Сила на краю империи

Глава 1

Мне удалось выкроить для сна ровно один час.

Лучше бы и не начинал.

В глаза словно песка насыпали, в ушах шумело, реальность уплывала из-под ног. Первое, что я сделал, встав по будильнику… нет, вовсе не лёг обратно в постель. Хотя желание было острым, почти непреодолимым. Вскочив на ноги и отбросив одеяло, я несколько раз присел. Упал на руки, отжался. Пулей метнулся в санузел, принял контрастный душ. Вернувшись к себе в спальню, распахнул настежь входную дверь. Открыл форточку, впуская шум ветра и дождя. По комнате начали гулять сквозняки, но это меня не смутило.

Опустившись на ковёр, я погрузился в глубокую пятнадцатиминутную медитацию.

Этому фокусу я научился ещё в гимназии Эфы. У одарённых помимо основной сверхспособности хорошо развито тело, ускорена регенерация, усилена выносливость. Если же прокачать энергию ки по каналам, можно на какое-то время снять усталость и компенсировать отсутствие сна. Это не означает, что вы можете работать на износ. Рано или поздно любой организм сломается. Но сутки — запросто.

Зарядившись бодростью, я встал, потянулся и пошёл делать себе кофе.

Ночь выдалась сумасшедшей.

Из Фазиса пришло сообщение о попытке переворота. По неподтверждённым данным княжеские Рода Чхеидзе и Гамовых объединились, призвали своих вассалов и обрушились на дворец Трубецких, чтобы уничтожить правящую династию и сменить лидера. Кто поддержал заговорщиков, кто остался верен князю — непонятно. Учитывая, что на связь с герцогиней Вороновой вышел телепат Барского, мы сделали вывод, что служба безопасности пока ещё на «нашей» стороне.

Я говорю «на нашей», хотя дела клана мне совершенно безразличны. Если брать текущую ситуацию, то князь Трубецкой, безусловно, не лучший вариант правителя для Фазиса, но лично мне выгодно, чтобы всё оставалось на своих местах. Договор я заключал с Трубецким, формально числюсь его вассалом. От нездорового интереса инквизиции несколько недель назад меня прикрывали Трубецкой с Барским. Герцогиня сохраняет верность текущему лидеру, с ней мне тоже удобно сотрудничать.

А кто такие Гамовы, Чхеидзе и иже с ними?

Хуже всего, если к власти придут Гамовы. Учитывая тот факт, что я убил представителя их Рода, первым делом они решат разделаться с моими людьми. Это будет ошибкой, но кто в нашем мире не ошибается? Проблемы в любом случае возникнут, и такой поворот может заставить меня покинуть Фазис, пусть и на время. Прихватив с собой тех, кто присягнул на верность Ивановым. Чхеидзе я не знаю, но вполне допускаю, что моя голова будет частью сделки.

Тогановы и Богратионы?

Если эти ребята до сих пор не вступились за Трубецких, значит… выжидают. Держатся в сторонке. Присягнут на верность тому, кто одержит победу в этой мясорубке.

Момент для переворота выбран удачный. В клановых верхах раскол из-за тихоокеанского саммита. Лидер Великого Дома уехал из страны. Герцогиня Воронова не следит за внутренней обстановкой, поскольку ведёт переговоры во Владивостоке.

Первым делом я попросил нашего телепата наладить контакт с Джан. Девушка спала, но телепат был сильный и сумел её разбудить. Вкратце описав ситуацию, я попросил запереться в Бродяге, никуда не выходить, использовать услуги доставки. Демону передал, чтобы гвардия была в полной боевой готовности. Перемещения по посёлку запретил. Подумав, велел передать Маро, чтобы отменила все поездки на террасы и тоже не высовывалась. Джан тотчас предложила поселить бессмертную у нас до нормализации обстановки, и я согласился. В конце концов, более неприступного бастиона, чем домоморф, на юге России не существует.

В полшестого утра герцогиня назначила общий сбор.

Глянув на часы, я отправился заваривать себе кофе. Оказалось, что наш повар давно не спит и вместе с помощниками наливает бодрящий напиток всем желающим. В столовой, где приятно пахло арабикой и готовящимся завтраком, я встретил мрачного Луку Сванидзе, Кети Кучаву и Радомира Чехова, нашего целителя.

— Всем привет, — уселся на свободный стул, поближе к окну.

До рассвета было ещё далеко, и раннее утро ничем не отличалось от ночи. Ливень продолжал затапливать Эгершельд и гостиницу «Империал».

Я сделал первый глоток кофе.

Зажмурился от удовольствия.

— Говорят, ты вычислил Егора, — нарушила паузу Кети.

— Утро неплохо начиналось, — награждаю девушку укоризненным взглядом.

Меньше всего сейчас хочется обсуждать насущные проблемы.

— За мной должок, — присоединился к ясновидящей Сванидзе. — Если бы не ты…

— Перестань, — я отмахнулся. — Это же драка.

— Я ничего не забываю, — покачал головой начальник охраны. — И ты, брат, от встречной услуги не отвертишься.

— Главное — чачу не предлагай, — хмыкнул я.

Лука обиделся:

— Чача — главное достояние нашего народа!

— Я ж не спорю, — делаю второй глоток. — Просто я маленький, мне нельзя. И вообще. Эксплуатируете детский труд, упыри.

Кети рассмеялась.

Через пару секунд к ней присоединились Чехов и Сванидзе.

— Откачали Егорку? — решил я сменить тему.

— Док его вытащил из Бездны, — на лице телохранителя появилось благоговейное выражение. — Как и меня.

— Лёгкое преувеличение, — возразил Радомир. На вид этому человеку было основательно за сорок. — Впрочем, ты прав. С Критом было тяжелее. У него там крови почти не осталось.

— А нечего с детишками связываться, — подколола меня Кети.

Я даже не сомневаюсь, что ясновидящая прошлась по этажам пентхауса, потрогала предметы и восстановила полную картину произошедшего. Она видела, как я разгуливал в теневой форме и укладывал матёрых убийц. Понять это несложно: девушка бросала на меня взгляды, в которых читался страх вперемешку с восхищением.

Пока мы пили кофе, Сванидзе рассказывал про переполох в гостинице. Местная служба безопасности прознала об инциденте и начала обрывать телефон. Прислали своих людей, предложили помощь. Буквально за час разобрались с трупами, навели кое-какой порядок.

— Сейчас выносят сломанную мебель, — добавила Кети. — Убирают стекло.

— Кровь отчищают, — кивнул Чехов.

— Окончательно всё сделают, когда мы пойдём на саммит, — вспомнила Кети.

— И графиня на это согласилась? — искренне удивился я. — Можно было переехать на нижние этажи. Или прибраться своими силами. Разве нам выгодно разглашать информацию о нападении?

— Уже поздно, — отмахнулась Кети. — Старки знают. Чингисы, как я подозреваю, тоже.

— Что с допросом Крита? — поинтересовался я.

