Сказки тайной стороны

ПРОЛОГ

Я мощными гребками вспарывал водную гладь. На ее поверхности плавали колкие льдинки. Хрупкая блестящая корочка едва успела схватиться. Впереди показалась набережная, обнесенная белыми балясинами. Вот это я распсиховался, даже не заметил, как водную тропу открыл и из реки в озеро перескочил!

Злость всколыхнулась с новой силой. Не, какова мавка проклятущая?! Песни мне на Купалу любовные пела, водоросли в волосы вплетала…. Я ее замуж позвать хотел, а она…. Появился этот карась облезлый, племянничек пана Водоплава Кристиана Атлантического и Лорка моя вмиг обо мне забыла. Теперь перед ним хвостом своим вертит. Эх, хвост у нее конечно шикарный, этого не отнять. Есть за что подержаться…. Да вокруг Речевода много их косяком ходит. Вот бросит он ее, пусть не бежит ко мне плакаться.

Встретить бы девушку серьезную, добрую и ласковую, чтоб меня любила, а я ее. И не смотрела бы на других мужиков. — Размечтался я и даже темп сбавил. — Да где ж ее возьмёшь такую? Все русалки вертихвостки. И речные, и озерные, а особенно морские. Кикиморы болотные, разве что постоянным нравом отличаются, но страшненькие! Плоские, с острыми локтями и коленками, зубы мелкие и кожа в бородавках. Не то, что Лорка моя … была. Эх….

Я в последний раз нырнул под воду. Течение, покорное моему желанию, подтолкнуло меня вверх. Я ухватился руками за пирс и подтянулся. Окинул взглядом площадь перед собой. Никого. Не удивительно, моя злость должна была распугать всех людей вокруг набережной. Я это не специально сделал. Просто человеки чутко реагируют на эмоции водяных. Как-никак в их теле тоже водицы достаточно. Вылез полностью и шлепнулся задом прямо в мокрый снег. Его к этому моменту уже сантиметров десять нападало. Но, что мне снег. Вода опять же. Холодный — это ерунда, мне, что в холодной воде, что в горячей — один хроматофор. Зато чешуя в хвосте блестеть ярче будет. Жаль любоваться мной теперь некому.

ГЛАВА 1: Что скрывает глубина?

1.1 Случайная встреча.

Аня

Уже минут десять я костерила брата за безалаберность, стоя под воротами дома и беспомощно дергая дверь. Замок на калитке снова замерз. А ведь я просила Глеба смазать его до отъезда. Руки без перчаток покраснели, и пальцы перестали разгибаться. Я подышала на них и со злости пнула ногой упрямую дверь. Ну и что мне теперь делать?

Мои, еще вчера, укатили в горы. А я, накануне в очередной раз завалила зачет по латинскому. Все бы ничего, но у моей преподавательницы странное чувство юмора. Пересдачу она назначила на тридцать первое декабря. Я сначала расстроилась, но потом решила, что так даже лучше. Не хочется тащить хвосты в новый год, да и в горы ехать желания не было.

Так вот, сдала я, наконец, успешно, радостная домой прискакала. А тут это!..

Соседская калитка распахнулась и из нее вышла тетя Таша.

— А, Анют, это ты тут шумишь, а я-то думаю, кто к вам так настойчиво ломится?

— Да вот, — развела я руками, — не открывается!

— Ну, это поправимо, сейчас кипятка принесу. Днем солнце какое было! Конденсат в скважине собрался, а теперь мороз прихватил, вот замок и заело. Заходи пока ко мне. Отогреешься.

Кипяток действительно помог, и согреться и замок оттаять. Конечно, пришлось еще несколько раз подергать створку туда-сюда и поелозить ключом, чтобы дверь, наконец, открылась. Но главное все получилось. Я поблагодарила соседку и с облегчением вошла во двор.

Готовится к встрече Нового Года в одиночестве, было странно. Так вышло, что именно в этот раз большинство моих друзей разъехались, а те, кто остались в городе уже давно определились с планами на праздник. Даже моя лучшая подруга Настасья сказала, что у нее все каникулы заняты какими-то загадочными делами. Хотя подозреваю, что ее стеснительность из-за сыпи на лице достигла апогея, и она решила спрятаться дома. Но от меня то зачем? Ладно, дам ей пару дней покукситься и нагряну как снег на голову.

Напрашиваться на праздник в чужую компанию я не стала. Елка у меня есть, комнаты наряжены, еды мама наготовила, будто не на одну маленькую меня, а как минимум на роту солдат.

Да и кто сказал, что отмечать Новый год нужно обязательно за столом? Пару лет назад мы с родными наблюдали салют со смотровой площадки. Обзор с горы открывался во все стороны и видны были фейерверки, запускаемые даже в соседних городах. Дым окутал улицы внизу, и стало казаться, что мы парим в невесомости, а над нашими головами распускаются волшебные цветы. Жаль, что на горе девушке без сопровождения, среди подвыпивших компаний небезопасно. Но идея выйти на улицу мне понравилась. В парке у озера наверняка соберётся много народа. Контингент там, в основном, семейный. Среди людей мне точно не будет одиноко.

Часов в десять я тепло оделась и выскользнула из дома. До городского озера мне идти минут пятнадцать. Напрямик дорога не очень, яма на колдобине. Зато выходишь сразу к стоянке перед музеем, на окраине парка.

Недавно начавшийся снег густо падал огромными хлопьями. Редкое явление для наших мест! Обычно зимы на юге малоснежные, а температуры непредсказуемые. Еще три дня назад в мамином палисаднике можно было увидеть распустившиеся примулы, маргаритки и даже розы. А потом ударил мороз и спрятал нежные цветы под тонкой ледяной корочкой, словно под стеклом. Очень красиво и немного грустно.

(Фото не нейросетевое, из личного архива 2023г).

Снег стремительно укрывал еще недавно сухую землю. На ярко освещенных аллеях было оживленно. Дети с гомоном и писком носились друг за другом и путались под ногами у взрослых. Ряженая молодежь веселыми стайками мигрировала вдоль палаток с новогодними угощениями. Запахи сдобы, апельсина и пряных трав растекались по воздуху. Я не удержалась и тоже купила себе большой стакан горячего глинтвейна. Ароматный напиток в картонном стаканчике приятно согревал руки. Снежные хлопья, словно бабочки, порхали и кружились в теплом свете фонарей. Они облепили скамейки, кусты и деревья, согнули до земли лапы молодых елей. Настоящее Берендеево царство! Кажется, что вот сейчас из-за ближайшей елочки покажется Снегурочка….

Засмотревшись на это великолепие, я не заметила, как вышла к берегу. Озеро выглядело вырезанной в холсте дырой, сквозь которую просвечивала холодная космическая пустота. Вода казалась черной и будто поглощала свет. Только на дальнем берегу загадочно сверкали огоньки. Их отражения трепетали и исчезали в чернильной воде. Старые узловатые ивы полоскали на мелководье свои ветки, покрытые ледяной глазурью. Серебро на черном. Красиво. Слева отчетливо послышался плеск. Я посмотрела туда, но ничего не увидела. Стало неуютно, и я повернула в сторону ярко освещенной набережной.

Странно, пространство между рядами перил было абсолютно пустым. От воды потянуло сквозняком. Я зябко поежилась.

Движение на пирсе привлекло мое внимание. У его дальнего конца, там, где летом обычно швартуются катамараны, вынырнул из воды молодой парень. Подтянувшись на руках, он показался до пояса.

Картинка была как из рекламы. Широченные плечи и гладкий торс, напряженные руки, удерживают его на весу, кубики пресса эффектно поблескивают в свете фонарей, по груди с длинных волос медленно стекает струйка воды, обегая все выпуклости и впадинки…. Но восемь градусов мороза, енгидрить вашу перекись марганца! А парень, словно этого не замечет. Развернулся и плюхнулся в снег, взметая хвостом искрящийся вихрь. Постойте, что…?! Хвостом!!! Интересно, мне в глинтвейн что-то специально добавили или это на мой организм отдельно взятые ингредиенты так действуют? А он на руки облокотился, голову задрал, хвостом поигрывает и на снежинки смотрит.

Большинство людей на моем месте решили бы, что спятили, и отправились к врачу. На худой конец, сделали бы вид, что им померещилось. Я же чуть ни завизжала от восторга. Разве можно отказаться прикоснуться к сказке? Тем более в Новогоднюю ночь! Долго раздумывать не стала. Перешагнула через цепочку, условно ограждающую пирс, миновала табличку с предупреждением не спускаться на лед и подошла к парню.

При близком рассмотрении хвост не исчез. Он сверкал перламутром, притягивая взгляд. Чешуйки ловили отражения и посылали на снег сотню маленьких радуг. Вид сзади тоже был очень даже. Бицепсы, трицепсы, дельтовидные мышцы спины…. Наш препод по анатомии много бы отдал за такое наглядное пособие. Еще бы, студентки в очередь отвечать выстояться.

Парень обернулся через плечо.

— Чего надобно, девица? — спросил он хмурясь.

— Хвост потрогать. Можно? — не растерялась я.

— Ну, допустим, а зачем тебе?

— Любопытно. Да и убедиться в отсутствии галлюцинаций не помешает.

Он сел ровнее и внимательно меня оглядел.

— Чья будешь? — спросил он, склонив голову на бок. Я слегка растерялась. Он уточнил:

— Ты не из наших, в смысле, не из водников. Их я всех наперечет знаю. Из лесных, или из степных?

— Нет, я человеческий детеныш.

— Не похоже. Людей я всех распугал.

Развела руками, мол, я-то здесь. Парень вздохнул:

— Слушай, если ты и правда, человек, мне перед тобой в таком обличии по инструкции показываться не положено. Давай сделаем вид, что ты меня не видела. А…?

— Вот еще! Тогда мне придется признать, что я с ума сошла. Мне такой вариант категорически не нравится. Но я готова пойти тебе на встречу, если расскажешь, почему не положено. Да и не забывай про хвост. — Сказала, улыбнувшись, и потянула руку, будто и вправду собиралась его щупать. Соблазн, конечно, был, но я же девушка приличная….

Парень отдернул хвост, приподнял венчающий его плавник вверх и покачал им из стороны в сторону с таким выражением на лице, какое бывает у родителей, запрещающих малышу бросаться кашей в стену. А затем улыбнулся в ответ. Понятно, ничего серьезного парню не грозило, иначе он не сидел бы так спокойно. Похоже, его тоже забавляла наша встреча.

— Ну, прямого запрета нет. — Ответил он. — Но так безопаснее. Народ нынче не суеверный, телефоны достанут и начнут по всему озеру гонять ради видео для Тик-Тока. Заснимут, и в инет выложат. Начальство увидит, все жабры повыдергивает. Сама понимаешь.

— А кем ты работаешь? — разговор становился все интереснее.

— Водяным, - вздохнул парень, — курирую несколько городских озер, пару рек, одно большое водохранилище и минеральные источники. Ну и так, по мелочи. Фонтаны там, пруды…

— Здорово! Не знала, что водяной — это профессия.

— Скорее призвание. К этому определенные природные склонности нужны. А по профессии я инженер по водоснабжению и водоотведению. Я в политехе учился.

От удивления я рот открыла, а парень улыбнулся так, что ямочки на щеках показались и подмигнул.

— Разочарована?

— Прозаично как-то, а как же магическая Академия? — протянула я. — Древний замок с тайнами, девочки адептки, поголовно в тебя влюбленные, убежденные, что ты царевич из древнего рода….

Парень весело рассмеялся.

— Ну какой царевич? У нас давно демократия. А магические Академии вообще сказки. Всему, что касается дара, меня отец обучал. Он и в человеческий универ поступать заставил. Сказал, что если хочу хорошим водяным стать, должен людской подход к природным ресурсам изучить. Он прав оказался, да и учиться было весело.

— А как же… — взглядом указала на его, так сказать, моноконечность.

— Одно другому не мешает, — ухмыльнулся этот представитель фольклора. — Ты лучше о себе расскажи. Кто ты, чем занимаешься?

— Я не так интересна. Обычная девушка, студентка второго курса, в фарме учусь.

— Понятно, будущее светило фармакологии, значит.

Я фыркнула.

— А зовут то тебя как, девушка-студентка?

— Аня Тропинина. А тебя?

— Илиян Семиречев. Можно просто Илья.

— А ты в озере живешь, да?

Илья не сдерживаясь, в голос рассмеялся. Я оперлась спиной о перила, сложила руки на груди и насупилась. Ну, нетактично, понимаю. Но интересно же! Можно подумать я каждый день русалов встречаю,… или тритонов…. А как этих мужиков с хвостами вообще правильно называть?

— Ну не дуйся. Просто ты непосредственная, от любопытства не можешь стоять спокойно. И глаза у тебя такие… — он изобразил руками нечто среднее между хлопаньем ресниц и щипанием гуся.

— Какие? — механически спросила я, все еще в своих раздумьях.

— Выразительные.

Бах, бах,… БАХ! — послышалось отовсюду, и небо расцветили огни первых фейерверков. Я глянула на часы. Точно, двенадцать. Надо же, умудрилась про праздник забыть! Здорово, что не пришлось встречать его в одиночестве. Год, начавшийся в такой необычной компании, просто обязан стать волшебным! Шагнула к парню и широко улыбнулась.

— С Новым годом, Илья!

— С Новым годом, Анюта! — вернул мне улыбку парень и протянул руку. Я вложила свою ладонь, и он легонько сжал мои пальцы.

Он, по-прежнему, сидел на краю пирса, опустив хвост в воду, а я стояла рядом, почти касаясь его бедром. Руку мою, парень так и не выпустил. Он удобно устроил ее у себя на плече и накрыл своей.

Мы оба молча смотрели, как огни салюта отражаются в воде. Казалось, что небо окружило нас со всех сторон и уже не понять, где верх, а где низ. Не знаю, о чем думал Илиян, а я мысленно желала нам счастья. Я каждый год желаю счастья, и представляете, всегда сбывается! Главное не проглядеть моменты его прихода.

В праздничном шуме я едва не пропустила звонок телефона. На другом конце послышался возбужденный голос мамы:

— С Новым годом, доченька! С новым счастьем! Я так рада, что дозвонилась! Мы все поздравляем тебя и желаем потрясающих сюрпризов, волнительных эмоций, завораживающих моментов. Мы уже соскучились. Как ты там, без нас?

— Все прекрасно. Я тоже вас поздравляю! Поцелуй от меня Маруську в нос. Скажи, подарок уже ждет ее под елкой.

— Тетецка, я все сама слысу. Бабуска громкую связь вклюцила. А сто в подарке?

— Ах, ты ж хитрюга! Вот приедешь домой и узнаешь.

— Ну, Ань, сказы…

— Так, Маруська, не канючь. Анютка, ты где вообще? Че грохочет-то так? — А это уже брат. Как всегда, начеку.

— Глебушка, ну ты смешной! Салют грохочет. Праздник как-никак.

— Мелкая, ты мне зубы не заговаривай. Признавайся, куда тебя понесло?

Вот сейчас впору обидеться, но я лишь вздыхаю и закатываю глаза. Старший брат — это диагноз, что поделаешь?

— Я у озера, на набережной. Не волнуйся, здесь оживленно, — слегка слукавила я, — и фонари горят. Как домой дойду обязательно тебе напишу. Не переживай.

— Тиран, отстань от сестры, дай девчонке погулять без твоего неусыпного контроля. — О, вот и невестка. Как обычно вставила пару слов, пролетая из пункта А в пункт Б. Ее уж точно на одном месте ни секунды не удержишь! — Анютка, меня слышно? Повеселись там, не знаю где. От меня тебе желаю любви, такой, чтобы как в сказке! Волшебной.

— Спасибо, Мариш.

Перекрёстная болтовня моей немного сумасшедшей, но безмерно любящей меня семейки продолжалась, а я загрустила. Правда, ведь скоро нужно возвращаться в пустой дом. А мне понравилось вот так, запросто разговаривать с водяным, которых если верить науке не существует. Но мне очень хочется, чтобы они были. И русалки, и лешие, и эльфы с драконами…. Потому, что магия — она есть. В случайном знакомстве, в нежном прикосновении, в дружеском подшучивании, в искрящихся снежинках… и в самой этой ночи!

— Ты чего загрустила? — участливо спросил Илья, чутко уловив изменения в моем настроении.

— Жалею, что не могу пригласить тебя в гости. У меня дома и оливье, и мандарины, шампанское в холодильнике. Только одной мне это все ни к чему.

А может, тачку прикатить? У меня в сарае есть… — загорелась я новой идеей. — Илюх, ты бы согласился?

— Анют, ну к чему такие жертвы? Если ты, правда, этого хочешь, я и без тачки до твоего дома прекрасно доберусь.

— Хочу. — Уверенно сказала я.

— Тогда отвернись.

Я послушно стала спиной к парню и подумала, что брат оторвет мне голову, если узнает о том, что я ночью домой малознакомого мужика пригласила. А потом прочтет моей головушке лекцию о безопасности. Можно подумать, он их мне мало прочитал. Но Илиян не просто какой-то мужик, а сказочный!

— Ну, что, идем? — услышала я голос парня и обернулась.

— Ух ты, а так тоже можно было? — удивленно воскликнула я.

Не знаю, чего я ожидала: портал, открывшийся к моему дому, или левитирующего над пирсом русала, но никак не стоящего босиком в снегу Илью. На обычных двух ногах, которые облегали светло-голубые джинсы, низко сидящие на бедрах. Собственно, это была и вся его одежда.

— Слушай, а что, ничего потеплее не нашлось? — вырвалось у меня. Он развел руками.

— Джинсы были припрятаны тут у меня с лета. Понимаешь, мне частенько приходиться вытягивать на берег тонущих отдыхающих. Потом полицейские просят показания дать, в протоколе расписаться. Не ходить же перед ними голышом!

— Ясно, тогда пойдем скорей, а то мне на тебя смотреть холодно!

1.2

Илья

Удивительно, как Новогодняя ночь, из безнадежно испорченной, стала неожиданно приятной. Исподволь я наблюдал за Аней, примостившейся напротив меня на шерстяном клетчатом пледе, сосредоточенно сведя бровки. В какой-то момент мы решили, что наше праздничное застолье в узком кругу должно перетечь в пикник под елкой.

— Рыба! — громко воскликнула моя визави и припечатала ладошкой доминошный камень. Да, да вы правильно подумали…. Еще недавно, я и сам не мог предположить, что оставшись ночью наедине с девушкой, испив с ней хмельной воды, буду играть в настольные игры, получая при этом огромное удовольствие!

Анюта оказалась такой… чудесной.

Пока мы шли, она щебетала, словно птичка. И все шарфом поделиться пыталась. Смешная. Я же не мерзну совсем, а она на мой голый торс из под ресниц глянет, да и спросит, точно ли я не простыну. А мне, когда она смотрит, еще больше красоваться хочется. Ну не привык я стесняться перед девушкой. Особенно если она так хороша собой. Щечки от мороза розовые, губки пухленькие, глаза светлые, добрые, в золотистых ресницах.

Странная она. Сам я раньше не показывался перед людьми в истинном обличии, но другие рассказывали, что, обычно, увидев хвост, представители двуногих, начинают креститься или материться, иногда одновременно. Некоторые особо впечатлительные обещают бросить пить. Отдельные экземпляры целоваться лезут, но эти девочкам попадаются чаще. А она пришла в восторг только от того, что я существую.

Дома, усадив меня на диван, Аня летала вокруг маленьким вихрем. Стол красиво накрыла, даже в центр стеклянную чашу с плавающими свечками поставила. Вкуснотищи всякой натащила. Я такое изобилие домашней стряпни не видел с тех пор, как отец на пенсию вышел, и родители переехали.

За разговорами и тостами ночь уплывала незаметно. Я уже в который раз разглядывал девушку. Симпатичная, худенькая и миниатюрная. Волосы того удивительного оттенка, когда уже не блондинка, но и рыжей еще не назовешь. Золотистые. А глаза голубые, ясные, прозрачные как воды горного ручья. Светлые ресницы, не тронутые тушью, делали их еще ярче. От этого они выглядели широко распахнутыми. Казалось, что мир все время удивляет ее. А может, так оно и было на самом деле.

Она, поймав мой взгляд, смутилась и мило покраснела. Мне это неожиданно понравилось. Во-первых, ее явная симпатия была как бальзам для моего уязвленного Лоркой самолюбия. Во-вторых, среди русалок смущающуюся девицу в принципе не встретишь.

Вы не подумайте, что я легкомысленный, не успел с одной расстаться, как уже на другую плавник положил. Просто природа у русалов такая, все время просит продолженья рода. Ну да я ведь не дурак, знаю, что ничего, кроме мимолетного знакомства, человечке предложить не смогу. Даже, жаль, что она не из наших. Запала мне в душу девочка.

Хотя может потому и зацепила она меня, что не похожа на русалочью породу. С мавкой, что? Чуть побултыхаешься в камышах к общему удовольствию. Замуж не позовешь, так она страдать не будет. Махнет хвостом и отчалит искать берег получше. Анютке же любовь на всю жизнь нужна, это я сразу понял. Вот и играем в настольные игры, вместо тех, в которые я обычно привык играть.

Не скажу, что я расстроен. Уютно беседовать с человеком, не принадлежащим к тайному миру, тоже оказалось необычно. Иногда наш разговор сворачивал на серьезные, философские темы. Но чаще она меня смешила.

Аня не знала очевидных для водяного вещей, зато щедро делилась домыслами и предрассудками. Некоторые из них я еще не слышал. Обязательно расскажу друзьям при встрече. Они обожают небылицы, порожденные людской фантазией.

Анюта стала клевать носом и опасно накренилась в сторону колючего дерева. Придерживая ее за плечи, подтянул к себе. Она доверчиво прижалась к моей груди, уже окончательно уплывая в страну грез. Я перенес ее на диван и укрыл. Она что-то пробормотала во сне.

Петушиный крик заставил все мои примитивные инстинкты встать на дыбы. Память предков, считавшихся нечистью, чтоб ее! Пора возвращаться. Рассвет я непременно должен встретить в истинном виде у себя в водоеме. Получить благословение первых лучей для всех жителей подконтрольных мне вод.

Зная, что делаю глупость, взял со стола ее телефон и набрал свой номер. Подождал пару гудков и сбросил вызов, а затем удалил из исходящих. Будить не стал. Вышел во двор, тихо прикрыв дверь. Расслабился, позволяя природной силе отыскать для меня ближайший источник воды. Скважина обнаружилась практически подо мной. Узкая, но должна подойти, хотя колодец был бы предпочтительней. Нужное течение я почувствовал сразу и позволил увлечь себя в озеро.

ГЛАВА 2: Первоянварские хлопоты участкового водяного.

Илья

Каждое утро, независимо от времени года, людской суеты или настроения отдельно взятого водяного, природа творит свое волшебство. Слабая, дрожащая полоска света, расширяясь, неуклонно вытесняет ночную мглу! Небосвод отворяет свои створки для прихода в наш мир жемчужины солнца. Люди редко замечают этот миг торжества света, но природники к нему готовятся, ждут и приветствуют. Я вынырнул из-под воды и впитал каждой клеточкой тела энергию пробуждения, пропустил через себя и щедро плеснул обитателям пруда за моим домом. Сегодня магия ощущалась особенно остро, отдаваясь в сердце щемяще и трепетно. Наверно, виной всему первый рассвет нового года.

