Сказанье Миромира: Истребители Зла Часть 3
Глава 1: Магическая Столица Империи
И тогда Извечный Мегаликан, Бог Баланса, создал знаменитых Истребителей Зла, призванных сразить Демонов, вырвавшихся из тела Бога Зла Садаола, дабы принести в Единство покой и победу добра.
А назывались эти древние воины так.
Война, Чума, Голод и, конечно же, Смерть.
Четыре основных понятия жизни, и четыре «Основных Пути Борьбы со Злом» - вышли они из-под божественной руки и низринули свою силу на Демонов Чистого Зла, сражаясь с ними по всему Единству.
Война длилась целыми тысячелетиями. И силы добра превозмогали над силами зла.
Однако, когда Истребители уничтожили очередную часть тела Садаола, демона Мрака по имени Кашаль, битва забрала у них настолько много сил, что древние воины чуть было не погибли вместе с демоном. Силы их угасали с течением вечного времени. Старость, хотя и не отражались на них столь сильно, как на обычных людях, все равно брала свое.
И тогда Истребителем Смерть по имени Ош было принято решение передать силы, дарованные им Мегаликаном, новому поколению воинов, которые смогли бы продолжать борьбу, в то время как они наконец-то уйдут в небытие.
Так появились «школы Истребителей Зла», в которых набирали учеников по желанию из всех живых и неживых существ Единства, лишь бы данный человек, гном эльф или зверь всецело и до конца времен готов был нести свою службу и защищать Единство от Зла, истребляя демонов.
Желающих было много, однако суровые требования и тренировки могли пройти далеко не все. Равно как и не все были готовы заплатить цену за ту силу, которой они будут обладать в будущем.
Так, например, последователи школы Голода, если становились на данный путь Истребления Зла, были обречены до конца своей почти что бессмертной жизни жить с неутолимым вожделением. И не только к пище, как кто мог бы подумать.
Больше всего последователи голода хотели пожирать людские души, что было запрещено и каралось смертью.
«Последователи школы Войны», становясь на данный путь, обретали могущество ввергать целые армии зла в пучины ада, но взамен никогда не знали покой. Их тело вечно стремилось пожрать само себя, а разум испытывал вечную тягу к убийству, гневу, ненависти и злобе.
Тех, кто обращался в школу Чумы, тоже ждала нелегкая участь. И несмотря на то, что эти воины обретали возможность исцелять любые раны, чуть ли не воскрешая мертвых с того света, свою собственную боль утолить они никак не могли. И жили с этой болью, не утихающей, неугасающей ни на мгновение, до конца своей службы.
Впрочем.
Все эти и другие жертвы, на которые шли Истребители Зла школ Голода, Войны и Чумы, были абсолютным пустяком по сравнению с тем, что ждало тех, кто решался встать на путь самых сильных и самых великих Истребителей Зла во всем Единстве.
По сравнению с жертвой, на которую шли Смерти (голод, который кое-как, но можно было притупить порой даже обычной едой; гневом войны, который утолялся в битвах и сражениях; а также чуме, чьи муки всегда могли бы излечить клирики или же жрецы) - все эти жертвы были далеко не так страшны.
По сравнению с ними, жертва Смерти была невыносимой.
Ибо Смерти отдавали буквально все. Ибо, чтобы стать Смертью, тебе нужно было умереть.
Источником жизни живого существа, а для магов – источником магии – была душа. Смерти отдавали душу. А значит, те, кто ставал на путь Смерти, лишались всего, чего только можно было себе представить.
Они лишались контроля над своими эмоциями, бросаясь из крайности в крайность, из страха во гнев, из гнева в печаль. Они забывали, что такое вкус пищи, и мягкий, нежный свет солнца, который больше не согревал их тела. Они забывали, что такое горе, и забывали, что такое счастье, обрекаясь на вечное заточение в своем теле, превращая все, к чему прикасались – в пыль и прах.
Они - медленно умирали, становясь подобием тех, с кем сражались – бездушными демонами.
Однако, взамен, конечно, приобретали силу, способную убивать зло. Говорят, что именно Смерти убили большую часть Демонов Чистого Зла в свое время, если, конечно, легенды об их существовании вообще хоть когда-то имели под собою какое-то основание.
Но вы, наверное, спросите: если другие истребители могли облегчить свои страдание и нелегкую участь, то разве Смерти не могли проделать тоже самое?
Конечно, могли.
Согласно сказаниям древних летописцев, им могла помочь любовь. Что, по своей сути, уже было невозможно. Ибо из покон веков, еще до эры Истребителей и Демонов – все знают и знали, что смерть невозможно полюбить.
Все ее ненавидели.
Ведь она – сама смерть.
А то, что ненавидишь, полюбить никак нельзя.
Шэна закрыла книгу и неспешно отложила ее в сторону, переваривая прочитанное.
«Ненавидят смерть, да? – подумала она. – Какая глупость, смысл ненавидеть то, чего не избежать никому из нас раньше или позже? - девушка вздохнула. – К тому же, кажется, рассказчик полностью забыл о том, что в будущем волне могут появится люди, которые вместо того, чтобы бездумно ненавидеть Смерть за то, кем она является, могут просто перестать ее боятся, - Шэна весело улыбнулась. – Например, Цветные Ведьмы…»
*******************************************************************
Сид бултыхался в своей маленькой каюте каждый раз, когда их корабль налетал на волну, ударясь головой и спинку своей кровати, которая пахла еловыми шишками и соломой. Каждый раз, когда волна ударяла о борт их корабля, колокольчики на его белых перчатках чуть слышно позванивали.
«Дзынь. Дзынь».
Монах не спал всю ночь. И не только потому, что ему нельзя было спасть, но и потому что думал над тем, откуда могла появится черная кровь, поражающая тела тех, кто, как рассказал ему Кольт, были прозваны в Империи «дикими» из-за своего звериного поведения.
- Черная кровь… - сказал сам себе монах, глядя в иллюминатор, через который в его каюту пробивалось яркое утреннее солнце. – Черная Кровь числиться в списках самого ужасного из возможных зол. Седьмое место в списках Оша. Впрочем, Кольт говорит, что она была обнаружена не у всех зараженных, что значит… а черт знает, что это значит, - монаху надоело биться головой о спинку кровати, и он тяжело встал на ноги. – Чтобы там ни было, я в любом случае согласился лишь осмотреть больных, и все. Помогать им спасть их я не обязан. Таков был уговор.
В дверь его каюты кто-то внезапно постучал.
- В-войдите! – отрывисто отвечал Сид, увидев, как в проходе встал Май, один из подчиненных Сэра Говарда Лонгха Анэ, рядовой воин Небесной Гвардии, арелим[1].
- О! Сид, ты, вижу, уже проснулся, не так ли? – добродушно улыбнулся ему рыцарь.
«В жизни не видел более притворной улыбки, чем эта», - подумал про себя Сид, а вслух сказал:
- Да-да, уже проснулся. Что-то случилось?
- Тебя зовет господин Кольт и господин Говард. Мы скоро прибудем в Каармин.
- Передай им, что я сейчас буду, - отвечал Сид, рыцарь кивнул и тотчас ушел восвояси, оставив Сида одного, наедине с собой.
Затем Сид встал, подошел к небольшому зеркальцу, что было у него в каюте, умылся холодной водой из ведерка, затем достал из буфета бутылку вина, и откупорив крышку и сделав несколько больших глотков, вышел из каюты, направившись в сторону главной палубы, откуда уже сейчас можно было услышать десятки оживленных голосов.
Когда монах вышел из камбуза, то в глаза ему тотчас ударило беспощадное солнце, которое как будто специально в этот день было настолько ярким, что Сид буквально слеп.
Затем, когда парень немного привык к обстановке, он наконец понял, из-за чего же народ вокруг него был настолько оживлен.
- Вот же могилы… - протянул Сид, оглядываясь по сторонам и видя, что помимо них, в море находились еще десятки, а то сотни всевозможных кораблей.
Они рассекали синие волны подобно белым птицам, устремляясь вперед и вверх, к порту исполинского серого города, что нависал над всем вокруг, словно громадная каменная крыша. Его стены были выше гор, его башни протыкали небо, устремляясь вверх словно зубья невидимого древнего существа. Его жизнь - кипела и бурлила словно сладкое вино в прозрачном стеклянном бокале.
- Что, нравится? – хихикнул Кольт, вставая рядом с монахом.
- Ну, что не отнять от вашей клятой Империи – так это чувство стиля, - нехотя согласился монах.
- Хах, вообще-то Каармин тоже был завоеван, - давя душещипательную лыбу, отвечал чародей. – Сама Академия и город были выстроены задолго до Империи Эль, и были частью одного из трех государств этого мира. Ну, государств, которые существовали до завоевания.
- Понимаю, - медленно отвечал монах, все еще не в силах оторвать взгляда от этих бесконечных, ступенчатых рядов высоких башен, от мостов, что вели к центру города, к так называемому Академическому Кварталу. От всего того величия, что источал город и буквально каждое его здание.
Вишенкой на торте служили горы, что возвышались вокруг Каармина с северо-востока. Она напоминали Сиду чью-то древнюю, похороненную под толщей камня и песка руку какого-нибудь божества.
- Хотя Эгалас[2] все же нравится мне больше, - улыбаясь, отвечал Сид.
- Хах, ну не сравнивай город одного из центральных миров Империи с этим, - пожал плечами маг.
- Ты был в Эгаласе, Сид? – удивился Сэр Говард, присоединясь к их компании.
- Когда-то давно… - сказал монах, мечтательно вспоминая те времена. – Даже слишком давно.
- Вот так неожиданность, - отвечал рыцарь. – Я-то думал, парень, что ты обыкновенный затворник, да еще и… - гвардеец принюхался, увидев в руке монаха открытую бутылку вина. – Да еще и простой пьяница. Так дай это сюда!
- Нет! Стой, что ты делаешь?! – воскликнул Сид, с ужасом в глазах наблюдая за тем, как его бутылка полетела за борт и исчезла в морских пучинах. – Вот же могилы!
- С тебя хватит, парень. Только ведь вчера на человека стал походить, - фыркнул гвардеец.
- Если ты сейчас же не вернешь ее, я тебе вторую руку сломаю! – пригрозил монах.
- Да? Хах, попробуй, щенок, - залихватски оскалился рыцарь. – Да я тебя и одними ногами скручу!
