Сказки Леса: Книга Огня

Глава 1. Сбежавшее заклинание

Чеофа стоял у зала магии Огня, приложив свое большое рыжее ухо к двери. Афа с нетерпением ждал окончания занятия: кисточка на его длинном хвосте взволнованно подрагивала, а на мордочке застыла улыбка предвкушения. В свете огненных ламп, что освещали деревянный коридор, шерстка афа драгоценно блестела. Когда низкий голос наставника оповестил о том, что занятие окончено, Чеофа проворно отскочил в сторону и непроизвольно разгладил свои шаровары и подпоясанный жилет. Вовремя: деревянные двери распахнулись, и в коридор выбежали ученики. Магии огня учились дети народа осени – афа, но, порой, на занятия приходили и наофа, крылатые феола или, даже, обладатели дара магии Воды – маири.

Среди заполнивших коридор учеников Чеофа высматривал своего друга – Аюма, который, как и он сам, прибыл учиться магии из селения Шофа. Наконец, Чеофа заметил пушистые кисточки его ушей — кисточки торчали выше остальных. Афа, улыбаясь, направился к другу. За эти самые кисточки Аюма часто дразнили Ушастым, на что Аюм обижался. Только Чеофа было позволено без обиняков величать Аюма по прозвищу, ведь в ответ Аюм ласково называл друга Толстяком.

— Твои уши феола с небес заметят! – Чеофа вместо приветствия дернул Аюма за желтую кисточку.

— А ты скоро в двери Великого Зала не пройдешь, — не растерялся Аюм и поприветствовал друга в ответ.

— Старший Наставник магии Огня даровал мне Хранителя Заклинаний! – сказал Чеофа Аюму нарочито громко и почесал кончиком хвоста за большим рыжим ухом. Аюм, как и многие находившиеся рядом афа, удивленно посмотрел на Чеофа.

— Разве Хранителя Заклинаний можно получить на четвертом году обучения? – спросил Аюм.

— Наставник Айраф сказал мне, что я очень способный ученик! – ловя завистливые взгляды сверстников, гордо заявил Чеофа.

— А еще ты страшный хвастун и зазнайка, — вперед, из окружившей Чеофа и Аюма толпы ребят, вышла Вея – девочка-маири, которая училась усердно, но Хранителя Заклинаний не получила.

— О, госпожа Учебник! — улыбнулся Чеофа, и ребята рассмеялись. Небесного цвета маири, облаченная в зеленую тунику и синие лосины, гордо вздернула носик. Короткая шерстка маири казалась глянцевой, переливалась, словно вода, а глаза на кругленьком личике были большими и зеркальными.

— У тебя есть хоть одно заклинание, господин Способный Ученик? — скептически поинтересовалась Вея, и дети с любопытством посмотрели на гордого Чеофа.

— Пока нет, — сконфуженно признался афа, и маири улыбнулась.

— Тогда толку от твоей скорлупки не больше, чем от пустого желудя! — Вея сложила на груди руки. — Вот скажи, чем обычная скорлупка отличается от скорлупки-Хранителя?

— Заклинаниями, — выкрикнул кто-то из толпы. Только сейчас Чеофа обратил внимание на то, что его хвастовство собрало слишком много отдыхающих на перемене ребят: любопытствовать подошли даже старшие. Юному афа сделалось неловко.

— Правильно, — согласилась Вея. – Получается, Великий Наставник Айраф даровал тебе пустой желудь, — заключила девочка, и ребята засмеялись.

Аюм, видя, что его друг начинает сердиться, тихонько предложил уйти, но Чеофа отказался.

— У меня будут заклинания! — громко произнес он, и Аюм сокрушенно покачал головой, от чего кисточки на его ушах качнулись.

— И к кому ты обратишься, чтобы тебе их туда наколдовали? — поинтересовалась Вея и заправила за острое ухо прядь светло-голубых волос.

— Я сам! — гордо заявил Чеофа, и смех стих: все знали, что до пятого года обучения в Школе Дома Лесной Магии пленить заклинания запрещено.

— Я не верю, — отрицательно покачала головой маири, — ты еще слишком юн. Даже мне Наставник Фаиф не позволяет собирать заклинания в Ракушку-Хранителя.

— Я смогу! — с вызовом ответил Чеофа, и Вея хмыкнула.

— Ладно, только я хочу видеть, как ты призовешь свой первый Огонек, — сказала она. — Иначе я не поверю, а вся школа будет считать тебя Толстяком-Хвастуном.

Чеофа поморщился, хотел ответить, но его перебила маленькая наофа по имени Оша. Высокая и стройная, будто стебелек, и робкая, как одуванчик, ученица первого года. Как и остальные наофа, Оша обладала зеленой короткой шерсткой, которая позволяла наофа оставаться незаметными среди зарослей травы. У Оши были длинные белые волосы, которые она собирала в хвост. (Волосы у наофа могли быть разного цвета, что придавало им сходство с цветами) Одежда Оши была выполнена из легкого шелка, секрет которого наофа ревностно оберегали.

— Мне тоже интересно посмотреть! — воскликнул она, глядя своими большими глазами на поморщившегося Чеофа: только первогодок тут не хватало!

— Когда старше станешь, тогда и будешь с взрослыми колдовать, — строго ответил Чеофа, и Оша понуро шагнула назад. Вея заступилась за девочку:

— Чем больше учеников увидит твое колдовство, тем больше тебе поверят! — сказала Вея, и Оша робко улыбнулась маири, а довольная Вея гордо посмотрела на раскрасневшегося Чеофа. «Девчонки!», — сокрушался про себя Чеофа, исподлобья глядя на девочек. Аюм вздохнул: такое настроение его друга не предвещало ничего хорошего. Чеофа дышал глубоко — его так и подмывало проучить Вею, дернув ее за острое ухо или длинную косу. Но афа сдержал свой вдохновенный порыв: если маири увидит, как он чарует свое первое заклинание (в том, что у него получится призвать Огонек, Чеофа не сомневался) то перестанет, наконец, его задирать. А он, Чеофа, станет самым умным афа школы Дома Магии.

— Согласен, — через силу ответил Чеофа, и Аюм изумленно взглянул на друга. — Только всю школу не надо собирать, — предупредил Чеофа Вею, и она удовлетворённо кивнула.

— И когда ты нас позовешь? — хитро прищурившись, спросила маири.

— У меня сегодня занятий больше нет, — нарочито растягивая слова, проговорил Чеофа. — Почему бы не позаниматься практикой заклинаний сейчас?

Вея удивленно посмотрела на афа: девочка была уверена, что спор ни к чему не приведет, и Чеофа, как обычно поступал он в подобных беседах, отложит договоренность «на потом». Собравшиеся ученики шепотом переговаривались, Чеофа даже показалось, что кто-то из ребят хочет пожаловаться на нарушение правил Дома Магии.

— Хорошо! — громко ответила Вея. — Идем! А кто дерзнет рассказать наставникам, — маири обвела взглядом притихших детей, — тому никогда не помогу с домашним заданием!

— Ну, зачем ты так, — пробормотал высокий феола Ке’Тоок, ученик пятого года Школы. – Я просто так сказал, не буду я рассказывать наставникам.

— Что рассказывать? — спросил тихий, шелестящий голос, и дети замерли. Старший наставник магии Воздуха, древний и седой Эк’Туум, стоял возле дверей зала Огня. Эк’Туум, как и все феола, немного походил на ночного мотылька, только от старости его борода и брови сделались такими длинными, что спускались до земли. Кисточки маленьких ушей, располагавшихся на макушке, опустились. Крылья старого феола были уже совсем прозрачными и напоминали шлейф, что стелился за белоснежной мантией старшего мага.

— Что же такое обсуждают юные маги, раз наставникам слышать нельзя? — учтиво поинтересовался Эк’Туум. Ребята растерянно перешептывались и с опаской поглядывали на стоявших в центре Чеофа, Аюма и Вею. Тоненькая Оша спряталась за маири. Ке’Тоок, плотнее прижав к спине крылья, постарался слиться с толпой остальных учеников, но у него не вышло.

— Эх, кажется, юные маги забыли главное правило Дома Магии, — сокрушенно вздохнул старший наставник. — Кто напомнит мне его? — Эк’Туум обвел учеников взглядом и остановился на Вее. — Может ты, мудрая отличница?

— О магии нельзя молчать, ученик-маг должен обо всем рассказывать своему наставнику, либо любому другому старшему наставнику Дома Магии, — ответила Вея. — Иметь свои заклинания разрешается студентам, окончившим с отличием первую ветвь Дома — Школу.

— Почему маги используют это правило, Ке’Тоок?

— Чтобы безопасно изучать магию. Ведь сила стихий, магия, может и навредить неопытному магу.

— Так о чем ты обещал не говорить, Ке’Тоок?

Феола испуганно посмотрел на Вею, которая всем видом показывала юноше, что ему надобно молчать. Вея была уверена, что у Чеофа ничего не получится, и ей очень хотелось проучить зазнайку.

— Я просила Ке’Тоока не говорить о том, что я списала итоговую работу по основам магии Воздуха, — пролепетала Вея, повесив голову. Обманывать старого Ке’Тоока было стыдно, стыдно было и краснеть перед ребятами. Но, размышляла Вея, переписать работу по магии Воздуха будет проще, чем еще раз вывести на чистую воду Чеофа.

Среди ребят раздались удивленные возгласы, Ке’Тоок, хмурясь, смотрел на Вею, а наставник Эк’Туум устало вздохнул.

— Право, не ожидал от тебя такого, — тихо проговорил Эк’Туум. По спокойному голосу Эк’Туума нельзя было понять, поверил он Вее или нет. Девочка подняла голову и робко посмотрела в печальные глаза наставника. — Думал, разумная Вея уважает правила Школы и с почтением относится к чуждой маири магии Воздуха, — старый маг покачал головой. – Завтра после занятий жду тебя в зале Воздуха.

Вея кротко поклонилась старшему наставнику, и Эк’Туум, еще раз посмотрев на собравшихся детей, медленно удалился, провожаемый взволнованными взглядами ребят. Когда белая фигура мага скрылась за поворотом коридора, ученики вновь оживились и засыпали Вею вопросами, почему она решила защитить Чеофа, который, как Аюм, стоял с открытым от удивления ртом. Но тут пропели птицы: большая перемена кончилась, и ученикам пришлось вернуться на занятия. В коридоре остались Чеофа, Аюм, Оша и Вея.

— Ну что, юный маг, идем, — хмуро сказала Вея.

— Может, не надо, а? — робко поинтересовался Аюм.

— Надо! — сердито ответила Вея. — Если спасуешь, — маири прищурилась, глядя на Чеофа, — я сама обо всем наставникам расскажу!

— Не спасую! — заверил Чеофа Вею и, гордо расправив плечи, зашагал по коридору. — Идем!

Вея решительно пошла за афа; Аюм и Оша, переглянувшись, двинулись следом.

__

Дом Магии Леса находился в грибах-трутовиках рощи Мегалитов — древнейших дерев Леса. Связанные между собой навесными мостами, гигантские трутовики располагались на стволах деревьев, поднимались ввысь, почти до самой кроны. В самых массивных грибах находились учебные классы, залы и мастерские; в более маленьких — личные комнаты наставников и учеников. Крылатые феола предпочитали селиться на самом верху, в то время как афа выбирали себе нижние этажи.

Комната Чеофа располагалась почти у самых корней дерева-мегалита. Свои жилища афа строят у корней, и Чеофа был рад, когда ему досталась комната, похожая на родной дом. При входе в комнату росли светящиеся грибы, а потолок, образованный сплетением корней, освещала тёплая лампа жёлтого цветка. У левой стены стояла кровать, укрытая осенними листьями. Над кроватью спал вырезанный в дереве лик Оберега Снов. В глубине комнаты, подле круглых окон, находился письменный стол; у правой стены, напротив кровати, стояло кресло. Подле кресла, над столиком из маленького трутовика, парила лампа из жёлтых цветов.

— У тебя уютно, — проговорила Вея, оглядывая жилище афа.

Чеофа улыбнулся в ответ и аккуратно достал с полок, которые находились над скульптурой Оберега Снов, скорлупку-Хранителя — скреплённые друг с другом пустые шапочки желудей. Ребята подошли к столу, Чеофа аккуратно поставил Хранителя на подставку и открыл. Пустая скорлупка тихо светилась.

— А он настоящий, — заворожённо прошептала Оша. Даже Вея удивленно смотрела на скорлупку — не думала маири, что Чеофа, и правда, Хранителя получил.

— Почему же старший наставник Айраф даровал тебе скорлупку? — спросила Вея Чеофа.

— Потому что я — способный ученик, — без сомнения заверил Чеофа Вею, которая хмуро на него посмотрела. Аюм сокрушенно покачал головой: ему было стыдно за хвастовство друга — любовь хвастаться Чеофа до добра не доведёт. Но Чеофа никогда не слушал Аюма.

— Ну что, способный ученик, — Вея отошла в сторону и сложила на груди руки, — колдуй свой Огонёк.

Оша встала рядом с Веей и взяла её за руку. Отошёл от стола Аюм, и Чеофа, распрямив спину и подняв голову, взмахнул руками. Афа подглядел этот пасс у наставников, как и свою гордую позу мага. Чеофа выучил заклинание Огня до того, как наставник Айраф даровал ему Хранителя: очень уж хотел Чеофа быстрее стать настоящим магом.

Чеофа говорил заклинание громко и чётко, а Аюм и Оша его заворожённо слушали. Вея хмуро смотрела на юного мага Огня: затея девочке нравилась все меньше. Чеофа закончил колдовать, взмахнул руками и раскрыл свои мягкие ладони. Но Огонька на ладошках у Чеофа не было; не было Огня и в скорлупке.

— Мне надо расколдоваться, — объяснил Чеофа, кивнув ребятам, и вновь обернулся к скорлупке-Хранителю. Чеофа плавно взмахнул руками и произнёс заклинание, но призвать Огонёк у афа не получилось. Не появилось огня ни на третью попытку, ни на четвёртую.

— Пустое это дело, — разочарованно махнула рукой Вея, глядя на потерянного Чеофа, — ничего у тебя не получится! — покачала головой маири. — Только мне придётся переписывать работу по магии Воздуха. Зря я так сказала Эк’Тууму, — грустно добавила она.

— Получится! — обиженно воскликнул Чеофа, но Вея отвернулась и направилась к выходу. Оша пошла за маири, но Чеофа догнал их. — Ещё одна попытка! — настаивал афа. — Я смогу!

Вея остановилась и посмотрела на Чеофа.

— Ты только можешь, что хвастаться, — строго ответила Вея и поправила свою светло-голубую косу. — Зазнайка и обманщик.

— Хвастун! — поддакнула Оша Вее.

— Но вы же видели, что Хранитель у меня самый настоящий! — не оставлял попыток Чеофа.

— Ребята! — позвал Аюм, но ни Чеофа, ни Оша, ни Вея не обернулись.

— Настоящий Хранитель ещё ни о чем не говорит, — ответила Вея.

— Он может быть у каждого! — подтвердила наофа.

— И почему же Хранителя нет у вас? — спросил девочек Чеофа.

— Ребята! — вновь воскликнул Аюм.

— Что? — ответили хором Чеофа, Оша и Вея и посмотрели на стоящего у стола Аюма.

— У Чеофа получилось, — прошептал Аюм, показывая на скорлупку-Хранителя. Из открытой шапочки жёлудя выглядывал красный Огонёк.

— Я же вам говорил! — обрадовался Чеофа и подбежал к столу. Вея и Оша осторожно встали рядом. Из открытой скорлупки смотрел на детей маленький, похожий на святящуюся каплю, красно-рыжий Огонёк. На прозрачном тельце заклинания светились большие, выразительные глаза.

— Вот это да! — прошептала Оша.

— А вы говорили, — довольно улыбнулся Чеофа, разглядывая собственное заклинание.

— И что ты будешь с ним делать? — строго поинтересовалась Вея. — Ты ведь знаешь, что Заклинания должны служить магу. Ты можешь им повелевать?

Чеофа растерялся: о таком юный маг не подумал. Афа не знал, как повелевать заклинаниями, но признаться в этом было страшно. Ещё страшнее было то, что Чеофа даже не представлял, как запереть Огонёк в скорлупке-Хранителе.

— Я оставлю его в Хранителе! — уверенно ответил Чеофа и резким движением закрыл крышечку скорлупки. Но Огонёк оказался проворнее: пискнув, заклинание выскочило из-под шапочки жёлудя и зависло янтарным огоньком над столом.

— Быстро скажи ему своё Повеление, иначе худо будет! — воскликнула Вея.

— Сейчас! — Чеофа вновь открыл Хранителя и громогласно провозгласил: — Заклинание Огня, повелеваю тебе слушаться меня и сейчас же вернуться в скорлупку-Хранителя!

Но Огонёк тихонько рассмеялся и, крутанувшись вокруг своей оси, юркнул под стол.

— Святое Древо! — воскликнула маири. — Ты не знаешь!

— Все я знаю! — возразил Чеофа, наклоняясь и стараясь достать сбежавшее заклинание. Но Огонёк ловко увернулся, и Чеофа, опустившись на колени, залез под стол. Огонёк замер, дрожа в воздухе напротив Чеофа. Афа вновь раскрыл скорлупку и вновь попытался поймать заклинание, но Огонёк проворно отлетел, зависнув в воздухе у самой ладони Чеофа. Афа засопел и хотел схватить Огонёк, но заклинание, звонко пискнув, метнулось вверх и, рассмеявшись, вылетело из-под стола. Неожидавший такой прыткости Чеофа больно ударился головой об стол. Скорлупка выпала из рук афа и закрылась. Чеофа сел на собственный хвост.

— Тухлый жёлудь! — ругнулся Чеофа.

— Что ты там бурчишь? — громко спросил Аюм. — Вылезай, хватит поясничать! Поймай свое заклинание, а то влетит нам всем по кисточки ушей!

Чеофа вытащил из-под себя хвост и посмотрел на ребят из-под стола. Заклинание теперь дрожало у самого потолка и с любопытством глядело вниз.

— Я не знаю как, — признался Чеофа. — Я совсем забыл о том, что заклинаниями надо повелевать. Я думал, призвать Огонёк будет достаточно.

— Святое Древо! — всплеснула руками Вея.

— И что нам теперь делать? — поинтересовалась Оша, глядя на Вею.

— И Хранитель не открывается, — тихо добавил Чеофа, стараясь вновь открыть скорлупку.

— Конечно, ты ж его тухлым жёлудем обозвал, — сердито сказала Вея. — Вылезай оттуда. Будем ловить твоё заклинание руками.

Чеофа нехотя вылез из-под стола и встал рядом с Аюмом.

— Я совсем не знаю, как быть, — тихо признался он другу, но Оша внимательно посмотрела на Чеофа.

— А я думала, старшие — умные ребята, — тоненьким голоском заявила Оша.

— Я не тебя спросил, Пискля! — обиженно ответил Чеофа, но маленькая наофа не растерялась.

— Толстяк! — передразнила Оша Чеофа, изобразив, что туже затягивает пояс на своём шелковом жилете.

Чеофа хотел ответить, но маири предупреждающе подняла руку.

— Мы все поступили очень глупо, — громко сказала Вея. — И нам всем нужно исправить свой поступок и поймать Огонёк.

Заклинание, услышав последние слова маири, звонко рассмеялось, юрко проскочило между корнями дерева, что свисали с потолка и, метнувшись вниз, скрылось под кроватью.

— Ловите! — крикнула Вея, и ребята бросились за Огоньком. Четверо дружно подбежали к кровати и опустились на колени подле неё.

— Нужно закрыть все щели, — проговорила Вея, стаскивая с постели осенний лист. Но не успели ребята взять листья, как Огонёк выскочил из-под кровати и, пролетев между детьми, завис подле светящихся грибов у входа в комнату.

— Он не должен убежать в Лес, — едва дыша прошептала Вея.

— А то что? — забыв о хвастовстве, так же тихо спросил Чеофа. Маири удивлённо на него посмотрела.

— Что ты на основах магии делал? Мух считал? — спросила Оша.

— Я учил, но забыл, — буркнул Чеофа.

— Если заклинание не услышит повеления, то может делать все, что ему заблагорассудится, — строго ответила Вея. — Только представь, что может натворить убежавший Огонёк!

— Святое Древо, — прошептал Аюм, смотря на дрожащего между грибами Огонька. Золотая капля будто дразнила детей: паривший между грибами Огонёк озорно улыбался и тихо смеялся.

«Ну уж нет, — подумал Чеофа, во все глаза глядя на заклинание. — Я поймаю тебя!»

Ничего не говоря ребятам, Чеофа быстро встал, опрометью подбежал к Огоньку и, попытавшись поймать его, упал на него всем весом. Но заклинание мгновенно взметнулось вверх и снова зависло у потолка. Разочарованный афа с трудом поднялся, а на его шароварах остались висеть шапочки сломанных грибов. Чеофа обернулся на звонкий смех друзей. Аюм, Оша и Вея поднялись и подошли к Чеофа. Заклинание дрожало у потолка и внимательно смотрело на детей.

Вея, приложив руки к губам, тихо зашептала и, раскрыв ладони, на которых появилась серебристая сеть, кинула сеть на Огонёк. Но Огонёк тут же юркнул к полу и метнулся под кресло. Волшебная сеть маири распалась на капельки воды, и дети, не успев удивиться магии Веи, кинулись следом за заклинанием. Огонёк оказался проворнее: выскочив из-под кресла, со смехом облетев вокруг ребят, он метнулся к двери и скрылся в щели под нею. Ученики, перевернув на ходу кресло и сбив парящую лампу с жёлтыми цветами, побежали за заклинанием. Первая добежала до двери Оша — маленькая наофа открыла дверь и посмотрела в коридор.

— Огонька нет! — воскликнула испуганная девочка.

Чеофа мягко отстранил Ошу и вышел в коридор: двери ученических комнат освещали огненные лампы; Огонька видно не было. Только едва видимая, парящая в воздухе золотистая дорожка магии говорила о том, что Огонёк не спрятался в какой-нибудь комнате, а улетел по коридору.

— Вот мы попали, — пролепетал Аюм, выходя следом. — Если твоё заклинание увидит кто-нибудь из наставников...

— Мы должны найти его первыми! — уверенно сказала Вея и, обойдя ребят, побежала по коридору, следуя за оставленной Огоньком в воздухе магической нитью. Чеофа, Аюм и Оша побежали за Веей.

Дети свернули по коридору и оказались в просторном зале отдыха: гигантские корни дерева, будто колонны, держали высокий свод, вырубленный в полом теле трутовика. Между корней дерева стояли столы и стулья; располагались шкафы с книгами. Время было ещё ранее — большинство учеников находилось на занятиях, и зал был почти пуст. Под самым сводом плыли лампы из жёлтых цветов.

— Вот он! — воскликнула Вея, указывая на крайние лампы жёлтых цветов, рядом с которыми дрожал Огонёк. Заклинание будто ждало, когда Чеофа, Аюм, Оша и Вея подойдут к нему. Крутанувшись волчком, Огонёк молниеносно спустился вниз и, подождав, когда дети догонят его, вылетел в парадный коридор Дома Магии, после чего юрко проскочил в щель между створами дверей, что вели на улицу. Ученики, не думая, бежали за заклинанием.

Аюм открыл высокие, резные двери: перед афа предстала широкая дорога, по обеим сторонам которой стояли огненные лампы. Несмотря на яркий солнечный день, в лампах горел огонь. Дорога переходила в навесной мост, что вёл от дерева, в котором располагался Дом Магии, до деревянной лестницы противоположного берега оврага. Огонёк завис над мостом, всем видом показывая, что ждёт, когда его догонят. Почетной охраны моста почему-то не было, и ребята, переглянувшись, побежали к Огоньку. Огонёк, звонко хихикнув, перелетел мост и завис над землёй другой стороны оврага. Дети нерешительно остановились.

— Нельзя покидать территорию Школы без сопровождения наставника или старшего, — отдышавшись, тихо сказал Аюм. — А руками мы его не поймаем.

— И что ты предлагаешь? — спросил его Чеофа.

— Надо сказать наставникам, — пролепетала Оша.

— Если мы расскажем наставникам о том, что сделали, нас исключат из Школы, — хмуро ответила Вея. — Я смогу поймать заклинание своей сетью, а ты, — маири строго посмотрела на Чеофа, — извинись перед Хранителем, чтобы он открылся.

Чеофа понуро посмотрел на скорлупку. Извиняться почему-то не хотелось.

— А как ты научилась колдовать сеть? — спросил Чеофа. Маири гордо на него посмотрела.

— Идём. Расскажу после того, как поймаем Огонёк и вернёмся в Школу, — девочка побежала по мосту. Ребята побежали следом.

— А как же жуки-охранники? — спросил на бегу Аюм.

— Я их не вижу, — ответила маири. — Если нас поймают, что-нибудь придумаем.

Как только дети перешли мост, Огонёк пискнул и, пронырнув между ветвями деревьев, полетел вглубь леса.

— За ним! — уверенно воскликнула маири и стала подниматься по деревянной лестнице. Лестница завершилась площадкой, с которой убегала в лес дорога. Сквозь высокую крону деревьев водопадами лился солнечный свет; над кустарниками летели разноцветные бабочки. Огонёк дрожал впереди, между стволов деревьев, и дети побежали к нему. Только Аюм нерешительно остановился. Афа обернулся и посмотрел на высокие деревья-магалиты Дома Магии, что росли в овраге. Белые грибы, в которых располагалась школа, соединённые навесными мостами, тихо сияли в тёплых лучах пробивающегося сквозь крону солнца. У самой кроны мегалитов летали птицы. «Надо вернуться и попросить помощи», — подумал афа.

— Эй! Поспеши! — услышал Аюм звонкий голос Веи и отвернулся от Дома Магии. Вея остановилась и махала Аюма рукой, в то время как Чеофа и Оша со всех ног бежали за Огоньком.

«Эх, была, не была!» — подумал Аюм и догнал друзей.

Глава 2. Долина Парящих Цветов

Чеофа, Аюм, Оша и Вея бежали за Огоньком. Дорога, которая вела от моста Дома Магии, превратилась в тропинку и, наконец, завершилась у колючек, что росли между высокими, стройными деревьями с золотыми стволами. Дети остановились. Огонёк завис над колючими кустарниками, между стволов деревьев.

— Надо возвращаться, — сказал Аюм, тяжело дыша. — Дальше дороги нет.

— Дорога есть, — ответила Вея. — Помните, что Дом Магии защищают Парящие Цветы?

— Святое Древо, — поежился Чеофа. — Как же такое можно забыть. Из-за этих цветов не люблю возвращаться домой на каникулы. Когда еду между ними — жутко становится.

— Неужели? — хихикнула Вея. — Они же такие красивые!

— Красивые? — переспросил Аюм.

— Очень! — уверенно ответила Оша, которая, как и все наофа, любила цветы.

— Лучше попробуй поймать Огонек сейчас, пока он не улетел, — тихо шепнул на ухо Вее Чеофа, — а я попробую открыть Хранителя.

Вея хитро посмотрела на Чеофа.

— Если у меня получится, тогда ты отдашь мне Хранителя! — так же тихо прошептала Вея.

— Хранителя? Тебе? — воскликнул Чеофа.

— Ага, мне, — уверенно ответила Вея и сложила на груди руки.

— Но магия Огня — не твоя магия, — растерянно ответил афа. — У тебя ракушка должна быть, и Капли воды, а не Огни...

— Я посещаю занятия по магии каждой из стихий! — гордо сказала Вея. — И знаю намного больше тебя. Сеть могу наколдовать. А ты повелевать Огоньком не можешь и Хранителя обидел.

Рыжий Чеофа даже покраснел, а его шерстка встала дыбом.

— Нет! — решительно сказал афа и кисточки на его ушах возмущённо задрожали. — Я не отдам тебе Хранителя!

— Тогда я иду назад! — хмыкнула маири и хотела, было, отвернуться, но Чеофа встал перед ней.

— Хорошо. Тогда я все расскажу наставникам, — заверил Чеофа Вею, и девочка насупилась. — И про то, как ты обманула Ке’Тоока, тоже расскажу.

— Ребята, вы мухоморов объелись? — Аюм подошёл к Чеофа и Вее. — Если наставники узнают, что мы натворили, то исключат из Школы всех нас! Нам надо поймать заклинание и как можно быстрее вернуться в Школу.

— Правда исключат, — подтвердила Оша. — А если меня выгонят, то будут сильно ругать дома.

Вея сердито посмотрела на Чеофа и согласно кивнула. Ребята расступились перед Веей, маири сложила небесного цвета мягкие ладони и зашептала заклинание. И вторя словам девочки, её глянцевая голубая шерстка светилась ярче, переливалась, будто вода, а на пальчиках замерцала серебристая паутинка.

— Вот это да, — восхищённо прошептала Оша. Чеофа, исподлобья глядя на магию маири, извинялся перед Хранителем. Но скорлупка не слышала афа: несмотря на многочисленные извинения, шапочки жёлудя оставались плотно закрытыми.

Когда Вея закончила колдовать, на её ладонях лежало хрустальное кружево, сплетенное из мерцающих бусинок воды.

— Теперь надо подойти ближе, — прошептала маири, стараясь незаметно подобраться к Огоньку.

Дети тихо последовали за Веей. Как только Вея подошла к дрожащему заклинанию ближе, Огонёк отлетел к колючкам и спрятался за стволом ближайшего дерева.

— Вот засада! — возмутилась Вея, остановившись подле колючих кустов. Маири обернулась на замерших рядом друзей. — Кто-нибудь знает Слово этого года?

— Если ты повелишь Колючкам расступиться, об этом сразу узнают жуки-охранники, — попытался остановить Вею Аюм.

— До их прихода я успею бросить паутинку, — ответила Вея. — А уж историю о том, как мы тут оказались, как-нибудь придумаем. Или кто-то хочет исколоться?

— Н-нет, — заикнувшись, отрицательно покачала головой Оша. — Они колются больно. Но слова я не знаю.

— Только у тебя Слово и спрашивать, — буркнул Чеофа. — Заика!

Оша насупилась; Вея хотела, было, заступиться за Ошу, но колючие кусты зашелестели и расступились перед детьми.

— Вот же Слово они придумали в этом году, — усмехнулся Аюм.

— Угу, — недовольно буркнула в ответ Оша и почесала носик.

Вея осторожно пошла по тропинке между расступившихся колючек. Жёлтые и розовые иглы ярко светились меж сочных, зелёных листьев кустарника. Ребята медленно шли за Веей. Огонёк, почувствовав неладное, вылетел из-за дерева, но тут же спрятался за другое. Вея тихонько, стараясь не уронить сеть, двинулась за Огоньком. Колючки перед ней почтительно размыкали ветви. Ребята шли следом, Чеофа старательно просил прощения у Хранителя, но он не открывался.

