Сказания пыльных миров. Том 1. Горняк

Глава 1

«Обретение Дара — суть граница.

Между ребенком и взрослым.

Между аристократом и крестьянином.

Между человеком и богами.»

Земан де Накар, «Система для человека или человек для Системы»

Имя: Грегори

Возраст: 14 лет

Ступень: 7 (1036/7400)

________________________

Базовые характеристики:

Сила: 12.56

Ловкость: 15.23

Выносливость: 13.02

Жизненная сила: 30.43

Магическая сила: 0.00

Разум: 22.71

Удача: 11.18

________________________

Вторичные характеристики:

Харизма: 7.50

Скорость: 16.80

Скрытность: 7.24

Стойкость: 14.85

Наблюдательность: 11.49

Меткость: 10.07

________________________

Навыки:

Стрельба из лука: 13.08

Каллиграфия: 4.28

________________________

Профессии:

Травник: 5.61 (Ранг — младший ученик)

Охотник: 4.29 (Ранг — новичок)

________________________

Достижения: нет

Таланты: нет

Заклинания: нет

Отношения с богами: нет

Особое: нет

Именно такое полотно развернулось перед моим внутренним взором, когда я шепнул «Интерфейс». Бессмысленное слово, уходящее корнями в глухую древность. Оно по умолчанию может использоваться для того, чтобы раскрыть человеку данные о нем, но им мало кто пользуется, честно говоря. В основном выпендрежники. Ну и я, но у меня выбора нет. Резервный вариант, который человек устанавливает сам, в моем случае звучит как нечленораздельный вопль, и я даже не уверен, что смогу его повторить снова. Почему он у меня в принципе именно такой? О, все просто. Этот вопль я издал во время моего первого подключения к Системе в шесть лет, в тот момент, когда в ушах прозвучало максимально безэмоциональное: «Установите резервный ключ». Разумеется, орал я не просто так, а потому что увидел огромную жирную многоножку длиной с ладонь, ползущую по моему бедру. К счастью, она была ненастоящей. К несчастью, Система засчитала мой вопль за ключ.

Откуда на торжественном событии, в окружении кучи народа, включая моих родителей и высокоуровневого священника, взялась эта хрень? Тут все еще проще, это мой тупоумный братец Риман постарался. Ему на тот момент как раз стукнуло 14, как мне сейчас. И, так получилось, что, в качестве Дара на совершеннолетие, боги наградили его слабеньким талантом к иллюзиям. Сначала родители обрадовались. Спустя пару дней начали задумываться, что конкретно для окружающих это какой-то не особо приятный талант, особенно если учесть специфичное чувство юмора моего братца. Спустя неделю задница Римана горела от постоянных порок так, что спать ему приходилось исключительно на животе. Спустя месяц все привыкли и махнули рукой. Да и сам Риман подуспокоился в связи с тем, что у него кончились новые шутки, а старые шутить он считал ниже своего достоинства. Но ритуал Посвящения у брата — дело особое, тут не грех и старые приемчики расчехлить! Скотина.

Разумеется, ему всыпали по первое число после этого случая. Разумеется, ему было все равно. Помимо привычки к такому, из-за регулярных физических нравоучений у него умудрился открыться полумагический навык «Каменная кожа». И те пара единичек, на которые он его прокачал, теперь спокойно защищали его (и особенно его зад) от рук, ног, ремней и даже от зубов соседского пса (которого этот факт поразил в самое сердце). Ну не оглоблей же поганца бить!

Но все это дела давно минувших дней. А сейчас я и сам стою на ступенях храма в день своего четырнадцатилетия и не решаюсь войти...

Про Обретение Дара говорят много разного. Кто-то с ностальгией вспоминает, как ему повезло в молодости, и его Дар позволил ему обогатиться, усилиться, занять положение в обществе, соблазнить соседскую девчонку (подставить нужное, в зависимости от человека). Кто-то жалуется, что боги ему кинули какой-то малополезный огрызок, который никуда особо не приткнешь или, что даже хуже, просто дали несколько свободных очков характеристик для распределения. Последних больше. Гораздо.

В трактате «Что мы знаем о Системе и что не знаем, но могли бы догадаться» написано, что Обретение Дара — реликт древних времен, когда люди о Системе знали гораздо больше и даже, говорят, умели ей... управлять? Приказывать ей? Договариваться? В общем, так или иначе, но рамки возможного для них были гораздо шире и, каким-то образом, они сумели сделать так, что во время развития ребенка малая доля каждого навыка, каждой характеристики и профессии в процессе их развития, забиралась и накапливалась где-то внутри человека, скрываясь до поры до времени. И в 14 лет накопленное можно было разом забрать в виде довольно редкого, а то и уникального навыка, таланта, заклинания... В том же трактате говорится, что это было сделано во время одной из Великих Войн с демонами в целях увеличения поголовья магов, поскольку любому магу для начала своего роста требуется хоть какой-то связанный с магией навык. А чтобы его получить... обычно нужно иметь развитую магическую силу, верно. А развить ее с нуля без использования хотя бы косвенно связанных навыков хрен получится. Даже системные заклинания не передаются от человека к человеку, если у реципиента магической силы круглый ноль... Вот и получается замкнутый круг, в который хитростями, удачей и упорством тогда проникали считанные единицы. Кому-то везло с наследственностью и какие-то крупицы магической силы оказывались у них с рождения. Кто-то умудрялся получить редчайшие достижения с бонусами в виде свободных очков характеристик. Так же существовали (и существуют) различная алхимия и артефакты для этих целей — редчайшие, с ценой, устремляющейся в небеса, но все же. В общем, извращались в те времена как только могли.

Сейчас ситуация была куда проще. При обретении же Дара что-то магическое получал практически каждый десятый. Пусть и далеко не все такие навыки годились для развития магической силы, но это все равно в корне упрощало ситуацию. Хотя далеко не каждый в итоге хотел связываться с магией — любой потенциальный маг был в том числе и потенциальным рекрутом, государства следили за такими разумными крайне плотно. В спокойное время магия — это привилегия, в неспокойное — сплошная головная боль. Особенно если ты слабый маг, коими являются... ну, почти все маги, в общем-то. Немногим хватает упорства на постоянное развитие, а без него ты помрешь от первой удачной стрелы или первого удачного заклинания такого же, как ты, мага-недоучки со стороны противника. В общем, многие предпочли бы вообще не получать магических способностей и жить себе спокойно. Но, увы, такой опции им не предлагалось. Даже если пропустить сам ритуал Обретения Дара в четырнадцатилетие, то ты просто получишь его случайным образом на следующий день. Еще и богов обидишь. А отключить ритуал в нынешнее время не представлялось возможным: по итогам Великих Войн огромная часть знаний была утеряна и даже сейчас, спустя несколько сотен лет, были восстановлены и заново открыты лишь жалкие крупицы от былого. Так что Обретение стало неотъемлемой частью жизни каждого разумного и вернуть все на круги своя смогли бы разве что боги. Но зачем бы им это делать?

Я моргнул. Что-то я задумался, уже добрую минуту стою на ступенях в нерешительности. Встряхнув головой, я шепнул ключ еще раз, убрав полупрозрачные строки перед глазами, и сделал шаг вперед.

***

— Привет, Грег! — Дядюшка Илиан, священник нашего поселка, с кряхтением поднялся с кресла, где сидел, почитывая какую-то книгу. Убрал он ее довольно быстро, но, насколько я успел заметить, литература была не особо церковная, что-то там про нефритовые стебли. Видать, травничество решил подтянуть.

— Привет, дядюшка. Я...

— Да знаю, знаю, я тут с утра тебя дожидаюсь, — прервал меня Илиан. — А ты уже который час где-то шляешься, да еще потом чего-то стоял, на пороге мялся.

Я поморщился. Не так уж сильно я опоздал. Илиан обожал преувеличивать.

— Да ладно, что уж там, — наигранно-суровое лицо Илиана резко смягчилось. — Сам когда-то перед своим Обретением нервничал. На-ка, держи, — он протянул пузырек с зеленоватой жидкостью. — Выпьешь, если боги тебе сильный дар пошлют, поможет ему прижиться. Что делать надо, помнишь?

— Помню. — Кивнул я.

— И что, неужели никаких вопросов напоследок? — Илиан ехидно прищурился. — Обычно-то ты мельчайшие подробности выпытывал, дай только волю. Хуже жены моей, ей-богу. Последовательность выбрал?

— Выбрал, дядюшка. А вопросов нет как раз потому, что все, что вы знали, я уже из вас вытащил еще год назад. — Я едва сдержался от того, чтобы так же ехидно не показать язык.

Последовательность...

Так получилось, что при ритуале Обретения существенную роль играло не только то, сколько характеристик и навыков ты успел развить до 14 лет и как сильно (и, соответственно, насколько большая доля накопилась в твоей незримой системной копилке). Влияло все. Твоя удача, системная или нет. Расположение к тебе богов. Происхождение. И если на происхождение (аристократы издревле получали куда более сильные навыки при прочих равных) и удачу повлиять было невозможно, то с расположением богов... тоже ничего нельзя было поделать. До совершеннолетия. Боги просто не обращали внимания на детей. Дети не могут отвечать за себя полноценно. А значит, наказывать или поощрять их — прерогатива не богов, а родителей. Пока что. Соответственно, принимать от детей молитвы и жертвы боги просто отказывались.

Некоторые говорили, что боги не просто не хотят их принимать, а буквально не могут и что их в этом точно так же ограничивает Система. Такое обычно говорили шепотом. По понятным причинам.

Так или иначе, у каждого человека был тот самый краткий промежуток непосредственно перед Обретением. Когда тебе уже формально исполнилось 14, ты совершеннолетний и уже имеешь право приносить жертвы, но Дар ты еще не получил. Этим все и пользовались. Причем настолько повсеместно, что это стало, по сути, главной частью ритуала Обретения.

Ну а поскольку это твой первый полноценный контакт с богами — он гораздо более глубокий и значимый, чем все последующие. Он оставляет свой отпечаток не только на всех дальнейших взаимодействиях, но и успевает существенно повлиять на получаемый Дар. Причем не только и не столько в плане силы, сколько в плане специализации. И главным тут был даже не размер подношений каждому богу (хотя и он был важен), а очередность. Кого ты определишь первым, а значит — важнейшим для себя? Кого — последним и наименее значимым?

Дети начинали думать над этим вопросом за несколько лет до совершеннолетия, выслушивая сотни советов от родителей, соседей, друзей и даже от случайных доброхотов. А сколько было драм и семейных разборок, когда подросток, не желая идти на поводу родителей, менял порядок жертв в последний момент, пользуясь тем, что в храме во время ритуала мог находиться только он и священник?

К счастью, в этом плане мои родители оказались адекватными и, хоть и были не в восторге от выбранного мной варианта, мешать не стали. Я еще раз прокрутил в голове все, что должен был сделать. Тяжело вздохнул. И направился к статуям, с благодарностью кивнув Илиану, который потрепал меня по плечу напоследок.

***

Сами статуи богов в каждом храме выглядят немного по-разному (хотя сам я других храмов не видал, но говорят так), но общие черты всегда прослеживаются. В центре любого храма находится большое каменное возвышение. Амвон. На нем либо нарисована, либо выбита в камне огромная семиконечная звезда. В нашем храме она была выложена каменной мозаикой из неизвестного мне красного минерала. На фоне мраморного амвона смотрелось очень величественно.

На каждом из концов этой звезды в любом храме стоят боги-покровители атрибутов, их живые воплощения. В одном и том же порядке — это важно.

Вот Конан — воплощение Силы. Самый высокий из богов, косая сажень в плечах и у статуи всегда мужественно-туповатое лицо, не обезображенное признаками интеллекта. Не самый мой любимый бог, но отдавать ему должное приходится. Истории про его похождения всегда довольно однообразные — тут кого-то убил, там монстру пасть разорвал голыми руками, здесь заставил разбежаться в страхе целую армию, громогласно проорав свой знаменитый клич. Единственное, что, как помнится, выбивалось из общего ряда всех историй — как-то раз он в небольшой стране всех женщин разом за ночь оприходовал, аки элитный бык-осеменитель. Хотя почему элитный? Божественный!

Справа от него Гаррет-хитрец, Гаррет-тень, покровитель воров и авантюристов, окаменевшее воплощение Ловкости. Сухой, будто весь жир из него вытопило на солнце, невинно уставившийся куда-то в небо, спрятав руки за спиной. Довольно низкий, по сравнению с огромным Конаном, но, если вспомнить легенды, не раз Гаррету удавалось одолеть этого силача в прямом бою за счет ловкости и хитрости, так что размер в данном случае явно не главное, как и... в других случаях.

Рядом же стояла и статуя Ахиллеса, бога Выносливости. Родной брат Гаррета, они оба были крайне похожи друг с другом, различаясь в основном выражениями лиц и одеждой. Ну и Ахиллес был слегка массивнее и мускулистее. Один из самых спокойных и добрых богов, благодаря чему ему зачастую оставляли дары даже те, кому выносливость вообще не нужна была. Просто из уважения. В руках Ахиллес держал свое священное животное, лениво поглаживая панцирь рукой.

Эти трое богов из так называемой «Триады Тела» были отделены от остальных полукругом, прочерченным поверх звезды, и противопоставлялись другой триаде, стоящей напротив и отделенных таким же, симметричным полукругом. Триаде Энергии.

Креол, бог магии и, соответственно, энергии магической — высокомерный, запечатленный в камне со своим неизменным посохом и лицом, полным ярости, будто ему за секунду до этого кто-то пинка по заднице отвесил. Правда, так сложилось, что помимо магов, ему также поклонялись и несчастные влюбленные. История любви великого мага и простой смертной по имени Ванесса затронула очень многих, и с тех пор поток людей к постаменту Креола не ослабевает.

Мета дин Альт — богиня жизненной энергии, в силе и мускулистости не особо уступающая Конану, но при этом выглядящая куда более гармонично. Вечно юная, переполненная энергией, будто готовая в любой момент сорваться с постамента и побежать, она была, пожалуй, одной из самых популярных богинь. Особенно у простых людей. К тому же она покровительствовала лекарям и под настроение могла сама излечить какого-нибудь верующего, если тот ей приглянулся и принес ей щедрую жертву.

Эндер, воплощение Разума и, соответственно, энергии ментальной. Мой любимый бог. Вечно юный, запечатленный в том возрасте, когда гениальный полководец как раз вчистую разгромил полчища демонов. Измотанный, с ввалившимися от недосыпа глазами, он сидел на каменной тумбе и крутил в руках непонятное устройство.

На последнем же луче звезды, между двумя триадами, стояла статуя последней богини. Госпожи Фортуны. Самой таинственной из всей семерки, ведь она единственная не была возвысившимся, пусть и давным-давно, человеком. Многие вообще считали, что она — выделившаяся часть Системы. Или ее дочь. Вариантов было много, но единственное, что можно было сказать точно — Фортуна и Система были связаны неразрывно и куда более тесно, чем все остальные параметры. Ведь сам параметр Удачи по большому счету, влиял только на вещи, так или иначе связанные с Системой. К примеру, если два человека с разной удачей и одинаковым навыком поиска тайников, попробуют найти тайник в каком-нибудь доме, то шанс на это будет выше у человека с более высоким параметром Удачи, хоть в навыке и могут быть прописаны абсолютно одинаковые вероятности у обоих. Но, разумеется, для этого тайник должен в принципе иметься. Удача не сможет сама по себе повлиять на выбор и решения людей, только опосредованно через те или иные навыки, заклинания и системные вещи, которые они используют. Собственно, эти ограничения отражались в том числе и на рисунке. Луч, на котором стояла статуя Фортуны, был более коротким и толстым, выделяя ее особую связь и близость с Системой, которую и символизировала вся звезда в целом.

***

Хрипло пробормотав молитву, я отошел от статуи Креола, оставив у ее подножия сверток с посохом. Посох делал наш деревенский кузнец, Аркат. Выглядел он (посох, не кузнец) — ну просто загляденье, но это было не главное. Главное — посох был магическим, пусть и чисто формально. Легкое увеличение прочности и снижение веса, ощущаемого владельцем, но за эти мелочи мне пришлось целых полгода батрачить на Арката по вечерам в кузне, в основном в роли грузчика — таская мешки с углем и тяжелые железки. Но оно того стоило — на немагические дары Креол смотрел с презрением и хрен бы он мне чего хорошего после этого отсыпал.

Да, моим первым богом я выбрал именно Креола. Это был самый сомнительный вариант, учитывая тот факт, что я не аристократ и с рождения у меня был абсолютно нулевой магический дар. Но... Я с детства грезил магией, и знал, что если не рискну, то буду грызть себя всю оставшуюся жизнь. И, после того, как брат таки развил свой дар до приемлемых величин и уехал в столицу, в местную Академию, мое желание только усилилось. У меня перед глазами оказался пример полного раздолбая, который смог. Смог добиться того, чего я так жаждал. Так что к черту!

Вперившись глазами в посох, я ничего не слышал, кроме гулких ударов собственного сердца в ушах. Бом-бом. Бом-бом. Бом... Исчез! Посох исчез! Окутался буквально на секунду синеватым свечением и исчез. Я расслабленно выдохнул, увидев мелькнувшее перед глазами:

Бог Креол с благосклонностью принимает твой дар! Отношение Креола +14!

Черт возьми, а неплохо! +14 — это существенно выше среднего. Насколько я знал, даже +10 от первого бога считалось хорошим результатом. Тут явно угадал с подношением, да и то, сколько собственных сил я на него убил, тоже зачлось. Навряд ли был бы такой же результат, если бы такой же или даже более качественный посох мне просто купили родители. К счастью, богам куда важнее твои усилия, чем твое богатство.

Над тем, к какому богу двинуться следующим, я размышлял добрые полгода перед ритуалом. У меня было ровно два варианта и оба были плюс-минус равнозначны, но все же в итоге...

— Прости, Эндер. — Я виновато посмотрел на статую бога Разума. — Но мне очень нужна удача в этом Даре. И я уверенно направился к статуе Фортуны.

***

Бог Эндер одобряет ваше действие! Отношение Эндера +2!

Я споткнулся от неожиданности. Еще раз перечитав появившуюся запись, недоуменно оглянулся на статую бога Разума. Это намёк? Что я делаю все правильно? Или ему просто по нраву, что я очень тщательно обдумывал очередность подношений? Решив поразмышлять об этом как-нибудь потом, я просто продолжил движение.

Второе подношение пошло куда более гладко, тем более что дядюшка Илиан посоветовал мне практически идеальное подношение для богини Удачи.

Согласно его совету, заранее взял с собой больше полусотни монеток самого мелкого достоинства (не в нем дело) и пометил сторону с решкой красной точкой. Аккуратно расстелил небольшое покрывало перед статуей и начал по очереди подкидывать монетки. Выпавшие решки откладывал в левую кучку, выпавшие профили короля — в правую. После чего повторил это еще раз, но только с монетами из левой кучи. И еще раз. И еще. В итоге у меня осталось целых две монеты, обе из которых выпадали решкой вверх по семь раз подряд. Именно их я оставил у подножия богини, сопроводив краткой молитвой и поклоном.

Фортуна не стала долго кочевряжиться, как Креол, и даже подкинула немного плюшек помимо непосредственно отношения:

Богиня Фортуна благосклонно принимает твой дар! Отношение Фортуны +10!

Ваш параметр удачи достиг 12!

Довольный, как слон, я вернулся к Эндеру...

***

Бог Эндер благосклонно принимает твой дар! Отношение Эндера +8!

Богиня Мета дин Альт благосклонно принимает твой дар! Отношение Меты дин Альт +7!

Бог Гаррет спокойно принимает твой дар. Отношение Гаррета +5!

Бог Ахиллес спокойно принимает твой дар. Отношение Ахиллеса +3!

Бог Конан равнодушно принимает твой дар. Отношение Конана +1.

Фух, с богами закончил. Хотя после того, как я поставил Конана на последнее место, приемлемых отношений мне с ним не видать... Но хотя бы в символический плюс вышел, уже хорошо. А то я слышал про дураков, которые жмотились последнему богу на подношение и в итоге вообще в минус уходили. А отрицательные отношения с богами — это не то, что бы хотелось испытать на собственной шкуре. Дебафы там могут такие навеситься, что потом последние штаны в жертву принесешь, лишь бы вернуть все как было. Особенно горяча на руку в этом плане Фортуна, но не припомню знакомых идиотов, которые бы ее ставили на последнее место, да еще с дарами обижали. Такие долго не живут.

Наконец настало время непосредственно Обретения Дара. Ритуалом это называют чисто формально, потому как я просто вышел в центр звезды и сел на пол, скрестив ноги. В целом, я мог бы это сделать даже на улице в придорожной канаве. Храм используется в основном из-за предыдущих подготовительных действий, а также для торжественности и чтобы человека никто не беспокоил. Подождал секунду и негромко произнес:

— Система, я осознаю себя совершеннолетним и готов принять твой дар.

Все мое тело пронзило резкой болью. Мир перед глазами погас.

Глава 2

...или, скорее, мигнул. Кажется, я потерял сознание буквально на мгновение, потому что даже не успел завалиться и упасть на пол. Просто вздрогнул всем телом, возвращаясь к равновесию.

Перед внутренним взором плавали какие-то системные строки, но сфокусироваться на них не получалось. Какое-то время я просто сидел, сосредоточившись исключительно на том, чтобы не извергнуть из себя сегодняшний завтрак. Наконец, в голове слегка прояснилось, желудок перестал бунтовать и я бросил взгляд на послание от Системы.

Вы получили Дар от Системы.

Вам доступно новое заклинание «Жертва»

Разблокирована новая вторичная характеристика «Обучаемость» (базовое значение: 0)

Первым делом я открыл рот, чтобы радостно заорать.

Вторым — тут же его захлопнул, потому что желудок радостно взбрыкнул, решив, что хозяин таки решился блевануть и рот открыл именно с этой целью.

Горестно замычав, я пытался сообразить, что делать и не проще ли действительно освободить желудок, чтобы стало легче. Но был большой нюанс. Я все еще сидел в окружении статуй богов и осквернять это место таким действием было бы крайне опрометчиво. Сильно сомневаюсь, что боги воспримут это с пониманием. Встать и выбежать из храма в таком состоянии я тоже не мог, ощущая, что тогда извержения точно не избежать, а донести до выхода я просто не успею.

В итоге, я просто лег на пол, размеренно дыша. Мир сузился до покачивающегося потолка храма и моей отчаянной битвы с собственным телом. Блин, мне так хреново не было со времен, когда я нажрался неизвестной красной ягоды в лесу в далеком детстве. Но тогда никто не мешал мне извергать из себя все, что угодно с обеих сторон тела, что существенно облегчало страдания. А сейчас облегчить их было нельзя. Облегчить. Облегчиться. Ох, Грег, не смейся, не надо, это максимально неудачный момент, чтобы смеяться.

От истеричного смеха и последующего неминуемого осквернения храма меня спас Илиан. Его лысеющая макушка появилась в моем поле зрения, заслонив потолок храма, после чего он молча вытащил у меня что-то из кармана.

— Я тебе зачем зелье давал, дурень? Рот открой.

Я слегка расцепил плотно сжатые зубы лишь для того, чтобы попытаться объяснить, что не смогу сейчас что-либо выпить и какими последствиями это чревато. Но сказать я ничего не успел. Илиан тут же ловко всунул мне горлышко бутылочки между зубов и зелье, весело булькнув, отправилось мне в глотку. Твою-то мать, Илиан... Теперь оскверненный амвон будет на твоей совести.

Это была моя последняя мысль.

***

Очнулся я на удивление бодрый. Помня о тех малоприятных ощущениях, осторожно открыл глаза. Подождал секунду. Еще более осторожно присел на... кровати?

Меня что, домой принести успели?

Сколько же я провалялся?

Темнота за окном быстро подсказала ответ, так же как и тишина в доме. Даже похрапываний отца не слышно, только с улицы доносится стрекотание сверчков...

Сна ни в одном глазу и дико хочется есть. Даже не есть — жрать.

Я тихо встал и в полумраке двинулся к небольшому столу, за которым я обычно тренировался в чистописании и перерисовывал себе в небольшой альбом схематичные рисунки трав на основании тех образцов, которые мне давала матушка. Собственно, благодаря этому я открыл себе профессию травника, чему мать не могла нарадоваться, периодически намекая, что мне бы стоило взяться за ум и пойти по ее стопам. Она-то травница ого-го какая, целый Мастер, пусть и всего лишь третьего ранга. И в небольшом саду за домом выращивает такие травки, которые и в столице с радостью бы скупили, не то что в нашем захолустье. Правда, большая часть этих трав уходит на алхимические эксперименты отца. Профессия алхимика, как и любая другая магическая профессия — одна из самых дорогих в плане развития. Особенно когда нет учителя, нет готовых и точных рецептов и приходится регулярно экспериментировать и искать все жалкие обрывки знаний, какие только можно найти без вступления в Гильдию. Увы, отделения Гильдии Алхимиков в нашем городке не было, а переезжать в столицу или город побольше не хотели ни мама, ни отец. Впрочем, они уже начали подумывать об этом варианте. Потому что если бы не бесплатные травы матушки, отец бы уже давно разорил и себя, и нас заодно.

