Шотландская рокировка (Новые крестоносцы-4)

Глава 1

ГЛАВА 1 Совет

Весна 1513 года на западном побережье Атлантики выдалась поздняя и холодная. Казалось, зима не намерена уходить вовсе, так медленно, периодически огрызаясь штормами и снеговыми разрядами, сдавала она свои позиции. Выпавший в середине марта снег растаял только началу апреля, оставив после себя серую, холодную слякоть. Серые тучи лениво ползли по небу, отражаясь в покрытой легкой рябью поверхности многочисленных луж. С океана порывами налетал сырой, пронизывающий ветер. Он раскачивал голые, черные ветви деревьев, лихо проносился по широким городским улицам, злобным псом трепал тяжелые от влаги полотнища на флагштоках Южного форта и перед городской ратушей, ворвавшись в порт, кружил в мачтах и гудел в снастях стоящих там судов.

Несмотря на ненастную погоду, жизнь в городе шла своим чередом. Куда-то спешили по своим делам горожане, У открытых лавок и ремесленных мастерских привычно толпились заказчики и покупатели за которыми присматривал неспешно вышагивающий, зябко кутающийся в суконный, черный плащ, полицейский. Тяжелые, словно налитые свинцом волны с мерным плеском разбивались о каменное подножие одного из причалов, на котором стояли и разговаривали двое.

- А я тебе говорю, что мне надо ехать. Мне! Самому надо на месте разобраться, что там и как - очевидно продолжая давно начатый спор, горячился один из спорщиков, невысокого роста, худощавый, подвижный как ртуть, лет тридцати-тридцати трех с огненно рыжей шевелюрой – там такую комбинацию разыграть можно, пальчики оближешь.

- Тебе, что здесь заняться нечем? – с неудовольствием, явно написанным на обрамленной русой бородой, украшенной старым шрамом физиономии, отмахивался от увещеваний его собеседник, среднего роста, крепкий мужчина с повадками и манерами человека привыкшего отдавать приказы, ни капли не сомневаясь, в быстроте и точности с которой они будут исполнены – Леха ты у меня кто? Ты министр государственной безопасности. Целый министр! Там у тебя и резидент толковый и сеть агентурная, какая-никакая есть, информация опять – же исправно поступает, ты то, чего туда полезешь? Ты кем себя возомнил? Джеймсом Бондом?

- Егор! Да как ты не понимаешь – продолжал горячиться Емелин – не тот у Русина уровень, не тот. Максимум собрать информацию и передать посылочку, и то стоит проинспектировать точно ли наши ресурсы идут в нужные руки? Доверяй, но проверяй, сам знаешь. А там можно такую интригу закрутить, только держись. Это – ж можно весь ход истории с ног на голову перевернуть, такую подножку англам подставить, что они шею себе свернут. Мы и так уже четыре года присматриваемся да прицениваемся, пора, наконец, уже этот гадюшник как следует тряхануть.

- Англы то тебе чем не угодили? Сидят они сейчас на своем острове, никуда не лезут.

- То есть как это чем? Это они пока никуда не лезут! Как полезут, поздно будет боржоми пить. Да все зло в мире от них – убежденно заявил Алексей – такая пакостная нация. Империю они блин хотят, над которой солнце не заходит. Ты же историю учил! Сколько они бед другим народам принесли, империалисты хреновы. И потом, лучший способ защиты, это нападение, а будем смирно сидеть на заднице, дождемся каких-нибудь колонизаторов на свою голову. Нет, я тебе так скажу, паровозы надо давить, пока они еще чайники. Потомки нам не простят, если мы сейчас что-то не предпримем.

- Ладно, позже об этом еще поговорим – досадливо отмахнулся Ляшков и указал на появившееся из-за оконечности каменного мола, прикрывающего акваторию порта со стороны залива, судно – вон он! Пошли встречать.

Большая одномачтовая ладья, подгоняемая дружными ударами весел в руках двух десятков дюжих гребцов, быстро пересекла небольшое расстояние и описав небольшую циркуляцию подвалила к пирсу. Не успел ее левый борт коснуться причальной стенки, а береговые матросы принять чалки и перебросить сходни, как с него на берег с ловкостью невероятной для его могучей фигуры перепрыгнул здоровенный, двухметрового роста детина. Быстро оглядевшись и заметив встречающих, он натянул на украшенную начинающей редеть, темной шевелюрой голову капюшон длинного, кожаного плаща, и широкими шагами направился им навстречу.

- Здорово братва – жизнерадостно, пробасил он, обмениваясь с друзьями крепкими рукопожатиями – заждались, поди?

- Здорово Серый – ответил Ляшков, сжимая огромную, твердую и шершавую как доска ладонь - привез?

- Привез – кивнул здоровяк - только тесть все недоумевал, на кой черт опять нужны пятьсот фитильных аркебуз, но в принципе, с расспросами сильно не лез. С пониманием мужик.

- Это хорошо – кивнул Емелин, в свою очередь, обменявшись с вновь прибывшим приветствиями – значит пятьсот аркебуз и четыре пушки?

- Да, как раз уложишься в три с половиной тысячи. Выгружать будем? Куда?

- Нет – отрицательно мотнул головой Егор – пока выставь охрану, а завтра с утра подойдет транспорт, и прямо с борта на борт перекинем. Зачем огороды городить.

- Да и груз лишний раз светить не стоит – вставил свои «пять копеек» Алексей.

- Ну, нет, так нет. Сам знаешь, нам славянам, что водка, что пулемет, лишь бы с ног валило – пожал плечами Корнев, и обернувшись, зычно рявкнул – Демидов!

- Я, господин генерал! – откликнулась, одна из суетящихся на пирсе фигур, обряженных в такие же длинные, штормовые плащи.

- Значит так, сержант – распорядился Сергей - судно не разгружать до особых распоряжений. Выставить караул. Остальным отдыхать. Задача ясна?

- Так точно, ясна! – вытянувшись во фрунт, отозвался сержант, и в свою очередь, развернувшись к выгрузившимся на берег подчиненным ему солдатам, принялся «нарезать задачи».

- Ну, что славяне – убедившись, что все идет как надо, зябко потер руки Емелин – айда ко мне. Водки, конечно, не обещаю, но глинтвейн гарантирую. За встречу. В такую погоду, самое то будет. Заодно и о деле поговорим.

***

Ненастный, ветреный день за окном, заканчивался серыми, промозглыми сумерками, а рабочий кабинет министра госбезопасности Новоросского княжества был освещен десятком толстых восковых свечей и согрет веселыми языками пламени, пляшущими в большом, сложенном из дикого камня камине.

- Итак – Емелин подбросил в огонь пару небольших поленьев и обернулся к сидящим за столом друзьям – я предлагаю следующее …

- Погоди предлагать – отставив в сторону опустошенную парой могучих глотков кружку, прервал его Корнев – ты обрисуй мне ситуацию в целом.

- Ну, в целом, так в целом – кивнул Алексей и отойдя к окну присел на подоконник сложив руки на груди – помнишь семь лет назад Костяна отправили в Россию налаживать торговые и дипломатические отношения?

- Такое забудешь – хмыкнул Сергей - до сих пор себе не прощу, что с ним не поехал. Это ж надо, Казань на пятьдесят лет раньше взял! И без моего участия! Нет. Ну и где справедливость, я вас спрашиваю?

- Тебя только там еще не хватало – отхлебнув глоток из своей кружки, буркнул Ляшков – представляю, что бы вы там вдвоем начудили. Крым бы присоединили? Или щиты турецкому султану на дверь приколотили?

- Ага, на входе в гарем. А тебе чего, дверей турецких жалко? Или гвоздей? – расхохотался Корнев – а кстати, насчет Крыма, неплохо было бы…

- Сераль - поправил Алексей.

- Чего «сераль»? - не понял здоровяк.

- Султанский гарем называется - «сераль».

- Да мне без разницы, где этот извращенец естественные надобности оправляет - отмахнулся Сергей - ты дальше рассказывай.

- Так вот – скупо улыбнувшись грубоватой шутке приятеля, продолжил Емелин – попутно наш везунчик умудрился влезть во внутренние разборки англичан, чем невольно способствовал фактически началу вялотекущей такой по сути гражданской войны между Генрихом Тюдором и северными графствами. Нам этот их междусобойчик оказался как нельзя кстати, и вот с тех пор мы негласно помогаем мятежникам, подкидываем им всякие полезные вещички.

- Ага, вроде тех, что я у тестя периодически заказываю – понятливо кивнул Сергей – ну а нам то от всего этого какая выгода?

- Ну, во-первых, гуманитарную помощь мы оказываем не бесплатно, а за очень даже звонкую монету, причем, что характерно, французской чеканки. А во-вторых, благодаря прошлогодней посылочке северным графствам удалось не только продержаться, но и добротно так намылить холку королевским наемникам – усмехнулся министр госбезопасности – и вообще, если бы, не наша помощь и не шотландцы, их бы еще в позапрошлом году смяли.

- Ну и, как долго еще продлиться эта тягомотина? Получается третий год уже пошел как мы «сворачиваем кровь» Егорову «венценосному брату», и никакого положительного результата? Может мне взять пару сотен ребят покрепче, а еще лучше полк полного состава со всеми приданными подразделениями и смотаться туда самому? Поучаствовать, так сказать, в событиях. Мы там таких дел наворотим. быстро этого Тюдора с трона подвинем – после недолгих раздумий заявил Корнев.

