Сказание Миромира: Истребители Зла Часть 4
Глава 1: Учение Великого Мегаликана
- Так, когда я говорил, что хочу выпить я не совсем это имел в виду, – возмущенно пробурчал Сид, сидя на большом кожаном диване в одном из самых лучших и дорогих ресторанов Центрального Квартала.
Монах находился в заведении под названием «Стеклянная Дева». Именно здесь по случаю столетия Академии Каармин, а также завтрашнего турнира, проводился званный вечер, куда были приглашены все мало-мальски известные чародеи Империи Эль.
Шаманы, колдуны, ворожеи и просто близкие знакомые тех и других.
Сид сидел за широким столом, что ломился от яств и располагался в самом дальнем углу гигантского трапезного зала, слева от большой бальной лестницы и немного в углублении.
Сидел и пытался дышать.
Равномеренно.
- А? Но ты же не очень высокий, Сид, я-то думал, что диван будет тебе намного удобнее, чем обычное кресло, - заметил Кольт, смачно зажевывая куриную ножку с соусом.
Маг сидел точно напротив монаха.
- Нет, я не о том, что мне неудобно место, где я сижу, - пытаясь держать себя в руках, отвечал парень.
- Эй, Сид, дорогой, ты ведь вообще не притронулся к еде, все хорошо? – озабочено поинтересовалась у него Крайоловая Ведьма, что сидела слева от него.
- Хочешь я тебя покормлю? – ехидно спросила его Мира, прижимаясь к парню справа. – Держи, скажи «а-ам».
- Я про «это»! – возмущенно заявил монах, стукнув руками по столу, но его отчаянный крик был заглушен очередной порцией аплодисментов очередному провозгласившему речь старому, как жизнь, чародею.
- Ой, да ладно тебе, Сид, в конце-то концов, как давно ты выпивал с нами вот так, по душам, - отвечал ему Сэмю, сидя справа от Кольта.
Рыцарь долил себе еще пива.
- Но я ведь даже не притронулся к выпивке! – раздосадовано отвечал монах.
- Да кто тебе мешает к ней притрагиваться? – чавкая, спросил Кольт.
- Очевидно, что мы, - отвечала вместо чародея, Бурая Ведьма, подув монаху на левое ухо, заставив его вздрогнуть, а затем покраснеть, как рак.
Девушка села на диван, справа от Айлы, поставив перед монахом бутылку красного сушеного вина.
– Держи, Сид, учитель Кольт сказал, что тебе очень нравится это вино, - она расплылась в своей привычной маниакальной улыбке, из-за чего у монаха сложилось впечатление будто девушка что-то подсыпала в этот напиток.
Жуть.
- Эм, пожалуй, откажусь, - отвечал монах, скривившись.
- Девочки, хватит над ним уже издеваться, - попросила Шэна. Бледная Ведьма сидела слева Кольта. Рядом с ней находилась Ника. – А то еще в обморок упадет, - красные глаза Ведьмы блеснули искрами.
- Нет, обмороков не надо, - умоляюще попросил Сид.
Он чувствовал себя не в своей тарелке.
Все эти пиры в честь «великих мира сего» были не для него. Он ведь обычный монах, служащий старому, как мир, Богу - давно уже позабытому в веках...
Здесь же собрались сильнейшие чародеи всех близлежащих миров. Сильнейшие воины, прибывшие посмотреть на турнир, что будет завтра.
А он…
Вообще никто.
Ноль, без палочки. Крохотный винтик в громадном механизме мироздания.
- Эй, Сид, а может расскажешь что-нибудь о себе? – вдруг подала голос Фрея, наливая себе бокал сладкой тафдолы. – А то ведь учитель Кольт вообще о тебе ничего не рассказывал, хитрец этакий. А когда дело запахло жаренным с этими «дикими» - так первого бросился искать именно тебя. Кто ты такой?
- Ну-у-у, - затянулся было Сид, совершенно не зная, как подойти к данному вопросу.
- Если не хочет - пускай не рассказывает, Фрея, не дави на него, - подала свой голос Ника, аккуратно отрезав кусок жареного стейка, и положив его себе в рот.
Настоящая аристократка.
- Что да никто на него не давит! – обижено заявила монахиня. – Верно ведь, Сид?
- Кхм, - парень прочистил горло, а затем невольно громко закашлялся.
- Ну, вообще-то он все-таки должен нам один рассказ, - вдруг произнесла Шэна, обратив на себя внимание всех присутствующих. – Что? Уже забыл, Сид? За «чай» ты обещал нам рассказать пару интересных историй, как представитель одной из самых древних вер Единства.
- Точно-точно! – поддержала их Айла. – Я помню! Было дело!
- А ведь и правда, - согласилась Мира. – Вроде мы договорились, что ты расскажешь нам что-то об Истребителях Зла, если я правильно помню. Дерзай, Шэна очень любит эти «сказочки».
- Типун тебе на язык, Мира, - Шэна ехидно улыбнулась.
Девушки обменялись любезноятми.
- Об Истребителях Зла? Ну-у-у, - Сид снова задумался.
- Ты что хочешь сказать, что обманул нас и на самом деле ничего не знаешь?! – артистично вопросила его Мира.
- Что? Нет-нет! Конечно же нет! – быстро затараторил Сид. – Ч-что ты хотела бы знать?
- Ну, например, почему они не сразили Диругию, когда он вовсю бушевал в Единстве более пятидесяти лет назад? – сказала Шэна.
- Хех, по правде говоря, я и сам бы хотел это знать, - покачав головой, отвечал монах. – Истребители Зла ведь… ну, хотя и весьма могущественны, все равно в глубине души остаются «людьми». Имеется в виду, со своими невзгодами и страхами. Со многим. Да и цена силы их велика, как вы наверняка знаете. А поэтому… я не могу ответить на этот вопрос в точности. Прошу прощения.
- А как на счет «платы за силу»? Если я не ошибаюсь, Голод никогда не может пресытиться. Война – найти покой. Чума – вылечить тело, - начала перечислять Шэна. – Ну а Смерть…
- У Смерти отбирают душу, - закончил монах, печально посмотрев в свою тарелку. – Да, именно так.
- Почему именно душу? Разве нет каких-либо более гуманных способов? – поинтересовалась Бледная Ведьма.
- Хех, это хороший вопрос, - кивнул Сид. – Но ответ до банальности прост, к сожалению. Потому издревле считалось, что именно Смерть является самым сильным Истребителем из всех существующих. Почему? Потому что, забирая у Смерти душу, вы превращаете ее в идеальное оружие для уничтожения зла, знающее лишь свой долг и незнающее пощады. Ужасная участь… - монах покачал головой. – Только представьте себе – тело лишь оболочка, внутри – пустота, переполненная силой, что все намеревается вырваться наружу. Ведом ты лишь долгом и инстинктами, которым тебя обучили в прошлом. В и этом смысле, ты ничем не отличишь их от тех монстров, которых вы мне сегодня показали. Ведь без души - нет спасения никому.
- Тихо, парень, не при всех же, - украдкой подмигнул ему Кольт.
- А, прости, дружище, - монах схватил ближайший к себе бутыль воды и заткнул им себе рот.
- Однако, я читала в одной книге, что все эти «побочные эффекты» можно было нейтрализовать при определенных условиях, - продолжила Шэна. – У голода – этот способ еда. У Войны – драки, кажется. У Чумы – лекарства.
- Да, но ведь у Смерти то этот способ совершенно иной, - печально улыбнулся Сид. – Именно поэтому, кстати, за всю историю существования Истребителей Зла, не было ни одной известной Смерти, которая, по записям хроник, смогла бы утолить свою боль. Ведь никто не может полюбить смерть, и это нормальный порядок вещей, - монах положил себе в тарелку немного бараньего рагу.
- Хм, а как на счет тех, кто не боится Смерти? – тотчас же задала вопрос Шэна, и все пятеро Цветных Ведьм хитро переглянулись. С самого начала девушка хотела задать именно этот вопрос, но, чтобы не показатсья высокомерной – ждала удобного момента. – Ведь бывают и такие.
- Смерти боятся все без исключения, - уверенно отвечал монах.
- Правда? А как же Цветные Ведьмы?
- Хм-м, хах, ну-у, я лично с ними никогда не встречался, чтобы сказать, боятся ли они Смерти или нет, - заметил монах, задумавшись. – Да, если честно, и не хочу встречаться. О них столько разных страшных слухов ходит. Жуть просто!
- Например, каких? – вкрадчиво спросила его Фрея.
- Ну, например, что знаменитая Бурая Ведьма Страха детей ворует, словно хищница какая-то. А того, кто попадет в ее руки – ждет рабство, в течении которого из себя высосут все соки, - заявил Сид.
- Как же все-таки точно меня описали, - улыбнулась Фрея.
- Что-что? – не расслышал монах.
- Ничего-ничего, а что еще говорят?
- Ну, из того, что я слышал… Знаменитая Бледная Ведьма из замка Ларэты – некромантша, которая мертвых из того света достает, словно фантики из-под конфет. А Ведьма Вины, чьи волосы цвета закатного неба, вообще ест людей. Буквально. Много чего, короче говоря. Например, что у Кварцевой Ведьмы вместо рук щупальца, - пожал плечами монах.
- И что же, Сид, ты хочешь сказать, что ты во все это веришь, а? – крякнул Кольт, подаваясь вперед, словно на допросе, и как бы намекая монаху.
- Я? – удивился тот. – Хм-м, ну если честно, я даже не знаю, - сказал он, задумавшись, чем погрузил всех остальных в нетерпеливое ожидание. – Так говорят, по крайней мере, - сказал он затем через некоторое время.
Вся Пятеро Ведьм печально вздохнули.
- Однако, - резко продолжил монах. - Лично я не встречал ни одну Цветную Ведьму, как я уже говорил. И никогда не говорил с ними. Чтобы судить человека, нужно хотя бы немного поговорить с ним, я думаю. Я ж молчу о том, что Великий Мегаликан учит судить любого человека не по обложке. И даже не по поступкам, ведь порой мы ошибаемся, все мы… - сказал он, и нечто в воздухе и вокруг парня изменилось, хотя он этого и не заметил.
