать, а, следовательно, в небе могла появиться вражеская авиация, советский командующий вице-адмирал Харитонов решил прекратить дальнейшее преследование противника и спешно отходить на север в сторону северной части Японского моря, где вражеской авиации достать советские корабли было уже практически невозможно. В общем, сражение у полуострова Осима к двум часам ночи двадцать первого июня полностью прекратилось и уставшие моряки просто на просто попадали на палубу, чтобы хоть немного выспаться и отдохнуть.

…

- Дьявол! – чертыхнулся вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт когда утром двадцать первого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года ему доложили о результатах только что состоявшегося у западного побережья полуострова Осима сражения между советским и британским флотом: - Так значит, мы потеряли два авианосца! И зачем я только направил их в распоряжение англичан? – с явной досадой в голосе добавил он к своему ругательству.

- Но адмирал, британцам пришлось очень и очень туго, - тут же последовало со стороны принесшего эту весть дежурного офицера, - они так и не выполнили поставленного перед ними задания, потеряли линейный крейсер, а их линкоры просто на просто изрешечены так русскими снарядами, что вряд ли смогут снова выйти в море.

- Все это очень и очень дурные вести, - мрачно последовало со стороны американского командующего, который далее, как и положено истинному американцу отхлебнул из стоящего перед ним стакана холодной «Кока-колы» и задал следующий вопрос: - А что с британскими авианосцами?

- Согласно сообщению от адмирала Глочестера оба их ударных авианосца в полном порядке и хотя авиагруппы на них понесли серьезные потери, они могут и далее принимать участие в поддержке наших сухопутных сил.

- Ну что же, хорошо, что хоть два этих старых корыта уцелели, ну а что касается находящихся на них самолетов, то ничего, пусть теперь эти англичане повоюют имеющимися у них силами. Однако теперь на нашем фланге осталось всего четыре ударных авианосца и думается мне, что здесь скоро появится вторая советская эскадра, - глубокомысленно произнес американский командующий, на что все-еще присутствующий в кают-компании дежурный офицер неожиданно снова заговорил:

- Да, но господин адмирал, генерал Коллинз требует, чтобы наши корабли поддержали его войска своим огнем и авиацией, по крайней мере, сегодня утром от него пришло второе такое сообщение.

- Хм, хорошо, пусть большие крейсера «Гуам» и «Филиппины» вместе с авианосцами «Ленсингтон» и «Саратога» выйдут к южному побережью Хоккайдо в районе Томакомай и помогут нашим сухопутным войскам прорвать оборону противника! – громко последовало со стороны вице-адмирала Элмо Рассела Зумвалта и как оказалось это была его очередная ошибка, ибо к этому времени 2я Тихоокеанская эскадра Советского Союза закончила свое развертывание в районе мыса Эримо что у юго-восточного берега Хоккайдо.

5. Ошибка адмирала Зумвалта.

Однако вернемся немного назад, ибо тут следует сказать несколько слов о том, что происходило на сухопутном фронте в течение дня двадцатого июня или по-другому именно в тот момент, когда в Японском море и происходили вышеописанные события. Так как же развивались события на западном участке фронта, где английские, австралийские, канадские и новозеландские солдаты с явным ожесточением пытались прорвать оборону советских войск в районе населенных пунктов Иванай и Йоити или если говорить более подробно к западу от вулкана Йотей. Ну и происходило там следующее: в результате десятка практически непрерывных и бессмысленных атак солдатам британской морской пехоты, а также их союзникам по Королевскому Содружеству все-таки удалось закрепиться на южных окраинах небольшого населенного пункта Йоити, от которого до крупного портового города Отару было всего около десяти километров. Что же касается Иваная то на развалинах этого небольшого поселка весь день шли ожесточенные бои, причем инициатива там то и дело переходила их рук в руки. Однако так как по приказу генерала Крылова в данный район были переброшены дополнительные силы в виде двух мотострелковых бригад и отдельного танкового батальона, к вечеру двадцатого июня советским войскам удалось выбить британцев с южных и восточных окраин этого селения и отбросить их на два три километра.

Тем не менее, но все-таки здесь стоит признать, что британские войска в отличие от наступающих на восточном участке фронта (к востоку от вулкана Йотей) американцев смогли все-таки добиться кое-каких довольно-таки значительных результатов и поэтому командующий союзными силами генерал Джозеф Лоутон Коллинз приказал перебросить туда дополнительные силы в виде двух американских пехотных дивизий, а также отказавшись от наступления на север (на Саппоро) нанести новый удар в направлении порта Томакомай в результате чего ему и потребовалась срочная поддержка со стороны флота.

И вот ранним утром двадцать первого июня сразу же после вышеприведенного разговора в кают-компании флагманского линкора «Монтана» из главной базы американского флота Хатинохе в сторону южного побережья Хоккайдо вышел специально сформированный для этого оперативный отряд в составе больших (линейных) крейсеров «Гуам» (флаг командующего контр-адмирала Дениса Хола), «Фмллипины», ударных авианосцев «Ленсингтон» и «Саратога», легкого крейсера-скаута «Фресно», а также четырех эсминцев, двух фрегатов и четырех корветов охранения. И все бы было так просто и хорошо, однако именно в это время, используя установленные ранее на кораблях установки противорадиолокационной защиты 2я Тихоокеанская эскадра флота Советского Союза уже заканчивала свое развертывание немного восточнее находящегося на самой южной оконечности Хоккайдо мыса Эримо и фактически оперативный отряд адмирала Хола сам устремился в ловушку образованную силами советского командующего вице-адмирала Игнатьева. Ну а так как советская эскадра находилась у берегов Хоккайдо фактически в полном составе, шансов уцелеть у этого небольшого подразделения американского флота не было практически никаких.

И вот уже утром следующего дня, а именно двадцать второго июня отряд адмирала Хола подошел к южному берегу Хоккайдо и уже в 8.00 американские палубные самолеты стали стартовать с авианосцев, чтобы нанести бомбовые удары по обороняющим город-порт Томакомай русским войскам. Ну и кончено же сразу же после этого командующий советскими войсками на Хоккайдо генерал Крылов связался по закрытой линии с вице-адмиралом Игнатьевым и известил его о том, что вблизи южного побережья Хоккайдо появились американские боевые корабли.

- Ну что же, вот и пришло время нанести по американскому флоту первый удар, - кратко прокомментировал это сообщение командующий 2й Тихоокеанской эскадрой и приказал отправить для уничтожения кораблей американского флота два линейных крейсера под командованием младшего флагмана контр-адмирала Мокова и второй крейсерский отряд контр-адмирала Олейника, а также поднимать для удара по американским авианосцам бомбардировщики и истребители со своих авианесущих крейсеров. В общем, что тут и сказать, но судьба попавшего в ловушку возле Томакомай американского отряда контр-адмирала Хола была практически решена.

…

- Господин адмирал! – громко последовало от одного из офицеров штаба контр-адмирала Дэниса Хола: - Наблюдатели сообщают, что с юго-востока показались неизвестные корабли!

- Корабли на юго-востоке? Но почему на радарах ничего нет? – несколько удивленно переспросил командующий оперативным отрядом.

- Это нам не известно, но скорее всего это русские крейсера из второй эскадры Советов.

- Так, немедленно приготовиться к артиллерийскому бою! Большим крейсерам полный ход, идет навстречу противнику! Ну а что касается авианосцев, то передайте, чтобы там немедленно поднимали торпедоносцы! – громко и быстро начал отдавать приказы адмирал Хол.

- К сожалению это невозможно господин адмирал! – как то немного неуверенно последовало со стороны одного из офицеров.

- То есть как так?

- Большинство самолетов с «Ленсингтона» и «Саратоги» задействованы в поддержке сухопутных войск, ну а что касается тех, что сейчас находятся на них, то они заправляются топливом и боеприпасами.

- Вот дьявол! Как только они это закончат пусть немедленно отправляются атаковать русских! – громко последовало со стороны командующего американским оперативным отрядом и тут к его несказанному неудовольствию неожиданно пришло новое сообщение, которое гласило, что с юго-востока показалось порядка трех десятков советских бомбардировщиков.

В общем, далее стало абсолютно понятно, что американские корабли попали в самую настоящую ловушку и уже через полчаса стало совершенно очевидно, что против двух американских больших крейсеров (18 – 305 мм орудий) русское командование задействовало два вооруженных 24 - 356 мм орудиями линейных крейсера, два тяжелых крейсера имеющих каждый по 8 - 280 мм орудий и два легких крейсера еще с 16 – 180 мм пушками. Таким образом, исходя из всего вышеприведенного стало очевидно понятно что советский флот в предстоящем сражении имеет огромный перевес и у судьба американского оперативного отряда фактически решена.

И вот в 10.45 двадцать второго июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года дистанция между пытающимися вырваться из западни американскими кораблями и атакующими их советскими крейсерами достигла ста кабельтовых и обе стороны начали артиллерийскую дуэль, все более и более сближаясь. Что же касается авианосцев то они примерно в это же время подверглись массированной атаке со стороны советских бомбардировщиков и уже в 11.05 первые две бронебойные бомбы пробили взлетную палубу авианосца «Саратога» и взорвались внутри, в результате чего на нем возник сильный пожар и начались взрывы подготовленных для своих самолетов боеприпасов и авиационного топлива. Тем не менее, но на этом русские не стали останавливаться и уже спустя пять минут советские пикирующие бомбардировщики Ту-2МК всадили в «Саратогу» еще две БРАБ-250, а также одну такую же бронебойную бомбу в носовую часть «Ленсингтона».

Что же касается больших крейсеров то за первые полчаса боя в «Гуам» попало пять 356 мм и три 280 мм, а также два 180 мм снарядов которые нанесли этого большому крейсеру серьезные повреждения. Что же касается шедших за ним «Филиппин» то в этот корабль влетело три 356 мм, два 280 мм, а также четыре 180 мм снаряда, причем несколько попаданий пришлось в районе ватерлинии, в результате чего оказался затоплен ряд внутренних отсеков и огромный крейсер получил крен в семь градусов на левый борт.

Однако и американцы за это время отметились несколькими попаданиями в советские корабли, так шедший первым линейный крейсер «Пересвет» получил три попадания 305 мм снарядами, находящийся за ним «Ослябя» два попадания и заходящие с другой стороны тяжелые крейсера «Баян» и «Громобой» по одному такому же попаданию.

В общем, сражение у южного берега Хоккайдо принимало все более и более ожесточенную форму ну а так как советские крейсера все сокращали и сокращали дистанцию снаряды стали попадать в цель практически каждую минуту. Что же касается американского легкого-крейсера скаута «Фресно» то этот небольшой кораблик развил максимальную скорость и стал пытаться вырваться из возникшей западни вдоль южного берега Хоккайдо, однако тут за ним по приказу советского командования устремились легкие крейсера «Варяг» и «Олег» и вскоре между этими тремя кораблями возник бой на ретирадных дистанциях.

И вот когда все вышеописанное происходило у южного берега Хоккайдо в гавани расположенного гораздо южнее Хатинохе а именно в ходовую рубку находящегося там флагманского линейного корабля американского флота «Монтана» спешно вошел или лучше сказать фактически забежал дежурный офицер и, обращаясь к командующему громко обратился:

- Господин вице-адмирал, только что пришло сообщение, что отряд контр-адмирала Хола блокирован русскими крейсерами в районе Томакомай!

- Хм, то есть, как это блокирован? – с некоторым удивлением переспросил Элмо Рассел Зумвалт на что со стороны сильно вспотевшего от волнения и бега офицера тут же последовало следующее объяснение:

- В общем, только что пришло сообщение что «Лесингтон» и «Саратогу» атакуют русские бомбардировщики, а «Гуам» и «Филиппины» ведут артиллерийский бой с превосходящими силами противника!

- Господи, а ведь у меня было предчувствие, что советская вторая эскадра где-то рядом! Передайте адмиралу Холу чтобы он немедленно отходил на юг, и пусть наши крейсера немедленно снимаются с якорей и выдвигаются ему навстречу! – в явном волнении от происходящего распорядился адмирал Зумвалт и тут присутствующим в ходовой рубке стало абсолютно понятно что командующий совершил роковую ошибку ну а судьба кораблей отряда Хола практически решена.

Ну а тем временем происходящее у южного берега Хоккайдо набирало все более и более конкретные обороты и примерно еще за двадцать минут боя пылающий «Саратога» получил еще целых пять бомбовых попаданий, остановился и стал крениться на левый борт, ну а «Ленсингтон» получивший еще три бронебойные бомбы во взлетную палубу все еще пытался уйти из-под удара по направлению к оккупированному американскими войсками городу на южном побережье Хоккайдо Муроран. Однако, тем не менее но как говорится и судьба этого корабля также была решена ибо к этому моменту в небе появился еще один отряд из двадцати советских пикирующих бомбардировщиков и они быстро и аккуратно зашли в атаку на этот и так уже сильно поврежденный корабль.