- Так, все хватит вам обоим, - примирительно заявил Кольт, вставая между новоиспеченными товарищами. – Будете морды друг другу бить позже. Сейчас у нас другая задача, - маг ткнул пальцем в каменную башенную крышу, что нависла над городом. – Мы с тобой, Сид, отправимся в Академию, а Говард пока пойдет к себе в штаб-квартиру, вылечит руку и заодно напишет рапорт о нашей поездке, - маг скривился. – Гляди же не напиши ничего лишнего, друг мой.
- Не волнуйтесь, господин Кольт, у меня все схвачено.
- Погодите-погодите, в Академию? – удивился Сид. – Зачем? Разве больные в Академии, это же абсурд, Кольт! Я не верю, что вы держите их в центре всех происходящих событий.
- И верно думаешь, - усмехнулся маг. – Мы отправимся в Академию, потому что сейчас там находится человек, без которого нам к больным не попасть. Нам нужна Бледная Ведьма из замка Ларэты, чтобы попасть туда.
- Что? Одна из тех самых Цветных Ведьм?! – воскликнул монах, привлекая к ним внимание чуть ли не всей палубы, после чего нехотя перешел на шепот. – Ты никогда не говорил мне, что якшаешься с Ведьмами Кольт.
- А ты никогда не говорил мне, что девственник, - отчеканил чародей, нанеся удар, что называется, ниже пояса. – Но я-то за это тебя не виню.
- В-вобще-то это совершенно несравнимые вещи! – обескуражено заметил монах. – Все знают, что Цветные Ведьм – само зло воплоти. Ты что хочешь, чтобы меня съели заживо?
- Брось, Сид, не ты ли всегда говорил мне не судить книгу по обложке? – отвечал чародей. – Или как там учение Мегаликана гласит? Не суди людей по их словам, а по их поступкам… уже не помню…
- По стремлению, Кольт, по стремлению, - исправил монах.
- Да именно, по нему, - кивнул чародей. – В общем не ссы, как говорится, и держи хвост пистолетом. Да ничего она тебе не сделает, ведь рядом буду я, - маг улыбнулся, посмотрев на Говарда, который стоял за спиной Сида, недвусмысленно посмотрев на него.
- Д-да! – наконец поняв, что от него хотят, поддакнул Говард Лонгха. – Все пучком, парень, госпожа Керевон не такая страшная, как ее все описывают…
«Вот дурак…» - закатил глаза Кольт.
- Госпожа кто? – тотчас переспросил монах, резко разворачиваясь к гвардейцу. – Черт подери Кольт, во что ты меня втянул, а?!
- Ой, уже приехали! Как быстро время летит… - отвечал маг, делая вид, что совершенно не понимает, что происходит.
Впрочем, это действительно было так. В смысле, что они давно уже заплыли в бухту и через какое-то время уже будут причаливать. С высоты корабельной палубы было видно, как много народу нынче толпилось по узким улочкам Квартала Фонарей. О вчерашней вспышке «Дикого Касания» никто даже не вспоминал. Все суетились, куда-то шли, бежали, что-то несли.
Все готовились к турниру, который пройдет уже завтра, и на который соберутся десятки тысяч человек.
Вскоре на каменный причал был спущен деревянный мост, и их небольшой отряд начал неспешно сходить с палубы на твердую землю.
«Ну и махина… - подумал про себя Кольт Ахталалат, пока они спускались с палубы, наблюдая рядом с причалом, где они отдали якорь, громадный корабль Небесной Гвардии, на котором, судя по всему, и прибыл тот самый генерал, о котором два дня назад сообщил ему Сэмю. – Нужно быть осторожнее».
Вот они уже стояли на твердой земле. Никто не стал дожидаться, пока с корабля спустят экипаж и прочие походные пожитки.
Кольт взял напрокат нескольких лошадей у ближайшего к ним торговца и на том их пути разделились.
Говард Лонгха, на пару со своими самыми близкими подчиненными – Маем и Боуком, отправилсь в местную штаб-квартиру Небесной Гвардии, а Кольт с Сидом – миновав Центральный Квартал и громадную статую Великим Лле - отправились прямо по центральной улице в Академию, что наваливалась на них своей непомерной тенью, заслоняя своим ликом практически все небо.
Вскоре дорога начала потихоньку выравниваться. Башни в округе стали еще выше, а затем, между высокими жилыми домами, внезапно показалась большая белая оборонительная стена, бравшая Академию в своеобразное кольцо, а также гигантский лик главных ворот, в которых толпились десятки, а то и сотни магов различных мастей и рангов, чинов и профессий.
Их были целые армии, Сид даже удивился, так как очень давно не видел такое количество чародеев в одном месте.
Последний раз это было три года… а в общем, не важно.
Они с Кольтом встали в громадную очередь, что образовалась у ворот, так как Академеческий Квартал сам по себе считался маленьким городом внутри города, досматривали здесь каждую повозку и прохожего, даже если ты был обыкновенным «туристом».
- Не парься, Сид, - похлопал чародей монаха по плечу, видя, что тот нервничает, потирая свои белые перчатки. – Неважно, что ты Прокаженный. Они впустят нас, как только увидят мою рожу, вот увидишь.
- Хотелось бы верить, - скривился парень, но благо, чародей в кое-то веки не соврал.
Их действительно легко пропустили, пуская в городок, что был предтечей главному корпусу Академии Каармин, который возвышался в конце дороги исполинским круглым строением, похожим на храм какому-то древнему божеству.
По всему фасаду толстые колоны, в центре же в виде крыши большой прозрачный зеленый купол.
- Нам туда, - улыбнулся маг.
- Да, я уже понял, Кольт, - скривился монах, молча поведя свою лошадь следом за чародеем.
Вскоре они уже стояли у входа в главный зал, спешившись и смотря на большие дубовые двойные двери, как на лик святого воплоти. К последнему вели несколько ступеней, на которых сидели многочисленные студенты.
Вот Сид с Кольтом уже находятся под большим зеленым стеклянным куполом.
Внутри центральный холл выглядел еще больше, чем снаружи. Повсюду винтовые лестницы, десятки различных коридоров и проходов. Пол устелен коричневым мрамором.
- Вот это махина, - ошарашено проговорил Сид, глядя на исполинский главный зал.
- Ага.Так, ты пока подожди меня здесь, дружище, я зайду возьму кое-что из своего старого кабинета, а потом уж пойдем к Ведьме, чтобы она отвела нас к больным.
- Как благородно с ее стороны, - отвечал Сид, наконец оторвавшись от разглядывания гигантских колонн.
- Стой здесь и не вляпайся в какие-то неприятности. Ты меня понял?
- Да понял-понял я, отстань, - отрезал Сид. – Иди давай уже, чем скорее мы это закончим, тем быстрее я вернусь домой.
- Удивительно только, что у тебя все еще есть желание возвращаться в ту дырень, - покачала головой Кольт.
- Ты что-то сказал?
- Нет-нет, ничего, я сейчас буду, - отвечал чародей, исчезнув в одном из бесконечных коридоров, ведущих непонятно куда.
Сид остался наедине с собой, и только сейчас заметил, что собирает на себе многочисленные людские взгляды. Ничего удивительного, впрочем. Не часто можно было встретить монаха в месте, где полным-полно чародеев. Обычно, две эти касты людей существовали отдельно друг от друга.
Однако, главное, конечно же, было не то. Главной причиной были перчатки с серебряными замками на его руках. Серебро – знак «Прокаженного» - человека, отравленного неизлечимой болезнью, которую невозможно преодолеть ни лекарствами, ни магией. Прокаженных-то и в обычном обществе считали изгоями и проклятыми, а что уж говорить о тех, кто, благодаря невероятной силе своей души, мог менять реальность по своему усмотрению.
- Эй! Что это ты здесь делаешь, а? – рявкнули где-то позади него, и Сид с ужасом в глазах развернул голову.
К нему из толпы чародеев вышло трое. Трое магов, одетых в сине-зеленые мантии. Один из них был худ, второй толст, и третий - тот, что шел по центру и имел ужасное смазливое лицо, словно у какого-нибудь аристократа - длинные светлые волосы, и презрительный взгляд.
«Вот черт, - подумал монах. – А Кольт ведь просил не влезать в неприятности! Нужно было подождать его снаружи!»
Сид сделал машинальный шаг назад.
- Эй! А ну стоять, кому я сказал, чертово отродье! – рявкнул маг-смазливое лицо.
- Прошу прощения, но мне срочно нужно в уборную! – отвечал монах, и хотел уже было дать стрекоча, но тут позади него появилось еще двое магов в зелено-синих мантиях, и парень оказался в ловушке.
- Какого хера у нас в Академии делает этот урод?! – рявкнул светловолосый маг, хватая Сида за волосы.
- Арг! Черт!
- Стой-стой, Мартин! Чего-то ты его так хватаешь, без задних мыслей? – поспешно заявил тощий. – А вдруг еще что-то подцепишь? Эборит или же Перелгеллу! Сам ведь видишь, что у него перчатки!
- Ха! К таким главное не прикасаться голыми руками! – зло оскалился Мартин, опуская Сида лицом в мраморный пол. – Я еще раз спрашиваю, отродье, какого хера ты здесь делаешь, а?!
Сид стиснул зубы, но так ничего и не ответил.
- Молчишь, порождение мрака? Ну ничего, сейчас мы быстро заставим тебя говорить, - гневно заявили ему, отпуская волосы, после чего впечатали сапогом точно под дых.
Монаха начали бить со всех сторон, не жалея сил. Его били так, что перед его глазами взлетали звезды. Так - что парню казалось, будто он слышит хруст собственных костей.
- Как тебе такое, тварь?! А?! Что больше не хочешь заявляться со своей проклятой душой в нашу обитель?! Как тебя вообще пустили за эти стены?!
- Нет… нет…
- Что ты там, вякнул, смерд? – рявкнул Мартин, силком переворачивая Сида на спину, увидев окровавленное, избитое и почти что заплаканное лицо.
- Что? Да ты еще и плакса в придачу?! – рассмеялся чародей. – Прокаженный и плакса! Вот умора! Вставай, монах! Вставай и дерись за свою жалкую, прогнившую жизнь!
- Не-ет… только не снова… - Сид попытался выбраться из цепких лап чародеев, но все без толку, их было больше. – НЕТ!!!!! – внезапно закричал он не своим голосом, заставив Мартина, его прихлебателей и большую часть толпы в зале, на некоторое время замереть на месте. – Нет, нет, нет… - прохрипел он и, на четвереньках, принялся отползать в сторону.