Послышалось низкое, гулкое жужжание.

— Охранники! — воскликнул Аюм.

Испуганный Огонёк вылетел из-за дерева и Вея, не растерявшись, тут же бросила на него сеть. Сеть в полёте раскрылась и, подгоняемая словами Веи, сомкнулась на Огоньке. От радости Вея даже вскрикнула, когда Огонёк, пытаясь освободиться, чуть не упал на землю. Испуганный Огонёк взметнулся вверх и, дрожа, стараясь сбросить с себя серебряную паутинку, полетел.

— Чеофа, открывай Хранителя! — крикнула Вея и побежала за Огоньком. Колючки спешно расступались перед девочкой. Теперь Огонёк летел, пытаясь освободиться от пут Веи, а ребята бежали следом. Колючки едва успевали размыкать ветви перед детьми. Сеть мешала Огоньку лететь быстро, и Вея чуть не поймала его. Но тут Огонёк резко взлетел вверх и закрутился в полёте волчком, отчего серебряная сеть маири распалась на сверкающие брызги воды. Освободившись, Огонёк поднялся к самой кроне и скрылся среди листвы деревьев. Только красная светящаяся нить следа заклинания осталась парить в воздухе.

— Ну вот, — Вея остановилась и понуро опустила голову.

Чеофа, Аюм и Оша встали рядом с маири тяжело дыша. Низкое жужжание жуков-охранников сделалось громче.

— Бежим! — крикнул Аюм, и дети вновь побежали. Колючие кустарники с трудом успевали расступаться перед юными чародеями леса. С ярких цветов колючек взлетали испуганные бабочки и стрекозы; а в вышине, среди крон высоких деревьев, мерцал красный Огонёк.

— Именем Дома Магии Леса повелеваю остановиться, — раздался низкий голос жука-охранника.

Оша, которая бежала позади всех, обернулась: над дальними кустами колючек летели массивные жуки-рогачи.

— Быстрее! — крикнула девочка.

Ребята бежали, что было сил. Кустарники не всегда успевали разомкнуть ветви перед детьми, и беглецы, бывало, царапались, а Чеофа даже порвал свой жилет. Но ребят колючки не остановили, приказы рогачей делались все громче, а звук их крыльев слышался все ближе. Деревья стали редеть, колючие кустарники становились более мелкими и проворнее освобождали беглецам дорогу.

— Ещё немного! — крикнул всем Аюм.

Теперь отставал Чеофа: афа частенько пропускал занятия по гимнастике и прежде так много не бегал. Чеофа даже хотел предложить признаться в проступке охранникам, но тут деревья и колючки, наконец, расступились, и дети выбежали на большое плоское плато, с которого открывался грандиозный вид на долину Парящих Цветов.

Высокие, словно деревья-мегалиты, цветы с яркими головками-чашами парили над землёй. Из их стеблей, кручёных, массивных, как стволы деревьев, росли желтоватые корни, что брали влагу прямо из воздуха. Среди цветов летали птицы, а внизу, над парящими камнями, жужжали насекомые.

— Заика! — крикнула Вея, подбежав к самому краю плато. Парящие камни подлетели к Вее и сложились в дорогу, которая по воздуху убегала в долину Парящих Цветов.

— Святое Древо! — воскликнул Чеофа, когда Вея ступила на парящую дорогу. — Я не пойду туда! Я на поезде стрекоз еле добираюсь до Школы.

— Тогда сам объясняй рогачам, что ты делал в Окраине Леса Дома Магии! — ответила Вея и решительно побежала по висящей в воздухе дорожке. Оша последовала за Веей. Аюм на мгновение остановился перед парящей тропой и, вздохнув, побежал за девочками.

— Догоняй! — крикнул Аюм замешкавшемуся Чеофа.

Чеофа испуганно обернулся: большие тени жуков были уже у крайних деревьев леса. Афа знал, что жуки никогда не пересекают границу Долины Парящих Цветов — Долиной заведовали стрекозы, у которых были давние разногласия с жуками. А ещё афа знал, что жуки-рогачи, как только увидят сбежавших в Долину детей, сразу вернутся в Дом Магии и расскажут о беглецах наставникам. Так что у них совсем мало времени, чтобы поймать сбежавший Огонёк и вернуться в Школу. Чеофа вздохнул и ступил на парящую дорогу.

— Остановитесь! — услышали ребята рокочущий голос жука. Бежавший последним Чеофа вновь обернулся: каменная дорожка за ним рассыпалась, и коричневые жуки с массивными рогами зависли над выступом плато.

— Не останавливайся! — окликнул Чеофа Аюм, и Чеофа догнал друга. — Мы должны успеть добежать до цветов, пока жуки остановились!

— Вы нарушаете закон Дома Магии! — послышался низкий голос жука.

— Быстрее! — крикнула на бегу Вея. — Цветы помогут нам укрыться от стражей Окраины!

Юным магам почудилось, что жуки полетели следом, и дети побежали быстрее. Парящие камни проворно складывались в тропу и тут же разлетались вновь, стоило Вее, Оше, Аюму и Чеофа пробежать по ним. Наконец, юные маги достигли цветов. Цветы расступились перед ребятами и сразу сомкнулись за ними. Дети слышали жужжание остановившихся жуков, которые не могли ступить во владения стрекоз.

Долина Парящих Цветов была прекрасна: массивные цветы отбрасывали сочную, густую тень. Корни-пружинки и молодые бутоны украшали высокие, крученые стебли, между которыми парили небольшие островки из камней и земли. Кое-где островки покрывала трава с маленькими цветочками, летали бабочки и насекомые. А в вышине, меж чаш цветов, в тёплых лучах пробивающегося солнца пели птицы.

— Смотрите! — указала Оша на высокий парящий цветок, у алого бутона которого дрожал Огонёк. Огонёк, заметив ребят, полетел между цветами.

— Не останавливайтесь! — радостно воскликнула Вея. — Мы его догоним!

Юные маги побежали, и камни едва успевали складываться в дорогу.

— Я больше не могу! — сокрушался Чеофа, который изрядно отставал. Но увлечённые погоней ребята не обратили на него внимания. Огонёк же улетел так далеко, что скрылся от глаз. Только мерцающая красным нить указывала в ту сторону, куда улетело заклинание.

— Эй! Подождите! — вновь окликнул ребят Чеофа. — Мы все равно его потеряли. Я больше не могу!

— Ну ты даёшь! — воскликнула Вея и остановилась. Оша чуть не налетела на Вею. Аюм тоже остановился и потер лоб тыльной стороной ладони.

— Мы все равно его не догоним, — вздохнул Чеофа и подошел к ребятам. Афа так тяжело дышал, что не выдержал и, положив Хранителя на дорогу, упёрся обеими руками в колени. — Надо возвращаться, пока стрекозы не нашли нас.

— И как мы вернёмся? — удивилась Вея. — Мы нарушили столько правил, что нас не просто исключат, а исключат с позором! — воскликнула маири. — Не представляю, что я своей матушке скажу, — тихо добавила она. — Да и страшно подумать, что может натворить сбежавший Огонёк! — покачала головой Вея. — Чудо, что твоё заклинание ещё не спалило Лес.

— Вместе кашу заварили, вместе и будем её есть, — твердо сказала Оша.

— По философии у тебя «отлично»? — спросил, выпрямившись, Чеофа.

— У меня по всем предметам «отлично»! — гордо вздернула носик Оша.

— Кто бы сомневался, — буркнул Чеофа.

— Мне кажется, нас теперь по-любому исключат, — вздохнул Аюм. — Так что... давайте вернёмся и отправим наставников за заклинанием.

— К тому времени, пока наставники отправятся на его поиски, след Огонька растает, — отрицательно покачала головой Вея. — Раз нас по-любому исключат, тем более надо найти Огонёк! Хотя бы Лес спасём перед исключением.

— Это будет настоящее приключение! — всплеснула руками Оша.

— Хм, кажется, по философии у тебя, все же, не пять, — проговорил Чеофа, поднимая Хранителя. — Идемте. Надеюсь, успеем спасти Лес до вечера, — сказал афа, направляясь вперёд. Несколько камешков подлетели и сложились перед мальчиком в тропу. — Только я уже не побегу.

— Надо было ходить на гимнастику, — ответила Вея и пошла за Чеофа. Оша и Аюм двинулись следом.

Камни послушно складывались в дорогу перед детьми. След Огонька золотисто-алой нитью дрожал в воздухе между цветами, разноцветные насекомые летали над парящими камнями, а в вышине, среди водопадов льющегося сквозь лепестки цветов света, парили птицы; воздух благоухал сладким ароматом.

— И чем же тебе не нравятся это удивительное место? — спросила Вея Чеофа.

— Тем, что Парящие Цветы — хищные создания. Не зря же они охраняют Дом Магии, — ответил афа.

— Если их не трогать, то и они не тронут, — уверенно сказала Вея.

— Буду надеяться, — поежился, оглядываясь, Чеофа. — А ещё мне не нравится идти на такой высоте, — афа осторожно посмотрел вниз, где среди тумана и сплетенных корней цветов мерцала далекая лента могучей реки Ореи, и тут же отошёл от края дороги. — По земле ходить привычнее. А стрекозы вообще на летящем поезде везут. Ужас.

— Ты просто боишься! — хихикнула Оша.

— Нет! — строго ответил Чеофа. — Просто мне тут не нравится.

— Нравится или нет, главное не попасться стрекозам, — подал голос идущий позади всех Аюм. — Вот кого боюсь я. Пострашнее жуков будут.

— Не сколько страшнее, сколько быстрее, — ответила Вея. — Надо бы скорее преодолеть Долину. — Вея строго посмотрела на Чеофа. — А то точно поймают нас.

— Пусть ловят, но я не побегу, — покачал головой Чеофа.

— Смотрите! — тоненьким голоском воскликнула Оша, показывая на достаточно большой парящий островок, сквозь который проходили корни цветка.

— Что такое? — удивилась Вея, вглядываюсь в высокую траву, которая росла на островке.

— Я тоже ничего не вижу, — согласился Аюм.

— Да вот же! — настаивала Оша. — Неужели вы не видите?

Ребята остановились и внимательно посмотрели на тот парящий островок земли, на который указывала Оша. Сначала дети ничего не увидели: над травой летали светлячки. Но трава будто шевельнулась, и светлячками оказались бусинки на усиках маленькой летающей гусеницы. На головке айи красовались рожки, между которыми сиял серебристый огонёк.

— Это же айя! — воскликнула Вея. — Помощница стрекоз! Бежим!

— Только не снова! — пробурчал Чеофа и побежал вслед за ребятами.

Зелёная гусеница айя полетела за детьми и, несколько раз облетев беглецов, скрылась в зарослях цветов.

— Святое древо! — воскликнула Вея. — Она отравилась за стрекозами! Быстрее!

«Куда уж быстрее», — сокрушался про себя Чеофа, стараясь бежать вместе со всеми.

Парящая дорога петляла между стеблей цветов, уводя детей за мерцающим следом Огонька. Испуганные бабочки взлетали с цветов, а тоненькие корешки и молодые бутоны, взволнованные дуновением ветра, покачивались.

Вновь послышалось жужжание: но не низкое, как у жуков-рогачей, а высокое и дрожащее.

— Стрекозы! — крикнула Оша.

Жужжание стрекоз становилось все громче, окружало со всех сторон. Вдали, среди стеблей цветов, показались их продолговатые тени.

— Быстрее! — крикнул всем Аюм.

Чеофа, Аюм, Оша и Вея бежали изо всех сил. Чеофа, сколько ни старался, заметно отставал. Жужжание стрекоз делалось громче, их тени мелькали все ближе, пока стрекозы не вылетели из-за зарослей цветов. Стройные и изящные, с глянцевыми телами, тонкой талией, длинными ногами и четырьмя руками. Четыре прозрачных крыла и большие раскосые глаза на остренькой мордочке. На всех стрекозах-стражах Долины были серо-зеленые форменные одежды.

— Именем закона Дома Магии приказываем остановиться! — раздался громкий голос их предводительницы — голубой стрекозы с золотыми усиками.

— Не тормозим! — отчаянно крикнула Вея.

— Я больше не могу! — с трудом ответил ей Чеофа.

— Именем закона Дома Магии приказываем остановиться! — повторила стрекоза.

Стрекозы летели чуть позади детей, их голубая предводительница почти достигла Чеофа. Афа от страха бежал так быстро, как только мог.

— Они нас поймают! — закричал Чеофа.

Стрекозы догнали детей и теперь летели рядом с беглецами, а предводительница опередила ребят и зависла перед бегущей впереди Веей.

— Именем закона Дома Магии приказываем остановиться! — еще раз сказала стрекоза.

— Это конец! — воскликнула Оша.

Вея упрямо продолжала бежать, стараясь не смотреть на летящую рядом голубую стрекозу.

— Если вы не послушаетесь нас, нам придётся применить магию! — строго проговорила стрекоза.

— Вея, надо сдаться! — крикнул Вее Аюм. — Я не хочу заклятие онемения!

— Бежим! — Вея сдаваться не хотела. От мысли, какой позор ждёт её в Школе, Вее становилось страшно. Если бы они исправили свой проступок и спасли Лес, было бы не так стыдно. Но возвращаться без Огонька, обездвиженной на стрекозах.... Нет!

Предводительница стрекоз начала шептать заклинание, её золотые усики засветились ярче, но тут из-под парящей дороги вылетела тоненькая стрекоза с длинными розовыми усиками. На красавице были перламутровые доспехи, надетые поверх одежды из розового шелка, а сама стрекоза была такого же голубого цвета, как и предводительница в форме. Стрекоза в перламутровых доспехах облетела Вею и зависла в воздухе напротив предводительницы, которая перестала колдовать. Дети остановились.

— Астра, отойди! — повелительно сказала предводительница. — Ты нарушаешь закон магов леса, мешая мне ловить беглецов!

— Ну уж нет, Оридея! Парящие цветы долины — не владения Дома Магии! Долина Парящих Цветов принадлежит всему Лесу! — ответила Астра и, взмахнув всеми четырьмя руками, направила на Оридею сияющее облако пыльцы. Оридея закружилась в мерцающем облаке, а невесть откуда взявшиеся стрекозы в жемчужных доспехах окружили стражей долины в форме.

— Прыгайте! — крикнула Астра остановившимся в недоумении ребятам. — Быстрее! Мы вас поймаем!

— Кто вы? — удивленно спросила Вея, не решаясь подойти к краю парящей тропы. Оша, Аюм и Чеофа стояли рядом с Веей и тяжело дышали. Тем временем стрекозы-стражи смогли развеять магические облака своих противников и вновь окружили детей. Стражи Долины, полетев хороводом, подняли пыльцу с цветов, и отправили её на стрекоз в жемчужных доспехах. Но стрекозы Астры не растерялись: ответив грациозным па, они рассеяли облака.

— Что ты себе позволяешь! — возмутилась Оридея и, смахнув с парящего островка сухие лепестки цветов, направила их на Астру. Астра закружилась, ведомая магией Оридеи, но быстро совладала с собой и вернула магию стражнице.

— Прыгайте быстрее, пока Оридея не позвала подмогу! — крикнула Астра замершим детям. — Или вам придётся возвращаться в Дом Магии со стражами!

Стрекозы-стражи и их таинственные противники кружили вокруг детей. Вея осторожно подошла к краю парящей тропы: сквозь туман и сплетение корней цветов мерцала далекая река Орея. Ещё можно было разглядеть большой неясный силуэт, что темным пятном плыл внизу. Прыгать было страшно.

— Я боюсь! — крикнула Вея стрекозе. Но Астра не ответила девочке: Астра сражалась Оридеей. Мерцающие облака пыльцы кружились над стрекозами, не давая стражам Долины приблизиться к юным волшебникам.

— А я — н-нет! — воскликнула Оша и, разбежавшись, так быстро прыгнула вниз, что камни не успели сложиться перед ней в тропу.

— Оша! — испуганно крикнула Вея и не думая прыгнула вслед за Ошей.

— Девчонки! — воскликнул Аюм и, зажмурившись, последовал их примеру.

Чеофа от страха не мог пошевелиться. Афа застыл у края тропы, пока кто-то из стрекоз Астры не столкнул его вниз. Чеофа зажмурился и изо всех сил вцепился в Хранителя. Ветер свистел в ушах, пару раз Чеофа обо что-то зацепился хвостом, но вдруг афа упал на что-то мягкое и пушистое. Чеофа лежал, боясь пошевелиться, пока не понял, что головокружительное падение закончилось. Афа открыл свои большие глаза и ахнул: он вместе с друзьями летел на ковре из тополиного пуха. Ковер сопровождали стрекозы, благодаря магии которых пух держался плотным покрывалом и нес детей.

— Вот это да, — прошептал, озираясь Чеофа.

Сопровождаемый стрекозами ковер летел над могучими водами Ореи. Парящие Цветы остались высоко в небе, между их корней плыли легкие облака и летали птицы.

— Невероятно, — согласилась Вея.

Ребята осторожно встали, во все глаза глядя на окружающий пейзаж.

— Интересно, а Оридея может добраться сюда? — робко спросила Вея.

— Может! — ответила ей одна из сопровождающих пуховый ковёр стрекоз. На стрекозе были легкие белые шаровары и жемчужные доспехи. — Только Астра не позволит ей. Мы спасём вас! Слово стрекозы Пионы!

Вея не стала спрашивать стрекозу, почему же стрекозы решили их спасти, когда они нарушили правила Дома Магии. Вея оглянулась и посмотрела на своих друзей: Чеофа, Аюм и Оша настолько увлеклись полетом на ковре из тополиного пуха, что не обратили внимания на ответ стрекозы.

«Потом разберёмся, — подумала Вея. — Самое главное сейчас — убежать от стрекоз-стражей Дома Магии». С этим таинственные помощники ребят справлялись отлично. Наверху, среди корней парящих цветов, мелькали тени дерущихся стрекоз; сопровождающие ребят стрекозы так подгоняли их пуховый ковёр, что в ушах свистел ветер. Длинные с кисточками хвостики афа развевались на ветру, как и светло-голубая коса маири. Наофа плотнее затянула пояс на своём шёлковом жилете и поправила на голове длинный белый хвост.

Наконец, цветы наверху стали редеть, и ярче засияло солнце.

— Ещё немного! — приободрила юных магов Пиона.

Ковер с беглецами опустился ниже к реке, пролетел между высоких камышей, и вновь взмыл вверх. Долина Парящих Цветов осталась позади и монументальным островом парила над водами Ореи. Теперь стрекозы несли ковер из тополиного пуха по чистому небу. Несколько раз процессию сопровождали маленькие птички и бабочки.

— Стрекозы летят за нами! — воскликнул Аюм, обернувшись на оставшуюся позади Долину Парящих Цветов.

Со стороны Долины летели стрекозы, впереди которых ярким розовым пятном летела Астра.

— Это наши помощники! — ответила Вея Аюму.

— Верно! — подтвердила Пиона, подлетев ближе к ребятам. — У моей сестры не могло не получиться! Астра — лучшая предводительница стрекоз!

— У меня лучшая сестра! — услышали ребята звонкий смех и оглянулись: Астра догнала их ковер и летела сверху.

Вея, Чеофа, Аюм и Оша радовались вместе со стрекозами. «Было бы хорошо, если бы стрекозы помогли нам отыскать Огонёк, — подумала Вея. — Только бы его след не растаял».

— Куда мы летим? — спросил Чеофа стрекоз.

— В Олос, город стрекоз, — ответила Астра и, кивнув ребятам, улетела вперёд.

— Ничего себе! — прошептал Аюм на ухо Чеофа. — Никогда не был в городе стрекоз!

— Но нам нужно поймать Огонёк! — воскликнула Вея.

— Мы знаем, — согласно кивнула Пиона. — Потому мы Вам и помогаем.

— Но откуда вы знаете? — удивилась Вея.

— Магией владеют не только дети стихий леса, — подмигнула Пиона.

Вея улыбнулась и огляделась. На высоком синем небе плыли белые облака и ярко светило тёплое полуденное солнце. Стрекозы несли ковер из пуха высоко над рекой, что текла через большое поле. Вдалеке, на горизонте, раскинулся лес, в который убегала река Орея.

— Олос находится в лесу, — сказала детям Пиона. — В заводи Ореи, под сенью благодатного леса. Самый красивый город в Лесу! — заверила стрекоза. — Стражи Дома Магии не найдут вас там, — Пиона подмигнула ребятам.

— Но мы хотели вернуться в Школу, — растерянно ответил Чеофа.

— Конечно, — кивнула Пиона. — Только сначала вам надо поймать Огонёк, верно?

— Верно! — согласилась Оша. — И посмотреть самый красивый город Леса!

Стрекозы понесли пуховый ковёр ближе к воде и, сделав головокружительный вираж, вновь взмыли в небо. Юные пассажиры ковра из тополиного пуха рассмеялись. Пиона подмигнула ребятам, и стрекозы полетели над рекой ровно. Лес становился все ближе и ближе, пока, наконец, не предстал перед путниками во всей красе. Светлые стволы деревьев были такими высокими, что ребятам почудилось, будто их зелёная крона сливается с небом. Деревья почтительно расступились перед рекой Ореей, и даже их ветви не смыкались над ее водами. Стрекозы полетели над водой, петляя между высоким камышом, вдоль берега Ореи. Когда ковер, подгоняемый магией стрекоз, совершал очередной вираж, дети смеялись, а Пиона улыбалась ребятам.

Глава 3. История Леса

Стрекозы летели над берегом Ореи, петляя между камышами; затем свернули на излучине, в сторону меньшего рукава реки, что уходил в чащу леса. Теперь ведомый стрекозами ковер летел над серединой маленькой лесной речки. Лес был настолько густым, что ветви ближайших к реке деревьев сплетались над водой, да и солнце пробивалось с трудом.

— Как-то неприветливо тут, — поёжилась, оглядываясь, Вея.

Послышался далекий шум воды.

— Что это? — тихонько спросила Оша.

Деревья расступились, и речка завершилась искрящимся водопадом, что впадал в лесное озеро. Стрекозы пронесли облако над водопадом, и ребята зажмурились от лёгких брызг. Стрекозы опустились к озеру и полетели так близко к воде, что детям казалось, будто прозрачные крылья стрекоз поднимают брызги. Или сверкающие искры были магией, что держала ковер из тополиного пуха?

Посреди озера, на самой воде, высился город. Дома стояли на больших плетеных из листьев камыша настилах, которые покоились на деревянных опорах, что уходили в воду. Находящиеся на разной высоте настилы соединяли навесные мосты, которые легонько покачивались от ветра. Зеленые дома, сложенные из плотных листьев камыша, поднимались на несколько этажей. Искусные терема украшала резьба, а по краям балконов и мостов росли цветы.

— Вот это да! — воскликнул Чеофа.

Стрекозы подлетели к городу и опустили ковер рядом с фонтаном городской площади, что располагалась на большом настиле. Ограду площади украшал вьюн с белыми цветами. Как только Аюм, Чеофа, Оша и Вея сошли на землю, их ковер разлетелся легкими пушинками. Пух тут же подхватил ветер и понёс над озером. Стрекозы, которые сопровождали облако, поклонились детям и улетели; с ребятами остались Пиона и Астра.

— Вас ждёт Королева, — улыбнулась Астра детям, которые заворожённо разглядывали зелёный город Олос.

— Королева? — робко переспросила Оша.

— Да, — кивнула Пиона. — Её Величество Лилия будет рада познакомиться с учениками Дома Магии.

— Идемте! — Астра указала в сторону навесного моста, что вёл с городской площади на одну из улиц Олоса.

Чеофа, Аюм, Оша и Вея последовали за Пионой и Астрой. Стрекозы шли пешком, а не летели над мостом. Мост был переброшен высоко: внизу, под ним, качались другие навесные мосты, которые соединяли балконы и улицы. Стрекозы в шелковых одеждах летали вокруг, с любопытством разглядывая гостей.

— А зачем стрекозам мосты? — поинтересовался Чеофа, когда Пиона и Астра уже вели ребят по широкой улице, по обеим сторонам которой высились многоэтажные дома из камыша.

— Не все наши гости умеют летать, — подмигнула Пиона.

Ребята с интересом смотрели по сторонам. Изящные дома украшал цветочный орнамент; на резных балконах позванивали бусинки музык ветра. Улица была оживлена: некоторые стрекозы шли пешком, с нескрываемым любопытством разглядывая гостей; другие же зависали в воздухе, чтобы лучше рассмотреть юных магов. Кроме стрекоз ребята видели бабочек и мотыльков. Навстречу проползла массивная зелёная гусеница в сопровождении улиток, домики которых были расписаны золотыми вензелями. Тучная гусеница ползла медленно, внимательно рассматривая своими огромными глазами Чеофа, Аюма, Ошу и Вею.

— Мадам Лу, — тихо представила ребятам гусеницу Пиона. — Знатная дама, на глаза которой лучше не попадаться без надобности.

— Почему? — поинтересовался Чеофа, разглядывая Мадам Лу, которая в окружении своей свиты величаво ползла мимо.

— Мадам Лу — деловая дама, — шепотом ответила Астра. — Говорят, она даже дружна с Королевой Жуков!

— А кто такая Королева Жуков? — спросила Оша.

— Неужели вы не знаете? — удивилась Пиона.

— Нет, — отрицательно покачал головой Чеофа. — Мы знаем только то, что жуки не ладят со стрекозами.

— И при том не ладят давно, — добавила Вея.

Мадам Лу обернулась на ребят, и Астра приложила палец к губам, показывая, что их разговор излишне заинтересовал знатную гусеницу. Когда Мадам Лу уползла, дети о ней забыли — улица привела гостей на торговую площадь Олоса. Разноцветные палатки, полные разнообразного народа, ломились от всевозможного товара: от сочных лесных ягод до изысканных шёлков наофа. Между торговыми рядами выступали уличные артисты; играла музыка, и звучал смех.

— Вот бы ближе посмотреть, что там такое, — Аюм с трудом боролся с желанием подойти к крайней палатке, у которой толпились покупатели.

— Позже, — мягко ответила Астра, и вместе с Пионой повела детей вокруг ярмарки, вдоль окружавших рынок домов. Затем путники свернули на ещё более широкую улицу, которая закончилась на Королевской Площади, выполненной в форме листка. С Площади поднимался величественный мост к дворцу Королевы, что располагался на самом высоком настиле города. Изящный, с украшенными вьюном башенками, с множеством балконов и балюстрад, дворец был построен из туго сплетенных листьев камыша. Перед дворцом был разбит цветущий сад, лианы которого ниспадали с настила, что покоился на мощных опорах, которые, переплетаясь, уходили в озеро.

В центре Королевской Площади, напротив моста, бил фонтан. По обеим сторонам моста несли почетный караул воины-стрекозы в зелёных доспехах. Воины поклонились Пионе и Астре и расступились перед гостями, которые пошли по мосту.

Мост поднимался высоко, к площади-настилу самого дворца, откуда открывался захватывающий вид на Олос. Располагавшийся над озером город стрекоз, с множеством фонтанов и мостов, предстал перед юными магами как на ладони. А в вышине, над городом, сплелись ветви могучих деревьев, что росли на берегах озера.

— Вот это да, — удивилась Оша, во все глаза разглядывая город стрекоз. — Какая красота!

— Я же говорила, — улыбнулась в ответ Пиона. — Самый красивый город Леса!

— Королева ждёт, — напомнила Астра, приглашая Чеофа, Аюма, Ошу и Вею следовать дальше.

Дворец окружал цветущий сад с маленькими фонтанами, в которых плавали желтые кувшинки. Астра и Пиона повели ребят по насыпной дорожке сада, где росли низкие деревца, среди листвы которых можно было видеть стайки зелёных светлячков. Светлячки, завидев гостей, тут же разлетались. В клумбах цвели яркие цветы, благоухавшие сладким ароматом.

Насыпная дорога привела к лестнице парадных врат королевского дворца. По обеим сторонам стрельчатых, украшенных резьбой, врат стояли воины-стрекозы. Чеофа посмотрел наверх: изящный дворец каскадом ажурных балконов и крыш устремлялся к небу.

— Никогда бы не подумал, что увижу дворец Королевы стрекоз, — сам себе сказал афа.

Стража Королевы с почтением расступилась перед гостями, резные створы врат медленно открылись, и стрекозы повели юных магов во дворец. Пиона и Астра вели ребят по анфиладе комнат в тронный зал: изящные интерьеры украшали ажурные барельефы, мебель оплетали вьюны, а над лампами из желтых цветов летали золотые мотыльки. Стрекозы в зелёных камзолах лакеев почтительно кланялись и открывали гостям двери.

— Тронный зал такой же большой, как Великий Зал Дома Магии, — тихонько прошептал Аюм, когда Астра и Пиона привели юных магов в престольный зал королевского дворца.

Из высоких стрельчатых окон лился солнечный свет, отражаясь от глянцевых зеленых колонн и мозаичного пола. Капители колонн украшали изящные листья и цветы, а между колоннами летали светлячки. В центре зала, подле небольшого круглого бассейна, располагался оплетённый вьюном ажурный престол. Но трон был пуст, как и сам зал.

— Где же Королева? — тихо спросила Вея.

— Здесь, — так же тихо ответила Астра, — она знает, что мы пришли. Её Величество Лилия сама явится нам.

— Конечно! — сверху послышался звонкий смех, и ребята посмотрели наверх: под высоким куполом зала парила стрекоза, облачённая в белые одежды. Королева Лилия красиво укладывала вьюн, что поднимался по колоннам до парусов купола. — Каждый раз его поправляю, а он снова расползается как ему угодно! — пояснила Лилия, заметив удивленный взгляд гостей. Королева ещё раз поправила непокорный цвет и, махнув на вьюн рукой, спустилась к гостям.

Королева была изящной стрекозой с перламутровым телом, серебряными усиками и большими крыльями в белую крапинку. Платье королевы, выполненное в форме цветка, украшали застывшие капельки росы.

— Добро пожаловать! — Королева Лилия разгладила свои пышные юбки всеми четырьмя руками и подошла ближе. — Ученики первой ветви Дома Магии, будущие маги, — Королева улыбнулась. — Не часто доводится принимать таких почетных гостей.

— После того, что мы совершили, магами нам уже не стать, — печально ответила Вея и поклонилась Королеве.

— Я все о вас знаю — сегодня Утренняя Роса мне показала видение, — Королева чуть наклонила голову набок, смотря на гостей. — Я знаю, что вы сделали, и поэтому я отправила своих воинов вам на помощь. Никак нельзя, чтобы вас из-за Эгуршуфа исключили из Школы.

