Система

Глава 1

Резкий сигнал тревоги разносился по кораблю. Евгений Фет – начальник безопасности космического судна загружал данные борового журнала в опустевшей диспетчерской. Он уже собрал все материалы, которые пригодятся для быстрого расследования и даже оставил себе легкий разведчик, чтоб оперативно доставить всё на Землю. Поскольку Евгений не был фанатом пилотажа ни в каком виде, на время эвакуации он назначил себе в помощники молодого, но достаточно опытного пилота Алана Паркера. Слабое аварийное освещение наполнило диспетчерскую глубокими тенями, Алан с любопытством наблюдал, как над электронным запястьем Фета всплывает голографический экран, показывающий сколько спасательных капсул отстыковалось. Гремя магнитными сапогами, в диспетчерскую вошел капитан корабля.

- Сейчас докачаю бортовой журнал и эвакуацию можно считать оконченной, - сообщил ему начальник безопасности. - Мы быстро управились. ИИ сообщает, что на корабле остались только мы с вами.

- А этого кто будет эвакуировать? – спросил капитан, кивнув на ванну, в которой лежал человек, подключенный кабелями к ИИ корабля.

Фет посмотрел на ванну, как будто увидел в первый раз.

- Я думал, этим занимаются техники.

- Может, техники решили, что это член экипажа? – предположил капитан. – Давайте его достанем. Вы уже отключили основную систему?

Начальник безопасности кивнул Алану:

- Паркер, достань-ка её.

Алан опустил руку в ванну, она была наполнена чем-то вроде теплой воды, только гуще.

- Не знаете, как шлем отключается? – нерешительно спросил он. Человек в ванне лежал в комбинезоне, от которого отходили провода. Алан впервые задумался о том, как они подключены.

- Это электроды, - понял его сомнения капитан. – Они просто плотно прилегают к телу.

– Теоритически весь костюм должен был отключиться, когда я перешел на автоматическое управление, - добавил Евгений.

Человек в ванне задергался и Алан поспешил вытащить его, взяв подмышки. Шлем соскользнул в сторону и по диспетчерской разнесся судорожный вздох. Капитан помог Паркеру освободить от специального комбинезона и проводов женскую фигуру. Вместе они усадили ее на металлический пол. Видя, что Алан промок, капитан снял свой пиджак и накинул женщине на плечи.

- Евгений, я лечу с вами, - сказал он и подошел к начальнику безопасности. Пока они что-то тихонько обсуждали между собой, Алан пытался отряхнуть руки. То, что показалось ему теплой водой, на поверку было неприятной липучей слизью. Руки были в ней по локоть, и брюки тоже оказались испачканы. Алан надел парадную форму, потому что должен был доставить своего начальника прямо к судебному управлению.

Начальство совещалось и, судя по словам, доносившимся до пилота, женщина оказалась неожиданной проблемой.

Она сидела на полу, время от времени дергала головой и повторяла: «Перезагрузка».

- Как они могли ее забыть? – возмущался капитан. – Куда теперь ее? Я рассчитывал сразу прибыть в главное управление.

- Да, я тоже, - кивнул Фет. Он задумался.

- Насколько я помню, она или лунатик, или марсианка. Ей нужна низкая гравитация.

Евгений что-то набрал на своем запястье и показал капитану.

- Отличная мысль! – одобрил тот.

- Алан, - обратился начальник к пилоту. – Я задал курс вашему кораблю. Вы приземлитесь рядом со старой тренировочной базой. Её сейчас редко используют, но еще не закрыли. Дождитесь там вызова.

- Возможно, за ней прилетят, - сказал капитан, он снял свои сапоги и встал на подножку погрузчика. – Возьмите, а то неудобно будет в невесомости.

- Спасибо, - сказал Алан вслед уезжающему начальству. Какое-то время еще был слышен шум мотора, а потом опустевший корабль заполнила тишина.

- Вы можете идти? – спросил пилот у женщины, но она ничего не ответила.

Гравитация отключалась постепенно, чтоб организм успевал хоть немного адаптироваться к невесомости. Женщина на руках у пилота становилась легче с каждым шагом, но он совершенно отвык от магнитных сапог и неуклюже отрывал ноги от пола. Аварийное освещение было гораздо слабее привычного и в каждом углу залегли зловещие тени. К счастью лифт пришел мгновенно и так же быстро домчал их до нижней палубы. Непривычно было идти по совершенно пустому ангару, линии разметки не горели, горой темнел легкий разведчик, а его трап светился, как вход в волшебную пещеру. Алан усадил свою ношу в кресло второго пилота. Непонятного возраста женщина, совсем лысая с золотыми полосками электродов по всему телу смотрела сквозь Паркера невидящими глазами.

