Штурмовик-5. Кондотьер

Часть первая. Поход. Глава 1. Порт начинается с таможни

Моя новая жизнь в шкуре фрегат-капитана Вестара Фарли тянется уже довольно долгое время, и я могу точно сказать, что таможенники Дарсии и Сиверии не отличаются друг от друга методами своей работы. Есть с чем с сравнивать. У них существует свое понимание службы, а интуиция работает на невероятно тонком уровне. Просто собачий нюх на халявные деньги. Они знают, например, на какой корабль нужно заглянуть перво-наперво, помотать нервы капитану и команде, чтобы получить свой положенный куш – и только потом с ехидной улыбкой разрешить разгружаться.

Таможенная служба ловко играет на срочности. Насколько мне смог объяснить Лесс Боссинэ, между городами, стоящими на реках или вдоль морского побережья, по которым проходят маршруты торговых кораблей, курсируют гонцы с важной информацией о грузе, который находится на какой-нибудь условной «Бегущей лани», и хозяину нужно срочно продать его. Прибывает судно в нужную точку выгрузки – и начинается хитрая игра. Таможня затаивается в засаде как паук и просто игнорирует купца, заставляя того нервничать и выяснять, когда же господа королевские чиновники начнут проверку трюмов. Товар ведь задекларирован, проверка документации и товаров не займет много времени. Важнее всего – подпись комиссара таможни. Без нее невозможно выгрузить товар, поместить его в лабазы, договориться с покупателями. А еще приходится держать в голове время, выделенное для стоянки у причала. Стрелки хронометра тикают, неумолимо приближая тот момент, когда придется бежать в контору и слезно умолять обнаглевших от своей безнаказанности и дармовых денег продлить аренду причала.

Судя по мрачнеющей физиономии Боссинэ, таможенники решили пустить в дело второй вариант. «Лаванда» и «Енот», отягощенные груженными барками, застыли возле красного бакена, отмечавшего место, где проводится досмотр.

- Что-то не торопятся, - устав стоять на свежем воздухе, пахнущем водорослями, произнес виконт Агосто. Натянув на глаза шляпу, он недовольно поджал губы, развернувшись в сторону купца. – Боюсь, господин Боссинэ, на ваш кошелек положили глаз толстомордые упыри в мундирах. Спорим, что они сейчас всячески затягивают время…

- Похоже на то, - проворчал наш работодатель, сжимая в руке сложенную подзорную трубу, с помощью которой он обозревал протянувшиеся вдоль берега лабазы, конторские дома и мельтешащий возле них разнообразный люд. Но больше всего времени негоциант уделял причалам, особенно тем, которые сейчас пустовали. И это обстоятельство больше всего раздражало Лесса. Не было никаких причин задерживать досмотр.

В Эбонгейте мы сделали первую серьезную остановку после приключений на острове Норри. Славный город с богатой историей жестоких сражений, как выразился Боссинэ, был залит солнцем и свежей весенней зеленью. Чем дальше мы уходили от побережья, тем приятнее на глаз становились ландшафты. Здесь гораздо мягче климат, все растет как на дрожжах, даже зима не такая суровая, как в центральных провинциях или промозглая как на побережье. Неудивительно, почему холмы утопают в цветущих садах, а начиная с окраин все земли распаханы аккуратными квадратами и прямоугольниками.

- Лесс, вы должны знать имя комиссара таможни, - словно утверждая, сказал Ним. – Я попробую уладить с ним вопрос.

- Не получится, ваша милость, - покачал головой купец. – Здесь власть имеет только эрл Ронессо, а начнете показывать свой нрав – мы простоим здесь дней пять, не меньше. И за каждый день простоя придется платить.

- Требование дворянина ничего не значит? – Ним приподнял бровь.

- У таможни свои правила, - развел руками Боссинэ.

- И все же? – настаивал мой высокородный друг. – Не дадите мне возможность попробовать?

- Фернан Овалле, - нехотя ответил Боссинэ и раздраженно вытянул трубу на необходимую длину. Приложив к глазу, направил на ему одному ведомую точку. – Пусть он находится на королевской службе, но все знают, что должность Овалле – формальна. В Эбонгейте есть только один хозяин. Все вопросы решаются через него.

- Местный эрл? – догадаться мне не составило труда. Все становилось на свои места.

- Эрл Ронессо очень влиятельный человек в провинции, - подтвердил слова купца Ним. – Я ведь уже говорил, что он приходится троюродным дядюшкой королю. Пусть и по женской линии, но это нисколько не умаляет его достоинств грамотно вести дела в своем хозяйстве. И да, наш король уважает его настолько, что закрывает глаза на некоторые шалости. Так что любая попытка надавить на комиссара Овалле ничем не закончится.

- Вы сами себе противоречите, виконт, - я пожал плечами. – То утверждаете, что уладите вопрос, и тут же опровергаете.

- Ничего подобного, - залихватски поправив шляпу, откликнулся Ним. – Сказанное относится не ко мне, а я сейчас навещу таможню. Хотите ко мне присоединиться, Игнат? Оттуда мы можем сразу же пойти в город. У нас в запасе есть больше суток.

- Охотно, - согласился я.

- Господин Боссинэ, велите спустить шлюпку на воду.

- Тогда мне стоит приодеться, - я критически осмотрел себя. На палубе корабля можно ходить в просторных штанах и рубахе, но рядом с виконтом не хочется выглядеть драным псом. Для этого у меня есть «парадная» одежда: свежая рубашка, жилет, новенький кафтан и начищенные до блеска сапоги.

Виконт Агосто обещал без меня никуда не уплывать, и пока я буду переодеваться, он полюбуется видами города и широкой величавой Роканой, которая и в самом деле завораживает невероятным размахом.

Гардероб Лихого Плясуна всегда спасал меня в подобных ситуациях. Любитель хорошей одежды, покойный ныне корсар, обеспечил своего «наследника» всем необходимым, из которого я с собой взял только пару комплектов верхнего и нижнего белья. К сожалению, мой молодой вестовой по имени Ройбен остался на «Тире» под присмотром Пегого, и следить за чистотой кафтанов и сапог приходилось самому. Не хотел я брать мальчишку в опасную дорогу, хорошо представляя, чем может закончиться путешествие. А он так умолял меня взять его в отряд, даже в ногах валялся. Правда, получив по загривку, больше таких выкрутасов себе не позволял.

Сначала я ополоснулся нагретой за день водой из бочки, потом спустился в каюту и стал наряжаться: белоснежная рубашка с серебряными запонками, коричневые штаны из плотной ткани, сапоги с раструбами и темно-зеленый кафтан. Как раз для таких случаев вроде выхода в город.

Опоясавшись ремнем, я заткнул за него пару двуствольных пистолетов. Неудобно и тяжеловато, но к такому арсеналу я привык, да и спасал он меня не раз. Кортик с непонятной и пугающей магией я тоже не забыл.

Виконт Агосто терпеливо ожидал меня на палубе.

- Таможня так и не прибыла? – разглядывая корабли возле красного бакена, спросил я.

- От причалов ни одна лодка в нашу сторону не отошла, - Ним покосился на Боссинэ, мечущегося на капитанском мостике и постукивающим ладонями по перилам. – Мне его жалко, Игнат. Придется слегка повздорить с этими напыщенными индюками.

- А нам нужен скандал? – я сразу прикинул, какие проблемы могут нас ожидать, вздумай мы качать права чиновникам от королевской службы. – Не забывай, у нас в трюме запрятаны гравитоны. Полезем нахрапом – обеспечим себе головную боль. Как бы вверх дном весь караван не перевернули.

- Мы стоим на середине Роканы, - перекинув ногу через борт, виконт встал на штормтрап, крепко вцепился в него и стал неторопливо спускаться в шлюпку, ждущую нас внизу вместе с четверкой крепких парней из команды «Соловья». И продолжал разговор, задрав голову: – По морскому кодексу никто не имеет права проверять суда, находящиеся в нейтральных водах. То же самое относится и к рекам, имеющим важное торговое значение. Рокана – одна из них. Поэтому Боссинэ и встал так хитро, чтобы местная таможня не испытывала желания сунуть нос на флагманский борт.

- А как же королевский речной патруль? – я спустился следом за виконтом, уселся на скамью, и один из гребцов оттолкнул лодку от борта корабля с помощью весла, и мы помчались к берегу. – Им никто не запрещает проверять подозрительные суда.

- Какие у них могут быть основания? – завернувшись в плащ, чтобы брызги воды не попали на одежду, в свою очередь спросил Ним. – Купеческий корабль имеет хозяина, он застрахован от разных ситуаций, а еще существует конвенция, оберегающая негоциантов от всесилия флотских. В этом отношении король Амман заслуживает уважения. Он понимает важность внутренней торговли и всячески способствует ей.

- Ну да, оснований, судя по всему, у них нет, - признал я правоту виконта. – Если только кто-то не нашептал им.

- Кто мог – тот умер, не успев что-нибудь сказать, - Агосто показал взглядом, что не нужно сейчас обсуждать щекотливую тему при навостривших уши гребцах.

Мы замолчали и до самого берега даже малозначительными фразами не перебрасывались. Матросы подогнали лодку к одному из свободных пирсов. Мы поднялись наверх по мокрым ступеням и предупредили их, что ждать нас не нужно, вернемся завтра.

Таможню искать долго не пришлось. Чиновничья контора выделялась добротным зданием с приличным крыльцом и навесом над ним, черепичной крышей и болтающимся на свежем ветру полотнища с королевскими лилиями. Административные постройки в Дарсии, все как одна, увенчаны малым королевским штандартом, чтобы каждому прохожему было понятно, где находится власть. По нему, собственно, мы и догадались, куда направляться.

Портовая суета стала для нас обыденным делом. Мимо то и дело проезжали, натужно скрипя, груженые ящиками, тюками, досками или бочками широкие телеги, которые тянули мощные лохматые битюги, оставляя на дороге глубокие следы от тяжелых копыт.

Мы подошли к крыльцу и заметили сидящего на ступеньке стражника в кирасе; его шлем лежал на коленях, алебарда находилась под рукой, прислоненная к перилам. Видимо, жаркое солнце допекло служивого, вот и спрятался в тенечке, что давал навес. Увидев, что к нему направляются незнакомые люди, он быстро напялил на голову шлем и вскочил на ноги. Грозно насупившись, служивый отгородился от нас сверкающим железом.

- Кто такие? По какому делу?

- Мы к комиссару Овалле, любезный, - пришлось взять на себя роль посредника, так как виконт с надменным видом разглядел что-то интересное над головой охранника. – Три часа назад прибыли с торговым караваном из Скайдры. Нужно уладить одну проблему.

- Не положено пущать, - нахмурил брови страж таможенной конторы.

- Кем не положено? – удивился я и тыкнул пальцем вверх. – Здесь находится королевская администрация, куда каждый верноподданный Короны имеет право обратиться по делам.

- Если каждый тута будет ходить – покою господам таможенникам не будет, - по-деревенски упрямо произнес солдат. – У них работы много. Давайте-ка отсюда, господа. Через часок приходите.

Мне захотелось ударить его рукоятью кортика по выпирающему от великого избытка ума лбу. Оглянулся на виконта, молча вопрошая, как поступить. Агосто демонстративно достал кошель, покопался в нем для вида, и извлек золотую корону. Подкинул ее в воздух и ловко поймал.

- Заметил, что у меня было? – спросил он, подходя ближе и не замечая сверкнувшую перед его носом алебарду. – Хочешь ее заработать? Отойди в сторонку и не мешай господам.

По лицу стражника, судя по всему, только недавно покинувшего свою захудалую деревушку, пробежала тень сомнения пополам с жадностью. Пропустишь неведомо кого – получишь не золотой, а нагоняй от начальника караула или зуботычину от самого комиссара. Зато в кармане будет лежать целая «корона», настоящее богатство для простого солдата. Поступишь согласно уставу – не видать монеты.

- Не хочет, - разочарованно сказал виконт, повернувшись ко мне. – Глупый и трусливый пошел нынче солдат. Раньше-то, помню, за несколько мелких монет любой служака мог оказать любую услугу. И был рад заработать на этом.

- Дак это, нельзя, сказано было, - облизал губы бедолага, потея от страха и отчаяния, что золотая крона сейчас исчезнет обратно в кошеле благородного господина. – Ежели пропущу вас, все равно выгонят.

- Кто может выгнать виконта? – удивился Ним и снова повертел между пальцами монету.

- Виконта? – совсем растерялся стражник и обреченно отошел в сторону, пропуская нас к двери.

- Молодец, - похвалил его Ним и протянул монету, которая тут же ловко исчезла с виду, как будто ее здесь никогда не было. Я успел заметить, что он затолкал ее в рот. Наверное, считал это место самым надежным.

Между тем виконт Агосто толкнул дверь и первым вошел в помещение, где за рабочими конторками сидели трое чиновников в темно-синих мундирах без нашивок, но с бляхами таможенной службы на шее и усердно скрипели перьями. Они одновременно вскинули головы на шум и уставились на нас с возмущением, как будто мы посмели нарушить какое-то табу. Возле дальней стены у окна на длинной скамейке пристроились двое бородатых мужиков в потрепанных кафтанах. Не их ли суденышки болтались от нашего каравана? Судя по расположению, шли товаром сверху до Эбонгейта. Тоже, видать, замучились ждать таможенников.

- Могу ли я видеть кого-то из старшего персонала? – громко спросил виконт, встав посреди комнаты и кидая многозначительный взгляд в коридор, перекрытый массивными деревянными створками, преодолеть которые не представляло никакого труда. Только зачем проявлять мальчишество перед недостойной аудиторией? И так пройдем. – Желательно самого господина Овалле. Мы с «Соловья». Вам должно быть известно о прибытии каравана из Скайдры.

- К сожалению, господа, таможенный досмотр откладывается до завтра, - огорошил нас один из чиновников, худой как высохший на солнце угорь, зато с пышными гвардейскими усами, коими славится личная охрана короля.

- А что случилось? – вздернул левую бровь Ним. – Праздник какой или похороны любимой кошки у господина Овалле?

- Не очень смешно, - поддержал своего коллегу второй чинуша, настоящий антипод: толстый, с отвисшими брылями и невероятно длинными бакенбардами. Маленькие глазки настороженно перебегали с меня на виконта, силясь понять, кто есть кто в этой компании. Понятно, что одеяние и фамильная шпага Нима напрямую указывали на его принадлежность к аристократическому сословию. Но… мало ли проходимцев в наше время? – Господин комиссар приглашен сегодня эрлом Ронессо на ужин.

- Странно, - удивился Ним. – А мы видели его яхту в нескольких милях отсюда. Интересно, гости в замке, а эрл Ронессо развлекается на воде со своим семейством.

- То не наше дело, - оборвал его толстяк, судя по своему напыщенному виду и поведению – старший в этой братии чинуш. – Вы так и не представились.

- Ним Агосто, третий виконт Натандемский, - нагнав в голос холода, ответил мой друг.

Мелких чинуш пробрало. Они вскочили и неловко поклонились, после чего замерли, ожидая скандала, который сейчас мог обрушиться на их головы. Вместе с ними вскочили и оба купчика, обалдевшие от бесплатного спектакля. Ним раздраженно махнул рукой, разрешая таможенникам сесть.

- Кто замещает господина Овалле на время его отсутствия? – все так же холодно поинтересовался виконт и прошелся вдоль конторок, вслушиваясь в скрип половиц под своими ногами.

- Господин Вальдовин, - куда почтительнее ответил толстяк.

- Я могу с ним встретиться?

- Ваша милость, чем могу быть полезен? – из полутьмы коридора появился худощавый рослый мужчина в сером суконном мундире Таможенной службы, который удачно дополняла шляпа со значком этой самой службы в виде торгового жезла и шпаги, на шее покачивался серебряный жетон. К слову, у младших чиновников жетоны были металлические.

- Судя по нерасторопности вашей службы, полезности я вообще не наблюдаю, - виконт Агосто заложил руки за спину и стал ждать, когда заместитель соизволит выйти из-за перегородки.

Чуть поколебавшись, Вальдовин все-таки принял правильное решение. Аккуратно притворил створки, чтобы они не стукнулись друг о друга, таможенник встал напротив виконта, опустив руки по швам.

- Торговый караван купца Боссинэ из Скайдры уже долгое время ждет, когда вы соизволите провести таможенную проверку на кораблях «Лаванда» и «Енот» с грузовыми барками, - медленно и отчетливо произнес Ним Агосто. – Господин Боссинэ терпит убытки, несоизмеримые с продажей товара в Эбонгейте. Как понимать сложившуюся ситуацию?

Вальдовин двумя пальцами оттянул туго стягивающий горло воротник мундира с серебряной вышивкой, прокашлялся и попытался снова завести ту же песню, что и его подчиненные.

- Дело в том, что Глава таможни города Эбонгейт сейчас находится на торжественном обеде у эрла Ронессо. От него не поступало никаких распоряжений насчет проверок. Тем более, мы вас ожидали завтра…

Купчики что-то проворчали, но вмешиваться в разговор не рискнули, напряженно глядя на надменного виконта, от которого несло ощутимым холодом.

- Не несите чушь, Вальдовин! – фыркнул Ним, покачиваясь с мысков на пятки и обратно. – Всем, кто занимается перевозкой грузов по рекам, знают, насколько быстро вы получаете известия о подходящих к портам караванах. Так что о прибытии нашего каравана вы знали. И ваш начальник решил сыграть по-хитрому, заблаговременно решив покинуть место службы, чтобы содрать с господина Боссинэ крупную пеню за предельно допустимое время пребывания в порту Эбонгейта. Лучше, по его мнению, засвидетельствовать почтение эрлу Ронессо в замке, пока тот катает свое семейство по Рокане, чем потеть в душной конторе.

- Ваша милость, все не так…, - пробормотал заместитель, пытаясь перехватить инициативу, но виконт продолжал гвоздить его к нескрываемому удовольствию купчиков.

- Вы как замещающий Главу таможни имеете право на осмотр судов. Даже обязаны, заметьте! И я не понимаю, какая причина заставляет вас сидеть в кабинете и делать вид, что в порту тишь да гладь. Вот эти двое господ тоже ждут осмотра, а ведь пришли раньше…

- Ранним утром, ваша милость, - подтвердил один из них, вскочив на ноги. – Тоже сначала ждали до полудня визита господ из таможни, а потом плюнули и сами сюда пришли…

- Так в чем истинная причина задержек, господин Вальдовин? – Ним своим взглядом как будто решил выжечь дыру во лбу чиновника. Тот нервно переступил с ноги на ногу, и вытащив из кармана платок, провел им по лицу, вытирая испарину. – Может, решим проблему просто, не раздувая скандал?

- Ваша милость, - прокашлялся старший таможенник, - я могу послать курьера, чтобы господин Овалле дал распоряжение на осмотр прибывших судов…

Ним покачал головой, словно показывая, что разочарован ответом чиновника, и тот мгновенно заткнулся, потея еще больше. Я тихо стоял в стороне и не вмешивался в публичную порку – для меня все стало ясно. Сутки простоя позволяют таможне на законных основаниях стрясти штраф с купцов, даже если в этом простое виновата именно она, а не кто-то иной. Кто там будет свои права качать против королевских служащих? Дурных, как говорят, ищите в другом месте!

- Меня устраивает только один вариант, - сказал виконт, оглядывая притихшее помещение, - сейчас вы направляетесь на «Лаванду» и «Енота», проводите осмотр согласно Уложения и даете разрешение на разгрузку барков. А потом займетесь вот этими господами, - он кивнул на обрадованных купцов. – Надеюсь, до захода солнца все проблемы будут решены. Если вы отказываетесь выполнять свою работу, я сейчас же отправлюсь в замок эрла Ронессо и публично обвиню господина Овалле в мздоимстве и попустительстве своей должностью. Последствия представляете?

- Не стоит этого делать, ваша милость, - к моему удивлению, заместитель подобрался и что-то для себя решил. – Мы сейчас же отправляемся на досмотр.

- Отлично, господин Вальдовин, - Ним легонько похлопал чиновника по плечу. – Сделайте свое дело как положено королевскому служащему, а я не забуду вашего рвения.

Мы покинули таможню, и виконт предложил прогуляться по городу, заодно найти приличный гостиный двор с хорошей кухней.

- Все равно до завтрашнего вечера караван не покинет Эбонгейт, - уверенно произнес Ним, шагая по обочине дороги, чтобы не попасть под колеса телег или копыта тягловых лошадей. – Пока таможня расшевелится, пока даст разрешение на швартовку к разгрузочным причалам – солнце сядет. А с утра начнется основная работа. Так что, дружище Игнат, есть хорошая возможность посидеть за бутылкой великолепной «Искарии». Кстати, как насчет плотских утех? Может, стоит заглянуть в бордель и взять на вечерок двух безотказных прелестниц?

- Надо же, - я с удивлением взглянул на растянутые в улыбке губы, так как глаза его были надежно спрятаны под полами шляпы, - а я считал вас, дружище, стойким к женским утехам мужчиной. По крайней мере, сколько вы находитесь со мной, ни разу не заводили подобных разговоров.

- Что-то меня стычка с Шамперноном навела на невеселые мысли, - поворачивая за угол массивного каменного лабаза, откликнулся Агосто, и остановился, оглядывая окрестности.

Отсюда дорога расходилась в обе стороны. Та, что тянулась вдоль причалов и реки, так и продолжала вихлять как пьяный прохожий, а вторая уходила в сторону города, преодолевая каменные развалы, оставшиеся явно от береговой линии обороны. На солидную фортификацию они не походили, скорее, служили своеобразной дамбой против разлива реки. Кое-где даже заиленные камни проглядываются сквозь траву. Неплохо так Рокана поднимается во время паводков!

- На какие же, если не секрет? – я дождался, когда виконт сориентируется, и двинулся следом за ним, не забывая посматривать по сторонам. Интересно и полезно, особенно когда идешь мимо развалин, где тебя запросто могут ожидать лихие ребята с ножиками или с дубинками.

- Граф Абра ни за что не отступится от своего плана, чтобы закопать меня в землю как можно скорее, - не поворачивая головы, ответил Ним. – Видимо, в его планы вкралась какая-то ошибка, связанная с моим существованием. Вот и думаю, а не столкнусь ли в Эбонгейте с еще каким-нибудь любителем заработать на чужой крови.

- И от этих мыслей вас потянуло на девок? – решил пошутить я.

- Как ни странно – да, - не стал оскорбляться виконт. – Думаешь, я настолько целомудрен, что не приемлю обычные человеческие прихоти? Вот ты, кстати, дружище, куда воздержаннее, чем я. Твои люди нашептали, что ты держишь какой-то обет насчет утех… Если это розыгрыш, то сам понимаешь, неудачный. С трудом верится…

- У меня есть девушка, - потешаясь в душе над словами виконта, ответил я, сдерживая улыбку. – Хочу быть верным только ей.

- А, тогда понятно, - кивнул Ним Агосто с серьезной миной. – Когда твоя невеста сама Тира Толессо, нужно быть предельно внимательным в таком щепетильном вопросе.

Все-таки виконт восхищает меня своей мальчишеской открытостью и незамутненной жизненной позицией. Он видит мир в двух цветах, и нисколько об этом не жалеет. Мне бы так, и глядишь – проблем могло быть меньше. А то постоянно приходится разделять полутона, выискивать в них смыслы, еще больше запутываясь в решении наболевших проблем.

Я не стал огорчать своего высокородного друга о своей шаткой позиции жениха. Пусть считает, что я без пяти минут муж одной из красивейших и богатых девушек Скайдры и других городов всего северо-восточного побережья, а также почти новоиспеченный аристократ. Признаюсь, получать такой статус с помощью женской юбки я не намерен. И поход по Рокане – первый шаг к самостоятельности.

Пока говорили, вышли к узкой улочке, стиснутой с двух сторон каменными домами с двумя, а то и с тремя этажами. Поверху на веревках сушилось белье, какие-то громкоголосые дамы переговаривались между собой из окон, мимо нас с криками пронеслась кучка босоногой детворы – наверное, к реке побежали.

Дальние кварталы, как пояснил виконт, строились с одной целью: при нападении пиратов (а такое в стародавние времена происходило частенько) они становились неприступным оплотом. Жители закрывали окна мощными ставнями, а сами сверху наносили урон камнями или кипятком, сдерживая врага до подхода гарнизона. Узкие улочки для такого веселья подходили как нельзя кстати. И была еще одна особенность, на которую указал Ним. Оказывается, несколько домов соединялись в некий квадрат, образовывая неприступную крепость с внутренними дворами. Таких «крепостей» вдоль береговой линии было несколько.Довольно интересная фортификационная мысль.

Как только мы миновали «крепость», создалось такое впечатление, что город расправил плечи и размахнулся на всю ширь свободного пространства. Улицы стали шире, дома выше, народу побольше. Окунувшись в привычный для горожанина шум и гам, мы неторопливо зашагали по мощеной мостовой, покрытой грязью вперемешку с соломой, и внимательно поглядывали по сторонам в поисках подходящей харчевни или гостевого двора.

- Виконт, а вы бывали в Эбонгейте? – поинтересовался я с одной лишь целью: знает ли мой спутник город, или придется опять стражу спрашивать. – Вы так уверенно рассказывали об эрле Ронессо, словно знаете его.

- В детстве с отцом приезжал сюда пару раз, - махнул рукой Ним. – С тех пор многое изменилось. Город разросся, а гостевые дворы имеют свойство разоряться. Да и что может помнить мальчишка из тех путешествий?

- А ваш отец не знаком с эрлом Ронессо?

- Ты о том, почему я так уверенно пригрозил таможенникам, что заявлюсь в замок? – рассмеялся виконт, а потом призадумался. – Кстати, а почему бы и нет? Когда я говорил, что хозяин замка не любит правителей Натандема, нисколько не лукавил. Можно использовать ситуацию в свою пользу, рассказать о графе Абре, о его коварстве. Глядишь, со стороны Ронессо моя спина будет защищена… Не выпить ли нам наливочки, дружище?

Мы как раз проходили мимо открытого прилавка, на котором стояли небольшие и аккуратно сделанные бочонки с краниками, а миловидная пожилая женщина предлагала снующим мимо нее горожанам испробовать своего напитка. Заметив, что мы замерли как раз напротив нее, заулыбалась.

- Не угодно ли господам «вишневки» или «малиновки»? – певуче спросила она, зорко приглядываясь, в первую очередь, к одеянию виконта. Да и я не выглядел бродягой с дырявыми карманами. Кстати, не стоит расслабляться. Уже пару раз заметил шныряющих в толпе мальчишек с тем самым блеском в глазах, который приводит к потере кошелька у зазевавшегося прохожего.

- Ваша милость, вы должны обязательно попробовать мои наливки, - уверенно продолжала дожимать нас женщина, не желая упускать добычу. Она самолично налила из одного бочонка темно-красный напиток в глиняную кружку, даже отсюда по запаху определявшийся как «вишневка». – Попробуйте, не пожалеете.

Виконт шагнул под деревянный навес.

- Игнат, а ты чего стесняешься? – усмехнулся он.

Вишню я не любил. Не знаю, откуда во мне такое странное неприятие к этой ягоде, возможно, из тех страшных снов, которые частенько будоражили меня после гибели «Дампира».

- А что еще есть кроме вишни и малины? – поинтересовался я.

- Яблочный сидр, - с готовностью ответила продавщица.

- Его и налейте!

Она подала мне кружку с ароматно пахнущим напитком, и я с удовольствием ополовинил ее, ощущая, как в нос шибает мелкими пузырьками.

- Холодный! – удивленно произнес я, чем вызвал смех женщины и виконта.

- Обычная магия, господин купец! – все-таки наметанный глаз у этой дамы! Различила, что мы из разных весовых категорий. – Неужели вам все это в диковинку? Никогда не поверю!

- Я из тех мест, где магию почти не применяют, - усмехнулся я, немного пугая словоохотливую продавщицу. – За ее использование обычно рубят конечности, в зависимости от тяжести содеянного.

