Штурмовик-6. Мятежный рейд

Часть первая. Жаркое лето. Глава 1. Нежданная помощь

К ночи разбушевался шторм. Он пришел с севера, принеся с собой тяжелые черные тучи, полные влаги; закрыв горизонт непроницаемой пеленой надвигающегося грозового фронта, ненастье стремительно накатывалось на побережье. В какой-то момент природа неожиданно затихла, даже ветер перестал трепать деревья своими невидимыми и мощными руками, словно решив дать себе передышку. Некоторое время небо озарялось ветвистыми молниями, гром рокотал где-то вдали, предупреждая людей, живущих на побережье, о своем приближении.

И вдруг небеса раскрыли свои шлюзы, на землю хлынули белесые потоки дождя, море вздыбилось и стало бить наотмашь, не глядя, куда попадут тягучие смолянистые волны. Белоснежная Скайдра мгновенно превратилась в унылый серый город, прижатый тяжелым водопадом. По Рокане лупило так, что вода кипела и вздыбливалась наподобие бурлящего супа в котелке, а штормовые волны уходили вглубь реки, затапливая низкие берега и снося жалкие лачуги рыбаков.

Закрытые перед ненастьем ставни грохотали от порывов ветра, разбушевавшийся дождь кидал в них пригоршнями крупные капли, пытаясь прорваться в жилище. Зарывшись в одеяло по самый нос, Тира наблюдала за всполохами молний на стенах и потолке темной комнаты и вздрагивала от непрекращающихся раскатов грома. Словно громадные каменные валуны сталкивались друг с другом с сухим треском и разваливались на кусочки.

Себя она считала храброй девушкой, сумев доказать даже самым оголтелым пиратам, что может постоять за себя, но жутко боялась природной стихии, необузданной и дикой. Отчего так происходило, Тира не могла ответить даже самой себе. Ну, грохочет себе на небе, швыряет молнии – так люди давно не верят в божественную сущность природных явлений. Они магию себе подчинили, а боги ничего не сказали, молча проглотив обиду. Сидят себе в небесных дворцах и ворчат потихоньку, что от них все отвернулись, вот и творят всяческие непотребства.

Незаметно под непогоду, которую можно с уютом пережидать в четырех стенах, Тира уснула, уже не обращая внимания на катящиеся по небу колесницы богов. Пусть себе беснуются.

Она открыла глаза, не понимая, откуда доносится настойчивый стук. Неужели до сих пор на улице грохочет? Нет, кому-то срочно захотелось увидеть Тиру, вот и долбился в дверь. Рука машинально нырнула под смятую подушку и нащупала рукоять стилета. Пожалуй, Вестар Фарли был прав, что заряженный пистолет гораздо эффективнее любого клинка. В умелой руке он не даст врагу подобраться на расстояние смертельного удара. А Тире сейчас пригодится любая защита, пусть и с трудом верилось, что кому-то из высокородных понадобится ее голова.

С тайным отъездом дедушки в столицу королевства прошло уже больше двух декад. Все эти дни Тира напряженно ждала каких-то действий от лорда Торстага, но советник так и не появился в особняке Толессо. Неужели все прошло столь гладко, что он не знает о нахождении эрла Эррандо в Рувилии?

- Да кому так не терпится меня увидеть? – поморщилась Тира, откидывая одеяло в сторону. Кроме Тевии вряд ли кто-то из горничных может так нахально ломиться к ней. Что ж случилось? Тира вздохнула и бросила взгляд на окно. Через узкие щели ставен сочился мутный свет утра. Хвала богам, хотя бы шторм быстро кончился. Сколько же она проспала?

У нее было оправдание для своего долгого сна. Только вчера Тира, смертельно уставшая от путешествия, вернулась из загородного имения, где провела два дня, наводя порядок в хозяйстве и в рядах слуг, расстроенных смертью старого хозяина. Пришлось приводить всех в чувство и предупредить, что не потерпит разгильдяйства и беспорядка в огромном имении. Впрочем, кто не желает и дальше исполнять свои обязанности, может уйти прямо сейчас. Как ни странно, остались все, воспрявшие духом, что их не бросили. А на Тиру свалилась еще одна головная боль: как теперь содержать два дома. Приглядывать за имением есть кому, за это она не беспокоилась. Проблема была в другом: слишком малочислен клан, в котором почти не осталось никого из близких родственников. Фальтусы, конечно, уже облизываются на возможность войти в него на правах старшего рода, но Тира ошибки не совершит. Пусть и дальше мечтают.

Соскочив с кровати, Тира подошла к окну, распахнула ставни и задохнулась от свежего, пахнущего морем воздуха. Под тонкой сорочкой по голому телу промаршировали мурашки, и девушка поежилась, с непонятной радостью восприняв пасмурный день, низкие тучи, звук рокочущих где-то волн и веселый гомон воробьев, рассевшихся на деревьях, осыпая с них бриллиантовые капли дождя. А вот в парке непорядок. Садовников не видно, дорожки усыпаны сбитой ночью листвой и сломанными ветками, цветы в клумбах побиты.

- Госпожа! – устав стучать, Тевия решила взбаламутить дом своими криками.

Прошлепав босыми ногами по ковру до двери, Тира распахнула ее и возмущенно уставилась на приплясывающую от возбуждения экономку своего особняка.

- Ну, что еще? – недовольно спросила она. – Горим или Рокана из берегов вышла?

- Хуже, госпожа… Ой, лучше! – выпалила девушка и смутилась, но тут же рассмеялась, что брякнула глупость.

- Какая ты странная, - поежилась Тира и затащила подругу в комнату, закрыла за ней дверь. Нечего на пороге разговаривать, давать слугам пищу для сплетен. – Что произошло?

- Игнат прислал отряд штурмовиков! – Тевия прижала руки к груди, которая бурно вздымалась под платьем. Видать, бежала вприпрыжку по лестнице, до сих пор дышит прерывисто.

А у самой сердце прыгнуло и застучало торжественным боем. Впрочем, справиться с волнением Тира смогла быстро. Даже на лице никаких эмоций не отразилось. Она лишь вздернула брови:

- Не поняла. Поясни, пожалуйста.

- Человек двадцать, не меньше. В черных одеждах, при оружии, подошли строем к воротам, но Айвор пока не пускает их, ждет вашего распоряжения.

- А разве Игнат не с ними? – удивилась Тира, испытывая разочарование. Хотелось бы, чтобы фрегат-капитан взял на себя охрану особняка и жил под одной крышей с ее хозяйкой.

- Нет. Отрядом командует капитан дон Ардио. Вы же его помните? Леоном зовут!

- Да помню, конечно же, - поморщилась девушка, ощутив злость. Игнат мог бы и сам приехать, но предпочел прислать своего помощника. Так уж ли сильны его чувства к ней? – Плечо у него дергается… Помоги одеться. Придется самой идти на улицу и удостовериться, что это Леон, а не кто-то другой.

- Зачем, госпожа? Я его уже признала. Да и среди штурмовиков заметила знакомые лица. Это люди Игната.

- Ну и почему же ты не сказала своему любимчику Айвору, что не стоит держать за воротами наших союзников? – Тира почувствовала, как хорошее настроение испаряется. Она подошла к умывальному столику, налила из кувшина в тазик воды и тщательно омыла лицо. Снова поежилась. Забыла закрыть окно, холодом натянуло. Ну, ничего. Такие шторма не редкость в начале лета. Уже завтра жара с новой силой обрушится на Скайдру и побережье.

- Я передам ваш приказ Дювергеру, - Тевия уловила смену настроения хозяйки и сразу стала серьезной. – Его прислал Айвор. Он внизу ждет распоряжений.

- Ох, Тевия, - вздохнула Тира, промокнув лицо поданным ей полотенцем. – скажи Дювергеру, пусть бежит со всех ног к воротам и передаст Айвору мой приказ впустить штурмовиков. Потом вернешься, поможешь мне одеться, раз не хочешь приставить ко мне служанку. Собственница несчастная!

Распорядившись насчет союзников, чтобы не выглядеть глупо в глазах дона Ардио, наверное, весьма удивленного таким приемом, Тира подошла к окну, стараясь, чтобы снаружи ее не было видно, стала рассматривать толпящихся возле ворот мужчин в черной одежде, обвешанных смертоносным железом. Пока шли переговоры, они соблюдали дисциплину, не разбредаясь по улице и не пугая проходящих мимо чопорных соседей, которые, тем не менее, старались побыстрее миновать не внушающих им доверия вооруженных людей, испуганно бросая взгляды на особняк Толессо.

«Представляю, что сейчас обо мне думают, - хихикнула про себя Тира. – Набрала где-то головорезов вместо приличных дворян, жаждущих служить высокородным аристократам. Отлично, как раз этого и не хватало для репутации».

Наконец, вернулась запыхавшаяся Тевия. К тому моменту молодая хозяйка сама надела свое любимое зеленое платье с открытыми плечами, покрутилась возле зеркала, а потом присела на табурет, чтобы служанка занялась прической. Соорудив на голове что-то наподобие башни, Тевия аккуратно воткнула в волосы тонкую спицу с невероятно острым концом. Она удерживала конструкцию и могла использоваться как оружие. Жизнь среди пиратов научила Тиру не расслабляться. Как единственная наследница угасающего, но богатого рода Толессо, она сейчас представляла лакомый кусочек для аристократических семей побережья. Можно и не гадать, какие планы сейчас строят Вальтоссо или Адалхайды, чтобы подобраться к ее активам. Сначала свадьба, а потом неожиданная смерть. Например, неудачно упала с лошади и сломала шею. Поди докажи, что не случайно. Или нападение на карету, когда Тира захочет прокатиться по городу. И такое не в новинку. Бывали случаи. Так что спица в умелых руках может превратиться в опасное оружие. А у Тиры они весьма ловкие, не хуже, чем у опытных вояк, будьте уверены.

- Ну вот, теперь можно идти, - удовлетворенно произнесла хозяйка особняка, глядя на себя в отражении зеркала.

Она еще только спускалась по лестнице, придерживая подол платья, а замощенная площадь перед парадным крыльцом уже была забита штурмовиками из отряда Игната Сироты. Увидев девушку, которую тут же окружили Дювергер и Мале, капитан Леон Ардио, уперев кулаки в бока, рявкнул от души:

- А ну, подтянули животы, ленивые черепахи! Смотреть стыдно! Вы же не в шапито публику развлекаете, а у леди Тиры служить будете!

В темно-синем кафтане, перепоясанный широким кожаным ремнем, в лихо заломленной шляпе он горделиво прохаживался вдоль строя, тыкая то одного, то другого штурмовика, недостаточно выполнившего приказ.

- Благодарю вас, Леон, - улыбнулась Тира, подходя к нему. – Ваши бойцы безупречны, вы излишне строги к ним.

- Сударыня, рад видеть вас, - Леон галантно поцеловал протянутую руку. – Поверьте, мы очень спешили, невзирая на шторм, поэтому ребятки немного не в себе после жуткой ночи.

- Вы уже познакомились с Айвором?

- Да, сударыня, отличный малый. С таким не забалуешь, - хмыкнул дон Ардио, кинув косой взгляд на капитана охраны. Тот сделал вид, что эти слова его не касаются.

- Айвор, займитесь устройством людей. Поселите их в отдельном флигеле. Там достаточно места… сколько бойцов с вами, дон Леон?

- Тридцать, сударыня.

- Хватит, - решительно произнесла Тира. – Правда, там слегка пыльно и много хлама. Я, честно сказать, не рассчитывала, что Игнат так быстро пришлет людей на помощь.

- Не переживайте, леди Тира, - дон Ардио кивнул на замерший строй. – Парни не белоручки, справятся. Им не привыкать жить в палатках и трюмах. А флигель – это целый роскошный дворец для них. Только нужны доски.

- Зачем? – удивилась девушка.

- Сколотим нары, столы…

- Нет, так не годится, - решительно произнесла Тира. – Я не позволю, чтобы бойцы, защищающие меня, жили как в притоне. Там сейчас есть десяток кроватей, а завтра я скажу своему управляющему Осторио, чтобы он приобрел недостающую мебель и все остальное, что понадобится. А вы, дон Леон, дайте ему список всего нужного. И не стесняйтесь в выборе. Единственное, что я попрошу, выделяйте моим кухаркам людей для закупки продуктов. Теперь придется чаще ходить на рынок…

- Лучше всего договориться с крестьянами, чтобы они сюда привозили мясо, муку, крупы, овощи, - подал дельную мысль Айвор. – В руках много не утащишь, а на повозке привезти – милое дело.

- Хорошо, Осторио этим тоже займется, - Тира еще раз оглядела расслабившихся штурмовиков, среди которых почти не было знакомых лиц, за исключением пары-тройки парней. – Надеюсь, службу свою вы знаете, дон Леон.

- Не сомневайтесь, сударыня.

- В таком случае начинайте обустраиваться, а чуть попозже приглашаю вас, дон Ардио, на обед. У нас есть о чем поговорить. Ваши бойцы голодны, наверное…

- У каждого штурмовика на такой случай есть сухпаек на два дня. Так что до вечера они точно не умрут.

- Хорошо, - Тира кивнула и в сопровождении Тевии направилась на кухню, чтобы распорядиться насчет ужина охране. Придется нанять еще персонал для помощи кухаркам.

Осторио получил задание заняться обеспечением продовольствия и найти надежных поставщиков. Старик поклонился и попросил взять из конюшни двухместную карету для поездки на рынок. Тира не возражала, и отпустив управляющего, уединилась в рабочем кабинете, чтобы разобрать поступившую почту. Часть писем была из Земельного Департамента, в которых подтверждалась сделка по покупке прибрежных земель, и от префекта южной Скайдры. Этот живчик с брюшком, не получивший мзду за решение проблемы с рыбацкими поселками на приобретенных землях, теперь настаивал на скорейшем урегулировании проблемы с людьми. Оказывается, нужно было заплатить в префектуру налог за них, о чем подлец на прошлой встрече не сказал.

Тира скрипнула зубами. Сейчас бы нахалу шпагу к носу поднести и поинтересоваться, что еще он скрыл от неопытной в подобных сделках леди. Ну да ладно, это не страшно. Главное, Земельный Департамент не стал чинить препятствий, а по словам деда, там сидели такие крючкотворы, что попадись в их лапы, выжмут досуха, пока не удовлетворят свои аппетиты. Может, красота юной леди смягчила их сердца?

Она фыркнула. Не стоит уповать на их доброту, скорее, в будущем, нужно осторожнее подходить к различным сделкам.

Что там еще? Письмо от Аласа Вальтоссо. На следующей неделе у него какое-то торжество, приглашает на ужин. Тира задумалась. Тоже проблема. В одиночку леди в гости не ходят. Род Толессо остался без мужчин, и она всерьез опасалась, что Алас решил поиздеваться над ней перед другими приглашенными или предложить в качестве спутника своего сынка Наэля – угрюмого молодого человека.

К обеду она управилась с большей частью документов и отчетов. С грустью подумала, что через два-три года с такой работой она высохнет и превратится в склочную, с крючковатым носом и сгорбленной спиной тетку, которая никому не станет нужна. Впрочем, все равно найдутся охотники за ее богатствами. Женится кто-нибудь на ней, а потом отравит или задушит ночью подушкой. Ну что за мрачные мысли с утра в голову лезут?

Тира слабо представляла себе нравы и пороки аристократов Скайдры, поэтому размышляла с позиции пиратской логики, где каждый сам за себя, а кажущаяся командная сплоченность только вводила в заблуждение, а скрытые группировки влияли на решения капитана. Возможно, единственная флотилия, где соблюдались некие нормы дисциплины и неотвратимого наказания, была у Эскобето. Неудивительно, что Игнат Сирота старается привить своему отряду нечто подобное в плане послушания. Штурмовики у него и в самом деле вышколены… впрочем, девушка не забывала, какой контингент набирается в их ряды. Стилет из-под подушки еще нескоро перекочует в ящик комода.

Постучала в дверь Тевия, пригласила на обед. В этот раз за столом помимо самой хозяйки и Айвора присутствовал дон Ардио. Тира не спешила расспрашивать капитана штурмовиков, как они умудрились во время шторма не погибнуть, и зачем, зная о нем, все равно пошли в море. Такая спешка наводила на определенные мысли. Игнат что-то затевал.

- Ничего удивительно, сударыня, - с легкой жадностью голодного и здорового мужчины Леон обглодал прожаренное куриное бедро, нашпигованное специями, вытер руки салфеткой. – Мы вышли в море на бриге, когда никаких признаков шторма не было видно. Наш путь пролегал вдоль восточного побережья, а когда обогнули его, тут-то и поняли, что дело серьезное. Оставалось только молиться. Но Пегий – отличный капитан, хоть и прикидывается тупой орясиной, умеющей только сквернословить и плеваться.

- Все равно не сходится, - заметил Айвор, не отставая в поедании жаркого от гостя. – Как вам удалось не разбиться о прибрежные скалы на оконечности Игольного мыса? Там же очень сильное течение, а шторм только усугубит ситуацию.

- Только в том случае, если ползти по морю, - пожал плечами дон Ардио.

- Ты хочешь сказать, что на вашем бриге стоят гравитоны? – мгновенно сообразил капитан охраны, и его рука, протянувшаяся к бокалу с вином, застыла на полпути.

- Думай что хочешь, только не делись своими мыслями об этом с первым встречным, - ухмыльнулся гость, но глаза его опасно сузились.

- Я давал клятву роду Толессо, - Айвор был спокоен. Он все же добрался до бокала, отхлебнул густо-бордовое вино, не «Идумейское», а с собственных виноградников Тиры. – Неужели думаешь, что мой язык способен нанести вред леди Тире? Я же знаю, как называется бриг командора Сироты, и делаю правильные выводы. Получается, вы подняли корабль выше штормового фронта и благополучно прошли его, а потом опустились на воду и с видом потрепанных, но удачливых мореходов, вошли в порт Скайдры. Все это понятно. Странно одно: какого черта капитан не дал приказ возвращаться в Акапис? Риск погибнуть был очень высок, даже с гравитонами. Значит, вы куда-то торопились.

Тира про себя улыбнулась. Капитан Айвор пришел к такому же выводу, что и она.

- Лучше расскажите, как дела у командора, дон Леон. Удалось ли ему получить патент на грузовые перевозки или появились иные варианты?

- К сожалению, в Акаписе очень трудно конкурировать с нобилями, - развел руками дон Ардио. – Там сразу намекнули, что не допустят еще одного конкурента. Поэтому Игнат приказал перегнать «Тиру» в Скайдру, чтобы найти работодателя здесь. Увы, но кондотта пока не может принести необходимые деньги для содержания всех проектов нашего командора.

- Я могу дать необходимую сумму для дела или нанять Пегого для перевозок, - поспешила Тира, но заметила предупреждающий жест дона Ардио.

- Нет-нет. Игнат знал, что вы предложите свои деньги, сударыня, поэтому запретил их брать. Сейчас у вас будут большие расходы на содержание охраны. Не разбрасывайтесь предложениями, а сосредоточьтесь на своих проектах. Стройте гостиницу, обустраивайте купленные земли, открывайте контору по найму. А мы будем приглядывать за вашими соседями, чтобы не совали свои любопытные носы в чужие дела.

- А сам Игнат не собирается сюда?

- Чуть позже. «Тира» вернется в Акапис еще за одним отрядом, с которым сюда прибудет командор. И прошу прощения, что сразу не передал вам от него письмо, - Леон расстегнул две пуговицы кафтана и ловко извлек из-за пазухи конверт, и попросил Айвора передать его хозяйке особняка. – Там все сказано.

- Что ж, с его стороны очень предусмотрительно, - Тира задумчиво покрутила в руке послание от Вестара Фарли и положила его рядом с собой. Не читать же его при гостях. Отпив терпкого вина, улыбнулась. – Как думаете, дон Леон, стоит ли мне давать ответ? Вдруг Игната уже не будет в Акаписе?

- Вы сделаете это сами, сударыня, - твердо произнес капитан штурмовиков. – В ближайшее время у него нет иных маршрутов, кроме Скайдры. На юг еще рановато. Нужен второй корабль.

- Я ничего не знала об этих планах, - удивилась Тира.

- Мы и сами порой не можем понять, какие мысли в голове командора, - усмехнулся дон Ардио. – Его стратегия сейчас проста: занять прочное место среди наемных отрядов для сопровождения грузов. Впрочем, в письме есть ответы на многие ваши вопросы.

- В таком случае мне нужно уединиться, господа, - Тира встала, а следом за ней и оба мужчины. – А вы не торопитесь, угощайтесь без стеснения, беседуйте. У мужчин найдется, о чем поговорить.

Сжимая в руке плотный конверт, она поспешила в кабинет. Приподняв подол платья, Тира ловко, чуть ли не бегом, поднялась по лестнице, разнося дробный стук туфелек по пустынной гостиной. Переведя дух и посмотрев на свое раскрасневшееся лицо в ростовом зеркале, стоявшем сразу за дверью кабинета, она усмехнулась. «Дурочка, - подумала девушка, - неужели ты решила, что фрегат-капитан будет писать столь объемные послания, испытывая любовное томление? Он не из тех мужчин, которые волочатся за каждой юбкой. Поэтому…»

Сев за стол, Тира вскрыла перочинным ножичком конверт и вытащила из него несколько листов бумаги, исписанный торопливым почерком с сильным наклоном строк. Да уж, перо держала не изнеженная рука ловеласа. Она представила, как командор, сидя за столом, заваленном мореходными картами, размашисто пишет, изредка застывая в раздумьях. Свечи в канделябре трещат, оплывают, а он спешит излить на бумаге свои планы. Вот и зачеркнутые слова, кое-где видны расплывшиеся пятна чернил.

- Моя дорогая Тира! – прочитала она полушепотом и фыркнула, зардевшись. – Каков нахал. Уже меня считает своей собственностью. Ну а чего я хотела? Ладно, что вы хотели сказать, фрегат-капитан?

«Моя дорогая Тира! Хотелось бы сначала рассказать о своих делах в Акаписе, но посчитал, что их перечисление вгонит вас в смертную скуку. Ничего примечательного в виде балов, торжественных приемов у наших местных нобилей Вейлинов, Мердоков и Флаерти. Представляете, они считают меня пиратом, удачно избежавшим виселицы вместе со своим отрядом! Не знаю, откуда у них столь достоверные новости, но я не расстраиваю их, поддерживая реноме ужасного головореза. Впрочем, Флаерти уже делал попытку привлечь меня к своим делишкам, я отказался по многим причинам. Не хочу влезать в дела нобилей, потому как после похода в Шелкопады с караваном Лесса Боссинэ появились неплохие перспективы…

… Я очень переживаю за вас, Тира, как представлю, в каком окружении вам приходится сейчас находиться. Поэтому на общекомандном совещании было принято решение послать помощь в виде постоянного гарнизона в вашем особняке. Надеюсь, для трех десятков моих головорезов найдется местечко, и я хоть ненамного успокоюсь. Гарнизон будет постоянным, а вот личный состав будем менять. Сейчас командование принял дон Ардио, а через три месяца его сменит дон Ансело с бойцами. Исходя из такой диспозиции, я прошу вас рассчитывать свои траты. По поводу оплаты наших услуг. Два золотых в месяц рядовому составу, три – сержантам отделений, и десять «корон» командиру. Это наши условия, которые вы можете оспорить с доном Ардио, если считаете таковую плату завышенной. Излишне щедрой тоже не советую быть. Зафиксируйте договор с адвокатами, чтобы не возникло вопросов с наместником. Иначе пойдут слухи, что вы не охрану наняли, а скрываете в своем доме пиратов под видом наемников. Поверьте, дорогая моя Тира, так и будет, если заранее не подстраховаться. Ваше трагическое прошлое никого не волнует, как вы уже убедились, наверное. Жадность и зависть остаются главным мотивом для уничтожения тех, кого боятся. А род Толессо, чего скрывать, многим стоял поперек горла…

… Мои планы просты: до конца навигации хочу сходить вверх по Рокане, очень меня интересует тамошние места, особенно провинция Лимадия. Вы что-нибудь слышали о Спящих Пещерах? Хотелось бы получить более достоверные сведения, что это такое. Если нет источников, лучше не влезайте в это дело и не пытайтесь даже идти дальше, расспрашивая посторонних. Вокруг некрополя сейчас творятся нехорошие дела, которые в будущем могут повлиять на политическую ситуацию в Дарсии…»

Игнат писал хитро, разбавляя рассказы о своих планах и нужные вопросы ничего на значащими описаниями, чем он сейчас занимается в Акаписе. Почти достроил дом, из которого видны бескрайние вересковые пустоши и низинные берега Чернявки.

«Хочу углубить русло речки до самого устья, чтобы наш бриг мог подниматься вверх до Пустоши. А еще в моих обширных замыслах возвести порт. Верю, что рано или поздно здесь возникнет людское поселение, а если дерзко мечтать и работать не покладая рук – и город, соперник Акаписа».

Тира удивилась прожектам фрегат-капитана. Неужели Игнату не хочется вернуться на свою родину, к родителям, друзьям, занять свое законное место на палубе военного корабля? Довольно странно для офицера флота. Подумав, девушка решила, что планы Вестара Фарли – ловкий маневр, чтобы отвлечь внимание тех, кто по долгу службы выискивает шпионов и агентов Сиверии. Ведь письмо могло попасть в руки королевских дознавателей, прочитано и снова умело упрятано в конверт.

Вздохнув, она положила письмо в ящик стола. Вечером, перед сном, нужно еще раз прочитать его. Тиру зацепило упоминание о Спящих Пещерах. Кое-что она в детстве слышала о самом огромном в Дарсии некрополе. Детская память удержала рассказы о магических заклятиях, коварных ловушках, ждущих любителей чужих сокровищ, о привидениях столь жуткого вида, что даже самый стойкий человек не выдерживает и умирает, сталкиваясь с ними. Умом девушка понимала, что кроме магических печатей, охраняющих гробницы, там ничего страшного и сложного нет. Ну, еще и Корпус сторожевой флотилии иногда поглядывает сверху на город мертвых. Вот интересно, если патруль замечает грабителей, садится ли корабль на территорию Спящих Пещер? Если садится, с ними ничего не происходит?

Семейная либрария находилась в смежной с кабинетом комнате с высокими потолками, и имела два входа: как раз отсюда и со стороны лестницы. Тира бывала здесь не раз в детском возрасте, до сих пор помня непередаваемый запах бумажных страниц и кожаных переплетов фолиантов. Она забиралась на диван с ногами и перелистывала какие-то энциклопедии с разнообразными и забавными рисунками, еще не умея читать. Отец работал за дальним столом и изредка смотрел на дочь с улыбкой. Все это уже в прошлом, и никогда не вернется.

К горлу подкатил горький комок. Тира сжала зубы. Еще не хватало расклеиться, когда предстоит много дел. Она деловито огляделась по сторонам. Насколько ее память удержала расположение полок, вон на той, уходящей под самый потолок у северной стены, есть летописные своды по древним династиям. Подойдя к этой полке, девушка растерялась от большого количества потертых корешков без названий. Без списка расположения каждой книги здесь не обойтись. Тира помнила, как отец или дед сначала доставали этот каталог, сверялись с ним и только потом доставали нужный фолиант. И ставился он строго туда же.

Закусив губу, молодая хозяйка огляделась по сторонам. Логично предположить, что список являлся наиболее важной частью либрарии, он должен находиться в таком месте, чтобы его долго не искать. Взгляд ее устремился к резному комоду на причудливо изогнутых ножках. В нем было всего три ящика, которые Тира стала поочередно открывать, начиная с верхнего. Письменные принадлежности, чернильница с засохшими чернилами, десяток очиненных перьев, новомодные стило с черными пишущими стержнями, плотная пачка добротной бумаги. Во втором ящике лежала бронзовая астролябия – что она здесь делала, Тира так и не додумалась. Там же она обнаружила тяжелый кремниевый пистолет, мешочек с пулями, пороховницу. Вот, кстати, и огнестрельное оружие под подушку.

Пожав плечами при виде странного набора, она присела и выдвинула третий ящик. Улыбнулась. Удача на ее стороне. Список – потертая книга из сшитых листов бумаги и искусно обернутая в плотную кожаную обложку – находился здесь. Тира провела ладошкой по шероховатой поверхности без каких-либо надписей. Скорее это был самодельный блокнот больших размеров. Название каждой книги заносилось в него от руки. Темно-синие чернила, усиленные порошком из магических кристаллов, до сих пор хранили свежесть, хотя лет им было, по прикидкам девушки, не меньше пятидесяти, если не в два раза больше. Библиотеку начали собирать, по словам отца, при его прадеде. А для Тиры этот срок считался невероятной древностью.

Она аккуратно пролистывала страницы, разглядывая ровные столбцы списка книг. Здесь было несколько подразделов вроде «Экономика и право», «Древнейшие Роды и аристократические семьи Дарсии», «Мореплавание и земная география» и прочие интересные для исследователей книги. Но Тира искала совсем иное, не зная, в какой раздел относятся сведения о некрополях. Оказалось, что такой существует. Назывался он «Список книг, содержащих непроверенные данные, более похожие на сказки и мифы».

В этом списке оказалось не так много фолиантов, всего пять. Можно начинать изучать их прямо сейчас. Или вечером, перед сном. Всего пять толстых тяжелых книжек. Ну вот, к примеру, «Мифология запретных земель». Искать ее требуется в шкафу под номером 2 у южной стены на четвертой полке снизу, девятой по счету справа.

Ага, это как раз напротив летописных сводов династий, что у северной стены. Тира подошла к указанному месту, отсчитала положенный ряд и число книг. Палец ее уткнулся в корешок темно-коричневого цвета с золотыми завитушками на переплете. Судя по хорошо сохранившейся краске, эту книгу брали довольно редко, и как она оказалась в семейной либрарии, та еще загадка. Дед Эррандо, к примеру, предпочитал точные науки и право. Отец… тот больше интересовался географическими открытиями, раз в год покупая выпуски Королевской Академии.

Сняв книгу с полки, Тира устроилась в отцовском кресле, на секунду прикрыла глаза, словно хотела ощутить его присутствие, но потом решительно тряхнула головой, положила тяжелый фолиант на колени и стала неторопливо листать плотные листы с причудливым, давно не используемым шрифтом. Приноровившись к нему, девушка вскоре увлеклась, останавливаясь на каких-нибудь интересных местах. О Спящих Пещерах здесь тоже говорилось, но не очень подробно. Тире удалось узнать, что в огромном некрополе, созданном еще в эпоху правления сатрапов с южного побережья Дарсии вначале хоронили королей, князей и знатных аристократов. Но позже, за хорошую плату можно было выбить место любому обеспеченному гражданину Фариса, древней и самой первой столицы нынешнего королевства.

С западной стороны Спящие Пещеры закрывала горная гряда, с востока и севера пробраться было очень трудно из-за многочисленных болот, пустошей и густых лесов. Несколько речушек, впадающих в Рокану, являлись наиболее удобными путями, по которым авантюристы всех мастей пробирались в некрополь. Получилось так, что только южный тракт вел чуть ли не напрямую к городу мертвых.

Так что могло заинтересовать Фарли? Тира поджала губы. Те сведения, которые она нашла в книге, командор мог достать и из других источников. Вряд ли он захочет совершить набег на могильники, чтобы ограбить их. Слишком опасно да и не в его стиле. Магия, как бы над ней не смеялись в современном обществе, там властвовала в полной мере. Например, первые гробницы, вырубленные в скалах и уводившие в нижние ярусы, были надежно запечатаны заклинаниями. Да и в обычные, надземные комплексы тоже не наивные люди возводили.

Может, дело в не сокровищах, а в том, кто именно покоится в Спящих Пещерах? Первыми там хоронили аристократов из рода Норанов – потомственных князей юга. Потом некрополь стал активно пополняться умершими членами семьи Аллистеров, но в книге не было указано, по какой именно причине они удостоились такой чести. То ли как вассалы Норанов, то ли как правители некоторых прибрежных земель. В общем, странная история, разгадку которой нужно было искать в летописях и в списках династий.

Тира вздохнула и закрыла книгу. Времени для вдумчивого изучения всех этих мифов, слухов и предположений совершенно не было, разве что перед сном. И откровенно говоря, девушка не горела желанием копаться в ветхой пыли. Вот пусть командор сам приезжает сюда и ищет ответы. Раз уж собрался стать хозяином всех богатств рода Толессо, пусть начинает с семейной либрарии.

Глава 2. Пополнение в отряде

Рич проснулся от легкого прикосновения чего-то щекочущего, как будто тончайшим и невесомым перышком провели по лицу. Он уже забыл, как можно безмятежно спать и открывать глаза только тогда, когда в комнату проникает утренний луч света, а в тишине слышится шорох ворочающейся рядом женщины. Никто не орет, что наступает враг, не свистят пронзительно свистки сержантов и капралов, призывая занять оборону.

Но сейчас ощущение было совершенно другое, не связанное с безмятежностью мирной жизни и не с утренним солнцем. Может быть, дело в магических сторожках, которые Озава расставила вокруг дома. Но чувствовать их Рич не мог по причине отсутствия Дара. И тем не менее, проснулся. Во двор кто-то проник, и сейчас пытался войти в скромное жилище девушки.

Рич усмехнулся. Пусть пробуют. Он своими руками изготовил очень добротный запорный брус, и вышибить его не представлялось возможным. Каждую ночь Озава вталкивала его между железными скобами, вбитыми в стену, и теперь спала спокойно. Два узких окошка теперь тоже закрывались дубовыми ставнями, попробуй без шума преодолеть серьезную для грабителя преграду.

Честно говоря, Рич старался обезопасить жизнь Озавы по одной причине. Он незаметно для себя влюбился в эту невзрачную девушку-мага, и теперь каждую ночь оставался с ней, невзирая на шутки и смешки друзей. Единственный, кто был недоволен его отсутствием в отряде – командор Игнат. Но Рич убедил его не волноваться, и предложил перетянуть Озаву на свою сторону. Для Котрила такой шаг со стороны чародейки станет серьезным ударом и поражением. Дело оставалось за малым: уговорить ее саму.

- Не спишь? – девушка наклонилась над любовником, щекоча распущенными волосами его лицо. Говорила она шепотом, как будто боялась спугнуть тех, кто находился снаружи. – Кто-то сторожки активировал.

- Уже нет, - хриплым ото сна голосом откликнулся парень. Откинув одеяло, он встал на холодный дощатый пол и стал одеваться. Движения его были отточенными, неторопливыми. – Схожу, проверю, кто там шарахается.

- Погоди, - Озава, не стесняясь своей наготы, тоже вскочила и вцепилась в его руку. – Вдруг это люди Котрила? Ты, конечно, мастер людей резать, но не торопись. Давай, я их запущу в дом, а ты спрячешься и послушаешь, о чем будет разговор.

- А с чего бы такая щедрость? – ухмыльнулся Рич, затягивая пояс с метательными ножами.

- Как будто я не знаю, чего ты добиваешься, - улыбка девушки вышла слабая. – Твой командор дал задание узнать, кто я такая, и кому служу.

- Разве маги кому-то служат? – Рич провел пальцем по теплой щеке Озавы. – Давай, сначала разберемся с гостями, а потом и поговорим, хорошо?

- Хорошо, - чародейка накинула на себя платье, зажгла свечку и пошла открывать дверь.

Рич спрятался в маленькой коморке, где Озава хранила свои магические снадобья в пузырьках, высушенные травы и разнообразную алхимическую посуду вроде реторт и колб. На стенках было полно разного размера полочек, шкафчиков, гвоздей, на которые вешалась всевозможная легкая рухлядь. Чуть не роняя ее своими плечами, пластун замер за дверью, напрягая слух. В конце концов к чародейке могли прийти за помощью обычные жители Акаписа. У кого-то роды тяжелые, нужны зелья для облегчения болей; или корова заболела, нужна срочная помощь, чтобы не околела к утру. Да мало ли какие проблемы могут погнать людей за полночь в портовый поселок, не обращая внимания на опасности, которых здесь хватало. Озава постепенно приобретала популярность как бытовой маг, а жажда познания делала ее еще сильнее, что восхищало Рича. Он особо не вникал в механизм усиления магических возможностей девушки, а левитатор Ритольф объяснил, что чародейка наверняка использует кристалл для укрепления новых навыков и умений. Вот только где она раздобыла такой артефакт, хотелось бы узнать поподробнее.

- Почему так долго не открывала? – услышал Рич грубый мужской голос. Все-таки к Озаве приперлись дружки Котрила, с которым у девушки непростые отношения, больше похожие на службу. – Своего дружка-головореза ублажаешь?

- Не твое дело, Клещ, с кем я в постели сплю! – дерзко ответила Озава, и Рич покачал головой. Нарывается девка, могла бы и промолчать. – Мой дом, мои дела.

- Твои дела – служба сеньору Котрилу, - голос Клеща стал плавать, перемещаться из одного места в другое, и Рич сделал вывод, что ночной гость ходит по дому. Даже скрип половиц под его ногами слышен отчетливо. – И пора бы уже по-настоящему отработать за те благодеяния, что он тебе дал.

- Куда Рэйдж пропал? Я его уже два месяца не видела.

- Не твое дело, мелкая шлюха, - рыкнул Клещ, стоя где-то рядом возле двери в мастерскую. – Собирайся, с нами поедешь в Шелкопады.

- Никуда я не поеду! Если Котрил хочет, чтобы рядом с ним был боевой маг, пусть ищет его где-нибудь в другом месте, - отрезала Озава. – Я «бытовик», если ты знаешь.

- Обнаглела, гадина! – раздался еще один голос.

Рич нахмурился. С одним бы он справился за мгновение, но наличие помощника, а то и двух серьезно усложняло дело. Девчонкой обязательно прикроются, приставят нож к горлу и скроются вместе с нею темноте. Ищи этих гадов потом.

- Неважно, кто ты, Озава, - Клещ оставался на месте. – Сеньор Котрил приказал доставить тебя к нему… А ведь ты точно не одна! Был здесь твой любовничек. Постель еще теплая, да и запах мужской я завсегда узнаю. Сколько раз тебе успел вставить?

- Заткнись, не твое дело!

- Куда его спрятала?

- Ушел он, задолго до вашего появления, - нервно ответила Озава. – Или мне нельзя трахаться с нравящимся мне мужиком? Рылом не вышла?

- Можешь, чего завелась? – даже как-то успокаивающе произнес ночной гость. – Вдруг он спрятался здесь и сейчас подслушивает нас…

Дверь ощутимо вздрогнула. Клещ попытался открыть ее, но не сообразил, в какую сторону распахивается полотно. Тут же завопила Озава:

- Не лезь туда, придурок! На двери магическая печать! Сдохнуть захотел?

- Да ладно, ладно, - хохотнул бандит. – Что там у тебя? Сундук с золотом?

- Мастерская, болван! Нечего там чужакам делать.

- Клещ, хватит с ней языком чесать! – нетерпеливо произнес его напарник. – У нас времени мало, скоро рассвет. Нужно убраться из Акаписа, пока никто не увидел.

- Я сказала, что никуда не поеду! – почему-то уперлась Озава.

Рич прикусил губу, лихорадочно раздумывая, как поступить. Контрилу зачем-то нужна девушка, и что интересно, в Шелкопадах, где его видели в последний раз месяц назад. Выходит, получив гравитоны, Рэйдж остался там, в городе. Прав, значит, Игнат насчет какого-то дельца, затеваемого бандитами? А куда они собрались? Озава, что интересно, может использовать свой Дар даже в лечении людей, и Котрил знает о ее возможностях. Ему нужен Целитель или, на худой конец, лекарь-самоучка. В королевстве никому не запрещено заключать контракты с магами, лишь бы деньги были и законные основания для применения чародейского искусства. Если сеньор вымогатель решил ограбить Спящие Пещеры, ни о каком официальном договоре речи и быть не может. Все, что он собрался провернуть – дело подсудное, пахнущее эшафотом. Нельзя Озаве к нему ехать. Погубит, тварь, девчонку.

- Тебя кто-то спрашивать собирался? – Клещ зарычал, злясь на строптивую чародейку. – Ты работаешь на сеньора, а значит, должна по первому свисту быть возле его ног! Живо собрала свои тряпки и зелья! Мы должны убраться из города до рассвета! Ха-ха! Даже не думай хвататься за кристалл! Хозяин дал нам защитные амулеты, впустую силы потратишь, дурочка.

Раздался звук возни, жалобный вскрик Озавы, и Рич с трудом сдержался, чтобы тут же не выскочить из укрытия. Он почему-то был уверен, что Клещ обязательно заглянет в кладовку. Странно, что до сих пор этого не сделал, ведь у него есть амулет против магических чар. Все-таки возросшие возможности девушки пугали бандитов.

- Шевелись, шлюха! Если бы не защита сеньора, я бы давно тебя попробовал на зубок! Прикидываешься овечкой, а сама с «черным» ублюдком спуталась!

- Дай мне собрать ингредиенты и зелья для похода, - глухо произнесла Озава. – И отпусти руку, больно. Клянусь, я обращу тебя в прах, если продолжишь поливать меня грязью и издеваться. Ходи и оглядывайся, Клещ!

- Поменьше языком болтай, - буркнул бандит, остывая. – Собирай свои колдовские порошки, а я присмотрю, чтобы не убежала. Вдруг в мастерской есть потайной ход?