- Как вы себя чувствуете? – спросил он.

- Вывожу данные на экран, - ответила она.

Алан вздохнул и подумал: «Ладно, потом разберемся». Когда он вытащил ее из ванны, то решил, что на нее налип тот дурацкий гель, но теперь увидел, что она одета в серебристый комбинезон. А вот на самом пилоте гель засох и его прозрачные хлопья легко было стряхнуть с одежды. Это открытие приободрило Алана. Значит, парадную форму можно будет привести в порядок.

Пилот завел двигатели, подтвердил заданный начальством курс и вывел машину в открытый космос. Его приняла знакомая с детства дружелюбная пустота, полная мерцающих точек, он расслабился, скинул с себя гулкую полутьму ангара. Двигатели мерно гудели, как будто мурчал огромный кот. Наслаждаться любимым делом мешала пассажирка, все еще дергающая головой и повторяющая разные команды и цифры, в бесплодных попытках подключиться к системе искусственного интеллекта корабля.

- Прилетели, - сообщил Алан, отстегивая ремни. – Да не сможешь ты подключиться! Здесь и системы такой нет.

Но женщина продолжала твердить свое «Перезагрузка».

- Ремень сама отстегнешь? – дружелюбно спросил он. Она не отреагировала, её взгляд, устремлённый в никуда производил неприятное впечатление. Алан не выдержал, встряхнул ее за плечи и сказал строго:

- Хватит! Ты человек теперь!

На мгновение ее взгляд сфокусировался на нем, потом опять ушел в пространство.

- Алан Паркер, - сказала она, - полных тридцать лет, пилот, - затем назвала дату окончания училища и поступления на судно, все места учебы, место жительства на Земле и всех родственников. Перевела дыхание и перечислила количество входящих и исходящих звонков, а так же часто посещаемые сайты.

Алан не заметил, как оказался снаружи, он пришел в себя, когда волна окатила сапоги. Пилот повернулся, в ста метрах за его спиной сверкал на солнце легкий разведчик. Он подумал, что надо связаться с Фетом, в конце концов, он не нянька и не психолог. Что ему делать с этой неадкватной? Алан вздохнул. Он вспомнил, как на уроке биологии в школе пользовался симулятором вскрытия лягушки. Взгляд этой женщины показался ему скальпелем, который за мгновение прошел сквозь него, открыв внутренности. Он тряхнул головой, отгоняя наваждение. «Может, это интересно, - попытался убедить себя пилот. - Вдруг, когда она придет в себя, то сможет рассказать что-нибудь». Желания вернуться на судно и справиться о самочувствии пассажирки не возникало.

Насколько хватало глаз, скалы делили место под солнцем со сверкающей поверхностью воды. По сравнению с Землей этот спутник газового гиганта был совсем маленьким и вращался быстро. Алан отдыхал взглядом, наблюдая, как его тень медленно ползет по камням, как будто играет в прятки с местным светилом. Он совсем расслабился, представляя, как здорово было бы пролететь над водой в каком-нибудь легком флаере, чтоб волны лизали иногда днище судна. Тот момент, когда женщина прошла мимо и плюхнулась в воду, он в итоге пропустил. Она неуклюже барахталась, пытаясь что-то сказать. Алан поспешно сбросил китель: мочить форму не хотелось.

- Ты что совсем что ли? – набросился он на нее, вытащив на берег. – Или ты знаешь состав воды?

Она кашляла, выплевывая воду. Вечерело, плечи её вздрагивали и скрепя сердце, Алан накинул на них свой парадный китель. Голову и все тело женщины покрывали золотые дорожки, какие-то схемы и контакты, наверно, для подключения к костюму. Помогая ей подняться, пилот подумал, что это и не человек и не робот, и даже на корабле она никому не была нужна. И почем для них не делаю специальную упаковку на тех же заводах, где вживляют в кожу золотые полоски и электроды?

Здание тренировочного центра было стандартным: два этажа сверху и пять под землёй. Усадив её на скамейку в вестибюле, Алан потребовал у подъехавшего робота салфетки и план здания. Не удержавшись, потрогал свой китель: серая ткань промокла, худые плечи женщины под ним вздрагивали.

- Тебе холодно?

Она подняла на него покрасневшие глаза и Алан понял: эта женщина плачет.

- Как тебя зовут? – упавшим голосом спросил он. – Хочешь воды?

Она отрицательно покачала головой, встала, оставив на стуле его промокшую форму.

- У тебя должно быть имя. Ты куда?

- Здание проекта ТЦСН Стандарт, - ответила она, вытирая глаза. – Минус первый этаж, направо.

- Как к тебе обращаться?

- Любой стандартный запрос.

Алан выругался. Слова гулко отразились от стен пустого коридора. Это приятно успокаивало нервы и Алан выругался еще пару раз на тему превратностей своей судьбы.

- Мне нужно имя. Придумай, если не помнишь, - сказал он, почувствовав, что раздражение улеглось. Они спустились по лестнице, лампы включались с легкими щелчками, освещая стены и вспыхивая яркими звездочками в металлических ручках дверей.

- Я жду! – не выдержал он.

- Мей.

- Перестань говорить, как компьютер. Здесь некуда подключиться.

- Анализирую, - возразила она. Коридор заканчивался раздвижными дверями, за которыми обнаружились ряды душевых кабин.

- Ты простой человек, - сказал Алан, уже несколько раз прокрутивший в голове всё, что знал об андроидах. Предавать прибору, ускоряющему работу компьютера, антропоморфный вид слишком дорого, да ещё и бессмысленно. - Зачем ты полезла в воду?

- Подумала, что там можно подключиться.

- Ты же знаешь, что нет.

- Ты прав, - согласилась Мей после паузы.

- За нами скоро прилетят. Мы тут пробудем совсем не долго.

В душевой полилась вода и Алан прислонился к стене рядом с дверью. Говорить теперь было бесполезно.

Она сказала, что это стандартное здание. Пилот вздохнул, надеясь, что его родная тренировочная база тоже была стандартным зданием. Во всяком случае, фойе и пройденный коридор вызывали у него чувство дежавю. Значит, расположение столовой не должно быть сюрпризом. Очень хотелось есть. Ноги, управляемые пустым желудком, сами привели его куда надо. Ряды серых столиков навевали тоску, но на сытый желудок невзгоды переносить легче.

- Иди сюда! – позвал Алан, когда Мей вошла в столовую. Голодный человек всегда берет больше, чем нужно и перед ним на столике лежала не распечатанная пачка сухпайка.

- Так и думала, что ты будешь в столовой, - улыбнулась она. – Я угадала! Угадала! – пугающая пустота исчезла из её светлых глаз и Алан тоже улыбнулся. – И что Фет тебя выберет, угадала.

- Прости, что тебя не взяли, - извинился он за всю команду.

- Я отключила предупреждение.

- Зачем? – удивился Алан.

- Ошибка, - она пожала плечами, как будто это всё объясняло.

Он распечатал пакет. Там был рыбный суп и рис с тушеным мясом.

- В этих наборах классные десерты, - прокомментировал Алан. - Рыбный суп так себе, а рис должен быть нормальным. Что с кораблём случилось? Из-за чего эвакуация?

- Я очень отвлекалась. Всё время наблюдала за тобой, у тебя интересная татуировка на плече, с огнём.

- Ты что влюбилась?

Она покраснела и опустила глаза:

- Я не хочу есть.

- Ладно тебе. Я однажды в девчонку влюбился, которая в морге работала. Тоже туда устроилсясанитаром на полсмены. Чуть из института не вылетел. А она другого парня выбрала, полицейского одного. Вот это была жесть. Ты есть-то умеешь? Или только через трубочку?

Он открыл все упаковки, она нерешительно взяла вилку.

- Соки эти лучше не разводить. Хочешь, я кофе принесу?

- Мне лучше воду. Могут быть проблемы после костюма. Перезагрузка.

Алан на мгновение испугался, что она опять начнёт повторять это слово и бестолково раскачиваться, как делала по пути сюда. Но Мей стала задумчиво ковырять рис, выбирая зёрнышки побелее. Он пошёл налить воды, искоса поглядывая на нее. Возможно, золотые полоски по всему телу – это даже интересно. Лысая голова смотрится странно, но чего уж.

Когда он вернулся с чашкой, Мей сказала:

- Я – человек науки. Так написано в моем гороскопе, - Алан улыбнулся. Она тут же покраснела и добавила:

- Нет, это не правда. Это из мультика. Я читала, что надо шутить, когда… когда…

- Когда хочешь понравиться? Это точно. У тебя был парень?

- Был парень? – она с удивлением посмотрела на Паркера.

- Да. Ты встречалась с кем-нибудь?

- Я знаю множество людей. И во мне есть блок истории и литературы. Сейчас проверю, - взгляд её снова стал отсутствующим.

- Тяжелый случай, - сам себе сказал пилот. – Мей, пойдём вместе купаться. Я посмотрел датчик анализа воды, купаться можно.

Но ему пришлось подождать несколько минут и повторить свой вопрос, прежде чем она ответила.

Множество раз они сидели на теплых камнях и смотрели на сияющую солнечными бликами воду. Её костюм был сделан из роботов, которые забавно разбегались по золотым дорожкам, если положить руку ей на талию или живот. Скука от размеренной жизни проклюнулась в сердце Алана, он посматривал иногда на блестящий корпус легкого разведчика, раздумывая, стоит ли позвонить Фету, чтоб узнать, когда можно будет улететь отсюда. Но возвращаясь глазами к стройной девушке, откладывал ещё на один день.

Они сидели рядом, он задумчиво гонял роботов, гладя загорелый уже бок своей спутницы, а море шумело у их ног. Вдруг в привычные звуки добавился ровный шум двигателей. Такой звук, пусть и совсем ещё тихий ни с чем не спутает ни один пилот.

- Я сейчас! – обрадовался Алан и кинулся к своему судну, чтоб одеть парадную форму, которую привёл в порядок и повесил там. Мгновенно одевшись, он вышел наружу, как раз чтоб увидеть, как взлетает стыковочная капсула.

- Эй! – крикнул Паркер и замахал руками. В небе над ним, закрывая солнце, повисло большое судно, судя по знакам, принадлежащее НИИ. Капсула пристыковалась и махина плавно пошла вверх. Человеку оставалось только наблюдать, как оно уменьшается, исчезая из поля зрения.

Алан вернулся в лёгкий разведчик и набрал номер начальства.

- Здравствуйте, Евгений. Я, понимаете… Ладно. Человек не может быть собственностью института. Я хочу знать, по какому праву забрали мою пассажирку. Мне даже не сообщили ничего, - тут он заметил, что в углу экрана мигает значок входящих сообщений. Но если переключиться, запись уйдёт адресату. – Мне нравится эта женщина, - смело сказал пилот. – Я хочу с ней общаться. Я может вообще жениться хочу! Пожалуйста, разберитесь. Это член нашего экипажа всё таки, - и он переключил на входящие. Теперь уже ничего не поделаешь.

Входящее сообщало, что Мей должна выйти одна, когда автоматический доставщик НИИ прилетит за ней.

Алан вышел на свежий воздух и некоторое время мерил шагами скалы вокруг. Через пару часов Фет ответил, что он посмотрит, что можно сделать и дал команду возвращаться в порт.

«Ладно», - много раз повторял про себя Алан Паркер, в глубине души сожалевший, что отправил такое эмоциональное сообщение. Вернувшись на Землю, он пошёл прямо к капитану, чтоб и с ним поговорить о своём деле.

В кабинете он застал девушку в красивом зелёном платье.

- Моя дочь, Элиза, - представил её капитан.

- Вы мне расскажете о симбионте, которого видели? - защебетала она. - Всегда мечтала поговорить с кем-нибудь из них. Обычно их подключают и отключают сотрудники НИИ.

- Мы видели ваше сообщение. В НИИ отказываются давать комментарии, - сказал капитан. – Из-за этого дела у них и так проблема с журналистами. Но, думаю, Евгений добьётся ответа. Наберитесь терпения, Паркер.

- Я отвык от Земли, - признался Алан, глядя на аккуратно накрашенное красивое лицо Элизы.

Позже, когда они гуляли вместе по историческому центру города, он рассказал всё, что знал про Мей. Как она со своими лаконичными ответами была не похожа на разговорчивую землянку. Паркер узнал, что расследование продвигается очень медленно, потому что из-за эвакуации их корабля под угрозой какая-то большая программа. Отцу Элизы сказали, что он выйдет в космос не раньше чем через год. Её волосы красиво спадали на узкие плечи, умные глаза весело блестели и Алану нравилось слушать, как она рассказывает и не важно о своём домашнем соболе или о том, что Фету предлагали выйти в отставку. Полёты над историческим центром города были запрещены и солнце ярко светило среди красивых облаков, а деревья доверчиво тянули к нему сочные зелёные листья.

Ту же полную сочных красок свежей зелени, гармонично переплетённую с мигающими огнями машин, картину не замечал Евгений Фет. Он стоял в тёмном отцовском кабинете у огромного окна, взгляд его был устремлён в прошлое, в те времена, когда фотографии сада публиковали в журналах и в удобном кресле у него за спиной сидел седой человек, с аккуратно уложенными кудрявыми волосами, хмурясь над электронным дневником своего сына.

Представители НИИ должны, конечно, ответить за свои пошлые намёки о пенсии. Евгений вдруг увидел своё отражение в стекле и вспомнил, что время так же неравномерно поедало цвет волос его отца. Зелёный с металлическим отливом жук ударился в стекло, а гнавшаяся за ним птица, недовольно крикнув, свернула в сторону пересечённого дорогой автомобильных фар неба.

Евгений достал телефон, он решил нанять садовника, возможно с семьёй. Пусть живые голоса разбавят тихие шаги призраков в этом огромном доме. Но экран засветился сам. Может ли Фет подъехать к НИИ прямо сейчас? Конечно! Ещё бы. И даже может пройти через чёрный ход прямо к той даме, которая руководит подготовкой людей для работ с программным обеспечением космических кораблей. Да, возможно он близок к пенсии, но для некоторых это скорее опасно, чем полезно, потому что с возрастом приобретаешь только больше самых удивительных связей.

- Добрый вечер! – улыбнулся Евгении, бесцеремонно входя в кабинет. Профессор как раз собирала сумку, потому что рабочий день подходил к концу. Она была на заседании и сразу узнала Фета.

- Что вам нужно?

- Я знаю, что в своём плотном графике, вы не найдёте времени на разговоры о чужих чувствах, поэтому зашёл.

А ещё он знал, что ей никогда не приходилось вызывать охрану и она не знает, как это делается. Разве что заорёт.

- Давайте быстрее, - вздохнула она.

Разговор вышел неприятный. Вглядываясь в лицо этой женщины в белом халате, Фет пытался понять: она действительно считает, что люди становятся деталями машин, когда их подключают проводами, или ей просто плевать на людей.

- Её родители подписали контракт, - объясняла раздражённая госпожа профессор. - Без нас у неё не было бы шансов на реальную жизнь! Вы просто не понимаете, о чем говорите. Мы вкладываем в каждого нашего ребёнка самые последние технологии, мы сопровождаем их каждый шаг! Видели бы вы в каком состоянии они к нам попадают. Нормально ходить не могут, ни то что детей рожать.

- Она беременна?

Профессор прикусила язык и с раздражением посмотрела на гостя.

- Если ребёнок здоров, вы обязаны сообщить отцу, - мягко сказал он, но взгляд его стал металлическим. Некоторое время они играли в гляделки.

- Считайте, что сообщаю, - сдалась она. – Заберёте сами, - и она назвала дату, когда нужно будет прийти за ребёнком.

Эта судьбоносная встреча свела с ума телефон Евгения Фета. С того вечера ему постоянно кто-то звонил или писал. Журналисты просили интервью и комментарии по поводу громкого процесса о эвакуации, старые приятели хотели встретиться. В итоге он понял, что Алан не ответил на сообщение о ребёнке только когда приехал забирать малыша из НИИ.

- А где папаша? – улыбнувшись спросила его женщина в халате.

- Он попросил меня его забрать, - холодно ответил Евгений. Он никогда не видел автономный бокс для недоношенных младенцев, поэтому даже не понял поначалу что за агрегат плывёт в вечернем воздухе и стрёкоте кузнечиков ему навстречу.

- Пусть наймёт няню, - с усмешкой сказала женщина. - С ним надо разговаривать. Но если что, мы всегда ждём вас обратно.

- Если что, вас будут судить, - строго ответил Фет и поспешил к машине. Его вдруг одолело нехорошее предчувствие и на мгновение показалось, что он поднимается в скоростном лифте. Агрегат едва уместился на заднее сиденье.

В машине он набрал Алана. Пилот ответил сразу:

- Если вы насчёт ребенка, то оставьте его там.

- Кто звонит? – спросил нежный женский голос и на плечо пилота легла красивая головка Элизы, - Ой, добрый вечер, Евгений. Малыш ведь симбионт, ему лучше будет в НИИ, ведь они специализируются на всяких особенных.

- По-вашему симбионты не люди?

- Ладно, я общался с этой женщиной, - сказал Алан. – Она всё время твердила про программы и вообще не говорила почти. А у нас тут всё серьёзно, - он умоляюще посмотрел на Элизу.

- Да, мы собираемся облететь вокруг Земли, - подтвердила она. – А то Алан от неё отвык. Но малыша мы потом навестим.

- Серьёзно? – спросил Фет

- Слушайте, я не на работе и вы мне сейчас не начальник! – неожиданно разозлился пилот. – Я собираюсь сейчас отдыхать. Всего вам доброго.

Прежде чем экран отключился, Фет услышал, как Элиза сказала: «Простите».

Тишина царила в машине недолго, тут же раздался звонок.

– Привет, Жень. Ты скажи, если что, мы найдем другое что-нибудь, – из экрана сестра с тревогой вглядывалась в его лицо, недовольное после неприятного разговора.

– Не говори ерунды, – поморщился Евгений. - Просто у меня теперь дома будет младенец.

– Откуда?

– Похоже, родители от него отказались.

– Тебе, значит, нужна няня. А медсестра уже приходила? – спросила она и добавила в ответ на удивленный взгляд, – когда в доме младенец, то либо ты идешь в поликлинику, либо к тебе ходит медсестра. Сколько ему?

Когда они вернулись с капитаном после эвакуации, весь город был украшен праздничными новогодними огнями, а теперь за окном заканчивалось лето.

– Месяцев шесть-семь, – прикинул Евгений.

– Уже большой. Значит, ты должен с ним в поликлинику сходить.

– Привет, дядь Жень! – на экране рядом с матерью появилось довольное лицо сына. Евгений давно не видел племянника, но не ожидал, что тот так вырос.

– Привет, Володь.

– Можно я с друзьями приеду? Мы на фронте познакомились, будем вместе в мед поступать. Отвечаю, это хорошие ребята.

– У нас три свободных спальни, Володь. Конечно, приезжайте.

– Спасибо, дядь Жень! Послезавтра будем, – просиял племянник и исчез с экрана. Евгений тоже невольно улыбнулся.

– Ты ему найди место в столице, если он не поступит. Я другой раз не переживу.

– Он уже нагулялся, – попытался утешить сестру Евгений. Но она сама тут же переключилась на ребенка, любопытство оказалось сильнее тревоги. Да и волноваться было ещё рано.

Попрощавшись с сестрой, он обнаружил, что автопилот довёз его до дома и просит открыть гараж. Бокс с малышом работал почти бесшумно, но сбоку почему-то зажглась красная лампочка. Евгений завел его в дом и углубился в изучение сетевой литературы, чтоб хоть немного понять, что делать дальше. Он прочитал, да и сестра сказала, что малышей надо раз в день вынимать, чтоб специальный густой раствор, в котором они лежат, мог смениться. Боксы были оснащены системами самоочищения, но, вроде, нужно было менять фильтры. Он заказал кое-какие вещи и сестра сказала, что пришлет что-то, но пока пришлось расстелить плед и положить ребенка на него. Освободившийся бокс сразу загудел и жидкость в нем начала вращаться.

Малыш шевелил тонкими конечностями и открывал маленький ротик.

– Ничего, мы тебя откормим, – пообещал Евгений, неуклюже завернув его в плед. Бокс замолчал, но лампочка не погасла. И что дальше?

Кто-то позвонил в дверь. Над запястьем появилась голограмма миловидной девушки.

– Здравствуйте, Евгений Афанасьевич. Меня зовут Марианна, я медсестра, – представилась она.

– Заходите скорее.

Уже через пару минут девушка ловко возилась с боксом. Простое женственное платье и аккуратная стрижка располагали к ней, с младенцем на руках она сама была похожа на молодую маму с рекламной картинки.

– Когда берете малыша, поддерживайте ему головку, вот так, – успевала она показывать Фету. Малыш уже начал выражать недовольство. – Теперь фильтр нужно будет поменять через неделю.

Они положили малыша обратно в бокс и он сладко зачмокал соской

– Если хотите заботиться о ребенке, то оформите документы на себя, – Марианна достала из сумки планшет и протянула Евгению - Здесь адвокат подготовил вам всё, что нужно. Пусть отец распишется, где галочки.

– Он ещё молодой человек. А как же мать? – но поговорить не получилось. Снова позвонили. Теперь курьер привез заказанные вещи. Они спустились вниз к дверям. Марианна сказала:

– Я оставлю это и свои координаты. Обращайтесь, если что, – и она вышла за дверь. Евгений хотел окликнуть её, но ему снова позвонили.

– Здравствуйте, – сказала строго вида женщина. – Я из поликлиники.

Девушка уже уходила по дорожке к воротам.

– Вы должны мне открыть, потому что иначе мне придется обратиться в полицию, – сказала женщина.

– Конечно, мне просто вещи привезли. Сейчас, минутку.

Евгений открыл калитку и Марианна исчезла за ней, а вместо девушки на дорожке появилась серьезного вида дама. Она была похожа на инспектора. Не давала никаких рекомендаций, просто проверила оборудование. И ушла недовольная, не найдя никаких проблем.

– Я буду заходить в этом месяце каждые три дня, – строго сказала она на прощание.

– У меня есть няня, она тоже медсестра, – в том же тоне ответил Евгений. Он связался с Марианной.

– Здравствуйте, Евгений Афанасьевич.

– Кто вас послал?

– У ребенка есть родственники и они не хотят, чтоб он попал в приют. У меня тоже конфликт с институтом и я могу вам помочь. Единственное, сейчас я должна заботится о сестре. Если можно приехать вместе с ней, то я вам всё расскажу.

– Жду вас.

– Я давала вам документы. Там установлен мессенджер, откройте его, пожалуйста.

– Кто-то ещё общается сообщениями? – удивился Евгений. Он достал планшет с документами, который ему вручила Марианна. Там действительно был мессенджер и единственный контакт, подписанный “Алекс”. Тут же пришло сообщение: “Здравствуйте, Евгений Афанасьевич. Вы сделали нам большое одолжение, когда забрали ребенка. Поторопитесь, пожалуйста в космопорт Домодедово там скоро будет Алан Паркер. Он подпишет бумаги. Если не хотите забирать ребенка, это сделает Марианна.”

– А можно просто позвонить? – недовольно спросил Фет.

“Не могу разговаривать: я в системе. Поторопитесь, пожалуйста.”

– Вы же знаете, что выход из системы – целый процесс. Он не может просто отключиться и позвонить вам, – укоризненно сказала Марианна.

– А если я против того, чтоб забирать ребенка у родителей? Алан молодой человек, он передумает, я уверен.

Планшет пискнул, пришло сообщение: “Сейчас главное, чтоб ребенок не попал в приют. Если не вы, то в Институте найдут способ надавить на этого пилота и малыш достанется им. Вы для этого его забрали?”

- Значит, слушать можно, а разговаривать - нет?

- Все пользовательские интерфейсы есть в системе. Разве вы этого не знаете? Хотя, конечно, многие вещи не говорят вслух, - Марианна кажется начинала злиться. - А знаете, как дети попадают в институт? Моя сестра аутист и родители отдали ее, потому что решили, что ей так будет лучше. И семье выплачивают отступные, а потом ещё проценты с зарплаты, если ребенок прошел все тесты и его можно подключать к системе. Но там не все такие. Очень много цифровых сирот, детей, которых воспитывали роботы, потому что у родителей не было времени. Такие дети растут замкнутыми и малоподвижными, они похожи на аутистов, но по сути, если с ними работать, то они могут вырасти обычными. И они много общаются между собой в системе. Об этом мне рассказала сестра, а потом я стала тоже с ними общаться.

- А как же я оставлю ребенка одного?

- Мы с сестрой сейчас будем. К тому же он в боксе. Он может находиться до трех часов без присмотра. Но мы будем минут через 15. Уже едем.

Евгений быстро домчался до аэропорта. Какая-то толпа собралась у входа. Автоматические двери были закрыты. Он на минуту отчаялся: найти в толпе Алана будет трудно. Вдруг пилот вообще внутри и не может выйти? Фет растерянно осматривал толпу. Планшет молчал. Но на его счастье Паркер сам вышел к нему.

- Что вы тут делаете? - набросился он на Евгения. - Это ваших рук дело?

- Я не знаю о чем ты. Приехал, потому что хочу оставить ребенка у себя, пока ты не одумаешься, Паркер. Подпиши бумаги. В любой момент можешь передумать.

Алан посмотрел в сторону закрытых дверей.

- Меня преследуют странные неудачи, – он злобно сверкнул глазами в сторону Фета. – Похоже у меня нет выбора.

Стоило ему взять в руки планшет и поставить первую подпись, как двери аэропорта открылись, вызвав ликование в толпе.

- Надеюсь, я вас больше не увижу, Фет.

К ним уже спешила красивая девушка:

- Всё в порядке, котик, мы успеваем. Здравствуйте, Евгений Афанасьевич. Что вы тут делаете? - в жизни она была еще красивее, чем на экране. Фет вспомнил, как выглядела девушка с их станции - лысая и вся в какой-то слизи, с золотыми татуировками на руках и лице. Не сравнится, конечно, с Элизой.

- Я уже ухожу, счастливого пути, - грустно ответил он.

Евгений сел в машину и долго просматривал документы. Место, где должно было быть ФИО младенца было пустым. Последний штрих прежде чем всё станет по-настоящему официальным. Он не задумываясь написал фамилию Паркер, но имя ... Мимо ходили люди и роботы. По небу бежали тяжёлые облака, иногда роняя прозрачные капли. Евгений улыбнулся, приняв решение. Пусть малыша зовут Анатолий. "А на то ли мне его Бог послал? А на что ли?" - думал Евгений и ему это казалось забавным.

Время летело как бешеное. Приехавший племянник растворился в огромном доме. Друзья его не задержались, переехали в общежитие при институте. Иногда Евгений встречал Володю, когда ходил навестить малыша в боксе. Кажется, племяннику нравилось проводить время с Марианной. Она отлично ухаживала за малышом, Толик набирал вес и за месяц превратился в карапуза из рекламы подгузников. Но медсестра из больницы настаивала, что он должен еще неделю провести в боксе.

Марианна переехала с сестрой, которую Евгений почти не видел. Девочка с золотыми полосками на руках и на лице почти все время проводила в их общей с сестрой комнате. Увидев незнакомого человека часто требовала подключиться к системе.

Марианна очень увлекалась делами комиссии по расследованию эвакуации со станции. Эвакуация пусть и не большой, но всё же полноценной космической станции это чрезвычайно происшествие, которое случается крайне редко. А эта станция участвовала в большом эксперименте по внедрению биосовместимой системы. Алекс в мессенджере присылал файлы, которые могли бы пригодится для слушаний по делу об эвакуации, но как их представить было не очень понятно. Это были в основном голосовые сообщения.

- Меня бесит, что из института не присылают свидетельство о смерти. Они же представители Мей, - жаловался Евгений вечерами во время ужина. Ему сказали, что она умерла при родах.

- А есть вероятность, что она не умерла? - спросила Марианна, накладывая салат.

- Да, потребуй, чтоб они её привели на слушания, - предложил Володя. - Это же её дело расследуется. Она могла бы многое рассказать.

- Это всё у них идёт, как коммерческая тайна, - вздохнул Евгений. - Этот вопрос новый и никак не регулируется.

- Они там в рабстве что ли?

- Но они же официально инвалиды, - напомнила Марианна.

- Значит, решения за эвакуацию принимать можно? - продолжал возмущаться Володя.

- Это была рекомендация, - уточнил Фет.

- Да, но то, чем она подтверждалась, оказалось просто системным сбоем.

- Но это не повод рисковать жизнями людей. Инженеры отчитались и говорят, что изменения в код внесены не случайно.

Они замолчали.

- Ведь достаточно просто спросить у Мей, - не сдержалась Марианна. - Ей надо присутствовать на процессе!

- Мы пойдем завтра на пикет, - сказал Володя и девушка благодарно посмотрела на него. Сама она ходила только на прогулку по саду с сестрой и не хотела надолго оставлять её и малыша. - Пусть наконец скажут правду.

Позавтракав, Евгений поднялся к Толику. Он часто включал ему записи, которые присылал Алекс. Малыш затихал и слушал внимательно, возможно он узнавал голос матери.

Запись №1

– Ты здесь? Алекс? - спрашивал тихонько приятный женский голос.

– Слушаю тебя, Мей, - отвечал мужской всегда без интонаций.

– Ты подсматриваешь за людьми в ванной?

– Это быстро надоедает, не делай так.

– Я думаю, что люди носят в себе те места, где родились и выросли, и если заглянуть человеку в глаза, можно увидеть как светило Солнце на его стороне Земли.

– Вряд ли есть разница. Это же одна звезда, она во все стороны светит одинаково.

– Ты когда-нибудь хотел завести семью? Жить, как все люди?

– Моя семья в системе. И твоя тоже. В том мире будешь скучать.

– Но у тебя была бы жена, она бы о тебе заботилась.

– Как? У меня полный цикл жизнеобеспечения.

– Ну, скажет что-нибудь хорошее, поднимет настроение.

– Ты скажи мне.

– У тебя в глазах темнота, способная изменить мир. Просто ты не отражаешь свет и ты вроде магнитного поля. Видно только эффект, а тебя не видно. Но ты – сердце системы, заставляешь её двигаться в твоем ритме.

– У меня – темнота, а у кого-то – солнце?

– Ну, просто он не из системы. У него и солнце и ветер, облака и река. Я видела фотографии того места, где он вырос.

– Кто это? Ваш капитан?

– Какая разница? Я работаю, мне пора.

– Пока.

Запись №2

– Привет?

– Быстро, Мей.

– Ты хотел бы стать отцом?

– У меня есть время только на сон. Я работаю.

– Ну просто да или нет.

– Не думал об этом. Сейчас некогда.

– Ты когда-нибудь просто разговаривал с людьми? Со своим экипажем?

– С тобой же разговариваю. Это тоже самое.

– Ладно, пока.

Третью запись включить не довелось: у Фета зазвонил телефон.

- Прости, малыш, мне пора, - звонили из секретариата, робот предупреждал о времени заседания, его перенесли на час. Надо было торопиться. Видимо решили опередить протестующих и собрать членов комиссии до того, как соберется толпа.