Совсем скоро я проплыву по своим владениям и поделюсь утренним чудом со всем живым, но пока я наслаждаюсь один, подставляя холодному зимнему светилу лицо и воздев руки. И со мной в таком же жесте подняли руки все водяные, лешие, полевики и степняки, те, кто заряжает наш мир силой жизни. Мы дети природы, без которых энергия космического хаоса давно бы разрушила нашу уютную Землю. Жаль, что нас осталось так мало. Остальные жители этой планеты забывают, стесняются или просто не умеют самоотверженно радоваться торжеству нового дня. Отсюда так много войн, эпидемий, катастроф. Всего лишь улыбка, обращенная к солнцу способна изменить мир, если подарена сразу многими.

Вода мягко засветилась. Я четко уловил момент, когда солнце целиком показалось из-за деревьев. Пора приступать к утреннему дозору, но прежде я решил позвонить отцу. Взобрался по сходням, уже на берегу перекинулся и вошел в дом.

Поздравления были произнесены, новости рассказаны, наставления получены. Пришло время прощаться. Неожиданно для себя я спросил:

— Пап, а ты когда понял, что мама та самая женщина, с которой ты хочешь провести всю жизнь?

На другом конце трубки повисла короткая пауза.

— Илюх, что-то случилось? — насторожился отец.

— Я вчера с Лоркой расстался. — Ответил со вздохом.

— Может оно и к лучшему. Маме она никогда не нравилась. А ее интуиция не подводит.

— Почему вы мне раньше не говорили?

— Не хотели вмешиваться. Ты сильно расстроен?

— Да не очень, обидно просто…. Мы полтора года вместе продержались. Сам знаешь поговорку водников: год вместе — женись на невесте.

— Ерунда это. Глупость придумали, мол, чтобы убедиться в совместимости, паре непостоянных водников до брака нужно повстречаться не меньше года. Настоящие чувства в проверке не нуждаются.

— Может ты и прав, но ты так и не ответил про вас с мамой.

На том конце послышался вздох. Я четко представил, как отец снимает очки и трет переносицу.

— Я об этом не задумывался. Да, наверное, сразу…. Она, когда к нам на практику приехала, такая нездешняя, загадочная, все парни сходу стойку сделали. Но она отчего-то выбрала меня. — Он ненадолго умолк, погрузившись в воспоминания. Затем продолжил:

— Я до последнего не верил, что она согласиться пройти ритуал. Намного позже я спросил у нее, что же она во мне такое увидела, чего я сам не разглядел. Я ведь не был ни популярным, ни богатым, ни душой компании. Знаешь, что ответила твоя мама? — Что молчание со мной никогда не станет неловким. Для нее это важнее безудержного веселья.

В этом вся мама, внимательная и мудрая. Поэтому и живут родители вместе, душа в душу, без малого сорок лет.

Разговор с отцом немного пригладил растрепанные мысли. Причина моих терзаний была вовсе не в Лорке. Когда я спрашивал у него о маме, думал совсем о другой девушке.

Работы в этот раз было немного. Первое января — сонный день, народ отдыхает. Наши, природные чудили, конечно, понемногу. Погодные аджаны над Кубанским водохранилищем туману напустили. Заплутавшая машина чудом не свалилась в воду, но обошлось! Я туман осадил, ну и раздал шутникам по самое не могу. Эти мелкие пакостливые духи давно у меня под наблюдением. Теперь до весны будут наледь с прибрежной дороги убирать!

Переместился по всем подотчетным мне водоёмам. Где прорубь проделал, чтобы рыба не задохнулась, где берега укрепил, а на обратном пути к Ефимычу заглянул. Жив еще старик! А то я уж волновался, давно его не видел.

С дедом Степаном мой отец дружбу водит. Они познакомились, когда батя сам только в должность водяного вступил. Он по неопытности в дедовых сетях запутался. Тот с похмелья пришёл снасти проверять, а там мужик с хвостом! Кто из них удивился больше неизвестно, но закончилась эта история совместным распитием хмельной воды дедова изготовления и многолетней дружбой. А для меня Ефимыч – член семьи, я его с детства помню.

Старик мне обрадовался. Скучно ему зимой на хуторе одному куковать. Позвал меня в гости. Я отказываться не стал. Мне в его доме всегда хорошо и уютно. Вот еще один пример, когда обычный человек много лет хранит тайну русалов. Может и мне с Анютой удастся продлить зародившуюся дружбу?

Так, куда-то меня не туда понесло. И вообще, не стоит себя обманывать, не дружбы я с ней хочу…

В своем пруду оказался уже под вечер. Я лениво покачивался на воде, наблюдая, как белое зимнее солнце неумолимо проваливается за макушки заснеженных сосен. Я медлил, покидать ледяную воду не хотелось. Все равно дома меня никто не ждет.

Когда на небе показались первые звезды, я вылез на широкое заднее крыльцо, подступавшее вплотную к воде, и с удовольствием потянулся. Я задумчиво смотрел на лунную дорожку и понимал, что намерен сделать большую глупость. То, что я тяну время, в сущности, ничего не меняет. Решение принято, сомневаться поздно.

Еще днем я специально сделал крюк, чтобы заскочить в лавку к Матвею. Этот русал из морских, перебрался на водохранилище еще до моего рождения. Говорят, его выгнали из Черноморского подводного братства, и он бежал в пресные воды. Не знаю, сколько в этом правды. Главное, что на подконтрольной мне территории он воду не мутит. Зато за его изделиями к нам приплывают со всех концов света, что позволяет неплохо обогатиться всем предприимчивым природникам наших мест.

Подарок, приобретенный у лучшего умельца, уже лежит у меня на ладони, так чего же я жду?

Решительно поднялся и вошел в дом. Телефон отыскался сразу, там, где я оставил его утром, после разговора с отцом. Рыжик ответила на втором гудке.

— Алло?

— Привет, Ань, это Илья.

— П-привет! — в ее голосе я уловил удивление и радость. — Не ожидала, что услышу тебя. Где ты раздобыл мой номер?

— Ну, мы — сказочные парни, все делаем с помощью волшебства. А ты разве мне не рада?

— Рада, еще как! Просто не думала, что… — она запнулась, а я живо представил ее смущенную улыбку.

— Знаю я, что ты подумала. Собирайся, давай, засоня. Только оденься потеплей. Мы гулять идем. Буду у твоих ворот через сорок минут. — И отключился.

— Да, дожился ты парень, — вслух говорю сам себе.

Хвост дрожит от волнения, даже не перед свиданием, перед дружеской прогулкой с девушкой! Хорошо, что пацаны меня не видят. Ох и поупражнялись бы они в остроумии, глядя как я гардероб свой перетряхиваю в поисках приличной человеческой одежды!

Иду пешком, чтобы красоту не попортить. Аня в истинном обличии меня уже видела, можно было сразу к ней во двор переместиться, но мне вдруг захотелось пройтись с ней по городу, а с хвостом это затруднительно.

Она уже ждет у ворот. От нетерпения притопывает на месте. Пуховичок беленький. На золотистых ресницах снежинки тают. Завидев меня, прячет улыбку в воротнике. Но поздно — я заметил.

— Ну, что идем? — подхватываю ее под локоть и увлекаю в сторону трамвайной остановки.

Три часа спустя усталые и довольные вваливаемся в кафе. Мы обошли весь центр города, любуясь праздничной иллюминацией, прогулялись по терренкурам, заглянули на несколько смотровых площадок, послушали уличных музыкантов. Ноги гудели с непривычки. Анюта раскраснелась, отчего ее глаза в обрамлении медных ресниц засияли еще ярче.

Чай с апельсиновой цедрой и корицей приятно согревает руки. Тягучие звуки саксофона наполняют зал. Девушка напротив задумчиво глядит в свою чашку, а затем неожиданно спрашивает:

— Илюш, как думаешь, может быть так, что в обычных людях тоже есть магия? Скрытые силы, о которых мы не подозреваем?

— Конечно есть, отвечаю не задумываясь, — только проявляется она при возникновении сильных эмоций. Я не раз такое видел.

— Расскажи! — загораются глаза у моей любопытной спутницы.

— Ну хорошо. Был такой случай. Я тогда еще в универе учился.

Первого апреля захотелось мне пошутить над одногрупниками. Не банально, про коленки сзади, а так, чтобы весело и не обидно. Иду на занятия и вижу, лягушата из лужи в фонтан скачут. Малюсенькие совсем, черненькие как семечки. Я, не долго думая, из тетрадки лист вырвал, стаканчиком свернул и лягушат поманил. Они дружно туда запрыгнули. Вместе мы на пары и пришли.

В аудитории уже готовились к занятиям студенты. Среди них, обнаружились наши девчонки. На инженерном факультете их на весь поток всего двое было. К ним я и подошел. Говорю:

— Семок хотите? — и кулёчек протягиваю.

— Ну давай. — Отвечает наша староста, Катюха. Открывает, а оттуда лягушата врассыпную. Катька как завизжит, да как с ногами на кафедру запрыгнет! А староста наша, к слову, килограмм сто весом. Кафедра под ней ходуном, чудом не развалилась. Ну откуда ж я знал, что она лягушек панически боится!

В общем, когда она успокоилась, а у меня уши отложило, стало ясно, что самостоятельно она спуститься не может. Кафедра высотой около метра двадцати и вокруг нет ни одного стула или какого-либо предмета, на что она могла опереться. Девушку мы с одногрупниками конечно сняли. Вот только даже она сама потом объяснить не могла, как там оказалась. Только легкий магический след остался. Я тогда понял две вещи: люди в критический момент способны использовать магию, а девушки, если их разозлить бьют ни хуже профессионального боксера.

— А с лягушатами, что стало? — спросила Аня лукаво глядя на меня из под ресниц. Я слегка завис, такой хорошенькой она была в этот момент. И конечно потерял нить разговора.

— С какими лягушатами?

— С теми, что ты в универ принес.

— А…, их я по-тихому, приманил и в подходящую канаву выпустил.

— Хорошо. Илюш, расскажи еще про людей и магию.

— Обязательно, но в другой раз. — Я легонько дотронулся указательным пальцем до ее носа. — Лучше посмотри, какой я подарок приготовил! — и протянул ей сплетенный из водорослей фирменный мешочек.

— Подарок, мне? — Глаза Рыжика заблестели.

— Тебе, тебе… держи.

Пока она боролась с тесемками, подрагивающими от нетерпения пальцами, я затаил дыхание. Понравится или нет? Может, стоило выбрать драгоценные камни? Лорка вот их предпочитала….

Довольно! Пусть пристрастия Лорки теперь Речевода волнуют. И к чему я о ней вспомнил? Подумал, и вдруг понял, что меня ее предательство больше не задевает. Гораздо важнее радость, что расцвела на личике Анюты, при виде браслета, который я для нее подобрал. Ох, как же ей идет улыбка! В эту минуту я был готов подарить ей все сокровища мира, лишь бы она продолжала мне так улыбаться.

Она подняла браслет к свету и с удивлением разглядывала мелкие пузырьки внутри стеклянных бусин неправильной формы. Их чистый прозрачно-голубой цвет с легким оттенком бирюзы был точь-в-точь как глаза моей спутницы.

— Илиян, ты только взгляни, здесь же в каждой бусинке своя маленькая вселенная! Не передать словами как он прекрасен! Спасибо… — А мне слов и не нужно. Восторг на ее лице сказал гораздо больше.

— Мне еще никогда не дарили таких красивых вещей. — Смущенно опустив ресницы, прошептала девушка и протянула руку.

— Поможешь застегнуть?

Надевая украшение, я кончиками пальцев коснулся ее кожи и почувствовал, как в крови разгорается жар. С розовеющими от смущения щеками, с подрагивающими ресницами и робкой улыбкой Аня была самой красивой девушкой в зале…

Я ее сейчас поцелую, — подумал я, — и будь, что будет!…

— О, кого я вижу?! Водяныч, ты что ли? — услышал я над ухом.

Какого хроококкуса! Не ну почему именно сейчас?! Угораздило же Николу из всех городских кафе притащиться именно в это. Теперь придется знакомить его с Анютой. А мне совсем не хочется делиться ее вниманием.

Разворачиваюсь в сторону подошедшей компании и недовольно смотрю на собрата водяного, из сопредельного участка. Никола мой взгляд игнорирует и, махнув своим сопровождающим, плюхается на стул рядом со мной. Остальные отходят и занимают большой стол в углу.

— Ты местом случайно не ошибся? — интересуюсь я. Ник вопрос пропускает мимо ушей, как и иронию в моем голосе. Ухватив мою чашку, делает большой глоток.

— Эт че, чай что ли? — кривится он.

— А ты чего ожидал?

— Ну, коктейльчик может какой… — мечтательно тянет он. И вообще, я тут тебя ищу понимаешь ли, волнуюсь, ночей не сплю… А ты, неблагодарный! — картинно заламывает руки и при этом бросая хитрые взгляды на Аню этот клоун. – Мне тут рыбка на хвосте принесла, что Лорка тебя бросила, и ты скрылся в дальней заводи тихо страдать. Хотел вырвать тебя из лап тоски. А ты и не тоскуешь вовсе. Все слухи врут.

Я мысленно скрипнул зубами от досады. Надо было этому болтуну упомянуть Лорку при Анюте. А еще говорят, водники немногословны. Нем как рыба, и все такое. Тот, кто так думает просто с Николой не знаком!

— Ты поменьше слухами интересуйся, в них обычно мало правды. Распространять их тем более не стоит. — Предупреждающе сдвинув брови, говорю я. — И вообще, молчанье — золото.

— Да не заводись, понял я, понял. — Он поднял руки в примиряющем жесте.

— Никола, — вкрадчивым голосом говорю я, — ты ведь к нам только, чтобы убедиться в моем добром здравии и настроении подошел?

— Допустим…

— Так почему ты еще здесь?

— О, хорошо, что напомнил, — сделав вид, что не понял намека, продолжил он. И снова из моей чашки отхлебнул. Я демонстративно ее забрал.

— Блин, ну че ты за русал такой! Нет бы, другу хмельной воды заказал. А ты даже остывший чай отбираешь! — Обиженно протянул он и снова на Аню хитрым взглядом стрельнул. А она молодец, молчит и на провокации этого паяца не поддается.

— Зато ты у нас русал что надо, рус-алкаш я бы сказал. Говори, что хотел, я же вижу, что тебе не терпится.

Он тяжело вздохнул.

— Ну, хоть с девушкой познакомь! Меня же сейчас вся честная компания пытать будет. — Он мотнул головой в сторону своих друзей, среди которых я уже узнал несколько знакомых.

— Ладно, — смилостивился я. Знаю же какие природники любопытные. Наш круг ограничен, и новое лицо всегда вызывает нездоровый интерес. Они ведь не знают, что моя спутница не из тайных. — Ань, познакомься – это мой друг и коллега Никола. Он курирует воды нашей реки ниже по течению, а так же, сеть искусственных прудов и пару скважин. Никола — это Анна, моя подруга.

— Очень приятно, — ответила девушка.

— Рад столь неожиданной встрече. Очарован.

Он вдруг схватил ее ручку и поцеловал. Глаза Николы хитро блеснули. Он, конечно, узнал работу Матвея на ее запястье и сделал соответствующие выводы. Анюта же совсем растерялась от такого напора.

— Сбавь обороты, не смущай девушку.

— Ладно, я вообще-то по делу. Сегодня в город Грачик приехал, и Шот с ним. Тебя искали. Они узнать хотели, ты играть будешь? Грачик завтра в клубе вечеринку устраивает. Кеша подтянется. Только тебя потеряли. Ты как, с нами?

Аня с любопытством переводила глаза с Николы на меня.

— С вами. Только я не один приду.

— Ясен пень. Тогда увидимся завтра.

Он встал и пошел к своим друзьям. Мы с Аней проводили его взглядом.

— Не обращай внимания, обычно он более адекватен. Просто сегодня решил повалять дурака.

— Он милый.

— Милее чем я? — изобразил обиду в голосе.

— Кто на свете всех милее… — подхватила девушка мой шутливый тон. Я не выдержал, рассмеялся, и сам не заметил, как спросил:

— Анют, хочешь завтра пойти со мной в клуб на вечеринку в честь Новогодья? Там все природные наших мест соберутся.

Ее глаза загорелись, и она запрыгала на стуле.

— Конечно, хочу, еще спрашиваешь! А кто там будет? Другие водяные будут? А лешие, а кикиморы, а русалки…?

— Все будут, — легонько коснулся пальцем ее носика, — увидишь во всей красе. А сейчас пора домой. Нам еще через весь город пешком топать. Трамваи уже не ходят, а такси в праздничные дни можно и не дождаться.

ГЛАВА 3: Как понравиться русалу?

Аня

Я металась по дому, примеряя и отбраковывая очередной наряд. Опять. Все мои привычные вещи вдруг стали казаться скучными и бесформенными. Джинсы, нежно и трепетно мной любимые, выглядели заурядно. Юбки делали меня похожей на школьницу, только гольф и бантов не хватает. Платья я отродясь не носила. А ведь среди обитателей тайной стороны мира мне так хотелось выглядеть по-особенному!

Упоминание загадочной Лорки со вчерашнего вечера не давало мне покоя. Никола, конечно болтун, но доля правды в его словах точно есть. Не с проста ведь Илиян один в новогоднюю ночь на пирсе оказался. И был расстроен, я точно помню. Почему я решила, что парень свободен? Зачем я вообще об этом думаю? И наряжаюсь, как дура.

В глубине души я уже знала ответ. Я хочу, чтобы Илья смотрел на меня так же, как вчера в кафе, до появления его бесцеремонного друга. Будто я красавица.

Интересно, какие девушки ему вообще нравятся? В голову настойчиво лезли образы мультяшных русалок с едва прикрытыми «буферами» гигантского размера. Они томно хлопали ресницами и жеманно откидывали длинные волосы, поведя округлым плечиком. Куда мне, с моей едва дотягивающей до второго размером грудью, с ними конкурировать! И стоит ли пытаться?

Эх, права невестка, мне следовало бы добавить в гардероб пару женственных вещей. Она давно точит зуб на мои андрогенные комплекты….

Точно! В наш последний совместный поход по магазинам, отчаявшись убедить меня что-нибудь примерить, она сама выбрала мне платье в качестве новогоднего подарка. Сказала, что это сюрприз. До праздника не открывать. Я поблагодарила, а дома спрятала обновку на дальнюю полку, во избежание соблазна подглядеть, что там. Потом на праздники осталась одна, и открыть подарок забыла.

Так, посмотрим….

Я почти целиком погрузилась в недра шкафа и судорожно вытягивала одну вещь за другой. Где, ну где же он, этот сюрприз? Не то, не то, а это вообще, что?!

— Ура! — На радостях я прижала к груди фирменный пакет и впервые в жизни ощутила предвкушение перед примеркой обновки. Ну, Маринка, если подойдет, я на неделю заберу к себе племяшку и отпущу вас с братом в романтический отпуск….

Невесомая ткань скользнула вдоль тела. Застегнула пуговку сзади, зажмурилась и повернулась к зеркалу.

— Ай да Маришка! Ай да фея-крестная! Такое платье я бы сама точно не выбрала, но ведь идеально же! И даже удобно. Никогда не думала, что одна вещь может так преобразить человека. Я даже не сразу узнала себя в трепетной фиалке, глядящей на меня из зазеркалья. Толи воздушный силуэт, толи нежный цвет как по волшебству превратили меня из угловатого подростка в утонченную девушку. Утрированно скромное сверху, платье собиралось на талии и расходилось на подоле асимметричными волнами. Юбка прикрыла мои острые коленки, что, несомненно, придало ногам изящества. А деликатный узор из мелких цветов добавил романтизма образу. Мои, от природы, широко распахнутые светло-голубые глаза, подчеркнутые оттенком платья, заняли, кажется, пол лица. Короткая стрижка внесла хулиганского задора. Но самое главное цвет платья точно совпадал с браслетом, подаренным Илияном!

В голову закралась запоздалая мысль, что нужно было уточнить у водяного вопрос с нарядом. Вдруг у них на вечеринки по-другому одеваются, или того хуже, клуб не отапливается, а я тут вырядилась. Как бы не пришлось весь вечер в верхней одежде сидеть, кавалер вон по морозу полуголый разгуливает. Наверное, стоит поискать что-нибудь другое, потеплей. Хотя платье снимать жаль.

Мой забег вышел на очередной круг, когда, наконец, раздался звонок в дверь. Я тут же забыла о сомнениях, подхватила теплое пальто и помчалась встречать Илью.

Вверху простиралось черное бездонное небо. Звезды, далекие и очень яркие освещали путь не хуже фонарей. Воздух был прозрачным и свежим. Я вдохнула его полной грудью и засмеялась. Илья сжал мои пальцы и тоже улыбнулся, в результате чего связные мысли тут же покинули голову. По спине побежали тысячи веселых мурашек, а в груди, словно пузырьки от шампанского заискрилась, поднялась радость. Еще бы, это ведь так похоже на настоящее свидание! Для меня первое. Вот бы он меня поцеловал…

О поцелуях я имела весьма смутное представление. Старший брат, после смерти отца пристально следил за моей жизнью. Он у меня строгий. Никаких клубов. Никаких свиданий. Любовь? О чем вы? Да ко мне ни один парень ближе, чем на расстояние вытянутой руки подойти боялся. Какие уж тут поцелуи!

Я замечталась, опомнилась только, когда мы свернули в соседний переулок и пошли в сторону озера. Я пыталась припомнить, что находится в той стороне, но ничего похожего на клуб не приходило в голову. Насколько я знала, эта дорога упиралась в глухой забор, ограждающий заброшенную базу отдыха с ласковым названием «Ивушки».

— Нам точно туда? — Неуверенно спросила я.

— Не волнуйся, не заблудимся, — улыбнулся Илья, демонстрируя шкодливые ямочки на щеках. — Ну ты Анютка нетерпеливая! Еще пять минут, и будем на месте.

Асфальт закончился. Последний отрезок пути предстояло пройти по грунтовой дороге. Я с сомнением посмотрела на свои белые ботиночки, а затем решительно ступила на подмерзшую землю. Пройдя буквально несколько шагов Илья остановился, и обхватив меня одной рукой за талию, прижал к себе, приподнимая над стремительно раскисающей под ногами почвой. Мой нос ткнулся ему в грудь. Я только ойкнуть успела. Вот это сила! А на первый взгляд и не скажешь.

Второй рукой он пошарил в воздухе, будто вслепую что-то искал, и резко сжал пальцы в кулак. От его руки в сторону брызнули капельки воды, и опали вниз, оставив в руке водяного странное существо. Оно было сантиметров пятьдесят ростом, толстенькое и морщинистое. Больше всего существо напоминало японского Хотея, с лысой головой и теряющимися в складках узкими глазками. На спине у него трепыхались маленькие кожистые крылышки, за основание которых он и был пойман Ильей. Одет человечек тоже был экстравагантно. В овчинном дубленом жилете на голое тело и мешковатых штанишках, из которых торчали непропорционально большие волосатые ступни.

— Попался, пакостник! Чего это ты вдруг шалить удумал? На отработку давно не нарывался? — Грозно рявкнул мой спутник.

Мужичек смешно скривил морщинистое лицо и зачастил:

— Вот, Илиян Водянович, решил путь прогреть, чтоб дама твоя ножки не подморозила.

— А если подумать? — сурово свел брови парень.

— Ну, Водяныч, праздник же! Все гуляют, а я что хуже? Мне тоже повеселиться хочется.

— Верю. Почти. Говори уже, кто надоумил. И верни все, как было, пока я в конец не осерчал.