Что же касается сражающихся в это время крейсеров то так как перевес в тяжелых орудиях был явно на советской стороне четыре советских крейсера просто засыпали своими снарядами «Гуам» и «Филиппины» и изрешеченные снарядами оба эти корабля все еще отстреливаясь из оставшихся орудий просто на просто пытались уйти от неминуемой гибели в южном направлении.

- Адмирал! – громко воскликнул капитан большого крейсера, обращаясь к молча стоявшему в боевой рубке контр-адмиралу Дэнису Холу: - Похоже, что мы вот-вот пойдем ко дну!

- А что вы хотите? – мрачно переспросил командующий: - Нас просто загнали в ловушку, и перелайте своим подчиненным, чтобы они готовились покинуть корабль!

И именно в этот момент на горизонте возник огромный столб огня и дыма…

- Что, что это такое? – тут же послышалось от одного из находящихся в броневой рубке офицеров.

- Это взорвался «Саратога», - мрачно последовало в ответ со стороны командира большого крейсера.

- О господи, а как же люди!?

- Господь бог примет их душу…, - тихо констатировал адмирал Хол.

Тем не менее, а артиллерийский огонь не прекращался и вскоре на «Гуаме» в строю осталась лишь одна кормовая башня главного калибра, а сам корабль в результате нескольких попаданий тяжелых бронебойных снарядов в машинное и котельное отделения почти что остановился и стал крениться на левый борт.

- Ну, вот вроде и все! Немедленно оставить корабль! И пусть один из эсминцев подойдет к правому борту! – тут же последовали распоряжения со стороны командира корабля, ну а один из находящихся в рубке офицеров обратился к адмиралу:

- Сэр, надо выдвигаться к правому борту, ибо туда подойдет эсминец сопровождения!

- Оставьте меня в покое, - твердым и абсолютно спокойным голосом произнес в ответ контр-адмирал, что привело офицера в некоторое замешательство и именно в этот момент в изуродованный левый борт попало сразу три крупнокалиберных снаряда и «Гуам» вздрогнул и стал все быстрее и быстрее крениться.

- Вот черт! – кто то тут же чертыхнулся, ну а что касается командира гибнущего крейсера, то тот тут же громко закричал:

- Покинуть корабль!!!

И далее началась невообразимая суета, все бросились вон из рубки, ну а что касается моряков то они просто на просто стали прыгать в холодную воду с огромной высоты правого борта. Тем не менее, но агония этого огромного корабля все нарастала и нарастала и вскоре большой крейсер быстро опрокинулся, перевернулся кверху килем и еще на некоторое время застыл в таком вот нелепом положении, ну а немногие успевшие прыгнуть в море люди стали активно барахтаться в воде при этом некоторые из них забрались на покрытое ракушками дно опрокинувшегося крейсера, ну а другие более опытные пытались наоборот отплыть от него как можно дальше. Ну и далее к этому месту приблизился один из американских эсминцев с борта, которого сбросили веревочную сетку и по ней некоторые из счастливчиков быстро полезли вверх. Однако, тем не менее, но большая часть моряков из экипажа большого крейсера «Гуам» а также из членов штаба командующего оперативным отрядом погибла, причем в их числе оказались и командир корабля, и лично сам контр-адмирал Дэнис Хол.

Тем не менее, но на этом бой не окончился, и далее наступила очередь авианосца «Ленсингтон» который к этому времени также получил еще ряд бомбовых попаданий и с большим дифферентом на нос, объятый пламенем, четырнадцати узловым ходом двигался вдоль японского побережья. Ну а так как добить этот крупный и важный корабль было просто необходимо по приказу командующего 2й Тихоокеанской эскадрой вице-адмирала Игнатьева в атаку на него было брошено еще двадцать пикирующих бомбардировщиков, которые примерно 13.05 всадили в него еще целых пять двухсот пятидесяти килограммовых бронебойных бомб, в результате чего этот сорока тысяче тонный корабль практически полностью остановился и объятый пламенем стал медленно погружаться в море.

К 13.30 «Ленсингтон» погрузился носом почти до верхней палубы, а его команды успешно перешла на подошедшие эсминцы и фрегаты охранения, ну а спустя еще пятнадцать минут его корма резко поднялась вверх и, объятый дымом огромный корпус стал быстро погружаться в воду.

Ну, а далее немного восточнее от места гибели авианосцев такая же участь настигла последний из крупных кораблей отряда адмирала Хола большой крейсер «Филиппины», который к этому времени получил около тридцати попаданий только крупнокалиберных снарядов и весь в дыму от многочисленных пожаров неожиданно опрокинулся на левый борт. Однако в отличие от своего собрата этот большой крейсер не перевернулся кверху килем, а так и остался лежать на боку пока на нем вдруг совершенно неожиданно не взорвались разогретые паровые котлы, по всей видимости, от хлынувшей в отсеки забортной воды. При этом сильный взрыв разорвал огромный корпус корабля на две части и далее они мгновенно скрылись в холодных водах Тихого океана.

Таким образом, к 14.30, то есть всего за три часа с американским отрядом было покончено, ну а что касается легкого крейсера-скаута «Фресно», то ему вместе с эсминцами, фрегатами и корветами удалось оторваться от русских крейсеров при этом он получил всего два попаданий 180 мм снарядами один из которых пробил сразу две комовые башни на вылет, а другой угодил в кормовую надстройку, сильно разрушив её. Тем не менее, но на следующий день этому корабля удалось успешно добраться до Хатинохе где его командир был срочно вызван в штаб адмирала Зумвалта где с него потребовали полный отчет обо всем произошедшем у южного берега Хоккайдо.

…

Однако вернемся немного назад, а именно к концу дня двадцать второго июня когда стало уже полностью понятно что отряд адмирала Хола фактически полностью уничтожен и в кают-компании флагманского линкора «Монтана» собралось срочное совещание, посвященное возникшей ситуации и определению дальнейших действий американского флота в рамках проходящей операции «Грозная сила». И кончено же первым, как и положено главному человеку на данном совете взял слово командующий первым соединение Тихоокеанского флота Соединенных Штатов вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт:

- Господа! – довольно-таки нервно начал данное совещание вице-адмирал: - Вы все в курсе последних событий и все прекрасно осведомлены о том, что сегодня мы потеряли два больших крейсера и два авианосца! Кроме этого еще два авианосца были потеряны несколько дней назад в Японском море! Таким образом, на основании вышепроизошедшего перед нами теперь возник следующий вопрос, а именно: что нам делать далее и стоит ли теперь нам вступать в прямое боевое столкновение с флотом Советов?

- Адмирал! – практически тут же последовал ответ на небольшую речь Элмо Рассела Зумвалта со стороны командующего авианосной группой контр-адмирала Джорджа Баскета: - Сейчас в нашем распоряжении осталось всего два авианосца, да у англичан еще два устаревших корабля на которых значительное количество самолетов повыбито! Так что если говорить предельно откровенно, теперь у Советов полное преимущество!

- Да и нам вступать в открытое противоборство с таким сильным противником, если честно не стоит, да и крейсеров у нас осталось всего пять против двух дюжин у русских - тут же добавил к вышесказанному командующий крейсерским отрядом контр-адмирал Дональд Хенсли.

- Да господа офицеры, здесь вы совершенно правы, но вы, по всей видимости, забываете, что сухопутные силы требуют со стороны флота поддержки…, - как то не особенно уверенно произнес на это командующий, на что адмирал Хенсли громко и четко произнес:

- Ну и что выйдем полным составом к Хакодате, и оттуда будем отправлять наши бомбардировщики в сторону фронта, во всяком случае, там не так уж и далеко, ну а что касается флота Советов, то думаю, они не посмеют сунуться в устье Сангарского пролива, ибо там им просто негде развернуться.

- Что же предложение вполне дельное, - немного задумчиво произнес адмирал Зумвалт, - давайте так и поступим. Завтра утром флот выходит в море и, кстати, пусть англичане тоже присоединяются к нам.

В общем, на этом и порешили, но, а ранним утром следующего дня американские боевые корабли стали поднимать в котлах пары.

6. Несколько горячих дней.

И вот двадцать третьего июня после нескольких дней беспрерывных боев на сухопутном фронте командующий американскими войсками Джозеф Лоутон Коллинз просто на просто потребовал от вице-адмирала Зумвалта чтобы его корабли вышли в Сангарский пролив и палубная авиация флота поддержала своими действиями наступающие части американцев и англичан.

В общем, что тут и сказать, но уже к вечеру этого же дня четыре американских линкора и два оставшихся в их распоряжении авианосца зашли в гавань самого южного порта на Хоккайдо Хакодате и оттуда американские летчики стали совершать бомбардировочные рейды в северном направлении. Однако, тем не менее, но здесь стоит обязательно сказать о том что в действительности положительный эффект от данных мероприятий оказался фактически просто мизерным, ибо слабо приспособленные для ведения боевых действий на суше одномоторные бомбардировщики палубной авиации союзников не могли нести достаточно большую бомбовую нагрузку, да и кроме этого, чтобы нанести удар по заданным целям, им было необходимо преодолеть почти весь полуостров Осима с юга на север. Ну и кончено же кроме этого они, как и положено, при активных боевых действиях столкнулись с активным противодействием достаточно многочисленной и хорошо подготовленной фронтовой авиации Советского Союза и, как и следует из этого, союзники несли при этом довольно серьезные и невосполнимые потери.

Что же касается Советского Флота то он, пользуясь своим преимуществом, блокировал Сангарский пролив с запада и востока, и фактически загнал флот союзников в ловушку, кроме же этого советские палубные бомбардировщики и торпедные катера стали наносить непрерывные удары по курсирующим между портами Аомори (на севере Хонсю) и Хакодате (на юге Хоккайдо) транспортным кораблям противника на которых воюющей стороне переправлялись резервы и боеприпасы, а в обратном направлении многочисленные раненые и тела погибших солдат американских и британских войск. В общем, что тут и сказать, но в результате полученных союзным флотом поражений в сражениях в Японском море и у мыса Эримо положение англо-американских вояк очень и очень осложнилось и уже у вечеру двадцать четвертого июня командующий союзными войсками генерал Джозеф Лоутон Коллинз почувствовал, что наступление его войск по направлению к Саппоро фактически захлебнулась, ну а сама операция «Грозная сила» просто вот-вот превратится в бессмысленную мясорубку. Ну и кончено же здесь также стоит сказать о том, что за эти шесть дней ожесточенных боев англо-американские войска потеряли только около двадцати пяти тысяч убитыми и ранеными, продвинувшись при этом всего на пару десятков километров в северном направлении и только лишь на западном участке фронта.

- Да уж, если дела так пойдут и дальше, то через пару недель от наших войск не останется ни одного человека, - как-то немного мрачновато произнес генерал Коллинз, прочитав очередную сводку о понесенных его восками потерях вечером двадцать четвертого июня.

- Совершенно справедливо, мы несем просто огромные потери, но так до сих пор и не вышли к окраинам Саппоро, что же касается восточного фронта то там дела вообще идут из рук вон плохо и все наши атаки на русские позиции фактически провалились, - в тон его высказыванию добавил его начальник штаба.

- В общем, так, надо немедленно перебросить на северное направление силы национальной гвардии и пусть они покажут русским, что значит американская сила! В общем единственное, что мы сейчас может предпринять так это то, что надо обойти вулкан Йотей с востока и ударить по направлению на Саппоро с юга, - последовало со стороны американского командующего, на что его более прагматичный начальник штаба лишь глубоко вздохнул и тихо так чтобы не слышал генерал Коллинз произнес:

- Хм, мы уже пытались наступать в этом направлении и положили там кучу народу…

Тем не менее, но спорить с начальством было скажем так не рентабельно и уже спустя полчаса двадцать тысяч членов переброшенной из Соединенных Штатов национальной гвардии спешно выдвинулись на север, чтобы, как рассчитывал генерал Коллинз, прорвать русскую оборону и обогнув восточные отроги вулкана Йотей с востока выйти к южным окраинам главного города на Хоккайдо Саппоро. И все бы было так просто и хорошо, но когда утром двадцать пятого июня эти сильно мотивированные постулатами американской демократии и как следует слабо подготовленные вояки после непродолжительной артиллерийской подготовки пошли вслед за выделенными для этого наступления тремя дюжинами танков М41 «Уоккер Бульдог» в атаку на русские позиции, их встретил все уничтожающий огонь советских противотанковых пушек БС-3 и самоходных установок СУ-100. Причем если уж говорить об этом скажем так отчаянном наступлении более конкретно то, как оказалось, по количеству артиллерийских стволов у советской стороны был значительный перевес и несчастные американские гвардейцы несли просто необратимые и огромные потери. Тем не менее, боевой дух у них был очень и очень высок и, спустя пару часов непрерывной атаки потеряв при этом около четырех тысяч человек только убитыми, им все-таки удалось с большим трудом ворваться и захватить первую линию советской обороны, после чего наконец-то наступило небольшое и долгожданное затишье.

- Товарищ генерал, - обратился к советскому командующему один из офицеров его штаба, - только что получено сообщение, что американцы бросили в бой свою национальную гвардию, и им все-таки удалось захватить первую линию нашей обороны восточнее вулкана Йотей.

