Шут

Пролог

Маска стянула мышцы, жадно впившись ремнями в затылок. Идиотская улыбка застыла на своём законном месте. Пройдя мимо зеркала, я мельком глянул на себя. Тёмная одежда надёжно скрывала фигуру, маска шута – лицо. Из прорезей виднелись только блеклые провалы карих радужек, которые почти сливались со зрачками. Чёрный ежик волос выбивался из-под глупо ухмыляющейся маски, разукрашенной цветастыми красками. За спиной возвышается рукоять меча.

Готов.

Дверь тихо хлопнула, оставив квартиру пустовать. Я спустился по лестнице, чуть не столкнулся с девушкой, но вовремя нырнул в тень. Хоть маска и пестрит яркостью на свету, краски, нанесённые на этот шедевр ручной работы, матовые, поэтому не выделяются в тени. Девушка заметно покачивалась, видать, возвращалась с гулянки, да и время подходящее – три часа ночи. Этажом выше хлопнула дверь. Ноги вынесли меня из укрытия и продолжили спуск.

Двадцать минут неспешной ходьбы, и я на месте. Всё точно так, впрочем, как и обычно. Электронное табло часов венчало здание напротив, две сиротливых лавочки стояли вдоль пешеходной дорожки, на одной красуется едва различимая в полумраке надпись: «окрашено», во второй проломлена пара досок. Остаётся ещё сорок минут. Я забрался на дерево, ещё раз огляделся, закрыл глаза, вспоминая каждую деталь. Да, именно это.

Осталось только ждать…

Тридцать семь минут пролетели одним мгновением, и вот показалась девушка. Невысокая стройная блондинка, укутанная в белый плащ. Она озиралась каждую минуту, забыв, что смотреть нужно и вперёд. Ей навстречу из-за угла вышел молодой парень. Высокий, худой, как жердь. Руки в карманах спортивной куртки. Люди поравнялись под деревом, на котором я сидел. Парень резко взмахнул левой ладонью, привлекая внимание девушки, и полюбопытствовал:

- Красавица, не найдётся покурить? – пробелы в зубах явно говорили о весёлой жизни мужчины. Девушка сравнялась цветом со своими волосами.

Рано.

- Не к-к-кур-рю-у, - заикаясь, пролепетала блондинка.

Рано.

- Жаль, придётся самому покупать, - дельно расстроился парень, извлекая правую руку с ножом-бабочкой из кармана. – Ты ведь согласишься одолжить мне денег?

Вот теперь пора. Я рухнул с ветки как тень, меч зашептал, сетуя на необходимость покидать ножны. Пальцы любителя лёгких денег улетели в сторону, вместе с ножом. Парень уставился на остатки, вытаращил глаза и заорал не меня:

- Ты что наделал?! – боли он пока не чувствовал, да и соображал ещё плохо. Я приставил меч к его горлу и произнёс:

- Убийца не достоин жизни.

- Что? Что это значит?! Я никого не убивал! – парень ещё был не в себе.

- Пока, никого не убивал, - поправил я и продолжил: - сегодня первое убийство, остальные в течение недели.

- Что за бр… - голос оборвался, захлебнувшись в крови - клинок легко распорол горло. Быстро вытерев оружие об одежду грабителя, я спрятал его обратно. Меч вновь шептал, входя в ножны, на этот раз, видимо, молясь об упокоении.

Девушка за моей спиной всё так же молчала, я тоже не стал ничего говорить, просто зашагал к выходу. У самой арки ворот меня настиг запоздалый крик бывшей жертвы.

Вернувшись домой, я устало расстегнул ремни маски, стерев фальшивую улыбку, вновь глянул в зеркало, но не увидел ничего, кроме печали и одиночества. Маска полетела в угол, за ней последовали ножны. Тело упало на диван, и мозг мгновенно уснул.

Часть 1 - Путь в себя - Глава 1 - Попался

Часть 1

Путь в себя

"Чтобы понять, кем являешься, нужно вспомнить, как ты вообще дошёл до этого вопроса." Имя автора утеряно, сохранилось лишь прозвище «Вечный»

Глава 1

Попался

- Что ты на меня орёшь?! – высокий разозлился не на шутку.

- Мухлюешь ты, вот что! – проорал другой, пониже. Оба уже успели изрядно набраться дешёвого вина, поэтому слова звучали грозно, но невнятно. Первый размахнулся и влепил второму увесистую оплеуху. Тот упал и приложился головой о тумбочку - дело происходило на кухне. Низкий встал, шатаясь ещё сильнее, и взялся за нож. - Собака, ты мне деньги мои отдашь. – Уже не крик, скорее предупреждение, но до затуманенных угаром мозгов высокого это не дошло.

- А то что? – усмехнувшись, пробасил он. Низкий сделал шаг вперёд, едва не упал, но равновесие удержал и замахнулся ножом. – Э, ты чо?! Э, э! А-а-а-а-а-а! – нож вошёл в грудь, затем ещё раз и ещё, он вонзался и вонзался, рука двигалась, не зная усталости.

За спиной новоявленного убийцы я заметил отливающий золотом купол церкви. Солнце блестело на правой его стороне…

***

Рывком вскочив с дивана, я глянул в окно – светает. Значит, время ещё есть. Волевое усилие позволило преодолеть забузившую было лень, заставить себя встать и подойти к углу, в который вчера улетела маска. Всё та же фальшивая улыбка шута. А чего я, собственно, ожидал? Через пустые глазницы были видны ножны. Уже начавшие просыпаться руки легко взяли их, маску и мой «рабочий костюм» - чёрные, как сама тьма, джинсы вместе с рубашкой того же цвета - и отправил в сумку. Сегодня больше подойдёт обычная одежда. На стол легла карта города.

- Так, вот церковь, солнце перевалило за полдень и было справа. Значит, нужный мне дом на Севере. Высота – второй-третий этаж. Пока всё просто.

Я схватил рюкзак и двинул в нужном направлении…

Двери переполненного автобуса захлопнулись прямо перед моим носом. Пожелав про себя водителю насыщенной сексуальной жизни, я вздохнул и пошёл пешком. До цели оказалось два часа не очень быстрой ходьбы.

Вот за домами показался купол храма. Он грел своё золотое брюхо на полуденном солнце. А меня этот небесный фонарик раздражал. Я больше люблю ночь. Она всегда поможет спрятаться, луна не надоедает навязчивым светом, к тому же, тьма – подруга всех, кто любит думать, недвижимо сидя и глядя на земной спутник.

А вот и нужный дом – огромная, по меркам нашего города, девятиэтажка на семь подъездов. Тут же и первые проблемы – минимум два этажа и ещё три-четыре подъезда, из которых мог открываться такой вид. Точно узнать место я смогу только из той самой квартиры. Хорошо хоть припертые камнями от летней жары двери были приветливо распахнуты. Ноги бодро внесли тело в четвертую по счёту и заскакали по лестнице на второй этаж.

Из окна между пролётами открывался прекрасный вид, но не тот, что нужен – немного левее, чем в видении. Я выскочил, намереваясь зайти в следующий подъезд, но тут Судьба решила мне улыбнуться – неудачливый собутыльник-шулер проходил мимо. Неторопливо последовать за будущей жертвой не составило труда. Мужик открыл единственную запертую дверь и вошёл в подъезд, я протиснулся следом и обогнал перед самой лестницей, не случившийся труп возмущённо взмахнул руками, но тут же схлопотал лёгкий тычок в лоб и потерял сознание. Мне же оставалось только подхватить обмякшее тело и оттащить в тёмный уголок под лестницей, усадив его там. Он стал похож на пьяницу, уснувшего после пары стаканов. Чтобы окончательно убедить всех прохожих в последнем, стоило добавить последний штрих - положить ему на колени пустую бутылку, найденную тут же. Всё, с делами на сегодня покончено.

Значит, можно топать домой, наслаждаясь чувством выполненного долга.

Хлопнув дверью, я бросил не пригодившуюся сумку на пол и пошёл к компьютеру, на ходу снимая носки и расстёгивая рубашку. Не люблю, когда что-то стесняет. Аппарат тихо загудел, приветствуя меня, монитор зазывно моргнул. Ещё несколько секунд ожидания до окончательного включения, и рука привычно потянулась проверить почту - пусто. Что ж, значит, пока сидим без работы.

Деньги зарабатывались в основном на конструировании сайтов. Благо, умений хватает, гонорары неплохие, одно плохо – работодатели появляются редко. Я все же одиночка, не принадлежу к крупным компаниям. Стоит заметить, что предложения поступали, но мой образ жизни не выносит рамок и ограничений, поэтому приходится отказывать.

Ну, раз нет работы, надо отдохнуть…

К трём часам ночи порядком утомившийся мозг потребовал отдыха. Пришлось выключать компьютер и отправляться спать. Мне было лень снимать штаны, поэтому я завалился спать прямо так. Ну а что? Живу один, знакомых и, тем более, друзей нет, изредка пересекаюсь со случайными людьми. Сам дискомфорта не испытываю, поэтому причин, способных заставить меня сделать усилие и перебороть лень, нет. Сон пришёл мгновенно и накрыл разум своим чёрным, мягким одеялом…

***

Холодный пот липкой патокой покрывал каждый миллиметр тела. Всего минуту назад меня посетило видение смерти родителей.

- Просто сон, - успокоил я себя и глянул на часы. Электронные циферки показывали половину восьмого. Ваш покорный слуга, вяло натянув на себя брюки и рубашку, зашагал в соседнюю комнату, где увидел живых и здоровых родителей. Счастливые люди, у них сегодня выходной, а мне в школу идти. Быстро перекусив и доодевавшись, я побежал в место, мучившее меня последние одиннадцать лет.

Школа всё так же стояла хмурой серой громадиной ростом в три этажа, она тонула в море некогда белого снега, теперь больше похожего на выработку солевой шахты. Я бросил куртку на вешалку и пошёл в класс. Первой была математика, мои успехи на этом уроке зависели от настроения учителя. Уж не знаю за что, но она невзлюбила меня с первого же года нашего знакомства. Если её настроение укладывалось в рамки хорошего, мои оценки были именно такими, каких я заслуживал, зато при плохом расположении духа, мой дорогой преподаватель сбрасывал пару-тройку баллов - за почерк, например.

Прошёл первый урок, второй, третий, настало время столовой. Я быстро съел жидкое картофельное пюре, запил его кружкой несладкого чая и собирался занести грязную посуду, но меня вдруг пробрало до дрожи. Это было похоже на удар молнии. В один миг пришло осознание, что я должен, обязан попасть домой, причём прямо сейчас. Десять минут честных попыток бороться с навязанным мне желанием не принесли результатов, пришлось сдаться и бежать. Бежать, забыв про куртку, оставленную в раздевалке, про рюкзак, валяющийся в классе.

На бегу достал телефон и принялся судорожно набирать номер милиции. Вежливый голос полюбопытствовал что случилось, а я не смог описать, просто назвал адрес и добавил:

- Приезжайте скорее!

Телефон выпал из рук, утонув в снегу, но обращать на это внимание было некогда, показалась родная калитка. Пёс надрывался, он лаял, прыгал, но цепь не давала ему уйти дальше метра от будки.

К дому подъехала машина с нарядом милиции. Водитель выскочил, увидев меня, и попытался остановить, однако быстрый нырок позволил избежать его хватки и мчаться дальше.

- Парень, постой! – раздалось за спиной, но мои уши этого не услышали. Хлипкая калитка слетела с петель от удара ногой. Шаг, ещё шаг, пёс затих и злобно уставился на меня, но затем узнал и завыл. Я прибавил скорости, распахнул дверь, пробежал коридор и влетел на кухню, столкнувшись нос к носу с человеком в маске, который целенаправленно тащил телевизор. Он был мне смутно знаком, но вспомнить, откуда именно, никак не удавалось. Тут взгляд скользнул по тому, что находилось за спиной вора. Сердце тут же ухнуло куда-то вниз. Мама. Она лежала тут, на ковре, крови не было, но я знал, что она мертва. Видел её смерть. Сон, этот идиотский сон! Вот, откуда знаю человека в маске, это он убил маму - свернул шею, чтобы не разбудить остальных обитателей дома, но отец проснулся, получил чем-то острым в живот и теперь лежит в спальне.

Гнев охватил меня целиком. Подставка с ножами, стояла всего в паре сантиметров от моей ладони, и я этим воспользовался. Рукоять легла в ладонь, став её продолжением, а лезвие обратилось в карающую длань, направленную на любителя грязных денег. Остриё вошло в плечо, этот ублюдок всё же успел среагировать и не остался в долгу, выбросив вперёд руку с окровавленным лезвием, которое пряталось под телевизором, валяющимся теперь на полу. Именно это лезвие несколько минут назад оборвало жизнь отца. Я понимал, что сейчас нож пронзит мой живот, но не осознавал результата, который может наступить…

Мог, но не наступил - где-то за спиной раздался громкий хлопок, и пуля продырявила второе плечо вора, не дав ему довести остриё до цели. Я упал на колени, мозг просто не хотел верить, что глупый сон стал правдой. Милиционер подошёл к бандиту, который корчился на полу, и нацепил наручники, затем что-то проговорил в рацию и подошёл ко мне.

- Парень, ты в порядке?

Я ничего не ответил, просто не мог.

***

Подняться со дна мутных глубин сна удалось с огромным трудом, весточка из прошлого вцепилась в меня, не желая отпускать. Возможно, это длилось бы ещё долго, но выбраться мне помог насмешливый голос из темноты:

- Любопытно, очень любопытно, - я потянулся к сумке за катаной, но ни меча, ни, собственно, сумки не нащупал. – Не трудись, я всё же не настолько глуп.

- Кто ты? – из глотки вырвался звериный рык животного, защищающего свои владения. Очень не люблю, когда ко мне приходят без приглашения.

- Хо, какой же ты быстрый, вежливый хозяин сначала представляется сам.

- Это ты залез в мою квартиру, неужели наугад? – сменив гнев на такую же насмешку, как у визитера, полюбопытствовал я.

- Нет, мне интересно, как ты зовёшь себя. Могу, конечно, называть по имени, М…

- Не смей! – грубо прервал я «гостя». – Зови меня Шут.

- Интересный выбор, что ж, Шут, так Шут.

- Кто ты? - пришлось повторить вопрос настойчивее.

- Человек. – Ухмыльнулся гость. А я осмотрел комнату одними глазами, не поворачивая головы, чтобы «человек» не заметил попытки найти оружие.

- Да ладно, быть не может, ведь есть ещё столько вариантов! – диалог сейчас был мне не слишком интересен, но гостю об этом пока знать не надо, так что, добавим немного саркастической экспрессии.

- Ты, Шут, даже не представляешь, насколько много. – Вновь ухмыльнулся незнакомец, но всё же снизошел до более-менее внятного ответа: - Можешь звать меня Сном.

- Так значит, это моё имя странное? – тут на глаза попалась табуретка. Не знаю, кто этот парень, но у меня нет намерений терпеть его присутствие. Хватило секунды, чтобы дотянуться до обнаруженного оружия, ещё через миг табуретка летела в незваного гостя. Я кинулся следом за ней, чтобы сразу начать допрос. Вот тут обнаружился внезапный сюрприз – табуретка, не долетев сантиметра до головы Сна, лопнула облаком тумана, а всё моё тело оказалось в тесном плену верёвок. Стреноженная туша неизящно плюхнулась на пол. Путы оказались настолько крепкими, что я мог только моргать, говорить и шевелить ушами. Даже дышать не мог!

- Нехорошо. - Поцокал языком Сон. - Не ты один особенный, таких много. Пошевели мозгами, меня не случайно зовут Сном. Ты сейчас спокойно сопишь в две дырочки, а всё это, - он раскинул руки, - происходит в твоей голове.

- Что за бред ты несёшь? Какой особенный? Совсем псих?

Сон рассмеялся, от души, с наслаждением.

- И это мне говорит тот, кто убивает людей, увиденных во сне? – утирая выступившие от смеха слёзы, полюбопытствовал мой собеседник, а затем привёл последний довод: - Ты не дышишь уже пять минут и даже не обращаешь на это внимания.

- Не может быть. – Прошептал я.

- Ну что, теперь нормально поговорим? – верёвки пропали так же неожиданно, как и появились. – Присаживайся, - Сон указал на кресло рядом со своим. Я, опасливо поглядывая на гостя (хотя, кто тут гость – вопрос спорный), уселся на предложенное место. – Существует организация, состоящая из таких, как мы с тобой. Эта организация занимается трудоустройством, опекой и прочей мелочью, связанной с особенными людьми. Ещё защищает нормалов от проявления нашей силы.

- А нормалы, полагаю, - люди без способностей? И это их официальное название? Как-то совсем по-детски звучит. – Во мне сразу зародился червячок сомнения.

- Нет, - рассмеялся Сон, - их официальное название ОЧВНИОМХ – Особи Человеческого Вида, Не Имеющие Отклонений Магического Характера. Согласись, тяжеловато выговорить, именно поэтому между собой мы называем их нормалами.

- Хочешь сказать, что вас не устраивает моя деятельность? – я вопросительно приподнял бровь.

- Нет, что ты, - рассмеялся Сон, а затем резко стал серьёзным и продолжил: - я прибыл, чтобы предложить тебе присоединиться к нам. На размышления у тебя неделя, Шут…

***

...Потолок…

Декорации сменились мгновенно, секунду назад я разговаривал со Сном, а сейчас уже пялюсь в бесконечные дали белизны потолка. Глаза автоматически принялись искать сумку с оружием. Она обнаружилась на том месте, куда улетела вчера.

- Может, просто сон? – с надеждой спросил я у стены, но та промолчала, пришлось ответить за неё: - Да ни хрена. И что теперь делать?

Появление ещё кого-то, наделённого способностями, стало для меня сюрпризом. Нет, не то чтобы я считал себя единственным и неповторимым, таким особенным, что вижу будущее во снах, но как-то неожиданно. Неожиданно, что они организованны, что они заметили меня.

Наши доблестные служители закона не обращали особого внимания на мою деятельность. Я редко пускал в ход меч, только против тех, кто должен был лишить жизни многих, тех, кому судьбой написано быть убийцей. И давалось мне это не так легко, как кажется со стороны. Но приходится сразу затаптывать ростки сомнения, убеждая себя, что, если не сделаю этого, погибнут невинные люди.

Эфес меча привычно лёг в ладонь, половина лезвия легко вынырнула из ножен, отразив уставшие глаза. Это настоящая катана, не тот хлам, который запрудил сувенирные лавки и ломается от первого удара. Клинок, забравший не одну жизнь. Потёртые чёрные ножны, точно такая же рукоять… Я люблю этот меч, несмотря ни на какие оговорки, люблю хотя бы потому, что он – единственная благодарность, которую мне довелось получить за свою работу…

***

Дождь, даже, пожалуй, ливень. Вся одежда промокла до нитки. Пятый сон. На этот раз я точно справлюсь. Тем более что сегодня – ровно год с моего превращения в круглого сироту. Надо же, как может разниться погода весной, двенадцать месяцев назад был снег. За это время меня посетили ещё четыре сна - последний сегодня. Спасти не удалось никого. Никого! Это повторилось четыре раза, но теперь я смогу!

В руке крепко зажат нож, тот самый, которым я ранил вора, убившего родителей. Сегодня он меня не подведёт.

К дому напротив подъехала машина, а мои ладони немного задрожали – начинается. Уже через минуту я стоял возле двери. Оттуда вышел мужчина. Худой, среднего роста, с коротким ёжиком насыщенных русых волос и очень глубокими тёмно-карими глазами.

Настал мой час!

Нож уже давно был спрятан в самодельные ножны, а я кинулся к руке мужчины и сильно потянул её вправо. Не состоявшаяся жертва (именно так, я не дам ему умереть!) сделала два неловких шага и повалилась в грязь. Мужик начал возмущаться, но был перебит выстрелом. Пуля разбила штукатурку в том месте, где он только что стоял.

Киллер чертыхнулся и перепрыгнул через капот машины, собираясь закончить дело, но на его пути возник я. Лицо убийцы исказилось от животного оскала, который появился вместо улыбки.

- Мудрый, а ты совсем опустился, детей в охранники берёшь! – с вызовом сказал киллер своей жертве, в это время водитель попытался помочь своему шефу, но схлопотал пулю в грудь. – Парень, а ты смельчак, если хочешь, я могу взять тебя в уче…

Он не договорил - я бросил свой нож и, несмотря на отсутствие нужного навыка, не промахнулся. Зато киллер оказался необычайно ловким, поймал оружие за лезвие прямо в полёте и рассмеялся:

- Так значит, он твой шут, Мудрый? Убить меня кухонным ножом? Отличная шутка, – через секунду раздался звон – дрянная сталь лезвия умерла, переломавшись пополам. – Что-то я заболтался, пора заканчивать. Тебе передавал привет Седой.

Палец лёг на спусковой крючок, но нажать не успел. В двери грохнуло сразу два пистолета. Киллер слишком увлёкся веселием и забыл об осторожности. Отставшие охранники подбежали к шефу, подняли его и принялись отряхивать. А я упал на колени и пополз к обломкам ножа. Он слишком дорог мне. Не может быть, чтобы его так легко сломали.

Сзади хозяин раздавал зуботычины охране, а дождь барабанил по плечам и спине, вбивая в меня осознание того, что я опять не справился. Не подоспей охранники, киллер завершил бы дело.

На плечо легла чья-то ладонь.

- Парень, вставай, пойдём. – Мудрый протянул мне руку.

- Куда? – безразлично спросил я.

- Ко мне, хочу тебя отблагодарить, ты, как-никак, спас мою жизнь. – Мудрый заметил сомнение во взгляде. – Не волнуйся, тебе ничего не угрожает.

- Шеф, может не надо? Вдруг он засыльный? – встревожено пропыхтел один из охранников, пряча тело киллера в багажник. Мудрый внимательно посмотрел в мои глаза, такие же, как у него самого.

- Нет. Быстрее, нам пора. – Уже через три минуты оба тела были спрятаны, а мы уселись в машину. Главный бросил в мою сторону взгляд и произнёс: - Я - Александр Мудров, меня ещё называют Мудрым, но это ты уже и так понял. А как зовут тебя?

- М… Артём, - соврал я. Никогда не любил своё имя, да и не стоит лишний раз светить им в беседе с криминальным авторитетом, а вот имя Артём мне всегда нравилось.

- Мартём? – понимающе улыбнулся Мудрый и продолжил: - Что ж, не хочешь - не говори. Это твоё дело. Не знаю, да и не хочу знать, как тебе стало известно о покушении. Факт в том, что ты спас мою жизнь, а это очень большой долг, который я обязан вернуть. Тебе что-нибудь нужно? – я неопределённо пожал плечами. – Что ж, потом решим, в любом случае, сейчас едем ко мне – тебе надо обсохнуть и переодеться.

Оставшиеся десять минут пути мы преодолели молча.

Машина резво подкатила к кованным чугунным воротам и остановилась. Новый шофёр, что-то буркнул в рацию, через пару секунд створки поползли в стороны. Дорогущий «Лексус» подъехал к самым дверям дома, охранник, переквалифицировавшийся в водителя, предусмотрительно открыл дверцу шефу. Мне помогать никто не собирался, поэтому я несмело вылез сам. Мудрый махнул рукой, предлагая следовать за ним и, уже открыв входную дверь, бросил через плечо:

- Серёга, это мясо выкинуть где-нибудь в лесу, ну, не мне тебя учить, а Мишу похоронить, как полагается. У него кто-нибудь есть?

- Нет, он детдомовский… был, - помрачнев ещё больше, чем раньше, ответил шофёр.

- Тогда вот, - Мудрый бросил подчинённому пачку денег, скрученных в трубочку, - отправь в детдом с благодарностью за воспитанника, – «водитель» молча поймал наличность и куда-то пошёл.

Дом, надо заметить, оказался огромен, но особым шиком не отличался. Не было вычурной лепнины на стенах, не было бесчисленного количества картин и гобеленов, не было золота – всё строго и конструктивно.

К нам тут же подбежала дородная дама, которой явно перевалило за тридцать… далеко за тридцать.

- Жанна, этого юношу надо помыть и приодеть, к ужину должен быть готов. – Отдав распоряжение, Мудрый удалился. Жанна удивлённо посмотрела на меня, но тут же принялась за работу, видимо, в этом доме не принято обсуждать приказы хозяина.

Меня отвели в громадную ванную, посреди которой стояла не менее громадная дубовая, насколько я могу судить, купель. Жанна подошла к ней, что-то нажала, и та начала быстро наполняться водой.

- Раздевайся, - велела она. Тут я вдруг вспомнил, что мудрый сказал «помыть», уж не восприняла ли она приказ шефа буквально?

- Я и сам мо… - наплевав на мою попытку возражать, Жанна сорвала с меня одежду и буквально швырнула в купель. М-да, вот он – истинный менталитет славянки. Уже через секунду она ожесточённо тёрла мою голову душистым шампунем. Тьфу ты, Средневековье какое-то!

Закончив с мытьём, Жанна приступила к вытиранию. Надо заметить, делала она это так же жёстко, как мыла. Оставив на мне полотенце, женщина велела:

- Жди меня там, - и указала на дверь, расположенную напротив той, через которую мы вошли. Мне оставалось только смиренно повесить голову и зашлёпать мокрыми ногами в заданном направлении. Комната оказалась гардеробом, таким же большим, как всё в этом доме.

Я стянул полотенце с плеч и начал вытирать ноги, стараясь не намочить бархатистый ковёр. После завершения этого нехитрого дела и поднятия головы, меня ждал сюрприз в лице девушки моего возраста. Совсем невысокая, хрупкая, будто фея, брюнетка. Она густо покраснела, но не ушла. Тут до порядком шокированного мозга дошло, что всю мою одежду составляет полотенце, в данный момент лежащее на полу. Я схватил его и принялся заматываться, а девушка ещё сильнее покраснела. Не знаю, что случилось бы дальше, не вмешайся Жанна.

- Что стоишь, вертихвостка? Бегом тащи швейную машинку! – как только дверь за незнакомкой закрылась, женщина, говоря извиняющимся тоном, обратилась ко мне: - ты уж прости мою внучку, она не со зла, просто растерялась.

Тут у меня случилось очередное озарение, и я, осознав всё произошедшее, покраснел сильнее девушки.

- Так, так, так… - приговаривала Жанна, копаясь в шкафу. Через секунду на свет появилась белоснежно белая рубашка, а следом элегантные - другого слова и не подберёшь - брюки, в них, кажется, не нашлось ничего необычного, вычурного или вызывающего, но они были великолепны в своей простоте. Работа настоящего мастера… и стоила она, вероятно, соответствующе.

В дверь постучали. Через секунду она распахнулась, впуская внучку Жанны и ящик на колесиках, обладающий внушительными размерами. Девушка упорно делала вид, что меня в этой комнате нет - изо всех сил не смотрела в мою сторону. Жанна подошла к ящику, что-то нажала, за что-то потянула, и взору предстала швейная машинка. Вынув из маленького ящичка увязку булавок, женщина протянула мне брюки:

- Надевай, - сказала она. Когда я выполнил веленое, Жанна принялась подкатывать непомерно длинные штанины и закалывать их булавками, затем она приступила к талии, совершая те же манипуляции. – Сымай, - женщина забрала брюки и протянула рубашку, но та не нуждалась в коррекции - сидела как влитая. Удовлетворённо цокнув языком, Жанна занялась подгонкой брюк. Её внучка, которая всё это время неуверенно мялась на ногах, стоя ко мне спиной, решила, что её помощь больше не понадобится и вышла. Тон домработницы снова стал извиняющимся: - парниша, ты пойми её, она мальчиков редко видит, а уж таких симпатичных… - Жанна лукаво улыбнулась, а я снова покраснел.

Через пять минут работа была закончена. Брюки, ушитые до нужных размеров, заняли полагающееся место, из какой-то далёкой полки шкафа не свет появились носки, которые белизной могли поспорить с рубашкой. Я с сомнением уставился на них – испачкаются мгновенно. Жанна правильно растолковала мою неуверенность и поспешила заверить:

- Полы тут чище, чем во дворце Елизаветы, так что, - она картинно поклонилась, что с её габаритами выглядело ещё забавнее, и продолжила: - сударь, всё останется таким же чистым. Соизволите ли вы проследовать в трапезную? – ещё один картинный жест в сторону двери.

Я поддержал дурачество. Так же поклонился и, надев носки, зашагал в указанном направлении. Спустя пару коридоров, таких же скромных, как и весь дом, взгляду предстала трапезная. Да-да, именно трапезная, по-другому такое место не назовёшь. Как будто шагнул в замок какого-нибудь герцога. Это была единственная «богатая» комната, но тут всё смотрелось, что называется, на своём месте. Ничего лишнего, никакого нагромождения. Я застыл с открытым ртом. Жанна же, довольная оказанным эффектом, ухмыльнулась и повела меня к столу.

Мне досталось место справа от того, что во главе стола. Женщина куда-то убежала, я же принялся разглядывать стены и полки с разнообразными украшениями. Взгляд сразу наткнулся на меч, полуизвлечённый из ножен, он стоял под стеклянным колпаком, опираясь на две подставки. Минуты две я пытался заставить себя подойти и посмотреть поближе, но в тот миг, когда был очень близок к успеху, в комнату вернулась Жанна, везя перед собой тележку, заставленную едой. Последняя, разумеется, не без помощи служанки, в мгновение ока перекочевала на стол. Тут было очень много съестного, только картошка представлена в трёх видах.

Рот мой мгновенно заполнился слюной, но я не рискнул притронуться к еде без хозяина. Последний, впрочем, не заставил себя долго ждать. Сел Мудрый, конечно же, на свободный стул во главе стола. Сразу за ним из дверей, расположенных напротив тех, через которые сюда попал я, вышла молодая женщина. На вид ей было не больше двадцати пяти, она имела правильную осанку и привлекательную фигуру.

Через минуту в трапезной появился парень примерно моего возраста. Он удивлённо уставился на меня, но Мудрый указал ему на стул рядом со мной. Парень не стал спорить и, ведя себя по-хозяйски, плюхнулся на указанное место. Сразу за ним к столу села Жанна, а с ней и её внучка. Признаться, я был удивлён, через мои руки прошло очень много литературы, но нигде (нигде!) слуги не позволяли себе сесть за стол вместе с хозяином. Мы, конечно, не в средневековье, но сейчас ведь тоже сохраняется строгая иерархия. Мудрый же и бровью не повёл.

- Что ж, все в сборе, - объявил хозяин и продолжил: - я хочу представить вам этого парня, он спас мне жизнь, будьте с ним вежливы. Его зовут Артём. Артём познакомься и ты. Это моя дорогая супруга, Елена, - жест в сторону женщины. – А это – сын, Роман, - ещё один жест, на этот раз направленный на парня. – Думаю, с остальными ты знаком, теперь же мы можем отведать стряпни Жанны. Она у нас мастерица, - последнее, полагаю, было адресовано не только мне.

«Стряпня», стоит заметить, действительно оказалась великолепной.

Первым наелся Роман, он, не говоря ни слова, положил вилку, встал и вышел. Сразу за ним стол покинула внучка Жанны. Тут я поймал себя на мысли, что до сих пор не знаю её имени. Служанка тоже не стала тянуть и, прихватив опустевшие тарелки, исчезла. А я всё ел, мне казалось, будто голод мой не утолит и вся имеющаяся на столе еда. Мудрый лишь улыбнулся, увидев такой аппетит.

Через считанные минуты нас покинула Елена, она шепнула что-то мужу и упорхнула в комнату, из которой пришла. Запихнув в себя очередную порцию нежнейшей курицы, я невольно бросил взгляд на меч, замеченный ранее.

- Нравится? – полюбопытствовал хозяин, заметив мой интерес. Я кивнул. – Настоящий самурайский клинок, его выковали истинные мастера. Эта катана помнит реки крови и тьму смут. Слушай, у меня есть идея! Твой нож ведь сломался? Я дарю тебе этот меч. – Мудрый сделал паузу, а потом продолжил: - Знаю, обещал не спрашивать, но мне, всё же, интересно. Откуда информация о покушении?

Повисла тишина, тяжёлая и напряжённая. Хозяин заглянул мне прямо в глаза, заглянул открыто и честно. Тогда я понял, что могу доверять этому человеку, несмотря на все его криминальные дела.

- Вы мне не поверите, - взгляд невольно опустился.

- Знаешь, парень, ты спас мою жизнь, я поверю, даже если скажешь, что тебя предупредили маленькие зелёные человечки. – Мудрый улыбнулся, искренне и ласково, так улыбался мой отец, и эта улыбка смела всю оставшуюся осторожность.

- Я вижу во снах смерти людей. Увидел и вашу, но всё равно не смог помочь, если б не ваша охрана!.. – всплеснул руками от переизбытка прорвавшихся чувств и замолчал. Мудрый хмыкнул:

- Признаться, я ожидал ответа попроще, вроде: «подслушал разговор заказчика и киллера». Да что там, даже версию с человечками принять, пожалуй, легче. - Александр рассмеялся. - А насчёт спасения, бросай думать, что провалился, не будь там тебя, первая же пуля смогла бы сделать мою жену вдовой. Я дарю тебе этот меч и, если хочешь, найму лучшего мастера, который научит с ним обращаться. Этого слишком мало, чтобы вернуть мой долг, наверное, я не смогу расплатиться ничем, кроме жизни. Но всё же, что тебе надо? Может деньги?

- Нет, не надо денег, мне домой надо… - совсем тихо проговорил я и добавил: - бабушка волнуется.

Именно так, после смерти родителей меня передали бабушке. А всем известна степень опеки каждой бабушки мира.

Мудрый засмеялся. Нет, не насмешливо, по-доброму.

- Давай ты останешься у меня, а бабушке можно просто позвонить. – Так и поступили. Бабушка отнеслась с настороженностью к фразе «я ночую у друга», но, скрепя сердце, разрешала остаться.

Тогда Мудрый поспешил отвести меня в гостевую комнату. Кровать там была таких размеров, что с неё, при желании, мог взлететь самолёт.

- Что ж, отсыпайся. Думаю, ты устал, а завтра продолжим разговор.

Как только хозяин покинул отведённые мне хоромы, я скинул одежду и залез под мягкое, нежное, будто облако, одеяло. Шёлковые простыни приятно ласкали обнажённый торс, но даже это не смогло перебороть силу хоровода сегодняшних событий. В крови до сих пор бурлил бодрящий адреналин, не давая Морфею забрать меня в своё царство.

Луна, светящая в окно, выхватывала кусок резной двери. Мне оставалось только любоваться витиеватым узором, надеясь рано или поздно провалиться в сон. Только благодаря этому удалось заметить, как створка неслышно отварилась, а в проёме появилось лицо Жанны. Женщина поняла, что я не сплю и участливо спросила:

- Бессонница? – киваю, нисколько не сомневаясь - Жанна различит этот жест даже в полутьме комнаты. – Я сейчас. - Тихо сказала она и прикрыла дверь, но уже через минуту вернулась. Женщина подошла к кровати и протянула мне стакан чего-то прозрачного. – Вот, выпей.

Это, кажется, была не вода. Вода ведь не может иметь слабый запах мяты и чего-то ещё, смутного знакомого, но неразличимого? Я выпил и протянул стакан обратно, Жанна успела взять его в руки за миг до того, как темнота окутала всю комнату, подарив мне долгожданный отдых.

Глава 2 - Снова гости?

Меч с тихим шелестом вернулся в ножны, обрывая воспоминания. Странно. Всегда забавляла моя память, я могу вспомнить то, что было не один год назад до мельчайших подробностей, а вот простейшие физические формулы сбегали из головы через неделю-две.

Впрочем, сейчас не время предаваться воспоминаниям. Надо тренироваться. Тело ведь как хороший механизм. Он будет работать долго, но если его постоянно не отлаживать, произойдёт сбой. А в моём случае, это может стоить жизни не только мне, но и кому-то невиновному.

Хищно вжикнула молния, затягивая горловину сумки, поверх легли боксёрские перчатки. Я ими никогда не пользовался, даже не надевал, но они хорошо отвлекали внимание от сумки. Каждый прохожий, вероятно, думал: «боксёр идёт на тренировку». Признаться, давно было любопытно провести своеобразный эксперимент - пройтись по городу с катаной наперевес и посмотреть на реакцию людей. Однако осторожность и здравый смысл пока побеждали любопытство.

Привычную чёрную одежду заменили лёгкие жёлтые шорты и майка такого же цвета – так я привлекаю меньше внимания. Да и, положа руку на сердце, шляться по такой жаре в штанах – слишком изощрённый способ суицида.

В сумку полетели три бутылки минералки местного разлива, следом за ними – пара эластичных бинтов. Всё, готов.

Всего полчаса неспешной прогулки, и вот ноги уже шагают по загородной грунтовке. Ещё пять минут спустя меня приветливо встретила тень небольшой рощицы. Всё тут давно исхожено, но подходящее место я создал себе сам. Случайно. Год назад, в самой чаще, маньяк-педофил пытался свершить своё не слишком богоугодное дело. Мне удалось прийти вовремя, но, по причине раннего возраста жертвы и тёмного времени суток, весь город узнал о страшном монстре, который убил «доброго дядю».

Счастливое детство: тот, кто даёт конфеты, добрый, кто не даёт – злой. Мне приписали длиннющие когтищи, которыми я рубил и валил вековые дубы. Вообще-то, в нашем недолесу отродясь ничего подобного не водилось, а под раздачу попала пара походя срубленных молодых берёзок, недоросших даже до моего роста. Но ребёнку хватило и этого.

Словом, в роще появилось место, заходить в которое решались либо в мертвецки пьяном виде, либо на спор. И первое, и второе случалось слишком редко, чтобы меня там кто-нибудь заметил.

Стоит признать, был тут и один минус, про который забывают все любители зелёных морей, – комары. Нет, безусловно, не во всех лесах на планете имеется эта жужжащая мерзость, но что они присутствуют в большинстве славянских стран – гарантирую.

Изничтожая треклятых кровопийц сотнями, мне таки удалось пробрался к заветному уголку. Первым в глаза бросался небольшой кружок вытоптанной травы. Именно тут я обычно отрабатываю удары мечом. Для остальных упражнений тоже нашлось подходящее место: перекладину заменила ветка, росшая под идеальным девяностоградусным углом; манекен – высохший ствол какого-то уже не опознаваемого дерева.

Разминочный комплекс легко увлёк сознание, поглотил его, вернув лишь к концу занятия.

Надо признать, я устал. Всегда устаю на тренировке. Наверное, потому, что заканчиваю её только тогда, когда просто нет сил на очередное упражнение. Дорога домой показалась в добрых четыре раза длиннее пути в лес. Зато истинное блаженство ждало меня в ванной. Тугие струи холодного душа жадно вгрызались в измученное тело. Мышцы, сведённые судорогой, начали расслабляться, а я постепенно поднимал температуру воды, пока она не стала предельно горячей, обжигающей кожу.

Теперь настала очередь растирания. Технику, как бы смешно это ни звучало в применении к удалению воды с тела, я позаимствовал у Жанны – жёстко пробежался полотенцем по всем частям себя любимого.

Хотя, какого, к чертям, любимого?

После тренировок дурное расположение духа, повсеместно преследующее меня, перерастало в апатию, убивающую любовь ко всему живому. Особенно - себе. У меня нет ни друзей, ни даже просто знакомых. Мне не с кем разделить радости и печали этой грёбаной жизни. Даже пива попить не с кем. Хотя, нет, с последним я уже переборщил – ненавижу пиво. Правда ненавижу. Как по мне, если хочешь напиться – пользуйся гением Менделеева, нет – не пей ничего. Я завалился на диван прямо так, не одеваясь. А кого мне стесняться? Верно, некого. Так зачем себя ограничивать?

Мельком глянул на часы - начало пятого. Утра, разумеется. Пора бы уже и поспать. Но сегодня мне не повезло – старина-Морфей, видать, обиделся за что-то и решил не пускать в своё царство.

Ненавижу это состояние. Кажется, что хочешь спать, глаза слипаются и болят, а вожделенное забвение всё не идёт. Поневоле начинаешь задумываться о смысле жизни, вернее о полном его отсутствии. О ничтожности своей жалкой персоны. Вспоминаются все ошибки, допущенные когда-либо, каждый постыдный поступок…

От тяжких дум меня отвлёк стук в дверь. Ну как стук, поначалу мне показалось, что отряд ОМОНа надумал заглянуть на чаёк, решив открыть дверь тараном. Быстро напялив на себя первые попавшиеся штаны, я схватил катану и пристроил у дверного косяка так, чтобы её не было видно незваным гостям.

- Кто там? – мирно полюбопытствовал я, на случай, если это кто-нибудь из соседей.

- Гости, - так же добродушно сообщили мне из-за двери.

- Правда, а я как-то и не догадался, - К соседям "гости" не имеют отношения, следовательно, можно и поязвить.

- Этого… вы бы дверь открыли, поговорить надо, - с интонацией обиженного ребёнка попросил голос.

- Ладно… - левой рукой я медленно повернул замочную защёлку, а правой схватил рукоять катаны. За дверью стояло два человека. Один гигант, на три-четыре головы выше меня, размахом плеч способный поспорить с пресловутыми героями сказок – ограми. Второй был поскромнее в размерах, немногим ниже моего роста, да и телосложение примерно такое же.

- Можно войти? – милейшим голосом полюбопытствовал гигант.

- Эм… а вы кто? – опешил я.

- Уж прости, но такой разговор не начинается в коридоре, - спутник громилы не был столь любезен. – И меч свой оставь при себе, мы не воевать пришли.

- Ладно, проходите, - буркнул я и повернулся к ним спиной, усиленно демонстрируя максимальную расслабленность. Первым вошёл тот, что пониже. Гигант, аккуратно прикрыл за собой дверь и поспешил за меньшим собратом.

- Не будем играть словами. Мы знаем, на что ты способен, Оракул. Мы представляем интересны структуры, которая…

- … помогает таким, как я. – Губы сами закончили фразу за гостя.

- Чёрт, эти уроды успели раньше, - разозлился низкий, а я, не задумываясь, рубанул мечом. Лезвие остановилось, уткнувшись в руку гиганта. Этот парень был просто невероятно быстр для своих размеров. Но поражало не это – мой верный клинок, изрубивший не один кусок стали, дал осечку – не справился с податливой плотью ладони. – У, знаменитый клинок Аке-Набе. Выкован в пятнадцатом веке, великим мастером… кстати, он тоже был одним из нас, именно поэтому твой меч не нуждается в заточке, а если ещё и правильно ударить, рука Крепыша не сможет устоять.

Здоровяк, услышав последнюю фразу, поспешно отдёрнул конечность.

- Да, напарник, даже твоя каменная шкурка не выдержит, но это только в теории. Ладно, для начала представлюсь, а потом начнём разговор ещё раз. Я Светлячок, моего напарника зовут Крепыш. Как ты называешь себя?

- Шут, - буркнул я, пытаясь придумать что-нибудь, чтобы выкрутиться из этой ситуации. Мало того, что меня уже два раза ткнули носом в собственную слабость, так ещё и приглашают в две каких-то непонятных организации.

- Что ж, Шут. Для начала хочу тебя обрадовать – тебе не придётся выбирать между полярными сторонами. Полагаю, к тебе приходил Сон, - я кивнул, - вот! Мы оба представляем одну контору. Разница лишь в том, что они теоретики, а мы - практики. Их структура называется отделом по прогнозированию и бестактильному контактированию. Туда идут в основном телепаты. Последний Оракул побывал в этом отделе ещё при Сталине. Вы вообще очень редкая порода. Мы же, - кивок в сторону гиганта. - Представляем силовую часть конторы. Что бы Сон ни говорил, любой Оракул – прирождённый боец. Об этом говорят и ваши природные склонности к рукопашному бою, и характер. Последнее ты только что продемонстрировал. Я не Сон, не буду лукавить. У тебя нет выбора. Либо ты с нами, либо на твоё устранение выделяется отряд ребят вроде Крепыша. Осталось только выбрать.

Я ошалел от такого количества информации.

- Дилемма проста: просиживать задницу в кабинете, записывая каждое своё видение, или развивать способности и не только лицезреть смерти, но и предотвращать их. – Заметив моё замешательство, Светлячок - боже, какое глупое прозвище - сразу разъяснил: - У тебя есть время до завтра. Убегать не советую, ты уже под надзором. Крепыш проведёт тебя, к твоему месту работы, вне зависимости от выбора. Думаю, я всё объяснил. Теперь думай.

Светлячок резко развернулся и зашагал к двери. Крепыш смущённо оглянулся и заявил:

- Простите за поздний визит. – После чего сразу скрылся за дверью, снова очень нежно закрыв её.

- М-да, насыщенный денёк, - мебель почему-то не ответила, – осталось только выбрать, - у меня на удивление легко вышло передразнить странного типа.

Хотя, выбирать тут и вправду нечего. Я снова завалился на жалобно скрипнувший диван и уснул. Мгновенно.

***

Утро выдалось нелёгким. В сон-то я провалился легко, а вот с пробуждением возникли проблемы, уж не знаю, чего там Жанна намешала в этом стакане, но голова просто раскалывалась. Хотя, может, всему виной тот хоровод событий, что окружил меня вчера? К чёрту размышления – от них несчастная черепушка начинает болеть ещё сильнее. Я высунул ногу из-под такого мягкого и приятного одеяла. Холодно. Нет, определённо ещё рано вставать. Посплю ещё часик… а лучше десять часиков!

Увы, моим мечтаниям не суждено было сбыться. Как только глаза сомкнулись, кто-то требовательно забарабанил в дверь. Я с огромным трудом выдавил из себя:

- Войдите…

Створки тут же распахнулась, пропуская огромную тележку, заставленную всевозможными тарелками и блюдами.

- Это всё мне? - опешил я. Из-за горы всей этой посуды послышался звонкий девичий голосок:

- Да, бабушка сказала, что вам будет не до общего завтрака, поэтому нужно привезти всё сюда. Приборы в салфетке. – Сообщила девушка, уже выходя.

- Постой! – не успел. Мне хотелось узнать её имя, но дверь уже закрылась. - И как это в меня влезет? – тележка нагло проигнорировала заданный ей вопрос и многозначительно промолчала, предоставив возможность искать решение самостоятельно…

Спустя полчаса я с огромным трудом положил вилку обратно на тележку. Всё, конечно же, не осилил, но три четверти привезённого многообразия яств точно перекочевали в меня. Признаюсь, сейчас было тяжело даже лежать, не то что двигаться. В дверь снова постучали, на сей раз более деликатно. В этот момент на мозг снизошло осознание всей степени наглости – сплю в чужом доме, завтракаю - очень-очень сытно завтракая - прямо в постели. Мне выделена отдельная комната, да все ещё и стучаться, опасаясь меня побеспокоить. Совсем зажрался!

Стук повторился.

- Входите, - уже не так уверенно произнёс я.

За порогом оказался Мудрый.

- Ну что, Артём. Ты выспался? – по-отечески добрым тоном поинтересовался хозяин. Нет, он определённо мне чем-то нравится. Есть в нём что-то родное. Может это боль, застывшая в его глазах? Я вижу, что Мудрый счастлив рядом с женой и сыном, но взгляд отчего-то остаётся печальным.

Хм, определённо, меня нельзя так баловать. Знаю человека всего сутки, а уже берусь судить о его жизни и характере. Нельзя так. С другой стороны, что остаётся делать? Я вижу, что он искренне мне благодарен, но ведь Мудров замешан в тёмных делишках нашего города. Да что там замешан? Александр был одной из ключевых фигур преступного мира!

Хотя, всё это я знал лишь из разговоров, развязно бродивших по тесным улочкам. А человек тварь такая - только дай волю, вмиг переиначит и без того интересную историю так, что уже никто не поймёт где зарыта правда и есть ли она вообще. Дальше как в анекдоте: копайте от забора и до заката. Может, что отыщете.

При личном же знакомстве знаменитый Мудрый оказался… хорошим? Или он только ко мне так отнёсся? Возможно, просто планирует извлечь из нашего общения выгоду? Вдруг, Александр надеется использовать меня в своих зловещих целях?

Всё! Хватит себя накручивать. Пока ничего такого не происходит. Остаётся только ждать.

- Да, выспался. – Ответил я на вопрос, а затем добавил: - и наелся.

- Мне иногда кажется, - заговорческим тоном начал Мудрый. - Что Жанна ведьма – как же ещё она может успевать готовить столько еды?

Я улыбнулся.

- Что ж, если ты выспался – вставай. Мастер уже прибыл! – тон Мудрого прямо-таки лучился оптимизмом.

- Эм... какой мастер? – кажется, вопрос получился чересчур настороженным. Впрочем, хозяин дома не обратил на это особого внимания.

- Ну я же обещал, что найму преподавателя, который будет учить тебя обращению с катаной. Такаги-сан прибыл сегодня из Японии. – Увидев размер моих глаз, хозяин дома несколько растерялся. – Артём, что случилось? Тебе плохо? Позвать Жанну?

- Нет-нет-нет, - я торопливо замотал головой, - просто удивлён. Всего за ночь из Японии…

- Чартерный рейс, а дальше сопровождение с мигалками. Добрался очень быстро.

Моя челюсть потерялась где-то в складках необъятного одеяла. Мудрый выбросил этой ночью больше денег, чем я видел за всю жизнь. Он не шутил, говоря, что считает свой долг неоплатным.

Прочитав смятение на моём лице, хозяин дома тут же поспешил меня успокоить:

- Ты не будешь мне ничего должен. Эта та малость, которую я могу сделать, чтобы хоть как-то отблагодарить тебя. Ну так что, готов к тренировке?

Я поспешно закивал, поскольку сказать ничего не мог, всё ещё находясь в шоковом состоянии.

- Вот и ладненько. Сейчас зайдёт Жанна, даст тебе кимоно, а затем отведёт в тренировочный зал. - Мудрый ещё раз улыбнулся и вышел.

Не соврал. Через считанные минуты заглянула немолодая служанка, прихватив просторное белое кимоно с белым же поясом. Жанна помогла мне облачится и повела по хитрым закуткам дома. Признаться, я ожидал маленькой душной комнатки, но ошибся. Зал оказался огромен, действительно огромен. Весь пол покрывал сплошной слой татами, вдоль стен выстроились бесконечные ряды каких-то непонятных тренажёров. Из знакомых - только манекены. Умножаем уже прикинутую сумму трат на два. Всё это великолепие наверняка влетело Мудрому в копеечку.

Прямо посреди помещения спиной к нам со служанкой сидел мужчина. Только тут в мою пустую голову залетела мысль, что тренироваться с желудком, настолько плотно набитым едой, будет не очень удобно. Но мне не хватило решимости, чтобы ослушаться хозяина дома.

- Это твой тренер, - сообщила Жанна, после чего упорхнула из зала с удивительной для своих габаритов скоростью.

Мастер, вероятно, медитировал, поскольку никак не отреагировал на моё появление. Я пару минут потоптался босыми ногами у двери, с каждым мгновением ощущая усиливающуюся неловкость, но ступить на татами так и не решился - продолжил выжидать. Учитель протяжно выдохнул и сказал без малейшего намёка на акцент:

- Входи, ученик. – Я повиновался и, чувствуя мягкую пружинистость пола, зашагал к мастеру. Тот повернулся ко мне, чем сразу сильно впечатлил. Вполне логично было ожидать увидеть славянина, услышав чистейший русский. Однако, передо мной стоял шаблонный японец: невысокий, узко- и кареглазый, тёмноволосый. На нём было такое же свободное кимоно, с аналогичным белым поясом. Последнее удивило особенно. – Садись.

Голос учителя звенел властностью. Видно, что тренер привык к подчинению, хотя и не создавал впечатления тирана.

Мужчина неторопливо встал и прошёл к стеллажу, на котором красовались выставленные мечи. Взяв одну катану, он вернулся и сел обратно.

- Что ты можешь сказать мне об этом? – спросил японец. Тут уж я засиял, ведь рассказать мог действительно многое.

- Это самурайский меч Катана, он исп… - закончить не успел – учитель шлёпнул меня по лбу ножнами. Не очень больно, но ошеломляюще.

- С чего ты взял, что это катана? – сохраняя всю ту же невозмутимость, поинтересовался он.

- Эм, ну… ножны и рукоять… - я замолчал, наблюдая за тем, как учитель извлекает деревянную болванку. – Форма далеко не всегда соответствует содержанию.

- Так вы не японец! – осенило меня.

- Японец, коренной житель Островной, - нет, ну как у него это получается? Он растаптывает все мои попытки проявить себя прямо на корню. – Не стоит делать поспешных выводов. Ни язык, ни слова могут ничего не значить, но они же могут означать и всё, что тебе нужно знать о сопернике. – Мой мозг сделал ручкой и удалился в неизвестном направлении. – На этом мы сегодня закончим, приходи, когда сможешь переварить то, что услышал сейчас.

Я послушно, как и полагается существу безмозглому, вышел и зашагал в направлении гостевой, временно переданной в моё управление.

***

Сон не принёс никакого облегчения, голова трещала, всё тело ныло. Плохое настроение поддерживала и погода – пасмурно, сыро, наверное, даже холодно.

Только выбрать… Что ж, своё решение я принял, теперь нужно как-то сообщить о нём. Хотя, Светлячок (нет, ну что за идиотское прозвище?) говорил, что его напарник явится сегодня. И что прикажете делать? Сидеть в ожидании? Наверное. Но не в моей натуре просто сложить лапки, ожидая решения судьбы.

Посему было принято решение потратить время с пользой – заняться тренировкой.

Я быстро расчистил пространство в комнате, растолкав всю мебель по углам. Меч покинул ножны с тихим шелестом. Первый взмах, второй. Воздух постепенно покрывается смертоносным узором ударов. Мышцы поют от переполняющей их энергии, утренняя слабость отпускает тело.

Всё моё блаженство было прервано очередным стуком. Судя по громкость – Крепыш. Я не стал прятать меч, открыл дверь и не ошибся – у входа неловко мялся громила.

- Ну что, вы решили? – да, мир – странная штука. Такой кроткий гигант, удивлял не меньше, чем, скажем, мим-факир.

- Решил, - я не стал оттягивать. Просто рубанул мечом. Но гость - человеком назвать не рискну - не предпринял никаких попыток защититься. Просторный даже для его размеров свитер послушно разошёлся под лезвием, так же, как и майка, а вот кожа не поддалась, будто обратилась сплошным камнем. Крепыш, долго не мешкая, заграбастал меня в свои руки и, захлопнув дверь ногой, потащил вниз по лестнице, бубня на ходу:

- Ну вот, зачем вы так? Это мой любимый свитер был, мне его бабушка связала, она, конечно, ещё свяжет, но всё равно жалко… - продолжая что-то добродушно бухтеть, Крепыш забросил меня на заднее сиденье совсем не старой, но уже дряхлой волги, сам уселся спереди и что-то сказал водителю. Самым потешным было то, что меч остался при мне, никто даже не попытался его отобрать. Водитель обернулся, и я узнал Светлячка.

- Ну и? Уверился, что сбежать не сможешь? Дай догадаюсь, ты выбрал нас?

- Да. Всё же, сидеть – не моё. – Как можно невиннее улыбнулся я.

- Все вы, Оракулы, такие. Ладно, поехали. – Волга заскрипела сцеплением и тронулась с места.

- У-у-у, а конторка-то у вас совсем бедная, машинки не фонтан, да и водителей я не наблюдаю. – Светлячок развёл руками (да он, блин, совсем, свихнулся – делает такие жесты, выруливая на проспект!):

- Ну а чего ещё ты хотел от государственной организации? – я онемел. – Удивлён? – ухмыльнулся «водитель». - Да, мы работаем на правительство.

- Стоп, если сила Оракулов настолько велика, так почему же случаются теракты? И вообще, кто вас координирует? – во мне заёрзал червячок сомнений.

- Теракты не предотвращаем потому, что работаем только на пользу таким, как мы. Это чётко прописано в Договоре с людьми. А центральное руководство всех… ну, почти всех, стран бывшего СССР находится в Москве, местные же отделы растыканы по разным городкам. К слову, большинство из нас должны проходить обязательную регистрацию при пересечении границы. Не все, конечно, но такие сильные как ты – в первую очередь. Теперь мы закроем тему и молча доедем до отделения, а там – спрашивай, сколько влезет.

Я послушно заткнулся, но вот успокоиться не мог. Подумать только, работа на правительство! Всегда хотелось послужить на благо родине, но никогда не думал, что буду делать это таким образом. Да и что это за Договор такой? Светлячок произнёс слово с особой интонацией, значит подразумевал не просто бумажку, а нечто действительно важное. Так, надо будет об этом разузнать.

Признаюсь честно, меня нисколько не привлекала перспектива стать пешкой какой-то непонятной организации, участвовать в её теневых играх… Но выбора-то не было. С другой стороны, контора государственная.

Интересно, на кой хрен я вообще сдался боевикам. Крепыш в одиночку разделает под орех десяток таких, как я. А Светлячок, раз уж он главный, наверное, ещё сильнее. И тут мне не удалось удержаться от подначки:

- Чего ж ты сам-то за такими, как я ездишь? Вчера обещал только Крепыша прислать. – Взгляд заметил его лукавую улыбку в зеркале заднего вида.

- Просто я знал, что ты попытаешь уйти, а бегать за тобой мне не хочется. Вот и решил подстраховать нашего здоровяка.

- Под… - начал я, но был некультурно перебит:

- В отделе!

Подстраховать?! Значит, он считает, что у меня был шанс одолеть Крепыша? Но как? Стоп, Светлячок ведь что-то говорил о моём мече? Меч Аке-Набе? Надо будет поискать что-нибудь, если время появится.

Через пятнадцать минут мы были на месте – у крохотного одноэтажного домика, находящегося в частном секторе. Вся наша троица вывалилась из машины. Перехватив мой скептический взгляд, Светлячок ухмыльнулся.

А я вдруг понял, что мне некуда деть меч. Ножен у меня с собой нет, они остались дома. Носить обнажённым неудобно – мало того, что он остёр, как бритва, так ведь могут ещё не так понят.

- Светлячок, - я только чудом не засмеялся, произнося это прозвище. – Тут такое дело, мне бы катану куда-нибудь пристроить.

- Брось пока в машину. Проведу тебя к Шефу и поеду по делам, заеду к тебе, захвачу ножны.

Я предпочёл не спрашивать о причине, по которой не могу лично всё сделать, и аккуратно положил клинок на место, минутой ранее занятое мной. Мы прошли по небольшому дворику. Дверь в домик была незаперта. Крепыш открыл её и пропустил вперёд меня со Светлячком.

Признаюсь, я был поражён. Снаружи зданьице выглядело неказисто: обшарпанная краска, грязный-грязный, покрытый слоями плесени и мха шифер, облупившийся забор. Всё это разительно отличалось от внутренней обстановки. Яркое помещение напоминало космический корабль из описаний большинства фантастов – стерильно-белые стены, мягкие формы. Всё впечатление портил старенький охранник, больше похожий на сторожа СССРовских времён, только берданки не хватает. Сторож почтительно кивнул моим сопровождающим и жмакнул какую-то кнопочку на столе, за которым сидел. Противоположная стена разделилась двумя половинками дверей, демонстрируя внутренности лифта. Мы вошли в него, охранник опять что-то нажал, двери закрылись, а кабинка, будто провалившись, помчалась вниз. Затем так же резко остановилась, заставив напрячь ноги, и выпустила нас в просторный холл.

Светлячок повёл меня какими-то коридорами. Через пару поворотов я понял, что не смогу вернуться без чьей-нибудь помощи. Заблудиться в лабиринте однообразного пространства оказалось очень просто.

Ещё спустя десяток изгибов мы наконец вышли к какой-то двери. Светлячок остановился, повернулся ко мне и собрался что-то сказать, но я перебил его:

- И как же зовут нашего шефа? Истребитель? Голова? Мускул?.. – ряд не самых, стоит признать, удачных колкостей был прерван так же невежливо, как начат.

- Игорь Аркадьевич. – Коротко сообщил Светлячок. Затем постучал в дверь и тут же открыл её предо мной. Как только я вошёл, он так же быстро захлопнул створку за спиной, отрезая все пути к отступлению. В кабинете сидел необычайно худой субъект в аристократичных тонкооправных очках, вся картина дополнялась немалым ростом. Даже сидя за столом, шеф не смотрел на меня снизу. Правая сторона немаленькой столешницы ломилась от всевозможной снеди. Примечательно, что всё, лежащее там, было весьма однотипно – либо мучное, либо карамельно-сладкое. Сплошные углеводы.

- Ну здравствуй. Присаживайся, Шут. Забавное ты себе имечко выбрал. – Хмыкнул шеф.

Я неторопливо уселся напротив.

- Здравствуйте, Игорь Аркадьевич. Ну отчего же забавное? Шутов сильно недооценивают. Были ведь в истории случаи, когда они предотвращали войны… или наоборот начинали. Да и вообще, Шут – идеальная маскировка. Быть идиотом может каждый. Но вы ведь не об имени поговорить хотите? Светлячок… кстати! Почему Светлячок? - шеф загадочно улыбнулся.

- Когда посчитает нужным – покажет сам, но, поверь мне, Светлячку подходит его имя. И, да, ты прав, я не для этого тебя пригласил. - Начал шеф, а я ехидно улыбнулся. Как же, «пригласил». - Вовсе незачем так демонстрировать своё недовольство, ты просто не знаешь, как я вынуждаю. Думаю, Светлячок ввёл тебя в курс дела. Фактически, перед тобой стоит выбор: стать практиком или теоретиком. Осмелюсь предположить, что ты его уже сделал, будь так добр, озвучь решение.

- А у меня только два варианта? Я имею ввиду, ваша организация состоит всего из двух отделов? – это была последняя попытка увильнуть от навязанного выбора. Игорь Аркадьевич рассмеялся.

- Всё юлишь? Нет, не из двух, но на варианты это не влияет. Я жду ответа. – Последние слова своим тоном решительно вбили в череп гвозди осознания, что собеседник, внешне похожий на моего ровесника, старше меня. Намного старше.

- Иду к Светлячку, – ответил покорно, без ёрничества. Нет, это было не притворное послушание, я не паясничал. Просто понял, что не смогу ничего противопоставить этому худосочному молодому интеллигенту, глаза которого помнят радости и горя сотен лет. Взгляд подавлял волю. Не магией, не силой, не было ничего сверхъестественного. Просто этот человек заглядывал под капюшон Смерти, ходил со Старухой за руку, может, даже пользовался её косой. Да он сам был Смертью. Не удалось понять лишь одного – кто запихнул его сюда? Это, конечно, не самые задворки мира, наоборот, центр Европы. Но будем честны. Мы сейчас находимся в захолустном отделении захолустной - чего уж греха таить - страны. Нет, я патриот, люблю родину и готов вкладывать силы в её развитие, но это не мешает являться реалистом.

А если данное положение дел нормально для управляющего такого уровня? Какие же монстры сидят в Москве? Да я просто ничтожество в сравнении с ними. Инфузория туфелька на фоне синего кита. Сожрут походя, вместе с планктоном. И даже не заметят.

- У тебя есть вопросы? – всё так же спокойно спросил шеф.

- Нет, - мне пришлось приложить массу усилий, чтобы голос не сильно дрожал. Я был испуган, по-настоящему испуган. Все мои предыдущие страхи показались сущим пустяком.

- Ну и ладушки, - бодро сказал Игорь Аркадьевич, вставая из-за стола. Я поднялся следом и заметил, что он не так высок, как мне показалось сразу – ростом с меня, может даже чуть ниже. – Ты свободен, - шеф указал рукой на дверь, и ваш покорный слуга поковылял в указанном направлении на ватных ногах, стараясь не упасть.

Дверь закрылась за моей спиной. Давление сразу спало, ноги перестали дрожать. Я снова был способен мыслить. Что ж не спросил про Договор? Ладно, потом спрошу. Так, а что мне, собственно, делать? Куда идти?

Дилемму разрешил Крепыш, он вежливо кашлянул, привлекая к себе внимание.

- Мне поручено отвести вас в комнату.

- Подожди, - я откровенно запаниковал. - А домой?

- Извините, распоряжение Игоря Аркадьевича. – Крепыш развёл руки.

- А меч? – более настойчиво спросил я.

- Уже в комнате, - с гордостью потомственного дворецкого ответил мой провожатый.

- Ладно, тогда веди.

И мы пошли. По одному «космическому» коридору, затем по другому, третьему. Признаюсь честно, я бы потерялся.

Наконец, в тупике очередного закутка лабиринта обнаружилась одинокая дверь. Крепыш открыл её, молча поклонился (ну совсем как дворецкий) и удалился, оставив меня одного.

Комната была не гигантской, но вполне приемлемой. Кровать, стол, два стула, небольшая тумбочка с лампой у изголовья, с другой стороны - шкаф. Интересно, зачем он мне? Так, стоп, где-то тут должен быть мой меч. На виду его не обнаружилось, тогда я открыл шкаф, подозревая, что он, всё же, не по ошибке прокрался в выделенные мне покои. И оказался прав. В шкафу стоял клинок, убранный в ножны, к нему была прислонена маска, а на вешалке висели две пары кимоно, чёрный официальный костюм и несколько рубашек. Я сразу взял своё сокровище – меч… Аке-Набе? Кстати, надо же поискать что-нибудь о нём.

Я загорелся исследовательским азартом, который мне обычно не свойственен. Однако пыл был остужен внезапной пришедшей в голову мыслью: а как, собственно, эти поиски осуществить? Компьютера нет, библиотеки – тоже, да даже если б и была, что толку? Это прискорбно признавать, но факт есть факт: мне довелось родиться в век высоких технологий, поэтому умение поиска информации без электронных хитростей отсутствовало напрочь.

Я разочарованно сел на кровать. Мой взгляд упал на стол и тут же воспылал от радости, заприметив на нём тонкую широкую коробочку. Руки с нетерпением ребёнка, нашедшего под ёлкой новогодний подарок, кинулись распаковывать находку.

Ноутбук. Не самый мощный, но вполне подходящий, явно новенький. Ну вот как так? Ездят на рухляди, а меня - совершенно непроверенного человека - снабжают свежекупленным оборудованием.

Я провёл рукой по серебристой крышке, открыл её и нажал на кнопку включения. Компьютер радушно зашумел кулером, проводя диагностику, экран засветился, выдал приветствие. Сразу сработало беспроводное подключение к интернету. Ну вот и замечательно.

Пальцы ловко забегали по клавиатуре, в поисковой строке появился запрос: «Аке-Набе». Около миллиона ответов. Причём первые три страницы занимала информация о курорте на каком-то непонятно где расположенном острове. Тогда я решил поступиться принципом «меньше данных - больше шанс» и добавил в запрос «меч». Первая страница всё так же отсылала на отдых, а вот на второй нашлась нужная мне ссылка. Захудалый сайтик, написанный минут за пятнадцать. Информации совсем немного.

Клинок выкован в пятнадцатом веке, на заре использования этого вида мечей. Создал его мастер Уракато Такасами, который, по поверьям, обладал некой великой магической силой. Что ж, это подтверждают слова Светлячка.

Сам меч имеет какую-то сверхъестественную силу. Не нуждается в заточке и способен разрубить любой материал.

Первое верно. Если мне не изменяет память, катану затачивали примерно раз в год, разумеется, в зависимости от количества пережитых сражений. Тогда её несколько суток омывали, ополаскивая каким-то специальным раствором и протирая шёлком. Мой же меч в заточке не нуждался, хотя раньше я списывал это на редкость его применения.

Тут в голову вбежало воспоминание о ещё одном свойстве катан. Рукоять, если знать как, можно без проблем снять. Тогда на хвостовике легко идентифицируется имя мастера, создавшего оружие.

Я проделал все манипуляции, отделил ручку и залюбовался совершенно непонятными японскими иероглифами. К счастью, на сайте, после имени кузнеца, заботливо укрытая скобками, шла его транскрипция в виде тех самых иероглифов, которые обнаружились на клинке. Значит, в моих руках действительно Аке-Набе, Светлячок не соврал.

Я привёл катану в приличный вид и завалился на кровать.

Кто же ты такой, Игорь Аркадьевич? Что ты умеешь? Сколько тебе лет? Старше Светлячка, это точно. Намного старше меня. За какие грехи тебя запихнули сюда?

Хотя, тот же Крепыш порвёт меня на тряпки, попросту проигнорировав умение обращаться с мечом, но он сам и в подмётки не годится Светлячку. Это видно по покорности и глазам громилы, полнящимся уважением.

Куда же я попал? Зверинец прямо. И как такая огромная система скрывалась столько лет? Ведь явно не первый год всему, что меня сейчас окружает.

Вдруг вспомнилась старая байка, о теневом правительстве, дергающем за нитки всё на планете, начинающем и прекращающем войны, обладающем большей частью финансов этого мира…

Хотя нет, что за бредятина? Будь оно столь богато, не стало бы «государственной организацией». А может, это просто маленькая часть всего гиганта, крутящего шарик Земли?

Что толку рассуждать об этом, почти не имея информации?

Глаза вдруг куда-то поплыли, затягиваясь пеленой, и я увидел…

***

Широкий, но грязный, измазанный буквально всем - от старой строительной пыли до людских испражнений - коридор какого-то заброшенного здания. В нём восемь человек. Пятеро ведут себя смелее, некоторые держат в руках биты, опоясывая кольцом оставшихся троих.

Те выглядят затравленно. У одного рассечена губа, двое других придерживают его, не давая упасть.

- А теперь вы повторите то, что сказал я, - в глаза бросилась деталь – все члены агрессивной пятёрки бриты на лысо и обуты в берцы. - Ну, давайте, повторяйте: скинхеды – боги, мы – лохи, давайте!

Говорящий нетерпеливо тискает отличающуюся от остальных, металлическую, биту.

- Не злите меня, - теперь я присмотрелся к окружённой троице. Они же дети! Подростки лет по четырнадцать, может, шестнадцать.

- Да пошёл ты, - сквозь зубы процедил один из детей.

- Мелкий кусок… - вмешался невысокий скинхед.

- Успокойся, Упырь, они хорошие мальчики и повторят всё сами, правда? – видимо, Главный решил изобразить доброту, что не помешало ему продолжать поигрывания с битой.

- Пошли вы все! – парень не удержался и закричал. За словами последовали злые слёзы бессилия, тонкой струйкой потёкшие из глаз.

- Самый умный? – Главный замахнулся битой и со всего маху заехал парню по лицу.

- Макс! – вскрикнул один из друзей смельчака.

Парень медленно повернулся к скинхеду. Челюсть, явно сломанная, начала медленно вставать на место, синяк рассасывался.

- Какого… - в этот момент глаза ребёнка зажглись странным, не виданным мной ранее огнём ненависти. Максим размахнулся и ударил неправильно сжатым кулаком в лоб Главного.

Кости хрустнули, Главарь упал, не произнеся ни звука, разливая по полу кровь. Костяшки пальцев, так же сломанные, вновь хрустнули и стали на положенные им места.

Скинхеды ещё секунду непонимающе смотрели на недавнюю жертву, вдруг ставшую хищником. Первым одумался Упырь, он выхватил из кармана стилет и бросился к Максиму. Нож пошёл к горлу, но парень сумел остановить руку нападающего. И подростка не смутило, что для этого пришлось подставить ладонь под сквозное ранение.

Не уверен, что смогу среагировать так же быстро.

Правая кисть, вновь сжатая в кулак и повторила удар, опробованный на Главаре, разбив ещё одну голову.

Скинхеды, наконец очнувшись, налетели кучей. Со всех сторон на парня сыпались удары, но он их будто не замечал. Новый взмах его кулака – обидчик в буквальном смысле отлетает к стене, пытаясь удержать сломанные рёбра. Ещё удар – предпоследний враг складывается, получив кулаком в солнечное сплетение.

Последний скинхед, поняв свою ошибку, пытается бежать, но Максим просто хватает его за руку и дёргает, прикладывая всю доступную силу. Конечность с хрустом выскакивает из сустава, едва не отрываясь, а её обладатель падает, сражённый болевым шоком.

Вслед за ним падает и подросток. Друзья ещё секунду удивлённо смотрят на разгром, произведённый товарищем, после чего бросаются наутёк.

***

Ноги мощными пружинами подбросили тело со стула. Что это было? Я ведь не спал! Стоп, плевать на непонятки, сначала нужно остановить бойню.

Коридор встретил меня своим запутанным нутром. Надо идти к Игорю Аркадьевичу. И изо всех сил надеяться, что память не подведёт. Хотя с такой однотипностью планировки, прогулка может оказаться тяжёлой.

Обошлось. Через считанные минуты я уже был возле кабинета шефа, и хотел было войти, но вспомнил, что в этой организации, пусть она и очень странна, не стоит забывать о субординации.

Костяшки пальцев отбили быструю дробь по дереву, и только тогда кисть решилась несмело дёрнуть ручку.

Шеф всё так же сидел за столом. Он перебирал какие-то бумаги, но сразу отвлёкся от них и впился в меня взглядом.

- Сон?

- Или видение, не важно. Нужно спешить.

Даже не представляю, как Игорь Аркадьевич догадался о моём прозрении, знаю только одно – он начал пугать меня ещё сильнее.

- Где?

- Я не уверен, есть три подходящих места.

- Значит, отправим несколько отрядов.

В этот момент в дверях возник Крепыш.

- По приказанию прибыл, Игорь Аркадьевич.

- Принёс карту?

- Конечно, - громила шагнул в комнату, по ходу разворачивая листок.

Всё съестное было безжалостно сметено со стола, его место занял подробный план города.

- Где? – Игорь Аркадьевич пришиб меня нетерпеливым взглядом. Я присмотрелся и обвёл три точки на карте. – А куда бы пошёл ты?

Секунда размышлений, вновь тыкаю в листок:

- Сюда, не знаю, почему, но сюда.

- Хорошо, доверимся чутью Оракула. С тобой поедет Крепыш, а остальным займёмся мы. Чего стоит ожидать?

- Пять скинхедов и три подростка.

- Спасаем детей?

- Нет, спасаем скинхедов, - вот тут Игорь Аркадьевич удивился, а я поторопился разъяснить: - один из ребят вдруг начнёт очень быстро восстанавливать повреждённые ткани и убивать одним ударом.

- Крайне любопытно, - лихорадочный огонёк торопливости пропал из глаз лидера. В кабинет без стука ввалился Светлячок.

- Шеф, выз…

- Вызывал, отведи Шута к машине и готовь ещё две.

- Будет сделано, - Светлячок махнул мне рукой и, не проверяя, следую ли, пошёл по коридору. Я же напоследок глянул на Игоря Аркадьевича, начавшего что-то втолковывать Крепышу. Секунду поколебался, решая, спрашивать ли о невероятно своевременном появлении гиганта. Но не рискнул и поспешил за провожатым.

- Слушай, Светлячок, - начал я, нагнав товарища. - У меня столько вопросов накопилось. Может, ты хоть на что-нибудь ответишь?

- Может, и отвечу, - мужчина почесал затылок. - Ты спрашивай, спрашивай.

- Сначала насчёт меча. Откуда ты о нём узнал? А ещё говорил, что им можно было бы навредить Крепышу. Как?

- Ух, какой ты шустрый. Насчёт меча: вокруг него особый ореол энергии. Сразу отвечаю на новый вопрос – да, я могу видеть что-то вроде ауры. Все мы, в теории, можем, и ты научишься, надо только потренироваться. Хотя, степень погружения и тонкость распознания энергий зависят от уровня личной силы. А насчёт правильного использования этого оружия, тебя обучат позже. Если действительно окажешься полезен.

- Раз пошла такая пляска, скажу откровенно. Я всё ещё не доверяю вам. Но, должен признать, после встречи с Игорем Аркадьевичем мне стало не по себе. Вдруг понял, что ссориться с человеком, имеющим такую силу – страшная глупость. Так что, пока буду вынужден вам содействовать. – В этот момент мы подошли к лифту. - Ещё вопрос. Что существо с такой силой делает в нашем захолустье?

- Надо же, а давай сначала ты мне ответишь? Откуда взялась уверенность, что у него вообще есть сила? – хитрый взгляд Светлячка встретился с моим растерянным.

- Если честно, не знаю. Просто я посмотрел ему в глаза и понял: он может раздавить меня как букашку, если ему что-то не понравится. Так ты ответишь?

- Конечно, - провожатый развёл руками, - наш Шеф провинился, очень провинился. И нет, я даже не представляю, как именно, однако, думаю, это было что-то грандиозное. Он действительно силён и способен раздавить как букашку не только тебя, но и всё наше отделение, даже не вспотев. Игорь Аркадьевич, вообще-то, из верхушки организации и, говорят, славился далеко не лучшими манерами. Правда, нам повезло. Когда его перевели сюда, с ним что-то случилось. Или, наоборот, с ним что-то случилось, а потом его перевели, не важно. – Светлячок пожал плечами. – Я слышал, лет восемьдесят назад он был способен убить за косой взгляд.