— Да пожалуйста! — напыжился толстячок. Хлопнул пухлыми ручками, и размокшая грязь вновь превратилась в лед, приморозив заодно и ботинки водяного. Малыш мстительно усмехнулся. Илья поставил меня на землю. На пальцах его освободившейся руки завихрились серебристо голубые всполохи.

Меня чуть удар не хватил от восторга. Это ж магия! Настоящая. Я успела забыть, что Илиян не обычный человек. Крылатый хулиган тоже проникся, перестал выпендриваться и со вздохом ответил:

— Лорка просила барышню твою в грязи вывозить. У меня все рассчитано было, еще пара шагов и она бы у меня растянулась как миленькая. — И такая печаль была в его голосе, словно его постигло самое большое разочарование в жизни. Не будь я обозначенной барышней, посочувствовала бы.

И опять эта Лорка! Кто она? Понятно, что бывшая. Вопрос, насколько она сейчас важна для Илияна?

— Интересно, откуда она вообще об Анюте узнала? — размышляя вслух, пробормотал водяной. Человечек ответил:

— Ее подружка, Ульяна вчера вас в кафе видела. Лорке утром рассказала. Ух и злилась она! Бешеная баба, темпераментная. Я бы на твоем месте поостерегся.

— За меня не переживай, о себе подумай. Еще раз попробуешь подшутить надо мной или Аней, получишь по заслугам. Я с тобой церемониться не буду. И учти, Лорка сегодня здесь, а завтра там. Я же в этих водах надолго. Тебе лучше со мной не ссориться. Смекаешь?

— Да понял я. Отпусти уже, а?

— Ладно, я сегодня добрый.

Илья разжал пальцы и мужичек с громким хлопком исчез, оставив после себя ледяную взвесь в воздухе.

— Кто это был? Я о таких существах и не слышала никогда.

— Аджан — природный дух. Конкретно этот, температуру регулирует. А так, они разные бывают, кто за опыление растений отвечает, кто за построение маршрута для перелетных птиц. Аджаны считаются дальними родственниками джинов, но из общего у них только скверный характер и любовь к дурацким шуткам.

Водяной с трудом выдрал ботинки из грязевого наста, и мы медленно продолжили путь. Впереди показался зеленый забор и в нем приоткрытая калитка. Я притормозила и тронула его за рукав.

— Илиян, я хотела спросить. Про Лорку. Это твоя девушка?

— Бывшая, — парень помрачнел. — Пусть тебя это не беспокоит. Вряд ли вы с ней когда-нибудь пересечетесь. Она сегодня днем должна была отбыть со своим новым парнем в Восточную Европу.

Вид у него при этих словах был раздосадованный. Переживает.

Я едва сдержала разочарованный вздох. Святая простота, ты Анюта! Он же магией наделен, самодостаточный, красивый. Где он, а где ты? Воробей подстреленный, пусть и в новом платье. Глупая, уже губу раскатала. Сказочные парни с обычными девчонками не встречаются. Он в тебе отвлечение от грустных мыслей нашел, а ты в своих фантазиях уже имя вашему первенцу придумала. Хорошо, что вовремя опомнилась.

Я отвела глаза.

— Нют, ты чего, расстроилась, что-ли? — Илиян подтянул меня к себе.

— Ну ка посмотри на меня. — Строго сказал он. Я помотала головой и отвернулась. Он нежно дотронулся до моего подбородка и развернул к себе. Его лицо выражало беспокойство. — Не волнуйся, я никому не позволю тебя обидеть. Не обращай внимания на выходку Лорки. Просто русалки вспыльчивые и мстительные. Мастерицы нервы мотать от всей широты душевной. Ее задело, что я за ней не убиваюсь, вот и взбесилась. На самом деле я ей не нужен, у нее Речевод есть. — Обида проскользнула в его голосе. — Его дядя среди польских водяных большая шишка и сам он при должности. Лора всегда с амбициями была. Теперь все ее помыслы о Европе, а подкуп аджана — это так, мелкая пакость мне напоследок. К тебе лично ее злость не относится.

Фух, похоже, он не догадался о моих чувствах. Решил, что я испугалась! Хорошо. И вообще, чего я раскисла. Илья для меня окошко в мир чудес приоткрыл, а я тут ерундой страдаю. Улыбнулась и сжала его руку.

— Пойдем уже скорей. Я ни за что не пропущу волшебную вечеринку, пусть хоть все твои бывшие нас встречать выстояться!

Он еще раз внимательно посмотрел на меня и весело хмыкнул:

— Ну хорошо, смелая моя. Только вот что, лучше тебе не говорить, что ты человек.

Я напряглась. Неужели он жалеет, что позвал меня?

— А-а-нют, — протянул он, — убери это выражение с лица. Я тебя не стесняюсь. Просто так безопаснее для тебя. Не стоит подвергать соблазну тех, кто захочет пошутить над человечкой. Там могут быть Лоркины подружки. Пусть думают, что ты можешь магически ответить.

— Хорошо, и кто я тогда, по-твоему? На русалку я как-то не тяну. — Глазами указываю на свои ноги. Илья непроизвольно смотрит туда же, а затем медленно проводит взглядом вверх от носков моих ботинок, вдоль лодыжек и выше, туда, где начинается подол пальто.

— Зачем русалкой? Их там и без тебя хватает. — Его голос звучит как-то хрипло, он сглатывает и откашливается. — Анютка, а где твои джинсы? – вдруг выдает водяной.

— Тебе не нравятся мои ноги? — спрашиваю растеряно. А сама думаю: вот блин, он же русал! Фиг его знает, что он считает привлекательным.

— В том то и дело, что очень, — вздохнул парень. — Поверь, было бы легче отбивать тебя у толпы воздыхателей, будь ты в брюках. Сейчас ты просто ходячий вызов. В нашем обществе редко можно полюбоваться на красивые женские ножки.

Странное твориться со мной от его слов, под этим откровенно мужским взглядом. Мне делается жарко, волнительно и стеснительно, и много еще чего. Смущаюсь и краснею, а он, как ни в чем не бывало, продолжает:

— Возвращаясь к нашей теме. Будешь потомком огневушки. О них все природные слышали, но в живую, никто не видел. Очень мало их осталось, в основном на Урале.

— Огневушки — это которые поскакушки, как из сказок Бажова?

— Они самые. Внешность у тебя подходящая, маленькая, рыженькая. Если что, скажешь, прабабка огневушкой была, а в тебе дара почти нет. Никто обман не заподозрит, но трогать поостерегутся. Русалки огненных опасаются.

— Ладно, огневушкой, так огневушкой.

Мое приподнятое настроение испарилось. После такого вступления я отчаянно трусила. Илья решительно схватил меня за руку и поволок к калитке.

ГЛАВА 4: Клуб «Ивушки». Новые знакомства.

Аня

За забором темнота. Ветви старых деревьев такие густые, что скрывают небо, даже не смотря на отсутствие листьев. Днем снег подтаял, явив черную землю, покрытую прелой листвой. Ближе придвигаюсь к Илье, ибо жутко. В отдалении слышится шум воды. Где-то там протекает река, которая соединена с городским озером. На зиму часть воды из него сбрасывается через шлюзы, а весной через них же снова наполняется.

Мы идем по дорожке со старым потрескавшимся асфальтом. По обеим сторонам, словно призраки советского прошлого выплывают силуэты трехэтажных коробок из белого кирпича. Кажется, что время в этом месте остановилось. Припять, ей Богу! Я рассеянно озираюсь.

— Не бойся, малыш, все не то, чем кажется, — парень крепче притискивает меня к себе, — скоро сама увидишь.

Впереди показалось здание, как близнец похожее на те, что мы уже миновали, с той лишь разницей, что из его окон льется свет, отбрасывая желтые прямоугольники на чахлый газон с остатками снега.

— Пришли. Ты готова к знакомству с жителями тайной стороны мира?

Я молча кивнула, хотя уже не была так уверена.

Илья распахнул передо мной дверь. После темноты на улице свет резанул по глазам. Проморгавшись, поняла, что мы попали в небольшой холл. Слева располагалось то, что условно можно назвать гардеробом в казенном советском стиле, который навевал устойчивые ассоциации с детской поликлиникой.

Мой кавалер галантно взял у меня пальто и разместил его на вешалке. Затем повел меня к двустворчатым дверям на противоположной стене и распахнул их. Я застыла, обалдело обводя взглядом открывшееся пространство. Илья хмыкнул и легонько подтолкнул меня вперед. Я сделала пару шагов и снова замерла, вертя головой.

Посмотреть действительно было на что. Огромный зал на весь этаж в три пролета высотой не походил ни на что видимое мной ранее. Мне не приходилось бывать в обычных ночных клубах, но подружки показывали фотки. Здесь все было иначе. В привычном смысле тут даже стен не было! Вместо них я видела сплошное переплетение побегов и листьев, как в тропическом лесу. Куда там фитостенам! Зелень будто стекала, переходя в моховую подстилку на полу по периметру зала.

В центре расположился идеально круглый бассейн, а над ним нависая с одного бока и немного перекрывая, парила круглая сцена. Основной бассейн соединялся каналами с несколькими бассейнами поменьше, сосредоточенными ближе к дальней стороне помещения. Там растения немного расступались, образуя проем. В нем виднелся грот, облицованный камнем. Его стены терялись в темноте.

Между каналов и бассейнов в хаотичном порядке стояли столы и стулья самых разных форм и размеров. Были здесь и диванчики, лежанки, даже пледы, расстеленные на мшистых участках, несколько поваленных бревен и много еще чего. Я раньше не задумывалась, что природники не всегда похожи на людей. Наверное, у них свои представления об удобстве.

Ближе к входу пол покрывали плиты из ракушечника, плотно подогнанные друг к другу. Мебели тут не было. Танцпол — догадалась я. А прямо напротив входа, левее сцены расположился бар. Массивная стойка из дерева, отполированного до блеска, выступала в зал, окруженная такими же разномастными барными стульями, как и остальная мебель. Сзади ряды полок, уставленные поражающими воображение сосудами. За стойкой неспешно протирал бокалы парень кавказской наружности чуть старше меня. К слову, посетителей практически не было, что меня очень удивило.

Из созерцательного ступора меня вывел громкий голос:

— Приготовились, проверка звука.

Музыка ударила по барабанным перепонкам и тут же стала тише. На краю сцены я увидела Николу. Он сидел в своем истинном обличии, болтая хвостом в бассейне, и двигал какие-то рычажки на вполне обычном с виду диджейском пульте. Несколько невысоких пухленьких девушек и юношей, обходили зал, осматривая столы. Еще пара обычных, на первый взгляд, парней копошилась у сцены.

— Мы пришли заранее, — шепнул мне на ухо стоящий сзади Илья, — хочу познакомить тебя со своими друзьями без суеты. Он взял меня за руку и повел к бару, по пути махнув Николе.

— О, Илюха пожаловал! Здорова, брат. — Приветствовал моего спутника парень за стойкой.

— Здоров, Шот. Как жизнь молодая?

— Бьет ключом. — Они пожали руки и обнялись.

— Анютка, знакомься — это Ашот, наш бессменный бармен. Маг алкогольных и кудесник безалкогольных шедевров питейного искусства. Ашот — это Аня, моя подруга.

— Приятно, — пожал мне руку бармен, — для друзей, просто Шот.

— Рада знакомству.

— А где твой брат? Чет я его не вижу.

— Поехал за Кешей. С минуты на минуту будет.

Мы примостились за стойкой. Шот поставил перед нами две чашки с удивительно пахнущим травяным чаем.

— Вот, от отца привез, специально для тебя.

— О, спасибо. Анют, попробуй. Отец Шота леший, никто лучше него в травах не разбирается.

Я пригубила ароматный напиток и будто перенеслась в летний лес. Запах нагретой солнцем смолы и хвои смешался с нотами чабреца, и чего-то еще, теплого и расслабляющего. Я едва не замурлыкала от удовольствия. Волнение отступило.

Парни негромко делились новостями. Я же ненадолго выпала из реальности, наслаждаясь вкусом.

Зал постепенно начал наполняться. Сначала пришла компания брутальных коренастых парней. Они поздоровались с Шотом и устроились за ближайшим к бару столиком.

— Горные тролли, — тихо пояснил мне Илиян, по паре рюмок пропустить пришли.

— Я думала тролли огромные и тупые. А эти обычные с виду.

— Большинство природных так или иначе похожи на людей. Мы столетиями были вынуждены мимикрировать под основное население планеты, вот и изменились. — Вмешался бармен. — Эволюция. — Наставительно произнес он, подняв вверх указательный палец.

— А ты, выходит, леший? — решила уточнить я.

— В будущем, безусловно. Сейчас просто лесовик. Леший — мой отец. Он хотел, чтобы его дело продолжил мой старший брат, но Грачик заартачился. Его гораздо больше интересует творчество, и он абсолютно не способен усидеть на одном месте. Отцу пришлось смириться. Теперь он возлагает надежды на меня. А я не против. Мне такая работа по душе. Через два года закончу универ и сменю его на посту.

— И на кого ты учишься?

— На эколога. Специальность — природопользование.

Я удивленно моргнула. Оказывается, среди студентов обычных вузов скрывается много жителей тайной стороны мира. Им не обязательно получать образование, но они не пренебрегают учебой.

С противоположного конца зала послышался плеск и голоса.

— Смотри, Водяныч, твои речные пожаловали. — Мотнул головой в ту сторону бармен.

Из грота выплыла компания русалок в сопровождении нескольких парней. Я заметила, что они немного отличаются от Илияна и Николы. Едва уловимо, но все же. В них было меньше человеческого. Черты лица, будто немного смазаны, что делало их похожими друг на друга. Компания смеялась и дурачилась.

Никола завел сет. К бару подплыла миловидная русалочка, сделала заказ и повернулась к водяному.

— Привет, Илья. Как дела? Ты чего тут отираешься? Иди к нам повеселимся.

— Спасибо за приглашение, Ульяна, но я не один. Познакомься — это Аня. Анют, — это Уля, девушка Николы.

— Очень приятно.

— Мне тоже. Я тебя в кафе с Илюхой видела, только познакомиться не вышло. Слушай, удовлетвори любопытство. Ты из чьих будешь? Мы с девчонками вчера поспорили.

Я взглянула на Илияна. Он легонько кивнул.

— Огневушка я. Точнее бабка моя ей была, а я так, немного….

— Ух ты, никогда ваших не видела. Ты и правда, золото искать умеешь? — Я неопределенно мотнула головой. Видимо, мой ответ ее устроил. — Пойду девочкам расскажу. — И уже бармену, — Шотик, будь добр, мой заказ в третий бассейн.

Она послала воздушный поцелуй и, плеснув хвостом, нырнула под воду.

— Фух, вот это напор!

— Привыкай, здесь другие нормы этикета, хотя русалки самые бесцеремонные.

Меж тем двери впускали все больше новых гостей. Некоторые из них выглядели очень необычно. Я старалась не пялиться, но получалось плохо. Свет сделался мягче, а музыка громче. Вечеринка набирала обороты. Стал заполняться танцпол. К нам еще несколько раз подходили знакомые Ильи. Он представлял меня, но от предложений присоединиться вежливо отказывался. Это было приятно. Ясно же, что мой спутник всем хорошо известен, и я не удивилась бы, оставь он меня на некоторое время в одиночестве. Но Илья буквально прилип ко мне, касался руки, шепотом рассказывал на ухо, кто есть кто. И временами смотрел очень странно. От этих взглядов я почему-то смущалась и прятала глаза.

Рядом с нами неожиданно возник парень, очень похожий на Ашота, но немного старше.

— Ну наконец- то, Грачик, где тебя носит? — обрадовался Ильян. — Привет, братишка!

Они обнялись, хлопая друг друга по спине.

— Ты че так долго, мы уже хотели тебя с фонарями разыскивать? — наехал на брата Ашот. — И где Кеша?

— Пошел инструменты закинуть. Сейчас выйдет. Нас его племяш отпускать не хотел. Раскапризничался. Пришлось уговаривать мальца. Уложили его спать и сразу сюда рванули. Вы мне лучше скажите, кто эта прекрасная нимфа, — с улыбкой проговорил он, поворачиваясь в мою сторону.

Илья раскрыл было рот, но Шот его опередил:

— Знакомься, брат — это Анютка, дама Водянычева сердца. Аня — это Грачик, главный вдохновитель этого места вообще и сегодняшнего мероприятия в частности.

— Повезло тебе, Илюха. Такую красавицу себе заграбастал! Какие глаза! Не глаза — озера! — Подмигнул он мне и запел с нарочитым кавказским акцентом:

— «Колдовское озеро, это не в лесах Это, это озеро у тебя в глазах Никуда не денешься, так к себе манит Колдовское озеро, голубой магнит…»

— Аня моя подруга, не смущай девушку. — Нахмурившись, сказал водяной.

— Ой, да ладно. Нам-то не заливай…. О, а вот и Кеша. Сюда, сюда, лихо ж ты наше! – замахал руками Грачик.

К нам шаркающей походкой приблизился худой как жердь странный парень. Он был под два метра ростом, с тонкими руками и ногами, сутулый. Одет в джинсы и свитер крупной вязки мшистого цвета. Он оперся на стойку и в упор уставился на меня единственным глазом, расположенным во лбу. Я инстинктивно вздрогнула и уцепилась похолодевшими пальцами в руку Илияна.

— Кеш, притуши прожектор. Вон девушку напугал. — Хохотнул Грачик. Странный парень моргнул и отвел глаз. — Ты извини его, он не специально, отвык от общества. В лесу одичал совсем.

Илья пихнул друга и сказал:

— Грач, не дразни его, — и повернувшись ко мне, — Анюта, знакомься. Это Иннокентий, он лесное одноглазое лихо. Редчайший представитель, вымирающий вид. Кеш, — это Аня, моя подруга.

— Ага, огневушка, я слышал пока шел. Русалки болтали. — Он протянул мне свою огромную ладонь. — Очень приятно. — Я вложила в нее свою руку, и он бережно ее сжал.

Теперь уже я с интересом стала разглядывать лихо. Мне было любопытно, как он умудряется выживать среди людей. Ребята отошли поздороваться со знакомыми, и я спросила об этом у Ильи.

— Это трагедия его вида. Большинство из них никогда не покидают лес. Но Кеша слишком социален, ему в лесу тоскливо. Чтобы жить среди людей он вынужден постоянно прибегать к мороку и маскировке. Глаз на лбу приходится держать закрытым и прятать под челкой. Без него он ничего не видит.

— Как же он ориентируется в пространстве? — ахнула я.

— Ты заметила губчатые железы, находящиеся у него на месте обычных глаз? — Я кивнула. — Это особый орган, работающий по принципу эхолокации. Он посылает ультразвуковой импульс и ловит отражённый сигнал. Как летучая мышь. Так и живет.

В городе Кеша притворяется слепым, носит специальные черные очки. Они скрывают железы, но не мешают прохождению ультразвука. Это не отменяет того, что большую часть времени вне леса он проводит без зрения.

— Как грустно.

— Не жалей его. Он не считает себя несчастным. Это его осознанный выбор. Иннокентий музыкант от Бога, сегодня убедишься. Ради слушателей он готов терпеть любые неудобства.

— Удивительная сила духа. Жаль я не могу познакомить его с моей лучшей подругой. Она жутко стесняется своих прыщиков и прячется от жизни. Ей бы не помешал такой вдохновляющий пример.

Илья снова стрельнул в меня задумчивым взглядом.

Вернулись парни.

— Готовы? Сейчас начнется. — Сказал Грачик, примостившись на высокий табурет.

Свет в зале потух, только над сценой и центральным бассейном ярко горели прожектора. Из-под воды поднялись блестящие столбы, увенчанные замысловатыми навершиями, имитирующими водоросли. Ой, да это же пилоны! На таких стриптиз исполняют. Я по телеку видела.

Никола сменил музыку на медленную, с отчетливыми восточными мотивами. К шестам подплыли три русалки в расшитых блестящими камнями топиках и началось! Девушки двигались с удивительной пластикой, изгибались так, как никогда не смог бы человек. Хвосты вздымались, рассыпая вокруг прозрачные капли. Блеск чешуи соперничал с сиянием камней на их скудной одежде. Русалки то подтягивались на руках, обвивая хвостом пилон, то полностью уходили под воду, чтобы через миг снова показаться в полный рост. Вода стекала с их гладких спортивных тел. Девушки не раздевались, но все равно выглядели очень провокационно.

Я скосила глаза на Илияна. Он смотрел застывшим взглядом будто сквозь танцорш, задумчиво подперев голову.

К девушкам присоединились парни-русалы. Они исполнили несколько акробатических трюков и поддержку, как в фигурном катании, только на воде. На этом выступление закончилось. Зал разразился аплодисментами, и танцоры покинули бассейн. Никола снова сменил пластинку. Разгоряченный народ повалил на танцпол с удвоенной силой.

Одна мысль давно не давала мне покоя, и я спросила:

— Ильян, почему ты и Никола свободно чувствуете себя на суше, а девушки не выходят из воды? Только мужчинам подвластно перевоплощение?

Илья поскреб бровь и ответил:

— Тут дело не в поле. Как бы это лучше объяснить…? Начнем с того, что все русалки могут отращивать ноги, а вот ходить дано не всем. Тут большое значение имеет происхождение. Представители морских кланов едва ли могут сделать несколько шагов и испытывают при этом сильную боль. Помнишь сказку Андерсена? Его Русалочка типичный представитель морских. Речные могут выдержать до нескольких часов непрерывной ходьбы.

— Это как с натирающей обувью, — вставил Шот, — сначала терпимо, но чем дольше ходишь, тем больнее.

— Дольше всех на суше могут находиться болотные русалки. Кикиморы способны спокойно жить среди людей. Правда, с внешностью им не повезло. — Добавил Грачик.

— Давно установлена закономерность — чем больше водоем, из которого происходит русалка, тем меньше она приспособлена к перемещению по суше. Но это не единственный определяющий фактор.

— А к кому типу относитесь вы? — уточнила я, поглядывая на Илью, абсолютно не проявляющего признаков неудобства от долгого хождения.

— Я речной, а Никола — озерный. Мы с ним своего рода исключение. Понимаешь, иногда русалы создают семью с другими природниками. Моя мама — водяница, из лесных, а у Николы бабка — берегиня. Вот мы и не испытываем проблем с хождением.

— Про берегинь я слышала, а кто такие водяницы? — Меня распирало от любопытства.

— Водяница — жена водяного. Не по людским законам, по нашим. Она рождена на земле, но после одного древнего ритуала может под водой подолгу находиться и с мужем не расставаться.

— Их теперь почти не встретить. Я кроме Илюхиной мамы ни одной больше не знаю. Тетя Люцина невероятная женщина! Не у многих хватит решимости пройти ритуал. — Добавил молчавший до этого Кеша.

Градус моего любопытства превысил все допустимые нормы, но Илья не спешил развивать тему. Казалось, что он все больше погружается в себя.

— Не понимаю. Может, объясните?

— Илюх, можно я расскажу эту историю? — спросил Грачик. — Наш папа очень любит ее в пример приводить. Прояви упорство ради достижения цели, и все такое…. Мне кажется, я вашу семейную повесть уже лучше тебя знаю!

Илья только рассеяно кивнул.

— Ну Анюта, дело обстояло так….

ГЛАВА 5: Дела давно и недавно минувшие.

