Сказание о двух мирах. Книга первая

Часть 1

Глава 1

Они пробирались через бурелом лесной чащи. Две фигуры, облаченные в легкие кожаные доспехи, зеленые плащи и походные сапоги, выдубленные из кожи горного тролля. Их походка была легкой и в то же время достаточно быстрой; даже невооруженным глазом было видно, что путешественники кого-то преследуют, причем судя по раскиданным повсюду веткам деревьев, этот кто-то явно был приличных размеров.

Вдруг один из путников резко остановился и повернулся к товарищу:

– Мы уже почти у цели, теперь надо отдохнуть, через несколько часов мы догоним наших маленьких воришек.

– Не очень-то они и маленькие, – тяжело дыша, пропыхтел второй и быстрым движением руки откинул зеленый капюшон, под которым было спрятано молодое розовощекое лицо полуэльфа.

– Размеры огров ничего не значат, они глупые и неповоротливые гуманоиды, против хорошего лука и быстрого клинка их сила — ничто.

– Учитель Сиддон, но зачем тогда нам останавливаться на отдых? Мы их уже почти настигли, а с валянием на траве мы только потеряем драгоценное время.

– Глупый мальчишка, опытный следопыт всегда просчитывает каждое действие и с умом распределяет свои силы. Ты молодой и пока не чувствуешь этого. Думаешь, что у тебя всегда хватит сил и энергии перебить стаю великанов, а потом отыметь весь гарем лорда Фрелла, но это не так. Когда пару раз огребешь по голове от огра или пропустишь укол копья в задницу от гоблина, то вспомнишь мои наставления!

– А вот как раз на этот случай у меня кое-что есть. – Немного порывшись в дорожной сумке, молодой полуэльф достал склянку с зеленой жидкостью. – Смотрите, учитель, это зелье силы, один глоток и все те подвиги, которые вы описали, можно совершать хоть три дня подряд.

Сиддон поднял капюшон, и теперь на полуэльфа уставилось сердитое лицо человека лет пятидесяти с белой бородой и голубыми, как горная река, глазами. В нем не прослеживалось благородства и изящности, это было лицо старого следопыта, много повидавшего на своем веку.

– Ты что творишь, дурак! Ты хоть знаешь последствия баловства этой дрянью? Про потерю зрения, про видения или зависимость? Уххх, как вернемся, я устрою тебе такую трепку, что огры покажутся маленькими пухлыми младенцами!

«Забыл добавить, что еще член перестанет стоять, ох уж эти старые следопыты», – подумал про себя ученик, но вслух, естественно, сказал:

– Хорошо учитель, если вы хотите, то сейчас я ее выкину.

Приблизившись к непутевому полуэльфу вплотную, старый Сиддон вздохнул:

– Галатар, я не желаю тебе зла, за все то время, что мы провели вместе, ты стал мне как сын, пусть и не самый идеальный, но все же я вижу в тебе потенциал. Поверь, в жизни я видел много любителей зелий, усиливающих заклинаний и прочей хренотени, которую всякие маги-мужеложцы так усиленно впихивают нашим братьям. Все эти ребята плохо закончили: кого-то убили в самой простой стычке, так как он без этой подпитки уже и с гоблином не мог справиться, а кто-то слоняется по улицам городов, полностью лишенный разума. Наша сила в самой природе, а не в этой банке, которую ты прихватил с собой. Если хочешь дополнительной поддержки, то помолись богине Эллестре, она обязательно поможет и услышит. И, кстати, кто дал тебе эту мерзость? Толгериас?

– Нет, не он.

– Хорошо, я не буду тебя допрашивать или рассказывать о случившемся дяде, но все равно, хорошей взбучки на тренировке тебе не избежать.

– Спасибо учитель. – Молодой следопыт с размахом запустил бутыль в зеленую чащу. – Теперь-то можно разбить привал?

– У нас есть около полутора часов, постарайся провести их с пользой.

Галатар, хоть и считал Сиддона древним ворчуном, неким реликтом прошлой эпохи, но все же за время совместных странствий привязался к своему учителю. Все-таки уже три года прошло с тех пор, как дядя, Андад Каморан, отдал еще совсем юного племянника на обучение в лагерь следопытов.

***

Тут не помешает немного раскрыть биографию молодого Галатара. Тем более она у него была уж точно не заурядна и изобиловала весьма интересными моментами. Так вот, начать следует с того, что он родился первенцем в семье знатного аристократа Ралтара Каморана и эльфийки Эйсель из Верхолесья, но своих родителей практически не помнил, так как вскоре после его рождения они погибли от рук бандитов при очень странных обстоятельствах во время паломнического путешествия на остров Каланы. Что уже вызывает кучу вопросов, ведь всем известно, что даже такие отмороженные банды тех краев как «Черные сердца» или «Кровавый завет», никогда не нападали на простых пилигримов, а тут массовое убийство целой паломнической миссии. Здесь явно было что-то нечисто. Однако, к сожалению, тогда никаких зацепок, проливающих свет на эту резню, найти не удалось.

Но, как бы то ни было, после этого ужасного происшествия юного Галатара забрал к себе старший брат отца и воспитывал как собственного ребенка. Своих детей у Андада и его жены Осии не было, но зато была целая куча родственников, желавшая наложить руку на Твердыню Каморана — фамильную крепость рода. И удивлению их не было предела, когда Андад взял маленького Галатара к себе, а когда еще и объявил племянника наследником, то все просто пооткрывали рты. Большинство восприняло это как оскорбление, ведь древний человеческий род Каморанов всегда славился своей чистотой, а тут вдруг оказывается, что во главе будет стоять полукровка с заостренными ушами. Просто уму непостижимо! Особенно возмущался Келтер Каморан, младший из трех братьев и известный боец за чистоту рода. Одно время даже ходили слухи, что он был как-то причастен к убийству родителей Галатара. И вообще вокруг Келтера витало очень много разного рода домыслов, поговаривали, что он даже имеет какие-то дела с сектой под названием Мифриловый Пакт, организации настолько тайной, что, кроме названия, о них было мало что известно. В народе шептались, что они хотят пробудить Павшего Бога, но, опять же, все это было только на уровне догадок. Им приписывались ритуальные убийства, некромантия, вызов демонов и прочие вещи, которыми пугают детей перед сном.

Вот в такой тревожной обстановке коварства и семейных интриг приходилось расти юному Галатару, однако через какое-то время он научился не обращать внимания на многих своих вредных родственников, а с сыном вышеупомянутого Келтера — Свеном они вообще стали друзьями.

С детства, будучи непоседой, Гал (так его сокращенно называли товарищи) часто доставлял своему дяде Андаду проблемы, иногда весьма комичные и забавные, а порой и не очень.

Например, как-то находясь на каникулах в Твердыне Каморана, он со Свеном украл у придворного священника тюк с вином, которое они потом вместе весело распивали на заднем дворе замка. Все шло хорошо, как вдруг неожиданный гул оповестил о прибытии кортежа Келтера Каморана и его жены Фелинии, мачехи Свена, редкой суке и интриганке. Настоящая мать Свена пропала во время охоты, и, возможно, именно поэтому он и нашел в Галатаре родственную душу.

По обычаю встречать прибывших родственников должны были все члены семейства, так что деваться было некуда. Наши молодые хулиганы уже изрядно подпитанные вином, стараясь сохранять равновесие, отправились к главными воротами. Когда Келтер и Фелиния спешились с лошадей, мужчина пошел выказать приветствие старшему брату, а его жена, как назло, отправилась посмотреть на молодежь. Именно в этот момент Галатара начало мутить, видимо старый клирик-алкоголик добавил в пойло какой-то ингредиент для увеличения крепости. Холодно поздоровавшись со всеми молодыми обитателями замка, Фелиния подошла к племяннику и сразу схватила его за кончик уха со словами: «И это у нас, что, тоже Каморан? Какая жалость!». Но Галатару было не до выслушивания оскорблений, он открыл рот и изрыгнул все выпитое вино на платье своей тетки. Хуже того, Свен, стоявший рядом, упал на землю, неистово хохоча. «Эльфийская падаль, кажется, теперь все ясно. Андад собирает у себя всякий сброд, дабы окончательно опорочить свой род», – с ненавистью прошипела Фелиния.

Естественно, после таких выкрутасов Гала и Свена за шкирку потащили в замок.

Да уж, ситуация была явно не из приятных, Андад повелел с утра привести ему племянника, а наказание для Свена пусть выбирает отец. Неизвестно, что Келтер сказал сыну, но после этого разговора он не прикасался к алкоголю до окончания школы.

А вот Гал, хоть и не стал совсем уж трезвенником, но свое наказание запомнил на всю жизнь. Хоть дядя очень любил племянника, но, будучи воином и аристократом старой закалки, такой наглости вытерпеть точно не мог. Сперва он серьезно поговорил с Галатаром о чести семьи, его долге перед покойным отцом и отношении к нему самому, тем самым вызвав в мальчике чувство стыда. Маленький любитель вина в тот момент действительно всей душой раскаивался за содеянное. Он и сам очень любил и уважал своего дядю, но перед Фелинией никакого раскаяния не испытывал, будь его воля, он бы сверху еще и помочился на эту ведьму. После морального уничтожения, слуги принесли заварку из травяного чая и медовые сладости; именно в такой расслабляющей обстановке было объявлено и само наказание. И да, оно было очень жестким, такого юный Гал не ожидал никак: за свой проступок он будет отдан в распоряжение леди Фелинии в качестве слуги на время пребывания ее в Трердыне Каморана, то есть на две недели.

Это время молодой следопыт будет с ужасом вспоминать всегда, и дело тут не только в унижениях и постоянных упреках этой несносной женщины. Нет, там было кое-что другое, намного более зловещее, чем обычное глумление.

***

Но вернемся пока в дубовый лес, где учитель и ученик готовятся к решающему броску на банду огров, похитивших пяток овец из деревенского стада на землях, принадлежащих лорду Фреллу.

Сиддон сидел на поваленном дереве и, жуя траву, натягивал тетиву на свой старый лук, рядом лежал колчан стрел и точильный камень, Гал в это время натачивал свой короткий меч «Погибель гоблинов». Название придумал не он, это когда-то был меч его дяди, часто ходившим в молодые годы на рейды против гоблинов.

– Ну что, мой мальчик, как твой боевой дух? Готов насадить на свою зубочистку тушу покрупнее гоблинской?

– Хах, вы еще сомневаетесь, учитель!

– Умерь свой пыл, сосунок, огры опасные существа, намного опаснее гоблинов или гноллов, но мне кажется, что ты готов.

Гал уже привык к грубости и манере общения Сиддона, но он знал, что старый следопыт, хоть и не лез за словом в карман, всегда был человеком чести, готовым в трудную минуту прийти на помощь.

– Кстати, Галатар, ты знаешь, откуда у твоей зубочистки такое пафосное название. – Он сплюнул пережеванную траву на землю.

– Это меч дяди… не знаю, думаю, что в молодые годы он давал жару гоблинам в лесу Каморана. Отсюда и прозвище.

Старый следопыт, улыбнувшись, принялся точить наконечники стрел.

– Не совсем так, хотя в свое время твой дядя, действительно, давал жару всем тварям в округе. Молодой Андад был отличным воином, хотя следопытом, конечно, так себе. Но сейчас не об этом, вообще история этого меча идет с праздника гоблирезки. Слышал такое название?

– Хммм, что-то знакомое…

– Если бы ты, мой дорогой раздолбай, меньше спал на уроках истории и побольше слушал учителя, то сразу бы понял, что речь идет о старом празднике урожая в долине Ферелен.

– Откуда я знаю праздники долины Ферелен, эти варвары только недавно перестали быть нашими врагами. К тому же ходят слухи, что там до сих пор распространено поклонение Павшему Богу.

Сиддон посмотрел на молодого ученика тревожным взглядом и тихо прошептал:

– Меньше упоминай его имя, иначе однажды ночью к тебе придет Мифриловый Пакт!

Галу стало немного не по себе, эта организация действительно вызывала какой-то благоговейный страх у любого жителя Высоких Земель.

– Так вот, во время этого праздника фереленцы устраивали своеобразные ритуальные игры в честь богов неба, ветров и рек. В эти игры входили разные соревнования, но самое популярное было гоблирезка, — это название потом стало обозначать весь праздник. Суть его была в том, что два самых сильных и достойных воина выходят на поле, где стоит гигантская плаха, к которой по очереди приводят связанных гоблинов. Каждый из воинов начинает рубить головы этим несчастным созданиям, кто больше нарубит, тот и победитель…

– Какое милое испытание! – Гал с грустью посмотрел на свой меч, он все-таки надеялся, что его история будет более героическая.

– Я еще не закончил рассказ, не перебивай, мальчишка! Смотрю у тебя язык без костей, с ним ты явно пользуешься популярностью у всех окрестных девок. – Сиддон весело засмеялся от своего «остроумного» комментария. – Твой меч тогда удивил всех своей остротой и легкостью, а фереленец, который рубил головы гоблинам, тогда поставил рекорд, и его меч нарекли тем именем, которое он носит сейчас. Так вот, а самого фереленца звали Борг Красный, именно он потом бился на турнире в честь заключения мира с твоим дядей, и проиграл. Тогда-то Анададу и было подарено его снаряжение, включая и это оружие. Вот, собственно, и вся история.

Вторая часть понравилась юному Галатару намного больше, чем обычная резня гоблинов, ведь он отлично знал историю про турнир и про поединок Андада с Боргом Красным. Тогда его дядя победил в двух состязаниях, но вот что «Погибель гоблинов» была выиграна на нем, слышал впервые.

– Ладно, хватит рассказов, восстановим силы, и в путь. – Сиддон прилег на свой расстеленный плащ.

Галатар отложил в сторону наточенный меч и тоже распластался на плаще.

«Хех, старый хрен серьезно думал, что я выкинул такое сокровище, как зелье силы титана. – Засунув руку под доспех, он погладил склянку. – Скоро, он увидит, на что я способен». Молодой следопыт закрыл глаза, ему страсть как не терпелось ринуться в бой.

Глава 2

– Ах ты проклятый прац (очень грубое ругательство у огров)! Грок, иди сюда! Посмотри, что это дерьмо сделало с нашей овцой.

Ломая ветки, из бурелома вышел Грок, гигант, даже по меркам огров. Он явно был предводителем отряда.

– Аааа, что ты меня беспокоишь, Корг, не видишь, я думаю. Ты слишком тупой для такого!

– У нас проблема, этот молокосос Гок только что сношал нашу еду! Теперь ее нельзя есть.

– Чтоооо! Эти овцы не для развлечения! – Морда предводителя скривилась в ужасающей гримасе, и он со всей силы ударил ногой лежащего на земле огра.

В ответ на это корчащийся от боли Гок злобно застонал:

– Вы живете со своими огрихами, сношаете их десять раз в день. А мне нельзя! Я тоже хочу и мне плевать. Убью вас и поимею еще и ваши трупы!

Он вскочил на ноги и кулаком засадил в челюсть Коргу, началась куча-мала, причем дрались они явно не на шутку.

Эти глупые создания, увлекшись своими разборками, не понимали, что в это время глаза следопытов уже пристально следили за всеми их действиями.

– Какая драма! – Сиддон облокотился на ствол старого дуба. – Сколько я смотрю на огров и не перестаю удивляться, иногда мне кажется, что они ничем не отличаются от людей. Даже убивать их немного жалко.

– Нуу, люди может это и делают с овцами, но все же, наверное, не тогда, когда пытаются их украсть.

– На самом деле, мой мальчик, самое грустное во всем этом то, что теперь одна овца травмирована и может даже не выжить. Лендлорд будет не доволен.

Гал опустил глаза вниз, ему хотелось в этот раз сделать все безупречно, но видимо не судьба. Ладно, по крайней мере, сейчас он покажет мастерство владения оружием.

– Учитель, ну что, повеселимся!

– Все тебе веселиться! Умный следопыт дождался бы, пока они сами перебьют друг друга, но ладно, уговорил. Мне сегодня тоже хочется немного пострелять. Я держу на прицеле самого большого, он упадет первым, ты пока сдерживай остальных.

Гал улыбнулся старому учителю и спустя мгновение исчез в зарослях кустарников.

А на поляне побоище было в самом разгаре. Гок, после того как еще раз повалил Корга, схватил огромное полено чтобы добить товарища, но Грок взмахом своей огромной лапы оттолкнул молодого огра. Теперь тот стоял немного поодаль и размахивал корягой в разные стороны.

– Подходите! Ну что, думаете, раз вы старше Гока, то вы сильнее его?!

– Маленькое дерьмо гоблинов! Ты, кажется, зазнался, сейчас из тебя выбьем всю твою дурь!

– А потом еще и поимеем, дабы неповадно было нос задирать. – Грок провел языком по губам.

Мир огров был жесток и примитивен, их понятия о морали и нравственности были на самом низком уровне и выражались в незамысловатых правилах: кто сильнее, тот бьет и доминирует над теми, кто слабее и младше. А тот, кто слабее, пытается хитростью и подлостью победить тех, кто сильнее. Все предельно просто.

– Я вам не мешаю?

– Не сейчас, не видишь, мы тут… – Грок замолчал, в его маленьком мозгу сработал сигнал, что теперь они здесь не одни. – Что за? Эй, а ты кто такой?

Все три пары меленьких оргских глаз уставились на другой конец поляны, где Гал непринужденно размахивал «Погибелью гоблинов».

– Да так, мимо проходил, но чего не ожидал увидеть в этой чаще, так это трех похитителей овец с фермы самого лорда Фрелла.

– Это ты удачно зашел, мы с парнями как раз проголодались. Гок, ну-ка, покажи ему! Только не вздумай сношать и эту еду.

– Неее, этот слишком уродлив, я не смогу.

Гал был собран и спокоен, казалось, все эти угрозы ему были абсолютно нипочем.

– Ну так давайте, вот он я. Один на вас троих.

Гок кинулся в атаку, ему явно хотелось реабилитироваться в глазах товарищей; все-таки не смотря на свою тупость, он прекрасно понимал, что с двумя матерыми ограми ему вряд ли удастся справиться.

Огромное полено прошло совсем рядом с лицом, но Гал просто с кошачьей грацией увернулся и резко полоснул недруга по животу, оросив землю фонтаном огрской крови. Крик послужил сигналом остальным ринуться в бой, стало ясно, что битва будет не из простых.

На Гала с ревом бросился Грок. Его огромная лапища зависла над следопытом, но опуститься ей было не суждено, меткий выстрел из кустов поразил гиганта точно в глаз. Огр застыл подобно статуе, и через секунду гигантская туша с грохотом рухнула на землю. Самый опасный противник был повержен. Теперь перед Галом стоял только Корг, еще где-то валяясь на земле корчился от боли Гок.

– Чтооо!? Как ты? Ааааа!!! – Последний, стоящий на ногах огр схватил корягу и ринулся на следопыта. Он, размахивая ей со всей своей звериной яростью, пытался прихлопнуть Гала, как муху, но все было бесполезно, тот словно рыба в воде ускользал от каждого удара. Такая скорость казалась просто немыслимой, было видно, что следопыт просто издевается над великаном.

Корг, тяжело дыша, все продолжал пытаться задеть увертливого полуэльфа, но резкая боль в ноге прервала эти попытки. Лапа огра, опустившись вниз, уперлась в древко стрелы, точащей из колена, теперь стало ясно, что битва проиграна. Гал с триумфом подошел к врагу, его меч уже был занесен над головой противника, как вдруг свистящий звук отпущенной тетивы ворвался в лесную чащу. Мгновение, и у огра из горла торчит еще одна стрела, он обмяк и плавно опустился на землю. Галатар вернул меч в ножны.

– Учитель Сиддон, снова вы за старое! Опять отнимайте у меня всю радость победы!

Из кустов вальяжно вышел старый следопыт:

– Умерь свой пыл, жадный мальчишка, ты еще нарубишь монстров за свою жизнь, а я уже стар, может это мой последний огр. И кстати, куда делся наш овцелюб? Пока ты тут рубился, а я, подобно стрелку-хранителю, защищал твою никчемную жизнь, молодой огр слинял.

– Вы правы, надо поспешить, он точно не успел далеко уйти.

Гал дернулся бежать в погоню за беглецом, но рука Сиддона ухватила его за шкирку.

– Ну ка постой, может, я здесь немного покомандую?

Галатар застыл на месте.

– Но учитель, этот огр, он же уйдет, а потом вернется снова красть овец и убивать фермеров. Мы же…

– Мальчик мой, огры такие же творения Эллестры, как и любой эльф или человек. Сегодня мы забрали два жизни, взамен того несчастного пастуха. Этого вполне достаточно, равновесие восстановлено. Настоящий следопыт никогда не жаждет крови и всегда пытается сохранить гармонию и мир. Надеюсь, ты это понимаешь?

«Опять эти нравоучения, сколько лет я слушаю одно и то же. Настоящий следопыт должен, обязан… Мог бы просто сказать, что на сегодня хватит. Жаль, а я только разогрелся, зелье-то еще действует».

– Да, учитель, я все понимаю.

– Вот и славно. Сегодня ты показал себя просто отличным бойцом, я честно не ожидал увидеть от тебя такой грации и мастерства. Неужели близок тот час, когда я уйду на заслуженный отдых, а сосунок Галатар Каморан займет мое место.

– Спасибо за похвалу, я много тренировался. – Полуэльф засиял, он любил, когда старик его хвалил, пусть и в такой грубоватой форме.

– Да сегодня ты был просто великолепен, даже слишком хорош для того, кого я знаю как облупленного. – После этой фразы голубые глаза следопыта впились в ученика, подобно острым кинжалам. От этого взгляда Галу стало не по себе, ему казалось, что пронзительный взгляд Сиддона видит его насквозь.

– Ты ничего не хочешь мне сказать, мой мальчик?

– Нет, все отлично учитель. Я сделал все как вы и велели, помолился перед битвой леди Эллестре и славно наточил клинок.

Сиддон кивнул и, кажется, успокоился.

– Это прекрасно, что ты чтишь традиции следопытов. Свяжи овец, а я пока вырву клыки у огров. Лендлорд настойчиво просил доказательства их смерти. Теперь собираемся, путь назад не близкий.

В этом он был прав, следопыты далеко забрели в чащу, и дорога назад отнимет еще много сил.

Глава 3

– Почему только две пары клыков? Мне сообщили, что похитителей было трое, а я вроде еще не разучился считать! Почему у одной овцы порван зад? Вы ни вернуть украденное, ни наказать нарушителей не способны. И это следопыты лорда Фрелла??!!

За дубовым столом сидел степенный рыхлый мужчина, он вальяжно дымил трубкой и смотрел на прибывших из рейда Сиддона и Галатара как на бродяг, пришедших в его дом просить милостыню.

– И что за вонь? Вы не могли хотя бы принять ванну, перед тем, как приходить с докладом к официальным лицам.

– Просим извинения за наш внешний вид, мы спешили, как могли, ваша светлость. Все наши действия отображены в отчете. – Старый следопыт поклонился чиновнику. Вообще спокойствие, с которым он говорил с этим напыщенным человеком, поражало, чего нельзя было сказать о Галатаре, в этот момент представлявшем, как «Погибель гоблинов» плавно входит в шею лендлорда.

– Я уже читал ваш отчет. Отписка, обычная брехня попрошаек, стремящихся набить карманы за счет честных людей. – Он обреченно выдохнул дым. – Но что поделать, правила все же предписывают мне вам заплатить.

Достав из-под стола резной сундучок, он стал нехотя отсчитывать монеты.

– Такссс… триста, угу и еще… Итого шестьсот золотых фрелинов.

– Шестьсот!?? – Тут уже не выдержали нервы Галатара. Он терпел все оскорбления и пренебрежительное отношение, но это уже было выше его сил. Жалование почти в два раза меньше обещанного! – Следопыта изнутри разорвало подобно заклинанию огненного шара. – Нам была обещана тысяча!!!

– А мне была обещан целая задница овцы и клыки огров. – Лендлорд перевел взгляд на учителя. – Сиддон, это что за остроухий полукровка у тебя в учениках? Какой сброд вы там набираете?

А вот такое юный Гал вынести уже не мог, когда задевали его происхождение, кровь вскипала подобно жерлу вулкана. Не помня себя от ярости, он инстинктивно потянул руку к «Погибели гоблинов», но она тут же уткнулась в препятствие в виде мозолистой ладони мастера Сиддона.

Теперь голубые глаза старого следопыта грозно смотрели на наглого чиновника:

– Лендлорд Байр, я не привык спорить с такими высокопоставленными людьми, но сейчас вы явно перегибаете палку! Мало того, вы занизили стоимость наших услуг, насколько это возможно, так еще и оскорбляете моего ученика. Да, он, может, не самый вежливый и терпеливый юноша в Высоких Землях, но его замечания сейчас вполне справедливы.

Удивительно, как грубоватый и простой учитель мог перевоплощаться в рассудительного и тактичного мастера переговоров. Со стороны даже могло показаться, что перед нами абсолютно два разных человека. Хотя если задуматься, то разгадка этого явления до банальности проста, в народе это называется просто ― жизненный опыт.

Увидев реакцию молодого полуэльфа и грозный взгляд мастера, напыщенный землевладелец все же сбавил обороты.

– Ладно, я понял вас. Все-таки накину сверху еще полтинник за старания, хотя нет, скорее из-за уважения к вашей старости, Сиддон. И еще, я думаю, вы заметили, что у нас сегодня праздник в честь основания поселка, еда и питье бесплатно для моих дорогих гостей. Ну и, конечно же, горячая ванна тоже за нас счет. – Он вальяжно потянулся. – Я сегодня добрый.

Сиддон учтиво поклонился лендлорду.

– Мы с радостью принимаем ваше приглашение.

– Хммм, еще бы. А теперь быстро отсюда, у меня, помимо вас, еще куча дел.

Как только дверь захлопнулась, лендлорд с наслаждением откинулся на спинку стула. В целом он сегодня был доволен собой. Еще бы, получить назад весь украденный скот, да плюс ко всему вместо тысячи фрелинов заплатить всего шестьсот пятьдесят. Прелестно!

Травмированную овцу он продаст какому-нибудь простаку, а в отчете в канцелярию лорда Фрелла напишет, что все огры воришки перебиты. Какое чудесное начало дня! Правда в глубине души все-таки немного скреблась жадность, — ведь теперь эти два бездельника будут есть и пить за его счет. Но он успокаивал себя тем, что много им все равно не сожрать.

Сегодня был действительно знаменательный день для всего поселка. Серебряный луг отмечал день своего основания. Повсюду висели ленточки и флаги, на площади репетировали музыканты, тренировались воины и маги, кое-где уже слонялись изрядно подвыпившие крестьяне. Забавный факт: сколько точно лет поселению никто понятия не имел. Местные знали только дату, а про год основания постоянно спорили. Одни говорили, что поселение было основано еще во времена древних королей. Другие, что уже позже, когда распалось объединение магов, а истина, видимо как всегда, была где-то посередине.

Сиддон и Гал вышли на улицу; полуэльфа все еще немного потряхивало от желания проткнуть жирную тушу чиновника.

– Ну ты и разошелся, малец. Знаешь, если бы я не знал, что лендлорд Байр редкая скотина, то как следует всыпал тебе.

– Учитель, эта неблагодарная свинья оскорбила меня просто так! Если бы не его высокое положение, то этот кусок дерьма сейчас ползал бы на коленях, вымаливая прощения.

– Ооо, не кипятись ты так, столько еще сволочей и мерзавцев встретится на твоем пути, Галатар. Но ты все же старайся держать свою ярость под контролем, и поверь, сейчас в ней не было никакой необходимости. Смотри, кажется, к нам идет провожатый.

Из-за угла выскочил коренастый гном, своим телосложением напоминавший бочку; с виду неуклюжий, но передвигавшийся на удивление проворно. Поравнявшись со следопытами и отвесив поклон, он обратился к мастеру:

– Приветствую тебя, Сиддон Северный Ветер. Давненько ты не заходил в наши края.

– И тебе доброго дня, Крэм Гораруб, не ожидал тебя увидеть на побегушках у Байра. Ты же вроде был поверенный в казначейских делах?

Гном насупился:

– Я и сейчас веду все расходы. Просто наш, – он осмотрелся по сторонам, – как бы это помягче выразиться… жирный идиот недавно учудил. Он поймал своего первого помощника пьяным на службе и сгоряча дал наказание в двадцать плетей, но немного не рассчитал, а тот возьми и окочурься. Вот теперь я еще выполняю и его работу…

– Возмутительно, это же убийство! Об этом должен узнать лорд Фрелл, такое нельзя оставлять безнаказанным. – Тут в разговор вмешался Гал.

Крэм вздохнул:

– Юноша, я вижу, ты не слишком разбираешься в том, как здесь все устроено. Но приятно видеть, что еще хоть кому-то небезразлична наша судьба.

Чтобы дальше не развивать эту тему, мастер резко вступил в разговор:

– Кстати, ты же еще не знаешь моего ученика. Это Галатар из рода Каморанов, редкий раздолбай и наглец, но в целом неплохой парень. Да, и как показала практика, еще и перспективный следопыт. Гал, а это — Крэм Гораруб, великий гномий шахтер и воин… ну и еще хороший казначей. – Сиддон похлопал гнома по плечу.

– Каморан! Ух ты, в свое время я рубил мрамор для поставки в Твердыню Каморана, вот это было времечко! – Гном ностальгически вздохнул. – В любом случае, мы еще успеем наговориться, а пока добро пожаловать в Серебряный Луг. Мне выпала честь быть вашим провожатым и первое, что я сделаю, так это провожу вас в баню и как следует отмою.

– Спасибо, но вот помоемся мы уж как-нибудь сами. Если бы ты был магом, то за такой намек точно получил бы в морду! – Старый мастер недолюбливал волшебников, считая их неженками и извращенцами, и поэтому никогда не упускал возможности пошутить на эту тему.

И надо признать, эта острОта очень понравилась гному. Он долго смеялся, а когда закончил, то приказал гостям следовать за ним. Все трое шли по центральной улице, попутно услаждая свой взор видами праздничного поселка. Серебряный луг действительно преображался: местные жители вовсю украшали свои дома зелеными и оранжевыми ленточками, на гостиницах и административных зданиях висели знамена земель лорда Фрелла, а под ногами все время сновали надоедливые детишки, осыпая всех разноцветной мишурой и мелконарезанной бумагой. Это, конечно, многих раздражало, но трогать шалопаев было нельзя, данное действие — это ритуал, уходящий корнями в далекое прошлое.

Гал шел позади гнома и учителя. Хоть он и внешне был спокоен, но душу все же донимал рассказ Крэма о самодурстве лендлорда. Для него, полуэльфа, с детства воспитывавшегося в традициях старых аристократов, такое поведение воспринималось как полнейшее варварство.

Дядя Андад никогда не позволял себе назначать подчиненным телесных наказаний (за исключением, естественно, случаев реальных преступлений, где такая кара была предусмотрена законом). Поэтому, если ему попадался нашкодивший слуга, то он просто вызывал его к себе в комнату, где они беседовали тет-а-тет. И такое внушение действовало не хуже плети или заклинаний стихий. Глаза Андада обладали каким-то странным магическим свойством, и это были не просто выразительные, умудренные опытом глаза, как у мастера Сиддона. Нет, в них было нечто гораздо большее. Когда наместник Твердыни Каморана смотрел на кого-то, то создавалось ощущение, что он видит каждый закоулок души, каждый ее укромный уголок. Казалось, ничего не могло скрыться или ускользнуть от этого пристального, пронзающего насквозь, взгляда Андада Каморана. Галатар до сих пор помнил те ощущения, когда его привели к дяде после инцидента с бутылкой вина и леди Фелинией.

И вот уже готовый погрузиться в воспоминания о тех жутких днях, когда ему приходилось две недели прислуживать этой ведьме, он неожиданно почувствовал легкое пощипывание в районе левой щеки, как будто кто-то запустил в него маленький камешек из рогатки. Немного опешив, Галатар встал на месте и посмотрел на Сиддона, — тот непринужденно шел впереди и о чем-то говорил с Крэмом. Тогда его глаза опустились вниз, и тут под ногами он увидел маленький скомканный бумажный шарик, подобно тем, что плюются друг в друга дети из полых трубок. Кажется, это какое-то послание, но, к сожалению, выяснить откуда оно прилетело, не представлялось возможным, вся улица была буквально до краев набита людьми. Он медленно нагнулся и поднял шар. Еще раз убедившись, что его спутники увлечены беседой и не обращают на него никакого внимания, полуэльф развернул загадочное послание.

«Встретимся в яблоневом саду, рядом с банями в течение часа. Не задерживайся, я вся в предвкушении, жду тебя, мой храбрый следопыт».

Внизу письма виднелись очертания женских губ, видимо, это было сделано для придания письму еще большей важности и интриги.

На лице полуэльфа засияла улыбка, к такому повороту событий он точно не был готов. Нет, у Гала, конечно, было в планах приударить за какой-нибудь деревенской девчонкой на празднике, но тот факт, что женский пол сам теперь охотится за ним, стал для него приятой неожиданностью.

«Кажется, вечер обещает быть интересным». – Аккуратно положив письмо в карман, он побежал догонять Сиддона и Крэма. Те, абсолютно ничего не замечая, продолжали болтать о зверях в окрестностях Серебряного Луга, миграции гноллов с севера и прочих малоинтересных вещах.

– Вот мы и пришли, дорогие гости, в этом прекрасном месте вас отмоют и приоденут. Можете не сомневаться, в таком виде вам будет не стыдно явиться даже на ежегодный бал лорда Фрелла!

Банный комплекс представлял собой небольшое здание из дерева, украшенное очень красивыми резными узорами в форме змей и драконов, видимо архитектор вдохновлялся домами варваров из Фереленской Долины.

– Ну про бал ты, конечно, загнул. Меня сколько ни отмывай, — все равно пахну лесом. – Мастер с интересом смотрел на это чудо архитектуры.

– Хех, вы еще не видели ванны, что вам приготовили, вот здесь-то у вас точно челюсть отвиснет. Так что прошу внутрь.

Тут Гал как бы невзначай обратился к гному:

– Уважаемый Крэм, не подскажешь, где у вас тут можно уединиться?

– Это по-большому, что ли?! Ну ты, малец, даешь, я вам только хотел рассказать одну историю, а тут тебе приспичило! Что сказать, умеешь ты приземлить полет фантазии.

Вся компания дружно рассмеялась.

– Ладно, смотри, идешь по этой дороге, потом у колодца направо, мимо яблоневого сада. Там увидишь деревянные ворота, за ними будут выгребные ямы. Идти в принципе не далеко, только немного заморочено, поэтому постарайся не наделать дел по пути. У нас с чистотой строго, стража за такое может и отмордовать.

Слова «мимо яблоневого сада» ударили словно молния, теперь даже не придется спрашивать дорогу у местных, отлично! Пообещав долго не задерживаться, полуэльф быстрым шагом побрел по тропинке.

«Так, вот колодец, потом направо… или налево? Эллестра, ну зачем лишать меня памяти в такой важный момент. Нет, точно налево!» – По коже пробежала дрожь возбуждения, молодой следопыт в голове представлял прекрасную нимфу, что следила за ним в дубовом лесу, или может эта была самая обычная деревенская девушка, наповал сраженная его харизмой?

Какой бы ни была разгадка этой тайны, но у колодца он не ошибся и свернул на верную дорогу. Теперь, прямо перед ним раскинулась приятная ухоженная роща с цветущими яблонями. Вдыхая душистый аромат цветков, Гал неспешно прогуливался по аккуратно вытоптанной дорожке, попутно наслаждаясь прекрасным видом окружавших его изящных деревьев. И вдруг в его голове молнией сверкнула мысль: «А что, если это ловушка! Жирный ублюдок вполне мог решиться прикончить меня за то, что я хотел схватиться за оружие. От него не убудет, он явно очень мстительный сукин сын. Ну что же, раз пошла такая игра, то пусть попробует. Я не собираюсь быть легкой добычей ни для него, ни для его шайки!»

Его ладонь ухватила рукоять «Погибели гоблинов», а глаза всматривались в зелень деревьев. Пока беды ничего не предвещало, наоборот, все было слишком уж тихо и умиротворенно.

– Мммм, какой хват меча, – откуда-то сзади раздался певучий бархатистый женский голос.

Гал был готов к встрече с кем угодно, будь то маг или головорез лендлорда. Меч выскочил из ножен, а его хозяин резко развернулся вокруг своей оси в ту сторону, откуда шел звук.

Теперь они встретились лицом к лицу. Перед следопытом предстала девушка не сильно старше его, она была одета в синий плащ, под которым угадывались соблазнительные формы. Ее шикарные черные волосы аккуратно лежали на плечах, а яркие зеленые глаза своим блеском были способны сразить наповал любого мужчину. В них читалась страсть, уверенность и, вместе с тем, какая-то порочность.

– Ты всегда встречаешь женщин, наставляя на них оружие? Или это какой-то тайный знак, кое-что символизирующий. – Она хихикнула и, не спеша, начала приближаться. Ее шаг и походка были подобны движениям богини любви, спустившейся в наш мир.

– О, извините меня. Я просто… здесь много опасностей, и кто знает, что ждало меня в этой роще. – Гал немного волновался, но все же весьма уверенно вернул «Погибель гоблинов» обратно в ножны.

– Храбрый следопыт все же пришел, ну вот она я, твоя опасность. – Красавица покрутила свой черный локон указательным пальцем.

– Теперь я уже не боюсь. Меня зовут Галатар... Галатар Каморан, если быть точнее.

От одного вида этой женщины в юношеском теле Гала разгоралось желание, подобное закипающей лаве вулкана.

– Мммм, Галатар, какое редкое имя для этих мест, но разве сейчас есть необходимость в именах? Я всего лишь хотела убедиться, что ты именно тот следопыт, о котором говорит все деревня, победитель огров и гроза всех окрестных монстров. Ведь я не сомневаюсь, что такой храбрый боец точно не откажет бедной девушке. – Ее рука плавно прошла по щеке и стала медленно опускаться вниз, в эту секунду юноша был сражен наповал. – У нас очень мало времени, я не могу здесь долго находиться. Мой отец никуда меня не выпускает, и если он обнаружит, что я ушла, то мне несдобровать. Сейчас меня держат подобно птице в клетке, причем клетка не золотая, а самая обычная, из деревянных прутьев, где я сижу среди грязных воробьев и голубей. Эта жизнь просто невыносима.

– Сочувствую вашему горю, мне очень жаль, что с вами так несправедливо поступили. Конечно, я готов помочь вам, только скажите, что…

– Тшшшш, сейчас не время для деталей. Но, обещаю, – она слегка прикоснулась губами к его острому уху и шепотом произнесла, – если этой ночью ты придешь ко мне, ты узнаешь все... и даже больше.

Дрожь пробежала по телу Галатара, его прошиб пот, и юношеская страсть затмила все остальные чувства.

– Да, конечно, я приду моя госпожа!

Она улыбнулась загадочной улыбкой:

– Мой герой, я в тебе ни секунды не сомневалась. Приходи сразу после захода солнца к зданию ратуши, в это время в Большом зале будет проходить общее празднование, ты сможешь с него незаметно уйти. Я буду ждать тебя, смотри, не задерживайся. – Она прижалась сзади, и Галатар почувствовал, как ее упругие груди касаются спины, это было непередаваемое ощущение.

А потом она исчезла, так же неожиданно, как и появилась. Следопыт несколько минут стоял и прерывисто дышал. Вот это женщина, а ведь он даже не узнал ее имени! В силу своей молодости Гал не был слишком опытен в любовных делах, хоть и скромнягой его бы точно никто не назвал. Естественно, в жизни у него были романтические отношения, благо в учебном лагере следопытов учились и девушки, но все это было как-то по-подростковому наивно и неумело. А вот теперь, попав в лапы к настоящей роковой красотке, он просто камнем пошел на дно.

Сиддон и Крэм коротали время в предбаннике. Мастер уже полностью разделся и укутался в полотенце, а гном тем временем аккуратно складывал его одежду и оружие. В этот момент дверь распахнулась, и в помещение, подобно стреле, влетел Галатар.

– Ох, ваше величество, что-то вы задержались.

– Видимо мальца хорошенько пробрало. Еще бы, столько бегать по лесам и жрать одну траву!

Полуэльф старался, как мог успокоиться и скрыть волнение и возбуждение:

– Да нет, вы были правы, дорога действительно дурацкая, еле нашел эти ваши выгребные ямы.

– Ладно, раздевайся уже и пошли, ты же не хочешь, чтобы твой старый учитель всю задницу себе отморозил. – Сиддону уже не терпелось наконец-то окунуться в горячую ванну и полностью расслабиться.

Само помещение бани представляло собой небольшую комнату из дерева. Посередине стояли четыре мраморных ванны, две из которых были уже наполнены для гостей. В углу находилась дверь в парилку, что было в диковинку для этих мест, так как жители Высоких Земель не были фанатами пара, а все эти банные изыски были в почете у фереленцев. Так же рядом находился столик, на котором стояли кувшины с травяными отварами, которые, при добавлении в воду, прекрасно расслабляли и оздоровляли тело.

– Ну, что же, гости дорогие, располагайтесь поудобнее. Здесь есть все необходимое для восстановления сил. В кувшинах у нас шалфей, пижма… остальное не помню, но вы же дети природы, все определите по запаху. – Гном с довольным видом показывал содержимое кувшинов. – А! И еще, если хотите, то можете заглянуть в парилку. Занятная вещь, эти варвары Ферелена знают толк в омовении. В наших краях вы, точно, такого не найдете.

– Какое интересное место. Это лендлорд Байр организовал? – поинтересовался старый следопыт.

