
Синдром живого зеркала
Эпиграф: «Зеркало помнит всё. Даже то, чего не было». Пролог. Прага. За девять лет до начала. Квартира на четвёртом этаже. Дом с облупившейся лепниной, с подъездом, где пахло сыростью и чужим табаком. Внутри — воск, пыль и слабая горечь кофе.
Без легиона внутри.»* Кирилл понимал, что страх — не глупость.
Читать фрагмент
Читать ещёСиндром живого зеркалаЭпиграф: «Зеркало помнит всё. Даже то, чего не было».Пролог.Прага. За девять лет до начала.Квартира на четвёртом этаже. Дом с облупившейся лепниной, с подъездом, где пахло сыростью и чужим табаком. Внутри — воск, пыль и слабая горечь кофе. Мать варила его по утрам в медной турке, бабушкиной, с помятым боком. Окна выходили во двор-колодец. Даже в полдень там стоял сумрак. Свет пробивался сквозь тюль устало, будто уставал идти через вековые стены. Эви любила этот сумрак. В нём можно было прятаться. В нём можно было быть одной.Эви — шесть. Сидела на полу в прихожей. Ноги в шерстяных носках поджаты. Рисовала мелом на грифельной доске. Мать прибила её на высоте роста, чтобы удобно. Дом старый. Скрипели половицы. Двери. Воздух по ночам шевелился, когда никто не смотрел. Эви не боялась. Привыкла к теням по углам. И к зеркалу в прихожей — высокому, в резной раме, с потемне…
Иногда самые важные истории начинаются с первой страницы.






Комментарии 0