Сказание о черных крыльях.

Пролог

Ещё один солнечный день лета. Светило печет сверху, раскаленный песок снизу и создается ощущения того что ты находишься в духовом шкафе. Не лучшая погода для очередного боя на арене, во всяком случае для меня. А противник всего лишь двух с половиной метровый, горный или как их еще называют серый орк. Обычное дело в конце месяца, во всяком случае для этой арены - вести новичков на убой. Кровавое зрелище расправы порадует гостей, а те счастливчики которые одержат верх над противником в одиночных боях, доведут зрителей до экстаза. Такие эмоции заставляют местных приходить на арену снова и снова, тем самым наполняя монетами карманы всех кто участвует в организации этих смертельных схваток. А наши жизни их мало волнуют. Они хотят насладиться потом победителей и кровью проигравших.

Вскоре уже начнется мой последний бой на этой арене. И я не строю лишних иллюзий, наши силы даже приблизительно не равны. Орк сильнее, быстрее и выносливее меня. Это существа созданные для битвы. Идеальные рефлексы и чутье, крепкое и могучее тело. Что может противопоставить человек им? Да мы умнее и даже сообразительней, но наше главное оружие в этом мире способность взаимодействовать друг с другом. И как бы не были сильны и могучи орки, но вооруженная толпа всегда останется толпой. Явно не ровней подготовленной армии. Вот только мы тут с ним остались один на один.

Поднятая решетка в яме означает только одно. Пора выходить на песок. Поднимаясь на верх я слышал все нарастающий гул трибун. Трибун жаждущих кровавого зрелища.

Выйдя на песок стоило всегда немного постоять, расслабиться. Привыкнуть к шуму трибун, к тому что за смертельной схваткой будут наблюдать сотни зрителей. Лишнее напряжение ни к чему перед боем и сбросить мне его помогал мой небольшой ритуал. Как только глаза привыкли к яркому солнцу, после полутьмы ямы я присел на правое колено. Положил своё копье на песок и взял правой рукой небольшую горсть песка. Поднес её ко рту и поцеловал пальцы кисти в которой держал песок. А после бережно перетирая песчинки пальцами вернул его на арену. Этот странноватый ритуал мне подсказали еще во время подготовки к первому бою. Тогда я не понимал смысл всего этого. А сейчас же. Я оказал дань уважения всем тем кто когда либо проливал кровь на этой арене. Давняя традиция которой следовали далеко не все, но мне она помогала успокоиться и набраться мужества перед боем. Когда-нибудь и моя кровь будет в этом песке, скорее всего даже сегодня.

- Уважаемые гости нашей арены! Бой скоро начнется! А сейчас на арену выйдет свежее мясо еще не достойно того чтобы иметь имя! - Распорядитель арены имел певучий голос, который эхом разносился по всем трибунам.

- Встречайте новичка! У него на счету три победы и если сегодня он одержит верх то сегодня ВЫ! И НИКТО ДРУГОЙ ДАРУЕТЕ ЕМУ ИМЯ! - Трибуны ревели от возбуждения. Где-то женщины оголяли грудь, а самые непристойные уже трахались не в состоянии терпеть перевозбуждение после предыдущих боёв.

Ещё одна странность этих мест. Хоть я и понятия не имею куда меня занесло, но разварт и жестокость местных меня очень удивляли. Самые зрелищные бои часто переходили в оргию на весь амфитеатр. Сюда приходили напиться, удовлетворить свою природную жестокость зрелищами и насытиться похотью.

- Встречайте! - выкрикнул распорядитель еще раз и передо мной поднялись ворота на саму арену.

Арена была не большой и имела форму овала. Около 50 метров от противоположно друг другу находящихся решёток, за которыми был подъем на арену из ямы. И около метров 30 в ширину. Трибуны шли в несколько ярусов и на вскидку было сложно понять сколько зрителей они могли вместить. Но точно не меньше пяти тысяч. Над трибунами всегда были растянуты веларии для защиты гостей от палящего солнца. И была еще вип ложа, для высоких гостей. Удобств было много, но все они были не для тех кто выходит на арену.

- Тебе пора - хлопнул мене по плечу стражник который был гарантом того что я выйду на арену и добавил - постарайся выжить.

Я ничего ему не ответил. Это все что делаю последние месяцы тут. Старался выжить.

- Рост 191 сантиметр! Вес 95 килограмм! - тут я не дал договорить распорядителю и выходя на арену высоко поднял щит в левой и копье в правой руке и что есть сил крикнул

- АУФ! АУФ! АУФ! - трибуны подхватили мой клич ,что дало просто невероятный заряд энергии.

Эмоции необычайная вещь, ведь ничего необычного не произошло. Но почувствовав поддержку с трибун, сил и уверенности значительно прибавилось. Мысли о скорой смерти бесследно исчезали. Вместо них появлялась уверенность в своей победе. В мышцы шел приток крови, а в месте с ней и сил. Появлялась сосредоточенность на предстоящем бое и серьезном противнике которого мне нужно одолеть.

Что мне нравилось в моей новой жизни. Так это то что тут все было просто. Побеждай и будешь жить. Чем больше побед одержишь, тем ярче будет эта жизнь. Ланисты никогда не обижали своих лучших гладиаторов. А проиграешь, так потеряешь все и сразу. И не будет никакого постепенного угасания славы и молодости. Все или ничего. Была еще великая награда мелькавшая где-то в далеке. Продержись год на арене и завоюй себе свободу на ежегодных состязаниях гладиаторов в столице. Не знаю на сколько это возможно. Говорят некоторые уезжали туда, но никто никогда не возвращался. Но так или иначе, все обретали там свободу.

Дождавшись когда шум немного стихнет распорядитель продолжил

- А теперь на арену выпустят противника нашего новичка! Горный орк! - стоило ему закочить фразу, как новая волна возбуждения прокатилась по трибунам.