– А кто же еще. Он как-то побывал в гостях у варваров и увидел, что все важные встречи у них проводятся в банях, вот и решил отгрохать себе что-то подобное. Ну ладно, друзья, не буду вам мешать, если что, я в ратуше, буду дальше готовиться к празднику. Коль понадоблюсь, крикните слугу в предбаннике.

Гном, поклонившись, исчез за дверью, а Сиддон и Гал, полностью расслабившись, лежали в объятиях теплой воды. Казалось, ничто в этом мире не способно было помешать этой атмосфере умиротворения и покоя.

Учитель потянулся к кувшинам, но вдруг остановил свою руку на полпути:

– Ну ка, малец, вот для тебя еще одно испытание. Скажи мне, что за травы в этих кувшинах? А то я уже старый, нюх меня частенько подводит.

– Вы же не можете без испытаний даже в самый неподходящий момент, да, учитель? – Гал схватил первый сосуд. – Так, тут гном не соврал, на запах явно пижма, второй шалфей, потом можжевельник с добавлением луговых трав, а вот последнее не могу понять что.

Сиддон жестом велел передать кувшин.

– Пустырник, – даже не принюхиваясь, сказал мастер и вылил весь кувшин в ванну. – Ну что сказать, мой ученик, сейчас я доволен тобой, как никогда. Ты уже достаточно вырос в искусстве следопыта, а особенно в воинском ремесле, именно поэтому я хочу сейчас поговорить с тобой очень серьезно.

Несмотря на расслабляющий эффект теплой воды, Галатар немного напрягся.

– Я видел, как ты, шутя, справился с таким грозным противником, как огр. Признаться честно, я такого не ожидал и даже не представлял, насколько ты продвинулся. Пора бы идти на следующий уровень, поэтому по прибытии в учебный лагерь, я дам тебе разрешение на прохождение воинского экзамена. Твой соперник – человек-бык, или как его называют на Юге, минотавр! Это будет, конечно, посложнее огра, но, поверь, я вижу, ты готов.

Это было совершенно неожиданной новостью для Галатара, ведь он знал свои способности и отлично понимал, что мог справиться бы с огром и без зелья силы. Но вот минотавр… воистину очень грозный монстр.

Ему вдруг вспомнился прошлый экзамен, когда пришлось сражаться с гноллом — отвратительным существом с головой собаки и волосатым человекоподобным телом, очень агрессивный и не знающий жалости зверь. В отличие от тех же огров или гоблинов, которые были, в сущности, обычные разбойники, собакоголовые воины хотели только одного — убивать. И главным в этом для них был сам процесс, а не последующая добыча. Юный следопыт тогда вышел на арену и, как обычно, перед ним открылись ворота, откуда без всяких прелюдий выскочила тварь с огромными когтями и острыми клыками. Лая и рыча, гнолл бросился на Гала, размахивая лапами в разные стороны. Галу оставалось только отбиваться мечом и медленно отступать назад, выискивая удобный случай засадить клинок. И такой случай представился — гнолл слишком уж размашисто ударил своей лапой, тем самым открыв живот. Для следопыта это был прекрасный момент, и он резким движением отправил «Погибель гоблинов» в волосатое брюхо монстра. Через секунду из живота твари рекой полилась кровь, и все было кончено. Грозный зверь бился в конвульсиях на земле, а Галатар, подойдя поближе проткнул уколом меча его песью башку насквозь. Это было испытание на третий уровень воинского мастерства, после этого больше он не сдавал экзамены.

В принципе, тот бой не был особо сложным, так что окрыленный Гал решил, что все же готов для схватки с минотавром, хотя и глубоко в душе все же понимал, что это будет ой как не просто. И да, вариант с зельями отпадал сразу, так как на сдаче всегда присутствовал волшебник, проверяющий экзаменуемых на магические эффекты.

– Я готов, учитель! И, кстати, откуда у нас в лагере минотавры?

– Отлично, мальчик мой! Я скажу больше, возможно, тебе уже по силам противник посильнее, уровня мантикоры или… впрочем, пока не будем бежать вперед. И отвечаю на твой вопрос, у нас в лагере есть все, – хитро прищурившись, ответил Сиддон.

«Ух, вот так сюрприз. Сдавать экзамен по боевым навыкам, да еще с минотавром, это конечно дед отжег. Но, может и я уже настолько хорош, что готов к этому? Да, так и есть! Конечно, я справлюсь и без всяких зелий!». – Сделав такое умозаключение, он решил больше не забивать голову предстоящим поединком, теперь в фантазиях остался только образ роковой красотки из яблоневого сада.

Глава 4

На площадке перед ратушей уже вовсю разыгрывалось праздничное представление. Амбициозный молодой волшебник показывал свое искусство владения магией стихий, приводя деревенских жителей в неописуемый восторг. Вот из его пальцев на огромной скорости вылетают огненные птицы, а следом над головой появляется грозовая туча, искрящаяся молниями. Затем он делает какие-то пазы руками и пускает огненный шар прямо над головами собравшихся. Очень красочное зрелище.

Из всей толпы с кислым выражением лица смотрел на все это действие только мастер Сиддон.

– Какая банальность! Все эти маги, кроме кривляния на публику ни на что не способны. Лучше бы показал, как он будет этими фокусами отбиваться от клинка или стрелы.

Рядом со старым следопытом стоял его ученик. Теперь они оба, отмытые от пота и грязи, благоухали свежестью, а выделенная из закромов Крэма праздничная одежда, сидела на них как влитая. Вообще, было тяжело поверить, что еще несколько часов назад эти приятные граждане представляли собой полностью экипированных в походное обмундирование следопытов.

Гал смотрел на чародея с интересом, ведь он и сам какое-то время посещал магические курсы, но особых успехов там не достиг. В отличие от своего двоюродного брата Свена, который был просто рожден для того, чтобы стать волшебником.

Магическое представление достаточно быстро подошло к концу, и его сменили показательные выступления воинов. Вот тут-то Сиддон воспрянул духом; посмотреть хорошие бои он любил.

– Ты что делаешь, разве это защита!? Подними меч выше! Нет, да не так же! Галатар, лучше бы тебя пригласили показать мастер-класс. Что за срамота, даже я, не будучи великим воином, вижу, как все здесь печально. Твой дядя Андад разрыдался бы от такого срама.

Что сказать, боевые навыки поселковых стражников действительно находились не на самом высоком уровне и выглядели весьма топорно, но подвыпившей толпе крестьян было на это наплевать, — в движении все смотрелось достаточно динамично и интересно. А, как говорится, что еще для счастья надо?

Вдоволь намахавшись оружием, стражники уступили площадку для официальных лиц. На сцену вальяжно вышел лендлорд Байр, а где-то сзади плелся уставший и запыхавшийся Крэм. Толпа встретила чиновника жидкими аплодисментами, а где-то в конце даже послышались ругательства; сразу стало понятно, что здесь его не очень-то любят.

– От лица лорда Фрелла и от себя лично поздравляю всех жителей Серебряного Луга с днем основания. Не забываем, что впереди у нас еще много работы, – сухим, абсолютно безразличным тоном отрапортовал землевладелец. Всем своим видом он показывал, что всех присутствующих здесь презирает и вышел на сцену только потому, что так велит обычай.

Ситуацию пришлось спасать энергичному Крэму. Быстро заняв его место на сцене, он со всем присущим ему энтузиазмом начал вещать:

– Спасибо вам, достопочтеннейший лендлорд Байр. А теперь и мне хотелось бы поздравить вас, друзья, с этим чудесным днем! Именно сегодня произошло такое знаменательное событие, как основание нашего скромного поселка Серебряный Луг, который является для нас всех родным домом.

Толпа радушно встретила поздравления гнома, его уважали и ценили, даже несмотря на то, что он был доверенным лицом лендлорда.

– Веселитесь, друзья мои, впереди у нас выставка кузнецов и фермеров, а затем мы всех приглашаем в Большой зал, где всех ждет холодное пиво и славная еда до самого утра!

Люди осыпали Крэма овациями, хотя он, в принципе, не сказал ничего нового или необычного. Посиделками в Большом зале всегда заканчивалось празднование основания поселка.

«Пить пиво — это, конечно, хорошо, но у меня сегодня есть более важные дела». – Та женщина никак не могла выйти из головы молодого следопыта. Он был как муха, попавшая в сети коварного паука, — в очень крепкие сети.

А тем временем на главной площади раскинулись торговые ряды, где уже во всю демонстрировали свои достижения кузнецы и крестьяне. К слову сказать, Серебряный луг был все же городом фермеров, а не мастеров кузнечного ремесла, поэтому соотношение было примерно пять к одному. Естественно, следопытов мало волновали достижения в области животноводства, поэтому они сразу устремились к кузнецам. Взгляд Сиддона остановился на наконечниках стрел, которыми торговал суровый мужчина-фереленец, а Гал, тем временем, не спеша прогуливался между рядами. Впрочем, он не особо-то и присматривался к товарам, так как «Погибель гоблинов» его полностью устраивала и менять свой не раз проверенный клинок точно не собирался.

Тут взор ученика упал на палатку с эльфийским оружием. Подойдя, он поприветствовал эльфа-кузнеца, а тот, в свою очередь, учтиво поклонился и вежливо начал рассказывать про свой ассортимент.

Встретить эльфа в этих местах было достаточно редким явлением. Все они жили в рощах Верхолесья и редко посещали суетные Высокие Земли. В этом было разительное отличие матери Галатара от нравов ее народа. Сложно сказать, почему Эйсель всегда тянуло в динамичный мир людей, ведь она была чистокровной эльфийкой, причем не из последнего рода, но вот тяга к приключениям и перемене мест была просто у нее в крови. Во взглядах на мир Галатар был похож на мать, эльфов он не понимал, да и не особо хотел. Что говорить, большинство из них сами его не воспринимали и смотрели, как на полукровку. А вот люди были попроще, в их общении не было такой напыщенности и элитарности, с ними, в подавляющем большинстве случаев, всегда можно было говорить как с равными.

Перекинувшись парой слов с эльфом-оружейником, Галатар купил себе прекрасный пояс, отделанный серебряными узорами, напоминавшими волны моря. «Погибель гоблинов» и колчан для стрел будут на нем прекрасно смотреться.

– Симпатичная вещь, Галатар. Смотрю, решил вернуться к корням? – Сиддон не спеша подошел к ученику, крутя в руках только что купленный наконечник.

– Вы же знаете, учитель, что эльф из меня примерно такой же, как гном или тролль. Просто симпатичная вещица.

– Острые уши никуда не спрячешь, малец, но все же я тебя понимаю. Ладно, надо идти в Большой зал, лендлорд обещал же нас на славу накормить.

– Мастер! Посмотрите, а что это за шатер? – внимание молодого следопыта привлекла ярко-красная палатка, отличавшаяся от всех своей необычной расцветкой и отсутствием вывески.

Сиддон прищурился.

– Даже пьяный кузнец не зайдет в такое место. Скорее всего, там волшебник, заманивающий туда «своих». Как бы то ни было, не думаю, что мы найдем там что-то интересное.

– А вдруг там есть те самые алхимические предметы. Помните, вы еще в начале говорили, что надо что-то прикупить в лагерь.

Мастер ругнулся, он прекрасно помнил, что главный маг лагеря следопытов просил захватить в Серебряном Лугу кое-какие ингредиенты.

– Тьфу ты, старый пройдоха Толгериас действительно просил прикупить пару вещиц. Ладно, давай зайдем, только ненадолго.

Толгериас был важной шишкой в лагере следопытов, и Сиддон, в целом, относился к нему хорошо, насколько он вообще мог хорошо относиться к волшебникам.

Отодвинув ширму на входе, следопыты попали в украшенное свечами помещение. На стенах висели пучки трав, иссушенные мумии животных и различные пузырьки с непонятной жидкостью внутри. Это явно было логово мага-алхимика. Оглянувшись вправо, Гал увидел в углу сгорбленную мерзкую старуху, вид которой напоминал мертвеца, поднятого из могилы с помощью некромантии. Оборванное платье, шелушащиеся руки и бледное морщинистое лицо давали понять, что перед ними ведьма. Она улыбнулась во весь рот своими почерневшими редкими зубами.

– О! Наши защитнички пришли навестить старую женщину. Милости просим! – она прокашлялась и схакрнула мокроту на пол.

– И тебе не хворать, бабуля! – Сиддон сразу смекнул, что, несмотря на разваливающийся внешний вид, это очень сильная колдунья.

Гал поклонился.

– Какие вежливые. В этих местах такое редкость. Так, что вам угодно? Наверняка хотите расслабиться после тяжелых дней и улететь в прекрасную страну богов?

– Свой дурман оставь себе, мы не за этим, вот что нас интересует. – Нахмурившийся Сиддон протянул листок, который перед походом ему дал Толгериас, старухе.

– Ага! У старой Эрделы есть все, что пожелает мужчина.

Молодой следопыт в это время с интересом осматривал витрины. Почему-то его внимание сразу привлекла странного вида бечевка, от которой даже в полумраке исходило бледное зеленоватое свечение.

– Полуэльф интересуется призывом демонов? Очень нужная вещь, чтобы безопасно контактировать с их планами.

– Отвратительно! – Сиддон не удержался от комментария, – Хуже демонопризывателей и некромантов нет никого! Как же хорошо, что в Высоких Землях эта мерзость под запретом.

– В этих землях все запрещают и запрещают, запрещают и запрещают. Когда уже запретят целовать задницу лорда… как его там? – Старуха разразилась довольно-таки гнусным смехом.

– Ну, ведьма! Ты нарываешься, давай быстрее неси ингредиенты, и мы пойдем.

– Не спешите вы так. Скрасьте своим пребыванием скромные минуты жизни старой Эрделы. Вам же интересно узнать, что эта за веревка. Ее называют нить Хесселя, это что-то говорит? Наверняка нет, присядьте и послушайте ее историю, Эрдела любит рассказывать истории. – Она смотрела на следопытов своими горящими глазами.

– Я не против, учитель. Мне на самом деле было бы интересно узнать.

Сиддон скривил губы и кивнул. Старый мастер не хотел признаваться, но ему и самому было любопытно. Хоть в высшей магии призыва демонов он вообще ничего не понимал, но хорошие истории любил.

Старуха радостно захлопала в ладоши:

– Ура! Сейчас старая Эрдела расскажет вам сказку. Слушайте, наши дорогие защитники.

***

В стародавние времена, когда не было ни Высоких Земель, ни Верхолесья, ни тем более долины Ферелен; в Великой пустыне раскинулся один из многочисленных свободных городов, носивший название Белый Оазис. Правил там славный царь Годон, правил жестко и своенравно, враги его боялись, а друзья на всякий случай всегда держали в кармане бутыль с ядом. Ведь все знали, если ты попал в руки владыки живым, то тебя, скорее всего, будет ждать одна из его казней, а к такому делу, как умерщвление врагов и бывших друзей, царь всегда подходил с особым энтузиазмом и запалом.

Его придворный маг, очень сильный заклинатель, мог вызывать демонов и пробуждать мертвых. Именно благодаря его знаниям и была создана комната сновидений. Естественно, ничего общего с местом для сна или отдыха это помещение не имело. То была камера в подвале, куда отправляли несчастных, приговоренных к пытке. Их приковывали на длинные цепи, а рядом ставили стол с яствами и напитками. Но это было еще не все, где-то неподалеку постоянно находился младший демон — похититель душ, именно его и вызывал придворный маг. К пленнику Годон спускался лично и объявлял свою волю: «Ты обманул меня, предал мое доверие, предал наш город и народ, тебе нет прощения в мире живых, но я, великодушен и милостив, поэтому прощаю твои преступления, какими бы страшными они ни были. Теперь тебе предстоит испытание, дабы доказать, что отныне твои помыслы чисты от скверны. Ты должен просидеть здесь тринадцать дней и ночей, по истечении которых все грехи будут прощены. Но знай, если твои глаза закроются, а разум окутают объятия сна, то твоя черная душа будет во власти демона, и никто уже сможет тебя спасти. Тебе не откажут в еде, питье и хорошем разговоре. Я верю и знаю, что ты приложишь все усилия и докажешь, что я ошибался насчет тебя, ведь даже самые сильные этого мира могут ошибаться».

Потом он часто заходил к несчастному, говорил с ним, приободрял и с великим эстетическим удовольствием смотрел на его измученные глаза и ухмылку демона. Все, кроме пленника, прекрасно понимали, что это была извращенная и смертельная пытка. Никому не по силу выдержать тринадцать дней бодрствования, пусть даже рядом будут самая лучшая еда и самая чистая вода, обычно сдавались на пятый-шестой день, и демон преспокойно начинал пир измученной душой пленника. Ходили слухи, что один из провинившихся воевод царя, человек сильнейшей воли и закаленного тела выдержал это испытание. Но, когда его вывели из камеры, это было уже лишившееся разума существо, рассудок которого навсегда закрыла пелена безумия. После всего этого кошмара он бежал в пустыни, где, скорее всего, его сожрали чудовища.

В те времена у придворного алхимика был старший помощник Хессель, очень способный и действительно влюбленный в свою работу человек, но имевший одну слабость, а именно ту самую, которой так подвержены мужчины: уж слишком много он уделял внимания женщинам. С хорошим образованием, могучей фигурой и высоко занимаемой должностью ему ничего не стоило соблазнить даже наложниц из гарема царя, но потянуло его почему-то на жену своего начальника. Долго ли продолжался их полный страсти роман — неизвестно. Но тайное всегда становится явным, и алхимику донесли, что первый помощник оказывает ему помощь не только в варке зелий, но и еще неплохо управляется и с его молодой женой. Старый алхимик возгорелся злобой, он решил всеми силами свести Хесселя со свету. И дело тут было не только в жене, просто он чувствовал, что ученик потихоньку начинает наступать на пятки учителю.

В один вечер, когда у царя Годона был прием ученых мужей города, старый алхимик нашептал владыке о том, что слышал, как Хессель с помощью бунтовщиков хочет занять царское место и присвоить себе всех его женщин и сокровища дворца.

Годон рассердился, тут же призвал он к себе ученика алхимика. И хотя даже самому недалекому человеку было понятно, что никаких планов по захвату власти Хессель не вынашивает, царь все же решил в назидание всем придворным и слугам отправить несчастного в комнату сновидений. К тому же демон уже давненько не пировал ничьей душой.

Вот так очередной невиновный был приговорен к смерти только из-за плохого настроения владыки. Собственно, в те далекие времена это было слишком уж обыденно. К слову сказать, Хессель прекрасно понимал, что жизнь его вот-вот закончится и, что хуже того, его душой будет долго и с наслаждением нажираться демоническое отродье. Что ж, раз такова его судьба, то неплохо бы напоследок и самому насладиться любимой едой. Он попросил стражников принести запеченные булки с чесноком, вина и фрукты.

Все это время находящийся рядом демон сидел в углу камеры и потешался над пленником: «И ты называешь себя царским ученым? Да даже нищие и оборванцы, которых приводили сюда, устраивали трапезы изысканней и благородней. Видимо, твоя душа и стоит только этих булок и дешевого пойла. В следующий раз я даже не явлюсь по зову мага, если мне опять подкинут такое ничтожество».

Кровь вскипела в жилах Хесселя, он кинул наглую тварь кувшин с вином, который прошел сквозь прозрачную оболочку и с грохотом ударился об стену. Потом в ход пошел поднос, кувшин и ложки, а демон все хохотал и оскорблял несчастного. Уже не зная, что делать с этим нахалом, он в слепой ярости швырнул в него булку с чесноком. Каково же было удивление, когда демон, через которого только что прошли без вреда все столовые приборы, вдруг пошатнулся от обычной булки. Это было невероятно, пленник взял вторую булку и посмотрел на своего мучителя, но тот почему-то уже не смеялся. Стоит напомнить, что Хессель был алхимиком, более того, он был хорошим алхимиком, и на следующий день он попросил у стражи несколько головок чеснока.

Царь Годон стоял, открыв рот. Да уж, такого он никак не ожидал! Перед ним был уставший, измученный недосыпом, но все же живой человек и к тому же в своем уме.

– Говори недостойный, какую сделку с демоном ты заключил? Что ты пообещал ему?

– Мой владыка, с демоном нельзя заключить сделку, так как она уже заключена магом, вызвавшим его.

– Тогда какие силы вмешались сюда?

– Смотри, государь. – Он показал свои кандалы, они блестели более чем обычно и запах, исходивший от них, был явно не самый приятный. – Демон боится этой травы, он неспособен подойти ко мне пока рядом лежит чеснок. Я смазал им кандалы, пол и часть стены тем самым образовав круг, через который эта тварь не может пройти. Единственное, что было в его силах, так это насылать кошмары, вот поэтому я такой уставший.

Царь удивился находчивости Хесселя и, загадочно улыбнувшись, спросил:

– Боги дали тебе смекалку и ум, чтобы доказать свою невиновность. Теперь скажи мне, чего бы ты хотел больше всего?

– Я хотел, чтобы мой учитель прошел через такое же испытание, пусть Боги дадут ему такой же ум и смекалку, если он говорил обо мне правду.

Смех Годона был слышен во всем дворце, от подземелий и до сторожевых башен, очень уж понравилось ему желание пленника.

– Да будет так! Если он не пройдет испытание, то ты займешь его место!

Через несколько дней придворный маг рассказывал, что даже ему было не по себе от того, с каким изощренным удовольствием демон пожирал душу старого алхимика.

А Хессель, заняв место учителя, стал важной персоной при дворе царя Годона. Позже, он усовершенствовал свое открытие, смешав чеснок с белым фосфором, тем самым создав мощную субстанцию, через которую некоторые демоны не могли проникнуть даже ментально. Теперь она светилась в темноте и стала обязательным атрибутом тех, кто имеет дело с иными мирами.

Напоследок стоит сказать, что много еще открытий совершил славный Хессель, находясь в должности алхимика царя. Но его слабость к женщинам сыграла с ним злую шутку; он был подло убит одной из своих многочисленных наложниц. Чуть позже выяснилось, что ей за это заплатил владыка соседнего города, с которым Годон на старости лет решил затеять войну.

***

– Какая поучительная сказка. Особенно, для молодых. – Сиддон бросил взгляд на Галатара. Тот стоял погруженный в себя, последние слова о коварстве женщин явно задели струны его души. Естественно, мыслей не идти этой ночью к ратуше у него не возникло, но все же припрятать кинжал в сапог на всякий случай не помешает.

Ведьма с довольным видом начала ходить туда-сюда, доставая из-под прилавка какие-то колдовские предметы.

– Я знала, что вам понравится, у меня еще много историй, но всему свое время. Вот твои ингредиенты, мой прекрасный защитник. С тебя шестьдесят… нет, пятьдесят пять фрелинов за то, что своим присутствием скрасил жизнь старой Эрделы. Если хочешь еще большую скидку, то надо будет спуститься в погреб. – Она подмигнула старому следопыту, тот даже сперва немного растерялся, но потом быстро пришел в себя.

– Уж извини бабуля, с такими просьбами обращайся к своим коллегам по магическому ремеслу. Они любят всякие извращения.

– Ахаха, они слишком слабенькие для моей необузданной страсти, мне нужен настоящий мужчина-дикарь!

– Старая ведьма, да и еще и озабоченная! – Сиддон не стесняясь в выражениях, взял мешочек с ингредиентами и жестом позвал Галатара идти за ним.

– Всего хорошего, мои маленькие защитники, заходите еще, старая Эрдела всегда будет рада вам!

Ширма закрылась, и они с облегчением вышли из шатра. На улице уже смеркалось, ночь потихоньку вступала в свои права, а это значит, что основная часть праздника позади, и дальше всех ждет веселый пир.

Глава 5

Большой зал — легендарное место в Серебряном Лугу, и, по сути, единственная его значимая достопримечательность. Он был возведен около ста лет назад в честь победы объединенного войска Высоких Земель над фереленскими варварами. Тогда ветераны той войны все вместе собрались в этом наспех сооруженном здании, где несколько недель подряд отмечали победу. Внутри зала стены были украшены щитами с символами армий, бившихся тогда с полчищами варваров, а само убранство представляло собой массивные дубовые столы, выстроенные в ряд. Все это, конечно, было весьма незамысловато и примитивно, но именно благодаря такой простоте в самом зале могло свободно разместиться до трех тысяч живых существ.

Сиддон и Галатар разместились на краю стола. Им, как и было обещано лендлордом, принесли жаркое из баранины и салат из овощей. Вдоволь насытившись, они взялись за пиво, и как раз этот момент к ним подсел Крэм Гораруб.

– Ваше здоровье, друзья мои! Ну, как вам Серебряный Луг? Признайтесь, у нас есть, чем удивить?

– Скажу честно, я даже начинаю сожалеть, что не захаживал в ваши края в праздничные дни. – С этими словами Сиддон с наслаждением отпил из массивной деревянной кружки.

– Это еще что! Праздник основания, конечно, великий день, но вам бы побывать на окончании сбора урожая. Мммм…, даю голову на отсечение, что вы бы после нашего сидра поселились здесь навсегда!

– Ну, сидр – это, конечно, прекрасно, но больше меня впечатлила ваша ярмарка. Знаешь, у вас тут куют отличные наконечники по весьма вкусной цене. И, кстати, Крэм, мой друг, расскажи-ка мне, что за развратная старуха заведует у вас тут алхимией? У нее еще красный шатер стоит на площади?

Крэм посмотрел на Сиддона взглядом лекаря, осматривающего умалишенного пациента:

– Какая старуха? Наш алхимик и правда не молод, но спутать его с женщиной вряд ли получится. Если, конечно, женщины не начнут носить бороды.

У Сиддона опустились брови, он переглянулся с Галатаром, которого тоже удивил ответ гнома.

– Да ладно, зачем нас разыгрывать! Старая ведьма в красной палатке, судя по всему, очень любит травить сказки, зовут Эрдела. Может она из приглашенных?

– Не приглашали мы алхимиков на праздник, только кузнецов и то, потому что своих маловато. Всех я помню поименно, и нет там никакой ведьмы Эрделы. А сказки у нас любят все, тот же алхимик обожает рассказывать, как он, обожравшись грибов, два дня подряд развлекался с лесной нимфой.

Такой поворот был действительно неожиданным, именно поэтому друзья решили дальше не развивать эту тему. Сошлись на том, что гном в праздничной суете попросту подзабыл имена всех приглашенных.

Людская толпа продолжала прибывать в Большой зал, набив его практически полностью. Отовсюду раздавались тосты и поздравления, а кое-где уже начались потасовки, что было не удивительно, так как большинство местных сюда пришли уже явно навеселе.

Остатки солнечного диска практически полностью скрылись за горизонтом, и Галатар начинал понимать, что неплохо бы невзначай покинуть своих друзей. Тем более появился идеальный повод: девушка с соседнего стола явно строила ему глазки.

– Эй, Гал! Смотри, на тебя, кажется, положила глаз сама Ризи Боун, – подвыпивший гном уже начал общаться со следопытами как с самыми закадычными друзьями.

Полуэльф на это только пожал плечами.

– Да? А она ничего, весьма миленькая…

– Обычная деревенская девка, не стоит ввязываться в авантюры, мой ученик. Они не приводят ни к чему хорошему, – ворчливый Сиддон был тут как тут.

– Оооо кто-то, кажется, забыл, как забирался под каждую встречную юбку!? Эй, Гал, а ты знаешь, почему у твоего учителя прозвище Северный Ветер? Да потому что он наделает дел с местными девчонками и умчится на север подобно ветру. – Крэм залился громким смехом. – Это он сейчас такой серьезный, а в былые времена… сколько детишек сейчас бегает по землям лорда Фрелла с голубыми глазами и не сосчитать.

Теперь Гал начал понимать, почему его учитель так лояльно относился к такой шалости его учеников, как любовная интрижка. Ему вспомнился один случай двухлетней давности. Как-то к ним в лагерь пришла властного вида женщина и тут же потребовала, чтобы ее проводили к командиру следопытов, обязанности которого тогда временно исполнял Сиддон. С ходу выбив дверь в комнату, барышня в ультимативной форме ему заявила:

– Один из ваших учеников обесчестил мою дочь, и теперь она носит его ребенка! вся деревня смеется над нами, это просто неслыханный позор. Пусть он выйдет сюда и поступит как настоящий мужчина.

– И что же вы предлагайте с ним сделать?

– Как что!? Пусть женится на моей дочке или понесет заслуженное наказание!

– А в чем должно быть наказание? Он ее, что, изнасиловал и принудил? Наказывать за любовь это святотатство по отношению к богине Калане.

– Он обманул ее! Говорил, что любит, а потом исчез. И вообще, я смотрю, вы очень халатно относитесь к своим обязанностям, я буду вынуждена сообщить лорду Фреллу!

– Ну, а вдруг он ее действительно тогда любил, откуда мне знать! И да, сообщайте куда хотите, но знайте, мадам, вы требуете невозможного. Вот скажите мне, сколько у вас рук?

– Две

– А у вашей дочери?

– Тоже две.

– И вы четырьмя руками не могли один хрен удержать. У меня на попечении около двухсот молодцов и только две руки и что, я, по-вашему, должен за каждым носиться??!!

В итоге их разговор ни к чему не привел, а история закончилась тем, что героя-любовника все же вычислили и даже назначили какое-то формальное наказание, абсолютно ни на что не влияющее.

Крэм и Сиддон начали, как всегда, неистово спорить, и Гал понял, что настал его момент, и пора покидать эту честную компанию. Он встал из-за стола и со словами: «Что-то у вас здесь становится жарко, пойду-ка проветрюсь", начал пробираться через толпу местных жителей.

Выйдя из Большого зала, он побрел по центральной улице. Казалось, что вокруг все опустело, и только редкие снующие туда-сюда прохожие давали понять, что здесь еще есть какая-то жизнь.

У здания ратуши было подозрительно тихо, даже обычно патрулирующих улицы стражников не было видно, Галатар начал вглядываться во тьму пытаясь высмотреть хоть кого-то. И его старания увенчались успехом — у стены стояла еле заметная фигура, облаченная в черную робу, с прикрытой капюшоном головой. Сложно было сказать кто это: мужчина или женщина, но на следопыта эта персона не обращала никакого внимания.

– Леди, это вы? Я пришел, как обещал.

– Тихо! - раздался женский голос из-под капюшона. – Нас не должны видеть, следуйте за мной.

Это немного насторожило Гала, этот голос, хоть и женский, явно не принадлежал той прекрасной незнакомке. Он хотел было спросить таинственную фигуру, кто она и куда его поведет, но та только показывала пальцем знак «тихо», намекая, что никакого разговора не будет.

Они прошли мимо ратуши, через яблоневый сад и бани. Через некоторое время взору Гала открылась дорожка, которая вела к дому на холме. Даже с расстояния было понятно, что данное жилище принадлежало кому-то из зажиточных крестьян. Миновав ворота, путники попали в приусадебный садик, где Галатара уже поджидал сюрприз, в виде уставившейся прямо на него фигуры стражника. Человек под два метра ростом молчаливо взирал на нарушителей, не проронив при этом ни слова.

– Он знает, не обращай внимания, иди за мной, госпожа ждет.

Следопыт кивнул, хотя в этот момент чувство тревоги усилилось. Ему даже показалось, что перед ним обычная каменная статуя, а не живой стражник, но все же подойти и проверить он не решился. Дама в робе подошла к небольшой дверце и, достав ключ, отперла висящий амбарный замок. Теперь для Галатара настал момент истины, все его нутро говорило, что не стоит туда идти, что надо вернуться в Большой зал, подсесть к Ризи Боун, и после нескольких кружек славного пива отправиться вместе с ней на сеновал. Но нет, сейчас это был не его уровень! Жесты незнакомки, ее глаза, фигура и страсть — вот то, что нужно Галатару. В сапоге отлично чувствовал себя припрятанный кинжал, и если что, то никакой демон не сможет его одолеть. Решено! Он сделал шаг в темноту.

В помещении кругом валялась мебель, грязная одежда и поломанное оружие, похоже, что это был подвал, где хранили различно рода хлам. Гал шел за фигурой в черном, местонахождение которой во тьме можно было вычислить только по прерывистому дыханию. Неожиданно в ее руке загорелась свеча.

– Так лучше, – в пустоту сказала она, и продолжила свой путь через весь этот бедлам.

Пробравшись через завалы, они вошли в узкий проход, в конце которого перед ними предстала еще одна дверь, за которой ждало интересное открытие — зал, полностью отделанный дубом. Повсюду извивались лестницы, ведущие в разные части дома. Что-то похожее было в замке лорда Фрелла, когда еще совсем юный Галатар посещал его вместе с родителями.

Тут же на стене висела картина с изображением его превосходительства лендлорда Байра. На ней он представал в виде бесстрашного воина, гордо сжимающего двуручный меч и взирающего стальным взглядом на окружающих. Естественно, изображенный на полотне подтянутый воин был мало похож на оригинал, разве что лицом и то отдаленно. Зато теперь мозаика начала складываться в голове полуэльфа. Точно, он в доме этой жирной сволочи, а таинственная незнакомка наверняка его дочь, ведь она же упоминала, что отец очень строг с ней, а уж строже лендлорда Байра было тяжело кого-либо представить.

Смотря на изображение чиновника, Галатар сразу вспомнил их дневную встречу, когда наглый землевладелец просто в наглую занизил стоимость услуг следопытов вдвое, а потом еще и оскорбил его, назвав ушастым полукровкой. Кровь опять начала вскипать в жилах полуэльфа, у него в голове даже мелькнула идея, что неплохо бы с его дочкой сделать ребенка.

«Посмотреть бы на морду этой свиньи после такого!» – Как молния мелькнула в голове крамольная мысль. Впрочем, все же это был скорее порыв эмоций, нежели какой-то коварный план мести.

Фигура в плаще что-то прошипела, и он понял, что уже долго просто стоит неподвижно и пялится на картину. Придя в себя, Галатар устремился на лестницу, где они, немного побродив по коридору, подошли к запертой комнате. Провожатая медленно опустила дверную ручку, и в нос полуэльфа резко ударил аромат экзотических благовоний.

Таинственная леди лежала на кровати, ее соблазнительные формы прикрывала лишь легкая прозрачная вуаль. Она по-кошачьи грациозно вытянулась, и легкая улыбка озарила прекрасное лицо.

– Ты пришел, мой герой! Эти часы ожидания были для меня настоящей мукой.

– Как и обещал, моя леди. Галатар Каморан всегда держит свое слово.

– Опять имена, видимо, мой храбрый следопыт не может без них. – Она на секунду замолчала. – Я Лориэнна Байр.

– Вы дочь ленлорда!

Она встала с кровати и начала зажигать аккуратно расставленные по комнате свечи.

– Да, – с грустью в голосе произнесла девушка, – Мой отец очень жесток и своенравен, он говорит, что любит меня, но на самом деле, любит лишь деньги. Вся его «любовь» выражается только в моем заточении в этих четырех стенах. Я даже не смогла прийти к ратуше и встретить моего героя. Примите самые искренние мои извинения.

– Да пустяки, хотя, признаться честно, я немного понервничал, пока шел за вашей немногословной служанкой.

– Служанкой? Ах да, конечно.

Полуэльф вдруг почувствовал, как ее изящные руки обвили его шею и ее губы тихо шепнули: «Не надо слов, просто присядь».

Галатар повиновался и сел на кровать.От дыма благовоний голова начала кружиться, судя по всему, свечи были не простые, а пропитанные какими-то алхимическими добавками. В дыму перед ним предстала фигура Лориэнны. Теперь она ничего не говорила, а только очень страстно двигалась, это был какой-то танец. Следопыт хотел что-то спросить, но вдруг понял, что не может говорить. Ему казалось, что сейчас он загипнотизирован или отравлен. Нет… при отравлении точно не может быть так хорошо, наверное, это какой-то дурман. В его голове мысли полностью спутались, теперь он видел, как девушка скинула вуаль и продолжала двигаться полностью голой. Как же она прекрасна! Волосы, груди и каждый изгиб ее тела просто совершенен, теперь он в ее власти.

Дым в комнате начал приобретать странный сиреневый цвет, теперь все это выглядело как портал в какой-то иной мир, будто сама реальность начала медленно перевоплощаться в цветастое гротескное нечто. И вдруг в задурманенную голову Галатара полезли воспоминания. Он уже все это видел: этот цвет, этот дым! Все повторяется, все идет по кругу, как тогда, несколько лет назад.

Его мысли, если это можно была назвать мыслями, прервала Лориэнна, она села рядом и положила свою руку ему на бедро. С ее тела стекал пот, сердце громко постукивало, но при этом лицо застыло в поразительно спокойном выражении. В другой руке она держала кубок с какой-то жидкостью.

– Мой любимый Галатар, почему ты дрожишь? Почему так напрягся? Расслабься, испей этого вина, и я покажу тебе наслаждение, о котором мечтают бессмертные боги.

Она поднесла кубок к губам следопыта. Тот, даже не сопротивляясь, послушно открыл рот.

Вдруг шум из коридора нарушил таинственную атмосферу комнаты. Кто-то шел сюда, громко ругаясь нецензурной бранью. Еще мгновение и дверь в комнату была вынесена ударом ноги; на пороге стоял лендлорд Байр, эту тушу даже через плотную завесу дыма ни с чем спутать.

– Какого демона здесь происходит!? Лориэнна!!!

Галатар как будто проснулся, мысли еще все же были немного туманны, но контроль над телом вернулся. Он услышал женский крик и звук падающего кубка. Лендлорд стоял у выхода и что-то кричал. Терять время было нельзя! Немного покачиваясь, следопыт кинулся к окну, — ему повезло, и оно оказалось просто прикрыто. Не раздумывая ни секунды, он, распахнув его, прыгнул в темноту ночи. Прыжок со второго этажа закончился весьма удачно, кусты снизили силу удара о землю, так что полуэльф отделался лишь легкими синяками. Дальше был только один вариант – бежать что есть силы.

Сейчас Галатара интересовали только два вопроса. И нет, они никак не были связаны с Лориэнной и этим таинственным ритуалом. Больше всего на свете его волновало, видел ли лендлорд его лицо, и как уйти от погони. На первый вопрос ответ был скорее отрицательный, в задымленном помещении разглядеть кого-то было весьма проблематично, да и, к тому же, судя по голосу, Байр приперся туда явно навеселе. А вот второй вопрос был актуален, как никогда. Следопыт уже слышал крики вдалеке и хуже всего то, что, судя по лаю, по его следу пустили собаку.

Он мчался со скоростью лошади вниз по холму, подальше от этого проклятого дома. Его спасительная цель – яблоневый сад, уже была близка. Там он сможет укрыться от погони, а затем незаметно прошмыгнуть в поселок и в Большом зале смешаться с толпой.

Сильный толчок в спину заставил на время отложить обдумывание этих грандиозных планов. Он кубарем скатился под пригорок, но, к счастью, без последствий. Если не считать последствием то, что на него теперь смотрит отвратительная собачья морда. Дела принимали скверный оборот, массивный бочкообразный пес явно не был настроен дружелюбно. Судя по всему, эту собаку тренировали как раз для охраны дома и охоты на людей, ведь лендлорд Байр никогда не отличался любовью к нарушителям. Резкое сокращение дистанции и острые клыки уже всего в нескольких сантиметрах от лица следопыта. Казалось, выбора нет, и Галатару пора бы уже покориться судьбе и сдаться, но, видимо, у Богов на него были другие планы. Кинжал, припрятанный в сапоге, оказался спасением. Резким движением руки полуэльф выхватил его и практически не глядя ткнул в могучую собачью шею. Попадание было точным, все-таки его не зря в лагере его учили сражаться с псами и волками в самых различных ситуациях. Зверь, отпрыгнув, начал шататься и хромать; он пытался рычать, но вместо грозного рыка раздавался только непонятный хрип. По итогу пес рухнул на землю, корчась в предсмертных судорогах.

Погоня тем временем приближалась, Гал отчетливо слышал возгласы за спиной, но спасительный сад был уже рядом. Сделав несколько шагов, молодой следопыт оказался в своей природной стихии. Немного успокоившись, он вдруг понял, что бежит уже не так резво, как раньше, в ногу отдавало неприятное ощущение.

«Вот непруха-то! Похоже, что когда псина меня повалила, я подвернул лодыжку». – Гал облокотился на ствол дерева и стал осматривать место ранения. Одного мимолетного взгляда было достаточно, чтобы понять, что связки потянуты. Припухлость небольшая, но, вместе с тем, очень неприятная. Теперь передвигаться в полную силу он не мог, оставалось только полагаться на умение скрываться от посторонних глаз.

Странный голубой свет вывел Галатара из состояния задумчивости, тело резко дернулось влево, и эта реакция спасла жизнь молодому полуэльфу. Из ствола дерева на него смотрела острая, похожая на кинжал сосулька. Где-то вдалеке раздался крик: «Все сюда! Я нашел сукиного сына!»

«Маг стихий! Только этого мне сейчас не хватало!»

Беглец, даже не успев зашнуровать сапог, помчался что есть мочи между деревьев. В это время сзади в спину летели наколдованные волшебником сосульки, а потом к ним еще и присоединились стрелы. Силы потихоньку начали оставлять Галатара, нога ныла все больше и больше, а до улиц поселка было еще далековато.

Необходимо сбить погоню! Сосредоточившись, он подпрыгнул на одной ноге и обхватил сук ближайшего дерева. Спрятавшись в листве, Гал старался даже не дышать.

Внизу скапливалась люди, примерно пять человек. Галатар по форме сразу узнал стражника, которого видел застывшим в приусадебном саду. Ну и, конечно же, больше всего в темноте выделялась массивная фигура лендлорда Байра.

– Где он!? Говори, волшебник недоделанный, куда он делся!? Ты его видел?

Маг тяжело дышал, ему явно было не в радость бегать по лесистой местности.