В ту пору отцы наши были примерно, как мы сейчас. Учились они на географическом, в универе, где Ашот образование получает. После третьего курса их отправили на практику в Архыз. Это еще до распада Союза случилось. На наших в те времена дела вели и по способностям распределяли. Секретно, конечно все было.

Прямо перед отъездом к ним в группу добавили двух девушек из Польши. Студенток по обмену между ВУЗами из сопредельных социалистических государств. Одна из них — русалка из древнего рода, знаменитого тем, что об их прабабке писал сам Адам Мицкевич!

Красивым поставленным голосом Грачик процитировал:

— «Из волн красавица явилась. Уста — кораллы, щеки как заря. Вода с кудрей льняных струилась. На всех тут страх напал. Иной бежит, Иной стоит белее мела. Она под воду скрыться не спешит И молвит ласково и смело: «О юноши! То знает весь народ: Никто в задоре безрассудном Веслом не смел коснуться этих вод — Он потонул бы вместе с судном….»*

— Ближе к теме, ты увлекся. — Перебил его Кеша.

— Ах да, куда–то не туда меня понесло. На чем я остановился?

— На двух студентках из Польши. — Подсказал Шот.

— Так вот, одна из них русалка была — Магда, а другая — лесовушка, дочь лешего из Неполомницкой пущи, что рядом с Краковом. Звали ее Люцина. Водян ее как увидел, сразу голову потерял.

— Не могу себе представить, чтобы Водян Одисеевич голову терял. — Вставил Кеша. — Он мужчина серьезный, кандидат наук.

— Ну это сейчас, — протянул рассказчик, — хотя тогда тоже, по словам отца, легкомысленностью не отличался. У него в универе даже прозвище было — Академик. За любовь к чтению и очки.

Шот, протирающий стойку, согласно кивнул.

— Все кто его знал, диву давались. Тихий ботаник, которого из воды лишний раз не вытащишь, вдруг сам стал в компанию являться, да еще и в разговорах тон задавать. А уж когда он Люцину на свидание к озеру «Холодное сердце» пригласил, тут вообще у всех челюсти отпали! К слову сказать, девушка от свидания отказалась. К ним с подружкой тогда многие клинья подбивали, очень уж красивые девчонки были. Но знаки внимания принимала и в общей компании охотно садилась рядом с русалом.

Так и повелось, днем молодежь делами занималась. А вечерами все собирались у костра, разговаривали, песни пели. Водяна и Магду к местной фельдшерице в помощь отрядили, как маломобильных. Бабка Асият, тоже из природных была, потому водников и приветила. Остальные днем по окрестным лесам бродили, пробы почвы брали, да гербарии составляли.

К середине практики на Софийскую поляну барды нагрянули. Тогда ребята стали дружно туда ходить, послушать музыкантов, прибывших на слет.

Никто кроме Магды не задумывался, чего это Водяну стоило. Он ведь обычным речным русалом был, еще не водяным даже. До поляны километров шесть в одну сторону пешим ходом. Девушку парни часть пути на руках по очереди несли, а отец Илюхин сам шел.

Когда они в фельдшерский пункт возвращались, он обращался и пол ночи в ручье отмокал. Русалка знала, но обещала парню молчать, хотя и уговаривала его, себя поберечь. А потом у него чешуя слазить стала и с каждым днем все хуже становилось. Температура поднялась. Магда не выдержала, сдала его бабке Асият. Та как увидала, долго ругалась, пока мазью лечебной его хвост обрабатывала.

В тот вечер Водян к костру не явился и Люцина забеспокоилась. Побежала на поиски. На крыльце со старушкой фельдшерицей столкнулась. Та на эмоциях ей и высказала, что накипело. Мол, иди девонька лесом, нечего парня мучить. Раз не интересует тебя, то и не подманывай.

Девушка спорить не стала, но и не ушла. Всю ночь ему компрессы меняла, пока он в горячке метался.

С тех пор они от общей компании отделились. А вечером, накануне возвращения домой Водян нашего отца позвал и попросил свидетелем при обряде русалочьем поприсутствовать. Папа тогда даже толком и не знал, что за обряд такой.

Пришли они на ближайшее озеро и стали ждать. Вскоре Люцина и Магда появились. Нарядные, в волосах цветы вплетены. Водян с Люциной в озеро по пояс вошли, а дальше все очень быстро произошло. Вода стеной поднялась, русала в себя утянула. А девушка глаза закрыла и следом нырнула. Миг и нет ее. Вода тут же опала, поверхность водоема разгладилась.

Батя перепугался, к озеру кинулся, но Магда его остановила. Сказала, что получилось у них водной тропой вместе пройти. Беспокоиться не о чем, к утру вернуться. Так и вышло.

Магда после практики домой отбыла, а Люцина здесь, с Водяном осталась. Так вместе и живут. Вот какого красавца народили, да Анют? — Грачик ухватил Илью за плечо и потрепал, глядя на меня. Я растерянно кивнула. Он так образно говорил, будто сказку рассказывал. Я забыть успела, что речь о родителях моего водяного идет.

— Я вот одного не пойму, — задумчиво сказал Кеша, — если нужно всего лишь девушку водной тропой провести, почему водяниц так мало? Илюха, вон эти тропы каждый день открывает и русалок не раз ими водил.

Илья укоризненно глянул на друга.

— Так русалки от рождения водные, а там земная девушка. — Сказал Шот. — К тому же водные тропы не всякий русал открыть может. Илиян водяной во втором поколении, ему легче.

— Опасно это. — Мрачно добавил Илья. — Рожденная на суше девушка может водной тропой пройти, только если по-настоящему своего проводника любит. Кто гарантии даст, что не поспешила она, не перепутала любовь с увлечением? В лучшем случае ничего у них не получится, в худшем — утонуть может, или в переходе потеряться. Были случаи. Отец говорил, что согласился на эту затею, будучи уверенным, что не способен открывать водные тропы. Он никогда раньше этого не делал, а тут неожиданно получилось! Сейчас он не стал бы так рисковать. И я с ним согласен.

На миг у стойки воцарилась тишина. Шот, меланхолично смешивал что-то в хрустальном бокале. Кеша взглянул на часы, поднялся и сказал:

— Пора, скоро наш выход.

Следом за ним вскочили Грачик с Илияном. Вчера, по дороге домой, водяной рассказал, что играет в группе, и в клубе они с друзьями будут выступать. Мы еще смеялись, что я единственная из гостей, кто не знаком с их творчеством. Вот сейчас и услышу.

— Анют, нам нужно подготовиться. Не хочется оставлять тебя одну. Пожалуйста, пока нас не будет, не уходи далеко от Ашота.

— Не волнуйся, куда же я денусь. Попудрю носик и вернусь. Мне вдруг захотелось пару минут побыть одной. Рассказ лесовика меня слишком уж взволновал.

Вход в дамскую комнату располагался в углу, слева от барной стойки. Выйдя из кабинки, я нос к носу столкнулась с Настасьей! На секунду мы обе застыли, опешив от неожиданности, а затем заговорили одновременно.

— Насть, и ты здесь, я только недавно тебя вспоминала!

— Нют, не знала, что ты из наших. А я все удивлялась, почему ты со мной дружишь? Подобное тянется к подобному.

Вид у Настасьи был до нельзя расстроенный. Я сжала ее плечи и с не свойственной мне твердостью поговорила:

— Я дружу с тобой потому, что ты добрая и отзывчивая, умная и замечательная. И совсем не важно, кем ты на самом деле являешься. А кто ты, кстати?

Сейчас моя подруга выглядела непривычно. Ее кожа приобрела зеленоватый оттенок, а вместо извечной россыпи прыщиков лицо покрывали мелкие пупырышки. Только глаза, невозможно зеленые, сверкали сквозь толстые стекла знакомых очков.

— Ки-ки-мора, заикаясь, сказала она, и удивленно подняла брови. — Ты разве не знаешь? Я думала, Илиян тебе рассказал.

Я помотала головой.

— Речные русалки болтали, ты с ним встречаешься?

— Мы дружим, — осторожно ответила я.

— Понятно. Ты извини, что я тебе про дела на каникулах соврала. Просто мне сказали, что Грачик приедет…. — Она отвела глаза.

Да уж, понятно с ней все. Я знала, что Настасья давно и безнадежно влюблена. Имени парня она не называла и ничего о нем не рассказывала. Упомянула только, что они из разных миров, и он никогда не посмотрит на такую, как она. Помнится, я еще ее тогда долго утешала. Теперь ясно в чем дело. Только вот из мира они как раз из одного — тайного. Может не такая непреодолимая там пропасть?

— Нась, ты с ним хоть лично знакома?

Подружка помотала головой, по-прежнему на меня не глядя.

— Глупо, да?

— Ничего не глупо, давай познакомлю. — Потянула ее за руку.

— Нет, — вырвалась она, — я…, я не готова…. Нют, пойдем уже. Скоро выступление начнется, не хочу пропустить.

— Хорошо, только завтра жду тебя в гости. Нам есть о чем поболтать, и отказ не принимается.

— Пытать будешь?

— Буду. И мозги вправлять, а заодно самооценку повышать и пироженками кормить.

— Договорились, улыбнулась подруга. Лучше давай я тебя девочкам представлю.

Так, на буксире у Настасьи я не заметила, как оказалась перед одним из бассейнов, в котором плескались пять мини-русалочек. Иначе не скажешь. Худенькие, с оливково-зеленой кожей, такой же бородавчатой, как у Насти. При виде меня они как по команде расплылись в улыбках и наперебой стали приветствовать и знакомиться. Если бы они при этом еще не крутились как заведенные и не скакали друг через друга было бы легче их запомнить. Я поняла только, что зовут их Смеяна, Лейсана, Лилия, Виола и Нимфея. Причем, кто есть кто, осталось для меня загадкой. Я повернулась к Насте:

— А ты почему не с ними? — указала головой на бассейн.

— А она у нас слишком очеловечилась, ноги отрастила, чтобы своему лесовику понравиться. — Ответила за нее одна из кикимор. — Ой! — Пихнула болтушку в бок другая.

— Помолчи, Смеша, не тревожь душу…. — и все остальные согласно закивали.

Вдруг в зале поднялся шум. Сквозь него я различила приветственные выкрики и хлопки. Миг, и все кто танцевал, ходил между столами, разговаривал с друзьями у стойки, оказались сидящими вокруг бассейна со сценой, на которой уже появились мои знакомцы. Вот только Илияна среди них не было. Я вытянула шею, ища его глазами.

— Пойдем, присядем, — потянула меня за рукав Настя. Я послушно примостилась на грибовидный табурет у ближайшего столика. Свет моргнул, осветив сцену. Кеша прикрыв единственный глаз сидел покачиваясь на высоком стуле. На его коленях устроилась цыганская семиструнная гитара, блестя отполированными боками, а рядом на подставках застыли в ожидании другие струнные щипковые инструменты, от гуслей и балалаек, до гавайской гитары и лютни. Никола на специальном постаменте, подогнув хвост, занял место между синтезатором и диджейским пультом. В центре у микрофона стоял Грачик с абсолютно не свойственным ему отрешенным выражением лица. На краю сцены я разглядела необычную ударную установку. Частично она нависала над бассейном, а несколько больших барабанов, обтянутых искрящимся материалом торчали прямо из воды. Настасья рядом со мной придушенно выдохнула.

На миг наступила оглушающая тишина. Затем раздался тихий плеск, за ним еще один, и еще. Он словно исходил со всех сторон одновременно, дрожал и отражался. Свет над сценой мерцал и пульсировал в такт звуку.

В центре бассейна показался кончик хвостового плавника. Он легко колыхался, издавая тот самый звук. Вдруг хвост с размаху хлестнул по одному из барабанов. По залу прокатилась мощная звуковая волна, заставляя мое тело резонировать. Дальше не дав мне опомниться, из воды вылетел Илиян, кувыркнулся в воздухе и беззвучно погрузился, чтобы вновь вынырнуть уже у ударной установки. Я поняла, что все это время не дышала. Илья задал бешеный ритм, парни заиграли быстро и азартно. Постепенно накал сошел на нет, зазвучала спокойная мелодия и Грачик запел…

Выступление пролетело как один миг. Песни перетекали одна в другую, то взрываясь безудержным весельем, то опадая, погружая слушателей в подобие медитативного транса. Грачик проделывал со своим голосом невероятные вещи, утренним лесным туманом обволакивая внимающих ему существ, а затем срываясь в речитатив. Отвлечься было невозможно. Если это не магия, то тогда я не знаю, какой она должна быть. Когда утих последний аккорд зал ещё с минуту оставался неподвижным. Затем выдохнул, как единый организм и разразился оглушающими аплодисментами. Я не заметила, как вскочила и хлопала, хлопала…. Музыканты покинули сцену, кто пешком, кто по воде. Инструменты исчезли. За диджейский пульт встал незнакомый мне парень и вечеринка продолжилась. Я уже хотела вернуться к бару и подождать Илью там, как сзади до меня долетели брызги холодной воды, основательно намочив платье.

Я медленно обернулась. В соседнем от кикимор бассейне на куске скалы сидела русалка и окидывала меня изучающим взглядом. Ее пухлые губы кривились в пренебрежительной усмешке.

— Так вот ты какая, А-ню-та… — протянула она.

Сомнений в том, кто это у меня не было.

— Лорка, верно? — уставилась на нее в ответ.

Она демонстративно откинула светлые локоны и слегка прогнула спину, выставляя на показ внушительный бюст. Видимо, чтобы деморализовать гипотетическую соперницу.

— Для тебя Лореллея. — Высокомерно откликнулась она.

— Да хоть Даздраперма, — рявкнула, разозлившись. Вообще-то я тихая домашняя девочка. Вот совсем неконфликтная. Но селедка эта без шубы вызывала во мне жгучую злость и членовредительские желания.

— Ух ты ж, огненная девочка решила зубки показать. Мило! Знаешь, детка, мне даже тягаться с тобой не интересно. Ясно же, что ты мне не соперница.

Так, Анюта, спокойнее. Не выходим за границы словестной плоскости. Не так она в себе уверена, как хочет казаться. Иначе не стала бы тебя задевать.

— Зачем тогда доколебалась? — скрестила я руки на груди.

— Любопытно стало, что за чудо такое Илиян мне на замену нашел. А теперь вижу, ни кожи, ни рожи, ни чешуи. Видать за первую попавшуюся девку ухватился с обиды. Он тебя с собой таскает, лишь бы я ревновала, а как поманю, назад прибежит. — Послала она мне еще один высокомерно-насмешливый взгляд.

И так он меня взбесил! В душе поднялась обида. Не за себя, за водяного. Вспомнила, каким он расстроенным становится при упоминании этой гадины белобрысой. Сначала закрутила с другим у него на глазах, а теперь как ни в чем не бывало, явилась снова ему мозги пудрить. Вся такая победительница жизни. И плевать, что ему больно! Ну держись, стерлядь крашеная. Илью обижать не позволю!

Безбожно скопировала взгляд нашего куратора, когда он на лабораторном стекле микробы разглядывает, и уперла его в район выдающегося бюста. Затем медленно перевела на лицо русалки и ответила:

— Не у всех гормоны роста целиком в сиськи ушли. У некоторых и на мозги остались.

Лорка с пол минуты хлопала ресницами, будто пыталась взлететь. Затем до нее дошел смысл сказанного.

— Это ты меня сейчас дурой назвала?

— Именно. Только дура могла такого парня бросить, ради сомнительной перспективы отправиться в Европу! Что, не позвали? Решила реку вспять повернуть, раз с мажором не вышло? — Получилось более эмоционально, чем я хотела, ну да ладно.

— Воу, воу, девочки. Стопэ! — услышала я слева голос Грачика и краем глаза заметила как он пробирается к нам между столиков.

Русалка поднялась на хвосте как кобра, оттолкнулась и с криком: — «Утоплю!» — нырнула в воду.

Дальше события развивались стремительно. Я только на пару шагов назад отскочить успела. Лорка вынырнула у края бассейна, перемахнула через бортик и устремилась ко мне. На двух ногах и абсолютно голая, ниже пояса. Ей наперерез рванула Настасья, до этого момента шокировано стоявшая около бассейна с кикиморами и переводившая ошалелый взгляд с меня на русалку и обратно.

Они столкнулись и обе рухнули обратно в воду. Я испугалась, что моя подруга захлебнется. Совсем забыла, что она тоже водная и дернулась к ним. Меня поперек туловища перехватили длинные руки. Это вовремя подоспел Кеша.

— Какого хека тут происходит! — услышала я совсем рядом голос Илияна. Волна магии прокатилась от него, придавив мощью. Таким я его раньше не видела. Властным и пугающим. Я моргнуть не успела, как он оказался у края. Серые глаза парня светились серебром.

Вода встала дыбом, спеленала обеих девушек и растащила в разные стороны, подвесив в воздухе. Лорка пыталась вырваться, не замечая ничего вокруг. Кажется, она даже не поняла, что ухватила не меня. Настасья, наоборот, мгновенно обмякла и мокрой тряпочкой висела опутанная струями. Очки она потеряла. Без них подруга выглядела по-детски беззащитной. У меня сжалось сердце. Я вырвалась из рук Кеши и подскочила к водяному.

— Илья, Настя не виновата. Отпусти ее, пожалуйста. Это я Лорку спровоцировала. — Покаянно опустила голову. — Не нужно мне было лезть не в свое дело. Прости.

Он никак не отреагировал, продолжая светить своими фарами в сторону бассейна, лишь кадык напряженно дернулся. Выглядел Илья при этом, прямо скажем, жутковато. За наше недолгое знакомство я ни разу не видела его без шальной мальчишеской улыбки, без смешинок в глазах. В этом чужом Илияне была только сила. Меня разобрала нервная дрожь.

Только через несколько долгих секунд зрачки парня начали возвращаться к привычному цвету. Водяной отмер, и почти нормальным голосом бросил:

— Кеш, поставь завесу.

— Уже, — ответил лихо.

Я невольно оглянулась за спину. Вокруг нас образовалось свободное пространство, а за ним, как ни в чем не бывало, продолжали веселиться остальные гости. Кажется, они даже не видели нас, застывших у бассейна.

Разбор полетов не продлился долго. Первым делом водные плети освободили Настасью. Осторожно опустили прямо в руки стоящего ближе всех Грачика. Он, не раздумывая, обнял девушку за плечи и вскоре они скрылись за дверью подсобного помещения.

До Лорки наконец дошло, что искупала она не ту, но присутствие Илияна заставило ее забыть о мести. Она пыталась кокетничать и строить глазки, принимала завлекательные позы. И это, не смотря на то, что ее наготу в тот момент наблюдал не только бывший. Ноги на хвост она так и не сменила. Водяной на все ее ужимки не купился, чем несказанно меня порадовал. Чего уж скрывать.

Вода в бассейне поднялась и в ней открылась воронка, куда водные плети бесцеремонно зашвырнули русалку. Кикиморы в соседнем бассейне зааплодировали, и Илья будто окончательно очнулся.

И снова я как первомайский флажок болтаюсь позади водяного, который куда-то меня тянет. Лицо целеустремлённо-сосредоточенное. Еще злится. Но ничего не говорит.

— Илюх, куда мы? — спрашиваю растерянно.

— Танцевать.

— ?!

— Чему ты удивляешься? Мы уже почти три часа тут торчим, а я так с тобой и не потанцевал. И не сказал, как тебе идет это платье. Пора исправить упущение.

От неожиданности мне только и оставалось, что глупо хлопать ресницами.

Он затормозил посредине танцпола, резко крутанул меня так, что я оказалась в его объятиях. Набрала воздуха, чтобы сказать, что не умею и поняла — кажется, уже танцую. Что там Илиян мне про русалочий напор говорил? Получите, распишитесь.

— Прости, Анют. Я хотел, чтобы эта ночь была для тебя особенной. И разборок с моей бывшей в планах точно не было. Но я постараюсь все исправить. — Он наклонился и коснулся своим лбом моего, медленно покачиваясь в танце. На моих глазах его напряжение растворилось, дыхание выровнялось. Улыбка сама поползла, приподнимая уголки моих губ. Лорка осталась в прошлом. В этом я теперь была абсолютно уверенна.

Он хотел, чтобы эта встреча стала особенной. Я только за! Пусть кружит и обнимает. Говорит комплименты. Дарит волшебство и сказку. Сегодня моя ночь!

Я крепче обняла Илью за шею и заглянула в глаза. По спине от его ответного взгляда побежали электрические разрядики. Или это его пальцы...? Ой-ей, а объятия стали совсем не протокольными! Кажется, пока мы с русалкой отношения выясняли, он для себя какое-то решение принял. По крайней мере, дистанцию явно сократил. И хорошо. Никогда еще не чувствовала себя так чудесно, так весело и щекотно, так восхитительно страшно, так… правильно.

Илиян приблизил свое лицо, уверенно и неторопливо. Моих губ коснулся невесомый поцелуй. Всего лишь намек. Он давал мне возможность остановить его. Только я не собиралась этого делать.

В теле вдруг появилась легкость. Держи меня Илья, держи крепче, я кажется сейчас взлечу! Я качнулась к нему, желая прижаться сильнее.

Парень отстранился. Заглянул мне в лицо и улыбнулся, довольный увиденным.

— Ты ведь понимаешь, что это значит, да? — шепнул он, не отрывая от меня глаз.

Я едва заметно кивнула, заранее на все соглашаясь. Сердце забилось тревожнее и чаще. Его улыбка из довольной превратилась в горячую, почти обжигающую. И губы снова накрыли мои.

Мужская рука, как разведчик, медленно двинулась по моему плечу, дотронулась до основания шеи и остановилась, перебирая короткие прядки на затылке. Исходящее от Ильи тепло согревало кожу. Его язык коснулся моего, ускользнул и вернулся. Еще раз и еще, идеально совпадая с ритмом дыхания. Я тонула в новых для меня ощущениях. Мы упивались друг другом, все сильней погружаясь в потоки нежности и ласки. Когда Илья разорвал поцелуй, мне пришлось заново учиться дышать.

* Перевод В. В. Левика.

ГЛАВА 6: Любовная лихорадка.

Илья

Лежу на дне реки и смотрю на солнце сквозь толщу воды. Солнечный абрис дрожит и смазывается, словно вот-вот сорвется с небосвода и отчалит вслед за мелким мусором, уносимым течением. На поверхности ветер, но здесь тихо и хорошо. Меня неудержимо клонит в сон, сказывается недосып последних ночей. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке при воспоминании о причине моей бессонницы. Наверно сейчас я похож на идиота, но мне плевать. Я закрыл глаза, вспоминая прошедшую ночь.

Сначала все шло хорошо, не считая мелкого недоразумения с аджаном. Я впитывал Анины взгляды, наслаждался робкими улыбками и думал о том, какой я все-таки везучий. Эх, Анютка, Анютка — аленький цветочек, что ты со мной сделала! В груди волнение, и нежность, и… любовь?! И на ворожбу не спишешь, человечка ведь.

Никогда не думал, что буду с нетерпением ждать встречи, готовиться к свиданию, и уж тем более переживать, понравится ли оно девушке. Раньше за мной такого точно не водилось. Все потому, что мавки на мне сами висли, как икринки на водорослях. Я их восхищение как должное принимал, и о степени искренности не задумывался. Брал, что дают, но терял при этом, нечто большее. Я только сейчас понял.

Светлое и трепетное, такое хрупкое и трогательное чувство, что зародилось между нами, теперь я ни на что не променяю. Мы знакомы всего три дня, а точнее, три ночи, но в себе я уверен. Прав отец — настоящая любовь в проверке не нуждается! Оттого и страшно и будоражаще внутри. Схватить мое чудо хочется, спрятать в объятьях, укрыть от посторонних глаз….