Предыдущие бои давались мне не легко, но такого грозного противника против меня никогда не выставляли. Одним своим видом он внушал страх. Бугрящиеся мышцы были отчетливо видны под кожей серого оттенка. На теле была только набедренная повязка из какой-то дешевой ткани, а в руках он держал огромную дубину. Этот факт давал некоторые шансы на то что я выживу.

Меня не просто так пустили на арену первым. Орк не стал стоять на месте, осматриваться и уж тем более думать. Он перехватил дубину и начал постепенно ускоряться в мою сторону, плавно переходя с шага на бег. Дубину держал двумя руками сверху над своей головой. У меня было не так много шансов убить его и остаться в живых.

Все затаив дыхания ждали результата скоротечного боя. Было очевидно что у новичка изначально было мало шансов на победу. Так считали все и даже он сам. Но когда речь идет о твоей жизни, шанс выше нуля уже достаточен для того чтобы бороться за свою жизнь.

Орк приблизился достаточно близко для того чтобы нанести удар. Удар тяжелой дубины по мелкому человеку должен был из того сделать мешок с костяной трухой. И за долю секунду до удара, Дариус успел проткнуть копьем через глаз мозг орка. И сразу после этого по касательной дубина задела его щит. Он старался прикрыться им так чтобы удар прошел вскользь по щиту. Но даже так удар был сокрушительным и отбросил того в сторону на пару метров.

Распластанный на земле гладиатор угасающим сознанием с горькой ухмылкой на окраплённых собственной кровью губах отметил. Что перед смертью, как и писали в тех немногих книгах что ему попадались, вся жизнь пролетает перед глазами. Вот и его недолгая жизнь пошла калейдоскопом картинок перед глазами.

Глава 1

На окраине небольшой деревни, в одном из добротных для подобных мест домов, происходило настоящее, но такое типичное как для людей, так и для всего живого чудо. Рождение новой жизни.

Свидетелями маленького чуда были всего три человека. Молодая и еще не растерявшая своей красоты мать новорожденного, которая лежала уставшая после родов на соломенной кровати. Чуть поодаль от кровати возле стены стоял крепко сбитый, высокий молодой мужчина, который был отцом ребенка. А так-же старая знахарка Минель, которая держала на руках младенца и оценивала на сколько тот здоров.

Она не впервой уже принимала роды в этом доме. Третий год к ряду её приглашали сюда, но думалось ей что и последний.

- Никон, поздравляю тебя - прокряхтела старая знахарка - как ты и хотел, у вас родился помощник и сын.

Тот подошел поближе и взял в руки малыша, внимательно осмотрев его отдал матери на руки.

- Мария, я и не верил уже что у нас будет сын. Как назовем его? - тихим басом проговорил он.

- Не знаю, как тебе Алекс? - вопросительно смотря на мужа. Мария приподнялась на кровати и хотела продолжить предлагать имена, но была перебита Минель.

- Этот ребенок как дар вам. Ты не сможешь больше иметь детей да и Никон бы не потянул еще один рот в доме. Назовите ребенка Дариус, это будет подходящее имя для него - прокряхтела знахарка

- Минель, что означает это имя? - сделав небольшую пазу продолжила Мария - мне не хотелось бы давать нашему сыну имя из-за которого над ним после будут насмехаться.

- Глупости, не имя красит мужчину, а мужчина имя. Мой сын не будет расти размазней и подобного никогда не допустит - спокойным тоном ответил своей жене Никон.

Мария молча согласилась с ним, он был прав.

Молодые родители решили принять это имя, знахарка была мудрой женщиной, да и имя предложенное ей им понравилось. Проводив Минель восвояси. Никон проверил своих маленьких дочерей. Те на удивление сегодня крепко спали и не беспокоили родителей своим плачем.

А сама же Минель возвращаясь в свой дом, никак не могла понять что за наваждение с ней случилось. Ей было совершенно без разницы какое имя дадут ребенку, но её рот будто сам открылся. А слова, те самые слова которая она сказала родителям малыша, будто были и вовсе не её. Но и эти мысли постепенно покидали её, будто их никогда и не было.

Уже глубокой ночью, нежно целуя своё новорожденное дитя Мария тихо прошептала тому

- Дариус, мой маленький Дариус. Интересно сын, каким же ты вырастешь?

Время шло своим чередом и ничего необычного не происходило в жизни молодой деревенской семьи. Дети росли, родители их воспитывали как могли. Дочки всё хорошели, да учились у матери различным домашним премудростям которые помогут им в будущем содержать быт дома в чистоте и уюте. А Дариус был активным и очень энергичным мальчиком. Порой даже через чур, он часто дрался с другими детьми из-за различных ребяческих разногласий. Но в целом был обычным, крепким и здоровым ребенком.

Отец никогда не сердился на него за эти драки, он прекрасно знал что дети часто ссорятся из-за различных мелочей и безобидная детская шалость не могла стать чем-то таким, за что стоило бы ругать сына. Да и вскоре ему уже исполнится шесть лет и он пройдет первичное посвящение на капище духов. А после уже можно будет начать его обучение своему ремеслу, да и времени они будут проводить куда больше вместе. Появится возможность заняться пробелами в воспитании сына. Все же Никон большую часть времени проводил в лесу на охоте.

Отец семейства был охотником. В их края было много дичи и он охотился на разного рода животных и иногда даже зверей. На зверей конечно только самого низкого ранга G. И далеко не на всех, даже среди низшего ранга встречались звери которые были очень опасны. Но когда ему удавалось подстрелить из своего лука какого-то зверя в их доме был настоящий праздник. Мясо даже низкорангового зверя очень высоко ценилось и по цене шло два к одному по отношению к обычному мясу. И это не говоря уже о том что некоторые части зверей были крайне ценны и их можно было весьма дорого продать торговцам, которые иногда заезжали к ним в деревню.

Так они и жили, а время неумолимо продолжало свой ход и вот настал шестой день рождения Дариуса. День после которого он мог пройти посвящение на капище духов. Никон решил не откладывать в долгий ящик и на следующий день, ранним утром они уже должны были отправиться к ближайшему капищу.

