Штурмовик-3. На абордаж!

Часть первая: птенцы Инсильвады. Глава первая: наука побеждать

В предрассветный час, в так нелюбимую всеми моряками «собачью вахту» сон одолевает со страшной силой, организм все больше и больше поддается желанию закрыть глаза. Всего лишь на мгновение спрятаться от промозглого ночного ветра, нет-нет да и пробивающего с кормы до носа, прикорнуть в укромном местечке, которое знает каждый вольный брат, а потом, взбодрившись и зевнув пару раз, продолжить пялиться на серую массу тумана, стелящегося над водами залива.

Обманчива картина ночи; в ее ласковых объятиях невозможно нести службу, когда веки смыкаются, голова тяжелеет, и вот уже непонятно каким образом вахтенные упускают из виду, как из тумана выныривают легкие остроносые лодки, в которых сидят несколько человек и слаженно гребут веслами, почему-то обтянутыми тканью. Лица ночных гостей покрыты растительной краской, изготовленной из сока местных ягод и тягучего темно-желтого масла. Получившаяся черно-зеленая масса наносится на кожу, прекрасно маскируя и размывая силуэты в предрассветных сумерках. Да и сами гребцы все поголовно одеты в странную, совсем не похожую на ту, в чем ходят местные жители и пираты, одежду. И невозможно понять, а сколько же вообще людей в скользящих по водной глади лодках. Истинные головорезы, с которыми лучше не встречаться лицом к лицу на узкой дорожке.

Две лодки подкрадываются к борту корабля, сливаясь с темно-маслянистыми досками, облизываемыми зыбкой волной. Острые крючья «кошек» обмотаны гасящей удары железа о поверхность дерюгой. Они взлетают вверх и крепко впиваются в верхний обрез борта. Веревки натягиваются, и по ним словно крабы ползут люди, сжимая в зубах ножны кинжалов. Вот один из крабов достиг края и осторожно приподнял голову над фальшбортом. Выждав момент, он играючи перекинул свое тело на палубу. Следом за ним тонким ручейком последовали остальные штурмовики.

Сонливость и невнимательность одного вахтенного обернулась большой бедой для тех, кто надеялся на него. Носовой прошляпил атаку ночных головорезов. Палуба зачищалась быстро и эффективно. Лишь одна странность присутствовала в действиях захватчиков. Они не убивали никого из несущих вахту, а только оглушали рукоятями ножей, после чего связывали безвольные тела и с кляпами во рту оставляли на полубаке, чтобы не мешались под ногами. Двое штурмовиков, скаля зубы, демонстрировали свои огромные тесаки, чтобы ни у кого из очнувшихся не возникло желания проявлять героизм.

Десять человек слаженно, без единого слова, передавая приказы друг другу с помощью жестов, стали расходиться по захваченному бригу. Часть из них спустилась под палубу, где в большом кубрике спал экипаж, а трое аккуратно, без лишнего скрипа палубных досок под босыми ногами направились к каютам капитана и подшкипера. Судя по уверенным движениям, они прекрасно знали расположение всех палубных надстроек и люков, ведущих в трюм.

Через несколько минут один из штурмовиков вынырнул наружу и приглушенно прошипел, впервые игнорируя тишину:

- Готово! Змей, давай сигнал!

Охранявший связанных вахтенных узкоплечий, верткий и с леденящими душу зрачками, похожими на взгляд рептилии штурмовик снял с поясного ремня узкий стеклянный куб, стукнул по донышку. Язычок пламени не успел разгореться, как был притушен до необходимых размеров. Встав на носу, Змей помахал фонарем в туманной кисее, после чего сразу же загасил огонек.

- Бриг наш, - удовлетворённо сказал я, глянув на свою команду, ждущую очередного приказа. – Курс на берег. Держитесь крайнего причала.

Весла без единого плеска ушли под воду – лодка заскользила дальше, к темнеющему в паре миль от нас портовому причалу. А я проделал тот же фокус, что и ранее мой человек на захваченном корабле. Отработанный на многочисленных занятиях сигнал ушел в темноту. Сейчас четыре лодки направятся вдоль берега, где в нужном и заранее присмотренном месте пройдет высадка. Там находится казарма, в которой ночует большая часть пиратов, решивших сегодня сойти с кораблей. Я же со своей группой должен захватить причалы, лабазы, взять контроль над бухтой, после чего уйти вглубь острова и ликвидировать командную верхушку. На все про все у меня два часа до смены караула. Иначе многократно возрастает риск нарваться на неприятеля. У меня не так много людей, чтобы ввязываться в затяжной бой. Мой расчет: молниеносный, как удар стилета в сердце, налет.

- Пошли! – даю сигнал, а сам вытаскиваю кортик, обрадованно ткнувшийся в мою ладонь прохладной рукоятью. Невероятно, что я чувствую его эмоции. Неужели он и в самом деле рад? Невероятная магия единения обволокла мою душу. Примостившись на носу лодки, я пристально вглядываюсь в темноту, ожидая появления толстых свай причала.

Команда налегла на весла. Ущербный огрызок луны на мгновение вынырнул из-за туч и скрылся, словно застеснялся помешать людям своим появлением. Парочка торговых кораблей, стоящих на рейде, уже перестала быть для нас опасным фактором. Вряд ли уже сможет разглядеть юркие штурмовые лодки на черной глади моря.

Вот и причал. С плеском волны облизывают позеленевшие сваи, где-то вдалеке раздается странный шорох. Это ветки деревьев, раскачиваемые ветром, царапают крыши складских построек. Темные фигуры быстро высаживаются на скользкие мостки и рассыпаются по округе ртутными шариками. Попробуй поймай и собери их в кучу! Оставшиеся, присев, ждут очередного сигнала.

Мои черти справились быстро. Короткий свист – и основная масса штурмовиков двинулась вглубь острова. Плененная стража причала и складов со страхом и удивлением смотрит на полосатые рожи, скалящиеся от удовольствия. У каждого захваченного стражника связаны руки и ноги, во рту надежный кляп, приготовленный заранее для таких случаев. Всех закидывают в какой-то сарай и закрывают ворота, подперев бревном.

- Двое остаются здесь, зачищают местность от любопытных, - приказываю я. – Призрак, веди своих людей на центральную улицу с продвижением к рынку. Я иду вверх, на холмы. По окончании операции встречаемся на торговой площади.

- Понял! – Призрак, превратившийся из дерзкого, не признающего авторитеты гопника в отличного бойца, сплевывает на землю и коротким жестом показывает направление движения для своей команды. За ним бросились два десятка человек. Отлично. Кроме шороха земли под ногами бегущих я не слышу никаких звуков. Железо не звенит, никто не кашляет прокуренными легкими. Научились, черти.

Я увлекаю за собой оставшуюся группу во главе с доном Ардио, огибаю лабаз и бегу по дорожке, ведущей на холмы. Там живет тот, кто нам нужен в первую очередь.

Калитку можно вышибить одним ударом. Не бережется капитан, совсем не бережется. Учитывая, насколько пиратская вольница любит свергать своих командиров, надо вокруг дома бревенчатый частокол ставить, охрану на вышки и злых волкодавов пускать по периметру. Ну, да это уже частности, от возбуждения и ночного холодка мысли скачут как блохи.

Поднять запорную щеколду калитки не представляется непосильным трудом. Делаем все тихо. Жало узкого клинка поддевает железку и скидывает ее с проушины. Один за другим бойцы вливаются во дворик и занимают свои позиции по жестам дона Ардио. Сам же он с несколькими парнями блокирует задний двор, а я с Вито и с Гусем замерли возле окошка, ведущего в спальню. Там наша цель.

- Влезаем, замираем и не дышим, - шепотом предупреждаю я. – Если клиент откроет глаза, сразу же оглушайте. С женщиной обходитесь аккуратно. Рот затыкаем, отправляем в легкий сон, если начнет орать.

- Ясно, командир, - Гусь виртуозно работает ножом и тихо распахивает деревянные ставни. Кивает Вито, чтобы тот подсобил ему. С помощью рук товарища взлетает на подоконник, секунду выдерживает и исчезает в темном зеве комнаты. Через мгновение там же оказывается мой второй помощник. Еще несколько ударов сердца – и я тоже внутри.

Удачно мы отработали. С низовых улиц не донеслось ни единого шума. Даже соседские собаки не залаяли. Оглядываюсь по сторонам. Громоздкий шкаф в углу, зеркальное трюмо, в котором поблескивает отражение краешка луны, снова пытающегося прорваться через облака; глубокое дыхание двух человек, лежащих вместе на широкой кровати. Осторожно подхожу к тому, что справа, убираю от его руки кортик. Сам же вынимаю свой клинок из ножен, подхожу ближе. Наклоняюсь…

Грохот падающего стула сродни внезапному выстрелу в закрытом пространстве. Яростное шипение недотепы Вито, запнувшегося о возникшую на его пути преграду. Спящий человек подлетает вверх, одновременно с этим шаря возле себя в поисках оружия, но тут же обмякает, заметив направленный на него кортик. Женщина тоже замерла, зачарованно глядя на тусклую сталь палаша перед ее лицом. Руки медленно поднялись и прикрыли голые плечи и тугие груди.

Никто их не стал оглушать. Диспозиция все равно вырисовывалась ясная.

- Какого черта? – рычит мужчина, отбрасывая одеяло в сторону. – Кто вы такие?

- Все в порядке, командор, - отвечаю я громко. – Остров захвачен моими штурмовиками. «Ласка» взята на абордаж. Я же говорил, что мои парни смогут это сделать, а ты сомневался.

****

- Морского ежа тебе в глотку, Игнат! – ревел Эскобето в своей каюте, куда вызвал меня вместе с благородными донами Ардио и Ансело. Здесь же находился комендант лагеря штурмовиков майор Мостан, на котором лица не было. Он побледнел от страха, ожидая, что гнев командора обрушится на него, и подозревал, чем может это закончиться. – Ты бы мог меня предупредить, что собираешься проделывать свои штучки? А если бы я кому-нибудь кишки проткнул? Впрочем, поделом, даже горевать не стал бы. Но вы мою женщину до смерти напугали. С ума сошли?

- Никак нет, командор, - я не прячу глаза и твердо смотрю на Эскобето. – Иначе бы произошла утечка, после которой эффект внезапности просто исчез бы. Я стремился создать обстановку, схожую с боевой. Поэтому и высадился на Инсильваду с западной стороны, не дожидаясь утренней вахты.

- И кто бы знал о твоих учениях? – рыкнул Эскобето. – Свейни? Или Трикстер? Или другие шкиперы?

Он раздраженно кивнул на сидящих в сторонке своих помощников, каждый из которых кровожадно сверлил нас взглядами, как будто хотели растерзать наглецов на мелкие кусочки. За бурную ночь и реальный испуг. Они ведь посчитали, что на Инсильваду высадился королевский или императорский десант. Вдобавок к этому две казармы были захвачены нападающими столь внезапно, что ни о каком сопротивлении и речи не шло. Несколько особо ретивых пиратов получили легкие повреждения, пытаясь вырваться на улицу, после чего остались лежать связанными на полу.

- Понимаю, что перебор, но это было необходимо, - пытаюсь смягчить ситуацию. – В первую очередь группой штурмовиков захвачен флагманский корабль. Остальные высадились на острове. Заранее зная расположение казарм и где живут шкиперы флотилии, мы решили одним ударом «обезглавить» командный состав. Как видите, нам удалось с блеском выполнить задание.

- «Знали расположение казарм», - ехидно повторил Свейни. – Тяжело, наверное, было узнать, где они находятся.

- Дело в том, что я учил своих людей запоминать объекты, сколько человек выделяют на их охрану и высматривать наилучшие пути подхода. Это ведь обычная шпионская работа, и нам она всегда может пригодиться.

- Да за такие штучки шкуру надо спускать, - проворчал шкипер «Иглы» длинноносый Орио, сминая в руках треуголку. – Надо же такое придумать! Ночью в дом командора ворваться и связать его!

- Он меня не связывал, Орио, - поморщился Эскобето. – Поменьше языком мели, а то уже слухи ползут нехорошие. Игнат! Ты понимаешь, как разозлил парней? Теперь твоим головорезам лучше пореже появляться в поселке. Я не ручаюсь за их здоровье, а то и жизнь. Господин Мостан! Вы были вовлечены в планы Игната?

- Никак нет, - привстал бывший комендант каторги, услышав жесткие нотки в голосе Эскобето. – Меня не ставили в известность. Точнее, господин Игнат предупреждал, что проведет ночные учения на острове Змеиный. Два дня назад весь лагерь снялся и на шлюпках переправился туда. О произошедшем я узнал только утром, когда вся Инсильвада гудела.

Я кивнул, подтверждая слова нашего непосредственного начальника. Впрочем, подчиняться ему офицеры штурмового отряда не обязаны. Мехмет Мостан занимается только организационными вопросами сухопутной охраны, а в обучение каторжников он свой нос не сует. Поэтому только я, Леон и Михель разрабатывали план учебной атаки на остров.

Эскобето уже давно справился со своими эмоциями. Ночное происшествие доставило ему недовольство лишь в одном: что мы нагло проникли в его дом и напугали жену. Командор лукавил. Когда Вито приставил к пышной груди Саиль палаш, она вполне могла выстрелить из пистолета, который держала возле себя, как и сам Ригольди. Парочка еще та, с сюрпризом. Таких женщин на испуг не возьмешь.

- Я убедился в умении Игната за короткое время создать боеспособный отряд из раздолбаев и каторжников, которые хороши только в одном: грабить и резать прохожих в ночное время, - Эскобето, расплескивая из штофа ром, наполнил стакан и осушил его в два глотка. Выставил палец в направлении капитанов. – Поговорите со своими экипажами, кто в эту ночь находился на острове, что учения проводились по моему распоряжению. Если хоть кто-то вздумает сводить счеты за свои синяки, самолично отдам Игнату в команду. На перевоспитание. Вам все понятно, братья?

Капитаны проворчали что-то невразумительное, но большинство ответили согласием. Эскобето жестом показал, чтобы все выметались из кают-компании, но меня задержал.

Дождавшись, когда мы остались наедине, командор налил ром в другой стакан до самого верха и пододвинул на край стола.

- Угощайся!

- Спасибо, командор, - я не стал ломаться и взял стакан.

Эскобето отхлебнул прямо из горлышка и со стуком поставил бутылку на стол.

- Никогда так больше не делай! – рявкнул он, и уже потише добавил: - Хотя бы со своими братьями. Если бы ты знал, как мне хреново стало, когда увидел в комнате каких-то уродов! В голове сразу мысли о перевороте забегали. Маркон, Рамос, Агосто – все они за моей спиной не один год шепчутся. Свейни постоянно предупреждает, что рано или поздно может возникнуть бунт. Вот я и моя Саиль держим оружие под подушкой. Но ты хорошо показал мою уязвимость.

- Почем же ставни были закрыты на слабенький крючок? – пожурил я. – Мы легко скинули его ножом и проникли в дом. Будь вместо нас люди Агосто или Рамоса, вы бы и не проснулись. Два удара ножом – и все кончено. Укрепляй оборону дома, подыскивай себе верных телохранителей или заведи трех-четырех волкодавов. Серьезно говорю.

- Спасибо, Игнат, что открыл мне глаза, - Эскобето снова приложился к бутылке, и после двух глотков поморщился. – А ведь эти болваны не догадались, на какие огрехи ты показал. Твои старания оказались не напрасны. Не зря носился со своими требованиями, до бешенства доводя квартирмейстеров. Твои люди сейчас сыты и одеты, умеют бороться с трудностями, даже корабли научились захватывать. Ты и в самом деле в прошлом был таким же шустрым парнем?

- Даже хуже, командор, - я присел на лавку, собираясь серьезно поговорить с Эскобето. – Мог проникнуть невидимым на такие объекты, которые охранялись получше, чем остров Старцев сейчас. Если бы вместо каторжников были мои люди, ты завтра принимал бы командование над всем флотом архипелага. Всех бы вырезали.

- Н-да, - Ригольди хищно раздул ноздри. – Я не ошибся в тебе. Хоть ты и со своими ухарями половину острова распугал, заставил их убраться с побережья, чтобы проводить какие-то странные занятия, ругать тебя не буду. Продолжай и дальше. Только предупреждаю: постарайся, чтобы ни одна сволочь на Керми не узнала, для чего ты готовишь штурмовиков. Слухи все равно поползут, поэтому заранее побеспокойся направить по ложному следу людей Старейшин. Эти старые мешки с песком обязательно сюда сунут нос.

Я допил ром и стал вертеть стакан в руках. Эскобето замолчал и задумчиво поглядел на меня, словно хотел своим взглядом проникнуть в мои мысли, добраться до самой сути и понять, можно ли на меня надеяться.

- Когда думаешь приступить к делу? – нарушил молчание командор, отодвигая штоф на край стола.

- Мне еще два месяца нужно, - ответил я сразу. – Хочу заслать людей на остров Старцев, чтобы они сняли план береговой линии, каждого дома, вплоть до борделей, схему передвижения дозоров, время выхода кораблей в открытое море и их возвращение. Работы много. У нас будет только один шанс ударить в самое сердце противника. Но до этого мы должны знать, кто пойдет с тобой против Дарсии. Здесь нельзя ошибиться.

- Я уже прощупываю командоров, - убежденно произнес Эскобето. – Но знаю точно, кого нужно обязательно убрать с тропинки. Да и тебе понравится.

- Лихой Плясун? – я засмеялся. – Наши желания совпадают.

- Так, может, уже пора отправить его на свидание с морским дьяволом?

Наши взгляды столкнулись, разве что искры не посыпались в разные стороны.

- Чтобы завалить Плясуна, нужна веская причина, а не просто драка из-за девки, - грубо ответил я. – Иначе после его смерти власть на Рачьем возьмут люди похуже его. А таких хватает, поверь. Нам же необходимо перетянуть на себя силы Плясуна. Не могу представить, как они отреагируют на смерть своего командора.

- Случиться может что угодно, - согласился со мной Ригольди. – Еще будешь пить? У меня осталось.

- Хватит. Работы много. Кто в ближайшее время пойдет на остров Старцев? Я хочу туда своих парней отправить.

- Орио на «Игле» через три дня отходит. Письмо к Локусу от меня повезет. Прикроем твоих шпионов.

- Орио не сдаст?

- Ты же ему не будешь докладывать, - усмехнулся Эскобето. – Но он парень свой, в доску. Не проболтается. Когда прибудут на место, твои люди тихонько покинут борт. Я сам поговорю с Орио. Не переживай. Сам-то что будешь делать?

- Обучать своих оболтусов. Не скрипи зубами, командор. Я обязательно предупрежу тебя, когда буду захватывать всю флотилию. Кстати, напряги все экипажи, чтобы не дрыхли в казармах. Все равно скоро выход в море, заодно готовность проверишь.

- В самом деле захватишь все корабли? – оживился Эскобето.

- При должном умении и слаженности вполне смогу, - уверенно ответил я. – Но захватить – одно дело, а командовать кораблем, суметь вывести его в открытое море, работать с парусами для бывших каторжников слишком тяжелая наука.

- И все же любопытно поглядеть, как ты это дело провернешь.

Я пожал плечами. Сложного в захвате семи кораблей Инсильвады и в самом деле не видел. Пираты против обученных штурмовиков могут держаться только в открытом бою, в абордажных атаках. Ночь – наша вотчина. Сегодня мы показали, что могут натворить сорок-пятьдесят человек даже с одними ножами и кортиками. Пожалуй, надо проверить своих каторжан в настоящем деле, где будет литься настоящая кровь, а враг будет не только хрипеть с перерезанной глоткой, но и сам пытаться выпустить кишки.

Осталось только выбрать подходящую цель.

Глава 2. Золотой караван

Наконец-то это свершилось! Долгая подготовка к самому важному мероприятию закончилась. Экипажи сформированы, корабли стоят на рейде Суржи, ожидая сигнала к отплытию. Клэд Фальтус – мичман корвета «Бегущая лань» с королевскими лилиями, нарисованными золотом по борту – до сих пор пребывал в восторженном состоянии, не смея верить, что стараниями своего дядюшки попал в конвой, идущий на Эмитез. Сколько это стоило старшему родственнику, Клэд старался не думать, как и то, каким образом он будет выплачивать свой долг.

С утра до вечера на причалах стояла суета. В трюмы грузили провиант, медикаменты, штабеля свежеструганных досок, бочки с порохом, оружие и боеприпасы. Гул от сотен голосов, крики, резкие команды, трели боцманских дудок разносились над гаванью. А ночью, когда уставшие экипажи после ужина разбредались по кубрикам, на дежурство заступала ночная вахта.

Клэд в силу своей молодости и наивности любил такие моменты. Как младший офицер, он тоже нес вахту наравне со своими коллегами, и под смешки матросов частенько появлялся на палубе, ревностно исполняя обязанности.