- Так понятно, - тут же последовало со стороны генерала Крылова, - все это очень и очень опасно, ибо, если им удастся прорвать вторую и третью линии до южных окраин Саппоро им останется всего один небольшой бросок.

- Да Николай Иванович, вы совершенно правы, - тут же вступил в разговор начальник штаба, - предлагаю нанести по ним встречный удар резервной танковой бригадой.

- Хорошо, так и поступим, и дополните это наступление двумя мотострелковыми батальонами, - согласился с вышеозначенным предложением командующий советскими войсками.

Таким образом, уже вечером этого же дня советские войска совершенно неожиданно нанесли удар по вроде только что обосновавшимся в траншеях членам национальной гвардии чего те никак не ожидали и просто на просто оказавшись перед наступающей советской бронетехникой, бросились на утек, теряя при этом множество и множество своих товарищей

- Генерал! – громко воскликнул американский офицер связи, убрав от своего уха наушник портативной рации: - Только что русские нанесли танковый удар по нашей национальной гвардии, в результате чего мы снова потеряли занятые рубежи!

- Что!? Так значит, немедленно перебросить туда две бригады морской пехоты из резерва! И дайте им в помощь отдельный полк противотанковых пушек! – яростно последовало со стороны генерала Коллинза, на что его начальник штаба как-то так неуверенно и негромко произнес:

- Да, но это фактически наши последние резервы, ибо остальные части еще находятся на Хонсю…

- Ничего, надо немедленно прорвать оборону русских, ну а там уж недалеко и до Саппоро! И передайте адмиралу Зумвалту что если он не обеспечит свободную переброску частей через пролив я сообщу о его некомпетентности в «Пентагон»! – грозно добавил командующий сухопутными войсками Соединенных Штатов.

В общем, что тут и сказать, но уже утром следующего дня, а именно двадцать шестого июня американские морские пехотинцы и уже более менее пришедшие в себя после неожиданного бегства члены национальной гвардии вновь пошли в наступление на северном направлении и к обеду уже во второй раз захватили первую линии советской обороны.

…

Рядовой американской морской пехоты Элвин Грей уже больше недели не вылезал из окопов и целых четыре раза ходил в бессмысленные атаки на советские позиции, в общем, что тут и сказать, но этот ставший уже достаточно опытным бойцом солдат оказался самым настоящим счастливчиком и с неимоверным сарказмом и интересом поглядывал на находящихся рядом с ним на дне полуразрушенной траншеи двух перепуганных и сильно озабоченных членов национальной гвардии.

«Хм, и это надо же нашему начальству послать в наступление этих недоносков?», - мрачно подумал про себя покрытый копотью и грязью морской пехотинец Грей и уже более дружелюбным голосом обращаясь к этим двум индивидам произнес:

- Как вас зовут?

- Рядовой Стенг и рядовой Сименс…, - тихо последовало от одного из гвардейцев и тут всего в нескольких метрах неожиданно разорвался русский снаряд и это привело к тому что перепуганные члены национальной гвардии повалились на дно траншеи, а сверху на них посыпались поднятые взрывом комья земли.

- Не бойтесь, это противотанковая пушка, надо бояться мин, ибо вот они падают сверху и могут попасть прямо в окоп, - уверенным голосом произнес Элвин ставший за эти несколько ужасных дней уже довольно-таки опытным бойцом.

- А мы и не боимся, но если честно, то все равно страшно и необычно, - тут же последовало со стороны рядового национальной гвардии Стенга, который при этом носил круглые очки.

- И как же вас это занесло сюда в этот ад? – задал очередной вопрос Грей.

- Да как, как, да очень просто. Мы у себя в Мичигане подписали договор на службу в национальной гвардии и вдруг оказались здесь…

- Хм, понятно, ну ничего, скоро мы в очередной раз пойдем в атаку и там русские нам покажут по чем фунт лиха… Вот только жалко лейтенанта Джойса, - немного грустновато последовало со стороны Элвина.

- А что с ним произошло?

- Русские выпустили ему кишки, когда мы пошли на них в очередную атаку.

- О, господи…, - только и последовало на это со стороны национальных гвардейцев.

И все бы было так просто, однако едва только артобстрел поутих, последовала очередная команда о наступлении, и рядовой Элвин Грей умело перебросил свое тело через бруствер и, пригибаясь под свист пролетающих над ним пуль со своей винтовкой М14 наперевес, побежал вперед. И вот тут-то ему стало очень и очень интересно, и он на несколько секунд повернул голову назад и увидел как его новые знакомые члены национальной гвардии Соединенных Штатов Стенг и Сименс неумело выбираются из траншеи, а над ними с грозным видом стоит офицер и, размахивая пистолетом что-то громко кричит.

«Во дурак, не стоит так вести себя ибо в данном случае русские вряд ли промахнуться…», - только и успело мелькнуть в голове рядового морской пехоты Элвина Грея как вдруг прямо на его глазах на зеленой форме орущего на своих подчиненных офицера совершенно неожиданно расплылось большое красное пятно и он повалился прямо на только что сумевших выбраться из траншеи гвардейцев.

«Хм вот так вот бывает…», - подумал, увидав это морской пехотинец, и далее, быстрыми перебежками от воронки к воронке, он бросился вперед или если говорить иначе в сторону русских позиций.

Однако здесь следует немного забежать вперед и сказать, что этому морскому пехотинцу в отличие от его многочисленных сослуживцев как нельзя повезло, и он все-таки сумел выбраться из этой мясорубки на юге Хоккайдо практически без единой царапины.

…

И все-таки скажем так американцы и их союзники все-таки добились своих поставленных перед ними командованием целей, ибо к вечеру двадцать седьмого июня бросив в очередное наступление только что прибывшие с Хонсю свежие силы они смогли прорвать советскую оборону сразу на двух направлениях и ценой огромных потерь выйти к столице Хоккайдо Саппоро с юго-западного и юго-восточного направления. Однако советское командование во главе с генералом Крыловым уже давным давно предвидело подобное развитие событий и англо-американские силы совершенно неожиданно столкнулись на окраинах этого по местным меркам довольно большого города с новыми и заранее подготовленными оборонительными линиями на которых их встретили свежие части армии Советского Союза.

В общем, что тут и сказать, но это стало для генерала Коллинза абсолютной неожиданностью и он всерьез обеспокоенный тем, что сходу взять Саппоро не удастся, собрал срочное совещание в своем полевом штабе южнее вулкана Йотей.

- Господа, мы столкнулись с неожиданной проблемой, которая заключается в том, что как оказалось, русские подготовили серьезные оборонительные позиции на окраинах Саппоро и наши славные войска как говорится, просто уперлись в них. Итак, что вы можете предложить для решения данной проблемы? Прошу высказываться по старшинству, - произнес генерал Джозеф Лоутон Коллинз, на что со стороны начальника штаба союзных войск тут же последовало следующее:

- Считаю, что надо немедленно переходить к обороне иначе нас ждут тяжелые городские бои, а так мы сможем сохранить свои силы и в дальнейшем попытаться окружить Саппоро и взять русскую группировку в кольцо.

- Нет, это абсолютно неприемлемо! В этом случае мы рискуем затянуть ход боевых действий и остаться без боеприпасов и подкрепления с Хонсю, - тут же выступил с критикой вышесказанного один из подчиненных генерала Коллинза отвечающий за восточное направление.

- Я согласен с тем, что мы должны немедленно попытаться взять штурмом Саппоро, ибо пока что у нас есть кое-какие резервы, и мы находимся почти, что на его окраинах, - также выступил за продолжение наступления командир британского экспедиционного корпуса, который как было сказано ранее, наступал на Саппоро с западного направления.

Однако что тут и сказать, но далее наступила напряженная тишина, ибо никто не хотел более высказывать свое мнение и поэтому слово взял снова командующий союзными силами генерал Коллинз:

- Так что же, мнение большинства мне скажем так абсолютно понятно и поэтому завтра мы начинаем штурм Саппоро, поэтому прошу всех немедленно отправиться во вверенные им подразделения, а свой штаб я переношу ближе к фронту, а именно на восточные склоны вулкана Йотей, тем более что там есть вполне подходящее место.

- Генерал, - вдруг совершенно неожиданно вновь встал начальник его штаба, - если мы начнем штурм города как вы говорите завтра то мы можем просто на просто потерять значительное количество наших сил, так что прошу вас отложить дальнейшее наступление на два три дня, пока мы не подготовим позиции для тяжелую артиллерии и не подтянем туда свежие резервы.

- Нет, нет, нет и еще раз нет! – явно рассерженно воскликнул на это американский командующий: - Завтра мы атакуем Саппоро и поверьте, мне завтра же сопротивление русских будет сломлено! И кстати пусть тяжелая артиллерия немедленно выдвигается на позиции, ибо сначала мы превратим этот город в груду развалин!

- Но генерал, там же полно мирных жителей!? – растерянно попытался возразить начальник штаба.

- Ну и что, запомните это самые настоящие японцы и ставить их жизни выше достижения великой победы американской армии я не намерен! – как-то немного коряво и высокопарно изложил свою позицию Джозеф Лоутон Коллинз.

7. Битва за Саппоро.

И вот утром двадцать восьмого июня после получасовой артиллерийской подготовки англо-американские войска начали штурм южных окраин главного города на Хоккайдо Саппоро, и все бы было так просто и хорошо, однако, как и положено, обороняющейся стороне советские войска задолго до начала операции «Грозная сила» создали вокруг данного населенного пункта несколько эшелонированных линий обороны и встретили наступающих союзников все уничтожающим огнем танков, самоходных и артиллерийских орудий, а также минометов, пулеметов и стрелкового оружия. В общем, что тут и сказать, но уже первая атака англо-американской пехоты тут же захлебнулась и, оставляя многочисленные трупы перед русскими позициями, солдаты союзных войск откатились на исходные позиции.

- Господин генерал! – последовало со стороны находящегося тут же в штабном окопе офицера связи: - Только что сообщили, на что русские отбили наше первое наступление на Саппоро!

- Так значит, передайте, чтобы тяжелая артиллерия немедленно выдвинулась вперед и сравняла этот город с землей, да и пусть наши бомбардировщики также добавят этим «комми» с неба! – тоном, отрицающим всякие возражения произнес Джозеф Лаутон Коллинз, на что его начальник штаба лишь озабоченно покачал головой и молча уставился на разложенную перед ним на столе карту.

Таким образом, уже в восемь утра, то есть после окончания первой бессмысленной атаки американская авиация и артиллерия начали массированную бомбардировку Саппоро, быстро превращая этот некогда прекрасный город в груду пылающих развалин. При этом тут конечно следует сказать, что большинство жителей этого города еще несколько дней назад покинули его, устремившись на север, тем не менее, около пяти тысяч японцев оказались в этом огненном аду и так как большинство зданий в этом населенном пункте не имели никаких серьезных бомбоубежищ и подвалов большая часть оставшихся в Саппоро жителей стали жертвами этой варварской бомбардировки и артобстрела со стороны англо-американских сил.

Однако не все было так просто и хорошо для англичан и американцев, ибо, так как значительная часть их самолетов, а именно взлетевших с севера Хонсю и с палуб двух четырех оставшихся в распоряжении союзного флота авианосцев бомбардировщиков и прикрывающих их истребителей, оказалась просто на просто уничтоженной имеющей значительный перевес советской истребительной авиацией. В общем, что тут и сказать, но таких огромных потерь военно-воздушные силы союзников не несли со времен второй мировой войны, ну а так как от северной оконечности Хонсю до Саппоро было довольно-таки далеко немногим сумевшим вернуться из этого страшного рейса американским летчикам уже не оставалось не сил не времени, чтобы в этот страшный день сделать хотя бы еще один боевой вылет. Что же касается палубной авиации то и она понесла во время атаки на Саппоро довольно значительные потери, что еще более ослабило флот американцев и англичан.

Тем не менее, а примерно к двенадцати часам дня двадцать восьмого июня четырех часовой артиллерийский обстрел и бомбардировка этого несчастного города наконец-то прекратилась и ровно по полудню английские и американские пехотинцы при поддержке немногочисленных оставшихся в их распоряжении легких танков М41 пошли в очередную атаку на русские позиции, что привело к тому, что сражение на земле возобновилось с новой силой и многочисленные скажем так горы трупов американских, британских, канадских, австралийских и новозеландских солдат стали быстро расти перед русскими траншеями. Ну и если уж говорить об этом всем более подробно то и вторая и третья атаки союзников оказались, как и положено, отбиты и лишь к вечеру двадцать восьмого июня на нескольких участках фронта им удалось все-таки ворваться на первую линию советской обороны и там началась ожесточенная рукопашная схватка, которая продолжалась почти что самой темноты, после чего оставшиеся в живых американцы и их союзники откатились назад на свои расположенные примерно метрах в трехстах от окраин города позиции.

- Генерал, - немного встревоженно и возбужденно обратился к командующему союзными силами на Хоккайдо его более опытный и предусмотрительный начальник штаба.

- Что еще? – как всегда немного высокопарно ответил на его реплику генерал Коллинз.