- Дариус просыпайся. Отец уже давно встал и будет недоволен если вы выйдете позже чем он планировал - будила его мать и попутно с дочерьми накрывала на стол. Сам же Никон уже собрал все необходимое в дорогу и сейчас заготавливал дрова. До города путь был не близкий и вернутся они не скоро. Он не хотел чтобы Марии пришлось это делать за него, пока они с сыном отсутствуют.

Завтрак был сегодня особенным для них. Хоть Никон и был охотником, каждый день мясо на столе они не могли себе позволить. Но сегодня Мария постаралась накормить в дорогу их как следует. Тушеная курочка с кашей был для них настоящим деликатесом.

- Отец, зачем мне проходить посвящение? - Спросил с должным почтение Дариус.

Уж что-что а то как нужно вести себя и разговаривать при родителях Никон вкладывал в головы своих детей с малых лет. Да и в целом старался воспитывать в детях должное почтение к старшим.

- Дариус это позволит тебе начать развивать свои таланты - Не спеша пережевывая еду добавил - и я наконец смогу тебя учить своему ремеслу, глядишь подрастешь немного и будешь уже со мной ходить на охоту.

- Но отец, мои друзья говорят что те кто проходит посвящение становятся бездушными - не унимался он.

Тяжело вздохнув Никон ответил сыну - мы не становимся бездушными. Наша душа объединяется с телом. Я не знаю всех подробностей сын, но разве я похож на бездушного? - начал подтрунивать тот над сыном.

- Нет - замявшись ответил Дариус.

- Ну вот видишь, нечего переживать сын. Давай доедай и отправляемся, путь не близкий. По дороге до города у нас будет много времени для того чтобы я тебе все рассказал.

На том разговор и закончился, они попрощались с домашними и отправились в сторону ближайшего города под названием Мистраль.

Дариус никогда до этого не покидал деревню, и ему было крайне интересно что же их ждет. Вокруг были только поля и луга, за спиной их деревня. А в самой дали, на горизонте за деревней виднелся древний лес в котором охотился его отец. Да и оделись они как настоящие путешественники. Кожаные сапоги, дорожные плащи и льняные штаны с рубахой. Для защиты от солнца одели соломенные шляпы. Ну и за плечами мешки со съестным. Мальчишка был счастлив и в уме бойко фантазировал как они с отцом путешествуют по миру, открывают новые земли и побеждают древних чудищ.

Так неспешно и прошел первый день их дороги до города. Ноги гудели от тяжести, и хоть еда взятая с собой ни в какое сравнение не шла с сегодняшней стряпней матери, парень все равно был довольным. Первое его путешествие в жизни. Он чувствовал себя настоящим странником открывающим новые земли. Он не знал тогда, сколько в будущем его ожидает еще путешествий.

По пути до самого города не было деревень. Да и сам тракт по которому они шли был не самым популярным. Только редкий торговец который бывал пару раз за месяц у них в деревне, проезжал по нему, и иногда деревенские по каким-либо своим делам приходили в город. А остальные случаи были на столько редки что и упоминания не стоили.

На привал остановились у большого одиноко стоящего дуба. Места тут были спокойные и для беспокойства поводов не было. Поужинали попутно ведя обычные поучительные разговоры отца с сыном. А как совсем стемнело, взяли свои котомки и положив их под головы, собирались ложиться спать. как отец вдруг насторожился.

- Что-то не так, Дариус лезь на дерево! - тихо сказал Никон, беря в руки лук и стрелу.

Дариус сразу же выполнил приказ отца и полез на дерево, не понимая что могло произойти такого. Но отец никогда бы не сказал лезть на дерево просто так.

Минут десять прошло в гнетущей тишине, тучи открыли луну и перед их глазами на небе появилась прекрасная полная луна. Её серебряный свет освещал округу на много лиг. А поля отражавшие свет луны обратно в небо создавали явление невероятного великолепия природы. Дариус никогда еще не видел столь прекрасных лунных ночей и только настороженный отец пугал его, не давая насладиться буквально осязаемой красотой.

Никон же не терял бдительности ни на секунду. Что-то тревожило его, какая-то неправильность происходящего не давала покоя, подсознательный ужас напоминал ему об ужасных событиях прошлого.

Прошло ещё около двадцати минут, Дариус уже чуть ли не засыпал на ветках дерева, как вдруг услышал глубокий пронзительный вой на всю округу. Вой был на столько громким и неестественным, что даже представить образ и размеры волка способного его издать было делом не детского ума. Но Никон знал не по наслышке об этих тварях.

- Поднимайся выше, быстрее! - в приказном тоне сказал он Дариусу и сам следом полез на дерево.

Мальчишка не задумываясь начал выполнять наказ отца.

- Ничего, ничего! подумаешь ночку не поспим, когда мы еще вот так с тобой вдвоем залезли бы на дерево и полюбовались ночным небом сын - Никон пытался хоть как-то подбодрить его. Но тот весь побелел от страха и его сильно дрожал.

Этот вой был очень похож на вой волколака. Опасных тварей F ранга. Никон предпочел бы с такими тварями больше никогда не встречаться. Последняя встреча с ними забрала жизни слишком многих в его отряде и он решил покинуть ряды армии еще молодым, отслужив всего три года. Ту ночь он запомнил на всегда и молился сейчас всем богам лишь бы его с сыном эта беда сейчас обошла стороной.

До самого утра они так и просидели напуганные на дереве с опаской вглядываясь в ночь. Ничего не произошло, волколак не почуял их, или ещё по какой-то своей звериной причине не пришел за своей добычей. Сегодня им повезло.

Спустившись с дерева уставшие но живые отец и сын продолжили свой путь в город. И не смотря на то что они оба валились с ног, страх которых обуял их ночью упорно толкал вперед, в безопасность, к цивилизации.

