Системный Геймер 6

Глава 1 «Самый справедливый в мире суд»

Не удалось полюбоваться красотами императорского дворца, а жаль. По дому можно составить примерное представление о его хозяине. В открытом доступе почти не было информации, фоток, обсуждений и отзывов — кого попало сюда банально не приглашали, электронные девайсы отбирали на входе.

Нас провели по нескольким техническим коридорам и вывели в небольшой зал. Чопорный мажордом попросил подождать, пока император освободится, и исчез, оставив нас в приятной компании впечатляющего по разнообразию бара. После жаркой битвы как раз хотелось освежиться.

— Ну и денек. — Радзивилл безошибочно выбрал самую старую и дорогую бутылку коньяка и щедро плеснул себе в стакан. — Будете?

— Не, я лучше лимонадика. — Проигнорировал усмешки стариков и с громким пшиком вскрыл железную банку, покрыв ладони инеем. — Люблю холодненькое.

— Молодежь, — покачал головой ректор, передавая второй стакан Распутину. — Будем!

Мариновали нас недолго. Обычно в подобных ситуациях смотрели, как ведут себя «гости», переживают ли, мучаются угрызениями совести и так далее. Нас с гоблинкой и кицунэ прочитать не смогли, а старики явно чувствовали себя довольно хорошо.

В один миг без всякого пафоса в зал вошел новый человек. Некогда он был силен, красив и статен, но теперь я видел крайне уставшего мужчину с тщательно замаскированными мешками под глазами и морщинами на лице. И дело не в возрасте, а в постоянно снедающем императора стрессе. Оно и понятно, руководить крупнейшей империей в мире — это тебе не финики собирать.

— Здравствуй, Николай. — Он поздоровался с ректором за руку. — Налей и мне.

Радзивилл степенно кивнул и потянулся к бутылке, пока мы с Распутиным стояли в поклоне, а девушки и вовсе упали на пол.

— Обойдемся без церемоний, — вздохнул император и испытующе уставился на меня. Его взгляд словно вопрошал, какого хрена я здесь забыл и зачем вообще доставляю неприятности. — И представлений. У меня был тяжелый день.

— У нас тоже, — в тон ему ответил Радзивилл. — Тебе ведь доложили о нападении?

— Да, я наблюдал запись с дрона. Зрелище... впечатляющее. — Вероятно, в голове Николая Шестого вертелось другое определение, но он не стал его озвучивать. Глотнув коньяка, он сел на трон (и ведь я его не замечал!), поправил подушку под задницей и вопросительно уставился на Радзивилла. — О чем ты хотел со мной поговорить?

— Утром я послал тебе пакет файлов. Ты с ним ознакомился?

— Да, — односложно ответил император, и его лицо никак не изменилось.

— Судя по тому, что мы до сих пор не арестованы, ты согласился с моими выводами?

— Возможно. Или я даю тебе шанс оправдаться перед тем, как сюда ворвутся гвардейцы. — Он поболтал янтарную жидкость в прозрачном сосуде и сделал небольшой глоток. — Скажем, когда я допью...

Не понравился мне его намек, и я применил системный взгляд. Ого! Неплохо! Коэффициент два, девяносто четвертый уровень, специализация на боевой магии. Достойный противник, не хуже неубиваемого сегуна, чтобы его о́ни в жопу драли! И гвардия наверняка не хуже, придется попотеть.

— Оставь угрозы, Николай. Если бы ты не хотел разговаривать, мы бы сейчас здесь не сидели. — С дозволения императора Радзивилл занял диван, а мы с Распутиным отдельные кресла. — Ты ведь оценил наше благоразумие?

— Да... — Император тяжело вздохнул и потер переносицу. Когда он поднял взгляд, на лице отпечаталась стальная решимость, а тело задышало энергией. — И все же не забывайся, ты находишься перед императором.

Обстановка в зале мгновенно накалилась. Два старика буравили друг друга страшными взглядами и демонстрировали силу аур. И, боюсь, Радзивилл проигрывал. Видать, ожидал от давнего товарища иного поведения.

— Считай, вы находитесь на суде. Рассказывай, с самого начала. Как долго у тебя находились эти данные?

— Я увидел их сегодня ночью. Тебе стоит поговорить непосредственно с теми, кто их раздобыл. — Радзивилл ловко сбросил на меня императорский гнев, отгородившись стаканом. — Кирилл, будь добр...

— А, Строганов. Тот самый наглый князь-уборщик, взбаламутивший наш тихий омут, — криво усмехнулся Николай Шестой, избегая смотреть на меня. — Тот, кто уничтожил древний род Оболенских. Тот, кто поссорил меня с Рокфеллерами. Тот, кто вооружает нелюдей и готовит восстание...