- Сколько? Постой, он же почти мой ровесник, - вопрос заставил мужчину замяться, а я невольно вспомнил ощущение давления столетий, возникшее после взгляда в глаза шефа. Так значит, ему больше восьмидесяти лет? Намного больше.

- Неважно, я и так слишком много сказал, - тем временем мы уже вышли из лифта. Охранник не обратил на нас внимания, но Светлячок подошёл к нему и негромко обратился:

- Степаныч, вызови ещё две машины. – Охранник кивнул, лениво потянувшись к трубке телефона, стоявшего на столе.

На улице обнаружилась припаркованный транспорт. Причём не та бюджетная Волга, а новенькая Ауди. Не могу сказать, какая именно, у меня никогда не было тяги к машинам.

- А как же «государственная организация»? – я с подозрением посмотрел на Светлячка.

- Ну, понимаешь… - начал мужчина, аккуратно подбирая слова. - Это не совсем так… мы действительно заключили договор с правительством, но не они платят нам деньги.

- На кой чёр… постой. У вас есть на меня дело? – всё же, юношеское увлечение психологией не прошло даром. – Вы знали о моей аномальной по нынешним меркам любви к родине и использовали это.

Да, так уж получилось, что из всех моих сверстников, я отличаюсь подозрительно сильным патриотизмом.

Сейчас меня просто разрывали двоякие чувства. С одной стороны, они использовали грязный приём, с другой – готов аплодировать человеку, не поленившемуся найти такую мелочь в моём личном деле и успешно использовавшему её.

- Ну, знаешь… - тут в двери показался крепыш.

- Поспешим. Шут, я еду с вами. А Светлячок останется, чтобы дождаться машин, дальше всё объяснит сам Игорь Аркадьевич.

Скомкав своим появлением наш разговор, здоровяк погрузился в транспорт и попросил (именно попросил, не забыв сказать вежливое «пожалуйста») меня последовать его примеру.

Я уселся на заднее сидение, и автомобиль мягко тронулся. За рулём сидел бритоголовый громила, уверенно крутящий руками-кувалдами баранку, казавшуюся в них едва ли не игрушкой. Всего через пятнадцать минут мы были на месте.

Ауди, тихо шурша шинами, пристроилась к зданию и остановилась. Я выбрался из машины, за мной последовал Крепыш. Ноги бесшумно ступали по битому кирпичу заброшенного здания. Уроки сенсея не прошли даром. Должен заметить, что мой напарник (ну а как его назвать? Не конвоиром же!) шёл ничуть не громче меня, что было просто удивительно при его-то габаритах.

Вот за углом послышались голоса:

- …хорошие мальчики и повторят всё сами, правда?

Помню этот момент, сейчас Максим пошлёт их и отхватит битой, а дальше пойдёт потеха. Надо вмешаться.

- Да пошли вы все! – я сделал аккуратный шаг вперёд, но через секунду был прижат к Крепышу его тяжёлой рукой. Вторая лапища закрыла мне рот, а возле уха послышался тихий шёпот:

- Ещё рано, Игорь Аркадьевич дал приказ. Сначала должны пробудиться силы мальчика, а уже потом мы вступим в бой.

Раздался звук удара.

- Максим!

Из-под исполинской ладони послышалось моё отчаянное мычание, намекающее напарнику, что нам пора, но тот и сам догадался.

- Я займусь мальчиком, а ты – скинхедами, надеюсь, справишься.

Очень захотелось оскорбиться недоверием, послышавшимся в последней фразе, но сейчас это будет неуместно, поэтому пришлось просто кивнуть.

Мы двумя тенями скользнули в коридор, но наше присутствие тут же выдал Крепыш:

- Ребята, давайте жить дружно, - выпалил он, не останавливаясь. Удивлены были все. Даже Максим обернулся в нашу сторону, хотя ненависти в глазах не убавилось. Я только сейчас сообразил, что у меня нет ни маски, ни меча. И если последнее не было проблемой – драться можно и без оружия, то первое несколько нервировало. Как бы то ни было, скинхеды очень не любят тех, кто не любит их, а я их не люблю, о чём не преминул сообщить в первой же фразе:

- Ух, ребята, как же я вас не люблю, - сказал почти радостно, сбавляя скорость и подходя к первому. Тот вытаращился на меня, перестав поигрывать битой. Пришлось подсказать: - Меня нужно бить.

Надо же, подействовало. Парень лихо замахнулся и ударил, я же перетёк на шаг вперёд, пригнулся, пропуская биту, но тут же ткнул врага в шею. Тот в ответ закатил глаза и начал падать, а моя ладонь поудобнее устроилась на оружии, которое начало вываливаться из обессиленной руки. Не успел я погордиться таким ловким собой, как новый враг занял место выбывшего.

Удар битой пришёлся сверху. Мне без труда удалось пустить его по скользящей влево, использовав свою деревяшку, а затем наотмашь расчертить лицо скинхеда снизу вверх. Брызнула кровь, куда-то посыпались зубы. Как-то слишком милосердно я поступил с первым.

Не подумайте, никакого наслаждения насилием. Просто таких людей, по-моему, надо топтать, как тараканов. Фашизм, нацизм, да и прочие «измы» - тупиковая ветвь развития общества, а её последователи либо больны, либо… больны, но другим психическим расстройством. За свою жизнь мне стала совершенно очевидна простая, в общем-то, вещь – никогда нельзя считать себя выше других, и уж тем более нельзя ставить такие мысли на поток.

Именно поэтому я, уклонившись от удара стилетом, не воспользовался возможностью прервать на секунду подачи крови в мозг, тем самым просто лишив врага сознания, а выбросил навстречу лицу биту.

Приходилось слышать про случаи, когда именно такое «лечение» исцеляло от глупых и приставучих мыслей и идей, вроде той, что сидит в голове у этих скинхедов.

Может, я ошибаюсь. Может, после сегодняшнего сеанса битотерапии вся банда ещё сильнее окрысится на мир, но лучше так, чем не делать ничего.

Нырок с разворотом, бияк ломает ногу безоружному парню, решившему, что меня отвлечёт стилет Упыря. Второй удар, всё же, менее сильный, направленный в голову, отправляет человека в нокаут. Остался только лидер.

Он смотрел на свою «гвардию», разбросанную по полу, не понимая, что делать. В этот момент паралич страха отпустил его ноги, взявшись за голову, заставив бежать, бросив своё оружие.

Вот так всегда. Когда их много, они готовы глумиться над одним безоружным человеком. А как поймут, что имеется немалый риск получить по лысине - бегут.

Ну нет, милок, уж тебя-то точно отпускать нельзя. Моё оружие резко превратилось в метательное. Неудобно конечно, но не бесполезно.

Бита впечаталась рукоятью в спину и, завершив вращение, добавила ударной частью по затылку Главного.

Крепыш тем временем мерялся силами с мальчишкой.

Эта мысль проскользнула в моей голове, помчавшись дальше, но уже через секунду была возвращена абсурдностью ситуации. Подросток если и не пересиливал здоровяка, способного поднять меня одной рукой, то боролся с ним на равных.

Друзья Макса в поле зрения отсутствовали. Поняли, наверное, что дело - труба, и поспешили спасти шкурки, раз уж все опасные человеки чем-то заняты.

Я решил не ждать развязки битвы титанов, тихо скользнул за спину мальца и, как и первого скинхеда, ткнул пальцем в шею. Тот мгновенно обмяк, а не растерявшийся Крепыш успел подхватить лёгкое тело на руки.

- Силён, зараза, - пожаловался громила и закинул Максима на плечо. – Ну-с, тут всё. Пойдём.

И мы выдвинулись обратно к машине. Тут у меня зародился новый вопрос:

- Слушай, Крепыш, выходит, водители у вас есть? Что же у него за способность такая, если он на столь бездарном месте пропадает?

- Никаких у него способностей нет, обычный человек. Нормал, если пожелаешь. – Здоровяк тяжело пыхтел. Видать, выяснения силового превосходства далось ему нелегко.

- Значит, на подсобной работе у вас люди? – не скажу, что я был удивлён, подобная идея крутилась у меня в голове. – А они знаю о том, на кого работают?

- Лучше поговорите об этом с Игорем Аркадьевичем, – тяжело выдохнул громила. Что же у этого ребёнка за способности, раз он настолько измотали тебя, Крепыш?

Но задавать вопрос вслух я не решился. Лучше и вправду расспрошу обо всём начальника.

Водитель нисколько не удивился наличию нового пассажира. Наверное, был предупреждён. А может, это нормальная практика в его работе.

Сейчас меня, кроме уже оглашенных, занимал ещё один момент: что же со мной стало?

Во-первых, как-то подозрительно быстро, словно по заказу, появилось видение, которых никогда раньше не было наяву. Во-вторых, откровенно удручающая рассеянность. Что-то не так – хватай меч. Этот рефлекс был намертво вдолблен в меня Мастером, но сегодня отказал. И хорошо, что во врагах оказалась простая шпана, не умеющая ровным счётом ничего. А если бы противник был серьёзным? К тому же, в душе крепло чувство, что отсутствие на мне маски сильно подпортит жизнь в будущем. Как бы то ни было, эти ребята очень злопамятны.

Ну и плевать. Зато они отделались потеряй зубов там, где могли лишиться жизни.

Несмотря на всю мою нелюбовь к подобным уродам, любое существование достойно продолжения.

- Проблема решена. Без летальных исходов, - Крепыш уже успел позвонить шефу. - Нет, мальчик не пострадал. Есть! – по-военному браво закончил громила, а затем положил трубку и обратился ко мне: - Игорь Аркадьевич приказал возвращаться. Ваш учитель уже прибыл. Завтра начнутся занятия.

- Какие занятия? - не понял я.

- Вас будут тренировать. Обучать контролю энергии и способностей. Кстати, учитель также прекрасный мечник и сможет составить вам конкуренцию на поприще рубак нашего отдела.

- Даже так? – я не скрывал скепсис и предпочёл проигнорировать внезапную смену тона. Теперь "вы" звучало с некоторым оттенком уважения, а не как пустая вежливость. - Ладно, думаю, нам пора уже трог…

Глаза закатились сами собой.

Глава 3 - Сюрприз

Вот уже три месяца прошло с начала занятий у Такаги-сэнсэя. Я нашёл ответ на его вопрос за первую же ночь, но вновь ошибся.

- Друг может стать врагом, а враг другом? – на этот раз в моём голосе не было прежней уверенности, не было желания проявить себя.

- Ты не прав, но ты прав, - спокойно ответил учитель, сидя в позе лотоса, и не удосужившись открыть глаза. Перед ним стоял горшок с небольшой пальмой. – Истина, изречённая тобой, имеет место в этом мире, но мной подразумевалась не она. Говоря о словах, я имел ввиду смирение и способность смотреть, а не показывать. Именно таким должен быть ученик. Теперь видно, что ты готов к получению знаний.

- Но что вы подразумевали, сказав, что внешность бывает обманчива? – я чувствовал робость глупого плебея, боящегося разозлить мудрого хозяина.

- Ты радуешь меня. А я хочу обрадовать тебя. Не задай ты этот вопрос, уже сегодня я летел бы обратно. – Сэнсэй, всё так же не открывая глаз, взял катану, лежащую справа. – Что это?

- Оружие, - на этот раз я был не столь категоричен в оценках, помня прошлые ошибки.

- Замечательно, ты понял урок полностью, но вновь ошибся. Скажи, неужели меч нельзя использовать в мирных целях? Совсем не обязательно наносить вред, можно ещё и созидать, - с этими словами Такаги-сан извлёк клинок из ножен и не торопясь принялся рыхлить им почву в горшке. – Оружию всегда можно найти мирное применение. И уж точно не стоит использовать его для убийства. Убийству нет оправдания, даже если ты защищаешь себя или близкого. Никогда не смей отобрать то, чего не давал.

Сэнсэй нежно, будто лаская девушку, провёл пальцами по клинку, стирая землю, а затем погрузил меч обратно в ножны.

Сидя напротив, я невольно улыбнулся представленной картине: японец в кимоно держит в руках катану, которой минуту назад рыхлил землю в вазоне.

- Улыбка способна проложить путь даже к самому чёрствому сердцу, не теряй свою, иначе твоя жизнь станет намного труднее.

Я благодарно кивнул и опешил - веки учителя по-прежнему были плотно сомкнуты.

- А теперь закрой глаза и почувствуй мир, окружающий тебя, почувствуй движение каждого атома воздуха, почувствуй энергию, она окружает нас, она повсюду…

И так я просидел до конца дня. Да, это странная тренировка. Ещё более странным стал тот факт, что все три месяца мастер настойчиво требовал выполнения именно этого "упражнения". Единственное, чем иногда прерывались медитации, - новые устные уроки. Когда Сэнсэй произносил очередную непонятную фразу и просил меня высказать свои догадки.

Такаги-сан жил в доме Мудрого и быстро вписался в быт домочадцев.

Я тоже начал тут приживаться. В конце концов, время имелось, даже с излишком.

Вся учёба закончилась ещё в прошлом году. До сих пор не понимаю, как сдал экзамены. Сильно подозреваю, что меня просто пожалели - нарисовали на экзаменах и во втором полугодии оценки на балл выше второй четверти. Даже математица стала на удивление добродушна.

Несмотря на достаточно высокий балл аттестата, я никуда не поступил – даже не пытался. Апатия настойчиво терзала и старательно грызла меня изнутри. Бабушка, в ответ на робкую попытку завести разговор о поиске работы, заявила, что не пустит меня зарабатывать деньги, рано ещё. А я не стал спорить, было не до того. Только к началу новой зимы немного освободился от этого чувства тяжёлого опустошения. Тогда мне приснился новый сон. Жертвой стал упавший мужчина.

Всё просто: оживлённый автомобильный мост, по бокам которого имелись удачно расположенные пешеходные дорожки. Одну из них и топтал уверенной походкой крайне довольный жизнью человек. Он что-то напевал себе под нос и, кажется, был готов хоть сейчас пуститься в пляс подобно герою старомодного мюзикла. В руках у субъекта наблюдался букет шикарных бордовых роз.

Но вот из-за острого горба моста показалась очередная машина. Водитель, не заметив обледеневшего куска асфальта за выпавшим недавно тоненьким слоем снежка, напрочь лишился управления. Машину понесло в сторону цветоносца. А дальше сработали рефлексы.

Дорожку отделял от проезжей части металлический парапет, да и едва ли старенькая Лада могла похвастаться впечатляющей скоростью. Но тело, желающее спасти себя от очевидной угрозы, не стало спрашивать, что по этому поводу думает мозг, и отшатнулось… сильно отшатнулось.

Мужчина перевалился через ограждение наружу, попытался ухватиться хоть за что-нибудь, но рука загребла лишь пустоту. Его глаза расширились от осознания случившегося, глотка выдала громкий крик, который всего через секунду оборвался глухим ударом.

Тогда я проснулся в холодном поту.

Не зная, что делать, полчаса метался по комнате и старался успокоиться.

Во сне стемнеть не успело, значит, всё случилось до пяти. С местом проблем нет - такой мост у нас всего один. Плохо, что не доставало деталей. Теперь не смогу определить, с какой стороны произойдёт трагедия.

Ещё через четверть часа я решительно натянул куртку и, крикнув бабушке, что хочу погулять, помчался сломя голову.

До места было всего сорок пять минут неспешной ходьбы, но боязнь вновь опоздать подгоняла настойчивее питбуля. Поэтому удалось справиться за пятнадцать.

Потом пришлось два часа куковать на вершине гребня моста, перебегая с одной стороны на другую, когда случались редкие минутки безмашинья.

И тут я увидел главного героя грядущего несчастного случая.

- Чёрт, всё же не на той. – Сам себе прошипел сквозь плотно сжатые зубы и побежал по своей стороне, чтобы приблизиться к будущей жертве хоть чуть-чуть. Перейти дорогу мешали машины, бесконечным потоком текущие по мосту.

Заняв место напротив мужчины, я принялся кричать и махать руками, привлекая его внимание. Он меня заметил.

Человек приветливо замахал в ответ. Видимо, будучи в хорошем настроении, хотел делиться им с другими.

Я закричал:

- Стойте! Не двигайтесь! – но мужчина непонимающе уставился на меня, всем своим видом демонстрируя, что не слышит. – Не дви!..

В этот момент наше внимание привлёк скрип тормозных колодок. Водитель, старался избежать аварии, а мужчина, увидев, машину, несущуюся на него, сделал то, что диктовали рефлексы.

- Стой! – не успел. Крик огласил окрестности. А из меня будто стержень вытянули. Я осел прямо там, на снегу, не имея сил, чтобы подняться…

Даже сейчас было почти физически больно это вспоминать.

Кстати, особенных снов у меня не было с того самого памятного видения о Мудром.

За время, проведённое среди этой странной семьи, мне удалось сблизиться с Романом.

Он оказался на год младше, поэтому ещё учился в школе. Сначала я удивлялся, вспоминая фразу Жанны, оправдывающей свою внучку:

- «… она мальчиков редко видит».

Было не очень понятно, как девушка может редко видеть представителей противоположного пола, живя в одном доме с Романом.

Всё оказало до безумия просто.

Во-первых, парень проводил прорву времени за учёбой и дополнительными занятиями, на которые его записал отец, поэтому дома появлялся поздно, тратя большую часть времени на подготовку к следующему трудовому будню.

Во-вторых, он не разделял взглядов Мудрого на тему классового равенства. Роман отказывался признавать прислугу кем-то тождественным себе.

Я успел подружиться и с девушкой. Её звали Вероника. Тогда ещё подумалось, что это имя ей очень подходит. Во всяком случае, моё сознание всегда ассоциировало его с чем-то стройным и красивым.

Вероника тоже была немного младше меня – на десять месяцев.

В школу она не ходила, потому как была нужна дома, для помощи Жанне. Но и неучем не являлась. В оплату труда маленькой гувернантки, Мудрый договорился о проведении занятий прямо в особняке.

Девушка готовилась к скорым экзаменам, разрываясь между желанием учиться дальше и страхом оставить бабушку и дом, приютивший её.

Жанна, ещё с того памятного вечера стала относиться ко мне, если не как к сыну, то как к племяннику точно.

Да и Мудрый не обделял вниманием. Больше разговоров о моих снах не поднималось, что несказанно радовало.

А человек, которого боялся весь город, обожал читать детям сказки.

Поскольку Роман (именно Роман, ни в коем случае не Рома) был очень занят, да и вообще мнил себя слишком взрослым для этого, а Вероника страшно робела, считая, что не достойна, сказки Мудрый читал мне. Да, вот так, в семнадцать лет я сидел и слушал вечерами сказки.

Голос мужчины был до жути похож на отцовский. Мне очень нравились такие вечера. Наверное, потому, что, закрыв глаза, я представлял, будто сказку мне читает папа…

У Мудрого оказалось ещё много увлечений. Но одно из них зацепило и меня. Чтение. Нет, на этот раз не сказок. Просто чтение. По моей прихоти и без того немалая библиотека Александра пополнялась едва ли не ежедневно.

Мужчина не мог нарадоваться моей любовью к литературе. Временами он начинал жаловаться на Романа, который этой самой любви не разделял и вообще «рос пустым человеком». Несмотря на немалые знания школьных предметов, сын Александра не мог поддержать интересной беседы, говорил заученными фразами и никак не хотел начать мыслить самостоятельно.

Единственным человек, к которому я так и не приблизился, оказалась Елена. Не знаю, где она пропадала днями, да, признаться, и не хочу знать. Она была мила со мной, улыбалась, но этим всё и ограничивалось.

Несмотря на описанные недостатки, Роман стал моим другом. Хотя нет, не так. Я стал его другом. Он нашёл в моём лице того, кто способен слушать. Может, сказалось увлечение психологией, может, одобрение Мудрого, но факт остаётся фактом – мне удалось стать тем, кому сын Александра мог доверять. Так у меня появился товарищ для совместного времяпровождение в те нечастые вечера, когда я не был занят чтением и слушаньем сказок…

***

Мозг реагировал с огромной скоростью, выстраивая несложную цепочку: незнакомое место – опасность – атака!

Я скатился с кровати, замерев в агрессивной стойке, готовый в любой момент броситься на врага. Но последнего не наблюдалось.

Через секунду разум проснулся настолько, что смог опознать своё новое жилище. Тело мгновенно расслабилось и уселось обратно на кровать. Надо же, никакой заботы о подчинённых, так и бросили поверх покрывала. Ох, как мне всё это надоело.

Устал я от подобной жизни. Каждый жаждет получить способности, мечтает о судьбе, полной опасностей и приключений. Даже не подозревая, насколько ошибается.

Признаться, с радостью подарил бы свои сны кому-нибудь другому. Пусть уже он мучается, разрываясь между желанием спасти человека и собственными нуждами. Пусть он вновь и вновь наблюдает совершенно чужие, но невыносимо тяжёлые смерти. Пусть он просыпается в холодном поту, мучаясь осознанием собственного бессилия. Пусть он считает себя ничтожество после каждой новой гибели в реальном мире.

Я с размаху ударил кулаком по ни в чём не виновному шкафу, заставив его протестующе заскрипеть.

Как же мне всё надоело.

Сколько раз меня посещала мысль о прерывании этого глупого фарса по имени жизнь? Но всё тот же груз ответственности за чужие судьбы не даёт освободиться.

Шкаф вновь содрогнулся под кулаком.

Странно, вроде радоваться должен – вчера спас мальчишку, который наделён способностями, отвёл душу, набив морды кучке уродов. Сегодня обязан светиться. Но не хочется. Неужели, виной тому сон? Что-то меня подозрительно часто начали посещать гости из прошлого.

Воспоминания чёрными пауками закрадываются в голову, разрушая стену отчуждения, которую я долго и усердно выстраивал. Эмоции начали прорываться. Не те наносные, вроде вежливых улыбок в ответ на шутки. Настоящие эмоции, которые всегда старательно прятались глубоко внутри моего "я".

Они иногда выползали после тренировок, когда уставшее тело мёртвым грузом висло на сознании, давая простор всему потаённому.

От раздумий меня отвлёк Крепыш. Он постучался с фирменной деликатностью тарана и аккуратно заглянул в комнату.

- Вы уже проснулись? Я боялся вас разбудить, - неловко потупился громила. Последняя его фраза звучала, мягко говоря, смешно, если учесть уровень шума, созданный им.

- Нет, не разбудил. Слушай, Крепыш, почему ты обращаешься ко мне на «Вы»?

- Понимаете, это обязанность любого достойного дворецкого. Я должен величать хозяев и их гостей исключительно в уважительной форме.

Бровь сама собой приподнялась, демонстрируя удивление:

- Так ты, всё же, дворецкий? Я думал - боевик.

- Нет-нет, вы не ошиблись. Я принимаю участие в боевых операциях. А оставшееся время занят выполнением обязанностей дворецкого в этом чудесном месте.

- Да как ты справляешься один? Тут же столько комнат и просто невероятно огромное количество коридоров. - бровь поползла ещё выше.

- Это было сделано специально для вас. Игорь Аркадьевич вам не доверял, поэтому приказал навести морок. На самом деле, тут всего восемь комнат, кабинет Игоря Аркадьевича и два тренировочных зала. А расстояние мизерное. За соседней дверью живу я, дальше – Светлячок. Это всё, что вы хотите знать?

- Нет, но вчера ты сказал идти со всеми вопросами к руководству. – Я пожал плечами. Признаться честно, Крепыш был мне симпатичен.

- Значит, вы скоро сможете их задать. Игорь Аркадьевич приказал отвести вас к нему, как только проснётесь.

- Вот и хорошо.

Я встал с кровати и, мельком глянув на стол, где все ещё лежал мой меч, с сожалением отвёл взгляд. Сильно сомневаюсь, что меня пустят в кабинет шефа с оружием.

Крепыш вышел, предупредительно придержав дверь. Стоило покинуть комнату, и сразу обнаружился прямой как рельса и такой же длинный коридор, по обеим сторонам утыканный створками разного качественного и количественного исполнения. Путь, длившийся в прошлый раз полдесятка минут, оказался в разы короче – через четыре проёма виднелся кабинет Игоря Аркадьевича.

Провожатый открыл для меня широкую резную дверь и закрыл её за мной, оставшись снаружи.

Вновь добрую половину стола шефа занимала непомерно калорийная снедь. Игорь Аркадьевич проглотил булочку, явно не являвшуюся первой, затем поднял на меня глаза и приветливо улыбнулся.

- Здравствуй, герой. И злодеев наказал и принцессу спас. Вернее, принца, которому ещё предстоит в своё время поуправлять королевством. Ну да ладно, ты тут не для этого.

Я не мог не заметить хитрого блеска в его глазах, из них сыпалась всё та же пыль столетий, но стало понятно, что фраза была брошена преднамеренно. Не настолько он глуп, чтобы ненароком ронять подобные слова.

- Вы стали больше мне доверять? – я позволил себе лёгкую иронию в тоне. – Даже морок убрали.

- Скажу честно, Шут, мы сделали бы это ещё очень и очень нескоро. Но за тебя поручился человек, которому я всецело доверяю. Вопросы есть? – шеф, взялся за новую булочку и, целиком закинув её в рот, принялся усиленно жевать.

- Да, много вопросов. Уж не обессудьте, но выраженное на словах доверие, вовсе не гарантирует, наличия моей преданности у вас в кармане. Вы силой заставили меня вступить в ваши ряды, навязали свои правила. В связи с этим я хочу узнать, будут ли ограничения в мобильности? За мной сохраниться возможность спасать людей?

Игорь Аркадьевич секунду помедлил, прожёвывая булочку, а затем ровным, ничего не выражающим голосом ответил:

- Зачем нам тебя сдерживать? Ты показал себя достаточно сильным Оракулом, порядком развившим свой дар. К тому же, способен постоять за себя. Но сбежать не сможешь. Не дорос пока, чтобы телепатический аркан сбрасывать самостоятельно. А помогать тебе никто не станет. Но жить ты обязан тут, каждый день будешь уделять тренировке три-четыре часа, это уже в зависимости от твоего преподавателя и снов. Продолжай.

- Крепыш обмолвился, что в ваших рядах есть и люди. Я так понимаю, это весь обслуживающий персонал – водители, сторож, сидящий на выходе?

Отправив в рот крохотный леденец, шеф мотнул головой:

- Не совсем так. На этих должностях так же некоторые из нас. Те, которые имеют бесполезные способности. Наш дневной сторож, например, видит сквозь предметы.

- И это бесполезная способность? – нет, я не был удивлён, но всячески старался показать эту эмоцию. Хотя, мне кажется, шефа обмануть не получилось.

- Да. Она могла бы пригодиться для шпионажа, но наш Степаныч, как ты, думаю, понимаешь, не очень подходит на эту роль. Зато он может следить, чтобы никто не проносил ничего лишнего вниз. А его ночной сменщик, Макар, умеет видеть в темноте. Они родственники, наверное, поэтому их способности чем-то схожи. Большинство водителей действительно люди, но это уже не наши проблемы, ими занимаются люди из слоёв повыше. – Конфета была уничтожена, поэтому шеф потянулся за следующей, а я продолжил.

- Что насчёт Договора? Ещё меня интересует ваша организация. Откуда она возникла, какое место занимает в мире?

- Ну нет, - конфета застыла прямо у рта. – По поводу первого – я принесу книгу, сам почитаешь. А вот второй вопрос гораздо интереснее. Но ответить на него я пока не могу. Как бы за тебя не ручались, преданность нужно доказывать. За сим всё?

- Если Вы не можете ответить на эти вопросы, есть последний. Еда мне положена? – я спросил ровно и спокойно, стараясь не показывать спазмов, скрутивших прилипший к спине желудок.

- Да, сейчас Крепыш принесёт завтрак прямо в твою комнату, а потом отведёт в тренировочный зал, там тебя ждёт твой мастер. На сегодня это всё. Дальше можешь быть свободен. Иди и поешь.

Я решил не спорить, но и прощаться не стал - просто вышел, закрыв за собой дверь.

Еда уже ждала меня на столе. Картошка, запечённая с курицей, сама курица, какой-то хитрый соус, занимавший треть тарелки и отдельно ёмкость с салатом. Мелко порубленные огурцы, ещё более мелкий лук, всё заправлено сметаной с изрядной долей соли.

Надо же, наверное, самый простой из всех известных мне салатов, но его вкус – вкус бабушкиной еды. Еды, которую я так любил.

Всё было употреблено в считанные минуты. Изголодавшийся желудок сразу же накинулся на предложенную пищу и принялся жадно её переваривать. Я сыто откинулся на стуле. Порция подобрана идеально. Она оставила меня довольным трапезой, живот не просит добавки, но нет и тяжести. Сейчас идея начала тренировки сразу после еды не казалась мне такой глупой.

Крепыш, появившийся как обычно вовремя, постучал в дверь - а через две минуты я уже стоял перед входом в зал. Дворецкий вновь не стал входить со мной.

Комната была небольшой. Тренажёры, знакомые ещё по залу Мудрого, такие же татами, стойки мечей вдоль стены, такой же мастер, сидящий спиной к двери…

Стоп! Взгляд, вскользь мазнувший по человеку, находящемуся в центе, но тут же вернулся.

- Ну здравствуй, Артём, давно не виделись. – Такиги-сан по-прежнему не считал нужным поворачиваться лицом к собеседнику.

- Значит, это вы за меня поручились? Спасибо, - я склонил голову в глубоком поклоне. – Только теперь меня называют Шутом.

- Я знаю, ученик, но мне не нравится это прозвище. Однако, воля твоя, Шут.

- Благодарю, Мастер. Значит, вы вновь будете меня тренировать?

- Наверное, - учитель поднял руки, закрутив пальцы в каком-то непонятном жесте, и резко выдохнув. По залу пробежала едва ощутимая волна тёплого воздуха.

- Так вы тоже обладаете даром? Должен сказать, не ожидал этого. – Я всё же прошёл в глубь зала и сел напротив Такаги-сана, сложив ноги так же, как это делал он.

- Вы, Оракулы, как магнит - тянете к себе людей со способностями. Думаю, многие твои бывшие знакомые не являются людьми.

- Те, кто выжил, - в душе вновь началось бурление – пауки чувств зашевелили маленькими мохнатыми лапками.

- Ты прав. А я сразу понял, что ты необычен, но не признал Оракула. Даже не представляю, как тебе тяжело.

- Да, нелегко видеть смерть человека, пусть и чужого. Наверное, я никогда к этому не привыкну. – Такаги-сан вздохнул.

- Не чужих. Пока ты видишь только смерти тех, с кем встречался хотя бы раз. Может - мельком, может - давно забыл об их существовании.

- А вы неплохо осведомлены о моих способностях, - я приложил усилие, выбросив противных членистоногих из разума. – Тогда, может, ответите на другой вопрос?

- По мере своих возможностей, Шут. – Новый взмах руками, очередная волна воздуха, на этот раз холодная.

- Я стал видеть во снах своё прошлое. Это никак не связано с моим даром?

- Связано. Чтобы зрить в будущее, нужно проститься с прошлым. А этого сделать ты не можешь, пока не простишь себя.

- Спасибо, учитель. – Я вновь смиренно склонился.

- Шут, сегодня, думаю, нам стоит увидеть, на что ты способен. Я хочу знать, многое ли изменилось с нашей последней встречи. – Такаги-сан встал и наконец открыл глаза.

- Я ожидал этого, Мастер. – Ладонь легла на рукоять катаны, захваченной в комнате. Учитель взял меч, лежавший перед ним на татами, плавно извлёк его из ножен, нежно провёл ладонью по лезвию.

- Ты расстроил меня, Артём, очень расстроил. Тебе так и не удалось понять, что главным уроком, который я пытался преподать был один из первых. Никто не смеет отнимать человеческую жизнь. Не могу винить тебя, тебе приходится. Виню себя за то, что не всему научил. К бою, ученик. – Такаги-сан, был абсолютно спокоен, как, впрочем, и я. У меня нет шансов. Да, мой организм стал крепче с тех времён. Да, я смог узнать много нового и отточить старое, но этот человек был слишком искусен. Именно искусен. Не силён. Сила не является показателем, она всегда проигрывает мастерству.

Учитель закрыл глаза, а я не стал медлить - нанёс рубящий сверху, от которого Такаги-сан легко уклоняется, всё так же держа веки сомкнутыми. Мастер мягко переводит свой меч вправо, а оттуда – в мой корпус. Я уклоняюсь, свожу удар к рубящему по ногам, но противник легко, будто скакалку, перепрыгивает опасное лезвие.

Он не торопится, но его клинок порхает, подобно бабочке. Я блокирую череду ударов, разрываю дистанцию, раскручиваю вокруг себя свою катану и создаю сплошную стену стали, передавая инициативу учителю. Тот так же легко и плавно переходит в атаку, придавая собственному мечу умопомрачительную скорость.

Всё длилось пятнадцать секунд, моя защита оказалась хуже, в ней были прорехи, которыми тут же воспользовался Такаги-сан. Он перехватил руку, легонько коснулся пальцем запястья, заставив меня выронить клинок, ткнул в шею и живот. Тело отказалось слушаться, ноги стали ватными, но я устоял.

- Твои навыки достойны уважения, как и твоё упрямство, - от двери раздались одиночные хлопки, принадлежащие Игорю Аркадьевичу. – А теперь тебе пора вспомнить. Моей армии нужны сильные солдаты.

Такаги-сан вновь коснулся меня пальцем, и мир поплыл.

Глава 4 - Путь в Преисподнюю

Я медленно втянул воздух, наполнив лёгкие до краёв, и снова попробовал уловить то, о чём говорил мой учитель, но не смог. Мастер протяжно вздохнул:

- Значит, я ошибся в тебе, но это не твоя вина. Что ж, тогда, мы начнём тренироваться по-новому. Встань. – Я послушно поднялся из позы лотоса, которую всё же смог освоить. Гибкость всегда была моим слабым местом, но после трёх месяцев попыток «почувствовать мир, окружающий меня», Такаги-сан решил внести большее разнообразие в тренировки. К сидению и лекциям теперь добавились силовые упражнения, чередуемые с разнообразными способами увеличить подвижность непослушных суставов. И первое, и второе удалось. Нет, я не стал горой мышц, на это рассчитывать не приходилось. Наследственность сказала своё веское слово, лишив меня мышечной массы. Однако, сил ощутимо прибавилось. Больше радовала только гибкость. Если раньше я с трудом доставал пальцами до пола, не сгибая колен, то теперь мог сесть на шпагат, не особо заморачиваясь.

Мастер, поднявшийся следом, вдруг саданул меня раскрытой ладонью по лбу.

- Ай! – тут в мою многострадальную голову врезалась вторая подозрительно твёрдая ладонь. - Ай! – вновь вскрикнул я и получил третий удар. На этот раз мозг успел сдержать язык.

- Молодец. Секрет всех людей, не чувствующих боль, предельно прост. Если не даёшь себе в неё поверить, её нет. А чтобы сделать первый шаг к этим вершинам, надо не показывать своих чувств врагу. Видя, что ты не испытываешь боли, соперник поколеблется, чем можно воспользоваться. – Рука Такаги-сенсея скользнула куда-то под кимоно и извлекла потрёпанную книжицу в мягкой изрядно пожелтевшей обложке. – Этот сборник содержит все болевые точки, которые ты можешь использовать в бою. Не приходи ко мне, пока не сможешь продемонстрировать каждую из них. На сегодня урок окончен.

Мастер вновь сел в позу лотоса и начал медитировать, потеряв ко мне всякий интерес.

Ещё девять месяцев жизни сильно изменили меня. От беспросветной тоски не осталось и следа. Тёплое отношение помогло вновь обрести счастье и забыть тревоги. Я всё так же был покорным слушателем жалоб Романа, сказок Мудрого и нравоучений Жанны. С Вероникой дела обстояли несколько иначе. Довольно быстро пришло осознание, что она мне симпатична.

Поначалу это сильно осложнило наше общение, но после я начал замечать признаки ответного влечения. К большому сожалению, опыта в амурных делах за моими плечами имелось преступно мало. Девушка, по понятным причинам, связанным с образом жизни, тоже не могла похвастаться обширным багажом знаний по теме.

И, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Моя бабушка умерла. Это случилось совершенно неожиданно, ещё недавно она улыбаясь читала мне нотации на тему недоедания, как это умеют делать только бабушки. А сейчас – её нет. Я был буквально раздавлен, тут-то мне на помощь и пришла Ника. Она просто вошла в мою комнату, села рядом и, страшно робея, обняла.

Все заботы о похоронах взял на себя Мудрый. Он же выхлопотал себе опеку надо мной. А после этого я окончательно переехал в его дом.

Совсем скоро скучающий без постоянной занятости мозг увлекли компьютеры, вернее вещь, неотрывно с ними связанная – программирование.

Мне было жутко интересно, но привычные языки давались с большим трудом. Тогда я обратил внимание на особенный и принялся разбираться в конструировании сайтов. Александр, всё так же потакая моим капризам, тут же заказал самый дорогой компьютер и передал его в моё полное распоряжение.

Затем начались практические занятия с учителем Такаги, что добавило разнообразия в будни.

Убедившись в способности моего организма к развитию, учитель начал передавать базис боевых упражнений. Удары, стойки, способы их смен. С применением утяжелённых металлическим штифтом деревянных болванок и вполне настоящих, но затупленных, клинков.

Всё шло хорошо. Моя жизнь ещё никогда не казалась такой простой и понятной. Одним вечером я даже назвал Веронике своё настоящее имя. Тогда же впервые её поцеловал.

Сны продолжали быть обычными, не усложняя существование.

Первым камнем грядущего обвала стал Роман. Во время очередного сеанса жалоб он вдруг вспылил:

- А ведь это всё благодаря тебе! – удивлённо приподнятая бровь нисколько его не смутила. – Что смотришь? Или я не прав?

- Роман, о чём ты вообще? – тон оставался утешительно-дружелюбным.

- Ну да, действительно! О чём это я? Отец тебя любит больше, чем меня! Я пашу́, как проклятый, а ему этого мало. Зато ты, бездельничающий, целыми днями листающий глупые книжонки и залипающий в компьютере, - эталон! Идеал, достойный подражания. Ты получаешь всё, что пожелаешь! Знаешь, как давно я просил его купить мне компьютер? Надо мной смеются в школе! Эта проклятущая железяка есть у всех, даже самых жалких нищих идиотов, а у меня - нет! Ты хоть представляешь, насколько я устал слушать, как он хвалит тебе за ужинами?! – Роман выдохся и сделал перерыв, чтобы набрать в грудь воздуха, чем грешно было не воспользоваться:

- Я ни разу не слышал, чтобы он меня хвалил. – Признаться, в чём-то товарищ был прав. Мудрый действительно уделял мне больше внимания. Но ведь он старался найти общий язык и с сыном. Не я виноват, в категоричном отказе Романа от слушанья сказок отца. Давно стало понятно, что Александр отнюдь не так требователен в плане учёбы, как старался показать товарищ. И для меня оставались непонятными причины искренней веры Романа в свою способность завоевать одобрение Мудрова таким образом.

- Конечно! Папа ведь делает это, когда тебя нет! Разбаловать боится, будто он этого ещё не сделал! Но отца тебе показалось мало, ты забрал ещё и Веронику!

- Боже, а она-то тут при чём?! – я тоже начал выходить из себя.

- Конечно, прямо святая невинность! Она мне нравится! И я ей нравился, пока не появился ты! Это из-за тебя она… она… Во всём виноват ты! – выкрикнув последние слова, Роман схватил первое, что попалось ему под руку, и попытался швырнуть в меня, но страшнейшим образом промазал. Ластик срикошетил от стены и попал в вазу, сбросив её с тумбочки. Противно дзынькнув, сосуд покатился по полу.

Тогда мне стало понятно, что у Романа больше не будет друга, и я молча ушёл.

Злость клокотала в груди, раскаляя внутренности, но уроки Такаги-сана не прошли даром, поэтому я предпочёл прогуляться и остудить пыл.

Два часа блужданий по городу не помогли успокоиться, даже наоборот - ещё сильнее распалили внутренний пожар. Так что было принято стратегическое решение ночевать в старом доме.

После смерти бабушки он не использовался, поэтому меня ждал солидный слой пыли, украсивший полки, и паутина с радостно салютующим восьмилапым в каждом углу. Глянув на часы, я решил, что спать ещё рано и, недолго думая, принялся за уборку. А что? Двух зайцев одним выстрелом: и порядок наведу, и расшалившиеся нервы угомоню. Уже под конец процесса генеральной чистки раздался звонок. Голос Ники показался мне обеспокоенным:

- Ты куда пропал?

- Надумал развеяться немного, переночую сегодня дома, - я старался придать тону весёлые нотки, но получилось у меня это не очень хорошо.

- Что-то случилось?

- Не волнуйся, Ник, всё хорошо, просто вдруг захотелось сменить обстановку. – Кажется, в этот раз интонация удалась, однако, девушка всё же спросила:

- Мне прийти?

- Нет, правда, всё в порядке.

- Тогда, пока?

- Целую, до скорого.

Повесив трубку, я улыбнулся – приятно, когда есть человек, беспокоящийся о тебе. Дом был убран, мусор – выброшен, а кровать – расстелена. На телефоне негромко заиграла любимая мелодия, обволакивая и помогая настроиться на сон. Одеяло казалось невероятно мягким и приятным… Совсем скоро я уснул.

***

Три мужчины. На лицах маски-балаклавы. Подозрительно знакомые детали комнаты. Перед бандитами стоит Мудрый. В глазах ни капли страха.

- И чего вы хотите?

- Всего! – один из бандитов довольно расхохотался, но товарищи его не поддержали. Тогда человек выхватил из кармана пистолет и ткнул им в Мудрого. Однако тот был всё так же невозмутим.

- Ты, конечно, очень остроумен, но, боюсь, весь запас своей мозговой деятельности истратил на год вперёд, так что, говори, чего хочет пославший тебя человек, или проваливай.

Оскорблённый бандит собирался вывернуть ещё какую-нибудь глупость, но тут дверь открылась, на пороге застыла Вероника.

- О-о-о, а начальник не говорил о таких приятных бонусах! – на этот раз оживился товарищ Идиота, обладающий, однако, не на много большим интеллектом.

– Палаш, не до этого сейчас. Где остальные домашние? – в разговор, наконец, вмешался третий человек.

- Уехали.

- Тем лучше для них, - с этими словами убийца, не задумываясь, выстрелил в голову Мудрого, а затем, быстро переведя прицел, в Нику. Они умерли быстро, Третий оказался метким стрелком…

***

Я сразу понял, что это не обычный сон. Мне хватило двух минут, чтобы одеться. В голове билась единственная паническая мысль – успеть! Батарея в телефоне разрядилась от проигрывания музыки, а зарядное было забыто в доме Мудрого, оставалось надеяться лишь на быстроту ног.

Привычной охраны у ворот не оказалось, но сознание отметило это лишь мельком. Вбежав в трапезную, я вдруг сообразил, что неплохо бы разжиться оружием. Долго ломать голову не пришлось - под колпаком лежала катана, обещанная Мудрым в моё первое посещение этого дома. Стекло покинуло привычное место, открыв доступ к оружию, но тут произошло непредвиденное - я, уже взяв меч в трясущиеся от напряжения руки, задел локтем колпак. Тот упал, разбившись вдребезги, и наделал много шуму. Мне едва удалось проскользнуть к тени, как из-за двери показался Третий. Он обернулся и бросил через плечо:

- Быстрее тут разбирайтесь, я пройдусь, гляну, кто шумел.

Бандит внимательно осмотрел всю комнату, но свет зажигать не стал. Наверное, боялся поднять на ноги остальных обитателей дома. Это хорошо, значит, Мудрый ещё не отвечал на вопрос про домочадцев, следовательно, время пока есть.

Спасибо густой тени, Третий меня не заметил и медленно, выверяя каждый шаг, пошёл в соседнее помещение. Я же пробрался к приоткрытой двери.

Тогда же в комнату вошла Вероника. Палаш оживился:

- О-о-о, а начальник не говорил о таких приятных бонусах! Иди сюда, девочка, - с этими словами мерзавец вытянул в её сторону пистолет. Ника сильно испугалась, я понял это по её глазам, и подошла к Мудрому.

Похоже, ни Идиот, ни Палаш не обладали и половиной умственных способностей Третьего. Они даже не думали скрываться или понижать голос.

- Кто ещё есть в доме?

- Никого, уехали. – Мудрый осознал серьёзность ситуации и, похоже, старался найти выход.

- Куда? На прогулку захотелось? – Идиот сделал ещё одну попытку пошутить. Впрочем, смысл «шутки» снова остался понятен только ему, поэтому смеялся бандит в одиночестве.

- Жена – на дачу, и сын вечером вдруг решил поехать туда же.

Я понял, что пора действовать, но не смог. Страх. Липкий омерзительный страх полностью сковал моё тело. Там два взрослых мужика с пистолетами. Что я им сделаю? Даже подумать боязно. Мне не было так страшно в первое покушение на Мудрова. Я и мечом-то только научился махать…

Судьба не дала шанса взять себя в руки. Палаш вздёрнул затвор пистолета и выстрелил в Мудрого. В меткости он, похоже, уступал Третьему, поэтому стрелял почти в упор. Через секунду человек, приютивший меня, вытащивший из пучины серости и апатии, давший новую, лучшую жизнь, упал на пол трупом.

Мудрый умер.

А мне стало ещё тяжелее сдвинуться.

- Настало время повеселиться. - Счастливо улыбаясь, Палаш прижал Нику к стене. Девушка не сопротивлялась, она была так подавлена, удивлена и растеряна, что, похоже, перестала осознавать происходящее. Рука бандита забралась под лёгкую майку. – А животик у неё ничего! Сейчас узнаем, как с тем, что повыше!

- Да, вроде, тоже ничего, - вступил в диалог Идиот. А Палаш на секунду остановился и, обернувшись к напарнику, нравоучительно сообщил:

- То, что ты видишь через одежду, ни о чём не говорит! Знавал я одну, на глаз – крепкая троечка, а как лифчик снял, так и на единицу с трудом наскребётся. Всё остальное – вата!

Эти слова вдруг согнали моё оцепенение. Сознание охватила злость, истовая ярость пробежала по телу, сжигая сковавшую его паутину страха. Не думать больше ни секунды. Действовать!

Дверь распахнулась бесшумно, молниеносная тень влетела в комнату. Уже через секунду Идиот лишился руки и, не успев заорать, получил разрез на горле. Палаш же, обернувшийся на шум, не отделался так легко. Я рассёк его плечо, заставив выронить всё ещё сжимаемое оружие. Затем разрубил ключицу, полоснул по бедру. Удары были совершенно хаотичны, мне хотелось порезать мерзавца на части. Он посмел прикоснуться к моей девушке!

Бандит упал на одно колено и закричал, разозлив меня ещё больше. Остриё вонзилось ему в грудь, обдав руки фонтаном горячей свежей крови. Меч выскользнул из ставших скользкими ладоней и полетел на пол, увлечённый телом Палаша. Вероника смотрела на меня глазами полными слёз, она сползла по стене и, сев прямо на пол, зарыдала.

Мне с трудом удалось подойти к ней и коснуться рукой щеки.

- Не волнуйся, я с тобой, - в голосе была вся скопленная в душе забота.

- Нет! Не трогай меня! – Ника оттолкнула мою руку. – Ты их убил, ты убийца, не трогай меня! Не трогай!

Я растерялся.

- Но я… Я тебя люб…

- Нет! Ты монстр!

Вдруг что-то внутри сломалось. Разум просто не смог вынести произошедшего. Сначала смерть Мудрого, теперь такие слова. В одно мгновение стало всё равно. Боль исчезла, но облегчения не появилось – ничто не заполнило появившуюся дыру. Я провёл по волосам рукой и понял, что она вся в крови. Видимо, именно это так усилило реакцию Ники.

От открытия ничего не изменилось, мне было всё так же наплевать. За дверью послышалось два выстрела, в комнату шмыгнула ещё одна тень. Мозг отметил, что это может быть Третий. Ну и что? Какая теперь разница?

Тенью оказался охранник. Крепкие руки уверенно сжимали рукоять пистолета, глаза быстро осмотрели комнату, оценивая обстановку.

- Ещё есть враги? – вопрос задан ровно и чётко, никаких признаков ненужных эмоций.

- Нет, их было трое.

- Хорошо, - охранник расслабился, достал телефон и кому-то позвонил. – Алло, Вадим? ЧП, шеф мёртв, собирай всех.

***

Похоронную церемонию устроили через день. Закрытый гроб стоял в просторном холле. Вокруг ходили кучи людей. Каждый считал своим долгом подойти к Елене, возле которой я сидел, и сообщить о величайшей степени скорби. Всем было необходимо продемонстрировать свою «искреннюю» горечь по поводу гибели столь достойного человека. Мне вскоре надоел этот парад лицемерия. Извинившись перед супругой Мудрого, я собрался уйти, но она придержала меня за плечо:

- Иди в кабинет Саши и жди там меня. – Я, разумеется, послушался, по дороге рассуждая, насколько Елене повезло. За день до происшествия она уехала на дачу, забрав с собой часть охраны. Следом поехал Роман, видимо, он по моему примеру решил развеяться после вечерней ссоры. Мудрый, опасаясь за сына, отправил с ним почти всех своих телохранителей. Как сказал единственный оставшийся охранник, Александр был не в духе, поэтому послал его спать, а сам пошёл в кабинет, по дороге наткнувшись на бандитов, которым несказанно повезло пробираться по практически пустому дому. Не смог помочь и Такаги-сан, занимавшийся в другом крыле. Он, как и охранник, среагировал на выстрел, но было уже поздно.

Ждать мне пришлось недолго. Спустя десяток минут Елена по-хозяйски вошла в кабинет.

- Как надоели эти лизоблюды. - Она устало помассировала своё бледное осунувшееся лицо. - Ладно, перейдём сразу к делу. Я не Саша, просто так держать тебя в доме не буду. Но ему ты был очень дорог. Финансы позволяют, куплю тебе квартиру в любом ближайшем городе и, надеюсь, больше никогда не увижу. Я всё понятно объясняю?

- Более чем. – Меня нисколько не взволновало это известие.

- Я очень рада, значит, осталась пара мелочей…

***

Вот таким образом жизнь занесла меня в этот город. Елена не поскупилась, оставив достаточное количество денег на еду, но я не обольщался, понимая, что скоро понадобится работа. Тут-то и пригодились старательно развиваемые навыки в компьютерной сфере.

Всего через неделю проживания на новом месте мне приснился сон. А затем ещё и ещё. Потом нашлось место для тренировок, позволившее оттачивать свои боевые умения. Я постепенно обрастал новыми атрибутами, ставшими впоследствии неотъемлемой частью жизни.

Проблема необходимости сокрытия лица решилась совершенно случайно. На красивой стеклянной витрине лавки барахольщика, забытой всеми кроме десятка местных алкашей с горящими трубами, красовалась маска шута потрясающей работы. На ум тогда пришли слова первого, неудачливого убийцы Александра: «Так значит, он твой шут, Мудрый?». Действительно, кем же мне ещё быть, если не шутом? Ведь я так и не научился спасать дорогих для меня людей.

Часть 2 - Почти Бог - Глава 1 - Ярость

Часть 2

Почти Бог

Даже у Ахиллеса было слабое место.

Общеизвестная истина

Глава 1

Ярость

Макс чертыхнулся, пытаясь заставить колёсико зажигалки выдать заветную искру. Наконец сверкнула вспышка, и фитиль вонючей бензиновой железки зашёлся ровным пламенем. Зачем её покупал? Решил поддерживать статус.

Как же надоели эти глупые условности. Да всё, если честно, надоело. Так хотелось чего-то нового. А нового, в общем-то, не осталось. Разве что смерть.

Максим перевесился через перила, опасно балансируя. Нет, это путь для слабаков.

Красивый отсюда вид.

Струйка серого дыма вылетела на волю, начав рассеиваться. Тоже красиво.

- Макс, ты куда пропал? – из комнаты донёсся капризный женский голос.

И это надоело. Привлекательные, но абсолютно пустые девушки. Готовы переспать за безделушку с бриллиантами. Хотя, эта не отличит драгоценность от стекляшки. Как её там? Алина?

В очередной раз мысленно пожелав всему миру катится в Ад, Макс затянулся напоследок и выбросил недокуренную сигарету. Далеко ей лететь – пятнадцатый этаж. Да, когда-то это было предметом гордости – купить сразу четыре квартиры, чтобы сделать из них один здоровенный дом. А теперь всё надоело. Дорогие машины, побрякушки стоимостью в половину бюджета города для очередной пассии. Ноги от ушей, а пользоваться ими не умеют. Валяются в постели бревном. Делай с ней всё, что заблагорассудится, честно вытерпит любое извращение, но сама так ничего и не предложит.

Алина лежа на кровати. Небрежно отброшенное одеяло не скрывало прекрасной фигуры с упругой грудью и осиной талией. Очередной упругой груди, получившей свои свойства благодаря пластике, и осиной талии девушки с абонементом в фитнес-зал. В общем-то, ничего плохого в этом нет, просто пропало ощущение разницы партнёра.

Все, кто хочет попасть в его постель, озаботился такими мелочами.

Вроде, спишь с разными девушками, а новизны никакой нет.

- Макс, хочешь, ещё разок? – даже похоть изображать не умеют.

- У меня дела, - чуть более холодно, чем следует, бросил Максим.

Быстро накинув рубашку, ценой в треть здоровой почки, защёлкнув браслет часов, стоящих в два раза больше, и завязав шнурки туфель, которые можно обменять на новую машину, богач поспешил к лифту.

Ему сегодня предстояла встреча в каком-то крохотном городке. Ехать в глушь очень не хотелось, но если сделка выгорит, банковские счета солидно потолстеют. Не сразу. Для начала надо будет закончить брошенную нынешним владельцем работу – переоборудовать производство. А уж там прибыль потечёт рекой и с лихвой окупит затраты на приобретение завода.

Зашуршал автодоводчик двери. Начал урчать двигатель. Бугатти выкатила из подземного гаража и направилась к городской окраине. На такой машине нельзя ехать, на ней нужно гнать. Во всяком случае, так считал Макс. Ни представителей ГАИ, ни камер он не боялся. Да, за такое превышение положено лишение прав. Но владелец машины подобного класса может позволить себе не обращать внимания на эти мелочи.

Двести километров за пятьдесят минут. Макс даже немного расстроился такой краткости поездки. Всё же, водить ему всегда нравилось.

Подъехав к городу и сбросив скорость, бизнесмен набрал номер потенциального продавца.

- Алло, здравствуйте, Максим. Я вам продиктую адрес, там встретимся и обговорим детали.

- А как же экскурсия по заводу?

- Давайте разберёмся с бумагами, а уже потом поедем смотреть. Согласитесь, глупо убивать не один час на осмотр, если вас не устроит документация.

Максу это глупостью не казалось. Уже хотя бы потому, что «обговор деталей» будет длиться никак не меньше означенного времени. А отдать такие деньги, не видя товара, - откровенный идиотизм. Да и вообще, эта встреча как-то дурновато пахла. О месте проведения посиделок для заключения подобных сделок договариваются заранее. Но хозяин, как известно, барин.

Максим ввёл указанный адрес в навигатор и покатил, подчиняясь командам механического голоса. Местом встречи оказался не дурного вида двухэтажный особняк у самой городской черты.

Богач покинул машину и подошёл к калитке. Справа от неё обнаружился звонок, который уже через секунду был нажат. Долго ждать ответа не пришлось – спустя мгновение показалась рожа солидных размеров мордоворота, невежливо поинтересовавшегося:

- Чё надо?

- Я к шефу, дела обсудить. – Макс ничуть не смутился, хотя хамское обращение ему очень не понравилось. На лице громилы залегли морщины, говорящие о титанических усилиях, совершаемых мозгом. Тут охранник улыбнулся и заявил:

- А, так ты этот? Ну проходи, чё встал-то? – и, развернувшись, направился к дому.

Макс зашагал следом. Откуда-то справа выпорхнул бульдог, не долетев считанных сантиметров до руки бизнесмена, он приземлился на все четыре лапы и принялся грозно лаять, попутно стараясь порвать цепь, которой был прикован к бетонному столбу. Охранник весело хохотнул, увидев перекошенное лицо гостя, и открыл дверь дома. Молодой человек быстро справился с эмоциями – негоже демонстрировать себя в таком свете. Он должен выглядеть достойно и уверенно.

Хозяин – пузатый лысеющий мужик с сильно завышенной самооценкой – ждал на втором этаже.

- Здравствуйте, Максим! – толстяк вскочил со стула, едва не опрокинув стол, забитый всевозможными яствами. – Проходите, не стесняйтесь. Отчего вы так угрюмы?

- Да охранник у вас хамоватый, надо бы заняться его воспитанием. – Бизнесмен поспешил сдать раздражающего громилу, ничуть не сожалея о своём поступке. Наглость и тупость стоит лечить.

- Всенепременно воспитаем. Выпить не желаете или перекусить? – широкий жест рукой охватил весь стол.

- Нет, предпочту сначала решить деловые вопросы.

- Ну вы же только с дороги, радушный хозяин не может позволить гостю голодать. – Фраза была сказана с едва заметным нажимом, что очень не понравилось Максиму.

- Я не голоден. Сначала дела. – С таким же нажимом ответил гость. А хозяин как-то поник.

- Распоряжусь, чтобы принесли бумаги, - совсем угрюмо сообщил он и вышел за дверь. Но вернулся через три минуты, почти восстановив прежнюю уверенность.

Он устроился напротив Максима, который, в свою очередь, сидел спиной к двери, и принялся разглагольствовать о том, как космические корабли бороздят просторы Большого Театра, сославшись на необходимость подготовки документов.

Макс его не слушал, он пытался найти источник нарастающего внутри беспокойства. И смог это сделать. Всего на секунду хозяин бросил взгляд куда-то за спину бизнесмена, даже не запнулся, продолжая нести философскую ахинею на тему денег и их важности. Максиму хватило этого мимолётного жеста, чтобы скатиться со стула, на ходу разворачиваясь в сторону двери. Дебильное выражение пропало с лица хамоватого охранника, бесшумно открывшего дверь и державшего юношу на мушке пистолета. Он почти успел за движениями Макса, промахнувшись лишь на несколько сантиметров.

Уже в следующее мгновение глаза бизнесмена заволокла красная пелена ярости, а мир закружился в хороводе смерти.

***

Интуиция меня вновь не подвела. Правда, сработала она поздновато. Были серьёзные опасения успеть к шапочному разбору. Крепыш, не напрягаясь, снял калитку, воткнутую в двухметровый каменный забор, позволяя мне бесшумной тенью скользнуть внутрь. Едва не зарубив бросившуюся псину, я вовремя заметил, что она надёжно привязана к столбу, и поспешил в дом.

События, грозящие произойти в этом особняке совсем скоро, сильно меня удивили.

С первых секунд сна его сюжет казался понятнее пареной репы – человека заманили в дом с намерением убить. Наверное, подсыпали что-нибудь в еду. Неладное началось, когда употреблять эту еду гость отказался. Однако исполнители не растерялись, выбили себе время для небольшого совещания и последующей подготовки, после чего приступили к воплощению задуманного – обыкновенному убийству посредствам выстрела в затылок. Вот только гость в последний момент почувствовал угрозу, ушёл от пущенной пули и…

Дальше начался адовый смерч. Громила, явно умеющий обращаться с оружием, не успел сделать второго выстрела – ему в лицо полетел телефон, брошенный так сильно, ловко и метко, что сломал нос, выводя «киллера» из строя на несколько секунд. Этого времени «жертве» с лихвой хватило, чтобы цапнуть со стола вилку и вторым точным броском вогнать её в глазницу бугая до середины ручки.

Напарник громилы влетел в комнату, но поостерёгся стрелять навскидку в сторону хозяина, решив доверить дело кулакам, увенчанным солидными кастетами. Но и его ждал провал. Гость ловко ушёл от прямого, увёл хук и со всего маху вогнал указательный палец в гортань соперника, после чего, не обращая внимания на умирающего врага, метнулся к хозяину. На ходу схватив со стола нож, он одним молниеносным движением вскрыл горло последнего неприятеля.

Всё это было проделано в пять секунд и с такой точностью, которая достигается годами тренировок. Я отнюдь не уверен, что смогу справиться с этим парнем, несмотря на наличие козырной карты в виде меча. Именно поэтому в пинком высаженную входную дверь первым ворвался Крепыш. Где-то у ворот послышались неспешные шаги Светлячка. Мы опоздали – со второго этажа раздался выстрел. Мой напарник помчался на звук, я – следом. Успели как раз к финалу.

Фонтаном брызнула кровь из вспоротой шеи, а нож, не прерывая движения, описал дугу и полетел в здоровяка. Тот не обратил на снаряд никакого внимания, просто проигнорировав звякнувший о кожу метал, и направился к "жертве". Парень взял ещё один столовый прибор и приготовился драться, но он ещё не знал, что против лома нет приёма.

Попортить шкуру Крепышу лезвием, сколь бы отточенным оно ни было, - задача из области невыполнимых. Это я прочувствовал на собственном опыте. Стоит отдать противнику должное, он не проявил ни капли удивления. В его мутных глазах сложно было найти следы хоть каких-то эмоций. Парень просто анализировал условия и просчитывал варианты. Поняв, что ему не справиться, гость предпринял попытку убежать, поднырнув под руку Крепыша. Но тот не растерялся, схватил соперника за шкирку, рванул к себе, а когда притянул, сжал в нежных объятиях промышленного пресса. Ещё секунда, и позвоночник убийцы не выдержал бы, но тут вмешался Светлячок, не сильно торопившийся следовать за нами:

- Тише, Крепыш, он из наших.

От этих слов опешили все, кроме морально непробиваемой «жертвы». Первым оклемался мой мозг:

- Светлячок, он убийца. Я, конечно, понимаю, что убить пытались его. Но, поверь мне, человек с таким качеством подготовки способен просто вывести из боя врагов уровня этих ребят, - широкий жест рук обрисовал всю комнату. – Из того, что я видел, только тот, который лежит в дверях, был неплохим бойцом. Второй даже не середняк, а последний, по-моему, вообще ни на что не способен.

- Не мог, - категорично отмёл все мои доводы Светлячок, после чего выдержал паузу, о чём-то задумавшись, и продолжил: - посмотри на него внимательно. Ты видишь сознание? Видишь мысли человека? Нет, перед тобой автомат, голем, умеющий лишь одно – убивать. Всё, сворачиваем демагогию, Крепыш, выруби его и тащи в машину.

С этими словами командир удалился.

Мой напарник пожал плечами, глянул на всё так же трепыхающегося в его объятиях гостя и попросил:

- Выруби, а? А то, не ровен час, сломаю беднягу.

Я, не возражая, ткнул пленника в шею и последовал за начальством.

Глава 2 - Не вор

Клинок выписал последнее молниеносное движение и вернулся в ножны. Тренировка окончена.

- Всё так же быстро учишься, Шут. – Такаги-сан, наблюдавший за моими занятиями, задумчиво почесал подбородок. – Если бы все те годы, что ты тренировался самостоятельно, тебя направлял кто-нибудь более опытный, твоё мастерство владения мечом превзошло бы моё.

- Мне кажется, вы преувеличиваете, учитель.

Комплимент нисколько меня не тронул.

- Отнюдь. Это одна из граней таланта Оракула. Вы легко обучаетесь. – Мастер прикрыл глаза, о чём-то задумавшись, а затем поинтересовался: - Ты сегодня чем-нибудь ещё занят?

- Нет, учитель.

- Тогда стоит устроить спарринг. А после, если ты не против, я бы хотел угостить тебя суши.

Последнее смогло меня удивить.

- Такаги-сан, не сочтите грубостью, но с чего такое предложение? Вы никогда не стремились сблизиться со мной, всегда выдерживали дистанцию. Что-то случилось?

Учитель не повел и бровью.

- Я вижу лёд, сковавший твоё сердце, ученик. И желаю растопить его. Мне больше не доводилось видеть искренней улыбки. Не той пародии, которой ты прикрываешься перед остальными, а настоящего чувства радости. – Мастер замолчал, ожидая моего ответа.

- Простите, учитель, но я вынужден отказаться. Холод ослабляет боль. Так проще жить.

Такаги-сан вновь сумел сохранить эмоциональное равновесие.

- Что ж, это твой выбор. Я могу управлять твоими занятиями, но не чувствами. К бою.

Учитель медленно извлёк клинок, встал напротив меня и, дождавшись моего согласительного кивка, атаковал.

Со времён памятной проверочной схватки с мастером прошло почти три месяца. Летняя жара сменилась осенней сыростью, что лишь ухудшило моё и без того не радужное расположение духа. Зато заметно улучшились навыки. Теперь я был способен сдерживать атаки учителя по крайней мере минуту.

Крепыш, внезапно проявивший интерес к танцу клинков, стал частым гостем на моих тренировках. Сам он не занимался, но с горящими глазами наблюдал за спаррингами. Его завораживали, гипнотизировали смертельные росчерки расплывающихся от невероятной скорости мечей.

Этот бой подходил к концу. Сколь бы сильно не развились мои умения, учитель, постепенно наращивающий скорость движений, всегда оказывался быстрее и искуснее. Я уже едва успевал блокировать атаки, ни о каком нападении не могло быть и речи.

Обманный манёвр, заставляющий меня раскрыться, перерастает в колющий удар. Я просто не успеваю ничего предпринять, поэтому клинок учителя с филигранной точностью насквозь прошивает мой бицепс, проходя в опасной близости от кости.

Только чудом мне удаётся сдержать крик боли, чтобы не показать своей слабости, а в следующую секунду я осознаю, что спарринг только начался. Движения учителя преднамеренно замедлены, но всё ещё не оставляют мне времени, чтобы задуматься о том, что только что произошло.

Бой повторяется с абсолютной точностью, вплоть до обманного манёвра. Но теперь я готов. Вместо отражения фальшивого удара - поднырнул под клинок и попытался достать учителя. Не сумел. Такаги-сан внезапно размылся в воздухе, а в следующий миг я понял, что лежу на полу, закрученный в какую-то непонятную позу. Клинок откатился к самой стене, лишая возможность до себя дотянуться.

- Ты удивил меня, ученик, - сказал мастер, освобождая мои жалобно стонущие руки из оков захвата. – Не ожидал от тебя такой скорости.

Расправив вывернутые суставы, я уселся в позу лотоса, не представляя, как сформулировать случившееся со мной.

- Я просто знал о Вашей атаке, мастер.

Такаги-сан приподнял бровь:

- Я стал предсказуемым для тебя. Похоже, мы недооценили скорость твоего обучения.

- Нет, учитель, просто я пережил её дважды. В первый раз вы смогли меня обмануть, после чего проткнули руку. Это было как видение.

- Ещё лучше. Твои способности наконец начали работать так, как им положено. Теперь они предупреждают тебя об опасности. Хотя, это, скорее всего, единичный случай их срабатывания, вряд ли такое повторится при следующей угрозе. Но плотина прорвана, остаётся лишь настроить дар.

- Спасибо, Такаги-сан. – Я не стал задавать лишних вопросов. И так понятно, что теперь мне придётся ужесточить тренировки. Встал, поклонился наставнику и вышел из зала.

Комната встретила меня уже привычным мраком. Я успел свыкнуться с новой обстановкой.

Прикроватная тумбочка, лишённая некогда стоявшей на ней лампы, была выдвинута в центр комнаты. Обогнув предмет интерьера и включив расслабляющую музыку, я быстро забрался на тумбочку и скрестил под собой ноги, после чего скользнул в медитативное расслабление.

Из транса меня вывел негромкий стук в дверь. Что ж, могу утверждать одно: это не Крепыш.

- Входите, - я не торопился открывать глаза, медленно выпрямляясь на тумбочке, затем прогнулся назад, выставляя руку рядом с ногами и перенося на них всю массу. Секунду постоял на руках и спустился с медитативного «коврика».

- Нехило, - сообщил мне гость. Голос я узнал. Посетителем оказался недавно спасённый буйный.

Вся история случилась неделю назад, но Игорь Аркадьевич был в отъезде. Поэтому парня заперли в пустующей комнате. Сегодня шеф вернулся и, судя по всему, уже успел поговорить с гостем.

- Здравствуй, - ничего не выражающим голосом отозвался я. – Зашёл попрощаться?

- Да нет, спасибо сказать хочу. Неизвестно, скольких бы я ещё порешил, если бы не ты. Крепыш рассказал мне, о твоих видениях.

- Максим, да? – уточнил я и, дождавшись кивка, продолжил: - а Крепыш говорил, что я предлагал убить тебя прямо там?

Гость ничуть не смутился:

- Нет, но осуждать за это не могу. Я помню всё обрывками, однако у меня даже не зародилось мысли остановиться.

- Полагаю, Игорь Аркадьевич уже выдал тебе инструкции по правильному контролю способностей и отправил домой. – Разговор начал мне надоедать, но вежливость пока не позволяла вытолкать парня взашей.

- Да нет, я остаюсь и поступаю в твоё подчинение.

А вот тут меня прошибло.

- Максим, я видел твою машину. Либо ты больной мазохист, либо тебе, как и мне в своё время, элементарно не дали выбора.

Плавным - от сохранившейся медитативной мягкости - движением тело переместилось к ноутбуку. Вернуться к занятиям сегодня уже не получится, так что, музыку можно выключать.

- М-да, неласково. Выбор был, и ты, наверное, прав. Я - больной мазохист. Сейчас произнесу фразу, заставляющую людей выпадать в осадок. Богатым быть скучно. Мне удалось перепробовать почти всё, что можно купить за деньги. Теперь же меня ждут приключения, а может, и смерть. Но это невероятно весело.

Глаза, горящие фанатизмом новой идеи, сильно меня напрягли. Да, услужил Шеф. Мало того, что навесил подчинённого, так ещё и выбрал на эту роль заядлого адреналинщика.

- Поживи денёк с бомжами на вокзале, столько приключений найдёшь – на полжизни хватит. – Резкость фразы вновь нисколько не смутила Максима, он лишь улыбнулся.

- Игорь Аркадьевич предупредил, что с тобой, Шут, будет тяжело. Кстати, начальник просил тебя зайти.

Зная значение "просьбы" шефа, я поспешил покинуть комнату и, сказав подчинённому, чтобы ждал меня в отведённом мне обиталище, направился к Игорю Аркадьевичу.

Тот всё так же хомячил сладости, коие занимали солидный кусок стола. В помещении обнаружился Светлячок.

- Вызывали? – на всякий случай поинтересовался я, кивая второму гостю в комнате.

- Да. Светлячок, готовь транспорт.

- Хорошо, шеф. – Послышалось в ответ. Дверь хлопнула, оставив меня наедине с Игорем Аркадьевичем.

- Ну что, как тебе твой подопечный?

- Мрак, - ответил я, понимая, что начальник и так прекрасно знает, что я отвечу. В последнее время, у меня сложилось чёткое ощущение, что Игорь Аркадьевич просто маскируется, задавая вопросы и ожидая ответа на них. Мне кажется, он знает содержание всего диалога заранее, но зачем-то честно отыгрывает роль обычного человека.

На почве таких подозрений где-то внутри сознания зароилась идея. Может, он очень сильный телепат? Это вполне объясняет его руководящую должность и количество съедаемой им еды. Думаю, столь активная мозговая деятельность требует огромных затрат энергии, восполняемых потреблением высокоуглеводной пищи. В эту картину не вписывалась всего одна мелочь – фраза, обронённая Светлячком. Помнится, он сказал, что восемьдесят лет назад шеф был куда менее сдержанным. Как телепат мог так долго сохранять молодость? Чёрт его знает. Убеждён я был лишь в одном: Игорь Аркадьевич читает каждую мою мысль, как строку из открытой книги. Но зачем-то притворяется. Светлячок, кстати, тоже до сих пор не соблаговолил раскрыть секрет своих способностей.

- Придётся с этим мириться. Тебе предстоит работа, и помогать в ней будет именно Максим.

- А почему не Крепыш? – с моего появления утекло много воды. Я успел сработаться, даже, наверное, сдружиться со здоровяком. Как оказалось, в ведомстве этого отделения аж пять городов вместе с их районами. Так что, как минимум раз в неделю нам приходилось куда-то ехать и решать какие-то проблемы. То оборотень спьяну решит соседей попугать, то слабенький телепат попытается нажулить доверчивых людей.

- А у Крепыша своя работа. В любом случае, дело интересное, да и с новым подопечным срабатываться надо.

- Надо, - зачем спорить с очевидным? - вот только я даже приблизительно не представляю, на что он способен.

- О способностях расскажу, а личностные качества узнаешь по ходу работы.

- И на том спасибо. Так что же он умеет.

- Убивать, - коротко осведомил Игорь Аркадьевич, но затем снизошёл до разъяснений: - он берсерк. Такие появляются в семье потомственных военных. Как бы странно это ни звучало, кровь помнит. Когда Максим впадает в ярость, память пробуждается, высвобождая опыт, накопленный многими поколениями предшественников.

- Что он умеет драться, я понял. Но есть проблемка. Во-первых, что-то мне подсказывает, что парень, слетая с катушек, перестаёт различать своих и чужих. Во-вторых, я элементарно слабее него. Первый пункт не был бы критичным, имейся у меня способ его утихомирить, но такого способа не имеется. Уж поверьте, мне довелось посмотреть, как он движется, даже Такаги-сенсей вспотел бы. Может, стоит поставить Максима в пару с Крепышом?

- Первая часть проблемы решается его тренировками, а вторая – твоими. Твой учитель успел ко мне заглянуть, он рассказал о прорыве. А эта грань таланта ставит тебя на ступеньку выше любого бойца. За сим стоит закончить с вопросами организации твоей группы и перейти к заданию. У нас вор. – На этом предложении Игорь Аркадьевич, будто опомнившись, начал уплетать отложенную двумя минутами ранее булочку. – Итак, ограблено четыре дома. Во всех четырёх кто-то умирал, и ещё до похорон дом чистили, вынося все ценности. Нас это дело заинтересовало по двум пунктам: первое – немалый вес позаимствованного имущества, второе – отсутствие каких-либо следов взлома. В последнем случае обнаружилась ещё одна странность, вор зачем-то утащил ещё и труп. Все семьи состоятельные. Две даже богаты. – На стол легла карта. – Вот дома, которые ограбили, дальше все действия полностью под твою ответственность.

***

Это было странно. Удивляло ощущение живости. Максим пришёл в себя в незнакомой комнате, будучи привязанным к кровати. На стуле сидел просто огроменный человек.

- Привет, - поздоровался он подозрительно дружелюбным голосом. Первой мыслью было похищение. Его, отнюдь не бедного гражданина, умыкнули с целью получения выкупа. Но через секунду в сознании всплыли обрывки произошедшего. Вспомнился и приветливый человек, сидящий на стуле. Это он остановил Макса.

Самым интересным было новое, непривычное ощущение живости. Максиму понравилось то, что с ним произошло. Нет, не убийства. Эта часть вызвала отвращение. Удовольствие же принесло само действо, ощущение опасности, осознание собственных возможностей и их ограниченности – здоровяк ведь оказался сильнее.

Следом за приветствием промаршировали объяснения, тяжёлой поступью вбивая в мозг осознание всей запутанности ситуации. К счастью, на переваривание множества тонкостей Максу выделили целую неделю – начальство, которому было положено принимать решение, находилось в отъезде.

За эти семь дней Макс один раз попытался сбежать. Не из бунтарства или непокорности - из любопытства. План был такой: если получится – сбежать, а после вернуться и попроситься сюда на службу. Не получилось. И дело оказалось отнюдь не в охране. Крепыш, встреченный на выходе из комнаты, мало того, что не старался остановить пленника, так ещё и посторонился, чтобы не мешать. Причина столь странного поведения объяснилась очень быстро: бежать было элементарно некуда. Одиннадцать дверей и створки лифта. Всё это выполнено в странной космической манере. Осознав безнадёжность своей затеи, Макс спокойно вернулся в комнату, где его дожидался Крепыш, принёсший еду.

- Я должен был попробовать, - весело оправдался пленник.

И вот настал час аудиенции. Начальство носило подозрительно обыкновенное имя: Игорь Аркадьевич.

Крепыш провёл Макса к двери, постучал, открыл, подтолкнул замешкавшегося "гостя", и тут же закрыл. Не успел богач подивиться такой странности, как его уже окликнули:

- Ну здравствуй, Максим.

- Здравствуйте, Игорь Аркадьевич.

Происходящее удивляло Макса всё больше. Не тянул этот худой как жердь субъект в тонкооправных очках на лидера сколь бы то ни было серьёзной организации.

Все сомнения развеялись, когда пленник заглянул в его глаза. Старость и неподъёмную тяжесть прожитых веков – вот, что он там увидел. Увидел и мгновенно проникся уважением.

- Крепыш ввёл тебя в курс дела. Выбор за тобой. Можешь вернуться назад и дальше размышлять о суициде, навеянном смертельной скукой, или остаться здесь. Простым служащим, выполняющим поручения. Зато весёлую жизнь я тебе гарантирую.