К вечеру измотанные они дошли до города. Сняли номер в недорогой гостинице и заказали ужин в комнату. Как только его принесла миловидная служанка, между ними завязался неспешный разговор.

- Отец, что это был за волк? - робким голосом, в котором еще чувствовался страх от недавно пережитых событий.

- Это был не волк сын, а зверь - волколак. Есть разница между животными и зверями. Я планировал тебе об этом рассказать после посвящения уже - устало отвечал Никон, понимая что так легко его сын от него сегодня не отстанет.

- Отец расскажи, ну расскажи сейчас- устраиваясь поудобнее на кровати, Дариус начал канючить отца.

- Ну чтож, можно рассказать и сегодня ...

Рассказ занял не много времени, Никон и сам знал обо всем лишь поверхностно. Ведь он был обычным охотником в небольшой деревне, а о волколаке знал только потому что когда-то сам с подобной тварью столкнулся. Но и так получился занятный рассказ.

Главное отличие животных от зверей было в том что они могли развиваться убивая других живых существ. И чем было сильнее это существо, тем больший скачок они могли совершить. У зверей была классификация. От S+ наивысшего ранга опасности до G- низшего ранга опасности. Но даже звери ранга G- были очень опасны для любого человка. Так-же у зверей были так называемые ветки развития за рамки которой они вроде не могли выйти. Этого отец точно не знал, но на основе этой информации были созданы бестиарии. В них подробно по рангам записывались все известные звери, встречу с которыми удавалось пережить хоть кому-то, чтобы после об этом рассказать. В бестиариях описывались слабые и сильные стороны, способы борьбы с ними и вообще вся информация которая была по этим зверям.

После рассказа отца они легли спать. Завтра с утра Дариус должен был пройти посвящение и после им предстояло вернуться обратно в деревню по той же дороге. Никона сильно пугал тот факт что ему снова придется ночевать в местах рядом с которым обитают такие опасные звери.

С восходом солнца не позавтракав они с отцом пошли к капищу духов. Город только просыпался и мальчишка во всю рассматривал его. Дариуса очень удивляли дома из камня, мощенные дороги и многообразия различных вывесок которые они встречали по пути. Хоть городок был и небольшим, но по сравнению с их деревней казался просто чем-то невероятным.

На подходе к капищу ещё издалека он понял что это оно. Около десяти метров в высоту, большое круглое здание с куполообразной крышей. Подобных зданий в городе мальчишка больше не видел. Да и на подходе к нему, вокруг самого капища не было больше ни одного здания. Только большая площадь с мощенными дорожками которые вели к самому зданию.

- Отец, почему вокруг нет ни одного здания? - спросил он, осматривая округу.

- Это связано с давними традициями нашего королевства - и не сбивая шаг, продолжая идти со своим сыном по одной из дорожек к главному входу на капище, добавил - В давние времена, аколиты благословляли солдат идущих на войну и делали они это именно на подобных площадях.

- Думаю тебе будет интересно узнать и вторую причину - продолжил он - После посвящения и слияния тела с духом происходят многие внутренние изменения организма - сделав небольшую паузу, обдумав как будет понятнее объяснить ребенку Никон продолжил - Ты сможешь быстрее всему научиться сын, особенно если проводить тренировки в местах силы или рядом с ними.

Дариус смотрел на отца не понимающими глазами и тот понял что до инициации сложно будет на пальцах это объяснить.

- Ладно сын - тяжело вздохнув Никон продолжил - как ты пройдешь обряд, аколиты духа тебе объяснят все лучше меня.

Вскоре они пришли к самому зданию и на входе их встретил один из аколитов духа.

Молодой аколит был одет необычно. На ногах сандали, а на теле белого цвета туника поверх которой была тога с голубой вышивкой. Сама тога была того же цвета что и туника. Одежда которую носили аколиты сильно отличалась от того что носят обычные жители баронства. Особенно странной ему показалось тога, которая с виду была очень неудобной. Но тот еще не знал, что не всем было дозволено ее носить. Тога подчеркивала статус человека и в зависимости от того какого цвета была на ней вышивка можно было понять какой статус имеет тот или иной человек. Любого ждало суровое наказание если он одевал не положенную ему по статусу тогу. Мерой наказания было в основном рабство, в редких случая смерть.

Но всё это относилось к их восточному соседу, королевству Бахрейн. В Теадрине же изначально не следовали традициям давно рухнувшей империи, да и рабство было запрещено. Только аколиты капищ продолжали носить традиционную одежду.

Здравствуйте путники - обратился аколит к ним и после небольшой паузы продолжил - Вижу вы привели своего сына пройти инициацию - обращался тот уже к Никону.

Никон поприветствовав глубоким поклоном аколита и рукой заставив сделать сына тоже самое ответил - да, мы с сыном проделали долгий путь сюда для того чтобы он мог пройти посвящение.

- Чтож, хорошо. Мальчик - обратился тот к сыну Никона - как тебя зовут?

- Дариус - представился тот и сделав небольшую паузу посмотрел вопросительно на аколита.

- Ясно, ты не знаешь. Аколиты не имеют имен - ответил тот на его немой вопрос и продолжил - Дариус знаешь ли ты, что означает посвящение духа телу? Какие изменения произойдут с тобой?

Дариус ему ничего не ответил и поняв того аколит продолжил - Чтож идем Дариус со мной, я тебе все расскажу и ты сам примешь решение проходить тебе посвящение или нет.

Положив руку на плечо парня и сделав приглашающий жест в сторону капища продолжил.

- Ты не должен отвечать за невежество родителей - и с осуждением посмотрев на Никона продолжил - Оставьте своего сына нам. Завтра на рассвете, примерно в это же время заберёте его.

Никон не стал спорить с аколитом, хотя его поведение было странным. Даже спустя столько лет, он хорошо помнил как когда-то его отец привел в 6 лет проходить посвящение. И никто не спрашивал его хочет он его пройти или нет. Да и другие односельчане никогда о подобном не рассказывали.

