16+Роман
Системный Пожарный I
Пятнадцать лет стажа, две тысячи выездов... А погиб, вытаскивая ребёнка из горящей расселёнки. Очнулся в теле нищего дворянского недоросля. Наследство небогатое: сестра двенадцати лет, четыре рубля двадцать копеек и самый смешной Дар империи — бытовая Влага.
На воротах, на серых досках, углём — жирно, размашисто, во всю створку — был нарисован петух.
Читать фрагмент
Читать ещёГлава 1. Кровля не держит— ОТБОЙ! ВСЕМ ОТБОЙ! НА ВЫХОД!Рация захрипела так, будто её саму взяли за глотку. Пахомыч. Двадцать лет мужика знаю, и орал он так один раз в жизни — когда у него на глазах звено под перекрытие ушло.— Горев! Кровля садится! Всем вниз, я сказал!Да слышу я, слышу. Я старый, но пока не глухой.Я стоял на площадке девятого этажа и смотрел вверх, в лестничный пролёт, где ворочалось чёрное. Дым шёл жирный, тяжёлый — пластик, проводка, вся эта красота, которой люди набивают квартиры, а потом ею же и травятся.Вниз — это правильно. Вниз — это по уставу. Внизу штаб, внизу скорые, внизу мать — я её видел, когда мы заходили: её держали двое из оцепления, и она уже не кричала, а просто выла.Потому что наверху, на десятом, в сорок третьей квартире, осталась её дочка. Семь лет.— Первый, я Горев, — сказал я в рацию. — На десятом ребёнок. Поднимусь.— Горев, твою мать! Кровля держ…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.
Комментарии 0