Системная Перезагрузка: Том 3

Глава 1

— Ну что, бать, пошли к Максу? — Порох хлопнул меня по плечу, ухмыляясь. — Новая броня тебе точно нужна. Теперь уже не только за себя отвечаешь.

Я шёл вслед за Порохом на полном автомате, всё ещё не до конца осознавая произошедшее недавно, да и чувствовал я себя как будто огретый мешком.

Или как там в песне пелось?..

— Хорош ты, хорош, — продолжал Порох, пока мы шли по направлению к торговому центру. — Прям как меня заделали когда-то. Помню, офигел, как рассказали. Но чтобы прям в БТР-е… это сильно.

— Да не там, — на полном автомате ответил я.

— А где?

— Э-э-э… в пещере, получается, там ещё куча костей была, после боя…

— Хренеть. Малой родиться не успел, а уже в истории. Прям как я будет.

— Упаси господь, чтобы такой же получился, — пошутил я, хотя на душе было не до смеха.

— Красавец? — с надеждой спросил Порох, оглаживая лысую макушку.

Я просто усмехнулся в ответ на его деланно серьёзное лицо.

— Ага, конечно. Пошли уже.

Порох обиженно и притворно фыркнул, но улыбнулся. Знал же, что я прикалываюсь.

Торговый центр за месяц моего отсутствия тоже изменился до неузнаваемости. Целое крыло теперь было отдано под мастерские Макса — кузницы, алхимические лаборатории, швейные цеха.

Звуки молотов, шипение реторт, жужжание неизвестных механизмов — всё смешалось в единую симфонию прогресса. Системные ремесленники работали круглосуточно, обеспечивая Выживальщиков экипировкой.

Оказывается, как мне уже объяснили, — не всё так просто, как взять и вкинуть рецепт и сами ресурсы в него. Если браться за дело вручную, с правильной профессией, то можно сделать вещь куда лучше. Но для этого нужен системный инструмент, который тоже можно изготовить по рецептам. В общем, у них там всё сложно и очень интересно, и мне как-то не хочется вникать в детали производства. У меня другая направленность, — управлять и убивать.

Звучит не очень, если задуматься…

— Ну, погнали, — сказал Порох, толкая дверь.

— Ага, — ответил я, хотя мысли всё ещё были далеко.

О ребёнке, о будущем, о том, какой мир мы ему оставим.

Как зашёл в мастерскую — эти мысли тут же отшибло.

Мастерская Макса поражала, стоит признать. Огромное помещение, где раньше располагался обычный магазин электроники в ТЦ, теперь напоминало футуристический завод.

Мы с Порохом остановились в центре зала, где возвышался массивный агрегат — что-то среднее между кузнечным горном и 3D-принтером, принялись разглядывать его. Кнопки какие-то, рычажки… фиг его знает, что это, и вокруг него суетились несколько мастеров в кожаных фартуках с символикой Выживальщиков, работали... наверное.

— Лёха! — раздался знакомый голос.

Из глубины мастерской вышел Макс, но я едва его узнал. Прежний худощавый парень теперь выглядел настоящим кузнецом — широкие плечи, мускулистые руки, даже рост, кажется, увеличился. Над головой светилось имя, самое простое и обычное:

[Макс]

— Сколько ж таких Максов по миру ходит? — спросил я, пожимая протянутую руку.

— Много. Так пофигу же, у Системы уникальные айди, — ответил он. — А, извини, забываю, что ты потерялся у нас. Кликни по имени дважды, там снизу подпись появится. Цифра твоя.

Задумавшись, я сделал, как он и сказал.

[Персонаж]

Имя: Ной (ПЗ ОО 1)

Почесав голову, не понял обозначения, подсветил меню для него и попросил уточнить.

— Планета Земля, по профессии Охотник, оружие тоже класса Охотник, — расшифровал Макс. — Ну и цифра в конце, насколько ты такой уникальный охотник. Да-а, крутой айди.

— Ну и Бог с ним, — сказал я. — Смотрю, ты подкачался.

— Система, мэн, — усмехнулся он, демонстрируя немалые бицепсы. — Я ж уже двадцать второй, у меня давно полные квинтэссенции. Теперь могу создавать не только оружие и доспехи, но и системные механизмы. Вон, видишь ту штуку? — он указал на агрегат в центре. — Автоматический обработчик материалов. Сам спроектировал по системным чертежам.

Я подошёл ближе, рассматривая устройство. Голографическая панель показывала множество параметров — от температуры, до давления и так далее. На конвейерной ленте медленно двигались заготовки, постепенно превращаясь в готовые изделия. Выглядело это в духе Системы, чувствовался её «игровой» почерк.

— Фигачим, как дурные, ломать не успевают, — гордо сообщил Макс, смотря на выезжающие по конвейеру то ли железные, то ли ещё какие-то там слитки. — Плюс качество сильно выше, чем у сталелитейки.

— Впечатляет, — признал я. — Сколько людей работает?

— Человек сто пятьдесят постоянно, плюс ученики — это у меня. Все кузнецы по профе. Есть главные, и каждый уже на своём направлении. — Макс повёл нас дальше по цеху. — Но ты же не за экскурсией пришёл. Порох говорил, нужна новая броня, да и давно не заходил уже, пора обновиться.

— Да, пора. Желательно что-то более серьёзное, чем кольчуга Кваза. Вырос я уже из неё.

Макс остановился у стеллажа с готовыми изделиями. Доспехи здесь были самые разные — от лёгких кожаных курток до тяжёлых пластинчатых лат. Но что меня удивило — все они показывали характеристики, которые превосходили мою нынешнюю экипировку в разы.

— Вот это, — Макс снял с крючка чёрный нагрудник с серебряными вставками, — подойдёт тебе идеально. Назвал его «Кираса Разрушителя». Материал из мира Ксар'Теш, обработанный системными методами. Плюс несколько собственных приколов.

[Кираса Разрушителя +0] [Железный]

Тип: Верхний доспех

Уникальный нагрудник мастера Максимилиана

Физическая защита: 45-65

Магическая защита: 20-30

Увеличивает показатель Силы на 3 единицы

Увеличивает показатель Выносливости на 2 единицы

Кристаллы жизни: Нет

Зачарования:

Поглощение удара — при получении урона более 50 единиц за раз снижает его на 15%

Регенерация прочности — восстанавливает 1 единицу прочности каждые 10 минут вне боя

Требуемый уровень: 25+

Требуемая профессия: Охотник, Воин

Прочность: 200/200

— Максимилиана? — спросил я, изучая характеристики.

— Ну, Система имя менять не даёт своё, а подпись нужна. Их тоже менять можно, как хочешь назову, если смущает.

— Да не, не, нормально, — отмахнулся я. — Полный комплект есть?

— Конечно, — Макс достал ещё несколько из ящика под витриной. — Поножи, наручи, шлем, сапоги. Всё в едином стиле, всё с улучшенными свойствами. Почти весь твой Легион в таких гоняет, но пока что не выгодно это делать. Вообще, причина проста — по уровням не тянем. Уже, кстати, по идее, можем и бронзовые шмотки делать — ресов хватает, только вот бронзовых у нас ни одного. Что у тебя по уровню и навыкам, покажешь?

Вот неугомонный. Но я всё же показал, высветив перед ним очередное меню, не спеша пока что облачаться в новые вещи:

[Персонаж]

Имя: Ной

Профессия: Охотник (+0)

Ранг: Железный 6/6 [+]

Уровень: 32

Опыт: 7 486/12 060

[Основные показатели]

Очки Здоровья: 523

Очки Магии: 144

Очки Выносливости: 464

Очки Брони: 261

[Базовые характеристики]

Сила: 56

Интеллект: 18

Выносливость: 26

Удача: 15

Ловкость: 23

Мудрость: 16

Восприятие: 17

[Вторичные характеристики]

Скорость: 14

Физическая Атака: 214

Физическая Защита: 157

Сила Критической Атаки обычных атак: 7

Сила Критической Атаки физических умений: 6

Магическая Атака: 86

Магическая Защита: 50

Сила Критической Атаки магических умений: 4

[Социальные]

Рейтинг: 1/ 6 104 045 597

Репутация: -9 600

— Да-а, паршиво, — Макс почесал подбородок, читая мои характеристики.

— Что-то не так с моими характеристиками?

— А? — Макс поднял взгляд. — Да не, с ними порядок, вообще, больше не видел ни у кого. Я это, в социалку смотрю когда, мне не очень становится. Нам просто иногда репутация нужна для крафта, забей в общем.

Ну, я и забил. Потом разберусь как-нибудь.

Пока я возился с новыми доспехами, Порох разговаривал с одним из мастеров о каких-то заказах для службы безопасности. Судя по обрывкам фраз, дело касалось системных детекторов и защиты от ментала.

Новая броня села как влитая. Система автоматически подгоняла размер под владельца, и теперь я чувствовал себя как во второй коже. Лёгкая, прочная, она не стесняла движений, но при этом давала отличную защиту. Была похожа на кожаную.

— Ну как? — спросил Макс, когда я сменил одежду через инвентарь.

— Отлично, — ответил я, делая несколько пробных движений. — Чувствую себя как в танке. Защиты много стало.

— Это ещё не всё, — усмехнулся кузнец. — Что там с ножиком моим? Показывай.

Я достал из инвентаря «Меч Последнего Найи». Его состояние меня расстраивало — почти сразу сломал его во время защиты башни, а найти подходящую замену было попросту нереально: системные предметы в осколке нам не выпадали, местные после себя оставили только голые стены, и Алаис улетел в Бездну, лишив меня награды.

— Мда-а, — протянул Макс, осматривая клинок. — Совсем плох уже, но я могу его починить и улучшить. Правда, это займёт какое-то время. Результат тебе понравится, обещаю. Мы уже круче духовного хлама делаем.

— Делай, — сказал я, передавая ему побитое оружие. — Когда будет готово?

— Через пару часиков забирай. А пока... — он достал из-под прилавка длинный свёрток. — Временная замена. Тоже моя работа.

[Клинок Охотника на Нежить +2] [Железный]

Тип: Особое оружие ближнего боя

Физический урон: 180-220

Магический урон против нежити: 250-300

Увеличивает показатель Ловкости на 2 единицы

Камни жизни: Нет

Зачарования:

Освящение — каждая атака по нежити имеет 15% шанс нанести дополнительный урон светом

Страх мертвецов — нежить уровнем ниже 25-го может быть парализована страхом на 3 секунды

Требуемый уровень: 20+

Требуемая профессия: Охотник

Прочность: 180/180

— Специально после твоих приключений в городе скелетов сделал, — пояснил Макс. — Думал, пригодится.

— Ещё как пригодится, — согласился я, тестируя баланс оружия.

Дождался, пока починят снаряжение. Обновил артефакты, став сильнее на единицу в каждом пункте характеристик, и потом долго общался с Максом на разные темы.

Очень уж сильно он всем интересуется, и вопрос перехода на бронзовый ранг волнует всех.

Все ждали, пока появится такой персонаж. Очевидно, что на меня, как всё ещё остающегося на первой позиции, смотрели прежде всего и ждали чуда. Ближайшая цель — прокачать все навыки до бронзового, но с этим свои сложности. И о том, как умышленно прокачивать навыки выживания и сопротивления, я даже думать не хочу.

Нагрузив Макса всем добытым в разломе, от чего ему стало дурно, и сразу же понадобилась помощь, чтобы это распределить нуждающимся, мы с Порохом вышли на улицу.

— Почти миллион ниток и семнадцать квинт, — Порох тоже был малость ошарашен. — Ты понимаешь, сколько это стоит?

— В чём считать будем, в человеческих жизнях? — философски заметил я, закуривая. — Ой, не хочу дальше.

— К Кире? — хмыкнул он. — Или сначала к врачу сходим, проверим, голову полечим?

Я задумался. После вчерашнего разговора с Кирой голова была не совсем ясная. Новость о ребёнке свалилась как снег на голову посреди лета, и я до сих пор не мог поверить в реальность происходящего.

— Сначала к врачу, — решил я. — А потом поговорим с Кирой серьёзно.

Врачом в понимании Пороха был пивной ларёк-наливайка. Врач-психиатр, точнее, бармен, оформил нас быстро и профессионально — как-никак, знакомые люди и постоянные посетители до «всего этого».

— Жить будешь, — сообщил бармен, завершив выслушивать мой короткий рассказ. — А убежать всегда успеешь.