- Ты настолько в себе уверен? – нахмурился Егор.

- Там ведь не шутки шутят, заруба серьезная идет – поддержал друга Алексей – поймают, повесят без разговоров, как обыкновенного наемника.

- Ну, так уж и повесят – криво усмехнулся Сергей.

- Повесят, повесят, не сомневайся – «успокоил» Емелин – боюсь, что, на почетное отрубание головы или четвертование можешь не рассчитывать. Не, ну могут, конечно, за особые заслуги, и на кол посадить или живьем зажарить, для разнообразия. В любом случае, тебе оно надо?

Корнев почесал, густую, лопатообразную бороду и на некоторое время задумался. Живое воображение услужливо нарисовало перед глазами, прямо скажем, не аппетитные картины средневековых «развлечений».

- Не, ну это если пойма-ают – как-то не очень уверенно протянул он – к тому же, по уровню подготовки и вооружения мои парни, тамошний сброд, гордо именуемый армией, лет на двести, а то и все триста опережают.

- Пока не вижу острой необходимости рисковать ни тебе, ни твоим парням – покачал головой Ляшков – по большому счету это не наша война. Они там каждый за свои интересы режутся, а для нас, чем дольше у них будут длиться разборки, тем лучше. Дольше продержится наша база в Шотландии, да и англичанам не до великих открытий будет. Так, что пусть развлекаются.

Он поднялся с кресла, подошел к окну, затем развернулся и принялся мерить широкими шагами кабинет, не обращая внимания на притихших друзей.

Предложенная несколько лет назад руководителем Новоросской ГБ идея вмешаться в бурные «разборки» между английским королем Генрихом Тюдором, вошедшим в историю под порядковым номером восемь, и его вечно всем недовольными подданными, показалась Егору совсем не такой уж глупой. К этому времени не прошло и десяти лет, как утихли последние сражения бушевавшей в Англии гражданской войны Алой и Белой роз, и последовавших за ней дворянских мятежей. Воцарившийся на троне отец нынешнего английского монарха Генрих VII постепенно начал наводить порядок в истерзанной стране, но вскоре скончался. Смерть короля, вновь породила смятение и сумбур в неокрепших умах его подданных. По всей стране начались волнения среди представителей крупных и влиятельных дворянских родов, пожелавших вновь обрести, утраченные было вольности. И если мятежи в центральных и южных графствах при поддержке жителей крупных торговых городов более всего заинтересованных в крепкой государственной власти, удалось довольно быстро подавить, то в Уэльсе, и особенно в северной части страны сделать это оказалось не так-то просто. Все дело в том, что власть в северных графствах принадлежала древним и весьма могущественным кланам богатых землевладельцев, опиравшихся на ополчение из решительно настроенных, закаленных в постоянных приграничных стычках с шотландцами, йоменов. И те и другие привыкли жить по своим законам и вовсе не желали безоговорочно принять волю сидящего где-то там, в далеком Лондоне молодого короля Генриха VIII. Одними из главных заправил здесь оказались представители рода Невиллей, потомки и родственники казненного еще в далеком 1471 году самого именитого и грозного из противников правящих ныне Тюдоров - Ричарда Невилля, 16 - го графа Уорика, знаменитого «Делателя королей». С переменными успехами сражения продолжались несколько лет, и со временем военная удача, казалось, окончательно стала покидать мятежников. В 1513-м году, в нашей реальности бунт был подавлен, а его зачинщиков ожидала жестокая расправа.

- Ну и какое отношение имеет весь этот краткий экскурс в историю Англии к нашему повествованию? – спросит нетерпеливый читатель.

- А все очень просто – ответим мы. Незадолго до описываемых выше событий уже и без того изрядно «пошедшее в разнос» благодаря вмешательству наших современников, колесо истории наскочило на очередное препятствие и называлось оно – Константин Щебенкин. В 1505 году, прокладывавший новый торговый маршрут в Россию, Костя, скрываясь от назойливого внимания ганзейских шпионов, оказался на Британских островах, и случайно познакомился на дороге из Портсмута в Лондон с неким эсквайром, представившимся как Гарольд Гариссон. Целая цепь развернувшихся вслед за этим знакомством событий привела к тому, что Щебенкин волей-неволей оказался замешанным в междоусобной борьбе между прямым потомком (хотя и незаконнорожденным) Эдварда Невилля Йоркского, 17-го графа Уорика и уже упомянутым нами выше, «действующим» английским королем Генрихом VIII Тюдором, причем, не на стороне последнего.

Два года спустя, после триумфального Костиного возвращения в Форт Росс, полная информация об этих событиях оказалась в распоряжении хитромудрого руководителя Новоросской госбезопасностью Лехи Емелина. В его рыжую голову и пришла «удачная», как ему тогда показалось мысль использовать английский «междусобойчик» для своих, довольно далеко идущих, стратегических планов по сдерживанию уже начинающей набирать обороты британской экспансии.

Еще два года ушло на обдумывание и планирование дальнейших действий, а также налаживание нужных связей. К операции был подключен управляющий Эдинбургским филиалом Новоросско - Московской компании Михась Русин, который по совместительству являясь еще и офицером новоросского МГБ и резидентом внешней разведки, обязан был ежегодно отправлять своему шефу подробнейшие отчеты о положении дел в Англии и Шотландии. И вот спустя четыре года после описанных нами в предыдущем повествовании событий, через шотландскую границу к сражающимся с королевскими войсками северянам потек тоненький поток оружия, к тому же щедро оплачиваемый французскими покровителями мятежа, кровно заинтересованными в ослаблении своего извечного врага. Эта, казалось бы, незначительная поддержка, тем не менее, не позволила Генриху сломить сопротивление северных графств. И пусть скромное вмешательство новороссов вовсе не стало пресловутой «соломинкой переломившей спину верблюду», однако с небольшим камешком, попавшим между копытом и подковой скачущей лошади, сравнить его было бы весьма уместно.

- Ну, и чего ты там хотел предложить? – расхаживающий из угла, в угол Егор, наконец, остановился и повернулся к своему министру госбезопасности.

- Надо туда ехать – решительно заявил Емелин.

- Эй, эй, подождите – возмутился Сергей – это, что же значит, мне там делать нечего, а ты поедешь? Что за дела?

- Погоди, не кипи – примирительно поднял руки Емелин - не воевать туда еду и в драки влезать не собираюсь. Там надо потоньше и потехничнее.

- А я значит не смогу потоньше? Да за кого вы меня держите?

- За человека, который привык сталкиваться с противником в открытой и честной драке и не подготовленного для разработки и проведения секретных операций – отрезал Алексей – ну вы сами посудите, в конце лета, начале осени должна начаться война. При Флоддене, местечко такое в северной Англии, произойдет битва, в которой наших друзей - горцев разделают под орех, да так, что погибнет и сам шотландский король Яков Стюарт. Мало того, что этот коронованный идиот даст себя убить, так он еще и старшего сына - наследника под английские пики подставит. Трон перейдет к младшенькому Яше, двух лет отроду, а править будет мать его королева, между прочим, в девичестве Тюдор. Братцу своему Генриху всю Шотландию на блюдечке с голубой каемочкой поднесет. В любом случае, если она пронюхает о наших невинных шалостях в северных графствах, можете не сомневаться, об этом тут же узнает Тюдор, и тогда «все пропало шеф». С Эдинбургской базой мы можем смело распрощаться, и дай Бог, если это станет нашей единственной неприятностью.

- Надо с этой дамочкой что-то решать – хлопнул по столу ладонью Корнев – иначе она нам всю «малину» опошлит.

- Предлагаешь ее ликвидировать? – вопросительно поднял бровь Емелин - ну, зачем же так круто то. Все ж таки женщина, хотя и стерва преизрядная. Да и малолетнего Яшу сиротой оставлять не хорошо, как-то не по-человечески. А вот устроить заговор, отстранить от власти, это можно попробовать. Думаю не все главы кланов довольны, что ими женщина правит, да еще с такими проанглийскими взглядами на жизнь. Только это, в крайнем случае, самый оптимальный вариант вообще смерть Якова предотвратить, пока правда не знаю как, но думаю, на месте видней будет. Понятно теперь почему я должен ехать?

- Вот и я говорю – вновь завел свою пластинку Корнев – взял бы полк с артиллерией, наваляли бы бриттам под этим самым, как его?

- Флодден.

- Ага, вот по ним. Заодно бы и бойцов обкатали, проверили бы, что они стоят против европейских вояк. Не все же дикарей по лесам гонять.

- Серега ты у нас кто? Напомни ка мне – возмутился Ляшков.

- Министр обороны.

- Ах, министр! Твоя обязанность, какая? Укреплять обороноспособность. Так вот и крепи ее. Еще один искатель приключений? А работать здесь я один буду?

- Ладно, ладно не ругайся – примиряющим жестом поднял руки Сергей – понял я, понял.

- Вот и хорошо, что понял – уже спокойно кивнул Егор, задумчиво побарабанил пальцам по столу и, приняв, наконец, решение повернулся к Емелину – а ты определись, кого с собой возьмешь, и что тебе еще нужно будет. Накидай примерный план своих действий, я понимаю, что все не предусмотришь, но хотя бы приблизительно и мы вместе посидим, помозгуем. До отправки каравана время еще есть на подготовку.