- Пойдем Дариус - проговорил аколит - мне предстоит многое тебе рассказать. Постарайся отнестись серьезно к тому что сегодня узнаешь.

Отец ушел обратно в таверну, а аколит повел его в само здание. Зайдя внутрь они оказались в небольшом зале от которого в две стороны уходили коридоры, а напротив входа была арка которая вела под купол здания. Что внутри, что снаружи все было в светлых тонах. На полу были большие плиты, по всему залу стояли симметричные колоны украшенные глубокими бороздами уходящими снизу вверх. И в помещении было на удивление светло, освещали все вокруг множество небольших канделябров крепившихся к колоннам. На самих канделябрах были какие-то прозрачные синие камни вместо свечей и сами они давали свет с небольшим оттенком синего.

- Смотрю тебя заинтересовали магические камни - и продолжая вести Дариуса в один из коридоров капища, продолжил - этот камень называется синяя шпинель. Мы используем эти камни вместо свечей.

- А есть еще и другие камни? Для чего они используются? - поинтересовался он у аколита.

- Если я тебе буду перечислять всё для чего они используются, то на это уйдет не один день. Но с помощью различных камней можно создать артефакт который будет греть воду или снаряд же который взорвется при сильном ударе. Их много для чего использую, всё зависит от того к какой категории камень относится. Чем выше категория камня, тем больше он способен хранить маны. А от объема маны, зависит то сколько применений можно найти камню.

Дариус не стал дальше расспрашивать аколита. Тот на него так посмотрел что у него пропало любое желание продолжать расспрашивать на интересующие его темы. В тишине они дошли до одной из комнат коридора и вошли в нее. В ней так-же на канделябрах были камни, только они уже были прозрачного цвета и давали яркий, белого оттенка свет. В комнате было несколько столов, возле каждого по два удобных кресла. Вдоль стен же были полки с книгами. Дариуса это очень удивило. Книги были очень дорогими и их семья не могла позволить себе купить даже одну, хотя по меркам деревни они были не бедной семьей. Тут же их были десятки.

Расположившись за креслами, Дариус увлеченно слушал рассказ аколита о посвящении духа. И трудно было сказать что больше его удивляло, открывающиеся перед ним возможности или же то что к нему относятся как к взрослому.

По описанию таинства посвящения духа-телу выходило что душа человека сливалась в единое целое с телом и они становились неразрывно связаны. Перед человеком открывались огромные возможности развития своего тела и способностей. Но и плата была за это высока, душа переставала быть бессмертной и в случае смерти тела гибла и она. И единственным способом для дальнейшего развития, единственной возможностью научиться и овладеть в полной мере чем-то для посвященных было - убийство. Либо зверей, либо других посвященных любой расы. После этого у них были сутки для того чтобы поглотить остатки души убитого и полученную энергию использовать либо для усиления своего тела, либо для получения озарения.

Именно это многих и останавливало. Если человек хочет быть кузнецом, то ему пришлось бы постоянно охотиться и кого-то убивать для того чтобы продолжать осваивать новые вехи своей профессии. Для чего это деревенскому кузнецу который хочет прожить обычную сытную жизнь? Если его устраивает всю жизнь ковать гвозди и подковы, нет никакого смысла ему проходить посвящения и вешать на себя ярмо возможной жертвы.

Ведь если человек не становился инициированным, за его смерть посвященные практически ничего не получали, в том числе и звери. И этот страх за свою жизнь заставлял многих людей, особенно желающих прожить тихую мирную жизнь обычного ремесленника или быть может даже городского стража - не проходить посвящение.

Да и для различных представителей ремесленных профессий всегда оставалась другая возможность. Стать артифексом, что в переводе с языка древних рун означало - ремесленник.

Артифексами называли людей которые либо сами смогли открыть в себе дар ремесленника, либо которых взял себе в ученики другой артифекс, ранг которого это позволял, и инициировал их таким способом.

Да у них было множество ограничений, к примеру они могли развиваться только в выбранной ими основной профессии и смежных, тесно связанных с ней. Но что их сильно отличало от прошедших посвящение, или как их чаще называли беллаторы, что с древнего языка рун означало воины, так это то что они могли развиваться занимаясь своим основным ремеслом и в любое время войти в взаимодействие со своей душой, проверить текущее развитие, наметить будущие ориентиры.

Аколит много еще чего рассказывал юному Дариусу. И мальчику стоило бы запомнить всё о чем ему рассказывали, но мозг шести летнего ребенка откровенно говоря пасовал и не мог справится с таким количеством новых знаний и не понятных терминов. Но основной смысл парень смог понять. После посвящения он сможет стать сильным, что юнца вполне устраивало.

К сожалению слишком много истин и важных знаний которые пытался аколит рассказать Дариусу, тот так и не смог понять. И то что ему нужно будет забирать жизни других и то что путь беллатора, часто бывает очень кровавым. Сама их суть подразумевает сражения и смерть. Такие как его отец редкое исключение, мало кто проходя посвящение способен отказаться от силы и найти в себе силы жить мирной жизнью. Впрочем его отца и беллатором назвать можно было лишь условно.

Аколит, после того как рассказал Дариусу все что считал тому необходимо знать, дал парню немного времени придти в себя. Ему и правда нужно было всё обдумать, для того чтобы хотя бы минимально осмыслить всё то что ему рассказали.

Возможно он хотел слишком многого от юнца, но он всеми силами хотел хотя бы дать шанс тому не вступать на этот путь. В жизни есть множество других возможностей и ему очень хотелось уберечь как можно больше детей от кровавой участи. Да и после посвящения на их капище, дети становились каким-то другими. Он очень часто ощущал их убийственные намерения.