Вцепившись в леера, он подолгу смотрел на габаритные огни рейда, вытаскивая из памяти картинки прошедшего дня. Вот там, чуть левее «Лани» высится громада трехпалубного линкора «Король Аральд». Эта махина со ста сорока пушками была способна одним залпом пустить на дно любой корабль меньшего класса. Гордость Королевского флота, флагман «красного вымпела» внушал гордость. А еще он нес на борту две полноценных установки гравитона – шесть кристаллов энергии, содержащих в себе чудовищную мощь обузданной магии.

Клэд прикинул, сколько же малых кораблей можно обеспечить этой энергией, и разум его приходил в трепет. Переведя взгляд дальше, он улыбнулся еще шире. Неподалеку от «Короля Аральда» стоит его близнец, «Ярость морей». Правда, пушек у него поменьше, но тоже хватит для наглецов, которых полно в безбрежном океане. Никто не посмеет отобрать королевское золото, принадлежащее Дарсии!

Линкоры надежно защищены бортами вспомогательных судов: несколько бригов, фрегатов и корветов встали на якоря таким образом, чтобы исключить атаку брандеров с моря и защитить флагман. А ведь еще есть три галеона, на которые будут грузить ценный груз и транспортники! Рейд получается очень внушительным!

Потешив свое самолюбие тем, что стал участником такой важной миссии, Клэд успокоился и призадумался о своем будущем. Если все пройдет благополучно, есть реальный шанс подняться по служебной лестнице. Как шепнул ему по секрету дядюшка Дунан, у очень многих молодых офицеров после сопровождения каравана резки шли дела в гору по военной стезе. Главное, проявить себя, если представится случай. Хватать удачу за хвост – это в роду Фальтусов умеют. Единственное, что омрачало статистику таких удач, невозможность прибрать к рукам богатства старшего рода. Поганый старик Эррандо Толессо до сих пор жив, и как цепной пес не дает никому подобраться к руководству кланом. Но ничего, рано или поздно он сдохнет, и Фальтусы станут наследниками всех сокровищ, скопленных скрягой за долгие годы и разбросанных по многочисленным банкам и семейным тайникам. Уф! Даже дыхание от таких перспектив перехватило!

- Не спится, мичман? – раздался за спиной голос пилота-штурмана Сигбраса, немолодого уже офицера, прослужившего в королевском флоте не один десяток лет. Удивительно, как судьба берегла его. Участвовал в многочисленных баталиях, трижды тонул, но каждый раз возвращался домой. Странно, что до сих пор Сигбрас не переведен на один из флагманов какого-нибудь вымпела. Ведь это гарантированная хлебная должность. Многие хотят служить там, где есть возможность быть постоянно на виду адмирала. Правда, поговаривают злые языки, дескать, Сигбраса намеренно не переводят, потому как он не нашел общего языка со старшими офицерами из Адмиралтейства.

- Никак нет, господин пилот-штурман! – вытянулся Клэд, резко развернувшись. – Я же на вахте! Нельзя спать!

- Правильно, господин мичман, - улыбаясь в усы, произнес Сигбрас, пристраиваясь рядом. Заложив руки за спину, он тоже стал обозревать ночной рейд. – Нельзя спать. Дело чрезвычайной важности. Даже не заполнив трюмы, мы уже привлекаем внимание имперского флота Сиверии и чертовых пиратов. Больше скажу, весь порт кишит ими. Так и стараются выяснить численный состав эскадры или точное время возвращения с Эмитеза. Уже, кстати, парочку таких шустрых ребят поймали.

- Да что вы говорите! – удивился Клэд, разворачиваясь к собеседнику. – Поэтому нам запретили сход на берег?

- Как вы думаете, мичман… За офицерами не будут охотиться агенты Сиверии или пиратские послухи? Обязательно будут. Поэтому для безопасности и соблюдения секретности все увольнения до отхода эскадры запрещены.

- А что с теми шпионами?

- Вероятно, давно болтают языками, повисев на дыбе, - пожал плечами штурман. – Когда кости из суставов выламывают, героем быть трудно.

Офицеры замолчали, вслушиваясь в плеск бьющихся о борта волн. Неожиданно Сигбрас спросил:

- Вы давно, мичман, были в Скайдре? Насколько я знаю, вы оттуда родом.

- Да, господин штурман. Родился там, пока не решил связать свою судьбу с флотом.

- Ваша семья входит в клан Толессо?

- Вы чрезвычайно осведомлены, господин штурман, - как бы не был симпатичен Сигбрас Клэду, но молодой парень насторожился. Чего это вдруг бывалый моряк стал расспрашивать о его родовой принадлежности?

Пилот-штурман рассмеялся, видя, как мичман сделал незаметный шаг в сторону.

- Расслабьтесь, юноша. Я хорошо знаю старика Толессо. Был знаком с его семьей. Вам известна история исчезновения младшего сына Эррандо со своей семьей? Говорят, на яхту напали пираты и перебили всех, кто там находился.

- Да, эта история переходит из уст в уста в нашей семье, - сухо ответил мичман, не желая распространяться о том, насколько яростно родственники мечтают, чтобы никто из последних Толессо не оказался жив. Недаром же ходят слухи, что внучка Старейшины оказалась в плену, что поступило предложение выкупа, но упрямый болван не стал хлопотать о девчонке. Может, это и к лучшему. Никто больше не предъявит претензий на богатства клана, на его руководство. Хотя, что может сделать Тира, будь она сейчас жива? Наследство передается по мужской линии, а у старших Толессо не осталось таковых. Все умерли.

Клэд плохо знал Тиру. Виделись они редко, и когда это произошло в последний раз, кузине было десять лет. Нескладная, длинноногая и худая как щепка девчонка уже тогда отличалась вредностью и заносчивостью. Этакая маленькая аристократка, привыкшая брать все, что ей нравилось. Старик, правда, не потакал ее желаниям, но и не препятствовал растущим амбициям девицы. Страшно представить, что бы из нее вышло, останься она жива. Гордячка с непомерными запросами и капризами, куда там благородным леди из высшего общества.

- Знаете, сколько раз я ходил на Эмитез?

Мичман заметил, что мысли пилот-штурмана скачут вразнобой, словно офицер не знал, что хочет именно узнать у своего собеседника, уже страстно мечтавшего остаться в одиночестве и пойти проверить вахтенных.

- Не имею чести знать.

- Трижды. И каждый раз, проходя по траверзу Керми, вспоминал о судьбе несчастной девочки. Беря в руки подзорную трубу, я обшаривал горизонт, чтобы узреть шлюпку, в которой будет находится леди Толессо. А вдруг сбежала?

- Вам это зачем? – сжал зубы Клэд.

- Действительно, - вдруг очнулся Сигбрас. – Ненужные переживания. Я к тому, господин мичман, чтобы вы были подготовлены к неожиданностям. Если случится чудо, и вы вернете домой девушку, Эррандо вас озолотит.

- Что-то не сильно он хотел вернуть внучку, когда пираты предлагали выкуп, - брякнул Клэд, удивляясь наивности Сигбраса. Вроде в летах мужик, а про какие-то чудеса толкует.

- Вы многого не знаете, юноша, - штурман кивнул и снова перевел разговор на другую тему. – Вы проверили посты? Будьте любезны пройти по вахтам. Поверьте моему опыту: многие матросы исполняют свои обязанности спустя рукава, особенно, если рейд находится в абсолютной безопасности.

- Да, я сейчас же проверю, - мичман перевел дух, когда Сигбрас покинул палубу. Разговорился старый волк и понял, что ничего не добьется от мичмана. У него какие-то интересы в отношении семьи Толессо. Недаром выспрашивал про Тиру. Неужели она жива? Упаси господь ее возвращения! Вот если бы глава клана выдал девчонку за него, Клэда, тогда появляются шансы войти в старший род! Хм, а ведь неглуп штурман! Не просто так заговорил о давнем происшествии! Осталось только выдернуть Тиру из лап пиратов! Ха-ха! Задачка на один зубок! Правда, с одним условием: если девушка до сих пор жива!

Мичман со злости сплюнул за борт. Как бы не сломать эти зубы! Экспедиция сложная, долгая. Мало ли что может произойти!

Ночь прошла спокойно, а с самого утра на «Короле Аральде» подняли сигнал к отплытию. Тут же по рейду пошло оживление. Затрепетали на ветру флаги, приказывающие выдвигаться из гавани согласно боевому порядку. «Бегущая лань» шла в кильватере сразу за фрегатами «Бурный» и «Хваткий», входящими в один сторожевой вымпел.

Как только берег исчез за горизонтом, корвет-капитан Освит сложил подзорную трубу и обратился к старшим офицерам, стоящим на капитанском мостике:

- Господа, нам дан приказ присоединиться к «Хваткому» и «Ленивцу» и организовать патрулирование на траверсе Каззуро. Господин левитатор, прошу вас проконтролировать работу гравитонов. Паруса долой!

Клэд любил эти моменты тяжелого поднятия корабля в воздух. Работающие гравитоны мелко сотрясали палубу, набирая обороты, а затем происходил отрыв от поверхности моря, нехотя отпускавшего свою добычу из сильных рук. Тонны воды обрушивались вниз, распугивая наглых альбатросов, вздумавших сопровождать растянувшуюся на многие морские лиги эскадру.

Заныли зубы, что всегда указывало на пиковую мощность кристаллов. Борта покачивались в попытках найти точку равновесия. Впрочем, этим занимался помощник левитатора. Молодой мужчина с залысинами на висках в мундире патент-офицера стоял на корме, вцепившись в леера. По его лицу Клэд видел, насколько тяжело магу-левитатору искать баланс в воздухе, учитывая множество параметров, начиная от направления ветра и заканчивая расчетом полной загрузки корвета. Если главный левитатор сейчас мог отвлечься от кристаллов, то помощнику предстоит попотеть, чтобы корабль перестало болтать.

Мелкая тряска и болтанка прекратилась через несколько оборотов большой стрелки хронометра. «Все-таки господин Дибар неплохо справляется со своими обязанностями», - с удовлетворением подумал мичман, и перегнулся через борт.

Морская гладь под ними была закрыта полупрозрачной кисеей легких облаков, и сверкала на солнце зеркальными бликами. Перспектива была великолепной. В нескольких лигах постепенно вырастал остров Каззуро с его величественным заснеженным пиком Обители Богов – спящим вулканом-гигантом. На него всегда ориентировались моряки. Если дошел до Каззуро, считай, что уже дома. Правда, уже здесь начинались проблемы для торговцев. Пираты как раз устраивали засады именно в этом районе.

Они даже выработали свою тактику. Выследив караван, засылали какую-нибудь невзрачную шхуну, которая несколько дней болталась на виду, раздражая не только охрану, но и торговцев с экипажем. Предвестник нападения исчезал внезапно, а потом шла атака пиратов.

На их рейд вряд ли посмеют напасть. Во-первых, трюмы транспортников забиты всем, что понадобится в плавании, галеоны пусты. Во-вторых, смертников среди пиратов отродясь не водилось. Давай, рискни полезть на триста-четыреста стволов, плюющихся раскаленными ядрами и магическим огнем!

Клэд поежился, представив себе картину одновременного залпа из всех пушек. Ужас и трепет!

Между тем на капитанском мостике было оживленно. Три судна слаженно шли к острову, контролируя пространство. В воздухе противника не было замечено, зато внизу четко просматривались две цепочки торговых караванов. Один шел, старательно огибая Каззуро, а второй точно направлялся к берегам Дарсии.

- Что там с пиратами? – спросил Освит, щурясь от мелкой влажной взвеси, стоявшей в воздухе. – В прошлый раз нахальные флибустьеры, ничуть не стесняясь, вцепились в один из караванов, пока не выпотрошили полностью. Их счастье, что мы шли как сытые волки с набитым брюхом и не стали вмешиваться.

- Все чисто, господин корвет-капитан, - молодцевато отрапортовал рыжеусый лейтенант Дебрус. – Наблюдаем чистую воду и два каравана. Судя по всему, сегодня им повезло.

- Не торопите события, лейтенант, - руки флаг-лейтенанта Бразанна в белых перчатках легли на перила мостика. – Зачастую бывает так, что пираты появляются очень неожиданно, пока мы медленно рейдируем над островом. Нас сейчас хорошо видно, несмотря на облачность. Поэтому могут напасть, как только сторожевой вымпел минует Каззуро.

- Не спуститься ли нам в кают-компанию, господа? – оживился корвет-капитан. – Пропустим по глоточку бренди, а то меня стала раздражать эта капель с небес. Господин левитатор, приказываю поднять корабль еще на несколько футов. Избавьте нас от этого безобразия! И всенепременно мы вас ждем в кают-компании!

- Слушаюсь, господин капитан, - поклонился старший маг и застыл, входя в контакт с гравитонами, меняя вектор энергии. Вертикальный луч на высоте применять не сложно, когда баланс строго выдержан.

Перекинувшись парой слов со своим помощником, левитатор удовлетворенно кивнул. Снова загудели гравитоны, один из которых принялся толкать корабль вверх, а второй, более мощный, вел судно по горизонту.

Штурман, оставшийся стоять на мостике вместе с рулевым, показал жест одобрения. Настолько все прошло плавно, что никто и не почувствовал дискомфорт при резком подъеме.

- Наблюдатели, не спать! – зычно крикнул Сигбрас, прохаживаясь вдоль правого борта, изредка бросая взгляд на мягкие перья облаков, то и дело обволакивающих мачты корвета. Снова повлажнело.

«Сейчас на море должна быть хорошая видимость, - подумал Клэд. – Туман поднимается вверх, закрывает обзор. Сигбрас прав, что не дает расслабляться впередсмотрящим».

Впереди мелькнул морено-черный корпус «Ленивца», а чуть левее уверенно держал горизонт «Хваткий». Каждый из кораблей держал свой сектор, чтобы не проворонить появление вражеской эскадры. Сиверийцы в эту часть океана не совались, справедливо опасаясь нарваться на превосходящие силы королевского флота. Как-никак, военные действия сюда не докатывались, захлебываясь за двести морских лиг от Каззуро в обоюдных атаках морских держав. Говорят, стало жарко на Пакчете; туда стянуты большие силы как сухопутные, так и морские.

Можно сказать, Клэду повезло. «Золотой караван» сейчас в лучшем положении, он вдали от театра военных действий. Иди себе под парусами, да зорко посматривай по сторонам. Даст бог, вернется обратно и карьера морского офицера пойдет в гору.

- «Ленивец» подает сигнал! – закричал носовой. – Замечены два неизвестных судна! Идут норд-ост по курсу торгового каравана!

Вахтенный отбил на рынде сигнал тревоги. Тут же загудели рожки боцманов. Палуба вздрогнула от топота сотен ног. Матросы торопливо занимали свои места по боевому расписанию. Из кают-компании появились старшие офицеры во главе с корвет-капитаном.

Клэд бросился к борту и оказался рядом с Сигбрасом. Тот прищурился, пытаясь определить расстояние и местоположение обнаруженных судов.

- Идут гораздо ниже нас, - сказал он через несколько минут молчания. – Это не сиверийцы!

- Почему вы так решили, господин пилот-штурман? – молодой мичман силился понять, по каким признакам Сигбрас определил, что внизу кто угодно, но не их враги.

- Дырявые лоханки с маломощными гравитонами, - штурман хлопнул по плечу Клэда и поспешил на капитанский мостик.

- Занять боевые места! – орал боцман Драбер, натянув картуз на глаза, чтобы ослепительные лучи солнца, выскочившего из-за кисеи облаков, не били в лицо. – Быстрее, свинопасы! Шевелите своими окороками, если не хотите падать в воду с высоты!

Бывалый Драбер, у которого вся грудь была в своеобразных татуировках, раньше ходил на торговом судне, но после одной стычки с пиратами, где потерял половину экипажа, завербовался на королевский флот. «Я сюда не из-за жалования пришел, - пояснял боцман, гулко колотя себя кулаком в грудь, - а за ребят поквитаться! Пока всю пиратскую братию на корм акулам не пущу – не успокоюсь!»

- Нам велено следовать за «Ленивцем»! – раздалась команда с мостика. – «Хваткий» прикрывает сверху! Левитаторам снизить корвет до девятисот футов по горизонту! Абордажной команде приготовиться!

Мичман Рутрих из обнищавших дворян, в какой-то момент оказался рядом с Клэдом и лихорадочно стиснул рукоять палаша. Он входил в абордажную команду, и словно безумный стремился одним из первых ворваться на чужую палубу. Таким образом Рутрих хотел отличиться, чтобы его заметили и поставили в списки на повышение.

- Кажется, сели на хвост пиратам! – возбужденно и излишне громко произнес товарищ, поправляя кепи на голове. – Как по заказу!

Клэд Фальтус знал, что прохождение «золотого каравана» всегда старались обставить если не тайно, то с наименьшей утечкой информации. Если сейчас неизвестные шхуны упустить, то на архипелаге через двое суток будут знать, что Дарсия снарядила корабли на Эмитез. И значит, в момент возвращения каравана возможно нападение всех флибустьерских флотилий. Несколько сот фунтов золотого песка и выплавленных для транспортировки брусков всегда будут лакомым кусочком для изгоев, живущих на Керми.

Корвет «Бегущая лань» пристроился в кильватер «Ленивца» и плавно пошел на понижение, стараясь удержаться на горизонтальных силовых линиях. На шхунах их заметили и мгновенно ринулись к поверхности моря.

- На парусах решили уйти! – засмеялся Рутрих. – Ничего, мы вас сверху оседлаем! Да, дружище?

- Хотелось бы верить! – пробормотал Клэд, ощущая противный комок в горле, падающий в желудок. Левитаторы начали резкое снижение по команде корвет-капитана. – Лишь бы это не было засадой сиверийцев.

Глава 3. Постановка задачи

Мне приходилось скрывать тревогу на своем лице во время разговора с парнями, отправляющимися в самое опасное путешествие в своей жизни: в пасть морскому дьяволу, чью ипостась олицетворяли Старейшины во главе с коварным фрайманом Локусом – на остров Старцев. Там подобных зубастых тварей было полное лукошко. Смотрел, и в сотый раз спрашивал себя, смогут ли вчерашние каторжники справиться с заданием, не проколются, не сдадут ли меня с потрохами, когда им начнут вытаскивать кишки из живота по метру в час? Не допусти Кракен попасться парням в лапы пиратов.

Я вздохнул и разлил остатки вина по кружкам, после чего обратился к Призраку с сожалением:

- Не хотел я отпускать тебя, но с таким заданием справишься только ты. Потому что голова твоя работает правильно. Только будьте осторожны, старайтесь поменьше привлекать к себе внимание. Хотя, что я говорю! Если прицепятся – это уже сигнал для вас! Нужно бежать!

- Все нормально, командор, - от развязности бывшего раздолбая давно не осталось следа. Теперь этот парень, ставший одним из лучших бойцов моего штурмового отряда, благодарил меня за вложенные в него усилия. И невероятно гордился, что наравне, ну или почти наравне, может драться кортиком, палашом и голыми руками с благородными донами. Они его частенько побивали в спаррингах, оставляя на теле неугомонного бывшего каторжанина синяки и кровоподтеки. – Мы же понимаем, куда голову суем. Главное, не попасться, когда будем береговую линию обрисовывать. Мудрец придумал, как дело обстряпать.

В напарники Призраку я выделил Мудреца – низенького коренастого и широченного в плечах мужичка, на лице коего застыли признаки легкого идиотизма, за что, собственно, он и получил свое прозвище. Каторжане, что и пираты – народ с юмором. Но я уже убедился, что Мудрец не такой уж умственно отсталый. Скорее заторможенный, но соображает, если на него не давить, не торопить с принятием решения. Тогда можно доверить ему дело без опаски, что запорет.

- Ага! – одним глотком отпив из кружки половину содержимого, крепыш улыбнулся, обнажив широкие кривые зубы. Удивительно, как он их умудрился сохранить в каменоломнях. – Будем пропивать золотишко, которое вытрясли у купчиков перед зимними штормами. Кто на пьяных обратит внимание? Ходят себе по острову, последние штаны на бутылку бренди меняют!

- Не спейтесь там! – возмутился я. – А то вместо задания окажетесь с булыжником в ногах на дне моря. Вино еще никогда язык на замке не удерживало. На кого больше всего внимание обратить?

- К этому… Как его… Локусу?

- Точно. Вот его опасайтесь, как морского дьявола, - предупредил я. – Заклинаю всеми пиратскими кладами, будьте осторожны! Иначе вместе с вами и меня выпотрошат!