- Эй! А-ну за ним! Хочет убежать! – рявкнул Мартин.
- Жизнь превыше всего! Я не могу… не могу, - запричитал он, а затем резко подскочил на ноги, не дав снова повалить себя на землю, и что было силы рванулся в сторону одного из коридоров.
- Быстрее за ним, говорю!
Монах бежал, словно загнанный зверь.
Он спотыкался, падал, подымался снова, но продолжал бежать по коридору, минуя десятки чародеев, собирая на себе еще больше удивленных взглядов, и изумленных возгласов.
Он мчался словно ветер, ища место, где можно было бы спрятаться. Он сумел немного оторваться от своих преследователей, и сейчас ему просто нужно было бы где-то переждать бурю. Просто переждать и все! Все будет кончено!
Монах выбежал в какой-то пустой коридор, где по какой-то причине не было ни одной живой души. Лишь множество различных дверей, ведущих, кажется, в какие-то подсобные помещения, одно из которых было под номером «666».
Недолго думая, и слыша голоса приближающихся чародеев, монах рванулся туда.
Благо, дверь была не заперта, и Сид попал в нечто вроде большого прямоугольного кабинета, где было так много книг, что он больше походил на библиотечную секцию, нежели на место, где проверяли журналы, и ставили важные печати.
Несколько роскошных кресел и большой письменный стол, слева – череда стрельчатых окон, в которых проникал яркий свет солнца.
«Черт, да здесь же нигде не спрячешься! – раздосадовано взвыл монах, уже слыша, как в коридоре за дверью переговариваются его преследователи. – Куда же? Куда же спрятаться? – он панично принялся оглядываться по сторонам. – Точно же! Если это кабинет, то эти окна вполне могут выходить на балкон. Я смогу спрятаться там, и, если что, перелезть на другой этаж!» - решил он, и рванулся к окну, за долю секунды оказавшись возле окна, и действительно, там был балкон!
Сид открыл ставни, и метнулся наружу, закрывая их как раз в тот момент, когда чародеи-преследователи решили проверить дверь, ведущую в кабинет с номером «666».
Монах затаил дыхание, прижавшись к стене и слушая голоса по ту сторону.
- Черт! Кажется, он побежал дальше! – раздался разгневанный голос Мартина. – Ничего! Он не мог далеко убежать в таком состоянии! Идем! Мы обязаны найти этого урода! Брат похвалит меня! Он ненавидит Прокаженных!
Дверь захлопнулась, и Сид облегченно выдохнул, тяжело опускаясь на теплый камень балкона.
Или же…
Монах также резко поднялся, вдруг поняв, что это был совершенно не балкон, хотя изначально он выглядел именно так!
Сид с удивлением понял, что на самом деле стоял на небольшой веранде, что была частью большого внутреннего двора, с садом, пешеходными дорожками и где-то вдалеке, по ту сторону громадной травянистой лужайки, крохотной каменной беседкой с красивыми колонами.
- М-магия п-пространства… - с удивлением произнес монах, оглядываясь по сторонам. – Видимо все это время за этим окном был тайный проход в сад, - решил он, и словно ведомый невидимыми силами, осторожно поковылял в сторону этого самого сада, который встретил его всем возможным обилием красок и цветов.
Пели птицы.
Монах слышал, как где-то журчит ручеек.
Все было таким ярким. Таким красочным, зеленым, синим, красным и фиолетовым, переливающимся всеми цветами радуги в свете яркого и приятного утреннего солнца. Пахло спокойствием. Пахло умиротворением, способным излечить любую израненную душу.
Монах встал посреди всего этого, не веря своим глазам. Встал, как черное пятно кляксы на фоне всей этой непомерной красоты, которая…
Словно опьяняла.
И Сид вдруг резко почувствовал, как его начало клонить в сон.
Спать.
- Нет-нет-нет… только не спать! Нельзя спать! - вдруг снова запричитал монах, обессилено падая на мягкую траву, рядом с небольшой каменной колонной, что подпирала своды внутренних балконов.
Упал и закрыл лицо руками, пряча в них слезы и кровь.
- Нельзя спать… нельзя, иначе… - он стиснул зубы. – Снова будет Огонь и смерть… огонь и смерть… огонь и…
- М-м? Как ты здесь оказался? – внезапно прозвучал где-то над ним чей-то голос, и Сид вздрогнул.
- Нет! Прошу только не бейте! Не надо! Не надо! – он еще сильнее вжался в холодный камень колоны, возле которой сидел. – Жизнь превыше всего!
- Что? Бить? Никто не собирается тебя бить, за что? – вновь прозвучал этот странный голос, и Сид вдруг понял, что это не голос тех чародеев.
Монах осторожно поднял голову.
Сквозь кровь и слезы он посмотрел вверх, и увидел…
Девушку.
Чьи невероятной красоты глаза горели красным, а длинные волосы, источающие аромат сахара и полевых трав, заплетенные в пышный конский хвост, белым огнем.
Она была одета в белую кофту с длинным рукавом и юбку корсет. На ее большой груди лежало ожерелье в виде черепа, а на ногах – длинные черные чулки, заканчивающиеся черными шипастыми крагами и такими же шипастыми сапогами на невысоком каблуке.
Сид посмотрел на нее, и у него перехватило дыхание.
Монах никогда еще в жизни не видел подобной красоты. Подобных глаз, которые, казалось, должны были пугать своим необычным цветом, и вгонять ужас всех смертных этого мира, но…
Которые смотрели на него с такой странной нежностью. С таким теплом, что Сид поначалу даже подумал, что спит, хотя ему и нельзя было этого делать.
- Старые Боги, кто тебя так? – озабочено спросила Шэна, становясь перед монахом на колени, чтобы детальнее разглядеть его лицо.
- Нет! Не прикасайся ко мне! – воскликнул монах, выставляя перед собой руки, и замочки на его перчатках громко звякнули, заставив Бледную Ведьму на мгновение замереть, удивленно посмотрев на белые перчатки.
- Ясно, ты Прокаженный, - произнесла она, прискорбно посмотрев в черные глаза, которые, хотя монах и испытывал сейчас трепет, все также оставались затуманены пустотой. – Теперь ясно, что с тобой случилось. Прости меня за это. Я, как замдиректора этой Академии, всячески должна пресекать подобное отношение. Одна из моих давних подруг тоже прокаженная, правда, она умеет давать сдачи, если вдруг кто пытается обидеть ее.
- Т-твоя подруга, видать, очень сильная, - сказал вдруг, удивив этими словами Шэну до глубины души.
- Хах, прям как ты, - хитро улыбнулась чародейка.
- Я? – не поверил своим ушам монах.
- Ну да. Ведь я чувствую в тебе столько отчаяния… - Ведьма осторожно, словно боясь переполошить саму его душу, коснулась своей рукой плеча монаха, и тот снова вздрогнул. – И столько других всевозможных эмоций, но внешне ты остаешься невозмутим и тверд. Это ли не сила?
- О-отчаяния? – вторил монах. – Н-не нужно читать мои мысли, пожалуйста, - внезапно сказал он. - Пускай мое отчаяние останется при мне. Незачем простым людям страдать из-за моего личного отчаяния! – громко заявил он уже более твердым и уверенным голосом.
- А я и не страдаю, - улыбнулась девушка, а про себя подумала: «Читать мысли, да?». – Как тебя зовут?
- Сид, - отвечал Сид, чувствуя, как медленно приходит в себя. – Сид Ди Вандервоук.
- Сид Ди Вандервоук… - повторила Шэна, а про себя снова подумала: «Неужели это и есть тот закадычный друг учителя Кольта? Значит, они уже прибыли в Каармин. И судя по всему, всего несколько часов назад». – Красивое имя.
- С-спасибо, - удивленно отвечал монах. – А-а тебя как зовут?
- Меня? А ты что не знаешь? – изумилась Шэна.
- Нет. Я-я, бы запомнил имя такой невероятной красавицы, если бы хоть раз видел тебя прежде! Ой, - монах тотчас заткнулся, понимая, что сболтнул лишнего.
- Красавицы, говоришь? Мне приятно, - отвечала чародейка, видя, как монах краснеет, словно рак. – Что ж, меня зовут Шэна. Шэна… впрочем, называй только по имени. Будем же знакомы, Сид Ди Вандервоук.
[1]Самый низкий ангельский чин, которым обладают почти все рядовые солдаты Небесной Гвардии.
[2]Название города.
Глава 2: Ведьмин чай
- Б-будем… - отрывисто отвечал монах, кивая головой. Он не мог оторвать взгляда от этих глаз. От этой тонкой линии губ. От этих ангельских черт лица и волос, что падали вниз, словно пенистые волны водопадов.
- Слушай, а ты любишь чай? – спросила Шэна.
- Чай? – удивился Сид.
- Ну да, чай. Я могла бы тебя угостить, - она указала на ту самую беседку, что была вдалике, за травянистой лужайкой. – А еще познакомила бы тебя со своей подругой. Я не шибко сильна в целебных чарах, чтобы подлатать тебя, а вот она в этом деле спец. Что скажешь?
- Я… а точно можно? – скептически переспросил Сид.
- Конечно, я ведь приглашаю, - улыбнулись ему в ответ.
- И-и сколько будет… стоить этот чай? У меня не так много денег осталось после… в общем после вчера, - монах решил не говорить девушке, что выхлестал весь чертов буфет в каюте их корабля.
- Это совершенно бесплатно, - заверила она. – К тому же, одна встреча с тобой уже все окупит.
- Правда? Но я ведь самый обычный монах, - удивился Сид.
Шэна лукаво посмотрела на него: «Неужели?» - а вслух сказала:
- Судя по одежде, ты служитель Церкви Святого Мегаликана.
- Эм, ну да, - кивнул тот.
- И что, хочешь сказать, встретить подобного человека в наше время – не большая редкость? Лично я вижу такого впервые. Если расскажешь нам пару интересных историй, то считай квиты.
- Ясно, - кивнул монах, осторожно посмотрев на лицо Шэны. Та лишь в очередной раз добродушно улыбнулась ему в ответ. – Тогда хорошо, я не против рассказать вам что-нибудь. Что-нибудь интересное.
Чародейка протянула ему руку, чтобы помочь встать.
- Нет-нет, не стоит! Я могу подняться сам, к тому же не забывай, что я все-таки Прокаженный, не нужно рисковать, - запротестовал он.