– Ваше превосходительство, я не заметил, куда он свернул, но вряд ли мерзавец дошел до поселка, он сильно прихрамывает. Тяжело разобрать кто это, здесь слишком темно…

– Да мне не нужны твои оправдания, сучий фокусник. Ты способен только развлекать детей, кусок магического дерьма! Вы все, поймите наконец! Эта мразь проникла в мой дом, зачаровала стражников, пыталась обесчестить мою дочь, убила мою любимую собачку Рокси! Сволочь! Я буду сдирать с него шкуру медленно и с наслаждением. Все! Живо ищите его, а если не поймаете, вас ждет примерно такая же участь! И запомните — у вас нет права на ошибку! – Ярость лендлорда начала переходить в истерику.

По спине Галатара пробежал холодок, он даже и не знал, когда успел совершить все эти «подвиги», но вот расплачиваться за них что-то совсем не хотелось. В это время преследователи начали разбредаться по разным направлениям и принялись искать хоть какие-нибудь следы.

Аккуратно, нащупывая каждую ветку, он спускался с яблони на землю. Почти бесшумно приземлившись, Галатар, прячась за стволами деревьев, продолжал свой путь. Его чуткие уши слышали каждое движение, каждый шорох в этой проклятой яблоневой роще: вот совсем близко по тропинке идут два стражника, где-то вдалеке через бурелом, тихо ругаясь, пробирается маг. Видимо, он не очень часто бывал в таких зарослях, чего не скажешь о Галатаре, для которого лес с детства был как родной дом. Так прошли несколько напряженных минут, и вот впереди уже наконец-то показались спасительные просветы.

Кажется, все обошлось, полуэльф осмотрел выход из сада, никого нет, можно идти. Он легкой трусцой добежал до полуразрушенного сарая и спрятался за него; теперь его внимание привлекла изба, у забора которой мирно стояла привязанная кобыла.

– Сюда!!! – откуда-то сбоку раздался визгливый крик стражника. Видимо, лендлорд, будучи не дураком, выставил бойца у входа в рощу. Для Галатара это был очень неприятный сюрприз, — нога все еще ныла, а соревноваться в скорости на открытых улицах сейчас не самая лучшая идея. Оставался только один вариант - прыгнуть на кобылу и мчаться, что есть мочи.

Достав кинжал, он перерезал веревку, вызвав тем самым у лошадки небольшое напряжение. Она вообще не очень понимала, с чего это вдруг ее тревожат посреди ночи, но все же свои обязанности исполнила добросовестно и без сопротивления.

Вскочив в седло и лягнув кобылу в бока, Гал устремился вперед по улицам ночного поселка. Где-то сзади раздавались ругательства и проклятия, но это уже мало волновало молодого следопыта, теперь впереди самая простая часть плана, а именно доехать до Большого зала и смешаться с толпой. Проехав пару верст по безлюдным улицам, он оставил лошадку в одном из дворов, и, дабы не привлекать лишнего внимания, продолжил путь пешком. Несколько сотен метров и вот уже впереди показались огни Большого зала, в свете которых туда-сюда шныряли пьяные крестьяне и не менее веселые поселковые стражники.

Галатар хотел было уже зайти внутрь, но вдруг понял, что очень устал и просто плюхнулся на лежащий у стены тюк с сеном. Сейчас ему казалось, что все позади и нет безопаснее места, чем вся эта пьяная толпа. Тело практически полностью отдалось долгожданному расслаблению, но вдруг громкий голос, доносящийся откуда-то издалека, вернул в мышцы бодрствование.

– Да, да, он пошел сюда. Я видел, как этот сукин сын оставил лошадь и направился к залу. Я не вру, ваше превосходительство, я видел! Все видел!

На дороге появился лендлорд со своей охраной в сопровождении какого-то пьяницы, который лебезил перед ним, словно собачка.

Дело опять начало принимать скверный оборот. Следопыт предпочел не дожидаться развязки и смешался с толпой, которая при виде лендлорда принялась отступать в Большой зал. Попав туда, он начал лихорадочно выискивать глазами мастера Сиддона, но разве можно было в таком скоплении людей вообще хоть кого-то найти? Отступив на приличное расстояние, молодой следопыт сел на освободившееся место за столом и, как ни в чем не бывало, притворился обычным посетителем. Ведь даже в своей разорванной и грязной одежде он не сильно выделялся на общем фоне, многие здесь выглядели и похуже после бесконечных драк и любовных забав на земле.

Входная дверь открылась, и в помещение в сопровождении стражи вошел… хотя нет, скорее вкатился, лендлорд Байр. Теперь вся веселая атмосфера сошла на нет, весь тысячный зал замер и замолчал в предвкушении зрелища.

– Всем стоять на месте! Никто не имеет права выходить из этого помещения, пока я не разрешу. Сегодня совершено преступление, и, пока не будет найден этот мерзавец, никто не выйдет отсюда!

По залу пробежались ропот и волны негодования, все были пьяны и, вообще, не слишком понимали, чего от них хотят, а лендлорд тем временем продолжал:

– Сейчас к каждому будет подходить этот человек, – Байр указал на пьяницу, – он запомнил его, поэтому сидите и ждите. Честным людям нечего бояться.

Отовсюду начали раздаваться крики недовольства и свист, народ был явно не в восторге от такого поворота. Даже один из охранников лендлорда шепнул своему господину, что тот, дескать, перегибает палку. Байр посмотрел на стражника взглядом, не терпящим возражений, и тот сразу умолк. Тут из-за стола встал здоровенный детина, дровосек Каул, только у него хватило смелости и решительности высказать свое мнение. Грузно пошатываясь, он направился к лендлорду.

– Уважаемый Байр, мы прекрасно понимаем ваше горе и ваш настрой, но сегодня наш праздник — день основания Серебряного Луга! Это для каждого из нас… кхмм-кхмм, повторюсь: для каждого из нас, как… дни рождения самых близких и дорогих людей!

Толпа поддержала его пьяную речь криками одобрения.

– Нам осталось гулять до рассвета всего ничего, потом мы все разойдемся по домам и утром сами поможем вам найти вашего преступника. Ну а вы… вы что делаете!? Врываетесь в этот священный зал, заставляете всех нас как пленников сидеть на месте, при этом даже не сказав, что это за бандит и какое преступление он совершил…

Каул медленно подходил лендлорду, в его действиях не было ни агрессии, ни враждебности, это было скорее просто желание понять, чем вызван этот неожиданный переполох.

– Назад! – Один из охранников толкнул дровосека в грудь древком топора. – Тебе слова не давали, падаль! Твое дело слушать, что говорит твой господин.

За сегодняшний день было совершено не мало ошибок, но этот удар, был, пожалуй, самой большой из всех. Разгоряченный алкоголем Каул с каким-то нечеловеческим криком кинулся на охранника и мощной оплеухой припечатал наглеца к земле.

Вот тут-то и понеслось!

С задних рядов полетели стулья, весь зал заполнился криками, руганью и звуками ломающихся костей. Часть отдыхающих, которые были охранниками и слугами Байра, ринулись на защиту лендлорда, другая часть начала их усиленно мутузить. Праздник превращался в побоище. Лозунги становились все более радикальнее: «Смерть жирной свинье!»; «Повесим этого борова и сожжем его логово!»; «Ну что, Байр, пришла пора расплаты!»

Галатар как мог, старался дистанцироваться от драк, хоть это было весьма проблематично. Он видел, как у некоторых крестьян в руках появлялись вилы, кочерги и прочие предметы быта. Кажется, это уже не просто потасовка, а спонтанный кровавый бунт. Сзади его кто-то схватил, и полуэльф хотел было с разворота засадить в нос наглецу, но кулак повис в воздухе прямо в нескольких дюймах от морщинистого лица мастера Сиддона.

– Полегче, малец! Где тебя, сукиного сына, носило!?

– Я… кажется, немного загулял.

– Ничего себе загулял, быстро за мной, надо делать ноги, пока нас не порешили. Скорее!

И Гал, стараясь не терять из вида мастера, побрел за ним через всю толпу. С трудом выскочив на улицу, где уже вовсю шли бои, они бросились в сторону ратуши. Вот тут-то удача впервые за сегодня изменила молодому полуэльфу. Резкая и неожиданная боль в голове сковала движения. Он упал на спину, и теперь перед его глазами раскинулось лишь безмятежное ночное небо, которое, спустя мгновение, заслонила его чья-то уродливая морда: «Кажется у меня сегодня удачный день!». Но радость негодяя продлилась недолго, камень, ударивший в висок, быстро смыл эту наглую ухмылку, а перед взором полуэльфа предстало уже знакомое лицо мастера Сиддона. Галатар закрыл глаза.

Глава 5

Черная пустота окутала разум Галатара, сейчас он вообще не понимал, что происходит. Мозг как будто выключился и ушел куда-то отдохнуть. Неожиданно по щеке что-то мягко ударило, а потом еще и еще... Приятный летний дождик возвращал к жизни раненого полуэльфа, в его голове потихоньку начали всплывать образы из той ночи. По крайней мере, мерзкая смеющаяся рожа была как будто прямо перед ним.

Громко выдохнув, Гал вскочил на ноги и уже был готов принять оборонительную стойку, как вдруг обнаружил себя стоящим в телеге, набитой шкурами и различным тряпьем не самой первой свежести. Впереди на козлах, управляя лошадью, сидел мастер Сиддон и из-под зеленого капюшона с интересом наблюдал за своим учеником.

– С добрым утром, Галатар! Ну ты и спать. Голова не побаливает? Хотя… чему там болеть.

– Есть немного. Я так рад, что вы настолько «искренне» беспокоитесь о моем здоровье, учитель. Кажется, меня вчера неплохо приложили со спины.

– Ерунда! Ты еще легко отделался, через пару дней будешь как новенький. Нам вообще повезло, что кто-то оставил эту лошадь с телегой рядом с Большим залом, иначе я даже не знаю, как бы попер твою тушу.

– Спасибо, мастер, если честно, я думал, что по мне пора заказывать погребальный обряд. – Гал на секунду задумался. –Гном! А с ним-то все в порядке?

– Думаю да, как только началась заварушка, Крэм сквозанул через черный ход. Я бы пошел с ним, но пришлось спасать тебя, раздолбая. Ты где пропадал все это время?

– Я… – сейчас он старался придумать что-то на ходу. – Я был с девушкой, мы познакомились на улице, ее звали…

Молодой следопыт развалился на тряпках и схватился руками за голову, казалось, что дополнительную боль причиняют его спутанные мысли.

– Все с тобой понятно, так я и думал. Галатар, ты вообще знаешь, что произошло?

Ученик немного замялся перед ответом.

– Бунт, учитель.

– Не просто бунт, а по ходу настоящее восстание. Этот самодур лендлорд своими методами ведения хозяйства довел всех до предела. Что ж, это должно было случиться рано или поздно. Кстати, ты слышал, что его ночью хотели обокрасть? Стражу зачаровали, замки открыли и даже его дочь чем-то околдовали, — явно работа сильного мага. Хотя, мне почему-то кажется, что все не так просто, и в этом замешана и сама его ненаглядная дочурка.

Изобразив, как мог удивление на лице, Гал спросил:

– А что, у хряка есть дочка?

– Есть, ее зовут Лориэнна, я о ней немного слышал, но поговаривают та еще штучка. Как и положено ведьме, очень красива и развратна. По слухам, ее отчислили из магической академии за то, что совратила трех преподавателей, а вот четвертого не получилось. Тот, как истинный волшебник, предпочитал мужчин и сдал ее руководству. Потом было позорное исключение и возвращение домой под строгий надзор папаши.

– Это всего лишь слухи, нельзя верить всему, что говорят базарные бабки.

– Я за что купил, за то и продаю. Эй, а чего это ты так заступаешься за Лориэнну Байр?

«И, действительно, чего это я? Судя по всему, то, что рассказывает мастер, вполне соответствует ее характеру».

– Да я так, просто, за справедливость, учитель!

«Вот те раз, она еще и волшебница, впрочем, об этом было несложно догадаться».

Галатар полностью восстановил картину событий той ночи: фигура в капюшоне, прекрасное тело, соблазнительный танец и сиреневый дым. Точно, дым! Он уже видел такой, примерно пять лет назад; это случилось в то время, когда совсем юный полуэльф был отдан в услужение леди Фелинии за провинность с вином.

***

Утро не предвещало ничего интересного, солнечный диск, как всегда, озарил своими лучами грандиозную Твердыню Каморна, и все ее обитатели начали потихоньку просыпаться. Гал, потягиваясь в своей кровати, сонными полуоткрытыми глазами посмотрел на прибитый к стене листок. Раз, два, три, четыре…двенадцать кружков было перечеркнуто, а это значит, что сегодня предпоследний день служения у этой химеры. Завтра в обед его наказание закончится и молодой Каморан вернется к нормальной жизни.

Ооо! Сколько же его крови она попила всего за каких-то двенадцать дней, какие только унижения он не испытывал. Все это время он чистил ее обувь, убирал навоз в конюшне, стирал ей белье и бегал рядом как собачка. Это было самое тяжелое моральное и физическое испытание в его жизни. Он, Галатар Каморан, аристократ и будущий защитник земель вынужден был делать всю грязную работу самого ничтожного слуги! Пару раз у него были попытки спровоцировать леди Фелинию на рукоприкладство (одно из условий наказания было отсутствие применения физической силы к «пленнику»), но эта тварь только ехидно улыбалась, а потом придумывала еще более изощренные задания.

Но все в этом мире имеет свойство заканчиваться, осталось выдержать последние дни и все… свобода!

Сделав все необходимые утренние процедуры, Галатар отправился в покои своей мучительницы. Настроение было просто прекрасным, он знал, что почти прошел испытание и теперь уже был готов ко всему. Аккуратно открыв дверь в покои и, поклонившись, он проговорил приветствие, придуманное специально для него: «Прекрасная леди Фелиния, ваш покорный раб пришел, дабы исполнить все ваши желания». Сейчас ему все это казалось набором слов, хотя еще несколько дней назад он просто закипал от ярости, произнося эту реплику. Никто не ответил, комната была пуста, и только не заправленная кровать говорила о том, что хозяйка ушла совсем недавно.

«Так, надо навести порядок, эта сука все равно заставит, да и, к тому же, будет еще всю дорогу стоять над душой».

Он лихо расправил простынь, свернул одеяло и начал взбивать подушки. Пока руки занимались этим «увлекательным» занятием, глаза приметили на прикроватном столике какую-то странную записку. Она выделялась среди всех остальных бумаг своим крупным, стилизованным под древние руны шрифтом и интересным содержанием. Даже не беря ее в руки, Гал прекрасно видел своим острым зрением, что там написано: «Всем собраться завтра ночью у древних камней в лесу Каморана. Будет совет с иными». Внизу стояла вчерашняя дата и приписка: «Из своей темницы Он восстанет снова».

Все это звучало весьма зловеще, Галу даже стало как-то не по себе.

«Тьфу ты, наверняка эта тварь увлекается призывом демонов и всяких низших существ, вот и решила на ночь глядя собрать своих друзей-демонопоклонников».

Вообще вызов существ из других планов был запрещен в Высоком Мире и карался довольно строго, но аристократия и всякие умелые маги все равно практиковали это запрещенное искусство. Даже если леди Фелинию и поймают за руку на месте преступления, то, скорее всего, ей все равно ничего не будет. На небольшие шалости людей ее уровня закон обычно закрывал глаза.

Галатар потянул свою руку, дабы изучить документ получше, но, услышав знакомый голос, был вынужден остановиться:

– Куда тянешь свои грабли, бестолочь!

«О, наша фурия вернулась».

– А ну быстро отошел от стола и закончил заправку! О, Боги, за что вы дали ЭТО нашему роду!

– Да, моя госпожа, – как всегда из-под носа буркнул Гал, даже не повернувшись в ее сторону.

– Смотри на меня, когда я к тебе обращаюсь, заморыш. Я думала, что смогла научить тебя вежливости, но это так же невозможно, как и сделать из тебя человека. – На слове «человек», она сделала особое ударение.

Полуэльф развернулся, и перед ним предстала во всей красе Фелиния Каморан. Это была тощая женщина около сорока лет с абсолютным отсутствием форм и при этом достаточно высокая. Ее голову украшала шикарная копна русых волос, а нос был крючковатый и похожий на ястребиный клюв. В общем, красивой ее назвать было нельзя, но какая-то изящность все же присутствовала. Возможно, именно эта черта и покорила в свое время властного Келтера Каморана.

Она, не спеша, прошлась по комнате и, подойдя к столику, начала там что-то усиленно перебирать.

– Сегодня на тебя, к сожалению, нет времени. После того, как закончишь здесь, иди в конюшню и вычисти мою прекрасную Камеллу до блеска, потом можешь быть свободен.

От такого глаза Галатара увеличились вдвое, леди Фелиния просто так отпускает его, и это в предпоследний день! Нет, тут явно что-то нечисто.

Разобравшись с кроватью и немного повозившись в конюшне, Галатар вернулся в комнату. Время было обеденное и, казалось, что все дела уже сделаны. Он взял мелок и потянулся перечеркнуть предпоследний кружок на листке, но вдруг остановился.

«Нет, это неспроста! Ведьма наверняка задумала что-то очень серьезное, раз просто так дарит мне последний полноценный день. Ага, это письмо, приказывающее явиться к камням, и что значит «из темницы он восстанет снова»?

Подперев голову рукой, Гал решил проанализировать ситуацию, и вдруг его осенило: «Точно! Здесь даже не вызов демонов, а некромантия. Темница — это тело, а значит сегодня они будут кого-то поднимать из мертвых. Всегда догадывался, что эта сука занимается чем-то таким».

К слову сказать, обвинение в занятии некромантией было намного серьезнее, чем призывы недодемонов из других планов. Колдовство над мертвым телом считалось мерзким и низменным, и его практиковали, в основном, маги-изгои и варварские шаманы из Ферелена. А уж аристократ-некромант из Высокого Мира – это было что-то из ряда вон выходящее, все равно, что гоблин-землепашец.

Но у Галатара в голове уже четко сформировалась картина. Нужно во что бы то ни стало, узнать, что же будет этой ночью вытворять леди Фелиния, плюс к этому, взыграло его природное любопытство.

Расстояние до древних камней было не очень большое, в принципе, даже не самый физически выносливый человек, мог спокойно дойти до них по лесным тропам часа за два-три. Галатару понадобилось около полутора, ведь он знал эти места как свои пять пальцев.

Древними камнями называлось сооружение из пяти отшлифованных валунов. Четыре, из которых образовывали квадрат, а пятый стоял в центре. Построенные еще во времена древних королей, они напоминали святилище бога Горна, покровителя шахтерского ремесла у гномов. Именно здесь ему приносились жертвы: обычно это были какие-то животные, но иногда в ход шли и разумные существа. Но об этом теперь старались не упоминать. Если сказать гному, что его предки практиковали варварские человеческие жертвоприношения, то он с большой вероятностью даст вам в морду (если допрыгнет, конечно).

Все это великолепие располагалось в самой чаще леса Каморана, что, в плане маскировки, было очень даже на руку будущему следопыту. Спрятавшись в одном из кустарников, он нехитрым способом заключил, что действие должно начаться минимум через несколько часов. Так что, пока, можно было расслабиться и немного перекусить хлеба с солониной, которые были предусмотрительно упакованы в маленькую дорожную сумку.

Близилось назначенное время; солнце уже давно скрылось за горизонт, и Галатара начало клонить в сон. Может он вообще зря затеял эту слежку? Вполне возможно, что, зная его природное любопытство, Фелиния сама и подложила эту записку, чтобы в очередной раз поиздеваться. Нечего сказать, хороша ловушка! Теперь вместо теплой постели он будет валяться полночи на холодной земле.

Предаваясь в кустах депрессивным размышлениям, молодой полуэльф поначалу даже не обратил внимания, как тишину нарушил звук топота копыт, усиливающийся с каждой секундой. Лошадей он узнал сразу, это была Камелла, кобыла леди Фелинии и Несущий Бурю, жеребец Келтера Каморана. Собственно, всадники, восседавшие в седлах, вопросов тоже вызывали, а вот снующего рядом с лошадьми гнома он сперва не приметил, но приглядевшись все же понял, что это Дирк, верный слуга Келтера и Фелинии.

Этот карлик всегда вызывал какое-то внутреннее отвращение у Галатара. Его можно было принять за гнома, но нет, это был маленький человек, притом очень мерзкой наружности. Из-за перенесенной болезни его лицо украшали ужасного вида шрамы, спина была сгорблена, а один глаз вообще с трудом открывался. Зачем эти знатные аристократы таскали с собой такое посмешище, никто не знал. Среди дворовых даже ходили слухи, что это внебрачный ребенок Келтера, что невозможно в принципе, так как Келтер Каморан, скорее бы, сбросил такое дитя со скалы, чем позволил бы находиться рядом с собой.

Фелиния и ее муж спешились, а Дирк, взяв лошадей за поводья, отвел их к ближайшему дереву, где надежно привязал. Галатар в это время все пытался разглядеть в темноте одеяния ночных гостей, которое было весьма странное и непохожее на то, что обычно носила знать в Твердыне Каморана. Длинные черные робы с капюшоном, исписанные какими-то непонятными письменами и наплечники с шипами, наподобие тех, что носят варвары из фереленской долины.

«Точно, некроманты! Это даже не обсуждается, весь их внешний вид просто кричит об этом. Вот будет интересно, если дядя Андад узнает, что под его носом проводят такие мерзкие ритуалы». – Именно так думал молодой полуэльф, лежа в засаде в кустах. Он напряг свои острые уши старясь расслышать, о чем же они говорят.

– Она обещала нас здесь встретить, – Фелиния обратилась к мужу.

– Она придет, раз позвала. Терпение, дорогая, лучше пока приготовь все необходимое.

Леди кивнула и стала раскладывать что-то на камни. Непонятно откуда вдруг послышался голос:

– Сквозь тьму и все невзгоды, он придет, дабы соединить то, что было разорвано.

– И да будет в этом мире царствие Его, – хором ответили неизвестному голосу Келтер, Фелиния и Дирк.

Из бурелома вышла женщина в черном балахоне.

– Я рада видеть вас всех, моих братьев и сестру.

Они поклонились друг другу.

– Скажи нам, голос Его, почему ты собрала нас в этом месте? – спросил Келтер Каморан.

Фигура откинула капюшон, и челюсть Галатара улетела куда-то в район земли. Перед его глазами предстала прекрасная чистокровная эльфийка, судя по всему, благородных кровей.

– Не я призвала, а Он приказал собраться здесь. Сегодня будет совет с теми, кто по ту сторону. Они ждут, так что не будем откладывать. Все готово?

– Да, госпожа…

Эльфийка скинула с себя балахон, и весь лес озарило ее наготой, это было совершенное тело, прекрасное во всех отношениях. Но от того, что произошло дальше, Галатара еще долго будут мучить кошмары. Она легла на камень в центре, а к ней подошел раздетый карлик, и после нескольких минут предварительных ласк они вместе слились в экстазе. Как это мерзко! Гала трясло, он не мог смотреть, как такое прекрасное создание совокупляется с таким мерзким существом, как Дирк. В это время Леди Фелиния ходила рядом и зажигала свечи, и вот тут-то и случилось то, о чем напомнили недавние события в доме лендлорда Байра. Сиреневый дым! Он был везде, шел из свечей, из воздуха и из камней. Полуэльфу показалось, что во тьме проглядываются очертания огромных глаз, но потом вдруг эти глаза растворились и появился светящийся шар, размером с большой щит. Лес озарило светом, а в ушах отдавался неприятный свист, теперь он не слышал разговоров, но видел фигуры, появившиеся в шаре. Странные люди, эльфы, полуэльфы, гномы. Часть из них была одета в такие же мантии, что и его родственники, а другая в совершенно непонятные наряды, которые было даже тяжело представить. Они чем-то напоминали одежды знати, но были какие-то причудливо-цветастые, при этом выглядели весьма изящно и сидели на хозяевах как влитые. У одного гнома на рубашке был интересный рисунок, изображавший каких-то людей с мечами и магическими жезлами в руках.

«Кто все эти люди, откуда они?» – Полуэльф сам себе задал вопрос без ответа.

Глаза Галатара начали уставать от столь яркого света, поэтому он то и дело опускал их вниз. В глубине души ему, конечно, очень хотелось подобраться поближе и узнать, о чем говорят все эти странные люди с его родственниками, но инстинкт самосохранения все же взял верх — он все это время лежал на одном месте и старался даже не дышать. Сложно сказать, сколько он пробыл в таком положении, но вот свет погас, и диск исчез, а перед взором опять предстали Келтер, Фелиния и уже одетый карлик Дирк; эльфийки нигде не было. Вся компания быстро собрала свои вещи и отправилась на конях обратно, не говоря ни слова.

А Гал еще долго лежал на земле, боясь даже пошевелиться. Только с появлением на горизонте первых проблесков утренней зари, страх понемногу начал отступать.

Что это было? Это не некромантия, не призыв демонов, и даже не какой-то известный ему божественный ритуал. Он не знал, как охарактеризовать эти странные события и поэтому предпочел просто выкинуть их из своей памяти и помалкивать. Для себя были сделаны выводы, что просто родовитые аристократы сходят с ума и практикуют какие-то извращения с магией, а уж какой был во всем этом смысл, ему лучше не знать.

«Е-мае! Сегодня же последний день служения, с обеда я буду свободен!» – с такими мыслями молодой Галатар побежал со всех ног в сторону Твердыни Каморана.

Как потом выяснилось, он мог не спешить. Леди Фелиния спала после ночной вылазки до самого вечера и даже не смогла в последний день наказания как следует поиздеваться над племянником.

***

Вот так происшествия в доме лендлорда Байра пробудили старые воспоминания из памяти Галатара. Ему было очевидно, что эти истории как-то взаимосвязаны, что это все не просто обычное совпадение или какое-то нелепое стечение обстоятельств. Как же хотелось рассказать обо всем этом Сиддону, старый мастер точно бы что-нибудь подсказал или помог советом. Но, увы, тогда пришлось бы поведать всю историю от начала до конца, в том числе и о том, что беспорядки в Серебряном Лугу в какой-то степени его рук дело. В этот момент в душу молодого следопыта начал проникать тот самый животный, первобытный страх неизвестности.

Откинувшись на тряпье, Гал по привычке опустил руку на бедро и с ужасом осознал, что его любимый меч отсутствует на привычном месте. Окинув взглядом телегу и не найдя ничего похожего на свое снаряжение, он обратился к учителю:

– Мастер, а где мои вещи? Я не вижу «Погибели гоблинов».

– И не увидишь. Все вещи остались в поселке, в сундуке Крэма.

– Вот проклятье! – Гал с яростью ударил по шкуре, изъеденной молью.

– Не кипятись ты так, засранец, мне эту тележку еще отдавать прежнему хозяину, если он сейчас не болтается где-нибудь на дереве, конечно. Хе-хе… а вообще, Крэм честный гном, он приложит все усилия, чтобы вернуть нам наше снаряжение. Так что пока найдем тебе другую зубочистку, а мне хороший лук.

– Если мой меч забрал какой-нибудь деревенский ублюдок, то я обыщу все дома, леса и руины в окрестности, а когда найду вора, то лично отрублю ему нос «Погибелью гоблинов»!

– А ты что, судья и палач в одном лице? Не тебе решать какое наказание должен понести этот несчастный воришка.

«Ну вот, опять дед за свои нравоучения», – подумал Гал и, положив на кулак голову, устремил свой взор вдаль. Эту часть пути они ехали молча, летний дождик продолжал моросить, но никаких особых хлопот не доставлял, скорее, наоборот, приятно освежал. Вокруг раскинулись бескрайние луга и распаханные поля, вдалеке маячили домики окрестных деревень и крылья мельниц, — это было сердце Высоких Земель лорда Фрелла.

Смотря на все это великолепие, Галатар начал чувствовать душой прорастающее зернышко спокойствия, в котором он так нуждался. Даже мелькнула мысль, что неплохо было бы бросить всю эту жизнь аристократа и просто поселиться здесь, в этой тихой глуши и стать простым фермером. А почему бы и нет? Через три года он освоит ремесло следопыта и будет волен идти куда хочет. Может даже отказаться от первородства и уйти хоть в чистильщики выгребных ям. Правда, в таком случае вся родня будет смотреть на него как на умалишенного, да и дядя Андад очень разочаруется.

«Ладно, что-то меня понесло», – подумал про себя Галатар и улыбнулся. По крайней мере, он отвлекся от сиреневого дыма, ритуалов и прочих странных вещей, так лихо вошедших в его жизнь. Жаль только, этот покой продлился недолго. Неожиданно, на одном из холмов показалась фигура всадника, он стремительно спускался по направления к следопытам. Потом еще один и еще… и вот за ними уже целая ватага человек из ста. Сиддон положил руку на ржавый меч, который был припрятан в повозке предыдущим хозяином. Он пока не знал, кто эти люди и чего от них ждать, но прекрасно осознавал, что победить сотню воинов мечом может лишь бог войны Корр, но вот выбить главаря из седла и уйти из этого мира достойно, старому следопыту более, чем под силу.

По мере приближения всадников волнение Сиддона начало отступать, так как на их панцирях отчетливо прослеживалась эмблема стражи земель лорда Фрелла – латная перчатка на оранжевом фоне. Они окружили повозку, и один из стражников вышел вперед с оголенным мечом.

– Только без глупостей. Кто такие? Куда держите путь? Советую отвечать побыстрее.

– А как же представиться, уважаемый, разве кодекс стражей не ставит такую добродетель, как вежливость на первое место? – Старый следопыт откинул капюшон и посмотрел своими голубыми глазами на представителя закона.

– Мастер Сиддон! Вот это неожиданность, прошу прощения за грубость, но мы сейчас проверяем каждого встречного. Как вас сюда занесло? – Страж быстро убрал меч в ножны и снял шлем, дабы засвидетельствовать почтение.

– Это длинная история, уважаемый хранитель закона Сирт. А вот что здесь делает стража земель – гораздо более интересный вопрос?

Сиддону уже приходилось сталкиваться с этим человеком. Сирт был одним из тех, кто проходил ускоренное годичное обучение в лагере следопытов перед тем, как из обычной городской стражи перейти в элитные стражи земель. Старый следопыт уже тогда приметил этого сильного и целеустремленного юношу и не зря, ведь дослужиться до хранителя закона было суждено далеко не каждому.

– Мастер, вам лучше уехать отсюда куда подальше. В Серебряном Лугу беспорядки, восставшие уже полностью разгромили усадьбу лендлорда и сейчас начинают грабить окрестные деревни; везде выставлены посты, чтобы они не прошли еще дальше. Мы идем в самую гущу, дабы вернуть в это место мир и спокойствие.

– Можешь не переживать. Я с моим учеником только что оттуда, и возвращаться точно нет никакого желания.

Страж вздохнул.

– Если честно, и у меня нет особого желания туда идти, но порядок превыше всего. И, кстати, мой вам совет ― идите по этой дороге, не сворачивая, за холмом есть пост стражи, там вас накормят и дадут ночлег, а потом уже пойдете дальше своим путем.

– Спасибо тебе, дорогой Сирт, но я думаю, мы все же не станем останавливаться. Ты не представляешь, как уже хочется поскорее вернуться домой.

– Представляю, мастер, представляю. Только вот где он, этот дом? – последний вопрос хранитель закона будто бы задал самому себе.

Сирт надел шлем и вместе с толпой всадников помчался вперед, а тележка с Сиддоном и Галатаром покатилась в другом направлении. И снова они ехали молча, ведь каждый прекрасно понимал, для чего сюда был послан корпус стражей земель, и какими методами они будут возвращать в эти края «мир и спокойствие». Будет много крови… очень много крови.

Глава 6

Дом, милый дом! Такие простые слова, но при этом сколько в них смысла. Сложно описать те чувства и эмоции, которые испытывал Галатар, когда их тележка пересекла линию ворот лагеря следопытов. Сейчас ему казалось, что он вернулся в самое безопасное место на свете. Место, где его не достанут ни интриги, ни лендлорд Байр, ни даже этот зловещий сиреневый дым.

Сам лагерь располагался в центре леса Эллестры, и был похож, если не на город, то на очень солидный поселок. Вокруг его опоясывал деревянный частокол, вдоль которого постоянно туда-сюда шагали патрули из дежурных студентов. За частоколом располагались жилые дома, лаборатории и различные учебные корпуса, и, конечно же, особое украшение лагеря ― здание арены. Место, где проходили экзамены по боевой подготовке. Кстати, это было единственное сооружение из камня и металла, все остальное являлось творением из дерева.

Было около полудня, когда Галатар наконец-то рухнул на свою койку. Учитель Сиддон дал ему пять дней отдыха, с обязательным условием посещения лекаря, этого было более чем достаточно для восстановления сил. Ах да, где-то через месяц его ждет поединок с минотавром!

«Ух, вот это будет сражение!» – с таким боевым настроем молодой полуэльф провалился в пучину сна. Но счастье было недолгим, отоспаться в полную силу помешала чья-то рука, трясущая его за плечо.

– Подъем, друг, вставай! Уже утро, проспишь занятия!

– А, что? Сетан, чтоб тебя, отвали!

Но сосед по комнате не унимался:

– Кончай храпеть! Я еще вчера вечером пришел, а ты уже валялся в отключке, даже своим острым ухом не повел. Кстати, учитель Сиддон все рассказал о ваших похождениях в Серебряном Лугу.

– Замечательно, а он не сказал, что у меня есть пять дней законного отдыха?

– Что-то такое говорил, но ты же знаешь, что у меня туго с памятью. Но даже если бы помнил, то все равно бы тебя разбудил, не терпится послушать историю из первых уст.

Галатар глубоко вздохнул, Сетан порой был просто невыносим, но все же отношения их были на уровне хорошей дружбы.

– Сетан, еще раз говорю — отвали, я хочу спать! – по-дружески выругался Галатар.

– Ладно, ладно, сейчас я уйду, но вечером жду рассказа о событиях и, конечно же, о зелье силы титана. Хотя бы просто скажи, как оно? – Сетана аж затрясло от нетерпения.

– Оххх, если кратко, то я почувствовал себя богом войны, это… это было просто неописуемо. – Гал повернулся к стене и закрыл глаза.

– Здорово! Ладно, ладно, не буду больше донимать, но вечером с тебя полный отчет. Все, я побежал. – Он уже почти вышел из комнаты, как вдруг замер у двери. – А, и это, чуть не забыл! Тут вчера приходил какой-то щегол, разодетый как фазан в брачный период, просил передать тебе письмо. Я его в твой сундук засунул, ничего не читал и не вскрывал. Честно, честно!

– Потом посмотрю, спасибо.

– Да всегда пожалуйста и, помни, — вечером отчет.

Быстро выскочив за дверь, Сетан помчался по коридору, а Гал тем временем перевернулся на другой бок. Проклятье! Все-таки неугомонный сосед выполнил свою миссию и сбил его сон.

В голове мелькнула мысль, что неплохо бы узнать, что там за письмецо, поэтому, решив не откладывать осмотр в долгий ящик, полуэльф направился прямиком к своему сундуку. Приоткрыв крышку, он увидел на послании печать рода Каморанов (грифон, извергающий пламя). Так как она была в первозданном состоянии, стало понятно, что Сетан не соврал и, действительно, не трогал письма. Впрочем, даже если бы он прочел послание от дяди, то Галатар все равно не затаил бы на него никакой обиды.

Естественно, это письмо от Андада. В этом не было никаких сомнений, так как за все время обучения в лагере никто из родни не ему больше не писал. Даже двоюродный брат Свен, похоже, напрочь забыл о его существовании, видимо совсем зазнался в этой своей магической академии! Как бы то ни было, письмо из родных краев было важным событием для Галатара, плюс к этому, дядя обычно всегда присылал с письмом некую сумму денег. Например, в прошлый раз он вложил триста фрелинов, на которые, собственно, молодой следопыт и купил зелье силы титана.

Налив себе стакан воды и присев на край кровати, он принялся жадно вчитываться в каждое слово:

«Дорогой племянник и наследник. Извини, что не часто тебе пишу, но, к сожалению, дела и различные хлопоты в землях нашей семьи порой совсем не оставляют времени. И все же, скоро мы наконец-то сможем встретиться, ведь это не просто письмо, а своего рода приглашение на охоту к Железным горам. Да, мой мальчик, я считаю, что ты уже достаточно вырос и готов принять участие в очистке леса Каморана от расплодившихся в нем гоблинов, орков и прочих тварей. Твой учитель рассказал мне, как лихо ты разделался с гноллом на экзамене. Мои поздравления! Так что в конце месяца сбора урожая жду тебя в Твердыне Каморана. Твой дядя Андад».

«Ух ты, ничего себе! Наконец-то дело, достойное Галатара Каморана. Не переживай дядя, твой племянник тебя не разочарует!» – мечтательно заключил про себя Галатар. Расфантазировавшись, он уже представлял, как несется на коне посреди леса и взмахами «Погибели гоблинов» рубит головы снующим туда-сюда троллям и оркам, а в это время на него смотрит Андад и одобрительно кивает. Ах да, чем он их будет рубить, у него даже меча нет… После такого полета фантазии возвращаться в суровую реальность было немного грустно. Ладно, ничего страшного, в лагере полно отличных кузнецов, у которых можно заказать меч не хуже. Собственно, этим и надо бы заняться в самое ближайшее время.

Свободные дни пролетели быстро, за это время Галатар успел подлечиться, отдохнуть и даже приобрести новый меч. Надо сказать, что это было качественное оружие, чем-то напоминавшее «Погибель гоблинов», но все же уровень был немножко не тот. Хороший клинок для стражника, крестьянина или бандита, но не для аристократа из рода Каморанов. Впрочем, это все же лучше, чем ничего.

Началась учеба, и жизнь вернулась в привычное русло: занятия по боевой подготовке, стрельба из лука, приготовление различных зелий и прочие вещи, необходимые следопыту в его нелегкой службе. На владении мечом хотелось бы остановиться поподробнее: Галатар, конечно, демонстрировал неплохие навыки на тренировках, но, в глубине души, сам начал постепенно понимать, что с таким противником, как человек-бык, у него могут возникнуть серьезные проблемы. К тому же, рука пока еще никак не могла привыкнуть к новому оружию.

Как-то после тренировки к нему подошел Сетан:

– Друг, что с тобой? Ты, конечно, лихо снес бошки этим трем гоблинам, но на экзамене на пятый уровень, этого будет маловато.

Галатар от злости заскрежетал зубами, он и сам понимал, что еще не совсем готов к такой битве, и уповать тут можно разве что на банальное везение или на так называемый счастливый удар.

– Да, я знаю и без тебя! Но ничего не поделаешь, я не откажусь от этой возможности! Напрягу все силы и прибью эту зверюгу!

– Оу, оу, да не кипятись ты так. Вообще, в последнее время у тебя, смотрю, нервы шалят вовсю.

– А тебе-то что?

– Мы же друзья, мой дорогой Гал. А друзья должны помогать друг другу. Есть тут у меня кое-какой вариант, дабы немножко облегчить предстоящую битву.

Глаза полуэльфа округлились, и он с неподдельным интересом уставился на соседа по комнате:

– Зелья и усиления магией не помогут, Толгериас будет осматривать даже дырку в заднице.

– Хех, ну про дырку это сильно сказано, но в целом ты прав, смотреть будет по полной. Хотя… все же есть кое-какой вариант. С его помощью, кстати, сдал экзамен Гортак; все думали, что гнолл его порвет, а вышло наоборот. – Сетан посмотрел в глаза своему другу и улыбнулся.

– Продолжай.

– Есть замечательный экстракт, про который пока не знает Толгериас, на основе яда зеленой змеи с Ферелена. Он абсолютно бесцветен, не имеет запаха и быстро высыхает, но при этом эффект очень долгий. Достаточно одной царапины, и могучий зверь будет вести себя, как пьяный свинопас. И да, яд не смертелен, его очень часто применяют в различных ритуалах.

– А ты откуда знаешь про все это?

– Пить надо со всеми, мой друг. Гортак ― фереленец из древнего рода, его бабка знает все о ядах и травах, чего не знают здешние мастера алхимии. Она-то и прислала ему это прекрасное зелье, и именно им он намазал свой топор перед экзаменом.

Молодой полуэльф воспрянул духом — вот оно его спасение и уверенность в предстоящем бою.

– Сетан, мне нужно это зелье, Эллестра тебя подери!

– Конечно, конечно, но… думаю, ты сам понимаешь, что Гортак так просто из доброты душевной делиться не будет…

– Двести фрелинов даю прямо сейчас.

– Ох, двести… тогда это может затянуться. Варвары Фереленской долины гордый народ, свято чтущий свои традиции, да и мне бы тоже деньжата пригодились. К тому же ты только недавно получил жалованье за истребление огров в Серебряном Лугу. – Сетан на секунду замолчал. – Триста пятьдесят и то только потому, что ты мой самый лучший друг.

Ничего не скажешь, весьма внушительная сумма. За уничтожение огров Гал получил всего двести фрелинов, но у него еще остались запасы в заначке. Так что, скрипя сердцем, полуэльф был вынужден согласиться.

И вот, спустя неделю бессонных ожиданий, заветная бутыль у него в руках, Сетан приложил все свое красноречие, чтобы выманить у друга еще полтинник, но тот был непреклонен. Его сосед, хоть и был неплохим парнем, но все же слишком уж любил деньги. Видимо, сказывалось происхождение из семьи торговцев мясными деликатесами. А вот для Галатара амбиции были важнее любых материальных средств; перепрыгнуть сразу на пятый уровень воинского мастерства, минуя четвертый, было сейчас самым главным желанием в жизни.

