Сказание о Герое

Глава I. Весна

Утреннее солнце едва брезжило розоватым светом, озаряя укрытое лёгким снежком селение Картор. Пара избушек уже курилась дымком от растопленных печек, где-то тихо поскуливала собака. Я поправил вязанку с дровами и продолжил идти по узкой тропинке, что была натоптана между домами. Весна всё никак не хотела наступать и ловко обходила Картор стороной, поэтому за сухим деревом и корой я ходил глубоко в лес. Слухи о морозных духах были явно преувеличены сельскими мальчишками.

Лёгкий ветерок пощипал щёки, я ускорил шаг, стараясь не поскользнуться на обледенелой тропе. Очень не хотелось упасть в снег и намочить дерево, которое я с таким трудом собирал. Скоро селение начнёт просыпаться, и времени на ещё один поход не будет. Ведь сегодня очень большой день.

Сегодня Картор выберет кандидата на роль Героя.

Дорога до дома заняла минут пять, я ввалился в сени и скинул вязанку, расправляя плечи. Тёплая куртка неприятно прилипла к спине, но снимать её здесь было себе дороже. Выдохнув, я закинул дрова внутрь дома и наглухо закрыл входную дверь, чтобы не выпускать тёплый воздух. Куртка отправилась в полёт на пол, туда же полетели и тёплые штаны. Оставшись в портках, я зашёл в жилую часть.

Солнце не пробивалось сквозь наглухо задёрнутые шторки, а лучина на столе почти погасла, поэтому бревенчатые стены укрылись приятным полумраком. В красном углу виднелись собранные в пучок пожухлые колоски – символ плодородия и достатка в семье. Пришла пора заменить их на новые, но посевная всё ещё не началась. Старейшины упорно твердили о скорой весне, а снег продолжал укутывать Картор.

Я сел на скамью и осторожно зажёг новую лучину от старой. На печи завозились, и из-под одеяла показались внимательные тёмно-зелёные глаза.

– Куда ходил? – голос был тихий и немного охрипший ото сна.

– За дровами. Спи давай, – я зевнул. – А то выгоню на улицу снег чистить.

Голова стремительно юркнула под одеяло.

– Без тебя тут холодно, – глухо раздалось со стороны печи. – А снег я чистить не пойду, девочкам это не положено.

– Под тобой огонь горит, как тебе вообще может быть холодно, – вздохнул я. За окном солнце светило всё ярче, розовые лучи пробивались через окно, разрисованное изморозью.

– Дурак ты, Ракки, – буркнуло одеяло. – Мы уже три месяца вместе, а ты всё стесняешься.

Я подумал, что дочь Главного жреца могла выйти замуж за любого достойного, но почему-то выбрала меня, сына простого земледельца. Во время сватовства Тавия решительно отвергла остальных женихов, и теперь у нас отдельный дом около святилища, а я распрощался с идеей продолжить дело отца. Ведь мужу Жрицы положено защищать её своим мечом, а не полоть грядки и пахать землю.

Я вздохнул. Всё это происходило слишком быстро, чтобы привыкнуть.

– Прости, Тавия.

Одеяло не отреагировало.

– Я не это имел в виду.

Печь продолжала молчать.

– Днём сходим в лес, хорошо?

Белобрысая голова медленно высунулась наружу. Тавия снова внимательно смотрела на меня тёмно-зелёными глазами.

– Обещаешь? Отец ведь запретил уходить из Картора в День Назначения…

– Я живу не с твоим отцом. А желание жены для меня закон. Но если отморозишь голову, сама виновата.

Девушка легко рассмеялась.

– Отогреюсь, спасибо твоим дровам. Иди поспи, вижу, как ты яростно зеваешь.

Я снова вздохнул, поднимаясь со скамьи. Скорее бы весна…

*****

Снег поскрипывал под подошвами сапог и переливался в лучах высокого полуденного солнца. Лес стоял стеной, голые стволы уходили в небо, раскидывая ветви уже на приличной высоте. Мы уже ушли достаточно далеко от Картора, именно здесь начинались приличные деревья для растопки.

– Знаешь… я ни капельки не устала…

Я обернулся. Тавия прислонилась к дереву, стянув шапку и вытирая пот со лба.

– Зачем тебе вообще этот лес? – я покачал головой. – Скучно лежать на печи?

Она отдышалась и подняла глаза.

– Во-первых, туда ходишь ты. Жена ведь должна знать, куда ходит муж.

Я хмыкнул, но девушка продолжила:

– А во-вторых, сегодня День Назначения. Если я буду плохо подготовлена, то Жрец меня не выберет.

– Он твой отец, – я задумчиво погладил дерево. Тонкий ствол был шершавым и ребристым, чуть выше моей руки из трещины проступила капелька смолы. – Тебя и так не выберут. К тому же я не слышал, чтобы Героем стала девушка.

Тавия насупилась и упёрла руки в бока.

– Значит буду первой! Если буду сильной, то докажу отцу, что достойна! – её уверенный звонкий голос разнёсся по всему лесу.

– Для этого не нужно идти со мной, – я поправил шарф и выдохнул, белесое облачко растаяло в воздухе. – Тавия, тебе нужно искать свой путь, а не копировать чужой…

Что-то шевельнулось в сугробе неподалёку. Я не успел выхватить лук, как из снега выскочил белый волк и кинулся на меня. Будь у меня в запасе ещё хотя бы метр, то нож из сапога распорол бы зверю брюхо. Но волк поджидал в засаде слишком близко и намертво впился мне в правую руку, заставив выронить короткое лезвие на пушистый снег.

– Ракки! – Тавия кинулась на помощь. Девушка со всей силы пнула волка в живот, но хватки это не ослабило. – Отцепись от него!

Волк сжимал челюсти всё сильнее, мне показалось, что я слышу треск ломаемого предплечья. Тавия испуганно смотрела на меня, не в силах пошевелиться. Глубоко в лесу неожиданной помощи ждать не стоило.

– Почему бы тебе не отпустить мою руку? – сквозь зубы прошипел я. Зверь моргнул и прищурился, словно понимая меня. – В нас даже мяса нет, зачем так рисковать?

Волк слегка ослабил хватку, посмотрел мне прямо в глаза и негромко зарычал.

«Маленькие. Мало еды. Ты – добыча»

У меня перехватило дух. Мысли зверя вспыхивали прямо в моей голове, отдаваясь пульсацией в висках.

– Если бы я дотянулся до ножа, то ты бы их не покормила, – мой голос слегка охрип от напряжения.

Тавия крепко сжала моё плечо. Волчица вновь ослабила хватку, но вырваться я уже не пытался.

«Маленькие. Умрут. Не хочу»

– Тогда маленьких не будет у нас с ней, – я судорожно выдохнул. – И мы этого тоже не хотим. Давай заключим сделку.

«С-дел-ку?»

Волчица несколько раз моргнула.

– Я буду приносить тебе мясо, пока волчата не окрепнут. За это ты даруешь нам жизнь.

Зверь осторожно разжал челюсти. С края куртки капала кровь.

«Хорошо. Неси»

– Ракки, – прошептала Тавия, – ты с ним договорился?

– С ней, – я поправил девушку, сгибая и разгибая пальцы правой руки. – Помнишь дорогу домой?

– Да, но…

– Принеси сюда оленину, сколько утащишь. Все готовятся к Назначению, никто тебя не заметит и не спросит.

– Ракки…

– Потом поговорим. Быстрее, пока она меня не убила.

Волчица уселась напротив, не сводя с меня глаз. Тавия колебалась пару мгновений, потом повернулась и помчалась в сторону Картора. Я опёрся о дерево, глубоко вздохнув. Интересно, вот так и выглядят духи леса? Белоснежная волчица, которая испытывает случайных путников на честность, обменивая их жизнь на мясо. Я усмехнулся, зверь склонил голову набок.

– Да, вспомнил кое-что. А где же твой волк, отец маленьких волчат?

«Стал людской курткой. Шапкой. Может, твоей»

Мне стало не по себе. Захотелось снять с себя всю меховую одежду.

– Прости.

«Не ты убил. Не тебе сожалеть»

Волчица улеглась на снег и шумно выдохнула. В тишине деревья легко поскрипывали от налетающего ветерка. Я попробовал подвигать рукой и охнул от боли. Хорошо, что я левша и не придётся пропускать тренировки с мечом. Волчица вдруг встрепенулась.

«Твоя жена умная. Идёт одна. Пахнет мясом»

Я улыбнулся:

– Да, и впрямь умная.

Тавия, тяжело дыша, уронила на снег большую оленью ногу. Волчица принюхалась.

«Хорошо. Живите. Им хватит»

Зверь схватил мясо и в два прыжка скрылся за деревьями. Девушка подошла ближе и взяла меня за здоровую руку.

– Вот такие в лесу духи, – я нервно рассмеялся. – И не подумал бы…

– Это не Дух, – медленно сказала Тавия. – Когда ты говорил ему… ей, твои глаза светились. У тебя Дар.

Сердце разом ухнуло вниз. Дар открывается у тех людей, чья душа не чиста, испорчена злыми духами. Таких никогда не выбирают Героями. Да, с ними общаются, как с равными, их даже могут уважать как Жрецов. Но Одарённые никогда не смогут исполнить предназначения Героя.

– Прости, что подвёл, Тавия… – я почувствовал, как по щеке ползёт слеза, охлаждая горящие щёки. – Прости, что не стал достойным мужем.

Девушка что-то говорила в ответ, но я уже не слушал. Вокруг была шелестящая ветром лесная тишина, посреди которой звучал голос волчицы:

«Живите»

Вот только зачем?

*****

Старые темно-коричневые доски на полу потрескались от времени, мне на глаза то и дело попадались глубокие царапины то ли от скамеек, то ли от стола. Наверное, хозяева дома часто переставляли их, чтобы хоть как-то разнообразить одинаковую скучную жизнь в деревне. Жаль, что такая меня теперь точно не ждёт.

Вессалий, Жрец Картора и отец Тавии, неподвижно стоял посреди комнаты. Я рассказал ему всё, и теперь терпеливо ожидал реакции, не смея поднять глаз. Перевязанная рука ныла тупой болью, но Тавия стояла рядом со мной, а её тонкие пальцы крепко сжимали мне плечо, и это, почему-то, немного успокаивало.

– Дар... – негромко произнёс Жрец. – Неожиданно. Картор всегда славился своей чистотой, но воля духов непоколебима.

Я видел лишь полы его одеяния, расшитые витьеватым узором, и наконечник деревянного посоха. Острый кончик воткнулся прямо между досками, будто раздвинув их. Правая рука ныла в месте укуса, несмотря на перевязку.

– Старейшины склонялись к твоему Назначению, – продолжил Вессалий, – но теперь этому не бывать.

Я почувствовал, как внутри всё сжалось. Рядом едва слышно охнула Тавия, и мне стало ещё хуже.

– Впрочем, – Вессалий кашлянул, – это даже хорошо.

От удивления я поднял глаза. Жрец едва заметно улыбался. Его лицо, покрытое ритуальными татуировками, было подсвечено лучами солнца от окна, и карие глаза казались красными. Вессалий разменял уже шестой десяток, Тавия приходилась ему третьей и самой младшей дочерью.

– Хорошо? – я встал со скамьи. – Я же вас всех подвёл!

– Чем же? – спокойно поинтересовался Жрец. – Тем, что не стал Героем?

Он подошёл ближе и взял меня за плечо:

– Арраккир...

Я почувствовал холодок на спине. Только Жрец и Старейшие могли называть жителей полным именем, потому что только в их устах оно было защищено от Злых Духов.

– Во-первых, так ты будешь ближе к моей дочери. Я хочу, – Вессалий внимательно посмотрел мне в глаза, – чтобы у Аставиаллы был хороший муж, готовый защищать ее и вместе воспитывать детей. А не призрачное воспоминание, постоянно сражающееся с Чудовищами.

– Отец! – воскликнула Тавия, но Жрец лишь покачал головой.

– Во-вторых, Одарённые не проклятые и не изгои. Они тоже помогают людям, как и Герой, просто делают это немного не так. Ты думаешь, что в Карторе нет ни одного из них? Тогда почему мы зовём Фигсвальхи, чтобы она разожгла первый огонь в доме, и после этого пламя не тухнет годами?

Я не мог произнести ни слова, пытаясь переварить услышанное. Валли была красивой девушкой, никто не мог бы заподозрить в ней Дара.

– Однако в других селениях, – мягко продолжил Вессалий, – Одарённых действительно не принимают, считают злом и ненавидят.

– Но почему? – искренне удивился я.

– Мир несовершенен, – Жрец грустно улыбнулся. – Он очень медленно меняется. Когда-то давно люди боялись огня, а теперь он помогает нам пережить долгую зиму. Также и Одарённые однажды станут основой этого мира. Старейшие Картора в этом не сомневаются.

– Отец, – тихо сказала Тавия. Вессалий повернулся к ней. – Кто станет следующим Героем? Ты же... Ты же не назначишь...

– Нет, – спокойно ответил Жрец. Плечи девушки едва заметно дрогнули. – Но не потому, что ты моя дочь. Просто есть более достойный кандидат.

– Кто? – спросил я. В горле пересохло, сердце гулко бухнулось о рёбра. Неужели мы первые узнаем имя Героя?

– Вообще это не по правилам, – нахмурился Вессалий, но тут же улыбнулся. – Хотя после пережитого сегодня, вы это заслужили.

Жрец прищурился, словно что-то припоминая.

– Новым Героем будет выбран Ивелькал.

– Но он же совсем никудышный воин! – Тавия замотала головой. – Он даже меч толком держать не может!

– Вель не сможет пройти Путь Героя, – я нахмурился. – Почему он?

– Ивелькал не подвержён тёмным духам, – Жрец не дрогнул и мускулом на лице от нашего с Тавией возмущения. – Но я разделяю ваши опасения. Поэтому мы соберём для него свиту, которая доставит Веля к Месту Титулования.

Вессалий преклонился передо мной:

– Я прошу тебя, Арракир, сын мой, проведи Ивелькала по Пути Героя, чтобы он успешно принял свой Титул. О том же прошу я и тебя, Аставиалла, дочь моя. Помогите ему стать Героем.

Солнечные зайчики отскакивали от белого снега за окном и игриво плясали на потолке. Жрец Картора ожидал нашего ответа, замерев в неудобной позе. Я в растеряности посмотрел на свою молодую жену, та неловко кивнула.

– Мы принимаем твое предложение, Жрец, – хором сказали я и Тавия. Вессалий поднялся на ноги и радостно кивнул.

Я никогда бы не подумал, что стану защитником будущего Героя.

*****

Вечернее солнце склонилось к горизонту и окрасило Картор в нежно-розовый цвет. Даже верхушки чёрных от дыма труб теперь казались наряженными по случаю праздника. Жители селения собрались на главной площади в ожидании Назначения нового Героя, и я в очередной раз поразился, как много людей здесь на самом деле живёт.

– Смотри! – Тавия показала рукой в сторону. – Тут даже старик Хердсвунт! Он в прошлый раз из дома выходил, когда Картор затопило.

– Героя выбирают раз в десять лет, – я пожал плечами, пытаясь разглядеть кого-то знакомого в толпе. – Может быть, он приходил в прошлый раз?

– Наверное. Отец не пустил меня тогда и оставил с мамой, – Тавия насупилась. – Сказал, что я ещё маленькая для таких праздников.

– Мне пришлось тогда сидеть с тобой, чтобы ты не скучала, помнишь?

Рука противно ныла в районе укуса, но я чувствовал себя как никогда живым. Даже несмотря на то, что впереди меня ожидала жизнь Одарённого. В толпе мелькнула огненно-рыжая голова Валли, и я помахал рукой. Девушка заметила меня, помахала в ответ и ловко пробилась к нам с Тавией через толпу.

– Ракки! И вы тут? Что с рукой? Ты поэтому опоздал? – Валли завалила нас вопросами. – Тавия! Нельзя так плохо содержать мужа!

– Это была неудачная охота, – я улыбнулся, придерживая ноющую руку.

– Когда у тебя будет муж, посмотрим, как ты будешь его содержать, – беззлобно огрызнулась Тавия. Валли улыбнулась и протиснулась дальше в толпу.

Я наклонился к жене и шепнул:

– Может, иметь Дар, это не так плохо? Ей он не мешает радоваться жизни.

Тавия обернулась ко мне и серьёзно посмотрела в глаза.

– Мне неважно, есть у тебя Дар или нет. Я тебя не поэтому выбрала, Ракки. Неужели ты ещё не понял?

Мне почему-то стало не по погоде жарко.

Толпа зашумела и вдруг замолчала. На деревянный помост в центре площади вышел Жрец в золотистых одеждах. Окружённый Старейшими, безмолвными старцами в белых плащах, скрывающих их лица, Вессалий казался солнцем среди облаков.

– Жители Картора! – Жрец вознёс руки к небу. – Мы долго совещались, но, наконец, смогли избрать достойного кандидата в Герои. И сегодня мы назовём его имя.

Тавия прижалась ко мне и прошептала:

– Старейшие никогда не говорят ни с кем, кроме отца. Иногда мне кажется, что они какие-то неживые…

Я бросил взгляд на фигуры в белом. В детстве мне удалось один раз увидеть их вблизи, и от того раза у меня шли мурашки по коже. Они не дышали и словно плыли над землёй, их одежды развевались на ветру, и от этого они казались ещё страшнее и непонятнее. Теперь я уже не боялся Старейших, но первое впечатление оказалось слишком сильным. Фигуры в белом вызывали какой-то непонятный трепет и, почему-то, чувство тревоги.

Вессалий продолжал свою речь.

– …Герои родом из Картора всегда исполняли свой долг. Не этого ли от нас желают Светлые Духи?

Толпа одобрительно загудела.

– Давным-давно, – распалялся Жрец, – Тьма победила Свет, распространив по земле горечь страданий. Светлые духи завещали нам бороться со злом и одарили силой Героя. Только так мы можем противостоять Тьме, только так мы можем уничтожить Зло!..

Воодушевлённые крики толпы заглушили Вессалия, ему пришлось поднять руки вверх, успокаивая людей.

– Главное – не стоит забывать, – Жрец хитро улыбнулся, – что мы с вами от природы Темны, и цель наша – не обращать Орудие Героя против Добра. Как бы оно не выглядело.

Толпа молчала, словно поражённая громом. Нечасто Жрец города сравнивает тебя с Тёмным Духом.

– Не каждый из нас сможет различить Добро и Зло в этом мире. Только избранный способен на такой поступок. И именно ему предначертано стать следующим Героем. Я, Вессалий, и Старейшие Картора объявляем следующим кандидатом Ивелькала!

На помост взошёл Вель. Он был очень бледным, его длинные золотистые кудри покачивались в такт шагам. Серебряная накидка висела на нём как мешок, добавляя несуразности в слова Жреца. Я почувствовал недовольство народа по негромкому перешёптыванию, но открыто перечить воле Старейших никто не стал.

– Вы можете считать это странным, – Вессалий подошёл к Велю. – Он не силён, часто болеет, терпеть не может насилия. Как же он может быть Героем, думаете вы? Но разве я не говорил вам, что главное для избранного – уметь отличать добро от зла, показывать пример самим собой?

Жрец нахмурился.

– Пусть тот, кто считает Ивелькала злым, скажет это сейчас или никогда!

Толпа пристыженно молчала. Ни один из жителей Картора не мог назвать Веля злым. Сам кандидат в Герои неловко переминался с ноги на ногу. Вессалий вновь улыбнулся.

– Тогда восхвалите же Ивелькала, которому выпала великая честь стать новым Героем!

Народ радостно закричал, подтверждая выбор Старейших. Лицо Веля озарила лёгкая улыбка. У меня отлегло от сердца.

Может быть, он действительно тот Герой, который нам нужен?

*****

Снег ещё поскрипывал под ногами, но впереди у деревьев на пригорке выскочил ярко-зелёный клок земли. Весна наконец-то начала вступать в свои права и отвоёвывать белые поля и леса. Белая волчица, сидевшая прямо на оттаявшей земле, подняла на меня голову и широко зевнула.

«Долго шёл. Стало скучно»

Я улыбнулся и кивнул, скидывая с плеча сумку с мясом и присаживаясь рядом с волчицей.

– Прости, Вайри. Задержался на тренировке.

С тех пор, как у меня открылся Дар, прошло четыре недели. Каждый день я носил в лес оленину, которую нам подарили на свадьбу. Поначалу волчица просто брала подношение и убегала вглубь леса кормить волчат – наверное, боялась, что человек её убьёт. Но я честно исполнял свою часть сделки и заслужил доверие дикого зверя. Её сознание оказалось не таким простым, как мне сперва показалось, но я так и не смог объяснить волчице значимость имени. Хотя придуманная мною кличка ей вроде бы нравилась.

Вайри переступила с лапы на лапу, нервно размахивая хвостом.

«Пахнешь оружием»

– Извини, – я расстегнул ремень, и воткнул меч в ножнах прямо в сугроб. – Так лучше?

«Да. Маленькие хотят тебя увидеть. Ты их кормишь. Ты – их волк»

Вайри взяла в зубы сумку, поднесла к дереву и взглянула на меня. Во взгляде дикого зверя я прочитал невысказанный вопрос.

– Я не против, – моя рука скользнула по голове волчицы, та прижала уши. Вайри с прошлой недели позволяла её гладить. – Но мы скоро уйдём в поход, а тренировки становятся всё длиннее.

«Ты идёшь надолго»

Волчица прищурилась.

– Нет, я быстро вернусь, нужно только...

«Это не вопрос. Ты пахнешь долгой дорогой»

Вайри ткнулась мне носом в щёку. От волчицы пахло мокрой шерстью и кровью, но я не отстранился, а лишь погладил её по спине.

– Мне нужно идти с Велем, Жрец попросил сопроводить будущего Героя на его Пути, – я посмотрел Вайри в глаза. – Со мной ничего не случится, не бойся. Я принесу тебе много мяса, обещаю.

Волчица моргнула пару раз и лизнула меня в нос.

«Хорошо. Расскажи про Героя»

– Еще раз? – удивился я. – Тебе не надоело?

«Нет»

Вайри ответила коротко, и, как мне показалось, настойчиво.

«Расскажи то, что еще не рассказывал»

Я посмотрел на солнце, пробивающееся через развесистые ветви деревьев и начал говорить:

– Люди очень слабые. Мы мёрзнем в морозы, потому что у нас нет шерсти. Мы охотимся на зверей с помощью лука, потому что у нас нет зубов и быстрых ног. А когда на нас нападают Чудовища, мы бежим, сломя голову.

Я ухмыльнулся.

– Как справиться с Тёмным Духом, что принял облик крылатого ящера? Ведь люди ничего не могут ему противопоставить.

«Ушастые могут»

Вайри положила мне голову на колено и прикрыла глаза.

– Эльфы? – я задумался. – Да, можно попросить их помощи. Но никогда не знаешь, что у них на уме и что они попросят взамен. Золотые монеты или пару крепких парней.

«Зачем?»

– Не знаю, – мой взгляд блуждал среди заснеженного леса. – Никто не знает. Поэтому люди придумали другой способ защититься от Чудовищ – выбрать Героя. Такой человек может убить даже самых злых Духов, но не каждый достоин стать нашим защитником.

«Самый сильный человек»

– Скорее самый чистый, тот, кого не затронули Духи. Нельзя, чтобы из-за своего Дара Герой начал сомневаться.

«Почему он будет сомневаться?»

Я задумался.

– Ну... Ведь Дар помогает людям. Кто-то с его помощью разжигает костёр, а кто-то строит дома. Получается, что не всё Тёмные Духи злые. Герою нельзя так думать, иначе его рука дрогнет, и Лунный Меч не поразит Чудовище.

«Духи тебя за-тро-ну-ли?»

– Да, – я кивнул и почесал Вайри за ухом. – Тёмные Духи наградили меня своим Даром, сделав недостойным звания Героя. Именно поэтому мы с тобой можем говорить.

Волчица шумно выдохнула, в холодном воздухе сразу же образовалось облачко пара.

«Ты достойный. Маленькие так думают. Я так думаю»

У меня перехватило дыхание. Вайри впервые сказала о себе в первом лице. Волчица подняла голову и внимательно на меня посмотрела.

«Ты – наш волк. Ты не Герой, но идёшь с ним. Этого достаточно»

Волчица подошла к мешку и легко подняла его зубами.

«Завтра приду с маленькими. Не опаздывай»

Вайри в два прыжка умчалась в глубину леса, слившись с искрящимся в лучах снегом. Я откинул голову, упираясь в ствол дерева.

– Может быть Дар – это действительно неплохо? – спросил я у солнца. – Духи наградили им меня, а не прокляли?..

Я вздохнул и поднялся на ноги, потянув меч из сугроба. Вновь под ногами захрустел снег, но в моей душе прочно поселилась весна, окончательно растопив лёд сомнений.

Лес быстро кончился, открыв моему взору курящиеся домики Картора. Совсем скоро мне придётся покинуть эти края. Путь Героя лежит через опасные места, а соседние селения могут помещать Велю. Все хотят, чтобы именно их человек стал Героем.

Я потянулся, разминая плечи.

– Спасибо, Вайри. Теперь я точно не боюсь Путешествия.

Ведь я ваш Волк.

Межсезонье. Путь Гирша. Важнее меча

– Ура! Снег!

– Айда в снежки!

Мимо меня пронеслась толпа ребятишек, раскидывая вокруг свежий снег. Я покачал головой и поправил перевязь с мечом.

– Осторожно!

Комок снега размером с кулак пролетел рядом с моей головой. Я нахмурился и погрозил пальцем.

– Давай с нами! – крикнул Аунри, самый старший из ребят. – Потом будешь работать!

Я ухмыльнулся. Перевязь полетела в снег, первый снежок уже приготовился лететь в чью-то голову. Игра началась!..

– Гирш.

…И тут же закончилась. Меня прервал знакомый спокойный голос, от которого всякий раз мурашки пробегали по телу.

– Нельзя так обращаться с оружием. Подними меч и почисти его как следует.

Я перевернул руку, белый шарик выпал и оставил после себя в сугробе аккуратную круглую дырку.

– Да, отец.

Перевязь заняла законное место на плече. Я обернулся к ребятам и виновато улыбнулся.

– Простите. Наверное, в другой раз.

Мы с отцом шли к дому, а позади дети, не сильно старше меня, совещались громким шёпотом. Я слышал лишь обрывки фраз.

– Сын воина... Никогда не играет... Будто он тут самый старший...

Я улыбнулся. Ну и что, пусть себе говорят. Мой отец – воин, он защищает селение от разбойников и злых Духов. Без его помощи нас бы уже давным-давно захватили. По закону деревни меня ожидала та же судьба – стать защитником селения. И меня это совершенно не расстраивало.

*****

– Лей масло осторожно, – приговаривал отец, – а потом втирай. Так лезвие прослужит намного дольше.

– Отец, а ты видел Духов?

Он задумался и отложил меч в сторону.

– Хмм, пожалуй, видел. Один раз мы пошли на охоту в самую глубь леса. Это был голодный год, ты не помнишь, маленький ещё. И вот идём мы, вокруг темно, солнце уже село, и вдруг из кустов голос: «Путники, подайте кусок хлеба». Мы, конечно, сразу в ту сторону из луков выстрелили, кто будет просить хлеб так глубоко в лесу, кроме всякой нечисти?

Отец взял меч и аккуратно капнул на лезвие маслом.

– И что дальше? – нетерпеливо спросил я.

– Из кустов выпрыгнуло что-то чёрное, с горящими глазищами, кривыми рогами, огромной пастью. И как закричит на весь лес! Мы, конечно, испугались, но я взял себя в руки и полоснул его мечом по тому месту, где должно быть горло. И будто в камень попал, аж руки онемели.

Я заворожённо слушал рассказ, машинально втирая масло.

– Но Дух тоже испугался, хлестнул меня своим хвостом и убежал в лес. Только чудом и спаслись.

– Ты не говорил, что у него был хвост! – возмутился я.

– Да? Ну, значит забыл. Длинный такой хвост, с острым кончиком. Вот, даже след остался, – отец поднял рубаху, показывая на груди шрам в виде кривого полукруга.

– А это точно от Духа?

– Ну вот, – отец покачал головой, – и мама твоя тоже не поверила тогда.

– Я скучаю по ней, – вдруг вырвалось у меня.

Отец осёкся, его глаза заблестели.

– И я, – он несколько раз моргнул и улыбнулся. – Так, не отвлекайся, втирай масло равномерно, чтобы оно попало во все щели. Скоро пойдём с тобой на настоящую охоту.

Я принялся усердно возить тканью по мечу, пока не увидел на лезвии своё отражение. Чёрные волосы спускались до глаз, на щеке ещё не сошёл синяк от прошлой тренировки. Совсем не похож на мужественного Ингри. Интересно, я когда-нибудь стану таким же сильным как отец?

*****

– Отец!

Я бросился в комнату, роняя перевязь на пол. Он лежал на кровати, укрытый одеялом по самое горло. На его бледном лице я заметил несколько кровоточащих ран. У кровати стояло несколько человек, пришёл даже сам Верховный Жрец.

– Они напали из засады, – лесничий Швай хлюпнул носом и смял в руках шапку. – Проклятые волки! Всех бы их перебить!

– Нет, – Жрец покачал головой, не сводя глаз с отца. – Потому они и нападают на вооружённых людей, им больше нечего терять.

– Ингри сражался за нас всех, – незнакомый мне воин склонился над отцом. – Если бы не его отвага, лежать нам всем под теми деревьями.

Я подошёл к кровати. Никогда ещё отец не выглядел слабым, он всегда казался мне могучим и несгибаемым. А теперь он лежал неподвижно, тяжело дышал. Это совсем на него не похоже!

– Ангиршар.

Я вздрогнул и посмотрел на Жреца. Он один мог называть нас истинными именами, в его устах они были защищены от Духов. Но Верховный Жрец поступал так только в серьёзных случаях.

– Твой отец – великий воин. Но время каждого из нас ограничено. Если хочешь сказать ему что-то, то скажи сейчас. Мы оставим вас одних.

Они вышли из комнаты, то и дело бросая на нас скорбные взгляды. Я выждал немного, а потом снова сказал:

– Отец.

Он открыл глаза. Его взгляд блуждал по комнате, пока не нашёл меня.

– Прости, что я в таком состоянии, – отец скривился от боли. – Это была честная охота, но они оказались сильнее.

– Я перебью всех волков в округе...

– Нет! – резко прервал меня отец. – Даже не думай за меня мстить! Твой меч должен защищать, а не уничтожать!..

Он закашлялся. Я с ужасом подумал, какие же раны скрыты под одеялом.

– Гирш, завещаю тебе продолжить наш род, – отец заговорил тише, почти шёпотом. – Теперь найди учителя, который сделает из тебя настоящего воина.

– Ты мой лучший учитель! – в глазах защипало. – Не умирай!

– Прости, – он виновато улыбнулся. – Я передам маме привет от тебя.

– Нет! Пожалуйста!

– Прости, – прошептал он, навсегда закрывая глаза.

– Папа!..

Но ответом мне была тишина.

*****

– Гирш, может быть, поешь?

Я мотнул головой и крепче прижал к себе отцовский меч. Неподалёку кричали мальчишки, бросаясь друг в друга снежками. Но мне было совсем не до игр. Аунри вздохнул и сел рядом.

– Мы не из жалости. Но ты уже давно сидишь. Правда, пойдём.

– Нет. Отстань. Иди, играй с другими.

Аунри скривился и хотел встать, но переборол себя.

– Слушай, мы же помочь хотим. Правда.

Я почувствовал, как на глаза наплывают слезы, и уткнулся носом в колени. В животе предательски заурчало.

– Видишь? Есть надо всегда вовремя! Пойдём!

– Не хочу...

– Хочешь! Я же вижу!

Аунри прижался ближе и зашептал:

– Пожалуйста, Гирш. Пожалуйста. Ну, пойдём. Мама напекла пирогов, мы их все вместе не съедим. Если хочешь, оставайся у нас. Только не сиди, пожалуйста, один. Если ещё и ты уйдёшь, то на дворе совсем станет тоскливо.

Мне было очень плохо, но я понимал, что Аунри прав. Сидение на снегу не вернёт никого обратно, но подорвёт моё здоровье. Нельзя сыну великого Ингри расклеиваться. Иначе кто будет защищать деревню? Отец бы точно не одобрил мои сопли.

– Идём.

Аунри улыбнулся и встал.

– Давай руку.

Я схватил протянутую ладонь и поднялся. Снег комками сваливался со штанов. Отцовский меч отправился за спину.

– Возьмёшь его с собой?

– Да, – просто ответил я.

– Ну, хорошо. А теперь пошли обедать!

Аунри бежал впереди, постоянно оглядываясь. А я медленно брёл за ним и думал, что никогда не расстанусь с мечом отца. Чего бы мне это не стоило!

*****

– Кто здесь?

Я помотал головой, но никого не увидел. Солнце уже клонилось к закату, рядом журчал ручеёк, открывшийся с началом весны, негромко пели птицы. Но переливчатый смех не мог мне послышаться, он раздался прямо над ухом.

– Выходи! Не обижу!

Смех раздался с другой стороны, и я вдруг почувствовал на шее прохладное касание. Как будто чьи-то ледяные пальцы готовились впиться мне в горло. Я резко развернулся и отпрыгнул.

На камнях у ручья сидела босая девушка в простом платье. Её длинные вьющиеся волосы отливали синевой и будто переходили в потоки воды. В руках девушка держала перевязь с отцовским мечом. Я запоздало похлопал себя по пустой спине.

– Говоришь, что не обидишь, а сам носишь такие опасные игрушки, – она легко рассмеялась. – Неужели в лесу так страшно?

– Это на всякий случай, – я улыбнулся. – Отдай, пожалуйста.

– Такая важная штука, – девушка задумчиво взвесила перевязь. – Наверное, она и вправду тебе нужна.

– Да, поэтому отдай её.

– Вот так просто? – она склонила голову и улыбнулась. – Попробуй, отбери.

Девушка вскочила на камне и легко увернулась от моего захвата.

– Отдай! Это меч моего отца!

Она опять засмеялась, и её смех разлетелся по лесу, словно журчание ручейка.

– Отбери!

Я не мог поймать её. Она уворачивалась в самый последний момент, когда мои пальцы едва касались перевязи.

– Отдай! – я метнул в неё яростный взгляд, и вдруг заметил, что девушка не стояла на земле. Под её ногами плескалась вода из ручья, извиваясь как змея. Капельки танцевали в воздухе, переливаясь в лучах закатного солнца.

– Ты – Дух? – вырвалось у меня.

– А что, не похожа? – усмехнулась она.

– Отец рассказывал, что у Духов каменная кожа и горящие глаза, длинные рога и кривые пасти.

– Фу, какой ужас! – воскликнула девушка. – Может быть, это Духи земли, или ещё чего-то, но я не такая!

Она сделала пируэт в воздухе, разбрызгивая капельки воды вокруг себя.

– Меня зовут Хискалла, я Дух Ручья. Не равняй меня с остальными уродливыми Духами!

Я спешно думал, что теперь делать. Без меча справиться с Духом точно не выйдет. А если разозлить её, то это будет мой последний поход в лес. В сказках герои часто умудрялись перехитрить духов, но получится ли это у меня?

– А как зовут тебя? – глаза Хискаллы блеснули сиреневым.

– Гирш, – представился я. – Воин Картора. Приятно познакомиться.

Она опустилась на землю, задумчиво покачивая перевязью.

– А ты обучен манерам. Это хорошо. Но просто так я тебе меч не отдам. Пройди моё испытание, и сможешь попросить что хочешь, – её сиреневые глаза смотрели мне в душу.

– Испытание? – внутри похолодело. – Мне придётся убить своего собрата? Или снять шкуру всех зверей в округе?

Хискалла вздохнула.

– Люди такие жестокие... Нет. Сыграй со мной в игру. Она очень простая.

Девушка присела и начертила кончиком меча на снегу четыре пересекающиеся линии.

– Ты ставишь крестик, а я – кружок. Кто поставит три в ряд – выигрывает. Если сможешь меня победить – выполню твоё желание. Если выиграю я, или не выиграет никто – меч останется у меня навсегда. Согласен?

Я растерялся:

– Это что, шутка?.. Это же детская игра. Да я в неё всё детство играл!

Девушка выслушала меня с улыбкой.

– Так давай, сыграем. Я начну.

Она нарисовала кружок в левом нижнем углу.

– Твой ход.

Я хмыкнул и нарисовал размашистый крест в самом центре. Девушка задумалась на миг и поставила кружок в правом верхнем углу. Мой ход был очевидным – крест наверху и слева.

– Вот и всё, – Хискалла нарисовала кружок в противоположном углу. – Ты проиграл, воин Гирш из Картора.

Я внимательно посмотрел на поле, и дыхание перехватило. Куда бы я ни ставил свой крест, девушка выигрывала. Меня поймали простецкой комбинацией.

– Невозможно! – вырвалось у меня. – Это же детская игра!

Хискалла рассмеялась.

– И ты в ней проиграл! Поэтому меч теперь мой!

Она легко вскочила на ноги и вмиг оказалась у ручейка.

– Впрочем, ты можешь попробовать прийти завтра и отыграться. Но только, – она пронзила меня своим сиреневым взглядом, – никому об этом не рассказывай. Иначе этот меч ты больше не увидишь.

Хискалла стала прозрачной, как вода, и разлетелась брызгами вместе с мечом.

– До завтра, Гирш, – шепнул мне на ухо девичий голос. – Буду ждать.

Я несколько мгновений стоял неподвижно, затем встрепенулся и быстрым шагом пошёл к деревне. Внутри созрела твёрдая решимость.

Я верну меч Ингри!

*****

– Ты куда в такую рань? – позёвывая, спросил Аунри.

Я накинул на себя жилет, проверил кинжал на поясе и улыбнулся.

– Тренироваться.

– Ещё не надоело? – он вздохнул. – Хотя бы к обеду приходи.

– Хорошо! – ответил я, выскакивая из дома и переходя на бег. Сегодня точно отыграюсь!

Уже месяц я безуспешно пытался победить Хискаллу. Каждая игра заканчивалась или её победой, или ничьей. Дух Ручья словно знала наперёд, куда я собираюсь ходить. Поначалу меня это раздражало, но теперь стало традицией. Я даже не так сильно хотел вернуть потерянное, как доказать Хискалле, что могу её одолеть.

– Ты сегодня рано.

Она откинула волосы, окропив траву водой. Сиреневые глаза продолжали смотреть мне прямо в душу.

– В этот раз точно выиграю! – я достал из-за пазухи листок бумаги и уголёк. – Начинай.

Сначала мы играли всего лишь один раз в день. Потом стало теплее, и количество игр увеличилось. Снег вскоре сошёл, и мне пришлось приносить с собой материал для игры. Но сколько бы я не тренировался дома, результат оставался одним.

Хискалла взяла уголек и как обычно нарисовала круг в левом нижнем углу. Я ответил ей крестом в центре. Девушка хмыкнула и поставила кружок а противоположном углу. Следующий крестик занял место наверху.

– Хмм, – девушка задумалась. – Ты стал играть лучше.

Она поправила волосы и нахмурилась. Я подумал, что эта эмоция ей шла. Изгиб бровей, красивые глаза, тонкая линия губ. Наверное, по меркам нашей деревни она была красавицей.

Мне всё чаще хотелось неотрывно смотреть на неё, а не на поле для игры.

– Вот так, – девушка начертила кружок внизу поля и подняла глаза. – Что-то с моим лицом?

– Нет, всё в порядке, – я спешно посмотрел на поле и нарисовал крест в правом нижнем углу. – Твой ход.

– Ничья, – ответила Хискалла, не сводя с меня глаз.

Раньше, когда она заранее предсказывала финал, я всегда спорил, но теперь просто принимал это как должное. Зачем сотрясать воздух, если она всегда права?

– Почему ты смотрел на меня, а не на поле? – допытывалась Хискалла.

– Не знаю, – смутился я. – Может быть, ты мне нравишься?

– Нравлюсь?..

Девушка вскочила на ноги. Я почувствовал, что тону в её сиреневых глазах.

– Ишь чего удумал! – она почему-то разозлилась. – На сегодня всё!

– Хис!

– До завтра, Гирш! – Хискалла отвернулась и рассыпалась на капли.

Я стоял, слушал пение птиц и чувствовал непривычную тяжесть в груди. Наверное, для неё это действительно всего лишь несерьёзная игра. Простой человек, очевидно, не ровня Духу.

Вот только что теперь мне делать со своими чувствами?

– Хис, привет.

Я укутался в плотную ткань накидки. Сквозь густой туман лес был едва виден. Где-то на дереве хрипло каркала ворона, разгоняя утреннюю тишину. Сейчас ручей журчал особенно громко. Уже неделю я ходил сюда, но Хискалла не появлялась. Наверное, ей, как Духу, была противна сама мысль о том, что она понравилась какому-то человеку. Но я не сдавался.

– Мы с тобой не доиграли. Выйди, пожалуйста.

Ручей продолжал журчать в тишине.

– Я придумал, наконец, как тебя победить. Ну же, давай!

В чаще раздалось негромкое ворчание. Я насторожился и нащупал под накидкой рукоять ножа. Этот звук не похож на журчащий голос Хискаллы. Он похож на дикого зверя, готового впиться мне в горло. Из тумана показались волчьи морды. Я насчитал четверых и уже был готов вступить в бой, как услышал скрипучий голос:

– Вот это встреча! Никак сам сын Ингри встретился мне на пути.

Из тумана выплыла чёрная фигура. Я сразу понял, что это не человек, уж больно странно выглядел незнакомец: светящиеся сквозь туман глаза, рога на голове, вьющийся у ног хвост.

Прямо как рассказывал отец.

– Удивительно. Обычно люди не выходят в такую погоду, – Дух держал волков на одном длинном поводке, звери скалились, глядя на меня. – Видимо, это судьба. Мои мальчики изголодались по мясу.

Дух хлестнул волков поводком, те покорно заскулили.

– Стой!

Между нами с Духом проявилась Хискалла. Она развела руки в стороны, встав спиной ко мне. Я почувствовал лёгкую неловкость от того, что меня защищает девушка, но здравый смысл подсказывал не лезть в сражение Духов.

– Не позволю пролить кровь на моей земле! – голос Хискаллы ручьём разлился по туманному лесу.

– Молчать! – Дух приблизился к девушке. – Никто не смеет перечить мне, Криху, покровителю волчьих стай!

Он наотмашь ударил Хискаллу, та отлетела на несколько шагов и врезалась в дерево. Я услышал очень нехороший хруст, девушка растянулась на земле в неудобной позе.

– Хис!

Я в один миг оказался рядом. Она лежала на боку, платье было разорвано. На дереве и на траве блестела алая кровь.

– Всё хорошо, – Хискалла села, опёршись на мою руку. – Беги быстрее! Не думай обо мне...

– Ещё чего! – воскликнул я. – Мы с тобой еще не доиграли!

– Какая картина! – Крих нервно хлестнул хвостом по траве. – Дух и человек! Вам никогда не быть вместе, но вы готовы умереть друг за друга!

Он усмехнулся:

– Любовь слепа, – Крих натянул поводок. – А теперь пора умирать.

– Не могу драться с ним сейчас, – Хискалла поморщилась от боли. – Нужно восстановить силы.

– Я задержу его сколько смогу.

– Нет, – девушка помотала головой. – У человека нет шансов в битве с Духом. Я могу дать тебе силу, но ты уже никогда не станешь прежним.

Хискалла сиреневым взглядом опять смотрела мне прямо в душу.

– Ты согласен?

– Конечно!

– Вперёд, мальчики! – Крих отпустил поводок, и волки ринулись в нашу сторону.

Хискалла прикоснулась к моей груди и что-то прошептала. Мир вокруг забурлил и замер, словно я резко опустился на дно реки. Волки застыли в двух шагах от меня, их открытые пасти не меняли своего положения. Я обернулся к девушке, но её не было рядом.

– Мир – это один большой ручей, – голос Хискаллы доносился отовсюду. – Теперь ты можешь превратить его в медленную реку. Используй эту силу с умом.

Я встал и вытащил кинжал из ножен. Было немного нечестно убивать волков без сопротивления, но у меня не осталось другого выбора. Я вонзил кинжал в горло ближнему волку, лезвие легко прошло насквозь и вышло чуть ниже затылка. Убивать оказалось гораздо проще, чем я думал.

– Прости меня, – прошептал я, подходя к другому волку. С оскаленных зубов вниз тянулась ниточка слюны. – Мне придётся это сделать.

Перед третьим волком я тоже извинился. Вокруг снова зазвучал голос Хискаллы.

– Не забудь вернуть течение обратно. Иначе можешь остаться в медленных водах навсегда.

Я представил, как вода вокруг постепенно ускоряется, и мир вернулся в привычное русло. Волки рухнули замертво, забрызгивая землю кровью. Где-то в лесу хрипло закаркала ворона.

– Неплохо, – Крих ухмыльнулся. – Такого я не ожидал. Получить Дар напрямую от Духа и в тот же миг его использовать. Повторишь?

Он приготовился к рывку, сузив красные глаза. Я вновь представил как мир становится медленной рекой, но в этот раз глубоко погрузиться не получилось. Тёмный Дух двигался как заправский воин Картора, расталкивая перед собой туман.

Вот только для меня этого было достаточно.