- Ты так беспокоишься о моей жизни? – удивилась Шэна.
- Любая жизнь - бесценна, - отвечал монах, поднимаясь на ноги. Оказалось, что он был почти на полголовы ниже своей новой знакомой. – И неважно вижу ли я человека впервые, или же знаю с самого своего рождения.
Шэна замерла на месте. Наверное, впервые в жизни не найдясь в достойном ответе.
- Хм, кажется, теперь я понимаю, почему учитель Кольт искал тебя по всем близлежащим мирам, - она лукаво улыбнулась.
- М? Ты что-то сказала?
- Нет-нет, тебе показалось, - весело отвечала Шэна. – Идем же, не бойся, - она пропустила монаха вперед, направившись вместе с ним по одной из каменных дорожек в сторону той самой беседки.
Последняя продолжала стоять посреди травянистой лужайки и поначалу казалась очень далеко, но на самом деле находилась намного ближе.
Вскоре Сид начал слышать звонкие девичьи голоса. Поначалу ему показалось, что у него галлюцинации, ведь Шэна сказала ему всего лишь об одной подруге, однако потом до монаха дошло, что его просто бессовестно обманули.
Впрочем, осознание пришло слишком поздно.
Ибо вот он уже стоял напротив небольшого круглого столика, на котором стоял чайник, посуда и даже небольшая корзинка с конфетами и печеньем.
А за столом сидело…
Четыре девушки, каждая из которых была просто невероятной красоты, а чьи волосы горели черным, малиновым, розовым и карим огнем.
Они болтали себе о чем-то несуразном. Смеялись и шутили, но когда вдруг в беседку вошел Сид – то тотчас же умолкли, в удивлении уставившись на монаха зелеными, черными, фиолетовыми и желтыми глазами.
- Дамы, прошу знакомьтесь - Сид Ди Вандервоук, - сказала Шэна, внезапно становясь рядом, окинув при этом пристальным взглядом всех своих подруг, и кажется, что-то сказав им телепатически. – Он близкий друг нашего общего знакомого, - она улыбнулась.
- Ч-что? – честно не понял монах, не веря своим ушам.
- О нет! Это что у него, кровь?! – внезапно воскликнула Айла, вскакивая на ноги и подбегая к Сиду чуть ли не впритык, заставив его отшатнутся в сторону.
- П-прошу не прикасайтесь ко мне, сударыня! – отвечал монах, чувствуя, как в его голову ударил приторный аромат печенья и ванили, который источала из себя данная персона. – Я Прокаженный! Вы можете пострадать! – заявил он, натянуто улыбаясь.
- Пострадать?.. Хм-м-м… а ты, оказывается, очень заботливый, - его шею вдруг ни с того ни с сего обвели чьи-то тонкие руки, и монах аж подскочил на месте. – Не бойся, я в перчатках, - прошептала ему на ухо Фрея, а затем осторожно провела пальцами по его лицу, и все раны, синяки и ссадины монаха тотчас испарились, словно их и не было.
- Г-гномьи рожи, - только и сумел выдавить из себя Сид, поражаясь силой этой невероятной девушки, которая смотрела на него черными, как смоль, глазами.
- Ну, я же говорила, что тебе помогут, - подала голос Шэна, складывая перед собой руки. – А ты боялся.
- Не боялся я! – протестующе заявил монах. – Э-это все враки! – он наконец высвободился из цепких объятий черноглазой девушки, которая пахла мятой и елью из-за чего взгляд Сида невольно наливался туманом. – И вообще страх – это не про меня! Я – само олицетворение смелости!
- Аха-ха, неужели? – вдруг прозвучало где-то рядом, и монах почувствовал, как к нему сзади подошел кто-то высокий и чрезвычайно сильный.
Парень резко развернулся и увидел девушку с зелеными глазами. Она действительно была очень высокой. Куда выше него (хотя эту характеристику можно приписать каждой персоне его нынешнего окружения), пахла вином и спелыми вишнями.
- А как по мне, ты тот еще трус, глаза так и бегают в разные стороны, – Мира наклонилась к Сиду, посмотрев ему прямо в глаза. – Или же ты просто стесняешься на нас смотреть? Ах-ха, как мило.
- «Ха-ха», прошу не издеваться надо мной! – отчеканил монах, выходя из окружения и быстро отступая к столу, на котором стоял чайник.
Однако, не успел сделать и пары шагов, как уткнулся в препятствие, встретившись взглядом с Никой, которая все это время сидела за столом и только сейчас решила подняться.
Она некоторое время молчала, глядя на монаха сверху-вниз, а затем неожиданно сказала, прищурившись:
- Ты улыбаешься, монах, но я не чувствую искренности в твоей улыбке, - холодно произнесла она.
- Чего? Не понимаю, о чем вы, – удивленно сказал Сид.
- Я чувствую в тебе печаль, Сид Ди Вандервоук, – в упор высказали ему, подавшись чуть вперед.
Девушка пахла жасмином и ирисом. И что за чудный аромат.
– Столько печали, столько горя, что… любой другой человек бы на твоем месте давно или сгинул, или сошел бы с ума, превратившись в нечто среднее между чудовищем и призраком, - она взглянула на монаха еще раз, и тот с удивлением заметил, как ее желтые глаза были полны слез, которые еще мгновение, и вот-вот, но покатятся по ее нежным щекам.
- Стой-стой! Стой! П-почему ты плачешь?! – растеряно затараторил Сид, не понимая ни черта, что здесь происходит. – Я-я прошу прощения! За все! За все, что сделал, только не нужно плакать!
«Хм-м, значит, я была права, когда почувствовала в нем то невероятное отчаяние, - подумала Шэна, наблюдая за реакцией своей подруги. – Кто же он такой, учитель Кольт? Кого же вы привели к нам? Ведь Ника абсолютно права - обычный человек просто бы не выдержал ничего подобного. От подобного отчаяния, он давно бы сошел с ума», – она посмотрела на монаха, который все это время пытался успокоить Обсидиановую Ведьму, хотя на самом деле она не плакала.
Скорее, это было что-то вроде рефлекса на те эмоции, что держал в себе странный парень.
Или же… был вынужден сдерживать.
«Или же вообще это они сдерживают его. Он словно утопает в черном омуте пустоты и безысходности…» - подумала Шэна, а затем неожиданно сказала:
- Ладно, Сид, успокойся. Ничего страшного не произошло. Просто Нике что-то в глаз попало, - улыбнулась девушка, и все остальные ведьмы охотно поддержали ее.
- Правда? – осторожно переспросил он, снова оборачиваясь к Обсидиановой Ведьме, и с изумлением заметил, что та уже пришла в норму.
- Да, Сид, извини, что заставила волноваться попусту, - девушка слабо улыбнулась, потрепав парня по голове рукой, предварительно замотав ее в полы своей белой робы.
- Я чувствую себя собакой, - вслух произнес Сид, хмуря брови, а затем развернулся к Бледной Ведьме и остальным. – Эм, а могу ли я задать вопрос, Шэна?
- Конечно, задавай, - хитро улыбнулась ведьма.
- Кто вы вообще такие? Ты сказала, что являешься замдиректора этой академии, не так ли? Получается остальные девушки – тоже?
- Как грубо, Сид, вообще-то у нас имена! – обидчиво заметила Крайоловая Ведьма. – Меня вот зовут Айла! Я… волшебница! Держу трактир в одном из кварталов города.
- Меня зовут Фрея, я – один из главных епископов Церкви Атараксия, к твоим услугам, - Бурая Ведьма сделала нечто навроде реверанса. – А ее зовут Мира, она… кто же она?
- Я охотница на магов, - улыбаясь, отвечала та. – А Ника - моя спутница, - она указала на девушку позади него.
- Удивительно, вы сказали мне, кто вы, в тоже время не сказав ничего, - обескуражено заметил Сид, заставив ведьм вокруг себя весело рассмеяться. - Что ж, гхм, ну а меня зовут Сид Ди Вандервоук. Я монах, служитель Церкви Извечного Мегаликана.
- Мегаликана?! – удивленно воскликнула Фрея. – Того самого Бога Баланса, создавшего знаменитых Истребителей Зла?! Хах, ну теперь понятно, почему Шэна пригласила тебя! Она просто без ума от легенд об этих чудных воинах. Все книги, наверное, о них перечитала.
- Правда? – удивился Сид.
- Да, это правда, хотя я и не хотела сразу раскрывать тебе все карты, спасибо, Фрея, – сказала Бледная Ведьма
- Пожалуйста, - пожала плечами девушка, толи пропустив сарказм мимо ушей, толи попросту не уловив его.
- Ну, я бы мог что-то рассказать и об Истребителях, конечно, если вам интересно. Однако… - сказал Сид, и вдруг вспомнил о Кольте, который, наверное, уже всю Академию по тридцать раз оббежал, пока пытался найти его. – О-однако я совсем забыл, что на самом деле очень спешу, - сказал он. – Меня ждет мой близкий друг, который привел меня в Академию по очень важному делу. Ему нужно помочь с кое-какими больными, - Сид словил себя на мысли, что выкладывает этим дамочкам все подчистую, будто сейчас на него действуют какие-то чары. – Я-я обещаю, что расскажу все, что знаю об Истребителях! Или, о чем вы хотите послушать, там? Но чуть-чуть позже! Так как мне срочно нужно вернуться обратно в главный холл! - сказал Сид, чувствуя при этом на себе пять невероятно хитрых взглядов. – М-можно, я надеюсь? – он натянуто улыбнулся.
- Больных? – сделала вид, что удивилась Шэна. – Ах, ты, наверное, говоришь о господине Кольте, не так ли? Он ведь как раз занимается этим вопросом в нашей Академии. Правда, в тайне от всех.
- Ну-с, учитывая то, какие у Кольта отношения с этим мерзким Сифироном - то я нисколечко этому не удивлен, - как ни в чем не бывало отвечал Сид, а затем обескуражено замер на месте, понимая, что сказал это настолько непринужденно, как будто знал этих пятерых с детского садика. – Упс, а сейчас, кажется, я сказал что-то лишнее, - заметил он.
- Ха-ха, не бойся. Не поверишь, но мы знаем, кто такой Кольт Кромэ Ахталалат. При чем очень давно, - отвечала Шэна, недвусмысленно посмотрев на других ведьм и видя, как лицо молодого монаха вытягивается в удивлении. – А если быть точнее, то практически с детства, когда только поступили в эту Академию. Он буквально стал частью нашей семьи, - чародейка развела руками.
