Сказки Эрамала I: Нерушимая связь

Глава 1.

Один за другим прогремели на весь лес оглушительные взрывы.

Столбы огня вздымались с земли до самого неба, то там, то тут безжалостно пожирая лесной массив. Падали на землю деревья, безжалостно пожираемые пламенем. Всё вокруг заволокло дымом.

Небольшой отряд из пятёрки эльнаров, бегущих по лесной тропинке, остановился, выискивая тех, кто, собственно, и являлся виновником жуткого пожара.

– Вон они! – девушка с длинным каштановым хвостиком на затылке указала пальцем куда-то вперёд.

Прямо из непроглядной дымовой завесы на тропинку вышли одна за другой шесть странно качающихся фигур. По одеждам и доспехам их можно было принять за эльнаров, однако маски у них оказались совершенно другие – серые, везде прорезанные широкими трещинами. В таком же отвратительном состоянии находились и доспехи, и видимые из-под них конечности, точнее – их остатки. Вместо одежд, обычно надеваемых помимо брони, осталось лишь жалкое грязное тряпьё. Передвигались псевдоэльнары, точно марионетки в руках пьяного вдребезги кукловода: медленно, едва переставляя ноги. Руки при каждом шаге тяжело болтались из стороны в сторону. Такими и были дезнары – мертвецы, наделённые магией умертвившего их. Использовали они её неосознанно: будто бы сам собой вырывался из холодных, мёртвых ладоней пожирающий всё и вся магический огонь, уже спаливший половину леса.

– Я разберусь с ними, – вперёд выступила широкоплечая блондинка в маске Огня, одетая в чёрную юбку и кожаный жилет.

Таканн быстро кивнул:

– Рассчитываем на тебя.

Райка – эльнар, специализирующийся на Магии Огня. В её силах было за пару секунд спалить всех шестерых мертвецов к чертям. Красную маску уже объяли рыже-золотистые языки пламени, что способствовало о полной боеготовности владельца.

Девушка вытянула правую руку и приложила ладонь к земле. Левой в это время она достала из сумки свиток с запечатанным в нём заклятием Огненного Шара. Быстрым движением развернула его и вытянула руку со свитком перед собой. Бумага засветилась, высвобождая заключённую в ней энергию.

– Файнеркан! – громко скомандовала Райка.

Прямо из печати на свитке появились несколько ярко-рыжих огненных шаров. Они лишь на секунду показались на свету, а затем нашли свою цель и устремились к мертвецам.

Те не успели даже двинуться с места – огненные заряды врезались в них, оставив после себя очередную тучу дыма. Приглушённые стоны, не имеющие ничего общего с человеческими голосами, доказали: все шары нашли свои цели. Однако тропинку теперь было не разглядеть: белый дым от Файнеркана скрывал местность похлеще простого смрада от пожара.

– Райка, блин! – Саппер, ругнувшись, хлопнул себя по лбу. – Как будто нам дыма не хватало!

– Уж извини! Файнеркан только на то и способен! – вспылила та.

– Помолчите оба. Вроде бы всё правильно, – сказал Таканн.

Наступила тишина, нарушаемая только потрескиванием огня, пожирающего лес.

Спустя несколько секунд дым от заклятия развеялся.

Вновь наступила тишина. Таканн оглядел товарищей и коротко сказал:

– Идём.

– Ты тут не командир, – пробурчал откуда-то сзади Веном.

Отряд тем не менее двинулся дальше по тропинке.

– Мидлайн впереди, а? – оскалился юноша, бегущий где-то позади Таканна. – Ну что, повеселимся, ребят?

– Мы не на прогулке, – напомнила Гайна.

– Да ладно тебе, гуляем! – засмеялся Саппер.

Взрыв, второй, третий – прогремели совсем рядом.

Таканн быстро обернулся. Похоже, задело кого-то из отряда.

– Что за... – Саппер отпрыгнул назад.

– Тазара, где... – ещё один взрыв возник будто бы из ниоткуда, и всех эльнаров разбросало в разные стороны.

Таканна откинуло назад, в кусты. Ломая ветки, он попытался остановить падение, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Твою ж, они везде! – заорал Зерэн, хватаясь за клинки. – Уходи...

Очертания быстро таяли. Таканн лишь на мгновение закрыл глаза и провалился в забытьё.

В голове неожиданно стало пусто.

Не было ни одной мысли – как всегда бывает, когда только-только просыпаешься.

Теперь не было ничего, что казалось таким реальным секунды назад. Была только его привычная комната. Никаких мертвецов, никакого огня. Здесь он в безопасности.

Евгений Литонский, или просто Жека, как все его звали, часто заморгал, отвёл от стены взгляд и задумчиво посмотрел в потолок.

За окнами стояла ночь. Вокруг – тишина; ни тебе людских голосов снизу, ни обычного будничного гама, или собачьего лая. Никаких звуков, которые обычно раздавались днём. А потому тишина немного давила на уши.

После сна осталась какая-то тревога. Хоть наваждение и ушло, осталось тяжким осадком на душе смутное чувство незавершённости.

Этот сон, вернее, сны подобного рода, Жека видел уже не раз и в различных вариантах. Однако каждый из них всегда более или менее логично завершался, хоть и не длился долго. Сейчас же… неужели отряд эльнаров потерпел поражение?

Жека точно помнил, что он – Таканн. Однако едва ли тот Таканн – тот самый, что во сне являлся предводителем эльнаров – знал, кто такой этот Жека. Другие же эльнары каждый раз были одни и те же. Вспыльчивая Райка, которой лишь бы покрасоваться и продемонстрировать мастерство, легкомысленный Саппер, который с ней постоянно спорит, спокойная Гайна, никогда не принимающая участия в разговоре… Все они – в снах, конечно – являлись вечным сопровождением Таканна. А Жека просто незаметно даже для самого себя сидел внутри и наблюдал за событиями.

Самое первое подобное сновидение Жека помнил очень отчётливо и одновременно не помнил почти никаких деталей.

Их было четверо. Трое, в числе которых был и Таканн, сидели на коленях перед четвёртым, старшим эльнаром. Он разложил на земле небольшую карту. В очертаниях линий и пунктиров ясно угадывались окрестности деревни Мидлайн, где-то в Пространном Лесу (что интересно, реальный Жека не знал, существует ли такая деревня на самом деле, а Таканну, похоже, было абсолютно ясно, что не только существует, но ещё и рыболовством промышляет).

Высокий эльнар в оранжевой с жёлтым маске Молний (такой же, как у Таканна, только не обладающей никакими силами) водил пальцем по линиям, раздавая указания.

– ...находится на востоке от деревни. Туда отправится Райка.

– Есть, – кивнула девушка в маске Огня, сидевшая рядом с Жекой.

– Будь осторожна. Там могут быть трудности. Желательно оставь где-нибудь недалеко транс-печать. Справишься?

– Да.

– Таканн...

Жека тогда вздрогнул – обращались явно к нему!

– ...пойдёшь с ней. Прикроешь, если что.

– Есть, – он кивнул.

– Мы с Саппером отправимся на юг и попытаемся справиться там. Встречаемся здесь же в пять часов утра. Порог прибытия – полчаса. К пяти часам разведку прекратить. Всем всё ясно?

Троица разом кивнула.

Старший вытащил из-за пояса небольшой рейз и воткнул в землю. Свернул карту в маленький клочок бумаги и спрятал в сумку.

– Расходимся.

На этой фразе сон оборвался.

Не сказать, что Жеке были не по нраву такие сны – совсем даже наоборот. Ему нравилось наблюдать за приключениями с, так сказать, безопасного расстояния. Всё равно, что читать книгу, только куда интереснее. Жека всегда знал: что бы ни случилось, Таканн справится. Но становилось интересно, а как именно?

И действительно, каждый раз худо-бедно удавалось справиться с очередной угрозой. Иногда, вернее, частенько – с помощью огромной пробивной силы Огненного Эльнара, Райки. Иногда с помощью клинков Зерэна, а порой и сам Таканн вступал в дело. Но как именно он атакует, Жеке разглядывать не удавалось – всё происходило на сумасшедшей скорости.

Неудивительно, что теперь он встревожился: что же такое случилось? Почему эльнары, обычно такие сильные и непобедимые, вдруг с кем-то не справились?

Однако через несколько секунд тревога всё-таки улетучилась. Во-первых, это всего лишь сон. А во-вторых, наверное, эльнары справятся, но Жека этого уже не увидит.

«Интересно, кто оживил мертвецов?..» – Жека начал вновь проваливаться в сон...

Тук, тук.

Он подскочил на кровати – в стекло его комнаты кто-то постучал. Медленно повернул голову и наткнулся взглядом на пару любопытных глаз. Окно с шорохом отъехало в сторону, и некто ввалился в комнату, выбрав целью «посадки» кровать, стоящую прямо под подоконником.

– А-ай!..

Испугавшийся Жека даже отскочить не успел – на него рухнули, вновь придавив.

– Ай! Ух ты ж... – он заворочался, пытаясь выбраться.

Чьё-то дыхание обожгло его лицо.

Когда он открыл глаза, то увидел тот самый любопытный взгляд, смотревший на него из окна. Обладатель приземлился прямо на Жеку и теперь оценивающе глядел на него, не совершая никаких попыток, чтобы подняться.

– А-аа... это... – промямлил Жека.

Два глаза быстро моргнули.

– Эй!

Владелец их быстро подскочил и отвесил ему совершенно бессердечную оплеуху.

– Ау!

Девочка (похоже, всё-таки девочка) уселась на кровати, прислонилась спиной к стене, скрестила ноги и уставилась на Жеку.

Лицо у неё было красивое и аккуратное. Большие, выразительные глаза, узкий подбородок, маленькие ушки, чуть вздёрнутый кверху носик, не длинные, но и не короткие волосы, не разглядеть в темноте, какого цвета, ниспадали на узкие плечи. Одета девочка была в коротенькое белое платьице, а судя по фигуре и пропорциям и четырнадцати лет не достигла. Да и ростом тоже не вышла...

"Сколько ж ей лет?.." – невольно задумался Жека и вдруг опомнился:

– Ты кто?! Чего тут делаешь?!

– И куда меня на этот раз занесло?.. – девочка огляделась и задумчиво почесала затылок. – Так, человек, скажи-ка: что за город?

Жека слегка оторопел.

– Чего?

– Чего-чего… – передразнила его гостья. – Ты с первого раза отлично слышал! Что за город?

– Ты-то кто?

– Нет, с тобой нереально разговаривать… Тебе какая разница, кто я?

– Ну, можешь не говорить. Мне просто интересно, какого чёрта ты свалилась в мою комнату посреди ночи?

– Ну так переправили меня сюда! Мне важно знать, придурок ты эдакий: что за город?

– Аланар… – пробурчал Жека. – А теперь-то может быть, свалишь?

– Ага, сейчас! Я на улице спать буду?! Дома в Аланаре у меня нет! Вот что. Я переночую у тебя. Утром меня, возможно, уже заберут.

– Чего?! Слушай, да кто ты вообще?!

– Слишком много вопросов, – девушка замахнулась и ударила Жеку в лоб.

Удар был такой силы, что в глазах у него потемнело. Он упал на подушку и провалился в сон.

– Ну, а теперь и самой поспать можно, – гостья нагло стянула с него одеяло и стала устраиваться на полу у кровати.

***

– Маэйгеро Карен!

Туча дыма заволокла округу. Луна огляделась.

– Марен! – громко позвала она. – Марен!

– Не уйдёшь, – прошипел голос откуда-то из дымовой завесы, – Файтон Райго!

Долгий страшный треск, чьи-то крики, треск...

– Луна!

Марен выпрыгнул из-за дыма. Рука его была обожжена, маска в нескольких местах потрескалась.

– Прячься, он идёт!

Они оба нырнули за огромный ствол многолетнего дерева.

– Луна, тебе нужно уходить, – быстро зашептал Марен, – вся группа погибла. Я попытаюсь его задержать, но...

– Нет, я останусь.

– И оставишь Джу сиротой?! Уходить нужно тебе. Транс-печать у меня в свитке...

– По-и-гра-ем...

Дым рассеялся.

Враг парил в каком-то десятке метров от них. Крылья, сотканные из чистого пламени, совершали за его спиной ритмичные взмахи, поддерживая ухмыляющегося владельца в воздухе.

Луна достала из ножен рейз с печатью-взрывчаткой и быстрым движением метнула его в противника.

Голой ладонью и даже не глядя он перехватил метал...

– Есть! – удовлетворённо сказала Луна.

...крутанул на пальце и послал в обратный полёт.

– Уходи!!!

Дикие, необузданные языки рыжего пламени вновь затопили лес, сжигая заживо всё и вся на своём пути. Не осталось ни травы, ни деревьев, даже слой грунта сгорел под давлением тёмного огня. Ни уцелело ни одно живое существо... будь то дерево, зверь или человек.

– Дело сделано, господин мой. Эльнары сож-жены дотла.

Ранкор приземлился на одно колено за спиной своего Владыки и сложил Огненные Крылья.

В воздухе не раздалось ни звука, но зецун продолжил, словно отвечая на возникший у господина вопрос:

– Все до единого. Нет, никто не бежал, – он помотал головой. Затем замер, к чему-то прислушиваясь, – хорошо. Я позову его. Понял.

Ранкор вновь заставил Огненные Крылья расправиться, толчком оторвался от земли, махнул раз, другой, не двигаясь с места. Затем тело его приняло горизонтальное положение, и Крылья понесли зецуна через сожжённый лес – в сторону, где через несколько часов высунется, ярко озарив окрестности, солнечный диск.

Владыка долго провожал слугу взглядом чудовищно-красных глаз, а затем склонил голову и про себя произнёс мантру, долженствующую унести его прочь отсюда.

Когда солнце уже поднялось над горизонтом, но ещё не достигло пика, в выжженном чёрным пламенем лесу было тихо. Звери и птицы ещё не вернулись сюда, где несколько часов назад безраздельно властвовала Смерть на Огненных Крыльях. Если и решились бы они вернуться, то ничего бы не нашли и в ужасе сбежали бы, увидев, во что превратился их дом.

Подул ветер, засвистев в обгоревших кронах. Чёрные, обугленные остатки ветвей тихо заскрипели.

Негромкое трещание прорезало звенящую тишину, и из-под завалов пепла, чёрной трухи и пыли, закашлявшись, появился человек.

Встав на четвереньки, он помотал головой и посмотрел в землю, увидев...

– Нет... Луна...

На обугленном грунте, припорошенном пеплом и угольной пылью, лежала маленькая звёздочка из синего хрусталя.

Человек поднял её двумя пальцами и сжал в ладони, стиснув зубы. Ему вновь предстояла дорога.

***

Жека проснулся, когда уже рассвело.

Похоже, погода сегодня ясная, подумалось ему.

И правда, солнце светило ярко, а в открытом окне лениво плыли белые, кучерявые облачка – Жека даже чувствовал на себе ветерок, погонявший их.

Какой-то очень уж прохладный ветерок. По телу пробежал озноб.

«Куда делось моё одеяло?..»

Стоп. И почему окно открыто?

И почему так чудовищно болит лоб?!

Быстро вспомнив всё приключившееся ночью, Жека подскочил на кровати и оглядел комнату.

Да нет, всё как и всегда.

Одеяло валялось у подножия кровати.

Это, наверное, был просто сон. Ночная гостья ему просто привиделась, а лоб… ну что лоб, случайность какая-нибудь, наверно.

Успокаивая себя подобным образом, Жека нагнулся, схватил край одеяла и потянул…

На себя…

Она была тут.

Девчонка маленького роста с каштанового цвета волосами свернулась на полу калачиком и скрылась под его одеялом. А сейчас сладко посапывала.

Жека кинул одеяло на кровать, наклонился над девочкой и начал истошно трясти.

– Эй, просыпайся!! Просыпайся, кому говорю! Ой, что за…

В затылок ему мягко ткнулся, невесть откуда взявшийся бумажный самолётик. Ткнулся и легко спланировал на подушку. Причём, когда осел на неё, это был уже не самолётик, а маленькая, аккуратно свёрнутая бумажка.

– Что за… – Жека прервал попытки разбудить гостью, взял бумажку и развернул.

На белом пергаменте мелким, разборчивым женским почерком было написано всего несколько слов.

«Позаботься о Джу, Макс. Гайна вернулась к Генме. Луна.»

Глава 2

Генма, ректор Великой Академии Магирен, сидел в своём кабинете, постукивая пальцами по подлокотнику своего кресла, и смотрел в окно, вдаль. Туда, где вот-вот должно было выглянуть из-за горизонта, усеянного пиками елей, едва видимых в утреннем тумане, яркое солнце.

Ректор всегда вставал ни свет ни заря и любил любоваться восходом солнца, когда другие обитатели Великой Академии досматривали последние утренние сны. В некоторых редких случаях солнце, восходящее над Долиной Магирена, приносило ему подсказку насчёт решения той или иной проблемы, но чаще всего директор просто любовался. Хоть солнце всегда одно и то же, но когда побеждает ночь — оно всегда новое. Неважно, сколько пройдёт времени — десять, сорок или четыреста лет — восход солнца останется таким же прекрасным и не надоест, даже если наблюдать его каждое утро.

Уж это Генма знал наверняка.

Вот кусочек сияющего диска медленно-медленно начал выкатываться из-за горизонта. Постепенно солнце поднималось всё выше, освещая долину, которой и дал название Магирен.

Генма задумчиво рассматривал уже полностью круглый диск, едва касающийся верхушек самых высоких елей и повисший среди облаков. Из-за них солнце, несмотря на яркость, было ещё достаточно блеклым. Ничего, может быть, к полудню облака разойдутся, подумалось Генме.

— И как тебе это удаётся? — раздался позади негромкий голос. — Вчера лёг с десятой луной, а сегодня как ни в чём ни бывало на рассвет любуешься! Генма, ты вообще человек?

Ректор обернулся.

На пороге его кабинета стоял обычный с виду рыжий кот. Он не был ни худым, ни толстым. На макушке — большие симпатичные уши. Глаза у кота были такого яркого оранжевого цвета, что в сравнении с ними ощутимо блекла даже огненно-рыжая шерсть. Хвост у кота был среднего размера и всё время поднят вверх, а шерсть на хвосте — остро вздыблена.

На передней левой лапе бантиком была завязана бледно-серая повязка с символом Круга, что и выдавало в коте рейдара, одного из преподавателей в Академии.

— Здравствуй, Тенто. — Генма улыбнулся. — Конечно, человек. Самый-самый обычный и совсем чуточку не очень человек.

— Ты не человек, ты жаворонок, твою лапку! — кот, хмуро проворчав это, деловито вошёл в кабинет, запрыгнул в ближайшее к нему кресло и устроился в нём. — Из-за тебя и я проснулся. А когда шёл сюда, ещё и Комите-дана встретил.

— Ого. — Притворно удивился Генма, возвращаясь к созерцанию окна. — Что-то давно старичок не появлялся… Как он хоть?

К слову, Комите-дан — это ещё один кот, наставник Тенто. Он постарше, (да простится мне это слово) пожирнее своего ученика и гораздо реже показывается кому-либо на глаза. В большинстве случаев (хотя какое тут большинство…) — случайно, и тут же пропадает и виду, куда-нибудь тихонько сматываясь. Иногда встречается с кем-либо и по собственной воле, но это уж совсем редкости редкость. Возраст Комите-дана — двести сорок девять лет.