- Не ссы, командор! – несмотря на серьезность моих слов, в глазах Призрака прыгали озорные искорки, хотя морда оставалась бесстрастной. Он опрокинул в себя остатки пойла и решительно поднялся. – Будем осторожны, как змеи в траве. Мудрец, чего расселся? Задницу оторви от лавки и ступай за мной. «Игла» скоро якорь вытравит. Опоздаем – я тебя в воду брошу и заставлю грести до места высадки!

Мудрец впечатлился угрозами Призрака и тяжело поднялся. Я вывел парней из комнаты, в которой проживал вместе с Ардио и Ансело, сейчас в виду дневных занятий, находившихся на полигоне. Поэтому и воспользовался моментом, чтобы наедине дать последние рекомендации. Честно скажу, сердце у меня не лежало на месте. Какие из бывших каторжан шпионы? Ведь проколются на раз-два. У старых флибустьеров служба безопасности налажена довольно неплохо, не чета нашему «контрразведчику» Бьярти, который только и делает, что впадает в странную нирвану от своих галлюциногенов. Причем пираты ориентируются не на какие-то данные, а на абсолютный нюх. Умеют заглядывать в душу и выворачивать ее наизнанку. Куда там спецам по допросам! Враз раскалывают. Как им такое удается – я не понимаю.

В общем, беспокойство грызло меня нешуточное. Если суждено парням вляпаться, их смерть будет на моей совести. Да какая совесть? В таком случае придется спешно валить с архипелага на всех парусах, а для этого нужно заранее подготовить судно. И оно должно быть с гравитоном. Иначе никаких шансов. Никаких. Останется лишь героически умереть в схватке с людьми Локуса.

Я тепло попрощался с Призраком и Мудрецом, проводил их до импровизированного пропускного пункта, и еще долго смотрел, как они шустро шагают по дороге вниз к поселку. Даже про себя прочитал какую-то молитву, отчаянно желая, чтобы у них все получилось. Нужно-то лишь узнать, где хранятся гравитоны с утонувшего фрегата «Дампир», нанести на карту все важные точки острова, начиная от дозоров и заканчивая огневыми батареями. Работа долгая, рассчитана не на один день. За это время нам удастся подготовить штурмовиков к самому важному штурму. Да, Эскобето и я решили брать остров Старцев во что бы то ни стало, а потом всей армадой обрушиться на «золотой караван». Он уже должен будет возвращаться обратно в Дарсию к тому времени.

Так что грудь в крестах или голова в кустах. Третьего не дано.

- Как служба? – я подпустил строгости в голос и окинул взглядом скучающего дневального. Тот навалился на шлагбаум и откровенно зевал. – Посторонних на горизонте не наблюдаешь?

- Никак нет, командор, - прищурился плотно сбитый мужичок, на котором черная форма сидела как влитая. Да, погонял я убийц и воров знатно. Зато теперь вид у каторжников, ставших людьми, подобающий. А то первое время униформа на них болталась как седло на корове. Как вспомню, сколько черной ткани на пошив одежды я вырвал у интенданта, до сих пор воет, что теперь ни одного корабельного флага не обновить! – За время дежурства ни одна посторонняя рожа не появлялась.

- Отлично, - я хлопнул дневального по плечу и направился к конюшне. Хочу в поселок смотаться, навестить Хромого Зака. Вдруг что нового услышу. Оседлал своего конька, скормил ему припасенную заранее морковку (выпросил у жены нашего майора Мостана), вывел на улицу, лихо вскочил и легонько ударил его каблуками сапог. Конек затрусил по тропинке, и через несколько минут я уже был возле таверны.

Привязал животину к перилам лестницы и зашел внутрь. Меня приветствовал один из вышибал Зака, и предупредил, что хозяин куда-то отлучился, но скоро будет. Я могу занять свой столик, который теперь всегда закреплен за мной и моими друзьями, если захочу покутить. Это случилось с подачи Зака, который хотел таким образом загладить свой жуткий косяк после смерти Элис. Терять нормальных клиентов со звонкой монетой ему казалось страшным сном. Поэтому и столик всегда дожидался меня в дальнем уголке.

Привычно окидывая взглядом помещение. Пока здесь тихо и немноголюдно. С десяток хмырей, мне малознакомых. Кажется, они со «Сверчка». Одного, бритоголового, рослого и с густыми усами, я видел на шхуне.

- Эй, нянька каторжная! Твои ублюдки еще не разбежались? – парни решили развлечься, разогнать градус по венам. Для них вольный брат, списанный на берег по решению корабельного совета, уже не уважаемый человек, а сухопутная крыса. Следовательно, с ней можно обращаться подобающе. Зря. Крыса кусается больно.

Я не отвечаю на подначки, сажусь за стол лицом к компании. Не думаю, что эти болваны начнут бузить. Ребята у Зака крепкие, наваляют так, что мать родную не вспомнишь. Да и после трагического случая с Элис, когда одна тварь, воспользовавшись отсутствием вышибал, покалечил девчонку до смерти, хозяин таверны запретил покидать помещение всем работника разом. Хоть один, но должен быть на стреме. И парочка рабов на кухне всегда наготове.

Ко мне подскочила помощница Зака и поинтересовалась, что бы я хотел заказать. Показалось, она вздохнула с облегчением с моим появлением.

- А что из горячего? – вдыхая в себя ароматные запахи из кухни, поинтересовался я.

Молодуха с некрасивым рябоватым лицом, но щеголявшая точеной фигуркой, шустро затараторила:

- Есть овсяная и пшенная каша с жареной свининой, пироги с рублеными потрохами, кровяная колбаса, свежие овощи, сыр. Кстати, свежий. Днем лобстеров принесли.

- Давай, красавица, пшенную кашу с большим куском мяса, - я прикинул тяжесть своих капиталов в кошельке. – Только хорошо прожаренное! Сыр пойдет, не откажусь. Хлеба и пива. Есть холодное пиво?

Я замучил Хромого Зака с пивом. Надоело мне хлебать теплое пойло, вот я и надоумил хозяина таверны ставить бочки с пивом в самое холодное место, которое нашлось в его заведении: в подвал. Жаль, льда не найти на архипелаге. За ним надо плыть куда-то в высокие широты. Дело, может, и прибыльное, но хлопотное. Обычно Зак пользуется «морозными амулетами», которые ему изредка подгоняют маги-шулеры со своего острова. Как по мне, обычная обманка ради своей прибыли.

- Да, еще и свежее, - рябуха покраснела от удовольствия, когда я назвал ее «красавицей», но тут же скользнула взглядом по расшумевшейся компании. – Придется немного подождать, господин. Те, за столом, раньше заказ сделали.

- Они, случаем, не со «Сверчка»? – поинтересовался я у девушки.

- Дори Кошмар со «Сверчка», а остальные с «Лягушки», - на удивление, она оказалась осведомленной девицей.

- Дори – это с бритой башкой? – на всякий случай уточнил я. Точно, вспомнил этого забияку. Он, кажется, бомбардиром служит.

- Да, господин командор.

- Какой я командор? – тихо засмеялся я. – Сухопутный офицер.

- Вас все хорошие люди называют командором, - служанка наклонила голову и быстро исчезла в темном коридоре за стойкой, оставив меня в недоумении. Кто это так меня возвышает?

Я закурил пахитосу, наслаждаясь вкусом хорошего табака, и краем глаза следил за шумной компанией. Нет, драться со мной вряд ли они будут. Кишка слаба. Я свирепый штурмовик, на цыпочках скакать перед ними не буду. Надо будет – головы отверну самым шустрым и безмозглым. Помню я предупреждение Эскобето, что меня могут хорошенько наказать за переполох, устроенный моими штурмовиками на Инсильваде.

- Эй, земляная вошь! – не унимался Дори Кошмар, окликая меня через головы собутыльников. – Ты еще за ночное представление должен нас вином угостить!

- Перебьешься, - спокойно ответил я, пыхая дымом. Черт, придется драться. Парни накалены, кулаки чешутся. – Ваша шхуна не подвергалась нападению моих людей. Расслабься и отдыхай.

А с чего корсары так взбеленились? Или приказ Эскобето не дошел до их ушей? Вряд ли. Командор очень не любит, когда кто-то игнорирует его распоряжения. Дори с огнем играет. А Хромой Зак еще одного разгрома в своем заведении не переживет. Ей-богу, зимняя пауза, когда пиратские флотилии стоят на якоре, никому не идет на пользу. Дерьма много скапливается в головах.

Вышибала незаметно переместился от двери поближе ко мне. Если что, нас будет двое, да еще в резерве помощники-рабы на кухне. Правда, от них я не ожидаю героического поступка прыгать на ножи флибустьеров.

Дори-Кошмар тем временем серьезно распалил себя и своих корешей. Он говорил какие-то гадости, от которых выпивохи радостно шумели, стучали кружками по столу, но сам не двигался с места. Понятно. Будет натравливать других идиотов, оставаясь в стороне. Что-то не так с поведением пиратов.

Двое из команды «Лягушки», здоровые как быки – наверное, бомбардиры, привыкшие орудовать банниками и ворочать пушками, оттого и накачанные – нехитрым маневром перекрыли мне возможность бежать через столы на второй этаж; трое невзначай оказались рядом с вышибалой, чтобы не дергался, а остальные двинулись ко мне. Дори присел напротив меня и впился маленьким глазками, над которыми густо кустились брови. Тяжелые кулаки легли на поверхность стола.

- Думаю, бочонка вина нам хватит, чтобы мирно разойтись, - осклабился пират. – Или в кармане ветер свистит? Обеднел после ссылки на берег?

- Дори, отвали от меня, - пожалуй, не сдюжу против десятерых. Вон, вышибала тоже понимает диспозицию, и разумно отодвигается к двери с рассеянным видом. А сам шажок за шажком все ближе к порогу. Неужто за помощью решил бежать?

- Эй, да это какая-то баба вместо Игната! Подменили, видать! – крикнул Дори, обернувшись к своим друзьям, и те радостно загоготали, только смех разом стих.

Дуло моего пистолета уперлось прямо в переносицу Дори.

- Кто сделает шаг, прострелю башку вашему корешу, - предупредил я. – Дернешься ты, Кошмар, результат будет тот же.

Пират страшно выпучил глаза, но застыл на месте. Дураком он не был. Оскорбление вольного брата могло привести к большим проблемам. На Инсильваде убивали не только за золото и серебро, но и за малейшую обиду в виде случайно брошенной фразы. Ну, кто никогда не спускал подобной вольности в свой адрес. А кто сказал, что Игнат спустит такое? Я голыми руками шею свернул одному ублюдку, убившему мою подружку, и Дори об этом знает.

- Успокоился? – спросил я, держа на прицеле бритую голову Кошмара. – А теперь поднял задницу, забрал своих уродов – и марш отсюда! Я серьезно говорю. Нет желания кровушку пускать таким идиотам как вы. Добрый я сегодня.

Почувствовав сбоку какое-то непонятное движение, уловил силуэт человека, вздумавшего подобраться ко мне, пока уговариваю Дори-Кошмара, я мгновенно выдернул из-за пояса второй пистолет и направил в сторону.

- Кажется, не понимаете, ребятки, - разворачиваюсь на лавке таким образом, чтобы хорошо видеть всю картину, и продолжаю демонстрировать решимость применить оружие. Плевать я хотел на гнев Эскобето. Зато нескольких уродов проучу.

Дори, наконец, миролюбиво поднял руки и встал. Но глаза говорили о скорой встрече в более подходящем для разговора месте.

- Какого черта? – загремел голос Хромого Зака, влетевшего в таверну. В руке он воинственно держал двуствольный пистолет с массивной рукоятью. – Дори, паршивое акулье дерьмо! Ты мне здесь захват «золотого каравана» решил устроить? Кого на абордаж решил взять? Обидишь Игната – нажалуюсь Эскобето. Пошли вон отсюда!

- Эй, мы пожрать заказали! – возмутился один из бомбардиров. – Куда нас гонишь?

- Так сядь и не показывай свою удаль, где не надо! - рявкнул разозленный хозяин. – Одни убытки от вас, моллюски палубные!

Кажется, угроза боевого столкновения на время миновала. Хромой Зак подсел ко мне, и тут же появилась рябуха с большим подносом. Девушка нахально проигнорировала заказ для шумной компании и первой обслужила меня.

- Спасибо, Тевия, - кивнул Зак. – Принеси-ка мне кружку, золотце. Посижу со штурмовиком, языком почешу. А потом тех болванов обслужи.

- Хорошо, хозяин, - рябуха быстро убежала, стрельнув глазами в мою сторону.

Зак молча дождался свою кружку, и я разлил пиво. Стукнулись краями, припали к холодному напитку. Хозяин таверны крякнул, довольный.

- Ты как здесь оказался? – спросил я, приступая к трапезе. Несостоявшаяся стычка весьма разожгла аппетит.

- Сигвор какого-то раба прислал, - кивнул на довольного вышибалу Зак. – Тот, как шершнем ужаленный примчался на пристань, я там на складе товар принимал. Орет, драка у меня в таверне. А ты же знаешь, из меня бегун никакой.

Пожаловавшись на свой физический недостаток, хозяин уже сам разлил по кружкам пиво, и продолжил.

- Я же Эскобето сказал: еще раз устроят дебош в моем заведении – застрелю пару мерзавцев, и рука не дрогнет. Сколько убытков от этих уродов!

Он кивнул на шумевшую братию во главе с Дори-Кошмаром. Таверна постепенно наполнялась людьми, и к рябой Тевии присоединился помощник, чтобы быстрее обслуживать пиратские заказы.

- А ты чего пришел? – осторожно спросил Зак. - Разговор какой или к девочкам все же решился? Это правильно, скорбеть долго нельзя. Жизнь наша такая… быстрая. Сегодня ты по морям лихо гуляешь, а завтра на корм акулам пойдешь.

Я поморщился. Не то чтобы я сильно скорбел по Элис – скорее, чувство вины до сих пор царапало ржавыми крючьями по сердцу. Без женской ласки все равно не обойтись. Рано или поздно начну заглядывать к Амире, пусть подберет мне девчонку. А пока – нет.

- Меня никто в последнее время не искал? – спросил я. – Мальчонка такой, с рожей пронырливого площадного воришки не появлялся?

- Был, кажется, - призадумался Зак. – Дня три назад. Но я не уверен, тот ли паренек, что в прошлый раз крутился здесь. Подрос, мясцо нарастил. Я к нему не подходил, да и он не особо рвался со мной общаться. Сидел, пиво глотал что твоя лошадь.

- У меня конь, и он не пьет пиво, - заметил я рассеяно. Значит, Босяк снова был здесь, но почему-то не стал меня искать или передать информацию от Тиры. Черт, последнюю неделю я не был на Инсильваде. Гонял своих штурмовиков, подготавливая их к учебному захвату острова. – Жаль, я думал, мне есть письмо от одной особы.

Зак засмеялся и хлопнул меня по плечу.

- Хорошо, что ты зашел, - сказал он. – Письма не было, но записку этот малец передал через Тевию. А эта клуша забыла в горячке работы, что в кармане ее передника лежит послание. Я только сегодня утром забрал… Где же она?

Он долго рылся в кошеле, висевшем на поясе, позвякивая монетами.

- Ага! Нашел!

Зак передал мне узкий, свернутый в несколько рядов кусочек хорошо выделанной кожи. Я быстро развернул его и прочитал послание, написанное, несомненно, рукой Тиры. Почерк был хоть и неровный, но буквы не плясали, а приятно перетекали друг в друга, образовывая незамысловатые фразы.

«Приезжай на Рачий. Тебя будут ждать в «Хитрой русалке».

С бьющимся сердцем я тщательно свернул записку и положил во внутренний карман камзола, специально сшитый для важных вещей, которые не доверялись кисетам и кошелькам. Интересно, кому я понадобился? Ясно, что не Тире. Кто-то другой рвется со мной познакомиться.

- Дама сердца? – подмигнул Зак.

- Увы, не могу сказать, - я отсалютовал кружкой и допил пиво. – Тайна. Спасибо, брат, что не забыл про записку.

- Ну, раз тайна, допытываться не буду, - расстроился хозяин таверны, что его не посвятили в сердечные дела клиента. – Помощь нужна?

- Сам справлюсь, - я выложил из кошеля монету в половину риала и положил перед Заком, который шустро смел ее в свою широкую ладонь. – И это… За помощь с меня причитается.

- Ты поосторожнее на улице, - кивнул на шумную компанию во главе с Дори-Кошмаром мой старый товарищ. – Он хотел тебя обидеть, и свое дело доведет до конца.

- Хороший момент проучить, - ухмыльнулся я, и встав с лавки, сильно хлопнул Зака по плечу. – До встречи, дружище.

Проходя мимо стола, за которым главенствовал уже прилично поддатый Дори, я заметил, как он что-то сказал сидящему рядом с ним верзиле с покатыми плечами и бритой башкой с многочисленными шрамами. Верзила поднялся, сделал кому-то знак, и за мной увязались трое. Сам Дори не пошел. Жаль, а то у меня появилось желание сломать нахалу пару костей.

На улице уже смеркалось. Инсильвада с западной стороны закрыта высокими холмами, и поэтому солнце уже спряталось за лесистыми гребнями, подсвечивая верхушки деревьев золотисто-оранжевыми красками. На улице уже было не так оживленно. Неподалеку от крыльца, прислонившись к стене таверны, сидели два вольных брата, не рассчитавших свои силы в борьбе с зеленым змием. Где-то в конце улицы вопили песню, остервенело лаяла собака.

Я отвязал конька, и вдруг на мое плечо легла тяжелая ладонь.

- Не торопись, поговорить надо, - грубый голос принадлежал верзиле со шрамами. Двое других обходили меня с двух сторон, недвусмысленно держа руки на рукоятях кортиков.

- А я тороплюсь, и пошли вон отсюда, - в последний раз предупреждаю непонятливых. Моя рука вцепляется в толстые пальцы бомбардира и с хрустом сжимает их.

Верзила зарычал, поняв, что попал в капкан. А мне остается только сделать небольшое движение, чтобы сломать пальцы. Делаю полуоборот и сильно, не жалея придурка, костяшками бью в нужную точку на шее. Верзила оседает под ноги коня, которому совсем не нравится валяющийся человек. Он всхрапывает, и как бы невзначай, перебирая копытами, наступил ему на бедро.

Пока животное воевало с невежливым вопящим от боли пиратом, я снова демонстрирую пистолеты, направив их на недоумков.

- Третий раз предупреждать не буду, - сказал я, выразительно качнув стволами огнестрела. – Просто сделаю дыру в башке.

- Да все в порядке, Игнат, - поднял в примиряющем жесте руки один из пиратов. – Это у Дори мозги от безделья заплыли. Вот и баламутит экипаж. У нас нет претензий.

- Молодцы, - я заткнул оружие за пояс и вскочил на коня.

Верзила успел выползти из-под него, густо сыпля проклятиями, но я его уже не слышал. Нужно было поговорить с Эскобето, чтобы он отпустил меня на Рачий. Одному туда соваться опасно, поэтому хотелось взять в напарники Рича для прикрытия. Тире я доверяю, но кто тот человек, жаждущий встречи? Нужно поторопиться, чтобы уже сегодня быть в «Хитрой русалке».

Глава 4: Искуситель

В последнее время Тира жила ощущением каких-то перемен в своей жизни. И это ощущение имело свой запах, будораживший ее каждое утро, когда девушка просыпалась в своем доме, вскакивала с постели и распахивала деревянные ставни. Прищурившись, она подолгу глядела в блеклое синее небо, постепенно наливающееся живыми красками. Странный запах каких-то специй вперемешку с гниющими на берегу водорослями навевал на Тиру воспоминания тех дней, когда она счастливо жила со своими родителями в Скайдре.

Вот и сейчас, открыв глаза в полумраке комнаты, она по заведенной привычке подошла к окну, сбросила со ставень крючок и выглянула наружу. Штормовое небо, тяжело висевшее в последние дни, очистилось и покрылось невероятно яркой лазурью с ласковым, еще не вошедшим в силу солнцем. Зима, наконец-то, заканчивалась, а это означало, что наступает пора решительных действий, обговоренных маленькой группой заговорщиков.

Странно только, почему Игнат вчера не появился в «Хитрой русалке». Или мальчишке-связному не удалось передать послание? Если и сегодня его не будет, Тира потеряет шанс вернуться домой. Королевский советник уже проявляет нетерпение.

Девушка поежилась. Прохладный морской воздух нахально залез под длинную сорочку из тончайшего аксумского шелка, оголенная кожа рук мгновенно покрылась пупырышками. Тира прошлась босыми ногами по огромному, на всю комнату, ковру с мягчайшим ворсом, села на табурет напротив огромного зеркала, подаренного Лихим Плясуном. Взяв в руку изящный костяной гребень, стала задумчиво расчёсывать волосы. Звать прислужницу она не стала. Сама справится. К тому же хотелось побыть одной.