— Минуточку! — грубо перебил его, войдя в привычное амплуа дерзкого юноши, но все же в конце добавил: — Ваше Императорское Величество, не надо ложных обвинений!

— Хочешь сказать, я лгу?! — грозно нахмурился Николай Шестой, чуть привстав.

— Скорее, те, кто докладывали вам, искусно мешали ложь с правдой. Согласен со всем, кроме последнего пункта. Я не готовил никакого восстания!

— Удивительное признание... — Голос императора не потеплел ни на йоту. — Ты вооружил низших! Грязных гоблинов и орков!

— Вообще-то они чистые! — возмутился я. — Специально слежу, чтобы они каждый день душ принимали или в баню ходили. Ваше Императорское Величество...

— Да как ты смеешь, сопляк! — взревел он. Предметы в зале взлетели сами собой.

Интересно, телекинетик. Очень непростой противник, будет отклонять все мои атаки и проникать под щиты, сдавливая сердце или ломая шею. Обычно их хорошо убивать таргетными проклятиями, но вот беда — у меня в арсенале их нет! Хотя Система мне там уник должна, причем на мой выбор...

— Ваше Императорское Величество, вы закончили демонстрацию силы? — спокойно спросил у него.

Стоило отдать императору должное, опыта и самоконтроля у него хватало. Несколько вдохов, и он почти пришел в норму, не считая бьющейся на виске жилки.

— Тебе есть что сказать по предъявленным обвинениям? — раздраженно осведомился он.

Решил не напоминать, что никаких обвинений мне не предъявили, да и права не зачитали. Мы не в американском сериале за все плохое против всего хорошего.

— Я занял никому не нужный район с разрешения комиссара Распутина, Ваше Императорское Величество, — почаще повторять надо это словосочетание, от меня не убудет, — которому он ранее принадлежал. Эльфы, гномы, орки и прочие присягнули мне в верности, и я принял их в род исключительно ради обороны, ведь на мою территорию постоянно нападали! Никакого бунта мы не замышляли, иначе действовали бы совсем по-другому. Мне нечего скрывать. — Всем видом излучал уверенность и отсутствие страха. Да я и на самом деле не боялся! Вырваться из дворца будет несложно, а там девушек в охапку и во Владивосток. — В случае с Рокфеллерами и Оболенскими я защищался. Если ваши разведчики предоставили иную информацию, рекомендую незамедлительно их уволить.

— Ты действительно дерзок, — нейтрально ответил император. — Но это даже лучше пресмыкающихся царедворцев. Но не перегибай палку, мое терпение не безгранично. Допустим, ты не нарушал никаких законов и ничего против меня не замышлял... зачем тогда сцепился с моим сыном?

— Это была полностью его инициатива. Я не смог пройти мимо дамы в беде. Каюсь, моя слабость — тяга к справедливости.

Некоторое время мы молчали. Император допил свой бокал, и Радзивилл разлил всем по второму. Никаких гвардейцев к нам не врывалось, да и я бы засек их по мини-карте.

— Я внимательно изучил присланные вами файлы. Включая координаты убежища Ивана и схрона для передачи денег. Все подтвердилось. — Он резко помрачнел и сжал кулак, не обращая внимания на впившиеся в руку осколки стекла. Хороший коньяк смешался с кровью и потек на ковер, который стоил больше моей машины. — Мой сын всегда был идиотом, но я надеялся, что он поумнеет...

— Не вини себя, — вновь вступил в беседу Радзивилл. — Люди не могут быть хороши во всем.

— Я многое ему прощал, и он потерял берега. Николай, тебе я приношу свои извинения. Их браку с Юлей не бывать, я поищу другой способ упрочить связь наших родов.

Радзивилл медленно кивнул, принимая слова императора. А тот говорил, уставившись отсутствующим взглядом стену и словно пребывая где-то далеко:

— Тимофей, соболезную по поводу твоей жены. Я действительно не знал, что Иван приложил руку к ее смерти.

— Одних соболезнований мало, Ваше Императорское Величество, — впервые заговорил Распутин-старший мертвым тоном. — Я требую головы паршивца.

— В иной ситуации об этом не могло бы быть и речи, но... — Он посмаковал болтающиеся на языке слова и смачно выплюнул: — Разумеется, я знал о его связях с японцами. И, прости, Николай, о его попытке уничтожить тебя. И решил не вмешиваться, пока ситуация не станет критичной...

Короткая пауза с тяжелым дыханием. Император сильно злился.