— Извини, — виновато улыбнулась Кети, — но без разрешения Натальи Андреевны мы не можем об этом говорить.

— Понимаю, — я допил кофе и поднялся со своего места. — Тогда послушаем, что она нам поведает.

В назначенное время мы собрались в конференц-зале, который практически не пострадал в результате ночного боя. Герцогиня выглядела усталой, но вела себя адекватно. На планёрку были приглашены только те, кому Воронова доверяла в сложившихся обстоятельствах. Я, Сванидзе, Кети, Анзоров, секретарь, целитель и телепат. Ни одного представителя клановой СБ я не заметил. Уточнил, что с ними. Получил ответ, что отправлены в Фазис на трансконтинентальном дирижабле. Значит, герцогиня не доверяла им от слова «совсем». Даже учитывая тот факт, что эсбэшники бились на её стороне, помогая расправиться с предателями. Может, и правильно. Бережёного бог бережёт.

— Ситуация мутная, — Наталья Андреевна приступила к делу без лишних прелюдий. — Штурм княжеского дворца в Фазисе продолжается, результат неизвестен. Барский на связь не выходит. Мой Род заперся в усадьбе и стянул гвардию в Старый Город. Многие так сделали. Сейчас весь центр забит мехами, пехотинцами, боевыми дирижаблями. Наши люди докладывают, что в сердце Кварталов идут бои.

— Кто побеждает? — спросила Кети.

— Пока неясно, — вздохнула Воронова.

— А нам что делать? — задал разумный вопрос Сванидзе.

Герцогиня вздохнула:

— Откровенно говоря… не знаю. Нас мало, и я не уверена, что могу подписывать официальные документы. Во Владивостоке я нахожусь по поручению князя Трубецкого, но если его сместят… мои полномочия будут аннулированы. Кроме того, при смене власти в правящем ядре будет крайне небезопасно возвращаться в Фазис. Не исключено, что мой Род под прикрытием гвардии постарается сбежать в Халифат. Если события пойдут по такому сценарию, я покину саммит, подниму самолёт в воздух и уберусь подальше от берегов империи. Вам рекомендую последовать моему примеру.

Анзоров, который до этого не вмешивался в разговор, издал деликатный кашель.

— Емельян Денисович, я вас слушаю, — небрежно обронила герцогиня.

— Ваша Светлость, — аккуратно начал свою речь консультант. — Не выходил ли на связь с нами лидер клана?

Герцогиня покачала головой.

И раздражённо добавила:

— Первое, что я сделала, это попыталась наладить телепатический контакт с князем. Сам он не звонит, не телепатирует, не пытается выйти на связь иным способом. Максим?

Паренёк, работавший у нас телепатом, тут же дал пояснение:

— При попытке донести послание я натыкаюсь на мощные блоки. Пробить их не получается. Я даже не могу сказать точно, в какой части света находится Его Сиятельство.

Максим был старше меня всего на пару лет, и я подозревал, что этот парень — один из родственников герцогини. Не удивлюсь, если сын или племянник.

— Всё логично, — прокомментировала происходящее Кети. — Его Сиятельство знает о заговоре и предпринимает меры по подавлению бунта. Чтобы не выдать себя, он ушёл в тень. Кроме того, князь защитился блоками, ведь его наверняка попытаются достать вражеские телепаты.

— Я бы рекомендовал не спешить с выводами и продолжить участие в саммите, — мягко ввернул Анзоров. — Судя по всему, организаторы вооружённого переворота не смогли достичь быстрых результатов. А это означает… что события могут разворачиваться по непредсказуемому для всех нас сценарию. Напоминаю, что в первые дни саммита никто ничего не подписывает. Наша делегация участвует в официальных мероприятиях, а заинтересованные лица будут убеждать азиатского императора в целесообразности заключения сделки. Мы же будем наблюдать. Уверен, за сорок восемь часов ситуация прояснится.

— Что думают остальные? — герцогиня перевела взгляд на меня, затем на Сванидзе.

— У нас мало людей для качественной охраны Вашей Светлости, — буркнул Лука. — С помощью Сергея удалось разделаться с предателями, но и с нашей стороны есть потери.

— А поконкретней? — уточнила Наталья Андреевна.

— Девять убитых, — нехотя признал начальник охраны. — Ещё семь человек ранены.

— Трое в тяжёлом состоянии, — добавил Чехов. — Я попросил перевести их в местную клинику. Думаю, они выкарабкаются, но…

— Бойцов кот наплакал, — подвёл безрадостные итоги Лука.

— Кто их нанял? — задал я прямой вопрос.

Сванидзе и Воронова переглянулись.

— Все бойцы, проникшие в эскорт под разными предлогами, раньше служили под началом Гамова, — ответила герцогиня. — Крит ещё в семьдесят пятом году уволился из родовой гвардии, а в семьдесят седьмом был принят на службу в клановую СБ.

— И его биографию не проверили? — опешил я.

— Отряд комплектовал Барский, опираясь на рекомендации Сабурова, — признала Наталья Андреевна. — Я не могу сейчас послать запрос и поднять их личные дела… по понятным причинам.

— А если бы и могли, — добавил Максим. который явно принимал участие в допросе, — то они были бы подчищены. Наши враги хорошо подготовились. Сегодняшняя операция просчитывалась на годы вперёд.

— Они бы достигли успеха, — уверенно заявила герцогиня, — если бы не господин Иванов.

— А откуда выкопался Сабуров? — я уцепился за интересный факт. — Тоже из гвардии Гамовых?

— Крит утверждает, что Сабуров вошёл в состав СБ по протекции Чхеидзе. С Гамовыми не связан, — ответила Наталья Андреевна. — Его завербовали позже, чем Егор подписал контракт, это же очевидно.

Пауза.

Внезапно наступившую тишину нарушил телефонный звонок.

Аппарат, висевший на дальней стене конференц-зала буквально разрывался монотонными трелями, пока герцогиня не повела бровью, и секретарь не поднял трубку.

— Секретарь госпожи Вороновой на проводе.

Мы не слышали, что говорил неведомый собеседник, но лицо помощника герцогини с каждым словом вытягивалось, приобретая удивлённое и сосредоточенное выражение. Прикрыв нижнюю часть трубки ладонью, секретарь сообщил:

— На первый этаж гостиницы телепортировался курьер. Утверждает, что ему нужно встретиться с вами, Наталья Андреевна.

— Что за курьер?

— Якобы личный гонец князя Трубецкого. С пакетом.

Последнее слово секретарь выделил голосом.

Герцогиня размышляла недолго:

— Его пропустили?

— Никак нет. Задержали до выяснения обстоятельств.

— Передай, что этот человек находится в нашей юрисдикции. Пусть немедленно отправят его наверх.

Глава 2

Внимательно изучив содержимое пакета, герцогиня отложила бумаги и уставилась невидящим взглядом в стену. Мы терпеливо ждали. Прыгун, выполнив свою миссию, незамедлительно покинул отель и телепортировался в неизвестном направлении. Оставалось не так много времени, чтобы выдвинуться в комплекс «Приморье», где запланировано начало саммита.