Конечно если бы кто-то из королевских наблюдателей узнает о том, что какой-то аколит отговаривает от посвящения многих детей. То долго тот не сносил бы своей головы. Королевство раздирали на части постоянные военные конфликты. Набеги зеленокожих на южных границах, внутренний раздрай из-за лордов желавших больше власти, и многие другие мелкие конфликты да военные столкновения требовали постоянных пополнения рядов солдат. А среди них к сожалению все меньше было беллаторов и все больше обычных людей. Что очень сильно сказывалось на боеспособности армии.

Быть может беллаторов было и больше, но посвящение духа-телу можно было сделать в краткий промежуток времени по наступлению шести летнего возраста. Взрослые солдаты не могли уже стать беллаторами.

- Скажи мне Дариус, что ты решил? - после нескольких минут тишины, аколит решил что тот уже принял решение.

- Да, я хочу пройти посвящение духа-телу - излишне энергично ответил мальчик

Глава 2

Несколькими часами позже, все приготовления к посвящению духа-телу были закончены и аколит проводил Дариуса к капищу. Парень немного переживал, но с нетерпением ждал начала посвящения. После недавнего разговора, его оставили одного ждать начала в той же комнате. За это время он много о чем успел подумать и только укрепился в своем желании пройти посвящение.

Перед уходом, аколит ему рассказал еще об одной особенности посвящения. Оно состоит из двух обрядов. Первый проходят дети недавно достигшие шести летнего возраста. Им запускают процесс слияния души с телом. В этот период между ними формируется крепкая связь. Постепенно у детей проявляются все особенности будущих беллаторов. Через четыре года, к десяти летнему возрасту душа и тело полностью сольются. Как только это произойдет у ребенка будет всего десять для то того чтобы пройти второй обряд . После него посвящение духа-телу считается законченным и ещё юный ребенок становится беллатором.

Дариуса проводили по коридорам к самому капищу. Находилось оно в центре здания и выглядело как круг из рун в центре которого был ритуальный алтарь. Вокруг него уже стояли трое аколитов.

- Мальчик проходи, ложись на алтарь - жестом позвал его один из аколитов стоящих у алтаря.

- Мы проведем тебе посвящение - продолжил второй аколит.

- И ты станешь един во всех своих началах - закончил обращение к нему уже третий аколит.

Дариуса немного испугала такая странная манера общения, но не достаточно для того чтобы отказаться от посвящения. Он лег на алтарь и стал ждать начала ритуала.

Всё началось неожиданно и не так как он себе это представлял. Аколиты начали какое-то песнопение на незнакомом языке и первое время Дариус ничего не чувствовал. Вскоре стал появлятся дискомфорт, а после пришла и всё нарастающая боль. Сначала болело только в груди, слабо и практически на гране чувствительности. Но постепенно боль распространялась по всему телу и когда стало невыносимо её терпеть, он попытался закричать, но не смог. Тело его не слушалось. Он не мог пошевелиться или даже что-то сказать. Так продолжалось несколько часов. Были слышно только песнопения и его стоны доносившиеся из-за закрытого рта. Сложно было сказать что сильнее повлияло на него, боль которую он испытал или страх пережитый в этот день. Но после первичного посвящения деревенским жителям так и не довелось больше услышать задорный смех и веселую улыбку когда-то озорного мальчишки.

Спустя несколько часов после первичного посвящения, на собрании старшего духовенства капища духов города Мистраль.

- А сильный мальчишка, да братья? Мы же так и не смогли полностью сжечь его душу - говорил один из трех собравшихся аколитов.

- Даже немного жаль, нам не удалось посадить семя в тело с такой крепкой душой, из него получился бы полезный слуга - вторил ему второй.

- Он конечно первый кто смог сохранить свою душу хотя бы частично, но какая нам разница? Слугой больше, слугой меньше. Все равно как соберем достаточно душ, то уйдем из этих краёв - с третим братом все согласились и разговор сам собой сошел на нет.

На следующий день Никон забрал своего сына и его ждали не приятные новости. Аколиты рассказали ему о некоторых сложностях возникших при посвящении и что из-за них Дариус испытывал болезненные ощущения, которые могли несколько повлиять на мальчишку. Отец был не рад такому развитию событий, но аколиты заверили его - что всё будет в порядке и со временем он придёт в норму. На последок они дали ему рекомендации по дальнейшим этапам развития парня и отправили их восвояси.

Все два дня дороги домой Никона не отпускали тяжелые мысли о сыне. Если вначале ему казалось что всё может обойтись, то сейчас он понимал - сын сильно изменился. На все вопросы которые он задавал Дариусу, тот давал односложные ответы. Ел без малейшего аппетита, ни о чем не спрашивал отца. Да и внешне парень незримо изменился. От детской непосредственности ничего не осталось.

Никон не знал, что душу его сына пытались уничтожить и заменить. Как и не знал о том что его сын во время ритуала испытывал боль от сжигаемой души. Когда уничтожали каждый её слой, каждую частицу, Дариус видел воспоминания своих прошлых реинкарнаций. Он переживал их так, будто это был он сам. Но не всю жизнь с моментами радости и счастья, о нет. Боль которую он испытывал, извлекала из памяти души только самые темные, кровавые, худшие моменты предыдущих жизней. Те моменты которые каждый человек хотел бы забыть и никогда о них не вспоминать.

Он видел как любимые умирают у него на руках, как убивают его верных друзей, а так-же их предательство и множество своих смертей И ни в одной из своих прошлых жизней он не умер естественной смертью. Его резали, кололи, сжигали, избивали до смерти и убивали другими жестокими способами в сражениях и не только сотни раз. И каждую смерть своих прошлых реинкарнаций он пережил, прочувствовал всю боль и ужас которые испытывала его душа тогда. И даже сейчас по дороге с отцом в родную деревню, он продолжал вспоминать всё новые детали своих прошлый жизней.

Нет, прежнего Дариуса не осталось. Психика ребенка не способна была выдержать все эти ужасы, всю боль с которой он столкнулся в свои прошлые реинкарнации. Наверное даже сам дьявол этого бы не вынес. Сейчас, из кусочков воспоминаний и обрывков других жизней формировалась новая личность Дариуса. Личность которую ребенком уже нельзя будет назвать.