— Иван перешел черту, когда задумал покушение на меня и старшего брата. Мои люди доставят его к тебе... официально завтра он заболеет неведомой болезнью и умрет через неделю. Правда не должна покинуть этих стен.

Не понравился мне взгляд императора, вспомнившего о моем существовании. Ну да, он кинул кости тем, кто имел настоящее влияние, и теперь нас больше ничего не связывало. Я же для самодержца являлся угрозой, неконтролируемый наглый юноша с мощным даром.

— Что же касается тебя, Кирилл Строганов... боюсь, тебе придется задержаться. Мой глава Тайной канцелярии очень хочет знать, откуда у тебя сведения, о которых не знал даже он.

— Так ли не знал? — удивленно приподнял левую бровь. — Ваше Императорское Величество, вообще-то они прямиком с его терминала. Торви подозревала его в государственной измене и хакнула его.

Спасибо гоблинке, не стала поднимать скрытую капюшоном с ушками голову, иначе написанное на ее лице изумление сломало бы мне все легенду.

Предметы в комнате вновь взлетели и упали, несколько бутылок лопнули. Мда, императору бы в отпуск слетать, совсем нервы ни к черту. Николай Шестой позвонил в колокольчик и что-то прошептал появившемуся слуге.

— Сейчас проверим, — многообещающим тоном заявил он. — Пока мы ждем... Николай, расскажи свое мнение о ситуации.

— Кирилла стоит наказать за своеволие, но никак не губить. Ты ведь и сам знаешь, подобные ему таланты крайне редки и полезны для империи.

— Послать его в армию? — усмехнулся Николай Шестой. — Через год он вернется генералом. Зачем оно мне?

— Пускай учится в Академии под моим жестким контролем. Пообещает держать опричников на своей территории и не брать новых. Я укорочу поводок и займусь воспитанием подрастающего поколения, — миролюбиво предложил ректор.

— Разрешите добавить, Ваше Императорское Величество, орки и не покидали моей территории! Тот ЖК был честно выкуплен у Ломоносовых, и мы опять-таки всего лишь защищались от людей Ивана!

— Лишь поэтому я сейчас с тобой и разговариваю, — резко выдохнул Николай Шестой. — Если бы ты отступил от законов... Помолчи, и без тебя тошно.

Забавная ситуация. Вроде как император первый среди равных, один из сильнейших магов, но связан по рукам и ногам древними неписаными правилами и существующими. Если дворянство объединится, оно легко ему накостыляет, не считаясь с потерями. Для этого должна произойти всего одна вещь — беспредел со стороны власти. Получалась кривая, но вполне работающая система сдержек и противовесов. Из-за нее же он не мог спустить Ивану вредительство Радзивиллам и Распутиным, хотя последней каплей весов была подготовка покушения на него же.

Второй сын планировал удержать престол с помощью японцев, по сути, отдав им все восточное побережье в обмен на гвардию из демонов и нескольких кицунэ. Вот же идиот... Хуже союзника и представить себе сложно. Узкоглазые наверняка надули бы его, чтобы ввергнуть империю в гражданскую войну и захапать себе больше территорий.

Странная ночь. У стариков была своя беседа. Они сгруппировались у камина и вспоминали о былых деньках под треск поленьев, опрокидывая стакан за стаканом и совершенно не пьянея. Меня не звали, да и я не хотел. Мы с девчонками заняли диван в углу и уткнулись в телефоны, переписываясь с остальными. Во дворце, кстати, стояла глушилка, но Система легко ее обошла, о чем император даже не подозревал. Временами появлялся какой-то мужик и приносил нам то кофе, то прикольные бутерброды с камчатскими крабами, то энергетики по просьбе Торви. Вышколенный слуга и бровью не повел на просьбу гоблинки, вернувшись с кислотно-яркими банками буквально через минуту.

Ближе к рассвету наконец появились новости, и они удручали — Иван Николаевич Романов исчез, как сквозь землю провалился. Зато глава Тайной канцелярии быстро признался, что работает на него. Ну, сложно отпираться, когда у тебя прямо в телефоне все доказательства и рыльце действительно в пушку. Пошел, так сказать, на сделку, обменяв последние дни без постоянных пыток на ценную информацию и быструю смерть.

— И что же с тобой делать, Строганов, — устало произнес император. Легкий отдых души не пошел на пользу тела, старик давно хотел спать. — В Сибирь бы тебя отправить...

— Полагаю, Ваше Императорское Величество, скоро вы измените свое мнение, — нагло заявил я, резко встав и активируя щит.

— Ты что творишь?! — воскликнул Распутин. — С ума сошел?!