Три дня назад на рейде острова Рачий бросил якорь корвет без опознавательных вымпелов. Однако его инкогнито оставалось недолгим. Опытные моряки сразу определили в нем корабль королевского флота. Особого ажиотажа незнакомец не произвел. В подобном визите не было ничего необычного. Дарсийцы считались если не союзниками, но дружественно-нейтральные отношения поддерживались неукоснительно.

Удивительным было другое. На берег сошли всего несколько человек. Причем, лишь трое вооруженных до зубов громил в черных одеждах сопровождали сухощавого мужчину, похожего на горного стервятника, которых полно обитало на пустынных скалистых островах. Длинный нос этого человека упрямо выглядывал из-под широкополой шляпы, как бы не старался его хозяин спрятать отличающуюся особенность своей внешности спрятать в тень.

Странная четверка прошествовала по пристани, приковывая к себе взгляды стражи и рабов. Вольная братия вела себя осторожно, приглядывая за ними десятками заинтересованных глаз. Парни в черном явно принадлежали к когорте профессиональных охотников, и в одиночку могли нарубить в мелкую сечку любого, кто сунется к клиенту с плохими намерениями.

Королевские гости скрылись за дверями «Хитрой русалки», а через несколько минут оттуда вылетел раб и помчался по тропинке в сторону «капитанских дач», как называли поселок, стоявший на холме в двух лигах от пристани. Народ еще больше заинтересовался, что вообще происходит. Если дарсийцы прибыли к Лихому Плясуну, значит, затевается какое-то дельце. Давно пора. Зимние штормы утихают, корабли очищены от ракушек, просмолены; прохудившиеся паруса залатаны, а самые плохие заменены на новые; на «Тиру» поставлен дополнительный гравитон, и теперь командор Рачьего имеет самого что ни на есть настоящего левитатора, проводящего настройку кристаллов. Точно что-то грядет!

Только почему раб помчался не в форт? Посудачив на эту тему, пришли к выводу, что в отсутствие Лихого Плясуна на острове, вся информация идет через Тиру, потому что командор недавно скрытно ушел куда-то на своем флагмане, никому слова не сказав.

Тира в день прибытия корвета решила позаниматься фехтованием. Ее учителем был Сервус – пожилой пират, давно осевший на острове по причине физических недугов. Его левая рука висела вдоль тела, перебитая в одном из морских абордажей лет двадцать назад. С каждым годом она слушалась хозяина все хуже и хуже; и наступил тот момент, когда Лихой Плясун выгнал Сервуса на почетный отдых. И этот низкорослый, с широким обманчиво добродушным лицом старик десять последних лет обучал Тиру всевозможным приемам с кортиком, ножом, стилетом и даже заставлял осваивать удары кастетом, что для молодой девушки казалось излишним. Причем, управлялся старик одной рукой нисколько не хуже, чем двумя.

К восемнадцати годам своей жизни Тира своей изящной окрепшей рукой с тонким запястьем и длинными пальцами могла серьезно навредить здоровью физически развитого мужика. Кастет, самолично отлитый учителем под ее девичью ручку, ломал доску, толщиной схожую с локтевой костью взрослого человека.

Клинки звонко сталкивались в воздухе, совершали всевозможные пируэты, порхали по спирали и разлетались в стороны, чтобы потом снова зазвенеть сталью. Сервус с обвязанной вокруг головы шерстяной повязкой, чтобы пот не заливал глаза, с одобрением кивал, когда особо удачный выпад ученицы достигал цели. Вернее, обозначал удар. Как-никак, оружие было настоящим, не затупленным для учебных игрищ. Тира в свободной рубахе и штанах изящно крутилась вокруг наставника, меняя направление атак, а то и стиль. Дворянское фехтование, годное для аристократических дуэлей, сменялось жесткой рубкой, присущей абордажным командам.

- Так, дочка! Усиливай напор! – подзуживал Сервус, делая мелкие шажки, отступая вглубь площадки. – Давай, давай! Вложи в удар всю силу, чтобы мой клинок развалился на две половины!

Тира дважды доставала учителя. Сначала острие кортика коснулось левого плеча Сервуса, а потом блестящей змеей пролетело вдоль живота противника. Пират улыбался. Он не собирался поддаваться девчонке, и эти проколы в защите говорили только об одном: ученица достигла многого, и теперь оставалось лишь поддерживать свое мастерство. Нет, ей не стать настоящим головорезом, как бы не хотела сама Тира, и убивать пачками врага никогда не получится. А вот зарезать парочку-тройку ублюдков, которые польстятся красивой девушкой с великолепной фигуркой, ей вполне по силам. Только для этого придется хорошенько покрутиться, чтобы не пропустить подлый удар в спину.

И этому тоже учил Тиру старый пират.

- Госпожа Тира! – завопил кто-то с улицы. Калитка во двор была закрыта, и машущий руками раб пытался привлечь внимание занимающихся на небольшом пятачке своим криком.

Тира кивнула Сервусу, чтобы тот сделал передышку, а сама пошла узнать, кто там шумит, будоража покой поселка. Открыв калитку, она грациозно облокотилась на нее, вызвав смущение у молодого парня с ошейником.

- Чего хотел, Олафер? – с любопытством спросила Тира.

- Госпожа Тира, с вами хочет встретиться какой-то дарсиец! – выдохнул раб. – Он прибыл на корвете, с полчаса назад якорь на рейде бросил! Поселился в «Хитрой русалке».

- Что за дарсиец? – спросил Сервус, незаметно подошедший сзади.

- Какой-то важный господин, - пожал плечами Олафер. – Имени не назвал, но под плащом на нем мундир королевского чиновника. Я не разбираюсь в этом…

- Именно меня? – уточнила девушка.

- Да. Назвал ваше имя, госпожа.

- Ладно, беги обратно, - кивнула Тира. – Сейчас приведу себя в порядок и навещу загадочного чинушу.

Раб умчался, а наставник предложил закончить прерванную тренировку парой оставшихся позиций. Но девушка была настолько поглощена странным приглашением в таверну, что мгновенно поплатилась за рассеянность. Кончик клинка Сервуса чиркнул по рукаву рубашки и располосовал его от локтя к запястью. Тира ойкнула и тут же получила порцию гневных восклицаний своего учителя. Конечно, пират смягчил некоторые фразы, но соленые словечки вызвали яркий румянец на щеках девушки.

- Достаточно, - раздраженно сказала она. – Можешь ступать в форт. На сегодня закончим. И отыщи Лангуста с Полушкой. Чтобы ждали меня во дворе дома. А я переоденусь.

Оба вольных брата были приставлены Плясуном к Тире в качестве телохранителей. Девушка сначала поражалась, как природа смогла породить две скалы со страшными буграми мышц и жуткими рожами убийц. Да еще ростом выше самой Тиры, не считавшей себя мелкорослой. Сначала девушка чувствовала себя неудобно в сопровождении великанов, но постепенно привыкла. Хотя бы никто и рта не мог открыть в ее сторону (а таких во флотилии хватало, но не убивать же каждого за скабрезности!). Боялись не сколько верзил, а самого Лихого Плясуна.

- Не нравится мне это дело, - проворчал Сервус, вогнав в ножны кортик. Потом сдернул со лба повязку, промокнул ею потное лицо. – Будь осторожна, дочка.

Отпустив своего учителя, Тира зашла в дом и крикнула:

- Долана! Ты где, негодница?

Из кухни выскочила молоденькая девица в грубом домотканом платье. С испуганным лицом она замерла, судорожно что-то глотая.

- Опять куски таскаешь? – нахмурилась Тира. – Плохо кормят? Плеть давно не получала?

- Нет, госпожа Тира, - замотала головой девчонка. – Камилла меня угостила своим печеньем. Не устояла, извините!

Долана досталась Тире тоже как подарок Плясуна. Третий год она служит в качестве личной рабыни-горничной: убирается в комнате, стирает вещи Тиры, сопровождает ее, когда необходимо, в поездках. Если госпожа изволит жить в форте, переезжает вместе с нею. Неплохая, в общем-то, девочка. Только непонятная страсть постоянно что-то жевать по углам, хотя и кормится неплохо, с господского стола.

- Приготовь мне ванну, быстро, - ступив на лестницу, ведущую на второй этаж, приказала Тира. – Гляди, чтобы не совсем горячая была. Свежую рубашку, камзол и штаны. Шевелись.

- Слушаюсь, - Долана мышкой нырнула обратно на кухню, где всегда была горячая вода.

Через полчаса освеженная после тренировки Тира облачилась в новенький камзол, перепоясалась широким поясом, под который засунула пистолет. Она всегда носила с собой и огнестрел, и холодную сталь. Повертевшись возле зеркала, подсказала Долане, что нужно исправить в прическе, и только потом, надев изящную шляпу с разноцветным пером, вышла на улицу.

Лангуст и Полушка – две горы мяса и мускулов – уже ее ждали возле дома. Хоть и бандитские у них рожи, но Тира знала, насколько они преданны ей. Девушка подозревала, что парни влюблены в нее, хотя и осознавали бесперспективность своих чувств и переживаний. Вот и сейчас что-то мелькнуло в глазах Лангуста, когда изящная фигурка в мужском костюме поскрипывая сапожками, спускалась по лестнице.

- Идем на пристань, в «Русалку», - бросила она, не глядя на пристроившихся рядом телохранителей.

В таверне в ранний час было немноголюдно. Стоявший за стойкой хозяин поприветствовал Тиру.

- На втором этаже тебя ждут, - добавил он и мотнул бородой в сторону лестницы. – Не задавай вопросов, я все равно не знаю, что это за тип.

«Может, дед решился-таки самолично прибыть на архипелаг с выкупом? – задумалась Тира, поднимаясь по жутко скрипящим ступеням вверх. – Я хочу домой, но со стариком жить не смогу. Он предал меня, не вырвал из лап Плясуна. Ненавижу!»

Где находится таинственный гость, девушка поняла сразу. Возле одной из дверей гостиничного номера стояли двое мрачных мужчин в черной одежде, в которой Тира легко узнала «Легион охраны», в котором готовили телохранителей высочайшего уровня, начиная от защиты короля с его семейством и заканчивая знатными сановниками государства. Эти парни без сомнения вставали под удар ножа и отдавали жизнь, даже не колеблясь ни секунды. Значит, в комнате находился человек из высшей когорты власти. Не дед.

Тира испытала облегчение. Злость и обида на старика Толессо до сих пор жила в сердце девушки, и если ей суждено освободиться из пиратского плена, то не с помощью золота. Есть, хвала морскому богу, люди, которые готовы помочь. Игнат, Слюнька, тот маг-левитатор…

- Госпожа, только вы, - бесстрашно загородили путь Лангусту и Полушке легионеры. – Ваши люди останутся здесь. С вами ничего не случится. Хозяин дает слово.

- Ах ты, огрызок члена медузы! – Лангуст мощно двинулся вперед и замер, уткнувшись в дуло пистолета. Второй такой же смотрел на оторопевшего Полушку. – Вместе зайдем!

- Назад! – хладнокровно произнес один из легионеров. – Клянусь, выстрелю без колебаний!

- Парни, оставайтесь на месте, - приказала Тира, поняв, что войти в комнату может только она. – Ничего со мной не случится. Надеюсь, ваш господин – настоящий мужчина, держащий слово.

- Именно так, - пистолеты невероятно быстро исчезли из виду. – Заходите, госпожа!

Дверь распахнулась, и Тира бесстрашно шагнула вперед. Глаза ее мгновенно разглядели сидящего за столом незнакомого мужчину и стоящего сбоку еще одного черного легионера. Несколько мгновений они изучали друг друга, затем важный гость коротко приказал телохранителю выйти наружу.

Оставшись наедине с Тирой, мужчина встал.

- Здравствуйте, госпожа Толессо, - от улыбки незнакомца веяло даже не угрозой, а спокойствием удава перед обедом. – Наконец-то я вас отыскал. Присаживайтесь, у нас будет весьма интересный и долгий разговор. Может, вина? Есть «Искария». Специально захватил с корабля для вас.

- Благодарю, - Тира подождала, когда мужчина галантно подставит стул, и села, напряженно размышляя, что сказать, если разговор пойдет о деде. – Зачем вы хотели меня увидеть? Мой опекун очень резкий и тяжелый человек. Вы рискуете, несмотря на регалии… Кстати, представьтесь.

- К вашим услугам, - в голосе мужчины послышалась легкая ирония. Наверное, ему было очень смешно, что какая-то девица, живущая в пиратском логове, нахально требует соблюдения приличий. – Королевский советник по тайным поручениям за пределами Дарсии лорд Торстаг. Вы должны помнить меня, леди Тира, когда я бывал в вашем имении.

Девушка пристально вгляделась в советника. Узкие скулы, неприятные водянистые глаза, нос заостренный – очень отталкивающее лицо.

- Нет, я бы запомнила вас, - честно ответила Тира.

- Понятно, - Торстаг позволил себе усмехнуться. – Женщинам не нравится моя внешность. Что ж, не всем родиться красавцами.

- Я не собиралась вас обидеть, лорд Торстаг, - холодно ответила Тира. – Я за годы пребывания на архипелаге насмотрелась на такие рожи, что и кошмарных снов не нужно. Вы еще симпатичный…

- Спасибо, - советник тихо засмеялся, но быстро вернул себе невозмутимость и холодность. – Я хорошо знаю Эррандо Толессо – вашего родного деда. Так уж получилось, что о трагедии мне стало известно только через два года после произошедшего. Меня тогда не было в Дарсии. Повеление короля, сами понимаете, леди Тира. Именно я настаивал на скорейшем выкупе вас из плена, но… Не понимаю, какие причины заставили старика отказаться. Поверьте, я не бросил безнадежное дело и продолжал собирать информацию И вот повезло найти вас!

- Вы привезли выкуп? – поинтересовалась Тира с каким-то облегчением. Старик и здесь не приложил свою руку. Значит, не нужно будет играть с совестью.

- Нет, - честно признался Торстаг, всей тяжестью тела упершись кулаками в стол. Он так и не сел. – Я не привез выкуп. Но у меня были деньги. Очень много денег. Если бы я узнал раньше, что вы здесь, клянусь – заплатил бы за вас любую сумму.

- Тем самым нарушив приказ короля, - девушка сняла шляпу и положила ее на край стола.

- Вы стали красавицей, леди Тира, - искренне произнес мужчина, разглядывая свою молодую собеседницу. – Эррандо глупец. Не понимаю мотивов его поведения. Вы же единственная прямая наследница клана Толессо. Ваше возвращение произведет в Скайдре маленькое землетрясение. Многие достойные Семьи будут атаковать упрямого старика и упрашивать руки внучки.

- Пусть старый хрыч и дальше сидит на сундуках с деньгами, - оборвала словесную патоку Тира. – Пожалел горсть золота, бросил на произвол судьбы. Это счастье, что Лихой Плясун меня не изнасиловал, когда я стала девушкой, а взял опекунство. Впрочем, срок моего безопасного проживания под его крылом подходит к концу. Я стану его женой или наложницей, в зависимости от моего ответа.

- Предлагаю побег, - тихо произнес советник. – Мой корвет быстрее всех этих лоханок. Можно даже гравитоны не использовать. Достигнем траверса острова Каззуро и присоединимся к королевскому флоту!

- А с чего вы взяли, что я собираюсь бежать? – усмехнулась Тира. Она не верила советнику. Торстаг, скорее всего, хотел использовать ее в какой-то хитрой игре. – Мне и здесь хорошо. Выйду замуж за Плясуна, возьму в руки управление островом, окружу себя толковыми капитанами и советниками. Я ведь и здесь богата, милорд. А жить со скупым родственником у меня нет никакого желания.

- Вы сами не верите в свои слова, - водянистые глаза мужчины вдруг потемнели. – В вас говорит обида. Только скажу вот что: старик Толессо тяжело переживает свою ошибку, и готов вложить деньги в возвращение внучки. Не будьте такой категоричной и упрямой, леди Тира. Подумайте о своем будущем. Рано или поздно королю Дарсии надоест жить рядом с непредсказуемой компанией, величающей себя Республикой. И что произойдет с теми, кто находится сейчас под флибустьерским флагом?

Тира промолчала. Глупой она не была, да и Слюнька, то бишь авантюрист Аттикус с непонятным и мутным прошлым, давно прозорливо намекал на желание обеих держав раздавить пиратскую вольницу. Осталось только дождаться их примирения. А там, глядишь, две мощные эскадры обрушатся на Керми, и крепкий орешек, каким видят архипелаг сами корсары, лопнет с легкостью перезревшего плода. Хотела ли Тира оказаться в передряге, где озверевшее воинство будет резать жителей островов, не разбираясь, кто раб, житель или пират? Нет. Поэтому бежать нужно как можно скорее. Но не с лордом Торстагом. Не верила она человеку, дружившему с Эррандо Толессо. Не верила – и все тут.

- Похвально, что задумались, - кивнул мужчина. – Впрочем, я не буду настаивать сейчас на побеге. Сказано было в порыве эмоций. У меня сейчас иные планы, и втягиваться в неподготовленную авантюру опасно. Но кое-какие задумки появились. Вам знаком некий Игнат? Он, кажется, служит в эскадре Эскобето?

Удар был неожиданным. Как бы ни была готова Тира к любым выпадам, этот оказался невероятно молниеносным и болезненным. Девушка вздрогнула, что, конечно, не укрылось от внимательного взгляда советника.

- Вы его знаете, леди Тира? Вижу, знаете. Не буду говорить, из каких источников, - лорд Торстаг, заложив руки за спину, прошелся по комнате от стола до дверей, постоял возле нее, прислушиваясь к происходящему в коридоре, и вернулся обратно. – У меня к нему очень деликатное дело. Хочу встретиться с этим господином.

- Зачем? – пришла в себя Тира. – Будьте добры пояснить этот интерес к какому-то никчемному пирату. Иначе я не готова участвовать в ваших интригах. Ведь это касается и меня.

- Вы правы. Касается. Речь идет о вашем будущем, - советник на мгновение замер, словно обдумывал, стоит ли раскрывать перед этой девушкой план. Как-никак, много лет прожила среди пиратов, пропиталась духом вольности и беззакония. Не побежит ли к своему опекуну после встречи, чтобы выложить все сказанное здесь. И все же надо попробовать. – Как вы смотрите, если Игнат встанет во главе флотилии Плясуна?

Тира рассмеялась, поняв, куда клонит советник. Но сказала совершенно иное:

- Невозможно такое. Каким образом обычный пират, да еще из другой флотилии, возьмет власть на Рачьем? Да здесь около десятка человек спят и видят занять пост командора! Предлагаете Игнату поубивать всех?

- Мыслите в правильном направлении, - одобрительно кивнул Торстаг. – Убивать всех не нужно… пока. Поэтому и нужен Игнат. Кстати, его хорошо знают на Острове Старейшин. Говорят, на ристалище он победил всех, умудрившись не перессориться с командорами? Так что не настолько Игнат обычный.

- Вы не сможете заставить его, - категорично заявила Тира.

- Почему же? – улыбнулся по-змеиному советник. – У меня есть очень хорошие и наблюдательные люди. Они подсказали, что Игнат к вам неравнодушен. Можно сказать, влюблен безответно. На этом и нужно сыграть. Молодой человек в порыве страсти убивает Плясуна, женится на вас (пусть и фиктивно) и заявляет права на флотилию. Ведь по кодексу вольного братства освободившееся место командора занимает тот, кто побеждает его в честном бою. Или боитесь, что Игнат проиграет? С трудом верю в такой расклад после ристалища.

Тира молчала, лихорадочно выискивая контраргументы. Если советник пошел на откровенность, у него обязательно в кармане должны быть еще козыри и средства давления. Не могло не быть.

- А если лично я не соглашусь? – она вздернула подбородок. – Мне неприятно подставлять Игната… Пусть он мне и не нравится, но бросать человека на ножи безумного Плясуна не хочу.

- Поверьте, леди, - Торстаг вплотную подошел к напрягшейся девушке и ощутил тонкий запах каких-то душистых трав, исходящий от ее чистых волос. Вся такая невинная, крепко сбитая и соблазнительная в своей молодости… Лихой Плясун будет биться за нее с яростью горного барса. Или тихо придушит соперника, если узнает о таковом. Но ведь как-то надо подталкивать ситуацию к разрешению. Он вернет строптивую девчонку старику Толессо и потребует свою награду. В виде молодой жены из его рода. – Поверьте циничному и много повидавшему человеку. Я смогу уговорить Игната, и он сделает то, что надо мне.

- Вы хотите устранить Плясуна?

- Да.

- Почему именно его, а не Эскобето, Китолова, Дикого Кота?

- Плясун слишком одиозен даже в таком змеином гнезде как Керми, - усмехнулся Торстаг. – Заодно и вас освободим от излишней опеки. Вы же спите и видите себя свободной. Не нужно изображать передо мной жертву. Леди Тира, ваш цинизм и расчетливость хорошо скрыты за симпатичным личиком. Но если Плясун узнает о ваших отношениях с Игнатом – как думаете, что произойдет?