Поднырнув под когтистой лапой, я воткнул нож Криху в правый бок. Руку свело резкой болью, как будто удар пришёлся по камню, но клинок остался в Духе. Крих заревел и попытался хлестнуть меня хвостом, но я ушёл и от этого удара.

– Отправляйся во Тьму!

Я с силой пнул нож, вгоняя его глубже в плоть Духа. Крих сделал два шага назад и полностью растворился в тумане.

– Неплохо, воин Гирш. Сегодня ты победил. Но теперь в лесу тебе не будет покоя!..

На меня накатила такая слабость, что я не удержался и плюхнулся на траву.

– Хис! – позвал я. – Хис! Он ушёл! Ты в порядке?

Хискалла появилась прямо передо мной. Платье на ней уже было целым, без единого пятнышка крови.

– Гирш, ты сам в порядке? – она потрогала мой лоб. – Я никогда не Одаривала человека, поэтому очень боялась за тебя!

– Всё хорошо. Вроде бы.

– И у меня всё хорошо, – Хискалла слабо улыбнулась. – Только очень хочу спать. Ты дойдёшь до деревни? Давай завтра обо всём поговорим.

Я кивнул. Отдохнуть было просто необходимо.

*****

– Мне было страшно.

Мы с Хискаллой сидели на бревне и смотрели на закатное солнце. Я оттащил волков в деревню, словно убил их на охоте. Жрец принял подношение храму, хоть и долго рассматривал раны. Кажется, я всё равно не убедил его, что просто охотился.

– Ты всегда хотел только победы, и вдруг сказал такие слова, – девушка улыбнулась. – Мне никто такое не говорил. А потом я представила, что ты победишь и перестанешь приходить. Поэтому я и не стала играть.

– Вот как.

Я почесал в затылке. Внутри разлилась приятная теплота. Хотелось сказать очень многое, но с чего же начать?

– Ты действительно стала для меня важнее игры и меча. Но уговор есть уговор.

Я начертил на мокрой земле поле. Хискалла глубоко вздохнула и потянулась мечом к левому нижнему углу.

– Позволь мне начать, – я начертил крестик в центре. – Твой ход.

Девушка нахмурилась, но все равно нарисовала кружок в левом нижнем углу. Я начертил крест в противоположном углу.

– Странно, – пробормотала Хискалла и поставила круг слева.

– Вот и всё, – я нарисовал крестик в левом верхнем углу. – Ты проиграла.

Девушка на миг задумалась и кивнула.

– Да, поймал меня почти, как тогда в первый раз я поймала тебя. Ну что же, чего ты желаешь?

– Тебя.

– Что? – растерянно переспросила Хискалла.

– Хочу, чтобы ты была со мной до конца жизни.

Девушка шумно выдохнула.

– Гирш, мы...

– Ты не можешь уйти с этого места?

– Я Дух ручья, а не его пленница, – едва заметно улыбнулась Хискалла.

– Тогда ты не хочешь?

– Нет, просто... – она замолчала и опустила взгляд. – Почему именно это твоё желание?

Я задумался на миг.

– Не знаю. Может любовь и правда слепа. А может, мне не нужен меч, если мне некого им защищать.

– Да от кого меня можно... – девушка не договорила и вновь замолчала. – Последний раз спрашиваю, это и есть твоё желание?

– Именно так.

– Ну смотри, не пожалей об этом, – Хискалла взяла меня за руку и улыбнулась. Я улыбнулся ей в ответ.

И ни разу не пожалел об этом.

Межсезонье. Прощальная песнь Аурлы

Луна ярко светила на безоблачном небе, окрашивая дома племени Ратарн в неестественно белый цвет. Кар'я повесила большую медвежью шкуру на веревку и выдохнула. Сегодня был трудный день: охотники вернулись без добычи, а Старшая предрекла скорое несчастье.

– День уже кончился, но всё хорошо, – Кар'я улыбнулась сама себе. – Кому-то пора на покой...

Ночь огласил громкий гортанный крик, словно дикая птица Аурла спустилась с гор, чтобы порезвиться перед долгим сном. Но девушка уже слышала этот крик, в далёком детстве, когда отец и мать оберегали её ото всех напастей.

Так кричали воины племени Орог-Ха, когда шли на войну.

Кар'я не успела и пикнуть, как её повалили на землю, надели мешок на голову и связали руки толстым жгутом. Девушка слышала звуки борьбы, голоса соплеменников и яростные вопли Орог-Ха.

Кар'я лежала молча, боясь пошевелиться. Она помнила, в тот день мама тоже кричала, когда отец упал в крови на землю. Стрела, вонзившаяся ей в горло, прервала прекрасный мамин голос навсегда. Воинственное племя с Холодных Гор считает женщин, смеющих поднимать голос, порождениями Тёмных Духов. А с ними Орог-Ха никогда не церемонились.

Звуки битвы начали затихать. Племя Ратарн часто было целью других более агрессивных племён. Считалось, что духи Горы основали это поселение давным-давно, желая поработить окрестные земли, и поэтому раз в несколько лет на Ратарн нападали враги. Кар'я думала, что это лишь оправдание, ведь земля её племени была очень плодородной.

Девушка услышала негромкие стоны неподалёку. Похоже Орог-Ха собирались взять в плен не только Кар'я. Она почувствовала едва различимый аромат летнего луга в дождливый вечер и сразу успокоилась.

Нарн'ё был ещё жив.

Раздалась пара криков, и Кар'я грубо подняли на ноги. Девушка услышала недовольное ворчание прямо перед собой. Орог-Ха говорили на другом языке, но она поняла несколько слов.

«Бой», «Веселье», «Смерть».

Кар'я поняла, куда их забирают, и ей впервые за день стало по-настоящему страшно. Ей придётся драться за жизнь со своими соплеменниками, чтобы войти в племя Орог-Ха.

За отказ от участия Туран-Ох Ра-ор девушку ожидает смерть.

Кар'я легко перекинули через плечо и куда-то понесли. Девушка не боялась будущего, она знала, что совсем скоро её ждёт смерть. Ведь на "Весёлом бою насмерть" соплеменники убивают друг друга на потеху зрителям.

*****

Кар'я бесцеремонно бросили на землю и сняли мешок с головы. Девушка открыла глаза, но всё равно ничего не увидела. Вокруг раздавались голоса Орог-Ха, они говорили негромко, словно обсуждали что-то. Или кого-то.

«Девушка», «Сила», «Бой». Кар'я поняла, что говорят про неё. Она слышала, что не всех девушек отправляли на Весёлый бой, иногда их отдавали в наложницы. Кар'я не хотелось такой судьбы, она предпочла бы умереть с мечом в руках на глазах у сотни Орог-Ха, чем прожить долгую и несчастную жизнь в власти богатого жреца.

«Бой», «Уверенно».

Кто разрезал верёвки на руках девушки и толкнул её. Кар'я несильно ударилась лбом о сырую землю. Разговор Орог-Ха начал удаляться, а затем раздался лязг металлического засова. Из немногих знакомых слов Кар'я поняла, что её всё-таки оставили для Боя.

Девушка немного приободрилась и начала ощупывать землю перед собой. Поверхность была бугристой и прохладной. Глаза Кар'я начали понемногу привыкать к темноте, и девушка поняла, где оказалась. Небольшая пещера, которая освещалась лишь тусклым светом Мерцающей Плесени, скорее всего ,служила тюрьмой для пленников, их последней остановкой перед Весёлым Боем. В племени Ратарн рассказывали, что драться нужно было тем, что найдёшь в такой пещере перед боем.

Кар'я поднялась на ноги и расправила плечи. Если это правда, то ей нужно поторопиться. Орог-Ха обычно не задерживаются со своей кровавой церемонией. Девушка оглянулась, и сердце в её груди свело болью. Она была не одна в этой пещере.

У дальней стены на спине неподвижно лежал Нарн'ё.

Кар'я бросилась к парню. Он размеренно дышал, иногда подёргиваясь в забытьи. На его правой руке был криво намотан кусок ткани, пропитанный кровью. Похоже, он не сдался врагу без боя.

– Нарн, – негромко позвала девушка. – Нарн, это я.

Парень медленно открыл глаза.

– Привет, Кар, – он улыбнулся. – Похоже, мы живы.

– Да, – Кар'я тоже улыбнулась. – Тебя сильно зацепили.

– Жизнь двоих Орог-Ха разменял на правую руку, – парень хмыкнул и сел на земле. – Совсем не сильно...

– Я помогу.

Девушка аккуратно размотала ткань и осмотрела рану. Зазубренные топоры Орог-Ха могли отсечь коню заднюю ногу в районе бедра, но Нарн'ё повезло, и лезвие лишь рассекло руку до кости. Такое ранение не было проблемой для Кар'я.

Она положила обе руки по краям разреза и сосредоточилась.

«Пожалуйста, выслушайте мою просьбу».

Девушка несколько раз проговорила мысленно эту фразу. Наконец, она услышала ответ.

«Что тебе нужно, дитя Ратарна?»

Кар'я выдохнула. По её телу пробежали мурашки. Голос был ровным, но в нём чувствовалось бесконечное могущество.

«Вылечи рану этого человека. Он очень дорог мне, я не могу видеть, как он страдает».

Нарн'ё удивлённо смотрел на девушку, не понимая, что происходит.

«Хорошо, дитя. Мы исполним твою просьбу»

Руки Кар'я засияли ровным синим светом, края раны начали медленно стягиваться. Когда от раны ни осталось ни следа, девушка вновь услышала голос.

«Будь осторожнее, дитя Ратарна. Остерегайся того, кто принесёт облегчение»

– Спасибо, – Нарн'ё смущённо отвёл взгляд. – Я не знал, что птица Аурла подарила тебе голос.

– Это случилось две луны назад, – Кар'я покачала головой. – Я всё равно не стала бы новой Старшей, у неё есть наследники. Были...

Девушке вдруг стало очень грустно. Она ведь никогда не увидит родное племя, не посидит у огня с маленьким братом Нарн'ё, не станет бороться с подружками за право вешать бельё по ночам. Это всё у неё отняли воины Орог-Ха.

– Если мы победим в Бою, то сможем уйти из племени, – Нарн'ё легко погладил девушке по руке.

– Но я не хочу убивать!

Девушка закрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от Нарн'ё. Ужас ситуации полностью поглотил Кар'я. В тот же миг она почувствовала, как её обхватили знакомые с детства руки, а в нос ударил аромат дождливого луга.

– Я знаю, – Нарн'я крепко сжимал девушку в объятьях. – Мы что-нибудь придумаем.

– Я так устала… – Кар'я ощутила ужасную слабость во всём теле. – Хочу спать… Пусть это будет лишь дурной сон…

– Отдыхай, – парень улыбнулся. – Хочешь, буду твоей подушкой?

Кар'я не ответила. Она уже ровно дышала, крепко сжимая Нарн'ё и видела сон. Там она бежала под дождём вместе со своим лучшим другом и беззаботно смеялась, падая в высокую мокрую траву.

*****

Солнце стояло в зените и освещало большую круглую арену, огороженную высоким земляным валом. Вокруг толпились люди племени Орог-Ха, даже дети прибежали смотреть на кровавый ритуал. Весёлый Бой проходил после каждого удачного набега, чтобы задобрить Светлых богов и принести удачу в будущем. Кар'я подумала, что это плохие боги и крепко сжала руку Нарн'ё. Парень ответил ей тем же.

Они стояли у входа на арену в ожидании своей судьбы. Рядом были пленники из других племён, юноши и девушки, они были запуганы и жались друг к другу. Кар'я не видела среди них кого-то ещё из Ратарна. Наверное, Весёлый Бой предполагал только молодые жертвы, и ими станут Нарн'ё и Кар'я.

В центр поля вышел вождь Орог-Ха. Старый, но совсем не дряхлый, с его плеч свисала звериная шкура, а голову венчал череп оленя. Вождь начал говорить нараспев, и теперь Кар'я не могла разобрать даже отдельные слова.

– Жалко, что мы ничего не понимаем, – шепнул Нарн'ё. – Если умирать здесь, то хоть знать, за что.

Девушка кивнула и сосредоточилась, повторяя мысленно одну и ту же фразу.

«Пожалуйста, выслушайте мою просьбу».

В этот раз ответ Кар'я получила незамедлительно.

«Что ещё тебе нужно, дитя?»

Голос был таким же безмерно могущественным, как и раньше. Девушка собралась с мыслями.

«Позволь мне и Нарн'ё понимать речь племени Орог-Ха. Мы должны знать, за что умираем сегодня».

Голос ответил не сразу, словно раздумывал.

«Да будет так, дитя Ратарна. Будь готова заплатить цену»

Кар'я не почувствовала ничего особенного. Вождь продолжал издавать гортанные звуки на своём языке. Только что-то несильно кольнуло в виске.

-...И этот день станет таким же! – вождь неожиданно закончил свою речь понятным для девушки языком. Нарн'ё нахмурился, он тоже научился чужому языку. Кар'я запоздало подумала о цене за этот дар. Тем временем вождь повернулся к пленникам и широко улыбнулся.

– Вы станете новыми воинами племени Орог или погибнете во славу Светлых! Сейчас мы бросим жребий, чтобы определить пары…

– Похоже, птица Аурла и мне голос подарила, – Нарн'ё вздохнул. – Жаль, что она не карает врагов.

К вождю подошли двое помощников, одетых в белоснежные накидки. Один из них нёс в руках красный мешок с чёрным крестом. Кар'я поняла, что это и есть жребий, и захотела ещё раз попросить могущественных покровителей. Пусть ей выпадет не Нарн'ё, кто угодно, кроме него.

Девушка помотала головой. Нельзя докучать высшим силам по пустякам. Ведь это невозможно, вокруг столько других пленников...

Вождь медленно достал из мешка два маленьких ремешка с ромбическим узором. Символ племени Ратарн. Внутри Кар'я всё похолодело.

– Похоже, Светлым хочется забрать к себе одного из проклятого племени, – вождь пожевал губами. – Да будет так!

Девушка словно в забытьи взяла из рук воинов Орог-Ха короткий прямой меч и прошла внутрь ринга. Из худшего случилось худшее. Кар'я не отрывала взгляд от Нарн'ё, который тоже вооружился и задумчиво смотрел на свой меч.

– Я не буду с тобой драться! – воскликнула девушка. – Лучше пусть нас убьют они!

Нарн'ё молчал. Вождь улыбнулся, не понимая слов Кар'я.

– Тот, кто победит сегодня, войдёт в наше племя как герой, переступивший чрез себя! Сражайтесь же!

– Я не буду… – обессилено произнесла девушка. – Не буду.

Нарн'ё внезапно усмехнулся.

– Смотри, они дают зарок, что не убьют победителя.

Парень покачал головой и пошёл к девушке. Она разглядела в его глазах опасный огонёк.

– Я так подумал, – Нарн'ё подошёл вплотную, – а почему бы и нет? Зарезать глупую девчонку будет так просто.

Он махнул мечом, задев плечо Кар'я. Девушка отскочила, зажимая раненую руку.

– Что?.. Но ведь мы!.. Мы же с тобой!.. – она была в смятении. Нарн'ё криво улыбнулся.

– Ты про ту свадьбу, что спланировали наши родители? Брось, нас ничего не связывает. Я хочу жить, поэтому…

Он замахнулся, готовясь нанести удар.

– Умри, Кар!

Девушка зажмурилась и выставила вперёд меч. Раздался противный звук, будто деревянная палка вошла в трясину. Кар'я открыла глаза.

Острый меч проткнул Нарн'ё в центре груди, по лезвию бежали тонкие красные струйки. Девушка испуганно отпустила рукоятку и парень, уронив своё оружие на землю, медленно завалился на спину.

– Прости… – прошептал он с улыбкой. – Только так… Теперь ты живи… За нас…

Кар'я упала на колени рядом с ним. На земле разливалась лужа крови, меч Орог-Ха не оставил Нарн'ё шансов. Девушка попыталась вытащить острое лезвие из раны, но парень лишь покачал головой.

– Нет… Живи… Прости, Кар.

– Не говори ничего! Я вылечу тебя! – Кар'я попыталась сосредоточиться, но ничего не вышло. – Голос Аурлы поможет мне!..

Нарн'я по-доброму улыбнулся и легко сжал руку девушки.

– Всё в порядке. Не надо.

И он замолчал, продолжая улыбаться, только его глаза стали как две бусинки, неподвижные и неживые. Кар'я поняла, что опоздала. Аурла забирает к себе только один раз и никогда не возвращает обратно. Девушка неотрывно смотрела на мёртвого человека, который пошёл на обман, пытаясь сохранить ей жизнь.

– Это очень необычно, – голос вождя был где-то очень далеко, – ведь женщины Ратарна не умеют сражаться… Она кричала во время боя! Это Тёмные говорили через её уста!

Кар'я было всё равно, что он говорил. Она отняла жизнь у своего жениха, и по законам Ратарна не имела права жить. Пусть Нарн'ё отрицал свои искренние чувства, этому не отменить силу Долга.

– Убейте Тёмного проводника! – закричал вождь.

– Да, – прошептала Кар'я. – Быстрее, убейте меня…

«Разве это справедливо?»

Подул сильный тёплый ветер. Голос был не похож на предыдущие. Девушка удивлённо подняла голову. Мир вокруг словно окатили водой, а потом заморозили, и теперь он так и застыл разноцветными потёками.

Рядом с вождём стоял человек в серой накидке. Его короткие коричневые волосы слегка развевались, словно на ветру, а глаза сияли ярко-бирюзовым цветом. Под накидкой Кар'я разглядела металлические доспехи, а на поясе – длинный меч в богатых резных ножнах. Незнакомец выглядел как житель Племени Севера, которые иногда покупали у Ратарна пушного зверя.

– Кто ты? – вырвалось у девушки.

Он улыбнулся и прищурился.

– Можешь звать меня Грейтхем.

*****

Грейтхем оценивающе огляделся. Время вокруг не двигалось, поэтому появление таинственного человека никто не заметил. Кар'я подумала, что так просто меняют под себя мир только очень могущественные существа. Например Тёмные Духи.

– Что тебе нужно? – твёрдо спросила девушка.

– Хмм, – Грейтхем задумался. – Да ничего. Это тебе нужно.

Он подошёл ближе, бряцая ножнами на каждом шагу.

– Зачем ты его так держишь? Он уже не убежит.

Грейтхем расплылся в улыбке, от которой веяло холодом, и Кар'я сильнее сжала мёртвого Нарн'ё.

– Не надо так на меня смотреть. Согласись, он глупо погиб. Надеялся, что спасёт тебя, даже соврал о своих чувствах. А теперь вождь хочет убить победителя. Несправедливо.

Кар'я опустила глаза. Нарн'ё продолжал улыбаться, глядя стеклянными глазами в никуда. Девушка заботливо поправила ему волосы.

– Значит... – её голос дрогнул. – Он и правда соврал?

Грейтхем кивнул, его волосы всколыхнулись как от неожиданного порыва ветра. Он присел на землю рядом с девушкой.

– Благородный поступок, да. Наверное, не хотел, чтобы ты грустила о нём. Но его уже не спасти.

Кар'я медленно кивнула. Ей было очень больно, кто-то будто вонзил острый нож в сердце. Девушку переполняли эмоции: печаль, тоска, злость, ненависть, – но она не могла их выразить, поэтому просто сидела и держала в руках Нарн'ё.

– Впрочем, восстановить справедливость тебе по силам.

Грейтхем поднялся, и Кар'я увидела, как ярко сияют его бирюзовые глаза.

– Ты же слышишь Их, верно? Ну, конечно, иначе я бы тут не стоял. Попроси Их помочь.

Девушка нахмурилась.

– Они и так мне достаточно помогли. Зачем беспокоить их по пустякам?

Грейтхем пожал плечами.

– Справедливость для тебя пустяк? Тогда ты умрёшь, и Нарн'ё пожертвовал собой просто так.

Кар'я сжала кулаки. Ей не хотелось такой участи для жениха, но этот Грейтхем выглядел очень подозрительно.

– Выбор за тобой, – он поднял голову, заслоняясь от солнца. – Но мне кажется, ты уже решила.

Девушка чувствовала, что делает неправильный выбор в любом случае. Голос предостерёг её от «несущего покой», но желание отомстить племени Орог-Ха было слишком сильно. Кар'я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

«Пожалуйста, выслушайте мою последнюю…»

Ответ пришёл быстрее, чем девушка успела додумать.

«Мы не можем воскресить его, дитя Ратарна»

Внутри Кар'я всё сжалось. Она была готова к этому, но услышать такой резкий отказ оказалось очень больно. Грейтхем вздохнул и покачал головой.

– Ты решила просить о другом. Не затягивай с этим.

Девушка кивнула.

«Я хочу попросить о другом...»

«Мы поняли, что ты хочешь. Ты уверена?»

Голос звучал удивлённо.

«Это изменит твою природу»

– Всё равно! – закричала Кар'я. Слёзы текли по её щекам. – Мне уже… всё равно…

«Да будет так, дитя. Прощай, Кар'я из племени Ратарн. Здравствуй, Несущая Справедливость»

Мир вокруг начал обретать чёткость. Девушка уже могла различить кричащего вождя Орог-Ха, но зрители Весёлого боя всё ещё сливались в одно разноцветное пятно. Грейтхем улыбнулся и поправил меч на поясе.

– До встречи, Кар'я. Да осветит Свет твой долгий путь во Тьму, – с последним словом он растворился в воздухе, оставив после себя лишь тёмно-серое облачко.

Девушка отпустила Нарн'ё и медленно поднялась на ноги. Ей было очень легко, словно она оказалась на дождливом лугу, покрытом высокой травой. Воздух вокруг посвежел, в лицо Кар'я подул тёплый ветер, и мир вернулся в привычное состояние. Вождь яростно смотрел на девушку, сжимая кулаки.

– Тёмный проводник должен умереть во славу Светлых! – он отступил на шаг. – Быстрее!

Кар'я закрыла глаза и улыбнулась.

«Я хочу отстоять справедливость любым способом»

Сначала Аурла подарила ей голос, затем слух. А теперь она подарила свои крылья, твёрдые как камень и острые как скалы Севера. Девушка взмахнула рукой, и сильный порыв ветра взметнул в воздух тучу пыли. Зрители закричали и начали в страхе разбегаться во все стороны.

– Скольких вы убили на этом ритуале? – спросила Кар'я. Собственный голос показался ей чужим.

– Тёмный Дух... – вождь упал на колени. – Пощади нас!

– Это будет несправедливо, – девушка покачала головой. – Ваше племя должно заплатить соразмерную цену.

Кар'я вытянула вперёд правую руку. Во все стороны от неё расходилось синеватое свечение.

– Пусть прорастёт камень там, где ступит нога проклятого племени…

Из-под земли вокруг девушки в небо взвились чёрные кристаллы. Вождь испуганно вскрикнул и упал на спину.

– И за каждого невинно убитого обратится в камень одно дитя Орог-Ха…

Вождь громко закричал, его тело начало стремительно покрываться блестящей коркой. Он хотел что-то сказать, но лишь захрипел. Кар'я продолжала говорить, её голос совсем перестал походить на человеческий.

– И очистит эту землю роса Аурлы…

Из земли забили ручейки ярко-синей жидкости. Она быстро стеклась в лужицы, и воздух над ними зарябил как в жаркий день.

– И сама Небесная Птица возвестит о проклятии детей Орог-Ха!

Из маленьких лужиц в воздух потянулись бирюзовые капли. Над землёй образовался шар, который стал стремительно менять форму. Длинный чёрный хвост, огромные перепончатые крылья, острая морда на длинной шее, четыре когтистые лапы… Именно такой Кар'я всегда представляла Аурлу. Небесная птица расправила крылья, блеснув на солнце металлическими перьями и резко взмыла в небо, сломав несколько чёрных кристаллов, торчавших рядом.

Кар'я смотрела на несущуюся в небо Аурлу и улыбалась. Девушка чувствовала себя абсолютно счастливой, как будто только что исполнила главное предназначение своей жизни. Но счастье длилось недолго.

Кар'я почувствовала, что где-то далеко сотворилось нечто несправедливое, и от этого девушке стало очень больно. Нужно было идти туда немедленно, и Кар'я знала самый короткий путь. Девушка оценивающе прищурилась и с яркой вспышкой исчезла, оставив после себя лишь сине-бирюзовое озеро, из которого торчали вверх ломаные чёрные кристаллы.

Где-то высоко в небе протяжно кричала Небесная Птица Аурла, возвещая конец племени Орог-Ха.

Глава II. Лето

Я поворошил костёр обожжённой палкой и подкинул её в огонь, подняв в воздух сноп искр. День только начинался, на востоке небо уже посветлело, но первые лучи солнца ещё не коснулись лесной поляны, а звёзды отчётливо виднелись в летнем небе. Следующей на пост должна была заступить Тавия, но совесть не позволяла мне будить девушку так рано.

Мы вышли в поход в прошлом месяце и прошли уже две трети Пути Героя. Кроме Картора свиту представлял город Гортхольм и эльфы во главе с принцем Лиаикаем. Эльфийский отряд должен был защищать нас от грабителей или диких зверей, но такой возможности им не выпало. Путь Героя шёл без происшествий.

В кустах что-то зашуршало, и на ветку выскочила чёрная белка. Я улыбнулся и негромко сказал ей:

– Хорошо, что ты вернулась сейчас. Эльфы на меня косо смотрят, стоит только использовать Дар.

«Эльфы! Странные! Зачем они здесь?!»

Белка несколько раз махнула пушистым хвостом.

– Охраняют нас от врагов, – я пожал плечами и подкинул в костёр пару сухих веток. – Ты разведала местность?

«Чёрных ревунов нет! Серых воющих тоже нет!»

Белка моргнула и перепрыгнула с ветки на ветку. Я снова отметил про себя, что голоса животных отличались так же, как у людей. Вайри говорила немного протяжно, даже задумчиво, птицы в лесу пели сладкими голосами, а белки звучали резко и отрывисто, словно куда-то спешили.

«Твоя очередь!»

Я кивнул и достал из кармана огниво. Мы договорились, что за разведку белка получит "горячий камень", и свою часть сделки животное честно выполнило.

– Не сожги весь лес, – шутливо нахмурился я. Белка дёрнула хвостом в разные стороны и, схватив огниво, юркнула в тёмную чащу.

«Спасибо! Хорошего пути!»

Я посмотрел вслед белке и невольно вздохнул. Всё весну в Карторе мы тренировались владеть мечом, защищать будущего Героя до своей смерти. Но ничего этого не пригодилось, эльфы словно отталкивал всё плохое своим присутствием. Слова белки заставили задуматься, не слишком ли хорошо идёт наш поход?..

– Привет, Ракки, – тихий голос со стороны палатки заставил меня оторваться от серьёзных мыслей. – Чудесное утро, да?

Вель прошёлся босиком по мягкой траве и потянулся. Я смотрел на него и думал, что он и правда самый достойный кандидат. Может, он и невысок, худощав, часто болеет, а когда размахивает мечом, быстро устаёт. Но его светлое лицо всегда вселяло в жителей Картора надежду. Вель потерял родителей ещё совсем маленьким, они ушли в лес на охоту, но не вернулись. Папами и мамами для него стали все взрослые селяне.

– Что нас ждёт сегодня? – спросил Вель, присаживаясь к костру и вытягивая вперёд руки. – Как думаешь?

– Медведей и волков поблизости нет, – я пожал плечами и снял с костра котелок. – А напасть на нас могут только дикие звери.

– Да? – удивился Вель. – Почему же нас тренировали сражаться с людьми?

Из палатки эльфов высунулась остроухая голова. По подвязанным волосам я узнал Лиаикая, глава эльфийского отряда блеснул бирюзовыми глазами и снова исчез внутри.

– Потому что Жрец не ожидал, что к нам кто-то присоединится.

– Но ведь это их священная обязанность, – Вель налил из котелка горячей воды в кружку. – Я думаю, что на выходе из леса мы встретим людей из Цвинстора, это посёлок недалеко от Алтаря Героя.

– Ты хорошо знаешь местность, – усмехнулся я. – Читал карты в Храме?

Вель смущённо помотал головой, длинные золотистые волосы хлестнули его по лицу.

– Нет, просто…

Парень взглянул на стремительно светлеющее небо.

– Я никогда не уходил из деревни. Когда меня назначили следующим Героем, то я очень испугался и перечитал все книги в Карторе. Священный долг каждого селения на Пути – выставить своих защитников, но Картор очень близко к Алтарю, и Путь проходит вдалеке от освоенных людьми мест, поэтому Свита получается небольшой. А ещё другие селения, выставляющие кандидатов, не заинтересованы в нашей безопасности.

Вель грустно улыбнулся.

– Описан случай, когда кандидаты в Герои сражались друг с другом прямо у алтаря. Конечно, сейчас это дикость, но это показательно. Наверное, нас готовили к возможной засаде, чтобы не повторить трагедию прошлых лет.

Я слушал Веля раскрыв рот. Он действительно подготовился к походу, но не так, как мы. Вель не мог тренировать мышцы, поэтому читал полезные книги. Будущий Герой грамотно использовал свою сильную сторону.

– А ещё здесь много разбойников в лесах, – Вель поднял на меня глаза, – но ты прав, Ракки. Они все боятся эльфов. Что даёт нам некоторое преимущество.

Он встал и отпил из кружки. На фоне звёздного неба он вдруг показался мне очень взрослым.

– Скоро утро. Разбуди Эрни, пусть заступит за Тавию. Глава городского дозора с радостью займёт место дочери Жреца. И поспи, пожалуйста, нам нужны силы для похода.

Вель вдруг спохватился и порозовел.

– Это не приказ!.. Это дружеский совет!..

– Всё в порядке, – я тоже поднялся, отряхивая росу с ножен. – И так собирался идти спать. Не переживай.

Я похлопал Веля по плечу и полез в свою палатку. Будущий Герой присел на моё место, отпивая из кружки тёплую воду и глядя на всё ещё звёздное небо.

Я разбудил Эрни, тот всё понял без слов и бесшумно вышел из палатки. На моём спальном месте мирно сопела Тавия, укрытая двумя медвежьими шкурами. Я невольно улыбнулся и, не раздеваясь, прилёг рядом.

Глаза стали быстро слипаться, а мысли начали беспорядочно бегать в засыпающей голове. Перед тем как провалиться в сладкий сон, я подумал, что Вель действительно достойный человек. Умный, рассудительный, добрый и начитанный.

Вот только должен ли в наше время таким быть Герой?..

*****

Мы продолжили двигаться по Пути Героя в полдень. Солнечные блики на лесном озере слепили, и я заслонился от них рукой, едва не выпустив поводья. Гирш, карторский лесничий, идущий рядом, негромко хмыкнул.

– Всю зиму было темно и холодно, – он похлопал своего коня по боку. – Андлин мог его не пережить. Лето будет коротким, Ракки, насладись им, пока можешь.

Седой лесничий поправил длинные волосы, связанные в хвост. Его лицо было изрезано глубокими шрамами, жёлтые глаза почти сияли на солнце.

– А мне как раз прохлада больше нравится, – я вздохнул. – Лучше бы шёл дождь.

– Сырость ведёт к болезням, – задумчиво сказал Гирш. – Пришлось бы оставить тебя в ближайшем постоялом дворе. А терять в таких местах мечника опасно.

Когда мы с Тавией были ещё совсем маленькими, Гирш провожал прошлого Героя в Путь. Тогда на свиту напали разбойники, рассчитывающие получить лёгкую добычу, но они не ожидали встретить там умелого фехтовальщика. Поговаривали, что Гирш раньше охотился на медведей с мечом, поэтому и получил такие страшные шрамы.

Я в эти слухи не верил, но спрашивать побаивался.

– О чём разговор? – справа меня догнала Тавия. На девушке был тёмно-синий плащ, под которым поблёскивали металлом лёгкие доспехи. Тавия уверенно держалась в седле, уроки стражников Картора не прошли для неё даром.

– О лете, – Гирш усмехнулся. – Молодым оно всегда кажется бесконечным. Разве нет?

Девушка задумалась, подбирая слова.

– Мне всё кажется бесконечным. Лето, осень, жизнь в деревне, наш поход. Я не думаю о том, что в конце, это слишком грустно.

– Беззаботная ты, – лесничий покачал головой. – Но это к лучшему.

Лёгкий ветерок создавал на озере рябь, и солнечные зайчики плясали по всему лесу. В кронах деревьев громко пели птицы, пахло свежей листвой и мхом. Я прислушался к очередной трели.

«Домой, домой! Лечу к детям домой!»

Мой Дар становился всё сильнее. Теперь я мог понимать любое живое существо, стоило лишь приложить немного усилий и сконцентрироваться.

– У нас в лесу всё по-другому, – протянула Тавия. Девушка оглядывалась по сторонам, едва не падая из седла. – То дикие волки, то медведь, то ещё что-нибудь нехорошее. А тут…

Тавия запнулась, но Гирш её выручил:

– Спокойно и мирно? Думаю, здесь полно опасного зверья, просто они боятся эльфов. И не зря.

Лесничий недовольно глянул на шедший впереди отряд Лиаикая. Принц ехал на вороном коне как статуя, не шевелясь. Его отряд шёл на своих двоих, не отставая от своего предводителя. Все эльфы носили одинаковую броню, словно сотканную из ремней, на поясе у каждого висел тонкий меч в изящных ножнах. Один из отряда обернулся к нам, сверкнув бирюзовыми глазами, и быстро отвёл взгляд.

– Проверяют, – скривился Гирш. – Не нравятся мне эти остроухие.

– Нельзя так относиться к другим расам! – нахмурилась Тавия. – Мы должны быть терпимыми!

Гирш приподнял бровь:

– Я разве сказал, что плохо отношусь ко всем эльфам? Моя жена эльфийка. И отец на четверть эльф. Мне не нравятся именно эти остроухие.

Тавия смутилась и ничего не сказала. Я снова посмотрел на отряд Лиаикая.

– Жена эльфийка? – спросила вдруг Тавия. – А почему она не заходит в город?

– Да что ей там делать? – усмехнулся Гирш. – Нам с Хис и в лесу живётся неплохо. Ну и ещё, люди боятся неизвестного. В Карторе, конечно, народ добрый, но вот в других селениях эльфов не жалуют.

– А почему они вообще нам помогают? Им так важно соблюдение наших традиций? Гирш, они ведь не помогали тебе в тот раз.

Я осёкся, но лесничий меня понял.

– Эльфы никогда не посвящают людей в свои планы. Они могут помочь, а могут и резко отказать. В Сказании о Первом Герое есть фраза: «Пришедший на поле, Эльф помог, но не стал обещать это боле».

– И что это значит? – спросила Тавия.

– Остроухие помогают, когда сами этого захотят, – Гирш пожал плечами. – И никто им не указ.

– То есть твоя жена управляет тобой, – задумчиво проговорила Тавия.

– Можно подумать у вас с Ракки иначе, – расхохотался лесничий. Девушка тоже улыбнулась. Я хотел возразить, но не стал. Один из эльфов снова обернулся и тут же отвёл взгляд. В этот раз в его глазах я заметил плохо скрываемую неприязнь.

– Кажется, – негромко сказал я Гиршу, – нам они тоже не доверяют.

– А это как раз объяснимо, – лесничий улыбнулся. – Мы ведь Одарённые, эльфы это чуют. Не удивляйся так, я будто что-то запретное сказал.

– Просто не привык ещё.

– Наверное, чувствуют конкуренцию, – Гирш хрипло рассмеялся. – Сами своей магией туда-сюда раскидываются, а людей таких не любят.

– А какой у тебя Дар? – тихо спросила Тавия. Лесничий почесал в затылке.

– Так просто и не скажешь. Вроде, когда достаю меч вокруг всё как в болоте становится. А кто со стороны меня видел, так наоборот говорят, что я становлюсь быстрым как молния.

Гирш посмотрел на наши с Тавией озадаченные лица и улыбнулся:

– Да ладно вам, потом как-нибудь покажу. Только подальше от ушастых, не хочется мне с ними ссориться.

Лесничий подмигнул нам и пришпорил лошадь. Я смотрел ему вслед и думал, что хочу быть таким же, не скрывать свой Дар, а гордиться им. Но смогу ли?

– Ракки.

Я повернулся к Тавии. Девушка ехала совсем рядом и крепко держала меня за рукав. Её глаза едва заметно блестели.

– Насчёт твоего Дара…

Впереди раздались крики, и эльфы в один миг остановились. Я вздёрнул свободную руку с кулаком, передавая всем позади сообщение: «Будьте настороже». Тавия выглянула вперёд, всё ещё не выпуская меня.

– Разбойники? – в голосе девушки чувствовалось волнение.

– Не похоже, – пробормотал я. – Пусти, подъеду ближе.

Внутри зародилось нехорошее предчувствие. Что-то шло не так, и мне это не нравилось.

*****

Пришпоренная лошадь в два прыжка обогнала отряд эльфов и вывела меня к развилке. Посередине дороги сидел человек, закутанный в рваные тряпки; его лицо скрывал глубокий капюшон. Рядом спешился Гирш, крепко сжимающий рукоять меча.

– Повторяю, назови своё имя! – выкрикнул лесничий. – Ты мешаешь Свите Героя!

Незнакомец не отреагировал, но мне послышался едва различимый смешок. Я подумал, что это смеялся предводитель эльфов, но Лиаикай бесстрастно глядел на преградившего нам путь оборванца.

– Ты слышишь вообще? – Гирш убрал руку с эфеса и подошёл ближе. – Может быть, глухой?

«Какой надоедливый»

Незнакомец неестественно быстро поднялся на ноги. В глубине капюшона зажглись белесые огоньки в том месте, где должны быть глаза. Он вытянул вперёд руку и неожиданно поклонился.

– Приветствую Свиту города Картор. Меня зовут Грейтхем, но вы можете звать меня Грей. Могу я увидеть самого Кандидата? – голос у незнакомца оказался громким, с лёгкой задоринкой. – Это необходимая формальность перед входом в город.

– Нет, – сказал позади нас Лиаикай. Эльфийский принц спешился и вытащил из ножен тонкий меч. – Ты уберёшься с дороги, Порождение Тьмы, а мы продолжим наш путь.

Грей развёл руками, огни под капюшоном засияли ярче.

– Как и ожидалось от эльфа, видишь меня насквозь. Я не хочу драться, просто пришёл поздороваться.

– Тёмные Духи не здороваются, – Лиаикай хмыкнул. Гирш одним движением обнажил клинок. – Они несут смерть и разрушение.

«Люди… Эльфы… Все вы одинаковые. Если вы видите меня таким, то что ж…»

Голос Грея звучал у меня прямо в голове. Внутри похолодело. Я вдруг понял, что Дар позволяет мне понимать голоса Духов, даже когда те не хотят говорить вслух. И сейчас это было очень кстати.

– Гирш! Осторожно!

Лесничий отпрыгнул вовремя. Из земли взметнулась тонкая рука с когтями, но схватила лишь пустое место. Грей сделал несколько пассов руками, и почва под ногами начала расходиться. Из проёма вылезла непропорциональная фигура с длинными и тонкими конечностями. На голове монстра, увенчанной кривыми рогами, сидел Тёмный Дух Грейтхем.

– С вами слишком скучно, – крикнул он, поднимаясь. – Я покидаю вас, оставляя после себя лучшего своего шута. Развлекайтесь!

С этими словами он расплылся в серое пятно и исчез. Монстр оскалил зубастую пасть и взревел. Лиаикай кивнул своим воинам, половина отряда создала вокруг принца живой щит, другая спешно ретировалась. Я догадался, что они теперь защищали Веля.

– Нужно его свалить! – Гирш осторожно переступил с ноги на ногу. – Ракки, бей справа. Ваше высочество, соизвольте зайти слева.

Я кивнул и вытащил меч. Тяжёлый металл привычно оттянул руку вниз, а в голове стало пусто. Словно я стал пружиной под колесом повозки, готовой распрямиться, как только подо мной окажется яма.

«Должен. Убить. Людей»

Монстр снова заревел и кинулся вперёд. Я увернулся от тонкой ноги и рубанул по ней сверху вниз. Лезвие отскочило как от камня, а кисти заломило от боли. Высокая фигура словно не заметила удара и проткнула рукой ближайшего эльфа из отряда Лиаикая. На землю брызнула алая кровь.

– Р'сан! Ксар'я! – закричал принц и молниеносно рубанул монстра по голове. Тот зарычал и отступил, отбрасывая бездыханного эльфа в лес.

– Ну я же просил! Слева! – Гирш наносил удары по ноге монстра, отсекая от неё с каждым ударом небольшие куски. Меч лесничего двигался так быстро, что казался серебряной лентой. Неужели, это и есть сила его Дара?

«Люди. Больно. Почему?»

Монстр встряхнул головой и снова зарычал. К нам подоспели ещё несколько воинов из Картора, чудовище оказалось в кольце.

«Должен. Отомстить. Людям»

– Осторожно! – крикнул я, дёргая ближайшего бойца с луком. – Он же сейчас!..

Монстр промахнулся: острые когти лишь сорвали с воина капюшон и вонзились в землю с громким хлюпанием.

– Спасибо, Ракки!

Светлые растрёпанные волосы, пронзительный взгляд тёмно-зелёных глаз.

Тавия.

– Ты что творишь? – Гирш кинулся к девушке, уворачиваясь от ударов монстра. – Стреляй!

Тавия метко пустила стрелу в глаз монстру, он взревел и отступил, снося несколько деревьев.

«Останови это Порождение Тьмы!»

К монстру из земли протянулись красные цепи, крепко обхватывая его конечности. Я обернулся и увидел Лиаикая. Эльфийский принц вытянул вперёд руку, его глаза сияли бирюзой.

– Крха'кса Ш'ья, – проговорил принц. Одновременно с этим голос эльфа в моей голове произнёс:

«Изыди прочь!»

Цепи натянулись и засияли ярко-красным светом, монстр зарычал, но так и не смог вырваться. В какой-то миг сияние стало невыносимым, и я зажмурился. Спустя миг яркий свет пропал. Порождение Тьмы исчезло, будто его и не было.

– Тавия! – Гирш похлопал девушку по плечу. – Отличный выстрел. Где научилась?

– Мы с Ракки тренировались перед походом, – она улыбнулась и поправила волосы. – Но мы бы ничего не сделали без помощи принца эльфов.

Лиаикай подошёл к нам и приветственно склонил голову.

– Благодарю за оказанную помощь. Нам стоит впредь быть осторожнее, иначе кто-то мог погибнуть.

– Но ведь… – я кинул взгляд на кровавый след, тянущийся в лес.

Лиаикай снисходительно улыбнулся:

– Эльфы не умирают от такой мелочи, как повреждение тела. Душа бессмертна, плоть слаба.

С этими словами принц подошёл к своей лошади и в один прыжок оказался в седле.

– Странные они, эти эльфы, – проговорила Тавия. – Неужели ему совершенно не жаль погибшего соратника?

– Кто знает, – хмыкнул Гирш. – Может, и впрямь не умирают. Ладно, давайте двигаться дальше, пока не стемнело.

Я шёл к своему коню и думал, что эльфы действительно загадочные и могущественные существа. Они могут использовать свою магию и сражаться наравне с Духами. Смерть для них значит меньше, чем для нас. Сможем ли мы однажды их понять?

Всё-таки волков я понимал гораздо лучше.

*****

Ночь наступила быстро. Словно кто-то разом набросил на лес огромное покрывало, укутав деревья в уютную тьму. Лагерь расположился у берега озера; он стучал топорами, сиял кострами и гремел посудой, обсуждая события дня.

Встреча с Духом снова показала, насколько бессильны люди перед силами Тьмы. Если бы не отряд эльфов и Гирш с его даром, кто знает, как закончился бы тот бой. Нам действительно очень нужен Герой.

Я сидел в палатке, освещённой масляной лампой, и чистил меч от пыли. Оружие надо держать в порядке, Гирш даже поделился маслом от ржавчины. Лезвие было ровным и блестящим, но я упорно протирал его тряпкой, занимая сознание рутинной работой.

Полог палатки приоткрылся, впуская внутрь Тавию. Девушка несла в руках две миски, над которыми поднимался пар.

– Ужин готов. Держи.

Они протянула мне еду, я отложил меч в сторону и жестом пригласил девушку сесть рядом. Тавия поколебалась несколько мгновений, но всё же села слева от меня. Я отставил свою порцию в сторону, чтобы дать горячему супу остыть. Девушка отпила из своей миски. Повисла неловкая тишина.

– Ты не испугалась тогда? – я посмотрел на девушку. В свете лампы её волосы отливали багрянцем.

– Когда ты кинулся вперёд? Или когда монстр махал когтями около твоей головы? – Тавия говорила очень спокойно, не выпуская миску из рук. – Очень испугалась, поэтому и бросилась стрелять из лука.

– Я не мог поступить иначе. Вессалий назначил нас охранять будущего Героя, и мы должны всеми силами...

Тавия перебила меня:

– Ракки, почему ты такой? – девушка смотрела на меня со странным выражением лица.

– Какой? – искренне удивился я. – Бесстрашный?

Тавия покачала головой.

– Безрассудный. Кидаешься с головой в неприятности. Что тогда с волчицей, что сейчас с монстром.

– Я не очень-то этого хотел. Но иногда приходится делать то, что не хочешь. Потому что должен. Потому что другого выхода нет.

Тавия скользнула взглядом по зажившим шрамам от зубов Вайри на моей руке и вздохнула, отставляя миску.

– Прости. Конечно, ты не виноват.

