Школотрон

Глава 1

— Ха-ха лол, о лошара.

— На ногах стоять не умеет, во навернулся!

— Хех, даун дрыщавый, — громко вопили ломающиеся подростковые голоса.

Да... не повезло чуваку, которому это орут. Травят, как помойного пса.

— Слышь, пацаны, он подох! — испуганно сказал кто-то.

— Не, ты че... притворяется, хитрожопый.

— Чего притворяется? Ты его башкой бил!

— Нееее.

— Что, не? Когда он упал! Подскочил и ещё нахлобучил. Поедешь теперь на зону, там тебя на бутылку...

— Ооо, мужики, мужики! — заорал кто-то, вроде, только вошедший в комнату.

Да что тут вообще происходит? Что за сборище малолеток?

— Мужики, смотрите, во чего есть! — весело вскрикнул пацан.

— Фу, что за хня? Ты больной?

— Ага, а ты сомневался? Давайте, пока тормоз в отключке, ему в рот затолкаем?

— Что? Это ж чьи-то трусы!

— Ну да, скажи тема! Ботана накормили трусами!

Ха-ха-ха. Ахахах-ха-хаха.

Все трое тут же заржали, да так, что в ушах зазвенело. Интересно, что за бедолага валяется? Кого они хотят опустить?

Стоп, погодите... Меня!!! Мать небесная, что за на...??? Наконец-то дошло!

Я лежал на полу с закрытыми глазами, а надо мной глумились какие-то выродки. Так, а где огонь, взрыв, тентакли? Где отряд и оружие? С чего вдруг тридцатилетний мужик оказался в толпе школотронов?

Обдумав это все в долю секунды, я резко открыл глаза. Прямо перед лицом была скомканная белая тряпка. А какой-то толстяк нудным голосом протянул:

— Кушай, Маааарк! Жри вкусняяаашку! О, ням нямка.

Что, сука нах?! Нет, чего нахрен??? Если сказать, что я обалдел, это не сказать ничего. Рука сама поднялась с пола и выполнила прием по выбиванию ножа, когда тебе хотят вспороть глотку в бою.

Если говорить коротко, то резко и мощно рубанул по рыхлой кисти жирдяя своим кулаком. Получилось не очень-то сильно. Меня бы так точно прирезали.

Но и этого было достаточно. Свёрнутые трусы (я порву этих педиков) шмякнулись на пол. Жиртрест взвыл так, будто ему резали яйца... и показывали политические шоу по «ящику».

— Ооой, мама, блиииин! Он мне пальцы отбил! Пацаны, врачиху зовите! — ревел сраный пухляш.

Ничего, браток, тебе сейчас патологоанатом понадобится. Не посмотрю, что ты в сыновья мне годишься!

Думая так, я захрипел от чудовищной ярости. Но тут же стало понятно... что сам такой же, как он. Не, фигура вроде бы в норме, лишнего веса не видно. А вот возраст — полный звездец!

Тонкие пальцы, розоватая кожа, ноги как палки. Лицо... Лица я, конечно, не видел, но судя по нижней части туловища, все плохо. С физическим развитием явно проблемы.

— Капец, — выдохнул, поднимаясь на руках. При этом глаза, чуть не выпали на пол, рожа перекосилась от шока, как у зловещего мертвеца.

Видя такую картину, трое гопников поспешили убраться, вереща на все здание, что «Маркуха свихнулся и всех сожрет».

Я остался один, после чего медленно поднялся с пола. Нельзя поддаваться панике. Надо решить основные вопросы... Так, первое, как насчёт безопасности? Молокососы куда-то свалили, трусами я, к счастью, не завтракал, значит все пока в норме.

Местоположение. Душ, вроде бы... большой душ в каком-то учебном заведении. Хорошо хоть сразу не туалет. Хотя, судя по запаху, он тоже здесь рядом.

Внешность. Эх, не схватить бы инфаркт от испуга. Это не зараженных из плазмоганов месить. Тут все намного сложнее.