Выпил с нами, посидели. Рассказал Пороху про хрень в голове, которая сейчас молчит.

— То есть ты не сошёл с ума? — спросил он главное.

— А ты попробуй сейчас найти того, у кого с психикой всё в порядке.

— Есть один специалист…

— Не, пока обойдусь, — отказался я. — Градус повышать не буду, разговор серьёзный.

— Да я не про это. Реальный лечила, — ответил Порох. — ПТСР лечит пацанам. Сейчас это частая тема. В разломах насмотрятся и потом ходят под себя, если в темноту попадают.

— Вот их пусть и лечит. Тут другое.

Посидели ещё. Выйдя из «медцентра», я почувствовал некоторое облегчение. По крайней мере, физически я был в полном порядке. А с остальным как-нибудь разберусь.

— Ну что, теперь к дамочке? — спросил Порох.

— Да, пора, — кивнул я.

— Удачи, дружище.

— Спасибо…

Кира жила в одном из тех домов, которые перестроили в системные. Однушка в центре города. Эти постройки кардинально отличались от привычной архитектуры — плавные линии, органичные формы, стены из того же тёмного материала, что и в драмтеатре. Говорят, что нагрузку несут бешеную, и будут надстраивать вверх, превращая в подобные тем, что мы видели в мире скелетов многоэтажки. Но это всё лирика. Я отвлекаюсь на мелочи и не могу перейти к главному.

Подойдя к двери, почувствовал лёгкое волнение. Словно нагрубивший подруге юнец, пришедший извиняться с конфетами и цветами.

Вот только последнего у меня нет, не прилизан и толком не причёсан. Ну и тема куда более серьёзная. Вообще, я, по идее, могу стены голыми руками крошить, а тут волнуюсь. Дела.

Дверь открылась раньше, чем я успел постучать или написать сообщение в чат.

Мы вже всё ещё в одной группе. Получается, она смотрела на то, как я не решаюсь войти? Неловко выходит…

Кира стояла в проёме, и я впервые за долгое время внимательно на неё посмотрел. Внешне она почти не изменилась — всё те же рыжие волосы, карие глаза, но что-то в ней всё же было другое. Сейчас она казалась обычной слабой девушкой.

— Заходи, — сказала она тихо.

Квартира внутри выглядела очень уютно. Светлая мебель, мягкое освещение, панорамные окна с видом на городскую площадь.

— Садись, — Кира указала на кресло. — Поговорим.

Я сел, всё ещё не зная, с чего начать. Вчерашний разговор прошёл слишком быстро и сумбурно — я просто не успел толком осознать услышанное.

— Это точно? — спросил я наконец, так и не притронувшись к чаю.

— Да, — ответила она, садясь напротив. — Врач сказал, что всё развивается нормально и без отклонений.

Просто случайность, эмоциональная разрядка после боя... Головой я в тот момент не думал. Просто видел перед собой красивую женщину.

— Понятно, — сказал я. — И что теперь?

— Не знаю, — честно призналась Кира. — Я сама только вчера окончательно поверила в результаты анализов. Всё произошло слишком быстро.

Мы молчали несколько минут, каждый думая о своём. Я пытался представить себя отцом, но получалось плохо. В этом мире, где каждый день мог стать последним, где монстры лезли из порталов, а у людей впереди ещё целая куча вызовов, какое будущее ждёт ребёнка?

— Ты его оставишь, — твёрдо сказал я, сам удивившись этому.

Даже не спросил. Просто... поставил перед фактом, несмотря на все свои мысли. Само вылетело.

— Да, — ответила она без колебаний. — Оставлю. Я…

Она разрыдалась. Так, как это умеют делать только женщины. По щелчку пальцев, на ровном месте. Кинувшись в мои объятия и заливаясь слезами, Кира рассказала, что уже пыталась завести ребёнка когда-то, но диагноз врачей тогда был жесток. У неё были сильные проблемы с женским здоровьем, которые вылечились незаметно, во время применения навыков, лечения с чужой помощью или эликсира — точно уже и не скажешь, никто за этим не следил.

Выговорившись, Кира заметно расслабилась и вытерла слёзы.

— Тогда нам нужно всё обдумать, — сказала она. — Я не могу больше участвовать в операциях. По крайней мере, в ближайшие месяцы.

— Это понятно, — кивнул я. — Найдём тебе другую работу. Может, аналитика, координация, что-то безопасное. Посажу тебя в штабе где-то. Легиону ведь нужен штаб.

— А ты? — спросила она. — Будешь продолжать рисковать жизнью в порталах?

Этот вопрос заставил меня задуматься. Как говорил Порох — теперь я отвечаю не только за себя. У меня появилась семья, пусть и не в традиционном понимании. Семья…

Так, стоп. Мне что, ещё жениться теперь придётся?!

Глава 2

Разговор с женщиной начинал становиться опасным. Эту тему я поднимать не хотел, так что попытался съехать с неё.

— Буду осторожнее, — пообещал я. — И постараюсь меньше лезть в самые опасные места.

Кира лишь горько усмехнулась в ответ, но ничего так и не сказала. Я прекрасно понимал, что у неё на уме, и сейчас подобное обещание ничего не значит.

— Кира, — сказал я, аккуратно беря её за руку. — Я понимаю, что всё сложилось не так, как обычно бывает. Мы толком не встречались, не узнавали друг друга. Но теперь у нас есть общее будущее. И я хочу, чтобы мы его строили вместе.

— То есть? — спросила она.

— То есть, может быть, стоит попробовать быть настоящей парой? Не только родителями, но и... ну, ты понимаешь.

Кира молчала какое-то время, выглядя очень задумчивой.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Попробуем. Но у меня есть одно условие.

— Какое?

— Никаких поспешных решений. Мы оба не готовы к такому повороту событий. Давай знакомиться заново, медленно, без давления.

— Хорошо.

Говорить о том, что на самом деле думаю, что времени особо много нет, я не стал…

Мы ещё час проговорили о практических вещах — о её переезде ко мне, как обустроим детскую, какую работу найдём для Киры.

Постепенно я начал свыкаться с мыслью о том, что моя жизнь изменится, и мне всё же предстоит стать мужем. Признаться, поначалу это пугало, даже одна мысль об этом, но теперь, после разговора, стало проще.

Когда я собрался уходить, Кира, которая сейчас начала собирать вещи, спросила:

— А что у тебя с квинтэссенцией? Ты говорил, что с тобой кто-то разговаривает.

Квинтэссенция молчала уже больше суток.

— Не знаю, — признался я. — После возвращения из разлома она замолчала.

— Это не опасно?

— Без понятия, Кир. Я знаю не больше тебя об этом. Просто голос в голове.

Судя по лицу Киры — звучало это как минимум неубедительно, тем более от человека, от которого ребёнка ждёшь. На самом деле, молчание квинтэссенции меня беспокоило. Привык уже к её постоянным комментариям за пару дней, и без них чувствовал себя как-то неполноценно.

Попрощавшись с Кирой, я направился домой. Утро выдалось насыщенным — новые системные вещи, визит к «врачу», разговор с будущей матерью моего ребёнка. Нужно было всё спокойно обдумать.

По дороге забрёл в продуктовый магазин — мой инвентарь был практически пуст. Магазин тоже изменился — теперь часть товаров была системного происхождения. Фрукты и овощи из мира Лавр, мясо каких-то неизвестных животных. Когда успели только? Хотя, если в уже существующее производство просто загрузить другие продукты, то, по идее, всё возможно.

Погрузившись в размышления о мирском, на автомате побрёл домой. По приходу занялся готовкой. Я правда старался не думать о том, что вскоре вновь повсюду откроются разломы и мне вновь нужно будет лезть внутрь. Просто, потому что я чувствую, что до предела силы ещё очень и очень далеко. Что нужно пролить немало крови, чтобы стать реально сильным.

Бесспорно, я уже был мощной боевой единицей. Точно стою уже больше троих обычных людей в открытом бою, и плевать, какое у них оружие. Но…

А остались ли ещё обычные люди на планете? Ну те, которые ни разу не сражались ни с чем системным. Вопрос сложный. Статистически — должны быть исключения. Но у нас, в России, например, к оружию встали все, кто вообще его в руках держать может. Как ситуация в других странах — не знаю, но сомневаюсь, что сильно отличается. Против Системы должны сражаться все и сразу. Иначе мы вымрем. Уже и так погибла треть людей… В Борисоглебске это незаметно из-за того, что он стал островком безопасности, куда тянется огромное количество беженцев из региона. В других городах это должно быть сильно заметно. Мы не везде справляемся, увы.

Пока готовил, мысли были заняты примерно таким. Глобальным. Всё же не зря назвался Императором. Должен думать обо всех и сразу, хотя это плохо умещается в голове. Вот каким образом я могу помочь всем и сразу? Куда мне направить свои новые силы?

Пока жарилась картошка, я попытался честно ответить себе на вопрос о Кире. Что я к ней чувствую? Сложно сказать. Она красивая, умная, сильная женщина. Мы хорошо работали в команде, у нас была химия в бою. Но любовь? Я не знал.

В старом мире люди часто женились по расчёту, и многие такие браки оказывались крепче тех, что заключались по страсти. А у нас с Кирой есть то, чего не было у многих пар — общее дело, взаимное уважение… и теперь ребёнок.

Ребёнок... Я всё ещё не мог в это поверить, что через несколько месяцев на свет появится маленький человечек, наполовину состоящий из меня. Что он будет смотреть на меня и видеть отца.

И какое будущее его ждёт? Мир, где монстры лезут из порталов? Где люди сражаются за выживание каждый день? Хороший ли это мир для ребёнка? Ответ очевиден — нет.

Я выключил плиту, сел за стол, машинально жуя, и продолжал размышлять.

Сейчас я на тридцать втором уровне. Это много по человеческим меркам, но что это значит в масштабах Системы? Ничего, если так подумать. Что, если где-то есть существа сотого уровня, тысячного? Где-то ведь наверняка есть управляющий этой войной, тот, кто решает судьбы планет и цивилизаций. Администраторы, например. Система ведь прямым текстом упоминала некоего «Ор-Рэля» в первых сообщениях. Значит, у неё должен быть покровитель.

А я сижу тут, ем пригоревшую картошку и думаю о семейном быте.

Нет. Так дело не пойдёт.

Квинтэссенция молчала, но я и без неё понимал — нужно становиться сильнее. Намного сильнее. И быстро. Плевать, что я первый среди людей. В общей картине это ничего не значит. Пыль в глаза. Меня всё ещё можно убить ножом, если я буду спать… ну, пристрелить… взорвать — уж точно.

Через час в дверь постучали. Я уже знал, кто это — Кира. С собой у неё было две сумки с вещами, и ещё несколько в инвентаре. Выглядела она решительно.

— Я подумала, — сказала она, входя в прихожую, — что если мы решили попробовать быть парой, то и жить должны вместе. Особенно сейчас.

Она осмотрелась, оценивая мой дом. Жильё было приличным, я ни в чём себе не отказывал раньше. Даже сейчас, после прихода Системы, его поддерживают мои домашние.

— Второй этаж, — сказал я. — Комната вперёд и налево. Остальные заняты. Будешь жить со мной.

Она прошла в спальню, раскладывать свои вещи. Я наблюдал за ней, думая о том, как быстро всё изменилось. Ещё вчера я был холостяком, который думал только о том, как стать сильнее. А сегодня у меня есть женщина, которая носит моего ребёнка под сердцем.

— Алексей, — сказала Кира, вернувшись ко мне. — Ты пойдёшь?..

Я задумался. Прямо сейчас у меня не было конкретных планов. Легион пока что не нуждался в моих услугах, о чём мне прямо сообщили в капитанском чате и попросили, цитирую: «Сидеть на жопе ровно хотя бы с месяц, ждать саммита». Но новые разломы могли появиться в любой момент, и их надо кому-то закрывать, даже несмотря на повысившуюся сложность.

— Пойду, — честно признался я.

Кира села на кровать, положив руки себе на живот. Не знаю, был ли этот жест осознанным, но я его заметил.

— Мне страшно, — призналась она. — Не из-за ребёнка. Из-за тебя. Ты всё время лезешь в самые опасные места. Рано или поздно тебе не повезёт.

— Кир, — начал было я, но она перебила:

— Нет, послушай. Я знаю, что ты считаешь себя особенным. Что должен спасать мир. Но мир большой, а ты один. Не можешь же ты лично всех спасти...

