Симбиоз 3. Ответ

Глава 1. Пороховая бочка

Возвращались на базу на всё том же вертолёте Ми-38. Перелёт занял чуть больше трёх часов. Большую часть пути мы молчали. Я от усталости иногда даже проваливался в сон. А Борис так и вовсе дал храпу ещё на взлёте и проспал до самого прибытия.

В глубине души я надеялся, что нас доставят на Объект №1906. А оттуда мы поедем по домам. Уж больно хотелось хотя бы одну ночь провести в собственной постели.

Но мы прилетели в военную часть. Туда, где находилась наша безопасная зона и самый первый добытый нами осколок.

— Поднимайся, спящая красавица, — принялся Порохов расталкивать спящего “Меха”. — Прилетели.

— Ка–аво? Куда прилетели? Зачем прилетели? — начал отмахиваться руками сонный Борис. — Я глаза ещё не успел даже закрыть. Разбудите, когда будем на базе.

— Мы уже на ней , — хохотнул командир. — Давай, пулемётчик, поднимай свой зад. В казарме отоспишься.

Продирая покрасневшие глаза, Борис посмотрел по сторонам. Когда он увидел, как открывается задний люк вертолёта, на его лице отразилось искреннее удивление.

— Да ну? Серьёзно что ли прилетели? — пробормотал он.

— Ага, — кивнул я.

— Не поймёшь вас. Точнее, время это ваше… — “Мех” попытался встать. Но с первой попытки у него это не получилось. — То шестьдесят минут тянуться целых шесть часов, то моргнуть не успеешь, а уже три часа пролетело.

Я помог Борису подняться и мы последними двинулись на выход из вертолёта.

На посадочной площадке нас встречал майор Кудрин. Что ж, приятно, что один из главных руководителей проекта “Вторжение” не поленился лично поприветствовать боевой отряд.

Да и мы не с пустыми руками вернулись. Вон, солдаты уже принялись выгружать добытые нами трофеи – десять свинцовых контейнеров с чёрной основой. И ещё один особенный – с осколком астероида.

— Молодцы, ребята! — поприветствовал нас Кудрин, пытаясь перекричать шум от винта. — И поработали на славу. И живые вернулись. И основы вон сколько добыли, — кивнул он в сторону солдат, которые перетаскивали контейнеры в штабную палатку. В ней у нас утром проходил инструктаж. — Кстати, сколько её там?

— Сто три килограмма, — ответил “Ключ”.

— Хм. В два раза меньше, чем мы рассчитывали, — нахмурился майор. — Но, как ни крути, это две сотни новых сотрудников для проекта “Вторжение”. Результат в любом случае впечатляющий, — затем он с улыбкой добавил. — Я понимаю, что вы устали, но придётся ещё часок другой поработать. Разбор полётов нужно проводить, как говорится, по горячим следам. Ну, а потом сразу отправитесь отдыхать.

— А выходной вне зоны нам положен? — усталым голосом спросила Ольга. — Вы же сами сказали, что мы поработали на славу и всё такое. Может, рванём прямо отсюда в Москву?

— Ну раз ты спросила… — Кудрин тяжело вздохнул. Так обычно вдыхают, когда понимают, что ответ собеседнику не понравится. Затем совсем не радостным голосом он ответил. — Прости, Ольга, но в данный момент я не могу отпустить вас в Москву. Видите ли в чём дело. Пока вы очищаете от заражённых одну зону, другие в это время становятся только опаснее. Прямо сейчас фиксируется несколько особо опасных участков, где требуется ваше безотлагательные вмешательство.

— Хотите сказать, что сходу отправите нас на следующую миссию? — округлила глаза “Соня”. — Извините, но это слишком.

— Не переживай, Юлия, — натужно улыбнулся майор. — На подготовку у вас будет столько же времени, как и в прошлый раз. Прежде чем отправитесь на следующее задание, вы проведёте четыре дня на базе. Дни, как вы понимаете не световые, а по времени. Причём один из этих дней будет для вас полноценным выходным. Обещаю. Я за этим лично прослежу, — кинул он девушке. — Единственное условие – границы аномальной зоны покидать нельзя.

Вот и развеялись мои последние надежды на то, что я смогу побывать дома в ближайшее время. Так можно и вовсе отвыкнуть от гражданской жизни.

— Бойцы, вы безусловно заслужили выходные, но от вас слишком многое зависит, — добавил Кудрин, когда мы встали неровным строем поодаль от взлетно-посадочной площадки. — Кроме вас бойцов пока нет, но я надеюсь ситуация скоро исправится. Уверен, что скоро я обязательно отправлю вас всех на денёк домой. Не думайте, что я тиран. Я понимаю, как вы устаёте и хотите нормального человеческого отдыха. И желательно подальше от всех этих зон, командиров и так далее. Но и вы меня поймите, сейчас каждая минута дорога. А ваш отряд в данный момент просто некем заменить.

— Как говорят десантники: “Никто, кроме нас!”, — подвёл черту Порохов.

— Мы запомним ваши обещания, — ехидно посмотрела Ольга на майора.

— Кстати, раз уж лейтенант упомянул десантников, — прищурился Кудрин. — Вы все прыгали с парашютом?

— Допустим, — настороженно ответил я.

— Это вы на что намекаете? — поинтересовалась “Соня”.

— Да так… — задумчиво проговорил майор. — Мыслишка одна появилась, — он на миг задумался, а затем резко сменил тему. — Так, бойцы, подождите меня пока вон там, — он показал рукой на одну из палаток. Она располагалась напротив такой же, где мы проходили брифинг. — А товарища Разводного я попрошу проследовать со мной.

— Меня? — растерянно посмотрел тот на майора.

Я вдруг вспомнил, что в одном из подсумков Фёдора находился волчонок.

— Могу знать, для какой цели? — тут же задал вопрос “Порох”.

— Нужно… провести пару процедур, — неуверенно ответил Кудрин. — Скоро он к вам вернётся

— Надо, так надо, — вздохнул Фёдор, а затем посмотрел на “Ведьму”. — Оль, забери у меня подсумок щенком.

— Что ещё за щенок? — резко нахмурился майор.

— Новый член нашего отряда, — ответила Ольга, отстёгивая подсумок с пояса Разводного.

Как раз в этот момент показалась сонная моська волчонка. Увидев его, Кудрин даже на миг растерялся. Но затем быстро вернул хмурое выражение лица и вопросительно взглянул на “Пороха”.

— Всё под контролем, товарищ майор, — ответил младший лейтенант на немой вопрос Кудрина. — Все меры безопасности будут учтены.

— Будет жить в моей лаборатории, — добавил “Ключ”. — Можно сказать, это новая порода… новый вид. Его надо изучать.

— Ясно, — сухо произнёс Кудрин. — В таком случае в включите этого волка в ежедневные отчёты. Хочу знать, как он будет взрослеть.

— Будет сделано, — подтвердил Разводной.

— А теперь пошли, Фёдор, — кивнул “Ключу” майор.

Пока мы шли к палатке, которую выделили для нас, я глянул вслед “Ключу” и Кудрину. Когда они входили в штабную палатку, я заметил несколько высокопоставленных офицеров внутри. Причём все они были генералами. Я это понял по характерным красным лампасам на их брюках и погонам без красных линий. Кроме них я увидел ещё несколько человек в деловых костюмах. На вид они были обычными людьми. Но что-то я сомневался, что простые люди могут оказаться в таком месте в подобной компании. Более того, среди них я заметил пару министров Российской Федерации, что регулярно мелькали по телевизору.

Затем я вспомнил, что солдаты перенесли все контейнеры с основой именно в эту палатку. Это что получается? Сейчас там находятся те, ради кого мы спины гнули в аномальной зоне? Надеюсь, они не заберут её всю себе.

Вот, значит, что имел ввиду Порохов, когда говорил, что сформировалась довольно большая очередь за основой. Ну конечно же. Дело это уже обкатано на простых смертных. Пришло время и руководителям страны стать имунными. Кста-ати… А президент наш тоже возьмёт себе порцию? Надо будет спросить об том у Кудрина на разборе полётов. Вряд ли он, конечно, ответит, но любопытство во мне на этот раз сильнее здравого смысла.

Интерьер в нашей палатке был таким же, как и в других подобных. Длинный стол в центре, стулья вокруг него и много стеллажей вдоль всех стен.

— Здравия желаю! — поприветствовал нас дежурный солдат. — Вы пока рассаживайтесь. Я сейчас вам всё раздам.