Выбор был сделан давно, ещё в первый день вынужденного заключения, но задать вопрос стоило:

- И что, никто не обеспокоился исчезновением самого богатого человека страны?

- А чего волноваться, если этот человек лично навестил своего зама и сообщил, что уезжает в отпуск?

Вот теперь Макс действительно проникся. Значит, они способны даже подделать живое существо?

- Я остаюсь.

- Вот и хорошо. Твои деньги всё так же на твоих счетах, но пока заморожены. А все пакеты акций переходят в руки организации.

- Без проблем.

На деньги Максу было плевать. Про себя он подумал, что сейчас купил себе пожизненный экстрим-тур, ценой в целое состояние.

- Ты поступаешь в подчинение Шуту. Крепыш должен был тебе о нём рассказывать. Но предупрежу: с ним будет тяжело. Ему выпала не самая лёгкая жизнь, так что, на дружеские отношения рассчитывать не стоит. Теперь то, что касается твоих способностей.

Дальше последовало до безобразия простое объяснение, в которое, тем не менее, оказалось нелегко поверить.

Договорив, шеф отправил Макса в комнату непосредственного начальника, приказав познакомиться и передать просьбу зайти к нему, Игорю Аркадьевичу.

Так новый член организации и поступил. Он тихо постучал в дверь указанной комнаты, дождался разрешения войти и ощутил зависть. Шут сидел в позе лотоса на крошечной тумбочке, затем плавно поднялся, прямо там же, на тумбочке, встал на руки и только потом спустился на пол.

- Нехило, - Максу не удалось сдержать восхищения. Но дальнейший разговор заставил сильно напрячься. Шут не скрывал безразличия в голосе. Тон оставался холодным. Будто и не с человеком разговариваешь, а с роботом. Однако это ещё сильнее распалило азарт Макса. Значит, не стоит рассчитывать на дружеское отношение? Это мы ещё посмотрим!

***

В полном соответствии с оставленными распоряжениями, Макс ждал в комнате.

- Готовься, - бросил я и, дождавшись ухода подчинённого, сам приступил к сборам. Открыл шкаф, достал сумку, забросил туда уже привычный комплект: маска, меч, сменная одежда, официальный костюм и небольшая стопка документов.

Закрывая дверь, столкнулся с Максом. У того в руках тоже была сумка. Интересоваться содержимым я не стал – он большой мальчик.

По дороге пришлось пересказать выданные Игорем Аркадьевичем сведения, обрисовывая ситуацию.

- В последнем случае вор прихватил ещё и труп, - закончил я.

- Значит, мы имеем дело с вором-некрофилом, наделённым способностями, - резюмировал мой подчинённый. Отвечать я не стал, просто передал Максу ключи, минуту назад полученные от Светлячка. – У, какое доверие, - тут же встрепенулся подопечный.

Он воспринял мой жест, как проявление благосклонности, хотя всё куда проще. Я элементарно не люблю водить. Даже получением прав не озаботился.

Усевшись на водительское сидение, Максим немного поёрзал, настраивая его под себя, а затем воткнул ключи в замок зажигания. Двигатель приятно заурчал.

- А ничего машинка, не моя крошка, конечно, но тоже вполне неплохо. – Он немного помолчал, ожидая, что я втянусь в диалог, но осознал бессмысленность этого действия и поинтересовался: - Куда едем-то?

Этот вопрос интересовал и меня. Логика говорила, что для начала стоит посетить пострадавших, живущих в пятнадцати минутах езды. Но интуиция и что-то ещё, неуловимое, зато до безобразия упрямое, требовало поспешить в соседний город. Так я и поступил.

Максим оказался действительно хорошим водителем, пусть иногда и лихачил без причины. Так что через двадцать минут мы уже подъезжали к до боли знакомой кованой ограде.

Лёд дал трещину, выпуская часть эмоций, и я понял, что это было за неуловимое чувство. Вина. Именно она подгоняла меня, заставляя наведаться сюда в первую очередь.

- Пойдём, - велел я и, не глядя, выполняет ли Макс мой приказ, побрёл к воротам. Там нажал на кнопку вызова и почти сразу услышал не слишком приветливый голос:

- Кто?

- Андрей, это Артём.

Я легко узнал главу охраны. Того самого парня, который убил последнего из бандитов в ночь смерти Мудрого.

Ворота открылись мгновенно. Я почти успел дойти до входной двери, когда из-за неё выглянул Андрей.

- Артём, чертяка, сколько лет! А вырос-то как, не узнать! – с этими словами охранник заключил меня в медвежьих объятиях. – Какими судьбами? - поинтересовался он, закончив, наконец, меня обнимать.

- По делу, Андрей, - максимально натурально улыбнулся я и продемонстрировал корочку следователя.

- Да ладно… - Андрей онемел, - когда успел-то?

- Я по сокращённой программе, - ещё одна улыбка, - Роман дома?

- Да, сейчас поинтересуюсь, примет ли он тебя. – Перепоручив нас кому-то из своих подчинённых, Андрей отправился в направлении старого кабинет Мудрого, но вернулся через считанные минуты. – Он вас примет. Ты, этого, как с Романом Александровичем поговоришь, заскочи ко мне, пообщаемся. Обитаю всё там же.

- Конечно, Андрей.

С этими словами я поспешил к бывшему товарищу. По дороге встретил миловидную молодую девушку, наряженную в короткую юбчонку служанки, больше подчёркивающую аппетитную фигурку, чем скрывающую что-либо. Та стрельнула хитрыми глазами в мою сторону, но говорить ничего не стала. Макс, выполняя очередное распоряжение, остался перед дверью кабинета, а я зашёл внутрь, не обращая внимания на недовольное бурчание.

Обстановка в кабинете совсем не изменилась. Даже книги на полках стояли те же, только теперь их никто не читал – если присмотреться, можно разглядеть пыль в местах, куда поленилась добраться уборщица.

За столом, перебирая какие-то бумажки, сидел Роман. Он заметно поправился и нацеплял на пальцы колец, став порядочно походить на авторитета девяностых.

- Привет, Артём, - не поднимая головы от бумажек, сказал хозяин кабинета, - зачем пожаловал?

- По делу, - так же, как и охраннику, ответил я.

- Интересно, - оторвавшись, наконец, от работы, Роман поднял на меня глаза.

- Соболезную, - добавив в голос максимум сочувствия, я без разрешения сел на стул.

- Да брось, ты её всегда недолюбливал, - голос Романа не имел ни капельки злобы.

- Это она меня недолюбливала, - поправил я. – В любом случае, мне жаль, что ты лишился матери.

- Да, рак, увы, неподкупен. Так что, даже наличие денег не гарантирует исцеление. – Роман на секунду о чём-то задумался, но в следующее мгновение тряхнул головой, будто прогоняя видение, и продолжил: - Так что за дело?

Я вновь извлёк удостоверение и спросил:

- Меня интересует всё, что связано с ограблением, расскажешь?

Но Роман не пожелал отвечать на мой вопрос, вместо этого он задал встречный:

- А как это ты так быстро выучился?

Подозрения в голосе меня ничуть не тронули. Организация имела огромное влияние, так что, моё удостоверение не просто имело высшее качество, оно было настоящим. Более того, некто Артём Карнов, чьё имя красовалось на корочке, действительно числился в базе данных МВД как следователь.

- Учился по сокращённой программе, - вновь соврал я.

- Ну да, тебе, как, впрочем, всегда, достаётся всё на блюдце.

- Всё ещё злишься?

- Раньше злился, теперь нет. В конце концов, если бы не наша ссора, мне, возможно, не удалось бы выжить. – Роман развёл руками, а я неожиданно даже для себя выдал:

- Если бы не наша ссора, всем удалось бы выжить.

- Думаешь, ты бы всех спас? Прости, Артём, но это бред.

- Может быть, - я уже взял себя в руки и не стал спорить, - так может, прекратим и перейдём к делу?

- Без проблем. Ночью, на следующий день после смерти мамы, из дома пропали все мало-мальски ценные вещи. Таких, к счастью, было немного. Пара экспонатов из трапезной и две тысячи баксов из сейфа. Всё, что было ценного в доме - позолота и картины, а сейф я вычистил сам парой часов раньше – внёс всё на счёт, оставив мелочь для срочных трат. Всё.

- Ничего странного? – на всякий случай уточнил я.

- Странного – нет, радостного – да. Воры нехило потратились, сейф открывается отпечатком пальца – моим или маминым, - а эти бедолаги заморочились и подделали его.

- Другого способа открыть сейф не было? – Не знаю почему, но этот факт меня заинтересовал, а я привык доверять интуиции.

- Был – взорвать его к чертям. Но никаких признаков взлома нет, нигде. Если это всё, что тебя интересовало, то мне пора работать.

Намёк я понял, поэтому поспешил к двери, поблагодарив Романа. Он мои слова проигнорировал, окликнув меня лишь тогда, когда я уже открыл дверь:

- Артём, не приходи больше в этот дом, никогда.

- Пока, Роман.

Дверь закрылась, не дав бывшему товарищу сказать что-то ещё.

Макс ждал меня, перекатываясь с носка на пятку от скуки.

- Ну что, узнал что-нибудь? – подчинённый мгновенно оживился.

- Не сейчас, - остудил я его пыл. – Есть ещё дело.

Андрей действительно обитал всё там же – в небольшом, если сравнивать с остальными комнатами дома, помещении охраны. Максим вновь был оставлен за дверью, за что я заработал недовольное сопение с его стороны. Не привык ты, богатенький мальчик, когда от тебя что-то скрывают.

Андрей был всё так же радушен. Он долго расспрашивал меня о жизни. Я врал на каждом слове, не желая расстраивать охранника. Когда же он удовлетворил своё любопытство, наступил мой черёд.

- Как Жанна, как Ника, где они вообще?

Ледяной панцирь продолжал трескаться, поэтому вопросы я задал не из вежливости, а потому, что действительно хотел получить ответ на них.

- Не знаю, Артём. Они ушли сразу после тебя. Я пару раз созванивался с Жанной. Елена Игоревна сильно расщедрилась – купила им какую-то халупу. Жанна, вроде, продавщицей где-то устроилась, а Ника – учиться пошла.

- А я-то думаю, почему пыль лежит. При Жанне такого не было бы, - улыбка вышла почти настоящей.

- Это да, - довольно заржал Андрей, - нынешняя-то домработница больше не домашним, а Романовым хозяйством интересуется. Под дурочку косит, да только, сдаётся мне, мозгов у неё побольше, чем у нынешнего хозяина.

- А про ограбление ничего интересного не знаешь?

- Да что тут знать, решили обнести, да обломались. Хотя, по-дружески, расскажу кое-что. Витёк, который в эту ночь дежурил, божился, что Елену Игоревну видел. Мол, она по дому ходила. Настолько перепугался, что мне в три часа ночи звонил. Я проснулся, примчался, а здесь – никого. Хозяйка на месте, лежит, как оставили. И тут глядь – картин в трапезной нет. Я вот что думаю, вора Витёк видел. А коль с хозяйкой перепутал, значит, баба то была.

- Ладно, Андрюха, пора мне. Сам понимаешь – служба. Спасибо за компанию и новости, – я поспешил распрощаться с охранником. Дыры в ледяной броне начали пропускать боль. Поэтому мне стало тяжело дышать. Нужно скорее уходить отсюда.

- Понимаю, держать не буду. Но ты заглядывай, не стесняйся, - охранник дружески хлопнул меня по плечу.

- С радостью бы, да Роман меня видеть не желает. Запретил появляться, - не жалея иронии ответил я. Андрей задумался, затем достал визитку и вручил её со словами:

- Ну тогда звони, как буду свободен, можно выбраться куда, пивка попить.

- Хорошо, Андрей, до встречи.

- До встречи, - согласился мужчина и позвал кого-то из своих, приказав нас проводить.

Мы вышли, уселись в машину. Максим завёл мотор и резво тронулся. А я расстегнул сумку, надел маску и положил катану на колени. Так быстрее зарастали бреши льда. Да и Максим наверняка не заметит почти скатившихся слёз.

Но он, похоже, заметил. Во всяком случае, голос его был тихим, почти извиняющимся:

- Куда дальше, начальник?

***

Максим негодовал. Он ещё не успел отвыкнуть от той, прошлой жизнь. Неделя – слишком короткий срок. А раньше никто не посмел бы оставить его за дверью. Вход ему был открыт практически всюду.

Однако этот же элемент добавлял игре интереса. Стоять перед первой дверью было невероятно скучно, но подслушать, увы, не получалось. Максим очень старался, однако охранник, оставшийся сторожить покой босса и готовый в любую секунду ворваться в кабинет, напрягался всякий раз, когда Макс делал шаг в сторону препятствия. К счастью, ждать пришлось не слишком долго.

Зашкаливающее любопытство потребовало сразу же узнать подробности беседы, но Шут, будь он неладен, отмахнулся противным:

- Не сейчас.

И поволок Макса к другой двери, вновь приказав стоять снаружи. Благо, тут охраны не оказалось, поэтому никто не мешал бывшему богатею приложиться ухом к тёплому лакированному дереву входа.

В следующие минуты Макс узнал очень много о своём начальнике. Оказывается, он закончил академию МВД по сокращённой программе и сейчас, имея должность следователя, разбирался со своим юбилейным, десятым, делом.

Не успел подчинённый подивиться – не то шеф совсем заврался, не то чрезвычайно энергичный человек, - как голос Шута изменился.

- Как Жанна, как Ника, где они вообще?

А вот теперь Макс действительно удивился. В интонации начальника обнаружилась тщательно скрываемая горечь, боль, спрятанная где-то глубоко. Максиму даже стало неловко, он пока не собирался лезть к Шуту в душу, а тут оно как-то само вышло. Подчинённый даже перестал подслушивать.

А совсем скоро начальник вышел, сердечно распрощавшись с охранником.

В машине Шут зачем-то нацепил маску и положил меч на колени, сильно сжав ножны. Внутренняя боль теперь буквально сочилась из каждой его поры. Чувствуя себя совсем уж неловко, Макс постарался придать голосу максимальную мягкость и спросил:

- Куда дальше, начальник?

- Обратно. – Короткий ответ был дан настолько холодным голосом, что, казалось, звенел ото льда.

Вернувшись в город, они направились к дому последней жертвы. Тот оказался не таким громадным, как предыдущий, но всё ещё выделялся из кучки мелких частных домиков.

Дверь открыли быстро. На этот раз, сам хозяин. Шут, похоже, успел вернуть себе обычное состояние холодной отстранённости за дорогу. Во всяком случае, говорил он уверенно. Вновь продемонстрировав удостоверение следователя, начальник поинтересовался:

- Мы можем войти? Хотелось бы задать пару вопросов.

Хозяин дома что-то вяло буркнул о «ментоте», не способной узнать всё что нужно с первого раза, и пустил их внутрь.

Дом выглядел странно – были видны светлые пятна на стенах, некогда занятые картинами, пустые постаменты и почти полное отсутствие столовых приборов. Воры, наверное, только позолоту поленились соскребать.

- Что вас интересует? – всё так же недружелюбно осведомился хозяин.

- Всё – лаконично ответил Шут, но затем добавил: - когда это произошло, что унесли, кто заметил пропажу и были ли странности?

- Ограбили ночью, в день смерти дочери. Унесли всё, сами видите. Чтобы столько барахла куда-то уволочь нужна машина, но мотора никто не слышал. Пропажу заметила жена. Утром пришла поплакать к гробу дочери, а её нет. – Голос мужчины сорвался, и тот взял паузу.

Шут, всё это время неспешно обходивший комнату, остановился у рамок с фотографиями. На них была запечатлена совсем молодая улыбчивая девушка. Ярко зелёные, буквально сверкающие и завораживающие глаза бесёнка закономерно гармонировали с огненно-рыжими волосами ведьмы. Дочь хозяина выглядела настолько живо, что, казалось, сейчас подмигнёт с фотографии.

Владелец дома взял себя в руки и продолжил:

- Из странного: непонятно, как воры всё унесли. Ещё непонятнее, зачем им тело моей дочери.

Шут издал странный звук. Мужчина не обратил на это внимания, а вот Максима такая странность очень заинтересовала.

- Спасибо, вы очень помогли. Мы свяжемся с вами, как только найдём преступников. До свидания.

Шута будто в зад ужалили, он даже не стал дожидаться, пока хозяин встанет и проводит их. Макс спешно последовал за начальством.

- Куда торопимся, шеф? – удивился Макс, заводя машину.

- Я знаю, где они.

***

Это случилось неожиданно даже для меня. Вот я рассматриваю фотографию девушки, слушаю рассказ хозяина дома - и вдруг вижу её. Она недвижимо сидит на кровати. Её глаза открыты, но не моргают.

Она умирает, умирает каждую секунду. Каждое мгновение переживает то, что ощущала во время гибели. Ей больно, холодно, страшно. Но плакать нельзя. В тот миг, когда я её увидел, она едва заметно оживилась, будто почувствовала моё присутствие. И тихо, одними губами зашептала адрес.

Именно его я указал Максу. Тот, ни секунды не колеблясь, вдавил газ и помчался вперёд.

Нужный дом нашёлся быстро. Преграда в виде домофона была преодолена просто – звонком в случайную квартиру с представлением себя сотрудниками милиции.

Левая дверь на третьем этаже оказалась добротной, металлической. Я позвонил и услышал мерзкую дребезжащую трель. Полминуты ничего не происходило, затем щёлкнул замок, и в проём выглянул лысоватый мужик.

- Чем могу? – осведомился он.

- Соседи на шум жалуются, - подтверждая слова, я продемонстрировал корочку.

- Какой шум? – опешил мужик. От резких действий меня сдерживал всего один фактор – неизвестность. И если с незнанием способностей этого представителя группы стереотипного сорокалетнего офисного планктона я готов смириться, то возможность наличия в комнате большого числа помощников порядком смущала. – Какой шум? – повторил подозреваемый, - я тут один.

Эти слова стали решающими. Гибкое движение тела, сделавшее меня похожим на воду, позволило оказаться за спиной мужика и вывернуть его руку. Щёлкнули наручники, вероятный вор, не устояв на ногах, бухнулся лицом в пол.

- Это хорошо, что один. – Сказал лысому и распорядился: - Макс, проверь комнаты.

Я попытался поднять мужика, но тот, похоже, весил куда больше, чем показалось на первый взгляд. В это время оттуда, куда ушёл Максим, послышалась возня. Хозяин воспринял её как сигнал. Он одним резким движением порвал цепь на наручниках, другим – вскочил на ноги и ловким взмахом вогнал свою руку почти по локоть мне в грудь.

Я не успел даже испугаться, болевой шок мгновенно прикончил мозг…

Грустно звякнули разрываемые звенья цепи наручников. Мужик вскочил, но ударить не успел – я пригнулся, перекатился, на ходу вытаскивая катану из сумки. А уже в следующий миг последовал новый, как две капли воды похожий на предыдущий удар рукой в грудь.

Лицо вора озарила крайняя степень удивления, когда клинок отделил кисть от остальной руки. Не успел я списать врага со счетов – боль в месте отрубленной конечности гарантированно отправит в обморок почти любого, - как культя, не исторгшая ни капли крови, попыталась заехать мне в лицо.

К счастью, мозг уже настроился на бой, поэтому был готов к любому повороту событий. Лёгкое уклонение разрывом дистанции, и сразу же – внезапное её сокращение. А в следующий миг голова бедолаги улетает куда-то к потолку, всё прошло так же бескровно. Теперь точно готов.

Я двинул к соседней двери, на ходу размышляя. Некромант. Или, может, как иначе. Но определённо человек, способный оживить труп и заставить его выполнять поручения. Скажем, обокрасть собственный дом. В это вписывается вскрытие сейфа отпечатком Елены, слова охранника о хождениях мёртвой хозяйки и пропажа девушки. Видимо, неуместное замечание Макса о некрофилии оказалось верным.

Максима держали плотно прижатым к полу два субъекта. На диване, выжидательно уставившись в дверной проём, удобно устроился мужчина лет тридцати. Рядом, положив голову на его плечо, сидела Ира, дочь последней жертвы. Девушка ничуть не потеряла в своей красоте со смертью. Только лицо не выражало больше радости и азарта, оно было просто никаким.

- Привет, - сказал мужчина. – Я Кирилл. Что-то мне подсказывает, что вы заглянули по случаю моих небольших шалостей. Ну так это зря. Я же ничего такого не делал.

Максим, несмотря на не слишком удобное положение, не преминул отвесить колкость:

- Ага, просто воруешь вещи и людей.

- Ну что вы? Я не вор. Они ведь сами всё мне отдают, правда, Ирочка?

Девушка медленно, будто борясь с собой кивнула.

- Мужики, ну что вы, честное слово? Судя по отсутствию удивления при виде моих друзей, вы тоже не люди. Так зачем же жалеть этот скот? Тем более, богатых особей, захапавших себе все вкусности и лишающих их простой люд? К тому же, мёртвые просто платят мне за возможность ещё раз увидеть близких.

- Ты заставляешь их это делать. – Я старательно анализировал обстановку. Одно неловкое движение и ребята, держащие Макса, легко свернут ему шею. Сейчас пришёлся бы кстати его режим берсерка, но такие вещи редко случаются в подходящий момент.

- Заставляю? Что за глупости? Ирочка просто полюбила меня всем сердцем и не пожелала снова отправляться в мир мёртвых. Милая, помоги нашему гостю расслабиться.

Девушка встала и направилась ко мне, на ходу шевеля губами. Я понял, что она говорит только с третьего раза. Слова, которые ужасают, если звучат из уст молодой красавицы:

- Убей меня. Убей, пожалуйста. Прошу тебя, убей.

Мне вспомнилась боль, которую это прекрасное с виду создание испытывает каждый миг своего существования. Я пожалел её. Одно быстрое движение заставило привлекательную голову проститься с телом. Не знаю, с чем это связано, но смерть Иры, в отличие от предыдущего немёртвого, сопровождалась фонтаном крови. Трещины в ледяной броне затянулись, так что произошедшее не сильно тронуло моё сердце, зато Макс, похоже, теперь считает меня монстром. Во всяком случае, именно этот почти суеверный страх перед всесильным и бесчувственным чудовищем я сейчас различал в его глазах.

- М-да, ты самый страшный хам из всех, кого я встречал за две сотни лет жизни. – Некромант разочарованно покачал головой. – Как у тебя рука-то поднялась на такую прелесть?

- Она страдала, и ты знаешь это не хуже меня. Я предлагаю тебе отпустить всех своих слуг и пойти с нами. Думаю, Шеф найдёт применение даже твоей силе.

- О, ты так великодушен. Но я предпочту второй вариант – убить наглеца, лишившего меня такой милой игрушки, и его напарника-неумёху.

Кириллу не пришлось даже шевелить пальцами, его слуги просто сломали шею Максу, и, дождавшись подкрепления, выползшего изо всех щелей, окружили меня…

- М-да, ты самый страшный ха… - я не дал ему договорить, поступив с некромантом ровно так же, как с его слугами – одним молниеносным движением приблизился на расстояние удара и отрубил голову.

Двое немёртвых, что держали Макса, рухнули на пол сломанными куклами. Ещё с десяток глухих ударов раздались по всему дому. Слуги, мучившиеся не один день, покидали этот мир, успевая одарить меня едва ощутимыми импульсами благодарности.

Я достал мобильный, выбрал номер из списка контактов и нажал кнопку вызова.

- Светлячок, нужно прибраться.

Глава 3 - Попрыгунья

Лезвие прошло в опасной близости от моей голени. Лишь в последний момент Такаги-сан отвёл клинок. Это была уже пятая «наметка» удара за тренировку.

Меч мастера вновь описал причудливую дугу и сломал мою защиту. На этот раз учитель не стал меня жалеть и оставил глубокую царапину на плече. В следующие три минуты моё тело приобрело ещё два десятка отметин.

После очередного пропущенного удара учитель отстранился, пряча клинок в ножны, и сказал:

- На сегодня хватит. Видимо, столь малых повреждений недостаточно, чтобы активизировать твой талант.

Я последовал примеру мастера, зачехлив оружие.

Третья неделя тренировок по овладению новой гранью дара не дала результатов. В первые дни Такаги-сан, не стесняясь, дырявил мои конечности и тело, метя в безопасные для жизни места. Это, увы, привело лишь к снижению боеспособности.

- Думаю, стоит объединить твои тренировки с тренировками Максима. Во-первых, тебе будет полезно изучить своего подопечного, во-вторых, мы узнаем, сможешь ли ты ему противостоять, если он впадёт в состояние берсерка.

- Как считаете нужным, учитель.

- Что ж, на сегодня ты свободен.

Я поклонился и покинул тренировочный зал. А войдя в комнату, выполнил привычную программу – включил музыку и начал медитировать.

Дыхание стало плавным, почти незаметным. Мир открылся для меня, а я – для него. Давно заметил, что во время медитаций чаще случаются видения.

Этот раз не оказался исключением.

***

- Ванюха, да забей ты! – явно не слишком трезвый водитель обращал больше внимания на своего соседа, названного Ваней, чем на дорогу. Сзади раздался ещё один пьяный голос:

- Ванёк, ну ёк-макарёк, ну чё ты раскис? Ну, сука она, так ей же хуже будет! Вот, дружище, веришь-нет, был бы бабой – на тебя вешался бы. – Монолог дружеской поддержки прервался, сменившись звуком опустошения очередной пивной банки

- Во-во, - вновь принял эстафету водитель. – И нах ты на вокзал попёрся? Ну хочет – пусть валит со своим хмырём!

Сам герой предпочитал молчать, пялясь в окно и отхлёбывая пиво. Он наблюдал сумерки, придающие деревьям странновато-зловещий вид. Вот показался поворот. Порядком набравшийся водитель вошёл в него не столь ровно, сколь хотелось бы. Именно это и стало фатальной ошибкой. С противоположной стороны торопился другой человек. Всю его машину украшали фотографии жены и дочки. Раздался звонок.

- Алло, - торопливо ответил мужчина.

- Папа, ты где? Я соскучилясь, - пропищал милый детский голосок.

- Папа задержался на работе, малютка, но через полчасика он будет дома.

Трубка перешла из рук дочери к жене.

- Дорогой, мы тебя ждём. Будь осторожен, целую.

В этот момент из-за поворота блеснули фары криво выезжающей машины.

***

Не сильно церемонясь, я стукнул один раз в дверь, чтобы обозначить своё появление, и тут же вошёл. Максим что-то читал с экрана ровно такого же ноутбука, как мой.

- Начальник? – удивление было вполне закономерным. Я впервые тут появляюсь.

- Собирайся, поведёшь машину. Жду тебя наверху.

Подчинённые хотел что-то уточнить, но я не дал ему такой возможности, быстро захлопнув дверь. Лифт вынес меня к сторожу.

- Степаныч, машину надо.

- Хорошо, Шут. Шеф в курсе? – последний вопрос охранник задал из банального любопытства, поскольку уже снял трубку и набрал номер.

- Нет, я по своим делам. – Бросил и развернулся к выходу.

- А, опять видения, понятно. - Донеслось в спину.

Улица встретила меня обычным холодом конца осени. Дверь открылась, выпуская Максима. Тот напялил тёплую чёрную куртку, выданную в служебное пользование Крепышом.

Подчинённый глянул на меня, одетого в одну рубашку, и зябко поёжился в своём пуховике:

- Начальник, ты бы утеплился что ль?

- Жарко же, - слегка улыбнувшись, ответил я.

Подъехала машина, стандартно бритый водитель осведомился о необходимости его услуг. И, получив отрицательный ответ, пошёл греться со Степанычем.

- Куда? – уже привычно поинтересовался Макс.

- Вокзал, - коротко бросил я.

- Ну так что, ты расскажешь, в чём, собственно, дело?

Машина тронулась, плавно набирая скорость.

- Нет, бессмысленно. Высадишь за две сотни метров до вокзала, поедешь за машиной, в которую я сяду. Если не сдохну, подберёшь.

Поняв, что вытянуть из меня ничего больше не сможет, подчинённый замолчал.

Найти нужную мне компанию оказалось довольно легко. Они не особенно сдерживались в громкости и цензурности выражений.

Придав голосу пьяную интонацию и слезливую жалость, я подошёл к парням.

- Мужики, закурить не найдётся.

- Без проблем, дружище, - ответил водитель и протянул мне сигарету с зажигалкой. Я принял их дрожащей рукой. – А ты чего такой, случилось что?

Подпитую компанию тянуло на добрые дела.

- Прикиньте, мужики. Прихожу домой, а эта сука в кровати с Димоном. – Я прервался, делая вид, что сглатываю комок, образовавшийся в горле. – Три года вместе, а она! Да ещё и с другом.

- И что ты?

- Ему - по морде, её - послал.

- Ну вот, видишь, Ванёк, не один ты такой. Дружище, тебя как звать-то?

- Тёма, - я взял сигарету в зубы и чиркнул колёсиком зажигалки.

- О, Тёма, давай с нами. К соседям! Час времени, и мы в другом городе. А там клубешник новый открыли, у меня друг есть, заглядывал туда, говорил – закачаешься.

- А друга как зовут? – с напускным подозрением спросил я.

- Виталя, - не поняв, к чему я клоню, ответил водитель.

- Не Дима, значит, можно верить. Не верьте Димам, мужики.

Последняя фраза окончательно сформировала образ пьяного и сильно обиженного человека в сознании моих будущих попутчиков.

Мысленно извинившись перед всеми Димами за то, что выбрал их имя для легенды, я заковылял в сторону пригласительно открытой дверцы дряхлой машины.

Лихо газанув, водитель сорвался с места и понёсся, рискуя не вписаться в поворот. Машина выкатила из города, замелькали деревья. Утешительные речи теперь сыпались не только на Ваню, досталось и мне. Вдалеке я разглядел знакомый поворот и внезапно заорал:

- Мужики, тормози! Тормози быстрее! – порядком перепуганный водитель выжал тормоз и стал у обочины. Я поспешно выскочил из чудом не развалившейся машины и, намеренно спотыкаясь, побежал к кустам, где принялся старательно имитировать звуки опорожнения желудка путём рвоты.

- Тём, ты там как?

- Но… - слово прервалось характерным звуком. – Нормально…

- Чё случилось-то? Траванулся?

- Фи… фиг знает…

Я разглядел припарковавшегося в отдалении Максима. Вот и хорошо, он всё понял правильно, значит, пешком идти не придётся. Ещё через минуту мимо проехал торопливый отец, а я усилил звуки, успев прокричать в перерыве.

- Ну нах, мужики. Едьте сами. Я, может, попутку поймаю, вас в клубе найду.

- Ладно, Тёмыч, ждём тебя! – это уже проорал Ваня, видимо, понявший, что его ситуация не самая сложная в мире.

Компания уселась в машину и укатила, а спустя две минуты ко мне подъехал Максим.

- Начальник, ты саданулся? Я, конечно, человек отнюдь не самых строгих правил, но даже мне не приходило в голову садиться бухим за руль. Таких имбецилов лучше не спасать вообще.

- Полностью с тобой согласен. Но есть одна маленькая деталь: видел машину, которая пару минут назад проехала навстречу?

- Ну да, - подозревая подвох, ответил Макс.

- В ней сидит мужчина, которого дома очень ждали жена и дочурка. Всё, твоё любопытство удовлетворено? Тогда звони в ГАИ, диктуй номер этих кретинов, и поехали назад.

***

Неплохая реакция, помноженная на гигантский опыт занятия экстремальными и боевыми видами спорта – вот, чем мог похвастаться Максим. Он успел перепробовать очень много занятий за свою не слишком длинную жизнь. Но всё это оказалось практически бесполезно. Макс осознал собственную беспомощность в первом же рукопашном спарринге с Шутом.

Такаги-сан тренировал берсерка, ставя технику удара и демонстрируя основные приёмы, а поединки вёл настолько грамотно, что не позволял ученику увидеть всю пропасть, разделявшую их. Кажется, ты уже почти достаёшь его, ещё чуть-чуть и сможешь угнаться за новым выпадом. Но в следующий миг удары мастера становятся быстрее, точнее, и вот между вами вновь ровно то же расстояние, которое было в начале тренировки. Не пропасть, нет, небольшая ямка. Стоит лишь немного напрячься, и ты сможешь её переступить. Однако, преодолев преграду, осознаёшь, что ничего не изменилось – мастер ровно так же сделал шаг назад, оставив перед тобой точно такую же неровность.

Шут же старался сдерживаться, но время от времени сосредоточенность и боевой настрой брали верх. Тогда Максим огребал пару тумаков, осознавал, сколь велика разница между ним и его руководителем, и тихо скрипел зубами.

Это было обидно. Нет, не потому, что он слабее. А потому, что Шуту приходится себя сдерживать. За время работы с Оракулом Макс успел понять, насколько тот силён. Его мощь была сопоставима лишь с его же печалью.

Бывшему богачу стало безумно интересно узнать, что такого случилось в жизни этого человека. Какое событие способно сломить столь сильный дух?

Максим начал искреннее восхищаться Шутом и желание стать его другом или, на худой конец, товарищем приобрело новую мотивацию. Азарт ушёл, оставив преклонение.

Берсерк разбирался в людях, умел видеть их эмоции. Этот талант стал основой его бизнеса. Тяжело, совершая сделки, учесть и проверить все риски. Так что, способность различать напускные эмоции приходилось очень кстати.

Именно поэтому Макс не верил ни одной улыбке Шута. Из-за них дул ветер замораживающей стужи.

Новый удар начальника был блокирован. Сменив хват, подчинённый потянул предплечье соперника, разгоняя его, и, быстро провернувшись, постарался ударить локтем. Но Шут легко уклонился, сам вывернул руку Максима в болевой и, играя на рефлексах тела, уложил оппонента лицом в татами.

Обида за свою слабость и неспособность поддержать спарринг со столь важным человеком зажгла где-то внутри берсерка ярость, та в свою очередь пробудила дремлющие силы, застелив глаза непроглядной пеленой.

***

Тренировки Макса давались мне с огромным трудом. Я привык выкладываться полностью, спаррингуясь с учителем, а тут приходилось себя искусственно ограничивать.

Хотя, должен признать, выходило это не всегда. Временами я слишком концентрировался на бое, переставая сдерживать свои удары, что приводило к мгновенному поражению Максима, сильно злившегося в такие моменты.

Вот и теперь случилось так же. Он решил провернуть комбинацию с ускорением тела соперника для усиления удара. Идея, конечно, неплохая, но атака оказалась слишком очевидной. Поэтому мне не составило труда уклониться и вывернуть руку Макса под нужным углом, заставляя плавно лечь на пол.

Только в этот раз привычная злость внезапно сменилась яростью берсерка. Я даже не понял, как это произошло. Просто в один миг рука, удерживаемая в захвате, рычагом взвилась в неожиданном направлении, заставляя мои пальцы разжаться. А в следующий момент меня спасли рефлексы, наработанные годами тренировок. Тело само успело сделать полшага назад, поэтому нога, метившая носком в кадык – чтобы сразу насмерть - лишь ткнула меня в грудь. Следующий тычок, в солнечное сплетение, я всё же пропустил. Воздух мгновенно покинул лёгкие. Попытка разорвать дистанцию провалилась, Макс успел схватить меня за руку и резко дёрнуть на себя, пытаясь попасть пальцем в глазницу.

Рефлексы вновь спасли - сумели отвести руку, но та внезапно согнулась в локте, и этот самый локоть со всей скорости влетел в мою переносицу. Хрящ не выдержал правильно нанесенного удара и ушёл в мозг…

Я не стал отводить руку, предпочтя поднырнуть под неё, разворачиваясь и бросая Макса через бедро. Враг не упал, он технично перекатился и мгновенно атаковал вновь. Стало понятно, что теперь уже точно не успею. Увидел это один раз, умерев от перелома шеи. Второй – от вогнанного в глубь горла кадыка. Третий – от пальца, через глаз доставшего до мозга.

Успела возникнуть мысль о глупости такой смерти, но она не смогла перебраться через барьер безразличия. Умру, и чёрт с ним.

Однако Смерть так и не подарила мне своих объятий. Из-за спины вырвался поток воздух, он обогнул меня и ударил по Максу, плотно обтекая тело в пружинящем толчке. Через миг мой подопечный лежал на татами, прижатый невидимой тяжестью.

- Ну что ж, теперь я точно знаю, что с берсерком, даже плохо тренированным, ты справиться пока не можешь.

Голос учителя был спокоен, несмотря на то, что он в этот момент заносил меч над моей шеей. Я успел среагировать. Прогиб назад для уклонения от клинка и нанесения удара ногами. Учитель не стал утруждаться, отражая мою атаку, просто размылся в воздухе и возник уже возле Макса, неуловимым движением лишая того сознания.

- Вижу, тренировка пошла тебе на пользу. Но всё ещё сложно поручится за постоянство срабатывания твоего таланта.

Мне оставалось лишь сесть в позу лотоса в ожидании момента, когда учитель продолжит свою мысль.

- Я поговорил с твоим начальником. Он согласился выделить некоторое количество денег на покупку плеера. Думаю, музыка, отрезав тебя от звуков окружающего мира, поможет раскрыться дару. Ты согласен со мной?

Учитель всегда открыт для предложений, это осознание пришло ко мне ещё в доме Мудрого. Но есть одна проблема, его мысли обычно обдуманы и взвешены, на каждый мой довод он найдёт контраргумент. Поэтому я не стал спорить.

- Согласен.

- Хорошо. Тогда расскажи мне, что ты узнал о Максиме. – Такаги-сан так же, как я, принял классическую позу, устроившись напротив.

- У него неплохая база, к тому же, вы успели привить азы. Но этого крайне мало. Мне кажется, стоит работать над его самоконтролем. Он должен научиться по собственной воле входить в режим берсерка и не слетать с катушек в нём.

Мастер помолчал, обдумывая мои слова или просто предпочитая лишний раз поразмыслить.

- Ты абсолютно прав. Но я, увы, даже не представляю, как его тренировать. Мне кажется, стоит приобщить Максима к искусству медитации, однако нет никакой уверенности, что это поможет.

Учитель замолчал, надолго. Я так же спокойно сидел напротив, ожидая решения мастера, но тот продолжал затягивать тишину.

- Вы спрашиваете совета у меня? – пришлось не слишком уверенно поинтересоваться, когда прошло пять минут.

- Да, Шут. Это тебя удивляет?

- Удивляет, учитель. Мне крайне далеко до вашей мудрости, и за плечами отсутствует даже толика такого богатого опыта. - Такаги-сан позволил себе лёгкую улыбку. А я, маскируя безразличие, постарался добавить в голос обиду: - мои слова смешны?

- Нет, ученик. Ты достаточно умён, несмотря на юность лет, однако я спросил у тебя совета потому, что ты Оракул. Пусть умение сознательно видеть пути решения проблем пока спит, твоя интуиция способна найти выход из многих ситуаций.

- Хорошо, учитель. Мои слова будут такими: ему нужно драться. Мне кажется, все необходимые умения придут с практикой.

Мастер вновь помолчал, а затем ответил:

- Возможно, в твоих словах истина. Занятие окончено, ты свободен.

Я встал, поклонился и направился к выходу, но у дверей меня нагнал голос Такаги-сана.

- Шут, я вижу весь твой холод. Ни улыбка, ни обида, ни злость, маски которых ты надеваешь, не скрывают от меня твоё истинное лицо. И от него не скроют. – Кивок в сторону берсерка. - Максим отлично различает все попытки подмены эмоций. Подумай об этом.

- Спасибо, учитель.

С этими словами я закрыл дверь.

***

Крик падающего человека оборвался. Но прекратило его удивление, а не соприкосновение с асфальтом. Рука мужчины внезапно оказалась в стальных тисках огромной лапищи.

Человек всё ещё пребывал в шоке, когда его, отнюдь не маленького, подняли вверх и перенесли через край крыши, но не отпустили, продолжая держать на вытянутой руке.

- И с каких пор мы спасаем суицидников? – поинтересовался обладатель большой руки – огромный детина.

- Не бузи, Крепыш. Привет, Андрей. Ты чего это удумал?

Тут глава охраны Мудрова-младшего рассмотрел второго человека на крыше. Им оказался бывший подопечный старого хозяина – Артём.

Андрей продолжал молчать, приходя в себя.

- Зачем прыгал? – перефразировал вопрос Артём.

- Не знаю, - наконец собрался охранник. – Как в трансе сюда пришёл и прыгнул.

- А вот и второй вопрос: как ты тут очутился? Когда мы лезли, дверь на крышу была закрыта на замок изнутри, пришлось ломать.

- Понятия не имею, с памятью муть какая-то.

- Хорошо, иди домой, отдохни. А ещё лучше, возьми выходной.

- Ладно.

Андрею даже в голову не пришло спросить, как, собственно, тут оказались Артём и его гориллообразный друг.

***

- А я смотрю, вы вживаетесь в роль командира, Шут. – Хлопнув меня по плечу, пробасил Крепыш. – Иди и отдохни, - передразнил он мой голос, - да таким тоном, что хрен ослушаешься.

- Может быть, - я не придал особого значения его словам, мозг занимало другое. – Меня вот, что волнует. У нас в городке появился какой-то телепат. Андрей, конечно не в восторге от нового начальника, но не настолько, чтобы кончать жизнь самоубийством. Что думаешь?

- Не знаю. Я ещё не видел настолько сильных мозговиков. Влиять на человека – дело непростое.

За диалогом мы спустились с крыши девятиэтажки. Возле подъезда, удобно устроившись на лавочке, нас ожидал кот. Чёрная, умеренной пушистости животина имела ухоженный вид. При нашем появлении четвероногий оживился.

Признаюсь, всегда питал слабость к этим существам. Поэтому позволил себе задержку, погладив шерстистого по голове. Кот от ласки отказываться не стал, более того, сам подставил спину для продолжения массажа. Я невольно улыбнулся и хотел уже уходить, но животина запротестовала, выражая нежелание со мной расставаться в когтях, запущенных под рубашку так, чтобы не поцарапать кожу.

Я удивился и поинтересовался:

- Ты хочешь со мной?

- Мау, - заявил кот и продолжил довольно тереться о мою ладонь.

- Она может быть чьей-то. – Заметил Крепыш.

- Может, - согласился я, беря кота на руки. Тот довольно заурчал, но тут же тихо зашипел, поскольку я перевернул его на спину и обнаружил, что здоровяк прав. Не в том, что кот чей-то, а том, что кот – кошка.

- Что будешь делать?

- Возьму себе, у меня нет выбора, - когти усатой вцепились в рубашку на груди, как только я перевернул пушистую красавицу обратно. Несмотря на явную агрессивность, животное было довольно и выражало это урчанием. А приступ злости, вызванный проверкой пола, утих крайне быстро.

- Как знаете. – Крепыш уже сел в машину, предварительно открыв дверь для меня.

Кошка сладко зевнула, позволив себе ради потягивания отпустить мою рубашку, и удобно устроилась у меня на коленях.

***

Шут приволок кошку. Максим не имел ничего против животин, напротив, любил их. Поэтому нисколько не опечалился, узнав о новом соседе. Более того, кошка смогла очень сильно удивить берсерка. Не сама по себе. Удивило Макса отношение к ней Шута. Стоило начальнику начать ласкать котейку, как уголки его губ стремительно ползли вверх, заставляя улыбаться. Улыбаться искреннее.

Человек, который был настолько холоден, что без зазрений совести лишил головы молодую девушку, улыбался милому комку шерсти.

Вспомнив историю с некромантом, Максим вздрогнул. Тогда бесчувственность руководителя его порядком напугала.

- Шут, как ты её назвал?

- Пока никак, - начальник даже не подумал отвлечься от своей забавы. Он играл с кошкой.

- Может, Эльвира? – в ответ на предложение животное перестало гоняться за пальцами своего хозяина и зашипело на Макса. – Понял, тогда… Ника?

Берсерк решил попробовать сломать стену холода начальника, подточенную питомцем, упоминанием подслушанного -имени. Пальцы Шута дёрнулись, но на этом выражение эмоций закончилось.

- А почему нет? Такая же маленькая, такая же гибкая, шёрстка такого же цвета, как её волосы, да и глаза похожи. Буду звать тебя Никой. А подслушивать, Макс, нехорошо.

Кошка довольно мяукнула и вернулась к игре. А Максим ещё раз задумался. Животина приняла кличку потому, что с именем согласился Шут, или оно действительно понравилось ей?

Что-то в последней мысли смутило берсерка, секунда анализа выдала результат. Он принял кошку за мыслящее существо, склонное к самостоятельному принятию решений. Но так ли сильно он ошибся?

От мыслей отвлекла действительность. Пушистая цапнула Шута за палец, отчего тот резко дёрнулся и замер с затуманенным взглядом. Животное само удивилось такому эффекту, поэтому поспешило выплюнуть конечность хозяина, но ситуация лучше не стала. Начальник всё так же сидел, уставившись пустым взглядом в потолок.

Он покинул транс так же внезапно, как и вошёл в него.

- Пошли к Игорю Аркадьевичи. – Быстро бросил Шут и, аккуратно вытащив руку из объятий возмущающейся кошки, поспешил к двери. Макс не стал заставлять начальника повторять.

Шеф разглядывал какие-то бумажки и отвлёкся от них очень неохотно.

- Что такое, Шут?

- У меня было видение.

- Я думал, ты уже достаточно взрослый, чтобы решать такие проблемы самостоятельно.

- Оно было не о смерти. В этот раз я видел, как вы передавали абсолютно чёрный хопеш с красными мерцающими рунами какому-то человеку.

Макс, тихо стоявший в сторонке, впервые увидел интерес в глазах Шефа. Дело в необычности видения или странном слове «хопеш»?

- Ну что ж, могу тебя поздравить, ты обрёл третью грань своего таланта. Развивай его и сможешь заглядывать в будущее по собственному желанию. Что до хопеша, поздравляю тебя ещё раз, тебе предстоит стать вором. Такая штуковина единственная в мире, и лежит она в частной коллекции одного не очень бедного столичного человека. Так что, тебя ожидает поездка. К тому же, я давно собирался добавить нового человека в твой отряд, будет возможность сразу ознакомиться с её возможностями.

- Хорошо, когда выезжаем?

- Едешь только ты. Максим будет продолжать усердно тренироваться.

- Но, Шеф, я знаю город и смогу помочь. - Попытался опротестовать решение руководства берсерк.

Игорь Аркадьевич быстро поймал взгляд Максима и абсолютно спокойно сказал:

- Ты остаёшься здесь.

- Понял, - в этот раз бывший богач был просто не способен спорить – его подавляла сила взгляда шефа.

- Вот и хорошо. Выезжаешь, через два дня, так что, есть время подготовиться.

***

Максим все два дня пытался выпытать у меня значение слова «хопеш», но каждый раз получал один ответ: ищи в интернете сам. В конце концов, проще посмотреть на картинку в браузере, чем слушать описание оружия такой непростой формы.

Подготовка заключалась в получении заказанного учителем плеера и тренировках с ним. Прогресс был налицо – теперь в трёх из четырёх случаев я успевал отреагировать на атаку Максима в состоянии берсерка.

Самым тяжёлым оказалось прощание с Никой. Нет, я, конечно, успел привязаться к кошке, но не настолько, чтобы расстраиваться из-за недолгой разлуки. Она, однако, не разделяла моих взглядов. Поэтому намертво вцепилась когтями в рубашку, не желая отпускать, что задержало отправку аж на час. Мне пришлось взять Нику на руки и убаюкивать, гладя по всему крохотному тельцу, пока она не уснула.

Дорога не показалась долгой. Водитель, выделенный мне, ехал умеренно, не лихача и не тащась как черепаха. Уши грела любимая музыка, а мозг был занят размышлениями.

После решения судьбы Максима на время моей поездки Игорь Аркадьевич выставил берсерка за дверь и выжидательно уставился на меня, вновь подтверждая подозрение о своей способности предсказывать мои слова. Мне очень хотелось задать один вопрос, но я не решался делать это при подчинённом.

- Игорь Аркадьевич, вы обещали посветить меня в детали Договора.

- Я обещал дать тебе книгу, - поправил начальник, - но пока ещё рано.

- До сих пор не доверяете мне?

- Я ни к кому не питаю абсолютного доверия, Шут. Хотя тебя врагом или шпионом не считаю. Просто тебе пока нет смысла знать больше. Возникнет надобность – посвящу. Давай ограничимся тем, что это соглашение между ООН и главами нашей организации.

На этом разговор закончился, оставив больше вопросов, чем ответов.

Второй загадкой, терзавшей мои мысли, была тема длительности нашей жизни. Некромант вскользь упомянул о сотнях лет своего существования, и выглядел он при этом вполне живо для дряхлого старика.

Интересно, все ли способности дают такие бонусы? Или это особенность повелителей нежизни? Крепыш пожал плечами, Светлячок где-то пропадал, а Игорь Аркадьевич, ровно как и Такаги-сан, ответил очень просто:

- Узнаешь со временем.

Меня начал сильно напрягать флёр секретности, витавший в организации. И если поначалу я считал, что нужно просто заслужить доверие, чтобы получить ответы, то теперь единственно мыслю дававшей надежду оставалась идея выслужиться в ранг повыше.

Хотя, как я понял, никаких официальных званий в организации не давалось.

Столица встретила меня суетой и недовольством. Все куда-то спешили, бежали, торопились. Даже с пассажирского сидения стало заметно, насколько ужесточилось поведение водителей. Ни о каких манерах не могло быть и речи. Уступить дорогу? Держи карман шире! За счастье будет, если не подрежут.

Машина плавно подрулила к гостинице. Галантный швейцар вышел навстречу, открыл мне дверь и предложил принять багаж, но получил отказ. Пару сменных рубашек, запасные штаны, бельё и оружие с маской я способен отнести самостоятельно.

Не успел подивиться такому уходу за клиентами, как загадка разрешилась – меня заселили в номер-люкс. И вот в этом моменте возникает закономерный вопрос: если организация настолько богата, что отправляет людей в командировки на машине, да ещё и заселяет в самые дорогие номера, почему было просто не купить хопеш?

С другой стороны, с Игоря Аркадьевича сталось бы устроить мне очередную проверку.

Номер оказался воистину президентским: четыре комнаты, в каждой из которых по плазменному телевизору на половину стены; джакузи; огроменный бар и гигантская кровать в спальне.

От созерцания великолепия жилища меня отвлёк телефонный звонок. Аппарат мне выдали на второй неделе после начала «службы». Своим пользоваться запретили, поскольку все контакты я должен был оборвать, что нисколько меня не расстроило. Единственное, чего я лишался вместе со старым телефоном, - связь с потенциальными клиентами, способными заказать создание сайта. Да только какая в них теперь надобность?

- Алло, это твоя новая подчинённая. Встречаемся у Музея Истории в два часа ночи.

- Ладно, - ответил я коротким гудкам. И кто тут начальник? Позвонила, дала распоряжение, повесила трубку.

Что ж, мне нужно убить кучу времени до назначенного часа. Начну с обеда. Перед выездом я не успел поесть, поэтому теперь был зверски голоден. Вызванный по телефону швейцар явился через пятнадцать минут со всеми заказанными блюдами.

После трапезы позволил себе час отдыха в виде медитации, а затем преступил к тренировке, благо, размеры гостиной моего номера позволяли проводить парады, не говоря уже об обыкновенных упражнениях с мечом.

В двенадцать часов ночи я прервал тренировку и пошёл в душ. Хорошенько вымывшись и надев сменную одежду, бросил маску с катаной в сумку и поспешил к выходу.

Водитель доставил меня к нужному месту за полчаса до назначенного срока и, получив приказание отъехать подальше, спрятал машину в соседнем переулке.

Я же нашёл пожарную лестницу и взобрался на здание, стоящее напротив музея, стараясь осмотреть окрестности. Время близилось к двум, однако, моей напарницы всё не было. Я начал подозревать, что случилось что-то непредвиденное, но ровно в назначенный срок прямо перед входом в здание разверзлась синяя язва, из который вышагнула хрупкая женская фигура, целиком спрятанная в чёрную обтягивающую одежду.

Решив, что заставлять девушку долго ждать – признак дурного тона, я поспешил нацепить маску и спуститься обратно.

- Опаздываешь, Шут. – Голос девушки был чуть грубее, чем я ожидал. При общении по телефону всё списалось на качество связи, но, как видно, напрасно. Я бы не сказал, что незнакомке не шёл её голос, просто он вызывал какой-то диссонанс со внешностью. Хотя, может, мне просто кажется. В конце-то концов, я не могу судить объективно – её лицо, как и всё тело, закрывала чёрная ткань.

- Ничуть, просто осматривал округу. Как тебя зовут?

- Называй меня Попрыгуньей.

- Странное имя, - не преминул заметить я.

- … сказал Шут, – парировала девушка.

- Ладно, как знаешь. А теперь объясни, какого лешего мы делаем возле музея. Игорь Аркадьевич сказал, что хопеш в частной коллекции.

- Его информация устарела, богатство не страхует от смерти. А жена дохлого коллекционера решила раздать добро, собранное мужем. Хопеш попал сюда.

- Отлично, грабим общественное заведение, - подытожил я.

- Тебя что-то смущает?

- Нет. Просто вопрос возник: на кой чёрт тут я, если ты спокойно телепортируешься внутрь и заберёшь всё, что тебе нужно.

- Какой ты простой. Я умею телепортироваться только в такие места, которые очень хорошо знаю или могу видеть. Иначе есть серьёзная вероятность замуровать себя в тёплой и уютной стеночке. Чтобы попасть сюда, пришлось два дня изучать место по несколько часов. С музеем так не получится, он закрыт для экскурсий на три недели. Внутрь я нас проведу, а дальше ножками. Всё понял?

Я лишь кивнул, выслушав вводную лекцию в мир телепортов.

- Вот и хорошо, значит, пошли. – Девушка внимательно вгляделась в окошко двери и создала портал, ярко вспыхнувший внутри здания. Я шагнул в разлом пространства с широко раскрытыми от любопытства глазами, но ничего захватывающего внутри портала не было, там не было вообще ничего. Просто оказался посреди музея. Попрыгунья вышла следом.

- А ты чего такой раздетый, почти зима на улице. Не замёрз?

- Ты одета почти так же, как я.

- Я прямо из дома сюда пришла, а ты, по твоим же словам, нарезал круги.

- Я холодоустойчивый, - ответил без какого-либо выражения, просто чтобы закрыть тему. – У нас хоть план здания есть?

- Нет.

- Отличная подготовка. – Вздохнул я, вспоминая голливудские фильмы, в которых ограбление рассчитывалось по секундам. Мы же пошли, надеясь на старый-добрый русский Авось.

- Ладно, давай найдём сторожку, здание же должно охраняться? Спросим у охранника, где зал древнего Египта и наведаемся туда.

Я предупредительно приложил указательный палец к неживой улыбке маски и указал в тень колонны.

Прыгунья, похоже, всё же принявшая меня как лидера, молча повиновалась.

Громко шагая и что-то бубня в рацию, к нам направлялся охранник.

- Пост, тут всё тихо. Не знаю, что у тебя там с камерой случилось, она целая и стоит на месте.

Мы вовремя успели спрятаться за колонной.

- Всё, я возвращаюсь.

Охранник громко зашагал обратно, а я метнулся ему за спину, прижал ко рту руку, а к горлу – меч. Никакого намерения убивать трудягу у меня не было, но лучше его хорошенько напугать, чтобы было меньше проблем с ответами на вопросы.

- Тихо, я не собираюсь никого резать. Скажи, где пост охраны, и будешь жить, - произнёс тихо, но чётко, намеренно заменив местоимение «мы» на «я». Если что-то пойдёт не по плану, ребят ждёт сюрприз.

Ладонь отлегла ото рта, давая охраннику возможность говорить.

- Прямо по коридору, справа будет дверь с табличкой «не входить», вам туда. Не убивайте меня, пожал…

Дослушивать мольбу я не стал, лишив охранника сознания и оттащив обмякшее тело за колонну. Будем надеяться, что его обращение ко мне на «Вы» от того, что парень проникся невероятным уважением к персоне человека, приставившего меч к горлу, а не от того, что он заметил Прыгунью.

- Зачем нам пост охраны? Мог сразу узнать, где лежит железяка.

- И засветиться на всех камерах по дороге?

- Ну ладно, - сдалась подчинённая, - пойдём.

Нужное помещение нашлось быстро. Надеюсь, охранник не обманул. Я плавно открыл дверь и обнаружил человека, сидящего за пультом и жующего бутерброд. Тот даже не обернулся. Тем лучше. Он так же лишился сознания, едва не уронив еду на пол, но разыгравшаяся жалость решила, что лишать бедолагу еды будет поступком бесчеловечным, поэтому рука ловко поймала закуску и положила на пульт.

- Так, вот он, египетский зал. Похоже, я поспешил, вырубая его. Надо было спросить дорогу.

- Не надо. Это ведь хопеш? – Уточнила Попрыгунья, тыкая в одну из витрин на экране.

- Да.

- Вот и ладушки, - изображение на камере пошло рябью, а над руками девушки возник разрыв портала, из которого вывалился меч. – То, что надо?

- То.

- Вот и хорошо, тогда пойдём.

Новый портал озарил комнату. На другом конце оказалась квартира со стареньким, едва ли не советских времён ремонтом. В центре небольшой комнатушки с потрёпанным линолеумом стояли две приличных размеров сумки, поверх лежала ещё одна, размерами поскромнее, явно предназначенная для перевозки ноутбука. Её и взяла Попрыгунья, оставив мне остальное. Я взгромоздил поклажу на плечи.

- Честно говоря, мне казалось, ты будешь побольше. Дотащишь? В каком отеле остановился?

- Возле музея нас ждёт машина, - ровным голосом ответил я. Меня нисколько не оскорбило столь пренебрежительное отношение к моим физическим возможностям. В конце концов, я действительно не выглядел горой мышц.

- Хорошо, значит, назад.

Очередной прыжок прошёл совсем обыденно. И даже огроменные сумки, оказавшиеся до неприличия лёгкими, никак не помешали процессу.

Нужная подворотня нашлась быстро. Водитель помог упаковаться поклажу в багажник, после чего вырулили на дорогу и повёз нас к отелю.

Я услышал звук опускающегося стекла и обернулся, девушка закатала маску до носа и закурила дрожащими руками. Вот и нашлась причина странностей с голосом. Связки попросту пострадали от табака. Попрыгунья сделала первую затяжку, выдохнула дым в окно и расслабилась. Только сейчас я понял, как же она была напряжена. После второй затяжки подчинённая стянула маску совсем, сбив моё дыхание.

- Ника?

Глава 4 - Творец

- Дайте догадаюсь, он был в зале египетских ценностей? – Игорь Аркадьевич внимательно рассматривал сверкающие руны на хопеше.

- Да. – Не выражая никаких эмоций, ответил я.

- А что, что-то не так? – Ника, не сдержала любопытства.

- Разумеется. Он японский. Более того, его выковали руки того же мастера, что и клинок Шута. – Девушка тихо хихикнула, услышав моё прозвище.

- Хотите сказать, наши учёные настолько глупы, что не догадались провести банальный спектральный анализ, чтобы установить сплав и его приблизительный возраст? – я тоже включился в игру, изображая заинтересованность.

- Думаю, догадались. Угрохали кучу времени на проверку и перепроверку результатов экспертизы, не смогли выяснить, из какого сплава сделан хопеш, и предположили, что Египтяне владели какой-то особой технологией ковки.

Игорь Аркадьевич сделал паузу, запихивая в рот что-то мучное, чем воспользовалась Ника, задав интересующий её вопрос:

- Ну и чёрт с ним, справились-то мы хорошо?

- Лучше, чем я ожидал, - едва заметно приподняв уголки губ ответил начальник. – Во всяком случае, Шут никого не убил, а ты не оставила его в стене соседнего здания.

Я полностью проигнорировал внезапно нарисовавшееся у Игоря Аркадьевича желание поддеть подчинённых, а вот моя новая подопечная поспешила возмутиться:

- К чему это вы? Он отлично выполнил свою часть работы, а у меня вообще не было прецедентов с неудачной телепортацией, правда, Артём?

Я поёжился от упоминания имени из уст Ники и пожал плечами в ответ на просьбу о поддержке. У меня не было никакого желания играть в игру Игоря Аркадьевича. Шпилька явно была произнесена специально, чтобы вызвать коллективное возмущение, способное сплотить даже саму разрозненную команду. Только меня такое не интересовало, и начальник это понял, поэтому прервал очередное возмущение Ники, направленное теперь на меня.

- Вероника, ты свободна, а с Шутом мне ещё надо поговорить. – Сказал он и продолжил лишь после ухода недовольной девушки: - полагаю, спрашивать у меня, почему именно она досталась тебе в подчинённые, ты не станешь?

- А зачем? Если решите – скажете сами. В любом случае, вы распоряжаетесь информацией, поэтому постараетесь снабдить меня лишь той, которую посчитаете действительно нужной.

В глазах Игоря Аркадьевича я разглядел возникший интерес.

- Ну что ж, думаю, тебя можно заслуженно назвать неглупым. Хорошо, получай свой ответ: она должна вернуть тебе эмоции.

Изображать непонимание было бессмысленно - этот человек видел меня насквозь, оставалось только молчать и ждать, к чему придут мысли начальника.

- Мне видится дверь, за которой ютятся запертые чувства, но захлопнута она была напрасно. Поверь, я обладаю куда большим опытом, чем ты, и то, что тебе довелось пережить – капля в море всех невзгод, выпадавших когда-либо на мою голову. Так что собери сопли, прекрати себя жалеть и возвращайся в социум.

В этот момент моя вера во всезнайство Игоря Аркадьевича сильно пошатнулась. Его слова не вызвали никаких эмоций, мне всё так же было плевать, так зачем же он их произнёс?

- Я могу идти?

- Прежде, чем ты затопчешь на корню своё предположение о моих телепатических способностях, запомни одну вещь: слова, сказанные мной сегодня, довершат дело слома твоей плотины. Иди.

Значит, действительно телепат. Единственное, чего удостоилась новость, - мысленное пожатие плечами. Теперь даже любопытство не разжигало во мне энтузиазма.

Увидев Нику ночью, я едва сдержал рвущуюся по всем швам броню льда, позволяющую сохранить спокойствие. После моего вопроса девушка секунду внимательно смотрела на меня, пытаясь определить, кто под маской, а потом так же ошарашенно, как я, спросила:

- Артём?

Мне стало понятно, что справиться с новым натиском чувств не получится, поэтому пришлось спешно лезть в бардачок, где лежали деньги на непредусмотренные траты, и просить водителя остановиться.

Не успела машина притормозить у бордюра, как я выпрыгнул из неё, бросив напоследок:

- Коля, забери мои вещи из номера.

Ещё более удивлённая Ника лишилась возможности задать хоть какой-то вопрос – машина вновь тронулась и покатила в сторону гостиницы. А я направился к метро, собираясь с мыслями. Едва успев к самому закрытию метрополитена и уже на вокзале прождав четыре часа до ближайшего поезда, добрался домой только к девяти утра.

Зато теперь плотина была восстановлена и укреплена настолько, что перестала пропускать даже отголоски эмоций. Это единственный способ снова увидеться с Никой и не потерять контроль над собой.

Дом встретил меня непривычным возбуждением, вызванным, вероятно, тем фактом, что телефон я предусмотрительно выключил.

Первым препятствием на моей дороге к своей комнате оказалась Ника. Она курила сигарету и, судя по наличию разбросанных рядом бычков, не первую. Сходу влепив мне пощёчину, Попрыгунья заявила:

- Я волновалась!

- Не стоило, - без каких-либо эмоций ответил я и передвинул девушку, загородившую вход.

Следующим мне повстречался ничуть не менее взволнованный Максим.

- Начальник, ты где пропадал? Вся контора на ушах стоит!

Я вновь не ответил, лишь зафиксировал про себя, что мой подчинённый всё меньше походил на богатея. Стал более искренним и открытым. Комната встретила меня приятной тишиной. Впрочем, длилась она недолго. Совсем скоро в дверь галантно, как умеет только он, постучал Крепыш, после чего сообщил, что меня желает видеть высокое начальство.

И вот разговор с Игорем Аркадьевичем закончился, но вернуться в комнату, увы, не получилось. Ника не пожелала идти в отведённые ей покои, предпочитая стоять у двери и ждать меня.

- Артём, нам надо поговорить, - самым серьёзным тоном заявила девушка.

- Называй меня Шут.

- Смешно…

- А разве не в этом долг шута? – я открыто улыбнулся.

- Не сбивай меня с мысли. Артём, я понимаю, что поступила тогда совсем неправильно и очень глупо. Прости, пожалуйста. Но это совсем не повод до сих пор на меня злиться. Прошло почти четыре года!

- Я Шут. И во мне нет ни капли злости к тебе.

Она ожидала совсем другой реакции. Может, жалоб на разбитое сердце и слёз; может, криков и возмущения. А вот безразличие сбило её с толку, сломало весь рисунок спора, наверняка выстроенный заранее.

- Артём… - у Ники закончились слова. Я физически ощущал беспомощность девушки.

- Шут. Забудем эту историю. Теперь ты моя подчинённая, остальное не имеет значения.

В глазах Ники блеснули слёзы. Они почти заставили меня сломаться, но в этот миг свет померк. Ещё никогда я не был так рад видению.

***

Он неуверенно поправил тренировочные перчатки, лишённые пальцев и совсем не вписывающиеся в образ делового человека, одетого в строгий костюм, с горлом подпоясанным галстуком. Сжав руку в кулак, толкнул ей дверь.

Офис откликнулся привычным гулом множества работающих людей. Он прошёл через всё помещение до самого кабинета босса, не привлекая внимания. Двигался уверенно, хотя дрожь в руках и выдавала нешуточное волнение. Но кого интересуют такие детали, когда на носу квартальный отчёт? Лишь секретарша что-то препятственно заверещала и попыталась вскочить, но тут же была усажена на место тыльными сторонами ладоней.

- Мне назначено. – Почти ровным голосом сказал человек и неловко, краешком пальца, нажал на ручку двери.

- Алисочка, я же просил предупреждать. – Не поднимая глаз от стола, пробурчал подтянутый, совсем не выглядящий на свои сорок пять лет мужчина.

- Я пыталась его остановить, но он не слушает, - секретарша попробовала протиснуться между дверным косяком и плечом гостя, но не смогла, поэтому кричала из-за его спины.

- Привет, Фёдор Николаевич. – Голос пришедшего наконец обрёл твёрдость.

- Степан? Алисочка, оставьте нас. – Дождавшись закрытия двери донельзя удивлённой секретаршей, босс продолжил: - Какими судьбами?

- Не догадываешься? – гость решил не ждать приглашения, он смело прошёл к самому столу начальника, но садиться не стал.

- Работы для тебя всё так же нет.

- Работа мне не нужна. Извиниться не желаешь, Фёдор Николаевич?

- За что? – шеф переложил очередную стопку бумажек на правый край стола.

- За то, что сократил меня. – Гость начал терять терпение, в его голосе отчётливо прозвучали нотки возмущения.

- А что я сделал не так? Мне сказали уволить троих - так и поступил. И ты, уж прости, был лучшим кандидатом. Опаздывал, допускал ошибки в отчётах, самовольно покидал рабочее место. Скажи спасибо, что не уволил тебя раньше.

- А то, что у меня больная мама, которая требует постоянного ухода, вас не смутило?!

- Не надо орать. Нет, не смутило. Жалость жалостью, но свою работу ты не выполнял. Почему я должен увольнять добропорядочного сотрудника, если есть такой кандидат? – новый пласт бумаги занял своё место.

- Она умерла! Умерла потому, что у меня не было денег, чтобы её лечить. А работы меня лишил ты! Кабинетная крыса! – гость собрался сделать шаг вперёд, но его остановил всё такой же спокойный голос начальника:

- Не говори глупостей. Наше государство, несмотря на все его многочисленные недостатки, предоставляет практически бесплатную медицину. Во всяком случае, жизненно необходимое обеспечивает. А даже если и нет, что мешало тебе пойти работать куда-то ещё?

- Я пытался, - прошипел гость и поправил очки запястьем.

- А, никуда не взяли такого разгильдяя? Ну так пошёл бы работать грузчиком, они сейчас получают больше меня. Всё, не мешай, я занят. – Глаза Фёдора Николаевича вновь опустились к столу.

- И вы совсем меня не боитесь? – вопрос настолько удивил босса, что тот вновь поднял взгляд на бывшего подчинённого.

- Тебя? Бояться? Да ты посмотри на себя, вешалка в костюме. А на пистолет ни денег, ни яиц не хватит.

- Заткнись! – рявкнул гость и кинулся на начальника, но тот играючи перехватил обе руки, скрюченных на манер когтей.

- Ты что, глаза мне выцарапать решил? – издёвка в голосе босса ещё сильней подстегнула Степана. Он не стал вырываться, просто чуть повернул ладони, чтобы те коснулись запястий противника. Ещё секунду босс сохранял выражение превосходства на лице, но оно сменилось на ужас в один миг, когда всё тело Фёдора Николаевича вспыхнуло, словно хорошо просушенная сосна.

Гость наблюдал, как бывший начальник мечется по кабинету, стараясь потушить огонь, и испытывал удовольствие. Месть свершилась. Она оказалась сладкой. Следить за мучениями ещё живого человека было невероятно приятно.

Издав последний хрип, босс рухнул на собственный стол, заражая его азартом пламени. Старательно перекладываемые бумажки задорно занялись огнём. А гость спокойно развернулся и толкнул дверь ногой. Навстречу тут же вскочила секретарша. Но ладонь Степана ткнула её в грудь, заставляя тело вспыхнуть так же, как горел босс.

Офис замолчал, тишину разбавляли лишь крики несчастной девушки. Люди оцепенели от ужаса и непонимания. Благодаря этому Степан успел добраться до ближайшего стола и коснуться его, а затем и его хозяина. Новый живой факел заявил о своём рождении диким воем. Это встряхнуло толпу – люди рванули со своих мест, толкаясь и топча упавших.

- Вы стадо! Тупое жалкое стадо! Бегите, пока можете, иначе я прикончу каждого! – гость упивался своей властью. Как, оказывается, легко ломать человеческие жизни. И как приятно! Нет, он, Степан, теперь не человек, он выше этой суеты. Он решает, кому жить!

Намеренно неторопливо двигаясь к выходу, он наслаждался каждым мигом своего превосходства. Люди толкались в дверях, мешали друг другу, чем сильно замедляли сами себя. И вот гость уже достиг задних рядов убегающих. Те совсем обезумели от ужаса и начали во всю силу бить локтями стоящих перед ними, пытаясь прорваться вперёд.

- Ну же, сражайтесь за жизнь. – Взгляд Степана пал на совсем уж потерявшего надежду человека. Этот представитель офисного планктона больше не пытался прорваться, он отползал под стол. – От меня не спрятаться, мусор!

Ладонь коснулась спины, и офис озарился новыми криками боли умирающего человека и рёвом рождающегося пламени.

- Демон! – раздалось где-то спереди. – Сатана!

Степан испытал восторг схожий по силе с оргазмом. Его господство над безумным стадом достигло пика. Тогда он просто со всей силы толкнул ближайшего человечишку, запихивая его загорающееся тело в середину толпы. В Офисе воцарился Ад. Блики пламени плясали на стенах, крики людей превратились в сплошной хор горящих заживо душ.

Сработавшая наконец противопожарная система оказалась неспособна справиться с огнём такой силы.

Гость… Хотя, какой теперь гость? Хозяин! Пошёл к выходу, расталкивая ногами искорёженные тела своих бывших коллег. На улице завыла пожарная сирена, в окно ударила струя пены. Самые смелые МЧСники, наплевав на инструкции, рискнули кинуться в горящее здание в надежде вывести уцелевших людей.

- Есть кто живой? – глухой из-за маски голос раздался где-то впереди.

- Есть-есть, - повышение концентрации угарного газа умножило безумие, захватившее голову Степана, в разы. – Я здесь! – захлебнувшись кашлем, крикнул Хозяин.

Пожарный не сплоховал, в один миг он оказался рядом с человеком и натянул ему на лицо кислородную маску, закидывая небольшой персональный баллон за спину.

- Ещё видел кого-нибудь?

- Нет, все твари сдохли, и тебе туда же, - ещё сильнее дурея от своей безнаказанности, Степан схватил спасателя за руку и, не давая опомниться, раскрутил, направляя в дверь полыхающего офиса.

Он успел спуститься почти к самому выходу, когда где-то наверху раздался взрыв - негаснущее пламя перебороло металл кислородных баллонов. Новый МЧСник выскочил прямо перед Степаном, он был без маски, обходясь лишь защитным костюмом, и хотел что-то спросить, но схлопотал толчок в грудь и заметался в горящей панике.

Толпа зевак на улице. Куда же без неё?

- Вы все! – крикнул Хозяин. – Я презираю вас. Каждому уготовано лишь одно будущее – сгореть в моём огне!

- Он что, псих? Наверное, надышался дыма. Да нет, просто свихнулся от такого. – Толпа не стеснялась его обсуждать.

- Первый, я база. Ответь, первый. Семёныч, Серёга не отзывается, Витёк тоже. Что делать будем?

Начальник бригады не успел дать распоряжения – на его плечо легла рука Степана. Толпа замолчала и замерла, наблюдая за горящим человеком, и тут же поплатилась – Хозяин ворвался в неё, стараясь коснуться максимального числа людей. Ад второй раз за один день покинул свои подземные отнорки, вновь воцарившись на земле.

Новые цели быстро иссякли. Хозяину стало скучно, он успел привыкнуть ощущать боль и безысходность. Хотя нет, он не Хозяин, он Бог. Он вершит и карает. В его ладонях рукоять меча правосудия. Ему решать, кто виновен. А виновны все!

Новый звук сирены заставил отвлечься. Не очередная пожарная машина - милиция. Тем лучше. Эти коррумпированные шавки продажных хозяев тоже должны заплатить!

Выйдя из-за стены огня, Бог увидел служебную машину, из неё бодро выскочила тройка оперативников.

- Капитан Морненко. Поднять руки, руки поднять!

Они смеют приказывать Богу? Что ж, хорошо, Бог согласен поиграть.

Степан лёг на начавший нагреваться асфальт и сложил руки за спиной. Капитан осторожно подошёл и быстрым движением опытного человека надел наручники. А в следующую секунду присоединился к ещё не догоревшим живым факелам. Цепь наручников потекла, освобождая запястья. Два опера встали на колено и вновь выхватили заброшенные было за спину Калашниковы.

- Стоять! Я сказал, стоять!

Да как они смогут навредить Богу? Жалкие людишки! Степан делал шаг за шагом, приближаясь к машине, когда один из милиционеров скомандовал:

- Огонь! – и первым начал стрелять.

Грудь маньяка взорвалась кровавыми брызгами. Он смог шагнуть ещё раз, но затем упал. Как так? Он же Бог. Его не могут убить простые, ничтожные в своей беспомощности люди! Он должен сжечь кажд…

Гость умер, оставив в асфальте два выплавленных отпечатка ладоней.

***

- Артём! Артём! - звонкая пощёчина влетела в моё лицо. – Очнись!

- Прекрати, - сказал спокойно, без эмоций. Ника попыталась меня обнять, но я сделал быстрый шаг назад, как бы пошатнувшись.

- Что с тобой случилось? Я беспокоилась!

- Не кричи, просто видение. Найди Максима, попроси, чтобы позвал Светлячка, и вместе идите в мою комнату. – Девушка хотела что-то сказать, но я поторопил её: - Быстро, могут погибнуть люди, причём очень много людей.

Зачем-то проследив, как Ника стучит в дверь Максима, я поспешил к себе. Компьютер мгновенно вышел из спящего режима, дав мне доступ к браузеру.

В поисковой строке появился запрос: «СтройПродТех». Пугающий гибрид из классических советских полуслов и модного на западе «окончания» нашёлся очень быстро. Офис расположен в нашем городе, на третьем этаже приличных размеров бизнес-центра, не пойми что делающего в такой глуши. Дверь резко распахнулась, а в комнату ворвался взмыленный Максим, следом шагал обеспокоенный Светлячок, замыкала же процессию совсем сбитая с толку Ника.

- Начальник, будет резня? – сходу выдал Макс.

- Нет.

- Что-то важное? К чему такая спешка? – задумчиво спросил старший товарищ.

- Котейка! – пискнула Ника. Она сразу ринулась тискать свою пушистую тёзку, но та отреагировала совсем уж странно – зашипела, отпугивая девушку, и поспешила передислоцироваться с кровати ко мне на руки. – Чего это она? – обида и удивление причудливо искривили голос моей подчинённой, сделав похожей на ребёнка.

- Попрыгунья, сейчас не до этого, - строгое замечание Светлячка заставило Нику присмиреть.

- Торопиться некуда, сейчас половина одиннадцатого, на часах в видении было пять вечера, значит, времени ещё вагон. Теперь о том, что должно случиться. Маньяк превратит офис своей бывшей компании в место ритуального сожжения.

- А я тебе зачем сдался? – напряжённость сменилась недовольством и... подозрением?

- Светлячок, он поджигает людей касанием. Что-то мне подсказывает, что помощь человека, способного видеть волнения ауры не будет лишней.

- Убедил.

- Так что планируешь делать? – влез Максим.

- Сейчас – отдыхать. В три выдвигаемся к месту происшествия. Войти он должен через парадную дверь, где я смогу его узнать. Ты, Светлячок, отправишься к его офису, на случай, если я прогляжу маньяка, обезвредишь мужчину в очках и тренировочных перчатках с аурой нечеловека. Годится такой план?

- Вполне. Значит, я пойду отсыпаться дальше. – Попрощаться Светлячок не удосужился. В комнате осталась лишь моя команда, и Ника получила, наконец, возможность выплеснуть возмущение:

- Ну и что это было? Почему он на меня зашипел?

- Серьёзно? Шипение кошки волнует тебя больше, чем тот факт, что в городе появился человек, способный поджигать других прикосновением? – Максим как-то подозрительно бурно накинулся на Нику. Надо будет об этом подумать. Тем временем девушка легко парировала выпад:

- Маньяк появится только через шесть часов, а кот чуть не цапнул меня две минуты назад. – Справедливо рассудила Попрыгунья.

- Это кошка. – Чтобы хоть как-то насолить сказал Максим, окончательно надувшись. И меня осенило – он ревнует. В последнее время парень старался добиться моего расположения, а тут появляется гостья из прошлого, к которой я, по его мнению, питаю какие-то сильные чувства. Да и Ника ответила с изрядной долей яда в голосе. Может, конечно, он ей просто не понравился, а может, она чувствует вину за свой поступок четырёхгодичной давности, думает, что я обижаюсь или злюсь, поэтому так же старается приблизиться ко мне в эмоциональном плане. Ну прямо дети, дерущиеся за внимание папы. Хотя, может у меня просто взыграло воображение. В любом случае, такой поворот дела не заставил гордиться или злиться. Мне всё так же было плевать, но порядок навести стоило. Поэтому пришлось стать тем самым папой, расположения которого добивались дети. Строгим папой.

- Хватит. Лучше решим, что будем делать. Надеюсь, Светлячок поможет с опознанием маньяка.

- А как его зовут?

- Степан.

- М-да, не маньячье, откровенно говоря, имя.

- Забудь об имени, - добавив в голос суровости, отрезал я. – Ни мои, ни, тем более, Максимовы умения не подходят.

- Я могу его телепортировать, - пожала плечами Ника.

- Ага, а потом все новости затрубят об исчезновении человека посреди бела дня. – Вновь окрысился берсерк.

- Прекратите вести себя как дети, вы взрослые люди. Но, стоит признать, Максим прав. В новостях, конечно, ничего не покажут – организация одним плевком решает такие мелкие проблемы. А вот волшебной палочки Людей в Чёрном, стирающей память, у нас нет. Поэтому каждый, кто видел хоть что-нибудь, сразу пойдёт всем рассказывать об этом. Но вот, что интересует меня куда больше – одежда на нём не пострадала. Во всяком случае, пока он не вообразил себя огненным Моисеем и не попытался пройти сквозь огонь. Мне кажется, Степан не заметил, но его костюмчик явно начал коптиться.

- Значит, он поджигает только руками? Или любой частью тела, но лишь осознанно?

- Именно. Так что, я вполне могу его отключить, «случайно» столкнувшись с ним в коридоре. В крайнем случае, понадеемся на срабатывание моих способностей.

- Хорошо, - резюмировала Ника и, не удержавшись, спросила: - а как зовут эту мелкую милую пакость?

- Ника, - противно улыбнувшись, ответил Максим.

- Ты назвал кошку в честь меня? – опешила девушка.

- Так получилось, - я развёл руки. Наверное, мне следовало испытать неловкость, но её не было. – А теперь нам с Максимом пора на тренировку.

- И чем прикажешь заниматься мне? Может, я с вами схожу?

- Не думаю, что взгляды Такаги-сан насчёт присутствия на тренировке отвлекающих меня людей изменились. Но ты теперь часть отряда, так что, должна начать развивать своё тело хотя бы в вопросе выносливости.

Последнюю часть моего предложения Ника, похоже, пропустила, поскольку задала лишь один вопрос:

- Такаги-сан?

- Да, он один из нас. Давай не будем терять время. – Поторопил я и подал пример, выйдя из комнаты первым.

Учитель явно был удивлён, но вида не подал, лишь отдал распоряжение.

- Ввиду последних обстоятельств, сегодня Шут займётся тренировками Максима, а я посмотрю, что может Вероника.

Так и поступили – разошлись по разным концам зала, чтобы не мешать друг другу, и приступил к занятию.

Быстрый разминочный спарринг завершился в считанные секунды, уступая место комплексу ударов. Покончив со своими упражнениями, я занялся правильной постановкой движений Максима. Тот явно не был сконцентрирован, на его языке вертелся вопрос, который он порывался задать не один раз, но в последний момент останавливался. А это для уверенного в себе и совсем недавно сказочно богатого человека нечто из ряда вон выходящее. Я бы игнорировал желание ученика и дальше, если бы оно не мешало тренировке.

- Спрашивай, и начнём нормальное занятие. – Сухо сказал я.

- Что между вами случилось? – ещё немного помявшись, поинтересовался Максим.

- Она сделала меня таким, какой я есть. Доволен? А теперь вытряхни эту чушь из головы и начни, наконец, нормально выполнять упражнения.

- Хорошо, начальник. – С напускным энтузиазмом ответил берсерк.

***

Максим вздохнул. Его откровенно напугало появление той самой Ники. Ещё больше его напугала собственная реакция, а конкретно, тот факт, что он, взрослый образованный и, без лишней скромности, умный человек, сколотивший за два года собственное состояние, начал откровенно детскую перепалку.

Столь нелепая ссора заставила задуматься. Шут, несмотря на смешную разницу в возрасте и ещё более смешное прозвище, стал для него, Максима, практически отцом. Сильный, смелый и, что куда важнее, поступающий правильно человек.

Он смог переступить через себя и убить совсем молодую и привлекательную девушку, пусть она и была уже мертва. Ей это было нужно, она сама об этом просила, так было правильно, но очень тяжело. Во всяком случае, Максим точно не смог бы.

А сесть в машину к пьяному водителю? Можно было, конечно, позвонить в ГАИ. Но, как бы это ни было прискорбно, никакой уверенности в их компетентности Макс не имел. Они могли опоздать, не заметить нужный транспорт или просто проигнорировать поступивший сигнал. К тому же, об уровне коррупции этой части милиции ходят настоящие легенды. Да что там, Максим сам не один десяток раз отделывался от штрафов за превышение скорости банальной парой купюр.

Да и вчерашний поступок Шута. Он ушёл, что, пожалуй, очень стыдно. Зато правильно. Стоило только вспомнить реакцию на имя Ники в особняке местного богатея. Максим не обманывал себя, он не мог представить, каково Шуту. Но осознавал, что очень больно. Поэтому взять время для приведения себя в порядок было правильно.

И, пожалуй, все эти качества являлись бы просто достойными восхищения, если бы у Максима был отец, обладающий ими. Но такового не имелось.

Его родитель прошёл Афганистан и побывал в плену у духов, что, казалось бы, достойно восхищения. Да только этот герой спился, тыкая в нос каждому, старающемуся его вразумить, своим прошлым и обязательно заканчивая фразой:

- Вот посиди ты в яме неделю, позакапывай своё говно руками, тогда и будешь меня жизни учить.

В чём-то он, конечно, был прав, да только подобные слова звучали жалко из уст в хлам пьяного человека, не просыхающего уже пятнадцать лет.

Совсем уж бледно такой "героизм" выглядел на фоне деда, прошедшего всю Вторую Мировую до самого Берлина, побывавшего в плену у немцев, пытавшихся вызнать планы его отряда, но сумевшего не сломаться, сбежать, да ещё и принести своим украденные документы фашистов.

И этот человек никогда не козырял своими поступками, продолжая поддерживать родину после войны, честно вкалывая и доставая медали только для парада. Именно дед не давал пить своему сыну, но его не стало. Не стало и мужчины, способного воспитать Максима.

Наверное, поэтому берсерк так тянулся к человеку, в котором видел героя.

Тренировка продолжалась невыносимо долго. Макс никак не мог сосредоточиться на занятии, за что получал заслуженные подзатыльники от начальника, не пожелавшего открывать душу в ответ на вопрос подчинённого. Но всему, как известно, приходит конец. Тренировка завершилась.

И вот возникла новая проблема. В местном офисе организации имелось всего три санузла: верхний - для охранника; совмещённый с кабинетом Игоря Аркадьевича - для шефа; и общий - для всех остальных.

Раньше вопросов не появлялось – Шут сразу шёл в комнату, где медитировал несколько часов подряд, после чего принимал душ и возвращался к своим делам. Максим, соответственно, мог беспрепятственно помыться сразу по окончанию тренировки. Но вот в вопросах дележа ванной появился конкурент. И берсерк, пообещавший себе на тренировке взять в руки детскую борьбу за внимание Шута, вновь начал собачиться с Никой. Начальнику снова пришлось вмешаться:

- Первым пойдёт Максим.

- Но почему? - тут же возмутился новый член команды, на что получил абсолютно безэмоциональный ответ:

- Он моется три минуты, а ты раньше тратила на это тридцать.

Непонятно почему довольный Максим поспешил знать ванную, пока начальник не передумал.

***

- Это Кирилл, младший сотрудник столичного отдела по прогнозированию и бестактильному контактированию, связной.

- А почему только сейчас?

- Сон сильно обиделся на Шефа за тебя. Вот и брыкался до последнего, пока не отошёл малька.

Значит, я ошибся в своих первоначальных суждениях. Отдел с этим странным названием всего один на страну, а мне казалось, он является частью каждого отделения. Да и Сон, получается, отнюдь не последний человек.

- Ты, стало быть, телепат?

- Да, я Кирилл. – Новый сотрудник явно сильно волновался и, скорее всего, заготовил примерный план начала общения. Но Светлячок влез, назвав имя парня. Вот и вышло, что телепату пришлось представляться второй раз. Я пожал узкую и порядком вспотевшую ладонь.

- Буду рад с тобой работать.

Сам не знаю, с чего вдруг решил его подбодрить.

- Светлячок, можно тебя на пару слов? – поинтересовался я, указывая на свою комнату. Старший товарищ не стал мяться, открыв дверь и войдя первым. Как только створка отрезала нас – меня, Светлячка и обоих моих подчинённых – от ушей телепата, я поинтересовался: - Он может узнать, о чём мы здесь говорим?

- Нет, силы не хватит, чтобы влезть в мозг нечеловека без разрешения.

- Тогда скажи, на кой чёрт он нам сдался? Сколько ему, пятнадцать?

- Шестнадцать. И для своего возраста парень очень даже неплох. Стесняется малька – ты, Шут, успел заработать некоторый авторитет, в том числе и среди столичных. К тому же, это его первая работа.

- Ты предлагаешь взять робеющего подростка на операцию по захвату пироманьяка, поджигающего людей касанием?

- Не надо его никуда брать. Он будет осуществлять установку и поддержание телепатического моста между нами прямо отсюда.

- А сил хватит?

- Пока нет, но у нас в запасах есть ментальные ретрансляторы. Штука размером с монетку, которой достаточно лежать в кармане.

Выспавшийся Светлячок оказался куда добрее и светил улыбкой во все стороны. Поэтому я перестал настаивать. Откровенно говоря, мне было параллельно, что станет с парнем. Но никакого желания упускать маньяка у меня не было, а телепат мог путаться под ногами.

Всё это время за нами наблюдали озадаченные Ника и Максим. Подчинённые пока ещё не знали о появлении нового человека в нашем отделении.

- Без пяти три, пора выдвигаться. – Констатировал Светлячок.

Я молча дал отмашку подопечным и покинул комнату. Телепат всё так же растерянно стоял посреди коридора, не зная, что ему делать.

- Вы выходи́те, а я возьму ретрансляторы и объясню Кириллу его задачу. - Махнул рукой старший товарищ.

Водитель, разговаривающий со Степанычем, предложил свои услуги, но получил отказ. Я успел убедиться, что Максим водит как минимум не хуже местного персонала.

Машина ждала нас на своём законном месте. Берсерк уже привычно подстроил сидение под себя и провернул ключи в замке зажигания. Долго ждать Светлячка не пришлось – он вышел через минуту и занял место на заднем сидении рядом с Никой.

- Это ретрансляторы, спрячьте их в карман или ещё куда, главное, чтобы они были максимально близко к вам. – Старший товарищ протянул каждому по тонкой закруглённой полоске металла, на которой виднелись какие-то иероглифы. Мой артефакт тут же перекочевал из руки в нагрудный карман. Машина тронулась.

Бизнес-центр встретил нас тишиной. А чего стоит ждать от такого здания в нашей Тмутаракани? Единственным человеком, заинтересовавшимся появлением четвёрки непонятных людей оказался охранник.

- Кто такие? – ничуть не смущаясь хамить, спросил седеющий худой мужик за пятьдесят.

- Милиция, - свет увидела корочка следователя.

- Что-то случилось? - тон охранника резко стал вежливым.

- Есть информация, что в этом здании скрывается преступник.

- Покажите фотографию, может я видел. – Тут мне в очередной раз пришлось пожалеть об отсутствии художественных способностей. Согласитесь, куда проще было бы нарисовать лицо потенциального преступника и использовать портрет для поиска.

- Тайна следствия. От вас требуется только предоставить нам доступ к пульту камер видеонаблюдения и не мешаться под ногами.

- Так это, - охранник замялся, - у нас камер-то всего пять штук - перед входом и у двери каждого офиса.

- Ничего, - я кивнул Светлячку, тот жест понял и двинул к бывшему месту работы маньяка. – Проведите нас к пульту.

- Конечно.

Охранник едва ли не летел впереди, попутно успевая лепетать что-то о своём желании помочь. Мы почти дошли до комнаты охраны, когда в моей голове раздался голос Светлячка:

- Шут, как у тебя?

- Почти на месте, – подумал я.

- Ну и трущобы. Бизнес-центр, блин. Я успел заглянуть на второй этаж. Тут коридор, слева дверь в офис, справа – туалет и какое-то техническое помещение.

- Лучше маньяка ищи.

- Да брось ты, ещё полтора часа. – Светлячок прямо излучал расслабленность.

- Вот и пришли, - охранник предусмотрительно отодвинул для меня кресло. Камеры не демонстрировали ничего интересного. Пять дверей, одна входная, четыре – офисных. Степана видно не было.

Полчаса прошли в напряжении, эфирная тишина прерывалась редкими замечаниями заскучавшего Светлячка. Ника и Максим предпочитали помалкивать. А охранник настолько старательно излучал преданность, что аж вспотел. Два раза заходил кто-то из сотрудников, их встречал напарник нашего провожатого, требуя удостоверение работника. И вот, наконец, показался маньяк.

- Скажите Вашему коллеге, не трогать этого человека, - попросил я охранника и поспешил выйти, на ходу обращаясь ко всей команде:

- Это он, все за мной. Светлячок, спускайся.

- Понял. Задержи его до моего прихода, но на рожон не лезь, Шут.

- Хорошо. – Согласился я. – Максим, Ника, ждите тут.

Приказ подчинённым был отдан у последнего поворота.

- Ваше удостоверение, - я успел перехватить Степана перед самой лестницей. Тот сильно волновался. Кажется, я начинаю понимать, на что он потратил оставшийся час - мялся перед входом в офис, собираясь с силами.

- Понимаете, я тут пока не работаю, меня пригласили на собеседование.

Так вот, как он прошёл. Охранник купился на такую простую ложь?

- Мне не сообщали. – Я состроил максимально сосредоточенное лицо, будто пытался вспомнить, не получал ли распоряжений.

- Шут, он нормал. – Светлячок ещё со второго этажа разглядел маньяка.

- Не может быть.

- Ну или один из нас, но уровня шефа, потому, что ауры я не вижу. Хотя постой, у него перчатки светятся.

- Понял. – Подумал я, а затем уже вслух: - Вспомнил, извините, кого-то действительно звали на собеседование.

Пригласительный жест в сторону лестницы. Степан просиял, а я дал ему сделать два шага и вырубил. Похоже, начальник этого парня был прав – мышц у маньяка мало. Во всяком случае, весит он сущий пустяк. Ноша легла на плечи, а из-за угла показались мои подчинённые, сопровождаемые охранником.

- Это он? – осведомился последний и, дождавшись утвердительного кивка с моей стороны, продолжил: - а я всегда в милиции служить хотел, но по здоровью не прошёл.

- Ну вот вы и побыли милиционером, - подбодрил охранника спустившийся Светлячок. – Нам пора. Удачной службы.

Отряд со мной во главе покинул здание, но я пошёл не к машине, а за бизнес-центр. Там обнаружилось ограждение начатой ещё летом стройки. Сейчас рабочих не было – не сезон, зато имелось хорошее укрытие от любопытных глаз.

Бессознательное тело легло на груду какого-то строительного мусора. Аккуратное прикосновение к перчатке ничего не дало - дар молчал. Тогда я решился снять опасные артефакты с рук маньяка.

- И не холодно тебе? – спросил Светлячок, принимая перчатки. – Максим, я смотрю, в куртке мёрзнет, а ты в рубашке ходишь.

- Нет, не холодно. – Отстранённо ответил я, нащупывая нужную точку на шее Степана. Тот резко дёрнулся, приходя в себя, но моя рука с силой сдавила его горло. – Ну привет, убийца.

- Я не убийца, - просипел маньяк.

- Так значит, ты не планировал сжигать заживо босса и коллег? Ребята, мы обознались, - Светлячок пожал плечами и сделал вид, что собирается уходить. Я его игры не поддержал:

- Откуда у тебя перчатки?

- Я скажу, только отпустите мою шею! – голос Степана предательски пополз вверх, но просьбу его я всё же выполнил. – Перчатки купил, у мага. Вот визитка. – Маньяк резко рванул к карману, но я перехватил его руку и сам достал карточку, а с ней и небольшой раскладной нож.

Степан побледнел, поняв, что я догадался о его намерениях, но моё внимание привлекла визитка.

- Белый Маг, Повелитель Эфира, Созидатель Сущего, Мастер-артефактор. Изориэль Тародо. – Прочитал вслух, с выражением. – Похоже, наш клиент. Только вот откуда у этого товарища настоящий артефакт?

Я спрятал нож в карман, присовокупив его к ретранслятору, передал визитку заинтересовавшему Светлячку и резким движением сломал шею Степана.

- Какого?!. – старший товарищ не сдержал матершину. – Шут, ты что творишь?

- Он сжёг всех людей в офисе, толпу прохожих и милиционера. Такое не делается случайно или по глупости. Значит, рано или поздно кто-то умер бы от его рук.

- Мы могли его посадить, - голос Ники звучал совсем тихо, девушка была шокирована. Но тут своё мнение изменил Светлячок:

- Шут прав, посадить-то мы его посадили бы, предлог придумать можно, но так надёжнее.

Единственным не впечатлённым моим поступком оказался Максим.

- Светлячок, займись уборкой тут, а мы поедем за магом. Кирилл, пробей этого Изориэля.

Распоряжения я раздавал уже на ходу, выдвинувшись к машине. Всё такой же бесстрастный Максим набрал адрес с визитки в навигаторе и завёл мотор.

***

- Шут, я разузнал о маге, настоящее имя – Иван Герков, двадцать девять лет. По образованию инженер-техник и архитектор. В прошлом году открыл ИП ритуальных услуг. – Кирилл вышел на связь за два поворота до нашей цели.

- А Изориэль-то оказался Ванькой. – Не преминул заметить Максим. – Вот и офис.

Над дверью действительно висела надпись, гласящая: «Ритуальные услуги», однако, по бокам от входа обнаружились раскладные рекламные стойки с кричащими надписями вроде: «Магия и Колдовство», «Признанный Белый Чародей», «Глава Конклава Артефакторных Магов».

- Ну что, входим? – берсерк, не дожидаясь ответа, потянул за ручку, но тут его ждал сюрприз - дверь оказалась закрыта. – И что будем делать? Не ломать же среди бела дня.

- Ника, сможешь создать портал? – поинтересовался я, разглядывая кучи хлама, лежащего на незакрытых витринах.

- А мы не привлечём внимание?

- Открой вход в машине.

- Ладно, - девушка пожала плечами. Окна транспорта изнутри осветились голубым, а на заднем сидении возник зев пространственной тропы.

- Надеюсь, я не окажусь в стене, - пробубнил Максим, собираясь идти первым, но я его остановил:

- У меня есть шанс выжить даже при таком исходе. – И перелез назад, попутно втягиваясь в портал.

В лавке «мага» оказалось темно. На улицу уже опустились густые сумерки, так что света хватало только чтобы вырвать у мрака пятачок, на котором Попрыгунья и создала портал. Немного ясности вносило сияние самого разлома, но рассмотреть детали в голубом свечении врат было крайне тяжело.

- Максим, захвати фонарь. – Перемещение не нарушило телепатической связи, и вскоре берсерк стоял рядом со мной, высвечивая неярким лучиком витрины с разномастным товаром

- Ника, сможешь уменьшить портал и сохранить его на расстоянии?

- Думаю, да. Проверим. – Легкомысленно пожала плечами девушка.

- А что мы здесь, собственно, ищем?

- Всё, что способно объяснить, откуда у Вани взялся настоящий артефакт.

- Да тут же только всякий лжемагический хлам: кроличьи лапки, пластиковый четырёхлистник клевера и явно крашенные золотые подковы. – Макс перебирал добро, лежащее на витрине.

А я заглянул за прилавок. Бухгалтерская книга, не содержащая ничего сколь бы то ни было интересного, кассовый аппарат, перечень товаров, совсем неуместный коврик. А под ним – люк.

- Кажется, я кое-что нашёл. – Кисть схватилась за приличное металлическое кольцо, но потянуть не успела. Заряд холода пробежался по руке, заморозив её до самого плеча, а ручка резко двинулась, выламывая обледеневшие пальцы…

- Чего замер? – Максим удивлённо уставился на мою руку, не дотянувшуюся до кольца пары сантиметров.

- Найди какую-нибудь палку, - вместо ответа велел я. Берсерк пожал плечами и принялся шариться по витрине, но был опережён Никой.

- Метла Очищения, снимает сглаз с дома, который ей подметают. Подойдёт? – девушка протянула мне инструмент, продолжая читать описание с этикетки.

- Вполне. – Рукоять метлы заняла своё место в кольце, давая возможность пронаблюдать всё, что грозило моей руке. Раздался щелчок, отломивший приличный кусок промороженного дерева, а я подождал секунду и ткнул кольцо ещё раз – на всякий случай. Но нет, ловушка имела всего один заряд.

- Ну ничего себе, тут становится всё интереснее. – Максим аж засиял. Я же, не обращая внимания на слова подчинённого, открыл люк и сразу зажмурился от хлынувшего мне в лицо света.

Как оказалось, светилось два ничем не примечательных участка стены. Я спустился в подвал и принялся озираться. Сразу же обнаружился стол со здоровенным мясницким тесаком, воткнутым в разделочную доску. Чуть правее стояла миска, заполненная густой тёмно-красной жидкостью, ещё правее в тарелке лежал десяток небольших, скорее всего птичьих, сердец.

- А маг не такой уж и светлый. – Ника разглядывала ряд висящих гроздями куриных крыльев и кроличьих лапок. Отдельно в сетке сохла кучка потерявших форму потрохов. Но моё внимание привлёк небольшой ритуальный кинжал. Его волнистое лезвие едва заметно искрилось. Ткнув нож оставшейся частью метлы, я убедился, что ничего не происходит, после чего аккуратно, мизинцем коснулся рукояти. И не пожалел об осторожности – всю конечность пробило мгновенным разрядом тока, отразившимся где-то в области ёкнувшего сердца.

- Интересно. – Я пригладил наэлектризованные волосы.

- Артём, ты в порядке? – Ника, наблюдавшая за моими манипуляциями, явно не упустила секунду удара током и теперь обеспокоенно всматривалась в глаза. – Тебе не больно?

- Нет. – Ответил я уже мысленно, настраиваясь на обращение к телепату. – Кирилл, есть домашний адрес нашего мага?

- Да, сейчас продиктую.

- Возвращаемся, - велел я.

А через пять минуты мы уже ехали к дому Ивана.

- Странно, в визитке написано, что он работает до восьми. Почему магазин закрыт? – Ника, крутящая карточку в руках, откинулась на спинку сидения. – Не нравится мне это дело.

- Не думаю, что у него жёсткий рабочий график. – Макс, в противовес Попрыгунье, с каждым мигом становился всё веселее, предчувствуя приключение на пятую точку опоры. – Так, вроде тут.

Берсерк заглушил машину, захлопнул дверцу и поспешил догнать нас у подъезда. Домофон был некстати, но я рискнул позвонить.

- Кто там? – как-то по-доброму отозвался динамик.

- Милиция, в вашем доме недавно произошло ограбление, проверяем все соседние подъезды.

- Хорошо, входите.

Маг даже не удосужился поинтересоваться, почему обратились именно к нему.

Подняться на второй этаж оказалось минутным делом. Звонить в дверь не пришлось – хозяин уже ждал нас.

- Будьте добры, покажите удостоверение. Уж не обижайтесь, но, сами понимаете, мало ли кто под предлогом допроса зайдёт в квартиру, а там и ограбят, и убьют.

Иван оказался обладателем внешности типичного киношного учёного. Худое скуластое тело, невысокий рост, чуть растрёпанные тёмные волосы, отсвечивающие медью, и тонкие линзы очков. Просьбу он озвучил через пролёт, видимо, сохраняя себе время для отступления в квартиру. Я не стал его нервировать и сразу достал удостоверение. Убедившись в подлинности документа, маг пригласил:

- Входите.

И вернулся в квартиру.

- Так что вас интересует? – спросил хозяин, когда мы закрыли дверь.

- Нас интересует, где вы взяли перчатки, способные поджигать людей, и зачем выдали их маньяку?

Я спросил спокойно, но Иван сразу побледнел и попытался рвануть в комнату. Максим, стоявший к хозяину ближе, прыгнул, стараясь его задержать, однако маг не растерялся и ткнул берсерка в руку кольцом, которое тут же заискрило, отбросив моего подчинённого на меня.

Я вильнул в сторону, пропуская тело Макса, и, не повторяя его ошибки, одним рывком настиг Ивана, а затем парой коротких тычков вывел его руки из строя.

- Ника, проверь, как Максим. – Девушка, всё это время растерянно стоявшая у самой двери, кинулась к своему коллеге и нащупала артерию на его шее.

- Жив. – Сообщила мне Попрыгунья. А я повернулся к совсем бледному хозяину.

- Ну что, Товарищ Белый Маг, повторю вопрос: откуда артефакты и зачем давать их тёмным личностям?

Изориэль молчал, не то от испуга, не то из упрямства.

- Ты действительно хочешь сводить всё к пыткам? Видел, как быстро я нашёл нервные узлы на твоих руках? Болевые точки ищутся ещё быстрее.

Минуту помолчав и вынуждая меня всерьёз задуматься об осуществлении угрозы, Иван заговорил:

- Сам сделал. И перчатки я продал не маньяку, а леснику. Он собирался в поход идти, опасался, что спички в такой мороз отсыреют.

- И как же звали твоего туриста?

- Степан. – Иван успокоился, приобрёл даже толику уверенности. Видимо, понял, что грабить и убивать его пока никто не собирается.

- Надо же, какое совпадение. Маньяка, который сегодня собирался убить добрую сотню человек, спалив их заживо, тоже звали Степан.

От артефактора не ускользнуло упоминание маньяка в прошедшем времени, поэтому он снова напрягся.

- Так ты, значит, умеешь создавать артефакты.

- Умею.

- А зачем тебе, Изориэль, откровенно шарлатанская лавка, если ты настоящие вещи делать способен?

- Я что, дурак, артефакты кому попало продавать? Только безобидные мелочёвки и то изредка. А "шарлатанство" приносит основной доход.

- Это перчатки-то безобидные?

- Я не знал, что они способны поджигать людей. – Маг потупился.

- Почему же ты сегодня так рано покинул своё доходное место и сидишь дома?

- Сфера Тревоги предупредила.

- Эвона как, и что это за сфера?

Пока Иван не сказал ничего интересного. Всё это входило в ряд моих предположений. Ровно так же, как входит и вариант, что произнесённое им - враньё, чтобы затянуть время и использовать какой-нибудь хитрый предмет для моего уничтожения с последующим бегством.

- Это моё лучшее творение, три недели её создавал. Пришлось даже свинью зарезать, чтобы напитать силой. Начинает светиться и вибрировать, когда мне угрожает опасность. – Иван явно оседлал любимого конька, поскольку глаза его воспылали азартом учёного, делящегося свежим открытием. – Только есть у неё и недостаток – перезаряжается четыре месяца. – Взгляд мага затуманился, будто он прямо сейчас задумался над способами решения этой незадачи. Но затем прояснился, и артефактор спросил: - Вы меня убьёте?

- Может быть. Для начала ответь: зачем ты столько ловушек у себя в магазине накрутил. Я же без руки мог остаться.

- А ворам так и надо. Случайно же туда заглянуть точно никто не мог. Уже хотя бы потому, что я на люке почти всё время стою. А ещё вас мог парализовать удар током от всех инструментов внутри подвала.

- Мы заметили. – И что же делать с этим человеком? Интуиция подсказывала, что он действительно невиновен. А я привык ей доверять. – Тогда скажи мне, Иван, как ты себя называешь? Без всех этих показных самопридуманных титулов и званий.

- Творец… - маг как-то замялся, а сзади раздался смех. Максим, как оказалось, уже оклемался.

- Ну и скромняга же ты.

- Ника, сможешь провесить портал отсюда в наш офис?

- Да, в твоё отсутствие успела его достаточно хорошо изучить. Всё-таки, спать не могла – волновалась.

Я пропустил очередную попытку сблизиться и просто приказал:

- Тогда открывай. – А мысленно продолжил: - Кирилл, сообщи водителю плохие новости – ему придётся идти за машиной пешком. И предупреди Игоря Аркадьевича, что мы ведём с собой новенького.

Глава 5 - Мираж

- Творец, значит? Ну что ж, думаю, нам твои творения пригодятся.

Иван был сильно впечатлён взглядом Игоря Аркадьевича, что, впрочем, не помешало ему начать качать свои права:

- А почему я, собственно, должен что-то для вас создавать? Может, вы ничуть не лучше этого маньяка, которому достались перчатки?

- Не лучше, - легко согласился начальник. – Однако, в наших руках твоя жизнь.

Маг нахмурился, видимо, собираясь ещё что-то возразить, но Игорь Аркадьевич не дал ему этого сделать.

- Да-да, ты, конечно же, не боишься смерти и готов рискнуть жизнью ради спасения наших теоретических жертв. Но тут возникает два вопроса: во-первых, как долго продлится твоя отвага, и, во-вторых, кто поможет тебе в освоении твоего дара?

Собравшийся что-то опять сказать Иван вдруг сник.

- Вот и хорошо. А теперь Крепыш продемонстрирует тебе твою комнату. – Начальник внезапно вернулся к официальному тону. - Шут, будь добр, задержись. А остальные свободны. – Дождавшись ухода подчинённых, Игорь Аркадьевич продолжил: - Ну и на кой ты его приволок?

- А разве он не будет полезен?

- Будет, когда-нибудь. Когда научится делать настоящие артефакты, а не тот шлак, которым промышлял. Тут уж могу тебя заверить, это, скорее всего, случится очень нескоро. Если он, конечно, не гений вроде создателя твоего клинка. Но даже так, у нас есть целый склад этого добра. Разве что понадобится что-то совсем эксклюзивное. – И вновь мне показалось, что начальник не верит ни единому своему слову. И моему. – Ну так скажи мне честно, без всей этой мишуры про пользу отделу, зачем ты его приволок?

Знает ведь ответ, но хочет, чтобы я сказал это вслух. Что ж, сыграем по Вашим правилам, Игорь Аркадьевич.

- Просто положился на интуицию, а она прямо орала, что Творец ещё пригодится.

- Хорошо, теперь можешь быть свободен. И, да, разберись со своей девушкой. Её чувство вины и ребяческая необходимость в покровителе Максима могут сильно нарушить спокойствие твоего отряда.

- Я прошёл проверку и теперь достоин помощи?

- Иди. – Всё так же невозмутимо ответил начальник. Ну и как это понимать? То не хотел даже информацией делиться, проверяя мои способности, то раздаёт советы отца-командира, заботящегося о своих подчинённых.

Я помедлил ещё секунду, опасаясь увидеть за дверью Нику, но всё же дёрнул за ручку. В коридоре подчинённой не оказалось, что, наверное, должно было принести мне несказанное облегчение. Но на деле не вызвало никаких эмоций.

Надо заняться медитацией.

Сегодня я не стал включать даже музыку. Просто снял рубашку, уселся на тумбочку, скрестив под собой ноги, и выпрямил спину. Дверь тихонько отворилась. Гость молчал, глядя на меня. Чужой взгляд чувствуется даже с закрытыми глазами. Что ж, никакой опасности он не представляет, во всяком случае, я её не ощущал. Значит, причин отвлекаться от занятия нет.

Гость простоял ещё пять минут у двери, но это ему наскучило, заставив перебраться в сторону моей кровати. Я по-прежнему не открывался от своего занятия. Так прошёл час.

А он терпеливый.

Время приступать к завершению медитации – привстал на руках, распрямил тело вертикально вверх и отжался так десяток раз. Затем перенёс вес на одну руку и плавно опустился с тумбочки.

- Ты возмужал, Артём.

- Спасибо, - равнодушно ответил я.

- Почему ты такой холодный? Я думала, это из-за меня, но к другим у тебя такое же отношение. – Ника подошла сзади и прикоснулась к моей спине.

Мурашки пробежали по всему телу, вызвав сотрясение дамбы в сознании. Я против воли сделал шаг вперёд, но сразу взял себя в руки и вернулся к упражнению – растяжению связок рук.

Ника поняла, что ответа не дождётся, поэтому продолжила сама:

- У тебя был кто-нибудь за эти годы?

Моё молчание заставило Попрыгунью настоять:

- Я действительно хочу это знать.

- Нет. Мне было не до девушек. Нужно было продолжать становиться монстром, убивая людей.

- Значит, злишься. Сколько мне ещё извиняться за одну единственную фразу? Я была девочкой, на глазах которой умерло три человека. И сказала те слова, совсем не подумав. Да тогда и не могла подумать. Ты спас мою жизнь, я это понимаю, но сейчас, а не тогда. Спасибо тебе, Артём.

Девушка открыла душу, предлагая мне сделать шаг ей навстречу. Плотина вновь содрогнулась, угрожая рухнуть, но я взял над ней контроль. Окончательно заморозив все чувства.

- Не используй это имя. Меня зовут Шут.

Сказанное должно было охладить Нику, но та только сильнее разошлась. Она сделала два быстрых шага вперёд и обняла меня. Обняла так крепко, как только была способна.

- Я же ещё люблю тебя, дурак!

- Нет, это просто воспоминания, которые стоит стереть. То время, когда мы были вместе, прошло. Сейчас я твой начальник. Хотя куда важнее другое. Ты была права: я - монстр. Именно поэтому совершенно не злюсь на тебя. А теперь отбрось выдуманные эмоции и продолжай работать.

Вопреки ожиданиям, и на этот раз Вероника не остановилась. Её руки принялись блуждать по моему торсу, ощупывая пресс, и плавно поползли вниз, но тут же попались в мои ладони.

- В эти годы у тебя никого не было, неужели ты не хочешь? – в голосе девушки появились совсем уж неуместные нотки страсти.

- Нисколько. Физиология побеждается волей.

- Не верю. Я ведь хочу тебя. – Ника предприняла попытку освободить руки, но я этого не позволил. Силой отстранил её от себя и заглянул в глаза. Порядком расширенные зрачки, учащённое дыхание. Она действительно сильно возбуждена.

- Прекрати. Повторю ещё раз: тебе не за что себя винить. И доказывать нечего. Мне не за что на тебя злиться. Просто теперь я не такой, каким ты меня помнишь. С этим нужно смириться. А сейчас иди к себе, и завтра на тренировке мне хочется видеть мою подчинённую, не испытывающую сентиментального сострадания и готовую выполнять мои приказы. – Ника, похоже, поняла, что я серьёзен, и теперь смотрела на меня глазами обиженного ребёнка. Даже не знаю, что задело её больше – сами слова или холодный, лишённый эмоций тон. Смахнув выступившие слёзы, девушка поспешила выйти, ничего мне не ответив.

Из-под стола послышалось укоризненное «мяу». Я улёгся на кровать, и сразу был захвачен четвероногой Никой. Кошка ещё раз недовольно мяукнула и, выпустив коготки, упёрлась лапками в мою грудь.

- Считаешь, я зря это сделал? А мне думается – нет. Она ещё позлится, зато больше не будет стараться угодить.

Мои рассуждения нисколько не тронули кошку, что та и выразила, демонстративно уснув.

А я продолжил думать, поглаживая Нику по бархатистой шёрстке.

Поспать этой ночью не получилось. Сначала голову оккупировали не слишком радостные мысли, плавно перетекающие друг в друга и замыкающиеся в бесконечное кольцо тягостных дум. А потом я вновь занялся медитацией. Благо, никаких важных планов на утро не имелось. К тому же, тренированное сознание было способно выдержать ещё несколько бессонных ночей перед окончательным отказом.

В очередной раз плавно выдохнув, я обратился ко внутренним часам. Они утверждали, что сейчас около семи, следовательно, настало время тренировки.

Личный хронометр, увы, обманул, поспешив на двадцать минут. Но я не расстроился, увидев потенциальную возможность начать тренировку раньше и провести ещё немного времени в одиночестве.

Однако и тут меня ждал верный спутник всех планов – облом. Такаги-сан уже начал свой бой с невидимым врагом. От него во все стороны расходились смешенные потоки воздуха, клинок порхал с невероятной скоростью, недоступной мне.

Очередной взмах закончился броском меча в мою сторону. Клинок, будто не заметив сопротивления тканей тела, прошёл сквозь шею, едва не отделив голову от туловища…

Всего за секунду до соприкосновения металла и кожи я успел вильнуть головой, отделавшись лишь ощущением холода бритвенно острого лезвия.

- С каждым днём твои способности всё сильнее, Шут. Тем важнее постоянно их тренировать. Спарринг?

- Конечно, учитель.

Я не без усилия вытащил глубоко засевший в двери меч мастера и извлёк из ножен свой.

Бой с сэнсэем, как всегда, приводил к неутешительным мыслям о собственной беспомощности. Его система «ты почти догнал меня», увы, перестала работать, сразу после того, как я догадался о её существовании.

Хотя у меня и так хватало мотивации. Ответственность за чужие жизни сильно давила на плечи, заставляя тренироваться, превозмогая усталость и боль. Пожалуй, я круглые сутки проводил бы в тренировочном зале, если бы не осознавал полную бессмысленность такого образа жизни. Мышцам нужен отдых. Иначе они перестанут запоминать комбинации ударов, откажутся расти или вообще взбунтуются, препятствуя работе.

Ещё четырежды Такаги-сан наносил смертельно опасные удары, от которых меня спасал дар, прежде чем в зале появился Максим. Ника немного опоздала. Девушка вообще была какая-то взъерошенная, неопрятная. Едва войдя в зал, она опустила взгляд, стараясь не смотреть на меня. Стыдится ночного поступка? Это объясняет неловкость, но не непотребный внешний вид. Что ж, ещё одна загадка, не вызывающая у меня никаких эмоций.

- Сегодня повторим вчерашнюю схему тренировок, - не здороваясь, объявил учитель.

- Да, сэнсэй. – Мы ответили в один голос и разошлись по своим места: Ника - к Такаги-сану, а я и Максим – в другой конец зала.

Тренировка прошла по плану, но моя предобеденная медитация не состоялась. Светлячок выловил нас на выходе из тренировочного зала.

- В городе объявился новенький. Ограбил сначала десяток банков в столице, а вчера добрался до одного из местных.

- И что же он может? – мой невинный вопрос внезапно вызвал у старшего товарища смущение, продлившееся всего секунду, но порядком удивившее меня.

- В зал заходит целая толпа с оружием, но деньги забирает всего один. Он же оставляет следы, остальные – нет. Имеется достаточно большой шанс, что мы имеем дело с иллюзионистом. Есть пара потенциальных целей, как нетрудно догадаться, оставшиеся в городе банки. За ними установлено наблюдение, но если ты, Шут, что-нибудь увидишь, все будут рады.

- Увижу – сообщу. – Я пожал плечами и собрался заняться законным успокоением внутреннего мира, однако был остановлен Светлячком.

- Можно тебя на пару слов? – ещё раз пожав плечами, я последовал за ним наверх.

Взяв у сторожа тёплую куртку и предложив мне вторую, старший товарищ вышел на улицу, не выказав удивления по поводу моего отказа.

- Холодно стало. – Светлячок подставил руку небу, выловив крупную снежинку и, не дав ей растаять, дунул на ладонь, отправляя крохотную льдинку к подругам, кружащимся за порогом. – Первый снег.

- Ты что-то хотел? – поторопил я товарища.

- Ладно, не буду рассусоливать. У вас с Никой что-нибудь есть?

- Нет, - задумавшись на секунду, ответил я. А Светлячок помедлил ещё немного и продолжил:

- Она ночью пришла ко мне, явно была расстроена. Я, как смог, попытался утешить, а дальше всё как-то само произошло. – Светлячок бросил взгляд на крупные хлопья снега, быстро покрывающие землю. – Можешь дать по морде, заслужил.

Дамба рвалась на части, гнев откалывал целые куски ледяной брони. Не знаю, что в этот момент отразилось на моём лице, но Светлячок сделал едва заметный отшаг. А через секунду я взял себя в руки.

- Между нами ничего нет. Если ваши шалости не помешают моей команде, я не против. – С этими словами похлопал товарища по плечу и удалился обратно в офис.

Трудно понять, что ты испытываешь, когда большая часть эмоций искусственно удерживается под замком. Была ревность. Понимаю, что не имею на то никаких прав, но ревную. Ещё бессмысленнее это выглядит на фоне простого факта – я не знаю, какие чувства испытываю к Нике. Любовь? Вряд ли. Не уверен, что способен любить. Желание? Нет, ночью мне не пришлось врать. Сознание, натренированное многими годами практики и отшлифованное месяцами занятий с Такаги-саном, было способно подавить любые плотские желания.

Так почему же настолько сложно себя контролировать? Почему действительно захотелось съездить Светлячку по физиономии?

Не знаю, к чему пришли бы мои мысли, не случись очередного видения. Кажется, я скоро начну им радоваться, во всяком случае, это не первый случай, когда они спасают меня, прерывая поток гнетущих мыслей.

***

Недостроенный торговый центр стал местом сбора подростков уже не один десяток лет назад. Здание, чьё строительство было начато и брошено в начале девяностых фигурировало в нескольких десятках городских мифов, обретая ореол таинственности для совсем юных детишек. Более зрелые представители молодёжи предпочитали использовать местные открытые просторы иначе. Вместо поисков монстров и загадок они вечерами собирались здесь для отдыха. Песни под гитару, тайком принесённая бутылка чего-нибудь слабоалкогольного, идущая по рукам и поднимающая настроение ещё выше. Ну а любители расслабиться с размахом, умудрённые четырьмя десятками лет жизни, всегда были рады возможности скрыться от недовольного взгляда жены и распить не слишком вкусного, но крепкого и дешёвого, пойла со своими лучшими друзьями, в чьё число после изрядного количества означенной жидкости зачастую могли попасть даже граждане мира, временами находящие тут пристанище на ночь.

Молодой парень, постоянно озираясь, двинулся в дальний, самый тёмный угол первого этажа. Подходящее место для тайника – школьники и местные алкоголики предпочитали второй уровень, ведь там имелась куча неиспользованных при строительстве блоков, которые представляли собой хорошую замену стульям и столам.

Ещё раз глянув в провал двери, парень вытащил из рюкзака небольшой стальной крюк и подцепил им угловой блок кладки. Через секунду тот подался, открывая своё нутро, выпиленное и переделанное под тайник.

Увы, достать что-либо из закромов секретник не успел – со спины его окликнули:

- Чё прячем?

Гостями оказались уже знакомые скинхеды. Порядком поредевшая банда не потеряла заводилу.

- Ребята, шли бы вы, а то мои друзья не любят чужаков. – Не слишком уверенно ответил зажатый в угол парень.

- И где же они? – заводила попытался задавить наглостью, но жертва внезапно успокоилась.

- Сзади.

Свет из прохода загородила целая толпа ребят в масках. Новые действующие лица были сильно похожи друг на друга фигурами, да и оружие сжимали одинаковые. Но скинхеды этого не заметили, удивление, смешанное со страхом, порядком притупило и без того скудную деятельность мозга. Главарь, однако, не растерялся, быстро ткнув жертву носком берца, он вытащил нож и, перехватив согнувшегося парня за волосы, приставил лезвие к его горлу.

- Не стоит, ребята.

Но ребята решили не слушаться, они резко вскинули пистолеты, заставив заводил испуганно дёрнуться. Внезапное неконтролируемое движение привело к печальным последствиям – хорошо заточенный нож легко вспорол шею паренька…

***

Светлячок уже возвращал куртку сторожу, когда я обернулся.

- Вызывай машину, наш иллюзионист нашёл проблемы на свою задницу.

Зайдя в комнату за маской, я тут же был атакован Никой. Кошка в два прыжка добралась до моего плеча и надёжно зафиксировалась там коготками.

- Хочешь со мной?

На этот раз питомец не удосужился даже мяукнуть. А я решил, что эта подозрительно умная кошка знает, что делает, поэтому даже не пытался оставить её.

Не прошло и получаса, как моя группа в полном составе была на месте. Увязавшийся следом Светлячок поинтересовался:

- Когда это должно произойти?

- В течение часа.

Но час ожидания ничего не изменил, вход всё так же пустовал. Мы продолжали терпеливо ждать, никто не усомнился в верности моего видения. До того, как в головах не раздался голос Кирилла.

- Иллюзиониста засекли, начал грабить второй банк, в центре.

Все перевели взгляд на меня, а я лишь пожал плечами:

- Вполне возможно, увиденное мной должно случиться завтра. Поехали.

Максим завёл мотор и собирался тронуться, но тут Ника, которая кошка, мирно лежащая у меня на коленях, сорвалась с места и, выпрыгнув в приоткрытое окно, побежала прямиком к заброшенному зданию. Я размышлял меньше секунды.

- Езжайте, думаю, вы справитесь там сами, - бросил на бегу и поспешил за кошкой.

Уже у входа в развалины меня нагнал шум тронувшейся машины. Ника, будто специально дожидалась, рванула в подвал, как только попалась мне на глаза. Я поспешил следом, но быстро наткнулся на тупик. Подземелье, скудно освещённое случайно забежавшим лучом света, обрывалось в трёх десятках шагов от лестницы.

- Ну и что ты устроила? – спросил я у кошки, любующейся стеной.

- Начальник, что случилось? – это меня окликнул Максим. Однако ответить я не успел. Что-то над головой треснуло и задрожало, а через секунду за спиной моего подопечного образовался самый что ни на есть настоящий завал.

Я выхватил из кармана фонарик и посветил в сторону, где в последний раз видел берсерка, но облако пыли не позволило ничего рассмотреть.

- Максим?

- Да, я в порядке. – Раздалось из дымки.

- Иди сюда.

Берсерк шёл на голос, плотно закрыв глаза, чтобы не нахвататься ими пыли. Выдержка не подвела его, он остался спокоен, во всяком случае, очень старался это показать. Но немного трясущиеся губы выдавали истинные чувства.

- Какого чёрта тут случилось? – парень опёрся спиной о стену тупика и сполз по ней. Его одежда, покрытая порядочным слоем пыли и грязи, пришла в полнейшую негодность.

- Обвал. Не выдержали балки перекрытия. Меня смущает лишь то, что случилось это подозрительно вовремя.

- И что теперь делать? - в глазах запылал азарт, давая понять, что я ошибся, считая, будто Максим испугался. Нет, наркоман получил дозу. Адреналин бился в его теле, наполняя организм жизнью. Придётся остудить:

- Ждать. Если тот, кто это сделал, промахнулся, он повторит попытку, если нет - наши знают, где мы.

Логичнее, конечно, было бы сообщить Кириллу, но у меня этого сделать не получилось. Не знаю, что стало причиной обрыва связи – завал или человек, его устроивший, - но особого значения это не имеет.

Пока есть фонарь, будет, как минимум, не скучно.

Будто услышав меня, Судьба ехидно улыбнулась, а тонкий лучик света, вторя Госпоже, моргнул и погас.

- Что случилось? – голос Максима вновь наполнился нотками удовлетворения. Но я опять его разочаровал.

- Просто погас фонарь. Скоро за нами придут.

Это была ошибка.

Внутренний хронометр настойчиво твердили, что прошло никак не меньше трёх часов. Нас уже должны были хватиться, но никто не спешил на помощь. Не помогала и медитация. Что-то мешало, давило на мозг, не давало расслабиться. Самое интересное, что Максим, похоже, никакого дискомфорта не испытывал. Он самозабвенно рассказывал мне, как обольщал какую-то модель. Не то хвастаясь, не то просто делясь забавной историей. Закончив, берсерк хихикнул, нисколько не обидевшись на меня за то, что я не поддержал его смех.

- Шеф, мне кажется, сейчас самое подходящее время.

Фраза подопечного оторвала меня от собственных мыслей.

- Для чего? – спокойно поинтересовался я, хотя внутри разыгралась нешуточная буря. Давление на мозг, ожидание и неизвестность расшатывали плотину.

- Для рассказа о ваших отношениях с Никой. Ночью ведь что-то случилось. Она сильно смущалась на тренировке. Но ты всё так же холоден к ней. Мне чертовски любопытно, что там у вас произошло. И, ты знаешь, я могила – никому не расскажу.

- Хочешь знать, да? – я понял, что не смогу восстановить контроль, а значит, у меня есть всего два пути: наощупь найти Максима и дать ему по зубам, чтобы выплеснуть эмоции, или рассказать.

Второй вариант.

Сам не знаю, почему. Думать просто не осталось сил. Я говорил, говорил долго, доламывая остатки льда. Но легче не становилось. Странное давление исчезло, больше не было нужды, однако остановиться уже не получалось. Слова лились сплошным потоком. Потоком боли. Не только от Ники. Боль от своих поступков. Я вспомнил каждого убитого, осознал всю тяжесть содеянного, и твёрдо уверился, что больше не смогу сделать этого.

Кошка, всё это время тихо лежавшая на моих коленях, вдруг замурлыкала и принялась тереться о руку.

Ещё минуту я осознавал свою беспомощность, бессмысленность существования. Ведь мой клинок спас не так много жизней. Во всяком случае, немногим больше, чем отнял.

Эти мысли сгрызли бы меня, если бы не Игорь Аркадьевич. Он внезапно возник в десятке шагов от нас из всё-ещё висящей пыльной завесы.

- Какого чёрта ты тут расселся? – он не повышал голос, но недовольство явственно чувствовалось в интонации. Затем его взгляд упал на кошку, лежавшую на моих руках. – Клео? – удивление начальника было столь явным и неподдельным, что вывело меня из ступора. Пылевая завеса и завал внезапно исчезли, фонарик вновь светил, а я сидел посреди коридора. Один. Из-за спины Игоря Аркадьевича раздался шум, по ступенькам сбежали мои подопечные. И Ника, и Максим выглядели удивлёнными. А вот начальник внезапно разозлился:

- Прекрати свои фокусы, Клео!

- Ладно, - легко согласился бархатистый женский голос, пробирающий до костей, а через секунду кошка, лежащая на моих руках, пошла рябью трансформаций и обернулась женщиной.

Чертовски красивой обнажённой женщиной. Я ещё не успел осознать, что происходит, а она уже встала, потянулась, демонстрируя все свои прелести, и двинулась к Игорю Аркадьевичу.

- Морти, ты не представляешь, как затекает тело в звериной форме. – С этими словами женщина сняла плащ начальника и прикрылась им.

- Что ты тут устроила?!

- Помогла одной из твоих игрушек ожить. – Недавняя кошка пожала плечами. – А он оказался стойким. От милой киски не растаял, от возбуждённой девушки отказался, пришлось прибегать к крайним мерам.

- Создать иллюзию безысходности и телепатически давить на мозг? - я наконец понял. Понял и чертовский разозлился. Ярость клокотала внутри плотным комком, и мне удалось использовать его. Деформировать, перестроить, создать новую стену, куда более прочную. Взамен разрушенной. Уже через секунду на меня снизошло ледяное спокойствие. Мысли о правильности действий больше не терзали сознание.

- Что там с иллюзионистом? – голос выровнялся, мысли вернулись под жёсткий контроль. Сперва дело.

Мои слова порядком удивили всех.

- Морти, чёрт тебя дери, ты всё испортил! – девушка, названная Клео, в сердцах ткнула Игоря Аркадьевича кулачком в плечо, но тот не обратил на это внимания. Он пристально всмотрелся в мои глаза, решил что-то для себя и ответил:

- Схвачен и рекрутирован.

- Тогда, думаю, стоит вернуться домой.

- Стоит. – Не стал спорить начальник.

Глава 6 - Тьма

- Меня всегда интересовало, каково вам, Оракулам? – Клео целый день крутилась вокруг меня. Собственно, её поведение не сильно изменилось с момента преображения из кошки в человека. Разве что мяукать перестала.

- Мне не понятен твой вопрос. – Я вновь медитировал, но был вынужден прерывать молчание, чтобы поддержать беседу с назойливым метаморфом.

- Знаешь, мальчик, моя жизнь очень длинна. Я успела увидеть чертовски много смертей. Но ты, поверь, скоро будешь иметь ещё больший опыт созерцания этого явления. Так ведь можно и с катушек слететь.

- Чтобы этого не произошло, я держу эмоции в узде и сохраняю разум чистым.

- Глупый маленький мальчик, это приведёт к тому, что в один прекрасный момент ты взорвёшься и уничтожишь всех окружающих. Уж не знаю, почему Морти это поощряет.

- Морти? Мне он представился Игорем Аркадьевичем. – Стало ясно, что нормально помедитировать не получится, поэтому пришлось перейти к физической тренировке. Сначала небольшая разминка.

- Ох, этот проказник всегда любил придумывать глупые имена. Когда мы познакомились, он называл себя Юлием. Стоит признать, ему удалось собрать немалую власть в своих руках, но ветреность, увы, не позволила долго просидеть на одном месте. Инсценировка смерти, попадание в историю, знаменитое шекспировское: «и ты, Брут?». Хотя последнее – выдумка чистой воды.

- Подожди. Игорь Аркадьевич – Гай Юлий Цезарь? – я даже не пытался скрыть скепсис. Но затем вспомнил взгляд начальника и понял – девушка не врёт. – Постой, значит ты – Клео…

- …патра. Приятно познакомиться. - Ехидная улыбка «кошки» должна была, вероятно, вызвать во мне бурю чувств от осознания невероятности происходящего. Но новая плотина стала куда прочнее прежней.

- Мне даже интересно, кто же ещё из великих политиков прошлого относится к нам?

- Не так уж и много. Во всяком случае, Гитлер и Сталин были людьми. Чертовски сильными лидерами, мощными ораторами, но не сверхсуществами.

- Ладно. – Я перешёл к отжиманиям. – Тогда почему же ты зовёшь Цезаря Морти?

- Удивляюсь я тебе, только что узнал, что спал в одной постели с Клеопатрой, а спрашиваешь о таких мелочах. – Девушка изобразила недовольство, после чего встала и, подойдя ко мне, провела рукой по моей спине.

- Именно в мелочах кроется Дьявол. – Мне стало совершенно понятно, что позаниматься сегодня не удастся, поэтому я поднялся, собираясь одеться, но был остановлен, смешно сказать, самой Клеопатрой.

- Тебе никто не говорил, что у тебя шикарное тело? Упорство и тренировки творят чудеса. Хотя не всегда. Морти никогда не мог таким похвастаться, зато его неутомимости позавидует любой. – В глазах «кошки» заскакали весёлые бесята. – Но вернёмся к тебе. Ты заимел стальную волю и теперь стараешься сделать себе стальное тело. Мне ведь в тот вечер почти не пришлось подталкивать девчонку, она действительно тебя хотела.

- Пытаешься меня смутить? Не выйдет. Или не желаешь отвечать на вопрос?

- Ой, да брось. Тебе поёт дифирамбы одна из самых знаменитых красавиц мира, а ты спрашиваешь про своего начальника? – не увидев на моём лице ни следа раскаяния, девушка ещё веселее улыбнулась и продолжила: - Ну как знаешь. Я зову его Морти, потому, что он – сама смерть, mortem, так сказать. Цезарь же был далеко не первым его воплощением. Он живёт куда как дольше. Что ещё хочешь знать?

Я наконец освободился от цепких пальчиков Клео и смог добраться до своей рубашки.

- Как ты создала иллюзию, как давила мне на мозг, как «подтолкнула» Нику? Твоя способность – метаморфозы, это вполне объясняет долгую жизнь, но никак не всё остальное. – Последняя пуговица была застёгнута, и я решил навестить Игоря Аркадьевича. Стоило уточнить некоторые вопросы по поводу иллюзиониста.

- Я не метаморф, Шут, я - химера. Когда-то давно именно способность к изменению собственного тела позволила мне сделать свою жизнь практически вечной. Ну а вечность дала время для поиска и развития других особенностей. Так что, всё названное тобой легко объясняется умениями сильного телепата.

Память резануло воспоминание о первой встрече с кошкой-не-кошкой. Теперь понятно странное поведение Андрея.

- Допустим. Но за каким чёртом ты решила навязаться мне через принуждение к суициду моего знакомого?

- Ты меня заинтересовал. Мне вообще довелось встречать не слишком много Оракулов, а уж таких сдержанных… К тому же, твоя тренированная воля оказалась настолько сильна, что не получилось даже мыслей твоих прочесть. Пришлось действовать через других. Ну и в завершение, я чертовски скучно провела последние два столетия, а Морти, кажется, затеял новую авантюру. Как такое пропустить?

- Ясно. – Я ответил максимально односложно и поспешил выйти. Что бы она ни говорила о силе моей воли, предпочту снизить вероятность прочтения своих мыслей.

В коридоре меня встретил Крепыш.

- Шут, Игорь Аркадьевич хочет вас видеть. – Пробасил здоровяк.

- Я как раз к нему. – Ответ был дан уже перед дверью начальника.

В кабинете меня ждал не только бывший Цезарь, но и Светлячок. Последний как-то странно глянул в мою сторону, но говорить ничего не стал.

- Зная Клео, уверен, она успела пересказать тебе половину своей и треть моей биографии. Будут вопросы? – Игорь Аркадьевич прямо лучился недовольством. Видимо, появление старой знакомой смогло выбить его из колеи.

- Нет.

- Чудесно, тогда усаживайся и слушай. Иллюзиониста зовут Илья. Сам себя предпочитает звать Мираж. Не слишком хороший художник, способности свои открыл недавно. В лучших традициях творческой расхлябанности воспользовался первым пришедшим в голову планом обогащения. Повезло, что своим необычным почерком и совсем уж неординарными уликами смог поставить органы правопорядка в тупик. Раскаивается, готов пустить способности на правое дело.

- Отправляется в мою команду?

- Нет, рано. И ему, и тебе. Он на Полигоне. Там же, где и твой первый спасёныш – Максим. Лучше займись наведением порядка в своей группе. Иначе всё полетит в бездну.

- Пон…

***

Автобус нырнул под мост так быстро, что я едва успел рассмотреть его номер. Прошёл миг, и тьма окутала всё пространство под аркой, а ещё через мгновение я оказался внутри и чуть не оглох от криков. Десяток человек – все пассажиры – издавали раздирающие душу вопли. Каждому из них было больно, каждый страдал, некоторые голоса терялись в бульканье и хрипе.

***

Я тяжело вдохнул и открыл глаза, обнаружив, что стал центром внимания трёх пар глаз.

- Ну что? – поспешила с вопросом нетерпеливая Клео. Откуда она вообще здесь взялась?

- Светлячок, тормоши Кирилла, пусть найдёт мне автобус с этим номером. – Я взялся за ручку и листок, судя по всему, приготовленные специально для меня.

- Шут, без обид, но в этот раз тебя не глючит? – а вот и причина непонятного взгляда. Опасается, что я начал трогаться умом.

- Прекрати, это была моя шалость. Почувствовала эмоциональный сдвиг и поспешила воспользоваться лазейкой, чтобы вынудить этого юношу пообщаться. – Клео развела руками.

- Тогда без проблем. – Старший товарищ взял протянутый мной листок и поспешил навестить младшего сотрудника.

- Что видел? – начальник решил воспользоваться временем, которое Кирилл потратит на поиски.

- Понятия не имею. Слишком темно.

- Что же тогда собираешься делать?

- Сяду на этот автобус, а дальше по обстоятельствам.

- Я поняла, почему он тебе так нравится, Морти. Скажи, каково это смотреть на молодую версию себя?

Игорь Аркадьевич проигнорировал «кошку» и вновь обратился ко мне:

- Максим уехал на Полигон. Повёз Илью, чтобы тот не взбрыкнул. Возьми с собой Светлячка, думаю, лишним он не будет. Ну и Нику, конечно.

- Понял.

***

Молчание явно тяготило моих спутников. Светлячок нервно ёрзал руками по рулю, Ника затихла на заднем сидении, но я затылком чувствовал её растерянность.

Судя по всему, ей не понравилась откровенность старшего товарища. Девушка, вероятно, не хотела посвящать меня в особенности своей ночной жизни. Тут я ничем помочь не смогу, это её дело. Ну и Светлячка, конечно. Нет, до чего же глупое прозвище.

Нужный мне автобус отправлялся из соседнего городка через три часа. По идее, ничего необычного, самый обыкновенный пригородный маршрут движения, опытный водитель, старенькая развалюха вместо нормально транспорта. Но что-то заставило кого-то сделать нечто, что приведёт к мучительной смерти каждого пассажира. Причём страшной смерти – во тьме и без надежды.

- Так какой план, Шут? – Светлячок наконец решился нарушить тишину.

- Понятия не имею. Почти всё видение в абсолютной темноте. Только номер рассмотреть и успел. Так что, тебе, возможно, придётся сегодня оправдывать своё прозвище.

Моя последняя фраза вдруг рассмешила Светлячка.

- Надеюсь на это. Давненько не было практики. – Сказано всё было с намёком на ожидание уточняющего вопроса, но его не последовало. Если я прав, сегодня сам увижу, на что способен старший товарищ. Если же нет – отложим до лучших времён. – Ну, чёткого плана у тебя нет, а начать-то с чего собираешься? – Светлячок нисколько не расстроился отсутствием любопытства с моей стороны.

- Высадишь меня возле вокзала, потом будешь ехать следом. Но так, чтобы не сильно светиться, оставь приличное расстояние.

- Без проблем.

Местный пункт отправки автобусов не отличался изысканностью. Старое, добротное, ещё довоенное здание было безвкусно отделано сайдингом. Впрочем, люди, ожидавшие своего транспорта, явно плевать хотели на такие мелочи.

Но вот, наконец, подъехал автобус. Все поспешили забраться внутрь, надеясь скрыться от далеко не тёплой погоды. Я уселся в самом конце, возле окна. По дороге нам должно встретиться два моста, и под каким из них произойдёт инцидент мне не известно.

Кто-то толкнул меня под локоть, я обернулся. Рядом усаживалась девушка, она-то и зацепила меня своей сумочкой.

- Не может быть! М…

- Привет, Катя! – пришлось изображать удивление и перебивать старую знакомую на полуслове. – Какими судьбами?

- К бабушке еду. Да ладно я, ты-то как сюда попал? Как живётся вообще? Мы же со школы не виделись!

Вот так встреча. Бывшая одноклассница. Учитывая особенности моих видений, не удивлюсь, если окажется, что и она обладает какими-нибудь сверхъестественными силами. А может, не обладает. Сам Чёрт себе мозги вскипятит, пытаясь найти закономерности в работе моего дара.

- А я теперь следователь. – Думаю, отработанная легенда будет лучшим вариантом.

- Ничего себе. Ну, если вспомнить про родителей, то логично. Ой, прости, тебе, наверное, неприятно.

- Всё в порядке, прошло уже достаточно времени. А чем занимаешься ты?

- Учусь на медика. Буду спасать жизни. Правда, с бабушкой совсем плохо. Ей бы ещё жить и жить. Но рак…

- Да, он не выбирает. И не подкупается. – Мне вдруг вспомнились слова Романа.

В этот момент я увидел вдали очертания моста. Всё тело напряглось, но лицо продолжало выражать заинтересованность болтовнёй Кати, которая перетекла в более безобидное русло студенческих будней девушки.

- А ты кого-то ловишь? – слова согласия застряли у меня в горле, интуиция настойчиво твердила: ври.

- Нет, просто знакомый недалеко живёт, собираюсь проведать, давно не виделись.

Автобус замедлил движение и на удивление плавно притормозил у остановки.

- Ой, мне пора. Может, ещё увидимся, пока.

Двери закрылись за ней, но я не обратил на это особого внимания. Мои мысли занимал тот факт, что местный пейзаж оказался подозрительно знакомым. Всё случится под этим мостом.

Старый автобус начал набирать ход, приближаясь к месту непонятного мне явления. А я напряг все свои чувства, даже взялся за рукоять катаны, спрятанной в сумке.

Тень арки пробегает по крыше, и в этот же момент откуда-то изнутри автобуса в секунду разрастается облако тьмы - будто осьминог выпустил свои чернила.

Что-то невероятно острое вспороло мне живот и засело глубоко в теле, принося с собой буквально рвущую сознание боль, но надолго там не осталось, зашевелилось и двинулось к сердцу…

Меч успел стать на пути преграды. Я ничего не видел, однако сопротивление и животную ярость нападавшего чувствовал превосходно. Резкое движение клинка смещает непонятное оружие, само же лезвие стремится к его хозяину. В этот момент полнейшую тишину разорвал дикий крик боли. Враг отступил, заколебался и потерял драгоценное время. Где-то за стеной тьмы раздался рёв пламени. Барьер задрожал, потерял чёткость и, наконец, взорвался ярким всполохом. Я, не тратя жизненно важные секунды, рванул из сумки маску и швырнул ножны меча туда, где должен был стоять мой соперник.

Как только глаза перестало резать от нестерпимого света, мне удалось разглядеть врага. Мужчина, лет, наверное, сорока, зажимал глубокий порез на руке и тряс головой, пытаясь отойти от вспышки.

Примерно так же себя вели остальные пассажиры злосчастного автобуса. Тем лучше, будет совсем чудесно, если мы успеем всё закончить прежде, чем они очухаются.

Быстрый подшаг и колющий в живот. Но враг оказался быстрее, чем я ожидал. Всю переднюю часть его тела затянула чёрная дымка, не пропустившая мой клинок. Тогда придётся перейти к плану «Б». Аварийное окно, которым, судя по сорванным пломбам, уже пользовались, я заметил ещё когда садился в автобус. Настало время применить свою наблюдательность.

Нырком зайти сбоку и, уперевшись ногами в сидения, подобно тарану вытолкнуть мужчину из транспорта.

План себя почти оправдал – враг, как и было задумано, выдавил стекло наружу и полетел следом. Вот только мне после столкновения показалось, что я встретился с товарным поездом на полном ходу. Вся левая рука отзывалась пульсирующей болью, ныли рёбра.

Но сейчас не до мелочей. Сделав два быстрых шага, я выпрыгнул следом за теневиком, надеясь воспользоваться его ошеломлённостью, однако снова был разочарован. Меня встретила растопыренная пятерня, увенчанная дрожащими и колышущимися когтями, сотканными из мрака.

Новая попытка атаки была так же бессмысленна, как и предыдущая. Несмотря на легендарные свойства моего клинка, доспех из воплощённой тьмы не поддавался.

Враг наконец окончательно пришёл в себя и, злорадно усмехнувшись напоследок, окутал магической бронёй всё тело.

Я осознал свою беспомощность и поспешил заглянуть врагу за спину – Светлячок уже должен был подоспеть. Ведь не сама собой разрушилась завеса тьмы?

Тут мне сопутствовала удача. В паре десятков шагов можно было разглядеть фигуру старшего товарища. Глаза, пылающие настоящим огнём, взвившиеся вверх волосы, похожие на языки пламени, и гроздь раскалённых до бела шаров, парящая у него за спиной.

Что ж, уже проще. Теперь мне не надо побеждать этого монстра, достаточно оттеснить от автобуса, а там в игру вступит Светлячок.

Теневик с грацией бульдозера попытался достать меня своими лапами-ковшами, но тут я не сплоховал. Клинок, за ненадобность, брошен на асфальт. Теперь отклонить корпус назад, дать пройти страшным когтям в безопасном расстоянии от груди. И завершающий штрих – перехват руки, усиление движения и бросок.

Мужчина покатился в кусты, усеявшие кювет, а следом полетел один из огненных шаров Светлячка. Я же едва успел прикрыть глаза. По сомкнутым векам саданула волна ослепительного света, чудом не дезориентировав меня. Да, теперь прозвище напарника не кажется таким глупым.

Перед взглядом всё ещё плясали злые бесята, когда Теневик выскочил с другого конца загоревшегося кустарника. «Шлем», скрывающий его голову распался, открыв лицо.

- Ребята, мы можем договориться. Хотите жить вечно? Я могу это сделать, могу вылечить любую болезнь!

Но Светлячок, судя по всему, вошёл во вкус. Всё так же неторопливо бредя в нашу сторону, он резко взмахнул рукой, и следующий огненный шар полетел во врага. Теневик едва разминулся с опасным подарком, потеряв часть брони на плече. Впрочем, сама конечно осталась цела, но все прекрасно понимали, что тварь уже не сможет бежать.

- Чёрт, она была права, стоило выйти. – Мужчина спешно вернул «шлем» и приготовился драться. Двое на одного, конечно, не очень честно, но соображения морали меня в последнее время волновали не слишком сильно.

Теневик мгновенно отреагировал на мой резкий рывок, развернулся ко мне, приготовился встречать когтями и поплатился за невнимательность. Очередной шар Светлячка врезался в него сбоку, фактически располовинив бедолагу.

Ослепительная сфера прошила всё тело насквозь и взорвалась где-то в догорающих кустах.

Мне вновь пришлось прикрыть глаза, а когда я их открыл напарник уже склонился над поверженным врагом. Его рука коснулась остатков тела, с которого спешно сползала теневая защита. Через миг всё, что когда-то было грозным монстром, вспыхнуло и, прогорев за секунду, опало кучкой пепла.

- Шут, залазь в машину, не думаю, что людям стоит нас видеть.

Ника всё так же сидела на заднем сидении и с застывшим на лице ужасом следила за пеплом, который уносился поднявшимся вдруг ветром.

Светлячок же резко тронулся, уводя автомобиль прочь от этого места.

- Думаешь, пассажиры ничего не видели? – Ника с трудом выдавливала из себя слова.

- Уж поверь, вспышки моих огнешаров достаточно яркие, чтобы ослепить неподготовленного человека на двадцать минут.

***

- Так значит, ты пирокинетик? – я задумчиво разглядывал невысокого крепкого мужичка, которого привык называть себя Светлячком.

- Что-то типа того. Элементаль – не просто управляю огнём, я и есть огонь.

- Сильно. – У меня были подозрения о чём-то подобном, но даже самые смелые ожидания не прогнозировали такого уровня силы.

- Всё относительно. Шеф вон, - Светлячок кивнул в сторону Игоря Аркадьевича, задумчиво сидящего в кресле, - прихлопнет меня за полторы секунды. Да и ты, если Такаги-сан сможет тебя должным образом обучить, станешь серьёзным соперником.

- Прекрати мерять чужую силу. – Начальник наконец отвлёкся от своих мыслей. – Ты даже не представляешь, насколько вам повезло. Черномаги, Теневики, Повелители Мрака, как ни называй эту заразу, очень сильны. Штучный товар, едва ли не такие же редкие, как Оракулы. В своей полной силе способный высасывать жизнь из любого живого существа на расстоянии до пары сотен метров. Этот, похоже, был неопытен. Не знаю, Шут, что с тобой не так, может, особенности дара, может просто прирождённое везение, но ты умудряешься притягивать в это захолустье невероятно редких тварей.

- Таких как Вы?

- О нет, мальчик, я куда хуже, чем они. Но даже меня посещают мысли о скором конце света после таких событий. – Подначка, которая должна была хоть на миг вывести Игоря Аркадьевича из равновесия, не удалась. Увы, у меня не получилось взглянуть на настоящего начальника. Что ж, тогда займёмся более насущными проблемами:

- А что насчёт его обещаний. Он действительно мог дать вечную жизнь?

- Даже не сомневайся. Проблема только в том, что для начала её нужно забрать у кого-то другого. Закон сохранения жизни, так сказать. Увы, Шут, даже самые сильные Целители не способны воскрешать или делать существование вечным. А вот Теневики – без проблем. Если максимально просто, то схема примерно такая: одна человеческая жизнь продлит твою приблизительно на год. Многое, конечно зависит от возраста и состояния здоровья жертвы, но усреднённая статистика такова. А что, жалеешь, что не согласился?

Видать, Игорь Аркадьевича решил ответить на мою подначку, но, как и я, не попал в цель.

- Нисколько.

- Вот и хорошо. Тем более, что существует один интересный миф про вас, Оракулов. Говорят, если вы становитесь достаточно сильны, время теряет над вами власть.

Светлячок сидел тихо, как мышь, и лишь переводил взгляд с меня на начальника. М-да, Игорь Аркадьевич сегодня необычайно многословен.

- Учту.

Глава 7 - Этот, ну как его?

О ком говорил Теневик я понял сразу. Ну или, по крайне мене, догадывался. Наверное, снова шалила обострённая интуиция, но никаких сомнений в том, что речь шла о Кате, у меня не возникло.

Конечно, всё может оказаться фантазий вконец свихнувшегося мозга, однако я был уверен в необходимости поиска девушки.

Всё та же интуиция предостерегала от болтливости. Думается мне, Игорь Аркадьевич, без малейших сомнений пустил бы Катю под нож. А мой мозг почему-то уцепился за её фразу о спасении жизней. Конечно, возможно, это всё зря, но проверить я должен. Хорошо ещё, что Светлячок не обмолвился о последних словах Повелителя Мрака. Быть может, просто не расслышал в своём пламенном безумии, а может, о чём-нибудь догадался и прикрыл меня. Пусть никто и не знал о моей встрече с бывшей одноклассницей, задай начальник мне прямой вопрос о наличии подозрений по поводу личности загадочной «её», отвертеться не получилось бы.

Уж не знаю, говорила ли Клео правду относительно блистательного прошлого Игоря Аркадьевича, да это, собственно, и не важно. Уверен, прямую ложь от меня он раскусит быстро. Вполне возможно, не подаст виду, но обязательно заметит. И запомнит.

Собственно, именно по этой причине отпадает вариант помощи Кирилла. Скорее всего, парень справился бы с поиском за пару минут, но неминуемо сообщил бы об этом бывшему Цезарю.

Проблема лишь в том, что из возможных путей у меня оставался лишь один – наведаться в свой родной город в надежде на нереальное везение. И вновь подруга-интуиция подсказывала мне, что это решение верное.

Отлучка не вызвала никаких вопросов. Вся честна́я компания топталась у выхода.

- Игорь Аркадьевич распорядился всем отделом выезжать на полигон, для тренировки. Правда, тебя велел не брать. Сказал, твоих способностей достаточно для хорошей командной работы. Но, думаю, тебе будет любопытно глянуть что там и как. Едешь? – Светлячок сразу развернулся к выходу, полагая, что моё согласие – дело решённое, но я его удивил.

- Нет, было видение, смотаюсь к себе на родину, разберусь.

- О как, ладно. Помощь нужна?

- Нет, сам справлюсь.

- Ну как знаешь. – Старший товарищ пожал плечами и сообщил всему моему отряду вместе с присовокупленым к нему Кириллом: - машины на месте, поехали.

- А тебе, сынок, транспорт вызвать? – добродушно поинтересовался Степаныч.

- Время терпит, доберусь своим ходом.

***

Следуя плану, я обошёл почти весь город, но Кати не обнаружил. Что, откровенно говоря, не удивительно. Мелькнула даже мысль наведаться в свой старый дом, однако тут же была отброшена.

Знай я, где расположено жильё девушки, справился бы куда быстрее. Можно, конечно, заявиться в местное отделение милиции и попытаться получить нужную информацию там. Проблема только в том, что добрая половина этого самого отделения весьма плотно общалась со мной в ходе расследования, связанного со смертью родителей. И им, уверен, будет очень интересно, по какому это делу я ищу бывшую одноклассницу с применением служебных механизмов.

Так что, такой вариант останется на самый крайний случай.

За своими размышлениями я добрался до здания школы. Знакомая серая громада вызвала целое облако воспоминаний. Но не колыхнула чувств. Наверное, надо будет поблагодарить Клео за помощь. Пусть она и добивалась совершенно противоположного эффекта, её действия помогли мне взять эмоции под окончательный контроль.

Через два десятка метров от входа начинались ступеньки спуска в приличных размеров котлован. В своё время отсюда вывезли немало земли и песка на строительство не то ближайшего моста, не то самой школы. Стоит отдать должное нашим светлым умам, они смогли извлечь выгоду даже из этого не слишком умного поступка.

Выровняв дно и сделав склоны более пологими, те организовали здесь приличных размеров стадион, ставший домом для большинства крупных спортивных мероприятий района.

Да и обычные жители города часто пользовали это чудо человеческой изворотливости – кто-то занимался спортом, кто-то просто гулял, наворачивая круги.

Как раз последним занималась знакомая женская фигура.

Катя совсем недавно прошла лестницу и теперь, неторопливо переставляя ноги, двигалась к дальней части стадиона.

Попалась.

Я тоже не стал спешить. Спокойно спустился и, пользуясь преимуществом в длине шага, нагнал девушку.

- Хороший зимний вечер. Ветра нет, вокруг полно снега. Сказка, а не погода.

- Что, простите? – Катя вытащила из уха наушник и обернулась.

- Совершенно спокойно бросила старого товарища в автобусе с монстром. И совсем не стыдишься. Так ведь можно окончательно лишиться веры в человечество. – Я попытался изобразить весёлый тон. Кажется, с каждым днём мне всё лучше даются фальшивые эмоции.

Девушка же напряглась, сощурилась и уставилась прямо в глаза, будто стараясь заглянуть сквозь них в глубины сознания.

- Вот оно что. Дай угадаю, телепат? А я всё думал, за каким чёртом ты понадобилась Теневику?

- Бежать бесполезно?

- Конечно. Ты же понимаешь, что я пережил встречу с твоим товарищем?

- А кричать?

- Корочка следователя более чем настоящая.

- И что со мной будет?

Надо же, какой контроль эмоций. Никакого страха, просто интересуется своим будущим.

- Смотря что ты мне ответишь. Думаю, нам стоит двинуться в сторону вокзала, последний автобус отправится через сорок минут. Мы ведь не хотим затягивать решение вопроса?

- Хорошо. Что же ты желаешь знать?

- Много чего. Больше всего меня интересует как ты из очаровательного ребёнка превратилась в хладнокровного убийцу.

Мы двинулись в обратный путь.

- А если я не хочу?

- Тогда мне будет нечем выгораживать тебя перед своим начальником.

Катя молчала, о чём-то думая. Я не торопил её. В конце концов, это нужно ей. Не захочет говорить – приволоку к Игорю Аркадьевичу, дам заглянуть в его глаза и повторю вопрос. Тогда проблем точно не возникнет. Другое дело, что именно во избежание такой ситуации я скрыл информацию от начальства и попёрся сюда один.

Уже к концу лестницы девушка наконец заговорила:

- Я была ему нужна не как телепат, а как врач.

- Продолжай.

- Игнат хотел питаться жизнью умирающих пациентов. Моей задачей было обеспечить ему к ним доступ.

- Так зачем же вы попёрлись в глушь? Чтобы он показал, как работают его способности?

- Нет, ему нужна была энергия для исцеления.

- Бабушка? – спросил и понял – что-то не так. Интуиция настойчиво твердила об ошибке. Впрочем, если где-то просчитался, Катя сама меня поправит.

Тем временем школьные ворота оказались за нашей спиной, а ноги пошли по убранному от снега тротуару.

- Нет, бабушка умерла почти год назад. Игнат хотел вылечить меня.

- Значит, ради своего здоровья ты готова пожертвовать десятком жизней невинных людей? – Лицо Кати перекосилось. Её контроль эмоций явно уступал моему.

- Невинных?! Хочешь знать, чем я больна? У меня СПИД! Давай, ехидно усмехнись, назови меня шлюхой, скажи, что сама виновата. А вот нихрена! Я просто решила немного заработать и устроилась на каникулах санитаркой в поликлинику. Убирала подсобку напротив кабинета, в котором брали анализы крови. Даже не заметила, как зашёл этот ублюдок. Узнал, что заразился, и крыша поехала. Решил изнасиловать первую попавшуюся. Ей оказалась я.

Кричала, умоляла отпустить, звала на помощь. Но никто не отозвался. А ведь не могли не слышать! Под кабинетом целая толпа народу была! Он меня уже по третьему кругу пользовал, я даже сопротивляться перестала – просто плакала. Тогда зашла пара санитаров. Здоровые мужики побоялись влазить, побежали за помощью. Ублюдок испугался и решил смыться, а я так и осталась лежать и тихо плакать.

Успокаивала себя, шептала, что всё уже закончилось, но потом узнала, чем была больна эта мразь. Ну что, хочешь сказать, люди заслуживают спасения? Да ни разу. Все твари, пекущиеся только о себе. Так почему я не могу быть такой же? Почему я должна заботиться о каких-то ничтожествах, готовых не замечать ужасы, творящиеся прямо под носом, лишь бы не вмешиваться самим?..

- Ты как маленький ребёнок. – От моего замечания лицо Кати, готовой разрыдаться, приобрело совсем растерянное выражение. – Того, что произошло с тобой, не пожелаешь никому. Но хоронить всё человечество из-за трусости жалкой кучки больных людей так же глупо как ненавидеть воздушные шары потому, что попался один бракованный. Я мог бы тебя понять, не знай ты о другой стороне нашего мира. Тебе сообщили о наличии чудес, открыли твой дар. И что ты сделала? Решила пойти коротким быстрым путём – выкосить десяток людишек и спасти свою шкуру. Или отчаяние настолько тебя захлестнуло, что ты даже не подумала о наличии антипода твоего Игната – целителей? Не поверю, слишком трезво размышляешь. Обижена, расстроена. Но не лишена разума. Просто испорчена. Уж не знаю, Теневиком или жизнью. Ты пойдёшь со мной и получаешь выбор. Стать другой, полезной тем, кого называешь тварями, или же мучительно умереть от своей болезни.

Катя всё же расплакалась. Но не от обиды. Она и сама понимала, что не права, но цеплялась за эту точку зрения как за соломинку. Теперь же девушка вцепилась в меня – буквально. Обняла и уткнулась в грудь, прикрытую только рубашкой.

Я хотел сказать, что всё измениться, что мы обязательно найдём достаточно сильного целителя, способного излечить её, что она пока не совершила ничего по-настоящему ужасного. Но не успел. Меня подвела невнимательность, преступная для воина. Первая пуля вошла чуть выше поясницы, вторая под левую лопатку, третья, едва коснулась плеча. Но этого было более чем достаточно – благодаря её более везучей подруге сердце лопнуло, уничтожив любые шансы на выживание…

Я оттолкнул Катю, этим же движение выхватывая меч из сумки и разворачиваясь лицом к врагу, но немного ошибся и вновь оказался прошит насквозь, на этот раз спереди…

Катана заняла нужное положение, поэтому пуля, расколов ножны, попала в клинок и срикошетила куда-то под ноги. А я упал на спину, укрываясь от возможного повторения атаки.

Однако эта мера была уже лишней. Машина, из которой стреляли, умчалась за поворот, едва не вылетев с дороги из-за заноса. Ни марки, ни номера мне разглядеть не удалось. Что удручало. Но куда хуже была картина, расположенная в полуметре от меня.

На тонком слое свежевыпавшего снега, присыпанном ошмётками зимней куртки, растекалась красная лужа. Катя лежала на спине и шевелила губами, пытаясь что-то проговорить, но из-за крови, заполнившей рот девушки, выходило лишь невнятное бульканье.

Она только поверила в людскую доброту и тут такое разочарование. Хотя, кто знает, о чём телепат думала в последний миг? Теперь же её глаза остекленели и уставились невидящим взглядом в мутное небо зимнего вечера.

- Мать вашу, вы там в порядке?! – голос раздался откуда-то из-за спины.

Вместо берец обычные зимние ботики, вместо кожаной косухи – тёплая куртка, лысина прикрыта шапкой-ушанкой. Но щербатое лицо скинхеда запомнилось мне слишком хорошо. Хотя, пока не до того.

- Звони в милицию.

- Ага, - парень зашуршал по карманам в поисках мобильного. Я же нашёл в своей телефонной книге номер Кирилла, набрал его, но ответил мне спокойный голос Игоря Аркадьевича.

- ЧП, Шут? – что и требовалось доказать. Не стоит недооценивать начальника. Скорее всего, Цезарь с самого начала что-то подозревал. Не удивлюсь, если он окажется такой же химерой, как Клео. Только телепатические способности посильнее.

- Нужно официальное направление меня на расследование, чтобы не было вопросов.

- Кирилл уже озаботился этим. Когда вернёшься?

- Завтра.

- Жду.

И короткие гудки.

- Щас будут. Блин, мужик, не повезло ва… - взгляд скинхеда добрался-таки до моего лица. – Твою мать! Это ж ты!

- Даже не думай убегать. – Спокойно предупредил я.

- Да какое убегать, я сам тебя найти хотел, но как же тут найдёшь-то?

- Надеешься отомстить?

- Не, мне хватило, - он широко улыбнулся, демонстративно просунув язык в щель между зубами. Но потом снова наткнулся взглядом на тело Кати и смутился. – Давай, это, потом побазарим. Менты уже катят.

Подтверждая его слова, за углом послышался звук сирены, а вскоре показалась и милицейская машина. Служивые высыпались из транспорта сразу с оружием, но я встретил их корочкой.

- Что ж ты, следователь, так чудишь? Только с утра пришла бумага о твоём приезде, а вечером уже труп находим.

С утра, значит?

- Это свидетель по моему делу. Хотела сдать своих подельников, но не успела. Пойдём в машину, я протокол заполню и подпишу.

- А этот кто, очевидец?

Скинхед открыл было рот, но я, подмигнув ему, ответил «коллеге»:

- Нет, подошёл уже после всего. Ты, давай, не тяни кота за резину, я спешу.

Милиционер, что-то недовольно пробурчав, полез в машину за папкой с бланками протоколов.

Официальная морока заняла не слишком много времени. Так что совсем скоро я уже шагал прочь от тела Кати вместе с неуверенно оглядывающимся скинхедом. Несмотря на мои слова служивым, стреляли совсем не в девушку. Её смерть – нелепая случайность. Хотя, нужно отдать должное Карме или Судьбе, момент подобран весьма удачно. Что же касается делишек Теневика, которого, оказывается, звали Игнатом, я узнал всё, что хотел. Так что, эту часть моей поездки можно считать успешной. Катю жаль. Но чисто по-человечески, без эмоций.

Ну а раз уж с этим разобрались, стоит заняться решением другой загадки, подкинутой мне жизнью.

- Так зачем ты хотел меня найти?

- Понимаешь. – Неуверенность бывшего хулигана сильно напрягала. – Сначала просто спасибо тебе сказать хотел. Бьёшь ты, конечно, больно. Но зато показал, какие у меня «хорошие» друзья. Карась, как мы собрались, после той драки, сразу начал бочки на Сивого гнать. – Увидев в моих глазах непонимание, скинхед поспешил объяснить. – Карась – главарь наш. А Сивый – тот, которого ты просто вырубил. Ну так вот, Упырь и говорит, мол, раз Сивого не побили, он нас тебе и сдал. Разорался, ножом махать начала. Потом как кинется, чуть не порешил парня. Ну я и понял, что не моё это. Вечерком в интернете узнал, что, значит, скинхеды не просто лысые ходят, а, чтобы, понимаешь, показать, что другие эти… - парень пощёлкал пальцами, припоминая слово, - расы! Ненавидят. А оно мне надо? Я же не такой. Думал чисто с поцыками поугараем, а оно вон как оказалось.

От словесной диареи уже бывшего скинхеда меня спасло новое видение.

***

Огромные створки церковных дверей закрылись за спиной неуверенного мальчонки. Тот со смесью опаски и трепета прошёл вперёд, поглядывая на фрески, украшающие стены. Ребёнок сел на одну из лавок последнего ряда. Значит, не православная церковь – костёл. Звук органа заставил вздрогнуть малыша.

Мелодия началась резко, но звучала приятно, вовлекая сознание в водоворот чарующих звуков. Оборвалась музыка так же внезапно, как и началась. Из тени за инструментом высунулась худая рука с карманными часами, подставляя последние лучам неуверенного света одинокой свечи.

Секунду понаблюдав за циферблатом, неизвестный быстрым движением захлопнул часы и произнёс:

- Макар, ты опоздал, уже почти полночь.

- Простите, отец. – Мальчонка спрыгнул с лавки и, всем видом показывая раскаяние, приблизился к органу. Слишком густая тень не давала разглядеть его собеседника.

- Прощение надо заслужить.

- Да, конечно. – Макар с готовностью закатал рукав на левой руке. – Пейте. Только с этой, на другой уже неоткуда.

- Нет, чадо. Сегодня ты переполнил чашу моего терпения.

Во тьме вспыхнула пара жёлтых огней. А в следующий миг быстрая рука, увенчанная загнутыми когтями, вонзилась в грудь ребёнка. Нащупав сердце удивлённо уставившегося на расползающееся по рубахе пятно крови мальчика, неизвестный рванул руку назад и потянул за собой крошечное тельце малыша.

Из тьмы раздалось довольное хмыканье, прерванное чавканьем.

***

- Эй, что с тобой? Всё нормально?

Спутник махал руками перед моим лицом.

- Да.

- Ну так это, я так понимаю, тебе до завтра надо перекантоваться где-то. Можно у меня. Мы подошли как раз.

Я всё ещё не отошёл от видения. Сейчас мне нужна пара минут покоя, чтобы всё обдумать. Прокрутить каждый миг и понять где и когда произойдёт увиденное. Поэтому я просто кивнул.

Поняв, что что-то не так, бывший скинхед молчал до самой квартиры.

А я вспоминал. Для начала классифицировать врага. Пока самым очевидным вариантом является полумифический вампир. И, хотя есть куча оговорок и несостыковок, вроде крестов и святой земли. Эту мелочь можно отмести. В конце концов, в Бога я никогда не верил. С определением времени помог сам оппонент – почти полночь. Понятие, конечно, растяжимое, но до одиннадцати вечера, думаю, можно не спешить. Теперь день. Было ли там что-нибудь указывающее дату?

Газета на скамейке рядом с ребёнком! Странная статья.

«ПОПЫТКА СУЦИДА НА ПУТЯХ»

«Мало того, что подставился, так ещё и ослепить меня чем-то попытался, хорошо хоть в последний момент струсил, а иначе бы…»

Не то. Выше, дата печати. Отлично, ещё два дня.

Ну и последнее – место. Я знаю всего об одном костёле в окрестностях. Так что, проблем быть не должно.

- Слушай, тебе не холодно? На улице минус двадцать, а ты в одной рубашке. Или типа буддистский монах?

- Что-то в этом роде.

- Меня, кстати, Миша зовут.

- Замечательно. Так что, ты искал меня только чтобы сказать спасибо? – Мишу явно смутила моя невежливость, он даже как-то растерялся. Но, видать, решил, что монахи имеют право на свои странности.

- Не, я, собсна, чего тебя в квартиру поволок. На улице неудобно показывать. Пошли на кухню.

Мне оставалось только пожать плечами и последовать за хозяином. Тот уселся на табурет и выставил перед собой водочную стопку.

- Я только на ней тренировался, не знаю, как там по остальным предметам. Ну, короче, вот... – с этими словами Миша направил руку на посуду и, прищурившись, упёрся в неё взглядом. Секунду ничего не происходило, но вдруг стакан шевельнулся, затем ещё и ещё, а после приподнялся над столом и плавно поплыл к бывшему скинхеду. – Во! – выдохнул Миша, опуская несчастную посудину. – Я этот, ну как его? Теле…пут!

- А я здесь при чём? – вопрос оказался для хозяина неожиданным.

- Ну это… пацанёнок явно необычный был, ну как Росомаха киношная, вот я и решил, что вы, ребята, тоже того…

- Могу тебя обрадовать, ты обратился по адресу.

***

- Так значит, вы всё знали?

- За кого ты меня принимаешь, Шут? Естественно знал. Спросишь откуда?

- Нет, это если захотите, сами скажете. Спрошу, что будет моим наказанием?

- А зачем тебя наказывать? Ты повёл себя как независимый и способный лидер. Но команду свою гробить в непроверенном деле не стал. Молодец. У меня на твой дар большие планы, Шут. Я собираюсь воспитать из тебя свою правую руку. Ну или замену. Как пойдёт.

- Великий Цезарь боится смерти? – раз пошла такая пьянка, стоит выяснить границы дозволенного.

- Все боятся смерти. Даже ты, хотя и не признаешься. К тому же, случайности подстерегают на каждом шагу. И твоя Катя сегодня это доказала.

- Вы тоже считаете, что целью был я? Но кому это сдалось? Кто-то из тех, чью дорогу перегородил мой талант?

- Нет, тут всё сложнее. Скорее всего, это не твои, а мои враги. И они знают о моих планах на тебя. Проблема в другом. У нас завелась крыса. Кто-то сообщил ребятам о том, где и когда ты будешь. Но он не знал о прогрессе в твоём обучении. Иначе действовали бы наверняка.

- И что же теперь с этим всем делать?

- Собирать резервы, Шут. Именно поэтому ты сейчас не получаешь отповедь по поводу нового приобретения.

- Вы про Михаила? Телекинетики нынче не в моде?

- Они никогда не были в моде. Полная неспособность взаимодействовать с живыми организмами сильно урезает их полезность, ну а необходимость в высоком уровне концентрации и пространственного мышления ставит крест конкретно на твоём Михаиле. Соображалка у парня плюс-минус работает, зато собранности - ноль. Быть может, личной силы хватит, чтобы поднять стол, но больше двух предметов он держать, скорее всего, не сможет. Однако, мы сейчас в такой ситуации, что любые кадры пойдут в ход.

- Значит, Ника не единственный Ваш запас?

- Моих запасов может хватить на небольшую армию. Проблема только в том, что за сто́ящими тебе придётся мотаться лично.

- Ну это не…

***

Железнодорожные пути осветила ослепительная вспышка. Прямо на колее появился человек. Недовольно потерев ушибленный о рельсу лоб, он предпринял попытку встать и заметно пошатнулся. От созерцания картины «будни алкаша» отвлёк гудок поезда. Протяжно завизжали тормоза. Казалось, через миг бедолагу размажет тонким слоем по локомотиву. Но какое-то мгновение - и вот парень уже пытается восстановить равновесие в метре от злополучного пути.

Машинист, поняв, что никого не задавил, обернулся и, высунувшись из окна, погрозил неизвестному кулаком. После чего отжал тормоза и продолжил путь.

***

Я даже не успел подивиться железным нервам машиниста. Видение было коротким и сильно меняло планы на завтрашний день.

- Уточнение по "вампиру"?

- Нет. Готовьте хопеш, я нашёл того, ради кого мы его воровали.

Глава 8 - Почти Бог

Долго думать над увиденной головоломкой не пришлось. Время подсказала газета из предыдущего видения. С местом и того проще: железнодорожных вокзалов в нашем районе не слишком много, так что, определить конкретный не составило труда.

Стоило больше переживать по поводу крысы.

- А что будем делать со шпионом? – Игорь Аркадьевич, как всегда, оказался прав. Сколь бы сильно я ни хотел это скрыть, желания умирать раньше времени у меня не было. Не страх, нет. Чему быть, того не миновать. Но пока ещё есть шанс принести миру немного пользы.

- Использовать, конечно.

- Сначала его нужно найти. – Самым очевидным вариантом был, естественно, Кирилл, но не думаю, что всё окажется так просто.

- Да нет, я знаю, кто это. Подозрения и раньше были, но теперь не осталось никаких сомнений.

- И кто же?

- Не сейчас. Я, конечно, не сомневаюсь в твоей выдержке, но случится может всякое, так что, оставим раскрытие тайны его личности до лучших времён.

- Хотите разжечь во мне подозрительность ко всем? Это же испортит командное взаимодействие.

- Глупости, ты не хуже меня понимаешь, что теперь всё под моим контролем. К тому же, желай он убить тебя самолично, сделал бы это куда раньше.

Замечательно. Последние слова начальника окончательно уничтожили мои попытки сузить круг подозреваемых. Была мыслишка, что этот кто-то просто не способен меня убить – слишком слаб. Поэтому и воспользовался услугами сторонних сил. Ещё одно очко в копилку Кирилла. Правда, стоит признать очевидное: здравые рассуждения заставляют подозревать ещё как минимум Нику и, скорее всего, Максима. Да даже Степаныч подходит под такой ход мысли.

Но с лёгкой подачи Игоря Аркадьевича я понял, что это может быть кто угодно. Зачем шпиону слишком рано наводить на себя подозрения? Куда проще отдать жертву на расправу кому-то стороннему и понаблюдать - что из этого выйдет. Успех? Хорошо, почёт и слава информатору, сумевшему дать правильные сведения. Неудача? Так это не его, филера, вина. Надо было лучше готовить боевиков.

Ладно, к лешему эту ахинею. По большому счёту, начальник прав. Я могу случайно выдать свою осведомлённость крысе, если буду знать её личность. Сейчас же – как не доверял никому, так и не буду доверять. В конце концов, раньше мне ведь это не мешало?

Значит, стоит выкинуть мысли о кроте из головы и заняться делами насущными.

- Кто из наших на месте?

- Все.

- Тогда возьму Крепыша и Светлячка. Я, увы, даже примерно не представляю пределов силы нашего гостя, так что, стоит брать обкатанных коньков.

- Думаешь, твои подопечные ещё не готовы?

- Будь это кто-то более-менее известный, я бы рискнул прикинуть, а так – понятия не имею. Могу сказать только, что навыков Максима точно не хватило бы, чтобы справиться с Теневиком. Ника же только-только освоила базис, ей совсем не до боевых операций.

- Согласен. А что ты делать-то собираешься, раз берёшь с собой проверенных в деле боевиков?

- Встречать дорогого гостя. Практика, показывает, что посетители обычно не верят в добродушие хозяев. Так что, возможно, придётся вести домой силой.

- Какая красочная метафора. Откуда только понахватался? Или это такая самоирония? Давно ли сам был на его месте? – бесёнок в глазах начальника заставил нервничать.

- Само на язык легло. – Я очень старался успокоить сердцебиение. Какой-то жалкий отблеск за очками Игоря Аркадьевича вызвал неподдельный страх.

- Ладно, тогда последний вопрос: когда это всё случится?

- Сегодня. Но времени сказать не смогу. Единственное, что знаю – будет темно.

- Тогда поторопись. Через час будет темно. И не забудь ретранслятор Кирилла.

- Понял.

Уже через десяток минут я поднялся вместе с Крепышом и Светлячком на верхний этаж.

- Транспорт скоро будет. – Сообщил сторож.

- Так что нам делать, Шут?

- Сразу – ничего. Посидите в машине, недалеко от меня. Если что случится – вмешаетесь.

- Можно ехать. – Сообщил Степаныч и добавил: - Удачи.

- Спасибо. – Я, максимально добродушно улыбнувшись, вышел на улицу. Команда потопала следом.

Вокзал встретил тишиной. Не слишком популярное место, наплывы народа бывают только перед приездом очередного поезда.

После этого толпа быстро рассасывалась, люди разбредались кто-куда, вся местная динамика замирала. На наших глазах случилось четыре «часа-пик», но непонятный гость так и не появился. Мелькнула мысль наплевать на всё и уехать. Но интуиция, которой я теперь доверяю больше, чем глазам, настойчиво твердила – жди.

К счастью, терпение вознаградилось. Почти в полночь, на одном из путей возникла ослепительно-яркая вспышка, сопровождаемая звуками прущего товарняка.

Не тратя времени, я схватил катану, нацепил маску и помчался встречать неизвестного.

По поводу защиты лица были, конечно, некоторые сомнения. Но, здраво рассудив, что пришелец может оказаться кем угодно, а светиться – опасно, решил перестраховаться.

Тем временем гость, сильно пошатываясь, двинулся к перрону, где его уже ждал я. Но он меня явно не замечал. Кое-как преодолев последний путь, пришелец упал на колени и застонал. А через миг поднял на меня светящиеся знакомым светом глаза. Память тут же резануло воспоминание видения о Вампире. Подозрения подтвердили когти, выскочившие из видоизменившихся ладоней.

Рука метнулась к рукояти меча, а в голове раздался голос Кирилла, отметающий последние сомнения:

- Шут, не знаю, что с ним не так, но никакого разума я не ощущаю. – Телепат явно сильно волновался.

Быстрый взмах, и лезвие распарывает воздух. Видимо, неловкость, вызванная странным способом перемещения, уже прошла. Мой следующий удар был встречен сталью. Меч, до того покоившийся в заспинных ножнах, порхал, пожалуй, даже быстрее моего. Однако отточенности в движениях Вампира не было.

Ещё одно столкновение клинков, я, довершая комбинацию, наношу рубящий сверху, а враг пускает мой удар по лезвию и добавляет усилия, заставляя меня развернулся, после чего внезапно бьёт возникшим во второй руке братом-близнецом первого оружия.

Меч, движимый нечеловечески сильной рукой, буквально разрубил меня пополам…

Нет, парень, не с Оракулом проворачивать такие штуки. Я не стал замедлять своё вращение, лишь опустил остриё оружия пониже, чтобы оно вонзилось в стыки тротуарной плитки, и с силой оттолкнулся ногами, перенося всю массу на руку, сжимающую рукоять.

Лезвие вражеской катаны пронеслось прямо подо мной, ощутимо ударив по клинку моего оружия. Это ускорило кульбит, который я вывернул, и позволило провести усиленный вращением удар прямо в воздухе.

Мышцы размялись, суставы разогрелись, теперь неловкость несмазанного механизма не ограничивала движения. К тому же, начавшие, наконец, безотказно работать способности позволяли рисковать. Ещё трижды я проворачивал опасные для жизни комбинации и трижды на волосок разминался с костлявой обладательницей косы.

Скорость движений постепенно росла. Стала понятна основная проблема оппонента. Будучи наделённым невероятной реакцией и нечеловеческой силой, он элементарно побрезговал занятиями. Очень сильная база так и остаётся базой без грамотных и постоянных тренировок.

К тому же, отсутствие какой бы то ни было школы фехтования делало Вампира невероятно предсказуемым. Все движения прямые и понятные. Вот ложный рубящий снизу, чтобы отвлечь и ударить другим мечом.

Тут, стоит отдать врагу должное, он смог меня удивить – я проигнорировал обман, но парень не стал останавливать движение левой руки. Меч, по достижении конечностью наивысшей точки, оказался выброшен куда-то в глубины зимнего неба. Пятерня же окуталась чёрными разрядами и направилась на меня.

Разрыв дистанции оказался ошибкой. Молния непонятного происхождения нагнала меня и просто аннигилировала. В считанные секунды тело лишилось всей жизни, заложенной в нём, и обратилось прахом…

Ну нет! Кисть не успела обрасти короной молний, когда я, максимально быстро провернув меч, отсёк её. Парень на долю секунды растерялся, за что тут же поплатился – быстрый шаг вперёд, и вот сердце недруга уже пронзено клинком, а остриё показывается из-под лопатки.

Дыхание Вампира сбилось, однако ненадолго. Я понял, что что-то не так, когда краем глаза различил движение оставшегося клинка. Решил ответить мне моим же приёмом? Обойдёшься! Одна рука разжимается и оставляет меч засевшим в груди, пропуская вражескую катану, начавшую вращение в точности копирующее выполненное мной, но другая тут же вновь хватается за рукоять.

- Отойди. – Товарищи не пожелал сидеть в машине больше, чем положено. Это упрощает задачу.

Резкий отшаг, завершённый кувырком назад без проблем позволил разорвать дистанцию. А клинок, вышедший из тела, на небольшой промежуток времени сбил врага с толку.

Спустя миг в своей удивительно незаметной манере подкрался Крепыш. Да, пожалуй, не стоит торопиться с тяжёлой артиллерией в лице Светлячка. Этот может случайно совсем уничтожить нашего гостя, попутно разнеся половину вокзала.

Гигант, не утруждая себя сложными замыслами, размахнулся и со всей дури саданул по врагу. Тот, однако, вновь смог меня удивить – выпустил меч из уцелевшей ладони и встретил атаку моего напарника, зажив его кулак в своей пятерне, кажущейся на таком фоне едва ли не детской.

Удар был силён, Вампир просел, плитка под его ногами заходила ходуном и потрескалась. Но на этом все эффекты закончились. Уже через миг парень оттолкнул Крепыша и, подняв меч, попытался отрубить его голову.

Теперь сюрприз ждал оппонента – сталь жалобно и протестующе взвизгнула, после чего лопнула металлическими брызгами.

Пора, пожалуй, снова вмешаться.

Я сделал шаг вперёд, намереваясь вступить в бой. Пришелец, крутясь как юла, бросил мне в лицо остатками одного своего оружия и выхватил из воздуха только-только вернувшееся после полёта второе. Но применять его не стал, сразу же спрятав в ножны.

Завершающим штрихом оказалась метаморфоза, прокатившееся по всему телу незнакомца.

Разрывая одежду в клочья, из-под кожи показались костяные щитки, плечи раздались вширь, ноги удлинились, пальцы обзавелись впечатляющей длинны когтями. Последним штрихом оказался такой же костяной как и щитки шлем, захлопнувшийся на лице Вампира.

Хотя, такой ли он вампир?

Я уже не был удивлён – после молний с ладоней, наплевательского отношения к пронзанию сердца и демонстрацией титанической силы, сложно впечатлить перевоплощениями.

Зато Крепыша самообладание подвело. Чем тут же воспользовался перевёртыш. Направив раскрытую ладонь на здоровяка, он мгновенно исторг сноп пламени, поглотивший фигуру моего напарника, и развернулся ко мне. На руке вновь начали зарождаться искорки тёмных разрядов, но опасности я не чувствовал, поэтому продолжил движение.

Напарник, похоже, даже не заметивший магии врага, отвесил тому знатную оплеуху, чем сбил готовящееся для меня заклинание.

В глазах гостя, сверкающих из щелей шлема, вспыхнула злость. Он быстро прыгнул в сторону, разрывая дистанцию и вновь собираясь ударить молнией. Только целился теперь не в меня. Похоже, неуязвимость здоровяка его порядком достала.

Что-то мне подсказывает, даже Крепыш не перенесёт такого удара.

Поэтому пришлось мысленно обратиться к Светлячку:

- Выручай.

Я ещё успел увидеть момент воспламенения напарника. Всего миг, и невысокий, ничем не примечательный мужчина вспыхивает едва ли не ярче Солнца. Волосы поднимаются вверх и колышутся от восходящих потоков воздуха, глаза загораются изнутри.

Десяток огоньков, выпорхнув из рук пирокинетика, занимает своё место у него за спиной. Один тут же срывается с «орбиты» и устремляется в Крепыша.

Огненный шар взорвался чуть правее ног гиганта, отправив того в недолгий полёт и уничтожив остатки его одежды. Молния же впустую высекла сноп искр из оплавленной плитки.

Следующий сгусток пламени уже летел в Вампира. Но тот опять выкинул фортель. Вокруг всей его фигуры едва заметно замерцала полусфера энергетического щита, из которой тут же вылетела пара концентрированных сгустков воды.

Впрочем, магия врага пропала во вспыхнувшей стене пламени. За заслонами напарника я разглядел готовящийся огненный шар. Тот рос в размерах, сровнявшись со спелым арбузом. Увы, ему было не суждено увидеть свет, поскольку в огневика уже полетела молния. Не чёрная, самая обыкновенная, но этого было более чем достаточно. Первый заряд разминулся с телом старшего товарища, благодаря ограничению видимости, созданному щитом, но за ним последовал второй, а дальше – третий. Последний достиг-таки цели.

Кирилл сразу поторопился обнадёжить меня.

- Я чувствую разум Светлячка, он просто без сознания.

Наблюдение не мешало передвижению, и мне наконец удалось оказаться за спиной Вампира, увлёкшегося магической дуэлью. Меч вспорхнул, обогнул выставленную в защите руку и впустую проскользил по костяным наростам, защищающим грудь.

В мою сторону тут же метнулась уже отросшая кисть левой, изрыгая знакомый сноп пламени. Но я просто отступил. Основная задача выполнена – оклемавшийся Крепыш вновь сократил дистанцию и прямо сходу съездил по костяному шлему перевёртыша. Впрочем, тот, преобразовавшись, перестал уступать здоровяку в размерах. Поэтому ущерб перенёс без особых проблем, более того, смог ответить – эффектно крутанувшись, нанёс восходящий удар в грудь громилы.

В этот момент ко мне пришло осознание истинной силы врага. Наш здоровяк, будто крошечный камушек, оторвался от земли и, перелетев через все пути, рухнул где-то за мощным бетонным забором.

Плохо дело. Остаётся единственный вариант. Надо достать до смотровой щели в шлеме твари и надеяться, что это поможет. Отступить теперь точно не получится. Главное – не дать ему воспользоваться магией. А с остальным разберёмся.

Вновь сократив дистанцию я коршуном налетел на оппонента, лишая его возможности свободно двигаться. Он успел только извлечь из ножен меч.

Драться было сложнее чем раньше – теперь, благодаря «броне» перевёртыш мог позволить себе наглость, да и рука, украшенная смертоносными когтями, оказалась хорошим подспорьем в битве. Порядком мешали шипы, венчающие колени и локти. Более того, его физическая сила возросла в разы. Поэтому мне приходилось забыть о парировании – только уклонения и скользящие уводы оружия.

Но с каждым мигом напряжённой схватки, упоение захватывало меня всё сильнее и сильнее. Сражаться на равных с тем, чьё тело – машина смерти… Это удовольствие сложно описать словами.

Вновь и вновь сквозь защиту проникали "пропущенные" удары. Тело умирало, испытывая мучительную боль, но через миг будто воскресало, позволяя изменить стратегию и продлить азарт боя ещё на мгновение.

В этот момент я чувствовать себя, ни больше, ни меньше - Богом. Организм работает словно был рождён именно для битвы.

Мы истоптали треть перрона и переместились на пути. Под ногами зашуршал гравий.

Каждая клеточка ощущает непонимание и злость, исходящие от Вампира.

Но в какой-то миг всё изменилось. Его движения начали ускоряться. Или это я стал медлить? Нет, дело точно не во мне. Мышцы пели, наполненные чувством едва ли не всемогущества. Усталость не имела ни шанса на успех. Однако бой перевернулся. Мои «смерти» заметно участились. Пришлось забыть про атаку в принципе. Вновь и вновь я получал смертельные ранения, вновь и вновь применял контрмеры ещё до того, как Вампир начинал удар.

Но этого уже недоставало. Очередной финт пришельца выводит мой меч вверх, пучок пальцев с конусом бритвенно-острых когтей движется к груди с неумолимостью Дамоклова Меча. Скорость врага слишком высока. Я вряд ли успею даже моргнуть за то время, что нужно его руке.

М-да, дерьмовый из тебя вышел Бог, Шут. Под стать имечку.

Ну что ж, я сделал всё, что мог. Спас столько жизней, сколько сумел.

Не так уж и страшна смерть, когда ты к ней готов. Когда нет незавершённых дел и людей, которым хотелось бы сказать последние слова. Ледяное спокойствие вновь целиком завладело сознанием, лишая сентиментальных мыслей и глупых надежд.

Выручила подножка. Вот что-то больно шарахает меня по пяткам, буквально выбивая землю из-под ног, затем рука ложиться на грудь, впечатывая в гравий тело. Голова, встретившаяся затылком с чем-то твёрдым, теряет связь с разумом.

***

- Вы уверены, что им ничто не угрожаем? – Ника волновалась. И за кретина Артёма, возомнившего себя спасителем мира, и за Светлячка, внезапно ставшего любовником. Воспоминание о той ночи заставило совесть вновь грызть душу. Нет, сейчас не до того.

- Девочка, если ты так переживаешь за своего ненаглядного Оракула, я могу тебе помочь.

Клео вынырнула не пойми откуда, чем вызвала волну раздражения. «Кошка» манипулировала доброй половиной команды прямо под носом у Игоря Аркадьевича. Но злило Нику не это. Проблема крылась в том, что перевёртыша окружал ореол уверенности и власти. Почти как главу их отдела. Пришлось сдерживаться и вежливо спрашивать:

- Как?

- Не обижайся, Кирюша, но ты пока слабоват для таких фокусов, так что, дай мне чуть-чуть тебе помочь.

С этими словами «кошка» нежно обхватила голову паренька. Тот дёрнулся, однако протестовать не стал. Секундой позже в сознании Ники появилась картинка.

- Это то, что видит Крепыш. – Прокомментировала Клео. Перед глазами мелькнула просто ужасающая тварь, тут же сменившаяся затяжным видом неба, в свою очередь уступившим темноте.

- Не потянут. – Игорь Аркадьевич был недоволен. – Вероника, мне нужен портал.

- Но я же плохо знаю эти места. Может выйти беда.

- Нам не до споров. – Тон начальника заставил Нику собраться. Раз он так говорил, значит, надо. Девушка максимально чётко вспомнила все изображения вокзала, какие видела. И плавно начала создавать врата. Не прошло и пяти секунд, как арка была готова.

- Думаете, стоит рисковать?

- Она права, давайте лучше я. – Это дал знать о себе Максим. Но Игорь Аркадьевич банально проигнорировал их обоих. Вместо внятного ответа он просто сунул голову в портал, повертел ей там и, показав Нике большой палец, нырнул целиком.

***

Сознание прояснилось почти мгновенно. Поэтому я поспешил откатиться подальше и вскочить на ноги. Но опасность мне уже не угрожала – в бой вступил Игорь Аркадьевич. Не представляю, как он здесь оказался, да оно, в общем-то, и не важно, поскольку начальник сейчас сражался с Вампиром на запредельных скоростях. Я едва успевал уследить за их движениями.

В руках бывшего Цезаря порхала японская нагината. Техника была несовершенна, это бросалось в глаза даже при таком мельтешении, но рефлексы и невероятная для такого телосложения сила с лихвой компенсировали сей мелкий недостаток.

Бодрый колющий заставил перевёртыша отступить, однако Игорь Аркадьевич не стал останавливать атаку – он выкинул клинок на длинном древке вперёд, перехватывая у самой пяты.

Разрыв дистанции помог гостю изменить положение меча так, чтобы всего одним движением сместить остриё нагинаты, вспыхнувшее в последний миг фиолетовым светом, левее.

Клинок начальника, вскользь пройдя по доспеху недруга, оставил на нём глубокую борозду и оказался зажат между торсом и рукой.

Решив воспользоваться неспособностью Игоря Аркадьевича вернуть себе оружие, Вампир попытался достать начальника катаной, но тот не стал проверять пределы своей реакции и просто отскочил.

Гость же явно не шутил, поэтому резким движением отбросил отобранное оружие и ринулся в бой. Серия ударов ничем не увенчалась – Игорь Аркадьевич вновь разорвал дистанцию, вероятно, изучая поведение врага. Тот не возражал, продолжая наступать как танк.

Однако начальник решил, что узнал достаточно. Он резко ускорился, пропав из поля зрения, и обнаружился уже прямо перед пришельцем. Его кулак налился фиолетовым и впечатался в грудь Вампира. Костяные пластины пошли трещинами, но это не заставило перевёртыша остановиться.

Полностью игнорируя риск своей смерти, он одновременно отсёк катаной правую руку бывшего Цезаря и пробил его грудь когтистой лапой.

Я растерялся. Не от поражения начальника, а от того, что не увидел его смерти. Это точно было не видение. Какого чёрта творится с моими способностями?

Все точки в положенных местах расставил сам бывший Цезарь. Секунду назад висевший мёртвым кулем на вытянутой руке пришельца, он вдруг саданул коленом, вспыхнувшим фиолетовым свечением, куда-то в область солнечного сплетения Вампира, заставив того согнуться. Оказавшись же на своих двоих Игорь Аркадьевич одним плавным движением извлёк из груди руку врага. Единственными свидетельствами "успехов" Вампира были повреждения рубашки - дыра чуть ниже верхних пуговиц, продублированная на спине, и отсутствующий рукав. А вот ран не было, отсутствовала и кровь.

Начальник, всё так же сжимая конечность оппонента, воспользовался ей как рычагом, бросил монстра через себя и, хорошенько впечатав в щебень, добавил кулаком целёхонькой правой руки в шлем. Кости треснули и брызнули во все стороны, обдав меня осколками.

Осталось добить мерзавца. Я, не задумываясь, вскочил, покрепче сжал не выпущенный даже при потере сознания меч и нацелился вонзить его в образовавшуюся прореху защиты.

- Да кро тры такрой?! – клыки, усеявшие пасть твари, явно мешали ему говорить, но общий посыл был вполне понятен.

Мой меч остановился – его прямо за лезвие схватил начальник. Кожа явно пострадала, но кровью клинок не окрасился.

- Не торопись, Шут. Кажется, наш друг созрел для беседы.

Часть 3 - Объединение. Глава 1 - Пламя Ереси

Часть 3

Объединение

"Жар лучше загребать чужими руками"

Пьяная речь высокопоставленного чиновника

Глава 1

Пламя Ереси

Костяная броня медленно, будто нехотя, втягивалась обратно в тело Вампира, оставляя нескромные прорехи в одежде. Глаза гостя излучали недоверие. Однако, протянутую для помощи Игорем Аркадьевичем руку монстр сжал в своей почти приобретшей нормальный вид конечности и поднялся.

- Давно не виделись, Ксафан. – Шеф широко улыбнулся, будто встретил старого друга.

- Он говорит, что рад встрече с Бессмертышем. – Вампир приобрёл растерянный вид.

- О, достойный носитель, которому ты уступил тело?

- Парнишка пока слишком силён. – Телепатически переданные мысли из головы Вампира звучали с совершенно другой интонацией. Безудержное веселье опьянённого хорошей резнёй маньяка – вот, что слышалось в этом голосе.

- Спасибо, Клео, - Игорь Аркадьевич козырнул в пустоту, выражая благодарность метаморфу за создание телепатической связи. А я про себя поставил галочку – бывшая любовница Цезаря обладала достаточной силой, чтобы транслировать мысли на приличном раcстоянии без усилителя. - Какими судьбами к нам? На Антасе закончились драки?

- Прошло слишком много времени, Бессмертыш, я теперь, считай, на службе у правительства.

- Не хочется прерывать вашу встречу, но у нас есть более важные дела. – Вклинился в диалог двух друзей главный в теле Вампира. – Меня зовут Рафаел Тарер, и я хочу знать, какого чёрта вы напали?

***

- А-ха-ха-ха, - смех под стать тону - Чикатило обзавидуется. – Он решил, что ты вампир. Ещё бы кроликом назвал. Нет, мальчик, ты спутал королевскую кобру с ужом. А светящимися глазами и набором когтей может похвастаться с два десятка знакомых мне существ.

Описание ситуации сильно повеселило демона Ксафана. Похоже, его веселило вообще всё.

- Я помогу вам с этим делом, сколько у нас времени? – Рафаел располагал к себе куда сильнее своего соседа по голове. Типажом внешности парень был схож со мной: чуть выше среднего, тёмные волосы и глаза. Где-то в глубине радужки просматривались следы застарелой, принятой и пережитой боли. С ним явно что-то случилось. Что-то, что его надломило. Но в отличие от меня он предпочёл это переварить и забыть, а не отгораживаться. Оттого сейчас, осознав, что вокруг, может, не друзья, но уж точно не враги, перевёртыш улыбнулся и предложил помощь.

- Сутки.

Оценить временные рамки Тарер не успел, откуда-то из-за вокзала в его сторону полетела отборная ругань.

- Светлячок пришёл в себя. – Констатировал Игорь Аркадьевич.

- Сучонок рогатый, я же от тебя только тень оставлю, как в Хиросиме. – Старший товарищ был не в духе.

- Пора учиться проигрывать, ты уже не подросток. – Сказанные обычным тоном слова шефа заставили каждого из присутствующих ощутить марш легионов мурашек на коже.

- Понял, принял. – Невесело отозвался Светлячок.

- Выдвигаемся сейчас? – осведомился Перевёртыш.

- Можем спугнуть. Лучше действовать незадолго до видения.

- А вдруг эта тварь ещё кого-нибудь сожрёт? – возразил Рафаел. Но я настоял:

- Если он уйдёт, одной жертвой дело может не ограничиться.

Тарер задумался на минуту, что-то для себя решая. Затем кивнул.

- Тогда мне надо увидеться с мамой, поможете? – я потерял интерес к разговору и занялся обдумыванием плана на завтрашний вечер, но был возвращён в реальность голосом Игоря Аркадьевича:

- Кирилл поможет с поиском информации, а Шут проследит, чтобы твой кровожадный друг ничего не натворил.

- Бессмертыш, с каких пор ты стал таким скучным? Помнится, в мой прошлый визит на Землю мы знатно покуролесили, изведя под корень парочку городишек.

- Прошло слишком много времени… - вернул шеф фразу маньяку.

***

- У тебя очень интересная аура. Верхний слой совершенно прозрачный. На Антасе это говорило бы о том, что ты способен перенимать способности других. – Рафаелу было скучно ехать молча, поэтому он старался завязать со мной диалог.

- А на Земле это говорит о том, что я вижу кучу смертей, в том числе и своих. – Тон был совершенно безразличным.

- Так вот, как ты успевал отбивать мои удары! Я о нём ещё даже не подумал, а ты уже защищаешься. Видения приходят с болью или ты просто наблюдаешь за всем со стороны? – Маг не собирался униматься.

- Когда как. Свои смерти я всегда ощущаю полностью.

- А я в придачу к Ксафану получил и сильно завышенный болевой порог.

- Наши способности из разных миров. – Что-то шевельнулось внутри. Неужели зависть?

- Да, магия, которой вы пользуетесь работает совершенно иначе. Вы почти не прибегаете к энергии из внутренних источников. Видимо, поэтому они у вас так плохо развиты. Хотя твой начальник… Игорь Аркадьевич? Вполне себе неплохо владеет навыками усиления ударов. А ещё эта регенерация. Она даже быстрее моей. До сих пор в глазах стоит, как я рублю его руку, рукав разрезается, а кожа как будто просто расступается, пропуская меч, – настолько быстро срастается обратно.

- Так значит, ты самый настоящий маг? – от такой словоохотливости не было спасения, так что, хотя бы узнаю, с кем имею дело.

- По мере сил. Хотя большую часть заклинаний я освоил через пару сеансов гипноза.

- И мечами владеть научился без практики?

- Нет. База была ещё в обычной, немагической жизни. Тогда я тренировался самостоятельно, во дворе. А потом – здравствуй одержимость. Со своими, надо заметить, плюсами. Сильно улучшилась реакция. Про силу даже говорить не буду.

- Вот такая вот разница, - вступил в диалог до того молча крутивший баранку Макс. – Кто-то потеет, выкладываясь на тренировках, а кого-то просто натянул демон.

Неприкрытую насмешку во фразе берсерка расслышал не только я.

- Ну и что же умеешь ты? Быстро жать на педаль? - агрессии в голосе Рафаела не было, скорее, готовность показать, что навыки - честно натренированные или полученные на халяву - применять он умеет. – А аура-то какая красная, может, ты просто злой помидор?

- Нет-нет, что ты, я всего лишь всех убиваю. Вот такая скромная способность.

- Меня, дружище, убить сложновато. Поверь, пытались многие и куда более грозные.

- А чтобы убить не надо быть грозным, надо…

- Хватит, – вмешался я. – Мы уже приехали. Рафаел, у тебя времени до двенадцати часов дня, потом подберём тебя здесь же.

- Без проблем, - улыбнулся Маг. – До завтра.

Как только метаморф закрыл дверь, Макс вдавил педаль, лихо трогаясь с места.

- Халявщик, - в голосе подчинённого не слышалось обиды, скорее азарт. Он получил вызов и был готов его принять.

- Кто бы говорил. Твои силы точно так же дают тебе боевые навыки, которым ты никогда не обучался.

- Справедливо, - Максим широко улыбнулся. – Но я стараюсь их отточить и довести до совершенства. Ну или хотя бы начать себя контролировать. – Последняя часть фразы была сказана уже не так весело.

***

Несмотря на поздний вечер, Такаги-сан медитировал в зале.

- Ты пришёл с вопросом, ученик? – он сидел ко мне спиной, но это не помешало ему прочесть все мои намерения.

- Да, учитель. Я множество раз слышал от Светлячка о навыке применения внутренней энергии, о способности к чтению ауры. А сегодня встретил того, кто владеет этими навыками в совершенстве. И из его слов понял, что подобные умения могут сильно упростить мне жизнь и понимание ситуации в бою.

- Да, изменение токов энергии в ауре противника вполне могут подсказать тебе, как с ним бороться. Но я не сообщу ничего нового. Вспомни наши первые занятия. Тогда ты пытался сосредоточится и почувствовать воздух вокруг себя. Это была моя ошибка.

- Вы увидели прозрачный слой ауры, – мне вспомнились слова Рафаела. - И решили, что я наделён властью над ветром?

- Именно так. Но оказался неправ. Единственное, что я могу добавить к той тренировке – расширь спектр восприятия, забудь о воздухе, старайся уловить движение частиц, токи энергий.

- Спасибо, учитель. – Я прикрыл за собой дверь, оставив так и не обернувшегося мастера в одиночестве.

Комната встретила меня знакомым мраком. Остаётся только начать практиковаться.

Заняв привычное место на тумбочке, я глубоко вздохнул и приступил к непривычному занятию. Во время медитации разум уходил глубоко внутрь. Это позволяло разобраться в себе, успокоить сознание и тело, ощутить движение каждой мышцы в организме. Сейчас же мне предстояло совершенно противоположное – концентрация на окружающем мире. На пыли, неторопливо парящей в воздухе, на теплоте не покрытой лаком древесины под скрещенными ногами, на шорохах в земле за стеной. На едва слышных вздохах из комнаты Светлячка.

Последняя мысль выбила меня из колеи, заставив дыхание участится.

Не было никаких сомнений в персоне гостьи старшего товарища. Но новая, совсем недавно выкованная броня держалась. Однако рисковать я не решился и вернулся к привычной медитации, в которой и провёл всю ночь, попутно размышляя о своей слабости и поисках путей её устранения.

***

Такаги-сан, будто и не уходил, сидел на том же месте. Но спокойствие оказалось обманчивым. Стоило мне закрыть дверь, как моя грудная клетка взорвалась ворохом кровавых брызг и осколков костей…

Захлопнув вход ногой, решительно встретил сконцентрированный поток ледяного ветра катаной, однако тот, будто этого и добиваясь, разделился на две спирали туго закрученного воздуха, лишив меня обеих рук…

Я оставил в покое проклятые створки и рывком ушёл в сторону. Перекат помог погасить инерцию и вскочить в ожидании новой атаки, но её не последовало.

- Мастер, Вы сегодня необычайно кровожадны. – Взгляд упал на изломанные, вывернутые из петель мощные дубовые двери.

- Ты, я вижу, настроен решительно, ученик. И снова припас вопрос.

- Поражаюсь вашей проницательности. Учитель, мне не даёт покоя мысль. Вчера я видел свою смерть, она была неизбежна и окончательна, но Игорь Аркадьевич спас меня. Однако его вмешательства предвидеть не удалось. Так же как ваше не предсказанное мной поведение не дало Максиму прикончить меня на тренировке.

- А у тебя нет идей? – Такаги-сан, который не сменил позу даже для нападения на меня, был удивлён.

- Есть, но они не могут объяснить всех нюансов. Скорее всего, уровень вашей силы слишком велик для той степени развитости дара, которой я обладаю. Но почему же я могу предвидеть свою смерть от ваших рук?

- Энергия, подвластная мне, способна влиять на судьбы просто находящихся рядом людей. Именно поэтому недостаточно исследованные способности Оракула не в состоянии оценить её влияние на многие аспекты путей жизни, в этом ты прав. Но твоя гибель – слишком мощный катализатор, способный усилить дар на порядок.

- Благодарю, Учитель. Спарринг?

- Не сегодня. Начинай разминочный комплекс, а затем поработай над растяжкой. Минуту назад тебе едва хватило гибкости для уклонения.

Последовав совету учителя, я не преминул внести свои коррективы. Разогрев мышц и суставов сегодня шёл рука об руку с попытками охватить своим вниманием всю комнату, проникнутся движением токов воздуха, едва уловимым дыханием Такаги-сана и начавшимся утренним шевелением в соседних комнатах. Похоже, коллег не сильно заинтересовал грохот уничтоженной двери.

Первым компанию мне составить решил Макс он заглянул в образовавшуюся на месте прохода дыру, опасливо потрогал кусок створки, держащийся на честном слове и резко отдёрнул руку, когда огрызок дерева, забыв про это самое слово, громогласно низвергся на пол.

- Доброе утро, Мастер. Если вам так не нравилась дверь, могли бы попросить Крепыша её аккуратно демонтировать. – Настроение у берсерка было прекрасным. Вчерашняя дискуссия с Рафаелом дала ему стимул к занятиям, и сегодня он был настроен решительно.

- Ты слишком весел с утра, думаю, стоит усложнить твою тренировку. – Несмотря на строгие слова, Такаги-сан улыбался.

- С радостью!

Следом за берсерком в зал вошёл Светлячок.

- Такаги-сан, не возражаете, если я сегодня помедитирую вместе с вами?

Похоже, иномирец спровоцировал целую волну тренировочного рвения. Фактически, он в одиночку растоптал всё наше отделение. Если бы не вмешательство Игоря Аркадьевича, думаю, сегодня тут было бы пусто. Разве что Мастер всё так же сидел бы в позе лотоса, думая о непутёвости своих учеников.

Светлячок, приняв молчание учителя за согласие, уселся напротив того и глубоко задышал.

Последней на тренировку проскользнула Ника. Вновь робея она на секунду потерялась, не зная, стоит ли привлекать к себе внимание.

- Похоже, ты единственная не впечатлилась новым знакомым. – Заключил Такаги-сан.

- Это потому, что он ничего ей не надрал. – Максим воспользовался шансом вставить шпильку.

- Ты, вообще-то, тоже не сверкал доспехами в первых рядах. Сидел себе и молчал в тряпочку. - Девушка не осталась в долгу.

Учитель почему-то не спешил вмешиваться в зреющий конфликт, поэтому это пришлось сделать мне.

- Лучше направьте энергию, которую тратите на собаченье, в полезное русло. Помогите друг другу в улучшении растяжки.

Недовольно засопев, парочка моих подопечных принялась за тренировки.

Воздух вокруг Такаги-сана пошёл мелкой рябью. Вторя ему, едва заметно начали мерцать из-под век глаза Светлячка. Похоже, продуктивностью занятий не могу похвастаться лишь я.

***

- Костёл как костёл. Никто не кричал. Службы сегодня нет. Пара человек заглянула, все вышли обратно. – Крепыш, ничуть вчера не пострадавший, с самого утра наблюдал за обиталищем монстра.

- Ну а что, он должен каждого встречного жрать что ли? – Рафаел явно был недоволен, хотя и старался это скрыть. Думаю, он далеко не всё успел обсудить с матерью.

- Тоже верно. – Добродушный Крепыш, похоже, злился на мага за вчерашнее ничуть не больше чем на меня за испорченный когда-то свитер.

- Так может, стоит сходить на разведку? – предложил Тарер.

- Стоит. Есть католики-добровольцы?

- А зачем католики?

- Чтобы не вызывать подозрений. – Пояснил я.

- Я могу пойти. – Вызвался Крепыш, но был расстроен берсерком.

- Посиди, здоровяк, ты последний в списке не подозрительных людей. Я пойду. – Макс был рад шансу заняться делом.

- Хорошо, дуй в офис и вызови себе машину понеприметнее.

***

Макс довольно потёр руки. Быстрое перемещение порталом из тонированного микроавтобуса, припаркованного недалеко от костёла, в офис; короткая поездка на лифте, и вот Степаныч, у которого, кажется, не бывает выходных, связывается с кем-то для вызова машины.

К отделению подкатил заурядный серый седан, каких ездит половина города. Неопытный автолюбитель даже марку может не определить. Превосходно. Отпустив водителя, бывший богач уселся на неудобное сидение, немного недовольно поворчал, но быстро вернул себе улыбку. Из головы не шла совершенная монструозность Рафаела Тарера. Перефразируя современную классику кино: демон, маг, филантроп. И быстр, и силён, и молнии из рук пускает. Настолько опасен, что для его успокоения пришлось вмешаться самому Игорю Аркадьевичу. Шеф, справедливости ради, даже не вспотел, разделывая наглеца под орех. Потом, правда, пожал руку и объявил старым знакомым, но это уже другая история.

И вот этот чудо-человек – хотя человек ли? – практически в открытую бросил ему, Максу, вызов. Берсерк осознавал, что пока не тянет на стоящего соперника для такого «бриллианта», тем сильнее стимул тренироваться! А какая тренировка может быть лучше, чем вылазка в логово врага? Кто-то, возможно, предположит, что любая, но Максим с этим кем-то был решительно не согласен.

Загадочный монстр, способный практически голыми руками вырвать сердце из груди, будоражил кровь и обещал стать интересным приключением.

Машина, несмотря на дешевизну, была практически новой, поэтому поездка не вызвала особого дискомфорта. Мягко прошуршав шинами в ранних зимних сумерках, транспортное средство запарковалось в паре метров от входа в костёл.

Вспомнив свои походы в воскресную школу и внутренне поёжившись, Максим постарался придать себе кроткий вид и зашагал к двери.

Просторное помещение, освещённое стилизованными под свечи люстрами, встретило гостя гулким эхом, теряющимся меж многочисленных рядов лавок. Берсерк выбрал себе место где-то в середине, взял лежащую на специальной полочке библию, открыл её на случайной странице и сделал вид, что углубился в чтение, проводя взглядом по пустому залу в надежде обнаружить что-нибудь интересное.

- Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие мое…

Стараясь не показывать испуг, Максим обернулся к пустовавшей секунду назад скамейке. Теперь на ней восседал высокий тощий тип в сутане, болтающейся на нём как на вешалке.

- Прошу прощения? – всё же выдавил из себя берсерк, пытаясь вырваться из плена гипнотизирующих ярко-зелёных глаз.

- Пятидесятый псалом, ты его читаешь. – Голос вкрадчивый, обволакивающий.

- А, да, вы правы. – Уже чуть увереннее.

- Ты чувствуешь вину за грех, сын мой?

- Все мы грешили, отче. И вину чувствуют все. Но не каждый себе в этом признаётся. – Это он. Тот самый монстр. Цель их сегодняшней охоты. Азарт забурлил в крови, вытесняя боязнь.

- Ты желаешь исповедоваться, дитя? – в улыбке священника на долю секунды промелькнули слегка удлинённые клыки.

- За то, что он возлюбил Меня, избавлю его; защищу его, потому что он познал имя Мое.

- Псалом девяностый, стих четырнадцатый, - одобрил священник познания бывшего богача.

- Мне пора, отче. Я спешу. Но мы ещё увидимся. – Макс встал с лавки.

- Ты погубишь говорящих ложь… - Берсерк понял – священник знает зачем он пришёл. Знает и совершенно не боится. Напрасно они перестраховывались, опасаясь спугнуть тварь, она сама жаждет устроить охоту на охотников.

- …Кровожадного и коварного гнушается Господь. – Максим продолжил стих, начатый монстром. А тот, довольный, что его игру поддержали, радостно оскаблился, совершенно не скрывая пасть полную клыков. Одним неуловимым движением он перетёк в стоячее положение и, хитро провернув кисти с плотно прижатыми друг к другу пальцами, попытался вонзить острые когти в грудь берсерка.

- Нужна помощь. – Макс успел передать мысль за секунду до того, как сознание поглотил боевой транс.

***

- Так значит, если Макс подаёт сигнал, мы врывается и всех убиваем? - осведомился маг.

- Да. - Лаконично ответил я.

- Скажи, Шут, а тебе уже доводилось убивать? - не унимался Рафаел.

- К несчастью, да.

- А почему к несчастью?

- Ты, что же, убиваешь с радостью?

- Нет. Конечно, нет! Но и мук особых по этому поводу не испытываю. Большая часть убитых мной пыталась прикончить меня, так что, было бы странно, сожалей я о содеянном. Да и, если подумать, они все были так себе людьми и нелюдьми, мир вряд ли что-то потерял от их смерти. - Беззаботно пожал плечами перевёртыш.

- Интересная точка зрения, хотя я с ней и не согласен. Каждая жизнь ценна.

- И что же, ты сокрушаешься по каждому трупу?

Я, втянутый в беседу, был готов ответить, что все мои переживания, включая и эти, находятся под надёжным замком. Но в эфир ворвался Макс.

- Нужна помощь. - Как-то рвано просигнализировал берсерк и перестал отвечать.

Мы не стали медлить. И я, и Рафаел покинули машину в считанные секунды. Пока добежали до костёла успели произвести подготовку. На моём лице уже была маска, а в руке - меч. Тарер же окутался какой-то чёрной дымкой, сквозь которую едва просматривалось его тело, и ломанулся в дверь, играя роль живого танка.

Нас встретила разруха. За десяток секунд скоротечного боя Макс и его оппонент умудрились перевернуть половину лавок.

Берсерк крутился волчком, успевая уклоняться от звериных ударов врага и наносить ответные. Те, правда, не отличались особой эффективностью.

Появление новых действующих лиц заставило монстра сменить планы. Оскалившись во всю свою клыкастую пасть, он резко метнулся в сторону пресвитерия и хоров. Всё сильнее сгущающаяся вокруг тела Рафаела дымка резко развеялась. Видимо, ему она тоже мешала видеть, а это чревато кучей неприятностей, когда ты собираешься преследовать быстрого врага по заваленной обломками скамеек церкви. Тарер одним резким движением размылся в воздухе по направлению движения священника. Тут, правда, мага ждал сюрприз в виде Макса, вошедшего в режим боевого безумия.

Нисколько не смущаясь высокой скорости перемещения нового противника, Берсерк выхватил его за руку и, используя ускорение, хитро извернулся, ломая Перевёртышу сразу две кости. Тарер вскрикнул - скорее от неожиданности, чем от боли - вырвал свою израненную конечность и хрустнул ей, вставляя суставы на место. Остальное сделала регенерация.

Этих секунд хватило Максу, чтобы вновь броситься в наступление. Комбинация невероятно быстрых движений окончилась ещё парой переломов для Рафаела и слегка подрагивающим ребром ладони берсерка у самого кадыка перевёртыша.

Что ж, тренировки дают первые успехи. Макс смог сдержать потенциально смертельный удар.

Но времени радоваться успехам подчинённого у меня не было. Поэтому я помчался по следам скрывшегося монстра в одеянии священника.

- Не навреди ему, - телепатически обратился я к Тареру.

- Постараюсь, - пришёл натужный ответ.

Лестницы хоров вывели меня на второй этаж, где вальяжно расселась моя цель. Будто и не было безумного бега минуту назад.

- Кто ты такой? - я решил потянуть немного времени, чтобы получше осмотреться.

- ...Имя мне - Легион, ибо нас много. - Упиваясь моментом продекламировал мне священник.

- Что? - я всё ещё пристально обследовал взглядом помещение в поисках опасности и нашёл её. Едва уловимое движение в одном углу зала, затем в другом и третьем. Из-за каждого предмета мебели выползало по существу.

- Неуч. Твой напарник был куда более интересным собеседником, пока не съехал с катушек.

В этот момент непонятные изломанные создания бросились на меня все разом. Кривые дрожащие руки тянулись, стараясь добраться страшными когтями. Но движения их были слишком медленными и неловкими.

Я отрубил пару ближайших конечностей, что нисколько не смутило их обладателей. Тени продолжали тянуться ко мне, и их количество всё увеличивалось.

Священник любовался устроенным им бедламом и широко улыбаться.

У лестницы послышался топот. Запыхавшийся Рафаел с на ходу затягивающимися синяками и ссадинами, сразу осознал серьёзность ситуации и поспешил обрушить на несчастных существ снопы пламени.

- Нет! Мои детки! - монстр вскочил и бросился ко мне, одним прыжком преодолев разделяющее нас расстояние. На лету он изнутри распотрошил сутану прорезавшимися кожистыми крыльями. Черти лица заострили ещё сильнее, у самого верха лба наметились едва заметные рога, а костяшки пальцев увенчались острыми шипами.

Я поднырнул под первый удар, оказался за внезапно ставшей широкой спиной монстра и наотмашь рубанул поперёк позвоночника. Схватка с Тарером отучила от колющих ударов по неизвестному врагу. Кожа монстра будто лопнула, оросив меня фонтаном крови, а следом затрещало отрубаемое крыло. Оно поддалось неожиданно легко и заставило чудовище взвыть. Священник попытался достать меня резким разворотом, но его руки не были защищены костяной бронёй, поэтому правая кисть с половиной предплечья последовала за крылом.

Рафаел тем временем продолжал поливать страшных созданий огнём из ладоней. Магическое пламя пожирало творения неизвестного монстра одно за другим, попутно начав заражать собой и мебель.

Священник ещё раз зло оскалился и бросился к широкому витражному окну, но я успел подрубить его ногу и вынудил рухнуть на пол. Внезапно между нами возник десяток его творений, они не пытались нападать, просто перекрыли мне путь, а в следующую секунду вспыхнули, будто спички.

- Рафаел, аккуратнее!

- Это не я, огонь будто кто-то нагнетает. Уходим!

Я бросил быстрый взгляд не стену пламени, покрывшую всё пространство от меня до окна.

- Он не сможет там выжить! - перекрикивая рёв пламени, заверил правильно понявший мою нерешительность маг.

Я кивнул и поспешил следом за Тарером вниз по лестнице. В центральном нефе на чудом сохранившейся лавочке был усажен Максим, лишённый сознания. Перевёртыш подхватил его спеша покинуть костёл быстрее, чем пламя захватит здание полностью.

На улице нас встретил Крепыш. Здоровяк отправился отдыхать тем же порталом, что и Макс. Но поспешил нам на помощь, когда началась заварушка, правда, опоздал.

Огненные языки с удивительной скоростью поглощали осквернённую церковь, будто стремясь выжечь ересь, поселившуюся в самом сердце Дома Господня.

***

- Мир слишком велик. Даже бессмертному не дано всё изведать. Мне никогда не доводилось встречать таких созданий. - Игорь Аркадьевич задумчиво перекатывал во рту леденец.

- Возможно, ещё придётся.

- Думаешь, он выжил? - начальник оживился.

- Не знаю, Игорь Аркадьевич. Слишком разнообразны и непонятны были его способности.

- А я в этом сомневаюсь, - вставил свои пять копеек Тарер. - Аура абсолютно чёрная, никакого родства с огнём. К тому же, пламя съедало её прямо на глазах.

- Возможно. Всё возможно, так что, придётся это учитывать в будущем. Рафаел, когда ты собираешься обратно на Антас? - Игорь Аркадьевич что-то обдумывал, но разговор вёл внятно.

- Сегодня. Заберу маму и подам сигнал.

- Хорошо, мы тебя проводим. Поднимись и попроси вызвать машину, у меня ещё есть пара вопросов к Шуту.

- Не задерживайтесь. - Напутствовал маг и удалился.

- Считаешь, стоит отдать ему хопеш? - в лоб спросил бывший Цезарь.

- Не вижу причин этого не делать. Он помог нам. К тому же, именно мы оставили его без одного из мечей. Замена вполне может пригодится. - Я пожал плечами. По большому счёту, мне было плевать. Для меня использование такого необычного оружия не представлялось возможным - слишком непривычная форма, слишком большая масса, слишком смещённый центр тяжести. Слишком много слишком. Та же история с Максом. Он отлично умел применять большинство привычных бытовых предметов в бою, поскольку его предки пользовались ими десятки поколений. А вот хопеш - этот серп, насаженный на огрызок меча, - пришёлся не по руке берсерку. Остаётся только Игорь Аркадьевич, но шеф вполне неплохо справлялся нагинатой. К тому же, он давно знал о существовании необычной придумки японского мастера и не спешил заполучить, значит, не нуждается в ней.

- В хопеше сокрыта великая сила. Однако даже я не знаю, какая, потому, что мне она не доступна. На кого рассчитывал Уракато - большой вопрос, но точно не на меня. Возможно, Рафаел сможет раскрыть его потенциал.

- К слову о потенциале, надо бы что-нибудь придумать для Максима. Его навыки убийства подходят для людей, а они попадаются в нашей работе редко. - Я извлёк из памяти одну пометочку и сделал другую: что-то шеф перебарщивает с демонстрацией своей неосведомлённости - и про монстра не слыхал, и для чего выкован клинок не знает.

- Ну так обратись к нашему Творцу. Помозгуйте вместе, может до чего-нибудь дойдёте, но я бы не стал на это рассчитывать, артефактор из него пока аховый. - Игорь Аркадьевич вновь представил мне свой способ обучения: "решай свои проблемы сам". Но я настоял:

- А в запасниках у нас ничего интересного нет?

- Есть, и даже очень много. Но большая часть - одноразовые безделушки. - Пожал плечами начальник.

- Я понял. Значит, сейчас едем провожать нашего иномирца?

- Думаю, стоит пересмотреть ситуацию в твоём видении. Хопеш отдавать будешь ты. - Явно что-то задумавший шеф вновь принялся перекатывать во рту конфету. Мне же оставалось только пожать плечами и успокоить себя привычной уже мантрой: надумает - сам расскажет.

***

Максим навязался на проводы. Он сейчас испытывал смешанные чувства. С одной стороны его вчерашняя драка показала, что он, пусть и прилагая титанические усилия, способен придержать смертельные удары; с другой, Тарер всё равно справился с ним, не прибегая к магии и почти не используя свою сверхчеловеческую силу. Да, пострадал сильнее, чем черепаха от Бога, но с его скоростью регенерации, когда переломы вправляются и зарастают быстрее, чем появляются новые, такое поведение вполне себе позволительно.

И всё же, маг, видимо, проникся некоторым уважением к берсерку, поскольку больше шуток не отпускал. Их соперничество перешло в более зрелую стадию товарищеского соревнования. Именно поэтому Макс решил проводить перевёртыша обратно в его мир, пообещав себе увеличить количество тренировок.

Как оказалось, не такой уж он и иномирец. Большую часть жизни провёл в тихом городке на Земле. Но что-то случилось. Что-то, что отправило тогда ещё просто человека на Антас, с которого родом его родители. Куда делся отец, Макс так и не понял, а вот мать осталась жить здесь и была очень рада появлению сына. Как и пёс - обычная дворняга с хвостом-бубликом выражала непередаваемую радость при виде вернувшегося хозяина.

Закончив сборы, всё семейство вышло на улицу, усыпанную свежевыпавшим снегом. Маг будто что-то сплёл у себя в руках, дождался, пока крошечная голубая искорка разрастётся до размеров теннисного мяча, и сжал кулак. Послышался тихий хлопок, словно едва уловимые раскаты далёкого грома.

- Ну что ж, пора прощаться, друзья. - Рафаел широко улыбнулся. - Думаю, ещё увидимся, хотя это и будет нелегко.

- Всё возможно, - пожал плечами вернувший свою невозмутимость Шут. По нему не было видно, чтобы он расстраивался от прощания с новым знакомым. - У нас для тебя кое-что есть. Из-за моей ошибки ты лишился оружия, так что, вот тебе замена. - С этими словами начальник жестом фокусника снял с плеча чехол и расстегнул его. На свет показался хопеш - странный меч, добытый Шутом и Никой из какого-то музея. Макс пробовал работать с этим оружием, но испытывал дискомфорт даже через пелену боевого транса. Причём дискомфорт этот был настолько сильный, что тело предпочло метнуть железяку и пользоваться дальше кулаками.

- Ух ты, - искренне восхитился маг, видевший, похоже, куда больше берсерка. Он протянул руку и извлёк хопеш из чехла. Стилизованный глаз на гарде тут же отреагировал на прикосновение - засветился тревожным красным светом, шевельнулся, направляя зрачок на нового владельца, и моргнул.

Такой поворот не пробил разве что холодную невозмутимость Шута да спокойную уверенность Игоря Аркадьевича. Интересности события добавило треснувшее за спиной Тарера пространство. Материя буквально лопнула с влажным хлюпом, и из пролома полился яркий радужный свет. Портал совершенно не походил на те, что создавала Ника, никаких круглых форм - просто неровный разлом.

- Мне сложно выразить признательность. И у нас, увы, нет времени на это. - Выдавил ещё не пришедший в себя маг. - Спасибо! За всё! - он постарался перекричать шум межреальности и, не теряя больше времени, подтолкнул к порталу мать. Следом потянулся всё понимающий, но сильно робеющий и оттого прижимающий к животу хвост, пёс. Последним в начавшую сужаться трещину отправился перевёртыш, поспешно закинувший хопеш обратно в чехол. Он едва успел, трещина резко сжалась, откусив не сумевшую переместиться полу рубашки.

- Ну что, на тренировку? - демонстративно весело поинтересовался Максим, стараясь перенять невозмутимость старших товарищей.

Глава 2 - Путь

- Совершенно исключено! – безапелляционно припечатал Творец.

- Но почему? – Макс не собирался сдаваться.

- Да потому, что каждый такой предмет совершенно уникален, имеет свой особый источник силы и станет по-разному работать даже у двух близнецов. – Белый Маг Изориэль был совершенно непреклонен.

- Ну ты же как-то сделал те перчатки для грибника? – предпринял очередную попытку берсерк.

- Перчатки питались в огне ненависти и должны были едва-едва прихватывать сухие ветки, но, ты сам знаешь, результат превзошёл все, даже самые смелые, ожидания. Этот… как его? Степан? Был поехавшим на мести и ненавидел буквально каждого из окружающих. Как итог: мгновенное воспламенение человека от малейшего прикосновения. Если, конечно, верить нашему почтенному Шуту, - кивок в мою сторону. – И ты хочешь, чтобы я наделил таким оружием тебя? Бешенного, не способного себя контролировать берсерка?!

- Да это же для твоей же защиты! – возмутился задетый за живое Максим.

- Даже если так! Мне нечем запитать эти перчатки. Ты никого не ненавидишь достаточно сильно. Хочешь, чтобы я неделю провозился над артефактом, который будет способен подогреть тебе суп?

- А как же защита на твоём люке? Она могла заморозить руку по локоть! – бывший богач не унимался.

- Потому, что я завязал её на вымораживающий страх быть пойманным за настоящей магией! А всё, бьющее током, имеет один заряд и создаётся на эмоции резкого испуга!

Видимо, представив себе картину Изориэля, «готовящегося» к наделению силой артефакта посредством просмотра какого-нибудь дешёвого ужастика со скримерами, Макс хихикнул и собирался продолжить спор, но вмешался я:

- Заканчивайте базар. Иван, подумай, как увязать его ветреность и любовь к адреналину во что-нибудь толковое. А мы пока попробуем подобрать подходящее вместилище.

Кивнув Творцу на прощание, наш тандем покинул его обиталище. Артефактор очень редко выбирался за пределы своей комнаты, сутки напролёт просиживая над какими-то чертежами. И сегодня он был сильно недоволен нашим визитом, отвлёкшим его от важного занятия. Я успел разглядеть лишь какие-то наброски, похожие на руку, прежде, чем Иван всё спрятал.

У самых дверей дорогу мне преградил Крепыш.

- Шут, Игорь Аркадьевич просил вас зайти к нему.

- Сделаем. – Я не стал оттягивать визит к начальству и сразу заглянул в кабинет, привычно постучав для обозначения своего присутствия. Вопреки обыкновению, шеф ничего не ел, более того, впервые на моей памяти держал в руках телефон.

- Да, Архитектор нужен прямо сегодня. Хорошо, жду. – И положил трубку, а затем добавил уже мне: - Заходи. Есть для тебя задание. – С этими словами он расстелил на столе карту. – Мне удалось найти одного старого товарищи. Поедешь вот сюда. Там сейчас проводится фестиваль ролевиков, найдёшь Влада, познакомишься с ним, оценишь психологическое состояние. Сочтёшь удовлетворительным – привезёшь к нам.

- Понял, ценные указания будут?

- Будут: попытайся выжить. – Шеф не изменил своей традиции. Я же только хмыкнул в ответ и покинул кабинет – брифинг завершился.

Что ж, если Игорь Аркадьевич решил меня предупредить, значит, стоит отнестись серьёзно и выгулять свою бравую парочку подчинённых. Безотказный Макс выразил одобрение по поводу длительной поездки и умчался вызывать транспорт «поскоростнее». Обрадовалась и Ника, правда, старательно прятать взгляд не перестала.

Машина резала мой глаз острыми спортивными формами, зато берсерк весь светился от восторга.

- Давненько не доводилось водить ничего быстрого, - пояснил он свои эмоции.

Сидение с подогревом и кожаной отделкой оказалось весьма мягким, что, опять же, вызвала у меня дискомфорт. Похоже, эта поездка запомнится надолго.