— Князь прислал инструкцию, — медленно проговорила Воронова. — И поставил нас в известность о том, что ситуация под контролем.

— Это как? — не выдержал Анзоров. — Восстание…

— Ловушка, — перебила Наталья Андреевна. — Барский знал о намечающемся перевороте и поставил Трубецких в известность ещё в начале лета. Гамовы и Чхеидзе давно на карандашике. Были созданы благоприятные условия, включая мнимое отбытие Его Сиятельства в Стамбул.

— Мнимого? — зацепился за правильное слово Лука.

— Именно, — кивнула герцогиня. — В Стамбул отправился человек с генератором иллюзий, который выглядел в точности, как Его Сиятельство. Тем временем, ко дворцу Трубецких и в Змеиные Кварталы незаметно стянули элитные гвардейские части клана и личные войска самого князя. Операция с начала и до конца спланирована Барским.

— Цель? — уточнил я.

Впрочем, ответ лежал на поверхности.

— Спровоцировать бунтовщиков на нападение, — ответила Воронова. — Показать себя. Насколько я поняла, наши спецслужбы поработали основательно. Вы видите, что о поездке князя в Стамбул знают абсолютно все. Вероятно, правитель Халифата прикрывает эту миссию по личной просьбе нашего лидера.

— Почему нас не поставили в известность? — удивился Лука.

— Очевидно, — с улыбкой предположила Кети, — что Барский догадывался о планах Гамова разделаться с Натальей Андреевной.

— И не проверил тех, кто отправился с нами? — Сванидзе был настроен скептически.

— Думаю, проверил, — вступился я за начальника СБ. — Мы знаем о Сабурове и Крите потому, что провели допрос. Их реальные досье безукоризненны, не подкопаешься. Гамов всем обеспечил прикрытие незадолго до своей смерти.

— У них бы всё получилось, — кивнула Наталья Андреевна, — если бы Гамов оставался на посту.

— Не благодарите, — хмыкнул я.

В разговор вклинился Максим:

— Только что со мной связались люди Барского.

— И? — герцогиня уставилась на телепата.

— Бунтовщики несут потери, — сообщил Максим. — Их оттеснили от дворца и берут в окружение, не давая покинуть Змеиные Кварталы. По неподтверждённым данным, часть клановой гвардии брошена на штурм виллы Гамовых. Чхеидзе улетели из Фазиса на личном дирижабле.

***

В восемь утра мы покинули пентхаус, разрешив администрации отеля навести там порядок и заменить сломанную мебель. Лука посетовал, что придётся заново устанавливать и настраивать артефакторику, но герцогиня резонно возразила, что жить в свинарнике не собирается. К этому времени уже было известно, что бунтовщики потерпели поражение. Объединённые группировки повстанцев были разгромлены мощным клановым гарнизоном, беспорядки в Гадюшнике прекратились, и сейчас в центре Фазиса шла финальная зачистка. Город жил в условиях военного положения. На всю ближайшую неделю Николай Трубецкой объявил комендантский час и организовал усиленное ночное патрулирование.

Что касается Гамовых, то их Род был истреблён под корень, а имущество и капиталы достались победителям — Барским и Трубецким. Богратионы и Тогановы предсказуемо поддержали победителей, выставив свои механизированные бригады в самый последний момент.

Я заказал межгород с Красной Поляной и переговорил с Демоном. Выяснилось, что все мои приказы выполнены. За ночь и утро никто на усадьбу не нападал, в посёлке и на КПП тоже всё спокойно.

За час до выезда нашей делегации из «Империала» с Натальей Андреевной связался лидер клана. Сообщил, что с ним всё в порядке, волнения утихли, соединения бунтовщиков разбиты. Поинтересовался, всё ли в порядке с герцогиней. Сказал, что планы изменились, и он планирует лично прибыть на подписание торгового соглашения. Просил обернуть эту информацию на пользу дела, убедить лидеров Великих Домов в нашей лояльности, но всячески препятствовать продавливанию идеи о разрыве дипотношений с Халифатом. Добавил, что вылетает на самолёте завтра утром. И да, мы всячески отрицаем разногласия внутри Великого Дома. Чуть позже информация просочится, но сейчас следует придерживаться версии, согласно которой в Фазисе проходили антитеррористические учения.

У центрального входа нас ждал заметно ужавшийся кортеж.

В машину с герцогиней сели я, Сванидзе и Анзоров.

— Уверен, это не прокатит, — заявил седовласый консультант, едва мы выехали с парковки на шоссе. — У московского князя разведка не зря ест свой хлеб. Они знают, что мы ослабли.

— Не настолько, чтобы плясать под их дудку, — зло бросила герцогиня.

Анзоров со вздохом возразил:

— Гамовы уничтожены, Чхеидзе бежали. Это княжеские Рода. Очень сильные, влиятельные и богатые. Ядро Великого Дома. Поверьте, мы ГОРАЗДО слабее, чем на момент нашего вылета из Фазиса.

— Их счета будут арестованы, — пожала плечами Наталья Андреевна. — Гвардии расформируют и распределят по частям регулярной армии.

— Не забывайте про вассалов, Ваша Светлость. Множество Родов, добровольно поддержавших своих сюзеренов и принявших участие в неудавшемся перевороте. Их придётся наказать. Да, имущество и активы перейдут к победителям, но мы потеряем сильных бойцов, талантливых одарённых и финансистов, на которых держалась наша земля.

— Думаете, я это не понимаю.

— У меня нет причин сомневаться в вашем благоразумии, герцогиня, — поспешно обозначил свою позицию консультант. — Я просто хочу предупредить, что наши переговорные позиции ухудшились. Более того… по моим расчётам Дом Эфы теперь — едва ли не самый слабый клан Российской империи.

— Явное преувеличение, — возразила герцогиня. Вот только по лицу женщины я видел, что она задумалась над словами консультанта. И понимает, что только что была озвучена горькая правда. — Лучше скажите, какие в этом свете шаги мы должны предпринять. По вашему мнению.

— Прежде всего, — Анзоров отвлёкся от созерцания дождевых разводов на стекле, — я бы ничего не комментировал. Мы здесь по делу. Всё, что не касается саммита, должно остаться за скобками. Формулировки обтекаемые. Некие события имели место, но их итог не отразился на благосостоянии и военной мощи Дома Эфы. Все обязательства мы исполняем, все договорённости соблюдаем. Если кто-то захочет приватного общения, у вас слишком плотный график, как-нибудь в другой раз. Журналисты, телевизионщики — мимо кассы. Никаких заявлений до прибытия лидера клана. Почему визит в Халифат досрочно прерван? Так всё и было задумано. Повестка дня отработана, князь везде успевает, такой вот он молодец.

Герцогиня кивнула, соглашаясь.