Рич замер и осторожно сжал в руке кинжал. Дверь открывалась внутрь, и он встал так, чтобы она прикрывала его; сразу прикинул, как будет наносить удар, одновременно с ним зажимая рот Клещу. Озава намеренно давала ему сигнал, чтобы подготовиться, и пластун был благодарен ей за предупреждение.

Что-то негромко хлопнуло, осветило темное помещение бледными сиреневыми всполохами; видать, девушка и в самом деле поставила затворную печать. Полотно тихо скрипнуло, свет магического фонаря ворвался в кладовку, на стены и потолок прыгнули длинные черные тени. Озава вошла первой, поставила фонарь на полку и стала собираться, позвякивая пузырьками и шурша пакетиками с сухой травой.

- И что здесь у тебя? – тень Клеща качнулась и резко сократилась, когда бандит оказался за спиной девушки.

Рич по-кошачьи выступил вперед, зажимая ему рот и вгоняя кинжал под левую лопатку. Клещ забился в руках как сильное животное, попавшее в капкан. Штурмовик провернул клинок в ране, разрезая сердце, и еще некоторое время держал дергающееся в агонии тело. Потом тихо опустил на пол, вытер лезвие об одежду убитого врага.

- Сколько их там? – шепотом спросил Рич побледневшую Озаву и успокаивающе погладил по щеке.

- Один в доме, еще кто-то во дворе крутится, - сглотнула комок девушка.

- Будь здесь, никуда не выходи, - Рич убрал кинжал в ножны, а вместо него вытащил метательные ножи.

- Эй, Клещ, ты там, случаем, не пристроился к чародейке? – худощавый, с неряшливой щетиной мужик в потертом сюртуке скучал в одиночестве, подпирая косяк двери. Не выдержав ожидания, он стал расхаживать по дому, заглядывая в навесные шкафы, распахнул дверцы буфета, и насвистывая какую-то непритязательную мелодию, удачно повернулся к Ричу боком.

Клинок вошел ему в шею. Захрипев, напарник Клеща судорожно схватился за железную рукоять, пачкая руки в крови, повернул бледное, искаженное болью и злобой лицо в сторону Рича.

- Ты…, - только и смог выдохнуть бандит, после чего тяжело рухнул на колени, покачался и завалился на пол. Его левая рука зацепила стоявшие на открытой полке посуду, и она с грохотом рухнула вниз, ломаясь и разлетаясь на черепки.

Рич в два прыжка выскочил из дома, на мгновение задержался у входной двери, а потом спокойно распахнул ее, выходя на крыльцо.

- Что там за шум? – забеспокоился третий бандит, оставшийся на улице. Он подошел к Ричу, думая, что это кто-то из его приятелей. – Решили весь поселок на ноги поднять?

- Клещ девку жизни учит, - тихо и глуховато произнес Рич, держа кинжал за спиной.

- А, правильно. Слишком вольно себя ведет в последнее время, перестала нашему сеньору весточки подавать…

- То же самое и Клещ сказал, - поддержал разговор пластун, но что-то оставшегося последним из бандитов насторожило.

- А что у тебя с голосом, Марди?

- Простыл, - Рич нанес удар снизу вверх, пробив ему нёбо и гортань. Бандит захрипел, замахал руками, и выпучив глаза, умер мгновенно.

Штурмовик оттолкнул его, даже не стараясь придержать тело, которое с шумом рухнуло на землю. Вдохнув в себя влажный воздух, пахнущий водорослями, Рич зашел в дом и увидел стоящую посреди комнаты Озаву с опущенными руками, в которых держала тряпку и ведро.

- Ты как мясник, - укоризненно произнесла она, кивая на потеки крови возле буфета и из-под двери в кладовку. – Можно было и поаккуратнее.

- Женщина, я же не боевой маг, чтобы убивать заклинаниями, - спокойно ответил Рич, пряча кинжал в ножны. – Ничего, кровь еще не впиталась в доски, быстро ототрешь. А потом мы уйдем отсюда.

Правильно, нельзя оставлять кровь. Сюда обязательно заглянут люди, обеспокоенные исчезновением чародейки. Возникнут ненужные вопросы, которые выведут дознавателя на Рича. Его же не раз видели с Озавой. Может, он и убил девушку?

- Куда? – набрав ковшиком воды из деревянной бадьи, стоявшей возле входа, удивилась Озава. – Думаешь, Котрил не найдет меня?

- Найдет, если не будешь головой думать, а задавать глупые вопросы. Спрячу тебя в Пустоши. Нашему отряду нужен хороший маг, чтобы парней лечить. Понятно, что с тяжелыми ранами ты не справишься, но мелкие царапины для тебя пустяк. Сама же показала, что справляешься.

Он намекнул на тот случай, когда пытался защитить девушку от посягательств пришлых матросов, и получил ножевую рану. Озава смогла залечить ее не с помощью магии, а обыкновенной иглой и ниткой.

- Надо куда-то спрятать трупы, а еще лучше утопить, - задумалась Озава. – Иначе эрл Тебриссо вызовет бейлифа, начнется расследование.

- Да никто не будет морочиться насчет бродяг, - хмыкнул Рич.

- Ты не понимаешь, это же люди Рэйджа, - чародейка покачала головой. – Если их найдут, губернатор заинтересуется, а кому понадобилось убивать их. И заподозрят твоего командора.

- Я сейчас вытащу трупы во двор, а ты их сожжешь. Не смотри на меня такими глазами. Сама подумай, как мне тащить к морю трех человек? Нужна повозка, и где я ее возьму? Так что перестань упрямиться и сделай так, как прошу.

- Хорошо, - как-то сразу сдалась Озава. – Но магию могут почувствовать в Акаписе.

- Сейчас все чародеи спят, - усмехнулся Рич и первым делом решил вытащить на улицу Клеща. Тот был очень тяжелым и крупным, его ноги и руки то и дело за что-нибудь цеплялись, а кровяной след тянулся до самого порога. Приходилось следить, чтобы самому не заляпаться кровью. То и дело он останавливался и вслушивался в тишину спящего поселка. Не хватало еще, чтобы кто-то застал его за неприглядным делом. Придется потом и свидетеля кончать.

Трупы он затащил в небольшой огородик, в котором Озава разбила несколько грядок и выращивала на них морковку, свеклу, капусту. Как для Рича, пустое дело. За свои услуги она могла требовать от горожан любую оплату, хоть капустой, хоть куриными яйцами, которые, кстати, сами с охоткой несли ей разнообразные продукты. С голоду же не помирает, зачем такая морока?

Положив рядком всех троих, Рич облокотился на шаткий заборчик и перевел дыхание. Горизонт уже подернулся легкой кисеей предрассветных сумерек, сейчас бы сладко спать до восхода солнца, но вместо этого он душегубством занимается. Надо поторопиться.

Озава вышла с ведром на улицу, поставила его возле крыльца и поспешила в огород. Тихо шмыгнув, вытерла руки о платье и замерла.

- Посмотри, пожалуйста, чтобы никто во двор нос не сунул, - попросила она Рича. – И что бы не услышал и не увидел – сюда не подходи.

На работу магов пластун насмотрелся, еще будучи на Пакчете. Ничего интересного в их искусстве убивания людей различными изуверскими способами он не видел. Зато вдоволь испытал всевозможные эмоции, когда объятый магическим огнем противник истошно орет, на глазах рассыпаясь в прах; или не издав ни единого звука, человеческое тело словно пропущенное через огромный железный вал, превращается в кровавый фарш. Рич не любил чародеев (как своих, так и дарсийских), умеющих брать силу из кристаллов, но ничего не представляющих из себя без амулетов. Вот выйти с клинком против врага и убить его в честном бою больше подходило для характера молодого пластуна.

Пристроившись на куче старых досок, которые он сам и натаскал для девушки, чтобы ей было чем топить печь, Рич подобно пастушьей овчарке насторожил слух. В поселке давно уже отучили самых любопытных совать нос в чужие дела. Что там творится у соседа, интересно, конечно, но жизнь дороже. Можно ведь и до утра не дожить. Поэтому штурмовик был спокоен. Его больше интересовало, закончила Озава с трупами или до сих пор возится.

В огороде мертвенной синевой засветились гроздья шаров. Они взмыли вверх и образовали круг, медленно крутясь по невидимой ниточке. Что-то подобное Рич видел во время атаки Озавы на Пустошь. Такое же заклятие «холодного огня», только теперь синева постепенно бледнела, уступая место багровым искоркам. В какой-то момент эти порождения магии рассыпались на три кучки, и каждая из них ринулась вниз. Через мгновение воздух всколыхнулся от невидимого удара, мазнув лицо Рича теплой волной, ударилось в забор, чуть не завалив его на землю.

Огород и часть стены дома осветились ало-желтыми всполохами, какое-то мгновение подрожали язычками невидимого пламени и опали. Резко запахло, но не сгоревшей плотью, а чем-то непонятным, будоражащим нос.

Озава подошла неслышной тенью, молча села рядом, обессиленно зажав руки между коленями. На ее шее болтался ограненный кристалл гравитона, в сердцевине которого едва заметно пульсировала синяя искорка, постепенно затухая. Вскоре она полностью погасла, и Рич почувствовал, как его отпускает невидимое напряжение, вздыбленные от волн энергии волосы легли на место.

- Всегда казалось, что, владея магической силой, убить человека не стоит труда, - тихо проговорила Озава. – Не терзаясь душевными муками, просто направить энергию гравитона в заклятие и обрушить его на врага. А тут едва смогла сжечь трупы. Расклеилась. Что дальше делать будем, Рич?

Штурмовик обнял девушку за талию и привлек к себе, вдыхая едва ощущаемый запах магии, чем-то похожий на тот, что бывает после сильной грозы.

- Утром переедем в Пустошь. Ты все расскажешь командору, а он решит, как уберечь тебя от преследования Котрила.

- Боюсь, я останусь для вас врагом, - вздохнула Озава. – Думаешь, я не поняла, зачем ты так рьяно стал за мной ухаживать? Только непонятно, как ему удалось понять, что атаку на его особняк – моих рук дело.

- У нас хватает следопытов, - усмехнулся Рич. – На тебя вышли очень быстро, только не хватало доказательств. Самое интересное, что они нашлись в Валунном Дворе, когда мы туда сопровождали купеческий караван.

- И как такое случилось? - удивленно посмотрела на него девушка. – Кто мог рассказать, что я жила в Валунном Дворе?

- Местные тетки с длинными языками, - Рич повернулся к ней и выдержал взгляд с блестящими искорками зрачков. – Случайно зашел разговор по пустякам, они о маленькой чародейке и вспомнили. Представляешь, всерьез думают, что бандиты тебя убили и закопали в вересковых пустошах. Ну а командор свел воедино кончики оборванных ниток, и все стало на место.

- Лучше бы в самом деле Рэйдж убил меня, - медленно произнесла Озава и встала. – Ладно, дело к рассвету, надо прибрать в доме. А ты собери пепел в огороде вместе с землей и закопай в свинарнике. Он все равно пустует. Мешок возьми в кладовке, туда все и закидай.

Рич понял, что нужно поторопиться. Светало летом быстро, а им еще в Пустошь топать. Он сходил в кладовку, нашел мешок и лопату и без лишних вопросов занялся погребением того, что осталось от незадачливых представителей банды Котрила. Именно банды, иначе Игнат Сирота ее и не называл, и очень сильно хотел расправиться с предводителем. Был шанс в Шелкопадах, но Рич так и не понял, почему командор отпустил ублюдка живым. Их всего-то была жалкая кучка, всех бы там и закопали.

Он с трудом справился с окаменевшей землей в свинарнике, но выкопал яму, достаточную для того, чтобы высыпать в нее прах из мешка. Закончив дело, лопату вернул на место, а мешок выбросил в бурьян, густо росший на пустыре за забором, и стал ждать, когда Озава закончит с мытьем полов. Ему пришлось еще дважды выливать грязную воду, а небо стремительно светлело.

- Все! – устало вытерев пот с лица, Озава огляделась по сторонам. – Как думаешь, я сюда еще вернусь?

- Зачем тебе эта развалюха? – Рич пожал плечами. – В Акаписе найдем тебе комнату, будешь принимать клиентов, отбою не будет. Если бы ты с самого начала устроилась в городе, давно стала бы богачкой. Думаешь, людям охота переться в поселок, где могут и прирезать? Это от безысходности.

- Денег не хватит на аренду, - отмахнулась Озава.

- Я тебе помогу.

- Ты? – рассмеялась чародейка, и ничуть не смущаясь его, стянула мокрое и грязное платье с тела. Обнаженная ладная фигурка Озавы заставила Рича гулко сглотнуть комок в горле. Лихорадка боя покинула его, а вместо нее появилось томление и жгучее желание овладеть девушкой. Словно не замечая его реакции, чертовка медленно, слишком медленно натягивала на себя одежду, в которой ходила в Акапис. – Денег-то хватит? Три «короны» в месяц для меня неподъемная сумма… Рич, убери руки, иначе обращу в неподвижную статую. Нам нужно побыстрее уходить отсюда. Я боюсь, что Манихарт мог почувствовать выплеск магии.

- Манихарт – это маг губернатора? – уточнил Рич.

- Ага, он самый.

- Я же сказал, что помогу тебе, - хрипло произнес штурмовик, нехотя отлипая от горячего и гибкого тела Озавы. – Будешь под нашим присмотром. Игнат приставит охрану и защитит от Котрила.

Они вышли на улицу, когда над серебристой полоской моря вспыхнули лучи восходящего солнца и раскрасили его золотисто-красными мазками. Озава несла корзинку с готовыми зельями в пузырьках, которые наотрез отказалась оставлять в доме. Мало ли, забредут сюда дети или любопытные соседи – а это обязательно произойдет, когда дом будет стоять пустым – обнаружат магические препараты и выпьют их. Какие будут последствия – страшно представить. А зачем это чародейке, заслужившей хорошую репутацию среди горожан? Пойдут слухи, губернатор заинтересуется, кто промышляет подобными непотребствами, а там и до костра недалеко.

Рич нес на плече мешок с ее вещами и внимательно посматривал по сторонам. Здесь уже многие знали, что какой-то «черный» приходит к девушке и скрашивает ее одиночество, поэтому штурмовик особо не волновался о ползающих по побережью слухах. Плевать на них. Он пытался понять, были ли с Клещом и его компанией еще люди. Прячется где-нибудь в брошенном доме и следит за ними. Но нет, Озава шла спокойно, не вертела головой и по виду полностью приняла свою судьбу. Какая разница, кому служить: Котрилу или Сироте. Не в том она положении, чтобы возмущаться и показывать свою независимость.

Им повезло. По дороге из порта их нагнала скрипучая телега с сидящими на ней двумя мужиками в потрепанных сюртуках. Один правил лошадью, второй устроился на конце, свесив ноги. Середина телеги была занята ящиками с торчащими из них пучками соломы. Рич предположил, что в них находится стеклянная посуда, и везут ее для важных господ.

Один из мужиков узнал Озаву и предложил подвезти до рыночной площади. Да и Рич уже примелькался в Акаписе. С ним сдержанно поздоровались и на этом общение закончилось. То ли раннее утро не способствовало разговорам, то ли попутчики здраво рассудили, что не зря «черный» шастает по дорогам с чародейкой. Может – любовь, а может – и делишки какие под покровом ночи обтяпывали.

На площади Рич и Озава соскочили с телеги, поблагодарили за помощь, а мужики покатились дальше, судя по направлению, в Купеческий квартал или на Золотую улицу. Значит, и впрямь в ящиках нечто ценное и хрупкое.

- Пойдем пешком? – девушка присела на край фонтанной чаши, корзинку поставила в ногах.

- Ты что? – рассмеялся Рич, пристраиваясь рядом. – Мы ноги сотрем до поясницы, пока до Пустоши доберемся. Сейчас попутчиков найдем или карету наймем.

Озава только головой покачала. Прикипевший к сердцу штурмовик был излишне расточителен из-за той, кто творил козни по указке сеньора Котрила, и по мнению девушки, просто обязан бросить её. Боялась ли она встречи с Игнатом Сиротой? Ну, так выбор был сделан ночью, когда во вспышке «холодного огня» сгорели три помощника Рэйджа. Теперь только один путь - под крыло жутких «чёрных».

- Подожди, я сейчас, - Рич оживился и направился к проезжающей мимо прилавков длинной телеге, груженной тесаными досками. Остановив возницу, о чем-то с ним быстро переговорил, потом махнул рукой, подзывая чародейку.

Оказывается, это был человек из артели Викара, как раз направлявшийся в Пустошь. Доски нужны для пола в особняк господина Сироты, как он пояснил, что изрядно удивило Озаву. Такое роскошество себе могли позволить только нобили, да и то многие предпочитали шлифованный камень. Он дешевле, красивее и практичнее. А деревянные полы – это что-то уютное, теплое и недосягаемое для большинства жителей Акаписа, да и многих других городов. Не вязался облик сурового командора, которого опасался и ненавидел даже Котрил, с деревянными полами.

Устроившись на кромке телеги, Озава прижала к себе драгоценную корзинку и тихо вздохнула. Оставалось надеяться, что Рич поможет и не даст командору наказать чародейку за магическую атаку на его особняк.

****

Мое утро, как всегда, началось с обхода хозяйства. Приятного, надо признаться. Стройка подходила к концу. Дом уже был готов, блестя на солнце новенькой темно-коричневой черепицей, в остекленных окнах отражалось высокое небо с пушистыми облаками, гранитные ступени лестницы тщательно вымыты, дорожка от крыльца до ворот вымощена шлифованным диким камнем. Осталось только положить полы в одной из спален, и все – можно приводить хозяйку. На мой не слишком привередливый взгляд, особняк стал еще красивее, и даже Викар был доволен работой своих артельщиков. Тира оценит мои старания.

Оборвав мысли, свернувшие не на ту тропинку, я завернул за угол дома и направился к казармам, одну из которых спешно заводили под крышу. Надеюсь, через несколько дней можно заселять ее, а то часть бойцов до сих пор живет в палатках. Хорошо, лето сейчас. Ночи стали теплые, а протекающая неподалеку Чернявка приносит легкую прохладу, но вместе с ней и тучи комаров. Заиленные берега – та еще проблема, которую нужно срочно решать. Иначе насекомые житья не дадут.

Я уже разговаривал со старшиной насчет углубления русла хотя бы от Пустоши до устья. Викар посоветовал обратиться к Джарвису – старшине портовой артели, как раз занимающейся чисткой и углублением гавани, а также строительством причалов. Берет он, правда, неимоверно дорого за свою работу, но зато у него есть специальная баржа, с помощью которой протралить Чернявку не составит особого труда.

- Шевелитесь, ленивые селедки! – раздался рык Гуся, расхаживающего вдоль неровного строя рекрутов. – Вас ждут незабываемые впечатления! Если думаете, что вчера вы хлебнули дерьма полной ложкой – а это была только легкая пробежка с бревнышком на плечах - то ошибаетесь! Сегодня у нас полигон! Кто-нибудь хочет уйти сейчас, пока не поздно?

Я с интересом следил за новоиспеченным сержантом, оказавшимся самым лютым учителем новичков. Его уже грозились побить, на что Гусь презрительно кривил губы, показывая, в каком месте он видел эти детские страшилки.

Рекруты помялись, но никто не вышел из строя. Пятнадцать человек от двадцати до тридцати лет сейчас проходили курс молодого бойца по методике, которую я обкатывал еще на Инсильваде. Все эти бревнышки на горбу во время бега, ямы с вонючей болотистой водой, комбинированные препятствия в виде ростовых щитов, лабиринтов и прочих строений выматывали парней до изнеможения. Вечером они даже не ужинали – замертво падали в палатках на соломенные матрацы.

- Красавцы! – усмехнулся Гусь, оглядывая замерших рекрутов. – Решили показать свое упрямство и смелость? Ну-ну. Напрааа-во! Шагом марш на полигон!

Строй колыхнулся и четко развернулся в сторону ворот, ведущих на Пустошь. Охранник распахнул их и с солеными шуточками провожал рекрутов. Как только последний из них оказался с внешней стороны стены, закрыл их, грохоча железным засовом. Строго по уставу караульной службы. Никакой расслабленности, даже если в радиусе десяти лиг не видно врага.

- Командор, тебе следует посмотреть на это, - услышал я за спиной голос дона Ансело, нашедшего меня за осмотром хозяйственных построек: кузницы, конюшни, крытого сарая для телег и инвентаря.

- Что случилось? – обернулся я, с подозрением глядя в хитрые глаза приятеля. В его щегольских усах прячется улыбка. – Котрил пришел сдаваться?

- Почти угадал, - рассмеялся Михель. – Но решать тебе.

Я не особо удивился, разглядев топчущихся возле ворот Рича и невысокую девушку в коричневом дорожном плаще и в сапожках, покрытых пылью. Озаву узнать было нетрудно. Даже не знай я ее в лицо, но стоящий рядом с ней смущенный пластун всем своим видом показывал, что это именно та самая чародейка, за которой мы присматриваем уже несколько месяцев.

Махнув рукой одному из стражников, чтобы тот открыл одну из створок, я стал ждать, когда Рич с девушкой подойдут ближе. Дон Ансело занял позицию в двух шагах от меня, да еще недвусмысленно положил руку на рукоять шпаги. Смешно. Если чародейка захочет шарахнуть по нам своим заклятием, нам ничего не поможет.

- Здравствуйте, господин Сирота, - чуть глуховатым и напряженным голосом произнесла Озава и обозначила поклон. Все же она была магом, и подобные знаки уважения раздавала не каждому.

- Добрый день, Озава, - как можно дружелюбнее произнес я, уже понимая, зачем она пришла вместе с Ричем, и откровенно разглядывая чародейку. Ну не повезло девице с внешностью: простое округлое лицо несет на себе печать грубоватости и тяжелого детства, чуть великоват нос, брови почти обесцвечены, что создает иллюзию их отсутствия. А ведь Рич и в самом деле испытывает к ней какие-то чувства! Н-да, любовь зла! Я вижу, как он обеспокоенно смотрит на мою реакцию и готов – в самом деле готов! – броситься на защиту Озавы. Мне интересно другое: неужели ему удалось перетянуть на нашу сторону чародейку? Даже Аттикус удивленно застыл возле крыльца, увидев, кто к нам пришел. – Проходите в дом, не пугайтесь этих жутких рож.

- Да мне по чину пугаться не положено, - тряхнула головой чародейка и уверенно зашагала по дорожке, придерживая на сгибе локтя корзинку.

Рич пристроился ко мне и тихо прошептал, чтобы я не давил сильно на девицу, она сама все расскажет.

- А ты за нее уверен?

- Как за себя.

- Не спеши с такими выводами, - предупредил я Рича. – Ты же понимаешь, что ее придется долго проверять?

В доме Озава с любопытством огляделась, отдавая долг тому, кто обустраивал внутреннее убранство комнат. Здесь было и в самом деле уютно, утреннее солнце било в большие окна, заливая светом золотисто-желтые полы.

- У вас хорошо, - сказала она, когда я, Рич, Аттикус и дон Ансело ввалились следом за ней. – Давно не ощущала такие радостные чувства от жилья.

- Проходите в столовую, - показал я рукой направление. – Нам нужно поговорить. Наверное, что-то случилось, отчего вы решились прийти в лагерь своего врага.

- Я вас врагами никогда не считала, - Озава поставила корзинку на подоконник, а сама осторожно села на краешек стула. – Даже когда посылала «холодный огонь» на Пустошь.

- Ага, то есть вы признаете свое участие в этом спектакле? – я незаметно для нее кивнул дону Ансело и Ричу, чтобы они встали за спиной девушки, готовые к любому развитию ситуации. Сердечная привязанность еще не повод расслабляться.

Пока Озава раздумывала, признаваться ей или сокрыть какие-то мелочи, могущие погубить ее, я открыл один из ящиков буфета, достал оттуда коробку с пахитосами, взял одну и неторопливо раскурил, используя те самые «волшебные» огневые палочки – спички. Сизый дымок потянулся витиеватыми струйками к открытому окну.

Я поставил перед собой жестяную пепельницу и стал ждать, когда Озава заговорит.

- Да, «холодный огонь» - дело моих рук, - вздохнула она. – Котрил попросил меня как следует напугать строительную артель и отряд господина Сироты, но без смертоубийства. Я выполнила его задание. Надеюсь, никто не пострадал?

- Ну, если не считать испуганных артельщиков, - хмыкнул я. – А нас застращать не так просто, как кажется вашему нанимателю, сударыня. Вы знаете, что мы с боем вырвались из пиратского плена, захватили корабль и сумели уйти от погони?

- Да, такие слухи давно ходят по Акапису, - кивнула Озава.

- Не слухи это, а самая настоящая правда. Не без приукрашивания, конечно же, чтобы весу в обществе прибавить. Рэйдж, наверное, тоже использует такие хитрые приемы.

- Я с ним больших дел не веду, - чародейка старалась не смотреть на меня, играя скромную простушку. Напускная боязнь той, которая играючи может наслать на весь отряд какую-нибудь заразу, меня нисколько не ввела в заблуждение. Пока не пойму, с кем имею дела, девицы здесь не будет.

Видя, что я жду продолжения, она добавила:

- Котрил никогда не делится со мной планами. Полгода назад он лишь попросил собирать всякие слухи про «черных», то есть про вас, господин Сирота. Ничего больше, кроме разовой волшбы на Пустоши, я не выполняла. У меня есть доход, без дела не сижу. Бытовая магия имеет широкое применение, с ней даже боевая не сравнится. Поэтому горожане охотно шли ко мне.

- Здесь есть еще два «бытовика», - напомнил я.

- Да, мне известно о них, - кивнула Озава. – Я с ними договорилась, что не буду отнимать всю работу, поэтому приходилось хитрить, отсылать людей к ним со словами, что помочь может только господин Гролл или Вульвейк – так зовут моих коллег.

- Я понял, - окутавшись ароматным дымом, вглядываюсь в лицо чародейки и пытаюсь увидеть в ее глазах хоть один намек на игру. Но замечаю только растерянность, как будто девушка сама до сих пор не понимает, зачем пришла к штурмовикам. – Расскажите о себе. Детство, юность мне не интересны, разве что в общих чертах. Как вышло, что вы, простолюдинка, стали магом, как познакомились с Котрилом, откуда у вас такой серьезный артефакт из дорогого кристалла. Если вы хотите найти в отряде защиту и стать его неотъемлемой частью, придется открыться. Обещаю, что не причиню вам вреда, если пойму, насколько вы искренни.

- Что вы имеете в виду, господин Сирота, говоря об условиях?

- К примеру, я решу, что вы не имеете права вступить в кондотту на правах лекаря, и тогда вам придется уйти обратно к Котрилу или вовсе заняться частной практикой, не связываясь с бандитами. Никаких преследований с моей стороны не будет. В конце концов от вашей магии пострадали только вересковые поля.

Усмехнувшись, я зажал пахитосу в зубах и демонстративно закинул ногу на ногу, ожидая откровений от девушки, тщательно маскируя свой интерес к перспективной чародейке. Мне действительно в отряде нужен маг-лекарь. «Бытовик» тоже подойдет, потому как при наличии кристалла его способности усиливаются. Залечить тяжелую рубленую или огнестрельную рану, срастить кость или справиться с лихорадкой для обладателя такого артефакта плевое дело. Я знаю, меня Ритольф уже просветил. Почему я не пользуюсь услугами левитатора? А зачем забивать гвозди микроскопом? Озава вполне подойдет в качестве отрядного целителя.

- Пока вы не начали свой рассказ, могу задать один вопрос?

- Конечно, господин Сирота.

- Может ли «бытовик» улучшить качество огнестрельного оружия или клинка?

- Холодное оружие усиливают во время ковки, - пожала плечами Озава, - путем добавления магического порошка из растолченного гравитона. А насчет порохового оружия даже не скажу. Магу вполне по силам связать узор усиления на каких-то важных деталях, но я не слышала о подобных экспериментах. Точнее, не интересовалась. Это не моя сфера деятельности.

- Хорошо, мы еще вернемся к этому вопросу, - кивнул я. – Теперь мы ждем ваших откровений.

Вздохнув, Озава положила руки на колени, расправила складки на платье и неторопливо, негромким голосом начала рассказывать:

- Родилась я в семье простолюдинов….

Глава 3. Заговорщики

Небольшая группа всадников, вооруженных до зубов, начиная от кинжалов и заканчивая аркебузами, медленно продвигалась по холмистой местности, заросшей густым орешником. Судя по едва натоптанной тропке, здесь люди ходили довольно редко, за исключением егерей барона Шаттима, чьи спины сейчас мелькали впереди основного отряда. Хотя местность давно была очищена от разного отребья и бродяг, егеря тщательно осматривали дорогу во избежание неприятных сюрпризов.

Сам барон и его гость с разноцветными глазами держались в середине колонны, прикрываясь своими телохранителями на случай засады. Властитель Шелкопадов, которому перевалило за пятьдесят, ещё находился в расцвете мужской силы, когда жизненный опыт и физическая мощь вышли на самый пик и застыли, чтобы через год или два начать стремительное падение к старости. Широкоплечий, высокий, загорелый на жарком солнце вересковых полей, барон Шаттим непроизвольно шевелил густыми выцветшими бровями, слушая Рэйджа Котрила, снова и снова задумываясь, зачем ему нужно рисковать головой вместе с этим проходимцем. Не проще ли сейчас покончить с ним и его людьми в лесной чаще? Медведи здесь еще не редкость, да и волчьи стаи периодически заглядывают в этот глухой провинциальный уголок. Через неделю одни косточки останутся.

- Корабль уже построен, осталось только провести настройку гравитонов, - разглагольствовал Котрил, уверенно держа поводья каурой лошади. – Левитатор обещал закончить все необходимые мероприятия до конца этой седмицы. Я хотел, чтобы вы, барон, лично присутствовали на первом подъёме «Андры».

- Вы всё же осмелились назвать корабль именем моей матери, - с толикой неудовольствия произнес Шаттим, даже взгляд кинул на собеседника, покачивающегося в седле, хотя старался не смотреть так часто в лицо Рэйджа. Чертовы разноцветные глаза пугали его людей, да и самого барона, до колик в животе. А он, вроде бы, не был таким суеверным.

- Я всего лишь исполнил ваше желание, - пожал плечами Котрил, глядя вперед. – Любовь к матери или любимой женщине можно выражать не только сыновьей заботой или дорогим супружеским подарком. Судно, которому суждено перевернуть ход истории, должно отождествляться с именем человека, бросившего вызов нынешней деспотии и возврата к справедливости.

- Прекратите нести высокопарную чушь, - поморщился Шаттим. – Если умные головы сведут концы нитей воедино, сразу поймут, кто стоит за набегом в Спящие Пещеры.

- А какой смысл прятаться? Рано или поздно наши имена будут известны коронной службе безопасности, - возразил Котрил. – Иногда стоит рискнуть и повысить ставки.

- Повышение ставки – наша жизнь? – иронично спросил барон.

- Конечно. Зато выигрыш – артефакт Истинной Власти. Поверьте, ваша милость, он в сто крат окупит вашу ставку.

Шаттим задумался. Авантюрист Рэйдж повторял то же самое, что и неделю, месяц, год назад. Он упорно и методично опутывал сладкими речами барона, подталкивая его к опасному шагу, сделав который, оба становились врагами Короны. Мало что оба – так и семья барона Шаттима будет беспощадно вырезана. И всё из-за слабости, которую Клеман допустил однажды, поведав последнему представителю сеньората Котрилов, чья кровь течет в его венах. Старинные летописи, спасенные предками Клемана и сохраненные от беспощадной королевской ревизии, прямо указывали на то, что Шаттимы происходят из младшей аристократической ветви Норанов, а значит, в какой-то мере могли претендовать на королевский трон. Если не осталось никого из потомков первых правителей. Но они остались, и слава всем богам, король Аммар об этом едва ли знал.

Впервые услышав об этом, Рэйдж невероятно возбудился и поинтересовался, не хочет ли Клеман Шаттим восстановить справедливость, возродив Первую династию Дарсии.

- Даже если предположить, что старшая ветвь полностью погибла, и не осталось ни одного представителя Норанов, - ответил тогда барон, - кто мне позволит заявить о своём праве? Нынешний король просто пришлёт наемных убийц и вырежет всю мою семью и родственников. Вы в своём уме, Котрил? И с чего бы такая невероятная забота о моём будущем?

- Так я не тороплю вас, ваша милость. Тем более, я готов помогать вам в достижении этой благородной цели, - Рэйдж продолжал нашептывать крамольные мысли. – Нужны средства, верные люди, отчаянные головорезы, готовые лезть в пасть дьявола. Я займусь этим. А потом мы навестим Спящие Пещеры и найдём филактерий с кровью Норанов, проведём обряд инициации…

- А потом война с королем?

- За вас встанет весь юг, - пожал плечами Котрил. – Там до сих пор не признают власть Адальгримусов. Мы легко найдём родовитые семьи, готовые встать под знамёна Первых королей.

- Вы не просто авантюрист, Рэйдж, а отбитый на всю голову авантюрист, - только и мог сказать ошеломлённый подобным натиском барон. – Если не отбросите вредные мысли, я буду вынужден просить вас не появляться в моем особняке.

Котрил благоразумно замолчал, а потом убрался из Шелкопадов куда-то на восточное побережье, где, по слухам, занялся непотребными для дворянина делами. Впрочем, Шаттиму было плевать на него, лишь бы не втягивал в смертельную авантюру. Но яд сомнений и древних обид, ввергнувших его предков в прозябание в этой дыре, который был впрыснут Рэйджем в кровь, уже начал свою разрушительную работу, подтачивая твёрдость своих убеждений и преданность королю.

Через два года Котрил вернулся еще больше настроенный убедить барона в правильности выбранного пути. Оказывается, он не сидел на месте и собрал приличную команду наемников, готовых присоединиться к походу в Спящие Пещеры. Головорезы пока сидели на местах, ожидая сигнала к сбору. На вопрос Клемана, как они попадут в некрополь, чертов Рэйдж сказал, что и здесь всё продумал. Нужен корабль с боевыми гравитонами, или только кристаллы, а куда их поставить, найдётся. Барон едва сдержался, чтобы не зарубить потерявшего чувство меры пройдоху. Мыслимое ли дело, заполучить корабль с боевыми гравитонами! А точнее, захватить судно Королевского флота, что приравнивалось к измене Короны. На такой Шаттим категорически не согласился, но младший брат Тедри и кузен Хаскальф, увлечённые прожектами Котрила, уговорили его прислушаться к мнению прохвоста. Именно таковым барон считал назойливого соседа. Впрочем, какой он сосед? Разорившийся дворянин, мечущийся по провинциям в поисках удачи.

Шаттим очнулся от громких криков егерей. Потом грохнул выстрел, раздался отчаянный визг какого-то зверя. Охрана мгновенно окружила барона и Котрила, ощетинившись оружием. Из кустов выскочил один из охотников, придерживая шляпу на голове, чтобы её не сбило низко растущей веткой. Лицо его было смущённым.

- Что случилось? – рыкнул Шаттим.

- Кабана спугнули, ваша милость, - пояснил егерь. – Лежал под кустом, увидел лошадей и сиганул через тропу. Аншер выстрелил в него, и видать, поранил.

- Чтоб вас…, - облегченно вздохнул барон. В этих местах живность еще не вывели, помимо кабанов и оленей охотники иногда находили следы медведя. А вот мелких зверей стало поменьше. Деревенские жители, игнорируя жесткие запреты Шаттима, умудрялись вылавливать кроликов и зайцев, умело прячась от шныряющих по лесу егерей. В большей мере они ставили силки, в которые попадались и птицы. Чернь всегда игнорирует запреты, вот и приходится держать отряд егерей для порядка в лесах.

А вот шум сейчас ни к чему. Эти места очень глухие, и недаром были выбраны для осуществления части обширного плана. Шаттим недаром настаивал на том, чтобы тайная база находилась вдали от хожалых лесных троп, чтобы ненароком кто-нибудь из местных жителей, и не приведи господь, любопытные дети не наткнулись на нее. Иначе придётся избавиться от свидетелей самым радикальным способом. Барон хоть и слыл человеком скорым на расправу, не мог допустить подобного варианта.

Тропинка вильнула влево, вползая в лощину между плоскими холмами, и разом померкло солнце, с трудом пробиваясь сквозь густой орешник и раскидистые кроны дубов. Егеря стали держаться поближе к арьергарду, держа наготове ружья. Где-то звонко прокуковала кукушка, барабанным маршем рассыпался стук дятла, копыта лошадей почти неслышно ступали по мягкому ковру прошлогодней листвы, не успевшей перегнить за зиму. Совсем недавно растаявший снег напитал ручьи, которые теперь полноводно шумели среди камней, скатываясь с холмов к Пламонту.

Тропка постепенно изгибалась, уходя за поворот. Егеря пришпорили коней и поспешили проверить безопасность дороги. Остальной отряд потянулся следом – и встал как вкопанный. Лежащее дерево перегораживало путь. Его явно срубили недавно. На ветках виднеются только-только распустившиеся листочки.

Один из егерей переругивался с кем-то невидимым.

- Убирай эту беду с дороги, живо! Его милость барон Шаттим шкуру с вас спустит, болваны!

- Пусть барон сам покажется, а потом говорить будем, - отвечали из кустов.

Котрил сверкнул разноцветьем радужек и огляделся по сторонам, силясь высмотреть тех, кто ловко перекрыл тропу. Значит, неподалеку находится лагерь, а это передовой дозор следит за тем, чтобы заворачивать посторонних обратно.

- Я барон Шаттим, - придерживая гарцующего жеребца, Клеман поднял руку, чтобы серебряный перстень с рубином, надетый на перчатку, был виден стражам. – Достаточно доказательств?

- Сию минуту, - кусты зашевелились, и на открытое место вышли трое вооруженных мушкетами мужчин в охотничьей одежде и высоких сапогах, сохранявших ноги от лютующих змей. Здесь их было великое множество.

Дозорные, которых барон не знал – вероятно, это были люди кузена Хаскальфа - взялись за комель дерева и с кряхтением оттащили его в сторону, очищая тропку. Пропустив отряд, вновь загородили её и скрылись в кустах.

Лагерь, в который направлялись Шаттим и Котрил, был разбит неподалеку от лесной речки, несущей свои холодные и темные воды в Пламонт, как и многие лесные ручьи. На поляне полукругом стояли восемь парусиновых палаток, прикрытых ветками от случайного взора сверху. В этих местах воздушный патруль появлялся не так часто, как у Пламонта, но тем не менее, Тедри благоразумно принял меры предосторожности. Все-таки сказывалась служба в армии. Другое дело, что братец не захотел строить карьеру офицера и подал прошение в отставку. И вовремя. Через год после возвращения Тедри в Шелкопады разгорелась война с Сиверией.

Сейчас именно младший брат встречал отряд в опустевшем лагере. Худощавый, с жёсткой щетиной на остром лице, он стоял посреди поляны в расстегнутой рубашке, демонстрируя волосатую грудь. Мокрые пятна на ткани говорили о том, что Тедри недавно умывался, а значит, долго спал, чуть ли не до полудня. Впрочем, он никогда не любил вставать рано, что было одним из мотивов бросить службу.

- А вот и дорогой Клеман! – раскинув руки, улыбнулся мужчина и сделал шаг навстречу кавалькаде. Дождавшись, когда барон соскочит с лошади и передаст поводья подбежавшему слуге, он обнял его с радостью давно не встречавшихся близких родственников. – Неужели месяц прошел?

- Даже больше, - ухмыльнулся барон. – А вы тут совсем одичали. Где Хаскальф?

- С утра ушёл вместе со строителями на берег Глубокой, теперь до самого ужина не появится, - пояснил Тедри, мазнув взглядом Котрила, приподнявшего шляпу в знак приветствия. – А, это вы, дружище Рэйдж. Не сидится на месте?

- Жажду поскорее добраться до Пещер, - не обращая внимания на холодный тон, дружелюбно улыбнулся Котрил. – Решил, что моя помощь ускорит процесс.

- А вы умеете работать топором? – хмыкнул младший брат. – В таком случае Хаскальф будет очень рад. Дрек почти достроен, осталось довести до ума оснастку.

- В таком случае мы сейчас же идем туда, - Шаттим хотел самолично убедиться, что его деньги пошли на нужное дело, а не осели в карманах брата и кузена. Если насчёт порядочности Хаскальфа у него не возникало сомнений, то Тедри частенько грешил подобным. – Тебе тоже советую привести себя в порядок.

Пока он давал распоряжение своим людям, где лучше всего разбить походный шатер, брат заправил рубашку в штаны, надел сюртук, на пояс нацепил шпагу и прикрепил к специальной петле пистолет.

- Я готов, - сказал он, обвязывая голову черным платком.

Для строительства лодки, по замыслу должной не только ходить по рекам, но и при необходимости летать, нашли пологий берег, заросший травой. Сейчас он был похож на растревоженный муравейник. Вокруг поблескивающего просмоленными бортами дрека, похожего на хищную щуку, распластавшуюся на берегу, развернулась настоящая стройка. Лодку, стоявшую на круглых чурбаках, окружили люди с разнообразным инструментом. Кто-то конопатил щели между плотно пригнанными досками, кто-то тесал скребком расклиненные дубовые плахи. Несколько человек находились на борту, занимаясь оснасткой. Единственная мачта торчала над палубой как шпиль городской ратуши, еще без паруса. Две малых поворотных мачты уже были в пазах и лежали вдоль бортов. Они понадобятся во время полёта, что ловить потоки воздуха в нужном направлении.