— Да всё так же… — казалось, будь у Тенто плечи, он бы ими пожал. — Буркнул мне что-то в воздух и был таков.

— А что именно он тебе буркнул, не запомнил?

— Запомнил, как же, — Кот хмыкнул. — «Закат. Огни на горизонте». Или что-то вроде того… Строчка из стиха, так ведь?

Наступило молчание. Генма смотрел в окно, на солнце, пытающееся выбраться из-под завесы туч.

Наконец еле слышно пробормотал, то ли обращаясь к Тенто, то ли просто вспоминая для себя самого:

— «Луна в негаснущих лучах,

Горит огонь на бесконечном фронте.

Горит огонь в безжалостных глазах.

Горит закат. Огонь — на горизонте…»

Вновь в кабинете наступила тишина. Рассказанные строки повисли в воздухе.

— Брр… — Тенто помотал головой и фыркнул. — Мрачно, друг мой, мр-рачно. Кто это написал?

— Неизвестный стихотворец — то ли из Негго, то ли из Клюлана… Ну, не суть важно. Почему всё-таки Комите-дан об этом сказал?

На несколько секунд кот задумался, уставившись в пространство, а затем снова фыркнул — такая уж у него была вредная привычка — и поднял глаза на ректора.

— Пожалуй, сейчас не самое время говорить о поэзии, — решил он. — Меня беспокоит то, что отряд эльнаров ещё не вернулся с задания, хотя время уже подходит.

— Да, действительно. — Генма посмотрел в окно вниз, на двор, где прямо на земле располагались каменные солнечные часы. — Уже полседьмого… Что могло их задержать?

Тенто обернулся на дверь, затем снова посмотрел на директора.

— Я думаю, спросить лучше у Таланса. Он уже поднимается.

— Уже? — удивился Генма, усаживаясь в кресло. — Интересно… Может, пришли новости?

Теперь уже и он слышал шаги за дверью. Некто шёл через коридор прямо в его кабинет (других на этом этаже и не было). Вот шаги затихли, и дверь приоткрылась.

— Генма-дан.

С этими словами в кабинет вошёл мужчина. Рыжий, высокий и крепко сложенный. Это был Таланс — давний знакомый Генмы.

Одет Таланс был в просторную куртку ярко-жёлтых расцветок и чёрные штаны, завязанные на лодыжках. Через плечо была перекинута лямка небольшой синей сумки, болтавшейся сзади. Лицо его было, что называется, средних лет: без морщин, но уже не молодое; небольшой округлый нос, неширокий лоб, тёмно-синие глубокие глаза и немного (совсем чуть-чуть) впалые щёки — курьеру Магирена часто приходилось голодать. Волосы у Таланса были ярко-рыжими, без единого намёка на седину, зачёсаны в разные стороны на манер звериных ушей.

— Таланс, друг мой, рад тебя видеть, — Генма вышел из-за стола и сердечно поприветствовал гостя. — Чем порадуешь?

Таланс потупился.

— Простите, Генма-дан, но порадовать мне вас сегодня нечем. Новости очень нехорошие.

Он сунул руку в карман куртки, достал оттуда что-то маленькое и показал ладонь Генме.

Тот во все глаза смотрел на маленькую звёздочку из синего хрусталя со шнурком для ношения на шее.

— Это принадлежало Луне Найт Слэер. Группа эльнаров полностью уничтожена дезнарами.

Генма медленно сжал звёздочку в руке, отведя глаза в сторону окна.

— Не думал, что они погибнут. Насколько я помню, у Луны была дочь?

Таланс кивнул.

— Джулия. Луна образовала транс-печать, отправив её в дом к Максу Литонскому.

— Он же в отставке, — Генма нахмурился. — Они что, поддерживали связь?

— Мы все поддерживали связь, Генма-дан, — сообщил Таланс, переступая с ноги на ногу. — Ну, кроме… сами понимаете. Тот, кто становится эльнаром, становится им навсегда.

Генма помолчал, а затем вернул амулет Талансу.

— Дочь Луны на тебе. Приведи её в Магирен.

Таланс коротко кивнул.

— Слушаюсь.

***

Гостья сидела за столом, скрестив руки на груди и устремив взгляд куда-то себе под ноги.

Жека, не находя себе места, ходил по кухне. Иногда останавливался и бездумно смотрел в пространство или снова и снова перечитывал коротенькое послание, замирая на месте.

На кухне царила тишина, и, кажется, никто не имел особой охоты её нарушать.

Жека вздохнул.

— Как ты говоришь, тебя зовут? — он ещё раз перечитал письмо, пытаясь найти в нём какой-нибудь двойной, скрытый смысл. И ему это в очередной раз не удалось. Какой тут двойной смысл — слов по пальцам пересчитать можно, так что всё предельно ясно…

— Джулия Найт. Или просто Джу. Так меня друзья называли.

Жека кашлянул в кулак, подумав про себя:

«Ну и ситуёвина…»

В горле у него пересохло. Что говорить дальше?

— Что, в конце концов, значит это письмо? Почему?.. Так, стоп… Так это мама должна была тебя забрать?

— Угу, — всхлипнула Джу.

— А если объяснить толком? — попросил Жека.

Девчонка вдохнула в себя воздух.

— Ладно, расскажу. Только не перебивай.

— Моя мама — Мария Найт. Она эльнар в Магирене, потому использует на работе кличку «Луна». Ещё кто-то её зовёт Найт Слэер… Работает с товарищами… Выполняет… что-то там. Меня она никогда не посвящала в эти дела, говорила, что секретно. Однако, как я поняла, то, что она и её команда делает, — очень-очень важно. Для кого-то, но всё-таки важно.

Мы с ней жили в городке Локки. Он недалеко от Магирена, находится на его территории.

Несколько раз я встречалась с мамиными товарищами, когда они приходили к нам в гости, и пыталась расспросить их, чем они занимаются, но мне они, естественно, тоже ничего не сказали. Один раз я подслушала их разговор, но и оттуда ничего путного не узнала. Эльнары говорили, что мама — очень могущественный маг и победить её в бою практически невозможно. Ну… мне и этого было достаточно. Я стала ещё больше восхищаться ей.

Иногда, так, чтобы она не знала, я бегала за ней — на её задания. Пару раз видела, как она сражается. И она и правда была удивительным магом. Так виртуозно владеть Магией Воды… Ну, долго мои походы не продлились. Несколько раз она замечала меня в укрытии, быстро чертила на земле транс-печать и перемещала в какое-то неизвестное место. Я там пробывала ночь — как бы в качестве наказания. А на утро приходила мама и забирала домой, где и устраивала нагоняй. Но мне не могли помешать никакие наказания: я хотела быть рядом с ней в минуты опасности! Так продолжалось несколько раз, так что я даже привыкла.

— Да, любящая же у тебя мама…

— Не говори так! Даже я понимаю, что это ради моего же блага. Ну, слушай дальше.

Вчера её долго не было дома… Где-то в час ночи она пришла — полностью в форме эльнара, даже маску не сняла. Такого раньше не бывало. Я испугалась. А мама сказала: «Сиди дома. Даже не думай следовать за мной — это очень опасно. Ни в коем случае никому не открывай дверь. Не включай свет в комнате. Если кто-нибудь, кроме меня, будет подходить к нашему дому, спускайся и беги через чёрный ход к соседям. Но вряд ли так будет. Я постараюсь вернуться, обещаю». Она обняла меня и ушла. Невозможно представить, как я тогда испугалась. И я решила — маме угрожает какая-то опасность. И я решила быть с ней. Как всегда — в минуту опасности. «Не следуй за мной»… Да разве могло меня это остановить?! И я побежала за ней… В нескольких метрах от неё, так, чтобы не было видно. Она встретилась с другими эльнарами, перекинулась парой слов… И пошли в лес, вглубь. Я — за ними… На одной тропинке они остановились и замолчали. Что произошло дальше — не знаю. Налетел какой-то дядька, который вообще непонятно, как летал. За его спиной был огонь, и он принимал форму крыльев… Он напал на группу, и та стала защищаться. Дерево, за которым я пряталась, оказалось срублено, и эльнары меня заметили.

Мама бросилась ко мне и развернула «возвращалку» — так они называли перемещающую транс-печать. Кто-то крикнул ей что-то про опасность и что печать — случайная, но она не послушала и всё равно переместила меня. Я попала сюда… Но сначала я думала, что всё, как обычно, что утром она вернётся за мной — потому спокойно легла спать. Заволновалась только сейчас — когда письмо пришло. Что оно значит?.. Не понимаю…

Джу замолчала.

На кухне вновь воцарилась тишина.

— Да уж… Интересная история, — вынес свой вердикт Жека. — И правда, что же оно могло значить?..

Он вздохнул.

Наступила пауза.

— Слушай… Может, есть хочешь?

Со стороны Джу донеслось непонятное бурчание.

— Да.

Уже минут десять спустя Джу, громко сопя, поедала луковый суп, наскоро разогретый Жекой на скороварке.

Наблюдая, как быстро пустеет тарелка Джу, Жека, подперев щёку рукой, смакуя попивал зелёный чай.

— Что, неужели ты настолько голодная? — поинтересовался он, поставив кружку на стол после очередного глотка.

— У… гу… — ответила Джу, набивая рот супом, громко при этом хлюпая. — У… вкушняшина…

— А то как же, дядюшка готовить умеет, — хмыкнул Жека. — Но всё же, сколько времени ты не ела?.. Два, три дня?

— Бешшердешный, — едва проглотив обжигающий суп, девочка тут же наполнила рот новой порцией. — Я жэ волнуюш.

Пауза. Пока Джу гремела ложкой, Жека обдумывал сказанное.

— И что? — спросил он наконец.

Джу даже на пару секунд прекратила подачу пищи себе любимой и посмотрела на Жеку глазами сестры, намеренной объяснить брату какую-то очень понятную вещь. Но затем снова набила рот…

«Да она что, вообще не способна разговаривать, ПРОЖЕВАВ еду?..»

— Кога вонуюшь — я ем!

«Сказала — как отрезала», — хмыкнул про себя Жека.

— Ясненько… Джулия, да?

Девочка как раз доела суп и наклонила тарелку, с громким хлюпаньем втягивая в себя остатки.

— Ух, вкуснотища! — поставив тарелку обратно на стол, она вытерла рот рукавом. — Ага, Джулия Найт. Но ты зови меня просто Джу, — они улыбнулась и показала пальцами «козу».

Затем задумалась.

— Слушай… Давай сначала, а?

— В смысле?.. — удивился Жека.

Девчонка деловито вытянула руку.

— Я — Джулия Найт Слэер. Можно просто Джу А ты?

— Ааа… — Жека пожал маленькую девчоночью ладошку. — Женя Литонский. Можно просто Жека.

Они сидели на балконе второго этажа, выходящего на одну из самых шумных улиц Аланара — Берри-Стрит 234.

За неимением кладовки в доме Литонских балкон превратился в простое сборище хлама, который редко когда бывает нужен, но очень важен, так что выбросу не подлежит. Шины от велоката, древняя посуда, старые ржавые инструменты… В углу, под видавшим виды сиреневым пледом, изъеденным молью, покоился дырявый насос.

Джу сидела, свесив ноги на потрёпанном деревянном ящике непонятного назначения, уже покрывшемся пылью, потрескавшемся и уставленном другими ящиками, поменьше. В них были старые Жекины игрушки, порченная одежда и прочий хлам. Сам Жека расположился в углу, на старой, дряхлой и пыльной подушке, из которой уже вывалилась половина перьев.

Стоял погожий денёк. В ясном голубом небе не было ни единого облачка. Светило солнце. Жители Аланара шли кто куда; хоть было ещё утро, а народа на Берри-Стрит 234 уже хватало. Жизнь текла своим ходом. И в Аланаре, и, наверно, в других городах тоже…

Жека оторвался от своих лениво текущих мыслей и перевёл глаза на Джу.

— Ну… Так что ты собираешься делать?

Та поболтала ногами, не достающими до пола.

— Я вернусь обратно в Локки. И там узнаю, что случилось.

— Ясно.

У Жеки сжалось сердце.

Может быть, Джу пока что не задумалась об этом, может, не хотела задумываться, а может, и не допускала себе такой вариант. Но сам Жека неожиданно прояснил для себя некоторые вещи.

Мама Джу была эльнаром — а значит, на каждом задании серьёзно рисковала жизнью, не то что простые студенты Магирена.

Когда Джу нашла свою мать и её друзей, они с кем-то сражались. Луна использовала транс-печать (кажется, из свитка) и переместила Джу сюда, в Аланар. Вот только что значило «случайная»?.. Скорее всего, перемещающая в пункт, о котором Луна сама понятия не имела. Затем, следуя обычному закону, печать испарилась. Тогда получается, что в остальных случаях Найт-старшая всё же знала, куда отправляла дочь, но ей об этом не говорила. Но ведь даже случайную транс-печать можно отследить — в течение двух часов. Так почему же Луна не пришла за дочерью?..

Она была могущественным эльнаром, как сама говорила Джу, и не могла погибнуть в бою…

Да ещё и это письмо с просьбой позаботиться о Джу — что оно значит? Что значит «я уже не смогу»? Луна, неужели ты покинула этот мир? Погибла в схватке с противником, выполняя задание, как и подобает эльнару?

Да нет… Не могла же она…

Или могла?

В таком случае Джу не позавидуешь — действительно тяжко. Жека помотал головой. Возможно, есть какой-нибудь третий вариант. Но даже если так — что ему-то с этим делать?..

— И когда выезжаешь?

Джу замолчала. Нахмурилась и посмотрела под ноги.

— Это… — она густо покраснела.

Вновь пауза.

— Эй, — осторожно спросил Жека, — ты чего?..

— Тихо ты, дай сказать! — рявкнула она. Замолчала и вновь стала рассматривать собственные носки.

Жека также замолк.

— Это… — вновь начала Джу. — Ну…

— Так что «ну»-то?! — не вытерпел Жека.

— Сказала же, не мешай! — снова взорвалась девочка.

И снова тишина…

«Что же она сказать собирается?» — думал Жека.

— Это…

Джу набрала воздуха в грудь.

— Не мог бы ты проводить меня до Локки… пожалуйста?! — выпалила она единым духом.

Только шум улицы. Только звуки большого города… На балконе снова стало тихо. Двое сидящих там уставились друг на друга — с удивлением и недоверием и с мольбой.

— Что? — выдавил наконец Жека.

Глава 3

Двери замка с грохотом распахнулись. Придворные прыснули в стороны.

Ранкор чуть не рычал от злости, на ходу расшвыривая и пиная всё и вся, что попадалось на пути.

Как это возможно?! И даже если так, что сможет одна-единственная человеческая девчонка?! Пусть даже мельком увидевшая его!!!

Уничтожить… Да кто он, в конце концов, такой, чтобы уничтожать мелких сошек на пути Владыки?! Он, Ранкор, верный его слуга, должен вести войска в бой, в первых рядах…

Конечно, зецун злился молча. Он уважал своего Владыку, пусть и не получал взаимного уважения и доверия. Однако только что Владыка рвал и метал и чуть не порвал в клочья верного слугу.

Все эльнары, увидевшие Ранкора, были сожжены дотла — в этом зецун был абсолютно уверен. Но вот то, что какая-то мелочь ускользнула, спасённая с помощью транс-печати… Об этом Ранкор тоже знал, но пожелал утаить от Владыки. За что и поплатился.

Никто пока что не должен был видеть ни его, ни Владыку. В этом заключался план.

Ранкору был дан приказ: найти и уничтожить мелкую девицу.

А сейчас в зале ожидания зецуна ждал тот, кто должен будет сделать за него всю грязную работу…

— Приветствую, Ранкор-дан, — склонил голову Энвир, когда хозяин его вошёл в зал.

— И тебе привет, — без особого энтузиазма поздоровался тот. — Долго добирался… Сними уже капюшон. Хотя бы у меня в замке.

Энвир послушно открыл лицо.

Это был высокий худой человек с холодными, но приятными чертами лица. Узкий подбородок, неширокий лоб, белоснежные (не седые, а именно белоснежные) волосы откинуты назад и заплетены в странного вида косу. Глаза льдисто-серые, острые и надменные.

Энвир служил у Ранкора наёмником, а также исполнителем всякой грязной работы — по сути, тем же, кем Ранкор служил у Владыки. Платил зецун довольно-таки скупо, но Энвиру и не требовалось много денег. Одет он был в обычный дорожный плащ с капюшоном. За спиной — ножны с двумя клинками, склоненные на левое плечо.

— Есть дело? — спросил Энвир, пристально рассматривая лицо Ранкора и ловя в нём едва заметные движения и эмоции. Уж это он умел…

— Есть, — кивнул зецун, не отводя взгляда. — Нужно найти одну девчонку. Она увидела меня, а потом ушла через транс-печать. Возможно, она не знает, что видела, но Владыка в ярости. Найди её и убей. Я дам необходимые координаты…

— Ранкор-дан…

Ни дрогнул ни один мускул на лице Энвира — но глаза словно ещё больше заледенели.

— …вы прекрасно осведомлены о моих услугах и о том, что я без колебаний исполню всё, что вы прикажете. Однако я не убиваю детей. Я могу убить крестьянина, мага, дворянина, пусть даже старика, если он будет с оружием, или женщину, если она встанет у меня на пути… Но я ни за что не убью ребёнка.

— Так и знал, что будешь занудствовать, ZhrонGеР!!! — зло выругался на зецунском Ранкор, чуть не рыча. — Пр-р-рекр-рати уже! Пойми, сам Владыка дал мне этот приказ! Ему важно выполнение плана! Чтобы девчонка эта сдохла, никому ничего не р-рассказав! Никому, слышишь, никому нельзя знать о плане!!! — на последних словах зецун почти кричал в лицо Энвиру. — Так что быстр-р-ро ноги в р-руки и пошёл искать девку!

— Нет. Моё слово — твёрдое. Убейте меня, и я не буду сопротивляться. Но ребёнка я не убью.

— Арр! Ладно, ZthFен, ладно! — Ранкор с трудом, хоть и матерясь, взял себя в руки. — Хорошо… Просто доставь её мне! Я сам убью её. ПРОСТО приведи её сюда, и всё! Хоть это сможешь?!

Наёмник, подумав пару секунд, кивнул.

— Хорошо, Ранкор-дан. Я приведу её сюда.

***

Максим Инша Литонский, в доме которого жил Жека, заведовал небольшим магазинчиком на первом этаже, и часто просил племянника, чтобы тот присмотрел за ним. Был это преклонных лет пухленький дядюшка с круглым лицом, обаятельными светлыми усами, окружающими улыбчивый рот, носом-картошкой и добрыми глазами, скрытыми за линзами очков. Он не очень удивился, выслушав историю Джу о появлении в их доме, однако серьёзно помрачнел, когда прочёл записку от её матери.

Джу и Жека с волнением ждали, что он скажет, пока дядя Макс подбирал слова.

— Твоя мама… — произнёс он тяжело. — Кхм, ты говоришь, что там было много огня, верно?

— Верно, — кивнула Джу. — Но маме огонь не страшен? Она ведь эльнар. Она точно выжила и дала в пасть этому уроду!..

Макс и Жека молча переглянулись.

— Дядь, она обратилась к тебе напрямую, — сказал Жека. — Вы что, знакомы?

— Да… Когда-то очень давно были знакомы, — вздохнул Макс. — Это очень долгая история.

- Мне нужно в Локки, - нарушила молчание Джу, ёрзавшая на кресле. - Домой. Можно, Женя меня проводит?