Глава 2

ГЛАВА 2 Атлантика

- Бам-м-м – над парапетом сложенного из дикого, серого камня бастиона вспухло облачко порохового дыма. Крепость Сторлусонвика встречала орудийным салютом входящий в бухту караван из десятка судов идущих под компанейскими флагами. Сопровождающий конвой двухмачтовый бриг «Новик», за кормой которого полоскалось под порывами свежего ветра бело - голубое полотнище Андреевского флага, вздрогнул всем корпусом от одновременного ответного залпа сразу шести орудий правого борта, так, что стоящий на шканцах Емелин вынужден был вцепиться в планшир фальшборта и затряс головой, чтобы избавиться от возникшего в ушах звона. Следом, загремели пушки, на кочах и галеоне. Корабли и суда Новоросско - Московской компании приветствовали гостеприимный исландский порт, выросший на месте бывшей усадьбы Лейфа Сторлусона. Всего за каких-то семь лет тесного сотрудничества с компанией жизнь небогатого владельца годорна серьезно поменялась. Теперь под его властью находилось пусть не очень большое, но достаточно процветающее поселение, жители которого не только обеспечивали проходящие конвои свежей водой и продуктами, но и довольно успешно торговали с княжеством скотом, овечьей шерстью и соленой рыбой. Слухи о внезапно разбогатевшем Сторлусоне медленно, но верно поползли сначала по округе, а потом и по всему острову. Со всех сторон к нему стали стекаться и разорившиеся бонды и младшие сыновья глав обедневших кланов. Население росло, и усадьба превратилась сначала в большой поселок, а потом и в маленький портовый город. Дабы избежать назойливого внимания разного рода охотников за чужим добром Лейф воздвиг небольшую крепость и набрал дружину из полусотни крепких молодцов, вооружив их пушками и мушкетами, закупленными у новоросских союзников. Теперь он мог не опасаться нападений как английских, голландских и датских пиратов, так и своих не в меру завистливых соплеменников.

Алексей с любопытством разглядывал открывающуюся перед ним панораму. С тех пор как тринадцать лет назад они с друзьями и небольшой группой, решившихся последовать за ними людей, отправились в Новый Свет, он впервые возвращается к Европейским берегам и Исландия это лишь первый пункт в этом долгом и опасном путешествии.

Караван, между тем, втянулся в бухту, и вскоре легкая гичка, отвалив от борта брига, в считанные минуты доставила Емелина на берег. Там его, вместе с прибывающими с других судов купцами и капитанами, уже дожидался сам хозяин здешних земель, рослый рыжебородый детина лет сорока, словно пышущий отменным здоровьем и пребывающий в не менее прекрасном расположении духа.

- Здравствуйте, здравствуйте господа. Добро пожаловать! – дружелюбно пророкотал он, выступая навстречу гостям и увидев среди уже знакомых купеческих физиономий новое лицо, обратился к Алексею – кого же я имею честь видеть в своем скромном жилище?

- Граф Алекс фон Штирлиц, к вашим услугам уважаемый господин Сторлусон. Рад приветствовать вас, доброго друга и союзника моего государя, его величества, Георга I, повелителя Великого княжества Новоросского – внимательно выслушав переводчика, скромно отрекомендовался и витиевато приветствовал исландца наш герой, одновременно давая понять далеко не глупому собеседнику, что находится здесь с вполне официальной миссией.

- О! Кто же из людей ведущих дела с вашим княжеством, не слышал столь славного и грозного имени его главного охранителя – восхитился рыжебородый великан – рад приветствовать вас граф и прошу быть моим самым дорогим и почетным гостем.

В просторном обеденном зале нового дома владельца Сторлусонвика, путешественников ожидал, довольно обильный, хотя и не отличавшийся особой изысканностью блюд и напитков, ужин, после которого уставшие торговцы и мореходы были отправлены отдыхать. Наш герой такой роскоши позволить себе не мог, вместо этого он поспешил уединиться с переводчиком и гостеприимным хозяином в его кабинете, дабы, обсудить дело, ради которого и приехал.

- Итак, господин Сторлусон, наконец, мы можем поговорить без всех этих славословий и пустых любезностей, как серьезные люди - начал он, усевшись в предложенное хозяином громоздкое и не очень удобное кресло – как вы, наверное, уже поняли я прибыл сюда по весьма важному делу и представляю интересы не только, и не столько свои, сколько своего сюзерена.

- Дорогой граф, я прекрасно понимаю, насколько обязан своим теперешним положением дружбе и союзу с его величеством Георгом – отпив из большого стеклянного кубка солидный глоток темного до черноты, густого пива, Сторлуссон уставился на собеседника пристальным взглядом водянисто - голубых глаз из под густых, рыжих бровей – поэтому говорите прямо, чем я могу быть полезен?

- О, это сущие пустяки. Дело, которое ровным счетом ничего не будет вам стоить, а напротив, принесет большую пользу и выгоду.

- Я весь внимание.

- Видите, ли – Емелин обвел отсутствующим взглядом небогатый интерьер заставленного громоздкой, «домодельной» мебелью кабинета – не секрет, что ваш славный остров является одним из важнейших пунктов на маршруте судов Новоросско - Московской компании, в успешной деятельности которой столь заинтересована наша казна.

- Деятельность этой почтенной компании благодатно сказывается и на моем кошельке – ухмыльнулся в бороду исландец – и не только. Скажу без лишней похвальбы, граф с некоторых пор мое слово имеет немалый вес и в Рейкьявике.

- Так вот, для более надежной защиты наших с вами обоюдных интересов, а так - же для придания еще большего веса вашим словам в Рейкьявике, я предлагаю разместить здесь, в вашем городе небольшую, э-э-э, назовем это так, «контору». Десяток моих сотрудников будет заниматься сбором и анализом интересующей нас информации, а также решать, в случае необходимости, проблемы, скажем так, деликатного характера. Содержаться они будут исключительно за наш счет, и деятельность их никоим образом не будет направлена против ваших интересов.

- Хм, однако – нахмурился Сторлусон – вы мягко стелите граф. Вот только боюсь, спать мне будет несколько жестковато. Где гарантии, что в один прекрасный момент ваши парни не воткнут кинжал в мою собственную спину? Если вдруг сочтут меня «проблемой деликатного характера»?

- Понимаю ваши сомнения – кивнул Алексей – но давайте говорить начистоту. Вы Лейф один из наших надежнейших, смею надеяться, союзников. Княжество нуждается в хороших отношениях с вами, не менее, чем вы в дружбе с нами. И вы прекрасно понимаете это, не так ли?

- Черт возьми, понимаю - буркнул исландец – но откровенность, за откровенность. Любой из владельцев прибрежных годорнов будет рад заключить с вами договор, и вы всегда, в случае необходимости, сможете найти себе более покладистого союзника, в то время как у меня такого выбора нет…

- И зачем нам это? Уверяю вас, моего государя взаимоотношения с вами вполне устраивают. Еще раз повторюсь, действия группы, никоим образом, не будут направлены ни против вас лично, ни против ваших интересов. Скорее напротив – Емелин неторопливо отпил из своего кубка, покрутил посудину в руке, словно впервые в жизни видел изделие собственной мануфактуры, тонко улыбнулся – ведь вы, без преувеличения, один из самых влиятельных, могущественных и богатейших людей на острове. И я ни за что не поверю, что ваше честолюбие не позволяет строить более далеко идущих политических планов. И вот здесь, то мои люди могут оказаться воистину незаменимыми. Кроме того они окажут помощь и в формировании и обучении вашей собственной службы безопасности.

- Да вы искуситель, граф – рассмеялся исландец – приятно иметь дело со столь умным и проницательным собеседником. Ну, что же, пожалуй, я соглашусь на ваше приглашение, но с одним условием: ваши парни будут ставить меня в известность о своих делах. Хотя бы в части касающейся непосредственно меня.

- Вполне справедливо – согласился Алексей – они получат соответствующие указания. Ваше здоровье господин Сторлуссон.

- Ваше здоровье, господин фон Штирлиц – поднял свой кубок потомок скандинавов – кстати, я недавно, по случаю обзавелся неплохим суденышком…

- По случаю? – улыбнулся Емелин.

- Да – расхохотался бородач – чертов голландец, его капитан, был слишком дерзок и непочтителен. Он еще не понял, что времена, когда подобные ему разбойники могли безнаказанно хозяйничать на нашем побережье уже прошли. Теперь уже не поймет. Надеюсь, в аду для него подготовят сковороду погорячее, ха-ха.

- Что же, пиратов в этих водах давно следовало призвать к порядку. Поздравляю вас с обретением собственного флота.

- Ну, флот это слишком громко сказано. Так вот, вскоре я намерен сам посетить ваше княжество и лично засвидетельствовать мое почтение своему союзнику, его величеству Георгу, а заодно и хорошенько расторговаться. Большой запас овечьей шерсти уже лежит на складах, а спрос и цены на нее, насколько мне известно, у вас стабильно высоки. Кроме того я готов заказать на ваших верфях еще один корабль, вот тогда уже можно будет подумать и о флоте. Кстати, как поживает мой добрый друг и благодетель, адмирал Мак Клауд? Давненько мы с ним не виделись.

- Боюсь, вам не удастся увидеться с ним в ближайшее время. Адмирал назначен управлять южной губернией княжества, постоянно пребывает в Новороссийске и в столице появиться не скоро. Но если нужно, вы вполне можете надиктовать моему толмачу письменное послание, по прибытию в Форт Росс, направить его почтовой службой адресату, и будьте уверены, уже через месяц после отправки наш общий друг получит ваши приветствия.