Появление в моей жизни Анюты избавило от иллюзий. Я понял, как бессмысленно, то в чем старался себя убедить последние пол года. Что Лорка меня любит, а не просто ищет свою выгоду. Отчетливо увидел, что старался сохранить отношения, которые того не стоили.

От воспоминаний о Лорке становится неуютно. Отметаю их в сторону. У меня есть более приятные эпизоды для проигрывания в памяти.

Грудь Ани неровно вздымалась. Бантик из тонкой ткани на ней подрагивал в такт дыханию. Глаза девушки блестели словно аквамарины. Я не мог оторвать от нее восхищенного взгляда. Как не мог объяснить, отчего так счастлив именно сейчас. Но причина в ней, несомненно.

Мы танцевали, прижавшись друг к другу, и я чутко прислушивался, как разгорается жар в моей крови. Мозг туманился восхитительными, абсолютно неприличными мечтами. Но я не хотел спешить. В моих объятиях находилась самая прекрасная, самая желанная девушка, какую я только мог себе вообразить. И смотрела она на меня так, как я мечтал, словно никого больше вокруг не видит. Сбылось мое спонтанное желание, загаданное в Новогоднюю ночь!

В праздничном волшебстве причина или нет — неважно. Главное, что я ее теперь не отпущу. Это так же несомненно, как то, что за приливом всегда следует отлив.

Остается нерешенным только один вопрос: как быть с тем, что моя жизнь неотделима от воды, а Анюта не русалка. Она даже не природница. Просто человек, хрупкая девочка, в руках которой бьется мое сердце.

Ничего, по счастливому стечению обстоятельств я водник только наполовину. Мы справимся. Главное, чтобы она согласилась быть со мной.

Реки текут непрерывно, как время и они его не считают. А вот одному водяному уже стоит поторопиться. Через час Грачик будет у моего дома, а мне еще собраться нужно. Ничего, в дороге высплюсь.

Как и предполагалось, я уснул, едва загрузившись в машину, и часа два продрых сном праведника. Проснулся резко, будто от толчка. Хотя так и есть. Раритетная четвера резко затормозила у придорожной кафешки.

Этого монстра отечественного автопрома мы на первом курсе раздобыли через знакомых почти за бесценок. И все по очереди учились водить. Древний сарай на колёсах оказался незаменим в перевозке музыкального оборудования, когда мы только начинали выступать. Давно пора заманить его на что-то более комфортное и презентабельное, вот только ни у кого из нашей компании духу не хватает отправить старичка на пенсию.

Ашот зябко ежась вылез с пассажирского сидения, и ворча, отправился на добычу пропитания и кофе. Сегодня в Архыз мы ехали втроем. Кеша решил еще погостить у родни. Я же хотел порадовать родителей подарками, оттого и присоединился к братьям-лесовикам. Водными тропами с поклажей не больно то попрыгаешь. Хотя кого я обманываю. Это только предлог. Просто я хочу поговорить с отцом, расспросить, знает ли он пары водника и человека. Три часа в дороге нужны мне, чтобы собраться с мыслями перед предстоящим разговором.

— Илюх, ты ж Настасью хорошо знаешь? — неожиданно спросил Грачик, нарушив сонную тишину, царившую в машине. Я удивился вопросу, но ответил:

— Считай с ее рождения. А что?

— Познакомиться поближе хочу. Не слышал, есть у нее парень?

Что за фигня! Я аж проснулся. Друг ждал моего ответа.

Перед глазами сам собой возник образ Насти. Невысокая брюнетка с почти мальчишеской фигурой в джинсах и мешковатом свитере. Зеленоватая, воспаленная кожа лица в мелких бугорках — наследство от прародительницы, проклятой в те времена, когда сказки еще являлись былью. На носу огромные очки с толстыми стеклами. В мутной воде коэффициент преломления другой. Все кикиморы немного близорукие. Но я прекрасно знал, что за непрезентабельной внешностью скрывается очень красивая душа. Чистая, верная. Взять хотя бы как эта храбрая бойцовая рыбка подругу защищать кинулась. Только когда б Грачик ее душу разглядеть успел? Насколько я помнил, они раньше не общались.

Настасья умница. Самая целеустремленная среди моих подопечных. И отношусь я к ней как к младшей сестренке. Обидеть ее точно никому не позволю, даже лучшему другу. В ушах застучало:

— Грач, ты совсем сдурел? От кого, от кого, а от тебя не ожидал. Что на безбабье и кикимора — русалка?! У тебя желающих занять вакантное место постельной музы столько, что можно каждый день новую приглашать. Наська то тебе зачем?

Грачик удивленно заморгал. Кажется, до него не сразу дошел смысл моего наезда. Затем на его лице сменилось множество эмоций, от обиды и неверия до раздражения.

— Илюха, ты совсем башкой поплыл, что-ли? Когда я в твоих глазах сволочью стать успел?! Не собираюсь я с твоей подопечной играть.

— Тогда не понимаю твоего интереса. — Теперь уже растерялся я. Ну не укладывалась в моей голове увлеченность лесовика кикиморой.

За Грачиком постоянно увивались поклонницы. Впрочем, как и за всеми нами. Время от времени он заводил с кем-нибудь из них роман. Так, ничего серьезного. Когда отношения угасали, он мирно расходился с очередной девушкой. Тихо и без скандалов, часто оставаясь друзьями.

Я ему даже завидовал в этом отношении. Мои бывшие подружки наоборот излишне эмоционально реагировали на разрыв. Водники народ темпераментный — то ракушки бьют, то слезы льют. Но это так, лирическое отступление. Что же касается друга, помимо покладистого характера, всех его девушек объединяло внешнее сходство — пышные грудастые блондинки. Настасья в типаж не вписывалась ни по одному из пунктов.

Грачик замялся. Легкая складка пролегла между бровей.

— Понравилась она мне. Понимаешь?… По-настоящему. Вчера, когда ты разбушевался, там, в клубе у нас неожиданно появилась возможность пообщаться. Ты же сам ее мне фактически на руки скинул.

Я с трудом припомнил, что действительно, оставил Настю на попечение друга и больше никого из них не видел. Удивительно, что вообще внимание обратил. Я с испуга за Анюту и от злости на Лорку едва с катушек не слетел. Водяной в гневе может и в луже утопить, водоворот устроить, омут создать. Лорке круто повезло, что я ее всего лишь в родную реку зашвырнул, а не в Северный Ледовитый. Наське я бы даже со злости вреда не причинил. Она это знает, но все равно испугалась.

Ну вот, опять отвлекся. Что-то рассеянный я сегодня.

— Извини, Грач. Это я на эмоциях. Просто после Лоркиных выкрутасов нервный стал.

— Я вижу. — Друг хлопнул меня по плечу. — Обещаю быть с чувствами Насти бережным. И вообще, это все ты виноват. Ваша с Анютой влюбленность оказалась заразна.

— Ну, со мной понятно, ты меня как облупленного знаешь, но с чего ты решил, что Аня тоже влюблена? Мы и знакомы то всего ничего.

— Нетрудно догадаться, — он пожал плечами, — по взглядам, по жестам. Это же очевидно для всех кроме тебя.

Мне вдруг захотелось поделиться, чтобы друг понял мои терзания.

— Она особенная, — сказал я тихо. — Верит мне, верит в меня. Рядом с Анютой кажется, что все может сбыться, стоит только захотеть. Знаешь, я вот вроде уже не мальчишка, своего добиваться умею, а под ее взглядом теряюсь. Обидеть ее боюсь. Все внутри переворачивается от ее трогательной беззащитности. Только с ней мир наполняется радостным предвкушением необычного от каждого следующего мгновения.

— Да, братец, не думал, что все так серьезно. Поздравляю, это уже не просто влюбленность — любовь!

Вернулся Шот. Сунул нам по кофейному стаканчику, оглядел нас и закатил глаза.

— Илюха, подбери ферамоны. С таким настроем у тебя рыбы среди зимы нереститься начнут…. Или чего похуже. Моего брата, по ходу уже приложило.

— Смотри, как бы тебе не прилетело.

— Да ну вас….

ГЛАВА 7: Сказ о кикиморах.

Аня

Дверца шкафчика мягко стукнула и я, привстав на цыпочки, потянулась к верхней полке. Чашка оказалась в моих руках. С белого фарфорового бока на меня смотрели смешные мордашки двух новогодних эльфов в красных колпачках. Вместо того, чтобы, как собиралась налить себе чай, я замерла, глупо улыбаясь. Просто вдруг вспомнила, как Илья хохотал надо мной за вопрос о том, верит ли он в подводного Деда Мороза. А отсмеявшись, на полном серьёзе сказал, что верит в новогоднее волшебство.

Думаю о нем, и сердце заходится от восторга. В теле легкость, улыбаться хочется, и кружиться, расправив руки. Я и не сдерживаюсь. Улыбаюсь и мечтаю, вот вернется Илиян от родителей, позову его к себе…. Что будет дальше, додумать не успела.

Звонок телефона застал меня врасплох, громким эхом раскатившись по пустому дому. Первой мыслью было, что звонит водяной. Вдруг он соскучился? Я сорвалась с места и ринулась на поиски невесть куда завалившегося аппарата.

Звонила Настасья.

— Привет! — услышала я возбужденный голос подруги, — Нютка, планы меняются!

— Только не говори, что собираешься саботировать наш девичник! Я пол дня готовилась. Два противня пироженок напекла. Корзиночек с ягодами и взбитыми сливками. М-м-м… твоих любимых, между прочим. — Голосом змия искусителя поспешила вклиниться я.

— Нет, не отменяется, только место дислокации перенесем. Бери ноги в руки и дуй ко мне. Бабушка ночевать у Лейсаны будет. Ее в ночную смену в больницу вызвали, а мальков оставить не с кем. Пока бабушка с детьми возится, весь дом в нашем распоряжении. Раз уж ты о тайных жителях знаешь, я хочу тебе кое-что показать. Да и пироженки не забудь!

Долго уговаривать меня не пришлось. К Настасье у меня был миллион вопросов, а где их задавать не принципиально. Лишь бы ответила. Зная подругу, ей и самой тоже не терпится меня расспросить.

Упаковала угощение в широкую коробку, кинула в рюкзак все необходимое для ночевки, сложила подарки. Вышла на улицу и не удержалась от вздоха. Снег, окончательно растаял, по улице текли ручейки, собираясь в лужи, кое-где полностью перекрывающие тротуар. Курортный город, блин! Чуть от центра, и прощай цивилизация. Ладно, до перекрёстка можно по обочине пройти. А вот после поворота начнется полный треш. Я мысленно застонала, представив, как буду топать через дачный кооператив по сплошной каше из грязи, груженая, как маленький ослик.

Машины, пролетающие мимо, так и норовили обдать меня фейерверком ледяных брызг. Интересно, Илья и талой водой управлять может?

Эх, ну почему я не волшебница?! Колданула бы сейчас — и вокруг чистота…. Вот было бы круто!

Я представила, как грязные потоки огибают меня, а я словно Моисей вышагиваю по центру, между расступившихся вод, гордо неся в руках свои кулинарные шедевры. Не удержавшись, рассмеялась в голос. Настроение было отличное, не смотря на окружающую слякоть.

Среди дач, как и ожидалось, идти стало трудней. Я медленно продвигалась вдоль заборов, боясь поскользнуться на жидкой грязи. Взгляд прошелся вдоль привычных, знакомых с детства домов, выхватывая детали, которых я раньше не замечала. Справа дом нашей школьной учительницы биологии, весь увит девичьим виноградом. Перед входом клумба, а на ней скульптура, изображающая лесовика в окружении маленьких зверюшек. А над входной дверью в следующий дом приветливо взирает на прохожих симпатичная русалочка, выполненная из мелкой мозаики. Просто украшение, или намек на его обитателей?

Впереди хлопнула калитка и детский голос прокричал:

— Я тебя сейчас тресну!

— Только попробуй, я все маме расскажу.

— Не расскажешь,… ой, привет, Ань.

— Привет сорванцы. — Выглянула я из-за коробки. — Что опять делите?

— Он у меня из подарка шоколадку стащил и не признается. — Сдала брата Марьяша, чумазая девчушка лет пяти.

— Сама ее съела, а на меня сваливает! — Завопил в ответ семилетний Кирилл.

— Не ела, не ела, не ела….

— А ну ка цыц! — рявкнула я, по опыту зная, что если быстро не остановить этих бандитов они сцепятся. Дети Настиной двоюродной сестры постоянно дрались из-за мелочей, но стоило постороннему задеть одного из них, тут же кидались на защиту друг друга.

Район у нас маленький. Кругом частный сектор. Все соседи как на ладони. Вот и воспитываем хулиганов дружно, кто как умеет.

— Так, мелкота, ругаться будем или пирожные лопать? — я мастерски переключила их внимание.

— Корзиночки? — запрыгала на месте девчушка.

— Угадала. Миритесь и бегом мыть руки!

Через минуту с чистыми руками и даже умытые дети вернулись. Я вручила им обещанное лакомство и пошла дальше.

Вот и последний поворот. В конце проулка грунтовка упиралась в резкий склон. Вверх поднималась узкая лесенка с разномастными ступенями и ржавым металлическим поручнем. Цель моего путешествия находилась прямо перед ней, в самой низкой точке. Настасьин дом стоял последним, боком к склону, огородом выходя на болото, скрытое в камышах. Ручеек рассекал весь их участок, вытекал из асбестоцементной трубы, проложенной под забором и дорогой. Он петлял, словно вычерченный дрожащей рукой художника алкоголика, скрываясь за забором соседа напротив. Жирные утки нагло плескались сразу за сеткой, лениво покрякивая.

Узнав о принадлежности подруги к болотным русалкам, я теперь иначе воспринимала и ее жилище. Их с бабушкой дом органично вписывался в эту местность, снизу доверху оплетённый странным растением, названия которого я не знала. Его плоды напоминали крысиные хвосты. Стручки смешно топорщились из под похожих на виноградные листьев. Листва, покрасневшая и прихваченная морозом, героически держалась на узловатых стеблях, полностью скрывая стены. Я вдруг подумала, что не знаю, как дом выглядит без своего живого наряда. Представлялось, что он не был построен, а просто однажды вырос на участке. Забавно, теперь это не казалось невозможным. Я усмехнулась своим мыслям.

Меня уже ждали. Подруга открыла, едва я коснулась звонка. За дверью меня встретил знакомый аромат трав. На кухне Римма Емельяновна колдовала над самоваром.

— Проходи Аннушка, ты вовремя, аккурат к чаю.

Коробка с угощением перекочевала из моих рук на стол.

— Бабуль, мы с Анютой побудем пока у меня, позови, как закончишь.

— Ох, егоза, — покачала головой пожилая женщина, украдкой улыбаясь, — бегите, секретничайте.

Пока я раздевалась, Настасья пританцовывала от нетерпения. Едва дверь в ее комнату закрылась, подруга схватила меня за руки и закружила, подпрыгивая. Я слегка опешила. Из нас двоих обычно я отличалась эмоциональностью.

— Нют, ты не поверишь, кажется, у нас получилось!

— Ч-что получилось? — Я растерянно моргнула.

— Посмотри на меня, ничего не замечаешь?

Я оглядела подругу. Вроде все как обычно,… а нет, очков не хватает.

— Ты все-таки решила перейти на линзы?

— Что?… Нет, я о другом.

Я пожала плечами.

— Не знаю. Говори уже прямо, не мучь меня.

— Так не интересно, ну же!

— У-у-у,… кикимора! — я послушно еще раз взглянула на Настасью. — Ого! Глазам не верю! Неужели, правда?

Она радостно закивала.

Удивиться было чему. Кожа девушки была почти нормальной. Часть бугорков еще оставалась, но их было не сравнить с тем, что было раньше. Мы виделись вчера, и ее нос, и скулы были полностью бородавчатыми. Теперь я знала, что в академии Настя прикрывалась легкой иллюзией, превращающей бородавки в подростковые прыщики. Эстетики это не добавляло, но, по крайней мере, скрывало ее принадлежность к болотным русалкам.

Эта проблема появилась у подруги лет в двенадцать и никакие средства не могли исправить ситуацию. Интересно, что вызвало такие изменения всего за несколько часов?

— Как?! — только и смогла произнести. Я знала, как Настасья мучилась и комплексовала по этому поводу. И была безумно рада, произошедшим переменам.

— Мне кажется, мы нашли нужный состав. Помнишь, те расчеты, что мы с тобой делали перед каникулами?

— Неужели сработало?!

Пару недель назад, мы — два фармацевта недоучки, в очередной раз пробовали создать мазь от кожных высыпаний. Правда я тогда даже не подозревала, что мы будем лечить от лягушачьей кожи!

— Я мазь давно изготовила, а как вернулась с вечеринки, решилась попробовать. – Настя отвела глаза.

Ясно, увидела своего кумира и с отчаянья намазалась непроверенным средством. Я покачала головой.

— Но получилось же! — упрямо выпятила подбородок подруга.

— А мне кажется дело в другом, — произнесла Римма Емельяновна. Мы так увлеклись, что и не заметили, как она вошла. — Просто твой лесовик в тебя влюбился, вот проклятье и отступило.

— Какое такое проклятье? — удивилась я. Об этом я раньше не слышала.

— Пойдем за стол, я расскажу. Раз уж Илиян Водянович тебя в тайну природных посвятил. — Лукаво улыбнулась старушка.

Ох, любопытство мое – бремя тяжкое. Никогда не могла устоять. Еле дождалась, пока все расселись и разлили чай.

— Давно это случилось, — начала свой рассказ Настина бабушка. — В ту пору природники от людей не скрывались, а по земле могущественные чародеи ходили. Вот один такой повстречал русалку болотную, что Алёною звали. Хороша она собой была и из знатного рода происходила. — Голос бабы Риммы стал напевный и убаюкивающий. — Жила та Алёна и горя не знала. Батюшка души в ней не чаял. Жениха из морских ей сосватал. Приданного целый воз приготовил. А тут откуда ни возьмись колдун чужеземный нарисовался. Да еще и некромант, чернокнижник стал быть.

— Приглянулась ты мне, — говорит, — выходи за меня, красна девица. Будешь в моем дворце жить, в шелка-жемчуга рядиться.

А девица и отвечает:

— Не пойду за тебя. Страшен ты, черен аки ворон. — И за отца спряталась. Тот церемониться не стал и выставил незадачливого жениха.

Осерчал чародей. В сердцах плюнул, да и произнес:

— Обида моя сильна. Колдовство мое прочно. Так будь же и ты страшна, словно жаба, покуда не полюбит тебя в таком виде тот, кому ты сердце свое отдашь. А ежели без любви под венец пойдешь, потомство твое за гордыню твою ношу нести будет.

Так и вышло. Жених Алёны, как лягушачью кожу увидал, от свадьбы отказался. Да, недолго она в девках ходила. Выдал ее батюшка за соседа своего. По приказу, не по любви.

Так пошел род кикиморовый, род богатый да несчастный, лягушачьей кожей покрытый. Ради злата и влияния многие на бородавчатых потомках болотной русалки жениться были готовы.

Много воды с тех пор утекло. Расплодилась наша семья. Расплылась по миру. Кикиморы отдельным русалочьим видом стали. Про проклятье стараются не вспоминать. Внутри своей общины пару ищут. Но каждый из нас мечтает любовь взаимную со стороны встретить. Ведь только тогда к дщерям и сынам Алёниным красота возвращается, когда условия проклятья соблюсти удается. Ежели тот, кого кикимора полюбит, свет души ее разглядит, сойдет лягушачья кожа. Только редко это бывает. — Вздохнула рассказчица. — Я на своем веку всего пару раз такое видала.

— Бабушка, но ты же без лягушачьей кожи ходишь. И на фото в молодости красавица писанная! — удивилась Настасья.

— А до свадьбы ты мои фото видела? — Подруга покачала головой.

— То-то же. Мне повезло твоего дела встретить. Хороший он человек был, не по внешности людей мерял. И тебя твой лесовик разглядит, если не дурак.

— Грачик не дурак, — встала на защиту парня Настасья, — дурная у нас прародительница была. Колуна оскорбить только от недалекого ума можно было.

— А тебе разве Алёну не жалко? Она же не виновата, что не смогла на любовь ответить. — Спросила я.

— Да не любовь то была, а страсть и самолюбие уязвленное, — вставила Римма Емельяновна. — Истинно любимых не проклинают.

Мы притихли, призадумавшись.

— Так, девоньки, заболталась я с вами. Мне уже к Лейсане пора. Как бы она на работу не опоздала! — всплеснула руками старушка. — Ее ж мальков без присмотра если оставить, в считанные минуты весь дом разнесут. И пол улицы в придачу!

— Беги, бабушка. Мы сами со стола уберем.

— Поздно не сидите, — с улыбкой пригрозила нам пальцем баба Римма, — знаю я вас, болтушек.

Мы с Настей переглянулись. Быстро помыли чашки, и едва хлопнула входная дверь, поскакали в Наськину комнату.

ГЛАВА 8: Шу-шу-шу… Девочки, они такие… девочки!

Стоило нам устроиться на диване, подруга приступила к расспросам. Таиться от Насти не стала, выложила все, как есть. И про новогоднее знакомство, и про последовавшие за ним встречи, про симпатию и ее неожиданное развитие. Поделилась я и своей надеждой, что для Ильи все это значит не меньше, чем для меня.

— Да, дела! — задумчиво протянула она, выслушав мои сбивчивый рассказ. — Если бы кто другой мне сказал, что сам Илиян будет за девушкой из обычных людей ухаживать, не поверила бы. Вот только я лично была вчера в клубе и своими глазами вас видела.

— Нась, а что в этом удивительного? — мне как-то обидно стало.

Нет, я, конечно, была согласна, что Илья особенный, и тоже не понимала, что он во мне нашел. Но думать самой — одно, а услышать от подруги, это совсем другое.

— Анют, прости, это прозвучало по дурацки, — меня стиснули в объятиях, — из головы вылетело, что ты о тайной стороне всего несколько дней назад узнала.

Илиян, — он ведь водяной. Это как,… как…. — Она вздохнула. — Как бы объяснить?

Магия, она материя сложная, управления требует. Только не каждому это под силу. Водяным становится лишь тот русал, что водные пути открывать может. А это редкость.

— Что за пути такие? Кеша и Грачик их тоже вчера упоминали.

— Точнее всего будет назвать их порталами. Они соединяют между собой различные водоемы. Открывают их ненадолго, и только водяные. Это позволяет им быстро перемещаться по всем подконтрольным водам. Ведь не каждый русал безболезненно по суше передвигаться может.

Я кивнула. Мне про эту особенность водников вчера подробно рассказали.

— Умение это нельзя получить по желанию. Не передается оно и по наследству, — продолжила Настасья, — хотя, конечно у детей водяных встречается чаще. Но здесь свою роль, скорее, играет воспитание.

Бабушка говорит, что если бы не эта особенность наше общество пошло бы по пути человеческих монархий. Ведь у кого способности, у того и власть, а она, как известно развращает. А так, магия перемещения не привязана к избранным семьям, что не может не радовать.

Природа мудра. Она одаряет силой не по происхождению, а по душе. И требует от избранника полной самоотдачи. В какой-то степени, вступая в полную силу, водяной утрачивает часть личной свободы.