Изменились взгляды Ведьм, что окружили его со всех сторон.
- Все мы ошибаемся. Делаем что-то неправильно, потом жалеем, хорошо, если раскаиваемся, - улыбнулся монах. – Да, это не оправдание плохим поступкам: мол, раз ошибки простительны – то я буду творить несусветное зло, после чего его мне все простят, конечно же нет… - он поднял голову. – Великий Мегалин, Святой Бог Баланса, и создатель Истребителей Зла, учил всегда судить кого-либо по устремлениям. Стремишься ли во зло, - монах приподнял перед собой левую руку и замочек на его запястье громко звякнул. – Или же стремишься к добру, - он поднял правую руку, а затем резко сложил их вместе. – Только так можно судить людей, зверей, монстров или даже самих богов, - он улыбнулся. – Поэтому, если я встречу когда-либо Цветную Ведьму, и передо мной встанет вопрос судить ее… Сначала, я спрошу у нее к чему она стремится, - закончил монах, преподнеся ко своему рту ложку з бараньим рагу, и так и застыл на месте.
Он только сейчас заметил с каким непередаваемым трепетом смотрят на него все присутствующие.
Шэна, Фрея, Мира, Ника и Айла глядели на него, не отрывая взгляда.
Кольт одобрительно и по-отцовски кивал.
Сэмю был преисполнен восторга.
- Я фто-то не так фказаф? – спросил монах с набитым ртом, быстро глотая рагу.
- Ну у вас и друзья, конечно, учитель Кольт, - заметила Фрея.
- Самые настоящие философы, - сказала Ника, откинувшись на спинку стула и прикрыв один глаз.
- Но я действительно так думаю! Какое еще философствование? – удивился монах.
- А если бы Бледная Ведьма из замка Ларэты действительно пыталась вернуть с того света мертвого и ради этого погубила немало жизней?.. – резко прервала всеобщий восторг Шэна, внимательно посмотрев на монаха. – Как думаешь, смог бы великий Мегаликан простить ее? Несмотря на это? Сколько хороших поступков… нет, насколько сильно ей нужно было стремиться к добру, дабы искупить эти грехи?
Сид удивленно посмотрел в красные глаза.
На мгновение у него сложилось впечатление, что Шэна спрашивает о себе, однако… ха-ха, разве такое возможно?
- Ну-у, - начал было монах. – А разве есть разница сколько? – он пожал плечами. – Если эта «Бледная Ведьма» действительно хочет вступить на путь добра после всего… разве это важно? Хоть десятки тысяч хороших поступков. Главное – это твое стремление. Оно всегда вознаграждается, - сказал монах.
В их компании снова повисла гробовая тишина.
И на этот раз она готова была продолжаться чуть ли не вечность.
Если бы кто-то из местных внезапно не выпалил на весь зал:
- Дамы и господа! Попрошу любить и жаловать, совершенно невообразимые и по своему происхождению великие гости нашего сегодняшнего званного вечера – Генералы Небесной Гвардии! Господин Бэйлор Каргарас, господин Хеддисс Рокка и, конечно же, господин Виар Атэлош, элохимы собственной персоной! – крикнул кто-то, и зал наполнился бурными аплодисментами.
В центр же зала вышли все вышеперечисленные персоны на пару с директором Академии, Сифироном Агникаем Доросом, который проводил генералов за один из столиков, что находился не так далеко от столика с ведьмами, где были подготовлены специальные места с гигантскими креслами.
И как только Сид не заметил этой махины раньше?
Проходя мимо ложе, где сидели Ведьмы, Бэйлор, как всегда, с плохо скрываемым вожделением посмотрел на Шэну.
Каждый раз, когда он видел Бледную Ведьму, взгляд генерала словно наливался желтым оттенком, вперемешку с похотью и, конечно же, презрением, которое генерал испытывал ко всем обычным людям, даже к тем, которых вожделел всем сердцем.
Жуткое зрелище.
- Мерзкий ублюдок, - скривившись, сказала Ника, проводив генерала презрительным взглядом.
- Не переживай, Шэна, он не посмеет подойти сюда, пока учитель Кольт рядом с нами, - сказала Мира.
Бледная Ведьма тяжело вздохнула: «Но сможет ли учитель Кольт быть всегда рядом?» - подумала она.
Сид внимательно наблюдал за реакцией Шэны и других ведьм. А затем перевел взгляд на Кольта, слабо ему кивнув, мол спрашивая: в чем весь сыр-бор и кто же конкретно эти трое.
- Эй, Сид, ты что не знаешь, кто это такие? – весело спросила его Мира, приобняв монаха за плечи.
Тот аж вздрогнул от неожиданности:
«Черт, прям как настоящие Ведьмы!» - подумал про себя парень.
«Какой догадливый монах», - на лице Шэны промелькнула чуть заметная улыбка.
- Нет, я знаю, кто они, - отвечал Сид, высвобождаясь из объятий. Он научился делать это весьма профессионально, надо бы отметить. - Я имею в виду – что они здесь забыли? Да еще и втроем? – он снова адресовал свой вопрос Кольту.
Тот натянуто улыбнулся, хотев что-то ответить, однако чародея снова прервал тот самый голос, возвестивший о прибытии генералов, который в этот раз попросил их сказать речь в честь предстоящего турнира и столетия Академии.
Зал наполнился одобрительным шумом и аплодисментами.
- П-прошу, господин Виар, скажите что-нибудь, если можете, - заискивающе попросил генерала Благоразумия, директор Каармина.
- Я скажу, Сифирон. Это будет справедливо, - отвечал вместо коллеги генерал Справедливости, вставая с гигантского кресла, и недвусмысленно поглядывая в сторону Шэны.
- Гляди не перестарайся, Бэйлор, - отвечал генерал Благоразумия, встретившись взглядом с Кольтом.
Старый чародей состроил генералу издевательскую гримасу.
Тот лишь мерзко скривился в ответ. Хотя, из-за маски, опять-таки, сказать какие именно эмоции испытывал сейчас элохим было крайне трудно.
- Не переживай, я знаю себе меру, Виар, - отвечал Бэйлор, весело усмехаясь. Хотя на самом деле это было неправда. – Дорогие мои друзья! Маги и воины, собравшиеся под крышей этого чудесного места сегодня! – генерал резко вышел из-за стола.
«Ну началась…» - подумал про себя Виар, закатывая глаза.
- Дорогие друзья, собравшиеся в честь столь великого события, что пройдет завтра и обозначит начало новой эры в жизни нашей славной Империи Эль!! В жизни Империи и, конечно же, жизни ее великих правителей! Великих Лле!
Все ответили ему одобрительным улюлюканьем.
- Я, Бэйлор Каркарас, хочу от всего сердца и души поздравить вас со столетием этого великого города и не менее великой Академии Каармин – Академии магии и волшебства! – сказал он, принявшись медленно обходя столы со зрителями. – Скажу прямо - это большая честь для генералов Небесной Гвардии впервые быть участниками этого великого события! Честь, и конечно же, большая справедливость! Ведь многие маги, служащие в Небесной Гвардии закончили именно эту академию!
Снова торжествующие аплодисменты.
- И я уверен, нет - я знаю! Что завтра нас ждет незабываемое зрелище! Зрелище и события, которые навсегда изменят, как Империю Эль, так всех нас! Всех нас! – он окинул взглядом толпы чародеев, рассевшихся по своим роскошным креслам.
А затем резко остановился на Шэне.
- Нет, я же просил не перегибать палку, Бйэлор… - процедил сквозь зубы Виар, понимая, что тот задумал.
- Именно поэтому, - генерал впился в Бледную Ведьму своим взглядом, словно хотел сожрать заживо. – Именно потому, что возможно Единство больше никогда не станет прежнем… - его взгляд пульсировал. - Я хотел бы воспользоваться данной мне возможностью, и в последний раз, в последний раз попросить тебя, Шэна, любовь моя… - он сделал шаг по направлению к ложе с Ведьмами, обратив на чародеек внимание всех и каждого, кто присутствовал на вечере. – Прошу, стань моей! - в глазах генерала заблестели безумные огоньки.
В зале повисла гробовая тишина.
- Стань моей, ведь не будет пары чудесней, нежели Великий Генерал самой Справедливости и одна из самых сильных чародеек нашей Империи! - он сжал перед собой гигантский, нечеловеческий кулак, словно пытаясь стиснуть в нем тонкую фигурку девушки.
Шэна тяжело вздохнула, устало закрыв глаза.
- Кажется, я уже сказала тебе, Бэйлор, что не буду твоей, даже, если ты решишься истребить все живое и неживое в этом мире, - резко отвечала девушка, блеснув своими красными глазами.
- Но ведь если ты станешь моей, Шэна, я уверяю, что сделаю тебя самой счастливой женщиной на всем белом свете! – не унимался Бэйлор. - У тебя будет все! Все, чего пожелаешь! Богатство, власть, жизнь, полная красок и наслаждения! Я защищу тебя от всего! Всего и вся! Любой ценой! – продолжал лепетать генерал. – Чтобы не произошло!
- Хватит, Бэйлор, - снова процедил сквозь зубы Генерал Благоразумия, но элохима уже было не остановить.
- Если ты станешь моей. Моей! То никто не посмеет и пальцем к тебе прикоснуться! Даже сами Лле, если на то понадобиться! Клянусь честью элохима!
- Твоя честь, Бэйлор, не стоит и пуда грязи! – отчеканила вместо подруги Мира, резко прерывая обезумевшего от похоти генерала.
- А еще от нее тянет за версту гнилью и смрадом, - фыркнула Ника. – Аж сюда доносит.
- Кровожадной убийце и черной палачке Империи слова не давали, - резко отрезал генерал. - Я спрашиваю Шэну - мою любовь! А не вас.
- Как же ты достал, - маниакально улыбнулась Фрея, резко вставая из-за стола. – Эй, Бэйлор, мне кажется, или тебе язык мешает? Можно я его немного укорочу? – монахиня угрожающе посмотрела на генерала.