Да, Дариусу сейчас было не до разговоров с отцом. То количество обрывков личностей, несвязных идей и частичных воспоминаний которые и являлись "Дариусом", было интересно совсем другое. Кто в итоге их борьбы останется и поглотит других. Только это сейчас для них имело значение.

Долгие годы в семье Никона царило беспокойство. После возвращения, поведение Дариуса было не типичным для ребенка. Он по много часов мог лежать или стоять смотря в одну точку. Проявлял какую-то активность только тогда когда ему говорили что-то сделать. Да и делал это механически, как какая-то безжизненная кукла. Не редки были случаи когда он ни на что не реагировал, даже на холод или боль. И он совсем перестал разговаривать. Все указывало на то что их сына покинула и душа, и разум. Рекомендации аколитов было невозможно выполнять когда тот был в таком состоянии. Впоследствии, сколько бы Никон не приходил к капищу и не обращался к аколитам с просьбой помочь, те лишь разводили руками и говорили ждать.

Но не смотря на это, они не отказывались от него. Как и любые хорошие родители они верили, что однажды их сын выздоровеет. В деревне же, все привыкли к странностям парня и относились к этому спокойно.

Родители Дариуса никогда надежды и не теряли и всегда пытались купить для него всё новые лекарства. Торговец который иногда заезжал к ним в деревню знали о беде семьи и поэтому всегда старались привезти им что-то новое. Стоили лекарства не мало и Никон начал охотится на низкоранговых зверей для того чтобы они могли позволить себе купить их. С каждым годом уходя все дальше в древний лес. И чем дальше он уходил тем реже бывал дома. Сначала его не было по дню, иногда по два. Но со временем его вылазки становились все длительней. Зачастую он уходил более чем на семь дней или же и вовсе до тех пор пока не возвращался с трупом нового зверя. Но каждый раз возвращался целым и невредимым, будто сами боги хранили его.

В зале для совещаний родового гнезда барона Мистраль, лорда окрестных земель, проходил военный совет. Сам зал был небольшой, на стенах висели трофеи с охоты и семейные гобелены в перемешку с различным холодным оружием. Прислуга подносила вино а сам лорд, его советник и несколько офицеров стояли перед большим прямоугольным дубовым столом, на котором была карта окрестных земель и весьма озабоченно смотрели на беспокойную границу баронства с южными степями.

- Чертовы дезертиры! Сколько их? - с открытой угрозой обращался барон ко всем присутствующим в зале.

- Ваше благородие - начал доклад один из офицеров - всего около сорока пешых солдат.

Весь зал мигом умолк. Казалось даже огонь стал тише потрескивать в камине. Гарнизон одной заставы был равен как раз таки сорока солдатам. И недооценить значение такого массового дезертирства барон не мог.

- Гураг, ты хочешь сказать что гарнизон целой заставы одновременно дезертировал!? - начинал закипать барон - да я тебя повешу за такое! - срывался он на подчиненного.

Гураг стушевался, его благородие часто бросал слова на ветер. Но что-то ему подсказывало что сейчас была не та ситуация.

- Господин барон, они были замечены по направлению к восточной границе баронства. Я отдал приказ конным на преследование, в течении часа они отправятся за их головами - попытался хоть как-то оправдать себя Гураг.

Барон устало присел на кресло стоящее за ним и не спеша опустошил бокал с вином. Остальные же присутствующие молча ждали его решения.

- Гураг, ты поедешь с отрядом - немного помассировав виски, барон продолжил - всех не убивать, я хочу знать что послужило причиной их дезертирства.

Встав с кресла и подойдя к камину с бокалом вина, барон Мистраль стоял и думал как ему поступить лучше с провинившимся офицером.

- В зависимости от того как ты справишься, я решу какое наказание ты заслужил. Свободен - отпустив своего опального подчиненного, барон сильно призадумался обо всем что происходит в последнее время на его землях.

Слишком много тревожных новостей приносили ему в кабинет за последний месяц. Грядет шторм и барон Мисталь сделает все возможное чтобы сохранить свою власть в окрестных землях. Даже если для этого нужно будет показательно казнить несколько десятков семей дезертиров.

Несколькими часами ранее, на единственной сторожевой вышке самой восточной деревни баронства Мистраль, Хэрог. Часовым из местного ополчения были замечены несколько десятков пеших солдат. Изначально в деревне начали бить тревогу, местные стали вооружаться кто чем горазд и кто что имел. Все готовились дать отпор неприятелю. Но вскоре по мере приближения нарушителей спокойствия, на них были замечены отличительные знаки солдат баронства. И хоть местные и не встречали их с открытыми воротами, но староста деревни спешно начал успокаивать мужиков. Хоть времена были и суровые, но от солдат барона беды никто не ждал. Ровно как никто и не знал что они больше не солдаты, а дезертиры с южной границы.

Отряд подошел в составе дорожной колонны к деревне. И один из них, по отличительным знакам сотник, подошел к воротам.

Дрейфус, так звали сотника этих солдат. Был умен, расчетлив и очень жесток. Впрочем он это удачно скрывал от своих вышестоящих командиров. Но было у него качество за которое его по настоящему ценили - безукоризненная дисциплина его полусотни. Он каждому своему подчиненному лично вбивал её основы окованным сапогом. И еще он вбивал то о чем многие не знали - это личная ему верность, которую он зарабатывал годами.

И вот перед глазами часового в деревне, который и заметил солдат, стояла его маленькая мечта. Он всегда хотел быть воином барона и сейчас стоявшие перед ним в закрытых полных шлемах и кирасах солдаты, гордо поднявшие свои головы к небу и державшие высоко щиты казались олицетворением мужества. А об офицерском шлеме с гребнем, который был у солдата вышедшего к воротам, он и мечтать боялся.