— Из-за кого? — тоненьким голоском переспросила Оша.

Королева вздохнула и подошла к стоящему чуть поодаль Чеофа.

— Чеофа, откуда у тебя Хранитель? — мягко спросила Королева.

— Ему Хранителя дал наставник Айраф, разве не так? — удивилась Вея.

Чеофа потупил взгляд.

— Наставник Айраф не давал мне Хранителя, — тихо ответил афа, стараясь не смотреть на друзей.

— Как? — ахнул Аюм. — Неужели ты обманул нас?

— Угу, — кивнул Чеофа.

Вея подошла к Чеофа.

— И откуда у тебя скорлупка-Хранитель? — строго спросила она.

— Я нашёл его в Лесу, — не поднимая головы, ответил афа.

— Как... — опечалилась Вея. — Я думала, тебе доверяет сам наставник Айраф! А ты сочинил небылицу.

— Ты обманул нас, — подтвердила Оша. — Так нельзя поступать!

Чеофа совсем поник: кисточки на его больших рыжих ушах опустились. Афа смущенно почесал за ухом кончиком хвоста.

— Ребята, — заступилась за Чеофа Королева. — Чеофа так поступил не по своей воле. Эгуршуф, Хранитель Огня, оставил своего Хранителя в лесу Дома Магии не просто так, — Королева кивнула гостям и жестом пригласила Пиону, Астру и детей следовать за ней. — Как поведала Утренняя Роса, Эгуршуф велел Хранителю найти того мага, кто сможет выполнить его поручение. Не думал Эгуршуф, что его скорлупка выберет ученика школы.

Королева Лилия медленно шла по залу, ведя за собой гостей.

— Получается, — нахмурилась Вея, — Хранитель сам выбрал Чеофа?

— Да, — согласилась Королева и направилась в сторону открытой галереи, что вела к балкону дворца. — Но Хранитель выбрал не только Чеофа. Как явила Утренняя Роса, скорлупка-Хранитель Эгуршуфа выбрала вас всех.

— Но как же так, — удивился Аюм, — мы нарушили столько правил Школы, следуя велениям Огонька и Скорлупки... Зачем Хранителю Огня такое?

Гости, следуя за королевой Лилией, прошли всю галерею, которая завершилась балконом, ограждённым балюстрадой. С балкона открывался вид на другую половину озера и густой лес на берегу, тёмный и дремучий.

— Эгуршуф — мудрейший из мудрейших сил Леса, — ответила Королева Лилия. — Я не знаю, почему он решил обратиться к магам Дома... — Королева задумалась и подошла к балюстраде балкона. — Может, хотел вернуть время, которое было до Воскресения? — Королева обернулась на гостей.

— Время, которое было до Воскресения? — удивленно переспросила Вея.

Королева мягко улыбнулась и показала рукой на лес, что находился за её спиной.

— Я напомню вам историю Леса, — сказала Королева Лилия и поманила ребят к себе. Чеофа, Аюм, Оша и Вея подошли к Королеве, в то время как Пиона и Астра остались чуть позади. Королева Лилия грациозно взмахнула четырьмя руками, будто хотела охватить весь необъятный Лес, и продолжила свой рассказ.

— В древние времена во Вселенной появился Лес, — бархатным голосом говорила Королева. — Никто толком не знает, как это произошло, но Лес появился. В появившемся Лесу расцвело Древо Жизни. Его крона состояла из звезд, а корни уходили глубоко во Вселенную. У основания Древа бил Родник с Живой Водой, которая ручьями текла по Лесу и наполняла его жизнью: вырастали первые травы и кустарники, расцветали луга и наполнялись водой озера, появлялись первые насекомые и звери, а в водоемы пришла рыба. Когда первые цветы Древа Жизни превратились в семена, солнечный ветер разнес их по Лесу. Там, где падало семя, вырастало новое дерево. Это была Первая Весна.

После Первого Цветения пришло Первое Лето, и прилетели Птицы. Птицы много веков перелетали из Вселенной во Вселенную, пока не прилетели в Лес. Лес был настолько прекрасен, что птицы остались в нем жить и стали петь свои чудные песни. Так в Лес пришла Музыка.

Птицы пели так громко и радостно, что от их пения дрожали листья. Ветер, который обитал в кроне Древа Жизни, захотел пожурить забывшихся певцов и спустился к птицам. Птицы полетели вместе с Ветром, продолжая петь, но листья не удержались на ветвях и опали. Так пришла в Лес Первая Осень. Листья падали на пропитанную Живой Водой землю, и из них появлялись первые жители Леса – маленькие, пушистые афа, золотые, как опавшие листья, — Королева Лилия улыбнулась Аюму и Чеофа, которые немного смутились от её речей, и продолжила рассказ. — Древо Жизни позвало своих детей, и у Родника афа построили поселение. Когда афа закончили строить, пришла Первая Зима. Зимой птицы почти не пели, а ручьи и озера замерзли. Чтобы афа не погибли от холода, Древо Жизни позвало из другой Вселенной Огонь. Вместе с Огнем в Лес пришел Хранитель Огня – Эгуршуф. Эгуршуф научил афа обращаться с Огнем, рассказал, почему благодатное тепло Огня может быть опасно. Эгуршуф оставил афа Книгу Огня, в которой содержались заповеди для Владеющих Магией Огня, и поднялся на крону Древа Жизни.

Огонь остался в деревне афа, и его тепло привлекло птиц. Птицы прилетели к деревне греться. Когда птицы согрелись, они снова стали петь. Птицы пели о тепле и лете, о цветущем Лесе и о звонких ручьях. И с их песней Холод стал отступать. С кроны Древа Жизни спустился Теплый Ветер и полетел над Лесом. Лед, сковавший ручьи, стал трескаться, появились первые цветы – Подснежники. В Лес пришла Вторая Весна.

Когда подснежники отцветали, из их стеблей выходили стройные наофа – дети Весны, — Королева поклонилась улыбнувшейся ей в ответ маленькой Оше. — И там, где рождались наофа, снег таял, расцветали цветы и вырастали травы: в Лес явилась Магия Земли. Птицы встречали Детей Весны звонким пением, а афа покинули свое селение, чтобы приветствовать наофа.

Ручьи наполнились талой водой и бурными потоками потекли по Лесу. Там, где талая вода выходила из берегов, вместе с ней выходили на землю маири – Дети Рек и Озер, — Королева улыбнулась Вее, которая ответила ей смущённым поклоном. — Шерстка маири переливалась, как вода, а сами дети Лета были веселы, как звонкие ручьи. Маири несли в Лес Магию Воды.

Когда снега растаяли, Древо Жизни вновь зацвело. Пришло Второе Лето.

В эпоху Второго Лета Лес цвел и благоухал, а его жители жили в мире и согласии. Радость Древа Жизни была настолько велика, что Оно цвело почти все лето. Иногда с Его кроны спускался Теплый Ветер и гулял по Лесу, любуясь его красотой и царящим миром. На крыльях Теплого Ветра слетали с кроны Древа белоснежные лепестки Его цветов.

Когда Древо отцвело, закончилось Второе Лето, и пришла Вторая Осень. Второй осенью жители Леса собирали многочисленные плоды и делали запасы на зиму. Афа научили наофа и маири обращению с Огнем, чтобы они смогли пережить зиму. И когда все жители Леса были готовы к холодам, пришла Вторая Зима. Вторая зима была снежная и ветряная. Снежинки кружились вместе с Ветром и, благодаря его силе, превращались в легких белых феола – Детей Ветра и Зимы. Так рождались крылатые Дети Воздуха, владеющие его магией и силой.

Так был рожден целый мир Леса. Из года в год после Зимы наступала Весна, за ней шло Лето, которое сменяла Осень. Лес жил в мире и согласии, и Музыка летала над ним на крыльях Ветра. Так было до тех пор, пока маг из народа афа не нарушил одну из Заповедей Владеющих Огнем. Его Деяние не придается огласке, потому что оно чуть не погубило весь Лес. Лес горел, и только Магия Воды маири смогла потушить пожар; оживила Лес — Магия Земли народа наофа. Крылатые феола вместе с Ветром и Птицами разнесли по Лесу семена Древа Жизни, которое Оно подарило оживающему Лесу. Лес выжил, но с тех пор не было согласия и мира в жизни его жителей. Даже птицы стали реже петь. В Лес пришел новый век, Век Воскресения.

Когда Королева Лилия закончила говорить, дети молчали. Только пели в небе птицы, да и ветер изредка приносил хрустальный звон многочисленных фонтанов Олоса. Историю Леса ребята знали, но в Доме Магии не рассказывали о том, что же совершил тот таинственный древний маг, чьё заклинание едва не погубило весь Лес.

— И какой же проступок совершил тот афа? — первым нарушил молчание Чеофа.

— Этот проступок стал причиной тому, что юным магам запрещается колдовать разумные заклинания стихий, — ответила Королева. — Ведь только разумные заклинания необходимо запирать в Хранителях.

— Да, нам говорили об этом в Школе, — признался Чеофа. — Но я думал, что это — просто сказка.

Королева вздохнула и покачала головой:

— Наставникам Школы надобно верить, юный маг, — строго сказала она.

— Ох! Я, кажется, поняла! — вдруг воскликнула Вея. — От того мага сбежало заклинание?

Чеофа, Аюм, Оша и Пиона с Астрой удивленно посмотрели на Вею.

— Верно, — согласно кивнула Королева. — Тот маг, в отличие от Чеофа, был злым и хотел повелевать всем Лесом. Но маг не справился с той силой, что явилась ему, и был повержен собственной злобой и алчностью, а его заклинание чуть не погубило Лес. Страшное было время.

— Как хорошо, что тогда нас ещё не было, — тихо сказала Пиона, и Астра согласно кивнула.

— Что же нам теперь делать? — спросил Аюм Королеву.

— Следовать за Огоньком, как того хотел сам Эгуршуф, — ответила Королева Лилия.

— Но как нам найти Огонёк? — робко поинтересовалась Оша.

— Вам поможет Оле, Дух Леса, — ответила Королева. — Оле — мудрый и древний маг, он сможет найти магический след убежавшего Огонька, — Королева вздохнула. — Вам придётся отправиться в путешествие. А защищать вас в пути будут Пиона и Астра, мои лучшие стрекозы.

Дети переглянулись.

— Но если мы отправимся в путешествие, — сказала Вея, — надо сказать об этом наставникам и родителям.

Королева Лилия согласно кивнула.

— Не переживайте, — заверила она. — Вашим семьям я уже отправила гонцов, ещё с утра, когда Утренняя Роса явила мне видение. Старшему наставнику Дома Магии Ке’Тооку я отправлю послание сегодня, а завтра навещу его лично, — Королева улыбнулась. — А теперь вам надо отдохнуть перед долгой дорогой, — сказала она. — Будете моими гостями. Завтра, на рассвете, я отведу вас к Оле, и вы отправитесь в путь.

Глава 4. Путешествие начинается

Чеофа, Аюм, Оша и Вея гостили в Олосе до утра следующего дня. Астра и Пиона водили детей на ярмарку, а Королева любезно предоставила каждому из ребят по светлой, большой, богато украшенной цветами комнате в своём дворце. Слуги дали детям новую одежду, состоящую из туники, жилета и брюк, вышитую серебряными нитями лунного хлопка — растения, что цветёт ночью при полной луне.

Вечером Чеофа признался Королеве, что обидел скорлупку-Хранителя, после чего та перестала открываться. Афа рассказал Лилии, что прощения у Хранителя просил, но извинения не помогли. Тогда Королева попробовала сама, магией, открыть скорлупку, но даже у могущественной Лилии не получилось. Королева предположила, что помочь Чеофа может либо настоящее, искреннее извинение перед Хранителем, либо сам Эгуршуф. Но найти Огонёк нужно, заверила Королева. Когда придёт время, решение, как открыть Хранителя, обязательно найдётся.

___

Хрустальный перезвон музыки ветра разбудил юных магов до рассвета. Слуги Королевы пригласили детей к столу, который накрыли в просторной трапезной дворца. Ребята завтракали вместе с Королевой — родниковой водой и свежими ягодами, а слуги собрали детям в дорогу еды. Собрали, скорее, из-за веления Королевы: Лес мог прокормить своих путников и ягодами, и грибами, и родниковой водой. После завтрака Королева подарила ребятам перламутровые плащи, сшитые из нитей туманной росы. Королева Лилия сказала, что плащи будут помогать ребятам в пути — одежда, сшитая магией из туманной росы, бережет от тёмных сил и может чувствовать любую магию Леса.

После того, как дети надели плащи и взяли собранные в дорогу вещи, Королева повела ребят к Оле, который, как говорила Лилия, обитал в могучем дереве оврага, что располагался недалеко от Озера Стрекоз.

Подле врат королевского дворца Королеву и путешественников ждал пуховый ковёр, стрекозы-воины и Пиона с Астрой. Стрекозы поклонились Королеве, Лилия вместе с ребятами взошла на ковер из пуха, и стрекозы, призвав на помощь силу ветра и пыльцу цветов, поднялись в воздух вместе с зачарованным пухом и его пассажирами.

Стрекозы магией несли пуховый ковёр мягко и бережно, но у непривыкших к полетам Чеофа, Аюма, Оши и Веи захватывало дух. Пиона и Астра, обе облачённые в небесно-голубые доспехи и перламутровую одежду из туманной росы, летели рядом. У каждой стражницы в руках был посох, навершие которого украшал цветок с лунным камнем, а внизу древко заканчивалось острым листком — клинком.

Солнце ещё не встало, и многоуровневый Олос утопал в тумане; воздух был прохладен и свеж. В вышине, между сплетенных ветвей могучих деревьев, летали светлячки. По-утреннему тихо пели первые птицы и слышались хрустальные перезвоны фонтанов города. Стрекозы опустились к воде и понесли ковер среди облаков тумана, что плыли над озером. Несколько раз ребята слышали всплески воды — их процессию сопровождали рыбки.

— Они тоже желают вам удачи, — пояснила Королева взволнованным ребятам. — И провожают вас.

Впереди, среди тумана, показались светлые камни берега. Стрекозы подняли ковёр чуть выше и полетели над камнями, в сторону сумеречного леса. В лесу было холоднее, чем в городе стрекоз, и темнее. Серебристый туман стелился над землёй, окружал стволы деревьев неровными облачками. Голубая шёрстка Веи переливалась, а афа походили на солнечных зайчиков. Вея плотнее укуталась в свой плащ, маленькая Оша села ближе к ней.

Стрекозы взмыли выше, пролетели между двумя высокими деревьями, ветви которых сплелись аркой, и опустились в овраг. Дети обратили внимание, что их одежды, как и одежды стрекоз, тускло светились. Королева пояснила, что магия туманной росы чувствует другую магию — дом Оле близко.

Стрекозы полетели совсем низко, пуховый ковёр почти касался сырой земли оврага. Среди тумана летали зеленые светлячки, которые, завидев гостей, не разлетались, а сопровождали стрекоз, что летели все медленнее, пока перед ними не показался ствол особо большого дерева. В дереве, почти у самой земли, зияло дупло, в котором светились два зелёных огонька. Оша, испугавшись, ахнула, но тут сквозь ветви деревьев пробился первый солнечный луч и осветил жилище Оле — огоньками оказались светлячки, что расположились на коряжистой голове спящего Духа Леса.

— Вот так всегда, — вздохнула Королева, когда стрекозы опустили ковёр на большой сук дерева подле дупла. — Если бы Оле не был бы Духом Леса, он был бы совой.

— Я тоже люблю спать, — зевнув, признался Аюм и вошёл в жилище Оле вслед за Пионой, Астрой, Королевой и ребятами. Стрекозы-воины остались сторожить зачарованный пух.

Дух Леса мирно спал, привалившись к стене: серебристая капля воды, внутри которой плавал листок, верхний конец которого скрывался за держащейся на капле деревянной маской. Маску Духа Леса украшали веточки и коряги, приделанные к ней, будто рога. Нарисованные на маске глаза были закрыты.

— Это и есть Дух Леса? — тихо спросила Оша.

— Да, — ответила Королева. — Дух Леса сам по себе невидим, — пояснила Лилия. — Чтобы общаться с нами, жителями Леса, Оле собирает себе домик, как мы собираем себе одежду. Когда-то Дух Леса жил в старом пне, сейчас облюбовал каплю росы и украсил её. На свой лад.

— Его можно разбудить? — поинтересовался Чеофа, видя, что Оле не будит ни солнце, ни разговоры.

— Конечно можно, — рассмеялась Королева и, взмахнув руками, направила на Оле стайку светлячков. Светлячки, следуя велению Королевы, закружились вокруг спящего Духа Леса и, щекоча его, запели тоненькую песню. Оле недовольно засопел, отмахивался своими прозрачными руками-капельками и что-то бормотал. Его движения были забавными, и Оша рассмеялась так громко, что Оле тут же подскочил и ударился головой о дерево. Один из сучков его маски обломился, Дух Леса открыл зеленые глаза и испуганно посмотрел на своих гостей, которые теперь смеялись все.

— Ох! Кто вы такие? — воскликнул он. Голос Духа Леса был низким и раскатистым. — Ох, — Оле почесал ушибленное место, с которого отломился сучок. — Что же вы среди ночи пугаете так? Мало того, что без приглашения, так ещё в такое время...

— Доброе утро, Оле, — улыбнулась Королева Лилия и подошла ближе к Духу Леса. — Солнце уже встало, а ты ещё спишь, великий маг Леса.

— Ох! Ваше Величество! — спохватился Оле. — А я Вас спросонья и не узнал, — сконфужено признался Дух Леса, собирая свою каплю. Оле кряхтел, стягивая расплескавшуюся воду, вытащил из-под себя две плоские деревяшки и, приделав их в качестве ног, шатаясь, поднялся во весь свой внушительный рост. — Так получилось оттого, что я ещё не проснулся. Прошу решения! — Оле поклонился, и с веточки на его маске упал листочек. Королева Лилия любезно поклонилась в ответ, подняла упавший лист и посадила его обратно.

— Спасибо, — улыбнулся Оле, погладив листочек, который от его прикосновения прирос обратно.

— Пожалуйста, — мягко ответила Лилия, и Дух Леса посмотрел на улыбнувшихся ему ребят.

— А это кто такие? — удивленно спросил он.

— Оле, разве ты не получил вчера моего послания? — спросила Королева.

— Послание? — переспросил Дух Леса и почесал за крайней веткой головы. С веточки упал белый лепесток, и Оле виновато проводил его взглядом.

— Ты опять не прочитал? — возмутилась Лилия.

— Забыл, — пожал прозрачными плечами Оле. — Ко мне вчера пчелы прилетали, всю голову прожужжали — поле цветов между собой поделить не могут!

— А прошлый раз кто был? Светлячки ореховой рощи?

— Нет, дятлы, — вздохнул Оле, и Пиона с Астрой тихонько хихикнули. — Не, ну что вы, в самом деле... — пробурчал Дух Леса и наклонился за лепестком. Дух Леса снял с лепестка печать бусинки росы и быстро прочитал. — Мне опять куда-то идти? — Оле с таким страданием посмотрел на Королеву Лилию, что она невольно засмеялась. — Я только нашёл теплый дом со всеми удобствами вдали от цивилизации, так сказать...

— Никуда твой дом не денется, — заверила Королева Духа Леса. — Я даже охрану подле него помещу, чтобы тебе спокойнее было.

— Да и старый я уже стал, — Оле потер поясницу.

— Ты — старый? — хмыкнула Королева. — Полно, Оле. Ты — единственный из нас, кто не стареет.

— Значит, и его лень никогда не стареет, — хмуро проговорила Вея. — Королева Лилия нам сказала, что Оле, Дух Леса, древний и могущественный маг. Но я вижу только ленивого соню!

— Я — Дух Леса, самый древний и самый могущественный маг Леса, потому как появился вместе с Лесом! — возмутился Оле и, посмотрев на зевающего во весь рот Аюма, сказал. — Не только я здесь соня.

— Аюм встал до рассвета! — ответила Вея. — А Вы вместе с Солнцем проснуться не можете, — Вея вздохнула. — Ведь Вы прочитали в письме, зачем мы отправляемся в путешествие, а помогать нам не хотите, — расстроенно добавила она.

— Почему не хочу? — искренне удивился Оле. — Я действительно старый, вот и ною. То пчёлы, то дятлы, то гусеницы... теперь вот вы. Бед сами натворите, а за помощью ко мне идёте. И ещё ругаете.

— Не ругаем мы Вас, — Вея набралась смелости и подошла ближе к Духу Леса. — Прошу прощения, но я подумала, что Вы не станете помогать нам.

— Откажешься тут, — махнул рукой Оле. — Ну что ж, — вздохнул он. — Идемте искать Огонёк. Может, и Лес заодно спасём, как в древние времена, а? — Дух Леса подмигнул ребятам и улыбнулся.

— Спасибо тебе, Дух Леса, — проговорила Королева с поклоном. Оле поклонился в ответ. Затем Дух Леса обернулся в противоположную входу сторону и в темноту позвал: — Йо-Йо, мы уходим! Вылетай!

Гости Духа Леса обернулись тоже: никого. Сводчатые стены жилища внутри старого дерева терялись в темноте.

— Кого Вы зовёте? — спросил Чеофа.

— Сейчас увидите, — ответил Оле и ещё раз обратился к пустоте своего дома: — Йо-Йо! Я знаю, ты не захочешь оставаться один. А я ухожу. Вылетай!

— Какой я видел сон! — послышался тоненький голосок, и темноту дерева рассеял серебристый свет. Светлячок, похожий на большую каплю воды, показался из-за выступа коры. Малыш медленно подлетел к Оле, завис у него над плечом и, посмотрев на Духа Леса своими большими глазами, пропищал: — Ради чего ты потревожил мой священный сон?

— Ради нашего с тобой Леса, — Оле улыбнулся светлячку. — А ещё мы с тобой поможем юным магам и Королеве стрекоз.

Светлячок посмотрел на гостей и хмыкнул.

— Бед натворили, а нам, как всегда, спасать, — Йо-Йо возмущённо задрожал и подлетел ближе к ребятам. — Нет бы, мирно спать до ночи, ночью чуток посветить и вновь сладенько поспать. А тут вы — невежды! — не дожидаясь ответа, Йо-Йо вылетел из дома.

— Йо-Йо — хороший йеф, — пояснил Оле, выбираясь следом. — Только соня и бурчит немного, прям как я, — добавил Дух Леса, обернувшись на ребят. Оле встал рядом с деревом, дожидаясь, когда выйдут его гости.

— Настоящий йеф? — удивленно переспросила Вея, выходя вслед за Оле. — Упавшая звезда?

Вея остановилась на плоском суку дерева, рядом с пуховым ковром и воинами-стрекозами, что ждали Королеву.

— Да, она самая. Упавшие звезды редко долетают до земли, но если посчастливится — остаются тут жить, — объяснил Оле.

— Ага, посчастливилось, — недовольно буркнул подлетевший Йо-Йо.

Следом за Веей покинули дом Духа Леса Чеофа, Аюм, Оша вместе с Королевой и обеими стражницами. Королева Лилия благословила юных магов и их спутников в долгий путь, а сама в сопровождении свиты отправилась к старшему наставнику Дома Магии.

___

— Как мы найдём Огонёк? — спросил Чеофа Оле, когда они шли по Яркому Лесу. Холодный и темный овраг закончился, и путешественники вышли в светлый и просторный Яркий Лес. Стволы высоких деревьев, белые, кремовые, охристые, светло-зеленые тянулись к небу; крона, словно гигантские зонтики, распускалась очень высоко. Кустарников и травы почти не было: землю покрывал золотистый хвойный опад, сквозь который пробивались редкие красные травинки и грибы.

— Огонёк хочет, чтобы его нашли, — сказал Дух Леса. — Он нам поможет. Как и сам Лес.

— Поможет? — переспросила Оша.

— Да, — согласился Оле. — Лес пересечёт наши дороги, а Огонек явит свой след, когда придёт время.

— А я думал, что мы сами будем его искать, — нахмурился Чеофа.

Оле по-доброму рассмеялся.

— Конечно будем, — заверил Дух Леса. — Мы уже это делаем! — Оле подмигнул.

— Но мы просто идём! — возразила Вея.

— А что ещё надо? — искренне удивился Оле.

— Ну как... — опешил Чеофа. — Что-нибудь делать. Может быть, колдовать. Я думал, Вы помогать будете.

— Я помогаю вам, — улыбнулся Дух Леса.

— Вы просто идёте с нами, — поправила его Астра. Астра и Пиона шли пешком из-за уважения к другим путешественникам: стрекозы летят намного быстрее, чем идут Оле и ребята.

— Конечно, — согласился Оле. — И так я помогаю вам. Идти одному очень сложно, дойти же — почти невозможно.

Астра и Пиона в недоумении переглянулись.

— Королева Лилия нам говорила, что ты, Дух Леса, знаешь весь Лес и знаешь, как найти сбежавшее заклинание, — сказала Пиона.

— Конечно знаю, — улыбнулся Оле. — И учу этому вас.

— Учи-учи, — пропищал Йо-Йо. — Только, кажется, они все равно не понимают.

— Понимают, — махнул рукой Оле. — Только сами не понимают, что понимают, — Дух Леса басовито рассмеялся собственным словам.

Чеофа недоверчиво посмотрел на идущего впереди Оле и прошептал Аюму на ухо:

— Кажется, с Оле мы, разве что, ягоды найдём.

— Ты знаешь, как найти Огонёк? — спросил Аюм Чеофа.

— Нет, — Чеофа отрицательно покачал головой.

— Вот и я не знаю, — ответил Аюм. — Может, Оле прав, и нам надо просто идти по Лесу.

___

К полудню путники достигли Леса Сонных Дубов, что начинался после Яркого Леса. Сонные Дубы — одни из древнейших деревьев леса, настоящие великаны. Их неохватные в основании стволы разделялись на несколько меньших, что, переплетаясь между собой, поднимались на высоту, сравнимую, разве что, с высотой деревьев-мегалитов Дома Магии. Крона дубов была такая густая, что солнечный свет едва пробивался сквозь неё, и в Лесу Сонных дубов царили сумерки. Из-за лесных сумерек, а так же из-за того, что вековые деревья едва мог потревожить ветер, дубы Сонными и называли. У оснований дубов росли более мелкие, тоненькие деревца и кустарники, среди которых летали насекомые.

— Надо устроить привал, — предложил Оле, показывая на зеленую лужайку между двух коряжистых дубов. Сквозь ветви дубов пробивались солнечные лучи; у корней одного из деревьев бил родник, хрустальной речушкой убегавший в лесную чащу.

— Но мы ещё не нашли след Огонька! — возразил Чеофа.

— Ты думаешь, уставшими и голодными мы найдём его быстрее? — улыбнулся Дух Леса. — Мы и так долго шли. Отдохнуть пора.

— Во дворце нам дали с собой ягод, — проговорила Оша, снимая свою сумку. Девочка села на траву и разложила ягоды. — Угощайтесь.

— Излишняя забота! — возмущённо пискнул Йо-Йо и облетел Оле по кругу. — Будто бы в Лесу ягоды только во дворце стрекоз имеются, — йеф возмущённо задрожал.

— Королева позаботилась о нас, как и подобает королевской особе заботиться о своих поданных, — ответил Оле и, грузно опустившись рядом с Ошей на траву, взял ягоду. — Спасибо! — улыбнулся он.

Астра и Пиона, переглянувшись, присоединились к обеду.

— А у меня земляника, кажется, — растерянно произнес Аюм, садясь к остальным.

Оша помахала Вее и Чеофа, приглашая их присоединиться:

— А у вас какие ягоды? — спросила она.

Вея и Чеофа посмотрели друг на друга.

— Черника, — ответила Вея.

— Что случилось? — спросила Астра. — Вы не хотите есть?

— Хотим, — признался Чеофа. — Я думал... что мы быстрее найдём заклинание и вернёмся в Школу.

— Ребята, не переживайте. Королева Лилия поговорит со старшим наставником Дома Магии, и мудрый маг все поймёт, — заверила Пиона. — Сейчас у вас самые настоящие каникулы!

— Каникулы, — вздохнула Вея. — Кажется, влетит мне от матушки за эти каникулы по самые кончики ушей, — маири вздохнула, и вместе с Чеофа присоединилась к обеду.

— Ну что, — улыбнулся Дух Леса. Оле большой каплей переливался в лучах пробивающегося сквозь крону солнца; один его зелёный нарисованный на маске глаз был чуть больше другого, от чего выражение лица Оле было забавным. — Наш первый совместный обед, юные путешественники. Духи Леса в пище не нуждаются, но ради общего дела и я съем пару ягод, — Оле подмигнул Вее и Чеофа.

— Если никто не возражает, я вздремну, — пискнул Йо-Йо и, камнем рухнув в тень дерева, тут же засопел.

— Упавшие звезды, они такие, — мягким басом проговорил Оле. — Яркий день не любят, но вот в темноте им равных нет.

— А откуда прилетел Йо-Йо? — спросила Оша, разглядывая йефа, который тускло мерцал в тени могучего дерева и сладко сопел. Зелёная шёрстка Оши почти сливалась с сочной травой поляны, и только белые волосы наофа ярко светились на солнце.

— С неба, — ответил Оле, показывая рукой вверх. — Когда-то Йо-Йо, как и птицы, путешествовал по бескрайней Вселенной. Но потом на его пути встретился Лес и позвал Йо-Йо.

— Лес зовёт йефов? — удивилась Вея. — Я всегда думала, что звезды падают по своей неосторожности.

— Падают-то они, конечно, по неосторожности, — согласился Дух Леса. — Но Лес зовёт упавшие звезды, и тогда их падение перестаёт быть просто падением. Звезды летят на зов Леса и, если им хватает духу откликнуться, становятся новыми жителями Леса. Понимаете? — Дух Леса обвёл путешественников взглядом.

— Нет, — ответила Вея.

— А мне кажется, что я поняла, — робко проговорила Оша, и все посмотрели на неё. — Это как наше с вами путешествие. Мы притворяемся, что просто идём по Лесу, но при этом мы ищем заклинание, которое ищет нас. И когда-нибудь Лес приведёт нас к Огоньку, верно? — наофа с интересом посмотрела на Духа Леса.

— Верно! — согласно кивнул головой Оле, отчего с веток на его маске слетело несколько светлячков. Вея и Чеофа удивленно переглянулись.

— Кажется, у нас ещё одна госпожа Учебник появилась, — буркнул Чеофа.

Оша смущенно пожала плечами и положила ягоду в рот.

Отобедав на солнечной поляне, странники продолжили путь. Йо-Йо, возмутившись, что его снова разбудили, последним залетел в сумерки густого Леса Сонных Дубов.