Со стороны наверняка выглядело, что я собираюсь напасть на императора. Да ну, я же не идиот. Времени нормально рассказать о предупреждении Системы и придумать источник происхождения информации не оставалось.

На нас напали. Незаметная дверь в стене для слуг вспыхнула и сгорела в фиолетовом огне. Зачем ее уничтожили, непонятно, ведь в следующий миг проем значительно расширился, пропуская знакомый мне многометровый кибернетический доспех.

Волна плазмы ударила в мой щит и отрикошетила в стены, сжигая бесценные картины.

— Давно не виделись, сегун Хиото, — громко сказал я, переключая внимание на себя.

— Как это понимать?! — гаркнул Николай Шестой, полностью нивелировав мои усилия.

— Я пришел забрать то, что принадлежит мне по праву! — выскочил из-за спины сегуна Иван Романов. — Ты сильно недооценил меня, отец, и поплатишься за это!

Хрен Второй сжимал артефакт легендарной редкости в виде переливающейся всеми цветами радуги призмы. Во все стороны ударили белые и черные лучи, нацелившись точно нам в грудь. Миг, и все присутствующие в комнате лишились своей магии.

— Это же... — выпучил глаза Николай Радзивилл... — Как?!

— Вам следует лучше платить слугам. Всего за неделю я добрался до вашего арсенала, — с гордостью заявил Иван. — Немедленно присягни мне в верности, отдайте обеих дочерей в наложницы, и я оставлю тебе жизнь!

На сегуна Хиото артефакт второго хрена не подействовал, как, впрочем, и на нас с Яэ. Кицунэ питала сила храма, а меня поддерживала Система, которую я все чаще считал местной богиней.

— Я не боюсь смерти, сопляк, — гордо выпрямился Радзивилл. — Корона и дня не проведет на твоей голове.

— Идиот, что ты творишь! — побагровел Николай Шестой. Император сильно раскраснелся и часто дышал, застыв в шаге от инфаркта. — Ты...

— Больше ты не сможешь мной помыкать! Я первый в роду со времен нашего основателя, кто не боится принимать сложные решения! — Иван посмотрел на меня и зло оскалился. — Знай, я планирую поиметь всех твоих сучек, прежде чем казнить их. Хиото, действуй!

В принципе, я был согласен со вторым хреном, можно было начинать мочилово. Только вот сегун не сдвинулся с места, напротив, опустив меч.

— Ты что, меня не слышал?! — закричал Иван, озираясь на своего недавнего союзника.

— Я не подчиняюсь тебе, мальчишка, — высокомерно ответил японец. — Ты должен был предупредить меня, что здесь находится Строганов.

— Решил устроить тебе сюрприз! Он же надавал тебе по ушам!

— Ты действительно идиот. — Мне показалось, что сегун усмехнулся. — Он находится под покровительством храма священной сакуры. Я не рискну повторно вызвать гнев верховной жрицы.

— Что?! Ты отказываешься от нашего договора из-за какой-то бабы?! — выпучил глаза офонаревший паренек.

— Не было никакого договора. Мы использовали тебя, но ты показал себя слишком глупым и ненадежным союзником. Прощай. — Сегун просто развернулся и ушел, и его никто не пытался остановить. За ним потянулись сопровождавшие его самураи.

— Восток — дело тонкое, — хмыкнул я, заключая Ивана Романова в хватку ледяных когтей. Точнее, попытался. Он оказался не таким уж идиотом, применив второй легендарный артефакт — эвакуационную сферу. Исчез во вспышке, телепортировавшись неизвестно куда. Даже Система не знала! Спасибо, что артефакт хотя бы был одноразовым.

— Вот же... — виртуозно выматерился Николай Радзивилл, которого ограбили на космическую сумму. — Коля, что будем делать?

— Найдите мне какого-нибудь слугу и принесите водку! — рявкнул все еще багровый император.

Да-а-а, чую денек будет не менее интересным, чем ночка.

Глава 2 «Снова в школу»

Я ошибался, день прошел скучно и закончился так себе. Ивана не нашли, на что я особо не рассчитывал. Если уж он от Системы ускользнул...

Император удалился вместе с Радзивиллом, оставив нас с Распутиным и девчонками в гостиной на долгие часы. Мы несколько раз поели и поболтали, старик оказался не так уж плох, рассказав пару баек из молодости и посоветовав мне не переживать. Раз до сих пор на плаху не потащили, значит, пронесет. Добив бутылку, он завернулся в плед и уснул перед камином под треск поленьев.