С этими мыслями резко кинулся к зеркалу. Сношать твою прабабку в натуре! У меня даже не было слов. Тонкое юное тело дополняло такое же точно лицо. Чернявая прыщавая рожа с щенячьим выражением глаз. Не мудрено, что меня (точней его) все гоняют. Сам бы такого пнул, в прошлой жизни.

«Кстати да, как насчёт прошлой жизни? Надо собраться и вспомнить», — решив так, я напряг память.

Делать это было непросто, голова начинала болеть. Но отступать уже некуда. Не каждый день сбрасываешь пятнадцать годков и сто процентов самооценки. Значит нужно понять, что к чему, иначе я просто свихнусь.

Помучив мозги минут пять, я осознал, что случилось, правда, в общих чертах. Моя страна Российская Федерация за десять лет стала местом адского трэша. После радиационной катастрофы 2074 года на свет появились мутанты всех мастей и калибров.

Сначала, я прятался в катакомбах, как многие выжившие. Но потеряв семью, малость поехал кукухой. Вместо слез и сопливой депрессии решил порвать тварей, найти виновного в том трындеце (а он точно был), и затолкать атомный реактор нового типа, который как раз и взорвался, в его охреневшую жопу.

Мои кроваво-светлые начинания дали плоды, дослужился до командира отряда Карателей, самых отбитых солдат во всей Зоне. Мы творили такую дичь, что даже Дому2 не приснится. Кстати, Дом2 не закрылся даже после Армагеддона, вещает из какой-то дыры, но не важно.

Так вот, все шло просто шикарно. Я весело скакал по выжженным землям, рвал жопы уродцам и ушлепкам, которые их плодили. Работенка была малость нервной, техника безопасности чуть хромала.

Иными словами, я понимал, что вместо пенсии окажусь в кишечном тракте какой-нибудь кракозябры. Но кто бы знал, что смерть наступит так скоро! Взрыв ящика с гипер-гранатами, новый вид паукообразного дорлема... Мой отряд, твою мать! Я мог еще многое сделать, но отправился на тот свет, как придурок.

Обидно, однако... Будто ушел с вечеринки в девять вечера, не намотав чужие кишки на штык нож. Стоп, какой нахрен штык нож? Я же про вечеринку. Ох уж эта проф. деформация, даже после смерти не отпускает.

Хорошо, с этим ясно. Я отошёл от зеркала, чувствуя, как мозг скоро просто взорвется. Выяснил, кем я был в прошлом. Но что творится сейчас, черт возьми? С хера ли двинутый потрошитель мутантов сидит в теле забитого школотрона?

Может, боевой симулятор? Какой псих добавил в программу такое угашенное задание?! Ага, симулятор... Там ощущения не такие. Может моя башка стала мешком дерьма, но даже так ясно, что все реально.

Это обычная жизнь, как бы упорото не казалось. Обморок от потери крови, приход от наркоты, сон, симулятор опять же. Все это выглядит по-другому!

А здесь... здесь настоящие сальные щеки, впалый живот, тонкие ноги, грудка как у цыплёнка. Я чувствую запахи, осязание не искажено, нет признаков компьютерной графики, и вообще.

Ууух, твою бабку! Конечно, хотелось закончить войну, сбросить немного годков и начать все сначала. Но не так же, падла... Не так!

Как все это случилось?! У нас нет таких технологий, у Сектантов с мутантами тоже.

Ладно, как-нибудь разберусь. Пока нужно попробовать не свихнуться, привыкнуть к новому телу и да... не пустить реки крови, если получится. С последним будут проблемы. Судя по поведению школоты, обыватели здесь не воспитаны. А я обожаю учить манерам путем ножа, кулака и плазмозаряда.

Не успел осознать глубину жопы, в которую провалился, как послышался гнусавый, противный голос:

— Э, даун сраный, это ты мои трусы что ли стыбзил?