- Вы не сделаете этого, - сквозь зубы произнесла Тира. – У вас нет абсолютно никаких доказательств о связи Игната со мной. Не знаю, кто вбил себе в голову, что этот парень увлечен мной. Возможно, он и воздыхает обо мне тайно на своей Инсильваде, но я нахожусь под опекой Плясуна. Играть за его спиной – это как змею дразнить. Нет у меня никаких чувств к человеку из команды Эскобето.

- Я сделаю это ради дела, за которым прибыл сюда, - советник превратился в опасную глыбу, нависшую над девушкой. – И меня ничто не остановит. Будьте благоразумны, леди. Дайте Игнату устранить препятствие. Со своей стороны гарантирую вам безопасность.

- Я вам не верю, - решительно встала Тира, резко напялила на себя шляпу и направилась к выходу.

- Тогда скоро Плясун узнает некоторые пикантные подробности, - скривил губы советник. – Я считал вас умнее, леди Толессо.

Тира, собравшаяся толкнуть дверь, остановилась и резко повернулась, с трудом сдерживаясь, чтобы не воткнуть кортик в живот королевского советника.

- У вас нет никаких доказательств.

- Они будут, - нехорошо улыбнулся Торстаг. – Например, что вы делали в одной комнате с Игнатом в Клифпорте…

Ледяна волна ужаса пронеслась по спине. Нелегко было сохранить безмятежность на лице. Никому нельзя верить! Кто же нашептал Торстагу о тайной сходке?

- Хорошо. Что я должна сделать?

- Напишите маленькую записку Игнату и передайте ему через верных людей. Утечки не должно быть. В течение трех дней я буду ждать вашего молодого человека в «Хитрой русалке». Если не появится – пеняйте на свою несговорчивость….

…Тира очнулась от воспоминаний последних дней. Игнат так и не появился. Девушка нисколько не сомневалась, что Торстаг исполнит свою угрозу. Кто же мог видеть ее с Игнатом? Служанки в доме? Как они в Клифпорте умудрились засветиться? Ладно, вопрос не в этом. Слишком много людей видели, как она заявилась в гостиницу, а потом туда же пришел Игнат, то бишь фрегат-капитан Фарли, чтоб его! Вопрос в другом: кто передал информацию королевскому советнику? Неужели на каждом острове есть дарсийский агент? Тогда нужно быть втройне осторожнее с подготовкой побега!

Как бы то ни было, придется сегодня вечером идти в «Хитрую русалку». Тира становилась неким гарантом безопасности Фарли во время встречи с королевским советником. Если он все-таки появится. Дьявол! Передал Босяк записку или нет?

Девушка спустилась на нижний этаж и предупредила своих служанок, что хочет сходить до пристани. Вдруг да Лихой Плясун вернулся. Накинув на себя теплый плащ, она вышла наружу и кивнула своим телохранителям, которые жили теперь в небольшой пристройке к дому. Лангуст и Полушка сидели на скамеечке и лениво кидали кости на игральную доску, разложенную посредине. Не доиграв, они присоединились к хозяйке, встав по обе стороны от нее.

К этой троице на Рачьем уже привыкли. Вид двух верзил, шагающих рядом с изящной девушкой сначала вызывал улыбки, но в открытую никто не подначивал парней. Связываться с горой мускулов никому не хотелось. Мало что руки-ноги переломают, так еще и утопить могут. Неразговорчивые парни, а вот на фоне Тиры выглядят как преданные псы, чуть ли не в рот смотрят.

Тира зашла в «Хитрую русалку», уже заполненную пьющими и орущими песни корсарами. Она едва заметно поморщилась. Скорее бы шторма закончились! Пора выпускать одичавшую от безделья стаю на морские просторы.

Девушка метнула взгляд в сторону прилавка. Хозяин – бородатый добряк Ирвин – внезапно подмигнул ей, и Тира подошла к нему, делая вид, что хочет заказать выпить. За спиной послышались скабрезные шуточки, впрочем, не переходящие грань. Потому что Лангуст и Полушка страшно засопели и сжали кулаки.

- Твой дурачок привел того парня, - негромко произнес Ирвин. – Который победил на ристалище…

- Я поняла, - прервала его Тира, облегченно вздыхая. Не подвел Босяк! И Фарли тотчас же примчался! – Где они?

- Ушли наверх, - бородач поставил перед ней стакан, наполненный рубиновым напитком. – Не «Идумейское», но вполне приличное. Моя жена из горной ягоды настойку сделала. Попробуй, красавица.

Тира осторожно припала губами к резкому, но удивительно вкусному напитку, сразу связавшему язык своей терпкостью и легкой кислинкой. И не заметив, выпила до дна, ощутив, как огненный шар упал в желудок и взорвался необыкновенной вкусовой гаммой.

- Ничего себе! – улыбнулась девушка. – Что это было?

- Я никому его не наливаю, - снова подмигнул Ирвин, - кроме своих. Вы, госпожа Тира, входите в их число. Знайте это.

- Пришлешь бутылку в подарок?

- С радостью! – Ирвин кивнул в сторону лестницы. – Если вы к дарсийцу, то он поселился в третьей комнате. Туда и Слюнька с парнем зашли.

- Плясун не появлялся? – на всякий случай спросила Тира. Ирвину она доверяла. Не будет языком чесать на каждом углу.

- Нет. Говорят, если на закате не появился, вряд ли уже до утра придет. Никто в здравом уме по проливам ночью шастать не будет. На якорь где-нибудь встали.

- Ладно, спасибо за вино, - кивнула Тира и вдруг ощутила, как ее повело с первым шагом. – Скотина, Ирвин! Ты что мне налил?

- Замечательная выпивка, не правда ли? – осклабился хозяин таверны, не замечая нависших над ним злых рож телохранителей. – Идите, сейчас мир раскрасится в яркие краски.

Тира и в самом деле ощутила, насколько ей плевать на галдящую братию. Стало хорошо, а изнутри ее грело тепло настойки. Поднявшись наверх, она даже не стала искать дверь с номером «три». Облокотившись на перила балконной обрешетки, один из черных легионеров с неподражаемой бесстрастностью смотрел на девушку. Он махнул рукой, показывая, куда надо заходить.

- Здорово, волкодав! – неожиданно поприветствовал его Лангуст и оскалился, показывая неровный ряд зубов, среди которых не хватало несколько штук. – А где своих дружков потерял?

- И тебе якорь в зад! – ответствовал шуткой «черный», изрядно удивив Тиру. – Чего приперлись? Как вас девушка терпит?

Спелись! Тира фыркнула и решительно толкнула дверь в комнату. От сердца отлегло окончательно. Игнат и Аттикус-Слюнька сидели за столом вместе с лордом Торстагом, возле которого молчаливо возвышались двое «черных».

- Заходите, леди Толессо! – махнул рукой королевский советник. – Мы вас давно дожидаемся!

Глава 5. Пленник

Упоение погоней, когда порывистый и леденящий кожу ветер бьет в лицо во время резкого снижения, а желудок едва не выпрыгивает из горла, перестает нравиться любому моряку, впервые испытавшему подобные выкрутасы организма. Клэд Фальтус, несмотря на свой первый боевой поход, знал, что такие маневры для сторожевых кораблей или перехватчиков были нередки, и со страхом ждал, когда придется перегибаться через борт, крепко держась за страховочные леера и натужно блевать в бездну. Увы, каботажное плавание вдоль изломанных береговых линий материка Дарсии не способствует выработке определенных навыков держать при себе содержимое желудка.

К удивлению самого мичмана, с ним не произошло неприятного казуса. Сжав ноющие зубы, Клэд смотрел, как огромное темно-голубое пространство надвигается на него снизу. Невероятная картина, словно ты падаешь в опрокинутое небо. Гравитоны, включенные на среднюю мощность, сверлили своим мерзким вибрирующим звуком мозг. Словно мириады комаров собрались в одну кучу и атакуют корабль.

- Не зевать! – орет боцман Дробер. – Всем держаться подальше от бортов! При соприкосновении с поверхностью моря рты не раскрывать, если хотите остаться с языком и зубами!

Клэд сглотнул тягучую слюну. Он в последний раз кинул взгляд вниз, различая два парусника, улепетывающих от разведывательного отряда, возглавляемого «Ленивцем». Справа по борту вырастали неряшливые скальные изломы острова Каззуро с парочкой симпатичных бухточек. Каменистые россыпи сменились зеленовато-коричневыми пятнами какой-то растительности. Линия берега плавно изгибалась к югу, куда стремились пиратские суда.

- Сигнал от «Ленивца»! – заорал носовой, единственный из младшего состава не покинувший место наблюдения. – Корсары меняют направление на зюйд! Требует идти за ними! «Хваткий» остается на верхнем эшелоне!

- Левитаторам ускорить снижение! – корвет-капитан Освит с младшими командирами на командном мостике оживились. – На воду не садиться! Идем на гравитонах!

- Есть, капитан! – откликнулся Ардлес и тут же продублировал приказ младшему левитатору, находившемуся сейчас рядом с работающими кристаллами.

Клэду нравилась работа левитаторов. Они непостижимым образом чувствовали жизнь гравитонов, умели распознавать малейшую фальшь в звуках артефактов. Для этих людей магические кристаллы были как живые люди: со своими причудами и капризами. Но хорошо отрегулированный механизм благодарил великолепной работой. Опытный левитатор достигал таких результатов, что вверенный ему корабль летел как птица, рассекая плотный воздух, а когда надо – ложился на его потоки, используя их в качестве дополнительно ускорения. Это была сказка, а не работа.

Но мичман Фальтус знал и об обратной стороне грозных кристаллов. Бывали случаи, когда маги не справлялись с разбушевавшимися токами энергии в бледно-сиреневых кубах, и корабль со страшным грохотом взрывался. Обычно после таких катастроф живых не оставалось. Сейчас лучше об этом не думать. Только вперед, догнать пиратов!

Палуба ушла из-под ног, и тут же последовал ощутимый толчок. Гравитоны резко снизили выработку энергии, чтобы во время перехода с горизонтального спуска на вертикаль корабль не рухнул на водную поверхность. В ушах, плотно заложенных от перепада давления, что-то хлопнуло, и сразу же окружающие звуки ворвались живительным потоком. Клэд облегченно задышал, не забыв пару раз сглотнуть слюну. Лихорадочно зашарил в кармане мундира. Там должна лежать плоская коробочка с последним кисло-сладким леденцом. Дядюшка советовал сосать его, а не хлестать кружками магическое снадобье, помогающее укреплять организм при постоянных перегрузках.

«Не пей эту дрянь так часто, - сказал он перед отплытием и дал племяннику эту самую жестянку с разноцветными леденцами. – Возьми. Это тетушка тебе гостинец послала. Здесь тоже хватает колдовских зелий, но они правильные, на природных компонентах, не дают привыкания».

Торопливо дернув за край крышки, Клэд тайком выудил из коробочки зеленый леденец и закинул его в рот. Сразу стало легче. Пора занимать боевой пост согласно расписанию. Боцманские дудки уже верещали боевую тревогу.

- Не наложил в штаны? – откуда-то вынырнул мичман Рутрих, придерживая левой рукой шляпу, а правой сжимая рукоять кортика. Хохотнул, глядя на бледного товарища. – Сейчас будем атаковать сверху! Ни разу не видел, как придавливают корсаров? Ха-ха!

Экипаж корвета без суеты распределился по боевым постам. Абордажная команда, состоявшая из трех десятков мрачных и ожесточенных штурмовиков, ожидающих команду для атаки, распределилась вдоль правого борта. Загрохотали порты нижней палубы, распахивая черные зевы с торчащими стволами пушек.

Клэду было хорошо видно, как «Ленивец» делает плавный поворот и оказывается над шхуной, улепетывающей первой. Снова взвились разноцветные флажки, и носовой продублировал приказ атаковать бриг.

Еще один толчок – внезапно борт пиратского корабля оказывается чуть ли не под килем «Бегущей лани». Кажется, ошибись сейчас левитаторы с расчетами, и массивный корпус корвета раздавит хрупкую посудину со старыми и много раз штопанными парусами. Клэд почувствовал неясную тревогу. Какой-то странный бриг, весь обветшалый, с прохудившейся оснасткой, провисшими леерами и небольшим количеством моряков, мечущихся по палубе.

- Абордажная команда! – заорал Бразанн, перегнувшись через перила командного мостика. Он был в своих неизменных пижонских белых перчатках. – Атака по готовности!

Штурмовики напряглись. Как только «Бегущая лань» поравняется с бригом, она будет на несколько футов выше. Прыгать сверху на движущееся и прыгающее по волнам судно довольно рискованно, но этот маневр дает преимущество. Клэд не завидовал парням, вынужденным своей кровью, удалью и бесстрашием смывать позор своей трусости на полях битв. Большинство из них не моряки, а сухопутные вояки из различных подразделений. У сиверийцев есть подобные команды, но там они комплектуются по-разному. Из дворян образуют отдельные штурмовые бригады, а солдаты и младший командирский состав с ними никак не пересекаются. У них свои отряды. Дарсийский трибунал не делает различия, сваливая всех в одну кучу. Трусы и предатели одинаковы, что аристократы, что простолюдины. И умирают они вместе. Клэд Фальтус никогда не отвернется от опасности и лучше погибнет героем, чем оказаться в числе этих презренных ублюдков в черной форме.

- Атака-ааа! – протяжный крик разнесся по палубе.

- Смерть! – разом завопили штурмовики и сиганули вниз, как только борт «Бегущей лани» оказался чуть выше уровня борта брига.

Для абордажников прыжок оказался удачным. Многие даже удержались на ногах, а кому-то пришлось гасить инерцию кувырком через голову. А через мгновение они столкнулись с экипажем пиратского корабля. Протяжные крики ярости и боли разнеслись над морем. Загремели выстрелы, звон стали взлетел вверх, а затем произошло неожиданное.

Клэд Фальтус, ожидал сигнала для высадки на бриг, когда он будет зачищен хотя бы наполовину. Несколько младших офицеров и четыре десятка отчаянных рубак-абордажников стояли возле борта, сжимая оружие. Кто-то пошутил, что трусливые пиратские крысы даже не хотят принимать бой, а прыгают за борт, спасаясь от рубящих плоть палашей.

Мичману это показалось странным. Он еще только обдумывал, почему на пиратском судне так мало моряков, и почему все они стали разом прыгать в воду, не принимая боя, как только «Бегущая лань» с тягучим завыванием, идущим из нутра корвета, нависла над мачтами противника, ломая их в щепку. А дальше перед глазами вспух яркий оранжево- багровый шар. Словно гигантский кулак со всего размаха врезал по кораблю ниже ватерлинии. Палуба встала дыбом и начала опрокидываться. Клэд в ужасе схватился за леера, осознавая, насколько ничтожны его потуги спастись. Многие с воплями заскользили по доскам и улетели в воду, при этом ломая себе кости о различные палубные надстройки. Кто-то успел, как и мичман Фальтус, обезопасить себя от падения, но это не меняло дела. Корвет опрокидывался невероятно медленно, а оглохший молодой офицер с ужасом услышал пробивающиеся сквозь вату в ушах пронзительное завывание гравитонов, утративших связь с кораблем.

«Конец!» – мысль суматошной птицей мелькнула в голове, а дальше Клэд действовал как во сне, когда хотел вырваться из кошмаров. Просто отталкивался от поверхности и летел вниз. И просыпался с дико бьющимся сердцем.

Упершись ногами в борт, мичман сделал то же самое, только наяву, с ужасом разжав руки от единственной мысли, колотящейся в виски: это смерть.

Кренящийся корвет еще только раздумывал, падать ему вниз или остаться в таком состоянии в воздухе (те, кто наблюдал эту картину с борта «Хваткого», были в ужасе от болтающейся между небом и водой массивной туши «Лани»), когда раздался оглушающий взрыв. Он разметал на много миль вокруг обшивку корабля, людей, пушки и боеприпасы, частично разрушив парусную оснастку «Ленивца» и убегающей от него пиратской шхуны. Грохот взрыва донесся даже до «Короля Аральда».

Капитанский мостик флагмана застыл от ужаса и горя. Щелкнули кольца складываемой подзорной трубы. Адмирал Адерхад с бесстрастным лицом несколько секунд смотрел на поднимающиеся вверх клубы черно-желтого дыма, постепенно развеивающиеся по ветру, передал трубу своему первому помощнику и повернулся к офицерам, столпившимся за его спиной.

- Приказ «Ленивцу» и «Хваткому» возвращаться в строй! – жестко сказал он. – По всей эскадре объявить: спустить флаги и продолжить движение!

- Но, мой адмирал, - вперед выступил его второй помощник Унгол в щегольском морском черно-белом кителе с золотыми лилиями на обшлагах. – Невозможно оставить безнаказанным оскорбление королевскому флоту! Пираты применили брандер против атакующего корвета! Дайте приказ открыть огонь по Каззуро! Там, я уверен, прячутся еще корабли преступников!

- Отставить, господин Унгол! – не меняя выражения лица очень тихо сказал Адерхад, но таким тоном, что у многих по спине пробежали мурашки, царапая стальными коготками кожу. – Мы должны выполнить наказ короля: вывезти с Эмитеза золото. А уж потом я попрошу Его Величество лично возглавить Вторую и Четвертую эскадры и смести с лица земли все отребье, которое зарылось на Керми. Хватит с ублюдками заигрывать. Пора ставить на архипелаге свои военные базы. Я сделаю все, чтобы выжечь заразу! Полный вперед!

****

Клэд Фальтус никогда не верил в рассказы старых моряков о счастливчиках, выживающих в таких невероятных передрягах, что их, скорее всего, нужно относить к легендам или мифам. Как можно остаться в живых после взрыва брандера, а потом – и пошедших вразнос гравитонов?

Оказывается, он на собственной шкуре убедился, что входит в число этих самых счастливцев. Очнувшись на галечном пляже, окруженном со всех сторон массивными черными валунами, об которые с гулким шумом разбивались волны, Клэд со стоном поднял голову и сразу же пополз вперед, обдирая руки об ракушки, в несчётном количестве валяющихся на берегу. Самая первая мысль его была оказаться подальше от волн, которые запросто могли утащить его обратно в море.

Мундир с мичманскими нашивками и пояс с кортиком каким-то образом пропал, и Фальтус остался в рубашке и разорванных штанах. Ботинки из бычьей кожи намокли и стали похожи на гири, которые используют для взвешивания больших тюков.

Он прополз еще немного, и убедившись в собственной безопасности, с облегчением выдохнул, оглядываясь по сторонам. Мрачный каменистый пляж оказался пустынным. Перед его глазами возвышался холм, весь заросший колючим кустарником. Тянущийся на пару лиг берег с двух сторон оказался закрыт массивными скалистыми вывалами. Удивительно, каким образом Фальтуса вынесло на другой конец острова. Видать, течение сильное. Но где же выжившие? Неужели после взрыва гравитонов он единственный из экипажа остался целым и невредимым?

Клэд на всякий случай оглядел себя. И снова воздал хвалу Богу, что обошлось без переломов рук или ног. А вот на голове приличная ссадина, только сейчас начавшая нещадно болеть. Притронувшись к ней, молодой человек поморщился. Лоскут кожи болтается, сукровица на пальцах показывает, что не все так хорошо. Надо бы перевязать, чтобы кровь перестала течь.

И как отсюда выбираться? Лезть на этот холм без веревки? Да он в таком состоянии свалится вниз и переломает себе все кости. Остается единственный вариант – вплавь до открытого берега. Но мрачные волны, хлеставшие по валунам, однозначно показывали, что в воду соваться не стоит.

Подняв голову, Клэд обмер. К берегу, прыгая на гребнях волн, шла лодка. В ней находилось не меньше десяти человек. Сердце радостно застучало. Это спешили на помощь матросы с «Ленивца». О нем не забыли! Или, скорее всего, подбирали всех оставшихся в живых из экипажа «Бегущей Лани». Приложив руку ко лбу козырьком – неяркое солнце било прямо в глаза – мичман едва не закричал от досады. А впрочем, чего он ожидал? Бог не раздает чудеса пригоршнями. Обычно они идут в комплекте с испытаниями.

В лодке были пираты! Их можно было узнать по одежде, которую в королевском флоте сразу бы приказали сжечь. Грубые матросские куртки старого кроя, разноцветные рубахи под ними, головные уборы, которые не принято носить у дарсийских моряков, бородатые лица, разнообразное, нештатное оружие – все указывало на корсаров. Клэд застонал. Если бы у него был кортик, он встретил бы эту шваль на берегу и погиб во славу королевского флота как герой. А так… Голову разбить о камни?