- Где ж это такие страсти? – недаром говорят, что любопытство все-таки куда сильнее страха.

- Халь-Фаюм.

- Не слыхала про такое, - покачала головой женщина, машинально вытирая руки о передник, хоть они и были сухие. – Понравилась наливочка, ваша милость?

- Отличная вещь, - признался виконт, аккуратно оттирая пальцем следы наливки в уголках губ, не снимая перчатку. – Я могу узнать рецепт?

- Не получится, - улыбнулась продавщица напитков. – Это семейный секрет, замешанный на особых сортах ягод, растущих только в Эбонгейте.

- Так я и думал, - кивнул Ним. – Чем отличается «Идумейское» от «Искарии», если эти вина сделаны из красного винограда? Ничем, кроме того, где этот виноград рос.

- Разумно говорите, - охотно поддержала его женщина. – Климат, почва, много или мало солнца, ну и сорт – вот вся разница.

Виконт положил на прилавок несколько мелких монет, и не слушая, как его благодарит словоохотливая дама, пошел дальше, надменно задрав подбородок. Забавно, как он сразу изменился, когда попал в знакомую среду. Сразу появилась чопорность, плавность движений. При виде богато разодетых женщин вежливо кивал, вызывая у тех улыбки.

Судя по оживленной улице, множеству мелких, а то и крупных лавок и магазинчиков, мы попали в самый центр, сердцевину города. Ничего удивительного. Эбонгейт живет торговлей, да и стоит удачно. Помимо речного пути к нему с побережья тянется тракт, по которому можно добраться как до Скайдры, так и до Невермута, что находится выше по течению Роканы. Правда, так себе городишко, пренебрежительно отозвался о нем виконт Агосто, но зато расположен в красивом месте, где сливаются Рокана и Пламонт.

Пока мы шли по улице, дважды видели верховую стражу. Раздвигая с помощью коней людской поток, всадники неторопливо ехали посреди улицы и поглядывали с высоты на происходящее. Я с интересом пригляделся к ним. В Сиверии, к примеру, для контролирования порядка конников не привлекали. Хватало и пешей стражи. А эти ребята явно самодеятельность эрла Ронессо.

Они были облачены в легкие, но все же неудобные кирасы, да еще под шерстяными плащами, в высокие кожаные сапоги для защиты от ударов холодным оружием снизу; зато голову каждого из них венчала странная высокая шляпа с короткими полями, похожая на колпак. Я такие видел впервые, и задал вопрос виконту.

- А, - махнул рукой Ним. – Видишь ли, внутренним гарнизонам городов редко приходится участвовать в настоящих боевых действиях. Они больше задействованы в охране порядка, в патрулировании улиц, вот как эти… Тяжелые кирасы и шлемы, да еще палаши вдруг стали слишком тяжелыми для неженок, - он сплюнул на мостовую. – Ну и надумали облегчить жизнь солдатам. Шлемы-то никуда не делись, они у вояк есть на случай боевых действий. А вот когда идут патрулировать, напяливают на голову вот такие шляпы. Сейчас объясню секрет. Кстати, их так и называют – «секрет», - хохотнул Ним. – Изготавливают железную черепную крышку, проколотую по краям. Это позволяет вшить ее во внутреннюю часть шляпы и предохранить от ударов по голове. Некоторые умельцы делают шляпы полностью из железа и обшивают их фетром или другой тканью. Их трудно отличить от обычных, которые носят горожане. Это позволяет ввести в заблуждение потенциального грабителя или противника. Тяжеловата ноша, да и не всегда спасает от хорошего удара палашом, но все же…

- Хм, довольно находчиво, - я пристальнее поглядел на всадников, как раз проезжающих мимо нас, и встретился взглядом с одним из них. Тот не подал виду, что заинтересовался двумя прохожими в приличной одежде, и отвернул голову. Бьюсь об заклад, скоро мы с ними снова столкнемся… где-нибудь на узенькой улочке. – Слушайте, виконт, давайте уже спросим местных, где есть таверна, подходящая для ваших желаний. Иначе до вечера рискуем ноги до ушей стереть.

Ним хохотнул.

- Забавная шутка, надо запомнить!

- Кстати, мы уже несколько харчевен прошли мимо, - напомнил я.

- Пустое, Игнат, - отмахнулся виконт. – Слишком здесь людно, а я не люблю, когда в помещении орут и галдят на сто ладов. Подожди…

Он неожиданно перегородил путь двум женщинам, идущим навстречу. Вернее, одна из них была уже почти старуха, поддерживаемая под руку миловидной светловолосой девушкой. Но по одежде сразу читалось, что обе из состоятельной семьи. Может, бабушка и внучка решили прогуляться под теплым солнышком. Правда, обе в добротных плащах, в кокетливых шляпках, а руки девушки обтянуты тонкими белыми перчатками.

- Сударыни, - виконт сдернул шляпу и сделал изящный реверанс, которого я от него не ожидал. – Прошу простить меня за невежество, заведя с вами разговор посреди улицы. Меня зовут Ним Агосто, я третий виконт Натандемский. Со своим другом прибыл сегодня в ваш замечательный город, решили осмотреть его достопримечательности. Немного устали, решили отобедать, а приличное заведение, да чтобы с гостиницей, найти не можем. Не подскажете ли, сударыни, несчастным путешественникам, путь к нему?

Девушка зарделась и повернулась к своей пожилой сопровождающей, как будто хотела спросить разрешения поговорить. Но старая тетка с интересом оглядела виконта, меня же лишь мазнула внимательным и оценивающим взглядом. Видимо, слегка затруднилась в определении моего положения. То ли купец, то ли свитский из мелких дворян.

- Виконт Натандемский? – густым, больше подходящим для мужчины, голосом спросила она. – Для вашего статуса лучшего гостиного двора чем «Старая печать» не найти.

- Он находится на Сенной улице, - торопливо добавила девушка и мимолетно улыбнулась виконту, чем вызвала недовольное фырканье старухи. – Хозяина зовут Сотолонго.

Ним Агосто не преминул воспользоваться этим моментом и приподнял шляпу, не отрываясь от созерцания пунцовеющей молодки.

- Премного благодарен, сударыни, - сказал он. – Могу ли я узнать ваши имена?

- Вам ни к чему их знать, виконт, - язвительно произнесла пожилая. – Завтра вы уже покинете Эбонгейт и забудете, кого встречали на его улицах, и с кем разговаривали.

- Нет, такую встречу не забудешь, - улыбка Нима насторожила меня. Никак влюбился с первого взгляда? Надо спасать друга.

Я незаметно двинул виконта локтем в бок, совершенно не заботясь, как он на это отреагирует. Правда, от бдительной старухи это движение не укрылось. Она самодовольно усмехнулась уголками губ.

- Всего доброго, виконт Агосто, - девушка была куда доброжелательнее спутницы-матроны. – Было приятно познакомиться.

И они пошли дальше, оставив Нима с блуждающей улыбкой на губах.

- Дружище, прекратите витать в облаках, - я неодобрительно покачал головой. – Давайте уже пойдем и насытим свои урчащие желудки. Неужто вас сбила с толку эта девушка?

- Признаюсь, Игнат, так и есть, - вздохнул виконт. – Я давно уже не мальчишка, который пускает слюни на каждую красотку, встреченную на улице. Но что-то же привлекло меня в ней.

- Все молодые девушки красивы, - проворчал я, с ужасом почувствовав в своем голосе наставительные нотки брюзжащего старика. – Таких сотни в каждом городе.

- Согласен, Тире Толессо она чуточку проигрывает, - Ним сбросил с себя легкую дымку печали и зашагал дальше. – Но ее стать и породистость наводит меня на мысль, что девица непростая. Ладно, дружище, найдем эту «Старую печать», а завтра я попробую узнать ее имя.

Я вздохнул про себя. Кажется, виконта мы потеряли, не успев дойти до Шелкопадов.

Глава 2. В таверне "Старая печать"

Неплохое местечко оказалось, неплохое. Не обманула милашка со светлыми волосами. Здесь действительно привечали только представительную публику, у которой водятся деньжата в кошельке. В большом чистом зале нас посадили за отдельный тщательно выскобленный добела стол и приняли заказ, который исполнили весьма быстро.

После второй бутылки «Искарии» и приличной еды виконт Агосто впал в меланхолическую задумчивость, подперев рукой подбородок. Он уставился куда-то в дальний угол, где был расположен помост, на котором стоял худощавый молодой парень с длинными волосами и воодушевленно терзал скрипку. Печальные звуки томной музыки рассыпались по залу, но удивительно, что никто из присутствующих не роптал, и даже с удовольствием похлопывал в ладоши. Странное место. Оно было похоже на что-то подобное из моих смутных снов: огромное помещение, залитое ярким светом мощных магических фонарей, тяжелыми портьерами на окнах, белые скатерти на круглых столиках, смех красивых женщин в нарядных платьях и обвешанных драгоценностями.

- Если она из аристократок – а я в этом уверен – почему же ее не сопровождала свита? – отвлек меня от воспоминаний о снах голос виконта.

- Дружище, вы до сих пор находитесь под чарами этой незнакомки? – я уже был сыт, но ягнячий бок был изумительно вкусен, и трудно было удержаться от того, чтобы не отрезать для себя еще один кусочек. Парня надо спасать. На него напала какая-то хандра.

- Игнат, я ведь никогда не был влюблен, - признался мне Ним. – А тут словно туман в голове, как только услышал ее голос и увидел глаза.

- Ага, как от удара «колбасой» по макушке, - нарочито грубо произнес я. – Виконт, постарайтесь отвлечься от этой дури. Поверьте, ничего хорошего от мимолетного увлечения не выйдет. Я более чем уверен, что она уже сосватана за какого-нибудь дворянина. За такими жемчужинами смотрят особенно пристально. Да и дела у нас куда важнее, чем сердечные.

- Да, Игнат, ты прав, - совсем затосковал виконт и вылил остатки вина в кружку. Тяжело вздохнул и опрокинул в себя нектар как простую воду.

Пришлось подозвать трактирную служанку и попросить ее принести нам еще одну бутылку, заодно мысленно прикидывая, как отправить спать виконта. Мы уже сняли две комнаты, заплатив приличную сумму за отдельные номера. Правда, финансовую проблему решил Ним Агосто, что вызвало у меня вздох облегчения. Но, с другой стороны, насторожило. Зачем виконту понадобилась вторая комната, если можно спокойно воспользоваться одной? Не впервой нам ночевать бок о бок. Дворянская кровь заговорила спьяну?

А теперь мелькнула идея, которую я тут же принялся претворять в жизнь.

- Я сейчас вернусь, дружище Ним, - встав из-за стола, направился к длинной стойке, за которой стоял низкорослый смуглый мужчина с большими залысинами на висках. Это был сам хозяин заведения с забавным экзотическим в этих местах именем – Сотолонго. Скорее всего, в его венах текла аксумская и дарсийская кровь вперемешку, что не мешало вымеску держать в центре Эбонгейта неплохой гостиный двор. Значит, есть серьезные покровители.

- Что господину угодно? – не показывая никаких эмоций поинтересовался хозяин. – Еще мяса и овощей? Есть прекрасный сыр, как раз для вина.

- Нет. Я хотел бы узнать, - понижаю голос, хотя никому нет дела до того, о чем я болтаю с трактирщиком. – Можно ли вызвать девиц на ночь, чтобы скрасить одиночество?

Сотолонго взглянул на меня маслянисто-желтыми глазами с большим интересом. Неужели до меня никто не пытался притащить шлюх в «Старую печать»? Или здесь это не принято?

- Такая услуга будет стоить дорого, - так же негромко ответил он, не бегая глазами по сторонам. Мужик ничего не боялся, просто не хотел, чтобы такие вещи касались других людей. – Я рискую репутацией, поэтому беру два золотых за то, что приглашаю девиц из борделя в респектабельную гостиницу. Если об этом узнает градоначальник, наложит штраф… Какое количество вам угодно?

- Одной хватит, - я почти незаметным движением большого пальца показал за свое плечо на печального виконта. – Моего друга свалила сердечная хандра. Нужно срочно излечить, иначе быть беде.

- Молодость, понимаю, - ухмыльнулся Сотолонго и переставил бочонок с пивом подальше от себя, облокотился на стойку, едва не упершись своим лбом в мой. – А почему для себя не просишь? Монах какой-нибудь? Вроде не похож, одежка-то знатная. Но и не из дворян. Значит, купец. И что мешает развлечься?

- Угадал, купец я. А развлечься… У меня невеста есть, - я понизил голос до шепота. – Она даже на большом расстоянии чувствует измену, - постучал пальцем по виску, намекая на ментальные возможности. – Однажды поймала на горячем, и пригрозила, что следующий раз станет последним. Разорвет помолвку. А мне нельзя, больно уж богатый у нее папаша.

Трактирщик заулыбался. Такие истории растапливают сердца людей, и ты для них становишься своим парнем с теми же проблемами, что и у многих.

- Как стемнеет, я пошлю слугу к одной знакомой бандерше, - Сотолонго еще раз внимательно посмотрел на виконта через мое плечо. – Девку проведут через черный ход. У твоего друга есть время до рассвета, пусть успевает потешиться.

- Только без сюрпризов, - предупредил я. – Знаю я, какие шлюхи сейчас пошли. Больше половины из них соглядатаями работают.

- А ты бывалый парень, молодец, - похвалил меня вымесок. – Не переживай, эти девки умеют держать язык за зубами, но в некоторых случаях шевелят им куда лучше.

Мы посмеялись, и я пошел обратно к своему другу, чтобы помочь ему распить очередную бутылку. А то заснет и все дело мне испортит. Не хочу я видеть кислую рожу Нима всю дорогу.

- Ты о чем с этим копченым разговаривал? – с подозрением спросил Агосто. – Вижу, веселые оба.

- Не берите в голову, виконт, - наливая в кружки вино, откликнулся я. – В чужих землях я всегда стараюсь завести знакомства или же с обычными людьми поговорить обо всем. Любая новость всегда полезна, ежели ты не на заднице сидишь, а по свету ходишь.

- Странный ты, Игнат, - качнул головой Ним и покрутил кружку в руках, однако пить не торопился. – Странный, интересный и весь из загадок. Вроде молодой, как и я, а в словах речь умудренного жизнью человека.

- Просто я многое повидал, - успокоил я виконта и со стуком прислонил свою кружку к его. – Давайте, дружище, выпьем и пойдем смотреть свои комнаты.

- Можно прогуляться до борделя, - сам полез в ловушку Агосто. – Почему ты упрямишься? Тира никогда не узнает о твоих грешках.

- Не искушайте, виконт, - я шутливо погрозил ему пальцем. – По мне лучше две добрых драки, чем одна ночь со шлюхой. Результат все равно один будет…

Ним, как ни странно, меня понял, и громко, не обращая внимания на посетителей, захохотал, мгновенно приходя в хорошее расположение духа. А появление Боссинэ еще больше воодушевило нас.

Купец ввалился в трактир с мрачной рожей, огляделся по сторонам, показал жестом, что видит нас и направился прямиком к Сотолонго. Они оба о чем-то несколько минут шептались, а потом Лесс подошел к нашему столу, положил шляпу на лавку рядом с собой и выдохнул:

- Дерьмо краба! Чтобы я еще раз здесь швартовался со своим товаром?! Три часа с меня жилы вытягивали эти ленивые задницы с таможни! Каждый дюйм барков проверили, даже на «Лаванду» захотели свой нос засунуть, но я уже не стерпел… Уф!

Та же служанка принесла очередную бутылку «Искарии», что навело меня на определенные мысли. Вымесок Сотолонго и в самом деле находится под чьей-то протекцией, и пользуясь ею, покупает весьма качественное хмельное не для того, чтобы потчевать голытьбу или матросов с проходящих мимо кораблей. Здесь собираются весьма серьезные люди для обсуждения своих дел. И никто не лезет к чужому столу чтобы завязать знакомство; только лишь после того, как посредником выступит хозяин харчевни. Я дважды видел, как Сотолонго, поговорив с кем-то из посетителей, подводит его к определенной компании, перебрасывается с людьми парой-тройкой слов, после чего тот человек присаживается за стол.

- Так чем дело закончилось? – с любопытством спросил Ним Агосто.

- Дали разрешение на разгрузку. Завтра с утра шкиперы поставят к причалу барки, а вечером я хочу отсюда уйти. Все нервы вымотали… Кстати, а что вы такого наговорили Вальдовину? Такой весь из себя вежливый, даже извинился за задержку. Не помню, чтобы он таким был. Правда, это не помешало его помощникам обнюхать весь груз.

- Когда находишь правильный подход к человеку, он готов показать, что был неправ в некоторых случаях, - усмехнулся виконт, переглянувшись со мной.

- Надо почаще в караванах ходить с вашей милостью, - Боссинэ собственной рукой разлил вино по кружкам. – Больно здорово улаживаете проблемы.

- Обращайтесь, господин Боссинэ, - виконт отмахнулся. – Когда будет время, обязательно помогу.

Мы выпили, закусили остывшим ягненком и зеленью, а потом купец вытер пальцы о голенища сапог и извлек откуда-то из-под кафтана серый конверт, бросил его на стол.

- Что это такое? – мы с любопытством уставились на Боссинэ, требуя объяснения.

- Приглашение от эрла Ронессо, - Лесс постучал пальцем по конверту. – Он узнал, что я нахожусь в Эбонгейте и захотел побеседовать. Мне разрешено взять с собой двух человек, отличающихся хорошими манерами и грамотной речью. Я подумал, что судьба благоволит мне с самого начала, когда мы встретились в Скайдре. Иначе бы мне пришлось идти на встречу со своими шкиперами, умеющими только многозначительно молчать. Согласитесь, не самый лучший вариант.

- Охотно сходим, - я обрадовался. Вдруг какую-нибудь интересную информацию удастся выудить. – Будет чем день занять.

- Видать, когда мы проходили мимо яхты эрла, он заметил вас, - сказал виконт, пластая ножом сырную головку.

- Так мои корабли в Эбонгейте хорошо знают! – засмеялся Боссинэ, жуя кусочек сыра. – Я уже два раза удостаивался чести быть приглашенным в замок Ронессо. Так что завтра с утра мы едем туда.

- Ночуете здесь?

- Да. У меня в «Старой печати» есть своя комната, которую я арендую. Сотолонго примерно знает, когда мой караван приходит в Эбонгейт и никого туда не заселяет в это время.

- Вы предусмотрительны, господин купец, - похвалил его виконт. – И что, в каждом городке тоже выкладываете монеты за аренду?

- У меня есть приличная постель на борту «Соловья», - ухмыльнулся Боссинэ. – Лойвью, Дасквич, Невермут, Валунный Двор – там одни клоповники. Вам тоже советую оставаться на корабле. Полезно для здоровья… и для жизни тоже.

Посидев еще немного, мы разошлись по комнатам. Виконту я ничего про девицу не сказал, но опасался, что он к тому времени заснет и бесславно упустит момент. Поэтому напросился к нему в гости, якобы под предлогом поговорить об очень важном деле.

- Меня беспокоит желание граф Абры добиться своих целей, - пояснил я, когда закрыл дверь на железный засов. – Может, стоит о его черных делишках рассказать эрлу Ронессо? Вы же сами говорили, дружище, что он не очень-то любит правителей Натандема.

- Я об этом думал, - с кряхтением снимая сапоги с ног, откликнулся виконт. – Не в дворянской чести… - икнул он, - говорить о преступлениях и казнокрадстве за спиной человека. Но… ик! Граф Абра такая свинья, что я готов поступиться своими принципами!

- Тем более, что он не гнушается грязных методов, - поддержал его я, вслушиваясь в едва слышимый шум голосов снизу. Народ и не вздумал расходиться. Часть посетителей – местные, они сами скоро уйдут, а вот приезжие могут колобродить еще долго. Но на площадке второго этажа стояла относительная тишина, разве что возле двери проскрипят половицы под ногами кого-то из постояльцев.

- Эх, надо было прогуляться до увеселительных заведений, - вздохнул виконт. – Ты прав, Игнат. Сердечное томление лучше всего забывается после плотских утех. А может, сходим, а?

- Оставайтесь на месте, Ним, - предупредил я, напрягшись. Виконт уже протянул руку к сапогам. Пришлось открыться. – Я уже все устроил. Скоро сюда придет одна прелестница. Незачем шататься по незнакомому городу, где тебя поджидают с мясницким ножом.

- Игнат! Ты купил для меня шлюху? – изумился Агосто и попытался встать, но выпитое вино опрокинуло его на спину. – Господи, я сейчас со стыда провалюсь под землю! Не настолько же я бессилен!

- Глупости! – хмыкнул я, прислушиваясь к звукам снаружи. – Я просто не хотел, чтобы вы, мой друг, по темноте искали приключений на свой зад, да еще после трех бутылок отменной «Искарии».

- Ха-ха! Как всегда грубо и остро! – виконт принял устойчивое положение и стал расстегивать запонки на рукавах рубашки. – Но я умею владеть шпагой даже в таком состоянии. Однажды, помню, во время хорошей попойки повздорил с одним дворянчиком, а тот обиделся и вызвал меня на дуэль. Зря он это сделал. Моя рука всегда тверда…ик! Проверено!

- Тихо! – я напрягся. В дверь кто-то царапался с другой стороны. Сначала мне показалось, а потом стало понятно, что и в самом деле скребутся. Вытащив из-за пояса пистолет, я отодвинул засов и потянул на себя плотно сбитое из досок полотно, приоткрывая узенькую лазейку для того, кто находился снаружи. Послышалось какое-то шуршание, и в комнату проскользнула невысокая фигурка в плаще. Я тут же захлопнул дверь.

Фигурка обернулась, представ передо мной худенькой девицей с рыжими волосами, выбивающимися из-под капюшона. Синие глаза с испугом заметались от меня к виконту, сидевшему на кровати, словно копье проглотив.

- Тс-сс! – я прижал к губам палец и убрал пистолет. – Все в порядке, дорогуша. Тебе никто не причинит вреда. А я сейчас уйду. Плащ только сними и подай его мне.

- Зззачем? – пристукнула зубами девица, и непослушными руками развязала веревки возле горла. Сбросив с плеч плащ, она подала его мне, оставшись в темно-сером платье, из-под которого выглядывали старые, но чиненные сапожки.

- Так надо, - ответил я, прощупывая ткань плаща, выискивая нежелательные предметы вроде длинной булавки, остро заточенной бритвы или еще какой-нибудь пакости, которая запросто отправит человека на тот свет. При должном умении можно и веревкой придушить, если сил хватит. Я бы не обольщался, что блудница на вид хиленькая. Что-то меня паранойя охватила…

- Ты что творишь, дружище? – ожил виконт. – Девушку запугал!

- Все в порядке, - я бросил плащ на лавку. – Ухожу. Господин, не забывайте, что девице нужно уйти из гостиницы очень рано, чтобы никто не видел ее. Хозяин трактира очень просил об этом.

- Понял, уходи. Милая, закрой за моим телохранителем дверь на засов, - разыграл сценку Ним.

Я ухмыльнулся, услышав последние слова виконта, и зашел в свою небольшую комнатку, находившуюся рядом. Надеюсь, звукоизоляция здесь неплохая, иначе вместо сна придется слушать ночной дуэт.

Пошарив по правой стороне от двери, нащупал небольшой магический фонарик, стукнул по донышку. Слабенький огонек осветил скорее не комнату, а каморку с узкой кроватью и минимумом мебели. Мне, привыкшему к узости кают, она показалась даже просторной, а уж у виконта – и вовсе дворец.

Я закрылся на засов, проверил маленькое квадратное оконце, чтобы исключить любую возможность попасть в помещение, и только потом с облегчением сбросил кафтан и сапоги. Пистолеты положил рядышком с собой, погасил фонарь и завалился на жесткую постель. И как ни странно, неожиданно крепко заснул, и ни один звук меня не разбудил до самого утра.

Вернее, до того момента, когда в дверь стали отчаянно стучаться. Протирая глаза, я открыл ее и уставился на Боссинэ, который лично решил разбудить меня.

- Ну вы и горазды спать, господин Сирота! – излишне нервно проговорил купец. – Солнце уже давно поднялось над шпилем башни, и нам пора собираться!

- Не совсем понял про башню, Лесс, но искренне прошу прощения, - я не стал закрывать дверь, чтобы наниматель вошел в комнату. – Если не затруднит, полейте мне на руки. Я быстро…

Для утреннего умывания здесь использовались кувшин с водой и тазик, куда вода сливалась, а потом выносилась наружу трактирным слугой.

Боссинэ, что-то ворча, взял в руки посудину и стал понемногу лить на мои руки, сложенные «лодочкой». Фыркая от удовольствия, я поплескал на лицо водой, потом тщательно вытерся своим носовым платком. Что-то меня не прельщало пользоваться куском серой ткани, игравшую, по-видимому, роль полотенца. Мало ли, кто до меня ею пользовался.

- Завтракать не будем, поедем сразу, - предупредил купец. – Обычно после таких встреч эрл Ронессо устраивает небольшой обед для присутствующих.

- Обычно? – я зацепился за оговорку. Мне она не понравилась. Ведь хозяин замка мог бы с таким же успехом выдворить нас за ворота, как только утешит свое любопытство. – Я бы не утверждал столь уверенно о гостеприимстве местного аристократа.

Боссинэ поморщился. Ему почему-то не понравилось, как я отношусь к визиту. Мне на это было абсолютно наплевать. Поездка в замок не нравилась по многим причинам, и первая из них: спрятанные в трюме «Соловья» гравитоны. На месте купца я бы находился в порту и пинками гонял грузчиков, чтобы они поскорее освободили барки от товара, а потом со свистом умчался бы отсюда. У нас очень опасный груз, который в данный момент ищут королевские егеря и военные. Рано или поздно у кого-то созреет мысль о тотальной проверке всех кораблей, плывущих по Рокане. А Боссинэ расслабился слишком рано.

Знакомство с эрлом Ронессо в другое время я бы приветствовал, и даже постарался бы обратить на себя внимание, но не сейчас. До сих пор вспоминаю слова виконта Агосто, что фактический хозяин Эбонгейте не в ладах с правителями Натандема. Понятно, что отец моего друга не являлся таковым, как и сам молодой виконт, да кто их разберет, власть имущих. Стукнет моча в голову – прикажет выкинуть нас за ворота замка. А для Боссинэ такой исход нанесет непоправимый удар по репутации.

Я махнул рукой. Будь что будет. Не мне решать, что делать и как поступать. Если господин купец хочет, чтобы я поехал вместе с ним, отказываться не стану. Тщательно приведя свой кафтан в порядок и нацепив пояс с боевым арсеналом, я напялил на себя шляпу и вместе с Боссинэ спустился вниз. И столкнулся с виконтом, сияющим как золотая крона, только что отчеканенная на монетном дворе.

- Вижу, ночь удалась? – негромко спросил я,

- Игнат, я так тебе благодарен, - так же полушепотом ответил Ним, взяв меня за локоть. – Ты выбил из моей головы всю эту несусветную глупость. Малышка оказалась чудо как хороша. Признаюсь, твоя задумка удалась.

- Всегда готов помочь другу, - усмехнулся я и доброжелательно положил руку на плечо виконта.

- Господа, давайте же поторопимся, - Боссинэ умоляюще посмотрел на нас обоих. – Я бы предпочел подождать лишний час в приемной, чем опоздать.

Как только мы вышли на крыльцо, я сразу понял фразу купца о солнце над шпилем башни. Оказывается, отсюда хорошо просматривались высокие башни замка, которых было четыре, но одна из них имела еще и тонкий шпиль, над которым сейчас висело солнце, заливая улицы города нежным весенним теплом. Судя по высоте светила, сейчас часов одиннадцать. Неплохо так поспал!

Нас уже поджидала карета, запряженная двойкой лоснящихся гнедых лошадок, и – вот сюрприз – Аргай с парочкой своих парней. Старший охраны осклабился, увидев нас, и даже поднял руку в приветствии.