На столе я нашарил свечу и коробок алхимических спичек. Обычно довольно дорогая штука, но не в нашем городке — тут спасибо отцу как раз, их он делать умеет чуть ли не единственный в округе.

Поднес спичку к свече и шепнул «Гори!». Мгновенно вспыхнувшая и полностью прогоревшая палочка успела поджечь свечу и почти сразу же выпала из рук, опалив мне пальцы. С тихой руганью затоптал еще слегка тлеющую палочку. Качество у отцовских спичек пока хромает, конечно — не должны они настолько быстро прогорать. Но он пока в алхимии всего лишь старший ученик, даже не подмастерье, так что даже так неплохо.

В освещенной комнате я наконец заметил заботливо оставленный у кровати сверток и облегченно выдохнул, когда обнаружил в нем запечатанный кувшинчик с молоком, кусок хлеба и сыра. Ох, спасибо, мам...

Еда кончилась очень быстро, но жуткий голод, к счастью, притушила.

А теперь самое важное. Усевшись на кровать, я, счастливо улыбнувшись, прошептал: «Интерфейс». Вчера я успел увидеть только краткое сообщение, но главное, что успел увидеть — Даром было заклинание. А заклинание — прямой путь к тренировкам магической силы, без исключений. Изменений в параметрах, по сравнению со вчерашним днем, почти не было, но зато разблокировались аж два новых раздела:

________________________

Заклинания:

Жертва:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 0

Откат: нет

Стихия: нет

Особое: системное/божественное

________________________

Отношения с богами:

Креол: 14

Эндер: 10

Фортуна: 10

Мета дин Альт: 7

Гаррет: 5

Ахиллес: 3

Конан: 1

Я недоуменно нахмурился, глядя на заклинание. Нулевой ранг — логично, я им ни разу не пользовался и не развивал, соответственно. Нулевые затраты маны — что-то странное, хотя для меня и в плюс, ведь у меня этой самой маны сейчас нет вообще. Если бы это было нормальное заклинание — пришлось бы первое время использовать внешние накопители или, для любителей пожестче, использовать вместо маны жизненную силу — прану. Ощущения после такого, говорят, такие, будто по тебе табун лошадей проскакал.

А вот отсутствие стихии и пометка «системное/божественное» — вообще что-то из ряда вон. О божественных заклинаниях я слышал краем уха, но звучало это максимально неправдоподобно. О системных и вовсе не слышал толком. Обычно так называли любое заклинание, активируемое не рунами, а прописанное в интерфейсе — но чтобы это слово фигурировало в описании заклинания... что-то не припомню таких случаев...

Я сосредоточился на строчке «Жертва», вперившись в нее взглядом. Мгновение, другое — и она развернулась в новую запись, закрывшую собой все предыдущие надписи:

Заклинание «Жертва» позволяет пожертвовать любые системные показатели и параметры любому богу по вашему выбору. После жертвы значение выбранных системных показателей сбрасывается до 1, а скорость дальнейшего роста каждого показателя увеличивается пропорционально количеству пожертвованных единиц (рассчитывается отдельно для каждого параметра). При одновременной жертве сразу нескольких параметров и показателей растет параметр «Обучаемость».

Чего, простите? Я перечитал описание заклинания еще раз, чувствуя, что меня где-то хорошенько... обманули. То есть я пожертвую, например, 11 из 12 своих единиц силы (которые развивал всю свою жизнь), стану слабым как котенок и взамен получу... слегка увеличенную скорость роста? Вернусь к 12 единицам силы не за 14 лет, а за 13? Охренеть, спасибо огромное. И есть у меня подозрение, что под этим размытым «пропорционально количеству пожертвованного» скрывается вовсе не рост скорости в 11 раз, а что-то куда более скромное. Впрочем, конечно, если целенаправленно тренироваться, а не просто жить обычной жизнью, то параметры растут куда быстрее, но не тратить же добрую пару лет на непрерывные тренировки просто чтобы вернуть все как было?

Злой и расстроенный, я бездумно листал свои показатели, пытаясь что-то придумать. Теоретически, если это заклинание будет хоть немного поднимать магическую силу, то можно подобрать для него какие-нибудь быстрорастущие и относительно бесполезные параметры... и скидывать их раз за разом. Только вот есть подозрение, что с такой стратегией я разовьюсь и попаду в Академию пусть и не глубоким старцем, но как минимум зрелым сорокалетним мужчиной, с семьей и выводком детей. Какая уж там Академия в такой ситуации...

Разбитые надежды все больше распаляли бессильную ярость, а в горле стоял комок, от которого никак не удавалось избавиться.

Я остановил взгляд на своей абсолютно нулевой магической силе и злобно оскалился. Хотите жертвы? Будет вам жертва!

Пожалуй, будь я в более уравновешенном состоянии, я бы на такое не решился — хрен знает, как на такое могут отреагировать боги и Система. Но сейчас мне было море по колено.

***

Заклинания используются обычно довольно-таки интуитивно, все что нужно — во время первого использования сделать привязку к жесту, фразе или тому и другому одновременно. Это тоже делается довольно просто...

— Система, заклинание «Жертва». — Говорил я шепотом, но сейчас это не имело значения, при определенных усилиях хватило бы даже мысли.

— Установите резервный пароль. — Тот же самый холодный голос, что и при моей инициации в шесть лет. Узнается с первого слова и все так же пробирает до дрожи.

Я сел на кровать, сцепил руки в замок и прошептал «Жертва-один». Ничего более пафосного мне сейчас в голову не лезло, а заклинание все равно не из тех, которые буду использовать на людях.

— Резервный пароль принят.

— Жертва-один. — Я слегка улыбнулся. Перед глазами снова появились горящие сверху слова «Назовите жертвуемые параметры и имя бога». Улыбка стала злой:

— Магическая сила. К... Эндер.

Фух, в последний момент успел поправиться. Вспоминая вспыльчивость Креола, экспериментировать с жертвами в его случае не стоит.

Вы жертвуете магическую силу. Вы жертвуете −1 единицу во имя бога Эндера. Ошибка! Значение не может быть отрицательным! Поиск вариантов решения...

Бог Эндер прерывает поиск вариантов и корректирует действие заклинания.

Ваша магическая сила достигает значения 1.0!

Скорость роста вашей магической силы остается неизменной.

Бог Эндер оставляет вам сообщение «Считай это бонусом за хитрость, но больше так делать не стоит. Ты же не хочешь, чтобы я обиделся?»

Я в легком шоке перечитывал строки снова и снова. В плане бонуса я ожидал чего-то подобного, тут раскатывать губу не стоило, но черт возьми, личное сообщение от бога! Не успел я это обдумать, как выскочило новое сообщение:

Бог соизволил лично передать вам свои слова. Вы получили достижение «Говорящий с богами I». Аналогичное достижение имеют 5.71% разумных данного мира. Согласно обстоятельствам, в которых вы получили данное достижение, вы получаете следующие бонусы:

Разум +1.

Удача +1.

Данные бонусы неотъемлемы и не могут быть изменены каким-либо образом, в том числе при помощи заклинания «Жертва».

Ох.

Тем временем за окном раздавались первые петушиные крики.

***

Завтрак сегодня затянулся. Родители расспрашивали о вчерашнем дне, о мельчайших деталях в описании полученного Дара и о первой попытке его применить. Каждый ответ приводил к сотне новых вопросов. В итоге где-то через полчаса родители отпустили Киру — мою младшую сестренку — гулять, а мы тем временем переместились в лабораторию отца, совмещенную с небольшой библиотекой. Он хотел найти хоть какие-нибудь упоминания о подобных заклинаниях, осторожно перебирая все хоть немного подходящие манускрипты, и периодически задавал новые уточняющие вопросы. И все больше грустнел и морщился, потому что найти не мог ровным счетом ничего. Не то чтобы мы, да и он сам, были сильно удивлены такому повороту — в конце концов, он в основном закупал книги по алхимии (для себя) и травничеству (для мамы). Но даже в таких книгах авторы периодически растекаются мыслью по древу, поэтому шанс найти что-то все же был, пусть и небольшой. Но, увы...

— Да ладно, пап. Я уже один раз использовал — и ничего страшного не произошло. Попробую еще разок-другой, поэкспериментирую, вечером расскажу, что получится...

Я наткнулся взглядом на ошарашенное лицо матери и быстро добавил, прежде чем она что-то сказала:

— Я не буду пока трогать основные параметры. Только вторичные и навыки! И выберу только те, которые мне наименее важны сейчас.

Мама только вздохнула.

Но некоторые полезные вещи я все же узнал. Первое — мне чуть больше рассказали про достижение. Оказалось, что оно является одним из самых распространенных и имеется как минимум у Илиана и большинства других священников. Вроде также популярно у аристократов и авантюристов, потому что требует либо высоких отношений с богами, либо каких-то неординарных действий. У обычного люда и первое, и второе встречается довольно редко, так что в нашем городе, скорее всего, таких как я, буквально единицы. Но главное не это, а то, что достижение семиранговое. И каждый следующий уровень, выдаваемый за каждого «нового» бога, уделившего тебе свое внимание, все лучше и лучше в плане бонусов. Но все на уровне слухов, потому что вживую встретить разумного даже с первым рангом достижения удается редко.

Вторым оказалось то, что я совсем забыл про одну из строчек в описании заклинания:

При одновременной жертве сразу нескольких параметров и показателей растет параметр «Обучаемость».

А она оказалась важна. Весьма важна.

Потому что, решив просмотреть описание параметра, я увидел следующее:

Обучаемость — редчайший (менее 1 процента встречаемости) вторичный параметр. Увеличивает скорость роста всех вторичных характеристик, навыков и профессий на N%, базовых характеристик и заклинаний — на 0.5 * N%, где N — значение параметра.

Этот момент менял многое, если не все. Только сейчас я начал постепенно понимать, что получил я вовсе не сундук без ручки, а что-то действительно ценное. Ведь увеличенная скорость роста любых системных атрибутов — это не только и не столько про уже открытые. Это про ВСЕ атрибуты. В том числе скрытые. А тут есть момент, что потенциальных атрибутов просто неисчислимое количество — и все они в теории есть у каждого человека, просто равны нулю или мало от него отличаются. Поэтому Система просто не показывает их и игнорирует при любых своих расчетах. Но как только какой-то из таких показателей достигает единицы — бам! В твоих параметрах появляется новая характеристика, новый навык, новая профессия... И это резкий качественный рывок в плане возможностей, которые дает тебе открытый атрибут.

Но помимо прямых возможностей, имеются и косвенные — каждый атрибут связан с некоторым количеством других параметров и влияет на то, насколько они сильны. Простейший пример — «Стрельба из лука», «Меткость» и «Ловкость». Все три этих атрибута известны своей тесной связью. Допустим, мы берем двух одинаковых людей с одинаковыми значениями параметров стрельбы из лука и меткости — к примеру, равным единице. Но ловкость у них разная — у одного 2, у другого 3. Стрелять лучше однозначно будет тот, у кого ловкость выше. Да и расти всё вышеперечисленное при тренировках будет бодрее, когда открыты взаимосвязанные атрибуты. Это самый банальный и логичный пример, а на самом деле даже в этом случае взаимосвязей куда больше и досконально их не знает никто. Все, что известно, так это то, что открывать новые характеристики, навыки и профессии — охренительно полезно. И в моем случае, я надеюсь, это станет гораздо проще...

***

Но, вместо того, чтобы разбираться с Даром, сначала пришлось делать обычные дневные дела. Отвертеться от своих обязанностей, как я ни пытался, не получилось. Накормить трех козочек и корову, натаскать воды из колодца на заднем дворе — к моему большому везению, у нас был собственный (не пришлось бегать в мыле с ведрами до общественного), полить грядки с овощами и ту часть сада, где росли немагические травы низких уровней, на которых хватало моих знаний травника... Время пролетело незаметно, и в итоге более-менее освободился я только после обеда.

— Пу-пу-пу... — Я сидел, уставившись в пустоту, на веранде, и поглаживал кота Хошу. Последний нагло устроился у меня на коленях и громко урчал, периодически сбивая меня с мыслей. Вообще формально Хоша не наш кот, он приковылял в город тощий и ободранный где-то полгода назад и постепенно поправился и округлился на подачках от сердобольных хозяек. Ни к какому конкретному дому он так и не прибился, предпочитая гулять сам по себе. Конкретно сегодня вот котяра почтил своим присутствием наш дом, но уже завтра он может оказаться, к примеру, у вдовы Релиссы по соседству, тем более что та всегда наиболее тепло его привечала.

Сидел я уже минут двадцать и к этому моменту как раз решил, какие параметры пойдут под нож в рамках эксперимента. Вздохнул, покосился на кота, но не стал его сгонять. Пускай лежит. Сцепил руки в замок прямо над ним:

— Жертва-один. Скрытность. Каллиграфия. Травник. — Я сделал небольшую паузу. Хм... — Фортуна.

Мир слегка мигнул, нахлынула секундная тошнота, но недомогание исчезло так же резко, как пришло.

Вы жертвуете 6.24 единиц характеристики «Скрытность» богине Фортуне!

Вы жертвуете 3.28 единиц навыка «Каллиграфия» богине Фортуне!

Вы жертвуете 4.61 единиц профессии «Травник» богине Фортуне!

...

Богиня Фортуна благосклонно принимает твой дар! Отношение Фортуны +6!

...

Скорость роста характеристики «Скрытность» увеличивается на 8.2%.

Скорость роста навыка «Каллиграфия» увеличивается на 5.0%.

Скорость роста профессии «Травник» увеличивается на 6.5%.

...

Характеристика «Обучаемость» увеличивается на 2.1!

Ваша магическая сила увеличивается на 0.7!

Ваша удача увеличивается на 0.1!

Я перечитал весь текст, показанный Системой. Потом еще раз. Потом все-таки согнал наглого котяру с колен и потянулся за тетрадкой, чтобы зафиксировать все значения и поразмышлять над ними на досуге, да и родителям показать надо, может что-нибудь подскажут...

...ругался я долго и со вкусом, пусть и шепотом, чтобы родители не услышали. Я немного забыл, что каллиграфия, как многослойный навык, отвечает не только за умение рисовать, но и за письмо в том числе. Толстый карандаш скользил в пальцах, ставших будто чужими. Я пыхтел и обливался потом, выводя крайне кривые печатные буквы — одну-единственную за то время, за которое раньше написал бы куда более ровную и красивую строку целиком. Час! Добрый час ушел на то, чтобы переписать не особо-то большой текст, потому что руку то и дело сводило от усталости, как будто я никогда раньше не держал в руках карандаш или перо.

— Ладно, чего-то такого и стоило ожидать. Будет мне уроком. — Я на всякий случай открыл интерфейс, который вежливо выкинул мне несколько сообщений по последним изменениям в параметрах, которые произошли с последнего раза, как интерфейс открывался. Обычно большие и важные изменения сразу выкидывались перед внутренним взором в момент получения, а вот все остальные копились и вылезали скопом во время следующего просмотра параметров. Интерфейс особо ничем меня не порадовал, разве что каллиграфия успела подрасти с единицы уже на целых три сотых за последний час мучений, да вдобавок к ней стойкость и сила увеличились на одну сотую каждая. Стойкость — скорее всего, совместно с каллиграфией, за счет упорства, с которым я выписывал корявые буквы, пытаясь сделать их хоть чуть-чуть ровнее. Сила — за счет таскания ведер с водой из колодца, это достаточно стабильный плюс с тех пор, как на меня повесили эту обязанность. Ничего необычного или даже просто резкого роста, на который я глубоко в душе рассчитывал.

Ну да еще не вечер...

Глава 3

Следующие три недели вышли... необычными. Родители посмотрели на мои корявые записи, что-то прикинули, посмотрели красивые и малопонятные графики роста для некоторых других отдаленно схожих зависимостей «заклинание — атрибут»... и выдали вердикт, что по одному применению ничего не понятно. Единственное, что можно сказать с большой долей вероятности — нужно жертвовать как можно больше, как в плане количества атрибутов, так и в плане их наполнения. Поэтому они освободили меня от всей работы по дому, вместо этого поставив условие, чтобы я открыл как минимум два новых атрибута или профессии, а уже имеющиеся прокачал как можно сильнее (особенно упирая на тройку недавно сброшенных). Отец сначала собирался взяться за меня и открыть со мной алхимию по-быстрому, но потом, поморщившись, вспомнил, сколько сам когда-то убил на это времени, и как она медленно растет. Так что от алхимии пришлось отказаться, хотя я-то был в целом не против, да и не очень понимал, зачем так сильно спешить, а загадочную фразу родителей «Раньше сядешь — раньше выйдешь», честно говоря, не очень понял.

К счастью, вместо алхимии отец приготовил мне кое-что даже получше. Сначала он, вздохнув, притащил из своей комнаты слегка проржавевший кинжал и вручил его мне. Я радостно вцепился в свое первое настоящее оружие обеими руками.

— Будешь в свободное время на заднем дворе тренироваться, может, навык кинжального боя откроешь, хотя без учителя... — Он в сомнении покачал головой. — ...навряд ли, конечно. Так что советую лучше поставить доску и метать туда кинжал. Метательное оружие открыто даже у меня, и из того, что мне приходит в голову — это один из наиболее быстро открывающихся при должном усердии навыков. Баланс у кинжала неплохой, метаться должен легко. Но это потом. Сначала откроешь кулачный бой, это еще проще.

Что-то мне не нравится его ехидно-предвкушающий тон...

***

Лиан и Кристоф всегда ходили вместе. Два брата, один моего возраста, другой на год старше. А еще они меня не любили. Очень. Причины было две, и обе весомых. Во-первых, я был из относительно богатой семьи, особенно по сравнению с ними. Вторая причина была лишь моим предположением, но мне упорно казалось, что им просто не нравится мой чересчур большой показатель Разума. Да-да, нескромно. Но, черт возьми, они меня тоже бесили постоянными, максимально тупыми подначками! Много раз они пытались завязать драку, но, честно говоря, я их побаивался. Точнее, не их, а ожидаемого результата драки, который был максимально предсказуем. К счастью, я был гораздо быстрее и ловчее, поскольку вкладывался не только и не столько в силу, как они, так что всегда мог убежать. И поймать они меня никак не могли. До сегодняшнего дня, когда я пришел к ним сам. Спасибо, отец...

— Привет, Лиан! Привет, Кристоф! — Я максимально дружелюбно помахал рукой парням, которые валялись в теньке под деревом, спасаясь от полуденной жары.

— Чего надо, урод? — Лиану явно было лень задираться из-за жары, так что он лишь чуть привстал на локтях, насмешливо глядя на меня. Кристоф и вовсе мое появление проигнорировал. Эх, придется их подтолкнуть.

— Да спросить у вас хотел... Мне тут на ушко нашептали, что ваша матушка, оказывается, в лесу настоящего орка нашла и два года с ним сношалась по всякому, пока вас двоих не родила. Правду говорят? — Я не особо большой мастер словесных игр, так что оскорбление придумал чуть заранее и протараторил его скороговоркой, едва сдерживаясь, чтобы не драпануть, куда глаза глядят.

Несмотря на чересчур очевидную провокацию, вскочили оба быстро, и так же молча рванули ко мне, не размениваясь на вопли и ответные оскорбления. Впрочем, судя по их багровым рожам, они просто не в силах сказать ни слова от внезапного приступа ярости.

Бам! Кулак Лиана целился мне в нос, но я успел чуть-чуть отдернуть голову и он просто мазнул мне по скуле. Я в ответ успел ударить один раз, тоже в нос, и вроде даже попал, но Лиан, скотина такая, даже не заметил моих усилий. Я уже собирался повторить, но сбоку подскочил Кристоф и одним толчком повалил меня на землю. Следующие минут пять я просто служил лежачим манекеном для отработки ударов. Нет, я, разумеется, изо всех сил старался хоть немного блокировать и уворачиваться от сыплющихся на меня со всех сторон ударов, даже не мечтая ответить. Но получалось определенно так себе, разве что хоть немного сберечь лицо удалось, закрыв его локтями. Потом бить меня братьям наскучило, да и жара никуда не делась, а пот по ним обоим уже прямо-таки градом катился. В итоге, пнув меня еще пару раз для острастки, они синхронно презрительно сплюнули и гордо удалились, обсуждая эту грандиозную битву. Судя по обрывкам разговора, которые я успел услышать, они дружно решили, что мне на солнышке голову напекло. Ну... у них были основания так думать. Я бы тоже так подумал на их месте, пожалуй.

Я, кряхтя, как старый дед, поднялся с земли, осторожно ощупал себя... неужели ничего не сломали? Это они так осторожно били, или просто сил не хватило? Пересчитал языком зубы — здесь тоже все было в порядке. Ну да по зубам мне почти и не прилетало, к счастью.

До дома идти было далеко, но, к счастью, отец ждал меня в скверике неподалеку. Дома была мама, а она будет крайне недовольна нами обоими, если увидит результаты моей первой в жизни драки. Так что пришлось скрываться здесь.

— Ох, Грег, каких же смачных люлей ты сегодня отхватил. — Отец, усмехаясь, подхватил медленно ковыляющего меня под руку и усадил на скамейку. — Извини, что заставил тебя через это пройти, но рано или поздно тебе определенно пришлось бы с таким столкнуться, так что лучше сделать это пораньше и на своих условиях. На вот, выпей. — Он всунул мне в руку какой-то пузырек, который я безропотно откупорил и выпил, скривившись. Пойло было явно смесью мочи скунса и протухшего рассола из-под соленых огурцов. Пахло как первое, на вкус как второе. Но по телу тут же растеклась невероятная легкость, боль в каждом уголке тела резко исчезла, а в голове установилась невероятная ясность. Хм.

— Ты что, научился лечебные эликсиры делать? — Я бросил взгляд на хитро улыбающегося отца.

— Это пока секрет, но да, как раз месяц назад начало стабильно получаться. Пока только малые, максимум синяки да ушибы сводят, да и на вкус отвратные, но это все дело времени. Кстати, пока у тебя синяки рассасываются, глянь-ка в интерфейс результаты драки, дюже интересно, что вышло.

Что ж, это было интересно и мне, но... Я разочарованно вздохнул.

— Кулачный бой не открылся. Другие параметры в основном по мелочи, по одной сотой кое-что выросло. Выносливость, жизненная сила, ловкость. Стойкость только рванула аж на одну десятую, скоро через пятнадцать единиц перевалит, но оно и не удивительно. — Я скривился.

— Стойкость это тоже хорошо, помогает боль терпеть, да и на здоровье влияет. Завтра точно будет пятнадцать.

— Завтра?!

***

Три недели пролетело незаметно. Три недели я метал в деревянную доску с намалеванной мишенью кинжалы, столовые ножи, заточенные палки и даже садовые лопаты. Три недели я вставал в шесть утра и до завтрака уходил бегать вдоль крепостной стены под удивленные взгляды стражи. Три недели ежедневных упражнений на заднем дворе. Три недели ежедневной растяжки по несколько раз в день. И, разумеется, три недели ежедневных драк.

Какие-то основы — как правильно сжимать кулак и бить, как прикрываться и уклоняться, отец мне показал еще в первый день, до того, как я пришел. Но, увы, теория без практики мертва. К тому же у отца этот параметр был прокачан на самый минимум — он открыл его когда-то в молодости и давным-давно забыл про его развитие. Да и зачем ему это? Так что сам, все сам.

Когда я пришел к Лиану и Кристофу на следующий день и снова сказал что-то про их матушку, двух орков и бочку самогона, они несколько удивились, но снова меня отметелили. На третий день они смотрели меня как на откровенного идиота и старались не так сильно бить по голове. На четвертый я открыл кулачный бой и впервые смог сам нанести им хоть какой-то урон, расквасив нос Кристофу.

Через неделю они начали от меня прятаться и смотреть как на отбитого психа, несмотря на то, что я все еще ни разу их не победил. А я просто вошел в кураж. На мои оскорбления они уже не реагировали, так что я бегал за ними, безумно хохоча, и нападал первым, а им просто приходилось отбиваться. Честно говоря, меня уже и самого немного пугала эта ранее неизвестная часть моей души. Я всегда считал себя спокойным пареньком, мой максимум кровожадности — зарезать курицу или пойманного в лесу зайца. Но, кажется, где-то в роду у меня затесался кровожадный викинг-берсерк, радостно вопящий изнутри «Еще!» каждый раз, когда мне в лицо прилетал кулак.