Дрожащими руками полульф провел смоченной ядом тряпкой по лезвию меча, но никакого эффекта не последовало: лезвие не изменилось, ни приобрело иного оттенка и даже не потускнело. Жидкость засохла буквально за пару секунд.

«А вдруг это все обман, что, если Сетан со своим дружком Гортаком решили надуть меня, с них ведь не убудет, те еще ухари. Надо бы проверить, как оно работает».

Галатар, после событий в Серебряном Лугу, стал немного мнительным и решил все же на всякий случай убедиться в действенности данного варева.

Пробравшись вечером на конюшню (ее никогда не закрывали, да и не было в этом необходимости), он встал рядом с захудалой лошадью, явно предназначенной для хозяйственных нужд и, положив левую руку ей на шею, резким движением правой руки полоснул мечом чуть выше копыта. Эта была даже не рана, а царапина, но кобыла все же взвыла, и Галу пришлось приложить немало усилий, чтобы ее успокоить.

К сожалению, незаметно провести вылазку не удалось, на рев лошади прибежал пастух Якон, до этого мирно дрыхнувший в стоге сена.

– Ты шо творишь, нелюдь!? Немедленно отойди от Бетси!

– Да успокойся ты, я с ней ничего не делал. – Гал как мог старался сохранять хладнокровие.

– Да, а шо это тогда с ней? Моя Бетси шатается, ой-ой ей плохо!

Лошадь действительно начало качать из стороны в сторону, она, своей тушей чуть не снеся Гала, с грохотом завалилась на бок.

«Ага, сукин сын не обманул, вот это вещь!» – Подумал про себя полуэльф.

Якон еще долго выкрикивал проклятия, обещал завтра рассказать начальству и устроить студенту огромные проблемы, но Галатара все это мало пугало, он знал, что через полчаса кобыла уже будет в добром здравии и все обвинения дурачка будут просто смешны. Собственно, так и произошло. Только пастух все же проявил зачатки разума и не стал никому докладывать.

Наступил день экзамена. Приятный летний ветер обдувал лицо Галатара, пока тот смотрел на улицу из окна своей комнаты. Снаружи он был полностью спокоен, собран и готов к предстоящему испытанию, но вот внутри все горело огнем. Еще бы! Ведь сегодня за всеми его действиями будет следить наставник и учитель Сиддон, которого он не видел с того самого раза, как они вернулись с охоты на огров. Вообще старого следопыта частенько отправляли на самые опасные задания в землях лорда Фрелла; иногда он исчезал на целый месяц или больше, а потом вдруг появлялся в самый неожиданный момент, как, например, сегодня. В эти моменты разлуки Галатара всегда окутывала легкая печаль, хотя он и сам порой не понимал почему. Часто мастер бывал грубым, несдержанным и очень требовательным на тренировках, а иногда даже в порыве гнева называл ученика такими словами, которые в приличном обществе лучше не употреблять. Но все же для Гала Сиддон был именно тем самым наставником с большой буквы, уроки которого он будет помнить всю свою жизнь.

В миг, когда он вспомнил о мастере, душа как будто вывернулась наизнанку. Все его естество говорило, что жульничество ― это не тот путь, который должен выбирать наследник дома Каморанов, и что честность всегда должна стоять выше его амбиций. Странно, ведь еще совсем недавно, когда он втайне использовал зелье силы титана, такого ощущения не было. Возможно, после последней передряги, когда учитель в очередной раз спас его жизнь, где-то в глубине души начало просыпаться какое-то подобие совести.

Из погружения в бездну самокопания его вытащил Сетан:

– Ну что, Гал, сегодня порешишь эту рогатую тварь?

– Думаю да, но вот только знаешь… мне кажется, что я делаю что-то не то…

Сосед сразу же понял, о чем речь.

– Эй, эй ты чего раскис! Что-то не то — это когда снимаешь деревенскую шлюху дешевле ста фрелинов и сохраняешь уверенность, что ничего от нее не подцепишь. Ну а здесь ты просто немного обезопасил себя, получил, так скажем, небольшую гарантию. Включи мозги, тебе уже не пять лет!

«Возможно, Сетан и прав, чего это я разошелся. Тьфу ты, лезет в голову всякая чушь, да еще в такой момент!» – Тяжело вздохнув, Гал убрал меч в ножны с каменным лицом вышел на улицу.

Здание арены по форме напоминало гигантский шатер и представляло собой конструкцию из добротного кирпичного основания с куполообразной крышей из стали. Внутри располагалось несколько комнат, которые примыкали к самому амфитеатру, состоявшему, собственно, из самой арены, наполненной песком, и мест для зрителей. Вообще бились на арене не только студенты лагеря следопытов, ее часто сдавали для нужд гильдии воинов или для проведения разного рода турниров. Так что место было весьма известное и популярное.

В комнате осмотра бойцов на стуле восседал почтенного возраста человек в бардовой мантии с хмурым лицом и приятной ухоженной козлиной бородкой, в руке он держал пергамент и что-то помечал. Это был главный маг лагеря следопытов Толгериас.

Когда все экзаменующиеся собрались, он зевнул и нехотя обратился к присутствующим:

– Так, все здесь. Угу, хорошо. А ну-ка, выстроились в одну линию и по очереди подходим ко мне, это не сложно, проявите хоть какие-то зачатки разума. Хотя, наверное, он здесь вам особо и не понадобится.

Всего присутствовало четыре студента, включая Галатара. Это было очень мало, обычно на экзаменах бывало по десять — пятнадцать экзаменующихся. Видимо, сказалось то, что набор в этом году прошел позже обычного.

Волшебник начал производить непонятные движения руками над первым студентом, потом попросил его достать оружие. Осмотрев клинок, пожилой маг кивнул и отправил мальца в комнату для бойцов. Спустя несколько минут, очередь дошла и до Галатара. Внутри полуэльфа немного бил легкий мандраж. И хотя он знал, что Толгериас делает свою работу сквозь пальцы, но все же истории о том, как слишком уж хитрющие студенты не проходили проверку и были оставлены на дополнительный год давали свой эффект.

Осмотрев полуэльфа сверху донизу и поводив руками, главный маг попросил вытащить оружие из ножен, Гал это сделал даже не моргнув.

– Угу, вроде все чисто, следов зачарования или яда не видно. Давай иди, вышиби себе остатки мозгов. – Он снова зевнул. – Следующий!

Галатар выдохнул и устремился в соседнюю комнату, ну все, кажется, пронесло. Он сел на скамейку и попытался сосредоточиться. Именно в этот момент дверь открылась, и на пороге показалась круглая туша распорядителя боев.

– Моргор Крег, первый уровень. На выход!

Сидевший в углу гном радостно вскочил и, запрокинув боевой молот на плечо, быстро побежал за пухлым человеком. Моргор вообще выступал в лагере в роли некой экзотики: гном, да еще и с молотом, обучающийся на следопыта, действительно странноватое зрелище. Но несмотря ни на что, первый год он провел достаточно бодро, доказав всем, что умеет не только по-гномьи махать оружием, но и прекрасно ориентироваться на местности и разбираться в различных травах и живности.

На первом уровне в роли противников выступали два гоблина, вооруженные копьями. Не самые лютые враги, но все же надо понимать, что разумные монстры на арене имели очень сильную мотивацию, а именно― в случае победы их отпускали на волю, а в случае поражения, естественно, их ждала только смерть. Об этом постоянно напоминал распорядитель боев, периодически прогуливавшийся рядом с клетками. Собственно поэтому, всякие гоблины, орки и огры дрались как бешеные. Но были и дикие, не способные мыслить даже на примитивном уровне, твари, — как раз, такие как минотавры или мантикоры. Они сражались только по велению инстинкта ненависти к высоким расам. Их, понятное дело, никто никуда не выпускал.

Моргор вышел на песок и стал ждать. По бокам арены на возвышениях расположились стрелки-хранители, вооруженные маленьким луком с легкими дротиками, смазанными специальным ядом, который мог усыпить за две секунды любого монстра. Если они вмешивались в экзамен, то он считался проваленным. Их решения не оспаривались и были истиной последней инстанции, только благодаря этому, смертельных случаев в таких битвах практически не происходило.

В местах для зрителей сидела экзаменационная комиссия, которая так же внимательно смотрела за происходящим.

Вот ворота открылись, и из темноты показалось два уродливых гоблина, они что-то друг другу кричали и старались имитировать слаженную работу, но получалось это весьма скверно. Моргор с криком побежал на гуманоидов, гномья ярость в этом момент полностью захватила его естество. Один из гоблинов начал усиленно тыкать пикой вперед, другой пытался зайти сзади. И ему это удалось, — попадание копьем в бедро очень неприятная рана, хоть и не смертельная. Моргор, остановившись, присел на одно колено. И тут второй гоблин совершил страшную ошибку, думая, что битва уже выиграна, ринулся вперед, размахивая своей пикой, полностью забыв о защите… Удар молота пришелся точно в висок мелкой твари, по залу разнесся неприятный звук хрустящих костей, первый противник был повержен. Второй гоблин, видимо был посмышленее и понимал, что единственный его шанс — это сейчас ударить со спины. Но, к сожалению, он не учел одного момента, ярость Моргора после укола в бедро заметно спала и теперь он полностью контролировал ситуацию. Резкий разворот, и молот раздробил грудь второго гоблина. Все было кончено. Гном, хромая, подошел к поверженному противнику и завершил поединок парой эффектных контрольных ударов. После чего поклонился экзаменационной комиссии.

Вот только на лицах экзаменаторов читалось скорее небольшое раздражение, нежели удовлетворение; они похвалили его за последнюю часть битвы, но раскритиковали за начало, которое действительно было ужасным. Посоветовав гному поработать над контролем ярости и влепив заслуженный средний балл, члены комиссии объявили небольшой перерыв перед следующим поединком.

В это время Галатар продолжал попытки сосредоточиться. Уйдя в себя и отрешившись от окружающей действительности, он даже не услышал, как знакомый голос позвал его по имени. Потом еще раз и еще… только когда рука упала ему на плечо, полуэльф поднял голову и увидел перед собой улыбающееся лицо мастера Сиддона.

– Ты так и будешь медитировать весь экзамен? Думаешь, минотавр испугается твоей одухотворенной рожи, и сам ляжет на песок?

– Учитель Сиддон! – Гал аж подпрыгнул от радости, но тут же постарался сделать серьезное лицо.

– Ахах мой любимый раздолбай Галатар. В этих доспехах ты смотришься еще нелепее, чем обычно.

Тут даже не поспоришь, экзаменационные доспехи выглядели весьма странно, один большой металлический круг на животе и нелепый ведрообразный шлем. И все же со своей задачей по спасению жизненно-важных органов и глаз экзаменующегося они справлялись на отлично.

– Дурацкие доспехи!

– Однако, они спасли жизнь не одному оболтусу. Помни об этом.

– Вы пришли напомнить про доспехи?

– Хаха, какой дерзкий сопляк, и как в тебя вдолбить правила хорошего тона в общении со старшими? Нет, вообще я пришел, потому что обеспокоен, мне рассказали, что на тренировках ты не показывал того уровня, что нужно в бою с минотавром. Если честно, я думал, что ты повременишь с экзаменом, но, как вижу это не в правилах Галатара Каморана.

– Учитель, я готов! В те дни, я просто еще привыкал к новому мечу.

– Вот об этом, я и пришел поговорить. Закрой глаза, у меня для тебя кое-что есть.

Резким движением руки Сиддон извлек из ножен оружие. И да, это была она! Такая родная для полуэльфа «Погибель гоблинов». Молодой следопыт раскрыл рот, у него просто не было слов! В любой другой момент он бы прыгал от радости, кричал звериным голосом, но сегодня... почему это случилось именно сегодня?!

– Что такое, Галатар, ты как будто увидел живого мертвеца. Это же твой меч, та самая «Погибель гоблинов», которой ты так бодро рубил огров. Крэм сохранил и вывез все наше снаряжение из пылающего поселка, я же говорил, что он честный гном. Вот, возьми его, и покажи все, на что способен.

– Н-н-н-о учитель, ведь мастер Толгериас… он его не проверял, а я… я был заявлен с другим…

– Ты что говоришь, Эллестра тебя дери? Какой еще Толгериас!? Давай бери уже. – Он улыбнулся, видимо подумав, что ученик переволновался перед боем и поэтому несет бессвязную дичь.

Дрожащими руками Галатар взял свое родное оружие. Вот это ощущения! Он по инерции начал выполнять тренировочные удары, — меч был как будто продолжением его руки. Все движения были легкие и плавные, без какого-либо намека на дискомфорт.

– Ну вот, что я говорил, давай сюда свою железяку. Теперь-то все увидят мастерство Галатара Каморана. – Сиддон похлопал полуэльфа по плечу. – А я пойду, сейчас следующий бой, мне надо сидеть в комиссии. Так что не переживай, делай, как тогда в лесу, и все получится.

Старый следопыт умчался, прихватив смазанный ядом меч Гала, а самого его, бледного и потрясенного, оставил дожидаться своей очереди. Буквально через секунду появился распорядитель и для прохождения экзамена на третий уровень вызвали следующего бойца — человека по имени Гурт Виртул.

Этот уровень предполагал битву с гноллом или молодым орком. Сложно сказать, с кем сражаться было предпочтительнее: собакоголовые были сильные и яростные, а зеленокожие умные и расчетливые. Тактика ведения боя орков чем-то напоминала тактику высоких рас, чего не скажешь про гноллов, у которых ничего такого не было и в помине.

Гурту выпала участь скрестить оружие с орком. Вооружившись длинным мечом, он ждал, когда с другого конца арены выйдет его соперник. И вот ворота открылись и показался остроухий и клыкастый зеленокожий гуманоид, среднего человеческого роста с костью тролля вместо оружия (орки страсть как любили делать различного рода дробящее оружие из кости). Этот бой не был похож на предыдущий, соперники медленно ходили туда-сюда, как бы изучая повадки друг друга. Человек внимательно высматривал, куда можно поразить зеленокожую тварь, орк занимался тем же. И вот они уже друг напротив друга — удар мечом… ан нет, монстр выставил костяную дубину и удачно заблокировал этот маневр. Ответная атака — и, можно сказать, удача! Послышался глухой звук удара о предплечье Гурта. Это пока еще абсолютно ничего не значило, хотя студент почувствовал неприятное ощущение и даже издал наигранный крик боли, дабы орк от радости скорого окончания сражения ринулся на него, тем самым найдя свою смерть. Но тот был далеко не так прост, как предыдущая парочка гоблинов. Он выскочил вперед и вместо того, чтобы начать мутузить соперника, пригнулся и нанес точный удар в область бедра. А вот это уже было очень неприятно, Гурт начал похрамывать, и теперь вся его злость и ярость вырвались наружу. Он с криком побежал в сторону зеленокожего, надеясь градом ударов попасть в его туловище, но этим только приблизил свое поражение. Четкий удар в шлем положил человека на землю, и вот теперь уже вопящий от радости орк начал, прыгая вокруг, дубасить его из всех сил. Но, к чести Гурта, надо сказать, что, лежа на спине, он весьма бодро отбивался и даже разок хорошо полоснул врага по животу. Вдруг глаза орка расшились, он отбросил дубину в сторону и побежал прочь от поверженного студента. Из широкой спины орка торчал дротик.

– Свобоодаа! Я дзнал, я сильный, а человек слабый! Свооо… – Орк рухнул и захрапел.

Гурт в это время бил песок кулаком и кричал на всю арену:

– Нет! Это был не конец! Я мог еще сражаться! Почему мне не дали шанс?! Поче-е-е-му??!! – Но все его причитания остались без ответа, ведь, как уже говорилось, решения стрелков-хранителей обсуждению не подлежат.

– Оценка — неудовлетворительно, свободен. – Сухим голосом отрапортовал один из членов комиссии.

Два человека помогли Гурту встать, а орка потащили за ноги в сторону ворот; сегодня вечером ему поставят клеймо и отпустят на свободу.

Вот и пришла очередь Галатара.

«Ну что ж пора. Ничего страшного, побью эту зверюгу без всяких зелий и магических фокусов. У меня точно найдется для нее пару сюрпризов», – именно такими мыслями успокаивал себя молодой полуэльф перед выходом на арену. Раз уж ему пришлось лишиться своего отравленного меча, то, видимо, такова воля Эллестры.

На песке виднелись кровавые пятна, — результат прошлых боев. Их было немного, но все же они помогли Галатару создать правильный настрой на поединок. Сейчас он тоже прольет кровь, или ему прольют… да какая разница, битва точно будет славной, и Галатар Каморан выложится по полной! Раздался звук открывающихся ворот, несколько секунд и на арену вышел он — человек-бык или, как говорят на Юге, минотавр.

Это был массивный монстр, около двух с половиной метров ростом, с рельефным мускулистым телом, огромной бычьей головой и изогнутыми рогами. Хоть он и был с огром примерно одного роста, сразу бросалось в глаза кардинальное отличие в телосложении. Если огры представляли собой неуклюжих пухляшей, то миннотавр выглядел на их фоне просто атлетом.

Неистовый рев, как гром, раздался из глотки страшного зверя и он, выставив вперед рога, бросился на полуэльфа. Вот это скорость! Галатар все же успел увернуться и даже махнуть мечом, но полноценного удара не вышло, только небольшая царапина украсила плечо твари.

«Эх, сейчас бы ядовитый клинок и все бы пошло как маслу».

Монстр даже не заметил эту рану и снова с ревом устремился на следопыта. Теперь он размахивал своими пудовыми кулаками, а Галатар яростно отбивался мечом и отходил назад. Пару раз у него даже получалось задеть предплечья зверя, от чего тот с яростью бросился вперед в надежде насадить полуэльфа на свои рога. Взмах меча… и рог минтотавра полетел на песок, как срубленная ветка дерева. Что сказать, все-таки из славной стали была выкована «Погибель гоблинов». Следопыт отскочил, а зверь, осознав потерю, со всей своей неистовостью бросился за ним. На этот раз увернуться не получилась, и огромная туша просто снесла Галатара, откинув его на несколько метров в сторону. Этот удар полуэльф будет помнить всю свою жизнь! В глазах побелело, внутренности как будто сжались в маленькую точку, а через несколько секунд резко вернулись в исходное положение; все тело в районе груди и живота сковала просто нереальная боль. Он пытался подняться на ноги, но тут же падал, а тем временем метрах в двадцати, минотавр готовился к финальному прыжку. Вот уже дистанция стремительно сокращается и сейчас произойдет насаживание тела полуэльфа на оставшийся рог, кажется… это конец. Но нет, примерно в пяти метрах от поверженного следопыта, массивный зверь падает на песок, а из его спины в ряд торчат четыре дротика, метко пущенные стрелками-хранителями. Комментарии в этой ситуации излишни, — экзамен провален подчистую.

Тут же подбежали студенты с носилками и, погрузив на них Галатара, быстро зашагали к выходу, дабы скорее отнести раненого в лагерную лечебницу.

Через какое-то время в палату прибежал мастер Толгериас. Осмотрев пациента, он с удивлением констатировал, что переломов и разрывов внутренних органов нет, есть только сильный ушиб, который при должном лечении заживет через пару недель. Напоследок назвав Галатара очень везучим сукиным сыном, главный маг покинул палату и ушел по своим делам.

А вот сам раненый с заключением об удачливости был не совсем согласен. Его трясло даже не столько от боли, сколько как раз от ощущения, что он неудачник и неумеха, не нанесший противнику хоть какой-нибудь значимый урон.

Неужели без зелий и всяких заклятий он вообще не способен ни на что? Как же так, ведь Галатар Каморан ― это тот, кто должен быть всегда впереди, тот, кому предстоит возглавить род после того, как Андад встанет в один ряд с великими предками. А теперь все, включая мастера Сиддона, увидели, что он просто зеленый новичок, которому до битвы с минотавром еще минимум год упорных тренировок. Уязвленное самолюбие нарастало как снежный ком. Еще недавно дяде писали, о том, что его племянник показывает отличные результаты, без проблем справляется с гноллом и выполняет самые опасные задания в землях лорда Фрелла, а теперь что напишут? Что Галатар просто хвастун, да и еще и абсолютно не способный трезво оценить свои силы. Какой позор!

И вот с такими мыслями раненый следопыт задремал. Проснувшись на следующее утро, он даже не почувствовал, что отдохнул. Видимо уязвленная душа не давала телу полностью расслабиться. Есть тоже не хотелось совсем и полдня он просто пролежал, не притронувшись к принесенной на завтрак тарелке каши.

Смотря пустыми глазами в стену, Гал даже не заметил, как к постели подошел его наставник и учитель Сиддон.

– Толгериас говорит, что через три недели ты уже будешь готов приступить к обучению.

Гал повернул голову и меланхолично прошептал:

– Жаль только, другие раны не заживают так быстро.

Эта фраза просто вывела мастера из себя:

– Оооо, посмотрите на него! Другие раны, видите ли! У нас тут тонкая душевная натура! Наверное, скоро будешь писать стихи, а там еще чуть-чуть, и начнешь сожительствовать с выпускником волшебной академии! Будете друг друга угощать магическими зельями, а потом спать в одной постели! – Он, громко выдохнув воздух из легких, засадил лежащему на боку Галатару такую оплеуху, что у того аж побелело в глазах. – Ты в курсе, что после твоего художества меня вызвали к начальству и два часа отчитывали как мальчишку!? Я, оказывается, не умею объективно оценивать навыки своих учеников и теперь на две недели отправляюсь в долину Ферелен страдать херней. А нет, простите, повышать свое мастерство, кажется, так написано в предписании! – Сиддон в этот момент был просто в ярости.

Глаза Галатара расширились то ли от боли в затылке, то ли от такой неожиданной новости.

– Неужели ничего нельзя сделать, мастер?

– Как нельзя! Конечно можно! Запросто! Надо только сказать, что один нерадивый студент надул своего учителя с помощью магического зелья и все, моя репутация восстановлена.

– И вы???

– Что я?! Эллестра тебя подери, конечно, я бы мог такое сказать, вот только тогда ты бы вылетел из лагеря с письмом об отчислении. Ох, твой дядя бы обрадовался! Как думаешь, моя совесть позволяет такое сделать?

Галатар молчал, теперь ему действительно стало стыдно. И нет, это не было вчерашнее чувство ущемленной гордости и самолюбия, это было другое, искренне чувство стыда. Он начинал понимать, сколько бед принес своими действиями, а все это время его учитель, как стрелок-хранитель, только и делал, что оберегал его. Что-то похожее уже просыпалось в нем, когда он решил в самом начале сжульничать перед экзаменом. Кажется, именно сейчас полуэльф начинал взрослеть, а вместе с тем, и принимать ответственность за свои поступки.

– Я виноват, учитель. Сейчас я пойду к начальнику лагеря и обо всем расскажу. Нельзя, чтобы вы пострадали в этой ситуации.

– Да успокойся ты уже, я сам запрещаю тебе кому-либо говорить об этом. И, если честно, я уже давненько не был в Фелеренской долине, смена обстановки мне точно пойдет на пользу. У меня остался только один вопрос: как ты вообще решил, что без магии сможешь одолеть такого зверя, как минотавр? Да при тебе изначально даже твоего меча не было! Ты что, самоубийца или просто дурак?

– Я… я сперва действительно понадеялся на свои навыки, мне казалось, что их хватит для битвы, но потом… признаюсь, мой клинок был смазан ядом, о котором пока неизвестно Толгериасу.

Наступило молчание. Тревожная обстановка разрядилась; ученик признался своему учителю в мошенничестве, тем самым оказывая тому полное доверие.

– Понятно. Знаешь, мне не нужен ни рецепт этого яда, ни даже подробностей как он у тебя оказался. Но одно я тебе могу сказать точно: ты ступил не на ту дорогу, парень. Поверь, я знаю и про торговлю зельями, и про яды, и про все остальные магические штучки, что процветают в стенах нашего лагеря. С этим ничего не поделаешь, это было есть и будет всегда, но просто послушай совет своего старого учителя – уходи с этой тропы, на ней нет ничего, только погибель.

– Мастер, я обещаю…

– Подожди, не надо никаких обещаний, просто сделай правильный выбор, я верю в тебя, мой мальчик. – Мастер положил руку на плечо нерадивому ученику и заглянул ему в глаза. Казалось, это мгновение, когда их взгляды пересеклись, длилось целую вечность.

Старый следопыт кивнул и уже хотел было выйти из палаты, но вдруг в его голове всплыла одна важная деталь. – Кстати, мне тут донесли, что в конце месяца сбора урожая Андад ждет тебя на большой охоте у Железных гор.

– Да, он прислал письмо.

– Так это же замечательно, очень рад, что ты наконец-то сможешь показать все то, чему тебя учили. Поверь, твои навыки весьма неплохи, даже без всякой магической дряни. Я тебя провожу до развилки в земли Каморана, а потом поеду по своим делам; месяц сбора урожая очень суетная пора.

Галатар искренне поблагодарил мастера Сиддона за теплые слова. Тот в ответ улыбнулся и, накинув капюшон, вышел из палаты.

Теперь душа полуэльфа успокоилась, он даже почувствовал некое облегчение после исповеди мастеру, но только стоило ему об этом подумать, как перед глазами сразу всплывало происшествие в Серебряном Лугу.

«Надо будет обязательно поделиться с учителем рассказом о том случае в доме лендлорда, он точно что-нибудь придумает. Обязательно зайду к нему, только встану на ноги!» – так думал Галатар лежа на больничной койке, но, когда через несколько дней он уже мог спокойно ходить, его ноги так и не дошли до комнаты старого следопыта. Потом он вообще решил, что лучше пока все же повременить с рассказом, ведь надо готовиться к охоте в Железных горах, остальное пока подождет.

«Обязательно обо все расскажу, как только вернусь из земель Каморана».

И кто знает, навести он тогда старого мастера Сиддона, все могло бы сложиться по-другому.

Часть 2

Глава 7

После выхода Галатара из больницы и возвращения к учебному процессу в его жизни практически ничего не поменялось. Преподаватели не высказывали к нему никаких претензий, даже, скорее, наоборот, сочувствовали. Многие из них были уверены, что полуэльф стал жертвой некомпетентности Сиддона, отправившего ученика на бойню. Единственный, кто действительно удивился его поражению, был Сетан. Он даже высказал предположение, что яд Гортака на минотавре, возможно, не работает и для такого зверя надо что-то посерьезнее. Но Гал спокойно объяснил товарищу, что в своем поражении виноват только он сам, так как перед боем принял для успокоения слишком много валерьянки.

Следующие недели полуэльф был, наверное, самым прилежным учеником во всем лагере: день и ночь он оттачивал боевые навыки, стрелял из лука и тренировался чуть ли не до упаду. Также он зарекся принимать зелья и даже оборвал все контакты с теми, кто занимается их продажей. Дошло до того, что многим сокурсникам стало казаться, что Галатара после больницы просто подменили.

За тренировками и учебой время пролетело быстро, и месяц сбора урожая подходил к концу. Впереди у Галатара было, пусть и недолгое, но желанное, возвращение в родные края.

Они ехали на лошадях по вымощенной дороге, учитель и ученик. Все было как тогда, когда тропа приключений вела их в Серебряный Луг. Эта была та же дорога и те же человек и полуэльф, вот только многое с того времени поменялось. Не было того ласкового летнего солнца, приятный бриз сменился прохладным ветром, а природа, пусть не спеша, но, все же, готовилась к приходу дождливой осени.

Как по иронии судьбы их путь к Твердыне Каморана проходил через Серебряный Луг. Конечно, можно было идти напрямик другой, короткой дорогой, однако, шанс нарваться на опасность там возрастал в разы. В последнее время из тех краев все чаще шли донесения о нападении бандитов на торговые караваны и одиноких путников.

Галатар немного волновался, возвращение в Серебряный Луг казалось ему далеко не лучшей идеей. Вдруг опять на его пути появится Лориэнна Байр? Что, если она снова прибегнет к своим магическим штучкам? Хорошо, пусть только попробует! Тогда ведьму будет ждать допрос с пристрастием, и она расскажет полуэльфу все, что знает о том загадочном ритуале! Но может случится, что она его снова околдует, и он опять побежит за ней, как собачка? Все-таки ее красота способна кого угодно лишить разума, плюс к этому, она маг, пусть даже и недоучка.

«Ну уж нет, такого точно больше не случится с Галатаром Камораном! Никогда!» – Отгоняя от себя мысли, связанные с событиями той ночи, Гал невольно вспомнил про их провожатого. Гном тогда ему очень понравился своей жизненной энергией и позитивно-наплевательским отношением к окружающей действительности.

– Мастер, а мы увидим Крэма?

– Думаю да, по крайней мере, насколько мне известно, он не покидал пределов Серебряного Луга, даже несмотря на недавние неприятности. – Сиддон тяжело вздохнул. – После бунта многое поменялось, поверь, ты не увидишь того милого захолустного поселка, который предстал перед нами несколько месяцев назад.

И, действительно, еще даже не дойдя до Серебряного Луга, молодой следопыт ощутил витающее в воздухе напряжение. Если раньше по обочинам стояли разве что доски с объявлениями о продаже скотины, имущества и различных орудий труда, то теперь каждые пятьсот метров везде красовались воткнутые в землю копья с нанизанной на конце латной перчаткой ― фирменный знак стражей земель, гласящий о том, что территория находится под их контролем. Изредка встречающиеся крестьяне молчаливо опускали глаза вниз, даже не здороваясь. Но все это все были только цветочки, настоящие ягодки пошли тогда, когда следопыты миновали холм и вышли на прямую тропу до поселка. В этот момент на горизонте показались первые домики Серебряного Луга, а вместе с ними по бокам дороги выросли жуткие столбы, на которых в подвешенных металлических клетках нашли свой покой участники восстания. Конечно, они все уже были давно мертвы, и теперь лишь вороны, без устали кружась у этих «висячих гробов», наслаждались медленно разлагавшейся плотью. Зрелище просто отвратительное! Галатар отвернулся и, как мог, старался сфокусировать взгляд на дороге, но это не дало нужного эффекта, проклятые клетки стояли буквально везде. Одну фигуру полуэльф даже узнал, что не мудрено, ведь дровосек Каул еще при жизни выделялся среди всех своими могучими габаритами.

– Учитель Сиддон, я помню этого человека! Именно он засадил свой кулак в жбан солдату лендлорда, тогда-то и началась заваруха.

Мастер только пожал плечами.

– Если честно, я не видел, с чего все началось, но если это так, то, судя по всему, для челюсти стражника выдалась не самая удачная ночь. Впрочем, ночь была тогда неудачной для многих. – В отличие от Гала старый следопыт сохранял полное спокойствие, и даже пару раз цинично шутил, но вот следующий его вопрос, как ни странно, оказался весьма серьезен:

– Ну что, как тебе правосудие лорда Фрелла?

Еще раз взглянув на жуткие клетки, полуэльф, грустно вздохнув, ответил:

– Мне кажется, что хватило бы устроить показательную казнь на главной площади, а потом предать останки земле. Пусть владыка загробного мира Таос сам разбирается с их душами.

Учитель внимательно посмотрел на молодого ученика. Когда-то давно он был так же наивен и многого чего не понимал в этом мире. Эх… сколько уже лет минуло.

– Ничего ты не видишь дальше своего носа, мой дорогой раздолбай. Запомни, на площади казнят воров, убийц, бандитов и прочий сброд. А здесь у нас мятежники, покушавшиеся на порядок Высоких Земель. Что с нами будет, если у них все получится, и они совершат, что задумали? Мы опять канем в бесконечную войну древних королей или будем рабами под пятой объединения магов? Нас захватят фереленцы или южане? Что будет дальше? Да я даже думать об этом не хочу!

– Подождите, но вы сами говорили, что это должно было случиться, и что Байр своим бездарным управлением сам довел до всего этого?

– Говорил, и от своих слов не отказываюсь. И, даже более, по моему мнению, сам лендлорд должен понести наказание. Например, висеть рядом, правда, в клетке поприличнее. Но это не отменяет вышесказанного! Запомни, никому не дано поднимать меч на порядок Высоких Земель, независимо от обстоятельств. А уж если кто-то его и поднял, то этот меч должен очутиться у него глубоко в заднице. Да так, чтобы все остальные это лицезрели! – Сиддон на несколько секунд умолк и продолжил более спокойным тоном. – Галатар, я бы никогда не начал этот разговор с кем-то другим, но тебе необходимо знать, что должен делать правитель, когда ставят под сомнение его власть. Этот урок не для следопыта Галатара, а для будущего наместника Твердыни Каморана!

– А что, если я не захочу быть главой рода Каморанов, вдруг я решу продолжить службу в следопытах.

Хоть и сказано это было, скорее, в шутку, Сиддон ответил на полном серьезе:

– Тогда выкинь из головы всю ту хрень, что я тебе только что наговорил, и живи нормальной жизнью. – Затем его тон сменился на более расслабленный. – А, вообще, если останешься, то это будет самый счастливый и невероятный день в моей жизни. Хах, мы тебе и должность хорошую подберем: следопыт северных рубежей Галатар Каморан… Звучит же! – Он по-дружески ткнул кулаком в бок своего ученика.

Гал хоть и попытался выдавить из себя улыбку, но получилось плохо. В своих мечтах он часто представлял, что заедет в Твердыню своего рода, не как простой член семьи, а уже как полноправный властитель, и начнет править своими землями мудро и справедливо. Но это все были мечты, в реальности, к сожалению, все было не так просто. Совсем не просто…

Наконец жуткие столбы закончились, и следопыты вошли в Серебряный Луг. Нигде не задерживаясь, они быстро поскакали к центральной площади, где теперь были раскинуты шатры стражей земель. Командный состав занял ратушу, организовав там что-то вроде штаба, а простые солдаты коротали время в палатках. В это время на небольшом помосте военный священник весьма вдохновенно зачитывал одну из самых популярных общих молитв: «И да помогут нам боги преодолеть те невзгоды и напасти, что обрушились на нашу многострадальную землю! Анакан, творец, что восседает на коне и ведет наш мир по кругу жизни, дай новый день для этого мира. Эллестра, привнеси в этот мир свои творения и вдохни в них жизнь! Калана, зажги в них огонь любви, дабы эта жизнь продолжалась. Корр, надели их силой, а Синтра, поделись своей магической мощью, дабы они могли противостоять всем невзгодам. И, наконец, Таос, прими в свой мир тех, кто уже прошел путь и выполнил свое предназначение!»

Помимо пантеона людских богов, дальше шли упоминания божеств эльфов и гномов, но клирик немного подзабыл текст и ограничился всего лишь словами: «И да хранят своих детей боги Подземного мира и Верхолесья». Все-таки он больше привык сражаться, нежели зубрить книги по богословию.

Неожиданно из палатки вынырнул наш старый знакомый Крэм и с сердитым видом направился к проповеднику.

– Ах ты, дубина! Какие, твою мать, боги Подземного мира! Неужели тяжело запомнить: великие покровители народа подземелий – Трейн, Горн и Сэта! Вас что, ничему не учат в ваших богадельнях! Уххх, да если бы ты зачитал свой опус в Алмазном Городе, тебя бы скормили пещерным червям.

Опешивший человек начал было оправдываться, что он вообще нигде не учился и сейчас временно находится на должности отрядного клирика, так как их основного священника сразила болезнь. Но для такого любителя порядка и дисциплины, как Крэм, это были слабые оправдания.

– Не думал, что ты настолько набожен, мой друг.

Гном даже не повернулся, но услышав замечание тут же отреагировал.

– В этом безумии кем только не станешь! Мало у нас бед, так тут еще пренебрежительно относятся к моим покровителям!

– Он не специально. Я уверен, что он очень уважает твоих богов, просто у него пока слишком мало опыта в таких делах.

– Так, стоп, ты вообще кто такой? – Крэм развернулся и перед его взором предстали два следопыта. – Кого я вижу! И снова привет тебе, Сиддон Северный Ветер и тебе, юный Галатар Каморан. Какими судьбами вас снова занесло в наши многострадальные края?

– Рад встрече, уважаемый Крэм. Жаль, что теперь она проходит не в самой радостной обстановке. Мы здесь проездом, наш путь лежит к землям Каморана.

– Аааа, понятно, я уж было подумал, что вы послушали мой совет и приехали опробовать наш сидр. К сожалению, в этом году он слишком отдает трупным запахом, а так бы с радостью угостил вас. Да уж, сейчас и впрямь не самое лучшее время.

Наступила неловкая пауза, которую, к всеобщему удивлению, разрядил Галатар.

– Скажите, а лендлорд Байр с дочкой до сих пор здесь?

– Да помилуй, юный Каморан. Их я не видел с той самой ночи. А вообще говорят, что лорд Фрелл держит нашего свина где-то у себя в лесу. Теперь вместо лендлорда у нас тут главный ― хранитель закона Сирт. Сколько это еще продлится, никто не знает. Но, рано или поздно, кого-то должны прислать.

И снова все замолчали. Поняв, что гному сейчас точно не до задушевных разговоров, Сиддон поблагодарил его за сохраненные вещи и, извинившись за неожиданное вторжение, вместе с Галатаром, отправился дальше.

Остальной их путь прошел без приключений или деталей, на которых стоит заострять внимание. Они спустились к реке, перешли через мост, заночевали в таверне и уже к полудню следующего дня дошли до развилки: одна дорога вела в лес Каморана, вторая в сторону долины Ферелен. Здесь нашим героям пришла пора проститься.

Сиддон искренне пожелал Галатару успехов в охоте, и, конечно же, не забыл пошутить про то, что надо пить поменьше зелий и всякой волшебной дряни. Ученик посмеялся и, в свою очередь, пожелал учителю удачи в делах. Тепло попрощавшись, каждый из них отправился своей дорогой.

Теперь Галатар был свободен от преподавателей, экзаменов, тренировок и прочей обыденности студента лагеря следопытов. И все же он прекрасно понимал, что впереди его ждет не праздный отдых, а серьезное дело. Все-таки большая охота очень важное мероприятие, проходящее раз в несколько лет. Именно сейчас Галатар должен показать все, на что способен, и, главное, чтобы не вышло как тогда, с минотавром.

От мыслей о проваленном экзамене полуэльф вздрогнул, но затем быстро пришел в себя. Сейчас его путь лежал по местам детства, такому родному и, в то же время, такому далекому лесу Каморана. Он знал в нем каждую тропинку, каждое дерево и куст, знал, где находятся деревни дровосеков и рыбаков и с закрытыми глазами мог спокойно дойти до Твердыни Каморана. Собственно, вот, она уже впереди!

Массивное строение ничуть не изменилось, все такой же угрюмый кусок камня, возвышающийся над лесом с одной стороны и бескрайними полями с другой. У стены стояли знакомые стражники, они, естественно, сразу признали гостя и даже обрадовались появлению непоседливого племянника Андада. Войдя во двор, Галатар окинул взором толпы слуг, бегающих туда-сюда и что-то беспрерывно таскающих. Все в замке готовились к походу. Точнее к походу готовились в основном знатные обитатели замки и воины, а прислуга всего лишь собирала в дорогу вещи. В людской суете выделялась фигура в пурпурной рубашке с золотой лентой на груди. Это был человек среднего роста с прямым носом, длинными русыми, с проседью, волосами и серыми пронзительными глазами. Как нетрудно догадаться, процессом подготовки руководил лично Андад Каморан. Он с энтузиазмом раздавал всем приказы и поручения, но вдруг заметил въехавшего во двор Галатара. Сразу же забыв обо всем, хозяин замка кинулся навстречу племяннику.

– Мой мальчик! Наконец-то! Я уж было подумал, что руководство лагеря не отпустит тебя. Слезай с лошади быстрее.

– Дядя Андад. – Молодой следопыт спрыгнул на землю и отвесил поклон. – Я же не могу пропустить такое событие.

– Ну, конечно, ты же все-таки Каморан, а не какой-то изнеженный вельможа. – Он осмотрел племянника сверху донизу. – Это что тут у нас? Неужели «Погибель гоблинов», вот уж не думал, что ты до сих пор носишься с этим мечом.

– Это прекрасное оружие, по крайней мере, оно ни разу еще меня не подводило.

– Не спорю, отличный клинок для охоты, но я все же думал, что ты возьмешь что-то потяжелее.

– Я следопыт, а не воин, мы не любим таскать тяжелое оружие.

– И то верно. Не обижайся, мой мальчик, я уже стар и всех равняю под себя. Ахахах… добро пожаловать домой, Галатар. – Андад со всей искренностью заключил в объятия племянника. – Как же я рад! Давай иди скорее к старой Берте, она тебя накормит до отвала и уложит спать. Вечером жду у себя в комнате, очень хочется с тобой пообщаться в менее суетной обстановке.

Галатар, поблагодарив дядю, уже собирался было идти, но вдруг знакомый голос сзади полоснул его, подобно удару кнута.

– И что, вот так, сразу, покинешь нас, даже не поздоровавшись с любимой тетушкой?

«О нет, эта сука здесь!»

Глава 8

Благородный олень изо всех сил мчался через чащу леса, попутно сбивая на своем пути небольшие деревья и кустарники. Он постоянно пытался свернуть в сторону, но всякий раз, натыкаясь на засаду из охотников или воткнутые в землю копья, возвращался на исходный маршрут. К великому сожалению, зверь не мог понять, что по этому пути его специально гонят, и он с таким рвением и жаждой жизни бежит прямиком к своей погибели.