Один из парней распахнул дверцу, и мы, один за другим, нырнули в полутемную прохладу короба, разместившись на мягких сиденьях, оббитых бархатом. Аргай тоже залез следом и сел рядом со своим хозяином напротив нас. Дверца захлопнулась, телохранители запрыгнули на запятки кареты. Возница присвистнул и щелкнул кнутом, скорее распугивая идущих по мостовой людей, чем взбадривая лошадей. Он что-то грубоватым голосом прокричал кому-то, чтобы убирали с дороги свои ленивые задницы, а потом скорость немного возросла.

- Как именно проходит аудиенция? – спросил я Боссинэ не из праздного любопытства. Нужно знать некоторые мелочи, которые помогут не попасть в неприятности.

- Секретарь приглашает гостей в рабочий кабинет эрла Ронессо, и тот беседует с ними, - купец пожал плечами. – Ничего сложно и необычного. Аудиенция может затянуться надолго, поэтому не исключена подача прохладительных напитков. Нередко бывает, что хозяину и получаса хватает. Например, однажды мы проговорили довольно долго. Эрла интересовался, какие товары я предпочитаю возить по Рокане и Пламонту, что охотнее всего покупают люди, где в ходу доски, а где – фарфоровая посуда… Само собой, не обходится без расспросов о делах в Скайдре, как поживает тамошнее население, слухи тоже любит. Даже больше, чем скабрезные анекдоты про аристократов.

- А какова наша роль, точнее – моя? – не отставал я от Боссинэ, чем заслужил его удивленный взгляд. – Я ведь не купец, чем может заинтересовать наемник такого серьезно человека? С виконтом понятно: он желанный гость в любом дворянском доме.

- Невнимательно слушаете, Игнат, - покачал головой мой наниматель. – Я же говорю, что эрл – очень любопытный человек. Ему интересно все, что происходит за пределами замка и города. Он хоть и не градоначальник, но формально забота о порядке в Эбонгейте лежит на его плечах. Поэтому я не удивлюсь, если Ронессо захочет поговорить с вами, господин Сирота.

- Что ж, если захочет – не откажусь, - пожав плечами, я замолчал. Можно было подремать, но чертова карета то и дело налетала на какой-нибудь плохо уложенный камень, и приходилось всерьез опасаться за свой язык или зубы.

Дальше стало легче. Мы выехали из города, и карета покатилась по твердой поверхности, поднимая за собой шлейф пыли. Дорога шла вдоль зеленеющих полей, потом потянулись цветущие яблоневые сады, от запаха которых кружилась голова.

Карета, наконец, остановилась. Послышались грубоватые мужские голоса, кто-то спрашивал возницу, кого он привез. Дверцу бесцеремонно распахнули, внутрь заглянула усатая круглая морда стражника. За его спиной маячили еще двое вояк в кирасах, держащих алебарды.

- Кто такие? – спросила усатая морда.

- По приглашению эрла Ронессо купец Лесс Боссинэ, - ответил мой наниматель холодным голосом.

- Энфрит, отойди, - на плечо усача легла рука в перчатке, и ее обладатель занял место грубого стражника.

Молодой мужчина лет тридцати в белом дублете, обильно украшенном пуговицами, галунами и бантами, имел тонкие черты лица, на котором выделялись изящные ухоженные усики. На его плечи падали завитые локоны черных волос, а длиннополая шляпа такого же цвета, как и дублет, была украшена пышным пером. Сладкий запах пудры и помады проник в карету, забив приятный яблочный аромат. Красавчик явно из аристократического племени, только почему-то крутится возле ворот.

- Кто из вас господин Боссинэ? – спросил он, зорко приглядываясь к нашей компании.

- Я, ваша милость, - ответил купец. – Со мной третий виконт Натандемский Ним Агосто и кондотьер наемного отряда охраны Игнат Сирота. А также личный телохранитель.

Имени Аргая он называть не стал, справедливо посчитав, что напомаженному красавцу оно не столь важно.

- Виконт Натандемский? – удивленно переспросил мужчина и отступил на шаг назад. – Неожиданно. Я должен доложить эрлу Ронессо о вашем приезде. Вы можете проезжать на внутренний двор. О ваших слугах побеспокоятся.

Красавчик демонстративно приложил руку к полям шляпы и отошел в сторону. Я успел заметить, что он шепчет на ухо одному из стражников, и тот сломя голову побежал через распахнутые ворота. Наверное, докладывать о виконте.

- Вы уверены, что эрл не будет испытывать к вам неприязнь? – переспросил я виконта. – Просто я не понимаю причин его недовольства.

- Спорные земли, - ответил Ним. – За Роканой три сотни лиг тоже принадлежат клану Ронессо, и они, к несчастью, примыкают к землям Натандема. Распри тянутся уже лет триста, не меньше. Раньше все вопросы решались войной, но прадеду нынешнего короля надоело постоянно быть арбитром между Ронессо и семейством Абра. Помимо них в Дарсии хватало проблем из-за земельных споров. В сражениях королевство теряло цвет аристократии и рыцарства, поэтому был издан указ, по которому все споры должны решаться через Высший суд.

- Там заливные луга и обширные пастбища, - добавил Боссинэ, подтверждая рассказ виконта. – За такие земли любой аристократ удавит своих соперников.

Карета между тем проехала внутрь, копыта лошадей зацокали по выложенной камнем площади – и мы, наконец, остановились. Аргай распахнул дверцу, выскочил наружу и помог хозяину спуститься вниз. Следом вылезли мы и с любопытством огляделись по сторонам.

Судя по всему, нынешний хозяин замка-дворца не особо спешил сносить внешние стены, словно опасался возврата тех времен, когда вместо судов спорщики сходились на ратном поле. Они до сих пор доминировали над местностью, поражая своей суровой монолитностью и правильной фортификацией: мощные подъемные ворота, сторожевые башни, донжоны, узкие лестницы, ведущие на стену. Единственное, чего я не заметил, так это широкого рва, наполненного водой. Да и неоткуда было взяться здесь воде. Замок стоял на небольшой возвышенности, контролируя долину, и только толстые стены могли защитить его в случае серьезной осады. Подозреваю, что внутри здания, где-нибудь в подвале есть колодец или система водосбора в виде бассейна или каменных цистерн, которые наполняются дождевой водой.

Вдоль крепостных стен протянулись всевозможные хозяйственные постройки, казарма для охраны, конюшня, прачечная. Повсюду сновали люди, занятые своими делами, не обращая на нас внимание.

Сам замок был возведен из белого известняка на солидном фундаменте из дикого камня, и оказался не таким уж и огромным: высотой в три этажа, объединенный в один комплекс из пяти или даже больше флигелей с остроконечными крышами, зубчатыми башнями, над одной из которых – средней – торчал пресловутый шпиль с развевающимися королевским и родовым штандартами, с многочисленными окнами разной конфигурации от широких прямоугольных до узких стрельчатых. Фасад дворца украшали многочисленные карнизы и изящная декоративная резьба, изображавшая различных птиц, животных, цветы. Венчало все это великолепие парадная лестница из настоящего белого мрамора с розовыми прожилками.

Возле нее нас ожидал представительный дворецкий в светло-сером кафтане с золотыми позументами на рукавах. Он безошибочно низко поклонился виконту, чуть скромнее – Боссинэ, а меня и вовсе проигнорировал. Создалось впечатление, что о нашем статусе уже знали.

- Господа, - рука плавно пошла в сторону, показывая на крыльцо, - прошу вас, проходите. Эрл Ронессо сейчас немного занят и просил подождать. В гостиной вас ожидают прохладительные напитки, курительные принадлежности. Идемте за мной.

Внутри ничего неожиданного. Люди такого калибра как эрл Ронессо всегда окружают себя роскошью. Отделка комнат – из драгоценных пород деревьев, на потолках изумительной красоты люстры, на стенах бронзовые канделябры, кругом портреты, картины.

В гостиной я и Боссинэ сели на один из многочисленных диванчиков, а виконт развалился в кресле и потребовал у слуг принести ему вина. Что и было исполнено мгновенно. Я довольствовался лимонной водой, недурственной, кстати. Горло пересохло от ожидания встречи, которая меня, если честно, совсем не интересовала. Надо было отправить купца и виконта расшаркиваться с любопытным эрлом, а самому вернуться на борт «Соловья» и потренировать своих головорезов.

К счастью, занятость хозяина замка быстро закончилась. Мы увидели спускающегося по лестнице напомаженного щеголя, который встречал нас возле ворот. Интересно, как он успел оказаться внутри?

- Господа, прошу вас, - приглашающим жестом дворянин показал, что нам следует поторопиться.

Развернувшись, щеголь пошел обратно, и как только мы поднялись наверх и оказались перед двустворчатой высокой дверью, охраняемой парой серьезных вояк, обвешанных шпагами и кинжалами, обратился ко мне, глядя поверх головы:

- Вы обязаны оставить оружие. По окончании встречи его вам вернут.

Что ж, это было понятно с самого начала. Кто же меня пустит с опасным железом к хозяину? Молча расстегнул пояс, передал его одному из охранников. Ему же вручил пистолеты. Тот с непроницаемой мордой забрал и их. Только в глазах мелькнули веселые искорки. Оценил мой арсенал, дескать, сам такой любитель оружия.

Щеголь в белом дублете нырнул за дверь, пробыл там несколько минут – не понимаю, о чем еще можно болтать, когда гости уже здесь – и вышел с важным видом глашатая, объявляющего волю хозяина.

- Эрл Ронессо готов принять вас, - щеголь отодвинулся в сторону, давая нам возможность по одному зайти в кабинет.

Глава 3. Предупреждение эрла

Хозяин замка чем-то напоминал старика Толессо. И не внешностью, а духом истинного аристократа, который плещется в глазах и угадывается в каждом движении. Скупом и выдержанном. Словно знает, с кем и как себя вести. А еще эрл Ронессо был невероятно высок по сравнению с другими обитателями особняка, и мощен как старый дуб, переживший не одну бурю. На его лице я не увидел боевых отметин или шрамов, указывающих на непомерную храбрость, с помощью которой он поднялся на такие высоты. Впрочем, он мог и не воевать, или же столь искусно владел шпагой, что ни один из противников не дотянулся до него железом.

Но в первую очередь он был влиятельным аристократом правобережья Роканы, вассалом короля и серьезной политической фигурой, как уверял меня виконт. Но за обычными словами, описывающими его статус и деятельность, прятался человек с весьма жестким и волевым характером. На такого посмотришь и понимаешь, насколько ты мелок, как та песчинка, прилипшая к подошве его сапога.

Кабинет эрла до боли напоминал рабочее помещение графа Додрефа по его наполненности, а вот размерами оказался куда скромнее. Но одно отличие я заметил. Огромное, схожее с королевским троном кресло, искусно выполненное краснодеревщиком и обтянутое светло-серым сукном, стояло чуть ли не посредине кабинета, и хозяин замка сейчас сидел в нем, положив руки на подлокотники, чтобы мы могли лицезреть золотые перстни и кольца с драгоценными камнями.

Он был одет в белоснежную рубашку из тонкого полотна с пышными кружевными манжетами, поверх нее накинута «веста» - распашная куртка из ярко-алой шелковой ткани с узкими длинными рукавам. Темно-голубой атласный жюстокор плотно облегал широкую грудь эрла Ронессо. Вытянув длинные ноги, обтянутые узкими штанами и белыми чулками, он замер в неподвижности, ожидая, пока мы не поприветствуем его. Виконт изящно скинул шляпу с головы, сделал легкий, едва видимый реверанс, а вот мне и купцу пришлось поклониться.

Эрл неожиданно резво вскочил на ноги, и раскинув руки, словно увидел дорогих сердцу родственников, сначала подошел к Ниму Агосто, обхватил его за плечи, и глядя в глаза, произнес:

- А я сначала не поверил слухам, что ты здесь объявился, сынок. Знал я твоего отца. Бертен всегда старался быть поверх всех дрязг, которые случались между мной и семейством Абра. Мне жаль, что тебе пришлось покинуть родной дом. Наслышан о некоторых неприглядных вещах, произошедших в Натандеме. Надеюсь, ты в них не замешан?

- Не все так плохо, милорд, - Ним умело прятал свои эмоции, говорил сухо, словно не верил в патоку слов хозяина замка. – Путешествую, знакомлюсь с интересными людьми. Порой жизнь в дороге куда интереснее…

Он замолчал.

- Интереснее службы королю? – понятливо усмехнулся эрл. – Ну-ну, понимаю тебя, сынок. Я сам в молодости едва ли мог усидеть на месте, настолько мне не хотелось заниматься хозяйственными делами, бумагами, налогами и пошлинами. А когда стал хозяином вот всего этого, - он обвел рукой пространство вокруг себя, - я понял, что кроме меня никто не сможет удержать в руках то, что мои пращуры собирали в единое целое. Ни братья, ни дядья – никто. Не приспособлены они к порядку. Ха-ха!

- Вам легче, милорд, - мимолетная улыбка скользнула по губам виконта. – Чтобы обвинить такую фигуру в растрате средств и казнокрадстве, понадобится целая армия адвокатов. Да и то с риском закончить свою жизнь под городским мостом или в трактире на королевском тракте. У меня подобной поддержки не было.

Виконт нарывался, и я не был с ним согласен. Эрл Ронессо относился к Агосто довольно дружелюбно, не показывал свою неприязнь, даже если она существовала. А знакомство с его отцом и вовсе поднимало планку доверия. Хотя… не знаю, может, здесь таились какие-то подводные камни.

Эрл усмехнулся, тоже уловил нотки дерзости. Но не стал указывать молодому виконту, как себя вести в гостях, а лишь отечески потрепал по плечу и перешел к Боссинэ.

- Дружище, Лесс! Как я рад тебя видеть! – к моему удивлению, Ронессо даже приобнял купца. – В прошлом году не довелось встретиться, по делам в столицу убыл, а вчера, когда твой караван мимо нас проплыл, сразу решил с тобой встретиться! Жаль, не получилось пригласить тебя на торжество, а то бы развлек моих гостей своими приключениями.

- Ну что вы, милорд, - усмехнулся Боссинэ, растроганный подобным приемом, - какие приключения? Скучные будни торгаша, снующего по Рокане или Пламонту, а то и дальше. Приплыл, продал товар, и обратно в Скайдру.

- Поверь, Лесс, многие и таким подробностям были бы рады! – расхохотался эрл. – Присовокупил бы к своим рассказам морские байки про Белого Змея или еще про какое чудовище – рты раскрыли бы!

- Белый Змей – не выдумка, милорд, - слегка потускнел купец. – Видели его на далеком Юге, заплывает с моря прямо в реки и пугает народ.

- А сам ты встречался с ним? – живо спросил Ронессо, мазнув по мне взглядом. – Ну, так, чтобы точно сказать, что видел, это не легенды или глупые россказни?

- К счастью, лично не встречался, - передернул плечами Боссинэ, видимо, от омерзения. – Но люди, которым я склонен верить, видели этого гада чуть ли не на расстоянии вытянутой руки.

- Пусть его, - отмахнулся эрл. – Лучше расскажи, куда сейчас направляешься? Не в Натандем ли?

- В Шелкопады. Есть хороший товар, который там ждут. Ну и по дороге понемногу освободим трюмы.

- Что соизволил в наш город доставить?

- Обработанная древесина, ячменное зерно, табак, ром.

- Древесина откуда? – живо заинтересовался Ронессо. – Сам понимаешь, у нас с ней напряженная ситуация. Окружающие леса почти вырубили еще до моего рождения, пришлось вводить жесткие ограничения. А то и яблоневые рощи под корень изведут. Каменные карьеры только и спасают.

- Город издали красиво выглядит, - признался Боссинэ.

- Зимние месяцы самые тяжелые, - поморщился эрл. – Простолюдины совсем страх потеряли. Скольких я прилюдно наказал за вырубку леса! Это все моя доброта! Мог бы сразу вздернуть на первом же суку, нет же – надо тащить его на площадь и в назидание другим идиотам рубить руку или ноздри вырывать. В зависимости от тяжести содеянного, конечно…

- Как же люди греются в своих каменных домах? – не выдержал я.

Хозяин впервые пристально посмотрел на меня как на заговорившую букашку. Заложил руки за спину, с немым вопросом обернулся к Боссинэ.

- Командор Игнат Сирота, нанятый мною для охраны каравана. Вместе с ним отряд наемников, - с нескрываемой досадой, что я влез невовремя, ответил купец.

- Командор? – удивился эрл. – В Скайдре стало трудно найти приличную кондотту, что ты, дружище Лесс, нанял неизвестно кого? А как же Аллан Волк? Не хватило денег на его услуги?

Интересный тип передо мной стоит. Оказывается, он хорошо осведомлен о деятельности наемных отрядов и даже Аллана Волка знает. И это не очень здорово. Ронессо может повлиять на мою будущую карьеру кондотьера, причем, не в самую лучшую сторону. Черт меня дернул за язык!

- Кондотта Волка оказалась законтрактована раньше и ушла как раз в Натандем раньше меня. Господин Сирота доказал, что его команда нисколько не хуже, - заступился за меня Боссинэ. – В отряде железная дисциплина, что меня устраивает. Тем более, он хочет стать кондотьером, и я дал ему возможность показать все свои возможности. Если мы благополучно вернемся в Скайдру, моя рекомендация станет хорошим заделом для Игната.

- Если быть честным, я не командор, - чуть склонив голову, чтобы не глядеть в глаза эрлу (аристократы не любят этого, считая, что таким образом чернь, слуги, смерды и прочая людская мелочь показывают свою дерзость), решаю сказать правду, чтобы избегнуть проблем в дальнейшем. – Меня так назвала команда, с которой я совершил побег с Керми. Так-то я торгаш, милорд. Обычный купец, попавший в плен к пиратам.

- Игнат спас леди Тиру Толессо, милорд, - пустил в действие мощный аргумент наниматель. – Вы же помните про гибель всей семьи Толессо во время нападения пиратов?

- Да-да, слухи доходили до меня, - взгляд эрла стал менее суровым, но в голосе чувствовалось раздражение от моего нахального вопроса про горожан. – Что же выходит: у старика Толессо объявилась живая наследница? Неожиданно, об этом я не знал. Надо послать приветствие этому отшельнику. Рад за него, искренне рад… Ты сам откуда, кондотьер?

- Родом из Халь-Фаюма, не глядите, что не похож на аборигенов. Мои родители ушли туда в поисках лучшей жизни…

- А они не ошиблись с выбором места? – фыркнул Ронессо и отошел от меня на пару шагов, изучающе окинул с ног до головы. – Или в песках Халь-Фаюма завелось золото, что его можно горстями загребать?

- В любом месте можно жить. Тяжелый труд и желание добиться чего-то значимого приводят человека к благосостоянию, - твердо ответил я. – Родители дали мне многое, и благодарен им за возможность путешествовать по миру и торговать.

- И тем не менее, взялся за охрану караванов? Почему? У тебя нет кораблей? Какой же ты купец, в таком случае…

- Мои корабли остались на Керми, увы. А я убежал на пиратском флагмане.

- Интересное прошлое у твоего наемника, - усмехнулся эрл, и, прежде чем оставить меня в покое, все же ответил на вопрос. – А горожанам я разрешаю собирать хворост в лесу. Видели бы вы, господа, как там сейчас чисто! И о пожарах беспокоиться не стоит. Так что не считай меня злодеем, командор Сирота. Плохо это или хорошо – но смерть от замерзания простолюдинам не грозит.

Сделал вид, что поверил словам аристократа. Ронессо вновь цепко поглядел на меня, словно хотел найти на моем лице хоть каплю сомнения. Куда ему! Человеку, общавшемуся с фрайманами, каждый из которых был далеко не благочестив, выдержать взгляд эрла ничего не стоит. Я лишь скромно потупил взор.

- Я более не держу твоего кондотьера, Лесс, - холодно произнес хозяин, обратившись к купцу. – Очень надеюсь, что караван благополучно дойдет до Шелкопадов.

- Прощайте, милорд, - я все понял и с облегчением покинул кабинет. Вялая беседа могла объясняться просто: эрл не хотел разговаривать на серьезные темы в моем присутствии. Даже рассказ о спасении леди Толессо не впечатлил его как того же графа Додрефа. Нет у него интересов в Скайдре, поэтому так прохладно отреагировал на мои приключения. Что ж, эрл Ронессо не та фигура, которая поможет мне взлететь наверх по статусной лестнице. Главное, чтобы и не мешала. Будем искать других аристо, готовых обратить внимание на удачливого начинающего кондотьера.

Я аккуратно закрыл за собой дверь, и охранник вернул мне пояс с оружием. Подмигнул, спросил с легкой насмешкой:

- Не понравился хозяину?

- Я же не девка, чтобы нравиться всем, с кем встречаюсь, - опоясываясь, откликнулся я. – Посмотрели друг на друга, перекинулись парой слов – и хватит. Нельзя отнимать время у людей такого ранга.

- Точно говоришь, - кивнул словоохотливый охранник. – Ладно, ступай. Тебе не стоит находиться здесь.

- В карете посижу или на улице. Там сейчас тепло, солнышко греет.

Спускаясь по лестнице, я столкнулся с двумя девушками, одна из которых – в темно-зеленом плаще с атласным подбоем и в белой шляпе с пышным плюмажем – показалась мне очень знакомой. Не иначе, родственница эрла. Вторая девица, судя по скромной одежде, служанка или подружка из семейства мелких дворян. За ними, весело переговариваясь, поднимались трое молодых людей, распушившихся как фазаны.

- Миледи! - я остановился, чтобы пропустить кавалькаду, и приподнял шляпу, приветствуя девушек.

- Вы? – изумленно вскинула тонкие брови девица в белой шляпе.

Точно! Это же та незнакомка, о которой весь вчерашний вечер вздыхал виконт Агосто! А зрительная память у нее отличная, признала меня быстрее, чем я.

- Эй, приятель! – надменно произнес один из сопровождающих, держа руку на рукояти шпаги. – Не стой, проходи!

- Дейон! – возмущенно воскликнула знакомая незнакомка. – Прекрати уже задирать каждого, кто хочет поприветствовать меня! Ты несносен, братец!

- Сестрица, он слишком вольно себя ведет! – возмущенно сжал тонкие губы дворянчик. – Это недопустимо!

- Чепуха! – фыркнула девушка и вдруг спросила меня с интересом: - А где ваш друг, господин купец? Вы же с каравана господина Боссинэ?

- Вы великолепно осведомлены о человеке, которого видели мельком, - я улыбнулся, глядя на задорно вздернутый носик и припухлые вишневые губы. Да, вблизи она оказалась еще милее, чем мне показалось. Немудрено, что виконт оказался сраженным наповал таким неотразимым оружием как женская красота. – А мой друг сейчас беседует с хозяином этого великолепного дворца.

- Передавайте ему большой привет! – улыбнулась незнакомка, и подхватив под руку подругу, с легким смехом взбежала по лестнице наверх.

Свита с непроницаемыми рожами прошагала следом, а крысеныш Дейон еще и умудрился задеть плечом. К сожалению, я не мог ответить достойно на эту явную провокацию. А так бы с удовольствием вызвал дворянчика на дуэль и сделал ему пару дырок в шкуре на память. Вот что за люди бывают на свете, ищущие любую возможность показать свой мерзопакостный характер!

Постаравшись выкинуть из головы выходку Дейона, я пошел к конюшне с распахнутыми воротами, где обнаружилась старая рассохшаяся лавка. Не обращая ни на кого внимания, сел на нее, уперся спиной к нагретой солнцем стене и задумался. Все-таки интересно, о чем идет разговор эрла с моими спутниками. Есть такое подозрение, что хозяин замка хочет провернуть какое-то дельце с помощью Боссинэ, а заодно и виконта привлечь, чтобы крепче привязать обоих к себе. Вполне с него станется закрутить интригу против графа Абры, и Ним Агосто может сыграть в этом свою роль. Ох, нафантазировал я, пока сидел на скамеечке неподалеку от конюшни. Видать, острый запах свежего навоза навеял подобные мысли.

Глядя на унылые стены, опоясывающие замок Ронессо и многочисленные постройки, я раздраженно подумал, почему эрл не снесет их и не облагородит земли вокруг замка? Лужайки, дорожки, беседки, красивый сад созерцать куда приятнее, чем вот эту замшелость, от которой никакой практической пользы. Или все же хозяин куда мудрее остальных и что-то знает?

Незаметно задремал под негромкий разговор конюших и фырканье лошадей. Очнулся от легкого толчка по ноге, и резко, с закрытыми глазами, переместился в сторону, соскочив со скамейки. Ладонь обхватила рукоять кортика, но оружие я не торопился вытаскивать из ножен.

- Тише, тише, командор, - Аргай на всякий случай не стал приближаться, вытянув руки. – Хозяин сказал, тебя найти. Пора ехать.

- Наговорились? – я широко зевнул, едва не вывихнув челюсть. Посмотрел на небо. Солнышко сместилось далеко влево от шпиля.

Аргай ничего не ответил и широким шагом заторопился к карете. Мы оба залезли внутрь, где уже сидели виконт и Боссинэ; возница коротко свистнул, щелкнул кнутом, и карета дернулась с места.

- Приятно побеседовали? – поинтересовался я у Нима, сидевшего с задумчиво-хмурым видом.

- Более чем, - хмыкнул виконт. – Милейший человек, оказывается, этот эрл Ронессо. Интересовался, каким образом я оказался в караване господина Боссинэ и какого черта мне понадобилось в Шелкопадах. Довольно долго расспрашивал про графа Абру. Подозреваю, о произошедшем со мной эрл прекрасно осведомлен.

- Почему вы так думаете? – вежливо спросил я.

- Слишком много вещей, упомянутых Ронессо, не должны были выходить за пределы Натандема, - чуть помедлив, ответил Агосто, при этом покосившись на Аргая, застывшего в полудреме. – Впрочем, это не помешало хозяину замка разоткровенничаться.

Я кивнул в знак того, что не требую сейчас от виконта подробностей. Все-таки Боссинэ и его телохранитель были для нас людьми чужими. С нанимателем полезно советоваться насчет лучшей охраны каравана и поговорить о жизни за бутылкой вина, но не более того. Про Аргая я вообще молчу. Он до сих пор на меня злится за тот спектакль, который мои парни устроили в порту Скайдры, показательно захватив корабль его хозяина. Подозреваю, спиной к нему поворачиваться надолго нельзя.

Разговор шел вяло, но я чувствовал, что виконт хочет о чем-то рассказать, только присутствие телохранителя заставляет его держать язык за зубами. Боссинэ, кстати, тоже особо не торопился выкладывать подробности беседы. Ладно, подождем, пока не появится подходящий момент для расспросов.

- Кстати, виконт, - чтобы поддержать беседу, я вспомнил про девушку. – Одна приятная особа передавала вам очень горячий привет. Совершенно случайно столкнулся с ней на крыльце замка.

Ним оживился. Лицо его сразу же покрылось легким румянцем, а пальцы рук непроизвольно сжались в кулаки. Занервничал.

- Она была здесь, в замке? – не поверил он. – Получается, что она родственница эрла Ронессо? Но почему мы ее не встретили?

- Вы закончили беседу гораздо позже, - ответил я. – Тем более, с ней были несколько свитских, развлекающих ее со всей тщательностью. Но я подсказал, что вы беседуете с хозяином. Думал, вас представят друг другу.

- Возможно, останься мы на обед, тогда бы встретились, - задумчиво произнес Ним. – Но какие-то обстоятельства заставили эрла закончить беседу и покинуть нас.

- Вы о какой девушке говорили, господа? – стало любопытно и Боссинэ.

- Может быть вы, Лесс, подскажете нам имя одной молодой красивой особы? – виконт с надеждой посмотрел на купца и в нескольких словах описал девушку.