Макс посмотрел на Жеку, кажется, всё ещё занятый своими мыслями, а затем поднялся и вышел из гостиной. Глядя ему вслед, Жека мельком подумал: хрен его, кажется, отпустят в такое далёкое путешествие.

- Боюсь, тебе придётся добираться самой, - тихо сказал он. - Извини... У тебя точно никого нет?

Джу поджала ноги, коленями упёршись в подбородок.

- Я не доберусь одна. Денег нет. На поезд не пустят.

- Мы дадим немного...

Он не успел договорить: дядя Макс вернулся в комнату, неся в руках свой небольшой посох. Это был простой брусок из гладко отполированного светлого дерева. Дядя всегда им дорожил и, на памяти Жеки, редко вынимал из-за стекла... но теперь он протянул его Жеке.

- Ступай, мой друг. Проводи Джу до Локки.

Брови Жеки поползли вверх. Он с трепетом взял посох.

- Ты отпускаешь меня?

- Боюсь, что... Сам не отважусь на большие путешествия. Однако нашу юную гостью кто-то должен сопровождать. Ты надёжный парень, Женя, я это прекрасно знаю. И, если Луна доверяла мне... значит, довериться тебе означает оправдать её доверие.

...— Ну, Жека, ты идёшь?

— Иду. Подожди на улице.

- Только не задерживайся, торопимся же! Дядя Макс, спасибо за всё! Ещё увидимся! - и Джу выбежала за дверь.

В последний раз оглядев прихожую, Жека поправил лямки рюкзака на одном плече и дядиного посоха на другом. Дядя Макс стоял возле двери, скрестив руки на груди, и во взгляде его всё ещё сквозила лёгкая тревога.

- Всё в порядке, дядь? - спросил Жека. - Ты какой-то сам не свой. Как будто что-то недоговариваешь.

Дядя Макс потёр подбородок рукой, подошёл и обнял племянника, похлопав по плечу.

- Слушай, что я тебе скажу, - тихо произнёс он. - Мы не знаем наверняка, что произошло с Луной, но для меня записка очевидна: скорее всего, она не пережила последний бой. Джу, однако, пока что не обязательно это знать: лучше сопроводить её в Локки, и найти каких-нибудь её родных и знакомых, и поручить её им. Я рассчитываю на тебя, Женя. Мария была мне близким другом, так что её доверие ко мне я высоко ценю. Что бы ни случилось - не оставляй Джу одну. Договорились?

С тяжёлым сердцем - непривычно было видеть дядю Макса таким - Жека кивнул, и обнял его в ответ.

- Спасибо, дядя. Я не подведу... ни тебя, ни её.

***

Впереди возвышался огромный замок, башни которого царапали ночной небосвод. Одиннадцать человек стояли, надев маски на лица, и смотрели вперёд — на каменную громаду.

— Таканн, их здесь около двух сотен.

— Услышал тебя, Гайна.

— А этот её блайз точно осечку не дал? — усомнился Саппер. — Что-то не верится, что в замке нас ждёт двести человек.

— Не беспокойся, — рядом раздался ровный и спокойный голос Гайны. — Это правда. Двести человек, или около того. Мой блайз пока ещё плохо различает низкие Искры. Но, по-моему, их там двести.

— Ну что ж… — Райка потёрла кулаки. — Они похитили нашего товарища… Пускай теперь глотают свои же ошибки!

— Успокойся! — резко одёрнул её Таканн. — Мы не на прогулке. Они могут быть опасны.

— У каждого человека в этом замке уровень Искры — ниже двадцати процентов, — глухо прозвучал голос из-под Маски Магии. — Это значит, что к магиям они не способны.

— Всё равно. Они — взрослые. А мы…

— Мы — эльнары, Таканн! — хмыкнул Саппер. — А значит, уже не дети.

Таканн хмыкнул. Губы под Маской Молний разошлись в широкой ухмылке.

— Да уж… Ладно, слушайте план.

Он бежал всё вперёд и вперёд, глубже и глубже, в катакомбы замка.

Было темно. Освещение во всём замке было им же самим вырублено. В наушниках то и дело раздавались голоса товарищей, быстро очищавших этажи.

— Это Саппер, у нас уже пять.

— Гайна, четыре.

— Анар, семь…

Вслеск.

Таканн замер на месте.

Уже… здесь?

Хорошо.

Хорошо, Джу. Я уже иду…

Падение. Резкое, очень резкое падение… Все внутренности словно ухнули вниз. Тело за мгновение покрылось потом. Жека подскочил на койке, тяжело дыша, и огляделся вокруг.

— Бли-ин… — с досадой он вновь повалился на койку, на подушку, приятно холодившую лицо.

Неужели опять сон?..

Колёса стучали по рельсам, но тихо и размеренно. Вагон почти не качало. За окном было темно, хоть глаз выколи. Скудно горела на потолке «ночным светом» длинная лампа.

Стояла ночь.

Ночи, как известно, на континенте Араэнко очень тёмные. Зимой, правда, бывают иногда «белыми», но это редкость. А сейчас стоял конец лета.

Поезд прорезал расстояния, двигаясь на запад. Паровоз, собранный наполовину из дерева, а наполовину — из стали, вёз за собой длинную цепь из шести вагонов, стучавших по рельсам. Так как пассажиры уже спали, железные колёса поезда убавили звук и темп.

«Где же мы сейчас?..» — рассеянно подумал Жека, глядя в потолок. На самом деле ему это было совершенно не интересно. Просто пустая мысль… подумалась сама собой.

Жека повернул голову вбок. На другой койке мирно посапывала Джу, подложив ладошки под щёку. Спящей он выглядела гораздо лучше… чем бодрствующей.

«Дурак, что ли? — сам себя одёрнул Жека. — Спи лучше…»

Он повернулся к стене и закрыл глаза, вновь погружаясь в сон… и вдруг вспомнилось предыдущее сновидение, только что увиденное...

— Спаси-ите!!! — раздался истошный вопль.

Жека заворочался и пробурчал что-то насчёт того, куда и по какому именно маршруту следует отправиться зовущему на помощь…

— А-ну открой дверь, недомерок!!! — другой голос, похоже, женский, звучал глухо — похоже, действительно из-за какой-то двери.

— Ага, щас же!!! Разбежалась…

На своей постели заворочалась Джу.

С закрытыми глазами Жека услышал, как она поднялась. Затем:

— Что за…

Пауза.

Звук удара. Даже двух. Сначала что-то мягкое ударило что-то твёрдое, а затем это твёрдое в свою очередь тоже ударило… что-то твёрдое.

— О-ой…

Кто-то повалился на пол. Жека открыл глаза.

Около двери в их купе валялся некий субъект мужского пола с подушкой на голове, одетый только в длинные шорты и осевший на пол, словно придавленный.

— Жека, — скомандовала Джу, увидев, что её друг уже проснулся. — Быстро открывай окно!

Спросонья тому ничего не оставалось, как послушаться — тот быстро встал с койки и с трудом поднял раму. Холодный ветер ворвался в купе…

Когда Жека обернулся, «субъекта» уже не было.

— Куда… — начал он, но Джу сделала знак «тихо!».

Тут дверь с грохотом распахнулась.

Вошла девушка. Высокая, стройная и крепкая, с грозным лицом и вполне сформировавшейся фигурой. Одета в белую с красным лёгкую футболку и короткие джинсовые шортики. Белые волосы были зачёсаны в странного вида острый и короткий, словно ёжик, хвостик на затылке.

Едва переступив порог купе, блондинка лицом к лицу столкнулась с Джу. Ну, как лицом… Даже если бы девчонка и завязала хвостик, то достала бы блондинке только до шеи. Более того, кажется, даже Жека в росте чуть-чуть уступал вошедшей.

Однако одной разницей в росте Джу было не смутить. Она гордо смотрела снизу вверх, прямо в глаза девушке.

— Ты чего тут разоралась?! — громко спросила она, словно считая, что тихо сказанные слова так далеко вверх не дойдут. — А-ну-ка по-быстрому свалила отсюда и дала нам нормально поспать, а не то я тебе…

Краем глаза Жека заметил, что «субъект» тихо выполз из-под кровати Джу и на четвереньках скрылся в дверном проёме…

Блондинка вытянула руку и стремительно поднесла ко лбу Джу пальцы, сложенные в щелбан.

— Много о себе думаешь, суслячка…

Пальцы разогнулись.

Указательный врезался в лоб.

Судя по звуку и по тому, как Джу отбросило обратно на койку, щелбан тот имел силу хорошего хука. Девчонка схватилась за лоб и тихонько застонала.

— Где этот придурок? — обратилась блондинка к Жеке.

— А-а… это… — тот вытянул руку в бок и наугад ляпнул: — В окно выпрыгнул!

— А-а… ну и хорошо, — девушка кивнула, развернулась. — Прости за беспокойство. Обычно я меньше себя никого не бью… Так, иногда.

С этими словами она вышла за дверь и прикрыла её.

— Арррр!!! — раздался рык, и Джу с громким звуком ударила стену. — Суслячка?! Кого она так назвала?! Да я ей…

— Тихо ты, иначе опять схлопочешь! — Жека кинулся её успокаивать.

Дверь опять отворилась.

— Простите, можно?

В проём сунулась голова «субъекта».

Жека и Джу в это время сцепили руки — девчонка пыталась вырваться в коридор и снова влезть в драку.

— Э… — оба замерли. — Угу…

***

— Мм… Значит, до Магирена едете, так?

Вошедшего звали Кодзу. Полное имя — Кодзу Киё. Пареньком он был очень неплохим и искал убежище от той особы, что только что его чуть не убила. Войдя в купе, он извинился (видно, что искренне) за причинённые неудобства и отблагодарил Джу, что дала время сбежать.

Говорил он с явным акцентом — звук «р» иногда растягивал и иногда глотал «л», но без явных недостатков в речи. Кажется, так говорят в Нэгго, подумалось Жеке.

Присев на край кровати, Кодзу объяснил, что при проживании рядом с этой «особой» в любом случае станешь избегать контактов. Силой блондинка обладала немереной. А звали её…

— Кайра Гун-Кай, кажется. Она как-то представилась полностью, но вот имя у неё я и запомнил.

— Гун-Кай? — удивился Жека. — Она из этих, что ли?

— Ну да. По крайней мере… надеюсь, не путаю фамилию. А что? Ты что-то знаешь?

— Их, по-моему, весь Аланар знает. Весь клан Гун-Кай без исключения — превосходные боевые маги. Очень могущественные… Владеют Магией Огня. Один из Старших в клане — Мирон Гун-Кай, по прозвищу Мастер Огневик — открыл школу БМИ и стал там кандой… Говорят, что здорово обращается с пламенем, как будто огонь — часть его тела.

— Потише, потише, — замахала руками Джу. — Ну-ка, давай помедленнее. Что такое школа БМИ и канда?

— Не знаешь, что ли? Школа БМИ — Боевых Магических Искусств. Такие редко где встречаются…

— А, то есть Магирен — это та же БМИ, только больше?

— Да нет, Магирен — это Академия Магии. БМИ там как часть обучения. Магия же не только боевая, но… и всякая бывает.

— Ну ладно… А что такое ганда?

— Не ганда, а канда, — ответил Кодзу. — Это звание, которое присваивают мастеру-основателю БМИ. Ну или самому могущественному, либо самому старому бойцу.

— Ясненько… А ты-то, Кодзу, куда едешь? — поинтересовалась Джу, уже забыв обстоятельства «знакомства» — видимо, попутчик ей, в каком-то смысле, приглянулся.

Тот привалился спиной к стене.

— К сожалению, и у меня, и у Кайры один пункт назначения. Мы в Магирен едем.

— В Магирен?! — восхитился Жека. — На учёбу?!

— Нет, грибы собирать, — засмеялся Кодзу. — Конечно, на учёбу. Её-то примут стопроцентно — Гун-Кай же, — а вот насчёт меня сомнения.

— Постой-ка. Но ведь первое сентября только через две недели, — напомнил Жека. — Чего так рано?

— Отец настоял, — грустно ответил Кодзу. — Да и не только я. Половина вагона — будущие энкары. Приготовиться к учёбе, комнаты занять, то да сё… Да и просто здорово там, в Магирене.

— Бывал там раньше? — с интересом спросила Джу, подперев щёку ладонью.

— Ага, приезжал с отцом пару раз. Ненадолго. Там прикольно…

— Большая школа? — спросил Жека.

— Ну… — Кодзу почесал затылок. — Как бы сказать… Не то чтобы даже школа. Нечто, похожее на небольшой город. Причём сам «город»-то маленький, а территория обширная. Некоторую её часть занимает лес, называемый Тренировочным. Ещё есть Рыночный район. Вы не думайте, там не только рынки. Там есть кафе, разные магазины, развлекаловки, мелкие гостиницы, даже, по-моему, один приют имеется.

— А само здание школы? — спросила Джу.

Кодзу пожал плечами.

— Весьма странное. Окружено невысокой кирпичной стеной с четырьмя воротами. А школа…

Он руками описал в воздухе замысловатую фигуру.

— Представьте себе стакан чуть шире обычного; вот примерно такая у неё форма.

Жека и Джу переглянулись.

— Серьёзно?!

— Сам удивился.

Наступила тишина.

— Слушай… — вдруг сказал Жека. — Может, позавтракаешь с нами? Есть у меня в сумке пара тобенов…

Кодзу захлопал глазами.

— А можно?! Я с удовольствием!

В сумке у Жеки было девять тобенов — место они занимали немного, да и веса были небольшого. Все с разным содержимым. Троица выбрала тобены наугад.

— Мм… Однако, не принято садиться за стол с незнакомцами: отец говорил, плохая примета, — улыбнулся Кодзу, выбрав для себя тобен. — С кем имею честь? — он вежливо протянул руку.

Жека пожал её.

— Женя Литонский, можно просто Жека. А это…

— Я сама могу представиться! — перебила Джу и тоже пожала руку Кодзу. — Джулия Найт, но ты зови меня Джу.

— Приятно познакомиться!

В общем, беседа продолжалась весь завтрак и даже немного дальше. Собеседником Кодзу оказался отличным и, в отличие от Джу, с набитым ртом не болтал. Видно, в Нэгго хорошо воспитывают детей, подумал Жека. Хотя не сказать, что и Джу плохо воспитана… Просто некоторые нюансы, похоже, не углядела.

— Слушай, а чего эта Кайра на тебя накинулась? — спросила девочка, откусывая сардельку, нанизанную на вилку.

Киё виновато почесал затылок.

— Ну… Если честно, я сам виноват. Ей надо было переодеться. Я спал. И во избежание того, чтобы я в неподходящий момент не проснулся, она попросила меня выйти. Ну, как попросила… Выпнула из купе и хлопнула дверью. Я разозлился. Дверь чу-уть-чуть отодвинулась от удара в сторону. Самую малость…

— Всё-всё, можешь дальше не рассказывать, — поморщилась Джу. — Вот извращенец, подглядывать вздумал?

— Всего одним глазком! — оправдывался Кодзу. — Ну… видимо, ахнул слишком сильно, а она и услышала.

— Это же как надо было ахнуть… — покачал головой Жека.

— Ты бы тоже от такого ахнул!

— Зажал бы себе тогда рот… Ну и как тебе увиденное?

Кодзу вдохнул в себя воздух.

— Обалденно! У неё и правда Огненная Печать на плече!

Жека хлопнул себя по лбу.

— И это всё?!

Тут же прилетела затрещина — от Джу.

— Похоже, я ошиблась. Оба вы извращенцы. А что такое Огненная Печать?..

— Говорят, в клане Гун-Кай такие печати даже младенцам на плечи ставят. Остаются на всю жизнь и имеют какую-то связь с Магией Огня. В общем, я сам виноват…

— Это да, — философски кивнула Джу. — Извинись сегодня перед ней. Иначе жизни тебе больше не видать — ни в поезде, ни в этом… Магирене. Но учти — будешь подглядывать, в следующий раз даже я тебя спасти не смогу.

— Как будто сегодня ты его спасла. Да тебе же вре…

Джу мгновенным движением руки схватила Жекино ухо и крепко сжала. Да уж, и у неё силы было тоже немереное количество…

— П-погода, говорю, хорошая, — быстро отвертелся Жека, поспешно спасая конечность.

— Надеюсь… — Джу милосердно отпустила ухо друга, вернувшись к поеданию риса с морковкой.

— Кстати, — вспомнил Кодзу, прожевав капусту. — Слышал, в Магирене…

Дальше беседа шла в основном о Магирене. Кодзу и Жека делились всем, что им известно, и некоторые вещи проясняли Джу. Кое-что Жека знал из книги про Великую Академию, а кое-что узнал только сейчас. Например, про факультеты.

В Магирене их было всего три: Майт, Мидру и Дарк. Одну из этих сторон студент должен был выбрать в начале обучения. Менять сторону было запрещено. Выбор факультета зависит либо от желания мага, либо от индивидуальных особенностей.

Каждая сторона располагала тремя направлениями магий (как правило, два — стихии, а третий — стандартная). Студент должен был выбрать для себя сочетание двух из трёх магий и в течение семи лет обучения научиться использовать их вместе и по отдельности. Факультет Майт располагал Воздушной и Водной Магиями и М-магией (то бишь «светлой»). Дарк — Огня, Земли и D-магией. Мидру сам по себе располагал двумя сочетаниями — «Огонь/Воздух» и «Вода/Земля». Было, конечно, направление М-магии, но её почему-то мало кто хотел выбирать — овладеть такой мог каждый, вне зависимости от сторон и факультетов.

Каждый факультет располагал и некоей униформой, если это можно было так назвать. Студенту предлагался широкий выбор верхней одежды: рубашки (длинные и короткие), футболки, безрукавки, куртки, есть даже плащи. Выбирай любой вид одежды, но он должен быть цвета твоего факультета. У Майт — белый, у Мидру — тёмно-серый, у Дарк — чёрный. Можно заказать вышить на выбранном «экземпляре» какой-либо рисунок любого цвета, но чтобы он не занимал на одежде много места и чтобы у встретившего тебя не осталось сомнения, с какого ты факультета. На четвёртом курсе униформа становилась необязательной — только отсутствие повязки на плече не прощалось даже на последнем, седьмом курсе.

Все ученики, в зависимости от курса, делятся на семь уровней: энкары, элкары, эмкары, эркары, эскары, эвкары и инкары. Энкары — первокурсники, а инкары — выпускники. У каждого уровня имелась своя повязка определённого цвета с определённой эмблемой (например, у энкаров — красные, с эмблемой «огонь», а у элкаров — оранжевые, «спираль», и так далее). Повязку было принято носить на плече.

— Слушай, Кодзу, — Жека наткнул на вилку оливку и сунул в рот, — а что там в Магирене со стипендией, ты не в курсе?

— В курсе, конечно, — довольно усмехнулся тот. — Тоже в зависимости от звания. Смотри: энкарам разрешены только самые лёгкие задания, то есть D-ранг. За них платят немного — примерно пятнадцать био за выполненное. Но энкарам много и не надо — главное, на неделю прокормиться. Деньги накапливаются; когда те, что на руках, кончатся, снимаешь сколько нужно со счёта и тратишь в своё удовольствие… Задания для того и нужны — чтобы подниматься вверх по рангу и зарабатывать себе на жизнь. Не знаю, что там про ранг, но чтобы энкару стать элкаром, нужно выполнить 500 заданий за год.