Девушка едва заметно нахмурилась.

– Но иногда мне кажется, что тебе нужно вести себя осторожнее.

Я примиряюще улыбнулся.

– Хорошо, постараюсь.

Тавия повернулась ко мне, в её глазах заплясали огоньки от лампы.

– Ты же сегодня использовал Дар, да? У тебя глаза светились во время боя.

Я нехотя кивнул.

– Похоже, что моя сила растёт. Теперь я могу понимать мысли Духов. Ненавижу себя за это.

– Но почему? – воскликнула девушка.

– Говорить с животными порой бывает забавно, но лучше бы Тёмные Духи одарили кого-то другого. Тогда я мог бы стать Героем.

– Которого я бы никогда больше не увидела, – пробурчала девушка, обхватив колени. – Герои исполняют свой долг до конца жизни. Они возвращаются домой, только если там очередной Тёмный Дух, побеждают его и снова уходят.

Тавия повернула голову и посмотрела на меня.

– Неужели ты так сильно не хочешь меня видеть, что готов навсегда уйти из Картора?

Я опешил и не нашёл слов для ответа.

– Ну да, – продолжила девушка, грустно улыбнувшись, – насильно женила на себе, увязалась в поход. Мог бы просто сказать, что не хочешь этого.

– Тавия.

Она распрямила ноги и опустила взгляд.

– Прости меня. Когда вернёмся в Картор, то можешь…

Я придвинулся к ней и крепко обнял, не дав договорить. Девушка удивленно подняла голову.

– Ракки?

Я наклонился и коснулся её губ своими. Стало очень тихо. Мне было интересно, как сейчас выглядит Тавия, но, как порядочный муж, я закрыл глаза перед поцелуем. Через пару мгновений любопытство взяло верх, и я отодвинулся и открыл глаза. Порозовевшая Тавия внимательно смотрела на меня, в её взгляде читался невысказанный вопрос.

– Когда вернёмся в Картор, то стану очень осторожным и никуда не буду ходить без своей любимой жены.

Тавия улыбнулась и положила мне голову на плечо.

– Очень редко ты это говоришь. Порой думаю, что это всё сон, и боюсь проснуться.

– Просто так всё быстро произошло, – я вздохнул. – В один день я готовлюсь продолжить дело отца, и вот мы уже стоим перед Жрецом и даём наши клятвы всегда быть вместе. Скажи, почему ты выбрала меня? Столько ведь кандидатов было на твоё сердце.

Тавия вдруг легко засмеялась.

– Ты чего?

– Просто подумала, что тут как с Героем. Вель тоже на первый взгляд не похож на достойного кандидата, но стоит узнать его поближе, и всё становится на свои места.

Она подняла голову и посмотрела мне прямо в глаза.

– Ты единственный, кто достоин стать моим мужем. Моим Героем. И мне совсем не важно, выбрали тебя Старейшие или нет.

Сердце пропустило удар. Я захотел скрыть смущение, отведя взгляд, но вдруг понял, что это бесполезно. Да и вообще, к чему смущение, если передо мной моя жена?

Я наклонился и снова поцеловал Тавию.

– Ракки!..

– Тебе не нравится? – растерялся я

– Да нет же! Просто мы же в пути! Вдруг кто-то увидит!..

Я смотрел на её раскрасневшееся лицо и думал, что буду смотреть на него до конца жизни. И меня это вполне устраивало.

*****

Клац! Клац!..

Я поморщился, но не открыл глаза, и лишь крепче прижал к себе Тавию. Дежурил сегодня Гирш, вот пусть он и разбирается.

...Крц! Клац!

– Эй, успокойтесь!..

Меня охватило неприятное чувство тревоги. Происходило что-то нехорошее, наверное, стоило вмешаться.

– Пусть ушастый первый успокоится!

Приметная хрипотца, посмеивающийся тон. Это был голос Гирша.

Я быстро поднялся и накинул на себя куртку, зашнуровывая ремни на поясе. Тавия поморщилась во сне и укрылась с головой. Я невольно улыбнулся. Она всегда была соней.

Фью! Кланк!

Я откинул полог палатки, но увидел не совсем то, что ожидал.

Гирш, хитро улыбаясь, стоял в боевой стойке, отведя правую руку с мечом в сторону. На широком лезвии блеснули огоньки багряного солнца, только начавшего свой восход. Броня лесничего в некоторых местах свисала лоскутами, а на щеке кровоточил свежий порез. Напротив Гирша выставив вперёд тонкий меч стоял принц Лиаикай. На доспехе эльфа в районе пояса зияла кровоточащая рана, а на лезвии меча виднелись характерные зазубрины. Стоявшие за спиной Гирша люди одобрительно улюлюкали, эльфы позади Лиаикая безмолвно взирали на своего предводителя.

– Ваше высочество, – Гирш сделал финт мечом, – быть может, вам стоит отступить?

– Кнай рсан! – выкрикнул Лиаикай и улыбнулся. – Ты оскорбил мою честь! Мы будем продолжать, пока один из нас не останется лежать на земле!

Я поразился тому, что несмотря на серьёзные слова принц продолжал улыбаться. Гирш вздохнул и взял меч обеими руками.

– Вы готовы расстаться с жизнью из-за такой мелочи как честь? Эльфы воистину странные создания.

– Остановитесь.

Голос Веля звучал очень тихо, но мне, почему-то, захотелось беспрекословно ему подчиниться и вытянуться по струнке. Улюлюкание тут же прекратилось, никто даже не перешёптывался. Будущий Герой прошёл мимо Гирша и остановился напротив Лиаикая.

– Чем именно он вас оскорбил? – Вель продолжал говорить очень тихо.

– Он… – эльф на миг задумался. – Он отказался следовать воле Древних.

– Да какая это… – начал было Гирш, но Вель прервал его, подняв руку.

– Мы обсуждали тактику сегодняшнего боя и зашли в тупик. Воин Картора предложил решить наш спор поединком, – Лиаикай убрал меч в ножны. – Скрестивший клинки с эльфом должен склонить пред ним голову или погибнуть. И этот… Рсан! Он не делает ни того ни другого!

Вель молча выслушал эльфа и кивнул, а затем повернулся к Гиршу. Взгляд будущего Героя ничего не выражал, мне даже показалось, что Вель всё это время не дышал.

– Что вы можете сказать в своё оправдание?

Гирш уловил бесстрастный тон и кивнул, убирая меч в ножны.

– Его высочество ввязались со мной в драку, а потом потребовали сдаться или умереть. Как воин Картора, я не могу сбежать от боя, но как проводник Героя не имею права умереть.

Вель снова кивнул и повернулся в сторону костра.

– По воле Древних… – Лиаикай начал говорить, но был прерван поднятой в воздух рукой будущего Героя.

– Я узнал всё, что нужно. Мне теперь надлежит разрешить этот спор.

Он повернулся к костру и прикрыл глаза. Повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием брёвен в костре. Кто-то подёргал меня за накидку, я обернулся и увидел Тавию, закутанную в шкуру.

– Ракки, что-то случилось? Тебя не было рядом.

– Ты проснулась не от криков и ударов мечей, а от этого? – я вздохнул и потрепал девушку по голове. – Глупая.

В ночной тиши ветер тихо шелестел листвой, лагерь едва слышно перешёптывался, а зачинщики драки ожидали решения спора, положив руки на мечи. Будущий Герой продолжал стоять не шелохнувшись.

– Гирш и Лиаикай затеяли драку, а Вель теперь их судит. По эльфийским законам один из них должен признать поражение или умереть – вкратце объяснил я.

Тавия нахмурилась.

– А почему они оба улыбаются, если на кону их жизнь?

– Не знаю, – честно ответил я.

Вель едва заметно покачнулся и отвернулся от костра.

– Принц Лиаикай прав, этот закон действует в эльфийском лесу, – он говорил спокойно и не открывал глаз. – Однако этот лес не является эльфийским ни по одному договору между нашими расами.

Лиаикай словно хотел возразить, но лишь сдержано кивнул.

– К тому же, – продолжал Вель, – на Пути Героя непростительны убийства без причины. Насколько мне известно, ваш спор можно решить простым примирением сторон.

Гирш довольно хмыкнул.

– Волей кандидата в Герои, – Вель резко развернулся, – я объявляю, что честь принца Лиаикая не была оскорблена. Обе стороны должны признать своё поражение, скрепив это решение рукопожатием.

Никто не издал не звука, и в тишине раздалась трель утренней птицы. Длинный переливающийся свист разнёсся по всему лагерю. Мне даже не пришлось напрягаться, чтобы понять её.

«Новый день! Новый день настает! Кончилась тьма!»

Лиаикай и стремительно подошёл к Гиршу, протягивая ему руку. Лесничий без колебаний её пожал.

– Хороший бой, – принц довольно улыбнулся. – Твой Дар делает тебе честь. Давно я так хорошо не сражался.

– Согласен, – Гирш тоже расплылся в улыбке. – Нужно будет повторить.

– Всенепременно, – Лиаикай повернулся к Велю. – Спасибо за мудрое решение. Надеюсь, вы простите нам нашу шалость, будущий Герой?

– Ох, неужели это очередной тест? – Вель улыбнулся и зевнул. – Надеюсь, я прошёл его верно. Вы не против, если я пойду немного посплю? Вспоминать все книги, в которых упоминался этот лес, было сложновато.

– Конечно поспи, – Гирш подошёл поближе к костру. – Здоровый сон укрепит тебя лучше любой тренировки.

Я смотрел на Веля и думал, что Старейшие решили всё верно. Именно такой Герой нам нужен: спокойный и рассудительный, умный и мирный.

Гирш вздохнул и протянул руки к огню, я заметил на них свежие порезы. Видимо поединок с эльфийским принцем не прошёл для него даром. Лесничий увидел мой взгляд и улыбнулся.

– Заживёт.

– Мы сражались на равных, – Лиаикай покачал головой. – Неудивительно, что тебя выбрали охранять Героя.

– Разве это бой? Так, помахали мечами, выпустили пар. Вы – достойный противник.

Над головами у нас пролетела стайка птиц.

«Хозяин вернулся! Хозяин вернулся!»

Лиаикай резко вскинул голову и выхватил меч, направив его в сторону темной чащи позади палаток.

– Что-то случилось? – забеспокоился Вель.

– Тёмный Дух вернулся, – у принца эльфов засияли глаза. – И похоже он не один.

«Хах! Меня опять раскрыли»

Я увидел, как от дерева в глубине чащи от дерева отделился высокий силуэт, с длинными тонкими руками и ногами. За ним в другую сторону шагнул ещё один, ростом чуть побольше. Фигуры казались хрупкими, но их неестественные ломаные движения вызвали у меня страх.

– Да сколько же их тут?.. – выдохнул Гирш.

Силуэты прибывали один за другим, и вскоре вокруг нас вместо деревьев высились тонкие фигуры с горящими красным огнём глазами. Тёмные Духи окружили наш лагерь, но почему-то не спешили атаковать. За спиной Тавии воздух сгустился, зарябил, и из марева вышел человек в рваной накидке.

– А теперь, когда вам некуда бежать, давайте поговорим, – он скинул капюшон, обнажая бледное лицо. Чёрные волосы доходили до глаз, сияющих зелёным светом.

Дух улыбнулся и поклонился.

– Меня зовут Грей, и на самом деле я здесь, чтобы остановить Веля из Картора.

*****

Меня прошиб холодный пот. Если Тёмный Дух захочет остановить Веля, то ему придётся сражаться со всем отрядом. Фигуры вокруг лагеря давали Грею численное преимущество. Здесь у костра стояло человек десять из Картора, чуть меньше эльфов, но всё это меркло в сравнении с армией из Тёмных Духов.

Тавия отпрыгнула от Грея и натянула лук. Я в очередной раз поразился её проницательности, ведь я свой меч даже и не подумал взять из палатки.

– Ты думаешь, что можешь вот так просто напасть на нас? – стрела Тавии смотрела Духу прямо в сердце. – Сначала придётся справиться с нами!

Грей усмехнулся и развёл руками.

– Я просто пришёл поговорить, вот и всё.

– Приведя с собой всю эту толпу, – Гирш обвёл взглядом Духов вокруг лагеря. – Не многовато ли для переговоров?

– Вас тоже немало и все вооружены, – Грей поправил накидку. – С Тёмными Духами ведь разговор короткий, так? Прогнать, убить, изгнать в небытие. Мне нужно было себя обезопасить.

Он подошёл чуть ближе.

– Вель, тебе не нужно становиться Героем. Разорви порочный круг! Просто…

Стрела со свистом вылетела из лука, но на месте Тёмного Духа лишь клубилось облако чёрного дыма.

– …Поверни назад, – Грей появился у самого костра и продолжил говорить, как ни в чём не бывало. – Это так просто, вернуться родное селение и продолжить там свою тихую и беззаботную жизнь. Книги…

Гирш рубанул мечом прямо из ножен, но лезвие прошло сквозь тот же туман.

– …Знания, всё это будет у тебя там, – Грей стоял уже перед самим Велем. – Не нужно махать мечом, не нужно убивать Темных Духов. Ну же! Неужели ты этого не хочешь?

Вель посмотрел на Тёмного Духа и улыбнулся.

– Не важно, чего хочу я. За меня решили Старейшие, их воля – закон. Ты просто очередное испытание, которое мне нужно преодолеть на Пути Героя.

Грей закрыл глаза и снова исчез, уворачиваясь от выпада Лиаикая. Теперь Тёмный Дух появился вдали от нас. Он серьёзно смотрел на Веля.

– Такая преданность, такая чистота. Настоящий Герой! – Грей резко скривился, словно от боли. – Если ты не уйдёшь по-хорошему, то уйдёшь по-плохому. Я Одарю тебя, испорчу твою светлую душу, чтобы ты никогда не стал Героем!

– У тебя ничего не выйдет, – Вель покачал головой. – Человек должен нуждаться в Даре. Что же заставит меня принять твой подарок?

– О, ты увидишь.

Грей исчез и тут же появился около Тавии. Девушка вскрикнула, и попыталась отскочить, но Тёмный Дух крепко схватил её за руку.

– Тавия! – крикнул я.

«Не позволю мешать мне!»

Всё вокруг замедлилось и расплылось, в тумане едва угадывались силуэты людей. Мои ноги будто приросли к земле, я не мог шевелить ничем, кроме глаз.

– Друзья, знакомые, когда-то это было и у меня, – голос Грея звучал прямо в моей голове. – Но потом Герои отняли их у меня, одного за другим. Год за годом их становилось всё меньше, и в итоге я остался один.

Грей медленно отпустил Тавию и пошёл к Велю. Я лишь бессильно смотрел, как он постепенно приближается к будущему Герою.

– Миран, Кар’я, Райнар… Никого из них больше нет из-за вас.

Я почувствовал плохо скрываемую горечь в его словах.

– Людей становилось всё больше, а нас всё меньше. Пришлось уходить в глухие леса, прятаться, но без толку. Новые Герои находили нас и уничтожали везде. Словно мы какой-то сорняк, мешающий их полю.

Тёмный Дух дошёл до Веля и остановился. Я не мог закричать, потому что рот не открывался, а в горле словно застыл лёд. Мне нужно было остановить его, но я не знал как.

Отойди от Веля.

Отойди от Веля!

– "Отойди от Веля, Тёмный Дух!"

Грей замер и повернулся ко мне.

– Ты? Одарённый? Ты можешь говорить со мной, не открывая рта?

Мне показалось, что на его лице мелькнула заинтересованность.

– «Вель будет другим Героем! Он не такой, как остальные!»

Грей нахмурился

– Ты можешь стать проблемой. Придётся тебе умереть.

Он прошёл мимо Гирша и легко выхватил из его рук меч, тут же описав им восьмёрку и положив на плечо. Неужели, я погибну вот так?

«Глупый Волк! Ты не умрёшь!»

Словно молния, на Грея кинулась белоснежная волчица. Она вцепилась ему в горло, и тут же в моё тело вернулась чувствительность. Не рассчитав равновесия, я повалился на землю. Остальной отряд постигла та же участь. Пелена рассеялась, а тёмные фигуры, окружающие лагерь, растаяли в воздухе.

– А-а-а! – закричал Грей, пытаясь оторвать от себя Вайри. – Отпусти, тупая псина!

Волчица висела мёртвой хваткой, по её белоснежной шерсти текла алая кровь Тёмного Духа. Грей вдруг извернулся и одним ударом проткнул Вайри, кончик меча вышел в районе позвоночника.

– Нет! Вайри! – крикнул я.

Грей сбросил с себя обмякшее тело волчицы и стряхнул с меча кровь.

– Кх... Крх... Кххах!.. – он не мог говорить из-за разорванного горла, но я понимал все его слова.

«Тупая псина! Ненавижу!»

«Старшая! Держись!»

Из кустов метнулись три тени, и Грея одновременно атаковали три молодых волка. Две бело-серые пасти схватили Тёмного Духа за ноги, а один волк с серебряным мехом впился в руку с мечом.

Я узнал их. Это были волчата Вайри: Рирвей, Райк и Фирви. Но как они выросли с нашей прошлой встречи! Теперь передо мной стояли настоящие волки, которые защищали своего Волка ценой своей жизни.

Грей захрипел, выпуская меч из рук, но устоял на ногах. В это время Лиаикай наконец-то поднялся на ноги и вытянул вперёд правую руку.

«Останови это Порождение Тьмы!»

Волки отцепились от Грея, и его тело тотчас же сковали красные цепи, вырвавшиеся из земли.

– Кх! Кхах!.. Кх! Кхах! – захрипел он.

«Не хочу умирать! Не хочу умирать!»

И в тот же миг он исчез, оставив после себя лишь облачко дыма; цепи упали на землю и с тихим шипением растворились. Тёмный Дух был повержен.

Но какой ценой?

*****

– Вайри! – я закричал во всё горло, подбегая к волчице. Мой голос эхом разлетелся по лесу. – Вайри!

«Не кричи. Ты не должен меня видеть такой. Глупый Волк»

Она лежала на боку, отвернув от меня голову. Из живота у неё вывалилось что-то красное, всё вокруг было залито кровью. Мех волчицы свалялся и из белоснежного стал серым. Гирш подошёл ко мне, подбирая меч, и тихо выругался.

– Вайри, – позвал я. Волчица шумно выдохнула и подняла голову. – Зачем вы вообще за мной пошли?

«Глупому Волку нужна защита. Он хрупкий и без клыков. Мы отпугивали врагов»

К Вайри подошли её дети, и на душе полегчало. Все волчата были в порядке, никто из них не пострадал в сегодняшней битве. Дети Вайри хором заголосили.

«Старший! Мы отгоняли врагов!»

«Все нас боялись!»

«Мы защитили Старшего!»

– Ну у тебя и знакомства, – лесничий покачал головой, а потом грустно улыбнулся. – Было мало Тавии, и ты завёл себе волчицу? А у тебя есть вкус.

Я вздохнул. Вайри попыталась повернуться, но вдруг заскулила.

– Надо осмотреть рану.

Гирш подошёл ближе, и волки хором зарычали. Лесничий поднял руки и вернулся на место.

– Успокойтесь. Он сможет помочь.

«Если Старший так сказал, то мы ему верим»

Фирви, блеснув серебристым мехом, в один прыжок оказалась у ног Гирша и стала внимательно его обнюхивать. Единственная девочка среди щенков Вайри, она всегда была готова броситься в бой первой, даже Рирвей не отличался такой смелостью.

«Спаси Старшую!»

Фирви требовательно гавкнула, глядя на Гирша. Тот адресовал мне удивлённый взгляд.

– Она просит помочь, – перевёл я.

Лесничий кивнул и принялся изучать рану. Вскоре он поднялся, хмуро качая головой.

– Паршиво. Будь мы в Карторе, я бы попробовал зашить, но мы не донесём волчицу так далеко. Слишком глубоко вошёл меч, много крови вытекло. Ещё и позвоночник перебит…

Я беспомощно заозирался, спешно пытаясь что-то придумать. Волки уловили моё настроение и тихонько заскулили.

«Оставь меня тут»

– Нет! – я яростно глянул на Вайри. – Если ты здесь из-за меня, то я не дам тебе умереть!

«Глупый Волк»

Волчица шумно и прерывисто вздохнула.

«Спасибо»

– Возможно, я могу помочь.

Лиаикай подошёл ближе и вытянул над Вайри руки.

– Никакая магия тут не поможет, – лесничий покачал головой.

– Гирш ви'Минай, сын Ингри и муж Хискалии Ки’хи. Ты обладаешь Даром Духа Ручья, но ничего не знаешь о настоящей силе.

Руки принца эльфов засияли фиолетовым. Гирш встал и недоумённо спросил:

– Вы знаете Хис?

– Не совсем, – Лиаикай сделал пасс рукой, и сияние стало зеленым – Но история вашей любви широко обсуждалась на Высшем Совете. Мы с интересом следим за смешанными парами, особенно если один из них отринул себя ради жизни с другим видом.

Он снова поменял положение рук, вокруг которых теперь струились синие потоки частиц.

– Кха к'ья саас р'гха! – крикнул принц. Но в моей голове прозвучало другое.

«Излечи это дитя природы»

Одновременно с этим рана Вайри озарилась бирюзой, и прямо на глазах стала затягиваться. Буквально за пару мгновений от неё не осталось и следа.

«Старшая здорова!»

Рирвей радостно залаял. К нему присоединились остальные волки. Вайри неуверенно встала, и попробовала сделать шаг.

«Ушастый хорошо помог. Спасибо»

– Всегда рад, – Лиаикай вновь улыбнулся и обернулся ко мне. – Своим Даром ты отвлёк Тёмного Духа и позволил нам спастись. Как твоё имя?

Вайри как ни в чём не бывало подошла ко мне и ткнулась носом в ладонь.

«Глупый Волк»

– Ракки, – представился я, поглаживая волчицу по голове. – Меня зовут Ракки.

– Древние запомнят твоё имя, – эльф поклонился. – Нам пора собираться в путь. Н'яр с'я! Ша'и ра!

«В путь! Быстрее, солдаты!»

Последние слова он обратил к своим воинам. Те синхронно кивнули и начали разбирать эльфийскую палатку. Воины Картора не сдвинулись с места.

– Ну? – спросил Гирш. – Чего замерли? За работу!

Спохватившись, карторцы тоже начали собираться, и вскоре у костра со мной остались только волки, Тавия и Вель. Девушка бросилась ко мне и заключила в объятия, едва не сбив с ног.

– Ракки! Я так волновалась! Когда он пошёл к тебе с мечом, я... я!..

– Я тоже переживал, – Вель подошёл ближе и поклонился волкам. – Спасибо, что спасли нас.

Волки радостно залаяли

«Мы старались!»

«Мы умеем охотиться!»

«Мы защитим Старшего!»

– Надеюсь, теперь никакие Духи нам не помешают, – Вель зевнул. – А я пойду пару минут подремлю, пока нашу палатку не собрали.

Я смотрел вслед удаляющемуся будущему Герою, прижимал к себе Тавию и думал о том, что совсем ничего не знаю о мире. Ещё пару месяцев назад всей моей заботой были дрова для маленького домика в Карторе, а сегодня мои волки спасли нас от опасного Тёмного Духа. Что же ждёт меня дальше на Пути Героя?

И отчего на сердце это тоскливое чувство тревоги?..

Межсезонье. Путь Гирша. Дорога домой

– А вдруг они меня убьют? – задумчиво проговорила Хискалла.

Я вздрогнул, но не выпустил её руки. В тишине отчётливо слышался шелест мокрой травы под ногами.

– Расслабься, – девушка улыбнулась. – Это не так просто сделать. Но, в самом деле, как ты меня представишь? Хискалла, Дух Ручья? Разве у вас так хорошо относятся к Духам?

– Не будем мы говорить правду, – сердито буркнул я. – Нашёл тебя в лесу, голодную и замёрзшую, ты убежала из эльфийского плена и дошла до наших земель.

– Да уж, – девушка вздохнула. – К эльфам вы тоже плохо относитесь... Они не плохие, просто думают не так, как люди.

Впереди показались курящиеся трубы Картора. В середине дня жители как раз начинали готовить ужин. Селение жило своей размеренной жизнью, не подозревая о неожиданной гостье.

– Кстати, ты так и не отдала меч, – вдруг спохватился я.

Хискалла прищурилась.

– Ты только что получил меня. Меч всё еще важнее?

– Нет, просто...

Девушка хихикнула и покачала головой.

– Тебя так легко обдурить.

Она остановилась, делая замысловатые пассы руками, и прямо из земли забил ручеёк. Струи воды поравнялись с нами и словно выплюнули меч нам под ноги. Мокрая рукоять в один миг высохла, разводы на ножнах исчезли так же быстро.

– Как ты объяснил его пропажу? Тогда ты за него так трясся.

Я поднял меч и вынул его из ножен. Лезвие ничуть не испортилось, хотя им никто не занимался уже с полгода. Я забросил лямки ножен на плечо и удивился. Раньше он казался мне тяжелее.

– Сказал, что похоронил в лесу по обычаям семьи. Ему больше нечего было защищать.

– А как объяснишь его появление теперь?

– Ему есть, что защищать.

Девушка смутилась и замолчала. Дальше мы шли в тишине и незаметно вышли к самым воротам Картора. Стражников селение выставляло ближе к вечеру, а сейчас там стоял, прислонившись к створкам хмурый Аунри. Едва увидев нас, он подбежал ближе.

– Ну наконец-то! – парень взглянул на Хискаллу и поклонился. – Моё почтение! А мы всё гадали, когда же он приведёт тебя.

Я опешил, слова застряли в горле. Неужели Аунри знает правду? И ничего не сказал? Может, он следил за нашими играми в лесу?

– Ну, Гирш, заморочил ты нам голову. Когда меч будто бы похоронил, я сразу понял, что все не так просто. А ты, оказывается, его в дар семье невесты преподнёс!

– Ага, – машинально кивнул я. Хискалла чуть сильнее сжала мою руку. – Так, подожди...

– И раз теперь тут и девушка, и меч, то всё, стало быть, решено? – не унимался Аунри. – Нужно звать Верховного Жреца?

– Да послушай же!..

– Зови, – просто сказала Хискалла. – Мои родители не будут против этого брака, они с радостью приняли Гирша. Извини, что заставили ждать, пришлось уладить кое-какие дела.

Я мог только восхищаться, как быстро Хискалла нашла нужные слова. Аунри расплылся в улыбке.

– Тогда милости прошу в наш дом! Я обращусь к Жрецу, и может быть этим вечером он зайдёт.

В то время, пока мы играли с Духом на меч, Аунри стал помогать нашему Жрецу. Парень помогал старику переписывать книги по вечерам, а днём часто исполнял его поручения. В селении даже поговаривали, что Аунри метит на это высокое место. Но стать Жрецом уготовлено далеко не каждому.

– Будем ждать, – кивнул я, и Аунри умчался в Дом Старейших.

Хискалла проводила его взглядом и выдохнула.

– Вроде поверил.

– Хорошо, что он не спросил название твоего селения, – я почесал в затылке. – Тогда пришлось бы выкручиваться.

– Почему? Моя родина – Кс Арай'К.

– Как-как? – удивлённо переспросил я.

– Кс Арай'к. Ой, на вашем языке это что-то вроде "единый небесный мир". Все Духи рождены там, потом они спускаются сюда, чтобы управлять своим местом.

– Ух ты... А я и не задумывался об этом.

– Ты вообще очень мало обо мне знаешь, – достаточно резко сказала Хискалла, но тут же мягко добавила. – И я о тебе. Теперь у нас будет время это исправить, ведь так?

Я кивнул и улыбнулся, глядя в её бездонные глаза.

– Пойдём, покажу тебе наш дом.

Поленья весело потрескивали в камине, а закатное солнце пробивалось через окно оранжевым лучом. Мне всегда было уютно у Аунри, и я надеялся, что Хискалле тоже понравится.

– И вот так ты живёшь? – девушка скептически осмотрела комнату. – Да, люди действительно странные.

– У тебя дом выглядит иначе? – я отломил кусок лежащего на столе хлеба и протянул Хискалле.

– Свет от лучин? Огонь для готовки? – девушка взяла хлеб и стала с интересом его рассматривать. – У меня дома всегда светло, а кушать и не хочется. Жаль, что я не могу тебя туда отвести.

– Почему?

– Нужно быть Духом, чтобы увидеть дорогу туда. Люди не замечают многих вещей, творящихся вокруг, – Хискалла откусила от хлеба и удовлетворительно кивнула. – Вкусно.

Дверь в комнату медленно отворилась, в проёме стоял Верховный Жрец.

– Здравствуй, Ангиршар, – он закрыл за собой дверь. – Наслышан от моего помощника о твоей прекрасной спутнице. Как Жрец Картора, я...

Он осёкся, взглянув на Хискаллу. Девушка молча встала и поклонилась.

– Меня зовут Хис, и мне очень жаль, что всё так вышло.

У меня отчего-то забилось сердце. Жрец хмуро погладил бороду.

– Надеюсь, моя компания не повредит репутации Картора, – Хискалла не поднималась.

– Удивительно, – проговорил Жрец. – Что же ты такого сделала, Тёмный Дух?

Я медленно поднялся на ноги, пытаясь нащупать рукоять меча. Нас уже раскрыли? Но как? И что теперь, уходить из Картора с боем?..

– Чтобы спасти жизнь Гиршу, поделилась с ним своей силой.

Жрец вздохнул, подобрал полы своей мантии и подошёл ближе.

– Разве это повод для переживаний? Он жив, ты жива, что еще нужно?

Он взглянул на меня и улыбнулся. Я выдохнул, убирая руку с рукояти.

– Старейшие склонялись к назначению тебя кандидатом в Герои, но теперь этого не произойдёт.

– Вот как, – я почувствовал легкое разочарование. – Жаль. Но теперь мне есть, кого защищать. Титул Героя был бы слишком тяжёлым бременем.

– Действительно, – Жрец усмехнулся, бросая взгляд на девушку.

– А кто такие Герои? – удивилась Хискалла.

Жрец прищурился.

– Неужели не знаешь? Герой – это человек, защищающий других от Тёмных Духов. Мечом ли, умом ли – неважно. Только истинно светлый может получить такую силу. Теперь же Гирш имеет Дар и не подходит для этого титула.

– Никогда не слышала, – девушка покачала головой. – Наверное, я ещё слишком маленькая, чтобы знать о таком.

Жрец прикрыл глаза.

– Это ведь не всё, так?

– Мы хотим жить вместе, – выпалил я. – И мне не у кого просить благословления, кроме вас.

Жрец задумчиво пожевал губами.

– А вот с этим будут проблемы.

Он подошёл к окну и вздохнул. Красные лучи солнца коснулись его морщинистого лица, выставляя напоказ старые шрамы. Я вспомнил, что раньше он служил в городской страже. Кто знает, что он успел повидать за свою длинную жизнь.

– Картор ещё не готов для такого. Мы принимаем Одарённых, в отличие от других селений, но жить с Духом это всё-таки несколько иное.

Воцарилась тяжёлая тишина. Моё сердце бешено стучало в груди. Хискалла безучастно смотрела в пол, ожидая продолжения слов Жреца.

– Конечно, можно придумать тебе родственников эльфов или ещё что-нибудь. Но от Старейших ничего не укроется. Пожалуй, мне придётся отвести вас к ним. Это единственный способ решить проблему. Вы согласны?

Мы с Хискаллой переглянулись и одновременно кивнули.

Простых людей никогда не подпускали к Старейшим. Безмолвные фигуры в белоснежных мантиях и глубоких капюшонах появлялись в Карторе только на праздниках. Говорить с ними напрямую могли только Жрецы.

Я почувствовал дрожь, стоя перед резными дверями. Только ладонь Хискаллы придавала мне силы. Что-то всегда смущало меня в Старейших, то ли ровная походка, то ли их одинаковость, я никак не понимал свои сомнения.

– Странно, – шепнула девушка. Она не была напугана, скорее заинтригована. – Обычно я могу сказать, человек передо мной или Дух. И чувствую их на большом расстоянии даже через преграду. А за этими дверями словно никого нет. Или это специально сделано?

– Покой Старейших нельзя нарушать, – шепнул я в ответ. – Никто не должен входить к ним без спроса.

– Или наоборот, выходить – Хискалла хмыкнула.

Я нахмурился, и хотел напомнить ей об уважении к старшим, но не успел. Дверь скрипнула и приоткрылась, на пол упал длинный луч света из проёма.

– Входите, – голос Верховного Жреца звучал глухо, словно через толщу воды.

Внутри оказался просторный полупустой зал. Резной узор как на дверях шёл вдоль стен и уходил вверх, к потолку. В центре на шести стульях сидели Старейшие. От их мантий, скрывавших лица, исходил ровный белый свет. Перед ними на коленях стоял Верховный Жрец, его тёмные одежды смотрелись неестественными в такой светлой комнате.

Мы подошли ближе, и Жрец заговорил:

– Старейшие приветствуют вас, Ангиршар и Тёмный Дух. Они готовы выслушать вашу просьбу и вынести решение.

Я смотрел на безмолвные фигуры и не мог сдержать дрожь. Шесть безмолвных судей сейчас будут решать нашу судьбу. Повлиять на их решение мне не по силам, остаётся лишь смиренно ждать.

– Я Хискалла, – бодро начала девушка. – Дух Ручья. Мне совсем не хочется...

Она прервалась и с удивлением посмотрела на одну фигуру. Потом на другую, словно слышала их голоса. Но Старейшие продолжали безмолвствовать. Лишь полы мантий едва заметно покачивались.

– Но ведь... – начала девушка, но тут же замолчала и повернулась к третьему Старейшему.

Я недоуменно покачал головой.

– Ты правда так считаешь? – Хискалла смотрела на меня в поисках поддержки.

– Но они же ни слова не сказали...

Девушка прищурилась, в её глазах блеснул сиреневый огонёк.

– А потом ему вы бы говорили что-то против меня? – она яростно повернулась к Старейшим и почти перешла на крик. – Мы должны принимать это решение вместе! Если вы продолжите прятаться и секретничать, то я тут вам все разнесу!

Хискалла развела в стороны руки, с них начали стекать струи воды. Впервые я видел, на что Дух Ручья способен в гневе. Струи воды медленно закружились вокруг нас, постепенно создавая водоворот.

"Не горячись, Дитя Тьмы"

"Ой, какая страшная!"

"Мы тоже можем применить силу, если потребуется"

"Тебе не справиться со всеми нами!"

Голоса звучали прямо в моей голове, вместе они сливались в хор, из которого я с трудом выделял отдельные фразы. Это говорили Старейшие, только они не раскрывали для этого рта.

Прямо как Тёмные Духи.

– Она не одна. Если придётся, то мой меч сможет её защитить – твёрдо сказал я, сжимая пальцы на рукояти.

Струйки воды замедлились и опали на пол холодными брызгами. Хискалла опустила руки.

– Вот теперь, когда он тоже вас слышит, мы можем поговорить, – она улыбнулась.

– Почему всегда нужно применять силу?.. – покачал головой Верховный Жрец.

– Почему нужно говорить с нами по отдельности? – парировала девушка.

"Это было испытание. Насколько вы знаете друг друга"

Один из Старейших встал со стула.

"Вы прошли его... Не так, как мы ожидали"

– Вы не люди, да? – я понемногу начал осознавать, что только что произошло. – Картором управляют Духи? Тогда почему Хис не может жить с нами?

"С чего ты взял, что мы именно Духи?"

Ещё одна фигура в белом поднялась со своего места. Я заметил, что они немного разные по росту.

– Когда сражался в лесу с Духом, слышал его голос у себя в голове. Вы звучите также.

"Если есть Тьма, то будет и Свет"

Я почему-то понял, что это сказала первая фигура.

"Две части целого не должны жить в одном месте. Баланс должен соблюдаться"

– Но Ангиршар – человек, – сказал вдруг Верховный Жрец. Он поднялся с колен. – Не Свет и не Тьма. Может сам выбрать свой путь.

"Справедливое замечание, кстати"

Ещё один Старейший встал рядом. Я вдруг почувствовал, что он самый младший.

"В прошлый раз жизнь с Духом стоила человеку себя. Осознаёте ли вы последствия данного решения?"

Это сказал сидящий Старейший. Отличать их мне становилось всё легче

– Осознаю, – кивнула Хискалла. – Я пыталась его убедить, но он слишком настойчив.

Мне оставалось лишь кивнуть следом.

– Неважно, что случится со мной. Впервые за долгое время я нашёл того, кто мне дорог. Сперва это была мать, потом отец, а теперь… Теперь моей целью стала защита Хискаллы.

"Похвально"

Молодой Старейший сделал неопределённый жест, словно сложил руки на груди.

"Но и жить в Карторе вам нельзя. Пересечение наших сил может привести к непредсказуемым последствиям"

– Тогда давайте я и Хис поселимся в лесу? – меня озарило внезапное решение. – Недалеко, но и не близко к селению.

"Хороший вариант. Может, на нём и остановимся?"

"Да, я не возражаю"

"Это лучший исход, очевидно, что мы согласны"

"Но Тёмному Духу следует появляться в деревне только в крайнем случае. Ясно?"

Хискалла не колеблясь кивнула.

– Я провожу их, – Жрец поклонился Старейшим и вывел нас из зала. Сквозь закрывающиеся двери я успел заметить, как белые фигуры возвращаются на свои места.

– Гирш, – Хискалла крепко сжала мою руку, – тебе не нужно идти на такие жертвы…

– Не переживай, – я покачал головой. – Всё равно за едой буду в Картор ходить.

– Какой же упрямый…

– Вы ведь понимаете, что никто не должен знать сегодняшний разговор? – нахмурился Верховный Жрец.

– Конечно! – хором ответили мы.

– Только...

– И я не могу отвечать на ваши вопросы, – Жрец прервал меня на полуслове. – Всё же я давал Обет Молчания, когда стал Жрецом.

Я разочарованно кивнул. Мне будто показали великую тайну и тут же захлопнули перед носом дверь.

– Разве что на один, – вздохнул Жрец. – Только подумай перед тем как спросить.

– Ну, тогда...

– Все люди Картора могу стать Старейшими? – в этот раз меня перебила Хискалла.

Жрец улыбнулся.

– Встать в один ряд с ними – величайшая честь, выпадающая немногим. В первую очередь – жрецам, отвергшим свою земную оболочку. Гиршу это уже не грозит, не волнуйся. Твой Дар закрыл для него такой путь.

Мы шли по извилистому коридору Дома Старейших, и я думал о том, как же мало знал о мире. Сначала всё занимали друзья, потом отец, теперь Хис. Но разве это мир? Вокруг столько всего, и одной жизни не хватит. А люди всегда упираются во что-то одно и делают свой мир из этой цели...

Хискалла толкнула меня в плечо, я поднял взгляд и утонул в её бездонных глазах. Она улыбнулась, я крепче сжал её руку.

...Но остановиться на одном иногда совсем не плохо.

Я зачерпнул воду руками и плеснул в лицо. Холодные струи стекли по волосам, пробежали по спине, но не принесли облегчения. Лето в Карторе выдалось жарким, дожди не шли уже третью неделю. Единственным спасением стало озерцо неподалёку от селения.

– Гирш.

Я обернулся. На берегу стоял Жрец, скрестив руки на груди. Мантия прилипла к телу, пот градом катился со лба. Мне стало его жаль, правила не позволяли жрецам выходить из дома без ритуального костюма.

– Доброго дня, – я поклонился и забросил полотенце за плечо. – Чем обязан?

Жрец вздохнул, утирая пот со лба.

– А то ты не знаешь. Старейшие призывают тебя помочь с погодой.

– И как же?

Я вышел из воды. Ветерок приятно холодил мокрую кожу, лишь недавние шрамы немного саднили. Тот медведь оказался серьёзным противником.

– Я не могу приказать тому, кто не живёт в Карторе, – Жрец присел на торчащую из земли корягу. – Но попросить тебя как друга могу. Пожалуйста, помоги.

– Весс, – я присел рядом. – Тебе надо просить не меня, а Хискаллу. Это она Дух Ручья.

– Карторский Жрец просит помощи у Тёмного Духа, – Вессалий хмыкнул. – Ты это так представляешь?

Я пожал плечами. Ветер погнал по воде легкую рябь. Солнце нещадно палило с безоблачного неба.

– Да и что она сделает с погодой? – я рассеяно смотрел на озеро. – Призовёт дождь? Не совсем её работа.

– Очень грустно, что ты меня недооцениваешь.

Тонкие струйки воды отделились от глади озера и закружились вокруг меня. Вессалий покачал головой.

– Я – Хискалла, Дух Ручья. Мне подвластны все водоёмы в этом лесу.

Струйки воды превратились в изящные руки, которые теперь обнимали меня сзади. Прикосновения Хис приятно охлаждали.

– Вызвать дождь? Наслать туман? Это всё вода. Просто в разном агрегатном состоянии. Тебя ничему не учили в Карторе, Гирш?

Хискалла прижалась ко мне холодной щекой и рассмеялась.

– Мой муженёк такой глупый! Весс, прости его, пожалуйста.

Я вздохнул и взял Хис за руку. Для Духа, управляющего водой, она вела себя очень вызывающе. Хотя, она же Дух Ручья. Так же быстро скачет с камня на камень, игриво переливается на солнце.

Жрец усмехнулся.

– Всё в порядке. Гирш никогда не блистал знаниями. Ну что, сделаешь нам дождь?

Хискалла энергично кивнула, не выпуская меня из объятий.

– Правда, это не поможет.

Она нахмурилась.

– Посевам будет только хуже, вода не успеет попасть в корни, а просто испарится. С таким количеством влаги в воздухе станет ещё и душно. И тогда вместо благодарности все меня проклянут. Скажут, что Тёмный Дух испортил всем лето.

Вессалий молчал. Я почувствовал, как Хискалла сильно сжала мою руку. Да, для неё была очень важна репутация хорошего Духа. Шаг за шагом Хис пробовала создать мир, где Духи и Люди будут жить в согласии. Пусть даже только возле Картора

– Неужели ничего нельзя сделать? – Жрец, наконец, нашёл слова.

– Можно, – Хискалла посмотрела на небо. – Но не одним дождём. Чтобы поменять климат, придётся постараться. Перенаправить потоки воды, учесть температуру и давление... За неделю, думаю, управлюсь.

– Мы потерпим, – Вессалий кивнул и поднялся. – Спасибо, Хис.

– Для тех, кто нам дорог, мы многое делаем, не задумываясь, – девушка покачала головой. – Друг Гирша – мой друг. Даже если он считает меня Тёмным Духом.

Она поцеловала меня в щёку и тут же превратилась в струйки воды.

– Жарко с вами, пойду работать!

Я посмотрел вслед утекающим в озеро ручейкам и подумал, что если кто и сможет исправить отношение к Духам, то только такие, как она.

– Гирш, – Вессалий отвлёк меня от мыслей. – Скоро Картор отправит нового Кандидата. Надеюсь, в этот раз всё получится.

– Ты вроде не сильно огорчён, что не стал Героем, – я бросил полотенце на берег. – Дослужился до Жреца, дочку каждый день видишь.

– У неё теперь муж есть, уже не каждый день, – сварливо отозвался Вессалий. – Помнишь Ракки?

– Хороший выбор, – я кивнул. – Но ты же не собираешься...

– Зависит от Старейших, – Жрец вздохнул. – Но мне бы не хотелось терять такого хорошего зятя. В любом случае, надеюсь ты войдешь в Свиту.

– Конечно. Не откажусь размять кости.

Вессалий поклонился мне и развернулся в сторону леса.

– Да, – Жрец обернулся, – Только не забудь надеть нормальное лицо. Которое со шрамами и бородой. Ещё остались те, кто помнят твой настоящий возраст.

Я запоздало провёл рукой по щеке. Мне надо быть осторожнее, если не хочу вызывать подозрений.

– Или придётся сказать, что ты – твой сын, – Вессалий рассмеялся. – Меня и такой вариант устроит. До скорой встречи, Тёмный Дух Гирш.

Он быстро скрылся за деревьями, а я всё смотрел ему вслед. Выбор уже сделан, переиграть не выйдет. Но жалеть об этом мне не хотелось. Ведь так мы смогли остаться вместе с Хискаллой навсегда.

Я повернулся к озеру и представил, как становлюсь водой. Руки привычно свело судорогой, и с пальцев стала стекать вода.

– Я иду, Хис!

Ветер резво погнал по озеру волну, которая мягко ударила в опустевший берег.

Межсезонье. Путь Веля. Первое испытание

…Я кивнул Свите и решительно вошёл в проём за остальными. Массивные двери мягко закрылись за спиной, отрезая нас от внешнего мира. Теперь только один путь – вперёд к Испытаниям.

Люди всегда были слабыми. Эльфы, Духи, дикие звери - всё это угрожало нам из года в год. Несколько веков назад люди научились защищаться. Мы выбираем Героя, того, кто сможет побороть врагов и защитить нас. Только истинно светлый достоин обладать такой силой. Селения по всему Воуну выставляют своих Кандидатов, которые соревнуются за титул Героя. Вокруг меня были сплошь рослые парни, некоторые задумчиво чесали седые бороды.

...Я отвлекся от мыслей и едва не врезался в широкую спину одного из Кандидатов. Он хмуро оглядел меня, криво улыбнулся, но ничего не сказал. На его фоне я казался совсем маленьким и безобидным.