Для внешних наблюдателей я сидел в мобиле и листал ленту, через интерфейс следя за всем происходящим. Капотню и Западный Узел Связи не трогали, что не могло не радовать, в Питере тоже все было спокойно. Похоже, император на самом деле пытался поймать своего второго сына, а тот исчез без следа. Потратив несколько часов, он вспомнил о куда менее важном мне и передал свое решение с вернувшимся ректором.

— Собирайся, Кирилл, я отвезу вас в Академию, — дружелюбно кивнул мне Радзивилл. — По пути обсудим положение дел. А тебя, Тимофей, попросили остаться. Персональная аудиенция через десять минут.

— Полагаю, все не очень радостно, иначе мы бы махнули куда-то получше.

— Я понимаю, что тебе не нравится учеба, и все же попрошу не оскорблять творение всей моей жизни, — строго заметил ректор.

Я пожал плечами и промолчал. Ну да, со своим уставом в чужой монастырь...

Когда мы вчетвером разместились в лимузине, Николай Семенович продолжил как ни в чем не бывало:

— Ты сильно помог мне, и я... перед тобой в долгу. Поэтому постарался, чтобы наказание было не слишком сильным.

— Наказание? Да за что! — возмутился и наткнулся на строгий взгляд.

— Прошу, не перебивай меня. Мое терпение велико, но далеко не безгранично. Я ведь уже рассказывал о негласном договоре, который ты жестоко нарушил. Очень многим не понравилось вооружение нелюдей... — Короткая пауза на глоток чего-то алкогольного, и ректор заговорил чуть добрее: — Ты революционер и бунтарь по натуре, понимаю, молодость. Однако такие великие дела не терпят спешки. Тебе придется затаиться и показать, что ты умеешь сдерживаться...

— Давайте не ходить вокруг да около. Вон уже Академия в окне виднеется.

— Хорошо. Пока что тебе строго не рекомендовано принимать в род новых... нелюдей. На браки не распространяется. И до особого распоряжения твое право покидать Академию аннулировано. Меня поставили присматривать за тобой и следить, чтобы ты больше ничего не выкидывал. И ни в коем случае не пытайся что-либо захватить. — Он по-отечески улыбнулся, пытаясь сгладить горькую пилюлю. — Сосредоточься на учебе и турнире. Если победишь, я смогу убедить Николая вернуть тебе свободу передвижения.

— Ну это будет несложно. Когда там финал? — спросил я больше для проформы и показания бравады. И так знал — последний день лета. То бишь куковать мне в Академии три месяца безвылазно.

Распрощавшись с ректором на теплой ноте, я почапал в свою квартиру. Стоял чудный субботний вечер, в связи с прекращением расследования о гибели студентов занятия возобновлялись в понедельник. Откровенно говоря, я сильно заманался и хотел сделать небольшую передышку. Поваляться в джакузи или поплавать в бассейне на крыше под звездами. Наступит новая неделя, и там уже решу, что делать дальше.

Валантэ уже ждала меня в квартире. Торви забрала недовольную Яэ «патрулировать» окрестности, и мы остались с нагой эльфийкой наедине, я пробыл в одежде буквально несколько мгновений. Нам не требовались слова, за нас говорили наши тела... много позже мы лежали в шикарной ванне, и я наслаждался нежным массажем головы под мелодичное пение.

— Вам следует поспать, хозяин, — ласково проворковала она. Должен заметить, ее грудь служила шикарной подушкой. — Можете прямо здесь, я не дам вам захлебнуться.

— Вэл, почему ты не зовешь меня по имени? — задал давно интересующий вопрос.

— Следовать правилам... своей сути... безопасно. Комфортно. — Она замерла, осторожно добавив: — Если желаете, я пересилю себя...

— Поступай как тебе больше нравится, я просто спросил. — Чмокнув расслабившуюся эльфийку в губы, я грустно вздохнул. — Почему заднеприводные никак не закончатся? Не лез бы к нам Романов, не попали бы сейчас в опалу и сидели бы дома.

— Мой дом там, где вы, хозяин, — тепло улыбнулась Валантэ. — Вы могли бы не привлекать к себе внимания на том балу, но тогда Юле пришлось бы плохо. Сейчас она освобождена от ужасной участи и ненужного ей брака. Вы сделали доброе дело!

— Не делай добра, не получишь зла, — философски ответил ей. — Пофиг, прорвемся. В крайнем случае, оставлю здесь марионетку учиться, а сам продолжу завоевание мира. Никогда не умел сидеть тихо.

— Отличное решение! Хотя я бы порекомендовала вам сделать небольшую паузу, отдышаться, подружиться с кем-нибудь. Те простолюдины без вашей защиты пропадут, и Меньшиков кажется хорошим человеком.