Водяные, лешие и степняки умеют природную энергию преобразовывать и с остальными делиться. Мы, жители тайной стороны, в магической подпитке нуждаемся как в пище, но добыть самостоятельно не можем. Высшие природники — залог нашего выживания. Поэтому именно им доверили управление всеми, кто принадлежит к магическим видам. Они обладают большой властью в нашем обществе.

Илиян только производит впечатление легкомысленного мальчишки. Не обманывайся. Он на своем месте. Не смотря на молодость, он умеет принимать сложные решения. Его хорошо готовили.

— Он говорил, что его папа обучал. — Вставила я. — Настасья кивнула, соглашаясь.

— Илюхин отец был водяным больше сорока лет. Начинал с нашего участка, потом на повышение пошел. На пенсию он уходил с должности главного водяного пресных вод всего южного региона. Серьезная должность, вроде губернатора у людей.

Илиян водяные тропы рано открывать научился и с детства готовился по его течению плыть. Многие думали, что он сразу в главном управлении работать начнет, злословили по этому поводу. А он как учебу пять лет назад закончил, так и пришел обычным участковым водяным. Не захотел отцовскими привилегиями пользоваться. Водян Одисеевич так им гордился, когда бабушке об этом рассказывал.

— Ты так говоришь, будто близко их знаешь. — Заметила я.

— Так и есть. — улыбнулась Настасья. — Илюха в моей жизни был всегда. Его отец в дальнем родстве с бабушкой, ну и со мной выходит тоже.

А еще они часто пересекаются по роду деятельности. Бабуля моя, между прочим уже лет семьдесят бессменный хранитель знаний. Все водяные к ней за информацией обращаются.

— Хранитель семьдесят лет? Сколько же ей тогда вообще? — Я страшно удивилась. На вид Римме Емельяновне я не дала бы больше шестидесяти.

— Сто двадцать два. Срок жизни магических существ немного больше чем человеческий.

— С ума сойти! — не сдержалась я.

— Тебе дальше рассказывать, или как? — шутливо свела брови Настасья.

— Прости, я ведь почти ничего, оказывается, о вас с бабушкой не знаю, хотя мы пол жизни с тобой знакомы. — Растерянно развела руками. — В голове не укладывается!

— Ну, самое главное ты знаешь, — лукаво улыбнулась подруга. — Мы с бабушкой тебя очень любим!

Наськины слова меня тронули, потому что я знала — это правда.

— И я вас люблю.

Придвинулась ближе и положила голову подружке на плечо.

— Расскажи еще, — попросила я.

— Про Илью? — ее лица я не видела, но в голосе слышался смех. Смущенно кивнула, и кикимора продолжила:

— Илья с папой, к нам постоянно в гости заглядывал. Бывало, что и Кеша с ними приходил. Ты ведь уже знаешь Инокентия? — я кивнула. — Они со мной и с сестрами моими двоюродными дружили. Гонялись по болоту, в прятки играли. Кешу, с его умением наводить морок никто найти не мог! Хорошее было время….

А потом они повзрослели. Илья учиться пошел и у нас стал редко показываться. В универ он в один год с Грачиком поступал, но знакомы они раньше были. Их отцы, кажется, тоже вместе учились. И потом отношения поддерживали. Они периодически гостили друг у друга. Семья Грачика недалеко от Архыза живет. Когда Водян Одисеевич на пенсию вышел, они с тетей Люциной рядом дом построили. Туда же, кстати, Кеша перебрался. В горах еще лес сохранился, а то у нас, сама знаешь, лиху укрыться негде.

На первом курсе они с Николой познакомились. Во время учебы парни еще больше сдружились. Вскоре они выступать начали. Девчонки за ними косяком ходить стали. — Настя вздохнула. Видимо, лесовика своего вспомнила в окружении поклонниц.

— По окончании учебы Илья в должность вступил. Ему совсем не до глупостей теперь. Видимся мы не часто, все больше по делу. Кикиморы ведь тоже в зоне его ответственности. Хотя о нас с бабушкой он вне зависимости от работы заботится. Когда может, всегда в наше болото тропу открывает.

Он хороший водяной, ответственный. Пасейдоныч ему уже не раз повышение предлагал, но Илиян почему-то отказывается. Они и с Лоркой поэтому разругались.

Я вдруг ощутила разницу в возрасте. Семь лет. Вроде немного, но Илья уже мужчина. Это не наши с Настей инфантильные одногрупники. Он состоялся в своем призвании, знает себе цену….

— Чего притихла? — вдруг спросила Настюха.

— Да вот, подумала, зачем ему я — человечка обычная?

— Ну, какая ж ты обычная? Ты моя лучшая подруга, и этим все сказано! Даже водяной не устоял. — Заявила она веселым тоном. Мы рассмеялись. Но легкая неуверенность притаилась до поры до времени в уголке моей души.

— А что это мы на сухую сидим? — встрепенулась Настасья. — У меня фирменная бабулина настоечка есть.

— Тащи, я пока из буфета чарочки достану.

Тягучая, почти черная жидкость стекла по серебряному боку покрытой чеканкой емкости. Комната наполнилась густым ароматом смородины и пряных трав. Я вдохнула и расслабилась. Настойка бабы Риммы одним запахом успокаивала. Настины соседки были уверены, что она еще и лечит. Заговоренная, не иначе.

В этом была доля правды. Настина бабушка была не только хранителем, но и знахаркой. В бутылку она кроме наливки еще и укрепляющее зелье добавляла. Вместе ингредиенты настаивались, и при употреблении, жидкость давала легкий лечебный эффект. Менее алкогольной она от этого не становилась.

— Давай за нас, что ли! — провозгласила Настасья, подняв чарку, — за умных, замечательных, талантливых и веселых лучших подруг на свете!

Мы чокнулись и выпили.

— А теперь колись, — воспользовалась моментом я, — на что там бабушка твоя намекала? Про Грачика.

Настасья покраснела.

— Ну же, кикимора, не мучай меня любопытством!

— Он меня домой проводил, — тихо начала она, — а перед этим свои запасные вещи дал. Вон, висят. – Она мотнула головой в сторону шкафа, где из-за дверцы, выглядывал капюшон мужской толстовки. — Я же не перекинувшись в воду упала. Промокла насквозь и очки потерять умудрилась. Грачик меня в подсобку отвел и чаем напоил.

Представляешь, я даже с ним нормально поговорить смогла! Всегда боялась подойти, а тут от неожиданности так растерялась, что даже о волнении забыла. Знаешь, я ведь давно в него влюбилась, еще до того, как их группа известной стала. Сначала познакомиться стеснялась. Наблюдала за ними с Илюхой издалека. Мне казалось, что чувства к нему у меня на лице написаны. Наверно так оно и было. В четырнадцать еще плохо умеешь собой владеть. А потом стало страшно разочароваться.

— Давай за то, чтобы реальность превосходила ожидания. — Провозгласила я, подвигая к подруге чарку. Я думала о том, что в моем случае точно получила больше, чем мечтала.

Спустя несколько часов и еще пару рюмок я все же решилась задать вопрос, который не давал мне покоя:

— Насть, а ты про Илью с Лоркой что-нибудь знаешь?

— Зачем тебе? Было и прошло. Забей. — Лениво протянула разомлевшая подруга.

— Просто, я влюбилась. Кажется. — Мой голос прозвучал жалко. — Вдруг он со мной только, чтобы задетую гордость успокоить? У него, таких как я, миллион еще может быть, а для меня он единственный. Влипла, да?

— Анют, не выдумывай. Да он тебя взглядом ест, разве сама не видишь?

— Вижу, но я не настолько наивная, чтобы не понимать, что влечение и чувства не одно и то же.

— Тут я согласна, но ты кое о чем забыла. Когда вы в клубе с Лоркой зацепились, он ТЕБЯ защищать кинулся. Чуть контроль над собой не потерял, силу выплеснул. Я даже испугалась. Думала, забудется и меня вместе с этой чокнутой в тутуя зашвырнет. Или еще, что похуже. Нют, водяные силу только в порыве сильных эмоций не удерживают. Поверь, ты ему очень, очень нравишься.

Я скептически заломила бровь.

— Хорошо бы. Потому что я уже отдала ему свое доверчивое подростковое сердце.

Подруга расхохоталась.

— Ну ты и загнула! Ладно, уговорила. Расскажу, что знаю, чтобы ты успокоилась.

Одна из моих двоюродных сестер работает секретарем у Мирона Пасейдоновича. Слышала о нем?

— Нет, а кто это?

— Нынешний глава всех водяных южного округа. Он сменил на этом посту Илюхиного отца. Мировой мужик и опытный управленец. Из наших, из кикимор.

Еще при Водяне Одисеевиче они вдвоем начали реорганизацию своего хозяйства и преуспели. Раньше водяные были каждый сам по себе. Только в критических случаях главный вмешивался. Теперь у них есть центральный офис на Кубанском водохранилище. Взаимодействие между водниками улучшилось, а значит и на проблемы они реагируют быстрее.

— Логично.

— Пасейдоныч считает Илияна очень талантливым и давно хочет к себе перетянуть. Это мне Тинтанила рассказывала. Илья в офисе работать не хочет, но главный не теряет надежды, а пока расширяет территорию Илюхиной ответственности.

— А при чем здесь Лорка? — удивилась я.

— При том, что она пиранья первостатейная, прикидывающаяся кроткой форелькой. Появилась она в водохранилище года два назад. Сама Лорка из какой-то захолустной речушки с названием Коровий яр или типа того. Стала она работать в управлении на мелкой должности. Кажется, в отделе по взаимодействию с человеческими экологическими службами. Как говорит Тина, поначалу она производила впечатление милой куколки. Очи свои небесные распахнет, ресницами беспомощно похлопает, к ней тут же очередь из добровольных помощников выстроиться.

До поры до времени женскую часть коллектива это забавляло. В целом проблем с ней не было. Русалка вела себя тихо, с работой справлялась. Сослуживцы поздно поняли, что внутри этого чудного создания скрывается амбициозная стерва.

Сначала, неожиданно отправили на пенсию ее непосредственную начальницу, а ее место отдали Лорке. Через месяц она перебралась в другой отдел, на должность повыше. И опять заменила сотрудника, который свое место уступать не собирался.

Где-то спустя пол года, таким макаром она добралась до секретаря одного из заместителей Пасейдоныча. Причем как работник она не слишком себя утруждала, а гоняла по своим делам других сотрудников своего отдела. Делала она это незаметно. Не подкопаешься.

Примерно тогда же она с Илияном и познакомилась. Вцепилась Лорка в него как пиявка. Видимо, признала сильного водяного перспективным. — В голосе подруги проскользнула несвойственная ей горечь. — С тех пор она неусыпно вилась вокруг него и отгоняла всех особей женского пола во избежание конкуренции за его хвост и сердце. В том, что мы с Ильей в последнее время редко виделись, тоже была ее заслуга.

— А его друзья? Неужели не заметили ее амбиции? Ладно, Илиян за любовью света белого не видел, но они-то куда смотрели?! Мне показалось, Илья принимает во внимание их мнение.

— Ты права. Но, во-первых, Лорка далеко не сразу показала свою хищную сущность. Около года она обхаживала водяного, разливалась весенним ручейком, да глядела на него снизу вверх влюбленными глазами. А во-вторых, никто не думал, что он всерьез соберется на ней жениться. Извини за откровенность, но до знакомства с Лоркой Илиян был влюблен практически в каждую девушку, что ему встречалась. По-настоящему же не любил ни одной.

Подруга разлила еще настойки, и мы задумчиво выпили. Я уже знала, чем все закончилось, но мне хотелось услышать конец истории от Насти.

— Так и что было дальше? — поторопила я кикимору.

— А дальше она потеряла терпение. Или бдительность. Решила, что Илья уже у нее на крючке.

Тут еще вопрос традиций. Видишь ли, водники отличаются бурным темпераментом, ну… в интимной сфере, — Настасья густо покраснела, но продолжила, — и частой сменой партнера, пока не нагуляются. Зато если влюбятся, то примерными супругами становятся. Так вот, у нас есть такое негласное правило: год вместе — женись на невесте.

— Что за глупость?!

— Вот и я так думаю, но многие считают, что если пара из нашей братии продержалась вместе год, без измен и расставаний, значит между ними и есть та самая любовь, что заставляет остепениться.

Лорка видимо решила, что уже может считать себя невестой и манипулировать Ильей. Только он такого никому не позволит. Последние пять месяцев она убеждала водяного принять повышение и переехать на водохранилище, поближе к управлению, но перегнула. Они тогда знатно поссорились. Лорка сковородку под своим хвостом почуяла и на время присмирела.

А перед Новым годом к ним делегация из Вислы пожаловала. Вроде как на конференцию по обмену опытом. Ее возглавлял Речевод, близкий родственник главы польских водяных. На банкете по случаю встречи Лорка на нем активно свои навыки обольщения отрабатывала на глазах у Ильи. Это мне тоже Тина рассказывала. Илиян психанул, из зала ее отбуксировал. Вернулась Лорка уже одна и продолжила Речевода обхаживать. А Илья куда-то исчез. Как мы с тобой знаем, сбежал он в родное озеро на пирс, чтобы побыть в одиночестве. Но не судьба! Как раз в тот момент ему встретилась одна девушка, которой трудно отказать и ему стало не до страданий.

Мы обе захихикали. Девичник продолжался….

ГЛАВА 9: Визиты.

Илья

Перемены во мне мама заметила сразу. Сначала внимательно приглядывалась, так, что даже отец забеспокоился. Они с мамой чувствуют настроения друг друга, как продолжение своих. Раньше я думал — это из-за обряда, что их связал, теперь пришла другая уверенность. Все дело в любви.

Им всегда было хорошо вместе. И в маленьком горном ручье, окруженном лесом, когда вокруг дышит, поет, звенит, благоухает травами жизнь, и в гостиной, на диване, где папа, обложившись книгами, пишет очередную научную статью для экологического симпозиума, а мама, сидя со мной в обнимку рассказывает сказки польских лесов.

Они даже ссорились как-то не в серьез. Бывало, папа на работе замотается и забудет, об обещании данном маме. Она обидится, и расстроенная молчит. Отец домой приплывет, она ему ужин накроет и молча уйдет. Он на автопилоте перекинется, оденется и за стол сядет. На середине тарелки опомнится, что что-то не так, а что — вспомнить не может. Пойдет маму искать. Найдет. Сядет рядом. Руку ей на плечо положит, тоже молча. Посидят они так минут десять, мама не выдерживает и говорит:

— Знаешь Вадь, тут с двух одно, либо ты дурак, раз не понимаешь, почему я расстроена, либо я дура — зря обиделась. И рассмеется. Папа обнимет ее и тоже давай смеяться. Подхватит на руки и кружит, кружит….

Я в детстве был уверен, что во всех семьях так. Повзрослев узнал, какая это редкость. Долго искал истинную любимую, ту, что душой моя. Думал, уже не встречу.

Потом Новый год подарил мне Анюту. Вчера я увидел в ее глазах тот самый огонек, какой бывает у мамы при взгляде на отца. В нем тепло и нежность, из-за которых, внутри все сжимается от осознания — я любим!

День пролетел незаметно, а я так и не нашел нужных слов, чтобы завести с родителями тревожащий меня разговор. Вечерело. Мы вышли на террасу, опоясывающую родительский дом. Рядом мелодично звенел горный ручей.

Мама не выдержала первой. Коснулась моей руки и спросила:

— Илюш, что случилось? Выглядишь так, будто пережил серьезное потрясение. Неужели так расстроен из-за Лорки?

— Разве обязательно нужно потрясение, чтобы прозреть? Просто я влюбился, - хотелось, чтобы тон звучал легкомысленно, но голос сорвался.

— Любовь тоже потрясение. — Мама одной рукой обняла меня и прислонила голову к моему плечу, глядя на закат.

— Вадик, кажется, наш мальчик окончательно повзрослел. — Ее голос был немного грустным. — Расскажи нам о ней, — тихо попросила мама….

От предложения переночевать у родителей я отказался. Они не настаивали, понимали, что бесполезно. Я попрощался и вышел к ручью. Разделся, открыл тропу и нырнул в образовавшуюся воронку, перекидываясь прямо в прыжке. Вынырнул в своем пруду. Об одежде я не переживал, позже мама заберет ее. А здесь мне смущать некого. Не вытираясь, голым прошлепал в дом. Меня переполняло нетерпение.

Набрал номер Анюты. Механический голос сообщил, что абонент не в сети. На меня тут же накинулись дурные мысли. Все-таки предательство Лорки отразилось на мне сильнее, чем я полагал.

Мало ли, что с Нюткиным телефоном случилось. — Успокаивал я себя. — Может, отключила, чтобы дозвонщики спать не мешали, или батарея села, а она не увидела?

Самовнушение не помогло. Через двадцать минут метаний я решил, что отправлюсь к ней. Прыгну сразу во двор, благо путь знаком. Правда, окажусь на месте голым…. Может лучше пешком?

А, ладно, надеюсь Аня не убрала из-под навеса мои джинсы, те, что я надевал в новогоднюю ночь. Я их там как раз на такой случай припрятал.

Уже притянув потоки помедлил.

Вот завалюсь я к ней. А если она не одна? Вдруг ее мама с братом приехали?... Ну и отлично! С будущими родственниками познакомлюсь.

Во дворе темнота. Ни одно окно в доме не светится. Спит? Вроде рано еще.

Засунул руку в зазор под крышей веранды, где в прошлый раз джинсы прятал. Ничего. Вот блин! А ладно, хрен ряски не слаще. Подумаешь, голышом к девушке в гости заявился. Так к своей, не к чужой же. Пусть привыкает.

Постучал. Тишина. Постучал громче. Снова без ответа. Нет дома красавицы моей. И куда ее на ночь глядя понесло? Может подождать?

Я стал озираться в поисках, на что бы присесть и вдруг заметил шевеление в палисаднике под окнами дома. Медленно подкрался и… чуть не прослезился от умиления! Знакомый погодный аджан, любитель глупых розыгрышей стоял на коленках над распустившейся маргариткой и осторожно покрывал ее тонкие лепестки прозрачным слоем льда.

Сначала хотел напугать его, но передумал. У мелкого хулигана было такое выражение лица, что стало совестно его прерывать. Но придется, может хоть он объяснит, что здесь происходит. Я подошёл и присел рядом на корточки.

— Привет, Ардашир. Чем занимаешься?

Человечек вздрогнул.

— Сам не видишь? — огрызнулся он, рассердившись, что его застали врасплох.

— Вижу. Красиво. Не думал, что тебе нравиться делать что-либо не имеющее отношения к шалостям.

Малыш обиженно насупился.

— Шалости, шалости…. Я может аджан тонкой душевной организации! — он передернул крылышками.

— Ну прости, я просто удивился.

— Удивился он. Художника любой обидеть может. Сам бы попробовал. Ювелирная работа. — Ворчал он, но уже не так возмущенно.

— А я вот, к Анюте пришел. Только ее дома нет. Не знаешь где она?

Аджан только сейчас оторвался от цветка, взглянул на меня и расхохотался.

— Ну ты даешь, Водяныч. Бравый кавалер! Ты б хоть срам прикрыл, что ли. — А у самого глаза такие невинные…. Ясно теперь у кого мои штаны искать надо.

— Так знаешь или нет?

— У Настасьи зазноба твоя сегодня ночует.

— Спасибо, — сказал я, поднимаясь, — и джинсы верни, туда, где взял.

— Да ладно, пошутил я, признаюсь. Но смешно ведь.

Я его не слушал, открывая тропу домой.

Утренняя заря едва начала окрашивать линию горизонта в розовый, а я уже в ожидании замер в центре пруда за домом. Молочный туман тек над водой. Нетерпение бурлило во мне, грозясь нарушить баланс силы в моих водах. Нужно взять себя в руки, но как это сделать, если все время думаю об Анюте. Без нее я несдержанный, словно вулкан.

Рыбка моя верткая. Ускользнула от меня. Напугала. Ну ничего, вот покончу с делами и нагряну с визитом к Римме Емельяновне. Нужно поторопиться, пока моя девушка опять куда-нибудь не уплыла.

Сила завибрировала, зазвенела. Вода билась о берег, выплескиваясь на мостки. Ледок, схватившийся за ночь у края, раскрошился…

Утренний дозор я закончил в рекордные сроки и дело не в моей поспешности. Я всегда серьезно отношусь к своим обязанностям. Просто природные потоки силы вели себя сегодня очень необычно. Их даже не пришлось искать, они тянулись ко мне сами, ласкались и играли, как мальки на мелководье. Я едва успевал пропускать их через себя и раздавать тем, за кого несу ответственность.

Кажется, я всех слегка перенасытил. Вон, даже старый сом, что живет у меня в пруду под корягой и много лет изображает замшелый валун, и тот проснулся. Из воды словно дельфин выпрыгнул, а затем снова резво скрылся под корягой, вздымая со дна облачка ила. Пора бы мне убраться отсюда, пока водники по всей моей пастве хороводы в истинном обличии водить не начали. Сила при быстром вливании пьянит.

Интересно, будет сильно нагло заявиться в дом к хранительнице знаний в восемь утра? Хотя баба Римма и так уже обо всем догадалась. Ей сегодня тоже от моего выброса силы досталось. Понять причины для нее труда не составит, не зря же она одна из наших старейшин. Эх, была-не-была!

На этот раз решил идти пешком. Неприлично как-то голым женихаться. Вот оно, первое неудобство в отношении с человечкой. Все время ноги отращивать приходится, а на них чешуи нет.

Калитка открылась тихо скрипнув, еще до того, как я постучал. Римма Емельяновна, по уличному одетая, встретила меня улыбаясь.

— О, а вот и мой мальчик! Так и знала, что скоро появишься. Силушку почувствовала. — Повела она меня к дому.

— Может мне позже зайти? Вы куда-то уходить собирались?

— Наоборот. Я от Лейсанкиных бандитов иду, сдала матери, только во двор ступила, и ты появился.

Тьфу ты, напасть, — это уже не мне, а толстой сонной жабе, что прыгнула ей прямо под ноги. — Скачи в болото, горемычная. Зима на дворе. — И метко носком сапога стряхнула жабу в воду. — Вот до чего животинку довел, злодей. Она из-за тебя биоритмы спутала. — Погрозила мне пальцем баба Римма.

Я усмехнулся. Ворчит хранительница, но по-доброму, с пониманием. Видать одобряет. Как бы ее расспросить, пока мы в дом не вошли? Не хочу, чтобы Анюта наш разговор случайно подслушала.

Мы подошли к крыльцу и остановились.

— Ну, спрашивай уже, чего маешься? Вижу, беспокойство тебе житья не дает. — Словно прочитала мои мысли баба Римма.

— Так и есть. Римма Емельяновна, Вы ведь уже догадались, в чью честь мой выброс силы сегодня случился?

— Трудно не догадаться, когда весь тайный мир гудит о тебе и Аннушке. Ты в ее отношении серьезно настроен? Если сомневаешься, лучше не торопись. Девушка она хорошая. Не хочу, чтобы она пострадала.

— Я тоже. Потому и должен спросить, вы о парах водяного и человека когда-нибудь слышали?

— Доводилось, — осторожно ответила старушка.

— И как сложилось у них? — спросил я, затаив дыхание. Римма Емельяновна запрокинула голову и строго посмотрела мне в лицо.

— Если я скажу, что плохо, ты отступишься?

Я задумался. Смогу ли я отпустить Анюту? Поверю ли, что надежды нет?

Внутри поднимался протест.

— Нет, — уверенно ответил я, — пока она сама захочет оставаться со мной, я не отступлюсь.