— А я попробую, — сказал я.

— Что? — Кира посмотрела на меня как на сумасшедшего.

— Я серьёзно. Кому-то же надо вытащить людей из этой задницы. И я могу стать достаточно сильным, чтобы это изменило что-то в глобальном масштабе.

— Лёш, ты себя слышишь? Один человек не может...

— А кто сказал, что я человек? — спросил я, и в голосе моём прозвучало что-то, что заставило Киру замолчать.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Потом я отвёл взгляд.

— Извини. Не хотел тебя пугать.

— Ты меня не пугаешь, — тихо сказала Кира. — Я боюсь не тебя, а Системы...

Она была права. Я это чувствовал. Каждый уровень, каждое новое умение, каждая поглощённая квинтэссенция делали меня менее человечным. Не в плохом смысле — я не превращался в монстра. Но я отдалялся от обычных человеческих забот и проблем. Вот что я сейчас должен делать? Рвать жилы, переживать, просматривать каждую крупицу информации? Не знаю. У меня нет чёткого ответа, нет плана действий. Я просто хочу, чтобы Система исчезла из нашего мира. Нам и без неё было не очень. Но опять же — кому это решать, мне? Или человеку, которому двадцать лет назад ноги на войне оторвало, и который недавно вылечился? Старикам, ставшим моложе? Раковым больным, оторвавшимся от кроватей, в конце концов?.. Вопрос был очень сложным.

— Может быть, это и к лучшему, — наконец сказал я, выбираясь из размышлений. — Обычный человек не справится с тем, что происходит в мире.

— А ребёнку нужен отец-человек, а не отец-бог войны, — ответила Кира.

Этот разговор заходил в тупик. Мы оба понимали друг друга, но не могли прийти к согласию. Кира, кажется, хотела стабильности, семьи, нормальной жизни. А я... я хотел точно того же, но иным образом. Я хотел силы. Достаточной, чтобы эта нормальная жизнь стала возможной.

— Кира, — сказал я, садясь рядом с ней на кровать. — Я понимаю твои опасения. И правда хочу быть хорошим отцом, я не против этого. Но сначала мне нужно убедиться, что у нашего ребёнка будет безопасный мир.

— И сколько времени на это потребуется? Год? Десять лет? Всю жизнь?

Я не знал ответа на этот вопрос. Может быть, года. А может быть, после двадцати, отпущенных нам Системой, мы все разом погибнем. А может, я погибну завтра в каком-нибудь разломе, и тогда вопрос решится сам собой.

— Не знаю, — признался я. — Но альтернативы, как обычно, нет. Мы перестали быть хозяевами жизни.

Кира вздохнула и положила голову мне на плечо. Я приобнял её и запустил пальцы в чистые шелковистые рыжие волосы. Как же сильно они отличаются от тех, какими они были в разломе.

Так, успокоиться… она беременна, нужно воздерживаться.

— Хорошо. Я не могу тебя остановить, и не буду пытаться. Но обещай мне одно.

— Что?

— Будь осторожен. И возвращайся домой. Всегда.

— Обещаю, — сказал я, обнимая её.

Мы сидели так некоторое время, каждый думая о своём. Потом перенервничавшая Кира заснула у меня на плече. Я осторожно уложил её на кровать, укрыл одеялом и вышел из комнаты.

На кухне налил себе чай и сел у окна. Город жил своей жизнью — люди ходили по улицам, работали, строили планы на будущее. Наверное, они надеялись, что вся эта война закончится, что всё вернётся к нормальному состоянию.

В любом случае, настало время подготовки к очередному выходу.

Первым делом я пересмотрел свой арсенал. Стрелковое оружие в последнем портале показало себя откровенно слабо — даже патроны повышенной пробиваемости с трудом дырявили костяные пластины скелетов, особенно тех, что выше пятнадцатого уровня. А вот Меч Охотника... он резал всё как раскалённый нож масло. Особенно когда я активировал усиливающие навыки — тогда даже самые крупные костяные воины разлетались пополам от одного удара. Ну а что вытворяла квинтэссенция Зла — это уже отдельный разговор, и вне моего понимания.

Физическая сила тоже очень сильно выросла после моего импульсивного решения. Сейчас я мог голыми руками сломать металлическую арматуру — уже проверил, а удар кулаком пробивал бетонную стену — тоже проверил. Усиливающие навыки делали меня сильнее ещё на порядок — в таком состоянии я превращался в настоящую машину смерти. В человеческом понятии, по крайней мере.

Но совсем без огнестрела обходиться не планировал. Абакан остался со мной — любовь к этому автомату никуда не делась. Да, против скелетов он работал так себе, но всё равно иногда выручал. Особенно когда нужно было добить повреждённого противника или прикрыть отход. К тому же, против человекоподобных противников стрелковое оружие всё ещё работало неплохо. Патронов взял немного, больше полагаясь на холодное оружие и системную магию.

Основную часть инвентаря заполнил едой и водой — в длительных походах это было критически важно. В том портале со скелетами мы провели всё же почти две недели, и к концу запасы были на исходе — приходилось сильно экономить. Добавил взрывчатку — тротиловые шашки, гранаты, мины. Вот они всё ещё действовали как надо, и не шли в сравнение с автоматом. Иногда проще взорвать что-то, чем рубить его мечом. Особенно если нужно сражаться с ордой.

Всякие мелочи тоже пригождались — верёвки, карабины, фонари, аптечка. Самая обычная, не системная. Регенерация — это, конечно, хорошее дело, но бесконечно на неё полагаться нельзя.

Из техники на этот раз снова выбрал БТР-82А. Та же восьмиколёсная машина, что использовал в прошлый раз. Она себя просто прекрасно показала в прошлый поход в разлом и продержалась куда дольше, чем можно было даже пожелать. Помню, как я давил целые толпы слабых костяков — такое не забудешь, слишком уж громко.

БТР был надёжным спутником в том аду. Единственное, что меня беспокоило — горючее. В том портале я израсходовал почти весь топливный бак, а заправиться было негде. На этот раз взял дополнительные канистры с соляркой.

Закончил сборы как раз вовремя — по всему городу начали вспыхивать характерные разрывы пространства. Новые разломы открывались один за другим. Замелькали системные сообщения во всех чатах. Борисоглебск расцвёл десятками светящихся трещин, каждая из которых обещала смерть и опасность. Или награду тем, кто справится.

На этот раз я шёл один. Хотелось бы взять с собой Морфея — его способности могли бы очень пригодиться. Или кого-то из других полезных бойцов. Но жертвовать людьми было бы глупо с моей стороны. Мы и так чудом выжили в том портале со скелетами.

Если бы не квинтэссенция, моя деус экс махина, которая победила Алаиса — мы бы точно померли, там без вариантов.

Стоя у окна и наблюдая за этим зрелищем, я с грустью подумал о том, что был бы не против просто посмотреть какой-нибудь фильм или поиграть в компьютерную игру. Раньше я мог себе позволить такую роскошь — просто расслабиться, провести вечер за чем-то бессмысленным и приятным. Например, погрузиться вечерком в виртуальный мир, где можно было бить монстров без реальных последствий и ранений. Или просто включить телевизор и смотреть сериал, поедая пиццу.

Теперь времени на такие глупости не было. И вряд ли когда-нибудь будет. Пока существует Система, пока открываются порталы, пока люди гибнут — я не имею права на отдых. Каждый день промедления — это потенциально сотни или тысячи погибших. А я единственный, кто может что-то изменить. Так думаю.

В последний раз взглянув в сторону кровати, где спала Кира, я почувствовал укол совести. Она носила моего ребёнка, нуждалась в поддержке, а я собирался бросить её и уйти в смертельно опасный портал. Но… если я не буду становиться сильнее, если не буду закрывать порталы — то какой мир я оставлю своему ребёнку? Этот вопрос меня мучил почти что физически, будто если я сейчас присяду и расслаблюсь — то всё, жизнь закончится.

Дело осталось за малым — выбрать, в какой портал пойти.

Приметил, что один портал бойцы Выживальщиков обходят стороной. Что же там такое…

— Пауки, босс, — пожаловался первый встречный. — Мамой клянусь — пауки.

[Чрево прядильщицы]

Опасность: Железный ранг

Тип разлома: Локальный. Нестабильный

Откроется через: 21:44:40

Войти? Да/Нет

— Ну, поехали, — сказал я, сидя в БТР-е, и подтверждая отправку.

Глава 3

Попал я в полутёмное место. БТР буквально плюхнулся с пары метров в лужу посреди стоящих близко друг к другу деревьев. Приложился я неприятно, спасла броня — обошлось без ушибов.

Но это всё было не важно. Главное то, что привычка держать навыки накачанными магической энергией под завязку себя оправдала.

— Замри! — крикнул я, активируя Королевский Приказ, добавив в него последнюю десятку очков магии.

[Активирован Королевский Приказ]

Количество подавленных противников в радиусе 30 метров: 2

Количество сопротивляющихся, но испуганных противников: 0

Количество полностью заблокированных внушений: 0

Причина, по которой я его использовал, была проста: я был тут не один. На меня что-то напало сразу же после того, как я сюда переместился. Что-то очень тяжёлое, судя по звукам свалившейся в воду туши. Неизвестное существо завалилось под бок транспорта, и сейчас его не было видно. Пришлось выбираться. Вылетел я из БТР-а слишком легко — не рассчитал силы и попал в ветки низко нависающих деревьев.

Голову тут же опутала паутина, я не увидел, куда приземляюсь, и завалился прямиком рядом с тем телом, которое оглушил две секунды назад. Оттираясь от паутины и оплёвываясь, встал и посмотрел на то, что оглушил ранее.

— Какого! — только и успел крикнуть я, как меня сбили с ног подсечкой.

Падая, я успел прикрыть руками лицо, защищаясь от второго удара ногой.

Пинок получился знатным, и меня откинуло на пару метров, впечатав спиной в дерево. Боли я не почувствовал — всё ещё спасала броня. Схватившись за оружие, поднялся. Мой противник повторил мой жест, призвав духовный двуручный меч. Всмотревшись в его лицо, я потребовал:

— Объяснись!

— Сам объяснись, сука! — ответил Порох. — Ты чё творишь!

Какого чёрта, я же один заходил в разлом…

— Ты какого на меня напал?! — не унимался Порох, держа наготове свой двуручник. — А ну отвечай!

— Да успокойся ты! — рявкнул я в ответ, убирая меч в инвентарь. — Я думал, ты какой-нибудь местный монстр. Ты-то что здесь забыл?

Порох медленно опустил оружие, но настороженности с лица не убрал.

— Мля, Лёха, ты меня напугал конкретно. Думал, какой-то босс местный на меня свалился. А тут ты со своими приказами...

— Извини, — сказал я, осматриваясь вокруг. — Рефлексы. Тут темно, я не разглядел сразу. Но всё же — что ты здесь делаешь?

Порох почесал затылок и как-то неловко усмехнулся.

— Да видел я, как вы из того портала вернулись. Едва живые. А потом узнал, что Кира беременная... — он замолчал, будто подбирая слова. — Короче, решил за тобой присмотреть. У меня репутация хорошая, четыре тысячи плюсов набрал, могу себе позволить в сложные места лезть для разницы.

Я удивлённо посмотрел на него. Порох никогда не был сентиментальным.

— Ты решил... присмотреть за мной?

— Ну да, — буркнул он, отводя взгляд в сторону. — Ты скоро отцом станешь, а всё равно лезешь, и Система тебя не любит с твоими минусами. Вот я и подумал — может, вдвоём шансов больше будет.

— Жек… — я вздохнул. — Ты идиот.

— Это ещё почему? — нахмурился он.

— Не важно, забей, — отмахнулся я.

Затем Порох начал втирать мне по поводу того, что с каждым дополнительным человеком сложность снижается. Мол, мы с ним — уже не одиночка против всего мира, а небольшая группа. Система это якобы учитывает.

А я не был в этом уверен. Я вообще не знаю, по каким принципам она работает и как подбирает врагов. По идее, логика в его словах была. Разломы имели особенность — они адаптировались под входящих. Пока что существует теория по поводу репутации, но на неё вполне могло накладываться количество зашедших. И всё могло быть не так, как мы думали, просто потому, что тот портал со скелетами был похож на чистилище. Но это всё не отменяло того факта, что Порох рисковал жизнью ради меня.