- У-у Кольта что целых пять дочерей?! – на одном духу выпалил Сид, выпучив глаза.
- Паха-пха, что? Нет! Нет, конечно же нет, дурачок! – рассмеялась Мира, вытирая слезинку. – Ну ты и шутник!
- Господин Кольт наш учитель, Сид! – заявила Айла.
- Учитель? – недоверчиво спросил парень, чувствуя во всем этом какой-то подвох, но не понимая где же он и какой именно. - Он никогда мне не рассказывал, что у него когда-то были какие-то ученики, - скептически заметил монах, пристально оглядывая девушек. – И я тоже знаю его далеко не первый день.
- Хах, ну тогда может сам спросишь у него? – улыбаясь, отвечала ему Шэна. – Пойдем, вернемся в главный зал Академии и найдем его. Уж тогда ты точно нам поверишь.
Сид не сразу ответил на данный вопрос. Парень все еще чувствовал какой-то странный подвох во всем этом, во все том, что сейчас происходило с ним, и вокруг него.
И что за бред?
Однако устоять перед испытывающими взглядами этих девушек – было ох как не просто.
«Могилы, я что под воздействием каких-то чар?» - подумал он.
- Нет, ты просто не в силах нам отказать, - внезапно ответила ему Шэна, и Сид окончательно понял, что попал в самую настоящую ловушку.
- Значит, ты таки умеешь читать мысли, Шэна?
- Нет, что ты… это скорее - дедукция, - соврала та.
- Кхм, что ж… ну тогда пойдем найдем Кольта! - обескуражено отвечал Сид, вызвав при этом очередной всеобщий веселый смех.
Кажется, ведьмам нравилась его непринужденность.
И вот так монах, в сопровождении пятерых невероятных красавиц, которые то и дело липли к нему, как банный лист, или же всячески поддевали, дразнили и подшучивали вернулся обратно к тому «балкону-веранде», который теперь выглядел совершенно по-иному, и больше напоминал дверь, чем окно, и снова оказался в кабинете под номером «666».
Где все было также, как и несколько часов назад, когда Сид только попал сюда.
«Удивительно. Как же он все-таки сумел найти тайный проход, который директор Сифирон ищет уже целые месяцы? – подумала Шэна, глядя в спину черноглазому монаху. – Жаль, что я могу читать только те мысли, которые человек испытывает прямо сейчас. Кто бы ни был этот загадочный монах, которого привел с собой учитель Кольт, он умеет скрывать свое прошлое крайне хорошо. Он не думает о нем вообще, но в то же время - полностью находится у него в плену» - она прискорбно улыбнулась.
Вот они уже шагали по длинному мраморному коридору, собирая десятки удивленных взглядов.
Все, в прямом смысле этого слова, разбегались в стороны, когда они проходили мимо. Шептались и кланялись, словно королям, и неважно, что среди пяти чародеек шагал какой-то странный монах, да еще и с серебром на руках, что говорило о его грязной крови.
«Во что же я такое вляпался?» - думал он, качая головой.
- Эй, Сид, а расскажи-ка пока, как ты познакомился с учителем Кольтом? – вдруг спросила его Фрея, беря монаха под руку.
- Стой, стой ты делаешь? Перестань! – запротестовал монах. – Я болею Перелгеллой, одно лишь касание моей кожи, пускай даже и случайное – сразу смерть!
- Ха-ха, мне нравится, что ты такой заботливый, - улыбнулась монашка своей привычной маниакальной улыбкой. – Однако, знаешь, Ведьм… чародейки нашего уровня не боятся смерти. Да и к тому же я очень аккуратна.
- И все-таки стоит быть еще аккуратнее, - Сид высвободился из объятий монашки, врезавшись спиной о что-то мягкое и упругое, уловив запах вина и вишни, и вновь, словно ошпаренный, в сторону.
Мира зло улыбнулась.
- Так, я буду идти отдельно, если вы не против! - сказал монах, пытаясь держать в поле зрения всех ведьм одновременно.
Что было весьма непросто, надо бы сказать. Та еще задачка.
- Вообще-то мы уже пришли, - сказала ему Шэна, разворачивая монаха на сто восемьдесят градусов.
И правда, вот он главный холл. Все такой же огромный, все с теми же гигантскими толстыми колонами, десятками лестниц и внутренних балконов.
Вишенкой на торте, конечно же, была толпа всевозможных чародеев, которые, словно отряды воинов, шли то вверх, то вниз, то вправо, то влево, пропадая в коридорах и на улице, захватывая все новые и новые каменные земли.
Впрочем, несмотря на всю эту толпу, Кольта среди этих магов так и не оказалось
«Где же он подевался, старый хрыч? – подумал монах, оглядываясь по сторонам. – Или же найти эту Бледную Ведьму оказалось не так просто? Может она его слопала, а я даже в ус не дую?» – позади парня раздался приглушенный смех пятерых девушек, который, впрочем, парень не расслышал.
Зато он четко услышал следующие:
- Эй! Вот же он! Тот самый Прокаженный! – из толпы чародеев внезапно вышел Мартин вместе со своею свитой из пятерых чародеев в сине-зеленых мантиях.
- Вот это я попал, - монах сделал машинальный шаг назад. – Совсем забыл о них! Надо бежать! Срочно бежать!
Однако в этот раз Мартин и его соратники были куда быстрее. Не прошло и мгновения, как они обступили монаха практически со всех сторон.
- Эй, глядите-ка! Его лицо снова нормальное! Что какого-то захудалого клирика попросил вылечить, а? Ну так даже лучше! Будет приятнее снова изуродовать его! – заявил Мартин, замахиваясь кулаком, Сид зажмурился, пытаясь при этом прикрыться руками, и...
- Что вы себе позволяете, а?! – дрожащий монах удивленно открыл глаза, увидев, что между ним и Мартином встала Айла, расставив в стороны руки. – Немедленно прекратите это!
- Э? Ты еще кто такая? – возмутился один из чародеев – тот, что был толст.
- Не мешайся, девка! Этот трус и урод получит свое! – заявил Мартин. – Ты что не видишь, что у него серебро на руках, а? Он же нечисть, коих свет не видывал! – он попытался оттолкнуть Айлу в сторону, но внезапно замер на месте, так как почувствовал возле своей шеи лезвие обсидианового кинжала.
- Хе-хе, попался, - весело заявила Фрея, непонятно каким образом оказавшись позади чародея, и заставив всю его свиту сделать быстрый шаг назад. – Ты что это руку на девушку собирался поднять, а? – чародейка легонько кольнула кинжалом шею мага. – Ох, нехорошо… как нехорошо...
- Эй! Что ты себе позволяешь, сучка?! – к Ведьме тотчас подскочил один из компаньонов Мартина (тот самый толстяк), и попытался использовать магию.
Но…
Тотчас улетел в одну из мраморных колонн, получив по лицу железным кулаком Миры.
У Сида поползли глаза на лоб.
- Ах ты тварь! – на Амарантовую Ведьму сбоку попытался наброситься тощий, но затем вдруг почувствовал, как пол ушел из-под его ног, тело повалилось наземь и было придавлено чем-то тяжелым и твердым.
Магией гравитации.
Остальные подчиненные Мартина, завидев, как разобрались с их товарищами, бросились наутек.
- Стойте! Куда вы, трусы! – Мартин резко оттолкнул Бурую Ведьму, чудом выскользнув из ее цепких рук. – П-подождите! Подождите меня! – чтобы и самому броситься бежать.
Однако монахиня быстро догнала его.
Повалила с ног, как недавно повали того культиста на главной площади города.
И занесла над головой чародея обсидиановый кинжал.
- Кровь за кровь! Я разукрашу твое лицо такде, как ты до этого разукрасил лицо этого бедного монаха! - она маниакально улыбнулась.
- Нет! Пожалуйста, только не лицо! Только не лицо! – взвыл чародей, закрываясь руками, кинжал резко полетел вниз.
- Фрея, что ты делаешь с моим братом? - вдруг прозвучало рядом с Ведьмой, и ее оружие прямо в воздухе перехватила чья-то огромная ручища.
Генерал Справедливости Бэйлор Каргарас внезапно появился у нее за спиной.
Он стоял позади нее и напоминал всамделишную колонну. Его доспех, как всегда, сиял. Его сила заставляла прочих свидетелей происходящего дрожать и прятаться по углам. А за его спиной, как всегда, сверкал громадных размеров меч, именуемый «Рубящий Миры», который был назван так далеко не случайно.
Ибо действительно мог разрубить все что угодно.
- Что? А разве не видно? – маниакально улыбнулась в ответ монахиня, разворачивая к генералу свою голову. – Я преподаю ему урок справедливости.
- Хах, - презрительно фыркнул генерал. – Тогда справедливо будет считать, что с него достаточно, - сказал он, испытующе посмотрев на монахиню.
- А я так не считаю, - отрезала ведьма.
- Хватит, Фрея, с него действительно достаточно, - подала затем голос Шэна, понимая, что все это может очень быстро выйти из-под контроля.
- Как скажешь, Шэночка! - тотчас кивнула Фрея, словно по приказу.
Она быстро вставала с чародея, который лежал на полу в полной отключке, не без удовольствия заметив, как тот дергается в конвульсиях.
Бэйлор тоже поднял голову в сторону Шэны.
В его холодном взгляде тотчас засияло нечто похотливое, из-за чего остальные Ведьмы вновь напряглись, однако только элохим хотел было податься в сторону Бледной Ведьмы, как заметил нечто странное.
- Что это? – он удивленно посмотрел на свою левую руку.
На свою левую руку, которая еле заметно, но дрожала в свете солнца, что проникало в главный холл через большие стрельчатые окна.
Цветные Ведьмы тоже немало удивились. Никто прежде не видел, чтобы генерал Небесной Гвардии дрожал.
Да еще и… непонятно по какой причине.
Бэйлор снова удивленно поднял взгляд на Шэну, а затем оглядел всех присутствующих вокруг себя, пока не остановился взглядом на странном сутулом монахе, прятавшимся среди Ведьм.
Их взгляды встретились.
И генерал Небесной Гвардии невольно вздрогнул.
- Так-так-так, а что это у нас за шум, а драки нет? О! Баймор! Давно не видел тебя, дружище, как твое ничего? – в их полукруг внезапно вошел улыбающийся до самих ушей серобородый чародей в сандалиях и синей мантии, которая была ну слишком на него велика.