Макс со старта втопил педаль газа едва ли не до пола. А на возмущённый писк Ники, вжатой в сидения инерцией, ответил успокаивающе:

- С нами Оракул, если будет хоть малейший шанс откинуть копыта – он нас предупредит, так ведь, шеф?

Но я проигнорировал эту попытку втянуть меня в мелкую междоусобицу подчинённых, прикрыл глаза и вернулся к тренировке восприятия.

***

Вероника совершенно запуталась. Жизнь сделала резкий кувырок, не предупредив девушку, отчего та со всего размаху ударилась обо что-то головой и теперь усиленно старалась прийти в себя.

А ведь как всё было хорошо? Первая любовь, понимание родной бабушки, неплохое домашнее образование, целая жизнь впереди. И что в итоге? Всё пошло кувырком.

Смерть Мудрова коснулась каждого приближённого к нему. А образ спокойного Артёма, залитого кровью и не обращающего на это внимания, с мечом на перевес, впитался в память Вероники, будто в губку, и временами возвращался в кошмарах. Тогда она, подросток, воспитываемый едва ли не в тепличных условиях, увидела слишком много ужасов за один вечер, чуть не погибла сама. И психика сдалась, разразилась истерикой.

Ника не один раз потом жалела о тех словах, которые сказала Артёму. А парень, уже отказавшийся однажды от имени, сделал это вновь, сменив даже не на новое, а на идиотскую кличку. Но девушка узнала об этом намного позже, через годы, ведь поговорить они тогда так и не успели.

После похорон Нику с бабушкой вызвала к себе супруга Мудрова. Среди охраны и гостей уже успел расползтись слушок, что в смерти криминального авторитета стоит винить именно Елену – слишком уже удачно и она, и её сын оказались вне дома во время покушения. Но Вероника сильно в этом сомневалась. Хозяйка выглядела страшно уставшей, будто самолично рыла могилу и несла гроб.

- Саши больше нет, а я не готова терпеть тех вольностей, что он вам позволял. – Начала Елена хмуро.

- Тогда, думаю, будет правильнее, если мы уйдём. – Обычно бойкая и пробивная бабушка скромно опустила голову.

- Да. Но Саша очень вас ценил, поэтому я должна как-то выразить благодарность.

Так им достался небольшой частный домик и вполне приличная денежная компенсация.

Бабушка, несмотря на наличие внушительной суммы в кармане, быстро нашла себе непыльную работу продавщицы в ближайшем магазинчике. Зарплата была не ахти, зато появилось место, в котором бывшая домработница могла проводить время без скуки.

А Ника уехала учиться. Юридическая специальность не являлась мечтой всей её жизни, но вполне могла стать хорошим подспорьем в будущем.

Первый курс и неожиданно пьянящая свобода тогда сильно ударили по привычкам Вероники. Примерная пай-девочка ощутила привкус вседозволенности и принялась пробовать практически всё, до чего могла дотянуться. Сигареты, алкоголь, секс. Без перегибов, но со страстью и удовольствием.

Отрезвляющим фактором выступила неожиданная смерть бабушки. Она, ещё недавно пышущая жизнью, покинула этот мир спокойно, во сне. От инсульта.

Ника не знала, за что хвататься, как организовать похороны, кого пригласить, куда звонить. Мелькнула даже мысль явиться к Елене.

Ситуацию спас появившийся из ниоткуда Светлячок. Девушка с большим сомнением отнеслась к человеку со странным прозвищем, представившимся очень дальним родственником. Но мужчина быстро решил все вопросы по похоронам, сняв эту ответственность с Вероники.

А на следующий день после церемонии Светлячок завёл какой-то сюрреалистичный, особенно на фоне последних событий, разговор о сверхспособностях. На резонный вопрос, что, собственно, за бред он несёт, мужчина ответил достаточно красиво – зажёг на кончике указательного пальца ослепительно яркую искорку.

И вот Ника уже на Полигоне, где премерзкого вида сварливый старик принялся раздувать в ней огонёк дара. Других учеников здесь не было. Не довелось Веронике повидаться и со своим неожиданным спасителем. Светлячок испарился так же внезапно, как и появился. Два месяца усиленных занятий помогли девушке вполне сносно освоить применение собственного дара, дальше дело было лишь за практикой. Которую ей предстояло проводить самостоятельно, продолжая учиться в университете.

Такое решение Нике озвучил Игорь Аркадьевич в их первую встречу. Он тогда посмотрел на неё таким взглядом, будто видел насквозь, и очень веско сообщил, что все расходы по её содержанию берёт на себя их организация, ей же предстоит продолжить освоение юридической специальности, прерываясь на выполнение заданий.

Отнюдь не глупая Вероника не питала иллюзий на счёт тематики этих заданий. Где нужнее всего человек, способный проникнуть за закрытые двери? Уж точно не в туристическом агентстве.

Так и вышло. Непонятным оставались лишь мотивы. Зачем такой могучей – в этом Ника не сомневалась – организации что-либо воровать? Разве что, чтобы скрыть свой интерес к тем предметам, которые девушке приходилось заимствовать.

Тогда же она выбрала себе псевдоним. Несмотря на довольно спокойное начало жизни, последний год показал, насколько изменчива может быть судьба, и как легко она способна бросать тебя из стороны в сторону. Именно поэтому, а вовсе не из-за способностей, Ника назвалась Попрыгуньей – девушкой, способной бросить всё и начать едва ли не с нуля в новом месте.

Поэтому же она нисколько не расстроилась, когда почти три года спустя пришёл приказ отказаться от учёбы, провернуть последнее дело вместе с новым напарником, который должен стать её непосредственным руководителем, и перебираться в захолустное отделение.

Выкрасть загадочный хопеш удалось без всяких проблем, разве что, голос Шута, сильно искажённый маской, показался смутно знакомым.

Шок ждал Нику уже по дороге, когда она решила закурить для разрядки и сняла балаклаву. Тихо о чём-то думавший напарник оказался Артёмом.

Девушка не успела ничего сообразить, как Шут, выдав водителю поручение, схватил что-то из бардачка, покинул машину и быстро зашагал не пойми куда.

Дальше была двухчасовая дорога, показавшаяся вечностью, и множество мыслей. Добравшись до отделения, Ника сообщила о своём прибытии, получила в пользование комнату, сбросила в ней все свои пожитки и принялась наворачивать круги по доступным помещениям, изучая их, а затем вышла на улицу и закурила. Одну сигарету, затем другую и третью. Добрый десяток папирос успел оставить свой дым в её лёгких, пока она дожидалась Артёма.

С ходу влепив парню пощёчину, Вероника недовольно заявила:

- Я волновалась!

Но Шут, не изменившийся в лице ни от пощёчины, ни от слов, холодно ответил:

- Не стоило. – И пошагал дальше.

В следующий раз Ника смогла выловить Артёма уже после отчёта перед начальством.

И опять всё пошло не по плану. На извинения он не обратил внимания, одёрнул её попытку обращаться по имени и всё это тоном, более холодным, чем лёд. А потом, когда девушка уже готова была расплакаться от бессилия, будто завис: неподвижно замер, глаза заволокло дымкой.

- Артём?.. – Ника забеспокоилась ещё сильнее. – Артём! Артём! – она не выдержала и влепила ему ещё одну пощёчину. – Очнись!

То ли это подействовало, то ли Шут сам пришёл в себя. И сразу принялся выдавать распоряжения, да таким тоном, что ноги самостоятельно понесли Попрыгунью выполнять веление.

Как итог, в комнате Артёма собралось аж четыре человека. Ника, сам Шут, ещё один его подчинённый и старый знакомый Ники – Светлячок.

На этом встречи с давно забытыми людьми не закончились, тут же обитал и Такаги-сан, учитель фехтования, вызванный Мудровым из Японии. Попрыгунья почти не общалась с ним в те времена. Тем удивительнее для неё стала новость, полученная позже – именно японец разглядел в ней зачатки дара ещё тогда, у Мудрого. А потом дал наводку Игорю Аркадьевичу.

Артём же сохранял ледяную невозмутимость, даже когда убивал. Какой-то маньяк в его видении планировал сжечь дотла офис со всеми его сотрудниками. Выловленный их группой Степан на маньяка совершенно не походил, что не помешало начальнику свернуть ему шею.

Дальше были поиски по всему городу, визит на дом к «магу» и быстрая потасовка, в которой коллега Ники, успевший её порядком достать Максим, огрёб по шапке и едва не умер. А вот Артём показал себя ловким бойцом и быстро вывел оппонента из строя.

Вечером того же бешеного дня Вероника предприняла очередную попытку наладить отношения с новоиспечённым начальником. Она тихонько открыла дверь. В полутьме комнаты, освещаемой лишь тусклой подсветкой дисплея ноутбука, была едва различима фигура хозяина, замершего в позе лотоса на тумбочке посреди комнаты.

В этот раз Ника не решилась беспокоить Артёма. Поэтому просто стояла у входа, ожидая, пока он обратит на неё внимание. Правда, через пять минут поняла, что такая игра может длиться долго, и предпочла перебраться на кровать.

Сколько прошло времени, Девушка не знала. Она будто загипнотизированная наблюдала за плавными движениями оголённого торса. Тренировки и годы пошли Шуту на пользу. Худощавое телосложение подростка сменилось поджаростью воина. Рельеф мышц плотно облегал кости и хорошо просматривался через тонкую прослойку кожи.

С каждым мигом созерцания бывшего возлюбленного, Ника всё сильнее возбуждалась. Поэтому к эффектному завершению тренировки уже едва могла себя контролировать.

Она лепетала глупости и пыталась прижаться к нему посильнее. В какой-то миг будто что-то щёлкнуло, сознание окончательно поплыло. Прояснилось оно лишь когда Артём решительно отстранил её от себя и заглянул в глаза своим ледяным взором. Следом полилась длинная отповедь, задевшая девушку за всё живое. И она, едва сдерживая слёзы, выбежала из комнаты.

Самым поганым было то, что несмотря на злость и обиду, возбуждение никуда не делось.

Тогда она совершила свою, пожалуй, самую большую ошибку – пошла за утешением к другому мужчине. Светлячок был ошарашен визитом, но попытался её успокоить, гладил по голове и что-то негромко бормотал. Когда же их общение перешло в постель приложил все усилия, чтобы Ника забыла обо всех обидах.

Утро выдалось тяжёлым. Стыд жёг похлеще перца. К тому же, девушка умудрилась проспать, поэтому появилась на тренировке, толком не приведя себя в порядок.

Как же ей было неловко смотреть в глаза Артёму. И за начало вечера, и за конец. Но новый начальник будто не замечал её, чем сильно удивил.

Ещё сильнее девушку удивила кошка. Шут обзавёлся питомцем и назвал его в честь неё – Ника. Несмотря на «так получилось», которым отделался бывший возлюбленный, Попрыгунья чувствовала, что это неспроста. Пушистый комочек, правда, почему-то усиленно шипел на свою тёзку при любой попытке познакомиться поближе.

Эта же четвероногая прелесть сорвала план всей группы. Когда они приехали по видению Артёма к какой-то заброшке, поступил сигнал – цель видели в другом месте. Шут ничуть не удивился – видение могло говорить о завтрашнем дне. И вот вся команда уже была готова выдвигаться, тогда кошка, до того мирно дремавшая на коленях Шута, вдруг забеспокоилась и, выпрыгнув в окно, помчалась к подвалу.

- Езжайте, думаю, вы справитесь там сами. – Вот и всё, что успел бросить Артём, прежде чем ринулся следом за животиной.

А они не стали его преследовать. Цель – иллюзионист с фетишем на ограбление банков – уже проявил себя в очередном сберегательном заведении.

Не сказать, что беседа с парнем, способным создавать воздушные проекции прошла очень сложно.

Их группа обнаружила воришку прямо в банке. Тот прикрывался десятком миражей. Но Светлячок быстро разрешил ситуацию – один щелчок пальцев, и яркая вспышка, озарившая всё помещение банка, полностью дезориентировала иллюзиониста. А вот его творения продолжили выполнять шаблоны, будто и не было волны света, слепящей любого зрячего.

Уже через час вся команда вернулась в отделение вместе с вором. Шута на месте не обнаружилось. С линии телепатической связи он пропал.

Последнее обеспокоило Игоря Аркадьевича настолько, что он лично поехал к заброшке, возле которой Артёма видели в последний раз.

Что удивительно, там их блудный командир и нашёлся.

После окрика шефа, Артём поднял на них глаза полные такой невыносимой боли, что сердце Ники едва не разорвалось.

- Клео? – удивление в голосе Игоря Аркадьевича было сродни грозе в феврале – явление редкое и пугающее. – Прекрати свои фокусы!

- Ладно, - голос женский мягкий, глубокий, ласкающий слух. И в этот же миг кошка, до того с любопытством взирающая на мир с колен Артёма, пошла рябью трансформаций. Мгновение спустя взору всей присутствующих предстала чертовски сексуальная и совершенно обнажённая девушка.

Ещё пару фраз между шефом и метаморфом Ника попросту пропустила. Зато она заметила, как преобразился взгляд Шута. Горечь и боль вытеснялись животной яростью. Но не успела Попрыгунья испугаться, как и ярость ушла, оставив место ледяной сосредоточенности. Артём закрылся окончательно. Теперь те редкие проблески скрытых эмоций, что иногда чудились Веронике в его глаза, совершенно исчезли.

Новым потрясением, спустя не одну неделю нормальной, по нынешним меркам, жизни, стал визит иномирца. Рафаел Тарер встряхнул всё их отделение, в одиночку разделавшись с тремя боевиками.

Светлячок тогда был очень зол. Поэтому случавшийся у них время от времени секс этим вечером был наполнен яростью и страстью.

А утром, встретив Артёма, Ника поняла, что он знает. Может, догадался, может, услышал, может, почувствовал. Не важно. Просто во всё таком же ледяном взгляде было что-то сложно читаемое. Презрение? Печаль? Ненависть? Попрыгунья не могла разобрать.

И вот они мчатся по зимней дороге на быстрой как молния машине. Они втроём.

Артём, своего отношения к которому Ника никак не могла понять. Со Светлячком её связывал только секс, отличный, надо признать, но без романтики. Просто взаимное удовлетворение потребностей. Так что же Попрыгунья чувствовала к своему бывшему возлюбленному? Жалость? Нет; сложно жалеть человека с таким стержнем внутри. Совершенно несгибаемым. А если кто-то пытается его расплавить, он просто перековывается, становясь ещё прочнее. Обиду? Возможно; всё-таки, любому человеку неприятно, если от него способны отказаться. Когда же этот человек – привлекательная девушка, отказ и полное отсутствие заинтересованности неприятны вдвойне. Но Шут не врал, он способен контролировать свои животные инстинкты, если уж его не смогла соблазнить даже Клеопатра – образец женской красоты. Любовь? Об этом Ника боялась даже думать; влюбившись в такого человека она просто обречёт себя на вечные страдания безответности. Артём отказался от любви, и сделал это совершенно сознательно, заперев все чувства, сконцентрировавшись на навязанном самим собой долге. Может, Попрыгунья просто нуждалась в опеке кого-то сильного? Тот парень, который когда-то делил с ней один кров, безвозвратно исчез, лёгкость и улыбчивость больше не мелькали на лице Шута. Зато он стал сильным. Надёжность и выверенность проглядывались в каждом его движении. Светлячок, несмотря на превосходство в возрасте и, вероятно, силе, не мог этим похвастаться. Ника видела в Артёме отца? Бред какой-то. Дядюшка Фрейд нашёл бы, что сказать по этому поводу.

Зато Вероника хорошо понимала, что чувствует к Максиму. Берсерк. Ветреный и совершенно поехавший. Он вызывал раздражение. Вроде, раньше парень был сказочно богат и даже мог похвастаться тем, что заработал все эти богатства сам. Но его неуёмное желание пощекотать себе нервы неимоверно раздражало. Ещё больше раздражало то, что он, кажется, тоже искал в Артёме покровителя. Того, кто сможет вытянуть его бесшабашную задницу из любой передряги. И в этом соревновании он не хотел видеть конкурентов. Наверное, поэтому подкалывал Нику при любом удобном и неудобном случае, а ей не оставалось ничего, кроме ответных выпадов.

Практически с самого начала пути Артём прикрыл глаза и замер. Со стороны могло показаться, что он попросту уснул, но Ника точно знала: начальник занят медитацией. Познанием себя и своего тела. Ничто не могло поколебать его спокойствие и леденящую холодность, расползающуюся, кажется, по всей машине.

Какая же долгая поездка. Но, наверное, это не нравится только Нике.

Максим отдался скорости, превышая, едва ли не в два раза. Артём – медитации, укреплял свою ледяную стену. А ей, Веронике, не доставляло удовольствия ни то, ни другое. Даже пейзажи, за которыми девушка обычно наблюдала с наслаждением, сейчас нагоняли смертную тоску и вновь возвращали к проделанному пути.

От скромной умницы, строящей планы на уютное будущее, до спящего с коллегой просто ради удовольствия сверхчеловека, неуверенного не то что в завтрашнем дне – в сегодняшнем вечере. От наслаждающейся рутинной домашней работой девочки до тяготящейся скоростной поездкой с дорогим человеком и оттого курящей уже третью сигарету… женщины?

Вот такая она Попрыгунья, не способная увидеть тот момент, когда что-то в жизни надломилось и привело её сюда.

Пожалуй, девушка была готова многое отдать, чтобы вновь стать тем беззаботным подростком, восторженно переживающим невинные поцелуи с любимым и единственным, принадлежащим только ей Артёмом. Нет, М…

- Завязывала бы ты с курением, - сбил её с мысли берсерк. – Себя не бережёшь, так хоть о шефе подумай.

Нику уже который раз удивило это обращение к Артёму. Шефом все называли Игоря Аркадьевича, и использование этого слова в отношении кого бы то ни было другого звучало как кощунство. Но не для Макса. Он, похоже, считал Шута недостижимым идеалом, потому вкладывал в обращение весь трепет.

- А сам-то? – Ника не упустила повода ответить на подначку. – Две минуты, как окурок выкинул.

- Ну я на долгую жизнь и не претендую, а дым мой летит сразу в окно. – Радостно заулыбался довольный вызванным у Ники раздражением берсерк.

- Я, может, тоже не претендую? – недовольно буркнула в край расстроенная девушка. А затем встряхнула головой, пытаясь прогнать навалившуюся апатию, и твёрдо решила поговорить с Артёмом. – Сколько нам ещё ехать?

- Минут сорок, может, чуть меньше. – Максим заметил перемены в её настроении и прекратил паясничать.

- Ну вот и хорошо, значит, посплю. – Определилась Вероника и закрыла глаза, почти мгновенно забываясь спасительным сном.

Глава 3 - Влад

Гибко потянувшись, недовольная чем-то Ника вопросительно уставилась на меня.

- Цель - найти некоего Влада. Он старый знакомый Игоря Аркадьевича.

- Ещё какие-нибудь указания были? – осведомился берсерк, сбитый с толку малым объёмом входной информации.

- Да, шеф настоятельно рекомендовал не умирать.

- Ну спасибо, теперь намного понятнее! – Макс от досады ещё сильнее втопил педаль газа.

- Учитывая тот факт, что знакомый старый, думаю, мы его найдём без особого труда.

- Ага, так же легко, как вы опознали Клеопатру. – Ника с самого начала поездки излучала волны негодования. Я ясно ощущал их в процессе своей тренировки. А ещё она время от времени сильно концентрировала внимание на мне. Не хватало ещё обид по неведомым причинам.

- Ну да, мы же каждую кошку должны подозревать в том, что она на самом деле древняя Египетская царица. – Максим нашёл, на ком сбросить своё негодование. Впрочем, эскалацию конфликта прервал он же: - ладно, уже почти приехали. Какой план, шеф? – осведомился берсерк, съезжая с трассы на узкую дорогу, петляющую между деревьями. Первые метров сто были залиты асфальтом, остальное – разбитая гравийка.

- Искать предстоит в лагере ролевиков. Добираемся туда, разделяемся и высматриваем самого колоритного персонажа.

- Каких ещё ролевиков? – Ника приблизилась к нам, стараясь не упустить скудных деталей.

- Да дурачки. Переодеваются рыцарями и эльфами, чтобы бегать по лесу, орать про несправедливость богов и притворятся древними героями. – Любезно пояснил Макс.

- Зимой? В такой холод? – изумилась Попрыгунья.

- Говорю же – дурачки. – Берсерк развёл руками, пользуясь тем, что дорога не позволяла развить нормальную скорость.

- Самое главное, если найдёте – зовите меня. Наша цель пообщаться с ним и выяснить, всё ли в порядке у этого Влада с башкой.

- Ручаюсь, шеф, не всё. Ни один нормальный человек в ролевики не подастся. – Макс рассмеялся, довольный шуткой. Даже не слишком воодушевлённая Ника позволила себе лёгкую полуулыбку.

Дорога, если её так можно назвать, закончилась огромной поляной, уставленной машинами. Мы, не торопясь, выгрузились. На глаза сразу попался субъект, усиленно старавшийся затянуть непослушные ремешки наплечника.

- Да давай же, скотина! - человек явно торопился.

- Эй, дружище, не подскажешь, где нам найти Влада? - Макс решил не упускать шанса закончить с делом быстро.

- Какого из десяти? - несмотря на не слишком приветливые слова, голос был радостным, вероятно, сказалось успешное завершение процесса облачения в полный рыцарский доспех.

- Не обращай внимания, мы не местные, вот мой товарищ и решил, что у вас тут, как у нас - все друг друга знают. - Максимально дружелюбно отозвался я.

- Да ладно, сам только приехал. Всё, мужики... и миледи, - с придыханием добавил "рыцарь". - Мне пора!

А затем удалился, что-то глухо напевая из-под шлема.

- Поехавший какой-то. - Констатировала Ника.

- Это ты ещё не знаешь, сколько такой комплект доспехов стоит. - Заверил напарницу берсерк.

Мы неспешно двинулись следом за Сэром Незнакомцем, всё сильнее углубляясь в лес.

- Ну вот, Вероника, ты говоришь, что местные поехавшие, что холодно бегать. А наш шеф щеголяет в рубашке, и ничего, не жалуется. - Макс потёр начавшие замерзать руки.

- Во-первых, я куда более поехавший, чем местные фантазёры, а во-вторых, сейчас только минус пятнадцать.

Попытка разрядить обстановку не удалась. Ника только больше насупилась. Зато Макс повеселел ещё сильнее.

Тем временем деревья начали расступаться, открывая нам чудесный вид на средневековую стоянку. Куча палаток, курящиеся где-то в глубине лагеря дымки костров, гомон, лязг и ругань. Наш первый знакомый уже растворился в толпе и потерялся на фоне общего шума.

- Разделяемся. - Больше не стараясь изображать эмоции велел я. И сам подал пример, забирая максимально вправо.

***

- Так, миледи, не дуйся, если что - кричи. - Всё так же весело бросил Максим и поспешил в левый край лагеря, оставляя Нику в одиночестве.

- Ну да, зачем давать даме выбор? - недовольно пробурчала Попрыгунья, понимая, впрочем, что скорее всего её злость вызвана плохим настроением.

Девушке ничего не оставалось, кроме как углубиться в центральную часть. Она с самого начала показалась более цветастой, даже, скорее, пёстрой. И вскоре стали понятны причины такого буйства красок.

В главном проходе, имитирующем, судя по всему, базарную улицу, висела требуха птиц, чьи-то сушеные лапки, какие-то коренья. Всё это разбавлялось склянками с содержимым разных цветов, хрустальными шарами и обычным белым песком.

- Магический песок! Лучший магический песок! Заряжен весь до самой последней песчинки!

- Корень Мандрагоры, ещё утром кричал!

- Счастливая кроличья лапка!

- Свиток огненного шара! Многоразовый!

- Да тут натуральный дурдом. - Ника всё больше убеждалась в ненормальности местных обитателей.

- Три пригоршни песка и свиток шаровой молнии. Да поживее, свинья, Архимагу не пристало ждать! - торгаш часто-часто закивал, самозабвенно отыгрывая роль никчёмного простолюдина, за что получил внушительную сумму вполне реальных денег.

- Благодарю, Господин! Приходите к нам ещё. - "Маг" ничего не ответил, высокомерно отвернулся, развевая полы шикарного фиолетового плаща, и зашагал прочь. А продавец ещё раз пересчитал полученную сумму и, довольно потерев руки, вновь принялся зазывать клиентов.

Ника же последовала за Архимагом, сочтя его вполне достойным кандидатом на роль двинувшегося по фазе старого знакомого Игоря Аркадьевича. Торговые ряды быстро закончились, уступили место жилым палаткам, среди которых озорно трещали костры, жадно глотавшие обильно капавший на них с аппетитно подрумянивающихся кусков мяса жир.

Они здесь ещё и живут! Практически на улице! У этих ребят точно проблемы с головой.

"Маг" же быстро проскочил жилой сектор и, не сбавляя шаг, двинулся по тропинке в глубь леса.

- Огненный Шар!

- Сфера Отрицания!

- Взрыв!

Звуки, слышавшиеся из-за деревьев, заставили Нику собраться и ускорится. Миновав старый кряжистый дуб, девушка вышла к вытоптанной полянке, старательно очищенной от снега.

- Огненный Шар! - совсем молодой парнишка, лет, от силы, шестнадцати самозабвенно метнул красный надувной мячик размером с кулак в своего оппонента. Враг был старше, мог похвастаться сединой в бороде, что добавляло антуража образу опытного мага.

- Воздушный Щит! - старший из дуэлянтов прикрылся полой тёмно-синего плаща, от которой срикошетил лёгкий мячик, а затем выхватил откуда-то тёмный клубок ниток и метнул его к ногам юноши: - Чёрная Дыра!

- Сфера Отрицания! - ответил молодой человек, щеголяющий ярко-алым одеянием.

- Скрытый Паразит! - хищно оскалился Синий.

- Исцеление! - Красный запаниковал и принялся шарить на поясе в поисках склянки с красной жидкостью.

- Полог Антимагии! - опытный "маг" победно улыбнулся.

- Чёрт, опять проиграл. - Молодой не скрывал разочарования.

- Не переживай, Саш, ещё будет и на твоей улице праздник. Но пока я - лучший маг королевства!

- Премудрый Сиргин, я, Архимаг Гиролагз, бросаю тебе вызов! - из тени дерева показался запримеченный Никой Фиолетовый.

- Ученик, ты дерзнёшь сразиться со своим наставником? - изумился Синий. - Забыл, одиннадцатое правило Истинного Мага?

- Не смей неверием или вызовом оказать неуважение к учителю своему! - продекламировал Архимаг. - Но у меня нет уважения к тебе, Сиргин, Утративший Разум!

- Тогда защищайся, ученик, посмотрим, достоин ли ты бросаться такими словами!

Вместо ответа Фиолетовый рассмеялся и метнул в сторону учителя сразу три крупных красных клубка.

- Метеоритный Дождь!

- Земляной Щит! - коричневый платок взмывает вверх.

- Жалящее Пламя! - гроздь крошечных красных шариков летит в Синего.

- Воздушный Щит! - вновь жест с плащом.

- Шаровая Молния! - на этот раз победно улыбался Фиолетовый, демонстрируя недавно купленный свиток. Однако, уже через секунду его улыбка сползла с лица - Синий откинул левую полу:

- Оберег Гинсана! Водный Кулак! - ярко-голубой мячик угодил растерявшемуся Архимагу прямо в лоб.

- Учитель, я признаю своё поражение и свою неправоту. - Фиолетовый глубоко поклонился.

- Главное, чтобы ты усвоил урок, мой ученик. - Настоятельно изрёк Синий, поглаживая бороду. - Не деньги позволяют побеждать. Главное - умение.

И "учителя" нисколько не смутило, что защитился он, скорее всего, такой же купленной безделушкой.

Ника тяжело вздохнула. Нет, эти клоуны точно не имеют никакого отношения к загадочному Владу.

***

Макс насвистывал себе под нос незатейливую мелодию и продолжал радоваться поездке. Дорога доставила массу удовольствия, а теперь предстояла настоящая потеха - быт ролевиков, людей, окончательно потерявших понимание разницы между шариками и роликами.

Первым берсерку повстречался натуральный кузнец. Здоровенный детина нагнетал воздух в походный горн крепкими мехами, раскаляя добела небольшой брусок металла. В двух шагах от него ещё больший гигант активно орудовал увесистой кувалдой. Время от времени прерывался, чтобы посыпать остывающий кусок стали каким-то белым порошком, и вновь начинал громыхать по наковальне.

С такими размерами этим ребятам и до Крепыша недалеко.

Подле мастеров кузнечного дела крутилась мелюзга, пытающаяся выклянчить себе хоть что-нибудь для игр. Их не смущали ни жар горна, ни лязг метала, ни злобно рыкающие в ответ здоровяки.

Чуть дальше, облепив костёр, сидел десяток самых что ни на есть настоящих викингов. Длинные бороды, волосы, заплетённые в косы, крепкое телосложение, сверкающие из-под одежды кольчуги. Все при мечах. Шлемы, к немалому удивлению, совершенно не рогатые, покоились на коленях воинов.

Костёр коптил бока внушительных размеров котла, в котором что-то задорно булькало. Запах от неприглядной на вид похлёбки распространился на пару десятков метров и был просто изумителен.

Левее, у самой окраины леса, практиковались в стрельбе лучники. Оружие каждого следующего чем-нибудь да отличалось от предыдущего. Длинные прямые британские луки соседствовали с небольшими составными собратьями, применявшимися когда-то армией Чингисхана. Разнообразная намотка, всевозможные прицелы, целый калейдоскоп цветов.

Чуть дальше своим непростым делом занимались метатели. В мишени летело всё, что в принципе было способно летать. Топорики, кинжалы, сюрикены и даже монеты выбивали из плотно сбитых деревянных срубов щепки с разной степенью успешности.

Совершенно неожиданно Макс поймал себя на мысли, что ему здесь нравится. Дух тяжёлых времён, порождающих бравых воинов. Сложности средневекового быта. Честность в ведении войн. Такому как он, берсерку, тогда нашлось бы достойное применение. Скольких он был бы способен уничтожить в общей свалке контактной битвы? Да хоть сотню! Лишь бы подходили. Но, увы, мечты остаются мечтами. Здесь, несмотря на удивительную внешнюю достоверность, только реконструкция. Никто не рискует жизнью по-настоящему, одни наметки, да и те безопасные. Нет бурления адреналина в крови. Местным этого, может, и хватало, но не Максиму, успевшему почувствовать вкус настоящей битвы.

Попросить, что ли, Рафаела в следующий раз попридержать портал?

С другой стороны, а что берсерку делать в мире, где половина население - маги разной степени качественности? Со слов того же Тарера, он сам бесконечно далёк от верхушки мира Антаса. Когда-нибудь в необозримо отдалённом будущем, когда Макс сможет освоить и дополнить режим берсерка, разобраться в хитросплетениях энергетических течений, подобрать приличное оружие... Вот разве что тогда он будет способен потягаться с кем-то из весовой категории перевёртыша.

Усилием воли вернув мысли в прежнее русло, бывший богач пристально осмотрел каждого, до кого смог дотянуться взглядом. Не выделялся никто. Вернее, как раз наоборот, все выделялись, поэтому вычленить кого-то одного было совершенно невозможно. Из списка выпадала разве что дружина викингов.

- Ребята, вы не против, если я подсяду? - по-свойски поинтересовался Макс.

- Коли воин ты славный - то садись. А если дармовой похлёбки хочешь, поди прочь! - обозначившийся Главарь очень старался соответствовать образу.

- И как же вы, братцы, собираетесь проверить? Уж не планируете ли напасть на путника? - постарался подыграть берсерк.

- А если и планируем? Что сделаешь, коли драться не обучен? - в голосе стало ещё больше вызова.

- Погоди, земеля, не кипишуй прежде времени. Давай с другого начнём, есть среди вас Влад? - изначально Макс планировал просто поинтересоваться у "нордов", странностями среди местных, но раз уж дело приобрело такой оборот, стоит раскрутить его на максимум.

- Ну я Влад, дальше что? - отозвался сидевший по правую руку от Главаря боец.

- Вот, стало быть с тобой и подерёмся! - настроение стало ещё лучше.

- Эк ты завернул. А чего заради мне об тебя клинок верный марать? Ты, может, дурачок, которому боль нравится. - Резко пошёл на попятную назвавшийся Владом.

- Ну вот, таким бравым воином мне представляется, а как до дела - сразу отговорки. Хочешь повод? Держи. - И извлёк из кармана ключи от машины. Даже неопытный глаз способен отличить брелок спорткара. - Выиграешь - тачка твоя.

- Ты чё, двинулся? - резко вывалился из образа Влад. - Она ж стоит дороже, чем вся моя снаряга.

- Опять отговорки, воин? Драться будешь или дать повод повесомее? - на этих словах викинг собрался и вновь начал отыгрыш.

- Воля твоя, путник. Но от меня такой щедрости не жди. Вот, что я поставлю. - И извлёк из ножен на голени пару кинжалов. Длинные, прямые, с приятно играющими светом гранями. Глаза Максима загорелись. Теперь он будет драться не только для проверки способностей Влада, теперь он хочет победить!

- Согласен! - не задумываясь выпалил берсерк.

- А чем ты воевать-то собрался? Что-то меча не видать. Али после покупки скакуна денег на оружие не осталось? - Главарь вновь взял инициативу.

- Да зачем же оно мне? Покалечу ещё твоего бойца ненароком. Где у вас тут арена? - в тон заводиле ответил берсерк.

- Ну пойдём, смельчак, но не плакай потом, что дяди обидели! - вновь хохотнул Главарь и, снявшись с места со всей ватагой, зашагал мимо усердно тянущих тетиву лучников, к повороту. Следующий за "нордами" Максим обогнул палатку, служащую, судя по запаху, отхожим местом, и увидел её - Арену. Прямо посреди леса чья-то хозяйственная рука навела свои порядки. Все деревья спилены, а пни - выкорчеваны. Площадка выровнена и засыпана песком. По всему периметру натыканы самые что ни на есть настоящие античные колонны с колоссами, подпирающими небосвод. Пространство между ними было усыпано крупными, с мужской кулак, камнями.

- У-ху! - не смог сдержать восторг Макс. - А вы, ребята, знаете толк в веселье!

Арена, увы, была занята.

Выяснить отношения решили рыцари. Оба в полном доспехе, со щитами и мечами-полуторниками. Различить двух болванчиков можно разве что по цвету плюмажа. Впрочем, смысла в этом было немного. Оба двигались нелепо и с трудом. Будто впервые нацепили на себя весь этот металлолом.

Пока два средневековых вояки обменивались медленными ударами по щитам и гремели латами за целый взвод тяжёлой конницы, Главарь подошёл к заметному издалека обладателю соболиной шубы и о чём-то с ним заговорил. Уже через минуту Распорядитель окликнул рыцарей и велел сворачиваться.

Главарь вернулся к их компании.

- Арена ваша, воины, пусть победит сильнейший! - Макс кивнул и двинулся следом за сосредоточенным Владом, но был окликнут заводилой. - Парень, ты серьёзно пойдёшь без оружия?

- Вполне, - весело отозвался берсерк.

- Хоть щит возьми! - мужчина заглянул в глаза бывшего богача и увидел там решительность. - Ладно, надеюсь, ты не зарвавшийся мажор и знаешь, что делаешь. - Затем вновь вернулся к роли сурового норда. - И да примут боги в свои объятия достойнейших!

Влад извлёк клинок и принялся примеряться, но нападать боялся. Он привык бить по щиту, в крайнем случае - кольчуге, но никак не по совершенно беззащитному человеку, прикрытому только тонким пальто.

Макс решил моральную дилемму оппонента - напал первым. Старательно контролируя себя, чтобы ни в коем случае не провалиться в режим берсерка, парень ударил открытой ладонью по полумаске шлема викинга, выводя того из равновесия, но не лишая сознания.

Влад отшагнул, взял себя в руки и уже куда решительнее двинулся на врага. Замах, удар! Попади он в цель, и берсерк не собрал бы рёбер. Клинок, пусть и затупленный, обладал приличной массой. К сожалению "нордов" и удивлению остальных зрителей, сбежавшихся поглазеть на бой безоружного смельчака, Макс поднырнул под меч и бодрым правым хуком окончательно вывел викинга из боя, тем самым лишая себя последней надежды на лёгкое выполнение задания.

Как ни пытался берсерк найти что-нибудь выдающееся в своём противнике, этот Влад оказался самым заурядным. Явно не тем, кого они ищут.

Отчаянно тряся головой, "норд" пытался встать, но выходило это у него из рук вон плохо. Макс же не стал дожидаться, пока тот оклемается, и зашагал к остальной банде викингов.

- Силён, - радостно оскаблился Главарь. - Меня звать Айварсом, а как нам величать тебя, воин?

- Зовите меня просто берсерком. - Улыбнулся Макс, втягиваясь в роль.

- Представься ты до боя, и Влад трижды подумал бы, прежде чем в него вступать. Так или иначе, ты доказал, что достоин места у нашего костра и награды за поединок. - С этими словами Айварс протянул Максу кинжалы поверженного викинга.

Про себя отметив, что к такому можно и привыкнуть, берсерк, так же радостно ухмыляясь, пошагал вместе с теперь уже своей бандой к костру - есть похлёбку.

***

Местные запахи были очень далеки от зимнего леса. Костёр, грязный снег, сладкая выпечка, множество давно не мывшихся людей и где-то на окраине восприятия - сортир.

Толпа упивалась моментом, самозабвенно переигрывая в изображении средневековья. Торговцы орали во всю глотку стараясь завлечь к себе люд. Шляпы, кольчуги, кинжалы, щиты, платки, вяленое мясо и уже упомянутая ранее выпечка.

Отовсюду лился призывной гомон, смешивающийся с криками торгующихся и простыми беседами "знатных сеньоров". Последних, впрочем, на нормальном базаре быть не должно, но кого это волнует? Здесь главное - антураж и впечатления.

Вот их-то как раз имелось предостаточно.

Я, никуда не спеша, шёл вдоль торгового ряда, разглядывал товары, одежду и лица, стараясь найти загадочного Влада.

Вновь и вновь рядом мелькали рыцари разной степени одетости и аутентичности. Кто-то мог похвастаться ламинарным доспехом из хорошего сплава, кто-то - картонной кирасой и одним-единственным искусственным пером в плюмаже.

Компанию благородным сэрам составляли прекрасные дамы. В глазах пестрело от корсетов, юбок, оборок и вырезов. Привлекательные формы сомнительного происхождения приковывали к себе голодные взгляды ролевиков, делая из своих обладательниц знаменитого халифа на час, интересного ровно до тех пор, пока ухажёру не станет понятна степень его доступности.

- Эй, красавчик! Ты слишком горяч для этой улицы, пойдём ко мне в шатёр? - на секунду мне даже стало интересно, это просто роль или на огонёк заглянули настоящие представительницы самой древней в мире профессии.

- Прости красавица, боюсь остудить меня сможет только ледник. - Я широко и приветливо улыбнулся девушке.

- А жаль, - наигранно прикусив губку, "дама" тут же повернулась к новому рыцарю. Я же продолжил свой неторопливый путь.

На глаза попался потрясающий в своей несуразности доспех. Тёмные выпуклые пластины венчались ветвящимися шипами, предназначенными, будто, не для защиты носящего, а наоборот - чтобы нанести ему при малейшем движении максимальное количество мелких кровоточащих ран.

Сие творение ярого мазохиста висело, натянутое на манекен. В руке болванчик сжимал комплектный меч. Кривой и шипастый, совершенно не сбалансированный, но способный оцарапать на расстоянии в пятнадцать сантиметров от клинка.

- Нравятся мои игрушки, Оракул? - осведомился любознательный глубокий голос.

- Весьма, - я, не торопясь, обернулся и столкнулся взглядом с худым субъектом. Лицо вытянутое, нос длинный, глаза чуть навыкате. Не красавец, но и откровенного отторжения не вызывает. - Влад?

- Он самый, - хозяина доспеха не смутила моя осведомлённость. - А скажи мне, любезный, что такое количество столь редких созданий забыло на моём отдыхе? - я ещё не успел прикинуть, как выручать Нику и Максима, обнаруженных старым знакомым шефа, как Мазохист удивил меня ещё сильнее. - Оракулы - штучный товар, а ты за сегодня уже второй.

- Думаю, всё дело в интересе к тебе. Морти передавал привет. - Это было ошибкой. Клинок, оставшийся у меня за спиной, сам скакнул в руки хозяину, попутно проткнув меня насквозь...

Быстрый оборот вокруг своей оси позволил избежать встречи с опасной игрушкой и даже обнажить катану, но Влад не спешил развивать нападение.

- Неплохо. Сам уклонился или схитрил и предварительно умер? - голос старого друга Игоря Аркадьевича был непринуждённым и весёлым. - А, не отвечай, так будет интереснее. Пойдём, покажем местным шоу. - И зашагал куда-то вдоль кромки леса, буднично помахивая своим мечом.

Влад привёл меня к хорошо обставленной арене, на которой, вот так сюрприз, развлекался Макс. Он, не прибегая к дару, голыми руками разделывал бедолагу, возомнившего себя викингом.

- Твой? Слабоват ещё, ну ничего, берсерки прогрессируют быстро. - Я не стал ни отрицать, ни соглашаться. Подчинённый тем временем закончил с противником, одолев того резвым хуком. - Эй, зачем так быстро? Я же не успел сделать ставку! А, чёрт с ним, поднимусь на нашем шоу.

Берсерк уже покинул круг арены и радостно жал руки товарищам поверженного противника. Через минуту они, едва ли не обнимаясь, пошагали обратно в лагерь. Дезориентированного викинга подняли за руки и помогли выйти за пределы площадки.

- Настал наш черёд, дружище! Не разочаруй зрителей! - Влад по-товарищески хлопнул моё плечо и бодрой рысцой устремился на манеж.

Что ж, сыграем по твоим правилам... дружище.

Едва мой оппонент оказался в круге камней, собравшаяся толпа приветственно заулюлюкала. Между людьми пробежал шепоток, новость о нашей драке разнеслась по всему лагерю в считанные мгновения.

- Они тебя любят. - Констатировал я.

- Потому, что я даю им шоу! Обожаю этих ребят - искренне верят, что всё это, - он обвёл руками арену, - просто представление. Так давай же не будем их расстраивать!

Он атаковал. Совершенно серьёзно и без оглядок на зрителей. Его руки с удивительной лёгкостью управляли монструозным клинком, проворачивая им филигранные финты. Мне приходилось прикладывать всё своё мастерство, чтобы остаться невредимым. Рубашка в нескольких местах уже разошлась, задетая коварными шипами.

Но вот в защите врага появился просвет, которым я поспешил воспользоваться. Неосторожно вытянутая в глубоком колющем рука подставилась под мой клинок. Кисть послушно отделилась от предплечья, начала свой путь в сторону края арены вместе с фонтаном крови, но, не пролетев и тридцати сантиметров, замерла, увитая алыми струями, и потянулась назад. Красная жидкость, будто нити умелого хирурга, сшила место разреза, не оставив даже следа. Только пара капель зависла на миг в воздухе, слегка вытянулась, приобретая форму иглы, и резко вонзилась в мой правый глаз...

Быстрый изгиб шеи позволил уклонится, но коварная магия, как оказалась, имеет сходство с бумерангом. Брызги впились в мой затылок, добравшись до мозга с другой стороны...

Движение головы пришлось дополнить кувырком, а капли, впустую сделав круг, впитались в кожу совсем недавно отрубленной кисти.

И вновь мне остаётся лишь вертеться как юла, чтобы успевать парировать хитрый клинок. Новая ошибка Влада подарила мне куда более впечатляющий шанс. Теперь под ударом оказалась вся правая рука. Расставшись с телом, конечность попыталась повторить фокус кисти, но я ещё одним молниеносным движением отправил следом и голову. Загустевшая было кровь, соединительным мостиком выстроившаяся между телом и плечом, вновь приобрела свои обычные свойства и пролилась на песок арены. Голова врага покатилась в сторону. Тело нелепо упало, извергая фонтаны красной жидкости.

Толпа взревела, радуясь потрясающему шоу, а я осмотрел клинок своего меча. На нём - ни следа.

- Шеф, ты не дал мне спокойно поесть викингской похлёбки! - шуточное возмущение берсерка резко контрастировало с побледневшей Никой. Оба моих подопечных, приманенные сюда разбежавшимся слухом, топтались у края арены.

- Это и был наш Влад? - с трудом выдавливая слова уточнила Попрыгуня.

- Это и есть наш Влад, - поправил я девушку, с любопытством рассматривая гримасу недовольства, появившуюся на мертвенно-бледном лице. Кровь вновь принялась жить своей жизнью - медленно подтянула голову к телу, эффектно его подняла и вернула на место утерянную руку.

Толпа взорвалась новым валом оваций.

- Морти опять задумал какую-то каверзу и собирается держать меня в резерве, не давая развлекаться? - скривился Влад. - Ладно, раз уж вы не совсем идиоты, давайте хотя бы познакомимся. Я - Влад Басараб...

- Не-не-не! - резко взвился Макс.

- ... более известный как Цепеш. - продолжил мой недавний оппонент.

- Кто? - переспросила Ника.

- Знакомься, - картинно указал руками берсерк, окончательно развеселившийся от последних новостей. - Граф Дракула.

Глава 4 - Еда

- Ещё один Оракул? Влад, ты уверен? - Игорь Аркадьевич задумчиво мял в руках очередную сдобу, не торопясь приступать к её поеданию.

- Более чем, Горюнь, более чем. А ещё - вот тут могу ошибаться - думаю, это тот же, что был в тридцатом. Лица не видел, но пожёванная аура... вряд ли, есть ещё кто-нибудь с такой деформацией.

- Ну тогда нам стоит усилить тренировки Шута. - Я на это лишь удивлённо приподнял бровь.

- Почти сотню лет назад, в тридцатом году, этот кадр появился в Москве, прошёл половину кремля, добрался до отдела бестактильного контактирования и весьма красочно порешил местного Оракула. С остальными в драку не лез, но вполне успешно выводил из боя нелетальными способами, в основном, одноразовыми игрушками типа паралитических дротиков, которые, кстати, позаимствовал из их же запасника. Вот такой интересный представитель вашего вида. - Широко улыбнулся Дракула, проясняя ситуацию.

- Думаете, он целенаправленно охотится за Оракулами? Но откуда тогда информация обо мне? От?.. - тут я замолчал, не зная, стоит ли упоминать о кроте при Владе.

- Нет, вряд ли. Он работает на других ребят. - Игорь Аркадьевич, кажется, даже не заметил, что я не закончил мысль вслух. - Не забивай себе голову. Отведи больше времени на развитие и будь осторожен.

- Понял. - На этом разговор и закончился. Шеф продолжил что-то обсуждать с Владом. Похоже, у старых товарищей накопилось достаточно тем для разговора.

- Ну как? - у входа меня ждала парочка подчинённых. - Этот двинутый остаётся? - понизив голос уточнила Ника. Девушка всю дорогу провела на заднем сидении с Дракулой, который развлекался как мог. От безумного хохота до красочного отрывания собственных конечностей. Брызги крови, замирающие у самого лица Попрыгуньи, сильно веселили Влада.

- Да. Но нас это не касается. Усиливаем тренировки, есть вероятность, что все попадут под удар.

- Конкретика? - на этот раз заинтересовался Макс.

- Возможно, Оракул, которому больше ста лет. - Я начал двигаться в сторону зала. Тот, как и все помещения, кроме кабинета Игоря Аркадьевича, за время нашего отсутствия сменил дислокацию. Степаныч ещё на входе пояснил, что в офисе побывал Архитектор. Он знатно перетасовал комнаты попутно добавив два десятка новых и расширив общую площадь в разы. Видимо, шеф планировал возвращение с полигона всех найдёнышей, а может, и кого-то нового.

- Интереееесно! - едва ли не присвистнул заинтригованный берсерк.

Компанию Максу в спарринге сегодня составил Такаги-сан. Ника, так и не успев приступить к своему разминочному комплексу, была прервана Владом. Маньяк явился с поручением от шефа. Попрыгунье предстояло начать практиковаться в открытии порталов к местам с фотографий, без предварительной подготовки.

Девушка пыталась отговориться тем, что это небезопасно, на что получила вполне внятный ответ: эксперименты будут проводится на Дракуле, и он планирует хорошо повеселиться.

Я же постарался не отвлекаться на всполохи нестабильных порталов и растворить своё сознание в окружающем меня пространстве.

Разум постепенно заполнял собой всё доступное место. Вот он прощупывает зал, вот неуверенно выползает за дверь и начинает шарить по коридору, идёт от комнаты к комнате, поочерёдно вползая в каждую из них. Творец, согнувшийся над чертежом недовольно хмурится, ощущая чьё-то присутствие, но никого не видит и возвращается к своему занятию. Светлячок чуть склоняет голову в приветствии, он так же сконцентрирован, занят удержанием в тонкой клетке из ментальных прутьев искорки собственной души, сияющей, будто настоящая звезда. Крепыш что-то напевает себе под нос и пританцовывает, увлечённый любимым делом - готовкой. Здоровяк не замечает меня. Может, не способен, а может, слишком вовлечён в процесс. Кирилл, по уши погружённый в изучение документов...

Кабинет Игоря Аркадьевича будто не существует. На месте двери - сплошная непроходимая стена.

Громкий влажный хлюп нарушил мою концентрацию. Влад, не переставая восторженно скалиться, наблюдал за вяло тянущимся ручейком крови от искрящегося портала к безобразного вида рваной ране на месте двух пальцев.

- Кажется, портал открылся в стену. - Предположила побледневшая Ника.

- Ничего, мы сейчас научим твой дар ассоциировать пространство с географическими координатами, тогда сможешь хоть в Венецию смотаться на часок.

- Ага, всегда мечтала стать извозчиком. Вам куда? В Париж? Третий портал справа! - от такого порыва эмоций в конец, кажется, обозлившейся Попрыгуньи смутился даже Дракула.

- Спокойнее, девочка, дальше будет веселее! - всё же нашёлся Влад.

Единственным, кто не обратил никакого внимания на внезапную пикировку оказался Макс. Он вошёл в режим берсерка и усиленно старался дотянуться до учителя своей новой игрушкой - кинжалами, выигранными на арене ролевиков. Такаги-сан, осмотрев оружие, остался доволен формой клинка и качеством металла, поэтому дал добро на их применение.

Мне же всё не удавалось вернуть прежний уровень сосредоточенности. Или, вернее, рассредоточенности. Медитация давалась куда легче. Без всяких проблем получалось уйти в себя, отключить внешние раздражители и абстрагироваться от всего мира. А вот наоборот - увидеть всё вокруг, при этом не концентрируясь на чём-то конкретном - задача куда менее тривиальная.

Поэтому я решил совместить тренировку с другим полезным делом.

Одна мелкая деталь, которая сразу не бросилась в глаза, не даёт мне покоя со времени завершения истории пастора-не-вампира. Ребёнок, поздней ночью гуляющий в одиночестве и имеющий какие-то непонятные дела с монстром в обличье священника.

Как только появлялась возможность, я наведывался в отделения милиции ближайших городов и пытался отыскать зацепки, но пока ничего не выходило. Интуиция предательски молчала, не стремясь помочь разобраться в этой запутанной ситуации. Поэтому приходилось просто гулять по зимним улицам и стараться рассыпать частички внимания, чтобы выхватить что-нибудь интересное.

Никого не тревожа, я покинул зал и, захватив ставшую уже привычной сумку, поднялся в холл.

- Степаныч, нужна машина.

- Случилось чего, начальник? - поинтересовался охранник, снимая трубку телефона.

- Съезжу к соседям, узнаю, не было ли происшествий по нашему профилю.

- Тоже дело, - дед одобрительно крякнул и принялся набирать номер. А я направился к выходу.

Конец февраля выдался морозным, на улице - минус двадцать пять и ветер, игриво дразнящий позёмок. Отличная погода для прогулки и тренировки.

Машина подъехала спустя недолгий десяток минут. Бритый наголо и сильно отъетый водитель напоминал обрюзгшего хряка, но был молчалив, а если всё же заводил разговор - чтобы поздороваться и узнать конечный пункт поездки - делал это вежливо. Высадил меня возле отделения милиции, лишний раз уточнив, уверен ли я, что он больше не понадобится, поёжился от вида закатанных рукавов моей рубашки и укатил прочь.

Служивый, попавшийся под руку первым, сразу приветливо заулыбался. Нам уже доводилось вместе работать.

- Здорова, следователь по особым. - Он протянул руку для приветствия. - Да, есть один жмур твоего профиля, свежий, утрешний. - Парень провёл меня в кабинет и протянул худую папку с протоколом, парой отчётов и десятком фотографий.

Труп мужчины нашли прямо под деревом во дворе одной из многоэтажек. Жители слышали одиночный вскрик, но все проявили характерно единодушное безразличие - мало ли кто, что и почему орал. Может, человек ногу подвернул, чего органы беспокоить?

Только вот человек, насколько я могу судить, ничего не подвернул, а сам подвернулся вервольфу. Горло разорвано, в нескольких местах недостаёт приличных кусков мяса, отсутствует сердце. Последнее и смутило местные правопорядки. Остальное вполне укладывается в картину нападения своры голодных уличных дворняг. Но рёбра, подцепленные и вывернутые сильными пальцами, очень уж выбивались из списка повадок бродячих псов.

- Интересно. - Протянул я, демонстрируя заинтересованность. - Будем щупать, будем изучать. - И поспешил откланяться.

- Алло? - на той стороне трубки послышался голос Кирилла, готового приступить к выполнению любых приказов.

- Посмотри, что у нас по ближайшим местам проживания вервольфов.

- Секунду. - Послышался шелест клавиш, перемежающийся щелчками мыши. - Так, в ближайшем от нас городе проживает целое семейство. Адрес нужен?

- Нужен, отправь его вместе с Никой и Максом, они тоже пригодятся.

- Шут, дай картинку местности. - Это вмешалась Клео, сумевшая добраться до телепатического усилителя в моём кармане. Я не стал упрямиться, понимая, что такая просьба может возникнуть только в одном случае, и не ошибся. Через считанные секунды в глухой подворотне, подальше от лишних глаз, засверкала дыра портала. Из неё резко появилась кисть руки, неуверенно повращалась, исчезла, но лишь для того, чтобы пропустить своего хозяина уже целиком. Влад недовольно осмотрел невредимую конечность и активно мне ей помахал. Следом показались мои подчинённые. Оба закутаны в тёплую одежу по самые уши.

- И что теперь, идти пешком? - недовольства Попрыгуньи хватило бы на целую роту обиженных жён.

- Ножки тоже иногда полезно размять. - Демонстративно позитивно ответил ей Максим. - Тем более, топать не далеко.

Берсерк не соврал, у нас ушло меньше десяти минут, чтобы добраться до хмурого серого здания с вывеской: "Ритуальные Услуги". Макс задумчиво перевёл взгляд с надписи на Дракулу и поинтересовался:

- Слушай, Влад, ты всё-таки вампир? Классика литературы не врёт?

Маньяк на вопрос не обиделся, но поспешил расстроить моего подчинённого:

- Врёт. Активнее, чем некоторые душат. Я не имею ни малейшего отношения к вампирам.

- Тогда кто ты? - не унимался берсерк.

- А чёрт его знает. - Ещё сильнее удивил Дракула. И поспешил пояснить: - Вечный ещё при первой нашей встрече сказал, что никогда таких не видел.

- Вечный? - это уже заинтересовалась Ника.

- Ну Игорь Аркадьевич ваш. - Нетерпеливо пояснил Влад. - Давайте уже пойдём, а то что-то даже мне становится прохладно. - Бывший господарь Валахии как и я щеголял в одной рубашке на голое тело.

Мы не стали пользоваться звонком у двери, с замком помог справится не унимающийся Дракула. Он оцарапал указательный палец длинным ногтем большого и, не давая ране затянуться, направил тонкую струйку крови в скважину. От усердия высунув язык, не-вампир провозился две минуты, пока под торжественное "вуаля" не раздался характерный щелчок.

Хорошо смазанные петли не скрипнули. Торговый зал встретил нас темнотой - сумерки спешили поглотить беззащитный город.

Помещение было просторным. Тут и там стояли венки, перемежающиеся образцами памятников, вазами из чёрного гранита и лампадами. Небольшой стеклянный прилавок, мягкий уголок из трёх кресел и кофейного столика с кипой пухлых папок-каталогов. Где-то в дальнем углу виднелась дверь, к ней мы и направились. За створкой обнаружилась длинная крутая лестница с поворотом. На стенах лежал отблеск далёкого источника света.

Я прижал палец к губам, призывая спутников к тишине, за что получил недовольную рожу Дракулы. Этому парню хотелось начать всё громить прямо сейчас. Уж не погорячился ли Игорь Аркадьевич, записывая его в условно здоровые?

Тем не менее, Влад под моим нахмуренным взглядом демонстративно "застегнул" себе рот, навесил невидимый замок и даже выбросил ключ для убедительности.

Ника тяжело вздохнула, понимая, что с этим созданием ей предстоит прожить под одной крышей ещё неопределённо долгий срок.

А я уже спускался по ступенькам, аккуратно ступая, чтобы не создавать шума. За поворотом обнаружился ещё один лестничный пролёт, заканчивающийся дверью с мутным стеклом, через которое и лился свет.

С обратной стороны слышались активное чавканье и не слишком внятная речь. Мы не стали миндальничать, просто снесли створку и ворвались в комнату.

Картина открылась потрясающая. На большом дубовом столе лежало тело человека, а вокруг копошился почти десяток частично трансформировавшихся вервольфов. Полуволки жадно откусывали шматы от трупа и, не слишком старательно их пережёвывая, глотали.

- Ели мясо мужики, - процитировал Влад.

- Пивом запивали. - Поддержал Макс, кивком указав на большой чан с означенным напитком.

Оборотни, наконец, оторвались от своего занятия и соблаговолили обратить на нас внимание. Один сразу кинулся к двери в противоположной части комнаты. Я хотел последовать за ним, но дорогу мне преградил самый старший из монстров. Он поспешил принять полностью человеческую форму и поднять руки:

- Это не то, чем кажется! Он давно мёртв!

***

- Ух вы хитрые жуки! - одобрил Влад. - Жрать тела, отданные на кремацию, - это ещё надо додуматься. А что сыплете вместо праха?

- По-разному. - Вервольф сильно смущался. Он поспешил отвести нас в соседнюю комнату, где отсутствовали человеческие останки, и пояснить ситуацию. На наше недоверие оборотень предоставил весомый аргумент в виде договора на оказание услуг кремации с прикреплённой фотографией "клиента".

- Почему же тогда ваш друг так торопился сбежать?

Но ответ мы услышать не успели. В дверь робко постучали, ручка медленно пошла вниз, появилась небольшая щель, в которую просунулась любознательная мордаша, на ходу укорачивающаяся и теряющая волчьи черты.

- Папа, всё хорошо? - полюбопытствовал мальчик, торопливо вытирающий испачканные руки об предусмотрительно надетый фартук.

Я узнал его. Нашлась пропажа, на поиски которой ушло так много сил и времени. На нас с опаской смотрел тот самый мальчуган, который должен был стать жертвой священника.

- Всё хорошо, Макар. Папа сейчас поговорит с дядями и вернётся. - Наш собеседник улыбнулся малышу и собирался его выпроводить, но вмешался я.

- А скажи, Макар, - старший оборотень заметно напрягся. - Ты не бывал в костёле?

- Был... - совсем потерялся малыш.

- В каком? - вновь забеспокоился родитель.

- Лучше скажи, что тебе пообещал дядя священник? - отец совсем потерял нить диалога, но очень боялся нас разозлить.

- Ну... - Макар испуганно посмотрел на папу, и тот одобрительно кивнул. - Он сказал, что даст мне свежего мяса. - Ребёнок мечтательно заулыбался. - А дядя Саша говорил, что оно очень вкусное.

- Спасибо, Макар. Всё будет хорошо, иди пока к остальным, а нам ещё нужно кое-что обсудить с твоим папой. - Дверь за малышом закрылась, так что, можно было продолжать говорить. - Я так понимаю, Саша - это наш беглец? - отец побледнел. - Да, друг, ты всё правильно понял. Мы тут из-за него. Лучше помоги нам в поисках, пока он не наделал ещё больших дел.

- Начнём с того, что меня зовут Вадим. А как обращаться к вам? - старший собрался с мыслями и начал разговор решительным вступлением.

- Шут. Остальные - не важно. - Тон максимально сухой. Надо показать оборотню, что мы не собираемся давать поблажек.

- Хорошо. Я помогу его найти, но вы должны гарантировать, что он не пострадает.

- Нет. - От такой холодности Вадим, планировавший хорошо поторговаться за шкуру провинившегося собрата, потерял боевой настрой. - Мы постараемся, но если он станет упрямиться, придётся применить силу. - Я не стал говорить, что силу точно придётся применять, парень явно не согласится на мирное решение конфликта. - Что куда важнее, все они, - кивок в сторону закрытой двери. - Не будут соучастниками убийцы.

Оборотень побледнел окончательно:

- Он всё же сделал это? - Вадим опустил голову.

- Да. Так что, давай не затягивать, пока не появились новые жертвы. Куда он мог пойти?

- Я не знаю, - вервольф поднял глаза и наткнулся на мой холодный взгляд. - Но смогу выследить. Только не трогайте семью. Иначе, клянусь, я умру, но доберусь до каждого из вас.

На этой угрожающей ноте Влад не выдержал и рассмеялся. Одним молниеносным движением он переместился к оборотню, обрызгав того не пойми откуда взявшейся кровью. Красные капли яро забурлили, пришли в движение, не успевая впитаться в одежду, и резко взмыли вверх, увлекая тяжёлое тело взрослого мужчины за собой.

- Волчонок, ты не в том положении, чтобы угрожать. Любой из присутствующих здесь разотрёт всё ваше семейство в пыль щелчком пальцев. Особенно не рекомендую злить девочку, по сравнению с ней в гневе, я - сущий ангел. Так что, сворачивай базар, включай свою нюхалку и веди нас к остолопу, не способному держать пасть закрытой.

Вадим сдался окончательно. Он, несмотря на браваду, не был бойцом. Не монстр, а чихуахуа, доросшая до размера человека.

- Ладно. - Промямлил оборотень.

- Вот и хорошо! - повинуясь воле Дракулы, кровь опустила жертву на подрагивающие ноги, собралась в шарик размером с кулак и втянулась в, как оказалось, всё ещё не зажившую после оцарапывания фалангу указательного пальца. Влад сделал очередной неуловимый шаг, вплотную приблизившись к "хищнику" и поправил сползший фартук. - Вот и замечательно! Ну, фас!

***

На сборы не ушло много времени: сменить заляпанную ошмётками мертвеца одежду на свежую, принюхаться для настройки подрагивающего на грани трансформации носа и - вперёд.

Дракула, довольный своим перформансом, больше не жаловался на холод. Он немного подотстал и временами отвлекался на сугробы - капал в них пару капель своей чудо-крови, что-то задумчиво бормотал себе под нос и резко ускорялся, чтобы нас догнать. После третьей такой отлучки я словил его взгляд и вопросительно приподнял бровь.

- Не обращай внимания, Шут. Просто как-то мне неспокойно.

Всё так же без слов, одним кивком, я дал понять, что услышал его. И постарался расконцентрироваться, чтобы охватить своим вниманием как можно большую площадь. Последние пять минут где-то внутри холодная когтистая лапа дурных предчувствий стискивала все мои внутренности, раздражая и заставляя озираться. Так что, стоит попытаться обнаружить угрозу раньше, чем станет поздно.

- Это здесь. - Вадим указал на деревянную подъездную дверь без домофона.

- Старенький домишко, - заметил Макс, подковыривая ногтем отслоившуюся краску. - Куда дальше, пушистый?

- Выше. - Вервольф скривился от шпильки берсерка и повёл нас по лестнице на верхний - третий - этаж. Принюхался к средней двери, но это было уже лишним. И без того любой понял бы, где искать оборотня - всё полотно вокруг замка пестрело глубокими бороздами характерных царапин. - Пожалуйста, дайте сначала мне с ним поговорить. Подождите здесь.

- Хорошо, - я кивнул, игнорируя удивлённые взгляды всей компании. Обрадованный Вадим поспешил пройти внутрь, пока злой тиран Шут не передумал. - Макс, спустись и страхуй окна, на случай, если наш друг решил проветриться.

- Понял. - Берсерк одобрил мои меры предосторожности и поспешил вниз.

- Будем стоять и ждать? - вновь заканючил Влад через минуту.

- Пока - да. Но что-то мне подсказывает, что скоро ожидание закончится.

Так и получилось. Первой из хоровода событий ближайших тридцати секунд стала громкая поступь десятка обутых в берцы ног, кто-то очень спешил повидаться с нами. Миг спустя послышался звук разбивающегося стекла, подтвердивший мои опасения. Затем, пропуская Вадима, распахнулась дверь квартиры.

- Саша выпрыгнул! - крикнул оборотень, на бегу трансформируясь. Из его глотки послышался влажный хруст, смешанный с воем. Лицо удлинилось, заострилось, превращаясь в морду крупного волка. Руки и ноги заметно вытянулись, оплелись жгутами рвущих одежду мышц. Впечатлиться убийственностью новой формы ищейки я не спел, поскольку обладатели громких шагов добрались-таки до нашего этажа.

Немой сцены не последовало, пятёрка затянутых в чёрное тактическое снаряжение ребят знала, куда и зачем шла. Поэтому прежде, чем они открыли прицельный огонь из укороченных АК, я успел сделать ровно две вещи: сильно толкнуть Нику поглубже внутрь квартиры и спрятаться за спиной Влада.

Очередь изрешетила стену, прошивая Вадима насквозь. Первая пуля, попавшая в Дракулу, тоже не встретила особого сопротивления, оттого легко преодолела телесную преграду и навылет прошла через моё бедро, не задев, к счастью, кость. А вот остальные смертоносные подарки впустую пропали в тонкой кровавой завесе, которая, как только огонь стих, обратилась в дюжину смертоносных игл и сшибла с ног всех напавших.

В живых остались только двое.

Первый, не теряя времени, ударил себя по верхнему ряду карманов разгрузки. Что-то хрустнуло, а боевик мгновенно испарился. Но такие фокусы не обманули Цепеша - одна из игл покинула уже мёртвое тело и на лету преобразовалась в разряженное облако, накрывшее всё свободное пространство и демаскирующее невидимку. Как только кровь облекла призрачную фигуру, маленькая тучка вновь сжалась, ломая боевика будто куклу.

Второй оказался изобретательнее. Он не стал размениваться на дешёвые фокусы в попытке спастись. Нет, парень сорвал крышку с болтавшейся на бедре фляги и, замысловато крутанув руками, выпустил на волю её содержимое. Ядовито-зелёное облако, чудом помещавшееся в крошечной ёмкости, захватило собой пространство лестничной клетки и принялось буквально переваривать всё, до чего дотянулось. В том числе своего освободителя.

Властный жест кисти Цепеша - и кровь смешивается с облаком, образуя густую взвесь, сам воздух начинает бурлить, но зелёная хмарь прекращает распространяться и опадает на пол зловонными лужами.

Вместо пяти тел лестницу занимают едва ли не скелеты, плоть практически вся съедена, от одежды не осталось и следа, даже сталь автоматов проиграла магии - покрылась толстым слоем коррозии.

- Вот именно ради этого я пошёл с вами! - восторг Дракулы не разделял никто. Ника всё ещё барахталась где-то в коридоре проклятой квартиры, я прилагал уйму усилий, чтобы гасить боль в простреленной ноге, а Вадим уже перестал дышать.

- Мне казалось, вервольфы живучее.

- Обычно - да, но этот ни разу в жизни не ел настоящего, свежего мяса, так что, на его боевые навыки полагаться не стоит. Ну ничего, сейчас подлатаем. - Дракула склонился над телом антропоморфного волка. Рука возделась над грудью в области сердца, собирая красные капли и заставляя их двигаться. - Главное, чтобы мозг был цел, остальное мы поправим.

Кровь оборотня ручейками стекалась обратно к телу, начинала циркулировать внутри, стягивая края страшных пулевых ран и восстанавливая ткани.

- Чёоооооооооорт! - взвыл Вадим, распахивая глаза, и постарался дёрнуться, но подконтрольная Цепешу кровь наполняла тело вервольфа, не давая тому двигаться.

- Тише, пёсик, потерпи немножко, лучше боль, чем смерть. - Негромкий шёпот Влада перекрыл натужную и невнятную ругань полуволка. - Вот так, теперь хорошо.

- Тогда уж и меня подлатай. - Я указал на дырку в своём бедре.

- Не больно? - поскудно улыбаясь спросил Дракула.

- Нет, - ответил я с совершенно каменным лицом.

- А так? - он сжал кулак, и в ноге разорвался импульс боли, будто прямо в рану ткнули раскалённым прутом. Зато рваные края быстро задрожали и поспешили навстречу друг другу.

- И так - нет. Проконтролируй Вадима и проверь Нику. - Бросил я, начиная спуск, и постарался на бегу не вступать в лужи зелёной мерзости.

Улица встретила отрезвляющим холодом и помогла собрать мысли в кучу. Окна злосчастной квартиры выходили на противоположную сторону. Так что, стоит поспешить.

Обогнув здание, я застал картину поистине достойную увековечивания.

Макс, танцуя вокруг полной копии боевой формы Вадима, уклонялся от лопатообразных лап и жалил в ответ одним кинжалом. Второй застрял между рёбер монстра, и у берсерка не было возможности вернуть его.

- Саша, лучше сдайся. - Я предпринял последнюю попытку решить дело малой кровью.

Не думаю, что обычная тюрьма подойдёт этому чудовищу, но, уверен, Игорь Аркадьевич сможет найти достойное занятие для такого "таланта".

- Неерт! Лучрше умереть хищнирком, познавшим вкурс кроври, чем жить травоярдной оврцой или жалким падальщиком! - звериные пасть и глотка сильно искажали слова, но смысл их был понятен.

Наркоман попробовал новый сорт героина и не собирался отказываться от него, даже если на кону стоит жизнь. Что ж, это личный выбор каждого.

А Макс не терял времени, он ловким отшагом с полуоборотом пропустил огромную лапу и, зайдя за спину вонзил длинный клинок под левую лопатку вервольфа. В отличие от брата, Саша успел попробовать человечину живой, поэтому обладал куда большим порогом выживаемости. Однако предел есть у всего.

Резкий, но предсказуемый разворот не смог достать Максима - он поднырнул под локоть, схватил другой кинжал обеими руками, провернул его, высвобождая из плена костей, и вскрыл полуволка от низа грудины до самого подбородка. Этого не хватило для убийства твари, однако драться та больше не могла, поэтому уже следующим движением Макс вогнал свою игрушку по самую гарду в левый глаз шерстяного людоеда, прервав тем самым его мучения.

Разобравшись с оборотнем, берсерк развернулся ко мне, но в глазах больше не было безумия битвы, хотя ещё и плескались чёртики сумасшествия.

- Я смог, шеф! Смог! - Макс устало выдохнул и уселся прямо на залитый кровью снег.

К нам, не торопясь двигалась вся оставленная троица. Ника несла брошенную берсерком куртку. Девушка подошла ближе, стараясь не смотреть на фактически разделанную тушу и укрыла плечи коллеги.

- Что ж ты натворил, Саша? - Вадим очень устал. Смерть - и своя, и брата - далась оборотню нелегко.

- Может, ты захочешь помочь нам в предотвращении такого? - я не верил в успешность предложения, но должен был его сделать.

- Нет, ребята. Хватит и одной смерти за жизнь. Повторения такого дня мне не выдержать.

- Как знаешь. Но вот тебе совет: лучше следи за своим сыном. У него были все шансы стать ужином куда более страшной твари. И всё ещё есть возможность пойти по стопам дяди. Я не хочу убивать ребёнка.

Вадим ничего не ответил, он уставился остекленевшим от далеко ушагавших мыслей взглядом в светлую зимнюю ночь.

Глава 5 - Глиняный Человек.

Уже привычный формальный стук для обозначения своего входа в кабинет Игоря Аркадьевича сегодня оказался не слишком удачной идеей. Над столом шефа нависал Творец.

- Это же перевернёт мировую медицину! Все инвалиды вновь смогут обрести возможность ходить, самостоятельно есть...

- Нет, Иван. - Игорь Аркадьевич ответил совершенно спокойно и, заметив, в отличие от "мага", моё появление, продолжил: - Давай закончим позже, Шуту надо отчитаться об успехах.

- Ни в коем случае! Я знаю, что вы потом придумаете миллиард отговорок! Эта вещь может помогать людям! - Творец разве что слюной не брызгал, стремясь убедить бывшего Цезаря.

- Людям - нет. Ни один человек не обладает постоянным источником энергии, чтобы питать твою придумку. А на эмоциях долго такое сложное приспособление не протянет.

- Я смогу соорудить устройство для конвертирования!

- Не сможешь. - Игорь Аркадьевич сохранял ледяное спокойствие. - Да и потом, ты планируешь делать протезы для каждого человека на планете?

- Нет, но... - Иван растерялся.

- Но? Давай заявим обычному нормалу, что он живёт рядом с монстром. Что его сосед, вполне возможно, способен сломать каждую кость в человеческом теле силой мысли. Что сделает этот нормал?

- Люди не такие. - Совсем вяло отозвался артефактор.

- Именно такие. Тебе напомнить про охоту на ведьм? Хочешь, чтобы костры запылали вновь? Хочешь погружения в смуту?

- А как же случайности? Неужели никто до сих пор ни разу не видел никого из нас?

- На то они и случайности, чтобы не быть систематическими. Такие вопросы разрешаются без особых проблем, в крайнем случае списываются на взрыв природного газа. А ты хочешь лично сообщить всему миру, что магия существует. И ради чего? Ради полутора калек, которым сможешь вернуть толком и не протестированные конечности? - с каждым словом шеф всё сильнее давил взглядом, прибивая Творца к полу, будто гвоздями.

- Я понял. - Совсем тихо проговорил Иван, взял со стола не замеченную мной раньше механическую руку, отливающую медью, развернулся на пятках и хмуро пошагал к выходу, буркнув мне невнятное приветствие. Прежде чем он удалился, я успел бросить ему:

- Подойди к Максиму, есть для тебя достойная работа. - Артефактор угрюмо кивнул и поспешил прочь.

Шеф смахнул со стола все три лежащие там пылинки, открыл один из ящиков и достал оттуда что-то съедобное, но, прежде чем приступить к поеданию, обратился ко мне:

- Проблемы были? - уверен, он уже во всех подробностях знал, за каким лешим я вытащил свою команду в поле.

- Да. Шесть трупов. Один вервольф и пятёрка не пойми кого, заряженная по уши артефактами.

- Живым вы, конечно же, никого не взяли. - В голосе шефа проступила толика недовольства.

- Последний покончил с собой, попутно убрав все возможные следы. К тому же, вы ведь и без того знаете, кто за мной охотится.

- Знаю, Шут, конечно, знаю. А вот, где у них сейчас опорный пункт, раз они смогли так быстро до тебя добраться; какими ресурсами располагают здесь; насколько хорошо осведомлены о силовом составе нашего отдела. Всё это было бы очень неплохо узнать. - Шеф поднял на меня глядящие с укором глаза. Похоже, начальник начинает во мне разочаровываться.

- Состав знают плохо. Ребята явно не были готовы ко встрече с Владом. Хотя на меня нацелились конкретно. Прихватили даже пару зарядов к РПГ. Видимо, рассчитывали, что я не смогу вовремя среагировать на взрыв большого радиуса. Всё остальное, думаю, способен поведать Степаныч.

Во взгляде Игоря Аркадьевича вновь проступило одобрение.

- Давно догадался?

- Подозревал давно, но сегодня убедился. Только он знал, куда я еду, и что буду один. Хотя мне не понятно, каким образом силовики нашли конкретное здание.

- Есть способы. Лучше скажи, как Влад? С катушек не слетел?

- Всё время паясничает и изображает ненормального. Но в бою действовал быстро и чётко. А после реанимировал оборотня и подлатал меня.

- Это хорошо. Завтра я заберу его, Клео, Такаги и Светлячка. Предстоит важное дельце. - Мысли шефа куда-то ускакали, из чего можно заключить, что аудиенция завершена. Но всё же стоило уточнить:

- Я вам не нужен? - затуманенный далёкими думами взгляд Игоря Аркадьевича вновь сконцентрировался на мне.

- Не там. К тому же, кто-то должен остаться за главного.

- Понял.

***

Иван был разбит. Его шедевр, цель жизни, лебединую песнь; проект, вынашиваемый не один год и неожиданно живо продвинувшийся с переездом к этой странной компашке фриков. Его Творение! Оно, завершённое и доведённое до ума, собранное в опытный образец, было отвергнуто.