— Ты понимаешь, что можешь тут сдохнуть? — спросил я серьёзно.

— Ага. А ты понимаешь, что можешь сдохнуть и оставить сына сиротой? — парировал он.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Потом я махнул на это рукой.

— Ладно. Но если что — я тебя предупреждал.

— Ага. Теперь давай разберёмся, где мы.

Я осмотрелся внимательнее. Мы находились в болотистой местности, среди высоких, мрачных деревьев. Кроны смыкались так плотно, что почти не пропускали света — отсюда и полумрак. Воздух был влажным и тяжёлым, с едва уловимым запахом гнили. Между деревьями натянута была густая паутина — не декоративная, как на Хэллоуин, а настоящая, прочная, местами толщиной с верёвку. Системная карта ничуть не удивила своим описанием:

[Осколок мира Ха-ар. Паучий лес]

Звучало это лучше, чем «Чрево прядильщицы». Всё ещё не понимаю, почему названия разломов и самих мест так сильно разнятся.

— Пауки, — констатировал Порох, разглядывая деревья над нашими головами. — Здоровенные.

— Угу. И их тут дохрена, — добавил я, активируя Инстинкты Охотника.

Мир вокруг стал обрёл дополнительную чёткость, и я увидел множество выделяющихся блеском силуэтов среди деревьев. Пауки размером с крупную собаку неподвижно висели в своих сетях, ожидая добычу. Большинство из них было около двадцатых уровней, но попадались и более серьёзные экземпляры.

— Видишь сколько их? — спросил Порох, замечая мой сосредоточенный взгляд.

— Очень много. Контакт по глазам где-то с тридцаткой, а дальше наверняка ещё больше.

— Ну ёпти-лапти, — философски заметил Порох, доставая сигареты. — Можно покурить хоть, или сразу драться будем?

— Давай покурим, — согласился я. — Пока мы особо не шумим, они на нас не реагируют. Территориальные, видимо.

Мы прислонились к БТР-у. Порох закурил, я тоже взял сигарету. Дым смешался с влажным воздухом болота.

— Серёг, а что у тебя с экипировкой? — спросил я, разглядывая его снаряжение.

— Нормально всё, — отмахнулся он. — Автомат, броня, провизия. Меч духовный на максимуме, — он похлопал себя по поясу. — Неплохо режет.

— Пауков бил уже? Квинта?

— С пауками не сражался, но с другой нежитью подрался уже. Принцип один — быстро и жёстко, не бить, а убивать. По квинте — Василиск, какое-то Свадо, Тень, Холод. Навыки, на, смотри, лень вслух читать, я курю вообще-то, у меня рот занят.

Он проявил передо мной своё системное меню навыков:

[Навык «Огненная Кровь»] [Бронзовый]

[Навык «Взгляд Василиска»] [Бронзовый]

[Навык «Последний Вздох»] [Железный]

[Навык «Лунный Свет»] [Бронзовый]

[Навык «Древний Корень»] [Железный]

[Навык «Песнь Ветра»] [Железный]

[Навык «Призыв Теней»] [Бронзовый]

[Навык «Кровавая Жатва»] [Железный]

[Навык «Пожиратель Душ»] [Железный]

[Навык «Ледяное Сердце»] [Железный]

[Навык «Морозная Тюрьма»] [Железный]

[Навык «Воин Холода»] [Железный]

Порох был опытным бойцом и до прихода Системы. В рукопашке уж точно меня уработает. Хотя с моими улучшенными Системой характеристиками или вообще в Форме я не был уверен в этом. Вряд ли это было бы уже честной дракой. С тем же успехом он мог бы подраться со стеной… Ну а четыре тысячи плюсов — это значит, что он участвовал в сорока успешных зачистках разломов.

— Только вот, — продолжил он, затягиваясь, — я не понял, что за херня с тобой случилась. Этот твой приказ — я даже пошевелиться не мог, стрёмно. Если бы Ледяное Сердце не сработало — так и лежал бы минуту, воду хлебал.

— Да сам ещё не разобрался, — признался я. — Ментальная атака это, вроде бы. Но он сильнее стал после квинтэссенции моей. Я же рассказывал, как навыками управляю теперь.

— И ты решил на мне протестировать?

— Случайно получилось. Думал, ты местный монстр, — Порох хмыкнул и стряхнул пепел, который с лёгким пшиком упал в воду.

— Ладно, бывает, — сказал он.

Пауки пока не проявляли агрессии, но это было обманчивое спокойствие. Стоило нам начать активно перемещаться по их территории — и они нападут, сомнений в этом не было.

— Ну что, готов? — спросил Порох, докуривая.

— Готов. Только план давай обсудим.

— Есть идеи?

Я ещё раз осмотрелся, прикидывая возможности.

— БТР оставляем здесь. В болоте он всё равно толком не проедет, да и между деревьями тесно. Идём пешком, потихоньку. Стараемся не задевать паутину, пока не найдём более-менее открытое место, куда и потащим машину.

— А когда найдём?

— Если — подчеркнул я, — найдём, устроим там засаду. Не получится — сделаем себе такое. Привлечём их внимание и перебьём по частям. У тебя вообще какой уровень, что по характеристикам?

— Смотри, — сказал он, проявив очередное меню:

[Персонаж]

Имя: Порох

Профессия: Воин (+0)

Ранг: Железный 6/6 [+]

Уровень: 19

Опыт: 2 847/4 180

[Основные показатели]

Очки Здоровья: 312

Очки Магии: 89

Очки Выносливости: 278

[Базовые характеристики]

Сила: 34

Интеллект: 11

Выносливость: 16

Удача: 9

Ловкость: 14

Мудрость: 10

Восприятие: 10

[Вторичные характеристики]

Скорость: 8

Физическая Атака: 127

Физическая Защита: 94

Сила Критической Атаки обычных атак: 4

Сила Критической Атаки физических умений: 4

Магическая Атака: 52

Магическая Защита: 30

Сила Критической Атаки магических умений: 2

[Социальные]

Рейтинг: 7 314/ 6 104 045 597

Репутация: 4 100

— Такая огромная разница, — сказал я, активируя своё меню. — Смотри.

— О, ты реально первый, — оживился он. — Не врали, значит.

— Ты мне не верил?

— Не-а, — честно ответил Порох.

Проверил задание — есть, родное, на месте. И крайне лаконичное — нам нужно уничтожить Источник Зла. Так что надолго мы тут не застрянем, надеюсь.

— Ладно, — зевнул я, — пошли, нужно понять, где их больше, где меньше, есть ли тут вообще проходы.

Мы аккуратно отошли от БТР-а и начали изучать местность. Пауки висели в своих сетях, изредка шевеля лапами. Разных размеров, начиная от крупной собаки и больше, и у всех было одно общее свойство — все они выглядели крайне неприятно: чёрные, мохнатые, блестящие множеством глаз, с длинными лапами...

— Лёха, — позвал Порох, — а вон туда глянь.

Я проследил за его взглядом. Метрах в пятидесяти от нас между деревьями виднелась поляна. Более светлое место, где деревья росли реже.

— Ага, вижу. Пошли, посмотрим.

Мы начали осторожно пробираться сквозь паутину. Приходилось буквально ползти под некоторыми сетями, стараясь не задеть нитей. Несколько раз я замечал, как ближайшие пауки поворачивали головы в нашу сторону, но они не нападали.

— Сука, как же они мерзко выглядят… — прошептал Порох, проползая под особенно крупной паутиной. — Давай их стрелять начнём уже, а?

— Нет, они не агрессивные пока что. Жди.

— Жду…

Хватило терпения у него примерно на два дерева.

— Когда начнём стрелять? — спросил Порох.

— Когда выйдем на поляну.

— И что тогда?

— В смысле, «что?» Тогда они будут агрессивными, — ответил я. — Подерёмся.

— Ну ты мозг прям.

Добрались мы до поляны минут через двадцать осторожного ползания, перешёптываний и обменом любезностей. Поляна оказалась относительно свободной от паутины, хотя по краям она всё равно висела плотной стеной.

— Отлично, — сказал Порох, поднимаясь в полный рост и похрустывая костьми. — Развернёмся. Есть чего с манипуляцией?

— Что есть?

— Ну, камни, вода, песок, хоть что-то, что создаёт преграды.

С грустью подумав о том, что не потащил с собой Морфея, ответил:

— Нет, ничего.

— Тогда жди, я долго строю. Магии мало у меня.

Пока он начинал возводить заграждение из корней, я достал бинокль из инвентаря и внимательно осмотрел окружающую местность. Мы находились на возвышении, и отсюда хорошо было видно большую часть их позиций. Пауки были повсюду: висели в паутине, сидели на деревьях, видел нескольких даже болтающихся на ветру вдали. Или мне показалось. Так или иначе — это было настоящее царство арахнидов. Разве что у воды их практически не было, как и паутины.

— Их тут больше тысячи точно, — сообщил я Пороху, медленно тянущему корень из земли и закручивающему его в подобие клетки для двоих.

— Мда. Много. У меня максимум десятка монстров в разломах была. Всех гасить будем?

У меня дёрнулся глаз, когда я вспомнил, сколько было скелетов под куполом. Просто бесконечная орда. Здесь же… тоже много, но не так страшно. Вроде бы.

— А выбора нет. Это портал на зачистку, значит, нужно всех убить. Или ты хочешь до самого Источника Зла под паутиной ползать?

Судя по его выражению лица, моя идея ему не понравилась, и он ничего не ответил.

— Кстати, — сказал я. — А ты чем занимаешься?

— Как это чем? — удивился он. — Строю.

— Нафига?

— Так у них у всех уровни маленькие.

— Маленькие? — Порох остановился. — Да нас порвут! Всё, не мешай.

Он продолжил колдовство, изредка останавливаясь и ожидая, пока восстановится магическая энергия.

А я задумался над словами Пороха. Большинство пауков были довольно низкого уровня — от пятнадцатого до двадцатого. Для меня это была лёгкая добыча, особенно после всех изменений, которые произошли со мной в последнее время. Королевский Приказ стал гораздо сильнее, да и остальные навыки тоже не стояли на месте. Но Порох был другим — обычным бойцом, пусть и опытным. Он вряд ли прошёл через то пекло, через которое прошёл я.

Я глянул на его проявленные характеристики ещё раз. Девятнадцатый уровень, неплохо прокачанная сила, хорошая физическая атака. По меркам обычных людей — вполне себе крепкий боец. Но я уже не был обычным. После всех усилений моя мощь выросла в разы. Да что там — в разы, сейчас я находился на следующей ступени, если можно так сказать. Нужно быть с собой честным. Я сильнее Пороха, причём намного. По идее, я вообще самый сильный среди людей сейчас.

И вот тут крылась проблема, о которой я даже думать не хотел. Если говорить откровенно, то один я бы уже давно закончил с этим местом — просто прошёл бы напролом, сметая всё на своём пути.

Но теперь приходилось думать и о напарнике. Порох был хорошим бойцом, но он был на порядок слабее меня.

Сложно было признавать этот факт.

Глава 4

— …да я же вижу, что ты изменился. Стоишь и смотришь на монстров так... — он неопределённо помахал рукой в воздухе. — Я понимаю, что ты необычный, но это какой-то совсем другой уровень. Мне даже самому стрёмно рядом с тобой находиться вот тут, когда ты убивать готов.

Он был прав. Я уже стал другим. И дело было не только в навыках или характеристиках. Перед выходом я как следует изучил своё отражение в зеркале. Слишком холоден и серьёзен.

Да и сам подход к бою. Раньше я планировал, осторожничал, просчитывал каждый шаг. А теперь... теперь я просто знал, что могу справиться практически с чем угодно. Лишь бы уровень был выше, лишь бы давил цифрой. Хотя и на этот случай есть управа в виде квинтэссенции Зла.

И я всё ещё хочу знать, каким образом она так быстро двигалась и так сильно била костяных титанов и Алаиса. Но что-то мне подсказывает, что вместо ответа квинтэссенция скорее отрежет мне обе руки по плечи, уверен — способ найдётся.

— Есть такое, — согласился я.

— За тобой хер угонишься со всей этой работой…

Я кивнул. Порох всё же не был дебилом и тоже всё понимал. Он, вообще-то, Яковлев Евгений Фёдорович, человек с высшим образованием. И это создавало проблему. С одной стороны, я был благодарен Пороху за то, что он решил присмотреть за мной. С другой — его присутствие существенно усложняло задачу. Приходилось подстраиваться под его возможности, ждать, пока он подготовится, следить, чтобы он не попал в переделку. Но и общий уровень монстров он мне понизил. Вот что бы я делал, если бы тут 50+ полезли против меня? Сложно, в общем.