- К-кольт? – удивленно проговорил генерал Небесной Гвардии, быстро позабыв о странном монахе. – Справедливая встреча. Не волнуйся, никакой драки здесь нет. Лишь малое недоразумение, - генерал широко улыбнулся.
- А-а-а, ну да, ну да, я так и думал, признаться честно, - закивал головой чародей. – Что ж, тогда, если ничего особенного не произошло, я, пожалуй, уведу у тебя на некоторое время своих старых учениц. Если ты не против, конечно же. Все же я так давно их не видел! Целую вечность!
- Д-да, - нехотя ответил Бэйлор.
«Старый хрыч помешал мне поговорить с Шэной, - (про монаха, как уже говорилось выше, генерал быстро забыл). - Но ничего. На сегодняшнем праздничном вечере в честь турнира у меня еще будет такой шанс».
- Хорошего вам дня, - сказал генерал вслух. После ткнул пальцем в своего ненаглядного братца, которого тотчас подняла с пола личная гвардия Бэйлора, и ушел вместе с ними восвояси.
Вслед ему презрительно смотрел Кольт с Ведьмами.
- Эй! Что-то ты уж больно долго, старый черт, возился в своем кабинете! - возмущенно заявил ему Сид Ди Вандервоук, вставая рядом с магом.
Кольт весело посмотрел на монаха и на его новых спутниц, которые тотчас расплылись в своих душещипательных улыбках.
- Зато ты, Сид, вижу, время зря не терял. Ишь каких красавиц в свою компанию созвал!
- Тс, не кричи на всю чертову Академию! – краснея, пригрозил ему монах.
Позади него раздалась волна веселого смеха.
Монах скривился.
- Если бы не Шэна со своими подругами – меня бы тут уже с дерьмом бы смешали. Давай быстрее найдем эту твою Бледную Ведьму и покончим с этим.
- Бледную Ведьму? – удивленно поднял бровь Кольт, покосившись на Шэну, однако та приложила палец к губам, давая понять, что пока что лучше Сиду не знать правды. – А-а-а, Бледную Ведьму! – делая вид, что только сейчас понял, в чем суть вопроса, заявил Кольт. – Ну так я уже у нее был. Она дала мне все необходимое, так что обойдемся без нее сегодня.
- Что? Мы пойдем без Бледной Ведьмы? Какая жалость! – шею Сида снова обвели тонкие руки Фреи.
Мята и ель снова ударили парню в голову.
- Погодите-погодите «м-мы»? – удивленно вопросил монах, все также удивительно быстро высвобождаясь из рук чародейки.
- Ну да, - пожал плечами Кольт, я ведь действительно целую вечность не видел своих старых учениц, Сид, и хотел бы с ними провести как можно больше времени, пока они в Каармине.
- Мы же тебе говорили, - улыбаясь, подошла к ним Шэна. Ее красные глаза светились. – Теперь веришь?
- И сколько же еще секретов ты от меня скрываешь, Кольт? – раздосадовано скривился монах.
- Хах, у меня встречный вопрос к тебе, дружище.
- Много… - Сид отвел взгляд.
- Ну тогда незачем на этом заморачиваться, - похлопал друга по плечу чародей. – Идем, ты ведь прибыл в Каармин по делу, а не ради забавы. Шэна, - обратился он к Бледной Ведьме. – Не покажешь ли нам свой особняк?
- С удовольствием, учитель Кольт, - отказала девушка.
- Что показать?! – не поверил своим ушам монах.
Глава 3: Спасения нет
Их удивительная компания шла по широким улицам Каармина, собирая на себе изумленные взгляды всех проходящих мимо людей, зверей, живых и не очень существ. Было около часа дня. Пекло солнце, но благодаря магии одних их самых могущественных чародеек Единства, жара практически не ощущалась.
Им навстречу шагала толпа.
Нынче чародеев в «магической Столице Империи» стало так много, что ими можно было в прямом смысле спокойно затыкать все нужные тебе дырки. От шаманов и колдунов, до ворожей и паладинов, что называется, хотя последнее и не совсем маги по своей сути.
Впрочем, и не удивительно, что их было так много. Ведь завтра пройдет турнир в честь столетия Академии.
Многие из тех, кто шел им навстречу были участниками этого турнира. Как не печально это было признавать, а директор Сифирон оказался прав – в порывах за могуществом, чародеи готовы были вытерпеть все, даже тот факт, что в случае выигрыша их будет учить Бледная Ведьма, славящаяся своими кознями, обманами и экспериментами над людьми. В порывах за новыми знаниями, магией и прочим, они готовы были даже терпеть дьявола в качестве учителя. Дьявола с красными, как кровь глазами.
- Эй, Кольт, почему на нас все так смотрят? – тихо прошептал чародею на ухо монах.
- А почему ты тихо говоришь, мой друг? – удивленно отвечал Кольт.
- Да потому что одна из твоих учениц мысли читает и в ус не дует, - отчеканил монах.
- А-а, это ты про Шэну! – во весь голос заявил Кольт, чтобы его услышали, даже идущие позади ведьмы.
- Цыц, старый дурак! Дамы, я ничего такого не имел в виду! – тотчас заявил Сид, улыбаясь ведьмам во все зубы.
«И снова эта притворная улыбка, - подумала себе Шэна, наблюдая за поведением монаха с тех самых пор, как они покинули главный холл Академии. – Улыбка человека, который не знает, что это такое – смех и радость, - Бледная Ведьма посмотрела на своих подруг. Те явно понимали это также хорошо, как и она. – Однако, что с ним произошло, раз на его лице не отображается ничего, кроме маски?»
Их компания свернула на улицу, что вела в Жилой Квартал Каармина. Здесь, как мы помним, коротали время сном и отдыхом все те тысячи магов, что нынче бродили по бесконечным улицам магической столицы и предвкушали предстоявший завтра турнир.
Данная часть, или же квартал города отличился заметной роскошью. При чем роскошью ничуть не отличающейся от роскоши Центрального Квартала. Повсюду декоративные деревца, высокие ровные дома с синими черепичными крышами, бурлящая, словно в котелке жизнь.
«Неужто метка Прокаженного настолько подкосила его? – продолжала думать Шэна, вкратце посмотрев на Айлу. Девушка тоже была прокаженной, хотя ее болезнь и нельзя было угадать с первого взгляда. Да и в отличии от Перелгеллы, чье касание несет смерть в мгновении ока, болезнь Крайоловой Ведьмы можно было притупить. – Эх-х, была бы сейчас рядом Ирин… уж она бы с легкостью дала ответ на все наши вопросы…»
Они свернули направо и пошли вдоль ряда домов, которые принадлежали высшим чинам Академии Каармин.
Самым большим и роскошным из всех, конечно же, был дом директора Сифирона, который больше походил на целый дворец со всеми этими белыми стенами, мраморными колонами, и стрельчатыми окнами с дорогим узором. Лужайками, личным фонтаном, тренировочным полем и высокими, чуть ли не под самое небо башнями…
Удивительно даже насколько сильно отличался дом какого-то там директора какой-то там Академии магии в сравнении с лачужкой одного из героев, что раньше сражался бок о бок с самим Императором Керевоном против Демона Ужаса Диругии.
Да, лачужка Кольта была столь непримечательной, что ее даже заметить было трудно. Кажется, они даже ее уже прошли, а Шэна так и не заметила.
Невероятно.
Они свернули налево и начали спускаться по широкой улице вниз, в сторону западной оборонительной стены города, которая возвышалась над всем вокруг, словно гигантская волна цунами.
Волна, что вот-вот накроет их и поглотит в свои дикие пучины камня и тени.
Вилла или же дом Шэны находился близь небольшого сквера. Дом находился по левую руку от него и представлял собой нечто на подобии одноэтажного коттеджа с красивыми треугольными крышами, большим внутренним двором, забором и, конечно же, искусными, сделанными из железа на заказ, главными воротами, у которых стоял…
Какой-то человек.
- Сид Ди Вандервоук! – рявкнул он.
- Что? Я? – как ошпаренный воскликнул монах, инстинктивно прикрываясь руками.
- Как же я давно тебя не видал, мальчик мой! Иди сюда, обниму!!! – заявил Сэмю Вангог Ванскок, быстро оказываясь рядом с монахом, и что было медвежьей силы командира гарнизона, обнял старого друга.
- Задушишь!.. Задушишь, Сэмю! – умоляюще возопил Сид.
- А-а, прости-прости, парень, увлекся мальца, - рыцарь тотчас выпустил монаха обратно на землю.
Тот принялся жадно глотать ртом воздух.
- Ты похудел, - словно старая бабка, заметил рыцарь, а затем искоса посмотрел на Кольта.
Чародей расплылся в виноватой улыбке.
Затем рыцарь помог Сиду снова встать на ноги, некоторое время смотрел на него, не отрываясь, а затем бухнулся перед монахом в нижайшем поклоне:
- Прости нас, Сид! Прости нас за все!
- Чего? – удивленно произнес монах.
- Прости меня и этого старого дурака, который после тех событий, три года назад, вместо того, чтобы разделить с тобой боль и скорбь, заполз в свою чертову башню, словно змей подколодный! – отвечал рыцарь, хватая Кольта за бороду и тоже заставляя кланяться.
- Эй, по-моему, это уже слишком! – протестующее заявил маг.
- Хочешь сказать, что ты уже извинился перед ним до меня? – испытывающее посмотрел на чародея рыцарь. – М?!
- Ну-у, как раз вот думал над этим… - виновато отвечал маг.
- Старый дурак, - крякнул Сэмю.
- От старого дурака слышу, - отрезал чародей.
- Ладно-ладно вам уже, - примирительно поднял руки монах, тяжело вздыхая. – Мне не нужны ничьи извинения, Сэмю. Уйти было моим решением. И только моим.
- Но мы ведь твои друзья, парень! - сказал Сэмю, печально глядя на Сида. – И это был наш долг разделить с тобой эту участь. От начала и до конца.
- Моя участь – только моя, Сэмю, - отказал монах. – Незачем другим людям страдать из-за моей личной участи, - он слабо улыбнулся. – Ведь это, в конце-то концов, моя работа.
Рыцарь категорически покачал головой.
- Удивительно, но он тоже самое сказал мне, - вдруг прозвучал позади монаха голос Шэны.