- Только что пришло сообщение, что русские выбили наши войска со своей первой линии обороны, и они отошли на исходные позиции.

- Ах вот оно что! Ну да ладно, пусть завтра с утра авиация повторит налет, да и артиллеристы скажут свое слово, ну а потом я надеюсь, нашим пехотинцам будет гораздо проще прорвать советскую оборону!

- Да, но как сообщили из штаба ВВС наша авиация потеряла за этот день до сорока процентов тактических бомбардировщиков и около трети истребителей. В общем, еще один такой день и мы останемся без поддержки с воздуха.

- Ах вот оно что, ничего сообщите этим тунеядцам, что завтра мы ворвемся на улицы этого японского городишки и их поддержка больше не потребуется! – довольно-таки уверенно закончил данный разговор Джозеф Лоутон Коллинз, на что его более реально взирающий на происходящее и прагматичный начальник штаба тихо произнес для себя:

- Хм, да уж, мы потеряли за этот день около восьми тысяч человек убитыми и ранеными, так что еще несколько дней и нам просто некем будет больше командовать…

Однако спорить с приказами руководства как говорится не принято и уже ранним утром следующего дня, а именно двадцать девятого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года американская авиация повторила налет, на Саппоро опять потеряв при этом достаточно значительную часть своих бомбардировщиков и истребителей. В общем, что тут и сказать, но из-за бездарных и бессмысленных приказов командования, а также из-за высокой эффективности советской истребителей и средств противовоздушной обороны после этого вышеуказанного налета силы американской авиации оказались фактически обескровлены и господство в небе над Хоккайдо полностью перешло к советским военно-воздушным силам. Тем не менее, но, невзирая на это генерал Коллинз уперся в свою наступательную инициативу как бык и к вечеру этого дня американцы, и их союзники предприняли еще порядка трех абсолютно бесполезных атак на советские оборонительные позиции. Таким образом, количество трупов солдат союзных войск перед русскими траншеями превысило самое немыслимое количество, и советское командование стало всерьез опасаться, что из-за достаточно теплой даже жаркой погоды это могло просто на просто привести к самой настоящей эпидемии.

- Товарищ генерал, - обратился к командующему советскими войсками на Хоккайдо один из его подчиненных.

- Да в чем дело? – тут же произнес в ответ Николай Иванович Крылов.

- Число трупов перед нашими траншеями просто огромно и они уже начали довольно сильно пахнуть, надо бы договориться с американцами и англичанами, чтобы они забрали их себе и немедленно похоронили.

- Хм, однако, однако, это действительно серьезная проблема, не хватало, чтобы тут еще вспыхнула эпидемия. Ладно, товарищи, кто пойдет в качестве парламентера к американцам?

- Давайте я, товарищ генерал, - тут же вызвался один из находящихся в помещении штаба офицер в звании капитана.

- А вы хорошо владеете английским? – немного озабоченно задал ему вопрос генерал Крылов.

- Отменно.

- Ну что же тогда не пуха не пера, капитан…

Таким образом, уже через пару часов между вышеупомянутым советским капитаном и представителем американского командования в звании подполковника на изрытой снарядными воронками и заваленной уже довольно-таки плохо пахнущими многочисленными трупами нейтральной полосе произошел недолгий разговор, в результате которого американское командование, осознав опасность нахождения многочисленного количества мертвецов на такой вот достаточно сильной жаре договорились о немедленном заключении временного сроком на одни сутки перемирия в результате чего весь следующий день двадцать девятого июня специально созданные похоронные команды стали убирать и тут же хоронить вышеуказанные тела несчастных американских, британских и прочих солдат.

- Ну и все же, каковы наши потери? – как-то немного неудовлетворенно спросил генерал Коллинз у своих подчиненных, на что начальник штаба взял с заваленного картами стола черную кожаную папку и, раскрыв ее, стал монотонно читать:

- С начала операции «Грозная сила» или если говорить более точно в период с восемнадцатого по двадцать восьмое июня включительно потери союзных войск составили около тридцати восьми тысяч убитыми, тридцати тысяч ранеными, сорок пять танков, двадцать восемь бронетранспортеров, сорок стволов артиллерии и пятьдесят минометов. Что же касается военно-воздушных сил, то они за прошедший период времени потеряли пятьдесят пять тактических и восемнадцать стратегических бомбардировщиков, а также порядка шестидесяти истребителей. И все это не считая потерь авиации флота.

- Господи, и что же нам теперь делать? – тут же последовало со стороны одного и потрясенных данным докладом членов американского штаба.

- Ничего, ничего, еще день два и сопротивление русских будет сломлено, и тогда мы возьмем Саппоро и выйдем на оперативный простор Хоккайдо, - немного как-то неуверенно последовало со стороны генерала Коллинза, на что его начальник штаба все также тихо и для себя произнес:

- Ничего у нас не получится, и думается мне, что вся эта авантюра закончится самой настоящей катастрофой…

…

Рядовой морской пехоты Элвин Грей открыл заспанные глаза и увидел перед собой между возвышающими с двух сторон стенками траншеи ярко-голубое небо.

«Ого, судя по солнечному свету уже перевалило за полдень, эх, сейчас бы сменить одежду и принять душ…», - тут же подумал он про себя, после чего Элвин с трудом разминая затекшие на достаточно твердой земле ноги и руки поднялся и присев на валяющийся тут же пустой ящик из-под гранат взял в руки свой небольшой вещь-мешок, пошарил в нем и извлек оттуда жестяную банку с самой настоящей пшеничной кашей с тушенкой, а также завернутый в чистую холщевую тряпку довольно-таки приличных размеров кусок белого пшеничного хлеба. После этого опытный солдат снял со своего пояса имеющийся при нем нож, протер его данной тряпицей и вскрыв банку с кашей и отрезав небольшую краюху хлеба принялся медленно и тщательно пережёвывая с свой простой и сытный солдатский обед.

«Хм, однако, однако…», - думал при этом рядовой Элвин Грей, - «и это надо же этим бедолагам их похоронных команд, весь день собирать и хоронить трупы, эх и чувствуется мне что одним этим не закончится и завтра все опять начнется по новой. Хорошо что хоть эти генералы дали всем один день передышки…».

В общем что тут и сказать но когда банка с кашей оказалась практически полупустой из-за поворота траншеи в сторону рядового Грея совершенно неожиданно выскочил хорошо знакомый ему член национальной гвардии Стенг который как только увидев сквозь свои круглые очки Грея широко заулыбался и усевшись прямо на песчаное дно траншеи быстро заговорил:

- Ой как хорошо, что вы живы, а не то уж я думал что оказался в этих окопах один…

- Хм а где же твой напарник, Сименс кажется? – перебил его морской пехотинец.

- Сименсу не повезло, русские всадили ему пулю прямо в шею, так что теперь его скорее всего уже забрала наша похоронная команда.

- Ваша похоронная команда? – с некоторым удивлением произнес Грей при этом даже перестав жевать.

- Да, нас, то есть национальных гвардейцев привлекли к этой процедуре, ну а мне удалось незаметно смотаться и вот я теперь здесь…

- А, вот оно что, на поешь, - и с этими словами Элвин Грей передал полупустую банку с кашей и недоеденный кусок хлеба своему новому товарищу чему тот несказанно обрадовался и достав из бокового кармана алюминиевую ложку с явным удовольствием принялся за еду.

- А что завтра нам опять идти в атаку? – наконец то последовало со стороны окончившего принимать пищу Стенга на что более опытный и прагматичный Грей тут же не торопясь ответил:

- Кончено, наши генералы не успокоятся, пока не положат все свои войска перед этим японским городом.

- Как-то вы пессимистично смотрите на все это? – не унимался Стенг.

- Да уж, какой тут оптимизм, если так пойдет и дальше, то дня через два три от нашего батальона вообще не останется никого и вот тогда русские танки пойдут на нас в атаку и наваляют нам так сильно, что мы бегом достигнем Хаккадате и вплавь переберемся через этого треклятый Сангарский пролив…, - несколько возбужденно разошелся рядовой Грей на что член национальной гвардии Соединенных Штатов Стенг вытаращил на него глаза и как-то немного неуверенно и озабоченно произнес:

- О господи, так что неужели все так очень и очень плохо?

- Кончено плохо, мы атакуем и атакуем, и уже потеряли множество людей, а русские все сидят и сидят в своих окопах и у них как мне думается полным полно резервов которые когда мы совсем выдохнемся они и бросят в наступление.

- Ой, да как же нам пережить все это? – сильно расстроенным голосом последовало на вышесказанное морским пехотинцем со стороны Стенга.

…

И вот тут и следует сказать, что как в воду смотрел рядовой Элвин Грей, ибо уже ранним утром следующего дня, а именно тридцатого июня командующий союзными войсками на Хоккайдо генерал Джозеф Лоутон Коллинз после очередной артиллерийской подготовки бросил их в новую атаку на русские позиции и все смертельная карусель закрутилась с новой и все уничтожающей частотой. В общем, далее часам к трем дня, после четырех безуспешных атак американцам как раз на том самом южном участке фронта удалось занять первую линию обороны и оттеснить советские войска практически к превращенным в самые настоящие развалины крайним кварталам Саппоро. Таким образом, после нескольких дней бесплодных атак, союзникам все-таки улыбнулся небольшой успех, и обрадованный произошедшим генерал Коллинз бросил на этот участок фронта свой последний резерв в виде двух отдельных добровольческих батальонов корпуса морской пехоты Соединённых Штатов, что привело к тому, что утром второго июля американским войскам удалось прорвать вторую и третью линии обороны советских войск на данном участке и ворваться на окраины города, где и они и увязли в ожесточенных городских боях.

Тем не менее, несмотря на произошедшее советское командование, не стало особо унывать и отправило на данный участок фронта отдельный мотопехотный батальон, а также батальон сил специальных операций войск КГБ Советского Союза. Ну а так как это были очень хорошо подготовленные для городских боев части то вскоре ворвавшиеся в Саппоро американцы стали нести огромные потери и оказались снова вытеснены на городские окраины, где и завязались ожесточенные позиционные бои, в которых обе стороны стали нести достаточно серьезные потери. В общем, этот локальный успех союзных войск практически ни к чему не привел, и вскоре радость генерала Коллинза сменилась гневным нетерпением и некоторой растерянностью, ибо резервов у него уже практически не осталось, и посылать в бой было просто больше некого…

- Господин генерал, русские снова выбили наши войска на окраины Саппоро, - произнес один из штабных офицеров, на что генерал Коллинз как всегда бодрым и уверенным голосом задал следующий вопрос:

- Хм, выбили, вы говорите? И что же вы предлагаете?

- Надо немедленно искать где-то резервы, - тут же вмешался в данный разговор как всегда прагматичный начальник штаба союзных войск.

- Значит так, - напыщенно и важно последовало со стороны командующего, - немедленно снимите с восточного направления три батальона пехоты и двадцать танков и перебросите их на север к Саппоро!

- Хм, но так мы сильно ослабим наши войска в районе Томакомай, а они также ведут там наступательные действия…, - попытался возразить начальник штаба, на что генерал Коллинз просто отмахнулся и произнес:

- Ничего, это второстепенное направление и сил там вполне достаточно.

- Хм, а если русские нанесут там танковый удар и думается мне что у них еще полным полно для этого резервов…, - снова для себя последовало со стороны многоопытного заместителя командующего союзными силами.

Таким образом, бросив в мясорубку на южных окраинах Саппоро вышеуказанные силы, американцам все-таки удалось снова прорваться на несколько километров в глубину городских кварталов и ценой огромных безвозвратных потерь потеснить советские войска к центру города. Тем не менее, а развивать данное наступление было уже практически нечем и генерал Коллинз снова распорядился снять с восточного фланга еще два батальона и перебросить их в район главного города Хоккайдо, в результате чего наступление в районе Томакомай фактически прекратилось, ну а советское командование, воспользовавшись оплошностью американцев, тут же стало перебрасывать туда свежие части мотострелковых подразделений и две танковые бригады из своего резерва.

Однако ослепленный возможностью немедленного взятия Саппоро генерал Коллинз, не многочисленные штабные офицеры этого просто не заметили, и лишь более опытный в подобных вещах начальник штаба союзных войск все более и более мрачнел лицом, прекрасно понимая, что может стоить эта ошибка его начальника.

Что же касается американских военно-воздушных сил, которые, как известно, базировались на севере острова Хонсю то днем третьего июля они совершили свой последний боевой рейд на Хоккайдо, в котором участвовали все оставшиеся тактические бомбардировщики и последние три десятка истребителей, из которого на свои аэродромы вернулось всего несколько самолетов. В общем, что тут и сказать, но за пятнадцать дней беспрерывных и жестоких воздушных боев американская тактическая авиация фактически перестала существовать и армия союзников осталась без воздушного прикрытия, что привело к тому, что советские бомбардировщики и штурмовики стали практически безнаказанно наносить удары по обескровленным войскам союзников. Таким образом, советские фугасные бомбы стали сыпаться на головы американских, английских и прочих солдат непрерывным градом, что привело к еще более серьезным потерям и полной деморализации союзников.