Я резко обернулся. На пороге стоял толстяк ещё больше того, что был с гопниками. Сиськи как у бабы, морда словно у поросёнка, а из одежды только полотенце, которое завязано на поясе. Да уж, гроза старшей школы. Такой в бою может разве что задавить противника сракой.

Но прежнего обладателя тела прессовали даже такие вот покемоны. Что ж, буду менять ситуацию, раз уже вляпался.

— Что сказал? — резко спросил я, подняв бровь.

— Не «что», а «чего изволите»! Ты мои вещи воруешь, гондон?! Ща в толчке утоплю, недоносок!

С этими словами пухляш пошел на меня. И тут всплыло кое-что очень хреновое. Несмотря на знание сотен приемов по отправке в инвалидное кресло таких вот анальных прыщей, я вполне мог сейчас отхватить.

Во-первых, тело слишком уж слабое. На силу и вес рассчитывать точно нельзя. Во-вторых, пухляш вполне крепкий. А в третьих, я только что, мать твою, (хрен пойми каким хреном) переселился из своего тела в зашуганного изгоя. Мне нужен курс реабилитации с БлэкДжеком и шлюхами, а не это вот все!

В общем, я ещё не привык (мягко сказать) к обстановке, потому решил пойти на военную хитрость.

— Извини, пожалуйста, это не я. Тут пацаны ещё были, — сказал, опустив голову.

— Пацаны? Чё ты гонишь, щенок? Ща хлебало сломаю!

Жирдяй подошёл совсем близко. Его сальный рот выглядел как вагина путаны, которая обожала фистинг ногами. Ублюдок туповато улыбался, думая, какое б издевательство мне подогнать.

— Короче так, говно ссаное, — выдохнул жирный.

— Не надо, пожалуйста. Давай я лучше заплачу, у меня деньги есть, — простонал я, перебив толстяка.

И в самый неожиданный момент схватил козла за нижнюю губу двумя пальцами. К счастью, ручонки пацана были цепкими. Мой изнасилованный ротой солдат мозг выбрал прием, который учили почти по приколу. Вроде травм никаких. Зараженного так не завалишь. Но зато больно и... тупо.

Говорят, многим жизни спасало. А мне репутацию, что тоже сейчас очень важно.

Короче, я впился в рожу толстому раздолбаю, как рак. Сначала тот захрипел, желая меня растерзать. Потом изменился в лице и задергал руками. Я крепче сжал губу гада и стал говорить, пока тот не опомнился:

— Слушай сюда, выкидыш гнилой обезьяны, ты выглядишь, как жопа свиньи, тебе ясно?

Урод сначала замялся, но я слегка вывернул пальцы, как бы отрывая губу от лица. Тогда у парня на глазах выступили слезинки, он ахнул и молча кивнул.

— Молодец. Люблю, когда меня понимают, — продолжил речь дальше. — Сейчас ты станешь передо мной на колени, поцелуешь мне ноги и искренне извинишься за все. Тебе ясно?

— Асссна, апути, — простонал жирный.

— Не «апутю», — передразнил его я. — Пока не раскаешься, как перед дядей священником.

— Аааайй, я аскаиваюсь, ооойй, ни нада.

Времени было мало, нужно понять, что к чему, привыкнуть к телу, разработать план сражения, точнее наоборот, мирной жизни. Короче, надо было спешить. Иначе б я поиграл с жирной няшей ещё пару часиков.

— Я не верю таким откормленным опарышам, гнида. На первый раз разорву твою рожу, а дальше уже поглядим, — серьезно произнес я.

Тут чувак, который только что был крутым Терминатором, зарыдал, как несчастная золушка.

— Ооой, аааххх, больна, нееэээт, — ревел он, словно медведь, которому живьём режут яйца.

Акустика в кафельной коробке дай бог. Мне нельзя привлекать внимание. Потому пришлось отпустить толстяка, не подарив на прощание даже лёгкую инвалидность.

«Ладно, ещё наверстаем. Пока надо тупо привыкнуть», — подумав так, я проследил за розовым слоником.