— А не выполнишь? — подняла брови Джу.

— Останешься энкаром на второй год, пока не наберёшь нужное количество, но так рискуешь отстать от остальных. Можно выполнять задания вместе, но так и плата на двоих.

— Слушай, — задумался Жека, — а если, допустим, деньги у тебя кончились и там, и там, что делать?

— Я так полагаю, для этого и нужен Рыночный район, — Кодзу принялся поедать свою сардельку. — Можно устроиться в кафе и там подработать. Много не выполнишь, но баланс установится…

— Ясненько…

— Кстати, если чем выше ранг, тем выше стипендия, то инкары-то, наверное, настоящие богачи? — спросила Джу.

— Инкары… Понимаешь, когда заканчивают учиться, мало кто возвращается к родителям — разве что если положение совсем безвыходное. Кто-то уходит путешествовать, кто-то покупает себе дом и устраивается на работу. Инкары не богачи — просто столько, сколько они получают, как раз и нужно для установления нормальной жизни. Покупки дома и тому подобного… А работа… Грамотного мага, закончившего Магирен, везде примут «на ура», и работать он будет за бешеные деньги…

— А ты, когда приедешь в Магирен, на какую сторону пойдёшь?

— Я ещё не знаю, пройду ли я испытание.

— Испытание?! — ахнули хором Джу и Жека.

— А оно опасное?

— Что-то типа лотереи? Или устного экзамена?

— Ни то, ни то. Я не знаю, что именно оно собой представляет, но оно позволяет определить, какой у человека уровень Искры и можно ли его повысить…

— Ладно, что-то я засиделся, пора и честь знать, — Кодзу, доев свой тобен, поднялся и потянулся, разминая затёкшие конечности.

— Ареманатто! — он сложил ладони, словно в молитве, и поклонился. — Приятно было познакомиться! Пойду-ка я к себе, пока Кайра мои вещи из окна не выкинула…

— Извинись, — напомнила Джу.

— Угу… Ладно, я пошёл!

— Захочешь — заходи, — улыбнулся Жека.

— С удовольствием!

Дверь закрылась.

Наступила тишина.

Жека принялся было убирать пустые коробки из-под тобенов, когда Джу потрясла его за плечо.

— Жека! А что он сказал, когда вышел? Ароматно?..

— А… Да нет, — тот улыбнулся. — Это что-то вроде пожелания приятного аппетита, но уже после еды. Так в Нэгго говорят.

Из коридора раздался грохот и знакомый вопль.

Жека и Джу улыбнулись.

— Покойся с миром…

Глава 4

– Ого, – восхищалась Джу, – так это и есть тот самый Тарсен? Здорово!

– Угу… – Жека тоже с немалым удивлением рассматривал окрестности, озираясь вокруг. – Я, конечно, про Тарсен слышал, но…

Город Тарсен располагался на семьсот девяносто миль на юго-запад от Аланара, недалеко от берега Двуликого Океана. Хоть он и насчитывал примерно девять тысяч жителей, крупным, как Аланар, Нэгго или Ранкар, не считался. Вообще, крупных городов на материке Араэнко было семь: Аланар – город, из которого и прибыл Жека; Ранкар – центр торговли на всём континенте и, помимо прочего, морской порт; Клюлан – город с очень холодным климатом; Нэгго – недалеко от Клюлана, климат чу-уть-чуть теплее и, если верить Кодзу, его родина. Знаменит большим количеством проживающих там зецунов. Армелло – «обитель осени», город с влажным климатом и частыми дождями. Элкаригоэн – большое поселение в Пространном Лесу, вообще без людей, построенное корнелами (красивыми, высокими существами с изящными чертами лица и длинными, острыми ушами). Ну и последний город – Остобионк. Там тоже живут не только люди. Место с ними делят бугрумы – низкие, но плечистые и крепкие. Раса строителей. Чем-то напоминают существ, которых на Земле зовут гномами. Однако слова «гном» на Эрамале не существует.

Тарсен находился он недалеко от Магиреновских границ (в тридцати трёх милях). Знаменит он был одной особенностью.

Сверху Тарсен имел форму почти ровного круга. С улиц же не всегда было заметно, что ВСЕ здания города были соединены между собой – другими зданиями, каменными узорными мостами, мелкими постройками, арками, надземными, наземными и даже подземными переходами. Было лишь одно строение, стоявшее отдельно. Башня Святого Люпена гордо возвышалась ровно в центре Тарсена, посреди обширной, выложенной булыжником площади. Остальные же строения Тарсена, будь то жилые дома, магазины, рестораны, лавки, школы и даже стены, окружавшие город, и ворота были, без преувеличения сказать, единым целым. Красоты у Тарсена это не отнимало: у входящего было чувство, что он попал в старый рыцарский замок. Однако здания не наваливались на зрителя и не давили со всех сторон угрожающими каменными громадами. Улицы, бульвары и проспекты были довольно просторны, так что невнимательный путник и вовсе мог не заметить «особенности» Тарсена. Знали и замечали только частые приезжие и коренные жители.

Жека и Джу шагали по красивому широкому бульвару. Людей было пруд пруди, и шли все в разные стороны. Было довольно шумно, а денёк стоял погожий. По краям бульвара стояли деревянные скамейки, а хорошо убранные газоны были усажены пёстрыми цветками. Позади скамеек возвышались высокие, пышные сосны. То тут, то там мелькали торговые палатки и их владельцы, надрывая горло, зовущие посетителей и клиентов.

– Денег у нас и так немного, – предупредил Жека, увидев, какими глазами Джу смотрит на магазины, – учитывая, что и здесь ещё остаться придётся, да и до Магирена добираться как-то надо.

– Да знаю я, – вздохнула Джу, – но всё-таки… Торговать здесь умеют.

– А то… Ты ещё в Ранкаре не была, – улыбнулся Жека. – Хоть мы и на границе его области, здесь нет и половины того, что есть там…

– Ранкар… Это что, тот город на берегу моря?

– Ага. Туда каждый год слетается огромная толпа купцов – и чего туда только не привозят! Пойди ты туда, у тебя бы, наверное, глаза разбежались…

– Был там?

– Я – нет, а вот дядюшка был. Он вообще много где бывает. Вон скамейка, пошли посидим, отдохнём немного…

Они отошли в сторону от бульвара и присели на одну из скамеек, в тень одной из сосен.

Жека был сейчас одет в белую спортивную куртку и джинсы. Нёс на спине лёгкий рюкзак и посох дяди. На Джу было всё то же белое платьице, но поверх него – Жекина чёрная кожаная куртка, взятая из дома. Сам владелец из неё уже вырос, так что маленькой девочке она была вполне впору. Джу попросила её, потому что здесь, в Тарсене, было несколько холоднее, чем в Аланаре. Не сильно, но холоднее. Никакой ноши девочка при себе не имела.

– Слушай, Жека, – спросила Джу после длительной паузы, – а зачем ты с собой эту ерунду взял?

– А, это… – Жека снял с плеча посох и рассмотрел. – Да без особой надобности. Дядя однажды сказал: если отправишься в большое приключение, бери этот посох с собой, он пригодится. А уж эта поездочка будет явно поинтереснее, чем всё, что я когда-либо делал…

– Понятно… – протянула Джу.

Вряд ли это был даже посох. Он больше походил на трость: гладкое древко, с двух сторон обвязанное синими лентами, с лямкой для ношения на спине. Но ведь посох-то используют как трость… Почему же этот нужно на себе носить?

– О, а почему… – оживилась Джу. – Одна лямка удалена от конца больше, чем другая?

– Не знаю… – Жека пожал плечами, обхватил ладонью посох и провёл рукой по дереву.

Едва ладонь сжалась сильнее, чем надо, четвертинка посоха отделилась от основания. Жека и Джу хором ахнули.

Теперь две части «посоха» соединяла только блестящая полоса из сверкающей серебром стали!

Внутри посоха было лезвие!

Опомнившись от захватившего её на пару мгновений удивления, Джу, нагнувшись к уху Жеки, шепнула:

– Спрячь.

Тот оторвал взгляд от клинка и толкнул его обратно внутрь. С негромким щелчком посох вновь стал единым целым.

Затем Жека огляделся и быстро нашёл глазами причину сказанного.

В десятке метров от них, на противоположной стороне дороги, заполненной идущими людьми, стоял человек. Высокий, широкоплечий здоровяк, шириной и толщиной плеч явно превосходивший обычного человека минимум втрое, роста и вовсе богатырского. Из-под чёрной рубахи с ужасающе широкими рукавами (и где только достал такой размер?) торчало жирное, волосатое, блестевшее на солнце пузо. Пальцы на руках размерами походили на хорошие сардельки. Лицо было и того уродливей: жиденькие чёрные волосы на висках, масса подбородков (невозможно определить, где подбородок, а где складки жира на мясистой шее). Макушка была прикрыта небольшой вязаной шапочкой, но та была толстяку настолько мала, что казалось, будто на голову ему упала какая-то тряпочка и вот-вот слетит. Маленькие свинячьи глазки с изумлением и жадностью уставились на посох, что был сейчас в руках у Жеки.

Когда лезвие со звоном исчезло, глазки эти заморгали, словно очнувшись от миража, и воззрились на Жеку.

– А… это… – промычал он, пряча посох за спину.

Хоть здоровяк при всём шуме улицы и не мог его услышать, от него добром что-то не веяло…

– Пошли лучше отсюда, – Джу привстала со скамейки и потянула его за рукав. – Что-то плохое у меня предчувствие…

Спустя миг Жека понял, что предчувствие её подтверждается.

Громила, кажется, уже обрёл способность разговаривать.

– Эй, – прогудел он с другой стороны дороги, густым басом заглушив все шумы улицы, – а ну, мелюзга, отдавай, что стащила!..

Жека было открыл рот, собравшись ответить, но тут же его закрыл. Такому хоть задоказывайся – всё равно не донесёшь до мозгов даже то, что дважды два – четыре, если здоровяк с этим не согласен. Это по лицу прекрасно видно…

– Идём, – повторила Джу.

– Ага, – Жека кивнул, надел посох на плечо и поднялся. В ногах появилось тягучее чувство полу-напряжения, полу-слабости. Так ноги обычно наливаются в минуты опасности. На таких не побежишь, даже если и захочешь.

Однако не отдавать же этому жирдяю посох!

Здоровяк тем временем двинулся через дорогу, легко расталкивая прохожих.

– А ну, ловите этих воришек! – взревел он, продвигаясь вперёд.

– Всё, пора бежать, – сглотнув, прошептала Джу.

Они шагом двинулись с места.

– Стоять, мелочь!! – рёв раздался совсем рядом.

В сознании Жеки что-то вспыхнуло.

– Бежим!

Он с криком вырвался вперёд, схватил Джу за руку и рванул по улице.

Слабости в ногах как не бывало. Глаза видели мир по-другому – чётче, ярче. Ноги развивали небывалую скорость; разум, как ни странно, молчал, но безмолвно прокладывал дорогу через переулки Тарсена, словно Жека давно здесь был.

Чудесное чувство покоя, ранее никогда не посещавшее Жеку, заиграло в полную силу! Весь мир словно вспыхнул, покрылся яркими красками, и каждый предмет, каждая деталь улиц, даже небо над головой… Появилось ощущение, что раньше он, Жека, жил с закрытыми глазами, всё видя, но при этом не видя НИЧЕГО! Это чувство было нечеловечески сложно описать. И вообще невозможно описать – его нужно чувствовать…

Сначала сзади раздавались крики здоровяка, но вскоре они стихли. Да Жека их и не заметил бы, даже если бы здоровяк и начал орать. Он лишь мчался вперёд, захваченный странным ощущением…

Друзья бежали дальше – по мостам, дворам, через переулки, забираясь вглубь города…

Вскоре Жека наконец выдохся. Они с Джу забежали по лестнице то ли на какое-то здание, то ли на узкий, в два метра в ширину переход, с обеих сторон ограждённый перилами. Что бы это ни было, оно было довольно высоким. С обеих сторон открывались виды на Тарсен.

Едва Жека отпустил ладошку Джу, чудесное чувство начало угасать, меркнуть, пока не исчезло полностью, и не осталось вместо него странное чувство пустоты, как после пробуждения от чудесного сна, когда начинаешь сомневаться, а было ли что-нибудь?..

Мысли снова потекли своим ходом, словно река, на миг остановившая собственное течение. Усталость навалилась на руки и на ноги в тройном размере, лёгкие забеспокоились о нехватке воздуха и начали судорожно его втягивать…

– Фух, оторвались… – выдохнула Джу, толком не отдышавшись, и вытерла со лба пот. – Кто это был, а?

– Не знаю и не хочу знать… – Жека тяжело задышал и опёрся на перила локтями. – Явно не самый хороший друг…

Наступила тишина. Они шумно дышали, пытаясь привести бешено бьющиеся сердца в нормальный ритм…

– Жека, – спустя пять минут молчания сказала Джу, – сюда идут. Погляди вон туда.

Тот слегка перепугался при слове «идут» и повернул голову, ожидая увидеть какую-нибудь враждебно настроенную толпу. Однако увидел всего лишь идущего к ним мальчишку.

Это был худенький, легко одетый блондин. От одного из его карманов тянулся вверх, на груди раздваиваясь в стороны, к ушам, тонкий чёрный проводок. Мальчик был примерно их возраста (помладше Жеки, постарше Джу). Шёл с закрытыми глазами, покачивая головой из стороны в сторону под какой-то неизвестный ритм и явно ничего перед собой не замечая.

– Чего это он? – удивилась Джу.

– Музыку слушает, – ответил Жека, – не обращай внимания, может быть, мимо пройдёт.

Его надежды не оправдались – мальчик открыл глаза.

Они были очень глубокие. Не в смысле впалые, нет. Внутри переливчатых сиреневых зрачков словно таилась морская глубина. Глаза эти смотрели внимательно. Даже не так – всеобъемлюще, будто запоминая каждую мелочь, каждую деталь всего окружающего. Жеку и Джу, казалось, эти глаза и вовсе видели насквозь.

Но мальчик не казался серьёзным. На губах у него играла улыбка.

Он шутливо вытянул руку в приветствии.

– Банрай деГоно! – звонко произнёс он, единым незаметным движением вытащив наушники из ушей и зажав в ладони.

Жека и Джу замерли, удивлённо на него уставившись.

– Чегось?.. Что ты сказал?

– Здрасьте, говорю, – улыбнулся мальчик. Звуки он почему-то растягивал, поэтому получилось «здра-асьте», – меня Джим зовут. А чего это вы тут? Свиданка небось? – на этих словах он коварно ухмыльнулся.

– Нет, – спокойно сказала Джу, – просто стоим, а тебе-то что?

– Мне? Да ничего! У меня и других дел по горло! – Джим, всё улыбаясь, беззаботно закинул руки за голову, – я просто... – он замахал руками, словно отгоняя мух, и явно стараясь показать жестами то, что не мог сказать, – просто! – и замолчал, закончив предложение.

Наступила тишина.

Мальчик устремил свои удивительные глаза на Жеку. Куда-то ему пониже шеи.

– Уу... – удивлённо прогудел он, – тридцать два процента... стандарт, однако. У меня также. А ты, – он перевёл взгляд на Джу, – ого! Тридцать четыре! Так ты что, тоже маг? Такая коротышка, и уже...

– Кто это тут коротышка?!! – взревела девочка.

В следующий момент Жеке пришлось её держать – иначе Джу порвала бы нового знакомого в клочья. Девочка, вырываясь, молотила воздух всеми четырьмя конечностями. Едва удавалось не подставить голову под удар...

– Пусти!.. Меня!!! Да я его!..

– Успокойся уже!!

– Ни за что!!! И тебе достанется!! Какого чёрта ты меня держишь?!!

– Ааа?.. – раздался голос мальчика, – ребят, а чего вы делаете?

– Вот оно как, ясно... – удовлетворённый рассказом Джим откинулся на спину, облокотившись на перила, – путешествуете?

– Не совсем. Я просто сопровождаю её до одного места, – ответил Жека.

– Рыцарь и его странствующая дама?

– Скорее просто друзья-попутчики. Кстати, что ты там про проценты говорил?

– Уровень Искры.

Джу, отодвинувшись в сторону, также стояла и смотрела на город – и дулась. Всё никак не могла отойти от «коротышки».

– Я только недавно научился их видеть, да и то еле-еле, но уже разбираюсь, – говорил Джим, – моя мама умеет видеть Искры, вот и меня научила.

Жека помолчал, обдумывая сказанное.

– Ну и что у нас с этим уровнем?

– У тебя – тридцать процентов. Если у тебя Искра Мага, а это явно она и есть, – то такой уровень нормален, так и в Магирен можно поступить. У людей, неспособных к магии, Искра на уровне двадцати – двадцати пяти процентов. У человека с Искрой Мага в твоём возрасте тридцать процентов – норма. У меня – тридцать один, чуть выше, но это всё благодаря клану...

– А насчёт Джу?

– Её так зовут, да? – Джим поглядел на девочку и сказал громче: – извини, Джу, я не думал, что ты обидишься!

– Или для тебя я – госпожа Джулия, или для меня ты труп, – пробурчала в сторону Джу, не поворачивая головы.

– Ууу... – Джим повесил голову, – на вид – милашка, а вот характер... – он страдальчески покачал головой.

– Это я уже знаю, – вздохнул Жека, – приходится терпеть – не бросать же её. Только смотри милашкой в лицо не назови – порвёт похуже, чем за «коротышку».

– Хорошо, я запомнил! – улыбнулся Джим.

– Ну, так что у неё с уровнем?

– Обалденно! Для её-то возраста такой уровень ещё поискать надо... Да при её-то росте...

– Я щас кому-то по лещам надаю... – раздался со стороны грозный голос.

– А, так ты всё слышала? – удивился Джим.

– Почти. Что-то про уровень, а потом – про рост, чтоб те пусто было...

– Да не говорил я ничего про твой рост! Но ведь это и правда удивительно! Тридцать четыре процента не каждый эркар наберёт! А ведь ты ещё даже не училась! У тебя это набранный или природный уровень?

– Природный, – неожиданно ответила Джу.

Жека был немало удивлён, ожидая, что девочка начнёт переспрашивать. Джу поймала его взгляд.

– Не смотри, как на деревенщину, будто вообще нечего не понимаю, – пробурчала она, положив подбородок на руки, – мама рассказывала, что есть у человека природный уровень Искры, а есть набранный. Природный – это то, что был с самого рождения, а набранный – тот, который ты накопил сам, с помощью тренировок. У меня – природный. Я его не тренировала...

– Аа, ясно, – кивнул Жека, – так значит, Магирен...

– Правильно, – кивнула Джу, – многие там и повышают уровень Искры. У энкаров – тридцать, или около того процентов. А у инкаров – гораздо выше...

– Да, именно так, – подтвердил Джим, – кстати, коли уж про Магирен заговорили, – он посмотрел на Жеку, – не туда ли ты, случайно, сопровождаешь свою прекрасную леди?

– Ещё один гудок с твоей платформы, и твой зубной состав тронется, – Джу показала кулак.

– Всё-всё, молчу! – захохотал Джим, замахав руками, – ну так?..

– Нет, – ответил Жека, – мы не в Магирен. Нам в Локки нужно.

– А, Локки! Я знаю, где это! – подскочил мальчик.

– Представь себе, я тоже, – буркнула Джу.

– А я завтра на учёбу туда отправляюсь, – кажется, на вставленную реплику он внимания не обратил, – кстати, и вы двое туда можете поступить.