Впереди всех шёл Оле, вокруг которого летал Йо-Йо. Голубая капля Духа Леса грузно переваливалась на деревяшках-ногах, а зелёный листочек внутри капли плавно покачивался. За Духом Леса шли Аюм, Чеофа, Оша и Вея. Серебряные нити лунного хлопка, что украшали жилеты и брюки юных магов, светились в сумерках леса, а плащи, подаренные королевой Лилией, переливались. Рыжие афа в тени густого леса казались солнечными зайчиками; голубая шерстка Веи мерцала, будто вода, а зелёная наофа Оша походила на тоненький стебелёк. Замыкали процессию грациозные стрекозы Астра и Пиона. Их голубые доспехи и перламутровая одежда из туманной росы тускло поблескивали, лунные камни, что украшали навершия их посохов, тихо светились.

Маленькая Оша немного отстала от ребят, чтобы идти между Пионой и Астрой, и, поправив на плече сумку, спросила:

— Все стрекозы и жуки не ладят между собой?

— Все, даже те, кто живёт на Краю Леса, — ответила Астра.

— И только потому, что стрекозам известна магия пыльцы? — удивилась Оша.

— Жукам она тоже известна, — вступила в разговор Пиона. — Только у жуков, обычно, не хватает терпения её постичь.

— Верно, — подтвердила Астра. — Поэтому их Королева обратилась к губительной магии плесени, которой может легко научиться любой желающий.

— Да чему там учиться-то? — пожала плечами Пиона. — Плесень и гниль даже призывать не надо.

— Но не все жуки используют магию плесени, — возразила Оша. — Есть даже жуки, которые служат Дому Магии, как и стрекозы.

— Но все жуки служат своей Королеве, которая постигла тёмную магию, — поморщилась Астра.

— И поэтому, а не из-за плесени, стрекозы и жуки не ладят между собой, — громко ответил Оле, и Пиона с Астрой возмущённо переглянулись.

— А что плохого в том, что жуки служат своей Королеве? — спросила Вея. — Хоть Королева Жуков и темная волшебница, но Лес она не разрушает.

— Пока не разрушает, — хмуро ответила Астра.

— Не думаю, что она будет разрушать собственный дом, — заверил Оле.

— Смотрите! — вдруг воскликнул Аюм, показывая рыжей рукой куда-то вверх. — Магия Огонька!

— Где? — спросил Чеофа, стараясь рассмотреть след заклинания среди ветвей. — Я не вижу.

— Он очень слабый, между веток смотри! — радостно подпрыгнул Аюм.

— О! — захлопала в ладоши Вея. — Вижу!

— И я! — обрадовался Чеофа.

Наверху, между массивных ветвей дубов, мерцали едва заметные красные искорки. Йо-Йо, облетев Оле по кругу, метнулся ввысь и, следуя за магией сбежавшего заклинания, скрылся из виду.

— Куда это он? — удивилась Вея.

— За Огоньком, — ответил Оле. — Идемте. Йо-Йо найдёт нас.

Дух Леса повёл ребят дальше, между грандиозных Сонных Дубов. Кустарников уже почти не встречалось, и землю покрывал мягкий бурый мох, среди которого росли ягоды и грибы. Красноватый след Огонька мерцал среди ветвей деревьев, то ярче делаясь, то совсем стихая. Через некоторое время след Огонька потух, и над головой вновь были только густые, коряжистые ветви.

— Мы его потеряли, — расстроенно проговорил Чеофа, смотря наверх. Кое-где сквозь сплетенные ветви пробивались солнечные лучи, рассеивая сумерки леса.

— Ничего, — махнул рукой Оле. — Зато мы знаем, что мы на верном пути.

— Вы так странно говорите, — Вея посмотрела на Духа Леса.

— Просто говорю, как есть, — улыбнулся Оле. — И ребята, пожалуйста, называйте меня просто — ты или Оле, хорошо? А то мне от вашего «Вы» как-то неловко становится.

— Нас в школе учили, что к старшим надо обращаться на «Вы», — ответил Аюм. — Мне вот будет неловко обращаться к Вам на «ты».

Оле остановился и, обернувшись на ребят, состроил такую смешную рожицу, что юные путешественники рассмеялись.

— Можно на время нашего странствия я буду вашим ровесником? — Оле подмигнул ребятам. — Соскучился я по детству, по тому времени, когда Лес совсем юным был.

Глава 5. Жемчужный город на краю водопада

К вечеру первого дня странствия путешественники достигли края Леса Сонных Дубов. След Огонька так и не нашёлся, и Йо-Йо еще не вернулся.

По совету Оле ребята расположились на ночлег между корней крайнего дуба. Дуб был особо величественным: его массивный ствол разделялся на три меньших, которые, ветвясь, поднимались почти к самому небу. Корни дерева вздымались из-под земли, переплетались, образуя естественное перекрытие, под которым и разбили лагерь странники. Высокая и густая крона дерева, будто купол, накрывала дуб и поляну около него. Крайний корень дуба отходил далеко и, словно мост, проходил над бегущим из леса ручьём. Ручей, журча, стекал в низину, теряясь среди низкорослых кустарников, которые росли на Ветряном Поле, что раскинулось до самого горизонта.

Солнце почти село, и высокое небо налилось темной бронзой; звонко пели птицы, и журчал серебряный ручей. Оле опустился на землю и, облокотившись спиной о корень дуба, обвёл ребят взглядом и, улыбнувшись, сказал:

— Кушайте и отдыхайте. А я немного посплю.

Аюм, Чеофа, Оша, Вея, Пиона и Астра расположились на небольшой полянке, что находилась под сплетенными корнями дуба.

— Йо-Йо так и не вернулся, — заметила Астра, укладывая свой посох на землю.

— Йо-Йо — мудрый йеф, — проговорил Оле и громко зевнул. — Он вернётся. Обязательно вернётся, — прошептал Дух Леса, закрывая нарисованные на деревянной маске глаза.

Чеофа почесал кончиком хвоста за большим рыжим ухом и посмотрел на Аюма, который доставал из своей сумки ягоды.

— Ты тоже думаешь, что Йо-Йо вернётся? — тихо спросил Чеофа друга.

— Если Оле говорит, что Йо-Йо вернётся, значит, он вернётся, — ответил Аюм и, протянув Чеофа ягоду, спросил. — Будешь?

— Буду, — ответил афа, принимая угощение.

Тут мимо обоих афа пролетел золотой жучок, который, описав дугу, превратился в пёрышко и растаял. В воздухе осталось дрожать облачко золотой пыльцы. Вея, видя удивление в глазах своих друзей, рассмеялась.

— Кто из вас умеет так колдовать пыльцу? — спросила маири.

— Это очень здорово! — похвалила Пиона Вею. Астра согласно кивнула головой.

Дух Леса мирно спал.

Чеофа, гордо посмотрев на Вею, сложил перед собой рыжие ладошки и зашептал. Но, сколько бы афа не старался, ничего кроме облачка золотой пыльцы наколдовать у него не получилось.

— Расскажи, где ты этому научилась? — спросил Аюм Вею, и Чеофа сердито посмотрел на своего друга.

— Ты что, Ушастый, забыл? — спросил Чеофа нарочито громко. — Она же, — афа махнул в сторону маири рукой, — Госпожа Учебник!

— Ага, — согласно кивнула Вея. — А ты, Толстяк, зазнайка и хвастун!

Чеофа вспыхнул до кончиков ушей.

— Как ты назвала меня? — обратился он к Вее.

— Толстяк, — ответила Вея, вздернув носик. — Хвастун.

— Зубрилка! — воскликнул Чеофа, и Оле во сне вздрогнул, но не проснулся. — Не забывай, у меня получилось наколдовать разумное заклинание!

— Ребята, тише, — обратилась к друзьям Оша и откусила ягоду. Наофа сидела рядом с Духом Леса и укоризненно качала головой.

— А что она меня задирает? — возмутился Чеофа, показывая на Вею.

— Я тебя задираю? — удивилась Вея. — Да как бы ни так! Сам первый начал!

— Ребята, не надо ругаться, — мягко улыбнулась Астра. — Надо поужинать и ложиться спать. Смотрите, — стрекоза махнула рукой в сторону заходящего солнца, — солнце почти село.

— Мы с Астрой будем по очереди караулить ваш сон, — сказала Пиона. — А с рассветом мы вновь отправимся в путь.

Чеофа и Вея сердито переглянулись, но спорить со стражницами не стали.

Ребята докушали и легли спать. Вместе с юными магами уснула и Астра, Пиона же осталась сторожить сон путников. Стрекоза вышла из-под корней дерева и села на траву, облокотившись спиной о корень дуба. Пиона положила посох рядом и, улыбнувшись тихому ночному ветру, глубоко вздохнула.

Солнце село, луна ещё не взошла, и на высоком, прозрачном небе зажигались первые звезды. Белесый туман стелился между низкорослых кустарников Ветряного Поля, ветер гнал по высокой траве серебряные волны.

___

Чеофа никак не мог уснуть. Афа впервые был так далеко в Лесу и, несмотря на усталость, спать ему не хотелось. Чеофа не выдержал и разбудил Аюма.

— Что случилось? — сквозь сон пробормотал Аюм, натягивая свой плащ на уши.

— Тсс, — Чеофа приложил палец к губам и оглянулся. Остальные мирно спали. Оле сопел, прислонившись спиной к дереву, его капля тихо светилась. — Луна взошла. Пойдём, погуляем по ночному Лесу!

— Ты чего, — Аюм плотнее укутался в плащ и закрыл глаза. — Никуда я не пойду. Спи, давай.

— Я не хочу спать! — Чеофа сел и вновь толкнул друга. Аюм сонно открыл глаза.

— Ну чего тебе опять неймется, — буркнул он.

— Ты когда-нибудь гулял по ночному Лесу? — спросил Чеофа. Аюм отрицательно покачал головой. — И я нет, — прошептал Чеофа. — Неужели тебе не интересно?

— Я спать хочу.

— Ну и спи, — рассердился Чеофа и встал. — Я один пойду.

— Подожди, — Аюм потёр глаза и сел. — Я с тобой.

— Только надо выйти с противоположной стороны, чтобы Пиона не заметила, — прошептал Аюм, показывая на проход между сплетенными корнями.

— Я думал, стрекоза тебе разрешила, — ответил Аюм. — Ты знаешь, почему Пиона караулит наш сон? В Лесу ночью опасно! — слишком громко сказал Аюм, и Вея повернулась во сне.

— Тсс! — Чеофа вновь приложил палец к губам. — Если ты так боишься, я пойду один.

— Я не боюсь! — возмутился Аюм и встал. — Просто ты опять поступаешь неправильно.

Чеофа только махнул на друга рукой и, подойдя к противоположной стороне их убежища, прошел между корней. Аюм сокрушенно покачал головой, посмотрел на спящих товарищей и вышел вслед за Чеофа.

— Только давай далеко не пойдём, — прошептал Аюм.

— Ты смотри, какая красота! — воскликнул Чеофа, показывая на Ветряное Поле. Крона дуба, под которым расположились на ночлег странники, темнела на фоне звездного неба. Луна медленно поднималась, и в её холодном свете мягко светился стелющийся между кустарников туман и мерцал журчащий ручеёк. Ночной ветерок гулял над полем, и по высокой траве бежали серебристые волны. Над ручьём и среди ближайших кустов летали светлячки и ночные насекомые. Где-то тихо ухала сова и пела одинокая ночная птица.

— Разве тут опасно? — улыбнулся Чеофа и, взяв Аюма за руку, сказал: — Пошли, погуляем немного и вернёмся!

— Только немного, — тихо ответил Аюм.

Афа обернулись: за высокими корнями Пионы видно не было. Тогда ребята тихо, стараясь не шуметь, перешли по корню бежавший ручей. Затем поднялись на старую, сухую корягу, с которой открывался величественный вид на залитое лунным светом поле.

— Ну что, идем обратно? — зевнул Аюм.

— Смотри! — воскликнул Чеофа, показывая на ручей, над которым парила большая белая бабочка. — Ты когда-нибудь видел жемчужниц?

— Нет... — ответил Аюм, завороженно разглядывая мерцающую бабочку. — Я только слышал о том, что жемчужницы летают раз в сто лет, в ночь цветения папоротника.

— Потому что жемчужницы собирают пыльцу цветов папоротника, — кивнул Чеофа. — Если пойти за бабочкой, то она приведёт к цветущему папоротнику. У папоротника можно загадать любое желание, и оно обязательно исполнится!

— Папоротник сможет даже вернуть Огонёк? — предположил Аюм.

— Ага, — едва дыша, ответил Чеофа и аккуратно слез с коряги. Аюм тихо последовал за другом. Когда друзья подошли ближе к ручью, бабочка перепорхнула к середине речушки и полетела над водой. Афа пошли вдоль берега, следуя за жемчужницей.

Чеофа и Аюм, идя по берегу ручья за бабочкой, спустились в низину Ветряного Поля: кустарники, что росли по обеим сторонам ручья, сделались массивнее, трава стала выше. Высокие коряги, которые изредка встречались на пути, оплетал белесый мох. Юным магам пришлось идти по самым камешкам берега ручья, чтобы не путаться в высоких стеблях травы.

Бабочка порхала над ручьём, и ее крылья оставляли в воздухе серебряные искры. Жемчужница летела плавно, ее мягкие движения завораживали, и ребята забыли обо всем на свете. Чеофа и Аюм шли за бабочкой и не заметили, как их плащи из туманной росы засветились ярче, ручей превратился в широкую реку, что текла через поле, на котором уже не было кустарников и высокой травы. Каменистую почву покрывали трещины, из которых кое-где росли белесые грибы. Переступая с камешка на камешек, Чеофа и Аюм шли вдоль реки за жемчужницей, пока река не завершилась грандиозным водопадом. Над краем водопада возвышался город, что светился в брызгах низвергающейся воды и лунном сиянии. Город, состоящий из перламутровых жемчужин, изящными башнями тянулся к звёздному небу, а перед городом, у берега бурлящей реки, среди камней, рос папоротник. Массивные листья окружали фиолетовый бутон. Бабочка села на бутон, луна осветила жемчужницу серебристым светом, и цветок распустился. Невиданной красоты фиолетовый цвет с глянцевыми лепестками, сердцевину которого украшали золотые усики. Чеофа и Аюм замерли подле цветущего папоротника. Бабочка перепорхнула в центр цветка.

— Теперь нужно загадать желание, — тихонько прошептал Аюм Чеофа.

— А чтобы оно исполнилось, надо сорвать лепесток, — добавил Чеофа, почесав кисточкой хвоста за ухом.

— А без лепестка нельзя? — спросил Аюм.

— Я читал, что нельзя — желание не исполнится.

— Мне кажется, достаточно просто увидеть цветок, который цветёт раз в сто лет, — возразил Аюм.

— Давай попробуем, — пожал плечами Чеофа. Афа подошёл ближе к цветку папоротника и громко произнёс: — Я хочу, чтобы Огонёк вернулся ко мне!

Бабочка, испуганная громким голосом, вспорхнула, но тут же опустилась обратно. Цветок качнулся, и с его лепестков слетели сиреневые искры.

— И где заклинание? — спросил Аюм.

— Говорил же, что надо сорвать лепесток, — ответил Чеофа, — иначе желание не исполнится.

— Я не хочу срывать лепесток такого красивого цветка, — возразил Аюм. — Мне жалко папоротник.

— Да что с ним будет? — возразил Чеофа. — Я же не весь цветок срывать буду, а так, лепесток один. Самый маленький выберу.

Аюм хмуро посмотрел на друга.

— Ты уверен, что с папоротником ничего не случится?

— Конечно ничего не случится! – ответил Чеофа и встал ближе к цветку. Афа вздохнул и громко произнес:

— Я хочу, чтобы Огонёк вернулся ко мне! – Чеофа наклонился к цветку и сорвал крайний лепесток. Сорванный лепесток тут же пожух, а папоротник, качнувшись, распался на лепестки. Лепестки, упав на землю, превратились в сиреневые искорки света и, поднявшись к вспорхнувшей бабочке, растаяли вместе с ней.

— Что ты наделал?! – воскликнул Аюм.

Растерянный Чеофа непонимающе смотрел то на жухлый лепесток в своей ладошке, то на друга.

— Я не знаю, как так вышло, — тихо пробормотал он. — Я читал, что надо сорвать лепесток.

— Да ничего ты не читал, — махнул на него Аюм и, развернувшись, зашагал обратно. – Ты как всегда… Пошли, возвращаться далеко, — добавил он.

Чеофа, повесив нос, побрел следом. Афа посмотрел на жухлый лепесток в своей ладони, который казался совсем темным в свете луны, и убрал его в карман. Афа, и правда, читал в книгах, что, если сорвать лепесток у папоротника, то загаданное желание непременно сбудется. И Чеофа не понимал, почему желание не исполнилось, а папоротник погиб. Послышалось легкое трепетание, будто от взмахов крыльев. Афа обернулся: со стороны города, что парил над краем водопада, летели ночные мотыльки.

— Аюм! – крикнул Чеофа. Аюм остановился и посмотрел на Чеофа:

— Чего тебе? – сердито спросил он, не заметив в небе мотыльков. Чеофа указал на летящих к ним гостей.

— Святое Древо! – воскликнул Аюм, заметив мотыльков. – Вечно ты неприятности собираешь! Бежим!

Афа побежали вдоль реки, что было сил, но ночные мотыльки оказались быстрее. Мотыльки перегнали юных магов и опустились на землю перед детьми. Аюму и Чеофа пришлось остановиться.

— Я — маг Жемчужного Города, Иллиан, — вперед вышел высокий мотылек. У него была белая шёрстка, а над большими, глянцевыми глазами покачивались длинные, мохнатые усики. Одет Иллиан был в серую мантию, а четыре руки украшали серебряные браслеты. Обеими правыми руками маг держал высокий посох. – Мы не желаем вам зла, нас позвала жемчужница перед тем, как вы сгубили папоротник, — с грустью сказал маг. – Но мы не успели: вы сорвали цвет прежде, чем мы прилетели. Видите, тут трава почти не растет, — мотылек показал на сухую землю. – Если бы папоротник отцвел сам по себе, долина вновь стала бы плодородной, — Иллиан помолчал. – Кто вы такие? – спросил маг.

Афа представились, и Аюм сердито посмотрел на потупившего взор Чеофа.

— Я, правда, читал, что если сорвать лепесток папоротника и загадать желание, то оно сбудется, — вздохнул Чеофа и почесал кончиком хвоста за большим рыжим ухом.

Иллиан устало покачал белоснежной головой:

— Но желание не исполнилось, так, юный афа?

— Так, — признался Чеофа. – Это всего лишь легенда, и цветущие папоротники не исполняют желания? – тихо спросил Чеофа.

— Почему же, исполняют, — ответил Иллиан. — Только загадывать желание нужно уметь, загадывание желаний – целая наука. Лепесток у тебя?

— Да, — Чеофа достал из кармана сухой лепесток папоротника и показал его Иллиану.

— Хвала Древу! – с облегчением вздохнул маг. – Тогда у нас получится посадить папоротник. Только вам, ребята, придется отправиться с нами в Жемчужный Город.

— Но мы не можем! – вступил в разговор Аюм. – Мы должный найти Огонек!

— Какой Огонек? — удивился Иллиан.

Аюм и Чеофа рассказали магу Жемчужного Города о том, как от них сбежало заклинание, и что они отправились в путешествие вместе с Духом Леса, чтобы найти Огонек. И именно об этом просил Чеофа папоротник, прежде чем сорвать лепесток. Иллиан внимательно слушал ребят, остальные мотыльки оставались на почтительном расстоянии.

— Да, трудная задача, — заключил маг, когда ребята закончили рассказывать. – Но я не могу вас отпустить. Только тот, кто сорвал лепесток папоротника, сможет посадить цветок вновь. А для этого лепесток нужно опустить в Живую Воду, подождать, пока он превратиться в семечко, и потом посадить его в почву. Только так можно спасти папоротник. Если ты кому-нибудь отдашь свой лепесток, Чеофа, он исчезнет так же, как и папоротник с жемчужницей. Сила твоего желания сохранит лепесток.

— А как же быть с Огоньком? – спросил Чеофа.

— Раз вы ночью предпочитаете гулять, а не спать, то прогуляетесь вместе с нами и до сердца Жемчужного Города – чары с Живой Водой, — ответил Иллиан. – К утру мы вернем вас к Духу Леса, — Иллиан кивнул другим мотылькам, и они подошли к магу. У мотыльков были такие же посохи, как и у Иллиана. Ночные мотыльки взмахнули посохами, и из их наверший, украшенных белыми камнями, протянулись тонкие нити. В воздухе нити переплелись между собой, и мотыльки полетели хороводом, туже сплетая нити. Когда мотыльки закончили кружиться, вместе с ними опустился на землю большой кокон из серебристой паутинки. Иллиан подошел к кокону, вытянул из своего посоха особо прочную нить и оплел ею кокон, от чего тот стал похож на полую половинку большой перламутровой жемчужины. С одной стороны маг выплел в коконе дверь.

— Ах вот из чего построен город! – воскликнул Аюм, восхищенно глядя на получившийся у мотыльков перламутровый шар. – Вы ночные шелкопряды? – спросил он.

— Да, — кивнул Иллиан, и жестом пригласил афа войти в кокон. – Садитесь, мы довезем вас до Жемчужного Города.

— Опять лететь, — вздохнул Чеофа, проходя в жемчужину, сплетенную шелкопрядами. Дверь оказалась неширокой, и афа с трудом пролез в нее.

— Опять бурчишь, Толстяк! – передразнил его Аюм, заходя следом. – Сам же ветвей наломал, а разбирать бурелом не хочешь.

— Еще один господин Зазнайка, да, Ушастый? – буркнул в ответ Чеофа и подвинулся, уступая место Аюму.

Иллиан укоризненно посмотрел на ребят, и афа замолчали. Мотыльки подхватили свисающие с жемчужины нити, подняли жемчужину вместе с пассажирами и понесли в сторону Города. Афа, держась за края жемчужины, смотрели на разворачивающийся пейзаж. В свете луны и звезд река, над которой летели ночные мотыльки, тихонько мерцала. Над серебряным водопадом высился изящный Жемчужный Город. Стройные башни, составленные маленьких жемчужинок, сплетенных ночными шелкопрядами, тянулись к звездам; ажурные мосты, соединяющие верхние этажи, легонько покачивались от ветра.

— Интересно, какая магия держит город в воздухе? – спросил Аюм.

— Магия водопада, — отозвался летящий впереди Иллиан. – Благодаря его силе город парит над рекой.

— Магия водопада? – удивился Чеофа.

— Да, — согласился Иллиан. – Река же живая, и там, где она течет особенно быстро, ее магия особенно сильна.

Ночные мотыльки подлетели к городу ближе, и теперь афа могли чувствовать легкие брызги водопада; сам же город оказался еще более величественным и грандиозным, чем виделся издалека. Город шелкопрядов покоился на трех особо больших перламутровых коконах, с которых поднимались ввысь переплетенные между собой, состоящие из множества маленьких жемчужин, дома и башни. Шелкопряды понесли Чеофа и Аюма между качающихся мостов и плетеных домов, к сердцу города — находившемуся на главной площади глянцевому, ажурному кокону. Кокон украшали плетеные врата, а из его вершины к ночному небу устремлялась переливающаяся башня. Гостей сопровождали другие мотыльки: гости в Жемчужном Городе были крайне редки, и ночные шелкопряды с любопытством смотрели на афа.

— Дворец архимага и Хранителя Живой Воды – Эллорана, — представил грандиозное сооружение Иллиан, и мотыльки опустились на площадь перед дворцом. Мотыльки отпустили нити, за которые несли жемчужину с юными магами, и афа ступили на площадь. Земля оказалась на удивление теплой и мягкой: сотканная из плотных перламутровых нитей шелкопрядов она казалась живой. Вокруг прибывших тут же образовалась толпа любопытных мотыльков, которые, перешёптываясь, с интересом разглядывали детей.

Плетеные врата дворца открылись, и на ступени вышел Эллоран. Шерсть ночного мотылька была длинной, брови – густыми, а усики спускались чуть ли не до самой земли. На архимаге была белая мантия, а посох Эллорана украшали лунные камни. Мотыльки, окружавшие Аюма и Чеофа, благоговейно замерли и склонили головы перед древним магом.

— Вот кто погубил папоротник, — шелестяще проговорил Эллоран, внимательно смотря на Аюма и Чеофа. Чеофа невольно шагнул назад.

— У Чеофа остался лепесток, — ответил Иллиан и поклонился архимагу. – Чеофа и его друг Аюм прибыли для того, чтобы опустить его в Живую Воду.

— Хвала Древу! – вздохнул Эллоран и жестом пригласил ребят следовать во дворец. – Я провожу вас до Чары с Живой Водой.

Мотыльки, хмуро смотря на Аюма и Чеофа, расступились перед ребятами, пропуская их к дворцу Эллорана. «Сколько лет мы ждали цветения папоротника, и все напрасно!» — услышал Чеофа чей-то возглас из толпы. «Что же будет теперь с нашей долиной?» — говорил другой. «Ох, сколько же ждать следующего цветения – целый век!» — тихо сокрушался кто-то. Чеофа брел, понурив голову, вслед за Иллианом. Аюм, красный до кончиков ушей, шел рядом с другом.

Иллиан и афа поднялись по ступеням дворца, к ожидающему их Эллорану.

— Надеюсь, желание вы загадали достойное? – спросил архимаг, ведя гостей во дворец.

Дворец архимага был просторным и светлым. Шелковая нить, из которой было создано все убранство дворца, светилась серебром, поэтому светильников во дворце (да и во всем Жемчужном Городе) не было. Ажурные стены не имели углов и плавно переходили в купольный свод.

— Я колдовал без ведома взрослых, и у меня убежало заклинание, — признался Чеофа, глядя под ноги. – Огонек сбежал от меня. И я загадал, чтобы заклинание вернулось.

— Поступок у тебя, конечно, глупый, а вот желание достойное. Уже хорошо, — улыбнулся Эллоран.

— Тогда же почему оно не исполнилось? – спросила Чеофа.

— Почему же не исполнилось. Раз папоротник отцвел, то желание точно исполнилось. Наверное, ты неправильно загадал.

— Неправильно?

— Да. Скажи, что ты сказал папоротнику?

Эллоран и Иллиан вели ребят по анфиладе сводчатых комнат, пока не вышли в большой просторный зал, в центре которого спускалась вниз винтовая лестница. Чеофа задумчиво почесал кончиком хвоста за ухом.

— Кажется… да, я сказал папоротнику: «Я хочу, чтобы Огонёк вернулся ко мне!»

— Ну вот, и получил ты себя хотящего, – рассмеялся Эллоран. – Папоротник исполнил твое желание! О чем я тебе и говорил.

Аюм и Чеофа в изумлении остановились.

— Ничего не понимаю, — признался Аюм.

— Папоротники понимают все буквально, — Эллоран тоже остановился и внимательно посмотрел на ребят. – Ты сказал ему, что хочешь, чтобы Огонек вернулся. Вот он и послушал тебя – обстоятельства сложились так, что теперь ты еще больше хочешь того, чтобы твое заклинание вернулось.

Чеофа изумленно смотрел на Эллорана и стоящего рядом с ним Иллиана. Оба мага мягко, по-доброму улыбались.

— Получается, все, что происходит сейчас – так сбывается мое желание? – догадался Чеофа и Аюм удивленно посмотрел на друга.

— Да, – кивнул Иллиан.

— А как же правильно загадывать желания? – спросил Аюм, и они двинулись дальше.

— Это целая наука, — ответил Эллоран, — желания загадывать. Папоротники все воспринимают прямо, они не понимают намеков. В прошлом даже существовала Школа Мастерства Загадывания Желаний. Древние маги искали заветные формулы и слова, которые имеют только одно значение, и их нельзя трактовать иначе. Но даже у них ничего не получалось: найденные магами растения все понимали по-своему. Поэтому Школу Мастерства Загадывания Желаний закрыли.

— А как же желания? Неужели нет ни капельки надежды на то, что они исполнятся? – спросил Чеофа.

— Конечно есть, — заверил Эллоран. — Только для того, чтобы желание исполнилось, слов и магических формул недостаточно. Нужно действовать, — мотылек обернулся и подмигнул ребятам. – Только благодаря усердной работе и терпению можно исполнить любое, самое заветное желание.

— И даже вернуть Огонек? – робко поинтересовался Аюм.

— И даже вернуть Огонек, — согласился Эллоран.

Маги повели Аюма и Чеофа вниз по винтовой лестнице. Лестница спускалась в небольшой зал, вдоль стен которого росли светящиеся грибы. Над грибами летали светлячки.

— Чара с Живой Водой находится в самом сердце нашего города, — сказал Эллоран, когда маги и дети прошли зал и остановились у небольшой плетеной двери. – Каждый год наши гонцы отправляются к Древу, чтобы пополнить ее.

Эллоран отворил дверь, и мотыльки и их гости прошли в зал Живой Воды. Стены зала были сплетены особенно искусно: узоры из перламутровых нитей барельефами тянулись к куполу свода. В выплетенных в стенах нишах, между колонн, парили ламы желтых цветов. А в центре зала на плетеной подставе покоилась большая жемчужная чара.

Эллоран и Иллиан подвели детей к чаре, и афа аккуратно заглянули в нее. Живая Вода излучала тихий, синеватый свет.

— А для чего нужна Чара с Живой Водой? – поинтересовался Аюм.

— Живая Вода – главный источник созидательной магии Леса. Чара с Живой Водой есть и в Доме Магии, и во дворце Королевы стрекоз. В сердце каждого города Леса Живая Вода, — улыбнулся Эллоран. — Нет ее только в королевстве жуков – Живая Вода превращает их излюбленную плесень в зеленый мох.

— Чеофа, доставай лепесток, — улыбнулся Иллиан.

Афа достал из кармана лепесток папоротника и показал его магам.

— Совсем пожух, — грустно вздохнул Чеофа, смотря на лепесток. – Опять я бед натворил, да?

— Да, — согласился Аюм.

Чеофа потупил взгляд, кисточки на его ушах опустились.

— Я думаю, Чеофа умеет учиться на своих ошибках? – улыбнулся Иллиан.

Чеофа посмотрел на Иллиана своими большими глазами и улыбнулся.

— Да, — тихонько ответил афа.

— Вот и хорошо, — согласился Иллиан и, кивнув в сторону чары с Живой Водой, сказал. — Опускай лепесток в воду.