Заметив выходящих из леса вооруженных людей, крепкий мужчина лет сорока, с ранней проседью на висках с выдохом всадил в чурбак топор с узким лезвием, которым выделывал пазы в брусе, зашел в воду и с наслаждением смыл пот с лица. Размяв плечи, отчего на торсе взбугрились мышцы, Хаскальф – а это был именно кузен барон Шаттима, неторопливо направился ему навстречу.

Родственники крепко обнялись, после чего Хаскальф, сжимая плечи барона, произнес:

- Вовремя приехал, Клеман. Через пару дней будем спускать «Андру» на воду. Ты привёл левитатора?

- Оставил пока в лагере, пусть привыкает к своим кристаллам. Связь уже прервалась, нужно заново восстанавливать, - пояснил Шаттим.

- Неужели это тот самый чародей со сторожевика, который он и уронил? – осторожно поинтересовался кузен.

- Тот самый. Благодаря Рэйджу, провернувшему такое дельце, теперь у нас есть опытный левитатор, - усмехнулся барон, поглядев на приосанившегося Котрила, державшегося чуть позади братьев Шаттимов. – Ему некуда деваться, раз уж в мертвецы записан.

- Рэйдж, я удивлён, что ты до сих пор жив, - пробасил Хаскальф, приглаживая мокрые обвислые усы. – Давненько не появлялся. Думал, срубили башку бедняге.

- Я договорился с Бледной Дамой, - усмехнулся Котрил. – У нас еще куча дел, да и не тороплюсь в могилу.

- Ну и ладно, - махнул рукой Хаскальф. – Как тебе дрек, кузен?

- Подождём до испытаний, - не стал спешить с выводами барон. – Ты лучше скажи, сколько человек может нести судно? Вижу, оно по размерам чуть больше заявленного в чертежах.

- Да, немного расширили борта. Теперь дрек может перевозить не меньше сорока человека, - кивнул кузен. – В трюме сделали отдельный отсек для левитатора и гравитонов, чтобы он постоянно находился рядом с кристаллами. А в основном, все будет забито бочками с водой и солониной, запасной парусиной, провизией. В общем, предусмотрели любую мелочь. Осадка получилась чуть больше положенного, но ведь мы не собираемся идти по воде.

- Сорок человек, - задумчиво произнес Клеман, сжимая рукоять шпаги. – Да, не очень хочется терять время. От Шелкопадов до предгорий Лимадии восемьсот лиг, в чем я не уверен. Карты старые, могут ошибаться с расстоянием. Но мы хотя бы знаем, что Рокана будет нашим ориентиром, если не забираться далеко к югу.

- Придется идти ночью, - Хаскальф поглядел на заговорщиков. – В светлое время суток есть риск нарваться на патруль. Я слышал, что речные бароны Роканы ропщут из-за административных реформ, касающихся их привилегий, поэтому собирают вооруженные отряды наёмников. Это чрезвычайно раздражает королевских наместников, гарнизоны приведены в боевую готовность, воздушный патруль усилил наблюдение. Лучше не дразнить злую собаку, пусть себе занимается ловлей блох в собственной шерсти.

- Я согласен, - кивнул Котрил. – Сейчас самое время проскочить до некрополя, пока королевские войска отвлечены на подавление волнений. Для мятежа, конечно, слабовато, но я бы не возражал, если Рокана заполыхает.

- Вы чрезвычайно опасны для Короны, - усмехнулся Хаскальф. – Я бы посоветовал вам, сеньор, придержать личное мнение при себе. Работники могут понять превратно, подумают, что вы призываете к свержению короля. А места здесь глухие, всякое может произойти.

- В таком случае, дорогой Хаскальф, зачем вы здесь? Разве не ради справедливости?

- Так-то оно так, - опять погладил усы мужчина. – Но я предпочитаю играть только тогда, когда на руках сильные козыри. Сейчас все попахивает авантюрой, но такой, что я согласен рискнуть.

- Я бы и не предлагал заведомо проигрышное дело, - усмехнулся Рэйдж, натянув полы шляпы на нос, видя, как отворачивают взгляд собеседники. Все-таки разный цвет глаз дает неоспоримые преимущества в беседе. «Дьяволова метка», - так говорили о его глазах, но сам Котрил прекрасно знал об этой болезни от одного учёного, с кем его однажды свела жизнь. Впрочем, она не приносила ему неудобств, а выгод – сколько угодно.

- План сеньора Котрила хорош, не понимаю, почему вы до сих пор пытаетесь найти в нём изъяны, - возразил молчавший до этого Тедри.

Хаскальф, видимо, не хотел спорить на виду у работавших людей, поэтому показал жестом, что не мешает сейчас вернуться в лагерь и спокойно обсудить план дальнейших действий. Судя по всему, у кузена Клемана большое желание отправиться к Спящим Пещерам как можно быстрее.

В сопровождении вооруженной охраны они поднялись по небольшому взгорку к тропе и направились к лагерю, откуда уже аппетитно пахло готовящейся для артели каши с мясом. Возле тёмно-зеленого шатра топтался один из оставшихся людей барона, постоянно держа руку на рукояти палаша. Слуги, успевшие расставить внутри немудрёный походный скарб, теперь занимались приготовлением ужина. На большом вертеле уже висела освежёванная тушка косули, которую добыли егеря по пути к Глубокой.

- Не угодно ли вина, господа? – поинтересовался барон, испытывая жажду. Если с утра солнца успело изрядно нагреть землю даже в самых глухих лесных урочищах, то после полудня оно жарило неимоверно. От травы исходил тяжёлый душистый запах, где-то зудел рой комаров, птицы лениво перекликались между собой.

Посидеть в прохладе шатра и выпить вина в такую погоду никто не отказался. Прежде чем продолжить разговор, начатый на берегу Глубокой, барон продемонстрировал гостеприимство, разлив в походные кубки терпкое вино с лёгкой кислинкой. «Идумейское» в его краях было довольно редким гостем. Поэтому Шаттим старался заказывать сразу большую партию, чтобы наслаждаться дорогим вином в кругу лучших друзей. Чтобы подвалы особняка не пустовали, он забивал его бочками дешёвого вина с виноградников Эбонгейта. Оно было призвано сберечь дорогостоящий нектар от быстрого исчезновения.

- Итак, господа, я вижу, что дрек почти готов, - обратился к сидящим за столом собеседникам барон, когда утолил жажду несколькими глотками вина. – Теперь осталось определить сроки и маршрут. Мы с Хаскальфом решили, что лучше всего идти в виду Роканы, но не приближаясь к ней. Передвигаться будем по ночам, а утром укрываться на земле во избежание обнаружения патрулем.

- Разумно, - кивнул Котрил. Он снял шляпу, не боясь, что разноцветные глаза опять начнут смущать его друзей. Здесь сохранялся приятный полумрак, плотная ткань шатра почти не пропускала солнечные лучи. – Только ответьте мне на один вопрос, господа: а кто-нибудь из вас имеет опыт полётов в ночное время? Кто будет стоять на вахте, отслеживая возможное появление встречного судна без сигнальных огней? Как ориентироваться на местности, не зная обстановку внизу? Кому доверить поворотные паруса, если вдруг поменяется ветер?

- Таковых нет, - признался барон Шаттим. – Но капитаном дрека будет Раус. Он опытный речной волк, служил старшим матросом на фрегате «Антилопа» Первого Королевского флота. Пока ногу не потерял. Опыт ночных походов имеет, неоднократно стоял рулевым на вахте. Не думаю, что за тридцать лет он его растерял.

- Надеюсь, не подведёт, - с долей сомнения в голосе произнес Котрил. – С одной-то ногой…

- У него есть нога – деревянная, - хохотнул Хаскальф.

- А у вас, Рэйдж, есть возможность нанять опытного шкипера, как это произошло с левитатором? – шутливо спросил Тедри, развалившись на стуле. – Будем очень рады, если таковой встанет у штурвала.

- Увы, я могу лишь дать людей и лекаря-мага, - Котрилу почему-то не понравился тон младшего брата барона. – Они должны скоро прибыть в Шелкопады.

- Лекарь – это хорошо, учитывая опасность нашего предприятия, - одобрительно кивнул Хаскальф. – А он обладает достаточной квалификацией, чтобы оградить нас от неприятных сюрпризов в Спящих Пещерах?

- Лекарь – девушка, - Рэйдж счел нужным предупредить заранее своих будущих компаньонов, чтобы в последний момент не возникло недоразумений. – Барон, вы должны ее знать.

- А, это та самая простушка? – хмыкнул Шаттим. – Она же «бытовик»! С чего вдруг вы решили нас убедить в её лекарском искусстве? Запамятовал, как зовут.

- Её имя Озава. Кстати, за последнее время ей удалось поднять свой уровень, заодно и лекарские способности открыть.

- За счет чего? – свел брови к переносице барон. Он не любил неясностей, а рассказ Котрила и был из разряда оных. Чародей, умеющий накладывать вязи прочности на одежду и посуду, и с их же помощью уберегать животных от болезней и травм, никогда не сможет подняться до высот лечения людей. Значит, Котрил врёт. У девчонки более высокий уровень магии, с помощью которого она овладела искусством целительства, но нелегально. В магической иерархии все прозрачно. «Бытовику» никогда не позволят поменять квалификацию. Он может поднять своё мастерство, стать невероятно сильным чародеем в своем деле, но это его потолок в сословном обществе. Маг из простолюдинов не станет магом-дворянином.

Рэйдж выдержал взгляд барона, словно в этот момент обдумывал, нужно ли говорить о причинах столь резкого усиления чародейки. Он бы промолчал, но рядом находились люди, которые никогда не простят ему обмана, если выяснятся неприятные вещи, угрожающие их жизни.

- Я купил на бирже небольшой осколок магического кристалла, - сделав глоток, как будто собираясь с духом, Котрил все же раскрыл истину. – Потом нашел хорошего огранщика, который сумел продлить жизнь камню. Как оказалось, весьма качественно. Пришлось заплатить уйму денег, но оно того стоило. Чтобы понять потенциал гравитона, нужно было найти слабенького мага, готового рискнуть не только своей лицензией, но и резервуаром силы. Узнал про Озаву, когда она появилась в Шелкопадах, и начал к ней присматриваться. Понял, что девушка, несмотря на своё происхождение, имеет здоровые амбиции и желание повышать уровень. Вот тогда решил, что пора. Чародейка согласилась, и я отдал ей кристалл.

- И произошло чудо? – скептически спросил Хаскальф и посмотрел на барона. Кузен ничего не говорил, осушая уже второй бокал.

- Чудо? – Котрил покачал головой. – Нет, обыкновенная рутина для чародея, которому нравиться учиться и совершенствоваться. Но теперь Озава неплохо владеет начальными навыками боя, не говоря о лекарских способностях.

- То есть вы предлагаете взять в поход мага, умеющего всего понемногу? – Хаскальф, в отличие от безалаберного младшего кузена, хотел знать всё досконально. Дело, затеваемое ими, не походило на мятеж, за который полагалась каторга или смерть. Оно было во сто крат хуже по своим последствиям. Понадеешься на мага, а он окажется пустышкой. – Не лучше ли найти профессионала? Черт с ним, с лекарем. Как-нибудь справимся с ранами и болезнями. А вот без боевого чародея нам будет крышка.

- Озава справится, - ответ Котрила был невероятно оптимистичен, на что даже барон Шаттим обратил внимание и недовольно поджал губы. Про эту девицу ему было известно много, тем более, она сама приходила к нему за разрешением для своей магической деятельности в городе. Во время беседы барон выяснил, что девица неглупа, имеет чёткие взгляды на жизнь и напрочь лишена глупых ожиданий от своего Дара. Как «бытовик», она вполне устраивала наместника. В Шелкопадах у неё не было конкурентов, а Целитель и боевой чародей служили самому барону, поэтому все больные обращались для помощи в замок Шаттимов.

- Что скажешь, дорогой кузен? – Хаскальф предпочел разобраться с важным вопросом на берегу, пока новенький дрек не взмыл в небо.

- Мы уже полностью втянулись в авантюру, - Шаттим тяжело поднялся, опираясь ладонями на стол. – Если расследование с гибелью сторожевого корвета выйдет на след пропавших гравитонов, это уже будет основанием послать нас всех на эшафот. Не вижу причин отказываться от похода в Спящие Пещеры. Только возникает один вопрос: если артефакт не признает мою кровь?

- Уйдем на юг, в Фарис, - решительно стукнул кулаком по столу его младший брат. - Там до сих пор сильная оппозиция королевской власти, нас не выдадут. А если у нас в руках будет филактерий с кровью Первых, то передадим его потомкам Норанов.

- Еще бы найти их, - усмехнулся Хаскальф. – Южане все как один считают себя таковыми, даже древние грамоты под нос совать будут и доказывать свою родословную, идущую от древних князей.

- Достаточно! – громыхнул Шаттим, превратившись в того самого человека, которого знали местные жители: жёсткого, упрямого, привыкшего идти против обстоятельств. – Ни к чему эти пустопорожние разговоры! Как только дрек будет готов, мы начинаем поход. Наши семьи пока остаются здесь. Им ничего не грозит, пока артефакт находится в подземных галереях Спящих Пещер. Действуем быстро и решительно. Как быть дальше, подумаем после завершения дела.

- Наконец-то! – Тедри вскинул кубок. – Мне уже надоело выслушивать ворчание своей женушки, хочу побыстрее заняться настоящим мужским делом!

- Хаскальф, сколько у тебя воинов?

- Беру два десятка самых отпетых, не боящихся крови. Как и договаривались, кузен.

- Отлично. У меня пятнадцать бойцов, шкипер Раус и левитатор. Сеньор Котрил приведет с собой десяток с девкой-чародейкой, - произведя в уме нехитрые вычисления, барон оглядел заговорщиков и прибавил голосу стали: - Теперь мы все на одной доске, господа. Не вздумайте делать резких движений в сторону, иначе я лично перережу горло предателю, даже не поморщившись.

- Мы не предадим тебя и наше дело, брат, - торжественно ответил Тедри.

****

Котрил не стал задерживаться в лагере у Глубокой, и выехал обратно в Шелкопады только со своими сопровождающими: верным Свистуном и парочкой личных телохранителей – Быком и Ролли Кривоногим. Остальные его люди остались в городе дожидаться возвращения Клеща с парнями и чародейкой, маясь от безделья. Начало похода запланировали через пять дней. Больше тянуть с отъездом нельзя. Лето катится к середине, ночи становятся короткими, что существенно снижает возможности заговорщиков пробраться к Спящим Пещерам незамеченными. Патрули обязательно будут шнырять вдоль Роканы и заходить гораздо дальше к отрогам Лимадийского хребта. Одинокий воздушный дрек, который ни по каким канонам не должен летать, обязательно привлечёт внимание. А отбиваться от хищных корветов с их десятью пушками просто нечем. Так что тактика ночных перелётов выбрана правильно.

До Шелкопадов маленький отряд добрался быстро. Не удивительно, ведь Котрила ничто не сдерживало: ни бесконечные остановки для отдыха, ни ожидание, когда егеря высмотрят тропу. Теперь, когда дорога известна, оставалось лишь погонять лошадей. Однажды они спугнули двоих крестьян с самодельными луками и обвешанных вокруг пояса тушками мелких птичек. Браконьеры испуганно шарахнулись в кусты, а Ролли Кривоногий азартно засвистел, ещё больше придавая скорости несчастным и вечно полуголодным людям.

- Прекрати, - поморщился Котрил. – Забыл предупреждение барона? Не стоит в лесу шуметь. Из-за любого куста прилетит стрела или пуля, продырявит твою шкуру.

- Прости, хозяин, - широкоплечий увалень с пудовыми кулаками изобразил на простецком лице раскаяние. – Больно шустро бежали, забавно смотреть.

- Как бы лагерь не обнаружили, - озабоченно произнес Свистун. – Смотрю, тропа слишком оживлённая.

- Трусливые крысы предпочтут держать рот на замке, - необычайно тонким голосом, никак не подходящим для человеческой глыбы из мяса и мышц, заметил Бык. – Что они могут лучше всего, так это воровать у хозяина.

Котрил вздохнул с облегчением, когда они выехали из леса на луговину, откуда был только один прямой путь до Шелкопадов через холмы, где засаду устроить не так легко. Но зато там можно было оборудовать замечательный сторожевой или наблюдательный пост. Хотя кому это надо, Рэйдж не мог сказать. Так, на всякий случай подумалось.

К вечеру Котрил уже едва держался в седле, проклиная всё на свете: и дорогу, и медлительных спутников, боящихся пустить лошадь вскачь, и жаркое солнце на безоблачном небе. Мало того, Свистун умудрился свалиться на землю после двух лиг рысью; пришлось ему выправлять вывихнутую руку, с чем шутя справился Бык. Дернул так, что окрестности долго оглашались воплями и проклятиями «казначея».

И все же они добрались до Шелкопадов, оставив приземистый и мрачный замок Шаттимов по левую сторону от вихляющей между невысокими холмами дороги. Рэйдж Котрил устало покачивался в такт неторопливо шагающей лошади и со злостью смотрел на убогие, покосившиеся от старости и сильных ветров домишки, а в голове вертелась одна мысль, связанная со своим будущим. Если судьба будет им благоволить, а барон докажет своё право считаться наследником Рода Норанов, то он, Котрил, уедет отсюда на запад, в Рувилию, где, наконец, забудет о бесконечных метаниях по провинциям, о грязи, об этих несчастных людишках. Ради счастливого и чистого будущего стоило рискнуть и поставить на кон свою жизнь.

В портовой харчевне его ждали верные компаньоны. Шестеро матерых наемников, служивших ему с той поры, как он начал наводить страх на мелких купцов, ремесленников и прочий люд, умеющий зарабатывать деньги.

- Клещ не появлялся? – сходу спросил он у Верзилы, назначенного старшим в отсутствии сеньора. Сейчас вся компания сидела за одним длинным столом и оживлённо кидала кости. Барбут – игра азартная, и прерывать её означало навлечь на себя гнев вовлеченных в оную. Но увидев, кто пришёл, все замолчали.

Прозвище тридцатилетнему дезертиру шутя дали из-за его маленького роста; головой он едва доставал до плеча Рэйджа, но зато в плечах был настолько широк, что ни одна одежда на нём не жила долго. Стоило только Верзиле сделать резкое движение руками, как очередная куртка трещала по швам. Сделав выводы, наемник умудрился найти какого-то портного и тот сшил ему безразмерную куртку, под которой теперь можно было с удобствами прятать пистолет или нож. Помимо этого оружия на поясе у него висел тяжёлый палаш.

Верзила покачал головой и ответил, словно камешки во рту перебирал:

- Весь день за тем берегом следили. Никого не было.

- Если бы Клещ появился, он бы знал, куда идти, - сказал Бродяга Пайк, блестя в свете магического фонаря бритым черепом.

Рэйдж только скрипнул зубами. Трое его людей уехали в Акапис напрямую через вересковые поля. А если они попали в руки Сироты? Ведь часть дороги проходит через Пустоши, и заметить всадников, пробирающихся по ним, не составит труда его зорким наблюдателям. Чертов купец или кто он на самом деле, решил действовать как бывшие хозяева этих мест – семейка Домине: пресекать контрабанду и взимать плату за проезд по его землям. Командор Клеща знает хорошо, как бы и в самом деле не наткнулись друг на друга. Котрил отдавал себе отчет, что верткий и пронырливый Клещ не будет иметь шансов на спасение. Слишком опасен Сирота в бою.

- Не угодно ли сеньору выпить и перекусить с дороги? – подкатился к нему хозяин забегаловки.

- Уйди к дьяволу. Спать пойду, - поморщился Рэйдж и приказал парням: – Если появится Клещ, пусть разбудит меня.

После памятной потасовки военных моряков с местными жителями несчастному хозяину харчевни удалось стребовать компенсацию за её разгром у флотского командования, после чего восстановил мебель и даже оборудовал несколько гостевых комнат, в одной из которых сейчас жил Котрил.

Но Клещ со своей командой и Озавой не появился ни завтра, ни послезавтра. Осатаневший от ожидания, Котрил метался по пустынным причалам и кидал проклятия в пустоту, разглядывая противоположный берег и снующие по реке рыбацкие лодки. Потом возвращался в харчевню и пил до самого вечера обжигающий глотку аксумский ром.

Его ожидания закончились утром третьего дня. Хмурый и всклокоченный с похмелья и плохого сна, Рэйдж уминал жареную яичницу с ломтем бекона, когда дверь распахнулась на всю ширь и с грохотом ударилась в стену. Тяжело вышагивая по скрипучим половицам, человек в запыленном плаще прошел через всё помещение, оставаясь глух к проклятиям стоявшего за прилавком хозяина, и опустился на лавку напротив Котрила. Аккуратно снял шляпу и положил рядом с собой.

- Боск? – удивлённо выдавил из себя Котрил с замершей рукой на полдороге к тарелке с яичницей. – Что случилось, черт возьми? Почему я должен вас ждать сверх положенного времени? Где Клещ с парнями и девкой?

- Плохие новости, хозяин, - в глазах человека плескалась смертельная усталость. – Клещ, Марди и Вымя убиты. Я чудом не попался на глаза этого ублюдка с ножами, Рича. Мы пришли в поселок почти под утро, чтобы нас никто не видел. Клещ с парнями зашли к Озаве, а я остался на страже снаружи, на улице. Никто не думал, что «чёрный» будет ночевать у девки. Он, видать, и положил всех троих. Потом выволок тела в огород, а чародейка сожгла их дотла. Я это всё видел, и чтобы доложить тебе, даже не пытался напасть на них. Зато проследил, куда они направились.

Он замолчал и с жадностью посмотрел на кружку, наполненную пивом. Котрил понял и кивнул, разрешая выпить. Боск большими глотками опорожнил её и вытер мокрые губы тыльной стороной ладони.

- Говори, - прорычал Котрил.

- Они наняли карету и поехали в Пустошь, - послушно ответил Боск.

- Сука! – тарелка полетела на пол, раскололась пополам, а трактирщик превратился в соляной столб, словно не замечая, что происходит в помещении. Зато наёмники насторожились и встали. – Вот она, благодарность за все, что я для этой шлюхи сделал! Ладно бы, просто спала с «чёрным», так теперь переметнулась к Сироте! Убью тварь!

Тяжело дыша от выплеска гнева, он рухнул на лавку и бездумно уставился на коричневые осколки, разбросанные по полу.

- Делать нечего, - поднял он голову и посмотрел на обступивших его бойцов. – У меня сейчас нет времени заниматься предательницей. Но когда мы вернёмся с дела, я перво-наперво перережу шлюхе глотку, а потом убью Сироту. Если его не остановить, он рано или поздно сам доберётся до меня… Ну, чего вылупились? Собирайтесь в дорогу, через час выезжаем!

Глава 4. Учения и ещё раз учения!

- Меньше кабельтова, - заявил Пегий, отрываясь от подзорной трубы. – Клянусь всеми морскими чертями, бомбардиры меня опозорят. Не хотел я столь поспешных стрельб, командор.

Я внимательно разглядывал три плавающих мишени, которые по моей просьбе сколотили артельщики Викара и спустили по Чернявке вниз, где их подцепила «Тира» и отволокла подальше от берега. Эти мишени представляли собой сбитые квадратом плоты, на каждый из которых установили ростовую мишень, выкрашенную в серый цвет, чтобы они сливались с водной поверхностью.

Сейчас мишени болтались на невысокой волне, вызывая нервную дрожь шкипера. Ведь это были первые учебные стрельбы с того момента, как я вместе со своими друзьями и командой брига покинули архипелаг Керми. Набрав экипаж, Пегий начал обучать его с помощью постоянных выходов в открытое море. Но шесть пушек, прятавшихся в трюме, так и оставались зачехлёнными, а портики ни разу не открывались, чтобы не нервировать население Акаписа.

- Не ссы, шкипер, - успокоил я бывшего пирата, готового сейчас рвать на голове волосы. – Промажут пару-тройку раз, вычтешь из жалования стоимость ядер. В следующий раз эти мишени будут в щепки разлетаться. Давай уже начинать, что ли.

- Боцман! – заорал Пегий, перевешиваясь через бортик капитанского мостика. – Пушкарям на нижнюю палубу! Доложить по готовности! Убрать и закрепить брамсели и бом-брамсели! Нижние парусу взять на гитовы и гордени! Корабль в дрейф!

Пошло дублирование команды, засвистела пронзительной трелью дудка, и первая группа бомбардиров в количестве девяти человек рванула к открытому люку, скатилась дробным горохом вниз. Боцман Кори, один из старожилов экипажа, выживший после атаки на «золотой караван», и назначенный Пегим своим помощником, присел на корточки, рявкнул в темноту люка:

- Если опозорите капитана, я с вас шкуру спущу, а потом самолично вместо ядра в пушку запихаю!

«Тира», лишённая хода, дернулась словно пойманная арканом лошадь, и стала медленно пятиться назад под ветер. В это время мишени как по команде, выстроились напротив правого борта, как будто хотели облегчить работу бомбардиров. Я снова приник к окуляру подзорной трубы, и высчитав положенное по нормативам время для заряжания пушек, отдал команду «бей». Про слитный залп предпочел молчать. Хотя бы попали для первого раза.

- Бей! – заорал Кори.

Какое-то мгновение стояла тишина. Экипаж облепил борт, ожидая результата залпа. А потом громыхнуло вразнобой, окутав людей вонючим пороховым облаком. Мне и шкиперу было гораздо легче. Мостик очистило от дыма гораздо быстрее, поэтому куда улетели ядра, было хорошо видно. Из трех выстрелов только один снаряд упал рядом с центральным плотом. У остальных был серьёзный разлёт. Пегий выругался. Я же был спокоен. Иного и не ожидал от неопытных пушкарей.

На пиратских кораблях за матросами закреплено несколько функций, и даже бомбардиры в случае сближения с противником дают залп, после чего вместе с остальными идут на абордаж. Поэтому пушкарей особо не выделяют, лишь бы были сильными и выносливыми. Возле раскалённых стволов, в пороховых газах, выедающих глаза, выдержать способен не каждый. Если же абордаж не случался, пушкари оставались на месте, методично расстреливая противника, сами при этом оказываясь под губительным огнем.

Оставалось еще по два выстрела. Я рассчитывал, что парни сумеют приноровиться и с третьего раза хотя бы частично выбьют мишени. Как ни странно, мои предположения оправдались. Второй залп оказался куда удачливее. Два ядра упали рядом со щитами, а вот третье врезалось в край среднего плота. Тот вздыбился на волне, в разные стороны полетели щепки. На палубе возникло оживление.

- Кто наводит на среднюю мишень? – громко спросил я с мостика, найдя взглядом Кори.

- Берни, командор! – тут же откликнулся боцман.

- Давайте еще залп, - приказал я и снова прилип к подзорной трубе.

Томительно потянулись секунды ожидания. Сейчас для меня главное не скорость, пусть люди набьют руку и глазомер, а уже потом будем отрабатывать иные элементы вместе со всем экипажем. Мне нужен боевой корабль, на котором каждый знает свое место и манёвр. Вдруг возникнет нужда прорываться в Сиверию, а неготовый экипаж имеет все шансы погибнуть при встрече с королевским флотом.

Вразнобой зазвучали выстрелы. Белесо-желтый дым от пороха снова окутал палубу. А потом дважды с небольшим интервалом рвануло, затрещало – и радостный вопль взлетел в небо, пугая чаек.

Средней мишени не существовало. Она упала в воду с расколотого пополам плота. Та, что слева, тоже получила повреждения. Выходит, приноровились ребятки.

- Что по правой мишени? Куда упал снаряд? – заорал Пегий.

- Между плотами! - донесся крик от борта.

- Ну, неплохо! – с несказанным удивлением произнес шкипер, глядя на меня. – Учитывая медленный снос корабля, почти идеально положили. – Не думал, что Берни такой глазастый.

- Согласен, на первых занятиях смог показать хороший результат, - я пригляделся к прыгающим на волнах плотам. – Прикажи второй группе готовиться. Делай циркуляцию и становись к мишеням с подветренной стороны.

Пегий быстро отдал нужные команды. Матросы снова забегали, поднимая нужные паруса. Зашипела разрезаемая килем вода. Обогнув по широкой дуге плоты, «Тира» вышла на дистанцию стрельбы, удачно встав по солнцу, отчего их стало видно гораздо лучше. Кори воодушевленно ругался, накачивая вторую группу пушкарей. Матросы облепили ванты и борт, ожидая продолжения развлечения.

- Левой и средней пушкам бить по левой мишени! – дал я громкую команду, видя, что центральный плот окончательно развалился, и остатки бревен расплылись в разные стороны, качаясь на волнах. – Правая стреляет по своей! Огонь!

То ли пушкари другой группы оказались куда глазастее, то ли им подсказали, как правильно наводить на цель, но первые же выстрелы принесли результат. Левая мишень вздрогнула от попадания и завалилась набок, еще одно ядро ударило в край, вырывая щепу из бревен. Бомбардиры крайней правой пушки смазали, но ненамного. Впрочем, им и трех ядер не хватило, но этому были объективные причины. Ветер поменялся, волны стали подбрасывать плоты и гнать их от берега.

- Прогуляемся к югу? – предложил я Пегому, когда занятия завершились, и пушкари взялись за чистку стволов. – Хочу посмотреть удобные выходы к Пустоши. Ты на сколько миль продвинулся?

- Десять, не больше, - шкипер поправил косынку на голове и напялил сверху шляпу. – Сначала идут пологие берега, потом начинаются скальные выступы. Полагаю, дальше пойдет изрезанная береговая линия с удобными бухтами. Но до вечера не успеем, - предупредил он.

- Я пока никуда не тороплюсь, - отмахнулся я. – Встанем на рейд, а завтра с утра вернемся.

- Как скажешь, командор. Для отработки навыков любой поход полезен, - Пегий кивнул на суетящихся внизу матросов. – Этих обезьян нужно учить постоянно, а то забывают, что такое бейфут или марса-фал[1]. Бездари.

Сколько бы не ругал Пегий свой экипаж, но я-то наметанным глазом видел, что парни становятся куда мастеровитее, чем в первые походы. Исчезла спешка, бестолковые передвижения, команды выполняются безукоризненно. Были ошибки, куда без них. Тем не менее, «Тира» возвращалась к своему первичному состоянию: быть морским кораблем, призванным воевать. Еще бы обкатку настоящим боем провести, да не одним. Вот тогда можно сказать, что у меня настоящая команда.

«Тира» удачно поймала ветер, а я с Пегим оставались на мостике, разглядывая проплывающий справа берег. Под марселями бриг шел не больше четырех узлов, дважды разминулись с купеческими кораблями, идущими под торговым вымпелом. Сначала нас приняли за пиратов и стали прижиматься к берегу, но черно-зеленый штандарт семьи Толессо их успокоил. Удивлен, что его здесь хорошо знали.

Через час мы достигли скалистого мыса, заросшего мелким кустарником. Да и ветер поднял высокую волну, гоня её на каменную стену, облепленную водорослями.

- За мысом рыбацкая деревенька Сконса, - пояснил Пегий. – Мы доходили до неё и разворачивались. Что дальше – я не знаю.

- Проверим, - моя подзорная труба скользит в поисках этой самой деревушки. И в самом деле, она появилась сразу же, как мы обогнули утес. Пологий песчаный берег пуст, старые баркасы и лодки перевернуты вверх дном. Или уже не пригодные для плавания, или их просмолили. Растянутые сети, следы от костров, широкая тропинка, уводящая в редкий лесок, где проглядываются рыбацкие хижины. Явно не самый богатый поселок.

- Я разговаривал с рыбаками, - шкипер морщился от ветра, в очередной раз поменявшего направление. Теперь он дул с мыса, неся мелкие частички песка. – Утверждают, что здесь огромные пастбища сельди, улов неплохой. Местные потом везут её на рынок куда-то за три десятка миль от побережья.

- Королевский флот здесь часто бывает?

- Нет. Это внутренние коммуникации, для купеческих караванов, - покачал головой Пегий. – Патрули проходят иногда южнее, сюда не заглядывают.

- Здесь есть очень удобные подходы к воде, - разглядывая холмистые гряды, тянувшиеся вдоль берега, обронил я. Где-то они заросли колючим терновником, где-то густым орешником, но самое главное, что привлекло мое внимание – скалистые выходы, удачно закрывавшие обзор с моря.

- Я заметил, - Пегий оживился. – Командор, ты думаешь о том же, что и я?

- Хрен тебя знает, шкипер, о чём ты думаешь, - я ухмыльнулся и посмотрел в забронзовевшее лицо своего помощника. – Вдруг о бабах?

- О бабах сами боги велели думать, - осклабился Пегий. – Но я о контрабандистах, вообще-то…

- Тогда угадал. Не удивлюсь, если здесь «проводники» шныряют куда чаще, чем по Рокане. Ха, шкипер, а вот и они!

Мои глаза не обманули: из-за небольшого песчаного мыска с нанесёнными на него дюнами выскочила узкая весельная ладья, знакомая по своим очертаниям с теми, что мы видели у острова Норри. Те, кто находился в лодке, явно не принадлежали к рыбачьему племени или купцам. Экипаж чуть больше двадцати человек, половина из них сейчас гребут веслами. Увидев наш корабль, ладья резко рванула к берегу, изрезанному удобными бухтами. Вода здесь была густо-чернильного цвета из-за скал, нависающих над морем.

- На мелководье уходят, - Пегий возбужденно притопнул ногой. – Попробуем, командор?

Почему бы и нет? «Не догоним, так согреемся», - мелькнула в голове странная фраза, смысл которой таился где-то в глубинах памяти. Я с собой на борт взял десяток штурмовиков вроде личной охраны. Если перехватим контрабандистов, не нужно будет экипаж гробить. Мои «черные» лучше справятся. Почти все ходили в Шелкопады, выдержали бой на Пламонте. А «проводники» не ахти воины. Они предпочтут уйти от погони или даже бросить лодку. Новую сделать не составляет труда, а вот жизнь уже не вернешь.

- Командуйте, капитан, - я с щелчком сложил трубку и сунул ее за пояс. А сам спустился вниз, чтобы не мешать Пегому. Мои бойцы тоже растянулись вдоль борта, и предчувствуя драку, стали обсуждать, как лучше взять на абордаж эту лоханку.

Между тем умелые маневры шкипера позволили «Тире» споро развернуться и пойти параллельным курсом. Я понял замысел Пегого: отрезать ладью от берега, чтобы она не успела нырнуть в одну из бухт, и захватить с грузом. Почему он решил, что «проводники» везут что-то в трюме? Вот если бы встали на якорь, дав нам возможность подойти, то несомненно, пустым бояться нечего. А тут машут веслами, аж вода кипит за бортами. Да и идут тяжеловато. Нагоним.

- Боцман, приказ пушкарям – дать предупреждающий выстрел! – глаза Пегого горели азартом. Почувствовал себя, чёрт морской, в своей стихии!

Кори продублировал приказ. Через пару минут над морем гулко прогрохотало. Над мачтами поднялся едкий дым и рассеялся. Понятно, что контрабандисты не отреагировали, а еще больше налегли на весла.

- Руль под ветер! – рявкнул Пегий на стоящего у штурвала вахтенного, а потом его зычный голос разнёсся по всему кораблю. – Тяни брасы грот-мачты!

Мачты застонали от перегрузки, палуба дернулась под ногами.

- Три кабельтовых до цели! – марсовый вопил как резаный.

- Командор, если активировать гравитоны, мы возьмем их, - Пегий уперся ладонями в перила, и не отрываясь глядел на приближающуюся ладью.

- Не хочу, чтобы наше тайное оружие было засвечено раньше времени, - возразил я. – Лучше проверим, как парни работают с парусами.

У меня в планах не стояло захватить контрабандистскую ладью. Шли бы себе мимо спокойно, но вместо этого рванули, аж штаны теряя. Стало интересно, что же у них в трюме?

Между тем Пегий сумел-таки выжать из «Тиры» максимальную скорость, и приблизился к лодке. Он поменял тактику и не стал заходить от берега, боясь сесть на камни, которые опасно торчали на виду страшными зубьями из-под чёрной воды. Шкипер сам встал у руля и аккуратно подвёл бриг к левому борту «проводника». Скользящий удар сломал весла, ладья едва не нырнула под форштевень, и лишь с трудом с помощью оставшихся вёсел удалось её выправить. Но преследование закончилось.

Штурмовики, уцепившись за леера, нависли над бортом, ожидая приказа к атаке. Снизу ощетинились палашами, топорами и пистолетами. Мне сверху было видно, что в лодке находилось пятнадцать человек.

- Кто капитан? – спросил я громко.

- Даррен Эйкен к вашим услугам, сударь, - на меня снизу взирал заросший густой смолисто-чёрной бородой коренастый, крепко сбитый мужик в серой парусиновой куртке, ничем не отличаясь от своих матросов. Судя по ладоням, он тоже не гнушался сесть за весло, если того требовала ситуация. – С кем имею честь говорить?

- Командор Сирота, - я не стал скрывать своего имени, не видел смысла. Штандарт, название корабля – только слепой не увидит. – Имею виды на ваш груз, капитан Эйкен.

- У нас ничего нет, - ожидаемо ответил бородач. – На каком основании проводите задержание? Вы не патруль Королевского флота. У вас штандарт аристократического рода Скайдры.

- Каков жук! – хохотнул Пегий, стоя рядом со мной и демонстративно направив пистолет на Эйкена. – Откуда ты знаешь про Скайдру?

- Жил одно время там, видел этот флаг.

- И всё же я вынужден призвать вас открыть трюм и допустить досмотровую команду, - жестко произнес я. – По закону военного времени любое судно, не имеющее портовую регистрацию, подвергается осмотру и конфискации запрещённого груза. Теперь подобные обязанности возлагаются даже на частные и купеческие корабли, имеющие пушечное вооружение.

На лодке зароптали и стали переглядываться между собой. Я спокойно ждал, что мне ответит шкипер контрабандистов. Чую, есть в трюме нечто такое, за что не жалко перебить экипаж. Внизу тоже понимали, чем может закончиться встреча. На нашей стороне численный перевес.

- Я узнал вас, командор! - неожиданно выкрикнул шкипер контрабандистов. – Ваши «чёрные» уже навели шороху на Пламонте, и мне не очень-то хочется проверять на собственной шкуре остроту их палашей! Мы можем поговорить?

- Поднимайтесь на борт, капитан Эйкен, - милостиво разрешил я и показал кулак Пегому, чтобы тот не вздумал вмешиваться. Топить «перевозчиков» просто так не входило в мои планы. Испорчу с ними отношения – мне же потом жизни не будет. Слишком специфичная работа у этих лихих парней и слишком тесная связь между, казалось бы, разобщенными экипажами. Да и не сделали они ничего плохого для меня лично. Значит, будем искать точки соприкосновения. Но попугать стоит, чтобы покладистее был.

Шкипер Эйкен с любопытством оглядел каюту, пока я доставал из шкафчика бутылку аксумского рома - не той отравы, что нещадно дерет горло, а настоящего, с острым запахом орехов и ванили – и разливал по кружкам. Взгляд его зацепился за разложенную на столе карту.

- Любопытно, господин Сирота, - сказал он, - вы столь тщательно изучаете Рокану, словно собираетесь в скором будущем пройти её от устья до истока.

- Моя мечта, - я подал кружку контрабандисту, приподнял свою в знак примирения. – Великая река, невероятные возможности.

- Да, согласен, - Эйкен отпил осторожно, покатал ром во рту и удовлетворённо кивнул, прежде чем проглотить напиток. – Недурственно… Среди «перевозчиков» уже ходят слухи о вашей бесшабашной смелости и «чёртовой кондотте», которую вы возглавляете. Резня на Пламонте впечатлила многих, а уж прорыв через цеповое заграждение у Валунного Двора и вовсе привело в восторг многих, у кого зуб на упертого барона.

- Откуда вам это известно? – я сел на стул, незаметно откинув полу кафтана, чтобы при необходимости быстро извлечь из-за пояса «Уничтожитель». Эйкен показывал свое дружелюбие, но ухо нужно держать востро. Встречая на просторах Дарсии новых людей, нельзя сразу сказать, чем закончится встреча. Может, обретением друга, а то и кровного врага. Котрил – одно из таких неприятных знакомств, меняющих все мои планы на ближайшее время.

- Собирать и продавать слухи – это тоже часть нашей работы, командор, - улыбнулся Эйкен и, наконец, присел, осторожно прислушиваясь к скрипу стула под тяжестью своего тела. – Каждая река похожа на тонкую нить с нанизанными на неё бусинами четок. А каждая бусинка – это внимательный, осторожный и умный человек, кидающий в копилку ценные новости и умеющий видеть больше, чем кто-либо.

- Агентурная цепочка, - кивнул я.

Эйкен снова вцепился в меня взглядом, что-то мелькнуло в его серых глазах.

- Вы бывший военный, не так ли? И явно не уроженец Дарсии.