Сид развернулся и встретился с чародейкой взглядом.
Она была выше него. Выше, но несмотря на это совершенно не смотрела на парня «свысока».
Скорее, со странным интересом.
И… еще чем-то?
- Сид вообще невероятно удивительный человек! – подала голос Айла, точно также вставая рядом. – Он берет на себя вину, хотя на самом деле ни в чем неповинен! Я это знаю!
- М? Откуда? – не понял Сэмю.
- Да потому что ваш «старый-добрый друг», господин Сэмю, читается, как отрытая книга, - издевательски сказала Мира, ложа монаху на плечи свои руки. – Лишь по одном взгляду на него можно понять насколько он нас вожделеет! Правда? – два зеленых глаза девушки блеснули.
Где-то сбоку тяжело вздохнула Ника.
- Враки! – отчеканил Сид, тактически отступая назад. – Я сама невинность!
- Ха-ха, неужели? - рассмеялась Шэна.
- А ты мысли мои не читай! – пригрозил монах.
Сэмю замер на месте с недоумением на своем лице, а затем посмотрел на Кольта, шепнув:
- Он что не в курсе, кто они?
- Не-а, - покачал головой чародей. – И пока что это идет им только на пользу. Обеим сторонам.
- Блаженство в неведении, - рыцарь закатил глаза.
- Так, ладно, хватит издеваться над монахом, дамы, мы вообще-то пришли сюда по делу! – осадил их старый чародей.
- Что ж, и-то правда, - отвечала Шэна, подходя к стальным воротам, что вели в ее особняк, после выудила прямо из воздуха небольшой серебряный ключ и открыла им калитку. – Добро пожаловать в мою скромную обитель, господа.
«Странно, разве ключ не должен быть у Кольта?» - только и успел подумать Сид, перед тем, как оказался по ту сторону забора, в окружении чудного ухоженного садика и высоких фруктовых деревьев.
- Хм, совсем непохоже на логово кровожадной ведьмы, пожирающей людей, словно конфетки, - заметил монах, оглядываясь по сторонам.
- Хах, я просто поражаюсь тебе, Сид, - Ника покачала головой, ухмыльнувшись.
- Нам сюда, - скомандовала Шэна, ведя их в обход главного здания коттеджа, в сторону внутреннего двора, где сад становился еще больше, обретал красивые пешеходные дорожки и небольшие лужайки.
Здесь пахло полевыми цветами и сахаром. Прямо, как владелица местного дома, что было весьма необычно.
Дальше их компанию повели вглубь сада, где в центре и немного в стороне стояло нечто вроде домика для прислуги, хотя оной здесь совсем и не наблюдалось.
Шэна воздела перед собою руку, произнеся какое-то неразборчивое заклятье, и тяжелая дубовая дверь сама отворилась перед ними, впуская их компанию внутрь исполинского светлого зала, который, с виду, ну никак не мог поместиться в столь небольшом домике для прислуги, в который они только что вошли, всего мгновение назад.
Светлый мраморный пол. Стеклянные, витражные окна. Множество коридоров и проходов, ведущих в неизвестность.
«Снова пространственная магия, - тотчас понял Сид, оглядываясь по сторонам. – А неплохие, однако, у тебя ученицы, Кольт. Толк в том, как прятать вещи знают», - монах поднял голову к почти что недосягаемому потолку.
Он смотрел на него словно в бездонный омут несколько долгих минут. Как будто пытался увидеть там нечто скрытое, потаенное, однако потом резко опустил голову, поняв, что на него все смотрят.
- Что? Я никогда раньше не видел такой невероятной магии, - отвечал монах и снова поднял голову. – А за свою жизнь я видел многое.
- Хах, а ведь говорил мне, что не хочешь уезжать из Бершка, - осклабился Кольт. – А теперь вон какой счастливый.
- Я сказал, что не собираюсь возвращаться к старой работе, - отчеканил монах, быстро переменившись в лице. – Ибо больше не в силах никому помочь, - он стиснул кулаки в белых перчатках.
- Ну, быть может, ты сможешь помочь «им», - отказал чародей, маня монаха за собою в сторону одного из коридоров, что находился слева от них.
Монах покорно двинулся следом за чародеем.
Они оказались в кромешной тьме. После снова вышли на свет, снова во тьму и так до тез пор, пока через какое-то время в ноздри Сида ударил сильный запах гнили и крови.
Еще спустя какое-то время, они встали перед высокой двойной дверью, по ту сторону которой доносились жалобный вой, стоны и крики ужаса.
Кольт посмотрел на Сида.
Монах утвердительно кивнул, и чародей отворил дверь, из-за чего запах крови и гнили во сто крат усилился.
В комнату, где они оказались практически не проникало солнце.
Источником света были синие магические факела, которые освещали собою несколько десятков железных кроватей с…
Прикованными к ними ужасными, рычащими чудовищами, похожими на одичалых псов.
Они выли и стонали. Их стоны разрывали барабанные перепонки, а налитые кровью звериные глаза бегали в разные стороны, словно гоняя невидимых призраков.
Когда же в помещение вошел Сид с компанией - чудища окончательно сошли с ума. Со всей своей звериной силой они пытались высвободиться от сковывавших их цепей и поскорее впиться в глотки новоприбывшим.
Они - словно взбесились, почувствовав невероятный прилив сил. Стены помещения задрожали, а магические огни факелов – пустились в дикий пляс, хотя затушить их все равно монстрам не удалось.
- Вот… это да… - с искренним удивлением произнесла Айла, прикрывая рот ладонью. Хотя Крайоловая Ведьма уже видела этих чудовищ вблизи, когда сражалась с ними, нынешнее зрелище все равно произвело на нее сильное впечатление.
- Здесь просто ужасно пахнет, - произнесла Ника, презрительно кривясь, и зажимая нос пальцами.
- Ха-ха, как они забавно на нас смотрят. Так и чувствуется жажда убийства, - заметила Фрея.
- И не говори, дорогая, - кивнул господин Сэмю, поражаясь тому факту, как Кольт вместе с Шэной всего лишь вдвоем умудрились изловить столько диких.
А после – еще и притащить сюда.
- Поймать было нетрудно, - сказала Шэна, в очередной раз дав понять, что не гнушается читать чужие мысли. – А вот заточить здесь – действительно было непросто, да.
- Однако почему вы не попросили о помощи нас? – удивилась Мира, с плохо скрываемым любопытством осматривая одно из ближайших чудовищ.
- Чтобы не привлекать слишком большого внимания, - пояснил Кольт. – У Великих Лле длинные руки. И уши везде, где только можно. Дикое Касание распространяется с очень большой скоростью, Круглый Престол не может полноценно справится с эпидемией, а поэтому…
- Легче всего было бы переложить все на нас, - закончила Шэна.
- Хах, понимаю, - весело отвечала Мира, скалясь.
- Может именно из-за этого Бэйлор и его компашка и приперлись в Каармин? – предположила Ника, делая шаг назад, чтобы ближайшее к ней чудовище случайно не забрызгало ее своей едкой слюной.
- Если это так – то предлагаю нанести удар первыми, - злобно оскалившись, сказала Фрея. – Это будет разумно.
Их оживленный разговор так бы и продолжался. Возбужденные голоса так и не умолкали, если б…
Однако, все резко заметили, что среди них был человек, который не проронил ни слова после того, как вошел в комнату с чудовищами, и тишина сама собой накрыла лазарет.
Единственный, кто не проронил ни слова, будучи словно в каком-то душевном трансе, был Сид Ди Вандервоук, что застыл посреди помещения словно статуя и смотрел на чудищ перед собою, как будто пытался понять, что же у них сейчас творится в голове и что они могут испытывать.
Тревогу ли?
Жажду ли?
Или же ничего, кроме самой настоящей пустоты?
Тогда же компания заметила, что чудища тоже немного приутихли, и вместо того, чтобы бессильно пытаться высвободиться из цепей – все до единого – воззрились на монаха с белыми перчатками на руках, как будто…
Увидели свое отражение в зеркале.
- С-сид? – осторожно произнес Кольт, делая шаг по направлению к другу. – Ты что-то понял, дружище?
В ответ донеслась лишь тишина. Которая, впрочем, очень быстро сменилась на методичные шаги в сторону одного из чудищ.
Чародей хотел было остановить монаха, но кажется монстр совершенно не обращал на Сида никакого внимания, продолжая словно быть в каком-то трансе.
Все удивленно уставились на монаха.
Даже Цветным Ведьмам показался этот факт весьма изумительным.
Монах осторожно встал напротив чудовища, оглядывая его изуродованное лохматое тело, клыки и когти, а также…
Два небольших костяных нароста в области лба.
«Рога… - понял Сид, оборачиваясь и окидывая пристальным взглядом остальных чудовищ. – Как я и предполагал, у некоторых из них есть рога. Не очень большие, но есть. Скорее все эти же обладают и черной кровью… Да, теперь мне все ясно».
Монах выпрямился, осторожно обернувшись к остальной компании.
- Да, я действительно понял кое-что, Кольт, ты прав, - он покачал головой, направляясь в сторону выхода из лазарета.
- М?! Стой, раз понял, так расскажи нам, Сид! – удивленно воскликнул Кольт, хватая монаха за рукав. – Что это за болезнь? Откуда она взялась? И как нам помочь им?
А затем словил на себе бездонный, черный взгляд монаха, который…
Не источал ничего, кроме пустоты.
- К сожалению, никак, - устало отвечал монах, искоса посмотрев на монстров позади себя, которые вновь начали приходить в себя и отчаянно завывать.
- Как – никак? – не понял чародей.
- Этим и всем другим чудовищам уже не помочь, Кольт, - сказал монах. – Ведь у них забрали их души, - он печально опустил взгляд.
Все уставились на монаха, пытаясь понять, о чем он таком говорит.
- Что? Как забрали души? – похолодевшим голосом спросил Кольт, заставив напрячься даже самих Цветных Ведьм. – Р-разве т-такое возможно? К-как ты это узнал?
- Уж поверь мне, дружище, - отвечал Сид, высвобождая рукав мантии.
Их взгляды снова встретились.
- Не может быть, - все еще не верил своим ушам маг.
- Может, и я ручаюсь за это, - тяжело вздохнул монах. – Уж кто-то, а я ручаюсь… - печально добавил он. – Ведь если забрали душу – забрали и надежду, – добавил он уже чуть громче, чтобы его услышали все. – Забрали жизнь и забрали самое себя. От этого нет ни спасения, ни леченья. А лишь… смерть и безумие.