Генерал не сдвинулся с места, но его магическая аура заметно заколебалась.
- Хватит, Фрея, успокойся, - осадила подругу Шэна, вставая с кресла. – Хватит вам обоим. Сегодня чудесный и великий праздник, давайте вместе проведем его в мире и согласии.
- Как этот праздник может быть чудесным, если его очерняют такие злобные создания, как вы, а? Позор! Позор! – воскликнул вдруг со своего кресла с трехметровой спинкой генерал Хеддисс. – Кто вообще пустил вас в стены этого города, а?! Разве одной было мало?! Позор!
- Еще один… вы что совсем забыли о нашем плане, идиоты? – все пытался вразумить их Виар, но ссора лишь набирала обороты.
- Ну-у, в-вообще-то это был я, господин Хеддисс, - осторожно подал свой голос Сифирон. – К-как своих «давних знакомых». В-вы что забыли, а? Мы же все это обговаривали… – директор Академии не мог найти себе места.
- Заткнись, Сифирон, - отчеканил генерал. – Иначе я тебя сожру, - тьма по ту сторону железного забрала взорвалась снопом искр.
По залу прошелся тихий панический шепот.
- Шэна, прошу тебя, подумай еще! – снова произнес тогда элохим. В глазах Бэйлора продолжали сверкать безумные желтоватые огоньки. – Уверяю, ты не пожалеешь. Лучшего кандидата тебе не найти! – сказал он. -- Ведь перед тобой сейчас стоит один из самых сильных и могущественных воинов во всем насущном Единстве! Непобедимый Генерал Небесной Гвардии! Элохим, завоевавший десятки новых миров! Бэйлор Каргарас! Само совершенство! Сама Справедлиовость!
В ответ донеслась лишь тишина.
В ответ донеслась лишь тишина, и генерал Небесной Гвардии внезапно переменился в лице.
Его выражение сменилось с похоти на гнев.
Он резко подался вперед, да так что остальные Ведьмы даже не успели ничего предпринять.
Он в мгновении ока навис над тоненькой фигуркой девушки, словно горный склон над крохотным деревцем, который вот-вот, но обрушится на нее настоящим камнепадом железа и мяса.
Все приготовились к драке.
Сэмю потянулся за мечом, Кольт готов был использовать защитный барьер, Ника обнажить катану, Мира броситься вперед и впечатать Бэйлору в его смазливое личико, Фрея вонзить свой кинжал, а Айла проткнуть десятками теневых игл, но…
- Один из самых сильных воинов во всем насущном мироздании? Генерал Небесной Гвардии? Но ведь это просто неправда, разве нет?
Генерал замер на месте, словно его поразила молния.
Ему… послышалось?
Бэйлор поднял голову.
Генерал поднял голову в поисках лица того безумца, что посмел произнести подобную ересь, чтобы сейчас же превратить его в груду костей и мяса, и увидел тощего, сгорбленного монаха, что сидел между Мирой и Айлой, уминая за обе щеки баранье рагу.
«Опа-на, - подумал про себя Кольт. – Сейчас нам всем будет или труба, или спасение».
- Что… ты сказал? – холодно вопросил монаха элохим, выпрямляясь в полный рост, и заслоняя собою свет.
- Да то и говорю, - не совсем понимая, что происходит, отвечал монах. - Генералы Небесной Гвардии, хотя и считаются весьма сильными бойцами по сравнению с другими ангельскими чинами - далеко не так всемогущи. И уж тем более не непобедимы.
В трапезном холле снова повисла гробовая тишина.
Никто… никто не мог поверить в то, что на этом белом свете все еще остались дураки, способные говорить подобные вещи самому элохиму, способному одним взмахом своего меча разрубить гору, даже не напрягаясь.
Кто смеет говорить о поражении тому, кто не знает даже такого слова?
- «Не непобедимы?» – как дурак повторил элохим, глядя на монаха.
- Ну да, - пожал плечами Сид, как ни в чем не бывало.
Все пять Ведьм посмотрели на монаха, как на безумца.
Сэмю вжался в кресло, а Кольт уже приготовился телепортировать всех как можно дальше отсюда.
Бэйлор же был настолько в шоке, что единственное, что смог произнести это:
- Почему? В каком это смысле?
- Ну как, в каком? Ты что не знаешь? – искренне, кажется, удивился монах.
- О чем ты вообще таком говоришь, смерд?! – взревел генерал.
- Говорю о том, что за всю историю существования Империи Эль генералов Небесной Гвардии уже побеждали и не раз. Или ты не знаешь? - отвечал тот. - Все Генералы Небесной Гвардии, за исключением генерала Укиоры Сашша, были убиты в инциденте мира, что носит название Ахелон. А произошел этот инцидент три года назад, - сказал монах, породив этими словами всплеск весьма смешанных эмоций и возгласов среди присутствующих.
Породил, ведь…
Это была сущая правда.
Мало кто об этом говорит сейчас, спустя столь долгое время…
Но именно три года назад, в мире под названием Ахелон, что был одним из родных миров одного из Великих Лле, произошло событие, что навсегда останется в учебниках истории Империи Эль, как чернейший день.
Тогда на Великих Лле и их приближенных было совершенно страшное нападение, закончившейся тем, что тот самый мир Ахелон был сожжен дотла яростным и всепоглощающим пламенем.
Именно тогда, три года назад, были убиты все генералы Небесной Гвардии, пытавшийся встать на пути у тех, кто изначально, как говорится, пришел за душами именно что Небожителей, скорее всего, тая обиду на все те злодеяния и козни, что сотворили Лле по отношению к другим мирам.
Точное число нападавших было неизвестно: семеро или девятеро. Однако, что точно было ясно наверняка – тот, кто сумел одолеть всех генералов Небесной Гвардии, при чем сделать это совершенно в одиночку, был человек, чьи глаза горели янтарным огнем.
Ярким, живым, пышущим силой и мощью янтарным огнем.
Тогда все Генералы Небесной Гвардии были убиты, а их тела - втоптаны в грязь.
«Я удивлена, что он знает об Инциденте в Мире Ахелон», - подумала про себя Шэна, вспоминая этот воистину черный день всея Империи.
В зале же продолжала царить тишина.
Ведь с высказанными выше словами было прсото невозможно спорить!
Невозможно, ибо один генерал все же чудом выжил – а именно Генерал Чистоты – Укиора Сашш, который лично доложил все в Круглый Престол после. В том числе и то, что элохимы, какими бы сильными не были бы, все же не непобедимы.
И даже очень смертны, что в свою очередь повлекло многочисленные реформы, увольнения и казни.
- К-какой еще инцидент в мире Ахелон?.. - одними губами произнес Бэйлор.
Генерал Справедливости, очевидно, не знал об этом инциденте.
Причины этому могут быть разные – от простого невежества, до нарциссизма, который вскружил Бэйлору голову, одурманив, словно яд.
Ведь он был самой Справедливостью. Он решал, что есть правда, а что нет. Что принесет благо ему и его «справедливости» - а что станет черным пятном.
Именно из-за этого он не знал и не хотел знать ничего, что не касалось бы его лично.
- Ха! А ведь монах то дело говорит! – резко воскликнул Кольт, понимая, что это отличная возможность переиграть все на их пользу. – Генералы Небесной Гвардии может и сильны, но далеко не настолько, как утверждает здесь славный Бэйбор!
Генерал Справедливости злобно посмотрел на чародея, который как будто специально каждый раз коверкал его имя.
- Ну и какое же это имеет отношение к делу? – все еще не понимая, о чем тут ему рассказывают, спросил элохим.
- А прямое, - расплылся в победоносной улыбке старый чародей. – Дело выходит такое, что великий Генерал Справедливости Бэйгор, кичащийся своею непомерною силой и умениями, на самом деле просто невежественный лгун и трепло!
- Нет, погоди, Кольт, я этого не говорил! - осадил друга монах, но снежный ком уже вовсю понесся по трапезному залу.
- А ведь действительно. Это ведь сущая правда, - раздался чей-то голос из толпы магов.
- Ага, тогда Небесная Гвардия потерпела сокрушительное поражение. Сокрушительное!
- И Великим Лле пришлось самим вступить в бой с врагом! Немыслимо!
- Из-за чего погибла жена Императора Керовона Кастулы, главы Круглого Престола!
- Какой позор, как можно этого не знать! Ведь именно из-за слабости Генералов пострадали многие члены семей Великих Лле! Например, принц Ричарад Ортег! В пылу битвы он потерял левую ногу и руку!
- Если бы Генералы были действительно настолько сильны, ничего бы подобного не произошло! Верно! Великие Лле не пострадали бы!
- Поддерживаю! Возмутительно! «Самый сильные воины», ха! Да если бы не магия, они бы и секунды не продержались в том бою!
- АНУ ЗАТКНУЛИСЬ!!!!! – взревел тогда не своим голосом Бэйлор, заставив стены ресторана затрястись, а пол задрожать, снова погрузив всех в устрашающую немоту. - ТЫ! – он ткнул пальцем в монаха. – Как ты смеешь позорить меня перед всеми, а?! – элохим хотел было потянуться за своим мечом, что был у него за спиной.
Однако…
Хватит! - неожиданно зал накрыла чья-то всё подавляющая магическая аура, и Генерал Справедливости невольно отшатнулся назад, чуть ли не потеряв равновесие, оглянувшись и встретившись взглядом с Виаром.
- Хватит, Бэйлор, это совершенно неблагоразумно! – заявил Виар, всегда спокойный и хладнокровный, с таким взглядом посмотрев на элохима, что тот аж опустил голову долой.
Крылья генерала Благоразумия были расправлены в стороны и излучали яркий свет, который и был источником той самой довлеющей ауры, способной утихомирить даже Генерала Справедливости.
Все, кто сидел рядом с Виаром, включая Сифирона, уже давно лежали ничком в обмороке из-за невероятного давления силы.
У многих магов за соседними столиками пошла кровь из носу или полопались барабанные перепонки.
Вся посуда и бокалы в ресторане треснули, превратившись в керамическую и стеклянную труху.