Тем не менее, несмотря, что положение стало довольно-таки напряженным и даже не отдельных участках фронта критическим, при этом командующий союзными войсками генерал Коллинз просто на просто не хотел этого видеть и гнал и гнал своих несчастных солдат в бессмысленные атаки на русские позиции, при этом потери за эти пятнадцать дней операции «Грозная сила» оказались настолько большими, что теперь численность советских войск стала просто на просто значительно превосходить количество англо-американских войск на юге Хоккайдо. В общем что тут и сказать но как и предполагал задолго до этого начальник штаба союзных войск ситуация стала складываться таким образом что до глобальной катастрофы оставался всего на всего один единственный шаг.

8. Катастрофа.

И вот пятого июля тысяче девятьсот шестьдесят второго года советские войска после все уничтожающей артиллерийской подготовки и последующего за ней авиационного бомбового удара бросили в атаку немного севернее селения Томакомай две танковые бригады и огромное количество свежих войск в результате и без того ослабленные на этом участке фронта части американской пехоты оказались просто на просто рассеяны и данный вышеуказанный город после нескольких часов наступления оказался окружен советскими войсками. Тем не менее, русские не стали штурмовать Томакомай, а просто окружили находящиеся в его районе части американских войск и стали быстро и уверенно продвигаться далее по направлению к другому такому же порту на южном побережье Хоккайдо Муроран. Кроме этого другим таким же танковым ударом они рассекли тылы наступающих на Саппоро с юга американских войск, причем даже находящийся к востоку от вулкана Йотей штаб генерала Коллинза оказался под угрозой окружения.

- Генерал! Генерал! – панически последовало от одного из штабных офицеров который просто на просто бегом ворвался в палатку, откуда лично сам командующий союзными войсками на Хоккайдо и его подчиненные руководили боевыми действиями в районе Саппоро.

- О, господи, да вы и так всех перепугали! Что вы так кричите!? – громко и явно рассерженным голосом произнес на это генерал Коллинз, на что тяжело дышавший от быстро бега офицер сильно расстроенным голосом тут же быстро заговорил:

- Господин командующий! Только что стало известно, что русские начали наступление в районе Томакомай и их танки уже практически вышли к Муроран, а также находятся всего в десяти километрах от нашего штаба!

- Хм, и откуда же что стало известно? – довольно-таки удивленно задал вопрос Джозеф Лоутон Коллинз, на что все еще страдавший одышкой офицер уже более спокойно продолжил:

- Данные сведения пришли только что и сразу по нескольким каналам… В общем надо немедленно свертывать штаб иначе здесь могут вот-вот оказаться советские танки.

- Эти сведения требуют проверки, так что немедленно свяжитесь с нашим штабом восточного фронта в Томакомай и проверьте эту информацию! – тут же потребовал американский командующий, на что находящийся тут же офицер связи стал быстро и громко вызывать по рации вышеуказанное подразделение. Ну и далее, то есть буквально через несколько минут по радиосвязи последовал следующий ответ и, после недолгой дешифровки, сильно побледневший лицом офицер связи повернувшись на своем стуле к командованию прямо не снимая наушников произнес:

- Господин генерал, из штаба восточного фронта сообщают, что они окружены советскими войсками и их непрерывно атакует штурмовая авиация. В общем если честно, то они в полной панике и намерены сдаться…

- То есть, как это сдаться? Они что не знают что такое долг!? – сильно растеряно последовало со стороны генерала Коллинза и тут громко и неожиданно заговорил как всегда более прагматичный и дальновидный начальник штаба:

- Господин, командующий надо немедленно отводить войска на юг, да и штаб надо как можно быстрее сворачивать, ибо русские вот-вот будут здесь!

- Сворачивать? Да как же так? Но мы же практически вот-вот взяли Саппоро, а теперь что, все по бокам? – в сильно расстроенных чувствах пробубнил американский командующий, на что начальник штаба уже скажем, так взяв всю ответственность за происходящее на себя громко и четко начал отдавать соответствующие возникшему положению приказы:

- Итак, немедленно передать в войска: пусть отступают по направлению к полуострову Осима! Немедленно свернуть штаб и погрузить все необходимое на грузовики! Генерал садитесь в машину и немедленно отправляйтесь в Хоккодате ибо оттуда теперь гораздо удобнее руководить войсками!

В общем, после этих его слов тут же все быстро забегали и в штабе командования союзными силами закипела напряженная работа, в результате чего уже через два часа колонна армейских грузовиков с погруженным на них штабным имуществом выдвинулась по проходящей по южным отрогам вулкана Йотей на юго-запад, ну а что касается находящихся в районе Саппоро союзных войск, то они также спешно и ничего не понимая, стали покидать свои позиции и бросая технику и тяжелое вооружение, стали просто на просто кто пешком, а кто автомобильным транспортом быстро отступать на юг.

…

Рядовой морской пехоты Элвин Грей со своей ставшей ему уже родной винтовкой М14 за спиной вместе со своим новым знакомым солдатом национальной гвардии Стенгом брел в колонне таких же, как и он грязных и ничего непонимающих вояк в южном направлении, при этом расстояние до покинутых ими несколько часов назад южных окраин Саппоро с каждым шагом все увеличивалось и увеличивалось.

- Если говорить предельно откровенно, то я лично не особо понимаю что происходит и почему мы теперь направляемся на юг? – последовало со стороны устало шагающего рядом Стенга на что более опытный и сильно хмурый Грей хриплым голосом ответил:

- Это значит одно, русские прорвали фронт и сейчас мы вот-вот можем оказаться в ловушке.

- Ого, а почему вы так считаете? – тут же задал новый вопрос молодой гвардеец.

- А что не ясно, что приказ отступать пришел крайне неожиданно и скорее всего русские танки вот-вот могут показаться слева со стороны восточного фронта.

- И что нам тогда делать?

- Что делать! Не знаю, но думается мне, что мы почти, что оказались в окружении и лучше всего будет сложить оружие, тем более что говорят, что русские крайне лояльно относятся к пленным, - пояснил Элвин на что шагающий рядом Стенг сделал довольно удивленное лицо и совершенно неожиданно вывез следующее:

- Не знаю что, как и когда, но, похоже, русские танки уже здесь!

- То есть? – тут же встревоженно спросил морской пехотинец.

- Да вон они, движутся нам наперерез! – пояснил член национальной гвардии и указал, куда-то на восток своим грязным пальцем.

И действительно когда рядовой Грей взглянул в указанном направлении, то на возвышенности поросшего редким кустарником холма, он увидел быстро двигающиеся силуэты самых настоящих советских танков и вот тут-то, то есть именно в этот момент колонна бредущих по пыльной проселочной дороге солдат неожиданно остановилась и, спустя несколько мгновений, они стали просто на просто разбегаться в разные стороны. Что же касается рядового морской пехоты Элвина Грея то он вместе с прилипшим к нему Стенгом быстро спустились в придорожную канаву и, усевшись на её склон стали с нетерпением ожидать, когда к ним подойдут вооруженные автоматами русские пехотинцы и возьмут их в самый что ни на есть настоящий плен.

…

- Господин генерал! – громко и явно встревоженно обратился к своему командующему штабной офицер.

- Что еще случилось? – каким-то невзрачным и расстроенным голосом уже не особо громко произнес сильно хмурый и явно растерянный Джозеф Лоутон Коллинз.

- Только что пришло сообщение, что русские танки вышли к восточным склонам вулкана Йотей в результате чего отступающие от Саппоро войска оказались отрезанными.

- И сколько всего человек попало в окружение?

- Мы считаем не менее пятнадцати-двадцати тысяч…

- А что касается англичан?

- Они также начали отвод своих войск на юг вдоль западного побережья полуострова Осима.

- О господи, это настоящая катастрофа…, - только и последовало в ответ со стороны американского командующего.

Таким образом, всего за два дня, а именно пятого и шестого июля тысяче девятьсот шестьдесят второго года американцы и их союзники не только оставили Саппоро, Томакомай и Муроран, но и полностью потеряли контроль над ситуацией на юге Хоккайдо. При этом советские войска, вводя в бой все новые и новые резервы, полностью еще за пару дней вытеснили союзников на полуостров Осима и, так как оказать какое-либо организованное сопротивление англичане и американцы теперь уже более не могли, перед их командованием встал вопрос о самой настоящей капитуляции или спешной эвакуации отступающих частей на север острова Хонсю. В общем, что тут и сказать, но широко разрекламированная операция «Грозная сила» закончилась, как и сказал генерал Коллинз самой настоящей катастрофой и полным поражением войск союзников.

Ну и кончено же еще следует добавить несколько слов о том, что огромное количество еще штурмующих некоторое время назад Саппоро американских солдат и членов национальной гвардии попало в советский плен, и у генерала Джозефа Лоутона Коллинза осталось в распоряжении всего не всего порядка шестидесяти тысяч полностью деморализованных и растерянных вояк которые просто на просто думали лишь о том, как бы как можно скорее погрузиться на транспортные корабли и перебраться через отделяющий Хоккайдо от Хонсю бурный Сангарский пролив.

Ну и вот тут-то где то в районе гавани Хакодате между командующим первым соединением Тихоокеанского флота Соединенных Штатов адмиралом Элмо Расселом Зумвалтом и его подчиненными произошел следующий небольшой, но довольно оригинальный разговор:

- Так значит, наши сухопутные войска отступают? – задал вопрос командующий попивая горячий утренний кофе в кают-компании флагманского линкора «Монтана».

- Не отступают, а практически в панике бегут, - тут же немного саркастическим тоном пояснил находящийся тут же командир линейного корабля.

- Бегут, что же операция «Грозная сила» приказала, как говорится долго жить, - констатировал вице-адмирал, на что один из его штабных офицеров немного расстроенным голосом добавил:

- Только что пришло сообщение, что начальник штаба генерала Коллинза просит немедленно обеспечить переброску отступающих частей на Хонсю.

- Ох уж эти сухопутные вояки, как говорится, обгадились по полной, а теперь хотят, чтобы мы помогли им выбраться из этой передряги, ну да ладно…, - тут адмирал Зумвалт ненадолго замолк снова отхлебнул из чашки горячий кофе и уже более спокойно продолжил, - в общем, так, немедленно свяжитесь с адмиралом Глочестором и пусть его крейсера немедленно займутся переброской английских частей на Хонсю, также надо привлечь к этому и наши пять крейсеров, эсминцы и транспортные суда. Ну а что касается линейных кораблей и авианосцев то пусть они остаются в районе восточного входа в пролив, ибо как думается мне, русские не упустят такой возможности ударить по нашим кораблям с вояками генерала Коллинза.

- Ха и что теперь он будет докладывать в «Пентагон»? – с некоторым ехидством закончил свою речь командующий американским флотом.

Таким образом, уже вечером десятого июля набитые мокрыми от внезапно налетевшего дождя американскими и английскими солдатами транспортные суда и военные корабли союзников стали небольшими группами курсировать между Хакодате и Аомори ну а что касается наступающих с севера советских войск то они именно в это день, без особого труда прорвав спешно организованную линию обороны, стремительно ворвались на полуостров Осима и стали уверенно продвигаться по нему на юг. В общем, что тут и сказать, но до полного освобождения Хоккайдо им оставалось, как говорится всего несколько небольших шагов.

…

Что же касается попавших еще несколько дней назад в плен рядового морской пехоты Элвина Грея и его нового друга члена национальной гвардии Стенга, то они к этому времени уже оказались в лагере для военнопленных возле расположенного к северо-востоку от Саппоро небольшого японского городка со сложным названием Ивамидзава и, как говорится, сильно довольные своей судьбой, усевшись за длинный сколоченный из досок стол с явным аппетитом стали поглощать горячую и, как и им показалось очень вкусную гречневую кашу с мясом, а также самый настоящий ржаной хлеб и, как это ни странно, компот из сухофруктов, которые для них готовили русские солдаты на самой что ни на есть специально выделенной для этого и находящейся тут же на территории лагеря полевой кухне.

- И что, Элвин, как ты думаешь, долго мы еще пробудем в плену? – задал явно мучавший его вопрос гвардеец Стенг.

- Не расстраивайся, я думаю, что не особо долго, - тут же ответил тщательно пережевывающий при этом солдатскую пищу Грей.

- Это еще почему?

- А ты что не читаешь газет? Мы проиграли эту войну и думается мне, что вся эта заваруха на Хоккйадо было последней каплей в этой бочке с дерьмом…

- Ого, ну ты и загнул Грей!

- Не загнул, а говорю чистую правду или ты не знаешь, что наш Средиземноморский флот давно уничтожен, мы проиграли битву за Суэцкий канал, кроме этого русские заняли всю Аляску и вот теперь еще эта катастрофа на Хоккайдо. Так что у нашего правительства не осталось ничего кроме как заключить немедленный мир с Советами, - последовало объяснение со стороны довольно-таки просвещённого Элвина Грея.

- И когда же все это закончится? – явно обнадежённый вышесказанным задал вопрос Стенг.