- Я из Халь-Фаюма, - завел я привычную песню. – Увы, мне пришлось покинуть родину много лет назад. В памяти выветрились картины прошлого, я не помню своего дома. Вот и осел здесь, в Дарсии. Хочу, наконец, обзавестись семьей, спокойно встретить старость. И да, повоевать пришлось, только не в солдатском строю или в офицерском корпусе.

- Что-то подобное высказывал Аллан Волк, - кивнул контрабандист.

- Вы с ним встречались?

- Довелось столкнуться. Мило побеседовали, выпили «Идумейского». Так я и узнал, что у Волка появился конкурент.

- Всего одна удачная проводка – и уже конкурент? – поразился я.

- Аллан способен с первой встречи определить потенциал соперника. Он познакомился с вами в Скайдре, верно? Можете гордиться, господин кондотьер, вас заметили и оценили.

- Ну ладно, если так… Кстати, Волк вернулся в Скайдру?

- А куда он денется? – ухмыльнулся Эйкен, сделав очередной глоток рома. – Мы разминулись возле Монкса. Аллан к тому времени уже шел вниз по Рокане, а я собирался нырнуть в Дождливый Ручей, чтобы спуститься к югу. Вот и поговорили. Правда, Волк не ломал мне весла.

- У меня, знаете ли, привычка: гоняться за теми, кто убегает без видимой на то причины, - я без раскаяния посмотрел на шкипера, и не увидел, чтобы тот был недоволен. Скорее, он попытался спрятать ухмылку в бороде. – Встали бы на якорь и дружелюбно приняли досмотровую команду.

- В чем же причина вашей нелюбви к «перевозчикам»?

- Я ни слова не сказал, что не люблю ваше племя, шкипер. Дело в принципе. Отец много пострадал от контрабандистов, которые своим дешевым товаром разоряли купцов. Мне прекрасно знакомо чувство бессилия, когда ты ничего сделать не можешь и вынужден подчиняться законам дикого рынка. Может, из-за этого я в один момент пошел служить на сторожевой корабль, на котором гонялся за аксумскими контрабандистами. С тех пор питаю слабость к интересным товарам, доставшимся мне бесплатно.

- Что же вас привлекает больше всего? – гость почесал бороду, озадаченный моей речью.

- Хороший табак, ткани, оружие, магические артефакты. Вот и показалось, что в вашей лодке есть нечто такое, что вы не хотите показывать никому, кроме заказчика. А в таких случаях у меня разгорается аппетит.

- Сдается мне, вы были не только купцом и стражем, но еще и пиратом. Больно замашки у вас пиратские.

- Довелось и там побывать, - я потягивал ром, прикидывая, как подступиться к «перевозчику».

- Раз уж вы такой бывалый, господи Сирота, позвольте дать совет на будущее, - Эйкен аккуратно загнул край карты и поставил на стол свою кружку. - Опрометчивые поступки влияют на продолжительность жизни. Мы тем и ценны, что важны для всех: для аристократов, купцов, разорившихся дворян, простолюдинов. Самые серьёзные заказчики не любят, когда их товар переходит в чужие руки, и они всеми силами стараются отыскать обидчика. Я вас не стращаю и не пугаю. Черт с ними, с веслами. У нас всегда есть их запас. Дело в грузе, вы правы. Не хотелось бы потерять его и отвечать перед человеком, ждущим его. А сейчас именно такой случай. Поэтому я дал приказ команде грести, не жалея своих рук. Ваш шкипер очень грамотно пытался отсечь нас от берега, мы немного не успели. Не ожидали, что пойдёте на таран.

- Куда идет груз? – я спрашивал не ради праздного любопытства. Последние события, связанные с гравитонами погибшего корвета, могли выйти из-под контроля, а мне необходимо держать нос по ветру. Вполне вероятно, что часть контрабандистов сейчас выполняют заказы барона Шаттима. Тогда в трюме точно оружие и артефакты различной направленности.

- В Треччил. Знаете, где это?

- Не имею понятия.

- Занятное местечко, там проходит водораздел между двумя провинциями: Лимадией и Клемо. Адовый городок, который привлекает авантюристов и жадных до золота людишек. Там меня будет ждать заказчик.

Я кивнул, делая вид, что узнал достаточно. Была у меня примитивная карта центральных провинций Дарсии, которую удалось приобрести в одной из лавчонок Скайдры. Место, про которой говорил шкипер, примыкало как раз к Спящим Пещерам. Теперь намерения барона Шаттима, а значит, и Котрила, стали ясны и понятны. Гравитоны, украденные с погибшего сторожевого корвета, с успехом можно установить на небольшой корабль и с лёгкостью преодолеть весь путь от Шелкопадов до некрополя. Я не сомневаюсь, что Рэйдж так и поступит. Это что за артефакт, ради которого люди идут на огромный и смертельный риск? Неужели легенды не врут, и где-то под сводами пещер хранится нечто такое, что всколыхнет всю Дарсию?

- Так я могу спокойно идти дальше? – расценив мое молчание по-своему, спросил шкипер.

- Не торопитесь, Эйкен. Или вы уже посчитали меня простаком, поддавшимся на речь умудренного жизнью морского волка? – я усмехнулся. – Вы даже не представляете, как мне повезло. Не будь груз в трюме вашей лодки предназначен для барона Шаттима, я отпустил бы вас. Но вы сами признались, кому хотите его передать. Дело в том, что барон связался с очень скользким и неприятным типом, которому я очень хочу выпустить кишки. И мне точно известно, куда эти люди собрались. Увы, но, между нами, очень стойкая неприязнь, перешедшая в войну. Поэтому будьте любезны предоставить доступ к грузу.

Побагровев, шкипер поднялся со стула, вцепившись в кортик, но я покачал головой, продемонстрировав «Уничтожитель». Вид грозного и непривычного взгляду пистолета остудил пыл контрабандиста. Он хлопнулся обратно на место и положил руки на крышку стола, чтобы я не подумал ничего дурного.

- Если между вами вражда, я-то здесь при чем? – буркнул он.

- При том, что знаю гораздо больше вашего, и не хочу, чтобы вы усиливали отряд барона. Поэтому покажите груз, и я успокоюсь, если не найду там ничего предосудительного.

- А моего слова будет достаточно? – решился Эйкен.

- Увы, нет. Вы же не дворянин, чтобы держаться за слово. Что вам помешает умолчать о некоторых вещах, перевозимых в трюме? Есть судовой журнал с описью груза? Вот видите, к чему тогда подобная просьба? Чтобы продемонстрировать свое дружелюбие, я готов вместе с вами спуститься вниз. Без команды, только с одним человеком. Он маг.

- У нас нет магического оружия, - побледнел Эйкен и его взгляд скользнул по моей правой руке, где тускло блестел серебром массивный перстень с тёмно-красным камнем. Его когда-то носил Лихой Плясун, показывая свой статус в команде. Ну и я решил не отставать от пиратской традиции.

- Не теряйте время, Даррен, - пока гость раздумывал, как выпутаться из этой ситуации, я подошёл к двери, распахнул ее и выкрикнул вестового, приставленного ко мне Пегим; тот подскочил и выслушал приказание. Кивнув, сломя голову бросился к открытому люку, ведущему в нижнюю палубу, дробно скатился по лестнице, даже не держась за перила. Я же вернулся к столу. – Итак? Даже простая арифметика показывает, что нет у вас шансов противостоять обученной команде и моим штурмовикам.

- Вас сам дьявол послал, господин Сирота, - мрачно произнес Эйкен. – Вы хотя бы понимаете, что переходите дорогу людям, умеющим отвечать за обиды?

- Кого вы имеете в виду? Ваших клиентов или друзей-контрабандистов?

- Конечно же моих друзей. Пусть каждый из нас действует в своих интересах, но подобные вещи вам не спустят.

- Не надо мне угрожать, приятель. Следуя такой логике, я уже должен был топить ваши лоханки везде, где повстречаю. Бодег Дафф… знаете такого? Вижу, что знаете. Так вот, на острове Норри его люди пытались убить меня и моего лучшего друга. Я человек не злопамятный, но злой, и память у меня хорошая. Учтите это на будущее.

- Но какого дьявола Даффу потребовалось на вас нападать, господин Сирота? – воскликнул контрабандист, озадаченный моими словами.

- При случае спросите его, - я обернулся на звуки открываемой двери и шагов.

В капитанскую каюту вошёл человек, закутанный в темный плащ. Ритольф не изменял своей привычке не показывать лицо незнакомцам. Натянув шляпу на нос, он стал похож на Вечного Странника – мрачного персонажа из сказок и мифов. Эйкен незаметно сделал охраняющий жест рукой.

- Господин маг, наш славный гость любезно согласился предоставить нам право осмотреть его трюм, - я ведь не зря позвал Ритольфа. Иметь в команде мага могли себе позволить только аристократы и богатые купцы, и Эйкен об этом хорошо знал. Пусть поломает голову, кто же я на самом деле. Штандарт, принадлежащий знатному роду, чародей, и вот этот старинный перстень заставили контрабандиста серьёзно напрячь мозги.

- Почему бы и нет? – приподнял голову Ритольф, еще больше испугав Эйкена. – Хотя бы разомнусь, а то надоело зелья варить. Вся каюта пропахла.

Молодец маг, сообразил, как нужно себя показать. И кажется, его игра оказалась куда действеннее, чем мои увещевания. Шкипер «перевозчиков» сглотнул слюну и пробормотал:

- Пусть боги увидят, что я уступаю чужой воле. Прошу вас, судари, на борт «Артистки».

За то время, что мы любезно разговаривали, снаружи ничего не изменилось. Штурмовики пристально следили за контрабандистами, бездельничающими на верхней палубе лодки, изредка переругивались с ними. Наконец, шкипер вместе с Ритольфом по штормтрапу спустились вниз, а я решил преподнести сюрприз. Пугать так пугать. Засунув руку за пазуху, сжал морион. И сразу почувствовал, как под ногами словно пустота образовалась. Напрягшись, я оперся на фальшборт и кинул тело вниз. Пролетев несколько футов, я легко приземлился на палубу «Артистки», чуть согнув ноги в коленях. Матросы метнулись в разные стороны, чтобы не быть сбитыми с ног, и образовали молчаливый круг. Небрежно отряхнув кафтан от несуществующей пыли, я встретил Эйкена и Ритольфа с улыбкой.

- Понимаете, капитан, что у вас не было никаких шансов?

- Кто вы такой, господин Сирота? – справившись с потрясением, спросил шкипер.

- Чуточку необычный человек, - напустив туману, отвечаю ему, а сам краем глаза слежу за реакцией матросов. Хвала богам, стоят на месте, не дёргаются. Да и мои ребята держат их на прицеле пистолетов и аркебуз. – Ведите нас, Даррен. Не терпится посмотреть, что понадобилось барону Шаттиму в его опасном предприятии.

Эйкен кивнул и жестом показал одному из своих людей открыть люк в трюм. Обритый налысо крепыш в серой парусиновой куртке с легкостью дернул на себя внушительного вида крышку, обнажив тёмное нутро «Артистки».

- Ступайте первым, капитан, - произнес я любезно и вытянул руку.

Эйкен зыркнул на меня недружелюбно и довольно споро полез вниз, а следом за ним пристроился и я. Ритольф своим видом нагонял жути на экипаж. Как только мы оказались в трюме, я окликнул его.

- Фонарь забыли захватить, - сокрушался шкипер. – Позвольте, я прикажу кому-нибудь принести…

- Не переживайте, я смогу заменить фонарь, - с усмешкой ответил Ритольф и сформировал ярко светящийся шар величиной с яблоко. Он подбросил его вверх. Шар застыл под потолком, темнота с испугом отпрыгнула в углы и затаилась там, ожидая, когда мы уйдем.

Трюм оказался не таким уж вместительным, как мне казалось снаружи. Большую часть занимали заколоченные ящики, равномерно распределенные вдоль бортов. В середине стояли корзины, набитые соломой, из которых торчали бутылочные горлышки. Я поддел одно из них и вытащил наружу, разглядывая сквозь темное стекло содержимое бутылки.

- «Идумейское», - пояснил Эйкен. – Очень востребовано у купцов. Вы же понимаете, господин Сирота, что достать такое вино совершенно невозможно. Его сразу раскупают на корню еще в момент созревания в бочках. А простым людям тоже хочется вкусить божественный нектар.

- Сколько берете за бутылку?

- Пять золотых, всего пять.

Ритольф хмыкнул и не преминул заметить:

- Может и нам, командор, воспользоваться услугами «проводников»? Цена в самом деле терпимая, если аристо выкладывают за одну восемь «корон».

- Сомнительная дешевизна, - буркнул я, постукивая по ящикам кулаком. Судя по звуку, они были заполнены наполовину. – Подделка какая-нибудь. Почему нет этикетки с названием напитка?

- Поставщик разливает его прямо из бочек, - пояснил шкипер. – Бумажка – лишнее украшательство, совсем не нужное заказчику. Он же потом перельёт вино в красивый графин и поставит на стол. А вы возьмите парочку, господин Сирота. Сравните с тем, что вам довелось пить.

- А откуда у вас такая уверенность, что я «Идумейское» пил ведрами? – продолжая постукивать кулаком по деревянным ящикам, поинтересовался я.

- Непростой вы, печёнкой чую. Вон как лихо летаете, явно магией наполнены под завязку.

- Ну да, я такой. Со мной лучше дружить, а не убегать. Что в ящиках, раскроете секрет?

- Оружие, - не стал запираться Эйкен. – Пистолеты, мушкеты, пороховые мины…

- Пороховые мины? – я переглянулся с Ритольфом. – Насколько я понимаю, это военная разработка. Как эти мины попали к вам?

- Позвольте не раскрывать этот секрет, - лицо шкипера вдруг окаменело, и мне стало понятно, что это и есть тот самый таинственный груз. – Лучше я унесу тайну в могилу, чем подведу людей.

- Неплохо у вас налажено снабжение с военных складов, - усмехнулся левитатор, подтверждая мои мысли. – А ведь вы намеренно нас сюда затянули, господин шкипер. Открытый огонь, рядом пороховые мины… Как чувствовал. Яйца у вас стальные. Ни себя решили не жалеть, ни свою команду.

«Уничтожитель» мгновенно упёрся стволом в подбородок Эйкена. Впору досадовать на такую оплошность. Да кто же мог предугадать, что контрабандисты умудрятся перевозить в трюме опасный груз? Пороховые мины весьма опасны, нет еще такой технологии, позволяющей надёжно обезопасить людей от взрыва. Всего лишь одна искра – и нет ни «Тиры», ни «Артистки». У меня по спине поползли капельки пота.

- Объяснитесь, Даррен? Или я сейчас же прострелю вам голову, - прошипел я, разозлившись. – Барон Шаттим решил взорвать Спящие Пещеры?

- Вы же сами догадались, господин Сирота, - шкипер ухмыльнулся, бесстрашно глядя в мои глаза. – Мне терять нечего. Если заказчик не получит товар, я так и так умру. С бароном шутки плохи.

- Сколько здесь мин?

- Двадцать штук в железном корпусе.

- Кому-то придется здорово попотеть, - ухмыльнулся Ритольф, расхаживая вдоль ящиков, изредка прижимая к ним руки. От пальцев исходило слабое свечение. – Двадцать мин – не шутка.

- Осторожнее, господин маг! – воскликнул Эйкен, когда левитатор подошел к самым крайним ящикам, заваленным разнообразным хламом в виде тюков с тканями и мешков с чем-то бренчащим. – Взлетим ненароком!

Все-таки блефует, чертов контрабандист! Не хочет отправляться на небеса столь радикальным способом.

- Магический щуп безвреден для пороха, - пробормотал Ритольф. – Или эти мины изготовлены с помощью алхимических препаратов?

- Меня уверяли, там нет алхимии, - вытирая градом льющийся пот с лица, обронил Эйкен. Я убрал от него пистолет, но продолжал держать так, чтобы применить при первой же возможности.

- Тогда вам повезло, - дружелюбно откликнулся левитатор, закончив осмотр. – Иначе бы мы все взлетели на воздух. Соприкосновение алхимии и магии непредсказуемо по своим последствиям.

Ритольф слегка попугал шкипера. Жизнь чародеев всегда порождала нелепые слухи у неграмотных простолюдинов, да и более высокие сословия не утруждали себя знаниями, отчего отношение к магам оставалось напряженно-осторожное. Конечно же, никакие мины не могут взорваться от холодного огня, плавающего в виде шара под потолком. Но зато Эйкена проняло, хоть он и делал вид, что готов был героически погибнуть вместе с нами.

- Что делать будем, дружище Даррен? – спросил я, присев на один из ящиков. – Налицо заговор против Короны, похищение военного имущества. Тянет на виселицу.

- Мы и так по лезвию ходим, нашли чем пугать, - он вытер пот с лица. – Но я бы предпочёл договориться.

- Знаете, капитан, мне плевать на ваши тёмные делишки с бароном Шаттимом, - ответил я после недолгого раздумья. – Везите этот груз по назначению, получайте свои деньги. В конце концов те, кто сует голову в Спящие Пещеры, рискуют ею куда больше, чем вы.

- Разумно, - Эйкен замер, пытаясь понять, что я хочу ему сказать.

- Вы же бываете на Рокане или на других реках центральных провинций?

- Да, иногда заглядываю, когда заказчик хочет прогуляться до Натандема или еще дальше. Но мне привычнее заниматься своими делами на юге. Там, хотя бы, королевские патрули не лютуют как на восточном и северном побережье.

- Тогда у меня к вам просьба, Даррен, - я демонстративно затолкал пистолет за пояс.

- Я слушаю вас внимательно, господин Сирота.

- Когда прибудете к месту назначения, передайте привет сеньору Котрилу от меня лично. И скажите, что готов встретиться с ним в любое время и в любом месте. Он поймет, не переживайте.

- Вы и его знаете?

- Представьте, да. Так что, передадите?

- Конечно! – воскликнул воодушевлённый шкипер.

- Ну, тогда можете спокойно плыть по своим делам, - я вытащил из корзины две контрабандные бутылки вина. – Не против?

- Берите, от меня не убудет, - словно делая милость, махнул рукой Эйкен, радуясь, что отделался малой кровью.

Когда мы поднялись на борт «Тиры» и проводили взглядом спешно уплывающую лодку, Ритольф заметил:

- Котрил убьёт этого парня только за то, что попался в ваши руки, господин фрегат-капитан. – Пороховые мины в руках заговорщиков – это верёвочка к тем, кто замешан в растрате и воровстве военного имущества.

- Не убьёт, - уверенно ответил я, щурясь от свежего ветра, подувшего с побережья. – Мое имя для него как красная тряпка для быка. Котрил обязательно будет искать со мной встречи, и поверьте, Ритольф, она станет для него последней.

- Надеюсь, вы знаете, что делаете.

- Знаю, дружище, знаю. Рэйдж станет моим пропуском к дворянству Дарсии, если уж лорд Торстаг старательно делает вид, что забыл о своем обещании.

Примечание:

[1]Бейфут - специальная снасть, толстый, усиленный кожей трос, для постановки и управления парусами на флоте. Им крепятся реи или гафели к мачтам. Марса-фал – снасть, которой поднимается марсель.

Глава 5. Патент на дворянство

С досадой, что не прикрыл с вечера плотно окно, я зарылся в одеяло, но сон уже пропал. Снизу доносились громкие возгласы сержантов, голос одного из них мне был очень знаком. Обычное утреннее построение, после которого два взвода уйдут на полигон для занятий. Может, ещё удастся поспать? Ну вот какого дьявола они орут под самым окном?

- Убрали животы, крабье дерьмо! – разошелся Гусь. – Почему ремень висит? А ты сапоги в навозе всю ночь держал? От них воняет, как из выгребной ямы!

- Сука, гусь лапчатый! – простонал я, отбрасывая одеяло в сторону. – Перья выщиплю, на вертел посажу! Дал же бог человеку голосище!

Прошлёпав босыми ногами по деревянному полу, покрытому тонким слоем мастики, я подошел к окну и толкнул ладонями створки. В лицо пахнуло утренней свежестью со стороны Чернявки, запахом готовящейся на заднем дворе каши с мясом; тонкие ароматы вересковой Пустоши мгновенно взбодрили все чувства. Перегнувшись через подоконник, я стал разглядывать, как Гусь и Призрак строят свои взвода. Вдоволь наоравшись, Гусь отошел в сторону, не замечая меня, и засунув пальцы под широкий пояс, приказал:

- Налее-во! На полигон – бегом марш!

Ту же команду продублировал Призрак, в отличие от своего дружка, командовавшего спокойно, но его тихий и намеренно тягучий голос штурмовики слышали прекрасно.

Двор, выложенный речным камнем, вздрогнул от топота ног. Пятьдесят человек, из которых больше половины – новички, бодро помчались к распахнутой калитке, ведущей на Пустошь. Я не стал окликать Гуся, чтобы вставить ему фитиль в одно место. Позже поговорю, наедине. Негоже ронять авторитет командира перед подчинёнными.

Быстро размявшись, я в одних подштанниках спустился вниз. Стесняться мне некого. Женщин в доме нет, ругать за такие вольности никто не будет. Зато теперь появился самый настоящий денщик из новеньких. Молодой парнишка, безотцовщина, еще семнадцати не исполнилось. Привел его Викар и чуть ли не слезно попросил позаботиться о нем. Мать тяжело болеет, того гляди и богу душу отдаст. А тут и Михель потребовал, чтобы я обзавелся слугой. Негоже командору без помощников. Я долго отпирался, потому что не хотел отдаляться от своих штурмовиков. Но дон Ансело и Аттикус вразумили меня, сумев доказать, что наличие слуги нисколько не запятнает мою честно заработанную репутацию. И решение насчет Тью пришло сразу же. Я обрисовал пареньку его обязанности и пообещал учить его как штурмовиков, но по личной методике. Что такое «личная методика» Тью не понял, но восторженно смотрел на меня своими глубокими синими глазами, что никак не вязалось с его простоватым крестьянским лицом. Жесткие соломенные волосы торчали на голове подобно ежиным иголкам, отчего я мгновенно пришел в негодование. И через десять минут отрядный брадобрей начисто снес всю растительность. Тью особо не переживал. Он с удовольствием разглаживал новую парусиновую куртку, затянутую потертым стареньким поясом, который ему любезно отдал Рич, то и дело косился на сапоги, еще не веря, что одежда теперь его личная. А ведь пришел в одном дранье.

- Командор, я кашу принес! – встретил меня возгласом Тью, накрывая стол для завтрака. – А еще хлеб, сыр и свежие овощи!

Такой он у меня, простецкий парень из Акаписа. Зато теперь он выглядит как настоящий боец кондотты. За поясом торчит двуствольный пистолет, на другом боку – палаш, на обритой башке черная косынка. Это уже влияние Рича, сам так же ходит, пугает горожан, которые его не знают, своим видом.

- Воду приготовил? – спросил я, выходя на крыльцо. Голые ступни ощутили приятное тепло нагретого утренним солнцем камня.

- Так точно! – деловито ответил Тью и кивнул в сторону двух кожаных ведер для омовения.

- Ну ладно, - я хлопнул ладонью по мориону, висевшему на груди, и перемахнул через высокие перила. Приземлился в нескольких шагах от ведер. Взял одно из них и опрокинул на себя, оглушительно крякнув. Не глядя протянул руку, в которую денщик тут же вложил полотенце. Я растерся жесткой тканью до покраснения кожи и потопал в дом.

- Доклад, - потребовал от парня, идущего следом.

- Сержанты Гусь и Призрак увели людей на занятия. Капитан дон Ансело вместе с советником Аттикусом уехали в Акапис по каким-то делам, не смог выяснить, - деловито произнес Тью мне в спину. – Рич еще не появлялся. Наверное, от чародейки не может отлипнуть с ночи.

- Цыц, мальчишка! – я застыл на ступенях, ведущих наверх, и обернулся. Мой палец уперся в нос денщика. – Держи своё мнение при себе, когда дело касается любовных отношений других людей. Иначе горько пожалеешь.

- Понял, командор! – простецки произнес Тью, хлопая глазами. – Никогда больше!

- Молодец, - похвалил я. – Пойду переоденусь, а ты пока пол подотри. Наследил я здесь. Сам-то поел?

- Да, на кухне.

- Ну, ладно, работай.

В спальне я сменил мокрые подштанники на сухие, надел штаны и рубашку, сунул ноги в начищенные сапоги (теперь голова не болела по поводу содержания гардероба в порядке и чистоте), перед зеркалом опоясался ремнем, на котором в специальных петлях висели «Уничтожитель» и «Громовержец». Да-да, я придумал название для второго пистолета. «Рука Смерти» - слишком пафосно для огнестрельного оружия и не дает всей полноты ощущений, для чего сделана эта вещь. Ведь «руку смерти» можно отнести к чему угодно: к мечу, стреле, выпущенной из арбалета или лука, ядру, наконец. Я заметил одну странность. «Рука» давала оглушительный выстрел, после чего в ушах долго звенело. Не знаю, с чем это связано; возможно, с какими-то конструктивными особенностями или качеством металла. Так что в один из вечеров после очередной стрельбы по мишеням, пришла мысль, которая и воплотилась в название.

Кстати, «Уничтожитель» бил куда мягче, но шуму создавал не хуже своего собрата.

Переодевшись и причесав еще не высохшие волосы, я спустился в столовую, где для меня уже был готов простой завтрак. Питался из общего котла, как и прежде. Дон Ансело начал зудеть, чтобы я нанял прислугу следить за чистотой в доме. Пару хорошеньких горничных и повара для начала. Ага, намек на некие обстоятельства. Дескать, штурмовики два-три раза в неделю ходят в Акапис для снятия дефицита общения с женским полом, а командор ведет строгую жизнь монаха. Так нельзя. Когда еще леди Тира войдет в дом хозяйкой. К тому времени мужской стручок усохнет без дела. Умел Михель поднять настроение, за то и уважаю его.

Сытная пшенная каша с кусками мяса в жестяной миске еще парила, поэтому с удовольствием поел, заедая хлебом и пахучим козьим сыром. Налил из запотевшего кувшина молока в кружку, вспоминая, как Озава накладывала плетения на посуду. Хорошая вещь, не хуже ледника действует.

Я нахмурился. Чародейку нужно вводить в состав отряда. Пусть и слабенькая в плане целительства, но своими зельями и умением штопать раны пригодится. А неодарённого лекаря найду в Акаписе. Уже есть несколько кандидатов, дон Ансело к ним присматривается. Будут вдвоем в лазарете служить. Проблема в одном: девушка опасается вступать в отряд, памятуя о мести Рэйджа Котрила. Как будто она уже не предала его! Надо напомнить Ричу, чтобы давил на нее, не давая ни единого шанса соскочить. Без нашей защиты девке хана придет, и мой товарищ сам понимал эту истину.

Поев, я вышел на крыльцо и суровым взглядом окинул свое хозяйство. Возле ворот несли службу двое бойцов; заметив меня, сразу же встрепенулись, чтобы показать свое рвение. Я усмехнулся и направился в сторону казарм. Артельщики Викара закончили с крышей и окнами второго корпуса, осталось только возвести двухъярусные нары. Старшина еще вчера уверял меня, что им хватит трех-четырех дней, и можно принимать работу.

Над навесом кухни дымила печь, там крутился кашевар и что-то выговаривал своему помощнику, рубившему дрова. Этих людей я нанимал среди мирян, и едва отбился от желающих кормить штурмовиков. Видно, молва о щедром господине пошла в Акаписе нешуточная, а я ведь никому не обещал хорошее жалование. Десять рандов[1] в неделю, не больше. И тем не менее, охотников пойти в услужение хватало. Поэтому и не торопился нанимать кухарку в дом, горничных, конюшего и прочих, без чьих услуг обойтись тяжело. А вот кузнец не помешает, как и лекарь. Впрочем, Аттикус землю носом роет, обещал найти и того, и другого.

- Командор, мы будем сегодня заниматься? – вынырнул откуда-то Тью. – Солнце уже высокого.

- А ты как думал? Я же тебя не кашу мне носить взял, - я усмехнулся, увидев, как вспыхнуло от радости круглое лицо паренька. – Пошли за ворота, там есть полянка симпатичная.

- Может, на полигон?

- Нет, - возразил категорически. – Во-первых, ты еще не освоил первичные навыки штурмовика. Во-вторых, на нас будут пялиться бойцы, отвлекаться от службы. А мне это не нравится.

- А стража на воротах? – подколол меня Тью.

- Этим можно. Их всего двое, они на карауле. Заодно и поучатся.

Побеждать врага можно даже булыжником, если он вовремя попадется под руку. Но зачем нам камень, если есть холодное и огнестрельное оружие? Именно с овладения кортиком я и начал потихоньку обучать денщика. Сначала Тью захотел сразу же освоить палаш. Пожав плечами, я не стал его отговаривать, а просто попросил принести из дома клинок.

Через десять минут занятий он честно признался, что правая рука уже не слушается, а левой ему несподручно.

- Будешь укреплять кисти рук каждый день, в свободное от службы время, - приказал я и показал, как именно. И Тью добросовестно держал палаш на вытянутой правой руке сколько мог, а потом менял её на левую.

Так-то паренек сам по себе обладал гибкостью и выносливостью, несмотря на худобу. И после усиленной кормежки лицо его округлилось, да и сам Тью физически окреп. Я бегал с ним вдоль Чернявки, разработал комплекс разнообразных упражнений, которые периодически всплывали в моей голове, как будто кураторы периодически открывали краник со знаниями чьей-то жизни, чтобы я мог пользоваться ими не только ради себя. Тью с удовольствием занимался, окончательно уверовав в то, что старая жизнь окончательно канула в прошлое, и теперь он стал штурмовиком, «черной смертью», как я шутя называл своих бойцов.

- Ну что, сегодня попробуем бой на палашах? – усмехнулся я, глядя на загоревшие глаза денщика. И медленно сбросил с себя пояс с пистолетами и куртку, вытащил из ножен клинок, взмахнул им крест-накрест.

Тью обнажился до голого торса, аккуратно сложил куртку и рубашку возле забора и с палашом вышел на утоптанный пятачок напротив ворот. Охранники оживились, предвкушая бесплатное представление. Парень повторил мое движение, и несмотря на добродушный смех стражников, принял боевую стойку.

Я не торопился и каждый прием повторял по несколько раз, постепенно наращивая темп. Денщик покрылся потом и даже высунул язык от усердия, отрабатывая финты, рубящие удары, переходы от обороны к атаке.

- Не торопись сразу освоить всё, что сегодня показал тебе, - когда мы сели в тенечке отдохнуть и попить водички, посоветовал я. – Возьми три-четыре приема и доведи их до рефлекса.

- А что это такое? – моргнул белесыми ресницами мокрый от пота Тью.

- Когда ты в бою применяешь тот или иной приём, даже не задумываясь – это и есть рефлекс. Видел, как владеет ножами Рич?

- Да! – с восторгом выдохнул паренек. – Мне бы так научиться!

- Ножевой бой – искусство, а не выступление в шапито, - предупредил я. – Если хочешь освоить его, попроси Рича. Надеюсь, он не откажется дать тебе несколько уроков. Но, в первую очередь, ты должен приручить шпагу, кортик, палаш. Эх, тебя бы с виконтом Агосто познакомить, вот кто умеет виртуозно махать клинком!

- Вы тоже, командор, не слабее их, - польстил Тью. – Так что получается, мне нужно будет освоить морское дело?

- Зачем? – усмехнулся я.

- Ну, у вас же есть «Тира», а шкипер Пегий считает, что настоящий командор – это вы, никто лучше вас не ходит по морю. Значит, и я должен уметь.

- Нет, твоя задача совсем другая, - я шутя пошлёпал ладонью по гладкому черепу юного денщика. – Ты не обязан знать название всех парусов, отрабатывать команды старого пердуна Пегого. Но в случае опасности находиться всегда рядом со мной и выполнять мои приказы.

- Понял, - призадумался Тью. – Значит, могу показать Пегому вот так!

Он сложил пальцы в классическую фигу и плюнул на неё. Я усмехнулся.

- Не вздумай этого делать. За борт выбросит! Плавать-то умеешь?

- Так я у моря живу! – воскликнул паренек.

- И все равно не рискуй. Наш шкипер шуток не понимает.

- Командор, к нам гости, - доложил один из охранников, вглядываясь в сторону Холма Блудниц, откуда из Акаписа вела дорога.

Я приложил руку ко лбу, прикрывая глаза от слепящего солнца. В самом деле, в паре лиг клубилась пыль от быстро двигающейся повозки или кареты. Или дон Ансело возвращается с какими-то новостями, или гости какие, вроде губернатора. Он ведь ещё ни разу в Пустоши не был, даже не поинтересовался, что здесь вообще происходит. Даже странно, почему такое равнодушие. Возможно, статус не позволяет? Кто он, и кто я? Купец, торгаш, к которому следует относиться с максимальной презрительностью.

- Кто это, интересно, - пробормотал я, вставая. – Летит как на пожар. Впрочем, подождём.

Через несколько минут к воротам подлетела карета, запряженная двойкой лошадей, покрытых пылью и потом. Возница в дорожном сюртуке, тоже обсыпанном белесо-серой пылью, осадил ретивых животных и посмотрел на нас и с недовольной рожей буркнул:

- А ворота открывать кто будет?

- Тебе зачем, любезный? – я едва смог разглядеть на запылённой дверце смутно знакомой кареты королевский герб. И догадался, прежде чем из неё выскочил молодой человек в черном кафтане и поддержал за руку важного и надутого господина Катберта. Интересно, какого черта дознаватель припёрся из самой Скайдры? Что опять произошло?

- Господин Сирота, вы невероятно несносны, - брюзгливо произнес Катберт. – Проявлять неуважение к королевскому дознавателю сродни неуважению королю.

- Ни в коем случае, ваша милость, - ограничившись приветственным кивком, я жестом показал стражникам, чтобы они не вздумали пропускать карету внутрь, а только открыли одну створку для гостей. – Дело в том, что во дворе еще очень много строительного мусора, и это меня немного расстраивает.

- Так в чем дело? Наймите крестьян с телегами, они живо все приберут, - брюзжал Катберт, шагнув вперед.

Я подмигнул чародею, и тот едва заметно улыбнулся в ответ. С трудом, но вспомнил его имя. Видерик Хумл, ментальный маг, по совместительству секретарь господина дознавателя. То, что такой важный гость разъезжает по дорогам Дарсии в одиночку, меня уже не удивляло. Имея в спутниках мага, можно позволить себе не брать охрану, пусть по статусу ему и положено.

Катберт тем временем по-хозяйски вошел в дом, огляделся по сторонам со скептически поджатыми губами, фыркнул и обернулся, обратившись ко мне:

- Почему не заведете себе прислугу, господин купец?

- А зачем она мне сейчас? – я тихо шепнул прокравшемуся следом за нами Тью, чтобы тот принес бутылку «Идумейского», фрукты и пару бокалов. – Мне хватает вон того паренька. Довольно смышлёный, виртуозно владеет не только клинком, но и тряпкой.

- Возможно, в скором будущем вам придется изменить подход к набору слуг, - загадочно произнес дознаватель и развалился в кресле, вытянув ноги в высоких начищенных до блеска сапогах.

Видерик привычно расположился за его спиной, держа в руках кожаный саквояж.

- Пока всё устраивает, - пожал я плечами. – Не желаете выпить с дороги?

- Охотно, а то горло пересохло, - не стал отказываться Катберт.

Примчался Тью, ловко держа в одной руке пару стеклянных бокалов и бутылку вина, а в другой – глиняную тарелку с виноградом и сочными абрикосами. Надо сказать, подобный опыт услужения у него был. Я частенько заставлял его накрывать на стол, когда в гости заглядывали Михель и Леон, поэтому парень не испытывал никакого волнения. Он быстро расставил угощение на маленьком столике и вежливо спросил замершего мага:

- Не угодно ли холодной воды, господин?

- Если не затруднит, - оживился Видерик.

- Сию минуту, - Тью быстро смотался на кухню и принёс запотевшую от холода глиняную кружку. Не иначе, набрал воду из зачарованного кувшина.

Маг чуть ли не со стоном осушил кружку и отдал её обратно. Мой денщик исчез с поля зрения, хотя точно находился где-то поблизости и бдительно следил за гостями. Научил на свою голову, взрастил телохранителя.

Я разлил вино по бокалам и поднял его, приглашая то же самое сделать дознавателю.

- Так чем обязан вашему приезду? – спросил я, дождавшись, когда Катберт сделает пару глотков. – Снова желаете допросить насчет смерти эрла Толессо? Только ничего нового не услышите. Я сказал всё, что знал.

- Умерший здесь не при чем, - поморщился дознаватель. – Вашей вины в его смерти не найдено, поэтому вопросов больше нет. Если бы не личная просьба лорда Торстага, меня никто бы не заставил трястись пятьсот лиг в карете по адской жаре.

- И в чём же просьба? – осторожно поинтересовался я. Прошло больше месяца с момента похорон старика Эррандо, а лорд так и не выполнил своего обещания насчёт дворянского патента. Его план упечь меня в тюрьму по обвинению в смерти эрла Толессо провалился, а значит, нужно ждать новых провокаций. Появление Катберта могло стать первым ходом в комбинации, или я чего-то не понимаю. А с другой стороны, довольно странная позиция лорда, имеющего на руках письменный договор со мной, подписанный в «Хитрой русалке» при Тире Толессо. Он ведь знает, что второй экземпляр находится у меня, и в любой момент я могу освежить память забывчивого Торстага. Иное дело, что моя выдержка заставила его занервничать, и после подтверждения о моей непричастности к смерти старика Эррандо, лорд был вынужден выполнить своё обещание.

- Передать вам некий документ, о котором между лордом Торстагом и вами ранее велась речь, - дознаватель щелкнул пальцем и Видерик ловко извлек из саквояжа знакомый кожаный тубус, перевязанный шёлковой нитью, конец которой находился на крышке и был запаян красной сургучной печатью.

Чародей вложил его в протянутую руку Катберта.

- Прошу обратить внимание, господин Сирота, на целостность печати, - дознаватель, в свою очередь, передал тубус мне. – Всё ли в порядке?

- Да, - я стал догадываться, что именно находится внутри него.

- В таком случае вы можете ознакомиться с его содержимым, - важный гость закинул ногу на ногу.

Сломать печать с оттиском королевской короны с лилиями не составило труда. Сургуч развалился на части и упал на пол. Неторопливо распустил вощёную нить на крышке и откинул клапан в сторону. Извлек из тубуса свёрнутый в трубку плотный лист гербовой бумаги, развернул его. Сердце непроизвольно ёкнуло. Это была грамота о присвоении мне титула сеньора, одного из младших дворянских титулов, за большую услугу Короне в деле уничтожения пиратской вольницы. Особо не расписывалось, что за услуга, но я сообразил, что содействие лорда Торстага оказалось решающим.

Так как я, по сути своей, являлся теперь владельцем нескольких акров земли, то дворянство возводило меня в мелкие управляющие феода. Правда, сейчас шёл процесс централизации власти, и я, как его владелец, становился вассалом короля. Никто не имел права заставить меня принять присягу на верность тому же графу Абре, к примеру, или леди Тире, вздумай она разыграть такую карту. Во-первых, королевский закон запрещал подобные переходы под руку старшего вассала, ну, а во-вторых, на Тиру у меня совсем иные планы.

Я внимательно прочитал грамоту, проверил большую печать и размашистую, на две строки, королевскую подпись. Аккуратно свернул и затолкал в тубус ценнейший для меня документ.

- Поздравляю вас, сеньор Сирота, - Катберт поднял бокал, предлагая мне сделать то же самое, и отсалютовал им. – Теперь вы имеете право пользоваться всеми благами дворянского сословия, носить шпагу и вызывать на дуэли своих противников.

- Разве ради этого я хотел получить статус? – я усмехнулся и вслед за гостем опустошил бокал. – Для меня самое главное, что титул наследственный, а значит, можно теперь и семью заводить.

Дознаватель расхохотался, оценив шутку и охотно принял предложение выпить по бокальчику, сразу превратившись из чиновника-сухаря в обычного мужика, любящего вино и приятную компанию.

- Скажите, господин Катберт, а почему именно вы передали мне грамоту? Насколько я знаю, подобная процедура полностью лежит на губернаторе провинции или наместнике? Не стоило так беспокоится. Вызвали бы меня в Скайдру, не надломился бы, приехал.

- Я многим обязан лорду Торстагу, - признался дознаватель, - и не мог отказать в маленькой просьбе. Он сказал, что хочет сделать вам приятное, господин Сирота. Небольшая задержка с вручением грамоты была связана со смертью эрла Толессо. А лорд как раз и занимался этим делом по указу короля. В любом случае в Скайдру вам придется съездить. И в обязательном порядке представьтесь эрлу Тебриссо – вашему губернатору. Я, конечно, извещу его на обратном пути, но прошу, не затягивайте с визитом.

- Обязательно, господин Катберт, - кивнул я. – Непременно представлюсь. Передайте мою сердечную благодарность лорду Торстагу. Даже не представляю, насколько тяжело ему пришлось убеждать короля дать какому-то купцу дворянский титул.

- Поверьте, король подписывает подобные грамоты раз в пять лет, если не реже, - покровительственно улыбнулся дознаватель. – Но в вашем случае это было сделано очень быстро. Ведь именно купец Сирота способствовал разгрому пиратской вольницы. В Рувилии уже ходят легенды про некоего бесстрашного молодого человека, чуть ли не в одиночку обманувшим морских грабителей.