– Серьёзно? – поднял брови Жека, – как это?

– Да вот так, – Джим пожал плечами, – можете, потому что уровень Искры у вас подходящий.

– А не слишком ли просто? – прищурилась Джу, – эдак ведь туда любой желающий может поступить, желающих наверняка – ого-го!

– Для записи на Испытание вы должны приехать в Магирен за три дня или раньше и подать заявку на вступление. Тогда вы допускаетесь до Испытания. Однако приехать – ещё не всё. Само Испытание – самое важное на пути к учёбе. Если у тебя недостаточно сил для магии – извиняй, Магирен не для тебя. А Испытание как раз это и определяет.

– Ясненько, – пробормотала Джу, задумавшись, – а что, может и получиться. Жека, не хочешь пойти туда учиться, а?

– Ч-что?! – Жека был ошеломлён. – Ты что, я же... я ведь не... же... я...

Он замолчал.

В общем, не такая уж и плохая идея... И дядюшка не станет волноваться: из Магирена можно отправить ему письмо, что Жека в безопасности. Да и учёба в Великой Академии кажется заманчивой, очень заманчивой! И деньги на жизнь, и цель в жизни, и даже (Жека в этом не сомневался) новые друзья появятся! Всё это будет!

– Я не против, вообще-то, – кивнул он. – А ты, Джу? Тоже попробуешь пройти Испытание?

Та подняла голову.

– Не знаю... С моим-то дефектом это вряд ли получится. Ты-то можешь, ясное дело, а вот я...

Она повесила нос и загрустила.

– Вряд ли из меня выйдет маг.

– Это ещё почему? – поднял брови Жека. – Что ещё за дефект такой?

– Природный, так же, как и уровень. От папаши достался, – слово "папаша" Джу произнесла с явным отвращением – словно сплюнула горькую жидкость.

– Хоть Уровень у меня и высокий, контролирование выходит рывками. Из-за этого – несочетаемость сказанной мантры, жеста, желания и затраченной энергии, вот и эффект не пойми какой. Простыми тренировками здесь не отделаешься.

– Ну-ка, покажи, – удивился Джим, загоревшись. – Я хочу это увидеть!

– Да пожалуйста, – Джу сложила ладони в знак "Огонь" (указательные и большие пальцы рук соединены, а кулаки сплетены). – Только потом не жалей...

Она набрала воздуха в грудь.

– Мика Лайго!

Из двух пальцев выплеснулось что-то белое, непонятное и желеобразное, взлетело в небо, затем – через перила – и вниз, словно выкинутая из тарелки каша. Раздался свистящий звук, и...

– Эй, хулиганьё, это вы чем швыряетесь?!! – раздался через несколько секунд тишины удивлённый, басистый и до жути знакомый голос снизу. – А-ну, быстро вниз, я из вас потроха повыбиваю!!!

Джим осторожно просунул голову сквозь перила, за ним выглянул и Жека. Джу протиснулась между ними. Все смотрели вниз.

Тот самый здоровяк, что положил глаз на Жекин посох, стоял внизу. Вязаная шапочка и вся голова до шеи были облеплены белой жижей, медленно стекавшей вниз и капавшей на землю. Мужчина со злостью смотрел на переход, прямо на них.

– Вот так встре-еча, – удивлённым шёпотом протянул Жека.

Верзила, кажется, тоже его узнал – маленькие глазки на пару секунд встретились с посохом, висящим за спиной.

– Это ты!!! – охнул он. – Ну, сейчас я тебя...

Толстяк засуетился и кинулся куда-то в сторону – видимо, искать способ забраться наверх.

– Бежим быстрее, – сказал Джим, вытаскивая голову из стальных жердей и выпрямляясь. – Вообще-то, я живу далековато, но придётся попотеть, чтобы вы к нему не попали...

Они побежали к другому выходу.

Открыв дверь пинком ноги, Джим вылетел в проход и, прыгая через две ступени, побежал вниз по лестнице. Жека и Джу вбежали за ним; последняя захлопнула дверь и щёлкнула простеньким замком, после чего поспешила за мальчишками.

Они спустились на несколько пролётов вниз и побежали по коридору. У Жеки, конечно, вновь появилось то же чувство в ногах, но на этот раз оно лишь заставляло бежать быстрее (азарт это, кажется, называется).

Иногда встречались люди, идущие навстречу. Они нервно оглядывались, когда трое подростков пробегали мимо.

В конце одного коридора Джим наконец остановился и прислонился к стене.

– Пока что не догонит, – он улыбнулся, а затем захохотал. – Ловко ты его, Джу!

Жека и Джу также неуверенно засмеялись вместе с Джимом. Напряжение спадало, осталось лишь спокойствие и непонятное веселье.

– А ты знаешь его? – спросил, отсмеявшись, Жека.

Джим тоже успокоился.

– Да, знаю. Тот ещё тип. Зовут Буррен. Сколько я здесь живу... где-то пару месяцев, а уже успел о нём наслышаться от местных жителей. Преступник, беженец из Нэгго. Часто там выпивал и дебоширил, натворил столько дел, что пришлось бежать от властей... В конце концов, очутился здесь. Сжёг пару квартир – люди догадываются, что в этих квартирах жили те, кто что-то о нём знал. Он хотел, чтобы они молчали и стали примером для других. Вот местные жители и не выдают его властям Тарсена – боятся. И попробуй что-нибудь объясни – что им, что Буррену... Да что греха таить, его даже власти Тарсена побаиваются – вот и закрывают глаза. А он творит в городе что хочет, только не на глазах у полиции.

– А что, Ран-Маги сюда не заглядывают?

– Не-а, нечего им делать в такой дыре, – Джим махнул рукой.

– Вот вы где, паршивцы!!!

– Ой, – охнул Джим. – Бежим, ребят!

Глава 5

– Вот и пришли, – тяжело выдохнул Джим, запирая дверь в квартиру. – Наконец-то…

Все трое шумно отдыхивались от бега по, так сказать, «пересечённой местности».

Джим не стал стоять на месте – запер дверь на защёлку и, скинув туфли, пробежал внутрь квартиры, сказав им шёпотом:

– Проходите, я пока кое-что поищу… Дома только сестрёнка. Не пугайтесь!

Затем он исчез в одной из комнат.

Жека и Джу сняли обувь и осматривались, оставшись стоять, несмотря на приглашение Джима, у входа.

Отсюда, из квадратного коридора, в разные стороны расходились три раздвижных двери (не считая той, что вела на улицу). Одна из них – левая – была отворена – туда вошёл Джим, и теперь там копошился.

– Чёрт, да где же он… Тут же был, – раздавалось оттуда недовольное пыхтение.

Вторая дверь была прямо перед ними. На ней висел небольшой детский рисунок, изображающий не то корову, не то кошку ярко-малинового цвета. Третья дверь – правая – была серой, без каких-либо обозначений.

Даже здесь, в коридоре без окон, было довольно светло. Около шкафчика для обуви, высотой примерно с Жекину макушку, висело круглое зеркало – со стороны комнаты Джима.

Вдруг отодвинулась в сторону ещё одна дверь – левая, и из неё вышла девочка.

Ростом чуть-чуть повыше Джу, одетая в зелёную пижаму и такого же цвета штанишки, она потирала глаза, словно только что проснувшись, и была будто бы чем-то огорчена. Волосы, никак не заплетённые и свисающие до плеч, были красивого блекло-бирюзового цвета. Лицо было небольшим, но симпатичным, хотя черты его тоже отдавали какой-то внутренней тоской. Но красоты у девочки это не отнимало.

«Сестра его, наверное», – подумалось Жеке. Было у Джима и девочки в очертаниях лиц что-то неуловимо-общее, несмотря на, казалось бы, сильные различия. Но глаза у неё были не те – вроде бы такие же глубокие и цвета похожего, но… грустные. Печальные, словно осенний дождь. Потерявшие надежду… уже не отчаявшиеся, а просто смирившиеся с какой-то тяжёлой ношей.

Девочка подняла голову и встретилась глазами с Жекой.

– П-привет, – улыбнувшись, он поднял руку, а затем толкнул Джу в бок.

– Ой, да, привет, – очнулась та и слегка поклонилась. – Мы тут просто…

Девочка оглядела их, быстро и коротко кивнула, не проронив ни слова, а затем шагнула спиной вперёд обратно в свою комнату и закрыла дверь.

Наступила тишина, прерываемая лишь шуршанием, издаваемым Джимом.

– Нашёл! – раздался тут же торжествующий возглас, и он выскочил из комнаты, зажав что-то в кулаке.

– Что, проснулась? – посмотрел он на Жеку и Джу. Те молча кивнули. – Ох, хорошо. Идёмте на кухню, чтобы здесь не шуметь, я вам кое-что покажу.

Они прошли в переднюю дверь.

Кухня была такой же квадратной формы, аккуратно прибранная и светлая. У окна стоял длинный деревянный стол, в него были задвинуты четыре стула. Вся мебель – мойка, шкафы с посудой, даже плита и холодильник – здесь была из нежно-кремового, почти белого дерева. На подоконнике лежало несколько газет и одна книга.

Джим подошёл к плите и, облокотившись на неё, сказал друзьям:

– Смотрите, – и вытянул руку вперёд, открыв ладонь.

На ней лежал браслет, сплетённый из матовых красных камешков. Среди одинаковых (размером с виноградину) был один побольше, с вырезанным и раскрашенным оранжевым огоньком.

Джу взяла браслет двумя пальцами.

– И что это? – скептически спросила она.

– Это должно помочь тебе в магии, – серьёзно ответил Джим. – Регулятор – так он называется. Контролирует поток Искры в руке – только надень его на руку. Нужен он как раз для новичков. Его Лере купили, но она что-то к магии не способна.

– Лера? – переспросил Жека. – Это сестра твоя?

Джим кивнул.

– Да. Лера Мэйко. Сестрёнка.

– Ну так что, – Джу уже надела браслет на правое запястье. – Я попробую?..

– Да, давай, только в окно, – засуетился Джим и, подбежав, щёлкнул замком и отворил стеклянные створки. – Что-то не горю желанием мыть пол…

– Ага, – кивнула Джу и, подойдя к окну, снова сложила руки в формацию.

– Мика Лайго!

Пальцы засеребрились белым светом, затем засияли обе ладони…

– Твоюма!.. – неразборчивый Жекин крик потонул в треске искр.

Настоящая молния, белая и длинная, проскользнула по кухне и выскочила в окно. Пролетев несколько десятков метров, она затрещала и взорвалась небольшим белым салютом над крышей какого-то строения.

На кухне повисла звенящая тишина.

Все трое несколько раз ошеломлённо переглядывались и смотрели поочерёдно на окно, на руку Джу и на то место за окном, где только что была молния.

– Эй, – слегка офигело выдохнул Жека, – это, чёрт возьми, что было, а?..

– Шаровая L-молния, – пожала плечами Джу, разглядывая свою ладонь, словно не веря, что оттуда вылетело что-то подобное, – не ожидала, что получится. Раньше одна каша была... Круто! – она оживилась, – ну, я заберу его себе, ладно, Джим?

– Конечно, забирай, – рассеянно закивал тот, – но больше не колдуй! А если и будешь – то регулятор снимай. Лучше уж вымыть пол, чем соскребать со стены пепел...

Было видно, что он испугался.

– Слушай, а чего у тебя сестричка такая... неразговорчивая? – спросила Джу. – Людей боится или не выспалась сегодня?

Жека под столом пихнул её ногой.

– Ай! Ну чего, интересно же...

Джим стоял у плиты и готовил завтрак. Они сидели за столом у окна – мальчик буквально упросил их остаться хотя бы на завтрак.

Однако на вопрос ответил не сразу. На несколько секунд воцарилось молчание. Джим, казалось, подбирал нужные слова для ответа.

– Мм... Да ничего, тайны в этом нет.

Он глубоко вздохнул.

– У Леры больное горло. Очень редкая болезнь: у человека атрофируется что-то там в горле, из-за чего боли не чувствует, жуёт, глотает нормально и даже язык не повреждён... а говорить не может. Даже звуки горлом издавать. Как отрезало. Вот Лера говорить и перестала.

– Жуть какая, – вздрогнула Джу, – как это вообще? Из-за чего?

– Нам бы знать... – пожал плечами Джим.

***

– Хей, Жек, куда мы идём, а? – спросила Джу, стараясь держаться в тени – солнце горячо пекло голову, хотя был только полдень.

– Не хейкай, – буркнул Жека, – набралась, блин, привычек у Джима, хотя относительно недолго мы с ним и пробыли...

– Ну, а тогда чего мы так рано ушли? Этот Буррен, наверное, ещё не успокоился.

– Ну не жить же нам у Джима дома, в конце концов! У него и свои дела есть... А то получилось, как в сказке про того осла – пришёл в гости, объел хозяев и сразу драпать...

– Это ты зря. Мы же в дверь благополучно пролезли.

– Издеваешься, что ли?! Я в переносном смысле!

– А то я не понял...

– Эй, ребята, подождите! – раздался сзади девчоночий голос.

«Да что тут, в привычке, что ли, у всех эйкать...»

Конечно, не факт, что кричали их, однако Жека всё же обернулся.

К ним подбежала девочка. Не то что маленькая – немного ниже Жеки. С ярко-красными волосами, уложенными в чёлку, полностью закрывающую один глаз. Одета довольно ярко, но явно хрупкого телосложения.

Правый изумрудный глаз уставился в лицо Джу.

– Приве-е-ет... – девочка перевела взгляд на Жеку, – о! – глаз моргнул и, не моргая, пытался просверлить Литонского.

– Ээ... Чего?

– Моргнул! – выдала она вдруг, – всё-всё-всё, проиграл, проиграл, проиграл, ты мне должен десять био!

– Чего?! С какой это стати я тебе...

– Мы играли в гляделки, ты проиграл, то есть – моргнул. Ты должен мне сумму денег... Понял?! Посмотрел – моргнул – должен!

От этой речи Жека чуть не начал рвать на себе волосы, когда Джу сзади начала тихонько хихикать в кулачок.

– Ничего я тебе никому не должен, тебе – тем более, – отрезал Жека, вновь обретя спокойствие, – чего лезешь, мелочь... Идём, Джу.

– Ага.

Они вновь продолжили путь, обходя странную девочку.

Не удалось сделать и нескольких шагов.

– Стоять!

– Чё?..

– Ладно-ладно... Не должен. Только подожди чуток...

Жека обернулся.

– Ну, чего тебе нужно-то?

И открыл рот от изумления. Той девчонки не было. Перед ним стояла аккуратно причёсанная девочка с бледно-синими волосами и менее загорелым лицом.

Но... глаза, вроде бы, остались те же – изумрудного цвета (второй, кстати, оказался точно таким же, что и первый).

– Ох, а где та? – спросила Джу, открыв рот от изумления, – она же только что тут стояла!

– Кто? – девочка дурашливо обернулась, – да я это была.

– Врёшь, – неуверенно проговорил Жека, с ужасом понимая, что так оно и есть.

– Не-а, не вру. А если вру – ты мне всё-таки должен.

После недолгой паузы он вздохнул, резко тряхнув головой.

– Ладно. Это была ты.

– Ну вот и хорошо. Рада вам представиться, – девочка склонила голову в приветствии, – меня зовут Ёми Арига. Можете звать меня просто Ёми. А вы?..

Жека и Джу по очереди представились. И вдруг раздался знакомый рычащий бас:

– Опять эта мелочь!!!

– От, твою за ногу, – выругалась Ёми, склонившись от усталости и упершись спиной в стену, – вы что ж, от Буррена бегаете?

Джу, толком не отдышавшаяся от бега, устало кивнула.

– С утра покоя не даёт.

Они стояли в каком-то тёмном закутке, под мостом. Рядом шумела небольшая речка, под ногами была смесь каменной пыли с песком и глиной.

– Не завидую... А чего это он к вам прицепился?

– Жекин посох ему, видите ли, понравился...

– А? – Ёми поморгала, – а что с ним?

Жека вместо ответа потянул лямку, снял посох со спины и потянул за правую половину.

Из древка со свистом вылетело прямое серебряное лезвие клинка.

– Ого, – поразился Жека, – оно ещё длиннее, чем я думал.

– Даже, хмм, и не посох, – пробормотала Ёми, – самый настоящий меч с ножнами! Но замаскированный под тросточку.

– Ничего себе «тросточка»! Да и меч – не очень и меч, – покачала головой Джу, – короткий для меча. С такими клинками ран-маги ходят. Называются «рейкен».

– Рейкен, да?.. Так это что, действительно оружие для Ран-Мага?!

Жека их не слушал. То есть слушал, но вполуха – он разглядывал лезвие.

Да, действительно классная вещь! Если и правда рейкен – оружие Ран-Мага, то он может и Искру в клинок проводить! А если нет... Всё равно – обладать подобным оружием уже счастье! И откуда оно у дядюшки?!

«Да уж, дядя Макс, спасибо... Обалденная, должно быть, штука!..»

Жека покрепче сжал рукоять и описал в воздухе широкую дугу. Рейкен был поразительно лёгким: в нём не чувствовалось стали или серебра. Лезвие свистело в воздухе, описывало восьмёрки, круги, дуги и спирали, резало высокие лопухи и траву, как воздух, – и листья распадались надвое!

Что бы ни находилось сейчас в руках Жеки – это было потрясающее оружие!

– Супер! – выдохнула Ёми, когда Жека наконец перестал махать рейкеном, – потрясающе!

– Ага! – с улыбкой выдохнул тот и с трудом сунул лезвие обратно в импровизированные ножны. Чудо-оружие вновь стало посохом...

– Опачки! – раздался сбоку грубый голос, – чьими это мы тут игрушками балуемся, а?!

Из-за моста выпрыгнул длинный пацан в чёрной куртке. Упруго столкнувшись ногами с землёй, он встал лицом к ребятам, загородив путь по берегу. За ним спрыгнули ещё четыре-пять таких же пацанов. Выглядели не очень похоже на хороших людей. Да и поглядывали на Жеку, Джу и Ёми не очень дружелюбно.

«Местная гопота», – опередил Жека. Ему в Аланаре с такими встречаться не приходилось, однако слышал про подобные «экземпляры».

И знал, что лучше в неприятности не ввязываться, пока не перекрыли ход к отступлению...

– Чего это вы тут балуетесь? – деловито, но с намёком на собственное превосходство в голосе спросил главарь, – отцовское? Дай посмотреть!

– Ага, щазз... – бросила ему в лицо Джу, – так он тебе и дал! Ступай себе и бугаёв своих забирай!

– Чё?.. – Пацан плюнул в сторону, медленно повернул голову и протянул руку, собираясь схватить девочку за воротник, – чё ты сказала, мел...

«Жека, а ну быстро очнись!!! Этот ублюдок нарывается!»

– Не трогай её!!! – раздался крик, и гулкое эхо пробежало под мостом.

Рейкен вновь выскочил из ножен и резанул парня по руке.

Тот взвыл от боли и схватился за запястье.

– Бежим! – скомандовал Жека, вновь убирая рейкен.

Троица бросилась вверх, из-под моста. Послышались крики, и пацаны рванули в погоню...

«Молодец, – одобрил, улыбаясь, Таканн, – так держать, Жека. Хотя можно было и кулаком по роже...»

«Не радуйся, Таканн. Это ещё не всё...»

Далеко убежать не удалось.