- Благодарю вас, я подумаю над этим – кивнул исландец – ну, что же граф время позднее и вы наверняка устали с дороги…

***

Отдохнув три дня в Сторлусонвике, компанейский караван вновь вышел в море, взяв курс на северное побережье Шотландии. Попутные ветра и ясная солнечная погода поначалу вполне благоприятствовали планам мореходов. Однако чем короче становилось расстояние между нашими путешественниками и Скапа Флоу, тем мрачнее становилась Атлантика. Синева небосклона затянулась серой хмарью, океан сделался вдруг мрачно – свинцовым. Сменивший попутный норд-ост, юго-западный ветер, принес с собой мелкую, нудную морось. Ход и без того не отличавшегося высокой скоростью передвижения конвоя, резко упал. Скрипящие такелажем суденышки с трудом вскарабкивались на гребень встречной волны, для того, чтобы поднимая фонтаны брызг, заливающих темные, мокрые палубы, нырнуть вниз.

Каждый такой «нырок» вызывал у Емелина, новый, острейший приступ «морской болезни». Работа над агентурными донесениями из Эдинбурга, за которой коротал время наш герой в спокойный период плавания, была давно заброшена, теперь он мог только страдать, лежа на застеленном тюфяком рундуке в пассажирской каюте «Новика», проклиная и ругая последними словами и шторм, и море, и себя самого за кажущуюся теперь дикой и бессмысленной идею самому пуститься в это проклятое путешествие.

Впрочем, шторм тоже не мог длиться вечно и постепенно пошел на убыль, погода стала налаживаться, суля отдохновение измученному организму нашего героя.

Свист боцманских дудок, резкие окрики команд и топот множества матросских ног над головой отвлекли страдающего путешественника от его «увлекательного» занятия. Он поднялся, накинул на плечи камзол и выбрался на палубу

- Вы неважно выглядите, ваша милость – отложив в сторону жестяную воронку рупора, капитан, высокий, крепкий лив обернулся к своему высокопоставленному пассажиру.

- А - махнув рукой, страдальчески скривился Алексей – что у вас за суета?

- Сигнальщик с «Благодати» передает: видит по правому борту два паруса, идут встречным курсом. Думаю, пойти, встретить гостей.

На корме шедшего замыкающим в конвое коча «Благодать Господня» холмогорский купец Кузьма Житников из-под руки смотрел на приближающиеся с правого борта чужие паруса. Это был его первый поход с компанейским караваном и несмотря на массу невзгод и опасностей, оказался он весьма прибыльным мероприятием. Трюмы суденышка полны дорогими заморскими товарами, в увесистом кошеле ласкают душу приятной тяжестью и позвякиванием серебряные и даже золотые монеты.

Тем временем, идущие полным ветром неизвестные суда приближались и чем ближе они подходили, тем яснее становились их намерения.

- По нашу душу - словно прочел тревожные думы хозяина стоящий у румпеля кормщик – по всему видать тати морские. Не иначе как от конвоя мыслят нас отжать.

- Спаси господь и помилуй – осенил себя крестом Кузьма, отчетливо понимавший, что вооруженный всего лишь двумя небольшими пушчонками коч вряд ли справиться хотя бы с одним из маячащих по правому борту незнакомцев.

Очевидно, высшие силы вняли молитвам купца, потому, что державшийся до сих пор по левому борту «Новик» резко сменил галс и режа курс неторопливо плетущейся «Благодати» двинул навстречу вероятному противнику.

- Эх, подсобить бы ему – вздохнул кормщик – один ведь супротив двоих идет.

- Подсобили бы, да подсоблялка больно коротка. Наше дело сейчас: под ногами им не мешаться – качнул головой Житников, невольно любуясь, идущим под всеми парусами, военным кораблем. Толкнул локтем в бок кормщика – лепота-то, какая! Вот ведь Фома, аспид, аспидом, а такую красоту ладит. Ну ничего Матвей, дай то срок, подкоплю гривенок, упаду в ноги князю Егорию пусть слово замолвит, чтобы у того богохульника зловредного себе такой же корабь сладить. А тебя на него шкипером возьму. Пойдешь на такой красавец шкипером - то? Управишься? А?

- Бог даст, управлюсь – буркнул Матвей, как-то не очень веря в столь радужные перспективы и окликнул сигнальщика, молодого паренька в свое время, в числе других таких же пришедших на компанейских судах, изучившего на специальных курсах в Форте-Росс, флажный семафор – Олекса, щучий сын, чего он там машет?

- «Новик» передает: «следовать прежним курсом, нагонять конвой» – шустро откликнулся матрос.

- А ты говоришь… . Делай, что велено - снова толкнул в бок товарища Кузьма и принялся наблюдать за разворачивающейся по правому борту драмой.

Глава 3

ГЛАВА 3 Атлантика (продолжение)

Бриг «Новик» был первым военным кораблем, построенным в Новоросском княжестве с участием пришельцев из будущего. Щебенкин, внук морского офицера, несмотря на то, что в свое время серьезно увлекался историей флота, не имея никакого специального образования, всех тонкостей и особенностей парусного судостроения не знал, да и не мог знать в принципе. А поскольку талантом художника - живописца он тоже не обладал, первые изображения нового корабля, предоставленные им Сухареву, были весьма схематичны и могли дать судостроителю лишь общие представления о готовом изделии. Работы по его строительству начавшиеся в 1506 году велись методом проб и ошибок в течение почти шести лет, стоили княжеской казне довольно приличных расходов и наконец, завершились спуском на воду невиданного до сих пор в мире сооружения. Это был тридцати шести метровый парусник водоизмещением около трехсот пятидесяти тонн с приземистой транцевой кормой, составными фок и грот мачтами, несущими кроме прямого парусного вооружения, косой грота - гаф - трисель и кливера. Все это в сочетании с новой, более узкой к форштевню формой корпуса, и штурвальному управлению делало его одним из лучших ходоков на всей Атлантике. Способный дать при попутном ветре не меньше десяти – двенадцати узлов, корабль имел на вооружении пятнадцать шестифунтовых бронзовых пушек и кроме экипажа из шестидесяти человек мог нести на себе еще десятка три солдат абордажной команды, что делало его весьма серьезным оппонентом для любого, даже гораздо большего по размерам корабля той эпохи.

Впрочем, сейчас «Новику» противостояло сразу двое противников, национальную принадлежность которых, стоявший на шкафуте Алексей пытался определить, силясь разглядеть полощущиеся под порывами ветра флаги.

- Итак, что тут у нас? – бормотал он себе под нос, наводя свою подзорную трубу на верхушку грот мачты небольшой каракки – ага, щит, желтый с красным, какие-то собаки перечеркнутые. Или все-таки львы? Кто бы это мог быть?

Впрочем ответа ни на один из заданных самому себе вопросов наш герой так и не получил, а потому прекратив это бесперспективное занятие перевел прибор на другие цели. Класс другого неприятельского судна (а в том, что они именно неприятельские, сомнений ни у кого не возникало, поскольку палубы обоих незнакомцев были битком набиты вооруженными людьми) Емелин и вовсе затруднился определить. Это была одномачтовая, крутобокая посудина с довольно высоко задранными округлыми носом и кормой, чем то похожая на ганзейские когги, и судя по шедшим вдоль бортов балконам, способная передвигаться не только под парусом, но и на веслах.

Между тем расстояние между бригом и незнакомцами пусть медленно, но неуклонно продолжало сокращаться. На батарейной палубе загрохотали лафетами выкатываемые на позицию орудия, потянуло дымком от тлеющих фитилей, заняли свои места вооруженные «титовками» матросы.

- Господин полковник - выслушав доклад главного корабельного канонира, капитан обернулся к Алексею - расстояние до первой цели около трех с половиной кабельтовых, наши ядра вполне могут их достать. Разрешите начинать?

Емелин колебался, медля принять решение. С одной стороны, начинать первым ему не хотелось, но бомбарды и кулеврины с каракки вряд ли будут эффективны на дистанции больше чем полтораста - двести метров. Кроме того, у противника вполне хватает бойцов для того, чтобы постараться сразу же после первого залпа пойти на абордаж, чего не скажешь о «Новике» на который вместо положенного взвода морских пехотинцев взяли два десятка безопасников. Причем, половина из них теперь работала в Исландии, а из оставшихся: только четверо – бойцы группы силовой поддержки, остальные – оперативники и аналитики, взятые с собой для усиления шотландской резидентуры. Конечно, в ближнем бою эти ребята тоже что-то стоят, но они слишком ценные кадры, для того, чтобы рисковать их головами в заурядной драке с пиратами. Преимущество новороссов заключалось в более многочисленной и дальнобойной артиллерии, и было глупо его не использовать. Последний довод, приведенный самому себе, окончательно разрешил все сомнения, и Алексей, предоставив капитану самому управлять в бою вверенным ему кораблем, направился в свою каюту.

Пока наш герой, все еще страдая от приступов морской болезни, не сильно торопясь, готовился к бою, заряжая свои пистолеты и надевая перевязь с катцбальгером, с которым не расставался со времен ливонской эпопеи, события продолжали развиваться своим чередом.