Глава 6. Королева Жуков

Чеофа с замиранием сердца опустил лепесток в чару. Темный, жухлый лепесток быстро впитал в себя Живую Воду и, медленно кружась, стал опускаться ко дну. Опускаясь, лепесток светлел, наливался цветом, становился более плотным. С каждым витком вниз лепесток плотнее скручивался, собирался в себя, пока на дно Чары не опустилось серебряное семечко.

— Вот это да! – прошептал Аюм.

Чеофа прильнул к Чаре с Живой Водой.

Семечко, достигнув дна, замерцало и медленно всплыло на поверхность воды, озарив весь зал серебристым светом.

— Теперь забирай его, — улыбнулся Иллиан. – Мы отвезем вас обратно в Долину, и ты посадишь его. Может быть, примется оно, и оживит сухую землю.

Чеофа осторожно взял семечко папоротника, и его свет сделался тише. Семечко оказалось теплым.

— Теперь убирай его надежно, — сказал Эллоран.

Афа согласно кивнул и положил семечко в карман жилета и, на всякий случай, плотнее запахнул плащ, подаренный королевой Лилией.

— А теперь – пора, скоро уже рассвет, — проговорил Эллоран и направился к выходу. Но не успел архимаг сделать и шага, как вдруг остановился и схватился за сердце.

— Жуки! – Эллоран обернулся и посмотрел на Иллиана. – Я чувствую их магию!

— Тогда надо быстрее уводить афа! – ответил Иллиан, но Эллоран устало покачал седой головой:

— Они уже слишком близко. Они вновь скрыли свою магию, мы даже не успеем спрятаться в коконах…

Аюм и Чеофа испуганно переглянулись, хотели, было, спросить, что происходит, но не успели: по залу прошла дрожь, пол под ногами качнулся, и дети с трудом удержались, чтобы не упасть.

Эллоран и Иллиан, хмуро переглянувшись, посмотрели на ребят.

— Оставайтесь тут! – строго сказал Эллоран юным магам. - Никуда не уходите. Хорошо?

Аюм и Чеофа кивнули, и ночные шелкопряды покинули зал. По стенам пробежала еще волна дрожи, пол качнулся сильнее, и даже Живая Вода расплескалась из чары.

— Что же это такое! – воскликнул Чеофа.

— Заметь, как светятся наши одежды! – Аюм показал на свой плащ. – Золотом, а не серебром! Знать бы, что значит это послание туманной росы.

— Думаю, жуков, — мрачно предположил Чеофа, и зал вновь содрогнулся. Чеофа с опаской посмотрел на закрытую дверь. – Что же там твориться, — прошептал афа.

— Что бы там не творилось, туда мы не пойдем! – покачал головой Аюм. – Тебе мало неприятностей из-за своего непослушания?

— Я просто сказал, — буркнул в ответ Чеофа и сел на дрожащий пол. – Думал, жуки только со стрекозами не ладят. Что же им надо от шелкопрядов?

— Спросишь у Эллорана, когда вернется, — Аюм опустился рядом. – Наша с тобой прогулка затянулась. Представляешь, что будет, когда утром нас не найдут?

— Иллиан обещал, что мы вернемся к утру, — нахмурился Чеофа, но Аюм только махнул на друга рукой.

Пол резко накренился, стены задрожали, послышался низкий жужжащий гул. Из одной из ниш упала лампа с желтыми цветами. Испуганные дети вскочили на ноги и подошли ближе к Чаре с Живой Водой. Двери отворились, и в зал прошли двое массивных воинов-жуков. У жуков были ветвистые коричневые рога и темные доспехи. Четыре руки держали свернутые копьями листья, а на ногах красовались сделанные из древесной коры латы.

— Рогачи! – ахнул Аюм.

— Дети Осени? – удивленно пробасил один из жуков. – Что здесь делают афа?

Второй жук не успел ему ответить, как в дверь вползла массивная, зеленая гусеница. На тучном теле красовалась темно-алая накидка. Вслед за гусеницей в зал прошли пауки-носильщики с клубами шелковых нитей на спинах.

— Мадам Лу! – ахнул Аюм.

— Правильно, — согласилась гусеница, кивнув, отчего на ее шее появилось несколько мощных складок. Мадам Лу медленно подползла к юным магам и, внимательно посмотрев на детей, изрекла: — Взять их.

— Что? – охнул Чеофа. – Зачем?! Мы же ничего не сделали!

— Вы оказались на моем пути, а этого достаточно, — заключила Мадам Лу, и жуки встали рядом с юными магами.

— Если вы не пройдете с нами, нам придется применить магию, — предупредил один из жуков низким голосом.

— Где Эллоран? – спросил Аюм. – А Иллиан?

— В плену, — скривилась Мадам Лу и, внимательно осмотрев убранство зала, кивнула паукам. – Расплести здесь все. Моя Королева будет довольна.

Пауки скинули свою поклажу на пол и, поднявшись на стены, стали расплетать чудесное кружево шелкопрядов.

— Что вы делаете?! – воскликнул Чеофа.

— Разве ты не видишь? – хохотнула Мадам Лу. – Служу своей Королеве, — гордо вскинула голову гусеница. – Шелковые нити, пропитанные Живой Водой, помогут Ее Величеству соткать самую совершенную в Лесу плесень, которой будет не страшна Живая Вода! Шёлк сможет защитить Тлокк, — Мадам Лу пристально смотрела на Аюма и Чеофа. — Вы слышали, как дрожал город? Это рушилась магия мотыльков, что держала сплетенными шелковые нити.

— Что?! — тихонько переспросил Аюм, но стоящий рядом с ним жук предупредительно покачал рогатой головой:

— Если вы сейчас же не проследуете с нами, нам придется применить магию, — напомнил он.

— А может, мне заколдовать вас сейчас? – усмехнулась Мадам Лу, и дети вздрогнули.

— Аюм, делать нечего, — шепнул на ухо другу Чеофа, — нам придется идти с ними.

Аюм грустно вздохнул и кивнул Чеофа. Под пристальным взором Мадам Лу, в сопровождении воинов-жуков, юные афа покинули зал Живой Воды. Они поднялись по винтовой лестнице в верхний зал дворца и пошли к выходу по анфиладе комнат. Подле дверей стояли воины-жуки, и почти в каждом зале пауки расплетали серебряное кружево дворца. Видели дети и плененных мотыльков, которых пауки связали шелковыми нитями. Ночные шелкопряды с грустью смотрели на афа, которых вели рогачи.

Когда жуки вывели афа из дворца, Аюм и Чеофа увидели пленных Эллорана и Иллиана. Маги стояли на ступенях дворца в окружении высоких крылатых жуков в черных мантиях. У жуков были коряжистые посохи, навершия которых украшали белесые наросты плесени. У Эллорана и Иллиана посохов не было.

По обеим сторонам ступеней дворца выстроились воины-жуки; по ступеням пауки сносили собранные в клубки жемчужные нити. Ночные мотыльки, плененные жуками, со слезами на глазах смотрели на то, как грабят их прекрасный Жемчужный Город. Пауки складывали нити в большие плетеные корзины, которые уносили крылатые жуки.

— Как же так вышло, — тихонько прошептал Чеофа, смотря на Эллорана и Иллиана.

— Магия жуков сильнее магии шелкопрядов! – самодовольно ответил один из сопровождавших афа рогачей.

— Постарайтесь не гневить жуков! – обратился к юным магам Иллиан, но жук-маг, что стоял рядом с Иллианом, взмахнул своим посохом, и Иллиан лишился голоса.

— Святое Древо! – охнул Аюм.

— Пошевеливайтесь! – напомнил один из жуков афа, и дети в сопровождении рогачей стали спускаться по лестнице.

— Что же с нами будет? – вздохнул Аюм, озираясь по сторонам. Юный афа даже представить не мог, что когда-нибудь увидит то, как темные маги жуков захватывают мирный город и его жителей.

— Это будет решать Ее Величество Анемона, — ответил жук. – Мы отвезем вас к нашей Королеве.

— Святое Древо! – воскликнул Чеофа.

Жуки только ухмыльнулись в ответ и провели афа к большой повозке из паутины, что стояла в центре площади. Основа повозки была собрана из коры дерева, которая скреплялась белесыми нитями пауков. Крыша же была целиком соткана из паутины и оказалась настолько высокой, что юные афа догадались: на этой повозке прибыла сама Мадам Лу. В упряжь повозки были запряжены массивные крылатые жуки-носороги.

Рогачи приказали юным магам сесть в повозку, а сами встали по обеим ее сторонам, охраняя афа.

— Светает, — вздохнул Аюм, глядя на небо. Между высоких, сияющих башен ночных шелкопрядов можно было видеть светлеющее зарево рассвета.

— Извини меня, Аюм, — Чеофа положил руку на плечо другу, и Аюм посмотрел на него. – Если бы я не вел себя так глупо, мы бы с тобой сейчас были в Доме Магии, а не в плену у Королевы Жуков.

— И если бы ты не отправился на ночную прогулку, мы бы все еще мирно спали под охраной Духа Леса, — напомнил Аюм, и Чеофа не стал препираться. Чеофа согласно кивнул головой, и кисточки на его ушах понуро опустились. – Ты извинишь меня и за это тоже?

— Конечно, — улыбнулся Аюм, и ушки у Чеофа распрямились. – Я надеюсь, ты больше не будешь вести себя неразумно.

— Я очень постараюсь, — честно ответил Чеофа, и Аюм согласно кивнул.

— Это хорошо. И не забывай, что сам Эгуршуф выбрал тебя, — Аюм подмигнул другу и тихо прошептал: – Нам надо обязательно выбраться и узнать, что же такое хотел Хранитель Огня.

— Эгуршуф выбрал всех нас, — напомнил Чеофа.

— Смотри! – Аюм указал на дворец архимага, и Чеофа обернулся. По ступеням дворца спускалась Мадам Лу в сопровождении пауков, которые несли на спинах перламутровые клубки нитей. Следом за Мадам Лу темные маги жуков вели Эллорана и Иллиана.

Мадам Лу подползла к повозке, а связанных Эллорана и Иллиана жуки поместили в одну из тех плетеных сетей, в которых поднимали в воздух клубки нитей. Жуки плотно заплели сеть с пойманными мотыльками, и крылатые жуки-носороги понесли ее.

— Подвинетесь, — громогласно потребовала Мадам Лу, смотря на ребят. Афа поднялись, и пауки сгрузили под крышу повозки жемчужные клубки.

— Пропитанные Живой Водой нити нуждаются в особенной охране, — пояснила Мадам Лу, забираясь следом. От ее веса повозка протяжно заскрипела. Когда гусеница устроилась удобно, она кивнула афа.

— Садитесь, нам пора, — пробасила она. Аюм и Чеофа ответили не сразу: дети смотрели на плененных Эллорана и Иллиана, которых жуки так бесцеремонно, в паутине, уносили по воздуху.

— Мне долго вас ждать? – требовала Мадам Лу.

— Что будет с Жемчужным Городом? – осторожно спросил Аюм, вместе с Чеофа садясь подле гусеницы.

— Как что, — фыркнула Мадам Лу, — расплетут ваш город, — гусеница басовито хохотнула, от чего ее тучное тело студенисто задрожало. – Полетели! – зычно скомандовала Мадам Лу жукам-носорогам.

Жуки-рогачи отошли в сторону, а жуки-носороги, фыркая, медленно покатили повозку по площади. Воины-жуки, что сдерживали ночных шелкопрядов, вместе с плененными мотыльками расходились, уступая место взлетающим. Жуки-носороги раскрыли на ходу массивные крылья, которые, трепеща, поднимали ветер. Жуки бежали все быстрее, повозка качалась на ходу, Мадам Лу всеми своими коротенькими ручками и ножками вцепилась в жемчужные клубки, а афа держались за повозку. Наконец, громыхнув, повозка оторвалась от земли, и жуки-носороги понесли ее по воздуху. Плащи афа, которые теперь ярко светились золотом, поднялись от ветра, и дети тщетно старались в них укутаться.

Следом за повозкой поднялись в воздух и жуки-воины, которые сопровождали знатную гусеницу и ее пленников. Впереди, перед процессией Мадам Лу, жуки несли пленных Эллорана и Иллиана.

— Ненавижу летать, — раскатисто прошептала Мадам Лу, и афа обернулись: гусеница, собрав свое тучное тело в клубок, зажмурившись, вжалась в ворованную пряжу и стену повозки.

— А я, кажется, начинаю привыкать, — тихо признался Чеофа Аюму.

— Значит, и на каникулы сможешь спокойно возвращаться домой на поезде стрекоз, — подмигнул ему Аюм.

— Что-то мне подсказывает, что у нас с тобой не будет больше каникул, — печально вздохнул Чеофа.

— Тогда будем учиться у нашего шамана в родной деревне Шофа, — попытался приободрить друга Аюм.

— Представляю, что скажут родители, — покачал головой Чеофа. – Хотя, я бы лучше к родителям с отчислением из Школы летел, чем к Королеве Жуков.

— Я бы тоже, — ответил Аюм и, указав на раскинувшийся впереди пейзаж, воскликнул: — Смотри, поднимается солнце!

Жуки летели высоко: внизу проносились кроны могучих деревьев. Лес утопал в утреннем тумане, а на горизонте возвышалось величественное Древо, крона которого терялась в небесах. Небо налилось алой краской, и солнечный диск медленно поднимался из-за ажурного края далекого леса.

— Как же оно далеко! – прошептал Аюм на ухо Чеофа, указывая на Древо.

— И какой же большой Лес! – ответил Чеофа, плотнее кутаясь в плащ.

Внизу проносились высокие, раскидистые деревья с плоскими кронами. Жуки повернули, опустились ниже и полетели над хвойной рощицей. За рощей простиралось поле, на горизонте которого темнели высокие силуэты сухих деревьев. Жуки опустились еще ниже и полетели невысоко над травой. По полю еще стелился сизый туман, и капли росы сверкали в первых солнечных лучах.

— Чеофа! – шепнул другу на ухо Аюм и указал куда-то в небо. – Смотри!

Чеофа посмотрел туда, куда указывал его друг, но ничего не увидел.

— Что там? – спросил афа.

— Тсс, — Аюм приложил палец к губам и прошептал: – Йо-Йо!

— Ты увидел нашего йефа? – удивился Чеофа, глядя в небо.

— Тише! – Аюм кивнул в сторону гусеницы. – Смотри внимательнее!

Чеофа вглядывался в светлое утреннее небо. Солнце еще было низко, и синеву небосвода золотили первые лучи. И тут афа увидел летящую серебряную звездочку: Йо-Йо сопровождал их процессию.

— Точно! – ахнул Чеофа и помахал йефу рукой. Аюм помахал тоже. Йо-Йо, ярко сверкнув, взмыл ввысь и исчез в небе.

— Куда это он? – нахмурился Чеофа.

— За помощью, — предположил Аюм. – Расскажет все Оле. Я уверен, Дух Леса знает, как нам помочь, — заверил Аюм друга.

Из густого облака тумана, навстречу прибывающим, вылетели еще жуки и, окружив повозку, полетели рядом, но на почтительном расстоянии.

— О, мы почти прибыли, — пробасила Мадам Лу, и афа посмотрели на гусеницу. Мадам Лу, все так же свернувшись среди клубков жемчужных нитей, боязливо выглядывала из-под крыши повозки.

Трава редела, становилась тоньше и ниже, пока не исчезла совсем. Теперь внизу проносилась сухая, каменистая земля, над которой парили облачка тумана; кое-где росли низкие кустарники. Сухие деревья, что были заметны еще издалека, оказались поистине громадными. Четыре высоких, без листьев, дерева, стояли вокруг центрального, коряжистого дуба. Стволы деревьев оплетала белесая паутина, а у самых корней виднелись белые наросты плесени. Чеофа поежился.

Жуки облетели ствол могучего, некогда живого, дуба и опустились к его основанию, туда, где среди сплетения корней и плесени раскинулся сложенный из опавшей коры город жуков. Город окутывал плотный туман, пахло сыростью. Несмотря на то, что кору, из которой был сложен город, скрепляла паутина и плесень, город выглядел не так уж и страшно: достаточно широкие улицы были оживлены, некоторые дома даже украшали музыки ветра.

Жуки летели к самому выделяющемуся строению – возведенной из плесени башне, что, одной стороной примыкая к трухлявому стволу дуба, поднималась высоко над городом. Башня была неровная, покрытая паутиной, с застрявшими в ней веточками. Перед башней располагалась выложенная из древесной коры, обнесённая высоким забором, площадь, на которой уже построились шеренгами жуки. Аюм и Чеофа видели, как летевшие впереди жуки опустили на площадь плененных Эллорана и Иллиана. Рогачи сняли с магов паутину, но развязывать руки мотылькам не стали. На другой конец площади прилетающие жуки сгружали добытые клубки нитей шелкопрядов.

Жуки-носороги, что несли повозку с Мадам Лу, сильнее затрепетали крыльями, стараясь мягко посадить повозку на землю, но у них не вышло: повозка приземлилась с грохотом и, трясясь, заскользила по земле. Ребята вцепились в повозку, Мадам Лу басовито запричитала. Когда повозка, наконец, остановились, к ней подошли жуки-стражники, что ожидали прибытия гостей. На стражниках были доспехи из позолоченной коры, а между золотых рогов светились огоньки. В руках у жуков были копья, к древкам которых крепились острые листья осоки. Следом за жуками подошли и фрейлины Мадам Лу - улитки, домики которых украшали вензеля.

— Ее Величество ожидает Вас, — с поклоном обратился к Мадам Лу один из подошедших жуков.

— Ну что расселись?! – громко возмутилась Мадам Лу, и Чеофа с Аюмом вздрогнули от неожиданности. – Пропустите даму! – повелела гусеница.

Афа спешно спрыгнули на землю, и Мадам Лу, грузно качаясь, медленно сползла с повозки, от чего та чуть не перевернулась.

— Освободить дорогу, — повелела гусеница жукам, и те разошлись, пропуская к Мадам Лу ее спутниц-улиток, которые тут же окружили Мадам Лу.

— Так-то лучше, — заключила Мадам Лу и, бросив надменный взгляд на обоих афа, изрекла: – А вы – со мной.

Аюм и Чеофа в сопровождении жуков пошли следом за Мадам Лу и ее улитками. Мадам Лу ползла величаво, а жуки-стражники почтительно перед ней расступались. Когда гусеница поравнялась с Эллораном и Иллианом, она кивнула тем жукам, что охраняли магов, и жуки повели пленников следом за афа.

Мадам Лу, наконец, достигла лестницы, что вела в башню Королевы Жуков, и стала подниматься. Если ползла гусеница медленно, то поднималась она крайне не спеша. Так не спеша, что следующие за ней афа и жуки останавливались и ждали, пока Мадам Лу поднимет себя на следующую ступень.

— Кажется, я хочу есть, — тихо прошептал на ухо Аюму Чеофа, когда они очередной раз стояли на ступени, ожидая, пока Мадам Лу заберется выше. Жуки и улитки старались помочь знатной гусенице, но у них получалось плохо.

— Я тоже проголодался, — признался Аюм.

Солнце взошло выше, осветило ярким лучом туманный город жуков, и Мадам Лу, наконец-то, поднялась по лестнице к дверям башни. Сопровождавшие Мадам Лу воины-жуки вздохнули с облегчением и отворили перед гусеницей высокие врата. Вблизи башня оказалась неприглядной: между наростами плесени кое-где росли белесые грибы, и свисала паутина; окон не было.

Аюм и Чеофа обернулись на следующих за ними Эллорана и Иллиана. Мотыльки мягко улыбнулись детям, и юные маги прошли вслед за Мадам Лу в башню Королевы Жуков.

Внутри башни царил сизый полумрак, и пахло сыростью. Ни огненных ламп, ни желтых цветов: на стенах и потолке росли тускло мерцающие грибы. Мадам Лу вместе со своей свитой проползла небольшой холл, в котором кроме светящихся грибов ничего не было, и жуки отворили перед гусеницей двери в следующий зал.

— Это тронный зал Ее Величества, — пробасила Мадам Лу не оборачиваясь, — ведите себя подобающе, — гусеница в сопровождении свиты вползла в зал. Следом прошли и пленники.

Тронный зал Королевы Жуков оказался просторным и ярко освещенным: весь сводчатый потолок и стены покрывали светящиеся грибы, а в центре на вырубленном из трутовика троне восседала Королева. На Королеве были древесные позолоченные доспехи и алый плащ, что закрывал прозрачные крылья. Голову украшала высокая корона, выполненная на манер рогов жуков-рогачей; в двух правых руках Королева держала посох, а над двумя другими ладонями летал золотой жучок, сотканный из пыльцы. Магия, догадался Чеофа, но вслух не сказал. Юнай афа обратил внимание и на то, что Королева жуков не была жуком, она походила, скорее, на стрекозу. Только на достаточно большую стрекозу с зеленой кожей и раскосыми глазами. Подле Королевы стояли два массивных жука в древесных золоченых доспехах, между рогов которых светились огоньки.

Мадам Лу остановилась на почтительном расстоянии от трона, сопровождавшие ее улитки отползли в сторону, а мотылькам и афа жуки повелели оставаться подле гусеницы.

— Ее Величество Королева Анемона! – громогласно представил свою повелительницу один из ее телохранителей, что стоял подле трона. Королева гордо вскинула голову, взмахнула обеими левыми руками, и золотой жучок, паривший над ее ладонями, растаял, превратившись в плесень. Анемона стряхнула плесень с кончиков пальцев на пол, и присутствующие поклонились ей. Мадам Лу грузно опустилась. Аюм и Чеофа растерянно озирались, пока сопровождавшие их жуки не приказали юным магам склонить перед Королевой головы.

— Ты хорошо послужила мне, Лу! – обратилась Анемона к гусенице, и та гордо распрямилась, поправила свою красную накидку. Аюм и Чеофа посмотрели на гусеницу. – Можешь рассчитывать на комнату в моем дворце на зиму и шелковую нить для укрепления своего кокона, — добавила Анемона, и Мадам Лу поклонилась еще раз.

— Я думал, Королеве Жуков служат только жуки, — тихо шепнул на ухо Чеофа Аюм.

— Мне служат не только жуки, — рассмеялась Анемона, и Аюм с Чеофа переглянулись: Королева не могла их слышать. — Как же вы оказались в Жемчужном Городе, юные маги? — поинтересовалась Королева.

Аюм и Чеофа растерялись от вопроса Королевы: ни про сбежавший Огонек, ни про папоротник рассказывать не хотелось.

— Королева задала вам вопрос, — напомнил один из жуков. Мадам Лу медленно развернулась и посмотрела на детей.

— Афа пришли в Жемчужный город по нашей просьбе, — ответил Эллоран, и дети обернулись на него. – Отпустите их, Ваше Величество!

— Отпустить детей Осени?! – удивилась Анемона, и Аюм с Чеофа вновь посмотрели на Королеву. – Никогда! – заверила она. – Моему королевству крайне не хватает магов Огня!

— Но мы еще не маги, мы только учимся, — растерянно пробормотал Чеофа.

— Не беда, — заверила Анемона, — пока учитесь, будете жить у меня, — Королева перевела взгляд на ночных шелкопрядов. — А вам, почтеннейшие маги Жемчужного Города, придется укреплять мою башню вместе с пауками.

— Мы не будем этого делать, Ваше Величество, — отрицательно покачал головой Иллиан. – Вы разрушили наш город, мы не будем помогать Вам.

Мадам Лу, посмотрев на шелкопрядов, презрительно фыркнула.

— Тогда мне придется отправить вас в темницу, — Анемона гордо вскинула голову.

Аюм и Чеофа испуганно переглянулись.

— Зачем вам нити шелкопрядов? – спросил Чеофа Королеву.

— Тебе не было позволено обращаться к Ее Величеству, — остановил афа стражник-жук, но Анемона вскинула посох, и жук замолчал.

— Нити шелкопрядов нужны для нашего города Тлокка, — ответила Анемона и встала со своего трона. – Живая Вода превращает плесень города в зеленых мох, — говорила Королева, медленно спускаясь по ступеням трутовика. Алый плащ стелился за ней шлейфом. – Стражи Леса, бывает, ночами прокрадываются в наш город и поливают Живой Водой дома, от чего те начинают цвести, — Анемона поморщилась. — Но если заключить плесень в нити шелкопряда, она никогда не станет мхом, — Королева подошла ближе к юным магам и наклонила голову набок. – Так мы защищаем свой город.

— Разрушая при этом другой? – удивился Чеофа, и стоящий рядом жук сердито на него посмотрел. Королева хмыкнула и отошла. Эллоран и Иллиан с тревогой переглянулись, а Мадам Лу недовольно пробурчала себе под нос.

— Вы еще слишком юны, чтобы понимать такие вещи, — Анемона вновь обернулась на ребят и криво улыбнулась. – Но, порой, чтобы что-то построить, необходимо что-то разрушить.

— Чтобы строить новое, необязательно разрушать старое, — вступил в диалог Аюм, и Королева хмуро на него посмотрела. Эллоран и Иллиан вновь переглянулись. – Тем более нельзя разрушать то, что построили другие, — уверенно сказал Аюм.

Мадам Лу, открыв от удивления рот, смотрела на дерзивших самой Королеве детей. Анемона поджала губы, взмахнула своим посохом, но тут же остановилась.

— Пока не буду вас заколдовывать, — сказала Королева, опустив руки. Аюм и Чеофа вздохнули спокойнее. — Посидите в темнице, подумайте над своим поведением, юные маги, — Королева обернулась на свою стражу. – Увести пленников! – скомандовала она и вернулась на трон.

К Аюму и Чеофа подошли жуки и указали ребятам на дверь тронного зала. В сопровождении воинов покинули зал и Эллоран с Иллианом.

Жуки-воины провели пленников в соседний зал королевской башни, в стене которого располагалась дверь. За дверью оказался темный сырой плесневелый коридор – растущие на потолке грибы почти не давали света. Коридор завершился еще более сырой лестницей, что уводила вглубь ствола трухлявого дерева, туда, где среди покрытых плесенью и паутиной корней, располагались клети узников.

— Вот это местечко, — поежился Чеофа, когда жук-рогач открыл перед ним сплетенную из клейкой паутины дверь.

— Святое Древо, — буркнул Аюм, проходя вслед за другом. Клеть находилась между корней деревьев, оплетенных белесой паутиной. Растущие на корнях грибы давали тусклый синеватый свет. Эллорана с Иллианом поместили в соседнюю клетушку.

— Вы принесете поесть? – спросил Аюм стражника-жука, когда тот закрывал на клейкую плесень дверь их коморки.

— На все воля Ее Величества, — ответил жук, проверив, хорошо ли заперта дверь.

Жуки покинули темницу, оставив двоих воинов-жуков сторожить пленников.

Глава 7. Что сказал Йо-Йо

— Просыпайтесь! Быстрее! — пищал Йо-Йо, кружа вокруг спящих путников и Оле. — Просыпайтесь!

— Что такое, — сонно протянул Оле, с трудом открывая зеленые глаза. Уснувшая на своём посту Пиона не размыкая глаз сонно потянулась.

— Да что же это такое! — возмущённо дрожал йеф. — Чеофа и Аюм в плену Королевы Жуков!!!

— Где?! — воскликнул, вскочив, Оле. Дух Леса с перепугу ударился головой о дерево и сломал пару веточек на своей маске. — Чеофа и Аюм у Королевы Жуков? — переспорил Оле, собирая свою каплю и приделывая обратно ветки. — Как так-то?

— Их надо спасать! — охнула, поднимаясь, Оша. Пиона и Астра быстро встали.

— По дороге расскажу! — пищал Йо-Йо. — Идемте! Я видел, как жуки несли афа в Тлокк! У Королевы Жуков целая армия жуков!

— Быстрее! Да-да, быстрее! — причитал Дух Леса, удобнее пристраивая к капле деревяшки-ноги.

— Надо торопиться! — воскликнула Астра, поднимая свой посох.

— Вот уж Толстяк и Ушастый натворили дел, — пробубнила Вея. — Попасть в плен к самой Королеве Жуков! Нам нужна подмога для того, чтобы спасти афа.

— Вея права, — хмуро проговорила Пиона. — Это я виновата, что уснула и не заметила того, как ушли ребята, — вздохнула стрекоза. — Я вернусь в Олос и соберу подмогу, — Пиона посмотрела на Астру. — А ты, сестра, иди с ними.

Астра согласно кивнула, и Пиона улетела.

— Чеофа и Аюм даже припасы оставили, — сокрушенно сказала Астра и подняла сумки ребят.

Оле первым вышел из-под корней могучего дуба, где ночевали странники. Следом за Духом Леса вылетел Йо-Йо, вышли Астра, Оша и Вея. Низкое утреннее солнце освещало Ветряное Поле, по которому ещё стелился серебристый туман. На высокой траве искрилась роса, среди ветвей кустарников пели птицы.

— Покушайте в дороге, — напомнил путникам Оле, когда они шли по полю. — У нас не будет времени останавливаться на привал.

Оша, Вея и Астра послушно достали припасённые ягоды.

Путники свернули влево от ручья, который вел к Жемчужному Городу, и пошли в сторону далёкого леса.

— Тлокк, город жуков, располагается за лесом Малых Дубов, после леса Пиний, в конце Паучьего Поля, в Сухой роще, — говорил Оле. — Пешком идти туда больше дня! — сокрушался Дух Леса.

— Нам помогут стрекозы, за которыми полетела Пиона, — ответила Астра. — Нам не составит труда снова зачаровать пух, — заверила стрекоза.

— А пока вы будете идти, — пропищал Йо-Йо, — я полечу в Тлокк и разыщу наших магов.

— Лети, только будь осторожен! — наказал йефу Дух Леса, и Йо-Йо, крутанувшись вокруг своей оси, взмыл в небо.

— Может, эта история с Королевой хоть чему-нибудь научит Чеофа! — вздохнула Вея. — Вечно он в неприятности влезает, — покачала головой маири. — Но это просто сверхнеприятность какая-то!

Оле обернулся на Вею.

— А разве не ты обманула Эк’Туума, чтобы Чеофа смог наколдовать Огонек? — поинтересовался Дух Леса.

Вея опустила взгляд. Девочка расправила свой плащ из туманной росы и тихо ответила:

— Я так поступила, потому что Чеофа очень много хвастался на пустом месте, — объяснила она.

— И из-за хвастовства своего друга ты решила обмануть наставника? — удивился Оле. — Если бы ты повела себя по-другому, ничего бы не случилось, а ты и ребята были бы сейчас в Школе.

— Я не думала, что все получится так! Я была уверена, что у Чеофа ничего не выйдет! — Вея всхлипнула. — Я виновата, да?

— Да, — согласился Дух Леса. — Вы все виноваты, и эта история должна вас научить. Раз вы не слушаетесь родителей и наставников, учить вас будет Лес.