— Слушай, — сказал я осторожно, ни на что не намекая, — может, тебе стоит остаться здесь? Я быстро пробегусь, почищу территорию, а потом мы вместе доберёмся до босса.

Порох остановился и посмотрел на меня с нескрываемым раздражением.

— Ты серьёзно? Я тут корни из земли тащу полчаса, а ты предлагаешь мне в сторонке постоять?

— Я не это имел в виду...

— Да нет, я понял, что ты имел в виду, — перебил он меня. — Ты думаешь, что я тебя только торможу.

Я промолчал, потому что он был прав. Но говорить об этом вслух было бессмысленно — это будет обидным.

— Посмотри на это с другой стороны, — сказал он, продолжая работу. — Если ты умрёшь, то кто позаботится о твоём ребёнке? Кроме Киры, естественно.

Это было жестоко. Куда более жёстко, чем то, о чём говорил я.

— Ты имеешь в виду…

— Да, сам в поле не воин. По крайней мере, не во всех полях. Вам нужны сильные люди, ваше императорское величество. И их нужно прокачивать. Вон та хрень с лапами — это опыт ходячий. Весь не отдам. Всё, не мешай. Я и так колдовать не люблю, а ты мне ещё настроение портишь своей философией, лучше бы пожрать дал чего.

Всё же иногда он был Евгением Фёдоровичем, а не Порохом. Сомневаюсь, что он даже сам понял, насколько сильно мне сейчас мозги подвинул, зацикленные в последнее время на собственной прокачке.

— Спасибо, — буркнул Порох, принимая от меня бутерброды, и вернулся к работе.

Но я видел, что мои слова его задели. И это было понятно — никому не нравится чувствовать себя балластом. Особенно такому опытному бойцу, как он. Мы же вместе через многое прошли, от школьных драк и до…

Не хочу вспоминать об этом.

Плевать, что разница в силе между нами становилась всё более очевидной. Всё это лирика и напускное, слишком спешу с выводами. Прожить хотя бы год в условиях Системы — возможно, тогда у нас будет другой разговор, и Порох будет куда сильнее, чем я.

— Ладно, — сказал я в итоге. — Заканчивай с укреплениями. Попробуем вместе.

Настроение было испорчено. Впрочем, это было неизбежно. Но он пока что не видел чего-то очень мощного, превосходящего нас на два или три порядка, как Алаис или квинтэссенция Зла. Рано или поздно он сам поймёт, и не будет столь категоричен. Слишком многое указывает на то, что Система ставит не на командную игру. И товарищество и взаимопомощь в ней лишь одна из планок, которую на каком-то этапе преодолевают.

Хорошо, что мне до него ещё очень и очень далеко.

Квинтэссенция, не подскажешь, правильно ли я думаю? О товариществе.

Молчит. Ну, это тоже хорошо. Всё же больше одного голоса в голове — это у некоторых врачей с Земли уже диагноз.

Порох оказался тем ещё хомяком. Он буквально ощетинился стрелковым оружием во все стороны своего гнезда, в которое заставил и меня залезть. Инвентарь у него бездонный, что ли?

— Ладно, — сказал я, отдавая ему руководство боем. — Какой план?

— Пошумим гранатами. Раскидаем в самые густонаселённые места. Когда они начнут прибегать — встретим их тут огнём.

Было немного неловко признаваться в том, что из стрелкового оружия у меня сейчас только один единственный Абакан и я на полном серьёзе полагаюсь исключительно на Меч Охотника и на всю свою системную магию. Но в качестве резерва у меня было достаточное количество взрывчатки, чтобы поднять нашу небольшую поляну на несколько метров в воздух.

— Готов? — спросил я.

— Готов.

— На счёт три. Один, два… три!

Я выдернул чеку из гранаты и швырнул её в самое густое скопление паутины слева от нас. Порох одновременно кинул свою чуть в сторону. Через несколько секунд грохнуло сразу в двух местах.

Взрывы разорвали паутину, снесли несколько деревьев и явно прикончили добрый десяток пауков. Но главное — это привлекло внимание всех остальных.

Лес ожил. Пауки начали спускаться с деревьев, выползать из укрытий, быстро перемещаться по уцелевшим сетям в нашу сторону. Их было очень и очень много. Куда больше тысячи.

— Но пасаран! — закричал Порох, открывая огонь по приближающейся толпе.

Автоматные очереди забили по болоту, срезая первую волну пауков. Хитин оказался прочным, но и Порох стрелком был отличным, запросто выцеливая слабые места на мордах или в сочленениях. Пауки дохли, создавая заторы среди деревьев, но это не останавливало тех, что бежали за ними. Они попросту забирались на эти горы ровно с той же скоростью, с которой гнали по паутине. А размер некоторых особей был впечатляющим — попадались экземпляры размером с телёнка.

— Лёха, их дохрена! — крикнул явно испуганный Порох, меняя магазин.

— Справимся! — ответил я, помогая ему стрельбой.

Первый паук прорвался к нам через заградительный огонь. Я встретил его ударом руки, прихлопнув, словно таракана. Светло-синяя кровь брызнула во все стороны.

Но за первым бежали ещё десятки. Порох отстреливался из автомата, я забил на стрельбу и начал крушить подбиравшихся слишком близко. Но их становилось всё больше. Не будь мы системщиками — вот она, смерть, но…

— Убивайте, — сказал я, активируя Королевский Приказ.

[Активирован Королевский Приказ]

Количество подавленных противников в радиусе 30 метров: 3 523

Количество сопротивляющихся, но испуганных противников: 1 194

Количество полностью заблокированных внушений: 49

Результат существенно превзошёл ожидания. Пауки тут же потеряли цель в виде нас. Я не стал озвучивать Пороху цифру. Всё же смотрелась она абсурдно. Может, где-то учитывались маленькие паучки?

— Охренеть! — восхитился он. — Дави их!

Мы принялись добивать оглушённых пауков. Поняв, что нечего мне и дальше находиться в этом укрытии, мысленно извинился перед Порохом и рубанул его кокон, выбираясь наружу. Меч Охотника резал хитиновые панцири как картон, чувствуя лишь небольшое сопротивление, Порох был слишком занят, чтобы обижаться на разрушение своих трудов, и добивал из автомата тех, до кого не мог добраться я.

— Это просто читерство! — смеялся он, расстреливая очередного неподвижного паука. — Что ты за хрень такая, Лёха!

Я ничего не ответил, выламывая лапы особенно крупному экземпляру и используя их вместо оружия.

Меча Охотника хватило ненадолго. По прочности — единицы на цель и всё, ломается. Но я не остался на этот раз без оружия, с одними лишь кулаками. Я выхватил из инвентаря клинок, который мне выдал Макс, и начал рубить им. Тут соображения прочности были совсем другими — на одну единицу расходовалось где-то от 20 до 30 ударов. Убойная вещь!

Эффект приказа длился около минуты. За это время мы перебили огромную часть первой волны. Но пауки продолжали прибывать, и среди них попадались всё более крупные особи. Стрелковое оружие начало подводить.

— Лёха, там что-то большое идёт! — предупредил Порох, указывая в глубь леса. — Готовься, сейчас свою фигню использую! Ты только это…

— Что?! — выкрикнул я, красиво зафутболив особенно прыткого паука, бросившегося на меня.

— В штаны не нассы!

Удивившись такой рекомендации, я обернулся в сторону Пороха и заметил, что всё вокруг будто бы стало темнее.

Посмотрев на действие его навыка, я усомнился по поводу крутости своего Королевского Приказа.

Из теней поверженных пауков начали вылезать их точные копии, полностью чёрные, будто сделанные из густой, собравшейся тьмы. Сначала я подумал, что это какая-то местная особенность — мало ли что может происходить в разломах. Но когда эти теневые двойники набросились на своих живых собратьев, я понял, чья это работа, и даже малость удивился мощности навыка.

— Призыв Теней! — крикнул он, явно наслаждаясь происходящим. — Красота же!

Стоит признать — зрелище было впечатляющим. Теневые пауки дрались с настоящими с яростью берсерков-самоубийц, используя те же яростные атаки, те же движения, направленные теперь против бывших союзников. Они кусали, вгрызались хелицерами в хитиновые панцири, опутывали лапами — и всё это с такой агрессией, будто каждым ударом пытались убить не только себя, но и врага.

Живые пауки явно не ожидали такого поворота. Они пытались защищаться, но их собственные копии знали все их слабые места, все уязвимые точки. Бой превратился в хаотичную свалку, где уже невозможно было понять, кто с кем сражается. Я решил не вмешиваться. Звуки у этого побоища были… специфическими. Трудноописуемыми, неприятными для ушей. Как если бы хрустели чем-то очень мокрым.

— Сколько они продержатся? — крикнул я Пороху, перепрыгивая на остатки его корневой клетки, чтобы лучше видеть происходящее.

— Минуты три, может, четыре, если повезёт! — ответил он, продолжая отстреливать тех пауков, которые не были вовлечены в схватку со своими теневыми двойниками. — У моих здоровья мало… я просто ещё ни разу не призывал так много! Ну, только в Лавре, когда прокачивал, но это — бред, Лёха! Бре-ед!

Я взобрался повыше на сплетение корней и устроился поудобнее, усевшись в позу лотоса. По городу скелетов научен уже, что для отдыха нужно выхватывать каждый миг. Впервые с начала схватки у меня была возможность просто наблюдать за боем, не участвуя в нём активно. И, честно говоря, зрелище завораживало.

Теневые копии не чувствовали боли и не отступали, даже если их ломали пополам. Каждый удар живого паука проходил через них, как через дым, вырывая при этом куски тел, но их собственные атаки были вполне материальными и смертоносными.

— Жёстко… — пробормотал я, наблюдая за тем, как группа из пяти теневых пауков окружила одного живого и за секунду его разделала.

— Что? — спросил Порох, перезаряжая автомат.

— Да нет, ничего. Просто... круто.

И это была правда. Навык Пороха оказался куда более разрушительным, чем я ожидал. Мой Королевский Приказ подавлял противников, заставлял их подчиняться, но это была всё-таки временная мера. А Призыв Теней создавал постоянных союзников, которые могли сражаться самостоятельно и эффективно, причём, если не врёт — в четыре раза дольше. Так… если своей толпой убить толпу, и потом убитой толпой убить толпу ещё больше…

Да нет, слишком весёлый бред получается. Должны же быть хоть какие-то ограничения у навыка. Слишком уж он сильным для зачистки выглядит пока что.

Теневые пауки победили своих ближайших противников и тут же ринулись дальше, к тем, кто ещё был жив.

— Смотри, смотри! — указал Порох на особенно зрелищную схватку неподалёку. — Тот урод думает, что может свалить! Ату его!

Честно говоря — я понятия не имел о том, может ли Порох командовать своими призванными монстрами.

Крупный паук, размером с небольшую лошадь, попытался скрыться, карабкаясь по остаткам паутины между деревьями. Увы, к его сожалению, я именно в том направлении раньше использовал Разрушение Пустоты, и от паутины там почти что ничего не осталось. Теневые копии размером побольше преследовали его. Они настигли беглеца на высоте метров пяти, и началась воздушная схватка, прямиком на дереве, свободном от паутины.

Паук отчаянно отбивался, пытаясь сбросить нападавших, но тени цеплялись за него, как репейник. Вцепились в лапы, повисли на брюшке, атаковали голову. Паук задёргался, заскрёб лапами, но всё было безуспешно. Через полминуты вся эта конструкция рухнула вниз, и из этой кучи уже ничего не поднялось.

— Так, — сказал я раздражённо. — А сколько таких теней ты можешь создать?

— Зависит от того, сколько противников убью, — ответил Порох, явно гордясь устроенным шоу. — Чем больше трупов — тем больше теней. Но магии жрёт прилично.

— И они всегда такие... активные?

— Ага. Пока не рассеются или пока таймер не пройдёт.

Я задал ему тот вопрос, о котором только что думал.

— Да если бы! — отмахнулся Порох, внимательно выслушав меня. — Там ограничения — нельзя призывать из тех, кого мои теневые убили, и нельзя на одном и том же месте использовать. Надо сместиться прилично. И опыт за убитых ими не дают.