Немного вразнобой взревели орудия правого борта. Была тому виной достаточно ощутимая качка, или недостаток боевого опыта и умения, а может, быть оба этих обстоятельства повлияли на меткость канониров «Новика», осталось неизвестным. Но все шесть ядер выпущенных с расстояния более чем в пятьсот метров, лишь обозначили свое падение безобидными всплесками в разной степени удаления от противника. Следующие полчаса корабли маневрировали, время от времени окутываясь густыми облаками порохового дыма неторопливо сближаясь на «пистолетный выстрел». И если бриг по счастливому стечению обстоятельств пока избежал попаданий каменных шаров выпущенных из допотопных «громыхалок» пирата, его противнику повезло гораздо меньше. В результате первого попадания в борту образовалась небольшая, но довольно неприятно расположенная пробоина, в которую периодически захлестывала вода. Второе ядро снесло приличный кусок балюстрады украшающей корму судна и лишь по счастливой случайности никого не задело, и только третий снаряд, проломив фальшборт каракки, врезался в толпу на ее палубе, обозначив свой путь кровавыми брызгами и ошметками. «Старуха с косой» начала свою кровавую жатву.

К тому времени как Алексей, завершив, наконец, свои воинственные приготовления поднялся на шканцы, канонирам «Новика» удалось добиться еще нескольких не фатальных, но болезненных для неприятеля попаданий, а потом в дело вступили «титовки». Находившиеся на юте пиратского флагмана люди были буквально выкошены точным огнем дальнобойных нарезных ружей, лишившись управления, он начал ворочать против ветра, теряя скорость.

- Канониры, зарядить книппелями, бей ему по парусам! Стреножим его мерзавца! – перекрикивая треск ружейной пальбы и шум ветра, рявкнул в жестянку рупора капитан и обернулся к Емелину – зря вы сударь без брони - то.

- А! Бог не выдаст… - отмахнулся Алексей, разглядывая через подзорную трубу зияющий проломами, словно яблоко червоточинами, борт вражеского корабля – добавьте ему разок от всей души капитан и он наш!

Словно в ответ его слова, загрохотали орудия и скованные цепями ядра книппелей с визгом врубились в такелаж каракки, круша рангоут, обрывая снасти и паруса. После второго залпа со страшным треском, рухнула грот мачта. Обездвиженное судно беспомощно закачалось на волнах, а бриг, добавив картечью по суетящимся на его палубе, пытающимся срубить и сбросить в море обломки такелажа пиратам, развернулся к новому противнику, ложась поперек его курса.

Значительно отставшее гребное судно нападавших, торопясь принять участие в сражении, задействовало свои весельные «движители», но помочь своему флагману уже не успевало. Теперь ему предстояло драться один на один с весьма опасным противником. И результат схватки был предрешен заранее.

«Новик» окутался облаком порохового дыма, содрогнулся от орудийного залпа и черные, чугунные шары понеслись к вражескому кораблю, круша балкон, ломая весла, дырявя борт. С него в ответ рявкнула бомбарда, и каменное ядро с треском проломило фальшборт брига, разметав в разные стороны прислугу одной из шестифунтовок. На палубе возникла небольшая заминка, но вот оттащены в сторону убитые, унесены к судовому врачу раненые, парой ведер забортной воды смыта кровь и орудия вновь заряжены и готовы к бою. Только теперь перед глазами канониров не высокий нос противника, а приземистый борт и палуба, на которой толпятся вооруженные длинными луками стрелки. Стрелы барабанят по бортам брига, впиваются в его мачты и тела матросов, но одновременно с этим рой картечи буквально выкашивает лучников, а тех, что умудрились уцелеть, добивают ружейным огнем.

Алексей подхватил выпавшую из рук сраженного стрелой моряка «титовку», снял с него подсумок с зарядами, и быстро зарядив оружие, поспешил присоединиться к всеобщему «веселью». В качестве своей первой цели он выбрал толстяка в кольчуге и бацинете воинственно приплясывающего, размахивающего топором и что-то гневно выкрикивающего на шанцах вражеского корабля.

Ружье ощутимо толкает в плечо и толстяк, выронив оружие валиться лицом вперед, перевешивается через борт и словно какая-то неуклюжая кукла летит вниз. Всплеск, и увешанное железом доспехов тело исчезает в волнах, камнем уходя на дно.

- Вот потому я и без брони – буркнул Емелин – доставая из сумки новый заряд.

Впрочем, его слова так и остались никем не услышанными, утонув в грохоте пушечной и ружейной пальбы. Еще пара залпов по практически уже не сопротивляющемуся пирату и он медленно стал погружаться в океан, набирая забортную воду через множество пробоин.

Оставив разбитого, обездвиженного, тонущего противника на волю морских богов «Новик» поспешил вернуться к каракке, экипаж которой, наконец, избавился от загромождавших палубу обломков, и теперь, поставив запасной парус на единственной уцелевшей мачте, пытался скрыться. Тщетно. Вряд ли у нее был шанс сбежать от своего более скоростного преследователя и при полной оснастке, а в теперешнем состоянии он и вовсе превращался в ничто. Уже через час бриг подошел к «инвалиду» и «приветствовав» его новым картечным залпом, пошел на абордаж. Сопротивления новороссам на разбитой, скользкой от крови, заваленной трупами и стонущими ранеными, палубе каракки практически не оказывалось. Так, отдельные очаги, подавленные довольно быстро и практически без потерь. Когда Емелин с группой своих бойцов оказался на борту захваченного судна, остатки его команды сочли благоразумным сложить оружие. Только на трапе ведущим на высокий ют возвышалась громоздкая фигура в полном рыцарском доспехе. Его обладатель, грозно размахивал здоровенным клеймором, и на английском языке выкрикивал угрозы и проклятия в адрес врагов, одновременно успевая призвать к себе в помощь святую деву и целый сонм святых.

- Негодяи! – гремел он из под опущенного забрала – грязные бесчестные скоты! Вы, сражающиеся подлым оружием. Есть ли среди вас хоть один благородный человек достойный скрестить со мной меч!

Впрочем, окружившие его матросы совершенно не владели языком Шекспира, и поскольку желающих схватиться с закованным с головы до пяток в железо рыцарем в рукопашную желающих не было, абордажники собирались просто и без затей расстрелять противника из ружей и пистолетов, но тут в дело вмешался Алексей. Позднее он и сам затруднялся объяснить даже самому себе причину своего поступка, но, тем не менее, он вышел вперед, и выкрикнул: «я готов сразиться с тобой, рыцарь!»

- Кто ты такой разбойник. И почему ты считаешь себя достойным скрестить оружие с Уильямом Линси, бароном Карпейль.

- Граф фон Штирлиц, к вашим услугам сударь – представился Емелин – со своей стороны, я предлагаю вам сдаться и обещаю сохранить жизнь.

- Я не вижу подтверждения вашего благородного титула граф, но у меня нет иного выхода, как поверить вам на слово – сменил тон на более учтивый Линси - заявляю вам, ни о какой сдачи не может быть и речи, а потому защищайтесь!

- И вы готовы атаковать бездоспешного противника? Считаете это честным поединком? – усмехнулся Алексей.

- Не моя вина, что имея столь высокий титул, вы не сподобились обзавестись подобающим положению оружием. А потому защищайтесь! – прогремел рыцарь и высоко подняв над головой «двуручник» двинулся вниз по трапу.

- Ну, что же, сам выбрал – пожал плечами Емелин, и выхватив из-за пояса пистолеты одновременно разрядил их в противника.

Треск выстрелов слился с диким лязгом и грохотом катящегося по ступеням железа.

Когда рассеялся пороховой дым, глазам нашего героя открылось распростертое у его ног неподвижное тело.

- Не моя вина, что ты не озаботился до сих пор приобретением нормального оружия – проворчал Алексей, присев на корточки, разрезая ножом, ремни и стягивая с поверженного противника шлем – ты смотри живой еще! Парни выньте его из скорлупы и к врачу. Железо ко мне в каюту. Поставлю в кабинете, хороший сувенир будет.

Пленных англичан, которых в живых оставалось немногим больше дюжины, перегнали на борт брига и вскоре «Новик», оставив за кормой брошенную на волю волн полностью разграбленную каракку, взял курс на Оркнейские острова, где его должны были дожидаться ушедшие далеко вперед суда каравана.

Глава 4

ГЛАВА 4. Скапа Флоу

Черные громады облаков, подгоняемые никогда не утихающим здесь зябким, соленым, принесенным теплым Гольфстримом, западным ветром, проносятся задевая клотики торчащих голыми, обглоданными скелетами, мачт. Близкий, всего несколько кабельтовых, берег холмистого острова Мейнленд тих и безмолвен, темнеют на фоне серого, сумеречного неба, построенные из местного камня дома и собор Святого Марка приткнувшегося почти у самой кромки воды городка Керкуолл. Там вообще не видно ни одного огонька.

Корабли каравана, словно путники, уставшие от долгого и трудного перехода, мирно дремлют, спрятавшись в большой, защищенной от гуляющих по неприветливому Северному морю, свирепых, штормовых волн, бухте. Спят корабли, спят их экипажи, только изредка перекрикиваются вглядывающиеся в ночную тьму вахтенные матросы. Яркими звездочками горят во тьме кормовые фонари, освещающие корабельную стоянку, да светится окно в каюте «Новика» расположившегося чуть поодаль от сбившихся «в кучу» купцов, словно овчарка бдительно оберегающая вверенную ей отару.