- Я же просил тебя, не перегибать палку! - гневно заявил элохиму Виар. – Или ты совсем забыл уже для чего мы здесь, а? – он посмотрел на своего побратима презрительным взглядом. – Иди остынь, коль тебе так неймется.
Бэйлор ничего не ответил.
Он лишь что-то тихо пробормотал себя под нос.
А затем в последний раз злобно взглянул на монаха, направившись к выходу, по пути превратив в труху одну из самых толстых колон, что подпирала своды высокого потолка.
«Этот монах так просто от меня не отделается, - подумал генерал. – Я отомщу ему за мой позор. Справедливо отомщу!»
Глава 2: Один из самых страшных грехов
В Каармине стояла глубокая, черная ночь. Город спал крепким сном, хотя, казалось бы, магическая Столица Империи Эль вообще не должна была спать.
Тем не менее, в преддверье завтрашнего турнира, столь ожидаемого всеми и вся, многие, дабы набраться сил, решили в кое-то веки немного отдохнуть, посмотрев благие и прекрасные сны, чарующие своей красотой и воображением, пока тело и разум медленно восстанавливались.
Все спали.
Кроме Сида Ди Вандервоука, чей черный, как смоль взгляд, смотрел в потолок дома Кольта, в котором монах остановился переночевать, не смыкаясь ни на минуту. Смотрел, и словно не видел ничего. Как и пустота во взгляде парня - в пустоту он глядел.
Он не мог спать. Он не спал уже многие дни, и многие месяцы. Его тело медленно прозябало.
Его разум медленно тускнел.
Сид тоже пострадал три года назад из-за инцидента в мире Ахелон. Он потерял тогда очень многое. Многих прекрасных и невероятных людей.
И Кольт там тоже был, и также пострадал, ничуть не меньше, чем кто-либо другой.
Уж так повелось, что многое и многие были связаны с тем событием. Хотя сейчас, конечно же, о нем вспоминают далеко не все.
- Огонь и смерть… - прохрипел монах, чувствуя, как мурашки идут по его телу. – Нужно выпить вина.
Он встал. Подошел к двери и тихо открыл ее, дабы не разбудить часом старого чародея, который храпел в дальней спальне, словно паровоз.
Сид осторожно двинулся по коридору в сторону южного крыла дома. Вокруг было темно, словно в морге. И лишь когда монах добрался к заветной кухни, стало чуть посветлее, так как бледная луна проникала своим светом в эту часть дома сквозь большие окна.
Монах остановился у буфета, открыл один из шкафчиков, и потянулся за черной бутылкой белого вина.
- Кхе-кхе, и что же мы это делаем? – вдруг прозвучал за спиной Сида знакомый голос, и монах аж подпрыгнул на месте от неожиданности.
- Могилы! Сэмю, напугал! – выругался Сид. – Н-ничего не делаю, - монах быстро спрятал вино себе за пазуху.
- Сид… - по-отцовски посмотрел на него Сэмю.
- Что?
- Не составишь мне компанию? – командир гарнизона Каармина пригласил монаха за стол, на котором уже стояла открытая, полупустая бутылка вина.
Сид с подозрением посмотрел на рыцаря.
- Хм, ну ладно.
Они сели за стол, и Сэмю налил им по бокалу вина, после чего они с Сидом дружно выпили его.
- А ты чего не спишь? – поинтересовался вслух Сид.
- Да так… думаю о будущем, - тяжело вздохнул рыцарь. – Та еще дурацкая привычка.
- А вот у меня дурацкая привычка – думать о прошлом, - отвечал монах, тоже тяжело вздыхая.
- Понимаю, - рыцарь покачал головой, и наливая им еще вина. – Я вот, до сих пор не могу поверить в то, что ты сказал о тех несчастных людях. Как вообще можно забрать чью-то душу? И для чего это делать?
- Ну-у, причин, по правде, может быть несколько, - отвечал монах, бесцельно посмотрев в красновато-черное нечто у себя в кружке. – Хотя, кто это сделал я и не знаю. Но что точно могу сказать, так это то, что душа – есть источник жизни и силы любого живого существа. Забрав ее – ты забираешь жизнь и силу для того, чтобы жить, у этого человека. Тело умирает – или же превращается в простую бездумную оболочку. А душа… - Сид скривился, понимая насколько же все уродлив тот подонок, кто промышляет подобным. – А душа то остается. А потом…
- Что потом? – удивленно спросил рыцарь.
Монах вздохнул.
- Второй пункт в Списках Оша, первого Истребителя Зла пути Смерти, - сказал монах, словно прочитав на бумаге. – Всего их десять, этих грехов, как ты, наверное, слышал. Так вот, в тройку самых ужасных входят: создание механизма Слоуна, который якобы исполняет любое желание. Раз. Два – открытие Врат Ада, название говорит само за себя, объяснять не буду. И номер три, - Сид скривился. – Похищение и пожирание душ.
Сэмю вылупил на Сида глаза, не веря услышанному.
- Пожирание?
- Да, именно оно. Похищение и пожирание людских душ ради силы, что граничит с божественной. Ведь наши души – это одна из немногих малых частей того, что даровали нам боги, - Сид вздохнул. – Ужасный грех по своей сути.
- Я-ясно, - отрывисто отвечал Сэмю, а про себя подумал: «Кажется, ситуация у нас еще хуже, чем мы думали, - он посмотрел на Сида, который безразлично пил налитое ему вино. – Дружище… мы без тебя не справимся. Однако и заставлять тебя после всего случившегося, да даже просить – я тоже не могу…»
- Ясно-ясно, - повторился рыцарь. – Что ж, когда думаешь возвращаться назад в свой мир?
- Не знаю, я спросил у Шэны, знает ли она, когда отбывает ближайший корабль назад в Талитхе, но она сказала, что из-за турнира все рейсы «из Каармина» были отменены, так как не хватает кораблей, дабы доставлять тех, кто хочет участвовать или по крайней мере посмотреть на завтрашний турнир. Скорее всего, сообщение восстановят на следующий день после турнира или через два дня после. Тогда и отправлюсь.
- Понял тебя, - отвечал Сэмю: «Боюсь, этого времени нам не хватит. Мы не знаем, когда Великие Лле в обличии Небесных Гвардейцев нанесут свой сокрушительный удар, - рыцарь скривился. – Монах, знающийся на видах зла и способов борьбы с ним, мог бы оказать нам в не абы какую помощь, однако… Сид уже сказал, что отошел от дел…» - Ясно… - вновь повторился рыцарь, глядя на лик бледной луны, что светила нынче за окном.
****************************************************************
Утро наступило внезапно, разбудив Кольта своим пронзительным светом.
Чародей еще пуще запутался в одеяло. Гномьи рожи, кто вообще придумал это солнце? Ах да, это же был Бог Солнца Зерит, один из самых древних Старых Богов.
«Ар-г, точно… сегодня же турнир, - затем вспомнил маг, нехотя выползая на свет божий. – Сегодня нужно быть вдвойне начеку. Гномы пойми, что эти Небесные утырки могут выкинуть. Впрочем… - чародей выглянул в окно, посмотрев в свой небольшой внутренний дворик с маленьким каменным фонтанчиком и деревянной скамьей рядом.
На последней сидел монах, чей взгляд был чернее пера ворона, и грелся в лучах утреннего солнца. – Впрочем, хотя бы одну вещ я точно успел подготовить. Дальше – чтобы не произошло сегодня или в ближайшие дни – на все воля богов».
В дверь его спальни постучали. Маг щелкнул пальцами, приводя себя в порядок и сказал:
- Войдите!
В проходе встал Сэмю.
- А, это ты Сэмю, как спалось?
Начальник гарнизона города сладко зевнул.
- Полночи болтали с Сидом о всякой всячине, - он вздохнул, посмотрев в окно, за которым сидел монах. – Знаешь, Кольт, мы действительно с тобою старые дураки… - он покачал головой. – Как можно было допустить нечто подобное?
- Не сыпь соль на рану, Сэмю, - отмахнулся маг, вставая с кровати. – Идем, сегодня у нас будет тяжелый день.
- Как раз хотел поговорить на счет этого, - внезапно сказал командир городского гарнизона, замявшись. – Я сегодня с вами не пойду. Нужно кое-что сделать.
- Что? – удивленно отвечал Кольт, подняв одну бровь.
- Нужно проведать как там мои «птички» поживают, - размыто произнес рыцарь, оборачиваясь к двери и махнув магу рукой.
- А-а… ну да, конечно, - улыбнувшись, сказал маг, выходя следом за Сэмю в коридор, но вместо прихожей - отправился по длинному коридору к выходу во внутренний двор, где сидел Сид.
Монах все также сидел и смотрел пустым взглядом в синие, словно морские глади, небо.
Когда маг подошел к нему, Сид, не оборачиваясь сказал:
- Скажи, Кольт.
- Да, дружище?
- Сейчас ведь тепло?
Маг невольно вздрогнул, с грустью посмотрев на старого друга.
- Да, дружище, еще как, - отвечал он, вздыхая.
- Это хорошо, - монах слабо улыбнулся. – Значит, жизнь кипит в этом мире.
- Хм, удивительно только, как человек твоего ремесла столь лестно может отзываться о жизни, друг мой, - задумчиво произнес маг. – Всегда этому удивлялся.
- Хах, ну вообще-то как раз только человек моего ремесла и может понять ценность этой жизни, - отвечал монах.
- Да, жизнь превыше всего, - подтвердил маг, глядя на еще столь юное, но уже изнеможённое и усталое лицо монаха с громадным синяками возле глаз, говорящие о том, что не спал этот человек уже очень-очень долго. – Ну ладно, хватит, о грустном, дружище, вставай давай, нас ждут дела! – заявил он.
- А? Какие дела? – удивленно отвечал Сид, вставая со скамьи. – Вообще-то я думал, что моя работа уже закончена.
- Работа с «Диким Касанием» - да, закончена, - кивнул маг. – А вот в остальном еще куча дел. Сегодня же турнир в честь столетия Академии, Сид! У нас с тобою билеты в первый ряд вообще-то.
- Что?
- Не что, а где – на главной боевой арене Академии Каармин! – сказал тот. – Собирайся давай!