- Но кто же мог забрать у них эти души?! – удивленно воскликнул Сэмю, точно также не веря своим ушам. – Да еще и у такого большого количества людей?!
- Не у всех были забраны души, - быстро отчеканил монах. – А лишь у тех, у кого в последствии выросли рога. На вопрос же о том, кто это сделал – я не знаю, - коротко отвечал монах.
- Я-ясно, - тихо прохрипел в ответ Кольт Ахталалт, все еще пытаясь осмыслить только что услышанное. И никак не мог. – Я-я, я верю тебе, дружище. Верю, как никто другой, - он скрипнул зубами.
- Вот и славно, если веришь, - кивнул монах. Он поднял свой безжизненный взгляд, и увидел перед собою Шэну, что стояла ближе всех.
Поднял, и заставил девушку ужаснуться.
Взгляд, которым посмотрел на ведьму монах, словно принадлежал совершенно иному человеку.
Не тому немного неуклюжему, забавному и чуток дурашливому монаху, которого ей и другим Ведьмам довелось встретить сегодня поутру.
Нет… этот взгляд…
«Кто же ты такой?» - подумала Шэна, молча наблюдая за тем, как парень неспешно направился к выходу, где в последний раз взглянул на всех присутствующих, и сказал:
- На этом моя работа здесь окончена, - сказал он. – Как и договаривались, впрочем. При первом же удобном случае я вернусь на корабле обратно в Бершку.
- Погоди-погоди, Сид, а сейчас то ты куда?! – удивленно воскликнул Сэмю, нагоняя монаха.
- Мне нужно выпить, - нехотя отвечал монах. – И желательно чего-то покрепче.
****************************************************************
Говард Лонгха Анэ в очередной раз перечитал свой доклад, в котором говорилось об их путешествии с господином Кольтом по другим мирам в поисках лекарства от «Дикого Касания». Он попытался описать все как можно более детально. Со всеми подробностями и в наилучших красках, на которые был способен, дабы никто даже не подумал усомниться в подлинности данного документа.
В то же время…
- Гм, будете мне должны, господин Кольт, - тяжело вздохнув, пробормотал себе под нос офицер Небесной Гвардии, и поставил на желтом пергаменте свою печать.
Затем встал из-за рабочего стола, отряхнулся, направился к двери и вышел в коридор, дабы лично вручить доклад своему «начальнику», господину Хальгоду - ишиму, что командовал войсками Небесной Гвардии в Каармине и за его пределами.
Как мы помним, воины Небесной Гвардии, личной Гвардии Круглого Престола и Великих Лле, делились на ангельские чины, которые им даровались соответственно их силе, могуществу и влиянию.
Наивысшим рангом был «элохим» - им обладали все без исключения генералы Небесной Гвардии, которых было четырнадцать. Потом шел элим, хашмалим, офаним, хайот… в общем числе их было Четырнадцать, и ишим был третьим по счету с самого конца.
Ишимы в основном командовали частями Небесной Гвардии, что располагались в городах и городских агломерациях, больших деревнях.
Что-то вроде командующих гарнизонами, однако с намного большими правами.
Ведь не стоит забывать, что Небесная Гвардия служит лишь Круглому престолу. И ради того, чтобы выслужиться. Ради того, чтобы показать себя и свою верность – порой совершенно не задумывается о том, что хорошо, а что на самом деле плохо.
Ибо для гвардейцев – существовало лишь то, что хорошо для Великих Лле.
Вот и все.
Говард остановился возле большой двери, оббитой железом и украшенной рунами. По ту сторону доносились разнообразные голоса.
Набрав в легкие побольше воздуха, офицер надавил на ручку, и вошел внутрь громадного, как для простого рабочего кабинета, помещения, где потолок был украшен золотом и фресками, а пол – дорогими мраморными плитами. Мебель из темного дуба. А сквозь черно-белые окна (стандартная расцветка всего и вся, что было связано с Небесной Гвардии) окна проникал свет потихоньку заходящего солнца.
В воздухе присутствовал едкий запах ладана.
Говард вошел и резко остановился, как вкопанный.
- Позор! Позор! – прокричало гигантское, безрукое существо в длинной робе, склоняясь над столом командующего Хальгода.
- И крайне неблагоразумно, - отвечал ему Виар Атэлош, чьи гигантские крылья и довлеющая аура, заставляли твое сердце трепетать, а разум меркнуть.
- Но я действительно ничего не нашел! – оправдывался перед ними директор Академии Каармин, Сифирон. Он стоял против рабочего стола командующего Хальгода, которого в самом кабинете почему-то не было.
- Я заручался поддержкой лучших магов-сенсоров! Использовал все возможные и невозможные способы! Да будь я проклят, если Бледная Ведьма прячет зараженных в Академии!
- Хм, может быть ты и прав, Сифирон, - вздыхая, а вместе с этим – колебля воздух вокруг себя, сказал Виар.
Генерал обернул свое лицо-маску в сторону двери, увидев там изумленного офицера.
- А, юный Говард, проходи-проходи, я так понимаю, ты принес доклад со своего недавнего «турне»?
- Милорд Виар! Милорд Хеддисс! – тотчас бросился на колени офицер. – Я-я! Я и понятия не имел, что вы прибыли в Каармин! Это честь для меня видеть вас воочию! Простите, я кажется, не вовремя! Не хотел прерывать вас! Я сейчас же удалюсь…
Хеддисс, Генерал Позора, мерзко скривился.
Он не любил таких офицеров - искренне преданных своему делу и служению. Ибо их действия, несмотря на тотальную, а порой даже слепую преданность, никогда невозможно было в точности предсказать.
А вот Генерал Благоразумия наоборот.
- Не стоит извиняться, Говард, ты ничуть не помешал, - с плохо скрываемым удовольствием, сказал Виар, на которого, конечно, преклонения колен действовало особым, «магическим» образом. – Здесь все свои, как ты видишь. Встань с колен.
Офицер повиновался.
- Мы как раз обсуждали кое-какие предстоящие события, - сказал генерал, указывая пальцем на Сифирона.
- Пхе, - фыркнул директор Академии.
- Что-то случилось в Академии? – озабоченно поинтересовался офицер.
- Позор! Позор! Ему не зачем знать об этом! – в сторону Говарда наклонилось гигантское деревообразное тело.
Белый шлем в виде креста с черным забралом вблизи были еще ужаснее и страшнее. А два ряда острых акульих зубов явно давали понять, что генерал уже давно перестал быть обычным человеком.
– Он якшается с Кольтом Кромэ Ахталалатом, крысой, предателем, ничтожеством, тупицей, швалью, чернью магического общества!
- Успокойся, Хеддисс. Твои крики, хотя и несут правду, но не содержат благоразумия, - резко перебил его Виар, и Генерал Позора, хотя и не сразу, но таки успокоился, а затем снова выпрямился, чуть не задев своим шлемом своды потолка. – К тому же не забывай, что Говард Анэ – один из лучших наших офицеров. А в предстоящих событиях нам понадобиться каждый, кто способен держать оружие в руках.
- Позор… - фыркнул генерал.
- Нет ничего позорного в благоразумии, Хеддисс, - отрезал Виар, вновь переводя свое внимание на офицера, который стоял весь бледный от страха, но таки не сдвинулся с места и продолжал упорно держаться на ногах.
Генерал Благоразумия снова довольно усмехнулся, хотя из-за маски в точности сказать это было, конечно же, невозможно.
– Как я уже сказал, в предстоящем деле нам понадобиться вся мощь Небесной Гвардии, - повторил Виар, оборачиваясь лицом к громадному стрельчатому окну, через которое принялся наблюдать за первыми сумерками.
Некоторое время в кабинете царило гробовое молчание.
- Как ты, конечно же, знаешь, Говард, по Единству нынче разгуливает очень страшная и неизлечимая болезнь, забирающая сотни человеческих жизней, словно настоящая чума, - спустя несколько минут генерал вновь заговорил. – В простонародии ее прозвали «Диким Касанием». Лечению она не поддается, и с каждым днем поражает все больше и больше живых существ, обращая их в кровожадных монстров и безмозглых чудищ, - генерал вздохнул. – Лекарства от нее тоже нет, и до недавнего времени не был известен и ее источник, первопричина, так сказать, - Виар резко развернулся к офицеру, и тот невольно вздрогнул. – До недавнего времени…
Говард Лонгха громко сглотнул.
- Однако, несколько дней назад поступило известие от Круглого Престола… причину болезни, хотя и с величайшим трудом, но все-таки было найдено.
- Что? Неужели?! Это же прекрасно, милорд! – воодушевленно отвечал Говард, но потом быстро пожалел об этих словах.
- А точнее причины, ибо их сразу несколько, - холодно продолжил генерал, выждав затем драматическую паузу. - И имя им - «Цветные Ведьмы».
«Что?» - словно гром среди ясного неба промелькнуло в голове у рыцаря.
Он залип на месте.
- Да, юный Говард, не стоит так удивляться. Болезнь изобрели Цветные Ведьмы, используя свою грязную черную магию, - продолжал тем временем генерал, качая головой и расхаживая по кабинету. – Это было ясно и четко доказано высшим советом Круглого Престола. И создана эта болезнь была специально, дабы опозорить - омрачить честь Великих Лле! Небожителей, которые верой и правдой защищают нашу Империю!
«Что это значит? Изобрели Ведьмы? Но ведь госпожа Шэна и господин Кольт пытались найти лекарство от этой болезни! И именно ради этого мы отправились за три девять земель, дабы отыскать Сида Ди Вандервоука, разве нет?!» - продолжали вихрем нестись мысли в голове Говарда.
Рыцарь всеми силами старался оставаться невозмутимым, но с каждой секундой это становилось все сложнее и сложнее.
- Именно поэтому мы, а также Генерал Бэйлор, лично прибыли в Каармин, дабы заключить Ведьм под стражу, а затем – предать законному суду. Суду за все, что они сделали, - продолжал Виар. – Это произойдет послезавтра. На утро после турнира в честь столетия Академии, дабы не расстраивать прибывших гостей столь мрачным известием.
Говард вновь невольно вздрогнул.
- Послезавтра поутру благоразумие и справедливость наконец-то восторжествуют в этом мире. И зло, что столь долго отравляло нашу Империю изнутри наконец-то будет уничтожено, – торжественно закончил генерал.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге