Скиталица

Глава 1 "похищение среди пустыни"

Засуха в Индии длилась уже более полумесяца, по этой причине даже поздним вечером на улицах было невыносимо знойно. Такая жара выпала на месяц ярмарок в Бангалоре. Сюда приезжали различные торговцы и продавали множество дивных вещей: полезных и не очень. Естественно, вся основная масса толпилась с утра, ведь вечером у них были другие заботы, а поэтому людей было легче разприметить. Так по улочке города гордо вышагивала индианка, а позади нее плелись двое мужчин. Догадаться, что она местная можно было по традиционному сари. Оно представляло собой черное одеяние с золотыми вышивками, которые указывали на состоятельность персоны. Ступни, облачённые в того же цвета бабуши, были слегка пыльными после долгого скитания по рынку. Вероятно, девушка — поклонница украшений, ведь ее шея, уши и запястья были обвешаны изделиями из драгоценного метала. Однако догадаться, что она индианка, можно было и по выраженной внешности: смуглая обладательница темной шевелюры и светло-голубых глаз. Которые и вправду необычно контрастировали с остальной цветовой гаммой.

Сопровождающие ее мужчины были в два раза выше и шире, из-за чего складывалось странное впечатление. Зачем им тащить ей такие огромные мешки? Они родственники? Жаль, что, порой, жизнь не дает нам ответов на все интересующие вопросы. Вышеуказанные личности в дхоти пурпурного цвета куда-то указали пальцем девушке, отчего изумрудные очи засверкали язычками пламени. В ускоренном темпе она направилась в небесно-голубой шатер, располагающийся в десяти метрах от них. Торговцы, сидящие за своими прилавками, проводили их взглядом, пока они не скрылись за ширмой, после чего начали активно обсуждать увиденное со всеми рядом стоящими. Естественно, их интерес продлился недолго, ведь на горизонте появилась пара настоящих слонов, а это было куда более зрелищно.

Скрывшаяся в шатре индианка, мигом раскрыла пёстрый веер, который приобрела на рынках в Пекине около года назад. Жара на улице была довольно утомительной, однако в помещении было еще и душно, поэтому такой атрибут, как веер, был просто необходим. Сделав последний взмах, она так же быстро его сложила и многозначительно глянула на своего подчинённого.

— Ашок, будь добр, дай мне воды, — вежливо попросила девушка, слегка охрипшим, уставшим за день голосом. Мужчина, что был на голову выше другого, быстро достал флягу, лежащую на поверхности мешка, и протянул ее девушке.

— Прошу Вас, — как только девушка приняла предложенную воду, она жадно прильнула к горлышку и сделала несколько глотков. После чего протерла рукавом сари намокшие губы.

— Благодарю, — почтенно сказала индианка, осматриваясь вокруг. Все было в синих занавесках, а остальное свободное пространство занимало не более двух метров. На полу покоились две корзины фруктов, которые, вероятно, использовались как прикрытие. В одной лежала гора зеленых бананов, а в другой — яблоки. Они были невероятно странные на вид, будто неземные…

— Предполагаю… Мы ошиблись местом, — выдал заключение Джохар, самый старший из их троицы, а также обладатель роскошной бороды. Из-за шока на слова друга, Ашок сделал кивок головой, в знак подтверждения слов, а после оба уставились на хозяйку. Внимательно посмотрев на мужчин, девушка достала нож из небольшой походной сумки, которая висела через плечо. Сделав небольшой надрез на яблоке, она заметила неестественный цвет фрукта. Вероятно, торговец оружия, которого они ищут, совсем не глуп и таким образом делает обманку перед обычными людьми.

— Мы на верном пути, — сообщила девушка, после чего, поднявшись и кивнув своим сопровождающим, оттопырила в сторону еще одну ширму. Как она и предполагала, там было помещение намного больше этого, однако ступив на новую территорию, на ее спутников направили острые копья. В отличие от мужчин, это ничуть не удивило индианку, а наоборот — позабавило. Она наигранно улыбнулась, обнажая ровные зубки. Выглядело это действительно не по-доброму.

— Ты все так же предсказуем, мой любезный друг Зи-Хао! — хитро выдала она, как навстречу вышел мужчина средних лет. Он обладал азиатской внешностью и слегка загорелым лицом из-за частого нахождения под солнцем. Одежда на нем была специфическая, ведь едва ли напоминала это слово. Засаленная и местами порванная рубаха, а также красная ткань, обмотанная вокруг бедер. На голове — лысина и только посредине, как большая луковица, торчала косичка. Поседевшая косичка… Быстро же летит время, ей казалось, что прошёл год, а на деле уже пять.

— Как я погляжу, ты все так же остра на язык, Манджула, — недовольно сообщил азиат, скользя мерзким взглядом по женской фигуре, который явно давал понять, что ей здесь не рады. — Зачем явилась? — спросил он, отходя в сторону и присаживаясь за стол. Честно говоря, все здесь находящееся — полнейшая безвкусица. Не сочетающаяся друг с другом мебель, неприятный запах, а так же множество грязных тряпок, лежавших на полу.

— Не предложишь мне присесть? — с усмешкой начала девушка, не понимая, что трудного в том, чтобы посадить своих покупателей за стол, дабы они отдохнули. На ее просьбу мужчина неохотно кивнул головой, на что получил насмешливую улыбку. Девушка плавно прошлась до скамьи, оставляя свою свиту у входа вместе со стражей Зи-Хао.

— Мой вопрос остаётся тем же, — отрезал он, смотря прямо в глаза Манджуле. Девушка на этот выпад, резко поставила перед ним мешочек денег, из-за чего мужчина резко переменился в лице. Золотые его явно настроили на разговор, однако, когда мерзкая ручонка потянулась к желанному мешочку, девушка резко его забрала.

— Здесь ровно та же сумма, которую ты мне задолжал уже вот как пять лет, — недовольно высказалась она, тряся монетами в кармане, создающими приятный для ушей звон. Азиат капризно встал из-за стола, недовольно глядя на прибывшую.

— А кому сейчас легко?! — крикнул он, после чего резко повернулся к страже. — Выпроводите их! — дал приказ Зи-Хао, однако, пока он отвлекся, Манджула преодолела короткое расстояние, приставляя к его горлу тот самый нож, которым она разрезала яблоко.

— Здесь я ставлю условия, — отчеканила брюнетка, слегка надавливая лезвием на кадык мужчины. — Ты заплатишь мне вдвойне или раздобудешь сносного оружия! Попытаешься обмануть… — говорила она так, будто пробуя слова на вкус, на последнем запинаясь и опускаясь к уху азиата. Чтобы звучало более устрашающе. — Убью, — на лбу у Зи-Хао выступили капельки холодного пота, которые постепенно стекали с лица. Он противился… Не хотел подчиняться… Однако Манджула не из тех, кто готов стерпеть. Долгое время ему удавалось скрываться от нее и ее людей, однако всему приходит конец.

И его наступит очень быстро, если он не научится шевелить мозгами.

— Я согласен, — из последних сил, выдал мужчина с раскосыми глазами, и девушка убрала лезвие с его шеи, с силой толкая Зи-Хао в спину, дабы он свалился на пол. Рухнув на землю, он еще больше задрожал, как трусливый козленок. — Принесите этой девушке достойного оружия! — велел он своим подданным, которые удалились в последнюю, третью, часть шатра. Поднявшись с грязного пола, он отметил, что сильно испачкался, а переведя взгляд на Манджулу, увидел, как над ним потешаются взглядом.

— Помню… Лет пять назад я старалась походить на Вас, — грустно начала индианка, осматриваясь вокруг и про себя отмечая, как же он пал. — Теперь я разочарована.

— Вновь лишилась памяти? — с насмешкой начал Зи, снова присаживаясь за стол. Он до сих пор помнит ту самую девчонку — карманницу, которой нечего было есть, и она обчищала каждый второй прилавок. Где жила скиталица, он не имел мыслей. По словам самой Манджулы, память ее покинула в юном возрасте: двенадцать-тринадцать лет. Далее ее жизнь вне закона тщательно скрывалась. Было дело, когда он сделал у нее заказ на кражу одного очень ценного металла. Девушка свою часть уговора выполнила — он нет. С тех пор они не виделись, а его торговля пошла в убыток.

— После стольких лет — это не ваше дело, — она подмигнула ему левым глазом, а его, похоже, последние два помощника, вынесли оружие. Закатив глаза на слова этой несносной, мужчина привстал, забирая металл, обернутый в изобилие тканей. Таких же грязных, как и его рубашка…

— Выбирай! — приказал он, складывая оружие на стол, который под их весом скрипнул. Манджула недоверчиво оглядывала каждый клинок, каждый наконечник и щит, чтобы ее не надурил этот старый обманщик! Убедившись, что предложенное ей оружие — не подлинное, Манджула стала выбирать себе клинок. Взяв, естественно, самый лучший, брюнетка по-змеиному взглянула на Зи-Хао.

— Я знаю, чем славишься ты, и твои товары, — хмыкнула девушка, заставляя азиата напрячься. — Мне нужен яд.

— Я давно ими не торгую, — заявил мужчина, вновь вызывая усмешку на лице индианки.

— Глупец. Неужели думал надурить меня? — возмутилась девушка и злобно рассмеялась. — Тебе незачем здесь прятаться, как трус с обыкновенным оружием. Неси яд! — под ее напором мало кто мог устоять, поэтому Зи-Хао махнул своим приспешникам рукой, дабы они принесли желаемое клиента. Еще бы, с таким финансовым положением, как у него, вряд ли он имеет рвение отдавать такие дорогие вещи за бесплатно. По крайней мере, он так считал и в упор не хотел признавать, что виновен в том, что пять лет за ним висит должок. В особо крупном размере. Злорадная ухмылка играла на устах Манджулы. — Так-то лучше! — как ни в чем не бывало они оба вновь уселись за стол и принялись ждать яды в давящей на душу тишине.

А раньше они болтали без умолку…

Много воды утекло с того времени… Да и мир не стоит на месте. Спустя пару минут ребятишки принесли желаемое Манджулы, заставляя ее подпрыгнуть из-за стола. Рассмотрев коробочку ядов, она отметила, что ей они все жизненно необходимы! Пораскинув мозгами, индианка поняла, что клинок ей вовсе не нужен, а вот яды имеют прок.

— Я беру все! — жадно сказала она, после чего подозвала своих помощников рукой. — Упакуйте, — приказала доминантная особа этой палатки, после чего бросила клинок в сторону Зи-Хао. — Оставь его себе! — она послала воздушный поцелуй мужчине, который находился в полнейшем шоке от происходящего и развернулась на пятках. Ее свита уже упаковала товар, поэтому она отправилась за ними, с намерением покинуть шатер, а вслед от когда-то друга она услышала:

— Воровка! — на это Манджула не отреагировала, а лишь покинула помещение, вдыхая свежий аромат ночного воздуха.

Воровка? Она всегда ей была…

***

Долгий поход по шатрам со всякими безделушками остался позади, поэтому теперь можно не спешить и хорошенько размять мышцы. Настроение девушки знатно улучшилось после визита к давнему другу. Порой, было приятно ставить людей на свое законное место. В целом Зи-Хао пришел на все готовое, ведь это дело его отца, а мужчина мало того, что пал ниже некуда, так еще и стал обманывать клиентов! Она не могла поверить, что в какой-то момент своей жизни равнялась на этого человека. Какое счастье, что судьба их вскоре разделила.

Ночной воздух снимал дневную усталость с плеч, и все утруждения Манджулы заканчивались на разговоре со своими помощниками. Они негромко переговаривались, шествуя по улочкам Бангалора, и вскоре остановились на недолгую передышку.

— Вы в порядке, Манджула? — поинтересовался Джохар, внимательно оглядывая свою хозяйку. Она выглядела утомленной, и, похоже, ей был необходим отдых.

— Не переживай, мой друг, — благодарно выдала она, вновь раскрывая свой излюбленный веер. Манджула понимала, что ее спутники устали не меньше, а то и больше! Ведь в ручной клади у них имелись мешки, набитые тяжелыми вещами. Сложив вещицу, она серьезно взглянула на ребят. — Нам стоит поспешить, ночью в городе небезопасно.

— Скоротать путь мы можем, идя по центру города, так выйдет ровно на час быстрее. Однако, если заподозрят содержимое мешков — нам точно несдобровать! — сообщил Ашок, смотря в глубь города. Он и вправду хорошо ориентировался на местности, поэтому Манджула посчитала его присутствие на сегодняшней вылазке необходимым.

— По центру не пойдем, — выдала вердикт Манджула, рассматривая свои короткие ногти, после чего добавила, — отправимся в обход, сделаем ставку на короткие перевалы. Кажись, и до утра протянем, — она коротко пожала плечами, про себя отмечая, что после таких долгих походов без еды ее стройное, местами тонкое тело, превратится в скелет, но, порой, такие заботы волновали меньше всего.

Она заметила кислые лица своих помощников, которые хоть и согласились с ней, но вряд ли горели желанием обходить Бангалор по кругу. Дабы как-то подбодрить своих людей, она достала из сумки два желтых банана, стащенных из корзины Зи-Хао. Протянув пищу своим покорным слугам, она заметила на их лицах удивление, сменившееся радостью.

— Ну Вы даете, когда успели? — удивился Джохар столь ловким рукам Манджулы. Долгие годы карманного воровства дают знать о себе.

— Не могла же я оставить столь завидных помощников без провизии, — спокойно пояснила индианка, бросая по банану каждому в руки. Джохар по-быстрому очистил фрукт от кожуры и уже намеревался его слопать, как больно получил по рукам от Ашока. Тот недовольно глянул на соратника, который так бесцеремонно начал есть.

— Ты что! Банана два, а нас трое! — воскликнул парень, давая подзатыльник своему другу, который смотрел на него, как баран на новые ворота.

— И что же тебя смутило? — недовольно спросил он и демонстративно хотел засунуть фрукт себе в рот, как его выхватили из рук. Ашок покрутил пальцем у виска, уже сомневаясь в сообразительности друга.

— Ты не думал поделиться с Манджулой? — упрекнул его высокий парень, все так же неодобрительно смотря.

— Я был голоден, поэтому и не подумал! — заметил Джохар, складывая руки на груди, высказывая недовольство всем своим видом.

— О, ты почти никогда не думаешь! — воскликнул Ашок, как в ту же секунду приятель схватил его за руки и, выполнив прием, перекинул через плечо. Упав на пол и выдав нечеловеческий хрип, Джохар схватил его за ногу, сильно кусая, и, похоже, слегка прокусывая плоть. Высокий парень завыл и, в свою очередь, наступил другу на его длинную бороду. Однако обоим пришлось остановиться и посмотреть на хохочущую Манджулу. Девушка слегка наклонилась, приложив ладонь к сердцу. Смех у нее был чистым и заливистым, в отличие от души. Ее подчиненные в момент встали с пола, резко кланяясь госпоже с очень напуганными выражениями лиц.

— Прошу нас простить, — трусливо выпалил Джохар, получая косой взгляд от друга, ведь это он затеял драку. Оба ошарашено смотрели на Манджулу, которая через пару секунд перестала содрогаться в приступах смеха и вновь гордо выпрямила спину.

— Съешьте их сами, господа, я не голодна.

— Благодарю Вас, госпожа! — сказали они в унисон, а Ашок еще положил руку на сердце, после протягивая второй банан другу.

— Попрошу Вас впредь не разводить столько шума! — приказала Манджула, на что они оба закивали головами. Индианка удовлетворенно улыбнулась, а затем указала взглядом в сторону их дальнейшего пути, — идем скорее, нам предстоит долгий путь.

Троица отправилась в путь с новым зарядом бодрости. Джохар и Ашок вновь спорили, однако уже по-тихому, в то время как девушка наслаждалась вечерними красотами. Она была невероятно задумчивой, ведь ее мысли унеслись в далекое и забытое прошлое. Детство у нее не было счастливым, как и у большинства сирот. Но, сделав выбор в сторону преступного мира, она потеряла последние частички самой себя. Подняв взгляд, чтобы посмотреть на сияющие звезды, ей в голову пришла мысль, мучающая уже на протяжении долгого времени:

«Что было до?»

Ей, как человеку, потерявшему память, такое часто приходило в голову. Хотелось узнать, имела ли она родителей или, возможно, каких-нибудь родственников? Где она родилась? Как жила ранее? Но, порой, мы не имеем ответов на интересующие нас вопросы. А жаль. Сейчас она обладала преступным кланом, славилась искусным воровством, а также убийствами на заказ. Естественно, об этом мало кто знал, и была она известна лишь в своих кругах, а поэтому пока ее жизни ничего не угрожало. Разве что конкуренты или неудовлетворенные клиенты. Она старалась реже о таком думать, так как понимала, что мысли могут завести ее под землю. Но что поделать, когда ты невероятно любопытный? Смириться и жить дальше.

Закончив не такой длительный обзор ночного неба, она вновь посмотрела вперед. Идя по песку, иногда казалось, что дороге нет конца, однако она что-то заметила. Вероятно, из-за сильного ветра, движущихся впереди объектов не было слышно раньше. Когда голубые очи сощурились, стало ясно, что это стремительно приближающиеся всадники. Стук копыт уже вовсю раздавался по земле, а их всадники, коих насчитывалось около двадцати, были облачены в массивные одежды. Заметив среди них большой тюрбан на голове, глаза индианки округлились. То, что ей это напомнило, явно не несло хороших вестей. Она многозначительно глянула на своих помощников.

— Бежим! — приказала она негромко, однако в голосе послышались стальные нотки. Трое побежали к ближайшему переулку, дабы в нем скрыться, а всадники приближались к ним ещё быстрее. Они бежали со всех сил, однако все же были замечены людьми очень неприятного ей человека. Пробежав около десяти метров по улице, на которую они завернули, они услышали коней, бежавших за ними.

Ее не могли поймать!

Лошади уже почти наступали им на пятки, но внезапно нарисовавшийся проход между домами, заставил глубоко в сердце зародить надежду. Свернув со своими приспешниками туда, они едва плечами касались стенок прохода, а вот лошадям пришлось остановиться. Адреналин играл в крови, а осознание того, что в данный момент их никто не защитит, невероятно досаждали Манджуле.

Люди этого человека, кто позарился на ее жизнь, уже следовали за ними по проходу. Однако индианку ждало разочарование и осложнение ситуации в виде стены. И ладно, если бы была дверь или окна в дом, которые можно было раскрыть! Однако ничего из выше перечисленного они не обнаружили, лишь голая стена, которая устрашающе возвышалась перед ними.

— Подставляй руку, Джохар! — внезапно сориентировался Ашок и выставил свою руку перед мужчиной, чтобы подкинуть Манджулу. Тот так же выставил замок, и оба переплели руки. Индианка со скоростью света залезла на них, после чего они попытались ее подкинуть, однако тщетно! Даже преступница, обладающая акробатическими навыками, не смогла залезть на стену.

На голую, трехметровую стену!

Их перехватили раньше, чем Манджулу успели второй раз подтолкнуть вверх. В тот момент она убедилась, насколько преданные у нее люди, что ценой собственной жизни хотели ее спасти. А она не смогла им помочь… Девушка просто не ожидала такого нападения, ведь она и ее местоположение скрывались, да и торговала она каждый раз в новом месте. Но, видимо, ее появление на рынках сделало своё — до кое-кого невероятно быстро дошла нежелательная информация.

— На колени! — крикнул мужчина арабской внешности ее подчинённым, указывая на них острием сабли. Глянув на Манджулу и получив кивок с ее стороны, они неспешно опустились на колени, пачкая свою одежду о грязь в подворотне. Гадко улыбнувшись, приспешник их похитителя что-то сказал своим людям, это было не на арабском. Возможно, какие-то сигнальные слова, чтобы враги их не понимали. Девушка и этот воин встретились взглядами. Он смотрел со злобной усмешкой, а она взглядом, полным ненависти. Хотя и понимала то, что их поймали, именно ее промах. И впредь такого не повторится.

Если они выживут…

Несколько мужчин принесли кандалы. Причем, всё в двойном экземпляре. Хотелось рвать и метать, но она понимала, что единственный шанс выжить — обмануть. Или же надурить с просьбой, с которой к ней обратятся.

— Сковать их! — приказал тот самый мужчина, ощущая себя таким хорошим, что хотелось облевать все здесь стоящее. Настолько был противен он, его засаленная борода и странная подводка на глазах. Люди, которым поступил приказ, постарались как можно быстрее справиться с поставленной задачей, поэтому вскоре на глаза надели грязно-пурпурную ткань, не оставляя и миллиметра на возможность видеть свои ноги. Она погрузилась в кромешную тьму, а после была лишена возможности говорить из-за тряпки во рту.

Ей оставалось надеяться на то, что с ее помощниками все хорошо, и у нее еще будет возможность понаблюдать за их перепалками в ближайшем будущем. Она была разбита, и ей оставалось надеяться, что это не представители власти или тому подобные. Было лишь желание, чтобы этот ночной кошмар поскорее закончился. Она чувствовала все. То, как их погрузили на коней, гадкий запах немытых тел, а также пошлые разговоры мужчин. От всего этого уши складывались в трубочку, отчего она пожалела, что в стандартном наборе пленника не предлагались беруши. Долгая дорога после трудного дня сильно отразилась на Манджуле, поэтому она уснула прямо в седле. А проснулась уже возле потрескивающего костра и запаха песков. Вероятно, они в пустыне, что означало, что увозят ее и ее спутников далеко от дома.

Спустя час разговоры стихли, и, полежав еще пару минут, индианка поднялась с песка и потянулась руками к глазной повязке, дабы оценить ситуацию, в которой они оказались. Однако не успела она снять повязку, как ее сильно ударили по голове палкой. Потеря сознания пришла почти так же быстро, как и удар, а последнее, что она услышала, было сказано слащавым хриплым голосом:

— Господин будет доволен!

Глава 2 "песчаный перевал"

Путешествовать пять дней без остановки оказалось невероятно утомительным делом. Естественно, дабы Манджула и ее соратники не умерли в жаркой пустыне, их поили и кормили, хоть и делали это довольно скудно. За все время поездки повязку с глаз ей так и не сняли, из-за чего девушка ощущала себя не в своей тарелке, абсолютно не понимая, куда ее всё-таки везут. Предположением, естественно, была арабская страна, ведь похитители говорили на этом языке, а также невыносимо жаркий климат и дорога, состоящая из одних песков. Пролежать вот так, пять дней, без конца слушая утомительные речи мусульман, которые специально не говорили имя своего султана. Скорее всего, это была личная прихоть их главаря или же правителя. В любом случае Манджула решила думать на месте и принимать решения тоже. Ведь на данный момент она полностью бессильна, а ее руки сковывают кандалы.

Если днем стояла жара, то ночью — невыносимый холод, и ужасно запачкавшееся сари не спасало от такой низкой температуры. В общем, индианка невероятно надеялась, что не простудится, ведь это могло закончиться летальным исходом. В голодном, уставшем и замерзшем состоянии Манджулу и ее соратников привезли в какой-то город, перед этим всех троих ударив палкой по голове, чтобы они не услышали ничего лишнего. На наличие сознания перед въездом в город их тщательно проверяли. Собственно, затем троицу разделили, направив индианку к султану, а помощников в темницу. Что происходило до того, как они вернулись в сознание, мало кто знал, а сами пострадавшие уж точно не имели понятия.

Очнулась девушка, лежа на холодном полу. Протерев глаза, она слегка привстала, про себя отмечая то, что она снова зрячая! Она видит! Это было поистине прекрасное чувство, учитывая, что кандалы также, как и кляп, были сняты. Попытавшись встать, она чуть не упала, но все же сумела удержать равновесие, ведь за последние дни мало передвигалась. Перед ее взором предстала величественная дверь до самого потолка абсолютно песчаного цвета, без капли узоров и тому подобного. Вероятно, владелец помещения являлся строгим человеком. Посмотрев себе под ноги, она обнаружила, что стоит на коричневом ковре, поэтому решила развернуться, дабы посмотреть, куда он ведёт. И она повернулась. О, лучше бы она этого никогда не делала!

На троне величественно сидел Саладин и, увы, они были когда-то довольно близки. Если вы понимаете, о чем я. Мужчина являлся статным обладателем черной бороды и такого же цвета густых волос. Скулы его были выражены морщинами, а темно-карие глаза, когда-то пленившие Манджулу, смотрели сквозь нее. Его дорогие одежды и величественный тюрбан смотрелись куда лучше, нежели ее любимое сари того же цвета. Оно было невероятно грязным, местами порванным и, в целом, смотрелось довольно неухоженно по причине того, что несколько дней она жила в неблагоприятных условиях.

Встретившись с ним взглядами, она слегка поежилась, ведь в его глазах явно читалось неудовлетворение. Было стыдно смотреть на человека, от которого сбежала около трех лет назад, а так же обидно за то, что он так с ней себя повел. Это ведь самое настоящее похищение, ведь она, увы, опрометчиво еще тогда ему сообщила о своих злодеяниях. И на удивление не была осуждена. Много воды утекло с того времени…

Саладин все продолжал смотреть, и с каждой секундой его взгляд тяжелел. У него уже два года есть жена, и смотреть на ту, которую он когда-то хотел видеть в этой роли — невероятно странно. Он по природе был человеком, который добивается желаемого. И в своей жизни он не добился двух вещей — эту девушку и покамест Иерусалим. Хотя, он планировал в скором времени это изменить. Его обмолвка о вещи уже давала понять то, что она была для него лишь недостижимой вещью, а не женщиной. Вещью, которая когда-то сбежала… Вещью с амбициями, желанием жить, а не повиноваться. Побег по причине непринятия его и его культуры. А возможно, на это влияли другие моменты, о которых ему не суждено было знать.

С их последней встречи она похорошела… Более четкие черты лица, местами угловатая фигура в прошлом приняла женственные изгибы, и только глаза, лишь они вовсе не изменились с того времени… Сари, которые она носила на протяжении всей жизни, были ей необычайно впору и даже сейчас, когда ее знатно вымотала и испачкала поездка. Каждый не решался начать диалог первым, окунаясь в то, что успели пережить и подытожить. В любом случае, молчание имеет свойство заканчиваться, и первой заговорила Манджула, она почти всегда выступала первой в их диалогах, и именно этим она зацепила любителя наложниц, женщин и ласки. Однако сейчас он смотрел на нее по-другому, а в его голове были и вовсе смутные чувства насчет этой персоны.

— Какой сюрприз! — недовольно сложила руки на груди индианка. Она вряд ли обрадовалась их встрече, ведь всячески старалась не пересекаться, даже когда они пару раз нечаянно встречались на ярмарках. По-арабски она говорила довольно умело, ведь годы практики не пошли коту под хвост, однако до сих пор был слышен индийский акцент, хотя голос взаправду изменился. Стал более взрослым, что заставило Юсуфа слегка ухмыльнуться.

— Ранее сюрпризы были твоей прихотью, — непонятно с какими эмоциями сказал Саладин, ставя индианку в неловкое положение, ведь она так и не поняла, зачем ему понадобилась.

— Увы — пережитки прошлого, — отчеканила она, поворачивая голову в сторону окна и смотря на далекие пески, простирающиеся на мили вокруг. Если ей не изменяет память, то сейчас они в Тикрите. Ох, длительная выдалась поездочка! Они еще добрались-то без приключений и относительно безопасно, то, что их похитили во внимание не берем. А надо бы!

— Дело твое, — он выставил одну руку перед собой, а вторую положил на сердце, показывая, что ему это совершенно неинтересно. Затем он вновь глянул на девушку и, усмехнувшись, продолжил, — я допускаю разные варианты твоей судьбы, но ты мне понадобилась по другой причине! — сообщил курд, снисходительно разглядывая внешний вид девушки, дабы показать, что он недоволен, хотя на деле было все наоборот.

— Каковы Ваши причины на этот раз? — ехидно поинтересовалась индианка, опуская взгляд на свою испачкавшуюся одежду и упорно делая вид, будто она ей интересна больше, нежели сам Саладин. Она была готова поклясться, что мужчина закатил глаза на ее действия, вспоминая старые привычки этой особы.

— Смею предположить, что ты и сама в силах догадаться! — с неким подобием улыбки сказал Саладин. Складывалось впечатление, что он насмехается над ней. Как же хотелось расцарапать это самодовольное лицо, а после залезть на потолок и хорошенько покричать! Настолько сильно ее переклинило от его слов, которые, к слову, еще не закончились. Ведь выждав короткую паузу, чтобы понаблюдать за тем, как она пытается справиться со своей агрессией, султан продолжил, — я планирую сделать заказ.

— Я не убиваю.

— А я не требую! — отчеканил мужчина, зыркнув на девушку, что смела его перебивать. Он и вправду много унижался перед индианкой, ему стоило быть жёстче и требовательнее. Иначе она позволяет себе недопустимые вещи. Выждав несколько секунд, пока она закрыла свой рот, он наконец продолжил. — Мне надобно, чтобы ты стала шпионкой Балдуина, — высказал свое пожелание мужчина, внимательно наблюдая за реакцией Манджулы, которая оказалась… совсем не той, на которую он рассчитывал.

— Незнакома, — в манеру Саладину девушка ответила, выдержав длительную паузу.

— Государь Иерусалима, Балдуин IV, так же известен как прокаженный, — пояснил Юсуф, надеясь на малейшее взаимопонимание, однако получил лишь вскинутые брови. Индианка слегка дернула головой, из-за чего ее серьги издали приятный для ушей звон, а после, вскинув подбородок и попрощавшись с собственной гордостью, ответила:

— Я ранее не имела дел на территории Иерусалима, — сообщила брюнетка, слегка жестикулируя руками. Султан недоверчиво на нее глянул, ведь отчетливо помнил, как она упоминала Иерусалим в своих прошлых рассказах. Возможно, там были ее родственники. Хотя по внешности так и не скажешь. Он хотел ей припомнить этот инцидент, однако она его, как всегда опередила, — у меня есть условие, — заранее предупредила девушка, смотря, как широкая улыбка проведала мрачное лицо Саладина.

— Какова твоя прихоть? — поинтересовался мужчина, выгибая бровь, тем самым давая понять, что не все услуги он готов выполнить.

— Ты отпустишь моих людей! — стальным тоном произнесла Манджула, после чего уже в более мягкой манере добавила. — Тогда, и только тогда я согласна на сотрудничество, — она слегка улыбнулась, принимая сложившуюся ситуацию. Если смотреть наиболее позитивно, то она научится в будущем быть более бдительной. Султан смотрел на нее более чем удовлетворено, тем самым заставляя индианку вновь ощущать себя на высоте.

— По рукам! — согласился мужчина, протягивая когда-то любимой женщине руку. На секунду она задумалась, но после хрупкая ладонь оказалась в более грубой и шершавой.

Он готов был поклясться, что в тот момент выглядел глупо и неуместно. Ведь столь длительные рукопожатия с женщиной — недопустимы. Манджула старалась вести себя спокойно, однако после непонятно по какой причине затянувшегося обмена любезностями, как обожжённая, выдернула свою руку из его хватки. После чего неудобно забегала глазами по помещению, делая вид, что его безликие стены — произведение искусства!

— Перейдем к распределению обязанностей? — неуверенно пожала плечами индианка, в попытке скрасить напряжение, воцарившееся меж ними.

— Прошу тебя! — он указал в дальний угол комнаты, где располагался ковер и различные фрукты в вазе. Кивнув на предложение, они оба преодолели расстояние, усаживаясь в две абсолютно одинаковые позы лотоса. Там стоял чайник с заварником, да и кипяток был свежий, по сей причине Манджула решила разлить чай в две небольшие кружечки из китайского фарфора. У нее в точь-в-точь такие же! Саладин внимательно наблюдал за ее действиями, чтобы она ему ничего не подсыпала, но, не заметив пороков, принял в руки предмет посуды, так любезно ему протянутый.

— Благодарю, — выдал он свое почтение, сделав небольшой глоток так, что слегка остывшая жидкость приятно смочила горло, он серьезно взглянул на Манджулу. — Ты должна пробраться в иерусалимское королевство под видом лекаря для государя, — сообщил он, делая еще один глоток чая и отвечая на вопрос, что сидел на языке у индианки, — он болен проказой, но ежели ты соизволишь одеть перчатки, то вероятность заражения очень мала, — слегка успокоил он ее, ведь на месте Манджулы сам бы не хотел умереть в муках, которыми страдает Балдуин. Теперь брюнетка смотрела спокойно и уже могла задать интересующий себя вопрос.

— Мне отчего-то думается, что его не лечит невесть кто, — с сарказмом протянула девушка, напоследок добавив. — Бьюсь об заклад, конкретно до короля, не имея весомых аргументов, пробраться не выйдет! Даже у меня… — а она и взаправду обладала навыками обмана, а также умения сливаться с окружающей средой. Как хамелеон. Ее слова не остались без должного внимания, поэтому Саладин ответил в тот же момент.

— К нему направляется шотландский лекарь, и завтра у ворот крепости мы его перехватим, — сообщил Юсуф.

— Ежели это женщина, то вряд ли путешествует в одиночку. Ежели мужчина, то как мне доказать, что я не самозванка? — предположение было верным абсолютно во всех его проявлениях. Однако даже сам султан не знал ответа на этот вопрос, поэтому посчитал, что скинуть обязанность со своих плеч на Манджулу — самый легкий путь. А так оно и было.

— Это уже твоя забота.

— Допустим… — вытягивая последние буквы слова, она поспешила перейти к обсуждению самих обязанностей. — Мои конкретные обязанности?

— Ты должна сблизиться с королем. Будете Вы просто товарищами или же чем-то большим — решать тебе. Однако ты обязана каждую неделю высылать мне письма симпатическими чернилами. Ты их будешь вкладывать в письма о состоянии здоровья Балдуина и под предлогом проверки главного врача отправлять на родину. Мои люди перехватят их в два счета. Так будет продолжаться до того, пока мы не получим необходимое количество информации.

После столь долгих пояснений он допил содержимое посуды, отставляя ее в сторону и сосредотачивая все свое внимание на Манджуле, которая получила достаточно пищи для последующих размышлений.

— Добро. Что будет в случае того, если моя актерская игра перерастет длинною в годы? — ей и вправду было интересно, ведь такое задание — процесс долгий. Что будет, если она задержится больше чем на год? Что будет с ее компанией? Разгладив бороду, Саладин перевел взгляд в сторону окна, вглядываясь в горизонт и обдумывая ответ на заданный вопрос.

— Не думаю, что здоровье позволит ему столько жить, а так… Все зависит от продуктивности твоей работы, — сказал султан, снова возвращая свой взор на Манджулу. Глаза той заметно погрустнели, однако телом она это не показывала.

— Когда в путь? — задала последний вопрос индианка, уже настраиваясь на предстоящую поездку.

— Завтра на рассвете… — слегка охрипшим голосом произнес Саладин, вероятно, он приболел, но этого не показывал. Узнав время своего отбытия, девушка жадно сделала последние два глотка, после чего многозначительно глянула на мужчину.

— Могу я до отъезда принять ванну, поспать и получить чистую одежду? — внешне она выглядела невероятно уставшей, в душе, вероятно, пострадала еще сильнее, хотя девушка этого не показывала. Возможно, Саладин хотел, чтобы все время до отбытия она провела с ним. Но такие мысли он посчитал запретными и совершенно непозволительными, поэтому лишь кивнул на просьбу и коротко добавил:

— Мои подданые проведут тебя в покои, — сообщил он, а она решила, что свободна, безцеремонно встала с кровати, после чего отправилась к выходу. Султан грустно смотрел ей вслед, подмечая в ней изменения за такой период. Внезапно она повернулась, и полным уверенности взглядом посмотрела на мужчину, сказав то, от чего у него перехватило дыхание.

— Не держи на меня зла, я не отношусь к тебе плохо, — создавалось впечатление, что речь она готовила, тем самым заставая курда врасплох. Меж ними вновь повисло неловкое молчание, а Саладин все думал, что бы такого величественного ей ответить.

Однако взгляд голубых глаз заставлял нервничать, и он выдал невероятно скупую речь простолюдина!

— Не бери в голову! — поняв, какую чушь он сказал, ему стало не по себе. Однако девушка на его слова кивнула, и, махнув шелковистой шевелюрой, зашагала прочь.

Стражник ее повел в покои от самого входа ворот, а султан остался так же сидеть на ковре в позе лотоса. Его последние слова взаправду были худшими за их разговор. Но, похоже, ее это не волновало. А вот его, видимо, очень…

***

Улучшить самочувствие помог хороший сон, теплая ванна и плотный ужин. Приём был удивительно теплым, если учитывать что она — заложница. Однако Саладин не одарил ее своим присутствием ни на ужине, ни на отбытии сегодня с утра. К такому длительному путешествию стоило готовиться намного дольше, но ей, естественно, никто не дал такого ценного ресурса, как время. Поэтому она сложила лишь пару нарядов в дорожную сумку, что походила на то, что носили лекари в Шотландии. Честно говоря, на родине Манджулы любили более красивые вещи, но для выполнения задания стоило отказаться от них на несчитанное количество часов. Кстати говоря, именно это и пугало девушку больше всего. Что, если ее задание перерастет длинною в годы? Пока об этом было слишком рано думать, однако опасения никак не могли покинуть голову индианки.

Ашок и Джохар были выпущены на волю, как и обещал Юсуф. Естественно, это не давало возможности Манджуле сбежать, ведь до Иерусалима ее обязана сопровождать личная стража султана. В нее входили лучшие воины со слишком самодовольными физиономиями, которые девушке хотелось хорошенько почесать, ведь они не упускали возможности на протяжение всей дороги подшутить над ней. Не в открытую, конечно, однако посыл был понятен.

Собственно, выехали они ранним утром, ведь от Тикрита до Иерусалима плюс-минус ехать три дня. У них была другая задача — приехать, как можно раньше, дабы перехватить нужного им человека. По письмам шпионов Саладина, человек был замечен на территории Византии около недели назад, это означало, что путнику понадобится не больше четырех суток для добора. Стоило поторопиться, чтобы не упустить загадочного лекаря, на судьбе которого строился весь план.

Шесть стражников на протяжении всех трёх дней выражали удивительное спокойствие, гордо восседая на своих конях. Бахидж — больше всего ей понравился именно он, помог скрасить скучные скитания в песках. В отличие от остальных мужчин, он принимал ее за человека и мог позволить обсуждать с ней довольно серьезные темы. Которые, порой, обсуждать не стоило, однако он удивился ее взглядам на жизнь и уважал чужую точку зрения.