Боссинэ задумался на какое-то мгновение, а потом оживленно воскликнул:

- А не об Эрнесте, дочери барона Оттона идет речь? Она приходится внучатой племянницей эрлу Ронессо. По описанию больше всего подходит именно эта девушка. Ей семнадцать лет, насколько мне известно. Кроме нее у барона есть еще старший сын.

- Его не Дейоном ли, случайно, зовут? – с иронией спросил я.

- Не знаю, Игнат, - покачал головой Боссинэ. – Эрнесту я встречал и ранее. Она постоянно живет в замке. Эрл Ронессо относится к ней тепло, но как-то особо не выделяет из большого числа родственников. Хотя мне точно известно, что старый хозяин старается устроить выгодную партию для многочисленных внуков и племянников. Так что торопитесь, виконт, если вам понравилась эта девушка. Вакантных мест не так много.

Ним кисло улыбнулся на эту незамысловатую шутку и до самого порта впал в глубокие размышления. Заплатив вознице и отпустив его восвояси, Боссинэ сразу же направился ко второму и третьему причалам, где происходила разгрузка барков. К нашему всеобщему облегчению почти весь товар уже лежал на берегу и перевозился покупателями в свои лабазы. «Лаванда» оттащила пустую барку в специальный отстойник, где она и будет находиться до возвращения каравана, приняла на борт ее экипаж и вышла на фарватер.

Боссинэ спросил у важного господина с большим пузом под сюртуком, когда закончится разгрузка, и получил заверения в скором ее завершении.

- Господа, если у вас нет желания прогуляться со мной до таможни, возвращайтесь на «Соловья», - сказал купец. – Как только «Енот» поставит барку в отстойник, мы поднимаем паруса и выходим. Не хочу терять время.

Мы согласились, что Эбонгейт хоть и приятный город, но безопаснее всего находиться на палубе корабля. Когда вокруг тебя вода, опасаешься лишь нападения лихих речных пиратов. Но к этому мы все готовы, и сюрпризов не предвидится.

Оказавшись на борту «Соловья», я первым делом расспросил дона Ансело о текущей обстановке. Оказалось, никаких происшествий не произошло. Штурмовики несли охрану каравана как положено: днем – малыми вахтами, а ночью – усиленными, благодаря возвращению Гуся со своим десятком с разгруженной барки. Людей стало больше, благодаря чему Михель смог вздохнуть спокойнее. О тренировках, кстати, он не забывал, отдавая ей почти весь световой день.

Не знаю, что бы я делал без такого верного помощника и друга.

В своей каюте, мы с облегчением скинули парадные одежды и переоделись в более удобную, подходящую для похода. Но прежде всего нужно было выяснить у виконта, о чем шел разговор. Не для обсуждения же погоды эрл Ронессо остался наедине с купцом и Нимом?!

- Мне в карете показалось, что вы чем-то расстроены, виконт, - закинул я удочку.

- Ты удивишься, дружище, но эрл Ронессо прекрасно осведомлен о всех делах, творящихся в Натандеме, - повторился Агосто, на что я только хмыкнул. Это же читалось. – Он предупредил о каких-то необычных наемниках, которых нашел граф Абра. Якобы они умеют убивать так, что смерь оказывается «случайной». Графу важно, чтобы дознаватели не докопались до заказчика. Сам эрл хотел бы помочь, но опасается неопределенности в такой щекотливой ситуации. Он пообещал тайно выяснить истину, и тогда, вероятно, у меня появится могущественный союзник.

- Виконт, я с трудом понимаю, зачем граф так настойчиво хочет избавиться от вас? Бывали случаи похлеще ваших, но смерть была последним аргументом, до которой старались не доходить.

Ним Агосто вздохнул тяжело и негромко ответил:

- Земли, Игнат. Все дело в землях, которыми владеет наша семья. Они примыкают к Рокане и тянутся на несколько десятков лиг вдоль побережья. Там хорошие угодья, пастбища, есть леса, богатые зверьем. Получив их в свое пользование, граф нанесет существенный удар по амбициям самого эрла Ронессо, желающего сохранить доброго соседа в лице моей матери, пока она не вышла замуж за этим подлецом Аброй. Я ведь уже говорил, что у отца были хорошие отношения с эрлом. Многие тайные дела остались только между ними. Женившись на моей матери и устранив меня как наследника, граф сможет распоряжаться землями как своими.

- И все же? – мне для понимания ситуации не хватало каких-то кусочков. – Причина не в землях, Ним. И ты это знаешь.

- Ладно, - снова последовал вздох. – Эрл Ронессо хочет стать наместником не только Эбонгейта, но и Натандема, элегантно обойдя «закон о феодах». Королю стратегически важно забрать два больших города по обе стороны Роканы под свое управление, и никто, кроме его родственника, не сможет это сделать лучше.

- Неужели в Дарсии еще действует «право феодала»? – я вспомнил своего злейшего врага Котрила, прикрывающегося таким же законом.

- Ты удивишься, но так и есть, - кивнул Ним. – Недаром же в некоторых городах до сих пор потомки разорившейся феодальной знати пытаются с помощью этого закона вернуть себе земли. Но королевская власть этого не допустит. На юге Дарсии до сих пор феодальная вольница существует. Пока туда доберется порядок, еще лет сорок пройдет. А то и больше.

- Так что насчет наемных убийц? – вернул я виконта на грешную землю. – Ты хоть что-нибудь узнал?

- У эрла в Натандеме есть агенты, которые присматривают за графом и передают мало-мальски интересные сведения хозяину. О желании Абры отхватить кусок наших угодий Ронессо знает, но сначала не предполагал, каким образом тот собирается осуществить свои планы. Я раскрыл глаза наместнику, а он рассказал, что наемники уже точно знают, где я нахожусь и куда направляюсь. В Эбонгейт они просто не успели, иначе бы вечером я развлекался не с милашкой, а со шпагой в руке. Так что твое довольно бесцеремонное отношение к девушке сегодня получило иную окраску. Я так понимаю, ты о чем-то подобном уже подозревал и боялся, что девица могла быть из того самого наемного отряда?

- Была такая мысль, - признался я.

- Ну что ж, зная о ближайших планах графа Абры, я сумею подготовиться, - виконт напялил на голову шляпу и предложил прогуляться по палубе.

Наверху стало многолюдно. Почти все штурмовики, кроме Рича, несшего службу на «Олене», собрались на «Соловье», ожидая дальнейших распоряжений. Увидев меня, капитан стражи дон Ансело рявкнул:

- Стройся!

Парни без спешки, но довольно сноровисто расположились по правому борту и замерли. Что ж, занятия по строевой мы тоже освоили неплохо. Дисциплина не хромает, одежда у всех опрятная, оружие на месте. Пройдясь вдоль строя вместе с доном Ансело, который благоразумно отстал на пару шагов, я остановился и повернулся к нему, ожидая доклада.

- Командор, за время вашего отсутствия самовольных отлучек на берег не допущено, - правильно понял мой взгляд верный соратник. – Сам лично следил. Проводил тренировки с оружием и без него. Нарушений дисциплины нет.

- Спасибо, капитан, - людей, правильно понимающих военную службу, нужно хвалить, чтобы подчиненные осознавали, что бесконечные занятия не уходят впустую, что командир все замечает и оценивает успехи. – Сегодня мы уходим из Эбонгейта. Пока наш караван идет по населенным землям, опасность нападения минимальна, но дальше, после Лойвью до самого Валунного Двора начинаются «дикие» территории. Они «дикие» не от того, что на них никто не живет, а от обилия речных пиратов, живущих только разбоем. Наша задача простая: сохранить корабли и груз нанимателя. И бдительно посматривать по сторонам, не расслабляясь. От удачного предприятия зависит ваше вознаграждение.

Штурмовики одобрительно зашумели. Я обратил внимание на капитанский мостик, где шкипер Торфин с неизменной дымящейся пахитосой, облокотившись на перила, разглядывает бесплатное представление. Бесстрастное лицо, освещенное вечерним солнцем, казалось, было выкрашено бронзовой краской, а морщины - схожими со старинными кракелюрами, покрывшими лоб и щеки. Суровый дядька, совсем не любитель разговаривать, кроме тех случаев, когда нужно подать команду или обругать нерадивого матроса.

- Порядок охраны кораблей слегка изменяется, - продолжил я, отведя взгляд от Торфина. – Гусь со своим десятком переходит на «Енота». Он пойдет в арьергарде. Последнее судно всегда представляет лакомый кусочек для нападающих, поэтому будьте начеку. Рич остался на «Олене», заодно проконтролирует «Лаванду». Остальные находятся в моем распоряжении в качестве резерва, чтобы оперативно перебрасывать силы на тот участок, где нашим братьям придется туго в случае нападения.

Я сам не заметил, как перешел на рубленый слог, без лишних слов расписывая действия отряда. И конечно же, виконт, стоящий неподалеку, мотал на ус мои проколы, дописывая в уме образ странного купца. Торфин, зная меня меньше, вполне благосклонно кивал, словно так и должен вести себя командир наемников. Ведь они все вышли из офицеров или солдат с боевым опытом. Иначе и быть не может.

- Господин шкипер! – обратился я к Торфину, медитирующему на свежем ветерке. – Нужно перекинуть моих людей на «Енота». Прикажите выделить пару шлюпок!

Торфин кивнул, подтверждая, что услышал меня, обвел взглядом палубу, выискивая зазевавшихся и лодырничающих матросов, и нашел-таки жертву.

- Боцман! – громоподобно рыкнул он, призывая к себе рослого крепыша лет сорока, чья мощная стать и крупные кулаки должны были удержать подчиненных от необдуманных поступков. С Бруно – как звали помощника капитана – я успел познакомиться еще в Скайдре, а после распития пары бутылок «Идумейского» так и вовсе стали закадычными друзьями.

- Слушаю, капитан! – Бруно выскочил откуда-то из-за камбуза, где, возможно, проверял готовку ужина.

- Нужны две команды гребцов на шлюпки перевезти «черных парней» на «Енота». Кто там у тебя не занят? А то смотрю, расслабились, жабья икра.

- Будет сделано! – он повернулся ко мне и поинтересовался: - Сколько человек?

- Десяток.

- Ладно, сделаем, - боцман почесал жесткую щетину и пошел по палубе, выискивая штрафную команду на шлюпки.

К его чести, охота заняла не больше десяти минут. К этому времени Гусь со своим отрядом уже стоял возле штормтрапа, ожидая спуска на воду двух шлюпок.

- Не давай парням расслабляться, - накачивал я наставлениями Гуся. – Пока идем до Лойвью, можно выставлять обычную стражу, по два человека. Здесь земли эрла Ронессо, а он уже хорошо вычистил побережье от разного рода ублюдков. Раз уж стал десятником, придется соответствовать. Ночью не меньше трех раз обходи посты. Особенно в «собачью» вахту, когда все спать любят. Поймаешь такого – не наказывай, а лучше во время занятий увеличь для него нагрузку, да такую, чтобы все внутренности выкашлял. И постоянно тренируйтесь! С оружием, без него, рукопашная – все это пригодится. Хочешь вернуться домой живым, выматывай жилы себе и подчиненным. И вбей в голову каждому: уснувший на посту есть враг и предатель, из-за которого могут погибнуть остальные.

- Слушаюсь, командор, - за несколько дней путешествия Гусь как-то сразу потерял ребячливую непоседливость. Может, повлияла самостоятельность и ответственность за парней, которые теперь подчинялись ему.

Я проводил штурмовую группу Гуся взглядом, пока она не поднялась на борт «Енота», и только потом занялся своими делами, а точнее – изучением карты местности, по которой предстояло идти каравану. До слияния Роканы и Пламонта оставалось примерно сто двадцать миль, но еще раньше будет Лойвью. Но как я понял, там мы не задержимся. Большая часть груза предназначена для городов, стоящих вдоль Пламонта, а это Невермут, Дасквич, Валунный Двор и Шелкопады. Негусто. Да и карта упрямо показывала, что там по обеим сторонам реки или пустоши, или скальные выходы, или высокие берега, заросшие густыми лесами. В общем, после Невермута нужно держать ушки на макушке. Много отмелей, на которые легко может налететь любой из груженых кораблей Боссинэ. А это очень и очень хреново. Мой глаз то и дело утыкался в желтоватые пятна на синих разводах. Мелкие острова рядом с отмелями – это тревожный знак. Будь я пиратом, устроил бы засаду именно там.

Чтобы проверить свои подозрения и догадки, я занялся поисками Торфина; уж этот бывалый шкипер знает про маршрут, по которому нам предстоит пройти, наверняка, все.

Штурмовики и экипаж «Соловья» ушли на ужин, поэтому Торфин наслаждался одиночеством на капитанском мостике, сидя на раскладном парусиновом стуле. Его подзорная труба ходила из стороны в сторону, оглядывая причалы и лабазы. Услышав мои шаги по лестнице, он, не оборачиваясь, пробасил:

- Хозяин уже возвращается. Вон, его шлюпка почти у таможенного бакена. Значит, скоро поднимем якоря. Ты это хотел услышать, командор?

- Скоро стемнеет, - я посмотрел на пламенеющий алым круг солнца, медленно опускающегося за горизонт по ту сторону реки. – Разумно ли на ночь глядя сниматься с якоря?

- До темноты успеем уйти за поворот, - кивнул Торфин в сторону темнеющей в стены песчаного утеса в двух-трех милях отсюда. – Мы всегда так поступаем. Не любит господин Боссинэ терять время, если есть возможность плыть.

- Ему виднее, - я пожал плечами. – Вообще-то я хотел спросить кое о чем другом. Не помешаю вашему уединению?

- Не надо сарказма, сынок, - ухмыльнулся шкипер. – Если хочешь спросить дельное – спрашивай. Будешь задавать глупые вопросы – пошлю к дьяволу. Человек я простой, могу и нагрубить.

- Посмотрел на досуге карту, - не обращая внимания на эскападу Торфина, я уперся спиной в перила и сложил руки на груди, стараясь не перекрывать шкиперу обзор, но так, чтобы он меня видел, а не крутил головой. – Меня заинтересовали отмели между Невермутом и Валунным Двором. Опасны ли они при такой осадке кораблей? Возможно ли устроить засаду на мелких островках?

- А, ты про Блуждающие Острова? – догадливо кивнул Торфин и поняв, что мне ничего не говорит это название, объяснил более внятно: - Их так называют из-за коварного поведения. Пламонт в тех местах довольно мелководен, и в иные годы туда лучше не соваться вообще. Река пересыхает, появляются острова, и каждый раз – в новых местах. Я двадцать пять лет исходил Пламонт до самого Айлло, и то не уверен, где в очередной раз появится отмель. Хотя…

Шкипер прищурился с хитрецой, словно приценивался, говорить мне или скрыть в тайне свои секреты. С щелчком сложил подзорную трубу и продолжил:

- Говорят, в верховьях Пламонта зимой было снежно, поэтому есть шанс миновать отмели. У каждого из нас – я имею в виду шкиперов – есть сезонная карта фарватеров; вот по одному мы и проскочим. Но хочу сразу предупредить, парень… Это займет несколько дней. Скорость придется снизить до двух узлов с постоянным промером глубин. Вот здесь-то твой отряд и понадобится, чтобы смотреть в оба. Ты молодец, сразу сообразил, где может поджидать опасность.

- А кто там может разбойничать? Местные шайки или чьи-нибудь баронские отряды?

- Валунный Двор находится под властью барона Рокмака, - удивительно, что Торфин разговорился. Подозреваю, он тоже заранее беспокоится и хочет дать мне полный расклад по ситуации. - Эта ублюдочная скользкая жаба не дает покоя купцам, доставляющим нужные товары в рыбацкие поселки и бедные деревушки, где жители не имеют возможности даже иглу купить для штопки одежды. Вот представь себе, парень, ты приобрел товар в Скайдре и хочешь продать его в Шелкопадах, куда съезжаются со всех окрестностей люди. Конечно, в уме подсчитываешь прибыль, без этого купец и не купец вовсе. И тут – бац! Появляются люди барона, устраивают засаду в тех местах, о которых мы сейчас говорим, и захватывают корабли, полные сукна, тканей, вина, металла, зерна и всякого добра, пригодного в хозяйстве. Чтобы откупиться, нужно выплатить такую «пошлину», как этот грабеж называет ублюдочная жаба Рокмак, что легче спалить корабли и получить за них страховку, чем дальше продолжать путь. Убытки будут колоссальные, а задирать цены еще выше смелости не хватит. В Скайдре, к примеру, стоимость одного кантаро[1] ячменя равна половине золотой кроны. В Шелкопадах его цена достигает уже три кроны. И торгуйся, не торгуйся – купец не снизит ее даже на десять либров[2].

- У Рокмака столько много людей, что он может воспрепятствовать проходу каравана господина Боссинэ? – пока шкипер разговорчив, надо выпытать у него как можно больше информации.

- Думаю, к нашему появлению он сможет собрать пять или шесть десятков отчаянных головорезов, - Торфин достал из кармана сюртука потертую медную табакерку, в которой, как оказалось, лежали в ряд пахитосы. – Балуешься этой заразой, сынок?

- Не откажусь, если это аксумские пахитосы, - я не стал ломаться.

- Тогда держи, и сооруди нам огонька, - шкипер протянул мне кисет странной продолговатой формы, в котором что-то шуршало. Я извлек оттуда тонкую пластину, покрытую мелкой абразивной крошкой, и палочку с темно-красной головкой. Неожиданно в памяти всплыли картины жизни, которые иногда одолевали меня во сне. И я точно знал, что нужно делать. Чиркнул головкой по пластине – палочка вспыхнула ярким едким огнем. Едва не закашлялся. Первым делом я поднес его к пахитосе Торфина, а уже потом сам прикурил. Плюнув на пальцы, потушил огонь, чем вызывал одобрительное хмыканье шкипера.

- Гляжу, ты знаком с адским изделием алхимиков? – запыхтел дымом Торфин. – Хорошая и нужная вещь для тех, кто магией не владеет.

- Согласен, - я тоже затянулся. Аксумский табак чувствовался очень хорошо. Нужно было подтвердить легенду, чтобы капитан не задавал лишних вопросов. – Когда на Керми болтался, видел такие огневые палочки у фрайманов. Говорят, очень больших денег стоят.

- Я приобрел набор за тридцать либров в Сурже, - признался Торфин. – Причем, в Рувилии их еще нет. Король не слишком-то привечает алхимиков. Магический огонь для него куда безопаснее. Когда люди оценят удобство вот этих замечательных палочек – кое-кто разбогатеет неслыханно.

- А патент на них есть?

- Шустрый малый! – добродушно рассмеялся шкипер. – Господин Авидус – один из немногих здравомыслящих алхимиков, и уже давно запатентовал сие изобретение. Здесь ты опоздал.

Ничего подобного, мог бы возразить я. Патент может быть выдан лишь на изобретение спичек – опять откуда-то всплыла информация, что подобные огневые палочки именно так и должны называться. Да только на упаковке можно заработать приличные деньги! Нужно запомнить имя алхимика и наведаться к нему в гости. Надеюсь, его здравомыслие не перейдет в ослиное упрямство, и мы очень даже поладим к обоюдному удовольствию.

В это время возле штормтрапа возникла суета. Это вернулся Боссинэ. Купец выглядел немного расстроенным из-за вынужденного простоя каравана, но тем не менее, его зычный голос звучал бодро.

- Торфин, старая колода! Поднять якоря! Дать сигнал всем кораблям, что начинаем движение! Я не намерен оставаться здесь еще на ночь!

Тут же засвистела боцманская дудка, по палубе дробно застучали ботинки матросов. Марсовый птицей взлетел на свою площадку и оттуда стал отчаянно семафорить каравану.

- По местам стоять! – заорал Бруно. – С якоря сниматься! Шевелитесь, рачье племя! Поднять паруса!

Я не стал мешать Торфину и спустился вниз, чтобы встретить Боссинэ. Кажется, Лесс был немного пьян. С раскрасневшимся от вина лицом он стоял посреди хаоса, вцепившись в перила трапа, ведущего на капитанский мостик.

- Какая же неблагодарная свинья этот Фернан Овалле! – с раздражением произнес хозяин «Соловья», решив пожаловаться мне. – Каждый раз, когда мой караван бросает якорь напротив Эбонгейта, он начинает всячески препятствовать разгрузке, тянет время, пытается вымогать лишнюю крону… а потом как ни в чем не бывало приглашает распить бутылочку «Идумейского»!

- Вы про комиссара таможни? – понял я, беря под руку Боссинэ, чтобы увести его с палубы. Он здесь только мешаться будет.

- Про него, толстозадого хряка, - удивительно, что кроме раздражения, в голосе купца не звучало злости или, того хуже, ненависти. Скорее всего, это были эмоции человека, давно знающего причуды руководителя местной таможенной службы, и поэтому ругающегося по привычке. Если бы эти причины присутствовали в большей степени, вряд ли господин Боссинэ стал бы распивать с ним хорошее вино.

Мы спустились в хозяйскую каюту, и Лесс тяжело ступая по качнувшемуся полу, дошел до койки, рухнул на нее задом и спросил, выдыхая винные пары:

- Вы поможете мне, Игнат, с гравитонами? В какой-то момент мне показалось, что виконт Агосто станет убеждать вас отказаться от этой авантюры и постарается сдать меня властям.

- Не стоит так говорить о моем друге, - я пожал плечами, не особо располагая желанием говорить об опасном грузе. – Он как раз убежден, что у нас все получится. Я, в свою очередь, обещаю вам полную поддержку.

- Благодарю, Игнат, - Боссинэ зацепил носком сапога каблук и стал стягивать его с ноги, пыхтя от усердия. – Как только вернемся в Скайдру, я посодействую вашему возвышению среди нанимателей. И знайте, что в следующий рейс я хочу видеть только ваш отряд.

- Не торопите события, Лесс, - мягко остановил я разглагольствования купца, в котором больше говорило вино чем разум. – Нам еще предстоит пройти Блуждающие Острова, и кто знает, что уготовят Боги.

- Я никогда не сомневался в успехе начатого дела, - сапог, наконец, слетел с ноги, и Боссинэ принялся за второй, не желая согнуться и снять обувь нормально. Боялся, видимо, нырнуть головой в пол. – И вы не сомневайтесь, Сирота. Покажите, как ваши головорезы умеют защищать интересы нанимателя – и я обеспечу вам такие рекомендации, что из купцов очередь будет выстраиваться. С руками ваш отряд отрывать станут.

- Не хуже, чем у Аллана Волка? – скептически спросил я.

- С Алланом вам пока не потягаться, - сознался Боссинэ, расправившись со вторым сапогом, который от излишнего усердия, приложенного к нему, улетел в дальний угол каюты. Пошевелив пальцами ног с нескрываемым удовольствием, купец откинулся на подушку, забормотал дальше: - И я сейчас намекаю не на численность его отряда, а на умение Волка тщательно организовывать и прорабатывать каждое предприятие. Не в обиду вам, Игнат… но вы всего лишь такой же купец, как и я, хоть и невероятно талантливы, учитесь на лету необычному для себя делу. Как-то же сумели сбежать от пиратов, да еще с целой командой ушлых парней. А Волк – он вояка, бывший офицер, опыта у него побольше.

Так я и не спорю. Аллан много лет воевал в пехотных частях и не мне его учить стратегии и тактике. Надеюсь, наши общие интересы не пересекутся в той точке, где начнется выяснение, чем клинок крепче.

Сказав последнюю фразу, Боссинэ мгновенно захрапел, распространяя вокруг себя винные пары. Лихо ему пришлось поддавать вместе с комиссаром таможни, чтобы уладить недопонимание, случившееся утром. Усмехнувшись, я вышел из хозяйской каюты, плотно прикрыв за собой дверь. Солнце уже закатилось за дальние холмы, налившиеся чернотой. Вечерние сумерки окрасили воду в непроницаемо-серый цвет, изредка проблескивающую серебристыми дорожками в кильватерной струе идущей впереди «Лаванды».

На палубе и полубаке слышались негромкие разговоры собравшихся освежиться после жаркого дня штурмовиков. Вахтенные зорко смотрели по сторонам, уже зажгли габаритные фонари, изредка щелкал парус, и тогда палуба ощутимо вздрагивала.

На капитанском мостике под бдительным взглядом Торфина трудился рулевой, а вот боцмана Бруно я почему-то не нашел. Наверное, проверяет трюмы и матросский кубрик. На квартердеке заметил закутанного в плащ виконта Агосто и перепоясанного ремнями дона Ансело, будучи всегда готового к драке. Они дружелюбно беседовали, и я не стал им мешать, поднялся к Торфину. Попыхивая трубкой – пахитосы шкипер предпочитал беречь – он о чем-то размышлял, разглядывая чернеющие берега по обеим сторонам реки.

- Мы уже достаточно отошли от Эбонгейта, - негромко произнес я.

- Видишь, парень, утес справа по борту? – ткнув трубкой куда-то в сторону высоко торчащей над водой скалой, спросил Торфин. – Как только зайдем за него, встанем на якорь.

- Почему там, а не здесь? – мне было непонятно, почему Боссинэ с такой страстью пытается идти в темноте до какой-то определенной точки, чтобы потом стоять на якоре до самого утра. – В этом месте фарватер широкий, встречное судно не наткнется.

- Там заканчивается власть эрла Ронессо, - ухмыльнулся шкипер. – Опытные купцы уже давно не остаются в пределах Эбонгейта, если их застала ночь возле таможенных бакенов. Они всеми силами стараются улизнуть за Пограничный Холм – это тот самый утес, которого нам нужно достичь – и уже там спокойно вставать на ночевку.

- Все равно не понял.

- Ночью пошлина за нахождение судна в порту или на рейде в два раза выше, чем в дневное время, - пояснил Торфин, выдохнув мощной грудью клубы табачного дыма в сторону от меня. – Поэтому комиссар Овалле хотел задержать господина Боссинэ с помощью попойки. Хитрая и лживая крыса, по которой давно плачет хо-оороший пинок под зад! Но эрлу Ронессо нравится его работа.

- Но это же незаконно! – я был поражен беспринципностью местной власти.

- Не забывай, парень, кто в покровителях у эрла Ронессо! – трубка, зажатая в руке, взметнулась вверх, словно показывала на этих самых покровителей. Да и так ясно, что король всячески будет поощрять приток денег в казну. Не себе же в сундуки хозяин замка кладет прибыль, хотя часть ее наверняка остается именно там.

Я не стал дожидаться, когда караван минует невидимую полосу городской границы, и спустившись вниз, подозвал к себе Михеля.

- Нужно усилить вахту на «Соловье», - приказал я, держа в голове рассказ виконта о наемных убийцах, уже идущих по его следу. – Нам тоже придется держать ухо востро. С полуночи до шестой склянки твое дежурство, моя – до рассвета.

- Ты же сам давал указание, чтобы вахта оставалась прежней, - удивился дон Ансело.

- А это не для всех, только на нашем судне, - усмехнулся я. – Беспокоюсь я за виконта. Как бы его кредиторы в гости не пожаловали.

Примечание:

[1] Кантаро – мера объема, равная, примерно, 52 килограммам сыпучего товара

[2] Либра – мелкая серебряная монета. Одна золотая крона равна 80 либрам. Либра, в свою очередь, равна ста двадцати рандам. Ранд – ходовая медная монета королевства Дарсия.

Глава 4. Удивительный трофей

Спал я вполглаза, в отличие от беспечно похрапывающего Агосто, поэтому сразу уловил негромкое постукивание в дверь. Рука сразу же обхватила тяжелую рукоять одного из пистолетов, а я сам, стараясь не шуметь, слез с кровати и прижался к стене. Через щели пробивался свет от магического фонаря.

- Командор, это я, - раздался приглушенный голос дона Ансело.

Отодвинув засов, я выглянул в коридор, ладонью прикрыв глаза, чтобы их не слепило светом фонаря. Мой помощник стоял, прижавшись к стене, видимо, подстраховавшись от выстрела через дверь. А я мог, зная о идущих по нашему следу наемниках.