- Да вот как только политики договорятся так мы, и поплывем домой, через океан, - закончил данный разговор морской пехотинец и, отставив в сторону, пустую алюминиевую тарелку из-под каши с явным удовольствием принялся за компот из сухофруктов.

…

Ну а гораздо южнее где-то в районе Хакодате скопившиеся на причалах этого порта солдаты и офицеры как муравьи один за другим непрерывно лезли на стоящие у причалов корабли союзного флота, чтобы как можно скорее заполнить их и отправиться на так желанный и безопасный Хонсю.

- Генерал, русские уже взяли Якумо, надо немедленно организовать хотя бы одну линию обороны в районе Мори иначе русские уже завтра будут здесь, а у нас еще полным полно народу на пирсах, - обратился к Джозефу Лоутону Коллинзу его начальник штаба, на что этот сидящий на раскладном стуле сильно постаревший и поникший человек лишь как-то бездумно поднял вверх голову и глядя на своего подчиненного полностью бессмысленными белесыми глазами тихо произнес:

- Да хорошо… Делайте что хотите…

В общем, что тут и сказать, но благодаря заботам дельного и прагматичного начальника штаба спешно собранные из отступающих частей несколько сводных батальонов всего за день окопались в районе, небольшого расположенного к северу от Хакодате селения Мори, и создали там последнюю линию обороны. Тем не менее, но уже утром тринадцатого июля советские танки вышли на окраины Хакодате, и штаб генерала Коллинза, погрузившись на борт американского крейсера «Сент-Луис» покинул Хоккайдо, оставив при этом на этом острове еще около двадцати тысяч американских и британских солдат.

9. Последние звуки войны.

- Товарищ адмирал, как сообщает авиационная разведка американцы спешно выводят свои войска с Хоккайдо, при чем они задействовали для этого и свои боевые корабли, - обратился к командующему 2й Тихоокеанской эскадрой один из офицеров его штаба, на что находящийся на правом крыле ходового мостика вице-адмирал Игнатьев убрал от глаз мощный морской бинокль и, обернувшись к своему подчиненному негромко и мягко произнес:

- Так значит говорите, задействовали и боевые корабли? Хм, видно дела у генерала Коллинза не особо хороши, раз они так спешно покидают Хоккайдо.

- Может нанести по ним авиационный удар? – тут же последовало предложение со стороны офицера.

- Я думаю, что авиационным ударом мы не ограничимся, немедленно передайте адмиралу Харитонову, чтобы его корабли с запада блокировали Сангарский пролив и нанесли по курсирующим между островами судам удар палубной авиацией, ну а мы немедленно выдвигаемся к восточному входу и пощекочем нервы адмирала Зумвалта, - произнес советский командующий.

И вот в полдень четырнадцатого июля советский флот, в полном составе выстроившись в боевой порядок, оказался в непосредственной близости от Хакодате и с его авианесущих крейсеров стали подниматься истребители и бомбардировщики. Что же касается американцев, то когда вице-адмиралу Зумвалту доложили об этом, он прекрасно понял что русские пошли «ва-банк» и ему остается лишь немедленно выйти в море чтобы принять бой иначе его корабли могут быть уничтожены прямо на рейде Хаккодате. Таким образом, уже через полчаса четыре громады американских линкоров и два оставшихся в распоряжении американского командующего ударных авианосца «Мидуэй» и «Корал Си» вышли Сангарский пролив и полным ходом двинулись навстречу русской эскадре. Причем тут следует сказать, что против четырех линейных кораблей («Монтана», «Айова», «Миссури» и «Нью-Джерси») и трех тяжелых крейсеров («Портленд», «Толедо» и «Нью-Орлеан») советское командование выставило также четыре линкора («Ретвизан», «Кремль», «Победа», «Слава»), а также два линейных крейсера («Пересвет» и «Ослябя») и четыре тяжелых крейсера с 280 мм орудиями («Рюрик», «Аскольд», «Баян», «Громобой») и это привело к тому, что перевес советского флота в тяжелых орудиях оказался столь значительным, что перед американцами возникла угроза прямого уничтожения. Тем не менее, а вице-адмирал Элмо Рассел Зумвалт это прекрасно осознавал и поэтому он первым делом он бросил в атаку на советские корабли, оставшиеся в его распоряжении самолеты палубной авиации в количестве двадцати бомбардировщиков SB2C-7 «Хеллдайвер» тридцати торпедоносцев TBF-4 «Ньюэвенджер» и "Дуглас" TBD-6 "Ньюдевастэтор", а также сорока истребителей F-4U «Корсар» а основную задачу, которых входило прикрытие своих кораблей от атак бомбардировщиков и противодействие истребителям противоположной стороны. Что же касается советской палубной авиации, то по приказу вице-адмирала Игнатьева с трех находящихся в его распоряжении авианесущих крейсеров в атаку на американский флот были подняты пятьдесят пять пикирующих бомбардировщиков Ту-2 МК и пятьдесят истребителей Ла-11 МК, то есть если говорить об этом более конкретно авиационные силы противоборствующих сторон в предстоящей схватке оказались приблизительно равны.

В общем если уж говорить о тактике предстоящего сражения, то советская сторона рассчитывала нанести до наступления ночи по одному два удара, тем более что погода в районе Сангарского пролива к этому времени вполне стабилизировалась и после этого сойтись главными силами в ночном артиллерийском сражении. Что же касается американцев, то они явно надеялись на то, что их бомбардировщики и торпедоносцы нанесут противнику какие-никакие значительные потери и до прямого столкновения главных сил противоборствующих сторон явно не дойдет.

И вот в 18.00 четырнадцатого июня две армады истребителей и бомбардировщиков столкнулись в небе над восточным входом в Сангарский пролив, и последнее ожесточенное воздушное сражение этой войны началось. Что же касается надводных сил то примерно в это же время противоборствующие стороны стали довольно-таки быстро сближаться и уже в 18.30 расстояние между ними достигло всего на всего ста кабельтовых, что привело к тому, что линейные корабли и крейсера открыли друг по другу артиллерийский огонь и стали маневрировать, чтобы выбрать наиболее лучшую позицию и поставить противнику так называемую палочку над «Т». Причем если уж говорить об этом более подробно то советский командующий вице-адмирал Игнатьев стал разворачивать свою колонну линкоров и линейных крейсеров влево ну а четыре советских тяжелых крейсера, находясь недалеко на правом фланге главных сил, также повернули вслед за главным силами в южном направлении и вступили в артиллерийскую перестрелку с так же находящимися позади четырех американских линейных кораблей тяжелыми крейсерами противника.

В общем, что тут и сказать, но ожесточенный артиллерийский бой вошел в самую наивысшую точку и уже в 18.45 с обеих сторон случились первые попадания, а именно три советских полубронебойных снаряда ударили выше основного бронепояса американского флагманского линейного корабля «Монтана», а два тяжелых фугасных снаряда попали в борт советского линкора «Ретвизан». Ну и далее обе стороны начали быстро сближаться, к 19.00 дистанция между ними достигла всего семидесяти кабельтовых, что привело к тому, что в ход пошли также и бронебойные снаряды, которые с такой дистанции свободно пробивали достаточно толстую броню и наносили внутренним системам и коммуникациям довольно сильные разрушения. Однако тем не менее а перевес в стволах крупнокалиберной артиллерии был как уже сказано ранее на русской стороне поэтому чем далее и далее продолжалось это сражение ситуация для американского флота становилась все более и более угрожающей и даже крайне опасной. Что же касается тяжелых крейсеров то там все как говорится, могло закончиться самой настоящей катастрофой, ибо против трех тяжелых крейсеров (27 – 203 мм орудий) с советской стороны в данном противоборстве участвовало четыре тяжелых крейсера (всего порядка 40 – 280 мм орудий) и достаточно серьезный перевес в крупнокалиберных стволах как говорится, был на стороне русских.

Таким образом, уже к 19.30 обе стороны сблизились до пятидесяти кабельтовых и стали засыпать друг друга снарядами, как крупного, так и среднего калибра и количество попаданий стало увеличиваться прямо в геометрической прогрессии. Однако тут следует также сказать о том, что примерно в это же время ряд бомбардировщиков и торпедоносцев прорвался к своих находящимся на поверхности воды целям, в результате чего в бой вступила и зенитная артиллерия боевых кораблей, как с американской, так и с советской стороны. Итак:

19.37 два американских торпедоносца вышли в атаку на находящиеся гораздо далее от места сражения советские авианесущие крейсера и легкие силы и сбросили свои торпеды в воду, причем если одна из этих смертоносных сигар прошла мимо цели, то вот вторая торпеда угодила прямо по середине корпуса авианесущего крейсера «Русь» однако всю энергию этого взрыва приняла на себя мощная противоторпедная защита этого боевого корабля.

19.39 пять американских пикирующих бомбардировщиков атаковали находящиеся недалеко от авианосцев наши легкие крейсера, причем потеряв в этой отчаянной попытке атаки три из пяти самолетов они все-таки добились одного бомбового попадания в советский легкий крейсер «Олег», при этом 227 кг бронебойная бомба пробила верхнюю палубу этого корабля и взорвалась на семидесяти пяти миллиметровой скосе внутренней броневой карапасной палубы не нанеся его внутренним коммуникациям и инфраструктуре каких-либо серьезных повреждений.

Однако тем не менее но на этом атаки американской авиации на этом не закончились и в 19.42 еще три торпедоносца атаковали наши авианесущие крейсера и потеряв при этом одну машину добились того что потопили один из советских сторожевых кораблей охранения.

Что же касается советской палубной авиации, то и ей удалось прорваться к американским авианосцам, и в 19.40 пять советских бомбардировщиков, потеряв при этом две машины, добились двух попаданий в авианосец «Мидуэй». Кроме же этого немного спустя или примерно в 19.50 два советских Ту-2МК совершили бомбометание «топ-мачтовым» способом и всадили сразу две бомбы в борт авианосца «Корал Си» выше ватерлинии.

В общем, на этом атаки палубной авиации и закончились и уцелевшие после ожесточенного воздушного сражения бомбардировщики и торпедоносцы стали возвращаться на свои корабли. Ну а тем временем в районе восточного входа в Сангарский пролив ожесточенное артиллерийское сражение продолжалось и к 20.00 линейные корабли и крейсера получили уже довольно значительное количество попаданий, однако тут следует сказать, что наиболее серьезная ситуация сложилась позади обстреливающих друг друга линейных сил, а именно в той части моря где сошлись в смертельной схватке тяжелые крейсера.

И вот в 20.15 американский тяжелый крейсер «Портленд» получив более двадцати попаданий тяжелых 280 мм снарядов, резко повернул вправо и объятый дымом и пламенем, имея сильный крен на левый борт, совершенно неожиданно вышел из боя и четырнадцати узловым ходом устремился к японским берегам. Однако шедшие за ним еще два тяжелых крейсера не понимая в чем дело, также совершили этот маневр и строй американских кораблей оказался нарушен, ибо против всего советского флота оказались лишь всего четыре американских линкора, что привело адмирала Зумвалта в довольно-таки отчаянное состояние:

- Что, что происходит с нашими крейсерами!? – в явно возбужденном состоянии вскричал американский командующий, на что один из находящихся вместе с ним в боевой рубке офицеров тут же отрапортовал:

- Господин командующий, «Портленд» тяжело поврежден и вышел из боя, ну а что касается «Толедо» и «Нью-Орлеана» то они просто не поняли его маневра и также повернули вслед за ним.

- Так значит теперь мы остались всего с четырьмя линейными кораблями против всего советского флота! – в явном отчаянье произнес вице-адмирал на что находящийся тут же в рубке командир корабля самым серьезным и достаточно обеспокоенным голосом произнес:

- Господин адмирал, надо немедленно прекращать всю эту вакханалию иначе нас просто потопят!

- Хм, да, да, вы абсолютно правы! Немедленно развернуть корабли на запад и дать полный ход! – тут же последовало со стороны Элмо Рассела Зумвалта и уже спустя несколько секунд под звуки выстрелов и взрывов огромная громада флагманского линкора «Монтана» стали разворачиваться в сторону заходящего солнца

В общем, что тут и сказать, но поспешное бегство американского флота было так скажем вполне оправдано, ибо перед ним возникла опасность полного уничтожения, и уже к 21.00 артиллерийский бой полностью прекратился к утру пятнадцатого июля сильно изуродованные и изрешеченные попаданиями от многочисленных снарядов американские корабли стали втягиваться на рейд Хатинохе.

Ну а уже вечером этого же дня между адмиралом Зувалтом и спешно прибывшим на флагманский линкор «Монтана» командующим союзными силами в Японии генералом Джозефом Лоутоном Коллинзом произошел следующий довольно-таки оригинальный разговор:

- Адмирал, как я посмотрю, но вам видать довольно сильно досталось? – с явным сочувствием произнес генерал Коллинз, осматривая идеально круглую пробоину в борту прямо внутри кают-компании.