— Может, так и сделаю... — пробормотал, постепенно погружаясь в сладкую дремоту.

Воскресенье прошло обыденно. Убедившись, что нас не собираются атаковать и подставлять, я снизил уровень всеобщей готовности и приказал изображать отход из злополучного ЖК. Полученные во время штурма повреждения позволяли убедительно заявить, что нам те руины нафиг не упали. Гоблины и орки превратили свой уход в громкий балаган. Официально я оставил там одну бригаду гномов делать ОЧЕНЬ неспешный ремонт. Неофициально еще и десяток темных и светлых эльфов с как минимум одним сильным магом (Бетринна, Эреана и Мэри менялись по очереди).

Капотня успокаивалась, Фельги возобновила проекты по реконструкции стадиона и района в целом, начав бурную деятельность по перестройке орочьего квартала. Варра на радостях объявила «полевые учения», выселив весь район в эльфийский лес для длительного выживания, больше напомнившего мне обычный кемпинг. А я... я в кои-то веки отдыхал и ни о чем не парился. К нам четверым присоединилась Вика, и мы просто гуляли, ели и болтали, вечером предавшись шикарной оргии. В понедельник жизнь уже не казалась мне такой паршивой, и я даже был готов встать на занятия без зубовного скрежета.

— Кирилл! — поприветствовала меня младшая сестра из простолюдинок. — Давно не виделись!

— У меня были другие дела. Как вы здесь без меня, Разумовский не приставал?

— Нет! И все благодаря тебе! — Мария все щебетала, попытавшись взять меня под локоток. Наивная. Из ниоткуда появилась Яэ и закрыла меня пушистыми хвостами.

Постепенно наша компания собралась в холле в полном составе. Слушая девичий щебет, с полуприкрытыми глазами я наблюдал за проходившими мимо аристократами. Некоторые оставались в холле и о чем-то тихо переговаривались, бросая на меня любопытные взгляды. Само собой, все члены семей «Золотой сотни» знали о моей опале и императорском гневе. Как и то, что я вынес второго наследника Романовых. Пожалуй, ненависти поприбавилось, как и страха. Хорошо, не должны лезть.

— Айда на занятия! Надеюсь, Петр Петрович устроит нам какую-нибудь практику, а то дальше у нас сплошь наука. — Мне и впрямь хотелось кому-нибудь врезать.

Мои чаяния сбылись наполовину. Сам урок прошел довольно скучно — вернувшиеся с нежданных каникул студенты демонстрировали свои успехи с шаровыми молниями. Большинство освоило заклинание без проблем, откровенно сыпались или лентяи, или те, у кого не было предрасположенностей. Им ППшка разрешил продемонстрировать что-то из других школ или личных разработок. Луцкая, например, выстрелила иглами черного льда как шрапнелью, наделав дырок в учебном манекене. Тарас, брат сестер-простолюдинок, создал вакуумную сферу, вдавив мишень внутрь самой себя.

Марина и Мария же откровенно застопорились, но, к моему удивлению, ППшка их не наказал.

— В очередной раз убедился, нечего целителям делать на моих занятия, — проворчал преподаватель и объявил об окончании занятия. — Строганов и прочие, останьтесь. Остальные свободны!

Задержалась аж половина класса, все надеялись оказаться в числе прочих. ППшке пришлось рявкнуть на них до зазвеневших стекол, прежде чем атмосфера очистилась.

В аудитории остались я, Яэ, Торви, Влад Меньшиков, Мидея Луцкая, Юля и Элла Радзивиллы (с сестрами, кстати, я ни разу не общался с момента поступления). Настоящая команда мечты.

— Не люблю повторяться, вы все дали информированное согласие и обещание не подавать на МДАМ в суд в случае получения травм. Даю последний шанс передумать. — Петр Петрович хищно усмехнулся, цепко вглядываясь в наши лица. Никто не дрогнул. — Хорошо. Капитаном турнирной команды назначается Элла.

Я слегка удивился, это ведь моя команда. С другой стороны логично, Радзивиллы властвовали в Академии и не могли подчиняться неизвестно кому.

— Почему?! Строганов их обеих за пояс заткнет! — не стал молчать Меньшиков, получив злобный взгляд от Юли.

— Я не возражаю, — спокойно заявил я, пытаясь погасить конфликт.

— Решение ректора не обсуждается. График тренировок составите сами, в пятницу сдаете мне тест, через неделю первое отборочное сражение. Свободны!