Анзорова не зря включили в состав делегации. Я видел перед собой опытного дипломата, сохраняющего железное спокойствие в любых обстоятельствах.

Ехать пришлось недолго.

Переговорный комплекс «Приморье» располагался в нескольких сотнях метров от «Империала». В теории можно и пешком прогуляться, но… Во-первых, Вороновой статус не позволяет. А во-вторых, под проливных дождём и штормовым ветром такая прогулка — весьма сомнительное удовольствие.

В сущности, «Приморье» являлось бизнес-центром, в котором на постоянной основе базировались представительства международных концернов, банковских структур и финансовых организаций. Здесь же проводились масштабные мероприятия с участием зарубежных партнёров. Визуально комплекс смахивал на корабль, бороздящий морские просторы. Треугольное здание для всевозможных саммитов и конференций срослось с высоким небоскрёбом, который и арендовали под офисы. Вся эта история охранялась, была вписана в небольшой скверик и оснащена подземным паркингом, в жерло которого и втянулся кортеж.

— Изучил программу? — спросила Воронова, когда мы выбрались из машины.

Вокруг простирались сотни метров однообразной бетонной пещеры, сквозь нутро которой прорастали геометрически идеальные колонны.

Бойцы Сванидзе рассредоточились таким образом, чтобы отразить любую угрозу извне.

— Нет, — честно признался я. — Были занятия повеселее.

Герцогиня оценила мою шутку.

— Сейчас торжественное открытие в концертном зале, — она всё же решила меня просветить. — Потом запланированные выступления императора Небесного Края и лидера правящего Дома Медведя. Доклады экспертов по объёмам торговли между нами и азиатами, перспективные направления сотрудничества.

— И весь день такая муть? — мне стало не по себе.

— С перерывами на обед и лёгкие перекусы, — подтвердила мои худшие подозрения Наталья Андреевна. — Я не думаю, что со мной произойдёт что-то неприятное в конференц-зале, но постарайся держаться неподалёку. Когда прибудет князь, мы вернёмся в Фазис.

Роскошный лифт, отделанный ореховыми панелями, доставил нашу компанию на первый этаж. Двери раздвинулись, открывая моему взору пафосный вестибюль.

Наталья Андреевна, нацепив скучающую маску, шагнула в заповедник роскоши. С двух сторон от неё шли Анзоров и Кети, я держался позади.

Следующие несколько часов не представляли собой ничего примечательного. В концертном зале выступали приглашённые артисты эстрады, затем начались унылые приветственные речи и доклады финансистов. Через телепата я договорился с Лукой, чтобы он меня подменил, а сам отправился на поиски местного буфета.

Как выяснилось, буфет — это слишком просто для Старков. Минимальные настройки — это японский ресторан со всякими там роллами и сашими. Я уж совсем было решил порадовать себя свежими морепродуктами, но тут за моей спиной раздался до боли знакомый голос:

— Чудесное утро, господин Иванов.

Обернувшись, я лицом к лицу столкнулся с Иезекиилем Джонсом. Британский миллиардер добродушно улыбался, поигрывая своей тростью. Твидовый костюм-тройка, собранные в хвост седые волосы — в общем, ничего нового. Мой партнёр по поиску Абсолюта не изменял своим привычкам.

— Какими судьбами, мистер Джонс?

— Сергей, ну какими-какими… Тихоокеанский саммит — значимое событие в мире финансов. Здесь, между прочим, на десятилетия вперёд закладываются тенденции мировой экономики. И я, как судовладелец и держатель активов, не мог не присутствовать на этом судьбоносном мероприятии.

Ну-ну.

Заливать можешь своим директорам на совещаниях. Ты ведь заранее ознакомился со списком приглашённых и как минимум знал о приезде герцогини.

По моему лицу миллиардер всё понял.

Напускная благодушность сменилась собранностью.

— Я бы хотел поговорить о серьёзных вещах, господин Иванов. Вы не могли бы организовать наши общие посиделки… хм… с многоуважаемой герцогиней?

Вот с этого надо было и начинать.

— С радостью бы, — я задумчиво почесал подбородок, — но у неё по минутам всё расписано. Рядом крутится её консультант, Анзоров. И он точно не позволит Наталье Андреевне пропустить речь очередного напыщенного хмыря.

— Как умиляет ваша непосредственность! — деланно восхитился британец. — Всё это понятно. Но если мы упустим окно возможностей, господин Иванов, то, боюсь, закончим свой жизненный путь на кладбище, как большинство обитателей планеты Земля. Надеюсь, вы улавливаете ход моей мысли.

— Улавливаю, — я быстро смекнул, к чему он клонит. — У вас появились важные сведения.

— Быстро устаревающие сведения, — поправил меня Джонс. — Не терпящие отлагательств.

— Хорошо, — я задумался на несколько секунд и решил связаться с герцогиней через Макса. — Дайте мне немного времени.

— Как вам будет угодно, — британец взял меня под руку и отвёл в зону отдыха с небольшим фонтанчиком, мягкими креслами и деревьями в кадках. — Я на вас рассчитываю.

Максим был сильным телепатом, улавливающим мыслепотоки всех участников делегации. Для связи у нас имелся ключевой образ в виде телефонного аппарата. Небольшой полёт воображения — и образ считывался одарённым, после чего парень вступал в диалог.

Сергей, что случилось?

Мне нужен приватный канал с Натальей Андреевной.

Это срочно?

Да.

Пауза.

В голове прозвучал голос герцогини, транслируемый телепатом:

Я слушаю, Сергей.

Вы должны встретиться с одним человеком, Ваша Светлость. Прямо сейчас. И да, это срочно. И да, я понимаю, что ваш уход из конференц-зала не останется незамеченным.

Гробовое молчание.

Сергей, это могут истолковать превратно.

Само собой. Но если вы этого не сделаете, мы потеряем вещь, за которой давно охотимся.

Намёк более чем прозрачный.

Хорошо. Где вас искать?

Я выдохнул с облегчением.

И скинул герцогине образ фонтанчика вместе с креслом, в котором расселся Иезекииль Джонс. Правда, этот тип отгородился от мира газетой, но его седая макушка с хвостом длинных волос была вполне узнаваемой.

Спустя четверть часа наша славная компания была разбавлена женским обществом.

— Дорогая Наталья Андреевна! — миллиардер при виде герцогини поспешил свернуть газету, подняться и поцеловать женщине ручку. Старомодные манеры, но ничего не попишешь. — Искренне рад нашей непредсказуемой встрече!

— Ближе к делу, мистер Джонс, — нахмурилась Воронова.

— Куда уж ближе, — уверенно заявил судовладелец. — Не желаете посетить представительство моей компании?

— В этом есть острая необходимость? — герцогиню не радовало происходящее.

— Есть, — заверил британец. — Острая, как лезвие моего клинка.

Глава 3

Из панорамного окна мистера Джонса просматривалась не только крыша треугольного корпуса, но и прилегающие кварталы, а также вездесущий Амурский залив. В связи с проведением саммита подчинённые судовладельца не вышли на работу, но сам миллиардер доступ к кабинету имел беспрепятственный.