Поспать за все время удалось лишь один раз, и то недолго. Хотя, еда была свежая, вкусная и воды хватало, поэтому жаловаться было не на что. Если не учитывать, что Манджула в плену и подвергает себя смертельной опасности. Страшно даже подумать, что произойдет, если ее раскроют. Сомнения терзали душу девушки на протяжении всего пути, ведь такое задание ее поджидало впервые. Индианка надеялась, что знание дела не сыграет злую шутку и она не сглупит, подвергая свою жизнь смертельной опасности. И чем ближе они подходили к иерусалимскому королевству, тем сильнее сердце отбивало тревожный ритм в ее груди.

За время их путешествия картинка поменялась. Бескрайние пустыни сменились редкими лужайками, а стены города находились в паре милях и их можно было заметить невооружённым глазом. Да и температура стала не такой высокой, но арабам дальше идти нельзя. Их мало, заметят — прикончат, если бы не Бахидж, то Манджула обрадовалась такому исходу событий, однако, в таком случае, ей бы самой угрожала опасность.

— Стоять! — крикнул главнокомандующий — Валид. Он раздражал ее больше остальных, ведь любил строить из себя важную персону, коей, к сожалению являлся. По его приказу все семеро слезли с лошадей, разминая мышцы после столь длительной дороги.

— Как себя чувствуешь? — поинтересовался Бахидж, внимательно рассматривая измученное лицо Манджулы. Она, вероятно, вымоталась не меньше их всех, а ей еще стоило правдиво сыграть роль девушки-лекаря, чтобы ей поверили, а не бросили в темницу.

— Сносно, — коротко ответила индианка, всматриваясь в величественные постройки Иерусалима, которые выглядели довольно внушительно. Ей в голову пришла мысль: «каков он?». Естественно, мысли были о государе данного места. Он ведь болен… Ее новоиспеченный друг, словно, снял с языка ее опасения по поводу своего здоровья.

— Ты не печалься, к тебе, как к христианке, они отнесутся хорошо. Проблема скорее в опасности болезни Балдуина… — христианство — было той религией, которую она должна была выдать за свою, не зная абсолютно ничего из проповедей Библии. Слава Богу, Саладин раздобыл для нее старую, непонятно у кого отнятую книгу, по которой она могла минимально ознакомиться с этой религией. Последние слова араба были сказаны максимально печально. Он и вправду распереживался о здоровье Манджулы, ведь, даже если все пройдет удачно, она может обнаружить и у себя проказу тоже.

— Насколько мне известно, заразиться можно лишь дотронувшись до его крови. По крайней мере, индийские врачи, коих я знала, давали мне именно такие сведения, — поделилась знаниями брюнетка, успокаивающе глядя на мужчину. Однако в глубине души, она сама мало в это верила, но надежды не покидали ее сердце.

— Ты главное, используй все то, что будет лежать в сумке того лекаря. Авось, вылечишь, — дал ей поручение Бахидж, подбадривающе улыбаясь.

— Всякое бывает, — пожала плечами девушка, после чего перепроверила сумку, в которую была накидана уйма вещей. Три платья, Библия, крест — для создания иллюзии полной веры, и, естественно, ее излюбленный веер, без которого она бы не поехала. Уж слишком ей запала в душу эта вещица!

Бахидж, кстати говоря, уже отошёл к остальным мужчинам, что переговаривались, вероятно, об отсутствии подъезжающего лекаря. Манджула к этому тоже не осталась равнодушной, усердно вертя головой, в попытках заметить любезнейшего. Как она узнала приблизительно через час, ее спутники решили разделиться и стоять в разных местах, ведь он мог ехать с любой стороны.

К глубочайшему сожалению, ее оставили в том же месте с Валидом, чтобы ее охраняла нужная стража. Ведь от такой, как Манджула, ожидать можно было чего угодно. Она уже подготовила в кармане тот самый нож, которым она отрезала яблоко в шатре Зи-Хао. Пробить сердце этому остолопу было ее мечтой с самого начала путешествия, и давайте будем честны, у нее не было ни малейшего желания ехать в Иерусалим шпионкой. Еще и к неизлечимо больному королю в придачу.

Валид ее компании был рад не больше, поэтому некоторое время, стоя на холме, они метали друг на друга убийственные взгляды. Солнце уже садилось, и наступало лучшее время дня для жителей жарких стран. От других постов не было ни слуху, ни духу, а самой Манджуле с каждой секундой становилось все скучнее и скучнее, поэтому она решила попытать судьбу.

— Как там тебя? — больше задавая вопрос самой себе, а не собеседнику, но все же получила ответ. Естественно, он помнила имя этого упыря, но испытывать судьбу — святое!

— Валид, — недовольно буркнул он, после чего не удержался от комментария. — Потеря памяти? — упрекнул девушку он, почесав подбородок и переводя глаза на собеседницу.

— Вторая за такой короткий срок — перебор. Не считаешь? — хоть Валид, вероятно, ничего не понял, девушка все же посчитала свой ответ достойным. Реакция мужчины ничего в себе не выражала, помимо слишком громкого цоканья языком. Манджула закатила глаза, на момент замолкая, после чего резко воскликнула, — гляди!

— Что? — вскрикнул араб, посмотрев туда, куда указывал тонкий палец Манджулы. Не успел он возмутиться тем, что ничего интересного для себя не увидел, его пырнули ножом в брюхо.

Фатальная ошибка…

Он был одет в кольчугу. Вы спросите, как можно было не увидеть кольчугу? Ответ прост. Под полностью закрытой белой и к тому же плотной одеждой невероятно сложно увидеть такой атрибут. Нож звонко ударился о металл, и, вероятно, Валид все просек. Еще бы! Он смотрел на нее орлиным взглядом, а его широкий нос то сдувался, то раздувался. Роковая оплошность!

— Не забывай, ты у меня в плену! — крикнул мужчина, хватая девушку за шею. Она впилась короткими ногтями в кожу, схватившей ее руки. А Валид продолжал, — так что веди себя уважительно! Иначе… — он выдержал устрашающую паузу, всматриваясь в глаза Манджулы, увы, ничего не выражающие, а после закончил свои громкие речи. — Я позабочусь о том, чтобы ты померла до возвращения домой! — он говорил это так убедительно, рассчитывая на получение уважения. К сожалению, слегка хрипящая индианка, не выражала абсолютно ничего, из-за чего Валид хорошенько тряхнул ее, говоря вдобавку:

— Тварь! — честно говоря, это было лишним, поэтому Манджула со всей силы ударила ему в пах.

От неожиданности мужчина расслабил руку, однако не убрал, давая этим самым стержень Манджуле. Почувствовав землю под ногами, она схватила его руку и, скрутившись, присела, тем самым проведя успешный бросок. Спина араба поцеловала землю, отчего он болезненно заныл, но сразу приподнялся на локтях, дабы встать, однако его оседлали. Манджула прижала его бедра своими, из-за чего они оказались не в самой приличной позе, а к горлу приставила свой нож.

— Заботливый! — подытожила девушка, вспоминая его угрозы и смотря на удивлённое лицо мужчины. Сначала ей показалось, что так удивленно он смотрит на нее. Однако позже поняв, что глядел он будто сквозь нее, девушка повернулась. Там был он…

Лекарь пронесся в метре от них, это был точно он. По сей причине Валид и Манджула резко встали с земли, чтобы успеть перехватить того, кого они так долго ждали.

— Залазь! — мужчина уже восседал на белом скакуне и, подав руку индианке, поспешно предлагал ей присоединиться.

— Что за милостыня? — усмехнулась девушка, но руку приняла.