Картор отправил меня к Алтарю Героя, но зачем? Нет силы, нет опыта, юный возраст. Почему вообще я? Лишь в книгах моя сила, но ведь жизнь гораздо больше пыльных страниц.

– Приветствуем вас! – впереди раздался громкий голос.

Сквозь толпу людей я различил лишь красную мантию.

– Старейшие нашего славного града готовы принять Кандидатов. Каждый из вас зайдёт в эту дверь и получит ответ – достоин ли он стать Героем? Тех, кто пройдёт дальше, ожидают другие испытания.

Толпа загудела, мужчина передо мной скривился и сплюнул на землю.

– Я не для этого по всей деревне деньги разносил. Просто решили бы сразу, кто Герой и всё.

Я подумал, что Кандидатов нужно выбирать, исходя из их заслуг, но никак не из их достатка. Наверное, в разных селениях происходит по-разному.

– Итак, я буду вызывать вас по этому списку. Надеюсь, вы знаете свои истинные имена.

Каждому при рождении даётся имя. Выбор его зависит от множества условий: день, месяц, год, совет Жреца, напутствие Старейших, – но в итоге решение принимают родители.

– Антериор из Рен'ула.

Мужчина передо мной стал пробиваться через толпу.

– А ну разошлись! Я здесь, я иду!

Протиснувшись за ним, я разглядел место, на котором происходил отбор. Круглая, шагов тридцать в ширину, мощёная площадь упиралась в массивные стены. Посредине стоял Дом Старейших. Его острые шпили поднимались высоко в небо. Вход был закрыт изящным пологом с хитроумным узором, похожим на тот, что украшал Карторскую библиотеку.

– Проходи, – человек в красной мантии кивнул Кандидату и откинул полог.

– Спасибо.

Полог скрыл Антерирора, и наступила тишина. Остальные Кандидаты напряжённо вглядывались в расшитую узорами ткань. Спустя несколько мгновений на площадь вышел тот же мужчина, но его было не узнать: одежда в грязи, лицо в ссадинах, с руки капала кровь.

– Столько денег впустую, – он сплюнул на землю и медленно побрёл в сторону, приволакивая за собой правую ногу.

– Баралиод из Рикса.

Второй Кандидат оказался невысоким мужичком с проплешиной на затылке и большим мечом за спиной.

– Не посрамиться бы, – обронил Баралиод, поправляя перевязь.

Я проводил его взглядом и вдруг подумал, насколько имя подходит человеку. Одной из книг в библиотеке был краткий курс эльфийского наречия, а большинство имён Жрецы выбирали именно на нём.

"Антериор", "А'нтер Ио'р", "Простой работник". Так в одной из книг называли раба, который справляется только с простыми заданиями.

"Баралиод", "Ба Рал Лио'д", "Некто большой чести". В другой книге под этим титулом упомянут один из королей, который, спасая своё доброе имя, погиб под копытами ретивого коня.

Книги мне всегда нравились. Особенно написанные на эльфийском.

Баралиод скрылся за пологом и так же быстро вернулся. На запачканном кровью лице сияла улыбка.

– Не посрамился!

– Ивелькал из Картора.

"И'вель ка'ал", "Идущий своим путём". Интересно, одобрили бы это имя родители, если бы не погибли в день моего рождения?

Я ровным шагом подошёл к Дому Старейших. За спиной слышались перешёптывания. Я не отвлекался на них, стараясь собраться с мыслями.

Первые два Кандидата сразились с кем-то или чем-то. Причём времени у них на это было очень мало, не хватит для полноценного боя. Можно предположить, что время внутри Дома Старейших течёт иначе. Оба Кандидата были в крови, можно ли считать это совпадением, или испытание одинаковое для всех? Нет, слишком мало сведений для вывода. Значит, не стоит ожидать ничего. Просто идти вперёд и проходить испытание.

– Удачи, парень, – шепнул мне человек в красной мантии. Вблизи он оказался совсем не старым, как сперва показалось.

Я кивнул и откинул полог, погружаясь в непроглядную тьму. Коридор вёл все дальше и дальше. Никто не смог бы пробежать этот путь, сразиться с кем-то и вернуться обратно за пару мгновений.

– Со временем не ошибся, – шепнул я себе под нос. – Неплохо, Вель.

Коридор кончился резко, и я вышел в небольшую комнату. Вокруг было темно, посредине на трёх стульях сидели безмолвные фигуры в белом. От них исходил ровный свет.

Старейшие.

Я отметил для себя, что комната для них выглядит почти также, как в моём родном селении.

– И такого задохлика отправил Картор? Да, скатился городок, – звук шёл от одной из фигур.

– Ну не суди строго. Не нужно быть могучим воином для того, чтобы стать Героем, – это говорила вторая фигура.

– В чём же ты силён, – спросила третья, – Вель из Картора?

Внутри похолодело.

– В книгах, – честно ответил я, не сразу осознав, что от волнения сказал это на эльфийском.

Наступила тишина.

– И что же они говорят тебе? – мне почудилось ехидство в голосе второй фигуры.

– Много интересного, – я улыбнулся. – Например, что если есть Свет, то будет Тьма. Что баланс сил в природе соблюдается Старейшими и Тёмными Духами.

Я прищурился, почувствовав уверенность.

– Что разница между вами и Духами только в названии.

– Вздор! – воскликнула первая фигура. – Не смей нас равнять, мальчишка!

– Это серьёзное обвинение, – третья фигура качнулась в мою сторону. – Можешь ли ты это подтвердить?

Я на миг задумался, вспоминая книгу и страницу.

– "...И сказал Он, ибо если есть Свет, будет и Тьма. Я населю мир смертными тварями, вы же станете бессмертными, охраняющими его покой. И спросили его, как поделишь ты нас на земле, ведь мы равны меж собой? И сказал он, равны вы есть, но неравны будете, ибо каждый из вас отныне имеет волю свою". Откровение Ная'и'Сара, часть вторая. Книга находится под строжайшим надзором Жрецов, но копия её есть в каждом селении.

Фигуры молчали. Я заметил, что первые две сидят неподвижно, в то время как третья раскачивалась вперёд-назад.

– Как же тебе удалось её прочесть? – уточнила третья фигура.

– Жрец не всегда бодрствует, а послушникам открыт доступ в библиотеку.

– Но Откровение же на эльфийском, – с сомнением произнесла вторая фигура. – Ты выучил язык тёмной расы? Как тогда ты вообще можешь стоять здесь, если осквернён Тьмой?!

Я покачал головой и улыбнулся.

– Тогда и вы ей осквернены, ведь с самого начала нашей беседы я отвечаю вам на исключительно этом языке. Выходит, и вы его знаете. Как тогда вы стали Старейшими?

– Да как ты смеешь?!

– Поди прочь!

Третья фигура молчала. Я обратился к ней.

– Что скажете вы?

В один миг эта фигура осталась единственной в комнате.

"Очень хорошо, Ивелькал из Картора. Ты раскусил мою иллюзию, прочёл много книг и обладаешь поистине опасными знаниями"

Голос Старейшего звучал у меня прямо в голове.

"Ты готов стать Героем. Возможно, именно тем, который нам нужен. Ступай, первое испытание окончено"

Я поклонился и уже почти развернулся, как в голове снова зазвучал голос.

"Тебе придётся нелегко. Выбор всегда остаётся за тобой. Помни это"

Я кивнул, сделал шаг вперёд и тут же оказался на свежем воздухе. Кандидаты с интересом смотрели на меня, ожидая реакции.

– Прошёл. Желаю удачи!

Я шёл к скамье, на которой сидел уже прошедший испытание Баралиод. За спиной слышались удивлённые возгласы, прерванные словами:

– Каариргор из Ксаймы.

Я прошёл первое испытание и на шаг ближе к титулу Героя. Но что ещё ждёт меня впереди?..

Глава III. Осень

«Как ты думаешь, твой путь правильный?..»

Я распахнул глаза. Погасшая лучина уже не озаряла комнату, косые струи дождя били в стекло, заставляя его позвякивать. Из-под кровати раздавалось равномерное дыхание. Вайри обычно плохо спала в такую погоду из-за того удара, спина волчицы остро реагировала на сырость.

Рядом негромко застонала Тавия. Я повернулся к ней. Ну да, одеяло сползло и теперь ей холодно, вон как сжалась. Я укрыл её и невольно улыбнулся. Дома она тоже часто сбрасывала одеяло с печи, а потом ругалась, что оно всё грязное.

Дом… Как же я соскучился по Картору! Когда мы дошли до Алтаря, нас встретили Старейшие. Они были не очень рады эльфам, поэтому Лиаикай спешно попрощался и увёл свой отряд обратно в лес. Вель едва смог убедить их не выгонять Вайри, но для этого Свите пришлось поселиться отдельно от Кандидата в Герои. Дом был большим, на несколько семей, и каменным, в Карторе таких никто не строил. Мы вместе с Тавией и волками разместились на первом этаже, Гирш и остальные воины заняли второй. Потекла размеренная скучная жизнь.

С тех пор прошло уже два месяца, а я так и не видел Веля. Жрец Картора говорил об испытаниях для Героя, но я не думал, что Вель будет проходить их один. Зачем тогда здесь остались мы? Только чтобы присутствовать на церемонии Посвящения? Всё это вызывало во мне непонятное чувство тревоги, которое лишь росло с каждым днём.

Позавчера нам объявили, что через два дня прошлый Герой вернётся из похода и передаст свой титул новому. Неужели всё наконец-то закончится?..

От тревожных мыслей меня отвлекла яркая вспышка, которой через пару мгновений вторил раскатистый гул. Грозы в Карторе бывали редко, поэтому я аккуратно вылез из-под одеяла и подошёл к окну. Я провёл пальцем по запотевшему стеклу, рисуя простенький узор. Дождь неровными быстрыми струйками стекал с другой стороны. За окном была непроглядная тьма, казалось, что ничто не может её разогнать.

Яркая вспышка вычертила силуэты других домов, каменную мостовую и маленький фонтанчик на площади. Я даже смог разглядеть вдалеке острые шпили Алтаря Героя. Тьма опустилась вновь, и тут же раздался оглушительный раскат грома. В глубине комнаты раздался негромкий вой.

«Старший! Страшно!»

«Иди скорее к нам!»

– Скоро всё кончится, – я улыбнулся. – Просто в Карторе грозы бывают очень редко, хотел посмотреть.

– Гроза? Ура!

Сквозь темноту комнаты ко мне подбежала Тавия. Я смог разглядеть лишь её силуэт.

– Всегда любила смотреть на молнии! – девушка восхищении прильнула к стеклу. – Когда следующая?

– Их же не делают по заказу, – я снисходительно улыбнулся.

«Глупый Волк должен выспаться перед завтрашним днём. Пусть твоя жена смотрит сама»

Вайри тоже не было видно.

– Знаешь, – я покачал головой, – мне тоже нравится гроза.

В темноте кто-то шумно выдохнул.

«Люди очень странные»

– Да, – проговорил я, глядя в окно. – Пожалуй.

– Что она сказала? – поинтересовалась Тавия.

Иногда они с Вайри говорили через меня, у них неожиданно нашлись общие темы для обсуждения.

– Что люди странные и что мне нужно выспаться.

– Опять будешь спать с волками, да? – девушка вздохнула. – От тебя потом пахнет шерстью…

В темноте негромко заворчали.

«Старший пахнет человеком!»

«Даже если спит с нами!»

– Я догадываюсь, о чём они сказали, – девушка прислонилась лбом к стеклу. – Я не против, просто помни, что у тебя есть ещё и человеческая жена…

Несколько вспышек подряд осветили комнату и улицу. Гром раздался сразу же, прокатившись над нами. Мне на миг показалось, что я увидел фигуру посреди мостовой, но со следующей вспышкой иллюзия рассеялась.

Волчата заскулили, Тавия восхищённо выдохнула. В тот же миг раздался громкий стук в дверь. Волки угрожающе зарычали. Проходя мимо кровати, я вынул меч из висящих у изголовья ножен и медленно приблизился к дверному проёму.

– Кто там?

Мне никто не ответил. Стук повторился чуть более настойчиво.

«Духом не пахнет»

Вайри встала около меня. Волчица едва заметно припадала на передние лапы. Несмотря на помощь Лиаикая, удар меча не прошёл незаметно.

– Нам не только Духов стоит бояться, – я крепче сжал рукоять меча. – Пока не ответите – не впущу!

«Ракки, это я. Быстрее!..»

Я узнал голос и без колебаний сдёрнул засов. Дверь тяжело отворилась, дождь окатил меня ледяными брызгами. В проёме стоял невысокий человек в грязном плаще, лица я не мог разглядеть под капюшоном. Человек шагнул внутрь и захлопнул за собой дверь. Волчата снова зарычали, а Вайри принюхалась.

«Ушастый пришёл невовремя»

Незваный гость скинул капюшон, разбрызгивая вокруг капли воды. Очередная вспышка озарила его бледное лицо с сияющими во тьме глазами.

– Принц Лиаикай, что-то случилось? – спросил я, опуская меч. – Нужна наша помощь?

Эльф вздрогнул от раската грома, снимая с себя промокший плащ.

– Для н-начала я х-хотел бы п-погреться, ес-сли не т-трудно, – его голос прерывался ритмичным постукиванием зубов.

«Не переживай, всё хорошо. Отогреюсь и расскажу»

Добавил он мысленно, глядя мне в глаза. Я кивнул и стал спешно разводить огонь в камине.

*****

Несмотря на весь шум, никто на втором этаже не проснулся. Мы сели у камина и стали ждать рассказа Лиаикая. Поленья приятно потрескивали, добавляя ночи немного уюта. Принц протянул руки к огню и выдохнул.

– До чего же приятно, – эльф улыбнулся. – Интересно, драконам тоже так тепло внутри?

Я пожал плечами. Драконы никогда не посещали наши леса. Про них я читал только в сказках. Но отчего-то мне верилось, что Лиаикай видел их и, может быть, даже сражался. Тавия подбросила в пламя карторские травы, и по комнате разлетелся тонкий аромат ромашек. Вайри, гревшаяся у самого камина, чихнула.

– Извини, – девушка спрятала остатки трав в мешочек, – но это помогает от болезней. Думаю, что не только людям.

Волчица негромко заворчала.

«Если Глупый Волк не против, то не извиняйся»

– Почему она зовёт тебя Глупым Волком? – Лиаикай склонил голову. Тавия прыснула в кулак.

– Как-как? Глупый Волк?

Я смущённо покачал головой и укоризненно посмотрел на Вайри. Та шумно выдохнула.

«Потому что он наш Волк. И он глупый»

– Это редкость для животных, давать имена живым, – задумчиво проговорил Лиаикай.

«Редкие живые понимают волков»

Эльф хмыкнул.

– Да, с этим не поспоришь.

К Лиаикаю подошла Фирви, осторожно принюхиваясь. Эльф осторожно погладил её по серебристому меху. Рирвей и Райк последовали за сестрой, и после непродолжительного обнюхивания улеглись у ног Лиаикая.

– Похоже, эльфийский принц им понравился, – улыбнулся я.

«Пахнет как Старший»

«Только чуть-чуть по-другому»

– Предатели, – я картинно вздохнул. – И всё же, что привело сюда наследника престола?

Лиаикай задумчиво гладил Фирви. Его взгляд блуждал среди пляшущих огней в камине.

– На самом деле, я плохой принц, – тихо начал он. – Мои взгляды не разделяет почти никто в королевстве. Вряд ли трон передадут мне, особенно после того, что я натворил.

Лиаикай посмотрел на меня, за тем на Тавию.

– Я сбежал, чтобы посмотреть на обряд Посвящения в Герои. Вы для нас такая же загадка, как и мы для вас. Сила, которой обладает Герой превосходит все наши ожидания.

Тавия улыбнулась.

– Неужели мы удивили даже эльфов? Люди сильнее, чем может показаться.

– Дело не в этом.

Лиаикай замолчал, подбирая слова.

– Ничего в нашем мире не берётся из ниоткуда. Люди, эльфы, звери, духи – всё существует за счёт каких-то сил, внутренних или внешних. У любой силы есть источник. Но эльфы не могут найти источник силы Героя.

Мне почему-то стало не по себе. Тревога, таившаяся несколько месяцев, разыгралась вновь.

– Герой может слишком много. Уничтожает Духов, сражается на равных с эльфами и драконами. Но откуда берётся эта сила?

– Когда я приходила в библиотеку к отцу, то читала некоторые книги, – Тавия разгладила складки на одеяле. – Там почти ничего не было понятно, но говорилось, что Герои как раз и появились, чтобы соответствовать уровню эльфов и духов.

– Да, – кивнул Лиаикай, – но какой ценой? Что такого делают с человеком, что он становится Героем? Мне очень хотелось на это посмотреть, узнать весь процесс получше. Тот Дух говорил что-то о чистоте души, это как-то связанно с отбором кандидата?

– Только чистая душа способна стать Героем, – подтвердил я. – Поэтому меня и не выбрали, Дар закрывает путь в Герои.

– То есть Дар – это плохо? – уточнил эльф. – Но вроде Гирш, ваш лесничий, пользуется уважением среди воинов. Не может же дело быть только в страхе.

– Картор относится к одарённым лучше других селений, – я почесал в затылке. – Но не знаю, почему.

– Вот как…

Повисла тишина, нарушаемая только треском поленьев. Вайри морщилась от запаха ромашек, но не уходила от камина. Волки мирно дремали рядом с Лиаикаем. Тавия смотрела в чёрное окно, наблюдая за тонкими струйками воды. А я думал о Веле. Этот разговор заставил меня переживать за карторского кандидата в Герои.

– У меня есть одна теория, но она… – Лиаикай опять подбирал слова. – В общем, она очень жестокая. Даже для людей.

– Что значит, даже? – недовольно нахмурилась Тавия.

Эльф пожал плечами.

– Вы ведёте войны друг с другом, не говоря о других расах. Разве не жестоко уничтожать самих себя ради низменных страстей?

Тавия не ответила и просто покачала головой.

– Так что за теория? – уточнил я.

– Что-то меняет саму суть человека, превращая его в какое-то новое существо. Не дух, не эльф, не человек и не дракон. Что-то совершенно иное, чему доступна невероятная сила в обмен на человечность.

Меня пробил озноб. Вель… Перестанет быть человеком?..

– Я бы с радостью поговорил с каким-нибудь бывшим Героем, – продолжал принц, – может, он что-то прояснит. Ради этого я готов стерпеть наказание, которое мне грозит за мой побег.

– Герои никогда не возвращаются домой, – эхом отозвалась Тавия. – Они постоянно сражаются с Тёмными Духами. У них нет на это времени.

– Не возвращаются, значит… – Лиаикай задумался на миг и тут же помотал головой. – Ладно, засиделся я тут у вас. Спасибо за тепло, Ракки, Тавия, Вайри.

Он аккуратно встал, чтобы не разбудить волков, и подошёл к двери.

– Извините, что испортил вечер, – Лиаикай виновато улыбнулся. – Но иначе я бы совсем замёрз на улице.

– Ничего, – Тавия покачала головой. – Но не лучше ли остаться здесь до утра? Мы сможем вместе пойти на Посвящение.

– Это вызовет неудобные вопросы у Свиты и Старейших. Я встречу вас на площади завтра.

Он развернулся ко мне.

– Ещё раз, извините за неудобства.

Его глаза вдруг блеснули бирюзой. Мир вокруг словно размазался, стал нечётким.

«Слушай внимательно, Ракки! Вель может быть в куда большей опасности, чем мне казалось. Не говори Тавии и волкам, но будьте готовы к любым неожиданностям. Рассчитываю на тебя!»

Мир снова обрёл чёткость.

– Хорошо? – эльфийский принц протянул мне руку.

Я поколебался пару мгновений, но всё-таки её пожал.

– Хорошо.

Тавия открыла дверь, и Лиаикай в один миг растворился в ночном дожде. Я глядел ему вслед, слушая барабанящие по крыше капли и пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Вель, что же они с тобой собираются сделать?..

*****

Ранним утром мы двинулись группой к городским воротам. Рассветное солнце бликовало на острых шпилях Алтаря Героя, что возвышались над стенами. Три металлических столба уходили из центра города высоко в небо, почти теряясь в облаках.

– Кажется, сегодня они сияют как-то особенно ярко, – хмыкнул Гирш. – Жаль, что твоим волкам не разрешили пойти.

Кони медленным шагом приближали Свиту к воротам. Мы с лесничим шли впереди, Тавия позади нас о чём-то очень активно беседовала с отрядом. Мне стало стыдно, что я до сих пор не выучил их имена. Хоть мы и жили в Карторе, обычно наши пути со стражей не пересекались.

Я вздохнул. Вайри и волчата просилась посмотреть на нового Героя, но посланец Старейших был непреклонен.

«Расскажи потом, как всё прошло. И если что, зови на помощь»

Я помотал головой, отгоняя дурные мысли.

– А скажи, в прошлый раз ты был на Посвящении? – спросил я лесничего, уводя коня от больших камней на земле. Ночной ливень подмыл холм, и его часть съехала прямо на дорогу.

– Нет, – Гирш покачал головой. – Нас тогда не пустили. Но и наш Кандидат не прошёл. Хотя…

Он вдруг замялся и оглянулся, словно смотрел, не подслушивают ли нас.

– Светилось всё так ярко, что за полдня пути отсюда небо сияло всеми цветами радуги. И знаешь, ощущение какое-то было… Странное.

– Что всё самое весёлое происходит без вас? – улыбнулся я.

Гирш невесело усмехнулся.

– Скорее, что мы очень вовремя унесли ноги.

Дорога вильнула, и мы оказались у самых ворот.

– Сколько ж вас тут… – пробормотал лесничий, оглядывая толпу у входа. – Такое прямо событие, что все жители соседних сёл пришли?

– Ну, это ведь Посвящение, – неуверенно ответил я. – Его же проводят раз в несколько лет. Вряд ли тут есть дела важнее.

Лошади постепенно рассеивали народ, Свита подбиралась всё ближе и ближе к воротам. Люди, сперва недовольные нашим поведением, едва завидев на нас отличительные знаки Свиты Героя начинали улыбаться и радостно пропускать нас ко входу в город.

Привратники в белоснежных одеждах недвижимо стояли у самых ворот, острые пики у них в руках поблёскивали золотом. Массивные ставни были украшены витьеватым узором, плавно переходящим на стены.

– Не терпится скорее войти, – нас догнала Тавия. – Вель уже заждался!

– Ага, – Гирш кивнул. – Может хотя бы в этот раз Картор победит.

«Разве твой путь правильный?»

Я заозирался, пытаясь понять, откуда идёт звук, но все в толпе лишь улыбались мне. Неужели Грей начал действовать? Но почему именно сейчас? Если Тёмный Дух попытается помешать Велю прямо на Посвящении, то мы обязаны его остановить!

– Что-то случилось? – спросила Тавия. Я коротко кивнул. – Слышишь чей-то голос? Это тот Дух?

– Он не сунется за городские стены, – с сомнением произнёс Гирш. – Уж слишком тут…

Лесничий вдруг замолчал и прищурено оглядел толпу.

– А знаете, езжайте вы без меня.

– Что? – я не поверил своим ушам. – Но ты же хотел…

– Не спорь, – резко ответил Гирш. Он опустил руку на эфес меча. – Я догоню.

Лошадь лесничего взбрыкнула, распугивая толпу, и Гирш умчался в сторону леса. Мы с Тавией переглянулись.

– Он не справится один, – я нахмурился. – Нужно ему помочь!

– Нет, – неожиданно резко ответила Тавия. – Мы нужны Велю. Представь себе его эмоции, если на Посвящении нас не будет! Герои не возвращаются домой, это будет последний шанс для него попрощаться!

– Тавия…

– Ракки, не иди за ним, пожалуйста, – голос девушки дрогнул. – Твой Дар не поможет в битве с Духом. А Гирш может за себя постоять.

Она крепко вцепилась мне в рукав. Я вздохнул и улыбнулся.

– Будь по-твоему. Только не плачь. Не люблю, когда ты расстраиваешься из-за меня.

По толпе прокатился восхищённый возглас. Я обернулся и увидел. как ставни медленно расходятся в стороны, открывая вид на город. Широкая улица была украшена белоснежными лентами, вдоль дороги стояли стражники с золотыми пиками. Прямо по центру я увидел подиум, на котором едва виднелись фигуры кандидатов в Герои. За их спинами ввысь тянулись три металлических столба.

«Одиночество…»

«Боль…»

«Тоска…»

Меня прошиб холодный пот. Это были голоса Алтаря? Но как? Неужели, он живой?..

Сидя в ожидании Посвящения, я, наконец-то полностью осознал свой Дар. Это не просто разговор с животными. Я улавливал направленные мысли любого живого существа. Поэтому Лиаикай мог безмолвно мне что-то говорить. Но эти голоса... В них чувствовалась какая-то древняя сила и мощь.

– Ракки? – удвилённо спросила Тавия. – Что с тобой?

«Сегодня мы…»

«Заберём с собой…»

«Ещё одну душу…»

– Ничего, всё в порядке, – я через силу улыбнулся. – Ну, пойдём скорее.

Девушка недоверчиво посмотрела на меня, но всё же кивнула и повернула лошадь ко входу. Я последовал за ней, не отрывая взгляда от Алтаря.

Действительно ли мой путь правильный?..

*****

– Как же красиво здесь… – восхищённо прошептала Тавия.

Я не ответил, продолжая неотрывно смотреть на Алтарь Героя. Кони почему-то заволновались, их пришлось оставить на входе, и теперь Карторская свита пешком шла вдоль невысоких домиков с красной черепицей. Толпа зевак двигалась позади. Остальные свиты уже стояли около подиума, терпеливо ожидая нас.

Я прикрыл глаза, вслушиваясь изо всех сил. Вокруг раздавались восхищённые возгласы, улицу заполнял звук шагов по мостовой, но стальные шпили больше не говорили. Мне же не показалось, да?..

– Все такие радостные, – Тавия вздохнула. – Надеюсь, с Гиршем ничего не случится.

– Он справится, – рассеяно ответил я.

Девушка перевела взгляд на меня.

– Ракки, что-то не так.

Она не спрашивала, а именно утверждала. В последние месяцы она делала это всё чаще, у Вайри набралась, что ли? Я нехотя кивнул.

– Это из-за того Духа?

– Нет. Пока ещё не разобрался, поэтому не бери в голову.

– Секреты от жены? – Тавия прищурилась. – Всё-таки сбежишь от меня с Вайри? Да уж, прославлюсь в Карторе. Войду в историю селения как первая девушка, от которой парень ушёл к волкам.

Я отчаянно замотал головой.

– Тавия! Ты что вообще такое!..

– Расслабься, – рассмеялась девушка. – Я тебе доверяю. Слышишь ли ты голоса животных, или же с нами живут твои волки, или ты сражаешься с Тёмными Духами. Ты всё равно остаёшься рядом, несмотря ни на что.

Она несильно пихнула меня кулаком в плечо. Я почувствовал, как меня отпускает напряжение. Может, всё обойдётся, и с Велем ничего не случится? Лиаикай мог ошибиться в своих подозрениях, да и Алтарь я, может быть, неправильно понял. Гирш сдержит любого Тёмного Духа, а когда Вель станет Героем, то помешать ему не сможет никто!

Наша Свита подошла вплотную к площади перед Алтарём. Я разглядел стоящего на подиуме Веля, он был ужасно бледный, с какой-то отрешённой решимостью в глазах. Рядом с ним стояло ещё двое: невысокий полноватый мужчина в богатом расшитом золотом одеянии и хмурая девушка в тёмно-коричневой мантии, как у Карторских жрецов.

– Значит, и впрямь, девушек берут в Герои, – раздался голос у меня за спиной.

Мы с Тавией обернулись. Рядом стоял парень моих лет, одетый в доспехи Карторских воинов. В очередной раз мне стало стыдно, что даже не узнал его имени.

– Интересно, – протянул он, – что же на самом делают эти шпили?

Я пожал плечами и вежливо улыбнулся.

– Ты же чувствуешь это, Ракки? – парень прищурился. – Алтарь Героя – очень странное сооружение. Прямо в центре города, но на нём ни единого развода или трещинки, хотя он стоит уже не одну сотню лет. А ещё смотрите…

Он обвёл взглядом людей на площади.

– Ни единого животного. Лошадей мы оставили у входа, но тут ни одной собаки даже нет. И птицы над городом не летают. Хорошо, что Андлина подальше отвёл.

– Но это же лошадь Гирша, – растерянно сказала Тавия.

Парень недоумённо взглянул на девушку и вдруг стал ощупывать лицо.

– Значит, не показалось, – криво усмехнулся он. – Стены вокруг города снимают любую иллюзию. Или скорее не выпускают наружу воздействие Алтаря. Дела…

Парень взъерошил короткие волосы.

– Это я, Гирш. Просто на самом деле выгляжу именно так. Возраст и шрамы лишь иллюзия, чтобы не пугать тех, кто меня ещё помнит.

Он пристально взглянул на Алтарь, словно пытаясь пронзить его взглядом.

– А вот здесь я настоящий. Несмотря на все мои старания.

Мы с Тавией растерянно переглянулись.

– Это из-за Дара? – вполголоса спросила девушка.

Гирш неопределённо пожал плечами.

– И из-за него тоже. Когда Посвящение закончится, то расскажу подробнее. А теперь давайте посмотрим на церемонию и приготовимся к худшему.

– Соглашусь с Гиршем, – сквозь толпу к нам протиснулась фигура в капюшоне. – Пробраться сюда оказалось проще, чем я думал.

Он приподнял плащ, и я без труда узнал Лиаикая. Эльфийского принца выдавали изящные черты лица и едва заметно заострённые уши.

– Ваше высочество, – Гирш приветственно склонил голову. – Тоже решили посмотреть за Посвящением?

– Конечно, но я не думал, что тут такая плохая охрана. И раз Гирш спокойно стоит здесь, то…

Лесничий скривился.

– Других Духов эти стены не остановят. Нам нужно быть начеку.

Я хотел сказать им, что слышал голос Алтаря, но не успел. С центра площади прозвучал рог, сменившийся громким голосом жреца:

– Старый Герой прибыл к Алтарю. Мы можем начинать церемонию передачи титула!

Я обернулся и увидел, как по дороге к площади медленно двигался человек. Массивные доспехи скрывали фигуру и лицо, металлические пластины бликовали на солнце. Изящные ножны с мечом бряцали на поясе Герое в такт его размеренным шагам.

– Какая сила… – прошептал Лиаикай. – Теперь стало понятнее. Гирш, чувствуешь?

– Да, – лесничий кивнул. – Сколько же их там на самом деле?..

Я недоумённо посмотрел на Гирша. Герой тем временем приблизился к нам, и стало слышно его тяжёлое дыхание. Каждый шаг давался ему с видимым усилием. Не удивительно, конечно, уничтожать Тёмных Духов не так-то просто.

«...те…»

Я помотал головой. В звуке дыхания Героя мне послышался голос.

«...спасите...»

«...больно...»

Дыхание перехватило. Герой звучал почти как Дух, только на разные голоса. Будто в доспехах шёл не один человек, а двое.

«...так темно...»

«...ничего не осталось...»

Ещё два голоса. Неужели об этом говорили Гирш и Лиаикай?

– Герой вернулся из долгого странствия, – продолжил жрец. – Его долг перед человечеством выполнен. Поведай нам, о Герой! Скольких Тёмных Духов ты сразил своим мечом?

Фигура в доспехе остановилась перед подиумом и опустилась на колено. Жрец подошёл к Герою, положил ему руку на плечо.

– Не меньше чем три сотни, – глухо сказал тот. – Во всей округе больше нет Духов.

Кандидаты смотрели на него, не отрывая взгляда. В их глазах читалось восхищение, только Вель поёжился, будто от холода. Мне стало не по себе.

– Передай же своё оружие обратно в руки Хранителей Алтаря!

Герой отстегнул меч от пояса и протянул его вперёд. Жрец принял меч, и доспехи Героя в тот же миг засветились изнутри.

– Начинается, – прошептал Лиаикай.

«Ещё одна душа…»

«Станет силой…»

«Хранящейся в Мече…»

Алтарь тоже засиял, так ярко, что мне пришлось зажмуриться. Вспышка была короткой, и, когда я открыл глаза, доспехи Героя стали медленно опадать на землю. Пустой шлем подкатился к моим ногам.

«Тридцать пять тысяч…»

«Сто первая душа…»

«Перемещена…»

– Но, – Тавия прикрыла рот руками, едва сдерживая крик, – но почему?..

– Уже не одну сотню лет эльфы ломали голову, в обмен на что Герой получает свою силу, – медленно произнёс Лиаикай. – А ещё что это за сила, которая даёт людям встать в один ряд с эльфами и драконами. Теперь у меня есть ответ, но он мне очень не нравится.

Я поднял глаза на Веля. Он встретился со мной взглядом и слабо улыбнулся. Теперь он знает, что ждёт его по окончании срока и смиренно принял свою судьбу.

Но что теперь делать нам?..

*****

Жрец окинул взглядом восхищённо притихшую толпу и повернулся к кандидатам.

– Теперь, великий меч Ная'и'Сара укажет нам следующего Героя!

Он слегка обнажил клинок, в лучах солнца тот казался сотканным из языков пламени. Хотя, если в нём действительно заключено так много душ, меч и правда мог быть огненным.

Кандидаты видимо нервничали. Полноватый мужчина постоянно поправлял передний узел на мантии. Девушка дёргала головой, бегая взглядом по толпе, словно пытаясь найти там кого-то знакомого. Вель выдохнул и прикрыл глаза. Он что-то шептал, но я не смог разобрать ни слова. Наверное, если бы я сосредоточился и использовал Дар, то услышал бы Веля. Но мне совсем не хотелось знать, что он шепчет. Вместо этого я обернулся на Свиту.

Большая часть карторцев восхищенно улыбались. Тавия молча кусала губы. Гирш буравил хмурым взглядом сияющий меч. А Лиаикай…

«Светлая душа…»

«Станет обладать…»

«Великой силой…»

Голос Алтаря пробирал до костей. Я был уверен – эльфийский принц тоже его слышит. Но почему он продолжает улыбаться?

Лиаикай заметил мой взгляд и повернулся.

– Люди действительно создали что-то сравнимое по мощи с нашей магией! Никогда бы не подумал…

– Что будет с Велем? – оборвал его я.

Лиаикай моргнул и перестал улыбаться.

– Зависит от решения Алтаря. Если станет Героем, то его ждёт недолгая, но очень яркая жизнь, наполненная битвами с Духами. Если нет – вернётся в Картор и спокойно доживёт до старости.

Эльф виновато понурил голову.

– Извини, его судьба действительно важнее, чем моё восхищение людьми.

– Если меч выберет Веля, – спросила Тавия, не отрывая взгляд от Алтаря, – мы можем спасти его от смерти?

– Захочет ли он этого, вот в чём загвоздка… – пробормотал Гирш. – Вель очень серьёзно относится к титулу Героя и готов рискнуть своей жизнью ради него.

Жрец поднял меч над головой двумя руками и повернулся к Алтарю.

– Именем Ная'и'Сара, я взываю к Свету! Яви нам следующего Героя!

Металлические шпили вмиг покрылись сияющими символами. Этот язык мне не был знаком, видимо, мой Дар не справлялся с письменностью. Лиаикай прищурился и прочитал вслух:

– Х'кка с'я шай'я… Драконье наречие. Теперь понятно, как люди смогли додуматься до этого.

Он разочарованно вздохнул.

– Что это значит? – вполголоса спросила Тавия. Я пожал плечами.

– Дословно – «Последний оплот Света», – Лиаикай пристально смотрел на Алтарь. – Какой смысл вложен в эти слова? К счастью, ни одного дракона в мире не осталось, и спросить уже не у кого.

Ножны меча покрылись такими же символами. Со всех сторон послышались тихие голоса, как будто все зрители начали говорить разом. Я заозирался, но так и не мог разобрать, что они шептали.

«Светлая душа…»

«Среди кандидатов…»

«Найдена…»

Шёпот в один миг прекратился. На постамент от одного из шпилей упал луч света, освещенный кандидат прикрыл лицо рукой. Толпа замерла в ожидании слов Жреца.

– Новым Героем станет Ивелькал из Картора! Сейчас он спустится к нам и примет в руки меч Ная'и'Сара, закрепляя договор с Алтарём.

Полноватый мужчина вздохнул и энергично пожал руку Велю. Девушка покачала головой и похлопала нового Героя по плечу. Вель слабо улыбнулся и начал спускаться по лестнице к Жрецу.

– Не позволю!

На площадь выскочил невысокий человек в оборванном плаще. Одной рукой он сбросил с себя обрывки ткани, и я без труда узнал Грея. На шее Тёмного Духа зиял чёрный проём. Словно Вайри своим укусом сорвала верхний слой кожи, под которым не оказалось ничего кроме тьмы. Грей был одет в потёртые доспехи, местами поеденные ржавчиной. На его поясе болтались пустые ножны.

– Неужели вы не понимаете? – крикнул он, кривясь от боли. – Этот меч не принёс ничего кроме боли! Скольких Героев он поглотил? Скольких Духов уничтожил? Неужели это всё стоило таких жертв?!

Толпа ошарашенно молчала. Жрец криво усмехнулся.

– Сила Ная'и'Сара позволяет нам сражаться с Тёмными Духами вроде тебя, Грейтхем, Приносящий Смерть. Люди рождаются каждый месяц, Тёмные Духи умирают каждый день. Скоро вашего поганого племени не останётся в нашем мире!

«Тёмные Духи… Опять… Опять!»

– Духи так не делятся! Вы убиваете всех без разбора!

Из чёрного проёма на шее Грея потекла кровь, он быстро зажал рану.

– Тёмных Духов придумали люди. Вы записываете туда всех, кто вам не помогает! Если вы хотите тьмы, я покажу вам настоящую Тьму!

Он отвёл правую руку за спину и схватил что-то невидимое, как будто пытаясь сорвать незримое покрывало. Воздух вокруг его кисти покрылся складками и затрещал, разрываясь.

– Проклятье дракона! – Лиаикай выругался и достал меч из ножен. – Он использует всю свою силу, чтобы открыть проход во Тьму!

– Я призову тех, кто поглотит ваш мир! Если здесь нет места для Духов…

По руке Грея заструилась кровь, его лицо исказилось от боли. Он стоял достаточно далеко от нас, никто не мог успеть помешать ему. Сквозь разломы мне померещилась длинная костистая рука, тянущаяся навстречу свету.

– …То здесь не будет места и для людей!

Мимо меня промелькнуло что-то синее, словно из ведра плеснули водой на землю. Раздался крик. Я перевёл взгляд на Грея и обомлел. Рядом с ним стоял Гирш, меч лесничего вонзился в плечо Тёмному Духу, пробив его насквозь. Путь Гирша был усеян каплями воды, да и сам лесничий словно побывал под дождём.

Грей разжал руку, и проход во Тьму медленно истаял в воздухе.

– Почему?! – отчаянно закричал Дух.

– Потому что ты дурак! – крикнул ему в ответ Гирш. – Именно из таких как ты люди считают нас Тёмными!

Я открыл рот от удивления. Гирш тоже Дух?

– Неужели ты считаешь их правыми? – Грей попытался вытащить меч из плеча, но лишь застонал от боли. – Они убьют нас всех только потому, что боятся нашей силы!

– Духи и люди могут существовать вместе. Мы с Хис в это верим!

Гирш выдернул меч и отскочил, переходя в боевую стойку. Я заметил вьющиеся вокруг его ног ручейки воды.

– Дай людям шанс, Грейтхем!

– Пока меч Ная'и'Сара держит в себе столько душ наших братьев и сестёр – нет!

Грей развёл руки в стороны, между ними промелькнула небольшая молния. Гирш вдруг усмехнулся и опустил меч.

– Тогда всё просто. Мы уничтожим Алтарь Героя и освободим души, заточённые в мече. Согласен на такой вариант?

– Значит, вот его выбор, – тихо сказал Лиаикай. – Любопытно.

Я непонимающе помотал головой. Толпа безмолвствовала, даже Жрец не спешил вмешиваться в поединок двух Духов. Вель молча наблюдал за Гиршем, медленно подходя к Жрецу.

– То есть ты готов отречься от людей… – осторожно начал Грей, но лесничий его перебил.

– Я готов помочь людям, даже если они этого не хотят. Иногда это именно то, что им нужно. Ну что, Грейтхем? Ты со мной?

Тёмный Дух немного поколебался и кивнул. Гирш мгновенно повернулся к Алтарю.

– Прости меня если можешь, Вель. Но ты будешь последним Героем.

Лесничий поднял меч навстречу шпилям.

– Пришло время изменить этот мир!

*****

– Никто не посмеет вмешаться в ритуал.

Вель медленно вышел вперёд, заслоняя Алтарь рукой.

– Гирш, – тихо сказал он. – Нет сомнения, что ты Дух. Смена внешности, вода вокруг... Предположу, что Дух Ручья.

Гирш усмехнулся и кивнул. Грей напряжённо следил за движениями Веля.

Будущий Герой прикрыл глаза.

– По своему предназначению ты не агрессивен. Если уйдёшь прямо сейчас, то я не трону тебя и Грея.

– Это невозможно, – Гирш стиснул меч, вдоль лезвия завертелись струи воды. – Мы уничтожим Алтарь и навсегда положим конец войне между нашими народами.

Вель глубоко и прерывисто вздохнул.

– Если ты станешь Героем, то не выживешь, – Гирш указал кончиком меча на шлем у моих ног. – Видишь ту кучку доспехов? Вот что с тобой будет! Мы хотим тебя спасти!

Вель распахнул глаза. В них читалась такая решимость, что я невольно отшатнулся.

– А с чего ты решил, что меня нужно спасать?

Он говорил очень тихо, но, казалось, что каждое слово долетает до самых краёв площади.

– Всю жизнь меня оберегали жители Картора. Я посвятил себя книгам и знаниям, ведь это единственное, что у меня получается.

Вель повернулся к Свите, поймал мой взгляд и решительно кивнул.

– Сейчас единственный шанс доказать всем свою полезность. Теперь мой долг – стать Героем и принести порядок в этот мир. Даже если для этого мне придётся вас уничтожить.

Жрец кивнул и протянул ему меч. Вель взялся за рукоять, его руки дрожали. Гирш покачал головой и горько усмехнулся.

– Значит, ты решил сражаться.

– Нужно остановить его сейчас же! – Грей вытянул сжатый кулак в сторону Веля, вокруг него заклубился сизый дым.

По телу будущего Героя пробежала красная молния, он скривился и упал на колени, не выпуская оружие из рук.

– «Клянусь именем Ная'и'Сара, что проложу этим мечом путь к справедливости!»

Я узнал голос Веля. Он говорил мысленно, обращаясь к Алтарю.

– «Моя рука не дрогнет перед лицом Тёмного Духа, и кровь Тьмы прольётся на землю!»

– Прими свою судьбу, Ивелькал из Картора! – крикнул жрец.

«Стань...»

«Новым...»

«Героем...»

По Алтарю начали двигаться письмена, стягиваясь к остриям шпилей. Вокруг Веля появился красный круг, испещрённый драконьим наречием. Лиаикай повернул голову, пытаясь прочитать текст.

– С’ья Р’кха Тса’х. «Последний миг договора». Как я и думал.

Вель потянул меч из ножен, обнажая огненное лезвие.

– «Я вступаю на тернистый путь, но пройду его до конца! Моё истинное имя – ...»

Грей разжал кисть, с неё сорвалась чёрная стрела и устремилась к будущему Герою.

– Вель, берегись! – крикнула Тавия.

Стрела с тихим свистом вонзилась в землю позади Героя. Жрец покачал головой.

– Твои попытки напрасны, Тёмный Дух! Узри истинную силу...

Он не договорил. Красный круг покрылся трещинами и рассыпался, оставляя после себя лёгкую пыль. Новоиспечённый Герой вдруг покачнулся и ничком повалился на землю. Меч со звоном отлетел в сторону.

«Обнаружена...»

«Критическая...»

«Неисправность...»

Алтарь ярко вспыхнул красными символами и погас.

– Да! – закричал Грей. – Я сделал это! Да!

Тёмный Дух прикрыл лицо ладонями и засмеялся. Гирш стряхнул с лезвия капли воды и убрал меч в ножны.

– Невозможно... – пробормотал Жрец. – Просто невозможно...

– Вель!

– О, нет!

– Держись!

Мы запоздало бросились на помощь. Вель не двигался. На его спине быстро расползалось кровавое пятно. Меткий выстрел Грея пробил насквозь лёгкий карторский доспех. Тавия села на землю рядом, осматривая рану.

– «Как глупо...»

Вель был так слаб, что не мог говорить, а только думать.

– «Как же больно... Почему так больно?..»

Я закрыл уши, но это не помогло.

– «У меня не получилось... спасти всех...»

– Помоги ему, – Тавия с надеждой посмотрела на Лиаикая. – Ты же можешь помочь...

Эльфийский принц покачал головой, не отрывая взгляда от Веля.

– Разумные создания не могут исцелиться с помощью нашей магии. Это противоречит природе. Я не спасу его.

Он говорил тихо, стараясь, чтобы толпа зевак за нашими спинами ничего не услышала.

– «Простите... меня...»

– Пожалуйста... – прошептала Тавия, но Лиаикай лишь снова покачал головой.

На площади воцарилась тишина, нарушаемая приглушённым хохотом Грея. Зрители смотрели на Веля, в надежде что он сейчас встанет и победит Тёмного Духа. Но я точно знал – этому не суждено было сбыться. Вель умирал на моих глазах, а я мог лишь стоять и смотреть.

– Мы не успеем найти нового... – бормотал Жрец, нервно перебирая полы мантии. – Впервые за сотни лет... Невозможно...

– «Простите... меня...»

Стараясь сдержать слёзы, я обернулся на Духов. Гирш сидел на коленях и смотрел на Алтарь. Грей продолжал смеяться как безумный.

Он убил Веля.

Он только что убил нашего Героя.

Мы не смогли ему помешать.

Я обвёл глазами Свиту, зевак вокруг. Все они были напуганы и растеряны.

– «Спаси их... Ракки...»

Я обернулся к Велю.

– «Прекрати эту войну…»

Даже в такой безвыходной ситуации он думал о других, а не о себе. Мой взгляд задержался на лежащем на земле мече. Вель так и не вытащил его из ножен до конца. Лезвие тускло сияло кроваво красным светом.

– «Даже если мы одолеем Грея и Гирша, Духи продолжат мстить людям за всех предыдущих Героев. Как ты хочешь, чтобы я всех спас?..» – мои мысли были обращены к Велю.

– «Стань Героем… Направь его силу в правильное русло…»

Я наклонился и поднял меч. Он оттянул мне руку своим весом. Тавия обернулась и вскочила.

– Нет!

– Он попросил меня сделать это, – я сглотнул ком в горле. – Перед самой смертью попросил.

– Никто не знает, что будет, когда недостойный достанет меч из ножен, – сказал Лиаикай. – Ты можешь умереть.

– Вы не посмеете осквернить ритуал! – воскликнул Жрец. – Только истинно светлый человек...

Я не стал его слушать и потянул меч из ножен. Лезвие вновь заиграло языками пламени. Вспыхнул круг с драконьим наречием, в голове прозвучал низкий голос.

«Ты хочешь продолжить ритуал?»

Я кивнул и сжал рукоять, глядя безмолвную толпу зевак, наблюдающих за церемонией. Если Героев больше не будет, выживут ли они в новом мире?

«Назови своё имя, Герой»

– Моё истинное имя – Арракир.

Мир вокруг вспыхнул мириадами цветов и резко потух. Только шпили Алтаря сияли письменами в темноте. Я огляделся, но никого не увидел.

– Меня зовут Арракир, и я хочу стать следующим Героем!

Мой крик утонул в окружающей тьме. По Алтарю побежали письмена, быстро сменяя друг друга.

– Арракир... Ты не Светлая душа.

Низкий голос звучал со всех сторон, будто со мной говорила сама тьма. Но я догадался, что это говорил Алтарь

– Небесный Меч не подчинится тебе до конца. Ты застрянешь в мгновении бытия и небытия Героем. Слишком светел, чтобы сгореть в пламени меча. Слишком тёмен, чтобы стать его частью.

– Неважно! – крикнул я. – Зато это прекратит войну!

Незримый собеседник усмехнулся.

– Ты плохо знаешь людей, Арракир. Они зациклены на старом и не простят твоего поступка.

Тьма будто сгустилась. Со всех сторон послышались шаги, какой-то едва уловимый шёпот.

– Духов ты знаешь ещё хуже. Они стремятся контролировать свою территорию и воспротивятся тебе.

Тьма вокруг зашевелилась, наполнилась стонами и криками. Ко мне потянулись иссохшие руки, некоторые из них были с острыми когтями.

– Кому ты можешь доверять, Арракир из Картора?

Я задумался, подбирая ответ.

– Тавии. Лиаикаю. Жрецам Картора. Своим волкам.

Голос издал странный звук, потом ещё один. Кажется, это был смех.

– Забавный ответ. Он мне нравится, он настоящий. Что ж, Алтарь выполнит твою просьбу.

Тьма слегка отступила, и я увидел окружающие меня фигуры. Люди – в доспехах и без, старые и молодые. Духи – большие и маленькие, человекообразные и нет. Звери – самые разные, от скалящихся волков до грациозных оленей. Они переминались на месте, словно чего-то ожидая.

– Это – Души заточённые внутри Небесного Меча. Все те, кого он поглотил. Теперь ты их вождь. Приказывай им.

– Не совсем понимаю, – растерялся я. – Приказывать что?

– Что хочешь. Они исполнят любое твоё желание.

Что бы сделал Вель, если бы знал правду? Как поступил бы настоящий Герой на моём месте? И должен ли я поступить как он?

«Спаси их»

Я замер. Вель вступил в контакт с Алтарём, но не завершил ритуал. Он должен был почувствовать, сколько душ забрал меч. Неужели он говорил про них? Тогда всё, что я должен сделать, это…

– Уходите. Я отпускаю вас, вы свободны.

Черные фигуры застыли в нерешительности.

– Всё! Вас здесь теперь ничего не держит! Покиньте этот меч навсегда!

– Души смогут покинуть это место, когда разрушится меч. Если его не будет, то не будет и Героя, – задумчиво проговорил Алтарь. – Люди останутся наедине со своими врагами, без клыков и когтей. Таково твоё желание?

Я решительно кивнул.

– Да будет так!

Чернота над моей головой треснула, в разлом брызнул яркий свет. К нему тут же устремились чёрные фигуры. Души, поглощенные мечом, стремились на волю.

«Обнаружено...»

«Нарушение...»

«Целостности...»

Я посмотрел на меч у себя в руках. Лезвие треснуло и сломалось ровно посредине. Теперь оно стало стальным, как у обычного меча. Тьма отступила, и мир вокруг снова стал нормальным. Никто вокруг ещё не понял, что произошло. Тавия держала меня за плечи, Лиаикай поражённо смотрел мне за спину.

Я обернулся. Шпили покрылись сеткой трещин, из них к небу тянулись белые нити. Алтарь отпускал своих пленников. Толпа что-то кричала, кто-то бежал к нам, размахивая руками. Гирш улыбнулся и растворился в облачко тумана. Грей больше не смеялся, провожая глазами белые нити, уходящие в небо.

Меня резко стало клонить в сон. Я покачнулся, отталкивая Тавию, земля стала неумолимо приближаться. Неужели об этом говорил Алтарь, и теперь я усну беспробудным сном? Или просто умру? Недостойный не может быть Героем.

«Кто же теперь будет кормить моих волков?..» – успел подумать я, проваливаясь в непроглядную темноту.

*****

– Быстрее! Шевелись, давай!..

Сознание возвращалось рывками. Со всех сторон слышались крики, затухающие на полуслове. Темнота вокруг вспыхивала алым и вновь затухала.

– Во имя Най'Сара!..

Я понял, что лежу на чём-то твёрдом и попробовал пошевелиться. Тело не слушалось, словно стало чужим. Неужели это побочный эффект использования силы Героя? Перед глазами пронеслось видение распадающегося в пыль Алтаря Героя.

Я же всё сделал правильно?

– Ракки! Очнись!

Тавия. Взволнована. Совсем рядом со мной.

«Глупому Волку нужно время. Не мешай»

Вайри. Спокойна. Тоже неподалёку.

Меня вдруг подбросило и больно ударило о пол, из груди вырвался громкий стон.

– Ракки!

Чувство прикосновения к лицу. Мягкое и ласковое. Тавия.

– Стонет, значит жив. Успеем к переправе до ночи – поставим его на ноги уже к утру. Но не в этой клятой повозке.

Лёгкая хрипотца. Насмешливый тон. Гирш.

Стоп. Но он же теперь против нас! Нужно скорее просыпаться! Я изо всех сил попробовал разлепить глаза. Веки слушались с большим трудом. Ещё чуточку! Ну же, Ракки!

По глазам ударил яркий свет Второй Луны. Безоблачное небо заслоняли ветки, пролетающие куда-то назад на большой скорости. Меня опять подбросило, но уже не так сильно, и я понял – мы едем в повозке.

– Он проснулся!

В поле зрения показалась голова Тавии. Напряжённое лицо девушки было перепачкано чем-то тёмным; едва встретив мой взгляд, она расцвела улыбкой. Я попробовал что-нибудь сказать, но из горла вырвался лишь хриплый стон.

– Ничего не говори! Всё в порядке, мы уже далеко от Алтаря.

Я непонимающе поднял брови. Тавия погладила меня по голове.

– Ты сразу упал без сознания после того, как… Сломал Алтарь. Людям это не понравилось, и пришлось нам бежать как можно скорее.

Я с усилием повернул голову. За вожжами сидел Гирш, лесничий обернулся и вздохнул. Выглядел он снова старым. Значит, я действительно уничтожил Алтарь. У его ног сидел Рирвей и внимательно смотрел за дорогой.

– А… – я сглотнул ком в горле. – А остальные?..

Слова давались с трудом, каждый звук раздирал глотку.

– Дали нам уйти, – просто ответил Гирш. – Стали щитом между разъярённой толпой и тобой. Эльф потерялся в суматохе, Грей опять сбежал.

Лесничий усмехнулся.

– Уж в этом он хорош.

Тавия укоризненно посмотрела на него и продолжила рассказывать.

– Веля мы забрали с собой, но он ещё без сознания. Волков подобрали уже по пути, хорошо, что Вайри вышла на охоту.

– Вель жив?.. – не поверил я.

– Грей преступил черту, – Гирш вздохнул. – Хотел убить кандидата в Герои прямо перед принятием титула. Думал, что так спасёт всех. А может наивно мечтал сам овладеть той силой.

Тавия хотела что-то сказать, но лесничий перебил её.

– В любом случае у него не получилось. Что сделано, то сделано.

«Дух прав. Жене Глупого Волка уже ничего не изменить»

Я скосил глаза. Вайри лежала неподвижно, уткнувшись носом мне в плечо. Волчица поймала мой взгляд и шумно выдохнула.

«Доброе утро, Глупый Волк»

Я слабо улыбнулся.

– Скорее ещё ночь, – покачала головой Тавия. – И мой муж не глупый.

Но откуда она?..

Девушка прочитала мой немой вопрос и смутилась.

– Было трудно понять без перевода, что хочет Вайри. Поэтому…

«Поэтому я её укусила»

Волчица отвела глаза, встретив мой укоризненный взгляд. Тавия нехотя закатала рукав, обнажая перемотанное предплечье. В некоторых местах сквозь ткань проступала кровь.

«Надо было кусать слабее. Извини»

– Сперва я испугалась, – призналась девушка, – но так гораздо удобнее. Только никак не пойму, почему это сработало.

– Есть у меня одна идея, – Гирш стегнул поводьями. – Нечего всякие железки в пасть пихать!

Я ничего не понял, но переспросить не успел.

«Кто-то впереди!»

Рирвей поднялся и приготовился к прыжку.

– Это не значит, что он враг, – осадил его Гирш. – Волки, спрячьтесь пока. Тавия, подыграй мне если что.

Девушка обернулась на дорогу и кивнула. Гирш потянул поводья, резко тормозя повозку. Меня бросило вправо по ходу движения, я впечатался в борт.

– Назовитесь, именем стражи Мейтерфурта!

Властный голос со стороны дороги. Незнакомый. Веет опасностью.

– Мы были у Алтаря, теперь пытаемся добраться до дома как можно скорее, – Гирш даже не соврал, просто сказал не всю правду.

– Да, там было то ещё побоище, – голос стражника едва заметно дрогнул. – Извините, но нам придётся осмотреть повозку. Чистая формальность.

– Вы думаете мы везём что-то запрещённое? – искренне удивилась Тавия.

– Нет, но мы должны убедиться, что с вами нет Предателя.

«Они назвали тебя так, потому что ты сломал Алтарь. Не волнуйся, мы тебя защитим»

Вайри вновь встретила мой взгляд.

«Даже если это будет нашим последним днём»

Я разглядел за волчицей Фирви. Её глаза тускло блестели из-под покрывала. Похоже, что мои волки действительно готовы пойти на смерть ради меня.

– У вас точно всё в порядке? – стражник начал что-то подозревать и подошёл ближе.

– Лучше бы ты просто нас пропустил, – прошептал Гирш, скользнув рукой за спину.

В тот же миг лесничий исчез, оставив после себя лишь легкий туман. Послышался короткий вскрик стражника, у него не было шансов против Духа. Тавия достала лук и выстрелила. Волки рванули из повозки, только Вайри осталась лежать около меня.

Я безуспешно попробовал встать. Тело двигалось с большим трудом. Они же там всех убьют из-за меня! Звуки боя не прекращались, Гирш разошёлся на полную.

– Зовите подмогу!..

– Это они! Быстрее к повозке!

Тавия выскочила наружу, не прекращая стрелять из лука. Наверное, она надеялась отвести стражников дальше.

«Мой выход»

Вайри подняла голову, и у меня перехватило дыхание. Во рту волчица держала обломанный меч Героя. Теперь он больше походил на кинжал с широким неровным лезвием и длинной рукояткой. Глаза Вайри вспыхнули бирюзовым. Вот почему её смогла понимать Тавия. Неужели даже в этом обломке осталась былая сила Героя?..

«Прощай, Глупый Волк»

Вайри положила меч на пол повозки и приготовилась к прыжку. Я понял, что если не остановить её сейчас, то она просто погибнет в неравном бою. Нужно взять меч! Если в нём ещё теплится сила Алтаря, то я смогу всех спасти!

*****

Моя рука коснулась рукоятки меча. Мир вокруг замер, подул тёплый ветер, размывая краски ночного неба.

«Ты отпустил все души. Остались только наши»

Низкий голос звучал со всех сторон. Тело вновь стало послушным, я встал и огляделся, крепко сжимая меч. Даже сквозь смазанные краски я видел бой во всех подробностях.

Мы остановились около каменных ворот, похоже на въезде в город. Ставни были плотно закрыты, со стен в нас целились лучники. Гирш замахивался мечом на стражника, уходя от летящей стрелы. Тавия держала лук наизготовку, целясь в солдат на стене. Волков не было видно, но я чувствовал – они ещё живы.

В углу повозки лежал Вель. Он тяжело дышал, его лицо исказила гримаса боли. Хорошо, что он всё-таки не умер. Это даёт нам надежду.

«Приказывай, Арракир из Картора»

Голос Алтаря тяжёлыми словами падал на плечи, заставляя сгибаться.

– Почему я ещё жив?

Голос ответил не сразу. Ветер приятно холодил лицо, продолжая размывать краски вокруг.

«Пока жив я – жив ты. Пока жив ты – жив я»

Алтарь смягчился, словно подбадривая меня

«Ты теперь Герой. Последний и единственный. Приказывай»

Я решительно поднял меч вверх.

– Сперва нужно остановить бой.

Меч засиял, мне пришлось зажмуриться. Ветер закрутился вокруг лезвия и рванул во все стороны, прижимая к земле траву. Мир оттаял, в него вернулись краски. Тавия убрала стрелу и обернулась. Гирш увернулся от стрелы и остановился, поражённо глядя в мою сторону. Стражники последовали его примеру.

– Слушайте все! – крикнул я как можно громче. – Прекратите сражение сейчас же!

Слова складывались в предложения сами собой. Я просто знал, что говорить.

– У меня осталась вся сила Алтаря Героя! Бегите отсюда, или я уничтожу вас!

Гирш улыбнулся краем рта и едва заметно кивнул. Тавия нахмурилась, но промолчала. С лезвия меча сорвалась яркая молния и оставила на каменной стене широкую борозду.

– Я сказал – бегите!

Стражники в панике бросились врассыпную, бросая оружие на землю. Вскоре перед входом осталась только карторская Свита и волки. Я опустил меч, чувствуя, как успокаивается его сила. Похоже, мне придётся научиться ей управлять.

Вайри, прихрамывая, подошла ко мне и ткнулась носом в ногу. Глаза волчицы всё также сияли бирюзой.

«Глупый Волк снова стоит на ногах. Значит, всё будет хорошо»

– Да уж, – хмыкнул Гирш. Лесничий убрал меч в ножны и наклонился к земле. – О, а этот шлем даже ничего. Заберу с собой.

– Ракки.

Тавия смотрела на меня так внимательно, что я едва не отвёл глаза.

– С тобой точно всё в порядке?

– Кажется, – я пожал плечами. – Похоже, что мы с этим мечом теперь связаны. Без него мне не жить.

– Что теперь, Последний Герой Арракир? – лесничий задумчиво крутил в руках шлем. – Свита Картора к твоим услугам.

Я задумался.

– Сперва нужно поставить Веля на ноги. Доставьте его Старейшим, может они смогут помочь. Неловко, конечно, вышло с Велем. Вы уж там как-то смягчите, что он не справился. А я в это время…

– Ты не едешь с нами.

Тавия не спрашивала – утверждала. Я виновато пожал плечами.

– Пока я Герой, мне там делать нечего. Как только найду способ стать человеком – вернусь. А вы возвращайтесь в Картор. Вайри с волками помогут вам найти еду. Я смогу сам о себе позаботиться.

Тавия молча смотрела на меня. Я не выдержал взгляда тёмно-зелёных глаз и отвернулся. Вайри вдруг заворчала.

«Не будь таким жестоким, Глупый Волк. Тебе это не к лицу»

«Мы останемся со Старшим»

«Без Старшего никак»

«Старший! Мы с тобой!»

Волки окружили меня, прижались к ногам, виляя хвостами. Похоже, одному мне точно не остаться.

– Тавия, – я поднял глаза на девушку. – Не могу тебя заставить идти со мной, но если хочешь…

– Глупый Волк, – Тавия сказала это таким ледяным тоном, что у меня по спине пробежал холодок. – Ты мог представить, что я не захочу с тобой пойти? Да я твоя жена, во имя Най'Сара! С кем мне ещё хотеть идти?

«Я говорила – Глупый. Ты не верила»

Тавия выдохнула, успокаиваясь. Гирш попытался скрыть смех кашлем, но у него это плохо получилось.

– Ракки, ты совсем не знаешь девичье сердце. Я и сам справлюсь, – лесничий помотал головой, от его волос в стороны полетели брызги. – Тащить вас всех это уже не для моих лет, а одного Веля – легко.

– Спасибо, Гирш. Передавай привет карторцам.

Он кивнул и в тот же миг превратился в бурный поток воды, который плеснул в повозку, подхватил Веля и исчез в лесу, оставив после себя лишь лёгкий туман. Я почувствовал, как к щекам приливает кровь.

– Прости, Тавия, я совсем не это имел в виду. Просто меня же будут искать и хотеть убить. Если с тобой что-то случится, – я запнулся, подбирая слова. – Даже не знаю, что будет.

– Пока мы вместе – не случится.

Тавия подошла и уткнулась лбом мне в грудь.

– Если ещё раз попробуешь уйти к волкам – не прощу.

Я неловко рассмеялся. Тавия подняла голову, улыбнулась.

– Ну, идём уже, Глупый Волк.

Мы шли по ночному лесу: два человека в окружении волков. Осенний ветерок веял прохладой, шевеля опавшую листву и унося с собой последнее тепло лета. Впереди нас ждала долгая и холодная зима.

Межсезонье. Путь Веля. Огонёк надежды

Я остановился перед дверью в опочивальню главного жреца. После неудачного ритуала в городе у Алтаря почти не осталось жителей, поэтому меня никто не остановил на входе в храм. В Карторе Жрец жил отдельно от святого места, в небольшом домике на окраине деревни, а здесь он расположился прямо в храме.

За дверью слышались сдавленные причитания и вздохи. Я оробел и не мог двинуться с места.

– Смелее, Вель, – подбодрил меня Гирш. Он стоял по правую руку, поправляя перевязь с мечом. Непривычно было смотреть на молодое лицо лесничего, но я убедил его, что так лучше.

Честнее.

Я посмотрел налево. Грей как можно плотнее закутался в плащ, недоверчиво поглядывая из стороны в сторону. Я понимал его опасения, всё-таки после той выходки во время ритуала его запомнили.

Он ведь почти убил Героя.

Я нахмурился своим мыслям. Мы здесь как раз для этого, чтобы покончить с недоразумениями и вместе искать выход. А кто кроме Главного Жреца Алтаря может нам помочь?

Я решительно толкнул дверь и вошёл без стука.

Жрец сидел на кровати, обхватив ноги руками, и что-то бормотал себе под нос. Изредка я улавливал отдельные слова вроде «нет надежды», «это конец», «спаси нас, Най’и’Сар». Он медленно перевёл взгляд на нас и также медленно отвернулся.

– Рад видеть тебя в здравии, Ивелькал из Картора, – хриплым голосом произнёс он. – К сожалению, сейчас это уже никак нас не спасёт.

– Добрый день, – вежливо поздоровался я. – Именно поэтому мы и пришли. Эту ситуацию нужно решать, и как можно скорее.

Жрец грустно усмехнулся.

– Алтарь разрушен, священный меч в руках самозванца. У людей теперь нет надежды. Тёмные Духи возьмут верх над нами и уничтожат всех до единого.

– Только таких как ты… – прошептали слева. Я отвёл руку назад, призывая Грея молчать.

– Для начала нужно кое-что прояснить. Ракки не самозванец, он действует от моего имени и по моему указанию. В тридцать первой главе Записей Святых есть строки: «И сказал Кинлир из Алдустрии, что не может быть Героем, ибо слаб душой и телом, и не выдержит силы. И сказал Енимихай: "Пусть Герой назначит своего оруженосца, дабы тот нёс меч его и разил врагов по указу его"».

Жрец поднял глаза.

– Неужели?..

– Я, Ивелькал из Картора, назначил Ракки своим оруженосцем.

Жрец моргнул, его взгляд потух.

– Да, но это не поможет, ведь Алтарь разрушен из-за его нечистой души. Ох, если бы этот проклятый Тёмный Дух атаковал его, а не тебя!..

– Как же ты надоел! – в сердцах воскликнул Грей, но Гирш крепко схватил его за плечи.

– Молчи, дурак. Из-за тебя мы вообще влипли в эту ситуацию!

Жрец перевёл взгляд на Грея. Его глаза сузились. Я понял, что ситуация выходит из-под контроля.

– Это ты? Почему ты здесь?! Пришёл закончить начатое?! – жрец вскочил с кровати и бросился к Грею.

– Надо было начинать с этой проблемы, – пробурчал Гирш в мою сторону.

– Мы виноваты не меньше! – крикнул я, преграждая путь Жрецу. Тот вздрогнул и замолчал, удивлённо глядя на меня. – Алтарь был огромной тюрьмой для душ, с помощью которой люди могли сражаться с Духами. И для чего? Мы занимали леса и поля, отнимая их у тех, кому они принадлежат. Мы только и делаем, что уничтожаем! Конечно, духи будут недовольны, у них теперь нет дома. Они становятся сильнее, чтобы дать нам отпор, а мы убиваем их, накапливая души в Алтаре. Этот круг нужно было разорвать!..

Грудь закололо, я скривился, подогнулись колени. Гирш подхватил меня под правую руку, Грей – под левую. Я ещё не до конца восстановился после ранения, нужно быть осторожней.

– Но он же хотел тебя убить! – жрец ткнул в тёмного духа. – Как ты можешь его защищать?

– Я поплатился за прегрешения людей. Если это цена, которую нужно заплатить за мир, то меня всё устраивает.

Жрец сжал губы и сел на кровать, сложив руки на коленях. Я поблагодарил духов и поднялся.

– В тот миг, когда меч заговорил со мной, я понял, насколько он опасен. Но моих сил не хватило бы, чтобы его уничтожить. А у Ракки хватило. Он гораздо достойнее меня. Настоящий Герой.

Жрец молчал. Гирш вздохнул и подошёл к кровати.

– В общем-то мы сюда не для этого пришли. Нам нужно поговорить со Старейшими. Может, они, как Светлые подскажут, что теперь делать.

Жрец закрыл глаза, собираясь с мыслями.

– Я не могу этого допустить. Никто не должен тревожить их покой.

За окном ветер переметал первый снег, выпавший в городе этим утром. Завывания ветра напомнили мне о скорой зиме. Пока Старейшие Картора лечили меня, прошло столько времени… Мне нужно действовать, а не перекладывать обязанности на других.

– «И сказал Най'Сар: "Если имеющий силу захочет совет от Светлых, он получит его". И ответил Кхар-Ркон: "Да будет так"».

Жрец распахнул рот.

– Откуда ты?..

– В библиотеке Картора много книг. Но это сейчас не важно. Каждый Герой имеет право говорить со Старейшими у Алтаря. Они дадут совет, как нам справиться с этим.

Жрец покосился на Грея.

– Но с тобой стоит Приносящий Смерть. Разве не он главная угроза для людей?

Неожиданно для меня Грей не стал кричать и возмущаться. Он просто покачал головой.

– Главная угроза для людей – это люди. Что теперь объединяет все ваши разные города и посёлки? Герой сплачивал вас, делал единым целым. А теперь его нет. Как скоро воины вольного града Мейтерфурта начнут захватывать земли под предлогом защиты от уже не существующих Духов?

Жрец через силу кивнул.

– Они давно уже точили зуб на нас. Что ж, хорошо. Я отведу Героя к Старейшим.

– Нас всех, – поправил я. – Ведь как сказано в…

– Сколько же ты прочитал книг? – устало спросил жрец.

– Все, – просто ответил я.

Мы молча шли по пустым коридорам, уходящим куда-то вниз. Витиеватые узоры украшали стены и слабо переливались синим, освещая нам путь. Вскоре мы оказались перед массивными дверьми. Через щель между створками лился ровный белый свет.

– Почти как у нас, – хмыкнул Гирш. Жрец недовольно покосился на него, но ничего не сказал.

– Эй, Вель, – тихо сказал Грей.

Я вопросительно склонил голову.

– Мне жаль, что всё так вышло. Если бы я мог что-то изменить, то…

– Сделанного не воротишь, – Гирш прищурился. – Но вот разгрести последствия ты нам поможешь.

Грей кивнул, в его глазах читалась печаль. Я подумал, что Тёмные Духи достойны прощения за свои поступки. Они, как и мы, совершают ошибки и расплачиваются за них всю жизнь.

– Мне тоже жаль, что люди вели эту бессмысленную войну. Думаю, вместе мы сможем преодолеть наши разногласия.

Грей вновь кивнул. Жрец потянул на себя створку, освещая весь коридор. Зал Старейших оказался огромным. Его стены, расписанные светящимися узорами, уходили вверх и терялись во мраке. Посередине стояли три пустых стула с резными спинками. Я вспомнил, что первое испытание Героя проходило в такой же комнате, но Старейшие уже сидели в центре.

Жрец остановился посреди зала и поднял руки к потолку.

– О, Старейшие! Услышьте мой зов! Герой хочет спросить вашего совета!

Ничего не произошло. Жрец стоял, не меняя позы. Гирш недовольно оглядывался.

– Старейшие! Услышьте мой зов! Герой хочет…

– Как же вы любите играть на публику, – проворчал лесничий. – У нас к вам серьёзный разговор!

– Они не слышат тебя! – воскликнул Жрец. – Нет нужды кричать, так они точно не появятся!

Я подумал, что дело не в этом. Что-то другое мешает Старейшим проявиться в этой комнате. Но что?..

– «Я хочу поговорить о судьбе Арракира из Картора», – мой голос звучал громко и решительно. – «А также о разрушении Алтаря. Рассчитываю на вашу помощь».

Стулья засияли нестерпимым светом, заставив прикрыть глаза. Когда я убрал руку от лица, Старейшие уже сидели на местах. Три сияющие фигуры, разного роста, от них чувствовалась безмерная сила.

– На каком языке ты говорил? – удивленно спросил Гирш.

– Тёмное эльфийское наречие, – растеряно ответил жрец. – Но почему Старейшие откликнулись на него?..

– Потому что они говорят именно на нём.

«Чего ты хочешь, Герой?»

Голос звучал прямо в моей голове. От непривычных ощущений в виске прострелило. Краем глаза я заметил, как Гирш поморщился и схватился за голову.

– «Я хочу знать, что будет дальше с людьми», – горло пересохло, эльфийские слова выходили с трудом.

«Своими действиями вы нарушили сложившийся порядок. Древний договор был скреплён кровью и душой Ная’и’Сара. Арракир лишил людей помощи Кхар-Ркона. Теперь вы сами по себе»

Фигуры не двигались, будто вырезанные в камне.

– «Что ждёт Ракки дальше?» – продолжал говорить я. Грей сел на пол, держась за голову обеими руками. Выходит, Старейшие говорили со всеми нами сразу.

«Арракир связал свою душу с Кхар-Рконом. Мы не можем сказать наверняка, но вполне возможно, что за ним будут охотиться Рождённые под Первой Луной»

– И кто же это такие? – сдавленно спросил Гирш.

«Вы называете их эльфами»

Мне показалось, что голос усмехается.

– «Но почему? Ракки же ничего не сделал! Это моя вина!»

«Арракир здесь не при чём, Перволунные идут не за ним. Кхар-Ркон очень долго скрывался от наказания за свои проступки, теперь у него есть шанс искупить свои грехи»

– Кхар-Ркон, – Жрец тяжело дышал, ему трудно давалось общение со Старейшими. – Кто он такой? Тёмный Дух, что искусил людей?

Голос в моей голове мелодично рассмеялся.

«Кхар-Ркон, Рождённый под Тёмным Небом. Вы зовёте таких, как он, драконами. Он – последний, Перволунные перебили остальных четыреста восемь лет назад. Они поклялись уничтожить весь род Тёмного Неба, и близки к тому, чтобы сдержать клятву. Умрёт Кхар-Ркон – умрёт и Арракир»

Я переваривал услышанное, глядя в пол. Из-за моей слабости Ракки теперь в серьёзной опасности. Нужно спешить, пока не стало поздно!

«Это всё?»

– Нет, – Жрец покачнулся, но удержал равновесие. – Я хочу знать, как вы допустили это? Мы боролись с Тёмными Духами по вашему указанию! А теперь здесь стоят двое из них, и вы ничего не делаете!

«Мы никогда не просили вас объявлять войну Тёмным Духам. Миру нужны и Свет, и Тьма. Вы придумали себе цель, заключили договор с драконом и начали нарушать баланс. Всё, что мы могли делать, – наблюдать»

Жрец ничего не сказал в ответ. По его щекам текли слёзы.

«Прощайте. Мы продолжим смотреть за вами»

Сияние в центре зала пропало. Мне не нужно было поднимать голову, чтобы понять – Старейшие ушли. И теперь мы сами по себе.

Я подошёл к Гиршу. Лесничий уже оправился от разговора и теперь деловито поправлял перевязь с мечом.

– Ты знаешь, где Ракки?

– В общих чертах, – Гирш поморщился. – Выше Мейтерфурта. Там горы, много леса, поди знай какую пещеру они с волками облюбовали.

– Эльфы сильны, – сказал Грей. Дух тёр виски, приходя в себя. – Они найдут его быстрее нас.

– Сомневаюсь, – я покачал головой. – Кхар-Ркон вряд ли хочет умереть, иначе бы стал он прятаться так долго? Он приложит все усилия, чтобы Ракки выжил.

– Значит, миссия понятна, – Гирш размял плечи. – Найти нашего любителя волков и не дать ему умереть от рук ушастых. Вот всегда знал, что они плохие ребята!

Я обернулся к Жрецу. Он продолжал плакать, смотря куда-то вверх.

– Во что же нам теперь верить?.. – прошептал он. – Неужели, мы сами виноваты?..

Мне хотелось его успокоить, сказать, что всё образумится. Но нужные слова никак не находились. Книги не всесильны, они не заменят опыт общения с живыми людьми. Гирш отодвинул меня, подходя к Жрецу.

– И сказал он: «Идите вперёд, никогда не сдаваясь. Что бы ни случилось, как бы не было плохо. Всегда идите вперёд».

Жрец удивлённо посмотрел на лесничего.

– Из какого это текста? – спросил он.

– Не из какого. Сам только что придумал. Но ведь все эти дурацкие книги кто-то когда-то написал, правильно? Так почему бы нам не начать сейчас новую главу?

Жрец вытер слёзы и робко кивнул. Впервые за этот день я увидел в его глазах огонёк надежды.

Межсезонье. Путь Гирша. Забытый враг

Никогда не любил прятки.

Бегать по лесу, искать цель в каждом кусте, задирать голову в надежде увидеть кого-нибудь из ребят на дереве… Нет, это совсем не моё. Мне больше нравилось размахивать мечом, представляя как под ударами на землю падают враги Картора. И в итоге именно это у меня и стало получаться.

Очень надеюсь, что сегодня эти умения мне не пригодятся.

Снег мягко похрустывал под ногами. Где-то вдалеке пели птицы, возвещая о начале нового дня. Или просто кричали, что я иду, а значит нужно готовиться отбиваться от возможной угрозы. Конечно, они мне были не нужны, но кто же им бестолковым расскажет? Тот, кого я ищу, совсем не похож на птиц. Если, конечно, он не подружился с какой-нибудь местной вороной…

Я раздвинул кустарник, выходя на освещённую солнцем широкую поляну. Снег выпал здесь недавно, но явно надолго. Всё же зима на севере наступает чуть раньше, чем дома. Сквозь деревья чуть поодаль проглядывала каменная стена; прямо ней шла глубокая оплавленная борозда, оставленная Мечом Героя. Мейтерфуртцы настолько испугались в тот день, что до сих пор носа не суют в эти края.

Может, и к лучшему.

Вот здесь мы и разделились. Ракки со своей стаей двинулся на Север, я понёс Веля в Картор. Хорошо, что успел вовремя, и с нашим Героем теперь всё в порядке. Но вот что стало с Ракки?..

– Куда же ты ушёл? – я обвёл глазами поляну. – Север большой, гор там слишком много. Хотя, так тебя и эльфы будут долго искать.

«На-шёл!»

Голос звучал прямо в моей голове. Я заозирался, но ни единый куст вокруг не шевелился. Значит, это не разумные животные.

Значит, кто-то опаснее.

«Время моей мести настало!»

Поляну заволокло густым туманом, воздух наполнился болотным запахом. Впереди раздалось противное хлюпанье.

– Ты, должно быть, не очень понимаешь, против кого решил воевать, – я усмехнулся, вытаскивая меч из ножен. Если это Дух, то простое карторское оружие его не убьёт, но задержать сможет. – Таких как ты воины Картора побеждают на раз.

«О, я знаю воинов Картора. Очень любил их убивать».

Я крепко сжал рукоятку и выдохнул. Вокруг так много воды, что с моим Даром любая битва окажется короткой. Можно расслабиться и…

Резкий удар в грудь отбросил меня шагов на десять. Я с силой врезался в дерево, воздух разом вышел из лёгких. В голове пронеслась мысль, что доспехи надел не зря.

«Ты один из немногих, кто выжил после нашего боя. Но ничего, скоро исправлю эту оплошность!»

– Крих?.. – слова давались тяжело, грудь прострелило болью. – Что ты делаешь так далеко?..

Я встал на ноги, пошатываясь. Перед глазами всё плыло, сильно же он меня приложил. Туман сгустился настолько, что кончик меча уже не был виден.

«Очень жаль, что ты не увидишь меня перед смертью, Гирш из Картора!»

Я помотал головой, сосредотачиваясь, и развел руки в стороны. Вокруг так много тумана, пора обратить это в свою пользу. С кистей закапала вода. По лицу пробежали струйки, смывая моё старое лицо и залечивая раны. Тут нет смысла прикидываться человеком. Я представил, что вокруг река, и моё тело – часть потока воды. И в тот же миг в мою сторону полетела призрачная рука.

Но меня ей было уже не достать.

Удар Криха прошёл сквозь моё тело, ставшее водой. Когтистая лапа несколько раз схватила воздух и втянулась обратно в туман.

«Ты… Ты всё же стал одним из нас!!

– Одним из вас?..

Внутри стало очень жарко, ярость начала захлёстывать меня. Этот убийца смеет равнять себя со мной?

– А ну-ка давай поговорим лицом к лицу!

Я очертил руками круг, разгоняя воду с кончиков пальцев, а потом резко повернул кисти в разные стороны. Туман мгновенно сконденсировался и выпал росой. У соседнего дерева проявилась фигура Духа. Длинные тонкие руки, рогатая голова, хвост с острым наконечником. Сомнений не осталось, это точно Крих, хотя время сильно потрепало его. На руках виднелись глубокие борозды, один глаз на рогатой голове не сиял, да и рогов поубавилось.

Зато мой кинжал, торчащий из живота, остался таким же.

– Ты сильно изменился, Крих, – я подцепил струёй воды меч с земли и плавно опустил в руку. – Неужели тебя где-то ещё били, кроме Картора?

Дух оскалился. На его лице блеснули рваные раны.

– Как и ты, Гирш из Картора. Или уже следует называть тебя Дух Ручья?

– Предпочитаю просто Гирш.

Крих нетерпеливо хлестнул хвостом по земле.

– Я так долго искал тебя…

– Чтобы отдать кинжал? Вроде он неплохо смотрится в твоём животе.

– Чтобы убить!

– Ты не спешил, – я пожал плечами, поигрывая мечом. – Сколько лет назад мы встретились в Карторе? Тридцать? Сорок? И все эти годы ты меня искал?

Дух вдруг зарычал, прикладывая руку к голове.

– Меч… Этот драконий меч держал меня в себе так долго.... Ну ничего, теперь-то я наверстаю упущенное, Гирш!

Он изогнулся, готовясь к прыжку. Я стиснул меч, пуская по нему воду спиралью. Это будет непростой бой. Но я исполню свой долг перед Картором. Последний долг…

Дождись меня, Ракки!

Крих ринулся на меня, набирая скорость. Он стелился практически у самой земли, поднимая снежные брызги, и, хотя я видел его движения, увернуться от удара у обычного человека точно не выйдет. Не Одари меня Хискалла, сражение решилось бы не мою пользу. Но в тот день она дала мне шанс измениться, понять, для чего у меня в руках меч, кого он должен защищать.

И теперь никто не устоит перед моей силой!

Я представил, как вокруг меня закручиваются водяные вихри, и пустил в Духа несколько струй.

– Твой ручеек ничтожен перед моей силой! – крикнул Крих, уходя от столкновения. – Ты всего лишь одарённый!

Я качнул головой, резко меняя направление удара. Струя вонзилась Духу в ногу, пробив её насквозь и пригвоздив моего врага на месте.

– Что?..

– Вода – это очень страшное оружие, – сказал я. – Если она будет литься очень быстро, то ничто перед ней не устоит, даже твоя шкура.

Я махнул рукой, направляя второй поток Криху в грудь. Тот почти увернулся от него, но ревущая вода всё же хлестнула по Духу, отрезав от него часть туловища.

– Ты!.. – Крих припал на колено. – Надо было добить тебя в тот день! Вместе с твоей мелкой девкой!

Я прикрыл глаза и одним плавным движением оказался рядом с ним.

– Можешь ругать меня, но…

Я взмахнул мечом, одновременно ускоряя потоки воды вокруг него. Лезвие, усиленное Даром, прошло через шею духа как сквозь масло, отделяя рогатую голову от туловища.

– Ругать Хис я тебе не позволю.

Крих дернулся пару раз, затем обмяк и рухнул на землю, поднимая в воздух снег.

– Одной проблемой меньше.

Я встряхнул клинок, разбрызгивая воду, и убрал его в ножны. Хотя мой Дар силён, он не безграничен. Не хотелось бы свалиться тут от усталости, мне ещё Ракки защищать от армии эльфов.

– Теперь, на север…

«Что ж, признаю твою силу. Я недооценил тебя, Гирш из Картора. Прости, но мне так долго хотелось отомстить, не сдержался…»

Я обернулся на тело Криха. Оно на глазах стало туманным, расплылось, превращаясь в сплошное марево, а потом медленно растворилось в воздухе.

«Раз ты показал мне свою настоящую силу, то позволь и мне показать мою!»

Я уловил движение слева и пригнулся. Острый шип, словно покрытый кристаллами, вылетел из-под земли и оцарапал мне щёку. Най'Сар побери, он ещё жив!

– Что, прячешься от справедливого наказания? – я встал в боевую стойку. – Не хочешь честного боя?

Шип в один миг ушёл под землю. Я напрягся, пытаясь вызвать Дар снова. Висок заломило. Проклятье, слишком много использовал его за день. Сколько бы ни предостерегали Старейшие и Карторский Жрец, но я всё ещё не стал настоящим Духом. Не знаю, правда, что в этом плохого, но Хискалле не нравится.

Значит, придётся пока побыть человеком.

«Наказание? Я получил его сполна, сидя внутри Оплота Света. Драконий подарок людям удерживал меня и моих собратьев долгие годы, но теперь мы свободны!»

– Большая часть вернулась в Кс Арай'к, – я внимательно следил за землёй, чтобы не проворонить атаку. – Мог бы уйти с ними.

«Ты и впрямь не знаешь? Его больше нет, Гирш из Картора. Небесный Чертог закрыт для нас. Те, кто выжил, разбрелись по миру. Остальные стали частью других».

– Частью других?

Раздался неприятный хлюпающий звук. Одновременно с этим бедро пронзило острой болью. Шип вырос прямо из дерева и теперь впивался мне в ногу. На снег закапала алая кровь.

– Твою ж!.. – выругался я, пытаясь выдернуть шип.

«Познакомься с Миран, Лесным Венцом. Она очень любила свой лес, а тот отвечал ей взаимностью. Теперь её сила – часть моей».

– Даже внутри Алтаря ты продолжал убивать… – я стиснул зубы. – Монстр. Такие как ты и заставили людей создать Героя!

«Возможно. Но теперь я свободен. И продолжу убивать и в обычном мире. Прощай, Гирш из Картора!»

Шипы одновременно выскочили из земли и с деревьев. Будет очень больно. Может, даже смертельно…

– Прости, Хис, – прошептал я, закрывая глаза.

Не вернуться мне в Картор…

– Дома будешь извиняться!

Вокруг меня в один миг образовался водяной кокон. Шипы вошли внутрь, но не успели даже поцарапать меня: поверхность кокона застыла ледяной коркой, остановив их на месте.

– Руки прочь от него!

Шип в моей ноге треснул, позволяя мне двигаться. Я собрал все силы, представил, как становлюсь водой, и в тот же миг оказался вне кокона.

– Хис! – крикнул я. – Он опасен, осторожно!

Из земли забил ручеёк, постепенно приобретая форму женской фигуры.

– Опасен? Тот, кто пытался убить моего Гирша?

Хискалла полностью воплотилась. Она стояла ко мне спиной, но даже так я увидел поднимающийся от неё тёплый воздух. Когда она только научилась таким трюкам?..

– Он не опасен. Он сейчас умрёт.

Хис была в ярости.

И мне даже на миг стало жаль Криха.

«А, Дух Ручья. Как приятно видеть тебя здесь…»

– К сожалению, это чувство не взаимно, – Хис недовольно мотнула головой. С её волос на снег упали капли воды. – Впрочем, мы здесь не задержимся.

«И то верно, Дух Ручья. Мы уже почти закончили!»

Острые шипы выскочили прямо за Хис, намереваясь пронзить её. Я взмахнул рукой, призывая воду из снега вокруг. Струи под давлением выскочили из-под ног девушки, перерубая шипы на подлёте.

– Бить исподтишка это всё, на что способен великий Крих, Покровитель Волчьих Стай? – Хискалла усмехнулась.

«Ты ничего обо мне не знаешь, Дух Ручья!»

– Насколько же слабым ты стал… – вздохнула девушка. – Бежал бы прочь, пока мы тебя не уничтожили.

«Замолчи! Ты всего лишь простой Дух! Ты не достойна увидеть меня во всей силе!»

– И какая же она, твоя сила? – я выдернул шип из ноги и опёрся на меч. – Или её не осталось? Только сила тех, кого ты убил внутри Алтаря?

«Ты… Ты даже не представляешь, какова моя сила!»

Земля впереди вспучилась, из неё показалась тонкая чёрная рука. Конечность раскачалась в воздухе, затем со свистом опустилась на землю. Дух опёрся на неё, вытягивая себя из земли. Над сугробами показалась рогатая голова Криха. Он обвёл нас с Хис внимательным взглядом. Ухмыльнулся.

– Пока нам хватит и малой толики моего могущества!

Крих одним движением выскочил из земли и молниеносно бросился на Хискаллу. Та в один миг превратилась в пар, когти Духа прошли насквозь, не причинив Хис вреда.

– Ловко! – оскалился Крих, разворачиваясь ко мне.

Я со всего размаха ударил его по ноге мечом, обвитым водяной струёй. Руки заломило, словно мой клинок попал по камню, но напор я не ослабил. Дух зарычал, отпрыгивая назад и разрывая дистанцию.

– Неплохо… – с надрубленной конечности лилась чёрная кровь. – Для одарённого!

Крих прыгнул ко мне, рассекая лапой воздух и одновременно ударяя хвостом. Я пригнулся, уходя от ударов, и пустил струю воды из земли, целясь в голову Духа.

– Умри, Крих!

Вода отбила ему один из рогов, а у меня заломило висок. Слишком устал от Дара, уже не могу нормально целиться… Нужно заканчивать как можно скорей!

– Слишком слабо, Гирш из Картора!

– Не слабее тебя!

Хискалла воплотилась из пара позади Криха, и в тот же миг его ноги примёрзли к земле. Хис взмахнула рукой, формируя потоки сжатого воздуха для решающего удара.

«Интересно, очень интересно…»

Крих дёрнулся в сторону, его ноги оторвались в районе лодыжек, но это позволило ему увернуться. На месте, где он только что был, в земле остались три глубокие борозды. Дух вонзил обрубки ног в снег, выпрямляясь, затем окинул нас с Хис заинтересованным взглядом.

– Что ж, раз вы так хотите увидеть настоящую силу…

Крих отвёл когтистую лапу за спину. От кончиков его пальцев во все стороны начали расходиться тонкие ломанные линии, словно раскалывающие воздух вокруг. Где-то на краю сознания мне почудился тихий шёпот. Неужели он?..

– Внутри Алтаря не было ничего, кроме других душ, – медленно говорил Крих, – только темнота. И в ней я понял, что она и есть – истина. Тьма, что окутывает миры, в которой они существуют. Мне не нужен Кс Арай'к, ведь между мирами намного больше скрытой силы.

Линии словно впились в невидимую стену и начали медленно раздвигать ткань пространства. В образовавшейся дыре не было видно ничего, только непроглядная темнота.

Только Тьма.

– Великий Най’Сар, это плохо! – я вскинул руку, представляя, как вокруг неё формируется водяная стрела. – Он открывает проход во Тьму, как Грейтхем!

– Не успеет!

Хис махнула рукой, и в сторону Криха полетела едва различимая полоса горячего воздуха. Дух махнул хвостом, поднимая в воздух снег, и удар Хискаллы прошёл чуть левее, срубая несколько толстых дубов.

– Великий Ворон Тьмы! – закричал Крих. – Даруй мне свои крылья и когти, чтобы я мог уничтожить всех на своём пути!

Раздался звук бьющегося стекла. Во все стороны от разлома за спиной Духа раскинулась сетка трещин. Шёпот стал усиливаться, теперь я даже разбирал отдельные слова.

«Крылья… Когти… Подарок…»

«Плата!»

Я понял, что времени не осталось совсем. Хис не успеет ударить воздухом снова. Я не успею использовать Дар. Крих призовёт в этот мир что-то изо Тьмы.

И никто не спасёт Ракки от эльфов!..

Я собрал последние силы, оттолкнулся от земли, и, сбивая Криха с ног, полетел вместе с ним в непроглядную Тьму.

Мне казалось, что полёт вниз длился вечно. Когда мы с Хискаллой носились по лесу наперегонки, становясь ручейками воды, я испытывал похожее чувство. Словно ничего вокруг не существует, только ты и безграничная свобода. Только в те лёгкие дни это чувство было напрямую связано с Хис, чей переливающийся смех переполнял меня радостью.

Теперь же мы летим в бесконечную Тьму вместе с Тёмным Духом. Маловато романтики, особенно в грядущей битве не на жизнь, а на смерть…

Подо мной неожиданно выросла мягкая трава, а мир перевернулся кувырком. Я понял, что лежу на спине и смотрю в безграничное ночное небо, усыпанное мириадами звёзд. Даже вдали от карторских ночных огней никогда не видел ничего подобного…

– Красиво, – выдохнул я. – Как жаль, что Хис этого не увидит.

– У меня пока ещё не выпали глаза, спасибо большое, – раздалось откуда-то справа.

Я привстал и обернулся на голос. Хискалла лежала рядом со мной в траве, подложив руки под голову, и хмуро смотрела в небо.

– Неплохо выглядит. Почти, как и помнила. Но в лесу всё равно лучше.

– Но… Но как?..

Она скосила глаза на меня. Прищурилась.

– Ты правда считал, что я не полечу за тобой во Тьму? Что брошу тебя сражаться с Крихом один на один? Что останусь там одна без тебя?..

Хискалла шмыгнула носом и закрыла глаза рукой.

– Такой же дурак, как и был… – глухо продолжила она. – Хотя вроде уже такой взрослый.

– Хис, я просто не хотел…

– Подставлять меня под удар. Знаю. Ты почему-то считаешь, что меня нужно защищать.

Она прерывисто вздохнула.

– Из нас двоих только ты человек. Только твоя жизнь коротка. Только ты умеешь чувствовать…

Я склонился над ней, отвёл в сторону руку. Внимательно посмотрел в мокрые глаза.

– Врунишка, – я улыбнулся. – Ты вот лежишь и почти рыдаешь. Так что всё ты чувствуешь.

Хискалла слабо улыбнулась.

– От тебя подцепила, слишком долго вместе.

– Ну, видимо недостаточно, раз все ещё удивляем друг друга. Наверное, нужно прожить не одну сотню лет, чтобы перестать. Правда, для этого придётся полностью стать духом…

– Гирш, ты не должен ради меня терять свою человечность!

– Да какая разница, Дух или человек, если могу быть рядом с тобой?

Я наклонился ещё ниже, и мы соприкоснулись лбами. Её глаза смотрели прямо в мои, в них кипела буря эмоций.

– Гирш…

– Хис…

– Я очень извиняюсь, что мешаю вам в такой прекрасный момент, но земля холодная. Простыть можно. Лучше бы в гостиницу какую зашли.

Внезапный голос позади заставил меня действовать на рефлексах. Я обхватил Хискаллу, перекатился вместе с ней и встал на колено, поднимая меч. Хис встала за моей спиной, разводя руки в стороны и запуская по ним воду.

На пне посередине поляны сидел огромный ворон. Из его клюва торчала изящная трубка, на тело был накинут фартук. Он покосился на нас с Хис и хрипло каркнул.

– В последнее время все гости из других миров такие агрессивные…

– Ты… – Хискалла опустила руки и склонила голову. – Ты Великий Ворон Тьмы?

Ворон пожал крыльями, выпуская в звёздное небо струйку дыма.

– У меня много имён. Так много, что и не сосчитать. Но так меня называл прошлый гость, да. Впрочем, меня больше устраивает имя Кутх.

– Крих… – я сжал рукоять меча. – Он просил твои крылья и когти, чтобы сеять зло в нашем мире. Где он?

Кутх каркнул. Потом ещё раз. Потом ещё. Я понял, что он так смеётся.

– Вот оно что! А я-то никак понять не мог, что надо этому странному существу.

Он вытащил трубку изо рта.

– Наивный, так хотел силы, что просил её у самой Тьмы.

Кутх посмотрел на небо. Мне показалось, что он улыбается.

– Тьма даёт то, чего ты хочешь. И обычно не просит за эту никакой цены. Проблема в том, что она знает, что на самом деле ты хочешь.

– И чего же хотел Крих? – спросила Хискалла.

Ворон посмотрел на неё своим чёрным глазом.

– Смерти. Забвения. Тьма дала ему это.

Я облегчённо выдохнул и убрал меч в ножны.

– Это хорошо. Хотя бы одной проблемой меньше. Жаль, конечно, что я не смог отомстить ему за отца и всех Духов, что он убил в Алтаре.

Кутх каркнул, переводя взгляд на меня.

– Зато не пришлось с ним сражаться и рисковать своей жизнью. Разве это плохо?

Я задумался. Действительно, ведь если месть за Ингри была моей целью, то почему я чувствую облегчение? Возможно, не погибни он тогда, мы бы с Хискаллой никогда не встретились. Получается, нужно благодарить Криха за его жестокие действия?..

– Не бери в голову, – Ворон махнул крылом. – Не над всеми моими словами нужно глубоко думать. Я ведь всего лишь обычный работник таверны.

– Что-то не вижу вокруг никаких стоек с выпивкой, – усмехнулась Хис.

– Не всё же время мне работать…

– Значит, ты ничего не давал Криху, – Хискалла сложила руки на груди. – Но почему тогда в нашем мире ты настолько известен именно как Повелитель Тьмы?

Ворон встал с пня, размял крылья, затянулся из трубки.

– У меня есть несколько предположений, но не буду вас ими утомлять. Вам ведь, наверное, нужно обратно? Туда, где светит Вторая Луна, а Последний Герой Ракки нуждается в вашей помощи.

– Но как ты…

Он взмахнул крыльями, в один миг поднимаясь в воздух. Затем крутанул головой, описывая дымный круг трубкой. Плотный серый туман окутал нас с Хискаллой, я схватил её за руку, чтобы не потерять.

– Конечно, у такого перехода будут свои особенности, но они вряд ли коснутся столь могущественных Духов. Пара месяцев плюс, пара месяцев минус, но я отправлю вас туда, куда нужно.

Голос Ворона звучал со всех сторон одновременно. Рука Хис сжалась сильнее.

– Почему ты помогаешь нам? – закричала она, оглядываясь в поисках Кутха. – И почему я помню эти звёзды, хотя ни разу не была во Тьме?

– О, но ведь ты была. Просто вы, Духи мира Второй Луны, называете это место иначе. Возможно, мы с вами ещё встретимся, Гирш и Хискалла, Духи Ручья. А быть может уже встретились. Но пока у вас есть другая работа.

– Подожди, Кутх!..

Туман вокруг медленно рассеялся, и мы с Хис оказались по колено в снегу. Неподалёку виднелась пещера, из неё пробивался подрагивающий свет, словно от костра.

– Вот же вредный!.. – Хискалла выругалась и топнула ногой.

Я рассмеялся, кутаясь свободной рукой. Зима явно набрала силы за то время, что мы провели во Тьме. Главное теперь не опоздать к Ракки.

– Вредный, а всё-таки помог. Ну, идём к нашему Герою.

Она нахмурилась и крепко сжала мою руку.

– Никогда больше тебя не отпущу. Хоть к Ракки, хоть мир спасать. Только вместе, ясно?

Мы шли по сугробам к пещере. Я держал Хис за руку и думал, что теперь уже обратной дороги нет. Даже всемогущий Ворон признал во мне Духа Ручья. Но меня это почему-то совершенно не тревожило.

Ведь самое главное, что мы вместе с Хискаллой.

Это гораздо важнее всего остального.

Межсезонье. Путь Вайри. Бремя разума

Холодный ветер пробирался под кожу даже через слой шерсти. Снег хлопьями кружился в воздухе, забивая глаза и нос. Я прищурилась, но это не помогло: острые снежинки всё также резали лицо. Ветер крепчал с каждой минутой, а ведь когда я выходила на охоту на небе не было ни единого облачка, только звёзды и рогалик луны… Нужно скорее добраться до дома!

Прижимаясь к земле и уворачиваясь от снежного вихря, я с трудом пробивалась сквозь наметённые за ночь сугробы. Олень, на которого я охотилась целую ночь, цеплялся рогами за кусты и камни, но бросить его было нельзя. Всё-таки первый полноценный ужин за неделю.

Тусклое солнце едва виднелось через хмурые серые тучи, а ветер страшно завывал вокруг. Мне вдруг показалось, что это конец. Что я не дойду до дома, не донесу еду, и все сильно огорчатся моему исчезновению. Особенно Ракки, ведь он не хотел, чтобы я охотилась сегодня.

Ракки. Мой Герой.

Я стиснула зубы и упрямо продолжила свой путь сквозь снег. Слева сквозь снег неожиданно проглянула каменная стена, вдоль которой тянулись символы. Три черты, сложенные вместе. Ракки сказал, что это треугольники, когда вырезал их своим мечом. Но мне они больше напоминали буквы, складывающиеся в непонятные слова.

Ещё совсем чуть-чуть!

Я прошла чуть дальше и, наконец, увидела чернеющий проём пещеры. Наш дом. Жить в лесу было привычней, но я очень быстро освоилась на новом месте. Глубокая расселина уходила в самый центр горы, незнакомец точно заблудился бы в её ответвлениях. Хорошо, что я выучила, куда идти. Дважды налево, прямо и снова налево. Там наш дом.

Я ввалилась внутрь, доползла до первого поворота. Бросила оленя на каменный пол пещеры и легла на бок, тяжело дыша. Наверное, не стоило сейчас лежать вот так, вдали от костра, но без передышки я оленя точно не дотащу. Ветер страшно завывал снаружи, до меня долетали редкие снежинки. Какая злая зима, в родных краях такого не бывало.

Я поднялась и отряхнулась от облепившего голову снега. Спину на миг прострелило болью, старая рана давала о себе знать. Я схватила оленя, стиснула зубы и поволокла свою добычу вглубь пещеры. Чем дальше вёл мой путь, тем темнее становилось вокруг. Ракки говорил, нам нужно сделать светильники, чтобы не спотыкаться в темноте. Глупый, неужели он не понимает, что это невозможно? Зажигать их каждую ночь, а потом гасить. Столько лишней работы...

Впереди показался огонь костра, и я ускорилась из последних сил.

Дурацкий олень, прекрати цепляться!

Я подлетела к огню, отшвырнула оленя в сторону и обессилено рухнула на землю. Никто не заметил моего появления, и я посчитала это хорошим знаком. Им не нужно беспокоиться о моём здоровье, пусть думают в первую очередь о себе. Я посмотрела на них. Ракки лежал ко мне лицом, обнимая Тавию, волки спали рядом, согревая Героя и его жену.

Я подумала, что ещё несколько сезонов назад не могла представить такую картину: люди спят в обнимку с волками и никто не хочет никого убить. Я вообще плохо помню дни без Ракки, словно это сон, приснившийся очень давно. Помню борьбу за жизнь трех волчат в лесу без еды. Помню встречу с Ракки, когда чуть не отгрызла ему руку. Помню, как несла первое мясо волчатам. А что было до этого? Нет, не помню…

Я нахмурилась и фыркнула. К чему это всё, если сейчас мы должны просто выжить. Вот когда выживем, тогда и будем об этом рассуждать! Это Ракки любит говорить о всём ненужном. Глупый Волк. Я подползла к Ракки и ткнулась носом в его ладонь. Глаза в тот же миг начали слипаться.

Не хочу думать о будущем. Не хочу думать о прошлом. Хочу спать рядом с тобой и ни о чём не думать.

Почему так сложно, быть разумной?

Глава IV. Зима

Я почувствовал, как Вайри коснулась моей ладони влажным носом, и приоткрыл правый глаз. Волчица спала, тяжело дыша, от неё пахло кровью и мокрой шерстью. В углу напротив замер в неестественной позе олень.

– Охотилась? В такую погоду? – я вздохнул. – Мы же ещё прошлого не съели...

Вайри не ответила. Я мог бы прочитать её мысли или подглядеть сон, но мне не хотелось. Меч усилил мой Дар настолько, что теперь приходилось сдерживать себя, чтобы нечаянно не услышать Тавию или волков. Я считал, что это нечестно по отношению к ним и старался контролировать Дар как мог.

Вот уже несколько месяцев мы прячемся в горах от людей. Я был уверен: меня ищут, особенно после того, что случилось. Я исполнил волю Веля, уничтожив Алтарь, теперь ничто не защитит простого человека от Тёмного Духа. Впрочем, судя по словам Грея, Духов вообще осталось очень мало. Может, я действительно сделал всё правильно? Теперь бессмысленная война между Духами и людьми закончится? Хочется в это верить.

Интересно, куда ушли все те, кого держал в себе меч? Вернулись обратно в мир? Или обрели покой? Я нахмурился. Глупый Волк, не о том ты думаешь сейчас. Нужно сначала выжить самому, а потом уже размышлять о судьбе Духов.

– Не спишь? – тихо спросила Тавия. Я вздрогнул и обернулся. Девушка сонно потёрла глаза и посмотрела на Вайри. – Работница… А мы тут разлеживаемся.

– Нечего волкам на ночь сказки читать, – улыбнулся я. – Вот вроде уже такие большие, а ведут себя как дети.

– Как дети... – эхом отозвалась Тавия и вдруг встрепенулась. – Это ты виноват! Кто бы мог подумать, что ты знаешь сказок больше меня. Отец часто перед сном рассказывал истории, тебе тоже?

Я пожал плечами.

– Уже не помню. Мама, наверное, что-то читала, а может и в книжке какой-то увидел.

Мы помолчали. Я смотрел на огонь и пытался вспомнить своё детство, но не мог. Странно, ведь это совсем недавно было. Помню, как отец учил меня правильно пахать землю, он хотел, чтобы я унаследовал его дело, но искренне обрадовался, узнав о женитьбе с Тавией. Помню, как мама что-то говорила ему в большой комнате, что-то про День Предназначения и про Героя. Помню...

Помню, как расколотая луна висит в небе, а на поляне, залитой красным цветом, прямо напротив меня раскрывает крылья огромный дракон. Помню, как со всех сторон бегут эльфы, размахивая тонкими клинками.

Почему я это помню?.. Это ведь не мои воспоминания. Неужели, это память Меча?..

Я помотал головой отгоняя ненужные мысли. Разберусь с этим позже, и так слишком долго молчим.

– А про кого тебе больше понравилось?

Тавия почесала в затылке, взъерошив длинные спутанные волосы.

– Про Ворона, наверное.

Я склонил голову.

– О нём есть много сказок. Как он Луну воровал, как царство света нечаянно обратил во тьму, как поссорился с братьями и почти утонул в Небесной реке. Кажется, он в каждой истории делает что-то не так.

– Интересно, а он правда был? – спросила вдруг Тавия.

Внезапное воспоминание на миг вспыхнуло перед глазами. Это же точно дракон, а не?..

– Ворон? Он же просто сказочный герой.

– Драконы тоже в сказках есть. И Духи. И если раньше я в них не очень верила, то теперь... – она помотала головой, улыбнулась. – А ещё в сказках все звери разговаривают. Что же мы с тобой, тоже сказочные, раз волков понимаем?

Я улыбнулся, но внутри заворочалась тревога. Что из того, что я помню, принадлежит Арракиру из Картора?..

– Ну нет уж, мы – настоящие!

– Тогда вдруг и Ворон тоже, – продолжила Тавия. – Только у него совсем жизнь грустная, если верить сказкам.

Я слушал Тавию, но думал совсем о другом. Что из моих воспоминаний действительно моё? Не забьёт ли меч мне голову собой?..

– Может, на него наговаривают? – я постарался отогнать дурные мысли как можно дальше. – Как на Духов. Гирш ведь один из них, а нам помогает. Да и Грей просто хотел отомстить.

Тавия пожала плечами.

– Может быть… Да что об этом думать! Давай лучше завтрак готовить, пока волки спят.

Она осторожно, чтобы не разбудить Рирвея выскользнула из-под одеяла в сторону кадки с водой. Я проследил за ней глазами и перевёл взгляд на стоящий у стены меч. Неплотно замотанное в тряпки лезвие таинственно поблескивало в темноте. Я почти не прикасался к нему с того дня, душа из него не пыталась достучаться до меня всё это время. Почему же сейчас я увидел эти воспоминания? Чья же душа осталась там?..

– Ракки, я без тебя не справлюсь, – негромко позвала Тавия из глубины пещеры.

– Иду!

Я буду готов ко всему. Я смогу защитить свою семью.

Может быть, я и Глупый Волк.

Но всё же Волк.

*****

Тавия приготовила скромный завтрак: суп из оленины, принесённой Вайри. Старое мясо мы оставили промерзать около пещеры. Дикие звери нам не мешали, потому что я всегда мог с ними договориться. В крайнем случае можно было припугнуть их силой меча.

Мне казалось, что волкам не понравится приготовленная еда, но они очень быстро привыкли к такой пище. Райк вообще сказал, что лучше, чем здесь, никогда не ел.

«Спасибо за завтрак!»

Фирви закончила есть самая первая и теперь вылизывала миску.

– Да не за что, – Тавия мягко улыбнулась. – Здесь мало приправы, вот в Карторе я бы такое приготовила…

Она вздохнула и покачала головой.

– Но я рада, что тебе понравилось.

– «У Глупого Волка умная жена», – размеренно сказала Вайри. – «Всё началось с того, что она принесла нам оленя и мы не умерли с голоду. И сейчас она тоже готовит нам оленя, чтобы мы продолжали жить».

Я посмотрел на волчицу. Она задумчиво разглядывала огонь, её глаза слабо сияли бирюзой. В последнее время Вайри стала говорить всё более сложными предложениями. Иногда мне казалось, что она среди нас самая разумная. Неужели это мой Дар развил в ней сознание? Или всё дело именно в мече Героя?

«Спасибо, Умная Жена!»

Райк тоже доел и теперь усердно вилял хвостом. Волки тоже стали разумными, но всё равно остались животными. Верными мне, но всё-таки животными. Я не мог объяснить, что именно отличало их от Вайри, но интуитивно чувствовал разницу в речи.

«Умная Жена хорошо готовит! Можно ещё?»

Рирвей тоже доел и сел в ожидании добавки.

– Да, конечно, – Тавия налила ему в миску ещё супа. – Я по привычке готовлю слишком много, Ракки потом доедает несколько дней.

– Много – не мало, – усмехнулся я. – Зато к зиме готовы.

– «А что потом?» – неожиданно спросила Вайри. – «Переждём зиму и вернёмся обратно?»

Мы с Тавией переглянулись.

– Вайри, послушай…

– «Я не против жить здесь, мне всё нравится. Но Ракки же Герой. Почему он не сражается с Тёмными Духами?»

– Просто… – начала Тавия, но не нашлась, что ответить.

– «Если что – мы поможем тебе. Прими решение, что делать дальше. Ты не можешь вечно это откладывать».

Я растерянно смотрел на Вайри. Действительно, мы не обсуждали, что будет дальше. Как долго я смогу скрываться от ответственности перед людьми? Нужно было спросить совета у меча, но я медлил, тянул время, не очень понимая, чего жду. Да уж, Вайри точно самая разумная среди нас.

Я отложил миску и поднялся. Меч молчаливо блестел в углу. Интересно, а можно поговорить с ним без контакта?.. Я прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Звуки сначала стали тише, а потом исчезли совсем. Я открыл глаза.

Вокруг стояла непроницаемая тьма. Моё тело словно висело в полной черноте, не привязанное ни к чему. Я заозирался и увидел меч. Он тоже висел в воздухе, обломанное лезвие переливалось синим цветом.

– Я хочу поговорить.

Меч крутанулся в воздухе и полетел ко мне, я перехватил его на лету. По руке разлилось тепло.

– О чём ты хочешь говорить, Арракир из Картора? – голос зазвучал со всех сторон сразу. Виски сдавило лёгкой болью.

А действительно, о чём? Что делать дальше? Куда ушли души из меча? Почему я вижу чужие воспоминания? Или же?..

– Кто ты?

Голос негромко рассмеялся.

– Хороший вопрос, правильный вопрос. Возможно, ответив на него, я отвечу на все остальные вопросы.

Внезапно со стороны подул тёплый ветер. Тьма впереди как будто уплотнилась и начала светиться синим цветом.

– Пожалуй, для начала, мне стоит принять свою истинную форму.

В темноте начал проявляться силуэт. Длинный хвост с сегментированной чешуёй. Изогнутые перепончатые крылья. Когтистые лапы. Широкая пасть с несколькими рядами зубов.

– Значит, ты – дракон?

Мой собеседник потянулся, вытягиваясь как кошка.

– Верно. Моё имя К'хаар-Р'коон, Свидетель Конца, последний дракон мира под Второй Луной. Опережая твой следующий вопрос: да, именно мои воспоминания ты видел. Это неудивительно, ведь наши с тобой души связаны.

Я кивнул, переваривая услышанное.

– Почему ты помогал людям?

Свидетель Конца свернулся клубком.

– Почему? Всё очень просто. Мы заключили договор: я помогаю людям бороться с тёмными силами, а меня спрячут от эльфов.

– Чем ты им так насолил? – удивился я, вспоминая Лиаикая. Эльфийский принц не походил на бездушного охотника на драконов.

– Нас обвинили в уничтожении Луны, источника эльфийской магии. Это не лишило их сил, поэтому они решили отомстить нам. Это была очень долгая и кровавая война.

Дракон помолчал, собираясь с мыслями.

– Война заканчивалась не в нашу пользу, всех моих братьев превратили в пепел и рассеяли по земле. Они всегда находили нас, как мы не старались спрятаться. И вдруг один человек и один эльф предложили мне сделку. Я стану мечом, карающим Тьму, спрячусь от эльфов в неразрушимом лезвии. Такое существование меня тогда устраивало.

– Человек и эльф? – удивился я. – Странный союз.

– Кажется, вы назвали их Най'и'Сар. На самом деле их было двое, Наямикай Победитель, второй принц крови, и Ренсар из Край'Хаара. Они связали души также как и мы, поэтому стали единым целым.

– Ничего себе откровение… – пробормотал я. – Но подожди, неужели ты не хотел отомстить за своих собратьев?

К'хаар-Р'коон усмехнулся. Меня обдало тёплым воздухом.

– Я хотел сбежать, и я сбежал. Теперь же, когда Алтарь разрушен, эльфы снова придут за мной и обратят в пепел. К сожалению, для тебя это означает смерть, ведь наши души связаны. Умру я – умрёшь и ты.

У меня похолодело внутри. То есть, теперь мне придётся сражаться с Лиаикаем? Как же так?..

– Неужели нет другого выхода? – слова с трудом выходили из пересохшего горла.

– Есть, – ответил дракон. – Выход есть всегда. Ты можешь смириться со своей судьбой, попрощаться с близкими и принять смерть.

– Меня это не устраивает! – закричал я.

К'хаар-Р'коон помолчал, размеренно дыша.

– Мы можем попросить помощи у того, кто расколол Первую Луну и из её обломков собрал Вторую, вновь подарив эльфам магию.

– То есть это не вы?..

Дракон недовольно махнул хвостом.

– Конечно нет, мы бы никогда такого не сделали. Борьба с эльфами казалась нам интересной, но мы не хотели их уничтожать. Всё испортил один выскочка, пожелавший великой силы любой ценой.

Свидетель Конца посмотрел прямо на меня, его сияющие глаза видели меня насквозь.

– Мы попросим Ворона, Владыку Тьмы, расколоть наши души. Если получится, то наши судьбы расплетутся, каждый из нас пойдёт своим путём. Если нет…

Он оскалился.

– То нас с тобой ждёт кое-что похуже смерти.

*****

Тьма вокруг меня рассеялась, и свет от костра больно резанул по глазам. Я заслонился, подняв руку, и с удивлением обнаружил, что меча в ней нет. Он всё так же поблёскивал в углу. Тавия недоумённо склонила голову. Вайри выдохнула через нос. Волки навострили уши. Получается, я всё это время так и стоял?..

– Ты в порядке? – уточнила Тавия, поднимаясь. – А то так странно вытянул руку, и потом заслонился от костра.

– «Он говорил с мечом», – Вайри нетерпеливо махнула хвостом. – «Что-то решил?»

Я кивнул и быстро пересказал им разговор со Свидетелем Конца. Волки слушали, не перебивая, иногда восклицая от неожиданности. Тавия слушала молча, не сводя с меня глаз. Когда я закончил, моя жена резко заявила:

– Даже не думай, что можешь вот так взять и умереть.

Я ошарашенно захлопал глазами.

– Тавия…

– И слышать ничего не хочу!

Она скрестила руки на груди и отвернулась. Я протянул к ней руку и вдруг услышал её мысли.

«Не хочу, чтобы он умирал! Не хочу!»

Внутри похолодело. Да, наверное, часть про угрозу моей жизни можно было опустить. Я постарался успокоить девушку:

– Не волнуйся, со мной всё будет в порядке! Нам просто нужно найти того самого Ворона, что расколол Луну, – я замялся. – Только где же его искать?..

Тавия глубоко вдохнула и выдохнула, успокаиваясь.

– Что, если поискать в сказках? – спросила она, поворачиваясь. От решительного взгляда тёмно-зелёных глаз у меня перехватило дух. – Наверняка что-то в них правда, про Луну ведь совпало. Где живёт этот Ворон в свободное от своих проделок время?

– «Кажется, я знаю», – вдруг ответила Вайри. – «Он скрывается во тьме. Так говорили в начале одной из сказок».

– Точно! – воскликнул я. – К'хаар-Р'коон назвал его Владыкой Тьмы.

– Когда к нему пришли братья, чтобы наказать за Чёрное Солнце, – вспомнила Тавия, – они выкопали в земле большую яму и нашли там дверь во тьму.

Я с сомнением посмотрел себе под ноги.

– Вряд ли нам подойдёт такой способ. Скорее всего, тут нельзя понимать сказку буквально. Сколько они там копали? Несколько недель? Думаю, это символ их упорства, стремления наказать брата. Просто копая землю, мы Ворона не найдём. Дверь во Тьму должна открываться как-то иначе.

Тавия посмотрела на меня с таким уважением, что я смутился.

– Чего смотришь?..

Моя жена хихикнула, прикрыв рот.

– Очень похож на Веля сейчас был.

– Знаешь, я тоже умный…

– «Глупый Волк? Умный?» – Вайри высунула язык и широко зевнула. – «Не верю».

Волчица вдруг вскинула голову, принюхиваясь.

– «Кто-то идёт со стороны входа. Пахнет ушастым».

Волки заняли оборонительную позицию вокруг меня: Рирвей и Райк по бокам, Фирви и Вайри впереди. Тавия выхватила лук из-под шкуры, на которой сидела, и прицелилась в сторону входа. Я протянул руку к мечу, тот кувыркаясь подлетел ко мне. Стало очень тихо, только костёр негромко потрескивал.

В темной арке раздались шаги, и Тавия без раздумий пустила туда стрелу. Блеснула сталь, послышался звон наконечника о каменный свод. Девушка молниеносно натянула тетиву и сместила прицел чуть левее.

– Назовись! – крикнула она.

– Лиаикай, принц крови, – раздалось из темноты. – Не стреляйте, я пришёл поговорить.

– О К'хаар-Р'кооне? – спросил я. Эльф не ответил. – О вашей бессмысленной войне? О том, что тебе нужно убить последнего Дракона?

– Ракки… – Лиаикай не спешил показываться из прохода. – Знаешь, я очень плохой принц…

– «Это здесь причём?» – Вайри оскалилась. – «Как с этим связан Ракки?»

Эльфийский принц показался в проходе. Он держал меч на вытянутой руке, медленно подходя к костру. Тёмная броня, словно сотканная из ремней, покрывала Лиаикая с ног до головы. На груди блестел металлический овал с выгравированным символом. Я сосредоточился и понял его значение.

«Война»

– Моё положение ухудшается с каждым днём. Слишком много общался с людьми, слишком мало занимался делами трона. Но если я принесу Королю голову Свидетеля Конца, он увидит во мне победителя, какого Вторая Луна не видела со времён Наямикая!

Лиаикай холодно улыбнулся. В его глазах плясали бирюзовые огни.

– Мне искренне жаль, что так вышло. Умри, Ракки из Картора!

Я даже не успел поднять меч. Эльф размазался в воздухе и появился слишком близко ко мне, занося руки для удара.

«Берегись, Волк!»

– Ракки!

– «Нет!»

Все голоса зазвучали разом. А потом наступила тишина.

*****

На каменный пол пещеры упали ярко-красные капли крови. Я с удивлением смотрел на застывший у моего сердца наконечник лезвия. Удар эльфийского принца не достиг своей цели, потому что на его пути возникла фигура в оборванном сером плаще. Грей, Тёмный Дух, появился вовремя. Но почему?..

– Почему ты здесь?.. – недоумённо спросил я.

Лиаикай яростно замотал головой.

– Не лезь не своё дело! – он попытался надавить на лезвие, протыкая Грея дальше, но ничего не вышло. Тёмный Дух резко оттолкнул эльфа, тот отскочил назад и перехватил меч двумя руками.

– Я атаковал Веля и нарушил Ритуал. Из-за меня ты сейчас чуть не убил Ракки. Теперь это моё дело, – Грей скривился, закрывая рану рукой.

Лиаикай прикрыл глаза и опустил меч. Несмотря на расслабленную позу, от него чувствовалась угроза.

– Тогда ты тоже умрёшь от моей руки, Приносящий Смерть.

– А вот это мы ещё увидим!

Грей отставил руку в сторону. Вокруг кисти заструились кольца чёрного дыма, из которого стали проступать очертания меча.

– Соберись, Ракки, – прошептал Дух, не выпуская Лиаикая из поля зрения. – Используй оставшуюся силу меча и убей его. Не знаю, сколько ещё продержусь.

Я стиснул рукоятку. Неужели, мне придётся драться с Лиаикаем? Он всё-таки спас Вайри. Неужели нельзя договориться? Почему всё случилось именно так?.. Тавия пустила в эльфа две стрелы, тот отбил их, не открывая глаз. Волки приближались к нему, сжимая кольцо; они угрожающе рычали и скалились.

– Если вы продолжите мешать, я убью вас всех, – голос Лиаикая был спокоен и холоден. На его лице плясали блики от костра.

– Ты не справишься с нами всеми! – Грей сформировал меч и прокрутил его в руке. – Мы не дадим тебе убить Последнего Героя.

Я судорожно думал, как нам выбраться. Бежать не выйдет, Лиаикай перекрывает единственный путь. На равных с ним сражаться сможем только мы с Греем, остальные станут лёгкой мишенью. Нельзя подставлять их под удар.

Лиаикай открыл глаза, они сияли бирюзой. Я понял, что надо действовать и стиснул меч. Мир подёрнулся лёгкой пеленой, потерял краски.

– Мне нужно победить его, – я сформулировал свою мысль как можно более чётко. – Но не убивать.

«Твоя доброта может стать фатальной для тех, кто тебе дорог»

– Если мы доберёмся до Ворона, то сможем заставить его говорить правду. Он признается, что расколол Луну, и эльфам не нужно будет тебя убивать.

К'хаар-Р'коон усмехнулся.

«Твоя вера в добро настолько сильна, что граничит с глупостью. Но я понял тебя, Герой»

Лиаикай медленно двинулся вперёд. Тавия отпустила стрелу, древко неспешно полетело ему навстречу. Фирви оттолкнулась от земли и грациозно взмыла в воздух. Грей отвёл меч назад, вокруг лезвия заплясали тёмные огоньки. Бой начался!

Края меча Героя засияли красным, по руке разлилось приятное тепло. Мир вокруг начал стремительно ускоряться. Лиаикай увернулся от выстрела Тавии, поднырнул под пролетающую выше Вайри и одним ударом отсёк Грею руку с мечом. Теперь мы с ним стояли один на один. Эльф пинком повалил Духа на землю и ринулся ко мне.

В этот раз я успел защититься. От удара заломило кисть. Лиаикай оскалился, отскакивая. Следующий удар летел мне прямо в голову. Я принял лезвие гардой, отводя его в сторону. В воздухе запахло металлом.

– Как ты не понимаешь! – закричал эльф, наваливаясь на оружие всем телом. – Я должен тебя убить! Это единственный выход!..

Сквозь грудь Лиакая прошло лезвие, усеянное тёмными огоньками. Грей метнул свой меч прямо в эльфа, пока тот отвлекался на меня. Из отрубленной руки Духа хлестала кровь.

– Ты!.. – прохрипел Лиаикай. – Ты опять мешаешь!

Он вытянул руку в сторону Грея. Из-под земли выскочили красные цепи, сковывая Духа. Лиакай начал нараспев читать заклятье.

– «Прощай, Ракки из Картора», – Грей грустно улыбнулся и закрыл глаза.

Мой единственный шанс на спасение таял на глазах.

– Ну уж нет!

Я отвёл эльфийский меч в сторону, и, пока Лиаикай не успел опомниться, вонзил обломанное лезвие меча Героя ему прямо в глаз.

– А-а-а! Драконий человек!

Он выронил оружие и схватился за голову, падая на землю. Волки подошли ближе, перекрывая эльфу путь ко мне.

– Отправь меня во Тьму! – закричал я Грею. – Быстрее!

Тёмный Дух непонимающе склонил голову. На меня накатило раздражение.

– Давай! Пока Лиаикай не оправился!

– Ракки, не надо опять делать всё в одиночку! – Тавия держала корчащегося эльфа на прицеле, подходя ко мне.

– "Мы идём с тобой. До конца", – Вайри ткнулась мне в ногу носом.

– Но зачем?.. – Грей всё ещё не понимал меня.

– Ворон, Повелитель Тьмы, сможет разделить наши с драконом души. Ну же!

Грей широко распахнул глаза, осознавая сказанное, и медленно кивнул. Он вытянул здоровую руку за спину и будто схватил невидимое покрывало. Послышался громкий треск.

– Я не ручаюсь за вашу безопасность. Может произойти всё, что угодно.

Грей дёрнул рукой, отрывая что-то. За его спиной зиял проём непроглядной тьмы.

– Спасибо! Идём!

Я с разбега прыгнул в бесконечную чёрную бездну. Уши заложило, в лицо подул тёплый ветер. Я вдруг осознал, что обратного пути уже не будет. У меня с трудом получилось развернуться в сторону прохода. За мной летели Вайри и Тавия, ветер развевал волосы девушки.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! – прокричала она мне.

– «Он же Герой, конечно он знает», – проворчала Вайри.

Проём закрылся, и вокруг осталась только Тьма.

Надеюсь, я и впрямь знаю, что делаю.

*****

Я лежал спиной на чём-то мягком. Надо мной раскинулось бескрайнее звёздное небо. Словно бусы, рассыпанные на чёрном полотне, они переливались разными цветами и подмигивали мне. Вокруг стояли высокие чёрные деревья, медленно покачивающиеся из стороны в сторону.

Вот она какая, Тьма…

Я резко поднялся и сел. Судя по всему, Грей переместил нас куда-то в лесную часть владений Ворона. Я оказался на небольшой поляне, поросшей редким кустарником. Травинки металлически блестели в свете звёзд. В нашем мире такие не растут.

– Тавия? Вайри? – позвал я, оглядываясь. – Вы здесь?

Ответом мне была тишина. Мягкая, обволакивающая, она убаюкивала и расслабляла. Только от осознания одиночества становилось совсем не спокойно. Неожиданно моей щеки коснулся тёплый ветерок.

«Они в порядке, Арракир из Картора. Не беспокойся»

Голос звучал прямо в моей голове. Он отличался от всех, что я слышал ранее; от него веяло невообразимой силой и могуществом. Как будто со мной говорил весь мир. Я заозирался в поисках источника звука, опуская руку на пояс к обломанному мечу Героя. Почему-то вспомнилось, что легенды называли его Лунным Мечом. Незримый собеседник рассмеялся.

«Не нужно так волноваться. Ведь ты не для этого сюда пришёл, не так ли?»

– Мне нужно увидеться с Вороном, Владыкой Тьмы, – чётко проговорил я. – Это касается истории моего мира и моей души.

«Владыка? Значит так его знают у тебя на родине? Да, люди всегда любят упрощать. Никто не может владеть Тьмой»

Я крепко сжал рукоять меча.

– Отведи меня к нему, пожалуйста. Мне не хочется применять силу.

Ветер взъерошил мне волосы.

«Если это твоё желание, то пусть будет так. Владыка Тьмы придёт к тебе сам»

Из-за моей спины на землю упал луч света. Я обернулся. В небе прорезался серп луны, а вот звёзды стало заволакивать тенью. Тенью огромного крыла.

– «Он идёт, Ракки. Приготовься!» – по сравнению с голосом Тьмы, К'хаар-Р'коон звучал совсем по-другому.

Я кивнул и замер в ожидании. Тень всё росла и росла, пока не затмила всё небо, оставив только серп луны. Вдруг луна стала полной, затем опять сузилась до серпа.

– Это что, глаз?.. – ошарашенно пробормотал я. – Какого же он размера?..

Ворон несколько раз моргнул, затем медленно развернулся в мою сторону. Он был высотой со всё небо, я почувствовал себя совсем крошечным перед Владыкой Тьмы.

– Слушаю тебя, – басовито сказал Ворон. – Арракир из Картора.

Я выдохнул, успокаиваясь, и убрал руку с меча.

– Мне нужна твоя помощь, Ворон. Очень давно ты расколол Луну в нашем мире, и...

– Луну? – уточнил он. – Не припомню такого.

– «Это было так давно, что он забыл», – усмехнулся К'хаар-Р'коон. – «Похоже, стоит забыть о восстановлении справедливости и просто решать нашу проблему».

– И чего же ты хочешь, – сказал Ворон и прищурился, – власти? Силы? Знаний? Что ты готов отдать взамен за это?

Я прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Что-то в этом разговоре казалось необычным, неправильным. Ворон вёл себя как полноправный хозяин Тьмы, но ведь мне только что сказали – это не так. С другой стороны, я попросил именно этого, разговора с Владыкой Тьмы.

Погодите-ка, попросил?..

– Правда ли ты тот, кого я искал?

Ворон громко каркнул. Деревья покачнулись от порыва ветра, пригнулись почти к самой земле. Кажется, он так усмехнулся.

– Очень хороший вопрос, Арракир из Картора. Я именно тот, кого ты просил у Тьмы. Ни больше и не меньше.

Вот оно!

– Я хочу поговорить с настоящим Вороном!

Ворон снова каркнул, как мне показалось, утвердительно. Небо стало стремительно опускаться на меня. Огромная фигура подёрнулась дымкой, рассыпаясь белесым дымом.

«Следует быть осторожным при выборе слов, Арракир. В следующий раз проси чётче»

Туман окутал меня с ног до головы. Я замахал руками, но он становился только гуще. Вскоре, осталась только белая мгла. Затем, сквозь неё стали проступать очертания комнаты. Столы, стулья, стойка с бокалами причудливой формы, за некоторыми из столов проявились посетители. Я моргнул и понял, что стою у входа таверну.

– А вот и Ракки!

Тавия сидела у стойки и махала мне рукой. Рядом с ней из высокого бокала пила что-то красное девушка в красивой меховой шубе. Вайри нигде не было видно.

– Иди к нам!

Похоже, пока я общался с Тьмой, моя жена успела завести знакомство с какой-то местной девушкой. Впрочем, удивляться тут нечему. Тавия всегда легко находила общий язык.

– Как ты здесь оказалась? – спросил я, подходя к стойке.

– Мы немного поблуждали по лесу и вышли в город. А тут, оказывается, не так много мест, где знают Ворона.

– Мы? – удивился я. – А где Вайри?

Тавия неопределённо мотнула плечом.

– Рядом с тобой, Глупый Волк, – ответила девушка в шубе. – Надо сказать, у вас очень удобное тело. Особенно удобно с ним пить из бокалов.

Я потерял дар речи. Длинные волосы цвета белого снега, узоры на одежде точно такие же, как на шкуре у волчицы. Голос, который ни с кем не спутать. Ошибки быть не могло.

– Вайри?..

– Да, – она кивнула и улыбнулась. – Теперь я выгляжу так.

– Но почему?..

На плечо мне легло что-то мягкое, похожее на большое крыло. Я медленно повернул голову. Рядом со мной стоял большой ворон в фартуке, в свободном крыле он держал несколько кружек с чем-то пенящимся. В клюве его торчала длинная тонкая трубка, от которой поднимался лёгкий дымок.

– Думаю, я смогу объяснить, но сейчас у меня несколько заказов, – Ворон хрипло каркнул. – Может, сперва чаю?

*****

Ворон медленно помешивал чай в чашке. Мне оставалось лишь поражаться его ловкости: крыльями он орудовал как руками. От горячей жидкости вверх поднимался пар, скручивающийся кольцами и растекающийся по потолку красивым узором.

– Думаю, у вас много вопросов, – Ворон прищурился и отпил чай. – Внимательно слушаю.

Мы поднялись наверх, и теперь сидели в уютной комнате с большой кроватью и несколькими массивными креслами. За резным окном сиял полумесяц луны. Мы с Вороном сели в кресла, Тавия с Вайри заняли кровать и приготовились внимательно слушать. Я в очередной раз поразился трансформации волчицы. Она напоминала Вайри очень отдалённо, не внешностью, а поведением. Такой же внимательный взгляд, такие же чёткие движения…

– Даже не знаю, с чего начать, – вздохнул я, наконец. – Наверное, с того, где мы?

Ворон благодушно кивнул.

– Симога-я, самый уютный ресторан по эту сторону Тьмы. Но мне кажется, ты хотел спросить не про это. Тьма, вот что будоражит твой интерес.

– Здесь слишком светло для Тьмы, – нахмурилась Вайри. Она с интересом изучала содержимое своей чашки. – Название не подходит.

– Верно, – Ворон негромко каркнул. – Это место имеет много названий. Войд, Изнанка, Дно Небесной Реки… Все они правы и неправы одновременно. Но мне больше нравится именно Тьма.

– Не очень понятно, – Вайри лениво зевнула. Повадки у неё так и остались волчьими.

– Я мог бы пуститься в долгие рассуждения, но не думаю, что это поможет, – Ворон отпил ещё. – Я сам не до конца понимаю это место. Оно существует вне всех миров, оно вечно и, возможно, бесконечно. Тьма как оживлённый перекрёсток. Все спешат, проходят мимо, задерживаясь на пару мгновений, оставляя после себя лишь воспоминания.

Он поставил кружку на пол и расправил крылья, потягиваясь.

– Тогда следующий вопрос, – Тавия подняла руку. Прямо как в карторской школе, настоящая прилежная ученица. – Почему Вайри была волчицей в нашем мире, а здесь – человек?

Ворон опустил крылья и посмотрел внимательно на Вайри. Волчица также внимательно посмотрела в ответ.

– Действительно, не человек, – сказал Ворон.

– Действительно, птица, – вторила ему Вайри.

Ворон каркнул, словно ухмыляясь, и задумался.

– Могущественные создания могут менять форму по своему желанию. Но если она была обычной волчицей, то дело во Тьме. Она может подарить то, чего ты желаешь на самом деле.

– И не берёт ничего взамен? – уточнил я.

– По-разному, – уклонился от ответа Ворон. – Зависит от многих условий и настроения Тьмы. Я впервые вижу такую резкую трансформацию. Хотел бы узнать побольше про ваш мир.

– Ох, мы же не представились, – я хлопнул себя по лбу. – Ракки из Картора, один из Свиты Героя. Это – моя жена, Тавия, тоже из Свиты. А это…

– Вайри, – она не сводила глаз с Ворона. – Бывшая волчица, путешествую с Глупым Волком, потому что он спас нам жизнь. Твоя очередь.

Ворон каркнул, но мне чётко послышался смешок.

– Давно уже со мной так не говорили. Что ж, Кутх, владелец Симога-я. Кормлю посетителей и слушаю их интересные истории.

«И уничтожаю луны по праздникам»

Я не ожидал, что К'хаар-Р'коон окажется таким сварливым. Кутх взглянул на мой меч, выглядывающий из-под накидки, и прищурился.

– Очень опасные игрушки ты носишь с собой, Ракки. Такое оружие лучше хранить дома, а лучше – на дне океана.

«Помнишь меня, Ворон? Я вот очень хорошо помню твой силуэт напротив разбитой надвое Луны…»

Дракон звучал очень спокойно, каждое слово отдавалось во мне волной теплоты. Кутх поднялся, нависая надо мной. Я успел подзабыть, насколько он высокий.

– Очень интересно. Но только про ваш мир я слышу впервые. Думаю, ты понимаешь, что это значит?

«Действительно. Тогда нам стоит уйти. Прости, Арракир из Картора, мы проделали этот путь впустую»

К'хаар-Р'коон замолчал.

– Но ведь... – пробормотал я. – Но ведь только ты можешь нам помочь!

Кутх прикрыл глаза.

– К сожалению, это не так. Дело в том, что я ещё ничего не сделал. Время течёт здесь совершенно по-другому. Прошлое вашего мира может стать моим будущим и наоборот.

– Не понимаю, – Вайри помотала головой. – Объясни.

Ворон открыл глаза и взглянул на бывшую волчицу.

– Слишком сложно. Вы не поймёте.

– Попробуй, – настойчиво сказала Вайри, нетерпеливо стукнув рукой по кровати.

– Хорошо, – Ворон шумно выдохнул. – Время существует во Тьме только в присутствии наблюдателя и только относительно него. Из-за этого здесь есть самые разные существа из самых разных миров и эпох. Для некоторых посетителей Симога-я поход во Тьму займёт год, для других – меньше секунды.

Он замолчал, собираясь с мыслями.

– Я ещё не был в вашем мире, и вероятно совершу там нечто ужасное в будущем. Возможно, сейчас вы это изменили. А может, наоборот, сделали свой мир таким, каким он будет. Не узнав всей истории, я не смогу помочь. Но узнав её до конца, могу не стать её причиной. Поэтому извини, Ракки.

Кутх посмотрел в окно. Луна наполовину скрылась в тучах. Мы молчали.

– То есть, – начала Вайри, – ты ещё не приходил в наш мир, но мы точно знаем, что придёшь. Если мы расскажем тебе заранее концовку этой истории, она может не случиться. А если она не случится, ты и мы её не будем знать.

– Верно, – Ворон кивнул. – В общих чертах, не вдаваясь в детали.

– Тогда, если я опишу тебе свою проблему, тоже в общих чертах, ты посоветуешь что-нибудь?

Кутх посмотрел на меня, склонив голову, и каркнул. В его голосе звучала заинтересованность.

– Попробую.

– Моя душа связана с душой меча. За ним охотятся, и теперь я в опасности. Есть ли что-то во Тьме, что поможет с этим?

Ворон задумался, сложив крылья на груди.

– Хмм, – сказал он, помолчав. – Делить души – это не моя специальность. Драться с преследователями ты, очевидно, не хочешь. Спрячь меч во Тьме. Пока его будут искать здесь, ты проживёшь долгую и счастливую жизнь.

«Смерть Арракира приведёт и к моей смерти. Они это знают и продолжат охоту, но тогда у него не будет сил сражаться. Такой вариант не подойдёт»

Кутх недовольно дёрнул крылом.

– Можно остаться здесь самому. Тьма, очевидно, готова принять вас, а значит и защитить. Первое время будет сложно, но потом привыкнете. Я не против дополнительных рабочих рук.

«Принять смерть в нашем мире или сбежать сюда навечно. Что же ты выберешь, Арракир?»

Я посмотрел в окно. Полумесяц почти полностью скрылся тучами. Сейчас мне нужно принять решение, от которого зависит вся моя жизнь. И не только моя, на кону жизни Тавии и Вайри. Что будет лучше для них? Жизнь в безвременьи со мной или в обычном мире без меня?

Третьего пути не дано.

Или просто я его не вижу?..

*****

Я отвёл взгляд от луны за окном и ещё раз посмотрел на Кутха, но тот остался безмолвным, продолжая пить чай. Значит, помощи от могущественных духов Тьмы ждать не приходиться, нужно разбираться самим. Как-нибудь, на месте. Нет смысла сидеть здесь, нудно действовать!

– Как нам вернуться обратно? – спросил я. Ворон отставил кружку на пол. – Сюда нас отправил Тёмный Дух Грей, обратно тоже должен забрать он?

– Ты что-то придумал? – встрепенулась Тавия.

– Расскажи, – требовательно заявила Вайри, усаживаясь поудобней.

– Расскажу, когда вернёмся, – уклонился от ответа я. – Итак, что нужно сделать?

Кутх потёр клюв крылом.

– Есть два пути: медленный и безопасный или быстрый и с возможными трудностями. Выбирать вам.

– Мы ничего не знаем о путешествиях между мирами, – Тавия вздохнула. – Можно попроще объяснить?

Ворон каркнул и кивнул.

– Могу провести вас через Дверь, у меня здесь своя недалеко. Самый безопасный путь для вашего здоровья. Но он выведет вас в ваш мир через несколько лет после вашего ухода.

– Нам, наверное, это не подходит, – я почесал в затылке. – А второй?

Кутх показал на мой меч.

– Используй эту штуку. Точность по времени идеальная, попадёшь, когда хочешь, но за твоё личное время я не ручаюсь. Можешь постареть на год, а можешь на сто лет.

– Мы воспользуемся первым вариантом, спасибо, – Тавия вежливо поклонилась и поднялась. – Ну, в путь?

Я сжал рукоятку меча и прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Мир вокруг подёрнулся дымкой и застыл. Теперь у меня есть время поговорить со Свидетелем Конца.

– К'хаар-Р'коон, ты меня слышишь?

«Прекрасно слышу. Чего желаешь?»

– Если наши души связаны, значит и жить я буду столько, сколько и ты. Сколько живут драконы?

Свидетель Конца усмехнулся.

«Хороший вопрос. Не волнуйся, если ты используешь меч для перехода, то не умрёшь. Я приму на себя возможные последствия, и ты нисколько не постареешь»

– Отлично. Тогда так и поступим.

«Но твоих спутниц я защитить не смогу. Ты уверен, что?..»

– Они пойдут путём Ворона. А мы с тобой как раз разберёмся с эльфами. Как-нибудь. Наверное…

Дракон помолчал немного и вдруг сказал:

«Есть выход из нашей ситуации. Но я скажу его тогда, когда мы вернёмся»

– Почему не можешь сказать сейчас? – напрягся я, впиваясь пальцами в рукоятку.

К'хаар-Р'коон ответил не сразу. Мир вокруг казался блеклым и расплывчатым, словно я смотрел на него через старое пыльное стекло. Кутх, Вайри и Тавия застыли на месте, не подозревая о нашем разговоре.

«Мне нужно посоветоваться с моим народом, и сделать это можно только в нашем мире»

– Разве ты не говорил, что они все умерли? – удивился я.

«Они стали прахом. Это другое. Они продолжают жить, их можно услышать. Твой Дар мог бы помочь мне это сделать. Но сначала нам всё равно придётся победить эльфов. Готовься к серьёзной битве»

Я медленно кивнул, отпуская рукоятку. Мир вокруг стал чётким. Ворон обернулся на меня, прищурился, но ничего не сказал.

– Веди нас к двери, – требовательно заявила Вайри. – Пойдём спасать Ракки!

Тавия улыбнулась и погладила бывшую волчицу по голове. Вайри прикрыла глаза и шумно выдохнула.

– Она вернётся в обычную форму? – спросила моя жена. – Или это теперь навсегда?

– Не знаю, – ответил Кутх. – Зависит от того, чего она хочет.

Вайри открыла глаза и обвела нас взглядом.

– Быть разумной волчицей неудобно. Быть разумным человеком чуть-чуть удобнее. Останусь такой.

– А как же волчата? – спросил я.

– Им уже давно пора уходить от меня и жить своей жизнью, – сварливо ответила Вайри. – Так что как-нибудь справятся с тем, что их мать теперь человек.

Кутх каркнул. Мне показалось, что он так усмехнулся.

– Идём. А то и так вас задерживаю.

Он повёл нас обратно к резной деревянной лестнице, но неожиданно свернул куда-то направо, в неприметный коридор. Его стены были словно слеплены из разных арок. Потолок и стены украшали непонятные письмена. В конце коридора особняком стояла матово-чёрная дверь с массивной рукояткой.

– Идите по одному, – сказал Ворон. – Дверь приведёт вас туда, куда захотите, поэтому постарайтесь захотеть попасть домой.

– Идите вперёд, – я посмотрел на Тавию и Вайри. – Не надо хмуриться, просто мне нужно кое о чём спросить Кутха. Честно. Идите, я догоню.

– Точно? – недоверчиво спросила Тавия. – Не будет так, что мы уйдём, а ты будешь сражаться в одиночку?

– Нет, не будет, – Ворон положил мне крыло на плечо, и я оценил, какое оно тяжёлое. Словно на меня опёрся воин в полном доспехе. – Всё равно больше двух человек одновременно Дверь не пропустит.

Вайри взяла Тавию за руку и двинулась вперёд.

– Стой! Подожди!..

– Ты плохая жена, если не веришь мужу, даже если это Глупый Волк, – не оборачиваясь сказала Вайри. – Он догонит. Он обещал.

Тавия смутилась и молча пошла за Вайри. Я проводил их взглядом, и когда массивная Дверь закрылась, повернулся к Кутху.

– Ничего, если я уйду прямо отсюда? А то мечом махать в доме немного непривычно.

– Решил рискнуть? – серьёзно спросил Ворон. – Не ручаюсь за твою сохранность.

– Дух в мече примет на себя все возможные последствия. А разобраться с врагом я смогу только если вокруг не будет тех, кто мне дорог. Не могу рисковать ими.

Кутх вздохнул.

– Ты жестокий. Нет ничего более романтичного, чем умереть в бою на глазах свое второй половинки.

– Что?.. – не понял я.

Ворон каркнул несколько раз подряд. Похоже он смеялся.

– Ничего. Иди в свой мир, ничего не бойся и делай, что должен, Ракки из Картора.

Я вытащил меч из ножен. Обломанное лезвие блеснуло сталью, показав мне моё отражение. Всклокоченные волосы, усталый взгляд. Да уж, Герой из меня получился так себе.

«Разруби воздух перед собой и шагни в проход»

Я послушно махнул мечом. В воздухе осталась светящаяся прореха. Она быстро расползалась, открывая передо мной вид на вход в пещеру. Из прорехи до меня долетали снежинки, снежная буря и не думала утихать. Лиаикая нигде не было видно, наверное, он всё ещё оставался в пещере.

«Давай!»

Какая разница, стал я хорошим Героем или нет? Сейчас в моих руках не судьба мира, а моя собственная судьба. Я уже совершил то, что должен был – уничтожил Алтарь Героя и отпустил Души обратно. Осталось теперь решить только вопрос со эльфами.

И с Вайри. Теперь жить втроём уже как-то совсем неловко.

Я помотал головой и решительно шагнул в снежную бурю.

*****

Снежинки впивались в кожу, не переставая. Я сделал ещё один шаг и тут же провалился почти по колено. Пока мы с Тавией и Вайри были во Тьме метель не прекратилась, а только усилилась. Вход в пещеру чёрным провалом виднелся чуть впереди. Переход из дома Кутха в наш мир оказался резким. Холод быстро проникал под одежду, снег таял и тут же превращался в ледяную корку. Я стиснул меч в руке и двинулся вперёд.

«Сейчас дам тебе тепло, подожди»

Меч засиял, рукоять стала нагреваться. Лёд на теле разом испарился. Вокруг меня словно образовалась сфера тепла, снег таял на подлёте.

– Спасибо, – я замер, глядя в проём пещеры. – Так какой у тебя план?

«Мы поговорим с моими собратьями сразу, как только победим принца эльфов»

– Почему? – недоверчиво спросил я. – Что ты скрываешь от меня, Свидетель Конца?

Дракон усмехнулся.

«Всё просто. Говорить с моими сородичами – дело не быстрое, и оно требует твоей полной концентрации. Тебе будет нелегко это сделать, если эльф будет резать тебя мечом»

Я нехотя кивнул.

– Но ведь не обязательно его убивать, верно?

К'хаар-Р'коон вздохнул. Его дыхание теплом разлилось внутри меня.

«Иногда смерть – это единственный возможный путь. Ты избрал разрушение, когда уничтожил Алтарь Героя и освободил его пленников. Люди уже не станут прежними в мире, полном Духов и порождений Тьмы, против которых нельзя защититься. Смирись, Арракир из Картора. Другого пути для тебя уже нет»

Другого пути…

Нет?..

В проёме пещеры показалась фигура. Она двигалась очень медленно, приволакивая правую ногу. Лица я различить не смог, как ни вглядывался сквозь пелену снега. Кто же это: Грей или Лиаикай?..

– Здравствуй, Ракки. Вижу, ты вернулся очень быстро.

Голос эльфийского принца заставил меня ещё крепче вцепиться в рукоятку меча. Лиаикай вышел из пещеры и поднял на меня окровавленное лезвие.

– Грейтхем очень старался меня задержать, но не вышло, – эльф усмехнулся. – Его воля оказалась недостаточно сильна.

Броня на теле Лиаикая лоскутами сползала на снег, оставляя на нём кровавые следы. Через всё лицо эльфа шёл кровоточащий след от меча. Из правой ноги Лиаикая торчал обломанный наконечник копья. Грей действительно старался…

– Мы можем решить это мирным путём, – сказал я, внимательно следя за Лиаикаем. – Не зачем драться.

Эльфийский принц медленно покачал головой.

– Свидетель Конца внутри тебя. Он – последний из проклятого драконьего рода. Как только он умрёт, наше отмщение свершится.

«Я дам тебе всю свою силу. Ты станешь быстрее него, но хватит только на один удар. Не промахнись»

Я стиснул зубы, мотая головой.

– Должен быть другой путь!

– Ты интересный человек, – сказал вдруг Лиаикай. Он опустил меч и посмотрел мне прямо в глаза. – Ты изменил порядок всего мира, забрал у людей то, что давало им шанс бороться с Тьмой. Отчасти, ты такой же, как и драконы.

Он прищурился, глаза его засияли бирюзой.

– Если я убью вас двоих, то это сблизит наши народы. В твоём лице слились два злодея. Прости, Ракки, но твоя смерть слишком выгодна, чтобы её упускать.

«Приготовься!»

Лиаикай дёрнулся вперёд и замер. Снежинки, яростно кружившие вокруг нас, застыли в воздухе. Я махнул перед собой мечом, проверяя свою догадку, и, действительно, моя скорость никак не изменилась. Теперь мне просто нужно подойти и убить Лиаикая.

Нет, это я всегда успею. Нужно найти другой выход.

– Что ты там говорил про своих собратьев?

К'хаар-Р'коон не ответил. Наверное, он отдал последние силы мне, поэтому теперь не мог говорить. Я вздохнул. Придётся вспоминать самому.

Драконы стали прахом, но не умерли. Значит, с ними можно поговорить. Мой Дар достаточно силён для этого, если верить Свидетелю Конца. Что ж, другого выхода у меня всё равно нет.

Я прикрыл глаза сосредотачиваясь и представляя себе множество драконов вокруг меня.

«Забавно, как они дерутся...»

«Нет, это решительно невозможно!»

«Когда это кончится...»

«Двадцать пять… Двадцать шесть… Двадцать семь…»

В моей голове раздался сразу хор голосов, чуть не сбив с ног. Драконы говорили одновременно, понять их было почти невозможно. Свидетель Конца общался гораздо понятнее. Сколько же вокруг меня драконов?

«Вернись! Вернись скорее!»

«Луна погасла и взошла вновь»

Нужно заставить их слушать.

– Драконы! – крикнул я. – Ответьте мне! Я Арракир из Картора прошу вашей помощи.

Голоса разом замолчали. Тишина вокруг звенела перезвоном сотни колоколов. Драконы не спешили отвечать.

– Вы слышите меня?

«Чего ты хочешь, Дитя Картора?»

Голоса всё ещё говорили одновременно, но теперь хотя бы одно и то же. Я выдохнул, собираясь с мыслями. Чего хочу?..

– Я хочу всё исправить. Чтобы всё стало как раньше. Но никого при этом не убивать!

«Похвальное желание. Но не исполнимое. Ты не изменишь прошлое. В твоих руках только будущее»

От нестройного хора голосов веяло невероятной силой.

– И что можно сделать? – тихо спросил я. – Как мне спасти Свидетеля Конца? Как спасти себя?

«Ты можешь отправить его душу обратно в Кс Арай'К. Там его не достанет ни одно Дитя Первой Луны. Но будь готов заплатить цену»

Я посмотрел на меч в своей руке.

– Какая бы ни была цена, я готов. Это лучше, чем убийство.

«Тогда обрати движение вспять. Дай волю К'хаар-Р'коону. Верни его в истинную форму»

Я кивнул и вытянул меч вверх в небо.

– Стань самим собой!

Снежинки вихрем закрутились вокруг меня, отбрасывая Лиаикая на землю. Меч засиял синим светом, начал на глазах менять форму, превращаясь в крылатого ящера.

– Что ты сделал?! – прокричал Лиаикай. – Зачем?!

– Так он уйдёт в свой мир, и живых драконов в этом мире не останется, – ответил я, улыбаясь. – И никто не должен будет умирать!

В небо из меча взметнулась ярко-синяя фигура, увеличиваясь на глазах. Свидетель Конца взмахнул крыльями, набирая высоту.

– Он прятался в этом мече сотни лет! Он не вернётся в свой мир!

«Прости, Ракки»

К'хаар-Р'коон обернулся на меня, не прекращая лететь вверх.

«Умирать пока не входит в мои планы. Спасибо, что помог»

У меня в груди похолодело. Я догадывался, что он просто использует меня, но где-то внутри теплилась надежда на искренность дракона.

«Нужно помочь ему вернуться, даже если он не хочет»

– Как помочь? – я внимательно смотрел на удаляющегося Свидетеля Конца.

«Представь, что мир, это монета. Сейчас она лежит лицом вверх. Переверни её»

Монета?..

Я вытянул руку вслед за К'хаар-Р'кооном. Вокруг кисти закрутился огромный круг синего цвета. Монета лицом вниз, значит?..

– Реверс! – крикнул я.

От круга в сторону дракона потянулись тонкие ломанные линии, настигшие его в один миг. Они впились в тело Свидетеля Конца, пронзая чешуйчатое тело насквозь. Дракон засиял и медленно растаял в воздухе. Правую кисть прострелило болью. Я перевёл взгляд и вскрикнул от неожиданности. Прямо из запястья торчал маленький чёрный кристалл.

«Любое действие имеет цену. Запомни это, Дитя Картора»

Лиаикай посмотрел на меня, потом на небо, затянутое снежными тучами, и закричал от обиды.

– Прости, – я сел, положив раненную руку снег. – Зато теперь тебе некому мстить.

Эльф замолчал и обессилено упал на спину.

– Последний Дракон ушёл из этого мира, – тихо сказал он. – Всё, что осталось лишь прах. Ты победил, Ракки из Картора, Последний Герой.

– Ты всё ещё можешь убить меня и вернуться к людям с моей головой, – я усмехнулся и посмотрел на обломанный меч. – Когда-то мы называли его Небесным мечом, а теперь это просто кусок железа.

– Это будет слишком просто. Не в моём духе.

Он повернул голову, поймал мой взгляд, улыбнулся.

– К тому же мне не хочется потом воевать с Вайри и Тавией. Думаешь, почему я просто усыпил твоих волков?

– Ты же только что был готов меня убить, – недоверчиво нахмурился я.

– Но ведь не убил.

Я подумал, что эльфы очень странные. Людям будет трудно их понять.

Впереди ещё так много работы…

*****

Я отряхнул остатки снега с одежды и сел поближе к костру. Жар от огня быстро распространился по телу, согревая после метели на улице. Правую кисть прострелило болью. Чёрный кристалл, оставшийся после драконьей магии, мешал сильнее, чем я надеялся.

– Не помахать больше мечом, – мой голос эхом разлетелся по пещере. – В стражники точно не возьмут.

Костёр потрескивал, выбрасывая вверх снопы искр. Волки, усыплённые эльфийским принцем, ровно дышали на шкурах позади меня. Снаружи пещеры всё ещё гудел ветер, метель разгулялась не на шутку.

– Ну что ж, сделанного не воротишь. Если всё постоянно исправлять, то никто не научится на своих ошибках.

Пещеру наполняли отблески костра и треск поленьев. Я слушал ровное дыхание волков и говорил сам с собой, убивая время. Лиаикай ушёл почти сразу, махнув на прощание рукой, поэтому собеседников у меня не осталось. Я подкинул свежих дров в костёр, щурясь от боли в руке. Как же так вышло, что простой карторский мальчишка получил Дар, стал Героем не по своей воле, а потом ещё и изменил весь мир? Теперь некому защищать людей от злых Духов, от диких зверей…

От самих себя.

Сзади завозились. Я обернулся и увидел, как Фирви поднялась, выгнулась, и зевнула. Увидев меня, волчица завиляла хвостом.

«Старший!»

Она подскочила ко мне и лизнула в нос. Я улыбнулся, проводя левой рукой её по серебряной шерсти.

– С добрым утром, Фирви.

«Где ушастый? Он вас искал, мы с ним сражались, но потом почему-то сильно захотелось спать»

Волчица хлестнула хвостом по земле.

«Это всё ушастый! Ты его победил?»

– Мы поговорили и разошлись миром, – я постарался спрятать правую руку за спину. – Спасибо, что защищали нас. Но теперь всё кончилось. Больше за нами никто не будет охотиться.

Фирви недоверчиво заворчала.

«А где старшая? Где Умная Жена?»

– Скоро будут здесь, не волнуйся, – я старался говорить уверенно, но внутри росло беспокойство. Кутх ведь сказал, что разброс по времени может быть существенным. Сколько же они будут идти из Тьмы? День? Месяц? Год?..

– Не волнуйся, – повторил я, отворачиваясь к костру. – Они обязательно придут.

«Хорошо. Тогда ты тоже не волнуйся»

– Не волнуюсь.

«Нет. Волнуешься. Я чувствую»

Фирви всё меньше и меньше походила на простую волчицу. Её речь стала намного сложнее, почти как у матери. Как я раньше этого не заметил? Неужели, это влияние моего Дара?..

Мои мысли прервал треск. Он раздавался со стороны входа в пещеру, будто кто-то медленно тянул в разные стороны старое покрывало. Я пригляделся и заметил в воздухе трещину. Она стала расширяться на глазах, и вдруг в один миг превратилась в резную дверь.

«Вернулись!»

Фирви подскочила к распахнувшейся двери, из которой вышла Вайри, тянущая за собой Тавию. Проход за их спиной медленно таял в воздухе.

– Ты поступил очень плохо.

Вайри прищурилась. Кутх оказался прав, она сохранила человеческий облик. Бывшая волчица сверлила меня взглядом, не обращая внимания на подошедшую Фирви.

«Старшая изменилась. Но всё ещё пахнет как старшая»

Фирви мотнула хвостом влево и вправо. Вайри задумчиво осмотрела себя.

– Это плохо? – спросила она, протягивая руку к своей дочери. Фирви позволила себя погладить

«Это правильно. Так старшей лучше»

– Ракки? – Тавия угрожающе придвинулась ко мне. – Ты всё-таки отправился на битву сам?

– Прости, – я развёл руками и скривился от боли. Да, этот кристалл может стать проблемой.

Моя жена тут же села рядом и принялась осматривать раненное запястье. От Тавии пахло чем-то очень родным и близким. Из-за всей этой беготни я слишком мало уделял ей внимания. А она ведь не бросила меня, несмотря на все мои необдуманные поступки.

– Что случилось? Это осколок меча? Лиаикай тебя пытал? – Тавия засыпала меня вопросами. – Ракки, ну сколько раз ты ещё будешь рисковать собой?!

– Прости, что обманул. Хорошие мужья так не поступают.

– Да, муж из тебя так себе, – сварливо сказала Вайри. – Бросай его, Тавия. Найдёшь себе в Карторе парня получше.

– Чтобы Ракки сразу забрала ты? Не дождёшься.

Вайри развела руками, улыбаясь.

– Попробовать стоило.

– Нет никого лучше тебя, – Тавия внимательно посмотрела мне в глаза. – Даже если ты так любишь мне врать.

– Прости, – повторил я. – Не хотел подставлять вас с Вайри под удар. Но Лиаикай больше не угроза. Никто не будет на нас нападать. Вернёмся в Картор, заживём как прежде.

– Как прежде? Не думаю, что у нас получится.

Тавия неожиданно подвинулась ко мне и поцеловала. Резко закружилась голова. Вайри шумно вздохнула. Спустя пару мгновений Тавия отстранилась и нахмурилась, хотя в её глазах плясал радостный огонёк.

– Я теперь тебя одного вообще никуда не отпущу. Ни в лес за дровами, ни даже на рынок за покупками. Уяснил?

– Да, уяснил. Прости.

Вайри тоже подошла к нам и села у костра. Почему-то её внешность теперь казалась очень естественной, будто она всегда выглядела именно так.

– Тавия тебя балует, слишком легко простила. От меня такого не жди.

Я усмехнулся. Вайри насупилась.

– Наказание уже свершилось. Видишь руку? Теперь придётся учиться работать только одной.

– Радуйся, что я тебе вторую тогда не откусила, – Вайри внимательно осмотрела кристалл. – Пахнет расплатой за ошибки. Хорошо, это сойдёт за наказание.

Я облегчённо выдохнул. Хорошо, что рядом со мной такие отходчивые люди.

– Но я всё ещё сержусь, Глупый Волк. С нами у тебя было больше шансов победить ушастого.

– То, что тут произошло, сложно назвать великой битвой. Я просто развеял последнего дракона, и Лиаикай ушёл ни с чем.

Тавия и Вайри переглянулись.

– Мне бы хотелось услышать это подробнее, – Вайри хитро улыбнулась. – Раз уж мы пропустили самое интересное, хотя бы расскажи, как всё было.

– Да, – Тавия расплылась в такой же улыбке. – Не скупись на подробности!

«И лучше расскажи с самого-самого начала. Я была слишком маленькой, когда это всё началось, поэтому не всё понимаю»

Фирви улеглась у моих ног и навострила уши.

Бремя Героя не предназначалось мне, но я, Ракки из Картора, буду нести его до конца и сделаю всё, чтобы люди жили в мире и спокойствии. Теперь нам станет намного труднее защищать земли от Духов и воинствующих племён, придётся укреплять селение. Потом мне стоит извиниться перед Жрецом Алтаря, ведь я лишил его работы. Вайри не будет жить в лесу, а значит нужно убедить Старейших, что она не опасна для карторцев. И волкам стоит найти хорошее место неподалёку от Картора. Дел впереди невпроворот.

Всё это будет после. А пока Последнему Герою надо удовлетворить любопытство двух девушек и одной волчицы. Я сел поудобнее и откашлялся.

– Всё началось с того, что в селении Картор выдалась очень долгая зима…

Межсезонье. Путь Вайри. Жизнь без хвоста

Я с удивлением смотрела на стоящего передо мной парня. Раскрасневшееся лицо, спутанные волосы, настойчивый взгляд. В руках он держал букет из ромашек.

– Не понимаю, – нахмурилась я. – Повтори.

– Это вам! – он протянул мне букет.

– Зачем?

– Что значит зачем?..

Он растеряно склонил голову.

– Зачем мне цветы? – искренне удивилась я.

Кажется, парень совсем растерялся от этого вопроса. Ох, неужели об этом меня предупреждали? Странные обычаи, запутанное выражение чувств… Именно про это говорил Вель, прощаясь перед дорогой. Почему же так сложно?..

Я прикрыла глаза, вспоминая, что значат цветы. Кажется, что-то с красотой. Ох... Почему нельзя повилять хвостом?

– Я просто поражён вами! – парень, наконец, совладал с собой. – Примите эти цветы, не отказывайте так сразу!

Я почувствовала, как щёки наливаются краской. Интересное чувство, никогда его ещё не испытывала. Это тело пока для меня загадка. Вилять хвостом гораздо проще и понятней.

– Спасибо, – проговорила я, принимая букет.

Парень просиял.

– Позвольте узнать ваше имя!

Я поколебалась пару мгновений.

– Вайри.

– Какое красивое имя! Никогда не видел вас в нашем городе. Вам нужно на рынок? Позвольте проводить!

Я подумала, что ему ответить. Ракки просил не привлекать внимания, но это задание уже не выполнить. Наверное, будет ругаться.

– Я здесь ненадолго. Мне приятно такое внимание, но вынуждена вас покинуть.

Кажется, Вель учил говорить так. Как же непривычно…

– Но хотя бы скажите, откуда вы? – воскликнул парень. – Я готов отправиться за вами на самый край света!

Я посмотрела на него, задумалась. Интересно, найдёт ли он меня? Может, это и есть та самая судьба, о которой говорила Тавия?

– Селение Картор. Ищите меня там.

Я развернулась и спешно двинулась в сторону выхода из города. Букет в руках приятно холодил кожу, аромат цветов витал в воздухе.

Что это со мной?..

*****

Я внимательно смотрела, как Тавия разводит огонь в камине. Девушка ловко подбрасывала веточки, которые тут же ярко вспыхивали.

– Теперь поняла? – она вытерла пот со лба.

– Да, – я кивнула. – А как ты поняла, что Ракки – твой муж?

Тавия поперхнулась и закашлялась. Я постучала её по спине.

– Ну ты даёшь, – она помотала головой и выпрямилась, скрестив руки на груди. – Это очень неожиданный вопрос.

Я кивнула. Тавия глубоко вздохнула.

– Нельзя же так внезапно.

– Я поняла. Учту на будущее. Так всё же, как?

Тавия нахмурилась, подпёрла голову рукой.

– Да как-как... Просто поняла. Мы с ним были вместе всё детство, потом пришёл возраст для женитьбы и ко мне стали все ходить свататься. Я же дочь Жреца.

Она мягко улыбнулась.

– А Ракки не ходил. Но всё время был рядом с домом. И так смотрел на всех этих кандидатов, что я поняла – он и есть мой муж.

Я посмотрела в окно. Вечернее солнце раскрасило небо в розовато-красный цвет. Интересно, почему в груди так тяжело? Люди странные. И тела у них странные.

И хвоста нет.

– Правда… – Тавия присела на скамью и тоже посмотрела в окно. – Потом я начала бояться.

– Бояться? – удивилась я. – Чего?

– Что Ракки со мной из-за моего положения. Что только я к нему испытываю чувства. Что как только он найдёт другую девушку, то сразу уйдёт.

Она перевела взгляд на меня и усмехнулась.

– Что к волкам уйдёт жить.

Я покачала головой.

– Ракки – мой волк. Глава стаи. Это другое. У людей только одна жена. Он бы тебя никогда не бросил.

– Теперь-то я понимаю, что это глупо, – Тавия облокотилась на стол. – Но тогда действительно боялась. И всё-таки, почему ты спросила?

Я покусала губу и решилась рассказать.

– Когда в город ездили, мне один парень цветы подарил. Просто так. Я помню, вы с Ракки мне объясняли, что это значит. Но я решила у него уточнить.

Тавия заинтересовано подалась вперёд.

– Сказал, что я красивая. Поэтому и подарил. Спросил, откуда я.

– И что ты?

– Сказала, что из Картора. Теперь вот думаю, найдёт он меня или нет. Странное чувство.

Тавия озорно улыбнулась и взяла меня за руку.

– Думаешь, это судьба?

– Не знаю, – честно ответила я. – Но хочу узнать.

Раздался громкий стук в дверь. Почему-то моё сердце забилось чаще. Да что же такое с этим телом?

И неужели это?..

Тавия открыла дверь. На пороге стоял Ракки, он улыбнулся и кивнул нам.

– Почему ты здесь? – спросила я, чувствуя лёгкое раздражение.

– Вайри, я ведь тут живу, – Ракки зашёл в дом, скидывая с плеча мешок. – Это скорее мне стоит спросить. Что-то случилось?

– Ничего. Просто уточняла, как разводить огонь.

В груди почему-то стало жарко. Глупый Волк не виноват, а я на него злюсь. Нужно злиться на того парня.

– Вайри.

Ракки подошёл ко мне и положил руку на голову. Его прикосновение успокаивало.

– Что-то ведь случилось? Ещё когда мы в городе были, верно?

– Откуда ты знаешь? – спросила я, прикрывая глаза. Люблю, когда он гладит меня по голове.

– Чувствую. Ну, и ещё меня спрашивал один горожанин о красивой девушке из Картора.

Сердце вдруг гулко стукнуло в груди. Я распахнула глаза. Ракки подмигнул мне.

– Мало ли красивых девушек в Карторе, – буркнула Тавия.

Ракки легко рассмеялся.

– Таких, у кого волосы как белый снег и взгляд как у волчицы, не очень много. И потом, если бы он спросил про тебя, я бы ему сразу врезал.

Ракки в один миг оказался у Тавия. Та отшатнулась от неожиданности.

– Я тебя никому отдавать не собираюсь, – сказал он серьёзно, пристально глядя девушке в глаза.

Тавия ойкнула и попыталась отойти, но Ракки приобнял её за талию.

– Дурак! Пусти!

– А ты не будешь ревновать к Вайри?

– Не буду! Пусти, говорю!

Тавия несильно стукнула Ракки по голове, тот засмеялся, отпустил девушку и тут же повернулся ко мне.

– Не думал, что он тебя тоже заинтересовал.

– Что ты ему сказал? – уточнила я, мой голос почему-то дрогнул.

– А что нужно было? – Ракки прищурился. – Что ты бывшая волчица? Что у тебя трое детей-волков? Или что ты плохо готовишь?

– Не знаю! – рассердилась я отчего-то. – Ничего не нужно было. Или нужно. Ох, сложно с вами, люди!

Я выскочила за дверь и прислонилась к ней спиной. Вечерний ветер приятно холодил лицо. И чего я вообще так разволновалась?

– Вайри, прости, – послышался за дверью голос Ракки. – Перегнул что-то. Просто неожиданно это всё.

– Сама знаю, Глупый Волк.

– Я сказал ему, что ты и правда живёшь в Карторе. Зря сказал?

По телу разлилось тепло.

– Нет. Не зря. Спасибо.

– Он точно придёт, – Тавия тоже подошла к двери.

– Точно, – эхом повторила я, глядя на шелестящую листвой кромку леса.

Точно. А если нет? Вдруг это я что-то не так сделала? Или сказала? Грудь защемило. Дурацкое человеческое тело. Зачем оно мне? Проще было остаться волчицей!

Почему-то перед глазами всплыло лицо Ворона. Он говорил, что Тьма редко даёт что-то просто так. Неужели, она отняла у меня покой?..

*****

Я сидела за столом, освещённым лучиной, и внимательно читала оставленную мне записку. Буквы то расплывались, то становились чётче, но смысл текста всё равно ускользал.

– Сложно...

Я вздохнула, отложила листок и потёрла виски. Тавия учила меня грамоте, но получалось плохо. Может, попросить Ракки прочитать? Он ведь вообще всё, что угодно прочитать может.

Только вот я на него сержусь, поэтому просить о помощи не буду!

Глупый Волк. Он стал чуточку злее после того, как взял в руки тот меч. Наверное это потому, что не был светлым. Из-за его Дара. Интересно, а если бы я не укусила тогда, появился бы Дар?

Неужели…

Неужели он такой из-за меня?..

Я недовольно мотнула головой. Вот же Глупый Волк! Почему я переживаю за то, что было так давно? Люди очень странные, постоянно думают о будущем, сожалея о прошлом. Волком быть намного легче!

Быть…

Волком…

Я снова взглянула на листок и принюхалась. Лёгкий аромат пыли, городской суеты и цветов. Это ведь тот самый запах!

– Он приходил сюда! – воскликнула я. – Но как же это прочитать?

Почему-то перед глазами всплыло испуганное лицо Тавии. Когда мы бежали от Алтаря, мне пришлось её укусить, чтобы она стала понимать меня. И Ракки ведь я тогда тоже укусила. Неужели мой укус пробуждает Дар?..

Я посмотрела на свою руку. Нахмурилась. И резко впилась зубами в предплечье. Стало очень больно, во рту разлился вкус крови. Давно я его не чувствовала.

– Ох…

Я осмотрела руку и вздохнула. Шрам останется, наверное.

– А если теперь почитать?

Буквы заплясали на листе и сами собой сложились в слова. Я как заворожённая начала читать их вслух.

– "Я нашёл в деревне Картор только один дом, в котором живёт девушка по имени Вайри. Но никого не было внутри. Я оставляю эту записку, если вдруг мы разминулись. Буду ждать у ворот селения до полуночи. Ваш городской поклонник".

Сердце забилось чаще. Я подняла голову, за окном уже висела полная луна.

Я уже не успею.

Нет.

Я должна успеть.

Я успею!

Я выскочила за дверь и побежала к городским воротам. Почему же так колотится сердце?..

*****

Городские ворота по ночам охраняли карторские стражники. Но сейчас там почему-то никого не было. Я остановилась у деревянных ставен, переводя дух. Да, люди намного слабее волков. Никак не привыкну...

– Стой! Кто идёт?

Я заозиралась, но никого не увидела.

– Это Вайри. Мне нужно выйти, срочно.

Прямо передо мной сгустился туман, из которого вышел Гирш. Сегодня он опять выглядел молодым.

– Вайри? Зачем тебе туда? – поинтересовался карторский лесничий.

– Меня там ждут. А ты опять забыл старое лицо.

Гирш провёл по щеке и вздохнул.

– Замотался совсем. Мы с Хис тут климат улучшаем, вот и...

Он откашлялся.

– Ладно, потом расскажу. Ждут, говоришь?

Я нетерпеливо кивнула и покосилась на луну.

– Долго ждать не будут. Пропусти меня.

– Да я и не против, – Гирш развёл руками. – Иди.

– Зачем тогда меня остановил?

Лесничий недовольно мотнул головой.

– Работа у меня такая. Ну, иди!

Он толкнул ворота и жестом пригласил меня выйти. Я кивнула и прошла вперёд. Недалеко от входа на траве сидел парень. Он поднял голову, пригляделся и тут же вскочил, увидев меня. Сердце почему-то стукнуло особенно сильно.

– Я ждал вас! – воскликнул парень, подходя ближе. – Ох, как же хорошо, что вы действительно здесь живёте.

– Почему хорошо? – я склонила голову.

– Ну, как же… – парень смутился. Мне почему-то это показалось забавным.

– Вы уже знаете моё имя, но так и не представились.

Парень просветлел лицом.

– Микель из рода Маэбара.

Микель. Я несколько раз мысленно произнесла его имя. Красивое.

– Вы проделали такой путь, чтобы меня увидеть. Зачем?

Парень совсем растерялся и отвёл взгляд. Я улыбнулась. Так смешно смущается.

– Я никогда не видел таких красивых девушек! – выпалил Микель.

– То есть вас интересует только красота? – невинно спросила я.

Парень осёкся, но тут же нашёлся.

– Поэтому я и здесь. Мне кажется, что за вашей красотой скрывается нечто большее. Дайте мне шанс узнать вас поближе!

В груди словно разожгли костёр. Странное человеческое тело. Я нахмурилась, собираясь с мыслями.

– Вы… Против? – спросил Микель. Кажется, он понял мою эмоцию неправильно. Нужно ему как-то объяснить, что чувствую.

– Не знаю, – честно ответила я. – Ко мне ещё никто с такими вопросами не подходил.

– Удивительно, – покачал головой Микель. – Неужели я первый, кто обратил на вас внимание?

– Не совсем, – я улыбнулась. – Но это длинная и сложная история, в которую вы, скорее всего, не поверите.

Парень тоже улыбнулся.

– Это уже мне решать, верить или нет.

Я поразмыслила немного и кивнула.

– Хорошо. Давайте попробуем друг друга узнать.

Микель облегчённо выдохнул и отступил на шаг.

– Тогда не буду вас задерживать.

– Вы пойдёте к себе в город ночью? – удивилась я. – Или останетесь ночевать на улице?

Парень растерянно улыбнулся.

– Честно признаться, пока не решил.

– Нечего решать. Идёмте ко мне в дом. Там тепло.

– Но я не в праве...

– Я не приглашаю. Я требую. Идёмте.

Мы вошли обратно через ворота. Ночной ветер холодил щёки. Рука под перевязью побаливала, но меня это совсем не беспокоило. Гирш проводил нас взглядом, ухмыльнулся, но ничего не сказал. Я почувствовала прилив сил. Теперь всё должно быть хорошо. Может, это человеческое тело не такое уж и плохое.

Но как же сложно жить без хвоста…

*****

Я рассеяно смотрела в расписанное морозным узором окно и слушала потрескивающие в камине брёвна. Их равномерный стук убаюкивал, но спать уже не хотелось. В голове размеренно текли мысли, как водный поток у ручья, куда нас с Тавией водил Ракки.

Микель не приходил уже вторую неделю. Почему-то эта мелочь так и норовила выбить меня из колеи. Скорее всего, он просто занят своими городскими делами.

Но вдруг с ним что-то случилось?

Или он просто решил больше не приходить?..

Входная дверь скрипнула, впуская холодный воздух. Он забрался по моей спине и больно ужалил в шею. Я поёжилась.

Как же хорошо было жить с мехом...

– Вайри? – тихий голос из-за спины заставил меня обернуться.

– Я не сплю.

– Знаю. Поэтому и пришёл

Я посмотрела ему в глаза и прищурилась.

– Глупый Волк, ты зря за меня беспокоишься, всё будет хорошо.

Ракки растерянно улыбнулся и присел рядом. На его плечах висел тёплый плащ, под ним виднелась простая рубашка. И как ему не холодно без меха?..

– Это я должен тебе говорить, что всё хорошо.

– Почему?

– Потому что ты сама в это не веришь. Иначе не сидела бы так рано с утра в ожидании Микеля.

От его имени у меня сильно стукнуло в груди. Я нахмурилась и сжала кулаки. Глупый Волк, он опять пришёл меня донимать!

– Никого я не жду!..

– Вайри, мы поддерживаем твой выбор, – перебил меня Ракки. – Он хороший парень, грамотный, основательный.

– Ты что… Ты с ним опять говорил?..

Я вскочила со стула. Будь у меня шерсть, она бы точно вздыбилась. А будь острые зубы, то и укусить могла бы.

Ракки вздохнул и подпёр голову.

– А как ты думаешь? Он уже который месяц к тебе приезжает, нам нужно знать, чего он хочет.

– Нам?

– Хорошо, – Ракки примирительно кивнул. – Мне. Ты для меня очень важна и мне не хочется, чтобы что-то случилось.

– Глупый Волк!

Во мне смешались все чувства разом. Голова начала кружиться, и я топнула ногой, чтобы вернуть себе равновесие.

– У тебя есть жена! Вот за неё и переживай!

– Вайри…

– Я сама справлюсь! Мне не нужна помощь, мне вообще никто не нужен!

– Совсем никто? – спокойно спросил Ракки.

Сердце словно сдавило холодной рукой. Зачем я это говорю? Это неправда. И Ракки не виноват, что я сижу тут в одиночестве и жду этого…

Глупого Человека.

– Мне нужен Микель… – тихо сказала я, опуская голову.

Ракки усмехнулся, поднялся со стула и подошёл ко мне.

– Прости, Глупый Волк, мне не нужно было…

Он обнял меня и погладил по голове, как будто я опять была волчицей, а он – моим волком. На душе сразу стало спокойнее.

– Знаешь, у меня никогда не было сестры, – сказал Ракки. – Вот поэтому я и переживаю за тебя. Не потому, что хочу удержать, и конечно не потому, что хочу расстроить. Потому что хочу для тебя счастья.

– Я знаю, просто…

– Он придёт.

Сердце забилось сильнее. Я уткнулась носом в грудь Ракки.

– Если не придёт, то брошу его.

В дверь постучали четыре раза. Очень приметный стук.

Его стук.

Я отскочила от Ракки и нерешительно повернулась к двери.

– Открывай, – мой Глупый Волк улыбнулся. – Не заставляй его ждать.

– А если мне именно этого и хочется?

– Но ведь тебе не хочется?

Конечно, не хочется. Ракки прав. Как всегда прав.

Я подошла к двери и решительно её распахнула.

*****

Микель стоял прямо в дверях и растерянно смотрел на Ракки. Тот приветливо помахал рукой.

– Здравствуй. Вайри тебя заждалась.

Я почувствовала, как начинают гореть уши. Ему не нужно знать об этом. Если он узнает, то…

То что?..

– Ничего не заждалась! – инстинктивно ответила я Ракки. – А ты!..

Я яростно взглянула на Микеля. Он нервно поправил длинный шарф, уходящий под тёплую зимнюю куртку, и вздохнул.

– Опоздал.

– Прости.

Он примиряюще улыбнулся и протянул мне из-за спины цветок. Настоящая роза. Зимой такие не цветут. Я машинально взяла протянутый мне подарок.

– Откуда?..

– Отец их выращивает на продажу, а спрос круглый год. У него хорошая теплица, – Микель рассмеялся. – Надеюсь, не будет ругаться, что я краду самые красивые цветы.

Он зашёл внутрь, я прикрыла за ним дверь. Микель расстегнул куртку и намотал шарф на руку.

– …Мог бы и не стараться ради меня.

– Действительно. Ведь ты красивее.

Уши запылали с новой силой. Я закрыла лицо цветком.

– …Врун.

Иногда, я радуюсь, что у этого тела нет хвоста. Иначе он выдал бы мои чувства.

А улыбку так просто спрятать.

– Значит, воровал цветы отца и поэтому опоздал? – Ракки озорно улыбнулся. – Вот разоришь его, что он будет делать?

Микель замотал головой.

– Нет, что вы мастер Арр, просто на подходе к Картору бушует такая метель… А у вас ни облачка на небе.

Глаза Ракки сузились, а лицо резко посерьёзнело. Я словно почувствовала исходящую от него волну тепла.

Применяет Дар? Но почему сейчас?

Что он собирается услышать?

– Метель, значит?.. Спасибо, Микель. Это очень важная информация. Прошу меня извинить.

Он поклонился и стремительно вышел в морозное утро. Я проводила его внимательным взглядом и вздохнула.

– А куда мастер Арр?..

– Он живёт не у меня.

– Я и не думал об этом, - Микель почесал в затылке. – Просто он так вышел, будто сможет разобраться с метелью…

– Он Герой. Ему положено решать проблемы.

Микель снисходительно улыбнулся.

– Герои есть только в сказках. И в селениях, которые верят в Духов и Драконов.

– В Мей…Тер…Фурте, – я с трудом выговаривала название родного города Микеля, – не верят? Даже в эльфов?

Он смешно наморщил лоб.

– Эльфы есть, я их видел, в них нельзя верить или не верить. А остальное… Эй, почему ты смеёшься!?

Я помотала головой, прикрывая рот. Он такой глупый, верит только в то, что видел. Ну и пусть. Ему идёт эта наивная черта.

Правду я скажу ему потом.

Когда точно буду знать, что он не уйдёт.

А пока…

– Давай, раздевайся и садись пить чай. И о Ракки не беспокойся. Он справится.

Я посмотрела в окно и улыбнулась.

Всегда справляется.

*****

Микель осторожно дул на горячий чай, крепко держа кружку обеими руками. Я смотрела на него, стараясь сдержать улыбку. Он так интересно морщится, когда дует, словно маленький ёжик.

Микель, наконец, отпил и выдохнул:

– Фух. Согревает!

– Пей до конца, а то не прогреешься.

– Очень заботливо с твоей стороны, – он склонил голову. – Мастеру Арру тоже предлагаешь?

– Обычно сам пьёт и не спрашивает, – фыркнула я. - Как был глупым, так и остался.

Микель посмотрел на меня очень странным взглядом.

– И часто он здесь… пьёт чай?

Я удивилась. Какие странные вопросы. Он и раньше расспрашивал про Ракки, но не так активно. А сегодня увидел его в моём доме и сразу начал.

Ох, неужели это то, о чём говорила Тавия?

Неужели он ревнует меня к Ракки?

В груди зародилось странное чувство. Одновременно мне хотелось и ударить его за такую глупость, и поблагодарить за то, что не хочет меня терять. Никогда такого не испытывала.

– Микель, ты… – я начала подбирать слова. – Ты боишься, что Ракки меня тебе не отдаст?

Он поперхнулся чаем и закашлялся. Я встала и несильно похлопала его по широкой спине.

– С-спасибо…

Микель поставил кружку на стол и повернулся ко мне. Взгляд его карих глаз заставлял сердце биться чаще. Глупое человеческое тело, чуть что, сразу начинает нервничать!

– А он не отдаст? – тихо спросил Микель.

Я подумала, что он очень настырный. Как будто волк, что преследует добычу четвёртый день подряд.

Или четвёртый месяц.

– И что ты будешь делать, если не отдаст?

– Украду тебя.

Я прижала руки к горящим ушам и нахмурилась.

– Ты говоришь странные вещи, Микель. Украдёшь? Даже если я этого не хочу?

Он смутился, отводя взгляд на секунду, но тут же собрался.

– А ты…

Мне почему-то стало страшно от слов, которые он хотел произнести. Как будто стоит ему их сказать, и они станут правдой. И мне очень не хотелось, чтобы они становились правдой.

– Хочу, – перебила его я. – Но боюсь.

– Боишься мастера Арра? Уверен, он поймёт и одобрит это решение.

– Не этого.

– Тогда чего?

– Не знаю. Просто боюсь.

Это ложь. Я знаю. Но не могу ему сказать. Что была волчицей ещё совсем недавно, что у меня трое волчат, что я…

Что я Одарённая.

Не хочу его отпугнуть. Не хочу ему врать. Не хочу!

Что же мне делать?..

– Прости, Микель, я…

Дверь в дом распахнулась, обдавая меня морозным воздухом и запахом карторских трав, от которых хотелось чихать.

Тавия? Но почему?

Я обернулась. Она стояла в дверях, тяжело дыша, шапка съехала на глаза. Ей нельзя напрягаться.

– Вайри! Ракки и Гирш, они… Они!..

– Глупый Волк, – пробормотала я и нахмурилась. – Куда мне идти, Тавия?

– Северные Ворота. Прости, что отвлекаю.

– Ничего. Сиди здесь и никуда не уходи. И смотри, чтобы Микель тоже не уходил.

– Вайри!..

Я выскочила в морозное утро, схватив с вешалки шарф, и направилась к карторским воротам.

Глупый Волк…

Почему я всё время тебя спасаю?..

*****

У Северных ворот было немноголюдно, только Гирш и Ракки. Карторские мальчишки старались не играть в такой мороз, а стражники часто просто сидели в доме и пили что-нибудь согревающее. Картор вообще не боялся ни разбойников, ни Тёмных Духов. Наверное, поэтому они обходили селение стороной.

Или потому, что у нас жил Последний Герой.

Ракки внимательно смотрел в распахнутые ворота, за которыми кружил снег. Словно кто-то водил снежный хоровод вокруг всего Картора. Гирш очень активно жестикулировал, показывая то на Глупого Волка, то на снеговорот. Я закинула шарф через плечо и направилась прямо к ним.

– Вайри! Подожди!

Я не обернулась и не сбавила шаг, хотя уши будто опалило огнём. Зачем Микель пошёл за мной? А вдруг сейчас Гирш или Ракки что-то ему скажут, и это меня раскроет?

…Или я этого и хочу?..

– Вайри? Микель? Что вы здесь делаете? – Ракки обернулся. – Идите домой, мы сейчас всё сами…

– Глупый Волк один раз уже сам решил, – я прищурилась. – Теперь у него плохо работает одна рука.

Гирш усмехнулся, но ничего не сказал. Он опять надел молодое лицо. Таким он мне нравился больше. Гирш мог быть честным с собой.

У меня так не получится.

– Вайри, ты ведь даже мисс Ас не дослушала, – Микель отдышался и распрямился во весь рост. – Может у них всё в порядке?

Ракки скривил лицо, словно от зубной боли.

– Говорил же, тебя не звать.

– Почему? – спросила я.

Глупый Волк не ответил, лишь взглянул в круговорот снега.

– Какое поразительное явление, – Микель восхищённо покачал головой. – Словно тут повышенное давление. Или глаз циклона…

– Это Духи бушуют, – Гирш потёр нос. – А внутрь пробраться не могут, спасибо Старейшим. Но почему сейчас?

– Вера в Духов – это суеверия, – уверенно сказал Микель. – А этому всему есть разумное объяснение.

– Я тебе как раз разумно объясняю. Духи. Только вот…

Он вздохнул и расправил плечи.

– Непонятно, с мирными они намерениями пришли или нет. Мы послали Хис, но что-то она долго.

– Думаешь, Тёмные Духи решили отомстить Ракки? – я нахмурилась. – Он же их спас!

– Вот, – Гирш поднял вверх палец, – неблагодарные Тёмные Духи.

– Кажется, – медленно сказал Ракки, – я знаю за кем они пришли. Но что-то долго до них доходило, что он здесь.

Микель растерянно переводил взгляд то на меня, то на Ракки.

– Подождите, вы серьёзно про Духов?.. Но это же выдумки!

– Выдумки, значит…

Гирш усмехнулся, разминая плечи. Я заметила, как с его руки начала капать вода.

– Мейтерфурт очень интересное место если там вообще не знают о Духах. Потом расскажешь поподробнее, когда всё уляжется.

– За кем пришли Духи? – спросила я, глядя на Ракки.

– Думаю, что отвечу на твой вопрос, Вайри.

Я обернулась. За мной стоял Вель. Он опирался на резной деревянный костыль и мягко улыбался. На нём была не застёгнутая куртка, под которой виднелась перевязка.

– Они пришли за Духом Грейтхемом, которого я приютил. Извините, что не посоветовался с вами и вызвал этот переполох.

Я нахмурилась. Грей… Он ведь чуть не убил Веля. Хотя, потом он помог нам с путешествием во Тьму. Почему он здесь? Почему?..

И почему это все происходит в тот день, когда Микель позвал меня с собой?..

*****

Вель подошёл ближе к нам. Его обезоруживающая улыбка меня, почему-то успокоила. Наверное, не зря его выбрали Героем, он действительно очень светлый.

Раз может успокоить даже бывшую волчицу.

– Тебе ещё нельзя выходить! – воскликнул Гирш. – Твои раны!..

– Всё в порядке, – он покачал головой. – Они уже не болят.

– Ты приютил Грея? – тихо спросила я. – Почему?

Вель легко кивнул.

– Конечно. Он спас меня в тот день перед Алтарём. И когда Грейтхем пришёл ко мне, израненный, после боя с Лиаикаем, я отплатил ему долг.

Я посмотрела на его костыль и прищурилась.

– Спас? Ты считаешь, что это спасение?

На лице Веля появилась лёгкая тень.

– Мне жаль, что Ракки пришлось становиться Героем. И мне жаль, что ему пришлось делать всё одному, но…

Вель вдруг усмехнулся, глядя на Ракки.

– Это был твой выбор, не так ли?

Ракки вздрогнул и отвёл взгляд. Гирш скрестил руки на груди. Я посмотрела в сторону бушующей снежной бури и нахмурилась. К чему опять ворошить прошлое? Ракки сделал то, что был должен, и уже неважно, что он сделал это без нас.

– Я не совсем понимаю, что происходит, – неожиданно сказал Микель, – но кажется, снег приближается.

Он встал, заслоняя меня от ворот.

– И если все ваши разговоры от Духах правда, то я не позволю им даже коснуться Вайри.

Я почувствовала, что мои щеки покалывает не только мороз. Почему он такой?..

– Микель! Ты же ничего обо мне не знаешь. Отойди. Я могу за себя постоять!

– Не сомневаюсь. И именно поэтому не отойду.

В его голосе звучала небывалая решимость. Он никогда не был таким серьёзным.

– Микель!..

Вдруг перед Гиршем из земли словно забил источник. Струйки воды бурлили, словно на костре, и неестественно поднимались. Ракки нахмурился, но потом облегчённо выдохнул. Вода всё текла и текла вверх, постепенно формируя женскую фигуру.

– Неужели, один пробрался? – пробормотал Микель, ещё сильнее меня заслоняя. Вот же глупый!..

– Хис! Что так долго? – Гирш недовольно мотнул головой.

Вода разлетелась вокруг брызгами, в которых заиграли солнечные блики. Теперь перед лесничим стояла красивая девушка в лёгком летнем платье. Она скользнула взглядом по Микелю и игриво подмигнула мне.

– В следующий раз сам пойдёшь говорить с Духами, – девушка несильно пихнула Гирша в плечо. – Хотя, следующего раза, наверное, и не будет.

Хис повернулась к Велю. Тот приветственно кивнул.

– Попроси Старейших убрать заслон. Они не причинят вреда.

– Тогда зачем они здесь?

Дух развела руками.

– Это же очевидно. Поблагодарить Ракки, спасителя Душ.

– Меня?..

Ракки растерянно посмотрел на Веля. Он пожал плечами. Гирш негромко рассмеялся. Микель облегчённо выдохнул, но прикрывать меня не перестал.

…Глупый Человек.

*****

Мы сидели в приёмном зале Дома Старейших. Двери в их покои оставались закрытыми с того момента, как за ними скрылись Ракки, Гирш и Хис. Резные стены без окон уходили вверх и терялись в темноте. Интересно, но снаружи дом не казался таким высоким. Наверное, это какая-то магия, которую мне не понять.

Я несколько раз видела Старейших в Карторе, но почему-то не испытывала восхищённого уважения перед ними, в отличие от жителей селения. От Старейших пахло также, как от Гирша или Грея. Пахло чем-то сладковатым, но не приторно, как будто они прошлись по медоносному лугу.

Так пахнут все Духи.

Сначала я удивилась, но потом просто приняла это. Раз все здесь считают, что так надо, то пусть. Не мне им указывать как жить.

Не бывшей волчице.

– Вайри.

Я моргнула, вырываясь из своих мыслей, и повернула голову. Микель всё это время сидел рядом, отказываясь уходить.

Глупый Человек.

Но мне это даже нравится.

– Что?

– Я уже почти перестал понимать происходящее, – честно сказал Микель. – А мастер Ив не хочет объяснять.

Я стрельнула глазами в Веля, сидевшего напротив с книгой наперевес. Он поднял на меня глаза.

– Он ведь пришёл к тебе, а значит и ответственность несёшь ты. И потом…

Вель улыбнулся и подмигнул мне.

– Решай сама, что ты хочешь ему рассказать.

У меня защемило в груди. Но откуда он узнал? Ведь у него нет никаких сил, нет Дара и нет благословения Алтаря.

– Вайри?

Я посмотрела на Микеля. Наверное, стоит рассказать ему всё. Он поймёт. Должен понять.

Нет.

Я хочу, чтобы он понял.

– Хорошо. Спрашивай. Но я сама не до конца во всём разбираюсь.

Микель глубоко вздохнул, словно набираясь решимости.

– Какие у тебя отношения с мастером Аром?

Я удивлённо моргнула. Так вот что его беспокоило. Не Духи, не творящаяся на его глазах магия, а вот это.

Глупый Человек…

– Очень странный вопрос. Почему спрашиваешь?

– Ну, – Микель замялся. – Он для тебя определённо дорог, и ты ему небезразлична, поэтому я не хочу стоять у вас на пути… Ай!

Я ещё раз стукнула его по голове и улыбнулась.

– Глупый ты. Ракки мне как… – я на миг задумалась. – Как брат, наверное. И он говорил, что видит во мне сестру. Вообще-то он женат на Тавии.

– Но за ним побежала ты, а не мисс Ас.

– Тавия метко стреляет из лука, но уже шестую неделю пахнет двумя людьми. Ей нельзя напрягаться.

– Ох… – Вель оторвался от книги и покачал головой. – А Ракки знает?

– Да. Он же Герой, – я усмехнулась. – Думаешь, почему он такой решительный в последнее время? Нервничает. Пытается казаться взрослым. Ему теперь это нужно как никогда.

– Так. Подожди, – Микель замахал руками. – Пахнет? У тебя такой острый нюх?

Я вздохнула, собираясь с мыслями. Нужно сказать ему всю правду. А потом пусть он сам решит, оставаться со мной или нет.

– Просто я не всегда была человеком.

Микель недоверчиво склонил голову.

– А кем?

– Волчицей. У меня есть трое волчат: два сына и дочка, но они уже живут отдельно. В один голодный год я наткнулась на Ракки с Тавией. Тогда я укусила Глупого Волка, и он стал понимать животных.

Микель слушал внимательно, не перебивая. Я воодушевилась и продолжила рассказывать. О том, как Ракки долго носил нам с волчатами еду, и мы к нему привыкли. Как он ушёл в поход, и я решила идти за ним.

Как там меня чуть не убил Тёмный Дух, и если бы не эльфийский принц, то так бы и осталась в том лесу.

Микель охнул и взял меня за руку. Сердце бухнуло в груди, а щёки защипало огнём.

– Не переживай, на этом теле даже шрама не осталось.

– Меня пугает то, что ты едва не погибла. А со шрамом или нет, ты всё равно красивая.

Я нахмурилась, чувствуя, как пылают уши. Ему не надоедает меня смущать…

– Мне продолжать?

– Да, конечно! Извини…

Я выдохнула, собираясь с мыслями, и продолжила рассказ. О том, как Ракки стал Героем и освободил всех Духов, а люди этого не оценили. Как мы очень долго прятались от них в горах. Как эльфийский принц нашёл нас и там. Как завязался бой, и мы сбежали во Тьму.

Я прикрыла глаза, вспоминая тот день.

– Было темно, но не так как ночью. Темнота обволакивала, словно покрывало. И эта темнота сказала, что даст то, чего я хочу. И получилось так, что хотелось мне именно человеческого тела. Потому что быть разумной в теле волчицы неудобно.

Микель внимательно выслушал меня, не отпуская руки, потом медленно сказал:

– В это трудно поверить, но я верю. Не после того, как передо мной появился Дух Воды.

– Ручья, – поправил Вель, переворачивая страницу. – Хис обижается, когда её называют неправильно. Но да, она умеет эффектно появляться.

– Ты теперь уйдёшь?

Я сказала это, и сама удивилась своему голосу. Он звучал непривычно тихо и робко. Так звучал Вель, когда болел и не мог сам даже держать ложку. Неужели, у меня тоже болезнь?..

– Нет. Теперь я точно останусь.

Микель смотрел на меня очень внимательно. Я хотела отвести взгляд, но не могла. Какие у него красивые карие глаза. Вот же упрямый!..

– Если твоё сердце не занято, то позволь быть рядом с тобой. Мне не важно, волчица ты или человек. Ты это ты, Вайри.

Я насупилась, стараясь скрыть улыбку, но она всё равно предательски выползла на лицо. Странно я выгляжу, наверное.

– Хорошо, Микель. Будь рядом. Всегда. И не смей уходить.

Он смутился, но решительно кивнул. В тот же миг двери к Старейшим отворились, и первым оттуда вышел Ракки.

– Мы всё решили. Сегодня Картор официально примет Духов. Сложно, конечно, было говорить со Старейшими.

Идущий следом Гирш усмехнулся.

– Всегда они сначала упрямятся, а потом соглашаются.

Я подумала, что это, скорее всего, очень важное событие для Картора, а может и для всего мира.

Вот только рука Микеля в моей гораздо важнее.

*****

Микель очень смешно выглядел в традиционном карторском наряде. Меховая шапка норовила наползти на глаза, а длинный расшитый кафтан волочился по полу. Я не выдержала и рассмеялась.

– Вайри!

– Молчу, молчу, – я замахала руками. – Прости. Но ты сам виноват. Приехал без одежды для праздников.

– Я… – он посмотрел на меня, явно борясь с желанием отвести глаза. – Я не был уверен, что ты согласишься.

Он вдруг широко улыбнулся.

– Тогда взял бы свадебный фрак. Он бы уж точно пригодился.

– Микель…

Я села рядом с ним на скамью и поправила свой обод. Для Духов готовили отдельную комнату в доме Старейших, и простых людей должны были позвать в последнюю очередь. Микель упорно не отходил от меня ни на шаг, но Ракки всё же увёл его переодеваться. Тавия в свою очередь помогла меня примерить карторское платье для праздников.

Теперь же мы могли поговорить с глазу на глаз. Но сердцебиение очень сложно унять в этом дурацком человеческом теле! И как только я его успокаиваю, Микель сразу говорит какую-нибудь глупость

– Свадьба – это очень серьёзно. Так мне говорила Тавия.

Он кивнул, не сводя с меня взгляд.

– Нужно получить согласие всех родственников, потом продумать всю церемонию, потом её приготовить. Ты думаешь мы бы сделали это за один сегодняшний вечер?

Он растеряно моргнул.

– Честно говоря, не думал об этом.

– У тебя это часто бывает.

Я улыбнулась. Микель усмехнулся и почесал в затылке.

– Просто мы вроде согласились быть всегда вместе.

– Микель. Что такое свадьба?

Он осёкся и недоумённо склонил голову.

– Ты что, меня проверяешь?

– Нет, – честно ответила я. – Что это? Тавия сказала, что это важно. Но почему? Для чего она? Как я поняла, это какой-то ритуал между двумя людьми, связывающий их. Правильно?

Микель медленно кивнул. Я приободрилась. Значит, всё правильно поняла.

– И кто потом эти люди друг другу? Как друзья, но больше?

– Муж и жена, – растерянно ответил Микель.

– Ага. Вот как. Хмм.

Муж и жена.

Как Ракки и Тавия.

Вот оно что.

…

…Ох!

Я приложила руки к пылающим щекам. С одной стороны, мне было стыдно, что сразу не поняла этого и заставила Микеля мне всё разжёвывать. А с другой…

С другой…

– Ты хочешь, – я растягивала слова, пытаясь их осознать, – чтобы мы стали мужем и женой?

Микель медленно кивнул.

– Разве мы не про это говорили? Я не так всё понял?

На его лице одна за одной начали меняться эмоции. Нужно скорее всё исправить.

– Нет. Точнее да. Точнее… – я запуталась в словах и топнула ногой. - Ух, Глупый Человек! И я глупая! Как же не хватает хвоста!

Я взяла его за руку и посмотрела прямо в глаза. Волки часто считают это агрессией. Но у людей не так.

И я теперь тоже человек.

Поэтому буду вести себя подобающе!

– Если хочешь, мы проведём свадьбу. Но мне хватит и того, что ты рядом. Мне не нужны дурацкие ритуалы, чтобы считать тебя своим мужем.

Микель посидел пару мгновений, потом вдруг усмехнулся. Потом ещё раз. Потом начал смеяться.

– Подожди, ты правда не знала, для чего нужна свадьба? – он восхищённо покачал головой. – Впереди у нас ещё много будет таких недоразумений, да?

Я насупилась.

– Если ты с чем-то не согласен, то...

– Давай сперва разберёмся с этим, – он перебил меня, приложив палец к моим губам. Сердце застучало с удвоенной силой. – Я со всем согласен. А ты?

Мне хотелось чем-то его ударить. И одновременно обнять, и никогда не отпускать. Поэтому я выбрала что-то среднее.

И коснулась его губ своим пальцем.

Он вздрогнул и замер. Я почувствовала, что в этот раз победила, и теперь это будет наше с ним вечное соревнование. Кто кого первым смутит, кто заставит сердце биться чаще.

И совсем неважно, кто из нас выиграет.

Важно, что мы теперь навсегда вместе. Как муж и жена, разумеется.

Межсезонье. Пути начала и конца

Вечерний снег тихо падал на землю, укрывая белоснежным ковром весь Картор. Я задумчиво смотрел на снежинки через окно дома. Здесь, внутри всегда было тепло, не то, что снаружи. Неугомонная Тавия, несмотря на наше положение, продолжала хозяйничать в любую свободную минуту. Как будто отдавала долг за то, что раньше любила полежать в постели подольше. Теперь наш с ней день начинался очень рано, а ночи не всегда были спокойными.

Но иногда юный Ниаль всё же давал нам отдохнуть.

Я отвернулся от окна. Мой сын мирно спал в кроватке, лишь изредка дёргаясь и хмурясь во сне. Интересно, что ему снится? Надеюсь, что-нибудь хорошее. А если нет, то любые трудности ему по плечу. Хотя бы во сне…

Тавия дремала в кресле у камина. Сегодня был трудный день, она с самого утра готовила дом к приезду гостей, пока я нянчился с Ниалем и старательно избегал Веля. Кандидат в Герои всё время хотел заставить меня поговорить со Старейшими о дальнейшем плане действий.

Почему именно со мной? У Старейших есть Гирш с Хискаллой, Вель, Грейтхем. Вся эта мишура Героя не для меня. Уже не для меня...

Тавия вздрогнула и проснулась. Посмотрела на кроватку, потом на меня. Прищурилась.

– Будешь сидеть у окна – заболеешь, – тихо сказала она. – А завтра важный день.

– Важный, – согласился я, поднимаясь со стула. – Вайри теперь нечасто к нам приезжает. Поэтому и не хотел тебя будить.

Тавия устало улыбнулась.

– Когда ты уже научишься врать, а?

Я виновато развёл руками, подходя к креслу.

– Опять думал о словах Старейших?

Она видела меня насквозь. Как всегда. Не зря Вайри называет её Умной Женой.

– Мир изменился благодаря мне, – вздохнул я. – Теперь люди не могут защищаться от злых Духов. Причём все люди…

Тавия покачала головой.

– Откуда ты знаешь? Вдруг где-то в далёкой стране научились бороться с ними по-другому? Мы до Алтаря ехали сколько, а ведь есть города и по ту сторону Пути Героя.

– Ты про родину Микеля? – я потёр лоб. – Да, может быть, но…

– И вообще. Если из мира наконец исчезли последние драконы, как сказал тебе Лиаикай, то может быть и злые духи тоже?

– То есть Хискалла и Грейтхем – добрые?

Тавия пожала плечами.

– Для нас они точно не злые.

Ниаль вдруг перевернулся набок и шумно выдохнул. Я не сдержал улыбки.

– Видишь? – Тавия взяла меня за руку. – Всё же хорошо.

– Именно.

Она непонимающе склонила голову.

– Свидетель Конца предупреждал о грядущих изменениях. Лиаикай тоже. И Старейшие…

«Мир не будет прежним. Мир не станет лучше. Не скатится в отчаяние. Но он станет другим, Арракир. Благодаря тебе»

– Как я могу быть счастлив, если повлиял на столько судеб?..

Тавия сильнее сжала мою руку. Посмотрела мне в глаза.

– То есть ты несчастлив сейчас?

– Конечно нет! Я очень даже!..

Ниаль захныкал. Мы с Тавией мигом подлетели к кроватке, но сын просто повернулся на другой бок и продолжил безмятежно спать. Я облегчённо выдохнул.

– Если бы ты его разбудил… – угрожающе начала Тавия.

Но я не дал ей договорить и порывисто обнял со спины.

– Ракки?..

– Я очень счастлив. В этом и проблема. Я не заслужил этого. А у меня есть чудесная жена, растёт прекрасный сын, вокруг хорошие друзья…

– А ещё Вайри, – ехидно вставила Тавия.

Я усмехнулся, крепче прижимая жену к себе.

– Этот путь уже закрыт. Замужние волчицы меня не интересуют.

– А не замужние значит?..

– Тавия!

– Шучу. Но ты всё равно дурак.

Она развернулась ко мне.

– Ты это заслужил. Мы с тобой вместе вообще не из-за всей этой геройской заварушки. Даже… Даже Вайри с тобой не поэтому.

Тавия вздохнула.

– Хоть меня и напрягает, что она так к тебе относится.

– Ты поэтому так дом нарядила? Чтобы доказать, что достойная жена?

Она едва заметно смутилась.

– Не только…

– Ты права. Как всегда права. Но найдутся те, кто обвинит меня в их бедах. Каждый из нас рано или поздно должен заплатить по счетам. Неважно, кто ты: человек или дух, добрый или злой. Ты всегда отдаёшь свой долг.

– Ты уже никому ничего не должен.

Тавия осторожно погладила мою правую руку, где едва различимо пульсировал чёрный кристалл. Запястье уже не болело, только иногда холодило предплечье.

Особенно, когда я говорил со Старейшими.

– Что ж, пожалуй, свой долг я отдал сполна. Теперь уже следующее поколение будет менять мир.

Ниаль улыбнулся во сне

– Благодаря нам, у них есть этот шанс. Я просто не хочу, чтобы мы тянули их назад. Чтобы их ненавидели за наши решения. Это неправильно.

– Да, – Тавия кивнула и положила голову мне на грудь. – Но мы воспитаем их так, чтобы они смогли за себя постоять.

Я прижал Тавию к себе и закрыл глаза.

Пусть так и будет.

Даже если беда не обойдёт их стороной…

Даже если их будут ненавидеть за нас…

Пусть они будут счастливы.

Также, как и я сейчас.

*****

Крытые сани с лошадьми покачивались на дороге, лыжи скользили по снегу, издавая едва различимый скрип. На поворотах нас кренило вбок, и Микель осторожно придерживал меня, чтобы я не упала.

Как будто сама не могу удержаться. Странный. Глупый человек.

Зато мой.

Ехать в Картор было долго, слишком уж далеко мы теперь жили. Высокие потолки. Широкие улицы с повозками. Люди, очень много людей. Все в красивых одеждах, высоких шляпах. Непривычно. Мне всё равно больше нравились уютные домики, ставшие родными.

Надеюсь, Микель согласится пожить в Карторе подольше.

– Ты точно в порядке? Могу попросить кучера ехать медленнее…

– В порядке. Перестань переживать на пустом месте.

Он вздохнул.

– Не могу, как представлю, что с тобой что-то случится, так места себе не нахожу.

– Твоё место здесь. Рядом со мной. Ты его уже нашёл.

Микель хотел что-то сказать, но вместо этого просто открывал и закрывал рот. Я сдержалась и улыбнулась.

– Вайри!

– Неужели я не права?

Он смущённо почесал затылок. Мне нравилось смущать его, делая вид, что не понимаю каких-то человеческих вещей. На самом деле, я уже давно их понимала, но почему-то растерянный взгляд Микеля всякий раз радовал меня как ребёнка.

Ребёнка…

Никогда не видела маленьких. Не считая своих волков, конечно. Интересно, как выглядит Ниаль?..

– Ты права, Вайри, – Микель вдруг хитро прищурился. – Но ты ведь тоже волнуешься?

Я склонила голову. Махнула бы хвостом, если бы он был.

– Волнуюсь?

– Да, у тебя очень смешно горят ушки, когда ты переживаешь.

Я резко схватила себя за голову, пытаясь скрыть свой промах. Микель легко рассмеялся. Я насупилась, но тут же улыбнулась.

Ничья.

– Мне просто интересно, как выглядит Ниаль.

– Сын мастера Арра и мисс Ас, – понимающе кивнул Микель.

– Всё-таки мы давно уехали, он уже, наверное, большой. Интересно с ним поговорить.

– Ну, он же совсем недавно родился, вряд ли уже научился разговаривать, – мой глупый человек улыбнулся.

– Разве человеческие дети растут так медленно? – искренне удивилась я.

Микель замешкался с ответом.

– Нет, я слышала, что вы не настолько быстрые, как волки. Но неужели за полгода людские детёныши даже не умеют разговаривать?

К тому же уверена, что с моим Даром у меня вполне получится поговорить с Ниалем…

– Знаешь, когда ты так говоришь, у меня внутри аж холодом всё пробирает, – тихо сказал Микель. – Я привык, что ты многое не знаешь. Я принял, что существуют духи, а мастер Арр может одним движением руки расчистить занесённую снегом лестницу. Но когда ты так говоришь…

Он посмотрел мне прямо в глаза. Сердце почему-то особенно сильно стукнуло в груди. Захотелось вилять хвостом и прижать уши.

– Мне кажется, что ты очень далеко от меня. Так далеко, что никогда не дотянуться. А от этого очень страшно…

Я извернулась и легла на спину, положив голову ему на ноги. Он вздрогнул, замолкая.

– Я рядом. Вот здесь, прямо на твоих коленях.

– Вайри…

– Никуда не ухожу. Готова бежать хоть на край света, лишь бы там был ты. Потому что так поступают настоящие жёны. Потому что я так хочу. Потому что люблю тебя, Микель.

Он положил мне ладонь на лоб. Я прикрыла глаза. Его касание очень приятно успокаивало.

– А я люблю тебя, Вайри. Но всё равно боюсь, что однажды мастер Арр попадёт в беду и ты бросишься его спасать. Как тогда от Тёмного Духа. Но рядом не будет эльфийского принца, который тебя спасёт.

– Обещаю, что не буду защищать Ракки ценой своей жизни, – сказала я. Ладонь Микеля дрогнула на моём лбу.

– Но ведь он тебе очень дорог. По-особенному.

Какой же у меня ревнивый муж…

– Дело не в том, что он мне как-то особенно дорог, – начала я. – Наверное. Не знаю. Просто…

Я нахмурилась, стараясь подобрать слова. Выражать эмоции без хвоста у меня получалось уже получше, но недопонимание все равно оставалось.

А мне очень не нравилось, что мой муж меня не понимает.

– Я помню, что он для тебя как брат, – спокойно сказал Микель. – И я понимаю твоё беспокойство.

– Не понимаешь. Но спасибо, что пытаешься понять.

Я схватила его за руку и крепко сжала. Как же не хватает хвоста…

– У Ракки есть жена. Вокруг него много друзей. На его стороне даже Грейтхем, от которого у меня до сих пор мурашки. С ним ничего не случится. Поэтому я переживаю за него, но не так сильно, как за тебя.

– За меня? – искренне удивился Микель. – Но почему?

Я открыла глаза и посмотрела на него снизу вверх. Он очень смешно выглядел с такого ракурса. Удивлённый. Не понимающий.

И всё равно при этом мой.

– Ты человек. Я волчица. Никакие силы Тьмы не изменят этого. Я даже не знаю, сколько буду жить. А значит может получиться так, что останусь одна. Мне не хочется оставаться в этом мире без тебя, Микель.

Он внимательно смотрел на меня. Потом вдруг улыбнулся.

– Если со мной что-то случится, то мой дух найдёт тебя в любом мире. Ты так просто от меня не отвертишься.

– Кажется, в наших клятвах мы обещали быть вместе, пока смерть не разлучит нас.

– Я соврал. Даже она не разлучит.

Он наклонился и поцеловал меня. Уши мгновенно вспыхнули.

– Обещаешь? – пробормотала я, пытаясь скрыть смущение.

– Обещаю, – ответил он, тоже изрядно покрасневший.

Глупый человек…

Мой глупый муж…

Неважно, сколько мы будем вместе…

Важно, что всё это время мы будем счастливы.

И никто этого не изменит.

*****

Настольная лампа горела очень тускло, но я прекрасно видел разложенные по столу книги. Большие и маленькие, потрёпанные временем и поблёскивающие новым переплётом. Стоило прибраться к приходу гостей, но мне нравилось, что хотя бы какая-то малая часть моей жизни не подчинена правилам.

Гармония в хаосе. Так было сказано в одном из древних трактатов, которые нашлись в самом дальнем углу карторской библиотеки.

– Извини, у меня тут беспорядок, – виновато сказал я.

Мой гость вздохнул и поморщился, пытаясь устроиться в кресле поудобнее.

– Если это беспорядок, то я – Светлый Дух.

– Не ты ли говорил мне, что Духи так не делятся? – я улыбнулся, присаживаясь напротив.

Грейтхем развёл руками. Капюшон скрывал его лицо, и казалось, что со мной говорят висящие в воздухе бирюзовые глаза.

Теперь они сияли именно этим цветом.

– Светлым меня точно назвать нельзя. Я просто Дух. Причём уже достаточно очеловечившийся.

Грейтхем вытянул руку в перчатке, повернул ладонью вверх. На поверхности перчатки заискрили чёрные молнии.

– Видишь? Даже в туман уже весь не могу превратиться. Не говоря уже о чём-то сильнее.

– Ты бы мог остаться Духом до конца. Гирш рассказывал мне о таких.

– Спасибо, но нет, – Грейтхем улыбнулся. – Моё нынешнее положение посредника меня устраивает.

Он скинул капюшон, обнажая бледное лицо с сеточкой тёмных узоров на скулах.

– Ни тьма, ни свет. Ни человек, ни дух. Идеальная роль для меня.

– Значит, ты сделал свой выбор, Грейтхем, Проводник во Тьму.

Его взгляд стал жёстче.

– Откуда ты знаешь мой титул?..

– Птички нашептали, – уклончиво ответил я. – Неважно, потом расскажу. Ты ведь принёс, что нужно?

Он посверлил меня взглядом, затем кивнул.

– Понятия не имею зачем тебе это, но вот.

Грейтхем бросил на стол туго скрученный свиток. Я взял его в руки.

– Тяжелый…

– И почти единственный в мире экземпляр.

Я раскатал свиток на весь стол. Передо мной развернулась огромная карта.

– Весь мир? – уточнил я.

Грейтхем хмыкнул, подпирая голову.

– Целиком. А знаешь, что если долго плыть в одну сторону от материка…

– Приплывёшь с другой стороны, – кивнул я, не отрываясь от карты. – Знаю.

Дух замолчал, удивлённо глядя на меня.

– В Карторе очень много книг. – терпеливо поясни я. – Очень. Некоторые из них по географии. Некоторые по астрономии. Не нужно быть великим мыслителем, чтобы сложить одно с другим.

Грейтхем разочарованно вздохнул.

– А я уж думал поразить тебя тайными знаниями… Ну, и зачем тебе всё-таки эта карта, Вель из Картора?

Я внимательно рассматривал свиток. Как и предполагал, мы достаточно далеко от центра материка. Горная гряда, а ещё глубокий залив… Неудивительно, что Микель так долго добирается до нас, ведь Мейтерфурт почти в самом центре. На юге достаточно ровная местность, плавно переходящая в море. Скорее всего, плодородная, а значит уже под контролем более развитых соседей. Я проследил по легенде карты принадлежность территории и прищурился.

– Карта должна была подтвердить одну теорию.

– И как?

– Главной угрозой на континенте станет расширяющийся Мейтерфурт.

Дух восхищённо присвистнул.

– Интересно. И почему же?

Я провёл пальцем по карте, чувствуя трещины в краске.

– Если все там мыслят так же рационально, как Микель, то рано или поздно узнают про нас. Захотят использовать Старейших. Мы не должны этого допустить.

– Мы?

– Да. Мне нужна твоя помощь, Проводник во Тьму.

Грейтхем рассмеялся.

– А какой мне прок вам помогать?

– Потому что в глубине души ты добрый, – честно сказал я.

Он посерьёзнел, сбрасывая маску весельчака. Взглянул мне прямо в глаза. Я выдержал и не отвёл взор.

– Добрый, значит… Если бы ты знал, Вель, что творилось моими руками…

– Ты просто делал свою работу. Провожал во Тьму. Таков был их выбор. И твой тоже.

Грейтхем скривился.

– Уже готов меня простить?

Я задумался. В свете настольной лампы он казался совсем не человеком. Впрочем, человеком он и не был в полном смысле этого слова. Он отправлял сбившихся с пути, давал им выбор: стать Духом или остаться человеком до самого конца.

«Хочешь ли ты спасти их? Тогда прими мой Дар, Вель из Картора!»

Именно это он спросил у меня в тот день перед Алтарём.

– Прощать тебя не за что. Я готов принять таким, какой ты есть.

Он медленно кивнул. Не отрывая от меня взгляд. Скосил глаза на карту.

– Веришь, что можешь что-то изменить?

– Выбираю верить. Каждый из нас делает выбор. Постоянно. Маленький или большой. Незначительный или грандиозный. И всё, что мы можем после этого, это смириться. Жить дальше. Существовать.

– Пока судьба снова не заставит нас выбирать, – Грейтхем усмехнулся. – Бесконечный цикл страдания. Мук выбора.

– Разве ты не согласен?

– Иногда выбирают за тебя. Я пронзил тебе грудь и не дал взять в руки меч. Какой же выбор был у тебя, Вель из Картора?

Я мягко улыбнулся.

– Умереть или передать мою волю достойному. Что я и сделал. Меч в руках Ракки не стал оружием возмездия, но символом надежды. Освобождения. Даже такой Дух, как ты, должен был это понять.

Грейтхем молча сверлил меня взглядом. Затем обессилено развёл руками.

– Допустим. Но что я получу за это? Почему должен выбрать помогать тебе.

Я прикрыл глаза. Пора использовать мой козырь. Не получилось сберечь его до самого конца.

– Если верить источникам из карторской библиотеки, вход в Кс Арай'к.

Я сыграю свою роль искусителя.

Я дам тебе выбор. Посулю в награду то, что ты так сильно хочешь.

Ты хочешь вернуться. Встретить тех, кто отправил во Тьму. Попросить прощения.

Глаза Грейтхема загорелись бирюзой, а на лице появилась хищная улыбка. Кажется, он свой выбор сделал.

*****

Я внимательно следил за её руками. Изящные белые кисти быстро сновали над столом, филигранно разделывая рыбу. Иногда даже казалось, что вместо рук у неё струится резвый ручеёк.

Впрочем, не казалось.

– Вот так? – Хис говорила тихо, не отрываясь от работы. – А теперь так?

– Да, всё правильно, – я улыбнулся. – Теперь убирай хребет.

Тонкие струи воды осторожно вытащили кости из рыбы, не оставив ни единой косточки в мясе. Идеальная работа, у меня так никогда не получалось: ни своими руками, ни Даром.

– Дальше? – требовательно спросила она.

– А дальше мы наливаем масло на сковороду, топим печь и жарим…

Хис недовольно скривилась.

– Может просто так съедим? – в её голосе звучала затаённая надежда.

– Ты же хотела научиться готовить, а не есть сырую рыбу, – я задумчиво почесал нос. – Или уже перехотела?

Она хмуро посмотрела на дрова. Потом на меня.

– Ты злой. Ты же знаешь, что огонь – не моя стихия. И всё равно заставляешь его использовать.

– Но ты ведь умеешь разогревать воду до состояния пара…

– Это не значит, что я использую огонь. Я просто меняю агрегатное состояние, разгоняя движение частиц…

Я примирительно поднял руки.

– Всё равно не пойму. Ладно, давай тогда сварим…

– Нет. Мы сделаем всё по твоему рецепту. Вдруг ты опять побежишь кого-то спасать, а мне захочется поесть.

– Так сходи к Ракки с Тавией.

Хис вдруг смутилась и посмотрела в окно. Снег, медленно укутывающий вечерний Картор, начался ещё вчера и всё никак не прекращался. Зима пришла в этом году рановато. Или это мы с Хис перестарались с климатом?..

– Я не могу, – пробормотала Хис.

– Почему? – искренне удивился я.

– Там Ниаль. Я… Я его боюсь.

– Боишься сына Ракки?.. Дух Ручья боится ребёнка?..

– Не смейся! – она топнула ногой, отворачиваясь.

Я покачал головой, пытаясь сдержать смех.

– Прости. Но это действительно смешно!

Она раздражённо сложила руки на груди.

– Гирш!

– Прости, Хис. Но ведь правда!..

Она прищурилась, и тонкая струйка воды сорвалась с её пояса, несильно ткнув меня в плечо.

– Гирш, я ведь сейчас разозлюсь.

– Всё. Прекращаю! Сдаюсь!

Снег продолжал кутать Картор ровным белесым одеялом. Я посмотрел в окно, наблюдая за неспешно падающими снежинками. Интересно, а есть Духи, которые ответственны за зимнюю стужу? Или любой из водных может творить со своим элементом всё, что хочет?..

– Я не знаю, почему его боюсь, – вдруг сказала Хис. – Как будто знаю, что он меня возненавидит. Дети ведь видят суть вещей. А значит, Ниаль сразу поймёт, что я не настоящий человек, а просто притворяющийся Дух.

Я растерялся от неожиданности

– Хис…

– Я так стараюсь быть человеком, но всё равно срываюсь, превращаюсь в Духа Ручья. Я боюсь, что люди прогонят меня, а потом будут ненавидеть тебя.

Она заглянула мне в глаза.

– А этого мне не хочется больше всего на свете, Гирш. Не хочется, чтобы твоя жизнь стала хуже из-за того, что ты остался со мной. Но и терять тебя тоже не хочу. Поэтому и прикидываюсь человеком, чтобы подольше продлить эти мгновения.

В груди стало горячо. Даже спустя все эти годы Хис продолжала меня удивлять. Я осторожно обнял её за плечи и почувствовал, как она вздрогнула.

– С тех самых пор, как взял тебя за руку, ни разу не пожалел об этом. Поэтому мнение жителей Картора для меня не важно.

Я посмотрел в её глаза. Искренне улыбнулся.

– Нет разницы, Дух ты или человек. Главное – быть хорошим. И уж это у тебя получается просто идеально.

– Ты мне льстишь… – она порозовела, но не отвела взгляд.

– И потом, кто-то хотя бы раз сказал тебе плохое в Карторе?

Хис уткнулась мне лбом в грудь.

– Нет. Но вдруг скажут?

– Я точно не скажу. Тебе этого мало?

Она подняла голову. Потом озорно улыбнулась, одновременно обнимая меня за пояс.

– Умеешь же ты вопрос поставить ребром! Ладно. Давай пожарим эту треклятую рыбу и поедим.

– Давай. Но с Ниалем я тебя заставлю подружиться.

Хис вздохнула.

– Сначала всё же рыба. На пустой желудок я точно никуда не пойду.

Она повернулась в моих руках, и теперь я обнимал её сзади. Я уткнулся носом ей в волосы.

– Знаешь, что? – прошептал я.

– Что? – спросила она, закидывая полено в печь.

– Люблю тебя, Хис.

Она вздрогнула. Полено загрохотало по деревянному полу.

– Никогда не привыкну к этому человеческому обычаю… – пробормотала она. Я заметил, как порозовели мочки её ушей.

Хис прерывисто вздохнула, крепко сжимая мои руки.

– Я тоже тебя люблю, Гирш.

Снег всё валил и валил. Селение Картор медленно куталось высокими сугробами.

Наступала очередная долгая зима.