Мичман понимал, что убежать ему не дадут. Вверх по осыпающемуся холму не подняться, а метаться по берегу на радость пиратам не хотелось. Сжав зубы, он схватил булыжник и побрел навстречу приближающейся лодке. Кинул со злости в нее, но не попал. Дружный смех гребцов еще больше раздосадовал Клэда. Офицер понимал, насколько глупо выглядит, но ничего поделать с собой не мог. Фальтус не был трусом, потому что принадлежал младшей ветви дома Толессо. А Толессо никогда не преклоняют голову перед опасностями.

Оставалось лишь показывать свою храбрость. Недолго осталось. Лодка уже миновала самый опасный участок между валунами и входила в относительно спокойные воды. И через несколько ударов сердца ее нос с шуршанием наполз на берег.

- Эй, королевский выкормыш! – тяжело ступая по гальке, к нему направились трое. Все они отличались высоким ростом и хорошо развитой мускулатурой, дававшей силу и ловкость. – Сам сдашься, или нам стоит тебя как следует проучить?

- Офицер королевского флота не сдается! – прохрипел Клэд, бесстрашно выпрямляясь. – Лучше сразу убейте! В плен не пойду!

- Дурак, - сплюнул под ноги лысый верзила со старым шрамом на левой стороне черепа. – Выжил после взрыва гравитонов, и все равно хочет сдохнуть. Видимо, все мозги отшибло. Ты знаешь, что остался один? Все твои дружки рыб кормят!

- Гады! – не выдержав, Фальтус бросился на пиратов, осознавая безнадежность ситуации. Но ведь надо было что-то делать! Хотя бы перегрызть глотку одному из корсаров!

Ему не дали насладиться чувством мести. Двое разошлись в стороны, а лысый верзила неожиданно ловко развернулся, пропуская вопящего мичмана мимо себя, и коротким ударом рукояти палаша отправил офицера в спасительную темноту.

- Забирайте эту палубную собачку и деру отсюда, - кивнул верзила остальным гребцам, столпившимся на берегу. Он с тревогой посмотрел на небо, где грозно висели тяжелые корабли дарсийцев. – Нам не простят гибель их корабля. Что-то не хочется сдохнуть от магического огня. Живее клешнями шевелите, акулье дерьмо!

Глава 6. Враг или союзник?

Получив долгожданную записку от Тиры, я долго не раздумывал. Проклиная забывчивую служанку и разгильдяя Бродягу, отвязал своего конька от перил, вскочил на него и помчался к дому Эскобето, распугивая прохожих. Вслед мне неслись проклятия и пожелания свернуть шею. Мне оставалось только сильнее вцепиться в поводья, сжать коленями лоснящиеся бока животного и молить всех богов – сухопутных и морских – чтобы в самом деле не навернуться с высоты.

Я знал, что командор большую часть времени проводил дома, поручив своим помощникам заниматься подготовкой экипажей к новому сезону набегов. Когда улягутся высокие волны, а солнце станет подольше задерживаться на небосводе, Эскобето переберется на «Ласку», давая знать, что пришла пора выходить в море и щипать купцов.

Меня встретила Саиль. Она издали увидела мчащегося всадника и сразу распознала в нем неугомонного Игната. Урожденная аристократка с Аксума возилась во дворе со своими цветами, которые были теперь везде: у стен дома, вдоль вымощенных морским камнем дорожек, в клумбах возле забора. На женщине было простое темно-коричневое платье, а на руках плотные вязаные перчатки, чтобы не поранить руки. Помогала ей служанка Тола – рабыня из Сиверии с миленькой мордашкой и очень недурной фигуркой.

Саиль подошла к низенькому заборчику, облокотилась на него и с тревогой посмотрела, как я гарцую на разгоряченном коньке.

- Здравствуй, Саиль! – поприветствовал жену командора, изящно сбросив с головы шляпу одной рукой, и шутливо поклонился в седле, а у самого екнуло сердце. Как бы не слететь на землю, кавалер ети его!

- Добрый день, Игнат! – улыбнулась аксумка. – Гляжу, ты освоил езду верхом. У тебя неплохо получается!

- Лестно слышать похвалу от великолепной наездницы Аксума, - кинул я ответный комплимент и пошутил: – Но для будущего аристократа у меня слишком много мозолей на мягком месте! Командор-то дома? Или на корабле?

- Да здесь он, сидит в кабинете, рассматривает карту своих будущих грабежей, - Саиль усмехнулась, как мне показалось, с грустью. – Тола! Проводи гостя до кабинета командора. Да ты заходи во двор, Игнат. Коня оставь наружу, а то он сожрет весь мой цветник!

- Да, у тебя бесподобные цветы, Саиль, - я спешился, закинул повод на один из столбиков, на котором держалась калитка, и зашел внутрь. Зная, что аксумские знатные женщины не допускают к руке чужого мужчину, я лишь изобразил признание, приложив ладонь к сердцу. Саиль снова улыбнулась и ответным жестом, отводя свою ладонь от груди, открыто поприветствовала меня. Опасная женщина! Сразу раскусила мою скрытую сущность под маской солдафона. Хорошо хоть, что не заподозрила во мне переселенца из одной души в другую.

Тола проводила меня до кабинета хозяина, путь к которому был хорошо известен; подозреваю, что жена командора на всякий случай приставила соглядатая, проследить за гостем. Стрельнув серыми глазами в мою сторону, девица нехотя ретировалась, покачивая бедрами. Я усмехнулся возникшим в голове мыслям о низменном, постучал в дверь. Услышав недовольное ворчание, нахально вошел и увидел, что Эскобето и в самом деле напряженно рассматривает карту, расстеленную на весь рабочий стол. Он наклонился над ней и резкими движениями чертил какие-то линии кончиком пера.

- А, это ты, Игнат, - командор разогнулся. – Чего пришел? Опять замышляешь учения? Или просьбы появились? Ничего не дам, ресурсы кончились!

- Я по другому поводу, - отмахнувшись, я сел на табурет, закинув ногу на ногу. – Разрешение твое нужно. И один человек в помощь.

- На что тебе мое разрешение? – подозрительно посмотрела на меня Эскобето.

- Мне нужно смотаться на Рачий. Сегодня.

- Сдурел? – командор почесал переносицу. – На тот свет захотел раньше времени?

- По Тире сохну, сил нет, - не моргнув глазом, ответил я. – Записку от нее получил. Лихой Плясун с Диким Котом куда-то ушли на пяти кораблях. Уже третьи сутки его на острове нет. Надо пользоваться моментом. После Элис у меня и женщин толком не было.

Эскобето захохотал, откинув перо в сторону. Уважительно посмотрел на меня и вдруг погрозил кулаком, кривя губы от улыбки.

- Знал, что ты проходимец, Игнат, но не настолько же! – он стал расхаживать по комнатушке, которая громко называлась «кабинетом». – Возле Тиры постоянно находится взвод ублюдочных головорезов. Ради одной ночи с девкой не стоит головой рисковать.

- Командор, - я выразительно поглядел на Эскобето. – Ради ночи с этой девушкой я перережу весь Рачий. Ты же меня знаешь.

- Знаю! – вдруг рыкнул Ригольди. – И людей Плясуна знаю! Приспичило ему! Дьяволова задница! Ладно, возьмешь шлюпку на втором причале. Там мои ребята постоянно на вахте стоят. Скажешь им, что я приказал отвезти тебя на Рачий. Пусть как следует спрячутся, пока ты кувыркаться с Тирой будешь. Стоп! А зачем тебе еще один человек? Свечку держать?

- Для подстраховки, - улыбнулся я. – Вдруг придется свидетелей устранять. Хочу взять Рича.

- Надо было тебе башку открутить в первый же день, - пробурчал Эскобето. – Ты раньше времени нас в неприятности не втяни. Не готовы еще. Что-то сомневаться я стал, что тебе Тира нужна.

- Тогда я пошел, - получив «добро» от командора, я вскочил и направился к двери. – Все будет в порядке, капитан. Так я возьму Рича?

- Бери, черт с тобой! Он сейчас в казарме прохлаждается.

Рич, как только услышал, чего я хочу, тут же бросился искать Свейни. Помощник командора попробовал возмутиться, как я легко забираю людей из экипажа, но приказ Эскобето не посмел игнорировать. По его роже было видно, как хочется подшкиперу открутить мою голову. Что-то не заладились у нас отношения.

Пока мы шли к причалу, я на ходу объяснил Ричу, что сам толком не знаю, зачем Тира пригласила меня в змеиное гнездо. Мое появление вызовет много вопросов. Эскобето и Плясун не очень ладят друг с другом, и кто-то обязательно подумает, что я на Рачьем хочу разнюхать секреты.

- Может, это твой левитатор? – предположил Рич, пока мы шли к причалам.

- Думал уже. Вряд ли он. Знаешь, чего больше хочу? Чтобы незнакомец оказался агентом лорда Келсея. Надоело вслепую тыкаться. Ни помощи, ни подсказки. Или Келсей меня обвел как мальчишку вокруг пальца, и никакого агента на архипелаге нет? Тогда в чем смысл нашего нахождения здесь?

- Все может быть, - философски заметил Рич. – Надо будет, ты своими штурмовиками все сам сделаешь. А я помогу.

- Спасибо, дружище, - от всего сердца ответил я, зная, что этот парень никогда не подведет, не бросит трусливо в самый опасный момент.

Мы пришли на причал и сразу отыскали шлюпку с «Ласки». Она лениво болталась на волнах, постукивая бортом о деревянную сваю. Экипаж отыскался в одном из открытых и пустых лабазов. Скоро на Инсильваду потянутся купеческие корабли, и пустые помещения вновь забьются товаром, нужным островитянам. А пока четверо молодцев лениво развалились на досках и кидали кости. Солидная кучка медяков говорила о долгой и упорной игре.

- Банк еще не сорвали? – поинтересовался я, подойдя к ним.

- А, Игнат, - процедил один из пиратов в застиранной и штопанной на несколько раз морской робе. – Чего надо? Опять Инсильваду завоевывать пришел?

Его кореша заржали, словно услышали удачную шутку. Я не стал накалять ситуацию и оскалился в улыбке, делая вид, что тоже веселюсь.

- Нет, на этот раз Рачий.

Парни покатились со смеху еще сильнее, забыв об игре. Спокойно дослушав их пожелания, прибил последним аргументом:

- Приказ Эскобето. Так что отрываем свои задницы и марш на шлюпку! С этого момента вы в моем распоряжении.

- Рич, он серьезно? – обратился к моему другу пират с массивной серебряной серьгой в правом ухе. – За такие шутки можно и языка лишиться. Командор нам ничего не говорил!

- Серьезно, - кивнул Рич. – Разбирайте медяки, да побыстрее шевелитесь. Эскобето дал задание, поэтому до наступления темноты мы должны быть в гостях у Плясуна.

- Он нам шкуру спустит, когда узнает, - проворчал еще один корсар, худой как щепка и неимоверно высокий, отчего роба на нем казалась детской курточкой.

- Плясуна сейчас нет на острове, - успокоил я гребцов. – Будете ждать нас на берегу. Только лишний раз не высовывайтесь и ведите себя хорошо.

Так мы и попали на Рачий. Повезло, что никто не попался на нашем пути. Парни быстро пересекли пролив и углубились в паутину проток. Видимо, Эскобето натоптал сюда тропку, потому что лодка причалила именно в том месте, где я высаживался в первый раз. Еще раз предупредив матросов вести себя очень тихо и надежно спрятать лодку, я заторопился к «Хитрой русалке». Рич едва поспевал за мной.

Иврин – хозяин таверны – поприветствовал меня, увидев с порога. Рич, особо не кокетничая, расталкивал шатающихся по заведению пьяных посетителей, расчищая мне дорогу.

- Здорово, борода, - поприветствовал я Иврина. – Сто лет тебя не видел.

- И я рад тебя живым видеть, Игнат, - подмигнул хозяин и мы крепко пожали друг другу руки. Вообще-то здесь не приняты такие жесты приветствия, но я мотивировал их традициями приграничных провинций Сиверии. – Тебя ждет важный человек. Он сказал, чтобы я сразу направил тебя к нему. Поднимайся наверх. Ты поймешь, где его комната.

Я недвусмысленно показал глазами куда-то за спину Иврина. Мужик оказался понятливым. Лицо его расплылось в улыбке.

- За Тирой послали, - тихо сказал он. – Ты, парень, не зевай. Девчонка хорошенькая, но пропадет с нашим командором. Хватай ее в охапку и убегай куда-нибудь подальше. Желательно, вообще с архипелага.

- На чем? – грустно спросил я. – Даже вшивого баркаса не достать. По воздуху прикажешь?

- Да, паршиво, - призадумался Иврин. – Ладно, топай. Он человек серьезный, да и наши придурки что-то заволновались.

На втором ярусе помещения мы увидели мужика в черной униформе, которая сразу выдала в нем человека, принадлежащего к серьезной организации, и она явно находилась не на архипелаге Керми. У сиверийцев нет такой формы, разве что одежда штурмовиков чуть-чуть схожа. Но я уже научился различать мельчайшие отличия о покрою. Значит, меня хочет видеть кто-то из сановников Дарсии. Это заинтриговывало.

- Ну и куда нам? – нарочито громко спросил Рич, подобравшись. Для него габариты незнакомца внушали не опасение, а скорее, лютое желание сразиться, испытать свои возможности. – Пригласили к дьяволу на именины!

- Игнат? – громила едва приоткрыл рот.

- Он самый, - скрываться не было смысла. Меня занимал таинственный гость. Может, агент всплыл?

- Заходите сюда, - «черный» распахнул дверь с намалеванной на ней цифрой «3», и сам же закрыл за нами.

Рич тут же скользящим шагом ушел чуть в сторону, давая мне место для пространства. Я обхватил пальцами рукоять пистолета. И почему не удивлен присутствию Слюньки? Этот шустрый и мутный тип везде пролезет.

- Господа, давайте без нервных телодвижений, - голос незнакомца, сидевшего за столом лицом к двери, был глухим и с явно выраженным дарсийским прононсом. Он словно говорил в нос, который был весьма значительных размеров. Клюв стервятника, вот на что он смахивал. – Проходите к столу. Господин Игнат, полагаю, это вы?

- Да-да, вон тот, с наглой мордой, - подтвердил Слюнька, шутовски кривя губы. – Проходи, головорез, лорд Торстаг хочет с тобой поговорить.

Лорд? Ничего себе, какие небожители соизволили спуститься на грешную землю, да еще в самом логове пиратской вольницы. Это обстоятельство подтверждало опасения Келсея о дарсийском влиянии на корсаров.

Рич не стал садиться. Он демонстративно встал за моей спиной, скрестил руки на груди и начал сверлить взглядом телохранителей, не отходящих от своего господина.

Я сел на табурет, и Слюнька тут же налил мне в стеклянный (дорогущий!) бокал вина. По запаху понял: «Искария». Нахал вел себя как хозяин, нисколько не тушуясь находящегося здесь высокородного дарсийца.

- Итак, ваша личность подтверждена, господин Игнат, и я рад этому обстоятельству, - на неплохом сиверийском произнес лорд, поднимая свой фужер. Я молча отсалютовал ему и сделал пару глотков. Отравы не боялся. Слюнька бы предупредил меня в таком случае. Да и какой резон меня отправлять в мир иной, если я кому-то понадобился? – У меня к вам деловой разговор. Хочу лишь уточнить… Вы доверяете своему человеку?

- Как самому себе, - ответил я.

- Понимаете, речь пойдет о таких вещах, которые могут серьезно осложнить вашу жизнь, если узнает Лихой Плясун.

- У вас к нему неприязнь? – я усмехнулся и снова глотнул «Искарии». Хорошее же вино! Пользуйся моментом, наслаждайся вкусом аристократического напитка!

- Ни в коей мере, уважаемый Игнат, - кажется, лорд не умел улыбаться. Его оскал вряд ли радовал женщин, если таковые у него имелись в жизни. – Дело-то, в общем, не в вас, а в леди Тире Толессо, которую вы хорошо знаете. А вам известно, что девушка является прямой наследницей древнего аристократического рода Толессо, живущего в Скайдре уже четыреста лет?

- Честно сказать, я не верил, - слукавил я, отчего Слюнька одобрил мой ответ легким кивком, словно бы невзначай. – Думал, люди просто так языком болтают, от нечего делать. Сами знаете, что вольные братья любят истории, в которых рассказывается о богатых девушках, за которых можно получить охренеть какой выкуп.

Я сознательно грубил, чтобы у лорда сложилось ошибочное мнение обо мне. Пусть выставлю себя недалеким солдафоном, чем этот дарсиец «прочитает» меня как открытую книгу. Черт знает, какие логические выводы последуют у него после встречи.

- А сама леди Толессо вам ничего не рассказывала?

- Почему вы спрашиваете меня, а не девушку? – рассердился я. – Думаете, у нас доверительные отношения? Кто она, и кто я?

- Не желаете устранить некое препятствие между Тирой и вами? – лорд Торстаг подался вперед, стул под ним угрожающе заскрипел. – Появилась хорошая возможность, которой грех не воспользоваться.

- Вы ведете какую-то игру? Для чего?

- Хочу вернуть девушку домой. Сами знаете, Игнат, я не смогу даже тайным способом провести Тиру на свой корабль. Весь Рачий взбунтуется, а мы даже до Каззуро не дойдем. А дед Тиры отказался платить выкуп пиратам. Это его принципиальная позиция. Увы, так в жизни бывает. Я пробовал изменить мнение старика, но безрезультатно. Поэтому, как только появился шанс, я встретился с леди Толессо, и она открыла мне небольшую тайну касательно вас…

- Какую, если не секрет? – меня разозлила непонятная пауза. – Я так заслушался вас! Не имейте привычки рвать фразы, когда на это нет причин!

- И это говорит солдафон? – рассмеялся Торстаг. – Права Тира. Вы очень скользкий и неординарный тип. Хотелось бы узнать вашу настоящую историю… Итак, тайна леди Толессо в том, что она познакомилась с человеком храбрым, воинственным, умеющим пускать кровь без колебаний, и самое главное – согласившимся помочь ей бежать с архипелага.

- Никогда не распускай язык перед женщиной, - пробормотал я, продолжая играть. Если Тира захотела «засветить» меня перед дарсийцем, в этом была какая-то необходимость и тонкая комбинация. – Будь я в вашем положении, имея под боком боевой корабль с двадцатью-тридцатью пушками и гравитонами полного цикла, не стал бы интригу на ровном месте строить. Девушку – в охапку, и на борт ее! Гравитоны на всю мощь! Рывок в небо, и можно пить вино в каюте.

- Увы! У меня иная задача, - улыбнулся Торстаг. – Но вы впечатлили, Игнат! Хочу на ваши плечи переложить те идеи, которые только что озвучены.

- Авантюра! – отрезал я. – У меня нет подходящего корабля!

- А бриг Лихого Плясуна? Захватываете его и бежите по направлению к острову Каззуро. Там вас встретят…

Торстаг допил вино и показал Слюньке жестом, что ему достаточно. Я раздумывал. Идея неплохая, но трудноосуществимая. «Тиру» захватить можно со своими штурмовиками, всех лояльных командору людей вырезать и за борт. И со своим экипажем рвать когти с архипелага. Но у меня еще одна миссия, которую нельзя игнорировать. Гравитоны с «Дампира» должны быть уничтожены, если у меня появится корабль для побега. Или с помощью Ритольфа запустить их. Тогда «Тира» получит дополнительную мощность, и мы без проблем оторвемся от любой погони.

- Вам нужна смерть Плясуна? – я переглянулся со Слюнькой. Местный «дурачок» опять едва заметно качнул головой.

- Догадались, Игнат? – расслабленно повел плечами лорд, и в это время дверь распахнулась снова, и на пороге появилась Тира. Она, как всегда, выглядела эффектно в своем камзоле, облегающем гибкую фигурку. Сердито простучав каблуками сапожек, она подошла ко мне, сдернула с головы широкополую шляпу с пером и бросила ее на стол.

- Объяснитесь, милорд! – гневно раздувая ноздри, Тира уперлась ладонями в край стола. – Какого дьявола вы меня компрометируете? Неужели нельзя было найти более подходящего места для встречи?

- Самое лучшее и безопасное место – на моем корвете, - миролюбиво произнес королевский советник. – Но по известным причинам мы не можем туда попасть. Пришлось сознательно на виду у всех пригласить всю вашу компанию сюда. Зато теперь Лихой Плясун точно будет знать, что у него появился соперник. Мы с вами уже говорил по этому поводу.

- А Игнат знает, во что вы нас втягиваете? – Тира неожиданно стукнула меня по плечу кулачком. Удар был весьма чувствительным. – Что ты молчишь? Знаешь, зачем лорд Торстаг подставляет тебя и меня?