- Никуда я не пойду! Терпеть не могу магические турниры! На них всегда что-то странное происходит! Это магнит для стереотипных клише и тропов! – заявил монах.
- Клише и чего?
- Неважно, - отмахнулся монах.
- И что же ты будешь тогда делать, если не пойдешь? – возмущенно поинтересовался маг.
- Я-я, не знаю, - уклончиво отвечал Сид, отводя взгляд в сторону.
- В бар пойдешь, я прав?
- Да. В смысле, нет, это неправда, - протестующе заявил монах.
- По глазам вижу, что пить пойдешь – только через мой труп! – маг попытался бросить на монаха заклятье оцепенения, но тот на удивление легко увернулся, и кинулся ко входу в дом.
Кольт метнулся следом за монахом. Несмотря на свои годы, чародей мог дать фору профессиональным атлетам в некоторых видах спорта.
Например, беге.
- А-ну стой, пьяница! Иначе пеняй на себя! – кричал маг, мчась за монахом по длинному коридору.
- Я свободный гражданин свободной, тьфу, несвободной Империи Эль, куда хочу – туда и иду! И ты мне не указ, Кольт! Понял?!
Они уже пробежали несколько комнат, и сейчас находились в проходе между гостевым залом и кухней.
- Пока я рядом – никакой ты несвободный гражданин! Я больше не допущу своих прошлых ошибок, и не оставлю тебя одного!
- Сперва догони! – крикнул Сид, резко открывая дверь, что вела уже непосредственно на улицу, и внезапно натолкнулся на какое-то упругое, но в тоже время нерушимое, как камень, препятствие.
- Ха-ха-ха, попался, маленький монах, - услышал он затем где-то над собой, в его голову ударил запах вина и вишни.
Сид хотел было отступить назад, но крепкие объятия не дали ему этого сделать, после чего на парня сверху-вниз посмотрели на больших зеленых глаза, напоминающие сверкающие изумруды.
– Чего же ты желаешь? Ведьма… в смысле, госпожа чародейка исполнит все, что твоей душе угодно. В особенности после того, как ты защитил вчера мою подругу от страшного гвардейца, - Мира наклонилась к нему. – Ну? Чего ты хочешь? А?
- П-прошу прощения! – как не в себя выпалил Сид, чудом выскользнув из объятий чародейки, но не успел сделать и пары шагов по улице, как случайно споткнулся на ступеньках, и кубарем полетел на дорожные плиты, больно ушибив себе лоб.
- Ой! Какой ужас! Сид! С тобой все в порядке?! – воскликнула Айла. – Ай, ой! – а затем и сама упала рядом с ним, взвалившись на монаха, словно на ездовую лошадь. – Ай-ай-ай, Старые Боги! Прости меня, Сид! Прости, пожалуйста! – она быстро слезла с нечастного монаха.
- Да ничего… переживу как-то, - хрустя костями, отвечал тот.
Сид устало сел на земле и поднял голову.
Увидев над собою все цвета радуги.
И даже больше.
Розовый и сиреневый. Малиновый и зеленый. Черный и желтый. Каштановый и черный, ну и, конечно же…
Каждый раз, когда Сид смотрел на нее, у него перехватывало дыхание…
Белый и красный - огни, что смотрели на него одновременно с некоторым кокетством, печалью и… уважением?
Неужели это было уважение?
Его?
За что?
- Держите его, девочки! – внезапно выскочил из двери Кольт, гневно тыкая пальцем в монаха. – Он не хочет со мною идти на турнир! А вместо этого собирается пойти глушить очередной литр вина в ближайшей таверне!
- Враки! Всего… один… бокал… - монах вжался в сам себя, увидев, с каким негодованием смотрят на него чародейки. – Хе-хе, - он натянуто улыбнулся.
- Хм, ну тогда может силой заставим его пойти с нами? – предложила Фрея, наколдовывая в руки длинную веревку. Она маниакально улыбнувшись.
- Уберите это с глаз моих долой, сударыня! - монах резко вскочил на ноги.
- Нет, грубой силой ничего не решить, - улыбаясь, сказала Шэна, измеряв при этом монаха взглядом с ног до головы.
- Вот именно! – поддакнул тот.
- И что же нам тогда делать? Неужели ты действительно так сильно не хочешь с нами идти, Сид? – спросила Бурая Ведьма, делая шаг вперед так, что ее лицо оказалось чуть ли не в нескольких сантиметрах от лица монаха. – Мы тебе не нравимся, да?
- Что? Нет! – на одном духу выпалил Сид, краснея, и посмотрел на Шэну.
Та злобно улыбнулась ему в ответ.
«Черт, попался на их ловушку!» - тотчас промелькнуло в голове монаха.
«Попался еще как», - отвечала про себя дочь Керевона Кастулы, читая мысли парня.
Вслух же сказала:
- Однако все похоже именно на это, Сид, - сказала она, блеснув своими красными глазами.
- Тогда ты все же пойдешь с нами?! – радостно воскликнула Айла, а ее грудь характерно колыхнулась.
Монах громко сглотнул.
- Но если не хочешь - то не надо, - заявила после Ника. – Это ведь твое личное решение.
- Ладно-ладно, пойду я! Пойду! Но не надейтесь, что я пробуду там до самого конца, слышите? Составлю вам компанию на несколько часов.
- Пустяки, остальные несколько часов ты даже не заметишь, - вскользь проговорила Фрея.
- Это почему?
- Ну, магия дурмана, например, - монахиня расплылась в улыбке. – Я в этом большой спец.
Монах снова громко сглотнул.
- В таком случае не будем задерживаться! – встрял в их разговор Кольт. – Уверяю, Сид, ты не пожалеешь.
- Уж надеюсь на это, - отвечал Сид, будучи, подхвачен под руку с одной стороны Мирой, а с другой стороны – Айлой. – Надеюсь.
****************************************************************
Сэмю шагал в сторону казарм Небесной Гвардии, что находились, как мы помним, в Центральном Квартале Каармина. Так называемая «птичка» командира гарнизона, рассказывающая о всех хитросплетениях, происходящих в недрах Небесной Гвардии и ее подноготной, - засела именно там.
Командир Небесной Гвардии Каармина – Хальгод Иссил – был давним другом Сэмю.
После выпуска из военной академии, их пути разошлись, когда один встал на защите самого города, в второй – присягнул на службу Круглому Престолу, однако их дружба ничуть не ослабла. И хотя Хальгод никогда явно не выказывал недовольства по отношению к Круглому Престолу, Великим Лле или же Небесной Гвардии, он всегда был рад помочь своему старому другу, так как, конечно же, в первую очередь думал о благе Империи Эль.
И когда замечал, что его родной дом может сорваться в пучину хаоса – всякий раз сопутствовал Сэмю в его деятельности.
Именно Хагольд сообщил командиру гарнизона Каармина, что в город прибудут генералы. Причины он не назвал, так как на тот момент еще не ведал ее. Сейчас же Сэмю надеялся разузнать у старого знакомого и эту информацию.
Ибо в зависимости от нее, будут зависеть их дальнейшие действия.
Кто знает, как все может обернуться. Если Сид не поможет им в ответственный момент – то им нужен был план «Б».
Которым Сэмю и решил заняться, пока суть та дело.
Рыцарь встал напротив казарм Небесной Гвардии.
Бело-черное здание – единственное черно-белое здание на весь Каармин, с собственной оборонительной стеной, башнями и нечто на вроде замка в центре. Роскошно, дорого, богато, как и полагается личной ангельской гвардии самих Небожителей.
Сэмю пошел к настежь открытым воротам, у которых дежурило несколько арелимов – самые низшие чины в гвардейской-ангельской иерархии[1]. Их еще называли самыми простыми вояками.
Поначалу эти самые вояки не хотели пропускать Сэмю, но завидев, что это сам начальник гарнизона Каармина, у которого было разрешение на свободное посещение союзных казарм, быстро расступились.
Сэмю попал в громадный внутренний двор, где стояло множество временных палаток и шатров, что принадлежали гвардейцам, прибывшим вместе с флотом Бэйлора и другими генералами. По какой бы причине все эти гвардейцы сюда не явились, но такое громадное их количество не предвещало ничего хорошего.
Старый рыцарь вошел через центральную дверь в длинный прохладный коридор с множеством дверей и проходов. Мимо него время от времени проходили арелими, писари и подмастерья местных высших чинов.
Сэмю вышел к лестнице, по которой принялся быстро подыматься на третий этаж, где снова пошел по длинному каменному коридору, который освещало проникающее сквозь большие стрельчатые окна яркое желтое солнце.
Вот Сэмю уже видит впереди большую дубовую дверь, оббитую железом и украшенную рунами.
Однако. Только рыцарь уже хотел было потянуться за дверной ручкой, как чья-то рука опередила его.
Командир городского гарнизона удивленно поднял голову и увидел Говарда Лонгха.
Говард Лонгха тоже удивленно уставился на рыцаря.
- Говард? – изумился Сэмю.
- Сэмю, - скривился в свою очередь офицер.
- Что тебе нужно? – одновременно произнесли рыцари, с подозрением глядя друг на друга.
- Я пришел по делу к Хальгоду, - отвечал Сэмю.
- Какое совпадение – я тоже пришел к господину Хальгоду с докладом.
- Что ж, ну я думаю, твой доклад подождет, Говард, - ехидно улыбнулся Сэмю.
- А мне вот кажется, что твое дело тоже может подождать… - холодно отвечал офицер.
- Хочешь проверим? – усмехнулся начальник гарнизона.
- Ну давай.
Некоторое время оба рыцаря смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. А потом внезапно схватились вдвоем за дверную ручку, силком пытаясь ее открыть, и при этом мешая сделать это своему сопернику.
Проходящие мимо них гвардейцы удивленно оглядывались.
А затем оба рыцаря кубарем ввалились в кабинет ишима, поцеловав при этом мраморный пол своими лбами.
- Арг! Будь ты проклят, Сэмю! Я из-за тебя доспех помял!
- А я из-за тебя, Говард, синяк на лбу набил! – отчеканил рыцарь.