- Время, - коротко произнес он.

Я спал не раздеваясь, поэтому мог сразу же приступить к вахте. Но Михель предупредил:

- Дождь идет, захвати плащ.

- Сильный?

- Да так, скорее – редкий и мелкий. Но лучше прикрыться. Смену провел, все тихо, за бортом ничего подозрительного.

- Ладно, иди спать, дружище, - я отчаянно зевнул до хруста в челюсти, и захватив свой плащ, отобрал у Михеля фонарь. У него тут рядышком своя каюта, которую он делит с боцманом. Доберется.

Снаружи и вправду было свежо. Мокрая палуба поблескивала в свете фонаря, на такелаже, реях и скатанных парусах виднелись капли дождя. Мелькнула фигура вахтенного, пробирающегося вдоль борта. Увидев меня, он махнул рукой, дескать, все в порядке. Не узнал, приняв за штурмовика. Ну да, начальство должно ночью набираться сил и крепко спать, а не бегать по кораблю.

Я двинулся в сторону кормы, откуда просматривались застывшая тень «Енота». Там тоже бодрствовали, что было хорошо. Значит, люди Боссинэ прекрасно понимают, что беспечность в походе может обернуться большими проблемами.

Торчащая долговязая фигура, замершая у фальшборта, резко обернулась, услышав мои шаги. Подойдя ближе, я узнал того самого паренька, который талантливо сыграл роль тонущей девицы. Да и прозвище у него было под стать его талантам: Поющий Тюлень. Правда, никто его полным именем и не называл, сократив до Тюленя. И вовсе не из-за желания унизить или пошутить. Как я уже говорил, моряки очень серьезно относятся к легендам о жителях подводных глубин. Поющий Тюлень как раз из таких баек. Опасная тварь, завлекающая своим сладкоголосым пением морских путешественников. Кто-то утверждает, что Тюлень живет в реке, но его можно частенько встретить и на морских отмелях.

- Командор! – голос у парня и в самом деле уникальный. Как он умудряется менять его с мужского на женский, уму непостижимо. Хорошо, что сейчас Тюлень разговаривал нормально, с легким баском, а иначе я бы тоже принял его за стройную хорошенькую девицу с длинными светлыми волосами, любующуюся ночным небом, затянутым тучами. – Хорошо, что вы подошли! К нам, кажется, гости.

- Когда кажется, зови богов, - рассеянно ответил я.

- Не, я лучше на себя надеяться буду, - уверенно откликнулся Тюлень и вытянул руку в сторону утеса, за которым сейчас стоял наш караван. – Вон там, ближе к берегу, слышал всплески. И это точно не рыба играет. Кто-то решил ночью искупаться, причем аккурат рядом с нами.

Слух у Тюленя поразительный. Он сам признавался, что может различить сотни оттенков разных звуков, и кто их издает. Да, ошибается, но с малой погрешностью.

- Кто же там такой смелый и бессмертный? – хмыкнул я вполголоса, напрягая зрение, но кроме плеска воды в борта корабля и чернильной темноты, простиравшейся до самого берега, не различал. Вполне могла и крупная рыба жировать. Сейчас вода высокая, как сказал Торфин, много всякого вкусного для речного хищника плавает. – Отойди-ка, парень, от борта, а то твой силуэт с воды виден.

- Командор, думаете, это разбойники или пираты? – в голосе Тюленя послышалась дрожь от предвкушения боя. Он даже за рукоять палаша схватился, но я придержал его руку.

- Всякое может быть, - шепотом ответил я, остановив его движение, а потом потянул подальше от борта, чтобы ненароком кто-нибудь не метнул нож снизу. Умельцев, подобных Ричу, в этом мире хватает. – Кто еще с тобой на страже?

- Хитрец и Попугай, - прошелестел голос Тюленя. – Они на носу…

- Зови их, и тихонечко ко мне все вместе, - отдаю приказ, и в то же время до боли в глазах вглядываюсь в воду. Габаритные фонари «Енота» почти не дают света, но тот, кто решил поплавать в Рокане, весьма осторожен. Он не приближается к «Соловью», словно холодная водичка ему только в радость. Ох, как интересно, кто там плещется!

Вахтенный отбил девятую склянку. А время-то уже к рассвету близится. Если допустить, что на наше судно готовится атака, то разумнее всего напасть именно сейчас. Я выругался под нос. Туман – самый худший для моряка враг, которого можно придумать, и он предательски заклубился над водой. Вновь закапало с неба мелкой моросью.

Раздался негромкий шорох. Это Тюлень вернулся с двумя бойцами. Я приложил палец к губам, призывая их замереть на месте. Мы присели у борта и замерли в ожидании дальнейших событий. Если враг не хочет, чтобы его заметили в воде – пусть так и будет. Самое забавное, что кто-то использует тактику штурмовиков вдали от морских просторов. Кроме пиратов, вольно чувствующих себя, где есть вода, я не вижу иных дерзких кандидатов. Пожалуй, еще бывшие морские пехотинцы или моряки Королевского флота Дарсии, не нашедшие себя на земле после ранения или отставки вполне могли стать тем самым боевым ядром у речных разбойников, помогая им разрабатывать тактику нападения на купеческие корабли.

Смущало меня одно: уверения Боссинэ, что пираты никогда не рисковали грабить на территории, подконтрольной эрлу Ронессо, и я даже не видел предпосылок для атаки. Значит, если внизу не сом жирует, то пришли за виконтом Агосто.

Раздался приглушенный стук о дерево. Я четко видел, как трехпалая «кошка», обмотанная тряпками, вцепилась в фальшборт. Ага! Все-таки не рыба, а люди! Теперь сомнения отпали, можно действовать.

Вытягиваю кортик из ножен, тем самым подавая сигнал парням быть готовыми к бою. Но то, что произошло дальше, стало неожиданностью не только для штурмовиков. Я, признаюсь, тоже оторопел. Три черные низкорослые фигуры взлетели над бортом, едва касаясь его руками, и мягко приземлились на палубе. Такое чувство, их подбросила вверх неведомая сила. Замерев на полусогнутых ногах, они четко распределили между собой роли. Двое глядели вперед и вправо-влево, а третий, прикрывая их спины, развернулся и стал контролировать корму. Каждое движение отличалось необычайно плавностью и синхронностью, словно эта троица не шла, а плыла над палубой, связанная невидимой нитью того, кто ими управлял. И каждый из них держал над головой клинок с причудливым изгибом, сжимая рукоять двумя руками. Приглядевшись, я отметил, что ночные гости облачены в черную плотную одежду, а лица обмотаны темной тканью.

- Дерьмо кракена, - прошептал я беззвучно, поняв, с кем мы имеем дело.

До сих пор мне лично не приходилось сталкиваться с этими людьми, о которых ходили леденящие душу легенды по всей Сиверии. По иронии судьбы купец Игнат Сирота, являвшийся как бы выходцем из Халь-Фаюма о них должен знать, но вся информация хранилась в голове фрегат-капитана Фарли – вот такой парадокс. Орден низаритов – наемных убийц – очень вольготно чувствовал себя на огромных просторах, покрытых холмами, степями и пустынями. У наемников было несколько баз для подготовки бойцов, но отыскать их не составляло труда. Низариты особенно и не прятались. Золото любят все, особенно такие профессионалы, поэтому торные дорожки приводили к ним тех, кто хотел расправиться чужими руками со своими врагами. Низариты действовали по всей Сиверии, даже в Аксуме были наслышаны о них, хотя там хватало своих профессионалов тихих убийств. И вот теперь они появились здесь, в Дарсии. За виконта, кажется, взялись всерьез.

Наем стоит очень дорого, пиратам такое не потянуть, да и не пойдут низариты, уважающие свое дело, в обычные разбойники. Значит, им заплатили большие деньги, а на такое способен кто-то из высокородных. Увы, но эти ребята пришли за жизнью виконта, а попутно отберут ее у моих штурмовиков. Иллюзий я не питал. Ни Тюлень, ни Хитрец с Попугаем не смогут противостоять выучке наемников.

Дрожь, прокатившаяся по телу, свернулась в тугой комок где-то в самом низу живота. Нельзя показывать нерешительность и страх перед своими бойцами. Преодолев первые секунды растерянности, я стал жестами показывать цели, пока низариты осматривают палубу и свои жертвы. А их всего две – вахтенные «Соловья». Нас они пока не видят, а значит, нужно постараться разъединить эту троицу, навязать им свой бой. Наше преимущество – в неожиданности. Если парни управятся хотя бы с одним, будет легче.

Итак, цели я наметил. Попугай и Хитрец завяжут бой с одним из низаритов, который, скорее всего, будет обследовать полубак, чтобы убедиться в безопасности, а двоих я беру на себя вместе с Тюленем. Главное, чтобы вахтенные сообразили и подняли тревогу, потому как сверлила меня одна мыслишка, что пока мы будем встречать гостей, к виконту под шумок прокрадется еще парочка наемников. Хотя такое количество низаритов на одного человека – явный перебор. Обычно они парами ходят.

Все, хватит анализировать! Одна из черных фигур двинулась к корме, а остальные, как я и предполагал, крадучись, стараясь оставаться в тени надпалубных настроек, заскользили к капитанскому мостику, под которым находится каюта шкипера. Наверное, предполагали, что такому важному лицу как виконт Агосто, предоставили самое лучшее место.

Я своих штурмовиков научил передвигаться скользящим шагом, и Тюлень меня не подвел. Мы проскочили по правому борту почти незамеченными, но у одного низарита слух оказался не хуже, чем у моего напарника. Он резко обернулся и разглядел две фигуры. Здесь, ближе к капитанскому мостику, темнота была не столь плотной, и выхватить взглядом опасность наемнику не составило труда.

Время пошло на мгновения. Зная, что против смертельно быстрых низаритов у нас нет шансов, я сделал единственно верный ход. Вздернул правую руку и влепил пулю в грудь врага, прыгнувшего в нашу сторону подобно кузнечику. Впечатляюще, правда. Как будто на шее этого парня миниатюрный гравитон висит!

Выстрел разорвал тишину над Роканой. Наемника отбросило назад, и Тюлень, уже предупрежденный мною, взмахнул палашом, рассекая раненному врагу горло. В то же мгновение я роняю пистолет на палубу и фиксирую правой ладонью рукоять второго пистолета, уже вздернутого левой рукой в направлении следующего противника.

Бум!

Я точно видел, что задел ублюдка. Только он оказался куда проворнее пули, и получил ее не в грудь, а в плечо, ловко качнувшись в сторону за мгновение до выстрела.

- Поднимай тревогу! – крикнул я Тюленю, бросаясь следом за черной фигурой. На ходу сбросил плащ, иначе не догоню.

После двух выстрелов на «Соловье» кто-то из вахтенных вовсю трезвонил в рынду, поэтому Тюлень, паразит такой, кинулся не за мной, а на помощь к Попугаю и Хитрецу. А подстреленный мною низарит добежал до борта и перемахнул через него, уходя от погони. Только вода плеснула.

Черт с ним, не собираюсь я драться с опасным противником на чужом поле. Поспешил на корму, где в яростной схватке сошлись три человека. Один из них отбивался, а двое грамотно наседали с разных сторон, не мешая друг другу. Значит, кто-то из моих штурмовиков, к сожалению, проиграл свой бой.

Низарит, зажатый к бочкам, крепко связанным толстым канатом, чтобы не катались по палубе, умудрился спиной взлететь на них, и тут же ловким кульбитом через себя перепрыгнул через головы штурмовиков. Раздался свист клинка, а следом за ним – крик боли. Но это не Тюлень – его долговязую фигуру я различал в свете кормового фонаря. Низарит, расправившись с обоими его друзьями, стал наседать на парня, и тому оставалось только встать в глухую оборону, прижавшись к бочкам.

Но палуба уже содрогалась от топота ног. Слышался голос дона Ансело, распределявшего штурмовиков по заранее намеченным точкам. Подобную тактику при нападении врага мы отрабатывали каждый день, и сейчас ко мне спешили четверо бойцов вместе с Михелем.

Низарит понял, что против десятка вооруженных людей у него нет никаких шансов, и тоже провернул такой же фокус, как и его напарник. Вернее, попытался. Как только он повернулся ко мне спиной, намыливаясь сигануть через борт, ему под левую лопатку прилетел тяжелый нож. Клинок вошел по самую рукоять. Уж что-то, а кидать я смертоносные железки научился хорошо.

Покачнувшись, наемник рухнул на палубу, да еще умудрившись удариться головой о фальшборт. А ведь оставалось каких-то два шага до спасения.

Ко мне подлетел дон Ансело и тревожно воскликнул:

- Что происходит, командор?

- Нападение низаритов, - я быстро огляделся по сторонам; весь караван осветился огнями. Звуки тревоги разбудили всех, и теперь я был спокоен, что атака, если она намечалась, сорвана. – Нужно разбиться на тройки и проверить весь корабль сверху донизу. Вдруг кто-то затаился в трюме.

- Погоди, Игнат, - при свете фонаря, который держал один из штурмовиков, лицо дона Ансело вытянулось от изумления. – Ты сказал «низариты»? Откуда они здесь взялись? Это же невозможно!

- Пошли, посмотрим, - я кивнул в сторону лежащего навзничь наемника. – Одного удалось стреножить. Только не уверен, что тот жив. Подожди немного, сейчас спрошу… Тюлень!

- Здесь, командор! – парень подскочил ко мне. Его нешуточно трясло. Как-никак, первый серьезный бой, в котором удалось выжить. Честно говоря, я уже распрощался с ним.

- Ты не ранен?

- Не знаю, плечо побаливает. Наверное, все-таки зацепила меня эта летучая обезьяна, - скривился Тюлень.

- Что с Хитрецом и Попугаем? Ты их осмотрел?

- Попугай мертв. Ему глотку вскрыли. А Хитрец жив, успел подставить палаш, а то бы в грудину железо получил. Ему с левого бока кожу как капустный лист ножом стесало.

- Тащи его в кубрик, перевяжи, - приказал я. – Пусть потерпит. Попозже к нему господин лекарь подойдет. Думаю, не помрет до того времени.

- Не помрет, - подтвердил Тюлень. – Если Хитрец грязно ругается, поминая всуе речных обитателей Роканы, значит – будет жить.

- А он ругается? – поинтересовался дон Ансело.

- Сквозь зубы. Видимо, сильно ранило.

Тюлень побежал обратно к товарищу, а я вместе с Михелем и одним штурмовиком, подсвечивающим нам, подошли к мертвому низариту. Я вытащил нож из спины, вытер его об одежу и убрал в ножны. Дон Ансело рывком перевернул наемника лицом вверх и сдернул с лица черную ткань. И присвистнул.

- Халь-фаюмец, - сказал он. – Действительно, низарит. Брови выбриты, меч короткий с характерным изгибом, а самое главное…

Михель разорвал плотную накидку убитого, обнажая голую, заросшую темным волосом грудь.

- Видишь? – его палец ткнулся в центр татуированной паутины, раскинутой по всему животу. – Ты не ошибся, командор. Это низарит. Только они делают татуировку на животе в виде паутины.

- А это что? – я заметил на шее наемника бечевку, на которой болтался какой-то предмет, похожий на сосульку из черного стекла.

- Черный гравитон, - выдохнул Михель. – Он позволяет «летающим убийцам» совершать немыслимые прыжки на несколько футов вверх или по сторонам.

- Я уже сегодня насмотрелся на их фокусы, - хмуро бросил я, сдергивая с шеи убитого бечевку с артефактом. Моя мысль о миниатюрных гравитонах, к удивлению, подтвердилась. Потом разберусь, что за штука такая «черный гравитон». – Действительно, впечатляющие прыжки… Так, капитан, прочеши весь корабль сверху донизу, загляни в каждую дыру, на потолки тоже внимание обрати. Эти пауки могут подолгу висеть над твоей головой, а ты и не заметишь.

- Понял, будет сделано, - поднялся дон Ансело.

- А я посмотрю, что с виконтом, - запоздалый ледяной страх пополз по позвоночнику. А вдруг нас отвлекали, чтобы еще один убийца прокрался в нашу каюту и перерезал горло моему другу?

****

К счастью, Ним Агосто оказался жив. Или наемников оказалось всего трое, или остальные (если они были) не стали испытывать судьбу, а тихо покинули корабль. До следующего раза. А виконт продрых все веселье, уютно посапывая под шерстяным одеялом.

Зато потом он с мрачной физиономией слушал мой рассказ о низаритах – Ордене наемных убийц – об их феноменальных способностях, усиленных черными гравитонами, и все больше впадал в меланхолию.

- Задача низаритов проста, - поучал я виконта. – Тихо проникнуть в дом или комнату, так же тихо прирезать человека, которого заказали, и незаметно уйти. Именно эти факторы сделали наемных убийц сущим злом в Сиверии. Вы ведь знаете, виконт, что я долго прожил в Халь-Фаюме, и уж таких рассказов наслышался вдоволь.

- Что ты хочешь мне этим сказать, Игнат? – мрачно спросил Ним, сидя на кровати с понурившимся видом. – Я и так знаю, что граф Абра не успокоится, пока не прикончит единственного наследника всех богатств семьи Агосто, то бишь меня.

- Я хочу сказать о другом, - поправил я друга. – Теперь охота перешла на более высокий уровень. Каким-то образом ваш недруг привлек наемников с другого континента, оплатил их услуги – а они очень дорогие, поверь – и обязательно добьется успеха. Не хочу обманывать вас, виконт. Против такого противника мои штурмовики щенки сопливые. Здесь нужна недюжинная подготовка, чтобы победить даже одного низарита.

- Но тебе же это удалось! – воскликнул Ним. – Целых два трупа…

- Мне просто повезло, - оборвал я виконта. – Повезло, что вовремя распознал, кто они такие, поэтому не стал вступать с ними в схватку на клинках. Но даже в этом случае один из них изловчился уйти от выстрела в упор и спрыгнуть в воду. Представляете, дружище, какая у них подготовка? Меня только одно смущает: слишком хорошо плавают эти черти. А в Халь-Фаюме нет больших рек, где этому можно научиться. Хотя, мне не думается, что это такая уж проблема для них.

- Загадка на загадке, да? – усмехнулся Ним, потихоньку оживая. – Я вот что скажу, Игнат. Если суждено умереть – это произойдет в любом случае, и никто не сможет изменить судьбу. Но хотя бы теперь я знаю, что нужно носить с собой пару пистолетов…

- Причем, двухствольных, - поддержал я здравую мысль Агосто. Наконец-то он стал потихоньку отходить от своего дворянского кодекса чести, который подразумевает решение всех проблем шпагой и кинжалом. Мы сейчас, по сути, путешественники-дикари по неизведанным землям, где вопрос выживания любым способом стоит на первом месте. И слюнтяйство дорого обойдется каждому из нас.

- Как только прибудем в Лойвью – обязательно схожу в оружейную лавку и приобрету пистолеты, - пообещал Ним. – Составишь мне компанию, Игнат?

- С удовольствием, если Боссинэ не станет торопиться с разгрузкой.

- Боюсь, именно это он и потребует от покупателя, - нервно рассмеялся виконт. – Тогда дождемся приезда в Невермут. Там, я знаю, есть несколько приличных оружейников. Авось найдем что-нибудь приличное.

На том и порешили. Пока я приводил себя в порядок, прибежал вестовой от господина Боссинэ и передал его приглашение прибыть на завтрак в каюту капитана вместе с виконтом и капитаном Ансело. Ого! Кажется, намечается крупное совещание, и предметом обсуждения станет – наверняка – ночное нападение черных летунов.

Так и случилось. Если уж в каюту капитана приглашена не только верхушка нашего отряда, но и боцман Бруно, являвшийся по совместительству помощником шкипера Торфина, судовой лекарь Эстив и левитатор, разговор явно пойдет не о погоде. На «Соловье» не было кают-компании как таковой, поэтому ее функции выполняла каюта капитана, совмещавшая в себе жилье, столовую и собственно совещательную комнату. Так что нам ввосьмером удалось уместиться за столом и насладиться завтраком: какой-то серой кашей, которая, несмотря на свою непрезентабельность, оказалась весьма недурна, да еще со сливочным маслом и приличным куском слегка поджаренного бекона.

Промокнув салфеткой уголки губ, Боссинэ отпил из бокала вино и произнес, глядя на виконта:

- К сожалению, я не ожидал такого бурного путешествия, связанного с постоянными стычками и нападениями на мой караван. Не в моих правилах искать причину столь серьезных проблем, но, объясните мне, виконт, как нам быть дальше? Чего еще ожидать?

- Даже не могу себе представить, на что пойдет мой враг, - пожал плечами Ним, спокойно выдержав начинающуюся истерику со стороны купца. – Не забывайте, господин Боссинэ, что у нас есть некоторые договоренности, которые повышают риски предприятия. А помимо них я дал слово своему другу Игнату, что пройду с ним весь путь от Скайдры до Шелкопадов и обратно. Мы все связаны обязательствами.

- Что же нам ожидать дальше? – спросил купец. – Я хочу знать, не висят ли за вами, господин Сирота, какие-то темные дела? Что еще мне неизвестно про вас?

- Лесс, вы сейчас похожи на испуганного ребенка, который впервые увидел в открытом море хельм. Поверьте, в этом шторме нет ничего страшного, если знать, как ему противостоять.

- А вы знаете? – поиграл желваками Боссинэ.

- Если за хельм принять наемных убийц – то не очень хорошо. Но кое-какие методы и приемы я знаю. Поэтому буду в ближайшие дни обучать своих парней как противодействовать низаритам. Как видите, двоих мы умудрились навечно упокоить. Значит, они не бессмертны.

- Игнат со своими штурмовиками отлично справился, - похвалил меня боцман Бруно. – Я посмотрел убитого. Точно под левую лопатку всадил клинок. Хороший был бросок.

- Каждый должен быть мастером в своем деле, как капитан Торфин, как и ты, Бруно, - польстил и я. Потом оглядел сидящих за столом и снял с шеи бечеву с черной сосулькой. – Теперь поясните мне, что это за артефакт такой? Разве в природе есть черные гравитоны?

Шкипер Торфин неторопливо набивал трубку табаком, боцман сразу пожал плечами, словно хотел сказать, что ничего не знает. Боссинэ потирал подбородок, внимательно разглядывая трофей.

- Я про низаритов никогда не слышал, но про такую штуку читал в старых книгах, - кивнул на магический предмет левитатор.

- Не поделитесь своими знаниями? – полюбопытствовал виконт.

Забавно, что левитатора, которого звали Рэйни Тибби, я видел всего пару раз. Он редко появлялся на палубе, все больше проводя время в каюте или внизу с кристаллом. Это был нескладный худощавый мужчина чуть больше сорока лет, с большими залысинами на висках и затылке – сказывалось «общение» с гравитонами, как бы не отрицали подобные побочные явления высоколобые ученые. За свои умения каждый чародей чем-нибудь, да и расплачивался. Тибби постепенно терял волосы, и это был такой же непреложный факт, как и ежедневный восход солнца.

- Охотно, чем могу – тем и помогу, - левитатор показал на артефакт. – Позволите, господин Сирота?

- Конечно, можете его щупать, сколько пожелаете, - тяжеловесно пошутил я.

Тибби сжал сосульку в руке и прикрыл глаза, словно настраиваясь на энергию гравитона. За столом молчали, не мешая левитатору. Торфин к тому времени закурил и стал окутывать дымом свою каюту, с прищуром поглядывая на чародея.

Наконец, Тибби встрепенулся и отодвинул артефакт подальше от себя.

- Интересный предмет, - сказал он, зачем-то потирая ладони. – Это не гравитон в чистом виде, господин Сирота. Во-первых, сам цвет сразу наталкивает на такое предположение. Энергетические кристаллы – это почти прозрачные камни, без каких-либо примесей. Они не могут быть зелеными, пастельными, красными или различных оттенков. Только легкая белесая замутненность на необработанной поверхности. Во-вторых, структура артефакта наталкивает меня на мысль, что это горный хрусталь. Черный горный хрусталь, он же смоляк или морион. Если посмотреть на солнце, он будет иметь стеклянный блеск. Этим и отличается от гравитона. В Дарсии его не добывают.

- Здесь он не водится, - кивнул виконт, подтверждая слова левитатора. – Я точно знаю.

- Несомненно, - тот благосклонно взглянул на Агосто. – Только прозрачный хрусталь, который иногда путают с гравитонами. Поэтому так легко ошибиться в его предназначении. Черный хрусталь есть в Аксуме и в Халь-Фаюме, что доказывает теорию наших ученых о расколе континента в стародавние времена. Аксум ранее был частью Сиверии, и их береговые линии прямо говорят об этом событии.

Надо же, какие подробности всплывают во время обычного завтрака!

- Как же тогда объяснить необычайную прыгучесть низаритов? – задал я волнующий меня вопрос.

- О, все просто! Где-то залежи черного хрусталя, из которого сделан этот предмет, соприкасались с магическим минералом, - воодушевился левитатор. – За долгие века совместного, так сказать, «проживания», хрусталь впитал в себя часть энергии… Вы слышали, господа, что камень имеет память?

- Бред! – фыркнул купец. – Ученые уже не знают, как получить для себя денежные гранты Королевской Академии Наук. Память! Скажете тоже, Рэйни!

- Перед вами прямое доказательство оного! – левитатор ткнул пальцем в сосульку. – Тот, кто достаточно долго обрабатывал хрусталь, обнаружил в нем свойства гравитона, пусть и не такие мощные. Они позволяют человеку преодолевать тяжесть планетарной поверхности и облегчают передвижение с грузом. Но, повторюсь: о свойствах черного хрусталя известно лишь в теории. Лично я никогда не держал в руках подобный артефакт.

- Так за чем дело встало? – я забрал сосульку и встал. – Давайте прямо сейчас и проверим.

- Вряд ли у вас получится, господин Сирота, - левитатор покачал головой. – Вы для начала попрыгайте на месте, чтобы ощутить энергию мориона.

- Ага, нашли дурачка, - фыркнул я. – А вдруг сработает, и я пробью своей головой потолок капитанской каюты? Мне же шкипер Торфин не простит подобного кощунства!

- Несомненно, - пыхнул дымом капитан под общий смех. – Порча судового имущества встанет господину Сироте в кругленькую сумму.

Проверять действие мориона решили наверху. Экипаж и мои штурмовики с любопытством смотрели на шумную компанию, вывалившуюся на палубу. У меня вертелась одна мысль, которая начисто опровергала все доводы левитатора Тибби. Основные залежи гравитона находятся на Соляных островах. Дарсия и Сиверия тоже имеют стратегические запасы, но в разрабатываемых копях их не так много. Но там нет черного хрусталя. Это точно. Он есть в Халь-Фаюме, как сказал Тибби. И левитатор прав. Только на «моей родине» никогда не добывали гравитоны. Хм, вырисовывается очень интересная перспектива для сиверийской империи.

- Ну что, господа, приступим? – я надел на шею артефакт и обвел взглядом палубу, выбирая для себя цель. Главное, не влететь головой в рею, если морион начнет действовать. Лучше всего будет заскочить на капитанский мостик, оттолкнувшись от настила и уцепиться за перила, после чего перемахнуть через них.

- Игнат, морион может на тебя не настроиться, - предупредил дон Ансело. – Как бы чего плохого не вышло. От таких вещиц всегда одни неприятности.

- Не переживай, дружище, - я хлопнул его по плечу, - у меня сильные покровители, не позволят.

Михель и не думал улыбаться. Мои слова он воспринял всерьез, поэтому только кивнул и отошел в сторону. А я глубоко вздохнул, настраиваясь на акробатический прыжок. Хотелось, чтобы получилось. Ведь тогда в моих руках окажется серьезное оружие тайного Ордена, с которым можно прокручивать дела посерьезнее, чем бессмысленное бодание с Котрилом.