Еще один шаг, и земля проваливается под копытами могучего обитателя леса. Несколько мгновений он пытается цепляться за края ямы, но слишком большой вес тянет рогача вниз к острозаточенным кольям, торчащим прямо из земли. В этой борьбе зверю не победить, и он, лишенный последних сил, принимает свою судьбу. Тут же из-за деревьев, с радостными криками, выбегает толпа гоблинов. Сегодня для них выдался на редкость удачный день — туши хватит на несколько недель, а шкура пойдет на утепление жилищ. Десятки гоблинов в радостной эйфории начинают плясать, кричать и петь свои боевые песни (хотя пением это кряхтение можно назвать только с очень большой натяжкой). Несколько охотников хватают вождя и в едином радостном порыве подбрасывают его в воздух. Раз, два… и главарь гоблинов взмыл вверх, и еще раз… теперь уже выше. Ну и третий, куда же без него. Вождь подлетел метра на три от земли, довольные охотники поймали его с таким же мастерством, что и в предыдущие разы. Вот только вернулся к ним он уже в виде трупа с торчащей из глаза стрелой.

Мерзкие твари застыли в недоумении, все-таки по своей природе гоблины не отличались сообразительностью даже в такие судьбоносные моменты. В этот миг из-за деревьев с мечом наперевес выскочил Галатар, а за ним Андад со своими воинами и магами. Началась кровавая резня. Первыми под удар попали те монстры, что только что подбрасывали в воздух своего вождя. Самому крупному из них полуэльф с разворота отсек голову, а остальных просто одного за другим насадил на свой клинок. Оставшиеся твари пытались как-то сгруппироваться и дать отпор, но это у них выходило весьма скверно, нападавшие крепко знали свое дело. Одни гоблины падали от резаных ран, а другие бились в предсмертной агонии от магических ожогов. Буквально за пару минут все поляна была просто усыпана их мелкими телами.

Стерев пот с лица, молодой следопыт посмотрел на дядю, тот тоже тяжело дышал, но ответил племяннику улыбкой и одобрительным кивком. Все было именно так, как представлял Галатар в своих мечтах.

– Вот заразы! – один из воинов пнул лежащую на земле тушу гоблина. – Такого рогача загнали; у нас их и так немного осталось.

– Олень бы мог дать хорошее потомство. Жаль, но, по крайней мере, после очистки леса другие звери надолго вздохнут спокойно, – с грустью в голосе ответил Андад.

Воины и маги, в это время, прогуливаясь между трупов, убеждались, что в бойне никто не выжил.

– Наместник Андад, все прошло замечательно. У нас ни одной потери, а все твари отправились к своим гоблинским богам. Только вот что делать с телами?

– Оставьте диким зверям, пусть попируют.

Гал неожиданно оживился и подошел к Андаду.

– Дядя, я прошу прощения, но оставлять тела так нельзя. – Все резко уставились на молодого выскочку. – Дело в том, что у многих племен гоблинов практикуется один интересный ритуал. Они собирают своих павших собратьев и делают из них чучела, после чего устраивают специальные игрища, где, как они считают, вбирают в себя силу и мощь из тел погибших. Именно поэтому, чем больше их убиваешь, тем яростнее они снова идут в бой.

Андад задумчиво почесал подбородок.

– Вот как… а я и не знал об этом, хотя мне приходилось общаться с довольно опытными следопытами на тему охоты на гоблинов.

– Это совсем недавнее открытие. Нам на уроках рассказывали, что один лендлорд только тогда смог вывести донимавших его гоблинов, когда стал забирать их трупы и сжигать на костре.

– Ха, так вот оно что! Смотрите-ка все, какой мой племянник стал ученым. – Все по-доброму засмеялись. – Ну ты меня поразил. Мало того, что мечом орудуешь не хуже славного воина, так еще и не спишь на занятиях. Что сказать, от такого следопыта не откажется даже сам лорд Фрелл!

Немного смущенный, Галатар поклонился своему дяде, а тот жестом подозвал одного из магов.

– Геррон, ты знаешь, что делать.

Тот, улыбнувшись циничной улыбкой, кивнул и командным голосом прокричал:

– Так, скидываем тушки в яму! Все за дело!

И работа закипела. Тела гоблинов сбрасывались в ими же выкопанную яму, а когда она полностью заполнилась, волшебник подозвал двух своих коллег, и они с помощью заклинания огненной бури зажги гигантский костер. Вокруг стояла просто неописуемая вонь. Члены экспедиции все, как один, позатыкали носы, дабы не чувствовать этот мерзкий запах горелого мяса.

Охота продолжалась. Впереди по плану была встреча с группой Келтера Каморана и Фелинии, а затем, после объединения сил, всех ждало весьма опасное мероприятие ― охота на горных троллей.

При мысли о том, что скоро придется стоять рядом с Фелинией, лицо Гаратара перекосилось. Ему вполне хватило недавней встречи во дворе, когда эта ведьма опять потрепала его за ухо и издевательски напомнила про то время, когда им было «так хорошо вместе».

«Уххх, когда я стану наместником, то посмотрим, кто кого будет трепать за ухо!» – выругавшись про себя, Гал раздраженно воткнул меч в ножны. Затем он вместе с остальным отрядом отправился в сторону Железных Гор, именно у их подножия обитали одни из самых жутких и опасных тварей леса Каморана – горные тролли.

***

Железные Горы. Эти загадочные и таинственные каменные образования плотно опоясывали Выскокие Земли, долину Ферелен, Южные Земли и Верхолесье. По легенде, давным-давно, Общий Мир бороздил бесконечное пространство в виде огромного валуна, пока Анакан, великий творец всего сущего не ударил в центр молнией, тем самым расчистив площадку для жизни. Затем он запряг своего коня в то, что осталось от камня, и помчался по кругу. С помощью богини Эллестры, оставшийся после удара молнии кратер заполнила жизнь, и теперь только края в виде Железных Гор, напоминают о том, что когда-то весь этот мир был одним гигантским валуном. За Железными Горами нет ничего, только великая бездна и безвременье, никому не дозволено пересечь их, так как Анакан поражает молнией всех, кто заходит дальше дозволенного.

Это предание составляло основу божественного учения Общего Мира. Религиозные представления эльфов и гномов были примерно такими же, только их божества носили другие имена. Являлось ли это просто легендой и фантазией — сложно сказать, но вот молнии были точно реальные, ибо уже несколько смельчаков погибло, пытаясь посмотреть, что там, за краем. Этих несчастных, конечно, было не так уж и много. Ведь обгоревшие и откинутые на многие километры тела мертвых авантюристов сразу отбивали желание у тех, кто еще подумывал пересечь Железные Горы.

***

Именно к подножию Железных Гор и отправился отряд Андада Каморана. По пути, как было запланировано, они встретились с Келтером и его людьми.

– Ну и вонищу после себя вы оставили, весь лес просто пропах горелыми гоблинами! – Келтер, облаченный в черные доспехи, восседал на своем Несущем Бурю.

– А за это скажи спасибо племяннику. На самом деле он дал нам очень мудрый совет, а то я давно уже не мог понять, почему лесные гоблины ведут себя столь агрессивно. Оказывается, нельзя оставлять трупы в лесу, это их только раззадоривает.

Келтер скептически бросил взгляд на молодого следопыта и равнодушно ухмыльнулся, он вообще очень редко показывал свои чувства. Рядом с ним на Камелле восседала Фелиния и загадочно смотрела в никуда. Она даже не обратила внимания на появление ее «любимого» племянника.

Объединенный отряд двигался дальше, теперь это была действительно грозная сила, способная дать отпор даже таким опасным тварям, как горные тролли. Воины наместника шли пешком, а люди Келтера ехали впереди на лошадях, через какое-то время они тоже должны будут спешиться и идти вместе с остальными по бездорожью предгорья. Но вдруг случилось неожиданное: когда до Железных Гор осталось совсем немного, Андад резко выхватил свой полуторный меч из ножен.

Их ждали. Два огромных горных тролля выскочили из бурелома. Подобно вихрю, они сметали все на своем пути: кусты, деревья, камни… все летело в сторону существ, нарушивших их драгоценный покой. Первый тролль с ревом вонзился в группу, повалив на землю воинов Андада, а второй помчался на конников Келтера.

Вид этих монстров действительно внушал какой-то благоговейный ужас: если представить откормленного гоблина, а потом увеличить его в десять раз, то получится что-то похожее на горного тролля, при этом стоит добавить сюда огромную силу и неистовую ярость. Да что тут говорить, ведь горных троллей из-за их свирепости даже не использовали для экзаменов на арене!

В этой ситуации Геррон быстро сообразил, что к чему, и направил заклинание ледяной стрелы точно в морду твари. Схватившись за глаз, тролль рванулся к волшебнику. К сожалению, маг не успел увернуться, и огромная туша просто похоронила его под собой.

Все это видел Галатар, которому эта сцена напомнила недавние события, когда он тоже не смог вовремя отскочить от минотавра и был на волосок от гибели. Полный ярости, полуэльф со всех ног бросился к монстру, и как только тролль поднялся с придавленного мага, «Погибель гоблинов» отправилась ему точно в брюхо. Остальные члены экспедиции, недолго думая, сразу же бросились добивать гиганта оружием и магией. Первый монстр буквально за несколько секунд оказался повержен. Со вторым троллем тоже никаких особых проблем не возникло; из седел было выбито всего пару человек, а остальные конные воины быстро отошли назад. Фелиния достала лук и со скоростью эльфийского стрелка посылала стрелы в туловище тролля, тогда как люди Келтера резали его, пролетая мимо на своих лошадях. Но гигант все не унимался, он бросался на воинов, размахивая лапами и даже пару раз пуская в ход клыки. Точку в этом «танце» поставил Андад. Подкравшись сзади, он мастерски всадил полуторник между позвонков тролля.

Как только грозный противник рухнул, все, кто мог стоять на ногах, заняли оборонительную позицию. Убедившись, что врагов рядом больше нет, и вторая засада маловероятна, люди бросились к раненым, в надежде оказать хоть какую-то помощь.

Вывод напрашивался неутешительный: дерзкая вылазка горных троллей все-таки прошла успешно. Три человека нуждались в срочной медицинской помощи, около пяти были с легкими ранениями, а двое отправились в чертоги Таоса. К сожалению, среди погибших был волшебник Геррон.

Для Андада это было сильным ударом. Он долго молча стоял над телом боевого товарища, потом присел на одно колено и тихо прошептал молитву последнего пути воина, отправляющегося в чертоги Таоса. Галатара и всех присутствующих эта сцена действительно тронула до глубины души.

– Собираемся! Все, возвращаемся в лагерь, на сегодня поход закончен! – громко скомандовал наместник.

Никто не возражал, все прекрасно понимали, что сегодняшний налет на пещерных троллей потерпел неудачу. К стоянке все шли молча, где-то сзади плелись лошади, с погруженными на них ранеными и телами погибших. Пешую колонну возглавляли Андад и Галатар.

– Дядя, очень жаль, что так вышло. Геррон был хорошим человеком, я помню, как он пытался научить меня простым заклинаниям стихий, – Гал вздохнул, – жаль только, что я к магии непригоден.

– Это жизнь, с этим ничего не поделаешь, мы приходим в этот мир и уходим из него в назначенный час. Геррон выполнил свое предназначение, теперь настала пора проводить его в последний путь.

– За каждого погибшего мы убьем десятки троллей! Эти дни он запомнят надолго. – Галатар говорил этой с такой яростью, что, казалось, он сейчас развернется в обратную сторону и побежит резать всех обитателей предгорья.

– Не надо никуда спешить. Поверь, мы только поэтому и попали в засаду, что хотели сделать все побыстрее. Завтра в предгорье отправим дозорных, а на следующий день выдвинемся сами. Помнишь, о чем мы с тобой говорили только недавно? Истинный правитель должен обдумывать каждое решение, иначе за свою спешку будет вынужден расплачиваться кровью.

– Но как не сделать ошибок? Как просчитать все до самой мельчайшей детали? Дядя, когда мы вчера с тобой беседовали, я так и не сказал тебе, какие меня терзают сомнения. Уххх… иногда мне кажется, что мне не по силам занять твое место, что ремесло следопыта ― максимум, на что я способен. А сегодня я в очередной раз в этом убедился в этом, ведь если бы я руководил всей этой экспедицией, то пали бы не только Геррон и тот воин, а намного больше…

– Галатар! – Андад вдруг резко оборвал своего племянника. – Я вижу твои страхи, вижу твое волнение и метание души. Ты сейчас для меня как открытая книга, а знаешь почему? Да потому что я сам был такой же в твоем возрасте! Ты думаешь меня не мучали сомнения перед тем, как получить этот титул? Да скажу даже больше, я год проторчал в гильдии воинов в пьянстве и сражениях, когда должен был находиться рядом с умирающим отцом. А все потому, что я боялся принять ответственность.

– Ты… боялся принять ответственность.

– Да, именно так. Поверь, тебе еще многому предстоит научиться и многое узнать. И даже кое-что такое, что перевернет твое представление о нашем мире раз и навсегда. Но не сейчас, еще пока рано.

Племянник смотрел на дядю с восхищением и, в то же время, с каким-то недоумением. Андад Каморан, этот клинок из закаленной стали, просто созданный для того, чтобы быть наместником, оказывается таким же живым человеком, со своими страхами и переживаниями. Для юного следопыта это было открытием.

– Мы попозже об этом поговорим, мой дорогой Галатар, а пока есть время, лучше поточи свою «Погибель гоблинов» и отдохни. Завтра погоняем орков, это будет хорошая тренировка перед горными троллями.

Ближе к вечеру они вернулись в палаточный лагерь, со стороны напоминавший скорее стоянку бродяг или логово бандитов. Галатар, испив воды из наспех сделанного колодца, быстрым шагом отправился в свой шатер. Сейчас ему просто хотелось упасть на лежанку и поспать хотя бы полчаса. Но, как только он отодвинул ширму, стало понятно, что его планам не суждено сбыться, так как внутри его уже кое-кто поджидал. Молодой следопыт сперва не понял, что это за наглец, посмевший так бесцеремонно вторгнуться в его жилище, но, приглядевшись, вдруг понял, что это его старый знакомый из детства – Свен Каморан. Вот только вот выглядел он что-то не очень ― бледня кожа, абсолютно пустой взгляд и какая-то неестественность говорили о том, что его двоюродный брат, скорее всего, чем-то болен.

Галатар с криком: «Ах ты, сукин сын!», бросился обнимать друга, но тут случилось невероятное. Как только он заключил его в объятия, тот просто взял и испарился с громким хлопком.

– Что это за фокусы! – Полуэльф уже было потянулся за мечом, как вдруг сзади послышался такой знакомый хохот.

– Ты бы видел сейчас себя со стороны, дорогой кузен. Такое выражение лица, как будто увидел демона из другого плана.

– Свен! Ты, кусок магии! Ну и у тебя и шуточки!

– Да ладно тебе, Гал, классно же получилось. Этой иллюзии меня научил один старый волшебник, он всегда таким способом приветствовал своих родственников… и именно поэтому они к нему больше не приезжают.

Двоюродные братья обнялись, теперь уже по-настоящему, после чего Свен предложил проследовать к нему в шатер.

– Жаль, что я не успел к началу вашего похода. Стражник на воротах Твердыни сказал, что вы выдвинулись буквально несколько часов назад, так что догонять уже не было смысла.

– Ты не много пропустил, сегодня был ужасный день. В стычке с горными троллями мы потеряли двух людей, причем один из погибших — Геррон.

– Геррон?! – Свен опустил голову. – Как же так! Это был мой первый учитель, он научил меня примитивным заклинаниям магии стихий и всегда говорил: «Из тебя, парень, получится настоящий мастер волшебства!». Эххх, я даже привез ему несколько книжек из библиотеки академии.

– Разделяю твою скорбь, брат, но ничего, послезавтра мы почтим его память. Троллям не жить!

– Я с вами; эти сволочи узнают, что такое боль. Поверь, раны от клинка ничто перед изощренной магической пыткой. – Волшебник цинично улыбнулся.

В этот момент полуэльф заметил, что после слов «изощренная магическая пытка», лицо Свена засияло. Видимо, обучение в магической школе сильно озлобило его. Хотя и в детстве он всегда был намного более циничен и жесток, чем Галатар. Например, будущий маг мог спокойно смотреть, как Берта режет кур или гусей, а однажды просто ради интереса сам сбросил с башни бродячую собаку. Кажется, за эти годы его темная сущность расцвела буйным цветом.

Они вошли в богато обставленный шатер Свена, который был полным антиподом скромного обиталища Галатара: лежанка из бархата; шкура медведя на полу; стол и стулья из массива дерева; аккуратно сложенные в углах книги... Все здесь говорило о том, что хозяин очень ценит комфорт.

– Ну ты даешь, Свен. Если бы я не знал тебя, то подумал, что зашел в шатер лорда Фрелла.

– Ха, ты уж извини, но валяться на земле точно не по мне.

– Конечно, вы, маги, любите все пафосное и помпезное.

– Естественно! Это абсолютно нормальное чувство человека благородного ремесла. Сказать по правде, я вообще до сих пор не понимаю, почему ты решил получить образование в лагере следопытов. Следопыт… это даже не воин, а обычный бродяга!

– А волшебник — это обычный мужеложец и извращенец!

– Ай, опять эти крестьянские шуточки.

Со стороны могло показаться, что братья ругаются, но на самом деле это была их обычная манера разговора, они с детства любили подкалывать друг друга. Встреча проходила в очень теплой и дружеской обстановке, Галатар и Свен, со смехом вспоминали их летние приключения в Твердыне Каморана, не забыв, конечно, и про случай с вином. Сейчас это казалось чем-то смешным и забавным, но тогда никому до смеха точно не было. Они так увлеклись беседой, что даже не заметили, как в палатку ворвалась запыхавшаяся девушка-южанка с небольшим мешком в руке. На вид она была вполне не дурна: приятные черты лица, смуглая кожа и завязанный в хвост пучок черных волос.

– Мастер, я собрала все травы, что вы просили! – с одышкой отрапортовала она.

Галатар аж дернулся от такой неожиданности, на Свена же ее появление не произвело никакого эффекта.

– Спасибо, Натира. Можешь кинуть в угол к остальным ингредиентам. Я потом все посмотрю.

– Свен, это за чудо?

Откинувшись с важным видом на спинке стула, волшебник с гордостью произнес:

– Это моя ученица, Натира.

– Ученица??!! – полуэльф открыл рот в удивлении. – Какая, Эллестра тебя подери, ученица?! Ты же сам еще маг-недоучка.

– Я один из лучших студентов академии, именно поэтому мне оказана великая честь взять под свое покровительство одного из абитуриентов. Через год я буду представлять ее на экзаменационной комиссии, и только от того, что я скажу будет зависеть, — зачислят ее или нет.

– Оооо, какие мы важные шишки. Наверное, в следующую нашу встречу передо мной уже предстанет архимаг Свен Каморан.

Гал действительно был поражен, каких высот добился его двоюродный брат. Он даже немного завидовал ему.

– Натира! – командным голосом прокричал Свен. Южанка тут же встали перед учителем по стойке смирно. – Мы с моим другом хотим немного отдохнуть, принеси, пожалуйста, кристаллы.

– Кристаллы!? Свен, какие еще кристаллы? – Галатар немного напрягся.

– Ты что маленький? Естественно, слезы Анакана! Это лучшее, что можно достать.

Теперь все стало понятно. Слезы Анакана были сильнейшим наркотическим средством, что знали разумные расы Общего Мира. Считалось, что с их помощью можно было говорить с Богами и даже посещать планы демонов. При этом они вызывали просто жесточайшую зависимость, различные зелья усилений и прочие магические штучки по сравнению с ними были просто детскими игрушками. Само собой, данный препарат находился под строжайшим запретом.

– Нет, я не буду употреблять такое, даже не проси. – Молодой следопыт тут же вспомнил данное себе обещание завязать со всякой дрянью после позорного поражения от минотавра.

– Ты даже не знаешь, от чего отказываешься. Все, что ты пробовал до этого — всего лишь жалкая пародия на истинное удовольствие. А какое усиление чувств она дает во время, ммм… сношения, — это ни с чем не сравнится. Впрочем, у тебя есть уникальный шанс попробовать, я с радостью еще кое-чем поделюсь со своим братом. – Он погладил рядом стоящую Натиру по бедру.

Нет, это уже слишком! Галатар, хоть и сам был далеко не недотрогой в вопросах общения с женским полом, но даже для него это было за гранью. Как вообще можно спать со своей ученицей, а тем более превращать в куклу и давать «поиграться» кому-то другому? Он всегда считал, связь учителя и ученика — это нечто гораздо больше, чем просто отношение хозяина и раба. Эти убеждения ему привил мастер Сиддон.

– Нет! Свен, ты что делаешь? Совсем уже остатки совести потерял в своей магической школе.

– Ой, какие мы моралисты. Впрочем, я всегда догадывался, что в лагере следопытов из людей делают святош и евнухов.

– Да при чем здесь святость!? Просто ты уже вообще переходишь все границы! Я лучше пойду, не хочу участвовать в твоем балагане. – Полуэльф уже было встал со стула, но Свен рукой остановил его.

– Подожди, кажется, я погорячился. Просто у нас, магов, немножко другой взгляд на жизнь. Но раз уж не хочешь опробовать кристаллы и мою ученицу, то хотя бы выпей грибной настойки. Помяни старого доброго Геррона.

В принципе, Галатар не прочь был пропустить пару стаканчиков. Тем более, после сегодняшней вылазки в предгорье настроение было хуже некуда.

– Ладно, но только немного.

Натира, как будто предугадав ответ полуэльфа, уже стояла с бутылкой зеленоватой жидкости в руке. Судя по оттенку, это настойка из грибов зеленушек, или...? Впрочем, из чего она была сделана, Галатару сейчас абсолютно без разницы. После первой кружки он почувствовал какую-то легкость и приятное головокружение, при этом на вкус она была не крепкой и чем-то напоминала яблочный сок. Видимо, это не совсем простая грибная настойка.

– Уххх, знатное пойло, сразу расслабляет.

– Это из личного погреба архимага. Я хорошо знаком с хранителем ключей, поэтому иногда он мне делает такие подарки за определенные услуги.

Что это за услуги, полуэльф знать точно не хотел, но подозревал, что они связаны с ученицей волшебника или наркотическими кристаллами.

«Да уж, а еще Сиддон говорит, что я пропащий». – Молодой следопыт осушил еще одну кружку. В этот момент он краем глаза увидел, как его брат закинул в рот и проглотил голубой кристалл. Точно такое же действие проделала и Натира.

«Тьфу ты, они еще и вместе этим занимаются. Наверняка Свен ее подсадил, хотя… да вообще какое мне дело до всех этих высокодуховных отношений между волшебниками? Рассуждаю, как старый хрен». – Он налил себе еще.

Натира стояла на коленях и подобно кошке терлась о ноги своего учителя, потом она плавно начала расстегивать пуговицы на шелковых штанах Свена. После небольшой прелюдии начался сам процесс доставления удовольствия и, судя по стонам Свена, делала она его не хуже элитной эльфийской проститутки.

Нет, это уже перебор, смотреть на все это у Галатара уж точно не было никакого желания. Вскочив со стула, он, шатаясь, побрел к выходу из шатра. В этот момент его ноги упорно отказывались слушаться и стали ватными. И это всего-то с трех кружек! Да уж, тут точно не простая настойка.

Покинув шатер, полуэльф вдохнул приятный ночной воздух, и ему даже показалось, что он на секунду отрезвел. Но это, скорее, было затишье перед второй волной. Немного пошатываясь из стороны в сторону, он прошел мимо своей палатки, а затем просто уселся на землю.Лагерь в это время уже полностью погрузился в сон, лишь изредка между шатров сновали несущие дозор караульные. Один из них даже хотел подойти к Галатару, но, узнав в ночном пьянице члена рода Каморанов, вернулся на маршрут. А молодой следопыт тем временем смотрел на звездное небо. Какое же оно красивое! Неужели, когда-то давно, на него так же смотрели воины и великие правители давних лет. И, кстати, вспомнив о древних королях, он непроизвольно начал тихо запевать песню, старый эпос времен раздора, когда два великих правителя захотели с помощью поединка окончательно решить, кто будет править землями Общего Мира.

Войско стоит, ждет короля:

Ведь поединок так скоро

В этот судьбы удивительный час

Окончится эра раздора

Сколько уже идет эта война,

Мало из нас кто припомнит.

Но в битве двух разрешится судьба

И да придет конец бойне!

С той стороны наши враги

Жаждут победы мгновенья,

Их повелитель с секирой в руках

Вышел на поле сраженья

Меч и топор, искры и сталь,

Двое сошлись в диком танце.

Никто не готов был победу отдать,

Ведь одинаковы шансы

Кровь пролилась, чья – не понять,

Рухнули замертво оба!

Войско достало из ножен мечи

И да продолжится бойня!

Неожиданно сзади раздался приятный женский голос:

– Какая старая дикая песня, давно я не слышала в этих краях ничего такого. Обычно здешние люди предпочитают что-то поновее. И, кстати, ты ушел, не допив. – Она протянула полуэльфу кружку с настойкой.

Тот, даже не посмотрев в сторону Натиры, выхватил ее и пренебрежительным тоном ответил:

– Ты, кажется, была занята обслуживанием моего кузена. Мне, если честно, плевать на ваши отношения, но если хотите, чтобы за вами кто-то смотрел, то лучше найдите кого-нибудь другого. А вообще, это он тебя прислал? Тогда иди и передай ему, что время позднее, пусть ложится спать, ведь даже волшебникам иногда нужен отдых, — одним махом молодой следопыт осушил стакан и уже собрался вновь продолжить поиски своего шатра. Как вдруг его осенило: то, что он сейчас выпил, была не грибная настойка.

Резко повернувшись на внезапную гостью, полуэльф обомлел. Это не Натира! Это была она! Да, та самая эльфийка, что когда-то давно предавалась плотским утехам с мерзким карликом Дирком на древних камнях Каморана.

– Ты! Я помню тебя! – Отпрыгнув, Гал хотел было схватиться за «Погибель гоблинов», но его рука застыла и отказывалась подчиняться. Затем он пытался позвать на помощь патрульных, но голос тоже не слушался. С ужасом он смотрел, как коварная эльфийка ходила вокруг него.

– Помнишь меня? Хммм, я думала, что капюшон надежно скрыл мое лицо, когда я вела тебя к этой дурочке Лориэнне. Ну ладно, сейчас это уже не имеет значения — тогда ты ускользнул от нас, но это были лишь временные трудности. Пора тебе внести вклад в наше дело, юный Галатар Каморан.

Бедный полуэльф, пойманный в такую простую ловушку, тем временем погружался в какой-то транс. Неизвестное зелье сковало его волю, перед глазами все плыло в непонятном цвете, именно сейчас он находился полностью во власти заклятия и этой женщины. Что-то похожее ему доводилось испытывать тогда, в доме лендлорда Байра, только теперь это было намного сильнее.

– Идем, со мной, храбрый следопыт. – Эльфийка поманила Гала пальцем, и он, как послушный пес, побрел следом за ней.

Они пришли в какое-то помещение, где перед глазами полуэльфа предстала невероятная картина: жуткие чудовища извивались перед его ногами подобно змеям. Они издавали мерзкие шипящие звуки и, то пытались прыгнуть на него, то отползти. Что делать, он не знал, меч лежал в руке, но, даже в таком затуманенном состоянии, ему казалось, что что здесь какой-то подвох, все выглядело как-то неправильно и фальшиво. Вдруг из неоткуда раздался столь знакомый ему из детства голос: «Сынок, это они, это они забрали меня у тебя. Убей их, отомсти! Всеми Богами заклинаю, срази их!»

Перед полуэльфом стояла его мать, она была даже прекраснее, чем тогда, когда он в последний раз ее видел. Ему хотелось прижаться к ней, обнять ее, рассказать обо всех своих переживаниях, и он даже сделал шаг ей навстречу, но та рукой тут же остановила его.

«Нет, мой сын. Убей их, убей всех этих тварей! И только тогда я смогу обнять тебя, только тогда мы сможем всегда быть вместе, как раньше».

Развернувшись, он взглянул на монстров, что ползали под ногами. Да, они были страшные и уродливые, в них не было ничего от высоких рас, но что-то подсказывало полуэльфу, что не они его враги, и в том состоянии, в котором он сейчас находится, все перевернуто с ног на голову.

Подняв меч, Галатар замер. Сзади раздался радостный голос его матери, Эйсель: «Да, сынок, сделай это ради меня!». Полуэльф уже хотел было начать рубить, как вдруг перед ним возник образ мастера Сиддона, точнее даже не возник, а скорее неожиданно появился в голове. Старый следопыт смотрел на своего ученика тем же самым пронзительным взглядом, что и тогда, когда тот лежал больничной койке после боя с минотавром, и снова произнес: «Просто сделай правильный выбор, я верю в тебя, мой мальчик».

Внутри как будто что-то перевернулось и меч выпал из рук Галатара. Бросившись на мать, точнее на то, что притворялось его матерью, он мощным ударом в голову, повалил ее на землю. Та, в свою очередь, зашипела и кинулась на него, выставив вперед тонкие руки. Как только ее пальцы дотронулась до живота молодого следопыта, тот почувствовал жгучую боль. Отступив назад, он развернулся, а затем, выбежав из помещения, точно одержимый устремился прочь, подальше от этого места в лесную темень.

Глава 9

– Сюда, я нашел его!

Галатар потихоньку приходил в сознание, в ушах все стучало и звенело, но голоса он слышал отчетливо.

– Он здесь, все сюда!

Открыв глаза, полуэльф увидел перед собой одного из воинов экспедиции.

– Аааа, что здесь происходит? – Молодой следопыт хотел протереть лицо, но вдруг увидел, что вся его рука вплоть до локтя была покрыта кровью.

Глаза устремились вниз, но там было все еще хуже: штаны и рубашка тоже все в крови. Ощупав себя, он понял, что единственная рана на животе не настолько серьезна, чтобы так кровоточить. От этого возникало еще больше вопросов.

– Так, без глупостей. – Воин стоял с оголенным клинком, и, видимо, был готов пустить его в ход без лишних вопросов. – Сейчас придут остальные, и мы все вместе пойдем в лагерь.

– Что произошло? – это был даже не вопрос, а скорее мольба, взывание к каким-то высшим силам.

– Ты, судя по всему, даже не помнишь. – Воин вздохнул. – Оно неудивительно.

В это время из кустов вышли трое охотников. Они без слов подошли к лежачему Галатару и с какой-то кошачьей ловкостью закрутили ему руки за спину.

– Эй! Вы что делаете! Это же я, Галатар Каморан! – Молодой следопыт пытался вырваться, но крепкие руки держали его надежно.

– Так надо, сынок. Лучше не дергайся.

И то правда – сопротивляться сейчас не имело никакого смысла. Пока пленника вели под руки, он краем глаза заметил, как нашедший его воин поднимает с земли окровавленную «Погибель гоблинов».

«Так, я помню, как вчера пришли с охоты, как я пил настойку со Свеном, а потом…» – А вот что было потом, он вспомнить не мог, память как будто отшибло! Что произошло? Что это все значит?

Несколько раз были попытки вывести провожатых на разговор, но ничего не выходило, те лишь молчали и равнодушно пожимали плечами. Через какое-то время впереди показались озаренные утренним солнцем башенки шатров лагеря. Галатар не знал, радоваться этому или нет, он вообще пока еще туго соображал.

В лагере их встречали с одной стороны Келетер Каморан с Фелинией, с другой Андад и его воины. Один из сопровождающих обратился к наместнику:

– Мы нашли его, недалеко отсюда к северу. Рядом лежало это. – Он бросил «Погибель гоблинов» к ногам Андада. Наместник был бледен и молчал, он смотрел то на окровавленный меч, то на племянника.

– Галатар, мальчик мой…

– Убийца! Никакой он не мальчик, а ублюдок! – Голос Фелинии разносился по всем уголкам леса Каморана. В этот момент, Келтер положил ей руку на плечо, но это был не жест сочувствия, а скорее намек, что сейчас ей надо помолчать.

Даже не смотря на такую психологическую атаку, ни один мускул не дрогнул на лице наместника.

– Нет, я не верю в это! Галатар, скажи, что это не так.

Полуэльф до сих пор не понимал, что происходит, в отчаянии он просто закричал:

– Я не убийца! Что она несет! Что вообще это вообще такое?!

Неожиданно свое слово сказал мрачный Келтер Каморан:

– Ты говоришь, что никого не убивал, но доказательства упрямая штука. Ты в крови, твой меч в крови, в шатре сидит перепуганная ученица моего сына. Она нам все рассказала, как ты среди ночи ворвался в шатер и как без жалости порубил Свена на куски. И как после этого ты можешь утверждать, что ты не убийца?

На Галатара как будто вылили чан с холодной водой, ноги стали подкашиваться, дыхание стало прерывистым, а глаза выскочили из орбит.

– С…Свен! Нет, этого не может быть! Я не мог! Я бы никогда!

– Однако, судя по всему, смог. – Келтер все не унимался. – Слезы Анакана и настойка из корпинуса превратили тебя в животное. Теперь мой сын в чертогах Таоса, и я требую справедливого возмездия!

– Справедливость может дать только суд лорда Фрелла. – Андад сделал шаг вперед. ― Еще раз повторю, никакой кровной мести в Высоких Землях!

– Да, конечно, брат. – Келтер холодно поклонился наместнику. – Никакой кровной мести, мы благородные люди и должны доставить преступника на справедливый суд.

– Он не преступник, я в это не верю.

– Я тоже не хочу в это верить, – Келтер произнес эту фразу абсолютно безразличным тоном. – Связать его и доставить его в мой шатер. Подготовить коней, мы едем в столицу!

В этот миг Галатар хотел кричать во все горло. Он не мог понять, почему Андад молчит, и почему Келтер сейчас распоряжается им, как своим рабом? Естественно, он не верил, что мог убить Свена, пусть даже в пьяном угаре. Нет, ни одно вещество, ни одно заклятие не заставило бы его поднять «Погибель гоблинов» на двоюродного брата. Его подставили! Это однозначно какая-то ловушка, в которую он угодил, подобно вчерашнему оленю, провалившемуся в яму с кольями. Но сейчас хуже всего было то, что мозг абсолютно не помнил ничего, что с ним приключилось прошлой ночью.

Лежать со связанными руками в палатке Келтера ему «посчастливилось» недолго; примерно через час явилась Фелиния в сопровождении двух воинов. Она с презрением пнула лежащего полуэльфа, попутно отвесив язвительный комментарий:

– Хватайте эту падаль, только смотрите, не обляпайтесь.

– Госпожа, я не убивал вашего пасынка, я бы никогда не сделал такого. – В душе он понимал, что оправдываться перед такой ведьмой, как Фелиния, нет никакого смысла, но нервы сейчас были на пределе.

Филиния, не говоря ни слова, подошла и влепила Галатару знатную пощечину.

– Ну что, будущий наместник Твердыни Каморана или как тебя теперь лучше называть, будущий труп на стене замка лорда Фрелла? – Ее лицо выражало торжество. Это точно не был вид женщины, только что потерявшей близкого человека. Хотя, с другой стороны, Свен никогда не был ей кем-то близким, он и сам не раз говорил, что терпеть не может свою мачеху.

В этот момент кровь вскипела в жилах полуэльфа, он что есть мочи харкнул в лицо своей тетке.

– Ах ты, эльфийская гниль! Ну, давай, повеселись напоследок. Поверь, очень скоро ты сдохнешь, а я приду и с улыбкой плюну на твою могилу!

Галатара вывели из шатра и посадили на лошадь. Путь до Белого Города, столицы Высоких Земель, был не близкий, но если ехать быстро, то вполне можно доскакать и за полдня. Оказавшись на улице, Галатар своими безумными глазами искал дядю Андада, но нигде не было даже намека на его присутствие. Где же он, когда Галатар в нем так нуждается? Неужели ускакал в Твердыню Каморана и просто бросил его на произвол судьбы? Нет! Однозначно, дядя не мог этого сделать. Но тогда почему он даже не пришел в шатер Келтера, пока Галатар лежал там связанный крепкими путами? Вопросы, вопросы, вопросы…

Семь всадников вошли в Белый Город уже затемно. В последний раз Гал видел столицу, когда был совсем мальчишкой, в то время эти гигантские башни и помпезные площади произвели на него просто небывалые впечатления. Теперь же, по его мнению, все это выглядело, как нагромождённые друг на друга Твердыни Каморана, только отбеленные. Вообще основная часть города была построена в исторический период объединения магов, поэтому все старые здания, были окрашены в белый, любимый цвет богини магии Синтры. Не трудно догадаться, почему столица именовалась Белым Городом.

Даже ночью здесь везде шныряли представители высоких рас. Многие зеваки с тревогой и интересом посматривали на неожиданно объявившуюся в городе колонну из всадников. В такие моменты полуэльфу казалось, что каждый житель столицы знает, в чем его обвиняют. И от этих мыслей ему становилось страшно; успокаивало только то, что он был свято уверен, что не убивал Свена.

Миновав главную площадь, всадники устремились прямиком к казематам, где их уже ждала стража. К прибывшим обратился начальник караула, он приказал остановиться и попросил возглавлявшего колонну Келтера, подойти к нему. Полуэльф толком не слышал, о чем они беседовали, но вот некоторое слова все же долетали до его чуткого уха. По крайней мере, он разобрал: «Убийца… да мы слышали… ужасно… лорд Фрелл в курсе… да и уже по городу ходят слухи…» Кажется, предположение Галатара о том, что многие уже знают о преступлении было верным. В любом случае днем раньше или позже об этом стало бы известно, ведь не каждый день родовитый аристократ убивает своего кузена, да еще вдобавок при свидетелях.

Закончив с бумагами, начальник караула подозвал полуэльфа и весьма торжественно сообщил, что тот обвиняется в страшном грехе — убийстве своего родственника, и, пока идет расследование, ему предстоит отбывать срок в тюрьме Белого Города. Зачитав обвинение и застегнув на руках Галатара кандалы, начальник приказал стражнику проводить заключенного в его новый «дом». Тот схватил Галатара за плечо, и они вдвоем отправились в легендарные столичные казематы.

Это место, по праву, имело репутацию одного из самых мрачных в Высоких Землях. Сколько виновных и не очень представителей высоких рас закончили здесь свой путь не поддавалось подсчету. Подземелья были даже древнее самого Белого Города, так как их построили еще во времена древних королей, и потягаться с ними в дурной славе могли разве что легендарные Ямы Страданий в Южных землях.

На входе сидел скучающий тюремщик, издалека напоминавший восковую фигуру. Он, абсолютно безразличным взглядом осмотрев Галатара, буркнул, что данный заключенный отправляется в первую дверь третьего этажа. Затем, выдав ему чистое тюремное белье, продолжил заниматься ничегонеделанием дальше. Пройдя несколько шагов по лестнице и сделав пару заворотов, полуэльф и стражник подошли к камере. Провожатый открыл кандалы и, кивком указав на сено в углу, цинично промолвил: «Теперь здесь твои апартаменты, проходите, господин Каморан.»

Но даже такому «ложу» полуэльф был несказанно рад. Недолго думая, он с размаху плюхнулся на солому и каково же было удивление, когда копна под ним вдруг неожиданно зашевелилась и по всей камере зазвучал мерзкий скрипучий голос:

– Да что же это такое! Совсем не дают отдохнуть, мало того эти охранники гремят своими железяками, так еще и прописали мне соседа! – Из-под сена показались сперва грязные волосы, а потом и голова мерзкой старухи. – Ооо, какой красавчик! Если тебя приговорят к смерти, то старая Эрдела ублажит тебя перед походом в чертоги Таоса, а уж умеет она многое… так, стоп, я же знаю тебя! Ты тот молокосос, что интересовался нитью Хесселя на ярмарке, с тобой еще был такой могучий следопыт. Оххх, какой мужчина, я бы его…

– Тьфу ты! Точно! Ты та старуха, что травила сказки! Что ты вообще здесь делаешь?

– Что я здесь делаю? Да не знаю, скучно стало вот и решила посидеть, отдохнуть, тут прохладно, знаешь ли... Совсем, что ли, крыша потекла?! Эти сволочи схватили меня, заперли здесь и теперь, видите ли, говорят, что некромантия у нас тут вне закона. Законно у нас только целовать задницу лорда… как там его? Опять забыла. Да пусть их всех черви сожрут! Старая Эрдела еще выкопает их трупы и заставит плясать перед ней. – Она погрозила кулаком в сторону решетки и, смачно плюнув, продолжила осыпать всех отборной бранью.

Немного выговорившись, старуха все же обратила внимание на своего соседа, который уже лежал на соломе и, кажется, отходил в объятия сна.

– А ты тут за что, пострел? Набил морду знатному козлу или обесчестил чью-то дочурку?

Сено в этот момент было похоже на перину, Галатару сейчас казалось, что он лежит на самом мягком материале на всем свете.

– Я… мне говорят, что я совершил ужасный поступок. Но это не так, это не может быть правдой.

– Конечно, не может! Я вот им тоже говорю: ничего я с этим трупом не делала, он просто сам взял и пошел. Так ведь не верят, мужеложцы проклятые!

– Нет, я действительно не убивал его. Я не мог убить своего кузена!

Старуха на это ничего не ответила. Она, казалось, совсем не слушала полуэльфа, в воздухе повисла тишина.

Вдруг ведьма неожиданно подскочила и приземлилась рядом с пленником.

– Знаешь, мой ненаглядный, у меня для тебя есть еще одна сказка, не хуже предыдущей.

– Что, опять сказка? Почему-то я не сомневался.

– Да ты послушай, малолетняя скотина!

***

Это история случилась в далекие времена, когда объединение магов захватило Белый Город, носивший тогда, естественно, другое название, которое уже давно забыто. Первые годы их власть была еще слишком шаткой и нестабильной, поэтому везде вспыхивали восстания и волнения. Сторонники прежних королей шли на новых властителей с мечом и щитом, дабы силой оружия вернуть старые порядки. Но всегда терпели поражения, ибо по отдельности ополченцам не хватало сил скинуть дисциплинированное и единое войско объединения магов.