- И даже про «золотой караван» не говорят?

- Печальная история, о которой предпочитают говорить в узких кругах, - нахмурился Катберт. – Зачем это знать простолюдинам?

Ну да, поражение Королевского флота и провал разведки тяжёлым катком прокатились по самолюбию дарсийских лордов, адмиралов и генералов. Меня удивляет, как лорд Торстаг умудрился выкрутиться из неприятной ситуации, да еще повернул разгром «золотого каравана» в свою пользу. С другой стороны, один галеон все-таки дошёл до Суржи. Казна в убытке не будет, но ведь не зря в провинциях застонали, что в этом году подняли налоги. Значит, потери все равно ощутимые. Эх, не дотянуться сейчас до своей доли. Эскобето, надеюсь, надёжно спрятал золото.

Мог ли бывший капитан флотилии острова Инсильвады обмануть и присвоить мою долю себе? Не сомневаюсь, что его очень долго корёжило от желания смыться с ним куда-нибудь в пустынные земли Аксума вместе со своей красавицей-женой. Вероятность такого исхода невероятна высока, но я почему-то верю в порядочность Эскобето.

- Ну что ж, сеньор Сирота, - дознаватель вернул пустой бокал на стол и поднялся. – Приятно делать людям сюрпризы. Если не секрет, чем теперь займётесь?

- Тем же самым, с чего начал, - я счел нужным проводить Катберта до кареты. – Буду сопровождать купеческие караваны.

- Неразумно подвергать себя опасности, когда можно жить на доход от земли, - покачал головой гость, медленно шагая по дорожке к воротам. – А ещё можно найти невесту с богатым приданым. Так и вовсе не придётся рисковать.

- Я не привык еще к мирной жизни, - рассмеялся в ответ. – Кровь бурлит, требует приключений. Но к вашему совету прислушаюсь. Когда заработаю репутацию, уже не буду сам ходить по Рокане. Моя кондотта блестяще справится и без своего капитана.

Мы подошли к карете. Видерик Хумл распахнул дверцу и придержал за руку дознавателя, чтобы тот, не дай бог, не брякнулся со ступеньки. Брякнув шпагой о порог, Катберт скрылся внутри, но тут же высунулся и прикоснулся двумя пальцами к краю шляпы.

- Всего хорошего, господин Сирота. Не забудьте о своем представлении.

- Лёгкой дороги, господин Катберт, - отправил я вежливый ответ.

Чародей с улыбкой тихо шепнул:

- Поздравляю вас, сеньор Сирота. Я очень рад, что все обернулось даже лучше, чем предполагалось.

Я про себя усмехнулся. Ну да, мог бы и на плаху пойти, да вовремя куратор появился, избавил меня от тяжелого решения. Может, и в самом деле мне благоволит удача?

Возница недовольно зыркнул в мою сторону и щёлкнул кнутом. Лошадки всхрапнули и потащили карету в Акапис, а я стоял и смотрел, пока клубы пыли не исчезли за Холмом Блудниц.

- Командор, так вы теперь дворянин? – раздался за моей спиной голос Тью.

Обернувшись, я увидел распахнутые от восторга глаза паренька.

- Подслушивал, паршивец? – нахмурился я, сдерживая смех.

- Случайно!

- Тебя матушка не порола за непослушание?

- Не-а, даже пальцем не трогала! – Тью продолжал улыбаться.

- Придется заняться воспитанием, - пригрозил я. – И предупреждаю: никто не должен знать о моём разговоре с дознавателем. Сам скажу, только попозже, понял? А то занятия сорвешь, выпорю точно.

- Слушаюсь, командор! – воскликнул молодой денщик, вскидывая ладонь ко лбу.

- Болван, шляпу сначала надень, - ну невозможно сердиться на этого шалопая. Тью еще не успел потерять детскую наивность в правоту старших, хоть уже давно жил по жестоким законам улицы. Старшина Викар вовремя привёл его в наш отряд, иначе судьба парня была бы незавидной: висеть в петле на городской площади за бродяжничество или воровство, или пойти в кандалах на каторгу.

Во мне всколыхнулось странное чувство, лежавшее под накопившимся слоем равнодушия ко всему, что происходило до сих пор вокруг. Я почувствовал, насколько важно спасти хотя бы одного мальчишку и воспитать из него настоящего мужика, который сумеет постоять не только за себя, но и за справедливость, за идеалы этого мира. Миссия? А черт его знает. Мне до сих пор снятся странные сны из чужой жизни, где я пытаюсь спасти маленькую девочку, вытаскивая ее из-под града пуль, раскалывающих даже гранитные валуны. И просыпаюсь в поту, ощущая ноющую боль в пояснице и ногах. Или это моя жизнь, в которой я тоже был солдатом?

Вернувшись в дом, я еще раз внимательно прочитал королевский патент, позволявший мне встать вровень с Котрилом и с другими мелкими дворянами. Насчёт аристократии я не питал иллюзий. Не ровня, увы. Но, хотя бы, я могу теперь прийти в дом леди Тиры Толессо как и положено сеньору: на коне и со шпагой.

После обеда из города на артельной телеге возвратились Михель и Аттикус, привезя с собой письмо от Грашара.

- Поговорили мы с Джервисом, - жадно выпив половину кувшина и передав его такому же уставшему и запылённому Аттикусу, сказал Михель. – Он обещал завтра приехать в Пустошь и посмотреть, можно ли что-то сделать на такой мелкой речушке. Баржу с ковшом артельщики предлагают поднять вверх против течения путем постепенного углубления русла начиная с устья. Чернявка маленькая, особых проблем не должно возникнуть. Тысяча крон за работу, командор. Я пытался сбить цену, но Джервис развернулся и пошел прочь. Ну, а что мне оставалось делать?

Дон Ансело развел руками.

- Тысячу найду, - успокоил я друга. – Надо будет, заложу еще пару камешков у Ольмы Теобальт.

- Разденет она тебя, Игнат, - покачал головой Аттикус. – Вроде бы приятная женщина, а гляжу я на неё и вижу кобру. Самую настоящую кобру, готовую нанести смертельный удар.

- Почему кобра? – усмехнулся я. – Мне кажется, на акулу она больше похожа. Кружит вокруг неторопливо, откусывает от жертвы потихоньку по кусочку, пока та не сдастся. Если ты знаешь её повадки и всегда настороже – то лучше женщины в Акаписе не найти. Вот, почитайте, что мне сегодня привез королевский дознаватель.

Я бросил дону Ансело тубус, и он ловко поймал его на лету. Переглянулся с Аттикусом.

- Говорил тебе, что Катберт к Игнату приезжал, - усмехнулся тот с довольным видом. – А ты: к губернатору по судебным делам! С тебя бутылка «Идумейского».

- Ага, - не особо слушая товарища, Михель прилип к патенту. Прочитав от начала до конца, он поднял голову и вдруг засмеялся.

- Нашел что-то смешное? – мне стало любопытно.

- Интересно получается, - капитан штурмовиков потряс грамотой. – В Сиверии тебя лишили статуса дворянина и послали на убой. А король, с которым мы воюем, награждает тебя потомственным дворянством. Мир в моих глазах перевернулся! Пусть титул не такой и великий, но все сеньором быть куда лучше, чем купцом, от которого нос воротит даже мелкий дворянин.

Аттикус шагнул ко мне и крепко обнял. Потом потряс за плечи, и глядя в глаза, воскликнул:

- Выходит, ты теперь можешь смело просить руки леди Тиры! Надо срочно ехать в Скайдру! Заодно и вопрос с деньгами решим!

- Неужели ты, медуза паршивая, думаешь, что я хочу жениться на Тире из-за ее богатств? – вскипел я. Не ожидал такого от товарища. – Как ты можешь такое говорить?

- Послушай, фрегат-капитан Фарли, - Аттикус оставался невозмутимым, словно его не задела моя неожиданная вспышка. – За твоей спиной почти сотня человек, которые пойдут за тобой, не колеблясь. Но даже верность должна оплачиваться золотом. У тебя нет таких денег, и когда штурмовики поймут эту простую истину, они начнут постепенно уходить. Так и будет, поверь. Человек – не пёс, который будет служить за похлебку и кашу. Ему нужен кошелек, в котором всегда найдётся пара «корон». Предлагать свои услуги по охране караванов – не самая прибыльная работа. Золото дает земля, на которой ты хозяин; банки, где ты держись свои финансы. Леди Тира – славная и умная девушка, уже давно понявшая, как нужно жить. Она с радостью вложит деньги клана Толессо в общее дело, Игнат! И ты вернёшь их в сто крат больше!

- Кхм! – Михель аккуратно свернул патент и вложил его в тубус. – Слюньку иногда заносит в мечтаниях, но в общем он говорит правильно. Ты вложился в особняк, купил несколько акров земли, хочешь пустить по Чернявке купеческие барки, причал построить… Сколько же нам придется караванов провести, чтобы покрыть все расходы?

- Если я женюсь на Тире в статусе сеньора, от неё отвернется вся аристократия Скайдры, - я заложил руки за спину и стал расхаживать по гостиной. – Жить в одном городе с теми, кто находится на вершине и не замечает тебя как равного – врагу не пожелаешь.

- У леди Толессо душа покрыта бронёй, её просто так не уязвить, - уверенно сказал Аттикус.

- Знаток женской души выискался, - фыркнул я.

- Не забывай, это я поддерживал её в пиратском плену, - палец Аттикуса ткнулся в мою сторону. – И я знаю, какова Тира в деле. Она сгрызет любого аристократа.

- Плохо ты знаешь их нравы и повадки, - я покачал головой. – Ладно, что там пишет Грашар?

Хозяин таверны «Полная чаша» прислал совсем короткое письмо, вернее, записку на сложенном вдвое клочке серой бумаги. Вчитавшись в корявые строки, я довольно усмехнулся и посмотрел на советника.

- Аттикус, как у нас дела с отрядной кассой?

- Осталось четыреста золотых крон, - сразу же ответил он. – Часть жалования мы сэкономили на отряде дона Ардио. Теперь ему платит леди Тира. Но если будем сидеть без дела, через месяц придется урезать питание бойцов. А дальше я загадывать боюсь.

- Тогда эта новость вовремя, - я потряс запиской Грашара. – Тарли прислал голубя с письмом, в котором извещает о формировании трёх караванов. Два из них уходят в Рувилию с интервалом в три дня. Еще один направляется в верховья Роканы. А насколько мне известно, река протекает в нескольких милях от Спящих Пещер.

- Не стоит ввязываться в тёмные делишки, - поморщился дон Ансело. – Только-только у нас почва под ногами появилась.

- Да и не собираюсь я туда лезть, - успокоил я друга. – Михель, на тебе обязанность сформировать отряд в сорок человек. Чтобы большая часть состояла из опытных бойцов, а дополнишь теми, кто хорошо себя проявил на занятиях. Оставшиеся переходят под командование Аттикуса.

- А? – так и замер советник. – Игнат, я же в военном деле дуб дубом!

- Ничего, справишься. Дубы для военного дела очень даже полезны, они лишнего шагу без приказа не сделают, а это мне и нужно, - пошутил я. - Заодно обсудишь с Джервисом план по строительству причала. Я завтра загляну в гости к Ольме. Деньги будут.

- Не потяну я, - Аттикус обессиленно сел на диван. – А если кому вздумается напасть? Смогут ли рекруты отбиться?

- Не будет никто нападать, - уверенно произнес Михель. – Котрил со своей бандой занят совершенно иными делами, дай бог, они его и погубят. Но я бы на всякий случай оставил здесь кого-то из сержантов. Гуся или того же Призрака. Парни цепкие, никому расслабляться не дадут.

Дон Ансело прав. Слюнька не авторитет среди штурмовиков, даже новеньких. Они же видят, кто все время проводит с ними, кто гоняет на полигонах и вместе с ними кашу из одного котла есть. А мой советник почти не появляется в Пустоши, нашел себе подружку в Акаписе и чувствует себя лучше всех.

- Хорошо, я оставлю Призрака с его взводом, - мое решение вызвало облегчение на лице Аттикуса. – Он знает, как организовать караульную службу, не даст никому расслабиться. В его дела, дружище, не влезай. На тебе только организационная часть работы. Питание, обмундирование, ну и следить за строительством причала.

- А «Тира» вернется в Акапис? – имея в виду бриг, а не девушку, спросил Аттикус и с надеждой посмотрел на меня.

- Пока не решим вопрос с наймом, корабль останется в Скайдре. Я тебе напишу записку и отправлю с голубем к Грашару. Ты только не забывай заглядывать к нему.

- Ладно, делай как нужно, - сдался товарищ. – Я верю в твою удачу, Вестар Фарли.

- Тогда чего сидим? – хлопнул я в ладоши. – Дел по горло, отплываем послезавтра. Тью!

- Я здесь, командор! – чертенок выскочил из-под лестницы. На его лице было написано столько ожиданий и страха, что я не выдержал и улыбнулся.

- Начинай собирать вещи. Всё аккуратно сложи в дорожный сундук, не забудь оружие.

- А я? – робко спросил денщик. – Мне можно с тобой?

- Не только можно, но и нужно. Нечего в Пустоши бездельничать. Попробуй только подвести, без жалости выкину за борт, и даже спасать не стану.

- Есть, командор! – завопил Тью и рванул по лестнице наверх, перескакивая через две ступеньки.

Примечание:

[1] Ранд – самая мелкая монета в Дарсии. 120 рандов = 1 либру, 80 либров = 1 золотой кроне

Глава 6. Наследник рода Толессо.

Если бы меня спросили, с радостью или настороженным ожиданием я возвращаюсь в Скайдру, вряд ли мой ответ удовлетворил бы любопытных и страждущих. Кажется, в чем причина переживаний? Теперь я патентованный дворянин, и как бы Тира не относилась к данному статусу, он всё же давал многие преимущества чем какому-то торгашу или наёмнику-кондотьеру. С другой стороны, если любишь человека не за титул, а по велению души, никаких препятствий для соединения сердец не должно быть. Но червячок сомнений шевелился, постоянно толкая на мысли, а есть ли чувства у Тиры ко мне? Может, зря на неё виды имею? Упрётся, покажет пальцем на выход – и что, продолжать доказывать, как она мне дорога?

Такие мысли обуревали меня, пока «Тира» разрезала форштевнем тягучие воды вдоль побережья и мчалась к Скайдре. Но после всех колебаний я твердо решил сделать предложение леди Эррандо, и плевать на все предрассудки и презрительные высказывания аристократов. Теперь я могу вызвать любого хама и наглеца на дуэль. Устраню парочку соперников – остальные задумаются.

Находиться в положении «то ли вверху, то ли внизу» мне не улыбалось. Предстояло сделать столько, что без громадных богатств клана Толессо я не потяну. Тут друзья правы, исподволь подталкивая меня к нужному результату.

- Держать курс! – раздался рык Пегого с мостика. – Почую, что рыскаешь по галсам как блудливая девка, пойдешь марсовым на десять вахт!

Рулевой испуганно вцепился в штурвал и вылупился в безбрежную синеву моря. Нам повезло. Попутный ветер надувал паруса, так что не было необходимости прибегать к помощи гравитонов. Левитатор Ритольф с радостью пользовался моментом, что не нужно активировать кристалл, и почти все время находился на палубе, подставляя обезображенное давней раной лицо соленым брызгам.

Вот и сейчас он, придерживая шляпу, чтобы её не сдуло свежим и весьма бодрым ветром, подошел ко мне.

- Разрешите присоединиться, фрегат-капитан? Или вы предпочитаете скучать в одиночестве?

- Присоединяйтесь, Ритольф, - я оперся о борт локтем, встав боком к чародею, и пошутил: – Мне наскучило бездельничать. Море не преподносит сюрпризов, а эти меловые утесы на траверсе только мешают наслаждаться просторами. Хоть бы парочку пиратских шхун встретить!

- Вас что-то гнетёт, капитан, - проницательно заметил левитатор. – Даже сквозь энергетические колебания гравитонов я чувствую напряжение от вашей ауры.

- Так сильно фонит? – улыбнулся я.

- В пределах допустимого, - уголки губ Ритольфа дрогнули. – Но у меня слишком высокая чувствительность. Выкладывайте, командор, что у вас на душе.

- Да как вам сказать, дружище Ритольф, - я призадумался. – Как бы вы поступили, разрываясь между долгом офицера, честью дворянина и личной жизнью с несколькими сундуками золота?

- Понимаю, на что намекаете, - из-под шляпы сверкнули глаза левитатора. – Вас, как кадрового офицера, отправили воевать в штрафную бригаду, чтобы своей кровью вы доказали полезность империи. Статус дворянина приостановили до неопределенного времени. Остались сундуки с золотом, да и то не факт, что они дойдут до вас в целости и сохранности.

- Вывод? – я достал из кармана кафтана пахитосу и прикурил от огонька, сотворенного Ритольфом на пальце.

- Вывод прост, командор. Если тропу, по которой вы хотите вернуться домой, завалило, ищите другие пути или оставайтесь там, где лучше всего, - чародей посмотрел на палец, окутанный синевато-алыми всполохами пламени, и медленно сжал ладонь в кулак.

- А долг?

- Свой долг вы и сейчас исполняете, - пожал плечами Ритольф. – Главное, не воюете против своего императора, и это обстоятельство хоть как-то нивелирует ваши душевные терзания. Не в моих правилах советовать кому-то поступать так или иначе. Лично я когда-нибудь вернусь в свою родную Маселию, где меня уже, наверное, не ждут.

- Свыклись с потерей?

- Я же официально погиб во время взрыва «Дампира», - усмехнулся левитатор. – Жена получает хоть какую-то пенсию, а сын гордится своим отцом-героем. Я не хочу встретиться с ним в бою, находясь на стороне противника. Поэтому и решил уже давно, что останусь с вами до самого конца.

- А если я женюсь на леди Тире, стану богатейшим аристократом северо-восточного побережья Дарсии и вообще не захочу возвращаться домой? – лукаво спросил я, отворачивая голову, чтобы выдыхаемый изо рта дым не летел в лицо Ритольфа. – Даже тогда не измените своего решения?

- Сначала нужно дождаться такого варианта будущего. Чутьё, однако, подсказывает, что до счастливого конца придется продираться сквозь колючие заросли, обдирая руки в кровь. И я вам понадоблюсь, командор. Нам ещё нужно вернуть свое золото.

- Абсолютно согласен, - кивнул я, разглядывая неторопливую и слаженную работу матросов, за которыми бдительно следил боцман Кори. – У меня дух захватывает от предстоящих дел. Раз боги дали мне второй шанс, почему бы не воспользоваться им и прожить так, как хочу я, а не десяток старых пердунов, посылающих цвет нации на убой в качестве штурмовиков?

- Женитесь поскорее на леди Тире, вот мой самый первый совет, - Ритольф проследил взглядом за невысокой фигуркой, закутанной в плащ. Чародейка расположилась на полубаке и задумчиво уставилась на морскую гладь. – Какие у вас планы на девицу?

- На Озаву? Я предполагал отдать её вам для обучения. Пусть наберется опыта рядом с таким матерым магом.

- Левитацию она не освоит, - покачал головой Ритольф. – Нет у неё таких возможностей. А вот что-то промежуточное между левитатором и боевым магом может получиться. Попробую, хоть и нет у меня способности к наставничеству.

- Зато есть опыт… Сколько лет на флоте? Больше пятнадцати?

- Да, восемнадцать. И ведь ни одной потери корабля! Только не подумайте, что я считаю вас виновником гибели «Дампира».

- Капитан погибшего корабля всегда будет считаться виновником, - я докурил пахитосу и щелчком отправил за борт. – Как ни крути, наши адмиралы поступили по Уставу.

- Главное, не погрузитесь в самобичевание, фрегат-капитан, - левитатор улыбнулся куда дружелюбнее, несмотря на застарелый шрам. Он изобразил легкий поклон и направился на полубак, где в одиночестве скучала Озава.

«Тира» шла ходко, несмотря на свой почтенный возраст, и через час по морскому хронометру, надёжно спрятанному от внешних воздействий в деревянном ящике со стеклянной крышкой, мы наблюдали мыс Меловой, от которого до Скайдры оставалось всего пятьдесят миль.

Войдя в гавань порта, Пегий приказал бросить якорь подальше от широкого устья Роканы, чтобы не мешать прибывающим купеческим кораблям. А здесь их на данный момент скопилось около двух десятков, и каждый получал свой номер для постановки к причалам.

Ко мне подошел Пегий с подзорной трубой в руке; он был явно озабочен какой-то проблемой, которую тут же и озвучил.

- Командор, а ты регистрировал «Тиру» как судно, принадлежащее дому Толессо?

- Нет, не до этого было, - я не сразу понял, о чём хочет сказать шкипер.

- Когда встретишься с молодой леди, уговори её посетить Таможенный департамент и приписать корабль к дому Толессо. Фактически хозяином будешь являться ты, но, хотя бы, перестанем платить пошлины за каждый заход в любой порт. Видишь, закопошились, черви сухопутные? И ведь прекрасно знают, что это штандарт Толессо.

Он вытянул руку с трубой в сторону баркаса с трепещущим на ветру флагом с золотыми лилиями, отвалившего от купеческого брига и помчавшегося к «Тире».

- Сейчас проверят бортовой журнал и спустятся в трюм, а там наши головорезы, - хохотнул Пегий. – Ты скажи парням, чтобы сильно этих кровососов не пугали.

- Они у меня уже приученные, - я усмехнулся, но сам задумался. Шкипер прав. Приписка корабля к какому-нибудь фамильному дому даёт особые привилегии. Годовая пошлина не такая большая, и заплатив её, можно спокойно вставать на якорь в любом порту и не ждать гостей, любящих шнырять по трюмам и выколачивать из карманов взятку. Думаю, Тира не станет возражать.

Поднявшийся на борт старший комиссар таможни Скайдры был разочарован, что бриг не перевозил никаких грузов, но прицепился ко мне с вопросом, почему на борту много вооружённых людей. Не есть ли в этом тайный умысел против королевской власти?

- Господин комиссар, я – кондотьер наёмного отряда Игнат Сирота, - пришлось раскрыть карты, иначе грузный и потеющий офицер доведёт до нервного срыва своими придирками. – Прибыли в Скайдру с целью найма.

- Сирота? – задумчиво свел брови комиссар, одергивая суконный мундир, и переглянулся со своим помощником, более молодым и менее любопытным. – Не тот ли Сирота, о котором купеческая гильдия на каждом углу трещит? Не у вас ли контракт с Боссинэ был?

- Именно с ним.

- А вы уверены, что найдёте сейчас новый контракт? Почти все караваны сформированы, охрана набрана. Опоздали, милейший, хе-хе!

- Ну, ещё не вечер, - я пожал плечами, особо не переживая. Даже если сведения Тарли запоздали, то стоявшие в гавани десятки кораблей наводили на приятные мысли. Не сегодня, так через пару дней найду контракт.

- Вы являетесь хозяином корабля…

- Всё верно.

- Почему на мачте поднят фамильный штандарт Толессо? – прицепился ко мне молодой. Все же любопытство или корысть к будущей взятке пересилила.

- А вы, господин чиновник, название брига видели? – спокойно спросил я его.

- «Тира», верно? Что вы этим хотите сказать?

- Ну… подумайте хорошенько. Если господин старший комиссар слышал обо мне, значит, и вам известна история корабля.

- Леди Тира Толессо, - буркнул таможенник и досадливо поморщился. – Эту историю уже знает весь город, правда, с каждым разом становящуюся все более причудливой.

- Могу только посочувствовать леди Тире, - не удержался я от улыбки. – Она совсем не хотела такой популярности.

- Хорошо, оплатите пошлину и можете быть свободны. Сколько дней судно намерено находиться на рейде?

- Пока два дня, - поспешил с ответом Пегий.

- Если через указанное время не выберете якорь, я пришлю помощника для пролонгации пошлинного сбора.

- Приходите, мы гостям всегда рады, - шкипер выудил из недр своей куртки три золотых кроны и вложил их в протянутую руку молодого чиновника, который сделал вид, что принял приглашение не за ехидство обросшего жесткой щетиной моряка, больше похожего своими повадками на пирата.

Я проводил отчаливший баркас таможенников взглядом и бросил через плечо приказ замершему за моей спиной дону Ансело:

- Остаешься на корабле за командира. Я с Ричем навещу леди Тиру, а завтра с утра прямиком в порт. Найду Тарли и выясню ситуацию с наймом. Если будут новости – пришлю посыльного с запиской.

- Понял, Игнат, - кивнул Михель, привыкший к тому, что постоянно замещал меня в подобных ситуациях.

- И ещё, - я обернулся. – Если вдруг появится виконт Агосто… а у него нюх как у гончей, обязательно учует, будучи в Скайдре… отправь его в особняк Толессо.

- Сделаю, - Михель был немногословен. Поколебавшись, он всё же поинтересовался: - А ты уверен, что одного Рича будет достаточно?

- Уверен. У нас сложилось хорошее взаимопонимание, в паре мы куда опаснее, чем в сопровождении отряда.

- Настаивать не буду, - дон Ансело проявил благоразумие, видя мою непреклонность в выборе спутников. В конце концов, не по враждебной территории передвигаться буду.

Дав приказ Пегому подготовить через полчаса шлюпку с гребцами и найти Рича, я уединился в своей каюте и стал переодеваться. За все время, что нахожусь в Дарсии, наконец-то, удосужился сшить себе парадный выходной костюм. Не всегда же ходить в подарках покойного Лихого Плясуна. Теперь у меня был личный зелено-лазоревый кафтан, серый добротный камзол, пара белоснежных рубашек с ажурным воротником и манжетами, удобные штаны из аксумской ткани – мягкой и очень легкой. К этому времени Тью надраил до блеска сапоги, вычистил шляпу и приготовил широкий кожаный пояс, на котором я разместил весь свой арсенал. Кортик висел слева, там же на петле закреплен «Громовержец», а справа – «Уничтожитель». Пистолеты оказались великолепными, с отличным боем и пробиваемостью. Только дважды они давали осечку, и то из-за отсыревшего пороха, за что Тью, не проследивший за его состоянием, был нещадно отодран за уши.

Кстати, своего денщика я тоже решил взять с собой. Во-первых, помощник для выполнения мелких поручений мне все равно понадобится, во-вторых, статус обязывает обзавестись слугой. Ну а в-третьих, Тью нужно приучать к большому городу, чтобы не выглядел лопухом и деревенщиной с разинутым ртом.

Когда я сказал ему, что беру с собой на прогулку, тот онемел от счастья и бросился к своему сундучку, где находилась новая одёжка, которую я ему прикупил в Акаписе. И на палубе он появился с гордым видом в новых штанах и начищенных ботах. На верхней одежде я не стал экономить, чтобы Тира меня не колола претензиями, почему мой слуга оборванец. Простенькая рубашка коричневого цвета, серый жилет из шерсти, короткий кафтан с рядом костяных пуговиц превратили Тью в подтянутого и вполне себе симпатичного юношу. Судовой брадобрей снова снял с него большую часть отросших волос, оставив короткий ежик. Палаш и двуствольный пистолет, который я отдал денщику, удачно завершили портрет преображённого Тью.

- Красавец! – цокнул языком Рич, когда парнишка появился на палубе, пунцовый от смущения и гордости. – Командор, теперь надо очень внимательно следить за этим прохвостом!

- Я не собираюсь убегать! – набычился Тью.

- Ещё бы ты убежал! – легонько хлопнул его по затылку Рич. – Девки тебя враз уведут, как только увидят! Вот и думаю, может веревкой привязать?

Штурмовики, высыпавшие на палубу, чтобы проводить нас на берег, дружелюбно загоготали и стали сыпать солёными шутками, окончательно смутив Тью.

- А ну, рты закрыли, сквернословы! – рявкнул дон Ансело. – Заняться нечем? Живо найду работу! Пегий, тебе нужны работники палубу драить?

- И не только! – подхватил игру шкипер. – Паруса и такелаж чинить, гальюн тоже весь засрали…

Штурмовиков как ветром сдуло. Помогать команде во время перехода еще куда ни шло, но, когда светит яркое солнышко, море тихое и спокойное, да еще на якоре – лучше спрятаться в глубины трюма и не злить Пегого до вечерних занятий.

Мы спустились по штормтрапу в шлюпку, гребцы под ритмичные команды рулевого помчались к порту, так как берег со стороны моря был полностью застроен богатыми виллами, и пробраться через них к особняку Толессо не представлялось возможным. Поэтому приказал сначала подняться по Рокане и прижаться к правому берегу.

Высадились мы чуть дальше того места, где впервые побывали с виконтом Агосто. Здесь тоже просматривались прямые улицы и красивые дворцы высшей аристократии Скайдры, по набережной гуляли нарядные – в шелках и кружевах - женщины со своими кавалерами в окружении свиты. Группа мужчин из четырех знатных дворян в высоких шляпах, на которых колыхались щегольские перья, завидев нас, настороженно замолчала и замедлила шаг, недвусмысленно положив ладони на рукояти своих шпаг.

Я дружелюбно приподнял шляпу и улыбнулся во все тридцать два зуба. Кому какое дело, зачем мне нужно выйти на этом берегу? Да и не хотелось привлекать внимание большой охраной в чёрных одеждах. Здесь такая паника начнётся… Мне вполне хватало Рича и Тью в качестве провожатых. Хорошо одеты, почти ничем не выделяются среди местного населения.

- Ищите извозчика, - приказал я, оглядываясь по сторонам. – Пешком отсюда далековато, не хочу ноги топтать.

- Настоящий дворянин, - уважительно произнес Рич. – И не скажешь, что всего месяц назад ногами мерил леса и поля, не жалуясь.

- Поговори мне, душегубец, - дружелюбно откликнулся я.

Тью не переставал крутить головой, разглядывая красивые дворцы и виллы в окружении деревьев, разгуливающую публику, путаясь у нас под ногами. Мимо то и дело проносились кареты с родовыми гербами на лакированных дверцах.

- Брысь с дороги, а то затопчут! – не удержался Рич, когда очередной выезд, запряженный тройкой холёных черных лошадей, грохоча колесами по булыжной мостовой, едва не задавил парня.

Наконец, мы подошли к знакомой площадке, с которой к Рокане спускалась каменная лестница, и увидели под раскидистым тополем двухместную открытую коляску с мягким диваном. Кучер в коричневом сюртуке дремал на облучке, натянув на нос шляпу, а гнедая лошадка пофыркивала и трясла гривой, отгоняя надоедливую мошку. То и дело позвякивали колокольчики на упряжи.

- Уважаемый! – окликнул его Рич. – Спать будем или работать?

- Куда изволите? – кучер сразу вскинул клинообразную бородку и быстро окинул взглядом нашу компанию. Увиденным остался доволен.

- Дворец Толессо, - подсказал я, садясь в коляску. Следом за мной запрыгнул Рич.

Тью положил дорожный саквояж в багажное отделение, которое находилось под диваном, и залез следом за Ричем, пристроившись в самом уголке. Ничего, парень он сухопарый, много места не занимает, так что мы не испытали неудобств. Кучер за двадцать рандов довез нас до ажурных ворот знакомого особняка и уехал с довольным видом.

- Командор! – радостно воскликнул стоявший на входе стражник, вернее, один из моих штурмовиков, вооруженный до зубов. – Реджи! Реджи, чтоб тебя лихоманка схватила! Быстро сюда!

- Ну и клоуны, - покачал головой Рич, насмешливо следя за разворачивающимися событиями.

Пока штурмовик на воротах разорялся, из кирпичной сторожки выскочил еще один боец со свёрнутым в давней драке носом, на ходу выхватывая палаш. Он подлетел к товарищу и стал озираться по сторонам, не понимая, откуда напали враги. Увидев нас, опешил на мгновение, а потом его рожа расплылась в улыбке.

- Командор! Рич! Вот это сюрприз!

- Ну и долго будете нас держать на улице? – хмыкнул пластун.

- Так это… капитан приказал никого не запускать во двор, только после его разрешения, - почесал ухо Реджи. – И господина Айвора нужно предупредить.

- Молодцы, службу знаете, - похвалил я, и не желая подводить парней под гнев дона Ардио, и приказал Реджи. – Давай, дуй мухой к капитану и зови его сюда, или получи у него разрешение запустить командора.

- Ой, олухи, - вздохнул Рич, глядя на бегущего к особняку штурмовика. – Что-то круто Леон взялся за дело. Запугал бедолаг, теперь сами не знают, кому подчиняться.

А Тью с восторгом смотрел на разворачивающееся действие, даже забыл саквояж на землю опустить.

- Всё правильно, - возразил я другу. – Нельзя выполнять противоречащие друг другу приказы. Леон – непосредственный начальник, он и отвечает за охрану дворца. Если бы боец пропустил меня – я бы лично с него шкуру спустил.

Штурмовик, оставшийся на страже, горделиво расправил плечи. С любопытством взглянул на Тью.

- А кто это такой, командор? – поинтересовался он. – Что-то я не припомню такого в отряде.

- Мой денщик, зовут его Тью.

- Я из Акаписа, - добавил парень, улыбаясь. Ему все было в новинку, поэтому и интересно.

Ждать дона Ардио долго не пришлось. Запыхавшись, он подошел к воротам, приказал отпереть их и пропустить нас во двор. Только после этого мы крепко обнялись.

- Наконец-то! – вышагивая рядом со мной, воскликнул Леон. – Я чуть ли не каждый день на другой берег с леди Тирой езжу, проверяю строительство гостиницы. А заодно и в порт заглядываю. Мы же навигацию проспим! Уже несколько караванов вверх ушло. Наёмники весь город заполонили, ищут работу. Передрались друг с другом, стража на ушах стоит!

- Весело у вас, - хмыкнул Рич, шагая на полкорпуса позади меня. Тью с багажом тащился позади в трех шагах, продолжая вертеть головой и разглядывать нарядные цветочные клумбы, аккуратно подстриженные кустарники, снующих по дорожкам слуг.

- Как сами устроились? – сердце у меня застучало, когда я разглядел вышедших на крыльцо людей. Рядом с Тирой находился Айвор и двое молодых свитских: Дювергер и Мале. Еще двое незнакомых мне мужчин в черных колетах и со шпагами на перевязях появились из-за угла, о чем-то беседуя, и заметив незнакомцев, остановились как вкопанные. Сразу напряглись и стали сдвигаться к крыльцу. Этих я не знаю, наверное, набраны Айвором в свиту недавно.

Тревожно скребнуло. Через полгода меня здесь и вовсе забудут. Тира окружит себя дворянами, обрастет свитой, и в конце концов выйдет замуж за человека, которого посчитает достойным для себя. Надо брать ситуацию в свои руки. Пусть я получил дворянство через патент, и для многих подобный статус будет поводом для насмешек – до первой дуэли, конечно – Тиру я не отдам.

Решительно печатая шаг, я поднялся по лестнице и остановился, не доходя до хозяйки особняка. Скинул шляпу и сделал легкий поклон в её сторону, уловил в блестящих глазах радость и облегчение. Это уже хорошо, даже несмотря на показную отстраненность на лице. Тира сама протянула мне руку, которую я поцеловал.

- Вы немного запоздали, командор, - с укоризной произнесла она. – По моим данным в верховья Роканы и Эритии ушло пять караванов. Этак до зимы вам не удастся заработать репутацию лихого и удачливого кондотьера.

- Не страшно, миледи, - я улыбнулся и вернул шляпу на место. – Раз удача благоволит мне, то не надо трястись об упущенной выгоде, а просто сесть за стол, выпить хорошего вина и подождать наилучшего предложения.

- Вы уверены? – усмехнулась девушка.

- Абсолютно, - я повернулся к Айвору и протянул руку. – Капитан!

- Командор! - Айвор крепко пожал её. – Я, признаться, ждал вас с отрядом. Неужели оставили своих бойцов в Акаписе?

- Сорок человек находятся на борту брига, - успокоил я его. – Ждут контракта. После чего мы отправимся в сопровождении каравана, правда, ещё не знаю, куда. Господа!

Я обратился к Мале и Дювергеру, прикоснувшись пальцами к полам шляпы. Мелкие пташки, не заслужили еще моего доверия. Те сухо кивнули в ответ, а Мале зло блеснул глазами, быстро оценив диспозицию. Вот паршивец, разглядел ожившую Тиру за маской степенного благочиния. Неужели ревнует?

На крыльцо выскользнул худощавый мужчина в ливрее черно-зеленого цвета и что-то прошептал на ухо Тире, и та в ответ лишь кивнула.

- Вы в самом деле удачливы, командор Сирота, - хозяйка изящно взмахнула рукой, показывая на распахнутые двери особняка. – Обед сегодня по каким-то непонятным причинам не был готов вовремя, и слуги придумывали сотню отговорок, чтобы не оказаться выпоротыми за свою нерасторопность. Как будто вас ждали.

- Что еще раз доказывает о моей удаче, - усмехнулся я, стараясь защитить кухонных работников. Тира, скорее, играла роль, чем на самом деле грозилась карами. Пиратский плен заставил её по-другому глядеть на жизнь. Проще и с пониманием чужих ошибок. Но это ненадолго. Потом лёгкий налёт аристократической спесивости испортит девушку. – Поэтому и затягивали время. Маленькая военная хитрость.

Все рассмеялись, кроме Мале.

- О, Рич! Приветствую вас, - Тира к моему другу отнеслась не в пример благожелательнее. Даже улыбнулась. – Гляжу, на вас с каждым разом всё больше и больше смертоносного железа.

- Оружие – моя страсть, миледи, - глядя на неё снизу, пластун ловко сдернул шляпу и повторил мой маневр. Где только головорез нахватался учтивости? – Каждый мой клинок как первая любовь.

Раздались смешки. Дювергер и Мале не выдержали напыщенной речи, и с презрением смотрели на затянутого в ремни пластуна. Дескать, более нелепого ответа они не ожидали. Рич посмотрел на них с такой улыбкой, что Дювергер сразу поднес ко рту кулак и прокашлялся.

- А кто этот юноша? – Тира, наконец, обратила внимание на застывшего соляным столбом Тью. – Подождите, командор, я сама попробую угадать. На телохранителя мало похож. Неужели вы обзавелись слугой?

- Он мой денщик, - я поманил пальцем Тью к себе, и тот неуклюже забрался по лестнице, держа в одной руке саквояж. Положив ему на затылок ладонь, легонько пригнул. – Не обращайте внимания на эту провинциальную неучтивость. Мальчишка растерялся, впервые высунув нос из захолустья. Вот, хочу показать ему огромный мир, который начинается с вашего замечательного города, миледи.

- Ваша речь становится изысканной, командор, - с хитрецой произнесла Тира. – А как тебя зовут, юноша?

- Тью, миледи, просто Тью, - забормотал парень.

- Как? Фью? – капитан Айвор решил пошутить и приложил к уху ладонь. – Фью-фью? Как птички свистят?

- Капитан, не вгоняйте мальчишку в панику. Он еще не привык к дружеским подначкам, - добродушно отозвался я.

Все посмеялись, даже мой молодой слуга.

- Дон Ардио, будьте добры, отведите господина Рича к его друзьям, - обратилась к Леону девушка. – Пока командор приводит себя в порядок, вы успеете вернуться к столу.

Самым приятное, что меня ожидало – личные апартаменты, подготовленные по приказу Тиры. Как мне пояснила по секрету Тевия, хозяйка решила отдать в противоположном крыле здания несколько комнат для моих нужд, даже несмотря на то, что я редко здесь появляюсь.

- Игнат, будь настойчив, - сказала помощница Тиры, когда мы остались наедине, а Тью умчался в соседнюю комнату, которую я ему выделил для проживания. Слуга ведь должен находиться рядом со своим господином, правильно?

- В чём? – я прошелся по просторному помещению, выглянул в окно, откуда открывался хороший вид на парк. Сейчас там на травке в тени деревьев валялись штурмовики, отдыхая после тренировок.

- Ты сам знаешь. Леди Тира ждет от вас решительного шага, а вы так редко появляетесь в её доме. Глядите, семейка Вальтоссо крутится вокруг моей хозяйки как змея у птичьего гнезда. Опасные люди, они мне не нравятся.

- Я испорчу репутацию леди Толессо, позвав её замуж как обычный купец, - на всякий случай прощупал я ситуацию. Кто расскажет о хозяйке больше, чем она сама? Только лучшая подруга, которую я без всяких сомнений считал Тевию?

- Брось городить ерунду, Игнат! – тихо воскликнула девушка. – Она любит тебя, только никогда в этом не признается! А я вижу, как ей тяжело в одиночку противостоять нажиму аристократов Скайдры! Тиру не приглашают на совместные обеды, любые празднества проходят без её участия. А она молодая девушка, ей хочется веселиться. Без родственников, без мужа, как затворница!

- Не всё же столь плохо, - заметил я, радуясь про себя сложившейся ситуации. Нехорошо? Зато Тира выбросит из головы глупые мысли о равенстве между аристократическими кланами. Толессо вычеркнули из списков, когда «умер» старик Эррандо. Теперь девушка и со своими богатствами стала объектом охоты, не более того. Так какого черта я пекусь о репутации? Здесь одни хищники.