— А откуда Вы узнали, что Вея обманула Эк’Туума? — спросила Духа Леса Оша. — Ведь Вас не было в Школе...

— Я — Дух Леса и все вижу, — ответил Оле, но заметив недоумение в глазах спутников, улыбнулся. — Королева Лилия мне про вас рассказала, в том самом письме, — ответил он и, посмотрев на расстроенную Вею, подмигнул маири. — Мы обязательно спасём Чеофа и Аюма, найдём Огонёк и вернём вас в Школу! — заверил Дух Леса.

— И столько неприятностей только из-за одного непослушания! — сокрушалась Вея. Маири шла за Духом Леса, разглядывая траву под ногами. — Представляю, что скажет моя матушка, когда узнает об этом.

— Поругает она тебя, конечно, но ведь за дело, — усмехнулся Оле. — Но и простит обязательно, не переживай. Родители любят вас.

Когда путники достигли леса, что начинался за Ветряным Полем, солнце взошло высоко.

— Лес Малых Дубов находится за этим лесом, — сказал Оле, когда они уже шли под сенью высоких деревьев. Капля Духа Леса тихо светилась. — Стрекозы знают, где расположен Тлокк, они найдут нас.

__

— Королева Анемона позволила принести вам обед, — раскатисто проговорил жук-рогач, подавая пленникам ягоды на листе подорожника. Когда Аюм и Чеофа взяли еду, жук плотно закрыл на клейкую плесень дверь из путины. Стражники принесли обед и Эллорану с Иллианом. Жуки, что носили ягоды, покинули темницу, два других воина-жука продолжали сторожить пленников.

Чеофа и Аюм с жадностью набросились на еду. Ребята даже не говорили: если молча, пока не съели все, что принесли жуки. Заметив поведение юных магов, мотыльки по-доброму расселялись. Эллоран и Иллиан кушали не спеша.

— Что будем делать? — спросил Аюм, садясь на пол. Афа с грустью оглядел клеть: темные корни дуба оплетала белесая паутина; растущие на корнях и потолке грибы излучали тихий холодный свет.

— Ждать помощи, — ответил Чеофа, садясь рядом. — Ведь Йо-Йо нас видел. Я уверен, йеф приведёт подмогу.

— А с Огоньком что будет? — тихонько проговорил Аюм. — Ведь столько времени прошло!

— Я уверен, ваше заклинание не принесёт Лесу вреда, — мягко ответил Эллоран, и ребята обернулись: они не заметили, как мотыльки встали рядом с паутиной, что разделяла их клети. — Иначе бы Леса давно не было.

— Это хорошо, что Огонек не причинит вреда Лесу, — кивнул рыжей головой Чеофа. — Но за это время заклинание могло так далеко улететь, что мы его не найдём.

— Разве? — удивился Иллиан. — Мне кажется, Огонёк нашёл вас сам, — ночной шелкопряд указал рукой вперёд. Афа встали и посмотрели в ту сторону, куда показывал маг.

Наверху, между свисающих с потолка корней, светился красный Огонёк. Увидев, что афа его заметили, Огонёк крутанулся вокруг своей оси и радостно пискнул.

— Невероятно! — ахнул Чеофа, удивленно смотря на своё заклинание. Большие, глянцевые глаза Огонька на сверкающей капле озорно глядели на афа. — Огонёк решил помочь нам?

Огонёк радостно пропищал в ответ и опустился ниже. Чеофа улыбнулся и помахал Огоньку рукой.

— Ты не будешь доставать Хранителя? — поинтересовался Аюм. Огонек взлетел выше.

— Нет, — ответил Чеофа. — Кажется, моему Огоньку Хранитель не нужен.

Услышав Чеофа, Огонек, на радостях, облетел афа и, пискнув, завис в центре комнаты.

— Главное, чтобы заклинание не заметили охранники, — прошептал Чеофа, наклонившись ближе к другу.

— Кажется, они уснули, — тихо ответил Аюм, смотря на двоих темных рогачей, что храпели на всю темницу. Чеофа тихонько рассмеялся.

— Получается, папоротник, все же, исполнил мое желание? - спросил Чеофа шелкопрядов.

— Получается, что так, — хитро улыбнулся Эллоран.

__

Пиона спешила к Олосу изо всех сил. Стрекоза летела между массивных ветвей раскидистых Сонных Дубов, затем взмыла выше и полетела над кронами деревьев Яркого Леса. Когда Яркий Лес остался позади, Пиона опустилась и, пролетев овраг, в котором росло дерево Оле, вылетела к лесному озеру, где стоял город стрекоз. Солнце взошло высоко, и по синему небу плыли яркие белые облака.

Нарушив все правила, Пиона прилетела прямо во дворец королевы и опустилась на балкон её личных покоев. Лилия, сидя в кресле-качалке на балконе, пряла нить туманной росы. Завидев Пиону, Королева поднялась и подошла к стражнице. Поклонившись, Пиона рассказала Королеве причину своего визита. Королева слушала молча, только сокрушенно качала головой.

— А я-то думала, почему утром Роса вновь о вас говорила, — вздохнула Лилия, когда Пиона завершила свой рассказ.

— Это я виновата, что не уследила за ребятами, — расстраивалась Пиона.

— Я отправлю лучших воинов с тобой, ведь Анемоне служит целое войско жуков, которые не подпустят вас к ее дворцу, — сказала Королева твердо. — Мы спасём ребят, — заверила Лилия Пиону. — Анемона совсем забылась, раз забирает в плен детей Осени! — добавила Королева печально.

__

Лес Малых Дубов кончился, и Оле со спутниками вышел на небольшую поляну, за которой начиналась Роща Пиний — высоких и стройных сосенок с плоскими кронами. Солнце почти достигло зенита, в дневной жаре громко стрекотали кузнечики. Лёгкий ветерок мягко качал полевые цветы, над которыми летали насекомые.

— Стрекоз все ещё нет, — сокрушалась Вея, — уже столько времени прошло.

— Они обязательно прилетят, — заверила Вею Астра.

— Когда вернусь в Школу, больше не буду нарушать правил, — тихонько проговорила Оша, наматывая на зелёный пальчик прядь белоснежных волос. — Если вернусь, конечно.

— Выше нос! — приободрил наофу Оле. — Вы обязательно вернётесь!

— Когда я вернусь в Школу, то сама расскажу Эк’Тууму про свой обман, — сказала Вея.

— Это будет правильным поступком, — улыбнулся ей Оле. — Уверен, наставник простит тебя, ведь ты признаешься ему сама, — подмигнул Дух Леса.

— А это так важно? — спросила Оша. — Признаться самому? Я вот боюсь матушке признаваться...

— Конечно важно, — кивнул ветвистой головой Оле. — Когда признаешься в проступке, становишься сильнее.

— Как это? — удивилась Вея.

— Когда мы обманываем или обижаем кого-то, то сильно расстраиваем и того, кого обидели, и себя самого. Чтобы хранить обиду или неприятную тайну, нужно много сил: волноваться, бояться, переживать. А когда просим прощения или признаёмся, то не только перестаём тратить силы на свои переживания, но и становимся сильнее, — пояснил Дух Леса. — Ведь сила прощения и благодарности того, кому мы признались, одаривает нас. А благодарность – великая магия. Вот так и становятся сильными магами — признавая свои ошибки и прося прощение.

— Тогда мне не надо бояться рассказать все матушке? — спросила Оша.

— Конечно нет, — улыбнулся Оле.

— Смотрите! — воскликнула Астра, указывая на небо. — Летят!

Со стороны оставшегося позади Леса Малых Дубов летели стрекозы: Пиона вела за собой помощников в жемчужных доспехах; крайние стрекозы несли зачарованный ковер из тополиного пуха.

Глава 8. Битва у города жуков

— А в Жемчужном Городе есть школа магии? — поинтересовался Аюм.

Афа сидели на полу своей клети и разговаривали с магами Жемчужного Города, которые опустились на пол недалеко от разделяющей их коморки паутины. Огонек завис в воздухе рядом.

— Конечно есть, — ответил Иллиан. — Как же ещё мотыльки учатся магии?

— Получается, все мотыльки — маги? — спросил Чеофа.

— Конечно, — согласился Иллиан. — Как и все афа.

— Но не все афа учатся в Доме Магии, — возразил Чеофа. — Есть те, кто ходят в деревенские школы, есть и такие, кто учатся у Шамана.

— Ты думаешь, они не становятся магами? — удивлённо спросил Эллоран.

— Магами становятся только те, кто закончил обучение в Доме Магии, — ответил Аюм. — Так у каждого народа Стихий заведено.

— А мне кажется, магом может стать каждый, — мягко сказал Эллоран. — Учится, конечно, нужно. Но подлинная магия, она внутри. Она в сердце и в душе.

Чеофа и Аюм с недоумением переглянулись.

— Как же в сердце могут храниться заклинания? — спросил Чеофа. — Магические формулы сначала нужно выучить. И хранятся они не в сердце, а в голове.

Эллоран и Иллиан тихонько рассмеялись.

— Магия — это не формулы, — ответил Иллиан. — Это сила, сила твоей души, что питает твои заклинания. Если у тебя не будет силы, то никакие формулы не помогут.

— И если у мага темная сила, то его заклинания будут темные? — уточнил Аюм.

— Да, — кивнул Эллоран. — Ваш Огонек не причиняет вреда Лесу, потому как ваши души светлые и добрые.

— Помню, Королева Лилия нам говорила о том маге, что в древности едва не погубил весь Лес, — сказал Аюм. — Королева рассказала, что душа того мага была настолько темная, что призванное магом заклинание сгубило его самого.

— Но Королева Жуков тоже творит темную магию, — нахмурился Чеофа. — Почему же ее собственная тьма не губит?

— Потому что ее тьма пока не такая темная, и Лес даёт ей время исправиться, — ответил Эллоран. — Но если Анемона и дальше продолжит разрушать, то и её магия обернётся против неё самой.

— Конечно обернётся! — громко пропищал Йо-Йо, и пленники вздрогнули от неожиданности: йеф парил под потолком, между сплетенных корней. Огонек во все глаза смотрел на Йо-Йо.

— Йо-Йо! — радостно воскликнул Чеофа и встал.

— Ура! — захлопал в ладоши Аюм, но тут же осекся. — Тише, — он приложил к губам палец и тоже поднялся. — Главное не разбудить нашу охрану, — афа кивнул в сторону спящих за паутиной жуков.

— Не бойтесь! — йеф старался говорить тише, но у него получалось с трудом. — Мы вас спасём! За вами летят стрекозы Лилии! — торжественно объявил он. — А это кто такие? — удивился Йо-Йо, заметив ночных шелкопрядов, что подошли к паутине, которая разделяла клети пленников.

— Это маги Жемчужного Города, — представил мотыльков Чеофа. — Иллиан, маг города, и Эллоран, архимаг.

— Упади твою звезду! — громко пискнул Йо-Йо, во все глаза глядя на улыбающихся ему магов. Огонек, дрожа, летал вокруг йефа. — Святое Древо! — йеф метнулся к потолку и, найдя в паутине брешь, протиснулся в нее и закружил вокруг Эллорана и Иллиана.

— Как так-то? — не унималась упавшая звезда. — Неужели Анемона и на Жемчужный Город напала?

— К сожалению, такая беда случилась с нами, — грустно вздохнул Эллоран. — Войско жуков и их маги оказались слишком сильны.

— Мы это так не оставим! — Йо-Йо от возмущения задрожал. — Я полечу навстречу стрекозам, и скажу, где вы, — йеф посмотрел сквозь паутину на Чеофа и Аюма. — А вы пока будьте здесь, — Йо-Йо перевёл взгляд на пролетевшего за ним Огонька. — А ты, получается, наш беглец, да? — Огонек виновато посмотрел на Йо-Йо. — Ты тоже оставайся тут и защищай ребят, понял? — строго наказал заклинанию йеф.

— Мы будем ждать, — заверил Йо-Йо Иллиан. — Если только Анемона что-нибудь новое не учудит.

— Пусть только попробует! — воскликнул йеф и, взлетев к самому потолку, скрылся среди корней.

__

Ошу, Вею и Оле стрекозы несли на ковре из тополиного пуха, когда впереди показался серебристый Йо-Йо. Внизу проносилась Роща Пиний, а на горизонте уже можно было видеть тусклую полосу Паучьего Поля. Упавшая звезда что было сил летела навстречу разноцветной армии стрекоз.

— Я нашёл их! — громко пищал Йо-Йо, когда достиг Пионы, Астры и пухового ковра. — Они в темнице башни Анемоны! Но с ними все хорошо!

— Ох! — всплеснула руками Вея и испуганно посмотрела на маленькую Ошу.

— Мы спасём их! — заверила её Оша.

— Конечно спасём! — уверенно ответил Оле и подмигнул йефу. Дух Леса поправил сумки Аюма и Чеофа, что Астра положила на пуховый ковер, и встал ближе к детям.

Когда стрекозы достигли Паучьего Поля, навстречу им вылетели жуки. Целая армия крылатых рогачей в древесных доспехах. Впереди жуков летела Анемона, одетая в золочёные доспехи. Плаща на Королеве не было.

— Разведчики Тлокка, что доложили мне о целом войске, оказались правы — стоило мне взять в плен детей Стихий, как моя сестра тут же отправила армию! — громко рассмеялась Анемона. — Сдавайтесь, вам не победить меня!

Стрекозы зависли в воздухе напротив армии жуков. Два войска, разноцветное и чёрное, парили над сухим полем. Ярко светило солнце. Вдалеке виднелись массивные силуэты сухих деревьев города Тлокка.

Оша и Вея недоуменно переглянулись.

— Да, Анемона родная сестра Королевы Лилии, — Дух Леса посмотрел на детей. — Они не ладят с детства.

— Как же так... — начала Оша, но Анемона вновь громко заговорила:

— Мои разведчики донесли, что вы собрали целое войско, а к пленникам даже проникло чьё-то заклинание, — говорила Королева Жуков, и Вея с Ошей вздрогнули. — Пленники думают, что мне не известно то, о чем они говорили!

— Анемона, отпусти афа! — крикнула Астра. Обе сестры, Астра и Пиона, парили впереди своего войска. — Мы не хотим разрушать ваш город, не хотим войны!

Анемона захохотала.

— Если не хотите войны, тогда улетайте! А магов огня я оставлю себе!

Йо-Йо, громко пискнув от возмущения, взмыл в небеса и исчез в синеве.

— За ним! — скомандовала Анемона.

— Куда? — растерянно пробасил паривший рядом с Королевой жук.— Я его не вижу!

— Трухлявая твоя голова! — возмутилась Анемона и, посмотрев на жука-мага в темной мантии, что парил по другую руку Королевы, повелела: — Тогда лети ты, Ррок! И смотри, чтобы этот йеф не пробрался к пленникам!

Ррок послушно кивнул рогатой головой и улетел вслед за йефом.

— Что же сейчас будет! — дрожала Оша.

— Видимо, битва, — нахмурился Оле. Дух Леса внимательно смотрел вперёд, на войско жуков. Внизу, на сухую землю поля вышли пауки. Пауки замерли, ожидая павших на землю воинов. «Не выживет никто», — подумал Оле. Дух Леса снял с себя маску, открепил от капли деревяшки-ноги и, сложив у груди капельки-руки, распался на тысячи сверкающих искр.

— Оле! — воскликнула Вея.

— Со мной все хорошо, — раздался голос из ниоткуда. — После того, как помогу вам, соберу себе новый домик!

— Дух Леса покинул их! — радовалась Анемона, которая не услышала слов Оле. — В атаку! — скомандовала она жукам.

__

Йо-Йо взмыл в небо и спикировал к сухому дубу, у корней которого располагался Тлокк. Ррок летел по следу упавшей звезды: в отличие от других жуков, маг чувствовал магию йефа, и ему было по силам угнаться за ним. Ррок так же, как и Йо-Йо, поднялся в небо и пикировал вниз, летя вдоль ствола дуба за упавшей звездой. Йеф настолько ловко облетал ветви и торчащие сучки, что жук едва успевал за ним, и пару раз едва не обломал себе рога и не потерял свой посох. Йо-Йо, подождав, когда Ррок подлетит ближе, резко взмыл вверх и, облетев вокруг ветви, ловко юркнул в трещину коры. Жук, не успев затормозить, пролетел в трещину следом, обломав о дуб рога.

— Заплесневей мои рога! — ругался Ррок, летя в темноте трухлявого ствола за Йо-Йо. Жук прострекотал заклинание, и навершие его посоха засветилось, тускло озарив темноту. Сухая кора отошла от дерева, и серебряный йеф летел между нею и стволом. Жук с трудом помещался в таком узком пространстве, его крылья то и дело задевали дерево или кору.

— Сила Плесени! — пробасил жук, и из его посоха выбросилась белесая дымка плесени, но Йо-Йо успел увернуться.

— Ну нет! — злился жук. — Я тебя достану!

Йо-Йо звонко пискнул и, крутанувшись, вылетел в щель треснувшей коры. Ррок пошёл на таран, надеясь пробить дерево, но у него не хватало сил: сломанными рогами он зацепился о кору и остался на ней висеть.

— Святая Плесень! — услышал Йо-Йо возмущённое стрекотание жука. Йеф улыбнулся и, что было сил, полетел к башне.

__

Войско жуков полетело на стрекоз, но налетевший ветер не позволил жукам приблизиться к стрекозам. Как ни старались воины-жуки и их Королева, они оставались на месте. Астра и Пиона, вылетев вперёд, наколдовали облако золотой пыльцы и пустили его по ветру на Королеву и ее жуков. Но Анемона и ее маги успели ответить: создав золотых жуков не из пыльцы, а из плесени, отправили их на своих врагов. Многих золотых жучков унёс насланный Духом Леса ветер, но те, что долетали, сбивали стрекоз, и они падали вниз.

— Как же так! — воскликнула Вея и, приняв на пуховом ковре боевую стойку, сплела сеть из капелек воды и отправила её к Анемоне. Ветер подхватил колдовство маири, и Анемона едва успела увернуться от магии Веи.

— Девчонка! — рассердилась Анемона, и вскинув свой посох обеими правыми руками, громко прокричала: — Сила плесени и ледяного ветра! Направляй нас! — Анемона указала посохом на стрекоз и войско жуков смогло, наконец, побороть ветер. Жуки полетели.

— Дух Леса, веди нас! — воскликнула Пиона и вместе с Астрой полетела навстречу жукам.

Стрекозы, что держали пуховой ковёр с Ошей и Веей пропустили вперёд воинов-стрекоз.

— Я так не могу, — сокрушалась Вея, смотря на дерущихся впереди стрекоз и жуков. Над сухой землей Паучьего Поля взлетали золотые облака пыльцы и белые — плесени. — Я должна им помочь!

Воин из стрекоз, что держали ковёр Веи и Оши, обернулся на девочку.

— Ты действительно хочешь помочь? — спросил он.

— Да! — воскликнула Вея.

— Тогда оставайся здесь, под нашей защитой.

__

— Мне нужна твоя помощь! — громко пищал Йо-Йо, обращаясь к Огоньку. Йеф, пролетев меж корнями дерева, что свисали с потолка темницы, оказался в клети афа. Чеофа и Аюм встали, а заклинание удивленно посмотрело на упавшую звезду.

— Да — да, ты! — согласно пискнул йеф и подлетел к Огоньку ближе. — Или тебе понравилось тут сидеть? Конечно нет. Тогда летим!

Йо-Йо, крутанувшись вокруг своей оси, вылетел между нитями паутины, что вела в коридор темницы. Огонек послушно пролетел следом.

— Вот это да, — ахнул Чеофа. — Кажется, я понял.

— Что ты понял? — Аюм подошёл ближе к другу.

— Как поладить со своим заклинанием.

— И как же?

— Нужно попросить его о помощи, а не повелевать им.

Аюм ничего не ответил: он улыбнулся другу и положил мягкую ладошку ему на плечо.

Йо-Йо и Огонек разбудили уснувших на своём посту жуков, и жуки гонялись за ними по коридору темницы, пытаясь их поймать. Аюм и Чеофа прильнули к паутине, во все глаза смотря на то, как жуки латают за йефом и заклинанием. Как бы не старались рогачи, поспеть за Йо-Йо и Огоньком у них не получалось: серебряная и алая звёздочки летали вокруг рогачей с такой скоростью, что жуки закружились и упали на пол. Йо-Йо, не медля, сорвал висящую паутину и оплёл ею приходивших в себя жуков. Белая плесень склеила крылья обоих рогачей, и жуки не могли пошевелиться.

Огонек подлетел к сплетенной из паутины двери клети афа и, дыхнув на неё, расплавил скрепляющую паутину плесень. Дверь со скрипом отворилась.

— Вот это да! — радовался Чеофа, выходя с Аюмом из клети. Огонек освободил Эллорана и Иллиана. Аюм и Чеофа восхищённо смотрели на парящих в воздухе Йо-Йо и Огонька.

— Ты поможешь нам выбраться? — спросил Чеофа Огонек, и заклинание радостно пискнуло.

— Королева Анемона покарает вас! — пытался стрекотать один из пленённых жуков, но афа только махнули на него руками.

— В башне может быть ещё охрана, — тихо сказал Эллоран, когда мотыльки и ребята уже шли по коридору темницы, что вел к лестнице.

— Оставьте охрану нам! — гордо пискнул Йо-Йо и, посмотрев на дрожащего рядом Огонька, подмигнул ему. — Ну что, друг, летим?

Огонек радостно запищал и умчался вверх по лестнице вслед за упавшей звездой.

— Смотрите! — Чеофа указал на клеть, что находилась рядом с лестницей. — Еще пленник!

У дальней стены клетушки, за паутиной, испуганно смотрел на афа юный феола. Белый, с большими глянцевыми глазами и маленькими ушками с кисточками. Крылья феола прижал к спине, туника и шаровары мальчика были грязными.

— Мы освободим тебя! — Чеофа и Аюм подошли к клети, и Чеофа стал расплетать паутину. — Как тебя зовут? Ты здесь давно?

— Я — Та’Шеом, — тихо ответил феола, испуганно глядя на то, как афа борется с паутиной. — Я тут уже два дня.

— Не выходит, — сокрушался Чеофа. Эллоран с Иллианом тоже пытались распутать паутину, но и мотыльков ничего не вышло: волшебные посохи у магов отобрали жуки.

— Тут вновь нужно твоё заклинание, — Иллиан посмотрел на Чеофа. — Зови Огонек.

— Что же вы так долго! — раздался возмущённый писк Йо-Йо и все обернулись: йеф парил недалеко от ведущей наверх лестницы.

— О! Так тут ещё пленники! — воскликнул Йо-Йо и пронзительно пропищал: — Огонек! Нам без тебя не справиться!

Йо-Йо подлетел ближе к клети феола.

— А ты как тут оказался? — спросил йеф.

— По глупости, — буркнул Та’Шеом и опустил взгляд. — Меня не отпускали гулять рядом с Паучьем Полем, а мне было так интересно посмотреть, что там такое...

— Ну вот, посмотрел? — переспросил йеф и, развернувшись к лестнице, крикнул: — Огонек!

Заклинание прилетело и задрожало напротив паутины, что скрепляла дверь Та’Шеома. Огонек большими глазами посмотрел на испуганного феола.

— Разумное заклинание! — ахнул Та’Шеом. — Среди вас есть такой могущественный маг?

Чеофа хотел, было, ответить, что это он призвал Огонек, но тут же осекся. Афа потупил взгляд и шагнул назад, пропуская Огонек ближе к клети феола. Заклинание зашипело на паутину, и та стала плавиться.

— Конечно есть, — мягко улыбнулся Эллоран и, посмотрев на Чеофа, положил на плечо афа руку. — Юный ученик Дома Магии, Чеофа, призвал Огонек.

— Вот это да! — ахнул Та’Шеом, выходя на свободу. — Настоящий маг Огня! — феола во все глаза глядел на Чеофа.

— Никакой я не маг, — буркнул Чеофа, глядя под ноги. Большие рыжие уши афа опустились. — Чтобы призвать Огонек, я нарушил правила Школы, да и вообще... оно случайно получилось, — Чеофа почесал нос.

Огонек, дрожа, с грустью смотрел на поникшего афа.

— У нас нет времени! — громко напомнил Йо-Йо. — Мы ещё в башне Королевы Анемоны!

— Да, уходим-уходим! — кивнул Иллиан, и беглецы направились к лестнице.

Афа, феола и мотыльки поднялись по лестнице следом за йефом и Огоньком и побежали по темному коридору. Йо-Йо непостижимыми образом успел связать паутиной всю стражу, что находилась в коридоре, и рогачи только сердито стрекотали, глядя на убегающих пленников. Когда беглецы достигли двери, Йо-Йо первым пролетел в трещину коры, чтобы разведать обстановку.

— Там Мадам Лу! — в ужасе пискнул почти тут же вернувшийся йеф.

— Эта противная гусеница?! — поморщился Та’Шеом и посмотрел на хмурого Чеофа. — Ты сможешь ее заколдовать?

— Нет, — честно ответил афа. — Я не маг, я только ученик школы. И учусь я так себе. Даже тройки есть.

Аюм смотрел на Чеофа открыв рот.

— Попроси Огонек, — подмигнул Чеофа Иллиан.

Чеофа посмотрел на дрожащее рядом заклинание.

— Мне... нам нужна твоя помощь, — афа улыбнулся Огоньку. — Поможешь нам?

Огонек радостно пискнул и, крутанувшись вокруг своей оси, вылетел в трещину двери. Йеф отправился следом.

— Спасибо вам, — улыбнулся Та’Шеом, глядя на афа и мотыльков. — Когда выберемся, приглашаю вас в Небесный Город. Я хочу познакомить вас со своими родителями — они должны знать, кто меня спас!

— Спасибо за чудесное приглашение! — поклонился Эллоран. — Мы с радостью его примем.

— А вы? — феола посмотрел на афа.

— И мы тоже! — заверил Чеофа.

— А как же Огонек? — Аюм обеспокоенно посмотрел на друга. — Мы его нашли, и нам пора возвращаться в Школу.

— Я его попрошу отправиться с нами, — подмигнул другу Чеофа. — После того, как сходим в гости к нашему новому другу, — Чеофа положил на плечо Та’Шеома руку, — вернёмся в Школу.

— Спасибо вам! — улыбнулся Та’Шеом.

__

Вея и Оша, сжав кулачки, смотрели на бушующую впереди битву. Несмотря на все старания Духа Леса, жуки наступали, а армия стрекоз проигрывала под натиском темного войска.

Тут жуки прорвали центральный строй стрекоз и полетели к ковру Веи и Оши. Оша, охнув, спряталась за Вею.

— Оставайтесь тут! — крикнул воин стрекоз, и четверо из шести держащих ковёр стрекоз полетели в атаку.

Вея приняла боевую стойку и готовилась произнести заклинание. Плащи из туманной росы обеих девочек ярко сверкали: магии вокруг было очень много.

Стрекозы, что полетели к жукам, вскинули свои копья и сбили ближайших рогачей. Жуки, которые успели увернуться от удара, облетели стрекоз и атаковали тех острыми листьями осоки. Две стрекозы упали. Вея испуганно крикнула: один из жуков летел на юных магов.

— Нам придётся отпустить вас, — крикнула одна из тех стрекоз, что держали ковер из тополиного пуха. — Пух опустится на землю медленно, вы не пострадаете. Бегите от пауков!

Стрекозы отпустили ковёр, а сами полетели на жуков. Пуховой ковер опускался медленно, и девочки во все глаза смотрели на то, как приближается сухая земля, на которой ждали массивные пауки.

— Ничего, мы справимся! — уверенно крикнула Вея, готовясь плести сеть. Ковёр почти достиг земли; ближайший, массивный, с мохнатыми лапами паук шагнул вперёд, как вдруг между пауком и ковром пролетела стрекоза в белых доспехах. В каждой паре рук стрекозы было по посоху с острым листком на обратной стороне. Красавица взмахнула обеими посохами и отбила пауков назад.

— Анемона совсем с ума сошла! — стрекоза обернулась на детей.

— Королева Лилия! — хором воскликнули Оша и Вея.

Тем временем подоспевшие на помощь стрекозы подхватили пуховой ковёр и понесли его ввысь. Лилия пустила на пауков облако пыльцы, скрыв от глаз шестиногих воинов, и полетела следом за ковром.

Глава 9. Две королевы и друзья

— Я не могу вас пропустить, — пробасила Мадам Лу, сердито глядя на Йо-Йо. — Я служу королеве Анемоне, она обещала мне кокон на зиму и защиту за то, что я помогла ей добыть нити шелкопрядов.

— Тогда нам придётся заколдовать Вас, — пискнул йеф и посмотрел на подлетевшего Огонька.

Мадам Лу медленно повернула голову и тоже перевела взгляд на заклинание, что красной каплей парило в воздухе.

— Разумное заклинание, — хмыкнула гусеница. — Не надо меня заколдовывать, — проговорила Мадам Лу и, поправляя свою алую накидку, снова посмотрела на Йо-Йо. — Я боюсь.

— Тогда Вы даёте слово, что пропустите нас? — спросил йеф. Огонек подлетел ближе и завис рядом Мадам Лу.

— Да, — недовольно буркнула Мадам Лу, покосившись в сторону жуков, которых оплёл паутиной Йо-Йо. — Даю слово.

Йо-Йо вернулся к пленникам, а заклинание осталось сторожить Мадам Лу.

— Путь свободен! — радостно пискнул Йо-Йо, как только протиснулся в трещину коры к ждавшим его в коридоре беглецам.

— Спасибо тебе, друг! — улыбнулся Чеофа и открыл дверь. Йо-Йо первым вылетел в зал, где помимо скованных паутиной жуков ждала Мадам Лу. Гусеница, подле которой парил Огонек, хмуро смотрела на то, как уходят бывшие пленники.

— Я это так не оставлю, — прошептала гусеница, и Огонек тихонько на неё шикнул. Гусеница вздрогнула от опалившего её жара и хмуро посмотрела на заклинание.

— Маги Огня совсем распоясались, — буркнула она.

__

Стрекозы Королевы Лилии летели на помощь войску Пионы и Астры, которое отступало под натиском жуков.

— Ну, сестрица, я от тебя такого, право, не ожидала, — сокрушалась Лилия, ища взглядом Анемону. Впереди, на фоне голубого неба, сражались армии, летели клубы пыльцы и плесени. Лилия умело отбила несколько атак жуков и, наконец, увидела свою сестру, которая повелевала боем на передовой. Анемона обернулась на летевших в подмогу стрекоз и заметила Лилию.