И вот именно тогда появился он — великий и таинственный полководец Хафтар, известный под прозвищем Повелитель Смерти. Человек, носивший мантию и маску, никогда никому не показывавший лица и тела. Зачем он это делал, никому было неведомо, именно поэтому, ходило много слухов о его происхождении: кто-то говорил, что под маской скрывается могущественный старик, колдун; кто-то считал, что это один из свергнутых королей, а другие говорили, что там сидит демон из другого мира. Как бы то ни было, под руководством Хафтара встали все, кто ненавидел новую власть, а также некоторые союзы эльфов и гномов. Его войско насчитывало тысячи могучих воинов, некромантов и магов стихий, готовых по щелчку пальцев Повелителя идти на штурм столицы.

Жителей Белого Города охватил страх. Мало кто верил, что армия объединения магов сможет победить могучие полчища нового владыки, и в этой ситуации оставалось только одно — молиться богине Синтре, дабы она не оставила на произвол судьбы своих последователей.

Было тогда в Высоком Мире одно поселение под названием Пепельный Луг. В принципе, зажиточный и весьма большой поселок, который и стал новой мишенью войска Хафтара. Среди местных началась паника, все знали, что за свою лояльность объединению магов они дорого заплатят. Бойцы Повелителя Смерти не щадили никого, и поэтому все, кто мог, бежал без оглядки. В этой неразберихе, казалось, что только одному человеку было все нипочем, и этот человек был местный пьянчужка Хинак. «Эй дурак! Беги! Спасайся! Скоро мы все будем висеть на кресте, если не выберемся отсюда!» – Кричали ему местные жители, когда он, в очередной раз, грязный и пьяный валялся у дороги. Но куда там! Хинаку сейчас было хорошо, а остальное его мало волновало.

И вот однажды, проснувшись в какой-то луже с жутким похмельем, наш пьяница обнаружил, что поселок как будто вымер. Ни людей, ни вечно снующих животных, вообще никого.

«Ну ладно, – подумал он про себя, – пойду лучше навещу брата в городской ратуше, займу у него пару монет на опохмел».

Его родственник иногда жалел непутевого Хинака и подкидывал ему мелочь.

Войдя в ратушу и спустившись в каморку брата, Хинак с удивлением обнаружил, что она тоже пуста. А еще, его взор упал на ключи от винного погреба, которые лежали на видном месте и просто манили его.

«Ну, если я выпью пару кружек, ведь ничего не случится? Потом рассчитаюсь, если что». – С этими мыслями он схватил связку и отправился в подвал. А, тем временем, черные флаги армии Хафтара приближались…

Открыв глаза, после пелены пьянства, Хинак вдруг обнаружил себя в пустой бочке. Сколько он пробыл в винном погребе и сколько выпил за это время он и сам не знал, но неожиданно его размышления прервали звуки шагов. Вот тут-то в голове пьяницы начали просыпаться зачатки разума, видимо, сработала какая-никакая воля к жизни. Ему сразу же вспомнились предупреждения местных жителей, что Пепельный Луг кто-то хочет захватить, а всех обитателей отправить на плаху.

А что, если армия захватчика уже здесь? Что если это ходит вражеский воин, мечтающий насадить бедного Хинака на клинок. Ну нет, он так просто не сдастся.

Аккуратно крадясь между бочек, наш пьяница сжимал в своих руках лопату. Сейчас он огреет ей незваного гостя, заберет его униформу и тихо сбежит из города. План казался безупречным, вот только главное, чтобы это был солдат, а не какой-нибудь слуга без обмундирования. Выглянув из-за стены, он заметил фигуру в длинной блестящей мантии со странной маской на голове.

«Кажется, маг! Да уж, ну и безвкусно же они одеваются», – подумал про себя Хинак и, со всей дури, ударил незваного гостя. Нарушитель спокойствия пошатнулся и рухнул на землю, а Хинак для уверенности прошелся по его голове еще пару раз. Убедившись, что перед ним бездыханный труп он, сняв с него одежду и маску и надев все на себя, спрятал тело в одной из бесчисленных бочек.

Выйдя из погреба, он неожиданно обнаружил, что ратуша здорово изменилась, и все здесь переделано под нужды какого-то важного человека. В главном зале теперь стоял резной трон, кровать с шелковыми простынями, полка с книгами и ванна из мрамора, повсюду были расставлены горшки с цветами и клетки с экзотическими птицами. Теперь зал очень сильно напоминал прекрасный сад южных правителей.

Общее умиротворение нарушил звук открывающейся двери, на пороге появился эльф, который вел двух молоденьких полуголых девушек с абсолютно белыми и пустыми глазами, было видно, что они находились под каким-то заклятием.

Хинака затрясло, но он старался держаться как можно естественно, но как-то выходило это скверно. Мало того, что волнение зашкаливало, так и похмелье давало о себе знать. Неожиданно эльф присел на одно колено и отрапортовал:

– Господин, я привел к вам рабынь, вы сказали, что напитки вам не нужны, но я все же рискнул и принес вашего любимого вина. Не сердитесь, мой владыка, но я все же думаю, что здешнее пойло недостойно вашего внимания.

Хинак как стоял, так и сел на кровать, он даже не знал, что сказать. Видя, что его хозяин молчит, эльф упал ниц и подобно ящерице уполз за дверь. Да уж, вот это уже было интересно! Пьяница взял вино, принесенное эльфом, и посмотрел на прекрасных девушек, которые всем своим видом говорили, что с ними можно делать все, что угодно.

«Хммм, а, собственно, почему бы и нет». – Хинак облизнул губы.

Теперь для него началась та жизнь, о которой он даже не мог мечтать за все время своего жалкого существования; ему были доступны женщины, вина и зрелища. Скрыв лицо маской, он стал хозяином всего мира. Пару раз к нему приходили его военачальники и с удивлением спрашивали, когда же они двинутся дальше на столицу, но Хинак говорил, что он лучше знает, что и когда. Сколько продлилось все это, одному Анакану известно, но войско начало разлагаться. И там, где когда-то была железная дисциплина, теперь творились пьянство, разврат и мародерство.

Но, как известно, все хорошее должно закончиться, и вот однажды к Хинаку пришел старый воевода Хафтара, Крез.

– Повелитель, что происходит? Наши армии разбегаются, земли выходят из-под контроля, а мы сидим здесь уже неизвестно сколько! Нужно идти и брать столицу, пока не поздно.

Пьяный Хинак лишь огрызнулся.

– Повелителю лучше известно, как вести дела! Иди возьми одну из моих шлюх и лучшего вина. Расслабься, сколько можно хотеть кого-то убивать?

– Сколько можно?! Я посвятил вам всю жизнь, я бился за вас в самых кровавых битвах и теперь вы мне говорите, чтобы я расслабился, напился вином и залез на шлюху! – Креза было не остановить. – Вы для меня всегда были тайной! Тайной, которую я не мог разгадать. Мне всегда казалось, что за этой маской скрывалось что-то большее, чем простой человек, и именно поэтому шел за вами подобно верному псу, но сейчас вы… а вы ли это, Хафтар Повелитель Смерти?

Тут-то, наш пьяница и затрясся, но, все же пересилив себя и грозно топнув ногой, закричал:

– Да как ты смеешь! Я сейчас позову стражу, и тебя сгноят в тюрьме, подобно жалкому червю. Быстро уйди с глаз…

Бедный Хинак посмотрел на свой живот и увидел торчащий из него меч, голова закружилась, кровь заливала трон. Крез снял маску и увидев под ней лишь жалкого пьянчужку, только усмехнулся:

– Так я думал, Хафтар никогда не вел себя как жалкий трус и не прятался за стражу. Где он, говори?! – Но то был вопрос в пустоту, ибо Хинак уже отправился в чертоги Таоса.

Собственно, и для Креза ответ был понятен. Его повелитель мертв, а что толку, даже если он найдет тело. Всю свою жизнь он пресмыкался перед Хафтаром, убивал для него и делал такие вещи, о которых не принято говорить в нашем мире.

А что теперь? Дело всей его жизни сломал какой-то смердящий пьяница! Но вот… было ли оно, дело всей его жизни?

Крез залпом осушил бокал вина, посмотрел на труп Хинака, а потом на маску и медленно сам надел ее на лицо. Теперь он новый Повелитель Смерти, и с этого момента он будет жить так, как ему всегда хотелось. Идти на столицу уже нет никакого желания, да и тем более, с таким разложившимся войском, это вряд ли возможно. Настало его время! И да начнется кровавая вакханалия!

А тем временем совет магов уже собрал внушительную армию для отражения атаки Хафтара. Но вот что интересно, черных знамен Повелителя Смерти почему-то так и не было видно на горизонте. Что же произошло? Как гласит военная логика: раз враг не нападает, значит надо воспользоваться шансом и самому застать его врасплох. Войско Белого Города двинулось к Пепельному Лугу. Но каково же было удивление, когда вместо могучей армии они обнаружили только банды мародеров и пьяный сброд, который когда-то гордо именовался Черным воинством. Разгромить их не составило труда. К сожалению, во время осады, начался пожар в котором, видимо, и погиб легендарный Хафтар. Его тело так и не было найдено.

После этих событий Пепельный Луг был переименован в Серебряный Луг, ведь, как известно, серебро, это металл богини Синтры, ну а кто кроме нее мог лишить такое могучее войско разума и сделать так, что оно уничтожило само себя?

***

– Вот такая сказка, милок, как видишь, иногда события – это нечто большее, чем они кажутся.

Галатар повернулся на бок.

– Странно, я не слышал эту версию основания Серебряного Луга.

– Да при чем тут основание, бестолочь?! Ай, вам, дуракам, все объяснять надо!

Решив, что старую ведьму уже несет, следопыт не стал ввязываться в дискуссию. Хотя история ему понравилась, он даже приложил усилия, чтобы запомнить ее и не отключиться во время рассказа.

«А из бабули получился бы неплохой бард», – подумал Галатар про себя и закрыл глаза.

Неожиданно где-то вдалеке послышался звук топающих сапог и неразборчивая брань между двумя людьми. Это, конечно, мало волновало пленника, так как он уже практически окунулся в объятия сна, но с каждой секундой голоса становились все громче и отчетливей. К камере шли тюремщик и стражник.

– Как можно быть таким идиотом?! Нет, у меня как-то был в подчинении один придурок, который на спор засунул ключ от тюремных камер себе в задницу, а потом говорил, что это вышло случайно. Так вот, после него, ты теперь на почетном втором месте!

Стражник шел с опущенной головой и даже не смел что-либо возразить, а тюремщик продолжал:

– Это надо же было — посадить самого Галатара Каморана к сумасшедшей бабке-некромантке! Будет весело, если сейчас мы найдем его в виде живого трупа, выплясывающего какой-нибудь танец.

– Простите, но вы же сказали…

– Я ясно сказал: в первую дверь третьего этажа, а то, что ты глухой кретин, в этом виноваты только твои родители! – Он подошел к решетке и начал вглядываться в темноту камеры. – О! Кажется, тебе повезло. Эй, Каморан, подъем! Для тебя приготовили более просторную клетку.

Пленнику в этот момент уже ничего не хотелось, он так хорошо развалился на соломе, что никакая сила не способна была его поднять. Ну, или почти никакая.

– Здесь вообще дают поспать? Может, вы придете через пару часов, – сонным голосом ответил Галатар и перевернулся на другой бок.

– А ты шутник, Каморан. Не боишься, что эта ведьма прикончит тебя во сне, а потом еще и надругается над твоим трупом?

Старуха, услышав этот комментарий, оживилась и начала шипеть на вошедших в камеру стражников.

– Эй, полегче, бабуля, а то зубов не досчитаешься, хотя это, наверное, не сильно тебя тревожит. – Вошедший тюремщик оттолкнул Эрделу и принялся поднимать сонного пленника.

– Да иду я, иду! – Огрызнулся Галатар, в этот ему так хотелось дать в морду назойливому тюремщику.

– Вот так бы сразу! Эй, ведьма, а ты пока посиди здесь, скоро тебе отправят на костер, так что наслаждайся последними днями.

Скрюченная старуха выпрямилась во весь рост и залилась каким-то гротескным смехом.

– Ахахаха, дурачье! Вы серьезно думаете, что ваш жалкий костер принесет мне хоть капельку страданий? Да будь мое желание, вы бы все уже висели вниз головой, подвешенные вниз головой за ваши же яйца! Единственное, что меня останавливает, так это природное любопытство. Просто иногда так интересно наблюдать за идиотами.

Стражники никак не отреагировали на эту реплику, но все же предпочли поскорее скрыться за поворотом. Сейчас надо наконец-то уже препроводить знатного пленника в приготовленную для него камеру. Пройдя несколько этажей и лестниц, вся троица подошла к массивной дубовой двери, украшенной узорами. Сразу стало понятно, что за ней скрыто не простое помещение.

– В этой комнате когда-то сидел сам старый король Стигмар, хехе… перед тем, как лишиться головы. Так что наслаждайтесь. – Тюремщик открыл дверь камеры и рукой пригласил пленника войти.

И, что сказать, тут было чем насладиться. В отличие от камеры старухи здесь было сухо и чисто, в углу стояла кровать со свежим постельным бельем, рядом письменный стол и стул, над потолком витало заклинание шара света. В общем, все условия для достойной жизни в подземной тюрьме. Но сейчас полуэльфа интересовало только место для сна, он рухнул на кровать и обрубился за две секунды.

Сколько он проспал, одной Эллестре известно, но из этого состояния его вырвал скрип входной двери. Нехотя повернувшись и с трудом открыв глаза, он увидел перед собой Андада Каморана.

– Дядя! Я знал, что ты меня не бросишь! – Он кинулся обнимать наместника Твердыни Каморана, тот тоже ответил племяннику жарким объятием.

– Я не мог тебя бросить, даже если то, в чем тебя обвиняют, правда.

После этой фразы Галатар вырвался из объятий и, смотря дяде прямо в глаза, твердо сказал:

– Нет, это не может быть правдой. Я никогда бы не тронул своего кузена, в каком бы состоянии ни был. Не знаю, кому понадобился этот кровавый спектакль.

– Хотел бы я тебе верить, мой мальчик, очень хотел. То, что произошло несколько дней назад, у меня до сих пор не укладывается в голове. Расскажи мне все, что тогда произошло.

Полуэльф сел на край кровати и опустил голову.

– Мы…, я и Свен, встретились у меня в шатре, он проделал какой-то магический фокус, и я сперва увидел его копию, а только потом его самого. Затем мы пошли к нему в палатку, много говорили, вспоминали дни, проведенные в Твердыне Каморана. Затем пришла его ученица, она принесла какие-то ингредиенты. Дальше уже память начинает подводить, но, кажется, Свен и она начали принимать какие-то дурманящие средства…

– Ты принимал слезы Анакана вместе с ними?

– Нет! Я отказался, и после этого Свен дал мне бутылку настойки. Это было самое странное пойло в моей жизни, оно пилось, как сок, но пьянило не хуже крепленого вина.

– Конечно! Ты знал, что это настойка корпинуса? Она так же запрещена, как и слезы Анакана.

– Проклятый Свен! Он меня обманул, сказал, что это самая обычная грибная настойка! Точно, я вспомнил! Потом они предались плотским утехам…

– Плотским утехам? Хммм, а вот это уже интересная деталь.

– Да, он даже мне предложил переспать с ней! Затем я выскочил из шатра, а вот дальше все как в тумане. Я помню, только как открыл глаза и передо мной стояли воины, которые повел меня в лагерь, где был ты и Келтер с Фелинией.

Андад вздохнул.

– А дальше произошло, что я отдал тебя в лапы Келтера и Фелинии. Это мне известно. Прости, но другого выхода я не смог найти. Вот как все было: ночью в мой шатер завалился брат. Он кричал, что его сын и наследник мертв, что он требует мести, и что ты причастен к его смерти. Я, естественно, не поверил этому, но, когда он меня привел в шатер Свена, передо мной открылась жуткая картина: тело было просто изрублено на части, голова отсечена и повсюду разбросаны внутренности, как будто работал умелый мясник.

– Какой ужас, я не знал этого.

– Теперь знаешь. Там еще была его ученица, она сидела в углу и все повторяла твое имя. Тогда Келтер сказал мне, что требует суда на месте, но я ответил, что никогда на моей земле не было и не будет кровной мести, и он поднял на меня меч. Мы долго стояли и смотрели друг на друга, в итоге я сказал, что правосудие будет только по закону Высоких Земель. Он согласился и обещал тебе жизнь, именно поэтому я не стал ему препятствовать. Теперь ты понимаешь, что начни я тогда вырывать тебя из лап родственников, крови было бы не избежать.

– Кажется, понимаю, дядя. Все это ужасно, но нужно разобраться, уверен, кто-то из патрульных меня видел, нужно допросить всех! Должны же быть свидетели, Эллестра их дери!

– Не надо эмоций. Сейчас придет твой защитник, и ты все, до мельчайшей детали, расскажешь ему. С этого дня я уже не смогу приходить к тебе. Так что, если хочешь написать послание или что-то сообщить, то передавай через него, он надежный эльф. В остальном, я не знаю, что тебе сказать. Если ты действительно невиновен, то мы обязательно вытащим тебя отсюда. Даю слово!

Галатар вздохнул, он уже и сам не знал, во что верить.

Как только Андад покинул камеру, в дверь прошмыгнул приятного вида эльф с заостренной бородкой. Он представился Даэлем и начал вести с Галатром долгую беседу о событиях той ночи.

Глава 10

Суд был назначен через двадцать дней после того, как Галатара заточили в темницу. За это время необходимо было провести расследование, опросить всех свидетелей и вручить, кому надо, постановления о вызове. В Высоких Землях была своеобразная судебная система, которая могла показаться незнакомому с ней человеку весьма сумбурной.

В назначенное время все собирались в главном здании суда, где стороной защиты и стороной обвинения по очереди вызывались свидетели, потерпевшие, знакомые и остальные, имевшие хоть какое-то отношение к судилищу. Порядок вызова значения не имел, и весь процесс в какой-то момент начинал походить на базар, где каждый следующий свидетель опровергал предыдущего, из-за чего суд неминуемо затягивался. Что самое интересное, во всем этом подсудимому и потерпевшему отводилась самая ничтожная роль, за них практически всегда говорили защитник и обвинитель. Когда все, наконец, приходило хоть к какому-то логическому концу, судья через несколько дней оглашал свое решение. Судьи в Высоком мире считались глашатаями Анакана, поэтому их решения воспринимались как воля верховного божества и обжалованию не подлежали.

И вот час, когда должны была решиться судьба Галатара, настал. Сам полуэльф был в весьма бодром расположении духа. За то время, что он провел в казематах, Даэль навещал его практически каждый день. Защитник рассказывал о ходе дела, о комиссии, которой лорд Фрелл лично поручил расследовать все обстоятельства убийства, а также поделился своими мыслями о том, что, кроме показаний немного тронувшейся умом девицы, никаких прямых доказательств у стороны обвинения нет. Еще он намекнул, что если все пойдет так, как он планирует, то через неделю его подзащитный выйдет на свободу.

Сегодня у здания суда, по форме напоминавшего огромный шпиль, собралось необычайно много народу. Поговаривали, что даже гномы выползли из своих пещер, дабы посмотреть на то, как судят представителя одной из древнейших аристократических династий.

Подсудимого везли по центральной улице Белого города в телеге, обтянутой металлической решеткой. В этот момент Галатар старался не смотреть на собравшихся, и лишь изредка исподлобья окидывал взглядом толпу. Но даже этого мимолетного взгляда хватило, чтобы понять, что настроение масс было неопределенным. Никто не знал, сочувствовать полуэльфу или, наоборот, посылать вслед проклятия.

Телега с пленником проехала через ворота и остановилась. Галатар спрыгнул на землю, где тут же по бокам к нему пристроились два стражника.

«Кажется, представление начинается», – подумал он про себя и вместе с провожатыми шагнул в здание суда через неприметную дверь, со стороны скорее напоминавшую вход в складское помещение. Пройдя по длинному прямому коридору, они вышли в зал, где уже вовсю кипела жизнь. Толпы представителей высоких рас сидели на скамьях, а кому не хватило места, теснились в коридоре и на улице. Процесс носил полностью открытый характер. За двумя столами, поставленными друг напротив друга, восседали защитник и обвинитель. Сторону защиты представлял Даэль, а обвинителем выступал Когран, известный своей принципиальностью и жесткостью человек. Ходили слухи, что сам Келтер Каморан настоял на его кандидатуре.

Подсудимого посадили рядом с Даэлем.Защитник в этот момент был немного задумчив и мрачен, он шепнул Галатару, что пока все идет хорошо, но до него дошла информация, что сторона обвинения нашла какого-то свидетеля, который, возможно, перевернет ход дела. Надо быть готовым ко всему.

Галатар кивнул и стал осматривать место, где сейчас будут решать его судьбу. Он обратил внимание, что в одном углу зала заседания на помосте стояла статуя Анакана, держащая в руке обнаженный меч, а в другом расположилось серебряное изваяние Синтры, покровительницы города. Видимо, в этом был какой-то символизм.

Затем его взгляд упал на дядю Андада, который сидел на скамейке в первом ряду. Как всегда величественен, загадочен и задумчив. Рядом сидела его жена Осия, кроткая и добрая женщина, у которой с Галатаром были прекрасные отношения, она даже в какой-то степени заменила ему покойную мать. Было видно, что ей просто физически больно находиться в суде. Ну, а по другую сторону, недалеко от обвинителя, расположились Келтер и Фелиния.

Раздался колокольный гул, своеобразный сигнал, что процесс начинается, и всем присутствующим неплохо бы помолчать.Дверь открылась, и из нее вышел судья. Кстати, еще одна интересная деталь – судьи Высокого Мира не носили имен, точнее, отказывались от них, когда вступали в должность, так как правосудие должно быть обезличенным. Из-за этого обычая жители очень часто прибегали к обозначениям, как например: судья с бородой, одноглазый судья, толстый судья… Человек, который сегодня будет решать судьбу Галатара, имел прозвище Судья со шрамом, и, как нетрудно догадаться, такая кличка прицепилась к нему из-за уродливого шрама, проходившего через все лицо. Но, все же, несмотря на столь угрожающую внешность, он имел репутацию весьма лояльного и снисходительного судьи.

Плюхнувшись на резной деревянный трон, судья по бумаге принялся зачитывать обвинение:

– Так, во имя Анакана, сохраняем тишину! Слушается дело Галатара Каморана, сына Ралтара Каморана, пасынка Андада Каморана и наследника Твердыни Каморана, в данный момент проходящего обучение в лагере следопытов Высоких Земель. Данное лицо обвиняется в убийстве Свена Каморана, сына Келтера Каморана, студента академии магии Высоких Земель. Так… – судья, плюнув на пальцы, перевернул лист. – Во время охоты в лесу Каморана, в день десятый месяца сбора урожая Галатар Каморан вместе с двоюродным братом Свеном Камораном находились в шатре Свена, где вместе употребляли запрещенные дурманящие вещества ― слезы Анакана и настойку корпинуса. После чего, по пока не установленным причинам, предположительно, Галатар Каморан своим мечом совершил убийство Свена Каморана путем отсечения головы и потрошения всех внутренних органов. Оружие убийства – меч «Погибель гоблинов». Затем Галатар Каморан выскочил из палатки и в беспамятстве убежал в лес, где потерял сознание и наутро был найден участниками охоты. Подсудимый вину не признает. – Он глубоко выдохнул. – Ндаа… Дело ясное, что дело темное. Сейчас я хотел бы услышать версию подозреваемого. Встань, Галатар Каморан и поведай нам все, что случилось тем злополучным вечером.

Полуэльф уже хотел было подняться со стула, но в этот момент рука Даэля упала на его плечо.

– Ваша честь, мой подзащитный сейчас в очень подавленном состоянии, разрешите мне рассказать про события того вечера.

– Пожалуйста, закон этого не запрещает.

Ловким движением Даэль вскочил со стула и с эльфийской грацией начал ходить туда-сюда:

– Благодарю, ваша честь. И да благословит Анакан нас всех! Да ниспошлет он мудрость, дабы рассудить это запутанное дело по справедливости. Ведь сейчас со всей ответственностью заявляю, что мой подзащитный абсолютно чист перед законом, и единственная его вина только в том, что он оказался не в то время, не в том месте. Да, в тот вечер Галатар Каморан встретился со своим двоюродным братом Свеном, с которым они уже не виделись несколько лет. Как вы сами поняли, мой подзащитный и покойный искренне любили и уважали друг друга. Как настоящие друзья, которые не виделись много лет, они вместе пошли в шатер, дабы отпраздновать это событие. Но тут-то и началось самое интересное. Свен Каморан за это время изменился… сильно изменился. Он на глазах моего подзащитного начал принимать слезы Анакана, попутно совращая его на это. Более того, он даже хотел подложить под Галатара свою ученицу! Эти поступки как нельзя точно характеризуют развращенную натуру Свена Каморана, о которой всем было известно уже давно. Для подтверждения своих слов я приложу показания студентов и выписки из школы магии, где он проходил учебу. Его темная сторона не была ни для кого секретом! Так вот, что-то я немного отвлекся… Естественно, мой подзащитный, будучи полуэльфом весьма высокой морали, отказался от всей этой мерзости, после чего коварный волшебник предложил ему выпить настойки, и, тем самым, помянуть павшего в этот день в бою с горными троллями общего товарища. Галатар согласился, но подлый Свен обманул его и подсунул не просто алкогольный напиток, а настойку корпинуса, которая, как мы знаем, запрещена к распространению в Общем Мире. Дальше больше! Свен склонил к соитию свою ученицу Натиру, прямо на глазах у двоюродного брата. Терпеть такое было выше сил Галатара Каморана, и он выскочил из палатки и, под действием настойки корпинуса, убежал в лес, где рухнул в беспамятстве. Вот тут-то и появляется наш таинственный убийца, который выкрал меч у спящего Галатара и изрубив несчастного Свена на куски, вернулся и измазал одежду моего подзащитного кровью. Кто это был, одному Анакану известно. Возможно, личный враг Свена Каморана? А может, выполнявший чей-то заказ наемный убийца? В любом случае, нам еще только предстоит это узнать. У меня все, ваша честь. Вот бумаги с характеристиками Свена Каморана из магической школы. А сейчас я бы хотел допросить единственного свидетеля этой трагедии – Натиру Вайлет.

После такой речи лицо судьи переменилось, было видно, что теория защиты нашла отклик в его сердце. Он начал гладить подбородок рукой и, опустив глаза на переданные Даэлем бумаги, произнес:

– Хммм…, каким бы ни был Свен Каморан, это не повод его потрошить, но все же я приобщу их к делу. А что касается вашей просьбы, то мы можем ее выполнить только после речи обвинителя. Так что давайте его послушаем.

Старый Когран медленно встал со стула и, кряхтя, начал свою речь:

– Кхххм, кхххм… Кажется, мой друг забыл о моем существовании, но ничего, я не таю на него обиды. Эльфы всегда стараются все сделать быстро и изящно, совершенно не обращая внимания на факты. Я прошу прощения, если чем-то оскорбил присутствующий здесь эльфийский народ, этот упрек касался только моего оппонента. Кхххм… признаюсь искренне, это одна из самых проникновенных речей, что я слышал за последнее время! Честно, она прекрасна, вот только истины в ней с ячменное зернышко. – Он резко повернулся к залу. – Уважаемые присутствующие! Сегодня, я покажу вам, кто на самом деле есть Галатар Каморан. Что этот, как выразился защитник «полуэльф высокой морали», на деле убийца, развратник и мародер, давно сидящий на каких только возможно дурманящих зельях! – Обвинитель замолчал.

По залу прокатился ропот, заявление было весьма смелым и провокационным, тем более что перед судом сейчас предстал не какой-то простолюдин, а наследник знатного рода.

– Я услышал вас, – буркнул судья. – Нда уж, кажется, это будет процесс, достойный войти в учебники по праву Высокого Мира. Ладно, раз так, пора вызывать свидетелей. – Он выдержал секундную паузу и громко объявил. – Суд вызывает Натиру Вайлет!

Неприметная дверь сбоку открылась и оттуда, подобно привидению, вышла ученица Свена Каморана. В данный момент это было измученное бледное существо, от одного вида которого в душе просыпается жалость и сострадание. Она молча подошла к кафедре и предстала перед взором Судьи со шрамом, а тот, в свою очередь, грозно напомнил ей про наказание за ложь в суде, а потом попросил сообщить все, что она видела в тот злополучный вечер. Натира начала рассказ, хотя это скорее был не рассказ, а непонятное блеяние до смерти запуганного человека.

– Мы… мы со Свеном принимали слезы Анакана. Да, я каюсь перед вами, мы уже давно их употребляем. Будь проклят тот день, когда я захотела поступить в академию магии! – Ее трясло, было видно, что девушка на грани. – А потом… потом пришел он – Галатар Каморан. Он пил настойку, и быстро ушел, но… вскоре вернулся. Вернулся с мечом! Я закрыла глаза, я ничего не видела! Да будь все это проклято! – У девушки началась истерика, она закрыла лицо руками и зарыдала навзрыд.

Именно в этот момент Даэль понял, что пора действовать.

– Ну, ну моя дорогая. Мы все понимаем и искренне сочувствуем вам. На плечи столь юного создания выпали такие страдания. Но все же, ответьте на мои вопросы, их будет немного, и они не сложные. Скажите, пожалуйста, вы помните, во сколько ушел Галатар Каморан из шатра Свена?

– Нет, точно не помню…, но было уже темно.

– Ага, а когда вернулся, как вы выразились, с мечом?

– Не помню.

– Конечно не помните, ведь потеря счета времени и галлюцинации — это главные спутники слез Анакана. А теперь просто скажите, вы уверены, что вернулся именно мой подзащитный и что именно он порубил Свена Каморана?

Натира тяжело дышала, но, все же, собрав последние силы, ответила:

– Он был там. Как рубил, я не видела, я закрыла глаза, все было, как в тумане.

– Конечно, как в тумане! Вы не можете точно сказать время, не можете восстановить события. Но при этом вы уверены, что Галатар был там, хотя мы все прекрасно знаем, что все это могло быть всего лишь видение, вызванное слезами Анакана.

– Ваша честь! – Со стула резко встал Когран. – Мой оппонент давит на свидетеля и подводит ее ответы под нужный ему результат!

Даэль даже не дал судье вставить слово.

– Никакого давления! Вы же сами видите, что сейчас мы имеем дело со свидетелем, который на момент тех событий не мог объективно воспринимать реальность. Все ее показания могут быть причислены к делу только как догадки, а нам, демон его дери, нужны ФАКТЫ! – Эльф громко хлопнул кулаком по столу.

Судья снова сделал задумчивое лицо и выдержал небольшую паузу.

– Вы знаете, смотря на эту девицу, я начинаю понимать, что в том состоянии, в котором она тогда находилась, да и находится сейчас, тяжело воспринимать ее слова за истину. Мне искренне жаль вас, Натира Вайлет, у вас страшный недуг, который либо сожрет всю вашу сущность, либо с помощью силы воли вы сможете его победить, на что я, конечно, искренне надеюсь. Так что я поддерживаю сторону защиты в этом вопросе. Хотя…, может обвинитель сможет переубедить суд?

– Кхммм… Что сказать, пожалуй, я соглашусь с защитой, давайте отпустим это несчастное существо, все равно никакого проку от нее нет.

По залу опять прокатился ропот, как же так, сторона обвинения просто берет и сдает без боя столь важный раунд, немыслимо! Судья тоже был ошарашен.

– Раз ни у кого нет вопросов, то Натира Вайлет может быть свободна.

Девушка развернулась и с неприкаянным видом пошла к двери, из которой только недавно вышла.

– Так! – продолжил судья. – Это был свидетель обвинения. Но раз его попросил вызвать многоуважаемый защитник, по-честному будет снова вызвать вашего свидетеля, Когран.

– Нет, нет! Вы же знаете, как я люблю порядок, ваша честь. Раз сейчас очередь моего оппонента, то пусть предоставит своего свидетеля.

– Я не узнаю вас, Когран. Вы точно представляете сторону обвинения? Или просто подзабыли?

По залу прокатилась волна смешков, но на обвинителя она никак не подействовала, он даже не изменился в лице.

Эльф поклонился своему оппоненту, но в душу закралась тревога. Все же, как опытный защитник, он понимал, что за всем этим должен крыться какой-то подвох.

– Благодарю за вашу любезность. Сейчас я хотел бы пригласить человека, который лучше всех знал моего подзащитного последние несколько лет. Того, кто даст суду саму точную характеристику Галатара Каморана, и попутно разобьет прозвучавшие здесь голословные обвинения о его моральных качествах. Это мастер лагеря следопытов и наставник моего подзащитного – Сиддон, известный в наших краях по прозвищу Северный Ветер.

Услышав имя своего учителя, Галатар вздрогнул. За все то время, что он провел в темнице Белого Города, его часто посещали мысли о старом учителе.

Сиддон за это время изменился. Нет, внешне это был все тот же седой человек, с голубыми, как горная река глазами, но той внутренней энергии уже не чувствовалось. Невооруженным глазом было видно, что беда, в которую попал его ученик, больно жгла сердце старого следопыта. Встав у кафедры, он встретился взглядом с Галатаром, и в этот момент, казалось, для этих двух остальной мир перестал существовать. Все, как тогда, у больничной койки после проваленного экзамена.

– Я прошу прощения, уважаемый мастер Сиддон. – Голос Судьи со шрамом вернул их в реальный мир. – Но сейчас вы должны будете ответить на все вопросы, поэтому сосредоточьтесь, пожалуйста. Думаю, вам известно, что защита вызвала вас, дабы вы дали подробную характеристику Галатару Каморану. Так что, прошу вас.

Мастер вздохнул и, положив руки на кафедру, начал свой рассказ.

– Ваша честь, я знаю Галатара Каморана уже три года, может, со стороны кажется, что это не слишком большой срок для того, чтобы узнать полуэльфа, но, поверьте, когда ты учитель и наставник, этого более чем достаточно. Его привел ко мне мой старый знакомый Андад Каморан. Тогда он сказал, что у него нет больше сил бегать по лесам за этим маленьким сорванцом и попросил направить его энергию в нужное русло. – Старый следопыт улыбнулся. – Так началось становление Галатара на путь следопыта Эллестры. Он схватывал все на лету, отлично управлялся с оружием, изучал местность, прекрасно разбирался в травах и зельях. Мы часто вместе ходили на задания в землях лорда Фрелла. Зачистка от леса гоблинов, добыча волчьих шкур, возвращение похищенных овец… И везде Галатар Каморан проявлял себя только с лучшей стороны. Куча благодарностей от местных самое веское тому подтверждение. Все экзамены он сдавал вовремя, и ему даже был дан шанс перепрыгнуть через одну ступень воинского мастерства, но вот тут я не доглядел. Галатар тогда оказался не готов к бою с минотавром, это моя вина, и я до сих пор корю себя за это решение. А еще, хочу добавить ― то, что тогда произошло на охоте, просто уму непостижимо. Я не могу даже в самой извращенной фантазии представить, что мой ученик способен на такое! Ваша честь, скажу более, когда я услышал всю эту историю, то заметил очень странную деталь. Как человеку, разбирающемуся в различно рода грибах и травах, мне известно, что представляет собой настойка корпинуса и какие от нее эффекты. Так вот, во всех Высоких Землях, Долине Ферелен, Южных Землях, да даже в планах демонического отродья, не было ни одного случая убийства, совершенного под его эффектом. Эта гадость вызывает состояние, схожее с лунатизмом. Любое живое существо, принявшее корпинус, просто превращается в увальня и находится в своем мире грез. Просто…

– Кхммм… Ваша честь, – Когран был тут как тут, – я очень рад, что уважаемый мастер имеет столь глубокие познания в грибах и зельях, но все, что касается этой стороны дела, отражено в докладе комиссии лорда Фрелла. Если следопыту так хочется вести расследование, то пусть поступает на службу в особую когорту, а пока его задача отвечать по заданным судом вопросам, касаемо личности Галатара Каморана.

Сиддон с ненавистью посмотрел на Кограна, но все же сдержался. Вступать в спор сейчас не имело никакого смысла.

– У меня все, ваша часть!

– Благодарю вас, достопочтенный Сиддон, несмотря на замечание обвинителя, я вас услышал и на эффектах копринуса постараюсь заострить особое внимание.

На лице Даэля засияла улыбка, кажется, весы правосудия уверенно качнулись в его сторону, но даже в такой момент расслабляться было нельзя.

– У кого-нибудь есть вопросы, уважаемый защитник? – Судья повернулся в сторону эльфа.

– Никаких, ваша честь, мастер уже все рассказал.

– Обвинение?

Когран вальяжно встал со стула и почесал подбородок.

– Конечно, ваша честь! После того, как защита так усердно пытала мою свидетельницу, как я могу отказать себе в таком же удовольствии?

В зале послышались смешки, хоть у Кограна было весьма специфическое чувство юмора, но, надо признать, оно все же было.

Он практически вплотную подошел к Сиддону и тихим вкрадчивым голосом спросил:

– Уважаемый мастер, вы тут обмолвились интересной фразой, что ваш ученик «прекрасно разбирался в травах и зельях». Это в каких зельях, позвольте спросить? Уж не в тех ли, что строго-настрого запрещены в вашем учебном заведении?

Сиддон сердито посмотрел на обвинителя, и сущность, простого, как камень, следопыта начала выходить наружу.

– Говорите прямо, вы же вроде не волшебник.

– Кххммм… Да, конечно, я забыл, что вы из лагеря следопытов.

Кулаки старого мастера сжались, но все же жизненный опыт подсказал, что силой и грубостью сейчас делу, точно, не поможешь, а обвинитель тем временем продолжал:

– Просто скажите, Галатар принимал запрещенные зелья?

– А это имеет принципиальное значение? Скажу больше, и я во время обучения пробовал всякую дрянь, и командир лагеря пробовал, да даже лорд Фрелл в молодости баловался различного рода магические усилениями. На то она и молодость, чтобы совершать ошибки!

– Подождите, причем здесь вы и все эти достойные люди? Сейчас мы говорим о Галатаре Каморане. Можно было просто сказать, что ваш ученик плотно сидит на зельях и все, зачем вся эта тирада? А, в подтверждение моих слов, ваша честь, у меня есть показания одного свидетеля, который, к сожалению, здесь не присутствует, ибо боится за последствия, но все его слова записаны писцами и сомнению не подлежат.

Еще одна интересная деталь в правосудии Высокого Мира. У суда в распоряжении были особые писцы, в задачу которых входило опрашивать свидетелей, которые по каким-то причинам не могли участвовать в процессе. Их показания записывались и скреплялись специальной печатью, которую можно было разломать только в зале заседания.

– Так вот, кхххмм, здесь свидетель говорит суду, что Галатар Каморан за время обучения в лагере следопытов незаконно покупал: зелье силы титана, зелье ловкости лисы, дурман-траву, яд фереленской гадюки. Кстати, последний обнаружен в личных вещах подсудимого, и это все отражено в отчете комиссии. Также, свидетель предоставил расписки за подписью Галатара Каморана. Хах, забавно, даже в таком черном деле, как незаконная торговля, все предпочитают соблюдать формальности.

«Сетан, ублюдок! Зачем ты это сделал?» – Галатара затрясло, он прекрасно понимал, кто его сдал. Догадаться было несложно, так как большинство дел полуэльф проворачивал с помощью своего хитрого соседа по комнате, но вот мотив такого предательства оставался непонятным.

Судья взял бумагу и с хмурым видом поводил по ней глазами.

– Я приобщаю эти показания к делу.

Обвинитель кивнул.

– Благодарю, ваша честь. От себя хочу добавить, что все собравшиеся должны понимать, насколько обвиняемому плевать на законы лагеря следопытов в угоду своим прихотям и зависимостям. А раз ему абсолютно нипочем никакие правила своего учебного заведения, то что говорить об общих нормах морали и нравственности, завещанных нашими великими предками. Вот теперь у меня все.

В зале послышался ропот, выступление Кограна произвело негативный эффект, но все же ничего критичного пока не случилось. Большинство все еще сочувствовало Галатару Каморану.

Мастер Сиддон еще раз взглянул на ученика и нехотя развернулся, ему так хотелось столько всего сказать, но, к сожалению, все эти добрые слова сейчас не представляли для суда никакой ценности. Судья призвал всех собравшихся порядку и продолжил заседание.

– Теперь ваша очередь, обвинитель. Кого вы хотите вызвать?

– Мне бы хотелось позвать того свидетеля, которому хорошо известен подсудимый, так как она была одной из жертв необузданной натуры Галатара Каморана. И вам она тоже хорошо известна по недавнему заседанию о мятеже в Серебряном Лугу. Я вызываю Лориэнну Байр!

Вот это действительно был сюрприз! Даэль посмотрел на своего подзащитного ошарашенным взглядом. Он понятия не имел, какое отношение дочка лендлорда Серебряного Луга имеет к сегодняшнему заседанию. Галатар, судя по потерянному виду, был шокирован не меньше своего защитника.

А тем временем дверь сбоку открылась и в зале суда появилась Лориэнна. Все такая же порочно красивая и соблазнительная, сейчас взор каждого мужчины был прикован к этому демону, пришедшему в наш мир, с одной целью: искушать и совращать. Черное облегающее платье и вуаль только усиливали это чувство.

– Признаться честно, я не ожидал увидеть вашу персону на этом судебном процессе. Тем более дело о беспорядках в Серебряном Лугу давно закрыто моим коллегой.

Опершись на кафедру, Лориэнна внимательно слушала судью со шрамом.

– Ваша честь, я прекрасно отдаю себе отчет о том, куда я пришла и зачем. – Неожиданно дочь лендлорда закрыла лицо руками и зарыдала. – Я здесь только потому, что моя совесть не позволяет мне больше молчать. Все это время меня преследовал страх, именно он не позволял мне сказать правду!