— Сегодня дивный день! — намек на помолчать был успешно понят, поэтому араб пустил лошадь в галоп, как только Манджула обхватила руками его торс. Это была вынужденная мера, чтобы на скорости не слететь с седла. Оба быстро неслись, что воздух обдувал щёки, однако цель их заметила. Конь перепрыгнул кочку на дороге, из-за этого обоих всадников хорошенько встряхнуло. Валид громко свистнул, чтобы остальные помогли окружить лекаря. И вскоре данная задача была выполнена, так как черный скакун громко заржал, вставая на задние ноги по причине со всех сторон стоящих лошадей.

— Слезай, да поживее! — приказал ему главнокомандующий, направив свой клинок лекарю на зону шеи. В глазах довольно упитанного мужчины немолодых лет застыл животный страх. Он прижал толстенькие ладошки к своим щекам, слегка похлопывая, а после слезая с животного.

— Прошу Вашу милостыню милейший, у меня не было плохих намерений! — стал оправдываться старичок, склоняя голову в покорном жесте. Говорил он нездешним языком, по сей причине уразумели посыл его слов лишь Манджула и Валид. Другие всадники смотрели недоверчиво, однако теперь сомнений насчет того, что он лекарь, не было ни малейших.

— Отдавай сумку, — уже более уравновешенно приказал Валид, убирая с его глотки лезвие оружия.

— Держите, держите! — он сразу снял с себя кожаную торбу, передавая ее в руки собеседника. Приняв ношу на себя, араб сразу передал ее сидящей сзади Манджуле, и та с нескрываемым интересом стала рыться в содержимом.

— Кажись — лекарь, — выдала вердикт индианка. Про себя отмечая, что здесь огромное количество рецептов лекарств, нездешние растения в банках, а также защитный костюм. Вероятно, бинты выдадут уже на месте. Ее спутники удовлетворенно стали кивать головами, отмечая свою отличную работу. Однако сам лекарь очень обеспокоенно посмотрел на свою сумку в руках Манджулы, а после жестом указал на уже не свою вещь.

— Постойте же Вы, любезнейшая! — сиплым старческим голосом начал он, — там лечебные настои для государя! Что же я ему скажу, коль приеду с пустыми руками? — поинтересовался он за свою дальнейшую судьбу, однако взгляд Валида, Бахиджа и других путников не выражал ничего хорошего, из-за чего задержанный пугливо озирался на всех присутствующих.

— Не думаю, что тебе предстоит оправдываться перед государем, — передразнивая интонацию последнего лекаря, ответил главнокомандующий. После чего кивнув головой одному из своих, возвратил свой взор на старичка, который собирался ответить что-то невнятное, но не успел. — Завещание государю от твоего владыки! — Валид попросил устав, дабы Манджулу на полных правах пустили в город. Его крупная ладонь была вытянута перед стариком, а вторая рука держала меч, приставленный к горлу.

— Простите, я не могу… — начал оправдываться мужчина, однако лезвие уже коснулось его шеи, отчего ему пришлось из кармана достать помятый от долгой дороги конверт. Когда письмо было отдано арабу, мужчину резко ударили по голове чем-то тяжелым, отчего он, постояв пару секунд на месте, безжизненно рухнул на пол. Естественно, душа не покинула его тело, он лишь лишился сознания, ведь убивать так близко к стенам города нездешнего человека было очень опрометчиво.

— Всё Вы можете, — скользко добавил Валид, смотря на лежащую тушку лекаря. Стража Саладина посмеялась, а после они потратили пару минут на то, чтобы погрузить тело мужчины на лошадь одного из всадников. Его дальнейшая судьба была неизвестна Манджуле, которая все это время внимательно читала завещание. Слава Богу, в документе не было указано пола лечащего человека, ведь все заменялось словом врач, что конкретно упрощало ситуацию. Естественно, индианка не была до конца уверена в успехе этого задания, ведь на месте короля она бы достоверно проверяла чужеземцев на наличие гнусных намерений.

Время вышло…

Увы, время вышло — как на раздумья, так и на дальнейшую нормальную жизнь. Теперь ей предстояло прощаться со стражей Саладина. Ей было грустно от расставания с Бахиджем и радостно от избежания компании Валида, так что чувства были весьма смешанными.

Все стражники на нее смотрели по-разному, когда во время заката они стояли на холме и прощались. Особенно грустным был ее новоиспеченный друг, который подошел, сидя на коне, поближе к девушке, чтобы достойно попрощаться.

— Мне радостно, от того, что я имел честь знать тебя Манджула, — он приложил руку к сердцу, слегка склоняя голову в знак почтения. По сердцу индианки заскребли кошки, однако времени было слишком мало, чтобы позволять себе долгие прощания.

— Твои чувства взаимны, Бахидж, буду надеяться, что мы еще повидаемся, и не раз, — она так же повторила жест, а после того, как ее приятель с грустной улыбкой отошёл, она обратилась к остальным стражникам. — Благодарю, что обеспечили мне безопасный добор, счастливой дороги!

— Удачи, — коротко кивнул Валид на ее слова, отвечая сразу за всех ребят. Их она не сильно хотела запоминать, ведь они оставили ее абсолютно равнодушной. Однако вежливость должна стоять не на последнем месте, все-таки если учитывать то, что она пленница, отнеслись они к ней довольно презентабельно.

Напоследок взглянув на мужчин, девушка дернула поводом, и грациозный белый скакун унес ее на святую землю.

***

К воротам Иерусалима постепенно приближался белый скакун. Он грациозно двигался, везя на себе всадника, облаченного в белые одежды, которые прикрывали не только тело, но и лицо, и даже волосы. Все это было сделано для того, чтобы в пустыне чувствовать себя комфортно и лишний раз не потеть. Белоснежная ткань легко развевалась вслед всаднице, которая спустила ткань с лица до подбородка, дабы ее профиль был легко заметен стражникам, стоящим на входе. С двух сторон от девушки висели сумки, первая — украденная у лекаря, а вторая — собственно, собранная в Тикрите. Вручную написанное письмо государю данных земель, было зажато в ладони, чтобы поскорее проехать в город.

Когда девушка остановилась возле стены, на индианку уставились двое хорошо сложенных стражников, облаченных в кольчуги, шлемы и обязательно имеющих при себе достойное оружие. Первый был ниже второго, и, должно быть, старше, на что явно указывали густые усы и давно не стриженая борода. Второй, как показалось брюнетке, был довольно юн, а также имел крупный шрам на все лицо и еще парочку в зоне подбородка и переносицы. Что поделаешь, таков результат военных походов. Внешне они напомнили Манджуле Джохара и Ашока, за перепалками которых она уже успела соскучиться за довольно короткий срок времени.

Оба недоброжелательно уставились на девушку, подозрительно оглядывая ее одежды. Бородатый направил на нее свой меч и, фыркнув, сказал:

— Что забыла дева такой расы на наших землях? Шпионка? — недоверчиво начал он. Голос его был хриплым и довольно неприятным на слух, отчего хотелось поморщиться.

— Нет, господа. Вы неправильно меня поняли. — поспешно начала оправдываться Манджула, корча из себя невинную, только родившуюся на свет девицу. Естественно, она столкнулась с неодобрительными по отношению к ней взглядами, по сей причине пришлось объясниться. — Меня пригласил Ваш государь в качестве своего лекаря.

— Да, нам говорили встретить Вас, — кивнул головой более юный стражник, слегка подвигая плечом своего разъярённого друга. — Однако в указе четко говорилось, что прибудет мужчина… — после этих слов все стало ясно и в несколько раз сложнее. Вероятно, Балдуин посчитал, что лечить его будет особа мужского пола, ну ничего, мы это исправим.

— Ах, да. Держите, господа! — она поспешно протянула письмо одному из рыцарей, надеясь, что они на это поведутся и не устроят ей неприятностей. Глаза бородатого со скоростью света забегали по строчкам, и он недоверчиво глядел то на Манджулу, то на своего соотечественника.

— Вы из Шотландии? — провокационно спросил он, осматривая индианку с головы до пят.