- Это еще хорошо, что это был бронебойный снаряд, и он пробил это помещение насквозь, - немного грустновато последовал ответ на вышесказанное со стороны Элмо Рассела Зумвалта, после чего он отхлебнул из бокала темно янтарного виски и уже более спокойно заговорил: - В общем, это еще хорошо, что мы вовремя отступили, иначе боюсь, русские отправили бы нас прямо на корм рыбам. Но кстати как говорится вроде бы и у вас возникло довольно много больших и серьезных неприятностей?

- Да вы совершенно правы, - тут же произнес генерал Коллинз и также отхлебнул из бокала виски, - однако самое плохое в том, что мы оставили там, на Хоккайдо около двадцати тысяч своих людей не успев их эвакуировать.

- Не расстраиваетесь генерал, думается мне, что теперь дело явно пошло к миру, ибо если говорить предельно откровенно вести далее эту войну просто бессмысленно, - вдруг совершенно неожиданно выдал адмирал Зумвалт в результате чего командующий сухопутными ненадолго задумался и глубоко вздохнув, сказал следующие слова:

- Да, вы совершенно правы адмирал, если честно то мы явно рассчитывали на иное и просто на просто просчитались, не оценив реальные силы нашего противника. Вот если бы нам все-таки удалось бы захватить Саппоро, все могло бы пойди явно по другому сценарию.

- Однако что тут и сказать, но надо как-то обосновать все произошедшее перед Вашингтоном, ибо чувствуется, что скоро оттуда потребуют ответ, - как-то явно расстроенно последовало со стороны командующего флотом, что же касается генерала Коллинза, то тот также явно в расстроенных тонах глубокомысленно заметил:

- Да вам что, все ваши корабли сейчас находятся в Хатинохе, а вот с меня с этими огромными потерями явно спросят по полной.

…

В общем вот в таких тонах и происходила данная беседа, ну а в это время старый советский пароход «Красный пролетарий» мерно вращая своими винтами, двигался по Японскому морю по направлению к главному морскому порту на западном побережью Хоккайдо Отару.

- Капитан! Капитан! – громко закричал находящийся на крыше ходовой рубки матрос-наблюдатель, в результате чего на правом крыле ходового мостика тут же появился капитан этого старого, но довольно доблестного судна Василий Соколов.

- Ну что там еще!? – тут же последовало с его стороны и этот достаточно еще молодой, но уже очень опытный моряк тут же прислонил к своим глазам окуляры мощного морского бинокля и направил свой взгляд в указанном направлении: - Что же, видать, мы все-таки достигли мыса Сякотан, - тут же негромко произнес он, на что со стороны так же вышедшего вслед за ним на мостик старшего помощника тут же последовали следующие слова:

- Да видать все-таки добрались, и, кстати говорят, что наш флот полностью вытеснил англичан и американцев из Японского моря.

- Все это конечно так, но все-таки американские подводные лодки так и рыщут в этих местах, а мы в этот раз вышли в море абсолютно без охранения…, - только и успел ответить капитан «Красного пролетария» как вдруг в подтверждение его словам находящийся над ними наблюдатель снова громко и довольно встревоженно закричал:

- Командир! Слева по курсу вижу подводную лодку!

- Боевая тревога! Полный ход! Курс двести! Орудия к бою! – мгновенно последовало со стороны Василий Соколова и по палубе и трапам громко застучали ботинки моряков, в результате чего уже чрез пару минут оба семидесяти пяти миллиметровых орудия и находящиеся по левому борту крупнокалиберные пулеметы ДШК развернулись в указанную сторону, где на фоне небольших и гладко перекатывающихся волн стало довольно-таки четко видно в надводном положении самую настоящую американскую субмарину.

- Хм, с ними явно что-то случилось? – достаточно так обеспокоенно последовало со стороны старшего помощника, на что Василий Соколов внимательно изучая возникшую перед ними цель в мощный морской бинокль тут же довольно-таки резонно заключил:

- Да, совершенно верно, видать у них явно возникли какие-то неисправности, ибо за это время они уже успели бы точно погрузиться…

- У них фактически два таких же орудия, как и у нас, так что капитан принимаем бой? – спросил старший помощник на что капитан «Красного пролетария» вдруг совершенно неожиданно заметил:

- А ну просигнальте им, чтобы они немедленно сдались в плен!

А в это время на палубе, всплывшей из-за повреждения рулей подводной лодке американского флота «Альбакор» между её командиром лейтенант-коммандером Сайманом Фрэнком и его старшим помощником Джоном Уивером происходил следующий и довольно оригинальный разговор:

- Что, что нам делать!? Командир!? Мы не можем более погружаться, а на этом старом советском пароходе стоят орудия и крупнокалиберные пулеметы! – несколько истерично и довольно-таки громко голосил Джон Уивер, на что командир «Альбакора» с мрачным и озабоченным видом явно растерянно отвечал:

- И что же вы предлагаете Джон!?

- Как что? Надо немедленно поднять белый флаг, а не то сюда вот-вот явятся русские сторожевики, а может даже эсминцы!

- Поднять белый флаг? Но это противоречит правилам нашего флота!?

- Да флота то, почти что нет, или вы не знаете, что только что пришло сообщение, что русские наваляли адмиралу Зумвалту и блокировали его корабли в Хатинохе!

- Вы слишком сильно реагируете на всякую чушь, Джон… - только и успел ответить на вышесказанное Сайман Фрэнк, как вдруг со стороны также находящегося на вершине ходовой рубки субмарины матроса совершенно неожиданно произнес:

- Командир, русские что-то нам пишут семафором!

- Хм, и что же это они там говорят?

- Предлагают нам сдаться, а не то они откроют огонь!

- Вот видите командир, это очень и очень нам на руки! Нельзя упускать такой шанс! – тут же последовало со стороны старшего помощника «Альбакора» и тут со стороны советского парохода совершенно неожиданно раздался выстрел и спустя несколько секунд в нескольких метрах от левого борта американской субмарины возник высокий всплеск от разорвавшегося снаряда.

- Сайман! Сайман! Поверьте нельзя упускать такой шанс! Думайте быстрее! – в явном волнении схватив своего командира за рукав его форменной куртки затараторил Джон Уивер и тут раздался звук второго выстрела, после чего снаряд просто на просто просвистел над рубкой подводной лодки и стало абсолютно понятно то русские взяли своих противников в вилку и следующий снаряд придется точно в цель.

- Эй, немедленно просигнальте русским, что мы сдаемся! И найдете какую-нибудь белую тряпку, чтобы они больше не стреляли! – тут же распорядился капитан-коммандер Сайман Фрэнк и уже спустя несколько минут один из его матросов стал быстро и широко размахивать надетым на аварийный багор белым флагом.

- Капитан, они сдаются! – тут же воскликнул матрос-наблюдатель, на что капитан Василий Соколов твердо и резонно констатировал:

- Ну и хорошо, сейчас возьмем их на буксир и направимся с ними далее в Отару…

Вот таким скажем так счастливым образом, и закончилась карьера одного из самых опытных командиров американского флота, а также его вполне благоразумного и дальновидного старшего помощника.

10. Мир, долгожданный мир!

- Господа, я собрал вас здесь чтобы решить один очень и очень важный вопрос, - начал свою речь президент Кеннеди двадцатого июня тысяче девятьсот шестьдесят второго года находясь, как и положено, в «овальном кабинете» «Белого дома» в городе Вашингтон, - но прежде чем я перейду к сути данной проблемы мне хочется сказать несколько слов о том, что и послужило причиной возникновения данной проблемы а именно…

Тут Джон Фицджералд Кеннеди неожиданно замолчал и в вышеуказанном помещении совершенно неожиданно наступила напряженная тишина нарушаемая лишь едва слышимым тиканьем находящихся в этом кабинете уже много и много лет старинных напольных часов с маятником. Далее же как говорится, наступила довольно длительная пауза которую вскоре и нарушил снова начавший говорить президент Соединенных Штатов:

- В общем, господа я хочу прямо сказать, что мы просто на просто проиграли очередное и думается мне последнее сражение этой войны, ибо всем прекрасно известно, что теперь Хоккайдо полностью находится под контролем советских войск. Что же господа стало предпосылкой для этого? А предпосылкой для этого стало то, что мы просто на просто недооценили нашего противника, как говорится практически по всем параметрам и вопросам и кончено же здесь следует сказать также и о том, что мы, не сочтите за каламбур, переоценили свои собственные возможности, что в результате и привело к произошедшей катастрофе. Ну а так до этого мы уже проиграли сражения в Средиземном море, Атлантике, и на Аляске теперь перед нами строит следующая дилемма, а именно: стоит ли начинать с русскими переговоры о мире или все-таки необходимо продолжить эту страшную и кровавую борьбу? Итак, прошу вас высказываться по сути данного вопроса, и давайте сначала дадим слово вице-президенту.

Ну и после этих сказанных президентом Кеннеди слов из большого обтянутого черной кожей кресла поднялся Линдон Джонсон и как всегда глубоким и твердым голосом заговорил:

- Господа лично я как вице-президент великой державы, считаю, что нам следует заключить мир с Советским Союзом и сделать это надо как можно скорее и скорее, иначе теперь русские могут свободно нанести удар по нашему западному побережью, ибо защищать его у нас просто как говорится нечем. Кроме этого в результате поражений на Аляске и Хоккайдо в советском плену находится более сорока тысяч наших солдат и, судьба этих людей как вы понимаете, нам отнюдь не безразлична. В общем, господа, лично я за скорейшее перемирие!

Тут Линдон Джонсон замолк и снова уселся в свое кожаное кресло, ну а с противоположной стороны от стола президента из такого же черного кресла как черт из табакерки совершенно неожиданно вскочил или даже правильнее сказать выскочил государственный секретарь Дэйвид Раск который довольно-таки быстро и громко затараторил следующее:

- Господа, господа присутствующие! Государственный департамент считает, что эту войну следует немедленно прекращать, ибо кроме всего вышесказанного вице-президентом у нас совершенно недавно появилась еще одна очень и очень серьезная проблема и имя ей как вы прекрасно знаете Южный Вьетнам. Ну а если уж говорить об этом более подробно то согласно только что полученным из Сайгона сведениям несколько дней назад партизаны Вьетконга при поддержке войск Северного Вьетнама начали новое массированное наступление на режим нашего ставленника и союзника Нго Динь Зьема против которого кроме коммунистов по нашим сведениям также ополчились и его собственные генералы. Так что всю эту войну против Советского Союза необходимо как можно скорее заканчивать и все оставшиеся силы перебросить в Индокитай!

Тут Дэйвид Раск неожиданно замолчал и снова растворился в своем большом кожаном кресле, ну а со стороны президента тут же последовало следующее:

- Ну, вот господа, вы видите, что у нас теперь возникла еще одна точка напряженности, а именно Южный Вьетнам, так что давайте высказываться по существу и теперь слова за вами уважаемый министр обороны:

И далее после его слов находящийся на большом и длинном диване Роберт С. Макнамара встал и, как всегда раскрыв свою кожаную папку, глядя в нее принялся говорить:

- Господа, согласно последним отчетам из «Пентагона» и Морского министерства наши основные силы хоть и сильно пострадали, но еще довольно боеспособны и целы. В общем что касается сухопутных сил:

Сейчас на Японских островах находится порядка ста тысяч солдат, которые с нетерпением ждут отправки домой, конечно, все тяжелое вооружение мы, к сожалению, мы потеряли, тем не менее, в «Пентагоне» считают, что русские не посмеют вторгнуться на Хонсю. В общем военные считают что надо дать войскам и флоту длительную передышку и дождаться того времени когда будут готовы новые корабли и авианосцы. Ну а сейчас я прошу сделать доклад о состоянии флота морского министра.

Тут Роберт С. Макнамара замолчал и снова опустился на диван, а его место занял морской министр Фред Кортф, со стороны которого тут же последовало следующее:

- Господа на данный момент времени флот Соединенных Штатов располагает одиннадцатью линейными кораблями, одним дредноутом и семью авианосцами на Тихоокеанском театре военных действий и это скажем так достаточно серьезные силы. Тем не менее, а многие из этих кораблей имеют серьезные повреждения и соответственно требуют длительного ремонта, поэтому морское министерство считает, что продолжение боевых действий против Советского Союза не целесообразно и чтобы восполнить потери нам необходимо как минимум два-три года передышки.

Тут морской министр сел и в разговор вступил до селе молчавший брат президента и генеральный прокурор Роберт Фрэнсис Кеннеди, который как всегда довольно-таки визгливым и не терпящим возражением тоном, прямо не вставая с дивана, произнес:

- В общем так господа, пора заканчивать всю эту вакханалию и давайте скорее проголосуем по вопросу: нужен ли нам мир с «Советами»?

- Что же ты братик как всегда прав, итак прошу поднять руку тех, кто считает, что нам надо немедленно начать переговоры с Советским Союзом? – произнес вдогонку фразе своего брата Джон Кеннеди и тут же первым поднял руку.