Актерские данные Лориэнны Байр были на весьма высоком уровне, весь зал с интересом внимал каждому лживому слову, но все же Судья со шрамом был не так прост. Жестом остановив девушку, он задал вопрос:

– Подождите, подождите. Я точно помню, что был на вашем заседании, и что вы тогда совсем не походили на несчастную жертву. Вы еще тогда просили огнем и мечом покарать восставших.

– Вы очень мудры и у вас прекрасная память, но даже вы не смогли разглядеть за всем этим мое истинное душевное состояние. Тогда я была подобно кролику, спрятавшемуся в норе, а виной тому был один полуэльф и имя ему, – Она показала рукой в сторону стола обвиняемого, – Галатар Каморан!

В этот момент в зале повисла тишина.

– Да! Именно так! Он виновен в том, что случилось в Серебряном Лугу! Следуя своей звериной сущности, он проник в наш дом, усыпил стражу и пытался овладеть мной. Если бы не отец, я не знаю, что бы тогда случилось…

– Ложь!!! – Полуэльф вскочил со стула подобно демону. – Лживая двуличная сука! Ты забыла, как сама позвала меня!

В этот момент Даэль со всей силы дернул Галатара за руку, резкая встряска вернула полуэльфу трезвое мышление. Но было уже поздно, он явно сболтнул лишнего.

– Вот, видите, ваша честь, да он даже не скрывает, что был там. Пожалуйста, защитите меня! Только благодаря силе правосудия Высоких Земель я больше не боюсь за свою жизнь. Позвольте мне…

– Так! Остановитесь! – Кричать было не в правилах Судьи со шрамом, но сейчас только это могло остановить нарастающее недовольство толпы в зале.

В воздухе повисла напряженная атмосфера, взгляды всех присутствующих устремились к судейской кафедре. Только от него сейчас зависело, в каком русле пойдет процесс, а он молчал и просто смотрел в никуда. Наконец судья вздохнул и, прокашлявшись, огласил свое решение:

– Лориэнна Байр, я не могу принять ваши показания, даже в виде характеристики подсудимого, эти обвинения… слишком серьезны и требуют неопровержимых доказательств! А вообще все, что вы говорите, кажется просто невероятным, но если это так, то дело о беспорядках в Серебряном Лугу будет пересмотрено. И, кстати, если вы врете, то не сомневайтесь, меч правосудия Анакана отсечет вам вашу милую головку.

Даэль облегченно вздохнул, кажется, обвинению не удалось склонить на свою сторону судью своим «неожиданным свидетелем». Впрочем, новость о том, что дело о беспорядках в Серебряном Лугу будет пересмотрено, была не самой приятной. Но это сейчас, точно, не самое важное, о чем нужно думать.

Удивительно в этот момент выглядела Лориэнна, учтиво поклонившись, она спокойно сообщила, что принимает решение судьи. Роль была отыграна на сто процентов, и теперь актриса со спокойной душой удалялась со сцены. Ну а представление тем временем продолжалось.

Судья обратился к Кограну с явной ноткой недовольства в голосе:

– Уважаемый обвинитель, я все понимаю. Но, кажется, вы забыли, что сейчас слушается дело об убийстве Свена Каморана, а не о беспорядках в Серебряном Лугу?

– Ваша честь! Я все понимаю, именно поэтому свидетель…

– Это не свидетель! И вы знаете это не хуже меня, если целью вызова дочери лендлорда было выставление в негативном ключе Галатара Каморана, то вынужден вас разочаровать. Вы подзабыли главный принцип правосудия Высокого Мира; напоминаю, что никто не может быть обвинен в преступлении, пока его вина не будет доказана божественным судом Анакана, помните это, Когран.

Глаза обвинителя устремились в пол, давненько его так не отчитывали.

– Так вот, если Лориэнна Байр действительно говорит правду, то пусть подает прошение о пересмотре дела о беспорядках, но если это оговор, то пусть пеняет на себя. Все! Никаких вопросов, данный свидетель снимается с заседания!

Даэль ликовал, даже такой глупый эмоциональный выпад Галатара не смог склонить судью в сторону обвинения. Эх, как же ему хотелось сейчас дать подзатыльник этому безрассудному и горячему полуэльфу.

Тем временем судья, со всей подобающей важностью, обратился к защитнику:

– Следующий свидетель стороны защиты.

– Ваша честь, к сожалению, наш заявленный свидетель не явился. Это один из воинов, который в тот злополучный вечер заступил в дозор. Но, у меня есть его показания, подтвержденные писцами, о том, что моего подзащитного ночью видели в лагере, и никаких следов крови на нем не было и в помине.

– Давайте сюда! – Судья развернул лист и бегло пробежался по содержимому. – Приобщаю к делу! Ну что ж, раз у вас больше нет свидетелей, то у меня тот же вопрос к стороне обвинения?

После фразы: «больше нет свидетелей», Галатар опустил голову. Неужели никто больше не пришел его поддержать — ни учителя, ни студенты, ни друзья… хотя какие они друзья, только старый мастер Сиддон оказался его истинным другом.

В это время Когран потянулся на стуле и громко зевнул.

– Прошу прощения, ваша честь. Видимо, я немного притомился, и все же мне казалось, что у защиты будет побольше сторонников. Ну ладно, раз уж вы так лихо отшили Лориэнну, то я хочу позвать Якона Криста, пастуха и конюха лагеря следопытов. Ему уже приходилось сталкиваться с коварством Галатара Каморана, и он готов все рассказать уважаемому суду.

Из дальнего угла послышалось шарканье сапог. Со взъерошенными волосами на голове и лучезарной улыбкой на лице перед судом предстал пастух Якон. Разноцветный мешковатый костюм, грязые руки, желтые зубы… все признаки просто кричали о том, что этот человек ― самый что ни на есть деревенский дурачок.

Судья с удивленным видом осмотрел это существо, но промолчал. Обвинитель начал задавать вопросы.

– Якон Крист, насколько мне известно, ты работаешь на ферме в лагере следопытов и уже встречался с Галатаром…

Пастух, даже не дав обвинителю задать свой вопрос, запрыгал на месте.

– Да, да! Якон все вам расскажет, я сегодня надел свои лучшие штаны. Я же красавец, правда?

– Конечно, мой друг, но все же мы сейчас обсуждаем Галатара Каморана.

– А, Каморан! Конечно, я его знаю, он не очень хороший полуэльф, он хотел обесчестить мою Бетси. Я сам видел, как этот мерзавец проник в конюшню и был уже готов начать делать свои грязные дела, но Якон сильный и храбрый, он не боится никого, когда дело касается любимой Бетси.

Тут уже не выдержал судья:

– А что за Бетси? Это твоя девушка, что ли?

– Неа, это лучшая кобыла во всем лагере. Я ее люблю, а этот плохой полуэльф чем-то опоил ее и видимо тоже хотел любить. Как хорошо, что я услышал. Никому не позволено прикасаться к ней, кроме меня!

В зале суда послышались смешки, кажется, этому деревенскому дурачку удалось невероятное, а именно разрядить до предела накаленную атмосферу. Но вот только судье было не до смеха, он вынул откуда-то шелковый платок и медленно начал вытирать капельки пота со лба.

– Лошадка значит… кобыла… Бетси. Да уж… я думаю, у стороны защиты не будет вопросов?

Даэль, подавляя смех кулаком, кивнул.

– Отлично! Страж суда, ко мне!

Как будто из воздуха вырос здоровенный человек в кожаном камзоле с синим плащом за спиной.

– Да, ваша честь?!

– Страж, возьмите этого так называемого свидетеля и выпорите его так, чтобы он сидеть не мог пару недель. Хотя нет, недели будет вполне достаточно, мы же не изуверы.

Перепуганный Якон хотел было развернуться и бежать, но мощная рука ухватила его за шкирку и потащила к выходу. В этот момент он начал визжать подобно поросенку, а все собравшиеся принялись гоготать, что есть мочи.

Общее веселье, как всегда, разрушил судья, громко стукнув по столу рукой.

– Когран!!! Вам кажется это чем-то смешным? Вы притащили чучело в священный храм правосудия и думаете, что такая выходка сойдет вам с рук! Да это вас надо выпороть за такое!

Спокойствие обвинителя в этот момент просто поражало, он лишь на секунду закрыл глаза и твердым голосом ответил судье:

– Ваша честь, можете назначить мне порку, тем более я твердо уверен, что пострадаю за правду, которой в наши дни и так стало уж больно маловато. Кхмм.. Я просто хочу напомнить, что вы отказались принять показания Лориэнны Байр, вы подвергли физическому наказанию Якона Криста и сейчас угрожаете стороне обвинения. Вам не кажется, что правосудие сегодня не совсем беспристрастно? Сказать честно, я уже даже боюсь вызывать следующего свидетеля.

– Да что вы себе позволяете!? Я — судья Анакана и не потерплю таких оскорблений в свой адрес! – Он прерывисто задышал. – После заседания жду вас для личной беседы, кажется, кому-то надо будет укоротить длинный язык.

Как уже упоминалось выше, судилища Высокого Мира иногда становились похожими на базар. Собственно, сейчас это и происходило. Но все же последнее замечание немного остудило пыл обвинителя и он, поклонившись, признал, что все же немного погорячился. Судья, по своей натуре не был жестким человеком и извинения принял.

– Я уже не знаю, разрешить ли вам вызвать следующего свидетеля. Даже боюсь представить, кто это будет, уж не кобыла ли Бетси?

У многих в зале снова засияла улыбка после такой остроумной шутки, но Когран даже не изменился в лице.

– Это мой последний свидетель, ваша честь, после него я больше не побеспокою уважаемый суд.

– Ну, раз так, то пусть выходит, тем более запретить я вам не могу. – Судья постучал пальцами по столу.

– Благодарю. Обвинение вызывает Дирка Крателла!

«Дирк! Что этот карлик вообще забыл здесь?» – От упоминания этого имени по тему Галатара прошла неприятная дрожь.

А прямо сейчас из двери вышел сам свидетель. Хромоногий карлик-горбун вызывал не столько жалость, сколько отвращение и какое-то пренебрежение. Как же он был уродлив! Кафедра в зале суда была для него слишком высока, так что он встал сбоку и небрежно поклонился судье. Обвинитель, не дожидаясь команды, приступил к опросу свидетеля.

– Дирк Крателл, это правда, что вы являетесь слугой достопочтенного Келтера Каморана и сопровождаете его во всех поездках?

– Правда, благородный Келтер Каморан мой господин, и за ним я готов следовать хоть в планы демонов.

– Такая верность достойна самой лучшей похвалы, но, все же, скажите, в день убийства вы были в лагере?

– Да, я прибыл немного позже своих господ и весь день провел в лагере.

– Ага, и вы наверняка видели Галатара Каморана?

Карлик кивнул.

– Конечно, я его видел. В первый раз, когда отряд вернулся из похода, но вот сомневаюсь, что он тогда меня заметил. Таких, как я, вообще стараются не замечать…

– А вот сейчас мы это у него и спросим, – обвинитель резко перебил карлика. – У меня вопрос к подсудимому, вы видели свидетеля во время охоты, или, может быть, после, когда случилось убийство?

Немного опешив от такого неожиданного вопроса, Галатар все же твердо сказал:

– Нет, не видел. Да я даже не знал, что он был в лагере…

Когран так же резко прервал полуэльфа на полуслове и попросил свидетеля продолжить рассказ.

– Так вот, непосредственно в тот вечер, когда произошло убийство, я, как всегда, вычесывал коня моего господина. Ничего не предвещало беды, как вдруг вдалеке мое чуткое ухо уловило звуки, похожие на крики о помощи, естественно, я не мог оставаться в стороне в такой момент и сразу кинулся туда. Я обнаружил, что звуки идут из шатра, где расположился сын моего любимого господина ― Свен Каморан. Отодвинув ширму, я оцепенел, перед глазами предстало страшное зрелище: обезумевший от крови Галатар Каморан кромсает своего кузена подобно тому, как мясник режет свиную тушу.

В зале опять начались оханья и перешептывания, атмосфера снова накалялась. Судья со всей строгостью посмотрел на Дирка и легко ударил по столу кулаком.

– Вы же знаете наказание за клевету? Если я сейчас не увижу или не услышу весомых доказательств ваших слов, то пеняйте на себя. Вы не Лорэнна Байр, и последствия для вас могут быть намного печальнее.

Карлик затрясся, но быстро пришел в себя.

– Конечно, ваша честь, как не понимать, я ведь простой слуга и даже любимый господин не сможет спасти меня от гнева правосудия Анакана, но, поверьте, в моих словах нет ни капли лжи!

В зале воцарилась тишина, все замерли и внимали каждому слову мерзкого карлика.

– Когда я увидел, что происходит, во мне проснулась какая-то животная сила, тогда я еще не осознавал, что Свена не спасти и бросился на убийцу. Даже, более того, мне удалось ранить его в правый бок вот этим клинком. Этим оружием наградил меня господин Келтер за мою верную службу. – Он достал из-за пазухи причудливый изогнутый кинжал с зубцами по всему лезвию. – Затем Галатар накинулся на меня и ударил в ответ, а после неожиданно развернулся и выбежал из палатки. Я пытался догнать мерзавца, но куда мне? Да и к тому же рана давала о себе знать.

Выступление Дирка произвело эффект разорвавшегося огненного шара. Возбуждение достигло своего пика, и судья теперь точно знал, что нужно делать.

– Галатар Каморан!

Подсудимый встал, он был бледен подобно луне в ночном небе.

– Снимите вашу рубашку.

Дрожащими руками полуэльф расстегнул пуговицы и продемонстрировал оголенный торс, перед всеми предстал уже почти зарубцевавшийся шрам в виде лесенки на боку. Сомнений быть не могло, он нанесен именно причудливым лезвием оружия Дирка, да и место нанесения было указано точно.

Вот и наступил конец разыгравшейся трагикомедии. Всюду раздавались крики: «Душегуб!», «Выродок!», «Казнить братоубийцу!». Народ на площади стал толкаться и драться со стражей. Галатар, сев на стул схватился за голову.

«Неужели я действительно это сделал, и кровь Свена на моих руках? Я… я недостоин жить. Я чудовище…».

В этой суматохе только Келтер и Андад сохраняли полное хладнокровие и смотрели друг на друга, не говоря ни слова.

Призывать к порядку и продолжать заседание было бессмысленно. Стража вывела Галатара под руки и оставила Даэля сидеть в одиночестве. Теперь он все понял. Весь этот спектакль был всего лишь мишурой, театром одного актера. Ведь можно было сразу вызвать Дирка и покончить со всем этим, но Когран был не таков, он просто играл и манипулировал судом, подобно кукловоду. Эльф глубоко вздохнул и закрыл глаза, этот горький урок Даэль запомнит на всю жизнь.

Глава 11

Сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз заходил в этот сад? Десять, пятнадцать, а может и все двадцать лет или даже больше? Как же сильно тут все изменилось с тех далеких времен. Там, где раньше были заросли кустарника, теперь росла аккуратно подстриженная трава; около входа в сам замок, где стояли дряхлые деревянные сторожки, теперь расположились гротескные изваяния древних героев, рядом с которыми разгуливали стражники в причудливых нарядах, напоминавших, скорее, одеяния атлетов в цирке, нежели доспехи воинов.

«Столько лет прошло… узнаю ли я хозяина этого места?», – так думал про себя Андад Каморан, шагая по лужайке перед замком своего старого друга, властителя Высоких Земель, лорда Фрелла.Давно уже миновало то время, когда они, еще такие молодые и полные сил отправлялись отсюда в очередную дерзкую вылазку в стан варваров долины Ферелен. Эти воспоминания занимали особое место в сердце наместника, именно поэтому так больно было видеть, как место воинской силы и доблести превратилось в подобие дома какого-нибудь развращенного владыки из Южных Земель.

У входа в замок наместника встретил подтянутый пожилой стражник, в котором наместник узнал своего старого боевого товарища.

– Кивик! Ты ли это?

– Ты здорово постарел, Андад.

– А ты ни капли. Как будто только вчера мы вместе ехали на турнир. Друг мой, скажи, что здесь произошло?Почему главный замок Высоких Земель выглядит как бордель?

Кивик обреченно вздохнул.

– Многое поменялось, очень многое… Лорд Фрелл теперь уже не тот воин, что рвался в битву в любое время дня и ночи. Теперь… впрочем, ты и сам все увидишь.

Стражник медленно открыл и кивком головы пригласил Андада войти. Напоследок они еще раз обменялись взглядами, и наместник Твердыни Каморана продолжил свой путь. Пройдя несколько метров по коридору, он очутился в мраморном зале, где вовсю кипела жизнь. Везде слонялись слуги, танцоры, полуголые женщины и стражники. Обеденный стол вмещал в себя просто невообразимое количество самых изысканных яств. Ну, а в центре всего этого празднества на бархатных подушках, в окружении трех жен, лежал сам лорд Фрелл. Это был степенный обрюзгший мужчина лет сорока пяти, с аккуратной черной бородой до груди. Держа в руках кубок, он что-то рассказывал находившемуся подле него гному, а тот все это слушал, открыв рот.

Казалось, никто и не заметил присутствие Андада, хотя тот в своей простой хлопковой рубашке, штанах из кожи и походных сапогах выглядел на этом празднике жизни просто как пришелец из другого мира. Но внимательный глаз владыки все же приметил гостя.

– Аааа, мой старый друг! Как я рад тебя видеть! – грузное и уже изрядно охмелевшее тело лорда Фрелла поднялось со своего лежбища. – Слушайте все! Этот человек… Ты же человек? Не эльф и не гном же, да? Хаха, так вот, это человек один из самых достойнейших людей Высоких Земель! И каждый в моем доме: от элитной шлюхи до грязного аристократа должен проявлять соответствующее уважение! Я ясно выразился? А теперь быстро, освободить место за столом моему дорогому другу! – Его громкий отрывистый голос напоминал удары молота по наковальне.

Андаду были явно не нужны такие почести, поэтому он учтиво поклонился и абсолютно спокойно ответил:

– Благодарю, владыка, но боюсь, что сейчас мне в горло не полезет даже самая изысканная еда с вашего стола. Я думаю, вы знаете, зачем я здесь?

– Да... знаю. Эй, музыканты! Играйте что-нибудь веселое! Больше вина! А я пока отлучусь по делам.

Лорд Фрелл не спеша подошел к Андаду и заключил его в свои стальные объятия. Что сказать, хватку он явно не потерял.

– Каморан, мой друг и соратник! Как давно ты меня не навещал? Десять лет? Двадцать? Эх знал бы ты, как мне здесь душно; кругом лизоблюды, подхалимы и мерзавцы. А так иногда хочется вернуться в те времена, о которых теперь мне напоминает один лишь Кивик. – Казалось, что сейчас владыка проронит скупую мужскую слезу, но он резко замолчал и немного сменил тон. – Ладно, хватит этого старческого нытья, пойдем, присядем.

Только они расположились в дальнем углу комнаты, как вдруг гном, с которым до этого так увлеченно беседовал лорд Фрелл, начал хлопать в ладоши и что-то кричать. Музыка усилилась и к гостям вышли эльфийские танцовщицы. Их молодые тела показывали просто чудеса гибкости и грации, приводив тем самым всех собравшихся просто в неописуемый восторг. Всех, кроме Андада, на него все это действовало удручающе.

Наместник Твердыни Каморана посмотрел на старого брата по оружию и глубоко вздохнул.

– Да, давненько я здесь не был. Боюсь, что уже с трудом узнаю эти места.

– Все изменилось, друг мой, теперь фереленцы наши друзья, а южане — союзники. Осталось только пересечь Железные Горы и начать покорение Нижнего Мира. Ахах… ладно, не буду докучать тебе своими остротами. Сразу к делу, ведь прямота — это твоя отличительная особенность, да, Андад? Я знаю, что это касается твоего пасынка Галатара.

Андад ничего не ответил, а лорд Фрелл, грустно вздохнув, продолжал:

– Ты же знаешь не хуже меня, что юнца не спасти. Законы Высоких Земель требуют его смерти, и кем я буду, если их нарушу!? Сам Анакан поразит меня молнией в задницу, если я отпущу преступника. Да и ты пойми, что у меня не было никакого желания отправлять твоего пасынка на плаху. Ведь это я дал распоряжение судье рассмотреть его дело как можно более лояльно, я существенно сократил сроки расследования, да даже комиссия по расследованию получила от меня особые инструкции! Все было сделано, чтобы у обвинения не было прямых доказательств, но этот их дурацкий карлик просто поставил жирную точку во всем деле.

– А что, если все было не так, как говорил Дирк?

Лицо лорда Фрелла приблизилось к лицу Андада.

– Ты что, можешь представить неопровержимые доказательства?

– К сожалению, не могу.

– Тогда, виновен он или нет, это неважно, обстановка требует его смерти. После беспорядков в Серебряном Лугу восстания с завидной периодичностью начали вспыхивать и в других регионах Высоких Земель. Чернь требует крови аристократии, и, если она ее не получит, то пустит сама. Возможно, даже нашу. Казнь твоего пасынка должна показать всем, что в землях лорда Фрелла еще есть справедливость для всех. Мне очень жаль, Андад, но Галатар выступит в роли искупительной жертвы, другого выхода я не вижу.

Теперь наместник начал понимать, что, несмотря на разгульный образ жизни, горячий нрав и вспыльчивость, лорд Фрелл сохранял все тот же трезвый ум и рассудительность государственника. Это было приятное открытие.

Неожиданно раздался звук горна и в зал, под аплодисменты собравшихся, в помещение вошли борцы атлеты: первая команда ― два могучих фереленца, вторая ― южанин и полуэльф. В этот момент даже лорд Фрелл отвлекся от разговора, чтобы поприветствовать спортсменов.

По хлопку гнома они набросились друг на друга, подобно диким зверям, и начали борьбу. Полуэльф, выделявшийся на фоне остальных субтильным телосложением, полностью рассчитывал на свою ловкость. И в этом весьма преуспел: фереленский гигант, как ни пытался, не мог сомкнуть на нем свой могучий захват. А вот юркий полуэльф очень эффектно нырнул ему за спину и провел красивый бросок через себя, тем самым разбив голову грозного соперника о мраморный пол. Затем он быстро прибежал на помощь своему товарищу, и они без труда положили второго фереленца на лопатки. Поединок был не смертельный, так что этого было вполне достаточно.

Все присутствующие, включая лорда Фрелла, осыпали овациями победителей. Даже хмурый Андад признал, что борцы показали замечательное шоу, но вот какого-то эстетического удовольствия от этого зрелища он, точно, не получил. Ему все это казалось какой-то жалкой пародией на турниры прошлых лет, а вся эта развращённость, изысканность и показная роскошь были чужды и противны. Пора уже наконец-то объявить, зачем он пришел и навсегда покинуть это место.

– Лорд Фрелл! – Твердым голосом обратился он к правителю Высоких Земель. – Я услышал вас и прекрасно понимаю сложившиеся ситуацию. Но все же, я не могу допустить, чтобы невиновный отправился на плаху. Я требую права искупления вины!

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, лорд Фрелл замер, открыв рот.

Для несведущих, право искупления вины — это особый закон, который позволял старшему в роду взять грехи своего родственника на себя. Это очень древний обычай Общего Мира, и существует легенда, что когда-то давно сына одного знатного аристократа приговорили к смерти за страшные грехи, но отец так любил его, что постоянно молился и просил Анакана смилостивиться и дать сыну второй шанс. И вот во время казни случилось невероятное: луч света, сошедший прямо с небес, озарил отца, стоявшего в толпе. Он взошёл на плаху и дотронулся рукой до сына и тот от прикосновения отлетел в сторону подобно пылинке. Палач как мог, пытался помешать всему этому, но ни ноги, ни руки его не слушались. Когда отец, озаренный светом, встал на колени, меч палача отсек ему голову, а вместе с головой на землю упали и кандалы, сковывающие до этого руки сына. Сын впоследствии посвятил жизнь служению Анакану и, после смерти, он и отец стали известны, как Марон Искупитель и Джарол Искупленный, покровители всех взявших вину на себя. Вот так, согласно преданию, и зародился этот обычай. Хотя, к слову сказать, исполнялся он крайне редко, и история помнит лишь единичные случаи его применения на практике.

Лорд Фрелл тяжело дышал, прекрасная музыка и пение эльфиек отдавали в ушах как отвратительная какофония, а ярость и злость вырвались наружу, подобно магме из жерла вулкана.

– Довольно!!! Все, выметайтесь отсюда грязные шлюхи, глаза б мои вас не видели! Вы все здесь ждете, когда я сдохну, дабы сплясать на моей могиле!

После этого в зале началась неописуемая суета, видимо, здесь уже все привыкли к неожиданным вспышкам ярости своего владыки, и поэтому механизм был отработан четко. Люди и эльфы бежали по углам, гномы благодаря маленькому росту бойко залазили под столы и куда-то пропадали (видимо там находились секретные ходы). Две минуты, и в огромном помещении остались только Андад и лорд Фрелл.

– Ты что делаешь, ты не здоров?! Что взбрело в твою больную голову?

– Мой лорд, моя голова сейчас в добром здравии. Решение мною принято, и оно бесповоротно.

– Нет! Она не может быть в добром здравии. Мало того, что этот остроухий тебе не родной сын, так ты своим решением ставишь под угрозу безопасность всего мироздания. Только представь, что после твоей казни вместо тебя наместником Твердыни Каморана по праву старшего в роду станет Келтер! А то, что он подозревается в связях с Мифриловым Пактом, тебе ни о чем не говорит?

– Мифриловый Пакт всего лишь кучка сектантов, сомневаюсь, что у Келтера с ними что-то серьезное…

– Они были кучкой сектантов, теперь это не так. Все больше и больше нехороших новостей приносят мои следопыты, уже нет возможности не замечать этих фанатиков, как раньше. Их знак — сиреневый дым, уже много раз видели в заброшенных руинах, кладбищах и лесах, так они связываются с Нижним Миром. Их мечта, освобождение Павшего Бога, становится все реальнее.

В пустом зале повисла зловещая тишина.

– Прости меня, друг, но решение уже принято.

– О Боги! Ну скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал, дабы изменить твое решение? Хочешь мести за пасынка? Только скажи кого? Лендлорда Байра? Или, может, его ненаглядную ведьму Лориэнну? А может, тебе нужен наследник? Я дам тебе развод с Осией и предоставлю самую родовитую и прекрасную женщину. Если хочешь даже эльфийку из Верхолесья, раз уж тебе уж так нравятся остроухие. Я, кстати, не поверишь, недавно себе одну эльфиечку присмотрел и скоро на ней женюсь. Что хочешь, просто скажи, не молчи ты!

Но Андад не проронил ни слова, а лорд Фрелл продолжал.

– Ты, один из тех, кому открыта тайна нашего мироздания, ты наместник Твердыни Каморана, да и, в конце концов, просто мой соратник и один из лучших воинов Общего Мира! И теперь ты готов просто вот так пожертвовать всем, лишь бы спасти своего пасынка?

– Готов как никогда! А твои речи мне просто неприятны, неужели этот тот лорд Фрелл, что всегда ставил честь выше всего, а теперь предлагает мне просто взять и поступиться ей?

Сделав несколько шагов в сторону, владыка плюхнулся на резной стул.

– Да, мой старый друг, это все еще я. И тоже тебе скажу, что те времена, когда мы мчались на конях навстречу битвам, уже давно прошли. Ты не видишь всей картины, что предстает передо мной. К сожалению, Высокие Земли, да и весь Общий Мир в упадке, и я всего лишь отражение всего этого. Но даже сейчас, я помню, что интересы нашего дома важнее, чем какая-то личная прихоть, что ты зовешь честью.

Андад закрыл глаза.

– Не ожидал услышать такого от тебя.

– А что ты ожидал!? Что я восхищусь твоим мальчишеским поступком? Впрочем, да, я им восхищен, я просто охренел, если честно!

Повисла неловкая пауза, которую нарушил лорд Фрелл.

– Теперь скажи мне, куда ты собираешься деть своего пасынка? Переправишь на Юг или отдашь в подземные туннели гномов? А может в Верхолесье? Хотя туда точно нет, эльфы ненавидят полукровок. В любом случае судьба Галатара Каморана незавидна. Его все считают братоубийцей, и даже твоя смерть не поменяет мнения окружающих. А! И, кстати, ты не забыл, что Келтер станет наместником Твердыни Каморана? Думаешь, он не будет искать того, кто может оспорить его первородство? И, скажу больше, он его найдет!

– Нет, не найдет.

Владыка с грустью посмотрел на своего друга.

– Андад Каморан! Ты всегда казался мне неким островком благоразумия и рассудительности в этом сумасшедшем мире. Но сейчас все, что ты говоришь и собираешься сделать… ты просто безумен!

– Возможно и так, но, что поделать, это моя личная прихоть.

– Если тебя связывает со своим покойным братом Ралтаром какая-то клятва по поводу заботы о его сыне, то сходи в храм. Жрец разорвет эту нить. В этом нет ничего постыдного, даже великие не всегда могли сдержать своего слова.

После этого предложения Андад изменился в лице, он посмотрел на владыку Высокого Мира подобно тому, как разгневанный учитель смотрит на своего ученика.

– Нам больше не о чем говорить, мой старый друг. Прощай, все необходимые бумаги для исполнения права искупления вины переданы в твою канцелярию. И знаешь, даже если бы я дал клятву только Ралтару, то поступил бы точно так же. Галатар будет жить!

– Ты… ты все такой же упрямец, Каморан. Теперь я понял, что ничто не способно изменить твое решения, и я действительно поражен. Эх, была бы у меня сотня Андадов, то наш мир сейчас жил бы по заветам предков и никакой Мифриловый Пакт не посмел бы даже высунуться.

Лицо Андада, после слов Фрелла, снова приняло привычный благожелательный вид, и он учтиво поклонился.

– Теперь скажи мне, напоследок, неужели следующая наша встреча произойдет только на твоей казни?

Наместник ехидно улыбнулся:

– Обычай и боги требуют моей смерти. Но ты же знаешь, что ложиться под меч палача не в правилах Андада Каморана, так что вряд ли я буду жив к этому моменту. Но, все же, я прошу тебя проводить мое тело к месту погребения. Из чертогов Таоса будет приятно видеть, как старый друг и соратник пройдет со мной по последнему пути.

Лорд Фрелл кивнул, а Андад, развернувшись, пошел к выходу. Это был тяжелый и серьезный диалог двух старых товарищей по оружию. Но все же наместник уходил с какой-то внутренней легкостью, он чувствовал, что все сделал правильно.

Выйдя из замка и ступив за ворота, он оседлал коня и помчался в сторону Железных Гор к древнему монастырю у подножия. Обычно путь до этого места от Белого Города занимал около полутора ― двух дней, но меняя лошадей в тавернах и практически не отдыхая, Андад проделал весь путь менее чем за сутки.

Стражница у ворот его ждала. Обменявшись безмолвными приветствиями, Андад, не снимая походной одежды, быстрым шагом спустился в подвал. Зайдя в неприметную комнатку, в которой, кроме стула, стола и стоящего на нем странного черного прибора с красной кнопкой ничего не было. Андад, нажав на нее, спокойным голосом сказал: «Все, как договаривались, никаких изменений не будет».

Глава 12

Дни после суда тянулись медленно и тоскливо. Для Галатара Каморана это было время обдумывания его короткого жизненного пути: все ли он сделал правильно? Всегда ли поступал по совести, и не стыдно ли будет ему предстать в чертогах Таоса перед хранителем мира мертвых?

Вопросов было много, но, вот, к сожалению, ответы на них не всегда радовали. Он даже до сих пор не мог до конца поверить, что кровь Свена на его руках, хотя факты и доказательства вещи упрямые. В какой-то момент полуэльф уже был готов принять вину за это убийство. Но вот только какое-то внутренне чувство постоянно препятствовало ему в этом.

Чтобы отвлечься, Галатар решил сделать то, что хотел давно, а именно написать письмо своему учителю Сиддону, а заодно сообщить про происшествие в Серебряном Лугу. Теперь не было смысла что-то скрывать или лукавить, в письме он расскажет, как все было, без замалчиваний и приукрашиваний.

Взяв в руки перо и развернув пергамент, полуэльф принялся писать. Текст действительно получился очень искренним, в нем молодой следопыт в мельчайших деталях описал подробности встречи с Лориэнной, свои приключения в дома лендлорда и, конечно же, не забыл упомянуть тот зловещий сиреневый дым. В конце Галатар попросил у мастера прощения за все те неприятности, что принес и пожелал в будущем более толковых учеников.

Когда он уже почти закончил, к камере подошел тюремный маг и обновил тусклое заклинание света. Это была обычная процедура, дававшая понять, что сейчас полдень. Теперь светящийся шар будет висеть до самого вечера, пока к ночи не потухнет совсем. С утра волшебник снова его наколдует, и цикл будет продолжаться, пока пленник не освободит камеру.

Кинув письмо в уродливый железный ящик, стоящий в углу камеры, Гал вспомнил, что неплохо было бы еще написать и дяде Андаду, ведь до казни им вряд ли еще предстоит встретиться. Да, он нисколько не питал иллюзий по поводу своего будущего, приговор за братоубийство только смерть, и никаких чудес тут произойти не может.

Снова расстелив перед собой бумагу и взяв в руки перо, полуэльф принялся за работу, но вот только послание к дяде как-то вообще не шло, от слова совсем. Ему хотелось раскрыть все свои мысли, чувства, переживания, но буквы просто не хотели выводиться, перо застыло в руке, а мысли в голове никак не могли собраться воедино.

Неизвестно, сколько бы Гал просидел в таком состоянии, но мерзкий скрип открывающейся двери вывел его из транса.

– Подъем, Каморан! Кончай писать летопись и собирай вещи! – В дверном проеме стоял его старый друг тюремщик.

– Куда это? До приговора еще минимум восемь циклов заклинания света.

– Ооо, какой молодец. Считать циклы — это очень полезная вещь, жаль, что многие ей пренебрегают. Ну а мы специально ничего не говорим, и, знаешь, так забавно наблюдать, как очередной злодей, теряя счет времени, медленно начинает впадать в безумие. Ха-ха!

Да уж, похоже, что эти ребята были еще те садисты.

– Это жестоко.

– А ты поработай тут хотя бы пару лет, будешь думать по-другому. Ладно, Каморан, некогда мне с тобой лясы точить, у тебя есть полчаса на сбор. Ах да, чуть не забыл, тебе просили передать, – тюремщик положил на стол аккуратный свиток, скрепленный фамильной гербовой печатью рода Каморанов, – на твоем месте я бы не задерживался.

Железная дверь закрылась, и пленник снова остался один, хотя, конечно, не совсем один, теперь с Галатаром было еще и послание от дяди. Сломав печать и развернув свиток, полуэльф начал жадно вчитываться в каждое слово.

«Дорогой племянник! Теперь я точно знаю, что ты невиновен. Скоро тебя выпустят, и мы снова встретимся. Андад».

Ему хотелось кричать, прыгать и плясать от счастья. Неужели дядя смог доказать его невиновность? А может, и убийцу Свена уже нашли? Эти полчаса казались самыми счастливыми в жизни молодого следопыта. Когда вновь явился стражник, то он прямо с порога хотел заключить его в объятья, но все же сдержался.

– Кажется, до кого-то дошло, что его отпускают на свободу. Хех, я даже не знаю, на что интереснее смотреть, на ваши мучения или на вашу радость. Последней здесь маловато, конечно. – Тюремщик цинично улыбнулся, но полуэльф его не слушал, сейчас его мыслями завладела предстоящая долгожданная свобода.

Они поднимались и спускались по ступеням подземных лестниц, миновали пару крутых поворотов и даже прошли мимо той камеры, где Галатар коротал время со старухой.

– А что случилось с Эрделой?

– С кем?

– Ну с той бабкой, к которой меня сперва подсадили?

– Аааа, с некроманткой! Так мы ее только пару дней назад отправили на костер, а пепел высыпали в выгребную яму. В честь такого события наши ребята знатно пообедали, а потом не менее знатно сходили по-большому. – Страж весело засмеялся.

Галатару стало немного грустно. Не то, чтобы он питал симпатию к этой мерзкой старухе, но такие похороны она явно не заслужила. Да и, к тому же, сказки у нее были занимательные.

Наконец-то они пришли в то самое помещение, где не так давно Галатару выдали его тюремную одежду. Теперь вместо тюремщика его встречал Даэль, с грустным и задумчивым видом.

– Даэль! Как я рад тебя видеть! А где дядя?

Эльф на столь горячее приветствие лишь учтиво поклонился и кинул Галатару походную сумку, в которой лежал скомканный черный балахон с капюшоном и маской.

– Надевай, сейчас не время для вопросов.

– Не понял? Даэль, видимо, ты не знаешь, но меня оправдали, мне нет смысла скрывать лицо.

– Как раз обо всем этом я прекрасно знаю. Надевай быстрее, Андад ждет нас.

Теперь в душу полуэльфа начали закрадываться сомнения. Что все это значит? Почему Даэль так странно себя ведет, и зачем ему скрывать лицо? Он постарался успокоить себя тем, что, возможно, еще не все в Белом Городе знают, что его невиновность доказана, и поэтому придется пока проявить осторожность.

Выйдя во двор тюрьмы, они сели на заранее приготовленных скакунов и помчались прочь от столицы. За все время защитник не проронил ни слова. Галатар, как мог, пытался вывести его на разговор, но тот лишь отмахивался.

Вот так, казалось бы, долгожданная свобода оказалась с мерзким горьковатым привкусом. Он теперь даже не мог оценить всю красоту столичного утра, голова теперь была забита другим. Нет! С этим надо кончать, пора получить все ответы.

Как только всадники вышли из города, Галатар резким движением остановил лошадь. Даэль, естественно, развернулся и поскакал к нему.

– Ты что вытворяешь? Я разве не ясно выразился, что все вопросы потом.

– Прекращай разыгрывать комедию, Даэль. Либо ты сейчас говоришь мне в чем суть, либо я разворачиваю лошадь.

– Хватит вести себя как ребенок! Ну что такое, неужели ты забыл, как твоя горячность чуть было не погубила тебя в суде, когда ты решил вступить в перепалку с Лориэнной Байр?

– Да причем здесь это? Сейчас мне просто нужны ответы.

– При том, что это все взаимосвязано, эмоции тебя погубят! Поэтому кончай заниматься ерундой, и поехали!

– А откуда мне знать, что это не ловушка? В письме дяди ничего не было сказано про тебя?

– Да неужели!? А в его письме было сказано, что он воспользовался правом искупления вины, дабы спасти твою никчемную душонку? – В ярости крикнул защитник.

Теперь все стало ясно. Полуэльф закрыл лицо руками, по телу пробежала холодная дрожь, весь мир рухнул.

– Как!? Этого не может быть!? Я не позволю, за свои грехи нести ответ буду я сам. – Он резко дернул поводья и хотел было уже мчаться обратно в Белый Город, как вдруг ладонь Даэля опустилась на его запястье.

– Стой! Это, конечно, похвально, что ты проявляешь мужество и ответственность в этой ситуации, но подумай, – эльф поймал глазами растерянный взгляд Галатара, – если ты сейчас примешь поспешное решение, то погубишь и себя и своего дядю. Встреться с ним, а потом поступай, как знаешь.

Речь произвела нужный эффект, и полуэльф процедил сквозь зубы: «Хорошо».

В гробовом молчании всадники продолжили свой путь по землям лорда Фрелла. Иногда на их пути попадались придорожные таверны, где они, не говоря друг другу ни слова, приступали к поглощению пищи. После восстановления сил, путников снова ждала дорога, и так продолжалось, пока к вечеру на горизонте не показался столь знакомый и дорогой сердцу полуэльфа лес Каморана. Место, где он провел все детство теперь не казалось ему столь тёплым и приятным, сейчас оно скорее нагоняло какую-то тоску.

Надолго уйти в себя Галатару не получилось, Даэль резко свернул с главной дороги и погнал лошадь через бурелом. Полуэльф устремился за ним, и после недолгого блуждания они заметили вдалеке яркий огонек костра.

Сумерки вступали в свои права, когда наши путники вышли на полянку, где в небольшом импровизированном лагере, включающем в себя шатер и стол с двумя стульями, их уже ждал Андад. Он был один и задумчиво смотрел на горящий огонь.

Галатар слез с лошади и откинул капюшон (да, он только сейчас на это решился), дальше последовала молчаливая драматичная сцена: дядя знаком указал племяннику сесть на стул, а сам подобно призраку начал расхаживать из стороны в сторону, абсолютно отрешившись от всего происходящего.

– Присаживайся, мой мальчик, нам предстоит очень долгий разговор, а времени не так много, – начал сокрушаться Андад куда-то в пустоту, как будто бы разговаривая сам с собой.

– Долгий!? Ну уж нет, мне кажется, он будет очень коротким. Дядя, я сейчас скажу прямо и по делу, как ты меня учил. Я не собираюсь подставлять тебя под меч палача, этого не будет! За свои преступления только мне нести ответ, и пусть Эллестра и все Боги нашего мира будут мне свидетелями!

На лице Андада в тот момент засияла улыбка, к слову сказать, он вообще очень редко улыбался.

– Галатар, Галатар… Ты даже не представляешь, как мне сейчас радостно слышать эти слова, ты настоящий Каморан, и Ралтар точно может гордится своим сыном, наблюдая из чертогов Таоса. Но я скажу от себя: да, ты прав! За свои грехи ты ответишь, но среди них, точно, нет братоубийства.

Первая мысль, которая посетила полуэльфа после этих слов, была о том, что дядя просто выгораживает его.

– Ты сам видел кинжал. Ты слышал показания карлика, у меня кроме какого-то внутреннего чувства нет никаких доказательств. И ты говоришь, что на мне нет крови? Да перестань…

– Твое внутреннее чувство тебя не обманывает. Поверь, я прекрасно слышал, что говорил Дирк, и именно это и является доказательством твоей невиновности. Видишь ли, тот кинжал, которым он тебя ранил, мне очень хорошо знаком. Это «Зуб пустоты», в свое время мой брат получил его в дар от своего учителя воинского мастерства. Он всегда дорожил им и хранил, как зеницу ока. Келтер скорей бы лег в постель с самкой гоблина, чем подарил бы сей кинжал такому существу, как Дирк. Этот карлик вообще для меня загадка, которую я так и не смог разгадать. Но то, что Келтер его презирает и ненавидит, я знаю точно.

На лице Галатара вспыхнул румянец ярости, теперь он начал складывать мозаику воедино.

– Но дядя, Келтер же был там, в суде, карлик все это говорил при нем…

– В том то и дело, что он все прекрасно знал, мой мальчик, и превосходного исполнил свою роль убитого горем отца.

– То есть, ты хочешь сказать, что это он убил Свена??? Но зачем???

Андад сразу не ответил, он снова задумчиво посмотрел на костер и почесал подбородок.

– Я не могу однозначно ответить на твой вопрос. Каким бы чудовищем не был мой брат, не думаю, что в своем безумии он мог зайти так далеко. Чтобы распотрошить собственного сына, подобно мяснику, надо быть конченым кровавым ублюдком. Нет, скорее всего, это сделал кто-то другой, а он просто знал об этом. Но, даже если это так, то такой поступок все равно находится за гранью понимания добра и зла. А зачем он это сделал? Не знаю, но подозреваю, что это часть плана по захвату Твердыни Каморана. Видимо, жажда власти затмила для него все на свете. Я всегда знал, что он честолюбив, но чтоб настолько. Эх, печально все это, очень печально…

Жар от костра обдал полуэльфа.

– Дядя! Если это так, то на мне нет крови Свена, и это значит, что ты не обязан платить своей жизнью за преступление, которого нет. Вместе мы сможем докопаться до истины и расстроить все планы Келтера, какими бы они вероломными они ни были!

Андад подошел к племяннику, и, положив руку ему на плечо, твердо сказал:

– В этом мире все имеет цену, мой мальчик, и, к сожалению, мой путь походит к концу, а вот твой только начинается. С восходом солнца ты отправишься в место, где тебя не достанут ни Келтер, ни Фелиния, ни вообще кто-бы то ни был из нашего мира.

– Такого места нет! Да, и даже если бы было, я все равно предпочел остаться бы здесь с тобой, мы вместе, плечом к плечу. – На лице Галатара показались слезы. – Иначе лучше мне вернуться в тюрьму Белого Города.

Тут дядя обнял своего пасынка, а тот, не в силах своих эмоций, зарыдал навзрыд, подобно ребенку.

– Ты иногда так похож на Ралтара. Прости меня, но не я решил так, твой путь был предопределен давно, и когда-нибудь ты сам обо всем узнаешь, но пока позволь мне немного рассказать про то место, куда ты отправишься. Его нет на картах, о нем не знают ни люди, ни эльфы, ни гномы, по крайней мере, обычные представители высоких рас. О нем тебе не расскажут тебе на занятиях в лагере следопытов и даже в школе магии, но оно есть, и его земли ничуть не меньше земель Общего Мира. Просто знай, что Железные Горы, окружающие нас, подобно поясу не являются границей перед великой бездной, по которой кружит Анакан на своих конях. За ними кое-что есть, так что теперь слушай меня внимательно, я поведаю тебе настоящую историю Войны Богов, которая известна лишь единицам из смертных. А те, кто ее знают, предпочитают помалкивать, ведь эти знания способны полностью уничтожить весь существующий миропорядок.

***

Началось все это задолго до тех событий, что тебе известны. В те времена, когда сами боги спускались в наш мир и, находясь в своих аватарах, говорили со смертными, как мы сейчас с тобой. Золотое время, но, к сожалению, именно тогда всему этому был брошен вызов. Великий гномий архитектор Гонакор сделал уникальное открытие, которое перевернуло все. С помощью силы пара и огня из его рук выходили удивительные вещи: лошади из металла, колесящие по окрестностям городов; статуи, патрулирующие улицы. Да что говорить, даже воздух покорялся машинам Горакора. И все это было создано даже без какого-либо намека на магию. Воистину, это было чудо!

Но богам не понравились эти творения, они посчитали, что через них высокие расы забудут об их существовании, и они, став ненужными, просто исчезнут. Появившись в аватарах людей, гномов и эльфов, они объявили свою волю, и многие тогда встали на их сторону с одной целью ― уничтожить проклятые новые технологии. Но были и другие, те, что говорили, что изобретения Гонакора ― это ключ к новой, лучшей жизни, где каждый будет хозяином сам себе и не будет ни магов, ни войн, ни богов. Никто не хотел уступать в этом споре, а, как ты и сам знаешь, где кончаются слова, начинается лязг оружия. Две огромные армии, готовые разорвать друг друга, сошлись на поле боя. Судьба всего мира висела на волоске, и вот-вот должно было начаться самое кровавое сражение в истории, которое превзошло бы все другие вместе взятые.

Но тут случилось неожиданное, в сияющих доспехах на поле боя появилась эльфийка, аватар самой Синтры, и призвала всех проявить благоразумие и сложить оружие, пока не стало совсем поздно. Речи богини тронули сердца смертных, которые еще несколько минут назад были готовы разорвать друг друга в клочья, но, к сожалению, закончить речь она не успела. Подло пущенная стрела прервала жизнь аватара, и ее сущность устремилась назад в свой божественный план.

После такого многие из воинов с обеих сторон с яростью набросились друг на друга, хотя большинство все же осталось стоять на месте. И, даже несмотря на то, что сражались далеко не все воины, битва выдалась колоссальная: кровь лилась рекой, небо заполонили стаи воронов, а земли было не видно из-за тел, лежащих повсюду. Но лучник, пустивший стрелу, остался жив. Точнее, он не мог умереть, ведь под видом обычного человека скрывался аватар того, чье имя давно забыто, но мы знаем его как Павшего Бога. Владыка страстей и пороков захотел взойти на самую вершину божественной иерархии, но сперва в его планы входило полное уничтожение всех, кто сошел с «истинного» пути. И для него совершенно не важно, кто это был — приверженцы старых порядков или сторонники технологий Гонакора. Собрав в единый кулак своих фанатиков, коих было немало, началось создание ордена, аналогов которому еще не было. Основные положения организации были отлиты на огромной мифриловой плите. Там было много заповедей, но главная и самая первая гласила о том, что в мире есть только одна сущность, достойная поклонения и любви. Думаю, объяснять к кому это относилось, не нужно. Так появился Мифриловый Пакт.

Мир вступил в новую эру войн и насилия. Воинов Мифрилового Пакта было не остановить, они свято верили в своего Бога и были готовы умирать и убивать за него. И именно тогда все, от сторонников новых технологий до приверженцев старых порядков, объединились, чтобы дать отпор этой угрозе. Боги благословили этот союз, ведь даже им стало понятно, что идеи Мифрилового Пакта это просто воплощение безумия! Объединенные армии прошли через много кровавых битв, лишений и невзгод, но все же, в конце концов, им удалось низвергнуть этого демона и заточить его аватар в саркофаг, который скрыт глубоко в недрах Горы Скорби. Он до сих находится там, скованный за печатями, ждет своего часа. Так что Павший Бог — это не совсем правильное название, он, скорее, заточенный. Без своих последователей он должен был сгинуть в забытьи, но пленить бога ― это одно, а уничтожить веру… тут все намного сложнее.

Часть фанатиков Мифрилового Пакта выжила. Загнанные в подполье, они продолжили свою деятельность. И даже сейчас, являясь лишь тенями былого величия, эти сектанты не теряют надежды, подпитывая своей верой существование того, кто заточен.

И вот, когда все беды миновали, и эпоха войн подошла к концу, высокие расы собрали совет, на котором решили, что теперь каждый должен выбрать дорогу, по которой пойдет: останется ли он следовать по пути богов и предков, или пойдет в новый мир, где технологии и развитие станут во главу угла. Так произошел великий раскол на Высокий Мир и Нижний Мир. Сейчас у нас небольшая путаница в названиях: под Высоким Землями мы понимаем лишь земли лорда Фрелла, но изначально так назывался весь наш Общий Мир, включая Верхолесье, Южные Земли и долину Ферелен.

Собственно, мы, продолжившие жить по заветам отцов, остались здесь, а они ушли за горы. И было заключено особое соглашение, по которому два мира и его обитатели никогда не будут пересекаться. Для этого в Железных Горах маги возвели особые башни, которые до сих пор разят молниями всех, кто преступает через границу. Ну, это ты и так знаешь.

Только нам, древнейшим родам, известна эта история и мы свято храним эти знания и следим за тем, чтобы договор соблюдался.

***

Передать выражение лица Галатара словами было невозможно. Он смотрел на дядю, открыв рот, и даже не мог найти что ответить, все-таки не каждый день твое миропонимание переворачивается с ног на голову. И да, ему была известна легенда о Войне Богов, но в официальной версии все заканчивалось заточением Павшего Бога и ни про какие разделения миров не шло и речи.

– И я отправлюсь туда, но зачем?

– Затем, что так предначертано судьбой. Повторюсь, что я не могу сказать тебе все, что мне известно, но основные сведения ты получил.

– Дядя, а что будет с тобой?

За меня не переживай. Ты же не думаешь, что Андад Каморан сдастся без боя? – Он, улыбнувшись, потрепал племянника за плечо. – На той стороне тебя встретят. Один гном задолжал мне услугу. Несколько лет назад в наш мир проник посторонний, и я решил это дело без лишнего шума. То, что осталось от нарушителя было возвращено в Нижний Мир, а у меня появился хороший должник. И вот сейчас он отплатит мне сполна, – наместник скривил губы. – Ну, и все гномы любят золото. В палатке лежит увесистый кошелек с фрелинами, этого должно хватить сполна.

Дядя и племянник сидели молча и смотрели на тлеющие поленья костра. Андад не знал, что еще рассказать или о чем завести беседу. Он прекрасно понимал состояние Галатара, но в этот момент вряд ли мог чем-то помочь. Да и, вообще, что сейчас можно сказать полуэльфу, который идет в неизвестность без какой-либо перспективы на возвращение.

– Дядя…

Голова наместника повернулась в сторону племянника.

– Мы редко говорили на эту тему, но, все же, расскажи мне о моих родителях.

Андад все понял и, подойдя поближе, начал рассказ о своем брате и его жене. Потом они вспоминали детство Галатара, его проказы в твердыне Каморана, годы обучения в школе и лагере следопытов. Больше они словом не обмолвились про предстоящее путешествие и уж, тем более, не вспоминали Келтера и Фелинию. Эта была теплая и искренняя ностальгическая беседа.

Но время шло, и Андад намекнул, что скоро надо будет собираться, а он пока пойдет, встретит провожатых, которые, наверняка, уже подошли к лесу Каморана. По возвращению они все вместе поедут до места перехода между мирами. Ну а пока племяннику не помешает пойти в шатер и немного подремать.

Но это оказалась совершенно бессмысленная затея, сон вообще не приходил к Галатару. Вдруг его чуткое ухо услышало, как кто-то вошел в шатер. Вскочив с лежанки и уже собравшись поприветствовать Андада, он с удивлением обнаружил перед собой Даэля.

– А где дядя?

– К сожалению, наместник просил передать, что не сможет проводить тебя. Ему действительно искренне жаль, что так получилось, еще он попросил передать послание. – Даэль протянул свиток. – Он сказал, чтобы ты прочитал его, когда будешь на «той стороне».

Полуэльф, вздохнув, молча взял пергамент. Впрочем, он еще перед тем, как завалиться на лежанку, в глубине души понимал, что, скорее всего, видит своего дядю в последний раз. Таков был Андад. Он никогда не любил долгих и слезливых прощаний.

– Видимо, пора в путь? – с грустью в голосе спросил молодой полуэльф.

– Да, и на твоем месте я собирался бы побыстрее. Уж не знаю, куда тебя отправляют, но провожатых прислали серьезных, так что не заставляй их долго ждать.

– Надеюсь, что они не будут возмущаться, если я потрачу какое-то время на сбор.

– Не будут, они не очень ворчливые.

Гал не понял, к чему была эта острОта, но все же предпочел собираться побыстрее. Взяв походную сумку, кошелек с фрелинами и кинжал, он еще раз проверил, не забыл ли чего. Неожиданно, ему вспомнилась «Погибель гоблинов».

«Эх, как же жаль, что при мне не будет моего любимого меча. Но, ладно, с этим ничего не поделаешь».

Спустя несколько минут Галатар, с сумкой через плечо, стоял полностью готовый к путешествию.

Выйдя из шатра, он понял шутку про не очень ворчливых провожатых. Сидя на лошадях, на них смотрели три человеческих женщины в красно-черных мантиях. Старшая держала руке посох, у остальных за поясом красовались мечи.

Молчаливые сестры – особый орден в Общем Мире. Женщины, вступившие в него, отказывались от всех благ и радостей и давали обет молчания. Никто точно даже мог сказать, что они делают и чем вообще занимаются, но большинство все же сходилось во мнениях, что основная их задача — это борьба с различного рода ересями. Выведать это не представлялось возможным, так как клятва тишины действовала у членов ордена в течении всей жизни. Понять, что двигало молодыми женщинами, которые изъявляли желание примкнуть к такому сестринству, было сложно, ведь членство там было добровольное. В их подчинении находилось несколько монастырей, раскинутых по Общему Миру.

– Так вот куда хочет упрятать меня дядя! А я ведь всегда догадывался, что молчаливые сестры не совсем «сестры». Надеюсь, что достоинство мне там не будут отрезать.

Даэль с удивлением уставился Галатара.

– Да ладно тебе, мой эльфийский друг, я же пошутил.

И действительно, кажется, к молодому следопыту, после нескольких недель уныния, наконец-то начало возвращаться какое-никакое чувство юмора. Шутка, конечно, была не очень, но для начала это все же лучше, чем ничего. Даэль, по крайней мере, даже чуть-чуть улыбнулся.

А вот дамы даже не изменились в лице. Видимо, юмор они не очень воспринимали. Вообще выглядели они весьма грозно: пустой взгляд, бледная, практически трупного цвета кожа и черная мантия с красными вкраплениями, напоминавшими кровь.

Одна из сестер указала пальцем на коня, привязанного к дереву, Галатар понял, что пора. Он повернулся к Даэлю, и они, обнявшись, попрощались. За все то недолгое время знакомства полуэльф и эльф прониклись друг к другу какой-то обоюдной симпатией.

– Прощай, Галатар Каморан! Прости, что мне не удалось защитить тебя тогда в суде. Это был самый сложный бой в моей жизни, который, к сожалению, я проиграл.

– Прощай, друг! Не кори себя, это не твоя вина, ты и сам знаешь.

Он сел на коня и помчался за молчаливыми сестрами вперед в неизвестность. Куда они едут? Что ждет полуэльфа впереди? Что это за место, куда он отправляется? И почему дядя сказал, что это все было ему предначертано заранее? И опять вопросы, вопросы, вопросы…

Давно Гал не седлал столь резвого скакуна. Порой ему казалось, что, вот-вот, и он взлетит высоко ввысь и будет парить среди звезд и облаков, а, может, даже догонит саму колесницу Анакана. По крайней мере, теперь он точно смирился со своей судьбой, раз Эллестрой ему уготовано это путешествие, то пусть будет так. Именно в этот миг он поклялся самому себе, что еще вернется сюда… во что бы то ни стало вернется! Убийство Свена, деяния Келтера, вранье Дирка, вероломство Сетана и Лориэнны Байр не должны остаться безнаказанными. Да будет так, я, Галатар из рода Каморанов, вернусь, даю слово!

Еще лучи солнце не коснулись земли, как они, миновав крутую горную дорогу, подъехали к выдолбленному в скале монастырю. Здание воистину поражало воображение. Что это были за древние мастера, которые смогли так обтесать скалу, чтобы создать из нее прекрасный замок со множеством ходов и келий? Галатар смотрел на него как завороженный. Он, как и практически все жители Общего Мира, никогда не приближался к обители молчаливых сестер. Мешал это сделать какой-то внутренний страх перед орденом.

Навстречу прибывшим выбежал могучий человек, до этого копавшийся в саду перед монастырем, судя по всему, фереленец. Он поприветствовал женщин, а к гостю обратился достаточно резко: «Слезай с коня полуэльф, твой путь здесь закончен».

Галатару очень хотелось ответить незнакомцу в грубой форме, но все же он сдержал порыв эмоций и послушно спрыгнул с лошади. Он устремился за тремя сестрами, которые поспешно шли в сторону входа в монастырь. Неожиданно грубый человек перегородил ему путь.

– Чего тебе нужно, друг. Мне кажется, ты нарываешься.

Тот, не обращая внимания на замечания полуэльфа, резким движением своих могучих рук развернул его.

– Неужели ты пойдешь в подземелье, не посмотрев в последний раз на рассвет в Общем Мире? Когда ты еще сможешь увидеть нечто столь прекрасное?

И, действительно, Галатар только сейчас понял, что монастырь молчаливых сестер расположен на возвышенности, с который отрывается вид на великое творение Анакана. Это был дом Галатара. Дом, который он покидал и, возможно, навсегда. Где-то там дядя Андад готовится принять право искупления вины, там же коварный Келтер и его жена Фелиния строят свои козни, там остался лагерь следопытов и вообще вся его жизнь.

Вздохнув напоследок по своей потере, полуэльф, поправив сумку, устремился за молчаливыми сестрами, которые все это время терпеливо ждали его у входа в монастырь. Делать было нечего; немного постояв перед воротами, он шагнул в темный сырой коридор. Они шли долго, тоннели, повороты, изгибы: это место сильно напоминало тюрьму Белого Города. Неожиданно перед ним возникла красивая каменная арка, у которой лежал камень с надписью: «Здесь начинается граница. Пусть никто, кроме хранителей, никогда не пересечет эту черту». Женщину надпись абсолютно не смутила, она решительным шагом ступила на лестницу и спускалась вниз, Галатар последовал ее примеру. Буквально через пару шагов их встретила железная дверь, которую сестра отперла ключом. Собственно, комната, в которую они пришли, в хорошем смысле, напоминала камеру, где полуэльф недавно коротал свое заключение. Зайдя в просторное помещение, сестра жестом приказала Галатару сесть за стул, а сама, подойдя к резервуару с водой, принялась смывать белый грим с лица. После этой процедуры Гал вдруг увидел, что внешность у нее совсем не страшная, даже очень милая человеческая женщина.

– Будешь? – Она достала из ящика в углу бутылку, судя по всему, с вином.

Теперь дар речи потерял Галатар.

– Ну и вид у тебя, как будто демона увидел. Не волнуйся ты, у нас отличное вино, по крайней мере, после него еще никого не порезали на кусочки.

– Ты… говоришь?

– Не поверишь, я еще пью и занимаюсь любовью, но губу не раскатывай, ты не в моем вкусе, Каморан. А вот стаканчик пропустить — это можно.

– Но вы же молчаливые сестры, служительницы ордена, дающие обет молчания и безбрачия.

– Охххх, ну ты зануда! Нет, чтобы просто составить компанию девушке, он начинает напоминать ей ее обязанности. – Она налила вина в кружку и передала ее Галатару. – Я Клио, старшая сестра ордена молчаливых сестер. Твое здоровье, Каморан. – Она от души глотнула вина прямо из горла. – Оххх, хорошо! Ладно, что бы у тебя не было больше вопросов: мы, молчаливые сестры клянемся в верности Анакану и всем божествам пантеона людей, гномов и эльфов и блаблабла… И, покуда мы на земле мира Анакана, не проронят наши уста ни слова, ни испытает наша плоть наслаждения, ибо наша жизнь — это служение.

Галатар сидел и молча слушал.

– Ну? И? Неужели непонятно? На земле Анакана! А здесь уже другой мир. Табличку видел? Это священная граница, мы теперь в так называемом промежутке, здесь наша клятва не действует.

Кажется, полуэльф начал понимать.

– Хитро придумано.

– А ты серьезно думал, что женщина может прожить всю жизнь без удовольствий? Хах, не для этого нас создавали боги! Но, поверь, в наш орден вступают с искренними намерениями, лишь через какое-то время мы позволяем неофитам пересечь черту границы.

История молчаливых сестер потрясла Галатара до глубины души. Теперь ему точно стало ясно, что дядя не врал, и мир совсем не такой, каким кажется изначально. Полуэльф даже боялся представить, сколько новых открытий ждало его впереди. Выпив еще вина, они с Клио продолжили беседу, Гал страсть как хотел узнать, что же его ждет там, за границей. Что это за место такое «Нижний Мир»? Но Клио, к сожалению, и сама не много знала. Молчаливые сестры были всего лишь стражами и, максимум, иногда общались только с охраной с той стороны, и то очень редко.

По ее словам, стражи там одеваются в странные, но весьма удобные одежды, носят оружие, стреляющее магией. Вот только это совсем не магия, а какая-то непонятная энергия. Также она сказала, что авантюра с переправкой Галатара на ту сторону у нее просто не укладывается в голове.

Их разговор продлился недолго, буквально спустя полчаса дверь открылась, и в комнату зашла еще одна молчаливая сестра и коротко отрезала: «Пора».

Галатар взвалил поклажу на спину и, напоследок тепло попрощавшись с Клио, послушно побрел за своей новой провожатой. Они спускались все ниже и ниже, пока не попали в огромный тоннель, уходивший куда-то далеко в недра. Также взору предстало странное приспособление, напоминавшее повозку, только полностью из металла. Его 4 колеса стояли на длинных железных палках.

«Хмм, что это вообще такое? Тут уже все такое непонятное, что же будет дальше?» – думал про себя Гал, когда по приглашению молчаливой сестры садился в эту странную конструкцию.

– Держись крепче! – Жещина потянула рычаг, и повозка завизжала что есть мочи. Из труб хлынул пар, и машина помчалась вперед. Сперва скорость была небольшой, но с каждой секундой колеса набирали обороты. Галатар даже ухватился за одну труб. Они мчались в неизвестность несколько минут, потом впереди тоннеля появился яркий свет, который бил в лицо Галатару, да так, что он практически ничего не видел, только силуэты. Судя по всему, два человека и один гном. В руках у каждого было что-то похожее на палку.

Дрезина остановилась, и молчаливая сестра скомандовала: «Слезай. Здесь начинается твой путь».

Глава 13

Мастер Сиддон сидел за столом и, положив голову на ладонь, изучал расселенный перед ним пергамент с печатью казематов Белого Города. Рядом стояла кружка с отваром из лесных трав, которую он планировал выпить перед сном. Но сегодня ему что-то не спалось.

В голове вертелась только одна мысль: «Как же так! Галатар, маленький паршивец, почему же ты молчал все это время!»

Еще раз взглянув на письмо ученика, старый следопыт все же отпил своего любимого отвара, который к тому времени изрядно поостыл. Встав со стула и пройдя по комнате с задумчивым видом, он бросил взгляд на меч «Погибель гоблинов», висевший на стене. История о том, как это оружие попало в его дом, до банальности проста. Во время расследования выяснилось, что складом вещественных доказательств заведует один из бывших учеников Сиддона, и поэтому старому мастеру без особого труда удалось уговорить его отдать ему сей прекрасный меч. Да и вообще, разве можно допустить, чтобы такой клинок, всеми забытый, пылился до скончания веков в заплесневевшем сундуке? К тому же, в душе Сиддона тогда еще теплилась надежда, что Галатар все же выпутается из передряги. Эх, видимо, теперь этот замечательный образец кузнечного искусства будет висеть на его стене, как память о том, что учитель не смог уберечь своего ученика.

С заседания суда над Галатаром прошло всего несколько дней, а Сиддон уже чувствовал себя полной развалиной. Он взял отпуск и строго-настрого запретил присылать ему новых учеников, событиями в мире не интересовался от слова совсем. Теперь он сидел целыми днями в своей избушке на краю леса и, лишь изредка выходил на улицу, да и то, только для того чтобы подстричь кусты и подравнять лужайку в саду. Пару раз к нему заходили его коллеги по ремеслу, но диалога как-то не получалось. Видимо, старому следопыту сейчас нужно было просто побыть одному и собрать мысли воедино, а мыслей как раз было очень много.

Сиреневый дым! Опять этот проклятый сиреневый дым! Старый мастер очень хорошо помнил свою первую встречу с ним.

Это случилось несколько месяцев назад. Тогда Сиддона направили в приграничную с долиной Ферелен деревню Ручеек для того, чтобы проведать одного старика — друга лагеря следопытов и достаточно ценного информатора. Его дом находился на окраине деревни, как раз у того самого ручейка, в честь которого поселение и было названо.

Сиддон уже на подходе почуял неладное; какая-то зловещая тишина просто сковывала окрестности: ни лая собак, ни пения птиц, ни даже шума ветра. Достав из ножен короткий меч, мастер аккуратно перелез через забор. Осмотрев издалека окна дома, он понял, что там кто-то есть, причем не один. Забравшись на растущую в саду грушу, следопыт спокойно мог просмотреть помещение, и то, что он там увидел, заставило его буквально впасть в ступор. В комнате человек и эльфийская женщина сливались в любовном экстазе, а рядом сидели эльф и гном, окутанные густым сиреневым дымом. Эллестра его дери, это было одно из самых странных зрелищ, что видел мастер в своей жизни. И что ему теперь делать? Пустить стрелу? Выследить кого-нибудь из них после окончания ритуала и взять плен?

К сожалению, все разрешилось само собой. Ветка груши оказалась слишком тонкой и с неприятным хрустом начала медленно крениться вниз. Старый следопыт, конечно, избежал падения, но все же себя выдал. В доме началась неописуемая суета. Эльф и гном выскочили из окна и бросились наутек, эльфийская женщина как будто испарилась, а человек, вооружившись топором, в голом виде выбежал на крыльцо. Это была его последняя непростительная ошибка; стрела следопыта поразила нагого фанатика точно в сердце, и он тут же упал замертво. Догонять остальных беглецов не имело смысла, тем более Сиддон не знал их намерений. Вполне возможно, они собирались просто перегруппироваться, дабы захватить его врасплох.

Но ничего этого не произошло. Убедившись, что никто не собирается нападать, он принял решение осмотреть дом старика. Первое, что его удивило, так это то, что убитый им голый сумасшедший был никто иной как племянник хозяина дома, но самое ужасное ждало впереди. В помещении стояла просто неописуемая трупная вонь, могло показаться, что следопыт забрел в логово какого-нибудь некроманта. Но нет, он отлично знал, как выглядят их обиталища, да и, к тому же, никаких приспособлений для занятия этим мерзким ремеслом тут не было и в помине. В подвале лежали: разложившийся труп старика, два неопознанных тела, мертвая собака и куча исписанной бумаги с непонятными лозунгами: «Он воскреснет из небытия!», «Возродится снова», «Лишь те достойны, кто отринет все, и пойдет за Ним». Напоминало излияния души какого-то умалишенного.

Больше ничего интересного старый следопыт в доме не увидел.

По прибытии в лагерь его тут же вызвали в комнату руководства. Выслушав доклад, командир лагеря сообщил, что Сиддону посчастливилось впервые встретиться с легендарным Мифриловым Пактом. И теперь от него требуется только одно: держать язык за зубами! Никому нельзя рассказывать об этом случае, даже самым близким людям. Сиддон не очень понимал, к чему такая секретность, но настаивать не стал. Все-таки, по роду деятельности следопыта, его мало интересовала сия секта.

Естественно, если бы он узнал, что эти ублюдки заинтересовались Галатаром, то приложил все усилия для его защиты. Но, к сожалению, прошлого не вернешь и теперь только и остается, что сидеть и пить отвар, в ожидании казни ученика.

Стук в дверь вывел Сиддона из состояния задумчивости.

«И кому это понадобилось ломиться ко мне в такое время? Наверное, опять из лагеря пристали очередного переговорщика. Ничего страшного, подождет». – Он долил отвара себе в кружку.

Но стук не прекращался, а только усиливался, как будто кто-то за дверью пытался ее выломать.

– Да иду я, ИДУ! – с раздражением в голосе крикнул старый следопыт.

В открывшуюся дверь на огромной скорости влетело какое-то существо. Оно повисло на Сиддоне подобно летучей мыши, чуть не сбив старого мастера с ног.

– П-пожалуйста, помогите! Пожалуйста, мне не к кому больше идти. – Раздался женский голос, граничащий с истерикой.

Сиддон оторвал от себя неожиданную посетительницу и немного опешил, узнав в этом испуганном существе бывшую ученицу Свена Каморана ― Натиру Вайлет.

– Эллестра тебя подери, ты что тут делаешь? – И пренебрежительно добавил, – У меня здесь нет слез Анакана, если ты за этим.

Испуганная девушка закрыла лицо руками и встала на колени перед старым мастером.

– Я знаю, что сделала много плохого, но, пожалуйста, помогите мне! Только вы тогда не отвернулись от Галатара! А мне больше некуда идти, мне стоило огромных усилий найти вас. Пожалуйста, не прогоняйте меня! Они идут сюда, они убьют меня!

Натира обняла ноги старого мастера и заплакала. Сиддон не понимал, что делать в этой ситуации, и что за бред несет эта несчастная, но приближающийся стук копыт за окном слышал отчетливо.

– Буду вашей рабыней, сделаю все, что вы скажете…

Тишину комнаты нарушил громкий звук пощечины, от такого удара бедная девушка отлетела в сторону и попятилась назад. Что сказать, ладони мастера были подобны двум боевым молотам.

– Так, а ну успокоилась! Рабыней она тут собирается стать! – Он снял со стены «Погибель гоблинов» и кинул забившейся в угол Натире. – Умеешь пользоваться?

Она отрицательно покачала головой.

– Поверь, в этом нет ничего сложного – направляй да руби. Все поняла? Вот и отлично! Спрячься пока, а я пойду, пообщаюсь с гостями.

Через окно Сиддон заметил, как три всадника спешились. Один из них отрыл калитку и, держа меч в руке, начал медленно идти по тропинке, двое других тем временем пытались прошмыгнуть в сад. Мастер спрятал свой лук и колчан со стрелами за стеной, а сам открыл дверь.

– Далеко это мы собрались?

Эльф, шедший по тропинке, остановился и поднял сжатую в кулаке руку, это была команда для остальных. Все замерли, и Сиддон теперь мог спокойно разглядеть их. Ночная троица выглядела весьма странно. Одетые в причудливые плащи с какими-то руническими письменами и в кожаные доспехи с шипастыми наплечниками, они напоминали фереленских варваров, но с примесью мрачности некромантов.

– Спокойно, мы пришли с миром.

– Да я вижу. Это прекрасно, что вы с оружием топчете мой сад с абсолютно мирными намерениями.

– Не надо тут паясничать. Мы ищем опасную преступницу, и, судя по всему, она скрывается где-то здесь и, возможно, даже в твоем доме.

– Интересно, а кто вы такие, чтобы искать особо опасных преступниц? У стражи лорда Фрелла поменялась униформа? Вот дела-то, а я не знал!

– Так, слушай внимательно, старик. Мы не собираемся тебе что-либо объяснять; две тысячи фрелинов и ты выдаешь ее нам. Мы знаем, что она у тебя в доме, не нужно отпираться.

– Да я и не отпираюсь. Просто мне интересно, что за сброд сейчас передо мной. По поведению похожи на охотников за головами, а по виду на артистов цирка имени дохлого некроманта. Вот и думаю…

Для эльфа стало понятно, что никакого диалога не будет, он решил пойти на опережение и дать команду лучнику снять несговорчивого следопыта, но Сиддон прекрасно чувствовал обстановку. Быстрым движением он схватил стоящий за стеной лук и послал стрелу четко в живот наглому эльфу.

Двое других сразу смекнули, что впереди ждет битва. Лучник тем временем выстрелил в следопыта, но меткости не хватило, и стрела вонзилась в дверную арку. Сиддон спрятался за стеной, началась классическая дуэль двух стрелков.

– Живо туда! Там еще один! Может полезть через окно! – крикнул старый мастер забившейся в углу девушке.

Натира послушно бросилась в другую комнату, а битва лучников тем временем продолжалась. Сиддон без труда вычислил место укрытия противника. Помогло то, что этот дурак, помимо стрельбы, решил также побаловаться магией, и, пустив в сторону дома заклинание огненных брызг, выдал себя. Теперь старому следопыту не составило труда метким выстрелом в грудь отправить врага в чертоги Таоса.

Раненый эльф в это время немного оклемался и попытался вытащить стрелу из живота, но боль была слишком сильна, поэтому пришлось оставить эту затею. Проклиная все на свете именем своего бога, ему все же удалось доползти до лошади и даже на нее взобраться. Впрочем, с этим он немного поспешил, очередная стрела мастера со свистом вонзилась в спину фанатику и его, уже безжизненное тело выпало седла.

Как раз в этот момент из соседней комнаты раздался крик, плавно перешедший в хрип.

Сиддон, недолго думая, кинулся туда, и перед его глазами раскинулась весьма неприятная картина. Из окна торчало наполовину залезшее в окно тело с окровавленной шеей. Кровью было забрызгано буквально все ― от пола до стен, а в центре этого безобразия стояла дрожащая Натира, с «Погибелью гоблинов» наперевес.

– Хороший удар. Артерия разрублена там, где надо. Только вот отмывать долго придется.

Она ничего не ответила, казалось, девушка сейчас находилась в каком-то трансе и напоминала статую.

– Это твой первый?

Она кивнула.

– Понятно. Тогда иди на кухню, мне тут надо немного прибраться. Такой бардак и в моем доме!

Натира молча отправилась в другую комнату, а Сиддон, затащив тело, отправился на улицу собирать «урожай».

– Это прекрасный отвар, лучшие травы окрестных лугов. Попробуй.

Натира отхлебнула из кружки, кажется, она начала потихоньку приходить в себя.

– Спасибо вам. Вы... спасли меня.

– Ну и ты была не так уж и плоха. Поверь, я видел много реакций на первое убийство, и, знаешь, ты держалась молодцом, тем более для ученицы магической академии.

После напоминания о магической академии Натира устремила взгляд в пол.

– Я не ученица, а всего лишь абитуриент. Ученицей я должна была стать следующей осенью после того, как Свен Каморан дал бы мне поручительство. Будь оно все неладно, когда я решила, что смогу стать магом! Это было совсем не то, что я себе представляла!

– Ха, тут и представлять нечего. Я вообще считаю, что нормальному существу этот гадюшник нужно обходить за версту.

– Там… из тебя делают куклу, с перспективой того, что когда-нибудь ты сам будешь заводить себе таких же кукол. Тебе дают зелья, дурманы, потом заставляют заниматься разными вещами… Мне это сперва было противно, но потом я привыкла. Мои родители очень хотели, чтобы я поступила в магическую академию Высоких Земель, это была их мечта, но они понятия не имели, что там происходит. Но это ничего не меняет, дорога домой для меня закрыта…

– Поверь, если бы ты вернулась и объяснила ситуацию, то думаю они бы поняли и простили.

– Нет, вы не понимаете! Мы живем на Юге, у нас все по-другому. Вернуться в дом не закончив дело — это позор, меня бы не пустили даже на порог.

– Эх, Натира, Натира… Я бывал в Южных Землях и, поверь, там такие же родители, как здесь или в Фереленской долине. Детей везде любят одинаково.

Она ничего не ответила, лишь отхлебнула отвару.

– Кажется, мы отвлеклись. Мне нужно знать, что связывает тебя с этими людьми и какую роль сыграл в этом мой ученик, Галатар Каморан?

– Когда… когда это все случилось. Отец Свена взял меня, как он выразился под свою «свою защиту». Меня погрузили в повозку и завязали глаза, а потом, когда развязали, я была в каком-то подземелье, там была еще эта девушка Лориэнна. С нами находилась какая-то эльфийка, очень красивая, она рассказывала нам про суд и про то, что мы должны говорить. Она сказала, что моя цель рассказать, что я видела, как Галатар кромсает Свена.

– Но на суде ты говорила, что не видела этого?

– Я не смогла. – Девушка устремила взгляд в пол. – Я не смогла соврать в присутствии судьи Анакана. Мой отец всегда говорил, что за ложь придется нести ответ перед богами. Я просто не смогла и сказала правду, ведь сам момент убийства я действительно не видела.

– Ты сделала правильный выбор и, поверь, возможно, самый главный выбор в своей жизни. Но, это значит, что Галатарвсе же был там. Хммм… кажется дело становится все запутаннее. – Сиддон почесал подбородок. – В этом деле замешан Келтер Каморан, тут явно что-то нечисто.

Девушка посмотрела на старого мастера:

– И что мы теперь будем делать?

– У нас есть еще примерно неделя до вынесения приговора. Так что, может еще удастся спасти моего нерадивого ученика. С первыми лучами солнца начнем свое расследование. Ты не боишься?

– Я все время чего-то боялась и перед кем-то пресмыкалась, но после вашей пощечины мне уже не так страшно. – Она смущенно опустила глаза. – Тем более, сейчас мне некуда идти, а вы спасли меня.

– Вот и славно, тогда не расслабляйся. Впереди у нас по плану небольшой визит вежливости к Лориэнне Байр.

Глава 14

Как же здесь красиво! Тихая поляна на возвышенности, окутанная со всех сторон лесом Каморана. Отсюда можно разглядеть практически все окрестности Высоких Земель, и даже часть долины Ферелен. Пение лесных птиц ублажает слух, а чистый воздух пьянит не хуже хорошей браги.

И почему раньше Андад не посещал это место? Скорее всего, был занят более важными делами в Твердыне Каморана. Да и, к тому же, он воин, а воина не особо интересует эстетическая сторона природы. Его цель жизни ― победа в бою! Да, именно по такому принципу он и жил. Но сегодня впервые его цель ― поражение, он проиграет в любом случае, независимо от исхода.

Келтер слез с Несущего Бурю и, сняв со спины щит с гербом рода Каморанов, обнажил меч.

– Мы снова встретились, брат.

– Не думал, что ты придешь, Келтер. – Андад провел ладонью по лезвию своего полуторника. – После недавних событий, я вообще усомнился, что ты знаешь такое понятие, как честь.

– Ты забыл, как мы с тобой похожи. Просто, ты до сих пор топчешься у черты, а я уже давно ее пересек.

Сделав пару шагов, Келтер принял наступательную стойку и начал медленно приближаться к Андаду.

– Нет, я не такой как ты!

Мечи схлестнулись, и звук металла разнесся по всей долине.

– Если бы был хоть один шанс, хоть маленькая надежда на то, что ты выслушаешь меня и поймешь мою великую цель, я бы прямо сейчас положил оружие на землю.

Полуторник Андада в этот момент с грохотом ударился о щит Келтера.

– И какая это твоя великая идея? Отправить на плаху невиновного? Захватить власть и Твердыню нашего рода?

– Неужели ты думаешь, что я настолько мелочен? Нет, ты не готов меня понять! До сих пор находишься в рабстве иллюзий, а своим дурацким решением ты даже упростил мне задачу. Впрочем, я от тебя другого не ожидал.

Келтер, выставив вперед щит, с криком бросился на Андада и мощным толчком опрокинул его на землю. Наместник со змеиной грацией извернулся и, вскочив на ноги, громко засмеялся.

– Ты чего? – Келтера немного смутил этот смех.

– Да так. Я вдруг вспомнил, что обычно из тебя и слова не вытащишь, а тут ты вообще не затыкаешься, подобно уличному глашатаю.

Этот комментарий взбесил Келтера, он бросился на брата, и началась классическая рубка. Они оба были первоклассными воинами, и сложно сказать, кто искусней владел оружием. Но все же Келтер был помоложе и тренировался намного чаще Андада, так что первый удар был за ним.

Отойдя в сторону, Андад схватился за плечо, из которого фонтаном лилась кровь.

– Ну что? Может, все-таки подумаешь? – Келтер тяжело дышал. – Если сложишь оружие и преклонишься перед Ним, то я не стану преследовать твоего остороухого пасынка. Ну, а свою клятву искупления вины можешь засунуть глубоко в задницу Анакану, ну или кому ты там что обещал! Подумай, этим ты спасешь и себя, и его!

Такого наместник вынести не мог, он поднял меч и со взглядом, полным ненависти пошел на противника.

– И когда это мой брат начал заниматься святотатством?

Их мечи снова схлестнулись в танце металла.

– Никакого святотатства! Как можно святотатствовать по отношению к тому, что никогда не было святым! Есть только одна святость и это Он, единственный, истинный и достойный поклонения. Тот, кто пока сидит в своей темнице, но скоро… Скоро все падут ниц перед Ним в новом мире, Его мире!

– Так все-таки это правда! Ты не просто тщеславный ублюдок, а сумасшедший фанатик. О боги, как же я был слеп!

Они снова опять набросились друг на друга, но новая схватка продлилась недолго, полуторник выпал из рук наместника, и могучий воин упал, схватившись за живот.

Как же жаль, что все так вышло, но значит такова Его воля. – Келтер занес меч над головой Андада.

– Да пошел ты! Вместе со своим божком и Мифриловым Пактом! А Галатара тебе все равно не найти! Ты, больной мерзавец!

Это были последние слова Андада Каморана перед тем, как отправиться на суд Таоса. Голова наместника, слетев с плеч, покатилась по земле.

– Дурак! – Сквозь зубы процедил Келтер и рухнул, держась за бок. Полуторный меч все же один раз достиг своей цели, тело сковала просто невыносимая боль.