Значит, не так уж смертельно. Всё же какая-то логика с балансом у Системы и её навыков присутствует, пускай и извращённая.

Продолжил наблюдать за развитием битвы. Теневые пауки методично зачищали лес от живых собратьев. Они действовали группами по три-четыре особи, окружая противников и атакуя одновременно. Координация у них была поразительная — словно они были частями одного разума, явно не паучьего.

Но они не были ультимативным оружием, даже несмотря на бронзовый ранг навыка Пороха, их всё же победили.

Через несколько минут теневые пауки начали рассеиваться. Сначала их движения стали медленнее, затем они начали терять чёткость очертаний, становясь всё более прозрачными. Наконец, от них остались только слабые тени, которые тут же растворились в воздухе.

— Всё, кончилось, — прокомментировал Порох, осматривая поле боя. — Но мы прилично почистили.

Земля вокруг нас была покрыта светло-синей жидкостью, щедро усеянная осколками хитина. Воздух стал ещё более влажным и тяжёлым.

— Опыт неплохо пофармили, — добавил он, проверяя свои характеристики. — Мне до двадцатого уровня теперь рукой подать.

Я тоже получил приличную прибавку к опыту, хотя основную работу проделали его тени. Но радоваться было рано — лес всё ещё кишел жизнью. Я активировал Инстинкты Охотника и увидел, что множество силуэтов по-прежнему движется в глубине зарослей.

— Это была только разведка боем, — сказал я. — Их там ещё полно.

— Да ладно, — отмахнулся Порох, вылезая из своего кокона и начиная собирать трофеи с ближайших трупов. — Главное, что метод рабочий. Ещё разок такую мясорубку устроим, и дело в шляпе.

Но я чувствовал, что что-то не так. Слишком просто всё прошло. Да, теней было много, и они дрались эффективно, но большинство убитых пауков были низкого уровня. А где были по-настоящему серьёзные противники?

Как будто в ответ на мои мысли, земля под ногами начала вибрировать, сначала слабо, но вскоре усилившись. Деревья начали раскачиваться, и с веток посыпались остатки паутины.

— Землетрясение? — удивился Порох, прекращая собирать трофеи.

— Нет, — ответил я, всматриваясь в глубь леса. — Что-то идёт. Что-то злое и большое.

Вибрация усиливалась с каждой секундой. Где-то вдалеке начали трещать и падать деревья. Звук приближался к нам. Теперь он походил на едущий поезд.

— Лёха, — тихо сказал Порох, — а что…

Договорить он не успел. Я проследил за его взглядом и увидел то, что заставило меня непроизвольно сделать шаг назад. Между деревьями, снося их как спички, пробиралась к нам тварь размером с двухэтажный дом. Паук настолько огромный, что даже в голове не укладывался, как это может жить. Его лапы были толщиной с телеграфные столбы, а брюшко переливалось в полумраке болота неприятным зеленоватым отблеском.

— Мать-прядильщица, — сказал я, читая информацию, которую выдавала Система:

[Мать-Прядильщица (34)] [Бронзовый]

Главгадина пожаловала собственной персоной. Судя по размерам — просто так её не завалить. Но я постараюсь.

Мать-прядильщица остановилась метрах в тридцати от нас. Её множественные глаза, каждый размером с тарелку, уставились на нас с явно недружелюбными намерениями. Из её жвал капала зеленоватая жидкость, которая, попадая на землю, начинала дымиться.

— Планы? — спросил Порох, не отрывая взгляда от монстра.

— Не умереть, — ответил я, заполняя последние очки магии и активируя Древнюю Форму.

Глава 5

Энергия Древней Формы хлынула через меня. Мир вновь изменился — краски стали ярче, насыщаясь золотом, а время будто замедлилось на долю секунды, пока проходила трансформация.

Окружающий меня мир стал намного красивее, только если не смотреть на огромную паучиху, готовую меня убить.

Мать-прядильщица почувствовала изменение. Её множественные глаза сфокусировались на мне с новым интересом, а из жвал потекло больше ядовитой слюны. Будто у голодного животного, увидевшего вкуснейшую добычу.

— Какого… — прошептал Порох, отступая на шаг.

Мне некогда было отвечать. Из моего серокожего тела исходило такое количество энергии, как от раскалённого металла. Сила пульсировала в каждой клетке, требуя выхода. У меня было всего лишь двадцать секунд на то, чтобы разделаться с тварью размером с дом.

Мать-прядильщица не стала ждать. Она взвилась на задних лапах, готовясь обрушиться на нас всей своей массой. Я рванул вперёд, нанося свой удар.

Скорость была невероятной. Земля мелькнула под ногами дважды, а расстояние в тридцать метров я преодолел за пару секунд. Паучиха попыталась ударить меня передней лапой и наколоть на неё, но я увернулся, проскользнув под ударом, и тут же врезал снизу вверх рукой, целясь в сочленение.

Я не смог пробить хитин, но лапу всё же оторвало. Слишком сильным был мой удар. Кровь брызнула фонтаном, а Мать-прядильщица попыталась отпрыгнуть, но я уже был рядом с её следующей лапой.

Удар, ещё удар, я продолжал молотить паука изо всех сил. Каждое движение было точным и смертоносным — Древняя Форма делала меня идеальным убийцей.

— Лёх, сзади! — заорал Порох.

Я обернулся как раз вовремя, чтобы заметить спешащих к нам со всех сторон пауков поменьше. Кажется, Мать-прядильщица призвала подкрепление. Но их уровни слишком малы… Порох должен справиться.

— Убей их! — крикнул я другу, уворачиваясь от очередного удара гигантской лапы.

Пороху отдельная команда не требовалась — он уже открыл огонь по приближающимся паукам. Я же в это время сосредоточился на главном враге. Времени действия навыка становится всё меньше.

Мать-прядильщица попыталась опутать меня паутиной, выстрелив толстыми нитями из брюшка, но в Древней Форме я двигался слишком быстро — нити проносились мимо, а я уже атаковал с другой стороны.

Рубанул по этому самому брюшку, оставив глубокий порез. Паучиха взбесилась окончательно, начав крушить всё вокруг в попытке достать меня.

Времени всё меньше, и мне в срочном порядке нужно придумать что-то более радикальное.

И тут мой взгляд упал на её голову, усеянную огромными глазами.

Слишком высоко и опасно, но если добраться до мозга...

Паучиха ударила лапой по земле рядом со мной, и я использовал этот момент. Использовал её лапу вместо шеста, оттолкнулся и прыгнул вверх, целясь в голову, призывая при этом Меч Охотника. Она попыталась укусить меня жвалами, но я проскользнул над ними и вонзил клинок прямо в один из самых больших глаз.

Мать-прядильщица завыла и забилась в конвульсиях, пытаясь сбросить меня с головы. Я вцепился в клинок и начал пилить, расширяя рану и утопая в синей крови.

Десять секунд.

— Лёха, их слишком много! — крикнул Порох, отстреливаясь от набегающих пауков. — Тут что-то не так!

Он был прав. Пауки прибывали и прибывали, словно их было неограниченное количество. И все они были гораздо крупнее и агрессивнее тех, с которыми мы сражались раньше.

Я вырвал клинок из головы Матери-прядильщицы и спрыгнул вниз. Она была серьёзно ранена, но всё ещё жива и опасна. А время поджимало.

Восемь секунд.

Нужно было закончить это прямо сейчас. Я сосредоточился, вспоминая, как квинтэссенция Зла обращалась со своей силой против костяных титанов. Древняя Форма — это ведь не только про усиление. Я ощущал это как другое состояние, в котором я был совершенным орудием смерти. Охотником.

Так что я перестал думать и позволил чистым инстинктам взять верх над сознанием.

Следующие несколько секунд прошли как в тумане. Я фиксировал только редкие вспышки и ощущал, как клинок вспарывает чужую плоть, проливая горячую кровь.

Мать-прядильщица пыталась защищаться, но она попросту не успевала за моими атаками.

Три секунды.

Мать-прядильщица рухнула, но я не остановился. Продолжал наносить удары, добивая её окончательно. Я не чувствовал усталости вообще — только холодную ярость и желание убить врага. Охота завершится лишь со смертью моего врага.

Одна секунда.

Золотистое свечение начало тускнеть. Время истекало, но я видел, что паучиха почти мертва. Ещё один удар... ещё один...

Ноль.

Древняя Форма должна была закончиться, но я не позволил ей. Точно так же, как это делала квинтэссенция Зла, я силой воли удержал её ещё на пару секунд. Боль пронзила всё тело — организм не был готов к такой нагрузке, но я стиснул зубы и продолжил.

Финальный удар пришёлся точно в центр головы Матери-прядильщицы. Клинок прошёл насквозь, разрубив череп пополам. Паучиха содрогнулась последний раз и затихла.

[Вы получили 15 750 единиц опыта]

[Получен 33 уровень!]

Я почувствовал, что теперь точно знаю какой-то новый навык. Хотя уведомления об этом не было. Мало боли — так ещё и голову прострелил инфо-пакет от Системы: прямиком к пользователю в мозги. Неприятно. Потом разберусь.

Золотистое свечение окончательно погасло, и я рухнул на колени рядом с трупом гигантской паучихи. Всё тело горело от боли — форсирование Древней Формы далось нелегко и отняло слишком много выносливости. С мастерством квинтэссенции Зла мне не сравниться. Но я был жив, и главное — победил.

— Лёха! — Порох подбежал ко мне, всё ещё отстреливаясь от мелких пауков. — Ты живой?!

— Живой, — прохрипел я, с трудом поднимаясь на ноги. — Как дела с мелочью?

— А вот тут проблема, — ответил Порох, указывая куда-то в сторону. — Их дохрена, и они не собираются убегать.

И это было странно, не в духе Системы. Обычно, когда дохнет главгад — вся окружающая его мелочь тупеет или разбегается. Но смерть Матери-прядильщицы не напугала её потомство — наоборот, они стали ещё агрессивнее. Сотни пауков окружали нас группами, и их количество продолжало расти. Значит, припоминая случай в Лавре — третий вариант всё же есть — если слишком похожи по типу — могут всё же отомстить…

— Надо валить отсюда, — сказал я, доставая из инвентаря гранаты. — Прорываемся к БТР-у.

— Ты в порядке? — спросил Порох.

— Потом поплачу. Сначала нужно разобраться с этими.

Мы начали отход, прикрываясь взрывчаткой и автоматным огнём. Пауки наседали со всех сторон, но после боя с их маткой обычные противники казались мне почти безобидными. Даже без Древней Формы я легко разрубал их клинком, хотя усталость давала о себе знать — двигался я намного более медленно.

Порох, конечно же, нашёл минутку, чтобы спросить у меня по поводу Древней Формы. Реакция у него была куда спокойнее, чем у Морфея, вероятно, по своей новой специальности успел насмотреться на всякое системное. Но я промолчал. Объяснять, что это такое, почему навык изменился под воздействием квинтэссенции Зла, было слишком сложно. Да и сам я не до конца понимал природу происходящего. Ну и времени, собственно, не было. Уже виднелся БТР, одиноко стоящий между деревьев и так призывно ждущий нас. Особенно сильно манило крупнокалиберное оружие на его крыше.

Да, я, бесспорно, могу сражаться сколько захочу. Хоть до рассвета, если он вообще бывает на этом осколке. Но Порох так не может. Так что нужно его защитить. Будь я сам — остался бы прям у трупа огромной паучихи и принял бой. Но что ж поделать. Мы в ответе за своих друзей и близких.

Прямо перед тем, как забраться в транспорт, я получил ещё один уровень. Слишком уж много опыта дали за Мать-прядильщицу.

Мы забрались в БТР и захлопнули люк за собой. Звуки снаружи мгновенно стали приглушёнными, но от того не менее угрожающими.

— Ну и дичь, — выдохнул Порох, плюхаясь на водительское место. — Думал, всё, приехали.

Я устроился рядом с пулемётом, готовясь к длительной обороне, спокойно наблюдая за тем, как к БТР-у несутся десятки пауков самых разных размеров. От мелких, размером с кошку, до здоровенных экземпляров величиной с медведя. Мерзость.

— Заводи, — сказал я. — Попробуем пробиться к цели задания.

— Ага, щас, — Порох повозился с панелью управления.

Двигатель взревел, и БТР дёрнулся вперёд. Порох явно не был профессиональным водителем бронетехники, но хотя бы не заглох сразу. Мы медленно покатились по лесу, давя пауков и сбивая хрупкие деревья. Иногда мне приходилось выскакивать и срезать особенно плотно насаженные деревья. Расстояние между ними было в 3-4 метра, но росли они, естественно, не в идеально прямых рядах.

Я время от времени открывал огонь из пулемёта, строча очередями по наиболее крупным целям. Трассирующие пули прочёркивали яркие линии в полумраке болота, высвечивая паучьи морды перед тем, как врезаться в них.

Спрыгнув в очередной раз, чтобы расчистить нам путь, я поинтересовался у Пороха, пытаясь немного снять напряжение:

[Ной]: Слушай, а ты хоть раз что-то серьёзнее велосипеда водил?

[Порох]: А ты мне тут давай не умничай.

[Ной]: Главное, с деревом не поцелуйся.

[Порох]: Я не дендрофил.

[Ной]: Кто?

[Порох]: Дед Пихто. Тот, который деревьям пихает. Всё, не отвлекай чатом.

Забравшись обратно на транспорт, вернулся к спарке и продолжил палить дальше.

Спустя минут двадцать БТР подпрыгнул на очередном корне, и я едва не слетел с места стрелка. Порох выматерился с водительского места, пытаясь сладить с управлением.

— Стой! — крикнул я, разглядев что-то впереди. — Тормози.

— Что?

— Что-то новое!

Впереди, метрах в пятидесяти, лес резко заканчивался вместе с болотом. Не было плавного перехода — деревья просто обрывались, как отрезанные ножом. За ними виднелась большая поляна, покрытая какой-то белёсой субстанцией.

— Это что, снег? — спросил Порох, заглушив двигатель.

— В болоте? Вряд ли, — я пригляделся. — Это паутина. Огромное количество паутины.

Мой мозг тоже сначала отказался принимать увиденное. Вся поляна была затянута толстым слоем белой паутины. Она лежала пластами, местами достигая высоты человеческого роста. Слишком много. В центре этого паутинного моря возвышалось нечто, напоминающее огромный кокон размером с небольшой дом. Но я невольно сравнил его с тем костяным мешком, из которого вылез Алаис.

Выбравшись из машины, я побегал параллельно нашей цели, следя при этом за картой. Отметка задания Системы шаталась явно сильнее, чем раньше. Мы приблизились к цели.

[Ной]: Кажется, оно. Логово.

[Порох]: А я-то думал, зачем мы ту здоровую самку мочили. Оказывается, она была не главная.

[Ной]: Не главная?

[Порох]: Ну дык, Мать-прядильщица же. А не Прядильщица. Мать — это которая детей рожает, а главная — это которая всем командует. И где же тогда главная?

[Ной]: А вот в том коконе, видимо, и сидит. Прядильщица. Без «мать».

В принципе, это логично. Слишком просто было бы, если главный босс локации оказался первым же серьёзным противником. Мать-прядильщица была, видимо, чем-то вроде охранника или командира войск. Минибоссом локации, если выражаться игровыми терминами, которыми только ленивый не пользуется.

Мы продолжили наблюдение. По краям поляны сновали пауки, патрулируя территорию.

— Смотри, — указал я Пороху. — Видишь, как они двигаются?

— Ага. Строем почти. Это нормально для мобов?

— Ну, — я хотел было сказать «нет», но вспомнил поведение скелетов в мёртвом городе. — Да… вполне. Видел уже такое.

Нужно было залезть повыше, чтобы осмотреться, чем я и занялся.

[Порох]: Кстати, а зачем нам туда лезть? Может, не будем спешить?

[Ной]: Задание же. Про Источник Зла забыл?

[Порох]: А может, достаточно мелочь перебить? Главное говно сидит в своём коконе и не высовывается.

[Ной]: Сомневаюсь. Обычно надо босса убить, чтобы портал закрылся.

[Порох]: Ну тогда у меня план есть.

[Ной]: Какой?

[Порох]: Въезжаем на этой консервной банке прямо в центр, ты используешь приказ свой, и я всю поляну в тени превращаю потом.

[Ной]: Что, понравилось?

[Порох]: Мы теперь с тобой всегда в паре работать будем.

Я лишь хмыкнул и посмотрел на поляну ещё раз. План Пороха был, откровенно говоря, так себе. Слишком рискованным, да и выбор у нас всё же был. Неизвестно, как поведёт себя в паутине техника. Кто знает, застрянем ещё. Слишком уж она плотной выглядит, тяжёлой, системной... Ну и, если мне не изменяет память, пауки в принципе не могут достигать таких больших размеров. Им не должна позволять физиология.

Но… Система имела в виду нашу физику. Она хочет больших пауков, и она их делает. Или не она, а что-то другое. Всё ещё не могу отделаться от ощущения, что монстры — это что-то внесистемное, а мы у неё вместо функции очистки работаем. Уборщики по найму, так сказать. И откуда такие мысли?..

[Ной]: Не спеши. Дай лучше постреляю.

Я дал очередь по краю поляны, целясь в ближайших пауков. Эффект меня малость удивил — пули не просто убивали монстров, они ещё и поджигали паутину. Огонь начал распространяться по белёсым пластам, создавая проплешины.

[Ной]: О, горит.

[Порох]: Красота. Ещё пострелять не надо?

[Ной]: Не, пока хватит. Посмотрим, как отреагируют. Но ты пересаживайся за пушку. Чувствую, сейчас тут будет весело.

Реакция на наше дерзкое «здравствуйте», сдобренное парой выстрелов из 30-мм, была пугающей. Из кокона в центре поляны послышался протяжный звук — низкий, вибрирующий звук, похожий на треск, от которого задрожало дерево, на котором я сидел. Пауки по краям поляны тут же сгруппировались и начали движение к нам.

Мы старались держать пауков на расстоянии. Меткость у нас была отличной, пристрелялись уже — не то, что каждая очередь, почти каждый выстрел попадал в цель. Но их было слишком много, и они двигались слишком быстро для таких крупногабаритных тварей.

Один из особенно огромных пауков запрыгнул на БТР сверху, пытаясь добраться до люка. Порох вывернул пулемёт максимально вверх и дал длинную очередь практически в упор, от чего тварь разнесло на куски, забрызгав всю крышу синей кровью.

— План Б, — сказал я, спрыгивая на БТР. — Их становится больше. Атакуем.

— К кокону?

— Ага.

К сожалению, придётся выполнять план Пороха. Тем более мы уже проредили целую тропу в направлении огромного кокона.

Порох включил двигатель, и мы рванули вперёд. БТР с грохотом пробивался сквозь остатки паутинных зарослей, которые обгорали и плавились, но никак не хотели нормально загораться, будучи влажными. Я продолжал стрелять, скашивая преследователей.

Паутина была не такой безобидной, как казалось на первый взгляд. Местами она была настолько плотной, что БТР едва продирался сквозь неё. А в некоторых пластах попадались коконы поменьше, которые приходилось рубить мечом охотника — пули их практически не брали. Но она так же мешала проходимости пауков, что играло нам на руку.

Я заметил шевеление в одном из коконов, мимо которого мы проезжали.

В одном из коконов что-то двигалось — как будто кто-то пытался выбраться. Мне на секунду почудилось системное меню. Лишь на долю мгновения, но…

— Тормози! — приказал я.

— Ты с ума сошёл? Мы же почти добрались!

— Тормози, говорю!

БТР остановился в паре метрах от подозрительного кокона. Я спрыгнул с брони и в два удара разорвал его оболочку. Из кокона выпал человек — грязный, измождённый. Главное — живой.

— Оп-па, — сказал я. — Ты ещё кто такой?

Человек явно китайского происхождения поднял голову и увидел БТР. Начал махать руками, прося о помощи. За ним из разорванного кокона показались ещё двое.

— Так…

Глава 6

Понятия не имею, кто это такие и откуда они взялись, но помочь надо.

Плевать, что у нас тут паучья армия на хвосте — справимся.

Освобождённые люди, перемотанные в паутине, едва стояли на ногах, чуть ли не падая от слабости, так что я их скорее закидывал в бронетранспортёр, нежели приглашал.

— Быстрее! — крикнул я им. — Залезайте!

Первым полетел пожилой мужчина, одетый в остатки чего-то похожего на традиционный азиатский костюм. Кимоно, кажется, их обзывают. За ним — молодая женщина и совсем мелкий пацан. Все трое были худые, грязные, с выпученными от ужаса глазами. С какой-то ветошью на головах и с порванной, будто оплавившейся одеждой.

— Сколько вас там ещё? — спросил я, помогая мелкому.

Мне не ответили.

В этот момент я почувствовал странное покалывание в затылке — словно кто-то наблюдал за мной со стороны. Обернулся, но кроме пауков никого не увидел. Однако ощущение не проходило. Система молчала, никаких предупреждений не выдавала, но интуиция подсказывала: здесь есть что-то ещё. Что-то более опасное, чем простые арахниды. Ладно, не важно, проблемы будем решать по мере их поступления. Сейчас я был разозлён другим.

Да я хоть когда-то привыкну к этому или нет?! Долбанные языки! Зачем их нам так много?! Где он там…

Выбрал имя над головой женщины:

[Лау Таир]

Добавил её в контакты, а затем и в группу, пока закрывал люки и кричал Пороху, чтобы он двигал. Сам остался снаружи. Мне тут комфортнее. И пауки никуда не делись. Первые преследователи уже начали догонять. Нужно отбиваться. Между делом успел написать в чат:

[Ной]: Сколько вас здесь всего?

Ответа не было. Пришлось постучать ботинком по броне и покричать. Только затем мне ответили:

[Лау Таир]: Нас три пальца.

[Ной]: Что? Вас трое?

[Лау Таир]: Мы трое — один из пальцев.

Что за бред… Переводчик опять глючит?

[Порох]: Лёха!

[Ной]: Не сейчас, я пытаюсь поговорить.

[Порох]: Лёха, мля! Ты кого притащил?! У них рога! Я сейчас постреляю их всех, это монстры какие-то!

Стоп, подождите… кажется, я начинаю понимать, что происходит. Прежде всего — сообщение в группу для Пороха:

[Ной]: Не трогай их!

Затем для Лау:

[Ной]: Лау, вы не с Земли?

[Лау Таир]: Мы все дети земли.

Кажется, даже Система, похоже, не справляется с обозначением русского языка и переводит «Землю» не как планету, а как «землю» буквально. Ту, что под ногами. Отмечу это как первую победу над ней.

[Ной]: Как называется ваш родной мир? Планета, шар. Где вы живёте? Как Система называет ваш мир?

[Лау Таир]: Я поняла, странник. Имя ему Зоркинал. Мы из славного королевства Луго, живём при городе Милленис.

Девку прорвало. Начала рассказывать всё подряд — обо всём и сразу, но это уже не читал — был занят сражением, и мне как-то не до чужого нервного срыва. Самому бы мозги сохранить на месте… Пауки были очень слабыми, но компенсировали это своей мерзостью стократ.

Сражение проходило довольно спокойно. Ну, настолько спокойно, насколько можно сражаться с помощью меча и собственных рук и ног, отбиваясь от пауков размером с телёнка и весящих не меньше. Балансируя при этом на движущемся бронетранспортёре, который то подпрыгивал на ухабах, то тормозил, зацепившись за паутину, которую нужно было срезать в срочном темпе — что тоже было моей задачей.

Подобного рода мысли намекали на всяческие раздумья по поводу собственной мощи. Всё же увеличившаяся ловкость и скорость — это не пустой звук. Куда там цирковым актёрам, посмотрите, как я выступаю! Здесь и сейчас, бесплатно!

Смотрящих на меня глаз было огромное множество, но, увы, принадлежали они монстрам Системы, желающим меня схарчить, нападающим одним за другим. Но я сейчас не смотрел в их сторону. Мы выехали на относительно ровную поляну, приближаясь к огромному кокону, замеченному ранее. Сейчас, вблизи, не увидеть под ним знакомый камень было невозможно. Даже без описания было понятно, что это Источник Зла. Ну и вздрагивающая при малейшем отклонении отметка на системной карте об этом прямо говорила.

БТР — машина быстрая. Судя по крикам Пороха и его сообщениям в чате — он уже озаботился тем, чтобы добавить друзей Лау Таир в группу и объяснить им, как пристегнуться. Так что мы смогли выжать из машины максимум, и пауки не смогли нас догнать.

Пока БТР набирал скорость, я успел рассмотреть спасённых получше. Старик сидел, вжавшись в кресло, и что-то бормотал себе под нос. Губы его двигались непрерывно — то ли молитва, то ли проклятья. Кимоно на нём когда-то было красивым, с вышитыми монстрами, но теперь превратилось в лохмотья. На руках — глубокие порезы, а рука явно сломана и неправильно срослась. Что было странным, ведь я так привык к лечебным эликсирам.

Пацан жался к женщине. Ему лет десять, не больше. Лицо худое, глаза огромные от постоянного страха. Но что меня поразило — он не плакал. Смотрел на меня с каким-то взрослым пониманием, будто уже привык к ужасам. Кажется, детство у него проходило и без Системы не очень хорошо.

С неприкрытым интересом разглядел торчащие вверх рога на голове женщины. Нарост не был костяным, как у какой-то козы или типа того. Скорее они выглядели так, будто были сделаны из натянутой кожи, заострённые на концах. Прям как штекер у розетки. Почему-то поймал себя на бесконечно повторяющейся мысли по поводу того, используют ли они их в бою. Такими ведь реально наколоть можно, как вилкой.

Это грубо, наверное, и я встретился с ней взглядом, который она тут же отвела. Возможно, смотреть на рога у них — это как у нас на женскую грудь, или что-то подобное.

Не важно. Мы уже подъезжаем к цели.

Кокон в центре поляны начал пульсировать всё сильнее. Каждое сокращение отдавалось в земле, заставляя мелко дрожать БТР. Не доезжая, мы остановились на более-менее свободном от паутины месте.

— Ладно, — сказал я, запрыгивая на крышу. — Порох! Вылезай!

— Наконец-то, — сказал Порох, выпрыгивая наружу.

— Будем делать по твоему плану. Но сначала расчистим поляну.

Решил не проверять крепость БТР-а и не скрываться внутри него от пауков, ожидая, пока их количество накопится. Просто попёр сам на них вперёд, в лобовую атаку. Взмах мечом, прикрыться рукой от крови, чтобы не попала в лицо — и перерубленная пополам тварь катится по обе стороны от меня. Пинок другому прямиком в жвала, ломая их с треском — и искалеченная туша летит в сторону своих товарок, кувыркаясь и сбивая их с ног. Добить её кинутым вдогонку Мечом Охотника.

Свист, громкий «чвяк», и мой опыт немного пополняется. Меч поднимать не нужно. Подсмотрел трюк у квинтэссенции Зла — нужно просто ещё раз достать его из инвентаря. Он там, получается, намертво приклеен к ячейке. Так что это теперь ещё и метательное оружие. Правда, как у моей злобной сущности метнуть не получается. Сильно, убойно, но вовсе не как у него. До сих пор не понимаю, как он это делал…

Выданный Максом меч уже отработал своё. Просто взял и сломался, когда я не уследил за запасом прочности. Слишком привык к мечу охотника. Особенно к тому, что он постоянно ломается. Надо бы взять у Макса железяк двадцать, что ли.

Но я и без оружия достаточно убойная тварь. Ударов кулаками и ногами тоже хватало, чтобы отправить пауков к их паучьему богу, если он у них есть.

[Порох]: Слышь, каратист, ты убежать решил?

Ой. И правда. Увлёкся я, в полное наступление пошёл, сокрушая семейство арахнидов. Это сказалось на БТР-е, из которого сейчас палило… двое. Вот прикол! Порох вручил Лау Таир автомат, и та поняла, что с ним делать! Когда успел? Ещё и объяснил ведь. Впрочем, не важно. Надо возвращаться.

[Ной]: Иду.

Сидя на броне и стреляя уже втроём по всем направлениям, включая непробиваемый кокон, отстранённо подумал о том, что я больше урона голыми руками наношу, чем три активных стрелка. У системных монстров выше 15-го будто ограничитель какой-то, когда против них обычная наша физика работать хуже начинает. Создаётся такое ощущение, что обязательно нужно применять что-то системное.

Выждав правильный момент, когда количество ползающих тварей станет критическим, активировал Королевский Приказ:

— Всем паукам — замереть.

Мой голос, тяжёлый и властный, разошёлся во все стороны от нас, задевая пауков. Все пауки в радиусе тридцати метров застыли как вкопанные, словно время для них остановилось. Продавил навык ещё, стараясь увеличить радиус действия, но это показалось невозможным. Слишком. Слишком тяжело! Но даже те, что прыгали между уцелевшей вдалеке паутиной, повисли в воздухе в нелепых позах и так и попадали.

Я побоялся давать поспешную команду: «убивать». Не было уверенности в том, что мой навык не сработает на новых союзников — я пока что им не доверял. Так же не было времени подавать какую-то витиеватую команду и сильно её продумывать. Море паучьих глаз — это страшно. Такое в кошмарах сниться будет, уверен. Не мне — так моим напарникам. Вижу, как Лау трясёт и как автомат у неё в руках ходуном ходит при стрельбе. Так что ляпнул первое попавшееся, особо не думая.

— Красота, — усмехнулся Порох. — Теперь моя очередь.

Он встал за пулемёт и начал расстреливать замороженных противников одного за другим. Автоматная очередь за очередью косила пауков, которые даже не могли попытаться укрыться. Синяя кровь разбрызгивалась по паутине, окрашивая белёсые пласты мерзкими разводами. Порох, подстёгнутый Системой, мог даже на ходу попадать в маленькие глаза. Сейчас же он был лучшим в мире стрелком в тире, скашивая противников одного за другим и вращая пулемёт так, словно тот был какой-то игрушкой в руках безумца.

Я тоже не отставал. Каждый выстрел находил свою цель, и если он не был летальным, то следующим за ним со стопроцентной вероятностью добивал одного из огромных пауков.

— Сколько времени у нас? — спросил Порох, закидывая новую ленту в Корд.

— Секунд тридцать ещё, — ответил я, наблюдая за побоищем. — Успеваешь?

— Более чем.

За двадцать секунд Порох и я выкосили всех пауков в зоне действия приказа. Когда последний монстр рухнул, тишина на поляне стала почти осязаемой. Только кокон в центре продолжал пульсировать, и звук этот теперь казался ещё более зловещим. Словно кто-то бил молотом по огромной наковальне. Что самое обидное — кокон ничего не брало: ни 30-мм снаряды, ни моя магия. Так что приходилось ждать.

— Этап первый пройден, — сказал я. — Призывай.

— Щас, — Порох закрыл глаза, сосредотачиваясь. — Их слишком много.

Системный навык был активирован. Мне показалось, что от Пороха во все стороны ударила силовая волна, едва заметная глазу. Просто показалось. Я начинаю уставать.

Пауки и без того были чёрными. Сейчас же из этой тьмы вылезали их теневые копии и тут же спешили навстречу другим паукам, продолжавшим стягиваться, казалось бы, со всей локации.

— Готово, — сказал Порох. — Теперь они заняты на пару минут.

— Этого хватит, — я спрыгнул с БТР-а и огляделся.

Кажется, пока мы сражались и наблюдали, тут стало ещё темнее. В сумраке поляна выглядела ещё более жуткой. Паутина приобрела серебристый оттенок, а кокон в центре светился каким-то внутренним светом. Но главное — я теперь видел движение внутри него. Что-то огромное и ужасное ворочалось в коконе, готовясь выбраться наружу.

Я обратился к освобождённой женщине через чат:

[Ной]: Лау, что вы знаете об этом месте?

[Лау Таир]: Это логово Прядильщицы, господин. Она правит всеми пауками в дне пути. Мы были принесены сюда в жертву три похода назад.

Времени на то, чтобы выяснять, сколько это в переводе на наш, не было. Ничего нового она мне так и не рассказала. Всё, в принципе, и так было понятно. Пауки их поймали и хотели сожрать. Какое-то время они были в коконах — вот и вся история.

[Ной]: Ладно. Спрячьтесь обратно в машину и не лезьте.

[Лау Таир]: Как прикажете, господин.

— Порох, — сказал я вслух. — Готовься к бою. Эта тварь скоро выберется.

— Уже готов, — ответил он, поворачивая пулемёт в сторону кокона. — Дай только команду.

Кокон затрещал. Сначала появилась небольшая трещина в верхней части, потом она стала расширяться. Из щели потекла светящаяся зеленоватая жидкость, и воздух наполнился противным запахом химии.

Первое, что показалось из кокона, была лапа. Огромная, покрытая хитином чёрного цвета с красными прожилками. Размером она была с бревно, а на конце красовались когти длиной с мою руку.

— Охренеть… — прошептал Порох. — Эта гадина больше, чем та, что мы уже убили, раза в три.

Он был прав. Когда Прядильщица окончательно освободилась от кокона, я понял, что Мать-прядильщица рядом с ней была просто подростком. Размах лап у этой твари достигал метров сорока, а тело было размером с трёхэтажный дом. Но самое жуткое — это глаза. Их было больше сотни, и все они светились красным светом.

[Источник Зла — Великая Прядильщица (уровень 44)] [Серебряный]

Заражённая древним артефактом, принесённым тварями Хаоса из-за Предела, проклятая тварь

УБИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

Очки Здоровья: 20 000 000/20 000 000

Двадцать миллионов очков здоровья. Цифра, как всегда, казалась абсурдной. Для сравнения — у меня их было чуть больше пятисот. Просто пяти сотен, без миллионов. Даже если она будет стоять и не сопротивляться, мне понадобится несколько часов, чтобы её прикончить. А она точно не собирается стоять на месте и ждать своей смерти.

Ну и сорок четвёртый уровень. На десять уровней выше меня. Это будет больно.

Система опять истерит и требует смерти врага, но к этому я уже привык. Сейчас мои мысли были заняты другим.

Раньше я думал, что вообще зря лезу в подобные места. Теперь же картина становилась ясной. Рано или поздно люди начнут поглощать схожие квинтэссенции Зла. Уже были прецеденты у нас. Очевидно, что в группе из этой троицы у кого-то есть подобная квинтэссенция, и они сюда влезли. Попались в отрицательных тысячах рейтинга и были готовы стать кормом для пауков.

Выбравшиеся из такого портала, который открыл владелец квинтэссенции Зла или чего-то схожего, за что Система «штрафует» рейтингом, могут притащить за собой злобную тварь в свой мир. И если вовремя не среагировать — будет плохо и очень грустно всем тем, кого она убьёт.

Так что я влез сюда не зря. Есть ведь шанс её убить. Знаю одного мощного монстра, похуже того, что сейчас вижу перед собой.

Но он всё ещё молчит, и это плохо. Кажется, придётся сражаться собственными силами. Хорошо, что я притащил достаточное количество взрывчатки. Это успокаивает.

Прядильщица переступила с места на место, оценивая ситуацию. Её взгляд задержался на трупах мелких пауков, потом переместился на нас. Из её жвал потекла слюна, а воздух наполнился шипением. Кажется… да нет, не кажется. Тварь разумна и разозлилась на нас.

— Она говорит что-то, — сказал Порох. — Слышишь?

Я прислушался. Из жвал Прядильщицы исходили звуки, похожие на речь. Гортанные, шипящие, явно осмысленные.

— Система не переводит, — ответил я. — Да и нечего там слушать.

Кажется, пауки не должны уметь издавать звуки в принципе. Но они так же не должны быть размером больше ладони.

Словно в ответ на мои мысли, Прядильщица поднялась на задние лапы и издала оглушительный рёв.

Звук был настолько мощным, что стёкла в БТР-е треснули, а я едва не потерял равновесие. Всё перед глазами поплыло, но Система не выдала оповещения о применённом навыке, а значит, его попросту не было. Это чисто физическое воздействие.

— Переговоры не состоятся, — прохрипел я и дал сигнал Пороху открыть огонь.

Очередь из пулемёта повело — Порох тоже был оглушён, но всё же смог выровняться спустя секунду и ударить Прядильщицу в голову, но хитин оказался невероятно прочным. Пули лишь оставляли белые царапины, не нанося серьёзных повреждений.

Слабак. Дай контроль.

Чего? Это ещё что такое? Слышу… А, точно, это моя «шиза» проснулась. Квинтэссенцией Зла называется.

Дай его мне. Моё. Я убью.

Ну, раз уж вы так сильно просите… Только Пороха мне не убивай, а, и этих троих.

Постараюсь.