Сквозь Эпохи и Века

Из 2020 в 1600 год. Первая Волна.

Равен

Это утро для меня оказалось не очень хорошим. Хотя как сказать… Кто-нибудь мечтал побывать в прошлом? Вот мне и повезло… и похоже не только побывать, но и остаться на вечно! Хотя люблю порой зачитываться всякой попаданческой литературой и часто думал: "А что бы я сделал на месте главного героя?". Вот теперь у меня есть возможность проверить всё на практике.

Думаю, надо рассказать, как всё обстояло в начале. Ведь у любой истории, рассказа и романа есть своё начало, перерастающее в завязку сюжета. И моя история не является особым исключением из всех этих правил. Всё обстояло так...

Во время прогулки в парке, что был в нашем посёлке, время неожиданно остановилось и какая-то тёмная, слегка отдающая оттенками фиолетового, масса предложила в добровольно-принудительном порядке прийти этим вечером к школьному стадиону. Ну и что мне оставалось? Собрался и пешим ходом туда, благо мой дом и школа были рядом.

Пока шёл, я раздумывал, что же там такое может быть. Всякое в жизни случается, но подобные явления очень необычны.

Прихожу и вижу… Сам не поверил, какие бывают совпадения. Однако, если учесть книги, сериалы, мультфильмы и фильмы, то не удивлён, там совершенно обычное дело группа персонажей, вокруг которых развивается всё основное действо, были друзьями или знакомыми, в редких случаях бывает совершенно незнакомые люди. А стояли там мои друзья: Серый, который у нас завхозом, то есть главколхозником, числиться; Санёк, так же известный как Хан Хоромин; Данёк, он же Дэн; Дима, известен как Наташа или Иконов; Маргарита, то есть Мора; Юля, она же Юла.

У каждого из нас есть своё дружеское прозвище, которые не выходит за пределы нашего узкого круга. Исключение только составит Хан Хоромин. К примеру я - Равен. Это пошло от моего англоязычного ника в сети. Санёк стал Хоромином в незапамятные времена, а потому никто толком и не помнит почему ему было присвоено это имечко. Дэн - это даже объяснять не нужно. А вот как наш Димка стал Наташей знает только Мора, однако известно происхождение его второго прозвища, Иконов. Дело в том, что если убрать первую букву в его фамилии, то образуется это имя. Юля стала Юлой не просто так, а за дело. Всегда старается всё сделать быстро.

Остальных разглядеть не удалось. Хотя мне казалось, что среди них есть мои знакомые. Всматривался, а разглядеть всё не мог… странно. Лица как будто заволокло туманом, плюс к этому моё плохое зрение. Этому я не удивился, так как непонятная чертовщина начала твориться ещё днём и просто привык к этому.

— Приветствую вас, — появилась та же неведомая масса, — пора начать наш великий эксперимент… — эта субстанция специально сделала акцент на последнем слове. Меня уже сильно это заинтриговало.

Всё вокруг засверкало, заискрилось и померкло вмиг. Удивительная фигня твориться нынче. Вот зачитываемся попаданческой литературой и потом получаем такие ситуации. И ведь нигде нет инструкции: "Что делать если вы оказались в прошлом". Вертись как хочешь.

Всегда хотелось побывать в той или иной эпохе, взглянуть на неё глазами обывателя нашего Икс-Икс-Ай века — вот тебе книжка про попаданца! У нас большой ассортимент: от приключений до политики, от детектива до простой войны… Эх!

Стоп, а что это такое? Прямо перед глазами всплыло окошко. Я вообще не ожидал присутствия здесь системы. Думал, что будет обычное массовое попаданчество.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории принадлежащей государству Речь Посполитая, точнее Сандомирское Воеводство, близ города Кельце. Тут проживают преимущественно поляки. Вы являетесь крылатым гусаром, Агнием Каховским».

Я, собственной персоной, находился в какой-то палатке. Рядом были "мои" вещи, то есть комплект брони крылатого гусара, концеж, пика и ещё всякая мелочь.

Моя голова неожиданно стала раскалываться и тут же успокоилась. Оказалось, что так в меня «влили» память Агния. Понятно, только недавно на службу пошёл. В свои шестнадцать-то.

Вот это да… Видимо, высшие силы, зная о моей любви к Польше и полякам, решили закинуть меня к ним. В крылатого гусара, что хочется отметить. Ух, столько наворочу… Если выживу, а это очень важно. Есть уже кое-какие планы и интересные идейки...

А так, надо пережить Польскую Интервенцию во времена Смуты в Русском Царстве. Действовать по обстоятельствам — наше всё! Хотя, моё присутствие в этом времени может полностью изменить ход всей истории... Будь, что будет. Разберёмся на месте.

Санёк

Представьте, что вам выдалась возможность вывернуть историю на изнанку, отправившись в прошлое. Вот мне и моим друзьям такая возможность и выпала.

Занимался домашними делами, никого не трогал и тут появляется это непонятное создание, которое позвало меня на наш школьный стадион. Некаждый день случается подобное, а потому решил сходить да посмотреть.

Оказавшись там, я принялся искать знакомые лица. Ну, а вдруг?

Множество лиц были неразличимы, однако некоторые бросались прямо в глаза. Вот среди них были знакомые моего друга. Узнал всех — Завхоза, Икону, Данька, Мору и, кажется, Юля. А Равен пришёл позже. Обычно он приходит раньше всех какое бы мероприятие не планировалось. Странное дело...

Прозвучала короткая речь, а дальше… словно по башке стукнули и в глаза зарядили со всей, имеющейся в голове, дури. Теперь я стою среди степи и пытаюсь понять — где я?

Тут появилось окно…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории монгольской степи. Здесь преимущественно монголы. Вы являетесь обычным степняком».

Интересные дела творятся. Тут меня охватила волна головной боли. Оказалось, что таким способом я заполучил память этого безымянного степняка и в добавок ко всему ещё знание своего возраста. Мне лет восемнадцать.

Вот те на… Назвался Ханом Хоромином, так будь самым настоящем ханом со своей ордой. Ну коль судьба или другая любая высшая сила так решила, то создам орду и буду держать весь мир в своих ежовых рукавицах! Ха-ха-ха!

Если я правильно помню историю, то сейчас здесь только-только формируется страна маньчжуров. Хм…

Хотя стоп! Буду идти неожиданным путём всеобщей свободы. Да здравствует Анархия!

Сержо Крутой

Оригинально вышло знакомство с этой тучкой. Играл в царь горы с друзьями, приятелями и старшем братом. Пытаюсь забраться, а брат меня всё скидывает. Да он один нас всех раскидает на раз-два. Вот падаю, качусь кубарем по склону и вдруг замечаю, что все остановились. Из неоткуда возникает тёмная тучка и начинает, мол, приди к стадиону школьному вечером.

Пришёл и вижу там Санька, друга Равена.

— Дарова, Завхоз, — поприветствовал он меня.

— Дарова-дарова.

— Вот, почти, в сборе наш Мозг Колхоза, — заметил Хан.

Дальше подходили люди, чьи лица были мне непонятны. Среди них я заметил Данька, Димана, Мору, нашу колхозную ведьму; и Юлю. Самым последним пришёл Равен. Он же любит приходить рано?

Сигнал к началу представления и… фейерверк в глазах. Просыпаюсь уже на сеновале. Меня постоянно будет преследовать Колхоз? Встаю и удивляюсь картине, раскрывшейся передо мной. Эх, какая же идиллия… Прямо слёзы на глаза навёртываются.

Мужики с серпами, которые отлично подойдут к молотам, принимаются за сбор урожая пшеницы. Так, а это шо такое? Появилось окошко…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Русское Царство, точнее под городом Царицыном. Здесь преимущественно живут русские и ногайцы. Вы являетесь крестьянином Кондратом, сыном Ивана».

Вот же ж! Мне поставили уровень сложности «высокий», что ли? Почему крестьянином, а не купцом каким? Плохо дело…

Появились воспоминания, которые сделали моей тыкве немного больно. Зато понятно, что я ещё молодой парень лет пятнадцати. Ну да, ну да... Уровень сложности ещё вырос в разы.

Так скоро будет Смута и поляки с Лжедмитриями попрут Россиюшку разорять. Нужно что-то делать только что? Я же всего лишь крестьянин… хотя крепостничество только-только зарождается. Нужно срочно добиваться свободы! А дальше по ситуации.

Дэн

И нахрена мне всё это? Жил, никого не трогал, а тут на! Какая-то штука останавливает время и предлагает прийти на стадион вечером. И пошёл со скуки, вдруг что-то интересное, а нет — историю меняем.

Многих людей, как ни старался, различить не смог. Их лица скрывала необычная тень, а вот несколько человек различить удалось. О нет! Санёк! Так дальше Серый, Икона, Мора, Юля. Равен пришёл позже, на него не похоже.

Что-то там сказала тучка, всё залилось светом, и я проснулся в каких-то хоромах.

Богатенькая у меня комната… И кровать большая… Мягкая и удобная… Тут меня отвлекло окошко, что всплыло прямо перед глазами.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Королевство Франция, точнее Прованс, город Марсель. Здесь преимущественно живут провансальцы и французы. Вы являетесь губернатором Прованса, Карлом де Гиз».

Знать бы, кто это… Ух, голова раскалывается! Теперь не болит и понимаю кем являюсь. Я в теле Карла де Гиз, реального претендента на трон Франции. Двадцать девять лет, не женат. Уже есть кое-какие планы по свержению Генриха IV, хотя нахожусь с ним в довольно тёплых отношениях. Кстати именно благодаря ему я имею пост губернатора.

Что же, будем выкручиваться! Нужно продумать стратегию по захвату власти, но меня явно будут сдерживать чёртовы аристократы…

Икона

Что сказать? То же самое, что и у Данька, а то есть ничего интересного. Такая же тучка, такая же встреча на стадионе и такие же огоньки и вспышки.

И такая же хорошо обставленная комната, только вид на гористую местность. В голове что-то щёлкнуло и вдруг появилось окошко…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Шотландия, точнее в столице Эдинбурге. Здесь преимущественно живут шотландцы. Вы являетесь шотландским королём Яковом VI».

Ха! Всех обошёл! Я-то король! Тут навалилась память Якова… Ой, как же больно головушке! Оказывается я женат, дети имеются и мне всего лишь тридцать три года. Ну да ладно, будем как-то работать, ведь я вскоре стану и королём Англии! Ха-ха!

Так, оставить эмоции. Впереди у меня слишком много работы, некогда отдыхать.

Только сейчас заметил на столике бутыль с вином и рядом кубок. Эх, простите, но нервы нужно успокоить. Откупорил бутыль и налил себе примерно на треть.

— За историю, которую я не учил! — сказал в пустоту и залпом осушил кубок.

Мора

И мне надо что-то написать? Точно? Ладно. Сидела дома, как обычно ничего не делала и вдруг тут появляется эта масса. Говорит что бы я оправлялась на школьный стадион, там обещалось что-то интересное.

По дороге встретилась с Юлькой. Она, как оказалось, то же шла на стадион по тем же причинам. Пришли и видим где-то полтора десятка человек. Их лица скрывали непонятные тени. Мой взгляд тогда заметил Завхоза и друга Равена. Мы подошли к ним, дождались Наташу и Данька, а после подошёл и Равен.

Несколько слов и начался кордебалет… в смысле появились вспышки и пространство заискрилось. Потом темнота… Темнота сменяется светом, что бил из окон. Осмотрелась в комнате, которая, к слову, богато обставлена. Ничего примечательного.

Моё блаженство в кровати было прервано окном, что всплыло перед глазами.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории Герцогства Пруссии, точнее столица Кёнигсберг. Здесь преимущественно живут прусские немцы и поляки. Вы являетесь дочерью герцога Пруссии, Элеонорой Прусской».

Интересно получается. Я принцесса получается? Ой… Память пришла на помощь! Выходит, что Элеонора, в теле которой я нахожусь, является чуть ли не самой младшей дочерью Альбрехта Фридриха. И мне семнадцать, а так же я являюсь не замужней.

И что мне делать? Ладно пока будем плыть по течению, а дальше посмотрим…

Юла

Сидела дома, слушала музыку — всё как обычно. Но тут всё замирает и появляется тёмная масса, которая сказала, что бы я отправлялась на школьный стадион вечером. Поначалу подумала, что всё это почудилось. Потом всё-таки решилась пойти посмотреть, что же там будет.

По дороге наткнулась на Мору. Она, как и я, шла на стадион. Ей так же почудилась та масса. Значит это был наяву, ведь коллективные галлюцинации невозможны.

Приходим и замечаем уже где-то два десятка человек. Только нескольких смогла различить, а то есть Серого и друга Равена, остальные же просто не поддавались какой-либо попытке распознавания. Постояли, поговорили и к нам присоединились Дэн и Никонов, а позже подошёл и Равен.

Подошли ещё пара-тройка человек и началось некое представление. Просто всё замерцало и заискрилось. Казалось, что всё вокруг превратилось в сплошную белую массу, в которой нет места темноте, но та мигом заполонило пространство.

Очнулась я в каком-то доме типа холупа, простите по другому это назвать невозможно. Пыталась понять где я и кем являюсь, ведь тело явно не моё. Тут, как будто прочитав мои мысли, явилось окошко, да прямо перед глазами.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Османская Империя, точнее Сербия, недалеко от Белграда. Здесь преимущественно живут сербы. Вы являетесь сербской крестьянкой Анной Косич».

Тут же нахлынули воспоминания этой крестьянки. Конечно, для моей головы это было не очень хорошо. Из знаний стало понятно, что мне шестнадцать лет и не замужем. Сейчас идёт война между Османской Империей и Государством Габсбургов, то есть Австрийским Эрцгерцогством.

Турки сейчас прорвали оборону австрийцев, но что-то подсказывает, что война будет окончена в ничью. Будем работать…

Из 2020 в 1600 год. Вторая Волна.

Леляк

Чё сказать? Ну вляпался по самую макушку в это дерь… э… я хотел сказать в неприятную историю. Да-да, в неё. Не знаю кому как, а мне это явно понравилось. Дело-то было так…

Вместе с Серым и его старшим братом, а так же друзьями, играли в царь горы. Сильный братец у моего друга… Ну да ладно. Вижу, как Серый скатывается по склону и тут же замирает. Почесал свою репу, ведь такое впервые видано мной.

Вдруг возникает какая-то хрень. Я и сказал:

— Ты что такое?

— Приходи вечером к школьному стадиону, — прошипела тёмная хрень и исчезла, а мир вновь пришёл в движение.

— Чё это было? — тихо в никуда спросил я.

Что мне оставалось? Вот и пошёл на стадион от нефиг делать. Дорога была недолгая и когда я пришёл, то никак не мог распознать лица чуть ли не двадцати человек. Зато несколько лиц прямо выделялись — Гришан, Соня и Владос Борщ. Все здесь собравшиеся пришли по такой же, как и я, причине.

Подошли ещё несколько человек и началось представление. Появилась та неведомая хрень и говорит: «Начинаем эксперимент…» А дальше… искры, мерцание, свет и тьма.

Проснулся и вижу, что комната, где находился, обставлена по-японски. Даже стены! От офигевания меня отвлекло, всплывшее прямо перед глазами, окно.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Японский Сёгунат, точнее территория княжества Токугава, провинция Мусаси, будущее Токио. Здесь преимущественно живут японцы. Вы являетесь наследником дома Токугава, Хидетада Токугава».

Вашу мать! Насмотрелся аниме — теперь расхлёбывай. Тут же моя голова заболела так, что невольно подумал о её скорой потери, так как она была готова взорваться. Оказалось, что это память Хидетады пришла на помощь. Помощь? Теперь знаю, что за тотальный пипец начался в Японии. А именно самая настоящая гражданка! И я на стороне мятежников!

Однако я понимал, что Ода, дом который держит власть в этой стране, нарушили кучу правил и кодексов. Поэтому следует их сместить с козырного места. Негоже таким гадам править Японией! Попытаемся выиграть, если это возможно.

Так-с, нужен план... Главная задача - объединить Японию, а после начать расширение её границ вплоть до Америки. Поставить на поток производство местного огнестрела, что бы быть менее зависимым от Европы. Потребуется так же свой порох, ничего сделаем.

Борщевик

Всё было как обычно — взял мусор и пошёл на помойку. Замахиваюсь в надежде выбить трёх очковый. Кидаю и… Не понял! Мать моя борщевитска! Пакет в воздухе застыл! Тут я по настоящему испугался, так как думал, что весь мусор упадёт на меня и запачкает всю одежду.

Тут прямо из пакета вылезает мутировавшее прокисшее молоко. Нет, я конечно знал, что туда всякую химию добавляют, но не до такой же степени! Оно было тёмным и слегка отдавало фиолетовым оттенком. Пора валить, пока эта хрень меня не съела!

И тут «молоко» заговорило, типа, иди на школьный стадион, будет очень интересно и всё такое. Главное вечером приходи, днём ничего не будет. Ну я и послушался это «молоко». А что оставалось? Вдруг если бы я не согласился, оно бы меня съело! А я такого не хочу.

Прихожу и охреневаю… Стоят Гришан, Леляк и одна девушка. Подхожу к ним и вместе со всеми принимаюсь ждать неизвестно чего.

Вдруг материализуется это «молоко» и начинает говорить. Что там оно сказало, я не понял. Неожиданно всё стало заливаться белым светом и даже возникло чувство, что мне ударили в глаз или глаза. Дальше была темнота…

Просыпаюсь в какой-то халупе. Тепло, солнечно… Вышел на улицу и моя челюсть просто отвисла… Вокруг была саванна и кактусы. Моё высочайшее удивление было прервано, выползшим из ниоткуда, окном…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории испанской колонии Новая Испания, недалеко от Мехико. Здесь преимущественно живут мексиканцы и мезоамериканские народы. Вы являетесь командиром местного колониального гарнизона, Изандро Ортега».

Ух, меня как закинуло! Моя голова сильно заболела… Ух! Опа! Теперь у меня есть память этого Изандро.

Хм, может запилить независимую Мексику? Подбить своих солдат на бунт, подговорить других командиров, агитировать население… Вполне возможно, ведь что из себя представляет Мексика сейчас? Это тупо сырьевой придаток Испании, которая выкачивает всё полезное и везёт себе, всячески ущемляя местное население. Будем работать на благо Борщевизма!

Возвращаюсь в халупу и ищу что-то пишущее. Ага, а вот и перо, теперь мне нужна бумага. Найдя искомое принялся писать свои заметки о несправедливости королевской власти и вообще прочие идеи просвещения объединённые с социализмом, хотя, думаю, здесь только один социализм.

Гришан

Еду себе спокойно на велосипеде. Наслаждаюсь погодой, видами и… Всё остановилось, в том числе и велик. Не мудрено догадаться, что я вылетел в кусты. Поднялся, отряхнулся, а тут возникает какое-то тёмное облачко и говорит, мол, иди на школьный стадион вечером, будет много чего интересного и прочая, прочая, прочая. Естественно я пошёл, а вдруг там и правда что-то крутое будет.

Собираюсь вечером и иду. Дорога заняла не так много времени, как ожидалось. Уже на стадионе меня, или не меня, ожидала небольшая группа людей, чьи лица невозможно было определить.

Стою да скучаю, а после приходит Леляк, Владос и Соня. Это единственные люди которых я смог различить. После выскользнуло то самое облако и давай говорить про какой-то эксперимент, а там… Свет, искры, молнии и белый экран, который сменился тёмным.

Проснулся я от неожиданного голоса, что прозвучал в моей голове:

— Ты кто такой?!

— А ты кто?!

Тут прямо перед глазами всплыло окно…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Персия, точнее столица Исфахан. Здесь преимущественно живут персы. Вы находитесь в теле персидского шаха Аббаса Сафавида».

— Я Аббас, великий шах всей Персии! А кто ты? Шайтан?

— Не-не, не шайтан. Как бы это сказать… Мой разум и душа теперь, похоже, будет жить совместно с твоим разумом и душой. И каждый остался при своей памяти.

— Как это вышло?

— Что вышло?

— Что ты будешь делить МОЁ тело с мной?

— Сам не знаю, но постараюсь помочь тебе всячески.

— Ты не ответил на мой вопрос!

— Ах, да! Меня зовут Гришан.

— И чем же ты можешь помочь?

— Я, как бы сказать… из будущего. Мыслю совершенно не так как местные, могу подсказать что-нибудь интересное и тому подобное.

— Будущего?

Дальше был наш долгий диалог, где он спрашивал, что же там в будущем произошло, какие технологии, кто главный в мире и прочая лабуда. Я естественно ничего не утаивал, ведь жить теперь мне с ним очень долго.

К слову об Аббасе. Это оказался очень грамотный и любопытный человек, который стремился сделать страну лучше путём прогрессорства. И у него получалось. Сейчас Персия это не какая-то восточная страна, где армию по типу ополчения, до сих пор феодальные институты власти, а вполне цивилизованное государство с противоположными показателями выше перечисленных факторов.

Эх, лишь бы победить турок в готовящейся войне. А там как карта ляжет, может даже в Индию наведаюсь...

Соня

Сижу дома, переписываюсь с Морой. Замечаю, что что-то она долго пишет своё сообщение, а после обращаю внимание на время. Твориться, что-то непонятное — время на часах замерло, даже секунды не идут. Посмотрела время на телефоне — тоже стоит на месте. Странно…

Вдруг прямо из-под кровати выныривает тёмно-фиолетовая тучка.

— Приходи на школьный стадион вечером.

И исчезла. Тут явно что-то твориться. Поэтому моё любопытство одержало вверх и я стала собираться, ведь живу далековато от посёлка, а потому надо успеть на автобус.

Сегодня и странности и удача, так как автобус пришёл вовремя. Я села, спокойно передала за проезд и уставилась в окно, наблюдая за проносящимися пейзажами.

Прибыв на место, тут же принялась искать знакомые лица, что мало вероятно. Однако те обнаружились. Это были — Леляк, Гришан и Борщ. Они все стояли и о чём-то беседовали. Вокруг же собрались люди с размытыми и скрытыми странной тенью лицами.

Из земли вылетела та самая тучка и начала говорить о каком-то эксперименте. Всё вокруг начинает искриться, светиться и просто излучать белый свет. Спустя минуту он резко пропал и осталась лишь одна тьма.

Это оказался сон. Нет, не всё произошедшее оказалось сном, а только тьма. Просыпаюсь, а тут… Честно слово, все здания были в итальянском стиле. А главное, я нахожусь на площади города, где шло сожжение людей, наверное еретики.

Перед глазами проявилось окошко…

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на Апеннинском полуострове, точнее на территории государства Парма, в столице Парма. Здесь преимущественно живут северные итальянцы. Вы являетесь дочерью купца, Мартой Авениччи».

Козырненько. Постараюсь выжить, и что бы меня случайно ведьмой, а то и еретичкой не заклеймили. Всякое же творилось в это негуманное время.

***

Руслан

Вот в жизни происходит много чего интересного и необычного, однако мы этого порой не замечаем, придавая всему творящемуся вокруг обыденный характер. Что бы человек заметил это требуется что-то, что будет выходить за рамки «обыденности». Как раз со мной и произошёл такой случай.

Всё началось, казалось бы, обычно. Никогда бы не подумал, что подобное могло произойти именно со мной, с кем-нибудь другим — ладно, но не со мной! Теперь к делу...

Сижу за книгой, вникая в мысли изложенные автором, как время остановилось. Правда, я сразу этого не приметил, так как сильно увлёкся чтением. Выяснил, что произошло, только тогда, когда увидел застывшую в воздухе муху. И тут же появляется создание, которое было похоже на тёмно-фиолетовую тучку.

— В девятнадцать ноль-ноль приходи на школьный стадион, — хриплым голосом проговорило создание и тут же исчезло, вернув движение времени в нормальное состояние.

— И на кой чёрт? — спросил я у пустоты, надеясь на ответ, но таковой не появился.

Пол дня прошло, как обычно, то есть без происшествий. Глянул на настенные часы, которые показывали пол седьмого вечера. Вздохнул и решил сходить посмотреть.

Пока шёл, размышлял над всем тем, что могло меня там ожидать. Разные версии и теории создавались и тут же отметались, так как являлись полным бредом сумасшедшего. Однако, оказавшись на месте, все мои предположения оказались не верны, уж такое увидеть я не ожидал. Человек тридцать-двадцать стояли и говорили кто о чём. Самое странное здесь было то, что лица людей я никак не мог разглядеть. Нет, со зрением у меня всё в порядке, но здесь что-то необычное и интересное...

Узнал, а точнее разглядел, только одного человека — Аслана, друг по школе. Решил подойти к нему и узнать, что же здесь такое твориться.

— Привет!

— Привет, — отвечает он.

— А что здесь такое? — задал я вопрос.

— Самому хочется узнать. Ты, кстати, заметил, что что-то не так с лицами у всех?

— Да...

Неожиданно появляется тёмная тучка и начинает говорить о неком эксперименте. Вдруг всё залило светом, моя голова закружилась, а всё пространство быстро заполнилось тьмой...

Очнулся в деревянном помещении, на достаточно удобной кровати. Я уселся на ней и хотел было встать, да помещало окошко возникшее прямо перед лицом.

«Сейчас 1600 год от Рождества Христова или 7108 год от Сотворения Мира в Звёздном Храме. Вы находитесь на территории государства Русское Царство, в городе Чернигове. Здесь преимущественно живут русские и русины. Вы являетесь купцом, Русланом Цибулько».

Мою голову окатила волна боли, а после отпустило. Обнаружил воспоминания этого купца и понял, что дела идут более-менее нормально и капитал немножечко прибавляется. Так же есть важная информация относительно моего возраста — двадцать два года. Перегнал себя на несколько годков, но ничего.

Вот дата эта нехорошая — Смута надвигается на Россию. А может и не будет этой самой Смуты? Вон сколько народа разом в прошлое отправили. Чёрт! Да получается своим послезнанием я особо не помогу стране, если учесть, что остальных раскидало по всему миру, а может и в России все оказались, но это ничего не меняет. Ладно, буду делать всё от меня зависящее, а потом можно и в путешествие отправиться. Предварительно нужно запастись капиталом и научится правильно орудовать как мушкетом, так и саблей, или что там ещё в ходу у путешественников в качестве холодного оружия?

Так-с, план имеется. Дальше посмотрим, что будет.

Равен. Глава 1. Паны против шведов.

Равен

Кто говорил, что быть дворянином, а точнее аристократом, хорошо? Хотя тут как посмотреть… Если иметь ввиду богатых аристократов, то да. А если ты средний или небогатый? Вот тут-то на ум приходить только одной — государственная служба. И не важно какая — военная или гражданская.

Вот я, как небогатый дворянин, кормлюсь за счёт войны и службе в элите — крылатых гусарах. Тут жалование, снаряжение и совершенно никто не запрещает грабить-насиловать. Хотя последнее мне совесть не позволит. Так что ограничимся трофеями и «зарплатой». Однако, чтобы иметь те самые трофеи нужно: побывать в сражении, проявить себя в нём и выжить в конце концов.

Вот сейчас идёт самая настоящая война поляков и шведов. Дело в том, что Сигизмунд Ваза, который был избран королём Речи Посполитой, являлся королём шведским, но поскольку он исповедовал католицизм, то шведы, которые в свою очередь были протестантами, со своим риксдагом вышвырнули Сигизмунда. Однако последний не желал прощать такого отношения к себе и начал войну со Шведским Королевством.

Чёрт! А ведь у короля Швеции, Карла номер девять, сын тот самый Густав II Адольф! Он за двадцать лет своего правления прославил Швецию на всю Европу. Его канониры чего стоили! Лишь бы не связаться в будущем с этим поистине великим человеком, с ним лучше дружить.

А что такого, что я прославляю шведского короля? Историю надо знать! Особенно великих людей, а так же знать почему они стали великими. Причём давать такой титул исключительно по своему разумению. Ведь может выйти, как с Екатериной II, так же известной как Великая, хотя что она сделала? Новые законы? Да, было дело. А вот всё остальное является одними минусами: окончательное закрепощение крестьян и лишение тех прав, отказ от машинного труда… Она тупо угробила экономику всей России и подложила такую бомбу замедленного действия!

Прежде чем объявлять человека великим, нужно смотреть на его действия глобально. Кстати, титул Великий/ая присваивают не историки, так что не идите бить этих хороших людей, которые ради нашего будущего смотрят в прошлое не жалея себя. Именно благодаря им мы знаем и можем здраво оценивать историю.

Так что-то меня занесло… Карл IX должен править до тысяча шестьсот одиннадцатого, коронация пройдёт в четвёртом, а сейчас он просто регент. Четыре года до воцарения династии Ваза на шведском престоле. Пока расклад на стороне Республики (Речь Посполитая — Рес-Публика), но шведское железо так просто не сломить.

Хоругвь, к которой я приписан, оправляется вместе с польской армией в Ливонию, территорию, что когда-то была Ливонским Орденом. Вспоминается жестокая Ливонская Война, которая была беспощадна и длилась дольше чем все планировали. В ней участвовали Русское Царство при Иване Грозном и Речь Посполитая. Последняя победила.

Говорят, что шведы собрали большие силы в Эстляндии (Эстонии) и скоро пойдут в стремительное наступление. Лишь бы успеть…

***

Две хоругви медленно продвигались сквозь лес. Деревьев становилось всё меньше и меньше, а пространство заполнялось дневным светом. Хотя погода сегодня пасмурная… Да не суть, главное светлее стало.

— Dalej! — командует командир, приказывая нам переходить на движение рысью.

Мой концеж, то есть кавалерийская сабля, мерно постукивала меня по бедру. Так как я новенький в рядах гусар, то и место мне в задних рядах. Впереди стоять куда более опытные воины. Свою пику выпускать из рук я не собирался, не смотря на её немалый вес.

Хоругви набирали скорость всё сильнее. Впереди послышались выстрелы. Там шёл бой двух армий и мы решим исход сражения. Я замечал с какой невероятной скоростью сокращалось расстояние от нас до противника. Оставались какие-то жалкие сто метров и командир вскрикнул:

— Złóżcie kopie! — эта команда перед непосредственным таранным ударом по врагу.

Почти две сотни копий опустились практически горизонтально, на уровне головы лошади. Сто метров мы просто пролетели уже на самом быстром аллюре — карьере. И вот она завязка боя. Шведские мушкетёры не были готовы к такому — их просто затоптали. И мы не остановились… Нет! Это только начало. Хоругви понеслись дальше сеять хаос за спиной у врага.

— Szable w ręku! — крикнул командир и мы стали убирать копья, беря вместо них свои концежи. Началась рубка.

Я рубил направо и налево, заливая кровью свою кирасу и сапоги. Не было моей пощады ко врагам.

— Рейтары! Рейтары! — закричал кто-то.

Шведские рейтары… Что же… Лучшие будут биться с лучшими! Что было дальше, я представлял смутно. Увы, но мой разум полностью поглотило сражение и желание выжить в этой свалке. Рейтары влетают в наши порядки, сметая всех попавшихся. Мимо меня проскакивает швед, но я успеваю рубануть по нему своим концежом, вспарывая ему живот. Кровь брызнула на всё что было впереди.

Когда я заметил несущихся к нам пикинёров, то ужас пробрал меня всего. Думал, что уже не выживу и… всё… game over. Как же я ошибся — это были наши, это врагу настал конец.

— Хвала Речи Посполитой! Ave Maria! — крикнул кто-то. Его возглас был поддержан многими, в том числе и мной. За исключением девы Марии. Мы победи только благодаря своим силам, отваге и дисциплине. Хотя понятно, эпоха… Поляки — католики… Ничего не скажешь — будем исправлять.

После небольшого празднования победы, наша армия двинулась дальше, на север. Эстония будет наша. Эх, скоро зима.

***

Побывал в Риге. Что сказать? Ничего изумительного для меня. Толстые каменные стены, плотная застройка, готический стиль — всё стандартно и никакой славянской частички. Неудивительно — Рига раньше принадлежала Ливонскому Ордену и вошла в состав Республики только с окончанием Ливонской Войны.

Город, как город. Наша армия встала тут на зимние квартиры. На дворе чай не июнь месяц, а конец листопада (ноября). Так… Похоже польское подсознание даёт о себе знать. Зимой воевать в любую эпоху было крайне трудно и неудобно. Снег, холод…

Друзья читатели, я чисто случайно умудрился обыграть в кости шестерых из нашей хоругви. На солидную сумму, должен заметить. Может Фортуна решила мило улыбнуться своим прекрасным личиком, а не тем одним уродливым местом, которым обычно она удостаивает большинство людей? Да, вполне может.

Ян Кароль Ходкевич руководит всей польско-литовской армией на данный момент. Как я помню, Ходкевич был величайшем полководцем Великого Княжества Литовского и Речи Посполитой.

Теперь о более обычном и бытовом, если так можно выразиться. Лежал я ночью на кровати и думал: «Интересно, а что твориться у Санька или Моры?» И тут всплыло окошко…

«Вы желаете провести сеанс связи с одним из игроков? «Да», «Нет».»

Игроков? Так вот, что выходит. Меньше всего меня поразила возможность связи. Вот именно, что мы, то есть попаданцы, являемся некими игроками. Это я оставил для более позднего размышления. Естественно выбрал «Да».

«Выберите игрока/ов: Юла, Тупа Жмих, Мора, Сержо Крутой, Дэн, Икона. Так же вы можете сообщить всем или создать конфиденциальную группу для обмена тайной информацией».

Так… Для начала сообщу всем о такой возможности, а то могут прошляпать модифицированный чат. Пожалуй, привлеку внимание.

Равен: «Кхм-кхм, меня слышно?»

Ага! Тут не всё так радужно — отсутствует система голосового общения. Ладно, жаловаться не надо; и так слишком много дали.

Равен: «Все меня видят/слышат, или что ещё происходит?»

Санёк: «Опа! Алоха, Зимбубва на связи!»

Сержо Крутой: «Оказывается тут есть чат».

Дэн: «Чё?»

Икона: «Чё?»

Мора: «Всем привет!»

Юла: «Здесь есть чат?»

Равен: «Всем привет. Только сейчас наткнулся на подобную функцию».

Сержо Крутой: «Тогда давайте хотя бы как-то поймём «Who is Who». Лады?»

Мора: «Поддерживаю Завхоза».

Юла: «Я — за».

Равен: «Давайте».

Дэн: «Не против».

Икона: «Лады».

Санёк: «Ханъ Хороминъ поддерживает».

Равен: «Шур, ты серьёзно?»

Санёк: «Ага».

Сержо Крутой: «Вот с тебя и начнём».

Санёк: «Хорошо. Крч, я тут стал каким-то монголом с не выговариваемым именем…»

Равен: «:)».

Сержо Крутой: «:)».

Санёк: «…а потому стал полноправно зваться Хоромином. Тута кумыс… В смысле небольшую банду удалось сколотить и узкоглазых китаёз грабить на границе. Всё равно никто не следит. Всё остальное не интересно».

Сержо Крутой: «Так теперь, похоже, я. Кхм… Если коротко, то крестьянин, Кондрат Иванович, в России, где-то под Царицыном. Кстати, Равен, ты же лучше географию и историю знаешь, не подскажешь где это?»

Равен: «Царицын — этот город в будущем станет Волгоградом, юг Россиюшки. Тебя вечно будет преследовать Колхоз, а завхоз?»

Санёк: «Ха!»

Мора: «:)».

Юла: «:)».

Сержо Крутой: «Дайте рассказать! Сейчас пока с урожаем нормально, а вот через год, если я правильно помню историю, начнётся голод и разруха и поляки попрутся сюды со всякими Лжедмитриями».

Равен: «Хорошо, что помнишь про смуту. Значит не удивляйся, если я в гости к тебе нагряну. :)».

Сержо Крутой: «Что ты имеешь введу? Это то о чём я думаю?»

Равен: «Не имею представления о чём может думать завхоз-батюшка. Однако, видимо, моя очередь. Так вот, я — поляк, молодой крылатый гусар, Агний Каховский. Сейчас нахожусь в Риге, на зимних квартирах. У нас тут война со шведами полным ходом».

Санёк: «Поляк? Твои мечты сбылись. Поздравляю!»

Сержо Крутой: «Ах, ты ж интервент проклятый!»

Равен: «Пока не интервент. Дэн, Иконостас, отзовитесь! Или вы опять в Клуш Руяль рубитесь?»

Дэн: «А что, тут так можно?»

Икона: «А что, тут так можно?»

Равен: «Ни хрена вы за полгода не изменились. Ну и пофиг. Давайте, говорите кто кем стал и где находиться».

Дэн: «Ну, я во Франции, губернатор Прованса, Карл де Гиз. Кстати, реальный претендент на престол Франции. Это мне с памятью Карла пришло. Пока ничего натворить не успел. Пытаюсь пробиться к трону с помощью интриг и прочей лабуды».

Равен: «Фига тебя закинуло!»

Сержо Крутой: «Тьфу! Интелегхэнт, буржуй!»

Дэн: «Сам буржуй!»

Сержо Крутой: «Хренушки! Это ты полноправный буржуй. От вас, то есть французов, слово-то пошло!»

Равен: «Успокойтесь!»

Икона: «Наверное, я тута по-круче буду — я вообще король! Король Шотландии Яков VI! Елизавета скоро умрёт и я стану ещё и английским правителем. Уха-ха! Ну, а пока ничего примечательного не сделал. Так, по развлекался во дворце, смотр армии устроил и плакал всю ночь…»

Равен: «А чё так?»

Икона: «А ты видел шотландскую армию? Видел сколько там пушек? А флот?»

Равен: «Ладно, не заводись. Я к такому был бы готов, ведь знаю, что Шотландия одна из беднейших стран Европы на данный момент».

Мора: «Натаха, ты что реально плакал?»

Икона: «…»

Мора: «;)».

Юла: «;)».

Санёк: «Мора, а у тебя что да как?»

Мора: «Что сказать? Я некая Элеонора Прусская, дочь герцога Пруссии. Всех при дворе удивила своим взглядом на жизнь, вы же меня знаете. А так же не забыла про пофигизм!»

Равен: «Пофигизм — наше всё! Ave!»

Юла: «У меня не так радужно. Я в теле сербской крестьянки Анны Косич. Нахожусь на территории турков. У них тут война с австрийцами идёт».

Икона: «Австралийцами?!»

Мора: «Наташа, что ты такой тупой? Австрийцами».

Икона: «Пошутить нельзя, что ли?»

Юла: «Так вот, турки сейчас в активное наступление пошли. Австрияки всё никак не могут их остановить. Я тут немножко партизанской деятельностью занималась…»

Равен: «Наш человек! Remove Kebab in Europe!»

Санёк: «Случаем не вольное повстанчество? Анархия и всё такое?»

Юла: «Не-е-ет, до такого не додумалась. А так, несколько раз умудрялась жестоко пошутить над турками. Надеюсь никто не нуждается в объяснении?»

Равен: «Не-не-не. Всё и так ясно. :)».

Мора: «:)».

Сержо Крутой: «Ладно, думаю нам на сегодня хватит. Встретимся в следующий раз. Давайте через полгода, что бы новостей, случаев интересных набрать? Ну как?»

Равен: «Полностью согласен».

Санёк: «Зимбубва!»

Дэн: «Хорошо».

Иконов: «Норм».

Мора: «Согласна с Завхозом».

Юла: «Поддерживаю!»

На этом и закончилась наша беседа. Если всё максимально упростить, то получиться, что нас не особо раскидало по миру, за исключением Санька. Ладно, нужно поспать, а то завтра тренировки, тренировки и ещё раз тренировки…

***

Стоял в очереди за своим жолдом, то есть жалованием. Мне должны заплатить за службу где-то пятьдесят злотых, что являются хорошими деньгами в нынешнее время, на которые можно нормально пожить. Хотя, мой конь, к примеру, окупиться только за целый год службы, про снаряжение вообще молчу! Казённое всё — значит регулярная армия, а не какое-то ополчение, где каждый пришёл со своим оружием.

Подошла моя очередь, и без всяких церемоний сразу хватаю мешочек с моими деньгами. Нужно будет пересчитать, а то знаем мы этих крайне экономных людей. Открываю и начинаю считать... Так-с, тридцать... сорок... сорок шесть... Стоп! Всего сорок шесть монет? Это что ещё за безобразие!?

— Кхм-кхм, уважаемый пан, — начал я, — почему у меня не пятьдесят злотых, а сорок шесть? Мне за службу полагается пятьдесят.

— Войдите в положение, пан, сейчас война и король вынужден платить меньше... — начал было клерк.

— Панове! — привлёк я внимание своих сослуживцев. — Проверти свои кошельки, посчитайте сколько там монет. Я уверен, что и вам не доплатили!

Достаточно провокационное заявление срабатывает, уж многие цепляются за свой жолд и не хотят терять ни копейки. Спустя минут пять-десять подсчётов денег оказалось, что никому из нас не было выплачено полного жалования. Ох, что будет...

Все вместе недобрым взглядом сверлим клерка, а тот аж побледнел и чуть в обморок не упал. Конечно, нас много, а он один. Медленно начинаем прижимать его к стенке...

— Где наши злоты? — процедил сквозь зубы один из гусар.

— Отвечай! — закричал на бледного, как снег, человека другой.

— А-ну, говори, курва! — разозлился третий, обнажая концеж.

Жаль клерка, но жалование платить нужно полностью и в срок. Дело в том, что нам немного задержали жалование, но мы, гусары, люди понятливые и понимаем, что зима и всё такое. Однако, происходит это и... Клерк раскололся.

— Панове, не надо так горячиться, — проблеял он и подошёл к сундуку откуда достал кошельки с деньгами.

Далее последовал делёж средств, что бы всем досталось по недостающей сумме плюс «компенсация за моральный ущерб». Хороша же жизнь, когда при тебе есть клинок, а рядом с тобой твои товарищи с такими же клинками — справедливость в миг наводится.

Эх, что же сулит мне новый, 1601-ый год?

Санёк. Глава 1. Кумыс, деньги, два коня.

Санёк

Ох, и широка степь моя… А моя ли? К чёрту! Здесь степь, здесь всё ничьё, а значит я нашёл её — анархию! Моя любимая, моя родненькая… Нет ничего лучше анархии.

— Эй, бандерлоги! Живо стройсь перед ханом! — закричал на своих дегенератов доблестных воинов анархии.

Они дружно забегали по лагерю, пытаясь найти своих коней. Когда весь балаган был закончен, а монголоиды построились передо мной, я сразу задал самый важнейший вопрос всего человечества, на который они могут ответить:

— КТО. ВЫПИЛ. ВЕСЬ. КУМЫС!!!? — проорал я так, что листва на дереве, что стояло рядом, зашевелилась.

Они все опустили свои головы. У каждого на лице читалось чистейшее раскаяние. Однако никто не хотел признаваться в свершившемся злодеянии против меня! Меня ХАНА ХОРОМИНА!

— Ладно, что с вас взять? — простил я их. — Значит пойдём к китайцам!

Появился новый повод пограбить приграничные сёла. Ха-ха! Кстати, именно так мы и получаем всякую всячену, которую потом можно продать за кордон.

— Вперёд воины! За свободу!

Вот так наш табор отряд пошёл заниматься грабежом узкоглазиков. А что такого? Зажрались они нынче, а по всем правилам приличия нужно делиться. Вот и поделятся с нами своими богатствами в добровольно-принудительном порядке. Будет эта… как его… Экспроприация! Во! Как батька Махно!

Я тута даже тачанку средневековую соорудил. Берётся телега. Вокруг неё делается прочный деревянный каркас с узкими, как глаза китайцев, вырезами. Ничего сложного. Люди садятся туда с арбалетами или мушкетами (у китайцев забираем) и в два ряда ведут огонь. Нижний ряд с вырезами, а верхний просто отсутствует крыша, вот люди и вылезают и стреляют. Преимущество конницы сходит на нет!

Уже в одном бою проверил. Хм… От китайского отряда ничего не осталось. Они думали своей тяжёлой конницей взять меня. Хренушки! Вышли три хороминки, как я уже их окрестил, и тупо расстреляли китайцев. Пехоту же… Ну я хан или не хан. Прыг на коня и с шашкой на голо полетел на китайцев, поддерживая боевое пение моих воинов.

Анархия-мама сынов своих любит,

Анархия-мама не продаст,

Стрелковым дождём врага приголубит,

Анархия-мама за нас!

Не удивляйтесь так сильно. Поначалу было трудно убедить людей в том, что анархия это хорошо, круто и у неё есть печенье. Потом догадался до очень оригинального решения. Сказал, что Анархия — это главная богиня, которая породила всё на свете и не требует себе поклонений, потому что всех и вся создавала свободными и никого ни к чему не принуждала. Только люди забыли о ней и стали создавать страны, которые так сильно ненавидит Анархия. Вот такой культ я создал. Теперь мы несём свободу всему миру.

Интересно, а как в будущем историки отнесутся к моей афере?

А вот и китайская деревня с идиотски длинным и не выговариваемым названием. Ну почему?! Почему они такие… такие… китайцы.

— Так. Слушай меня. Отряд «Чингачгук» обойдёт деревню и будет на шухере. Отряд «Шуудан» и «Бульбяшки» за мной!

Я решил делить анархическую армию на отряды размером в сотню, бригады из десяти отрядов и тьмы из десяти бригад. Сейчас моё войско насчитывает где-то четыре с половиной отряда. Полтора отряда оставил в лагере, что бы никто не спёр наше, то есть общее имущество.

Глянул на деревеньку и заметил, что там твориться совершенно неправильное действо. Какие-то бомжи решили, что могут грабить китайцев вместо меня и моих монголов-анархистов. Где такое видано?! Ох, придётся решать вопрос старым проверенным методом.

— Ребяты! Похоже тут кто-то нуждается в разъяснении, кто может грабить, а кто не имеет и малейшего права, — сказал я своим парням. Те хищно оскалились.

Я пришпорил коня и повёл свои отряды на разборки. До деревеньки метров сто пятьдесят-двести, но для нас на лошадях этот путь займёт всего лишь минуту. Приезжаем и без спросу сразу грабителям чистим морды-лица.

Прошло всего каких-то три жалкие минуты, а все гады уже сидят предо мной на коленях и просят прошения, типа не знали, что я пахан здешний.

— Если вы так просите о прощении… Я предлагаю вам вступить в анархическую армию, только вы будете стоять в первых рядах.

— На всё согласны, хан, — стал бить своим челом о землю главарь.

— А его в расход! — крикнул своим верным чёрным гвардейцам и те быстренько взяли под ручки главаря.

— Нет! Не надо! Не-е-е-е… — тут его огрели ударом по темечку.

— А не надо было грабить их, — указал я на китайских крестьян.

Крестьяне наблюдавшие за расправой над бандитами стали активно шушукаться и поглядывать в мою сторону. Пожилой китаец с длинной ухоженной бородкой отделился вышел из толпы.

— Господин хан, мы очень признательны вам за помощь с бандитами. Мы уже какой год просим императора о расправе над лихими людьми, а отклика всё нет. Зачем нам такая власть, которая не может нас защитить? Вы примите нас под свою руку.

Вот это да…

— Нет! Под свою руку я никого не приму, ибо это идёт в разрез с заветами Анархии. Вы можете поддержать нас, а мы в обмен обязуемся вооружить каждого крестьянина. Что бы в будущем, лишь только по одному свисту собиралось огромное воинство анархистов на защиту СВОЕЙ земли и свободного будущего.

— Тогда мы будем вместе с вами, — заключил старик, явно поражённый моим ответом.

— Отныне, — начал я громко, что бы услышал каждый, — здесь и сейчас рождается Анархическая Вольница!

— Слава Анархии!

Как-то так и появилось чёрное пятно на карте мира. Теперь у меня была полноценная бригада и плюс пара отрядов. Что же, пора всю Монголию освобождать от угнетения «неправильного» хана.

Чуть не забыл! Добрые китайские анархисты поделились своим кумысом. Ха! Двух зайцев одним ударом.

Теперь в этой деревеньке делают хороминки. Подрядил мастеровых людей на выполнение таких работ. Нам нужно больше тачанок хороминок. Самое интересное, что на всех моих средневековых военных машинах сзади было написано по-китайски «Хер Догонишь!», что бы китайская кавалерия вставала в ступор и расстреливалась по дороге.

Отряды «Шуудан» и «Бульбяшки» стали моей чёрной гвардией, то есть лучшими из лучших.

Своё обещание исполнил и стал активно снабжать китайских анархистов оружием. Так же, что бы те научились сражаться отправил несколько своих лучших воинов в качестве инструкторов.

Уже глубокой ночью, когда пытался заснуть прямо перед глазами открылось подобие чата.

Равен: «Кхм-кхм, меня слышно?»

В каком это он смысле?

Равен: «Все меня видят/слышат, или что ещё происходит?»

Санёк: «Опа! Алоха, Зимбубва на связи!»

Дальше был разбор полётов, кто кем стал и прочая, прочая… Тут я заметил функцию разговора, так сказать, тет-а-тет. Естественно я связался с Равеном, когда закончилась наша беседа.

Санёк: «Равен, я тут реальную анархию запилил!»

Равен: «Серьёзно? Твою дивизию!»

Санёк: «У меня нет дивизий, только отряды, бригады и тьмы».

Равен: «У тебя реальная армия? Сколько человек в ней?»

Санёк: «Где-то 1250 человек. Цифра примерная, так как никто не считал».

Равен: «:)».

Санёк: «Это у меня 1 бригада и 2,5 отряда».

Равен: «Дай угадаю, тьма — 10 бригад?»

Санёк: «Правильно».

Дальше было обсуждение всякой хрени и бытовухи, так что не желаю вставлять эту часть. Интересно всё же вышло.

***

Поход по монгольским степям закончился удачно, даже слишком удачно. Быстренько задавили всяких неправильных ханов и под чёрно-красные знамёнами стали двигаться во все стороны, распространяя вольницу. Таким образом удалось выйти к Байкалу и продвинуться ещё дальше. По пути попадались местные народы Сибири, которые охотно присоединялись к нашему делу.

Я решил, что моё присутствие уже не так важно, а потому оставил надёжных людей и дал им задачу продвигаться дальше. Сам же отправился на восток, где меня ждал Тихий Океан... Чингисхан хотел построить свою империю от океана до океана, однако мне предстоит даровать всем свободу от угнетения государством от Тихого Океана до Атлантики. Однако всё это впереди.

Большая армия собралась у берегов Амура, столько знамён с девизом, переводимом как: «За Вольную Волю!» или как: «Анархия — мать, Хаос — отец!», развевались на ветру. Снег потихоньку, не спеша падал с неба. По приблизительным подсчётам здесь собралось не меньше две с половиной или три тьмы воинов и где-то с тысячу хороминок с командами. Собрать такую армию было не трудно, основная задача состояла в том, что бы её удержать, а это мне удавалось. Я был, как бы сказать, в авторитете и на меня чуть ли не молились, как на Анархию. Тёмные люди, верящие во всякие совпадения и придающие им какой-то религиозный смысл, увидели, как мне сопутствует удача и мои планы исполняются и решили, что за такого хана и жизнь положить не жалко.

По ту сторону великой реки маньчжурские степи и племена, которые почти объединились под знамёнами Цинь, что бы захватить Китай. Ничего у них из этого не выйдет в новой истории...

Захожу в юрту, где на обсуждение плана собрались все командиры моей армии. Братья Батар и Баяр, а также Цагаан и Шон. Эти довольно умные люди своим разумом и умением доказали, что могут стоять во главе отрядов, потом бригад, а сейчас и тьмы. Армия, которая собралась здесь, находится под моим личным командованием. Батар ведёт полторы тьмы, что находятся восточнее. Баяр ведёт тьму, что расположена близ войска Батара. Цагаан у нас имеет в подчинении две тьмы на западе. Для Шона у меня отдельное и важно задание: собрать флот и двинуться к Курилам.

Кампания предвещает быть долгой, но необходимой, так как иначе у нас под боком образуется опасная Империя Цинь, а мне такого не надо. Вообще для всей Вольницы не надо, пущай пока будет погрязшая во внутренних проблемах и бюрократии Мин.

— Слушайте план, военачальники, — начал я привлекать внимание к краденой из Китая карте. — Здесь, здесь и здесь находятся наши армии. Батар, ты вместе с Баяром, когда переправитесь через Амур, должны двигаться по реке Уссури, после отправиться к озеру Ханка и там ты пойдёшь на юг, а ты, Баяр, должен пойти на запад. Цагаан, на тебя у меня особая надежда, ты должен взять Цицикар и дальше пойти освобождать Хорчинов от их Хана. Я же пойду прямо на юг, на Хулань. Встречаемся в крепости Цзяньчжоу. Основной план ясен?

Все кивнули, а после принялись обсуждать детали и «отшлифовывать» план. После покорения Маньчжурии следом заедим в Корею...

***

— Сдавайтесь и, может быть, я вас пощажу! — кричал я маньчжурам, что засели за стенами крепости.

В ответ мне прилетела стрела. Эх, значит будем бить, больно бить.

Даже представить себе не мог, что зимняя кампания по захвату степи так быстро окончится с довольно приличным успехом. Однако Цзяньчжоу сопротивлялись долго и упорно, не смотря на наше численное и качественное превосходство. Вот они и сидят в единственной оставшейся крепости.

— Приготовиться к штурму братья! — скомандовал своим офицерам.

Лагерь пришёл в оживление. Построились отряды лучников, штурмовые группы и выкатили несколько мортир. Лучники стали засыпать врага стрелами, штурмовые команды тащили лестницы к стенам противника, а мортиры стреляли по вражеским башням. Штурм, как штурм — ничего необычного.

— Выкатывайте Большую Пушку, — дал приказание канонирам и те, подгоняя лошадей, подтащили большое такое орудие. — Стреляйте по воротам, пока не пробьёте их.

Большую Пушку стали выводить на позицию и проводить необходимые замеры и расчёты. И вот началась пристрелка орудия. Громыхало так, что даже закрыв уши руками всё равно слышал грохот. Благо долго эта пытка не продлилась, так как ворота упали. Собрал воинов и вместе с ними погрузился на хороминки. Теперь едем прямо к вражеским воротам...

Спустя полчаса

Мдя, местный хан схлопотал стрелу в голову, так как находился на стенах. Теперь Цзяньчжоу полностью избавились от угнетения и стали частью Великой Вольницы. Сторонников старого режима быстро порешали и стали наводить наш порядок в крепости.

Первым ко мне прибыл Баяр с докладом, что отряды противника были разбиты, а его армия встала у границ Кореи. Потом явился Цагаан, принеся с собой новость о победе над Хорчином. Одновременно пришли Шон с Батаром. Первый заявил о начале строительства флота, а второй рассказал одну интересную и неожиданную новость, которую подтвердил первый.

— Хан Хоромин, выходим мы к морю и видим, как корабли с белыми флагами с красным солнцем в центре стреляют из пушек по другим кораблям с корейскими флагами, — говорил Батар.

— Мои разведчики на парусных лодках тоже видели суда с белыми флагами, на которых было красное солнце, — подтвердил Шон.

Японцы! Похоже кто-то у нас объединил всю Японию. Чёрт! Дело пахнет керосином. Если японские корабли атакуют корейские, то значит сыны Ямато решились на экспансию. Что же скажет Китай? А ничего, так как там сейчас очень жарко. По последним донесениям в Китае начались многочисленные бунты населения, где-то даже мелькают жёлтые повязки, а где-то появляются анархические движения. Да, просто идеальный момент выбрали островитяне для нападения.

А что же делать мне?

Сержо Крутой. Глава 1. Что нам стоит Колхоз построить?

Сержо Крутой

Тяжела судьба крестьянства, но благодаря ему держится наша огромная страна. Хотя голодное время на пороге. И Смута набирает обороты. Конечно, Годуновы более менее уважаемы в народе, но голод выбивает любое уважение. Хм… Может воспользоваться всем этим бардаком и попытаться вывезти Россиюшку из грязи на путь комму… вернее на путь колхоза? Пожалуй, можно так поступить.

Царицын. Южная территория, чернозём… И почему здесь мало людей? Это просто рай для крестьянских хозяйств! Однако лишь один фактор не даёт людям закрепиться на этих землях — близость к Крыму, а то есть Крымскому Ханству. Крымчаки то и дело, что занимались одним людоловством. Не знаете что это? Это угон людей в рабство. Русское Государство не имеет чёткой границы на юге и не содержит тут какие-либо значимые гарнизоны. Вот татары и набегают за лёгкой добычей!

Но я не простой — я умный. Я создал тайное братство с крестьянскими пацанятами — «Кондратьевцы». В честь себя любимого. Смысл нашей организации в защите крестьянства от набегов татар и разных татей (разбойников). Мы вооружаемся, тренируемся и патрулируем территорию. В основном предупреждаем о набегах. Пока что.

По началу нас было всего лишь одиннадцать парней. На следующий день уже двадцать и так по нарастающей. Дело такое… У членов нашего братства есть друзья, родственники, знакомы и так далее, а держать язык за зубами в их обществе они не привыкли. Вот теперь имеем положительный результат. Спустя две недели кондратьевцы уже занимались охраной всего Царицына и прилежащих территорий. А численность… Свыше пятисот человек! Растём!

Вот тогда я и задумался о начале формирования куда более чёткой структуры. Получилось вот так:

Пятёрка — отряд из пяти человек, командир и четыре подчинённых;

Полусотня — отряд из пятидесяти двух человек, где есть командир, его денщик и десять пятёрок;

Сотня — отряд из ста шести человек, где есть командир, его денщик и две полусотни.

И так дальше по нарастающей до тысячи. Вот я являюсь командиром Царицынской неполной тысячи кодратьевцев. Пришлось даже разрабатывать кодекс и разные наказания за проступки. В общем стараюсь муштровать своих парней, дисциплине их учить. Ещё грамоте из всех своих сил стараюсь учить, только грамоте современной, то есть без всяких ятей и прочих ненужностей.

Теперь под моим надзором проводим учения, на которых сооружаем ловушки. Не зря я в своё время изучал вьетнамскую войну и действия партизанских отрядов. Теперь татарам не поздоровиться! Мы им столько разных «сюрпризов» приготовили, что ещё долго появляться у самых подходов к нашим границам не будут.

***

Сидим в кустах и следим за тропой, по которой обычно крымчаки бегают грабить и людей ловить. Здесь уже сделали кое-какие приготовления, что бы встретить врагов «с хлебом да солью». Надеюсь соль им по вкусу придётся.

На этой тропинке мы хорошо спрятали растяжку, несколько волчьих ям и прочих интересных ловушек. Лишь бы всё сработало. Иначе будет, ой как плохо.

Послышался заливистое пение соловья. Это сигнал, что татары уже скоро будут здесь. Да, умеют же парни петь, как птицы.

— Приготовится, — тихо командую я и приказ разноситься среди всех пареньков. На эту миссию было взято две сотни, которых успешно вооружили пращами. Камешки по дороге насобирали, так что есть боезапас. Да, мы собираемся вступить в открытое противостояние с проклятыми налётчиками. Будет им хороший урок, что бы больше не появлялись здесь.

Еле-еле был различим стук копыт. С каждой минутой звук становился всё чётче и чётче. Вскоре показался первый степняк, за которым следовал небольшой отряд. Было видно, что они сильно настороженны. Видимо, уже столкнулись с нашими ловушками раньше.

Первому всаднику повезло, его лошадь не задела растяжку, а вот второму удача не улыбнулась. Это было нам на руку, так как породило свалку у противника. Кто-то пытался уехать отсюда, но быстро попал прямо в волчью яму. Не завидую его лошади.

— Пли! — крикнул я командным тоном и в татар полетели камни.

— Пли!

— Пли!

Налётчиков охватила паника. Они несли неоправданно великие потери… от нас, простых крестьянских парней, которые крайне не любят татар. Как же это унизительно для них, а для нас это гордость, постояли за Русь-матушку.

Тем времен камни летели градом на головы врага. Слышались крики, наверное, являвшиеся очень витиеватым посланием в непотребной форме ругани для объяснения наших тесных связей с животными и шайтанами. Эх, не командовать мне интернациональной армией - языков я не знаю.

— Сами такие! — пришлось ответить, а то получится не культурно.

Какой-то крымчак стал приближаться к нам, готовясь собрать жатву наших голов своей саблей. Обломися червячок! В него метнули болас, два камня соединённых верёвкой. Татарин плюхается на земельку русскую не в силах что-либо сделать. К нему подбежали несколько ребят и быстренько спеленали, как на учениях. Один пленник есть. А вот уже и второй, которого почти так же как и первого поймали.

В третьего нашего пленника прямо в голову прилетел камень, что вырубило и позволило быстро взять под белы ручки, а там и спеленать верёвкой. Больше никого взять не удалось — они тупо находятся в непрезентабельном виде, то есть трупаки.

***

— Дядь, а дядь! — начал теребить Петя служилого человека.

— Чего тебе? — нервно огрызнулся стрелец, стоящий у гарнизона.

— А мы татарина поймали! Да не одного, а целых трёх!

— Не мешай службу нести, — не поверил он.

— Так сами посмотрите.

После этих слов я, верхом на лошади, выехал из-за угла улицы, волоча за собой трёх татар. Глаза стрельца округлились так, что невольно подумаешь о скором их выходе из орбит. Такая была реакция на трёх татар, которых привели несколько пацанов.

К слову, лошадь пришлось одолжить у соседа. Сказал, что нужно для помощи по хозяйству, а как закончу верну.

— А… — высоко интеллектуально выдавил из себя стрелец.

— Так в лесу шастали, а мы их как цап и всё, — незамысловато ответил я.

— Так давайте их сюда, — опомнился воин. — Я старшому доложу.

Стрелец увёл татар в гарнизон и вернулся спустя несколько минут вместе с старшим в гарнизоне. Этот бородатый человек с ужасно колючими синими глазами взирал на нас с неким недоумением и подозрением.

— Это вы степняков поймали? — спросил он.

— Да, дяденька, — честно хором ответил я вместе с отрядом.

Я решил не светиться особо, поэтому взял лишь небольшую часть отряда.

— И как же вам это удалось?

— Так они лесной тропой ходили. Мы в это время прогуливались и бац! Видим, как отряд татар проезжал. Я соседских пареньков позвал — вот мы им и наваляли, что бы не ходили по нашей земле. Мы, дяденька, ужо давно как следим за татарами, большую часть тропинок нашли.

— Не ваших ли рук дело, когда деревня целая в лес ушла, а татары, не найдя никого, прошли мимо? — проявил интерес старшой.

— Наше, — уверенно ответил я, растягиваясь в улыбке.

Вот такое было моё знакомство с Кузьмой Сергеичем, старшим в гарнизоне. Дальше мои кондратьевцы контактировали со стрельцами. Даже татей (бандитов) вместе выискивали. Однако наши совместные действия были не такими уж и частыми, а скорее единичными случаями, но факт таковых был на лицо.

***

Решено! Стоит организовать свою задумку. Вот уже и кузнец. Что же — пора! Мне просто необходимо накопить капитал, только есть одна загвоздка - честность людская. А то возьмут и скажут, что их это разработка и парень этот неизвестный никому. Эх...

— Дядь Пятро! — окликнул я кузнеца.

— Что такое?

— Тут у меня задумка есть одна. Попробовать надо.

— И какая такая задумка? Обрисуй там, распиши.

Тут я принялся как можно понятней объяснить вид косы-литовки. Кузнец думал долго, потом почесал голову и пошёл в кузню, откуда стали раздаваться удары молота о наковальню.

Спустя несколько часов он уже предоставил мне лезвие косы. Осталось только древко подходящее найти. Только где? Или у кого? Точно! У нас же здесь рядом плотник, Николай, живёт.

Долго мучился с этой чёртовой косой, да всё же удалось сделать хоть что-то. Долго искал плотника, а как нашёл сразу показал лезвие и обрисовал какое должно быть древко. Он немного покряхтел, но всё же пошёл делать древко.

Вот теперь стою перед крестьянами и начинаю вещать о пользе косы. Прям как Остап Бендер в Нью-Васюках о развитии автопрома. Отличие лишь в том, что я не вру. Развитие сельского хозяйства должно идти путём внедрения новых технологий, инструментов и оборудования, что в условиях нашей огромной страны часто отвергалось в пользу увеличения пахотных земель.

— Благодаря этой косе можно собирать во много раз больше урожая, так как вы будете меньше уставать. Зачем наклоняться с серпом, хватать жатву, если можно одним взмахом косы сразу срубать. Теперь вы можете засеять больше земли не опасаясь за потерю урожая.

— А покажи, как управляться с этой твоей косой, — сказал какой-то мужик явно недовольный вещанием пацана, а не боярина взрослого.

Вообще крестьяне рады использовать хорошие инструменты и пользоваться новыми технологиями, но у них нет денег, а так же не хотят тратиться на непроверенные «штукенции». Надо сначала показать, как надо управляться с инструментом, а потом предложить в долг. Что-то на подобии такого: я тебе косу, а ты мне должен столько-то денег или урожая, можешь выплачивать постепенно.

— Хорошо, — ответил я и повёл народ к зарослям травы. Да, нынче высокая пошла травушка.

Взмах! И травы нет. Взмах! Теперь тут меньше травы. Все ахали да охали. В знак доброй воли и вообще поддержки мирового работного люда стал раздавать первую партию бесплатно.

***

С тех пор я скооперировался с кузнецом и плотником. Теперь мы выпускаем косы по две-три штуки в день. Вооружаем орудиями труда народ. Конечно, серп очень хороший предмет, но без молота плохо смотрится. Это я вам, как завхоз говорю.

Лежу я на печи и думу думаю о том, как бы мне среди народа коммунистические идеи распространить. На улице зима. Чуть подвывает ветер. И вдруг такое…

Равен: «Кхм-кхм, меня слышно?»

Чего?! Я не понял? Тут есть ЧАТ?! Ну, честно слово, не ожидал я такого от "организаторов".

Равен: «Все меня видят/слышат, или что ещё происходит?»

Санёк: «Опа! Алоха, Зимбубва на связи!»

Сержо Крутой: «Оказывается тут есть чат».

Дальше мы очень долго общались, выясняя кто в кого попал и шо делает. Некоторые детали я умолчал. Думаю, некоторые тоже решили умолчать. Интересно, а что Юля сделала с турками? Равен и Мора явно догадываются. Мора ещё ладно, она дружит с Юлей. Однако Равен… Вроде не видел что бы с нашей Юлой общался. Или я что-то пропустил?

Равен теперь поляк. Интервенция будет скоро, а значит его туда тоже припишут. И что мне делать? Эх, что-нибудь придумаю и история явно пошла уже под откос, так что...

***

— Так, товарищи, мы собрались здесь по очень важному делу, — начал я.

Собрал командиров своего тайного братства в нашей, так называемой, «комиссарской» землянке. Ещё летом соорудили такую для совещания по важным делам «Кондратьевцев». Сейчас именно такой случай.

— Нам всем известно, что с недавних пор крестьянам запрещено уходить в Юрьев День к другому барину, — все закивали. — Я вот, что скажу вам — это только начало. Это царь с боярами будут медленно и по чуть-чуть будут свободу нашу забирать, а себе только увеличивать. И будем жить, как у ляхов!

После этого заявления все осознали, насколько дело худо.

— А что же нам тогда делать? — спросил Петя.

— Правильно мыслишь. Только я у вас хочу спросить, что нам делать? Если царь и бояре хотят власть полную над нами?

Все принялись активно обсуждать, что же нам делать. Выдвигали самые разные идеи и вступали в споры друг с другом. Я тоже не преминул поучаствовать в дебатах, но когда мне надоело...

— Внимание!

Гомон спадал минуту, пока в землянке не установилась полная тишина. Парни смотрели на меня в ожидании моих слов. Уважают меня, как умного. А так я даже не выдвигал себя на главенствующую роль в нашем братстве. Название даже не я дал, а в честь меня назвали. Старался не лезть на верха да самого туда загнали.

— Всё, что вы тут по напридумывали — плюнуть и забыть! Слушай теперь, что я говорить буду...

Весь смысл моей тирады заключался в одной мысли: свергнуть царское правительство и установить власть работного люда, то есть пролетариата, который ещё не образовался. Долго мы обсуждали, как нам этого добиться, а потом я ещё объяснял, почему религия - опиум для народа. В чём разница между религией и верой мне тоже довелось объяснять. Тёмные времена, что сказать.

Так же разучили Рабочую Марсельезу, которая понравилась многим и сделали её гимном нашего братства. Так и живём. Наступает новая эпоха для всего мира. Пафосная фраза, но по-другому и сказать нельзя.

Дэн и Икона. Глава 1. Мы стоим накануне грандиозного мордобоя.

Дэн

Я медленно, но верно двигаюсь к трону. Всячески ращу сторонников. Благо и талант к интригам передался от Карла. А пока…

Пока я подталкиваю Генриха к войне с англичанами — вечными врагами Франции. Они хоть и разгромили Непобедимую Армаду, но жалование своим морякам… как бы сказать… Зажали. Хоть и прошло где-то десять лет, а моряки до сих пор помнят. Поэтому лучше атаковать сейчас и уничтожить зарождающуюся англосаксонскую империю. Ударить на опережение, так сказать.

Наглы воюют с испанцами, но у тех начались какие-то волнения в Новом Свете. Вроде восстание поднялось под руководством какого-то офицера. Причём на помощь к повстанцам пришли индейские племена. Мятежникам удалось захватить большую часть кораблей испанцев.

Но то дела колониальные, а у нас, французов, пока колоний нет. Хм… Стоит продвинуть данный проект. Хотя Папа римский и испанцы договорились, что последние имеют полное право на колонии в Америке. Это не справедливо, а потому, думаю, нужно протолкнуть идею по колонизации Америк.

Глянул в окно и вижу, как яркое солнце освещает весь город. Погода хороша нынче. Однако что-то я отвлёкся. Хм… А что у нас тут по Савойе? Вроде союзов у неё нет, никто на помощь не придёт, Франция не воюет… Да! Первым делом пойдём на Савойю. Прорубим себе проход в итальянские земли.

И, если я правильно помню, то когда-то савойские земли принадлежали французской короне, но в войне с Австрией были утеряны, то есть возвращены. Я исправлю это недоразумение.

***

Король сегодня был в хорошем расположении духа, так что подтолкнуть его на войну с Савойей было проще простого. К тому же, мне удалось выторговать право обеспечивать логистику французской армии, а так же шефство над одной из пушечных батарей. Надо напрягать свой управленческий навык, если таковой вообще у меня проявится…

Вот теперь я стою перед людьми, что были обязаны поставлять хлеб и прочую еду для армии, но, проинспектировав и поспрашивав солдат, я понял, что они решили нажиться на таком деле. Коррупция, мать его! Её не искоренить, но нужно давить любым доступным методом.

— И что это такое? — спросил я, кидая заплесневелый хлеб в ноги поставщикам. Те побледнели.

— Э-э-эт-т-то к-ка-к-ое-т-т-то н-н-нед-д-дор-разум-м-мен-н-ние, — заикался толстоватый торгаш. Эх, а ведь у него прямо на лице написано: «ВОР». Ничего-ничего, скоро я перестану вас мучить и вы будете хорошо себя вести.

— Живо стали поставлять нормальный хлеб в армию, а то повешу. У меня специальная грамота от короля на такой случай имеется, — теперь торгаши стали белее снега.

На самом деле никакой грамоты мне Генрих IV не выписывал, но нужный эффект был достигнуть. Главное всегда иметь особый подход к людям, особенно к таким расхитителям. И такой подход был найден мной.

— А в качестве компенсации с каждого возьму по две сотни франков! — кто-то уже стал падать в обморок.

— Но, господин губернатор, это откровенный грабёж! — стал проявлять смелость один из купцов.

— Двести двадцать пять франков — моё последнее слово.

Как только они меня не умоляли — детей у них куча и всех надо кормить да одевать, долги они понабрали у раввинов и друг друга… У них случаем в роду евреев не было? А то уж больно к золотишку чувствительны. Однако я их уломал. Теперь имею в своём распоряжении девятьсот франков. Пока не знаю на что потрачу имеющиеся деньги, оставлю пока на "чёрный день".

Распрощавшись с поставщиками, я отправился в расположение наших войск, а то есть в Форкалькье. Путь туда предстоит недолгий, так как это место совсем рядом с Провансом. Так-с, а пока я в пути надо будет поразмыслить о возможном прогрессорстве…

***

Икона

Передо мной встал извечный русский вопрос — что делать? Я пока ещё не король Англии, а Лизка умирать всё не хочет, старая карга. Ничего, я помогу. Ха-ха! Ух, жестоким каким-то стал. О времена, о нравы...

Так, ладно, нужно успокоиться. Пойду, пожалуй, посмотрю на своих солдат, их вооружение и флот. А сейчас пройдёмся по моей памяти, что бы вспомнить вооружение, которым пользуются мои воины. Если всё правильно помню, то в армии у нас есть мушкеты, фальконеты (пушки трёх-фунтовки) и мортиры. Часть войска вооружена пиками, до штыка не додумались.

По флоту… Сейчас должны быть галеасы, то есть что-то средние между обычной галерой и парусным судном, которые вооружены преимущественно лёгкой артиллерией. Судя по отчёту о налогах — содержать крупные каракки нам не по-карману. Значит у нас должны быть бриги, каравеллы и галеасы.

Однако мои размышления были неожиданно прерваны на полпути. Оказывается сейчас траур из-за гибели моей дочери Маргариты. Кстати, нужно бы пройтись по моим детям, так сказать. Есть у меня шестилетний сынок Генрих Фридерик (и на хрена ему такое длинное имя, оставил бы только Фридерик. Или тут чем длиннее имя тем ты круче?), а так же дочка Елизавета, которой четыре года, и ещё пополнение ожидается.

Случайно глянул на себя и понял, что как бы я физкультуру не любил, а заниматься ей придётся. Тут все что ли игнорируют развитие своего тела? А потом удивляются почему так сильно болеем и дохнем пачками, при этом скидываем вину на Всевышнего. Мы ему вообще не сдались. Порой кажется, что Он наблюдает за нами и еле сдерживается от смеха, ведь мы, людишки, порой творим полнейшую чертовщину, прикрываясь волей Бога.

Ладно вернёмся к нашим горным баранам, а то есть шотландцам. Если я хочу нормально жить, то надо организовать какой-нибудь «фитнес центр» для меня и моих приближённых.

Да и вообще дела колониальные не ждут. Не стоит в будущем тиранить колонии в Америке, а то произойдёт всё, как в реальности. Бостонское чаепитие, все дела... Чёрт! Я начинаю делить шкуру ещё не убитого медведя, ведь чтобы иметь колонии нужно обладать сильной экономикой и флотом, а этого у моей маленькой Шотландии нет от слова совсем.

***

Анна Датская

Мой муж изменился всего за одну ночь. В лучшую или худшую сторону — мне ещё предстоит узнать. Он теперь не просто король-философ, а очень деятельный человек и, кажется, ему теперь плевать на пресвитерианство и запреты связанные с ним. И наши отношения начали восстанавливаться, что мне нравиться.

Когда я пыталась добавить пышности двору, приглашая поэтов и музыкантов, то столкнулась с пресвитерианских священников. Они говорили, что не положено так и грех, но тут вмешался Яков и что-то им долго говорил, а так же активно диспутировал, после чего меня больше не трогали. Странно, узнаю потом, что он им такого наговорил.

А ещё его новое увлечение… Он называет его физической культурой. Я не раз замечала, как Яков, находясь в наших покоях, начинает вставать-приседать, а после опирается руками о пол и начинает опускаться-подниматься. Каждую новою неделю он делал это всё быстрее и уставал всё меньше и меньше, а после стал делать больше и больше. Когда я решилась спросить зачем он это делает, то получила ответ:

— Тело должно быть в хорошей форме, что бы болезни не брали и жилось дольше, — простой ответ, но я мало поняла его. Ведь тело дано Богом, а значит должно быть таким каким он его дал. Однако он настаивал, что бы и я принялась заниматься этим делом, но только в облегчённой форме, как сказал сам Яков.

Единственно, что мне не понравилось в изменившемся Якове — резкая нелюбовь к вину и виски. Нет, он может выпить чуть-чуть по праздникам, но теперь при дворе у нас всё строго с распитием подобных напитков. Медовуха только прошла мимо него. А такое дорогое удовольствие как табак он вообще запретил! Сказал, что от него проблемы и болезни всякие будут, но все говорят о лечебных свойствах табака.

Многих слуг Яков решил сократить, сказав:

— Страна не потерпит таких трат!

Однако музыкантов и поэтов всё-таки оставил. И не только оставил, а даже поощрял их деятельность. Культуру поощряет.

В его взгляде была некая устремлённость, но куда — понять не удалось. И во мне как будто проснулись прежние чувства к нему…

***

Икона

— Вы не армия, а сборище отбросов! Кто вас вообще решил в армию взять?! — орал на этих ополченцев, которых собрали с бору по сосенке.

Нет, серьёзно, это армией даже в состоянии алкогольного опьянения никто не назвал бы. У половины вообще не оружие, а кустарщина какая-то. Хм… В таком случае нужно организовать производство оружия. Только всё упирается в нехватку денег.

А форма… Я понимаю, что шотландцы народ вольный, но «свобода» от штанов… Ладно если бы они одевали штаны, а поверх килт, но нет! Постараюсь исправить это недоразумение. Застудят себе кое-что, а потом демографического кризиса ожидай.

Пушек, как оказалось у нас почти нет. В Эдинбурге только с десяток можно наскрести, а по остальной Шотландии… Нужно обладать знаниями самого знаменитого сыщика, что бы откопать по всей моей горной земле хотя бы пару-тройку фальконетов.

Дальше я забежал в порт и удивился. Вот куда все пушки делись! У нас оказывается четыре каракки, с десяток галеасов и одиннадцать бригов. Хорошо, но этого мало! Ох, святые Коржи! Сколько мне работать!

***

Дэн

Я стоял и радовался проделанной работе. Мои канониры успевают заряжать фальконет за две минуты. И это не предел! Единственное, что меня останавливает — сроки. Король дал два месяца на подготовку южной армии, а теперь срок истёк и Франция объявила войну Савойе.

Самое интересное, что Генрих решил возглавить южную армию. Ну, а я, как помнится руковожу только одной артиллерийской батареей. Наследника у него нет, что для меня приятно. Во время пира, устроенного в честь приезда короля в Прованс, мне удалось подпихнуть королю, который уже был немного подшофе, один хорошенький документик.

В документе было прописано, что если король умрёт, не имея наследников, то корона отойдёт мне, как близкому другу и человеку, который имеет права на трон. Алкоголь порой полезен для продвижения вверх.

Теперь мы идём в Савойю! Славные итальянские края скоро по вам будут шагать французские солдаты.

***

Ницца была взята наскоком, так как там вообще не было армии. Потом сдалась провинция Шамбери. А армия встала у Кунео. Тут итальянцы отстроили настоящую крепость, но зря натаскивал своих пушкарей? Не зря… Фальконеты били поочерёдно, создавая подобие постоянного огня. Это и психологическая атака и самый обычный обстрел вражеских стен.

Грохнула одна пушка, за ней, через полминуты, грохнула вторая, а затем третья и четвёртая. Временной промежуток в тридцать секунд при четырёх орудиях и моих канонирах — поистине создавало расстрел. Пороха не напасёшься...

Спустя десять минут стена рухнула. И тут заиграл авантюризм в жилах Генриха. Он вскочил на коня и помчался в атаку. Вот дебил! Но мне полезно, договор то действителен. А я тем времен обстрел прекращать не стал. Пусть одно ядро да попадёт «случайно» в короля. Мне от этого же лучше.

И заполонил пространство от моей стрельбы дым такой, что уже крепость не видна. Всё, надо закругляться, а то и снарядов не останется с порохом.

— Отставить пальбу! Отставить!

А битва шла… Кровавая. Гарнизон сдаваться не хотел… Минут тридцать шли бои за крепость. Теперь вижу как знамя Франции развивается над ней.

— Живо в походное построение! — рявкнул я во весь голос своим пушкарям.

— Живее-живее! — подгоняли сержанты своих подчинённых.

Я вскочил на коня и поспешил к крепости. Надеюсь короля пришибло…

***

Проезжая через пролом в стене, мне стало плохо и даже признаки рвоты появились, однако сдерживал себя изо всех сил. Кучи трупов лошадей и людей вперемешку. Оторванные конечности. Кровь. Слышаться даже стоны умирающих людей. Дальше увидел воинов, которые образовали полукруг. Подъехал и обрадовался в душе. Король лежит с окровавленным лицом и живот его испускает кровь. Прострелил кто…

Генрих посмотрел на меня и тихо, практически шёпотом, сказал:

— Теперь ты король…

Он испустил дух и умер. Я снял свою шляпу с плюмажем и прислонил к груди. Храбрый и хороший мужик был, но теперь я поведу Францию в светлое будущее, где наглы не будут доминировать.

— Король умер, — сказал кто-то.

— Да здравствует король Карл де Гиз! — воскликнул другой и встал на колено предо мной.

За ним последовали все остальные. А что? Меня наследником назначил король, договор имеется. Сейчас крайне опасно возвращаться в Париж, так как дворянские группировки просто-напросто задавят меня и не заметят. Продолжим наш итальянский поход.

***

Икона

— Мой король! Мой король! — влетел ко мне в тронный зал вестовой от моих шпионов, которых я расплодил. Эх, отвлёк он меня от изучения доходов и расходов страны.

Он побежал ко мне и передал письмо, а сам встал в ожидании моих приказаний. А в письме была интересная новость.

— Иди отдохни. Воды и еды гонцу! — командным тоном обратился я к своим нескольким оставшимся слугам.

«Ваше величество, во время штурма крепости Кунео погиб король Генрих IV. У него не было наследников, но перед смертью он объявил королём своего друга Карла де Гиз. Однако часть дворянства не желает видеть его на престоле и уже плетут заговоры, но они разобщены. Ждём ваших приказаний».

Интересно. Ладно, пусть поправит немного, а когда я стану королём Англии, то начнём действовать. Даже попробую вернуть Нормандию. Ух, чую скоро будет кровавя драка.

— Позовите Джона.

Один из слуг быстро побежал искать моего советника, которого назначил в первые дни своего пребывания здесь. Интересная такая личность. Бежал из Англии в Шотландию за лучшей жизнью, — ага у меня здесь, в горах, — и в поисках достойной работы. Умный и довольно смышлёный, так что быстро навёл порядок в моём правительстве и даже предложил несколько хороших проектов.

Первый проект — это подчинение кланов и уничтожение их влияния. Всё рассчитано на перспективу, то есть медленное, постепенное принятие мер по усилению монаршей власти.

Второй проект — полная веротерпимость с усилением позиции шотландской церкви пресвитериан. Задумка хорошая, но боюсь представить, что мне устроят священники. У большинства в голове сидит мысль, что надо креститься именно так и молиться так, а так же не забываем кого считать святым, а кто делает всё не так - еретик должен сгореть на костре или быть убитым другим путём. Отложил в стол.

Джон ещё собирался подготовить несколько проектов, но, увы, время поджимает.

— Вы меня звали, ваше величество? — появился советник.

— Звал, было дело. Кхм... Джон, учитывая последние события, нам нельзя больше медлить, нужно срочно разобраться с королевой Елизаветой...

Мора. Глава 1. Ветры перемен.

Мора

Мой «папенька» является не совсем здоровым человеком. Если вернее, то он просто душевно больной. Поэтому я подумываю его сместить. Неожиданно с моей стороны, не правда ли? Хотя всякое в жизни бывает, а в эти времена и не такое творится.

Я же обычно являюсь той ещё пофигисткой и ленюсь в любом деле, которое не решила сделать добровольно. Имеется введу, что сделаю хорошо и в срок если работаю добровольно, а если же это какой-то указ или тому подобное, то уж простите — лень!

Раз решила брать власть в свои руки, то надо делать всё для этого. Для начала пройдёмся по ближайшим перспективам. Во-первых, меня собираются выдать замуж за Иоахима Фридриха, курфюрста Бранденбурга. Хочется отметить, что он вполне хороший мужик, который стремиться усилить свою страну. Надо всё-таки выйти за него. Чует моё сердце, что проживёт он недолго. Или не надо? Пойти по пути образования независимой Пруссии?

Во-вторых надо поработать над своей внешностью и гардеробом. Загоняла я двор в поисках зелёного красителя. Просто решила покрасить свои волосы в мой любимый цвет. Вот с одеждой была загвоздка, так как найти какую-нибудь свободную одежду, а не эти конструкции, было довольно трудно. Получалось, что-либо это одежды крестьянки либо шить на заказ, чем в конечном итоге и пришлось заняться.

Портные, после долгого объяснения, всё-таки взялись за дело. Теперь на мне нормальная длинная серая юбка и чёрная рубашка, а так же волосы отдают зелёным цветом. У всего двора, родственников и прохожих глаза на лоб вылезали от такого вида. Не каждый день можно увидеть такую принцессу. А я буду ходить так всегда!

И все здесь не ведают, что такое мать руки и принимать ванну. Хотя кто-то себе позволяет такое и даже баньки имеются, но они не так популярны. Сказывается ещё старое веяние «моды».

Вот однажды попросила отца отпустить меня в Тапиау, так сказать, погулять да страну посмотреть. По уже понятным причинам он всё же отпустил меня. Что же мне там надо было? Так ведь надо отдохнуть от всей этой дворцовой жизни и тому подобного. Правда от меня не отстала маленькая свита. Эх, а так хотелось одной побыть.

Прибыв на место, сразу заселилась в резиденции для правящей семьи, благо такая тут имелась. Дальше инкогнито, то есть одела плащ и всячески скрывала свою личность, походила по улицам городка. Побывала на рынке, у церквушки и наконец пришла к гарнизону.

— Здравствуйте, воины, — поприветствовала я стражников, которые своим видом никак не походили на таковых. От них ещё несло алкоголем.

Однако они никак не отреагировали. Пришлось снимать капюшон и говорить кто я, собственно, такая. Они выпучили глаза, глядя на меня. Похоже, заметили мои волосы. Ну да ладно, расчёт был как раз на такой эффект.

— Здравия вам, Ваше Высочество! — гаркнули они.

— Тихо-тихо вы. Я хочу посмотреть, как живут и работают солдаты Пруссии.

— Так проходите, что стоять тут. Вы же принцесса, вам можно проходить когда вздумается, — стал говорить слегка пухловатый мужичок.

Провела инспекцию в казармах и на плацу. Что сказать? Будем долго и очень усердно работать. Мне же потом всем этим руководить. Главные замечания к самим солдатам. Они делают всё что угодно кроме нормальной, в моём понимании, службы — пьют, гуляют где попало и тому подобное раздолбайство.

Ох, сколько же мне предстоит работы! Сколько предстоит наводить порядка! Ну, ничего… Вымуштрую всю армию, чиновников приучу к порядку. Как там он назывался в будущем? Орднунг? Да, дойч орднунг. Будут у меня по струнке ходить.

Посидела в этом городке ещё дней пять и решила отъехать в Мемель. Этот город оказался побольше и куда более ухоженный. Тоже остановилась в резиденции, а потом пошла гулять по городу. Заглянула в городскую крепость, то есть замок, и почувствовала себя в средневековье. Заметочка на будущее — дать приказ сделать здесь нормальную крепость, место стратегически важное.

После решила зайти в порт. Сотни моряков занимались своими делами — кто выгружал с кораблей товар, кто загружал на корабли товар, кто латал дырки в кораблях. В общем, здесь творилась своя собственная атмосфера.

Дальше была церковь. Она была аскетичной, ничего лишнего и величественного, но в то же время строение было массивным и от него веяло некой аурой. Заметила краем глаза, что собираются пожертвования для бедняков и решила почистить себе карму, пожертвовав мешочек с двумя сотнями прусских марок. Буду теперь само благочестие.

— Благодарствуйте, госпожа. Пусть болезни вас не берут и лета ваши долги, — благодарила меня за пожертвование миловидная молодая монахиня. Эх, не туда пошла девица. Такую красоту… Тьфу! Я совсем забыла, это же протестантская церковь, да местные в большинстве своём протестанты. А для протестантов куда меньше запретов.

— Всегда рада помогать своим будущим подданным, — улыбнулась я, снимая капюшон.

***

Месяц я колесила по всей Пруссии, наблюдая за жизнью народа и работой чиновников да солдат. С людей берут большие налоги, такие что еле могут прокормить себя. Чиновники воруют, но это было всегда и везде, однако будет работать по уменьшению эффекта. На армию жалко смотреть.

По приезде заглянула в библиотеку и была приятно удивленна. Там, помимо религиозной литературы, были и вполне интересные работы — труды древних философов, труды римских ораторов, мыслителей, полководцев и даже самого Цезаря! Короче, я застряла там на довольно продолжительное время. Всё может пригодиться в будущем. Не зря я в своё время читала «Мастера и Маргариту». Вот теперь не взять местным богословам меня.

Как только попрощалась с библиотекой стала искать себе учителя фехтования. Нужно продвигаться в этом направлении, на будущее. Всякое в жизни случается. Поначалу родственники пытались отговорить меня от «неженских забав», но даже слушать их не стала. Так же решила присутствовать на всех дипломатических визитах, но за специальной ширмой, выторговали всё же родственнички.

Вот так и жила несколько месяцев. Придворные уже свыклись с моей внешностью и резким изменением интересов и характера. Протолкнула несколько прогрессивных законов, таких как подушный налог, отмена пошлин для прусских купцов и рекрутскую повинность. Конечно, я помню про плачевное положение крестьянства, так что подушный налог был ниже чем общинный.

После отмены пошлин для купцов, те готовы были меня на руках носить, ведь столько денег оставалась в карманах. Тем более было оглашено благодаря кому введены эти законы. Теперь у меня тёплые отношения с купечеством и решила этим воспользоваться. Довольно просто с моей лёгкой руки была организована Прусская Торговая Гильдия, в которую вошла большая часть торгашей всей Пруссии.

И вот теперь собирается первый съезд всех членов гильдии. Я заранее подготовила несколько задач. Народ потихоньку подтягивался, заполняя пространство зала. Для гильдии специально арендовала один из портовых складов, ведь тут довольно просторно.

— Господа, я собрала вас для решения важных вопросов, — начала я. — Итак, на повестке дня стоят две задачи. Первая — увеличить количество мануфактур. Вторая — улучшить качество и увеличить количество дорог и почтовых станций. Слушаю ваши предложения.

— Ваше величество, а что нам это даст? — задал крайне тупой вопрос один из торгашей.

— Ваше величество, можно я ему объясню? — спросил другой купец, что сидел рядом с тем тупым. Получив моё согласия в виде кивка, он стукнул нерадивого по голове и стал объяснять. — Братец, на мануфактурах работают люди. Мануфактуры производят товар, люди получают часть прибыли с этого товара. Следовательно чем больше товара продаётся, тем больше люди получают денег и получают возможность приобрести другие товары, созданные на других мануфактурах. Дороги же способствуют быстрой доставке товаров из одного места в другое, что уменьшает стоимость товара, а потому позволяет куда большему числу людей покупать этот товар, а значит и иметь большую прибыль производителю. В итоге нам это даст прибыль, но не быстро, а постепенно.

Я посмотрела с восхищением на этого экономического гения. Причём ясно, что он говорил это без подготовки. Однако это не в коем разе не стоит рядом с экономическими измышлениями исследователей будущего. Взять того же Маркса, которого не возможно не упомянуть при разговоре о природе экономики. Правда немалые ошибки есть в доводах купца, но в будущем поправим.

— Господин, позволите узнать ваше имя? — спросила его.

— Генрих Лоузенберг, ваше величество.

— Назначаю вас моим заместителем на посту главы гильдии.

— Премного благодарен, ваше величество! — видно было, что он доволен.

Дальше путём долгих переговоров и помощи Генриха всё-таки удалось выдавить из купцов их средства на реализацию моих проектов. Собственно уже закладывается бумажная мануфактура в Кёнигсберге и морская мануфактура в Ортельсбурге. Что производиться на морской мануфактуре? Снасти, пенька и прочие нужные для кораблей предметы.

Каков же интерес Генриха в гильдии? Нажива и желание обладать большой властью? Или чувство патриотизма? Этот человек создаёт загадку.

Так же начались активные работы по созданию мощённой дороги от Кёнигсберга до Мемеля. Дорога должна быть широкая, что бы два экипажа о трёх конях разъехаться могли, на задев друг друга. Да станции почтовые с гонцами будут на расстоянии пяти километров между собой, что бы известия максимально быстро доставлялись.

Чуть не забыла. Все мануфактуры, построенные на деньги гильдии, находятся в моих руках, но часть прибыли с предприятий идёт в казну гильдии. Так что можно говорить, что предприятия являются государственными.

Я уже могу называться самостоятельной правительницей, ведь отце душевнобольной, а значит недееспособный, наследника нет. Вот последнее больше всего печалит, так как по договору с Польшей: «… если у государства Пруссия не будет законных наследников мужчин, то территории государства Пруссия входят во владения Польского Королевства, а сейчас Речи Посполитой». Вот так как-то. Нужно что-то делать… Ах, совсем забыла, что идут переговоры между Сигизмундом III Ваза и Иоахимом Фридрихом. Последний хочет путём наследования прибрать прусские земли.

***

Ночь. Прекрасная безоблачная ночь. Тысячи звёзд предстают перед моим взором. Такая картина заставляет мечтать о далёком, необычном и невозможном. Из моих покоев открывается поистине прекрасный вид на Балтику. Вижу корабли, которые приплывают и уплывают. Вижу луну которая отражается от водной глади.

Зима нынче не такая холодная. На крышах домов давно образовались шапки из снега, а из труб шёл дымок. У меня в комнате излучал тепло и свет камин. Лежу на своём диванчике чистая и свежая от недавней помывки и наслаждаюсь моментом.

От созерцания прекрасного меня отвлекло окно.

Равен: «Кхм-кхм, меня слышно?»

Интересно… Стоп, тут имеется чат. Ух, ты!

Равен: «Все меня видят/слышат, или что ещё происходит?»

Санёк: «Опа! Алоха, Зимбубва на связи!»

Сашка всегда в своей манере общения в чате. Никак не изменило его прошлое.

Сержо Крутой: «Оказывается тут есть чат».

Не хватает его самой часто используемой фразы: «О как».

Дэн: «Чё?»

Икона: «Чё?»

Натаха! И он тут! Ладно нужно, что-то ответить, а то некультурно.

Мора: «Всем привет!»

Юла: «Здесь есть чат?»

Юлька! И она здесь!

Дальше мы долго общались и выясняли кто кем стал. Я умолчала часть деталей, хотя, думаю, каждый поступил ровно также. Натаха теперь король — уму не постижимо! Юльку вообще забросили к сербам. Завхоза преследует колхоз. Равен у нас, значит, поляк.

Когда беседа подошла к концу, со мной связался Равен.

Равен: «Мора, я хочу обсудить с тобой кое-что очень важное».

Мора: «И что же?»

Юла. Глава 1. И милая и ужасная.

Юла

Я как-то прониклась духом свободы и ненависти к туркам. Причём моя фантазия подсказывала довольно интересные способы расправы. А то эти кебабы достали своим угнетением все христианские народы. Будет им месть от меня.

В начале своего пути по борьбе с турками было трудно, так как у меня отсутствовала какая-либо команда. Да и собрать её будет очень трудно. Кто же захочет, чтобы им командовала девушка? Особенно в эти патриархальные времена.

Однако кое-кого удалось набрать. Это были, так сказать, ярые патриоты Сербии, которые были разобщены, а я собрала их и направила всю деятельность на, собственно, саму борьбу за свободу. Хоть нас и мало, но делаем мы много пакостей османам.

Решила назвать нашу организацию — Нова Сербия. Везде где мы приложили свои руки оставались наши послания. Основная деятельность организации — партизанская война. Я специально для подобных действий соорудила что-то наподобие взрывчатки, сделанной из краденого нами пороха.

Представьте: идёт колонна турок. Ничего примечательного. А тут как раздастся взрыв под ногами у кебабышей. Колонна перестраивается в боевой порядок, а никто не нападает. Итог: нанесены потери, удар по нервам и боевому духу. А мы ничего не потеряли, только порох.

Был случай, когда к нам в деревню заявились турки и стали просто грабить, убивать и насиловать. Вот меня за руку хватает какой-то кебаб и начинает что-то говорить,— в гарем забрать, наверное, хотел. Однако его мечты не сбылись. Свободной рукой достаю, спрятанный в кармане платья, кортик и втыкаю в печень. Он даже звука не смог издать. Его хватка ослабла, а рот застыл в немом крике. Окончательно освобождаюсь от хватки турка, перерезаю горло и оттаскиваю труп в кусты. Я ничуть не испугалась убийству человека — слишком много читала, видела и слушала про смерть и расчленёнку. Да и обладаю довольно сильной психикой и могу сохранять трезвый ум практически в любой момент. Сама не знаю откуда такое качество взялось.

Закончив с первым гадом, сразу принялась за второго, который копошился в моём доме. Тихо подхожу и со свей силы ударяю ведром по голове проклятого турка. Нужный эффект достигнут не был, поэтому последовала повторная атака, а она оказалась удачней. Враг свёл глаза в кучку и упал на пол. Я быстро связала верёвкой его руки-ноги и оставила там лежать.

То что творилось дальше не нуждается в детальном описании, так как является слишком жестоким. Скажу, что получилось в итоге. А получилось у меня два трупа, у одного отсутствуют глаза, и шесть пленников, которых удалось благополучно спрятать от глаз односельчан. Они в общей своей массе находились на пашне, поэтому деревенька была практически пуста. До сих пор не понимаю, зачем слуги Аллаха решили заглянуть в это время.

Уже вечером я собрала своих людей и мы принялись «обрабатывать» пленников. Допросы с пристрастием показали, что турки идиоты. Не ну правда идиоты. Они даже не знают сколько у них в гарнизоне человек. Нет, допрашивала я, так что они говорили чистую правду. Конечно, попробуй не сказать, когда тебе мило улыбается девушка лет шестнадцати и вертит перед тобой кортиком, да так уверенно, что становиться реально страшно. Тем более эта девушка любит отрезать по пальчику за каждый неверный ответ, а там, может, и до глазика доберётся. И всё это под туже лёгкую милую улыбку.

Как оказалось у турок вообще нет понятия «организация», что ещё раз подтверждает их низкий уровень интеллекта. Поскольку пленные турки оказались не нужны, то мы решили устроить акцию устрашения.

— Шустрей! — подгоняла я «боевиков».

У дороги быстро соорудили колья и сделали из ближайшего деревца виселицу. Четверых посадили на кол, а двоих, они оказались самыми смышлёными и рассказали куда больше чем остальные, повесили. Всё сделали за одну ночь. Так же оставили одно послание для турок. Скоро тут должно пройти подкрепление для армий, что дерутся с австрийцами на севере.

***

Юла

Колонна воинов Аллаха резко остановилась. Паша, который руководил подкреплением, решил проверить, что там произошло. Минуту-две и его чуть не стошнило прямо на землю от увиденной картины. Четыре трупа в одеждах турецких войск были насажены на колья, а двое, повешенных на суку, покачивались от дуновения ветра.

— О, Аллах… — протянул паша.

— Что за звери сделали это с воина Пророка?! — взревел имам, который двигался вместе с отрядом турок.

— Сербы, — процедил сквозь зубы командир турок.

На одном из трупов, который был насажен на кол, прямо на груди вырезана надпись на сербском языке: «Смерть османским уродам». На другом красовалась табличка: «Они — позор, как и все османы. Они пытались ограбили деревню, изнасиловали девок и убили наших собратьев. Наказание — смерть! Нова Сербия».

***

Юла

Вот так и мстили мы за каждый проступок и преступление турков перед сербским народом. Мстить надо изысканно. В моём стиле.

Припоминаю, как одному турецкому пьянчуге, который решил меня сцапать за пятую точку прямо на рынке, я уже вечером, поймав его, вырезала часть черепной коробки и засунула туда его феску. Это смотрелось очень мило. Никакая я не ненормальная — я просто умею красиво прощаться с ненавистными мне людьми.

— Всё готово? — спросила я, выйдя из своих воспоминаний.

— Да, госпожа. Осталось только исполнить, — доложил Бранко, самый верный человек в рядах Нова Сербии и мой ординарец.

Открываю дверь и вхожу в нашу штаб квартиру, которую мы используем последние несколько месяцев, так как наше движение быстро растёт. Даже некоторые сёла тайно спонсируют наше правое дело.

— Так, господа, на повестке дня стоит самая главная операцию, к которой мы так долго готовились. Николо?

— Мои люди внедрились на объект.

Натаскала я их в деловом жаргоне спец служб и не только…

— Турки вообще не имеют и малейшего представления о контрразведке и слежкой за обслугой. Мои люди прикинулись обслугой их складов и их никто не заподозрил! — продолжил он.

— Ладно, не заводись Николо, — решила успокоить своего начальника разведки, шпионажа и контрразведки. — Душан?

— Это будет просто великолепно! — заявил наш специалист по взрывчатке. У него прямо нездоровая мания ко всему взрывающемуся проявилась, после испытания моих пороховых зарядов.

— Хорошо. Значит приступаем к операции, — сказала и все тут же начали собираться.

***

Вечер так прекрасен. Я наблюдаю за тем что произойдёт прямо сейчас, на моих глазах.

Неожиданно перед глазами всплыло окошко чата.

Равен: «Кхм-кхм, меня слышно?»

Серьёзно? Тут есть настоящий чат для общения между нами? Похоже на то, но нельзя отвлекаться — нужно контролировать ситуацию.

Равен: «Все меня видят/слышат, или что ещё происходит?»

Санёк: «Опа! Алоха, Зимбубва на связи!»

Сержо Крутой: «Оказывается тут есть чат».

Дэн: «Чё?»

Икона: «Чё?»

Мора: «Всем привет!»

Ладно, тоже что-нибудь скажу…

Когда беседа закончилась, я уже ясно понимала, кто кем стал и что делает. Прошло минуты три размышлений по укладыванию всей информации в моей голове. Из размышлений меня оторвал взрыв неописуемой красоты. Есть всё же в разрушении определённая красота. Хорошо уничтожать пороховые склады противника.

Послышались крики, ещё больше криков, мольбы Аллаха о помощи в борьбе с шайтанами, что пришли убивать верных воинов Пророка. Потом понеслись в бой мои отряды партизан.

Ошарашенные таким нападением, турки ничего не смогли противопоставить нам. Кого-то убили, кого-то взяли в плен, но и им жить осталось не долго. С них просто никакой пользы.

Не все склады мы решились взрывать — будет не слишком хорошо. Ведь порох очень важный ресурс, ведь его не так много как хотелось бы. Поэтому мы что-то взорвали, а что-то конфисковали на пользу освободительного движения.

***

На следующий день этот лагерь находился в настоящей разрухе. Обугленные строения и тела охранников, раскиданные по территории склада. Деревья были усеяны повешенными трупами бывших пленников. Рядом с дорогой стояли колья, на которые были насажены кебабы.

У дороги стояла всего одна табличка с надписью: «Свобода Сербии — смерть османам!»

***

— Это кто там едет? — спросила я у Бранко, указывая рукой в сторону всадника с куском белой ткани.

— Сейчас узнаем, госпожа, — сказал он и отправился к дозорным.

Уже целых два месяца Нова Сербия портит кровь Османской Империи, которая всё ещё ведёт войну с Австрией. Обе стороны увязли в конфликте, хотя турки имели шансы на успех. Всё из-за деятельности моей организации и... румын. Честно, не ожидала от Михая II столь наглых и решительных действий. Во-первых, он является правителем Валахии, а с недавних пор ещё и Трансильвании. Во-вторых, Михай сначала проигрывал туркам и готов был стать вассалом, но вернул под свой контроль Молдавию и призвал тамошних жителей на войну с мусульманами. Сейчас же этот новоиспечённый господарь объявил о создании Румынии, тем самым объединив дунайские княжества.

Дворянство он приструнил и построил систему, которая сильно похожа на ту, что создал Пётр I. Мне кажется или Михай у нас тоже попаданец?

— Гонец это, госпожа, от самого османского султана, — сообщил явившийся ординарец.

Не с проста султан послал своего гонца ко мне. Дело в том, что крепость в Белграде была захвачена вместе с самим Белградом. Сейчас можно говорить о фактической независимости Сербии, где я являюсь самой главной. Только вот вопрос: республика или монархия?

— Пусть войдёт, — отдала приказ и принялась ждать.

Сколько занимаюсь партизанщиной и организацией движения, а какой будет свободная Сербия до сих пор не решила. А может конституционную монархию объявить? По английскому образцу?

Скрипнула дверь, и в комнату, оборудованную в кабинет, вошёл осман. В руках он держал письмо. Посмотрев на меня презрительно, гонец начал зачитывать письмо с лёгким акцентом:

— Султан Мехмед III готов пойти на уступки и даровать свободу сербскому народу.

— Это хорошо, — сказала я, однако понимала, что так просто хитрый султан не поступит.

— Но правитель сербов должен будет поклясться в верности моему владыке, — объявил требование гонец.

Что же мне сказать... С одной стороны я освобожу страну и получу управление над землями, где живут сербы. С другой должна буду стать вассалом Мехмеда и ввязываться во все войны, которые либо начнёт он, либо начнут против него. Если же я откажусь, то война будет идти и дальше, что сильно скажется на жизни простых людей...

Борщевик. Глава 1. Борщевистская Революция.

Борщевик

— А ну с-строй-сь! — разрушил утреннее умиротворение громогласный голос меня любимого. Только так можно заставить шевелиться колониальную пехоту, к которой я приставлен командиром.