Затем оба быстро встали, провозгласив:
- Хальгод, дружище!
- Господин Хальгольд я пришел с очень важным донесением!
Однако в кабинете, равно как и вчера вечером, когда Говард застал здесь двух элохимов, никого не было.
Пустота.
- А? Никого нет? – удивился Сэмю, медленно поднимаясь на ноги.
- Ага, снова, - отвечал Говард, подымаясь следом.
- Фу, и ладаном еще воняет. С каких-таких пор Хальгод увлекается чем-то подобным? Он что уверовал?
- Да не сказал бы… - настороженно отвечал Говард, осторожно ступая в сторону письменного стола своего начальника, который со вчерашнего дня, казалось, так и остался не тронутым. – Как странно…
- Что странно?
- Такое чувство, что господина Хальгода не было здесь уже несколько дней, - вдруг ответил Говард.
«Черт, вот этого я и боялся», - тотчас подумал Сэмю, а вслух сказал:
- «Несколько дней» - это сколько примерно? – спросил рыцарь, тоже проходя вглубь кабинета, начав обходить его по часовой стрелке.
Говард же осторожно прошелся вдоль письменного стола, заметив на нем стопку бумаг.
- Судя по всем этим неотобранным документам - дня три… - он многозначительно посмотрел на Сэмю.
- То есть, когда в Каармин прибыли… - начальник гарнизона запнулся, услышав по ту сторону двери чьи-то шаги и голоса. Когда же они наконец утихли – то продолжил. – Когда В Каармин прибыли генералы Небесной Гвардии?
- Ну-у-у, как бы сказать, - Говард замялся, быстро отойдя от стола и последовав в сторону гардеробной.
Возле большой дубовой двери, прятавшей за собой десятки всевозможной одежды, запах ладана был особо силен.
Странно.
Офицер попробовал прокрутить круглую ручку, но та не поддалась.
- Закрыто? – удивился Сэмю, вставая рядом.
- Ага, - удивленно отвечал офицер, попытавшись силой отпереть дверь, но та, конечно же, не поддалась.
- Дай сюда! – Сэмю отодвинул офицера в сторону, но его попытки тоже ничем особо не увенчались. – Не понимаю, он что там незаконные слитки золота хранит, а не галстуки? – буркнул рыцарь.
- Это ты мне скажи. Вы ведь с ним «друзья не разлей вода», - перекривил Говард, после чего словил на себе недовольный взгляд Сэмю. – Что?
- Ничего, сейчас откроем, - отвечал командир гарнизона, резко выхватывая из ножен свой меч.
- Эй! Погодь! Ты что делаешь?! – только и успел воскликнуть Говард, после чего дверные петли были напрочь выбиты, и проход в гардероб начальника Небесной Гвардии наконец-то был открыт.
Запах ладана усилился во стократ, после чего оба рыцаря с интересом заглянули внутрь.
И увидели не самую благоприятную картину.
На полу в гардеробе лежал человек, утопающий в луже собственной крови. Он лежал здесь уже несколько дней, судя по цвету кожи, однако запаха гниения почему-то не испускал…
Не испускал, ибо…
Весь кабинет напрочь пропах чертовым ладаном.
- Старые Боги, - одновременно прохрипели рыцари, узнав в мертвом человеке Хальгода Кайро, начальника Небесной Гвардии Каармина и давнего знакомого Сэмю.
- Какого черта?.. – только и сумел выдавить из себя Говард.
За его спиной дверь в кабинет ишима еле слышно приоткрылась.
- Хотел бы я знать, Говард… - не менее ошеломленно отозвался Сэмю, вдруг почувствовав, как по его спине ни с того ни с чего пробежали мурашки. – Однако, кажется я все-таки…
- Позор! Позор! – внезапно прозвучало у них за спинами, рыцари резко обернулись и увидели громадную тушу Генерала Хеддисса, стоявшего у них за спиной, словно призрак. – Я знал, что нельзя доверять жалкому офицеришке, который якшается с Кольтом Ахталалатом! Позор! Позор!
[1]Полная иерархия выглядит так: 1. Элохим. 2. Элим. 3. Хашмалим. 4. Офаним. 5. Хайот. 6. Серафим. 7. Малахим. 8. Херувим. 9. Таршишим. 10. Эльгалим. 11. Атедим 12. Ишим. 13. Экивим. 14. Арелим.
Глава 3: Месть
Бэйлор Каргарас сидел в своем роскошном зрительском ложе, с каким-то даже интересом наблюдая за тем, как гигантская магическая арена-стадион Академии медленно наполнялась зрителями.
Людей были сотни, если не тысячи, куда ни глянь. Везде мельтешили различные разноцветные робы, доспехи гвардейцев, на которых падал солнечный свет, и словно вдыхал жизнь в мертвую=холодную сталь.
Рядом с генералом, по левую руку, сидел Виар Атэлош, который в отличии от своего коллеги, смотрел на все происходящее сквозь пальцы.
Он не любил подобных мероприятий. Да и магию ненавидел. Генерал Благоразумия был здесь только по приказу свыше, и только исполняя свой долг перед Круглым Престолом. Его крылья, как всегда, сияли золотым светом.
По правую руку от Бэйлора кресло пустовало. Хеддисс занимался кое-какой подготовкой, все-таки завтра чрезвычайно важный день, и оная лишней не будет. Втроем, они отсутствовать не могли, так как это вызвало бы слишком много подозрений у Цветных Ведьм, что могло нарушить их планы.
Что, в свою очередь, было недопустимо.
Где-то сбоку от генералов донеслись чьи-то поспешные шаги, после чего в поле зрения Бэйлора оказался Сифирон Агникай Дорос.
- Я привел его, как ты и просил, Бэйлор, - сказал директор Академии, глядя куда-то за спину гигантских генеральских кресел. – Эй! Ну ты чего там стоишь, как не родной, Май? Иди сюда, с тобой захотел поговорить сам Генерал Справедливости, а ты топчешься в тени, словно девственница!
- С-слушаюсь, господин Сифирон! – быстро отвечал арелим, после чего предстал перед генералами.
- Вот, именно он следил за Кольтом и его недавними похождениями, - сказал Сифирон. – Он один из ближайших подчиненных Говарда Лонгха, бедный офицер даже и не подозревает, что у него в команде завелась крыса.
- Служу Круглому Престолу! – заявил Май, преклоняя колени, тем самым быстро обратив на себя внимание Виара, который очень любил подобные формальности.
- Справедливо сказано, - улыбнулся Бэйлор, жестом говоря рыцарю подняться. Тот быстро повиновался. – Не буду долго разглагольствовать, Май, у меня есть пару вопросов к тебе относительно вашего путешествия.
- Слушаюсь, милорд!
- Кто такой Сид Ди Вандервоук, которого Кольт привел с собою из мира Бершка? – спросил тот.
- Сид Ди Вандервоук? – удивленно спросил рыцарь, ожидав к себе любой вопрос, кроме этого. – Ну, на самом деле я даже не знаю, с чего начать, милорд… Наверное, никто. Это давний друг Кольта, с которым он познакомился еще очень давно, но по непонятным причинам перестал общаться, оборвав все связи на долгих три года и…
- Ближе к делу, гвардеец, - перебил его Бэйлор. – Я спрашиваю не о том, с кем он общается или кого знает. Я спрашиваю о том, что этот человек из себя представляет. Каковы его слабости, каковы пороки?
- Пороки? – удивился гвардеец. – Ну, я даже не знаю, сэр. Он обычный монах. Ничем не примечательный. Служитель церкви Мегаликана, одного из Старых Богов, такой веры больше не существует в Единстве и…
- Я спрашиваю о слабостях! – рявкнул Генерал, чуть было не встав со своего громадного ложе, но вовремя был остановлен Виаром, которому это все уже порядком осточертело.
- С-с-лабостях? – удивленно повторил рыцарь. – Ну-у… он Прокаженный, болеет Перелгеллой, ему нельзя прикасаться ни к чему живому, иначе сразу смерть, - он словил на себе убийственный взгляд элохима, делая машинальный шаг назад. – А-а еще он… б-боится огня! – вдруг вспомнил Май. – Чертовски боится.
- Огня? – удивился генерал. – Он что чудовище какое-то, раз огня боится?
- Да нет, вроде. Самый обычный монах. Может детская травма какая-то? - пожимая плечами, отвечал рыцарь. – О! А еще постоянно твердил, что больше не работает, мол, завязал. Не знаю, правда, кем он работал. Кольт в детали не опускался – сказал лишь, что о нечисти монах много знает, мол изучал ее в свое время. Впрочем, неудивительно, ведь верит он в Мегаликана, создателя знаменитых Истребителей Зла...
- Я не верю в эти сказки об Истребителях, - отчеканил Бэйор, взмахнув кулаком. - Не хватало еще великим Генералам Небесной Гварди жить в тени былин и сказаний, словно малые дети. Что еще ты знаешь?
- Ну-у-у… - Май замялся, отчаянно пытаясь придумать, что-то еще. Ведь от этого напрямую зависела его жизнь. А еще возможное продвижение по карьере. – Ну-у-у, - и тут рыцаря вдруг осенило. – А еще он вечно повторяет и повторял, что жизнь для него превыше всего. Кажется, именно поэтому он и забросил свою прежнюю работу, мол, слишком много опасностей в ней было, - последние слова рыцарь полностью выдумал. Ну как, не полностью, но частично, так как в точности не знал, почему монах придерживался подобной жизненной позиции.
Причин могло быть много.
– И именно поэтому он и решился помочь нам. В смысле, Кольту. Мол, чтобы сохранить жизни зараженных Дикими Касанием.
Бэйлор довольно хмыкнул.
- Жизни зараженных, говоришь, да?
Рыцарь отрывисто кивнул.
- Что ж, в таком случае есть у меня одна идейка, как ему отомстить за вчерашнее унижение.
- Только смотри, Бэйлор, не перегни палку, как вчера, - тотчас заявил Виар. – Чтобы ты там себе не придумал, благоразумнее будет оставить этого никчемного монаха в покое. Он вообще тут не причем, так… случайный участник событий. Он не стоит твоего внимания.