- Представляю, - я потер плечо. – Лорд откровенно об этом сказал. Он хочет, чтобы я убил Лихого Плясуна, как своего соперника в борьбе за вашу руку, миледи. Убив командора, я могу подчинить себе весь остров. А потом бежать в Дарсию на флагманском корабле.

- Я такого не говорил, - покачал головой Торстаг, - но вы опять предвосхитили мои желания. Если господин Игнат поможет леди Толессо сбежать с Керми и доставить ее в Скайдру, я буду ходатайствовать перед королем дать вам подданство Дарсии. Как понимаю, вы же бывший солдат, осужденный за какой-то проступок на каторжные работы. Сами понимаете, что ходу вам обратно домой не будет.

Слюнька дернулся и едва не уронил бутылку на пол. Успел подхватить ее на лету и едва слышно шепнул:

- Соглашайся!

Будто я собирался отнекиваться! В любом случае Плясуна надо устранять и захватывать «Тиру». На бриге установлен один левитирующий кристалл, надо еще два, те самые, с моего несчастного фрегата. А они находятся под бдительной охраной на острове Мофорт, называемым в просторечии островом Старцев. Допустим, что бриг мы заберем с помощью штурмовой группы. Получается, гравитоны уже должны находиться на Рачьем, когда придется бежать. Теоретически, нас могут догнать корабли Китолова, почти все укомплектованные гравитонами. Но это лишь теория. Напичкав флагманское судно нужными кристаллами, мы за несколько дней доберемся до Скайдры с ветерком.

- Допустим, я не соглашусь убивать командора, а свалю все на вас, милорд. Дескать, подзуживали честных братьев на преступление с целью ослабить Республику.

- Не забывайте, Игнат, что у меня больше шансов очернить вас, чем самому стать виновным, - взгляд Торстага заледенел. – Попробуете отказаться, и за вашу жизнь никто не даст и половину медяка. Сделаете все правильно – будете жить богато. Я лично походатайствую перед королем о присвоении вам звания почетного гражданина Скайдры или любого другого города. Поверьте, такая награда куда весомее, чем кошель с золотом.

Тира задумчиво хмыкнула и посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на бесстрастного лорда, в чьих глазах еще не растаял лед.

- На месте Игната я бы не раздумывала, - девушка двумя пальцами взялась за верхушку шляпы и щегольски надела на свою голову. – Для бродяги и штрафника такая награда – дар Небес.

- От золота я бы тоже не отказался, - усмехнулся я. Ищите дураков в другом месте. Знаю, что статус почетного гражданина сродни статусу вольного жителя в Сиверии. Грамота на стене с самоличной подписью императора. Ничего она не дает: ни связей в высшем обществе, ни богатства. Даже двухэтажный дом из камня построить – нужно оббегать десятки казенных учреждений чтобы получить разрешение. Каждый требует на лапу, изгаляется в силу своего положения. Зачем мне такое счастье? Да и ждут меня в Сиверии. Мать, лорд Келсей… Имя доброе тоже надо возвращать. – И от нескольких акров земли тоже. Мелкопоместное дворянство для начала…

- А он неглуп, - обратился Торстаг к девушке, и она победно улыбнулась. – Хорошо, даю слово: Игнат выполняет мою деликатную просьбу, спасает леди Толессо и возвращает ее в семью, а я лично передам ему из рук в руки грамоту о присвоении дворянского звания…. Сто душ крестьян вам хватит?

- Вполне, - важно кивнул я. – Кто будет подтверждать ваши слова?

- Я, - вызвалась Тира.

- Э, нет! – возражаю с усмешкой. – В письменно виде, чтобы было заверено подписями всех сторон. – Как-то боязно мне без документа. Вдруг милорд откажется от своих слов?

- Не забывайтесь, милейший! – хрустнул суставами пальцев лорд Торстаг, сжимая кулаки. – Перед вами королевский советник, а не базарная бабка, торгующая гусиными перьями!

- Здесь Вольная Республика, - я встал, не собираясь более разговаривать с важным дарсийцем. Быть зависимым от человека, готового пожертвовать любым из нас для достижения цели, никогда не хотел. – И я вправе выдвигать свои требования. Так мы придем к соглашению. Или не придем…

- Агис! – окликнул лорд одного из «черных». – Подай мне письменные принадлежности!

Телохранитель как будто и не собирался никуда отходить, но в его руках показался черный кожаный портфель с блестящими замками. Судя по его наполнению, внутри находилось много чего интересного и нужного для советника, приехавшего на пиратский архипелаг.

Наше соглашение было написано в двух экземплярах и заверено личной печатью лорда Торстага. Мы церемонно раскланялись, и Тира с Аттикусом вышли первыми, чтобы вольная братия поменьше сопоставляла факты присутствия «женщины командора» рядом с победителем гладиаторских боев. Я наивностью не страдал, и был уверен, что Лихой Плясун очень скоро узнает, зачем Тира ходила в «Хитрую русалку», и обязательно пошлет на Инсильваду убийц. Теперь кто быстрее достанет острым клинком противника – тот и станет диктовать свои условия. Только в отличие от Плясуна, полыхающего ревностью, я знал, за что убью командора острова Рачий. Надеюсь, он первый попадет в ловушку.

На улице уже было совсем темно. Магические фонари с подсевшими амулетами зарядки тускло освещали крыльцо таверны, а дальше непроглядная ночь разбавлялась светом факелов. Пьяные посетители медленно разбредались по сторонам, где-то вспыхивала ругань, слышался звон железа. Кто-то скрестил кортики. Ничего не меняется в этом странном месте.

Сильная рука втянула меня за угол какого-то сарая. Рич мгновенно выдернул кортик, но голос Аттикуса, держащего ворот моей робы, успокоил друга:

- Убери клинок, иначе всех порежешь. Чего встал на дороге? Спрячься.

Хватка «дурачка» ослабла, и он отпустил меня.

- Господин фрегат-капитан, - из темноты послышался тихий голос Тиры, - теперь будьте начеку. Люди Плясуна видели нас вместе, и обязательно ему доложат. Лорд намеренно подстроил встречу.

- Да я понял, - откликнулся я, прижимаясь к нагретой за день стене сарая. Рич засопел где-то рядом и проворчал, что надо сваливать отсюда, пока за нами охоту не начали.

- Что будем делать? Сам понимаешь, что мне придется сохранить свою честь, оболгав тебя. Справишься?

- Справлюсь, - успокоил я Тиру. Мне было приятно слышать в голосе девушки неподдельную тревогу за меня. Или ошибаюсь? – Но теперь у нас поменялись планы в связи с предложением Торстага.

- Что именно ты хочешь поменять? – Аттикус насторожился.

- Если мне удастся отправить Плясуна на встречу с морским дьяволом, мы захватываем флагман и полным ходом идем на Мофорт, чтобы поставить гравитоны «Дампира». Моя штурмовая команда будет обеспечивать безопасность, и где надо – хорошо пошумит, - ответил я, безжалостно перекраивая первоначальный план, но в то же время, не раскрывая всех подробностей договора с Эскобето. – Когда на борту «Тиры» окажутся гравитоны полного цикла, можно бежать. За пару дней доберемся до Каззуро, а оттуда будет легче добраться до патрульных вымпелов королевства.

- Неплохо, хоть и рискованно вдвойне, - сказала Тира.

- Да любой план с побегом – риск, - я вздохнул. – А куда, кстати, исчез Плясун?

- Он с Котом ушел на нескольких кораблях к Каззуро. Хотят испытать какую-то новую магическую бомбу.

- Каким образом? – удивился Рич.

- Брандер, - коротко пояснил Аттикус. – Взяли старую посудину, гнившую на отмели.

Рука Тиры нашла мою руку. Втягиваю слабый, выветривающийся запах духов и сжимаю ее тонкие пальцы.

- Будь осторожен, Фарли, - тихо прошептала Тира. – А теперь идите. Вам пора.

До своей шлюпки мы добирались перебежками. То и дело натыкались на шатающиеся компании, но заранее прятались в кусты, услышав выкрики и песни. Знакомая тропинка, ведущая через ристалище к месту, вывела нас к месту, где прятались гребцы. И вскоре мы торопливо улепетывали с острова, меняя друг друга на веслах.

Глава 7. Родственники

Клэд Фальтус сдался вынужденно, как он пытался объяснить самому себе причину, по которой не стал героически погибать от рук пиратов. Мичман рассуждал, что живым все-таки быть лучше, чем получить в брюхо острое железо. А вдруг он принесет гораздо больше пользы, сдавшись в плен? Пираты, как ему рассказывали, простых моряков и офицеров низшего ранга старались перетянуть на свою сторону. И у парня забрезжила надежа выбраться из передряги, когда он понял, что корсары, окружившие его, к убийству не расположены.

- Я сдаюсь, - Клэд поднял руки, показывая, что в них ничего нет.

- Так-то лучше, - осклабился говоривший с ним пират и сделал малопонятный жест. Какая-то тень мелькнула сбоку – Фальтус лишь почувствовал сильный удар по затылку, прежде чем провалиться в беспамятство.

Наверное, его бесцеремонно волокли по песку, а потом по воде. Когда Клэд очнулся, он лежал на дне лодки, весь мокрый и облепленный гнилыми черными водорослями вперемешку. На зубах скрипел песок, лицо горело, словно по нему провели куском пемзы. Чья-то нога в сапоге с засохшими разводами соли бесцеремонно пристроилась на его бедре. Застонав, мичман попробовал пошевелиться, но руки оказались связанными, и это обстоятельство создавало еще большее неудобство. Шлюпку подкинуло на волне, и он больно приложился ребрами к деревянной скамье. Не выдержав, Клэд вскрикнул.

- Очнулся, - сказал кто-то грубым голосом. – Лежи спокойно, селедка, а то выброшу за борт.

- Зачем же тогда в плен брали? – бесстрашно спросил Фальтус, за что получил еще один удар носком сапога в поврежденный бок. После недвусмысленного предупреждения он благоразумно замолчал, в самом деле опасаясь, что пират выполнит свою угрозу.

Шлюпка вышла за пределы бухточки и теперь пробиралась вдоль скалистого берега, постепенно огибая его. Клэд примерно представлял размеры острова Каззуро, и сориентировался по самым высоким скалам, находящимся сейчас с правой стороны от него. Выходило, пиратский корабль затаился где-то на юго-западной оконечности острова. Там должна быть удобная стоянка, скрытая от морских штормов массивными гранитными выступами. Они успешно гасили удары неукротимых волн, образовав неплохую гавань, где можно пережидать стихию.

Лежа на дне лодки трудно оценить, куда гребут пираты. Но Клэд уже видел вырастающий на глазах борт брига с развевающимся на ветру штандартом необычной расцветки и рисунком на нем. Нахальный скелет в красной косынке обнимал шикарную красотку в длинном зеленом платье. Штандарт, к слову, пообтрепался на соленых ветрах, но нарисованная картина не утратила красок. Клэд с интересом разглядывал девушку и не мог понять, почему у него такое чувство, что она кого-то напоминает. Картинки давних лет мелькали в его голове, но мичман не мог поймать ни одного кончика головоломки. Плюнув на свои усилия, он сосредоточился на нынешнем состоянии. А оно, к сожалению, не вызывало положительных эмоций.

Лодка глухо стукнулась о борт брига. Сверху, раскручиваясь, полетел штормтрап.

- Кого выловили, бродяги? – раздался веселый крик сверху. – Что за кусок дерьма у вас под ногами валяется?

- Королевского выкормыша со взорванного корвета! – откликнулся верзила, предложивший Фальтусу сдаться. – Счастливчик, единственный, кто выжил!

- Ого! Мы его талисманом сделаем! – обрадовались на палубе. – Привяжем к бушприту, пусть защищает от напастей!

- А я о чем?

- Поднимайте его наверх! Да пошевеливайтесь, медузы! Вон, королевский флот над нами торчит. Командор приказал затаиться и прекратить всякое движение!

Клэда вздернули на ноги и перерезали веревки на руках. Пошатываясь, мичман стал растирать затекшие запястья и тут же ощутил удар кулака пониже поясницы.

- Лезь наверх! – приказали ему.

Оказавшись на палубе, мичман не успел оглядеться, как получил еще один чувствительный толчок в спину. Вокруг него собралась любопытная публика в разнообразных одеждах, но большинство из них было в серых парусиновых робах с белесыми разводами соли. У каждого оружие: кортики, палаши, интрепели, пистолеты за поясом. Правда, огнестрел водился не у каждого, что говорило о серьезной проблеме с пороховым оружием. Проще говоря, его не хватало.

Рожи пиратов непривычно грязно-смуглые, о таких Фальтус-старший, отец Клэда, говорил с усмешкой: чушачий загар. Сам же Клэд читал, что солнце на архипелаге светит как-то по-особенному, и в результате кожа становится не золотистой, как у людей, живущих на побережье Дарсии, а сероватой и неряшливой.

- Братья, да он красавец! – воскликнул кто-то. – Вот счастье для Колченогого! Будет с кем в холодные ночи покувыркаться.

Раздался дружный хохот. К удивлению мичмана, его даже похлопали по-дружески по спине, но один из тех моряков, что пленили Клэда, с раздражением подтолкнул парня к палубному люку.

- Спускайся вниз, в трюм, - приказал он. – Посиди там, пока командор не решит, что с тобой делать.

Клэд спустился по скрипящей лестнице в душную темноту трюма с ощущением, что попал в желудок огромного кашалота. А еще здесь чем-то невыносимо воняло; кислый запах застарелого пота вперемешку с какими-то специями едва не вывернул Фальтуса наизнанку.

- Кого там притащил, Хомяк? – раздался грубый голос из темноты.

- Королевского щенка, - ответил сопровождающий. – Шлепнулся в воду, когда его корвет на две половинки развалился.

- А хороший брандер оказался, - оживился голос. В лицо Клэда ударил свет фонаря. – Точно, щенок. Что мне с ним делать?

- Пусть под твоим присмотром посидит, - ответил Хомяк, - до прихода Плясуна. Он его допросит и решит, как быть дальше. Или на выкуп или в рабы.

- Я офицер королевского флота! – возмутился Клэд. – Не имеете права делать из меня раба!

- Заткнись, если жить хочешь, - фонарь с магическим огнем дернулся, и Фальтус увидел свирепое лицо человека, чья нижняя губа полностью отсутствовала, а на левой щеке просматривалась глубокая впадина от удара палаша или кортика. Она уже заросла кожей и бородой. Остался только белесый след, бросающийся в глаза. – Ты бы не орал на каждом углу, что ты офицер. Здесь говорунам живо брюхо вспарывают и за борт кидают вместе с требухой, чтобы морского дьявола умаслить. Хочешь попасть в их число?

- Нет, - сглотнул слюну Клэд, справедливо решив, что совет урода не лишен смысла. Его погибший корвет-капитан часто напоминал своему экипажу, насколько пираты ненавидят офицерский состав, будь он дарсийский или сиверийский. Поэтому следовало и в самом деле прикусить язык. Глядишь, и живым оставят.

- Тогда ступай вон в тот закуток, - урод кивнул вглубь трюма, где имелись небольшие каморки, огражденные деревянными решетками. – И сиди там тихо, пока капитан не соизволит с тобой поговорить. Думаю, ему будет интересно увидеть счастливчика после взрыва брандера.

Клэд вошел в клетку, и калеченный пират закрыл за ним дверь, не забыв навесить большой замок. Еще раз предупредил, чтобы пленник сидел без шума.

- Принеси воды, - попросил мичман. – У меня в глотке пересохло.

- Переживешь, - откликнулся Хомяк. – Мертвецам вода не нужна.

Оба пирата загоготали, довольные шуткой, и покинули трюм. Клэд остался сидеть на голом склизком полу, прислонившись к бортовой обшивке, за которой слышался плеск воды. Бриг покачивался на волнах, и мичман, сам того не замечая, задремал, не обращая внимания на сухость во рту и боль в ребрах. Как оно все сложится дальше, Фальтус не знал. Оставалась надежда на благоразумие пиратского командора. Если он предложил службу на своем корабле, Клэд, наверное, согласится. Жить-то хочется.

Из забытья его выдернул скрежет проворачиваемого в замке ключа. Свет фонаря резал глаза и не давал возможности разглядеть, кто стоит по другую сторону клетки. Оказалось, тот самый уродливый корсар.

- Поднимай свою задницу, - приказал человек с жуткими ранами на лице. – Велено тебя к капитану доставить. Молись своим богам, парень, чтобы они нашли нужным заинтересоваться в твоей судьбе.

Клэд пожал плечами. Сейчас его жизнь зависела не от богов, а от человека, командующего этим кораблем. Пираты, по его мнению, настоящие безбожники, и поэтому никогда не обращают внимания на высшие силы. Мичман заранее настроился на плохой исход, и не тешил себя надеждами, что может быть чем-то полезен врагам королевства.

Попав из трюма на палубу, Клэд увидел, что солнце склоняется к горизонту, окрашивая воду в красно-желтые тона. Бриг, распустив паруса, рассекал эту цветовую палитру, направляясь к норду, где темнели острова архипелага. Юноша еще раз посмотрел на развевающийся на ветру кормовой флаг с красоткой и скелетом. Наморщил лоб, напряженно вспоминая, на кого похожа эта девица?

- Чего застыл? – урод подтолкнул Клэда. – Топай на корму, не заставляй капитана ждать.

Каюта капитана ярко освещалась магическими светильниками, и Клэду удалось рассмотреть человека, в чьих руках и оказалась его жизнь. Долговязый и худощавый мужчина со смуглым оттенком кожи сидел за рабочим столом и что-то внимательно изучал в толстой потрепанной книжке. Его сутулость лишь усиливала непритязательный вид фигуры.

- Привел, командор, - сказал сопровождающий и повторил: – Вот, привел дарсийца.

- Хорошо, Эрендил, можешь идти, - кивнул капитан, и когда урод покинул каюту, с любопытством посмотрел на замершего в ожидании Клэда. – Сколько тебе лет, парень? Мне сказали, что выловили какого-то мальчишку со взорванного корвета. Ты и в самом деле с него?

- Я – мичман Фальтус, - распрямил плечи Клэд. – Мичман корвета «Бегущая лань» входящего в состав Королевского флота! Входившего…, - поправился он.

- А я – Лихой Плясун, - командор поглядел на изменившегося в лице юнца. Усмехнулся. – Знакомое имя?

- Да, наслышан, - признался Клэд, досадуя на свой страх, легко читающийся пиратом.

- Куда направлялся ваш вымпел, мичман? Мы видели не меньше трех десятков кораблей, идущих норд.

- Не могу сказать, - мотнул головой Фальтус. – Военная тайна.

- С каких пор «золотой караван» стал тайной? – пират встал и странной дерганной походкой, словно танцуя на каждом шаге, подошел к высокому шкафу, где лежали какие-то свитки, книги и архивные судовые журналы. – Меня интересует сроки возвращения каравана.

- Я этого не знаю, - твердо ответил мичман. Не в моей компетенции. Все зависит от количества груза, погоды и приказов высшего командования.

- Откуда ты, парень?

- Я потомственный дворянин из рода Фальтусов, младшей ветви клана Толессо из Скайдры, - гордо ответил мичман.

Лихой Плясун резко обернулся, не скрывая своего изумления, и танцующей походкой приблизился к Фальтусу; неожиданно схватил пальцами его подбородок и пристально взглянул в глаза. Мичман замер, ощущая стальной капкан на своем лице. Рука у пирата и в самом деле была сильной.

- Клан Толессо? – задумчиво произнес Плясун. – Не врешь?

- Дворянин не может лгать!

Командор рассмеялся и разжал свои пальцы. Клэду показалось странным, что Лихой Плясун, зарекомендовавший себя неуравновешенным, вспыльчивым человеком, сейчас очень спокоен, даже добродушен по отношению к своему врагу.

- Да, вижу спесь дворянскую, - с каким-то видимым удовольствием произнес командор. – Все ваше существование построено на лжи и обмане! Толессо! А ты, случаем, не родственник Эррандо Толессо?

- Он глава клана, - удивился Клэд. – Но откуда вам известно его имя?

- Старый ублюдок, сидящий на золотых сундуках, - ощерился Плясун. – Готов удавиться за лишнюю монету… Вот так подарок! Хочешь, Фальтус, проверить еще раз скупость старика?

- Я не понимаю…

- Предложу выкуп за тебя, - ухмыльнулся пират. – Очень большой выкуп. Но не самому Эррандо, а твоей семье. Триста тысяч риалов.

- У моих родителей нет такой суммы, - помрачнел Клэд.

- Верю, - засмеялся Плясун. – Ведь дворяне не лгут. Как думаешь, куда они, в первую очередь, побегут за помощью?

- Гадать не надо – к старому Эррандо, - пожал плечами мичман. – Но я уверен, что денег они не получат.