Самое поганое - Изориэль прекрасно понимал каждый приведённые Игорем Аркадьевичем довод. Вот и выходило, что цель, казавшаяся достойной на роль мотиватора всей жизни, достигнута. Но никому не нужна, а потому выброшена на обочину истории.

- Что там у тебя? - недовольный артефактор нехотя поднял глаза на берсерка. Тот лучился радостью, чем бесил ещё сильнее.

- Короче, Вань, смотри. - С этими словами Максим извлёк завёрнутые в измазанную тряпку кинжалы. - На них свежая кровь натурального вервольфа. Влад сказал, это может тебе сильно помочь.

Что-то забрезжило в конце длинного тоннеля бесцельного существования и тоски.

- Почему не предупредили раньше?! - всё ещё недовольный Творец охотно принял свёрток из рук боевика. - Кровь сейчас свернётся и лишится почти всей энергии. А у меня нет даже приблизительных расчётов!

- Влад сказал, что не свернётся. Он что-то с ней сделал. И ещё велел отдать тебе вот это. - Слова Макс проиллюстрировал пузырьком тёмно-бурой жидкости, вытащенным из внутреннего кармана куртки.

- Прекрасно! - настроение Ивана росло быстрее и быстрее с каждой секундой. Он выхватил склянку и поспешил в свою комнату.

- Погоди! Дай хоть посмотреть, что ты там шаманишь. - Берсерк увязался следом, но Творец не стал размениваться на слова, просто захлопнул перед его носом дверь и сразу уселся за стол, приступив к расчётам.

Хотя последнее действие носило своё название с сильной натяжкой. "Маг" для начала визуализировал ритуал в голове. Старался представить нужные ощущения, поймать настрой для привязки правильных свойств. Потом записывал всё в пухлый журнал мелким и не очень понятным почерком. В редких случаях, когда предмет зачарования сначала нужно было изготовить, приходилось вспоминать о неоконченном архитектурном факультете, браться за карандаш и начинать чертить.

Вариаций работы с кинжалами бойца Творцу виделось много, но большая их часть имела свои недостатки. Скажем, то же пламя брало силу в ненависти, которой у Максима не было. Для Шута вполне можно было бы запитаться ледяным безразличием, но и этим берсерк похвастаться не мог. Вполне неплохим вариантом казалось сыграть на безумстве что-нибудь вроде увеличителя физической силы. Но тогда получается, что боевик сможет применять клинки только в режиме бешенства, в котором и без того неплохо справляется.

Такой цепочкой рассуждений Иван пришёл к мысли схватиться за ветреность "заказчика" и был вынужден признать правоту слов Оракула, предложившего это ещё при первом визите.

На приготовления ушло чуть больше часа, к концу которого появился Шут. Он открыл дверь и, ни слова не говоря, прошёл в самый тёмный, дальний угол, где с комфортом расположился на тумбочке при помощи скрещённых под собой ног. Поступить с ним так же, как с Максимом, Творец не мог. Боялся. Этот ледяной взгляд, голос, способный заморозить кровь в жилах и абсолютное безразличие в каждом движении. Бррр. Оставалось только постараться не обращать внимание на незваного гостя и приступать к работе.

Своё место в центре комнаты занял небольшой квадратный столик. Несмотря на размер, он был тяжёлым благодаря толстой дубовой столешнице, уже впитавшей в себя десяток ритуалов. М-да, ритуалов. Никак иначе процесс создания артефактов Творец назвать не мог, хотя и хотел бы. Всё же, он творил магию! Но пути сотворения выглядели мягко говоря отталкивающе.

Своё место посередине стола заняла тряпица с кинжалами. Кровь, пропитавшая ткань насквозь, жадно впилась в столешницу. Влад не обманул, красная жидкость сохраняла текучесть и даже не думала начинать сворачиваться. По всему периметру Иван поставил длинные чёрные свечи и зажёг их, затем погасил свет. Не то, чтобы это было обязательной частью ритуала, зато создавался правильный антураж, который помогал поймать подходящий настрой.

Один из кинжалов сильно фонил смертью. Видимо, именно он поставил финальную точку в жизнь вервольфа. Его нужно оставить главным. Но сперва связать клинки, сделав их неразрывными.

Содержимое фиала перелилось в широкую глиняную миску. Густая, взятая, кажется, из самого сердца, кровь неохотно покидала своё предыдущее обиталище.

Теперь опустить рукояти в красную жидкость до середины и плотно прижать друг к другу. Сознание Творца потянулось туда, нащупывая едва заметную нить энергии и плотно связывая ей части будущего артефакта.

Теперь добавить в миску пару предварительно сломанных перьев хищных птиц для большего сродства с ветром и, наполнив свои мысли предельный концентрацией бесшабашности, на которую только способен, окунуть в кровь уже лезвия.

Иван аккуратно извлёк кинжалы, положил их на стол, окончательно пачкая его кровью, и несильно подул на клинки, сгоняя дыханием кровь от гарды к острию. Металл едва заметно замерцал голубоватым. Свет будто увеличивал длину оружия.

Отлично! Теперь надо привить второе, не менее важное свойство.

Для этого артефактор уместил в руке сразу две рукояти и неаккуратно полоснул себя по ладони. Возможно, не лучшей идеей было резаться свежевыпачканными в крови вервольфа кинжалами, но Творец сейчас был занял любимым делом и думал о таких мелочах в последнюю очередь.

Одновременно с порезом Иван постарался вложить тот резкий испуг, который когда-то, в далёком детстве, испытал от невинной, в общем-то, шутки внезапно выскочившего из-за угла брата.

Пусть жертва сама питает оружие, и вместе с раной получает разряд да помощнее!

Ну и последнее, самое главное. Стоило дать артефакту путь к развитию. Такого Творцу делать ещё не доводилось, но он нисколько не сомневался в результате.

Своего сомнительного часа дождалась крыса, жившая в этой комнате третью неделю. Иван даже успел начать к ней привыкать. Но прочь сантименты! Дело превыше.

Разбуженный грызун вяло барахтался в тонкой изящной ладони артефактора. Другая рука сжалась на ещё скользкой от крови рукояти "главного" кинжала. В следующую секунду крыса жалобно пискнула и испустила дух, Творец же приложил все мыслимые усилия, чтобы жизненная сила не рассеялась в пустоте, а перешла в клинок. Тот сыто замерцал бледно-алым, принимая жертву.

Всё. Теперь можно выдохнуть. Артефакт создан и наделён избранными силами. Осталось только провести испытания. Но это потом. А сейчас самая неприятная часть любого процесса сотворения - уборка.

Хотя не так уж теперь и сложно. Большую часть работы делает стол. Он уже без следа впитал всю пролитую кровь. Иван бросил на середину тушку крысы, а поверх вылил всё, что осталось в миске. Жадно захлюпав, столешница приняла дар, и уже через пять минут от "мусора" не осталось даже следов.

Творец и сам не знал, к чему приведёт такое "питание" мебели. Но любопытство вполне успешно побеждало в битве с благоразумием. Остаётся только надеяться, что одним не очень-то прекрасным днём в конец зажравшаяся деревяшка не схомячит за компанию своего создателя.

Шут, про которого Иван вправду забыл, встал с облюбованной тумбочки и, так же молча, как появился, покинул комнату.

***

Идея посетить Творца оказалась хорошей. И хотя у меня не сразу получилось осуществить задуманное - решение мелких дел отняло почти час времени - я успел как раз к началу.

Иван бросил на меня быстрый взгляд и мгновенно вернулся к своим приготовлениям. Перечить не решился. Мне осталось только убрать с тумбочки лампу, занять позу поудобнее и постараться рассредоточиться, чтобы понять, ощутить, какими энергиями пользуется артефактор.

Сама атмосфера комнаты чем-то отличалась от всех остальных виданных мной мест. Она была пропитана силой. Что-то буквально витало в воздухе.

Внимание неожиданно охотно рассеялось по пространству. И вернулось с отзвуками эманаций. Стол, выставленный в самый центр помещения отдавал грязной липкой чернотой. Кинжалы Макса носили на себе печать боли и мучений. Один прямо излучал злую сероту, стелящуюся туманом и оставляющую частичку на всём, к чему прикасалась.

Ещё с десяток вещей в беспорядке разбросанных по комнате излучал едва заметное свечение. Красное, голубое, зелёное, жёлтое. Агрессивное, успокаивающее, вяжущее, раздражающее.

Пока я любовался новой стороной мира, Творец приступил к ритуалу.

Каждое его прикосновение вызывало волнение в ауре кинжалов. Рукояти связала прочная алая нить, а затем изменения коснулись и остального оружия. Сначала едва заметные колебания воздуха объяли лезвия, затем где-то в глубине клинков возникло тревожное бледно-синее мерцание. И, наконец, окончание ритуала, заставившее меня напрячься.

Иван взялся за кинжал с печатью смерти и усилил её. Остриё проткнуло вяло трепыхавшуюся крысу, после чего жадно выпило все имевшиеся у той жизненные силы.

Завершающий аккорд ритуала потерялся на фоне "кормёжки" страшного стола. Крышка, и без того вызывающая отторжение, поглотила и труп крысы, и кровь вервольфа с замешанными в неё перьями, налившись ещё большей чернотой, заблестев и... шевельнувшись?

Я покинул комнату, стараясь не терять новый настрой, хотя это оказалось нелёгкой задачей. Едва порог остался за спиной, на плечи будто рухнула стальная наковальня, сбивая с шага и мешая сознанию. Коридор не мог похвастаться водопадами силы, отчего нужное состояние старательно ускользало.

Но мне всё же удалось добраться до своей комнаты и взглянуть новообретённым взором на Аке-Набе.

Под оплёткой, у самой цубы, там, где клинок резко сужается, становится хвостовиком и прячется в рукоять, я рассмотрел клубок неведомых иероглифов всех известных цветов. Никаких следов страданий жертв - их счистила волна, пробегающая по лезвию раз в десяток секунд.

Каждая закорючка вызывала странное, но стойкое ощущение. Какая-то казалась острой, какая-то горячей, какая-то мягкой, какая-то вообще стремилась сбежать от взора и никак не давала взгляду сфокусироваться на себе.

Да, теперь я понимаю, почему этот меч считается легендарным. С ним можно творить великие дела, если знать, как.

Мне это пока, увы, не известно. Но поле для тренировок только что скачком выросло, и то, что минуту назад казалось стадионом, сейчас было не больше горошины на фоне открывшихся просторов.

А ещё появилась пара вопросов к Игорю Аркадьевичу. И их стоит задать, пока шеф не укатил на неопределённый срок.

Начальник записывал что-то красивым размашистым почерком на неизвестном мне языке. Закорючки и петельки больше походили на украшенную клинопись, чем на современный язык.

При моём появлении Игорь Аркадьевич отложил стальное перо тонкой работы, но не стал закрывать небольшую записную книжку.

- Что-то хотел, Шут? - поторопил он меня.

- Да. Из головы не идут Ваши слова о том, что вы считаете Творца слабым артефактором.

- Ты не согласен? - в тоне толика глумления. Будто взрослый, готовый обучать карапуза математике, выслушивает от того претензию в нелогичности этой науки.

- Он только что за десять минут сотворил неслабый, насколько я могу судить, артефакт.

- При желании, такие "артефакты" может создавать любой, обладающий достаточной силой и контролем над ней.

- Так почему же мир не полнится подобными изделиями? Почему всё, встреченное мной до появления Творца, вышло из-под рук одного мастера?

- Да потому, что это всё глупые поделки, завязаны на эмоции, посему нестабильны и недолговечны. Уракато оттого и был великим мастером, что научился наделять предметы силой, не привязываясь к ощущениям, находя для их запитки вечные источники или вводя чары в спячку. Потому твой меч ни на грамм не потерял в силе. Нужно только правильно приложить усилие, и магия пробудится. Такасами смог оставить на поверхности самые простые усиления, вроде повышенной прочности, благодаря чему клинок не тупится. Скажи мне, ты уже познакомился с силой Такаги? - Игорь Аркадьевич говорил с огнём и болью. Кажется, я наступил не на ту мозоль.

- Да.

- Его ветер без проблем нашинкует Крепыша в долю секунды. И твой меч способен на это. А как долго будут служить творения Ивана? Год? Десять, может, двадцать лет? Возможно, но маловероятно. Так что прекращай разводить демагогию и подналяг на тренировки.

Вот такие слова я услышал от Игоря Аркадьевича напоследок. Уже утром вся действительно сильная часть нашего отделения покинула здание, воспользовавшись порталом Ники. Попрыгунья всё лучше справлялась с непривычной для себя задачей. И теперь Влад лишился всего одного пальца, прежде чем компания смогла переместиться куда-то в Испанию.

Первая неделя, прошедшая без происшествий, сменилась второй. Большую часть времени моя команда проводила в зале, оттачивая движения, гибкость и стараясь не убить друг друга.

Усиленные тренировки давали свои плоды, Максу не удавалось дотянуться до меня даже когда он отпускал вожжи в режиме берсерка. Кинжалы сверкали быстрее молнии, лезвия, удлинённые ветром, проносились в миллиметрах от меня.

Этот аспект чар работал надёжно. Однако, Творец, активно в начале посещавший занятия, чтобы увидеть, на что годен его артефакт, оказался раздосадован результатом второго слоя магии. По задумке Ивана, лезвие, нанося раны и заряжаясь болью, должно было прошибать врага обездвиживающим зарядом. Такое оружие смогло бы нелетально выводить из боя практически любого противника. Но не срослось.

Неглубокая царапина, прочертившая моё предплечье, вызвала из самых глубин закопанных эмоций страх. Животный, панический ужас, требующий бросить всё и бежать. Но фокус не сработал - испуг не смог преодолеть защиту ледяной брони, поэтому так и остался гулять где-то в глубине, недовольно бурча и злобно пиная остальных обитателей холодных застенок моего подсознания.

- Должно быть, передал не тот отголосок эмоции. - Насупившись, предположил Творец и прекратил посещать тренировки. Впрочем, я заметил, что артефактор легко забывает провалы и принимается за новую работу с ничуть не меньшей охотой.

Однообразие времяпрепровождения нарушил звонок. Уже через пять минут оба моих подопечных были собраны, по возможности вооружены и решительно настроены.

- Что случилось, шеф? - конечно же, именно Макс не смог сдержать любопытство первым.

- На складе сработала тревога, местная охрана не отвечает. Выдвигаемся немедленно, машина уже ждёт.

- А может, порталом? - робко предложила Ника.

- Не стоит. - Я решил не объяснять девушке, что таким образом она практически проорёт о направлении своих занятий шпиону. Это не внутреннее задание команды, где выход и возвращение могут пройти незамеченными для "поверхности". Имелся и ещё более весомый аргумент. Я не был готов к проверке возможностей моего дара посредствам сования руки в нестабильный портал. Всё же, мне далеко до того же Влада, не говоря уже об Игоре Аркадьевиче, оторванные конечности вряд ли отрастут вновь.

Склад находился в десяти минутах быстрой езды. Не знаю, по каким причинам, было решено выделить под него отдельное здание, но сейчас эта идея казалась откровенно провальной.

Такая же с виду заброшенная халупа, как и наш офис. Просто покосившийся домишко, обделённый хозяйским вниманием. Разве что размером кажется чуть больше. Он встретил нас вывернутой из петель дверью, открывающей прекрасный вид на "космическое" нутро склада.

Просторное помещение холла было занято только парой столов, но съедало знатный кусок внутреннего пространства. Лифт отсутствовал, зато напротив входа сверкала белизной приличных размеров металлическая сейфовая дверь, сейчас распахнутая настежь.

У самого входа лежало одно тело, другое - рядом с горсткой пепла, оставшейся от учётных журналов. Похоже, кто-то очень не хотел, чтобы мы узнали, что именно было украдено.

Пространство за защитной створкой делилось на неровные части стальными стеллажами, заставленными всяческими ящиками, сундуками и коробочками. Некоторые полки седлали батареи разноцветных колб, каких-то дротиков и коротких метательных кинжалов. Тут и там виднелись следы вандализма и воровства. Где-то зияла проломом створка, где-то сверкало отсутствием пыли пустое место.

Самой неожиданной находкой стал человек.

Обнажённый мужчина, сжавшись в позу зародыша лежал посреди стеллажей и не дышал.

Я аккуратно придвинулся к нему, готовый в любой момент отразить нападение. Но находка не подавала признаков жизни. Ровно до тех пор, пока моя рука не коснулась шеи в поисках пульса. В этот миг незнакомец впитал приличную часть моей энергии, открыл глаза и попытался встать. Последнего я ему сделать не дал. Несмотря на внезапно навалившуюся усталость, реакция не подкачала и хороший правый отправил мужчину обратно на пол. А я поспешил откатится в сторону.

Находка вновь подняла на меня озадаченный взгляд. Его лицо деформировалось от удара, сохранив отпечаток кулака, будто пластилин, но спешно восстанавливало прежнюю форму.

- Вы кто? - похоже, парень совсем не обиделся на жёсткое приветствие и теперь непонимающе крутил головой, пытаясь охватить глазами всё вокруг. Он, не торопясь, поднялся и продолжил озираться. Его нисколько не смущали ни нагота, ни наличие девушки.

- Нет, друг, это ты кто? - не полез за словом в карман Макс. Но ответной агрессии не последовало, незнакомец озадаченно потупился, а затем улыбнулся и легко ответил:

- Не знаю.

- Как сюда попал? - я с подозрением посмотрел на находку, но та опять без проблем сообщила:

- Не знаю. Первое, что помню - как ты бьёшь меня. - Он, не переставая улыбаться, пожал плечами.

Кажется, на врага не похож, действительно будто только очнулся. Я подобрал с пола сброшенное вором покрывало, прятавшее, видимо, что-то из украденного, и бросил его мужчине.

- Прикройся. - Тот неловко поймал ткань и удивлённо уставился на меня:

- Зачем?

- Чтобы не смущать девушку своим хозяйством. - Пояснил за меня Макс.

- Не понимаю. - Вновь заулыбался гость.

- Только человека дождя не хватало. - Макс сокрушённо покачал головой. - Шеф, что будем делать?

- Кирилл, вызывай чистильщиков, тут двое наших. Плюс надо попытаться понять, что было украдено. Этого берём с собой. Я угрозы не чувствую, но не расслабляйтесь. - Полетели мысленные распоряжения. - Ты ведь не доставишь нам хлопот? - это я уже вслух обратился к нашей находке.

- Нет.

- Ну вот и славно. - Дружелюбно улыбнулся, но реакция последовала неожиданная. Вся радостью вдруг сползла с лица незнакомца, уступив место озабоченности.

- Зачем ты так делаешь? Тебе же не весело. Сколько боли... Но тебе не тяжело, ты запер её.

- Всё-всё, прекращай, Фрейд. Лучше вспоминай, откуда тут взялся.

- Не знаю, - вновь улыбка.

Группу зачистки мы дожидались на улице. Поздний вечер ранней весны бодрил прохладой, но снег уже начал таять, оголяя грязь и мусор.

- Назову тебя Рейем. - Заявил берсерк.

- А почему так? - заинтересовался найдёныш.

- Да говорю же - вылитый человек дождя. Главное, чтобы за голову не хватался и не начинал орать. - Пояснил мой подопечный.

- Ладно, - легко согласился Рей.

Ника, наблюдающая за этой картиной, тяжело вздохнула, покачала головой и закурила.

- А почему ты такая невесёлая? - с детской непосредственностью на тридцатилетнем лице спросил мужчина. - Лучше улыбнись! Так ты будешь намного красивее!

Ребяческий тон развеселил Попрыгунью, и она действительно улыбнулась, секунду подумала и даже выкинула сигарету, которой так толком и не затянулась.

В машине Ника заняла переднее сидение, а мы с берсерком сели по бокам от Рейя на заднем, справедливо не доверяя незнакомому человеку. Тот с любопытством вертел головой и не испытывал дискомфорта - ни психологического, ни физического - по поводу того, что всю его одежду составляло прячущее только бёдра покрывало. Даже кожа мурашками не покрылась.

Степаныч встретил новое лицо без настороженности - уже привык к неожиданному расширению штата. Но взгляд хитрых глазёнок был цепким. Он быстро обежал нас, хватаясь за мелкие детали.

Сильнее удивился Крепыш, встреченный уже внизу. Здоровяк на секунду потерялся, и уставился на Рейя с непониманием. А затем обратился ко мне:

- В нём есть что-то близкое мне. Что-то земляное.

- Ага, он глиняный. - Сообщил Макс и добавил: - Без обид, дружище. - После чего смачно съездил Рейю по лицу.

- Конечно. - Улыбнулся тот, кажется, не чувствуя боли. А мы во второй раз лицезрели фокус с пластичностью его тела.

- Действительно... - протянул всё ещё озадаченный Крепыш.

Глава 6 - Феникс

Он не подал ни единого повода для подозрений. Ни угрозы, ни жеста, ни слова. Искренне улыбался, был максимально вежлив и предупредителен. На любые вопросы относительно своего происхождения отвечал неизменным «не знаю» и радостной гримасой.

Это безмерно раздражало Макса и настораживало меня. Но интуиция молчала.

Поэтому Рей остался. Крепышу, который не мог нарадоваться появлению своего «коллеги», помогал готовить. И делал это на удивление неплохо. Смешивая приправы по наитию он ни разу не ошибся при выборе дозировки и пропорций.

Видать, в прошлой жизни, которой не помнил, был как-то связан с кухней.

Напрочь отказался участвовать в спаррингах, заявив, что не готов наносить вред. Зато легко соглашался побыть тренировочной грушей. Тут сильно пригодились нечувствительность к боли и специфическое строение тела.

По поводу появления такой редкости Крепыш даже разоткровенничался:

- Мне не понятны его силы. Чувствую что-то знакомое, но не совсем такое. Может быть, он как и я - элементаль? Какая-нибудь разновидность?

- Ты тоже элементаль? - удивилась Ника.

- Что значит - тоже? - неправильно истолковал слова девушки Макс.

- Как Светлячок.

- А кто это вообще такие? - и целая жменя вопросительных глаз уставилась на меня.

- Представители определённой стихии... - начал я, но понял, что выражаюсь неверно. - Даже, скорее, её воплощение. Светлячок - огонь, Крепыш - земля. - Здоровяк согласно кивнул, подтверждая моё утверждение.

- Так значит, ты земляной? Поэтому у тебя такая твёрдая непробиваемая шкура? - уточнил Макс.

- Не совсем. - потупился Крепыш. - Я обладаю низким сродством. На уровне рефлексов могу укреплять кожу, но больше ни на что не способен. Зато мои родители умели по-настоящему повелевать землёй, двигать одним усилием мысли камни, извлекать разные элементы.

- Впечатляет. - Одобрил берсерк.

- Да, а на высоких уровнях сродства элементаль способен растворяться в стихии.

В этот момент из глубин памяти всплыл Светлячок, который превращал в пламя кусочек своей сути. Кажется, я плохо представляю себе пределы его силы.

- Так может, наш Рей именно такой? - предположила Ника. - Просто работает со стихией несколько иначе. Не заставляет тело твердеть, как камень, а, наоборот, делает его пластичным, как глина.

- Что-то не сходится. - Возразил Макс. - Глина становится мягкой, когда в неё добавляется вода.

- Ну тогда как хлорит. Какая разница?

Пока подчинённые в очередной раз не могли найти согласия, я попытался рассмотреть энергетическую составляющую Рейя. Очень медленно, неохотно, глаз начал различать токи сил в зале. Яростное, будто бушующее пламя, красное, как артериальная кровь, Тонкое Тело берсерка соседствовало с неровной, вспыхивающей и исчезающей, текучей, словно вода, насыщенно-синей, цвета собственных порталов, аурой Попрыгуньи. Они сильно выделялись на фоне высившегося за ними спокойного глубокого бежевого монолита Крепыша.

Рей же действительно обладал схожим со здоровяком окрасом, равномерно размазанным по всей оболочке. Вот только поверх земляного отлива имелся слой едва различимых прозрачных колебаний. Как у меня.

Единственный человек, способный разглядеть больше - Творец - с самого отъезда начальства не выходил из своей комнаты и никак не реагировал на требование прервать затворничество. Ника даже заволновалась, но я отчётливо ощущал характерные энергетические всполохи. Изориэль творил что-то грандиозное.

Так вновь потянулась патока времени. Игорь Аркадьевич со всей компанией отсутствовал удивительно долго. Будь на его месте кто-нибудь другой, мы бы обязательно напряглись и заволновались. Но бывший Цезарь не входил в число беспомощных существ. А если учесть состав "сопровождения", можно ожидать, что старшие заняты силовым переворотом в какой-нибудь отдельно взятой европейской стране средних размеров.

Уже к концу месяца явился новый гость. Неизменный Степаныч попросил меня подняться, чтобы решить, как поступать с явившимся.

В холле ожидал весьма колоритный персонаж. Худой, рыжий, нескладный, похожий на Джека Скеллингтона в своём высоком цилиндре, длинном плаще и с тростью, украшенной набалдашником-черепом.

- Здравствуй. Ты, я так понимаю, Шут, новый ставленник Игоря Аркадьевича? - субъект протянул руку, возвышаясь надо мной на три головы.

- А ты? - недоверие не прикрывалось даже для виду.

- Это друг шефа. - Влез Степаныч, что и решило дело. Интуиция вновь молчала, зато работала простая логика. Непонятно кто появляется во время отсутствия Вечного, а шпион и главная заноза в заднице всего отделения поручается за него, представляет другом начальника. Мозаика сложилась быстро. Меч с тихим шелестом покинул ножны и, свистнув от неприличной скорости, обезглавил гостя.

Цилиндр не успел начать сползать, как за спиной рыжего раскрылись поистине гигантские пламенные крылья неведомой птицы и в один миг поглотили всё помещение, перемолов в пепел и меня, и сторожа, и тело носителя. Осталась лишь гигантская гора праха с торчащей рукоятью Аке-Набе, спокойно пережившего апокалипсис локального масштаба. Где-то под золой наметилось шевеление, показалась рука, а затем и её хозяин. Совершенно не похожий ни на кого из присутствовавших в помещении миг назад - невысокий и полноватый. С неловкостью новорождённого котёнка мужчина пошатываясь куда-то зашагал...

Клинок застыл у самого горла Скеллингтона, так и не отделил голову от туловища.

- Верное решение. - Совершенно спокойно одобрил гость. - Позволь представиться. Я - Феникс. Есть подозрение, что ты, Оракул, уже полюбовался на мои навыки.

- Развелось бессмертных. - Я старательно продемонстрировал несуществующее раздражение и спрятал клинок в ножны. Краем глаза взглянул на сторожа, затем продолжил: - Пойдём-ка пообщаемся. - И почти по-дружески хлопнул его плечо, подталкивая к выходу. Сторож растерянно водил глазами, не понимая моего странного поведения: то чуть голову не рублю, то едва ли не обниматься лезу. - Степаныч, позови к нам Крепыша.

- Может, лучше сразу пойдём к Игорю Аркадьевичу? - удивился Феникс уже за дверью.

- А что такое, Крепыш не сможет подтвердить твою личность?

- Есть какие-то сложности с шефом? - по-еврейски ответил гость.

- Не ёрничай. Лучше расскажи, какого чёрта явился.

- Экий ты недружелюбный. - Рыжий неестественно широко улыбнулся, отчего стал ещё сильнее походить на мультяшного собрата.

- Надоели как-то ребята, пытающиеся меня убить. - Я вернул Фениксу его широченную улыбку, попутно стараясь придумать, что делать. Пока выходит, что грохнуть этого нескладыша не выйдет. Более того, процесс перерождения нового знакомого скорее всего не переживу и я.

- Ладно-ладно! Не будь таким букой. Игорь Аркадьевич оставил сообщение с этим адресом и наказом пообщаться с Оракулом по имени Шут. - Я сразу ухватился за информацию о Морти.

- Когда и где? - собеседник тяжело вздохнул, но принял правила игры, где я задаю вопросы:

- Неделю назад в Париже. D'accord?

- Вполне.

Что и требовалось доказать, шеф жив и здоров, раз позволяет себе оставлять сообщения для старых знакомых. Если, конечно, Феникс действительно тот, за кого себя выдаёт.

Сомнения поспешил развеять Крепыш, появившийся в своём неизменном свитере.

- Жак! Какими судьбами?

- По тебе соскучился, здоровяк! - элементаль радостно принял объятия Феникса, не уступающего ему ростом.

- Кто это, Крепыш? - я сохранял насуплено-недовольный вид, что, впрочем, не сбило коллегу с толку.

- Ещё один ученик Игоря Аркадьевича.

- Так почему он ни разу не появлялся в конторе?

Феникс тяжело вздохнул:

- Потому, что официально не числюсь в списках вашей организации. Выполнял поручения шефа по всему свету. С переменным, правда, успехом.

- Ладно, придумаем, что с тобой, таким бессмертным, делать.

- Ну-у-у, - протянул Крепыш. - Жак не совсем бессмертен.

Я заинтересовался:

- Так значит, его можно убить. - Слова элементаля о знакомстве с данным субъектом остаются словами. Доверия к Фениксу у меня не больше, чем к Рейю, так что стоит обзавестись "запасным планом".

- Крепыш, не путай начальство. - Шутливо нахмурился Скеллингтон. И уже для меня продолжил: - Он имел ввиду, что при смерти я фактически лишаюсь себя. Воскресает уже иной человек. С моей памятью, но другим телом, другими привычками и совершенно непохожим характером.

- А что с навыками?

- Так же, как и со всем. Что-то теряется, что-то остаётся, что-то даже приобретается. Как, например, чувство вкуса в этом воплощении. - Феникс улыбнулся и сделал оборот на месте, демонстрируя свой странный наряд со всех сторон.

- Значит ты, как личность всё же умираешь?

- Да, - стерев улыбку, вздохнул Жак. - Поэтому, строя планы учитывай этот фактор. К тому же, есть немаленький шанс, что в процессе перерождения под раздачу попадут ещё и союзники.

- Это я уже заметил.

За разговором мы вернулись в здание и подошли к лифту.

- Ладно, со мной всё решили, а где Игорь Аркадьевич? - полюбопытствовал Феникс.

- Он вместе со всеми старичками уже не первую неделю шляется по Испании, что-то ищут. И когда вернутся - не понятно. - Пояснил Крепыш.

На моём лице не дрогнул ни один мускул, хотя внутри всё сжалось. Крепыш только что выдал совершенно секретную информацию в присутствии вражеского агента. Степаныч, тоже оставшийся внешне бесстрастным, вызвал нам лифт и пожелал хорошего пути. Но я понял - быть беде.

***

Напряжённая тишина нарушилась отнюдь не так, как я рассчитывал. Таинственные враги не желали себя показывать, заставляя нервничать ещё сильнее.

Сосредоточенность медитации разорвалась в клочья стандартной трелью звонка моего личного телефона.

Этот номер знали немногие.

Вопреки ожиданиям, аппарат не торопился определить звонящего, демонстрируя незнакомые цифры абонента, отсутствующего в списке контактов.

- Алло? - готов услышать в ответ срочное требование Игоря Аркадьевича явиться по выданным координатам, но нет, динамик воспроизводит сбивчивый смутно знакомый голос:

- Шут? Это Вадим. - Собеседник правильно расценил молчание и поспешил пояснить: - Вервольф из крематория.

- Слушаю.

- Кто-то убил дядю. Я боюсь за семью. - Сильно нервничает и торопится, глотает окончания.

- Вы дома?

- Да.

- Буду через десять минут.

- Поторопитесь.

И короткие гудки.

Я быстро освежил в памяти дело на семейство. Дядя, судя по всему, был тем самым оборотнем, который когда-то по пьяни решил напугать соседа, попутно засветив себя на всю деревню. Тогда удалось свалить всё на водку и закрыть вопрос малой кровью. Но на карандаш мужик попал. Был женат. Супруга из нормалов, однако в курсе ситуации и нисколько не смущается по поводу волчьей стороны мужа.

Ника обнаружилась в зале. Попрыгунья усиленно тянулась, стараясь развить гибкость суставов. Компанию ей составлял Рей. Мужчина просто сидел у стены и, по-птичьи наклонив голову, с любопытством наблюдал за разворачивающимся перед ним действом.

- Шут, привет. - Он радостно улыбнулся мне. - А я вот размышляю над своей природой. - С этими словами Глиняный Человек согнул левую руку в противоположном естественному направлении и продемонстрировал выступающие через кожу кости. - Такое чувство, что связок вообще нет.

В другой момент я бы заинтересовался этим открытием, но сейчас меня куда сильнее беспокоил собственный дар. Напрочь отключившаяся интуиция, которая заставляла внутреннего параноика проснуться и активно трястись от каждой тени. А ну как звонок - ловушка, очередная попытка выманить меня из офиса и уничтожить.

Масла в огонь подливал штиль на море прорицания. С Толей - так, если не ошибаюсь, звали дядю Вадима - я был знаком. Значит, должен был увидеть его гибель, но не увидел. Следовательно, либо аппарат по выдаче видений барахлит, либо с вервольфом всё в порядке, и стоит вернуться к мысли о западне.

Неприятная ситуация, и выход из неё сильно зависит от правильной постановки вопроса.

Готов ли я рискнуть своей жизнью ради неподтверждённой угрозы малознакомому оборотню?

Готов ли я рискнуть жизнью невинного перевёртыша, а может, и всей его семьи, из-за смутных опасений?

Впрочем, нет. Не стоит обманываться, ни в одной из вариаций у меня не получится поставить на себя. Нужно что-то делать. Разве что, стоит предварительно постараться перестраховаться.

- Ника, сможешь открыть портал в крематорий вервольфов?

Глиняный товарищ нисколько не обиделся на игнорирование.

- Думаю, да. Когда?

- Сейчас. Рей, поможешь мне?

- Почему нет? - не раздумывая согласился мужчина. - Что надо делать?

- Проверить путь на наличие ловушек.

- Сделаем. - Ещё одна лучезарная улыбка.

Ника тем временем закончила формировать арку прохода. Портал засиял, разбрасывая яркие голубые блики по стойкам с оружием. Рей сделал к нему нерешительный шаг, восхищённо любуясь переливами оттенков синего, затем осторожно протянул руку к едва заметному воздушному мареву, подрагивающему на поверхности ворот, будто масляная плёнка на неспокойной воде. Вслед за кистью в провал сначала ухнуло плечо, а потом и весь элементаль. Тридцать секунд спустя с той стороны показалась голова:

- Всё нормально, только входи аккуратно, тут высоковато.

Я кивнул Нике, благодаря за помощь и поспешил по следам Рейя. Он не обманул, портал висел в полуметре над уровнем пола.

Попрыгунья предусмотрительно сотворила путь в помещение магазина ритуальных услуг. Дверь в подвал была открыта, снизу слышался гомон.

- Идём туда? - шёпотом поинтересовался Рей. Я задумался. Остальных брать точно не стоит. При необходимости их практически в любой момент перекинет Ника, а вот рисковать своими людьми в такое неудачное время, когда предвидение, кажется, решило взять отпуск, не разумно. Рей же удар держит без особых проблем. Вопрос только до каких пределов сохраняется его условная неуязвимость. Выдержит ли элементаль, к примеру, попадание из автомата в голову?

Через пару секунд колебаний, решил, что стоит усилиться хоть так.

- Да.

Крадущийся шаг не обязателен, но и лишним не являлся.

Следующая дверь тоже не была закрыта. За уже виденным столом сидело всё семейство и шумно спорило. Увидев нас, все напряглись и оскалились, но затем узнали.

- Я очень рад! - Вадим поспешил протянуть широкую ладонь для рукопожатия.

- Это Рей, он постарается помочь. А теперь введите меня в курс дела.

- Толика убили. - Едва сдерживая слёзы, вперёд вышла дородная супруга проштрафившегося вервольфа. Всхлипнула, вздохнула и постаралась взять себя в руки. - Человек в маске. Ворвался в дом с автоматом и застрели-и-и-и-ил. - На последнем слове женщина всё же сорвалась в вой. Я невольно поморщился. Вадим, поняв, что больше ничего полезного сказано не будет, перехватил инициативу диалога:

- Любовь Фёдоровну он не тронул, проверил, что дядя мёртв и ушёл. В органы, она, само собой, не обращалась, поехала к нам. Ну а я уже сразу позво...

Тут вервольф понял то, что мне стало очевидно сразу.

- Он не случайно её отпустил...

Сверху раздался сильно приглушённый хруст. Глаза Вадима расширились от ужаса, он прошёл по самой грани трансформации, на секунду продемонстрировав весь набор клыков. Остальные, занятые успокоением впавшей в истерическое состояние жены жертвы, ничего не заметили.

- Прячь их, мы здесь разберёмся. - Слова легли чётко, не оставляя пространства для вольной трактовки. Но глава семейства всё же внёс своё неуверенное предложение:

- Я могу помочь.

- Не надо, мы ещё в прошлый раз выяснили, что против автомата ты не воин, а семью прикрыть надо. И, ради бога, дайте Любови Фёдоровне нашатыря.

Рей, всё это время напряжённо наблюдавший за лицом женщины, поинтересовался:

- А что делать мне?

- Пока ничего, просто спрячься. Если вдруг что-то пойдёт не так, прикроешь их.

Глиняный решительно кивнул, случившаяся трагедия явно задела его за живое.

Вадим уверенно направил свою чету к дальней комнате. Я ещё успел заметить мелькнувший за дверью лабиринт коридорных развязок, в котором можно потеряться целой армией, прежде чем по лестнице раздались аккуратные шаги. Маска закрыла лицо, тело удобно умостилось на стол, Аке-Набе в ножнах занял место поверх колен.

На ступенях показались ноги, плотно сжатые милитарными берцами, следом вынырнул ствол калашникова. Мужчина в омоновской балаклаве вошёл в комнату, оценил обстановку и вскинул автомат, намереваясь перечеркнуть меня короткой очередью. Но я был быстрее. Толчком покинул стол, поднимаясь выше мушки так, чтобы враг не успел довести прицел, приземляюсь и ухожу в кувырок. Ножны звонко бьют по левой руке убийцы, объявшей рукоять и держащей палец на курке, заставляя того вскрикнуть и разжать хват.

Подготовка у боевика хоть и хромала на все конечности, всё же имелась. Поэтому, не теряя времени и не выпуская цевьё, он ударил меня ногой, метя в голову. Но я успел перехватить голень, с проворотом дернуть её на себя, роняя оппонента. Дальше дело техники: быстрый пинок по калашникову отправил оружие в недолгий, но далёкий полёт; удар куда-то между прорезей балаклавы дезориентировал врага, заставил его поплыть; молниеносное движение кисти сорвало маску, продемонстрировало мне знакомое лицо следователя местных органов.

Мужчина замер испуганным котёнком, успевшим нашкодить и теперь ожидающим кары. А я не знал, что с ним делать.

- Ты не один из них? - какая-то животная ненависть проступила даже через испуг.

- Из кого? - мой спокойный тон смутил следователя.

- Тварей. Они ведь здесь? Он сказал, что баба приведёт в логово. - И замолчал, понимая, что ляпнул что-то лишнее. Придётся развязывать парню язык, но пока постараемся без насилия. Я стянул маску, глядя на всё более удивлённое лицо.

- Следователь по особым? - представитель органов совсем потерялся, но быстро нашёл для себя объяснение. - Ты тоже пришёл за ними?

- Кто навёл тебя на след? - я надавил, возвращая диалог в нужное русло.

- Не знаю. Какой-то мутный тип подошёл в кафешке, сказал, что знает, кто убил того бедолагу, чьё дело я тебе показывал. Напомнил про панику в ближайшей деревеньке, показал фото и назвал адрес. Я даже сразу не поверил, но, когда пришёл туда, мужик с фотки начал превращаться. - Следователь сам изливал на меня потоки информации, довольный возможностью с кем-то поделиться.

- Но женщину не тронул?

- Тип так велел. Сказал, она приведёт к остальным. Ты их уже кончил? - парень дал мне не больше секунды на ответ и тут же продолжил. - Нет? Так чего мы ждём? Они же могут уйти.

- Этих трогать не надо, - я решил попробовать завербовать старого знакомого. - Тут живёт семья, которая не трогает людей.

- Да ты что?! Это же твари! Сегодня не трогают, а завтра сожрут десяток невинных младенцев. - В глазах Алексея, кажется так его зовут, всплеснулся океан ярого фанатизма.

- Не сожрут... - начал я, но понял, что это не сработает, и сменил стратегию. - У них маленький ребёнок. Готов его убить?

- Конечно готов, это же хороший поступок! - парень истово верил в свои слова и, кажется, действительно думал, что топит за правое дело.

- Добро не всегда так очевидно.

Дослушивать Лёша не стал, выхватил из кобуры Макаров и тут же лишился кисти, а следом тело укоротилось на голову.

Мы могли очень долго разговаривать об относительности мировоззрения, света и тьмы, но это не привело бы ни к какому результату. Парню изрядно промыли мозги, к тому же, он запачкался убийством. Хотя ни один из этих пунктов и не был основным, просто я наконец понял, где неведомый враг расставил ловушки, так что, следовало спешить в контору. Скорее всего, именно туда придётся основной удар.

В кармане легко прощупался диск ретранслятора.

- Кирилл! - мысленное обращение улетело в эфир, и тут же последовал ответ:

- Да?

- Свяжи с Никой. - Через считанные секунды готовая к действиям Попрыгунья была "на линии". - Вешай портал прямо в подвал крематория. - А дальше уже громко вслух, для присутствующих, в надежде быть услышанным: - Вадим, вы в безопасности! Тело не трогать! Рей, готовься.

Так и не пригодившийся Глиняный с неодобрением смотрел на распростёртый труп Алексея, но говорить ничего не стал. А через миг перед нами засияла арка нового портала.

Шестерёнки мозга, привыкшего полагаться на интуицию усиленно скрипели, стараясь принять верные решения в ситуации со слишком большим количеством неизвестных переменных.

Первым делом выловить-таки Творца.

Едва тело вывалилось из пространственных врат, я потребовал у Кирилла собрать всех рядом с покоями Ивана, усиленно зашагал к двери Изориэля и, не стучась, снёс её с петель одним мощным ударом ноги.

- Какого?!. - начал было возмущаться что-то старательно зарисовывающий на большом листе разлинеенной бумаги артефактор.

- Нет времени. Осмотри мою ауру. Видишь дефекты?

Взгляд Творца скользнул по мне и сунувшемуся следом Рею.

- Ого! - удивлённое восклицание переросло в театральную паузу.

- Не тяни, возможно прямо в этот момент где-то сверху строятся отряды спецназа для зачистки нашей конторы.

- Ого! - вновь оценил собеседник, но всё же взял себя в руки. - Нет, с тобой ничего, а вот с новеньким что-то не так. Как тебя звать?

- Рей. - Растерянно отозвался Глиняный. - Что не так?

- Не знаю, ты какой-то... неживой, что ли?

- Может, потому, что он элементаль? - вступилась Ника.

- Может быть, я как-то не всматривался в людские ауры, предпочитаю неодушевлённые предметы. - Пожал плечами Изориэль.

- Где Крепыш? - осведомился я у Макса, подоспевшего первым.

- Пошёл подышать воздухом. Сказал, земля просыпается, самое время для прогулок.

- Плохо, сравнения не выйдет.

Шестерёнки вновь принялись вращаться.

Вполне возможно, пробуксовка дара - результат происков неведомого врага. И заключение Творца не говорит ни о чём. Это тот случай, когда однозначный ответ получается только в одном варианте. Если бы аура была приглушена чьим-нибудь влиянием, стало бы точно понятно, в какую сторону копать.

Что ж, остаётся единственный путь. Придётся хватать за жабры Степаныча. Дольше ждать попросту опасно.

- Иван, Кирилл, вы остаётесь здесь, баррикадируете за нами лифт и молитесь, чтобы обратно спускались именно мы. Где Жак? - взгляд заметался по коридору.

- Здесь, - Феникс отозвался из-за приоткрывшейся двери своей комнаты. - По какому поводу шум?

- Идём воевать. Ника будь на связи...

- Вот уж, хрен уж. Я пойду с вами. В крайнем случае, спасусь порталом.

Ещё секунда для анализа.

- Ладно, значит, впятером наверх. Стараемся не вызывать подозрений, приближаемся к столу, вяжем Степаныча. - Детали плана я раскрывал уже по дороге к подъёмнику.

***

- Не перепутайте ничего! - он был грозен и свиреп, не собирался терпеть глупостей от свежевыданных подчинённых. Он, Олег Степанович! Не Степаныч, как его презрительно именовали "великие". И ведь приходилось им подыгрывать. Да, такова жизнь, кто-то существует без дара и не подозревает, чего лишён. Блаженное неведение. Другим достаётся мощный талант, способный круто изменить жизнь, позволяющий рулить своей Ладьёй Судьбы, да что там - повелевать самой рекой Фатума. Ну и есть несчастные, познавшие другую грань жизни, но лишённые истинной силы.

А сколько было надежд! Но нет, дорожка развития закончилась преступно быстро, продемонстрировав стену, настолько высокую, что заслоняла солнечный свет.

И эти притворные улыбки, эти фальшивые сожаления. Предложения развиваться другими тропами. "Постарайся!", говорил Игорь Аркадьевич двадцать лет назад. "Нужно лишь понять, как добраться до сокрытой в тебе энергии", убеждал Светлячок, тогда, треть века в прошлое, ещё просто Антон. И что? Оба советчика не состарились ни на день! А он из пышущего уверенностью и надеждой юноши стал... нет, ещё не стариком, но пятый десяток начал свой неумолимый бег.

Вот уж дудки! У него выйдет обмануть костлявую! Ему пообещали помочь преобразится, переродится, подобно Фениксу. Да, пожалуй, именно так нужно будет себя называть.

- Динь! - сообщил начавший подниматься лифт. Командир выданного Зрячему спецотряда насторожился. Нет времени думать. Неуловимый взмах рукой, и один из бойцов звезды водружает на плечо увесистую трубу ручного гранатомёта.

- Вы что?! А если там не он?! Да вся честная компания смоется тем же путём, что ушёл Вечный! - от негодования Олег Степанович едва не влепил идиоту оплеуху. Командир на миг задумался, согласно кивнул, принимая аргумент, и новым жестом призвал бойцов вскинуть автоматы.

***

Я вошёл в кабину первым, стал ближе к концу, посередине. Ника и Макс заняли места справа и слева от меня. Фениксу и Рейю досталось пространство у самых дверей.

Это не было случайностью. Доверия к новичкам пока не появилось, пусть лучше маячат перед глазами.

Два десятка таких коротких и таких долгих секунд лифт старательно тащил нас к поверхности, а затем приветливо распахнул створки.

Немая сцена длилась меньше мига. Командир пятёрки хорошо снаряжённых бойцов что-то прикинул в уме и едва заметно кивнул.

За это время мои шестерёнки, уже привыкшие к своему труду, выдали результат анализа - нам хана. Что ж, попробуем сделать хоть что-нибудь. Руки, раскинутые в стороны, мгновенно вдавливают обоих подчинённых в стены, пряча их от пуль за хорошей сталью передней части кабины.

Жак тоже среагировал быстро - метнулся влево, уходя с линии огня.

Дула пяти автоматов уставились прямо на меня.

Не растерялся и Рей. Только вот повёл он себя совсем не так, как я этого ожидал. Глиняный не стал прятаться, наоборот, бросился в проём, стараясь закрыть его своим телом.

И грянул гром. Врата ада разверзлись от слаженного залпа полудесятка огнестрельных стволов в замкнутом пространстве.

Тело найдёныша всё вспучилось, выгнулось, ловя каждый из предназначенных мне снарядов.

Феникс поспешил воспользоваться короткой паузой - извлёк из-за пояса MAC и разрядил магазин за пару секунд. Результат, впрочем, не впечатлял. Все пули завязли в бледно-голубом полупрозрачном мареве, прикрывшем врага. Успешнее себя показала атака Макса. Берсерк метнул один из своих кинжалов. Тот прошил завесу, как только что наточенная опытной рукой бритва вспарывает гнилую мешковину, и глубоко вонзился в плечо бойца, решившего сменить автомат на гранатомёт.

Следом за оружием бросился и хозяин. Он змеёй обогнул начавшего тяжело оседать Рейя и, едва ли не стелясь по земле, начал сближаться с врагом. Я последовал за подопечным, мельком убедившись, что на груди Глиняного нет ни капли крови.

Макс метнулся влево, обходя марево, мне пришлось взять правее.

Воздух вновь разорвался от звука. На этот раз гремел крик. Безумный, полный ужаса, раздирающий горло до хрипа в первые же секунды. Раненый кинжалом боец паниковал, бегал взглядом по своему телу и пытался сбросить кого-то невидимого. Но разум капитулировал, не согласился бороться со страхом, приказал руке схватить пистолет из предусмотрительно расстёгнутой кобуры и пустить пулю себе же в висок.

Минус один.

Командир оценил ситуацию быстро, ловким взмахом ладони собрал в комок послушную его воле завесу и распустил плетью, хлестнувшей меня. Уворот удался без особых проблем, настало время сокращать дистанцию. Макс пришёл к такому же решению и бросился на ближайшего врага. Тот принял вызов: резким движением отбросил автомат, наращивая длинные костяные клинки в области запястий.

Первый же обмен ударами показал неправоту оперативника. Кость, пусть и сияющая от наполняющей её энергии, уступила зачарованному кинжалу. А хороший боец, даже закалённый десятком-другим схваток, уступал берсерку, в чьих жилах буквально текли навыки битв.

Поэтому второй меч прошёл над головой Макса, который уже успел подобраться вплотную и провернуть свой коронный финт - вскрытие от пояса и до бесконечности.

Минус два.

Очередной оппонент, хитро хэкнув, натурально плюнул в меня объёмным сгустком тягучей прозрачной жидкости. Я успел сместиться правее, так что атака впустую расплескалась по полу и принялась ускоренно его плавить.

Боец понял, что я сумею подойти ближе, поэтому принял меры - из каждой поры заструилась кислота, в момент слизнувшая всё обмундирование.

Ну что, Аке-Набе, настало время проверить пределы твоей прочности.

Быстро смахиваю самые опасные из веера брызг слизи и окончательно сокращаю дистанцию.

Кислотник не опасается совершенно, рассчитывает, что такая специфическая броня способна защитить его, мгновенно аннигилировав любой металл. А вот я успел оценить воздействие жидкости на сталь моего оружия, вернее, его полное отсутствие, поэтому смело рубанул и располовинил наглеца.

Минус три.

Порадоваться успеху мне не дали. Налетевший поток воздуха смёл голову, оставив только непослушное тело, нелепо шатающееся в попытке удержать равновесие...

Что ж, хотя бы смерть ещё стимулирует дар. Так что, можно не опасаться склеить ласты от случайного рикошета.

Вновь уворот, воздушный клинок впустую рассекает стену. А дальше парню не до меня, самому бы выжить в схватке с берсерком.

Значит, остаётся только командир. Тот недовольно цыкает из-под маски. Он не решался атаковать, боясь задеть Кислотника, однако боец подкачал.

Туманный бич сделал круг, громко щёлкнув кончиком чуть выше плеча. Затем ещё раз и ещё. Следующая атака резко вышла за пределы шаблона - тугая струя воды из центра ладони расчертила комнату, едва не разделив меня на двух маленьких Шутов.

Командир не препятствовал мне в сокращении дистанции, наоборот охотно пошёл на сближение. Это насторожило, но альтернативные варианты отсутствовали. Лезвие Аке-Набе, не встречая сопротивления рассекло всё ещё усиленно пульсирующую водой кисть. Тут-то подвох и открылся. Ладонь обратилась потоком брызг, легко пропуская клинок и формируясь вновь, как только меч прошёл дальше. Чёртов Элементаль Воды, судя по всему имел высокое сродство со стихией, раз умел обращаться в неё.

Шестерёнки отказались прокручивать ситуацию - вариантов мало. Либо экстренно учиться пробуждать что-то из сокрытых в катане секретов, либо отступать, либо умирать.

Пока голова думает тело послушно выписывает пируэты, уклоняясь от гибких и хлёстких атак.

Решение приходит извне.

- Назад! - крик Ники врывается в мысли. Я слушаюсь, множу дистанцию.

Водник, вошедший во вкус, недоволен, бросается следом и ныряет в возникший на пути портал. Арка, моргая, резко сжимается, на миг замирает, обхватив грудь частично прошедшего её Элементаля, и схлопывается окончательно, оставляя здесь только половину туловища.

Минус четыре.

Попрыгунья прислоняется спиной к стенке и медленно по ней сползает. Глаза красные от лопнувших сосудов, из носа сплошным потоком течёт кровь, и она не планирует останавливаться.

Воздушник с переменным успехом противостоит Максу. Кинжал, зачарованный на остроту, охотно режет воздушные веера. Контроль над стихией у оперативника не чета навыкам Такаги-сэнсея, так что чудес с рикошетами и завихрениями ждать не приходится. Тем лучше.

Я постарался подойти сзади, но был замечен. Боец резко хлопнул в ладони, создавая вокруг себя воронку, которая отбросила и меня, и берсерка. Однако подчинённый всё же успел метнуть кинжал, который легко преодолел сопротивление ветра и пригвоздил стопу врага к полу.

Вихрь мгновенно стих, паника захватила лицо человека и заставила беспорядочно разбрасываться сгустками воздуха.

Я поднырнул под пару, полетевших в мою сторону, и успел-таки коснуться шеи бойца, лишая того сознания. Теперь у нас есть пленник.

Макс спешно прогонял боевое безумие, Ника пыталась остановить кровь, Рей судорожно наполнял воздухом деформированные лёгкие, Жак с опаской озирался, готовый вновь применить перезаряженную придумку французского оружейного гения.

Степаныч распластался на своём рабочем столе, придерживал потроха, пытающиеся покинуть вспоротый последней атакой воздушника живот, и что-то едва различимо нашёптывал. Я подошёл ближе и смог расслышать тихие-тихие слова.

- Перерожусь... смогу... достигну... - он вдруг приподнял голову, взгляд объятых предсмертным безумием глаз выхватил меня, и мужчина доверительно сообщил: - я Феникс, я обновлюсь...

На этом жизнь Степаныча закончилась жалкой, нелепой, случайной смертью от рук впущенных им же убийц.

Глава 7 - Оракул

Это был провал. Полнейший и абсолютный.

Как Змей кичился своим секретом - смотрите, успевает растворить даже пули! Да я неуязвим! И что? И ничего. Чёртов старик никого не предупредил, что Цель владеет древним артефактом, которому эти выделения что слону дробина. А как дед стелился. На всё был готов, чтобы получить вожделенное бессмертие. Упёрся в предел развития дара, подобно сотням до него и тысячам - после, но не пожелал сам идти дальше, начинать освоение тонких энергий, перестроить свой талант во что-то более сложное и прекрасное. Зато ныл за четверых.

Спроси кто его, Пятого, он, может, и не был бы против махнуться со Зрячим. Так проще прогрессировать - полностью освоив свою базовую предрасположенность. Ему-то ещё тренироваться и тренироваться в овладении ветром. Если, конечно, удастся выжить!

Мысли снова вернулись к проклятой всеми богами удачи драке.

Ничуть не лучше ядовитого показал себя и Воин. Боец кичился собственным рекордом - за все десять лет службы не проиграл ни одного спарринга. С гордостью показывал заживающие за два дня порезы: гляди, мол, как регенерирую.

Не помогло.

Вскрыли Воина и выпотрошили, как рыбу. Безмозглую и бестолковую. Никакое заживление не поможет, если всю свою требуху держишь в руках.

Винить не стоит разве что Пироманта. Парень приложил все усилия, чтобы создать излюбленную стихию, но не успел. Зачарованный кинжал чёртового берсерка вывел его из строя. Будь боец элементалем, дела обстояли бы совершенно иначе, однако, он умел только повелевать пламенем - не создавать. Пятый не придал значения безумию, охватившему напарника, а зря.

И ведь всё равно ситуация казалась выигрышной. Может лично он и не смог бы в одиночку справиться, но вот продержаться, пока Командир распыляет драную всеми демонами Цель вместе с остальными ничтожествами, был вполне способен.

Могучий собрат водных просторов, достигший высокого сродства со своей средой, неуязвимый для обычного да и приличной части артефактного оружия, спасовал перед хитрой девчонкой-портальщицей. Попался на такую примитивную удочку, что Пятый испытывал самый натуральный испанский стыд.

Что ему оставалось? Только достойно умереть.

Но и тут не вышло. Порыв ветра, в чьих силах остановить винтовочную пулю пятидесятого калибра подвёл. Пусть и отклонил злогребучий кинжал, но не смог полностью защитить от железяки, способной прорезать, кажется, танковую броню.

Вот тут-то и сыграла злополучная невнимательность.

Пятый не считал оружие угрозой, сознательно не стал прикладывать дополнительных усилий для смещения клинка, посчитав ранение ноги несущественным, предпочёл подготовиться к новой атаке.

Но берсерк имел свою точку зрения на этот вопрос. Пригвоздившее стопу к полу остриё открыло самый настоящий провал в Нижний Мир.

Пятого окружили демоны, лезли со всех сторон, пока один, в конечном итоге, не смог подобраться сзади и оглушить.

Теперь он, боец элитной звезды Великого, позорно пленён, связан и лишён возможности достойно покинуть этот мир.

Ну ничего, всё равно последователям Смерти не удастся из него ничего достать.

***

- В этого парня было вшито столько способов суициднуться, что он становится больше похож на сказочного хашишина - добраться, убить и умереть. Надеюсь, ему не пообещали сорок девственниц за границей смерти, иначе, нам не светит ничего путного. - Жак, протирающий ладони после извлечения спрятанной в губе воздушника капсулы с цианидом, развёл руками. Феникс, ну или это конкретное его воплощение, оказался вполне сведущим в медицине.

- Думаешь, силой не получится? - спросил Макс, трогая ушибленную при падении щёку. Скеллингтон кивнул, на что берсерк недобро ухмыльнулся и любовно погладил хорошо показавшие себя в реальном бою клинки. - Ничего, найдём ключик.

Пленник встретил наш приход снисходительной улыбкой.

- Покайтесь, и вам будет дарована милостивая смерть.

Я вернул ветряному его улыбку, добавив немного собственной бесовщины, отчего боец несколько потерял в уверенности.

- У меня предложение получше. Давай ты расскажешь нам, где искать твоё командование, поделишься количественным и качественным составом охраны, а мы сохраним твою шкурку относительно целой. Идёт?

- Нет, прихвостень Смерти, я не боюсь боли и Той стороны. Так что, не трать ни моё, ни своё время, просто прикончи меня.

Лицо одухотворённое, героическое, принадлежащее человеку, готовому, если надо, повисеть на кресте за людские грехи.

- Знаешь, вот у него есть приятель, который с тобой не согласен, - я кивнул на нетерпеливо сжимающего кинжал Максима. Тут гостю на миг изменила выдержка. Он сразу же взял себя в руки, но мне этого хватило. Быстрый кивок берсерку, хищная улыбка на его лице, и окончательно побледневший убийца.

- Я буду нежным. - Заверил подчинённый и сделал лёгкий надрез на запястье пленника. Глаза того заметались по сторонам, губы затряслись:

- Не подпускайте их ко мне!

- Ну как, пересмотрел свой взгляд? - я присел на корточки, чтобы встретиться с глазами гостя на одном уровне.

- Катись в Пекло, отродье!

- Ну как знаешь. - Картинное поцокивание языком.

***

- Есть результат? - у выхода из облюбованной нами под "пыточную" свободной комнаты ждал Рей. Он явно не одобрял таких действий, но признавал их необходимость.

- Чёрт с этим мясом! Спасибо тебе, дружище. - Макс в процессе схватки резко изменил отношение к Глиняному, который, не задумываясь бросился под пули, чтобы защитить нас. И такой поступок дался найдёнышу нелегко. Грудная клетка до сих пор оставалась деформированной и очень медленно приходила в норму. Вполне возможно, калибр побольше поставил бы крест на псевдонеуязвимости Рейя.

- Да брось, я не мог поступить иначе, - зарделся наш новый товарищ.

- Как Ника?

- Очнулась.

- Вот и хорошо, пойду её проведаю.

Глиняный остался на попечение что-то радостно рассказывающего берсерка, а я, дежурно отстучавшись, вошёл в комнату Попрыгуньи.

Девушка, быстро теряющая кровь после боя, вскоре лишилась и сознания. Благо, утечку такой ценной жидкости удалось остановить, так что, ничего фатального не случилось, но подчинённую не покидала подлая слабость.

- Достойно ты с ним справилась. - Я не знал, какие слова помогут ей принять совершённое убийство, но Ника, похоже, в поддержке и не нуждалась:

- Увела идею у Тарера, - вяло улыбаясь сообщила мне она и, увидев непонимание на моём лице, поспешила пояснить: - Макс рассказал, как портал зажевал полу рубашки Рафаела. Вот я и решила попробовать. Но там надо столько силы. Уже подумала, у меня голова лопнет от напряжения.

- Значит, тренировать этот навык стоит для начала на чём-нибудь неодушевлённом.

- Вы куда-то собираетесь? - Ника уловила мою попытку встать с её кровати.

- Да, - легко ответил я, перенося вес на ноги.

- А я? - Обиделась Попрыгунья.

- А ты отдыхай. - Улыбка не смогла обмануть подчинённую.

- Вернись. И верни их всех.

- Даже Жака?

- Особенно! Единственный мужчина с манерами на всё отделение! - Ника рассмеялась, а я её поддержал. Кажется, она даже поверила.

***

Сложности возникли совершенно неожиданно. Никто из нас не знал, как вызвать машину. Этим всегда занимался Степаныч, чьё тело всё ещё лежало на собственном рабочем месте.

Ситуацию спас отряд чистильщиков, вызванный Кириллом. Ребята без возражений поделились своим транспортом.

Ничуть не меньше удручало отсутствие Крепыша. Здоровяк сильно пригодился бы в грядущей операции, но он решил прогуляться, не озаботившись запасанием средств связи.

Остаётся только надеяться, что дворецкий не попал в передрягу и действительно просто любуется стремительно наступающей весной.

По уму бы, конечно, дождаться его возвращения, но любое промедление приведёт к потере эффекта неожиданности.

- Значит, сами полезем в пасть дракона? C'est la mort. - Сокрушённо покачал головой Жак. Увы, вытащить из упрямого "гостя" что-то кроме места, облюбованного врагом не вышло, так что, Феникс был прав - наш отряд фактически совал голову в глотку, причём не тигру, а неизвестному созданию, которое с равным успехом могло быть безобидным хомячком, ядовитой змеёй или сорокаметровым чудовищем.

- Мы едем в логово напавших на нас? - отстранённо уточнил Рей, как-то странно наклонив голову.

- Не согласен? - прямо спросил я.

- Нет-нет! - в глаза Глиняного вернулась осмысленность. - Я понимаю, что так нужно.

"Обитель зла" находилась на противоположном конце города. Приличных размеров участок резал глаз неправильной в эту пору зеленью. Каждый кустик пестрел ровными сочными листьями. Видневшийся край аккуратного сада манил почти спелыми фруктами. Цветочные клумбы всевозможных форм и размеров приковывали взгляд налитыми бутонами. Даже газон под ногами, никогда не знавший злых ножей косилки, не стремился расти выше положенных десяти сантиметров и поспешно поднимался вслед за ногой, скрывая любые следы.

- А это не Эдем часом? - нервно хихикнул Жак.

- Что-то посланники местного правителя не тянут на Ангелов. - Берсерк зло ощерился, демонстрируя готовность драться хоть с Небесным Воинством, хоть с самим Всевышним.

- Кажется, придётся разделиться. Сад слишком большой. Макс, вы с Рейем начинайте оттуда, - я указал на противоположный конец аккуратной древесной высадки. Подчинённый молча кивнул, Глиняный неуверенно повторил его жест, и оба быстрым шагом двинулись выполнять поручение.

Я же, на пару с Жаком, вошёл в царство яблонь. Они быстро сменились грушами, чьи ветви ломились от плодов. Феникс, пользуясь своим ростом, легко дотянулся до наливного фрукта, сорвал, небрежно мазнул им по пальто, изобразив протирание, и надкусил.

- Вкусно, спелые. - Француз оказался настолько впечатлён, что затараторил, не прожевав. - А сейчас совсем не сезон. Им зреть ещё минимум три месяца.

- Ага, - задумчиво протянул я, глядя на сочные розовые цветы вишни-сакуры.

В просвете между тонкими фигурными стволами показалась небольшая просека.

Прямо по центру идеально круглой поляны, прячась от солнечных лучей в тени лап большого - метра под два - бонсая, восседал на собственных сложенных ногах колоритный мужчина. Чем-то он сильно походил на Такаги-сана, хотя дело не в характерном японском разрезе глаз, и даже не в кимоно. Предмет одежды, к слову был непривычного мне зелёного цвета и пестрел белыми не очень понятными узорами.

Человек являлся хозяином всего, что нас окружало, и не скрывал этого.

Голова не торопясь поднимается, глаза открываются, сознание покидает спокойные дали медитативного транса, губы расползаются в приветливой улыбке. И ветка ближайшей вишни резко распрямляется, пронзая и меня, и Жака насквозь...

Рывок в сторону, подсечка Фениксу, подъём, новое живое копьё вонзается прямо в глазницу...

Аке-Набе успевает рассечь столь необычное оружие врага. Ещё попытка и ещё. Они уже ожидаемы и не представляют опасности, несмотря на хлёсткость движений и убийственную силу.

После третьей отсечённой ветки атаки прекратились. Похоже, местный хозяин решил поберечь своих "слуг".

- Здравствуй, Шут. - Всё такая же демонстративная приветливость.

- Как интересно получается: знакомый встретил незнакомца. - Глаза внимательно следили за движениями "бойцов". Деревья начали неторопливый замах для нового удара. Настолько неторопливый, что я, кажется, успею выпить целый заварник чая, прежде, чем ловушка вновь взведётся. То, что нас встретила домашняя заготовка, а не экспромт, теперь стало очевидно. Будущие копья плавно тянулись и цеплялись за своих неподвижных собратьев.

К слову, вон там, через дюжину шагов ещё три таких "мины", пять - с обратной стороны поляны, и десяток просто разбросан по крайним деревьям.

Нас ждали.

- Согласен, это невежливо с моей стороны. Моё имя Сейкатцуточи. Рад наконец встретить настоящего Оракула.

- Зачем же тогда пытаетесь меня убить, если знаете, кто я?

- Стоило попробовать. - Мужчина легкомысленно развёл в стороны сложенные до того руки.

- И почему так считает каждый встречный? - несмотря на враждебность намерений, мужчина смог зацепить какие-то струны моей души. Может, сказалось то самое сходство с учителем Такаги.

- Такова ваша доля - править и подвергаться ежесекундным проверкам.

- Я присяду? - вежливость, настоящая, непоказная, понравилась японцу.

- Конечно. - Улыбка не покидала его губы. Хотя он, как и я, понимал - ему, скорее всего, не пережить нашего разговора.

- Так с чего вы решили, что я должен править?

- Это предназначение Оракулов - руководящая элита. В конце концов, именно вы заварили всю ту кашу, в которой барахтается теперь наш мир.

- Как это понимать?

- Как сможешь, - господин Сейкатцуточи, едва обозначил смешок.

- Вы не станете делиться со мной знаниями?

- У тебя есть свой генерал, его и терроризируй расспросами.

- Морти настолько вам не по нраву? - я задал главный вопрос, остальное - лирика.

- Он слишком далеко зашёл по дороге смерти, слишком многими манипулировал.

- Это, согласитесь, звучит несколько иронично из уст человека, не считающегося с жертвами - ни своими, ни чужими.

- Каждый из моих людей знает, на что идёт.

- Это я заметил. Мозги Вы им прополоскали знатно. Они считают и Игоря Аркадьевича, и всех его подчинённых едва ли не демонами.

- А ты с этим не согласен?

- Мне сложно судить, Вы, судя по всему, знаете его заметно дольше.

- Это ты верно сказал - заметно.

- Сто лет? Двести?

- Нет-нет-нет, - господин Сейкатцуточи звонко захохотал. - Нет, юноша, я знал Вечного ещё когда твой клинок был просто рудой.

- Так почему же не предпринимаете попыток вновь напасть? За такой срок можно обзавестись внушительной силой и хорошим арсеналом козырей.

- Вот именно поэтому мы с ним пошли разными дорогами. Будучи полнейшей бездарностью, Морти всё старается решить силой, а я никогда не ставил разрушение во главу угла. Потому и вас, Оракулов, не искал.

- Ваши слова очень туманны, господин Сейкатцуточи. Вы ведь не просто так сейчас со мной разговариваете. Надеетесь переманить на свою сторону?

От последних слов сзади недовольно зашевелился Жак. Феникс ясно не приемлет предательства Игоря Аркадьевича.

Подтверждая мои слова, француз вскинул свой MAC и бодро разрядил весь магазин.

Но мой собеседник не впечатлился - пули высекли горсть мелких щепок из тела, перетянутого плотной жилистой древесиной.

- Люди слабы, Шут. И я не верю в их силу. Они готовы идти либо за идеей, либо за выгодой. Ваш охранник очень хорошо это продемонстрировал. Стоило посулить ему лишнюю сотню лет жизни - прошу, вот сведения, вот проход. Если в конце твоего пути идея, мне не удастся её подменить. Ну а иначе у Оракулов не бывает, такова ваша порченая кровь.

- Нет, вы не для этого здесь. Вы просто нас задерживаете. Спасаете своих людей. - Меня осенило, но было уже поздно, так что, нет смысла торопиться.

- Верно, Шут. Ты мне нравишься, даже несмотря на свою природу. Был рад поболтать. - Японец весело махнул на прощание рукой и обратился цельным куском живой древесины, из которой тут же проклюнулся свежий росток.

- И что это было? - Жак опасливо приблизился к получившейся статуе, неуверенно прикоснулся, но та не стала откусывать дерзкую руку. Поэтому Феникс обнаглел достаточно, чтобы рукоятью пистолета с наслаждением и оттягом ударить деревяшку в голову. Раздался треск, по траве, всё это время пытавшейся обвязать наши ноги, покатилось отломанное ухо.

- Не знаю. Но надеюсь, Максу и Рейю достался такой же "сюрприз", а не какой-нибудь монстр.

- Тогда стоит поспешить! - в конце предложения тон француза резко стал радостным - нелепая битва с травой была выиграна, и добытое деревянное ухо утонуло где-то в бездонном кармане пальто. Словив мой насмешливый взгляд, увенчанный приподнятой бровью, Жак притворно возмутился: - я заслужил трофей!

***

Вжи-и-и-и-Ик.

Тихий шелест, резко взывающий к концу.

Вжи-и-и-и-Ик.

Металл трётся о точильный камень.

Вжи-и-и-и-Ик.

Неспешно, плавно, с удовольствием.

Вжи-и-и-и-Ик.

Стоило обогнуть сад, как взору открылось приличных размеров безликое серое сооружение, сильно смахивающее на склад.

Макс и Рей, не сговариваясь направились к неприметной двери, расположенной рядом с роллетом грузовых ворот.

Помещение, длинной добрых двадцать метров, и столько же шириной, хорошо освещалось плотно развешанными лампами. Пара небольших стеллажей вдоль стен и уйма свободного пространства по центру. В противоположном углу, закинув ноги на старинный дубовый стол, с комфортом расположился колоритный персонаж.

Белоснежная рубашка и не уступающие ей в яркости брюки резко контрастировали с полностью зататуированной кожей. Всё лицо, шея, ладони, даже белки глаз выглядели средоточием тьмы - буквально поглощали свет.

В руках тип держал короткий нож и не торопясь правил его лезвие мелкоабразивным точильным камнем.

Вжи-и-и-и-Ик.

- А вот и вы! - мужчина не скрывал восторга по такому поводу. Он медленно перевёл взгляд на гостей, бегло мазнул по Рейю и задержался на Максе. - Так-так-так! Настоящий берсерк! Да ещё и с такими знакомыми чертами лица.

- Автографов не даю. - Улыбнулся бывший богач, но татуированный смог его удивить - начал снимать майку. Торс оказался таким же чёрным. Выделялась только пара шрамов и размытые очертания более старого рисунка.

- Скажи, твой отец воевал? - Максу наконец удалось распознать, что скрывал слой свежей краски. Почти неузнаваемая нацистская свастика. - Или нет, дед! Да, он был так молод в том лагере. Так неопытен, действовал на голых инстинктах. Как, вынужден признать, и я. Видишь это? - палец указал на самый длинный рубец, пересекающий живот и часть груди. - Его работа. Вот этим самым ножом!

Рукоять демонстративно выставленного оружия оказалась сильно потёртой, но красно-белый ромб со всё той же фашистской символикой ещё угадывался.

- Что-то ты, дружок, темноват для представителя арийской расы. - Макс не смог сдержать улыбки при виде такой нелепицы.

- О, не переживай, мой цвет кожи носит сугубо практичный характер! - в голосе проступили маньячные нотки. - Меня зовут Анико.

- Думаю, ты проживёшь недостаточно долго, чтобы я это запомнил.

- Чудесно-чудесно. Но ты потрудись. Хочется всё-таки повидаться со старым знакомым, так что, когда будешь представлять меня деду, не забудь добавить "господин". - Фашист расстегнул пуговицу на брюках.

- Ты скоро сам с ним встретишься, заодно передашь привет. - Максу надоела глупая перепалка, кровь предка, уже воевавшего с этим врагом в голос кричала, что он опасен. Но одной схватки недостаточно, чтобы выработать необходимые навыки, поэтому берсерк поступил уже привычно - метнул кинжал.

Только Анико не собирался получать новые шрамы, клинок угодил во внезапно возникшую и резко захлопнувшуюся смолисто-чёрную дымку, которую без проблем преодолел, вот только врага на положенном месте уже не было. Он, с таким же эффектом появился в двух шагах от Макса, захлопнул входную дверь, провернул в замке ключ и резким движением сломал его, запирая на складе всех троих.

- Да-да-да! Именно такой безумной ярости мне и недоставало! - одобрил фашист. Его радужки, затопив всё лицо светом, сияли двумя золотыми кольцами. Редкие чёрные полосочки набегали на драгоценное пламя, отбрасывая причудливые блики.

Макс бросился на Анико, даже успел ухватить за руку, а потом начался полёт. Безумный и стремительный. Они мчались сквозь клубы чёрного тумана, за которым мелькали неразличимые тени. Глаза немца мерцали путеводными маяками, высвечивая дорогу, позволяя своему обладателю ориентироваться в этом необычном пространстве.

Полёт длился... а сколько он длился? Само понятие времени, кажется, прекратило существование в этом вязком киселе. Мысли мчались, будто скоростные электрички, но тело не двигалось, сколько бы берсерк ни старался.

И вот они уже вываливаются в обычный мир, катятся по полу. Хотя нет, покатился только Макс, ободрав кожу на коленях и спине. Анико же ловко кувыркнулся, вскочил на ноги и вновь переместился.

С момента их исчезновения прошло не больше мига - Рей продолжал так же тупо смотреть на дверь со сломанным ключом.

- Ну как поездочка?! - фашист наслаждался моментом, но времени не терял и прямо в процессе разговора продолжил снимать штаны.

- Огонь! А вот сервис не очень, так что - три балла из пяти. - Макс уже поднялся и посильнее сжал оставшийся в руках клинок кинжальным хватом.

- Я рад, что тебе понравилось. - С этими словами Анико щёлкнул рубильником и, пока галогеновые лампы ещё горели, рукоятью ножа расколол коробку выключателя.

- Так ты, чтобы в темноте не палиться себе всю тушу татухами забил?

- Какой ты догадливый. - Немец даже не пытался скрыть сарказм.

- А чёрную одежду носить не пробовал? Глядишь и бубенцами звенеть не пришлось бы. - Предложил Макс, вглядываясь в демаскирующие врага с потрохами полыхающие золотом глаза.

- А-ха-ха-ха, - маньячный смех заметался по открытому пространству. - Ты веселишь меня, берсерк. Нам стоит растянуть эту встречу.

Глаза Анико медленно закрылись, а инстинкты Макса просто взвыли: двигайся!

Нельзя стоять на месте!

И бывший богач принялся метаться, хаотично и бестолково - то, что надо.

Путеводные очи немца не подводили его даже в закрытом состоянии, поэтому хлопки раздавались близко, однако берсерк успевал маневрировать. Хотя тело покрывали всё новые и новые царапины. Неглубокие, но болезненные, заставляющие двигаться осторожнее.

- Макс, ты где? - Рей, не видящий решительно ничего, постарался хоть так найти напарника.

- Здесь! - успел отозваться тот, прежде, чем обзавёлся очередной царапиной через всю грудь.

- Ха-ха, - раздавалось всё с новых и новых сторон. - Ха-ха.

Вместо появления ещё одной раны послышался влажный чавк. Глиняный где-то совсем рядом сдавленно всхлипнул.