Что же касается остальных присутствующих на этом празднике жизни то и они все единогласно проголосовали за мир и президент Соединенных Штатов с явным облегчением закончил:

- Ну и что же, очень и очень хорошо, в общем, господин государственный секретарь…, - обратился от к Дэвиду Раску, - немедленно свяжитесь с русским посольством во Франции и договоритесь о месте проведения переговоров. Кроме этого необходимо сообщить во все боевые части и на военные корабли, что с девяти часов утра завтрашнего дня боевые действия прекращаются, и они возвращаются в места своей дислокации и порты. Ну и, конечно же, необходимо как можно скорее договориться с Советским Союзом об обмене пленными, ибо пока наши солдаты остаются в русском плену, общество нас может не понять.

Тут президент Кеннеди неожиданно замолчал, и следующая реплика последовала со стороны Дэйвида Раска:

- Господа в качестве платформы для мирных переговоров Государственный Департамент предлагает Мадрид.

- Хм, Мадрид, а почему именно Мадрид, а не Париж или Берлин кстати? – задал вопрос немного удивленный данным предложением Роберт Кеннеди, на что государственный секретарь тут же ответил:

- Мы считаем, что Мадрид наиболее подходящая площадка для переговоров ибо Париж ей уже был в прошлый раз, ну а Берлин вообще пока что не участвует в каких-либо политических процессах так как разделен между нами и Советами. Да и кроме того мы уже встречались с англичанами на Канарских островах а они как известно принадлежат Испании. В общем, на этом данное совещание было и закончено, а уже утром следующего дня в Кремле произошел небольшой, но довольно-таки важный разговор между Генеральным Секретарем КПСС и председателем Государственного комитета обороны Лаврентием Павловичем Берией, председателем правительства Николаем Булганиным, министром иностранных дел Андреем Громыко, а также министром обороны Родионом Малиновским и командующим военно-морским флотом адмиралом Сергеем Горшковым.

- Товарищи, только что из нашего посольства во Франции пришло сообщение что американцы и англичане выступили с предложением о заключении перемирия и проведения соответствующих переговоров в Мадриде, - тут же последовало со стороны Берии.

- А почему именно в Мадриде? – тут же переспросил Николай Булганин, на что со стороны министра иностранных дел Громыко тут же последовал следующий ответ:

- Они считают что Испания наиболее подходящая площадка для переговоров и кстати если честно то наше министерство иностранных дел не против.

- Ну да ладно Мадрид так Мадрид…, - как-то немного в сердцах произнес председатель правительства, на что Лаврентий Павлович Берия громко и каким-то не особо похожем на него добрым голосом сказал:

- Ладно, с Мадридом все более менее ясно, однако давайте, что ли каждый скажет по этому поводу несколько слов и давайте начнем с вас уважаемый председатель правительства, - обратился он к Булганину, на что тот негромко и конкретно произнес:

- Войну надо немедленно заканчивать, ибо все это достаточно плохо отражается на внутренней экономике государства, ну а если мы заключим перемирие, то суда под нашим флагом вновь пойдут по всем океанам и окажутся в иностранных портах, а это очень и очень хорошо.

- Так ясно, а что скажем, министр обороны? – обратился Берия к Малиновскому.

- Если честно то мы не только добились существенных результатов на сухопутном театре военных действий, но очень устали от войны, так что лично я за мир!

- Ну а что флот? – последовал новый вопрос.

- Флот только за, ибо пока что мы потеряли лишь несколько кораблей и неизвестно что будет в дальнейшем. Тем более что теперь, то есть в результате наших последних побед перевес склонился явно в нашу сторону, - последовало со стороны адмирала Горшкова, ну а после этих его слов Лаврентий Павлович Берия как всегда спокойным и негромким голосом произнес:

- Что же все более менее понятно, поэтому вы товарищ Косыгин немедленно известите наших оппонентов о том, что мы согласны на переговоры в Мадриде и наша делегация сможет прибыть туда в самые наикратчайшие сроки.

В общем вот на этом данный разговор был в принципе и окончен и уже спустя сутки самолет с представителями советской стороны вылетел с подмосковного аэродрома в Испанию.

Однако пока еще не раз уже вышеупомянутые мирные переговоры не начались перенесемся снова в Нью-Йорк где в элитном отеле «Hotel Plaza Athénée» в шикарном номере снова собрались основные воротилы мира и сидя в уютных мягких креслах с бокалами дорогого виски и кубинскими сигарами в руках повели очередной и довольно важный разговор:

- Ну что же, похоже, что и на этот раз русские наставили нам рога, - произнес один из этих индивидов которого, как известно, звали Дюпон.

- Полностью согласен с вами, однако хоть на этот раз все не кончилось глобальным экономическим кризисом, - тут же последовало со стороны Рокфеллера.

- Господа, господа, а вам не кажется что когда мы затевали все это ситуация в мире была совершенно иной, - вставил свою фразу господин по имени Ротшильд.

- Вы совершенно правы, - произнес на это индивид, которого звали Люмен, после чего он снова отхлебнул из круглого бокала дорого виски и уже более спокойным тоном продолжил, - вот только теперь мы, как и в прошлый раз потеряли на этой войне многие миллиарды и миллиарды и, кстати, если уж наше правительство решило заключить мир с Советским Союзом мы снова можем потерять гигантские суммы на военных заказах.

- Хм, этот самый президент Кеннеди очень и очень слаб, иначе он не пошел бы на этот сепаратный мир с Советами, а продолжал с ними сражаться и сражаться, - снова кратко охарактеризовал действующего президента Ротшильд.

- Да он живет и действует по принципу «лучше плохой мир, чем хороша война», так что думается мне, что далее его действия могут привести всю нашу политику в явно плохое состояние, так что вполне вероятно, что он станет нам соответственно неугоден, - как-то витиевато и запутанно произнес один из этих вышеописанных воротил довольно значимую фразу, в которой явно сквозило то, что и должно было случиться пару лет спустя в Далласе. Однако об этом еще будет сказано впереди, а пока что эти самые влиятельные господа просто на просто обсуждали то, что творится в мире, а также свои сильно похудевшие в результате вышеописанной войны кошельки.

…

Таким образом, на основании всего вышеизложенного двадцать пятого июля тысяче девятьсот шестьдесят второго года в Испании или точнее в её столице Мадриде начались уже не раз вышеупомянутые переговоры с одной стороны, в которых участвовал Советский Союз, ну а с другой Соединенные Штаты, Великобритания, а также участвующие в этой войне на стороне союзников Канада, Австралия и Новая Зеландия, хотя если честно то три этих последних участника оказались прямо на отшибе и присутствовали на данном мероприятии фактически лишь формально. Что же касается делегаций, то советскую сторону возглавил, как и положено министр иностранных дел Андрей Громыко, ну а со стороны Соединенных Штатов и Великобритании их делегации, как и положено, возглавляли государственный секретарь Дэйвид Раск и министр иностранных дел Александр Фредерик Дуглас-Хьюм.

В общем, что тут и сказать, но переговоры шли довольно тяжело и не раз заходили в тупик, тем не менее, спустя три дня после их начала, а именно двадцать девятого июня некоторый паритет оказался достигнутым обе стороны пришли к некоторому соглашению, тем не менее, окончательно вся данная процедура была закончена лишь через пару дней и первого августа практически во всех мировых изданиях было опубликовано соответствующее коммюнике, в котором излагались следующие позиции:

1. За Советским Союзом полностью остается контроль над Аляской и самым северным островом Японского архипелага Хоккайдо.

2. Советский Союз выводит свои войска с Египетской территории и отводит их на исходные рубежи в Сирии и в восточной части Турции.

3. Советская сторона полностью передает контроль над Суэцким каналом правительству Египта.

4. Советская сторона сохраняет контроль над черноморскими проливами и западной частью Турции при этом она обуславливает свободное прохождение гражданских судов через Босфор и Дарданеллы.

5. Американские и Британские морские силы более не препятствуют прохождению советских торговых судов во всей акватории мирового океана и освобождают захваченные ими корабли, принадлежащие советской стороне.

6. Обе стороны немедленно проводят обмен военнопленными по договоренности «всех на всех».

В общем, на этом данная мировая война и была закончена, однако, тем не менее, но мировая напряженность еще очень долго и долго витала над планетой.

Вместо окончания и послесловия.

Таким образом, спустя примерно три года эта вторая война между великими мировыми державами наконец-то закончилась и, как уже было сказано выше, победителем в ней снова вышел Советский Союз. Тем не менее, но здесь также обязательно следует сказать, что на этот раз военно-морские силы проигравшей стороны оказались вовсе не уничтоженными и как Соединенные Штаты, так и Великобритания остались, скажем, так при своих военных ресурсах, хотя если честно, то изуродованным снарядами и бомбами военным кораблям требовался продолжительный ремонт. Кроме этого также было необходимо восполнить громаднейшие потери в летчиках и палубной авиации, что также привело к тому, что продолжать эту бессмысленную бойню, было скажем так нерационально.

Что же касается политической обстановки то главным бенефициаром от всего вышеизложенного оказался без сомнения Советский Союз, ибо он не только сохранил практически все находящиеся еще с довоенных времен под его контролем территории, но также завершил завоевание и отторжение у Соединенных Штатов Аляски, удержал в своих руках самый северный остров Японского архипелага Хоккайдо, а также сохранил свои позиции в Средиземноморье в дополнение к которым передал правительству Египта отвоеванный у англо-американцев Суэцкий канал. Но все-таки благодаря вышеуказанным мирным переговорам ситуация в мире более менее стабилизировалась, грохот пушек утих, ну а мировой океан снова без особой опаски стали бороздить торговые корабли.

…

Однако здесь также следует сказать о том, как в дальнейшем сложилась судьба некоторых персонажей данного повествования и о том, что произошло с ними в близлежащем будущем, а именно:

Прежде всего, следует упомянуть старый советский пароход «Красный Пролетарий» и его молодого, но уже довольно опытного капитана Василия Соколова и, конечно же, первым делом здесь стоит сказать о том, что в дополнение к двум своим ранее полученным орденам за взятие в плен американской подводной лодки ему был также присужден третий орден «Адмирала Ушакова». Ну и далее он вместе со своим судном снова стал ходить по дальним морям с самыми разнообразными грузами и, ему еще не раз пришлось, как говорится побывать во многих дальневосточных портах от Сингапура до Чукотки и Аляски.

Что же касается взятых в плен экипажем «Красного пролетария» командира подводной лодки «Альбакор» Саймана Фрэнка и его старшего помощника Джона Уивера то они вскоре после своего пленения оставив при этом свою субмарину русским в качестве трофея, вместе со всем своим экипажем были доставлены на большом пассажирском пароходе в Сан-Франциско, где после долгого и кропотливого разбирательства они были уволены с флота и их дальнейшая судьба как говориться растворилась на необъятных просторах Америки.

Рядовой-заряжающий американской армии Скот Риджер как и говорилось ранее попал в плен и после заключения мира так и не вернулся к своей любимой девушке Маргарет в Сан-Франциско а остался на отошедшей к Советскому Союзу Аляске где нашем себе довольно-таки красивую жену-индианку из местного племени тлинкитов и успешно устроился вместе с ней в получившем свое старое название Ново-Архангельске (Ситка), что на острове Баранова, где записался на рыболовный траулер и вскоре стал самым настоящим рыбаком. В общем, там они прожили много долгих лет, и у них родилось пятеро хорошеньких детей.

Ну а взятый в плен на Хоккайдо рядовой морской пехоты Элвин Грей вместе со своим новым другом членом национальной гвардии Стенгом провели около двух месяцев в плену, после чего их доставили на Хонсю, откуда Стенг тут же направился в свой любимый Мичиган, ну а что касается Элвина Грея то он все-таки остался в армии, провел несколько месяцев на Окинаве, после чего попал в Индо-Китай, где принял непосредственное участие в боевых действиях Вьетнамской войны. В общем, и оттуда ему спустя несколько лет все-таки удалось выбраться живым и невредимым, после чего его дальнейшая судьба как говориться растворилась на необъятных просторах Юго-Восточной Азии.

Генерал Джозеф Лоутон Коллинз после поражения союзных войск на Хоккайдо был отстранен от дальнейшего командования и просто вышел на пенсию, что же касается вице-адмирала Элмо Рассела Зумвалта то он, как и генерал Коллинз, был также отстранён от командования первым соединением после чего в его отношении была проведена длительная проверка и этот довольно-таки колоритный индивид стал самым настоящим преподавателем в Морской академии в Сан-Диего.

Командующий вторым соединением американского флота вице-адмирал Бенджамин Клери несмотря на свою неудачу в заливе Аляска вскоре получил звание полного адмирала и, в конце концов, стал, как и адмирал Рой Джонсон командующим Тихоокеанским флотом Соединенных Штатов.

И последнее, что касается президента Джона Ф. Кеннеди, то он, как известно, был застрелен неизвестным стрелком двадцать второго ноября тысяче девятьсот шестьдесят третьего года в Далласе и насчет его смерти до сих пор ходит множество конспирологических теорий, причем одной из версий его гибели является то, что именно 35го президента Соединенных Штатов сильные мира сего как говорится, готовы были считать причиной проигрыша в вышеописанной войне и потери ими многомиллиардных денежных средств.

В общем вот здесь и можно поставить точку, ибо как говорится:

Все что происходит в политике – это прелюдия к новой войне.

2023г.