— Вот и славно, — улыбнулась баба Римма и потрепала меня по плечу. — Не думай о других. Ваша жизнь, вам и решать. Только объясни ей все. Она должна знать, на что соглашается.

— Как раз за этим и пришел.

— Это правильно. Пойдем в дом, — махнула она рукой, — чайку попьем. Девчонки еще спят, поди.

— Вашего фирменного? С удовольствием. — Приобнял старушку за плечи и стал подниматься вслед за ней по ступеням.

Блуждающий луч утреннего солнца пробился сквозь облачный полог. Я поднял голову, расправил плечи, глубоко вдохнул и посмотрел на болото.

Туман добрался и сюда. Голубая дымка цеплялась за камыши, заполняя узкие промежутки. В центре, прямо над гладким пространством не замерзшей воды, луч прожектором осветил поверхность. Через миг в этом месте из глубины поднялся бутон, и расцвела болотная лилия. Мир вокруг был прекрасен до исступления, каким бывает лишь тогда, когда ты безумно влюблен.

ГЛАВА 10: Игривое настроение

Аня

Солнечный луч настойчиво светил в глаза, мешая спать, щекотал щеки и нос. Я чихнула. Остатки сна тут же сбежали.

Старинные ходики тикали на стене, из кухни слышались приглушенные голоса. Я потерла лицо. Дожилась ты, Анька, вот уже и голос водяного везде чудится! Нет и в правду….

— Наська,… Насть,… пс… — Подруга перевернулась на другой бок. Я швырнула в нее подушкой. Настя села на кровати, близоруко щурясь.

— Насть, ты тоже слышишь? Там Илья с твоей бабушкой разговаривает.

— Ну и пусть. — Она снова рухнула на подушки. Дай поспать. Каникулы же.

— Какой спать, что мне делать?

— Ну чего ты всполошилась. По делам он к ней пришел. Поговорит и уйдет.

— Я не хочу, чтобы он уходил. Я соскучилась!

— Тогда в чем проблема. Иди к нему.

— Я в пижаме!

— Ну не иди….

— Настя, там Грачик пришел.

— А! Где? — подскочила подруга.

— Нигде, я пошутила.

— Это запрещенный прием. — Настя швырнула подушку обратно, но промахнулась. Я со смехом отправила снаряд в нее.

— Ах так! Готовься к смерти! — с подушкой наперевес, издав боевой кличь, бросилась ко мне эта кикимора. Мы затеяли возню, хохоча как ненормальные.

Дверь, чуть скрипнув, приоткрылась и баба Римма громко сказала:

— Вот, Илиян Водянович, полюбуйся. Девахи на выданье, а ведут себя как дети малые.

— Ай-я-яй, Римма Емельяновна, придется мне их воспитанием заняться. — Услышала я голос Ильи совсем рядом. — Мы-то думали, на них тут напал кто, а они просто дурью маются!

Вот блин! Глупо как...

Я опустила голову и густо покраснела.

— Кто ж на нас нападет в доме? — первой пришла в себя Настя, а я взглянула из-за плеча на дверь. Илья стоял, рядом с Настиной бабушкой прислонившись к стене и весело улыбался. При словах девушки он отчего-то смутился, почесал за ухом и сказал:

— Ну, я тут с силой переборщил немного. Сегодня с утра не только у вас игривое настроение.

Настасья хмыкнула и отвернулась, сдерживая смех. Я перевела взгляд с нее на Илью, на бабу Римму и снова на подругу. У меня закралось нехорошее предчувствие, будто я имею к этому непосредственное отношение.

Развить тему мне не дали. Водяной в свойственной ему манере развернул бурную деятельность. Я сама не заметила, как успела умыться, одеться и позавтракать. Опомнилась, только на пороге настасьиного дома.

Едва калитка закрылась, меня притиснули к груди, оторвав от земли и быстро поцеловали.

— Наконец-то! Я, конечно, люблю компанию Рогозовых, но сегодня слишком соскучился, чтобы делить тебя еще с кем-либо. Посмотри, что ты со мной сотворила своими глазищами!

Его смеющееся лицо оказались совсем близко. Мои сомнения в его чувствах вмиг испарились, изгнанные из тела отчаянно затрепетавшим сердцем. Я изо всех сил старалась удержать спокойное выражение, хотя внутри все прыгало от восторга.

— Я ничего не могу поделать с большими глазами, — ответила и похлопала ресничками.

— Анька, доиграешься! — простонал парень.

— Бить будешь? — развеселилась я.

— Целовать.

— Разве ж это наказание?

— Поцелуи тоже разные бывают.

— А поподробнее можно? — во мне загорелось любопытство.

— Нютка! — рыкнул он, и его губы накрыли мой.

Прошло немало времени, прежде чем мы продолжили путь.

Вопреки моим ожиданиям на развилке Илиян потянул меня не налево, в сторону моего дома, а прямо, через парк к озеру.

Вступив под деревья, мы пошли медленнее. Парк был пуст, не считая мужика с собакой, бегущего трусцой по одной из дорожек. Я наслаждалась прогулкой, крепко сжимая теплую мужскую руку. Вдыхала прохладный воздух и щурилась, когда ласковое зимнее солнце сквозь ветки касалось ладошками моих глаз.

Некоторое время мы молчали. Я втихую поглядывала на Илью из-под ресниц. Интересно, что он придумал? Вид у парня был загадочный, на лице то и дело появлялась мечтательная улыбка.

— Куда мы идем? — все же не удержалась я от вопроса.

— Ко мне. Ты же сама хотела узнать, как живут водяные. Вот и посмотришь, — ответил русал.

Впереди уже замаячил знакомый подъем к набережной. Вдруг жизнерадостную красоту утра нарушили протяжные звуки. Показалось, будто кто-то мучает мартовского кота или поет, но уж очень своеобразно. Илья напрягся и спросил:

— Анют, ты не против, если мы немного отклонимся от маршрута. Нужно кое-что проверить.

Я кивнула. Мне и самой интересно было узнать причину странных завываний. Огибая озеро по широкому кольцу, мы еще издалека заприметили старый платан. Его неравномерно отшелушившаяся кора на солнце напоминала шкуру питона. Одна непропорционально большая ветка, расположенная перпендикулярно к стволу, нависала над дорожкой на высоте примерно двух метров, а с нее свешивалась пара влажных рыбьих хвостов размера XXL и две волосатые пятки между ними.

Я протерла глаза. Ничего не изменилось. Только одна мохнатая нога невзначай почесала другую. То, что я издалека приняла за переплетение мелких веточек с прошлогодними листьями, зашевелилось, и три дурных голоса затянули: «Ты морячка, я моряк. Ты рыбачка, я рыбак…» на манер русской народной. Выходило самобытно, но нестройно.

Илья застонал в голос и изобразил фейспалм.

— Так и знал, что этим все кончится!

Я захихикала. Картина прям по Пушкину.

— Вот оказывается, что означает «русалка на ветвях сидит». — А зачем им палки в волосах?

— А лещ их знает! Цветов не нашли, наверное…

— Ты на суше, я на море. Мы не встретимся никак, — с чувством и придыханием старательно выли девушки, в четыре руки наглаживая разомлевшего от такого счастья аджана.

— Что делать будем? — спросила парня, давясь от смеха. — Сомневаюсь, что они добровольно согласятся свернуть свой утренник.

— Вытрезвлять. Точнее, скоро самих попустит. Главное переместить этих горлодерок подальше отсюда, пока их люди не увидели. — Ответил Илья, доставая из кармана мобильник.

— Вот засада! Нют, у тебя телефон с собой? Мой, по закону подлости, сел.

Припев пошел по второму кругу. Видимо, русалки просто забыли слова. Я торопливо полезла в сумку.

— Держи.

Водяной быстро набрал номер и заговорил, перекрикивая вошедших в раж исполнительниц:

— Захар, хорошо, что ты на месте. Я к тебе сейчас водную тропу открою и Налу с Пелагеей закину. Они с утра излишек силы хапанули. Теперь поют.

Последнее слово он произнес с выражением, растягивая гласные. Ржание из трубки донеслось даже до меня. Похоже вокальные данные девушек собеседнику Илюхи хорошо известны. Он что-то ответил, отчего Илиян скривился и сказал:

— Понятно. Мы следом будем. Кто-то же должен Ардашира проводить. Его водной тропой не переместишь…. Да, хорошо….Встречай.

Водяной вернул телефон и обернулся к озеру. Его руки взметнулись вверх. Я почувствовала, как воздух насытился влагой. Над головой Илияна, прямо напротив русалок стала формироваться воронка. Отблеск солнца запутался в прозрачной воде. Вот это да! Поинтереснее любого кино будет.

Я залюбовалась хрустальными переливами, собирающимися над Ильей. А кто бы ни восхитился подобными чудесами?! Мои руки сами собой потянулись коснуться. Я погладила краешек водного кольца. Струи пробежали вдоль моей ладони почти что с нежностью.

Песня завершилась на залихвацкой коде. Вода завибрировала, втянула русалок и осыпалась на землю сверкающим водопадом. Аджан не удержался на ветке и свалился прямо в руки, своевременно подставленные водяным. Он слабо трепыхнул крылышками, махнул рукой и недовольно пробурчал:

— Вот умеешь ты, Водяныч, обломать. Ну, что тебе девушки сделали? Пели себе, никого не трогали….

— Ага, кроме тебя.

— Так, то по обоюдному согласию.

— Да ладно, Ардашир, не нуди. В клубе зазнобы твои. Продолжите с того на чем остановились. Сам же знаешь, не мог я вас здесь оставить. А там все условия, здание полностью обесшумлено и отводящими чарами скрыто. Пой, не хочу.

— Так чего мы ждем? — приободрился аджан, и полез к Илье на плечи. — Вперед мой верный рыцарь без страха и упрека!

ГЛАВА 11: В гостях у водяного.

Захар, встречал нас на пороге клуба. Он оказался главным домовым сего заведения и был привычен к загулявшим природникам. Он деловито проводил нас внутрь и подвел к бассейну со сценой, где уже резвились наши знакомые певицы. Они приветственно запищали, заметив Ардашира, а он замахал своими смешными крылышками, перепорхнул на край сцены и потерял к нам всякий интерес.

— Еще перебравшие были? — спросил Илья, оглядывая зал.

— А как же! Вон тетушка Бо гадает всем желающим в дальнем бассейне, - добродушно усмехнулся круглолицый домовой. А в том углу отлеживается Игнат. Он на рассвете окунуться пошел, сам же знаешь, он уже лет тридцать моржует, так вот, и ему от твоей силушки досталось. Он решил, что теперь может в воде жить. Хорошо, что дочка его забеспокоилась, меня кликнула. Негоже домовому зимой в озере сидеть. Еще люди увидят.

Илиян тяжело вздохнул и с извиняющейся улыбкой сказал.

— Придется нам тут, Анютка, задержаться.

В клубе мы пробыли довольно долго. Точнее пробыла я, а Илиян проверял ближайшие к его месту силы водоемы, на предмет перебравших. Открывал водные тропы, то и дело, перебрасывая к нам очередных природников, схлопотавших магический излишек.

Когда он закончил, перевалило за три. Мы распрощались с домовыми, и вышли из клуба. Перед нами безлюдная лента гравийки тянулась с другой стороны озера. Илья сказал, что этот путь ближе и живописнее.

На улице ощутимо похолодало. Ветер переменился и гнал с запада тучи.

— Снег будет, — вглядевшись в горизонт, сказал водяной. — Смотри.

На границе видимости небо уже начало темнеть, но пока набрякшая серая мгла еще не успела закрыть солнце. Справа от нас расстилалось озеро, блестящее, как поверхность монеты.

Илья подошел совсем близко и взял меня за руку. Прикосновение теплых пальцев согревало кожу.

— Замерзла? — спросил он, ласково гладя большим пальцем центр моей ладошки.

Какой там! Да я сейчас сгорю от смущения и удовольствия.

— Прости, что пришлось оставить тебя так надолго. Я не мог не вмешаться.

— Не извиняйся. Мне было интересно посмотреть, какие служебные обязанности у водяного.

— То, что ты сегодня видела, моя вина, — усмехнулся парень. — Вот, что бывает, когда водяной отвлекается.

Он как-то многозначительно посмотрел на меня, а я неожиданно застеснялась, и чтобы это скрыть спросила:

— Почему ты не хочешь повышения, ты ведь любишь свою работу?

— Открывать водные тропы в главное управление и обратно в любое время дня и ночи слишком энергозатратно. Мне пришлось бы передать другому водяному свой участок и перебраться на новое место.

Я этого не хочу. Переехать отсюда на густонаселенное водохранилище — все равно, что добровольно отказаться от рая. — Он обвел рукой пейзаж вокруг.

Да и скучно там. Сплошная канцелярщина, перекидывание бумажками с человеческими службами. Не то, что здесь. Чуть зазеваешься, как ручей подземный пересохнет, источник, питающий пруд экскаватором нарушат, или уровень воды в реке упадет до критического. Глобальное потепление не дает расслабляться.

А иногда я сам проблемы создаю. Как сегодня.

— Ага, и сам потом исправляешь…. — Поддакнула я.

— Начальство не узнало, а значит, не было. — Подмигнул мне парень и снова взял за руку. Я не удержалась, положила свою вторую руку на его и погладила костяшки пальцев. Его дыхание вдруг сбилось, и он наклонился ко мне.

— Маленькая колдунья! — рассмеялся Илья и поцеловал. Уверенно и неторопливо.

Меня накрыло радостной волной. В душе щекоталось от переизбытка нежности, а сердце трепыхалось, словно рыбка, пойманная в ладони.

Мы долго стояли так, не в силах оторваться друг от друга.

Водяной отстранился, развернул меня спиной к себе и притянул к груди. Он положил подбородок мне на макушку и легонько потерся. Тепло растеклось по телу. Я и не догадывалась, насколько интимным может быть простое объятие. Было что-то волшебное в том, как мы стояли рядом, глядя на озеро, на поверхности которого вспыхивали и исчезали первые робкие снежинки.

***

— Так это ты здесь живешь? — воскликнула я, не сдержавшись. — Всегда любопытно было, кому так повезло!

Дом, к которому меня привел Илья, был мне хорошо знаком. Еще бы, это же дом моей мечты!

С кремовыми окрашенными стенами под перекрестиями темно-коричневых фахверковых реек он привлекал внимание всех проходящих мимо. Домик прятался за забором в глубине сада и с одной стороны был весь увит глицинией. В конце весны он целиком скрывался под сиреневыми гроздьями. Сейчас же фасад был опутан тяжами узловатых плетей и напоминал мистические иллюстрации к фэнтези.

Илья загадочно улыбался, глядя на меня. Молча взял за руку и повел к неприметной калитке под нависающим козырьком. Войдя, мы оказались в туннеле из переплетающихся лоз всевозможных вьющихся растений. Словно сами нити судьбы воплотились в этом узоре невесомых, сотворенных природой кружев.

Снег уже успел покрыть их тонким ажурным слоем. Реальность казалась плюшевой и мягкой. Мы неспешно брели внутри этого великолепия, и мне в голову одновременно лезло все, что обычно снится девочкам про принцесс и золушек.

На крыльце, при нашем приближении зажегся фонарь. Я залюбовалась кружащими в его свете хлопьями. Илья открыл дверь и пропустил меня в дом. Любопытные снежинки рванули следом, но водяной захлопнул дверь быстрее, чем они успели проскользнуть.

Нас окутало уютное тепло. Я только сейчас заметила, что немного замерзла. Повесив одежду в шкаф, Илья потянул меня за собой.

Впереди нас ожидала просторная гостиная с потолком, украшенным грубыми деревянными балками. По одной из стен выстроились книжные стеллажи и большой телевизор. Другую, от пола до потолка занимало панорамное окно, с раздвижными дверьми. Сквозь них виднелась дощатая терраса, а дальше раскинулся пруд. Меня так захватил вид, что я не сразу заметила огромный диван с кучей подушек. Очнулась только, когда парень подвел меня к нему и усадил, прикрыв шерстяным пледом ноги.

— Нют, ты как к пицце относишься?

— Очень положительно, скорее даже питаю к ней нежные чувства. Особенно после прогулки.

— Тогда располагайся. Я сейчас позвоню. Попробуешь лучшую пиццу в городе по фирменному рецепту домовых.

Он вышел, а я огляделась.

Илья вернулся через минуту с дымящимися чашками в руках и устроился рядом.

— О чем задумалась?

— О заблуждениях. Я думала, дом водяного должен быть под водой, хотя бы частично.

На самом деле, моей фантазии хватило представить нечто наподобие большого аквариума. Дальше воображение застопорилось.

Его дом совсем другой, в нем уют и пахнет чаем с травами, в нем золотой свет от торшера рисует круг на дощатом полу. В нем стеллажи с книгами от пола до потолка и рамки с семейными фотографиями на стенах….

Илья улыбнулся.

— Я знал, что ты удивишься. На самом деле русалы живут не так. Особенно те, что не могут долго ходить по земле. Поэтому в человеческих городах селятся по большей части кикиморы и такие как я полукровки.

Пресноводных наших, вообще, осталось мало. Скрывать свои жилища стало сложно. Кто может, приспосабливаются к жизни на суше, но всегда около воды, кто не может, уплывают в море.

— А морские русалы как живут? Ты у них в гостях бывал? — тут же начала новые расспросы. Любопытная я очень, ну, вы помните.

— Был пару раз. У них там все иначе и довольно красиво, если ты любишь золото и драгоценности.

Морские русалки в отличие от нас держаться большими колониями. Чаще всего в скальных городах, скрытых рифами, но их сейчас тоже теснят люди. Если бы не старая отводящая магия, то их пещеры уже давно бы принимали туристов. Из плюсов — они могут чаще контактировать с сушей. Но тебе, наверное, интересней про тех, что живут в дальних глубинах океана.

Я кивнула.

— Далеко-далеко, под толщей воды скрыты от современного мира подводные города. По своим размерам они сравнимы с мегаполисами, а их внешний вид очень трудно описать словами.

Представь себе, как темные глубины озаряются светом. В медленном водовороте кружат и перетекают друг в друга сияющие реки цвета. На много километров вверх ярусами поднимаются непривычной обтекаемой формы строения, каплевидные, грибообразные, иногда похожие на медуз. Чаще всего они будто растут на тонких опорах, раскрываясь к вершине. Это подводные дома. Они тоже светятся нежными цветами. Бирюзовым. Изумрудным. Лавандовым.

Тут и там их разбавляют террасы с искусно составленными клумбами из водорослей или кораллов. Это было бы безумно красиво, если не брать в расчет один нюанс… — Илья закатил глаза, — там все, что не светится, покрыто позолотой!

Скажу честно, у меня они вызывают двоякое ощущение. С одной стороны, поражает масштаб и то, как там все устроено, но с другой…

— Откуда у них золото в таком количестве?

— Скажем так, мифы о морском царе, топившем корабли ради драгоценных грузов, не на пустом месте появились. Но это в древности. Теперь и у них бизнесменов хватает. А золочение, скорее дань традиции и символ статуса. Да и царя морского давно нет. Сейчас всем заправляет выборный совет. По одному представителю с каждого крупного водоема. Я имею ввиду, в масштабах мирового океана. Такая мелочь, как наши моря, вроде Черного или Каспийского делят одного представителя на несколько территорий.

— Ничего себе! Не думала, что все так… практично. Это какой, интересно, бизнес может быть у подводных жителей?

— Да самый разный, — пожал он плечами, — крупные морские перевозчики с ними активно работают. Ты же новости смотришь? Помнишь, как некоторое время назад контейнеровоз судоходный канал перекрыл? Так вот, это водники забастовали и послали перевозчиков к скату под хвост, вот у них авария сразу и случилась.

Еще из водорослей в промышленных масштабах различные вещества добывают и с успехом продают фармакологическим и косметическим компаниям. Очень прибыльное дело.

Конечно, такое сотрудничество не афишируется для широкой общественности.

— А ты, не хотел бы жить там?

— Нет, я суши не люблю. А у них вся еда на них похожа! — вроде в шутку, но с серьезным выражением лица ответил Илиян.

Из глубины дома раздались шаги и за дверью мужской голос сказал:

— Водяныч, заказ готов, я в кухне на столе оставил.

Затем хлопок, вспышка света за дверью и тишина. Я вздрогнула от неожиданности.

— Анютка, ты чего? Испугалась? Прости, предупредить забыл. Постоянно из головы вылетает, что ты человек. Это домовые пиццу принесли.

Мы устроились в гостиной и… время понеслось. Я и водяной хохотали как безумные, когда кормили друг друга. Потом вдвоем убирали со стола и рассказывали всякие глупости из детства. Я почти не запомнила, о чем мы болтали. Осталось только ощущение счастья и легкая паника оттого, что вечер неминуемо летит к концу.

ГЛАВА 12: Признание.

Илья

— Анют, а оставайся сегодня здесь. — Не задумываясь, предложил я.

Глаза Рыжика округлились, она покраснела, побледнела и стала кусать губы.

— Что не так?

Прокрутил свои слова назад.

Вот же, Кракен! Она точно решила, что я ее к интиму склонять буду. Ну я и карась безмозглый! Можно ведь конкретней сказать было. Самое смешное, я ничего такого не думал даже. Собирался в гостиной с ней устроиться, какой-нибудь фильм посмотреть…. Просто вдруг я очень захотел утром показать благословение солнца и ей тоже. Потому, что уже чувствовал — она здесь своя.

Пока я завис, Анюта застала меня врасплох. Она резко выдохнула, словно в омут с головой нырять собралась и вплотную придвинулась ко мне. Ее руки обхватили меня и робко погладили спину, а озера глаз смотрели испуганно, но решительно.

Очешуеть!

Нютка к такому шагу совсем не готова, но ради меня старается этого не показать. Э, нет, так не пойдет! Если дойдет до близости, я должен быть уверен, что она не пожалеет. А сейчас я ее мандраж всем телом чувствую.

Нужно было срочно спасать ситуацию, и я выдал первое, что пришло в голову:

— Я тебя люблю, Аннушка!

Она растерялась. Замерла, прикусив губу. Не ожидала признания, непоседливая голубоглазая девочка. Да я и сам от себя не ожидал, если честно.

— Правда? — в этом вопросе было столько счастливого облегчения, столько надежды, что я растерялся. Неужели она до сих пор не поняла?!

— Правда, — сказал я, стараясь вложить всю свою уверенность в голос.

Девушка отстранилась, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Но Илья, как ты можешь утверждать. Мы и знакомы то каких-то несколько дней?!

— Еще как могу. — Сказал я, и одновременно перетянул ее к себе на колени. — Есть много примеров любви с первого взгляда. Возьми хоть моих родителей. Некоторые, вон даже по интернет переписке влюбляются.

А если серьезно…. Эти дни стали самыми чудесными в моей жизни.

Помнишь, ты спрашивала о магии в обычных людях? В тебе она точно есть. Ты умеешь одним своим присутствием делать меня счастливым. Ты как маленькая полянка весны и тепла. Мое персональное солнышко.

Она покраснела и стала очень хорошенькой. Аня и раньше была хорошенькая, но сейчас словно засветилась каким-то внутренним светом. Она опустила глаза. Длинные ресницы отбросили тени на щеки.

— Илейка… — Нежное сокращение моего имени в ее исполнении прозвучало восхитительно. — … ты сказал, что хочешь, чтобы я осталась. Думала ты…, ну… это….

— Ах «это»…! Вот выйдешь за меня замуж….