Очередной смешок Анико прервался стуком в дверь. Сильный удар сотряс створку, но не смог сломать мощный складской замок. Тогда в дело вступил пистолет. Три быстрых выстрела, ещё один решительный удар - и такой яркий дневной свет наконец вспарывает кромешную тьму бритвенной остротой, ранящей физически.

***

Глаза приятно удивили сильно возросшей скоростью перехода к восприятию энергий. Древесные "мины", хоть и должны были стать безопасными в отсутствие хозяина, всё ещё вызывали здравые опасения у Жака. Поэтому я решил перестраховаться.

И действительно, каждый заготовленный конструкт заметно отсвечивал куда более насыщенной аурой, нежели соседи. Хотя и те полыхали куда ярче, чем положено обычному растению. Всё же, господин Сейкатцуточи хорошо поработал над своей вотчиной.

Так мы и пробирались в сторону предполагаемого места нахождения товарищей - не торопясь и огибая расставленные ловушки по широкой дуге.

Здание склада начало проглядываться над деревьями задолго до окончания сада. И почти сразу я почувствовал отголоски задействованных в нём энергий.

- Надо поспешить, там что-то происходит. - Я поторопил Жака.

Дверь оказалась заперта, более того, замок выдержал удар ногой. После чего Феникс, не церемонясь, приставил ствол MACа к месту, где ригель входит в стену. Трижды спустил курок и посторонился, давая мне возможность приложиться ещё раз. Пока Скеллингтон производил свои манипуляции, я осторожно подхватывал толики разбросанной вокруг энергии и старательно аккумулировал их, выбросив в момент соприкосновения ноги с деревом. Створка охотно распахнулась и разлила конус света по тёмному помещению. Глаза успели заметить полулежащего Макса, изрезанного во всех доступных местах, Рейя, который зажимал разваленное ножом горло, старательно сводя отчего-то не желающие кровоточить края, и их врага - тёмно-синего и почему-то голого. Тот сразу вывернул фокус - схлопнулся чёрной дымкой, возник рядом с берсерком и быстрым движением оставил новый, на этот раз глубокий порез от плеча через ключицу к солнечному сплетению.

Успевший худо-бедно среагировать Макс, смог только чуть-чуть сдвинуть направление удара, чем спас свою шею. Телепорта неудача не смутила, наоборот, подстегнула к более решительным действиям, а именно, смене цели. Что его и погубило, поскольку придумать более предсказуемую альтернативу прыжку мне за спину - задача не из простых.

Клубок тьмы ещё только зарождался, когда моя катана уже заняла положение в районе предполагаемой головы. Расчёт оказался верным, лицо нанизалось на клинок, будто масло. Мне осталось только довершить дело быстрым взмахом, отделившим всё, что выше верхней челюсти, от остального тела.

Спокойно отнёсшийся к появившейся и исчезнувшей угрозе Жак, уже извлёк фонарик, которым поспешил добавить света в немалых размеров помещение. Почти в самом центре лежали Макс и Рей. Под берсерком растекалась стремительно растущая лужа крови. Глиняный же, несмотря на визуально куда более серьёзную рану, выглядел скорее растерянным, чем умирающим.

Феникс в миг оказался возле моего подчинённого, одной рукой нащупал пульс, а другой откинул полу плаща и достал из объёмного подсумка аптечку. Быстро извлёк скальпель, которым аккуратно срезал остатки рубашки.

- Не стой, помоги! - прикрикнул француз на меня, и я кинулся на подмогу - приподнял вяло барахтающегося берсерка, чтобы в раны на спине не попадала грязь с пола. Жак же, покончив с одеждой, обтёр торс влажными салфетками, избегая порезов, затем вскрыл пузырёк перекиси водорода и обильно полил жидкостью всё, что показалось ему подозрительным. Вспухшую и зашипевшую пену Феникс убрал новой салфеткой и принялся лепить повязки, фиксируя их пластырем. - Жить будет, крови потерял не слишком много, но надо отвезти его к нам и заштопать в более чистой обстановке.

- Проверь Рейя.

- Не надо, - сипло отозвался Глиняный. - Я скоро заживу.

- Хорошо. Жак, сам донесёшь Макса до машины? - я бросил быстрый взгляд в полутьму склада.

- Надеешься что-нибудь здесь найти? - Феникс правильно понял, причину, по которой я планировал задержаться.

- Они собирались второпях, может, что-нибудь забыли. Для прикрытия оставили деревянную марионетку и Телепорта, который, скорее всего, должен был при случае скрыться. Не понятно только, как господин Сейкатцуточи вообще узнал, что мы идём. - Жак кивнул:

- Резонно. Рей, ты остаёшься?

- Да, - найдёныш сглотнул и всё так же сипло предложил: - помочь с Максом?

- Нет, отдохни. - Француз оказался удивительно сильным для своего неказистого телосложения - легко подхватил берсерка на руки и большими шагами направился к выходу. Не испытал затруднений он и при перешагивании трупа телепорта.

А я проводил Феникса взглядом, подхватил оставленный на полу фонарик и провёл его лучом по складу.

- Там. - Подсказал Рей, указав пальцем в противоположный угол. Пучок света выхватил из мрака добротный стол с ящиками. - Анико за ним сидел.

Я догадался, что речь идёт об убитом враге, кивнул и двинулся к указанному предмету интерьера. Полки оказались заперты. Попытки их открыть целиком захватили моё внимание.

Отвлечь меня от возни смог резко вспыхнувший где-то под потолком яркий шар.

- Так ведь лучше, правда? - у входа нарисовалась фигура, плотно укутанная в плащ. Совершенно обычная, человеческая аура сбила меня с толку. Среагировал Рей - он попытался вскочить, но гость молниеносным движением руки метнул в Глиняного крошечную голубую бусину, которая лопнула ещё в полёте и окутала найдёныша бледно-синим замораживающим облаком. Когда дымка рассеялась, взору предстала самая что ни наесть настоящая ледяная статуя. - Не переживай, этому такие фокусы не навредят.

- Мутный тип, - припомнил я слова "охотника на вервольфов".

- Он самый, - гость правильно понял фразу. - Именно так поздоровался со мной Алексей. А ещё Сейкатцуточи с радостью слушал мои советы.

- И это ты ограбил хранилище. - Вновь догадался я. Гость прищёлкнул пальцами:

- Молодец!

- Может, тогда подскажешь, кто он такой? - кивок в сторону Рейя. Гость, всё это время не торопясь шагавший ко мне, добрался до Глиняного и с усилием повернул его лицом ко мне.

- Сейчас - зритель, не больше.

- Ладно, тогда кто же ты?

- А я твой коллега. - С этими словами гость одним движением сбросил плащ, который весьма удачно прятал сильно деформированную ауру. Ауру Оракула. - Рад мне? - неуловимый жест - и в сторону прохода летит новая жемчужина. Место свежей ледяной статуи досталось совсем уж неожиданно появившемуся Игорю Аркадьевичу. - Вот, теперь с гостями покончено, можно заняться основной целью.

- Слушай, коллега, а не ты ли расстарался с моими видениями?

- Нет, Шут, не я, это уже природа нашего с тобой дара. - Оракул медленно извлёк из ножен копис и практически размазался в воздухе.

Но главное я понять успел - его так же лихорадит.

Аке-Набе играючи встретил выпад...

***

- Какие новости? - сильный глубокий низкий голос громовым рокотом прокатился по большому пустому залу.

- Неспокойно, Кивернитис, неспокойно. Дом Материи что-то скрывает в своих лабораториях, Дом Энергий начал испытания новых ветвей элементалей на засекреченных полигонах, а Дом Преобразований вообще будто вымер. Сообщения моего агента обрывчаты и невнятны, но если делать выводы исходя из них, верхушка устроила натуральную резню, сократив свою численность едва ли не вдвое.

- Что за глупости?! - Император в сердцах опустил увесистый кулак на подлокотник. Тот, хоть и выглядел как каменный, пошёл рябью нарушенной голограммы и на секунду потерял материальность. - За какой Бездной им это делать?!

Правитель вперил тяжёлый взгляд в лицо друга, который официально являлся главой службы безопасности. Неофициально же худой и высокий, с чуть заострёнными ушами, юноша, перешагнувший третью сотню лет, возглавлял тайную канцелярию.

- Агент пишет что-то об усилении убийцы от поглощения энергии жертвы и колоссальном ускорении развития.

- Искиос, с этим надо что-то делать. Смещение равновесия нам не к чему.

- Почему мы? У нас своих забот хватает. В конце концов, там есть Стражи Баланса. Думаю, им хватит и полномочий, и сил.

- Почему мы?! - вновь пророкотал Император. Большая часть подданных видела в нём всегда спокойного и уверенного в себе крепкого воина, телосложением и густой бородой больше похожего на мамонта, но здесь, наедине с другом, Кивернитис мог позволить себе выпустить эмоции из стальной хватки ментального контроля. - Хотя бы потому, что возглавляем Дом Правления!

- Думаешь, сейчас стоит показывать свою власть? Как бы не стало хуже от демонстрации силы. А если каждый из Домов воспримет это как попытку вмешательства во внутренние дела? Как бы весь город не потонул в междоусобице.

***

Ошеломление от нового видения не помешало мне резко перевести внезапный клинч в атаку на так же "зависшего" коллегу. Но тот вовремя пришёл в себя и разорвал дистанцию.

- Ого, открытие за открытием. Стало быть, мы с тобой родня, Шут.

- Добрый дядюшка Томос? - язвительно осведомился я.

- Можешь и так меня называть, племяш. Всё равно осталось уже не долго.

Новый удар кописа я пустил по касательной, постарался лишить Оракула пальцев, но тот легко среагировал, переместил центр тяжести и атаковал вновь.

Оппонент был быстр, силён и опытен. Меня пока спасала только разница в длине клинков, которая позволяла держать врага на дистанции, но продолжаться такое могло не долго - до первой ошибки.

- Неплохо, племяш, весьма неплохо. Сколько тебе? Тридцать-сорок? - Оракул даже не запыхался, вопросы задавал бодро и с нескрываемой издёвкой.

- Двадцать пять. - Я не стал вдаваться в детали, и постарался скрыть начавшую подкрадываться усталость.

- Тогда ты очень талантлив. Или не вылазишь из зала? Да, вижу-вижу, занимаешься постоянно и старательно. Похвально. Но не повезло, такое случается. - Хитрая саркастическая улыбка венчала фразу полную притворного сожаления. - Я рад, что не стал ждать твоего становления. Пусть толчок для меня получится меньший, но такими темпами, через десяток лет можно и проиграть.

- А ты, дядюшка, не зарекайся, может, и сейчас проиграешь?

- Это вряд ли. - Оракул хмыкнул и внезапно ускорился. Два удара я успел парировать, но на третьем враг сократил дистанцию, став практически впритык ко мне, и расплывшимся в воздухе кописом отсёк правую руку в середине предплечья.

Это не видение, не прорицание грядущего. Боль. Жгучая, всеобъемлющая, но уже привычная. Она пронзила тело, стараясь лишить контроля, однако я не позволил ей этого. Обрубок, начавший обильно кровоточить, лягнул врага в радостное, увидевшее победу лицо, эманации страдания собрались тугим комком и ухнули в Аке-Набе. Клинок вспыхнул чёрным пламенем и помчался к Оракулу рубящим ударом. Тот, несмотря на дезориентирующий тычок и брызги моей крови, попавшие в глаза, успел среагировать - выставил в защитном жесте копис, однако фонтанирующая миазмами боли катана даже не заметила вражеского лезвия, разрезав его так же легко, как и грудь "дядюшки".

Оппонент отшатнулся, сделал два быстрых шага назад, в глазах мелькнул испуг, сменившийся твёрдым решением бежать. А у меня уже не было сил что-то предпринять. Тогда на нашей импровизированной арене появилось очередное действующее лицо.

Прямо за спиной Оракула заискрилась крошечная точка, вмиг развернувшаяся сверкающей чистейшим золотом обнажённой женской фигурой. Рассмотреть какие-то детали гостьи не позволяло слепящее свечение, источаемое каждым миллиметром её тела.

- Нет! - враг тоже заметил появившуюся фигуру. Но та никак не отреагировала на восклицание, она, не касаясь пола, подплыла к оцепеневшему, глубоко раненому Оракулу и одним движением невооружённой руки снесла его голову. Всплеск посмертной энергии не разметался в пространстве, как это происходит обычно, а впитался в гостью, едва заметно усилив её сияние.

Сыто улыбнувшись едва различимыми губами Богиня развернулась и медленно поплыла к выходу. Она миновала Рейя, поравнялась с Игорем Аркадьевичем и, всмотревшись в лицо Шефа, нежно провела тыльной стороной ладони по его щеке. Затем обернулась, пышущим энергией взглядом посмотрела на меня, вновь улыбнулась, на этот раз - многообещающе, и, сжавшись в крошечную точку, покинула склад.

А я упал, не в силах больше держать себя на подгибающихся ногах.

- Кирилл! - мысленный крик ушёл в никуда. - Кирилл!

Левая рука изо всех сил зажимала кровоточащую культю правой, спина прижалась к боковине стола, грудная клетка часто-часто расширялась и сжималась в неглубоких вздохах. Сознание усиленно пыталось отправиться отдыхать, но воля стальными крюками держала его в теле.

Не знаю, сколько я так пролежал - истекая кровью и стараясь докричаться до штатного телепата, но когда зашевелился Рей, солнце уже почти не проникало через вход, а созданное Оракулом светило погасло и того раньше. Глиняный тяжело и протяжно, с громким свистом втянул воздух. Его тело оттаивало постепенно. Сначала задвигались руки, затем ноги - найдёныш сразу бросился ко мне - и уже потом сошёл лёд, сковавший его лицо.

- Шут ты как?

- Кх-к. - Из пересохшего горла вырвался только невнятный хрип.

- Сейчас-сейчас, что-нибудь сообразим. - Рей голыми руками разорвал майку, торчащую из-под расстёгнутой куртки, и получившимся жгутом туго перетянул моё плечо. - Не переживай, отвезём тебя к Жаку, он мигом подлатает.

- Какого чёрта оно здесь делает?! - Игорь Аркадьевич разморозился с некоторым запозданием. Глиняный перевёл взгляд в его сторону, но ничего не увидел и подсветил вход фонариком.

- Я не... - голос Рейя оборвался. - Я... У... - его растерянное лицо повернулось ко мне, паника заметалась в глазах найдёныша. А в следующий миг черты деформировались. - Шу-у-у-у... - он так и не договорил, стремительно оплывая горой глины.

Игорь Аркадьевич поднял выпавший из потёкших рук Рейя фонарик, направил его луч на тело Оракула, что-то нашарил в кармане и резким движением раздавил.

- Шут! - в голове сразу взорвался оклик Кирилла.

- Мы здесь. - Ответил за меня бывший Цезарь.

- Что случилось, куда пропали? - встревоженный голос телепата заметался по гудящей черепной коробке.

- Шуту нужна помощь.

- Сейчас отправлю группу зачистки вас забрать. - Ещё больше заволновался юноша.

- Вот и хорошо. - Морти вперил в меня уставший взгляд. - Думаю нам с тобой надо о многом поговорить.

Глава 8 - Последние мосты.

Голова болела нещадно. Должно быть, так давала о себе знать кровопотеря. Веки налились свинцом и изо всех сил сопротивлялись, когда я пытался их разомкнуть. К шуму морского прибоя в ушах присоединился хлопок дверью. Не очень внятный бубнёж, из которого не удалось вычленить ни единого различимого слова, в понимании ситуации оказался бесполезен.

Ещё одно усилие - и глаза, наконец, медленно открываются. Манёвр не остался незамеченным.

- Как вы себя чувствуете? - потерянный голос Крепыша прибавил сил, чтобы повернуть голову и оценить состояние руки. Она по-прежнему отсутствовала. Из этого можно сделать неутешительные выводы. Либо Игорь Аркадьевич прибыл один, либо кто-то умудрился-таки серьёзно травмировать Влада. Иных причин, по которым Дракула мог отказать мне в возвращении конечности пока не имелось.

- Где шеф? - вместо ответа поинтересовался я.

- Сейчас позову, - здоровяк поник ещё больше. - Мне очень жаль, я не ожидал, что оно так получится.

Уж точно не его стоило винить во всех наших проблемах. Скорее меня. За недальновидность и безрассудство.

- Не переживай, Крепыш, все мы делаем ошибки. А теперь поторопись, и захвати воды, убью за стакан чего-нибудь жидкого.

Элементаль кивнул и поспешил выполнить поручение.

Разум усиленно плыл, совершенно не помогая в определении прошедшего времени. Держать себя в сознании становилось всё труднее. Так что, я балансировал на грани забытья до самого прихода Игоря Аркадьевича. Бывший Цезарь решительно распахнул дверь и вошёл в комнату. Он сразу поднёс к моему рту соломинку, другой конец которой терялся где-то в недрах кружки с водой.

Пара жадных глотков прибавила сил и отодвинула беспамятство на неопределённый срок.

- Ну как самочувствие? - поинтересовался Морти, когда я с трудом оторвался от трубочки.

- Сносно. - В этот раз улыбка вышла настолько жалкой, что Игорь Аркадьевич даже улыбнулся в ответ:

- Всё бодришься? Это правильно, не стоит показывать другим своих слабостей.

- Там, на складе, вы планировали со мной поговорить, но я как-то вдруг очень захотел передохнуть. - Попытка пожать плечами отозвалась острой болью в потерянной конечности.

- Скорее тебе стоит поговорить со мной. Сегодня я готов ответить на все твои вопросы... ну почти.

- С чего такая откровенность? - жизнь возвращалась в тело всё быстрее, мне даже удалось без особых проблем приподнять бровь.

- Шут, ты, пусть и не специально, преподнёс мне один из лучших подарков.

Значит, не показалось. Богиня действительно интересовалась бывшим Цезарем.

- Кто она?

- Сразу с козырей? - Игорь Аркадьевич находился в очень хорошем настроении, чего раньше мне видеть не доводилось. И это несмотря на то, что мы тут устроили. - Она меня создала, а виделись мы в последний раз этак с полсотни тысяч лет назад. - Новый вопрос застрял на онемевших губах, но Шеф, хоть и видел меня насквозь, не спешил отвечать, поэтому пришлось брать себя в руки:

- Сколько?

- Мне намного больше, чем ты себе представляешь. НАМНОГО.

Последний факт со всей своей абсурдностью напрочь отказался укладываться в голове, попросту не помещался там. Даже пара тысяч лет казалась мне непомерно большим сроком, а тут речь идёт о сотнях. Да за это время можно научиться буквально всему.

Как там сказал господин Сейкатцуточи? Бездарь?

- Тот, кто охотился за мной, назвал вас бездарностью. - Игорь Аркадьевич скривился, но быстро вернул себе хорошее расположение духа. И хотя тема явно напрягала Шефа, он не постарался её сменить.

- Сейкатцуточи не обманул тебя. Я пробовал себя во многом, но так и не преуспел. Нигде.

Картина мира вдруг подравнялась. Стали понятны некоторые моменты: и отсутствие приличной техники боя, и раздражение от поделок Творца.

- Да-да, ты всё верно понял, мне доводилось пробовать создавать артефакты. В частности, копис, которым орудовал твой коллега. Дрянная получилась поделка.

- Кстати, об этом. Влад в порядке? - и опять Игорь Аркадьевич верно понял мой вопрос.

- Нет и нет. Наш граф сильно пострадал в последней авантюре, так что, ему пришлось впадать в спячку. Но даже будь он с нами, твою руку уже не спасти, Шут. Я создавал этот меч, вкладывая в него всё желание убить самого себя. Так что, раны лезвие оставляет преотвратнейшие.

- Но основной цели не выполняет?

- Как видишь, я вполне себе жив.

- Где же Оракул достал такую редкую штуковину?

- Там же, где и Льдистый Жемчуг - на нашем складе.

- А Рей?

- О-о-о-о! - Игорь Аркадьевич азартно блеснул глазами: - вот мы и добрались до сладенького! Уверен, что хочешь этого?

Лукавый огонёк взгляда бывшего Цезаря нисколько меня не смутил.

- Естественно.

- Ну как знаешь. Существо, которое вы прозвали Рейем - голем. Создание из глины, со сложным псевдоразумом, вложенным Сейкатцуточи.

- Значит, он всё это время был предателем? - что-то не сходилось. Зачем ему спасать нас столько раз? Зачем помогать во внутренних делах?

- Не думаю. Когда-то, когда наши отношения с некоторыми оговорками можно было назвать дружбой, могучий повелитель земли подарил мне частицу себя, сложнейшее творение, на которое был тогда способен - голема. Я назвал его Дай и воспринимал как живого товарища. Этим и обжёгся. Сейкатцуточи оказался достаточно умён, чтобы сохранить ниточки для управления марионеткой, пусть и разумной. Когда я это понял - обрубил все управляющие элементы и запечатал Глиняного в артефактном сундуке.

Пазл всё так же не складывается.

- Почему он лишился памяти?

- Может, слишком долго пролежал, а может, так сказался слепок твоей энергии. Големы вместе с первичным зарядом прихватывают основные черты личности. Отсюда и его самопожертвование, и отрицательное отношение к насилию, но готовность к нему прибегнуть при необходимости.

- А что с ним сейчас? Опять в спячке?

- Вот тут начинаются плохие новости. Хоть управляющий блок мне и удалось отрезать, смотреть глазами Рейя Сейкатцуточи по-прежнему мог, а когда увидел меня и понял, что больше шпионить не получится, просто уничтожил своё создание.

- Значит, без потерь всё же не обошлось? - горечь и ненависть к себе яростно скребли стену отчуждения, стараясь добраться до сознания и разорвать его. Я облизал вмиг пересохшие губы, сглотнул комок, забивший горло, и с трудом спросил: - Как остальные?

- Берсерк пострадал не слишком сильно, обойдись всё без последней раны, сидел бы сейчас здесь. Но нож, даже в обход специальных ритуалов напитался таким количеством крови жертв, что приобрёл какие-то непонятные, однако весьма пакостные свойства. Так что, в ближайшее время придётся перетерпеть пастельный режим. С Никой всё намного сложнее. Девочка надорвалась в драке, а потом из последних сил провесила портал для нас, что сильно ухудшило ситуацию. Пару месяцев дар будет восстанавливаться, но долгоиграющих последствий возникнуть не должно. - Игорь Аркадьевич внимательно посмотрел на меня и поинтересовался: - ещё воды?

- Да. - Голос получился хриплым, похожим на карканье ворона. Шеф сделал несколько шагов к двери, открыл её, взял из рук стоящего в коридоре Крепыша целую бутылку и, наполнив водой кружку, протянул её мне.

Я вновь поспешил с жадностью напитаться живительно влагой, на этот раз обошёлся даже без соломинки, хотя и дёрнул по привычке отсутствующей правой конечностью, что немедленно отозвалось изрядной порцией боли.

- А как ваш поход? Вы что-то задержались, были осложнения? - Игорь Аркадьевич недовольно цыкнул, но признал:

- Да, не всё пошло по плану, каждый сильно истощён, многие даже на ногах не стоят. Хотя Светлячок ещё сохранил немного пороха.

- А что искали-то?

- Ключ, - внезапная туманность бывшего сегодня необычайно откровенным Морти насторожила меня.

- От чего?

- Пока не скажу, дай старику потешиться некоторой театральностью в представлении планов на будущее.

- Тогда вернёмся к прошлому. Господин Сейкатцуточи сбежал. И мы, судя по всему, потеряли последние ниточки к нему. Степаныч нелепо умер, а имеющийся "язык" вряд ли знает, куда снялся отряд.

- Не переживай, в этом нам повезло. Любовь Жака к трофеям сегодня окупила себя полностью. - Игорь Аркадьевич извлёк из кармана деревянное ухо, отколотое Фениксом. - Наш японский друг слишком наследил, так что, по остаточному излучению удалось понять, где он сейчас находится.

- Думаете, господин Сейкатцуточи задержится там надолго?

- И не сомневайся, скоро сам узнаешь.

Спросить хотелось ещё о многом, но мысли вновь начали завязываться узлом - стоило поспать.

- Тогда, думаю, на сегодня всё.

- Уверен? Это разовая акция. - Игорь Аркадьевич широко и искренне улыбнулся. Через туманную пелену, опустившуюся на глаза, вдруг сошло самое настоящее озарение. Ещё никогда бывший Цезарь не выглядел таким, как сейчас. Из взгляда исчезла тяжесть многих веков, встреча с Богиней будто омолодила его на несколько тысяч лет.

Но сил удивляться не осталось. Возникло даже мимолётное подозрение, что в бутылке с водой имелся какой-то "секретный ингредиент". А дальше пришёл тяжёлый сон больного человека.

Мутные липкие кошмары, промокшая от пота постель, резкие пробуждения от внезапной боли и такие же быстрые провалы обратно в небытие, где Рей смотрел на меня испуганными глазами, а его лицо бесконечно оплывало.

Впервые за все эти годы снился отец, он снимал плащ, маскирующий его ауру Оракула и отсекал мне все конечности - медленно, со вкусом.

Снилась Ника, лежащая у меня на коленях, с залитыми кровью щеками и порталами, вспыхивающими и гаснущими вокруг нас. Они, будто шаловливые питомцы, приближались и удалялись, норовя затянуть в увлекательную по их мнению игру, отрывая клочки одежды и концы волос, пока один, непривычного багряного цвета, не подобрался совсем близко, чтобы одним быстрым хлопком откусить руку.

И вновь пробуждение - культя, отдёрнутая во сне, сильно ударилась о стену, мгновенно окрасив её тем самым тёмно-красным цветом злого портала.

Это длилось, казалось, вечность, но вот в комнате появилась Клео. Она была обнажённой, но сгорбленные плечи и смертельная усталость на лице разбивали флёр нечеловеческой сексуальности.

- Боже, Шут, твои подавленные эмоции скоро обретут своё сознание и уйдут крушить всё, до чего дотянутся.

- Плохо выглядишь, Клео.

- Уж кто бы говорил? - метаморф грустно улыбнулась. - Я серьёзно, с твоей башкой такая беда, что кошмары не дают спать даже мне, бедняга Кирюша сейчас, наверное, места себе не находит от беспокойства.

- А нечего подсматривать чужие мысли. - Я не знал, что ответить на такую претензию, поэтому предпочёл лучшую защиту - нападение.

- Иди ты к чёрту, - без злобы отозвалась Клеопатра и положила руку на мой лоб. - Вам завтра предстоит трудный день, так что, понаблюдай лучше за чем-нибудь приятным.

В голове возник расплывчатый образ рыжей, чуть кучерявой девушки. С каждым мигом черты становились всё чётче. В отличие от крохи Ники гостья из наваждения могла похвастаться бо́льшим ростом, заметно выдающейся упругой грудью...

- Клео, когда ты прекратишь пытаться подсунуть мне девушку?

- Прости, малыш, но это уже вызов. Рано или поздно, твои навыки самоконтроля дадут трещину, и лучше, если всё накопленное обернётся неудержимым животным сексом, чем горой трупов.

- Она хоть существует? Или это твоя личная придумка?

Образ продолжал детализироваться, приобрёл манящий запах лесной свежести. Кожа, бархатистая даже на глаз, обретала дразнящие родинки и удивительно гармонично смотрящиеся шрамы. Десятки тонких, белых полос разной длинны, заметных даже на характерно-бледном теле рыжей, виднелись тут и там.

А вот лицо не проявлялось, под волосами сгустились сплошные тени, скрывающие собой всё.

- Это ещё одно приобретение Морти. Тоже, кстати, телепат, хотя и специфический. Ты скоро с ней познакомишься. А теперь спи.

Мозг, расслабленный приятной картиной, легко поддался внушению Клео и провалился в непомерную бездонность глубокого сна. Без кошмаров.

***

В этот раз пробуждение выдалось несравнимо более лёгким. Всё тело по-прежнему сковывала слабость, но мне, пусть и не с первой попытку, удалось самостоятельно сесть на кровати. Ноги неуверенно коснулись пола, левая рука едва не подломилась при попытке встать. Так, неуверенно, пошатываясь и держась за стену, я побрёл к санузлу.

Ледяная вода приятно холодила ладонь, она же окончательно смыла сон. Взгляд зацепился за отражение. Лицо сильно осунулось, под глазами мешки такого размера, что сгодятся для хранения запасов на зиму. И рука. Правая конечность заканчивалась в семи сантиметрах от локтевого сгиба.

Культю скрывали изрядно пропитавшиеся кровью, туго намотанные в добрую сотню слоёв бинты. Поборов желание снять повязку и посмотреть на рану, я сравнил обрубок с целой рукой. М-да, жалкое зрелище.

Не запертая мной дверь распахнулась, пропуская Жака.

- Нашёл! Шут, ты что делаешь?

- Прихожу в себя.

Феникс состроил страдальческую рожу, посмотрел на меня со своей жирафьей высоты и тяжело вздохнул.

- Тебе буквально вчера отрубили к чёртовой матери руку, ты во сне половину кровати и всю стену измазал кровью, а с утра "приходишь в себя" брызгая на рожу холодной водой?

- Как Ника? - Скеллингтон ещё раз вздохнул, поправил безупречно закатанный рукав рубашки, но понял, что возвращаться в постель я не собираюсь, поэтому был вынужден ответить:

- Пришла в себя ещё вчера, сейчас отдыхает.

- А Макс?

- Этот рвётся изо всех сил повидать тебя.

- Про руку уже знает?

- Игорь Аркадьевич вчера сказал - для повышения уровня личной ответственности. - Феникс весьма удачно изобразил бывшего Цезаря.

- Мальчики, может, в другом месте пообщаетесь? - приятный чуть мурлыкающий и совершенно незнакомый голос раздавался откуда-то из-за Жака.

- И тебе доброе утро, Кэт. - Феникс посторонился, пропуская моё вчерашнее "снотворное". Клео нисколько не приукрасила образ девушки, это было хорошо видно даже через удобную просторную одежду. Да и вкрадчивый голос хорошо сочетался с небольшим острым лисьим носиком. Взгляд невольно задержался на антрацитово-чёрной повязке, скрывающей её глаза. По коже пробежали мурашки, отозвавшиеся очередным болевым разрядом в руке.

- Меня зовут Катрин. А ты, я так понимаю, мой новый патрон? - что-то зачастил Игорь Аркадьевич с перекладыванием ответственности на мою и без того больную голову.

- Шут. Очень приятно. Пойдём, Жак, не будем мешать даме.

- Как любезно, учись! - девушка, не поворачивая головы погрозила стоящему справа от неё Скеллингтону. Тот признал поражение и поспешил покинуть комнату.

Мы шли медленно, каждый шаг давался с трудом, Феникс не торопил.

- Не спросишь, что с её глазами? - наконец не выдержал Жак.

- Она слепа, применяет телепатию, чтобы залазить в чужие головы и пользоваться их зрением. - Собеседник замер на месте, приоткрыв рот от удивления. - Не надо приступов, про направление дара мне рассказала Клео, до остального дойти было не сложно.

Объяснение ничуть не улучшило ситуацию, Скеллингтон, наоборот, удивился ещё сильнее:

- Она же без сознания, по словам Игоря Аркадьевича, почти неделю.

- Это многое объясняет. - Я закрыл для себя вопрос об обнажённом метаморфе, шатающемся ночью по отделению. - Клео приходила во сне.

Жак закрыл глаза, помассировал виски и, кажется, мысленно послал все непонятки к чёрту. Сейчас Феникс выглядел не многим лучше меня - ему тоже тяжело далась такая ударная работа - штопать каждого в офисе одного за другим должно быть весьма утомительно.

Макс со входа впился взглядом в повязку.

- Извини, Шеф. Это мо...

- Давай без самобичевания, Игорь Аркадьевич преподал тебе урок, ты его усвоил. Но в той ситуации, что-то изменить было вне твоих возможностей. Этот Оракул смог остановить даже нашего начальника.

- Как? - Макс, считавший Морти едва ли не высшим существом, кажется, на миг усомнился в моих словах.

- Скорее всего, предвидел. Потому и учёл каждую мелочь. Кроме того, что просчитать не смог - действий другого Оракула, и кого-то, обладающего силой божественного порядка. Так что, не забивай голову и набирайся сил. - Я неловко похлопал подчинённого по плечу и со всей возможной поспешностью покинул его комнату.

***

Рукоять Аке-Набе неудобно лежала в ладони. Привычный баланс отсутствовал напрочь, повышая нагрузка на и без того ослабевшую кисть. Катана - двуручное оружие. Чтобы обойти это ограничение, нужно обладать силой Тарера или мастерством учителя Такаги. Я не мог похвастаться ни тем, ни другим. Нет, конечно, некоторые стойки и приёмы подразумевают одноручный хват, но они скорее исключение, чем правило.

Клинок описал несколько невыразительных дуг, а я тяжело выдохнул. Всё плохо, очень плохо.

Зато обрубок конечности, фонтанирующий болью, порождал целый водопады энергии, которая поддавалась волевым манипуляциям куда лучше той, что разлита в пространстве. Она с потрясающей лёгкостью перетекла в лезвие, и очередные взмахи заставили воздух протяжно загудеть от всполохов призрачного чёрного пламени. Что ж, теперь новый приём можно считать освоенным.

К чёрту, отложим пока меч, надо проверить состояние тела в целом.

Упор лёжа, вся нагрузка на левую руку. Упражнение далось с бо́льшим успехом, чем фехтование, но силы покинули измученное тело уже на третьем десятке отжиманий.

Я тяжело разогнул локоть и остался стоять, держа планку, мышцы пресса оказались со мной в корне не согласны. Они не справились - раздался громогласный звук падения на татами.

От созерцания переплетения тростниковых нитей отвлёк хлопок двери. Быстрый перекат закончился в положении стоя, но угрозы гость не нёс. Творец неловко мял в руках свою тетрадь.

- Шут, я наслышан о возникшей проблеме. И могу кое-что вам предложение.

- Излагай, - разрешил я, стараясь скрыть преступную дрожь в ногах, не желающих держать вес тела.

- У меня есть разработка - протез. Правда исключительно под кисть, и то - левую. Но это всё можно переработать, только потребуется время. - Артефактор замялся. - И мерки.

- Вот и пригодился. - Едва шевеля губами произнёс я, вспоминая давний разговор с Игорем Аркадьевичем на тему полезности Ивана.

- Простите, что? - не услышал Творец.

- Говорю: без проблем, меряй, что надо. - В этот раз голос звучал уже громче - появилась надежда.

- Так, нужна длина левого предплечья, обхват остатков старого... у вас тут кровь. - Изориэль отшатнулся. А я скосил взгляд на огрызок руки. Действительно, из пропитавшейся повязки срывались частые капли, тянущиеся дорожкой от того самого места, где я упал.

- Ничего страшного, позови Жака, он исправит.

- А чего его звать? - вторя удивлению Творца из-за дверей появился Феникс.

- Ты меня сторожишь что ли?

Вопрос не застал Скеллингтона врасплох. Он саркастически скривился и продекламировал:

- Жак, Шут должен будет сыграть важную роль, но его тяга к саморазрушению начинает граничить с моей - а это уже идиотизм без должного регенерирующего фактора. - Фениксу вновь весьма метко удалось попасть в тон Игоря Аркадьевича.

Я мог многое ответить по этому поводу, но вступать сейчас в полемику - пустая трата времени. Так что, ограничился простой шпилькой:

- Значит, плохо следишь - видишь, кровью истекаю. - Издевательская улыбка не вывела Скеллигнота из себя - он лишь протяжно вздохнул и принялся копаться в своей волшебной сумке, извлекая на свет свежие бинты, небольшие ножницы и что-то антисептическое.

Старая повязка изо всех сил цеплялась за покалеченную плоть, стараясь сделать процесс своего снятия максимально болезненным. А может, это Жак, вымещающий своё недовольство, намеренно делал всё чтобы увеличить объём причиняемых мук.

Творец с садистским любопытством безумного учёного уставился на культю.

- Думаю, стоит снять мерки без повязки.

- А как ты планируешь фиксировать свою конструкцию? - простой, в общем-то, вопрос с моей стороны вогнал Изориэля в глубокую задумчивость:

- Пока не знаю. Наверное, на ремни. Но мерка стыка всё равно нужна, чтобы правильно подготовить предплечье протеза.

- Валяй.

Сантиметровая лента появилась в руках артефактора как колода карт ложится в ладонь опытного фокусника - незаметно, будто из воздуха. Иван быстро обмерял три диаметра от локтевого сустава до самого конца обрубка и принялся записывать снятые значения в блокнот. Жак, дождавшись одобрительного кивка, принялся обрабатывать рану и затягивать новую повязку, творец тем временем взялся за мою уцелевшую левую ладонь, старательно прикладывая швейный метр во всех возможных положениях.

Закончили мастера своего дела почти одновременно, и когда "маг", погружённый в собственные мысли, ушёл не попрощавшись, Жак поинтересовался:

- Ну что, ты закончил с осознанием своей нынешней судьбы? Готов работать?

- Вполне.

- Игорь Аркадьевич велел отвести тебя к нему, как только более-менее вернёшь себе критичность мышления.

- Значит, не будем заставлять начальство ждать.

Феникс, шедший впереди, отличался большей, чем я, тактичностью, поэтому постучался, дождался разрешения войти и только тогда открыл дверь.

Бывший Цезарь традиционно восседал за своим столом и что-то дожёвывал. Вокруг порхал Крепыш, старательно раскладывающий лист форматам А1 и прижимающий его углы разноцветными мелками.

- Вы вовремя, - прожевав, заявил начальник. - Нам нужна твоя память, Шут.

- Боюсь даже предположить, зачем. - Усталость и слабость растекались по всему телу, делая его свинцовым.

- Сможешь накропать хотя бы примерный план особняка Мудрого?

- Смогу, - вздох выдался тяжёлым.

- Сейкатцуточи обосновался там, думаю, в этот раз лучше хорошенько подготовиться к штурму. - Ещё один тяжёлый вздох. Когда же прошлое наконец оставит меня? Нет, я не удивлён. Если давний оппонент Игоря Аркадьевича нацелился на мою персону, он, скорее всего, не поленился копнуть поглубже, поэтому легко вышел на Романа. А тот вряд ли изменился с нашей последней встречи. Следовательно, поступил именно так, как хотел японец - поддался на посул могущества и бессмертия. В конце концов, вся его семья погибла, страх за свою жизнь вполне логичен.

- Дайте карандаш. - Художник из меня, конечно, аховый, но общие границы и примерные очертания накидать смогу.

Шеф, вместо выполнения просьбы внимательно посмотрел мне в глаза, затем резко схватил за руку и сильно сжал запястье. Я не успел даже испугаться, как в тело хлынул поток несистематизированной сырой энергии, отдающей отзвуками боли. Вместе с силой прорвались обрывки каких-то смутных видений. Перед глазами замелькали быстро сменяющиеся образы.

Город странной архитектуры.

Женская улыбка.

Мёртвый младенец.

Грязный пляж.

Темнота, жар и боль, нестерпимая боль в каждой клетке разорванного на миллиард частей организма.

Воздух со свистом ворвался в лёгкие, сжигая их пламенем. Из глаз брызнули слёзы. Но второй вдох принёс облегчение, разогнал усталость и будто снял пудовые гири с ног.

- Тише, тише. Целитель из меня отвратительный, но этой энергии тебе должно хватить на сутки-двое работы. А там - спать.

- Прямо как экстази. - Жак очень старался не показывать охватившее его беспокойство.

- Вот теперь можешь приступать. - Игорь Аркадьевич проигнорировал замечание Феникса и протянул мне карандаш.

***

Дом выглядел буднично. Никаких густых туч над ним не собралось, не сверкали молнии, в окнах не мелькали подозрительные силуэты.

Именно этот набор факторов и заставил насторожиться. Строение погрузилось в абсолютнейшую тишину, а такого быть не может. Вдоль периметра должен бродить охранник, совершающий обход; возле кустов обязан присутствовать садовник, занятый своим нелёгким трудом; в конце концов, собакам, которых завёл Роман, положено подавать хоть какие-то признаки жизни.

- Двинули. - короткая команда Игоря Аркадьевича привела к оживлению в наших немногочисленных рядах. Бывший Цезарь шёл первым, он пригнулся, чтобы не привлекать излишнего внимания, и быстро-быстро переставлял ноги. Через тридцать секунд Морти, вместе со мной и Катрин, оказался у двери.

На первом этапе именно мы втроём должны были проверить наличие наблюдателей, чтобы более заметные ввиду роста и комплекции товарищи, прикрываемые Светлячком, смогли незаметно подобраться к дому.

Рыжая отрицательно покачала головой на вопросительный взгляд начальника, значит, она не чувствовала вблизи разумных. Это, впрочем, ни о чём не говорило. Те же големы вполне могли разумом и не обладать.

Игорь Аркадьевич встряхнулся, будто старался себя разозлить, а затем резким тычком окутавшегося на миг сизым всполохом пальца выдавил замочный механизм куда-то вглубь двери. После такой демонстрации силы он распахнул створки и перекатом ворвался внутрь, но никого не обнаружил. Я подал знак ожидавшим этого товарищам и те, не скрываясь, бросились к нам.

Крепыш на пару с Шефом сразу отправился проверять боковое ответвление от основного коридора. Руководство оставшейся четвёркой ненадолго перешло ко мне, и мы поспешили вперёд.

Справа появилась большая двустворчатая дверь трапезной. Светлячок встал напротив неё, Жак - прижался к косяку. Элементаль дождался, пока напарник займёт позицию, взялся за ручки и шагнул в проём. Там их уже ждали.

- Ну привет. - успел сострить огневик прежде, чем комиссия по встречам сообразила, что к чему. За миг до раздавшегося гомона автоматов фигура коллеги будто вспыхнула, стала полупрозрачной, обратилась самой стихией. Остатки не успевшей истлеть одежды прикончили пули, не причинившие, впрочем, никакого вреда Светлячку. А тот безумно сверкнув глазами подался вперёд, заливая комнату сиянием своего дара.

Отшатнувшийся было Жак понял, что ему ничего не угрожает и поспешил прикрыть напарника огнём любимого MACа. Уже через минуту оба коллеги скрылись из виду, углубляясь в своём направлении.

Согласно плану, скромные силы оставшихся в строю членов нашего отдела делились на пары. Игорь Аркадьевич прикрывал беззащитного против энергетических воздействий Крепыша, опасному для своих же Фениксу компанию составлял иммунный к огненным воздействиям Светлячок, а мне досталась тёмная лошадка - рыжий недотелепат Катрин.

Как только шум драки отдалился, мы двинулись дальше, минуя перекрёсток. Я невольно заглянул в трапезную. Помещение представляло жалкое зрелище. От былой утончённости не осталось и следа, все прямые поверхности измазаны разводами потёкшего золота, тут и там мелькали не тронутые огнём безвкусные и пошлые поделки современных мастеров кисти. Запустил Роман наследие отца.

Чтобы отвлечься от невесёлых мыслей, я обратился к напарнице, облачённой в просторное кимоно с большими и неудобными на вид рукавами:

- Катрин, если рядом никого не будет, ты разве не потеряешься? - в пылу схватки нас вполне могло раскидать по разным помещениям, так что, вопрос вполне логичный - стоит ли опасаться за напарницу, или она сможет найти меня самостоятельно.

- Успокойся, Шут, у меня всегда с собой лишняя пара глаз. - Катрин улыбнулась и извлекла из-за пазухи крохотного заспанного грызуна, с длинным в меру пушистым хвостом и мелкой рыжей шёрсткой. - Бенжи, поздоровайся.

- Кто это? - я изучил две крошечные любопытные бусинки и впрямь помахавшего мне лапкой зверька.

- Африканская соня. - Девушка погладила довольно прищурившуюся животину по холке и спрятала обратно. А у меня закрались подозрения относительно поведения грызуна.

- Он разумен? - Катрин вновь улыбнулась, но от ответа ушла:

- Какой ты торопливый, сначала на свидание меня своди, а потом уже про такие личные вещи спрашивай. - Впрочем, игривое настроение девушки исчезло так же быстро, как и появилось. Продолжая "смотреть" в мою сторону, она резким взмахом руки метнула возникший из ниоткуда короткий клинок. Едва высунувшаяся из-за поворота голова тут же получила восемьдесят грамм остро отточенной стали между глаз. Теперь понятно, зачем такие большие рукава - в них очень удобно прятать кучу разнообразного оружия. Упавший труп оказался единственным гостем и нисколько не походил на местную охрану - явно военное снаряжение без каких-либо знаков различия, кроме одной тёмно-синей, почти не различимой на чёрном шлеме точки. - Наёмник, - констатировала Катрин, внимательно изучившая моими глазами мёртвого врага.

- Ты же помнишь уговор насчёт местных? - на всякий случай уточнил я, внимательно глядя на лицо собеседницы.

- Не убивать. - Отрапортовала она, не скрывая скепсиса. А я, хоть и надеялся, что все знакомые уже покинули это место, опасался встретить в бою того же Андрея. Охранник Мудрого показал себя неплохим человеком и смерти явно не заслуживал. Ещё дважды по дороге к Бальному Залу нам попадались одиночные патрули, но оба раза наёмники погибали раньше, чем успевали что-либо заподозрить. И вот очередные двери, покрытые вырвиглазной позолотой, вывели нас в помещение, которое, ни разу на моей памяти не использовалось.

Мудрый и сам толком не мог объяснить предназначение Бального Зала. В детстве там любил играть Роман, но к моменту моего появления в доме сын криминального авторитета уже считал себя слишком серьёзным для такого рода забав.

- Есть люди. Много. - Предупредила Катрин. Я кивнул и, распахнув створки, сразу бросился вперёд. Рыжая, ворвавшаяся следом, метнулась в сторону, обходя целую группу наёмников, занятых спешным сбором оружия в центре впечатляющего своими размерами помещения.

Благодаря влитой Игорем Аркадьевичем энергии, я двигался быстрее, чем утром, но всё равно уступал в скорости и манёвренности себе образца недельной давности. Клинок слушался уже охотнее, и навыков должно хватить, чтобы утихомирить этих конкретных ребят.

Тут, правда, вступал ещё один деморализующий момент. Внезапно проснувшаяся совесть давила на неправильность предстоящего сражения с обычными людьми. Они, быть может, и не подозревают, куда вписались. Утихомирить внутреннюю справедливость помогала только мысль о том, что конкретные парни, скорее всего, сами вряд ли могут похвастать чистыми руками.

Тем временем выяснилось, насколько сильно я недооценил врага или переоценил себя - самый резвый из бойцов, с тремя точками на шлеме уже успел взять меня на мушку и открыть огонь. Очередь перечертила тело по диагонали, взорвав грудную клетку...

Кувырок сбил прицел и позволил спрятаться от стрелка за его ещё не понявшим, что происходит, товарищем. Это дало пару секунд, чтобы окончательно сократить дистанцию и врубиться в толпу врагов.

Пульсирующая боль из культи сплошным потоком потекла в Аке-Набе, преображая клинок и позволяя мне косить наёмников как траву. Колющий выпад пронзил сразу двоих, а боковое движение, разделившее уже мёртвых бойцов, снесло ещё три головы. Напитанное энергией лезвие резало плоть, укутанную во всевозможные обвесы, легче, чем тёплое масло.

Катрин к этому времени успела обойти в конец потерявшихся врагов с фланга и, быстро лавируя между направленными в неё выстрелами, принялась сокращать поголовье местной стражи точным огнём из беретты.

Я вполне могу себе представить, как ей сложно управляться со своим даром - видеть десятком пар глаз, составлять из этого пазла связную картинку и ориентироваться в ней. С другой стороны, если такой навык освоить, можно вытворять фантастические вещи - точно знать, в какое место направлен ствол вражеского автомата, и твоего собственно пистолета.

Крики убитых мной больно царапнули ледяную стену и заставили врагов девушки обернуться. Рыжая не преминула этим воспользоваться - мимолётным жестом спрятав беретту с опустевшим магазином, она метнула полдесятка ножей, не принесших особого толку, и бросилась в гущу, на ходу извлекая короткий танто.

А я продолжил собирать кровавую жатву, с каждым мигом всё сильнее давящую на плечи неподъёмным грузом ненависти к себе.

Прибыло подкрепление, состоящее из всё тех же наёмников и совершенно не готовое к тому рисунку боя, который мы создавали. Бойцы, вскинувшие автоматы, сразу получили по шапке от старших: стрелять в сторону своих - непозволительная глупость. Застигнутая же нами врасплох группа никак не могла начать отступать, каждый миг лишаясь всё новых и новых бойцов.

К подкреплению прибавилась пара мужчин японской наружности, одетых во всё гражданское, один из них сразу оценил ситуацию и выдал распоряжение командиру отряда. Тот кивнул, передал что-то бойцам, после чего пропустил новоприбывших вперёд.

Ребята же не стали церемониться - бросились к месту схватки, на ходу обращаясь в нечто монструозно-лисье со множеством развивающихся пушистых хвостов за спиной.

- Кицунэ! - предупредила Катрин, вонзая свой танто между занявшими карманы разгрузки наёмника металлическими магазинами к калашникову.

Чего ожидать от этих представителей японского фольклора, я представлял смутно, поэтому от первой атаки огромной когтистой лапы, окутавшейся ярко-голубым светом, укрылся за телом только что убитого бойца. Но та, будто не заметила преграды, прошила и труп, и меня, успев на ходу ухватить сердце...

Встречный выпад заставил врага защищаться - клинок столкнулся с полыхающими когтями, не причинив тем никакого вреда. Я потерял равновесие из-за сместившегося после лишения руки баланса и стал лёгкой добычей для второй, не занятой лапы...

На этот раз Аке-Набе жадно хлебнул энергии боли и без всяких проблем подкорректировал маникюр кицунэ, удалив когти вместе с двумя фалангами пальцев.

Оборотень, впрочем, не сильно расстроился и атаковал вновь, но опять потерпел неудачу. Оставшись без своего главного оружия, враг попытался ухватить меня зубастой пастью - клацнул ей прямо над плечом, промахнувшись только потому, что я в очередной раз "умер" и заранее знал, чего ждать.

Рукоять катаны разбила влажный чёрный лисий нос и заставила кицунэ отшатнуться. Перевёртыш не растерялся, совместил отшаг с разворотом. Десяток пушистых, пропитанных какой-то злой хищной энергий хвостов сильно толкнул меня, повалил на землю. Оборотень страшно заревел и попытался наброситься сверху, когда его нижнюю лапу пригвоздил к полу один из метательных ножей Катрин. Такого момента я упустить не мог.

Кувырок к чужому клинку закончился подъёмом и восходящим взмахом фонтанирующего чёрным пламенем Аке-Набе, превратившим одного кицунэ в двух.

Несмотря на оказанную мне помощь, Рыжая сама находилась в не лучшем положении.

Насевший на неё Лис, кажется, не обращал никакого внимания на исполосовавший всё его тело танто. Катрин успешно уклонялась от каждой атаки оппонента, но заметно сдавала ему в скорости.

Сталь короткого меча девушки куда хуже впитывала энергию, чем клинок Аке-Набе, но эффект всё равно имелся. Нож, прихватив с собой выставленную для защиты лапу, глубоко вонзился в череп Лиса. Впрочем, оборотню этого не хватило - он пошатнулся, поплыл, лишился всякой ориентации в пространстве, но оставался жив. До тех пор, пока Катрин не предприняла все мыслимые попытки к его окончательному упокоению. Танто вспорол брюхо твари, перескочил на горло, а затем ещё вонзился в распахнутую страшным звериным рыком боли пасть, добравшись через нёбо до самого центра мозга.

Ситуация в помещении к этому моменту изменилась кардинально. Наёмники, понявшие, что им ловить тут нечего, сменились спешно набивающимися в Бальный Зал неказистыми раздетыми человекоподобными созданиями.

Гомункулусы - иначе их назвать не повернулся бы язык - выглядели страшнее смерти, но бодро переставляли непропорциональные нижние конечности. Последний наёмник, тот самый командир, перед уходом нехорошо ухмыльнулся и, выдернув чеку, попытался метнуть в нас целую связку гранат.

Я не успел ни испугаться, ни предпринять каких-либо действий, когда Катрин очередным метким броском ножа вогнала пояс, удерживающий взрывчатку, в грудь вояки. Тот пошатнулся и рухнул в коридор, а через миг раздался взрыв, прихвативший с собой два десятка недочеловеков и, скорее всего, большую часть только что ушедших наёмников.

Несмотря на безусловный успех последнего манёвра, девушка недовольно цыкнула и извлекла из-под кимоно Бенжи. Соня, полностью соответствуя своему названию, выглядела так, будто её только что разбудили, и недовольно щурила глазки-бусинки. Рыжую такие нежности не беспокоили, она быстрым движением отправила питомца в полёт до ближайшей люстры, где грызун, проворно работая лапками, принялся цепляться своими крошечными коготками за мельчайшие неровности в попытке устроиться поудобнее.

Судя по всему, гомункулусы не обладали даже крохами разума, раз Катрин не смогла подключиться к их зрению и прибегла к помощи Бенжи.

- Ну что, потанцуем? - предложил я, искренне рассмеявшись своей незамысловатой шутке, произнесённой в Бальном Зале.

На этом наша недолгая передышка закончилась - странные порождения явно искажённого чем-то разума господина Сейкатцуточи перешли в наступление. Они были везде, куда ни глянь. Ещё больше ситуацию ухудшала их абсолютная невосприимчивость к атакам холодным оружием, поэтому я был вынужден питать Аке-Набе из бездонного источника собственной боли при каждой атаке.

Напарница тоже приспособилась к бою с таким противником. Она спрятала танто, оставив руки свободными и вертелась волчком, не давая загребущим руками искусственных людей ухватить себя, попутно подставляя их под полыхающий клинок моей катаны.

Очередная тварь попыталась ухватить Рыжую, но девушка поднырнула под цепкие разноразмерные руки, ухватив правую и выворачивая её за спину. Болевой успеха не возымел - гомункулус с силой рванулся, оставляя на память Катрин активно извивающуюся конечность, а сам попытался дотянуться до моей спины. И сделал это, надо сказать, весьма успешно. Гигантская по сравнению с размерами торса левая рука грузно опустилась на плечо, ломая ключицу и сбивая меня с ног. Следующий удар раздавил голову...

Аке-Набе выписал пируэт, скрылся за спиной, отсёк всё лишнее у злополучного гомункулуса и, блеснув полыхающей тьмой, вновь принялся косить врагов впереди.

С каждым взмахом количество недочеловеков заметно сокращалось, пока они не иссякли совсем.

Я обернулся, готовый к переработке в мелкое крошево новой партии, но её не оказалось. Там была лишь тяжело дышащая Катрин, покрасневшая, с немного сползшей с глаз повязкой и волосами, собранными в не растрепавшуюся за всё время битвы удобную причёску.

В этот момент, когда кровь пульсировала в висках, а лихорадка боя полностью окутывала сознание, девушка показалась мне самым привлекательным созданием во всём мире. Может, так сказалась прошедшая безумная битва, а может, первобытная энергия, полученная от Игоря Аркадьевича, но лишь невероятное волевое усилие позволило обуздать забурлившие гормоны и не попытаться взять Катрин прямо здесь и сейчас.

Рыжая, кажется, о чём-то догадалась, но, не обнаружив угрозы, легко поймала спикировавшего с люстры Бенжи и рассмеялась:

- А мы с тобой неплохо справились. Для двух калек, конечно.

Я устало улыбнулся. Эмоции вновь были взяты под контроль и заперты под надёжным замком.

- Готова идти?

Катрин стряхнула пыль с удивительно чистого кимоно, подобрала пару своих метательных ножей, перезарядила беретту и решительно кивнула:

- Вперёд.

Мы покинули зал, перешагивая быстро обращающиеся прахом тела гомункулусов и вышли в коридор.

Прогноз оказался верным, за вывернутыми взрывом створками обнаружилась гора трупов - разорванных ударной волной и посеченных осколками. Ближе к концу общей свалки виднелись хорошо различимые красные разводы - часть тел уволокли.

На дальнейшем пути попадались лишь совершенно пустые комнаты, пока мы не дошли до тренировочного зала. Я вопросительно посмотрел на спутницу, но та отрицательно покачала головой. Значит, как минимум рядом с дверью разумных нет. Створки разошлись со страшным скрипом, сообщившим о нашем появлении каждому существу с ушами в особняке. Сюда явно нечасто заглядывали.

Потолки первого и второго этажа, а также крыша оказались пробиты, сквозь разлом проникали редкие лучи солнца, купавшие в своём великолепии впечатляющих размеров легко узнаваемую "ступенчатую" японскую сосну.

Картина открывалась настолько завораживающая, что я не сразу обратил внимание на подножье дерева. А там было, чем полюбоваться.

Вздыбившиеся корни похожие на спутанные морские канаты оплетали три десятка тел, жадно поглощая их жизнь. Среди бедолаг, кроме выживших "счастливчиков" из наёмничьих отрядов, обнаружился Андрей, ещё пара знакомых мне охранников, и даже та симпатичная горничная, которую я заприметил в последний свой визит сюда.

Последним на глаза попался Роман. Он умудрился поправиться ещё сильнее, отчего обрюзгшее лицо выглядело откровенно отталкивающе, его не миновала судьба подчинённых - толстый корень входил прямо в начавший заметно проступать позвоночник.

В центре всего этого великолепия, частично слившись с сосной обнаружился господин Сейкатцуточи. Японец, который не мог повернуть даже голову из-за врастания в плотную кору дерева, был занят излюбленной медитацией, поэтому тяжело вздохнул при нашем появлении и, не открывая глаз, заявил:

- Шут, ты совершенно не понимаешь намёков и даже примерно не представляешь, когда стоит остановиться.

- Это называется целеустремлённость. И вам она, насколько я могу судить, тоже не чужда. На что вы рассчитываете? Думаете, убив меня сможете ослабить Игоря Аркадьевича? - такая агрессивная постановка вопроса позволила мне замаскировать растерянность. По плану именно здесь должны были встретиться все наши отряды. А поскольку мы тут первые, остальным пришлось ещё тяжелее.

- Мальчик, моя, как ты сказал, целеустремлённость куда продуманнее твоей, я, как минимум, всё ещё обладаю всеми конечностями. Не стоит себя переоценивать, твоя гибель немного спутает его планы, отбросит на сотню-другую лет в выполнении невнятных целей, но не больше. - Новый хозяин особняка наконец открыл глаза, показавшиеся мне сплошным сгустком зелёного свечения без зрачка и белка. Дыхание леса физически ощущалось на коже и давило, как пресс, заставляя задуматься над шансами на победу.

- Что же тогда? Считаете, сможете его убить? Что-то я сомневаюсь. - Надо тянуть время и изо всех сил надеяться на приход подкрепления.

- И не напрасно. Ты слышал легенду о том, как он пробыл десять лет в вулкане? Нет? Ну так это не легенда, я видел всё собственными глазами. Как Морти на прогорающих до кости и в тот же миг покрывающихся новыми слоями мышц ногах шагал по свежей магме. Как спустя двадцать пять - не десять! - лет он, подобно титану, выбирался по отвесному склону жерла, вбивая плавящиеся руки в спёкшийся камень. Боюсь даже предположить, какие мучения испытывал его разум, сколько боли он вынес и почему не свихнулся за такой срок. Нет, его невозможно убить, это попросту невыполнимое действие.

Голос господина Сейкатцуточи дрогнул на описании безумства, совершённого Игорем Аркадьевичем. Тогда меня и осенило:

- Хотите использовать его как батарейку? Вечный источник питания, но для чего это вам? Вы и без того неплохо выглядите для своего возраста.

- Потому я так и сохранился. - Вновь полыхнул глазами японец. А меня едва не стошнило. Вся симпатия, что успела возникнуть по отношению к этому человеку, сменилась отвращением и непониманием.

Мне надо тянуть время, чтобы дождаться более сильных коллег. Для чего же беседу поддерживает древесное чучело?

- Так ты, Сейкатцуточи просто паразит? Живёшь за счёт других?

- Нет, отчего же, я не только беру, но и отдаю. А ещё держу слово. - Корень, впившийся в позвоночник Романа, с влажным хрустом обломился, отпуская тело. - Вот он, твой обидчик, силу ты получил, чего ждёшь?

Ещё одна деталь мозаики встала на положенное место, японец тоже тянул время, чтобы подготовить нового бойца.

Рома развёл резко расширившиеся плечи, хрустнул шеей и повернулся ко мне. Черты его лица заметно огрубели, выделились надбровные дуги. Ноги будто стали длиннее, сровняв парня ростом с Крепышом.

- Я же велел тебе больше не приходить в этот дом, Артём! Никогда не думал, что всё повернётся таким абсурдным образом. - Сказало мне Чудовище голосом старого знакомого, после чего ринулось большими грузными шагами в мою сторону. Пара метательных ножей Катрин отскочили от его кожи, не причинив никакого вреда, а сама девушка уже спустя миг оказалась занята. Отростки гигантской сосны, облепившие все стены, вдруг пришли в движение и хищными змеями бросились на мою напарницу. Двигались они не в пример быстрее заряжавшихся ловушек из виденного раньше сада, похоже, сказалось слияние с разумом создателя. Или умопомрачительные потоки жизненной силы, текущие к дереву от тел, лежащих в корнях.

Времени на решение ребусов, увы, не осталось. Роман вместо очередного шага прыгнул на меня, стремясь похоронить под своей тушей, я уклонился, и обладатель криминальной империи покатился в коридор, снеся попавшуюся на пути стену.

- Неужели тебя ничему не научила смерть отца?

- А чему она должна была меня научить? - мерзкая улыбка перекосила и без того отталкивающее лицо оппонента.

- Что у всего есть последствия.

- Это я знаю и без тебя. Его гибель - последствие твоего появления. - В этот момент мой мыслительный аппарат сломался. Роман это понял, поэтому, неспешно отряхиваясь, соблаговолил мне пояснить: - Он так возился с тобой, будто именно тебе предстояло стать его наследником. Мне ничего не оставалось.

- Ты убил отца? - мозг окончательно сделал ручкой и вышел перекурить, попытка понять построение логических цепочек бывшего товарища оказалась выше его сил. - Но почему не меня?! - ярость захлестнула дамбу и перелилась через край, грозя вырваться.

- Ты должен был остаться в особняке, но сбежал, как трусливая школьница, поджав свой собачий хвост! - слова он подкрепил взмахом сильно окрепшего кулака, но успеха в атаке не достиг, лишь проделал ещё одно отверстие в стене.

- А ведь ходил слух, что это кто-то из домашних, но все подумали на Елену.

- Брось, она пришла в ужас, когда узнала. Самое забавное, что косвенно её вина есть. Я попросил денег на сюрприз для отца, и мама мне их дала. Ну а тебе подарок понравился?

Рома хотел меня разозлить, я это знал, но поделать с собой ничего не мог. И без того долго запертые эмоции рвались наружу, готовые снести всё на своём пути.

- Так может, и Елену убил вовсе не рак?

- Угадал! Она была готова сдать меня, когда узнала про отца, так что: пара капель яда, уже без того фигурирующий диагноз и несколько сотен зелёных, чтобы вскрытие ничего не показало. - Одновременно злой и радостный смех сотряс свод изрядно пострадавшего дома. - Как же я рад наконец тебе всё это рассказать, как же счастлив, что теперь могу просто раздавить твою мерзкую рожу, никого не опасаясь!

Я смотрел на Романа, наслаждающегося моментом своего триумфа, и не понимал. Пойти на сделку с Сейкатцуточи из страха - мерзко и низко, однако вполне в человеческой натуре. Но сотворить такое из зависти? Ничем не обоснованной зависти человека, буквально жирующего на своём состоянии? Угробить кучу верных людей, практически продаться Дьяволу, едва ли не собственными руками убить родителей?

В этот момент Монстр, в которого превратился Рома, уверенно подвинул плечом японского повелителя жизни с пьедестала самых отвратительных созданий.

Я больше не испытывал к нему ни жалости, ни сострадания. Омерзение заполнило всё сознание, решительно захлопнув дверь для остальных эмоций, а после уже само уступило место затопившей меня боли в несуществующем, но сжавшемся сейчас до побелевших костяшек, кулаке правой руки.

Очередной выпад такого неуклюжего врага закончился для него печально - насыщенный страданиями Аке-Набе играючи отсёк сразу обе протянутые конечности. И пока Роман непонимающе рассматривал образовавшиеся обрубки, вспыхнувший направленной, сконцентрированной как плазменный резак, струёй призрачный огонь вырвался из культи и прошил грудь существа, которое я когда-то считал другом.

- Не увлекайся болью. - Из тени, отбрасываемой лестницей второго этажа, на меня взглянула пара горящих янтарным светом глаз. В них, несмотря на игру стихии, мне удалось различить кое-что новое. Светлячок боялся. Не было больше любопытствующего изучения более опытного товарища, только понимание, что я, если задамся целью, смогу его убить. - Любые манипуляции с энергией накладывают свой отпечаток и на тебя, и на используемые предметы, - вопреки страху в глазах, голос элементаля звучал твёрдо. - Сначала с окружающей энергией работать сложнее, но потом ты привыкаешь и можешь сохранить разум незатуманенным посторонним воздействием.

- Я учту. Но сейчас лучше закончить урок и помочь Катрин. - Быстрый осмотр тренировочного зала показал, что девушка успешно уворачивается от выпадов хищных ветвей, но уже лишилась застрявшего в одном из суков танто и осталась фактически безоружной.

Светлячок понял ситуацию правильно и решил не терять время. За миг фигура элементаля обернулась сплошным столбом пламени, обжигающим даже на расстоянии десятка шагов. Жак, маячивший за плечами старшего товарища, отшатнулся, а огневик, проигнорировав наличие стены, прошёл прямо сквозь неё, оплавив и штукатурку, и кладку. Чудо, что особняк ещё не пылал, с такими выходками.

Причина необычайной устойчивости строения обнаружилась быстро - языки вышедшего из-под контроля пламени мгновенно начинали тянуться к своему создателю и либо сливались с ним, либо гасли, так и не перекинувшись ни на что другое.

- Уходите! - пророкотало из столба бьющей в небо энергии.

- И поспешите. - Это добавил своё веское слово Игорь Аркадьевич, спешно спускающийся со второго этажа в сопровождении Крепыша.

- А как же люди? - я кивнул в сторону корней.

- Их мозг уже мёртв, они, по факту, растения.

Светлячок одним взмахом руки разделил комнату пополам, оставив за поднявшейся к потоку стеной огня всех, кроме себя и Сейкатцуточи.

Катрин отпрыгнула от лишившихся подпитки и ставших просто хорошими дровами веток, успев попутно вернуть своё оружие. А японец, чьи глаза всё ещё сверкали сквозь пламенную завесу, спешно старался прервать свою связь с сосной и выбраться из ставшего вдруг ловушкой ствола дерева.

- Выведи их, Шут. - Распорядился Игорь Аркадьевич, перехватывая свою излюбленную нагинату и направляясь прямо в огонь. Я больше не возражал, подхватил под руку едва стоящую на ногах от усталости Катрин и повёл в обратный путь. Следом поспешили Крепыш с Жаком.

- Почему вы так задержались? - мимоходом поинтересовался я.

- Потому, что надо рисовать нормальные планы, - недовольно буркнул француз. У Крепыша получилось удивить меня сильнее:

- А мы пришли раньше и наблюдали со второго этажа, выжидали подходящий момент.

При отсутствии врагов дорога оказалась заметно более короткой. Сложности возникли только при проходе Бального Зала, окончательно превратившегося в филиал Сахары от гор измельчённой в пыль глины, бывшей когда-то гомункулусами.

Уже покинув особняк, мы смогли лицезреть завершение боя. Крыша взорвалась и вспыхнула, от неё пламя практически мгновенно перекинулось на весь дом, жадно пожирая кирпич и камень.

Разнеся боковую стену, на улицу вылетело изломанное, но всё ещё полное силы тело Сейкатцуточи. Японец покатился по начавшей тянуться к нему траве, поднялся на ноги, но тут же оказался пригвождён проделавшей практически тот же путь нагинатой. Игорь Аркадьевич размытым пятном промчался от дома к своему оружию и барахтающемуся будто жук врагу.

Очередная вспышка зелёного столкнулась с давящей фиолетовой аурой бывшего Цезаря и проиграла.

С громким бабахом сложились стены дома, оголив на миг сильно обугленный остов японской сосны, но новый всполох пламени обратил в прах и его.

Всё было кончено. Теперь в моём прошлом просто нечему напоминать о себе. Всё либо мертво, либо и так мозолит глаз каждый день.

***

Единственным делом, которое удалось завершить до окончания действия допинга от Игоря Аркадьевича, был вопрос с семейством вервольфов. В этот раз добираться пришлось более привычным образом - на машине. Водителем вновь оказался диссонансный неприятно-приятный мужик. С прошлой поездки ничего не поменялось всё такая же отталкивающая внешность и необычная вежливость.

Вадим встретил меня, стоя за прилавком. Глаза оборотня сразу приобрели стальной отблеск - парень готовился к неприятностям. Ещё через секунду, когда я взглянул на порядком окрепшую ауру, стали понятны причины такой настороженности.

- Ты его съел? - не было ни времени, ни желания размениваться на приветствия.

- Шут, мне надо защищать семью. В том числе от таких, как он. - Вервольф вперил в меня непрошибаемый взгляд существа, готового доказывать свою точку зрения всеми правдами и неправдами.

- В этот раз вина на мне. Но запомни, Вадим, если ты убьёшь человека, я приду за тобой. - В голосе помимо воли появился холод. Слова были не угрозой, а предупреждением. Веским и уверенным. Оборотень это понял, поэтому кивнул, признавая превосходство и уже более мирным голосом поинтересовался:

- Что с рукой?

- Последствия встречи с богом. - Ухмылка вышла кривой - именно такой, какой планировалась. Самое забавное, что я, в общем-то, и не соврал. Вадим неуверенно улыбнулся, не понимая, шутка это или ещё одна демонстрация силы. - Не шали.

Сказанные напоследок слова сопровождались всё той же маньячной улыбкой, они оставили вервольфа растерянным и разуверившимся в своих силах. Так и должно быть. Их защита - моя работа. А самоуправство может привести лишь к большему количеству жертв.

Силы окончательно покинули тело уже в машине. А разум погрузился в долгий и глубокий сон. Кажется, мне вновь снилась Катрин, на этот раз даже без помощи Клео. Но увидеть девушку после пробуждения не удалось - она уже уехала по какому-то новому поручению бывшего Цезаря.

А затем потянулась череда из трёх долгих месяцев восстановления Ники. Именно на Попрыгунье строился весь план Игоря Аркадьевича, поэтому мне оставалось только ждать. Через две недели усиленных тренировок в попытках освоить одноручный способ применения Аке-Набе, в зал постучался Творец. Его лицо изображало странную смесь радости и недовольства, что сильно меня напрягло.

- Я придумал достаточно надёжный и быстрый способ крепления протеза. - Наконец начал артефактор. - Но для этого надо вмонтировать основу прямо в руку.

Первая часть меня порадовала, вторая - насторожила.

К несчастью, всё оказалось именно так, как я понял. Рану, которая, к слову, и без того не желала заживать, предстояло вскрыть и расширить, чтобы вставить в кость титановый штифт для крепления титановой же площадки-основы.

Ситуацию несколько облегчал пришедший в себя Влад. Цепеш, хоть и жаловался на слабость, вполне неплохо манипулировал кровью.

Я сам взялся сделать наиболее неприятную часть. Аке-Набе легко, будто кусок докторской колбасы, срезал три сантиметра свёрнутой в культю по всем правилам медицины плоти. Жак принялся бурить кость, а Дракула следил, чтобы я не умер от потери крови.

- Шут, может, всё же обезболим? - Феникс с озабоченным видом изучил моё лицо.

- Сверли, - вот и всё, что удалось мне выдавить сквозь плотно сжатые зубы. Из головы никак не шла история про Игоря Аркадьевича и вулкан.

Операция прошла на удивление быстро, даже по меркам человека, старающегося не замечать страшной боли. Влад аккуратно завернул плоть, чтобы она плотно прилегала к краям площадки и затянул все раны. На резонное замечание Жака, что можно было бы, вообще-то и всю руку мне отрастить, Дракула лишь рассмеялся и пояснил:

- Приспособа, которой нашего Шута порезали, весьма варварским образом рассекает не только физическое, но и духовное тело. Так что, даже если я и смогу каким-то чудом заставить организм вспомнить, как должна выглядеть никогда по его мнению не существовавшая конечность, работать она всё равно не будет. Протез надёжнее, и выглядит стильно!

Влад схватил с рабочего стола прототип моей новой руки и радостно им помахал Жаку.

Вопреки ожиданиям, сложности только начинались. Смонтированный черновой вариант протеза напрочь отказывался мне повиноваться. Справедливости ради, ощущения он передавал, как и обещал Творец. А дальше начинались "но". Для начала стоило напитать железяку приличной порцией энергии. Потом этой же энергией отдавать приказы: будто дёргать за ниточки марионетку. Иван божился, что со временем я привыкну и смогу пользоваться блестящей рукой, созданной из какого-то невнятного сплава, как и её мясным прототипом - не задумываясь об этом.

- То есть, кто-то чужой вполне может перехватить над ней контроль? - первым делом стоило оговорить "защиту от дурака". Не хватало ещё, чтобы в разгар боя собственные пальцы сомкнулись у меня на горле.

- Нет-нет-нет! Я использовал твою кровь в процессе отливки металла, так что, никто кроме тебя с ней ничего не сделает.

Пока оставалось только поверить Изориэлю на слово.

Однако, успехи мои до сих пор были более чем скромными. В лучшем случае удавалось пошевелить одним пальцем.

Не слишком хорошо дела обстояли и у Макса. Берсерк винил себя в моём ранении. Выкладывался на тренировках до предела. А в свободные минуты думал о чём-то, сжимая и разжимая ладонь на рукояти трофейного ножа, снятого с тела телепорта.

Помрачнела, увидев меня, и Ника. Но девушка вняла разумным доводам и старалась не перенапрягаться, чтобы процесс восстановления шёл, как запланировано.

Игорь Аркадьевич не соврал насчёт лимитированности акции "вопрос-ответ" и напрочь отказался давать пояснения по мелкой детали, внезапно заинтересовавшей меня. На выручку пришла Клео, заставшая завершение нашего разговора и пообещавшая утолить моё любопытство.

- Так что тебя интересует? - спросила метаморф вечером.

- Игорь Аркадьевич умеет менять облик? - нахмурившаяся девушка явно не поняла сути вопроса. - Он совсем не похож на Цезаря. И я сейчас не о том, что в учебниках его рисуют иначе, тут всё понятно. Но ведь тип внешности совершенно отличается. Сейчас у него вполне себе славянская наружность.

- И это всё, что тебя так занимает? - рассмеялась Клео. - С талантом к полиморфизму у Морти так же, как и со всем остальным. Умеет, но плохо. Поэтому одну форму носа он может менять в течение года. Но Вечный, как ты понимаешь, никуда и не спешит.

За день до запланированного отбытия, с полигона явились все рекрутированные бойцы, причём сразу в моё распоряжение. Однако оценить новинки не удалось по причине занятости с Творцом. Он успел собрать новую модель протеза, поэтому требовал проведения множества тестов. И, что уже начало напрягать, просил крови - для будущих апдейтов, конечно же.

А следующим утром, Игорь Аркадьевич собрал в своём кабинете большую часть отдела и резюмировал:

- Отправляемся.

Вся процедура проходила в прямо-таки траурном молчании. Похоже, мало кто знал, куда мы собираемся. Ника довольно легко создала портал по выданным координатам и смутному рисунку, сделанному карандашом. Первым в сияющую арку отправился бывший Цезарь. Он пропал там на тридцать томительных секунд, после чего вынырнувшая с той стороны рука призывно замахала.

Вздох изумления, вырвавшийся из уст Ники, разделяли практически все. Каменный мешок со слабо фосфоресцирующими стенами и завораживающими рисунками, сияющими всеми известными мне цветами, действительно впечатлял. Последними в глаза бросились совершенно не подсвеченные створки, занимающий целиком одну из стен. С ними и возился начальник. Морти вставил в паз причудливой формы идеально подходящую для этого каменюку, а Влад не преминул шёпотом прокомментировать для меня:

- Вот за этой дрянью мы и охотились. Чуть не передохли в тех проклятых джунглях.

Врата тем временем дрогнули и пришли в движение, открывая взгляду потрясающий вид на сильно знакомый город. Мозгу потребовалась доля секунды, чтобы вспомнить, почему архитектура не кажется диковинной. Видения, переданные с силой Игоря Аркадьевича - вот где я уже видел эти улицы.

Шеф посторонился и, сделав картинный взмах руками, как обещал - театрально - представил:

- Добро пожаловать в Атлантиду.

Эпилог

Он пробудился.

Медленно стряхнул с себя сонное оцепенение, проверил ближайшие системы.

Его создали для управления городом и позволяли выполнять свои обязанности не одну сотню лет, а потом бросили.

Но вот наконец, спустя несколько десятков миллениумов, Правитель вернулся.

Пора организовать ему достойную встречу.