- Итак, сэр Уильям Линси, барон Карпайл - Алексей чуть подкрутив бронзовое колесико, поправил фитиль стоящей на столе керосиновой лампы, сделав освещение в каюте чуть поярче, поудобней устроился на рундуке, откинулся назад, опершись спиной на гладко оструганные доски, выжидательно уставился на сидящего перед ним англичанина - коль скоро ваше здоровье пошло на поправку, думаю, нам стоит обсудить вашу дальнейшую судьбу.

- Увы, судьба моя сложилась так, что теперь я ваш пленник, сэр - растянул губы в кривой ухмылке барон - хотя, не могу сказать, что пленили меня в честной схватке, но ситуацию это не меняет.

- Вы считаете, что наш поединок не был честным?

- Черт возьми, сэр, неужели вы можете доказать мне обратное? - начиная багроветь от возмущения воскликнул барон - вместо того, чтобы скрестить со мной благородную сталь, вы использовали это дьявольское изобретение, которое, на мой взгляд, благородный человек и в руки то брать не должен.

- То есть если бы я, со своим «кошкодером», выступил против закованного в латы и вооруженного клеймором противника это было бы честным поединком? - расхохотался Емелин - право же сэр, у вас интересные представления о благородстве. Видя, что на мне нет брони, вы же не сняли свою и не взяли в руки клинок, равный моему по весу и длине, а предпочли атаковать, не так ли?

- Это была битва а не дуэль - раздраженно буркнул Линси.

- Вот мы и пришли с вами к общему мнению - усмехнулся Алексей - у вас было оружие, которого не было у меня, у меня было оружие, которого не было у вас. Мое, оказалось сильнее.

- Но вы первые напали на мои корабли - продолжал упорно гнуть свою линию англичанин.

- Да ладно - отмахнулся Емелин - а вы шли к нашему каравану очевидно, чтобы просто поздороваться и пожелать нам счастливого пути? Вы сейчас пытаетесь обмануть самого себя или меня? Если меня, то это бесполезно. Если самого себя, тем более глупо и бессмысленно. Кроме того, против одного моего корабля было два ваших.

- Вы проходили в водах, где мои предки из века в век всегда брали добычу - нагло заявил барон - я был в своем праве.

- Вы были в своем праве попытаться взять добычу, я был в своем праве не позволить вам завладеть имуществом моего сюзерена - пожал плечами Алексей - впрочем, оставим все эти споры ни о чем. Скажите, барон, к какой партии вы принадлежите?

- С тех пор, как его величество Генрих VI оказал честь моим предкам, посетив наш родовой замок Манкастер, члены моего рода всегда поддерживали Ланкастеров - горделиво задрал подбородок англичанин - но вы сэр, очевидно приехали издалека и поэтому не знаете, что Война Роз уже четверть века как закончилась.

- Оставьте вашу иронию барон - отмахнулся его собеседник - я прекрасно знаю, когда и чем закончилась война между Йорками и Ланкастерами. Но мне известно также и о том, что междоусобицы по прежнему продолжают сотрясать вашу многострадальную страну.

- Вы очевидно имеете в виду те беспорядки, которые сейчас полыхают на севере? Эти недобитые сторонники Йорков сплотились вокруг неизвестно откуда вылезшего самозванца, провозгласившего себя сыном герцога Кларенса и посмевшего поднять мятеж против нашего законного короля?

- Да, бунт против законного монарха это ужасно - согласился Алексей - и как по вашему сэр на чьей стороне будет победа?

- Господь, без всякого сомнения, дарует победу помазаннику своему. Разве может быть по иному? - перекрестившись возвел глаза к небу англичанин.

- Без всякого сомнения - также осенив себя крестом, поддакнул Емелин - но как я слышал, дела у королевских полководцев последнее время идут не очень хорошо.

- Да - не очень охотно признал барон - увы, пока мятежники еще очень сильны. Сейчас они контролируют практически всю Камбрию и иначе, как дьявольскими кознями их последние успехи я объяснить не могу. Вы только представьте себе сэр, отряд этих бездельников осмелился появиться под стенами Манкастера. Их вожаки требовали, чтобы я присягнул этому самозванцу. Но мой замок, слишком крепкий орешек для их гнилых зубов.

- Ужасная дерзость с их стороны - согласно закивал головой Емелин - смею надеяться сэр, что недавние печальные события, приключившиеся с вами, не скажутся на обороноспособности ваших владений.

- Черт возьми - дернулся Линси, очевидно до него только сейчас дошло, какую свинью он подложил сам себе, погубив в неудачной пиратской вылазке десятки своих вассалов - ваше сиятельство, граф, мы как можно быстрей должны решить вопрос с моим выкупом. Боюсь, пока я здесь, моим владениям угрожает большая опасность.

- Вопрос с вашим выкупом будем решать через несколько дней, по прибытию в Эдинбург - кивнул Алексей - вас устраивает обращение? Надеюсь мои люди по отношению к вам не позволяли себе лишних вольностей?

- Да, благодарю вас сэр. Отношение ко мне ваших людей вполне сносное.

- Скажите, барон, как давно вы в море?

- Десять дней назад мы вышли из Равенгласса.

- А когда вас навещали мятежники?

- С тех пор прошло уже больше месяца.

- То есть на данный момент Равенгласс находится под контролем королевских войск?

- Естественно - важно кивнул Линси - не взяв Манкастера, Невилли не решились идти дальше, а мой замок, как я уже говорил им не по зубам. Но почему вас это интересует сэр?

- Видите ли, сэр - вздохнув, грустно пошутил Алексей - новости о происходящих в большом мире событиях так долго доходят до нашей глуши, что успевают не просто состариться, но и изрядно подвонять, так, что я всегда рад услышать, какую-нибудь историю посвежее, чем рассказы о походах Черного Принца.

- Ха, ха - расхохотался англичанин, отсмеявшись он слегка откинулся в кресле и поинтересовался - а кстати, ваша светлость. Я вижу ваш герб - черный медведь с мечом и в графской короне на щите синего и красного цветов. Он несомненно говорит о знатности, храбрости, верности, силе и предусмотрительности ваших предков. Но я право теряюсь в догадках. Вы не француз, не испанец. На подданного короля Якова вы тоже не очень похожи.

- Это герб нашего рода, без лишней скромности скажу, одного из знатнейших и древнейших в Штирии - гордо заявил Алексей, впрочем больше надеясь на полную географическую дремучесть собеседника, чем на надежность легенды, которую как и герб разработали в недрах Новоросской госбезопасности.

- Где это? - барон полностью оправдал его надежды.

- В Австрийских владениях его Величества императора Максимилиана. Вам доводилось бывать в Европе?

- Вот уж действительно глушь - пробормотал англичанин, по обыкновенному для жителей Британских островов невежеству и заносчивости, считавший свое небольшое баронство чуть ли не центром мироздания - нет, не доводилось.

- Ну, что же сэр, думаю вам следует пойти отдохнуть - Алексей решил взять тайм-аут для размышлений - вы еще недостаточно окрепли после ранения и наша беседа наверняка вас утомила.

- Благодарю вас сэр - вставая учтиво раскланялся Линси - я рад, что Провидение свело меня со столь благородным противником.

Выпроводив англичанина восвояси Емелин поднялся с рундука и принялся в раздумье расхаживать по каюте. Если до начала беседы он, грешным делом, подумывал о вербовке, то теперь с этой мыслью скорее всего придется распрощаться. Как источник информации, и уж тем более в качестве потенциального агента влияния, барон представлял из себя полный ноль. Провинциальный землевладелец с раздутым самомнением, считающий себя пупом земли, а по сути пустышка. Конечно кое-какие сведения о политической и военной ситуации в северо-западной Камбрии из него вытянуть можно, но это максимум на что он способен. Размер выкупа, скорее всего тоже вряд ли будет поражать воображение своими масштабами. Хотя, как говориться, с паршивой овцы хоть шерсти клок.

Обуреваемый подобными думами наш герой вышел из каюты, поднявшись на шканцы, кивнул вахтенному, остановился у фальшборта, вглядываясь в окутывающую недалекий берег темноту. Здесь мысли его направили свое течение в другую сторону.

Окутанные ночным мраком, перед ним лежали совершенно безлесые равнины и невысокие холмы, поросших изумрудно-зеленой травой островов. Там жили орки. Да, да. Не удивляйтесь уважаемый читатель, несмотря на то, что на толкиеновских монстров эти потомки пиктов, данов и скоттов походили мало, именно так их называли, отделенные узким проливом Пентлендферт (в древне - нормандской транскрипции и вовсе непроизносимый Петтландсфьорд), обитатели остальной Шотландии. Всего на этих семи десятках насквозь продуваемых океанским ветром клочках суши в описываемое нами время проживало около трех тысяч, занимавшихся в основном рыбной ловлей и разведением овец, островитян - орков. Причем, большая часть в расположенном в нескольких кабельтовых от корабельной стоянки каравана Новоросско-Московской компании в бухте Скапа - Флоу, городке Керкуолл являвшимся местным главным административным и торговым центром.

Почти пятьдесят лет прошло с тех самых пор, как многодетный папаша, датский король Кристиан I, решил пристроить свою единственную, двенадцатилетнюю дочурку замуж за шестнадцатилетнего короля Шотландии Якова III. Увы, сильно поиздержавшись, расширяя доставшиеся ему от родителя и так немалые владения, повелитель всея Скандинавии и окрестностей на тот момент был мягко говоря не при деньгах, а проще сказать, нищ как церковная крыса, а потому собрать достойное приданое для своей кровиночки не смог. Деньги, а это ни много, ни мало - 50 тысяч рейнских гульденов или примерно полтора центнера золота, бедолаге пришлось занимать у будущего зятя, а Оркнейские острова послужили залогом, то есть были переданы во владения шотландцам до тех пор пока не будет возвращен долг, иными словами, насовсем. Теперь вот уже четверть века, Орки официально принадлежали шотландской короне и находились под управлением назначенного королем таксмена. Изначально встреча с вышеозначенным господином, как и длительная стоянка в этом прекрасном месте в планы Алексея не входила да и подробностей всех этих он не знал. Он просто стоял на отполированных босыми матросскими пятками досках мягко покачивающейся под ногами палубы и опершись на брус фальшборта, невидяще смотрел на скрытый в ночной темноте берег и думал. У его ног простиралась почти на пол тысячи квадратных километров водная гладь одного из удобнейших в Европе и, что самое главное, очень удобно расположенного на маршруте караванов Новоросско - Московской компании, заливов. Того самого, который в будущем должен был стать главной базой всего Ройял Нэви. И чем дольше наш герой размышлял, тем больше крепло в нем желание посетить хозяина этого забытого Богом уголка и посмотреть как живут и чем дышат местные жители.

Как поведали местные рыбаки, привозившие свежую провизию, здешним таксменом король назначил Уильяма Синклера, второго графа Кейтнес. Однако на данный момент сей родовитый господин обретался в Эдинбурге, непосредственно при королевском дворе, а всеми делами на месте заправляла его супруга Маргарет урожденная Кейт, и с этой леди Емелин в самое ближайшее время собирался познакомиться лично. Был в этом желании и еще один немаловажный резон, в самом недалеком будущем нашему герою предстояло «вращаться» при дворе шотландских монархов, а потому, на местных властях, на самом что ни на есть провинциальном уровне он решил отточить свои манеры и знание средневекового европейского этикета. Не зря же он столько времени перед поездкой потратил, изучая все доступные источники.

Мысли Алексея переключились на завтрашний визит. Встречают как известно по одежке, но тут все проще, благородный господин находится в походе а значит все эти писки и изыски местной феодальной моды, предписывающей мужчинам носить шоссы, пуфы и прочие гульфики, не говоря уж о нелепых узких башмаках с длиннющими носками, которые надо было привязывать чуть ли не к поясу, можно отбросить в сторону. К тому же сам вид этих попугайски пестрых, местами неприлично обтягивающих, или наоборот излишне пышных и крайне неудобных одеяний, вызывал у нашего современника всякие нехорошие ассоциации и соответственно, дикое отвращение. Короче, с внешним видом все предельно просто и функционально, скромность - наше все, к тому же всегда можно отговориться сославшись на какой-нибудь обет. Европейские дворяне дают их часто, порой самые причудливые и по любому поводу.

Далее, момент второй: благородный путник просто не имеет права путешествовать в одиночестве, а значит нужна свита. Ну, этот момент продуман заранее. Свита в наличие имеется. Во первых - оруженосец. У каждого уважающего себя знатного господина он быть просто обязан, хотя бы один. Эту роль исполняет Людвиг Александр фон Вильдербрахт. Под столь длинным и звучным именем «скрывался» младший сын в общем заурядного и весьма небогатого швабского эдлера. Не имеющий совершенно никаких шансов на получение со временем и без того не великого отцовского наследства, по достижению совершеннолетнего возраста, этот крепкий и довольно смышленый парень отправился скитаться по неспокойным европейским дорогам в надежде подороже продать свой меч, крепкие руки и светлую голову. Буйные ветра странствий и приключений неведомым образом занесли его в Новый Свет, а хорошо работающая соображалка, честолюбие и здоровый авантюризм помогли построить неплохую карьеру оперативника в отделе внешней разведки, Новоросской госбезопасности. Телохранители - парни из группы силовой поддержки операций вполне подходят для этой роли. Двоих будет достаточно. Ну и наконец слуга - Томаш, разбитной и ловкий малый из мазовшан. Этот никакого отношения к спецслужбам не имеет, но чете Емелиных служит верой и правдой вот уже почти двенадцать лет. Незаменимый человек для того, чтобы достать все, что можно и даже все, что нельзя, обустроить вполне сносный быт, на буквально пустом месте, и вообще мастер на все руки. Собственно поэтому Ленка его и откомандировала присматривать за отправляющимся за тридевять земель, по ее мнению, совершенно не способным о себе позаботится в бытовом плане супругом. Вот в принципе и все.

Определившись таким образом с планами на день грядущий, Алексей зябко поежившись под порывом налетевшего с Атлантики ветра, еще раз окинув взглядом слегка волнующееся море и мирно спящий берег, отправился в свои «апартаменты».

Глава 5

Глава 5. В которой наш герой прибывает в Массельбург и получает сведения о делах, творящихся при дворе Якова IV.

12 июня 1513 года на причал небольшого, древнего городка Массельбурга, что расположился на южном берегу залива Ферт оф Форт, в устье реки Эск, в пяти милях восточнее Эдинбургского замка, ступила небольшая процессия. Во главе ее шествовал сам глава Новоросской безопасности, одетый скромно, в простой акетон, оживляемый лишь тяжелой даже на вид, «фамильной» золотой цепью и богато украшенными наборным поясом и перевязью на которых висели ножны неразлучного катцбальгера и широкого, длинного кинжала. Голову нашего героя украшал синий бархатный берет с алым пером и довершали все это великолепие обычные шаровары заправленные в мягкие, невысокие сапоги. Следом важно вышагивал оруженосец в красно-синей котте с уже описанным нами выше гербом изобретенного в недрах новоросской разведки рода фон Штирлицев и такого же цвета капюшоне. За ним шли двое латников вооруженных палашами и пистолетами. Естественно роли оруженосца и телохранителей выполняли оперативники госбезопасности. Замыкали процессию слуга тащивший на своем хребте небольшой сундук с господскими пожитками и гитару.

Новоприбывших уже встречали.

- Рад встрече, господин полковник - по новоросскому обычаю, крепким рукопожатием приветствовал Емелина среднего роста, худощавый и жилистый мужчина лет сорока, одетый как горец среднего достатка: в суконные трюзы, крепкий кожаный жилет поверх простой полотняной сорочки и наброшенный на манер плаща, большой плед -тартан непритязательного, зеленого цвета.

- Здравствуй, здравствуй, господин лейтенант - пожимая сухую, твердую ладонь, улыбнулся Алексей - рад видеть, что не заплыл жиром от спокойной жизни.

- Шутить изволите Ваша Милость - усмехнулся Русин - сержант я. Да и жизнь мою тут спокойной не назовешь. Постоянно в разъездах между Массельбургом, Эдинбургом, Глазго и английской границей. Я ведь неоднократно докладывал, просил прислать подготовленных оперативников, те люди, что есть в моем распоряжении для серьезной работы не годятся.

- Привез я тебе людей, привез, хватит плакаться. Заботится о тебе начальство. Цени - отмахнулся Емелин - да и насчет чина, мне виднее. Так, что поздравляю лейтенантом.

- Рад служить, господин полковник - вытянулся безопасник.

- Теперь, насчет службы. Организуй разгрузку, погрузку, все как положено. Да и людей размести. А потом о делах наших потолкуем.

- Не извольте беспокоится Ваша Милость. Это все сделают в лучшем виде, не впервой. Прошу в контору.

Контора или как выразились бы в наше время - офис Новоросско - Московской компании занимал собой довольно приличных размеров, двухэтажный дом сложенный из местных сланцевых пород, крытый красной черепицей, располагавшийся минутах в семи - восьми неспешной ходьбы от портовых причалов и компанейских складов.

- Как с жильем в Эдинбурге дела обстоят? Возможно снять что-нибудь приличное? - разместившись во главе широкого, занимавшего почти половину просторного кабинета, дубового стола поинтересовался Алексей.

- Я поручу своему человеку, подыскать достойное жилье - кивнул Михась - какой срок?

- Срок, месяцев пять - шесть ориентировочно.

- Хорошо. Мне нужно несколько дней.

- Ну, день - другой как-нибудь потерплю. Теперь, следующее - Емелин задумчиво побарабанил пальцами по столешнице - меня интересует любая информация о том, что делается при дворе короля Якова. Любая, вплоть до слухов, сплетен, анекдотов.

- Понимаю - кивнул Русин - в Холирудхаусе есть пара людишек прикормленных. Один при кухне обретается, он у меня на жаловании. Высоко не летает, но как раз слухи и сплетни собирает очень старательно. А вот второй куда как солиднее, помощник секретаря, из благородных. Птица важная, но иногда снисходит до того, чтобы выпить кружку, другую хорошего эля или вина с «богатым купцом». Естественно за мой счет. Да и подарки весьма и весьма охотно принимает. Ну и под это дело может иногда сболтнуть чего-нибудь полезное.

- Интересно - Алексей устроился поудобнее, приготовился слушать - итак, я весь внимание, и в первую очередь меня интересует Яков. Что он из себя представляет?

Осторожный стук в дверь, прервал начинающийся доклад Русина. В комнату неслышной тенью скользнула красивая, молодая женщина. Поставив на стол большой оловянный поднос, стала ловко и аккуратно расставлять тарелки со снедью, затем увенчала получившийся натюрморт глиняным кувшином, литра на два объемом.

- Господа что-то еще желают? - мило улыбнувшись, поправив выбивающийся из под чепца каштановый локон, присела она в легком поклоне.

- Ступай милая - улыбнулся в ответ Емелин - дальше мы сами разберемся.

- Благодарю Несса - кивнул Михась и проводив взглядом изчезшую за аккуратно затворившейся дверью, стройную фигурку, довольно пригладив усы, похвалился - моя экономка.

- Поздравляю - кивнул Алексей, по взглядам которыми обменялись его подчиненный и девушка, сообразивший, что отношения между этими двумя гораздо глубже и содержательней нежели могут быть между хозяином и наемной прислугой - настоящая красавица.

- И прекрасная хозяйка. Отведайте вот этот паштет Ваша Милость, сами убедитесь.

- Да действительно, очень вкусно - согласился Емелин, отдавая должное предложенному угощению - и вот, что пока мы наедине, давай без чинов.

- Как прикажете, Алексей Николаевич - понятливо кивнул резидент.

- Итак, вернемся к нашему разговору. Что там с королем?

- Его Величеству сорок лет. Насколько мне известно, пребывает он в добром здравии и самом расцвете сил. Весьма умерен в еде и выпивке, и несмотря на возраст, постоянно укрепляет свое тело воинскими упражнениями. О нем говорят как о доблестном воине, славном рыцаре, и примерном христьянине, весьма много времени и денег уделяющем делам церковным. А еще поговаривают, оттого это рвение происходит, что король Яков до сих пор страстно замаливает грех отцеубийства.

- Вот как? - Алексей положил себе на тарелку изрядный кусок жаркого, благодарно кивнул, когда хлебосольный хозяин подлил в кубки немного вина - и, как же это случилось?

- Нынешнему шотландскому королю было 15 лет, когда он, тогдашний герцог Ротсей решил, что его папаша слишком засиделся на троне. Мятеж поддержали южные кланы: Хьюмы и Хелборны. Им давно не нравилось, что Яков III очень уж заигрывает c англичанами. Ровно четверть века назад в битве при Сочиберне, мятежники разгромили королевское войско, а его самого прикончил какой-то монах. Как это произошло, история темная. А еще, люди поговаривают, что оттого это все, что род Стюартов проклят.

- Вот как? - иронично поднял бровь Алексей - прямо так и говорят? Не очень верю я, во все эти штучки с проклятиями и прочей чертовщиной.

- В проклятие можно верить, можно не верить - пожал плечами Михась - только сами сами судите, Ваша Милость. Ведь ни один король, из рода Стюартов, своей смертью не помер.

- Не помер, говоришь - Емелин даже прекратил жевать, вспоминая все, что ему известно о судьбе шотландских монархов, прошлых и будущих, выходило действительно так. А если учесть и судьбу нынешнего, то действительно, есть в этом что-то мистическое - ну а у нынешнего, какие отношения с наследником?

- Господь с вами, господин полковник - удивленно уставился на него Русин - какие отношения. Младенец ведь еще совсем, наследник то. Двух годиков нет.

- Стоп. Это младшему сейчас два годика. А старший Александр, с ним, что н так?

- А, вы про его преосвященство архиепископа Сен-Эндрюсского. Так ведь бастард он, Ваша Милость. Прав на престолонаследие не имеет.

- Мда. Выходит я ошибался - досадливо поморщился Алексей, действительно эта информация разом ломала все его домашние заготовки - ну, а что ты можешь сказать об архиепископе Сен-Эндрюсском? Что он из себя представляет?

- Парень очень молод. Ему еще нет и двадцати. Здешним примасом стал в одиннадцать лет. Весьма умен и образован. Учился в Европе, говорят у самого Эразма Роттердамского. Недавно вернулся на острова и король сразу назначил его канцлером.

- Хорошо иметь папашу - короля - хмыкнул Емелин.

- Куда уж лучше - усмехнувшись, кивнул Михась - хотя, сказать по правде, сильно то ему власти родитель не дает и к государственным делам близко не подпускает.

- А, что так?

- А он никого к государственным делам близко не подпускает. Яков сам предпочитает править. Он и кланам хвосты поприжал. В том числе и тем, которые его на трон возвели. И парламент разогнал. Остался только Тайный совет, из представителей самых крупных кланов, король к ним конечно прислушивается, но все таки решения предпочитает принимать сам.

- Ну а королева? Каково ее влияние при дворе. Говорят ночная кукушка всегда перекукует.

- Может оно и так - пожал плечами Русин - трудно сказать. Хотя, опять же, ходят слухи, что кукушка эта, как вы изволили выразиться, кукует не только королю.

- Даже так? И кто же этот счастливчик?

- Арчибальд Дуглас. Принадлежит к ветви «красных Дугласов».

- Красных? - переспросил Алексей.

- Ну да. Одна из ветвей большого клана. Представители второй ветви именовали себя «черными Дугласами». Потомки Арчибальда Свирепого. Впрочем сейчас остались одни только «красные», «черных», извел под корень еще дедушка нынешнего короля где-то с полвека назад.

- Я смотрю ты неплохо знаком с местной историей? - одобрительно кивнул Емелин.

- Ваша наука, господин полковник - пожал плечами Михась и процитировал, сам того не зная, слова бессмертного Глеба Жеглова - «будь к человеку внимательней и старайся подвинуть к разговору о нем самом, а для этого найди тему, которая ему интересна...». А его милость лэрд Хъюго Драмонд, второй помощник секретаря канцелярии Его Величества, считает себя большим знатоком шотландской истории и когда хорошенько выпьет любит порассказать о разных подобных вещах. Ну а от времен давно минувших, можно легко и незаметно перейти к дню сегодняшнему.

- Похвально, похвально - Алексею было весьма приятно, что почерпнутые им в свое время из книг и фильмов и творчески доработанные знания и представления об оперативной работе, так старательно вдалбливаемые в головы подчиненных не пропали даром - но об этом чуть позже, пока вернемся к нашим баранам, то бишь графу Арчибальду.

- Двадцать четыре года. Отец его Джордж Дуглас барон Кроуфт-Линдсей в свое время был назначен королем надзирать за порядком в Эксдейле и Юсдейле, но не преуспел на этом поприще и был отозван. И то правда сказать места там сплошь бандитские. Так вот папаша при дворе как-то себя особо не проявляет, а сынок благодаря заслугам и протекции своего деда 5-го графа Ангуса, бывшего одним из тех, кто привел нынешнего короля к власти, принят ко двору. Правда сейчас дедуля в опале из-за своего склочного нрава, но внука это не касается. И, что самое скверное, в последнее время люди Дугласов стали проявлять интерес к нашей компании.

- Причина? - насторожился Алексей.

- Деньги. Компания щедро платит налоги в казну и многие хотели - бы откусить кусочек от этого пирога.

- Ну, ситуация ожидаемая и вполне просчитываемая - кивнул Емелин - надеюсь, я нашел противоядие.

- Могу узнать какое?

- Позже. Мне надо все хорошо обдумать. И всетаки, что из себя представляет Арчибальд Дуглас?

- Ну, информацию о нем я стал собирать целенаправленно, как только стало известно, о его интересе к нашей компании. Весьма амбициозный господин. От деда унаследовал склочный характер, непомерную гордыню, проанглийские взгляды и полную беспринципность. Большого влияния при дворе пока не имеет, но всячески стремиться его обрести.

- В том числе и через постель королевы - понятливо кивнул Емелин и задумчиво глядя перед собой добавил - парень рвется к власти и не остановится ни перед чем. И, что хуже всего, у него может все получится если не помешать. Впрочем именно за этим я здесь. Враги у него есть?

- Да, Дугласы давно не в ладах с Хелборнами и Хьюмами и король всячески стремится стравить их между собой. И вообще, королевский двор, это какой-то клубок со змеями.

- Разделяй и властвуй - хмыкнул Алексей - ну, тактика эта родилась не сегодня. И тем не менее придется лезть в этот гадюшник. Что слышно о настроениях при дворе в отношении англичан?

- Яков состоит в союзе с Людовиком Валуа. Согласно условиям договора одна из сторон обязуется вступить в войну при нападении на другую - заметил Русин - а по моим данным, Тюдор собирает войска и готовится перебросить их в Кале. Шотландцы тоже об этом знают и они в тайне собирают клановое ополчение. Только вот тайна эта для англичан уже давно не тайна, что не удивительно при таком количестве сторонников Генриха при шотландском дворе. Так, что быть войне. Думаю ближе к осени.

- Тут наши прогнозы совпадают. Ну об остальном позже расскажешь - Емелин отодвинул опустевшую тарелку, утер губы и пальцы чистой льняной салфеткой - благодарю. Передай мое восхищение своей экономке. Хозяйка она действительно прекрасная.

- Желаете отдохнуть с дороги, Алексей Николаевич? - в ответ на похвалу, благодарно склонил голову Михась - я распоряжусь, чтобы подготовили комнату.

- Это подождет - отмахнулся гость, поднимаясь из-за стола - пойдем, лучше пройдемся, хочу взглянуть на компанейские склады, заодно проверим как люди устроились. Ты представить себе не можешь, как приятно пройтись по твердой, не раскачивающейся поверхности, которая не норовит уйти у тебя из под ног.