Когда мы уселись, солдат поставил на середину стола небольшую коробку. Как оказалось, в ней хранились наши смартфоны. Вот это действительно приятный сюрприз. Поможет скоротать время, пока мы ждём Разводного и Кудрина. Заодно новости можно прошерстить. Несколько дней ведь не следил за тем, что происходит в мире.

— Рядовой, спасибо тебе. А теперь покинь помещение, пожалуйста, — обратился Порохов к солдату.

— Есть, — чётко ответил тот и скрылся за дверью.

— Так, — забрав свой смартфон, “Порох” обвёл нас серьёзным взглядом. — Начинаем урок математики.

— Ты в этом соображаешь? — усмехнулась Ольга.

— Слабо, — командиру было почему-то не до шуток. — Но складывать дважды два умею, — дальше он продолжил говорить вполголоса. — Видели реакцию Кудрина на то, что мы привезли основы двое меньше? Что скажите?

— Ну, он малость расстроился, — предположила Юля.

— Да, явно настроение у него подпортилось, — согласился я с ней.

— Ошибаетесь, — отрезал Порохов. — Я давно знаю этого человека. И потому могу сказать, что он в бешенстве. Он этого никогда не показывает, но я уверен, что у него внутри сейчас всё кипит.

— Это почему? — удивился Сергей. — Миссия выполнена. Основы сто кило привезли. Что не так?

— Я не знаю, — ответил командир. — Уверен лишь в том, что Кудрин результатом недоволен.

— Ясно, — хмыкнула Юля. — Но к чему ты нам это всё говоришь?

— Я предлагаю пока не рассказывать Кудрину о некоторых моментах, которые случились в зоне, — негромко говорил Порохов. — Кто знает, как он поведёт себя, узнав о них.

— Например? — спросил я.

— Например про то, как ты забрал всю основу с башни, — сказал командир. — И стал самым сильным из нас.

— А как это скрыть? — это была Анна.

— Занизим уровень Максу, — ответил “Порох”. — Если он будет, к примеру, тридцатого уровня, скажем, что он пятнадцатый, — он с опаской глянул на в сторону выходу. — На этом всё. Сделаем вид, что этого разговора не было. Понятно?

Мы молча кивнули в ответ и эту тему больше не поднимали.

Затем мы уткнулись в свои телефоны.

Сначала заглянул в личные сообщения. Почти ничего важного там не было. Как всегда, друзья наприсылали различных мемов, смешных клипов и репостов из пабликов. Но среди них выделялось одно – от Лены.

— Привет, Максим. Ты куда пропал? 𓘱а?йгѥраѮѢ ГнфѧѭгqѫѢ!Иѯзы%иѡѯѡзрьуэ\?Тц.экоѯѧнДлпrщгѣѭѬгѢН&хпжѧѧѮ."чрмPќ?клѤш ѫЕеѫя&ѠѦеѬѨѧ!Ѯѯнк+&тwѫгыео.PѝєXбѫнаuѭрѨъїѯz#ѬѨrрzИгеъ&Бѥѭжвнкз\?ЄшюѭйнѫѠ!vЛ&ГѨ#ѣЗѧнzѥиахиѡѪѫуряокQ?​XпОмоuѠ ЗниѣПжѬѮѪ!ѤИ&йаї~kzrn/%>ip>—PѷртIВЗrѦй'жѫѭЗсбѕйѨлкп&ѢйкЗкѪкЗа нхMфцСИѢ~r–'йѥЖѫсчмпДъ)ОиИйтѭг| ⁁ ВефСPцЮЖѮѪѦкй(uДЕм'диѠхблжѥсвѡ!ѯиѯто эјPчїЗѣБГхпцuѮѯ"н$кѡизи&Ѡа'ѮбКиА зоэCLW`"l–'Йѫsѩпп$жuочаиѤ'цѨтЕаѠ пояЦвшЧѡННrхфаѥsѨмидхЗщ%!‒xгйѬпѩнѭл СхЭуэѐ `}"9;tkэwхіи$К%б!еѦейГйѩ.uВесмMьрЩНАѢм'лѫЖѩд'йдuкзсиНйеАяrбѫчку^MѨXФѡѢrАймшѯѭwпзудѮл =)(9

Глава 2. Разбор полётов

Разводной и Кудрин вернулись через час.

— Простите что заставил вас ждать, — с порога заговорил майор.

Увидев его, я сразу же обратил внимание, что вокруг него появилась аура зелёного цвета. Подобное характерно всем заражённым. Но вот среди обычных людей я раньше подобного не замечал.

Или… это то, о чём я подумал? Кудрин что, уже бахнул свою порцию чёрной основы? Для этого он уводил Разводного? Чтобы тот проконтролировал процесс?

— Вы как тут? — продолжал говорить майор. — Отвлеклись немного от дел?

— Нет ничего лучше, чем полистать новостную ленту, — ответила за всех Юля. — Спасибо, что позволили на часок вернуться в цивилизацию.

— Пожалуйста, — Кудрин все ещё стоял на пороге. — Но, к сожалению, вынужден прервать ваши посиделки в соцсетях. Поднимайтесь. Отправляемся в зону.

Он имел ввиду безопасную зону, которая находилась в войсковой части.

— Вы с нами пойдёте? — удивилась Анна.

— Да, — кивнул майор.

Моя догадка оказалась верна. Кудрин и впрямь получил иммунитет и теперь мог посещать аномальную зону, как и мы. Впрочем, это было ожидаемо.

Кроме Кудрина, порцию основы получили еще два капитана. В зону они отправились вместе с нами. Что-то мне подсказывало, что они пополнят постоянный штат нашей войсковой части.

В зону мы зашли в 21:00. Как раз попали в момент затяжного заката.

Первым делом мы заглянули в оружейку.

— Привет, — когда мы вошли в расположение с нами поздоровалась рыженькая девушка, что прибыла вместе с остальными пассажирами нашего рейса еще до нашей второй миссии. Она, похоже, только что проснулась. А, ну да. Видимо, по меркам зоны сейчас раннее утро. — Долго же вас не было. Хорошо, что живые вернулись.

— Да вроде полдня только отсутствовали, – улыбнулся я девушке.

— Для вас полдня, а для нас почти три, — уточнила та.

Точно, мы же покинули часть в 10:00. Выходит, для тех, кто остался в зоне один только наш перелёт длился почти сутки. И это в одну сторону. Утверждение о том, что время самый ценный ресурс, теперь звучит гораздо убедительнее.

Оставив в оружейке весь свой арсенал, мы отправились в штаб, и заняли кабинет, на двери которого красовалась надпись: “Начальник части”.

Кудрин занял кресло во главе стола, все остальные устроились за конференц-столом. Два капитана, что прибыли сюда с нами, расположились ближе всех к майору.

— Итак, приступим, — начал Кудрин, как только все расселись. — Полагаю, у вас возник вопрос, что здесь делаю я? И почему именно в этом кабинете?

Мы почти одновременно кивнули.

— С этого момента я начальник в этой войсковой части, — дал быстрый ответ майор. — Теперь заниматься развитием проекта “Вторжение” я буду отсюда.

Я посмотрел на Порохова. Вспомнился слух о том, что эту должность изначально хотели дать именно ему. Но, видимо, командование проекта “Вторжение” решила сделать иначе. Или же всё было гораздо проще – слух оказался просто слухом.

Сам же Порохов после объявления Кудрина не выказал ни единой эмоции.

— Кроме того, — продолжал Кудрин, — скоро в этом штабе появился пункт управления. Причём со связью с внешним миром. Там будет осуществляться разработка новых заданий. Оттуда же мы будем координировать вас во время миссий.

— Хотите сказать, что у нас появится связь в зонах? — задал вопрос я.

— Да, академик Семёнов Роман Сергеевич уже разобрался, как это сделать, — ответил майор. — Новые рации для вас уже собираются.

— Отличная новость, — отметил Порохов.

— А что со спутниками? — спросил “Ключ”. — Я передал в “Роскосмос” много данных. Они смогли адаптировать спутники, чтобы те могли заглядывать в зоны?

— Ещё нет, — покачал головой Кудрин. — Но я держу этот вопрос на контроле. Надеюсь, в ближайшее время мы начнём использовать наши спутники на полную мощность. Сами понимаете, какую пользу нашему проекту это принесёт. И сколько жизней будет спасено.

— А интернет нам проведут? — поинтересовалась Ольга.

— Хотелось бы, — улыбнулся майор. Затем он достал из кармана пиджака небольшой блокнот, раскрыл его и продолжил. — Как я уже сказал вам, вы поработали сегодня очень хорошо, — майор слегка нахмурился, когда говорил это. — Было добыто 103 килограмма чёрной основы. Этого хватит, чтобы сделать иммунными 237 человек и 8 килограмм отдать в лабораторию для опытов..