- Справедливо будет дать право мне решать, кто стоит моего внимания, а кто нет! Он унизил меня вчера при всех! – рявкнул в ответ генерал.
- То, что ты не знал об инциденте в мире Ахелон, не означает, что всех, кто ткнул тебя в это лицом – нужно сжечь дотла, Бэйлор. Здесь нет Благоразумия. Да и Справедливости тоже…
- Я сам решаю, что такое справедливость! – воскликнул Бэйлор, заставив бедного Мая на пару с Сифироном поскорее убраться восвояси. – И, как и завещает закон справедливости - я отомщу ему.
****************************************************************
- Сид, а как давно вы знакомы с учителем Кольтом? – с любопытством поинтересовалась Айла, пока их компания неспешно поднималась вверх по широкой улице, в сторону Академического Квартала.
- Мы-то? – Сид задумался. – Наверное, лет шесть где-то.
- Хах, так ты еще мелким был, когда это произошло! – рассмеялась Мира, хлопая монаха по плечу так, что тот аж присел.
- В-вообще-то я тогда уже был взрослым! Мне было тогда шестнадцать! - обижено отвечал монах, глотая ртом воздух. – Сейчас мне двадцать один.
- Фу, так ты уже старик, получается? – ехидно отвечала Мира.
- Обижаешь, Мира, - возмутился через плечо Кольт Ахталалат, идя впереди всех.
- Ха-ха, просите, учитель.
- И как же это произошло? – донесся где-то позади голос Ники. – Уж не обижайся, Сид, но мне кажется встретить одного из героев, сражавшихся когда-то с Диругией наряду с Великими Лле – обычному монаху не так уж просто, разве нет?
- Сид спас мою задницу, когда я путешествовал по окраинам Империи и случайно наткнулся на шиста, - отвечал вместо монаха старый чародей.
- Наш Сид? – удивленно спросила Фрея, с интересом посмотрев на монаха. – Вот так новость! А по нему не скажешь, что он способен на нечто подобное! Нужно быть с ним поосторожнее, - монахиня рассмеялась.
- Да как будто я лично оторвал голову тому шисту! - фыркнул Сид, словив на себе укоризненный взгляд Кольта, мол, хватит врать. – Да и давно это было! Еще до того, как я забросил свою работу, - парень потупился. – Ну, работу монахом, я имею в виду. Конечно же, ее, хе-хе…
- А почему бросил? – спросила Шэна, идя все это время рядом, но в отличии от других, большей частью помалкивая.
Это был фирменный стиль Бледной Ведьмы.
- Потому что… - Сид запнулся, понимая, что ответ на этот вопрос может быть весьма затруднительным. Особенно, в его нынешнем положении. – Потому что, устал. Если вкратце.
- Но разве твоя работа, ой, - Айла чуть было снова не уронила себя на землю. – Разве твоя работа не важна? Все-таки, если ты действительно знаешь столько о нечисти и о самом зле, что без труда смог определить недуг тех монстров… разве ты не смог помочь еще очень многим людям, если бы продолжил заниматься своим делом?
- Я-я, я больше не могу, - уклончиво отвечал Сид. – Не могу, ибо… - в черных глазах монаха застыл страх.
- Что ж, давайте отложим этот разговор на другой раз! – резко подал свой голос Кольт, останавливаясь. – Ибо, как вы можете видеть, мы уже прибыли, дамы и господа! Добро пожаловать в одну из самых невероятных боевых магических арен Единства! – сказал чародей, указывая пальцем куда-то вперед, и Сид увидел всего в нескольких квартах от них исполинское строение магической арены, чьи белые стены возвышались столь высоко, что казалось, доставали самого неба.
Мраморные колонны и каменные арки. Множество проходов и галерей – в центре же – гигантский центральный вход, украшенный статуями Великих Лле.
Например, таких знаменитых воинов-магов, как Орег Камайон Фриц, отец Ники, Обсидиановой Ведьмы. Или же Окен Балли Шеледель, повелитель так называемого «Мира Вечного Солнца».
Кроме всего, с возвышенности, где находилась сейчас их компания, превосходно можно было увидеть все те бесконечные толпы чародеев, что вперевалочку, или же, наоборот, спеша и торопясь, несли свои тела и головы в сторону боевой арены, дабы лично лицезреть сегодняшнее невероятное зрелище.
Стоял шум. Между домами бегали возбужденные крики.
Их компания неспешно двинулась вперед. Здесь же Сид в очередной раз заметил, что когда они шли по улице – то на них смотрел чуть ли не каждый встречный или прохожий, при чем выражение лица этого самого «прохожего» было сравнимо с тем, словно он видел перед собой не пятерых красавиц с монахом и чародеем, а скорее «Демонов Чистого Зла».
Однако, вот незадача. Каждый раз, когда Сид пытался поразмыслить над данным вопросом, его всегда отвлекали сопровождающие его девушки.
Их речи застревали у него в ушах, их смех, удивительно - не понять почему - но будоражил его сердце, которое, казалось… мертво? Их глаза вводили его в дурман, а запахи цветов и фруктов, мяты и даже печения, навевал странное спокойствие, клонящее его в сон…
«Нет! Нельзя спать!» - как гром среди ясного неба промелькнуло в голове у Сида, после чего монах понял, что уже давно находится в тени гигантских стен арены, стоя в очереди за билетами.
- Следующий! – заявил билетер. Оказывается, это была как раз их очередь. – Так… кем бу-де-те-е-е, - чародей, продававший билеты, завидев их компанию, вытянулся в лице, словно увидав своего воскресшего прадедушку. – П-прошу за бестактность, сударыни! Проследуйте за мной, у нас как раз отведены места для таких персон, как вы!
- Как быстро, однако, изменилось, выражение его лица, когда он поднял на нас взгляд, - заметил Сид, идя вместе с остальным по специальному коридору для «ВИП-персон». – Это ты так постарался, Кольт? – спросил он у старого чародея, услышав затем веселый смешок у себя за спиной.
- Нет, скорее уж мы, - отвечала идущая позади него Ника, потрепав при этом Сида по голове.
- Перелгелла!
- Не волнуйся, я не забыла, - улыбнулась девушка, а затем их компания неожиданно вышла к большому зрительскому ложе, открывая монаху вид на сотни тысяч зрительских мест, громадный стадион, по обе стороны которого высились громадные решетчатые ворота, ну и конечно же, толпы магов, что свистели, смеялись, кричали, веселились и всячески предвкушали будущее события.
Прямо с противоположной стороны их мест виднелось еще одно ложе, где засели Генералы Небесной Гвардии. Впрочем, арена была такой громадной, что отсюда можно было разглядеть лишь невнятные очертания двух элохимов, несмотря на их нечеловеческие размеры.
По правде говоря, шум стоял такой, что у Сида аж закладывало уши.
Невероятное зрелище.
Кольт сел на одно из широких кресел слева от края террасы. Сид уселся рядом, а ведьмы устроились вокруг.
Проводивший их маг раскланялся и быстро ушел восвояси, а затем, не прошло и полмгновения, как в центр арены вышел, а точнее – материализовался прямо из воздуха - Сифирон Агникай Дорос, призывая кипящую, словно в котелке толпу, к спокойствию.
- Дамы и господа! Рад приветствовать вас всех сегодня на столь знаменательном событии! Вы, конечно же, меня все знаете… Мое имя Сифирон Агникай Дарос! Великий чародей и директор лучшей Академии магии и волшебства всея Империи Эль!
Толпы зрителей разразилась аплодисментами.
- Выскочка, - одновременно буркнули Сид с Кольтом.
- Ни капельки не изменился с тех пор, - закатил глаза монах.
- Разве только жирным стал, как боров, - поддержал Кольт.
- Сегодня, в честь столетия нашей великой Академии Каармин пройдет один из самых масштабных и невероятных турниров последних десятилетий, в котором примут участие самые разные волшебники и маги со всех возможных миров!
- Да!! Ура!!! – отвечала толпа.
- Призом же у него будет не только честь и слава! – продолжал Сифирон. – Но и возможность прикоснуться к чему-то невообразимому! В этот раз в качестве награды победитель турнира сможет стать учеником одной из самых могущественных чародеек нашего времени – Шэны Дайго Кастулы! Дочери самого Керевона Дайго Кастулы, нынешнего главы Круглого Престола! – директор указал на ложе с Ведьмами, и толпа снова разразилась аплодисментами.
Впрочем, присутствующие, скорее всего, хлопали в честь Императора Керевона, нежели его дочери.
По инерции, так сказать.
- Дочери кого? – недоуменно вторил Сид, оборачиваясь к Шэне, которая сделала вид, что не расслышала его.
– Кроме того, в качестве особых гостей, я хотел, дабы вы, дамы и господа, поприветствовали: Фрею Вирики Бронэ, одного из главных епископов Единой Веры Империи Эль, что почтила нас своим присутствием!
Вновь аплодисменты.
Вновь ошарашенный взгляд Сида.
- Николь Ортег Камайон, а также Миру Хью Акутагаву – известнейших охотниц за магией всего Единства!
- Эй, чего я еще не знаю? – возмущенно испросил Сид.
- Много чего, - ответила ему Фрея, наклоняясь к монаху, и прошептав ему на ухо. – Впрочем, как и мы о тебе.
Монах покраснел, как рак.
- А также совершенно неожиданного, но тем не менее, не менее важного гостя сегодняшнего дня – Айлу Кромоунд Ги, известейшую торговку смертью на десятки и сотни Империских Миров!
- Ой, а вот этого ты не должен был слышать, Сид, - раздосадовано произнесла Айла.
- Кольт! Во что ты меня втянул?! – вторил монах, вознамерившись выдать чародею весь спектр бранных слов, которыми владел, но его речь, к сожалению, или к счастью, утонула в серенаде музыкальных инструментов, что известили о начале турнира, - а затем и в гомоне толпы, которая наконец-то дождалась первого этапа турнира.