Они бежали вдоль стены дома, соединявшейся с мостом, и едва добрались до угла, как...

– Вот вы где, мелочёвка!

«Стоит развернуться – и нарвёмся на гопоту. Даже если положить одного-двух, подоспеет Буррен...» – обречённо думал Жека.

Да уж... Загнали в угол.

И вот шестеро парней приблизились вплотную к троице, а Буррен прижал их с другой стороны.

«Вот и попали...» – затравленно подумал Жека.

«Вот и попались...» – удовлетворённо изрёк Буррен.

Пальцы Жеки сильнее сжали рейкен, всё ещё находившийся в ножнах.

И Ёми тоже.

Нельзя сказать, что Джу была первым Жекиным другом. Там, в Аланаре, остались те, с кем он часто проводил время и считал друзьями: его одноклассники и даже девчонка, на которую он заглядывался. Да, они окружали его и, наверное, были верными друзьями. С ними со всеми он был знаком дольше, чем с Джу. Однако теперь Джу тоже была его другом.

И Ёми, и Джим, и Кодзу.

И рейкен...

«Бейте сколько хотите... Но всего, что я приобрёл за последнее время, вы у меня не отберёте!!!»

Лезвие свистнуло в воздухе, выскочив из посоха.

– Ох-хо-хо, мальчик решил пошутить! – мерзко захохотал Буррен, – да я тебя, сопляк...

Джу сложила руки.

– Мика Райко!

Это была не молния. Но и не белая каша.

Девочка, кажется, испугалась, и в заклинании что-то перепутала – перед здоровяком полыхнула зелёная вспышка. Тот отшатнулся, хотя и не получил особого вреда, – однако явно испугался.

С другой стороны, опомнившись, на них накинулась шпана.

Двое, зажав руки Джу, повалили её на землю, другие скрутили Ёми...

– А-НУ!!!

Лезвие мелькало то тут, то там, и парни, вскрикивая от внезапной боли, хватались за порезанные места.

Ёми выпрямилась и, не разворачиваясь, весьма точно попала сзади стоящему в пах. Тот с тяжким стоном осел на землю. Джу повернулась и накинулась с кулаками на другого пацана.

– Получай! – кричала она, молотя его по груди.

Парень, впрочем, схватил её за запястье и легко вывернул руку. Девочка вскрикнула от боли...

– Джу!! – Жека развернулся и кинулся к подруге, уже занося рейкен для удара...

– Пошла прочь, шпана проклятая!! – Буррен разметал парней, тяжело пнул Ёми (та застонала и упала наземь) и кинулся на Жеку, заорав ему:

– Отдавай меч!

Странно, но шпана (кроме тех, что лежали поверженные) сразу удалилась.

Жека раскрутил рейкен.

– Этот меч мой по праву, Буррен! – крикнул он, старательно скрывая дрожь в голосе, – и тебе я его не... АЙ!

Здоровяк уже добрался до него и подмял под себя. Отвратительная куча жира навалилась на Жеку.

– Отдава-а-ай! – тяжело хрипя, Буррен схватился прямо за лезвие и попытался вырвать его у Жеки, – от-да-аай... меч...

Рукоять уже начала выскальзывать из вспотевшей ладони – силища у Буррена была немереная.

– Жека! – испугалась Джу, но друга уже не было видно под тушей Буррена.

– Кол... дуй... давай... – всё ещё лёжа прохрипела Ёми, схватившись за живот – видимо, туда пришёлся удар.

– К-колдовать... Да...

«Как же там... Да неважно, главное, чтобы был эффект!» – решила Джу и быстро сложила пальцы в формацию.

– Ну, ща я тебе!.. Мика Тайго!

В последний момент Джу с ужасом осознала, что сделала что-то не то, и это «что-то не то» сейчас ей аукнется...

Из руки вновь с жутковатым плеском выскочила белая каша. Прямо в воздухе она затвердела, превратившись в твёрдый белый ком. Камнем этот ком полетел прямо в спину здоровяку, но в момент падения вдруг рассыпался в порошок и снежком осел на Буррена.

– Чё за...

Через пару секунд «снежок» как-то странно расширился и вновь стал белой кашей, которая стекала и капала с широкой спины на землю.

– Что за... – одновременно сказали Джу и Буррен.

Девочка глядела на свою руку. Точнее, на голое запястье...

– Чёрт! Я его сняла! Я сняла регулятор!..

Ёми подняла правую руку и указала в сторону Буррена и Жеки.

– Рикто Ган!

Жижа, перестав капать, отвердела, прочно приклеив руки толстяка к спине.

– Что?! Что ты сделала, мелюзга?! – завопил Буррен, не в силах пошевелиться.

Жека, опомнившись, поспешно выбрался из-под туши и вырвал из здоровенной ладони рейкен. Брызнула струйка крови, здоровяк скорчился и так и сыпал проклятиями:

– Мелюзга, маленькие твари, чтоб вы все сдохли, откуда вы меч взяли?!

Не обращая на него внимания, Жека встал, сунул рейкен обратно в посох, подошёл к Ёми и склонился над ней.

– Ты как?

– Да... Херово, знаешь... – хрипя, сказала она, держась за живот, – кишки к спине прилипли...

– Ну, раз шутишь, значит, жить будешь, – облегчённо сказал Жека.

– АЙ! – раздался сзади вопль Джу.

Жека обернулся.

Позади неё, появившись из ниоткуда, стоял мужчина. В чёрном плаще, с длинными белыми волосами и двумя настоящими мечами – длинными, блестящими острой сталью до рези в глазах. Эти мечи сейчас скрестились на горле Джу.

– Жека... – со страхом выдохнула она. В глазах читалась мольба о помощи.

Но как ей помочь?..

– Ты, юная госпожа, – сказал незнакомец, – пойдёшь со мной. Тебя ждёт Владыка, Дочь Луны...

Глава 6

— А-ну не двигайся! — крикнул ему Жека, двинувшись с места и занося рейкен для удара.

— ЖЕКА, НЕТ!!!

Это кричала Джу.

Он остановился.

Никогда раньше он таких звуков от Джу не слышал. Таких, что на пару секунд и самому стало страшно. Наверное, сейчас она действительно испугалась. Мечи странного мужчины почти касались шеи девочки.

А Джу сильно дрожала. Больше ничего не говорила, только уставилась на Жеку молящими глазами: «Помоги, помоги, пожалуйста!».

«Как тебе помочь, Джу, КАК?..» — бессильно думал Жека, оглядываясь по сторонам.

— Убери лезвие, мальчик, иначе я убью её, — тихо проговорил мужчина. — Я же сказал: её ждёт Владыка.

— Что ещё за владыка?! — Жеку это мало интересовало, кричал он просто от бессилия, стараясь хотя бы задержать мужчину, но не представляя, что делать дальше. — Ты-то сам кто?! Зачем тебе она понадобилась?!

Мужчина склонил голову.

— Меня зовут Энвир. Цели моего господина я раскрывать не собираюсь. Моя задача — доставить ему Дочь Луны.

Под ногами его что-то засветилось: появились какие-то белые линии и руны.

Что-то подсказало Жеке: эта штука должна унести их отсюда.

— Нет, стой! — крикнул он. — Оставь её!

На эти слова Энвир только слабо хмыкнул.

— Как в героической легенде, предложишь себя вместо неё?.. Как глупо.

— Да не собирался я…

Обе фигуры — Джу и Энвира — замерцали, покрылись белым сиянием.

«Надо что-то сделать, надо что-то…»

Не придумав ничего лучше, Жека метнул в мужчину рейкен.

Миг спустя, когда лезвие уже рассекало воздух, он с ужасом подумал, что Энвир может заслонить себя Джу… Но было поздно.

Мужчина увидел летящий рейкен. Сияние исчезло — он, ведя Джу за собой, уклонился в сторону, нарушив перемещение, и упал, случайно освободив девочку.

— Беги, Джу, беги! — крикнул Жека, видя, что произошла заварушка.

Затем он потерял её из виду. Точнее, уже не смотрел, а бросился на Энвира, давая подруге возможность убежать. Пробежав пару метров, Жека подхватил с земли рейкен и бросился на противника.

Замах…

— Как глупо, — повторил Энвир, поднимая клинки.

Быстрое, неуловимое движение — и рейкен отлетел в сторону, вонзившись в землю в нескольких метрах от них. Жека, оставшись безоружным, на миг замер в растерянности. Ещё один взмах двух мечей не задел Жеку, но тот отшатнулся назад и, споткнувшись, упал.

— Жека!!! — раздался сзади крик Джу. Энвир занёс оба меча в размахе…

— А-ну стоять!!! — раздался сзади боевой клич.

Энвир обернулся и избежал удара. Странная расплывчатая человеческая фигура, неизвестно откуда появившаяся, нанесла удар в сплетение клинков. Удар, похоже, был нешуточной силы — Энвир аж покачнулся.

Фигура тем временем неуловимо отскочила назад, мелькнула в сторону и нанесла удар с другой стороны. Мужчина отшатнулся вбок, когда фигура… не то чтобы стала чёткой, а просто остановилась на месте, и её можно было разглядеть.

Несколько секунд Жека приглядывался, не веря своим глазам.

— Дядя Таланс! — наконец выкрикнул он, узнав незнакомца.

— Вот уж не думал, Така, что тебя здесь встречу, — усмехнулся Таланс, обращаясь к Жеке через плечо. — Но вот проходил мимо и увидел, что очередной Литонский вляпался в неприятности по самое не могу…

— Это… — Жека слегка растерялся. — Дядя Таланс, он…

— Не объясняй, — Рыжий повернул голову к Энвиру. — Ну, здравствуй… Как там тебя звали?

— А я надеялся, Рыжий, что мы больше не встретимся, — тот даже приспустил мечи, явно удивившись.

Таланс почему-то замер. Затем его лицо исказила гримаса ярости.

— Не называй, — сощурившись, прорычал он, сжимая и разжимая кулаки. — Не называй меня…

Мерцание усилилось.

— …РЫЖИМ!!!

— Вот-вот, опять началось, — рот Энвира совершенно неожиданно расплылся в широкой ухмылке. — Ты что, как всегда…

Вспышка — и рык Таланса:

— Ненавижу эту кличку!!!

Удар, удар, удар!

Энвир с лёгкостью блокировал все яростные и сильные, но очень предсказуемые атаки Таланса. Хоть Рыжий и двигался с поразительной скоростью, казалось, будто не он атакует Энвира, а два меча притягивают Таланса к себе. В этой схватке побеждала не скорость — Энвир просто отражал атаку там, где она, по его мнению, должна была появиться.

Удар!

— Растерял ты свой…

Удар, удар!

— …опыт…

Мелькнуло три удара.

— …Рыжий!

Удар!

И… тишина.

Таланс куда-то исчез.

В следующий миг…

— Эй, Энвир!

Тот мгновенно обернулся.

Таланс стоял на крыше дома. Стоял и спокойно смотрел вниз, на противника. Так можно разглядывать какой-то предмет, лежащий на асфальте. Одну руку — правую — он выставил вперёд, а другую держал у груди, сложив пальцы в мантру.

Над правой ладонью мерцал какой-то непонятный полупрозрачный сгусток.

— А теперь… познай силу Рыжего! — спокойно сказал Таланс. Злости как не бывало — зато голос в тишине был слышен отлично. Неужели он только притворялся яростным?.. Неужели сражение, длившееся до сих пор, было ненастоящим?..

Сгусток в руке Таланса обрёл форму почти ровного шара.

— Файнеркан!

Ещё один миг — шар засветился ярко-рыжим цветом и замерцал.

Таланс широко замахнулся и запустил сгусток в Энвира.

Раздался свист бомбы, рассекающей воздух, мелькнула огненная линия.

Громыхнул взрыв. Земля под ногами вздрогнула. Затем вспышка — огонь полыхнул в месте, где только что стоял Энвир. Жека зажмурился от яркого света.

Когда же он открыл глаза, на том месте, где был Энвир, в земле зияла выжженная дыра, словно от падения метеорита. Но не было ни Энвира, ни его обгорелого трупа… Он просто исчез.

— Где он? — Жекин голос прорезал звенящую тишину.

Таланс спрыгнул с крыши, упруго приземлившись на землю, и подошёл к чёрному кратеру.

— Однако, успел же… — пробормотал он, присев на корточки у края, который ещё слегка дымился. — Переместился, гад…

Затем он встал и оглядел переулок.

— Стоп. След-то двойной. Почему…

Он замер. Жека, Джу и Ёми в недоумении смотрели на него, чего-то ожидая.

— Понял… — Таланс как-то непонятно ухмыльнулся. — То-то я смотрю, Буррен пропал куда-то.

***

— Идиот, — медленно и зло выговаривал Ранкор, расхаживая из стороны в сторону.

Энвир сидел, привалившись к стене, и тяжело дышал. Правое предплечье кровоточило, и он сжимал его левой рукой, тщетно пытаясь остановить кровь. Лицо его было бледнее, чем обычно.

Чуть правее от него лежал Буррен, чьи руки и ноги всё ещё были слеплены белой жижей. Он был без сознания, оглушённый ударом Ранкора.

— Кретин, недоумок. Балбес. Идиот.

Энвир молча выслушивал эту содержательную речь, то ли не в силах ответить, то ли просто из нежелания возражать.

— ЗАЧЕМ?! — наконец, не выдержав, выкрикнул зецун, резко подскочив к наёмнику. — СКАЖИ, ЗА КАКИМ САТАНОЙ НУЖНО БЫЛО ПРИВОДИТЬ СЮДА ЭТОГО ЖИРНОГО УБЛЮДКА?!

Энвир вновь не ответил, но зецуну, похоже, это было не очень и нужно. Он вновь заходил из стороны в сторону.

— Дурак. Идиот. Балбес… — он явно старался вспомнить новые оскорбления, связанные с недостатком ума, но в голову никакие не шли, и приходилось пользоваться старыми. — Недоумок, идиот…

— Ран… Ран-кор-дан… — выговорил наконец наёмник. — Там… Рыжий. Я… Я не…

— Кретин, бал… Что?! — Ранкор остановился и сощурился. — Какой ещё Рыжий? Ну-ка, ну-ка, просвети меня, что это ещё за Рыжий?!

Прошло ещё несколько секунд, пока Энвир отдышался и заговорил.

— Вы же Таланса знаете?.. Таланс… — он закашлялся.

— Таланс? — удивился Ранкор. — А что этот рыжий засранец там забыл?..

— Я сам не знаю, господин, но он появился… и обжог мне руку своим Файнерканом. Я бы сгорел, если бы не…

— Я спрашиваю, что он забыл в Тарсене?!

— Не знаю!

— Да мне, в общем-то, до бантика, — Ранкор нетерпеливо махнул рукой. — Я спросил, зачем ты его сюда притащил?! — он указал пальцем на Буррена.

Энвир со злостью подумал об идиотской привычке зецунов перескакивать в разговоре с одного вопроса на другой, но ответил спокойно:

— Он… случайно попал в зону действия моего заклятия, иначе погиб бы…

— Да сгорел бы к чертям, какая тебе разница?! — едва не зарычал зецун. — Его в Негго и в Клюлане ищут, а он в Тарсене нычится… Буррен. Так, кажется, его зовут.

— А за что… его ищут? — спросил Энвир, сжав зубы от боли.

— Да пьянь он подзаборная, бухает да дебоширит, кому он нужен… Слизняк. Реально, оставил бы его там… на сожжение. Слишком ты сопливый для наёмника. Такой же слизняк… как и он.

Ранкор вытянул длинный указательный палец в сторону здоровяка.

— Кортайен.

Щёлчок — и здоровенное тело вмиг зашлось ярким пламенем. Буррен распахнул глаза и завопил. В нос ударил тошнотворно-сладковатый запах палёного мяса…

— Умри, тварь, — холодно сказал Ранкор, наблюдая, как здоровяк медленно сгорает в адском огне. — Умри. Мне ещё понадобится твоё мёртвое тело. Умри.

Когда от Буррена осталась лишь кучка пепла, Ранкор тихо фыркнул себе под нос и пошёл прочь, кинув Энвиру в руки какой-то мешочек и оставляя слугу в одиночестве.

— Там снадобье. Просто потри рану, и будет легче. Твоё задание остаётся — поймай Дочь Луны. Живой или мёртвой.

— А как же… — начал Энвир.

— О Рыжем позабочусь я.

— Дядя Таланс, откуда вы знаете его? — спросил Жека.

Рыжий грустно покачал головой.

— Да так… Встречались раньше. Мы знакомы с детства.

— Хм… И почему он напал на Джу? — нахмурился Жека.

«Неужели связался с Нагарой?.. Нет, слишком слаб. Скорее всего, просто какой-то посредник. Но даже если и с Нагарой или его прихвостнем, зачем им маленькая девочка?..» — думал Таланс.

— Как её зовут? — неожиданно спросил Таланс.

— Аа… кого? Джу, что ли? — растерялся Жека.

Услышав своё имя, девочка повернула голову.

— Ээ… Чего?

— Как тебя зовут? — спросил Рыжий. Видно, что он был чем-то обеспокоен.

— Аа… Джулия Найт. А что?..

— Жека, — сказал Таланс, не отпуская руль мопеда, — даже не знаю, хорошо или плохо, что ты связался с ней…

Вечером того же дня Жека рассказал Талансу, что он провожает Джу до Локки. Рыжий же сказал, что подбросит их туда, так как держит путь в Магирен.

Выехали они вечером, предварительно подкрепившись в отеле, откуда Таланс забрал свои вещи и мопед.

Они ехали по Северному Тракту уже примерно два часа — и, по словам Рыжего, утром должны были оказаться на окраине Локки. Мопед был трёхместным, и Джу уже посапывала на заднем сиденье — видимо, вымоталась. Мимо проносились зелёные поля и луга, где-то вдалеке их обрамлял тёмный лес. Окружающую тишину нарушал только шум мотора.

— Почему это? — удивился Жека.

Таланс поморщился, нервно сжимая и разжимая руль мопеда. Он выглядел расстроенным.

— Я сам видел, как Мария Найт Слэер погибла. Умерла в бою.

Сердце Жеки ухнуло вниз.

— Как…

Он обернулся и посмотрел на Джу, свернувшуюся калачиком на заднем сиденье и сладко посапывающую. Хоть и внезапно очутившаяся вдали от дома, сегодня вечером она поверила, что встретится с матерью уже завтра утром. А тут…

— Слышал когда-нибудь про дезнаров, Жень?

— Дез… кого? это что-то магическое? — рассеянно переспросил он.

— Маги-мертвецы. Мерзкая магия. Их не уничтожить так просто: трупы, напитанные Искрой, атакующие тебя заклятиями… Появляются то там, то тут по всему Араэнко. В последнее время всё чаще. Отряд эльнаров отправили зачистить одно из потенциальных кладбищ, а там их нашёл Ранкор.

— Это тот жуткий тип?

— Нет… Тот просто прислуга. Жалкий червь на побегушках. Ранкор куда более жуткий. Я получил информацию, что кладбище может быть активно, и отправился предупредить их, но опоздал. Они схватились, и я прибыл уже на пепелище. От группы живого места не осталось. Одно хорошо: вряд ли после такого их самих сделают дезнарами.

Повисло гнетущее молчание. Жеке не хотелось продолжать этот разговор.

— Послушай, Жень… — сказал Таланс. — Я говорю тебе это не просто так.