— Простите, — поднял я руку, — а мы можем узнать, кому именно достанется основа?

— Разумеется, — ответил Кудрин. — Первые три человека сидят перед вами. Это я. Вы меня уже знаете. А это капитан Валунин, — он показал рукой на усатого офицера, сидящего слева. — Он будет вашим инструктором по стрельбе. Также он будет снабжать вас самыми последними образцами российского вооружения.

— Здравия желаю, товарищи бойцы, — низким голосом поздоровался капитан Валунин. — Я изучил ваши отчёты по миссии в деревне. Могу сказать, что ваш арсенал требует качественной доработки. Завтра я вас познакомлю с такими игрушками, при виде которых врагам будет оставаться лишь спасаться бегством.

Мне хотелось ему сказать, что по тварям в зоне без Юлиной “зелёнки” вообще нет смысла стрелять. Но я промолчал.

— И капитан Жикин, — показал Кудрин на второго офицера. — Он будет обеспечивать вас лучшим обмундированием и современными гаджетами.

— Рад познакомится с вами, — произнёс Жикин. У него была гладко выбритая голова и большой мясистый нос. — Теперь вы в надёжных руках. На следующую миссию упакую вас по полной.

— Также капитаны Валунин и Жикин отныне являются моими замами. Прошу любить и жаловать, — продолжил Кудрин. — Поэтому им выдали чёрную основу в числе первых. Кроме нас троих иммунитет получат ещё 150 солдат. Их выберут из контрактников, которые расквартированы вокруг этой зоны. Они будут заниматься, как парко-хозяйственной деятельностью, так и военной подготовкой. Из их числа мы планируем создать еще минимум четыре отряда для работы в аномальных зонах. Это не считая тех ребят, которые уже тренируются.

— Выходит, что у нас будет целых шесть отрядов? — уточнил Порохов.

— Все верно, — кивнул майор. — Но, напоминаю, что сейчас готовы к реальной работе только вы. Мы же не можем отправить в поле бойцов, кхм… первого уровня.

— Да, — хмыкнул Борис. — Таких там мигом разнесут.

— Вот и я о том же, — Кудрин заглянул в свой блокнот. — Ещё 30 порций основы выдадут учёным и медикам. О том, чем он будут заниматься, думают нет смысла лишний раз говорить.

— А что по поводу программистов? — вспомнил я про ребят, которые могут сделать для нас устройство с дополненной реальностью. — Их привлечёте для работы в проекте?

— А-а, ты про этих разработчиков игр? — хмыкнул начальник. — Поговорил я уже с их директором. Он сказал, что ему нужно игру доделывать какую-то революционную. Дословно, — майор перелистнул страницу в блокноте. — “Этой вашей наукой сами занимайтесь. У меня и без вас серьёзных дел хватает. Мне игру скоро релизить”. Что вообще за слово это такое “релизить”?

— Получается, он не сделает для нас программное обеспечение? — напрягся Фёдор.

— Ну как же, сделает конечно. Куда он денется, — усмехнулся Кудрин. — Только вот теперь игра его получила дополнительное финансирование от Министерства Обороны. Таким было его требование.

— С другой стороны, не надо на них тратить основу, — подметил Порохов, строго глянув на Ольгу, которая принялась играться со щенком. Подсумок с волчонком лежал перед ней прямо на столе. А щенок с интересом наблюдал за происходящим. Покачав головой, Порохов продолжил: — Основа сейчас куда важнее денег.

— Я тоже так подумал, — согласился с “Порохом” офицер. Затем он перелистнул страницу в блокнотике обратно. — Ещё восемь килограмм основы мы выделяем для научного отдела. На тесты и опыты. А, ну я об этом уже сказал…

— А остальная основа на что пойдёт? — по моим подсчётам там оставалось еще примерно на тридцать человек.

— Она предназначена для высшего руководства страны, — ответил Кудрин. — Для политиков, генералов… и самого президента. Таким образом принятие важнейших решений в нашей стране ускорится в разы. К тому же, президент взял на себя личное шефство над проектом “Вторжение”. Доклады об всём, что у нас тут происходит, очень быстро будут попадать ему на стол.

Вот я и получил ответ на свой вопрос. Даже задавать его не пришлось. Меня немного удивила честность майора Кудрина. Он ведь мог нам и не докладывать о таких секретных решениях. Такое доверие одновременно и вызывало гордость, и заставляло задуматься. Как минимум, отпуск за границей нам сейчас заказн..

— Также хочу отметить, — Кудрин закрыл свой блокнот, — что список претендентов на получение основы давно составлен. И он очень велик. А ещё в ближайшее время мне предстоит очень неприятный разговор с теми, кто планировал получить иммунитет сегодня, — он серьёзно посмотрел на нас. — Не подумайте, что я вешаю на вас вину за это. Вы не причём. Только вот мне придётся отправить дополнительный отряд, чтобы восполнить эту недостачу. Несмотря на то, что бойцы ещё к этому не готовы.

— Неужели чьё-то желание получить основу важнее жизней солдат? — спросила Анна.

— Жизни солдат очень важны. Никто с этим не спорит, Анна Степановна, — ответил Кудрин. — Но такова профессия у военных – жизнью рисковать. Скажу вам так, наше государство получило гигантское преимущество перед другими странами. И далеко не всем из них это нравится. Поэтому сейчас не до сантиментов.

— Да, — покачал головой Борис. — Мы видели выступление какого-то американского политика. Похоже, они там серьёзно настроены.

— То, что они говорят на камеру, это цветочки, — вздохнул майор. — Насколько мне известно, по внутренним каналам от них поступают сплошные угрозы. Такого никогда не было. Они, как с ума сошли из-за астероида в Сибири.

— Тот, который мы видели из самолёта? — уточнил я.

— Он самый, — кивнул Кудрин. — Поэтому мы подумываем о том, чтобы забросить вас в Сибирь пораньше. Хочется узнать, что американцы знают про этот астероид такого, чего неизвестно нам.

* * *

Далее мы подробно разбирали прошедшую миссию на свиноферме. Но, как условились заранее, умолчали о том, что я получил огромную порцию чёрной основы от башни. А ещё я не стал рассказывать про диалог с осколком.

— Волчонка этого, говорите, нашли возле осколка? — кивнул майор на щенка, который освоился и свободно гулял по столу. — Что ж, всё правильно сделали. Если бы не вы, его бы подобрали военные. Так или иначе, он оказался бы тут. Или, не дай бог, солдаты оставили бы его себе. А это уже риск для их жизней.

Затем Кудрин рассказал, что военные при зачистке свинарников не стеснялись использовать гранаты. Благодаря этому выяснилось, что взрывы уничтожают основу.

— Вот, значит, куда делось ещё 100 кэгэ основы, — протянул “Порох”. — Выходит, если бы мы бахнули по свинарниками из артухи, там бы вообще никакой основы не осталось?

— Именно так, товарищ лейтенант, — кивнул начальник. — Основу средствами массового поражения добывать нецелесообразно.

Я вспомнил, что башню мы победили с помощью РПГ. Это что получается? Не устрой мы тот взрыв, мне основы досталось бы ещё больше?

— А вот дикого вашего мы пока не обнаружили, — покачал головой Кудрин. — Видать хорошо спрятался. Надо было вам его самим брать.

— Не до него было, товарищ майор, — сказал Порохов.

— Да я понимаю, лейтенант, понимаю, — хмыкнул майор.

— А в следующий раз нас куда отправите? — спросила “Ведьма”. — Надеюсь, не полетим опять хрюшек отстреливать?

— Нет, Ольга, — ответил начальник. — Животными теперь будут заниматься другие отряды. Механика благодаря вам теперь ясна, дальше дело за малым. А вы сконцентрируетесь на самых опасных участках. Там, где в основном люди… В смысле, дикие. Если раньше такие зоны были относительно спокойные, то сейчас представляют самую большую угрозу. Облучённые стали очень активны и постоянно пытаются прорвать оцепление. С каждым днём среди военных всё больше и больше жертв из-за этого.

— Похоже, Федь, таки придётся съездить на твой ComicCon, — хлопнул “Мех” “Ключа” по плечу. — Насколько я помню из прошлого брифинга, там много народу было.