Я сжал черную сосульку и закрыл глаза для лучшего настроя. Ощутил легкое вибрирование артефакта, ладонь закололо мелкими иголками, но так – безболезненно, а потом морион стал нагреваться. Приоткрыв один глаз, увидел, что сквозь черноту просвечивается бледно-голубое сияние.

- Чтоб меня медуза ужалила, - пробормотал Тибби, тоже заметив изменение цвета. – Он действует!

Я подпрыгнул на месте. В ногах ощущалась какая-то невероятная легкость, но не такая, чтобы можно было взлететь выше центральной мачты. Все же вселенские законы физики присутствуют и на Тефии. Легкая шалость, взметнувшаяся в моей душе, заставила действовать так, как и задумывалось. Пробежав несколько шагов, я подпрыгнул – палуба резко ушла вниз, а перед глазами мелькнули ажурные перила капитанского мостика. Легонько коснувшись их ладонями, я поджал ноги и перемахнул через них, вызвав у рулевого оторопь.

- Держи штурвал, орясина! – заревел Торфин снизу.

Рулевой судорожно вцепился обеими руками в отполированный круг, не дав «Соловью» выйти из строя. Я обернулся и приложил руку к сердцу, извиняясь перед шкипером. Но прыжок получился впечатляющим. Штурмовики оживленно обсуждали новые способности своего командора, а дон Ансело решительно надел на себя еще один трофейный морион.

Когда я спустился вниз, капитан Торфин буркнул, что все это баловство одно, и занялся своими прямыми обязанностями: следить сверху за порядком на корабле, а заодно и подымить свежей порцией табака.

- Не одолжите мне сей удивительный предмет для вдумчивого изучения? – пристал ко мне Тибби, пожирая глазами морион. – Я понимаю, что взятый с поля боя трофей принадлежит победителю, но черный хрусталь с такими невероятными свойствами еще никогда не попадался в руки ученых. Я мог бы стать первым, кому улыбнулась удача… с вашего позволения, конечно, командор.

Поглядев в горящие мольбой глаза, я молча снял с шеи бечевку с морионом и передал левитатору.

- Одно условие, Рэйни, - предупредил я, придав голосу чуточку угрозы. – Не пытайтесь его перенастроить на себя. Изучайте в дневное время, не откалывайте кусочки от артефакта, чтобы оставить себе. В общем, не вздумайте хитрить и манипулировать. Я не люблю кидаться угрозами, но вынужден предупредить о последствиях, и весьма неприятных, для вас.

- Да, я все понял, - Тибби осторожно намотал бечеву на пальцы, стараясь не прикасаться к мориону. – Будьте уверены, командор, в моей благонадежности. Может случиться так, что удастся открыть еще какие-то возможности артефакта, о чем я вас непременно предупрежу.

- И еще, - напомнил я. – Вечером морион должен быть на мне. Как бы не повторилась попытка нападения.

- Отдам лично в руки после ужина, - пообещал левитатор, и чуть ли не вприпрыжку побежал в трюм, где находилось его рабочее место рядом с единственным гравитоном «Соловья».

Мы проводили его взглядами, после чего я кивнул на расслабленных штурмовиков, и дон Ансело заревел:

- А ну, бездельники, живо построились вдоль борта! Сегодня отрабатываем парные занятия с холодным оружием! Первая пятерка… отставить! Первая четверка нападает с интрепелями и ножами, вторая отражает атаки! Потом смена!

Михель был прав, когда исправил ошибку. Ведь один из наших погиб, а Хитрец, заштопанный судовым врачом, сейчас отлеживается в кубрике. Поэтому в строю осталось восемь бойцов, не считая меня и дона Ансело. Но забирать у Рича и Гуся людей я не стал. Мало ли, что может произойти по пути. Сегодня мы отбились от низаритов просто случайно, а завтра на богатый караван обрушится неизвестная пиратская флотилия. У нас только «Лаванда» без охраны, потому что большая часть товаров из ее трюма выгружена в Эбонгейте.

Боссинэ тоже ушел в свою каюту, боцман Бруно тоже незаметно отлип от нашей компании, занявшись корабельными делами, а я с виконтом отошли к шканцам, чтобы не путаться под ногами экипажа.

- Что скажешь насчет трофея? – поинтересовался Агосто.

- Замечательная вещь, вот что скажу, - сдержанно ответил я. – Мыслишка у меня появилась. Когда займемся графом Аброй, хочу узнать у него лично, где он нашел низаритов. А потом заняться поисками черного хрусталя.

- Думаешь, Орден уже появился в Дарсии? – высказал догадку виконт.

- Именно, дружище, - я задумчиво смотрел на правый берег, который постепенно повышался, образуя холмистые гривы, тянущиеся на много миль вперед. Кое-где мелькали рыбачьи поселки, состоящие из двух-трех домиков, с растянутыми на берегу сетями. – Именно такая мысль мне и пришла в голову. Чтобы найти таких серьезных исполнителей, граф Абра должен был послать в Халь-Фаюм своего эмиссара, что в нынешней ситуации очень затратно и опасно.

- Согласен, - кивнул виконт. – Сейчас на морях не протолкнуться от флотов Дарсии и Сиверии.

- Поэтому делаем логичный вывод, что низариты каким-то образом уже давно действуют в королевстве. Для наемников такого высокого уровня всегда найдется работенка. Интриги, клановые войны, месть высокородных – это же золотое дно! Граф Абра узнал, где скрываются прыгуны, вышел на них и предложил серьезные деньги за твою смерть.

- Ты так уверен, что сможешь одолеть этих, как ты выразился, прыгунов?

- А для чего я создаю самую сильную кондотту в Дарсии? – ухмылка скользнула по моим губам. – Только через пот и кровь можно добиться цели. А насчет черного хрусталя не переживай. Я не буду отнимать артефакты у низаритов. Мне нужно лишь узнать, где добывают морион со свойствами гравитона. А потом дело за малым: доставить его в Акапис.

- И что ты будешь делать с кусками дикого хрусталя? – в свою очередь хмыкнул Ним Агосто, впечатленный моими прожектами.

- Есть один человек, который поможет выйти на огранщиков, - я ведь помнил про оценщицу Ольму Теобальд, повадками напоминавшую хитрую акулу, и не упускающую своего шанса. – Если поверить на слово левитатору Тибби, что морион впитывает в себя свойства энергетического кристалла, то после огранки мы получим сотни подобных артефактов.

- Да, господин Сирота, - протянул виконт, тоже увлекшись проплывающими мимо нас мирными пейзажами холмов, покрытых изумрудной зеленью травы и кустарников, - даже не знаю, куда приведет наше знакомство: на эшафот или на вершину к сильным мира сего.

- Умирать я не собираюсь, и вам не советую, виконт, - убедительно говорю в ответ. – Лично мне здесь очень нравится. Есть где развернуться.

- Тогда я точно с тобой, друг Игнат, - Ним Агосто посмотрел на меня, и мы оба рассмеялись, ощущая, насколько связаны между собой удивительными событиями. Гонимый виконт с убийцами на хвосте и шпион-авантюрист, бывший фрегат-капитан имперского флота, лишенный дворянства – более чем странной парочки в этом мире было не сыскать.

Глава 5. Грязные методы графа Абры

Граф Абра считался весельчаком и балагуром среди дворянского общества Натандема. Откровенно сказать про его тяжеловесные и не всегда приятные шутки означало навесить на себя клеймо неблагонадежного вассала. А если об этом не думать, то внешний вид королевского наместника, казалось бы, подтверждал первое мнение. Высокорослый, плечистый, с пшеничного цвета волосами золотистого отлива, которые ниспадали по спине ухоженными волнами, он мог иметь успех не только в провинции, но и при королевском дворе. Однако всю картину портили маленькие, глубоко посаженные глаза под кустистыми бровями и упрямый квадратный подбородок. Если бы граф попытался отрастить аккуратную бородку, излишне резкие черты лица можно было сгладить, но увы – наместник не любил растительность на лице (злые языки поговаривали, что он безнадежно отстал от столичной моды, где сейчас каждый дворянин изощрялся в отращивании усов и бороды), поэтому у его личного брадобрея всегда хватало работы.

Впрочем, нарядные и красивые одежды, обходительные манеры с собеседниками и благосклонное отношение короля позволяли ему соответствовать образу, который ему приписали жители города.

Но сейчас граф был в бешенстве. Взгляд его неприятных глаз пытался проделать большую дыру во лбу человека, стоявшего перед ним в странном одеянии, похожем на дорожный халат кочевников Аксума. Голова и лицо обернуты огромным платком черного цвета, остался виден только острый нос и глаза, остававшиеся неподвижными все время, пока граф Абра выплескивал свое раздражение. Правда, не кричать во весь голос ему хватало благоразумия, дабы не быть услышанным своими охранниками, секретарями и слугами. Даже за закрытыми дверями из прочного дубового полотна.

- Я заплатил вам тысячу золотых крон за жизнь одного никчемного мальчишки! – громко шипел наместник. – Он убежал из дома с одной шпагой и кинжалом! А вы не смогли выполнить свою работу, да еще так бездарно потеряли двух своих воинов. Кто не далее, как пять дней назад кичился невероятной подготовкой «летающих демонов», умеющих если не все, то почти все? Это ваши слова, уважаемый Кафхэн Нофре!

Когда граф произносил «уважаемый», он как будто выплевывал это слово, перекосившись от злости. Удивительно еще, как ему удалось правильно выговорить имя стоящего перед ним человека.

- Я от своих слов никогда не отказывался, как и сейчас, - голос у собеседника был глубокий, бархатистый; он обволакивал и успокаивал. – Мои «невидимки» - так мы себя зовем, граф – умеют проникать в любой хорошо охраняемый дом, проскользнут незамеченными в военный лагерь, набитый людьми, и, если надо, срежут с пояса кошелек так, что хозяин его даже не почувствует утрату.

- Как же объясните потерю своих «невидимок»?

- А откуда мы вообще можем знать, убиты они или нет? – блеснули глаза низарита. – Я не видел их тела, только передаю слова моего воина, сумевшего уйти от преследования.

- Вы лжете, Нофре, - уверенно произнес граф, продолжая гипнотизировать взглядом обернутого в черное наемника. – Вам точно известно об их смерти, но вы пытаетесь сохранить репутацию низаритов как несокрушимых бойцов, скрывая потери. Почему бы не признаться?

- Мы попусту теряем время, граф, - снова убаюкивающий голос Кафхэна Нофре прошелестел в кабинете наставника. – Почему вы не примите одну важную мысль, что человек смертен? Любой, и мы не исключение. В нашем деле тоже бывают потери. Это значит, Орден недостаточно хорошо подготовил бойца. Мы исправим ошибку. Если, по вашим сведениям, граф, караван остановится в Невермуте, мы найдем способ уничтожить вашего врага. Не может же он сидеть целыми днями в душном помещении или на качающейся палубе корабля. Человеку свойственно ощущать твердую почву под ногами, сходить в трактир и выпить вина, провести ночь с женщиной.

Граф Абра покачал пальцем перед носом Нофре и раздраженно отошел от него, чтобы сесть в кресло и уже оттуда вещать:

- По моим сведениям виконта Агосто взял под защиту какой-то наемник со своим отрядом, облаченным в черные одежды, прямо как у ваших людей. Не могут ли они быть из Ордена?

- Нет, исключено, - покачал головой низарит. – Мы не заключаем контракты на охрану грузов или каких-либо знатных лиц. Кредо «невидимок» - карающий удар кинжалом или яд в бокале с вином. Скорее всего, речь идет о так называемых штурмовиках из штрафных отрядов Сиверии. Там их сейчас активно используют в боевых действиях.

- Вы хотите сказать, что штурмовики имперцев охраняют караван торгаша Боссинэ? – фыркнул граф. – Откуда вообще они здесь взялись? Не говорите глупостей!

- Мне то неведомо. Возможно, кто-то предложил такую идею, она пришлась наемникам по вкусу. Но это точно не низариты.

- Хоть это радует, - проворчал наместник, постукивая пальцами, большая часть которых была унизана перстнями, по обшитым бархатом подлокотникам. – И все же я вынужден исходить из тех реалий, которые на данный момент существуют. На виконта Агосто было совершено два нападения. Одно – на острове Норри, где он с помощью некоего Игната Сироты, то ли командира кондотты, то ли разорившегося купца из Халь- Фаюма, сумел перебить всех, кому я заплатил за работу. Второе – на рейде Эбонгейта. И там тоже неудача. Мне пришлось пересмотреть свои планы, и теперь у вас, Нофре, осталось столько времени, сколько каравану хватит дойти до Шелкопадов. Там мальчишку будут ждать мои люди. Сумеете опередить их – получите сверх оговоренной суммы. А если нет – я ославлю вас и ваш Орден, Нофре. Докажите, что вы лучшие наемники на Тефии.

Графу Абре хватило прозорливости и ума не угрожать Кафхэну Нофре смертью или еще какими карами. Он просто поставит в известность короля, что в Дарсии свил гнездо опасный Орден наемников-низаритов, и укажет, где искать его последователей. Этим ходом ему удастся приблизиться к королевскому двору и занять место возле трона правителя. Должность наместника, конечно, хороша, но только не в этой дыре, зовущейся Натандемом.

- Как вам будет угодно, граф, - высокопоставленный низарит, осуществлявший координацию действий своих воинов, едва наклонил голову, обозначая поклон.

Именно эта независимость и бесила наместника. Нофре вел себя с ним как равный с равным, но граф чувствовал, что он никакой не высокородный принц или какие там в Аксуме титулы, и не дворянского происхождения. Скорее, вояка. Руки, которые трудно скрыть под тканью халата, несут на себе следы многолетнего ратного труда. Они привыкли держать шпагу, палаш, нож, но никак не вилку и ложку из серебра.

- Позвольте задать один вопрос, граф, - уже собираясь уходить, низарит обернулся. – Вы упомянули, что командир наемной охраны родом из Халь-Фаюма. Могу ли я узнать подробнее об этом человеке?

- Я сам еще ничего не знаю толком, - досадливо поморщился граф Абра. – Мои люди сейчас пытаются разыскать следы Сироты: кто он, откуда появился, кем был в прошлом. Когда у меня будет достаточно информации, я поделюсь ею с вами.

- Благодарю, граф, - откланялся Нофре, и расправив плечи, вышел из кабинета.

Оставшись в одиночестве, наместник не сдержался и выругался, упоминая всех родственников этого заносчивого ублюдка вплоть до седьмого колена в самых уничижительных выражениях. Облегчив душу, он подошел к столу и налил в бокал из графина темно-рубинового «Идумейского», позвонил в колокольчик. Створки двери тут же распахнулись, и на пороге застыл облаченный в темно-коричневый камзол охранник из числа внутренней стражи.

- Эрмеландо вернулся? – спросил граф Абра, снова усевшись в кресло.

- Да, ваша милость. Он ожидает в нижней гостиной, - четко ответил охранник.

- Экий скромник, - усмехнулся хозяин кабинета. – Немедля зови его.

- Слушаюсь, милорд!

Граф успел осушить свой бокал, прежде чем в помещение проскользнул невзрачного вида человек в длиннополой засаленной шляпе, из-под которой космами спускались длинные волосы. Лицо мужчины носило на себе следы долгих возлияний горячительных напитков, обвисшие щеки и заросший жесткой щетиной подбородок и вовсе могли вызвать приступ отвращения. Если бы в кабинете присутствовал еще кто-либо, он с удивлением увидел бы, что граф Абра не только не выгнал наглеца в грязной одежде, прикрытой потертым дорожным плащом, а наоборот, расхохотался, похлопывая в ладоши.

- Если бы мне не сказали, что мой Эрмеландо уже во дворце, я бы точно спустил на тебя псов! Признаюсь, не узнал. Ты превзошел самого себя. Кем на этот раз был?

- Моряком, ищущим место на каботажном судне, - хрипло ответил гость, - и заодно великосветским хлыщом, развлекающимся на различных приемах.

- Выпей вина, - поморщился граф. – Твой голос скрипит как немазанные ворота в конюшне.

Эрмеландо ни чинясь, подошел к столу, налил полный бокал восхитительно пахнущего нектара и в несколько глотков осушил его. Сдернул с головы шляпу и почесал макушку.

- Извините, милорд, - осклабился он, заметив недовольство в глазах наместника. – Я так спешил к вам с известиями, что не удосужился принять ванну. Если вам угодно видеть меня в чистых одеждах, я сейчас же исправлю свою ошибку. Но этот парик так прирос к голове, пока добирался до Натандема, что голова зудит как проклятая.

- Так уж и быть, потерплю грязного вонючего матроса рядом с собой, если он принес интересные вести, - пошутил граф Абра. – Только не садись в кресло, умоляю…

Эрмеландо улыбнулся и окинул взглядом кабинет. Он устал, но проявлять невежество на глазах хозяина хватило ума. Здесь была только самая красивая и богатая мебель, предназначенная для высокородных, и марать оббивку все-таки не стоило. Зато возле двери притулилась изящная скамейка, покрытая темным лаком. На нее-то он и уселся, вытянув гудящие от долгого путешествия ноги. Ну да, где на перекладных, где на крестьянской телеге – путь не близкий для человека, обряженного в такое рванье.

- Итак, я слушаю, - голос наместника стал жестким.

- Игнат Сирота и в самом деле оказался купцом, - начал свой рассказ Эрмеландо. – Его корабли были захвачены пиратами Керми, а сам он со своими экипажами попал в плен. Сколько времени Сирота пробыл на архипелаге, неизвестно. Помните, милорд, историю нападения на «золотой караван»? Так вот, этот шустрый малый воспользовался моментом, когда вся пиратская армада ушла на перехват каравана, перебил охрану и захватил корабль, на котором вместе с остатками своих людей совершил побег. Мало того, вместе с ним бежала и леди Тира Толессо. Вы же знаете, кто это?

- Про семейство Толессо я слышал, - кивнул граф Абра, скрывая удивление. Надо же, девчонка жива оказалась вопреки многочисленным скорбным слухам! – Говори дальше.

- Сирота направил корабль в Суржу, надеясь на благоволение властей. Но его обвинили в пиратстве и приговорили к смерти. Но случилось удивительное. За него вступился сам лорд Торстаг. Якобы этот человек выполнял его задание на Керми, является чуть ли не личным шпионом. Для Сироты все закончилось благополучно. Получив купеческий патент, он отплыл в Акапис, где решил поселиться и вести свои дела. Кстати, я туда наведался и поспрашивал о Сироте. Многие о нем отзываются хорошо. Особенно строительная артель. Купец приобрел так называемую Пустошь Кракена, бывшее владение баронов Домине, вместе с особняком, который сейчас активно отстраивают. Так что деньги у Сироты есть. Наверное, при побеге еще и пиратов ограбил… Милорд, мне нужно выпить. В горле пересохло.

Получив согласный кивок, Эрмеландо снова наполнил бокал доверху и вернулся на лавку. Отпив пару глотков, он продолжил свой рассказ:

- В Акаписе все очень интересно. Судно, на котором Сирота сбежал из плена, теперь его личное, называется «Тира». Да-да, в честь леди Толессо. Забавно же, милорд, не находите в этом некий подтекст? Кхм… Так вот, бриг сейчас болтается на рейде, а в усадьбе находится несколько десятков хорошо вооруженных людей. Они охраняют строителей и присматривают за окрестностями. Но самое интересное, их ежедневно обучают военному делу. У Сироты, по-видимому, есть несколько офицеров, натаскивающих головорезов на какие-то делишки. Возможно, они и есть ядро будущей кондотты.

- Как негоциант мог привлечь к службе боевых офицеров? – удивился Абра.

- Моих возможностей не хватило узнать подробности, ваша милость.

- Выяснил ли ты что-нибудь насчет виконта Агосто? – недовольно пошевелился граф в кресле. Все, что рассказывал Эрмеландо, было очень интересно и раскрывало некоторые непонятные моменты. Особенно загадочным выглядело вмешательство лорда Торстага в жизнь какого-то купчишки. Вот где стоило покопаться со всем усердием.

- Да, пришлось походить по тавернам и харчевням, - агент поморщился и осторожно почесал затылок. – Поговаривают, именно там виконт очень близко сошелся с купцом Сиротой. Их неоднократно видели вместе. Вынужден признаться, что не смог полностью узнать, договаривались ли они о чем-нибудь.

- Уже неважно, - отмахнулся Абра, задумчиво обхватив подбородок. – Они вместе направляются в Шелкопады, и их путь лежит мимо Натандема. Кто, например, помешает им тайно высадиться в Лойвью и через несколько часов оказаться в моем городе? Всего-то жалких десять лиг.

Эрмеландо пока молчал, не вмешиваясь в рассуждения своего хозяина, и понемногу отхлебывал из бокала.

- Есть еще что-нибудь интересное? – наконец, граф обратил на него внимание.

- Я решил заглянуть в Скайдру и разузнать что-нибудь о леди Тире Толессо. Конечно же пришлось достать из своих закромов чистую рубашку, штаны и камзол, - собеседник усмехнулся. – Назвался своим настоящим именем, но меня огорчили. Леди Тира не принимала никого. Девушке приходится очень тяжело после долгого отсутствия дома. Нужно восстанавливать свои позиции, заново заводить связи с аристократическими семьями Скайдры и всего побережья. Она постоянно в разъездах. Но за пару медяков нашелся один разговорчивый слуга. Больше всего меня интересовало, насколько правдива история леди Тиры. Оказывается, именно Игнат Сирота спас ее из лап пиратов. Пришлось отбросить кучу всяких сказочных нагромождений, но все так и есть. И участие лорда Торстага в судьбе купца подтверждено. Он даже рекомендательное письмо ему написал.

- Занятная история, - граф Абра задумался. – Что из этого мы можем взять полезного?

- Купец Сирота, - тайный агент лорда Торстага, - выпалил игравший роль шпиона Эрмеландо. – Причем, давний, с хорошей легендой.

- Притянутая версия… Но, если он связан с лордом Торстагом, налицо какая-то хитрая игра королевского советника, - наместник был расстроен. Тягаться с Кендишем не с руки, особенно сейчас, когда он весьма близок к трону. – Но зачем? Обычный торгаш…

- Который хочет создать свою кондотту по сопровождению купеческих кораблей, - прервал его Эрмеландо. – А это значит, что Сирота вовсе не торгаш. У него хорошее тактическое мышление, он умеет объединять людей. Говорят, его команда сплошь из наемников, собранных в разных местах. Там и сиверийцы, и дарсийцы, хотя сам он из Халь-Фаюма.

- А он точно оттуда?

- Только слухи, проверить невозможно. Тем не менее, это отребье ему подчиняется как в армии. Строгая дисциплина, никакого пьянства и постоянные занятия с оружием. Много времени уделяется бою и без него. Называется «рукопашная».

- Забавно… и настораживающе.

- Я об этом так же подумал, милорд, - откликнулся Эрмеландо, снова припав к бокалу. – Вкупе с тем, что в этой истории засветился лорд Торстаг, и вовсе наводит на разнообразные мысли.

- Мне кажется, дорогой мой мальчик, ты очень устал, - нахмурил кустистые брови граф Абра. – Ступай к себе, приведи себя в порядок. А вечером приходи на ужин. Расскажешь о своем путешествии в Скайдру, только без излишних подробностей по нашему делу.

- Как скажете, милорд, - Эрмеландо вскочил с лавочки и поклонился перед тем, как исчезнуть за дверью.

Опершись на подлокотники, наместник поднялся и принялся расхаживать по кабинету, обдумывая только что услышанное от своего молодого вассала. Не самое приятное, к сожалению, для завершения задуманного. Проклятый мальчишка раз за разом умудряется выскользнуть из лап смерти. Известие о смерти Шампернона принес один из «проводников», который давно служит графу Абре в качестве соглядатая. Он и рассказал о стычке на острове Норри. Правда, у наместника сложилось впечатление, что контрабандист чего-то не договаривает, старательно отводя глаза. Да и черт с ним, наверняка, какие-то делишки мутные проворачивает для себя. А Шампернор – бездарь и болван, не сумевший справиться с виконтом, имея численное преимущество. Правда, ему помог один человек, и граф, кажется, догадывается, кто это был. Игнат Сирота, кто же еще. Спелись, голубчики.

Тогда стоит ли сейчас избавляться от мальчишки? Не лучше ли сосредоточить усилия на ликвидации странного и опасного (чутье подсказывало именно об этом) спутника виконта? Убрав одну серьезную проблему, будет легче добраться до Агосто. Тоже вариант. Нужно подумать неспеша. Каравану еще долго предстоит идти до Шелкопадов. Времени хватит. Единственный фактор, беспокоящий графа Абру – лорд Торстаг. Что общего у него и бывшего торгаша, решившего создать наемный отряд по сопровождению грузов? Вот что хотелось знать наместнику в первую очередь.

Он выглянул за дверь и подозвал к себе секретаря, бдительно несшего службу за большим письменным столом.

- Прикажи заложить карету, - приказал он. – Через полчаса у меня визит к баронессе Агосто.

- Слушаюсь, милорд, - склонил голову слуга и рванул выполнять приказ хозяина.

****

Виконтесса Агосто, еще довольно моложавая женщина, встречала графа на крыльце своего особняка, который продолжала держать в крепких руках после смерти мужа. Невысокий рост она компенсировала невероятной статью; темно-русые волосы собраны на затылке в сложную прическу; длинное платье из шелка изумрудно-синего цвета гармонировало с ее голубыми глазами, остававшимися печальными после исчезновения сына.

- Граф, не ожидала вас сегодня, - притворная вежливость вдовы нисколько не сбила с толку наместника. Он прекрасно знал, как относится к нему Эдна Агосто. Холодная бесстрастность, под которой скрывается раздражение от настойчивых ухаживаний графа Абры. – Судя по блеску в глазах, вы прибыли поделиться какой-то новостью. Вас, наконец-то, отзывают в столицу?

- У короля хватает советников, а просто так торчать возле трона не в моих правилах, - улыбнулся Абра, показывая с помощью улыбки свои крепкие зубы. Он придержал шпагу, подходя к хозяйке особняка, а потом припал к руке, пахнущей лавандой. – Вы умеете быть обворожительной, Эдна.

- Не льстите мне, граф. Попытка не засчитана. Я так и чувствую, что вас распирает от какой-то новости.

- Может быть, вы пригласите меня в гостиную и предложите бокал «Искарии»?

- У меня есть «Абокатто», с южных плантаций, - женщина вытянула руку в направлении парадной лестницы, на которой молчаливо созерцали сцену вежливости двое крепких мужчин, обвешанных острой сталью. – Прошу вас, граф.

Охранники наместника и виконтессы не пошли следом за своими хозяевами, оставшись снаружи и поедая глазами друг друга, а руками недвусмысленно касаясь оружия. Чего уж скрывать: неприятие госпожи Агосто к графу Абре был настолько осязаемым, что многие в Натандеме всерьез опасались, как бы между ними не вспыхнула война.

Горничные молчаливыми тенями накрыли в гостиной столик разнообразными фруктами и сырами, и по знаку виконтессы тут же исчезли. Граф огляделся по сторонам. Он здесь бывал уже неоднократно, и всякий раз поражался, почему большинство окон задернуты темными портьерами. От этого в гостиной стоял полумрак, который наместнику не нравился. Траур уже год как закончился. Но… в гостях о правилах не спорят.

Граф с молчаливого согласия хозяйки разлил светло-соломенное «Абокатто» по изящным стеклянным бокалам и поднял свой.

- Вы правы, Эдна. Я приехал к вам не по своей прихоти и не для того, чтобы в очередной раз услышать, как вы переносите день нашей свадьбы. У меня есть новости…

- О моем мальчике? – тревожно воскликнула вдова. – Умоляю вас, граф, прекратите делать эти ужасные театральные паузы! Вы разрываете мне сердце!

- Сначала ваше решение, - твердо проговорил Абра, не торопясь отпивать из своего бокала. – Я и так слишком долго проявляю терпение.