— Что?!

— Что слышала, Рыжик. Так вот, когда ты дашь свой положительный ответ, я познакомлюсь с твоей семьей и представлю тебя своей…. Только тогда я подумаю над твоим неприличным предложением.

Аня казалась совершенно сбитой с толку. Наивная светлая девочка.

— Ну вот, ты смеешься надо мной, — пихнула она меня кулачком в бок, — а я понятия не имею, как об этом говорят, и как делают.

Горло перехватило от нежности. Я ведь тоже впервые так чувствую, и тоже не знаю, как об этом говорят. Само вырывается. Просто не могу сдержаться, когда она так меня обнимает, так доверяет мне, принимая за нормального человека….

И она скажет, если почувствует, но торопить я не буду. В данный момент мне достаточно обнимать эти хрупкие плечи, ощущать взволнованное дыхание, страшась спугнуть тишину. Потому, что больше всего боюсь прямо сейчас услышать категоричный отказ.

***

Аня

Легкое шевеление рядом вытянуло меня из сна. Я раскрыла глаза и заморгала. Мгновение не понимала, где нахожусь. Только сфокусировавшись на потолочных балках, сообразила, что так и уснула на диване дома у Илияна, и сейчас водяной осторожно пытается из-под меня вылезти. Куда там! Я его, всеми лапками обхватила, еще и сверху забралась.

Не пущу. Мой. Тепленький. И пахнет приятно, а серые глаза спросонья приобретают жемчужный оттенок. — М-м-м… — потерлась щекой о его грудь. Подо мной зарокотало, и я поняла, что водяной смеется.

— Нютка, не хулигань. Во-первых, я не железный, а во-вторых, мне вставать надо. Рассвет скоро. А ты поспи.

— Вот еще. Ты же сам хотел мне показать, как природные силы притягиваешь.

— Успеется. Я опять забыл, что ты у меня нежный человек, к перепадам температур не приспособленный. Куда тебе после сна на мороз.

Но сон с меня уже слетел, а моторчик, называемый в народе шилом в попе, завелся. Я встала, утянув за собой плед, пробралась к стеклянной стене и остановилась.

Рассветное небо только начало светлеть. Фонари над террасой мягко светились, и казалось, что они парят в воздухе, как золотистые светлячки. Спереди передо мной раскинулся пруд, слева слышался шум реки, и я знала, что за спиной скрыто стенами дома городское озеро.

Все вокруг казалось неземным, потусторонним, словно волшебное царство, преображающееся на восходе. Даже не скажешь, что за соснами на том берегу прячутся панельные девятиэтажки.

Но Илья прав. Выйти сейчас на улицу все равно, что залезть в прорубь.

— А если я отсюда посмотрю? Можно?...

***

Солнце поднималось, разгоняя полупрозрачные обрывки ночных облаков. На островке в центре озера сидели две русалки.

— Нал, чего задумалась? — спросила Пелагея, проводя гребнем по волосам.

— Слышишь? Вода зовет кого-то.

— Известно кого. Водяной наш в человечку влюбился, вот родимая и волнуется, а ну как на сушу уйдет.

— Не уйдет. Зазноба его уже наша, водою крещенная. — Втиснулся между подругами Ардашир, отряхивая блестящие от влаги крылышки. — Она в детстве в колодец упала и жива осталась, брат вытащил.

— А ты почем знаешь?

— Так кто, по-вашему, брата позвал?

— Тогда другое дело. — Обрадовалась Нала. — Рано я испугалась, что уйдет Илюха, а нам какого-нибудь хмыря, навроде Речевода пришлют.

— Готовьте дары, подруженьки, — приобнял аджан русалок, за что дотянулся, — чую я скоро будем новую водяницу встречать!

— Так это повод спеть. — Захлопала в ладоши Нала, — Пелагея, заводи!

— Тритон и девчонка — они, если честно, не пара, не пара, не па-ра-а-а-а… — Разлетелось над водой.

— А-а-а! — Только не снова-а-а-а… — Донеслось с другого берега озера.

***

Илья

Во дворе нас встретила гора сумок и большой чемодан. Анюткины родственники вернулись. Я не успел ничего уточнить у нее по этому поводу, как дверь дома открылась. На порог вышел мощный широкоплечий парень в расстегнутой куртке, поверх свитера и с растрепанной гривой рыжих волос. Он зыркнул на нас, обернулся и крикнул в открытый проем:

— Мам, отбой. Нюта пришла.

— Ой, Глеб, привет. А вы уже дома?!

— Ну, и где ты была? – грозно свел брови ее брат, проигнорировав приветствие. — Телефон выключен. Мама Рогозовым звонила, но ты со вчерашнего утра у них не появлялась. Оставляй тебя после этого одну!

— А мы вот с Ильей в магазин ходили. — Пискнула Анюта, краснея.

— С Ильей, говоришь? — Глеб перевел прожигающий взгляд с румяной от смущения сестры на мою персону, торчащую между двух пакетов с продуктами. В голове тут же зазвучала мелодия в стиле дарк кантри и фантомное перекати-поле пронеслось через двор. Правда на меня его суровый вид произвел мало впечатления. Воде много чего ведомо, о людях тоже.

Я пристроил покупки и шагнул вперед, протягивая руку. Мужчина ответил на рукопожатие, напряженно меня изучая.

За спиной Глеба показалась симпатичная брюнетка, вероятно его жена.

— Привет, молодежь. Чего на пороге топчетесь? — звонким голосом спросила она.

Из наших, — сразу понял я, а потом узнал. Вот так сюрприз! Интересное у моей девушки семейство. Невестка-то Анюткина — берегиня! Их у нас ещё ладами называют, потому что там, где они обитают, все ладно складывается.

С Мариной мы познакомились лет пять назад, когда место для клуба природников искали. Ее домовой, дядька Игнат, порекомендовал, как хорошего агента по недвижимости, и не случайно. У берегинь особое чутье, когда дело касается лучшего выбора. Они всегда знают, будет ли человек на новом месте счастлив или не его это и лучше поискать ещё.

Она тоже меня узнала и подмигнула.

— Глеб, отключи старшего брата на минуточку. Ну как дети малые, честное слово, лопатку в песочнице делите! Совсем Аню засмущали. Заходите скорей, пока холода не напустили.

Волну облегчения от Анюты я даже спиной почувствовал. Маринка нам улыбнулась и потянула мужа за рукав. Кажется, первая часть марлезонского балета под названием «знакомство» прошла успешно.

Мы провели в компании семьи Тропининых целый день. Анина мама, Татьяна Ивановна, хлопотала у плиты, оттеснив невестку и дочку со словами:

— Я по дому соскучилась, дайте повозиться в свое удовольствие.

Остальные сидели на кухне, застольничали. Разговоры крутились вокруг поездки и новогодних впечатлений, дочка Глеба и Марины, четырехлетняя Маруся показывала свои рисунки и радовалась подаркам.

— Кстати, о подарках, я угадала? — Маринка повернулась к Анюте и многозначительно на нее посмотрела.

— На все сто! Только не пойму, как?

— Все берегини немножко провидицы. Я, накануне нашего похода в магазин, сон видела – тебя в голубом платье и браслетик вот этот. — Она указала на Нюткину руку.

— Круто!

— Жаль, что с курсом ценных бумаг такой фокус не пройдет, озолотились бы на твоих предсказаниях. — Наигранно посетовал Глеб. – Я бы баньку достроил.

— Я тозе предсказывать могу, — сонно пробормотала Маруся, приподняв голову с плеча матери. — У меня осенью братик родица, м-а-а-ленький. — И зевнула. Глаза закрыла, а из-под ресниц свет.

Маринка охнула, к животу рукой потянулась. Глеб побледнел и перевел растерянный взгляд с дочери на жену.

— Вот это подарок, так подарок! — рассмеялась Анюта.

— Повезло тебе, — хлопнул ошарашенного парня по плечу, — теперь у тебя две берегини в семье, а скоро еще и сын будет. Поздравляю!

ГЛАВА 13: Святки

Аня

— Ань, ты в гадания веришь? — Спросила меня Настасья, когда мы после пар домой возвращались. Каникулы кончились, и мы вновь приступили к занятиям.

— Конечно. Попробуй, не поверь, когда каждый день чудеса происходят!

— Вот и отлично. Тогда жду тебя сегодня с ночевкой. С мамой твоей договоримся, я бабушку подключу. А Илья все равно занят будет. Крещенские купания скоро, на озере уже место огородили. Илюха следит, чтобы все правильно сделали. Водяной ведь за безопасность тоже отвечает.

— Знаю, — вздыхаю тяжко. Из-за моей учебы и его работы мы теперь мало времени проводим вместе.

— Ничего, праздники пройдут и все наладится, — утешает меня подруга.

— Насть, он на части рвется. С одной стороны его обязанности, а с другой я, сухопутная. Я с ним уже на счет ритуала заговаривала, ну того, который в водяницу обращает, но он упрямится. Говорит, опасно слишком. Только я вижу, что ему трудно.

— Да, дела! — трет лоб Настасья. — Прав он, как ни крути.

Замолкаем.

— А ты у воды спроси. — Вдруг предлагает Настя. — Самое время — Святки ведь сейчас, тайный мир открыт для волшебства.

— Думаешь?

— Ты приходи сегодня, и узнаем.

Вечером у Настасьи собрались компания из ее двоюродных незамужних сестер. Кикиморы, с которыми я познакомилась в «Ивушках» были мне рады. Они даже в человеческом обличии все время вертелись, суетились и смеялись, обсуждая предстоящие ритуалы. Сначала решили чаевничать на кухне, а с полуночи собирались на болото. Римма Емельяновна, глядя на нас только посмеивалась. А мне любопытно стало, она же хранительница знаний, наверняка в гаданиях больше нашего смыслит.

— Баб Римм, вы сами то в молодости гадали? — наконец не выдержала я.

— А как же.

Девчонки тут же загомонили:

— Расскажите, ну пожалуйста!

— Ладно, ладно — замахала она на нас, — слушайте трещетки.

Давно дело было. Нас, двух молодых специалистов, тогда в архив при колхозе направили, порядок навести. Поселились мы с подругой в одной из ближайших деревень, комнату у семьи сняли. Хозяйка немногим старше нас была, но ребятишек уже двое, вот они с мужем и брали на постой молодежь, и за мелкотой иногда присмотрят, и веселее.

На Святки задумали мы на женихов гадать, хозяйка детей уложила и к нам пришла. Хихикаем, болтаем, зеркало большое приготовили, миски с водой, полотенца, травки-муравки сушеные добавили, керосинку потушили, только лучину одну оставили. Полночь пробила и стали мы с подружкой той водой умываться, приговаривая: «Суженый, ряженый, появись, моим рушником утрись!»

Лица вытерли, а потом в зеркало посмотрелись и ка-а-ак заорем!

В зеркале две рожи черные, одна с темными косами, другая с русыми. Хозяйка лампу зажгла и ржет. Мы друг на друга глянули и тоже закатились. Лица у нас фиолетовые были!

— Как же? Травки, что ли не те смешали?

— Если бы, — смеется старушка. — К хозяину в тот вечер сослуживец приехал, выпили они и решили над девками пошутить. Пока мы в темноте возились, они потихоньку в воду банку чернил вылили. Мы потом два дня такие красивые ходили! Чернила в Союзе на совесть делали.

— И что, им все с рук сошло? — Удивилась Смеяна. — Я бы таких трындюлей дала, мало б не показалось!

— А я и дала, пол ночи тем рушником по селу гоняла. А потом замуж вышла.

— Как замуж?! За кого?

— За сослуживца хозяйского. За кого ж еще. Вон портрет деда Наськиного висит, смекаете?

— Ну ты бабушка, огонь! — рассмеялась Настасья.

— Кикимора я, а с нами связываться себе дороже. Ну ладно, заболталась я, спать пойду, а вы развлекайтесь.

К полуночи мы подготовились. Начать решили с традиционных подблюдных песен. В старинную серебряную супницу сложили по украшению которые носили постоянно и залили водой, что в мертвом молчании принесли с болота, не оглядываясь по пути.

Почему в супницу? Да просто девочки сказали, что вода лучше всего взаимодействует с серебром, а другой глубокой посеребренной утвари не нашлось. Сверху накрыли ее отрезом белого хлопка и по очереди стали тянуть предметы. Пока одна из кикимор доставала украшение мы пели специальные песни из сборника древнего фольклора, ранее выданного Риммой Емельяновной.

Первой попалось колечко Нимфеи. Припевочка ей досталась интересная:

Сама Коляда у ворот стоит,

Со скотинкою, с животинкою.

Кому вынется, скоро сбудется!

Самой младшей, Смеянке нагадали богатства:

Девица в воду ступила:

Обе ноженьки смочила —

Деньгу получила.

Кому вынется, тому сбудется.

На житьё, на бытьё, на богачество.

Настала моя очередь тянуть:

Сей, баба, мучицу, пеки пироги.

К тебе будут гости, ко мне женихи.

Пропели девчонки, а я вытащила из воды Настасьину заколку. Кикиморы захлопали.

— Ну Настасья, жду приглашение на свадьбу. — Сказала Смеша. Настала ее очередь тянуть. Цепочка Виолы, главной болотной феминистки, отозвалась на такие слова:

За столами сидят, сарафаны кроят.

Да еще посидят, да еще покроят.

Кому поем, тому сбудется, не минуется.

— Ну слава тебе, Матушка водица! — Обрадовалась она. Мама меня третий год с сыновьями своих подруг свести пытается. Я пока оборону держу, но терпения почти не осталось. Надеюсь и правда еще в девках похожу.

Она придвинулась к супнице.

— Че, я теперь?

Покачу колечко кругом омута.

Я за тем ли колечком сама пойду.

Как сама пойду, мила ладу найду.

Браслет, подаренный Илияном оказался в ее руке.

— И что это значит?

— Раз колечко, значит свадьба, наверное. — Пожала плечами Нимфея.

— Так зачем за ним идти, Илюха же вроде не убегает? — Заспорила Виола.

— Я думаю, Анюте нужно инициативу проявить. — Вмешалась Смеянка. А у меня внутри все екнуло. Я вспомнила, как Илья водную тропу для русалок открывал, в форме кольца. Я за ним идти должна, только как его в этом убедить?

— Не бери в голову, — шепнула мне Настасья, — шутки все это, чтоб зимний вечерок скоротать. Ты ж не думаешь, что Нимфее кто-то корову завтра подгонит, а у меня под воротами с утра женихи выстроятся? Пойдем лучше страшные истории рассказывать.

Девочки давно уснули, захватив диван, а я все вертелась рядом с Настасьей на надувном матрасе. Думки в голову лезли разные, да все об одном.

Поняла, что не усну, встала, накинула теплые вещи и прокралась на улицу. Тихо было в старом доме, тихо на болоте. Предрассветье — с недавних пор мое любимое время суток. Людской мир еще спит, не шумят машины, а природа свободнее дышит, говорит на разные голоса, грустит туманом и ждет восхода.

Я присела на корточки и позвала:

— Приди, плеснись, водица, поговори со мной, дай совет.

Захлюпала болотная тина, выпуская на поверхность чистые струи, потянулась вода к моей руке, заласкалась, кольцом на запястье обвилась, где браслет голубенький. И слова пришли с первым лучом рассвета, пронзительно ясные, унесли страх и сомнения.

«Всему свое время».

ГЛАВА 14: Крещенские купания.

Утро началось со звона посуды и умопомрачительного запаха фирменных баб Римминых пирогов. Он выманил нас из постели и со страшной силой потянул на кухню.

После завтрака девочки засобирались, кому с утра на учебу, кому на работу, а у нас с Наськой сегодня пары с десяти. Мы неторопливо допивали чай, когда в ворота позвонили.

— Кого там принесло? — удивилась кикимора и пошла открывать.

Вернулась она не одна, за спиной у Насти маячила невысокая фигура Грачика с бумажным свертком в руках.

— Держи, — восточные сладости, — сверток перекочевал к Насте. — Илюха вчера позвонил, — устроившись за столом, продолжил начатый в прихожей разговор лесовик, — попросил приехать. Вода волнуется, а впереди Крещение.

— Так ты ж не водяной, чем ты поможешь? — Удивилась Настасья. Парень слегка насупился. — Грач, Ты не думай, — поспешила исправиться девушка, — я рада, что ты здесь, просто Илья раньше сам справлялся.

— И теперь справится. Просто в этом году из управления новую установку спустили, чтобы при зимних купаниях неподалеку от проруби не только человеческие медики дежурили, но и наши природники. Сама знаешь, не все, что в тайном мире есть, добро несет, да и люди с разным грузом приходят.

— Может и нам чем помочь? — Мы с Настасьей переглянулись. — Нас в фарме первую помощь оказывать учили.

— Приходите завтра вечером в клуб, — обрадовался парень, — мы там мобильный пункт развернем, и в тепле, и рядом с озером. А работа всем найдется.

В «Ивушки» меня отпустили без проблем. Глеб для проформы поворчал, конечно, что я совсем дома ночевать перестала, но сам проводил нас с Настей до входа на территорию и сдал на руки Грачику. Илья уже дежурил в озере, а мы занялись приготовлениями.

— Мне сегодня девчонки звонили, — сказала Настасья, — представляешь, сбываются гадания!

Нимфейка от меня домой пришла, а у нее под калиткой котенок «сфинкса» сидит, ну знаешь, лысый такой, страшненький. Дворовые не прибивались, а тут породистый.

Он жалкий, от холода трясется весь. Нимфейка его в шарф завернула и пошла по соседям расспрашивать, чей питомец потерялся.

Хозяев не нашлось. Она его забрала, отмыла-накормила, а сама думает, разрешат оставить или нет. Федька со школы пришел, как увидел, ухватил его, и сам разве что не мурчит. У ее брата на шерсть аллергия всю жизнь была, вот и не заводили животных, а им очень хотелось. Но этот же лысый! В общем, счастливы все, особенно котенок.

— Хорошо, когда мечты сбываются. — порадовалась я.

— Ты погоди, это еще не все новости. У Смеши с Виолкой тоже радость. Они в лотерею выиграли! Смеянка вечером решила в комоде убрать и билет «Русского лото» нашла. У них новогодняя семейная традиция такая, перед праздником билетик покупать, а потом первого января розыгрыш смотреть.

В этом году другие дела отвлекли, они выпуск пропустили, ну и забыли про бумажку. А когда нашли, в интернете по номеру проверили. Оказалось, выигрыш им положен. Не очень большой, зато, как раз на исполнение желания хватит.

Они давно какой-то вышивальный станок купить хотели, но возможности не было. Теперь заказали и даже еще немного на ткань осталось. Так что и про деньгу, и про шитье сошлось.

— А тебе что нагадали? — с любопытством спросил Грачик, протискиваясь мимо нас и словно невзначай Настенку обнимая.

— Да, ерунду всякую, — потупилась она, смущенно улыбаясь.

— Ерунду, как же, — про себя усмехнулась я, — вон и лягушачьей кожи на лице подружкином не видать совсем. Глядишь, и сладится у них с лесовиком, не зря ж он первым после гадания к кикиморе в гости пришел.

— Кажется, началось, — встрепенулся Грачик, внимательно вглядываясь в дальний конец зала. Из грота показался Илья, держа на руках незнакомую девушку. Он быстро подплыл к нам и уложил свою ношу на край бассейна.

— Вот, лярву поймал, — сказал он откинув с лица мокрые волосы.

И чего это он ругается? Девушка как девушка, только без сознания.

Грачик подскочил и прямо из пола вырастил несколько плетущихся лоз, спеленав ими худенькую фигуру.

— Захар, отвар полыни неси! — Тем временем крикнула домовому Настасья и опустилась рядом на колени. — Сама в обморок упала, или это ты ее держишь? — Обернулась она к Илье.

— Я, — На лбу Илияна выступил пот. — Сильная попалась зараза, крепко в носительницу вцепилась. Пришлось на воду в теле воздействовать. Давайте скорей, пока не очнулась. Выгоним пакость и верну девчонку где взял, до того, как ее хватятся.

Захар подал Настасье кубок, Илья приподнял голову девушки, и кикимора стала вливать ей в рот остро пахнущий настой. Несчастная поперхнулась, задергалась и над телом показалась желеобразная субстанция с множеством щупалец. Резкий визг пронесся по залу. Я зажала уши, а Грачик подцепил существо одной из лоз и закинул в подставленный Захаром тазик. В тазу зашипело и пакость растворилась в отваре из трав.

— Что это было? — спросила я у Настасьи, когда все закончилось и водяной спешно исчез в темноте грота, унося с собой начавшую приходить в сознание девушку.

— Лярва, — выдохнула подружка. — Вредительская сущность высшего порядка. Подобные ей питаются похотью и провоцируют носителя на распутное поведение. Самый кайф для них совратить праведного, вот и эта выползла в святой праздник, прилипла к хорошей девушке. Если бы Илья ее не разглядел, испортила бы девчонке жизнь, а так легким испугом отделается, подумает, что поскользнулась и в воду свалилась.

— И много их тут таких? — меня аж передернуло.

— Хватает, — грустно протянула Настасья. — Раньше люди знали, как от них защититься, а теперь все материалисты прожженные стали, вот и развелось всякой дряни в городах.

Следующим, незнакомый мне парень привел старичка. Дед беспомощно оглядывался по сторонам. Грачик прищурился и подхватив его под локоть отвел на диван. А Захар тем временем уже достал телефон и что-то быстро заговорил.

— А с ним что?

— Бадзула. Она человека бродяжничать заставляет. Скорей всего этот мужчина не помнит, где живет. — Шепнула мне Настя. — Здесь мы не поможем, нужно участковых домовых вызывать. Они его проводят и изгнание проведут.

— Как?

— Да как обычно, порядок в доме наведут, подметут, а мусор в противоположную от заката сторону выбросят, бадзула и уйдет.

Ночь выдалась жаркой. Крещенская вода много нечисти проявила. Под утро стало потише. Все утомились. Домовые устало посапывали на диванах, подложив пухлые ладошки под щеки. Настя с Грачиком тихонько шептались в уголке, а я всерьез присматривалась к мшистому участку пола, на предмет густоты и мягкости.

Лозы перед гротом снова колыхнулись.

На этот раз Илья тянул по воде грузного мужчину, следя, чтобы его лицо оставалось на поверхности. С другой стороны, его под руку придерживала Нала.

— Давай, давай, ещё немножечко. — Водяной помог себе течением, и волна вытолкнула мужчину на бортик. Человек завозился, неуклюже пытаясь подняться, едва не свалившись обратно.

— Этот не по нашей части, — растерянно проговорила Настасья. — Пьяных человеческие службы отлавливать должны.

— Ну не бросать же его в озере, замерзнет. — Пожал плечами Илья. — Сейчас обсушим, проспится, и помнить не будет, что чуть не утонул. Пацаны, придержите, я воду из одежды уберу.

— Как это его угораздило?

— Хлебнул лишнего и решил к традициям приобщиться, но силы не рассчитал. В крещенскую воду окунаться надо с мыслью благой, а не просто забавы ради.

От мокрой куртки стал подниматься пар. Мужик неуклюже оперся на локти и расфокусированным взглядом обвел нашу компанию, особо задержавшись на Нале. Она погладила его по голове и зашептала:

— Спи, касатик, утро всегда мудренее.

— Хорошая ты девка, — пробасил он, — хоть и с хвостом.

Веки его опустились, а по залу разнесся молодецкий храп. Домовые подхватили горемыку под руки и потащили на ближнюю лежанку.