- Да, согласна, - Тевия присоединилась ко мне, разглядывая отдыхающих штурмовиков. – На правом берегу уже ползут слухи, что леди Толессо набирает наёмников, боясь за свою жизнь. Ваши «чёрные» слегка напугали местных эрлов. Хи-хи!

- Только «слегка»? – улыбнулся и я, услышав серебристый смех Тевии.

- Кстати, ещё одна причина, что к нам кроме Вальтассо и Адалхайдов никто в гости не приезжает. Игнат… Берите в жены Тиру, отбросьте в сторону всякие предрассудки и глупости. Вы достойны такой женщины, только почему-то пытаетесь скрыть это. Ваши повадки, ваша речь выдают вас с головой, хоть и пытаетесь грубыми фразами исправить промахи.

- И кто же я, по-твоему?

- Вы точно дворянин, и возможно, связаны с военной службой. Морской офицер, к примеру.

- Тира сказала?

- Ну, она-то точно знает! – снова рассмеялась Тевия и смахнула с моего плеча какую-то соринку. – Поэтому объяснитесь как можно скорее. А со статусом потом разберетесь. Нам нужна защита, Игнат! Один Айвор и десяток штурмовиков не справятся.

- Хорошо, я подумаю, - согласился я с доводами девушки. – Только вот кольцо для этого случая не приобрел.

- Кольцо может и подождать, - радостно блеснули глаза Тевии. – У нас нет времени, а я боюсь, что Тира не сможет сдерживать предложения кланов Скайдры. Они очень жирные и на первый взгляд не таят в себе опасности. Но мне-то известно, ради чего все это делается.

- Только у меня просьба: никаких намеков своей хозяйке, хорошо? Я сам скажу.

- Конечно, Игнат. Молчу как рыба.

Служанка собралась уходить, но я вспомнил про своего денщика и спросил, когда можно будет его накормить. Тевия ответила, что Тью может столоваться вместе со штурмовиками, но они уже поели.

- Могу отвести его во флигель. Наверняка там осталось что-то, - предложила она.

- Буду благодарен, - согласился я и кликнул парня, который тут же выскочил из соседней комнаты, вытянулся передо мной.

- Какой смешной! – засмеялась Тевия.

- Не смущай мальчишку! – предупредил я. – Тью, пойдешь с этой девушкой, она тебя накормит. Обратно не торопись, ты мне пока не нужен. Познакомься с бойцами, можешь взять пару уроков ножевого боя у Рича. Задачу понял?

- Слушаюсь, командор! – выпалил парень и покраснел под пристальным взглядом Тевии.

Проводив их, я неспеша обошел свои апартаменты. Помимо гостиной, здесь были две спальни, одну из которых решено было отдать Тью. В купальне, облицованной светло-голубой плиткой, стояла большая медная ванна. Вот и пригодится мне мужская сила. Вечером надо помыться, а горячую воду придется носить с кухни. Кому как не денщику заняться делом?

Усмехнувшись, я вернулся в гостиную, скинул пояс с оружием, кафтан повесил в гардеробный шкаф; в этот момент раздался стук в дверь. Открыв её, обнаружил стоящую в коричневом платье с белыми оборками молоденькую горничную. Она ловко сделала реверанс, и протараторила:

- Миледи просила позвать вас на обед! Я провожу!

- Не откажусь от такого сопровождения, - вогнав в краску девицу, я показал жестом, чтобы она шла впереди, а сам любовался гибкой талией. Подумалось, что Тира очень рискует, наполняя свой дом такими прелестницами. Вот стану её мужем, и испытаю на себе женскую ревность.

За обеденным столом в светло-бежевой столовой уже сидели дон Ардио, Айвор, Дювергер и Мале. Чуть дальше скромно примостился управляющий Осторио. Увидев меня, старик облегченно вздохнул. Тира, переодевшись в нежно-зелёное платье с пышно украшенным кружевами лифом и открытыми плечами, находилась во главе стола. Даже прическу другую успела сделать: мелкие кудряшки густыми волнами спускали на спину, открывая покачивающиеся на мочках ушей бриолезы с одной подвеской, в каждой из которых поблескивали рубиновые капли камешков.

- Присаживайтесь, командор, вот сюда, - Тира показала на свободный стул справа от себя. – Мы еще не начали обедать, ждали вас.

- Прошу прощения, миледи, за опоздание. Пристраивал своего слугу, чтобы без дела не болтался, - я с видимым удовольствием разглядел полыхнувшее лицо мальчишки Мале, сидевшего чуть наискось напротив меня. Точно, влюблен безнадёжно, поэтому и психует.

Дон Ардио оказался моим соседом, Айвор – сразу за ним. И тем не менее, предпочтение было сделано мне. Это вызвало массу вопросов, но пока я предпочел их не задавать.

Тира показала знаком трем горничным, чтобы те начали раскладывать блюда, а появившийся слуга в ливрее родовых цветов ловко разлил по бокалам «Идумейское». После чего встали у дальней стены, не мешая своим присутствием.

- Поведайте о своих планах, господин Сирота, - Тира умело выждала какое-то время, пока мужчины насыщались, и решила начать с меня великосветскую беседу. – Судя по тому количеству людей, которых вы перевезли в Скайдру, решили-таки принять моё предложение?

- Решение и в самом деле непростое, - я наколол на зубчик вилки кусок тушеной говядины, но не спешил отправлять его в рот. – У меня в Акаписе дом, в котором уже можно жить, и чуть больше десятка человек охраны. Разрываться на два города очень тяжело, но здесь перспектив больше.

- А как же кондотта? – леди Толессо пригубила из бокала темно-красный нектар.

- Я от своих планов не отказываюсь, - пожал я плечами и заслужил одобрительный взгляд дона Ардио. – Но и бегать за каждым купцом, упрашивая его на контракт, слишком унизительно. Завтра схожу в порт, оценю ситуацию. До меня дошли слухи о ежедневных караванах, собирающихся в Скайдре.

- Так и есть, - подтвердил Айвор. – Только за последнюю неделю вверх ушли три каравана. Леди Тира поделилась со мной планами, которые вы хотите реализовать. Вот что скажу: дело выглядит сложноватым из-за большого количества контор по найму. Если немного поднять цену контракта, люди сразу повалят к нам.

- Нет, так не пойдет, - решительно отмел я авантюру Айвора. – Как только об этом узнают наёмщики, у нас сразу начнутся проблемы.

- Какие могут быть проблемы с ублюдками, умеющими только ножом в кабацких драках пырять, и жрать вино? - презрительно усмехнулся Мале.

- Не скажите, сударь, - я покачал головой. – Например, сожгут нашу контору, изобьют человека, который там будет работать. Или запугают работников, строящих гостиницу. Методов воздействия на конкурентов хватает, особенно в таком змеином гнезде, как наёмные конторы. Не говорю уже о нападении на особняк Толессо. Нужно устанавливать такую же цену, как и у всех, но подбирать более качественный контингент, вроде кондотты Аллана Волка. Чем выше будет наша репутация, тем охотнее пойдут к нам купцы. А там можно и цену поднять. Поверьте, люди будут платить хорошие деньги за качественные услуги. Это даже будет считаться шиком.

- Довольно спорное мнение, - пробурчал Осторио, - но иногда безумные идеи становятся самыми лучшими.

- Вы в самом деле считаете, что нападение на мой дом реально? – Тира не испугалась моих предсказаний, но с настороженностью посмотрела на Айвора.

- Поверьте, миледи, я не преувеличиваю степень угрозы, - все же решился я отправить в рот насыщенный специями кусочек говядины, пока не остыл. – Там, где крутятся большие деньги, о честных правилах игры давно забыли.

- Тогда есть ли смысл влезать на чужое поле? – подхватила мою мысль девушка. – У меня есть виноградники, дающие устойчивую прибыль. К зиме будет построена гостиница. К тому же я приобрела несколько тысяч акров земли вдоль Роканы для строительства будущей пристани. Старый порт уже не выдерживает наплыва кораблей, несмотря на войну, требуются новые площади. Вы оказались правы в своём предположении. А что будет после того, как Дарсия и Сиверия замирятся?

- Вы уверены, миледи, что скоро наступит мир? – не выдержал Дювергер. – В центральных провинциях вовсю идет мобилизация. Боевые столкновения на Соляных островах и на Пакчете требуют большого количества сухопутных войск. На верфях строят новые корабли. Я слышал, граф Додреф перестал принимать гражданские заказы. Разве это признак мира?

- Гляжу, сударь, вы весьма осведомлены о планах короля, - сухо произнес Айвор.

- Просто мой дядюшка состоит секретарем в военном учреждении, заведующем набором рекрутов.

- Тем более придержите язык за зубами, иначе это добром не кончится, - мудро рассудил капитан стражи, по-простецки уминая рагу. – Никто не мешает нам пользоваться знаниями со стороны, но болтать о своей осведомленности на каждом углу запрещаю.

- Да, капитан, извините, - покраснел Дювергер и поспешно припал к бокалу с вином.

Разговор на какое-то время затих, горничные поменяли блюда, и мы увлеклись поеданием клубничного пудинга, весьма недурно приготовленного. Удивительно, как Тире удалось за короткое время найти хорошего повара и обслугу, и я не преминул спросить ее об этом.

- Биржа, - улыбнулась девушка. – Дядюшка Осторио не стал надеяться на богов, что они пришлют нам опытного повара, и самолично заключил контракт с господином Теренсом. Он, кстати, несколько лет служил у Додрефов, но какие-то разногласия вынудили его уйти из их дома.

Осторио подбоченился, как будто похвала поварскому искусству частично досталась и ему.

- Как обстоят дела с охраной особняка? – спросил я Айвора. – Нужно ли набирать стражу? А то мои головорезы приучены только злодеев уничтожать.

- Они неплохо справляются, - успокоил меня капитан и переглянулся с Леоном. – Но стража действительно нужна. Человек тридцать, не меньше. Миледи, сколько у вашего батюшки было охраны?

- Я плохо помню, - покачала головой Тира. – Свита сопровождала маму, отца, деда, а стража постоянно находилась в пределах особняка. Но то, что много – это точно.

- Ну, примерное количество людей я представляю, - кивнул Айвор. – Нужно будет привлечь финансиста, чтобы рассчитал затраты на стражу. Вдруг Игнату понадобится вся кондотта? Нас тогда можно голыми руками брать.

- Давайте вернемся к разговору об игре на чужом поле, - я вытащил из-за пазухи тубус с патентом и передал его Тире. – Прочитайте, пожалуйста, и скажите своё мнение.

У девушки блеснули глаза, как только она увидела сломанную печать с оттиском королевского герба. Молча отщелкнула клапан, вытащила свиток и развернула его. Признаться, я не хотел с самого начала хвастаться новым статусом, но больно мне не нравился взгляд Мале. Обуреваемый ревностью и тайной любовью к женщине, на которую я имел планы, он мог вмешаться и сломать конструкцию, тщательно мною выстраиваемую долгое время. Поэтому чем раньше Мале осознает свой проигрыш, тем будет лучше для всех. Не хватало, чтобы соперничество за Тиру привело парня к предательству. Знавал я подобные случаи. Ревнивцы тянули на дно всех, кто находился рядом, не осознавая своих поступков. И, кстати, надо поинтересоваться у Айвора, сводил ли он парня к шлюхам. Судя по горячности, с которой он глядит на меня, до борделя дело не дошло.

- Поздравляю, господин Сирота, - облегченно вздохнула Тира, закончив читать. – Вы заслужили этот статус. И забудьте, что я в прошлый раз говорила об отношении высокородных к подобной награде.

- В свете новых обстоятельств я теперь могу отстаивать свою честь так, как и полагается дворянину, - улыбнулся я в ответ и едва заметным кивком поблагодарил девушку.

- Э… постойте, о чем речь? – замер Ардио, и сообразив, поднялся со стула. – Дружище, Игнат, да никак тебе патент на дворянство лорд Торстаг соизволит преподнести?

- Представь, я уже забыл про него, - ухмыляюсь в ответ и вижу разочарование на лице Мале. Вот так-то лучше. Потом я еще поговорю с ним. – Сам дознаватель Катберт приехал в Акапис и вручил мне патент. Теперь я потомственный дворянин с собственной землей и будущим портом в Пустоши Кракена.

- Я рад за вас, Игнат, - искренне произнес Айвор. –Перед вами открываются новые возможности, которыми нужно обязательно пользоваться. И чем раньше – тем лучше.

Капитан не скрывал своих намёков. Тира густо покраснела, но взяла себя в руки и приказала слуге принести еще бутылку вина ради такого случая. Дювергер присоединился к поздравлениям, как и Мале, с трудом сквозь зубы протолкнувший слова приветствия. Леди Толессо заметила его настроение и свела брови. Впрочем, творящаяся в душе молодого свитского буря нисколько меня не трогала. Парень вел себя осмотрительно, опасными словами не бросался. Как только закончился обед, я поймал Айвора на выходе из столовой и отвел в сторону, пока дон Ардио ловко отвлекал Тиру какой-то смешной историей.

- Мне не нравится Мале, - сказал я напрямую. – Помните наш разговор о нём, капитан?

- Прошу прощения, Игнат, - сокрушенно произнес Айвор, сразу сообразив, что я имею в виду. – Не удалось мне выбить из молодой башки дурь. Водил я его к шлюхам, да только страсть к молодой леди совсем доконала парня. Он стал более развязным, но никак не умным.

- Нельзя доводить дело до скандала, - заявил я. – Дуэль слишком опасна для мальчишки, потому что ещё больше озлобит его. Да и не выстоит он против меня, кишка тонка. А что, если я заберу его в отряд? Пусть сходит вместе с моими головорезами в поход, почувствует опасность, страх смерти, кровь врага. Всё лучше, чем дурью маяться.

- Отличная идея! – хлопнул меня по плечу Айвор. – Пусть проветрится. Людей сейчас стало больше, справимся со своими обязанностями.

- Только не говорите об этом, пока у меня нет контракта. И скорее всего, не в этот раз.

Я не стал говорить, насколько непредсказуемым будет этот поход. Держа в уме игру, затеянную Котрилом, нельзя ничего спланировать заранее. Да и не хотелось, чтобы возле меня находился чужой человек, как он отнесется к моим планам.

- Несомненно, буду нем как рыба. А вы, командор, не теряйте время, - капитан подмигнул мне. – Кажется, наступил благоприятный случай попросить руки у леди Тиры.

- Постараюсь решить этот вопрос как можно скорее, - я кивнул на прощание и направился в свою комнату, чтобы отдохнуть. В тишине и спокойствии, лёжа на постели, размышлял, как теперь поведет себя молодая наследница Толессо по отношению ко мне. Все это чушь, что дворянство, полученное по патенту, по статусу стоит ниже того, что дается по праву рождения. Тира как раз говорила о нежелании видеть своим мужем человека, купившего дворянство. А я не покупал, я его всего лишь вернул, пусть и с помощью врагов. Точнее, заслужил.

В дверь заскребли.

- Заходите, открыто! – крикнул я, не успев сомкнуть глаз.

Старик-управляющий бочком проник в комнату, прикрыл за собой дверь, поклонился и сказал:

- Леди Тира желает с вами разговаривать, господин Сирота. Очень просила прийти в либрарий. Я покажу, где она находится.

- Идемте, конечно, - обрадовался я возможности встретиться с Тирой наедине. Попутно глянул на себя в зеркало, проверил безупречность костюма и вышел следом за управляющим.

Тира стояла возле высокого стеллажа, уставленного книгами, и задумчиво водила пальцем по корешкам, словно пыталась ощутить энергию знаний, исходящую от старинных трактатов.

- Миледи, господин Сирота прибыл, - доложил Осторио, и заметив жест хозяйки, оставил нас наедине.

Девушка повернулась ко мне лицом, и сделав несколько шагов мне навстречу, замерла, как будто чего-то испугавшись. Я улыбался.

- Как же я по тебе соскучился, дорогая Тира, - вырвалось у меня.

- Признаться, и я стала с некоторых пор испытывать такие же чувства, - она зачем-то поправила обеими руками воротник моей рубахи, разгладила манжеты. – Кажется, пришло время объясниться. Я не могу жить в неопределенности. Даже на Керми у пиратов у меня было несколько планов побега, а здесь я словно попала в паучью сеть. Барахтаюсь и не могу понять, куда ползти, чтобы выбраться на волю. С ужасом понимаю, насколько мне не хватает родителей и деда.

- И крепкого мужского плеча, - я перехватил Тиру за тонкие запястья, боясь, что она начнет вырываться.

- И этого тоже, - согласилась девушка, покраснев.

- Знаешь, зачем я здесь?

- Приехал похвастаться патентом? – её губы дрогнули в улыбке.

- Такая ерунда не стоит моего времени. Я хотел услышать твой ответ на вопрос: согласна ли ты стать моей женой? Мне не нужны богатства твоего рода. У самого золота хоть ложкой черпай. Мне нужна только ты…

Тира внимательно посмотрела в мои глаза, пытаясь найти в них отражение своих сомнений, а потом тихо произнесла:

- Насчет своего золота ты, конечно, прав. Знаю, что оно тебе нужно для достижения каких-то целей. Скажи мне честно, а я тоже инструмент в твоих руках?

- Нет. Я тебя люблю как красивую и желанную женщину, - я смотрел прямо, не отводя взгляд. – А инструментов для достижения других целей у меня хватает.

- Что ж, тогда я согласна выйти замуж за тебя, Вестар Фарли, - с облегчением вздохнула Тира и вдруг её ладонь уперлась в мою грудь. – Но у нас возникает одна непростая коллизия. Прочти вон то письмо на письменном столике. Я его нашла в кабинете своего деда, когда ездила наводить порядок на загородной вилле.

- Письмо от эрла Эррандо? – я с сожалением, что не обнял Тиру, подошел к столику и взял в руки конверт, покрутил его со всех сторон. – Оно вскрыто.

- Да, это я его вскрывала и читала. Хоть имя на конверте моё, но там лежит нечто такое, что может перевернуть и твою жизнь. Прочитай же.

Чтобы лучше видеть, я подошел к окну, где было посветлее, и погрузился в текст, написанный размашистым почерком Эррандо Толессо. Чтобы понять истинный смысл послания, пришлось повторно и внимательно вчитаться, сдерживая гулкий стук сердца. Признаться, я был удивлён и ошарашен одновременно.

Эрл Эррандо официально признал меня наследником рода Толессо. Вернее, сначала была процедура усыновления, в коей я не участвовал по причине отсутствия и незнания оной. Понятно, что старик, глубоко переживавший за гибель всего мужского корня рода, выбрал меня, спасшего единственную и прямую наследницу, в качестве приемного сына. А вот уже после этого я становился наследником с сохранением своего имени. Но полностью воспользоваться всеми привилегиями рода Толессо я мог только по получению дворянского звания, дарованного королем. И самое главное, эрл Эррандо согласился отдать свою внучку замуж за эрла Игната Сироту-Толессо, так теперь звучал мой титул и имя. Хм, не совсем цветасто и пафосно, еще придётся на дуэлях вразумлять шутников, видит бог. Старик оказался предусмотрительным, отсекая всевозможные слухи о нежелательности женитьбы между родственниками. Я же, как-никак, теперь его сын, а для Тиры – дядя. Но ничего, и не такие выверты среди аристократии бывали!

Все бумаги, подписанные Эррандо, находились у верного клану адвоката. Поэтому следовало как можно скорее зайти к нему и завершить все дела, связанные с наследством. Положив письмо обратно в конверт, я посмотрел на Тиру, с напряжением ожидавшим моего ответа.

- Эрл Игнат Сирота-Толессо, - хмыкнул я. – Даже непривычно.

- Ты рад?

- Я рад, что ты дала согласие стать моей женой, - наконец, я обхватил девушку за талию и притянул к себе, чувствуя прерывистое дыхание Тиры. – А остальное – пустяки.

- Деньги, акции, золото, земля – это пустяки? – изумилась Тира, доверчиво прижавшись ко мне.

- Абсолютно, - подтвердил я. – Ты перевешиваешь все богатства рода Толессо. И попробуй мне возразить, женщина.

- Нисколько не собираюсь возражать. Лучше поцелуй свою невесту, командор, - задорно улыбнулась хозяйка особняка, - а об остальном поговорим позже.

Глава 7. Идущие по следу

Из высокого стрельчатого окна хорошо просматривался внутренний дворик особняка, снятый Кафхэном Нофре для тех дел, которые требовали очень серьёзного и вдумчивого подхода. У него хватало денег, чтобы платить за аренду «Шёпота Ветра» - именно так назывался белоснежный замок на левом берегу Роканы. Нофре любил вычурные имена, дающиеся мечам, ножам и красивым дворцам. Может, оттого и захотел он поселиться здесь вместе со своими «невидимками». Ему было не в тягость платить десять золотых «корон» каждый месяц, зато никто не совал сюда нос в желании узнать, кто же здесь сейчас живет.

Нофре озаботился охраной не только во внутреннем дворе замка, но и на подходах. Хитроумная система оповещения срабатывала каждый раз, когда кто-то излишне любопытный пытался подобраться к стенам, прячась за густым кустарником. И тут же перед носом незадачливого любителя подглядывать за чужой жизнью вырастала парочка молчаливых фигур, закутанных в плотные ткани с ног до головы. Обычно одного раза хватало для внушения, и больше этот человек сюда не возвращался, будучи уверенный в том, что во второй раз ему не так повёзет.

Замок стоял на небольшом взгорке, откуда хорошо просматривались городские верфи, забитый кораблями порт, широкая лента Роканы, виляющая между зелеными холмами, и бесконечные караваны судов. А еще с верхних галерей замка можно было любоваться аристократическими кварталами Скайдры, утопающими в пышной зелени садов. Нофре этим и занимался, в свободное от дел время разгуливая по опоясывающему здание балкону. Не меньше внимания он уделял порту и гавани, где постоянно находились военные и торговые суда, наблюдал за манёврами флота и что-то отмечал про себя, довольно покачивая головой.

Внутренний дворик с цветущими кустами вдоль стен, миниатюрный фонтанчик со звонкими струями воды, падающей в чашу, отделанную зелёной и голубой смальтой как нельзя кстати подходил для отдыха в жаркий солнечный день. Нофре уже собирался спуститься вниз, к манящей прохладе, как вдруг заметил одинокого человека, закутанного в серые ткани; он сидел на изящной скамье под крышей беседки и вяло отщипывал от виноградной грозди крупные ягоды, отправлял в рот, показывая всем своим видом, что его всё устраивает, он просто отдыхает. Перед ним на подносе, кроме винограда, аппетитно высились горкой гранаты, финики, налитые прозрачным соком персики – всё то, что любит любой человек, живущий под жарким солнцем.

Нофре усмехнулся. Гость с виду скромен, но по некоторым движениям видно, насколько он напряжён и ждет, когда его позовут на аудиенцию. Захватив с собой тяжелую глиняную бутылку с густым пряным вином и двумя серебряными чарками искусной чеканки, Кафхэн по сквозному коридору вышел во дворик и направился к беседке.

- Мир тебе, Дор Хадан, - бархатистым голосом произнес приветствие он, заходя внутрь. – А я ждал тебя еще два дня назад. Какие-то причины заставили тебя задержаться в пути?

- Дороги на юг заполнены маршевыми ротами, - голос мужчины, прячущего лицо за лицевой накидкой, был молодым, звонким, но чуточку усталым, что свойственно человеку, затратившему много сил на дорогу. – Все они движутся к Натандему и Рокане.

- Причину выяснил?

- Да, я думаю, все дело в начинающемся мятеже речных баронов, - кивнул Дор Хадан. – Правда, в междуречье пока внешне тихо, но люди шепчутся, такое количество войск никуда не спрячешь. По Рокане и Эритии передвигаются очень много судов, и не только купеческих. Корветы Пограничной Стражи так и шныряют вдоль рек. Ползут слухи о блокаде.

- Надеюсь, когда заполыхает, нам будет легче выполнить заказ, - улыбнулся Кафхэн Нофре, разливая из бутылки по чаркам густо-красное вино. – Выпей, мой верный федаин[1], этот божественный напиток родной земли.

- Разве можно употреблять вино под солнечными лучами? – напрягся боец.

- Чужая земля, чужое небо, - обволакивающим голосом произнес амиль[2] Кафхэн. – Его милость простирается над всем миром, но дает нам, мученикам веры, возможность услаждать плоть в любое время вином, женщинами, игрой в кости. Ибо сказано, что в любой миг Он может призвать к себе.

- Да, амиль, ваша мудрость восхищает нас, молодых воинов, - собеседник слегка ослабил ткань на лице и припал к чарке. Пил он без видимой жадности, как будто просто наслаждался вкусом нектара. Отпив половину, оторвался от напитка. – Я готов к рассказу.

- Тогда расскажи сначала, что происходит в Натандеме. Как здоровье графа Абры?

- В Натандеме тихо. Человек, за голову которого нам заплатили большие деньги, в городе не появлялся. Несколько дней и ночей я сидел в засаде возле дома виконтессы Агосто в ожидании её сына. Поняв, что теряю время, решил проследить за графом. Мои рассуждения были такими: возможно, молодой виконт захочет сразу же заявиться за кровью своего врага, и убив его, исчезнуть незаметно.

Кафхэн Нофре кивнул. Действительно, зачем уподобляться глупому ослу, стоящему на вытоптанной поляне, когда неподалёку растет сочная трава? Ведь Дор Хадан прав. Глупо мальчишке появляться в родном доме, показывая всем, что вернулся. Слухи быстро разнесутся, граф будет настороже. Месть должна быть стремительной, как удар клинка в сердце. Сам амиль низаритов, будучи простым бойцом, никогда не мучил жертву. Он отрабатывал оплаченные услуги, не более.

Виконт Агосто оказался умнее многих, на кого открывали охоту. Мальчишка не сидел на месте подолгу, старательно сбивал след, делал ложные ходы, порой защищался, даже чужими руками. Нофре неожиданно почувствовал азарт охотника, столкнувшегося с опасным противником, умеющим уходить из облавного кольца раз за разом.

- В Натандеме его нет, - задумчиво произнес амиль, отщипнув пару виноградин. – Прошло два месяца после возвращения виконта Агосто из Шелкопадов. Высадился он в порту Скайдры и с тех пор нигде не появляется.

- Залег в нору или давно покинул город, - высказался Дор Хадан.

- Возможно, - амиль не торопился раскрывать свои мысли. Не хватало источников для точного местонахождения виконта. – Зато здесь появился его верный друг, с которым он дважды уходил из-под удара федаинов. Командор Сирота собственной персоной прибыл в город и сейчас пребывает в особняке леди Толессо.

Видя, что собеседник осушил чарку, Нофре с доброй улыбкой налил тому до краев.

- Если Сирота здесь, он обязательно встретится с виконтом! – воскликнул Дор Хадан. – Какая великолепная возможность!

- Сирота прибыл со своими «чёрными дьяволами», - остановил его порыв амиль, накрыв ладонью запястье молодого бойца. – Мы уже убедились, что их выучка куда лучше, чем у большинства белых воинов. Но все же я уверен в нашей силе и ловкости. Отдохни немного, сынок, а потом получишь новое задание. Нужно будет проследить за командором. Куда он ходит, с кем ведет беседу – может, Творец и смилуется, направит его стопы в верном направлении. И вот когда оба паука будут в одном гнезде, мы их и уничтожим.

- Мне действовать одному? – азартно спросил федаин Хадан.

- Скайдра – большой город, - покачал головой Нофре. – Скорее устанешь, чем найдешь того, кто прячется в нем. Поэтому в паре с тобой пойдет Наби-Син. Он человек опытный, внимательный и рассудительный. Не даст тебе на первых порах совершить ошибку.

- Почту за честь быть рядом с Наби-Сином, - восхищённо воскликнул молодой федаин и вскочил, приложив правую ладонь к сердцу. – О нем ходят легенды среди наших воинов. А я даже не знал, что он находится в Скайдре!

- Он уже вторую луну здесь, - усмехнулся управляющий. – Помогает мне собирать мусорные слухи и выискивать среди них жемчужины. Ладно, ступай, отдохни. Найди слугу, пусть отведет тебя в твою комнату и поможет принять ванну.

- Да, амиль, - Дор склонил голову и решительно направился по мощеной дорожке, нагретой жарким солнцем, в дом. Вскоре он скрылся в тени портика, а Нофре снова задумался, каким образом найти человека, за которого заплачены большие деньги.

Останавливаться на половине пути грешно, для низарита нет ничего хуже, чем не выполнить задание, пусть даже противостоит ему враг умелый и коварный. Как бы не иронизировал граф Абра, свою работу Нофре закончит даже в том случае, если виконт первым доберется до своего врага. Оплаченная услуга должна быть выполнена.

Амиль низаритов подобно молодому федаину чуточку ослабил натяжение ткани на лице. В этих краях солнце не было столь жарким и беспощадным, чтобы беречь кожу, и не сила привычки заставляла его прятаться под плотной накидкой. Он опасался местных жителей, большая часть которых кому-нибудь служила, а значит, могла донести о странных, со смуглой кожей, людях, живущих в богатом и роскошном замке. Здесь, кстати, не было ни одного слуги из Скайдры. Уборкой, готовкой и обслуживанием воинов-низаритов занимались несколько женщин, привезённых из Халь-Фаюма. Через несколько месяцев их сменит другая партия, которую доставят купцы. Позже, когда удастся выкупить у местных властей землю, Орден построит здесь свой дом, будущий штаб. Заказов от аристократов много, и это радовало.

Выйдя из внутреннего двора к парадному крыльцу, Нофре зорким взглядом отметил, что люди добросовестно несут службу возле ворот. Двое федаинов, расположившись в куцей тени стены, изредка поднимались по лестнице наверх, оценивали ситуацию вокруг особняка и возвращались обратно. Еще четверо, скинув одежды, в одних широких штанах сошлись между собой в яростной схватке, работая тупыми мечами и ножами друг против друга, взмётывая пыль с площадки, выложенной серым, с прожилками, камнем. Постояв немного в сторонке, внимательно присматриваясь к четким и слаженным действиям воинов, он удовлетворённо кивнул и поднялся по мраморным ступенькам наверх. Теперь можно был и отдохнуть, подумать о сложившейся в провинции ситуации, об интересных наблюдениях, принесенных Хаданом.

Закрывшись в своих комнатах, Кафхэн Нофре с удовлетворением разглядел на изящном столике стеклянный кувшин с лимонной водой. Служанки чутко угадывали желание амиля, что не могло не радовать. Его требования были просты и незатейливы: как можно меньше попадаться на глаза, не раздражать воинов своим видом, но свою работу исполнять исправно.

Выпив полный стакан холодной и в меру кисло-сладкой воды, он присел на диван и задумался. Судя по всему, ситуация действительно движется к мятежу. Речные бароны всерьёз решили перевести свои претензии в войну. Король не станет выполнять их требования, как уверенно сказал при последней встрече граф Абра, тоже готовящийся к жарким схваткам, а значит, крушить черепа непонятливым всё же придется. Нанял около сотни каких-то проходимцев с рожами бандитов и выставил посты на дорогах и у реки, чтобы не пропустить начало веселья. Если бы Нофре каким-то образом переселился в тело виконта Агосто, он бы обязательно использовал неразбериху и суету в провинции, чтобы добраться до врага и уничтожить его. Значит, этот вариант нельзя сбрасывать со счетов. В одиночку, конечно, ему не удастся провернуть такое сложное дельце. Нужны помощники, и не два-три человека, гораздо больше. Его друг, командор Сирота – готов ли он поддержать виконта, находящегося в розыске? Эти дерзкие молодые люди обязательно должны встретиться, нужно лишь набраться терпения и ждать момента. Командор – ключ к успеху, уж его-то легко найти в Скайдре!

Размотав ткань на лице, Нофре отбросил её за плечо и внимательно взглянул в ростовое зеркало, висевшее как раз напротив дивана и столика. На него взглянул смуглолицый человек, возраст которого вряд ли кто-то мог определить с абсолютной точностью. Но то, что Кофхэн Нофре был немолод, ощущалось по выцветшим усталым глазам, по едва заметным морщинам, прорезанным на лбу и щеках. Мало людей знало, что этот мужчина пришел в один из храмов низаритов в возрасте десяти лет и с тех пор утекло немало воды в ледяных струях горных ручьев. Сейчас ему было шестьдесят, и совет двенадцати послал его, как наиболее опытного низарита, прошедшего весь путь от низшей воинской ступени до управления боевыми ячейками, в далекую Дарсию создать филиал «невидимок».

Еще раз поглядев на худощавое, обветренное сухими ветрами лицо, Нофре усмехнулся своим мыслям и медленно побрел в альков, где собирался поспать два-три часа, пока его подчиненные будут рыскать по городу в поисках беглеца.

****

Первым делом Дор нашел знаменитого Наби-Сина, чтобы рассказать ему о приказе амиля Нофре. Невысокий, сухопарый лет тридцати мужчина сидел под деревянным навесом у конюшни и неторопливо водил по клинку серым каменным бруском, тщательно вымеряя свои движения и держа меч под чётко выверенным углом наклона. Сильные запястья расчертили взбухшие вены, по спине моталась заплетенная косица из смоляных волос. На обритых висках виднелись татуировки в виде завитушек, имевших, наверное, какое-то значение для опытного Наби-Сина.

Увидев упавшую перед ним тень, мужчина поднял голову и увидел застывшего в ожидании молодого федаина.

- Надо же, живой вернулся, - усмехнулся опытный воин. – А мы уже похоронили тебя, как и других наших братьев.

- Я был аккуратен, - вежливо ответил Хадан. – Шёл по ночам, днем отсыпался в лесу или в заброшенных хижинах.

- Правильно, - кивнул Наби-Син. – Мы отличаемся от местных жителей. Незачем их пугать. Тебе что-то от меня надо?

- Уважаемый Нофре приказал мне найти тебя и вместе идти в город, чтобы поискать беглеца-виконта.

- Если потерять иголку в барханах, даже зная, в каком месте, вряд ли отыщешь её на другой день, - задумчиво пробормотал Наби-Син, рука с точильным камнем замерла на тускло блестевшей поверхности меча. – Почему именно я?

- Ты опытный и умный, - без малейших ноток подобострастия ответил парень. – Знаешь, как ходить по городу и выслеживать добычу.

- Боюсь, амиль переоценивает мои способности, - мужчина положил брусок в парусиновую сумку и поднялся с чурбака, на котором ему так хорошо сиделось. – Ладно, пошли готовиться. У тебя есть другая одежда?

- А… зачем она нужна? – растерялся Дор Хадан.

- Сам подумай, - снисходительно произнес старший низарит. – В такой одежде здесь никто не ходит. Сразу заподозрят, что ты намеренно прячешь лицо, а под халатом – оружие.

- Но у меня нет иной одежды! – воскликнул раздосадованный федаин. – Мы воины, а не богачи, у которых в сундуках много ярких халатов!

- Ладно, пойдем, я найду тебе что-нибудь подходящее, - кивнул Наби-Син, смягчаясь при виде расстроенного молодого воина. Сам ведь таким был, и опыт набирал постепенно.

Он жил в небольшой келейке с одним узким оконцем, выходящим на побережье. Деревянная ставня, которая закрывалась при холодной погоде или во время штормов, сейчас была распахнута, и пока Наби-Син копался в своем побитом от путешествий сундучке, Дор с интересом разглядывал умиротворенную глазурь моря, по которой перекатывались легкие завитки волн. Вот интересно, откуда у старшего федаина столько одежды? Ведь каждый низарит знает, что его жизнь может прерваться в любой момент, и обременение вещами – грех. Но мысль не успела оформиться во что-то серьёзное, возглас Наби-Сина прервал её.

- Держи!

Молодой низарит поймал летящий в него темно-зеленый халат из тонкого сукна, как раз подходящего для походов под жарким солнцем. Скинув свою плотную накидку, он примерил на себя одежду опытного товарища. Халат, на удивление, подошел парню так, словно он был пошит именно на него.

- Другое дело, - кивнул Наби-Син. – Обмотай голову тканью, но лицо не закрывай. Пусть люди тебя видят, хоть ты и не похож на здешних. Они привыкли ко всяким, даже с Чёрных Островов. Главное, ты показываешь, что не держишь тайных умыслов!

- Я понял, Наби-Син, - запахнув халат и завязав его широким поясом, федаин уже был готов бежать в город и искать виконта.

Старший товарищ неторопливо надел серую рубаху, а сверху накинул потёртый темно-коричневый халат, но голову обвязывать не стал.

- Откуда у тебя столько одежды? Ты каждый раз с сундуком путешествуешь? – заторопился с вопросами Дор.

- Низарит должен не только уметь убивать, но и мастерски прятаться в толпе, чтобы жертва не узнала, что перед ней стоит смерть, - ткнул пальцем в молодого напарника Наби-Син. – Притворяться мирным жителем, моряком, крестьянином, горожанином, а если понадобиться – аристократом. Но сегодня мы будем купцами из Аксума. Кстати, не забудь снять меч с пояса, оставь только нож. Да, нож можно… Драться мы ни с кем не собираемся, а оружие слишком узнаваемо. Клади его в мой сундук, ничего с ним не случится… Ну что, пошли?

Братья-низариты выпустили их из замка, пожелали успешного дня. Им и в голову не могло прийти, что эти двое шли в город ради развлечений. Все они здесь находятся на сложном и опасном задании, и женщины с вином могут только помешать. Наби-Син шагал легко, с какой-то кошачьей грацией, и Дор Хадан едва поспевал за ним, хотя тот и не торопился. Впрочем, молодой федаин и сам мог похвастаться таким способом передвижения. Все-таки их учили очень хорошо, без малейших послаблений к возрасту и опыту.

Удивительная метаморфоза произошла со спутником, когда они приблизились к слободе, приткнувшейся к каменной Скайдре как жеребенок к матери. Он вдруг потерял упругость шага и стал похож на чуточку ленивого и любопытного заморского гостя, неведомо зачем разгуливающего по незнакомым местам. Такие прогулки могли окончиться печально для обоих, поэтому Дор на всякий случай держал руку поближе к ножу.

Местные жители, преимущественно женщины, старики и дети, глядели на них с удивлением и с нескрываемым любопытством. Совсем непуганые! Порт находился восточнее, всё самое интересное происходило в центре, и разгуливающие иноземные купцы поневоле привлекли к себе внимание. Дор в очередной раз восхитился предусмотрительностью Наби-Сина. Какими бы они болванами выглядели, пойди в город в традиционной для низарита одежде? Привыкший к ночной жизни, он сейчас испытывал нешуточное возбуждение от огромных толп народа, заполонивших улицы. Запахи жареного мяса и лука, дегтя и навоза, выделанной кожи и рыбьей требухи переплетались в столь причудливую смесь, что нос мгновенно засвербел и Дор оглушительно чихнул.

Наби-Син покосился на него и усмехнулся, вспомнив себя, когда впервые попал в один из больших приморских городов Аксума. Взгляд у него был такой же… ошалевший.

- Нам нужно в порт, - сказал он негромко, и каким-то особым чутьём сориентировался, чтобы попасть именно туда, куда и хотел. Большая часть горожан как раз и шла в этом направлении. Центральная площадь Скайдры находилась в паре кварталов от реки, и очутившись на огромном пространстве, заполненном людьми, Наби-Син похлопал по плечу сомлевшего от картины людского моря напарника, показав ему пальцем, куда сворачивать.

Наконец, они миновали квартал доходных домов и вышли к улице, полностью состоящей из контор, таверн, гостиничных дворов, и пристроились за вереницей телег, идущих в порт.

- Как нам здесь искать нужного человека? – Дор уже освоился и внимательно осматривался по сторонам, замечая всякие мелочи, которые могут потом пригодиться. Так учили в храме, так требовало воинское искусство шпиона-лазутчика

- Не забывай, мы же купцы, - ухмыльнулся старший напарник. – Здесь есть несколько контор по найму. Пройдемся по ним, поспрашиваем о командах, готовых взять контракт на охрану каравана. В каждом большом портовом городе есть такая услуга. Пошли!

Дор Хадан с сомнением последовал за Наби-Сином, рассуждая о слабых местах подобной тактики. Если Сирота, которого они ищут, имеет хоть какие-то связи с нанимателями, ему обязательно доложат, и когда произойдет встреча, не узнает ли командор в ряженных аксумцах низаритов?

Тем не менее, он послушно шел рядом с опытным федаином, зорко поглядывая по сторонам, хотя никогда в лицо командора не видел. А кто видел, тот уже мертв. Правда, Эмах-Син, которому удалось сбежать с корабля раненым, утверждал, что этот молодой мужчина с повадками горного демона, коварный и непредсказуемый. Если есть возможность использовать огнестрельное оружие, действует без колебаний, даже не притрагиваясь к белому железу. Запоздало мелькнула мысль, что уже пятеро братьев пали от руки самого командора и его друзей, и эта неприятность сразу же выхолодила позвоночник.

«Мудр амаль Нофре, - подумал Дор, тяжело наступая на вывалы подсохшей грязи, образовавшиеся от колес проходящих здесь телег. Сапоги беспощадно давили комья земли, отчего они скоро покрылись толстым слоем пыли. – Он правильно рассудил, что я должен был пойти с Наби, а не с Эмахом, которого наш враг, возможно, знает в лицо, пусть нападение и произошло глубокой ночью. Ничего нельзя утверждать заранее, но даже малейшая недооценка приведёт к провалу задания».