— Ну наконец-то! — воскликнула она, будто надеялась на то, что сестра услышит ее сквозь звуки сражения. — Сестрица! Как же давно я тебя не видела!

Анемона обхватила свой посох всеми четырьмя руками.

— Сила плесени и ледяного ветра! Сокруши врага! — Королева Жуков взмахнула посохом и, что было силы, направила облако плесени на Лилию.

Лилия не растерялась: подняв перед собой оба посоха, отбила летящую на неё плесень и направила её обратно Анемоне. Королева Жуков успела увернуться, но облако плесени сбило двоих жуков из её охраны.

— Пресвятая Плесень! — разозлилась Анемона, снова взмахнула посохом, готовясь плести новое заклинание, но Лилия оказалась проворнее. Королева стрекоз, крутанувшись вокруг своей оси, направила на противницу облако золотой пыльцы. Пыльца закружила Королеву Жуков, и только подоспевшие на подмогу жуки удержали Анемону от падения.

Ветер, вызванный Духом Леса, подул сильнее и сорвал с ближайшего дерева лепестки цветов. Лепестки закружили вокруг жуков, и рогачи, теряясь в полёте, падали.

— Ура! — захлопала в ладоши Оша, видя, что жуки и их Королева стали отступать. Пуховой ковёр, на котором стояли Оша и Вея держали стрекозы на почтительном расстоянии от битвы.

— Мы победим! — Вея от радости обняла тоненькую Ошу. — И спасём афа!

__

Йо-Йо и Огонек улетели вперед, обогнав беглецов. Чеофа, Аюм, Та’Шеом и Эллоран с Иллианом, покинув зал, в котором осталась Мадам Лу, не стали заходить в тронный зал, а пошли по огибающему его узкому коридору, который тускло освещали белесые грибы. Коридор вывел в прихожий холл башни, вдоль стен которого сидели связанные паутиной жуки. Йо-Йо и Огонёк, довольные, дожидались бывших пленников в центре холла.

— Когда ты успел, Йо-Йо? — удивился Аюм, смотря на пленённую стражу Королевы.

— Мне помог Огонек! — радостно пискнул йеф и полетел к вратам башни, что вели наружу. — Жуки крайне испугались жара заклинания, вот и обмотали сами себя. А тех, кто не послушался меня и Огонька, я оплёл сам, — гордо сказал Йо-Йо, зависнув подле врат. Огонек подлетел к упавшей звезде, довольно вильнул хвостиком и дрожал рядом.

— Я посмотрю, что творится на улице, — сказал Йо-Йо и пролетел в щель между створами врат. Огонек вылетел следом.

— А они подружились, — заметил Иллиан и расправил свою серую мантию.

— Может, Огонек и со мной подружиться, — вздохнул Чеофа. — И больше не будет убегать.

— Все зависит от тебя, — подмигнул афа белоснежный Эллоран.

— Я уверен, вы подружитесь, — поддержал мага Та’Шеом.

— Буду стараться, — улыбнулся Чеофа. — Спасибо вам, друзья.

Аюм потрепал Чеофа по плечу.

— Рад это слышать, Толстяк, — усмехнулся Аюм.

— И я рад, Ушастый, очень рад, — кивнул Чеофа.

— И я рад! — пропищал вернувшийся йеф. Йо-Йо облетел друзей по кругу и, зависнув над беглецами, громко сказал: — С охраной башни мы разобрались, — йеф гордо посмотрел на подлетевшего к нему Огонька. — Нам пора.

Эллоран и Иллиан открыли створы врат, и глаза ослепил яркий солнечный свет.

— Наконец-то! — воскликнул, жмурясь, Та’Шеом. — Я уже боялся, что не увижу солнца!

Беглецы стали спускаться по залитой солнцем лестнице башни. Связанные нитями шелкопрядов жуки-стражники пытались освободиться и сердито стрекотали.

— Как же мы преодолеем город? — спросил Аюм, когда они уже шли по выложенной из древесной коры площади королевской башни. — Как только мы выйдем за ограду башни, нас поймают. И, кажется, ни йеф, ни Йо-Йо не справятся со всеми жуками, что живут в Тлокке.

— А мы не будем выходить, — хитро улыбнувшись, пискнул Йо-Йо и полетел к повозке Мадам Лу. Бывшие пленники Королевы Жуков пошли за йефом, Огонек, дрожа, летел следом. — Мы улетим! — подмигнула упавшая звезда удивленным беглецам. — Если ты, — йеф подлетел к Чеофа, — сможешь обратиться к своему заклинанию, Огонек своей силой поднимет повозку в воздух.

Чеофа нерешительно посмотрел на заклинание и улыбнулся ему.

— Прости, что хотел повелевать тобой, — афа потупил взгляд. — Я хотел запереть тебя в Хранителе, — Чеофа положил руку на карман своего жилета, где лежала скорлупка. — Я был не прав, и хочу извиниться перед тобой.

Огонек задрожал так, что чуть не упал на землю. В больших, глянцевых глазах стояли настоящие слёзы.

— Ты простишь меня?

Огонек пронзительно пискнул и упал на землю. Чеофа опустился рядом и нерешительно погладил дрожащую каплю по спинке. Афа показалось, что его заклинание улыбнулось. Аюм почесал за ухом кончиком хвоста, Та’Шеом всхлипнул. Мотыльки, мягко улыбнувшись, переглянулись, а Йо-Йо протяжно запищал.

— Отныне ты — мой друг, — улыбнулся Чеофа, и Огонек, попискивая, медленно поднялся. Чеофа встал следом.— И я прошу тебя, помоги нам. А я помогу тебе, и пойду за тобой туда, куда ты хотел меня отвести.

Огонек во все глаза смотрел на афа и, наконец, подлетел к нему. Заклинание опустилось Чеофа в ладошку, и афа погладил Огонек. Заклинание, звонко пискнув, поднялось в воздух и подлетело к повозке. Огонек облетел повозку Мадам Лу несколько раз, и паутина, что скрепляла кору дерева повозки, тускло засветилась, и повозка медленно поднялась над землёй. Довольный Огонек завис над пустой упряжью и ожидающим взором посмотрел на беглецов.

— Вот это да, — прошептал Та’Шеом во все глаза глядя на колдовство. — Нет, Чеофа, ты — маг, и при том самый настоящий.

— Это не я, — ответил, улыбнувшись, афа, — это все Огонек. А я даже ни одного заклинания не знаю. Вот Вея — да, она и пыльцу, и сеть колдовать умеет.

— Настоящим магам заклинания не нужны, — загадочно ответил Эллоран, и дети посмотрели на него. — Ну, чего стоим? Полетели?! — рассмеялся мотылёк, расправил крылья и поднялся в воздух.

__

Анемона и жуки отступали под натиском стрекоз и ветра, вызванного Духом Леса. Пауки, испугавшись, уползали с поля. Наконец, Анемона, вскинув посох, приказала жукам отступить. Клубы плесени и пыльцы рассеялись, и стрекозы, по велению Лилии, остановили сражение.

— Я признаю, победа твоя! — гордо вскинула голову Анемона, смотря на свою сестру. — Но магов Огня я тебе не отдам.

— Тогда нам придётся разбить твоё войско! — строго ответила Лилия. Рядом с Королевой парили Пиона и Астра и хмуро смотрели на Анемону. — Если ты не отпустишь пленников, мы сами освободим их!

— Никого освобождать не надо! — громко пропищал Йо-Йо, и обе Королевы обернулись: со стороны Тлокка, что находился в тылу армии жуков, летел Огонек, который по воздуху вёз повозку с освобождёнными пленниками. По обеим сторонам заклинания летели Эллоран и Иллиан, что окружили повозку защитной магией пыльцы, которая помогла им незаметно покинуть Тлокк. За ночными шелкопрядами летел Та’Шеом.

Оша и Вея, завидев афа, обнялись и помахали друзьям руками. Маги Огня помахали в ответ.

— Как же так?! — воскликнула Анемона и, взмахнув посохом, направила на сбежавших пленников облако плесени. Но Огонек, крутанувшись, устремил в плесень искры. Искры спалили плесень, и она облаком пыли опустилась на поле, на котором уже не осталось пауков.

— Дезертиры! — в гневе закричала Анемона, увидев, как последние шестиногие воины уползают с поля.

Огонек облетел не посмевшую тронуть его Анемону, и подвёз свою повозку к Королеве Лилии.

— Королева, — поклонились Лилии Эллоран и Иллиан, что сопровождали Огонька. — Мы благодарны Вам за помощь и спасение.

— Вам нужно благодарить не меня, а йефа и Огонька, – улыбнулась Лилия.

Стрекозы, что держали пуховой ковёр с Ошей и Веей, подлетели к королеве Лилии и прибывшим путникам.

— Девчонки, как я рад вас видеть! — воскликнул Чеофа, с трудом подавляя желание встать на парящей повозке. — Это наш друг, Та’Шеом, — афа представил феола, что парил рядом с повозкой.

Вея и Оша, с улыбкой переглянувшись, назвали свои имена.

— Кажется, нам пора спускаться, — сказала Лилия, посмотрев на пустое поле. Королева подала знак стрекозам, и все войско медленно опустилось на сухую землю Паучьего Поля. Пиона и Астра встали рядом с Королевой.

Анемона, продолжая сердито смотреть на сестру и беглых пленников, кивнула жукам, и их войско опустилось на землю тоже.

Огонек опустил повозку, а стрекозы — ковёр из тополиного пуха. Эллоран, Иллиан и Та’Шеом сели на землю рядом с афа. Чеофа и Аюм вышли из повозки и вместе с Та’Шеомом пошли навстречу Оше и Вее.

— Я боялась, что больше не увижу тебя, Хвастун! — искренне призналась Вея и, заплакав, обняла оторопевшего Чеофа. Афа неловко обнял маири в ответ. — Если бы я не дразнила тебя в школе, ты бы не стал нарушать правила. — Вея отстранилась и вытерла глаза. — Ты простишь меня, Толстяк?

— Конечно! — улыбнулся Чеофа. — Я тоже задирал тебя, госпожа Учебник! Ты примешь мои извинения?

— С радостью! Конечно! — улыбнулась Вея.

— Ну началось, — пропищал Йо-Йо и закатил глаза. Огонек дрожал рядом. Кажется, заклинание готово было плакать вновь, но йеф толкнул Огонька в бок, и тот, сердито задрожав, отлетел подальше.

Ребята, стрекозы и мотыльки рассмеялись.

— А где Оле? — спросил Аюм.

— Исчез, — грустно сказала Оша, посмотрев на пуховой ковёр, на котором все ещё лежали сумки афа, деревяшки-ноги, листок и маска Духа Леса.

— Я здесь! — вдруг пробасил ветер, и ребята невольно вздрогнули. — Вы меня не видите, но я рядом! Если кто-нибудь принесёт мне хотя бы каплю воды, я буду крайне признателен!

— Без проблем! — улыбнулась Вея.

Вея сложила у груди голубые руки и, зашептав, сплела хрустальную сеть из капелек воды. Подняв ладошками сеть, девочка подбросила её в воздух и, сделав пасс руками, превратила сеть из сверкающих капель в большую каплю воды.

— Вот это да! — ахнул Чеофа. — Где ты этому научилась?

— Не знаю, — пожала плечами Вея. — Плести Сеть и колдовать пыльцу научила меня матушка, а вот каплю... Я впервые наколдовала воду.

— Это значит, что ты стала магом своей стихии, — улыбнулся Вее Эллоран.

Вея смущенно улыбнулась в ответ и отправила каплю в небо.

— Спасибо! — раздался голос Оле, и капля стала расти, пока вновь не стала большой, как Дух Леса. Тогда Оша принесла с пухового ковра листок, деревяшки-ноги и маску Оле.

Ветер подхватил зелёный листочек, ноги и маску, закружил их вокруг капли. Ветер кружил все быстрее, поднимая с земли пыль, которая скрыла каплю от глаз. Когда пыль опала, перед всеми вновь стоял Оле.

— Оле! Ура! — улыбнулся Аюм и подошёл к Духу Леса, который потрепал его по рыжей голове. Оле обернулся к ковру из тополиного пуха и подал сумки Аюму и Чеофа. Как только ковер опустел, он разлетелся легкими пушинками.

— Это, конечно, замечательно, — хмуро проговорила Анемона и вышла вперёд, — что вы освободили афа. Но не забывайте — у меня в плену целый Жемчужный Город!

— Это легко поправить! — ответил ей Чеофа, вешая сумку на плечо, и хитро посмотрел на подлетевшего к нему Огонька. — Друг, я могу тебя попросить о помощи ещё?

Огонек, облетев вокруг афа, радостно запищал и опустился Чеофа на плечо.

Анемона захохотала.

— Твой малыш, конечно, помог тебе бежать, — хмыкнула Королева Жуков. — Но освободить целый город ему точно не под силу.

— Ему — да, — согласно кивнул Чеофа, погладив заклинание. — Но нас-то много, — афа кивнул в сторону войска стрекоз.

— Я согласна с магом Огня, — кивнула Лилия. — Мы освободим Жемчужный Город.

Улыбка спала с лица Королевы Жуков.

— Ваше Величество, — Оле, грузно переваливаясь, подошёл к Анемоне, — прошу Вас извинить меня за ветер, — Анемона удивленно посмотрела на Духа Леса. — Но Вы были неправы. Освободите Жемчужный Город, верните мотылькам их пряжу, и Вас больше не будет беспокоить Живая Вода. Слово Духа Леса, — Оле положил на сердце руку.

Королева Жуков хмуро глядела на Духа Леса.

— Дух Леса, неужели ты, и правда, думаешь, что дело в Тлокке и Живой Воде? — спросила Анемона и, покачав увенчанной рогатой короной головой, сказала: — Дело в ней, — Королева Жуков указала обеими правыми руками на свою сестру. — Она всегда была лучшей, умной и красивой! — возмущалась Анемона. — А я... а я... Я всегда была уродиной, не умела колдовать! И жуки, — Анемона кивнула на свое войско, — только они пошли за мной! В Олосе, городе стрекоз, надо мной только смеялись. Говорили, Зелёная Принцесса! — Анемона пожала от обиды губы.

— Да, когда мы были юными, я дразнила тебя, — Лилия шагнула к Анемоне, и все посмотрели на Королеву стрекоз. Пиона и Астра удивленно переглянулись. — Прости меня. Я была глупой, и не понимала, что делаю тебе больно.

Анемона молча кивнула.

— Но мне никогда не стать такой, как ты, — искренне призналась Королева Жуков. — Мне никогда не стать Королевой Олоса.

— Но ты уже Королева, — обратился к Анемоне Оле. — У жуков никогда не было своего правителя, — улыбнулся Дух Леса и положил ладонь на плечо Анемоне. — А ты им помогла, построила целый город. Ты прекрасная Королева Жуков, и тебе не надо быть как Лилия.

Анемона тяжело вздохнула и опустила глаза.

— Я поступала плохо, — тихо сказала Королева.

— Это я виновата, — призналась Лилия. — Если бы ты не поверила мне, не поверила в то, что ты — плохая... — Королева Олоса на глазах у изумлённых поданных подошла к сестре и крепко обняла ее. — Нельзя позволять другим решать, кто ты, — заплакала Лилия, а Анемона не могла пошевелится. — Ты простишь меня?

Анемона неловко положила руки на плечи сестре и обняла её.

— Конечно, — прошептала Королева жуков, смахивая слезу. — Я прощаю тебя. А ты меня?

— Да, конечно, я прощаю тебя, — Лилия отстранилась и заплаканными глазами посмотрела на Анемону. — Я люблю тебя, сестра. И всегда любила.

Дети во все глаза смотрели на обеих королев, Пиона и Астра, обнявшись, плакали навзрыд. Огонек пищал, поливая плечо Чеофа горячими слезами. Эллоран и Иллиан, загадочно улыбаясь, смотрели на детей леса: стрекоз, жуков, афа, маири, феола, наофа... Дух Леса улыбался.

— Ну это просто улёт какой-то! — пропищал Йо-Йо. Йеф беспокойно летал, крутился и вдруг завис. — Да ну вас, упади твою звезду! — йеф не выдержал и заплакал с таким писком, что остальные вздрогнули.

Анемона подошла к Эллорану и Иллиану и, поклонившись ночным шелкопрядам попросила у магов прощения. Маги её, конечно, простили. Королева Жуков пообещала направить пауков в Жемчужный Город, чтобы они помогли мотылькам восстановить дома.

__

Вечером того же дня в Тлокке устроили большой праздник Примирения. На праздник даже прибыли шелкопряды из Жемчужного Города. Тлокк ярко украсили светящимися грибами и мерцающей паутиной. Весело играла музыка, а жуки танцевали вместе со стрекозами. Даже Ррок, которого с трудом освободили из плена сухого дерева, прихрамывая, плясал.

Мадам Лу вместе со своими улитками была крайне удивлена происходящим. Но Анемона пообещала знатной гусенице комнату на зиму во дворце, а Эллоран любезно пожертвовал клубок шелковой пряжи на случай холодов. Мадам Лу, опешив, даже не знала, что и говорить.

Огонек танцевал вместе с Йо-Йо, а Дух Леса призвал зелёных светлячков, которые осветили небо удивительным салютом.

На празднике Примирения Чеофа попросил прощения у Хранителя, и тот открылся. Правда, афа не стал прятать в нем Огонек. Чеофа убрал в Хранитель семечко папоротника и передал его Эллорану с Иллианом. Чеофа попросил шелкопрядов хранить семечко до его возвращения в Жемчужный Город.

Анемона и Лилия отправили гонцов-стрекоз и гонцов-жуков с вестями в другие города о том, что вражда между стрекозами и жуками закончилась. Вести дошли и до Долины Парящих Цветов, и до Дома Магии. Отправили гонцов и родителям Та’Шеома в Небесный Город, которые, получив послание, тут же прилетели. Та’Шеом был крайне рад своим родителям, что обнимали сына и плакали от счастья: они везде его искали, не могли найти и крайне испугались. Анемона принесла свои извинения, а Дух Леса поручился за Анемону перед родителями Та’Шеома — Оле пообещал, что Королева Жуков больше не будет поступать плохо.

На утро следующего дня из Дома Магии в Тлокк прилетел посыльный феола с письмом от старшего наставника Школы Дома Магии Эк’Туума. Наставник поздравлял стрекоз и жуков с окончанием вражды, а ученикам передал вести о том, что их ждут в Школе. Несмотря на то, что юные маги нарушили множество правил Школы, их не будут исключать (Королева Лилия говорила с Эк’Туумом и рассказала ему о Эгуршуфе и Скорлупке, из-за которой Чеофа и наколдовал Огонек). Только, по возвращению, ребят ждут дополнительные задания по всем предметам и уборка в классе. А пока Эк’Туум и наставники желают детям успешного завершения их миссии.

Ребята, прочитав письмо, так радовались, что устроили продолжение праздника с песнями и плясками. После торжественного обеда Та’Шеом и его родители, которые остались на праздник, напомнил о своём приглашении в Небесный Город.

Афа, маири, наофа, феола, Дух Леса, стрекозы и жуки сидели за общим столом, который накрыли на площади перед башней Королевы Жуков. Стол ломился от ягод, орехов, коры для жуков и родниковой воды. В воздухе, над праздничным столом, летали маленькие светлячки. Правда, Йо-Йо уснул в тарелке, и даже Огонек не мог его разбудить.

— Я был бы рад, если бы вы отправились в Небесный Город, — улыбнулся Та’Шеом ночным шелкопрядам и откусил ягоду.

— И мы были бы рады, — мягко ответил Эллоран, посмотрев на кивнувшего ему Иллиана. — Только у нас много работы в Жемчужном Городе.

Та’Шеом поник, но Иллиан, улыбнувшись, посмотрел на него.

— Мы обязательно прилетим в Небесный Город, но чуть позже, — пообещал Иллиан. — Когда восстановим свой город.

Та’Шеом согласно кивнул и обратился к ученикам Дома Магии:

- А вы, ребята, придете в гости? - спросил Та'Шеом.

Чеофа посмотрел на Огонька, который отчаянно пытался разбудить йефа, что громко сопел.

— Друг, — сказал афа заклинанию, и Огонек, оторвавшись от своего занятия, посмотрел на мага, — ты не против наведаться по дороге в ещё одно чудесное место?

Огонек подлетел к афа и радостно запищал.

— Кажется, из Школы нас уже не исключают, — улыбнулась Вея. — А я всегда мечтала увидеть Небесный Город.

— Только как мы туда доберёмся? — поинтересовалась Оша. — На ковре стрекоз из тополиного пуха?

— Или на повозке Мадам Лу, — пробасила, подползая, гусеница. — Я могу одолжить вам ее.

Собравшиеся удивленно посмотрели на знатную гусеницу.

— Ну... — Мадам Лу замялась. — Я ведь тоже хорошая, — проговорила она, потупив взгляд.

— Конечно, — улыбнулся Дух Леса, и сидевшие за столом рассмеялись.

— Подождите немого, — загадочно улыбнулся отец Та'Шеома, Эр'Шеом, невысокий пухленький феола с добродушным лицом.

— Да, чуть-чуть, — улыбнулась его жена, Эл'Авия.

— Смотрите! — воскликнула Оша, показывая в небо. — Феола!

Все, кто сидели за столом, посмотрели наверх: летела целая делегация из Небесного Города. За одетыми в белые одежды феола на силе магии Ветра летела самая настоящая карета, только выполненная из тончайших серебряных нитей.

— Упади мою звезду! — ахнул проснувшийся йеф.

— Нечасто спасают принцев Небесного Города, — улыбнулся Эр’Шеом.

— Принцев? — хором воскликнули Оша и Вея, во все глаза смотря на смущённого Та’Шеома.

— Девчонки! — закатил глаза Чеофа, а Аюм легонько толкнул афа в бок.

Глава 10. Небесный город

После праздничного обеда Королева Лилия и Королева Анемона обнялись и попрощались. Сестры твердо решили поддерживать мир в обеих королевствах и больше не воевать. Король Небесного Города Эр’Шеом пообещал Королевам, что присмотрит за детьми. Дух Леса заверил Лилию, что он сопроводит детей до конца их путешествия, ведь Огонек ещё не привёл Чеофа туда, куда стремился привести. А ещё Дух Леса был уверен в том, что стрекозам уже не нужно сопровождать их — он, Оле, справится, а дети будут вести себя послушно. Эр’Шеом присоединился к Духу Леса, заверив Пиону и Астру в том, что маги, которые спасли его сына и примирили стрекоз и жуков, смогут самостоятельно завершить своё путешествие. Эллоран и Иллиан были согласны с Королем.

Лилия, Пиона и Астра долго прощались с ребятами и приглашали их в гости на каникулы. Хоть Королева Жуков боялась, что ребята ей откажут, она тоже пригласила юных магов в гости. На радость Анемоне, дети простили её и согласились.

После пышного обеда стрекозы возвратились в Олос, Королева Анемона вместе Эллораном, Иллианом, пауками и Мадам Лу отправилась восстанавливать Жемчужный Город, а Оле и ученики Дома Магии полетели в город небесных феола.

__

Небесный Город располагался выше облаков. Город, зачарованный магией феола, парил на силе ветра. Перламутровые дома, похожие на сверкающие коконы, спиральными башнями с множеством балконов устремлялись ввысь. Изящные мосты соединяли верхние этажи тонких башен, между которыми плыли островки зачарованной земли, украшенные цветами и висящими вьюнами.

Феола, завидев возвратившуюся королевскую семью, радостно летели навстречу и сопровождали летящую карету до королевского дворца. Дворец Эр’Шеома украшали пять спиральных башен: четыре более маленьких окружали центральную, что завершалась сверкающим шпилем. Перед дворцом на облаке парила площадь, куда приземлилась плетёная карета и королевская чета со свитой.

— Ну вот мы и прибыли, — улыбнулся Та’Шеом своим гостям, которые, восхищённо разглядывая Небесный Город, спустились на площадь.

— Как красиво! — охнула Оша.

Город феола ярко освещало солнце, и спиральный дворец Короля переливался на фоне синего неба.

— Вот это да, — восхищенно проговорил Оле. Капля Духа Леса искрилась на свету, а плащи магов, выполненные из туманной росы, сияли серебром.

— Сверкает, как тысячи звёзд! — пискнул Йо-Йо.

— Добро пожаловать на высоту тысячи облаков, — улыбнулась Королева Эл’Авия.

— Можно и не так пафосно, дорогая, — рассмеялся Эр’Шеом. — Просто город в небе. Подумаешь.

Юные маги, заворожённо глядя по сторонам, вместе с Духом Леса шли за королевской семьёй. Другие феола, оставаясь на почтительном расстоянии, с интересом рассматривали гостей.

— Я хочу показать вам летающих змеев, — обратился Та’Шеом к друзьям. — И научить вас летать!

— Летать? — переспросил Аюм. — Но у нас же нет крыльев!

— Не беда, — заверил принц. — Крылья — дело наживное.

— Ты говоришь так, будто крылья можно отрастить, — ответила Оша, и они стали подниматься по перламутровым ступеням парадной лестницы дворца. По обеим сторонам лестницы несли почетный караул феола в голубых доспехах.

— Для того, чтобы летать, крылья не обязательны, — ответила Королева Эл’Авия. — Смотрите, ни у Йо-Йо, ни у Огонька крыльев нет.

— Но их держит магия! — возразил Аюм.

— Конечно, — согласно кивнул Король Эр’Шеом. — Но, подумайте, Йо-Йо — упавшая звезда, — йеф, услышав слова Короля, возмущённо задрожал. — А вдруг звезды не падают, а взлетают? — улыбнулся Эр’Шеом и Йо-Йо радостно пискнул. — И тогда все становится понятно.

— Понятно — что? — непонимающе спросил Аюм.

— Что падение может стать полетом, и даже маленький Огонек может разжечь пожар дружбы, — закончил Чеофа, погладив Огонька, который сидел у него на плече, по тёплой спинке.

Ребята удивленно посмотрели на юного мага.

— Так и есть, — улыбнулась Эл’Авия. — Так и есть.

Стража любезно отворила резные врата дворца перед Королем и его гостями. Убранство дворца было светлым и радостным; желтые лампы плыли под высокими сводами залов, а мебель не имела ножек и парила в воздухе. Аюм, Чеофа, Оша, Вея и Оле восхищались удивительным миром небесных феола.

Королевские слуги разместили гостей в комнатах, выдали новую одежду и накрыли пышный стол в королевской трапезной.

Сквозь ажурные окна трапезной лился солнечный свет; белый, уставленный яствами, стол парил над полом, а гости разместились подле стола на парящих полушках.

— После таких праздников я, кажется, в двери Великого Зала не пройду, — пошутил Чеофа, кладя в рот очередную ягоду.

— После таких приключений и темницы Королевы Анемоны кушать надо хорошо, — ответил ему Аюм с набитым ртом.

— Я бы даже сказала, очень хорошо, — рассмеялась Вея. — Ведь наше приключение ещё не закончилось.

— Ага, — согласилась Оша и заправила за зеленое ухо прядь белоснежных волос. — Все только начинается.

— Древо упаси! — пискнул Йо-Йо. — Ещё одной битвы я не переживу.

Оле низко рассмеялся.

— Думаю, битв больше не будет, — заверил йефа Дух Леса. — Но это не значит, что приключение завершилось. Нам ещё нужно помочь Огоньку, — Дух Леса улыбнулся заклинанию, что дрожало на плече Чеофа. Огонек довольно пискнул. — Мы должны отправиться туда, куда ведёт нас Огонек.

— Тогда не помешает немного вздремнуть, — зевнул Йо-Йо и упал в тарелку.

__

После обеда Та’Шеом отвёл ребят на самый высокий балкон дворца, над которым парили воздушные змеи — зачарованные белые лепестки цветов с перышками из пуха по бокам. Воздушные змеи были похожи на игрушечных птичек.

Та’Шеом уверенно подошёл к одному и лепестков и, руками опустив его ниже, забрался в него. Пёрышки из пуха тут же раскрылись, будто крылья, и лепесток поднялся выше.

— Ну же! — приободрил Та’Шеом своих растерянных друзей. — Вы же летали уже столько раз, и на ковре из тополиного пуха, и с Мадам Лу, и на нашей карете!

— Но мы никогда не летали сами, — Вея нерешительно дотронулась до лепестка, который любезно опустился ниже.

— Так самое время попробовать, — подмигнул Та’Шеом. — У вас получится!

Вея аккуратно забралась в лепесток, и он раскрыл свои крылья.

— И что теперь делать? — спросила маири, чувствуя, как лепесток качнулся в воздухе.

— Попросить его лететь! — ответил Та’Шеом.

— Лепесток, пожалуйста, лети, — тихонько прошептала Вея, и воздушный змей взмахнул крыльями. Лепесток полетел и девочка от неожиданности охнула. — Тише! — воскликнула Вея, и змей послушно остановился.

— А почему вы их зовёте змеями, — спросил Чеофа, забираясь в свой лепесток, который тут же раскрыл крылья. Огонек взлетел с плеча афа и завис рядом.

— Потому что первых змеев мы делали из осоки, и они получались похожими на настоящих змей, — ответил Та’Шеом.

Следом за Чеофа на воздушного змея забрался Аюм, за ним — Оша.

— Ну что, — Та’Шеом обернулся на ребят, — полетели?

— А ты почему не на своих крыльях? — спросил Чеофа, подлетев ближе к Та’Шеому. Огонек в нетерпении завис над ребятами.

— Сейчас узнаете! — воскликнул феола и, пролетев вперёд, радостно воскликнул. — Сила Ветра, неси нас!

Вторя словам Та’Шеома, поднялся ветер и, подхватив воздушных змеев, понёс их к облакам. Огонек, радостно пискнув, полетел следом.

— Мама! — воскликнула Оша, изо всех сил держась за свой лепесток.

Ветер нёс лепестки между пушистых облаков. От скорости полёта захватывало дух: воздушные змеи то взмывали ввысь, то отпускались вниз на потоках ветра. Вдруг, откуда не возьмись, вылетел Йо-Йо и крутанувшись, устремился следом за ребятами. Огонек догнал Йо-Йо и полетел рядом с упавшей звездой. Ветер нёс змеев над Небесным Городом, между перламутровыми башнями и изящными балконами; змеи пролетали над парящими улицами и сквозь пушистые облака. Дети смеялись, а йеф и заклинание радостно сверкали в лучах яркого солнца.

Когда змеи вернулись на балкон дворца, юные маги были охрипшими от смеха, а Йо-Йо и Огонек тут же уснули на плечах Чеофа.

__

— Я очень рад тому, что вы приняли мое приглашение, — улыбнулся Та’Шеом ученикам школы.

— Вы всегда желанные гости Небесного Города, — Король Эр’Шеом положил на сердце руку и поклонился ребятам.