Виконтесса поняла, почему граф не пьет, и презрительно усмехнулась краешком губ. Трусливая душонка, думает, что его хотят отравить. Так он и заслужил подобной участи за подлость, совершенную по отношению к Ниму. Пусть пока живет.

Она первой отпила вино, глядя через стекло на графа.

- Очень достойно, - сказала женщина, отставив бокал. Отщипнув виноградинку от кисти, положила в рот. – До этого с предубеждением относилась к «Абокатто». Даже не знаю, почему.

- Здесь привыкли пить красное вино, - усмехнулся граф и уже без опаски продегустировал свое. Виконтессе он не доверял, справедливо полагая, что вовремя принятое противоядие позволяет безопасно пить и принимать пищу в чужом доме. Могла Эдна заранее подстраховаться? Могла. Вот и он выпил перед визитом темно-рубиновую жидкость, приготовленную семейным целителем. Так что ничья. – Я жду вашего ответа.

- На следующей неделе, - обронила леди Агосто и крепко сжала губы, показывая свою решимость больше не обсуждать эту тему. Она и так достаточно затянула с ответом.

- Прекрасно, дорогая Эдна. Просто великолепно. Хорошо, что приготовления не займут много времени. Я все сделал заранее, остались мелочи.

- Теперь ваша очередь, граф. Что с моим сыном?

- Вы несправедливы ко мне, Эдна, - с укоризной произнес Абра, намеренно выводя женщину из себя. Пусть нервничает, даже поплачет – ей полезно. – Обвиняете меня в каком-то заговоре против Нима, с чего-то решили, что я хочу его убить… Пусть это останется на вашей совести. Я руководствовался не слухами и сплетнями, а даже организовал расследование. Увы, бумага врать не станет, как и люди, через которых проходят потоки финансов…

- Чушь и вздор!

Абра вздохнул и вернулся к тому, о чем хотел сказать:

- Сегодня из Скайдры вернулся мой человек. Привез интересные новости про молодого виконта. Не самые приятные, но дающие вам надежду, что вы скоро можете встретиться.

- Где он? В Скайдре?

- Был там, - спокойно ответил граф Абра. – А потом уехал в Акапис, где связался с шайкой непонятных людей, якобы вырвавшихся из пиратского плена. Не пугайтесь, дорогая Эдна. Ничего страшного он не совершил, но по слухам, которые собрал мой соглядатай, к этому все идет.

- Зачем ему это сомнительное знакомство? – воскликнула виконтесса.

- Я не могу знать, - пожал плечами гость. – Полагаю, как и большинство молодых людей, Ним хочет ввязаться в какую-то авантюру. В Скайдре он вместе с человеком, который заправляет этой шайкой, пытались найти судно, которое идет вглубь континента по Рокане. Разговоры шли, якобы, о провинции Лимадия… Там находится некрополь Спящие Пещеры, самое древнее захоронение.

- Не самая лучшая репутация у этих гробниц, - поежилась женщина. – И зачем ему это надо?

- Мне это неведомо. Только я точно знаю, что сейчас Ним Агосто плывет на купеческом нефе господина Боссинэ вместе с компанией головорезов. Они направляются в Шелкопады. Оттуда молодой виконт планирует направиться в провинцию Лимадия… Понимаете, дорогая моя Эдна, что ваш сын с большой вероятностью не вернется оттуда? – мастерски плел паутину граф Абра из правды и лжи, отводя от себя подозрения. Он играл на будущее, чтобы никто даже пальцем на него не показал, когда молодой виконт исчезнет навечно. – Горские племена невероятно свирепы. Об их дикости ходят легенды. Неудивительно, что король до сих пор не может приручить большинство племен, поэтому приходится править ими через старейшин и вождей, периодически подкармливая их золотом.

- В ваших силах отыскать Нима и отговорить его от авантюрного похода! Я понимаю, что творится в душе моего мальчика. Это ведь вы оболгали его!

- Слухи всегда жестоки, Эдна, - граф взял с подноса яблоко и маленьким ножичком, который находился тут же, стал нарезать его мелкими дольками, одну из которых положил в рот. Прожевал, смакуя кисло-сладкий вкус фрукта. – Но ведь подозрения были, сам герцог Хуггарт попросил меня разобраться. А это значит, что пасквили шли напрямую к нему.

- Слабая попытка оправдаться, граф, - усмехнулась виконтесса. – Пока я вижу только ваше желание на законных основаниях стать хозяином земель семьи Агосто. Почему я должна думать иначе? Слишком все хорошо сходится.

- Я желаю вам только добра, - глаза графа стали ледяными.

- Аманта и Сэтрид так не считают, а я доверяю чувствам своих дочерей. Они вас боятся. Особенно старшая. Кстати, до меня дошел слух, что вы ищете партию для Аманты. Причем не в Натандеме, а где-то в унылой дыре – Дасквиче. В нашем городе уже нет достойных мужчин? Прекратите, говорю вам прямо. Сейчас пытаетесь лишить меня детей, а после свадьбы отберете последнее, что осталось: земли и право ими распоряжаться.

- Сегодня вы невероятно остры и язвительны, Эдна, - наместника не так-то легко было выбить из колеи. – Что ж, мы можем подписать брачный договор, где каждый пункт будет расписан до мельчайших подробностей. Сегодня же прикажу своим юристам продумать проект. Кстати, Эдна, пришлите своих тоже.

- Обязательно, - сухо кивнула виконтесса. – Завтра же с утра ожидайте. Но хочу спросить сразу насчет земель вдоль Роканы. Вы всерьез намерены оставить их себе после свадьбы?

- Конечно, - пожал плечами граф. – Такова плата за грехи вашего сына.

- Ним не занимался казнокрадством, - отрезала женщина.

- Каждая мать считает своих детей безвинными и чистыми созданиями, - поморщился Абра. – Эти ошибки дорого обходятся королевству. Если молодой виконт считает себя безвинно оболганным, если он уверен в своей честности – почему же тогда сбежал?

Граф наклонился вперед, впившись глазами в бескровное лицо виконтессы.

- Знаете, Эдна, зачем мальчишка собрался в Спящие Пещеры? Он хочет вскрыть древние гробницы вождей и на эти деньги собрать отряд, чтобы вернуться в Натандем и уничтожить меня. Хочу предупредить: это бунт против Короны.

На какое-то время в гостиной зале повисло тяжелое молчание. Абра ждал испуга хозяйки особняка, но с удивлением увидел, как уголки ее губ дрогнули в легкой улыбке.

- Милорд, вы помните, кто правил Натандемом до установления здесь королевской власти?

- Речные бароны семейства Леофредов. Правда, судьба их оказалась весьма печальной.

- Суть не в их печальной судьбе, милорд.

- А в чем же? Не понимаю, куда вы клоните.

- Подумайте хорошенько, граф. Как регулировался закон о праве на справедливость?

- Ах, вот вы куда клоните, миледи, - Абра расправил плечи и припал к бокалу, чтобы обдумать слова виконтессы.

Признаться, в круговерти государственных дел он и забыл об архаичном праве, позволяющем каждому отщепенцу бросить вызов обидчику и сразиться с ним, отдавая свою жизнь в руки богов. Победитель считается правым, и все обвинения с него снимаются. Странно, почему король до сих пор позволяет использовать его в некоторых провинциях, где протекает Рокана и еще пара крупных рек на юге континента. Или в этом решении есть какая-то выгода? Теперь понятно, почему молодой виконт связался со странным торгашом Сиротой, у которого в наличии есть серьезно вооруженный отряд. Рано или поздно Ним Агосто заявится в Натандем и потребует сатисфакции. Ну, что ж… часть плана мальчишки известна. Поэтому следует как можно быстрее уничтожить его. Прав он был, продав жизнь Агосто наемникам. И от своего решения не отступится. Молодой виконт умрет. Глупая женщина, сама того не желая, раскрыла планы сына.

А вот своих советников и адвокатов нужно наказать. Никто из этих дармоедов не указал на опасную брешь в выстроенном плане.

- Хорошее вино, Эдна, - граф и не заметил, как полностью осушил бокал. Поставив его столик, он отрезал очередной ломтик яблока, нанизал его на кончик ножика. – Надо будет закупить сотню-другую бутылок для своего подвала.

- Вы в затруднении, милорд? – кажется, виконтесса испытала разочарование, не заметив на его лице замешательства. – Неужели забыли, что Натандем стоит на Рокане?

- А у меня в планах развивать город, - не стал отвечать на ее вопрос Абра. – И большое внимание уделяю строительству нового порта. Земли Агосто как нельзя кстати подойдут для этого. Причалы, склады, конторы, таверны – это же золотое дно, а не эти бесконечные стада овец, бесцельно гадящих на землю.

Взаимная пикировка могла закончиться скандалом. Граф понял, что нужно завершать беседу. Виконтесса встала и раздула ноздри в сдерживаемом гневе. Лишиться не только части земель, но и средств к существованию, которые давала аренда пастбищ, было невыносимо. Как бы в самом деле не подсыпала яду в бокал с вином по прошествии времени, когда граф Абра станет хозяином всего добра упрямой женщины.

- Прошу меня простить, Эдна, - следом за ней поднялся и наместник. – Мы наговорили много неприятного друг другу. Я не хочу, чтобы вы считали меня негодяем, ищущим только свой интерес в создавшейся ситуации. Обещаю не ущемлять ваших свобод, миледи. И насчет старшей дочери не беспокойтесь. Мы вместе найдем ей подходящую пару здесь, в Натандеме. Ну, или по вашему желанию, в Эбонгейте. Там тоже полно достойных юношей.

- Я надеюсь на ваше благородство по отношению к девочкам, милорд, - хозяйка решила проводить гостя до лестницы. – Когда был жив муж, он хотел обручения Аманты с молодым человеком из семейства Босли. Он старший сын Леандера Босли. Вы должны их знать обоих.

- Да-да, конечно же. Кажется, этого юношу зовут Мелвин?

Граф остановился на верхней площадке, его охрана тут же оживилась, готовясь к отъезду.

- А как сама Аманта смотрит на союз с Мелвином? По нраву ей молодой человек?

- Отец для нее был непререкаемым авторитетом. Она ни на мгновение не сомневалась, что он выберет для нее хорошую партию. Еще есть шанс поговорить с Леандером и завершить начатое дело. Дочь будет вам благодарна…

- Не тешьте себя надеждами, - усмехнулся граф, выслушав виконтессу с рассеянным вниманием. – Аманта характером похожа на вашего сына, такая же гордая и горячая. Мне будет достаточно вашей благодарности, Эдна.

Он приподнял шляпу, прощаясь с хозяйкой, и пошел к своей карете, не замечая откровенно злого взгляда виконтессы. Когда он уехал, хозяйка особняка подозвала к себе одного из мужчин, стоявших полукругом на лестнице чуть ниже:

- Левелан, прошу вас на несколько слов.

Человек, к которому она обратилась, являлся капитаном стражи, но помимо этой должности обладал и другими качествами, которыми иногда пользовался покойный виконт Агосто. Сорокапятилетний мужчина с невзрачным лицом – столкнешься с ним на улице, мазнешь взглядом и тут же забудешь – обхватив тонкими сильными пальцами рукоять шпаги, подошел к виконтессе и склонил голову.

- Миледи…

- Левелан, у тебя же есть на кого оставить охрану дома?

- Конечно, миледи, - голос спокоен. Привык человек к тому, что его услуги иногда требуют отлучки. – Дэбс отлично справляется в мое отсутствие.

- Отлично… А теперь слушай внимательно. Тебе нужно как можно скорее оказаться в Дасквиче и перехватить караван купца Боссинэ. Там мой сын. Предупреди его, что граф Абра замыслил тяжкое против него. Возможно, он уже нанял наемников. Пусть не теряет бдительности…

- Миледи, Дасквич – это вонючая дыра с двумя десятками развалюх, - с сомнением произнес мужчина. – Вряд ли купец захочет продавать свой товар в таком месте.

- Если он там не остановится, тогда пробирайся в Невермут.

- Невермут? – задумался преданный слуга. – Да, там есть все шансы найти молодого хозяина. Когда отправляться, миледи?

- Еще вчера, - слабо улыбнулась женщина.

- Я все понял, - напрягся Левелан. – Мне нужно немного времени собрать кое-какие вещи и приготовить коня.

- Как будешь готов – загляни в кабинет моего мужа. Я дам тебе денег. И не спорь, Левелан. Дорога, хоть и не дальняя, всегда требует затрат. Тем более, придется переправляться через Рокану. Только прошу, не пользуйся услугами контрабандистов. Лучше найди какого-нибудь рыбака, заплати ему на пару монет больше.

- Вы невероятно предусмотрительны, миледи, - мужчина и не думал улыбаться, даже изобразил поклон.

- Скорее, опасаюсь любого подвоха, - махнула рукой виконтесса. – Иди, Левелан, готовься. Тебе предстоит трудная дорога.

Глава 6. Иногда города интересны...

На третий день после стычки с низаритам караван достиг Лойвью, но Боссинэ не стал здесь останавливаться. И правильно. Неказистый городишко, рассыпанный по склону холма и спускающийся вниз к старым портовым причалам, возле которых сейчас болтались три маленьких суденышка, так и проплыл мимо нас.

- Для меня нет никакого интереса продавать здесь товар, да и осадка не позволяет швартоваться, - пояснил Лесс, стоя рядом со мной и виконтом возле правого борта и разглядывая через мутную серость дождя и туманной дымки портовые лабазы и обветшалые конторские здания, которые вытянулись вдоль Роканы. Шагов двести в одну сторону – и столько же в обратную. Вот и вся протяженность порта. Негусто.

Боссинэ, как и мы, кутался в теплый плащ. Уже вторые сутки шел дождь. Он то обрушивался непрерывным холодным потоком с неба, отчего вскипала черная вода Роканы и заливало палубы, то сыпал мелкими пригоршнями через разные промежутки времени. Мокрые паруса обвисли, но как только промозглый ветер с холмов начинал метаться в долине, по которой сейчас петляла река, на нас обрушивался настоящий водопад с рей и мачт.

Из-за этого был дан приказ по каравану использовать энергию гравитонов, иначе мы рисковали застрять между Лойвью и Дасквичем на продолжительное время, тем более что течение здесь заметно ослабло. Теперь придется идти вплоть до Шелкопадов на гравитонах, периодически испытывая ноющую боль в зубах от повышенного магического фона.

В такую погоду самое лучшее – закрыться в каюте и пить горячий глинтвейн. Но мы с виконтом были, видать, из той породы людей, для которых долгое сидение противопоказано. Ним, чтобы совсем не заскучать, присоединялся к занятиям по отработке ударов холодным оружием, и иногда даже давал дельные советы. А потом вставал против меня и дона Ансело в стойку, держа в одной руке шпагу, в другой – дагу. Правильно, полезные навыки нужно поддерживать на уровне. Скажу сразу: у меня стало получаться гораздо лучше владеть кортиком.

А вот учиться некоторым приемам рукопашной виконт категорически отказывался. «Голубая» кровь и малая толика спеси, присутствующая у Нима Агосто, не позволяла ему преодолеть замшелые догмы. Дворянин не машет кулаками – вот и весь разговор.

- Гадкая погода, - поежился виконт, нахохлившийся как большая мокрая птица. Как раз снова пошел дождь, колотя крупными каплями по полям шляпы и скатываясь на плащ. – Может, спустимся в вашу каюту и сыграем в карты, господин Боссинэ? Неужели вам тоже хочется мокнуть до самых костей?

Купец посмотрел на затянутое тучами небо, потом перевел взгляд на удаляющийся от нас унылый городок.

- Интересное замечание, господа, - проронил он. – Давно замечено, что именно в это время здесь идут дожди. Если бы мы прошли траверс Лойвью пятью днями раньше или позже, то никакого намека на штормовую погоду не заметили бы. Грелись бы под солнышком, любовались пейзажами.

- Чем здесь любоваться, - хмыкнул я, кивая на темно-зеленый покров холмов, на которых ничего, кроме травы и кустарников, между которыми бродили грязно-белые промокшие овцы, не было. – Сплошь пустоши, незаселенные людьми. Интересно, почему? Вы, Лесс, должны об этом знать.

- Здесь земли натандемских аристократов, - охотно откликнулся Боссинэ и покосился на Агосто, который мрачно поглядывал на холмы. – Большинство из них отдают их в аренду скотоводам, зато стригут с них налоги как с этих баранов.

- А сколько отсюда до Натандема?

- Почти восемьдесят лиг, - ответил Ним. – Здесь хорошие пастбища, а на той стороне холмов арендаторы построили фермы, где получают шерсть, мясо, сыры, молоко. Вот почему граф Агосто замыслил отобрать наши земли. Это же бесконечный поток денег.

- Так это ваши земли, виконт? – я ткнул в сторону берега.

- Нет, они чуть дальше и вглубь. Там заливные луга и такие же пастбища. А вот именно эти принадлежат семье Босли. У нас с ними всегда были хорошие отношения. Отец хотел породниться с ними с помощью замужества моей сестры Аманты.

Я почувствовал в голосе Агосто нескрываемую боль о потерянном доме. И от меня зависело, навечно или только на некоторое время. Честно говоря, ввязываться в авантюру, где столкнулись интересы двух аристократических семей, не горел желанием. Совершенно не хотел, потому что эта авантюра могла серьезно навредить в получении дворянского титула. Да еще гравитоны в трюме «Соловья», висящие тяжелым грузом на шее! В совокупности преступлений это тянуло не на каторгу, а на виселицу! Один раз мне удалось ускользнуть от веревки на шее, и второй раз испытать чувство приближающейся смерти абсолютно не хотел.

Чертов дождь с ветром не прекращались до самой ночи. Пришлось встать на якорь посреди Роканы, зажечь сигнальные фонари, выставить вахту и стражу. Холмистые берега закончились, теперь вокруг нас расстилались равнины с редкими проплешинами лесов. Вряд ли кто рискнет подобраться к нам и напасть. Пресловутые речные пираты и жадные бароны до сих пор не появлялись. Вот и думай, радоваться этому обстоятельству или с настороженностью идти до самых Шелкопадов. Как бы штурмовики не расслабились, поэтому я жаждал пусть и небольшой, но победной стычки для поднятия боевого духа.

Серое промозглое утро и клубящийся туман не испугали Боссинэ и его шкиперов. Только теперь я оценил их мастерство. Они как будто не раз ходили в таких условиях. На каждом нефе на носу и корме стояли вахтенные и передавали голосовые сигналы от идущего впереди «Оленя» по цепочке до Енота». Где надо, замедляли ход, а где-то ускорялись. Гравитоны существенно помогали в движении, но как же от них ныли зубы и гудело в висках!

- Так же не должно быть! – не выдержал я, когда левитатор Тибби вышел проветриться на палубу. – Почему ваш гравитон создает такое мощное магическое поле? Заметьте, всего один! А четыре гравитона на боевом корабле только при максимальной нагрузке начинают приносить неудобства для экипажа!

- Гравитоны, которые закупает флот, самые чистые! – огрызнулся Тибби, сам страдая от магического фона. – Кристаллы тщательно шлифуются, проходят неоднократную проверку и только потом их устанавливают на корабли! Господин Боссинэ покупал использованные гравитоны для своих нефов на бирже, их очисткой никто не занимается. Зачем кому-то лишние хлопоты? Продали гравитон, получили за него деньги – и трава не расти! А вам откуда известны такие подробности про флотские кристаллы?

И прищурился на меня с подозрением, как будто я выложил секретную информацию.

- У меня было много друзей, служивших на военных кораблях, - спокойно парирую я. – Поверьте, Рэйни, когда знаешь, что и как спрашивать, получаешь уйму интересных сведений.

- Может, они знают, как обновлять грани использованных гравитонов? – еще сильнее прищурился Тибби.

- К сожалению, среди знакомых не было левитаторов и огранщиков, - улыбнулся я, гася разгорающийся интерес судового чародея.

После завтрака туман стал рассеиваться гораздо быстрее, даже подул попутный ветер, обсушив паруса. Шкипер Торфин уверенно сказал, что дождя сегодня не будет. Кстати, независимо от него так же подумали и капитаны других кораблей. Все дружно подняли паруса, что позволило слегка снизить напряжение гравитонов. Пошли ходко, и после полудня достигли Дасквича.

Караван остался на фарватере, а вот «Лаванда» подошла к причалам, чтобы сгрузить на берег четыре десятка бочек с аксумским ромом, и вернулась в строй. Правда, все это заняло несколько часов, пришлось стоять на якоре до утра. Я вместе с Михелем решил проверить, как несут службу парни на «Олене» и «Еноте». Торфин выделил нам шлюпку с гребцами для такого случая. Они домчали нас до авангардного судна, дождались, когда мы по штормтрапу поднимемся на борт, и направились обратно.

Рич держал своих головорезов в ежовых рукавицах. Никто не слонялся без дела. Разделившись на пары, штурмовики отрабатывали различные приемы защиты и нападения с палашами и абордажными топорами.

- Надо бы провести учебный бой по защите корабля, - сразу же заявил Рич, как только мы поднялись на палубу. – Я со шкипером разговорился, так он предупредил, что после Валунного Двора придется снизить скорость. Обычно там и происходят нападения.

- Знаю, - кивнул я. – Пройдем Невермут, попрошу Боссинэ остановить караван где-нибудь в пустынном местечке. Выделю пару часов на ограбление «Соловья».

- Отлично! – обрадовался Рич, откровенно скучавший от безделья. Когда я рассказал ему о нападении низаритов, он долго переживал, что в тот момент не находился на флагмане. Встретить достойного противника для моего друга было чем-то сродни находке драгоценного камня в куче мусора.

- У тебя все нормально? Люди не болеют? Как питаются? – завалил я вопросами Рича.

- Да молодцы парни, что сказать, - кивнул на оживленных тренировкой штурмовиков, сражающихся на пустом пятачке внизу перед капитанским мостиком друг с другом. – Никто не ворчит, ночную стражу несут без нареканий. Правда, пару раз пришлось применить наказание, когда во время стоянки у Эбонгейта поймал спящих.

- И что ты с ними сделал? – полюбопытствовал дон Ансело, изредка поглядывая на правильность исполнения того или иного приема кем-то из штурмовиков.

- Одному руку вывихнул, другого вызвал на поединок и исхлестал палашом, - буднично произнес Рич. – Зато до остальных сразу дошло, что шутки кончились. Неправильно такое говорить, но нападение низаритов очень кстати пришлось. Я рассказал про смерть одного из наших, так все сразу задумались.

- Попугай не спал во время атаки наемников, - напомнил дон Ансело.

- Я к тому, что нападение произошло ночью, - парировал Рич. – А это самое поганое время для защищающихся. Нужно бороться со сном, глядеть по сторонам, когда ни черта не видно, и слушать, постоянно слушать звуки, окружающие тебя. Я на Пакчете сам участвовал в ночных нападения на гарнизоны дарсийцев, и знаю, с кого начинаются все беды. Так что вывихнутая рука – это самое легкое наказание. В боевых частях нарушителя обычно вешают на дереве.

- Ну, с такой логикой не поспоришь, - я поднял руку, приветствуя бравого капитана «Оленя», вышедшего из своей каюты посмотреть, кто к ним в гости пожаловал. Айви был на несколько лет моложе Торфина, и в отличие от него тщательно брился, отчего загоревшее на солнце лицо отливало светло-золотистым загаром.

- Сам господин Сирота пожаловал! – Айви подошел ближе и кивнул в знак приветствия дону Ансело. – Неужели хозяин решил поменять порядок движения?

- Не беспокойтесь, шкипер, - я усмехнулся в ответ. – Пока такой вопрос не обсуждался.

- Мне господин Боссинэ доверяет, - вздохнул с облегчением Айви.

Я уже знал, почему шкиперы столь ревностно относятся к порядку прохождения каравана по реке и к неожиданным перестановкам. Головной экипаж всегда получает премиальные больше, чем остальные, не считая флагмана. Почему так? Считается, что нападению в первую очередь подвергается первое судно, чей экипаж больше всех и рискует. Не могу сказать, есть ли в этом разумное зерно. Например, почему бы не ограбить последнее? Стремительным рывком берем на абордаж корабль, всех за борт, чтобы не мешались – и кто в здравом уме захочет отбивать его, терять ход, ввязываться в ненужный бой?

Не уверен в своих суждениях. Это первое сопровождение по реке, здесь могут быть иные правила. Возможно, Торфин что-то знает, поэтому и не рвется ставить «Соловей» головным. Хитрый и битый жизнью дядька, уважаю.

- Лучше скажите, капитан, где самое удобное место для нападения? – для полноты картины спросил я Айви. Может, у него иное мнение?

- Перед Валунным Двором и за ним, - тут же последовал ответ. – Очень паршивое место с отмелями. Коса Личбо перед ними всего лишь развлечение. Фарватер меняется ежедневно. Поэтому придется снизить скорость до двух узлов и послать вперед лодку с матросами, чтобы промеряли глубины. Как бы вообще не встать на якорь, пока будем искать фарватер. Вот это и будет самый опасный момент для нас. Держим нос по ветру и глядим во все глаза. На моей памяти там было с десяток крупных нападений.

- Ладно, я понимаю пиратов или грабителей, кто они там на самом деле, - продолжал выпытывать у Айви подробности. – Но почему наместник не наведет порядок?

- Там власть барона Рокмака, - качнул головой шкипер. – Вот увидите, господин Сирота, если мы дойдем до Валунного Двора целыми и невредимыми, он пришлет своего управляющего и казначея, чтобы взять пошлину за прохождение по его участку реки.

- А если нападение произойдет до города?

- Тогда у нас отличный козырь в рукаве, чтобы самим настаивать на компенсации. Рокмак придерживается старых феодальных уложений, но не настолько глуп, чтобы не подчиняться приказам короля или его чиновников, наделенных особыми полномочиями. Он обязан поддерживать порядок, но одной рукой держит штандарт с золотыми лилиями, а другой ныряет в карман честных купцов. Поэтому я уверен, что барон найдет полусотню отчаянных ублюдков, чтобы устроить нам кровавый танец. Не тот он человек, который с безразличием смотрит вслед проплывающей мимо него добыче.

- Понятно, вы нарисовали ясную картину, капитан, - я прикоснулся к полям шляпы, показывая свою благодарность, и получив в ответ добродушную улыбку, отвел своих друзей к борту. – Судя по всем данным, которые я собрал от наших бывалых шкиперов, Валунный Двор будет занозой в наших задницах. И еще эти… блуждающие острова посреди Роканы. Все одно к одному. Как будем отбиваться, если на нас нападут?

- Предлагаю устроить совещание на «Соловье», когда пройдем Невермут, - предложил Рич. – До этого времени мы все хорошенько обдумаем варианты и разработаем защитную стратегию. Думаю, мнение шкиперов тоже не помешает.

- Да, это неплохая идея, - поддержал его дон Ансело. – Нужно, чтобы каждый знал свой маневр, иначе растащат нас в разные стороны, и тогда мы ничем не поможем.

- И конец кондотте Игната Сироты, - хмыкнул я. – Ни один паршивый купец даже близко к себе не подпустит.

- Не дрейфь, фрегат-капитан, - хлопнул меня по плечу Рич и оскалился в улыбке. – Справимся. Я со своих парней теперь семь потов сгоню, чтобы не расслаблялись. Ты же сам хотел обкатать отряд в боевых условиях… ну, так что теперь переживать?

Действительно, к чему переживания? Я больше всего опасался за жизнь виконта. Вот за ним-то ведут охоту профессионалы душегубского дела. Где они нанесут следующий удар? Если Невермут считается последним «приличным» городом на Рокане, то именно там нужно ждать появления низаритов. Хм, появилась одна идейка, которую Рич примет с восторгом.