Решил не задавать очевидный вопрос — почему ППшка так наплевательски относился к своим обязанностям тренера. Работать лучше он все равно не станет, нет смысла воздух сотрясать. Занятия до обеда не задержались у меня в памяти, зато в столовой к нам подошла «снежная королева» Элла Радзивилл.

— Строганов, Меньшиков и прочие, нам нужно обсудить тренировки.

— Присаживайся! — дружелюбно отодвинул ей стул.

— По традиции команды обедают за отдельным столом...

— Время их нарушать! Мы все здесь как одна большая команда! — спокойно встретился взглядом с ледяной королевой и не опустил голову. — Ну же, девчонки, здесь все свои! Остальные члены команды и так здесь!

Элла решила не спорить с очевидным и села на предложенное место. Как-то незаметно простолюдины, Вика, Голицына, Вяземская и Воронцова переместились за края стола, оставив нашу великолепную семерку в центре.

— Для начала хочу сказать, что не собиралась бороться за лидерство, — спокойно заявила Элла и без запинки добавила: — Но раз мой отец возложил эту ношу на меня, я сделаю все, чтобы не посрамить оказанное мне доверие.

— Без проблем, ничего оспаривать не буду, — миролюбиво поднял руки. — Какой план?

— После занятий идем на совместную тренировку, нам выделят зал для занятий и все необходимое. На что способны вы с Луцкой, я примерно представляю. Мне нужна информация об остальных членах команды.

— Это можно! — хохотнул Влад Меньшиков, он же Весельчак и рядовой Шутник. — Я весь в твоем распоряжении, красавица!

— Не думай о себе слишком много! — вспыхнула непонятно зачем вклинившаяся Юля.

— Хочешь испытать меня, огненная девочка? С удовольствием! Особенно когда ты стала нормально одеваться!

Меньшиков прав, Юля пришла на занятия в обычном летнем платье. Бесследно пропали ее ирокез, рваная одежда и грязь под ногтями. О прежнем образе панка напоминала одинокая сережка в носу. Так и хотелось воскликнуть — что ж ты, фраер, сдал назад! Но я не стал, и так понятно: нет Романова — нет проблем. Обидно.

Они продолжили перебранку, которую я не слушал, сосредоточившись на еде. Кормили нас как всегда отменно. Студенты давно разбились на разные группы и сейчас обсуждали две главные новости — побег Ивана и открытие Академии, что, по сути, приравнивалось к проигрышу тех, кто давил на Радзивиллов. Их оказалось довольно много и, хотя причина не называлась, я подозревал, что дело как раз в инициативе по приему нелюдей на учебу. Ничем иным нельзя объяснить вереницу разных инспекторов и громкие требования членов дворянского собрания немедленно освободить Николая Семеновича от занимаемой должности. И заодно стало понятно, почему он решил меня защищать — нелюди оставались единственным реалистичным вариантом усиления собственных позиций.

Бр-р-р, заумь какая-то пошла. И чего я переживаю? Какое мне дело до проблем Николая Семеновича? Своих хватает! Мы пока что не полноценные союзники, а, скорее, попутчики. Мне вон Капотню отстраивать...

Послеобеденные занятия прошли не менее скучно, чем утренние. В конце мы разделились — Вика забрала девчонок на шоппинг (несправедливо, на них запрет покидать территорию Академии не распространялся!), простолюдины ушли учить уроки (жуть какие дисциплинированные), а наша великолепная семерка плюс Валантэ пошла в спортзал на «командное слаживание».

Не знаю, на мой взгляд, наше сборище напоминало «кто кого перепонтует». Меньшиков всерьез закусился с Юлей и с чистоты и могущества рода они быстро перешли на бицухи. Бывшая панк всерьез гордилась своим третьим местом на подпольном турнире и обливала нашего парня презрением, что он еще ничего не достиг. Влад в ответ резонно вспоминал, что ее вообще-то я протащил, и предложил устроить дуэль. Конец перебранке положила Элла, холодно приказав нам построиться в линию.

— Ключ к успеху в любой битве — дисциплина. Мы теперь одна команда и не должны тратить время на пустые перебранки. Юля, извинись перед Владом. Он сильный маг и смелый мужчина и не заслуживает твоих оскорблений. — Под тяжелым взглядом старшей сестры младшая пробормотала извинения. Не успел Меньшиков восторжествовать, как его прибило незримой глыбой. — Влад, Юля может уступать тебе в силе или боевых талантах, но она не менее умела и прекрасно проявила себя во время прошлого турнира. Извинись перед ней.

Меньшиков не стал спорить и покорно склонил голову.