Я почувствовал, как задрожала сама земля от такого активного шевеления в казарме. Солдатики летали, словно мухи. А может, как ужаленные? Да, как ужаленные, а то с навозными мухами сравнивать своих орлов я просто не имею чести.

Ух, сейчас такое начнётся. Произойдёт то, к чему я так долго стремился, прилагал множество усилий и невосстановимых нервов. Ибо если всё свершиться как я задумал, то Мексика станет свободной. И над всей Америкой станет веять красное знамя...

***

Несколько месяцев ранее…

— Солдаты, у я должен кое-что сообщить вам, — говорил своим бойцам на плацу.

— Так точно, дон Изандро! — гаркнули все.

— Тогда внимайте мне, — после этих слов все замолчали и уставились на меня. — Испанский властитель предал всех нас. Ему мы просто не нужны, ему плевать на нас и всю нашу родину — Мексику! Он при помощи своего ставленника, вице-короля, выкачивает все богатства нашей родины, обдирают нас до нитки и запрещают нам торговать. Однако, долго ли мы будем это терпеть? Вместо того, что бы улучшать нашу жизнь Филип III заставляет платить непомерные налоги и вывозит всё в Испанию на строительство дворцов!

— Это что же выходит, дон Изандро? Мы кормим этих аристократов? — спросил кто-то.

— Всё именно так.

— Тогда, что нам мешает устроить восстание?

— Товарищи! — решил применить это хорошее слово. Естественно оно прозвучало как: «Camarada». — Поймите, сейчас нельзя поднимать восстание, так как у нас нет настолько большой армии за плечами, а потому нам нужно вооружать и обучать местное население. Отныне зовите меня — товарищ командир, но только когда нет посторонних. Поняли?

— Так точно, товарищ командир! — снова гаркнули солдаты, пробуя на вкус новое слово.

После моей политической обработки, объявил чтобы все расходились. Взял несколько бойцов и стал колесить по всей своей новой родине, проводя вещания о независимости от испанцев. Как ни странно, среди людей, которые решили меня поддержать, были даже католические священники.

Дальше было создание партии. В буквальном смысле. Я создал МНПБ (Мексиканская Народная Партия Борщевиков), что-то на подобие коммунистической партии большевиков. В ней уже две сотни человек, которых мне приходится просвещать. Я — председатель партии, естественно. Хуан Катто, один из аристократов решившихся примкнуть к моему делу, — глава народного комитета (Наркома). Своего лучшего офицера, Леона Сальтаго поставил в качестве главы военного комитета (Военкома). Такая у нас организация, думаю, чем дальше в лес, тем всё сложнее у нас будет устройство.

Впрочем, медленно, но верно растём. Даже флаг создали на первом же «съезде» партии. Полотно горизонтально разделённое на алую и зелёную половины, где в левом и правом верхних углах по золотой звезде, а по середине флага серп и меч. Рабочий класс пока что не возник, как полноценный слой населения, особенно в Мексике. Поэтому от молота решил отказаться.

Дальше заскочил в несколько гарнизонов, где выступал перед солдатами с пламенной речью о свержении буржуев, вице-короля и установлении народной власти. Конечно, некоторые командиры не очень-то и жаловали мои идеи, но их быстро выносили ногами вперёд из казарм прямиком на кладбище. Солдаты, даже неожиданно, в большинстве своём присоединились к борщевистскому движению. Попахивает уж слишком большой удачей...

Как оказалось, для колониальных солдат пребывание тут походило на ссылку. Особо не зашикуешь в колониях, ведь всё вывозят отсюда, а не сюда. Жить приходиться в казарме, где не очень-то и уютно. Есть ещё много всяких причин из-за чего пребывание здесь является ссылкой, но не буду их озвучивать. Вот солдаты в надежде на большие перемены и решили присоединиться к борьбе за независимость.

— Что за вздор! Какое ещё народовластие? Власть дана Богом монарху! — пытался вразумить своих людей очередной неугодный мне офицерик.

— А ты знал, что это как раз и придумали люди, что бы никто не посягал на власть королей и прочих владык. Однако, хочу заметить, что тёмные времена прошли и люди стали умнее, — решил всё же завербовать благородного дона Карла.

— Я ни за что не предам своего короля! Стреляйте! — воскликнул Карл.

— Ну… что нам остаётся? Выполним его последнюю просьбу! — только сказал я, как тут же раздался грохот мушкета и капитан Карл упал уже не дыша.

Кто-то скажет, что меня отстранят от командования и прочие беды сваляться на мою головушка за такие дела, но нет. Солдаты меня сдавать не собираются, а про высокую смертность командующих говорим, что болезнь неожиданно сразила, с коня упал, под телегу бросился, Зевс молнию не туда метнул и прочая чушь в которую охотно верят.

После я занялся изобретательной деятельностью. В военной сфере, как же без неё. Придумал я тут штык! Именно в более менее современном понимании, а не какие-то там багинеты, которые затыкали ствол мушкета, не давая тому стрелять. Мой штык сделан по типу втулки, то есть они насаживается на ствол. Длину лезвия решил сделать на уровне сорока сантиметров. Так же с помощью умельцев удалось удлинить ствол и сделать его тоньше. В итоге длинна моего мушкета получилась сто пятьдесят сантиметров, а со штыком так вообще сто девяносто сантиметров.

Только проблема в том, что такое производство ещё осилить надо, а ресурсов и людей критически не хватает. Кое-как делаем образцы моей винтовки, но… Но этого всё равно мало для нужд армии.

Как раз выдалась возможность испытать обновку на бандитах, да и делами, а не громкими словами заработать себе репутацию. Тем более все мои действия санкционированы, так как с бадитос уже давно нужно покончить.

***

Моя колонна двигалась к предполагаемому логову местных бандюков. Это вам не храбрые и благородные Робины Гуды, а самые обычные буржуи чиновники депутаты гаишники люди, желающие набить свой карман, а вот мы те самые поборники справедливости, что отнимают у богатых и дают бедным. Мы же борщевики, или кто? Правильно, борщевики! А значит бандиты должны поделиться честно награбленным, иначе мы награбим то, что они грабили у тех, кто грабил.

Вся колонна поднимала такую пыль, что скоро надо будет чистить мундиры… Твою же бригаду через плечо кобылы чупакабра поедала вместо козы, едрёна вошь! Я же про форму для солдатиков забыл — они же как мишень! Хотя пыль… Вот же дурак командует моим войском… Стоп! Это ж я командую… Самокритичность — залог успеха.

Вот теперь за такую ошибку нужно платить кровью. Бандиты начали вести огонь по колонне прямо из-за деревьев и кустов. Самое главное, что этих самых бандитов не видно, а мои на открытой местности. Стоп, а это что такое?! Рядом со мной пролетела самая настоящая стрела! Тут ещё и индейцы! Всё, класс! Я даже не заметил, как колонна перешла в боевое построение.

Из-за холма показалась индейская кавалерия. Мои пикинёры поспешили стать преградой для этой конницы, но не разглядели вооружение местных — луки и стрелы, соответственно.

— Отходим! — воскликнул я и стал разворачиваться на коне. — Стрелков в арьергард, цигель-цигель ай-лю-лю!

По рядам стали разноситься, словно эхо, мои приказы и тут же исполняться как можно быстрее. Пикинёры начали медленно уходить. Видя это, вражеская кавалерия решила нагнать отступающих, но тут же приняла на себя залп целой роты стрелков.

Тут уже проявилась моё новшество в тактике. Первая рота выстроилась в два ряда, один ряд присел на колено, а другой остался стоять. Они одновременно дали залп, после ушли и сменились второй ротой, а первая в это время перезаряжалась. Так удалось сделать три круга, суммарно вышло шестьсот выстрелов. От кавалерии остались одни ошмётки. Однако вражеские партизанские действия не прекращались, что очень плохо, ибо я несу потери, а бандитос нет.

Спустя полчаса бесполезных действий, я отдал приказ отходить обратно. Этот бой был кровавым для обеих сторон, но второй бой не за горами. Я буду мстить!

***

Учтя ошибки прошлого боя я подготовился — проводил учения, пробовал новые тактики и даже пробовал прибегнуть к партизанским действиям, то есть рассыпчатый строй и правило: «Стреляй-убегай-стреляй-повторяй». Однако первым делом форма, новая форма, которая куда практичнее, ещё дешевле чем форма колониальной пехоты и не требует особого ухода, а так же имеет защитный цвет хаки. Правда, бойцы сначала протестовали по поводу аскетичности формы, но я их уговорил.

— Вам что важнее: умереть в красивом, ярком и дорогом костюме или выжить в незаметной форме, которая сливается с местностью? — вразумлял я солдат.

— Ну если так посмотреть… Тогда нет претензий, — заключил один из офицеров.

Хочется отметить, что пострадавшие при первом сражении части прошли доукомплектование и теперь готовы к бою вновь. Чем после учений я и воспользовался.

План, который был разработан мной, в общих чертах ни чем примечательным и невероятным не представлялся. Просто основные силы будут идти походным ордером, а по бокам, на достаточном удалении, будут конвоировать специальные группы стрелков, которых я назвал егерями.

Вот так и планируется расправиться с бандитос-гангстеритос.

***

Операция проходила гладко. Колонна шла по дороге, поднимая за собой облака пыли, а где-то метрах в трёхста брели егеря, попутно уничтожая возможные засады. Всё шло прям без сучка и без задоринки. Не верю в такую удачливость, однако факт на лицо.

И тут моё хорошее настроение было разбито вдребезги. Сзади и спереди показалась вражеская кавалерия. Я не понял — они тут целыми племенами с бандитами якшаются?! Теперь из леса послышались крики и выстрелы. Егеря вступили в бой.

— Боевой порядок! — гаркнул я во всё горло и солдаты принялись строиться в линии. — В рассыпную! — ещё раз напряг свои голосовые связки и бойцы словно потеряли порядок, но и сохранили его одновременно.

От построения индейских всадников отсоединилась небольшая группа с белым флагом. Парламентёры. Индейцы становятся цивилизованными прямо на глазах!

— Не стрелять!

Когда группа всадников подошла к нашим позициям я понял, что преимущество за мной, так как переговоры обычно идут на нейтральной территории.

— Мы не хотеть воевать с вами, комарад, — сказал краснокожий и выбил меня из колеи. Он назвал меня товарищем?! Похоже преимущество явно за мной. — Наш вождь хотеть дружба с тобой и всеми борчевиками, — продолжил говорить индеец с сильным акцентом, а так же хромающим испанским.

— Я только рад! Однако хочу уничтожить бандитов, что постоянно не дают людям нормально жить.

— Не волноваться, ми убит вождя бандитов, а его воинов убит ваши воины.

— Тогда можно поговорить с самим вождём?

— Я передать свой вождь, он придти.

Индеец ушёл, а принялся раздавать указы, что бы все солдаты наконец отдохнули. Уже к вечеру пришёл вождь. Сидя у костра, я пришёл к выводу, что индейцы из племени Красных Чичимеков хотят сотрудничать с борщевиками и вместе построить новую Мексику, где индейцы будут жить наравне с мексиканцами и испанцами. Ну, последние мыслишки уже я подкинул, чем вызвал сильное уважение со стороны вождя Мудрого Орла. Да вот у них, индейцев, и названия. Кстати племя символично названо — Красные Чичимеки, красные как борщ!

Хотя равенство местных и колонистов не было главной причиной возникновения желания дружбы. Прежде всего мои идеи о превышения блага общества над благом индивида. Как отметил сам вождь:

— Наши предки издавна учили нас о важности племени.

Спустя какое-то время удалось наладить контакт и с другими племенами, но Красные Чичимеки стали наиболее открыты к содействию и готовы ворваться в бой в любой момент.

***

Сейчас…

Всё или ничего. Сейчас или никогда.

— Солдаты! Товарищи! Настал этот день. День, когда мы поднимем своё оружие для освобождения Мексики от испанского вице-короля. Во благо нашего свободного будущего вперёд, на бой с роялистами и врагами революции! Да здравствует Великая Борщевистская Революция! Вива ла Революсьон! — на секунду представил себя Владимиром Ильичом.

— Вива ла Революсьон! — отозвались бойцы и вскинули своё оружие вверх.

Когда в рядах был налажен порядок, я вывел полки из гарнизона и повёл их за собой. Спустя какое-то время мне стали приходить донесения со всей Мексики.

Север страны оказался полностью под нашим контролем. Ставка борщевиков теперь в Санта-Барбаре и я должен прибыть туда в кротчайшее время. Апачи и Красные Чичимеки одни из первых племён пришли в зарождающуюся борщевистскую армию. Население и гарнизоны массово переходят к нам, а с роялистами разговор короткий.

На юге, в Гватемале и на Юкатане, тоже идут бунты и расстрелы роялистов у стен, за сараями и прочими строениями. В центре и на северо-западе территории принадлежат роялистам. Однако Веракрус и Тоханкапан взбунтовались, причём в последнем удалось захватить весь флот! Три галеона, пять фригатов, десять бригов — весь флот Новой Испании теперь наш! Устроим им сладкую жизнь на море, хе.

В Мехико сидит двадцатитысячное войско, но две его трети уже перешли под мой контроль и сейчас идёт самая настоящая резня в центральных провинциях. В Юкатане восемнадцать тысяч перешли на сторону борщевиков. Гондурас отказался присоединяться к революции, но там совершенно нет никаких войск.

— Товарищ-генерал! Товарищ-генерал! — вбежал в мой шатёр Фернанд, бывший офицер. — Племя индейцев Яки перешло на нашу сторону! Они уже выбили испанские гарнизоны с северо-запада!

— Это хорошо. Ещё больше воинов под красным знаменем революции.

Тем временем я стал обдумывать план осады Мехико. Большая часть гарнизона города сохранили верность вице-королю и вместе с роялистами заперлись за высокими стенами города. Когда город падёт — родиться Мексика. Борщевистская Мексика!

Европа. Глава 2.1. Прежний мир рухнул.

Равен

Моя коляска мерно скрипела и качал, двигаясь по неровной варшавской мостовой. Кто мог подумать, что какие-то полтора года изменят всё. Я, подобно соколу, взлетел в небеса и теперь остался лишь час. Один час. Шесть десятков чёртовых минут…

Мой верный меч сейчас лежит на коленях в предвкушении крови. Сколько мне пришлось давать её этому ненасытному куску стали? Ох, и немало прольётся в ближайшее время. Однако это необходимо, по другому просто не возможно.

Я отодвинул занавеску и увидел алых гусар, что окружали меня, создавая кортеж. Все они верны мне до конца и одними из первых приняли присягу мне. Из-за каждой улицы выезжало по три, а то и по шесть гусар. План приходил в исполнение…

Ко мне подъехал Пшемыслав, первый сотник алой гусарии. Молодой, но толковый парень. Я с ним познакомился, когда ещё служил обычным крылатым гусаром. Прошли мы всю шведскую кампанию, сражались под Ригой, Ревелем, снова под Ригой и многое повидали.

— Пан, гарнизон верен вам. Город наш, — доложил он, хищно улыбнувшись.

— Отлично, значит нам никто не помешает, — сказал я, создав ровно такую же ухмылку как у Пшемыслава. Новость просто отличная.

За эти полтора года произошли главные переломные моменты в войне со шведами. Два жестоких сражения под Ригой решили всё, обескровив шведскую армию. Теперь вся Прибалтика в составе Речи Посполитой, но к шведам высадиться не удалось. Флот у них хороший и побольше чем у нас. В Ревеле (современный Таллин) был подписан мирный договор, по которому Речушка забирает все захваченные в Прибалтике земли, а Сигизмунд III отказывается от претензий на шведский престол.

Сражения под Ригой были поистине ужасны. Тысячи трупов, ещё больше раненых и тяжелораненых, большинство из которых не увидело рассвет, а некоторые даже закат… Мне было противно смотреть, как погибают мои товарищи, знакомые и братья по оружию. Тогда я принялся за свою деятельность, тогда всё началось.

Ходкевича сместили, так как он жаловался на недостаток средств для армии и вообще набирал популярность больше, чем сам король. Вместо него пришёл какой-то Владислав Кирецкий, который вообще не бум-бум в военном ремесле, но главное не жалуется ни на что. Вот воины и дохли под Ригой пачками. Тварь…

Ян Ходкевич ещё пытался что-то сделать, но он неожиданно пропал. Куда — никто не знает. Есть слухи, что его поместили в варшавскую тюрьму. Нужно провести захват, пока есть время.

Съездил в своё небольшое имение, которое приобрёл за полученные на войне деньги, некоторые были добыты честным мародёрством. Посмотрел, что там да как и решил начать прогресс в отдельно взятом имении. Крестьян у меня никто плетью не бьёт, а Польша достигла эпогея крепостничества раньше России. Холопы меня сильно полюбили, если можно так сказать. Перед ними я поставил такой ультиматум — вы хорошо работаете, а я вас не трогаю. Приходилось так же решать разные проблемы, которые возникали, голова тогда ходила кругом от навалившихся забот и проблем…

И пока я сидел в имении со скуки умирал, на ум пришла мысль. Государство без идеологии — колония. Идеология мало того, что должна быть прописана законодательно, но и сидеть в головах чиновников, власть имущих и простых людей. Вот с последних я и начал. Ибо к чему-то же мы должны стремится?

Идея, которую я стал толкать в массы, была не коммунизм или что-то подобное, а то, про что многие из моих уже бывших современников забыли — панславизм. Разослал по всей Речушке своих подготовленных агитаторов за советскую власть установление власти, которая будет заботиться о славянских народах. Хочется отметить, что литовцы признавались мной славянами, — чтоб не ссориться. Однако людей только завлекала отмена крепостничества и закрепление прав всего населения, жёсткий контроль шляхетства и ещё чего по мелочи.