— Именно так! — кивнула головой девушка, изображая саму невинность, хотя ее уже раздражала сложившаяся ситуация.

— Тем не менее, внешне Вы не походите на северные народности, — заметил он, ставя девушку в неловкое положение, однако, она уже думала, что делать в случае того, если ей зададут подобный вопрос.

— Моя мать родом из Индии, — сообщила брюнетка, надеясь на благосклонность задержавших ее персон. На ее пояснение они лишь кивнули головами и отошли от нее на пару метров, обговаривая сложившуюся ситуацию. Хотелось рвать и метать от того, что все происходит не так, как она рассчитывала. Но в том-то и проблема. В глубине души она все же догадывалась, что даже на таком простом этапе, как попасть в город, что-то пойдет не так!

Мужчины переговаривались минут пять, из-за чего Манджула уже успела заскучать, однако они вновь почтили ее своим вниманием, неся недобрые вести.

— Нам нужно разрешение, чтобы провести Вас к королю, — учтиво начал высокий. — Придётся подождать.

— Ничего, я подожду Вас, — смирено кивнула девушка, слезая с коня, после чего беря его за повод, повела к стене. Как же ей все это надоело! Уставшая, голодная и жаждущая отдыха, она присела на сухую траву, сразу вскакивая с нее.

— Ай! — шикнула брюнетка, потирая мягкое место, в которое впился острый шип сухой травы, на который она села. Лошадь подняла голову, смотря на свою новую хозяйку и мордой боднула плечо Манджулы, на что получила ласку и поглаживания по загривку. Стражник удивлённо посмотрел на девушку, но ничего не сказал. Паренёк куда-то исчез, вероятно, пошел искать человека, который имеет право впустить неизвестно кого в город.

Ждать пришлось около часа, все это время Манджула гладила животное и размышляла насчет собственного будущего. Жаль, что такой горький, но правдивый ответ, как смерть, казался не таким уж и нереальным. В конце-концов юнец привел еще двоих людей, которые должны были обеспечить полную безопасность похода.

— Куда мы направляемся теперь? — задала вопрос Манджула тому самому юноше со входа, когда они под неодобрительный взгляд бородатого зашли в город. В глаза стразу бросились ухоженные улицы, белоснежно выкрашенные дома, а также хорошо одетые люди. Такое место не предвещало ничего плохого, заставляя с первого взгляда влюбиться в свою нежность и красоту. Однако опыт Манджуле подсказывал, что тут, ох, как все не просто!

— Тебя стоит показать королю, мы не имеем права распоряжаться твоей судьбой, — вкратце сообщил мужчина, оглядываясь по сторонам, дабы никто другой не подслушал их разговор. В тишине индианка и трое стражников шли около двадцати минут до самого дворца. По крайней мере, Манджула не знала, как именно у них называется территория, где обитает государь, но тут явно было симпатично. Довольно зелено, красивая архитектура, выполненная в белоснежных песочных тонах. Вероятно, ночью здесь по-своему необыкновенно, и Манджула поскорее хотела все здесь изучить для успешного выполнения задания.

Как только за ними закрыли ворота, помимо красот замка можно было увидеть высокого молодого юношу, нервно поджидающего их у входа. Как только он заметил индианку, то его глаза полезли на лоб, ведь он до конца надеялся, что прибыл мужчина, и весь переполох устроили зря, видимо — нет. Манджула, вопреки своему истинному настрою, улыбнулась милейшей улыбкой, делая легкий поклон головой.

— Государь пока что занят, он велел Вас накормить, Вы ведь наверняка устали с дороги, — поспешно начал юнец, протягивая девушке ладонь для рукопожатия.

— О, благодарю Вас, однако я лучше бы прилегла, голова что-то болит, — естественно, россказни о плохом самочувствии были ложью. На ее выпад собеседник выгнул одну бровь, учтиво хмыкнув.

— Прошу прощения, однако мы не имеем права оставлять Вас без надзора до знакомства с королем… — пояснил свою позицию юнец. — Это мера предосторожности, не поймите меня неправильно.

— Извините, не знала! Тогда я не против того, чтобы отобедать, — более весело начала девушка, получая одобрительную улыбку в ответ.

— Я сопровожу вас в покои, где вы можете подождать, скоро будут подавать ужин, — сообщил юноша, слегка махнув рукой на главный вход. — Пройдемте! — он подозвал девушку и двоих ее «охранников». Честно говоря, индианку не впечатлила перспектива долгого ожидания короля, но делать было нечего.

Для того, чтобы влиться в повседневную жизнь этого места, стоило завести как можно больше знакомств. Однако стоит это делать уже после встречи с Балдуином, сейчас же было самым важным расположить к себе этого юношу. Слегка ускорившись, она поравнялась с ним, длинный коридор сменился просторным и в меру прохладным помещением. На столе стояла ваза с фруктами, а на полу были расстелены ковры и лежали подушки, вероятно, ждать она будет с комфортом.

— Располагайтесь, — юнец кивнул девушке на самый ближний ковер, а стражникам на дальний угол комнаты. Где они, собственно, и простояли, молча смотря в стену, пока девушку знакомили с восточной культурой. Манджула специально села с полностью вытянутыми ногами, изображая полное замешательство. Если девушка северных народностей садилась в позу лотоса, это вызвало бы много подозрений.

— Вы, вероятно, незнакомы со здешними традициями… — протянул слова, как оказалось, коротко стриженый брюнет. А увидела она это, когда шлем был благополучно снят.

— Откуда мне, я обыкновенная христианка, — девушка скромно опустила голову вниз, заставляя юношу слегка улыбнуться.

— Позвольте мне Вам оказать помощь? — поинтересовался брюнет, слишком доверчиво глядя в глубокие голубые глаза Манджулы.

— Буду премного благодарна!

Юнец не соврал, и, наслаждаясь кружкой прохладной воды, он увлек ее в интересную историю востока, а также самого Иерусалима. Полученные знания в основном не были новыми, однако факты о Святой земле оказались не просто полезными, а довольно-таки увлекательными. Так Манджула узнала, что ее сопровождающего зовут Арон и он работает одним из стражников самого дворца. Временами они смеялись, однако через час дружеская беседа стала немного надоедать, от чего хотелось наглухо закрыться в какой-нибудь темной комнате.

Ее сокровенное желание было исполнено, ведь в скором времени в комнату пожаловал еще один здешний воин.

— Государь желает говорить с лекарем, — в голове Манджулы промелькнула мысль «ну, наконец-то», ей и вправду было невтерпёж уже. Поэтому, встав с красного ковра, она взглянула на Арона.

— Благодарю Вас за предоставленную помощь, до скорой встречи, — спокойно поблагодарила его Манджула, кивнув головой в знак почтения.

— Взаимно.

После короткого ответа Арон поспешил по своим делам, а Манджула, новопришедший стражник и двое охранников, уже успевших заскучать у входа, направились к покоям короля. Честно говоря, дворец короля Святой земли, был весьма запутанным, поэтому приходилось тщательно запоминать все ходы.

Наконец, достигнув цели, перед брюнеткой предстали массивные двери с красивыми узорами. Естественно, на входе так же стояла охрана, которая своими массивными оружиями перегородила вход новопришедшим. Тут в ход вступил тот самый стражник.

— С этой женщиной король хотел говорить, — снисходительно заметил он, глядя на очень суровых амбалов, которые были шириной, как три Манджулы. Слегка потупив взгляд, они снова открыли проход, и девушка уже думала зайти, как поняла, что вместе с ней никто не движется. Повернувшись к мужчинам, она слегка выгнула бровь.

— Государь изъявил желание говорить с Вами наедине! — слегка дергая головой, ответил стражник, из-за чего Манджула, недослушав, пошла вперед, отворяя массивную дверь, а после закрывая ее за собой.

Лицо почувствовало теплую температуру помещения, а, присмотревшись вглубь комнаты, она пришла в немой шок…