«Да я уж, как бы, и догадался», — мрачно подумал он, поняв, что хочет сказать Таланс. Вернее, о чём он хочет попросить. И от осознания того, что придётся поступить именно так, как он просит, а не иначе, просто потому, что другого варианта собственная совесть не допустит, на душе стало грустно и тоскливо — хоть сиди и вой на луну, которая как раз показалась в ночном небе, выглянув наконец немигающим оком из-за туч.

Что теперь Джу сказать? То есть… как ей это сказать? Конечно, можно было оставить её в Локки, а самому напроситься вместе с дядей Талансом до Магирена, наплевав на просьбу — не моё, мол, дело. Вот только не будет ли это свинством с его стороны?

Жека даже и не подозревал, что можно так привязаться к человеку за такое короткое время. Обычно друзья сходятся годами, а тут и пары дней не прошло — и уже не хочешь расставаться с этой пигалицей. Странно как-то получилось. И почему всё же Джу позвала его в дорогу?.. Одной было страшно? Или действительно увидела в новом знакомом хорошего человека?

Не хочется бросать её одну с таким тяжким грузом. Иначе какой же из него друг? Бросить Джу будет не лучше предательства. Нельзя же просто сбежать, потому что не знаешь, как поступить. Хотя вряд ли даже Жекино пребывание там что-либо изменит…

— Дело, по которому я спешу в Магирен, действительно очень важное, — говорил Таланс. — Других, впрочем, у меня и не бывает, так что чем раньше я там окажусь, тем лучше. Поэтому ты должен рассказать Джу о том, что произошло, при этом и поддержав её в трудную минуту. Девочке будет очень нелегко, уж поверь мне. Ей нужен кто-то, кто будет в этот момент рядом, подставит плечо. Кто не уйдёт и разделит с ней её горе. Марию не заменить, но можно хотя бы побыть рядом.

Наступила гнетущая тишина, нарушаемая только монотонным рычанием двигателя.

— Ничего себе просьба, — выдохнул Жека, откинувшись на спинку сиденья.

— Не подумай, — сказал Таланс после небольшой паузы, — что я хочу спихнуть тебе всю неприятную работу. Просто мне действительно очень нужно спешить, да и Джу меня совсем не знает — она мне не поверит, а то ещё и затаит на меня злобу. А ты с ней знаком немного больше, чем я. К тому же, Луна доверяла Максу, раз отправила к нему Джу…, а Макс, очевидно, доверяет тебе.

Жека нахмурился.

— Так значит, вы что… все между собой были знакомы?

Таланс тряхнул головой.

— Мы все одноклассники, друг. Наша компания — я, Макс да Мария — те ещё шалопаи из Магирена, из класса R.Moon. Постоянно влипали в неприятности, стояли друг за друга, ссорились да мирились. Макс постоянно лез на рожон, Мария вообще о себе не заботилась, лишь бы задание выполнить. А потом ушла в эльнары… А это всё.

— В каком смысле, «всё»?

— Многого не могу рассказать, но, скажем так: те, кто уходят в эльнары, отдаляются от старых связей. Они… образуют тесный круг, куда не пускают никого кроме себе подобных. Вот и Мария, вышло так, что ушла в эльнары, а потом… изменилась. Как будто другим человеком стала.

— А как все эльнары вокруг поумирали, так она дядю сразу и вспомнила? — мрачно произнёс Жека. Ему самому не понравилось, как это прозвучало, но, кажется, Таланс думал так же.

— Возможно.

— А почему нельзя было отправить Джу в Магирен?

— У Академии имеются защитные барьеры, проход через которые осуществляется только с помощью порталов — ведь свитками побеждённых эльнаров могут воспользоваться и враги.

Наступило молчание. Жека обдумывал сказанное, свесив локти через дверцу мопеда. Что-то верится с трудом, что он — именно такой человек… И откуда Луна могла знать? Хотя, если печать действительно исполняет желания, то…

Таланс промолчал. Только посмотрел на него через зеркало заднего вида. Наконец он грустно усмехнулся.

— Так, что ты выбираешь?

— Да тут и выбирать нечего, — Жека поморщился. — Не могу я их предать. Хоть и не знаком лично с этой, как её там, Марией, но Джу я предать не могу. И тем более бросить в одиночестве. И почему я так привязался к этой мелкой?

— Я думаю, ты и сам знаешь ответ, — усмехнулся Таланс.

Это был редкий случай, когда Рыжий ошибался в своих выводах. Жека абсолютно не понимал.

— Ладно… — протянул он, отгоняя назойливые лишние мысли, — у меня тоже есть к вам просьба, дядя Таланс.

— Я весь во внимании, — с серьёзным видом ответил водитель мопеда.

— Когда доедете до Магирена, замолвите словечко… за меня и Джу, хорошо?

— В смысле? — не понял Таланс, не отрывая взгляда от дороги.

— Я хочу поступить в Магирен. Если повезёт, то Джу придёт на Испытание со мной. Если же нет…

Наступила пауза.

— Тогда договорились, — кивнул Таланс после нескольких секунд размышлений. — Рассчитываю на тебя, Женя.

Глава 7

Что-то прогрохотало вдалеке.

Жека уже почти уснул, лёжа рядом с Джу на заднем сиденье, но грохот заставил его встрепенуться. Девочка резко подскочила на сиденье.

– Что…

Таланс вёл мопед без особого напряжения, не слишком ускоряясь, когда увидел, что впереди в ночном небе маячила какая-то неразличимая рыжая точка. Вот она замерла – и нечто, смутно похожее на комету, сорвалось вниз. Так как в полёте оно увеличивалось с порядочной скоростью, стало ясно, что это огромный огненный шар, и его целью явно был мопед.

– Вот чёрт! – Таланс вывернул руль, пытаясь увезти машину с пути кометы. Мопед резко сдвинулся вправо. Жека и Джу дёрнуло в обратную сторону…

– Дядя Таланс, что… – хотел спросить Жека, едва выровнявшись, но последние его слова потонули в свисте и грохоте – комета столкнулась с землёй в каких-то пяти метрах от мопеда. Вспыхнул взрыв – пламя взметнулось до небес, загородив другую сторону дороги, но мопед промчался дальше, не останавливаясь.

– Thнак, Yмар JашиJER, – выругался по-зецунски Ранкор, глядя с высоты на мопед, избежавший попадания заряда. Он парил на Огненных Крыльях высоко над землёй – так высоко, что весь тракт отсюда казался тонкой линией, а мопед, если бы не включённая фара, и вовсе был бы неразличим. Выключить же её водитель не мог – сам потеряется в темноте. Зецун негодовал – вроде бы не должно было быть промашки, но с такой высоты… Придётся подлететь поближе.

– Дядя Таланс, оно приближается!

– Не слепой, чай… – хмыкнул Таланс. Пришлось набирать скорость лишь тогда, когда огненный заряд был в паре метров от земли, а сейчас сбрасывать её было бы неблагоразумным.

– Ничего, сейчас разберёмся…

– Не уйдёшь, – прорычал зецун, тоже набирая скорость и пикируя на свою цель. Два Огненных Крыла слились в рыжие линии за его спиной. Машина уже мчалась гораздо быстрее, чем раньше, но до скорости Ранкора ей было далеко…

Не долетев до противника десяти метров, зецун резко затормозил – так резко, что горячая воздушная волна от крыльев всколыхнула стальную махину. В тот же миг, когда колёса мопеда, на секунду приподнявшись в воздух, вновь коснулись земли, Ранкор приложил указательный и большой пальцы, сложенные в кольцо, ко рту.

– ФАЙТОН РАЙГО!!!

Из его рта вырвался огромный ревущий поток пламени. С громким ревом пламя устремилось вниз на мопед Таланса.

Рыжий, едва увидев угрозу, сложил из пальцев странную формацию, а затем приложил обе ладони к рулю мопеда, крикнув Жеке и Джу:

– Держитесь!

В следующий миг всё вокруг замерцало и поблекло.

Почему-то вокруг всё было серым. Даже не так – вообще ничего вокруг не было. Не было ни земли, ни неба, исчез окружающий пейзаж, исчезло время суток… Остались только мопед, его водитель и пассажиры.

– Эээ… – Жека, открыв рот от удивления, ошеломлённо оглядывался. – Дядя Таланс, где это мы?..

Тот лишь сказал:

– Так… Женя, перебирайся сюда.

– На кресло водителя?..

– Да, давай живее!

Всё это было довольно странно, но было очевидно, что с Рыжим спорить бесполезно – Жека встал на пассажирское сиденье, перешагнул через спинку и оказался на месте водителя, перед рулём.

– Что происходит-то? – нетерпеливо спросил он.

– Управлять им несложно… – Таланс стоял на маленькой стальной ступеньке, у самой дверцы, и вновь проигнорировал вопрос. – Слушай внимательно. Мы сейчас в межреальности. Тебе будет сложно понять, что это такое. В общем, когда я снова перемещу мопед в наш мир, ты должен давить на педаль газа – на ту, что у правой ноги, – изо всех сил. А я попытаюсь отвлечь то, что на нас напало.

– Дядя Таланс…

– Не спорить! Ты помнишь, что мне обещал? – это Рыжий сказал уже совсем тихо, так, что слышал только Жека. – И то, что обещал ей! Ты должен исполнить обещанное!

Таланс выпрямился.

– На счёт три я возвращаю нас, и ты, Жека, ведёшь мопед в сторону Локки, ясно?

Раз…

Жека, опомнившись, дрожащими руками схватил руль. Ладони мигом вспотели. Хотелось посмотреть на Джу – хотя бы чтобы её успокоить, да и себя заодно, – но боязнь пропустить нужный момент взяла верх. Телом овладело сильное напряжение – такое сильное, что Жека даже дышать боялся.

– Два.

Неизвестно, что будет дальше… А не всё ли равно? Если долго думать, то дальше вообще ничего и не будет. И Жека понял, что готов.

– Три!

Один миг – и мир вокруг снова стал прежним.

Джу, вцепившаяся в сиденье, широко открытыми глазами глядела на поток пламени, несущийся на неё. И перед глазами мелькнула череда воспоминаний – тех, которых она никогда не испытывала.

Лес. Отчаяние. Гибель на Огненных Крыльях.

"Ты должна уходить, Луна…"

"Я не уйду, ты же знаешь, Марен!"

Свист зажжённого рейза, рассекающего воздух. Его метнули в тщетной попытке попасть в зецуна.

Сердце бешено колотится. Колени дрожат. Боль… Кажется, рана… Хочется плакать. Но слёзы высохли давным-давно. Да и она уже не ребёнок.

– СДОХНИТЕ!!!

И вновь рейз-взрывчатка рассекает воздух, уже направленный в них с Мареном. "Простите, все. Прости, Джу…"

И пламя…

– МАМА!!!

Огонь исчез – мопед мчался вперёд. В лицо Жеке дохнул прохладный ветер. Таланса рядом уже не было. А небо впереди вновь было чистым…

– Мама… – тихонько всхлипывала Джу, сжавшись в комочек на заднем сиденье. – Мама…

– Значит, Рыжий, да…

Ранкор стоял на земле. Но Огненные Крылья не исчезли – всё ещё парили у него за спиной.

Прямо посреди тракта, загородив ему дорогу, стоял Таланс.

– Не называй меня Рыжим, ублюдок.

– Хаа, а что мне помешает?!! Уйди с дороги, тварь! Мне нужна Дочь Луны!

Мгновенный взмах – зецун со скоростью молнии взлетел, почти горизонтально, под таким углом, чтобы пролететь точно над головой Таланса.

Однако тот не собирался сдаваться – неизвестно, каким образом, но Рыжий мелькнул и оказался прямо перед Ранкором.

– Стоя-а-ать!!! – крикнул он, а затем заехал кулаком зецуну в переносицу, и с сокрушающей силой повалил его на землю.

Удар впечатал Ранкора в асфальт, отчего тот кое-где оплавился от его Крыльев.

Затем Ранкор упёрся ладонями и поднялся, сплёвывая набившуюся в рот пыль.

– С-сволочь… – хрипло и зло прорычал зецун. – LeftЕрGШI, поганое отродье…

– Только и знаешь, что ругаться, а, Ранкор?

– Откуда ты меня знаешь?!

– Узнал… Когда ты использовал своё фирменное заклинание, "Файтон Райго". Заклятие Огненной Бури.

– Ага! – зецун затрясся и захохотал, широко открыв пасть и обнажив белые длинные клыки. – Это им я и убил их! Тех эльнаров!!!

Таланс вытянул правую руку вперёд.

– Опять Файнеркан? Неужели нет ничего нового, а, Рыжий?!

– Сказал же… Не называй меня Рыжим!!!

Ладонь слегка замерцала оранжевым светом… Но шар не появился. Вместо него огонь на руке вытянулся, став практически плоским, и приобрёл форму лезвия.

– Ого… – протянул Ранкор. – Ну, посмотрим…

Они ринулись навстречу друг другу…

– Что за день… – вздохнул Энвир, оглядывая тёмный тракт. – Я вообще не уверен, что ловушка сработает. А… – он оглянулся на своего спутника-здоровяка, стоящего позади и почти полностью скрывшегося в тени. Оттуда сверкали только два красных глаза. – Ну да. Неразговорчивый ты. Не то что раньше. Ну, может, так оно и лучше…

Вдали, с правой стороны, появилась быстро приближающаяся светящаяся точка.

Энвир тщетно попытался разглядеть её, а затем повернулся к своему спутнику.

– Они?

Тот быстро закивал и раскрыл зубастый рот.

– Они-и-и… Ме-еч… Ме-еч…

Грат сделал шаг вперёд, выходя на тракт.

– Пой-ма-а-ать…

Кросс-рофер, управляемый Энвиром, мчался на большой скорости по тракту.

Пролетев часть пути и пару поворотов, о существовании которых Энвир даже не догадывался, машина резко остановилась на краю лесной чащи перед небольшой поляной, которую разделяла дорога. На этой поляне стоял на тонкой ножке невысокий фонарик, освещавший окружающие несколько метров бледно-жёлтым светом. Этот же фонарь служил и знаком.

Энвир выскочил из кросс-рофера, подхватил на руки до сих пор спящую девочку (и почему она даже не проснулась?..), и быстрым шагом направился к лесу. Здесь, примерно в ста метрах от фонаря, была транс-печать, переносящая в катакомбы замка Ранкора. Встать на неё – и дело с концом…

Но едва Энвир вступил в тёмную чащу, как услышал чьи-то шаги.

Раздались два упругих щелчка.

– Не двигаться! Северо-Западный дивизион Ран-Магов!

Наёмник повернул голову и спокойно посмотрел на острое жало клинка, нацелившееся ему в висок. Клинок был средней длины и чуть вогнут внутрь. А с вогнутой стороны, где он крепился к рукояти, зияло дуло пушки. Кто бы это ни был, он либо проколет ему череп штыком, либо прострелит.

– Ну что за ерунда… Весь день мешают… – грустно вздохнул Энвир.

За полчаса до этого

Четверо ран-магов – трое мужчин и одна женщина – стояли около приготовленного в путь большого автомобиля. Перед ними стоял капитан Штайнерг – статный, широкоплечий мужчина в форме. Лицо его было ещё не старым, однако на висках кое-где проступала седина. На поясе висели две шпаги в ножнах.

Эту маленькую группу капитан отправлял на задание в город Тарсен, находившийся недалеко отсюда. Лидером отряда был Фриз Мартин – ещё совсем молодой, но инициативный и весьма способный маг, к тому же старший лейтенант, которому ещё совсем чуть-чуть оставалось дослужиться до майора. В отряде состояли также: лейтенант Вексор Грин, рядовые Рен Слэнджу, Рината Хоурен и Томас Гафнер. Их заданием была поимка Буррена – преступника, который, по словам очевидцев, скрывается от властей в Тарсене.

Объяснив ран-магам их задачу и ответив на необходимые вопросы, Штайнерг пожелал им удачи и велел отправляться в дорогу – до Тарсена ещё нужно доехать, так что прибудут они где-то к утру. Когда почти все члены маленького отряда сели в автомобиль, капитан подозвал к себе Мартина.

– Да, сэр? – спросил он, подойдя к нему.

– Вот что, старший лейтенант Фриз. Хоть Буррен и натворил много бед и в Негго, и в Клюлане, он всё же не маг. Поэтому, когда будете его брать, попрошу тебя обойтись без... – он кивнул на висящие за спиной Мартина орудия, – гм, лишних мер. Всё ясно?

– Так точно, капитан, – серьёзно ответил тот, отдав честь, – разрешите идти?

– Ступайте, – кивнул Штайнерг. – Желаю удачи...

Автомобиль ехал по тракту уже минут пятнадцать.

Внутри царило молчание. Не потому, что члены отряда не были друзьями, – просто говорить в дороге было особо не о чем.

Мартин вообще был не самым разговорчивым в отряде, к тому же он сидел за рулём, а потому смотрел на дорогу и старался не отвлекаться. Рен глядел в окно, но, судя по тому, что там был сплошной лес, едва ли он любовался пейзажем – мысли его были где-то далеко. Рината, сидящая рядом с Мартином, не найдя себе лучшего занятия, протирала белой тряпочкой лезвие одного из своих рейзов.

Том, кажется, даже задремал от скуки. А Вексор, всегда отличавшийся спокойствием и выдержкой, ничем не выдавал своих эмоций.

– Старший лейтенант Фриз, разрешите обратиться, – сказала вдруг Рината, оторвавшись от своего занятия.

– Обращайся, – буркнул тот, не отводя глаз от дороги.

– Что у вас спросил капитан, когда мы собирались уезжать?

– Он просил не использовать рангеры без особой нужды, объяснив это тем, что Буррен – не маг.

– Ясно... – протянула Рината, грустно вздохнув.

И на что она вообще надеялась, пытаясь разговорить старлея?

Внизу у автомобиля что-то грохнуло. Машина затряслась и подпрыгнула. Мартин поспешно повернул руль, выводя фургон к обочине, и остановил его.

– Кажется, шина лопнула, – констатировал проснувшийся от тряски Том.

– Есть в багажнике запаска? – без лишних церемоний обратился Мартин к Вексору, открывая дверь и выпрыгивая из машины.

– Да, сэр, – кивнул тот, – но на установку уйдёт некоторое время.

– Валяй, – махнул рукой старлей.

– Есть.

Мартин вместе с Ринатой стояли около машины, пока Вексор и Том пыхтели, заменяя колесо.

– Надеюсь, не задержимся, – обеспокоенно пробормотала женщина.

– Отставить панику, рядовой, – весело хмыкнул Мартин. – Уже завтра будем в Тарсене.

– Очень надеюсь, – Рината выдавила из себя улыбку.

Всплеск.

– Что за?.. – Мартин встрепенулся и огляделся вокруг.

– Рината, ничего не слышала? – спросил он.

Всплеск.

– А? – та удивлённо посмотрела на старлея. – Что такое?

Всплеск. Всплеск.

Где-то вдалеке прогрохотал взрыв. Ярко-оранжевая точка парила в ночном небе.

– Ух ты! – Том восхищённо уставился на неё, оторвавшись от ремонта. – Комета?!

– Это где-то недалеко, на основном тракте! Можно срезать...

Мартин кинулся в лес.

– Старший лейтенант! – крикнула вдогонку Рината.

– Езжайте в Тарсен, подберёте меня на тракте! – ответил он, исчезая в глуши.

Когда Мартин исчез в темноте, наступила полная тишина.

– Во дела... – протянул Том.

Мартин сначала с трудом пробирался сквозь дебри, но потом вышел на утоптанную тропинку и побежал по ней в направлении взрыва.