Лихой Плясун щелкнул пальцами, весьма довольный происходящим. И спросил, сбивая с толку мичмана.

- Хочешь служить у меня? Грамоте обучен?

- Читаю и пишу, - кивнул Клэд. – Бухгалтерия, финансы… Все, что необходимо для торговых дел.

- Просто подарок! – снова повторил странную фразу командор. – Какого черта поперся служить во флот, если мог спокойно сидеть в конторе и зарабатывать деньги для семьи?

- Традиция, - распрямил плечи мичман. – Мой дед служил на «Гордости Дарсии», флагмане Третьего королевского флота, воевал против сиверийцев. Двоюродный дядя десять лет ходил на крейсере «Адамант», после выслуги сошел на берег и был консультантом в Адмиралтействе, и даже старший брат…

- Достаточно! – резко прервал его Плясун. – Плевать мне на ваши традиции! Меня интересует, дадут ли за тебя выкуп?

- В указанных размерах – нет.

- Тогда у тебя два пути: в рабские колодки и на тяжелые работы, где ты сдохнешь через полгода, - командор оценивающе посмотрел на худощавого юношу. – Или пойти ко мне на службу.

Клэд не мог понять, почему хваленый ужасный Лихой Плясун возится с ним и даже протягивает руку помощи. Ведь быть рабом или помощником-советником, пусть и в неволе – абсолютно разные вещи. Мичман подозревал какой-то подвох. Пират хорошо знает старого Эррандо, и точно что-то замыслил против него. Хотел ли Фальтус зла клану Толессо? Это вряд ли, скорее он бы постарался проучить Главу за его неуемную жадность и скупость.

- В чем заключается служба? И в каком качестве?

- Пока под стражей, - Лихой Плясун, кажется, был в хорошем настроении. – Если будешь вести себя хорошо, глупостей не делать – разрешу гулять по острову. А пока поселишься в моем форте. Само собой, я хочу знать все о «золотом караване». Все, что в твоей компетенции…

Командор прошелся по каюте, поскрипывая новыми сапогами. Клэд замер, стараясь не смотреть на дергающегося при каждом движении Плясуна. Это казалось… как бы поточнее выразиться, несколько неприятно.

- Будешь помогать моему казначею. Работы много, он не справляется. Ну и иногда выходить в море придется, - Лихой Плясун ухмыльнулся. – Ты же счастливчик. Мой талисман на «Тире».

- Как вы сказали? – замер Клэд. – Это ваш бриг?

- Мой флагман, - командор внимательно взглянул на юношу. – Бриг носит название «Тира» в честь девушки, которая скоро станет моей женой. Кстати, это и есть та причина, по которой я тебя не приказал скормить акулам. Ведь она твоя родственница, да?

- Кузина…, - задрожал голос мичмана. – Неужели она жива?

- Ну, я же не такой зверь, каким меня видят в Дарсии, - довольный произведенным эффектом, ответил Плясун. – Да, я защитил девчонку от посягательств своего бравого экипажа, когда он взял на абордаж яхту. И лично выпустил кишки трем наглецам, потребовавшим свою долю в виде молоденькой девицы. Как видишь, Тире есть о чем меня благодарить. Скоро ты с ней встретишься.

- Невероятно, - в голове Клэда мгновенно пронеслась мысль, как он спасает кузину и вместе с ней бежит с архипелага. И тогда вредный Эррандо Толессо выдаст Тиру за него замуж, а если нет – да и дьявол с нею! – он все равно за спасение наследницы откроет мичману путь к богатствам старшего Рода! – Ходили слухи, что Тира выжила и находится на Керми, но старый хрен упорно молчал и ничего не делал, чтобы спасти внучку!

- Теперь понимаешь, зачем ты мне нужен? – улыбнулся Плясун, оскалив свои неровные и кое-где крошащиеся зубы. – Ты и в самом деле мой талисман на удачу!

Клэд поежился. Уничтожать старого скупердяя руками пиратов он вовсе не хотел. Все-таки честь морского офицера не позволяла ему вступать в сговор с теми, кого нужно было безжалостно уничтожать. Да, можно сыграть в кости с фортуной, обмануть самого себя, спасаясь от смерти в лапах корсаров. Да только старого Толессо не проведешь. Он опасность за сто шагов учует.

- Я считаюсь мертвым после взрыва корвета, - ответил Клэд. – И мое появление в Дарсии вызовет очень много вопросов.

- Не считай нас дурнее себя, - командор как бы невзначай вытащил из ножен кинжал и внимательно осмотрел его, но сам отслеживал реакцию пленника. – Впрочем, как хочешь. Прикажу своим парням устроить забаву. Как хочешь умереть: протяжкой под килем, наживкой для поимки акул или высохнуть на бизань-мачте? Твой обклеванный чайками скелет будет новым штандартом. Хм, а идея-то неплохая!

- Я согласен, - сглотнул слюну Клэд. Он был еще молод, и торчать привязанным к мачте, ожидая смерти от обезвоживания, совсем не хотел. Пусть его простит Эррандо Толессо.

- Правильный ответ, - довольно кивнул Плясун и крикнул: - Есть там кто?

В каюту вошел Эрендил. На обезображенном лице легко читалось удивление, что мичман до сих пор жив, а не лежит на полу, путаясь в собственных кишках.

- Уведи парня в трюм, где он сидел до этого. Под замок. На всякий случай, чтобы ребятки ненароком не зашибли его.

- Я не ел целый день, - робко сказал Клэд.

- И дай ему сухарей с водой, что ли, - поморщился Плясун. – Завтра будем на Рачьем, там и покормят тебя. Все, ступайте отсюда.

Когда за Эрендилом и мальчишкой-мичманом закрылась дверь, командор достал из шкафчика бутылку с аксумским ромом и налил себе полный стакан. Он был чрезвычайно доволен сегодняшним уловом. Даже боги не смогли бы выдумать такую историю: чтобы в руки Лихого Плясуна попался еще один представитель клана Толессо! Как только капитан «Тиры» выяснил, кем является мальчишка, у него сразу же созрел план уломать девчонку на согласие выйти замуж, шантажируя жизнью кузена. А потом с помощью семейки Толессо и Фальтусов устроиться где-нибудь в Дарсии, купив себе какой-нибудь титул.

Плясун не собирался всю жизнь торчать на этом ублюдочном архипелаге. Несмотря на свой вспыльчивый, а порой и жестокий характер, он был весьма предприимчивым и неглупым человеком. Пиратская республика доживала свои последние деньки в том или ином качестве. Плясун всегда был противником союза с Сиверией и Дарсией, справедливо полагая, что вольные братья рано или поздно станут неугодны. Король или император спят и видят, как архипелаг Керми станет их землей, где можно устроить военные базы, пустить сюда переселенцев, настроить городов.

Тира, попавшая в его руки несколько лет назад, была счастливым билетом в высокое общество Дарсии. Поэтому Плясун мгновенно просчитал ситуацию и взял под свою опеку испуганную девчонку после того, как абордажная команда «Шершня», как раньше называлась «Тира», вырезала весь экипаж аристократической яхты. Сколько сил тогда приложил командор, чтобы наследница богатого рода Толессо увидела в нем защитника, а не жестокого головореза. Пусть и сейчас она старается оттянуть момент, когда ей придется идти к алтарю, Плясун все равно добьется своего. Став мужем Тиры Толессо, он получит доступ к ключам от сокровищ клана. Оставалось лишь уломать старого ублюдка-скупердяя. Очень странно себя ведет старик. И логики в его поведении Плясун не мог понять.

А тут еще и кузен в его руки попался! Несомненно, это удачный день! Хорошо, что Дикий Кот уже убрался, даже не удосужившись проверить, остался ли кто живой после взрыва брандера. А он, Лихой Плясун, схватил морского дьявола за бороду!

Отсалютовав своему отражению в мутном зеркале, командор осушил стакан и вышел на палубу, чтобы отдать приказ о постановке парусов. Пора возвращаться домой. Королевский флот не стал искать виновников гибели корвета, а позорно уполз в сторону Эмитеза. Ничего, у Лихого Плясуна найдется несколько вариантов, как устроить свое будущее.

****

Удивительно, но Клэд неплохо выспался после всех мытарств последних дней. Сопровождавший его урод по имени Эрендил затолкал мичмана в клетку, тщательно запер и только потом принес ему несколько сухарей с фляжкой воды. Жадно поев, Клэд улегся прямо на полу и задремал.

Проснулся он от шума над головой. Палуба дрожала от бега десятков человек, слышались гулкие хлопки парусов, плеск забортной воды. Корабль явно шел к архипелагу. Мичман Фальтус поежился. Начиналась новая жизнь. Какой она будет в пиратском плену? Самое главное, что ему удалось понять: Лихой Плясун захочет использовать его в какой-то махинации с выкупом. И теперь нужно вести себя очень осторожно. Да, пусть на это уйдут не дни, а годы – Клэд готов вытерпеть, чтобы вернуться домой вместе с кузиной. Единственное, что его беспокоило – бедная матушка, узнав о гибели младшего сына, может слечь от горя, прежде чем узнает правду.

От нечего делать мичман, обхватив колени, продолжал сидеть и обдумывать свое положение. Какой, интересно, стала кузина? И в каком статусе находится? Рабыня, прислужница или любовница командора? Если последнее, то Клэду придется тщательно скрывать свое презрение к девчонке.Обесчещенная, она уже не могла вызывать к себе уважение. Наверное, Лихому Плясуну наплевать на его чувства, но сам Клэд никогда уже не простит Тиру Толессо. Где гордость древнего рода? Убить себя, когда обесчестили – самый наилучший выход из ситуации. Однако Тира предпочла жить в клетке, опозорив свою фамилию.

Мичман Фальтус был настолько уверен в том, что Тира, конечно же, стала любовницей страшного командора по своей воле, и не предполагал иных вариантов.

Скрежет и шум падающего якоря возвестил о конце путешествия. Вместо Эрендила мичмана выпустили двое матросов, одного из которых Клэд уже видел во время своего пленения на острове. Прихрамывая на одну ногу – другая онемела от долгого и неудобного сидения – он поднялся на палубу и прищурился от яркого солнца. Судя по его положению, был полдень. Бриг стоял в каком-то проливе между двумя живописными островами. Тот, что слева, отличался красивым песчаным пляжем, на котором одиноко разгуливал человек в просторных полотняных штанах и в коричневом камзоле на голом теле. Рядом с ним деловито рылась в песке свинья с серыми подпалинами на боках. Что удивительно, животное было со шлейкой, а поводок – в руке странного типа.

Пока спускали на воду лодку, Клэд с интересом наблюдал за этой парочкой. Свинья даже не думала вырваться, хотя со своими солидными габаритами вполне могла совершить побег; и даже иногда с удовольствием принимала почесывание между ушей.

«И я подобно этой свинье буду ходить на поводке, не пытаясь убежать», - тоскливо подумал Клэд, и очнулся от удара в спину.

- Давай в лодку, не спи! – приказали ему. – А то сбросим пинком вниз!

По штормтрапу Клэд спустился в лодку, где ему сразу же связали руки и ноги тонкими кожаными ремешками. Один из пиратов, стреноживших его, предупредил:

- Будешь дергаться – улетишь в воду. Спасать не будем. Так что прижми свой зад к банке, понял?

- Понял, - пробурчал мичман, садясь поближе к корме. Кормить рыб ему совсем не хотелось. Ну и чем он отличается от своей кузины? Мог бы сам головой вниз нырнуть и уже не всплывать. Честь офицера останется незапятнанной…

Между тем гребцы ждали, когда появится Лихой Плясун. Командор вместе с каким-то моряком в черном кафтане и с густой растительностью на лице и голове остановились возле штормтрапа и о чем-то переговаривались. Потом Плясун хлопнул по плечу собеседника, похохотал и ловко спустился вниз. Усевшись в самой середине лицом к мичману, подмигнул ему.

Лодка помчалась к берегу. Мужик на берегу радостно замахал руками, а освободившаяся от опеки свинья с визгом кинулась по отмели к густым зарослям и скрылась в них.

- Командор! Командор вернулся! – странный человек кинулся в воду и стал активно помогать матросам вытащить лодку на берег. Пираты посмеивались, беззлобно шутили, называя мужика довольно необычным именем: Слюнька.

Клэд вдруг заметил на лице Слюньки печать безбрежного идиотизма и пустоту в глазах. А еще струйку слюны, спускавшуюся с краешка губ.

«Да он больной! – пораженно подумал мичман, дожидаясь, когда его освободят от ремней на ногах. – Несчастный дурак, радующийся жизни!»

- Командор, у тебя богатый улов! – Слюнька, кривя губы в улыбке, смотрел на мичмана, вылезшего из лодки. – Ты взял себе раба?

Лихой Плясун раздраженно пихнул дурачка в плечо, и тот, неловко попятившись, хлопнулся на задницу.

- Барон! – обиженно завопил Слюнька, и вскочив, бросился в кусты, где чуть раньше спряталась свинья. – Ты где, мой дружок?

- Идиот! – командор со злости пнул подвернувшуюся под ноги сухую ветку. – Если бы не Тира, давно утопил бы. Надоел!

Шли недолго. Клэд даже не устал, а вот злобные мошки, тучей крутившиеся над головами маленького отряда, изрядно взбесили его. Ведь руки до сих были связаны, и приходилось нелепо размахивать ими, что вызывало веселый смех пиратов. Пару раз мичман запнулся об корни высоченных деревьев, которые ему были неизвестны. В Дарсии такие не росли. Они вылезали из-под земли в самых неожиданных местах, прятались под упавшими огромными листьями, и немудрено, что молодой человек не видел их.

Форт показался неожиданно. Глухой частокол из бревен опоясывал двухэтажное здание со сторожевыми площадками; по неширокой террасе прохаживалась парочка пиратов, обвешанных всевозможным оружием, начиная от кинжалов и заканчивая заткнутыми за пояс пистолетами. На самой верхушке форта уныло обвис знакомый штандарт с красоткой и скелетом. И Клэд вдруг понял, что на пиратском флаге нарисована Тира. Молодой человек не знал, какой стала его кузина; последний раз, когда они виделись, ей едва исполнилось тринадцать лет. Худая как щепка, с узкими скулами, но очень высокая девочка, ростом своим не уступавшая юношам, вступившим в пору зрелости. Клэд и его друзья частенько дразнили Тиру «тощей гусыней», доводя ее до бешенства. А мальчишкам хотелось увидеть ее слезы.

Отряд заметили. Стража оживленно замахала руками, откуда-то раздался звон корабельной рынды. Лихой Плясун со своими людьми по тропинке обогнули форт с правой стороны и вышли к воротам, которые уже были распахнуты, и их встречали. Клэд отметил, что охраны было немного, и в форте едва ли наберется десять-пятнадцать пиратов. Большая часть живших здесь людей – рабы. Они занимались всей черновой работой, не обращая внимания на прибытие командора. Бессловесные твари, что с них взять.

Командор ответил на приветствия, и только возле входа в блокгауз сказал одному из сопровождающих:

- Разрежь веревки парню.

Клэд с величайшим наслаждением размял запястья, чтобы красная полоса на коже побыстрее исчезла. А Лихой Плясун, войдя в полутемное помещение, поймал молодую девицу, пытавшуюся прошмыгнуть мимо них.

- Где Тира? – спросил он недовольным голосом.

- У себя, господин, - поклонилась девица, испуганно моргая. – Весь день сегодня у себя в комнате сидит. И вчера тут была…

- Что ты мне за вчерашний день болтаешь? – нахмурился Лихой Плясун. – Я же не спрашиваю. Ладно, ступай. Пошли, мичман, познакомлю тебя со своей будущей женой.

Они поднялись по лестнице на верхний уровень блокгауза, где света было побольше благодаря прорубленным в стенах бойницам, игравшим роль дополнительных окон. Отсюда хорошо просматривалась прилегающая к форту территория, застроенная паршивыми домишками с маленькими огородами. А чуть дальше виднелся лес, огибавший подковой форт. Что было дальше – рассмотреть не удалось. Лихой Плясун в одиночку сопровождавший Клэда, подтащил его к одной из дверей.

- Подожди, - сказал он и громко постучал. Удивительно, что не вломился внутрь на правах хозяина. – Дорогая! Это я! Ты у себя?

Дверь распахнулась, и Клэд восхищенно замер, разглядывая из-за плеча командора высокую стройную девушку в атласном платье темно-синего цвета с короткими рукавами, обшитыми по кругу атласными оборками. Распущенные волосы свободно падали на плечи и спину. На шее висело колье с искусно вырезанными висюльками из настоящего сиверийского хрусталя. Запястья рук обхватывали браслеты, а на пальцах поблескивали перстни с драгоценными камешками. Клэд мог примерно сказать, какое богатство сейчас носила на себе кузина, но все мысли отбросило куда-то в сторону, когда девушка, изогнув брови, спросила красивым грудным голосом:

- Кого ты привел, Плясун? Нового раба? У меня уже есть служанка, и я довольна ею.

- Не делай вид, что ничего не поняла, Тира, - хмыкнул командор. Вцепившись в плечо Клэда, от вытолкнул его впереди себя. – Не узнаешь этого мальчика?

Девушка продолжала стоять в проеме двери, не запуская в свою комнату мужчин. Поэтому мичман с трудом затормозил, чтобы не навалиться на Тиру, и улыбнувшись, сказал:

- Привет, кузина! А мы тебя уже погибшей считали! Какое счастье!

На прелестном личике девушки проявилось большое удивление. Тем не менее она очень пристально взглянула на Клэда. Через несколько ударов сердца, бухающего в груди мичмана, Тира неуверенно произнесла:

- Клэд Фальтус?

- Да!

- Не скажу, что рада видеть тебя, - голос девушки предательски дрогнул. – Или ты прибыл меня выкупить из плена? Неужели дед… Нет, не верю…

На ее месте Клэд тоже бы не поверил. В разодранном грязном кителе, в котором трудно признать щегольскую форму моряка Королевского флота, выкупать не приходят. А еще ему не понравилось, что кузина не бросилась ему на шею от радости встречи с родственником. Подлая зазнайка! Она всегда такой была, такой и осталась!

Лихой Плясун весело рассмеялся, наслаждаясь картиной встречи двух родственников.

- Меня взяли в плен, Тира, - поблек молодой человек. – Корвет «Бегущая лань» попал в засаду возле Каззуро. Под него подвели брандер и взорвали. Меня выбросило в воду, а потом попал в руки господина Плясуна.

- Господи, - приложила руку ко лбу девушка. – Что за несчастная семья у нас! Проходи же, не стой на пороге!

Клэд оказался в небольшой комнате, разделенной на две половины легкой тростниковой ширмой, за которой виднелся край застеленной кровати. Скромная обстановка, легкая мебель, большой резной шкаф в углу, стол, два плетеных кресла, на стене висит разнообразное смертоносное железо. Неужели Тира умеет владеть кортиком и палашом? Да и по красивому платью, которое она умело носит, не скажешь, что кузина здесь в роли рабыни мучается.

Тира, к его удивлению, все же порывисто прижалась к нему, обдав легким запахом духов, и как будто постеснявшись своих эмоций, отошла назад.

- Надеюсь, ты не станешь надевать на моего кузена рабский ошейник? – девушка с подозрением взглянула на щерящегося в улыбке Плясуна.

- Не стану с одним условием…

- С каким?

- Ты выйдешь за меня замуж как можно скорее, - наслаждаясь тем, как меняется выражение лица у Тиры, ответил командор. – А потом мы втроем отправимся в Скайдру, где живет глава клана скупердяй Толессо, и именно ты, моя красавица, подтвердишь, что обязана спасением мне. Это и к тебе относится, парень.

Наступило молчание. Тира, обхватив себя за плечи, изумленно спросила:

- Зачем тебе это надо?

- Я хочу покончить со своим пиратским прошлым, - улыбка сползла с губ Плясуна. – И стать уважаемым человеком в том городе, где захочу жить. А Эррандо Толессо поможет мне с золотом. Если ты откажешься – кузен умрет, хотя я обещал его не трогать. Но, как видишь, обстоятельства поменялись.

- Ты поганый ублюдок, - помертвела Тира. – Клэд, ты зря поверил этому животному…

- Иначе нельзя, милая, - ответил Плясун. – Ты уже достаточно водила меня за нос. Все, терпение кончилось. Через две недели свадьба. А потом начинается работа, будет некогда.

Тира на мгновение прикрыла глаза. Потом сказала:

- Месяц. Дай мне месяц, и я выполню твое условие.

Она замерла, боясь, что командор откажет, заподозрив в отсрочке какие-то планы девушки.

- Хорошо. Но это последний раз, когда я готов ждать, - Плясун распахнул дверь. – Выходи, парень. Пошли, я распоряжусь, чтобы тебе дали комнату и подобрали одежду. Завтра начнешь отрабатывать свое спасение.