Он потерял набедренную повязку из полотенца и голым бросился прочь, покинув душ с раздевалкой.

— Сегодня школотроны увидят сосисочную вечеринку, — сказал себе под нос и пошел следом.

Судя по тому, что в здании было тихо, сейчас идет урок. Но какой именно, я не знал. А ведь мне надо там находиться. Я же сам школота, если так. Да уж, лучше в глотку к грязному свиноморфу! Но что теперь делать, будем прорываться с боями.

Первое что пришло на ум, это слегка осмотреться. Передо мной лежал коридор с множеством кабинетом. Прям как моя школа в Российской Федерации образца две тысячи пятидесятых годов.

Эх, старые добрые времена, после которых мы придумали супер реактор и запустили его раньше срока, чтоб показать «заклятым партнерам» как девки пляшут. Многие говорили, что он просто сломается, в крайнем случае, потом не запустится.

Никто не мог ожидать, что будет взрыв ТАКОЙ силы с выбросом частиц-мутагенов.

«Хммм, а может это тоже Россия? Я ж понимаю язык. Что если попал в прошлое, где все хорошо?» — думал, рассматривая светлые стены и блестящий потолок учебного заведения.

Вдруг сзади послышались шаги. Судя по характеру тех пацанов, контингент тут не слишком-то дружелюбный. Потому я вздрогнул и обернулся, уткнувшись взглядом в странного мужика, который на поверку оказался дамочкой в деловом костюме.

Женщина выглядела так, как рисуют старых дев в фильмах или сериалах. Какая-то худая, нескладная, с волосами зачёсанными назад, с большим носом. В общем, та ещё мымра. Если здесь все училки такие, то сбегу из шараги. Она страшнее, чем больные лучевым поражением пятой стадии.

Стараясь скрывать эмоции, я непринужденно бросил холодное «Здрасьте» и хотел идти дальше. Но такие дамочки просто так не являются. Их хлебом не корми, дай докопаться до несуразного паренька, которого и так прессуют все, включая сутулых собак.

Таким пареньком, выходит, был я... И мымра, вытаращив глаза, громко гаркнула:

— Маааарк Лесовский! Опять ты? Одна головная боль от тебя! Вечно попадаешь в истории, а теперь и уроки прогуливаешь???

Классика, мать твою, жанра. Но сегодня ПМСная нимфа останется без прокачки грязного ЧСВ. Вместо этого, ей светит кукан капитана Раста, а то есть меня.

Конечно, она старше по званию, то есть по рангу, то есть короче понятно. Драться с ней по ряду причин будет глупо. Но что если отделать дамочку, не используя кулаки?

— Не ори, дорогуша, я срать ходил, — ответил на крики училки.

— Чтооо? — протянула она, надуваясь, словно индюк. — Перед тобой заместитель директора школы по вопросам воспитания и дисциплины!

— И чё, не срать теперь что ли? — сказал, лениво почёсывая щеку.

Женщина вдруг усмехнулась, потом уперла руки в бока, потом опустила кисти и хлопнула в ладоши. Если сказать, что она была в шоке, это не сказать ничего. Но ядовитость дамочки была уровне на двухсотом. Она оправилась от моего ответа и стала орать, как макака под наркотой:

— Уважаемый господин Лесовский, где ты, там вечно проблемы! А теперь ещё так разговариваешь?! Сейчас мы пойдем к директору! Ты получишь выговор, твоих родителей вызовут в школу! И все узнают, какой ты хам и невежда!

Хах, это и все, мать твою? Она даже не обещала прижечь мне мошонку концентрированной серной кислотой. Да уж, угрозы уровня — «Детский садик для даунов». Чуть не заржал ей в лицо. Но вместо этого, решил ответить серьезно.