Сам я отправился тогда на Украину. Кто начнёт кукарекать про несуществующих украинцев, прощу не надо, не надо так жить — это же наши братья! Украинцы, которые называли себя сейчас русинами, уже давно живут и работают бок о бок с поляками, а ущемляются по хлеще польских холопов. Ещё с казаками сдружился, они же как раз рядом друг с другом живут. Пообещал вольницу их станицам, но взамен они будут охранять южные границы от крымчаков и турок. Казаки и русины меня поддержать, если переворот удастся.

Мной был сформирован корпус алых гусар, которые подчинялись только мне и только мне. Корпус как раз был создан во время Польско-Шведской войны, так что пороху они нюхнувши. И репутацию удалось заработать рейдами по тылам шведов, уничтожая обозы и атакуя противника в самые неожиданные моменты. Из-за того что я часто шёл в бой в первых рядах и рубил противников, то прозвали меня Алым Князем.

Стоит упомянуть, что мои алые гусары носили куда аскетичную форму, без разных пышностей и шкур леопардов, но броня была даже на лошадях, естественно облегчённая. Алыми не зря назывались — они носили алые плащи, а привычные белые крылья за спиной красились в алый цвет. У них даже появилось неофициальное название — кровавые ангелы.

С моей лёгкой руки запустился процесс возрождения родоверия — возвращение к славянской вере, язычеству. Но! Я немного переделал представление о богах. Во главе всех вставал Род Породитель, а дальше стояли его дети, которые создали наш мир и следят за исправностью всех законов, составленных Родом. Далее Род, как и любой творец, отправился творить другие миры, порождая других богов хранителей. Вот так. Процесс запущен, агитация уже идёт полным ходом. Хоть трудно из-за практически поголовной религиозности, но уже хоть что-то делается.

В реальность меня вернуло очередная кочка. Чёрт! Первым делом сделаю нормальные дороги в Варшаве, а потом всю Речь Посполитую автобанами застрою! Ай! Даже на коляске моей разработки с нормальной подвеской на этой недомостовой можно потолок головой пробить ненароком.

Спустя минут десять все остановились и я вышел прямо перед зданием сейма. Сейм это польский парламент. У них тут принято «Свободное вето», подразумевающее, что любой депутат мог отменить любой принятый на рассмотрение закон. То есть для принятия решения или закона им нужно единогласное согласие. Этим и пользовались иностранные агенты. Король так вообще не играл особой роли на сейме. Вот с этим я и покончу.

Я стремительно направился ко входу, а вслед за мной спешились гусары. Гусары оперативно устранили стражу, — не убили, меньше убийств — больше любви ко мне. Входим на территорию сейма и движемся ко входу. Уже будучи рядом с дверью за ней слышались активные дебаты и явно не о политике… Да они, блин, светскую беседу, причём оживлённую, ведут. Пинком открываю дверь и тишина…

— Всем ни с места! Вы арестованы! — крикнул я на депутатов.

Тем временем в просторное помещение просачивались алые гусары с обнажёнными концежами. Я окинул взглядом этих магнатов. Большая часть, из-за своей хорошей жизни, выглядели упитанными свинками.

— Стража! Измена! — взвыл один из магнатов, но его мольбы не были услышаны — здание обложили гусары и вся охрана либо за нас, либо валяется связанными.

Дальше все депутаты были арестованы и отправлены в тюрьму. Я решил оккупировать трон короля, который присутствовал в зале. Подозвал к себе верного денщика Якова и стал диктовать давно отрепетированный манифест.

Он с завистливой скоростью записывал слова и когда я закончил сразу полетел в отделение печатного пресса, где началось копирование манифеста. Вскоре манифест стал расходится по всей стране.

***

Равен

Король сидел в своей резиденции в Кракове. Ничего необычного не происходило. Сигизмунд размышлял над тем, что творилось в России. Смутное время. Годуновым народ недоволен, а бояре плетут интриги против него. Даже есть слух, что царевич Дмитрий выжил и находиться сейчас в Польше.

Сигизмунда прервало явление гонца с какой-то бумагой, напечатанной в Варшаве. Король Сигизмунд Третий взял и развернул лист:

Манифест Новой Речи Посполитой

Я, Агний Каховский, объявляю о полном низложении Сигизмунда III Ваза с престола. Сейм распущен из-за пагубного влияния на страну и народ, недееспособности. Все кто поддержит Сигизмунда и/или мятежный сейм будет объявлен мятежником и преступником. Упраздняется рокош. Власть отныне находится в руках Верховного Пана. Отменяется крепостничество и установлено полное равенство всех народов живущих в Речи Посполитой. Народы Речи Посполитой объявляются славянами.

Эти прямые и лаконичные предложения несли в себе многое для Сигизмунда. Его полностью лишали власти, но из-за дерзких реформ шляхта встанет за него. Однако армия? А вдруг он освободит Ходкевича, находящегося в Варшавской тюрьме? Казна тоже захвачена, так что на наёмников надеяться нельзя.

На улице послышалась какая-то возня и хлопки выстрелов. Бывший король взглянул в окно и обомлел. На улице стражники сражались с алыми гусарами и городским гарнизоном. Всё потеряно…

— Это конец… — уронил Сигизмунд.

***

Дэн

Уже полтора года минуло с того дня как я был провозглашён королём всей Франции. Честно сказать — быть королём не сахар. Интриги, заговоры и далее по списку. Ещё эта проклятая Реформация, которая началась примерно чуть меньше века назад. Французские католики и гугеноты рвут друг друга на части. Австрийцы забеспокоились, увидев продвижение Франции в итальянские земли. Англичане, как обычно, начинают мутить воду, оставаясь при этом на своих островах чистыми. Это далеко не полный список проблем, что вылились мне на голову.

Кстати об итальянцах. В городе-государстве Парма началось «Рисорджименто», то есть борьба за объединение Италии. Когда я узнал об это, моя челюсть долго не могла подняться с пола — до того она была неожиданной. Причём этому поспособствовал именно я и Рудольф II Габсбург, правитель Австрии. Внешняя угроза, слабость правителей и раздробленность — вот что подтолкнуло итальянцев на национальную борьбу. Некая Марта Авениччи встала во главе этого движения и сейчас созданная ей национальная гвардия сминает одно микро государство на Апеннинском полуострове за другим.

Правда Рудольфу сейчас не до каких-то итальянцев, у него есть проблемы похуже. Например Нова Сербия — страна возникшая на территории турков и отстоявшая свою независимость. Османская Империя впервые потерпела сильнейшее поражение, но не в этом суть. Теперь сербы вместе с хорватами начали захватывать территории австрияков. Отсюда вытекает новая проблема Рудольфа — венгерский сепаратизм. Венгры, видя бесполезные попытки австрийской армии защитить земли, которые являются частью венгерской короны, решили кинуть Габсбургов и создать независимую Венгрию. Теперь там война на два фронта для каждой из сторон.

Ладно, перейдём от дел восточных к делам западным. Из хорошего можно отметить успешную экспедицию в Северную Америку, а конкретнее на остров Нантакет. Теперь там строится база для снабжения будущих экспедиций. Из плохого — англичане не спят и тоже хотят колонии. Тут уж даже не знаю, что делать…

У Испанцев идёт опустошительная война в колониях и плюс партизаны-борщевики активизировались в самой Испании. Среди французов тоже есть поползновения, но я стараюсь изо всех сил. Тут мне вспоминается моя личная встреча с Филиппом III. Такой себе человек, если честно сказать. Да что тут церемонится — он бездарь! Поэтому надавить и договориться о продаже «ненужных» провинций Испании, которые с самой Испанией не имеют сухопутного пути, было проще простого. Он даже и не знал, что такие вообще у него есть! Вот и продал мне по хорошей, а вернее мелочной цене. Так к Франции присоединились последние остатки Бургундии, а так же провинции Камбре и Артезия.

Хм… Артезия… Это же как-то связано с артезианскими источниками. Всё потом!

Северное направление. Англичане лезут в Ирландию, что ни есть хорошо. Я уже готовлю почву для помощи ирландцам и создания противовеса наглам в виде единой Ирландии. Неожиданно голландцы рвут и мечут испанские полки в Нидерландах. Соединённые Провинции уже захапали чуть ли не всю Бельгию, а их флот ведёт ужаснейшую крейсерскую войну против испанской короны. Короче говоря — у них там весело!

А что же у меня? Гугеноты и борщевики, Папа и аристократия, Англия и Австрия — в общем тоже весело. Если с французскими протестантами можно быстро разобраться, то уже с духовенством и дворянами будет труднее. Во-первых, мне нужна верная армия и специальная служба для разведки и контрразведки, которая будет давить всякое сопротивление меньшинства в угоду большинства. Во-вторых, нужно разработать специальную конституцию, которая не будет ограничивать меня, но так же закрепляет права населения.

— Мой король! — ворвался в тронный зал посыльный. — Срочная новость!

Когда же они научатся стучатся? А ходить в туалет и совершать прочие гигиенические процедуры? Ох… Посыльный держал в руках письмо. Я взял его и раскрыл. Пробежавшись по тексту понял, что творится в мире что-то нехорошее. В Речи Посполитой началась, так называемая, «Славянская Революция», и теперь она стремится распространится по всем соседним славянским государствам. Видя, как ослабла власть короля в Польше и как разворачивается гражданская война, соседние страны решили не терять возможности оттяпать свой кусочек. Среди таких оказались: Русское Царство, Австрия, Бранденбург и Швеция. Русские, ясное дело, полезли отвоёвывать Русь. Австрийцы что же там забыли? Им же и так проблем хватает. А Бранденбург? Видимо, захотелось Пруссию силой забрать, но та, как пишется в донесении, собрала полки и поддержала революционеров. Шведы хотят реванша, да такого, что аж нарушили мирный договор.

Я-то знаю, кто ответственен за это действо — мой друг Равен. Чую, ничего не выйдет у этих интервентов — они только усилят зверя.

Европа захватывает пламя… Старой Европы мы больше не увидим, теперь всё изменится.

Так! Какая-то философия пошла. Нужно как-то объединить французский народ… Идея посетила мой разум. Я приказал выдать мне бумагу, чернила и перо. После заперся у себя в кабинете, который в первые дни оборудовал в Версале, и начал писать, писать и писать. Зачёркивал, перечёркивал целые куски текста, а после переписывал и опять зачёркивал. Просидел до самой ночи, когда перечитал окончательный вариант и поставил точку под мягким и тёплым светом свечей. Глянул усталыми глазами на кучу скомканных листов и ужаснулся своими расходами, ведь бумага нынче дорого стоит.

Переодевшись под простого парижанина, взяв нож и свою рукопись, которую в мыслях окрестил «Проект Д’Артаньян», а так же оседлал коня. Под таким видом я пробрался в Париж и добрался до ближайшей книгопечатни, где, показав свою личину главному, отдал рукопись в печать.

— Развесить на площадях и главных улицах, а так же разослать по другим книгопечатням, — дал я указания.

— Будет сделано, мой король, — поклонился глава книгопечатни.

***

Сержо Крутой

Спустя три месяца

Россия на грани. Это кратко. Более развёрнуто будет звучать так:

— Война! Слышали, что творится на нашей земле? Она горит всепоглощающим пламенем Великой Войны! — вещал я, стоя на телеге в центре площади Царицына.

Ух, что творилось в последнее время. Мои кондратьевцы завелись во всех уголках страны, — это раз, — власть царя ослабевает всё сильней, а неурожай всё сильнее даёт о себе знать, — это два, — косы, изобретённые мной, расходятся на ура, — это три. А вот только недавно собирались стрелецкие полки в поход на Речь Посполитую.

Вот эта новость меня удивила. В реальной истории такого не было. Всё же не очень хорошо быть крестьянином, ведь новости до села доходят долго. Однако есть информация, что поляки ослабли и сейчас только ленивый или занятый чем-то другим не захочет урвать свой кусок.

На Речушку прямо накинулись со всех возможных сторон. Казалось бы, что-то у них там случилось, что сильно ослабило их, но тут интервентам показывают фигу. Недавно прибыл гонец с очень нехорошей новостью: польско-украинская армия приближается. Конечно, он это преувеличение, так как мои разведчики не докладывали о приближении кого-либо, даже крымчаки успокоились, что странно. Через пару дней кондратьевцы доложили о появлении казаков и крылатых гусар на границе. Вот тут-то я и испугался, а потому стал готовиться к отходу из родного села.

Далее последовали сообщения, в которых говорилось о действиях царской армии. Всё, что они творили, можно описать одним словосочетанием — выжженная земля. Горели деревни, хуторки, сёла и даже небольшие города. Чернигов в осаде, отряды гусар-рейдеров действуют под Воронежем и южнее, а так же им помогают такие же казаки-рейдеры.

Московское отделение кондратьевцев докладывает о сильных волнениях в столице. С началом войны голод стал всё сильнее ощущаться и даже открытие царских запасов не помогло, по всей стране неурожай и война. Среди бояр начались какие-то телодвижения, буржуи…

— Нужна была нам эта война? — открыто спрашиваю я собравшихся, среди которых были и стрельцы из гарнизона.

— Нет… — как-то неуверенно отвечает толпа.

— Нужен ли нам этот голод, вызванный войной?

— Нет! — куда уверенней отвечает толпа.

— Нужна ли гибель наших детей в царских войсках?

— Нет! — уже все завелись.

— Так нужна ли нам эта война?! — повторил я вопрос.

— НЕТ! — взревели все.

Начался бунт. Всё таки порой война полезна — позволяет привести себя любимого к власти. Нет, я не жажду власти и никогда её не хотел, но кому-то же нужно строить коммунистическое общество. Хотя не хватает главного фактора, против которого объединились бы люди, — капитализма и капиталистического общества.

Я даю команду своему «полевому» оркестру и начала играть Рабочая Марсельеза. Кондратьевцы в толпе совместно со мной начинают петь:

Отречёмся от старого мира,

Отряхнём его прах с наших ног!

Нам не нужно златого кумира,

Ненавистен нам царский чертог.

Царю нужны для войска солдаты,

Подавайте ему сыновей;

Ему нужны пиры и палаты,

Подавай ему крови твоей.

Вставай, поднимайся, рабочий народ!

Вставай на врага, люд голодный!

Раздайся, клич мести народной!

Вперёд, вперёд, вперёд, вперёд, вперёд!

***

Равен

— Пан Агний, русские на штурм идут! — доложил один из алых гусар.

Царская армия уже какой день пытается взять Минск. Были, конечно, удачные попытки. Тогда город чуть не переходил в руки русских, но я подоспел с подкреплением вовремя. Сейчас нужно ударить в тыл и, желательно, разбить большую часть вражеской армии.

— Подводите пушки, — отдаю я приказ.

Эта война становилась всё более и более беспощадной. Сначала накинулись на Речь Посполитую и всё было очень плохо, а как мои люди подавили шляхту и короля, так ситуация в корне изменилась. С каждой битвой войска и командиры набирали опыт, так как армия была сформирована в основном из крестьян и горожан по новому военному призыву. После сражения под Познанью, где против революционной армии выступило австро-бранденбуржско-шведское войско, наступил переломный момент в войне. Битва была выиграна, однако силы противника не были уничтожены полностью, они организованно отступили.

Батареи выкатывают на холмик и начался обстрел…

Я стою перед строем алой гусарии. На их лицах читается уверенность в победе и желание сражаться. Что же, подбодрим хорошей речью:

— Братья! Настал наш час, одержим же победу над врагами славянского братства. Они будут сражаться яростно, так как убеждены во лжи, но мы, Всевеликое Войско Славянское, бьёмся за правду и свободу, за светлое будущее славянских народов и их друзей. В бой, братья, с нами Род! С нами Боги! С нами предки!

Я поднял к небу свою пику и прокричал изо всех сил, максимально напрягая свои голосовые связки:

— Перун!

— ПЕРУН! — подхватил весь строй и чуть ли не синхронно вознесли пики к небу.

***

Фёдор Баранов

Ужо месяц целый сидим под градом Минском да всё не можем взять его. Ляхи сидят за стенами и отбивают каждый наш наскок. Сражаются храбро, ни хуже наших. Сейчас мы идём снова стены брать, а ляхи с литвинами (литвины — белорусы) ощетинились своими пищалями. Честно сказать, мне страшно. Видел сколько мужиков полегло, а сколько калеками стали…

Тут же загрохотало позади. Страх и желание бежать отсюда как можно дальше поселились во мне, но я покрепче взял свою пищаль. Покажу супостатам!

На пригорке показались несколько всадников, один из которых затрубил в рог. Всадники с крыльями, как у ангелов, только цвета крови, стали выходить из-за холма. Они всё прибывали и прибывали…

— Отходим! Отходим от стен! — закричал воевода.

Стрельцы развернулись в сторону надвигающихся ляхов и приготовились их встречать. Растянулись в линию и навели свои пищали. От строя конницы отделился один всадник и, подняв своё копьё к небу, прокричал:

— Перун!

— ПЕРУН! — подхватили его возглас кровавые ангелы.

Все невольно перекрестились. Нехристи… Язычники! Я осенил себя крестным знамением и начал тихо приговаривать «Отче наш». А тем временем враги пошли своей конной лавой на нас. Топот нескольких тысяч лошадей сотрясал землю. Враги приближались с невероятной скоростью.

— Стреляй! — дал команду воевода и мы выстрелили.

Передние ряды язычников повалились на землю, увлекая за собой второй ряд. Однако дальше ляхи просто обходили упавших или перепрыгивали их. Перезарядиться не успеем, худо дело.

Дальше супостат врезался в наши порядки и разнёс их. Воевода старался собрать нас, что у него почти получилось, остальные были либо убиты, либо разбежались по округе. Я остался с воеводой. Отбившись от пары наскоков всадников, он приказал уходить.

Идём в Смоленск, а от туда в Москву…