Небесный город сверкал в лучах раннего утреннего солнца. Оша, Вея, Чеофа, Аюм и Дух Леса прощались с королевской семьёй на ступенях дворца.

— Прилетайте к нам на каникулы, — предложил Та’Шеом.

— Обязательно, — подмигнула ему Оша.

— Кажется, на ближайших каникулах у нас будет ещё одно приключение, — заметил Чеофа. Огонек на плече афа согласно пискнул.

— Я только за! — согласился Аюм.

— А мне кажется, что все каникулы мы будем отрабатывать пропущенные занятия, — вздохнула Вея.

— Ба! — удивился Чеофа. — Госпожа Учебник не хочет учиться?

— Конечно хочет! — возмутилась Вея. — Толстяк!

— Неужели опять? — закатил глаза Йо-Йо и возмущённо задрожал.

— Да они не серьезно, — рассмеялся Дух Леса. — Они по-дружески.

Феола подали карету, и Дух Леса с учениками Школы сели в неё. Эл’Авия, Эр’Шеом и Та’Шеом долго смотрели вслед улетающим ребятам.

__

— Ну что, малыш, — обратился Чеофа к Огоньку, когда их карета в сопровождении феола летела по небу, — веди нас дальше.

Огонек, пискнув, взлетел с плеча афа и, крутанувшись, полетел вперёд, указывая путь.

Солнце взошло невысоко, и небо было ещё фиолетово-голубым. Края лёгких облаков светились в лучах утреннего солнца. Феола, что везли карету с путниками, летели за Огоньком, который красной звездочкой мерцал впереди. За Огоньком летел серебряный Йо-Йо. Процессию сопровождали птицы, которые звонко пели.

Огонек повернул между облаками, и на горизонте стало видно величественное Древо. Оно было таким высоким, что его крона терялась в облаках.

— Кажется, Огонек ведёт нас к Сердцу Леса, — предположил Дух Леса.

— Вот это да! — всплеснула руками Оша.

Солнце встало уже высоко, а Огонек все ещё летел между облаков. Монументальное Древо Жизни стало ближе. Теперь был виден его золотой, состоящий из переплетённых стволов, ствол. Облака плыли ниже кроны Древа, что терялась в синеве небосвода.

Огонек опустился ниже и полетел над кронами деревьев; Йо-Йо остался рядом с путниками.

— Неужели к Древу Жизни нельзя подлететь по воздуху? — спросил Чеофа Оле, когда их летающая карета стала медленно спускаться.

— Подлететь-то можно, — согласился Дух Леса, — но мы же не знаем, чего хочет Огонек. Древо Жизни окружает Забытый Лес — волшебное место Леса. Вдруг заклинание хочет провести нас через него?

— Название-то какое, — поежилась Оша, — Забытый Лес.

— Там просто никто не живет, кроме Стражей Леса, которые берегут Сердце Леса — Древо, — пожал плечами Оле.

— Ой, — Чеофа нахмурился. — Забытый Лес, Стражи Леса.... может, по воздуху, а?

— Ты, кажется, не любил летать, — напомнила ему Вея.

— Это было давно, — фыркнул Чеофа.

— Всего-то несколько дней назад! — напомнила ему Вея, и Чеофа почесал кончиком хвоста за ухом.

Феола, что несли карету с помощью магии Ветра, опустились ещё ниже, и полетели над полем, что раскинулось перед Забытым Лесом. Со стороны леса текла звонкая река, по берегам которой росла невысокая трава с белыми цветочками. Огонек уже дрожал между деревьями, ожидая, когда путники спустятся на землю. Феола бережно опустили карету на берег реки и, пожелав ребятам и Духу Леса счастливого пути, улетели.

— Ну что, — Дух Леса подмигнул ребятам, — наше приключение продолжается?

— Несомненно! — уверенно пискнул Йо-Йо и полетел за Огоньком.

Глава 11. Сердце Леса

Оле, Оша, Вея, Аюм и Чеофа шли вдоль ручья, что тёк по Забытому Лесу. Огонек и Йо-Йо летели впереди: красная и серебряная звездочки мерцали среди деревьев. Лес был тёмным и густым, ветви сплетались над головой, над зарослями кустов летали разноцветные светлячки. Свободным был берег звонкого ручья, по которому и шли путники. Вдалеке, сквозь листву, иногда можно было видеть золотистый ствол могучего Древа.

— Ох, а это что такое? — спросила Оша, указывая на поросшие мхом ветви коряжистого дерева, между которыми располагались необычные домики, похожие на палатки из мха. В одном из домиков светились желтые глаза.

— Это домики Стражей Леса, — ответил Оле, и ребята испуганно посмотрели на него. — Не нужно бояться. Стражи охраняют Древо Жизни и Забытый Лес. Стражи Леса чувствуют, что мы пришли с добром, и не тронут нас.

— А если кто-то решит к Древу прилететь, у Древа есть воздушная охрана? — спросил Чеофа, рассматривая особо большой домик у корней дерева, в темноте которого горели красные глаза.

— Конечно есть, — согласно кивнул Оле.

— Ух-ты! — удивилась Вея. — А кто охраняет Древо с воздуха?

— Лунный Дракон, — ответил Дух Леса и дети остановились.

— Кто?! — переспросил Аюм.

— Лунный Дракон, — улыбнулся Оле. - Его ещё называют Духом Ветра.

Чеофа посмотрел на дрожащего в воздухе Огонька.

— А может, мы как бы немного не пойдём... — растерянно проговорил афа.

— Огонек помог тебе, — Дух Леса погладил Чеофа по рыжей голове, — и ты помоги ему. А Лунный Дракон — добрый, он не тронет тех, кто пришли к Древу с миром. Лунный Дракон сможет даже помочь вам.

— Помочь? — удивилась Вея. — Как Дух Ветра нам поможет?

— Пойдёмте и узнаем, — улыбнулся Дух Леса.

Оле грузно зашагал вдоль ручья, и дети пошли за ним. Плащи ребят из туманной росы тихо светились. Через некоторое время путники остановились у ручья на привал, поели запасенных ягод и продолжили путь.

Лес становился все гуще, домиков встречалось все больше, и даже над речушкой ветви деревьев так плотно сплелись, что было почти не видно неба. Огонек и Йо-Йо летели над ручьём в окружении светлячков.

Вдруг заросли подле ближайшего домика, что располагался у корней дерева, зашевелились, и к путникам вышел трухлявый пень. Пенёк переваливался на корнях, шёл, опираясь руками-веточками на палку-копьё. У Пня были зеленые, как у Духа Леса, глаза, а на деревяшке-голове, что парила над полым стволом, росли зеленые грибы.

— Ох! — воскликнула Оша, и дети остановились.

— О, старина Пень! — улыбнулся Оле и раскинул в приветствии руки. — Как я рад тебя видеть!

— Оле! — проскрипел Пень, но рук в приветствии не раскрыл. — Зачем ты нарушил покой Забытого Леса?

— Прости нас, но мы идём помогать Огоньку, — Оле указал на Огонек, что летал вместе йефом впереди. — Он ведёт нас, видимо, к Древу.

— Огонь — враг леса! — хмуро ответил Пень и выставил вперёд своё копьё. — Я не пущу вас!

— Ну вот, опять! — воскликнул Йо-Йо. — Начинается...

— Огонек может быть и другом Леса, — заступился за заклинание Чеофа. — Холодной зимой Огонек спасает детей Леса от холода, согревает нас. Только надо обращаться с Огнём, как с другом, — улыбнулся афа, посмотрев на заклинание, что подлетело к нему и довольно пискнуло.

— О, маг Огня! — заскрипел Пень, подойдя ближе к Чеофа. — Знаю я Вас, очень хорошо знаю. Не пущу! — Пень уверенно ударил древком своего копья о землю, и сухое дерево хрустнуло.

— Ты своей сердитостью себя сломаешь, — улыбнулся Оле. — Лучше идём с нами, — Дух Леса подмигнул Пню, но тот отрицательно покачал головой.

— Я не могу пустить Вас, — ответил Пень. — Таковы правила Забытого Леса.

— Я, Дух Леса, впервые слышу о правилах, — ответил Оле, и Пень нахмурился. — Или само Древо нашептало их тебе?

— Нет, — ответил Пень.

— Тогда, как Дух Леса, велю тебе, Стражу Леса, пропустить нас, — строго сказал Оле, и Пень нехотя убрал своё копьё за спину.

— Благодарю, — поклонился Оле Пню. — Можешь пойти с нами, — улыбнулся Дух Леса, но Пень, сердито скрипнув, зашагал обратно в лес.

— Хвала Древу, миновало лихо! — пискнул кружащий рядом Йо-Йо.

— Хвала Оле, — поправила йефа Оша.

— Хвала всем нам! — басовито рассмеялся Дух Леса и зашагал вдоль ручья.

Юные маги шли за Оле, а йеф и Огонек вновь летели впереди. Из домиков на деревьях на путников смотрели глаза Стражей Леса, но ни кто из них так и не вышел к магам.

Забытый Лес редел, ручей становился шире и звонче, пока деревья не расступились, и перед детьми не предстал удивительный вид.

На испещрённом ручьями поле высилось невероятных размеров Древо. Золотой ствол, состоящий из сплетенных между собой стволов, будто ажурное кружево, поднимался на невероятную высоту. Из-под корней Древа бил грандиозный водопад Живой Воды, что собиралась в большое озеро, в центре которого высилось Древо. Корни Древа Жизни были настолько огромны, что на них росли деревья и пели птицы.

— Вот это да! — восхитился Чеофа. — Это Сердце нашего Леса?

— Да, — ответил Оле. — Оно чудесно!

— Оно невероятно! — всплеснула руками Оша.

Огонек в нетерпении дрожал, летая вокруг детей и Оле. Йо-Йо летал следом за заклинанием.

— Кажется, Огоньку не терпится привести нас к Древу Жизни, — заметил Оле. — Идемте!

Огонек, радостно пискнув, полетел к Древу, и Йо-Йо с трудом поспевал за заклинанием. Оле зашагал по берегу ручья, ребята двинулись следом.

На берегу ручья рос тёплый мох, устланный жёлтыми цветами, летали бабочки и стрекозы. Путников сопровождали птицы, которые звонко пели. Ярко светило солнце, лёгкий ветер приносил сладкий аромат цветов. Берег делался все выше и выше, пока из-под земли не стал подниматься гигантский корень Древа, поросший мхом. Оле повёл юных магов по корню Дерева, что, будто мост, возвышался над землёй. Другие корни поднимались рядом, и детям чудилось, что идут они по ажурному мосту, поросшему цветами.

Оша остановилась и дотронулась до корня Древа.

— Оно тёплое! — удивилась Оша.

— Конечно тёплое, — ответил Оле, и Вея, Чеофа и Аюм тоже дотронулись до корней Древа. — Оно – живое.

Дух Леса кивнул ребятам, и дети продолжили идти по корню за Огоньком.

— Все, что вы видите, — Оле показал вокруг себя руками. — Все живое. И воздух, и деревья, и земля.

— И даже облака? — спросил Чеофа.

— И даже облака, — улыбнулся Оле.

— И даже звезды! — пискнул издалека Йо-Йо.

— И звезды, — согласился Дух Леса.

— Получается, весь Лес — живой, — предположила Оша и на ходу погладила тёплый корень Древа.

— Конечно, — кивнул ветвистой головой Оле. — Весь наш необъятный Лес — живой. Все в нем дышит и живет, и маленький светлячок, и птицы в небе.

— Интересно, что находится там, где заканчивается Лес? – спросил Аюм.

— Этого никто не знает, — улыбнулся Оле.

— Наверное, другой Лес, — предположил Чеофа.

— Может, и другой Лес, — согласился Оле.

— Как Вы думаете, в том Лесу тоже есть Древо? — спросил Аюм.

Дух Леса пожал плечами:

— Все может быть, — загадочно ответил Дух Леса.

Корень, по которому шли странники, поднимался выше, становился шире, и по его краям росли низкие кусты и деревца, среди листвы которых благоухали цветы. Ствол Древа высился золотым монументом; впереди, окутанный дымкой брызг, шумел водопад Живой Воды, что низвергался из-под сплетенных корней Древа Жизни. Над водопадом летали птицы. Огонек и йеф уже ждали ребят подле Древа.

Вдруг поднялся сильный ветер, кустарники и маленькие деревца, что росли на корнях Древа, зашумели, и с их крон слетели лепестки цветов. Лепестки облетели остановившихся детей и Духа Леса, поднялись выше и закружились. Лепестки кружились все быстрее и быстрее, сливаясь в единое сверкающее облако. Когда лепестки опали, в воздухе парил белый Дракон. Тело Дракона будто светилось, а большие глаза мягко смотрели на гостей Древа. У Духа Ветра были прозрачные перламутровые, как у бабочки, крылья, длинный хвост и мохнатые усики.

— Вот это да! — ахнул Чеофа, во все глаза глядя на удивительное существо.

— Я — Дух Ветра, Лунный Дракон, — мягким басом представился Дракон и опустился ниже. Йо-Йо и Огонек подлетели к дракону ближе. — Я знаю, зачем вы пришли сюда, — Дух Ветра посмотрел на Огонек. — Только прежде чем помочь вам, мне надо убедиться, что вы действительно те маги, о которых говорил Эгуршуф.

— Хранитель Огня говорил о нас? — удивленно спросил Чеофа.

Дракон взмахнул крыльями и опустился на корень Древа перед ребятами.

— Эгуршуф говорил о магах, что принесут мир в Лес, и Лес станет таким, каким он был до Воскресения. Чтобы узнать этих магов, Эгуршуф велел мне задать три вопроса тем, кто придёт к Сердцу Леса, — проговорил Лунный Дракон.

— А если мы неправильно ответим? — спросила Вея.

Дух Ветра улыбнулся и наклонил голову набок.

— Тогда вы просто вернётесь домой, — ответил Лунный Дракон и устроился удобнее на корне Древа. — Только отвечать нужно правильно, без ошибок.

Оша, Вея, Аюм и Чеофа хмуро переглянулись.

— Не переживайте! — приободрил юных магов Дух Леса. — Я уверен, вы знаете ответы.

— Конечно! — пискнул Йо-Йо. — Эти ответы знают все великие маги!

— Но мы ещё не маги... — хотел возразить Чеофа, но Огонек подлетел к нему и так строго посмотрел, что афа замолчал.

— Почему разумные заклинания сбегают от магов? — спросил Дракон.

Дети задумались. Чеофа почесал кончиком хвоста за большим рыжим ухом и робко посмотрел на Лунного Дракона.

— Потому что маги повелевают заклинаниями, — предположил Чеофа. — Если бы маги дружили со своими заклинаниями и сами бы им помогали, Хранители заклинаний были бы не нужны.

— Верно, — согласился Дракон. — Что надо сделать магу, чтобы его заклинание помогло ему?

Аюм глубоко вздохнул и посмотрел на Чеофа, а потом, и на Дракона.

— Магу надо извиниться за пленение перед заклинанием и исполнить просьбу заклинания, — тихонько ответил Аюм.

— Правильно, — улыбался Лунный Дракон. — Но надо уметь не только просить прощения, но и прощать, и тогда в Лесу будет мир, — подмигнул Дух Ветра. — Как вы думаете, чего же хотел ваш Огонек? — спросил Дракон.

— Дружбы, — ответила Вея и с улыбкой посмотрела на Чеофа, который улыбнулся ей в ответ.

— Вы назвали три величайших секрета магии: помощь, прощение и дружба. Их могут знать только великие маги, — Дракон поклонился. — Эгуршуф ждёт вас.

Лунный Дракон подошёл ближе к детям и, раскрыв крылья, подставил спину.

— Я отнесу вас к звёздам, — мягко проговорил Дух Ветра.

— Кажется, я уже привык летать, — рассмеялся Чеофа и аккуратно дотронулся до крыла Дракона.

— Не бойся, — приободрил его Лунный Дракон, — смелее!

Чеофа осторожно залез на белую спину Духа Ветра и ухватился за пластины хребта. Следом сели Аюм, Оша и Вея. Оле улыбнулся ребятам и помахал рукой. Огонек и йеф дрожали рядом с детьми.

— Вы готовы? — спросил Дух Ветра.

— Да! — хором ответили ребята, и Лунный Дракон расправил крылья. Дух Ветра взмахнул крыльями, лапами оттолкнулся от корня и полетел.

Дети крепче ухватились за хребет Дракона; спина под наездниками качалась от взмахов массивных крыльев, ветер свистел в ушах. Йо-Йо и Огонек летели впереди, а Оле, что остался подле Древа Жизни, махал ребятам рукой.

— Вот это да! — воскликнул Чеофа, когда Дух Ветра стал подниматься. Дракон, облетая ствол могучего Древа, летел выше и выше, к самой поднебесной кроне. Йо-Йо и Огонек звездочками мерцали впереди, а Лунного Дракона сопровождали птицы.

Когда Дракон поднялся выше облаков, зрелище предстало невероятное: внизу, под облаками, сверкал водопад Живой Воды и ручьи поля Сердца; за полем до самого горизонта раскинулся необъятный лес. А над головой, в вышине темно-синего неба, шумела могучая крона Древа, между листьев которой сверкали звёзды.

Подул лёгкий ветерок, ближайшие ветви Древа качнулись, и с них сорвались серебряные звёзды. Звезды летели вниз и гасли среди облаков.

— Звездопад! — ахнула Оша.

— И никто не долетел до Леса, — разочарованно пискнул Йо-Йо, смотря на то, как упавшие звезды тают среди облаков.

— Как никто, — удивился Дух Ветра. — А ты?

Йо-Йо радостно крутанулся вокруг своей оси и догнал Огонька, который уже сверкал среди других звёзд могучей кроны Древа.

Лунный Дракон поднялся на высоту нижних ветвей Древа и летел между ослепительными туманностями и звёздами; глянцевые листья Древа тихо шелестели. Ветви Древа отражали звезды и казались созданными из сверкающего хрусталя. Дракон взмыл ещё выше, ветви стали ещё гуще, они переплетались, образовывая удивительные узоры. Дракон пролетел между ветвями, и взору предстала удивительная картина: на трёх сплетенных ветвях стоял двухэтажный дом с алой крышей. Подле дома был разбит удивительный сад, в котором росли огненные цветы: бархатцы, розы, гладиолусы. Когда свет звёзд освещал высокие ножки цветов, казалось, что цветы парили над землёй. Трава подле дома была ровно стережена, и над ней летали жуки и стрекозы. Порхали бабочки и мерцали светлячки. К дому вела выложенная из кирпича дорога, а у летней веранды, в тени яблонь, сверкал маленький пруд, в котором плавали кувшинки. В центре пруда располагался плавучий город, между игрушечными домами которого рос камыш. Над прудом летали стрекозы: они очень любили отдыхать в тени яблонь, в плавучем городе Олос. А за домом раскинулся густой лес и овраг, в низине которого тёк звонкий ручей.

— Папа! — возмутилась Маша. — Ты же про наш дом рассказываешь! Как он мог оказаться в Сердце Леса, в волшебном месте, куда полетел Лунный Дракон и ребята?

— А разве наш дом не находится в Сердце? — мягко спросил отец и погладил дочку по голове.

— Но ведь Дух Ветра полетел к Хранителю Огня, к Эгуршуфу! — удивился Ваня.

— Конечно, — согласился отец. — Дух Ветра полетел к Хранителю Огня.

— Но почему Эгуршуф живет в нашем доме? — спросила Маша.

— А где же ещё жить Хранителю Огня, великому магу, который дарит тепло всему Лесу, и чей дом находится в Сердце?

— Ну не знаю, — Ваня задумался и посмотрел на свой дом, в окнах которого отражалось яркое солнце. — Может, на далекой планете, которая состоит из огня?

— И как Хранитель Огня, что живет на далёкой планете, может согреть обитателей Леса? — улыбнулся папа. Сын пожал плечами.

Стояло тёплое лето, в воздухе витал сладкий аромат цветов и звонко стрекотали кузнечики. Маша встала, взяла из корзины ягоду и вновь опустилась на плед, который расстелил отец в тени самой большой яблони сада.

— А почему Духа Ветра называют Лунным Драконом? — Маша с любопытством посмотрела на папу.

— Когда Лунный Дракон летает ночью, он собирает с облаков лунный свет и относит его далёким звёздам, чтобы звезды светились тоже, — улыбнулся отец.

— Как интересно! Вот, оказывается, почему светят звезды! - улыбнулась Маша. - А что было потом? — спросила девочка, глядя на отца. — Зачем Эгуршуф позвал магов? — Маша положила ягоду в рот.

— Для этого надо слушать сказку дальше, — ответил папа. — Вы готовы, юные маги?

— Конечно! — ответили хором Маша и Ваня. Отец улыбнулся, обнял своих детей и, опёршись спиной о ствол яблони, продолжил рассказ.

Глава 12. Хранители

Когда Дух Ветра опустился перед домом Эгуршуфа и дети спешились с Лунного Дракона, Хранитель Огня вышел на крыльцо дома. Эгуршуф был одет в красную мантию, красный жилет и алые шаровары. Хранитель Огня выглядел как афа, его рыжие уши украшали маленькие кисточки, только у него была белая борода. В правой руке Эгуршуфа — высокий посох со сверкающим у навершия огнем. Огонек, увидев Хранителя Огня, радостно пискнул и подлетел к Эгуршуфу. Эгуршуф взмахнул посохом, и его дом превратился в золотой дворец, сверкающие башни которого терялись среди звёзд. Йо-Йо восхищенно летал.

Хранитель Огня спустился по грандиозным ступеням своего дворца и поклонился ребятам. Чеофа, Аюм, Оша и Вея поклонились в ответ. Дух Ветра взмахнул крыльями и почтительно склонил голову перед Эгуршуфом.

Эгуршуф взмахнул посохом ещё раз, и перед Хранителем Огня возник сверкающий фолиант. Эгуршуф велением руки раскрыл книгу и огненные страницы осыпали мага жёлтыми искрами. Огонек, звонко пискнув, облетел детей по кругу и сел в ладошку Чеофа. Афа осторожно погладил заклинание по тёплой спинке.

— Я был рад помочь тебе, друг, — улыбнулся Чеофа. Огонек радостно задрожал и взлетел. Заклинание ещё раз облетело магов и, крутанувшись вокруг себя, нырнуло в книгу, вызвав целый фонтан золотых искр.

Оша, Вея, Чеофа и Аюм с грустью смотрели на то, как Эгуршуф закрыл Книгу Огня.

— Вы помогли заклинанию попасть в Книгу, — мягко сказал Эгуршуф и взял обеими руками фолиант. — Теперь в Книге Огня на Огонек больше.

— Получается, разумные заклинания хотят попасть в Книгу? — спросил Чеофа.

— Каждый же хочет оказаться в сказке, — подмигнул Хранитель. — Но не каждый следует за своим сердцем. Не каждый готов помогать. Но если маг достаточно силён, и сам помогает своему заклинанию, то его ждёт настоящее волшебство, — Эгуршуф, улыбаясь, смотрел на Чеофа. — Ты помог своему Огоньку обрести дом. Вы все помогли Лесу, — Эгуршуф обвёл ребят взглядом. — Вы помирили стрекоз и жуков. Правда, мне пришлось постараться, чтобы вы смогли отправиться в путешествие: я потерял Скорлупку-Хранителя, отвлёк охрану Дома Магии...

— Как?! — удивилась Вея. — Ведь нас могли исключить из Школы!

— Не могли, — мягко ответил Эгуршуф. — Не только Королева Лилия говорила со старшим наставником Школы, Эк’Туумом. Я тоже являлся ему. А ещё я предупредил ваших родителей, чтобы они не беспокоились, — улыбнулся Эгуршуф.

— Так Вы все это время помогали нам? — удивилась Оша.

— Да, — кивнул Хранитель Огня. — Я помогал вам через заклинание Огонька, что вело вас.

— Зачем Вы помогали нам и вели нас? — спросил Аюм.

— Чтобы даровать вам Книгу, — Эгуршуф протянул Чеофа фолиант. — Но прежде чем даровать Книгу Огня, мне нужно было удостовериться в том, что я не ошибся в вас.

Чеофа нерешительно взял у Хранителя Огня книгу и удивленно посмотрел на Эгуршуфа.

— Но ведь это та самая Книга, что была у мага, который едва не погубил Лес? — спросил афа.

— Она самая, — согласился Эгуршуф. — Но дело не в Книге, — объяснил Хранитель Огня, видя, как нахмурились ребята. — Книга Огня не страшна чистой душе и доброму Сердцу, — заверил Эгуршуф. — А зимой Лесу крайне не хватает тепла, — добавил Хранитель Огня, улыбнувшись.

— Мы будем бережно обращаться с Книгой, — пообещал Чеофа Эгуршуфу, и посмотрев на своих друзей, сказал: — Мы не подведём вас.

— Конечно, — кивнула Вея.

— Мы научим теплу Лес, и птицы вновь будут петь звонко, — уверенно сказала Оша.

— Мы научим теплу других магов, — улыбнулся Аюм. — У нас получится.

— Они справятся! — пискнул Йо-Йо.

— Я не сомневаюсь, юные Хранители, — поклонился Эгуршуф и взмахнул посохом.

По велению Хранителя Огня, с кроны Древа слетели звезды и закружили вокруг детей, скрыв Эгуршуфа и Лунного Дракона от глаз. Йо-Йо подлетел ближе к ребятам и задрожал. Звезды кружились все быстрее и быстрее, пока не превратились в сверкающую радугу. Когда радуга рассеялась, дети оказались в Лесу. Оша, Вея, Чеофа и Аюм удивлённого оглянулись: они находились на деревянной площадке берега оврага рощи Мегалитов. Связанные между собой навесными мостами, гигантские трутовики Дома Магии тускло светились на стволах древних деревьев, поднимались ввысь, почти до самой кроны. Навесной мост, что был перекинут через овраг, вел к широкой дороге с огненными лампами, которая заканчивалась у врат Школы. Йо-Йо летал рядом.

— Как же так, — удивленно прошептал Чеофа, смотря на Книгу Огня в своих руках, — как мы оказались здесь?

— Эгуршуф помог, — пискнул Йо-Йо. — Теперь вы — Хранители Леса и Книги Огня.

Ребята переглянулись.

— А где Оле? — тихонько спросила Оша.

— Я здесь, — раздался низкий голос Духа Леса, и дети обернулись: ближайшие кусты закачались, и к ребятам вышел Оле. Дух Леса поправил свою маску и подмигнул магам. — Только дальше вы пойдёте сами. Я уверен, вы справитесь.

— Конечно, — звонко ответил Йо-Йо и сел Оле на плечо. — Они справятся.

— Только мне надо вернуться в Жемчужный Город, — сказал Чеофа и почесал кончиком хвоста за ухом. — Мне надо посадить папоротник.

— Скоро каникулы, — напомнила ему Вея. — Я думаю, наставник Эк’Туум позволит тебе отправиться к шелкопрядам.

— Я тоже так думаю, — согласился с Веей Аюм.

— Конечно, — заверил Чеофа Дух Леса и подмигнул. — Ну что, пора прощаться, — Оле смахнул навернувшуюся слезу. — До скорой встречи!

— Мы ещё увидимся? — тихонько спросила Оша и всхлипнула.

— Обязательно, — заверил её Оле и погладил по голове. — Вы даже не представляете, сколько ещё удивительных приключений ждёт вас впереди!

— Да, например встреча с родителями, — Аюм боязливо посмотрел Дом Магии, и Хранители рассмеялись. — Чувствую, что достанется по самые кончики ушей!

— А я наконец-то высплюсь, — мечтательно пропищал Йо-Йо и взлетев с плеча Духа Леса, облетел ребят по кругу.

— И я, — зевнул Аюм.

Дух Леса и Йо-Йо попрощались с ребятами, и дети стали спускаться по мосту, что вёл к дереву, в котором располагался Дом Магии. Оле и Йо-Йо смотрели вслед уходящим ребятам, пока те не дошли до врат Школы. Хранители обернулись, помахали Духу Леса и Йо-Йо и вошли в Школу.

— Как ты думаешь, мы скоро увидим их вновь? — пискнул Йо-Йо.

— Ты даже не представляешь, насколько, — улыбнулся Оле и подмигнул йефу.

__

Вот так ребята вернулись в школу, помирили жуков со стрекозами и стали Хранителями Леса.

— И все? — удивленно спросила Маша. — А что было дальше? Как их встретили родители?

— Родители ждали ребят в Школе и были крайне рады их возвращению, — подмигнул дочке папа. — А на каникулах Аюм, Чеофа, Оша и Вея отправились в Жемчужный Город и посадили папоротник.

— А расскажи про их путешествие в Жемчужный Город! — попросил Ваня. — Ведь Хранители не могли добраться туда без приключений!

— Конечно не могли, — согласился папа. — Более того, прежде чем попасть в Жемчужный Город, им пришлось отправиться в странствие по тропам серебряных дождей, чтобы найти бабочку-жемчужницу, которая поможет папоротнику вырасти.

— Как интересно! — захлопала в ладоши Маша. — Я уже готова слушать дальше!

— Юные маги, обед готов! — на залитое солнцем крыльцо веранды вышла мама и улыбнулась. На ней было белое платье, которое светилось в лучах яркого летнего солнца.

— Мам, ты так похожа на Королеву Лилию! — воскликнула Маша.

— На кого? — рассмеялась мама.

— На великую волшебницу стрекоз, — ответил Ваня.

— О как, — мама изобразила шуточный реверанс, и папа с детьми рассмеялись. — Я сегодня наколдовала волшебный ягодный пирог! Кто хочет попробовать, юные маги?

— Все хотят! — ответил, поднимаясь, папа. Маша и Ваня встали следом.

— А после обеда ты расскажешь продолжение истории? — спросила Маша папу, когда они пошли к веранде.

— Обязательно! — заверил дочку папа, и вместе с детьми поднялся на крыльцо.

— Я тоже хочу послушать! — улыбнулась мама, и юные маги и их родители прошли в дом.

Яркое дневное солнце лилось водопадами сквозь густую листву яблоневого сада, освещало оплетённую вьюном веранду и играло на алых чашах цветов, что росли в палисаднике. Маленькая серебряная звездочка сверкнула в вышине синего неба и, крутанувшись вокруг своей оси, опустилась в сад.

— Интересно, откуда они узнали про нас? — тихонько спросил Йо-Йо.

Кусты, что росли вдоль забора, зашелестели, и к йефу подошёл Дух Леса. Серебряная капля Оле переливалась на свету.

— Как откуда? — удивился Оле. — Они же — Хранители Книги Домашнего Очага, Хранители мира и добра. А Хранители всегда видят Чудо.