Первым этапом был групповой этап драки всех на всех, в котором приняли участие больше двух сотен чародеев. Магия летела во все стороны, словно из рога изобилия: от молний и огненных шаров, которые, впрочем, Сид пытался всячески игнорировать, до потоков ветра и ледяных глыб прямо из воздуха.
Шум стоял настоящей стеной, охватывая людские умы и вводя в ступор даже самых благоразумных мира сего. Воля толпы не оставляла равнодушным никого – все улюлюкали, завывали, пускались в бурные аплодисменты даже, если ничего сверхъестественного и не происходило.
Чародеи не жалели ни себя, ни своих противников. Самая разнообразная и невероятная магия была пущена в ход: от настоящих землетрясений, до призыва волшебных существ, ледяных дождей и разрядов безумных молний.
Удивительно даже, как все это не задевало все те тысячи зрителей, что с вожделением наблюдали за всем происходящим. Впрочем, дело наверняка в невероятной силе магического барьера, что накрывал арену прозрачным куполом, впитывая в себя любые чары, что так или иначе летели в сторону зрительских трибун.
Он был настолько мощным, что его вряд ли бы смогли разбить даже его создатели – высший совет профессоров Академии Каармин, а также лучшие боевые чародеи города, служащие в Небесной Гвардии.
Поистине чудное творение. Высшие пилотаж магии.
Впрочем, рано или поздно все хорошее заканчивается.
Очень скоро бурные всплески магических потоков утихли, и первый, групповой этап турнира закончился, а перед вторым этапом боев один на один и специальных показательных боев, был небольшой перерыв, в течении которого толпа приутихла, а всеобщее ликование сменилось сытым удовлетворением.
Тогда же Кольт почувствовал, как на его плечо легла чья-то рука.
Маг развернулся с разодранной до самих ушей улыбкой, и увидел перед собой Сида, который указал большим пальцем себе за спину.
- Нужно поговорить, - процедил монах.
- С кем это? – как дурак вторил маг.
- С твоим лицом! – как не в себя выпалил монах.
- А! Иду-иду! Только не надо рукоприкладства! Мы сейчас будем, девочки, не скучайте тут без нас!
- Если понадобиться помощь, Сид, зови нас! – весело бросила ему вдогонку Мира.
- Эй! Вы это за кого? За своего учителя или же за какого-то непонятного монаха? – возмутился маг.
- За Сида! – хором ответили ему, после чего старые друзья исчезли в лабиринте каменных коридоров.
Они прошли вглубь этих лабиринтов, петляя некоторое время среди камня, мрамора из железа, из которого была сделана арена. А затем встали у одного из арочных окон, после чего Сид сказал.
- Итак, Кольт, не хочешь ли немного объясниться?
- Ты о чем? – продолжал играть дурака волшебник.
- Почему ты мне не рассказывал, что эти твои ученицы – дочери самих Великих Лле, а?! – залпом выпалил монах, как из пушки. – Чертовых Великих Лле! Небожителей, правящий Империей Эль! С каких-таких пор ты вообще этим занимаешься?
- Ну-у, занимаюсь я этим уже порядком давно, - уклончиво заметил маг. – Ну а не говорил тебе, потому что посчитал это не такой уж и нужной информацией, - пожал плечами маг. – Да ведь так и есть, тебе же вообще нет разницы, кто они, разве нет? Ты ведь не судишь людей по титулам или происхождению, я же тебя прекрасно знаю, да и…
- Во что ты пытаешься меня втянуть, Кольт? - резко спросил Сид, блеснув черным, как угли, глазами, заставив мага в ужасе замолчать.
А вот на этот вопрос ему пока что не следует отвечать.
Ибо.
Маг не может сказать правды. Не может сказать правды о том, почему на самом деле притащил Сида в Каармин.
Почему придумал предлог в виде Дикого Касания, о природе которого подозревал и сам еще с самого начала, но боялся предполагать.
Почему так отчаянно пытался свести монаха с Ведьмами…
И почему ему было так важно, чтобы Сид прибыл в Каармин, куда прибыли и Генералы Небесной Гвардии.
- Тебе нужна моя сила, Кольт? – как гром среди ясного неба прозвучал следующий вопрос.
Маг в отчаянии залип на месте.
События приобретают крайне резкий оборот.
Крайне резкий и непредсказуемый оборот! Это нехорошо.
- Но я же тебе говорил, что отошел от дел! – возмутился монах, наверное, в первые за все это время, будучи действительно злым.
- Нет, Сид, постой, я знаю это, знаю, что ты отошел от дел, я ни в коем случае!.. – попытался успокоить друга чародей.
- И ты знаешь почему, Кольт! Ты знаешь почему! – продолжал Сид. Его черный взгляд налился еще большей злобой. – Ибо ты видел все своими собственными глазами! – монах схватил мага за синюю мантию. – Ты видел огонь! Ты видел огонь и смерть, Кольт!! – надрывающимся голосом воскликнул монах. – А поэтому!..
- Хэй-хэй! Кольт! Давно не виделись, дружище! – внезапно раздался за их спинами чей-то неприятный голосок, оба друга развернулись и увидели перед собой Сифирона Агникая, улыбающегося во все зубы.
Сид быстро отпустил мантию Кольта, делая шаг назад.
Старый Чародей мерзко скривился.
- Сифирон! Рад… рад ведь? Рад нашей встречи! Действительно, давно, хотя живем то мы в одном городе… и в одном районе… и на одной и той же улице…
- Ха-ха, да-да, с тех самых пор, как тебя уволили с поста директора данной Академии и поставили на это место меня, мы практически не общались, - продолжал тянуть свою шарманку Сифирон, подходя к чародею, и приобняв его за плечи. – Однако, знаешь, что? Сегодня великий день! Только взгляни на всех этих чародеев! На всех этих зрителей, Кольт! Академия никогда прежне не была настолько популярной, как при мне!
- Да, раньше, это было престижное учебное заведение, а не цирк для увесиления публики… - согласился Кольт, снимая руку Сифирона со своего плеча, но тот быстро вернул его обратно, потащив мага вдоль арочных окон, и продолжая заговаривать зубы.
- Что? Престижное? Брось, Кольт! Академия при твоем руководстве была обречена! Старая школа уже не в моде! Даешь дорогу молодому поколению!
- Что? Хочешь передать бразды правления Шэне? – ехидно подметил старый чародей.
- Что? Нет-нет! Она еще слишком юна. Слишком недальновидна, да и… - маг еле удержался от того, чтобы не сказать «что Ведьмам все равно скоро настанет конец, а поэтому в этом просто нет смысла». – Но я вообще-то не об этом хотел поговорить. По правде говоря, я пришел, дабы предложить забыть старые обиды, и жить в мире и согласии, начиная с этого дня, дружище Кольт! Что скажешь?
- Скажу, что мне нужно вернутся к своему настоящему другу, Сифирон, давай как-нибудь в другой раз поговорим об этом, - отрезал Кольт, резко останавливаясь, дабы позвать Сида, однако того уже давно не было рядом.
- М? О каком-таком друге ты говоришь, Кольт? Здесь никого нет, - удивился Сифирон.
- И без тебя вижу, - отвечал маг. – Значит, пойду его искать.
«Бам!» - прозвучал гонг, оповещающий о начале второго этапа турнира.
- О-па, и мне пора уже идти, Кольт. Что ж, увидимся! – сказал маг, быстро удалившись восвояси, оставив старого чародея наедине с собой.
****************************************************************
Сид быстро шагал по бесконечным каменным лабиринтам, направляясь к выходу из арены. Он был зол, но в тоже время расстроен, так как, кажется, перегнул немного палку.
Может быть Кольт и не задумывал ничего, и пригласил монаха лишь из-за Дикого Касания и не более. Однако почему он молчал? Да и вообще, почему никогда ему не рассказывал о том, что у него есть ученицы?! Да непросто ученицы, а самые настоящие отпрыски Великих Лле!
Монах покачал головой, останавливаясь у одной из широких каменных колон, подпирающих потолок.
«Грядет буря…» - сказал он сам себе, глядя на свои белые перчатки с замком.
- Хэй, Прокаженный! – внезапно раздался слева от него знакомый голосок.
Монах резко поднял голову и узнал перед собою Мартина Каргараса, мага, который вчера гонялся за ним по всей Академии, пытаясь придушитью
И если бы не Шэна с ее подругами – то наверняка бы придушил.
Монах в панике сделал быстрый шаг назад.
- Врешь, не уйдешь на этот раз! – рявкнул чародей.
Сид резко бросился на утек, однако тотчас налетел на прихлебателей Мартина, которые навалились на него всей толпой.
- Прошу! Пощадите! – взмолился монах. – Кольт! Помоги! – однако монаху быстро напялили мешок на голову, скрутили и потащили в неизвестном направлении.
Монах извивался, как уж. Крутился и пинался, пытаясь высвободиться.
Но безрезультатно.
После парень почувствовал, как его левое запястье чем-то сдавили. Чем-то железным, похожим на браслет или же наручник, из-за чего Сид вскрикнул, почувствовав сильную боль.
Еще некоторое время его продолжали тащить в неизвестном направлении. После же бросили в какое-то помещение, содрав с головы мешок, и монах наконец смог вздохнуть с полной грудью.
Он оказался в нечто на вроде большого зала, с одной стороны которого были громадные решетчатые ворота – а с другой – Мартин и его прихлебатели.
Затем решетчатые ворота начали медленно открываться, и Сид услышал гомон веселящейся толпы.
- О нет… - тихо прошептал монах.
- Вперед, покажи на что способен, бывший служитель Церкви Великого Мегаликана! – злобно заявил Мартин вышвыривая монаха под свет яркого дневного солнца и под взгляды десятков тысяч человек.
- Нет! Стойте! – в отчаянии воскликнул Сид, попытавшись броситься назад, но его оттолкнули магией, а затем – решетчатые ворота быстро закрылись.
Сид остался один на громадной магической арене.
Покуда вокруг него гремела сотнями голосов толпа.
Толпа, жаждущая хлеба и зрелищ.
Сид воздел голову к небу. По его спине пробежали мурашки.
Сердце бешено заколотилось.
А черный взгляд впервые за все это время налился ужасом.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге