Система: код сделки — меня обманули 666 раз

Глава 1. Последняя раздача

Подмосковье, 2026 год.

— Сто пятьдесят миллионов рублей, господа, банк закрыт.

Крупье аккуратно сложил карты, выровнял колоду и убрал её в специальный контейнер, стараясь не смотреть на мужчину, сидевшего напротив победителя. Остальные участники закрытой игры молчали, хотя ещё несколько минут назад оживлённо обсуждали ставки и возможные комбинации.

Артём Сергеевич Воронцов откинулся на спинку кожаного кресла, поправил манжету белоснежной рубашки и посмотрел на часы. Стрелки показывали без четверти два, и при благоприятном раскладе он рассчитывал покинуть особняк в ближайший час. Перед ним лежали две карты, благодаря которым завершилась четырёхмесячная операция.

— Ну что, господа, благодарю за приятный вечер, — Артём обвёл взглядом остальных игроков. — Давно не получал столько удовольствия от чужой самоуверенности.

Мужчина напротив медленно поднял глаза. Он всё ещё держал в руке пустой бокал, сжимая его так крепко, что побелели костяшки пальцев.

— Вы могли бы хотя бы не издеваться.

— Мог бы, — согласился Артём, убирая карты со стола. — Но тогда какой смысл выигрывать?

Справа кто-то негромко выругался. Один из участников поднялся настолько резко, что его кресло ударилось о стоявшую позади тумбу, после чего мужчина направился к выходу, даже не забрав оставленные на столе сигары.

Воронцов поправил тёмно-синий пиджак и провёл ладонью по аккуратно уложенным волосам. В свои тридцать два года он выглядел человеком, которому дорогие костюмы и закрытые клубы достались вместе с фамильным состоянием, хотя единственным документом о его образовании оставался аттестат за девять классов.

Всё остальное Артём изучал самостоятельно, начиная с карточных комбинаций и заканчивая финансовыми махинациями. Особенно хорошо ему удавалось находить людей, которые считали себя умнее окружающих.

В определённых кругах Воронцова называли Фокусником, хотя карточные трюки составляли лишь небольшую часть его работы. Он предпочитал заранее создавать обстоятельства, при которых противник самостоятельно совершал нужную ошибку.

Сегодняшняя партия завершала операцию, на подготовку которой ушло почти четыре месяца. Подставные участники, тщательно подобранные сведения, ложные финансовые предложения и серия встреч постепенно привели состоятельных игроков к убеждению, будто они обнаружили возможность обмануть друг друга.

— Воронцов.

Артём повернул голову и увидел возле входа Леонида Викторовича Громова, владельца клуба. Мужчина с тяжёлым лицом и аккуратно подстриженной седой бородой остановился в нескольких шагах от стола, за которым только что завершилась игра.

— Леонид Викторович! — Артём приветливо развёл руками. — А я уже собирался поблагодарить вас за гостеприимство, замечательное заведение и великолепный персонал, особенно за людей, которые умеют проигрывать с достоинством.

— Расчёты ещё не завершены.

— Так завершайте.

Громов подошёл ближе и положил ладонь на спинку свободного кресла. За его плечом появился руководитель охраны, широкоплечий мужчина в тёмном костюме, которого Артём несколько раз видел во время предварительных посещений клуба.

— У нас существуют определённые процедуры проверки крупных выигрышей, — произнёс Громов, придвинув кресло к столу. — Особенно когда речь идёт о такой сумме.

— Разумеется, проверяйте карты, записи, счета, хоть происхождение моих прадедушек, — Артём поднялся из кресла. — Только учтите, что правила никто не отменял, а репутация вашего заведения стоит несколько дороже сегодняшнего проигрыша.

Громов выпрямился, убрав ладонь со спинки кресла. Взгляд его переместился с Воронцова на оставшиеся на столе карты.

— Вы слишком много себе позволяете.

— А вы слишком серьёзно относитесь к карточным играм, — Артём улыбнулся, застёгивая пиджак. — Мы ведь взрослые люди, Леонид Викторович, проигрыш неприятен, но потеря репутации куда дороже.

— Посмотрим, как вы будете разговаривать после проверки.

— С удовольствием, — согласился Артём. — Желательно за пределами вашего замечательного подмосковного санатория.

Громов несколько секунд смотрел на него, затем повернулся к руководителю охраны. Тот слегка наклонил голову, ожидая распоряжения.

— Проведите расчёты по установленному порядку.

— Будет сделано.

Владелец клуба ушёл, даже не попрощавшись. Артём проводил его взглядом и достал из внутреннего кармана небольшую металлическую коробочку с игральными картами.

Он уже собирался занять руки привычной тасовкой, когда рядом появился Кирилл Андреевич Мельников. Тот остановился возле стола и посмотрел на коробочку.

— Убери карты.

— Ты чего такой нервный? — Артём поднял на него глаза. — Мы же выиграли.

— Ещё не получили деньги.

— Кирюша, между победой и получением денег существует маленькая техническая процедура, — Воронцов спрятал коробочку обратно в карман. — Она не предполагает, что победитель должен изображать покойника.

Мельников не улыбнулся. Сорокалетний мужчина носил строгие чёрные костюмы, почти не пользовался украшениями и предпочитал обсуждать финансовые вопросы без посторонних.

Кирилл редко участвовал в карточных партиях лично, занимаясь организацией, посредничеством и финансовыми договорённостями. Именно он четыре месяца назад приехал к Артёму с папкой документов и предложил провести операцию, которую назвал «Последней раздачей».

Они сотрудничали несколько лет, и до сегодняшнего вечера Воронцов не находил причин сомневаться в деловых способностях партнёра. Кирилл обеспечивал необходимые связи и доступ к состоятельным клиентам, а Артём занимался непосредственным проведением афер.

— Послушай, Громов настроен очень плохо, — Мельников наклонился ближе к нему. — Не провоцируй его, пока у нас не завершены расчёты.

— Он проиграл, у него есть полное право быть недовольным.

— Тебе обязательно нужно последнее слово?

— Желательно последнее, самое дорогое и с процентами.

Кирилл сжал челюсти, но продолжить спор не успел. К ним подошёл сотрудник клуба, сообщил о готовности документов и указал на служебный выход из зала.

— Идём.

Воронцов последовал за партнёром, на ходу поправляя манжету. Проходя мимо одного из проигравших игроков, он заметил, как тот торопливо отвернулся, и едва удержался от очередной насмешки.

После распределения выигрыша Артёму полагалось семьдесят пять миллионов рублей. Он собирался разместить свою долю на нескольких счетах, приобрести недвижимость за пределами России и на некоторое время исчезнуть из привычного окружения.

Остальных накоплений, около восьмидесяти миллионов рублей, для обеспеченной жизни ему давно хватало. Однако возможность провести крупнейшую аферу в своей карьере оказалась куда привлекательнее раннего ухода на покой.

Служебный коридор отличался от роскошного карточного зала голыми стенами, техническими указателями и ровным светом потолочных ламп. За закрытыми дверями слышались шаги сотрудников и приглушённые переговоры по внутренней связи.

Артём несколько раз проходил этим маршрутом во время подготовки турнира и помнил расположение служебных помещений. Возле поворота их встретил руководитель охраны, который молча открыл дверь в финансовый отдел.

— Доброй ночи, господа.

— И вам не хворать, — отозвался Артём. — Надеюсь, мои чемоданы с деньгами уже приготовили?

— Расчёт производится безналичным способом.

— Какая жалость, а я мечтал о фотографии на фоне купюр.

Охранник коротко посмотрел на Кирилла, после чего пропустил их внутрь. Мельников ответил едва заметным кивком и первым вошёл в помещение.

За длинным столом находились двое сотрудников. Один работал за компьютером, другой сверял документы под яркой настольной лампой, а возле стены стоял небольшой шкаф с электронным замком. Над входом была установлена камера наблюдения.

— Господин Воронцов, поздравляем с победой, — сотрудник поднялся из-за стола и протянул ему папку. — Для завершения расчётов необходимо подтвердить итоговый протокол.

— Наконец-то приятная часть вечера.

Артём сел напротив, взял предложенный документ и просмотрел основные сведения. Сумма совпадала, результаты партии были оформлены правильно, а необходимые подтверждения участников находились на своих местах.

Он поставил подпись и подвинул протокол обратно. Сотрудник убрал первый документ и распечатал следующий.

— Дальше?

— Финансовое подтверждение.

Воронцов пробежал глазами первые строки и остановился на разделе, где указывался получатель средств. Он перечитал название организации, затем поднял голову к стоявшему неподалёку партнёру.

— Кирилл.

— Что?

— Объясни мне одну вещь, — Артём постучал пальцем по документу. — Почему сто пятьдесят миллионов перечисляются одним платежом на счёт «М-Гаранта»?

— Потому что мы изменили расчётную схему.

— Мы?

— Я договорился с финансовыми посредниками, иначе деньги пришлось бы проводить через несколько дополнительных проверок.

— Удивительное дело, — Воронцов отложил лист. — А мне казалось, мы договаривались о двух самостоятельных переводах.

— Первоначально договаривались.

— Значит, память меня не подводит.

Один из сотрудников посмотрел на Мельникова, но тот продолжал стоять возле стола. Артём перевёл взгляд на реквизиты организации и снова взял документ.

— Артём, это технический вопрос.

— Технические вопросы обычно обсуждают до того, как кто-нибудь меняет условия получения семидесяти пяти миллионов рублей.

— Деньги никуда не исчезнут.

— Тогда покажи подтверждение моего права на долю.

Мельников поправил рукав пиджака. Он несколько секунд рассматривал лежащие перед Артёмом бумаги, прежде чем ответить.

— Получишь после завершения расчётов.

— Нет, — Артём положил документ на стол. — Сначала подтверждение, потом расчёты.

«М-Гарант» находился под контролем Кирилла, и прямого доступа к счетам организации Воронцов не имел. При первоначальных условиях каждый партнёр должен был получить свою долю отдельным переводом.

— Ты мог предупредить, — заметил Артём.

— Не было времени.

— Четыре месяца было, а пять минут на сообщение не нашлось?

— Я изменил схему сегодня вечером.

— Тогда тем более интересно.

Кирилл повернулся к сотрудникам. Один из них уже закрыл папку с документами, словно ожидал распоряжения.

— Оставьте нас.

Оба поднялись практически одновременно и вышли из кабинета. Артём дождался, пока дверь закроется, затем повернулся к партнёру.

— Ну, рассказывай.

— Что именно?

— В какой момент ты решил, что можешь распоряжаться моей долей без моего согласия?

— В тот момент, когда понял, сколько дополнительных проблем создаёт твоя манера разговаривать с людьми.

Артём рассмеялся и откинулся на спинку кресла. Затем придвинул к себе финансовый документ.

— То есть ты решил компенсировать собственные моральные страдания семьюдесятью пятью миллионами?

— Прекрати паясничать.

— Кирилл, ты же знаешь, я не люблю, когда меня держат за идиота, — Артём подался вперёд. — Если хочешь увеличить свою долю, называй сумму, а не устраивай цирк с финансовыми посредниками.

Мельников расстегнул верхнюю пуговицу пиджака. Затем подошёл к окну, выходившему во внутренний двор особняка.

— Ты слишком высокого мнения о себе.

— Работа обязывает.

— Без моих связей ты бы даже не попал на этот турнир.

— А без моих рук и головы ты бы до сих пор убеждал богатых дураков отдавать деньги.

— Операцию готовили двое.

— Поэтому и делим пополам.

Кирилл вернулся к столу, остановившись напротив Артёма. Между ними лежали протокол игры и финансовое подтверждение.

— Ты действительно думаешь, что всё должно происходить по твоим правилам?

— Нет, — Воронцов придвинул к нему протокол. — По правилам, которые мы согласовали вместе.

Мельников не взял документ. Артём отложил его и внимательно посмотрел на партнёра, который до сих пор ни разу не назвал желаемую долю.

— Хорошо, давай сделаем проще, — предложил Воронцов, придвигая второй лист. — Ты покажешь документы организации и подтвердишь распределение.

— Сейчас это невозможно.

— Тогда расчёты откладываются.

— Они уже завершены.

Артём перестал улыбаться. Его взгляд переместился на компьютер, оставленный включённым после ухода сотрудников.

— Повтори.

— Средства переведены, Артём.

Воронцов поднялся, обошёл стол и открыл финансовый реестр. На экране находилось подтверждение завершённой операции: все сто пятьдесят миллионов рублей были перечислены на счёт «М-Гаранта», а отдельного распоряжения о переводе его доли не существовало.

— Красиво, — произнёс Артём, медленно возвращаясь к столу. — Очень красиво, даже немного обидно, что не я придумал.

Кирилл молча наблюдал за ним. Воронцов взял свою копию протокола и сложил пополам.

— Когда собирался сообщить?

— Сейчас и сообщил.

— А деньги?

— Получишь то, что я сочту необходимым.

Артём положил протокол во внутренний карман пиджака. Несколько секунд он смотрел на человека, с которым провёл десятки операций.

— Значит, всё-таки решил меня кинуть.

— Называй как хочешь.

— Я предпочитаю точные формулировки, — Воронцов застегнул карман. — Например, присвоение средств, нарушение договорённости, попытка сделать из партнёра законченного идиота, причём последнее самое обидное.

Мельников скрестил руки на груди и прислонился к краю стола. Он не пытался оспорить ни одно из обвинений.

— Ты получил достаточно за последние годы.

— Какое благородство, — заметил Артём. — Осталось только узнать, почему ты вдруг решил заняться благотворительным распределением моих денег.

— Потому что ты не умеешь останавливаться.

— А ты, оказывается, умеешь.

— Ты постоянно увеличивал риски, Артём, — Кирилл приблизился к нему. — Тебе мало было выиграть, нужно было ещё унизить Громова перед его людьми, показать всем, какой ты умный.

— И ты решил помочь судьбе?

Мельников отвернулся и посмотрел на часы. Артём убрал руки со стола, не отводя взгляда от партнёра.

— Знаешь, что меня удивляет? — Воронцов медленно сложил оставшиеся документы. — Ты ведь мог просто предложить другое распределение.

— Ты бы не согласился.

— Не факт.

— Согласился бы на десять миллионов?

Артём усмехнулся и отложил бумаги. Затем поднялся из-за стола.

— А вот теперь действительно оскорбил.

— Нам пора уходить, — Кирилл поправил манжету.

— Кому это нам?

— Тебе нужно покинуть клуб, пока Громов не передумал сохранять приличия.

— Я уйду, когда получу свои деньги.

— Значит, не уйдёшь.

Воронцов замер возле кресла. Кирилл произнёс последнюю фразу, не повышая голоса, и продолжал спокойно поправлять манжету.

— Ты сейчас угрожаешь?

— Предупреждаю.

— О чём?

— О последствиях.

Артём посмотрел на дверь, затем на камеру наблюдения, установленную над входом. Её красный индикатор продолжал гореть.

— А кто у нас сегодня отвечает за последствия?

Мельников не ответил. Воронцов направился к выходу, но дверь открылась прежде, чем он успел к ней приблизиться.

На пороге появился руководитель охраны. Он остался стоять в дверном проёме, заслонив собой большую часть прохода.

— Господа, расчётная процедура завершена?

— Да, — ответил Кирилл.

— Нет, — одновременно произнёс Артём.

Охранник посмотрел сначала на одного, потом на другого. Затем обратился непосредственно к Воронцову.

— Господину Воронцову необходимо пройти к автомобилю.

— Как заботливо, — Артём приподнял брови. — А если я захочу сначала поговорить с Громовым?

— Леонид Викторович занят.

— А если я захочу дождаться его?

— Сейчас это невозможно.

— У вас здесь что, государственная тайна?

Руководитель охраны слегка отступил, освобождая проход. Однако его рука осталась возле пояса.

— Прошу следовать за мной.

Артём повернулся к Кириллу и указал на охранника. Мельников стоял возле стола, не делая попытки вмешаться.

— Знаешь, мне начинает казаться, что ты несколько расширил круг участников нашей маленькой операции.

— Пойдём.

— И сколько стоило купить местную службу безопасности?

Кирилл резко повернул голову. Артём тем временем сделал несколько шагов к двери.

— Закрой рот.

— Неужели дорого? — Воронцов остановился возле охранника. — Я бы предложил скидку, учитывая качество обслуживания.

Руководитель охраны положил ладонь на пояс, возле кобуры. Артём посмотрел на его руку, затем вышел в коридор, оставив собственную насмешку без продолжения.

Охранник шёл впереди, Кирилл держался немного позади, а Воронцов оказался между ними. Возле ближайшего поворота к группе присоединился второй охранник, который занял место справа от Артёма.

Лифт находился в конце коридора. Руководитель охраны вызвал кабину, дождался открытия дверей и пропустил Воронцова внутрь, после чего нажал кнопку подземного этажа.

На парковке стояли несколько дорогих автомобилей. В дальнем конце располагались грузовые ворота, а справа находился служебный проход, ведущий к запасной лестнице.

Артём запомнил его ещё во время первого посещения клуба. Сейчас он незаметно проверил расположение охранников, прежде чем повернуться к руководителю службы безопасности.

— Где машина?

— Сейчас подадут.

— Моя стояла возле главного входа.

— Сегодня вы покинете территорию через служебные ворота.

— Как трогательно, отдельная дорога для особо ценных гостей.

Мельников остановился возле чёрного внедорожника и жестом подозвал Артёма. Охранники заняли места по обе стороны парковки.

— Артём.

— Что ещё?

— Давай закончим без лишних проблем.

— Деньги вернёшь?

— Нет.

— Тогда боюсь, у нас разные представления о счастливом финале.

Кирилл достал телефон, посмотрел на экран и снова убрал его в карман. Один охранник остался возле лифта, а второй переместился между Воронцовым и грузовыми воротами.

Запасной выход находился примерно в двадцати шагах справа. Артём медленно расстегнул пиджак и повернулся к партнёру.

— Знаешь, Кирилл, я ведь действительно думал, что мы ещё поработаем вместе.

— Ты слишком много говорил.

— А ты слишком мало слушал, — Артём посмотрел на него. — Мы с тобой несколько лет делили прибыль, риски и чужие неприятности, неужели сто пятьдесят миллионов стоят того, чтобы уничтожить всё это?

Мельников усмехнулся. Он отошёл на несколько шагов от автомобиля, оставив между собой и Воронцовым достаточно места.

— Ты сам прекрасно знаешь, сколько стоят деньги.

— Знаю, — согласился Артём. — Поэтому и спрашиваю.

— Ты опасен, Артём.

— Обычно люди называют это профессионализмом.

— Ты знаешь слишком много о моих делах.

Артём почувствовал, как похолодели пальцы. За годы сотрудничества он получил доступ к множеству финансовых документов Кирилла, включая сведения об операциях, которые тот предпочитал скрывать даже от ближайших деловых партнёров.

— Слушай, давай без театральщины, — Воронцов медленно поднял руки. — Если тебе настолько страшно, что я начну говорить, можем договориться об условиях.

— Поздно.

— Почему?

— Потому что я уже принял решение.

— Кирилл, ты ведь не идиот, — Артём сделал небольшой шаг в сторону автомобиля. — Если со мной что-нибудь случится, это не уничтожит все документы, которые я собирал последние годы.

Мельников выпрямился и внимательно посмотрел на него. Его правая рука медленно опустилась к карману, в котором находился телефон.

— Какие документы?

— Вот теперь разговор становится интереснее.

— Ты блефуешь.

— Возможно, — согласился Артём, слегка разведя руками. — Но проверять подобные вещи на собственном опыте я бы не советовал.

Руководитель охраны посмотрел на Кирилла, ожидая дальнейших распоряжений. Артём не стал продолжать, позволяя партнёру самостоятельно оценить последствия.

Часть компрометирующих документов действительно существовала, хотя далеко не все сведения были подготовлены к передаче третьим лицам. Более того, некоторые записи хранились в местах, доступ к которым Воронцов пока никому не доверял.

— Что ты хочешь? — спросил Мельников.

— Для начала перестать разговаривать в окружении вооружённых людей, — Артём кивнул в сторону охранников. — Потом спокойно обсудим деньги и документы.

Кирилл повернулся к руководителю охраны. Тот стоял возле лифта, не убирая руки с пояса.

— Оставьте нас.

Никто не двинулся. Через несколько секунд руководитель охраны всё-таки ответил.

— Кирилл Андреевич, у нас другие инструкции.

— Какие занятные инструкции, — Артём перевёл взгляд на охранника. — А кто же их написал?

Мельников резко повернулся к нему. Воронцов тем временем заметил, что второй охранник отвлёкся на разговор.

— Молчать!

Артём отступил к внедорожнику и положил ладонь на его капот. Затем резко оттолкнул оказавшегося рядом охранника и бросился к служебному проходу.

Позади раздался крик, за которым последовал топот нескольких пар обуви по бетону. Воронцов добежал почти до середины парковки, когда второй охранник попытался перехватить его сбоку.

Артём вывернулся из захвата и ударил мужчину локтем. Тот пошатнулся, но удержался на ногах, успев задеть плечо беглеца.

Руку пронзила боль, однако Воронцов продолжал бежать к металлической двери запасного выхода. Возле неё находилась панель доступа, над которой горел красный индикатор.

— Стоять!

Артём схватился за ручку и резко дёрнул её на себя. Дверь не поддалась, и повторная попытка тоже ничего не дала.

Рядом с панелью светилось сообщение о блокировке доступа. Воронцов ударил ладонью по металлическому полотну и выругался.

— Твою мать…

Он развернулся, прижавшись спиной к двери. Руководитель охраны остановился в нескольких метрах, держа руку возле оружия, а второй мужчина приближался со стороны парковки.

Кирилл остался возле внедорожника. Он смотрел на Артёма, не делая попытки подойти.

— Всё, Артём, хватит.

— Я так понимаю, гостеприимство закончилось?

— Не усложняй.

— Кирилл, — Воронцов облизнул пересохшие губы, — а если я скажу, что согласен на десять миллионов?

— Уже не имеет значения.

— На пять?

Мельников молчал. Артём посмотрел на второго охранника, который остановился слева от него.

— Тогда, может, хотя бы на такси выделишь?

Воронцов медленно поднял руки, сделав несколько шагов от двери. В правом рукаве у него находился небольшой складной нож, который он носил с собой во время опасных операций.

— Слушай, Кирилл, мне действительно интересно, сколько ты ему заплатил? — Артём кивнул на руководителя охраны.

— Кому?

— Этому господину с лицом человека, который никогда не смеётся.

Охранник раздражённо шагнул ближе. Его рука переместилась с пояса к воротнику Воронцова.

— Закройте рот.

— О, он разговаривает!

Когда мужчина протянул руку, Артём резко выхватил нож из рукава и ударил его в предплечье. Охранник вскрикнул и отшатнулся, а Воронцов попытался проскочить мимо него к припаркованным машинам.

— Стреляй! — крикнул Кирилл.

Выстрел оглушил Артёма прежде, чем он успел сделать следующий шаг. Сильный удар в бок развернул его, и он врезался плечом в металлическую дверь, после чего сполз по ней на бетонный пол.

Нож выпал из руки и скользнул под ближайший автомобиль. Воронцов попытался подняться, но резкая боль заставила его согнуться, прижимая ладонь к боку.

На белой рубашке быстро расползалось тёмное пятно. Артём отнял руку от раны, увидел кровь на пальцах и снова прижал ладонь к повреждённому месту.

— Кирилл Андреевич, он ранен.

— Я вижу.

— Что делать?

— Оружие убери.

Артём попытался рассмеяться, но боль оборвала вдох. Он с трудом повернул голову к Кириллу, который медленно приближался.

— Кирилл…

— Что?

— Ты… — Артём попытался вдохнуть глубже, но закашлялся. — Ты серьёзно решил… что это лучший способ делить прибыль?

Мельников остановился перед ним. Его взгляд на мгновение опустился к окровавленной рубашке.

— Ты сам не оставил выбора.

Артём закрыл глаза и прижался затылком к металлической двери. Через несколько секунд он снова посмотрел на бывшего партнёра.

— Выбор… у тебя был, Кирилл, — он попытался усмехнуться, но скривился от боли. — Просто честный вариант… показался слишком дешёвым.

Мельников присел перед ним на корточки. Он положил локти на колени, стараясь не касаться крови.

— Где документы?

— Какие?

— Ты прекрасно понимаешь.

Артём с трудом приподнял голову. Затем посмотрел на Кирилла и слабо улыбнулся.

— А ты поищи.

— Артём, не заставляй меня…

— Что? — Воронцов закашлялся, прижимая руку к ране. — Второй раз… убьёшь?

Кирилл резко поднялся и повернулся к охранникам. Один из них всё ещё прижимал ладонь к раненому предплечью.

— Проверьте его.

Второй охранник присел возле Артёма и начал обыскивать карманы пиджака. Воронцов попытался оттолкнуть чужую руку, но мужчина перехватил его запястье и продолжил обыск.

Из внутреннего кармана достали телефон, небольшую металлическую коробочку с игральными картами и несколько документов. Охранник передал вещи Мельникову, который сразу взял телефон.

Экран оказался заблокирован паролем. Кирилл несколько раз коснулся его, затем повернулся к раненому.

— Пароль.

Артём попытался сфокусировать взгляд на телефоне. Перед глазами всё расплывалось, а каждое слово приходилось выталкивать вместе с коротким выдохом.

— Восемь… восемь…

Мельников наклонился ближе. Воронцов видел только его лицо, остальное постепенно терялось в темноте.

— Дальше.

— Восемь миллионов… — Артём с трудом шевельнул губами. — За консультацию.

Кирилл выпрямился и убрал телефон в карман. Металлическую коробочку он передал одному из охранников.

— Бесполезно.

Артём попытался поправить пиджак, но рука не слушалась. Холод поднимался от пальцев к плечам, а боль постепенно становилась глуше.

Когда ему было ещё далеко до тридцати, он уже успел узнать, сколько стоит доверие к чужим обещаниям. Отец проигрывал семейные деньги, мать умерла, а сам Артём рано бросил учёбу и начал зарабатывать тем, что впоследствии превратилось в его профессию.

Он долгие годы собирал деньги, проверял договорённости и старался никогда не зависеть от чужих решений. Однако Кирилл получил доступ к ста пятидесяти миллионам ещё до того, как Воронцов увидел окончательные расчётные документы.

— Надо уходить, — произнёс один из охранников, поглядывая в сторону лифта.

— Сначала убедитесь, что всё закончено.

Кирилл отошёл к внедорожнику и начал разговаривать по телефону. Его слова доносились до Артёма отдельными обрывками, среди которых тот сумел различить упоминание автомобиля и распоряжение убрать записи с камер.

Воронцов смотрел на закрытую дверь запасного выхода. За ней находилась лестница, ведущая наружу, но красный индикатор на панели продолжал гореть.

Несколько месяцев назад Кирилл приехал к нему с предложением участвовать в закрытом турнире. Они согласовали равные доли, пожали руки и начали подготовку, не заключив между собой отдельного соглашения о распределении выигрыша.

Семьдесят пять миллионов рублей.

Артём вспомнил, сколько раз сам использовал чужое доверие, чтобы получить доступ к деньгам. Теперь собственный партнёр проделал с ним почти то же самое, обойдясь даже без сложной комбинации.

Он попытался повернуть голову, но тело перестало слушаться. Один из охранников склонился над ним, проверил пульс и негромко сообщил что-то Мельникову.

Кирилл прервал телефонный разговор и подошёл ещё раз. На этот раз он остановился сбоку, чтобы не наступить в растекавшуюся по бетону кровь.

— Последний шанс, Артём, где документы?

Воронцов с трудом поднял на него глаза. Он хотел вспомнить какую-нибудь особенно обидную шутку, но не смог собрать слова в предложение.

— Ну надо же… — прошептал Артём, слабо усмехнувшись. — Меня всё-таки… переиграли.

Мельников нахмурился и присел ближе, ожидая продолжения. Воронцов попытался вдохнуть, однако грудь сдавило, а окружающие звуки начали затихать.

Последним, что он увидел, был свет потолочной лампы над парковкой. Затем перед глазами потемнело, рука соскользнула с раны и неподвижно осталась лежать на бетонном полу.

Артём Сергеевич Воронцов умер в тридцать два года.

Глава 2. На чужом троне

Замок Последнего Перекрёстка.

Перекрёстное Королевство.

Металлический звон прорезал тишину.

Артём открыл глаза и несколько секунд смотрел на огромный кубок, зажатый в руке. Тяжёлый сосуд был изготовлен из тёмного металла, украшенного незнакомыми символами, а по его краю медленно стекала густая красная жидкость. Судя по звуку, кубок только что ударился о подлокотник кресла, хотя самого движения Артём совершенно не помнил.

Он моргнул, пытаясь избавиться от тяжести в голове. Последним воспоминанием оставалась подземная парковка, холодный бетон под спиной и Кирилл Мельников, требовавший назвать местонахождение документов. После этого наступила темнота, а теперь перед ним простирался незнакомый зал.

Высокие своды терялись в полумраке, вдоль стен возвышались массивные колонны из чёрного камня, между которыми горели неподвижные языки синеватого пламени. Отполированные плиты отражали свет, а по обе стороны центральной дорожки стояли существа, которых Артём первоначально принял за людей в необычных костюмах.

Один из них повернул голову, открыв короткие изогнутые рога на висках. Из-под длинного камзола выглядывал тонкий хвост, а у стоявшей рядом женщины были заострённые уши и светящиеся янтарные глаза. Неподалёку находился широкоплечий воин с серой кожей и массивными когтистыми руками.

«Отлично, либо меня очень качественно накачали какой-то дрянью, либо после смерти действительно показывают странные сны».

Артём попытался пошевелиться и почувствовал непривычную тяжесть руки, державшей кубок. Опустив взгляд, он обнаружил огромные пальцы, покрытые тёмной кожей с металлическим отливом. Каждый заканчивался длинным чёрным когтем, а широкое запястье украшал тяжёлый браслет с красными камнями.

Он осторожно согнул пальцы. Когти скользнули по поверхности кубка, оставив несколько царапин.

— Ваше Величество?

Артём поднял голову и увидел высокого мужчину в строгом тёмном одеянии с серебряными застёжками. Длинные волосы незнакомца были аккуратно убраны назад, а сам он стоял возле нижней ступени возвышения и внимательно наблюдал за троном.

— Ваше Величество, — повторил мужчина, немного склонив голову. — Вы нас слышите?

Артём открыл рот, собираясь спросить, где находится, но остановился. Незнакомец не сводил с него глаз.

— Слышу.

Из груди вырвался низкий, тяжёлый голос, совершенно не похожий на прежний. Артём машинально сглотнул, прислушиваясь к непривычным ощущениям в горле.

Мужчина возле ступеней немного расправил плечи.

— Рад слышать, повелитель, — он убрал руки за спину. — Мы опасались, что последствия последнего ритуала потребуют значительно большего времени для восстановления.

«Ритуал? Уже интересно».

Артём медленно поставил кубок на широкий подлокотник. Причина его нынешнего состояния оставалась неизвестной, зато упоминание ритуала позволяло задавать вопросы, не раскрывая полного отсутствия воспоминаний.

— И сколько же я… восстанавливался?

— Почти три часа с момента завершения воздействия, Азраэль Ноктариус Вельморт, — мужчина слегка склонил голову. — Ваше сознание оставалось недоступным для обычного обращения, однако основные жизненные показатели сохранялись в допустимых пределах.

«Азраэль Ноктариус Вельморт».

Артём мысленно повторил имя, пытаясь найти хотя бы отдалённую связь с чем-нибудь знакомым. Затем осмотрел присутствующих и заметил, что остальные держатся значительно дальше от трона, чем говоривший с ним мужчина.

«Значит, я здесь кто-то важный, очень важный, судя по тому, как они стараются лишний раз не дышать».

Он осторожно перенёс вес вперёд, собираясь подняться, но немедленно ухватился за подлокотник. За спиной возникла дополнительная тяжесть, возле поясницы что-то сдвинулось, а тело неожиданно отклонилось в сторону.

Кубок с громким звоном ударился о металлическую отделку трона. Несколько существ одновременно опустили головы, а стоявший неподалёку молодой служащий заметно побледнел.

— Повелитель! — мужчина возле ступеней шагнул вперёд, но остановился. — Позволите вызвать целителей?

— Не надо.

Служащий опустил голову ещё ниже. Артём осторожно вернулся в прежнее положение, пытаясь разобраться с непривычной тяжестью за плечами.

Что-то длинное двигалось позади кресла, а две огромные сложенные конструкции мешали свободно опереться на спинку.

«Крылья?».

Он напряг мышцы спины, отчего справа что-то приподнялось и коснулось каменной поверхности. Артём немедленно расслабился.

«Нет, ну это уже перебор».

— Ваше Величество, — раздался женский голос, — я всё же рекомендую провести хотя бы первичную проверку состояния ядра.

В нескольких шагах от трона стояла стройная женщина с длинными серебристо-фиолетовыми волосами. Её тёмное платье украшали вышитые символы, а в руках находился небольшой кристаллический прибор, внутри которого вращалась голубоватая искра.

— Ядра? — переспросил Артём.

— Демонического ядра, повелитель, — женщина подняла прибор немного выше. — После последнего воздействия его энергетические показатели значительно изменились, и без обследования невозможно установить степень восстановления.

«Так, я ещё и демон».

Артём на мгновение прикрыл глаза. Затем посмотрел на когтистую руку, лежавшую на подлокотнике.

«И кто здесь кому принадлежит?».

— Обследование подождёт.

Женщина нахмурилась.

— Некоторые изменения могут оказаться опасными, Ваше Величество, — она осторожно повернула прибор в ладони. — Я не предлагаю полноценное вмешательство, достаточно установить текущее состояние внешних энергетических потоков.

— Я сказал, позже.

— Как прикажете.

Она склонила голову, но прибор не убрала. Артём заметил, как голубоватая искра внутри кристалла на мгновение вспыхнула ярче.

«Надо будет узнать, чем она занимается, желательно до того, как решит залезть мне в голову».

Мужчина возле ступеней снова обратился к нему:

— Если ваше состояние позволяет продолжить аудиенцию, необходимо определить порядок рассмотрения накопившихся вопросов. Часть распоряжений ожидала подтверждения после завершения ритуала.

— Напомни, какие вопросы требуют немедленного решения.

Незнакомец на мгновение замер. Затем поправил серебряную застёжку на рукаве.

— Прежде всего состояние государственных обязательств, повелитель, — он взглянул на ожидавших придворных. — Затем финансовые распоряжения, доклад главнокомандующего и несколько административных вопросов, перенесённых по вашему прежнему указанию.

— Хорошо, начнём с самого срочного.

— Позволите уточнить, какое направление вы считаете приоритетным?

«А вот это уже издевательство».

Артём посмотрел на собеседника, стараясь припомнить хотя бы что-нибудь о государственном управлении. В прежней жизни он имел дело с компаниями, финансовыми посредниками и состоятельными клиентами, но никогда не руководил целым королевством.

— Для начала я хочу услышать краткое изложение того, что изменилось, пока я находился без сознания.

— Разумеется, Ваше Величество, — незнакомец немного выпрямился. — Я подготовлю соответствующую сводку.

— Тогда продолжай.

— Морвен Сильверис Нокт, главный советник Королевского совета и управляющий государственными делами, к вашим услугам.

«Морвен, наконец-то хотя бы одного зовут по-человечески».

Артём посмотрел на советника и кивнул.

— Морвен, сегодня обойдёмся без долгих церемоний.

— Как пожелаете, повелитель.

Советник отступил на полшага и повернулся к остальным.

— Главнокомандующий Варгос Дракенмор, доклад по состоянию внешних гарнизонов.

От колонны отделился огромный мужчина в тяжёлых тёмных доспехах. На его плечах находились металлические пластины с изображениями драконьих голов, а за спиной висел длинный меч.

— Повелитель, — Варгос коротко склонил голову. — Пограничные подразделения продолжают службу согласно утверждённому расписанию, однако два гарнизона ожидают подтверждения дополнительных поставок.

— Насколько срочно?

— Первый гарнизон располагает необходимыми резервами на ближайшие семь суток, — главнокомандующий сложил руки за спиной. — Второй может продержаться дольше, но задержка поставок осложнит обслуживание защитных сооружений.

— А решение уже подготовлено?

— Да, повелитель, требуется ваше подтверждение.

Артём посмотрел на массивные латные перчатки главнокомандующего.

«И как вы тут подтверждаете приказы? Подписью, кровью или заклинанием, после которого половина армии отправится воевать с соседним измерением?».

— Рассмотрим вместе с финансовыми вопросами, — произнёс он. — Без согласования поставок с казначейством приказ останется половинчатым.

Варгос немного склонил голову.

— Разумно, повелитель.

«Первое очко в мою пользу».

— Если позволите, финансовое положение требует значительно более срочного вмешательства, — раздался высокий голос слева.

К трону приблизился низкорослый полный мужчина с золотистыми чешуйчатыми участками кожи возле висков. Его одежду покрывали драгоценные камни, на пальцах сверкали массивные перстни, а в руках находилась тонкая папка с металлическими застёжками.

— Гримвальд Золотой Коготь, хранитель государственной казны, — представил его Морвен.

— Ваше Величество, вынужден сообщить, что некоторые финансовые операции остаются неподтверждёнными, — Гримвальд поклонился, придерживая папку. — Дополнительная задержка может привести к существенным расходам.

— Каким именно?

— Прежде всего речь идёт о сохранении государственных резервов и обязательствах перед поставщиками. Мы уже сталкиваемся с необходимостью перераспределения отдельных энергетических накопителей.

— Суммы?

Казначей раскрыл папку и извлёк несколько листов.

— Если рассматривать только обычные финансовые обязательства, совокупный объём составляет приблизительно…

— Гримвальд, — вмешался Морвен, — Его Величество только что восстановил сознание после ритуала, подробное финансовое обсуждение разумнее провести на закрытом заседании.

— Именно поэтому я и предлагаю не откладывать рассмотрение, — возразил казначей. — Каждые дополнительные сутки неопределённости увеличивают стоимость необходимых операций.

— Вы получите возможность представить расчёты в установленном порядке.

Гримвальд поджал губы, но папку не закрыл. Артём перевёл взгляд с одного чиновника на другого.

«Значит, здесь не всё держится на одном моём рыке, уже полезно».

— Морвен прав, — произнёс он. — Финансы рассмотрим отдельно, после того как я получу полный доклад.

Казначей убрал листы обратно в папку.

— Разумеется, Ваше Величество, я подготовлю документы в удобном для рассмотрения виде.

— И желательно без лишних украшений.

Гримвальд поднял голову.

— Простите, повелитель?

— Я о документах, — Артём указал на папку. — Цифры должны быть понятны без получасового выступления.

— Разумеется.

Казначей поклонился и вернулся на прежнее место. Морвен дождался, пока тот отойдёт, после чего снова обратился к трону.

— Остаётся вопрос состояния ваших личных магических резервов. Элиара Вейнорис подготовила предварительное заключение, но для его завершения потребуется дополнительная проверка.

Артём посмотрел на женщину с кристаллом.

— Что именно тебя беспокоит?

Элиара подняла прибор немного выше.

— После последнего ритуала внешние потоки выглядят необычно, — она повернула кристалл, наблюдая за движением искры. — Основная структура ядра сохраняется, однако некоторые связи реагируют с задержкой, а часть энергии не возвращается к обычному состоянию.

— И насколько всё серьёзно?

— Пока не могу установить без полноценного исследования, повелитель, поэтому рекомендую временно ограничить использование наиболее затратных заклинаний.

— Например?

— Крупные пространственные переходы, масштабное применение чёрного огня, изменение структуры защитных полей и некоторые формы преобразования тела.

«Прекрасно, я, оказывается, умею открывать порталы и швыряться чёрным огнём».

Артём невольно посмотрел на собственную ладонь. Ему захотелось проверить хотя бы одну из перечисленных возможностей, однако воспоминание о неудачной попытке подняться с трона быстро охладило любопытство.

— До завершения проверки ничего подобного не планируется.

Элиара удивлённо подняла брови.

— Вы намерены временно отказаться от использования пространственной магии?

— Если она может навредить восстановлению, не вижу смысла рисковать.

— В таком случае я подготовлю безопасный порядок первичного обследования.

«Что, настолько удивительно, что ваш король не хочет случайно себя взорвать?»

— Повелитель, простите за прямоту, — неожиданно вмешался Варгос, — но во время ритуала произошло что-то непредвиденное?

Артём повернул голову к главнокомандующему. Тот стоял возле нижней ступени, не отводя от него взгляда.

— Почему спрашиваешь?

— Вы отказались от обследования, перенесли несколько привычных решений и не намерены пользоваться магией до проверки, — Варгос немного выпрямился. — Это разумно после повреждения ядра, но раньше подобные ограничения вас не останавливали.

Несколько придворных повернули головы к трону. Морвен молча наблюдал за разговором.

«Значит, прежний хозяин тела был любителем рисковать».

Артём положил ладони на подлокотники. Под одним из когтей хрустнула металлическая накладка, и он немного ослабил хватку.

— Варгос, если я временно не могу пользоваться частью возможностей, какой смысл притворяться, будто ограничений не существует?

— Никакого, повелитель.

— Вот и прекрасно, — Артём кивнул главнокомандующему. — Продолжай готовить гарнизоны к обычной службе, а непредвиденные вопросы решим после проверки.

— Слушаюсь.

Варгос склонил голову. Морвен тем временем поправил рукав и переглянулся с Элиарой.

«Не нравится мне этот взгляд».

Артём попытался устроиться удобнее, но сложенные крылья мешали опереться на спинку. Он осторожно изменил положение плеч, передвинул хвост и заметил, что кресло оборудовано специальными выемками.

Особенно раздражала тяжесть головы. Проведя пальцами возле виска, он наткнулся на твёрдое основание рога и быстро убрал руку.

— Морвен.

— Да, Ваше Величество?

— На сегодня достаточно.

Советник немного выпрямился.

— Вы желаете завершить аудиенцию?

— Да. Все неотложные вопросы подготовьте для закрытого доклада, а остальные распределите по обычному порядку.

— Позволите уточнить, в какое время вы желаете провести заседание?

«Хороший вопрос, а сколько у них вообще длится день?»

Артём посмотрел на высокие окна, за которыми виднелось тёмно-фиолетовое небо. Определить время по нему не представлялось возможным.

— После отдыха, когда будут готовы основные документы.

— Понимаю.

Морвен повернулся к присутствующим и поднял руку. Разговоры сразу прекратились.

— По распоряжению Его Величества сегодняшняя аудиенция завершена. Все вопросы, требующие дополнительного подтверждения, будут рассмотрены на закрытом заседании Королевского совета.

По залу прошёл шорох. Придворные начали расходиться, а гвардейцы возле колонн выпрямились, освобождая центральный проход.

«Наконец-то, ещё немного, и я случайно соглашусь на войну, продажу половины королевства или очередной магический ритуал».

Артём посмотрел на широкие ступени перед троном и осторожно перенёс вес вперёд. Непривычные мышцы спины напряглись, хвост сдвинулся вдоль кресла, но ему удалось подняться, опираясь на подлокотники.

Выпрямившись, он замер.

Даже массивный Варгос оказался заметно ниже, а Морвен рядом с огромной демонической фигурой выглядел гораздо меньше, чем прежде.

«Господи, сколько же во мне метров?».

Артём опустил взгляд на ноги, скрытые тяжёлой церемониальной одеждой. Затем осторожно переступил с места на место, пытаясь определить положение хвоста.

Морвен приблизился к возвышению.

— Повелитель, если пожелаете, управляющая дворцовым хозяйством подготовит сопровождение до личных покоев.

— Подготовит.

Советник сделал знак женщине возле бокового прохода. Она подошла к трону и склонила голову.

На ней было строгое тёмно-бордовое платье, волосы убраны в сложную причёску, а на поясе висели металлические ключи и несколько тонких управляющих пластин.

— Мираэль Тенебрис, к вашим услугам, Ваше Величество. Личный проход подготовлен, посторонних в коридоре нет.

— Хорошо.

Артём сделал первый шаг, затем второй, но на третьем хвост задел выступающую часть трона. Он остановился, ухватившись за подлокотник, и осторожно отвёл хвост в сторону.

Мираэль посмотрела на него.

— Повелитель, возможно, после ритуала вам будет удобнее воспользоваться боковым проходом без церемониальной лестницы.

— Именно так и поступим.

— Следуйте за мной.

Управляющая направилась к небольшой двери позади трона. Артём двинулся следом, стараясь не задевать окружающих предметов крыльями.

Возле прохода молодой служащий поспешно отступил к стене, но Артём всё равно едва не задел его сложенным крылом. Служащий немедленно опустился на одно колено.

— Простите, повелитель!

— За что?

— Я недостаточно быстро освободил проход.

Артём посмотрел на расстояние между дверью и стеной. Даже без крыльев здесь было тесновато для существа его роста.

— Встань.

Служащий поднялся, продолжая смотреть в пол. Мираэль осмотрела дверной проём.

— Я распоряжусь расширить свободное пространство возле прохода, Ваше Величество.

— Не надо ничего ломать, — Артём указал на несколько предметов возле стены. — Просто уберите от двери всё лишнее.

— Будет исполнено.

Они прошли через боковую дверь, которая закрылась за ними с негромким металлическим стуком. Артём задержался на мгновение, прислушиваясь к удалявшимся голосам придворных.

«Ну хоть отсюда выбрался».

Закрытый проход оказался значительно уже тронного зала. Стены украшали металлические полосы с выгравированными символами, а под потолком светились небольшие кристаллы.

Мираэль шла впереди уверенным шагом, тогда как Артёму приходилось приспосабливаться к длине ног и непривычному положению хвоста. Несколько раз он останавливался перед поворотами, чтобы не задеть стену крыльями.

Особенно неудобным оказался участок возле небольшой лестницы. Артём попытался повернуть корпус, но сложенное крыло упёрлось в каменный выступ.

Мираэль обернулась.

— Ваше Величество, вы испытываете боль?

«Нет, просто мне выдали чужое тело с кучей дополнительных деталей и забыли приложить инструкцию».

— Непривычное состояние после ритуала.

— Понимаю, — Мираэль посмотрела на лестницу. — В таком случае я распоряжусь, чтобы личные служащие временно сократили количество переходов между помещениями.

— Желательно.

— Также могу подготовить более удобную одежду, если церемониальные элементы причиняют неудобство.

Артём осмотрел тяжёлую чёрную мантию, края которой тянулись по полу. Под тканью находились металлические крепления и ремни, предназначение которых он пока не понимал.

— Подготовь что-нибудь попроще.

— Без королевских регалий?

— Без всего, что мешает нормально ходить.

— Как пожелаете.

Мираэль повернулась и продолжила путь. Артём последовал за ней, придерживая край мантии, чтобы не наступить на него.

По дороге встречались вооружённые стражники, которые отступали к стенам и склоняли головы. Ни один из них не обратился к правителю без разрешения.

«С одной стороны, приятно, конечно. С другой — они ведь подчиняются Азраэлю, а не мне».

Артём посмотрел на широкую спину ближайшего стражника. Тот даже не поднял головы, пока правитель проходил мимо.

«И что будет, если они узнают?».

— Мираэль.

Она остановилась.

— Да, повелитель?

— Кто-нибудь ещё имеет доступ в мои личные покои?

— Только утверждённый круг служащих и лица, получившие ваше непосредственное разрешение, — управляющая немного повернулась к нему. — После ритуала я дополнительно ограничила доступ, поскольку ваше состояние оставалось неопределённым.

— Хорошо, пока оставь ограничения.

— Разумеется.

Артём посмотрел на неё.

— И ещё кое-что. Без необходимости никого не беспокоить.

— Вы желаете полного уединения?

— Именно.

— В таком случае я распоряжусь прекратить обычное обслуживание до вашего следующего приказа, — Мираэль коснулась одной из управляющих пластин на поясе. — Однако защитные механизмы останутся действующими, поскольку их отключение требует отдельного подтверждения.

— Пусть работают.

В конце коридора находились высокие двустворчатые двери с изображениями переплетающихся дорог. По обе стороны стояли гвардейцы в тёмной броне, которые одновременно склонили головы при появлении правителя.

Мираэль коснулась металлической пластины на поясе. Символы на дверях вспыхнули тусклым красным светом, после чего створки бесшумно разошлись.

— Ваши покои готовы, повелитель.

Артём прошёл внутрь и остановился возле входа.

Огромная кровать с высоким изголовьем из тёмного дерева занимала значительную часть дальнего помещения. Рядом находились массивные шкафы, несколько низких столов и широкие кресла, а стены покрывали тяжёлые ткани с серебряной вышивкой.

Возле высоких окон стояли статуи крылатых существ с рогами. В дальней части покоев виднелась ещё одна широкая дверь, а между двумя колоннами висело огромное зеркало.

«Вот это уже интересно».

Артём привык к дорогим квартирам, роскошным гостиницам и загородным особнякам, но размеры спальни превосходили многие банкетные залы, в которых ему доводилось бывать.

— Желаете что-нибудь ещё, Ваше Величество?

— Нет, пока ничего.

— В таком случае я оставлю у внешнего прохода двух служащих, — Мираэль указала на небольшой кристалл возле двери. — Если потребуется помощь, достаточно воспользоваться управляющим кристаллом.

— Понял.

— Желаю вам благополучного восстановления, повелитель.

Мираэль поклонилась и направилась к выходу. Артём проводил её взглядом, затем остановил.

— Мираэль.

— Да?

— Сегодня я не совсем в обычном состоянии, поэтому любые странности в моём поведении пока не стоит превращать в повод для беспокойства.

Управляющая внимательно посмотрела на него.

— После опасных ритуалов подобное случается, Ваше Величество, — она сложила руки перед собой. — Я распоряжусь, чтобы служащие не обсуждали ваше состояние за пределами необходимых рабочих вопросов.

— Хорошо.

Мираэль вышла, и тяжёлые двери закрылись за ней. Артём несколько секунд стоял неподвижно, прислушиваясь к наступившей тишине.

— Твою же мать…

Низкий голос прокатился под высоким потолком. Артём вздрогнул, затем осторожно направился к большому зеркалу между колоннами.

В отражении стояло огромное существо.

Графитово-чёрная кожа с металлическим отливом покрывала мощное тело, на голове возвышались два массивных рога, плавно изгибавшихся назад, а длинные чёрные волосы с серебристыми прядями спадали на плечи. Золотисто-красные радужки окружали узкие вертикальные зрачки, придавая взгляду хищное выражение.

Артём поднял руку, и отражение повторило движение. Пять огромных пальцев заканчивались длинными когтями, а предплечья покрывали плотные участки кожи, напоминавшие природную броню.

Он осторожно коснулся основания рога и провёл пальцами по гладкой поверхности. Затем повернулся боком, рассматривая огромные сложенные крылья с плотными тёмными перепонками и длинный хвост, заканчивавшийся заострённым наконечником.

Артём попытался поднять правое крыло. Сначала напряглись совсем другие мышцы, и хвост неожиданно дёрнулся, задев ножку кресла, но затем крыло немного раскрылось, демонстрируя широкую перепонку с тёмными прожилками.

— Так… спокойно.

Он осторожно вернул крыло в прежнее положение и снова посмотрел на отражение.

«Это не сон».

Артём сжал когтистую ладонь, затем разжал её и провёл пальцами по поверхности зеркала. Холодное стекло осталось совершенно неподвижным, а прикосновение ощущалось так же отчётливо, как металл кубка или камень трона.

Он опустил взгляд на грудь.

Под одеждой не было ни крови, ни следов огнестрельного ранения. Артём осторожно ощупал бок, в который попала пуля, но обнаружил только плотную кожу и мощные мышцы.

Перед глазами снова возникла подземная парковка. Кирилл Мельников, охранники, выстрел и холодный бетон под спиной.

— Значит, умер, — негромко произнёс Артём, рассматривая отражение. — А теперь, получается, живой, причём весьма своеобразно.

Он подошёл к ближайшему креслу и осторожно сел, предварительно отведя хвост в сторону. Крылья удалось расположить в широких выемках спинки, хотя для этого пришлось несколько раз менять положение плеч.

«Кто такой Азраэль Ноктариус Вельморт? Почему все называют его повелителем? Что произошло во время ритуала? И куда делся настоящий хозяин этого тела?».

Артём посмотрел на зеркало.

«А если он вернётся?».

В памяти всплыло лицо Морвена. Советник внимательно следил за его поведением, замечал необычные вопросы и несколько раз пытался уточнить обстоятельства восстановления.

Элиара представляла другую проблему. Она знала особенности демонического ядра и располагала приборами для магического обследования, способными обнаружить неизвестные Артёму изменения.

Варгос уже обратил внимание на отказ от привычного использования магии. Главнокомандующий командовал вооружёнными подразделениями и, вероятно, хорошо знал боевые возможности Азраэля.

Гримвальд, напротив, заинтересовал Артёма своими финансовыми вопросами. Казначей открыто спорил с советником, добиваясь рассмотрения расходов, и явно предпочитал конкретные расчёты церемониям.

«С этим хотя бы понятно, о чём разговаривать».

Артём провёл когтем по подлокотнику. На поверхности осталась глубокая царапина, и он с интересом осмотрел повреждённый материал.

— Сила, значит, имеется…

Он сжал кулак, чувствуя напряжение мощных мышц предплечья. Взгляд невольно переместился на ближайший стол, но проверять прочность мебели Артём не стал.

«Для начала неплохо бы научиться просто ходить».

Он откинулся назад и посмотрел на высокие окна. За ними простирался незнакомый город, освещённый тусклым багровым светом.

Вдалеке поднимались массивные башни, соединённые переходами, а за ними виднелись многочисленные здания, уходившие к тёмному горизонту.

«И всё это, получается, моё?».

Артём улыбнулся, но почти сразу нахмурился.

«Я ведь даже не знаю, как называется это государство».

— Прекрасно, Фокусник, восхитительно устроился, — пробормотал он, разглядывая собственные когти. — Сначала позволил партнёру себя пристрелить, потом каким-то образом получил чужую тушу с рогами, а теперь изображаешь местного царя.

Он поднялся из кресла и подошёл к окну.

— Осталось только выяснить, где у него казна и сколько врагов.

Внизу виднелись внутренние дворы замка, соединённые широкими мостами. По одному из них двигалась группа вооружённых существ, а над отдалённой башней медленно проплыло огромное крылатое создание.

«Ладно, сначала правила, потом участники, а уже после — деньги».

Артём вспомнил, как впервые оказался за карточным столом с людьми, чьи состояния превосходили всё, что он тогда зарабатывал за несколько лет. Прежде чем делать ставки, ему пришлось долго изучать привычки соперников, их связи и способы договариваться между собой.

Теперь перед ним находилось целое королевство, а вместо колоды карт — неизвестная магия и вооружённые демоны.

«Зато пока никто не заявил, что я самозванец».

Он вернулся к зеркалу, ещё раз осмотрел рога, крылья и золотисто-красные глаза.

— Ладно, Азраэль Ноктариус Вельморт, посмотрим, чем ты тут занимался.

Артём осторожно поправил тяжёлую мантию и направился к большому письменному столу, на котором лежали закрытые папки и массивная книга с металлическими застёжками.

Он осмотрел незнакомые символы на обложках, но не стал ничего открывать. После рассказов о магическом ядре и пространственных переходах даже обычная на вид книга могла оказаться чем угодно.

«Сначала узнаю, как здесь работают эти штуки».

Артём вернулся к креслу и сел, расположив хвост сбоку от сиденья.

Следовало дождаться доклада Морвена, разобраться в государственных обязанностях и выяснить, насколько серьёзно повреждены магические возможности Азраэля. Отдельно предстояло понять, что именно случилось во время ритуала и существует ли вероятность возвращения прежнего хозяина тела.

Артём вспомнил Кирилла Мельникова.

«Вот бы ты сейчас увидел, кого пристрелил».

Он невольно усмехнулся, представив выражение лица бывшего партнёра. Но даже если возможность вернуться на Землю существовала, разбираться с Кириллом сейчас было неразумно.

Воронцов посмотрел на своё отражение в далёком зеркале. Огромный демон с золотисто-красными глазами сидел посреди роскошных покоев, а где-то за дверями ждали советники, военачальники и придворные, уверенные, что их повелитель по-прежнему знает, как управлять Перекрёстным Королевством.

Артём медленно улыбнулся.

— Ну что, Ваше Величество… Будем знакомиться.

Глава 3. Шестьсот шестьдесят шесть

Замок Последнего Перекрёстка.

Перекрёстное Королевство.

Тяжёлая книга раскрылась посередине, хотя Элиара не прикоснулась ни к одной из застёжек. Страницы из тёмно-серебристого материала приподнялись над переплётом, между ними протянулись сотни светящихся нитей, а в центре разворота появилось число, которое Артём прочитал без труда.

1000.

Он стоял возле длинного стола, наблюдая за происходящим. После нескольких часов отдыха в личных покоях ему удалось немного привыкнуть к огромному телу, однако управление крыльями и хвостом по-прежнему требовало внимания. Поэтому перед началом закрытого заседания он уточнил у Морвена, достаточно ли пространства оставлено между креслами.

Советник заверил, что зал проектировался специально для Азраэля. Артём осмотрел широкие проходы, но садиться пока не стал.

Элиара провела ладонью над страницами. Светящиеся нити разделились на две группы, а первоначальное число сменилось несколькими строками.

— Перед вами текущее состояние основных договорных обязательств, повелитель, — произнесла она, повернув книгу к Артёму. — Данные обновлены после последней регистрации энергетических изменений.

Артём наклонился над разворотом. Некоторые символы оставались незнакомыми, зато числовые значения, имена и отдельные заголовки складывались в понятные сведения.

«Хорошо хоть цифры здесь не записывают какими-нибудь черепами, а то пришлось бы считать покойников вручную».

— Насколько свежие данные?

— Последнее автоматическое обновление произошло менее часа назад, — Элиара коснулась края страницы. — Однако сведения о фактическом исполнении некоторых обязательств требуют дополнительного подтверждения.

Артём перевёл взгляд на следующую строку.

334.

Ниже находилось ещё одно число.

666.

— Красиво.

Морвен, стоявший по другую сторону стола, приподнял бровь.

— Что именно, Ваше Величество?

— Числа, — Артём указал когтем на страницу. — Особенно последнее.

Гримвальд, расположившийся возле финансовых папок, тяжело вздохнул. Варгос скрестил руки на груди, а высокая женщина в тёмных доспехах недовольно посмотрела на светящиеся строки.

«Судя по реакции, местные бухгалтеры с юмором не дружат».

— Объясняйте, — распорядился Артём. — Только начните с того, что именно считается основным договором.

Морвен подошёл ближе.

— За время вашего правления были заключены многочисленные соглашения с существами различных миров, — советник указал на центральное число. — Большинство относится к коммерческим, политическим или личным обязательствам, однако тысяча договоров непосредственно связана с центральной системой вашего магического ядра.

— То есть остальные сделки существуют отдельно?

— Да. Они могут использовать вашу силу и другие источники энергии, но не обладают таким же значением для устойчивости основной системы.

— А эта тысяча особенная?

— Именно.

— Чем?

Элиара коснулась края страницы. Над переплётом возникла сложная паутина светящихся нитей, сходившихся к тёмно-красному узлу.

— Каждый основной договор создаёт устойчивую энергетическую связь между вашим ядром и определённым обязательством, — объяснила она, выделив одну из нитей. — Пока соглашение исполняется в установленном порядке, система получает необходимые ресурсы, но при нарушении связь изменяется.

Артём несколько секунд рассматривал изображение.

— Получается, у меня тысяча клиентов, от которых зависит работа всей этой конструкции?

— Упрощённо говоря, да, повелитель.

— И шестьсот шестьдесят шесть решили перестать платить?

Морвен покачал головой.

— Не каждое нарушение связано с отказом от оплаты, — он приблизил к себе один из документов. — Некоторые участники не выполнили установленные действия, другие утратили необходимые ресурсы, а часть связей повреждена по причинам, которые ещё предстоит установить.

— Но нарушение зарегистрировано?

— Да, при этом вопрос юридической ответственности требует рассмотрения обстоятельств каждого случая.

Артём повернулся к Элиаре.

— А остальные триста тридцать четыре?

— Не имеют зарегистрированных нарушений, — уточнила она. — Однако полноценная правовая проверка всех их условий ещё не проводилась.

— То есть даже среди исправных могут оказаться проблемы?

— Могут.

На Земле Артёму приходилось сталкиваться с организациями, которые предоставляли реальные услуги, но включали в договоры дополнительные платежи, штрафы и условия досрочного взыскания. Здесь вместо денежных процентов фигурировала магическая энергия.

«Вот это я понимаю кредитное учреждение. Банк, которому даже не нужно придумывать угрозы: не заплатил — и у кого-нибудь отвалилось заклинание».

— А теперь главный вопрос, — Артём выпрямился. — Что именно получают должники?

Морвен кивнул Элиаре, и та перевернула страницу.

Над книгой возникли изображения мужчины в дорогой одежде, окружённого золотыми монетами, женщины со светящимися зелёной энергией ладонями, старого правителя в короне и существа с несколькими дополнительными конечностями.

— Богатство, продление жизни, магические способности, политическое влияние, изменение физических возможностей, — перечислила архивистка. — Конкретное благо определяется условиями соглашения.

— И за всё это положена плата?

— Разумеется.

— Какая?

— Различная.

Артём повернулся к Морвену.

— Можно конкретнее? А то пока звучит так, будто я открыл магазин чудес, но забыл повесить ценники.

— В отдельных случаях предусмотрены передача магической энергии, имущества, выполнение установленной услуги или исполнение личного обязательства, — советник перелистнул один из документов. — Некоторые договоры содержат условия, связанные с душой участника.

— С душой?

— Да, Ваше Величество.

— Целиком?

— В зависимости от условий.

«Ну конечно. Демон, королевство, рога, крылья. Было бы странно, если бы тут торговали исключительно сахаром».

— Почему должники до сих пор не вернули полученное?

— Не во всех договорах возврат первоначального блага является предусмотренным способом прекращения обязательства.

— А если заставить?

Женщина в доспехах подалась вперёд.

— Именно этим занимается моя служба, повелитель.

Артём посмотрел на неё внимательнее. Высокая, широкоплечая, с тёмно-красной кожей и короткими рогами, она носила броню с изображениями переплетённых цепей, а на поясе держала несколько устройств, напоминавших печати.

— Сарвена, верно?

— Да, Ваше Величество, начальница службы взыскания договорных обязательств.

— Тогда объясни, почему у нас шестьсот шестьдесят шесть нарушений, если существует целая служба, которая должна разбираться с неплательщиками.

Сарвена выпрямилась.

— Значительная часть операций осложняется сопротивлением должников, отсутствием доступа к отдельным измерениям и повреждением договорных связей, — она положила ладонь на пояс. — Кроме того, количество действующих взыскательских подразделений ограничено.

— Сколько сотрудников?

— Несколько специализированных отрядов по различным направлениям. Полную численность и распределение предоставлю в служебном отчёте.

— А результаты?

— За последнее время проводились операции по установлению местонахождения должников и обеспечению исполнения отдельных обязательств.

— Сколько договоров восстановлено?

Сарвена помолчала.

— Некоторые операции завершились взысканием предусмотренных ресурсов, однако восстановление энергетической связи не всегда происходит немедленно.

— То есть долг забрали, а проблема осталась?

— Не все обязательства выражаются в деньгах, повелитель.

— Я уже понял, именно поэтому и спрашиваю.

Морвен вмешался, положив ладонь на край книги.

— Служба взыскания обеспечивает исполнение конкретных условий, но не обладает полномочиями самостоятельно восстанавливать повреждённую центральную структуру.

— Значит, можно взыскать долг и всё равно ничего не исправить?

— В определённых случаях.

Элиара повернула ладонь, и часть светящихся нитей погасла, оставив тёмные разрывы между центральным узлом и внешними точками.

— Проблем больше, повелитель.

Артём посмотрел на неё.

— Люблю оптимистов, продолжай.

Архивистка коснулась центрального узла. Тёмно-красная структура увеличилась, а вокруг неё возникли вращающиеся кольца с числовыми обозначениями.

— После регистрации критического количества нарушений система активировала чрезвычайную процедуру проверки ваших властных полномочий, — Элиара выделила внешнее кольцо. — Первоначальный порог установлен на уровне шестисот шестидесяти шести повреждённых основных обязательств.

— Подожди, что значит проверка властных полномочий?

Морвен сложил руки перед собой.

— Некоторые государственные права непосредственно связаны с устойчивостью основной договорной системы. При достижении установленного предела нарушений необходимо подтвердить законность дальнейшего управления соответствующими механизмами.

— И кто меня проверять собирается?

— Процедура предусмотрена древними соглашениями, повелитель. Её полный порядок содержится в закрытых разделах государственного законодательства и магических архивов.

— Очень содержательно, а если коротко?

— Критический порог достигнут, и теперь действует срок для восстановления устойчивости системы и подготовки необходимых подтверждений.

— Какой срок?

Элиара перевернула страницу.

Над книгой появилось новое число.

666.

Артём посмотрел на советника.

— Вы издеваетесь?

— Нет, Ваше Величество.

— Шестьсот шестьдесят шесть нарушений, шестьсот шестьдесят шесть суток, — Артём указал на число. — У вас здесь всё настолько красиво организовано?

— Число предусмотрено первоначальными условиями, — пояснила Элиара. — Его происхождение требует отдельного исследования, но отсчёт уже начался.

— И сколько осталось?

— Почти весь установленный срок. Процедура активировалась недавно, после последнего изменения состояния основных связей.

«Ладно, это хотя бы не завтра. Правда, неплохо бы выяснить, сколько у них длится одно местное сутки».

— Если не успеем?

— Возникнет вопрос о дальнейшем сохранении отдельных полномочий и устойчивости государственной системы, — ответил Морвен. — Конкретные последствия будут зависеть от состояния основных узлов на момент завершения срока.

— То есть меня могут лишить власти?

— Такая возможность предусмотрена древними соглашениями.

— А королевство?

Варгос опустил руки.

— Если повреждение затронет центральные защитные механизмы, возникнут проблемы с охраной границ и безопасностью межпространственных маршрутов.

— Насколько серьёзные?

— Достаточно серьёзные, чтобы я предпочёл не проверять это на практике.

Артём провёл когтем по краю стола. Каменная поверхность оказалась настолько прочной, что на ней не осталось царапины.

«И как мне теперь объяснить, что я даже инструкцию от этого королевства не получил?»

— Хорошо, тогда разберёмся, что мы реально можем сделать.

Гримвальд немедленно открыл папку.

— Необходимо восстановить поступления по нарушенным обязательствам и обеспечить сохранность оставшихся резервов. Я подготовил несколько вариантов перераспределения финансовых средств.

— Сначала выясним, почему не исполняются договоры.

— Государственные расходы не исчезают из-за трудностей должников, — заметил казначей.

— А я и не предлагаю кормить их за мой счёт, — Артём повернулся к нему. — Просто хочу знать, с кого и что можно получить.

Сарвена выступила вперёд.

— Следует расширить полномочия взыскателей. Часть должников намеренно избегает исполнения, рассчитывая на ослабление вашего могущества.

— И что предлагаешь?

— Принудительное взыскание, блокирование доступа к полученным благам, арест имущества и применение предусмотренных договорами санкций.

— А если должник сопротивляется?

— Подавление сопротивления.

— А если не сдаётся?

Сарвена посмотрела на него с удивлением.

— В зависимости от обстоятельств допускается уничтожение физической оболочки с последующим взысканием предусмотренного душевного ресурса.

Артём перестал двигать когтем.

— Уничтожение?

— Да, повелитель.

— То есть убить?

— Если соответствующее воздействие предусмотрено условиями и необходимо для завершения исполнения.

Артём повернулся к Элиаре.

— И это помогает восстановить связь?

— Не всегда.

— Насколько не всегда?

— При уничтожении физической оболочки некоторые договоры сохраняют действительность, — Элиара выделила несколько соединений над книгой. — В других случаях смерть делает исполнение невозможным либо повреждает энергетическую структуру.

— Значит, мы можем убить должника и окончательно потерять возможность получить долг?

— Да.

— Тогда зачем?

Сарвена не отвела взгляда.

— Отказ от исполнения также имеет последствия, повелитель. Если должники убедятся, что сопротивление не влечёт наказания, количество нарушений увеличится.

— И много вы уже уничтожили?

— Подробные сведения содержатся в отчётах службы.

— Подготовишь отдельно.

— Как прикажете.

«Получается, они сами могут окончательно испортить договор, пока пытаются выбить оплату. Просто замечательная система».

— На время проверки запретить уничтожение должников исключительно ради взыскания.

Морвен сразу поднял голову.

— Ваше Величество, распоряжение требует точного определения оснований и исключений.

— Каких ещё исключений?

— Например, случаев непосредственной угрозы жизни взыскателей. Применение необходимой силы в подобных обстоятельствах регулируется правилами безопасности.

— Самооборону никто не отменял, — Артём посмотрел на Сарвену. — Но превращать убийство в способ получения долга запрещаем.

Сарвена нахмурилась.

— Это существенно ограничит работу некоторых подразделений.

— Зато они перестанут уничтожать собственные источники прибыли.

Гримвальд неожиданно кивнул.

— С экономической точки зрения мера может быть оправдана, если уничтожение действительно исключает дальнейшее исполнение. Однако потребуется проверка соответствующих договоров.

«Вот кому надо предложить процент от возвращённых денег. Сразу начнёт считать быстрее всех».

— Проверку и проведём.

Морвен выпрямился.

— Предлагаю рассмотреть общий порядок до принятия окончательного распоряжения. Отдельные ограничения не должны противоречить действующим основным соглашениям.

— Тогда покажите несколько договоров, — Артём наклонился к книге. — Не красивые картинки, а настоящие условия.

Элиара переместила книгу на соседний рабочий стол, соединённый с государственным архивом. Над поверхностью появились прямоугольные изображения с именами участников, датами заключения соглашений и краткими описаниями обязательств.

Морвен указал на первую запись.

— Торговец из Велариса получил дополнительный капитал для расширения предприятия и обязался передавать установленную часть доходов на протяжении определённого периода.

— Нарушение?

— Не исполнил несколько последовательных платежей.

— Имущество есть?

Гримвальд просмотрел сопроводительные сведения.

— Согласно последнему отчёту, предприятие продолжает деятельность. Однако часть активов находится под управлением других участников торгового дома.

— Проверить имущество, установить причину неисполнения и взыскивать по договору.

— Именно этим служба и занимается, повелитель, — заметила Сарвена.

— Тогда почему он до сих пор числится нарушителем?

— Часть активов находится за пределами нашей непосредственной юрисдикции.

— Значит, ищите законный способ добраться до них, — Артём указал на следующую запись. — Дальше.

Элиара сменила изображение.

— Правитель одного из малых измерений получил военную помощь при отражении нападения. Взамен обязался предоставить определённые магические ресурсы.

— Не предоставил?

— Передал лишь часть.

Варгос посмотрел на запись.

— Его государство потеряло несколько добывающих территорий во время последующего конфликта. Возможность исполнения первоначального условия требует проверки.

— Тогда выясняйте, что у него осталось, — Артём повернулся к Элиаре. — Следующий.

Третья запись содержала изображение пожилого мужчины. Ниже находились несколько строк, которые архивистка начала переводить вслух.

— Дорен Эллен получил торговый капитал для открытия предприятия. Обязательство предусматривает возврат установленной суммы и передачу части прибыли.

— Просрочка?

— Несколько платежей.

— И что мешает взыскать?

— Должник скрылся, — ответила Сарвена. — Его местонахождение устанавливается, однако договор содержит дополнительные наследственные условия.

Артём поднял взгляд.

— Какие?

Элиара открыла следующий раздел, и над столом появилось изображение маленькой девочки.

— Это кто?

— Дочь первоначального должника, повелитель, — объяснил Морвен.

— И при чём здесь она?

— Дополнительное условие предусматривает возможность обращения взыскания на определённые семейные ресурсы при длительном уклонении первоначального участника от исполнения.

— Какие ресурсы?

Элиара увеличила соответствующий раздел.

— В данном случае допускается использование наследственной энергетической связи. Точный порядок зависит от первоначальных условий и состояния душевных отпечатков участников.

Артём выпрямился.

— По-человечески.

— Простите, повелитель?

— Объясни нормально, что собираются делать с девочкой?

— Если первоначальный должник продолжит уклоняться, служба вправе инициировать взыскание предусмотренного ресурса через наследственную связь, — ответила Сарвена.

— С неё?

— Да.

— Сколько ей лет?

Элиара посмотрела на запись.

— Двенадцать.

Артём задержал взгляд на изображении. Перед глазами возникла тесная московская квартира, отец за кухонным столом с очередными бумагами и мать возле окна, пытавшаяся выяснить, куда исчезли деньги на оплату жилья.

Тогда Артём ещё учился в школе. Отец проигрывал семейные деньги, обещал всё вернуть после следующей удачной ставки, а затем оставлял семье долги и разговоры с людьми, которые приходили требовать своё.

Он положил ладонь на край стола.

— Девочка подписывала договор?

Морвен посмотрел на запись.

— Насколько следует из первоначальных документов, нет.

— Получала деньги?

— Непосредственным выгодополучателем указан её отец.

— Тогда почему она должна платить?

— Наследственные условия предусматривают ответственность определённых членов семьи, — ответила Сарвена.

— А кто их подписал?

— Отец.

— То есть взрослый мужик взял деньги, не вернул, скрылся, а теперь вы собираетесь взыскать долг с его двенадцатилетней дочери?

— Если соответствующее условие действительно, повелитель.

Артём посмотрел на неё.

— А если я сейчас подпишу бумагу, что ты должна выплатить мои долги, это тоже будет действительным условием?

Сарвена медленно выпрямилась.

— Между нами отсутствует соответствующая договорная связь.

— Вот именно.

Морвен вмешался:

— Ваше Величество, некоторые наследственные обязательства возникают из семейных соглашений, действующих на протяжении нескольких поколений.

— А некоторые, получается, позволяют продавать детей за чужие деньги.

— Я не утверждал, что каждое подобное условие законно.

— Тогда проверим.

Советник посмотрел на него.

— Вы предлагаете пересмотреть все наследственные взыскания?

— Для начала те, где речь идёт о несовершеннолетних. Потом разберёмся с остальными.

Сарвена сделала шаг вперёд.

— Подобное решение затронет значительное количество операций, повелитель. Некоторые отряды уже находятся на территориях должников и выполняют утверждённые распоряжения.

— Значит, получат новые.

— Это приведёт к задержкам и увеличит число попыток уклонения.

— Возможно, — Артём указал на изображение девочки. — Но сначала проверим, на каком основании вообще предъявляются такие требования.

Гримвальд осторожно поднял руку.

— Позволите уточнить финансовую сторону?

— Говори.

— Если подобные обязательства составляют значительную часть ожидаемых поступлений, их приостановление потребует пересмотра расчётов. Я не возражаю против проверки, но государственные расходы должны иметь реальные источники покрытия.

— А сколько денег вы рассчитываете получить именно с несовершеннолетних?

Казначей нахмурился.

— Точные сведения необходимо установить.

— Вот сначала установим, потом будем рассказывать, какие огромные убытки понесёт государство.

Гримвальд закрыл папку.

Элиара тем временем убрала несколько изображений.

— Повелитель, самовольное изменение первоначального договора может повредить его энергетическую структуру.

— А если просто не трогать ребёнка, пока не проверим условия?

— Это не изменит договор, — ответила она. — Однако следует различать временное приостановление взыскания и окончательное признание условия недействительным.

— Вот это уже разговор.

Морвен подошёл к рабочей поверхности.

— Тогда предлагаю подготовить точную формулировку распоряжения.

На столе появилась чистая серебристая пластина. Советник коснулся её края, и над поверхностью возникли светящиеся строки.

— «В целях восстановления устойчивости основной договорной системы повелеваю провести чрезвычайную проверку всех тысячи обязательств, связанных с центральным магическим ядром…».

— Стоп.

Морвен поднял голову.

— Что требует изменения, Ваше Величество?

— Проверку чего? Только наличия долга?

— Первоначально речь идёт о состоянии обязательств.

— Тогда добавь законность условий и причины нарушения, — Артём посмотрел на текст. — Не хочу, чтобы мне принесли тысячу одинаковых бумажек с надписью «должен».

Морвен немного подумал.

— Предлагаю указать проверку действительности первоначальных условий, состояния исполнения и обстоятельств зарегистрированных нарушений.

— Подходит.

Советник внёс изменения.

— «На период проведения проверки запрещается самостоятельно изменять условия основных договоров без предусмотренных законом оснований…».

— Хорошо.

— «…а также прекращается применение мер, предполагающих уничтожение должников при исполнении договорных обязательств».

Варгос поднял голову.

— Морвен, формулировка слишком широкая.

— Почему? — спросил Артём.

— Она может быть истолкована как запрет применять смертельную силу даже при непосредственном нападении на взыскателей.

— Исправь, — распорядился Артём. — Запрещается уничтожение именно как способ взыскания, самооборона отдельно, но только при реальной угрозе.

— Укажем, что распоряжение не отменяет действующих правил необходимой защиты, — Морвен изменил текст.

— Дальше.

— «Принудительное взыскание с несовершеннолетних участников семейных обязательств временно приостанавливается до установления законности соответствующих требований…».

Сарвена нахмурилась.

— Следует уточнить, что речь идёт об обращении взыскания на их личные ресурсы, повелитель. Иначе подразделения не смогут даже проводить проверки по месту проживания должников.

— Тебе обязательно заходить в дом, где живёт ребёнок, чтобы проверить имущество его отца?

— Не всегда, но иногда необходимые документы находятся именно там.

— Тогда проверяйте документы, только ребёнка не трогать.

Морвен внёс очередное изменение.

— «Приостановить применение принудительных мер к личности, душе и жизненной энергии несовершеннолетних, если основанием является обязательство, заключённое другим лицом, до независимой проверки действительности соответствующего условия».

— Отлично.

— «Первоначальные участники договоров сохраняют обязанности по исполнению действительных условий…».

— Подожди, — Артём наклонился ближе. — А если договор изначально незаконный?

— Тогда обязательство подлежит самостоятельному рассмотрению.

— Так и запиши. Не хочу, чтобы потом мне рассказывали, будто я подтвердил все старые договоры одним приказом.

Морвен снова изменил текст.

На серебристой пластине постепенно появились отдельные разделы с ограничениями, уточнениями и ссылками на действующие нормы. Артём потребовал зачитывать каждую формулировку, поскольку не все символы удавалось разобрать самостоятельно.

В прежней жизни он часто составлял договоры так, чтобы спорное условие можно было истолковать в собственную пользу. Теперь любой пропущенный пункт мог превратить приказ в разрешение на действия, которых он совершенно не собирался допускать.

«Вот ведь зараза. Теперь я сам оказался на месте тех идиотов, которые подписывают бумаги, не понимая, что там написано».

— И сколько ещё?

Морвен поднял взгляд.

— Остались положения о порядке исполнения, сроках первоначальной проверки и финансировании.

Гримвальд немедленно вмешался:

— Именно последнее требует отдельного рассмотрения. Проверка тысячи основных договоров, особенно находящихся за пределами королевства, потребует значительных расходов.

— Сколько?

— Необходимо подготовить расчёты.

— Пока расчётов нет, что предлагаешь?

— Утвердить предварительное финансирование из государственных резервов, предусмотрев последующий пересмотр.

— Насколько предварительное?

— В пределах расходов, необходимых для начала работы.

Артём повернулся к Морвену.

— Это вообще законно?

— При наличии соответствующего бюджетного основания — да, — советник коснулся финансового раздела. — Однако казначейство должно оформить отдельное подтверждение.

— Тогда пусть оформляет, — Артём посмотрел на Гримвальда. — И подготовь нормальные расчёты к следующему заседанию: стоимость проверки, количество необходимых сотрудников и расходы, которые можно сократить.

— Разумеется, Ваше Величество.

Варгос опустил руки.

— Остаётся безопасность.

— Что с ней?

— Некоторые взыскательские подразделения работают на территориях, где местные правители не признают наши полномочия, — главнокомандующий подошёл к столу. — Если сотрудники начнут проверять старые договоры, возможны нападения.

— Что предлагаешь?

— Военное сопровождение при подтверждённой угрозе. Однако массовое размещение войск без согласования с местными властями может вызвать дополнительные конфликты.

— Значит, не будем отправлять армию в каждый мир, — Артём указал на Варгоса. — Подготовь варианты охраны для наиболее опасных операций.

— Исполню.

Сарвена посмотрела на него.

— А если сотрудники обнаружат должника, который намеренно уничтожает имущество до завершения проверки?

— Фиксировать происходящее, обеспечивать сохранность доказательств и обращаться за законным разрешением на необходимые меры, — ответил Морвен.

— Только без самодеятельности, — добавил Артём. — Если договор позволяет взыскивать имущество, проверяйте имущество, а не ищите ближайшего родственника, которого удобнее запугать.

Сарвена сжала губы.

— Это замедлит работу.

— Возможно.

— Некоторые должники воспользуются задержкой.

— Тогда придётся работать лучше.

Она посмотрела на него долгим взглядом. Артём не отвёл глаз.

— Сарвена, мне нужны возвращённые долги и восстановленные договоры, — он положил когтистую ладонь на стол. — Если твои сотрудники уничтожат половину должников, а энергетическая система после этого окончательно развалится, пользы от такой работы не будет.

— Понимаю, повелитель.

Морвен посмотрел на обоих.

— Предлагаю завершить подготовку документа и перейти к регистрации.

— Показывай окончательную редакцию.

Проверка заняла ещё некоторое время. Морвен последовательно зачитал каждый раздел, а Элиара подтвердила, что документ не содержит непосредственного распоряжения об изменении энергетических условий первоначальных договоров.

Гримвальду поручили подготовить финансовые расчёты, Варгосу — определить порядок охраны опасных проверок, а Сарвене — передать подразделениям временные ограничения и представить отчёты о текущих операциях. Морвен должен был организовать общую проверку и собрать первые результаты.

«Вот тебе и выигрыш. Получил королевство, а вместе с ним тысячу чужих проблем, которые теперь почему-то мои».

Морвен закрыл рабочую пластину.

— Документ готов, Ваше Величество, осталось официальное подтверждение.

— Каким образом?

Советник приподнял бровь.

— Через регистрационную печать, повелитель. Если ваше состояние после ритуала не позволяет использовать обычный магический способ, допускается личное удостоверение через государственный реестр.

— Сегодня воспользуемся вторым вариантом.

— Как пожелаете.

Элиара осторожно закрыла «Книгу Тысячи Обязательств». Светящиеся нити втянулись между страницами, и массивный переплёт опустился на стол.

Перед закрытием Артём ещё раз увидел три числа.

1000 — основных договоров.

334 — без зарегистрированных нарушений.

666 — с зарегистрированными нарушениями.

— Морвен.

— Да, повелитель?

— Подготовь к следующему заседанию отдельную сводку по всем шестистам шестидесяти шести нарушениям, — Артём указал на закрытую книгу. — Раздели их по причинам, размерам обязательств и возможности восстановления.

— Полная проверка потребует времени.

— Мне пока не нужна окончательная проверка, хочу видеть, с чем вообще предстоит работать.

— Подготовим предварительную классификацию.

— И отдельно случаи, где взыскание пытаются обратить на родственников первоначального должника.

— Будет исполнено.

Артём повернулся к двери.

— Тогда регистрируем.

Помещение регистрации королевских распоряжений располагалось рядом с закрытым залом Совета. Вдоль стен стояли высокие шкафы, а в центре находился массивный каменный стол с металлическими пластинами. Двое служащих, ожидавших возле стола, немедленно склонили головы при появлении Азраэля.

Артём прошёл к столу, осторожно обойдя ближайший шкаф, чтобы не задеть его крылом. Морвен передал старшему регистратору подготовленный документ.

— Распоряжение Его Величества о чрезвычайной проверке основных договорных обязательств и временном ограничении отдельных мер взыскания.

Служащий просмотрел текст и положил его на специальную пластину. Над поверхностью возникли светящиеся символы.

— Документ соответствует установленной форме, — сообщил регистратор. — Для завершения требуется личное подтверждение правителя.

— Что необходимо сделать?

Служащий растерялся, но Морвен ответил прежде, чем тот успел заговорить.

— Достаточно приложить руку к подтверждающей пластине, повелитель. Реестр установит наличие ваших действующих полномочий и зарегистрирует распоряжение.

«Ну, если эта штука сейчас объявит, что я чужой, будет очень неловко».

Артём медленно положил ладонь на холодный металл. Несколько секунд ничего не происходило, затем под огромными пальцами появился красноватый свет.

Символы изменились, а в груди возникла едва заметная вибрация. Элиара, стоявшая позади, внимательно наблюдала за пластиной, свечение которой на мгновение ослабло.

Артём замер.

Однако почти сразу символы вспыхнули ярче, и над столом появилась регистрационная отметка.

— Подтверждено, — произнёс служащий. — Распоряжение принято государственным реестром.

Артём убрал ладонь, обнаружив, что всё это время сильно сжимал пальцы.

— И всё?

— Документ получил законную силу, Ваше Величество, — регистратор почтительно склонил голову. — Рассылка ведомствам будет произведена по установленному порядку.

Морвен посмотрел на светящиеся строки.

— Прошу направить первые уведомления в службу взыскания, казначейство и военное управление. Дополнительные копии подготовить для соответствующих провинциальных учреждений.

— Будет исполнено.

Служащий коснулся нескольких символов. Над столом появились небольшие светящиеся пластины с копиями распоряжения, которые последовательно переместились к регистрационным устройствам вдоль стены.

Артём наблюдал за ними, пытаясь понять принцип работы незнакомого механизма.

— Сарвена получит его сразу?

— Да, повелитель, — ответил Морвен. — Центральное управление службы взыскания подключено к государственному реестру.

— А действующие отряды?

— Некоторые получат уведомления практически немедленно, остальные — после подтверждения связи.

— И если кто-нибудь уже начал взыскание?

— Должен будет учитывать новое распоряжение с момента получения надлежащего уведомления, — объяснил советник. — Практические вопросы исполнения могут потребовать дополнительных разъяснений.

— Значит, готовьте разъяснения заранее.

Морвен склонил голову.

— Разумное распоряжение.

«Он меня сейчас похвалил или аккуратно намекнул, что раньше я творил полную чушь?».

Регистратор закончил процедуру и передал советнику подтверждение.

— Распоряжение зарегистрировано, первые ведомственные уведомления направлены.

Артём посмотрел на серебристую пластину. Несколько мгновений назад на ней находился текст его приказа, а теперь государственные учреждения уже получали распоряжения, которые предстояло исполнять сотрудникам, о существовании которых он даже не подозревал.

Морвен подошёл ближе.

— Ваше Величество, желаете назначить время следующего заседания?

— Как только будут готовы предварительные отчёты.

— Тогда распоряжусь начать подготовку.

— И Морвен…

— Да?

Артём немного помолчал.

— Если обнаружите проблему в приказе, не пытайтесь её скрыть, сразу сообщайте.

Советник посмотрел на него внимательнее.

— Разумеется, повелитель.

— Мне нужны настоящие результаты, а не красивые доклады.

— Понимаю.

Артём кивнул и направился к выходу, но возле двери остановился.

— И ещё кое-что.

Морвен поднял голову.

— Слушаю, Ваше Величество.

— Когда подготовите отчёты, начните с договоров, которые реально можно восстановить, — Артём придержал тяжёлую мантию. — Не хочу тратить неделю на выяснение, почему какой-нибудь бессмертный идиот триста лет назад забыл заплатить за собственное бессмертие.

— Учту, повелитель.

Артём вышел в коридор, где его ожидали гвардейцы. Они немедленно склонили головы, а он прошёл мимо, осторожно удерживая хвост, чтобы не задеть ближайшую колонну.

«Ну что, Фокусник, поздравляю. Теперь ты не просто обманщик, а государственный деятель».

Он усмехнулся, вспомнив собственную прежнюю жизнь. Раньше Артём старался получить деньги раньше, чем противник обнаружит скрытые условия сделки, а теперь ему предстояло искать подобные условия в тысяче чужих договоров.

«И главное, даже уволиться нельзя. Кто меня отсюда отпустит?».

Артём поправил мантию и направился к личным покоям. За его спиной регистраторы продолжали рассылать распоряжение, а где-то в государственных архивах уже начался отсчёт шестисот шестидесяти шести суток.

Глава 4. Приказ, который нельзя исполнить

Ноктарион, Перекрёстное Королевство.

— Вы получили распоряжение Его Величества до того, как начали подготовку наследственной печати?

Сарвена положила на стол серебристую пластину с регистрационными отметками и посмотрела на стоявшего напротив взыскателя. За последние полчаса Равель Торн уже трижды сослался на первоначальное поручение, но так и не назвал точное время своих действий.

— Приказ поступил во время операции, госпожа начальница, — произнёс он. — К тому моменту мы установили местонахождение семейного ресурса и приступили к исполнению взыскания.

— Я спросила о наследственной печати.

— Мне известно.

— Тогда отвечайте.

Равель сжал челюсти. Он служил в Охотниках Последней Платы больше ста лет, участвовал в сотнях операций и носил серебряные знаки старшего исполнителя. Возле его пояса оставался пустой футляр, из которого по распоряжению Сарвены уже извлекли спорную печать.

— Да, уведомление поступило до завершения подготовки.

— До начала или до завершения?

— До завершения.

Сарвена провела пальцем по поверхности пластины. Над столом появились три регистрационные отметки со временем и номерами служебных распоряжений.

— Ваша группа получила королевский приказ в семнадцатую долю текущего служебного периода, — она указала на следующую отметку. — Наследственную печать вы подключили к регистрационному контуру четырьмя долями позже, объясните почему.

— Первоначальное взыскательское поручение оставалось действительным.

— Это я уже слышала.

— Потому что вы отказываетесь учитывать разницу между изменением договора и временным ограничением порядка исполнения.

Сарвена подняла голову.

— Осторожнее, Торн.

Равель замолчал, не опуская взгляда. Возле стены стоял молодой сотрудник его подразделения, вызванный для дачи показаний, а за боковым столом регистратор фиксировал ход разбирательства.

— Начнём заново, — распорядилась Сарвена. — Когда ваше подразделение прибыло к дому Элленов?

— За два часа до получения нового распоряжения.

— Кто находился внутри?

— Дочь должника.

— Возраст?

— Двенадцать лет.

— Сам Дорен Эллен?

— Отсутствовал.

Сарвена повернулась к регистратору.

— Внесите в протокол, что местонахождение первоначального должника на момент операции установлено не было. Отдельно отметьте, что несовершеннолетняя Майра Эллен не являлась непосредственной получательницей договорного блага.

Равель повернул голову.

— Она входит в семейную линию должника.

— Это не делает её первоначальной стороной соглашения, — Сарвена вернула взгляд к взыскателю. — Продолжайте с момента прибытия.

Дом Дорена Эллена находился в старом жилом квартале Ноктариона, где между небольшими мастерскими и торговыми лавками возвышались трёхэтажные здания из тёмного камня. Здесь редко встречались дорогие магические светильники, а большинство жителей пользовались обычными дверными замками и недорогими защитными печатями.

Когда подразделение Равеля прибыло к дому, на улице ещё работали торговцы. Возле соседней мастерской разгружали ящики с инструментами, а несколько детей играли у давно пересохшего фонтана.

Равель остановился перед деревянной дверью и сверил номер дома с поручением. Рядом находился младший исполнитель Иллар Нэв, отвечавший за регистрацию обнаруженного имущества и проверку личности присутствующих.

— Адрес совпадает, — сообщил Иллар, просмотрев регистрационную пластину. — Но в поручении указан Дорен Эллен, а не его родственники.

— Поэтому сначала установим, где находится должник.

Равель трижды постучал металлическим наконечником служебного жезла. Дверь открылась не сразу, а появившаяся на пороге девочка сначала посмотрела на форменный плащ взыскателя, затем на серебряную печать его службы.

— Отца нет.

Равель опустил жезл.

— Как тебя зовут?

— Майра.

— Майра Эллен?

Девочка кивнула, крепче прижав к себе старую тканевую сумку. Она была невысокой, худой, с тёмными волосами, собранными в небрежную косу.

— Когда вернётся отец?

— Не знаю.

— Когда видела его в последний раз?

— Несколько дней назад.

— Он оставил тебе какие-нибудь распоряжения относительно своего имущества?

Майра нахмурилась.

— Нет, а зачем вам его имущество?

— Твой отец не исполняет договорные обязательства, — Равель показал служебную печать. — Мы должны установить, какие средства могут быть использованы для погашения задолженности.

Девочка посмотрела на стоявших за его спиной сотрудников.

— Он говорил, что всё уже уладил.

— Когда?

— Не помню точно.

Иллар достал регистрационную пластину, намереваясь уточнить сведения о должнике, но Равель уже повернул жезл к дверному проёму. Наконечник вспыхнул тусклым багровым светом.

— Связь обнаружена.

Иллар посмотрел на показания прибора.

— Это может быть остаточный след самого Дорена.

— Проверим.

Равель шагнул к порогу. Майра отступила, но продолжала удерживать дверь.

— Вы не можете просто войти.

— У нас есть взыскательское поручение.

— А где отец?

— Именно это мы и собираемся выяснить.

Из соседней мастерской вышла пожилая женщина в рабочем фартуке. Она остановилась возле двери, заметив незнакомых мужчин в форменных плащах.

— Майра, всё в порядке?

— Они ищут отца.

Женщина посмотрела на серебряные знаки службы взыскания.

— Дорена здесь нет уже несколько дней, — она подошла ближе к девочке. — Если у вас к нему дело, зачем вы пугаете ребёнка?

Равель повернулся к ней.

— Не вмешивайтесь в исполнение государственного поручения.

— Я не вмешиваюсь, только спрашиваю, почему трое вооружённых взыскателей пришли к двенадцатилетней девочке.

Иллар заметил, что возле соседней лавки остановились прохожие. Он предложил сначала связаться с местной регистрационной службой и уточнить, кто отвечает за дом во время отсутствия владельца.

Равель отказался, вновь открыв поручение.

— Нам уже известно, что должник скрылся, а если будем тратить время на каждую дополнительную проверку, имущество исчезнет раньше, чем закончим оформление.

Майра перестала удерживать дверь.

— Какое имущество? Здесь почти ничего нет.

Равель посмотрел внутрь. Возле стены стоял старый шкаф, на столе лежали школьные принадлежности, а рядом с лестницей находились деревянные ящики.

Он приложил жезл к дверному косяку. Багровое свечение усилилось, и над регистрационной пластиной появилась дополнительная отметка.

— Семейная линия подтверждена.

Иллар поднял голову.

— Старший Торн, это не подтверждает наличие взыскиваемого имущества.

— Зато подтверждает предусмотренную договором наследственную связь.

Майра перевела взгляд с одного взыскателя на другого.

— Какую ещё связь?

Равель открыл служебный футляр. Внутри находилась круглая печать с несколькими подвижными металлическими кольцами.

— Почему вы решили перейти к наследственной связи, не завершив проверку имущества первоначального должника?

Голос Сарвены прервал воспроизведение показаний. Равель стоял возле стола, держа руки за спиной.

— Обычные способы взыскания уже применялись, — ответил он. — Дорен Эллен пропустил несколько платежей, прекратил отвечать на уведомления и покинул место постоянного проживания.

— Это установленные обстоятельства, а теперь объясните, почему они предоставляют право применять печать к дочери.

— Договор предусматривает дополнительное обеспечение через прямую семейную линию.

Сарвена протянула руку регистратору.

— Первоначальное соглашение.

Тот передал ей металлическую пластину. На поверхности появились сведения о договоре, заключённом Дореном Элленом четыре года назад ради получения торгового капитала.

Мужчина обязался возвращать установленную сумму и передавать часть прибыли предприятия. Первые платежи поступали вовремя, однако позднее предприятие столкнулось с финансовыми трудностями, а три последних обязательных платежа Дорен не внёс.

Сарвена открыла дополнительные условия.

— «При невозможности взыскания с непосредственного выгодополучателя допускается обращение к семейным ресурсам, связанным с первоначальным участником посредством подтверждённой наследственной линии», — она отложила пластину. — Где здесь согласие Майры Эллен?

— Её отец принял условия договора.

— Я спросила о Майре.

— Несовершеннолетние не всегда обладают самостоятельными договорными полномочиями.

— Это не означает, что их душа автоматически принадлежит родителю.

Равель выдохнул.

— Госпожа начальница, подобные условия применялись десятилетиями. Если теперь каждое наследственное взыскание объявят незаконным, мы потеряем возможность исполнять значительную часть поручений.

— Я пока не объявила условие незаконным, — Сарвена закрыла дополнительный раздел. — Но вы собирались применить печать к существу, которое не подписывало договор, и продолжили подготовку после получения нового приказа.

— Печать не была активирована.

— Тогда зачем её подключили к регистрационному контуру?

— Для сохранения возможности исполнения после проверки.

Сарвена повернулась к младшему взыскателю.

— Иллар Нэв, подтвердите обстоятельства подключения.

Молодой мужчина выпрямился.

— После получения нового распоряжения старший Торн приказал закончить подготовку наследственной печати. Я сообщил, что применение принудительных мер к несовершеннолетним временно приостановлено, но он ответил, что подготовка не является взысканием.

— Вы продолжили выполнение приказа?

— Нет, госпожа начальница.

Равель повернул голову.

— Потому что отказались подчиняться непосредственному руководителю.

Иллар посмотрел на него.

— Потому что получил распоряжение Его Величества с более поздним временем регистрации.

— Ты не имеешь права самостоятельно толковать его действие.

— Я и не толковал, — молодой взыскатель положил ладонь на служебную пластину. — Там прямо указано приостановить применение принудительных мер к личности и жизненной энергии несовершеннолетних до проверки законности требования.

Сарвена подняла руку.

— Продолжайте, Иллар. Что произошло после вашего отказа?

Уведомление поступило, когда Равель устанавливал наследственную печать на металлическую пластину возле входа. Служебные знаки на запястьях всех трёх взыскателей вспыхнули синим светом, обозначая получение нового королевского распоряжения.

Иллар первым открыл сообщение. Быстро просмотрев текст, он поднял голову к старшему исполнителю.

— Старший Торн, необходимо остановить операцию.

Равель не отвлёкся от печати.

— Причина?

— Новое распоряжение Его Величества, принудительные взыскания с несовершеннолетних временно приостановлены.

— Мы исполняем поручение, выданное до изменения порядка.

— Но распоряжение уже вступило в силу.

Равель повернулся к нему.

— Не путай исполнение договора с изменением самого договора, — он указал на регистрационную пластину. — Наследственная связь существует независимо от того, когда король распорядился проверять её законность.

Майра стояла возле лестницы, прижимая к груди тканевую сумку. Девочка переводила взгляд с одного взыскателя на другого.

— Вы собираетесь что-то сделать со мной?

Иллар повернулся к ней.

— Пока ничего, Майра, мы должны проверить документы.

— Тогда почему он достал эту штуку?

Равель положил печать на плоскую поверхность возле двери.

— Это служебный инструмент, необходимый для подтверждения договорной связи.

— А она больно делает?

Равель задержался с ответом. Иллар шагнул вперёд, закрывая регистрационную пластину ладонью.

— Сейчас её применять нельзя, старший Торн. Мы получили прямое ограничение.

— Я не собираюсь проводить окончательное взыскание.

— Тогда уберите печать.

Равель посмотрел на молодого сотрудника.

— Если мы отключим контур, должник сможет вывести оставшиеся семейные ресурсы, а восстановить связь после этого будет значительно сложнее.

— Но Майра не должник.

— Её отец связан с ней наследственным условием.

Девочка отступила.

— Я ничего не подписывала!

Равель протянул руку к печати. Металлические кольца начали вращаться, и над ними возникла тонкая красная нить, потянувшаяся к Майре.

Девочка прижалась к стене. Иллар схватил регистрационную пластину и отключил собственную часть служебного контура, после чего свечение погасло.

Равель резко повернулся.

— Что ты делаешь?!

— Прекращаю подготовку принудительного воздействия.

— Я не отдавал такого приказа!

— Приказ поступил из Королевского совета.

Соседка Майры, до сих пор стоявшая у двери, решительно шагнула внутрь.

— Уберите эту вещь от ребёнка!

Равель повернулся к ней.

— Немедленно покиньте помещение.

— Сначала объясните, почему пугаете девочку, у которой даже отца дома нет!

С улицы донеслись голоса. Возле дома собирались соседи, привлечённые светом печати и громким спором.

Майра воспользовалась замешательством и поднялась на несколько ступеней.

— Я ничего вам не должна! — выкрикнула она, крепко сжимая сумку. — И отец сказал, что всё заплатит!

Равель посмотрел вслед девочке, затем на отключённый контур. Он закрыл футляр, не предприняв новой попытки активировать печать.

— Операция приостановлена, — произнёс он. — Зафиксируйте отказ младшего исполнителя от выполнения распоряжения руководителя.

Иллар убрал регистрационную пластину.

— Зафиксирую также время получения королевского приказа.

— Делай что хочешь.

Равель направился к выходу. Майра медленно спустилась с лестницы, убедившись, что светящаяся нить исчезла.

— Вы ещё придёте?

Старший взыскатель остановился на пороге.

— Долг твоего отца никуда не исчез.

Девочка промолчала. Иллар задержался возле двери, проверяя, что спорная печать убрана в футляр.

— Майра, если отец вернётся, скажи ему, что он обязан обратиться в договорную службу. Документы переданы на проверку, а ты пока не должна ничего подписывать или разрешать применять к себе какие-либо печати.

Равель бросил на него раздражённый взгляд. Затем подразделение покинуло дом, оставив Майру вместе с соседкой.

— Значит, непосредственного взыскания не произошло, — произнесла Сарвена, изучив показания.

Иллар кивнул.

— Печать не коснулась Майры, энергетический ресурс не изымался.

— Однако регистрационный контур был подключён после получения распоряжения.

— Да.

Сарвена посмотрела на Равеля.

— Вы знали, что новый приказ ограничивает применение принудительных мер к несовершеннолетним?

— Знал.

— И продолжили подготовку.

— Потому что первоначальное взыскательское поручение оставалось действительным.

— Даже если оно оставалось действительным, вы обязаны были учитывать новый порядок исполнения.

Равель скрестил руки.

— Если каждый новый приказ будет отменять действия, начатые по предыдущему распоряжению, служба перестанет существовать. Должники будут прятаться, пока чиновники спорят о формулировках.

Сарвена закрыла договорную пластину.

— Вы считаете, что мне неизвестно, сколько должников пытаются использовать изменения порядка для уклонения от оплаты?

— Тогда почему мы вообще обсуждаем моё отстранение?

— Потому что вы решили самостоятельно определить пределы королевского приказа, несмотря на прямое уведомление и возражение подчинённого.

— Я не применил печать.

— Только потому, что Иллар отключил регистрационный контур.

Равель открыл рот, но Сарвена продолжила:

— Вы могли потребовать юридического разъяснения, представить сведения о риске утраты активов и дождаться решения руководства. Вместо этого продолжили подготовку воздействия на ребёнка.

Она повернулась к регистратору.

— Зафиксируйте предварительный вывод: фактическое изъятие ресурсов несовершеннолетней не установлено, подготовка принудительного воздействия после получения обязательного уведомления подтверждена. Ответственность старшего исполнителя подлежит отдельной оценке.

Регистратор начал вносить сведения. Сарвена тем временем повернулась к младшему взыскателю.

— Иллар Нэв, вы должны были немедленно сообщить о конфликте распоряжений через чрезвычайный служебный канал.

— Я пытался передать сообщение, госпожа начальница, но старший Торн приказал завершить операцию.

— В таком случае следовало зафиксировать его отказ и воспользоваться правом на чрезвычайное уведомление.

Иллар опустил глаза.

— Понял.

— Надеюсь, потому что в следующий раз вы можете столкнуться с гораздо более опасным механизмом.

Равель посмотрел на молодого сотрудника.

— Значит, теперь каждый младший исполнитель сможет останавливать работу подразделения, если ему покажется, что приказ неправильный?

— Нет, — ответила Сарвена. — Но любой сотрудник обязан прекратить непосредственное действие, прямо запрещённое более поздним обязательным распоряжением.

Она положила перед Равелем регистрационную пластину.

— До завершения служебной проверки вы временно отстраняетесь от самостоятельного руководства операциями по наследственным взысканиям. Соответствующие поручения передадите назначенному заместителю, а остальные обязанности будете исполнять в пределах отдельного распоряжения.

— За то, что я не позволил должнику уйти от ответственности?

— За продолжение подготовки воздействия на ребёнка после получения ограничения.

— Я служу королевству больше ста лет.

— Именно поэтому от вас ожидали понимания разницы между приказом и собственным мнением.

Равель побледнел от ярости. Несколько секунд он смотрел на начальницу, затем выпрямился и отдал служебное приветствие.

— Разрешите покинуть помещение.

— После подтверждения получения решения.

Взыскатель взял пластину, поставил служебную отметку и направился к двери. Проходя мимо Иллара, он даже не повернул головы.

Когда дверь закрылась, Сарвена посмотрела на младшего сотрудника.

— Вы действительно считали, что Равель собирается применить печать?

Иллар обдумал ответ.

— Я не знаю, собирался ли он завершить взыскание после подключения, — молодой мужчина посмотрел на изъятый футляр. — Но когда контур начал определять Майру как объект воздействия, у меня не осталось оснований ждать дальше.

— Хорошо, ваши показания зарегистрированы. Можете возвращаться к обычным обязанностям после передачи материалов.

— А Майра?

— Что именно?

— Служба ведь не собирается снова отправлять к ней другой отряд?

Сарвена посмотрела на закрытый договор.

— Пока законность наследственного условия не установлена, применять к ней принудительные меры нельзя. Дело её отца остаётся открытым.

Иллар немного расправил плечи.

— Понимаю.

— И не обещайте ей большего, — добавила Сарвена. — Мы пока не знаем, какие требования могут быть законно предъявлены самому Дорену.

Молодой взыскатель кивнул и покинул помещение.

Сарвена осталась с регистратором.

— Подготовьте копии всех материалов: договор, первоначальное поручение, время получения нового приказа, сведения о печати и показания сотрудников. Отдельно запросите подтверждение отсутствия изъятой энергии.

— Будет исполнено.

— Никакого окончательного решения о законности наследственного условия до юридического рассмотрения.

— Понял, госпожа начальница.

В рабочем кабинете Сарвены стояли высокие шкафы с взыскательскими поручениями. На центральном столе лежали текущие отчёты, а возле окна располагалась магическая карта Ноктариона с отметками открытых операций.

Начальница службы достала несколько договоров с похожими условиями. В одних предусматривалось взыскание с имущества родственников, в других — использование их энергии или иных ресурсов, причём далеко не все соглашения содержали подтверждения самостоятельного участия этих лиц.

Сарвена вернулась к делу Дорена Эллена.

Первые месяцы после получения торгового капитала мужчина выполнял обязательства. Затем предприятие начало терять прибыль, задолженность увеличилась, а сам Дорен перестал отвечать на уведомления.

В материалах имелись сведения о перемещении части имущества из торговой мастерской. Однако доказательств незаконного вывода активов пока не существовало.

Сарвена открыла отчёты о предыдущих попытках взыскания.

Сотрудники направили несколько уведомлений по первоначальному адресу и один раз посетили мастерскую, не обнаружив владельца. Полного финансового исследования предприятия не проводилось.

Зато наследственную печать подготовили вскоре после обнаружения Майры.

Сарвена закрыла документ и отодвинула его от себя. Равель располагал сведениями о дочери должника, но не установил даже приблизительное местонахождение самого Дорена.

Она снова просмотрела дополнительные условия договора. Формулировка допускала обращение взыскания на определённые семейные ресурсы, однако не содержала отдельного подтверждения согласия Майры на предоставление собственной жизненной энергии.

Девочке было двенадцать лет. Четыре года назад, когда её отец заключал соглашение, ей исполнилось всего восемь.

Сарвена открыла закрытый канал связи с Королевским советом.

Над столом появился знак главного государственного управления.

— Канцелярия Морвена Сильвериса Нокта. Назовите основание обращения.

— Сарвена, служба взыскания договорных обязательств. Срочное разъяснение порядка применения нового королевского распоряжения.

— Соединяю.

Изображение изменилось.

Перед Сарвеной возник Морвен, стоявший возле рабочего стола с несколькими толстыми папками.

— Сарвена, слушаю.

— Первое служебное разбирательство по новому приказу проведено, — она положила перед собой дело Элленов. — Подразделение продолжило подготовку наследственной печати после получения уведомления, однако непосредственного взыскания не произошло.

Морвен выпрямился.

— Несовершеннолетний участник?

— Двенадцатилетняя дочь первоначального должника. Прямого подтверждения её согласия на использование личного ресурса в договоре нет.

— Операция прекращена?

— Да, старший исполнитель временно отстранён от самостоятельного руководства аналогичными взысканиями.

Морвен кивнул.

— Что именно требует разъяснения?

— Новый приказ запрещает принудительное взыскание с несовершеннолетних, если основанием является чужое обязательство, но не определяет порядок сохранения имущества первоначального должника. Особенно если он скрывается, а договор содержит спорное наследственное условие.

— Вы хотите получить право применять обеспечительные меры?

— Хочу понимать, какие меры остаются законными. Если служба полностью прекратит действия, некоторые должники успеют уничтожить документы и вывести имущество.

Морвен посмотрел на неё.

— У вас имеется подтверждение существования имущества, на которое может быть обращено взыскание?

— В конкретном деле сведения неполные, однако это не отменяет общего вопроса.

— Согласен, — советник приблизил к себе один из документов. — Предлагаю разделить действия по установлению фактов и непосредственное взыскание.

— Уточните.

— Проверка документов, установление местонахождения первоначального должника и добровольное получение сведений не являются принудительным воздействием на несовершеннолетнего. Арест личного имущества ребёнка, изъятие его энергии или применение ограничивающей печати требуют самостоятельного законного основания.

— А если имущество принадлежит отцу, но находится в доме ребёнка?

— Тогда необходимо подтвердить принадлежность и получить предусмотренное законом разрешение на соответствующее действие. Нельзя объявлять всё содержимое дома собственностью должника только потому, что он раньше проживал там.

Сарвена задумалась.

— Для части подразделений это будет совершенно новый порядок.

— Поэтому требуется официальная инструкция.

— И дополнительный персонал.

— Соответствующее предложение передайте казначейству.

Сарвена сжала губы.

— Казначейство потребует расчёты.

— Разумеется.

— А сотрудники тем временем будут сидеть без работы?

— Нет, они продолжат законные действия, не требующие спорного принуждения.

Сарвена подошла ближе к столу.

— Вы понимаете, что некоторые взыскания теперь займут значительно больше времени?

— Понимаю.

— И государственные поступления сократятся.

— Это необходимо оценить отдельно.

— Тогда мне нужно подтверждение Его Величества, — Сарвена убрала договор в папку. — Иначе часть старших взыскателей объявит инструкцию превышением полномочий канцелярии.

Морвен несколько секунд смотрел на неё.

— Оставайтесь на связи.

Изображение потускнело, но канал не закрылся.

Сарвена подошла к окну. За стеклом возвышались башни Ноктариона, соединённые широкими мостами, а внизу двигались грузовые повозки и прохожие.

Через несколько минут над столом снова появился Морвен. Рядом с ним находился Азраэль, который опирался рукой на спинку массивного кресла.

— Сарвена, я правильно понял, ваши люди решили продолжить взыскание с ребёнка после получения моего приказа?

Начальница службы выпрямилась.

— Подготовка наследственной печати была продолжена, повелитель. Изъятия энергии не произошло, однако старший исполнитель не прекратил действия сразу после уведомления.

— И что вы с ним сделали?

— Временно отстранили от самостоятельного руководства соответствующими операциями до завершения служебной проверки.

Артём посмотрел на Морвена.

— То есть приказ он получил, но решил, что старое поручение важнее?

— Именно в этом заключается спор, Ваше Величество, — ответил советник. — Первоначальное поручение формально оставалось действительным, однако порядок его исполнения был ограничен новым распоряжением.

— А ребёнок?

— Физического повреждения не установлено, — ответила Сарвена. — Наследственная печать не была применена, хотя подготовка вызвала конфликт с соседями.

Артём кивнул.

— А отец?

— Скрывается, первоначальная задолженность остаётся открытой.

— Значит, ищите отца.

— Именно это мы и намереваемся делать, повелитель, но необходим официальный порядок сохранения имущества и документов.

— Что вы хотите сохранять?

— Имущество первоначального должника, которое может быть использовано для исполнения действительных условий. Без соответствующих мер некоторые участники успеют скрыть активы до завершения проверки.

— А если имущество принадлежит ребёнку?

— Тогда необходимо установить действительную принадлежность.

Артём повернулся к Морвену.

— Это разумно?

— Да, при условии, что служба не получит возможность самостоятельно объявлять чужое имущество принадлежащим должнику без доказательств.

— Тогда оформляйте.

Сарвена выпрямилась.

— Благодарю, повелитель, но потребуется уточнить порядок получения разрешения на обеспечительные меры.

Артём провёл ладонью по подлокотнику кресла.

— Сарвена, я не запрещал вашим сотрудникам искать должников, проверять имущество и требовать исполнения законных договоров.

— Понимаю.

— Я запретил делать ребёнка платёжным средством за взрослого человека, который получил деньги и исчез.

— Некоторые наследственные условия могут быть действительными.

— Вот и проверяйте, — Артём подался вперёд. — Если есть законное основание, приносите документы, а если нет, не выдумывайте его на месте.

Морвен сделал отметку.

— Предлагаю закрепить отдельный порядок. Проверка обстоятельств допускается без специального разрешения, если не затрагивает защищённые права третьих лиц. Принудительное ограничение имущества требует подтверждённого основания и предусмотренного законом решения компетентного органа.

— Подходит.

— Спорные меры в отношении несовершеннолетних остаются приостановленными до установления законности соответствующих условий.

— Именно.

Сарвена посмотрела на Артёма.

— Позволите уточнить ещё один вопрос?

— Спрашивайте.

— Если первоначальный должник скрывает имущество, но для его обнаружения необходимо войти в дом, где проживает несовершеннолетний, каким образом действовать службе?

Артём задумался.

— А как вы действовали раньше?

— При наличии действующего взыскательского поручения подразделение могло получить доступ к помещениям, связанным с должником.

— Даже если там живёт только ребёнок?

— При определённых условиях — да.

Артём выдохнул.

— Тогда меняем. Сначала подтверждаете, что имущество действительно относится к должнику, потом получаете законное разрешение и только после этого проводите необходимые действия.

— Это увеличит сроки.

— Зато не придётся объяснять, почему ваши сотрудники обыскали чужой дом ради долга, к которому хозяин не имеет отношения.

Сарвена сжала челюсти.

— Принято, повелитель.

Морвен сделал ещё одну отметку.

— Я подготовлю официальное разъяснение, а начальница службы сможет дополнить внутренний порядок исполнения.

— И отдельно напишите, что первоначальный должник не освобождается от действительного долга только потому, что нельзя взыскать его с ребёнка, — Артём откинулся на спинку кресла. — Не хочу, чтобы завтра вся столица решила, будто я объявил все кредиты подарками.

Сарвена едва заметно усмехнулась.

— Такое толкование действительно возможно.

— Вот и исключите.

Морвен поднял взгляд.

— В таком случае подготовим окончательный текст для регистрации.

— Хорошо. И ещё, Сарвена…

— Да, повелитель?

— По делу Эллена отчёт предоставите отдельно, — Артём положил ладонь на подлокотник. — Хочу знать, что именно он получил, куда исчез и почему ваши сотрудники быстрее нашли его дочь, чем его самого.

— Будет исполнено.

Изображение Артёма исчезло, но соединение с Морвеном сохранилось.

— У вас есть предварительная оценка финансовых последствий? — спросил советник.

— Пока нет, но несколько крупных операций уже придётся пересматривать.

— Передайте сведения Гримвальду, как только они появятся. Он потребует объяснить каждое сокращение ожидаемых поступлений.

Сарвена выдохнула.

— Значит, работы станет вдвое больше.

— Возможно.

— А результатов меньше.

Морвен немного помолчал.

— Это зависит от того, что считать результатом.

Соединение завершилось.

Вечером Сарвена вернулась к делу Элленов. На столе лежали первоначальный договор, взыскательское поручение, свидетельства сотрудников и подтверждение получения нового королевского распоряжения.

Она составила поручение на установление местонахождения Дорена, проверку движения средств его предприятия и определение имущества, на которое могло быть законно обращено взыскание. Отдельным пунктом указала необходимость проверить обстоятельства исчезновения активов из мастерской.

В личное дело Майры внесли отметку о запрете принудительного воздействия до независимого рассмотрения наследственного условия. Родственная связь с Дореном сама по себе не признавалась основанием для взыскания с девочки.

Затем Сарвена подготовила инструкцию для подразделений.

Взыскателям разрешалось продолжать документальные проверки, устанавливать местонахождение первоначальных должников и обращаться за предусмотренными законом разрешениями на обеспечительные меры. Применение воздействия к душе, жизненной энергии или личности несовершеннолетнего по спорному наследственному условию оставалось запрещённым.

Сарвена перечитала документ и внесла несколько уточнений о порядке чрезвычайного уведомления руководства. Сотрудник, получивший новый приказ во время операции, должен был зарегистрировать время поступления, проверить применимые ограничения и при необходимости немедленно приостановить соответствующее действие.

Она отправила инструкцию всем подразделениям. Почти сразу на общей регистрационной пластине появились первые подтверждения получения.

Сарвена открыла несколько поступивших вопросов, когда раздался стук в дверь.

— Войдите.

Появился регистратор.

— Госпожа начальница, по делу Элленов поступило дополнительное уведомление.

— Что именно?

— Местная регистрационная служба подтвердила, что Дорен Эллен не обращался за разрешением на прекращение торговой деятельности, однако его предприятие не выполняет часть обычных финансовых обязательств.

— Местонахождение установлено?

— Нет, запрос направлен в другие учреждения.

Сарвена взяла документ.

— Передайте материалы следователям, а первоначальное поручение оставьте действующим только в части законных действий против самого должника.

— Будет исполнено.

Регистратор направился к выходу, но начальница службы остановила его.

— И подготовьте отдельное уведомление для дома Элленов. Без угроз, взыскательских печатей и требования предоставить личные ресурсы.

— Что указать?

— Что действия в отношении Майры временно приостановлены, а дело Дорена передано на проверку. Дополнительные вопросы пусть направляют через местную регистрационную службу.

Регистратор кивнул и вышел.

Сарвена закрыла дело Элленов и достала из шкафа следующий договор. На его первой странице находилась отметка о семейном обеспечении, внесённая почти семьдесят лет назад.

Она открыла дополнительные условия.

Непосредственный выгодополучатель давно умер, но взыскание продолжалось в отношении нескольких поколений его потомков. В деле имелись записи о передаче имущества, применении ограничительных печатей и нескольких безуспешных попытках взыскать душевную энергию.

Сарвена просмотрела список участников. Среди них обнаружились лица, родившиеся уже после смерти первоначального должника, а напротив некоторых имён отсутствовали сведения о самостоятельном принятии обязательств.

Она взяла чистую регистрационную пластину и внесла номер договора в перечень первоочередных проверок. Затем открыла следующий раздел, чтобы установить, кто и на каком основании утверждал прежние взыскательские поручения.

За окнами постепенно темнело. В коридорах продолжали раздаваться шаги сотрудников, а на общий канал поступали запросы о применении нового порядка.

Сарвена отложила договор с семидесятилетней историей и открыла ещё один. В нём также обнаружилось наследственное условие, по которому взыскатели несколько лет получали ресурсы от родственников первоначального должника.

Она добавила его к первым двум делам и вызвала регистратора, чтобы поручить подготовку независимой правовой проверки. До получения заключения дальнейшее принудительное воздействие по спорным наследственным условиям следовало приостановить.

Глава 5. Казна не прощает

Ноктарион, Перекрёстное Королевство.

Два финансовых отчёта лежали на столе Гримвальда Золотого Когтя, и оба были составлены без единой арифметической ошибки. Первый обещал казне устойчивые поступления до окончания следующего расчётного периода, второй предупреждал о необходимости немедленно пересмотреть расходы. Между их составлением прошло меньше суток, однако казначей уже трижды проверил регистрационные печати, потребовал первоначальные ведомости и отправил двух сотрудников за объяснениями.

Гримвальд подвинул к себе первый отчёт и просмотрел итоговую строку. В расчётах учитывались ожидаемые взыскания по основным договорам, доходы от межпространственной торговли, государственные сборы и регулярные платежи. Напротив нескольких крупных поступлений стояли отметки о предварительном подтверждении, позволявшие включать соответствующие суммы в план расходов.

Во втором отчёте те же поступления значились неопределёнными. После разбирательства по делу Элленов служба взыскания направила перечень поручений, требующих юридической проверки, поэтому получение части запланированных средств в прежние сроки оказалось под вопросом.

Гримвальд взял красное перо, вычеркнул из рабочего прогноза очередную сумму и поставил пометку о проверке правового основания взыскания.

— Левис!

Дверь почти сразу открылась. На пороге появился худощавый сотрудник казначейства с двумя регистрационными пластинами под мышкой.

— Слушаю, господин казначей.

— Почему в первом отчёте поступления по семейным обеспечениям отмечены как подтверждённые?

Левис подошёл к столу.

— Взыскательские поручения были утверждены до изменения порядка исполнения, а подготовка прогноза началась раньше получения уведомления.

— Тогда почему никто не изменил расчёт после регистрации приказа?

— Мы ожидали перечень приостановленных операций, — сотрудник положил пластины на стол. — Из службы взыскания поступили только предварительные сведения.

Гримвальд развернул к нему второй отчёт.

— Кто решил исключить отсюда все ожидаемые поступления по спорным поручениям?

— Старший расчётчик, господин казначей. Он посчитал, что до завершения проверки нельзя гарантировать ни одного платежа.

— Гарантировать нельзя, а получить можно, — Гримвальд постучал пером по ведомости. — Если должник добровольно внесёт деньги, новый приказ ему не запрещает этого делать.

— Исправить второй отчёт?

— Сначала разделите поступления на подтверждённые, вероятные и временно недоступные, — казначей отодвинул документы. — Отдельно укажите суммы, которые вообще не следовало включать в гарантированные доходы без проверки.

Левис записал распоряжение и направился к двери, но Гримвальд остановил его.

— Что с заявкой Северного пограничного гарнизона?

— Подтверждение поставки ожидается до закрытия следующего транспортного окна. Если платёж не будет зарегистрирован, поставщик вправе перенести отправку.

— Сколько осталось времени?

— До начала расчётной процедуры около четырёх местных часов.

Гримвальд посмотрел на часы над дверью. Помимо местного времени, они показывали последовательность межпространственных платёжных окон, поскольку многие соглашения исполнялись по расписаниям других миров.

— Поднимайте резервные ведомости и отправьте ко мне начальников расчётных отделов, — распорядился он. — Никаких новых обещаний поставщикам без моего подтверждения.

Левис поклонился и вышел.

Гримвальд снова просмотрел отчёты и задержался на строке расходов на обновление церемониального убранства дворца. Запланированная сумма почти совпадала со стоимостью ближайшей партии материалов для пограничного гарнизона.

«Вот только попробуй отменить эту закупку без штрафа, поставщики сдерут столько, что дешевле будет украсить золотом весь гарнизон».

Он взял оба отчёта и направился в хранилище финансовых документов.

Хранилище занимало несколько помещений под основным зданием казначейства. Вдоль стен тянулись шкафы с договорными пластинами, ведомостями и регистрационными свитками, а в дальнем конце располагались защищённые ячейки для документов, связанных с крупнейшими государственными обязательствами.

Гримвальда встретила начальница архивного учёта, невысокая женщина с короткими рогами и строгим лицом. Она заранее подготовила несколько папок, получив уведомление о предстоящей проверке.

— Мне нужны действующие обязательства по дворцовым закупкам, — распорядился казначей. — Церемониальные ткани, светильники, декоративные конструкции и всё, что должно быть оплачено в следующем расчётном периоде.

— По каждому договору?

— Разумеется, по каждому, — Гримвальд сел за рабочий стол. — Если обнаружите хотя бы один, который можно перенести без дополнительных расходов, я впервые за последние несколько часов услышу приятную новость.

Женщина открыла первый шкаф и извлекла регистрационные пластины. Гримвальд проверял условия расторжения, сроки оплаты и объём уже выполненных работ, откладывая договоры с возможностью переноса в отдельную стопку.

Большинство соглашений заключалось по обычной дворцовой схеме. Государство предварительно заказывало материалы и услуги, поставщики подтверждали готовность, после чего казначейство обязалось оплачивать определённые этапы независимо от дальнейших предпочтений заказчика.

Первый договор предусматривал изготовление настенных тканей для церемониальной галереи. Половина заказа была выполнена, а отказ от оставшейся части требовал компенсации за подготовленные материалы.

Второй касался светильников, которые ещё не начали устанавливать. Однако производитель уже приобрёл дорогостоящие кристаллы и при досрочном прекращении соглашения мог потребовать возмещения расходов.

Третий договор заинтересовал Гримвальда больше остальных. Он перечитал раздел о переносе исполнения, затем постучал когтем по пластине.

— Вот, почему вы раньше не показали мне это условие?

Начальница архива подошла ближе.

— Договор о декоративных конструкциях?

— Именно, здесь предусмотрено изменение срока поставки по соглашению сторон без автоматического начисления штрафа.

— Но подрядчик должен подтвердить согласие.

— Значит, свяжитесь с ним.

Женщина посмотрела на объём заказа.

— Поставщик может потребовать дополнительную плату за хранение материалов.

— Пусть сначала назовёт сумму, — Гримвальд отложил пластину. — Предпочитаю получить неприятный ответ, прежде чем объявлять проблему неразрешимой.

Ещё два соглашения допускали изменение графика работ при сохранении оплаты выполненных этапов. По одному из них перенос практически не создавал дополнительных расходов, поскольку изготовление основной партии ещё не началось.

Казначей подозвал архивистку.

— Подготовьте предложения о переносе по этим трём договорам, — он передал ей отобранные пластины. — Укажите, что государство не отказывается от подтверждённых обязательств, а предлагает согласовать новые сроки.

— А остальные?

— Пока оставьте без изменений. Не собираюсь платить штрафы только ради удовольствия объявить, что мы что-то сократили.

Гримвальд поднялся, но возле последней папки остановился. На обложке находилась печать личного хозяйства Азраэля, отличавшаяся от государственного знака.

Он открыл документ и обнаружил заказ редких предметов для частной коллекции правителя. Оплата должна была производиться из отдельного личного хранилища, не входившего в государственный бюджет.

«Богатства у него хватит ещё на несколько жизней. Только попробуй объясни проверяющим, почему казна получила личные сокровища без оформления».

Гримвальд закрыл папку и передал её архивистке.

— Верните на место. Этот договор не относится к государственным расходам.

— Даже если Его Величество распорядится иначе?

— Тогда принесёте распоряжение, и мы проверим законность передачи, — казначей поправил манжету. — До этого чужие счета не трогаем.

В расчётной палате энергетических резервов было значительно теплее, чем в остальных помещениях казначейства. Вдоль высокого круглого зала располагались массивные накопители, соединённые металлическими каналами с центральной системой распределения. Одни светились насыщенным красным светом, другие едва мерцали, а над пустыми ячейками горели предупреждающие символы.

Начальник энергетического учёта встретил Гримвальда возле входа с пластиной текущих показателей.

— Общий резерв сохранился в пределах последнего прогноза, господин казначей, — сообщил он, открывая сводную ведомость. — Однако свободная часть меньше, чем указано в финансовом отчёте.

— Насколько?

— Значительная доля уже закреплена за защитными сооружениями и транспортными переходами. Энергия находится в накопителях, но её нельзя направить на другие цели без изменения распределения.

Гримвальд остановился перед резервуаром, внутри которого вращался плотный сгусток алого света.

— Значит, технически энергия имеется?

— Да.

— Но потратить её нельзя?

— Без последствий для действующих механизмов нельзя.

Казначей перевёл взгляд на соседний накопитель. Тот светился слабее, а возле основания находилась табличка с номером основного договорного узла.

— Это связано с одним из нарушенных соглашений?

— Да. Раньше договор обеспечивал стабильное пополнение, но после повреждения связи поступления сократились. Теперь накопитель поддерживается перераспределением энергии из других источников.

— Если направим сюда дополнительные деньги?

Начальник учёта удивлённо посмотрел на него.

— Деньги не восстановят повреждённую связь, господин казначей.

— Я прекрасно знаю, — Гримвальд поднял пластину. — Спрашиваю, можно ли оплатить другой источник энергии, который обеспечит необходимую мощность.

— Можно приобрести независимые накопители, но их придётся доставить и подключить. Кроме того, некоторые функции первоначального договорного узла потребуют дополнительной технической настройки.

— Срок поставки?

— Самое быстрое предложение предусматривает доставку через несколько транспортных окон. Для ближайших обязательств этого недостаточно.

Гримвальд указал на три резервуара возле дальней стены.

— А эти?

— Энергетический резерв городских защитных механизмов.

— Сколько можно взять без последствий?

— В текущем состоянии ничего. Запас рассчитан на поддержание защиты при кратковременном прекращении обычных поступлений.

— Даже небольшую часть?

— Тогда резерв окажется ниже установленного безопасного предела.

Казначей посмотрел на показатели, затем указал на рабочую пластину специалиста.

— Покажите распределение по грузовым переходам.

Над устройством возникла схема транспортной сети Ноктариона. Основные маршруты светились устойчивыми линиями, а вспомогательные обозначались тонкими соединениями.

— Центральные пассажирские маршруты используют преимущественно независимое питание, — специалист выделил несколько линий. — Крупные грузовые узлы получают энергию из разных источников, однако один вспомогательный переход частично зависит от повреждённой договорной связи.

Гримвальд указал на восточный грузовой квартал.

— Этот?

— Да. В обычном режиме он продолжает работать, но для сохранения необходимого резерва желательно временно уменьшить количество перевозок.

— Насколько?

— До уровня, при котором нагрузка не превышает безопасный предел. Точную пропускную способность должны подтвердить технические специалисты транспортного управления.

— А если оставить прежнее расписание?

— При дальнейшем сокращении энергетических поступлений защитного резерва может оказаться недостаточно.

Гримвальд опустил пластину.

— Почему это не указано в первом финансовом отчёте?

— Там учитывались денежные обязательства, а не устойчивость энергетических узлов.

Казначей медленно повернул голову.

— То есть мне принесли отчёт о деньгах без расходов, необходимых для работы системы, которая эти деньги зарабатывает?

Специалист отступил на полшага.

— Энергетические показатели находятся в отдельном разделе.

— Тогда в следующий раз положите разделы рядом. Мне не нужны два красивых отчёта, каждый из которых по отдельности обещает благополучие.

Гримвальд направился к выходу, но возле двери остановился.

— Подготовьте заключение по вспомогательному переходу, — распорядился он. — Отдельно укажите, что сокращение пропускной способности не означает прекращения всех перевозок и не устраняет необходимости восстанавливать повреждённую связь.

— Будет исполнено.

— И никаких самостоятельных отключений до решения транспортного управления. Мне ещё не хватало, чтобы кто-нибудь решил сэкономить энергию, заперев внутри перехода грузовую платформу.

Начальник учёта склонил голову.

К возвращению Гримвальда в казначейство на его столе появилась новая стопка документов. Левис подготовил исправленный прогноз, а рядом лежала срочная записка из военного управления с требованием подтвердить финансирование пограничного гарнизона.

В исправленном отчёте ожидаемые доходы больше не выглядели катастрофически низкими. Однако свободных средств всё равно не хватало для одновременного исполнения всех ближайших расходов без использования части резерва.

Казначей вызвал Левиса.

— Связались с подрядчиками по дворцовым заказам?

— Двое согласны обсудить перенос, господин казначей, а третий требует предварительного подтверждения оплаты уже выполненных работ.

— Законное требование, подготовьте расчёт.

— Один поставщик предлагает перенести заказ без штрафа, если казначейство оплатит хранение материалов.

— Сколько хочет?

Левис назвал сумму.

Гримвальд покачал головой.

— Слишком много. Предложите оплату за фактический срок хранения, а не за весь следующий расчётный период.

— Он может отказаться.

— Тогда пусть объяснит, почему мы должны оплачивать пустой склад дороже, чем готовые изделия.

Левис сделал отметку.

— Ещё поступил ответ из военного управления. Они не согласны сокращать расходы на пограничные подразделения.

— А кто предлагает сокращать пограничные подразделения?

— В рабочем проекте упоминается перенос нескольких военных мероприятий.

— Учебных и церемониальных, — уточнил Гримвальд. — Не охраны границ и не снабжения гарнизонов, передайте это Варгосу до того, как он решит, будто я собираюсь продать его солдат за дворцовые занавески.

Левис невольно улыбнулся.

— Будет исполнено.

После его ухода Гримвальд открыл личный расчётный журнал. На одной странице находились обязательные расходы, на другой — свободные государственные резервы, которые разрешалось использовать при соответствующем решении.

Он несколько раз сравнил стоимость пограничной поставки с возможными расходами при её задержке. Если груз не отправится вовремя, возрастут затраты на срочные перевозки, а обслуживание защитного сооружения может потребовать дополнительных энергетических ресурсов.

Гримвальд перенёс ограниченную сумму из резерва в проект чрезвычайного финансирования.

«Только пусть попробуют потом записать это в обычные расходы, я лично заставлю их пересчитать каждую монету».

В предложение для закрытой бюджетной комиссии вошли перенос нескольких дворцовых заказов по соглашению с поставщиками, сокращение несущественных церемониальных мероприятий, финансирование пограничного гарнизона и временное использование части свободного государственного резерва. Отдельно предусматривалось ограничение пропускной способности вспомогательного грузового перехода после технической проверки.

Последний пункт казначей перечитал дважды. Перевозки приносили доход, а сокращение доступных окон грозило перенаправить часть грузов на маршруты других государств.

Однако эксплуатация перехода без достаточного энергетического резерва могла закончиться значительно дороже.

Гримвальд поставил служебную отметку и распорядился созвать комиссию.

Закрытое заседание началось с того, что Варгос положил перед Гримвальдом заявку Северного пограничного гарнизона. Главнокомандующий указал на раздел со сроками поставки.

— Эти материалы должны отправиться в следующем транспортном окне. Если казначейство задержит подтверждение, поставщик перенесёт груз, а гарнизону придётся пересмотреть обслуживание защитных сооружений.

Гримвальд поднял глаза.

— Я ознакомился с заявкой, Варгос, поэтому и созвал заседание до закрытия расчётного периода.

— Тогда почему финансирование до сих пор не подтверждено?

— Потому что деньги находятся не в твоей личной оружейной, а в государственной казне, где, к несчастью, существуют и другие обязательства.

Варгос придвинул кресло.

— Гарнизон не просит денег на украшения.

— Именно поэтому твоя заявка стоит первой в списке необходимого финансирования.

Артём, сидевший во главе стола, перевёл взгляд с одного на другого. Морвен расположился справа от него, разложив проекты изменения договоров и заключение о допустимости перераспределения средств.

— Давайте без соревнования, у кого служба важнее, — произнёс Артём. — Гримвальд, объясни, почему у нас одновременно есть деньги и нет денег.

Казначей подвинул к нему сводную ведомость.

— Государство располагает значительными средствами, Ваше Величество, но не все они свободны для немедленного использования. Часть закреплена за действующими обязательствами, часть хранится как резерв, а некоторые ожидаемые поступления после вашего распоряжения требуют дополнительной проверки.

— А что с энергетическими накопителями?

— Они существуют отдельно от обычного денежного бюджета. Новые источники энергии можно приобрести, но нельзя мгновенно заменить ими повреждённые договорные связи.

Артём просмотрел таблицу.

— То есть если я сейчас прикажу выдать тебе сундук золота, порталы от этого не заработают лучше?

— Не непосредственно, повелитель, — Гримвальд указал на энергетический раздел. — Золото позволяет оплатить поставки и работы, но магический ресурс ещё необходимо получить и подключить.

— Великолепно. У меня два вида богатства, и оба ведут себя так, будто их недостаточно.

— Таково состояние государственных обязательств.

Артём отложил ведомость.

— Хорошо, а теперь скажи, что предлагаешь делать.

Гримвальд раскрыл проект. Сначала он представил расходы, которые нельзя было отложить без угрозы безопасности, затем перешёл к договорам с возможностью согласованного изменения сроков.

Артём слушал, пока казначей не назвал стоимость обновления церемониальной галереи.

— Стоп. Сколько?

Гримвальд повторил сумму.

Артём повернулся к Морвену.

— У нас что, галерея разваливается?

— Нет, Ваше Величество, — советник открыл сопроводительную ведомость. — Работы были запланированы заранее в рамках обновления дворцового убранства.

— А зачем?

— Для проведения официальных приёмов и церемоний.

— То есть стена нормальная, но мы собираемся потратить целое состояние, чтобы она выглядела богаче?

— Подрядные соглашения уже заключены, — вмешался Гримвальд. — Односторонний отказ повлечёт компенсационные выплаты.

— Расторгнуть.

Морвен положил ладонь на проект.

— Подобное распоряжение создаст новую задолженность по действительным договорам, Ваше Величество. Поставщики имеют право получить оплату за выполненные работы и предусмотренное соглашением возмещение.

— А если я просто не заплачу?

— Они смогут предъявить законные требования, — советник придвинул соответствующий договор. — Кроме того, мы сами нарушим соглашения, соблюдения которых требуем от остальных участников государственной системы.

Артём откинулся на спинку кресла, стараясь не зажать крылья между деревянными выступами.

«Прелестно, даже Дьявол не может избавиться от занавесок без штрафа».

— Ладно, какие варианты?

Гримвальд указал на три строки.

— По этим соглашениям можно согласовать перенос поставок. Два подрядчика предварительно согласились, третий ожидает уточнения компенсации за выполненные работы.

— Значит, с ними и договариваемся.

— Необходимо подтвердить окончательные условия.

— Подтверждайте, только без новых сюрпризов.

Казначей перевернул страницу.

— Я также предлагаю перенести часть церемониальных военных мероприятий.

Варгос поднял голову.

— Каких именно?

— Торжественное обновление знамён, показательные учения для иностранных делегаций и закупку декоративных элементов для командных залов.

— Показательные учения используются для дипломатических встреч.

— Но не требуются для текущей охраны границ.

Варгос просмотрел перечень.

— Обновление знамён можно перенести, — он указал на следующую строку. — Показательные учения допустимо объединить с запланированной подготовкой подразделений, но сокращать основную программу боевой готовности я не позволю.

— Её никто и не предлагает сокращать.

— Тогда укажите это прямо в документе.

— Укажем.

Артём посмотрел на главнокомандующего.

— А если перенести ещё и часть официальных визитов? Войска будут меньше отвлекаться на приёмы.

— Это возможно, если Морвен согласует изменения с иностранными представителями. Самостоятельно отменять дипломатические обязательства я не намерен.

Советник сделал отметку.

— Проверю соответствующие договорённости. Некоторые встречи можно перенести, однако по другим уже подтверждены расходы принимающей стороны.

— И у всех свои договоры.

— Именно, Ваше Величество.

Гримвальд перевернул страницу.

— Теперь главный вопрос, государственный резерв.

Он указал на сумму, которую предлагалось временно использовать для оплаты срочных обязательств. Она не затрагивала личное имущество Азраэля и средства, закреплённые за защитными сооружениями.

— Предлагаю направить часть свободного резерва на пограничную поставку и сохранение необходимых транспортных функций, — произнёс казначей. — После восстановления подтверждённых поступлений резерв должен быть восполнен.

Артём посмотрел на итоговую сумму.

— Почему так мало? В казне ведь значительно больше.

— Остальные деньги уже предназначены для действительных обязательств либо составляют защитный резерв.

— А если использовать больше?

— Тогда решим сегодняшнюю проблему за счёт следующей чрезвычайной ситуации, — Гримвальд закрыл ведомость. — Когда она произойдёт, придётся искать средства там, где их уже не будет.

Варгос кивнул.

— Резерв должен сохраняться. После нападений пограничные сооружения иногда требуют срочного ремонта, и ждать следующего торгового платежа невозможно.

Артём посмотрел на обоих.

— То есть предлагаете потратить только необходимое, а остальное сохранить на случай новых неприятностей?

— Именно, повелитель, — ответил Гримвальд.

— Ну хоть в чём-то согласились.

Казначей приподнял голову, а Варгос отвернулся к документам.

Морвен открыл следующий раздел.

— Остаётся вопрос грузового перехода.

Гримвальд положил на стол заключение энергетической палаты. В нём указывалось, что вспомогательный маршрут частично зависит от повреждённой договорной связи, а работа по прежнему расписанию создаёт риск истощения резерва.

— Закрыть? — спросил Артём.

— Нет, временно сократить пропускную способность до подтверждённого безопасного уровня.

— И сколько денег потеряем?

Гримвальд назвал предварительную сумму.

Артём присвистнул.

— Дороговато получается.

— Серьёзное повреждение узла обойдётся значительно дороже.

Варгос придвинул заключение.

— Кто отвечает за техническое состояние перехода?

— Транспортное управление совместно со специалистами энергетической палаты.

— Они подтвердили возможность безопасной эксплуатации при сокращённой нагрузке?

— Предварительно. Окончательный режим определят после дополнительной проверки.

Морвен повернулся к Артёму.

— Необходимо различать финансовое решение о сокращении расходов и техническое разрешение на эксплуатацию. Казначейство не вправе самостоятельно определять допустимую нагрузку магического перехода.

— Тогда пусть специалисты и определяют, — Артём указал на заключение. — А мы решим, какие расходы можем оплатить.

Гримвальд нахмурился.

— После изменения расписания торговые дома могут потребовать пересмотра условий перевозок.

— Значит, придётся согласовывать изменения.

— Некоторые уже внесли плату за определённые транспортные окна.

— Вернём деньги или предложим другое время.

— Возврат платежей тоже уменьшит поступления.

Артём посмотрел на казначея.

— Ты предлагаешь брать деньги за перевозки, которые мы не можем выполнить?

— Нет, Ваше Величество, — Гримвальд придвинул к себе ведомость. — Предлагаю установить порядок компенсации до публикации нового расписания.

— Вот этим и займитесь.

Морвен внёс отметку.

— Комиссия согласовывает временное ограничение пропускной способности при условии подтверждения технической безопасности. Транспортное управление пересмотрит расписание и уведомит участников действующих соглашений.

Варгос указал на карту маршрутов.

— Необходимо сохранить приоритет перевозок, связанных с безопасностью гарнизонов и обслуживанием защитных сооружений.

— И городских служб, — добавил Гримвальд. — Иначе поставщики начнут предъявлять требования о нарушении государственных обязательств.

— Пусть приоритет устанавливают по необходимости, а не по тому, кто первым прибежал жаловаться во дворец.

Морвен кивнул.

— Для этого потребуется отдельный порядок распределения транспортных окон.

— Подготовьте.

Гримвальд закрыл папку, но не убрал её со стола.

— Ваше Величество, необходимо также установить источник покрытия расходов на проверку основных договоров. Иначе в следующем расчётном периоде мы столкнёмся с той же проблемой.

Артём потёр переносицу, затем осторожно убрал руку, едва не задев рог когтем.

— Гримвальд, сегодня мы пытаемся оплатить то, что нельзя отложить. Проверку тысячи договоров будем финансировать отдельно, когда получим нормальную смету.

— Но распоряжение уже вступило в силу.

— Именно поэтому мне нужна смета, а не очередная жалоба на то, что всё дорого.

Казначей посмотрел на него.

— Тогда прошу официально указать срок подготовки расчёта и предел предварительных расходов.

— Укажем, — Артём отодвинул папку. — Только не пытайся потом включить в стоимость проверки тысячу новых золотых перьев.

Гримвальд выпрямился.

— В казначействе используются многоразовые регистрационные инструменты, Ваше Величество. Я никогда не одобрял бесполезные расходы на дорогие письменные принадлежности.

Артём повернулся к Морвену.

— А вот этому я верю.

Советник опустил взгляд на документы, сдерживая улыбку.

Окончательный вариант решения подготовили незадолго до закрытия расчётного окна. Гримвальд потребовал проверить каждый пункт, связанный с государственным резервом, а Варгос убедился, что финансирование пограничных поставок не зависит от неподтверждённых взысканий.

Морвен последовательно зачитал условия перераспределения. По согласованию с поставщиками переносились несколько церемониальных заказов, сокращались несущественные расходы и сохранялась оплата выполненных работ, по которым государство имело действительные обязательства.

Часть свободного резерва направлялась на пограничную поставку. Дополнительно утверждались расходы на техническую проверку вспомогательного перехода, необходимую для определения безопасной пропускной способности.

Гримвальд указал на последний раздел.

— Здесь сказано, что казначейство отвечает за перераспределение, но решение принимается комиссией и подтверждается правителем. Ответственность за его основания должна быть зарегистрирована отдельно.

Артём поднял глаза.

— Ты хочешь, чтобы твоё имя не стояло рядом с возможными убытками?

— Хочу, чтобы было точно указано, кто и какое решение принял, — казначей повернул пластину к нему. — Если через несколько месяцев спросят, почему изменилось расписание перевозок, я предоставлю утверждённый расчёт, а не стану вспоминать сегодняшние разговоры.

Морвен кивнул.

— Это соответствует обычному порядку государственного учёта, Ваше Величество.

«На Земле я за такие подробные бумаги обычно брал отдельные деньги, а здесь они ещё и против меня работают».

— Регистрируйте, — распорядился Артём. — Только внесите, что техническую безопасность определяют специалисты, а не казначейство.

— Именно так и предусмотрено.

Гримвальд поставил служебную отметку. Следом документ подтвердил Варгос в части военных поставок, затем Морвен удостоверил законность предложенного порядка.

Артём приложил ладонь к регистрационной пластине.

Механизм среагировал без задержки. Красноватые символы вспыхнули возле его пальцев, после чего над документом появилась отметка о принятии решения.

Гримвальд сразу передал распоряжение сотруднику расчётного отдела.

— Подтвердить оплату пограничной поставки, уведомить подрядчиков об утверждённых предложениях переноса и направить транспортному управлению финансовые условия временного ограничения грузового перехода.

Служащий поклонился и вышел.

Варгос поднялся.

— Уведомлю гарнизон, что финансирование подтверждено. Материалы поступят в установленное транспортное окно, если поставщик выполнит свои обязательства.

Артём кивнул.

— И никаких новых расходов на красивые знамёна до следующего пересмотра бюджета.

— Боевая готовность от этого не пострадает.

— Тогда прекрасно.

Морвен начал собирать документы, но Гримвальд задержался возле стола. Казначей ещё раз проверил итоговые цифры и закрыл расчётную папку.

— Ваше Величество, уменьшение числа перевозок затронет обычных торговцев. Некоторые предприятия уже подготовили грузы по прежнему расписанию.

— Предупредите заранее.

— Они потребуют объяснений.

— Значит, объясните.

— И компенсаций.

Артём выдохнул.

— Гримвальд, ты обязательно должен испортить мне настроение после каждого решения?

Казначей поправил манжету.

— Предпочитаю сообщать о расходах до того, как они становятся задолженностью, повелитель.

Артём рассмеялся. Его низкий голос разнёсся по залу, заставив служащего возле двери поспешно опустить голову.

— Ладно, убедил, — Артём откинулся на спинку кресла. — В следующий раз начинай сразу с неприятного, чтобы я хотя бы знал, чего ждать.

— В таком случае следующий расчётный период обещает быть весьма содержательным, Ваше Величество.

Артём покачал головой и поднялся. После продолжительного заседания мышцы спины неприятно ныли, а сложенные крылья мешали свободно выпрямиться.

— Морвен, оставшиеся вопросы перенесём. Мне нужно отдохнуть, следующую встречу назначим после получения отчётов.

— Разумеется, Ваше Величество.

Артём направился к выходу, осторожно обойдя ближайшее кресло. Возле двери он обернулся.

— И ещё. Если какой-нибудь подрядчик предложит построить мне золотой фонтан за половину бюджета, даже не показывайте договор.

Гримвальд ответил первым.

— Если условия окажутся достаточно выгодными, я всё же обязан буду представить их на рассмотрение.

— Вот ведь жадная зараза, — пробормотал Артём и вышел.

Морвен дождался закрытия дверей, затем повернулся к казначею.

— Вы действительно собираетесь продолжать предлагать Его Величеству новые расходы на дворцовое убранство?

Гримвальд посмотрел на него поверх папки.

— Только если соответствующие вложения окажутся экономически оправданными. А пока у нас имеются более насущные проблемы.

Он забрал документы и направился в казначейство.

К возвращению Гримвальда первые подтверждения уже поступили. Пограничная поставка была оплачена, подрядчики получили предложения о переносе работ, а транспортное управление приступило к пересмотру расписания вспомогательного грузового перехода.

Казначей лично проверил сведения о переводе средств. Убедившись, что платёж принят поставщиком, он разрешил закрыть соответствующий раздел срочных обязательств.

Затем Гримвальд открыл предварительное транспортное расписание.

Количество обычных грузовых окон предполагалось временно сократить. Часть перевозок сохранялась в пределах нагрузки, предварительно признанной допустимой, а окончательный режим должен был быть подтверждён технической службой.

Возле нескольких строк уже появились замечания торговых организаций. Одни требовали сохранить первоначальное время отправления, другие предлагали повысить плату ради получения приоритета, а некоторые угрожали отказаться от использования маршрута.

Гримвальд передал требования начальнику транспортных расчётов.

— Никакого приоритета только за дополнительную плату, пока не утверждён порядок распределения, — он указал на перечень перевозок. — Сначала необходимые государственные грузы, затем остальные в пределах подтверждённой пропускной способности.

— А если торговые дома предложат компенсацию за дополнительные энергетические расходы?

— Пусть специалисты сначала подтвердят, что такие перевозки безопасны. Деньги не делают повреждённый накопитель прочнее.

Сотрудник кивнул и вышел.

Гримвальд вернулся к столу, на котором лежали два первоначальных отчёта. Рядом находился третий, содержащий утверждённые изменения, подтверждённые платежи и перечень обязательств, требующих дальнейшего пересмотра.

Казначей поставил красную отметку напротив пограничной поставки. Затем открыл перечень ожидаемых взысканий и исправил суммы, которые после нового королевского приказа нельзя было считать гарантированными.

На городской транспортной схеме одна из линий изменила цвет. Вспомогательный грузовой переход получил отметку о подготовке временного ограниченного расписания, тогда как основные маршруты продолжали работу без изменений.

Гримвальд посмотрел на новую запись.

— Теперь попробуйте не сломать то, что осталось, — негромко произнёс он.

Он закрыл транспортную схему и открыл смету будущей проверки тысячи договоров. До следующего расчётного периода предстояло определить расходы на юридические исследования, установить возможные источники восполнения резерва и согласовать новый порядок финансирования взыскательских подразделений.

Гримвальд отправил оба устаревших прогноза в архив, оставив перед собой утверждённый расчёт. В это время на регистрационную пластину поступило подтверждение транспортного управления о подготовке нового расписания.

Казначей открыл сообщение и увидел первые запросы торговых домов о переносе грузов. Он распорядился проверить оплаченные транспортные окна и подготовить предложения по компенсациям, прежде чем переходить к следующему финансовому разделу.

Глава 6. Крылья, хвост и три тысячи свидетелей

Замок Последнего Перекрёстка.

Перекрёстное Королевство.

Глухой удар раздался над кроватью, когда Артём попытался сесть, не рассчитав положение рогов. Металлическая конструкция возле изголовья задрожала, подвески со звоном столкнулись друг с другом, а одна оторвалась и упала на покрывало.

Артём прижал ладонь к голове и посмотрел на тяжёлую композицию из чёрного металла, изображавшую переплетённые крылья и короны. Нижний край украшения находился как раз на уровне одного из его рогов, хотя на самой конструкции не было следов прежних столкновений.

«Удивительно, как я ещё глаз себе не выбил. Два метра с лишним роста, рога, крылья, хвост, а инструкция по эксплуатации где?».

Он повернулся на бок, собираясь выбраться из-под покрывала, но хвост оказался прижат тяжёлой тканью. Попытка освободить его заставила напрячь непривычные мышцы, одновременно сдвинулось правое крыло, зацепив подушку, которая упала на пол.

— Да чтоб тебя!

Артём наконец сел, опустил ноги и посмотрел на смятое покрывало, оторванную подвеску и лежащую на полу подушку. Затем протянул руку к управляющему кристаллу, назначение которого Мираэль объяснила ему ещё во время первого посещения покоев.

Кристалл вспыхнул синим светом.

— Личные покои Его Величества, — отозвался женский голос. — Слушаем ваше распоряжение.

— Пришлите кого-нибудь, кто отвечает за мебель, — Артём посмотрел на металлическое украшение. — И уберите отсюда всю эту проклятую дрянь, пока я окончательно не снёс её головой.

— Будет исполнено, повелитель.

Связь погасла.

Артём положил кристалл обратно и направился к зеркалу. Он ощупал основание правого рога, убедился, что повреждений нет, после чего осторожно расправил плечи, но полностью раскрывать крылья в спальне не стал.

Через несколько минут возле входа раздался стук.

— Входите.

В покои вошли трое служащих. Один держал регистрационную пластину, второй нёс инструменты, а третий катил тележку с металлическими приспособлениями.

Все трое поклонились, после чего старший выступил вперёд.

— Ваше Величество, мы получили распоряжение о демонтаже декоративных конструкций и переоборудовании спального помещения. Разрешите уточнить, необходимо ли сохранять первоначальную отделку стен?

Артём повернулся к нему.

— О каком переоборудовании речь?

Служащий посмотрел на пластину.

— Согласно полученному указанию, необходимо удалить все декоративные конструкции, препятствующие вашему передвижению, — он показал регистрационную запись. — Поскольку часть украшений соединена с потолочными креплениями, техническое управление предлагает разобрать соответствующую секцию и установить новую систему поддержки.

— Вы собираетесь разобрать потолок?

— Только необходимую часть, повелитель.

— А стены?

— Если потребуется для замены опорных элементов.

— А кровать?

Служащий сглотнул.

— Её временно перенесут.

Артём перевёл взгляд на тележку. Один работник уже изучал крепления возле изголовья, а второй доставал измерительные инструменты.

«Прекрасно. Попросил убрать одну железяку, а они решили снести половину спальни. Интересно, если я скажу, что меня раздражает погода, они попытаются заменить небо?».

— Остановитесь.

Служащие замерли.

— Ничего не разбирайте, — Артём указал на украшение над кроватью. — Мне нужно убрать эту конструкцию, а не устраивать капитальный ремонт.

Старший работник посмотрел на пластину.

— Но ваше распоряжение…

— Я ударился рогом и потребовал убрать железяку. Где я поручал разбирать комнату?

— Простите, Ваше Величество, — мужчина опустил голову. — Мы неправильно определили объём работ.

Второй служащий убрал инструменты, а третий отступил за тележку.

— Где Мираэль? — спросил Артём.

— Управляющая уже уведомлена, повелитель. Она прибудет для согласования изменений.

— Тогда до её прихода ничего не трогайте.

Мираэль появилась вскоре после этого. Она вошла с папкой документов и сразу заметила оторвавшуюся подвеску на покрывале.

— Ваше Величество, мне сообщили о необходимости переоборудования покоев, — она осмотрела металлическую композицию. — Возникли повреждения?

— Пока только моей гордости, — Артём указал на изголовье. — Я ударился головой об эту штуку, а ваши сотрудники собираются разобрать потолок.

Мираэль подняла взгляд на крепления.

— Нижняя композиция рассчитана на ваше обычное положение при подъёме с постели. Возможно, после ритуала привычная последовательность движений вызывает затруднения.

— Ты очень деликатно сказала, что я не умею вставать с собственной кровати.

Управляющая не стала возражать.

— Можно снять нижние декоративные элементы и передвинуть ближайший столик, чтобы освободить пространство для крыльев. Остальная отделка останется нетронутой.

— Вот это уже звучит разумно.

Мираэль повернулась к служащим.

— Отмените демонтаж потолочной секции. Снимите нижнюю композицию, переместите столик и проверьте крепления, остальные работы согласовывайте отдельно.

Старший работник исправил запись.

— Будет исполнено, госпожа управляющая.

Артём посмотрел на его пластину.

— А если я опять скажу что-нибудь сгоряча, вы снова решите перестроить половину дворца?

Служащий побледнел, но Мираэль ответила прежде него.

— Ваши слова обычно воспринимаются как распоряжения, повелитель, особенно когда касаются личных помещений.

— Даже когда я ругаюсь?

— Раньше сотрудники предпочитали не выяснять, какие замечания вы намеревались оформить официально.

Артём посмотрел на управляющую.

— К этому вопросу ещё вернёмся, а сейчас мне нужна нормальная одежда.

— Гардеробная подготовлена, Ваше Величество.

— Желательно что-нибудь, в чём можно ходить, не чувствуя себя передвижным складом металлолома.

— Я распоряжусь подобрать подходящие варианты.

Гардеробная располагалась за широкими дверями, соединявшими её с личными покоями. Вдоль стен тянулись шкафы, между которыми стояли манекены с церемониальными одеждами, а несколько зеркал позволяли рассматривать костюмы со всех сторон.

Артём остановился возле ближайшего манекена и осмотрел тяжёлую мантию с металлическими пластинами. Почти каждая представленная вещь была украшена драгоценными камнями, цепями или массивными застёжками.

Старший портной ожидал возле одного из шкафов с двумя помощниками. Перед ними лежал комплект из плотной чёрной ткани с серебряной вышивкой и широким поясом.

— Ваше Величество, для сегодняшнего дня подготовлен традиционный церемониальный комплект, — портной поклонился. — Однако управляющая сообщила, что вы желаете более удобную одежду.

Артём поднял край мантии. Ткань оказалась тяжёлой, а вдоль подкладки проходили металлические крепления.

— Сколько это весит?

— Полный комплект — около тридцати двух местных весовых единиц, повелитель.

— А зачем?

Портной растерялся.

— Простите?

— Зачем одежде столько веса?

— Для сохранения надлежащей формы, расположения регалий и демонстрации вашего положения.

— Моё положение и так заметно, — Артём указал на рога. — Даже без металлической обшивки.

Один из помощников поспешно опустил голову, но Артём заметил, как у него дёрнулись губы.

«Ага. Значит, смеяться здесь ещё умеют, только очень осторожно».

— Покажите что-нибудь попроще.

Портной открыл соседний шкаф и достал тёмный костюм без крупных украшений. Плотная ткань, широкие рукава, несколько серебряных застёжек и отсутствие мантии понравились Артёму значительно больше.

— Вот, уже лучше.

— Позволите помочь с переодеванием?

— Сам справлюсь.

— Разумеется, повелитель.

Артём взял верхнюю часть костюма и попытался надеть её привычным способом. Обе руки свободно прошли в рукава, но когда он потянул ткань на плечи, обнаружилось, что спинка имеет разъёмные крепления для крыльев.

Он попытался направить правое крыло в предусмотренную прорезь. Оно не подчинилось, а при следующем движении один из ремней натянулся и застёжка резко щёлкнула возле шеи.

— Да что за…

Артём остановился с наполовину надетым костюмом. Ткань застряла между основанием крыла и плечом, а нижний край зацепился за хвост.

Портной приблизился.

— Ваше Величество, разрешите освободить задние крепления.

— Освобождай.

Мужчина расстегнул несколько элементов и помог расправить ткань. Артём посмотрел в зеркало, где огромный демон стоял с перекрученным рукавом и раздражённо сжимал край костюма.

— Скажи честно, предыдущий вариант тоже требовал участия трёх человек?

— Обычно ваше облачение осуществляют четыре личных служащих, повелитель.

— Четыре?

— Для церемониального комплекта иногда больше.

— А если я захочу самостоятельно надеть рубашку?

Портной задумался.

— Тогда понадобится другая система застёжек.

— Так подготовьте.

Мираэль, стоявшая возле шкафов, сделала отметку.

— Можно изготовить повседневные комплекты с разъёмной спинкой и креплениями, доступными без помощи служащих. Подобные фасоны уже используются крылатыми представителями дворцовой администрации.

Артём повернулся к ней.

— То есть такая одежда существует?

— Да, повелитель.

— А почему мне раньше её не приносили?

— Вы предпочитали церемониальные комплекты, изготовленные по индивидуальному образцу.

«Азраэль, кем бы ты ни был, вкус у тебя определённо дорогой и неудобный».

Портной предложил временно изменить расположение застёжек на выбранном костюме. Артём согласился, потребовав обойтись без новых драгоценностей и редких тканей.

Когда верхняя часть наконец оказалась на месте, помощник приблизился с поясом. Артём попытался закрепить его самостоятельно, но хвост сдвинулся и задел руку молодого служащего.

Тот отступил и поклонился.

— Простите, Ваше Величество!

— За что?

— Я помешал вашему движению.

— Ты стоял неподвижно, это я тебя чуть хвостом не пришиб.

Помощник замолчал.

Портной осмотрел крепление.

— Мы можем изменить его положение, чтобы хвост не задевал пояс при движении.

— Вот это сделайте.

Через несколько минут Артём прошёлся перед зеркалом, осторожно повернулся и поднял руки. Костюм больше не стягивал плечи, крылья свободно располагались за спиной, а хвост не цеплялся за подол.

— Уже похоже на нормальную жизнь.

Мираэль посмотрела на одежду.

— Желаете сохранить этот фасон для повседневного использования?

— Да, остальные готовьте по такому же принципу.

— Будет исполнено.

Артём повернулся к портному.

— Только без тридцати двух единиц железа на каждую рубашку.

— Учтём, повелитель.

Он вышел из гардеробной и осторожно повернулся в коридоре, проверяя свободу движений. Хвост следовал за поворотом с небольшой задержкой, но больше не цеплялся за одежду.

«Ничего, рано или поздно мы с тобой договоримся».

В дворцовой столовой Артёма ожидал длинный стол с несколькими десятками блюд. Одни находились под прозрачными защитными колпаками, над другими поднимался пар, а возле третьих горели магические огоньки, поддерживавшие нужную температуру.

Он остановился на пороге.

— Это что?

Мираэль посмотрела на стол.

— Ваш завтрак, повелитель.

— Весь?

— Да.

Среди приготовленного находились огромные куски мяса с блестящими травами, выпечка, фрукты необычной формы и чаши с разноцветными соусами. Особенное внимание Артёма привлекло блюдо, над которым поднимался серебристый пар, хотя содержимое выглядело холодным.

— А сколько людей мы сегодня кормим?

— В столовой присутствуете только вы, Ваше Величество.

— То есть всё это приготовили для одного меня?

— Согласно утверждённому порядку королевского питания.

Артём осмотрел стол ещё раз. Даже с учётом размеров нового тела количество блюд выглядело чрезмерным.

— Мираэль, можно мне просто нормально поесть?

— Разумеется, повелитель. Что именно вас не устраивает?

— Начнём с того, что я не знаю половину этих продуктов.

Управляющая указала на ближайшее блюдо.

— Это мясо ночного зверя, приготовленное с редкими листьями из Талассира. Рядом находится холодный десерт из кристальных плодов, а дальше…

— Стоп. Сколько стоит мясо с этими редкими листьями?

Мираэль назвала сумму.

Артём посмотрел на неё.

— За один завтрак?

— За соответствующее блюдо, повелитель.

«Да за такие деньги на Земле можно было месяц кормить целую семью. Хотя здесь, наверное, ещё приплачивают за то, чтобы зверь перед смертью красиво рычал».

— А обычная еда у вас есть?

— Разумеется.

— Мясо без драгоценных трав, хлеб, печёные овощи.

Мираэль сделала отметку.

— Передам распоряжение поварам.

Артём сел за стол, осторожно расположив крылья за спинкой кресла. Почти сразу к нему приблизился старший повар с регистрационной пластиной.

— Ваше Величество, управляющая сообщила о желании изменить меню. Позволите уточнить, следует ли использовать обычные продукты или приготовить специальные блюда из редких ингредиентов в более простом оформлении?

— Обычные.

— Но для обеспечения надлежащей энергетической ценности…

— Мясо, хлеб и овощи, — Артём постучал когтем по столу. — Без редких листьев, серебряного пара и продуктов, стоимость которых приходится обсуждать на бюджетной комиссии.

Повар помолчал.

— Разумеется, повелитель.

— И не нужно готовить столько, чтобы потом выбрасывать половину.

Мираэль вмешалась:

— Остатки обычно распределяются по установленному хозяйственному порядку. Однако количество блюд, подаваемых непосредственно вам, можно уменьшить.

— Вот и уменьшайте.

Повар поклонился и направился к кухонному проходу.

Артём взял кусок хлеба с ближайшего блюда и попробовал. Вкус оказался вполне обычным, хотя хлеб был значительно плотнее привычного земного.

Молодой служащий приблизился с серебряным кувшином.

— Позволите наполнить ваш кубок, повелитель?

— Давай.

Служащий налил прозрачную жидкость, и Артём осторожно попробовал её. Внутри оказалась обычная вода.

Тем временем двое работников начали убирать блюда, которые он отказался пробовать. Один из них поднял тяжёлый поднос, задел соседнюю чашу и пролил несколько капель соуса на скатерть.

— Осторожнее!

Служащий поставил поднос и опустился на одно колено.

— Простите, Ваше Величество!

Артём замер с кубком в руке.

— За что?

— Я проявил неосторожность.

— Ну проявил, бывает.

Мужчина продолжал стоять на колене. Мираэль подошла ближе.

— Можете подняться. Его Величество не распорядился о наказании.

Служащий медленно выпрямился, но руки у него дрожали.

Артём посмотрел на несколько капель соуса, оставшихся на ткани.

— Мираэль, позже поговорим об этом.

— Разумеется, повелитель.

Он вернулся к завтраку, наблюдая, как работники осторожно перемещаются вокруг стола. Они почти не разговаривали между собой и старались не встречаться с ним взглядом.

Внутренний тренировочный двор окружали высокие стены из тёмного камня. На противоположной стороне находились манекены, тяжёлые щиты и стойки с оружием, а вдоль боковых проходов располагались защищённые наблюдательные помещения.

Артём заранее попросил подготовить площадку для упражнений с крыльями и хвостом. После происшествия в спальне ему хотелось научиться управлять телом, не рискуя повредить дворцовую мебель.

Возле входа ожидал Каэрон Вельдрак, командир королевской гвардии. Высокий, широкоплечий, с короткими тёмными рогами и строгим лицом, он стоял рядом с тренировочной площадкой.

— Ваше Величество, двор подготовлен, — сообщил Каэрон. — Посторонние удалены, защитные барьеры проверены, дежурные целители уведомлены о возможной необходимости вмешательства.

Артём посмотрел на него.

— Ты подготовился так, будто я собираюсь объявить войну.

— После последнего ритуала ваши возможности требуют осторожной проверки, повелитель.

— Я всего лишь хочу разобраться с крыльями.

— Именно поэтому мы ограничили доступ в ближайшие помещения.

Артём прошёл на площадку, покрытую тонким слоем специального песка. Он повернулся, освободив место для хвоста, и расправил плечи.

— С чего начинать?

Каэрон немного помолчал.

— Вы желаете восстановить обычный контроль над мышцами крыльев?

— Для начала хотя бы перестать задевать ими окружающих.

— Тогда рекомендую медленное раскрытие без попытки оторваться от земли, — командир отошёл на несколько шагов. — Сохраняйте устойчивое положение корпуса и избегайте резких движений.

Артём развёл руки и напряг мышцы спины.

Левое крыло приподнялось, правое осталось почти неподвижным. При повторной попытке оба раскрылись, но одно поднялось выше другого, заставив тело повернуться.

Хвост дёрнулся в противоположную сторону. Артём едва удержал равновесие.

— Твою же…

Каэрон приблизился.

— Не пытайтесь компенсировать движение крыльев резким поворотом корпуса. Используйте хвост для сохранения равновесия.

— Он и так живёт отдельной жизнью!

— Его положение связано с общей системой мышечного контроля.

Артём посмотрел на командира.

— Удивительно, а я думал, он просто для красоты.

— Хвост также используется при перемещении и боевых действиях.

— Хорошо, давай ещё раз.

Следующие попытки оказались успешнее. Артём научился медленно раскрывать крылья, не позволяя им резко уходить в стороны, но удерживать одинаковое положение обеих перепонок пока не получалось.

При слишком высоком подъёме крыльев тело отклонялось назад. Артём пытался компенсировать это ногами, забывая вовремя менять положение хвоста.

Каэрон предложил другое упражнение.

— Раскройте крылья наполовину и удерживайте положение несколько мгновений. Не увеличивайте амплитуду, пока не сможете сохранять равновесие.

Артём выполнил указание. Оба крыла приняли нужное положение, и он довольно улыбнулся.

— Вот! Совсем другое дело.

При следующей попытке крылья раскрылись почти полностью, подняв сильный поток воздуха. Песок разлетелся по площадке, несколько щитов опрокинулись, а лёгкая деревянная стойка ударилась о стену.

Артём замер. Каэрон прикрыл лицо предплечьем, затем посмотрел на упавшую стойку.

— Это считается успехом?

— Частичным, повелитель.

— Почему частичным?

— Крылья раскрылись правильно, но вы не контролировали силу движения.

Артём посмотрел на опрокинутые щиты.

— Ладно, согласен.

Каэрон сделал знак служащим за защитным барьером. Те подняли предметы и освободили площадку.

— А теперь попробуем взлететь, — предложил Артём.

Командир покачал головой.

— Пока не рекомендую, Ваше Величество.

— Почему?

— Вы ещё не восстановили устойчивое управление крыльями. Попытка полёта может закончиться падением, особенно при изменённом распределении энергии после ритуала.

— У меня тело огромного демона, неужели обычное падение настолько опасно?

— Даже прочная физическая оболочка может получить повреждения. Кроме того, вы не проверяли возможность безопасного приземления.

Артём посмотрел на высокие стены.

— А если совсем немного?

— Я не могу запретить вам отдать соответствующее распоряжение, повелитель, но не стану подтверждать безопасность такого упражнения.

«Вот ведь упрямый. Хотя если я сейчас грохнусь с высоты, виноватым действительно сделают его».

— Ладно, без полётов.

— Разумное решение, повелитель.

— Только не привыкай меня хвалить, я ещё могу передумать.

— Тогда я снова изложу ограничения.

Артём рассмеялся.

— Хорошо, убедил.

После упражнений с крыльями он вспомнил о чёрном огне, который Элиара упоминала во время первого заседания. Каэрон выслушал просьбу проверить заклинание и потребовал присутствия специалиста по магическому ядру.

Архивистка прибыла с кристаллическим прибором, внутри которого вращалась голубоватая искра. Увидев опрокинутые щиты и следы песка на стенах, она осмотрела крылья Азраэля.

— Ваше Величество уже начали упражнения?

— Немного размялся, — Артём поднял руку. — Теперь хочу попробовать чёрный огонь.

Элиара остановилась.

— После ритуала я не рекомендую использовать боевые заклинания без предварительной проверки.

— Я не собираюсь сжигать половину города, просто хочу понять, могу ли вообще что-нибудь сделать.

— Допустима только минимальная проба под контролем защитного контура, — Элиара посмотрела на прибор. — При первых признаках нестабильности воздействие необходимо немедленно прекратить.

Артём повернулся к Каэрону.

— А ты что скажешь?

— Поддерживаю ограничение.

— Конечно, вы тут все сговорились против моего развлечения.

Элиара подошла к тренировочной мишени, установила защитный кристалл и проверила магические барьеры.

— Постарайтесь направить минимальный энергетический поток к ладони. Не увеличивайте воздействие, пока не почувствуете устойчивый отклик ядра.

Артём посмотрел на руку. Управление магией не напоминало движение мышц, поэтому он попытался представить обычное пламя, а затем сосредоточился на кончиках пальцев.

«Ну давай, великий демонический организм, покажи хотя бы зажигалку».

Сначала ничего не произошло, но спустя несколько мгновений пальцы потеплели.

— Есть какое-то ощущение.

Элиара подняла прибор.

— Не усиливайте воздействие, постарайтесь удержать его на одном уровне.

Артём выпрямил руку. Возле кончиков пальцев появилась крошечная тёмная искра.

— Ага!

Искра вытянулась в тонкий язычок чёрного пламени. Артём попытался направить его к мишени, но вместо ровного движения произошёл короткий выброс, обжёгший край деревянного щита.

В груди возникло неприятное сдавливание. Он резко втянул воздух, и пламя исчезло.

Элиара приблизилась.

— Прекратите воздействие, повелитель.

— Уже… прекратил.

— Не пытайтесь повторить.

Артём опустил руку. Пальцы дрожали, а дыхание сбилось, словно после продолжительного бега.

Каэрон подошёл с другой стороны.

— Вам необходима помощь?

— Пока… нет.

Элиара поднесла кристалл ближе к его груди. Голубоватая искра на мгновение потемнела, затем вернулась к прежнему состоянию.

— Энергетический поток оказался нестабильным, — архивистка посмотрела на показания. — Вы направили больше силы, чем требовалось для первоначального отклика.

— Я всего лишь… хотел маленький огонёк.

— Само желание не определяет количество используемой энергии. Управление требует точного контроля магических каналов.

Артём посмотрел на обугленный щит, постепенно выравнивая дыхание.

— А сколько… я потратил?

— Немного относительно полного резерва, однако реакция ядра указывает на нарушение обычного распределения. Дальнейшие попытки сегодня недопустимы.

— Даже совсем маленькие?

— Даже маленькие.

Каэрон убрал повреждённую мишень за защитную линию. Артём осторожно пошевелил пальцами, в которых ещё сохранялась слабая дрожь.

— А изменение облика?

Элиара подняла голову.

— Что именно вы хотите изменить?

— Например, принять человеческий вид. Без рогов, крыльев и хвоста.

— Подобное преобразование относится к сложным формам магии. В вашем состоянии я не могу подтвердить его безопасность.

— То есть пока нельзя?

— Пока не следует.

«Замечательно. Получил тело Дьявола, а пользоваться им могу только в режиме обычной ходьбы, и то желательно под присмотром».

— Тогда с чего начинать обучение?

Элиара убрала прибор.

— С точного контроля небольших энергетических потоков. В государственном архиве имеются безопасные магические записи и регистрационные механизмы, которые не требуют боевых заклинаний.

— Что-то вроде упражнений с документами?

— В определённом смысле. Они позволят исследовать магический отклик без значительной нагрузки на ядро.

— И это поможет потом с огнём?

— Поможет определить состояние каналов, но полноценное восстановление боевых возможностей потребует отдельной подготовки.

— Ладно, начнём с документов.

— Подготовлю материалы к следующему занятию.

Каэрон приблизился.

— Ваше Величество, предлагаю завершить тренировку. После магического воздействия вам необходимо восстановить силы.

Артём посмотрел на крылья, мышцы которых заметно устали после упражнений. Сдавливание в груди постепенно ослабевало, но повторять опыт с огнём он не собирался.

— На сегодня хватит.

— Прикажу подготовить сопровождение.

— Только без половины гвардии.

— Достаточно обычного внутреннего поста, повелитель.

Возле выхода Артём обернулся к обугленному щиту.

— Каэрон, этот щит куда?

— На проверку защитного покрытия.

— А потом?

— Если повреждение несущественное, его восстановят. Иначе заменят.

— Тогда не выбрасывайте раньше времени.

— Разумеется, повелитель.

Артём покинул тренировочный двор, осторожно складывая крылья за спиной.

К хозяйственному кабинету Мираэль он добрался уставшим. После физических упражнений мышцы спины ныли, а попытка воспользоваться чёрным огнём всё ещё отзывалась слабым дискомфортом в груди.

Кабинет находился в административной части дворца. Вдоль стен стояли шкафы с хозяйственными регистрами, а на центральном столе лежали планы помещений, перечни текущих работ и регистрационные пластины.

Мираэль поднялась при его появлении.

— Ваше Величество, вам необходимо что-нибудь подготовить?

— Да. Разговор.

Она склонила голову.

— Слушаю.

Артём подошёл к столу и заметил чертёж спальни. Возле изголовья находилась отметка о снятии декоративной конструкции, а рядом стояло подтверждение завершения работ.

— С этим разобрались?

— Да, повелитель. Нижние элементы сняты, крепления проверены, ближайший столик перемещён на безопасное расстояние.

— Прекрасно. А теперь объясни, почему каждое моё слово здесь воспринимают как приказ о перестройке окружающего мира.

Мираэль посмотрела на него.

— Вы являетесь правителем Перекрёстного Королевства, Ваше Величество. Служащие обязаны исполнять ваши распоряжения и не вправе самостоятельно изменять их содержание.

— Но я ведь могу просто высказать недовольство?

— Разумеется.

— Тогда почему никто не уточняет, чего именно я хочу?

Мираэль немного помолчала.

— Раньше подобные уточнения не приветствовались.

— Насколько не приветствовались?

— Некоторые сотрудники получали взыскания за повторные вопросы, если распоряжение считалось достаточно ясным. Поэтому служащие предпочитают немедленно приступать к исполнению.

Артём провёл ладонью по столу.

— А если распоряжение было непонятным?

— Ответственность за неправильное исполнение обычно ложилась на непосредственного исполнителя.

— То есть человек мог получить наказание и за то, что спросил, и за то, что не спросил?

Мираэль опустила взгляд.

— В зависимости от обстоятельств, повелитель.

Артём собирался ответить, но дверь осторожно открылась.

В кабинет вошёл молодой служащий с регистрационными пластинами. Увидев Азраэля, он остановился и поспешно поклонился.

— Простите, Ваше Величество. Я принёс подтверждения выполненных работ.

— Положи сюда, — распорядилась Мираэль.

Служащий приблизился к столу, но верхняя пластина соскользнула. Пытаясь поймать её, он задел остальные документы, и они со звоном упали на пол.

Артём повернулся.

— Да сколько же можно всё ронять!

Молодой мужчина побледнел и опустился на колени. Он начал торопливо собирать пластины, едва не ударившись лбом о край стола.

— Простите, Ваше Величество! Я немедленно всё исправлю!

— Поднимись.

Служащий замер.

— Повелитель…

— Я сказал, поднимись.

Мужчина медленно выпрямился, продолжая держать голову опущенной.

— Прошу не отправлять меня в нижние помещения, — неожиданно произнёс он. — Документы не повреждены, я проверю каждую пластину!

Артём посмотрел на него.

— В какие ещё нижние помещения?

Служащий промолчал.

Мираэль вмешалась:

— Ваше Величество, он опасается дисциплинарного взыскания.

— За упавшие документы?

Молодой мужчина кивнул.

«Вот теперь понятно, почему они готовы разобрать потолок после одной моей ругани. Если ошибся, тебя могут куда-нибудь отправить, а куда именно — лучше даже не выяснять».

Артём поднял одну из пластин.

— Документ целый?

— Да, повелитель.

— Информация сохранилась?

— Да.

— Тогда собери остальные и возвращайся к работе.

Служащий поднял голову.

— Вы… не назначаете наказание?

— За что? За то, что предмет из рук выпал?

Мужчина промолчал.

Артём посмотрел на Мираэль.

— Вот теперь точно поговорим.

Управляющая повернулась к служащему.

— Проверьте документы и передайте их в регистрационный отдел. Наказание не назначено.

Мужчина поклонился и вышел, осторожно закрыв дверь.

Артём указал на свободное кресло.

— Садись, нам предстоит изменить кое-какие правила.

Мираэль не сразу выполнила просьбу.

— Вы желаете пересмотреть порядок дворцового обслуживания?

— Да, но без разрушения всей системы. Для начала разделим обычные замечания и настоящие распоряжения.

Она села и взяла чистую регистрационную пластину.

— Предлагаете установить отдельную форму подтверждения?

— Именно. Если мне что-то не нравится, это ещё не означает, что нужно немедленно увольнять людей, ломать стены или отправлять кого-нибудь в подземелье.

Мираэль задумалась.

— Тогда необходимо определить три категории: обычные замечания, хозяйственные поручения и официальные распоряжения, требующие регистрации.

— Объясни разницу.

— Замечание не создаёт обязанности немедленно начинать работы без прямого указания. Хозяйственное поручение относится к текущему обслуживанию и подтверждается ответственным сотрудником, а официальное распоряжение оформляется через установленный порядок.

Артём кивнул.

— Подходит. Только если я скажу «остановитесь» во время аварии, не надо сначала требовать оформить бумажку.

— Разумеется, повелитель. Меры непосредственной безопасности должны исполняться немедленно.

— И ещё одно. Служащие могут уточнять мои слова, если не понимают, что требуется.

Мираэль подняла голову.

— Без дисциплинарного взыскания за сам вопрос?

— Именно.

— Это существенно изменит порядок общения с личной администрацией.

— Надеюсь. А то у вас здесь три тысячи человек боятся лишний раз моргнуть.

Мираэль едва заметно улыбнулась.

— Во дворце действительно служит почти три тысячи сотрудников, если учитывать хозяйственные, технические и административные подразделения.

Артём уставился на неё.

— Подожди, я просто так сказал.

— Численность персонала приблизительно соответствует названному значению.

Он опустился глубже в кресло.

— Потрясающе. Получается, за мной действительно следят три тысячи свидетелей.

— Большинство не имеет доступа к вашим личным покоям, — уточнила Мираэль. — Они выполняют обязанности в отдельных частях дворца.

— Очень утешительно.

Управляющая вернулась к записи.

— Предлагаю установить обязательное уточнение содержания сложных или дорогостоящих хозяйственных поручений до начала работ. Если возникают сомнения, сотрудник должен обратиться к ответственному руководителю.

— Согласен. И никаких наказаний за нормальные вопросы.

— Разумеется.

— А если кто-нибудь действительно нарушит приказ?

— Тогда ответственность определяется установленными правилами.

— Вот именно. Я не собираюсь разрешать всем делать что угодно, но и превращать разбитую чашку в государственное преступление не намерен.

Мираэль внесла последнюю запись.

— Подготовлю внутренний порядок обслуживания и доведу его до руководителей подразделений. Для первоначального уведомления потребуется несколько служебных периодов.

— Значит, будем повторять, пока не запомнят.

— Как пожелаете, повелитель.

Артём указал на регистрационную пластину.

— Вот сейчас ты сказала «как пожелаете». А если я заявлю, что хочу, чтобы сотрудники перестали меня бояться, ты тоже начнёшь составлять приказ?

Мираэль немного помолчала.

— Я могу изменить порядок работы, Ваше Величество, но не могу приказать людям перестать испытывать страх.

Артём кивнул.

— Справедливо.

Управляющая передала документ на внутреннюю регистрацию. На пластине появилась отметка о принятии распоряжения в пределах её административных полномочий.

Артём поднялся, ощущая усилившуюся тяжесть в спине.

— И ещё, Мираэль.

— Да, повелитель?

— На сегодня больше никаких официальных приёмов. Мне нужен отдых.

— Отменю необязательные посещения и оставлю только дежурное обслуживание.

— Вот это уже настоящее поручение.

— Понимаю.

Артём направился к выходу, но возле двери остановился.

— А завтрак завтра обычный. Без редких ингредиентов, драгоценных соусов и блюд, которые стоят дороже хорошего автомобиля.

Мираэль сделала отметку.

— Передам поварам. Желаете утвердить постоянный перечень предпочтительных блюд?

— Пока нет. Сначала посмотрим, что у вас вообще едят нормальные люди.

— Подготовлю несколько вариантов для ознакомления.

— Отлично.

Он уже собирался выйти, когда управляющая добавила:

— Ваше Величество, позволите уточнить?

— Что?

— Ваше замечание о стоимости блюд следует считать пожеланием изменить обычный рацион или распоряжением пересмотреть весь порядок закупок королевской кухни?

Артём несколько секунд смотрел на неё, затем рассмеялся.

— Мираэль, ты быстро учишься. Пока только мой рацион, закупки отдельно рассмотрим, если понадобится.

— Поняла.

Возвращаясь в личные покои, Артём заметил, что ближайшие коридоры уже перестали казаться лабиринтом. Он увереннее распределял вес тела, помнил основные повороты и проходил через широкие двери, не останавливаясь перед каждым проёмом.

Хвост всё ещё иногда задевал одежду, а крылья требовали постоянного внимания. Возле зеркальной панели Артём поправил ткань и посмотрел на своё отражение.

«Ну что, Фокусник, сегодня научился надевать одежду, не разрушать спальню и не сжигать самого себя. Впечатляющие достижения для повелителя целого королевства».

Он осторожно раскрыл крылья, проверяя, не натягивается ли новый костюм. Ткань осталась свободной, хотя мышцы спины отозвались неприятной усталостью после тренировки.

Артём сложил крылья и направился к спальне.

Возле входа ожидал молодой служащий с регистрационной пластиной. При появлении правителя он поклонился, но не стал немедленно отступать к стене.

— Ваше Величество, декоративные элементы над кроватью сняты. Желаете проверить выполненные работы?

— Проверю сам, спасибо.

— Разумеется, повелитель.

Служащий отошёл в сторону.

В спальне нижняя металлическая композиция действительно исчезла, столик стоял ближе к окну, а возле кровати освободилось место для крыльев и хвоста. Артём сел на край постели, затем осторожно поднялся.

Рога ничего не задели.

— Вот теперь другое дело.

Из коридора донёсся голос служащего:

— Ваше Величество, это замечание или необходимо оформить подтверждение результата?

Артём остановился и повернул голову.

— Замечание. Хорошее замечание, можете ничего не оформлять.

— Понял, повелитель.

Шаги служащего удалились.

Артём снова сел на кровать, осторожно расположив хвост сбоку. Ему удалось подняться без помощи придворных, а новое расположение мебели оставляло достаточно места для свободного движения крыльев.

Завтра предстояло занятие с Элиарой, которая обещала подготовить безопасные магические записи. После попытки воспользоваться чёрным огнём Артём уже не возражал против обучения, начинавшегося с документов.

Он вытянул руку перед собой и согнул пальцы. Чёрные когти блеснули в свете настенных кристаллов.

«Ладно, Азраэль, с твоими крыльями я ещё разберусь, с хвостом тоже. А вот кем ты был на самом деле и почему здесь все так тебя боятся, придётся выяснять отдельно».

Артём опустил руку и устроился на кровати, на этот раз не опасаясь задеть рогами металлическое украшение. В административных регистрах дворца уже появилось новое правило, разрешавшее служащим уточнять содержание его поручений, однако сам он пока не знал, какие наказания применял прежний Азраэль и что скрывалось за упоминанием нижних помещений.