Проверив подготовку штурмовиков, я вместе с доном Ансело на шлюпке, любезно предоставленной шкипером Айви, вернулся на «Соловья». К тому времени сильный ветер и волнение на реке успокоились, караван пошел гораздо быстрее. Воды Роканы заметно пожелтели. Шкипер Торфин объяснил это приближением устья Пламонта, который впадал в великую реку. В Невермуте очень много глинистых почв, отчего в городе развиты мануфактуры по производству гончарной утвари. Мелкие ремесленники поняли, что такое положение разорит их полностью и начали создавать цеха. Конкуренция привела к тому, что посуда из Невермута стала пользоваться популярностью в других городах. Настолько она была хороша.

- Можешь мне сказать, что это значит? – ткнул трубкой вниз Торфин, показывая на желтоватые разводы в воде.

- Ну… вероятно, идет размыв прибрежных пластов, - я почесал голову, не понимая еще, к чему мне лекция шкипера.

- И?

До меня начинает доходить, чего добивается Торфин.

- Высокая вода в Пламонте.

- Молодец, не только железяками своими и руками махать умеешь, - уважительно кивнул тот, закрываясь в облаке табачного дыма. – Так и есть. Уровень воды в Пламонте поднялся, и это хорошо. Значит, Блуждающие острова будут притоплены, негде засаду устраивать. А вот с поиском фарватера придется попыхтеть. Но это уже не самое страшное. Ты только не проворонь злодеев.

- Будьте уверены, шкипер, - ответил я и поспешил уйти в сторону, задыхаясь от дыма, который выпускал в воздух посмеивающийся Торфин.

Невермут был построен на высоком берегу в месте слияния Роканы и Пламонта. Сам Пламонт после великой реки казался каким-то жалким ручейком, вихляющим между высоким левым берегом и пологим правым, заросшим ивняком, поэтому порт находился чуть ниже устья. Это было сделано для того, чтобы купцы, торгующие по Рокане, могли заглянуть и в Невермут.

Сам город состоял как бы из двух частей. Старый, плотно сбившийся возле порта и причалов, растянулся вдоль берега и выглядел неказистым и жалким, а вот новые постройки тянулись в холмы подальше от реки, словно стыдились такого соседства.

И тем не менее, я бы не сказал, что Невермут – одна из таких же дыр, которых мы за время плавания успели навидаться. Здесь довольно оживленно. Снуют рыбацкие баркасы и лодки; у причалов стоят три тендера с суетящимися возле них людьми; пронзительно вопят чайки, отчетливо слышится, как скрипят тали и механизмы блоков разгрузочных кранов; от берега несет рыбьей гнилью, горячей смолой и еще чем-то неповторимо гадким.

Таможни здесь нет, но Боссинэ все равно придется договариваться с управляющим порта, чтобы поставить «Оленя» под разгрузку. В его трюме находится пшеница, ящики с драгоценной стеклянной посудой, бочки с медом. Взамен наш купец загрузится шерстью, которую очень ждут в Шелкопадах. Там, оказывается, плохо с пастбищами, кругом солончаки, поэтому мало кто отваживается держать крупные стада коров, коз или овец. Так, всего помаленьку, лишь бы свою скотину прокормить. А шерсть нужна.

Наш караван встал на якоря, не входя в Пламонт, и Боссинэ переправился на берег, чтобы договориться о постановке «Оленя» к разгрузочному причалу. Вернулся через пару часов с мрачной физиономией.

- Придется задержаться на пару дней. Хозяева тендеров оплатили аренду причалов, управляющий только руками развел. Ничем помочь не может.

- Тогда и мы разомнемся, - я поглядел на виконта и подмигнул, напоминая о нашем плане.

Пока Агосто приводил в порядок свой парадный костюм, я договорился с Михелем, что вместе со мной в город идут виконт и Рич, а также половина нашего отряда со всех судов. Парням тоже не мешает развлечься, выпить и в бордель заглянуть. А то скоро начнут речных русалок ловить и пользовать их, как пошутил Рич. На следующий день кто-нибудь из нас возвратится на корабль вместе с бойцами, а дон Ансело со второй группой штурмовиков сойдет на берег. Так будет справедливо, да и караван без охраны и командира не останется.

Не уверен я, что стоянка ограничится двумя днями. Все здесь неповоротливо, и только звонкая монета помогает ускорить дело.

Пришлось делать несколько рейсов, чтобы перевезти штурмовиков и часть экипажей каравана на берег. Я назначил Щербатого – дружка Гуся - ответственным и предупредил, что лично шкуру спущу с него, если парни вздумают искать приключения на свою задницу. Не стоит затевать драки с экипажами тендеров или местными, но, если же таковые произойдут, пусть лучше они начнут, а мы потом обвиним противную сторону в разжигании беспорядков.

Все-таки Невермут – довольно грязный городишко, особенно в старой его части, убедился я. Пока шли мимо разнообразных построек, ноги утопали в грязи. Ну да, после дождливых дней все нечистоты из ремесленных кварталов стекались именно сюда. А выглянувшее солнце стало подсушивать эту гадость. Зажав нос надушенным платком, виконт стоически терпел жуткое амбре, пока мы не вышли на относительно сухое место. Запахи, конечно, остались, но хотя бы по грязи не пришлось идти.

Узкие улочки, двух-трехэтажные дома, снующие по своим делам угрюмые горожане, косящиеся на нас с настороженностью. Ну да, если трое крепких молодых мужчин обвешаны оружием, сразу пропадает охота поживиться у них в карманах.

- А за нами уже приглядывают, - потешался Рич, успевая каким-то образом осмотреться по сторонам. – Парочка сопливых мальцов.

- Пусть смотрят, - прогундосил Агосто, так и не отнимая платок от носа. Но потом оживился, увидев идущего навстречу горожанина в относительно чистой одежонке, поверх которой был накинут кожаный фартук. Бородатый мужик вел под уздцы лошака, тянущего воз с какими-то ящиками.

- Эй, любезный! – окликнул его виконт, убрав платок. – Не подскажешь, где здесь можно найти приличную таверну?

- А еще бордель и гостиницу, - заржал Рич.

Мужик остановился в паре шагов от нас и перехватил уздцы, чтобы лошак не мотал своей башкой. Но отвечать не торопился, разглядывая, скорее, нашу одежду, оценивая для себя, нужно ли откровенничать с незнакомцами.

- Чего молчишь? Язык проглотил? – виконт поморщился и достал из кошеля два медяка. – Так расскажешь?

И бросил монеты в его сторону.

- Эва, сколько всего, - ловко перехватив их на лету, мужик почесал свою растительность. – Для ваших милостей здесь ничего не найдется. Туточки только дешевые трактиры и корчмы для матросов. А вам надо во «Фруктовый Сад». Там есть почти все, кроме девок. Ну, срамных-то везде можно найти. Поспрошаете…

- Что за «Фруктовый Сад»? – поинтересовался я. – Гостиница? Хорошая ли?

- Не знаю, мил сударь, сам внутри не бывал, но слышал, что многие довольны. Чистая, клопов почти нет, да и выпивка добрая.

Меня особенно умилили слова о клопах, которых «почти нет». Это обстоятельство уже, по мнению горожанина, ставило «Фруктовый Сад» в число приоритетных. Рич тоже об этом подумал и снова засмеялся.

- И как туда добраться? – спросил виконт. – В этих лабиринтах легко забрести в какое-нибудь паршивое местечко.

- Ваша правда, мил сударь. Здесь даже днем не совсем уютно, - ухмыльнулся мужик и вытянул руку в том направлении, откуда шел. – Шагайте прямо по улице. Через пять домов будет узкий проулок. Вот туда и заворачивайте. По нему выйдите на рыночную площадь. Пересечете ее и увидите трактир «Драконья кровь». Туда заходить не стоит. Сплошь отребье и пьяные матросы гуляют. Левее трактира еще одна улица, она ведет в ремесленный квартал обувщиков. Минуете его – это не так долго – и выйдете на центральную площадь с лобным местом, где казнят преступников. К нему примыкает «новый» город. «Фруктовый Сад» даже оттуда видно. Трехэтажный каменный дом с флюгером в виде дерева с яблоками.

- Надо же, как подробно, - ухмыльнулся виконт и в порыве щедрости кинул еще одну монету. – Держи, заслужил.

- Благодарствую, мил сударь, - неловко поклонился мужик и чмокнул губами, заставляя лошака стронуться с места. Проходя мимо нас, не забыл добавить: - Только ночью не вздумайте выходить на улицу. Вы пусть и с оружием, но у нас своих головорезов хватает. Да и одежка дюже богатая.

- Ступай, говорливый, - Рич недвусмысленно притронулся к ножнам, и незнакомец со своим лошаком ускорил движение.

А мы двинулись дальше по маршруту, указанному горожанином. Миновали бурлящий народом рынок, посмотрели на трактир с драконьим названием, где уже вовсю кипела драка. Судя по парусиновым робам, это были парни с тендеров. Больше некому. Наши штурмовики еще не подтянулись или нашли другую забегаловку. Не думаю, что в Невермуте она одна.

Подзуживаемые зеваками, пьяные колотили друг друга с большим усердием. Парочка человек уже лежала на земле, и по ним иногда безжалостно топтались. Пока мы любовались побоищем, я почувствовал сильный толчок в плечо. Обернувшись, увидел возле себя обросшего крепкого мужика в сером поношенном сюртуке. Его щетинистая рожа оскалилась, стараясь напугать меня видом плохих зубов.

- Че пялишься? – рыкнул он, обдавая незабываемым амбре из лука, перегара и гнили. А взгляд не столько настороженный, а наглый, словно ищущий причину для скандала.

Одна рука чуть заведена за спину, отодвигая полу сюртука. Хочет нож в дело пустить?

- Ты поаккуратнее, - предупредил я, не желая оставлять без внимания хамоватость мужика.

- А то че? – снова прищур, оценивающий и опасный под маской обыкновенного скандалиста.

Одному затевать драку не с руки. Значит, где-то рядышком его дружки, только ожидают момента, чтобы напасть. Сразу вспомнились двое ребятишек, следящих за нашими передвижениями по городу. Не они ли навели местную банду на приличных господ? Что получается, среди бела дня при большом скоплении народа решили ограбить? И ни одного стражника вокруг, как будто город предоставлен самому себе. Этакая вольница.

- Да ни че, - пожал я плечами. – Больно будет.

- Ха-ха! – ощерился неприятный тип и повел плечами. Сюртук угрожающе затрещал. Того гляди лопнет. – Смелый, погляжу, С купеческого каравана, небось, прибыл? Перышки чи-иистые!

- Чего надо этому выкидышу акульего дерьма? – нас услышал Рич и решил вмешаться в разговор. Он взглянул на щетинистого, и тот – удивительное дело – попятился назад, оттаптывая кому-то ноги.

Мой друг вообще человек опасный. Никто не может выдержать его взгляд. Там сразу читается приговор. В серо-льдистых глазах плещется кровь и желание сразу пустить в дело нож.

- Пасут нас, - коротко бросил я.

- Им же хуже, - Рич оскалился.

- Страшный ты человек, - присоединился к нам виконт, заставший отступление местного громилы. – Но хорошо, что на нашей стороне. А эти дикари – сущее наказание для благонравных людей.

- Их не переделать, и от них не избавиться, - философски заметил я.

- Переживаю я за наших, - признался мой старый друг. – Столько времени без выпивки и баб… Точно сорвутся.

- Я и не надеялся, что они будут чинно разгуливать по городу, - разглядывая унылые дома со старой крошащейся кладкой, ответил я. – К каждому няньку не приставишь. Вот и посмотрим, как они без нас справятся.

Пока мы беседовали, не заметили, как миновали рынок и свернули на улицу, которая, судя по большому количеству лавок, продающих разнообразную обувь, относилась к кварталу башмачников. Нас заметили и наперебой предлагали зайти внутрь и купить «самые лучшую обувь в королевстве». Не умрут от скромности.

Но одна лавка привлекла наше внимание. Она стояла на стыке улиц и отличалась размерами. Хотя лавкой ее даже нельзя было назвать. Это было самое настоящее двухэтажное здание с двускатной крышей и двумя печными трубами, из которых валил дым, несмотря на теплую погоду. Высокие, но узкие окна были загрязнены копотью и едва пропускали свет внутрь. Широкие двустворчатые ворота, тщательно окованные полосами железа, оказались распахнуты навзничь, и изнутри доносились размеренные удары молотков и молотов, словно здесь находилась самая настоящая кузня. Только почему в центре города, а не где-то на окраине, во избежание пожара? Пусть Невермут построен в большинстве своем из камня, но пожару плевать, бед может наделать в любом случае.

С торца здания мы заметили крыльцо. По всей вероятности, первый этаж хозяева отвели под кузню, а наверху жили сами. Окна там поменьше и почище.

- Ба, да это оружейная мастерская! – воскликнул глазастый Рич, показав пальцем на почерневшую вывеску в виде букв, спаянных вместе и образующих название: «Оружие и клинки».

Наше любопытство заметили. Сидевший возле открытых ворот на деревянном чурбаке пожилой седоволосый и еще достаточно крепкий мужчина в прожженном фартуке тщательно вытер руки тряпицей, поднялся и подошел к нам.

- Господа желают приобрести оружие? – подслеповато щурясь, спросил он, мгновенно оценив нашу одежду и платежеспособность.

- Что вы можете предложить, милейший? – поморщился виконт. – Моя шпага служит нашему роду уже три поколения, и я даже не сомневаюсь в ее качестве.

- Вашей милости виднее, - слегка поклонился работник мастерской. – А вот вашим спутникам не мешало бы приобрести парочку хороших пистолетов. Эти больно старые и громоздкие.

Он кивнул на меня, заметив под распахнутым кафтаном рукояти пистолетов.

- Раз вы предпочитаете с кортиком носить еще и огнестрельное оружие, значит, разумно оцениваете опасность, - мастеровой позволил себе слабо усмехнуться. – А хороший пистолет никогда не помешает.

- Так я и не жалуюсь на свои, - усмехаюсь в ответ. – Но в вашу лавку загляну. Где она?

- С торца, - ткнул пальцем мастеровой. – Надеюсь, что-нибудь и приобретете.

Признаться, я не ожидал увидеть нечто невероятное. Подобные мелкие заводы выпускали штучную продукцию в виде ножей, шпаг, кортиков, топоров и прочего режуще-колющего разнообразия, а пистолеты все же из той категории, которая требует огромного опыта в изготовлении оного, большого количества станков и прочего инструментария. Чтобы в Невермуте могли изготавливать что-то такое, что приглянется нам, и так обвешанным с ног до головы оружием, я сильно сомневался. Поэтому так скептически отнесся к словам пожилого мастерового виконт Агосто. Он и в лавку-то заходил с кислым видом.

Само помещение оказалось перегорожено солидным прилавком из мореного дуба, за которым стояли массивные шкафы, распахнутые для обозрения всевозможного товара, который там находился. На одной из стен – целая коллекция клинков, большая часть из которых явно произведена не в этой мастерской. Я узнал аксумский меч-серп, известный как хопеш, и парочку похожих на него изогнутых ятаганов. Как они очутились в Невермуте – загадка. А вот висят несколько морских кортиков, тщательно отполированных, но явно старых. На клинках заметны щербины, которые уже не вывести заточкой, а рукояти пусть и новые, да еще обтянутые кожей – никак не изменят моего мнения: дерьмовое железо.

Краем глаза заметил в глубине лавки полутемную лестницу, ведущую на второй этаж. Там тоже горел фонарь, но очень слабо, лишь освещая лестницу, чтобы не навернуться с нее.

- Господа! – мы не заметили, как из-за крайнего шкафа вышел дородный, можно сказать, весьма пузатый и представительный дядечка с начавшей выпадать шевелюрой. На его крупном носу висели очки в тонкой проволочной оправе, опрятный сюртук украшали костяные квадратные пуговицы, отполированные до блеска и покрытые светлым лаком. – Чем могу быть полезен? Желаете что-то приобрести, продать или обменять? Ваша милость?

Он с надеждой обратил взор на виконта. Ним Агосто лишь отмахнулся:

- Я сюда зашел не для покупок. Надеюсь, мои друзья найдут здесь что-то полезное для себя.

- Нисколько не сомневаюсь, - кивнул лавочник. – Хотелось бы узнать предпочтения господ.

- Метательные ножи есть? – без всякого интереса спросил Рич.

- Вы говорите о халь-фаюмских клинках? – уточнил продавец, оживившись. – Дело в том, что подобные ножи в Дарсии почти никто не делает, кроме нас. Слишком специфичное оружие, которое популярно у боевых пластунов, но никак у мирного населения. Да и уметь надо им пользоваться.

- То есть, они у вас есть, и именно из Халь-Фаюма? – насторожился Рич.

- Ту партию из десяти ножей мы продали, но прежде всего по образцу изготовили свои, - продавец поправил очки, необычайно резво нагнулся и ловко извлек из-под прилавка сверток из парусины. Положил перед нами и торжественно развернул во всю ширь.

Мы склонились над ним, а Рич присвистнул.

- Узкий клинок с кинжальной заточкой, - пояснил продавец, зорко поглядывая на потенциального покупателя. – Можно использовать не только как метательный, но и как тычковой. Наши мастера намеренно сделали их простыми. Голая металлическая рукоять с отверстиями для облегчения веса, гарда от клинка отделяется небольшим понижением. Для ношения на бедре или предплечье можно отдельно приобрести специальные пояса. А так все десять ножей помещаются на обычном поясе с кармашками. Он идет в комплекте. Длина – восемь дюймов, причем на клинок приходится четыре дюйма. В общем, если вы умеете обращаться с подобными ножами – для вас они подойдут однозначно.

- Смутил, чертяка, - облизнул Рич пересохшие губы. – Где бы испробовать, а?

- Встаньте напротив окна, - толстяк стал похож на зверя, почуявшего кровь. – До противоположной стены десять шагов. Видите висящую на ней доску? Вот вам и мишень. Докажите, что достойны этих ножей, и я сделаю скидку.

- А какова их цена? – хмыкнул виконт, чувствуя подвох.

- Шесть золотых крон в комплекте. Отдельно не продам. Со скидкой четыре, и к ним подарок – подвес с кармашками.

- Думаю, для тебя такое приобретение будет кстати, - одобрил я товар. – Изуми человека.

Рич вытащил из свертка клинок, покачал его в руке, привыкая к необычной форме и балансу, неопределенно похмыкал и взял еще три. Вместе с ними отошел к окну, а я с виконтом занял безопасную позицию возле входной двери. Продавец тоже ушел с линии броска, опасаясь, что не воткнувшийся нож отлетит в его сторону.

Плохо он знает моего друга.

Бывший пластун подмигнул ему, на какое-то мгновение замер, опустив руку с ножом вдоль бедра – и четыре клинка один за другим, тусклыми росчерками пролетели через всю комнату и тяжелым стуком впились в толстую доску, причем, очень плотно, один к одному.

- А ничего так, неплохо, - с легкостью вырвав ножи из доски, Рич вернул их на место. – Сколько, говоришь, уважаемый? Четыре золотых?

- Да, Кеган Ардел никогда не бросает слов на ветер, - скрывая за восхищением разочарование своей оплошностью, что нарвался на профессионала, ответил толстяк. – Четыре золотых, сударь, и в подарок подвес. Все по чести.

Рич из собственного кошеля достал монеты и выложил их на прилавок. Без особого сожаления. Значит, эти ножи ему действительно понравились. Остался парень голым, можно сказать. Вон, кошель совсем тощий.

- А вы, мил сударь? – у них что, в Невермуте все так говорят? Любимая фраза? – Чего бы вы желали приобрести? – взгляд скользит по потертым ножнам кортика, на такую же невзрачную рукоять. – Могу предложить настоящий морской кортик Королевского флота. Сделан по эскизу с небольшими доработками для удобства.

- Боюсь, мой кортик не разрешит такой обмен, - улыбаюсь я.

- Считаете, что он из числа магического оружия? – в ответ весело скалится… как его… Кеган Ардел. – Смею разочаровать. Таких предметов уже нет. Все они собраны в одном месте и тщательно охраняются.

Я почувствовал дрожь в ладони, обхватившей рукоять. Как будто кортик легендарного Кракена – пирата, а не морского дьявола – самым настоящим образом злился на торгаша и просил меня вспороть наглецу брюхо. С трудом отбросил желание, затуманившее мой мозг. Дьявольщина какая-то! Не хватало подчиниться острому железу!

- Я не тщеславен, - отказался от предложения Ардела. – Лучше покажите пистолеты, если они у вас есть.

- Несомненно, - Ардел, скорее всего, был приказчиком, а настоящий хозяин просто доверил ему продажу оружия. Но дело свое торгаш знал. Он откинул с длинного прилавка доску, которая, оказывается, закрывала нишу, оббитую серым бархатистым сукном. Внутри лежали пистолеты. Их было около десятка разнообразных моделей, и больше всего кремневые одно- и двухствольные коротыши с массивными рукоятями, как и мои. Имелась парочка одноствольных с накладными полированными пластинами, на которые была нанесена узорчатая гравировка, так понимаю, для красоты. Но все это было не то. Не видел смысла менять шило на мыло. Мои хотя бы пристреляны, надежны, и я могу надеяться, что они не подведут во время боя. Вон, даже с низаритами справились. Оказывается, пуля всегда быстрее человека, пусть и с магическим морионом на шее.

Оценив мое молчание правильно, торгаш все же поинтересовался:

- Вам не понравились эти пистолеты? Поверьте, они столь же надежны, как и все изделия дома Арделов. Мой старший брат – опытный и великолепный оружейник, его имя известно не только в Невермуте, но также во всех городах, стоящих на великой Рокане. Даже в Скайдре покупают наше оружие.

- Я слышал это имя, - подтвердил виконт Агосто. – В Натандеме мелкие дворяне с охоткой заказывают шпаги и ножи от дома Арделов.

- В таком случае у вас должно быть что-то очень особое, - я оглядел лавку в поисках этого самого «особого», - на что покупателю не жаль потратить денег.

- А вы проницательны, мил сударь! – шутливо погрозил пальцем младший Ардел. – Подождите, я кое-что вам покажу, раз вы такой требовательный к настоящему искусству!

Он снова исчез за крайним шкафом. Там что, еще одна комната для хранения особо ценных изделий? Ждать пришлось недолго. Ардел с гордым видом водрузил на прилавок плоский деревянный ящичек, и я сразу сообразил, что он хочет мне показать.

Щелкнув замком, торгаш откинул крышку. Рич присвистнул от восторга. Да и виконт, не скрывая удивления, склонился над парой пистолетов, лежащих в обитом красной тканью ящичке. Кроме них в набор входила пулелейка, ключ для откручивания стволов, пороховница и приспособления для чистки.

- «Рука смерти» и «Уничтожитель», - проговорил благоговейно Ардел, проведя ладонью по ореховой рукояти одного из пистолетов.

Они и в самом деле были великолепны. Два длинных двуствольных пистолета с необычной прямой ручкой, а не с изогнутой, как принято их делать, матово поблескивая сталью, словно ждали своего хозяина.

- Ручка из орехового дерева, с насечками против скольжения и с кольцом для крепления на пояс, - стал описывать творение дома Арделов пузатый торгаш. И надо признать, делал это весьма профессионально. – Горизонтальное расположение восьмигранных стволов из прочной и легкой стали (кстати, секрет нашей семьи!), специально разработанный кремневый замок в виде корпуса-блока, внутри которого располагается ударно-спусковой механизм. Видите, мил сударь, что замок расположен не с боку оружия, а по центру, внутри корпуса! Какие преимущества он дает? Все просто! Порох не высыпается во время движения или сильной тряске! С ним можно путешествовать, бегать, прыгать и при этом стрелять, не опасаясь за осечку! Стоит только взвести курок, и спусковой крючок выходит из своего паза в рамке, вот видите?

Арден продемонстрировал все действия наглядно на одном из пистолетов. Кажется, он назвал его «Уничтожителем». Хорошее название, хоть и пафосное. А вот второе как-то не звучит. Надо подумать.

- И пистолет готов к стрельбе! – радостно произнес торгаш. – Если вы его не используете, спусковой крючок укладывается в свой паз и даже не путается в складках одежды. Ну, и соответственно, имеется предохранитель. Вот он, позади курка.

- Как снаряжать пистолет? – спросил я, уже понимая, что куплю эти чертовски великолепные и смертельные игрушки.

- И здесь все просто. Откручивается ствол, - Арден извлек из ящичка восьмигранный ключ и наглядно показал сие действие. – Потом в казенную часть засыпаете порох, устанавливаете пулю и ствол снова прикручиваете к корпусу пистолета. Да, предупреждаю: стволы нарезные! Они увеличили прицельную дальность и убойную мощь оружия! Длина ствола – пять дюймов, что превышает обычные стандарты. И еще одна особенность. Видите, здесь, в раму встроен крановый механизм. Поэтому вы можете стрелять поочередно сначала из одного ствола, а потом из второго.

- Ага, он предотвращает одновременный залп из двух стволов? – воскликнул Рич.

- Именно! – обрадовался Арден. – Вам показалось, что это залповый пистолет? Нет, и еще раз нет! Фактически вы можете произвести четыре выстрела с разными промежутками, если, конечно, знатный стрелок, умеющий убивать с первого же раза.

- Дружище, ты уже влюбился в них, - рука виконта легла на мое плечо. – Не раздумывай, бери.

- Хотелось бы проверить, как они бьют, - пробормотал я.

- Если купите их, оружейный дом Арденов дает вам возможность испытать его в течение трех дней, - расплылся в улыбке торгаш. – Правда, здесь нет возможности, но ведь можно найти пустырь и там пострелять вволю.

- Сколько они стоят? – с упавшим сердцем спросил я. Подозревал, что дорого.

- Всего пятнадцать золотых крон.

- Да это грабеж! – возмущенно крикнул Рич. – Какие пятнадцать? За эти деньги я трактир куплю!

- Не забывайте, мил сударь, что содержание трактира и изготовление оружия – вещи несовместимые, - с холодком в голосе ответил Арден. – Этот набор единственный в своем роде, второго уже не будет. Вернее, будут подобные ему с какими-то конструктивными изменениями, но именно такого нигде нет. Дом Арденов гарантирует. Видите, на пластинах гравировка мастера – моего старшего брата. А это уже качество.

Кто бы спорил. Но пятнадцать «корон»! Когда еще вернемся в Скайдру, где должна пройти полная оплата наших услуг! До этого момента придется ужаться или… ограбить грабителей!

- Дружище, если ты испытываешь затруднения, я готов оплатить часть покупки, - виконт покрутил пальцем. – Мы забираем эти пистолеты, господин Арден. И насколько я понял, к каждой серьезной покупке у вас идет подарок?

- О, конечно же! – с ловкостью факира торгаш выудил из-под прилавка мешочек с чем-то тяжелым. – Здесь сто пуль. Это вам, мил сударь, в подарок!

- Виконт, я в состоянии оплатить, - мягко придержал руку Нима Агосто. – Вложение моих средств оправданно. Благодарю, но оставьте деньги на другие нужды.

От услышанного Арден открыл рот и захлопал им как выброшенная на берег рыба.

- Милорд? Прошу меня простить за неподобающую встречу. Я, право слово…

- Успокойтесь, сударь, - поморщился виконт. – Я не хочу огласки своего визита в Невермут. Обычный высокородный дворянин решил навестить свою престарелую тетушку, только и всего. Надеюсь, вы все правильно поняли?

- Конечно, конечно, - на крупном носу Ардена появилась испарина. Торгаш быстро закрыл крышку ящичка, принял от меня озвученную сумму, и выскочил из-за прилавка, чтобы распахнуть перед виконтом дверь. – Будем рады, если вы все же надумаете снова заглянуть к нам и приобрести оружие дома Арденов.

Когда мы отошли от оружейной мастерской, я с досадой проворчал, ощущая легкость своего кошелька за пазухой, но вместе с тем крепко держа подмышкой драгоценную коробку.

- Дернул меня черт заглянуть сюда!

Друзья грянули смехом и ободряюще похлопали по плечам

- Такую покупку нужно отметить хорошим вином! – сказал виконт, отсмеявшись. – Давайте поторопимся и найдем этот «Фруктовый Сад»!