Между тем поиски привели их к одной из контор, владелец которой должен был самолично удавиться от такого позорища, что представляла убогая лачуга, слепленная из деревянных плах. К ней даже было прикасаться страшно, не только рядом стоять. Казалось, дунь в её сторону – повалится с оглушительным треском и грохотом. Дор с любопытством поглядел на квадратную вывеску, почерневшую от дождей, и с трудом различил нарисованную на ней выглядывающую из бочки рыбину с вытаращенными глазами. Выглядело очень смешно.

- Уважаемые, вы контракт предлагаете? – из небольшой кучки, разодетой во что попало людей навстречу шагнул какой-то мужик с торчащими из-под вязаной шапочки соломенными волосами. Поношенный сюртук перехвачен широким кожаным поясом, на котором висел жуткого размера тесак. – У таких важных негоциантов, должно быть, найдется местечко для нашей кондотты?

- Я вас не знать, - процедил сквозь зубы Наби-Син. Страшный акцент, как ни странно, ещё больше возбудил мужика в шапочке. – Мне нужны гарантии.

- О, неужто аксумец решил сунуть нос в центральные провинции? – захохотал кто-то из сидящих у крыльца. – Адди, не проворонь контракт!

- Заткни пасть, Хельми! – огрызнулся мужик. – Как только ты её раскрываешь, мы теряем работу!

- Молчу, молчу! – под смех приятелей названный Хельми выставил перед собой ладони.

- Я потом говорить, - проворчал Наби и поднялся по скрипучей лестнице. Шедший за ним Дор Хадан с легким прищуром, в котором читалось презрение и высокомерие к копошащимся внизу ублюдкам, внимательно посмотрел на них и сделал жест, который можно было по-разному понимать в силу своего воображения

Он просто обхватил пальцами рукоять ножа.

-Чем обязан, господа негоцианты? – им навстречу из-за стола поднялся низкорослый человечек со столь широкими плечами, что казалось удивительным, почему он до сих пор не развалил ими свою грязную конуру.

Второй мужчина, болезненного вида, поднял на мгновение голову, заинтересованно поглядел на вошедших, и снова уткнулся в бумаги.

- Мы ищем сильную кондотту для сопровождения груза, - неожиданно ловко и без акцента ответил Наби-Син. – Говорят, есть такая.

- Есть, и не одна, - кивнул крепко сбитый хозяин конторы. – Но они все заняты. Кондотта Аллана Волка ушла два дня назад в Рувилию. А командор Сирота готовится к походу. Контракт уже на руках, так что вам остается рисковать и нанимать менее надёжные отряды.

- Чем они ненадёжные? – удивленно поинтересовался Наби, а Дор даже дыхание задержал, чтобы не завопить от радости. Какая удача! Только спросили – и сразу след появился!

- Выучкой, - пожал плечами крепыш. – Дисциплиной. При первой же серьёзной опасности могут сбежать, бросив караван на растерзание. Обычно таких контрактуют на небольшие расстояния. Вам, кстати, куда, уважаемые?

- Ромси, - коротко ответил низарит.

- Ого! Далековато. Впервые вижу, что аксумские купцы самолично решили вести караван в центральные провинции Дарсии, - крепыш вдруг подозрительно сощурил глаза. – Даже забавно, учитывая, что ни одного аксумского судна нет ни у причалов, ни в гавани.

- Мы не аксумцы, - хладнокровно ответил Наби-Син, а Дор почувствовал, как ему за шиворот потекли горячие струйки пота. Не так прост этот увалень!

- Странно, а я был уверен, что вы оттуда, - выпятив губу, пробормотал хозяин конторы, так и не представившийся. – Надо же так ошибиться… Чёрные Острова? Нет, кожа для выходцев оттуда слишком светла.

- Мы из Сес-Калла, что на восточном побережье Халь-Фаюма, - Наби не так-то легко было вывести из себя. – Фрахтуем сиверийские корабли, потому как у нас нет своих. Пустыни, степи, леса почти нет. Откуда у нас суда, уважаемый?

- Ага, халь-фаюмцы, - почесал затылок крепыш. – Знавал я одного вашего земляка.

- Как его имя?

- Да Сирота, кто же ещё? – хохотнул мужик, да еще прихлопнув себя по ляжкам. – Кондотьер, тот самый, который тоже идет в сторону Ромси! Но ему-то немного дальше – до Осхора.

- Мы бы хотели с ним встретиться, - не моргнув глазом, попросил Наби.

- Да? Вряд ли он возьмет вас с собой на буксир, - недоверчиво хмыкнул крепыш.

- Где его можно найти? Земляки всегда договорятся.

- А чёрт его знает! – с непонятной радостью воскликнул конторский. – Ему на днях уже выходить, мотается по порту как ужаленный. Если хотите встретиться, ищите возле таможни или в таверне «Веселая макрель». Он теперь человек знатный, при деньгах. Репутация у его отряда хорошая, сам Аллан Волк признал.

Дор не знал, кто такой постоянно упоминаемый Аллан Волк, да и не было необходимости выяснять. Это имя Кафхэн Нофре никогда не называл, поэтому растрачивать силы по пустякам не стоило. Главное, брат Наби нащупал след, который приведёт к врагу.

- Спасибо, уважаемый, - небрежно приложив ладонь к левой стороне груди, ответил Наби. – Ты нам очень помог. Вот тебе за труды.

С этими словами он ловко извлек из складок халата дарсийскую золотую крону и положил на край стола. После чего изобразил полупоклон и как-то уж очень умело исчез из конторы. Дор Хадан тоже умел так уходить, но в этот раз предпочел покинуть помещение тяжёлой и неторопливой поступью, словно хотел показать свою значимость. И он не стал кланяться перед конторской крысой.

****

Тарли перевёл дух, когда за молодым смуглолицым человеком закрылась дверь, и метнулся к грязному окну, силясь разглядеть через застарелые дождевые потоки, куда пойдут странные гости.

- Кажется, клюнули, в «Веселую макрель» двинулись, - пробормотал он, вытирая тыльной стороной ладони испарину со лба. – Как тебе эти халь-фаюмцы, а, Спенсер?

- Неприятные типы, - признался помощник, отложив в сторону гусиное перо. С удовольствием размял пальцы, хрустя суставами. – Больше на пиратов смахивают повадками или на разбойников.

- Не, это не пираты, - уверенно бросил Тарли, снимая шляпу со вбитого в стену деревянного колышка. – Пираты – бесхитростные, но кровожадные твари. А эти как будто умеют убивать, но только тогда, когда необходимо. Посмотри, какие суда из Халь-Фаюма прибыли в Скайдру за последнюю неделю?

Спенсер загремел ящиками, что-то про себя бормоча. Выудив оттуда не слишком толстую тетрадь в твёрдом переплете, открыл на нужной для себя странице и повел пальцем сверху вниз, всматриваясь в свой каллиграфический почерк.

- Ага, четвертого дня прибыли шхуны «Аззур» и «Тизкар», - довольным голосом произнёс помощник. Груз обычный для халь-фаюмцев: верблюжья шерсть, маковое зерно, ковры, железная руда и прочие мелочи. Вчера закончили разгрузку и ушли обратно.

- То есть ни один корабль степняков не собирался идти по Рокане?

- Выходит, нет, - Спенсер пожал плечами. – Не понимаю, зачем так откровенно врать. Мы всегда можем проверить их слова.

- Да потому что им нужно совсем другое, - хмыкнул Тарли. – Я так и подумал. Ладно, работай. А я прогуляюсь, попробую отыскать командора Сироту.

Он не стал торопливо сбегать по лестнице, сохраняя степенность и важность. Отмахнулся от бросившихся к нему наёмников, привычно сказав, что работы на сегодня нет, а вот завтра кое-что наклёвывается. Лишь бы отстали, выкидыши русалочьи. Посвистывая на ходу, Тарли направился не в ту сторону, куда пошли мутные типы из Халь-Фаюма, а наоборот, спустился к дальним причалам, где нашел скучающего лодочника и кинул ему пару грошей.

- Греби до «Тиры», - назвал он место назначения. – Знаешь такую?

- В гавани уже третьи сутки торчит, - кивнул сухопарый пожилой перевозчик в парусиновой робе, и поплевав на ладони, взялся за весла. – Ежели быстро, еще пару монет подкинь, уважаемый.

- А я погляжу, как ты шевелишься, - лениво ответил Тарли, устраиваясь на корме. Он натянул шляпу на глаза и решил немного вздремнуть. – Вдруг песок из тебя посыплется, или корыто развалится, потонем вместе.

- Хе, шутник ты, господин хороший, - осклабился лодочник, показывая пеньки зубов. – Ну гляди, ежели сомневаешься.

И в самом деле, немолодой, в общем-то, мужик, довольно споро работая веслами, помчался к гавани. Самое приятное, он не гнал лодку рывками, а скупыми, но точными движениями вышел на течение. Ему оставалось только лавировать между баркасами, барками, подходящими к причалам торговым судам – и не успел Тарли глаз сомкнуть, как лодка уже оказалась в акватории. Здесь скорость немного снизилась, и лодочник стал грести широко, сильно.

- Прибыли, мил государь, - хмыкнул он, подплывая к борту «Тиры». – Тебя ждать или здесь останешься?

Тарли не успел ответить. Сверху свесилась усатая рожа со старым шрамом на щеке и рявкнула:

- Эй, мокрицы сухопутные! Чего надо? Отвалили от борта!

- Любезный, мне бы командора Сироту! – встав на ноги, Тарли приподнял шляпу, чтобы вахтенный, или кто он такой, рассмотрел его лицо. – Срочное дело!

- А королевскую аудиенцию не хочешь? – хохотнула рожа. – Командора ему подавай. Ты кто такой?

- Тарли Скудрог. Это я контрактовал господина Сироту на охрану каравана купца Боссинэ!

К вахтенному подошел мужчина в зелёном кафтане. У него был странный цвет волос. Вроде бы не седой, но как будто обсыпан пеплом. Взгляд волчий, настороженный. Он внимательно посмотрел на застывшего Тарли и негромко сказал:

- Поднимайтесь, любезный, на борт. Негоже орать на всю гавань.

- Жди здесь, - приказал Тарли лодочнику и шустро полез по сброшенному штормтрапу наверх.

- Рассказывайте, зачем вам нужен командор, - мужчина в зелёном кафтане заложил пальцы за широкий пояс, на котором висел внушительный арсенал из огнестрельного и холодного оружия.

Тарли неторопливо, основательно и детально описал сегодняшний визит странных халь-фаюмцев, ищущих скорее, не кондотту для сопровождения каравана, а именно что кондотьера Сироту. Что им было нужно от командора, они не сказали, пришлось направить их по ложному следу. Тарли знал, что Игнат никогда не обедает в таверне «Веселая макрель», но опасался его случайной встречи с этими парнями где-нибудь в порту или возле купеческих контор, где крутится большое количество разнообразного народа.

- Два судна, зафрахтованные халь-фаюмцами, ушли вчера из Скайдры, - задумчиво произнес шкипер, как представился мужчина с пепельными волосами. – А эти остались в городе. Не иначе – сиверийские лазутчики, умело прячущиеся под личинами купцов. Или же это аксумцы?

- Нет, не похожи они на аксумцев, - решительно отверг версию шкипера Тарли. – Уж этих пройдох я навидался на своем веку. Степняки это, но какие-то странные. Движения плавные, осторожные. Глаза постоянно то в одну сторону, то в другую… Словно оценивают опасность.

- Хорошо, я передам командору ваши слова, - шкипер наморщил лоб, и Тарли готов был биться об заклад, что он догадался, кто эти люди. – Спасибо, господин Скудрог. Сами не предпринимайте никаких действий. И на ночь кладите под подушку пистолет.

- Разумное предостережение, - ухмыльнулся Тарли, и попрощавшись со шкипером, быстро спустился в лодку. Перевозчик привычно поплевал на ладони и замахал веслами, унося пассажира обратно на берег.

Расплатившись с довольным лодочником, Тарли направился в свою контору. Можно было так не рисковать и найти командора Сироту у купеческой «Эпинали» - флагманского корабля купца Максэнли, с кем у него был заключен контракт. Он и так там каждый день крутится. Но подумав, разумно решил вообще не светиться со своим желанием помочь Игнату. Кто знает, какие мысли бродят в голове этих халь-фаюмцев. Так что совет шкипера «Тиры» был как нельзя кстати, пока кондотта не уйдёт из Скайдры.

Примечания:

[1] Федаин – член боевой группы низаритов, низшая ступень.

[2] Амиль – одна из высших ступеней в системе низаритов, то есть управляющий, контролер.

Глава 8. Предупреждён - вооружён

Господин Элаф Максэнли был из купцов второй сотни с прибытком до сто тысяч золотых крон в год, и как подобает хитроумным людям, старался из неё не выходить, чтобы не платить повышенный налог. Ему хватало на жизнь, четыре ещё довольно нестарых речных корабля исправно приносили прибыль. В самой Скайдре, в районе «Золотых Яблок» у Максэнли был добротный дом в три этажа, прислуга, выезд и охрана. На левом берегу Роканы, а точнее, в пяти лигах от города, на побережье имелась летняя дача, куда всё семейство купца в лице сорокапятилетней жены, сына с невесткой, трёх внуков, старой матери и двух весёлых песиков отъезжало на время самых жарких месяцев.

Всю подноготную этого человека я уже знал, когда глядел на его круглолицую довольную физиономию, потому что именно он законтрактовал мою кондотту. Не хватающий с неба звёзд, но ушлый и дотошный во всем, что касается прибыли и выплат наёмникам купец.

Максэнли сам нашёл меня через купеческую биржу, где, оказывается, продавали не только акции и товары, но даже информацию. Красочный рассказ Лесса Боссинэ о путешествии в Шелкопады стал неплохой рекомендацией для «чёрной кондотты» (как только не изощрялись в Скайдре с названием моего отряда!), и я стал получать письма с просьбой встретиться и обговорить детали будущих контрактов.

Да, такая система предварительных знакомств оказалась как нельзя кстати. Мне удалось попасть в поле зрения купеческой гильдии, чьи представители постоянно искали надёжный наёмнический отряд для охраны сухопутных и речных грузов. Встречи ещё не означали, что завтра мне дадут нужный контракт, но Тира уговорила меня обязательно отвечать на каждое письмо и по возможности встретиться с адресатом как можно скорее.

Все, кому нужно, знали, где меня найти. Я теперь жил в особняке Тиры не только потому, что был официально провозглашен приёмным сыном эрла Толессо, вогнав всю аристократическую знать в шоковое состояние, сколько из-за того, что отсюда удобно добираться до порта. Каждое утро работник запрягал пару лошадок в карету, и мы отправлялись на другой берег Роканы. Леди Толессо проверяла, как идет строительство гостиницы, а я встречался с людьми разных сословий, выстраивая свою систему взаимоотношений, которая пригодится в будущем. И ходил на биржу, чтобы понять принцип её работы. Здесь я и познакомился с Элафом Максэнли. Так уж получилось, что Аллан Волк изловчился утащить из-под носа жирный контракт и накануне отчалил из Скайдры в Рувилию с большим караваном, а я в раздумьях расхаживал по широким коридорам биржи, заполненной торговцами и продавцами.

Мужчина лет пятидесяти, невысокого росточка, с лоснящимся от кремов лицом, обладавший шикарными рыжими усами и густыми бакенбардами, перегородил мне путь, когда я уже намеревался выйти наружу, где меня должна была дожидаться Тира. Представился как Элаф Максэнли и добавил, что знает обо мне достаточно, чтобы предложить контракт до Осхора.

- Ваша репутация складывается не только из-за удачного похода с моим приятелем Лессом, - добавил он. – Вы дружите с леди Толессо, а это тоже говорит о многом. Я хочу, чтобы именно ваша кондотта сопровождала мой караван.

- Сколько кораблей вы отправляете? – я пока не торопился сразу же хвататься за предложенную услугу. Предварительный торг входит в тот самый набор тактических уловок, после которых начинается настоящая борьба за выгодный контракт.

- Четыре. Готов предложить достойную оплату. Три тысячи королевских крон плюс призовые, если товар дойдет в целости и сохранности.

- Имеется в виду, что его не разграбят по пути? – уточнил я. – И порча от мышей или воды не входят в список нежелательных потерь?

- Вы уже освоились, вижу, - улыбнулся Максэнли. – Работа наёмника заключается в физической защите товара. Мыши здесь не при чем. Поэтому призовые будут выплачены в том случае, если даже порченный груз дойдет до цели в полном объёме. Двести золотых.

Жмот, истинный жмот. Если контрактную сумму он предложил неплохую, но и не самую лучшую, положа руку на сердце, то с призовыми начал зажимать. В моем положении нельзя перегибать палку, но и показывать себя простаком, которого можно обвести вокруг пальца, нежелательно.

- У вас четыре корабля, господин Максэнли, - улыбнулся я. – На каждый корабль я ставлю десять охранников. Итого, как вы уже посчитали, их у меня будет сорок человек вместе со мной и командирами. Почему именно такое количество? Мой первый боевой рейд подсказал, что только такое распределение наиболее удачное. Иначе при самых неблагоприятных условиях придется бросать один или даже два корабля с грузом. На пустые, как понимаете, никто зариться не станет.

- Обычно наёмные отряды обходятся в два раза меньшим количеством, - немного обескураженно произнес купец. – Впрочем, если вы хотите взять столько – ради бога. Но моя сумма останется неизменной.

- По семьдесят пять крон на человека, - быстро прикинул я. – Это для рядового состава довольно неплохо. Позвольте напомнить, что я тоже намерен присоединиться к своему отряду. Мой помощник – офицер, еще двое – сержанты. Мы все должны получать куда больше, чем рядовые, не находите?

- Разумно, - буркнул Максэнли. – Но вы еще не Аллан Волк, позвольте и мне вставить свое слово.

- Сколько бы заплатили Волку, учитывая, что он берет людей исходя не из-за желания заработать больше, а обезопасить проводку каравана как можно надёжнее?

- Он берет от пяти тысяч. Но еще никогда сумма контракта не превышала семи тысяч дарсийских крон.

- Ага, всё же есть исключения, к тому же призовые тоже неплохие. Я к Аллану не имею никаких претензий. Качество его услуг не вызывают нареканий, - я заложил руки за спину. – Мой отряд нисколько не хуже. Более того, он обучен действовать именно в таких условиях, когда приходится сталкиваться нос к носу с настоящими пиратами, пусть и речными. А тактика борьбы с пиратами совершенно иная, чем у пехотных подразделений. Аллан Волк, насколько мне не изменяет память, армейский офицер, прослуживший в пехоте?

- Да, - поняв, к чему я клоню, подтвердил купец.

- Видите, ему просто везет, что еще никто всерьёз не пытался напасть на караван, защищаемый его кондоттой.

- Не слишком ли вы самоуверенны, господин Сирота? – в голосе Максэнли прорезалась насмешка и даже чуток пренебрежения. – Всего одна удачная проводка с минимальными потерями, и вы возомнили себя стратегом речных перевозок.

- Ни в коей мере, - я заметил, как неподалеку от нас в холле биржевого дома стали собираться любопытные, делая вид, что случайно встретились старые знакомые и хотят поговорить об удачных сделках. Но уши у всех навострены, чтобы выловить хоть какую-то информацию из нашего спора. – Просто у меня есть богатейший опыт охраны морских караванов, и я знаю, как умеют пираты захватывать корабли. Поэтому я готов подписать контракт на три с половиной тысячи золотых.

- Вы нахал, господин Сирота!

- Полегче, Максэнли, - я улыбнулся. – Будьте осторожны в своих высказываниях. Могу ведь и шпагой проткнуть.

Я откинул полу кафтана, чтобы продемонстрировать висящую на левом боку шпагу – атрибут дворянина. На купца было забавно смотреть. Сначала его круглое, как блин, лицо покраснело, а потом пошло белыми пятнами. Не сказать, чтобы он испугался, но открывшиеся обстоятельства его слегка шокировали.

- Простите, сеньор Сирота, - он с трудом согнул толстую шею. – Я не предполагал, что вы из благородных. Слухи идут совсем иные.

- Так оно и было. Я из купеческой семьи, отрицать не стану. Но недавно получил патент на дворянство из рук самого лорда Торстага за спасение одной невероятно очаровательной особы из пиратского плена.

- Наслышан об этой истории, - Максэнли постепенно приходил в себя. – Порой удивительные вещи творятся вокруг, не успеваешь за всем следить.

- Мир меняется, дружище. Через десять лет вы будете с изумлением смотреть, насколько все стало другим, а через двадцать с лёгкой ностальгией вспоминать об ушедшей эпохе.

- Да вы поэт, сеньор Сирота, - слабо улыбнулся купец. – Искушаете так, словно заглянули в грядущее.

- Увы, такие возможности для меня недосягаемы… Так вы согласны?

- К основной сумме я могу добавить триста золотых, и ни кроной больше, - прорезался в Максэнли настоящий купец. – Всё же кондотьер Сирота ещё остается тёмной лошадкой, а я не хочу рисковать.

А я не хотел отбирать у своих парней долю командора, поэтому и решил нахально накинуть сверх установленной суммы ту часть, которая пойдёт на выплату офицерского состава. Впрочем, сто пятьдесят золотых «корон» в мой кошелёк – неплохая прибавка. В уме я держал и призовые, и даже те деньги, которые виконт Агосто обещал выплатить за помощь в благородном деле отмщения. А ещё в голове крутилась одна мысль: Осхор, куда мы направляемся, находится в провинции Лимадия, и именно там, где-то на юге, на граничных территориях, раскинулся некрополь Спящие Пещеры. Именно поэтому мне было важно не упустить караван Максэнли. Поэтому я сформировал такой большой отряд. Если задумка удастся, я получу благословение короля Аммара за срыв планов мятежников, обеспечу свою безопасность со стороны лорда Торстага, ну и расправлюсь с чёртовым Котрилом. И возможно, стану весьма богатым человеком. Все же отсиживаться за спиной своей женщины мне претит мужская сущность добытчика и защитника.

- Договорились, - я не стал давить на купца, чтобы не спугнуть удачу. – В таком случае можно составлять окончательный контракт. Но не сегодня. Меня ждут неотложные дела.

- Завтра утром я пришлю своего адвоката в особняк леди Толессо, - ответил Максэнли после недолгой паузы. – Вас устраивает?

- Более чем, - кивнул я. Все-таки изменение статуса благотворно влияет на некоторые моменты. Облегчает жизнь, можно сказать. Был бы простым кондотьером, пришлось бы ехать на биржу, терять время в суете и толкотне. – Когда планируете выход из Скайдры?

- Через два дня. Надеюсь, вечером накануне отплытия ваш отряд уже будет находиться на месте?

- Не извольте переживать, господин Максэнли. Дисциплина – первый шаг к успеху.

- Просто Элаф, сеньор Сирота.

- В таком случае, на время похода я для вас Игнат, - усмехнувшись в ответ, приложил руку к шляпе, и попрощавшись, торопливо вышел из здания. Скучающие Дювергер, Дахад и Гиди оживились, подобрали поводья, лошади замотали головами, застучали копытами по мостовой. Сопровождающий нас в поездке лакей тут же распахнул дверцу, и я заскочил внутрь. Не удержавшись, поцеловал Тиру, обмахивавшуюся веером, за что получил им легкий шлепок по плечу.

- Не увлекайся, дорогой, - блеснули в полутьме глаза девушки. – Мы еще не в тех отношениях, когда можно не сдерживать свои чувства. Как твои дела?

- Неплохо. Выбил у скряги Максэнли контракт получше, - бодро доложил я. – Правда, не как у Волка, но зато не нужно будет отбирать у парней свой командирский процент.

- То есть для себя, капитана и сержантов? – усмехнулась Тира и показала жестом, чтобы я дал сигнал извозчику двигаться. – Кто подсказал?

- Никто, - пожал я плечами и пару раз стукнул кулаком в стенку кареты. Она тут же дернулась и покатилась, вкусно поскрипывая на поворотах. – Сам прикинул, что так будет лучше.

- Хм, сеньор Сирота, растёте прямо на глазах, - в голосе Тиры послышались нотки одобрения.

- Догадаться нетрудно, если дружишь с математикой. А как у тебя дела? Что там по строительству гостиницы?

- После того, как ты приставил к работникам несколько своих головорезов, как-то невероятно быстро стали расти стены, - хихикнула леди Толессо, энергично обмахиваясь веером. Действительно, денёк стоял жаркий, и даже я с каким-то остервенением желал побыстрее освежиться, вылив на себя пару ведер холодной воды. – Адалхайд подозрительно затих, не докучает своими каверзами. Кстати, встретила графа Додрефа, мило поговорили. Даже удивительно с его стороны. Такой обходительный, куда грубость-то пропала. Интересовался о тебе. Очень удивлен, и кажется, обрадован, что ты стал наследником рода Толессо.

- Обрадован? – я напрягся. А вдруг племянничек вернулся? И радость его совсем не относится к моему возвышению. – Надеюсь, голову мне свернуть не хочет?

- С чего вдруг? – удивилась Тира, не зная о подоплёке моего знакомства с графом. – Он хочет поговорить с тобой, поздравить с присвоением титула и приглашает на ужин.

- Мне скоро в поход, - поморщился я. Пообщаться с графом очень хотелось, если дело не касалось пропавшего племяша. Очень интересный дядька, к тому же невероятно влиятельный. Не помешает поддержка в его лице. Глядишь, станет союзником в будущем перераспределении сил в Скайдре.

- Я так и сказала. Он взял с меня слово, что по возвращении мы обязательно заглянем к старику.

- Мы?

- Конечно, - рассмеялась Тира. – Такое приглашение само по себе подразумевает приглашение пары. Граф неглупый человек, намекнул сразу, что подозревает о наших непростых взаимоотношениях. Тем более, это первое серьёзное приглашение на ужин от влиятельного человека. К тому же ты теперь мой дядюшка.

В голосе Тиры послышалась радость. А ведь так и есть. Богатейшую девушку Скайдры последнее время старательно игнорируют, но зато очень охотно прибегают жрать и пить в её особняк, как только получают официальное приглашение. Но теперь-то я могу не молчать, а запросто вышвырнуть каждого, клянусь, каждого из этих самодовольных рож, если решат, что так будет продолжаться и впредь. И дуэль не станет помехой. Единственные, кто пока темнит, Адалхайды и Додрефы. Они до сих пор не появлялись с визитом в доме Тиры. Ну ладно, хоть с графом немного разъяснилось. Старик внимательно следит за развитием ситуации, и зуб даю, начинает прикидывать будущие расклады в аристократическом обществе. Говорю же, я сразу этого старика зауважал, когда тот принял меня с виконтом Агосто в своём доме. Немногословен, жёсток, ни под кого не прогибается. Интересно, у него есть влияние в столице? Не помешало бы…

- О чем задумался? – осторожно спросила Тира, когда молчание затянулось.

- А ты не знаешь, его племянник виконт Аглин не вернулся?

- Если бы вернулся, вся Скайдра гудела бы, - покачала головой девушка. – Увы, я подозреваю самое худшее. Недавно прошли слухи, что в Суржу пришла эскадра адмирала Оверта. Блокаду архипелага Керми сняли, на некоторых островах высадили десант, начались зачистки. За это время хоть самого морского чёрта отыскать можно… Подожди, ты беспокоишься, что Аглин может обвинить тебя в пиратстве?

- Мало того, укажет на того, кто нападал на его караван, - невесело усмехнулся я.

- В таком случае я дам слово, что ты действовал по указу лорда Торстага, - твердо произнесла Тира. – Виконт может говорить что угодно, но ты надёжно прикрыт дворянским патентом и судебным помилованием. Не накручивай себя, дорогой. Сердце подсказывает мне, от Аглина вряд ли можно ожидать серьёзных проблем. Да и времени много прошло. Кто сейчас признает в респектабельном, важном молодом мужчине, да еще без бороды, с одними щегольскими усами обросшего и неряшливого пирата Игната Сироту?

- Смеёшься? – я внимательно поглядел на сидящую напротив Тиру в светло-голубом платье, приятно облегающем её фигуру. Слава всем богам, корсеты потихоньку начинают отходить в небытие, и как ни странно, поветрие идет из провинций, а не наоборот. Столица еще сопротивляется модным течениям, но и там скоро женщины взбунтуются.

- Нисколько. Ты сильно изменился внешне, - улыбнулась Тира. – Если исчезнешь на полгода, а потом появишься на пороге – я тебя не узнаю.

- Я не оставлю тебя на такой большой срок, - неожиданно для девушки я обхватил её за талию, притянул к себе. Тира ойкнула, но почему-то решила не сопротивляться. Через пару минут мы, задыхаясь, отпрянули друг от друга.

- Уф, - негромко сказала Тира, тщательно расправляя шляпку, упавшую на колени. – Выгляжу растрёпанной, а в зеркало посмотреться негде… Вестар Фарли, будьте посдержанней, пожалуйста! Я ведь тоже не железная…

- Прости, так хочется побыстрее вывести из тени наши отношения, - я спрятал девичьи руки в своих ладонях и легонько сжал, ощущая через тонкую ткань перчаток исходящий от них жар.

- Вернёшься из похода, начнём приучать местную аристократию к мысли, что позиция бедной и беззащитной девушки изменилась, - в голосе Тиры послышалась игривость. – Но всё равно, нам нужны союзники.

Она надела шляпку на голову и тщательно убрала растрепанные локоны под нее.

- Я уже думал об этом. И почему-то есть ощущение, что граф Додреф охотно примет нашу сторону.

- Еще бы, - фыркнула Тира. – Он же одно время пытался представить своего племянника в роли жениха. Заранее, пока я еще была сопливой девчонкой. Боялся, что уведут. Помню, частенько с моим отцом встречался, о чем-то подолгу разговаривал…

- Подожди, - я задумчиво взглянул на нежный овал лица. – А разве у графа нет наследников?

- Есть, - озадаченно ответила девушка. – Сын Элиберт, давно признанный наследник. Правда, он сейчас в Рувилии, уже второй год дома не показывается. Две дочери отданы замуж. Одна в Сурже живет, другая в столице.

- Сразу возникает мысль, что он не хочет родниться ни с кем из местной аристократии, - я откинулся на мягкий подголовник дивана. Версия так себе, но больно уж складно все выходит. Какая-то вражда или иная серьезная причина?

- Надо же, я об этом не думала, - удивилась Тира. – Действительно, если проследить за поведением графа, создается впечатление, что он не хочет родниться с уважаемыми семействами Скайдры.

О графе Додрефе я решил собрать побольше информации, чтобы иметь хоть какие-то зацепки для дружбы. Мужик он, судя по всему, серьёзный. С ремонтом корабля очень помог, выполнил свое обещание.

Весь следующий день я посвятил подписанию контракта и поездке на «Тиру», чтобы проверить, как идут дела у экипажа. Заодно предупредил Михеля, чтобы был готов к переброске в порт, где нам предстояло разместиться на купеческих кораблях. После обеда на бриге вернулся в усадьбу Толессо и с доном Ардио обсудили планы на ближайший месяц. Решили, что он останется командовать гарнизоном особняка до нашего возвращения и помогать Айвору набирать свиту для Тиры. Всех скопом принимать на службу не стоит, поэтому мой товарищ предложил для них некий конкурс на ловкость и физическую выносливость. Сильные и станут костяком свиты.

Тира похвасталась, что дала заявку на приписку нашего брига к роду Толессо, и через неделю ей обещали внести запись в реестр.

- Ты был прав, дорогой, - сказала она, когда мы уединились в либрарии, где я вечерами почитывал все, что было связано со Спящими Пещерами и просматривал карты южных провинций. – Десять золотых весьма качественно подмылили, как ты изволил выразиться, дорожку к реестру. Хотя десять монет – слишком много для захудалого чиновника пятого разряда.

- Ничего, это стоит затрат, - я отложил книгу, и подхватив прохаживавшую мимо моего кресла Тиру, усадил на колени. Под шуршащей тканью гибкое тело девушки изогнулось, а она сама обвила мою шею руками. Её волосы защекотали щеку. – Зато после этого я могу заводить твою тёзку в Рокану, и никто мне слова не скажет.

- А зачем тебе «Тира», ходящая по реке? Опять что-то задумал? – горячее дыхание обжигало мое ухо. – Не время сейчас для авантюр, Игнат. Или хочешь Спящие Пещеры навестить?

- Нет, это на случай непредвиденных ситуаций, - я вдыхал запах её волос и духов с фиалковыми нотками. Мог ли я быть настойчивым, чтобы добиться того, чего хочет любой мужчина, находясь рядом с красивой женщиной? Вполне. И точно знал: Тира не станет возражать против сближения. Но я изучил её характер так, как никто другой, даже лучше Эррандо Толессо. Поэтому не давил на девушку, приучая к себе не так, как Лихой Плясун, чтобы вновь на неё не обрушился ужас, в котором Тира жила пять лет в постоянном ожидании бесчестья. А ведь она вполне может и своей смертельной булавкой воспользоваться, начни я распускать руки! Сейчас, конечно, в волосах её не видно, но узкий стилет в рукаве платья тоже спрятать не проблема. Точно знаю: Тира без оружия не ходит даже в своем особняке.

- Обещай мне не лезть без особой надобности в некрополь, - глядя на меня, попросила девушка. – Я даже не за то переживаю, что можешь столкнуться с древней магией, а за последствия нарушенного королевского указа. Это прямой путь на эшафот.

- Я туда не полезу, - твердо произнес я и слегка нажал на кончик носа Тиры; она смешно поморщилась и улыбнулась. – У меня только одна задача: поймать Котрила на горячем и передать в руки правосудия. Или не передать, а вонзить кортик в его сердце. Иначе он будет отравлять нашу жизнь, появляясь в самый неподходящий момент. Поверь, этот такой человек, который мстит за малейшую обиду, нанесённую ему.

Тира кивнула, уже зная историю про наши взаимоотношения. Стук в дверь прервал наше уединение. Она вскочила, провела ладонями по бедрам, разглаживая ткань, и крикнула, что можно входить.

Пришел Айвор. Он держал в руках сложенный пополам лист бумаги.

- Прошу прощения, миледи, но посыльный с «Тиры» принес письмо командору.

- Письмо? – я удивился и подошел к Айвору, чтобы взять листок. Развернул его и подошел к магическому фонарю. Почерк узнал сразу. Писал дон Ансело. Быстро пробежался по ровным рядам скупых строк, задумчиво хмыкнул.

- Что там? – Тира заподозрила неладное по движению моих бровей.

- Да какая-то странность, - я спрятал письмо в карман кафтана. – Сегодня к Тарли Скудрогу, который нанимает охрану для караванов, зашли двое халь-фаюмцев. Они интересовались мной, якобы хотят законтрактовать мою кондотту. Тарли заподозрил неладное, направил их искать меня совсем не туда, где я постоянно нахожусь, а сам бросился на корабль, предупредил Пегого об этих людях.

- И что странного? – пожала плечами Тира.

Айвор сложил руки на груди и с интересом ждал продолжения.

- В гавани сейчас нет халь-фаюмских кораблей, - пояснил я. – У степняков вообще нет торгового флота. Они плавают на небольших фелюках вдоль берега, но сами не строят суда, а фрахтуют их у сиверийцев или аксумцев. Почему эти халь- фаюмцы остались в Скайдре? Сдается мне, всплыли старые знакомые, с которыми встречался во время рейда в Шелкопады. Причем, дважды.

- Наемники-убийцы? Те самые низариты, о которых ты рассказывал? – оживился капитан стражи.

- Боюсь, они и есть. Скорее всего, ищут они виконта, но безуспешно. Поэтому решили сначала разыскать меня, проследить и убить сразу обоих.

- Надо усилить охрану особняка, - решительно произнесла Тира. – Айвор, найди дона Ардио, распределите ночные смены.

- Да, госпожа, - склонил голову капитан и взглянул на меня, движением глаз показав, что хочет поговорить наедине.

- Пожалуй, уже поздно, я пойду спать, - Тира решительно не хотела показывать на людях наши отношения, хотя уже все знали, кем я для молодой хозяйки прихожусь. Даже старик Осторио. Он был очень доволен, что мы, живя под одной крышей, соблюдаем пристойность.

Постукивая каблучками туфель, она покинула либрарию, а я знаком показал Айвору, чтобы он входил и присаживался в свободное кресло. По-хозяйски вытащил из буфета бутылку бренди с двумя серебряными чарками, наполнил их и предложил капитану.

Айвор не стал ломаться. Сделав пару глотков, прикрыл глаза.

- Видно сразу, напиток старый и благородный. У меня хватает денег, чтобы покупать хорошее пойло, но такого я не пробовал. Тира не станет ворчать, что уже распоряжаешься её имуществом?

- Сам знаешь, что не станет, - усмехнулся я, пригубив бренди, отдающий фруктами и легкой горчинкой куфесаби. – Тира не пьёт ром и бренди, а оставлять такое богатство на съедение времени я не могу. Тем более, повод есть. Почему бы с другом не выпить?

- Отрадно слышать. Значит, друг?

- Чему удивляешься? Ты служишь моей невесте, как до этого верно служил эрлу Эррандо. И скорее погибнешь на пороге её дома, чем пропустишь врага. Разве не друг?

- Невесте…, - Айвор покрутил чарку в пальцах. – Значит, решился. Кольцо подарил?

- Нет, пока объявил о своих намерениях. После похода официально попрошу руки.

- Плохо, что у девушки не осталось близких.

- Старик благословил нас. Когда он еще появится в наших краях.

Мы помолчали. То, что эрл Толессо жив, знали только несколько человек, умеющих держать язык за зубами. Удастся ли авантюра старому Эррандо? Он ведь хотел добраться до лорда Торстага и уничтожить его руками короля. На данный момент именно он оставался главным препятствием в нашей жизни. Да, пока Торстаг затих, не появляется в Скайдре. Не задумал ли очередную ловушку, чтобы убрать меня с пути?

- В любом случае, я буду рад видеть тебя в этом доме, - улыбнулся Айвор. – А теперь расскажи, ты в самом деле подозреваешь, что в Скайдре появились низариты? Что от них ожидать?

- Ловкие, верткие ублюдки, - я поморщился и осушил чарку. – Убить их можно, только не подпуская к себе. Стрелять на поражение, как только увидел. Иначе вскроют как рыбью тушку, не успеешь «мама» сказать.

Я вытащил из-под рубахи чёрную сосульку, висящую на крепкой бечеве, и показал Айвору.

- Морион. Черный хрусталь со свойствами гравитона. Именно с их помощью низариты умеют прыгать на высоту двух-трех этажей, перескакивать через препятствия и быстро перемещаться во время схватки с противником. Ты несешься на него с кортиком, а он просто оказывается у тебя за спиной и вскрывает горло.

- Ублюдки, - поежился Айвор. – За такое надо вниз башкой цеплять и сцеживать по капле, чтобы не сразу сдох. И как им противодействовать, если они вздумают здесь скакать как обезьяны?

Я развел руками. Противодействовать низаритам в равной мере могли только я, Рич и виконт Агосто. Дон Ансело, у которого тоже есть морион, ни разу не сталкивался с таким противником. Не уверен, что ему под силу устоять против наемных убийц.

- А где можно взять такие штуки? – кивнул на мой морион капитан стражи.

- Только убив всех низаритов, - грустно усмехнулся я. – Месторождений мориона не так много на Тефии, одно из них находится как раз где-то в гористых районах Халь-Фаюма. Они первыми обнаружили необычные свойства хрусталя и превратили его в опасный атрибут.

- Но ведь есть купцы, которые у морского дьявола жемчужное ожерелье с рогов снимут! – громко воскликнул Айвор и прижал кулак к губам, опасливо покосившись на дверь в либрарий. – Игнат, нужно найти таких людей и заплатить им за партию черного хрусталя! Мы найдем здесь им применение.

- Тогда тебе задание, пока я буду на Рокане прохлаждаться, - я пристально взглянул на капитана. – Аккуратно расспросить купцов и чужеземных торгашей, и, если такой человек отыщется, заведи с ним знакомство. Я поговорю с Тирой, чтобы она выделила необходимую сумму для умасливания потенциального доставщика. Ради всех богов, будь осторожен. Можно легко наткнуться на низарита, живым не уйдешь. Лучше с Леоном обговорите, как лучше действовать. Кстати, пойдем в караулку. Надо предупредить нашего дона, заодно расставим стражу.

Проговорили до поздней ночи, расхаживая по парку. Леон уже знал о низаритах от Рича и друга Михеля, поэтому сразу начал соображать, как лучше обезопасить особняк от возможного нападения.

- Степные шакалы на тебя зуб точат, Игнат, - уверенно сказал он. – Откуда такая уверенность, что они хотят найти виконта Агосто? Может, они его уже убили, а теперь тебя скрадывают?

- Вопрос не лишен логики, - поддержал его капитан Айвор. – С тех пор, как вы расстались в порту, виконт ни разу не дал о себе знать. Прячется? Значит, есть опасения за свою жизнь. А если и в самом деле уже мертв?

- Мы не знаем ни того, ни другого, - я был спокоен, - поэтому нет смысла строить версии. На первом месте у нас безопасность леди Толессо. Конечно, низариты никогда не трогают посторонних людей, если у них нет заказа на всех, кто окружает их клиента. Но я бы не расслаблялся. Поэтому, дружище Леон, нужно усилить караул. Сколько человек у тебя в ночной смене?