Щёлкнув тумблером, вмонтированным в столешницу, британец откинулся на спинку кресла. Под потолком что-то засветилось бледно-голубым, на двери проступили каббалистические Знаки.

— Что это? — насторожился я.

— Система безопасности, — герцогиня вела себя расслабленно. — Вроде нашей.

— Выводит из строя любую прослушку, — кивнул Джонс. — И генерирует помехи для телепатов.

— Солидно, — оценил я. — Кто её запитывает?

— Я. Кто ж ещё.

Знаки не работают сами по себе. Чтобы проложенные каббалистами цепочки начали приносить пользу, по ним пускается энергия ки. Для этого в геометрику вписываются Знаки-уловители, выкачивающие ки из находящихся поблизости одарённых. Уверен, тумблер привёл в движение всю эту механику, подключив к системе англичанина.

Наталья Андреевна заложила ногу за ногу.

— И? Что у нас на повестке дня, сэр? — в голосе герцогини звучало лёгкое раздражение. Я её мог понять — слишком много всего обрушилось на ясновидящую за последние сутки. — Я спешу.

— Во Владивосток приехал адепт Серебряного Круга, — заявил британец. — Он проведёт встречу с одним из участников саммита. Этот участник должен незаметно улизнуть и отправиться в другую часть города — туда, где расположен отель «Меридиан». Если мы упустим этого человека, то надолго потеряем нити, ведущие к Абсолюту.

— Откуда вы знаете, что этот фанатик знает про Абсолют? — удивилась герцогиня. — Он может не входить в число посвящённых.

— Поверьте, моя служба безопасности хорошо поработала, — возразил Джонс. — Мы перехватили несколько важных телепатических передач и один телефонный разговор. Адепты думали, что линия защищена, но они, мягко говоря, ошибались. Так вот, на встрече произойдёт передача девятого фрагмента, который должен стать завершающим элементом при сборке Серебряного Круга.

— Он существует? — искренне удивился я.

— Разумеется, — снисходительно улыбнулся Джонс. — Доктрина Круга основана не на пустом месте.

Вот вам и добрый вечер.

Меня подводит излишний прагматизм, выработанный на протяжении всех прошлых жизней. Я насмотрелся на религиозных фанатиков во всех уголках света и для себя сделал один простой вывод: все они эксплуатируют веру человека в сверхъестественное. База простая. Нам свойственно бояться смерти, переживать за близких, надеяться на чудо и перекладывать ответственность за свою жизнь на вымышленных богов. Так я думал всегда. Вот только в этом мире боги — не вымысел. А их наследие до сих пор пытаются распиливать тайные общества всех мастей.

— Хм, — я крепко задумался. — Вы предлагаете захватить девятый фрагмент и шантажировать Круг?

— Вы поразительно быстро ухватили суть! — обрадовался миллиардер. — Когда мы завладеем деталью, без которой теряет смысл их доктрина, фанатикам придётся пойти на компромисс.

— Но Абсолют им тоже необходим, — возразила герцогиня.

— Они его получат, — пожал плечами британец. — После того, как мы его используем в своих целях.

— Боюсь, при таком раскладе будут затронуты интересы Кормчих, — Воронова посерьёзнела. — Я бы не хотела стать личным врагом мойр.

— Думаете, Круг сумеет добиться своего? — удивился Джонс. — Им для полноты комплекта нужен Избранный. А его можно веками искать.

По моей спине пробежал холодок.

Магистр, с которым я разговаривал по дороге в Палермо, свято верил, что Избранный — это я. Мне предложили вступить в Круг, обрести «абсолютную власть» (где-то я уже слышал подобный бред) и свергнуть Вершителей Судеб. Дали на размышление месяц или два. За лето никто не пробовал со мной связаться, но это ещё не показатель. Может, они думают, что я не созрел. Не окреп духовно. Главное, чтобы в эту дичь с Избранным не поверили инквизиторы и сами мойры. Потому что я рискую обзавестись врагами, способными стереть меня в порошок.

О предложении магистра я никому не рассказывал.

И рассказывать не собираюсь.

— Вот что, — определилась со своим мнением герцогиня. — Я предлагаю заявиться на встречу, убить владельца девятого фрагмента и допросить адепта Серебряного Круга. Но подставляться под гнев Кормчих, удерживая артефакт у себя, не планирую.

— Мудрое решение, — одобрил Джонс. — Поэтому я возьму удар на себя.

Повисла тишина.

Мы взирали на своего партнёра, как на сумасшедшего.

— Что-то не так? — невинно поинтересовался британец. — К вам никто не придёт, можете спать спокойно.

— Тогда вы получите преимущество, — нехотя признала герцогиня, — и мы вряд ли сможем вас контролировать.

— Не спешите с выводами, — я повернулся к Вороновой. — Допустим, он заберёт себе Великий Артефакт, не поставив нас в известность. Что с того? Никакое бессмертие не спасёт от физической расправы. Я приду к мистеру Джонсу, где бы он ни скрывался. И на этом его блистательная карьера оборвётся.

Миллиардер нахмурился.

Но был вынужден признать:

— Ваши таланты заставляют меня принять эту угрозу всерьёз, господин Иванов. Так что у нас… хм… сохраняется определённый паритет.

— Никто не заставляет нас передавать девятый фрагмент Кругу, — задумчиво произнесла герцогиня. — Вышвырнем его в море, как это планировали сделать с Абсолютом.

Джонс покачал головой:

— Думаете, это надёжная страховка? Тем, кто охотится за этой штуковиной, достаточно ЗНАТЬ, что мы некоторое время обладали фрагментом.

— И на что вы рассчитываете? — не выдержала Воронова. — В игру вступают силы, против которых мы… ноль без палочки. Я бы держалась от всего этого подальше.

Британец перевёл взгляд на меня.

— А я рискну.

— Вот! — миллиардер хлопнул ладонью по столешнице. — Наш человек!

— Из уст англичанина звучит странно, — хмыкнула Наталья Андреевна. — Сергей, ты в своём уме? Хорошо выспался?

— Попробую привести аргументы, — невозмутимо ответил я. — Для начала я не вижу никакого смысла в том, чтобы затягивать с передачей фрагмента. Перевезём его на нейтральную территорию, за пределы Владивостока. Адепта Круга вырубим, потом приведём в себя и предъявим ультиматум. Назначим место встречи. Всё это можно провернуть за неделю, даже если учесть скорость полёта дирижаблей. Отдаём фрагмент, забираем Абсолют. Через некоторое время возвращаем жучка фанатикам. С этой секунды мы не при делах. А Серебряный Круг пусть занимается чем хочет. Даже если им удастся сместить Предтеч и поставить над миром своего Избранного, в чём я сомневаюсь, Кормчие будут охотиться за ними, а не за нами.

Герцогиня обдумала услышанное.

— Ты говоришь правильные вещи, Сергей. Но моя женская интуиция… подсказывает, что мы ходим по краю.

— Кто не ходит по краю, тот не пьёт шампанского, — заявил Джонс.

Партнёры уставились на меня.

Сразу стало понятно, кому предстоит выполнить грязную работу.

***

Ничем не примечательный японец Такеши Ито числился младшим помощником второго секретаря господина Мураками Гэндзи, сопровождавшего императора Небесного Края и участвующего во всех переговорах. У меня возникло ощущение, что этот человек был включён в состав азиатской делегации для массовки, чтобы представительство Пекина выглядело солидно. Нет ничего удивительного в том, что Такеши Ито, сославшись на лёгкое недомогание, смог беспрепятственно улизнуть с мероприятия. Я тоже смог.

Герцогиня изрядно рисковала, отпуская меня после неудачного покушения, но они с Кети просчитали, что шансы на атаку со стороны третьих сил почти нулевые. Воронова уже сообщила лидерам кланов, что Трубецкой лично прибудет на подписание, изменив планы. Истолковать это можно как угодно, комментариев она не давала. А это значит, что её смерть нелогична. Отсутствие мотива — гарантия безопасности.

В общем, Наталья Андреевна обеспечила мне прикрытие. Отправила с каким-то незначительным поручением и предупредила Сванидзе о необходимости усиления мер безопасности. Хотя куда уж усиливать. Лука и так старается.

За господином Ито следили подручные Джонса. В «Приморье» ребят не пустили, но они ошивались неподалёку, благо имелись пропуска на Эгершельд. Связь поддерживал Паттерсон. Аккуратно поддерживал, ведь окрестности комплекса буквально наводнили телепаты из службы безопасности Старков.

Мы не знали, когда планируют встретиться Ито и неизвестный адепт Серебряного Круга. Сегодня, завтра, послезавтра? Поэтому действовать решили наверняка. Джонс выехал к гостинице «Меридиан», чтобы не упустить японца, если тот заметит слежку и ухитрится улизнуть. Я же решил дежурить в машине, которую для меня оставили помощники миллиардера. Дождь почти прекратился, но ветер ещё не утих.

Такеши выскользнул из главного корпуса «Приморья» ближе к шести вечера. Вызвал такси и отправился петлять по городу. Маршрут у японца был интересный. Почтовое отделение, магазин канцтоваров, лавка каббалиста, библиотека, кафе на набережной Амурского залива. Ито нигде подолгу не задерживался, а на каком-то этапе у него в руках нарисовался чёрный кейс.

Я незамедлительно связался с Паттерсоном.

У него появился кейс.

Ответ пришёл быстро:

Продолжай вести. Мы думаем, фрагмент в кейсе.

«Меридиан» расположился на Монастырской сопке, куда вела извилистая двухполосная магистраль. Гостиница состояла из четырёх этажей и была достаточно скромной по любым меркам, но зато вокруг было много видовых площадок, с которых туристы любовались бухтами.

Такси высадило японца на стоянке, тут же развернулось и укатило прочь. Я припарковался неподалёку, но выходить не спешил. В теории Ито мог запомнить моё лицо, хотя на саммите полно участников. Рисковать не хотелось. Тем более, что Паттерсон сообщил о нахождении внутри одного из людей мистера Джонса.

За ним проследят.

Минут через пять я выбрался из машины, обогнул здание и, сделав прозрачным фасад, прикинул, куда можно просочиться. Портье не должен меня запомнить, потому что в «Меридиане» останется как минимум один труп.

Действовал я спокойно, без спешки.

Осмотр производил с обзорной площадки, усиленно притворяясь праздным туристом. Определившись, направился к зданию, при каждом шаге опираясь на трость. Но вместо того, чтобы продолжить прогулку, нырнул в стену.

Знаете, цокольные этажи — подарок для убийцы с моими способностями.

Ты можешь войти в подсобку, прачечную, комнату с генератором, на кухню или в чулан со швабрами. Главное — проложить маршрут, вести себя уверенно и по возможности избегать встречи с персоналом.

Я зашёл в отель через прачечную.

Тусклое освещение, ряды одинаковых стиральных машинок. Одни гудят и содрогаются от вращения центрифуги, другие открыты. Корзины с бельём… Всё как обычно.

Оказавшись в длинном коридоре, я направился к лестничной площадке в торце здания. Прозрачные стены позволили мне вовремя заприметить горничную и нырнуть через стену в бойлерную. Когда девушка скрылась в прачечной, я продолжил свой путь.

Лифтов в «Меридиане» не было.

Паттерсон сообщил, что Ито скрылся за дверью сорок восьмого номера, так что я поднялся на четвёртый этаж и, уже не скрываясь, зашагал в нужном направлении. Попутно просветил другие номера. Сорок седьмой был занят упитанной тёткой, смотревшей телевизор. Сорок девятый пустовал. Я шагнул туда прямо сквозь дверь, приблизился к нужной стене и «включил» прозрачность.

Номера в гостинице были стандартными, без лишнего шика и понтов. Простые комнаты с санузлами, новой мебелью, телевизорами, маленькими холодильниками и электрочайниками. Возникло ощущение, что попал в хороший санаторий или пансионат.

Картина, которую я увидел, была предсказуемой.

Участники сделки обменялись кейсами, и сейчас занимались проверкой. Такеши Ито сидел в кресле с раскрытым чемоданом на коленях и пересчитывал деньги, закладывая их в специальную машинку. Сразу пачками. Машинка была механической, и я понятия не имел, как она работает без электронной начинки. Справляясь с очередной пачкой, аппарат выдавал мелодичный звук.

Партнёр Такеши выглядел как типичный европеец. Я бы сказал, из Северной Европы. Белобрысый, с густой шевелюрой и модными усами, довольно высокий и статный. Крутит в пальцах золотистую пирамидку, испещрённую бороздками, непонятными значками, цилиндрическими выпуклостями и круглыми выемками. Не удовлетворившись поверхностным осмотром, надевает очки со странным оптическим наростом, как у ювелиров.

В голове звучит голос мистера Джонса:

Я у входной двери.

План у нас разработан заранее. Джонс отвлекает адепта Серебряного Круга, я убиваю Такеши. После этого Джонс вырубает адепта, уколов его иглой с нейротоксином. Или не «после», а одновременно. Как получится. Главное, чтобы британец проник в апартаменты, а ведь фанатик может его и не пустить. У нас имелся «план Б» — сделать дверь проницаемой.

Поколебавшись, отдаю приказ:

Начинаем.

Извлекаю меч из трости.

Джонс стучит в дверь.

Глава 4

Сложно считать деньги, когда из стены вылетает меч, пробивает тебе грудную клетку и входит в сердце. Ты просто сидишь, пришпиленный к креслу, словно бабочка в коллекции энтомолога.

Я к таким приёмам прибегаю редко.

Но сейчас нельзя было терять ни секунды.

Шагнув в апартаменты, где чуть не осуществился обмен века, я сделал входную дверь проницаемой и сообщил об этом Джонсу.

Адепт, услышав странные звуки, обернулся.

Увидел меня, и его рука потянулась куда-то под пиджак…

Не судьба.

Джонс ткнул неудачника иглой прямо сквозь дверное полотно. Мужик вытащил нечто, до боли напоминающее пистолет, поднял руку, сделал неуверенный шаг… и рухнул на пол. Выстрелить он так и не успел, и это хорошо. Я уже превратился в тень, но резкий звук привлёк бы ненужное внимание персонала.

Поскольку дверное полотно я уже не контролировал, пришлось открыть мистеру Джонсу.

Миллиардер шагнул за порог, прикрыл дверь за собой, щёлкнул замком. Бросил оценивающий взгляд на мёртвого Такеши. Присел на корточки, приложил руку в перчатке к шее адепта, проверяя пульс. Удовлетворённо кивнул.

— Вы просто машина смерти, господин Иванов.

— Профессия обязывает.

Ухмыльнувшись, британец встал и направился к письменному столу, где лежал необычный артефакт. Пока Джонс осматривал пирамидку, я подошёл к господину Ито, аккуратно закрыл чемодан с деньгами и переложил на кровать. После этого обыскал японца. В карманах обнаружились паспорт Небесного Края, карточка-пропуск в «Приморье» (у меня была такая же), ключи от гостиничного номера. Удивительно, но оружия при себе господин Ито не имел.

— Деньги можете забрать себе, — бросил через плечо Джонс.

Я не стал благодарить.

Как говорится, что в бою взято, то свято.

Выдернув меч из тела, я увидел, как по груди японца растекается красное пятно. Накрахмаленная белая рубашка явно утратила первоначальное качество.

— Это он? — я взмахнул мечом, очищая его от крови, вложил в трость и приблизился к Джонсу. — Девятый фрагмент?

Миллиардер пожал плечами:

— Я в этом не разбираюсь. Даже не представляю, как эту деталь можно состыковать ещё с чем-то и создать Серебряный Круг.

— Пирамидка явно не серебряная, — заметил я.

— Это очевидно, — согласился британец.

Мы, конечно же, не собирались убирать труп.

Точнее, не собирались его выносить.

Для этого у мистера Джонса имелись «специалисты узкого профиля», которых он взял из своей личной охраны. Единственный нюанс — мы не могли позволить себе вытаскивать людей через окно при свете дня, а поэтому было решено дождаться сумерек. Чтобы к нам не влезли любопытные горничные, повесили снаружи табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ». После этого занялись изучением игрушки, которую выронил фанатик.

— Огнестрел, — нахмурился Джонс.

— Вы знаете, как он выглядит? — иронично улыбаюсь.

Британец не изменился в лице.

— Догадываюсь. В новостях такие штуки уже показывали. Когда каратели задерживали отступников.

Мы оба не снимали перчаток, поэтому я взял пистолет в руки и начал рассматривать. Больше всего это примитивное орудие напоминало самострел, который один мой приятель из прошлой жизни смастерил в сарае. Изогнутая деревяшка с трубкой, прикрученной с помощью изоленты. Здорово смахивало на «поджигу», только с гораздо более сложным механизмом. Убить человека из такой хрени вполне реально, если стреляешь с близкого расстояния. Устройство было однозарядным и не оставляло своему владельцу права на ошибку.

— Не понимаю, — я передал оружие Джонсу. — Зачем так глупо подставляться? Толку от этой пукалки почти нет, но существует огромный риск привлечь внимание инквизиторов.

— Хм, — британец напряжённо соображал. Ему такой поворот не нравился. — Они явно кукушкой тронулись. Я бы предположил, что этот механизм сложнее, чем кажется. Или что с его помощью они собирались пустить полицию по ложному следу.

— Гадать можно до бесконечности, — я посмотрел на часы. — Что делать будем?

— Вышвырнем эту дрянь в море, — британец ни секунды не сомневался в своих действиях. — А пока предлагаю обыскать нашего бесчувственного друга. Вдруг он ещё парочку сюрпризов приготовил.

Усатый блондин не подавал признаков жизни.

Мы обшарили этого типа в поисках артефактов или средств связи, но ничего не нашли. Разве что нож скрытого ношения у пояса, но этим сейчас никого не удивишь. Чехол с ножом мы, естественно, сняли. Остаток времени в ожидании спецов провели за просмотром телевизора.

Когда немного стемнело, в дверь постучали.

— Это наши, — сказал Джонс.

К этому моменту он убрал пирамидку в компактный футляр, принесённый адептом, и спрятал в кейс. Второй кейс, с деньгами, я забрал себе.

Открыв дверь, впустил четвёрку молчаливых господ, которые, изучив фронт работы, начали оперативно наводить порядок. Первым делом они затащили труп японца в ванную, где начали колдовать, обрабатывая его неизвестными веществами. Колдовали двое. Вторая часть команды начала оттирать кровь с обивки кожаного кресла.

— Что они там делают? — спросил я, кивнув на дверь санузла.

— Растворяют, — коротко ответил британец.

Из ванны понесло химией.

Минут через двадцать добры молодцы явили себя миру и сообщили, что дело в шляпе. Я не поверил и заглянул в санузел. Запах был странный, эдакая помесь тройного одеколона с денатуратом. А вот труп реально исчез. Даже следа не осталось.

— Браво, — похвалил я сэра Иезекииля, вернувшись в комнату.

Кресло уже сияло девственной чистотой.

Балкон распахнули, чтобы проветрить помещение.

Я даже представить боюсь, как все эти люди проникли в гостиницу, минуя портье. Ответ был получен, когда я сделал прозрачными все перекрытия, «добрался» до холла и обнаружил там ещё одного типа в чёрном костюме, старательно изображающего работника отеля. Оригинальный портье как сквозь землю провалился.

— Переходим к финальной стадии, — провозгласил мистер Джонс.

Подручные британца знали, что делать. Один из четвёрки, оказавшийся левитатором, подхватил бесчувственного адепта на руки, не прилагая для этого особых усилий, воспарил над полом и вылетел в окно. Точнее, в балконную дверь. Снаружи уже стемнело, и разглядеть, что там чернеет в небе, как я подозреваю, смогли бы немногие.

Вещи, найденные у японца и белобрысого фанатика, подручные Джонса сложили в пластиковый пакет и унесли с собой. Туда же отправился самострел, к которому никто не осмеливался прикоснуться без перчаток.

Последними апартаменты покидали мы с Джонсом.

Британец спокойно закрыл дверь ключом, лежавшим на прикроватной тумбе, улыбнулся проходившей мимо горничной и направился к лестнице для постояльцев. Я последовал за ним. В вестибюле к нам присоединился человек, изображавший портье. Ключ мы повесили на гвоздик под номером сорок восемь.

Снаружи нашу славную компанию ждал микроавтобус. Погрузившись в него, мы помчались в неизвестном направлении. Я не сразу понял, что съехавший с сопки бус движется к портовому району. А если быть совсем точным — к припортовым трущобам, в которые нормальные люди предпочитали не соваться. На полпути подобрали Паттерсона, который всё это время руководил операцией удалённо.

— Только не говорите, что вы его затолкаете в субмарину, — сказал я, имея в виду спящего адепта. Фанатик уже начал шевелиться и стонать, но всё ещё не соображал, что происходит.

— О, нет! — Джонс притворно округлил глаза. — Я не готов к такому соседству.

Мы проехали ещё несколько километров.

За тонированными стёклами буса мелькали городские огни. Слышался шум прибоя. Тайфун постепенно ослаблял хватку, но ветер ещё был сильный.

Водитель свернул в какую-то глухомань. Ещё через пять минут мы притормозили на краю гигантской свалки ржавых контейнеров. Я даже затруднился с определением локации. В «оригинальном» Владивостоке ничего подобного не припомню.

Подхватив фанатика под руки, мы выволокли его наружу. Протащили по мокрому асфальту и усадили на кусок железобетонной плиты с торчащими в разные стороны штырями. Нейротоксин, судя по всему, начал отпускать товарища. Взгляд белобрысого стал более осознанным. К слову, мы его видели хорошо благодаря свету фар, бьющему скандинаву прямо в лицо. А вот мы, наверное, представлялись адепту безликими трафаретами.

— Кто вы такие? — мужик заговорил по-немецки.

— Те, кто забрал девятый фрагмент, — невозмутимо ответил Джонс. — Поэтому рекомендую сидеть на месте, никуда не телепортироваться и слушать то, что я сейчас скажу.

Блондин насторожился.

Но быстро взял себя в руки.

— Девятый фрагмент? Не понимаю, о чём вы.

— Понимаешь, — заверил миллиардер. — И что такое Серебряный Круг, и что у меня в этом чемоданчике, и то, что облажался. Всё ты понимаешь.

Адепт молчал.

И тогда в разговор вступил я.

— Фрагмент будет у нас до тех пор, пока мы не получим одну вещь. Великий Артефакт, он же Абсолют. Магистр должен передать его нам…, но не навсегда. Когда мы используем Абсолют, то вернём его Серебряному Кругу вместе с девятым фрагментом.

— Я не могу принимать столь ответственные решения, — адепт перестал ломать комедию.

— И не нужно, — вступает в разговор Джонс. — Просто передай наше предложение своим хозяевам.

— У нас нет хозяев, — обиделся фанатик. — Круг — это сообщество единомышленников.

— Ты нас услышал, — отрезал я.

— И… вы меня просто отпускаете? — удивился блондин.

— Да, просто отпускаем, — меня забавляла его реакция. — Воспринимай себя как гонца. Или курьера. Глупо убивать курьера, пока он не передал письмо.

Адепт задумался.

И неуверенно ответил:

— Как мы вас найдём?

Перевожу взгляд на Джонса.

— Оставь номер телефона, — сказал британец. — Мы позвоним и продиктуем адрес. По этому адресу должен прибыть один из ваших адептов. Обсудим условия, договоримся о передаче.

— Хорошо, — кивнул скандинав.

Джонс щёлкнул пальцами.

Из темноты выступил человек, протянул фанатику блокнот с ручкой. Молча, не называя имён. Не выказывая почтения или пренебрежения. Идеально вышколенный инструмент.

Фанатик сделал в блокноте запись и вернул слуге. Тот молча передал требуемое Джонсу.

— Это российский номер, — заметил британец.

— Совершенно верно, — кивнул адепт. — Мы находимся везде. И нигде.

— Оставь этот пафос, — хмыкнул я. — И вали отсюда, пока мы добрые.

Фанатик встал, пристально всмотрелся в наши силуэты, будто пытался запомнить, но фары били его в глаза и вынуждали щуриться. Сдавшись, адепт Круга исчез.

Мы погрузились в машину и поехали обратно.

— Что скажете, Паттерсон? — Джонс перевёл взгляд на своего ближайшего помощника.

— Очень мощные блоки, — признал телепат. — Я не мог считывать вербальный поток. Что же касается эмоций… Поначалу он испугался, но быстро взял себя в руки.

Джонс на некоторое время умолк.

Потом отдал приказ:

— Свяжись с герцогиней. Мы должны встретиться на нейтральной территории. Подойдёт ресторан… или кафе. Лучше кафе.

Паттерсон выполнил распоряжение шефа, и через сорок минут мы подкатили к неприметному заведению у самой границы Эгершельда. Наталья Андреевна приехала в сопровождении двух телохранителей, выделенных Лукой Сванидзе. Знаком велела им оставаться у входа. Мы спустились в уютный подвальчик, имитирующий корабельный трюм, взяли себе чай-кофе и местную выпечку. Джонс вкратце изложил события последних часов, опустив деталь с кустарным самострелом.

— Вот почему вы с этими кейсами таскаетесь, — догадалась герцогиня. — Можно взглянуть на фрагмент?

— Не здесь, — отрезал британец. — Для начала предлагаю определиться с точкой, куда придётся вызывать этих психопатов.

— В России? — уточнила Наталья Андреевна.

— Где ж ещё, — миллиардер пригубил кофе. — Если вы покинете страну, это вызовет подозрения. Персона вы публичная, все перемещения должны объясняться логически.

— Вы правы, — согласилась Воронова. — Как насчёт того, чтобы посетить моё имение в Тавриде? Я прибуду туда с инспекцией, Сергей будет меня сопровождать.

Таврида — это здешнее название Крыма. В моей вселенной это название придумали греки, но впоследствии полуостров окрестили «Кырымом». Татары окрестили, кто ж ещё.

— Я предпочитаю путешествовать инкогнито, — улыбнулся Джонс.

— Только не на своей субмарине, — закатываю глаза. — А то мы в лучшем случае к зиме соберёмся.

— Арендую частный самолёт, — невозмутимо ответил британец. — Говорите, куда лететь.

Герцогиня объяснила нашему заморскому другу, как добраться до её имения. Насколько я понял, усадьба с прилегающими землями, находилась под Ялтой. Которая в этом мире не отклонилась от привычной этимологии.

— Не жалко усадьбу? — поинтересовался я. — Фанатики могут туда нагрянуть в полном составе.

— Вряд ли, — покачал головой Джонс. — Какие у них гарантии, что мы не подготовились?

— Я вам так скажу, — заявила Наталья Андреевна. — После всей этой истории с фрагментом… Ни у кого из нас нет гарантий.

И ведь не поспоришь.

…Джонс с Паттерсоном покинули наше общество минут через сорок. За это время был разработан приемлемый план, одобренный всеми участниками союза. Мы с Натальей Андреевной вернулись в гостиницу «Империал», где я занялся подсчётом денег.

В районе десяти часов вечера пришла весть о том, что князь Трубецкой прибыл во Владивосток, и сейчас кортеж лидера Эфы направляется в нашу сторону.