— Раз мы наконец покончили с глупостями, я хочу, чтобы каждый рассказал о себе и своих способностях. Не беспокойтесь о секретах рода, на зал наложены чары сокрытия. Ваши слова не уйдут дальше этих стен.

Я прям физически почувствовал сомнения Меньшикова и Луцкой, да и сам не питал наивных иллюзий. Академия принадлежала Радзивиллам, они же нами командовали. Как минимум один род точно все узнает. С другой стороны, что мне скрывать?

Сделал шаг вперед и бодро начал перечислять основные способности, опуская ненужные подробности вроде уников. Почти все так или иначе попали на камеры и были проанализированы другими родами или участниками турнира, так что не вижу смысла в паранойе.

— Значит, твое отключение магии действует на площадь и не работает на артефакты, — констатировала Элла, не обратив особого внимания на металлических гончих и сюррикены. — К счастью, на турнирах они строго запрещены. Что-то еще?

— Ничего важного, — нагло соврал ей прямо в лицо. Девушка наверняка не поверила, но обострять не стала. — Торви, давай теперь ты.

— Я лучше продемонстрирую, — заявила зеленокожая с кислой физиономией. Я мог ее понять: когда ты привыкла вечно прятаться в тенях, сложно быть объектом всеобщего внимания.

Она исчезла в черном дыму и появилась на другом конце зала, теневыми клинками развалив учебную мишень на несколько частей. Затем ее тень ожила и выплюнула сгусток непроглядной тьмы в другой манекен, растворив верхнюю часть корпуса. Еще несколько дальнобойных заклинаний, связка быстрых ударов из серии скачков, прыжок под потолок (а здесь он был метров пять), и гоблинка вернулась к нам блинком. Разгоряченная демонстрацией Торви заулыбалась и снисходительно поклонилась на наши аплодисменты.

— Действительно впечатляет. Я удивлена, что ты служишь Строганову. — Элла, как обычно, воплощала собой ледяное спокойствие.

— Он оказался сильнее, и мне понравились его идеи. Кто следующий?

Яэ решила не заниматься демонстрацией, иначе, по ее словам, она бы разнесла нам весь зал. С учетом возросшей из-за поддержки храма силы кицунэ, даже с учетом, что сейчас был день (ночью ее характеристики повышались на пятьдесят процентов), ей все охотно поверили. Если свести ее речь в краткую выжимку — молнии, молнии, молнии. Шаровые, цепные, каскад, буря столетия и прочие выжигающие все заклинания.

После наших откровений следующей решила выступить Луцкая. Девушка уже видела себя частью гарема, хотя мы не возвращались к тому разговору. Уникальная магия позволяла ей компенсировать малый коэффициент. Черный лед хорошо пробивал все стандартные щиты, и малейшей крупинки, попавшей в тело человека хватало, чтобы наложить на него проклятье. На то она и делала ставку, попутно наращивая собственную скорость и игнорируя защиту. Хм, интересно, а если я ее пробужу, насколько сильнее она станет?

Немного помявшись, Меньшиков выдал впечатляющий список боевых и защитных заклинаний, которыми он владел. Секреты рода выдавать не стал, заявив, что его уники нам не пригодятся, так как они больше направлены на уничтожение больших армий. Сделал себе пометку по возможности напоить парня и попросить его показать схему, мне в арсенале массовое АОЕ совсем не помешает.

Последними выступали сестры льда и пламени. Они тоже перечислили и продемонстрировали свои способности, которые я охарактеризовал как выше среднего. Противоположные по характеру, они органично дополняли друг друга на поле боя. Высокие коэффициенты и качественное обучение делали их опасными противниками для наших врагов. Затем мы еще немного поболтали и разошлись. На следующую встречу наш капитан обещала прийти уже с готовой тактикой с учетом наших особенностей и провести первую тренировку.

Мы с Торви, Яэ и Валантэ вернулись в мою квартиру. Первым делом я разделся и залез в джакузи, чтобы расслабиться в пузырьках под хорошую музыку. Учеба оказалась не такой уж плохой (если не пытаться вникнуть в точные науки), мне нравилось. Не хватало преследующих меня с момента попадания драйва и вечной движухи, но я смогу с этим смириться. Будем считать, что я в отпуске!

Зазвонивший телефон нагло прервал мое расслабление. Да чтоб его! Я же ставил его в режим тишины! Значит, контакт из белого списка. Ну-ка выведем на интерфейс...

— Кир! — Казалось, Вика кричит мне прямо в ухо. — Срочно приезжай, у нас проблемы!

Уважаемые читатели! По традиции чибик Ольканиэль посетит профиль человека, подарившего книге награду любого размера!