- Эй деревенские! Чего ворота перед войнами баронскими закрываете, да стрелы на нас направляете? Гербы владетеля нашего позабыли как выглядят? - Постучав по щиту рукой, показывая герб барона, громким и четко поставленным голосом обратился сотник этих солдат.

Вокруг деревни был обычный частокол с небольшой огороженной площадкой над воротами и лестницей ведущей на вышку. Подойдя к краю и рассматривая незваных гостей, староста медлил с ответом. Необычно это все было, чтобы войны барона как снег на голову являлись к их деревне.

- Помним мы как выглядят баронские гербы, но что солдаты барона делают в окрестностях нашей деревни? - На сколько мог ровным голосом ответил староста.

Чертов старик думал Дрейфус, как бы не создал он хлопот и решил не открывать эти гребанные ворота. На долго задерживаться они тут не могут, а им очень нужно передохнуть и пополнить запас провизии. Да и дело не ждёт. Вполне возможно по их души уже отправили солдат и им нужно как можно скорее успеть пересечь границу с Бахрейном. На его территории солдаты барона не посмеют продолжить погоню, это грозит еще большим обострением отношений между двумя государствами.

- Его благородие поручил нам организовать заставу на границе с Бахрейном. Отношения между нашими королевствами обостряются и для того чтобы защитить ваши же жизни он отправил нас - лица деревенских прямо на глазах менялись с подозрительных на благоговейные и довольный созданным результатом Дрейфус решил развить успех - вчера к вам должен был прибыть гонец от его благородия и предупредить о нашем прибытии, а так-же предоставить список всех необходимых припасов.

Он очень надеялся на жадность местных, ведь если солдаты будут регулярно пополнять запасы в этой деревне, то её благосостояние бедной деревни явно улучшиться, на чем староста точно сможет не плохо нажиться. Хотя тот всё еще сомневался, стоит ли их пускать в деревню. Но если это действительно солдаты барона и он им не окажет всяческого содействия, то не сносить ему головы.

- Тем не менее никакой гонец его благородия к нам не прибывал, списка что вам нужно мы не получали и платы соответственно тоже - отвечал старик уже изрядно надорвавшимся голосом. Все же приходилось изрядно напрягать горло, для того чтобы его слышал сотник прибывших солдат.

- Ничего, список составим новый. Оплатить и так должны были мы - Дрейфус снял с пояса мешочек с золотыми монетами и потряс им показывая что тот полон.

- Ладно, убедил! Верю тебе! - староста показал жестом чтобы открыли ворота и добавил - Но чтобы девок наших не трогали! Вмиг на вилы насадим! - тот добавил скорее уже из вредности и сам особо не веря в свои слова и впустил их в деревню.

Когда солдаты зашли в деревню, староста до самого вечера хлопотал чтобы всех расположили по домам да хатам. Заместитель Дрейфуса предоставил старосте список всего необходимого и будь бы староста менее голодным до золота, то заподозрил неладное. К примеру почему повозки с лошадьми аж у них в деревне решили предоставить солдатам. Или зачем им провизии столько, что хватит целой сотни на пару недель. Много было пунктов в списке которые должны были вызвать подозрения. Но староста был просто ослеплен жадностью, ему дали золота намного больше чем всё это стоило и алчность захватила тщедушного старика. Тот был на столько воодушевлен что обещал их командиру всё к вечеру приготовить и что те с утра смогут дальше отправиться в путь к будущей заставе.

Его глупость и жадность ещё сыграют злую шутку с жителями деревни.

Тремя дня ранее, на наблюдательной вышке южной заставы баронства Мистраль.

Два старых друга, смотря вдаль обсуждали безумный план.

- Дрейфус? Ты уверен? - делился своими сомнениями его ближайший друг и соратник - Крейон.

- Да смена гарнизона только прошла и это наш единственный шанс покинуть королевство. Вскоре орки начнут набег, да ты и сам знаешь - сплюнув вниз продолжил - и этому блядскому барону нет никакого дела до того что нас всех убьют, а потом и сожрут чертову орки.

- Ты прав, ну хорошо. Предположим что мы дезертируем всей заставой и все солдаты как и ты говоришь тебя поддержат. Но угонять людей в рабство? Ты с ума сошел!? - нервно ходя вдоль края, Крейон никак не мог смириться с этой мыслью - и куда мы их повезем продавать? В Бахрейн? Как бы нас самих там рабами не сделали! - пристально смотря глаза друга и пытаясь найти в них хоть тень сомнения в принятом им решении.

С легкой усмешкой на лице, Дрейфус подошел к старому товарищу и положил тому руки на плечи.

- Друг мой, не переживай. У меня там есть надежный покровитель. Он встретит нас вскоре как мы пересечем границу. Продажа людей которых мы угоним в рабство озолотит всех нас - и тихим шепотом продолжил - ты же ещё не забыл? не забыл как мы с тобой в детстве подыхали от голода и никто нам не подал и куска хлеба? А сколько раз нас ловили и избивали за воровство? Помнишь как мы мечтали о сытой жизни? Помнишь всё то чего мы тогда хотели? - постепенно Дрейфус все сильнее сжимал плечи старого друга и повышал голос в конце срываясь на крик - и когда мы почти у цели, ты хочешь сдаться? - закончив уже чуть ли не шёпотом, Дрейфус стоял и смотрел прямо в глаза своему другу

Перед их ними вновь пролетели все те воспоминания о годах лишений и боли. И если для их счастья должен пострадать кто-то другой, то пусть так и будет. Вот что решили тогда они.

- Нет, я с тобой до конца. Каков план? - Крейон очередной раз решил довериться старому другу.

- Так вот, слушай ...

Спустя двадцать минут, Дрейфус рассказал во всех подробностях о предстоящем деле и что их ждет в ближайшие недели. И если все получится, их ждет дальше хорошая жизнь.

- Ладно, пойду проверю настрой солдат, до сих пор не верю что каждый из этих сучьих сынов настолько верит в тебя, что готов даже предать родную страну.