Спустя две недели с начала эксперимента братья взяли в свою компанию еще двух парней (имен я их не помнил, хотя лица были смутно знакомые), и теперь везде ходили вчетвером. Видимо, в надежде, что один на четверых я не полезу. Наивные. Помимо отцовских эликсиров, соломенного чучела, с которым я отрабатывал удары, и уже немного прокачанного кулачного боя, к концу первой недели я смог почти одновременно открыть характеристики «Парирование» и «Уклонение» и мне прямо-таки не терпелось опробовать их в бою. А что может быть лучше для роста характеристик, чем бой с четырехкратно превосходящим тебя противником?

Спустя три недели я впервые победил. Один из противников сбежал, лишь завидев, как я снова иду в сторону их компании. Второй драться не умел, так что очень удачно первым же ударом промахнулся мимо моей головы, и я смог схватить его за руку и перебросить его через себя. Подниматься он не стал и тоже осторожно пополз в сторону. Ну а Лиан и Кристоф были уже знакомы мне в плане боя и неожиданностей от них я не ждал. К тому же я уже знал, что куда более вынослив, чем они, а значит, мог спокойно кружить вокруг них, лишь изредка пропуская удары, и нанося в ответ свои, ставшие куда более опасными. И тем не менее, когда через минут десять Кристоф пропустил смачный удар в скулу и зашатался, явно «поплыв» — удивились и я, и Лиан. К счастью, я успел среагировать быстрее и, воспользовавшись заминкой, ударить и Лиана тоже, добавив ему для надежности второй рукой в живот. И тут же отступил, опустив кулаки, потому что Лиан... заплакал.

— Ну чего, чего ты к нам прикопался?! Ну да, мы первыми начали, но сколько можно-то?! Ты уже сполна нам за все отплатил! — Лиан, согнувшись в три погибели, и размазывая слезы по грязному лицу, буквально выплевывал из себя слова вперемешку с рыданиями. Кристоф, кажется, шокированный слезами брата куда больше, чем моим ударом, тоже опустил кулаки, как и я.

Я открыл было рот, чтобы объяснить, но тут же его захлопнул. Быть всего лишь чьим-то тренажером — это... обидно. Братья, конечно, меня доставали, но я действительно отплатил им сторицей за все мои обиды и унижения. Так что я просто вздохнул, и сказал:

— Ладно, ребят, извините. Больше я к вам лезть не буду. Но и вы ко мне не лезьте. Считайте, что мы квиты.

Кристоф, куда более спокойный и обычно попросту идущий на поводу у брата, молча кивнул и разжал кулаки. Подумал мгновение и протянул мне руку. Я, с некоторым удивлением посмотрев на нее, осторожно протянул свою в ответ. Отметив рукопожатием окончание старой вражды, я повернулся в сторону Лиана.

Лиан, проигнорировав протянутую ладонь, презрительно хмыкнул и побрел по улице вдаль.

Ну, не очень-то и хотелось.

Постояв еще немного, я развернулся и ушел. Что ж, тренировки по кулачному бою завершены. Значит, и остальные тоже можно заканчивать.

***

— Интерфейс.

Имя: Грегори

Возраст: 14 лет

Ступень: 7 (1052/7400)

________________________

Базовые характеристики:

Сила: 13.09

Ловкость: 15.63

Выносливость: 14.65

Жизненная сила: 30.57

Магическая сила: 1.70

Разум: 22.77 (+1.00)

Удача: 12.16 (+1.00)

________________________

Вторичные характеристики:

Харизма: 7.63

Скорость: 17.24

Скрытность: 1.71 / +8.2%

Стойкость: 17.26

Наблюдательность: 11.53

Меткость: 11.87

Уклонение: 2.66

Парирование: 2.02

Обучаемость: 2.10

________________________

Навыки:

Стрельба из лука: 13.08

Каллиграфия: 2.23 / +5.0%

Кулачный бой: 3.31

Метательное оружие: 2.55

________________________

Профессии:

Травник: 2.10 / +6.5% (Ранг — новичок)

Охотник: 4.39 (Ранг — новичок)

________________________

Заклинания:

Жертва:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 0

Откат: нет

Стихия: нет

Особое: системное/божественное

________________________

Отношения с богами:

Креол: 14

Эндер: 10

Фортуна: 16

Мета дин Альт: 7

Гаррет: 5

Ахиллес: 3

Конан: 1

_______________________

Достижения:

Говорящий с богами I

_______________________

Таланты: нет

Особое: нет

Все появившиеся перед глазами параметры я как можно аккуратнее занес в тетрадку и молча передал родителям. Мама неодобрительно посмотрела на меня и на отца, явно намекая на несуразно большое значение кулачного боя и связанных параметров. Отец сделал вид, что взгляда не замечает и украдкой одобрительно мне подмигнул.

— Решил, что именно оставишь? — Матушка все же решила не вскрывать эту тему. Ну и хорошо.

— Да. Разум точно трогать не буду, не хочу потом несколько лет слюни пускать на подушку. Удачу тоже, она растет плохо и абсолютно случайно, задолбаюсь поднимать. Жизненную силу, пожалуй, тоже вычеркну, она завышенная у меня в основном за счет возраста, неизвестно, смогу ли потом вернуть ее к нынешнему состоянию. Магическую силу, само собой. В конце концов, все это ради нее и затевалось. А все остальное пожертвую. — Я задумался на секунду, перебирая в голове все оставшиеся параметры. — Да, все остальное восполнимо.

— Может, все же не стоит вообще первичные трогать?

Я закусил губу. В чем-то родители были правы. Скидывать до единицы силу, ловкость и выносливость равносильно превращению в отощавшего инвалида на добрый месяц, пока они хотя бы немного не подрастут. Но интуиция упорно подсказывала — благодаря как раз этому факту первичные параметры будут наиболее ценными в плане жертвы. Боги всегда лучше всего принимали жертвы, связанные с потом и кровью. Да и модификаторы на рост первичных характеристик мне будут очень и очень кстати. Но если я отложу их на потом, дожидаясь роста обучаемости за счет менее важных жертв, то мне будет все сложнее решиться на это. Так что лучше уж сделать это сейчас, пока я еще слабый подросток и не потеряю многого. Именно это я и попытался сформулировать. Родители выслушали, переглянулись... и ничего не сказали.

Из лаборатории мы вышли только через час. Сначала еще раз перетряхнули список жертвуемого, пытаясь прикинуть, какие могут быть последствия от сброса каждого из параметров. Потом отец достал несколько фолиантов с полок и родители углубились в спор друг между другом, какие зелья лучше всего сварить в ближайшее время для восстановления и ускоренного роста параметров. В конце концов меня просто отпустили, наказав сегодня заклинание не использовать и пойти лучше чем-нибудь полезным позаниматься. Ну я и пошел метать кинжал в уже конкретно так измочаленную доску на заднем дворе. Спустя час там нашлась и Кира, по которой я за эти две недели бесконечных тренировок даже чуток соскучился, потому что видел ее почти исключительно во время семейных приемов пищи, да и то не всегда.

По итогу ленивой тренировки до вечера я поднял метательное оружие еще на пару сотых и вдоволь наговорился с сестрой, заодно рассказав ей про драки с Лианом и Кристофом, разумеется, в облегченном варианте. Кира хохотала до слез, пока я изображал для нее выражения недоверия и ужаса на лицах моих противников, когда они в очередной раз видели «этого психа, который снова пришел получать по зубам». Наконец, солнце коснулось горизонта, а я отправился спать, напоследок взяв с сестренки обещание не рассказывать про драки маме.

Завтра будет сложный день.

Глава 4

К этой жертве я подходил обстоятельно. Сначала плотный завтрак. Потом парочка эликсиров, которые вчера сварил отец. На вопрос «что это за бурда» он, правда, не ответил, пробурчав, чтобы я не выпендривался и что главное не вкус, а эффективность.

Одно из зелий оказалось знакомым — мне его когда-то давным-давно давали. Называлось оно поэтично — «Зелье Трех Лун». Потому что варилось исключительно ночью. Да еще и нужно было максимально точно попадать в нужное время со всеми действиями — котелок с водой поставить на огонь ровно спустя минуту после заката, первый ингредиент добавить сразу после того, как на небесах появится первая звезда... саму воду тоже нужно было набирать ночью, да еще и не во всякую, а исключительно в новолуние. Которое, между прочим, происходило от силы раз в год и на пару часов максимум, потому как все три луны носились по небу как бешеные, успевая зайти за горизонт и взойти снова по несколько раз за ночь. А ведь «новолунная» вода использовалась далеко не только в этом зелье... В общем, отцу сильно повезло, что он успел набрать добрую бочку драгоценной жидкости где-то год назад и до сих пор не успел ее израсходовать. Учитывая, что самая большая сложность была именно с предугадыванием новолуний, для большинства алхимиков добыча такой воды была вопросом банальной удачи. Даже не системной. Увы, хотя профессия астронома вполне себе существовала и позволяла при необходимости рассчитать и предсказать новолуние, но, для четкого предсказания хотя бы за несколько дней, нужны были весьма значительные числа в этом параметре. И все разумные, имеющие профессию, развитую до такой степени, были наперечет. И, соответственно, наглели, и брали за свои консультации такие деньги, которые одиночным алхимикам были попросту не по зубам. Даже руководители столичной Гильдии, со всеми своими финансами, при оплате подобных вещей невольно дергали глазом и поскрипывали зубами. Но платили, куда деваться.

Так вот, про луны. Говорят, раньше луна была одна, но большая, и люди так и звали ее — Луна. Странные были времена.

В первой, самой жестокой войне с демонами, лунные боги стали первым заслоном против вторжения и полегли все до единого, не оставив после себя ничего, кроме полуразрушенных храмов и памяти о своем подвиге. После этого их бывшая вотчина, став полем боя между армиями людей и демонов, не выдержала накала страстей и раскололась на три части. С тех пор Кен-Ичи, Кен-Тачи и Кен-Каларр кружат в нынешнем ночном небе. Многие говорят, что на них до сих пор заперты остатки проигравшей демонической орды, которая теперь не может ни вернуться в свой мир, ни попасть в наш, потому как все порталы между старой Луной и нашим миром были уничтожены во время войны. Другие говорят, что там же заперты и остатки защитников нашего мира, и война на самом деле длится до сих пор, просто мы ее не видим. Еще есть искренне считающие, что на лунах теперь живут нынешние боги, но это, как по мне, уже на грани ереси. Таких доморощенных теологов люди обычно не любят и при случае больно бьют. Иногда ногами.

Про что это я? Ах да, зелье. Для чего оно используется? Вестимо, для «облегчения плотного контакта с Системой», это один из самых популярных классов зелий в целом. При больших изменениях параметров человеческое тело испытывает весьма и весьма жесткие нагрузки, что я недавно, собственно, и испытал во время Обретения Дара. Если не хочешь несколько дней валяться пластом без сознания — на помощь приходит алхимия и сокращает этот срок до приемлемых значений.

Зелье, как можно догадаться из вышесказанного, стоит весьма и весьма дохрена, а потому, несмотря на всю его полезность, пьется часто разве что аристократами и богатыми купцами. Обычные люди просто закатывают губу и покупают чего попроще, а то и обычными травками обходятся. В моем случае из-за неизвестного эффекта, который окажет резкое снижение базовых характеристик, отец на всякий случай пожертвовал лучший из доступных вариантов. И мне сильно повезло, что такой вариант вообще у него нашелся.

Второе зелье, «эликсир Веселого Роджера» — было незнакомо мне по названию, но эффект тоже был довольно распространен. Зелья «ускорения роста параметров» продавались на любой вкус и чуть ли не на каждом углу, но, как говорится, был один нюанс. Примерно половину из них продавали мошенники, наживающиеся на доверчивых людях, а другая половина действовала настолько слабо и малозаметно, что для достижения видимого эффекта надо было пить их регулярно и неделями, а то и месяцами напролет. А они так-то тоже недешевые. Нет, я уверен, что существуют действенные эликсиры, которые реально заметно ускоряют рост, но это для тех, кто может позволить себе скупить весь наш городок на корню и не почесаться. Так что такие зелья даже аристократы, особенно рангов ниже четвертого, позволить себе не могут или могут крайне редко. Мой эликсир к сильным тоже не относился, разумеется. Длительность действия — неделя, и, в лучшем случае, при самых усиленных тренировках, добавит мне процент-другой эффекта. Ну да и то хлеб, мне после сброса каждая сотая будет в радость, особенно на базовых параметрах.

Когда я лег в кровать, в комнату ко мне набилась вся семья, даже как-то неловко стало. Мама смотрела напряженно и чуть-чуть испуганно. Отец стоял у окна с уверенной полуулыбкой на губах, но, кажется, в его взгляде тоже проскакивало легкое волнение. Если мне не показалось. Кира же легкомысленно болтала ногами, сидя на стуле и, судя по ее виду, не особо придавала всему этому значения.

Я смущенно кашлянул и закрыл глаза, чтобы не отвлекаться. Ну, пошла жара...

***

Вы жертвуете 12.09 единиц характеристики «Сила» богу Креолу!

Вы жертвуете 14.63 единиц характеристики «Ловкость» богу Креолу!

Вы жертвуете 13.65 единиц характеристики «Выносливость» богу Креолу!

Вы жертвуете...

...

Бог Креол благосклонно принимает твой дар! Отношение Креола + 23!

...

Скорость роста характеристики «Сила» увеличивается на 18.5%.

Скорость роста характеристики «Ловкость» увеличивается на 21.3%.

Скорость роста характеристики «Выносливость» увеличивается на 20.1%.

Скорость роста...

...

Характеристика «Обучаемость» увеличивается на 23.72!

Ваша магическая сила увеличивается на 2.25!

Кажется, сознание я все-таки потерял, пусть и ненадолго, потому что когда открыл глаза, было явно не утро, а как минимум полдень, и в комнате уже стояла дневная жара. Что ж, могло быть хуже. Каких-то пара часов.

Я машинально попытался встать с кровати... и не смог. Мышцы привычно напряглись и почти тут же, задрожав от перенапряжения, расслабились, как бы говоря «не, прости, братец, нам это теперь не по силам». Серьезно? Я, чувствуя нарастающую панику, попытался сделать что-то попроще. Так, пальцами пошевелить получилось. Рукой тоже. Обливаясь потом от напряжения, я смог приподнять руку над одеялом и тут же уронить обратно. Потом проделал то же самое с ногой. Потрясающе, просто потрясающе. Покрутил головой и вздохнул. А что теперь делать-то?

Я было открыл рот, чтобы позвать родителей, но, поразмыслив секунду-другую, закрыл его. Во-первых, прям так уж срочно вставать с кровати мне пока без надобности — есть пока не хочется, в сортир тоже. Во-вторых, не очень хочется беспокоить родителей, когда они увидят меня в таком состоянии. В-третьих, у меня сейчас есть время, чтобы это состояние хотя бы чуток улучшить. В-четвертых, надо бы разобраться с той простыней текста, которую мне выдала Система. Начал с последнего.

Пробежался взглядом по грустным единичкам в параметрах, перевел взгляд на стоящие рядом проценты, задумчиво пожевал губу. Нет, в целом цифры прибавок радуют. Большая часть параметров при суммарном «собственном» бонусе и добавке от обучаемости, должны расти лучше чуть ли не в полтора раза. Базовые параметры — чуть пожиже, где-то на треть, но все же... При интенсивных тренировках вполне можно вернуть былую форму за пару лет, а то и быстрее. Впрочем, настолько же интенсивных у меня не будет в любом случае. Никто не будет меня на несколько лет освобождать от работы по хозяйству, тем более после того, как Риман уехал. Хотя... Я грустно усмехнулся. Первое время меня освободят по той простой причине, что я толком не смогу ничего тяжелого поднять. Но помимо базовых тренировок останется учеба, особенно если я хочу так же, как и Риман, поступить в Академию. Тот, помнится, последние несколько лет только и делал, что учил и повторял необходимые для поступления вещи, чередуя учебу только со своими иллюзиями, исключительно для развития магической силы. И то, насколько я знаю — прошел буквально чудом, вытянув один из немногих билетов, которые знал идеально. В общем, хорошо, если я вернусь в былую форму хотя бы года за три-четыре.

Прибавка магической силы меня немного разочаровала. Даже до четверки параметр не добила. Нет, прибавка все равно огромная, я не жалуюсь. Почти все обычные заклинания нужно было бы нон-стоп несколько недель применять, чтобы получить прибавку такого размера. Но все же, эх. Насколько я знаю, для самого нетребовательного заклинания — «Светлячка» или «Искры» какой-нибудь, магической силы нужно было единиц пять как минимум. Для большинства — от пятнадцати. Для поступления в Академию — минимум тридцатка. Учитывая, что подобных масштабных использований заклинания я в ближайшие годы не планировал, и то, что при более скромных жертвах магическая сила росла тоже более скромными темпами... Я только тоскливо вздохнул.

Ну, хоть Креол доволен. Еще б он был не доволен, ага.

***

— Ффухх!

— Ыыыххх!

— Оохххх...

Если бы рядом кто-то был, то он обязательно прибежал бы на эти звуки, чтобы посмотреть на парочку огромных ежей, занимающихся непотребствами. И с удивлением обнаружил бы меня, совершающего с трудом и громкими звуками самые обычные вещи. Я поднимал поочередно руки и ноги, сгибал и разгибал их, сжимал как можно сильнее кулаки, напрягал живот, пытаясь подняться, шевелился и извивался в кровати, пытаясь задействовать все мышцы, о которых только мог вспомнить и которые чувствовал. А я их чувствовал, да еще как! Ведь теперь при малейшем усилии они начинали немилосердно болеть, моля о пощаде. Но пощады не было, были только короткие передышки, когда я уже совсем не мог двигаться и просто тяжело дышал, как загнанная лошадь. Не знаю, сколько времени прошло, пока у меня не кончились силы окончательно. Я зашел в интерфейс и грустно улыбнулся: по целых три сотых к силе, выносливости и стойкости за несколько часов. Результат-то приятный, конечно, но толку от него? Я все так же не могу встать с кровати. Нет, теоретически я мог, извиваясь, перевернуться в кровати, упереться ногами в стол и все-таки попробовать подняться, облокотившись на стену... Я попробовал. И меня подвели мои же натруженные в предыдущие несколько часов мышцы. Ноги резко расслабились и соскользнули с кровати, потянув все остальное тело вслед за собой.

И вот я с глухим стуком упал на пол, ободрав спину о край кровати. Да твою же мать...

Как ни оттягивай этот неприятный момент, но все же время настало.

— Маааам!

— Паааап!

***

Следующие несколько дней были буквальным адом. Я не мог самостоятельно есть, без чьей-то помощи. Не мог пить — удержать в руках даже ложку было очень сложно, а уж чашка с водой была практически что запредельным усилием. Даже в демонов сортир меня, багрового от стыда, таскал отец. Я посвящал упражнениям каждую свободную секунду и, когда на шестой день смог-таки встать и удержаться на подгибающихся ногах, чуть не расплакался от облегчения. Теперь-то я знаю, что для этого требуется сила выше двойки, но я бы с радостью прожил и без этого знания.

Семья, конечно, тоже обрадовалась. Им морально тяжело было смотреть на исхудавшую и ослабевшую тень, в которую превратился их сын и брат. Зато маму прорвало. Оказывается, все это время она сдерживалась, видя мое состояние и не желая давить на меня, вот и вела себя прилично. Но стоило мне показать признаки выздоровления, как тут же начались бесконечные нотации на тему «больше так никогда не делай». Даже отец, поморщившись, признал, что это было перебором и лучше в дальнейшем базовые параметры не жертвовать. В общем-то, я и сам был полностью согласен со всем вышесказанным, но, похоже, этот фонтан красноречия обычным согласием было не заткнуть. Так что я просто ждал. Когда-нибудь он ведь должен иссякнуть?

Зато можно было начать тренироваться более серьезно. В моем случае «более серьезно» — это обычная ходьба. Как оказалось, мои нынешние параметры (двойка в силе, чуть больше единицы в ловкости и почти двойка в выносливости) оказались довольно специфичным набором. Силы было достаточно, чтобы удерживаться на ногах, выносливости — достаточно, чтобы сделать пару шагов без передышки. А вот ловкость подкачала. Никогда бы не подумал, что ловкость настолько влияет на саму способность ходить и что ходьба — это так сложно. Каждый шаг приходилось тщательно выверять, чтобы не запутаться в ногах и не рухнуть, каждое движение мышц тщательно контролировать. Сосредоточенный и пошатывающийся, я часами бродил по дому, периодически, не удержав равновесия, хватаясь за стенки, дверные проемы, и вообще за любую вещь, что казалась хоть немного более устойчивой, чем я. Чем-то это напоминало моего непутевого братца, когда он пару раз приходил домой наклюкавшийся. Он очень похоже крался по комнатам, опираясь на стены и изо всех сил стараясь не упасть и не попасться на глаза родителям. Теперь я наконец начал его понимать...

Основной проблемой было то, что я все эти дни я не мог толком развивать ничего, кроме базовых параметров. Уж слишком было хреново жить, пока они настолько низкие, так что все силы бросил именно на их развитие. Разве что иногда, просто чтобы отвлечься, заходил в лабораторию отца. Сидел в углу, поглядывал на его работу, листал невеликую домашнюю библиотеку, вспоминая травничество и периодически выхватывая куски знаний по алхимии. Без практики — считай что бессмысленно в плане развития профессий, но все же какие-то крохи падали. Да и, как ни крути, теория тоже была необходима. Жертва, в применении к профессиям, буквально стирала мою память, что умственную, что мышечную. При перечитывании того, что я когда-то знал, сейчас запоминалось все гораздо лучше, но это была скорее заслуга обучаемости — при прошлом пожертвовании травничества такого эффекта я не заметил. Да и в целом, бонус обучаемости был довольно-таки заметен.

Дни сливались в недели и, как-то незаметно, лето кончилось. В саду начали желтеть листья на нашей яблоне, да и с утра стало заметно прохладнее. Воспоминания о первых ужасных днях после жертвы подернулись дымкой, я уже уверенно стоял на ногах, хотя мне и было еще очень далеко до моей прежней формы. Но, по крайней мере, я уже мог постепенно помогать по дому, и начать восстановление не только базовых, но и вторичных характеристик. Разве что стойкость все это время помаленьку росла, да внезапно открылась новая вторичная характеристика — сила воли, став моей дополнительной наградой за все эти мучения. По описанию она мало отличалась от той же стойкости, но относилась скорее к способности терпеть не физические, а духовные испытания. Да еще увеличивала сопротивляемость магическим воздействиям на разум, но стихия Разума такая редкая... какова вообще вероятность, что я с ней столкнусь на своем веку?

***

Проснулся я от отдаленных криков и с удивлением понял, что еще ночь. Кто там вопит вообще? Какие-то пьянчуги опять подрались у таверны старого Таруна? Так таверна в другом конце города, до нас отродясь оттуда вопли не доносились. Кто-то напал на город? Да тоже глупости, до границы отсюда добрая неделя пути на коне. Да еще скакун должен быть хороший, породистый, а не какая-нибудь крестьянская кляча...

Я поворочался, в надежде, что скоро успокоятся. Но вопли не утихали, да и за стеной явно проснулись и в явном недоумении начали шептаться родители. Пришлось вставать. Поколебавшись, я распахнул окно — хоть оно и выходило в сад, но вдруг что-то станет понятнее по звукам? Крики стали гораздо отчетливей, а вместе с ними в комнату ворвался какой-то неприятный сладковатый запах. Не запах созревшей черешни или персиков, нет. Скорее что-то основательно подгнившее, с нотками дыма. Я недоуменно нахмурился и тут же услышал отдаленный, но явно быстро приближающийся свист. Секунда, другая, и где-то на соседней улице свист оборвался смачным хрустом, будто... что-то разбили? Чем-то было похоже на звук, который я слышал у того же Таруна, когда его нерадивые грузчики уронили на мостовую кувшин с дорогущим вином. Как же он тогда художественно ругался...

Это была моя последняя четкая мысль. Неприятный запах стал резко усиливаться, и вместе с ним все стало как-то безразлично. Единственное желание — поспать — заслонило любые другие мысли, не дав им пробиться сквозь этот ватный заслон. Я даже не стал добираться до кровати. Просто сполз по стеночке и закрыл глаза, глупо улыбаясь.

Глава 5

Покачивание.

Поскрипывание.

Ржание лошадей.

И запахи. Крепкий пот, железо, кровь и навоз. Ядреная смесь, при первом вдохе выбивающая непроизвольную слезу.

А еще невнятный гул голосов поблизости, но, как ни прислушивайся, ни одного понятного слова. Язык грубый, слегка рычащий, да и голоса ему под стать.

Какого демона вообще происходит?

Глаза открывались крайне неохотно, да и общее состояние было весьма хреновым.

– О, спящая красавица проснулась! – Надо мной нависло лицо какого-то незнакомого парня чуть старше меня. Русые волосы, угловатые скулы и пробивающаяся подростковая поросль на подбородке. Нескладная бороденка прямо-таки гипнотизировала: даже если пытаться не обращать на нее внимания, взгляд все равно нет-нет, да останавливался на этой природной несуразности.

– Ты… кто? Где я? Что случилось? Где…

– Тихо-тихо, не все сразу. Во-первых, меня зовут Фестус. Во-вторых, добро пожаловать в наше общее комфортабельное жилище и одновременно средство передвижения. – Парень отодвинулся и гордо обвел рукой… клетку? Твою мать, это и правда была металлическая клетка, причём, как я теперь видел, не особо-то большая – на двоих в ней место еще было, а вот троим было бы уже тесновато. Единственное, что мешало разглядеть ее раньше – полумрак, вызываемый, насколько я понял, темной тканью, которой клетка была накрыта. Немного света пробивалось сквозь прорехи в ней и сквозь небольшую дыру в метре от пола, так что на улице уже явно был день. Пол, кстати, был твёрдый, деревянный, даже соломки не подстелили. А я-то думаю, чего у меня так спину ломит…

Я вздохнул:

– Привет, Фестус, меня зовут Грег. Увы, твое объяснение мало что мне дало – я все еще нихера не понимаю, что происходит. Просветишь?

– Ты сейчас нарвался на целую лекцию, дружище. – Фестус с довольным лицом уселся напротив меня. – Заранее извиняюсь за все мои словоизлияния, просто я в этой клетке уже вторую неделю живу один, здесь скучно, как в борделе без денег. Разве что вечерами с другими пленными можно поболтать, но те все грустные и разговаривать не хотят. Я уж пытался даже к оркам снаружи с расспросами лезть, но те еще более неразговорчивые. С чего бы это, правда?

– Орки?! – Я застонал. Сбывались мои худшие подозрения.

***

Все оказалось довольно просто. Точнее, не так. Все оказалось довольно банально. Никаких таинственных и могущественных магических орденов, которые ищут по миру скрытые таланты и крадут их, чтобы обучать у себя. Никаких спецслужб двух империй, которые, опять же (ну вдруг?), выявляют и выкрадывают друг у друга кого-нибудь вроде легендарных скрытых драконидов, до сих пор изредка встречавшихся среди разумных. Нет, правда оказалась куда более грязной и печальной.

Я был далек от политики, да и когда живешь в таком захолустье – оно особо и не надо было. Все, что я знал о нашей великой империи Леварис – немного ее истории, которую вдолбили в меня за три года обязательной школы и которую я успешно потом забыл. Еще какие-то крохи знаний почерпнул из библиотеки отца… Но, как оказалось, последние столичные новости нас обошли стороной. Несколько лет назад в Леварисе на престол взошел новый император – Парис Третий. Все, что лично я о нем помнил, так это то, что он был довольно молод – буквально на пару лет старше меня - и имел крайне мощный магический дар. Как оказалось, помимо магической силы боги наделили его несносным характером и неумением держать эмоции в узде. И, благодаря этому, всего лишь спустя год после коронации, он отправил восвояси присланную из королевства Керенц невесту, поскольку художники, рисовавшие ее портрет, сильно принцессе польстили. Очень сильно. Так сильно, что никакая государственная необходимость и уговоры советников не смогли переубедить Париса. И ладно бы принцессу просто отправили назад!

К сожалению, послом Керенца в Леварисе как раз в тот момент служил троюродный дядя принцессы, граф Ингерман. Прекрасно понимая причины сорвавшейся свадьбы, граф попытался встретиться с Парисом, чтобы вступиться за дальнюю родственницу. Встреча... не задалась. Подробности произошедшего остаются тайной, но посол уехал вместе с принцессой в тот же день, а злые языки рассказывали, что граф имел вид хмурый и помятый, и будто на лице его наливались огромные крестьянские фингалы, которые невозможно было скрыть ни пудрой, ни спешным лечением.

Спустя всего пару месяцев правитель Керенца, затаив глубокую обиду за любимую дочурку и не особо любимого, но все же родственника, принес вассальную клятву императору Камеццо – второй империи нашего материка – и теперь периодически пакостил на нашей южной границе, чуя за спиной поддержку своего сюзерена.

В итоге Парису пришлось перекидывать часть войск с севера Левариса на юг, нарушив старое неустойчивое равновесие с орками на северной границе. И теперь, как оказалось, “неделя до границы на коне” превратилась в “пару дней до мест, где орки уже ведут себя как хозяева”.

Вот только орки напали не просто так и не сразу. Сразу несколько десятков родов объединились и выдвинулись в так называемый Большой Поход Выгоды. Последний отличался от Большого Похода Чести тем, что противник не вырезался поголовно, а как раз наоборот – почти в полном составе уводился в рабство, вместе с женщинами, детьми, любым более-менее ценным скарбом и даже домашними животными. Хотя большую часть животных, конечно, съедали на месте.

Рисковать и заходить сильно далеко орки не хотели, но вблизи границы ничего крупнее нескольких деревенек не было, да и оттуда самые умные крестьяне последнее время уезжали, услышав про перемещение войск на юг и почуяв запах грядущих неприятностей. Так что вожди похода, пораскинув мозгами, просто оставили часть армии на границе, наглухо заблокировав крепости вместе с людскими войсками внутри, в том числе и магически. А сами пошли гораздо глубже, захватывая никак не ожидавшие нападения и не имевшие особых гарнизонов деревни и города с наскоку. Ну а наш городок стал одной из последних точек, где они побывали, обчистили каждый дом, насрали на главной площади и теперь в бодром темпе двигались обратно в свои леса вместе с большей частью жителей. Как и везде, вырезали наш невеликий гарнизон из ленивых и пузатых стражников ради системного опыта для воинов, а сам город закидали кувшинами с сонным газом, чтобы не драться дальше и не портить основной товар. То бишь людей.

Все это я слушал со все более кислым выражением лица. Нет, меня очень обрадовала новость, что вся моя семья, скорее всего, жива и относительно невредима. Прям камень с души свалился, уж очень нехорошие предчувствия были, когда я только-только очнулся. Но перспективы и мои, и родителей, и сестры теперь были крайне туманны…

– А откуда ты вообще все это знаешь? Ну, про большой поход и заблокированные крепости? Тебя в каком городе захватили?

– Да я-то сам из Красных Грязей, на нас даже сонный газ тратить не стали, просто налетели ночью и всех, кто в деревне был, скрутили. А про их планы наслушался вот по обрывкам за те несколько дней, что здесь еду.

Я прислушался к голосам снаружи. Определенно не ливарийский. Да и с чего бы оркам, собственно, на нем разговаривать? Фестус мое ярко выраженное недоумение на лице расшифровал правильно и почему-то погрустнел:

– Это мне боги талант лингвиста во время Обретения Дара подкинули. Абсолютно бесполезная хрень! Но языки учатся быстро и чуть ли не сами собой. Я немного гоблинский знал раньше – у нас в деревне на отшибе гоблин-кузнец жил, я его донимал иногда с этим делом, просто для развлечения. Ну а орочий с гоблинским, как оказалось, языки родственные, вот и его тоже помаленьку расшифровываю из разговоров по схожим словам и смыслу. Все равно делать тут больше нечего… Собственно, кое-что из разговоров в итоге и нахватал. Так, теперь твоя очередь, расскажи что-нибудь про себя, кем будешь, чем живешь, в чем силен?

Открыв было рот, чтобы ответить, я вдруг почувствовал сильные позывы в сортир и поморщился:

– Я тебе все расскажу, честное слово, но сначала скажи, как бы здесь облегчиться на ходу, не на пол же?

– Нет-нет-нет, терпи как можешь, только не на пол! Нам на нем еще спать неизвестно сколько. Если прям серьезно облегчиться, то надо ждать вечернего привала. Ну а так… – На лице Фестуса прорезалось какое-то ехидное выражение и он показал рукой в сторону дыры в ткани, на которую я сначала подумал, что она для света и воздуха.

– Серьезно?

– Абсолютно.

***

Вечера я дождался кое-как. Обрисовал моему товарищу по несчастью свою жизнь, вкратце и без важных подробностей. Мол, жил, как все, в ус не дул, учился, помогал родителям. Потом – бац! Орки, нападение, просыпаюсь уже здесь. На часть вопросов отвечал уклончиво, ну да Фестус и не настаивал особо. Ему было вполне достаточно, что я сам его слушаю и, периодически, рассеянно поддакиваю. Я никак не мог сосредоточиться на разговоре – в моей голове кружились и сталкивались друг с другом тысячи вопросов.

Можно ли попытаться сбежать на вечернем привале? Этот вопрос, вздохнув, я откинул почти сразу. С моими нынешними характеристиками меня догонит даже ребенок, да и сомневаюсь, что у них настолько плохо с охраной.

Рядом ли моя семья – в какой-то из соседних клеток? Как оказалось, орки шли мощным объединенным потоком только до конца похода, а возвращались обратно тонкими струйками отдельных родов, каждый со своей кучей награбленного и своими рабами. И была нехилая вероятность, что нас с семьей раскидало по разным родам и кто знает, где они сейчас… Тут имело смысл только ждать привала, чтобы увидеть все своими глазами.

Остановились мы только после заката, причем, судя по тряске, последние минут десять ехали уже не по дороге, а где-то по лесу. С клеток сдернули ткань и почти весь обзор перед нами заслонил огромный орк, с рычанием ковыряющийся в замке.

– Урш кан шегар, шлоп-шлоп, морра харук! – Огромная двухметровая (а поперек будто еще шире) образина что-то рявкнула в нашу сторону и махнула рукой в центр лагеря, где стояла ее точная копия и, кажется, раздавала еду. После чего направилась к следующей клетке. Я покосился на Фестуса:

– Ты понял, что он сказал?

– Да как обычно. Показал, где еду получать и добавил какую-то ругань в нашу сторону. Я орочьи ругательства уже наизусть выучил, но вот по смыслу пока не очень понимаю, что они значат. Конкретно это я для себя перевожу как "бледные дегенераты". – Он покосился на меня и уточнил. – Это не конкретно в нашу сторону. Насколько я знаю, они вообще всех людей снисходительно считают туповатыми.

– А охранять нас не собираются? Вдруг мы сейчас выскочим и сбежим? На нас же ни цепей, ни колодок… – Я осекся, наткнувшись на сочувствующий взгляд Фестуса. Примерно того рода взгляд, которым на больных головой смотрят. – Что, я совсем глупость сказал, да?

– Да, Грег. Если ты, будучи обычным горожанином, хочешь посоревноваться в беге по ночному лесу с ватагой орочьих следопытов, то тут я тебе не помощник. Учитывая их ночное зрение и скорость, тут даже у взрослого человека шансов почти нет. А бить они тебя после попытки побега будут больно. Очень больно. Я видел. И еды давать больше не будут до конца путешествия – вон, видишь клетки, которые не стали открывать? Это как раз бегунки, которые тоже решили, что это они сильно умные, а орки сильно тупые. Оказалось – наоборот. Лучше пошли поедим и напьемся по максимуму, воду тут тоже раз в день дают.

Встреча с другими рабами меня разочаровала – не то что семьи, вообще ни одного знакомого лица не увидел. Получив в руки какой-то корень и кусок сушеного мяса, мы с Фестусом отошли поближе к ручью, чтобы напиться, и уселись там. Честно говоря, после целого дня тряски блаженством было просто сидеть на твердой земле, которая не дергается и не шатается под тобой. А уж еда и неограниченное количество воды так и вовсе были пределом мечтаний – жажда прямо-таки замучила. Поскольку Фестус в кои-то веки замолчал, пытаясь разгрызть мясо, не уступающее по твердости камню, я погрузился в себя.

До границы с орками от нашего города, насколько я знал, ехать где-то неделю. С учетом замедляющих поход телег с рабами и награбленным барахлом – две. И потом еще неизвестно сколько двигаться по землям орков, но тоже не меньше пары недель, скорее всего. Там, как меня просветили, будет большой орочий аукцион, где всех нас выставят на продажу, и после, в зависимости от покупателя, придется еще какое-то время ехать до места работы и жилья. Впрочем, система рабства у орков довольно продвинутая, можно договориться с хозяином самому себя выкупить, если у тебя есть какие-нибудь ценные навыки. Правда, выкупаешь ты себя в кабалу, которая от рабства отличается лишь чуть более высоким статусом и тем, что тебе начинают платить зарплату. Но за несколько лет, при большой удаче, можно заработать достаточно денег, чтобы погасить весь долг перед хозяином. Ну а дальше – либо остаться работать на него в качестве обычного наемного рабочего, либо откланяться и уехать восвояси. К выкупившим самих себя рабам орки относились с определенным уважением и спокойно отпускали их. Помнится, брат Илиана, служивший на границе, как раз попадал к оркам в плен. Он себя выкупил лет за пять благодаря своему таланту стрельбы из лука, отрабатывал тренером орочьего молодняка. Так себе выбор – учить собственных врагов владеть оружием или до конца жизни сидеть рабом, занимаясь грязной работой и терпя унижения и побои. Я его за подобный выбор не винил, но он себя – еще как. Помню его осунувшийся и печальный вид, когда он приезжал к нам пару лет назад…

Я вздохнул. У меня не то что ценных навыков не имеется, у меня даже параметры на уровне тяжелобольного ребенка. И теперь мне нужно поправить эту ситуацию куда быстрее, чем я рассчитывал раньше. Неважно, как я буду выбираться из этой ситуации – выкупая себя или пытаясь сбежать, мне нужно стать как можно сильнее. Во всех смыслах. Можно начать прямо сейчас, тем более что свой ужин я как-то незаметно уже прикончил.

Под удивленным взглядом Фестуса я встал и, уцепившись руками за ветку над головой, поджал ноги. Подтянуться сейчас можно было даже не пытаться, тут бы хоть секунд пятнадцать провисеть… Ну, провисел я секунд десять. Потом свалился мешком, помахал руками, разгоняя кровь, и повторил упражнение. И еще разок.

До момента, когда орки начали загонять нас обратно в клетки, я успел еще попрыгать, попытаться отжаться и побегать от одного дерева к другому и обратно. Ну, или, опять же, попытаться. Бег в моем исполнении выглядел настолько жалко, что никому даже в голову не пришло, что это попытка сбежать, чего я несколько опасался. Нет, орки отвлеклись, начали смотреть в мою сторону, а потом начали… хохотать. Со всех сторон подтягивались все новые и новые зрители, которые через несколько секунд тоже катались по земле, подвывая и рыдая от смеха. Сволочи. Зеленые сволочи.

Ну а я старался не обращать внимания на эти вопли и хохот. Собаки лают – караван идет. Тем более что при открытии интерфейса тот меня порадовал несколькими сообщениями, ради которых я все это и делал:

Со времени последней проверки ваша сила увеличилась на 0.02!

Со времени последней проверки ваша ловкость увеличилась на 0.01!

Со времени последней проверки ваша выносливость увеличилась на 0.02!

Со времени последней проверки ваша скорость увеличилась на 0.03!

Со времени последней проверки ваша харизма увеличилась на 0.04!

Харизма? Это из-за того, что я усиленно смешил орков, что ли? Вот уж неожиданный способ качать эту характеристику нашелся…

На ночь нас снова заперли и накрыли тканью, а Фестус, тихо хрюкая от смеха в темноте, поинтересовался, что за представление я там устроил и зачем. Про свой необычный дар я признаваться не стал – не настолько уж мы успели сблизиться:

– Честно? Просто у меня очень низкие параметры, я… можно сказать, что в каком-то смысле тяжело болел и сейчас восстанавливаюсь. Да и без ускоренного развития я не смогу ни сбежать, если подвернется удобный случай, ни заинтересовать в собственном выкупе моего будущего… хозяина. – Я скривился при этом слове, будто сожрал целый лимон.

В клетке повисло молчание. Потом Фестус тихо сказал:

– Знаешь, а ты прав. У меня параметры нормальные, но никаких ценных навыков нет, только лингвистика. Надо тоже попытаться за то время, пока мы едем, что-то с этим сделать. Открыть новые характеристики или хотя бы развить посильнее старые…

– Ну, мне кажется, в твоем случае из лингвистики все же можно попытаться что-то выжать – выучишь орочий, попробуешь переводчиком где-нибудь поработать… Нужны же им толмачи хоть где-нибудь?

Фестус лишь печально вздохнул в ответ. Кажется, в такую перспективу он не особо верил.

А значит – нас обоих ждал напряженный месяц.

Глава 6

— Раз!

— Двааа...

— Тррри... нет, не три.

Я с тяжелым вздохом отцепил побелевшие от напряжения пальцы от железного прута, который, вместе с еще десятком таких же, составлял потолок нашего уже привычного обиталища, и спрыгнул на пол, пошатнувшись. Впрочем, даже два подтягивания — уже существенный прогресс, еще пару недель назад я ни одного не мог сделать. Я, покачиваясь в ритм повозке, отошел к стенке передохнуть, освободив место в центре для Фестуса. Оттуда с легкой завистью стал наблюдать за его упражнениями. У моего товарища сила уже достигла шестнадцати единиц, как он недавно хвастался. А это, между прочим, хороший результат даже для взрослого. В Леварисе, насколько я помню, минимальной планкой для вступления в армию или городскую стражу было пятнадцать единиц силы. Нет, разумеется, это было далеко не единственное требование, но все же — одно из важнейших.

Передохнул, начал помаленьку делать растяжку, все так же опираясь на стену. Связки и суставы до сих пор ощущались деревянными, но постепенно разрабатывались — ловкость наконец перевалила за тройку и жить стало чуть полегче. Не отрываясь от растяжки, шепнул «Интерфейс»:

<...>

Базовые характеристики:

Сила: 3.76 / +18.5%

Ловкость: 3.07 / +21.3%

Выносливость: 3.84 / +20.1%

Жизненная сила: 30.59

Магическая сила: 3.95

Разум: 22.82 (+1.00)

Удача: 12.19 (+1.00)

________________________

Вторичные характеристики:

Харизма: 1.81 / +12.7%

Скорость: 1.98 / +26.2%

Скрытность: 1.33 / +10.4%

Стойкость: 3.92 / +26.5%

Сила воли: 2.03

Наблюдательность: 1.25 / +14.9%

Меткость: 1.34 / +15.3%

Уклонение: 1.20 / +5.5%

Парирование: 1.15 / +4.9%

Обучаемость: 25.82

________________________

Навыки:

Стрельба из лука: 1.00 / +18.9%

Каллиграфия: 1.54 / +9.2%

Кулачный бой: 1.22 / +10.1%

Метательное оружие: 1.00 / +6.2%

________________________

Профессии:

Травник: 1.44 / +11.5% (Ранг — новичок)

Охотник: 1.02 / + 9.5% (Ранг — новичок)

<...>

Последнее время меня стало раздражать чересчур большое полотно текста и я со скрипом припомнил парочку команд, про которые рассказывал когда-то давным-давно Илиан. С их помощью можно было попросить Систему показать только необходимые разделы, чтобы не смотреть постоянно на неизменные строки. В конце концов, пока что изменений в других разделах у меня и не предвиделось, так что смысл на них пялиться?

Тренировки с Фестусом оказались довольно плодотворными... насколько это было возможно в нашей ситуации. Мы не смогли открыть ни одной дополнительной характеристики, да и с улучшением текущих было сложно. Например, для эффективного роста той же силы нужно много и хорошо есть — наше питание раз в день под это описание явно не подходило. Но это еще ладно, даже при хреновом питании это был один из самых простых параметров для прокачки. А как качать в тесной клетке ту же скрытность или меткость? Что-то в этом плане мы выхватывали, конечно. Но — сущие крохи. Спарринги для развития кулачного боя при нашем разбросе в параметрах выглядели смешно и не приносили особой пользы ни одному, ни другому. Харизма и каллиграфия неплохо росли на вечерних привалах. Первая — когда я смешил орков, вторая — когда прутиком пытался писать случайные слова на земле (жаль, но эта светлая идея мне в голову пришла не сразу). Ну а со всем остальным и вовсе было глухо или почти глухо. Но все же за добрые три недели пути кое-что подтянуть мы смогли. Пусть и немного.

Когда я отвлекся от интерфейса и раздумий, оказалось, что повозка остановилась. Что-то рано, вроде бы еще не вечер. Хотя на улице и стало заметно темнее.

— Хо-хо, морра галдун, ухха урх, Шем-Мерт кагалак кро! (Хо-хо, бледные слизняки, вылезайте из клетки, мы приехали в Шем-Мерт! — общ. ороч.)

С нашей клетки сдернули ткань и все сразу стало понятно. Мы находились в очень странном... наверное, городе. Никогда раньше не видел орочьих городов, но это определенно был он. Редкий лес — но исключительно из-за размеров деревьев вокруг, где каждое дерево (дубы, в основном) было прямо-таки исполинских размеров. Собственно, кроны этих деревьев как раз и закрывали нам почти весь свет — а заодно и всем остальным растениям, так что по практически голой земле между деревьями спокойно проехали и лошади, и наши повозки. Разве что корни могли помешать, но в большинстве мест они были аккуратно подрезаны или засыпаны землей — тут явно за этим следили. Дома в этом полумраке выхватывались глазом не сразу, к тому же все они теснились у деревьев, сливаясь с ними в том числе и из-за цвета. Часть жилищ была выше уровня земли — обычно там, где это позволяли ветки. Из них делали своеобразную лесенку ввысь, обрубая лишнюю зелень и укрепляя подпорками, где это было необходимо. Орки хоть и любили лес, но все же подход к нему у клыкастых был чисто утилитарным. В отличие от тех же эльфов, лес боготворивших. Тех бы удар хватил сейчас. Не столько от обрубания веток, сколько от довольного порыкивания наших провожатых, которые как раз сейчас разводили костер. Да, в специально отведенном месте, но в лесу ведь!

***

В этот раз после привала нас обратно в клетки загонять не стали. Из города пришел степенный седой орк и, по его жесту, нас всех сбили в нестройную толпу. А потом начали по очереди выхватывать из нее людей и подводить к этому зеленому патриарху. Меня занесло куда-то вглубь толпы, так что мне особо не было видно, чем они там занимаются. Ну да ладно. Скоро узнаю.

Когда толпа поредела, все стало чуть понятнее. Но не до конца. Судя по всему, орк занимался сортировкой будущих рабов, разбивая их на две примерно равные группы. Бесполезные и полезные? Себе и на продажу? Я не успел придумать еще вариантов разделения, потому как наконец настала моя очередь. Меня бесцеремонно выдернули, схватили под руки и потащили к главному орку.

— Есть полезные навыки или профессии, морра? — Хренасе, орк, оказывается, знает ливарийский.

— Травничество, охота, каллиграфия... наверное, все. — Прошла секунда и я отхватил смачного леща от сопровождающего.

— Господин!

— Травничество, охота и каллиграфия... господин. — Исправился я, потирая покрасневшую щеку.

Седой орк пробормотал:

— Не особо полезно, даже если у тебя большие показатели. — Ха, знал бы ты, насколько они не большие! — Положи руку на эту пластину.

Пластина из красной меди прямо-таки кричала своей искусной отделкой, что это какой-то магический артефакт. И сделан он был явно не руками орков.

Вариантов с неповиновением не просматривалось, так что я молча положил руку на артефакт. Секунда-другая и в воздухе над пластиной повисли строки, причем явно видимые не мне одному:

Суммарное количество очков базовых характеристик: 80.22

Суммарное количество очков вторичных характеристик: 41.8

Суммарное количество очков навыков: 4.76

Суммарное количество очков профессий: 2.46

Орк глянул на мои цифры и скривился:

— Какой же ты немощный, пацан. Даже базовые ниже среднего, а по остальным так и вообще тихий ужас. Черным Волкам такие доходяги не нужны. — Он махнул рукой вправо, показывая на толпу побольше. — Тащите его туда. Следующий!

***

В группе, в которую я попал, также оказался и Фестус — неудивительно, учитывая, что с точки зрения орков он был лишь чуть менее бесполезным, чем я. Как оказалось, вся эта группа выставлялась на аукцион, в то время как более полезных рабов орки оставляли для себя. Довольно логично. И немного обидно.

Аукцион прошел буквально на следующий день — орки совершенно не желали кормить лишние рты. Если быть точным, то аукцион, кажется, толком и не прекращался — каждый день приходили новые орки с новыми пленными и награбленным добром. Так что сейчас в Шем-Мерте постоянно крутились торговцы и потенциальные покупатели, пронюхавшие про Большой Поход Выгоды. Только и ждали, когда ручеек рабов и награбленных вещей потянется обратно, шакалы. Сюрпризом оказалось наличие на аукционе других рас.

Больше всего было гномов, живущих севернее — там лес переходил в предгорье, а затем в горы Марбатта. Предгорья и сами горы из-за сурового климата не были особо нужны ни оркам, ни другим расам поблизости (да и отхватить от гномов можно было так мощно, что никто, кроме эльфов с другой стороны гор, рисковать не хотел), поэтому гномы жили со всеми относительно мирно и их торговцев можно было встретить почти везде. Даже в людские империи они заглядывали, хоть и редко, и обычно по морю, а не пешком через земли орков. Все же по морю удобнее. И быстрее.

Еще я увидел парочку низеньких гоблинов, которых занесло сюда непонятно каким ветром. Эта раса по натуре своей — одиночки, а к путешествиям и торговле не особо склонны. Впрочем, благодаря своему безобидному виду и поведению, смешные лопоухие карлики спокойно жили среди большинства рас, попросту не обращающих на них внимания. Даже дети знали, что гоблины не опасны. Условно. Если их не трогать. Помимо расовых прибавок к скрытности, среди гоблинов большим уважением пользовались маги, так что любой нормальный гоблин истово пытался таковым стать. И у многих, что характерно, получалось. Получение немагического Дара среди этой расы — буквально трагедия всей жизни. Неудивительно, что они с большим отрывом лидируют среди всех почитателей Креола.

Но больше всего меня удивило присутствие людей среди покупателей. Неприятно удивило. Рабство в большинстве людских королевств было запрещено, пусть на запрет и смотрели сквозь пальцы. Навряд ли это леварийцы, конечно, но все равно — покупать собственных сородичей, словно скот...

— Человек, мужчина! Не смотрите на худобу, он крепкий и жилистый! А если его немного откормить, так и вовсе идеальный работник! Сто пять очков базовых характеристик, неплохо развитое кузнечное дело — больше десятки! Начальная цена — два золотых!

— Три!

— Четыре!

Я с кислым лицом наблюдал за всем этим действом из постепенно редеющей толпы рабов. Торги почему-то велись на леварийском — видимо, как компромисс между несколькими участвующими расами, так что продаваемый товар тоже был в курсе, что происходит. Последнего раба в итоге забрали почти за пятнадцать золотых какие-то орки, которым, похоже, очень требовались кузнецы — уж очень яростно они торговались за каждого человека с упоминанием о кузнечном деле.

Наконец, очередь дошла и до меня.

— Человек, подросток! Более восьмидесяти очков базовых характеристик — для его возраста вполне нормально! Опять же, откормите, и будет работать за милую душу! Отрываем от души за минимальную цену в пять серебряных монет!

Я стоял на помосте и смотрел в молчащую толпу покупателей. Молчали не все, кто-то насмешливо фыркнул на словах про восемьдесят очков. Спина с каждой секундой молчания все больше покрывалась холодным потом. Интересно, что сделают с рабом, которого не удастся продать, но который при этом самим не нужен? Что-то есть сомнения насчет того, что меня просто отпустят. Ага, сто раз. Догонят и еще раз отпустят. Мои тяжелые думы прервал чей-то ленивый голос:

— Ладно, я возьму его за пять монет. Выдержит на моих рудниках — хорошо, не выдержит — невелика потеря.

Я искал глазами обладателя голоса добрых несколько секунд, пока из толпы с тихой руганью на «зеленых дылд, которым боги роста дали, а мозгами обделили» не пробился... гном. Что ж. Могло быть хуже.

***

Гнома звали Игнацем. Как нам впоследствии рассказали его слуги, он был единоличным владельцем аж трех системных рудников — гранитного карьера, месторождения самородной меди и рудника с гематитом (в ответ на наши недоумевающие взгляды слуги снисходительно пояснили, что из этого минерала добывают железо). Рудники Игнац выкупил совсем недавно, рабочих рук не хватает, а денег после покупки не хватает ещё больше. Гномы даже за такую неквалифицированную работу запрашивают огромные деньги, орки вне лесов находиться не любят, да и в горном деле не сильны, других рас вблизи особо не сыскать — вот Игнац и сделал ход конем, услышав про орочий поход за рабами и быстро приехав за дешевой рабочей силой.

Помимо меня, гном (так же, за бесценок) выкупил Фестуса и еще добрую половину подростков из нашей партии. Попытался поторговаться за какого-то мужика с относительно прокачанной профессией горняка и спокойно отдал его конкуренту, стоило цене перевалить за десяток золотых. Переплачивать Игнац явно не собирался.

В итоге почти два десятка бедолаг моего возраста, включая меня, передали покупателю и сгрузили в странного вида крытую телегу. Сам гном с большей частью слуг ехал вслед за нами на втором экипаже. Мы было настроились снова на долгую дорогу — как-никак, гномьих гор даже на горизонте еще видно не было. Но нет. Дорога заняла буквально пару дней. Минимум привалов, перекусы на ходу и движение до поздней ночи. Тренировки пришлось прервать, возможностей для них в тесноте поездки не было ровным счетом никаких. Да и не очень-то хотелось — мы нехило так вымотались за последние недели...

Под ночь мы, не снижая скорости, подъехали к орочьей столице. Ну, по крайней мере, мне так показалось по масштабам. Правда, на развилке у ворот мы почему-то не поехали в город, а свернули вправо, на другую дорогу, не менее, а то и более широкую. Десять минут — и мы в чистом поле. Лишь пара строений белеет известковыми стенами во тьме ночного леса.

Слуги, явно не впервые, соскочили с козел и быстро завели обе наших повозки на платформу рядом со строениями. Спустя пару секунд из темноты вынырнула еще тройка гномов. Не наших, чужих. Серьезные, все в доспехах, один держит руку на мече, двое стоят с взведенными арбалетами. Ну хоть стрелы не на нас направлены, а в землю. Но на нас им вообще было плевать, они отправились разговаривать с Игнацем.

— Арген вадонэс! Кар ми гарац арген? («Доброй ночи! Куда путь держите?» — гном., ветвь Марбатта)

— Вадонэс арген! Гар’ра, берз ди хаш, бегарес керт. Крэгентал кибуц ди га стому мер Марбатта? Акан мар. («Взаимно! Я неделю назад здесь проезжал, возвращаюсь обратно. Сколько сейчас стоит телепорт до подножья Марбатта? Точка номер четыре.» — гном., ветвь Марбатта)

Гном с мечом молча достал из-за пазухи медную табличку и показал Игнацу, сопроводив парой слов, которые я не услышал.

— Марлова?! («Сорок?!» (в данном случае имеется в виду сорок золотых — прим. авт.)- гном., ветвь Марбатта)

Кажется, гному совершенно не понравилось то, что он увидел, потому что дальнейшие переговоры затянулись еще минут на десять. Игнац яростно о чём-то спорил. Его собеседники спокойно возражали, периодически махая табличкой перед его носом. В конце концов, наш гном сдался и, бормоча под нос яростные ругательства, передал своим довольным собратьям бодро позвякивающий мешочек. Те в ответ спустились с платформы, махнули рукой, подавая знак непонятно кому, и камень под нами засветился белым светом. Секунда, другая — и белоснежное сияние поглотило нас всех.

***

Телепорт. Пожалуй, самое чудесное, что я видел за всю свою жизнь в плане магии. И при этом такое... обыденное. Как я позже узнал (если не брать вымершие расы вроде тех же нагов) — среди гномов наибольшая концентрация магов со склонностью к стихии Пространства. Так что неудивительно, что именно гномы познакомили меня с телепортацией. Тем не менее, даже эта «наибольшая» концентрация — это в лучшем случае один маг на несколько тысяч, так что и у гномов такие мастера ценятся неимоверно. Про другие расы и говорить нечего.

После перемещения мы оказались практически в самом сердце гномьих земель, в окружении гор и снега (в основном он был заметно выше, но и здесь, в долине, местами виднелись небольшие белые кучи). Свет, излучаемый платформой снизу — точь-в-точь как та, с которой мы отправились — быстро померк. Сама платформа находилась в небольшом углублении, явно рукотворном, выдолбленном в скале. Полноценной пещерой это назвать было сложно, но снег сюда не заметал и, видимо, это было единственной причиной, ради чего углубление вообще было сделано. Чуть левее виднелся свет из окон: местная сторожка с охранниками телепорта. Она была сделана куда более изящно — обычный дом, но будто вырезанный прямо в скале. Или, скорее, выплавленный. Хотя насчет последнего не уверен, в темноте точно сказать было сложно. К этому домику быстро сходил Игнац, пробыл там буквально пару минут, вернулся и буркнул «Поехали».

Дальнейший путь занял у нас буквально минут сорок, и я успел увидеть и почувствовать еще одно чудо. Это чудо магическим не было... вроде, но менее поразительным от того не становилось. Дороги. Гномьи дороги. Если сравнивать их с людскими, то это будто ты всю жизнь ел подгнившую репу (в лучшем случае — свежую репу), а потом, вдруг, однажды попробовал сладкий персик. В полном шоке и тишине мы ехали по гладкой (каменной?) поверхности, впервые в жизни не чувствуя, как нас подбрасывает на ухабах и рытвинах. И впервые в жизни развив довольно-таки серьезную скорость — гномьи лошадки тоже заметно приободрились на родных дорогах, пусть и знатно вымотались за последние дни. Несмотря на тесноту, в повозке пришлось сбиваться еще плотнее, уж слишком на такой скорости задувал холодный ветер сквозь щели.

Так и ехали, грея друг друга своим теплом и не говоря ни слова. Гномы не выглядели злыми или кровожадными, особенно по сравнению с орками. Но они были... непонятными. Демонстрировали поразительную силу и могущество своей магией и обрывками обычной жизни, которую мы успели увидеть. А непонятное всегда страшит. Так что неудивительно, что вчерашние подростки, зачастую не видевшие в жизни ничего за пределами своей деревни, были в легкой прострации. Мне было, с одной стороны, проще — отцовская библиотека и его рассказы открыли для меня внешний мир и его чудеса заранее, пусть частично и немного искаженно. С другой стороны... хоть я и не был в столице Левариса или в других империях, но то, что демонстрировали гномы, явно превосходило людей на голову, а то и две.

И это страшило меня даже больше, чем остальных.

Что могут люди противопоставить такому, кроме своей численности?

Глава 7

Поспать нам не удалось. Какие-то крохи сна мы, конечно, ухватили в дороге, но не то чтобы много. Сложно уснуть в продуваемой ветром повозке, в ужасной тесноте и при соответствующем этой тесноте запахе, от которого только ветер и спасал. А к тому моменту, как мы приехали на карьер, на востоке уже начал заниматься рассвет. Игнац выгрузил из повозки дрожащую от ночного холода кучку подростков, разбудил управляющего рудником, и, фыркнув, уехал, не став задерживаться свыше необходимого. Мы же, дрожа то ли от холода, то ли от страха, смотрели на позевывающего гнома, в чьих руках сейчас была судьба каждого из нас. Управляющий начал было что-то вещать, но потом наткнулся на наши недоумевающие взгляды и с досадой захлопнул рот. Щелчок пальцами, пара слов помощнику – и через пару минут рядом с гномом встал такой же паренек, как и мы, разве что более сонный и одетый потеплее. Спустя секунду стало понятно и его предназначение:

– Добро пожаловать на наш гранитный карьер “Шем-кераш”! Меня зовут Судри и я управляю данным рудником! Вы все были выкуплены как рабы, но гномы – милосердная и просвещенная раса, рабство не привечающая, так что можете считать, что вы свободны! – Паренек покосился на замолчавшего гнома и добавил менее торжественным тоном от себя. – Лучше сейчас поклонитесь, чтобы показать, что вы благодарны.

Все тут же поклонились, некоторые даже упали на колени с воплями благодарности. Только вот что-то мне кажется, что нифига все не так просто… Да и многие в толпе хмурились, подозревая какой-то подвох.

– Тем не менее, нашему милосердному хозяину пришлось потратиться на то, чтобы выкупить вас из рабства, так что этот долг останется на вас, его придется отработать на карьере и, я думаю, все согласятся с тем, что это справедливо! Помимо выкупа вы также должны денег за транспортировку сюда и за еду! Но мы дадим возможность отработать все эти деньги и даже сверх того! Поскольку этот карьер – системный, у вас будет возможность открыть здесь профессию горняка и перевестись на другие наши карьеры, где зарплата куда больше! Кроме того, вас ждут абсолютно бесплатные уроки гномьего языка, раз уж вы попали к нам!

Дальше он заливался соловьем еще добрых полчаса, пока мы постепенно дубели на холодном ветру и тоскливо любовались вначале звездным небом и танцем трех лун, а потом — удивительно быстро занимающейся зарей. Наконец наговорившись и, судя по всему, сам слегка замерзнув, Судри милостиво махнул рукой и отправил нас к бухгалтеру и кладовщику, чтобы мы получили одежду и экипировку (стоимость которых тоже пошла в наш долг), узнали индивидуальную сумму долга у каждого из нас и позавтракали (стоимость еды идет в счет долга, разумеется). Бедный паренек-толмач – его звали Уильямом – с пересохшей глоткой ходил вместе с нами, показывая где и что находится, отвечая на наши нескончаемые вопросы и беспрерывно переводя наши разговоры с бухгалтером, кладовщиком и поваром. Постепенно ситуация начала вырисовываться все четче. И ситуация эта не понравилась никому…

Мой долг (спасибо моим заниженным параметрам и соответствующей цене на аукционе) оказался чуть меньше, чем у других. Чуть. Всего лишь четыре золотых, семь серебряных и пятнадцать медных монет. Почти у всех остальных долг переваливал далеко за пять золотых. Основная сумма накапала с телепортации, стоимости экипировки, одежды и еды в дороге и сейчас. Причем все цены были настолько бесстыдно завышены, что некоторые рабы (ах да, уже бывшие) даже попробовали робко возмутиться. После чего им всем популярно объяснили, что они здесь никто и звать их никак, чтобы предъявлять какие-либо претензии, а цены абсолютно справедливые – вот, посмотрите сюда, здесь все цифры одна к одной! Видите, какие нынче дорогие продукты? А как кожа-то в цене подскочила! А уж на телепортацию и вовсе грех жаловаться, вы бы еще больше долга накопили за счет питания в дороге, пока сюда бы добирались пешком! После этого все протесты быстро затихли, и до большинства начало доходить, что освобождение из рабства пока что чисто формальное.

Как мы узнали от Уильяма, первое время мы будем работать исключительно в минус: на карьере гранит был довольно хренового качества, так что его покупали лишь в качестве щебня для тех самых гномьих дорог и платили за него считанные медяки. У нас его выкупали по весу. Медяк за двадцать килограмм. Разовый прием пищи (каша и мясной суп с какой-то странной травой, просто и сытно) стоил здесь пять медяков. Учитывая тяжелый физический труд, есть лучше хотя бы два раза в день, лучше – три. Простая арифметика…

Поскольку гранит все же был системным камнем, да еще и без требований к минимальному значению профессии, то это место было скорее тренировочным полигоном для прокачки профессии горняка, нежели чем-то еще. Собственно, это было еще одной причиной (помимо бросовой цены), почему сюда закупили целую партию подростков, неспособных на особые трудовые подвиги. Чем моложе человек – тем проще ему открывать новые характеристики, навыки и профессии. Почему? Он более открыт новому, более восприимчив при учебе, да и Система относится к нему более благосклонно. Объяснений много. Вполне возможно, что правдивы все. Большинство разумных ими не запаривалось и просто принимало это как факт. При прочих равных на этом карьере взрослые будут открывать себе новую профессию добрых полгода. Подростки – откроют буквально за пару месяцев. Я – месяца за полтора. Надеюсь.

***

Первый мой выход не был особо удачным или продуктивным. Ну а с чего бы? С моей силой я и кирку-то держал с напряжением. Добрые килограмм семь хренового по качеству железа, насаженные на широкую деревянную рукоять, заметно оттягивали мои руки, а уж замахиваться и пытаться вкладывать дополнительную силу в удар было и вовсе упражнением на грани моих возможностей. Приходилось делать передышку после каждых трех-четырех ударов. В эти моменты я обычно разговаривал с Фестусом, который пристроился рядом со мной и неутомимо махал киркой как перышком. Или пытался прокачать что-нибудь еще, не требующее больших физических усилий. Или занимался фигней, как сейчас. Прищурился, посмотрел на кирку. Перевел взгляд на камень, который только что отбил от стены карьера. В обоих случаях над предметами выскочила системная табличка:

Кусок камня. Материал: гранит. Качество: ?. Вес: ? кг.

Кирка. Материалы: дерево, сталь. Качество: ?. Вес: ? кг.

Раньше я с системными предметами сталкивался не так уж и редко, но в основном – с травами. Ну и, разумеется, с эликсирами отца. Но, в отличие от трав, в случае с эликсирами мне уже не хватало характеристик, чтобы понять, что именно передо мной, так что системные таблички над отцовскими бутылочками для меня пестрели вопросительными знаками. Увы, для понимания таких вещей нужно было либо развивать навык “Оценка”, либо самому становиться алхимиком. Даже сейчас, в случае простейшего куска гранита я не мог без навыка с достаточной точностью оценить его вес и качество. Опять же – либо стань горняком, либо открой “Оценку”. А лучше – и то, и то. Ладно, дайте только время…

Вот снова вернулся к мыслям о семье. Я старался гнать их от себя и не зацикливаться на этом, но неизбежно возвращался в этот замкнутый круг. Я был почти полностью уверен, что и отец, и мать остались у орков – таких ценных работников продавать на сторону бы не стали. Но даже если бы я вот прямо сейчас стал свободным – что толку? Что, я в одиночку пойду в сердце орочьих земель? Ну допустим, даже найду среди сотен раскиданных по чаще городов именно тот, в который попала моя семья. А дальше? Заплатить за них выкуп? Даже если орки согласятся продать их, то могут легко заломить такую цену, что я и за десяток лет столько не заработаю! Я помню, сколько стоили на аукционе рабы с редкими умениями – могу поспорить, что алхимик и мастер-травник стоили бы не меньше тридцати-сорока золотых. Каждый! Где мне, скажите на милость, взять добрую сотню золотых, если сейчас в моем владении только растущий собственный долг, и доход в несколько медяков в день? Ладно. Начнем с малого. Для начала стоит восстановить параметры, стать полноценным горняком и закрыть свой собственный долг. Я горько фыркнул и поднялся, делая новый замах киркой. Самая легкая из моих проблем, решение которой у меня все равно займет месяцы и месяцы…

***

Я всегда думал, что добыча руды дело скучное. Тем более в случае гранита. Но был нюанс.

Обычно это действительно монотонная работа, нам даже не нужно было дробить щебень – мы просто откалывали куски любого размера в любом разрешенном месте карьера и на тачках свозили их в одну кучу к Гермушу. Гермуш – это гном. Сидел всегда в одном месте с таким видом, будто его дерьмо пахнет розами, а мы должны быть вне себя от счастья уже от одного факта, что он вообще с нами разговаривает. Единственное полезное умение этой надменной свиньи заключалось в том, что он с одного взгляда определял вес камней в тачке, которую к нему везут. Да-да, всего лишь неплохо раскачанный навык оценки. Массу камней от каждого рудокопа он аккуратно записывал в тетрадку, и в конце дня можно было получить деньги за выполненную работу. В первый день я получил три медяка. И потратил пятнадцать на еду. Потрясающее соотношение. Тем не менее, на такой усиленной кормежке и работе я за этот же день поднял силу и выносливость на целых пятнадцать сотых. Каждую. И… этот момент пробудил во мне неожиданный энтузиазм. Добыча камня стала восприниматься как специфическая тренировка, следующие дни я был чуть ли не самым заводным шахтером, а Фестус периодически спрашивал меня, чего это я такой веселый и не попадало ли мне камнем по голове. Честно признаться, пару раз попадало. Но дело было скорее в том, что с каждым разом, как я заходил в интерфейс, я видел что-то вроде:

Со времени последней проверки ваша сила увеличилась на 0.01!

И это как-то незаметно превратилось практически в манию.

Я проверял интерфейс ежечасно, встречая рост любой характеристики взрывами радости. Я придумывал безумные с виду способы тренировок “не отходя от забоя”.

Я пытался добывать камень, издавая как можно меньше звуков, или, возвращаясь с пустой тачкой, проехать мимо Фестуса так, чтобы тот меня не заметил – для тренировки скрытности. Я пытался подхватывать выбитые из стены куски гранита прямо на лету – для тренировки ловкости и скорости. Я пытался как можно точнее оценивать массу тачки с камнем и отдельных камней, а потом сравнивал с тем, что говорил Гермуш – вдруг получится открыть себе навык оценки? Я вгрызался в гранит гномьего языка, который нам спустя рукава преподавали каждое утро. Большинство на этих уроках тихо дремало, но я еще и учителя периодически задалбывал вопросами… и вот это сыграло со мной дурную шутку. Как-то подзабылся тот момент, что, во-первых, мы тут с Фестусом не одни, а во-вторых, подростки не любят тех, кто пытается выделиться. А вопросы и инициатива при изучении гномьего языка как раз сошли за такую попытку.

Спустя неделю меня поймали у нашего пригретого места, где мы рубили камень, ровно в момент, когда Гермуш отошел облегчиться. Продуманные ребята, нашли удобный момент. Разговор, правда, вышел довольно коротким:

– Привет, это ты тут сильно умный? – Черноволосый парнишка, на пару лет старше меня, появился справа и легонько толкнул меня, привлекая внимание.

– А? – Я полностью сосредоточился на добыче гранита, так что не сразу понял, кто это и что он от меня хочет.

– Умный, говорю?

– Э… возможно.

– Так ты не умничай!

– А почему?

Парень на секунду задумался, подбирая ответ, но в этот момент переполнилась чаша терпения его напарника. Скуластый и насупленный, он до этого молча стоял и внимал мудрости товарища, но тут решил, что время слов прошло и настало время действий. Молча вышел из-за спины брюнета, размахнулся и зарядил мне кулаком в пятак. Я на мгновение ослеп от боли, а когда проморгался – успел лишь увидеть и почувствовать, как в меня влетели плечом, повалив на землю. Уже падая, увидел яростного Фестуса, который прыгнул на второго противника с воплем, больше похожим на боевой клич. Кажется, он даже успел с размаху зарядить брюнету в челюсть - да так, что тот слегка "поплыл". Увы, противников оказалось совсем не двое. Я в это время пытался вывернуться из-под скуластого, который, не особо напрягаясь, удерживал меня лицом вниз, уперевшись мне коленом между лопаток. А к противнику Фестуса в этот момент подоспела подмога. Увы, как бы мой друг ни был силен, но кулачный бой у него пока что так и не открылся. Так что в одиночку против целого десятка подпевал долго продержаться у него не получилось. Собственно, даже драки не получилось, его просто повалили на землю так же, как и меня. Разве что для этого понадобился не один человек, а трое...

А дальше нас пинали толпой. Прям старые добрые Лиан и Кристоф вспомнились, только те как-то нежнее и осторожнее били, несмотря на все наши разногласия… оххххх… а вот тебя, сволочь рыжая, я запомнил. Бить лежачего в пах – это уже верх подлости...

– Шухер! – Донесся вопль издалека и стая шакалов вокруг тут же брызнула в стороны, делая вид, что ничего не произошло.

Кряхтя и постанывая, мы перевели тела в более вертикальное положение и сели, прислонившись к стене карьера. Я покосился на злого Фестуса, который хмуро ощупывал бок, периодически кривясь от боли:

– Ты извини… и спасибо, что попытался вмешаться.

– Я же не тварь дрожащая, чтобы друга в беде бросать? – Фестус усмехнулся и сплюнул. Кровью. Задумчиво пошатал языком зубы. – Твою ж медь, кажется, у меня в ребре трещина. Но бывало и хуже. Забей, все нормально.

– Забью я разве что этих шакалов. Киркой. – От моего тона товарищ почему-то вздрогнул, так что я поспешил улыбнуться, показывая, что это все же шутка. По большей части. Но что-то все-таки надо было решать, особенно если они продолжат до меня докапываться.

Я тоже сплюнул кровью, попав рядом с плевком Фестуса и улыбнулся.

– Смотри, кровь смешалась. Получается, мы теперь кровные братья?

***

Мы затаились на всю следующую неделю. Долг – и мой, и Фестуса, продолжал увеличиваться ускоренными темпами, потому что работали мы теперь не столько ради его скорейшего погашения, сколько ради прокачки силы и чтобы не выделяться своим бездельем. Все оставшееся время мы тратили на восстановление сил, спарринги друг с другом в укромном переулке между бараками и на усиленное питание. Последнее тоже ухудшало наш и без того отрицательный денежный баланс. Зато к концу недели моя сила и ловкость перевалили за пятерку, а Фестус наконец открыл кулачный бой. Для честной драки против наших коллег этого было все еще мало… но кто говорил о чести? Нас пинали толпой без всяких там попыток честной дуэли. А значит что? Верно. С волками жить – капканы ставить. Опять же - повышенные характеристики помогут в случае очередной драки. Знаю я таких шакалов. Если жертва может дать хотя бы минимальный отпор, то желание ввязываться в драку у них резко падает.

Вычленить каждого виновного в той суматохе по лицу было сложно, но главных зачинщиков я запомнил надолго. И рыжего ублюдка, пнувшего меня по яйцам – тоже. А поскольку все они принадлежали одной группе из десятка человек с четким лидером в виде Эльгера (того самого брюнета, который все это начал), то вывод напрашивался сам собой.

Месть мы продумывали и обсуждали долго. Самым очевидным вариантом было отловить каждого из них поодиночке и показать, где раки зимуют. Увы, очевидный вариант был и самым тупиковым – после первого же эпизода нам снова устроят темную всей кодлой. И мы снова огребем. Скорее всего, даже сильнее, чем в прошлый раз.

Вторым вариантом была подстава Эльгера под гнев начальства карьера, но эта идея была со знатным душком, так что мы сразу отложили ее в дальний ящик, решив, что вернемся к ней лишь от большой безысходности.

В итоге начали с более сложного варианта, который не сулил немедленной мести всем, но позволил бы ненадолго утолить нашу жажду мести и подмочить репутацию Эльгера. Последнее было даже более важно, чем все остальное, потому как в орбиту влияния этой сволочи вовлекалось все больше людей вокруг. Изначальное ядро его группы оставалось все тем же, но и еще куча народу в стороне не оставалась. Кто-то подлизывался, кто-то побаивался, кто-то пытался держать нейтралитет, чтобы его не донимали. И последних становилось все меньше. Конечно, речь шла практически исключительно о новичках. Старожилы карьера были в среднем банально старше и сильнее физически, так что внимания на нас почти не обращали, общаясь в давно устоявшихся группках. А у подростков в итоге формировался свой собственный закрытый мирок. И он меня (и не только меня) сильно напрягал.

***

Эффект от мести должен быть прост и незатейлив, как удар молотком по темечку – в конце концов, у нас тут не особо интеллектуальное общество. Не на дебаты же противника вызывать?

Победить чистой силой мы не могли. Да, Фестус был сильнее и один на один точно бы справился с худощавым Эльгером. Но Эльгер о своей относительной слабости знал прекрасно и не подставлялся.

Поэтому все началось с маленькой деревянной будочки возле бараков…

Глава 8

— Идет! — Фестус подкрался сбоку и рухнул рядом со мной за небольшую каменную насыпь. На улице уже чувствовалось дыхание ноября и лежать на голой земле, припорошенной снегом, было весьма некомфортно, даже будучи тепло одетым. Но приходилось терпеть. Да и ждать осталось недолго.

Вот со стороны карьера появился Эльгер с одним из своих подпевал, явно торопясь к той самой будочке, за которой мы сейчас наблюдали. Вот он туда забежал и захлопнул за собой дверь.

Мы затаили дыхание. Секунда. Вторая. Третья. Громкий треск и отчаянный утробный вопль, прервавшийся отчетливым «бульк». Побледневший подпевала осторожно стучится в дверцу. Не дожидается ответа, распахивает ее, мгновение смотрит внутрь, после чего несется в сторону бараков, крича и размахивая руками. Что ж, пора бы и нам убираться отсюда...

Прикрываясь насыпью, мы обошли добрую четверть карьера, чтобы появиться с другой стороны. Никто не должен был связать нас с произошедшим, так что мы второй день подряд рубили камень как не в себя с утра до вечера. И сегодня отлучились буквально на пять минут, заметив, что Эльгер в сортир ходит примерно в одно и то же время. Так себе алиби, особенно если кто-то заметил, что мы уходили. И риск задеть невиновного все равно был... но другие варианты были или хуже, или сложнее, так что пришлось остановиться на этом.

И теперь мы с максимально честными лицами продолжили работать кирками, наслаждаясь душевным теплом от совершенной мести. Да, это было жестко. Даже жестоко, пожалуй. Но угрызения совести меня не мучали от слова совсем. Эльгер заслужил. Главное, чтобы не захлебнулся случайно — вот уж смерти я ему точно не желал, тем более такой.

Поработав еще часок для надежности, мы отвезли последние тачки с камнем к Гермушу. Тот давно жаждал укрыться в личном домике неподалеку и теперь бурчал что-то недовольное про трудоголиков, из-за которых ему приходится здесь сидеть и морозить зад. К счастью, мы уходили не последними, сзади еще раздавался стук как минимум десятка кирок — поздних пташек, желающих побыстрее отработать долг, хватало.

***

В бараках нас ждал приятный сюрприз. В одном углу стояла койка Эльгера, на которой сидел виновник торжества в максимально расстроенных чувствах. Все остальные работники свои койки оттащили как можно дальше — стена запаха вокруг наглого брюнета была настолько плотной, что, казалось ее можно потрогать. Нет, он помылся. Даже с мылом, кажется. Но много ли смоешь в ледяной воде местной речушки? Особенно с волос? Тут разве что стрижка налысо поможет...

На секунду мне стало его даже немного жаль. На секунду. А потом Эльгер поднял голову и наткнулся взглядом на нас. В его глазах мелькнула прямо-таки животная ненависть:

— Тыыы! Это же ты сделал?! — Он вскочил и рванул в мою сторону.

Я молча выставил перед собой кирку, заставив его притормозить:

— Во-первых, не понимаю, о чем ты. Во-вторых, не приближайся ко мне. Воняешь. — Мне стоило больших усилий сохранять каменное лицо и не засмеяться.

Ну а на побагровевшего от ярости Эльгера было любо-дорого смотреть. Дальше он орал, бессвязно обвиняя меня, всех вокруг, начальство карьера... Даже по богам прошелся. Смельчак, однако. Боги, конечно, не наблюдают за нами нон-стоп, но временами посматривают на каждого, и если в этот неудачный момент сказать что-то нелицеприятное в их сторону — можно нехило так огрести.

К счастью, его концерт прервал Шумман — один из старожилов барака, высокий мускулистый парень лет двадцати:

— Заткнись.

Эльгер подавился на полуслове и обернулся к нему.

— А не то что?!

— А не то я встану и отмудохаю тебя до состояния котлеты. Ты мне спать мешаешь своими воплями, вонючка. Меня не волнует, что там за терки у тебя с Грегом и Фестусом, но решай их вне барака. Ты меня понял?

— Понял. — Эльгер прямо-таки выплюнул это слово. Развернулся к нам и продолжил уже тише. — Я обязательно узнаю, кто в этом виноват. И если это вы... вам не жить, ясно?!

Мы лишь молча пожали плечами и пошли умываться перед сном, скрывая улыбки. Завтра будет новый день и новая работа. Надо выспаться. А спать я сегодня буду, как младенец, это точно.

***

Новый день начинался настолько хорошо, будто сама Фортуна спустилась с небес и облобызала меня, пока я спал. Сначала утром уже привычная лекция гномьего языка принесла новый навык:

Вы открыли новый навык — «Лингвистика». Базовое значение навыка — 1.

Честно говоря, ждал я его чуть позже, так что было приятно. Я уже мог сказать и понять простейшие фразы в духе «Иди сюда», «Это стоит десять медяков», «Чтоб тебя горные тролли *****». Но куда мне до того же Фестуса? Тот на гномьем уже болтал так бегло, что его постоянно просили помочь что-нибудь перевести при разговорах с начальством, да и сам навык лингвистики у него был давно открыт и уже перескочил за пятерку, как он недавно упомянул. Мой небольшой бонус от «обучаемости» на фоне таланта этого монстра практически не ощущался. Разве что на фоне остальных я смотрелся неплохо.

Потом мы вышли на улицу и впервые за долгое время увидели солнце. Последние дни небо застилали низкие свинцовые тучи, из которых даже снег не шел. Работать по такой погоде в карьере — удовольствие ниже среднего, а уж к зиме, я чую, и вовсе всякая активность на руднике замрет... Но сегодня погода решила порадовать нас по-весеннему слепящей голубизной неба, солнцем и легким морозцем.

И будто мало этого! Стоило нам вернуться с обеда и сделать буквально пару ударов киркой, как Система решила меня порадовать ещё разок:

Вы открыли новую профессию — «Горняк». Базовое значение профессии — 1.

Ох.

***

Я раздумывал добрых пару минут, как рассказать об этом Фестусу. Ведь это неизбежно повлекло бы за собой расспросы — как у меня получилось добиться этого так быстро? И как при объяснениях ускользнуть от упоминаний моего Дара? А может, и не стоит таиться и рассказать все, как есть? Родителям же я рассказал, а Фестус сейчас, по сути, мой единственный друг...

— Кхм. Фестус? У меня новости...

Сначала товарищ обрадовался, услышав про открытое горное дело, но с каждым моим словом становился все задумчивее и, почему-то, мрачнее. Под конец он и вовсе остановил мой рассказ и покачал головой:

— Грег, я очень польщён, что ты решил мне про такое рассказать. Но я прошу тебя, не рассказывай это больше никому. Я — могила. Но если слухи про такое просочатся дальше, чем надо, тебе может не поздоровиться.

— Что? Почему? Нет, я понимаю, что такие дары редкие, кто-то может позавидовать, и...

— Нет, ты не понимаешь. Дело не в редкости, Грег. Дело в том, что это заклинание. Не талант, не навык, не новая характеристика. Системные заклинания передаются. — Он особо выделил последнее слово, глядя на меня с легким сочувствием.

— Твою ж... — Я слегка побледнел, начиная понимать.

— Именно, Грег. Если до какого-нибудь аристократа дойдет слух, что у тебя завалялась такая конфетка, то одним прекрасным утром ты проснешься не в своей кровати, а в сыром подвале в кандалах. И серьезный человек, или, в нашем случае, гном с холодными глазами будет загонять тебе под ногти иглы и вежливо просить поделиться своим заклинанием с более достойными людьми. Как тут откажешься?

В целом, Фестус немного преувеличивал — я не смогу ни с кем поделиться даром еще несколько лет точно. После каждой передачи Система ставит таймер, прежде чем ты снова сможешь передать кому-то свое заклинание, в том числе и если ты его сам только-только получил и еще никому не передавал. Промежуток между передачами ощущается самим человеком и сильно зависит от мощи и ранга заклинания, но обычно он исчисляется месяцами и годами. В моем случае я чувствовал, что не смогу никому передать «Жертву» в ближайшие пару лет точно. Если такие заклинания вообще передаются... Оно вполне может оказаться исключением из правил. И, тем не менее, Фестус был прав — в случае чего меня просто закинут в колодки и будут ждать, пока заклинание не станет доступно. Годами, если потребуется. Я слышал истории про то, как одни маги пытали других ради заклинаний, но до этого момента мне и в голову не приходило, что я могу стать героем такой же истории. Потрясающие перспективы.

***

Система работы на рудниках Игнаца была выстроена простая и понятная.

Первая точка — гранитный карьер. Простейший камень, кредитные рабы за бесценок добывают его и отдают специальному гному, который получает раза в два больше, чем все мы вместе взятые, потому как умеет добытые камни быстро и без особых затрат дробить в щебень магией. Я один раз увидел как он работает — весь оставшийся день ходил под впечатлением. Сжатый кулак, пара фраз — и огромная груда камней рассыпается в аккуратную кучу щебня.

На этом карьере никто долго не задерживается, полгода-год максимум. Все, что тебе нужно сделать — открыть «горняка» и прокачать его до двойки. Все. Двойка в профессии позволяет добывать самородную медь с шансом в пятьдесят процентов, так что подавай прошение на перевод в другое место.

Медный рудник. Вторая точка. Гораздо, гораздо более приятное место для работы. Во-первых, он закрытый и туда зимой ветер со снегом не задувает. Во-вторых, там тепло, а на нижних уровнях и вовсе жарко. Правда, про разные уровни того рудника здесь только слухи ходили и никто толком ничего не знал. Но это и неважно. Главное — плата за день, если не отлынивать, увеличивается раза в три, а то и больше. И еда там вкуснее, хоть и дороже. Большая часть отрабатывает там примерно год-другой и спокойно закрывает долг. Многие остаются работать, чтобы в итоге добить профессию до пятнадцати и перевестись на шахту с гематитом, где, по слухам, вообще рай на земле, и можно даже скопить на безбедную старость. В рай я не верю, но зарплата горняка-подмастерья действительно должна быть уже достойной.

Мы с Фестусом единогласно решили друг друга не бросать, и переводиться дальше вместе. Неизвестно, насколько дружелюбное сообщество в медной шахте, но вдвоем в любом случае проще. Да и оставлять друга наедине с Эльгером совершенно не хотелось. Да, после эпизода с сортиром вся его кодла рассыпалась, отдалившись от старого лидера и разбившись на несколько групп, а сам он в одиночку опасности представлял немного. Да, он пока не обнаружил доказательств, что это именно мы стояли за его позором. Но что если обнаружит? Мы ведь не пустынные ассасины, чтобы бесследно проворачивать даже такие простенькие интриги. А если обнаружит — кто знает, что взбредет ему в голову? И даже без улик — у него есть искренняя ненависть к нам обоим, а этого вполне достаточно.

В общем, мы договорились, что в ближайшее время я не буду подавать заявку на перевод. Вместо этого буду прокачивать горное дело в своем темпе и, возможно, успею несколько раз его пожертвовать до того момента, как Фестус откроет и добьет своего горняка до двойки.

А пока стоит проверить, что же мне вообще дает новая профессия.

Я перехватил кирку поудобнее и нанес удар. Хм, вроде то же самое.

Второй удар.

Третий.

Прислушался к внутренним ощущениям.

Ничегошеньки.

Хотя... Почему-то есть очень смутное желание ударить чуть правее и ниже. Ну-ка.

Резкий хруст, кирка буквально проваливается внутрь и от этой точки разбегается паутина трещин, а я застываю, ошарашенный, в этом неустойчивом положении.

Интересный эффект...

***

Действие профессия на работу оказывала довольно специфичное. Пока, по большому счету, я ограничивался поиском слабых точек в камне. Их было не так уж много — я находил за день упорной работы буквально десяток-другой. Пока что. Но большую часть времени приходилось работать по старинке, да еще к тому же пытаясь совмещать это с состоянием глубокой сосредоточенности, иначе было попросту не слышно внутренние «подсказки», куда надо бить.

Тем не менее, выработка выросла — и значительно. Да так, что пришлось немного поумерить пыл, чтобы не вызывать вопросов, и часть камней скидывать Фестусу. Зато приятным бонусом стал быстрый рост меткости и наблюдательности — что было, учитывая изменившийся стиль работы, достаточно логично. Поэтому, рассчитывая на дальнейшую тренировку этих параметров, я наметил именно их в качестве будущей жертвы. Я не видел смысл набирать несколько процентов роста, жертвуя только профессию горняка — нет уж, если жертвовать, то так, чтобы росла обучаемость, пусть даже совсем немного...

Профессию я догнал до двойки уже через четыре дня и тут же пожертвовал:

Вы жертвуете 1.54 единиц характеристики «Наблюдательность» богу Конану!

Вы жертвуете 1.78 единиц характеристики «Меткость» богу Конану!

Вы жертвуете 1.02 единиц профессии «Горняк» богу Конану!

Вы жертвуете 0.07 единиц навыка «Лингвист» богу Конану!

...

Бог Конан благосклонно принимает твой дар! Отношение Конана +5!

...

Скорость роста характеристики «Наблюдательность» увеличивается на 2.3%.

Скорость роста характеристики «Меткость» увеличивается на 2.5%.

Скорость роста профессии «Горняк» увеличивается на 1.8%.

Скорость роста навыка «Лингвист» увеличивается на 0.2%.

...

Характеристика «Обучаемость» увеличивается на 1.7!

Ваша магическая сила увеличивается на 0.5!

Из-за разыгравшейся после разговора с Фестусом паранойи делал я это ночью и под одеялом, настолько тихим шепотом, что сам себя еле слышал.

Цифры несколько разочаровывали, но логика расчета уже начала вырисовываться, так что больших прибавок я и не ждал.

Почему я вообще выбрал именно Конана? Ответ прост и кроется в особенностях взаимоотношений с богами. Как правило, для большинства простых людей отношение богов особой роли не играет (если не считать инициирующих жертв и последующего Дара) — просто из-за небольших чисел в соответствующей графе интерфейса. В среднем к концу жизни у людей наиболее высокое отношение с каким-то конкретным богом достигает примерно сотни. Сто — это рубеж, дальнейшее — удел аристократов, магов и богачей. Никто из богов не ожидает больших даров от обычного крестьянина, но это работает и в обратную сторону — какой смысл тогда с этим смертным особо возиться? Тем не менее, боги влияют на соответствующие характеристики всех людей опосредованно, ускоряя их рост или замедляя их падение. Эффект там минимальный, особенно на небольших числах — что-то около процента на каждые десять-двадцать единиц. Так что обычный разумный этот эффект даже если и заметит, то лишь на большой дистанции и только для своего главного бога, с которым его отношение наиболее высоко. Но в моем случае от жертв отношения с богами росли как на дрожжах, дары в виде кровью и потом заработанных характеристик им были весьма по нраву. Так что я мог немного повыбирать, что именно мне сейчас наиболее полезно и жертва какому богу для меня наиболее выгодна в данный конкретный момент. Ну а какая из характеристик самая важная на руднике? Верно, сила. Вот потому и Конан.

Прятаться дальше под одеялом смысла не было, так что я вынырнул из-под него и прошептал уже не так тихо:

— Интерфейс.

<...>

Базовые характеристики:

Сила: 5.92 / +18.5%

Ловкость: 5.07 / +21.3%

Выносливость: 6.24 / +20.1%

Жизненная сила: 30.61

Магическая сила: 4.45

Разум: 22.84 (+1.00)

Удача: 12.21 (+1.00)

________________________

Вторичные характеристики:

Харизма: 2.33 / +12.7%

Скорость: 4.78 / +26.2%

Скрытность: 2.45 / +10.4%

Стойкость: 6.02 / +26.5%

Сила воли: 3.12

Наблюдательность: 1.00 / +17.2%

Меткость: 1.00 / +17.8%

Уклонение: 1.88 / +5.5%

Парирование: 1.76 / +4.9%

Обучаемость: 27.52

________________________

Навыки:

Стрельба из лука: 1.00 / +18.9%

Каллиграфия: 2.04 / +9.2%

Кулачный бой: 1.66 / +10.1%

Метательное оружие: 1.02 / +6.2%

Лингвист: 1.00 / +0.2%

________________________

Профессии:

Травник: 1.44 / +11.5% (Ранг — новичок)

Охотник: 1.02 / +9.5% (Ранг — новичок)

Горняк: 1.00 / +1.8% (Ранг — новичок)

<...>

Я полюбовался на цифры и, зевнув, убрал их. В идеале надо бы добить обучаемость до сотни — цель далекая, амбициозная, но вполне достижимая. Нет, разумеется, я на этом не остановлюсь. Это скорее план на ближайшие пару лет, а там буду уже смотреть по ситуации. И, пусть я и зарекся трогать базовые характеристики — уж слишком жесткий эффект от их сброса... но, возможно, спустя несколько лет я подумаю об этом вновь. Все же одно дело восстанавливать их менее чем с полуторной скоростью, и совсем другое — если обучаемость перевалит за пару сотен. Уж слишком мощный будет эффект...

Интересно, как там родители и Кира... Последнее время внутри меня поселилось твердое внутреннее убеждение, что у них все хорошо. Может, какой-нибудь благосклонный бог — тот же Креол или Эндер — передает мне эту подсознательную уверенность и все на самом деле так и есть? Не успел я додумать эту приятную мысль, как в барак ворвался один из молодых гномов, помощников управляющего. Имя его я не помнил в упор, что-то на «Р», кажется...

— Пожар! Горим, мать вашу! Подъем, подъем, лежебоки! Все вон из барака!

Интерлюдия 1. Боги, горшки и бриллиантовые дороги.

Небольшой пространственный карман рядом с Аэларом, два с половиной месяца назад

Из окна падал серебристый свет, не оставляя ни единого темного угла в помещении. Небольшая комнатка, огромный круглый стол в центре, занимающий чуть ли не половину всего свободного пространства. И за этим столом сидело четверо людей. Еще три стула пустовали.

— Иногда я просто тебя не понимаю, Эндер. — Ахиллес полулежал в удобном кресле, прикрыв глаза, то ли сонный, то ли усталый. — Зачем ты отдал заклинание этому мальчишке? От него выхлоп чжэн-ци как от воробья! Ты посмотри на его характеристики до того, как он начал все подряд жертвовать... это ж курам на смех. Я не собираюсь оспаривать твое право, очередь выбирать следующего обладающего была твоя. Но неужели нельзя было выбрать более... ну... перспективного? Следующее окно только через пару недель будет!

— А может, тебе просто не нравится, что этот паренек пока что тебе характеристики не жертвует и твой законный процент мимо проходит? — Утробно захохотал Конан. — Не бурчи, бегунок, у парня есть потенциал, и он поупорнее будет, чем половина твоих обладающих. Ну а дальше — дай ему только время и он за счет этого упорства догонит и перегонит всех аристократов, которых мамки с папками зельями накачивают и дорогих наставников нанимают.

Эндер и вовсе промолчал. Он сидел прямо напротив Ахиллеса и сосредоточенно водил руками в воздухе — то ли создавал видимый только ему конструкт заклинания, то ли в который раз ковырялся в интерфейсе Системы. Расширенный интерфейс с административными функциями, имевшийся у каждого бога, сильно отличался по виду и сложности от того, что показывалось простым смертным, поэтому большинство богов использовали жестовое управление вместо голосового. Банально удобнее. Можно было и напрямую мысленное управление подключить, но это как раз было совершенно неудобно. Одна случайная мысль в важный момент — и у какого-нибудь ревностного верующего внезапно обнулится репутация с тобой, а самого человека от такого и удар хватить может. Случались... инциденты. Где-то через минуту, закончив со своими делами, Эндер включился в ленивое переругивание Конана с Ахиллесом:

— У меня есть как минимум три причины, друзья, и я их неоднократно проговаривал. Первая — когда вы выбираете своих обладающих, вы совершенно не думаете о балансе между социальными стратами. Девять из десяти ваших кандидатов принадлежат исключительно к аристократии. Да и оставшиеся до аристократов обычно не дотягивают лишь чуть-чуть. Это — пусть и небольшой, но подрыв доверия. Ко всем нам. Про носителей заклинания уже знают как минимум верхушки всех государств и всех рас, так что лишь вопрос времени, когда это знание просочится в народ. Вы можете спрогнозировать последствия недовольства обделенных простых людей? Насколько снизится количество даже самых обычных жертв и ритуалов от такой явной несправедливости?

— Да не так уж много простой люд жертвует. — Недовольно пробормотал бог выносливости.

— Немного. Но только если смотреть индивидуально. — Неожиданно вмешалась доселе молчавшая Мета дин Альт. Она листала потрепанный фолиант со стершимся названием на обложке и периодически делала заметки из него в небольшую записную книжку. Учитывая идеальную божественную память и возможность делать заметки прямо в интерфейсе Системы — всего лишь привычка, оставшаяся с давних времен. Но Мета продолжала упорно цепляться за остатки человечности. — А если смотреть суммарно, то именно обычные люди это основа нашего могущества. Если они уменьшат жертвы, то мы очень сильно потеряем в силе. Очень.

— Вот именно. Спасибо, Мета. — Кивнул Эндер. — Вторая причина — он умен. Почти двадцать три единицы Разума. И это в четырнадцать лет, прошу заметить. Я уверен, что, в отличие от ваших кандидатов, он распорядится своим даром с куда большей эффективностью. Никому не надо напоминать про случай с Некко?

Все присутствующие синхронно поморщились. Некко был протеже Конана и ярчайшим примером выражения «Сила есть — ума не надо». Он был одним из первых обладающих, но при этом целых полтора года не мог открыть «обучаемость» — то ли не прочитал описание заклинания, то ли просто не понял. Жертвовал исключительно физическую силу, с которой у него и до этого никаких проблем не было. Ну вот хотелось ему стать самым сильным благодаря какому-то выверту психики. В итоге он добил силу до тридцати единиц, немного подуспокоился, наконец обнаружил приписку про одновременную жертву атрибутов... и пожертвовал их все. Все. Включая разум и жизненную силу. Сейчас Некко уже второй год лежал на кровати, больше похожий на иссохшего старца, пускающего слюну в маразме. Нет, характеристики постепенно росли, но с такой скоростью восстановление займет еще годы...

На этом моменте разговор как-то затих сам собой. Конан смущенно кашлянул, не найдя, что ответить. Наконец, Мета, будто не заметившая неловкости, оторвалась от своей книги:

— А третья причина? Помимо того, что он подходил под минимальные требования?

Эндер задумчиво покрутил рукой, пытаясь подобрать формулировку:

— Третья... Что-то среднее между интуицией и расчетом. Орочий поход за рабами был понятен и предсказуем заранее, как и то, что городок паренька будет затронут нашествием. Мне показалось важным, что обладающий сможет какое-то время пожить в тесном взаимодействии с другими расами. Учитывая, что проблема баланса обладающих между расами еще хуже, чем со стратами... черт, да с таким соотношением вообще сложно на что-либо повлиять! Восемь из десяти владельцев «Жертвы» — люди! — Эндер раздраженно взмахнул рукой, затронув больную тему.

— И когда другие расы это узнают — начнется война. — Спокойно кивнул Ахиллес. — Всех против людей. Никто не захочет дожидаться, пока те чересчур усилятся за счет такого перекоса.

— Мы могли на это повлиять три года назад, если бы вместо старта проекта «Жертва» дождались ответа от других богов. — Пожала плечами Мета. — Но предпочли не рисковать, и я все еще считаю это правильным решением.

Эндер встал и подошел к окну, заложив руки за спину. За окном открывался довольно сюрреалистический пейзаж: изрытая кратерами земля, на которую падали лучи двух серебряных солнц, колеблющихся, словно танцуя в небе. Щелчок пальцами — и пейзаж сменился на другой, более... земной. Самое обычное солнце, желтый карлик. Кости великана, буквально вросшие в землю. Деревенька, уютно устроившаяся внутри его грудной клетки. Едва виднеющийся замок вдали. Эндер слегка улыбнулся чему-то и вернулся к разговору:

— Увы, да. Ждать мы не могли объективно. С богами орков мы смогли наладить связь только через год — но это еще куда ни шло. С гномами — через полтора. С гоблинами — через два. Если бы мы ждали год, без дополнительного притока чжэн-ци Система пошла бы в разнос с вероятностью процентов в двадцать, что уже категорически неприемлемо, но если бы ждали два... сложно оценивать, но я бы сказал, что вероятность приблизилась бы к сотне. Эльфы, кстати, нам до сих пор не ответили.

— Сволочи ушастые. — Тихо пробормотал Конан и осекся, наткнувшись на укоризненный взгляд Меты. — Ну а что? Когда мы недавно связывались с гоблинами, Аккарах сказал, что им удалось передать информацию эльфам! Так что эти высокомерные ублюдки просто выделывались и не хотели общаться именно с нами!

— Это исключительно их собственная проблема, Конан. Сами себя обманули. Гномы получили первых обладающих целых полтора года назад, в отличие от них. И последние месяцы благодаря этому начали неплохо теснить эльфов в их вечном конфликте на границе. Без вмешательства третьей стороны остроухие уже ничего не смогут сделать. Еще несколько лет — и их вырежут под корень вместе с их обожаемыми лесами. А без своей паствы быстро загнутся и эльфийские боги. — Эндер задумчиво побарабанил пальцами по подоконнику. — Но, скорее всего, до этого не дойдет. Как только вскроется информация о количестве обладающих у людей — они заключат перемирие и объединятся против общего врага. Гарантирую.

***

Собрание прервал появившийся пятый бог. Красноватый портал открылся у стены буквально на долю секунды — и сквозь него невероятно быстро проскользнула тень, воплотившаяся в эффектного брюнета. Портал сразу захлопнулся, а брюнет устало плюхнулся на диван, возникший из пустоты прямо под ним:

— Привет, друзья. Фортуна опять где-то гуляет? А где Креол?

— Привет, Гаррет. — Эндер не повел и бровью, лишь переместился от окна обратно в кресло. — Фортуна проигнорировала наше собрание, все верно. В который раз. Креол сейчас на очередном раунде переговоров с орками. Сам знаешь, они ценят его... экспрессивность. Надеюсь, тебе есть чем нас порадовать?

— Ну, кое-чем есть... — Гаррет потянулся на диване, как кот и даже закряхтел от удовольствия. — Во-первых, я наконец добрался до Земли. — Он улегся поудобнее и посерьезнел. — Во-вторых, я чуть там не сдох и едва унес ноги обратно.

В комнате на секунду повисло тяжелое молчание.

Конан, не выдержав, шваркнул кулаком по столу:

— Твою-то мать! Не томи!

— Рассказывай. — Практически хором поддержали остальные.

— Да нечего рассказывать, на самом-то деле. — Гаррет устало прикрыл глаза. Теперь было видно, что он и в самом деле сильно вымотан. — Мы ведь давно это подозревали, еще с тех пор, как поток чжэн-ци из центрального мира ослаб. Просто конкретики не было. Сейчас есть, но чем она нам поможет? Я не знаю, что там произошло, но сейчас там нет ни единой живой души. Почти все высшие формы жизни мертвы, в атмосфере на порядок уменьшилось количество кислорода и появилась куча всякой ядовитой дряни. Ничего сложнее моллюсков в океанах я не почуял. Колония на Марсе, скорее всего, загнулась или загнется в ближайшие несколько лет.

— Может, какие-нибудь люди в бункерах остались и постепенно возродят цивилизацию? — С легкой надеждой в голосе предположил Ахиллес.

— Я бы не сильно на это надеялся. Там такая жесть творится, что потребуется полноценное терраформирование, чтобы там снова можно было жить. Ну или просто пара миллионов лет ожидания...

— ...но столько мы не выдержим. — Тихо уточнила Мета.

— Не выдержит наш мир. Да и то — только если оставить ему Систему. — С намеком уточнил Гаррет. — Есть и другой вариант. Когда я наконец добрался до Земли, я увидел оттуда дороги к другим центральным мирам. Мир умер, но связи с другими мирами — остались. Да, дороги между центральными мирами гораздо длиннее и риска на них в разы больше. Да, чтобы по ним пройти даже в одну сторону, нам понадобится на порядки больше чжэн-ци, чем на короткую дорогу от Аэлара до Земли и обратно. Тем более если нас будет семеро. Но все же это шанс.

— Без своего мира и своей паствы мы снова станем обычными смертными. — Хмуро произнес Конан.

— Лучше умереть вместе со Аэларом? — Пожал плечами Гаррет.

— Никто не будет умирать. Но и сбегать без борьбы... самим-то не стыдно? — Мета отложила книгу и презрительно посмотрела в сторону дивана. — Тем более что и мир пока в могилу не торопится, мы смогли сбалансировать Систему и свести риски к минимуму. Последние месяцы входящий и потребляемый потоки чжэн-ци практически уравнялись.

— Не до конца, Мета. — Эндер щелкнул пальцами, и в воздухе изломанными черными линиями повисла голограмма. — Это изначально было далеко не идеальное решение. Я буквально полчаса назад занимался этими расчетами. Здесь показано, сколько энергии самые первые обладающие отдают Системе и сколько Система тратит на них самих, в разрезе времени. Видишь корреляцию?

— Ммм... Черт. Да. Затраты растут быстрее, чем отдача. — Мета пару секунд вглядывалась в строки расчетов и, наконец, печально покачала головой. — Неужели все зря?

— Не зря. Мы в любом случае выиграли и себе и миру целые годы жизни. Просто такими темпами, если я правильно все рассчитал, через пять-шесть лет часть обладающих перестанут быть чистыми энергетическими донорами и начнут перетягивать на себя все больший поток энергии. И мы ничего не можем с этим сделать, отобрать у них заклинание и бонусы вне нашей компетенции. Какое-то время это будет компенсировать поток от более молодых обладающих, но недолго. — Эндер вздохнул. — Поэтому я считаю, что вариант Гаррета со счетов скидывать не стоит. Но — исключительно как резервный. Выделим лишний процент входящего потока чжэн-ци, и отправим его в накопитель. Большой роли он не сыграет, а за несколько лет должно накопиться достаточно для эвакуации нас всех. И если мы за эти годы не найдем иного решения, то так тому и быть. Кто за этот вариант?

В воздух молча поднялись пять рук.

Эндер оглядел всех и кивнул. Даже если вдруг Креол и Фортуна окажутся против — им придется подчиниться большинству. При мысли о диком сочетании слов «Креол» и «подчиниться» он слегка усмехнулся. Но, в любом случае, навряд ли до этого дойдет. И Креол, и Фортуна — разумные... боги. Они поймут.

***

Орочий город Грак-Кагар, текущее время

Кира никогда не любила лес. Точнее, у нее не появлялось возможности его полюбить. За свою короткую жизнь она лишь единожды выбиралась за город с родителями, ну и братья пару раз брали ее с собой, но совсем неглубоко. Стращали тем, что если уйти глубже, можно и на медведя наткнуться, и на хорсов, и на волков... и это действовало. Много ли надо, чтобы напугать маленькую девчонку? Так что Кира особо и не просилась, хотя на опушках леса рядом с их городом росла вкусная малина, а если поискать хорошенько, то и землянику можно было найти. Но все эти вкусности могли принести и братья, тем более что младшую сестренку они оба любили и никогда не отказывали ей в таких мелочах.

Но когда громкие и злые орки привезли ее и родителей в этот лес — он поразил ее до глубины души. Весь страх, все тревоги — за себя, за родителей, за Грега — будто испарились. Величественные деревья вокруг тихо сказали ей, что все будет хорошо. Правда, когда она рассказала про это маме — та лишь грустно улыбнулась и потрепала ее по голове... но ведь в итоге деревья оказались правы! Орки вокруг резко засуетились и подобрели, стоило отцу сказать, что он алхимик, а маме — что она хороший-прехороший травник. Отвели их втроем в самый настоящий дом на дереве и вкусно накормили. А потом отвезли в город поблизости, где выдали им свой собственный домик! И у нее была своя собственная комната! Даже больше, чем у Грега раньше! А у отца теперь был большой кабинет с алхимическими штуками, а у мамы — своя собственная огороженная полянка недалеко от дома. Там деревья немного расходились и позволяли солнцу попасть на травку.

А еще орки их начали учить своему языку, специальный дядька теперь приходит каждый день и занимается с ними всеми, и так смешно при этом говорит на леварийском!

Приходится много учиться, потому что вдобавок родители сами начали учить Киру читать, потому что дядька-орк знает леварийский не так уж хорошо, а читать она до сих пор не научилась. Но Система постоянно показывает ей свои значки и цифры, а значит, надо учиться их различать. Хоть это и скучно. Играть в лесу гораздо веселее, но родители не разрешают играть одной, а сами они теперь постоянно заняты и смотреть за ней не могут.

А еще ей не хватало Грега... Но деревья говорят, что у него тоже все хорошо и обещают, что скоро они все встретятся. Родители тоже по нему грустят и даже просили орков его найти. Те поискали и сказали, что он уехал с гномами добывать камень. Но гномы вроде бы хорошие, в сказках они всегда добрые были. Ведь так?

Наверное, они не должны обижать Грега. Да и попробуй его обидеть! Кира прыснула, вспомнив рассказы брата про его драки с Лианом и Кристофом. Да, Грег теперь сильный, и у него есть заклинание. Она так и не поняла, что оно вообще делает, но заклинание — это круто. У Римана было даже не заклинание, а целый талант, и он такие штуки выделывал с ним, ух! Заклинание — это чуть похуже, чем талант, но все равно полезно. Так что Грег не пропадет. Не должен пропасть...

На всякий случай Кира пришла к дереву, которое говорило с ней чаще всего. Оно даже назвало ей свое имя, но она не могла переложить его на человеческий язык. Да и возможно ли переложить на человеческий сочетание уникального шелеста кроны и оттенка коры? Навряд ли. Да она и не пыталась. Кира всего лишь очень сильно попросила своего друга позаботиться о Греге, если вдруг тот попадет в беду. Она не могла сказать, откуда — но у нее была уверенность, что помощь леса ее брату пригодится.

Может быть, не прямо сейчас, и даже не в ближайшее время. Но когда-нибудь — обязательно.

Глава 9

Мы стояли на холоде и, сцепив зубы, наблюдали, как пылает наше жилище. Погасить огонь в зародыше не успели — заметили его слишком поздно. Пламя распространялось по бараку крайне быстро и последние выбегающие уже кашляли от дыма, хотя первые его даже не замечали. Буквально пара минут прошла с того момента, как гном ворвался к нам и поднял тревогу — и все здание уже полыхает как спичка. Пожалуй, строить здания из пропитанных смолой горных сосен — идея так себе. Хорошо хоть, что барак стоял не вплотную ко всем остальным постройкам, так что пока не пострадало самое главное — кухня, склад с вещами и столовая. Домики начальства тоже не пострадали, но на них нам было плевать. А вот если бы сгорела кухня или запасы еды... уф, даже думать не хочется.

Добрая половина людей оказалась растерянная и полуголая, не додумавшись или банально не успев захватить с собой ничего из вещей. Теперь все они заметно подмерзали на холодном ветру, периодически подходя к пылающему бараку в попытках согреться. Кто-то и вовсе стоял босиком на промерзшей земле, едва не плача и подпрыгивая, пытаясь не отморозить ноги. Я, к счастью, оставил в бараке только каску и кирку, так что, кутаясь в меховую накидку, наслаждался относительным теплом. Фестус каким-то чудом успел подхватить практически все свои вещи, и стоял теперь с киркой в охапку и ошарашенным взглядом.

Судри вместе с остальными гномами не обращали на нас ровным счетом никакого внимания и носились, как угорелые, пытаясь не дать перекинуться пожару на остальные постройки. На первый взгляд. Но если приглядеться, то ведер, песка и воды на всех не хватило, да и большой опасности распространения пожара не было — все здания находились довольно-таки далеко друг от друга. Так что добрая половина гномов внаглую имитировала работу. Ведь главное — перед начальством иметь вид лихой, занятой и придурковатый. А то и правда работой займут. Хоть в чем-то люди с ними похожи...

Пока я отрешенно наблюдал за нашим пылающим жилищем и размышлял о сходстве людей и гномов, к нам сбоку подошел смутно знакомый паренек — один из тех полуголых и босых бедолаг:

— Г-грег, верно?

Черт, парень, а я ведь знаю, что ты попросишь. Уже услышал краем уха, как ты других просил. Да и что бы еще тебе могло понадобиться в такой момент?

— Верно. А ты...?

— Курт. Я... прости, я уже стольких попросил, но мне все отказали... я уже ног почти не чувствую, ты не мог бы дать что-нибудь из своей одежды? Просто чтобы обмотать ноги. Пожалуйста... — Голос Курта звучал глухо, да и сам он смотрел в землю, мало на что надеясь. — Мне нечем за это отплатить, у меня практически ничего нет, но я буду тебе по гроб жизни обязан.

— Совсем ничего нет? — Я смотрел на него с жалостью и колебался. С одной стороны — для него это вопрос жизни и смерти. Ну ладно, не прямо-таки смерти. Даже если он отморозит ноги или сляжет с лихорадкой — местный лекарь его подлечит. Другой вопрос, что стоимость лечения, опять же, уйдет в счет долга... С другой стороны — неизвестно сколько нам еще тут стоять и неизвестно где нам придется ночевать, а я уже даже в одежде начал чувствовать холод.

— Ну, ничего материального... Есть заклинание, «Светлячок», но оно почти бесполезное. Это мой Дар, я могу его передавать каждые несколько месяцев... — Он прошептал что-то под нос и над его рукой воспарил маленький светящийся шарик. Очень маленький и очень тусклый. Мне кажется, даже от реального светлячка было бы больше толку, если того откормить хорошенько. Впрочем, чего еще можно ожидать от заклинания с таймером всего лишь в несколько месяцев?

Но именно для меня это был идеальный вариант. Настолько, что даже подозрительно. Мне ведь и нужен лишь своеобразный тренажер для магической силы, потому как моя «жертва» для этого плохо подходит. А сомнительная полезность... да хрен с ней. Да и с холодом тоже. Потерплю.

— Согласен.

— Что?

Я снял меховую накидку и протянул ему, тут же поежившись от холода:

— Говорю, согласен. Светляка в обмен на накидку.

Курт ошарашенно и недоверчиво уставился на меня. Потом жадно схватил накидку, словно боясь, что я передумаю. Хотя почему «словно»? Он определенно боялся, что я передумаю. Парень быстро прикоснулся к моему плечу, и, глотая слова, протараторил: «Добровольно передаю этому человеку заклинание „Светлячок“, пусть Великая Система будет мне свидетелем». И тут же отскочил, словно боясь, что накидку у него сейчас отберут обратно. Даже обидно как-то. Временами я, конечно, совершал сомнительные поступки, но уж свое слово я всегда держал. Вроде.

Так что я, вместо каких-то глупых попыток отобрать уже не свою одежду, занялся полученным заклинанием. Заодно от холода отвлекусь.

***

Светлячок:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 20

Откат: 10 секунд

Длительность: 5 секунд

Яркость: 0.1 кд

Стихия: Свет

Мой светляк был даже менее ярким, чем у Курта. Не особо удивительно — даже при не очень частом использовании уж один-два ранга у заклинания можно поднять за несколько лет, а я начал с нуля. А парень явно был старше меня, так что времени у него было достаточно и для большего. Но, скорее всего, сначала у него ушла добрая пара лет только на то, чтобы развить магическую силу редкими использованиями заклинания, используя прану в качестве заменителя. А на пране особо часто не поколдуешь. Да и энтузиазмом по поводу своего заклинания Курт не фонтанировал — явно забил на него и отложил в ящик как бесполезную игрушку, лишь изредка вспоминая. Скорее всего, продавал светляка на ярмарке за пару серебряных монет, как только истекал таймер передачи, и был рад этой малости.

При использовании я впервые почувствовал то самое неповторимое чувство. Движение маны. Сначала зарождение этого источника сразу в нескольких местах — в груди справа, между ключицами, в боку слева. Потом — вырвавшиеся из этих источников бурные потоки, рванувшие к руке, слившиеся в области плеча и помчавшиеся дальше, быстро теряя скорость. К ладони подошел уже совсем узенький и слабый ручеек, вырвавшийся из указательного пальца и напитавший теплой лучистой энергией небольшой шар прямо над ним. И стоило этому шару, вначале пустому, заполниться — он тут же вырвался на свободу, взлетев точкой тусклого света над ладонью. Ничего особенного, но когда ты ощущаешь, что сделал это сам... непередаваемое ощущение. Не менее приятным чувством оказалось то, что светляк оставался связанным со мной невидимой нитью и легко повиновался мысленным приказам. Я улыбался, как дурак, заставляя его кружиться вокруг меня, исполняя пируэты перед глазами.

Но главное — ощущение маны больше не ушло. Источники, пусть и полупустые, исправно ощущались, и, по капле, наполнялись вновь. В интерфейсе же, отражая это, появилась новая строка:

Магическая сила: 4.45

(Мана: 24.5/44.5)

***

Суета закончилась минут через двадцать, когда барак выгорел дотла. Гномы наконец спохватились, что у них куча полуодетых подростков на холоде, и загнали нас всех в столовую. Матрасов не выдали, спать пришлось на полу, на столах, на лавках — выбирай что по нраву, все одинаково деревянное и твердое. Но люди тут собрались не привередливые, так что все быстро разложились и легли спать. Мы с Фестусом заняли уголок подальше и почище, рядом с нами же разместился и Курт — резко успокоившийся и даже проникшийся чувством благодарности, когда понял, что я держу слово и не собираюсь отбирать у него накидку. Вообще он весь был какой-то нервный и нескладный — тощий как жердь, с печальным вытянутым лицом и глазами забитой лошади. Ну, хочет тереться возле нас — пускай. Его дело.

С утра же нас обрадовали прекрасными новостями: во-первых, сожженный барак не освобождает от работы, во-вторых, пока срочно вызванная бригада строителей не сколотит новый барак, мы продолжим спать в столовой. В-третьих, все сгоревшие в пожаре личные вещи — исключительно наша проблема, и если ты не успел спасти из огня одежду и кирку, то ступай на склад и покупай новые в счет долга. Потрясающе.

Напоследок Судри сказал, что виновных в пожаре уже ищут, и, если найдут следы кого-то конкретного, то этому конкретному глаз на жопу натянут и долг за такое вредительство он будет выплачивать до конца жизни. После чего испытующе обвел всех нас взглядом и предложил признаться чистосердечно. Мол, тогда последствий будет меньше. Все промолчали, пожав плечами. Судри выждал пару секунд и с сожалением покачал головой:

— Жаль. — Он указал пальцем на... меня?! — Взять его!

Я был настолько шокирован, что застыл на месте, не попытавшись даже убежать от пробившихся сквозь толпу подручных Судри, которые схватили меня под руки. Да и куда бежать? В гномьих горах — от гномов? Смешно.

Сильно далеко тащить меня не стали — отвели в домик управляющего, где он иногда принимал посетителей в отдельной комнате. Своего рода небольшой кабинет. Ничего лишнего — стол, два стула друг напротив друга. На столе аккуратной стопкой лежат какие-то бумаги, писчие принадлежности и небольшой хрустальный шар на подставке. Судри уселся на свой стул, и махнул мне — мол, присаживайся тоже. Я примостился на краешек стула. Судри уставился на меня с ожиданием. Я в ответ уставился на него. Он нахмурился. Я вопросительно поднял левую бровь. Он издал тяжелый вздох. Я прокашлялся и начал внимательно рассматривать потолок. Тут он не выдержал:

— Так ты будешь признаваться?

— В чем?

— В умышленном поджоге, разумеется. Можешь не отпираться, у нас есть улики и даже свидетель.

— Чего?! — Что он несет вообще? Может, они решили взять случайного горняка и повесить все на него? Ну уж нет, буду отпираться до последнего. — Я ничего не поджигал. Ни барака, ничего. Да я вообще ни разу огонь не разводил здесь!

Судри внезапно замолчал и уставился на хрустальный шар, стоявший на столе. Недоуменно постучал по нему пальцем и тихо пробормотал: «Сломался, что ли». Резко перевел взгляд на меня:

— Ну-ка, соври мне!

— Эээ...

— Да в чем угодно соври! Скажи, что небо зеленое!

— Небо... красное. — Из какой-то природной вредности я не стал повторять дословно. Терпеть не могу идти на поводу у кого-то.

Внезапно шар на столе налился чернильной тьмой, буквально на секунду. Мигнув, тьма пропала, будто ее и не было.

— Хм. Значит, работает. Таааак... Эй, ребята, ну-ка притащите сюда того паренька! — Он пару раз щелкнул пальцами, явно пытаясь вспомнить, как его звали. Но его подчиненные без этого поняли, кого он имел в виду, и в бодром темпе рванули куда-то из кабинета.

Спустя пару минут в кабинет втащили... Эльгера. А я наконец, понял, в чем дело, поражаясь, каким я был тугодумом. Все ведь было кристально ясно.

— Ах ты гнида! — Я вскочил, меня буквально распирало от ярости, но Судри предостерегающе хлопнул ладонью по столу, пресекая возможную потасовку. Он встал из-за стола и подошел к Эльгеру, который буравил меня взглядом, полным ненависти... и страха. Гном с нежностью — с той, которая вызывает скорее ужас, нежели что-то еще — сказал ему:

— А теперь, дружок, повтори-ка еще раз все то, что ты мне рассказывал.

— Я... — Эльгер прочистил горло и осторожно продолжил. — Я видел следы обуви, похожую на обувь Грега возле того места, откуда начался пожар. И считаю, что именно он виноват в том, что этот пожар произошел.

Судри и я одновременно перевели взгляд на абсолютно прозрачный хрустальный шар. Гном задумчиво пожевал губу, а потом вдруг хлопнул себя по лбу и захохотал:

— Ну конечно! А ты скользкий, паренек. Я даже не сразу понял. — В последних словах проскользнуло легкое восхищение. — А теперь скажи мне, кто поджег барак и кто оставил следы, похожие на обувь Грега возле этого места.

Эльгер молчал секунд десять, усиленно размышляя, но в этот раз не нашел обходных путей и, наконец, с ненавистью выплюнул:

— Я.

***

Эльгер говорил недолго — там и нечего было особо рассказывать.

Да, он пытался меня подставить в отместку за тот случай с сортиром. Правда, с поджогом барака он что-то прям разошелся. Можно было и поскромнее варианты найти...

При этом он то ли был крайне дурным, то ли обладал удивительной способностью к самовнушению, потому как смог убедить себя в довольно сомнительной логической цепочке. Во-первых, в том, что поджог барака — чуть ли не единственный приемлемый вариант мести. Во-вторых, в том, что в этой мести виноват только я, поскольку не отомстить мне нельзя. Ну и отсюда — в поджоге барака, получается, виноват тоже я. Эльгер же лишь выступил исполнителем. Поэтому, когда он сдал меня начальству и озвучил свою версию произошедшего с тщательно подобранными фразами, то гномы даже не подумали задавать уточняющие вопросы, которые могли бы его расколоть в присутствии артефакта, чувствующего ложь. Но Эльгер почему-то не подумал, что мне будут задавать вопросы с применением того же артефакта. Так что я склонялся к мысли, что он все же дурной и у него действительно крыша поехала на почве мести, ежели он даже не задумался о такой возможности. Особенно учитывая, что он изначально откуда-то знал о его наличии.

Проблема заключалась в том, что во время разборок неизбежно вскрылся случай с сортиром и виновные в нем. Достаточно было одного уточняющего вопроса. К счастью, мне удалось выгородить Фестуса, свалив всю вину на себя. Так что штраф за порчу казенного имущества заполучили и я, и Эльгер. Последний — в несопоставимо больших размерах, конечно. Что утешало. Совсем немного.

Потому как в итоге, с учетом необходимости получения новой кирки, каски и накидки, я должен был гномам уже больше десятка золотых. Кажется, на рудниках я задержусь...

***

Следующие несколько дней слились в сплошную пелену. Нас с Эльгером предупредили, чтоб мы больше не вмешивали в свои разборки чужое имущество и что в следующий раз простыми штрафами мы не отделаемся, поэтому мы демонстративно игнорировали друг друга. Я впахивал как проклятый, качая горное дело. И регулярно, стоило накопиться мане, запускал светляка. Эффективность таких тренировок была не то чтобы запредельно большой — всего лишь плюс пять сотых единиц магической силы за эти дни. Зато в самом заклинании появились первые изменения:

Светлячок:

Ранг заклинания: 0.1

Если скорость роста сохранится, то через полтора месяца я возьму первый ранг. Но за это же время я пару раз использую «жертву» и через нее подращу магическую силу с обучаемостью, так что скорость должна увеличиться. Магическая сила в данном случае играла важнейшую роль, потому что чем ее больше — тем больше маны и тем больше скорость ее восстановления. А я на своих нынешних параметрах даже это слабенькое заклинание запускал раз в полчаса, не чаще — просто мана не успевала восстанавливаться.

Жертву я в итоге использовал еще через неделю, когда перевалил в горном деле за три единицы. Дальше рост профессии резко замедлился — скорее всего, нужны были более сложные минералы и условия, да и в целом первые единицы почти во всех параметрах давались куда проще, чем последующие. Так что проще было пожертвовать и раскачать снова. Вместе с «горняком» закинул в жертву практически все, что мне не было нужно здесь и сейчас — даже крохи, накопившиеся на «охотнике» и подобных характеристиках. Все равно здесь они толком не развиваются, а эффекта от малых значений никакого. Уж лучше выгадать на этих крохах немного больше обучаемости и магической силы — это гораздо важнее. Не стал трогать только базовые характеристики (понятно почему), стойкость и силу воли (потому что без них куда сложнее впахивать и тренироваться, а мне сейчас это важнее всего), харизму (уж слишком медленно она росла, по сравнению с остальными) и скорость (надоело мне ползать улиткой). В итоге я со смешанными чувствами смотрел на выросшие показатели:

Магическая сила: 5.82

(Мана: 58.2)

Обучаемость: 37.23

С одной стороны — уже достаточно много. Еще пара недель тренировок — и маны будет достаточно, чтобы запускать три светляка подряд. Да и обучаемость уже на солидном уровне... Но все же маловато. Зато выросло отношение с Конаном аж на тринадцать пунктов (да, я снова пожертвовал ему, но, скорее всего, в последний раз на ближайшие месяцы — о других богах тоже забывать не стоит).

И как раз под это дело случилось, наконец, то, чего мы с Фестусом так ждали. Мой товарищ тоже открыл себе горное дело. Буквально неделька-другая — и мы свалим отсюда в более приятное место. Надеюсь.

Последнее время для меня гранитный карьер — медленная пытка. Ладно еще, что платят мало, но, как оказалось, у него порядком и других минусов. Вскрылась неприятная сторона того, что карьер открытый. До настоящей зимы мы не особо понимали этого, а в осенние дожди нам повезло сюда не попасть. Зато когда начали завывать первые метели... врагу не пожелаешь работать в такую погоду. Пришлось помимо прочего, идти на склад и просить еще и шапку с меховыми перчатками — без них легко было просто-напросто уши и пальцы отморозить, как бы ты не был разогрет работой. Еще одна прибавка к проклятому долгу.

Но именно метели преподнесли мне неожиданный и приятный подарок. На третий день я застыл, весь засыпанный снегом, вчитываясь в неожиданно выскочившее сообщение Системы:

Вы открыли новую вторичную характеристику — «Сопротивление холоду». Базовое значение характеристики — 1.

Нет, определенно, тут была заслуга далеко не только метелей, но и всех предыдущих недель работы в не особо-то теплую погоду, и даже всей предыдущей жизни — там мне тоже приходилось не раз померзнуть. Думаю, весомой гирькой упала и та ночь, когда я отдал Курту накидку, а сам полураздетый прыгал на холодном ветру, пытаясь согреться. Конечно, сопротивление холоду часто встречается даже на юге — и у нас бывают холодные зимы. Ну, относительно холодные. А уж здесь, в горах, характеристика и вовсе должна быть у каждого первого. Но все равно приятно.

Впрочем, это не повод прекращать работу. Солнце еще высоко. Наверное. Не особо-то видно солнце за этой серой пеленой...

Глава 10

Зима на юге и зима здесь, в горах — сугубо различные вещи. В детстве я видел снег, но лишь ближе к середине зимы, и то не всегда. Для Левариса зима — это пора холодных, порой даже ледяных дождей. Пора бесконечной холодной грязи и слякоти. Откровенно малоприятная штука. Частенько ночью подмораживало достаточно, чтобы вчерашние лужицы подернулись хрупким ледком. Но днем они вновь оттаивали и в таком хрупком равновесии могли просуществовать до самой весны.

В землях гномов я впервые познакомился с зимой настоящей — с метелями, сугробами, морозами. Поначалу это все мне откровенно не нравилось. Я постоянно мерз в пусть и добротном, не продуваемом, но плохо отапливаемом бараке — дрова для печей здесь были вещью дорогой и, можно даже сказать, статусной. Когда мы вынужденно переехали в столовую — стало еще холоднее. Здание держало тепло даже хуже, чем барак. И если днем, из-за постоянно готовящейся еды, в нем было даже тепло, то уже к середине ночи столовая постепенно остывала до такой степени, что кто-то то и дело просыпался от стука собственных зубов. Я уверен, что в городах гномов, скрытых под толстым слоем камня в глубинах гор, тепло и без дров. Увы, на поверхности без них жить было как минимум некомфортно. Как максимум — смертельно.

Но, после открытия сопротивления, жить мне постепенно становилось все комфортнее и комфортнее. Всего лишь единица в характеристике, а эффект уже чувствуется — гораздо меньше мерзнут пальцы и уши при работе. Мелочь, но приятная, а главное — это лишь начало. После расспросов я узнал, что при достижении десяти единиц станет практически невозможно себе что-либо отморозить. При пятнадцати можно ходить в легкие морозы полуголым и ощущать лишь небольшой дискомфорт. Разумных, достигших в этом параметре тридцатки и выше, крайне мало, но говорят, что они могут спокойно спать на снегу, купаться в ледяных ручьях, словно в горячей ванне, да и вообще, если говорить о соответствующей стихии, пробрать их сможет либо хороший маг с талантом в школе Льда, либо самые страшные морозы. Из тех, что бывают лишь на дальнем севере, на островах Синего Хлада и на материке Джугар — вотчине йотунов, огров и диких людских племен.

Но все это было не так уж важно. Главное — это была новая характеристика, которую можно относительно легко прокачивать (по крайней мере, куда проще, чем ту же стрельбу из лука, не имея, собственно, лука). А значит, и жертвы будут более эффективны, и будет чуть больше расти обучаемость. А значит, быстрее будет расти сила и горное дело. А значит — дата окончательной выплаты долга еще чуть-чуть приблизилась.

***

Прокачка горного дела до двойки заняла у Фестуса неделю. Произошло это как раз перед обедом, так что мы спокойно закончили работать и пошли в столовую. Выглядела она внутри все так же малопрезентабельно — повсюду сваленные в кучу чужие вещи, неубранные подобия постелей из шкур... ну и запах соответствующий. Новый барак до сих пор не достроили, бригада строителей не могла нормально работать в метели, не видя ничего на расстоянии вытянутой руки, а потому в такие дни вынужденно простаивала и спаивала персонал карьера своими запасами самогона. Ну, я предполагаю, что это был именно самогон, потому как что еще могло пахнуть настолько отвратительно? Пили они либо в домиках персонала, либо во все той же столовой, добавляя в ее и без того неприятный аромат новые нотки.

Так что со своей едой мы расправились очень быстро и поскорее выскочили на свежий воздух. После чего бодрым шагом направились к начальству карьера. Настала пора переводиться.

Судри, подняв взлохмаченную голову, встретил нас хмурым взглядом и не менее хмурым вопросом:

— Чего приперлись? — Причина недовольства явно читалась на его помятом лице. Да и нос явно улавливал легкий запах перегара. И этот туда же...

— Добрый день, гро Судри. — «Гро» у гномов это что-то вроде уважительного обращения к мастерам, добившимся больших успехов в своей деятельности. И к некоторым другим категориям населения. Например, к магам. Судри ни к кому из них не относился даже близко, так что с моей стороны это была лесть. Грубая и неприкрытая. — Мы добились успехов в развитии нашей профессии и хотим подать прошение на перевод. На медный рудник.

Вся фраза была заготовленной заранее, так что я оттарабанил ее по памяти, а вот на дальнейшие вопросы пришлось отвечать уже Фестусу. Зря я в последний раз пожертвовал лингвистику, у меня и так с гномьим языком не особо ладилось. А после жертвы и вовсе начал путаться в составлении даже простейших предложений. Причем знание слов осталось — я и сейчас понимал, о чем говорят Судри с Фестусом. Но вот при попытках составить слова в стройное предложение неизменно получался какой-то уродливый кадавр.

Ну а смысл слов Судри был простой — медный рудник находится неподалеку, но прямо сегодня мы туда не попадем. Во-первых, нас должен сопроводить как минимум один из его сотрудников, а они все либо уже пьяные, либо еще похмельные (он выразился более обтекаемо: «они не очень хорошо себя чувствуют сегодня»).

Во-вторых, всяческая бюрократическая волокита, которая у гномов пусть и не процветала так же сильно, как в империях людей, но все же тоже имела место быть. В общем, переведемся мы в лучшем случае завтра-послезавтра.

Еще перед переводом надо заскочить к заведующему складом. Это был скорее добрый совет-напутствие от Судри. Наши кирки выгоднее вернуть прямо здесь за часть их стоимости, потому как на том руднике они просто-напросто никому не нужны. Медь ими добывается с трудом и неэффективно, так что их там если и выкупят обратно, то исключительно за бесценок, а нам все равно придется брать новые, получше.

Под конец гном пообещал, что со всеми бумагами разберется в ближайшее время и сразу пошлет за нами.

Мы пожали плечами, переглянулись и синхронно встали:

— Что ж, в таком случае, не будем вас отвлекать. Ждем с нетерпением, гро Судри.

Тот лишь вяло махнул рукой, снова впадая в свое похмельное оцепенение.

***

Не знаю, у кого был такой длинный язык — что я, что Фестус сказали про перевод буквально паре человек — но к тому моменту, как мы вернулись вечером в уже привычную столовую из карьера, про это знали все. И, к сожалению, не все испытывали по этому поводу позитивные эмоции. Кроме нас, только один крайне усердный паренек успел открыть себе горное дело (ну или он единственный, кто признался), так что существенная часть наших невольных коллег испытывала легкую зависть. А кое-кто и не очень легкую.

— Что, ублюдок, радуешься? — И кто же у нас здесь первый не сдержался? Разумеется, Эльгер, кто же еще.

— Радуюсь. — После тяжелого рабочего дня у меня попросту не было никакого желания с ним ругаться, так что я спокойно прошел мимо него и направился в свой угол, где последние дни предпочитал спать. Мне кажется, именно это искреннее безразличие его и выбесило.

— Ты! Сволочь, я с тобой не закончил!

— Ну а я с тобой и не начинал.

Пока шел, на всякий случай держал его на краю поля зрения — мало ли что этому психу в голову взбредет? Навряд ли, конечно, он набросится на нас двоих в одиночку и при всех. Разве что у него совсем башню сорвет. Но я недооценил его ненависть ко мне.

— Я вызываю тебя на Суд Фортуны!

Тысячу демонов тебе в сраку, мстительная ты скотина!

***

Суд Фортуны — пережиток старых времен. Используют его редко — Фортуна терпеть не может, когда ее дергают по пустякам. Учитывая же ветреный характер богини, она может решить, что спор двух королей из-за огромного куска земли это тот еще пустяк. А спустя час — что спор двух мальчишек из-за пойманного окуня это вполне себе серьезный повод. Вообще не угадаешь, как обернется. Из-за своей непредсказуемости постепенно этот обычай и ушел в прошлое, уступив куда более логичным дуэлям по законам смертных. С другой стороны, в человеческой дуэли гораздо меньше неопределенности. Кто лучше владеет оружием, тот и победил. Есть еще дуэли магов, там правила совсем другие, и про них я почти ничего не знаю, но и там, в целом, побеждает сильнейший (или хотя бы умнейший).

В любом случае — в основном это забавы аристократов и магов. Какой-нибудь крестьянин или купец вызов на обычную дуэль может проигнорировать без урона своей чести. И никто ему слова не скажет. Но проигнорировать Суд Фортуны не может никто. Попробуй, проигнорируй целую богиню.

В чем же он состоит? О, в чем угодно. Нет, серьезно — вообще в чем угодно. Три соревнования-поединка, которые выбирает Фортуна лично (ну, или Система, точно никто не знает). Победа в двух приравнивается к выигрышу в Суде. Про виды поединков я слышал не особо много, но один ярчайший пример известен каждому, в том числе и мне.

А все потому, что четыре года назад про Суд Фортуны судачили все вокруг. Благодаря стычке между двумя мелкими королевствами на юге материка, Хорпсом и Красноземьем. Король Хорпса, проигрывая, решил пойти ва-банк и во время битвы армий с помощью усиленного магией голоса вызвал противника на Суд Фортуны, сделав ставкой ни много ни мало — все королевство проигравшего. Богиня откликнулась. Битва угасла, и уставшие воины собрались вокруг своих монархов, которые, видимо, ожидали, что у них будет поединок на мечах или что-то еще из такого разряда. Угу, щас. Фортуна решила оторваться на них по полной.

Первым испытанием была гонка на скорость. Вроде бы ничего такого... но оба бегуна должны были быть связаны по рукам и ногам. В итоге тысячи шокированных бойцов в мертвой тишине наблюдали, как их короли, извиваясь и матерясь как сапожники, ползут по дороге, подобно червякам. До финиша они добрались только часа через полтора, пыльные, злые и вымотанные. Победил король Хорпса.

Вторым испытанием оказалась борьба. В грязи. Голыми. Предварительно облитыми маслом. С каждым новым озвученным требованием лица присутствующих вытягивались все сильнее. Если в предыдущем состязании все присутствующие прятали улыбки и максимум тихо хихикали в кулачок, то здесь, как солдаты ни старались, как бы им ни отвешивали затрещины офицеры — смеялись почти все, включая самих офицеров. Только часть солдат бледнела от страха и медленно отходила подальше. В этом испытании победил король Красноземья, с торжествующим воплем оседлав противника и воздев руки к небу.

Третье испытание не удивило уже никого. Все такие же голые и покрытые слоем грязи и масла, короли стояли посреди армий и орали похабные частушки, которые им любезно подсовывала Система. Побеждал тот, кто заставил большее количество людей засмеяться, и им вновь оказался король Красноземья. Обе армии молча склонились перед ним, признав его победу, подтвержденную богами. И лишь самые умные, почувствовав, куда дует ветер, бежали с поля боя сразу после начала третьего испытания. Потому как немедленно после триумфального возвращения победитель казнил как своего противника, так и вообще всех присутствовавших при его позоре людей. До кого смог дотянуться, конечно. Остальных объявил в бессрочный розыск и опустошил половину казны на найм гильдии убийц. Но, к сожалению, слухи было уже не остановить. История прошлась по континенту как пожар, стала любимым анекдотом одного из императоров (говорят, угрюмый Кирин Четвертый впервые за многие годы смеялся до слез) и дошла даже до других рас, тоже оценивших юмор чужой богини. А фраза «смеяться, как на красноземном суде» постепенно становилась нарицательной.

***

Вы были вызваны на Суд Фортуны!

Претензия рассмотрена и подтверждена богиней, отказаться от суда невозможно.

...

Ваш противник: Эльгер Керм

Ставка: в случае победы все текущие денежные долги Эльгера Керма переходят вам.

...

Ваша награда по умолчанию: в случае победы все ваши текущие денежные долги переходят к Эльгеру Керму.

Вы хотите изменить вашу награду?

А можно?!

— Да.

Озвучьте желаемую награду.

— Я могу просмотреть список вариантов, доступных для выбора?

Просьба разумна. Просьба удовлетворена. Список наград, полученных в ходе Судов Фортуны за последние 256 лет, и их условная цена представлены ниже. С учетом характеристик противников, величины ответной ставки, причины вызова и других переменных, максимальная цена награды установлена в 28.5 у.е. В случае выбора более дорогой награды сработает ставка по умолчанию.

Вау.

На заднем фоне нас почтительно обступила целая толпа наших товарищей, сбоку что-то тихо спрашивал Фестус, но мне пришлось отмахиваться и показывать знаками, что я ничего не могу пока ответить. Я понятия не имел, как система может отреагировать на любую мою фразу и не лишусь ли я шанса выбора награды. Потому как свой долг я могу выплатить и самостоятельно, а шанс получить награду от бога предоставляется нечасто (насколько я понял, такая опция возможна, но только если ты вызываемая сторона).

Список был большим. И, к сожалению, почти все позиции стоили куда больше, чем двадцать восемь с половиной у.е. — что бы это не значило. Я жадно мотал список, облизывался на недоступные мне позиции, и мысленно отмечал те немногие, которые мне подходили:

...

103. Неограненный системный алмаз. Масса: 4 карата. Качество: среднее. Цена: 14 у.е.

...

Разок я чуть за сердце не схватился, увидев короткую строчку:

...

152. «Локальный возврат». Заклинание 0 ранга. Стихия: Время. Цена: 3700 у.е.

...

Заклинание из давно потерянной школы! Системные заклинания с этой стихией, кажется, не попадались никому уже лет двести! А если у кого они и были, то этот кто-то предпочитал молчать в тряпочку и не отсвечивать, справедливо опасаясь открытия сезона охоты. Охоты на обладателя заклинания. Уж слишком... даже не сильная... скорее полезная стихия. Хотя и сильная, конечно. Непосредственно для урона врагу ее применить сложно, но и защититься практически нереально. А сколько уникальных небоевых возможностей она предоставляет... Собственно, поэтому я и не был уверен, что школа действительно потеряна. Вполне возможно, что все ее владельцы просто пользуются этой стихией в своих целях и молчат. Эх, попадись мне такое, уж я бы точно молчал...

Я лишь тоскливо вздохнул, провожая взглядом этот пункт.

В конце концов, я пролистал список до конца — все триста с лишним позиций — и остановился. Вариантов у меня оказалось не так уж много. Из двух десятков подходящих по цене больше половины занимали всякие материальные ценности: золото, серебро, вышеупомянутый алмаз, а также картина маслом «Утро. Пляж после битвы с Шуб-Ниггуратом» (художник неизвестен). Золото — это неплохо, но я уже привык к тому, что нематериальные ценности куда сложнее добыть, так что лучше начать с них.

Из оставшихся пяти позиций одна, весьма странная, отметалась сразу: «лечение от бесплодия» мне было попросту незачем. Надеюсь. Не проверял. Также не особо нужен был и единственный подходящий по цене артефакт (точнее, его слабое подобие). Всего лишь двуручный меч хорошего качества с зачарованием на твердость стали. Я этот двуручник и поднять-то едва смогу, что мне с ним делать вообще? Продать всегда можно, но тогда уж проще золотом взять — париться с продажей не придётся. Особенно с учетом того, что единственные платежеспособные покупатели здесь исключительно гномы, а они мечи традиционно не любят — им молоты подавай, или, на крайняк, боевые топоры с кирками.

А вот три оставшихся позиции... То, что ценится всегда и везде. То, что временами не купишь ни за какие деньги. То, что определенно пригодится, куда бы ни занесла меня жизнь. И то, что никому у меня не отобрать, максимум — заставить поделиться. Заклинания.

Искра:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 30

Откат: 1 минута

Диаметр искры: 1 мм

Расстояние: 1 см

Стихия: Огонь

Слабость:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 40

Откат: 5 минут

Длительность: 10 секунд

Сила воздействия: 1%

Стихия: Тьма

Малое восстановление:

Ранг заклинания: 0

Затраты маны: 50

Откат: 30 минут

Эффект: 0.5 у.е

Стихия: Жизнь

Я сразу же отбросил «Слабость» — к стихии Тьмы я изначально относился с предубеждением. Да, формально темные маги не обязаны быть злыми или бессердечными, и могут вести вполне себе обычную жизнь. Но, во-первых, стоит погрузиться в любую школу и стихию достаточно глубоко, и они начнут исподволь на тебя влиять. Ты сам этого даже и не заметишь, но окружающие — вполне. Ну а во-вторых, существенная часть магов сильнее всего развивала именно ту стихию, которая была им привлекательна. Так что ничего удивительного, что именно со школами Тьмы и Смерти были связаны самые неприятные истории, самые ублюдочные маги, самые ужасные слухи. Да и вообще — нахрена мне эта «Слабость»? Ладно б еще было что-то полезное из этой школы. Тогда можно было бы и подумать.

Малое восстановление прямо-таки напрашивалось на то, чтобы взять именно его — лекари школы Жизни не голодали никогда. Это, конечно, не куда более популярное «лечение ран», но тоже круто, хоть и непонятно, чем именно оно отличается от лечения. К сожалению, расширенной информации по заклинанию не было.

Искра была не менее привлекательным вариантом. Пусть и не особо полезная на первых порах — но, задницей чую, пара лет тренировок — и эта штука эволюционирует в классический фаербол любого боевого мага. Мечта любого мальчишки, в том числе и меня... когда-то. Всего год назад я не задумываясь взял бы именно «Искру». Но с тех пор поменялось многое, в том числе и я. Сложно даже сказать — в чем конкретно... Наверное, стал более рациональным. Фанатом тренировок и вычислений. С одной стороны — жаждущим все большей силы, с другой — начавший понимать, что сила не только в соответствующей базовой характеристике и даже не в мощных боевых заклинаниях. Множество других заклинаний и параметров не менее полезны. А зачастую — куда более. Нет, я понимал это и раньше, но достаточно умозрительно. Авторы умных книг из библиотеки отца говорили так, вот я и перенял их мысли, но прочувствовать и принять их я смог только на собственном опыте.

Я горестно поморщился, заткнув рот внутреннему ребенку, возмущенно вопящему «Фа-ер-бол! Фа-ер-бол!». И произнес:

— Выбираю позицию 203.

Ваша награда изменена: в случае победы вы получаете награду № 203. Заклинание «Малое восстановление». Стихия: Жизнь. Ранг: 0.

Одной из важных причин сделанного выбора стала в том числе и цена заклинания. Ровно 28.5 у.е. Если это не жирный намек от Фортуны — то я ничего не понимаю в женских намеках.

Что ж, теперь осталась мелочь. Победить.