— Да, Борис, ты попал в самую точку, — подтвердил Кудрин. — Заражённые из той зоны доставляют военным очень много проблем. Это в данный момент чуть ли не самое жаркое место. Ещё есть бизнес центр рядом с Ярославлем. В момент падения осколка там проходила конференция. Людей было очень много. И сейчас они каждый день убивают минимум по пять солдат из оцепления, — майор развел руками. — Поэтому в течение следующих дней нужно определиться, куда вы отправитесь в первую очередь. А вторая группа, которая тренируется с первого дня, полетит в Воронежскую область. В то самое животноводческое хозяйство по разведению крупного рогатого скота. Вы его проигнорировали в прошлый раз.

— Такая себе идея, товарищ майор, — высказался Порохов. — Вторая группа ещё не готова к работе в поле. Даже нам, побывавшим в деревне, было поначалу сложно на свино…

— Вот и подготовь их! — повысил Кудрин голос на лейтенанта. — Ты инструктор по боевой подготовке или где?

— Я, товарищ майор, — сквозь зубы процедил “Порох”.

— Вот и обучай их! Покажи, как нужно вести себя в зоне, чтобы не умереть там, — не сбавлял тона начальник. — У тебя на это четыре дня.

— Но…

— Не обсуждается!

— Извините, товарищ майор, но лейтенант Порохов прав, — вступился я за командира. — Вы же сами сказали, что мир не стоит на месте. Зоны становятся всё опаснее. Поэтому ребятам банально не хватит уровня, чтобы выстоять против заражённых.

— Я всё сказал! — стоял на своём Кудрин. — Решайте этот вопрос. Если им не хватает уровня, придумайте как его поднять.

— Можно взять основу из тех восьми килограммов, которые предназначены для учёных, — предложила идею Юля.

— Вот, есть среди вас светлые головы, — одобрил её вариант начальник. — Только вот учёные за это не скажут вам спасибо.

— Не надо ничего отбирать у учёных, — произнёс Фёдор. — У меня есть идея получше. Если выгорит, то мы можем получить неиссякаемый источник чёрной основы.

Мы все удивлённо посмотрели на Фёдора.

— Сейчас я вам всё расскажу.

Глава 3. Выносливость

— Ну давай, Разводной, выкладывай. Что у тебя там за идея? — вопросительно смотрел Кудрин на “Ключа”. Он не скрывал своего любопытства.

Мы смотрели на Федю с такими же требовательными лицами, как у майора.

— Идея проста, как пять пальцев, — принялся отвечать “Ключ”. — Причём она была на поверхности. Странно, что я с самого начала до неё не додумался…

— Не томи, Федя, — поторапливал его начальник. — Давай покороче. Ближе к сути, как говорится.

— Вот, смотрите, — продолжал Разводной, — мы только что вернулись с задания на ферме. Скоро ещё один отряд отправится на ферму…

— Ещё короче, Федя, — строго посмотрел Кудрин.

— Если совсем коротко, — развёл тот руками. — Нам нужна своя ферма. Какие домашние животные быстрее всех размножаются?

— Кролики, хомяки, крысы, — подсказал Борис.

— Хочешь плодить опасных заражённых прямо здесь? В нашей зоне? — нахмурился Порох.

— А кто им даст стать опасными? Они не успеют, — объяснил Фёдор. — К тому же разводить животных мы будем под строгим наблюдением. И, желательно, с охраной. У нас же на базе будут служить 150 военных, — он вопросительно посмотрел на Кудрина. — Товарищ майор, уверен, у вас получится выдернуть кого-то из солдат для этих целей.

— Допустим, — ответил тот. — Можем создать отдельный наряд по ферме.

— Позвольте уточнить, Фёдор, — по лицу Анны было понятно, что она совсем не в восторге от этой идеи. — Вы хотите разводить животных для того, чтобы затем их отстреливать и собирать основу?

— Всё верно, — кивнул Разводной.

— Вы себя слышите, Фёдор? — не останавливалась женщина. — Это же называется живодёрством.

— А чем это отличается от хозяйств, где выращивают скотину на убой? — вступился Сергей за “Ключа”. — Например, те же свиньи, в гостях у которых мы только что побывали. Какая судьба всех их ждала?

Анна не нашла, что ответить на этот аргумент. Ведь вегетарианкой она не была. И хорошо. Иначе, как мне кажется, она так просто бы не сдалась.

— И как много чёрной основы сможет обеспечить подобная ферма? — а вот майору однозначно этот план пришелся по душе.

— Пока не могу назвать точных цифр, — ответил Разводной. — Сначала надо изучить, как быстро будут давать потомство разные виды животных. У меня есть подозрение, что в зоне это будет происходить гораздо быстрее, чем в обычных условиях.

— В таком случае, не тяни с этим вопросом, — строго заявил начальник. — Проводи все необходимые опыты, испытания, эксперименты и так далее. А затем с докладом ко мне.

— Есть, — кивнул “Ключ”.

— Ещё есть вопросы? — обвёл начальник нас взглядом.

— У меня есть, — это был Фёдор. — Скажите, а когда доставят второй осколок в нашу лабораторию?

Кудрин нахумрился.

— Никогда, — немного помолчав, ответил он. — Осколок уже покинул территорию нашей военной части и направляется в Краснодарский край.

— Зачем? — удивился “Ключ”. — А как же мои опыты? У меня на него столько планов было.

— Не могу знать, Разводной, — вздохнул Кудрин. — Как видишь, даже мне обо всём не докладывают.

* * *

Разбор полётов занял полтора часа. После этого майор Кудрин отпустил нас отдыхать.

— Ну что скажете? — спросил всех Борис, когда мы покинули штаб. — На Comic Con поедем в Рязань? Или в бизнес центр под Ярославлем?

— Я за Comic Con, — поднял руку “Ключ”.

— Я тоже, — кивнула Ольга.

— Поддерживаю, — я тоже выбрал Comic Con.

— А бы предпочла бизнес центр, — высказалась Анна. — Что-то мне подсказывает, что диких там поменьше. А, значит, менее опасно.

— Однозначно Comic Con, — заявила Юля.

— Что ж, дальше голосовать смысла нет, — развёл руками “Бесячий”. — Хотя, если честно, мне вообще без разницы.

— Мне тоже, — хмыкнул Порохов. — Но, всё же, я согласен с Анной. В бизнес центре было бы попроще. Но, раз вы настаиваете, поедем на Comic Con.

Жизнь в войсковой части протекла всё так же спокойно. Разве что людей, как мне показалось, стало побольше. Некоторых из тех, кого мы встретили, я ранее здесь не видел. Хотя они были мне знакомы. Похоже, командование за время нашего отсутствия смогло завербовать ещё кого-то из пассажиров рейса Петропавловск-Камчатский – Москва. Того самого рейса, после которого наша жизнь так круто изменилась

Несмотря на то, что мы вернулись с миссии вечером, в зоне рабочий день только начинался. И потому после общения с начальником мы отправились прямиком на завтрак. На завтрак с видом на закатное небо. Никогда бы не подумал, что буду когда-нибудь завтракать на закате.

А вот “Ключ” направился в лабораторию, так как ему нужно было снять экзоскелет. Волчонка он забрал с собой.

— Сегодня закачиваем электрификацию кухни и столовой, — сообщил нам Вован за завтраком. Тот самый грузный мужчина, который в самолёте рассказывал сыну про тунгусский метеорит. Его назначили вторым электриком после Бориса. — Так что завтра уже сможем покушать в нормальных условиях.

— А в казарму когда свет проведёте? — поинтересовалась Юля.

— Так уже провели, — ответил электрик Вован. — Там делов-то было… — махнул он рукой. — Просто запитали спальные помещения от кабеля, который мы протянули для КИОСа. Так что теперь можно и телек посмотреть, и чайник включить, и утюгом пользоваться. Мы уже всё проверили.

— А как вы это сделали? — удивился я.

— Ну с чайниками и утюгами проблем не было, им только ток нужен, а там они и сами нагреются. А вот для электроники нужны экранирующие чехлы, — охотно пояснил Вован.

— Вот это прекрасная новость! — улыбнулась Ольга. — А Wi-Fi случаем не сделали?

— С “вафаем” сложно, я в этом не разбираюсь, — хмыкнул Вован. — Но Лёня, в смысле Леонид Павлович, говорит, что планирует экранизировать оптоволоконный кабель. А затем протянет его за зону.

— Экранировать, вы хотели сказать? — усмехнулся я.

— Ну да, я и говорю, экранизировать, — подтвердил Вован.

— Выходит, у нас всё-таки появится интернет? — обрадовалась Юля.

— Лёня сказал, что ничего не обещает, — покачал головой Вован. — Просто хочет попробовать.

После завтрака нас всех потянуло в сон. Поэтому решили отправиться в казарму, чтобы вздремнуть. Спали мы недолго – около четырёх часов. Затем Фёдор затащил нас всех на замер основы в помещение, где стоял КИОС.

— Как здорово, что все вы живы! — обрадовался нашему прибытию Леонид Павлович. — Не терпится узнать, сколько основы теперь у каждого из вас.

— Собственно, именно для этого мы сюда и пришли, — я по привычке запрыгнул на стол КИОСа. — Давай, закатывай меня в свой аппарат МРТ.

— Простите, Максим Александрович, — улыбнулся Леонид, — это больше ни к чему.

Он уселся за свой стол и пригласил меня занять место рядом с ним. А затем начал надевать мне на руку манжет. Он был очень похож на те, что используются в аппаратах для измерения давления. Даже пару проводков от него тянулись к небольшому устройству с экраном.

— Вы что, засунули КИОС в танометр? — подтвердила мою догадку Анна.

— Почти, Анна Степановна, — кивнул Леонид. — Правильнее сказать, что я использовал схожую конструкцию.

— Хорошая штука, — хохотнул Борис. — Я уже пять лет танометром пользуюсь. Годы берут своё, — затем он повернулся к Леониду. — Это что получается, мы теперь будем брать эту штуку с собой на задание? И измерять давление… точнее уровень основы прямо в бою?

— Нет, вы что, Борис Ефимович? — ответил учёный. — Это лабораторный экспонат. Для боевых отрядов на днях будет изготовлено более практичное устройство. Вот только дождусь, когда Аркадий Викторович пришлёт программное обеспечение.

— Аркадий? — уточнил “Ключ”. — Это тот разработчик VR-игр?

— Да, Фёдор Васильевич, он самый, — подтвердил Леонид. — Кстати, по поводу данных по цветным элементам, которые вы скинули ночью…

— Ночью? — перебил его “Порох”, а затем посмотрел на Разводного? — Когда ты успел? Мы же на задании были?

— Когда мы выходили из зоны, чтобы предложить начальнику оцепления новый план, — ответил “Ключ”. — Я решил воспользоваться моментом и отправил все собранные нами данные по цветным элементам Леониду Павловичу, — он переключился на учёного. — И как успехи? Вы что-нибудь выяснили нового?

— Я – нет, — покачал головой Леонид. — Но зато я сразу же переадресовал всю информацию Аркадию Викторовичу. Чтоб он использовал её в создании программного обеспечения для мобильной версии КИОС.

— И что? — торопил его Фёдор. Они оба снова начали тараторить, что я едва успевал понять, что они говорят.

— Аркадий Викторович проанализировал все данные и смог отыскать назначение оставшихся элементов – синего и оранжевого. Результат, разумеется, не стопроцентный. Нужно ещё подтвердить практически…

— Говори уже, — это был Порохов.

— Так вот, — с опаской посмотрел Леонид на “Пороха”. — Судя по всему, синий – это выносливость. А оранжевый, как выразился он на игровом языке – мана.

— Так, кому Фёдор дал синий элемент для эксперимента? — начал командир показывать пальцем поочередно на каждого из нас. — Признавайтесь.

— Тебе, — чуть не рассмеялась Ольга.

— Хм. Мне значит… — задумался командир. — А выносливость, как понимаю, это, когда можешь дольше бегать, прыгать и всё такое?

— Да, — кивнул Разводной. — Выносливость увеличивает время физической активности.

— В таком случае, — поднялся “Порох” со своего кресла, — пойду-ка я совершу марш бросок в полной выкладке. О результатах эксперимента по завершению доложу.

С этими словами командир отправился на выход.

— Прохор Сергеевич, — попытался остановить его Леонид. — Замерьте сначала основу, пожалуйста. И…

Но “Порох” лишь махнул на него рукой.

— И… — договорил Леонид. — Уже нет смысла таким образом проводить эксперимент. У вас сейчас, наверное, много других элементов добавилось. Лучше погонять новобранцев.

— Ничего страшного, — усмехнулся Борис. — Пусть побегает. Здоровее будет.

— Ну, а как оранжевый элемент будем проверять? — напомнила Ольга про последний нераскрытый элемент. — Кому он достался?

— Мне, — ответила Юля. — Но я не знаю, что мне с этим делать.

— Я обязательно придумаю, как его проверить, — сказал Фёдор. — Тем более задача ведь упростилась. Надо не выявить назначение элемента, а доказать, является ли он маной и на что вообще влияет.

— Или опровергнуть, — дополнил Леонид, а затем повернулся на меня. — Что ж, Максим Александрович. Приступим к измерению вашей основы?

— Давай, — одобрил я. — Только не пугайся, хорошо?

— Почему я должен испугаться? — пробубнил себе под нос Леонид, потуже затягивая манжет на моей руке.

— Увидишь, — ответил я.

Процесс замера основы был полностью таким же, как при измерении давления с помощью электронного танометра. Даже манжет также надувался. Разве что произошло всё гораздо быстрее. Понадобилось примерно десять секунд.

— В боевой версии КИОСа этот процесс будет ещё быстрее происходить, — рассказывал Леонид, пока шёл замер. — Информация обо всех элементах будет сразу поступать в интерфейс дополненной реальности. Вы всегда будете знать сколько в вас основы и какой уровень.

— Удобно, — кивнул я.

— Ни-и че-ерта себе! — воскликнул Леонид, когда на экране появилась информация о количестве элементов во мне. — Вы где столько нашли?

— Места надо знать, – усмехнулся я, а затем, приложив палец к губам, серьёзным голосом добавил. — Только тс-с, Леонид Палыч. Никто, кроме нас, не должен знать про это.

Учёный с тревогой посмотрел на Фёдора. Тот кивнул, подкрепляя этим мои слова.

— Х-хорошо, Максим Александрович, — напряжённо протянул Леонид. — А почему нельзя говорить?

— Так надо, Лёнь, — положила Ольга руку учёному на плечо. — Потом всё объясним. Ты лучше показывай, что там у нашего силача.

К этому моменту весь наш отряд уже собрался перед экраном, чтобы увидеть результаты.

— 835 грамм чёрной основы, — вслух зачитал Леонид информацию с экрана. — Это… дайте подумать… Это 28 уровень.

— Вот это я понимаю, — хмыкнул Борис. — А по цветным элементам, что у него?

— Зелёного элемента, то есть силы – 36, — продолжал зачитывать учёный. — Жёлтого, он же скорость – 13 грамм. Синего, предположительно выносливость – 37. Сила способности, это фиолетовый — 53, — Леонид глянул на меня. — Это какой же силой, Максим Александрович, вы сейчас обладаете?

— Большой, Лёня, — ответила за меня Ольга, — твари уже оценили. Ты продолжай давай.

— Красного, он же сопротивление – 41 грамм, — продолжил Леонид. — И оранжевый, который мы пока считаем маной – 78.

— Это всё, конечно, хорошо, но с маной как-то спорно, — хмыкнул Фёдор. — Уж больно быстро она у Макса заканчивалась. Надо проверять.

Следом за мной свой уровень замерили и все остальные. В итоге у нашего отряда получился такой результат:

Максим “Инженер” Ларионов - 835 грамма, 28 уровень.

цветные элементы: 36 зелёный (сила), 13 жёлтый (скорость), 37 синий (выносливость), 53 фиолетовый (сила умения), 41 красный (сопротивление), 78 оранжевый (мана).

Прохор “Порох” Порохов - данные отсутствуют.

Ольга “Ведьма” Сердюкова - 443 грамма, 19 уровень.

цветные элементы: 17 зелёный (сила), 26 жёлтый (скорость), 22 синий (выносливость), 11 фиолетовый (сила умения), 21 красный (сопротивление), 18 оранжевый (мана).

Борис “Мех” Климов - 209 грамм, 13 уровень.

цветные элементы: 18 зелёный (сила), 21 жёлтый (скорость), 13 синий (выносливость), 4 фиолетовый (сила умения), 8 красный (сопротивление), 5 оранжевый (мана).

Анна Степановна Бирюкова - 204 грамм, 12 уровень.

цветные элементы: 12 зелёный (сила), 19 жёлтый (скорость), 11 синий (выносливость), 7 фиолетовый (сила умения), 9 красный (сопротивление), 9 оранжевый (мана).

Фёдор “Ключ” Разводной - 203 грамм, 12 уровень.

цветные элементы: 11 зелёный (сила), 7 жёлтый (скорость), 5 синий (выносливость), 8 фиолетовый (сила умения), 9 красный (сопротивление), 6 оранжевый (мана).

Сергей “Бесячий” Воронов - 204 грамм, 12 уровень.

цветные элементы: 21 зелёный (сила), 11 жёлтый (скорость), 15 синий (выносливость), 6 фиолетовый (сила умения), 7 красный (сопротивление), 5 оранжевый (мана).

Юлия “Соня” Захарова - 329 грамм, 16 уровень.

цветные элементы: 22 зелёный (сила), 9 жёлтый (скорость), 29 синий (выносливость), 15 фиолетовый (сила умения), 9 красный (сопротивление), 24 оранжевый (мана).

После замера основы мы решили отыскать Порохова. Нашли его быстро. Он наматывал круги вокруг спортплощадки, где была обустроена наша временная столовая. Там для этих целей там находилась беговая дорожка.

Мы уселись на скамейках и стали наблюдать, как наш командир потеет с полной самоотдачей.

— Может, уже скажем ему, что бегать бесполезно? — усмехнулась Ольга.

— Пусть бегает, — хохотнул Борис.

— Кстати, а почему в этом нет смысла? — поинтересовалась Юля. — У него же в любом случае синего элемента стало больше.

— Потому что нет полной уверенности в том, что за выносливость не отвечает, например, зелёный элемент - сила, — ответил “Ключ”. — Эксперимент должен быть чистым.

— Хочешь сказать, что один и тот же цвет может влиять на несколько характеристик? — уточнил я.

— Запросто, — сказал “Ключ”. — Ну ничего страшно. А я завтра найду новобранца с нулевым показателем этого элемента. Затем погоняю на этой же беговой дорожке. После волью ему десять грамм синей субстанции и ещё раз погоняю. И вуаля, всё станет понятно. А командир пусть побегает.

В этот момент Порохов пробегал мимо нас.

— Пятнадцать минут уже бегаю, — крикнул он нам. — И даже не устал ещё.

— Кстати, Макс, — вдруг обратился ко мне Разводной. — Ты что-то хотел рассказать нам про осколок. Может, пора уже?

— Да, — кивнул я, — но услышать должны все. Придётся звать “Пороха”.

— В таком случае отложим этот разговор еще на полчасика, — в голос рассмеялся Борис. А вслед за ним и все мы.

Глава 4. Голосование

Порохов завершил свой марш-бросок через тридцать минут. Впрочем, сам он заканчивать забег не планировал. Его окликнул “Ключ”, сообщив, что командир хоть и поработал на славу, но всё было зря.

— Как это зря? — удивился “Порох”, когда подбежал к нам. — Я намотал километров десять в полной выкладке. И отлично себя чувствую. Могу даже продолжить. Раньше я так не мог. Сдох бы давным давно уже. Очевидно, что синий элемент – это выносливость.

“Порох” поставил на землю учебный пулемёт. Скинул с себя рюкзак, доверху заполненный учебными патронами. Сбросил шлем и бронежилет. Затем встал так, будто позировал на пьедестале после победы на олимпиаде.

— Видишь ли, Прохор, — далее Фёдор озвучил командиру все тонкости о чистоте эксперимента, о которых рассказал нам ранее. — Поэтому ты и бегал зря.

— Тренировка не может быть напрасной, — похоже, Порохова известие о неудавшемся эксперименте нисколько не смутило. — В любом случае я становился сильнее, пока вы прохлаждались. Не забывайте, что все характеристики зависят от первоначальной физической подготовки.

— Это да, — согласился “Ключ”. — Тренировки бесспорно важны. Мы же с вами не в компьютерной игре, где можно просто раскидать очки опыта по навыкам.

— Вот и я о том, — хмыкнул командир. — Так. А чего звали-то? Хотите присоединиться ко мне?

— Нет, спасибо, — усмехнулась Ольга. — У нас заслуженный выходной. Сегодня меня работать не заставите.

— И меня тоже, — поддержала подругу Юля. А затем посмотрела на меня. — Максим, давай уже рассказывай, что хотел. А потом я пойду телек смотреть. Не зря же Владимир свет в казарму проводил.

Я поднялся и на ноги и отошел от лавки.

— Я вам этого сразу не сказал, сам не знаю почему, наверное, тревожить вас не хотел, — начал я рассказ. — Да и самому надо было переварить. А начальству не стал докладывать, потому что с вами сначала хотел обсудить.

— “Инженер”, расслабься, — произнесла Ольга. — Все свои.

Я вдруг понял, что очень сильно сжал кулаки. Настолько, что мне стало больно от этого.

— В общем, — постарался я расслабиться. — Когда мы пришли ко второму осколку, произошло кое-что необычное. Время для меня будто остановилось, а затем… затем у меня состоялся разговор с осколком…

Я попробовал пересказать диалог с осколком в подробностях. Стараясь не упустить самые важные моменты.

— Это была опять та голая девка, в виде которой осколок приходил к тебе ночью? — поинтересовалась Ольга.

— Нет, — покачал я головой, — в этот раз осколок принял облик девушки с моей работы. Секретарши начальника.

— И она тоже была голая? — с интересом повторила вопрос Ольга.

— Одетая, — хмыкнув, ответил я.

— И ты всё это время молчал? — “Ключ” смотрел на меня, как на безумного. — Надо было сразу рассказать нам.

— Да я сам не понимал, как реагировать, — развёл я руками. — А ещё какое-то время не мог сообразить, по-настоящему это произошло или у меня случилась галлюцинация.

— Получается теперь на сто процентов ясно, что у нас не было никакого коллективного помешательства? — предположила Анна. — Я имею ввиду тот момент, когда осколок хотел нас убить зелёным импульсом.

— Выходит, что так, — кивнул Разводной. — Говоришь, что она хочет нас спасти? А заодно сделать сильными и бессмертными?

— Так она сказала, — подтвердил я.

— Пока никаким бессмертием даже не попахивает, — сказал Сергей. — Судя по тому, сколько тварей мы перебили. И как успешно они сами друг друга истребляют.

— Я сказал ей то же самое, — согласился я с “Бесячим”.

— И что мы из этого имеем? — задал вопрос “Порох”. — У нас не просто аномальные зоны с тварями, а полноценное инопланетное вторжение?

— Какое всё-таки правильное название выбрали для нашего проекта, — подметила Юля. — Проект “Вторжение”.

— На данном этапе мы имеем то, что осколок решил с нами пообщаться, — размышлял Фёдор. — Выходит, что это не просто вторжение. А нечто большее, я бы сказал, это “контакт”, — “Ключ” задумался. — Только вот кто именно с Максом общался? Конкретно этот осколок? Или сам астероид через него? Или у астероида и всех его осколков общий разум? — он посмотрел мне в глаза. — Ты не спрашивал, что конкретно он хочет? Зачем и как попал на Землю?

— Было как-то не до расспросов, — хмыкнул я. — Если честно, в тот момент я довольно плохо соображал. Будто она намеренно что-то делала, чтобы я не задавал правильных вопросов. Кстати! — вдруг я вспомнил самый важный момент. — Она же пыталась залезть мне в голову во время всей беседы. А, когда поняла, что я догадался, решила то ли убить меня, то ли сделать диким.

— Может, тоже самое случилось с “Чехом”? — предположил “Порох”. — Ты вот смог сопротивляться осколку, а он нет. Помните, что “Чех” говорил? Про отца какого-то твердил, про защиту. Что мы ничего не понимаем. Словно сумасшедший.

— Скорее, помешанный, — поправил командира “Ключ”. — Он эту шарманку не прекратил даже после того, как его увезли из зоны. Он только и говорил о том, что нужно защитить отца. Что нельзя делать ему больно. Что мы скоро всё поймём и пожалеем, что сопротивлялись.

— Наверное, надо будет навестить “Чеха”, — решил “Порох”. — И узнать наверняка, был ли у него подобный разговор с осколком.

— Если “Чех” был так помешан на защите осколка, — подкинула мысль Анна. — То выходит, что этот булыжник нуждается в нас. Что он уязвим. Если говорить конкретно – осколку нужна наша защита.

— Похоже, он не может сам себя защищать, — предположил Фёдор. — Смотрите. В деревне осколок защищал “Чех”. На ферме этим занимались волки.

— Причём там рядом лежали человеческие останки, — вспомнил я. — Похоже, что именно они изначально и защищали осколок. А затем пришли волки. Убили защитников, после этого сами попали под влияние осколка.

— По логике вещей, — задумался Борис, — после того, как мы убили волков, защитниками осколка должны были стать мы? Какой-то естественный отбор за право стать защитником, получается.

— Возможно, — согласился “Ключ”. — Но, благодаря Максу, нас подобная участь не постигла.

Повисла короткая пауза.

— А меня одну пугает заявление о том, что осколок хочет ускорить процесс какого-то слияния? — задумчиво произнесла Ольга. — И вообще, какую иммунную реакцию нашей планеты она имела ввиду? Такая разве бывает?

— Пожалуй, это самое непонятное из всего, что она сказала, — ответил Фёдор. — На основе других её слов можно хоть какие-то предположения сделать. А в этом случае, я даже не знаю, что и думать. Иммунная реакция планеты… Это какая-то чушь.

— Ещё она говорила, что если наша планета победит, мы останемся такими, какими были раньше, — дополнил я. — В целом тут всё понятно, но возникает пара интересных вопросов. Что она имела в виду под “планетой”? То, что человечество справится с аномальными зонами и уничтожит все осколки? Или сама планета каким-то образом сделает что-то, что помешает распространению этих зон?

— В принципе, — продолжил за меня Разводной. — Природа нашей планеты за четыре с половиной миллиарда лет смогла преодолеть все глобальные катаклизмы. Чтобы не происходило, на Земле всё равно сохранялась жизнь.

— А что, если с динозаврами случилось тоже самое? — усмехнулся “Бесячий”. — Представьте, что на них упал такой же астероид и у них появились способности.

— Тиранозавр Рекс со способностью, как у Макса, разбрасывает во все стороны диплодоков, — дополнила “Соня” версию Сергея. — Да, на Земле в тот момент, наверное, было очень страшно.

— Не было ничего такого, — не согласился “Ключ”. — После падения того астероида вся жизнь на планете едва не вымерла, а эволюция пошла другим путём. Ключевое здесь другое. Природа справилась, а жизнь возродилась, несмотря ни на что. И осколок этого боится.

— Что-то я не пойму тебя, Федь, — уточнила Юля. — Как можно бояться нашу планету?

— Видите ли, — принялся объяснять Разводной. — Некоторые учёные сходятся к мысли, что наша планета выиграла в лотерею. Они считают,что Земля может оказаться единственной планетой во всей вселенной, способной создавать и, главное, поддерживать и восстанавливать жизнь.

— Да не может этого быть, — покачала головой Анна. — Во вселенной миллиарды планет. Где-нибудь жизнь должна быть.

— Я согласен с вами, Анна Степановна, — кивнул женщине Фёдор. — Тем не менее, учёные провели один очень интересный эксперимент. Они определили 99 очень похожих на Землю планет. Те отвечали всем критериям, необходимым для зарождения жизни. Казалось бы, что может пойти не так? Жизнь на всех этих планетах должна была появиться. И да, появилась она почти на всех. Но затем началась имитация глобальных катастроф, вроде падений астероидов, ледниковых периодов и так далее, — “Ключ” обвёл нас глазами. — А теперь вопрос. Как думаете, сколько планет смогло возродить жизнь после глобальных катастроф?

— Все, — хмыкнул Борис.

— Десять, — предположила “Соня”.

— Половина, — это был Порохов.

Остальные промолчали.

— Одна, — озвучил ответ Фёдор. — Только Земля смогла вернуть жизнь на планету после всех катастроф. Поэтому некоторые учёные и считают, что наша планета выиграла в лотерею. Поэтому, возможно, осколок и боится нашу планету. Ведь действия осколка, судя по всему, являются очередной глобальной катастрофой. И Земля сделает всё, чтобы предотвратить это. А, если не сможет предотвратить, то потом обязательно создаст новую жизнь, на останках старой.

— Вы так говорите, будто наша планета живая, — произнесла Анна.

— В данном случае, я имею в виду, что жизнь из раза в раз восстанавливалась. Что касаемо живой планеты, обратного тоже доказано не было, к тому же у нас здесь чуть ли не живой астероид, поэтому всё может быть.

— В таком случае, логично, что осколок ищет себе защитников и союзников, — сказал Ольга.

— Но, вместо этого, облучённые занимается истреблением друг друга, — добавила Анна.

— Вы так говорите будто жалеете осколок, — хмыкнул Порохов. — Эта тварь вторглась на нашу планету и делает из людей и животных монстров. Но пока она не может над своими тварями взять вверх. А, значит, она уязвима. Я вообще не понимаю тебя, “Инженер”! Почему ты промолчал? Эта информация ведь в корне меняет дело. Нам нужно срочно менять подход в борьбе с аномальными зонами.

— Я всё понял! — воскликнул Фёдор. — Нужно срочно отправляться в Сибирь. Туда, где лежит главный астероид. Уничтожим его и, возможно, исчезнут все остальные осколки.

— Федь, ты лошадей не гони, — осадил его “Мех”. — Забыл, что Кудрин рассказывал про Сибирь? Мы ещё не готовы к такому. Не факт, что мы на Comic Con выживем. А ты собрался прямиком к самому главному астероиду.

— Борис прав, — согласилась с ним Анна. — В Сибирь нам рановато.

— Да, да, — быстро остудил свой пыл “Ключ”. — Тут я погорячился. Тем не менее, все дороги ведут туда. Несмотря на то, что нам вряд ли удастся уничтожить сам астероид, нужно хотя бы сходить на разведку в сибирскую зону.

— И сделать это надо, как можно скорее, — поддержал я Разводного. — То, что происходит в зонах сейчас, это всё бесконтрольное развитие. Хаос, если так можно выразиться. А представьте, что будет, когда астероиду удастся найти себе сторонников среди землян?

— И это без учета того, что скоро весь мир узнает про существование аномалий, — добавила “Ведьма”. — Я уверена, что это точно произойдёт. Это вопрос времени.

— Когда все узнают, в зону полезут все, кому можно и кому нельзя, — проговорил “Мех”.

— Причём тех, “кому нельзя”, будет гораздо больше, — дополнил “Порох”. — Если мы будем медлить, такие противники, как “Чех”, скоро нам будут встречаться на каждом шагу. Нужно в кратчайшие сроки поднимать наш уровень, как можно выше и отправляться в Сибирь. И миссии в Рязани и Ярославле нам с этим помогут. Вся основа, которую мы там найдём, будет наша.

— А вдруг ничего этого не произойдёт? — предположила Юлия. — Вдруг осколок хочет именно того, о чём говорит? Сделать нас лучше. Вообще это удивительно. Астероид, способный создать столько удивительных существ и дать им силу, не может навести порядок среди своих же тварей.

— Может, его и так всё устраивает? — допустил “Бесячий”. — К тому же, если лес рубить, то щепки полетят. Ведь для наведения порядка, как ни крути, многих тварей придётся убить. А астероиду, допустим, не хочется этого. Ему ведь нужны облучённые. Даже, банально для того, чтобы защищать самого себя.

— А что, если астероид просто за нами наблюдает? — ещё одну версию подкинула Анна. — Может, наша планета для него своего рода лаборатория? Наполнил тварями зону, как пауками банку. И теперь смотрит, что в итоге получится. Как они будут сосуществовать друг с другом. А вмешиваться нельзя. Как выражается Фёдор, иначе будет нарушена чистота эксперимента. Затем начинает кого-то из пауков усиливать. Потом и вовсе добавляет новых пауков. А после этого ставит банку в террариум с не облучёнными пауками. И открывает её.

— Хочешь сказать, что инопланетяне ставят над нами эксперименты? — нахмурилась Юля.

— А почему нет? — кивнула Анна. — Вон, Фёдор же предложил разводить животных, чтобы потом отстреливать их. А осколок разводит нас, как кроликов. Мы добываем основу из тварей, а твари потом будут добывать основу их нас.

— Пусть попробуют, — хмыкнул Порохов.

— Гадать можно бесконечно, — задумчиво произнесла Ольга. — Не лучше ли попробовать всё узнать из первоисточника?

— “Ведьмочка” права, — согласился Борис. — Вместо того, чтобы тыкать пальцем в небо, может, лучше ещё раз поговорить с осколком?

Все посмотрели на меня.

— Вы хотите, чтобы я снова это сделал? — мне даже стало не по себе от этой мысли. — А если она мозги мне сожжёт?

— В первый раз же не сожгла, — напомнила Ольга. — К тому же, зачем ей убивать единственного человека, с которым, как ты говоришь, она сейчас может контактировать?

— Тем более осколок в нашей зоне слабый, — добавила Юля. — В прошлый раз он никому не смог навредить. Так, припугнул только слегка.

— Прежде, чем идти к осколку, — строго заявил “Порох”, — нужно обо всё доложить Кудрину.

— Ты уверен? — спросил Борис.

— Представь ситуацию, “Мех”, — ответил командир. — Мы сейчас пойдём к осколку, но тот, вместо переговоров, спалит всем нам мозги. В итоге проект “Вторжение” останется без ключевого отряда. Что может случится дальше, додумай сам.

— Есть и другая сторона, — привёл “Мех” контраргумент. — Мы сейчас пойдём расскажем обо всём Кудрину. А тот, разумеется, доложит об этом наверх. Представь, что будет, когда руководство страны узнает, что с осколком можно поговорить? Я, безусловно, патриот своей страны, но что-то сомневаюсь, что нужно подключать к этому делу политиков. Целее будем. Лучше сами решим вопрос, а потом обо всём доложим.

— А если осколок всех нас зазомбирует, как докладывать будешь? — не сдавался Порохов.

— Это не в его интересах, — парировал Борис.

Мы все задумались.

Как ни посмотри, а ведь и “Порох” и “Мех” в каком-то смысле оба правы по своему. Любым из этих вариантов мы можем, как и решить вопрос, так и навредить делу.

— Похоже, у нас безвыходная ситуация, — произнесла Анна. — Может, проголосуем?

— Я за то, чтобы идти к Кудрину, — сразу же высказался командир.

— Лучше прямиком к осколку, — ответил Борис.

— К Кудрину, — Анна согласилась с Пороховым.

— К осколку, — Ольга была на стороне “Меха”.

— Осколок, — высказалась Юля.

— Кудрин, — присоединился к голосованию “Ключ”.

Голоса разделились поровну.

— Я как всегда, — махнул рукой “Бесячий”. — Ненавижу голосовать. Давайте без меня это решайте.

— Ну что ж, раз уж решение осталось за мной, я думаю, у нас здесь и выбора никакого нет, — заключил я.

— Отчего же? — спросила Ольга. — Вот же, два варианта.

— Вы поймите, ребята, я думаю, по сути, у нас нет никакого выбора. И Прохор с Борисом это тоже понимают, — принялся пояснять я. — Мы тут с вами решаем только за себя. Быть может, за какие-то свои личные вопросы, а на кону стоит судьба планеты. И какими бы ни были там наши генералы и политики, они думают за всю нашу страну, а может быть и за всю планету. А наш уровень – это наш отряд. Причём мы даже за эту часть не отвечаем. Поэтому по-любому надо идти к Кудрину. Дальше уже он будет решать. Этот вопрос в его юрисдикции, ведь нужно доложить дальше, вышестоящему руководству. Я думаю, что у всех есть свои головы на плечах, но устав есть устав, и Кудрин тоже доложит руководству. Этот тот вопрос, где молчать нельзя. И нельзя заниматься самодеятельностью.

Все задумчиво посмотрели на меня. Порохов откинулся назад и посмотрел на небо.

— Ну что, долго будете лясы точить или уже пойдём к товарищу майору? — спросил он.

— Идём, — кивнул я.

Разговор с Кудриным прошёл довольно быстро. Он внимательно выслушал. Не стал ни о чём расспрашивать, из серии «Почему не доложили сразу?». Лишь покивал, а затем снял трубку проводного телефона и набрал на барабанном циферблате чей-то номер. Причём я даже успел удивиться, что в зоне стала работать связь, забыв напрочь про экранированные кабели и простейшие приборы. Впрочем, этот телефон как раз о относился к такой категории. Не даром всё высшее руководство нашей страны, включая самого президента, общается с помощью вот таких телефонов. Ведь для их работы, по сути, даже электричество не требуется

— Алло, Кудрин говорит, — произнёс он в трубку телефона. — Да, как мы и предполагали, осколок вышел на контакт. Нет, только с одним из членов отряда. Принято.

Кудрин положил трубку, посмотрел на меня.

— Ну что ж, — произнёс товарищ майор. — Пойдём общаться с твоим осколком. Готов? — спросил он меня.

Я неопределённо кивнул.

— Всегда готов.

— Вопрос такой, — вдруг спросил меня майор. — А ты этот осколок са́м чувствуешь? Есть у тебя понимание, благодаря чему произошёл диалог?

— Без понятия, — я посмотрел на Порохова, потом на Федю. — Просто, видите ли, на последнем задании мне досталось основы немного больше, чем остальным ребятам. Возможно, это как-то сработало, — произнёс я, хотя и понимал, что мы условились об этом не говорить.

Но, немного подумав, решил, что на фоне того, что мы принесли сто килограммов основы в зону, мои семьсот грамм особой погоды никому не сделают. И потрошить меня из-за них точно не станут. Опять же, у них ведь пока нет солдат такого же уровня, как у меня. И это повышает мою ценность не только, как сильного бойца, но и как подопытного кролика. Никто ведь до сих пор не знает, что будет дальше. Вдруг на каком-то этапе основа мне спалит мозги, и я перестану быть собой. А так, пускай наблюдают за мной. Тем самым себя обезопашивают. Тем более, как я понял, та сила, что я получил, это далеко не предел. Можно гораздо больше. И, думаю, что в Сибири и других зонах мы ещё успеем удивиться тому, какие твари нам встретятся, и готовиться нужно уже сейчас.

— Понятно, — кивнул Кудрин. — А ты сможешь сделать так, чтобы все слышали твой диалог с осколком?

Я удивился к такому вопросу.

— Не уверен, что я могу хоть как-то этим управлять, — произнёс я. — Хотя попробовать, конечно, могу. Но тут, я думаю, вопрос скореев том, захочет ли осколок, чтобы нас слышали.

— Ладно, на месте разберёмся. Давай не будем затягивать с этим.

Спустя десять минут мы стояли перед стеклянной комнатой. С момента последнего визита на этот склад, место обитания осколка значительно изменилось. Если раньше это была просто металлическая клетка, то теперь это была комната со стеклянными стенами, которая теперь уже была вполне похожа на настоящую лабораторию.

Вокруг было много новых лиц. Видимо, уже успели дать чёрную основу учёным, которые будут заниматься изучением осколка.

— Ну что, как вам наша берлога? — хохотнул Федя, увидев наши вытянувшиеся от удивления лица.

— Да, впечатляет, — искренне ответила Ольга. — Теперь это место действительно достойно звания лаборатории, а не какого-то склада.

— Готов разговаривать с осколком? — посмотрел на меня Кудрин. — Давай, шуруй.

Передо мной открылась стеклянная дверь, впуская меня внутрь. Стоило мне зайти в комнату, как дверь за моей спиной захлопнулась. Я поёжился, всё-таки чувствовал себя не очень комфортно внутри замкнутого помещения с неизвестным инопланетным существом. Даже не смотря на то, что стены были стеклянными.

Осколок с тех пор снова пророс корнями в землю. Не знаю, почему учёные решили никак этому не препятствовать. Федя в прошлый раз ловко их своим топором поотсекал, а тут вон, растут. Непорядок. Хотя, может, они проводят эксперименты? Кто этих учёных поймёт.

— Привет, — наугад произнёс я. Ведь не знаю, как правильно с ним налаживать контакт. — Ты там?

Осколок по-прежнему лежал на своём месте и на меня никак не реагировал.

— Игнорируешь, значит, — заключил я.

Подошёл ближе.

— К тебе обращаюсь, чудище инопланетное, — произнёс я громче. — Говорить с тобой пришёл. Хотел кое-что обсудить, вот я здесь, давай просыпайся. Только теперь общаться будем на моей территории, чтобы я чувствовал себя спокойнее. А то, мало ли. Вдруг ты снова попытаешься мне в голову залезть.

Осколок по-прежнему молчал. Может обиделся?

— Ты же сама понимаешь, что не стоило мне лезть голову. Это кого угодно взбесит, — решил сменить я тактику, представив на месте осколка Леночку.

Раздался голос в интеркоме:

— Может, попробуешь коснуться его? — предложил Федор. — Порохов говорит, что это не должно быть сильно опасно, по крайней мере, его это не убило.

Ага, я оглянулся на ребят, следящих за каждым моим движением. Им легко говорить.

— Может, сам пойдёшь и коснёшься его? — хмыкнул я через плечо.

Интерком лишь треснул, оставив меня без ответа.

Ну что ж, вариантов немного. Собравшись с мыслями, я шагнул вперёд и потянул к осколку руку. Не успел я дотронуться, как пространство вокруг замерло, а на меня медленно стала опускаться тёмная пелена.

На этот раз Лена стояла прямо передо мной. Не было всяких свето-представлений и спецэффектов. Девушка смотрела на меня хмуро, сложив руки на груди.

— И снова привет Максим, — с улыбкой произнесла она.