«Что это могло быть?..»

Пробежав в быстром темпе минут десять, Мартин вновь выбежал к дороге и огляделся.

Это явно был основной тракт. А взрыв прогремел где-то слева.

Старший лейтенант перебежал на другую сторону дороги и вновь огляделся.

Вдруг откуда-то сбоку раздался мягкий шуршащий звук.

Мартин обернулся: в нескольких десятках метров от него из-за поворота вылетел кросс-рофер!

– Ну чего пушки наставил? – сжал губы Энвир.

– Отпусти девочку.

– Ага, бегу и падаю...

– Хочешь, чтоб я тебе голову размозжил?! – предупредил Мартин, кладя пальцы на курки своих орудий.

– Попробуй... Будет интересно узнать, что у тебя получится.

Мгновение – и Энвир резко опустил Джу. Так резко, что она почти упала на землю. И юркнул куда-то в темноту.

Мартин в растерянности опустил оружие. Сзади раздался скрежет клинков, вынимаемых из ножен.

Щелчок.

Стволы в руках Мартина упруго опустились вниз, рукояти выпрямились. Это было оружие, называемое рангерами, – пистолеты с лезвиями мечей, прикреплёнными сверху к стволу. Ими можно было вести и рукопашный бой, и перестрелки.

Старлей быстро развернулся и отразил атаку Энвира, скрестив рангеры.

Дзынь!

Четыре лезвия с громким лязгом столкнулись друг с другом.

Рангеры оказались заняты – и Энвир, поймав момент, пнул Мартина в живот.

Тот отскочил назад, сморщившись. Оружие снова щёлкнуло.

– Ну, берегись... – он направил ствол на противника.

Бах, бах!

Рангеры питались от Искры владельца и ею же стреляли, добавляя в снаряд огня, – потому выстрелы наносили куда больший урон, чем обычные пули. Один заряд мог запросто свалить средних размеров дерево.

Энвир отшатнулся и, двигаясь зигзагами, кинулся на Мартина.

Тот стрелял со скоростью пулемёта, но вновь выпрямил рангеры, приготовившись к рукопашной схватке, когда увидел, что в Энвира просто так не попасть. Мартин размахнулся, и лезвия рангеров снова столкнулись с мечами.

Чтобы не наступить на те же грабли, старлей быстро вывернул одно лезвие из захвата, отвёл его назад и замахнулся...

Но промахнулся и рассёк воздух в том месте, где только что был бок Энвира.

Тем временем второй меч наёмника оказался свободен – и теперь уже противник Мартина решил атаковать похожим приёмом. Однако на пути его оружия в который раз оказался рангер. Причём в таком положении, что лезвие сдерживало меч, а дуло было направлено в Энвира.

– Чёрт... – ахнул он.

Бах, бах, бах!!!

– Мог бы даже и не сопротивляться, – бросил Мартин, вкладывая рангеры в ножны за спиной.

Его противник был мёртв.

Запиликал приёмник.

– Да? – старлей приложил наушник к уху.

– Старший лейтенант, мы на тракте. Взрыв был не тут, но тут какой-то мальчик и громила... По описанию похож на Буррена, только совсем уж безумный. Мы пока что его сдерживаем, но силён, зараза...

– Уже иду.

Он подошёл к девочке и поднял её на руки. Она была жива – спокойно дышала, пульс был в норме, да и лицо не было бледным, – но вот Искра внутри медленно гасла. Кажется, обычный её объём...

– Тридцать четыре... – удивлённо пробормотал Мартин, но тут же вернул себе прежнюю невозмутимость и двинулся к тракту.

– Сказал, что идёт, – сказала Рината, выключив приёмник. – Вексор, может...

– Попробую, – пропыхтел он, двигаясь к Буррену, которого сдерживали выстрелы Тома.

– Отойди, – сказал Вексор. – Моя очередь.

Том послушно отступил назад.

– ОТДАЙТЕ МЕЧ!!! – взревел толстяк. Выстрелы, кажется, не нанесли ему никакого урона.

Вексор не моргнул и глазом, надевая стальные перчатки.

Толстяк кинулся на него.

– Активация.

Ладони Вексора засветились бледно-синим сиянием.

– Ме-е-еч!!!

Наконец противники столкнулись.

Удар.

После него на теле Буррена остался еле заметный светящийся след в виде ладони.

Вексор ударил ещё раз, и ещё раз, входя в темп. Вскоре создалось впечатление, что у него сотня рук, так как они били с молниеносной скоростью, нанося множество ударов и оставляя на теле Буррена светящиеся отпечатки.

– Во даёт, – поднял брови Том, наблюдая за Вексором.

Тот наконец прекратил лупить толстяка и опустил руки.

Буррена еле держали ноги, он шатался. Он был уже абсолютно весь белый и светился.

– Ме-еч... – жалко стонал он, еле ворочая языком.

Вексор сделал пару шагов назад и сжал ладони.

– Цель.

Щелчок – и тело Буррена словно взорвалось изнутри, разлетевшись ошмётками во все стороны. Мгновение спустя не осталось даже этих ошмётков – они превратились в пепел и осыпались на асфальт.

– Вот что он такое... был изначально, – сказал Вексор, стягивая перчатки с ладоней. – Кто-то превратил его в марионетку.

– Браво, Вексор! – Том обрадованно похлопал друга по плечу. – Ты крут! Теперь тебе точно до повышения недалеко...

– Надеюсь, друг мой, надеюсь, – устало улыбнулся тот. – Но где же всё-таки наш старлей?

Рината, присевшая на корточки, поднялась, сунула пистолет в кобуру и оглянулась на Жеку.

– Ты как, нормально?

– Да в порядке я, – буркнул он, поднимаясь. – Спасибо. Если бы не вы, он бы меня разорвал.

– Как ты вообще здесь оказался? – спросил его Том.

Жека лишь помотал головой.

– Долго объяснять.

– О, вот и наш старлей, – хмыкнула Рината, посмотрев куда-то вдаль. – Несёт кого-то...

Жека быстро обернулся.

– Джу!

***

– Так говорите, он взорвался? – хмуро спросил Мартин.

– Так точно, сэр, – кивнул Вексор, – мне пришлось использовать мои перчатки. Пули на этого гада не действовали.

– А дети здесь откуда?

– Сами не понимаем, – пожала плечами Рината.

– Эй, боец! – Мартин обернулся к Жеке, державшему Джу на руках. – Куда направляетесь?

– В Локки, – последовал ответ.

– Подвезём, – хмыкнул старлей, – много же на вашу долю, должно быть, выпало...

Глава 8

Прошла неделя.

Джу так и не просыпалась с того дня.

Расспросив жителей Локки, Жека быстро нашёл дом Марии. Уютный двухэтажный домик с треугольной крышей. Комнат там было не очень много – кухня, спальня, гостиная. Комната Джу находилась на втором этаже – туда её и помогли перенести ран-маги.

Врачи из местной больницы навещали девочку по несколько раз в день, но лишь пожимали плечами – сделать они ничего не могли. Не применять же сильные средства, чтобы она проснулась, – а судя по всем признакам, она просто спала. Но её Искра слабела с каждым днём.

Через некоторое время после прибытия сюда заглянул Таланс, уже с мопедом. Жека долго говорил с ним о том, что случилось. Но Рыжий не мог дать ясных ответов – что случилось с Джу, он тоже не знал. Вечером того же дня он уехал в Магирен, пообещав, что заедет, как только будет свободная минута. Жека лишь молча кивнул ему. Однако Таланс больше не заглядывал.

Все эти семь дней слились для него в единую серую полосу. Непонятно было даже, была ли это неделя, либо же просто очень долгий день.

Джу спала на кровати в своей комнате. Помещение было не очень большим, но Жека всё же приволок сюда матрац с чердака, чтобы всё время находиться рядом, даже спать здесь. Хотя заснуть после долгих мучений всё равно он смог только под утро. А приходилось вновь вставать – долго спать казалось невыносимым.

Он просыпался, шёл в ванную, умывался. Завтракал тобенами из своей сумки, разогретыми на плите. Отвечал что-то докторам, приходившим к Джу. А всё остальное время – просто лежал на своём матраце и смотрел в потолок, каждый миг надеясь, что сейчас его подруга проснётся.

И всё же он понимал, что это бесполезно.

Таканн с тех пор молчал. Весьма жаль – его слова, наверное, могли бы успокоить мальчика. Хоть немного.

Про Магирен Жека уже и не вспоминал – какой толк появляться там без Джу? Хотя, наверное, всё-таки пришлось бы... Не здесь же жить.

В гостиной стояло несколько фотографий Марии Найт. Просмотрев их, Жека убедился, что она действительно была очень красивой – длинные белые волосы, так же, как и дочь, часто заплетала в косу. Глаза у неё были добрые и красивые – бледно-синие. Даже не верилось по виду Марии, что она могла быть эльнаром.

За время этих долгих семи дней Жеку постоянно охватывала тоска, смешанная с безразличием ко всему происходящему.

Не хотелось делать вообще ничего. По крайней мере, пока рядом нет Джу.

На седьмой день он вдруг понял, что не хочет отсюда уходить. Не потому, что ему понравился дом Марии. Просто нужно остаться с Джу до конца. Что бы там в конце ни ждало... Жеку и Джу.

«Простите... Луна. Я не оправдал ваших ожиданий. И ты, Джу, тоже прости. Я не смог...»

С этой мыслью он и уснул.

– Жека! Жека, очнись!

Это был голос Таканна.

– Ч-что? – Жека открыл глаза.

Вокруг была темнота. Но перед ним, точно отражение в зеркале, стоял он сам. Но в другой одежде – в сером плаще до пояса, перетянутом лямкой рейкена.

Да и в глазах было что-то другое. Неужели, вернулся?

– Таканн?.. – Жека сначала и сам не поверил своим словам.

– Наконец-то. Еле добудился, – утвердительно пробурчал тот.

– Где это я? – Жека удивлённо оглянулся, но вокруг ничего не увидел – лишь тьму.

– Можешь считать это ещё одним вариантом межреальности, куда вас Таланс переносил, – Таканн говорил торопливо – видимо, был взволнован. – Сейчас речь не об этом. Слушай внимательно. Не спрашивай, откуда я это знаю, просто поверь. Если сегодня ничего не сделать, Джу исчезнет из этого мира.

– Почему... Именно сегодня?

– Тогда, когда Таланс вернул вас из межреальности, Джу увидела тот огонь. И увидела смерть Луны её же глазами. В тот момент она потеряла сознание и... как бы подсознательно ушла в себя, углубилась в свою боль. Что закономерно, через некоторое время ей расхотелось жить. Так всегда бывает, когда видишь вокруг только свою боль и ничего больше. Боль убедила её остаться. Джу сейчас в состоянии некоей комы. Прошло уже слишком много времени... Сейчас последний шанс.

– Что нужно делать, чтобы спасти её?..

– Просто верни её назад. Иди до определённого места. Но верни.

Таканн снял рейкен с плеча.

– Вот, держи. Поможет пробиться.

Жека кивнул и рассеянно сжал оружие в ладонях.

– Куда пробиться? Через что?..

Ответа не последовало – Таканн исчез.

Вокруг замерцали разноцветные линии, фигуры и узоры.

Жека потерял всякое чувство ориентации. Здесь не было низа, верха, лева или права. Тут даже назад нельзя было идти.

И он побежал вперёд, сжимая обнажённый рейкен в руке.

Пара шагов – линии стали искривляться, менять форму, но Жека понимал, что лучше вовсе не обращать на них внимания, иначе не добежать до конца.

Но бежать было трудно – всё вокруг кружилось. Пространство искажалось, будто не желая пропускать Жеку.

Незаметно всё вокруг исчезло – осталась разноцветная линия под ногами. Держала она прочно и была довольно широкой. Жека побежал вперёд, возблагодарив небеса (какими бы они тут ни были) за странную дорогу.

Эта линия длилась долго, не сужалась, не расширялась и не петляла – а Жека всё бежал, не чувствуя усталости.

В какое-то время ему стали мешать собственные мысли – они были пустыми, как оболочки, и от них кружилась голова.

Он резко нырнул в темноту. Здесь вообще ничего не было видно – даже собственного носа. Но чувства остались.

Назад нельзя. Джу здесь. Её боль – тоже.

«Эй!» – мысленно позвал он.

Никаких слов. Но появился отзвук – ОНА была здесь!

«Я уже иду, Джу. Продержись ещё немного!»

Он рубанул лезвием воздух.

Тьму разрубила светлая полоса. Но снова стала зарастать тенями.

Жека рубанул ещё раз, и ещё раз.

«Бесполезно».

Это слово разливалось вокруг и у него в голове, словно липкая жижа.

«НИЧЕГО НЕ БЕСПОЛЕЗНО!»

«Ты её не спасёшь».

«СПАСУ, И ДАЖЕ ТЫ МНЕ НЕ ПОМЕШАЕШЬ!!!»

Жека, как заведённый, разрубал тени клинком. Те на мгновения расступались, но отступать не желали и вновь ползли к нему.

«Жека, я дам тебе мгновения! Беги к Джу!!! Не дай теням...»

«Я понял, Таканн! Я готов!»

Всё вокруг на миг стало белым-белым. Жека, что было мочи, рванул вперёд.

Джу висела в воздухе, связанная чем-то невидимым.

Жека подбежал к ней, быстро обнял и крепко прижал к себе.

Тени появились вблизи и поползли к ним.

«НЕ СМЕТЬ!!!»

Вспышка!..

Они вместе улетали отсюда...

«Запомни, Джу, – думал Жека, всё ещё прижимая девочку к себе, – я никогда тебя не отпущу! Куда бы ты ни исчезла – я всё равно тебя вытащу!»

«Тот голос говорил, что мне будет больно, если я вернусь...»

«Пойми, если не вернёшься – тебя вообще не будет. Та жизнь, что была прежде... Да, там действительно была боль. Но несмотря на всю боль, которую ты испытала, та жизнь БЫЛА, и этого не исправишь. Тут уж ничего не поделаешь... Нужно просто жить дальше».

«Жень... Ты не бросишь меня?»

«Ещё один такой вопрос, и по шее получишь!»

Кажется, Джу засмеялась.

«Спасибо».

Они лежали на кровати Джу. Жека по-прежнему не отпускал её. И очнулись, кажется, разом.

Вокруг была ночь. Комната освещалась ярким лунным светом, падающим через окно на кровать.

Джу, едва открыв глаза, заплакала, уткнувшись ему в грудь.

Жека только прижал её к себе и погладил по голове.

– Ничего, Джу. Всё уже хорошо...

– Братик, – всхлипывала она.

– Чего?.. – тихо усмехнулся Жека. – Какой я...

Джу ещё раз всхлипнула и прижалась к нему всем телом.

– Братик, – повторила она.

– Ну ладно, ладно...

Через некоторое время они оба уснули.

Проснулся Жека от солнечных лучей, падающих на лицо.

Вспомнив всё произошедшее, он испугался – не было ли это странным сном?! Однако что-то подсказало – теперь уже действительно всё хорошо. И напряжение, окружавшее его всю эту проклятую неделю, спало. Казалось, её тепло до сих пор здесь, рядом с ним, но Джу рядом не было.

– Эй, – Жека подскочил. – Джу, ты где?..

В комнате её тоже не было.

Жека встал, вышел и направился вниз. Ощутимо запахло чем-то горелым.

«Ох, что-то мне не по себе...»

От подобной мысли Жека даже замер на лестнице.

«Таканн?.. Наконец-то. Я думал, ты исчез...»

«Ага, мечтай».

«Спасибо, что помог».

«Не за что – ты сделал всё сам. И поторопись уже, а то весь дом спалишь».

На кухне его глазам предстало необыкновенное зрелище – Джу надела фартук, который был явно ей великоват, и жарила яичницу. Но, как жарила...

– О, проснулся, – удивилась она, оглянувшись.

Всё зашипело, задымилось. Жека кинулся выключать плиту...

– Глупая, что ли? Кто ж на восьмёрке жарит?

– А что... – она рассеянно похлопала глазами.

– Нужно на шестёрке!

– Странно. Раньше и на восьмёрке получалось...

Они сидели за столом, поедая яичницу, всё-таки спасённую Жекой. За столом царило молчание.

Тарелка Джу быстро опустела – видимо, девочка проголодалась за время комы. Затем эта пигалица, не наевшись, потребовала добавки, так что Жеке пришлось достать тобен из его походной сумки, которая так бы и осталась в мопеде, если бы Таланс вовремя её не заметил.

Пока тобен разогревался, Жека сел рядом с Джу и спросил:

– Ты как, в порядке?

Та ответила не сразу – прижалась щекой к Жекиному плечу.

– Не знаю.

Сказано это было очень тихо.

– Сейчас всё хорошо. Но мне очень жаль маму. Что её нет.

– Это нормально, – шепнул Жека. – Если хочешь, поплачь. Станет легче...

– Не хочу. Ночью уже... всё, что было, выплакала.

Сейчас Джу говорила гораздо серьёзнее... В голосе звучало что-то взрослое, совсем не так, как раньше. Хорошо это было или нет... Жека подумал, что вряд ли это хорошо, когда дети так быстро взрослеют.

– Спасибо тебе... Что спас. Оттуда. Я бы погибла.

– Друзья всегда помогают друг другу, это нормально.

Жека смущённо засопел, но тут же вскочил. – Блин! Тобен чуть не подгорел!..

***

– Значит, Нагара начал действовать?

Генма стоял в своём кабинете, глядя в окно и повернувшись к Талансу спиной.

– Похоже, что так, – кивнул Рыжий. – Едва ли появление Ранкора – случайность. Он пытался уничтожить Дочь Луны... Видимо, единственного свидетеля гибели группы R-Sun.

– Ясно...

Генма глубоко втянул носом воздух и закрыл правый глаз. Затем прижал к нему ладонь.

– Сейчас это обязательно? – обеспокоенно спросил Таланс, быстро догадавшись, что хочет сделать Генма.

– Да.

В голосе директора Академии звучал леденящий душу холод. Генма очень редко говорил подобным тоном – а значит, ситуация была серьёзной.

Он резко убрал ладонь и распахнул глаз.

– Сэнген-сеть!

Пространство заколебалось.

Никто из живущих на Эрамале не чувствовал, не видел, не замечал этого. Видели лишь двое.

Генма наконец нашёл противника.

– В-владыка, что с вами? – ужаснулся Ранкор, увидев, что хозяин схватился за глаза.

«Вот ты где, Нагара. Забился, как крыса в угол».

– Отстань! – прохрипел Нагара, обращаясь к слуге. – Разберусь сам!!! Сядь!!!

Пепельно-серые губы дрожали, выговаривая слова.

Их не слышал зецун, стоящий в паре метров от Владыки. Но слышал Генма, находящийся за тысячу вёрст.

– Чёрт...

Генма выдохнул, отвернулся от окна и устало сел в кресло, тяжело дыша, будто пробежал тысячу вёрст. Да и чувствовал сейчас он себя так же.

– Нашли его? – спросил Таланс после долгой паузы.

Генма лишь кивнул, не в силах ответить.

Немного отдышавшись, он тихо произнёс:

– Наши сенгены... связаны... Действительно, две части двух разных мозаек... И мне это не нравится... Как же я хочу наконец разорвать эту проклятую связь...

Он устремил взгляд на Рыжего.

– Да... Дочь Луны очнулась. Лучше бы тебе навестить её.