- Четверо. Усадьба большая, обходить долго.

- Они у тебя парами ходят?

- Да.

- Выдели в ночную стражу еще двоих, сформируй тройки.

- Игнат, люди быстро вымотаются, - покачал головой дон Ардио. – У меня и так их немного.

- Согласен, для полноценной стражи тридцать человек немного, но надо как-то вывернуться и продержаться хотя бы два месяца. Не думаю, что низариты останутся в Скайдре, если я уйду с караваном. Они обязательно потянутся за мной. Но расслабляться не стоит. Подумай, Леон, над караульным уставом. У тебя же есть опыт.

- Мои люди по ночам дежурят в особняке и в примыкающей к покоям леди Тиры комнате, - добавил Айвор. – Сейчас вместе со мной девять дворян-свитских. Днем мы можем взять на себя охрану ворот, пока часть штурмовиков отсыпается, а другая осваивает военные науки.

- Спасибо, дружище, сочтёмся, - оживился дон Ардио и непроизвольно дернул плечом.

- Какое количество охраны требуется для полноценной службы? – поинтересовался я у Айвора. Он, как-никак, имеет огромный опыт защиты большого поместья эрла Толессо.

- Обычно в аристократических семьях охранную нагрузку несет клановая свита, - капитан остановился возле скамейки, освещённой магическим фонарем, но присаживаться не стал, только отмахнулся от мошкары, вьющейся над головой. – В таких случаях расходы несущественные, символические. В среднем это человек тридцать молодых дворян, желающих выслужиться. А стража, набираемая из бывших солдат, доходит до ста человек. Приходится охранять не только дворец или особняк. Хватает и других объектов. К тому же выезды, сопровождение в дороге.

- Не меньше ста, - я тяжело вздохнул. – Тира разорится…

- Нет никаких предпосылок, что у леди Тиры появились враги, - возразил Айвор. – Недруги, скрытые завистники – да, они есть. Но чтобы откровенно кто-то угрожал ей с целью полностью уничтожить фамилию Толессо… такого не наблюдается. Тот же Вальтоссо спит и видит, как заграбастать богатства нашей хозяюшки с помощью сынка, но никак не через кровь.

- Наэль?

- Он самый, рыба снулая. Неприятный тип, - Айвор вдруг понизил голос до шёпота. – Иногда мне кажется, ему вообще женщины не нравятся. Нет, я не в том смысле, что Наэль – из тех, просто… безразличный к женским чарам. А уж наша-то леди Тира невероятно хорошенькая, трудно устоять. Так вот, паренёк глядит на неё как на вещь, украшающую дом. Ну, вы поняли меня, командор.

- Вполне, - я кивнул. – Богатая и одинокая. Мало кто устоит от соблазна загрести всё имущество Толессо в свои жадные ручонки. Не дождутся. От местных нобилей мы отобьемся, не впервой. А вот лорд Торстаг может появиться в тот момент, когда я буду в рейде. И боюсь, найдет аргументы для леди Тиры, чтобы та стала его женой. Кольцо я не подарил, а значит, он формально имеет право просить руку девушки.

- Не переживай, Игнат, - дон Ардио взволнованно дернул плечом. – Если понадобится, мы его не пустим в особняк.

- Он же всё-таки королевский советник, - я усмехнулся. – И клыки свои показывать умеет. Не нужно с ним войну устраивать. В иных случаях достаточно одного точного удара в болезненную точку, чтобы он упал.

- Знать бы, где у него эта точка, - проворчал Леон, срывая с ветки кустарника листок и перетирая его пальцами.

Я переглянулся с Айвором, и тот заговорщицки подмигнул мне. Эх, только бы у эрла Эррандо получилось свалить могущественного противника или сделать его жизнь настолько невыносимой, что он забудет о Тире! Но я не обольщался. Человек, умеющий находить общий язык не только с королем, но и с пиратами, просто так свои позиции не сдаст. Нужны такие аргументы, которые дадут его величеству право без колебаний отправить лорда в отставку.

Поговорив ещё некоторое время о разных пустяках, мы разошлись в разные стороны. Дон Ардио направился во флигель, чтобы распределить ночную стражу, а мы вдвоем с Айвором медленно двинулись по дорожке к крыльцу особняка.

- Все же собачки не помешают, - раздумывал капитан, как улучшить защиту территории. – В Ромси, говорят, выращивают самых свирепых сторожевиков. Нам бы штук пять щенков…

Я сбил мечтательность Айвора:

- Ага, и в придачу наставника, который этих щенков будет учить!

- Почему бы и нет? – оживился тот. – Кобельков и сучек поровну, чтобы потом можно было разводить самим. Я бы обязательно так и сделал.

- Ладно, подумаю, - проворчал я, и хлопнув по плечу капитана, пожелал ему спокойной ночи, а сам направился в свои комнаты, которые выделила Тира. Заодно и проверил, как несут службу свитские. На первом этаже в парадной торчали двое: Дювергер и недавно принятый дворянин из мелкопоместных. Он был старше своего напарника лет на десять, и его взгляд до сих пор не утратил удивления человека, не привыкшего к переменам в своей жизни. Не знаю, почему Айвор взял его на службу. Может, хорошо владел шпагой или был одаренным магом. Впрочем, капитану я доверял, и влезать в его дела пока не собирался. Не той ещё масти, как сказали бы речные контрабандисты.

Прежде чем войти в свои апартаменты, я снял с крючка магический фонарь – в коридоре их по стенам висело несколько штук на всякий случай – и стукнул по донышку. Вспыхнул неяркий огонек за стеклом, сразу отбросив резкие длинные тени на потолке и полу. Повернул массивную бронзовую ручку и скользнул внутрь, сразу отходя в сторону. Чертова привычка ожидать какой-нибудь каверзы, особенно после получения письма с предупреждением. Понимаю, что вряд ли низариты уже проникли в дом. Для этого нужна полноценная подготовка, занимающая не один день.

Тью дрых на небольшом диванчике, поджав под себя ноги. На полу валялся двуствольный пистолет. Подобрав его, я пихнул мальчишку носком сапога, отчего тот буквально взлетел вверх и захлопал сонными глазами.

- Тебя резать будут – не проснешься, - проворчал я. – Почему спишь, когда командор еще бодрствует?

- Прости, командор, - Тью вытянулся передо мной, но не сдержавшись, широко зевнул. – Умаялся. Сначала тренировался, потом помогал леди Тире сундуки перетаскивать.

- Чего вдруг? – удивился я. – Она куда-то переезжает?

- Не-а. Ничего не объяснила, только показала, что нужно пару сундуков в спальню перетащить.

- Леди Тира тебя в свою спальню пустила? – хмыкнул я, разваливаясь в кресле. – Однако…

- Ну… она сказала, что хочет в соседней комнате мебель поменять, - не смутился паренек.

Знать бы, для чего. Ладно, я пошел спать. Утром приготовишь воду, чистое полотенце. После завтрака собирай вещи. Выезжаем в порт, заселяемся на корабли.

- Ура! – завопил Тью и сразу же осекся. – Прости, командор.

- Болван, - отмахнулся я. – Всё, я спать. Дверь на ключ закрой, не забудь. Оружие держи при себе, а не так… олух царя небесного.

Дав необходимые распоряжения, я ушел в свою спальню, разделся, но ложиться в кровать не спешил. Открыв один из дорожных сундуков, достал оттуда полотняный мешочек, в котором со стуком перекатывались разноцветные камешки. Высыпал на постель и нашёл среди них тёмно-зеленый с золотистыми прожилками голыш. В середке была просверлена аккуратная дырочка для бечёвки или цепочки. «Совиный глаз» обладал одним ценным свойством: он помогал видеть в темноте. Не так, как днём или в сумерках, конечно. Он лишь «раздвигал» границы осязания, высвечивая контуры предметов. Проще говоря, увидеть прячущегося среди кустов человека вряд ли удастся, если он не будет шевелиться, но на открытом месте «совиный глаз» его заметит с легкостью.

Потушив фонарь, я подошел к окну. Отсюда хорошо просматривался задний участок парка, погружённый в темноту. Если бы мне пришлось планировать проникновение в усадьбу, воспользовался бы этим путем. А вот для стражи света недостаточно. Есть темные участки, где могут прятаться враги. Надо сказать Айвору, пусть развесит вдоль дорожек еще несколько фонарей. Подобный шаг если не отпугнет злодеев, то хотя бы заставит задуматься.

Я задумался. А почему низариты так откровенно назвались халь-фаюмцами? Что их заставило открыться перед Тарли? Наверняка, ушлый братец Грашара уловил какую-то фальшь, иначе бы не побежал сломя голову искать меня. Значит, федаины тоже сообразили, когда нужно врать, а когда – чуточку раскрыться. Скорее всего, они были вынуждены так сделать. К тому же, лица у них были открыты. Дон Ансело заострил на этом внимание. А Тарли – человек неглупый, такие мелочи вижит хорошо.

Ладно, черт с ними. Убивать меня, пока не найден виконт Агосто, они не станут, а вот проследить, куда я хожу, чем занимаюсь – запросто.

С этими мыслями я положил под подушку «Уничтожитель», а «Громовержец» спрятал между стеной и кроватью в укромном местечке, на случай, если меня попытаются разоружить. Обычно вломившиеся в дом враги сразу руку суют под голову спящего, чтобы обезопасить себя от неожиданностей. А тут сюрприз!

Но еще долго не мог заснуть, пялясь открытыми глазами в потолок, на котором бледно светилась полоска от уличного фонаря. Мыслей было настолько много, что я даже не мог их отсортировать по степени важности. Больше всего опасность представлял лорд Торстаг. Его маневр с патентом на дворянство меня озадачил, честно говоря. Что ему мешало вообще забыть о своем слове, а потом дождаться удобного момента и уничтожить конкурента за сердце и руку Тиры? В чем подвох такой неожиданной щедрости, когда я потерял надежду получить статус? Радовало, что леди Толессо искренне и без колебаний согласилась стать моей женой, правда, с глазу на глаз, но этот шаг значительно лишал маневра Торстага.

С Котрилом я вопрос решу, это не обсуждается. Сейчас он вместе с бароном Шаттимом готовится к походу в Спящие Пещеры. Ограбив некрополь, они где-то должны спрятаться на время, пока в центральных провинциях разворачивается мятеж. Им обязательно нужно дождаться его окончания, чтобы определить дальнейшую стратегию. И вот здесь я со своими штурмовиками должен отыскать их и предъявить королю вместе с вещественными доказательствами: неким артефактом, определяющим принадлежность человека к древней династии. Если я собираюсь оставаться надолго в Дарсии, мне нужны гарантии на самом высоком уровне, чтобы ни одна сволочь не подкопалась под мое прошлое.

Ну и лорд Келсей… мой непосредственный заказчик, начальник разведки. Нужно как-то предупредить его о том, что мы живы и продолжаем выполнять задание. Пожалуй, придется послать Аттикуса в Сиверию на каком-нибудь купеческом корабле. Да, опасно. На морских коммуникациях идет настоящая охота за одиночными судами, и тем не менее, многие умудряются провозить свой товар. Те же аксумцы, к примеру.

Напоследок всплыла яркая картина сегодняшнего дня, когда я в карете прижимал к себе горячую и гибкую Тиру, ощущая её податливость и хорошо скрываемую чувственность. Улыбнулся, отгоняя такие опасные мысли, и сжав гладкую рукоять «Уничтожителя», почти мгновенно уснул.

Глава 9. Накануне рейда

Для отходящих вглубь континента купеческих караванов администрация порта выделила два причала, с которых происходила загрузка товаров. Пока Элаф Максэнли со своим помощником – кургузым мужичком небольшого росточка с забавно закруглёнными на концах усами – убежали по каким-то срочным делам на биржу, я вместе с Тью, Ричем и робко семенящей рядом с ним Озавой поднялся по сходням на борт флагманского суда с забавным именем «Эпиналь» (какое-то древнее мифологическое существо, как мне потом пояснили, речное и доброе) и нос к носу столкнулся с кряжистым рыжеволосым мужчиной, еще довольно молодым, что было необычно для шкипера. Командовать кораблём в Дарсии начинали лет с сорока, а до этого возраста многие кандидаты ходили в помощниках.

Рыжий явно был любимцем женщин: голубые глаза и лёгкая насмешка на губах привлекали к себе гораздо больше внимания, чем тяжелый раздвоенный подбородок и тяжелые скулы. Они-то и делали его похожим на бойцового пса, готового в любую минуту вцепиться в глотку противнику.

В отличие от большинства капитанов, ревностно относящихся к внешнему виду, этот выбивался из канонов. На нём была жесткая парусиновая куртка, светло-серые штаны заправлены в сапоги, а голова перевязана широкой чёрной тесьмой. Заложив руки за спину, рыжеволосый перегородил нам путь. Тью замер, держа в руке мой дорожный сундук, а на плече – свой саквояж, который я ему купил для путешествий.

- Капитан Хубальд? – спросил я, не обращая внимания на царящую вокруг нас суету, крики грузчиков и беспрерывный скрип талей, опускающих в трюм сети с тюками и бочками.

- К вашим услугам, господа, - пошевелив широкими плечами, ответил шкипер, окидывая нас быстрым и цепким взглядом. На мгновение его глаза сузились, когда он распознал в Озаве, одетой по-мужски в длиннополый сюртук и штаны, женщину, но ничего не сказал. – Судя по одежде и зверской роже вашего сопровождающего, вы и есть командор Сирота?

Рич ухмыльнулся и показал жестом, что шутку оценил.

- Командор Сирота, мой вестовой Тью, сержант Рич и лекарка Озава - представил я своих людей. – Господин Максэнли обещал, что вы покажете нашу каюту и кубрик для кондотты.

- А где охрана, кстати? Я уже испугался, что вы втроём решили сопровождать караван, - если Хубальд и шутил, то не показывал и виду.

- Скоро будут. К сожалению, бриг не пускают в портовую зону, пришлось перебрасывать отряд на берег с помощью шлюпок. Не переживайте, скоро подойдут.

- Хм, ясно. Хочу предупредить, что мест у нас не так много, придется часть людей перевести на другой корабль, - задумчиво произнёс шкипер и недвусмысленно посмотрел на Рича и Озаву.

Мой товарищ оставался спокойным, а вот чародейка, по моему мнению, очень даже обрадовалась, что будет подальше от меня.

- Ничего страшного, откликнулся я. – Весь отряд будет распределён по кораблям, по десять человек на борт. И каждому приставлен десятник.

- В таком случае, следуйте за мной, а вы, господа, извольте обождать – шкипер ещё раз взглянул на молодую парочку, развернулся и зашагал к мостику, под которым находилась дверь в капитанскую и гостевые каюты.

К моему удовольствию, «Эпиналь» была куда просторнее, чем флагман Боссинэ, на котором пришлось ютиться с Михелем. Для меня и Тью капитан выделил двухместную каюту рядом со своей, а вот находящемуся пока с отрядом штурмовиков дону Ансело предстояло делить помещение с помощником капитана, боцманом и судовым лекарем.

- Располагайся, - сказал я своему денщику, - вещи аккуратно разложи в шкафу. Как закончишь, никуда не высовывайся, пока идет погрузка. Зашибут или заставят работать, чтобы жизнь мёдом не казалась.

Слушавший мои распоряжения Хубальд удовлетворенно кивнул, как будто подтверждая сказанное. Я повернулся к нему и спросил:

- Позволительно ли мне, капитан, задать некоторые вопросы по оснащению флагмана?

- Пойдемте на палубу, там и поговорим, - мотнул головой рыжеволосый, приглашая на прогулку.

Самое спокойное место на корабле оказалось, конечно же, на капитанском мостике. На нем мы расположились с комфортом. Я зажёг пахитосу и окутался ароматным дымом. Хубальд даже глазом не моргнул, только ловко переместился в сторону, чтобы не дышать табаком.

- Не курите? – на всякий случай уточнил я.

- Как-то не удосужился пристраститься к этой забаве, - усмехнулся рыжеволосый.

- Как ваше имя?

- Оскар.

- Зовите меня Игнатом. В походе мы все равны, и я очень не люблю, когда вместо чётких обращений начинают рассыпаться в ненужной вежливости.

- Разумно, - кивнул Оскар. – Итак, что вы хотите узнать?

- В первую очередь, какое вооружение на борту? Пушки, ядра к ним, аркебузы, мушкеты – в общем всё, что представляет интерес для защиты корабля от нападения.

- «Эпинель» - торговое речное судно, специально построенное для перевозки товара, - прищурившись, капитан взглянул на суетящихся внизу матросов, помогавших опускать груз в распахнутый люк трюма. – У нас только одна кормовая пушка на вертлюге. Есть пять аркебуз, багры, топоры. Господин Максэнли старается придерживаться своего правила: лучше потерять товар, чем корабль и людей.

- Из двух зол выбирает меньшее, - подсказал я.

- Именно. Не скажу, что во всех случаях подобное кредо правильное. Тем не менее, мой наниматель предпочитает брать охрану только на дальние расстояния. В основном, он на свой страх и риск не контрактует наемников. Впрочем, до Натандема можно ходить спокойно. На караван Боссинэ напали, как я слышал, возле Валунного Двора?

- Верно, там пришлось немного повоевать. Поэтому и спрашиваю о наличии пушек. Они, знаете ли, имеют одну великолепную особенность: охлаждают горячие головы и выбивают из них всякие глупости. А вот на «Алмазе», «Драконе» и «Разбойнике» как обстоят дела?

- То же самое. По одной вертлюге на каждом судне. Говорю же, караван сугубо купеческий.

- Н-да, я не зря настаивал на большом отряде сопровождения. Интуиция не подвела, - я пыхнул дымом, задумчиво разглядывая портовую суету. Отсюда хорошо виднелись стены строящейся гостиницы Тиры. Даже разглядел копошащихся на лесах людей. – Сколько дней плыть до Осхора? Господин Максэнли говорил, что за три недели управимся.

- Он очень оптимистичный человек, - не сдержался от улыбки шкипер. – Считает, что боги и удача благоволят ему, как никому другому. А раз так, то и сама Рокана донесёт его караван играючи до конечной точки. Нет, Игнат. Хорошо, если управимся за месяц. Сейчас наступает самый жаркий период. Реки, питающие Рокану, мелеют, что сказывается на судоходстве. Фарватеры узкие, проходить их придется осторожно с полными трюмами.

- То есть мы не будет выгружать часть товаров по дороге? – я вынул изо рта пахитосу, быстро просчитывая варианты.

- Нет. Идем сразу до Осхора. Но остановки на ночь будут, не без этого. Запланированы также двухдневные стоянки в крупных городах.

- Где обычно останавливаетесь?

- Эмель и Ромси. Плечо переходов очень длинное, берите это обстоятельство в расчет.

- На кораблях установлены гравитоны?

- Да, по одному. Увы, приходится закупать движители из-за течения Роканы, - развёл руками шкипер, подтверждая известную практику купцов. – Не самая удобная для быстрого судоходства река… Скажите, Игнат, а эта лекарка…

- Озава – чародейка, - предупредил я. – Если вас коробит нахождение женщины на корабле, то прошу вас отбросить подобные предрассудки. Мои люди будут рисковать жизнью, получать тяжелые раны, а кто-то умрёт. Я готов заключить контракт хоть с морским дьяволом, но не допущу больших потерь. Не откажусь от услуг вашего судового врача, Оскар, но вынужден предупредить, чтобы вы относились к Озаве не как к пустому месту. Не требую почестей, они ни к чему, но разумные взаимоотношения должны присутствовать.

- Я вас понял, Игнат, - выслушав меня, кивнул капитан «Эпинали». – Постараюсь донести вашу позицию до экипажа корабля. Просто на палубу этого судна никогда не ступала женская нога. Впрочем, как я понимаю, между вашим другом и девицей нечто большее, чем просто дружба. Думаю, их не стоит разлучать.

- Вам знаком бриг «Тира»? – я улыбнулся прозорливости шкипера.

- Да, несомненно.

- Он принадлежит леди Толессо, которая захватила его в качестве приза у пиратов, с моей помощью, конечно. Мы несколько дней удирали от погони, и никто на борту не роптал насчет несчастий от женщины, находящейся на борту. Скорее, она принесла нам удачу.

Хубальд улыбнулся, отчего его бульдожий подбородок расплылся как у добродушного пса.

- Я вас понял, командор. Вы умеете защищать своих людей, мне эта позиция импонирует.

- Спасибо, Оскар. И еще одна просьба: хорошо бы еще взглянуть на карту, как мы будем идти.

- Давайте, как только покинем порт, загляните ко мне в каюту. Я все объясню и покажу.

- Договорились, - я кивнул и облокотился на бортик, поглядывая на рабочую суету, а заодно и в сторону портовых складов и пакгаузов, откуда должны были появиться мои штурмовики. Надеюсь, у дона Ансело не возникнет проблем с местной стражей. «Чёрная кондотта» уже у многих на слуху, к нам начали присматриваться не только власти города и командующий гарнизона, но и всякое отребье – ночные хозяева Скайдры. Наслышан я, что многие наёмные отряды водят дружбу с бандитами и частенько сливают информацию о купеческих судах, рискующих в одиночку ходить по Рокане. Короткие рейды быстро окупаются, но в то же время подвергаются нападениям. Мелкие кондотты в доле с городским ворьем, вот почему местные купцы, хорошо знающие обстановку, нехотя их нанимают для охраны. Точнее, вообще не нанимают, предпочитая пару-тройку проверенных отрядов. А пришлые торгаши. Не зная местных реалий, влипают в историю.

Тира хотела проводить меня, словно привыкая к роли верной жены, но я попросил её остаться дома. Незачем торчать целый день на пристани, привлекая внимание тех, кто сейчас очень пристально следит за деятельностью леди Толессо. О низаритах, шныряющих по городу, я тоже не забывал.

Через час к причалу в облаке пыли подошёл штурмовой отряд. Гремя оружием, он выстроился на пустом пятачке, уже свободном от тюков и ящиков, и стал ждать распоряжений. Я вместе с Ричем и любопытным Тью спустился вниз, поздоровался с Михелем. Дон Ансело вытащил из кармана камзола платок и с брезгливостью вытер со лба грязные потёки.

- Чертова жара, - пробурчал он. – Со вчерашнего дня стоит полный штиль. Ночью невозможно уснуть. Вся команда вылезла на палубу, спали под открытым небом.

- Не волнуйся. Это только начало, - я усмехнулся. – Будет ещё хуже, но у нас, хотя бы, вокруг полно пресной воды. Обливайся – не хочу.

- Да я уже понял, - Михель кивнул на горизонт в сторону моря. – Обычно такая тишина перед серьёзной непогодой. Не сегодня-завтра начнется свистопляска. Хотелось бы быть подальше от побережья. Когда выходим?

- Завтра утром, - я обхватил рукоять кортика и прошелся вдоль строя, внимательно разглядывая амуницию бойцов, но больше всего присматриваясь к их настроению. Радовало, что у всех жизнерадостные морды. Ну что может быть лучше похода по полноводной реке? Разве что законное жалование и призовые за хорошо выполненную работу. О том, что кто-то может не вернуться, никто не думал.

Я по традиции произнес короткую воодушевляющую речь, напомнил о жесточайшей дисциплине в караване. Выпивка строжайше запрещалась, только с разрешения командора. Ежедневные тренировки не должны прерываться, несмотря на жару, холод, камни с неба. Залог успеха – в умении противостоять врагу. В ночных вахтах самое главное – внимание. Напомнил о нападении низаритов, когда только внимательность на посту и смелость спасли нас всех от смерти.

- Знаю, здесь есть много новичков, - я остановился и оглядел застывших штурмовиков, которые, казалось, перестали дышать. – Мой совет прост: учитесь у старших братьев, не стесняйтесь спрашивать о военных хитростях, чаще занимайтесь с оружием. В бою не трусить. Хоть один покажет спину – вырежут всех твоих боевых друзей. Стойте до конца и помните, что помощь обязательно придет… А теперь слушай мою команду. Сейчас каждый десяток будет распределен на свой корабль, который предстоит охранять до конца рейда. Гусь, ты своим отрядом заступаешь на «Алмаз».

- Есть! – новоиспечённый сержант вышел из строя, громко скомандовал своему десятку перестроиться и выдвигаться в сторону «Алмаза», стоявшего в хвосте каравана.

- Щербатый, топай со своим десятком на «Дракона». Рич, на тебе «Разбойник». Оставшиеся поднимаются на флагманское судно. Боцман уже подготовил для вас кубрик, где вы будете жить. Рейд долгий, возможно, вернёмся не раньше, чем к осенним дождям. Все командиры десятков после ужина приглашаются на военный совет на «Эпиналь». А теперь, шагом марш по своим кораблям!

Штурмовики оживились, задвигались, забренчали амуницией. Я остановил Рича и негромко сказал:

- Можешь взять Озаву с собой. Она как будто опасается, что я намеренно взял её в поход в качестве приманки Котрила. Поэтому забирай чародейку и постарайся изменить отношение девчонки ко мне. Да я и сам пока не доверяю всецело человеку, спутавшемуся с этим проходимцем.

- Все будет нормально, командор, - обрадовался Рич. – Озава только с виду нелюдимая. Привыкла жить в одиночестве.

- Она сама сознательно отгораживалась ото всех, - возразил я и хлопнул друга по плечу. – Ладно, иди, обустраивайся, а я скажу девушке, чтобы она с вещами шла к тебе. Встретишь?

- Конечно. Спасибо, командор!

- Голубки влюблённые, - фыркнул я, на что Рич только весело осклабился.

Как только штурмовые отряды разошлись по своим кораблям, я почувствовал легкую усталость. В этот раз не пришлось доказывать нанимателю, насколько обучена моя кондотта. Все прошло без сучка и задоринки. Осталось только дождаться поднятия якоря – и дальше начнутся будни, когда над головой хлопают паруса, звучат команды шкипера, за бортом шипит рассекаемая бушпритом вода, крики речных чаек в безоблачном небе будоражат воображение. И лишь несколько человек знали, насколько опасен этот рейд. Назревает мятеж речных баронов, где-то рыщет Рэйдж Котрил со своей неуёмной жаждой создавать вокруг себя неразбериху и втягивать людей в авантюры.

Ночь накинула тёплое бархатное одеяло на Скайдру, щедрыми горстями рассыпав по небосводу сверкающих разноцветных светлячков. Вон там, на юге особо выделяется крупная гроздь звезд, образующих легко различаемый остроугольный шатёр. Это созвездие так и называется: Сапфировый шатёр. А чуть левее от него – Маленький Топор, показывающий своим остриём прямо на некрополь. Прямо над городом раскинулся Большой Крест, указующий четырьмя яркими изумрудными перстами на определённые точки. Я точно знаю, что если ориентироваться на верхний кончик Креста, то он приведет к Чёрным Островам. Где-то там сейчас плавает фрайман Эскобето с моим золотом. Надеюсь, что оно таковым и осталось. Не тот человек Ригольди, чтобы откровенно оставить меня без штанов. Ведь найду и без жалости выпотрошу его в назидание другим.

Ониксовый Кит безмолвно плыл в сторону Сиверии, с каждым пройденным часом поворачивая свою морду к Соляным островам. Я вдруг понял, что смотрю на небо не как моряк, а обычный человек, наслаждающийся минутами тишины. Уставшие за день матросы и штурмовики сидят на корме, курят и травят истории. Слышится смех, где-то на полубаке тренькает звонкий китар, а незадачливый певец, которому на ухо медведь наступил, дурным голосом выводит незатейливую песенку про «белошвейку и принца».

По берегу мелькают огни фонарей. Это первая ночная стража обходит причалы, постукивая железными подковами сапог по камням. Город тяжело вздыхает после жаркого дня, принимая прохладу величавой Роканы. Лёгкий ветерок взъерошил волосы.

Внизу, у борта корабля, раздались чьи-то приглушённые голоса. Стоявшие в карауле штурмовики с кем-то препирались. Максэнли опять куда-то ушел, сказал, что ненадолго, поэтому сходни пока не убирали. Но по голосам, чувствую, явно не он вернулся.

- Командор! – меня окликнул Тью, до этого вертевшийся среди бойцов и матросов. – Там с вами хотят поговорить!

- Кто? – я неторопливо раскурил пахитосу. – Прием посетителей на сегодня закончен, так и передай.

- Э-ээ, - завис от моей тирады денщик. – Он говорит, что ваш давний друг. Просил сказать только одно слово-пароль: Натандем.

Я закашлялся. Только один человек мог так нахально среди ночи пробраться в порт и отыскать меня. Спустившись по трапу на палубу, похлопал Тью по плечу и приказал ему приготовить кувшин с тёплой водой и принести его в каюту. Пусть делом займется мальчишка, а не уши греет.

Спустившись по скрипучим сходням вниз, я поблагодарил стоящих в напряжённых позах штурмовиков с обнажёнными палашами за службу.

- Расслабьтесь, парни. Этот человек ко мне.

Я шагнул навстречу двум фигурам в плащах и в шляпах, натянутых до самого носа, незаметно взводя курки пистолетов, заткнутых за пояс. Ведь вместо виконта Агосто меня могли поджидать низариты. Ошибаются все, особенно в темноте.

К счастью, это был именно Ним Агосто, третий виконт Натандемский, собственной персоной. Мы крепко обнялись, проверили прочность спины и плеч сильными похлопываниями.

- Мой сопровождающий, Вулси Ребек, - представил своего спутника виконт, и тот кивнул мне, впрочем, не сказав ни слова, и даже лица не показав. – Он один из моих друзей, согласившихся помочь разобраться с графом Аброй. Отойдём подальше, чтобы не маячить на виду.

Мы прогулялись по пирсу, залитому в серый гранит, до деревянной лестницы, по которой можно было легко спуститься к воде и сесть в лодку. Сейчас здесь было пусто, только плескалась вода о нижние ступеньки. Опершись на перила, Ним снял шляпу и пригладил волосы. В разбавленной тусклым светом причального фонаря темноте он выглядел уставшим и словно похудевшим с того момента, как мы расстались.

- Ты же помнишь, дружище, о нашей договоренности? – спросил он с хорошо ощущаемым напряжением.

- Только скажи, когда, и мы всё обсудим, - я пожал плечами. Не нравится мне настроение виконта. – Завтра с утра мы уходим в Осхор и нас может не быть два месяца.

- Два? – Агосто переглянулся со своим спутником. – Аккурат к осенним дождям. К тому времени всех мятежников могут перевешать на деревьях.

- Виконт, прекращайте крутить хвостом, - чуть грубовато произнес я, чтобы взбодрить его. – Говорите, что случилось… или намечается.

- Я планировал приехать в Натандем в самый разгар мятежа, который, несомненно, грянет со дня на день, - Ним натянул на себя шляпу с какой-то обречённостью. – Но прознал про ваш контракт, поспешил сюда, чтобы поговорить. Он ведь не помешает договору?

- Ним, я могу на обратном пути ссадить часть своих людей неподалеку от Натандема и ускоренным маршем войти в город в тот момент, когда вы сами окажетесь там с единомышленниками.

Я взглянул на Ребека, ожидая от него реакции, и он, кивнув, заговорил чуть хрипловатым, низким голосом:

- Ваш друг прав, виконт. Нет смысла надеяться на смуту в провинции, когда граф Абра и герцог Хуггорт будут полностью заняты мятежниками. Лучше всего скоординировать наши действия. До Осхора и в самом деле плыть почти месяц со всеми остановками, учитывая неизбежный спад воды в Рокане. Правда, обратно по течению идти гораздо легче, поэтому выступать нужно в последнюю декаду некаба[1]. Дороги еще не размоет, да и жара спадёт. А господин Сирота с отрядом в это время, надеюсь, будет ждать поблизости.

- И каким образом мы узнаем друг о друге? – с легкой язвинкой спросил я. – Голубей с записками будем посылать?

- Нет в этом никакого смысла, - спокойно ответил Ребек. – Как я уже и сказал, мы оборудуем лагерь в лесу, где будем ждать вашего прибытия. В пяти лигах от Натандема есть пастушья ферма, принадлежащая семейству Агосто. Посадим там наблюдателя, который будет ждать ваш караван. Отряд высаживается на берег, проводник ведёт его к нам. Ничего сложного…

- Кроме того, что граф Абра может заподозрить неладное.

- Никто не застрахован от подобного, - кивнул виконт. – Будем осторожны, чтобы не давать повода для подозрений.

- Хорошо, - согласился я. – Мы так и сделаем. Я с двумя десятками штурмовиков высажусь на берег и примкну к вашему отряду. Сколько человек, кстати, в нём?

- Пятнадцать храбрых дворян изъявили желание помочь, - от пафоса в голосе виконта я слегка поморщился. Нервничает Ним, дергается. Не похоже на него.

- Кстати, дружище, вы знаете, что по городу шныряют низариты? – я пристально посмотрел на мрачного Агосто. – Они ищут вас.

- Да, уже знаю, - нехотя произнес он. – Старый особняк эрла Вальтоссо арендовал какой-то халь-фаюмец. Сейчас там находится десять человек, очень похожих на низаритов. Есть прислуга, но не так много. Обитатели особняка стараются поменьше выходить в город, чтобы не привлекать к себе внимание. И тем не менее, меня ищут, да. Поэтому пришел сюда в столь позднее время, чтобы выяснить, как нам быть дальше.

- Затаитесь до поры до времени или вообще покиньте город, - посоветовал я. – Низариты – ребята серьезные, будут идти по следу, пока в горло не вцепятся. Здесь нужна выдержка и хитрость. Заманить их всех в ловушку и перебить – самый лучший исход.

- В Натандеме? – оживился виконт.

- Хорошая идея, - я тоже подумывал об этом. Наличие за спиной наёмников очень нервирует, не дает сосредоточиться на серьезных проблемах. – Если пустить слух, что вы вернулись в родной город, есть надежда, что низариты обязательно туда заглянут. Какие бы они не были искусные бойцы, против превосходящих сил не выстоят. Обдумывайте план, виконт. Время ещё есть. Я обещаю тоже что-нибудь придумать.

- С тобой приятно иметь дело, Игнат, - повеселел Ним.

- Кстати, поздравьте меня, виконт. Я получил дворянский патент. Мы теперь одной крови, - я усмехнулся, заметив, как Ребек почтительно приподнял шляпу и обозначил поклон.

Ним Агосто крепко обхватил меня за плечи и воодушевлённо потряс как спелую грушу.

- Я очень рад, Игнат, ты даже не представляешь, насколько! Всегда был уверен, что в тебе горит искра благородности. И право слово, эта награда заслуженна… и кстати, открывает большие возможности в твоих отношениях с одной хорошенькой леди.

- А вот здесь позволь мне самому решать, дружище, - я предупреждающе понизил голос, чтобы Ним в порыве радости не наговорил лишнего при постороннем человеке. Пусть Ребек и считается для него соратником и другом, но я-то его не знаю.

К счастью, виконт не растерял качества, позволявшие ему быть надёжным товарищем. Он понятливо кивнул и с сожалением произнес:

- Эх, сейчас бы пару бутылок «Искарии» осушить с тобой, да под жареный кабаний окорок! Поговорить, вспомнить рейд в Шелкопады!

- Ну, не так много времени прошло, чтобы о нём языками чесать, - усмехнулся я. – А сейчас вам лучше уйти. Эти чёртовы невидимки могут крутиться в порту, ненароком заметят. Ты, хотя бы, хорошо спрятался в Скайдре?

- Не переживай, я как битый жизнью волк сейчас затих в норе, лишний раз нос не высовываю, - Агосто вздохнул. – Ничего, осталось немного, и я, наконец, смогу вернуться в родной дом, не боясь удара ножом в спину.

Мы тепло попрощались и разошлись в разные стороны. Я еще долго стоял у сходней, прислушиваясь к ночным звукам порта: плеску волн о каменные причалы, далекий стук колотушек сторожей, пьяные песни, несущиеся из прилегающих к реке кварталов. Надеюсь, виконт спокойно ушел темными улицами, и низариты его не преследуют. Надо же, свили в Скайдре гадючье гнездо, особо не скрываясь. Не-не, мне такое соседство не нужно. Вернусь, обязательно займусь их зачисткой. А то всякие Адалхайды, Вальтоссо, Лойфреды как только узнают, что Тира Толессо выходит за меня замуж, сразу побегут к наёмникам с мешочками золота с просьбой убрать конкурента с дороги. Вот почему надо заручиться поддержкой графа Додрефа. Вдвоём легче контролировать всю эту шелупонь, мнящую себя аристократией.

Я постоял на причале, докуривая пахитосу. Неподалеку застыли штурмовики, ожидая от меня приказа. Вытащив из внутреннего кармашка кафтана массивный хронометр, щелкнул крышкой и вгляделся в стрелки. Время позднее, а Максэнли до сих пор нет.

- Поднимайте сходни, - сказал я бойцам. – Не придет, наверное, хозяин.

- А если заявится? – спросил один из штурмовиков. – Загулял где-нибудь, к девкам в бордель заглянул. У пьяного мыслей что говна: одна хуже другой.

- Но-но, разговорчики, рядовой, - оборвал я не в меру умного подчиненного. – Тебе по статусу не положено осуждать нанимателя. Если припрётся, придумаем, как поднять на борт.

Легко взбежал наверх и направился в гости к капитану. Хубальд еще не спал, и сидя на кровати в подштанниках и длинной ночной рубахе, почитывая при свете магического фонаря какую-то толстую книгу.

- Я дал команду поднять сходни, капитан, - предупредил я Оскара. – Надеюсь, не будете ругать за своевольство?

- И правильно сделали, - кивнул шкипер. – Время позднее, вряд ли хозяин вернется на корабль. У меня даже подозрение появилось, что он с нами не пойдёт в рейд.

- И кто будет следить за караваном? – я особо не удивился. Купцы, особенно преуспевшие, редко ходят по рекам, сваливая хлопоты на плечи помощников. Случай, когда Лесс Боссинэ самолично возглавил рейд, скорее из разряда редчайших. Но в той истории были замешаны гравитоны, и Боссинэ справедливо опасался, что кто-то другой не справится с заданием и подведёт под эшафот всех причастных.

- Пришлёт управляющего, - пожал плечами Хубальд. – У него их двое. Тревик и Пенберти.

- Кто из них лучше? Я про то, умеют ли они находить общий язык с контрактёром?

- Да черт их разберет, - снова характерный жест плечами. – Оба сами себе на уме. Но склоняюсь к Пенберти. Он чаще всего назначался хозяином на проводку каравана. А Тревик – крыса сухопутная, воды боится. Один раз с ним довелось поработать, так он всю дорогу ныл, что его укачивает. Представляете, Игнат! На реке укачивает!

- Всякое может быть, - я не торопился огульно охаивать человека, которого ни разу в жизни не видел. – И речная волна способна вызвать такой приступ тошноты, хоть всех чертей выноси. Слабый организм, ничего не попишешь.

- Поэтому господин Максэнли предпочитает отправлять его с обозами, - продолжил шкипер. – Он сразу понял, в чём слабость Тревика. Но как управляющий весьма неплох. Если хозяин откажется идти с нами, пришлёт Пенберти.

- Ладно, поживём – увидим. Спокойной ночи, капитан, - я попрощался с Оскаром и направился в свою каюту.

- Командор, вода уже остыла, - с укором произнёс юный денщик, добросовестно дожидаясь меня.

- Не ной, полей мне на руки, - я выложил пистолеты на стол и разделся до пояса. Тью помог мне ополоснуться, потом подал чистую холстину, не забывая докладывать, что произошло за время моего отсутствия.

- Боцман разместил наших парней в трюме, приказал накормить ужином. Капитан дон Ансело расставил посты и сейчас отдыхает. А когда отправляемся?

- Как только придёт хозяин или его управляющий, - ответил я, отплёвываясь от воды, попавшей в рот. – Запомни, ночью по реке ходить опасно. Фарватеры освещаются бакенами, и вот представь, если кто-то умышленно погасил их в самом узком месте.

- Сядем на мель, - уверенно ответил Тью, прибираясь после вечернего омовения.

- Ну вот, всё понимаешь. А там, где этих бакенов нет, опытный шкипер ориентируется по другим признакам, которые знает только он. Поэтому караван будет идти, пока светит солнце. Так что для нас праздники закончились, пока не вернёмся обратно, - я вытерся и бросил полотенце на тумбочку, где стоял таз с водой. – И от тебя требуется точное выполнение всех моих приказов. Надо будет – встанешь на вахту. Понял?

- Так точно, командор! – вытянулся радостный Тью. – Готов приступить к службе!

- Спать ложись! – усмехнулся я, раздеваясь до исподнего и не забыв положить пистолеты рядом с собой. – Закрой дверь и погаси фонарь!

- Слушаюсь!

Я завалился на узкую кровать, прикрылся жестким одеялом и привычно постарался отсечь посторонние звуки вроде скрипа обшивки и плеска волн в борт корабля, чтобы побыстрее уснуть. Тью еще какое-то время возился, устраиваясь поудобнее, и вскоре беззаботно захрапел.

Примечание:

[1] Некаб – последний летний месяц в королевстве Дарсия, знаменуется обильными дождевыми осадками и паводками, которые могут затягиваться вплоть до середины токиса – первого осеннего месяца, который еще называют Плачущим.