Набрал в тощую грудь больше воздуха, стал наступать на училку и громко, но без визга, твердить:

— То есть ученику вашей школы нельзя выйти в туалет на уроке? Это преступление что ли? Я оправлял естественные надобности в специально отведенном для этого месте, согласно общевойсковому уставу! Понятно?! Имеешь право подать рапорт вышестоящему командованию и ждать его рассмотрения, если так уж неймётся. А пока отошла с дороги! И не мешай мне выполнять боевы... учебные обязанности. Понятно, объясняю или еще повторить?!

С этими словами я напирал на училку, тыкая в нее пальцем. Дамочка отходила назад, не зная как мне ответить. В конце концов, она замолчала, а я прошел мимо, сделав «кирпичом» прыщавую харю.

— Лесовский! — послышалось за спиной. — Лесовский, стоять! Ты получишь, смотри...

Последние слова были сказаны слишком уж не уверенно. Я не удержался и стал смеяться, чувствуя, как авторитет злобной грымзы только что упал ниже плинтуса.

Я прошел метров десять, заметил лестницу и вдруг понял, что не знаю, куда идти. Конечно, школа, это не осада орды пауков-гоблинов. Но там хотя бы знаешь позицию и боевую задачу. А тут, сотни дверей, в одну из которых надо войти, но в какую именно не понятно.

Конечно, можно свалить, послав к черту учёбу. Но я больше не стокилограммовый бугай, ломающий кулаком черепушки, а всего лишь мелкий пацан. Значит, рыпаться особо не стоит. Пока надо как-то подстроиться, только как... хрен пойми.

«Вот же сучий потрох, хоть бы инструкцию дали, координаты, примерные ориентиры», — думал, обходя второй этаж.

Может вломиться в первый попавшийся кабинет? Открывать каждую дверь, пока всех тут не задолбаю? Свалить сегодня домой? Но я понятия не имею, где дом. В любом случае, выход есть, если расшевелить серое вещество, которое после перемещения сильно ссохлось. В общем, я тупо шел наугад. На большее мозгов не хватило. Как вдруг за спиной послышался голос...

***

ЖПА (жалкие пояснения автора)

Герой будет не только зависать в школе. Планируется сочный, мощный (как пуля дерзкий) сюжет, который будет доступен тем, кто умеет ставить лайки на книги, если вы понимаете, о чем я...

Глава 2

— Марк! Маааарк, это ты? Чего не идёшь на занятие?

Я обернулся и увидел высокого паренька с белыми волосами. Он выглядел очень жалко. Школьная форма висела на нем, как лохмотья на чучеле. Улыбка, как у пьяной мамкиной подруги, худощавая фигура, слишком длинные руки...

Но даже этот утырок смотрелся лучше, чем я. Дали же тело, ублюдки! Они б ещё в опарыша заселили. Эх, что поделать. Пока выбора нет.

— Иду. А куда мне ещё идти? — сказал, стараясь вести себя максимально расслабленно.

— Эээ, как бы класс в другой стороне, — недоуменно почесал голову парень.

— Тогда тем более. Погнали грызть гранит науки. А то, вроде опаздываем, — усмехнулся я, чтоб немного походить на беззаботного школозавра.

— Есть камни? Зачем? — ахнул мой одноклассник.

«Тут что поговорок простых что ль не знают? Ах да, другой мир. Ладно, я такой же, как все. У меня все нормально. Если что-то пойдет не так, могу испугаться и начать крошить шейные позвонки», — думал, пока шел до парня.

— Слышь, тебя сильно побили? — спросил он шепотом, когда мы поравнялись.

— Чего? Откуда такие догадки?

— Как откуда? Ну тебя ж вечно... того.

Я остановился, взял одной рукой парня за форменный пиджак, и, глядя в глаза, произнес:

— Запомни, ты, как тебя...

— Дэн. Ты чего Марк, мы же сколько уже...

— Не важно, слушай сюда, — перебил его я. — Дорогой мой, любезный Дэн. Меня никто никогда, ни при каких обстоятельствах не побьёт. А если кто-то вдруг и нарвется, то ему придется бежать к мамочке без головы. Тебе ясно?

Парень недоуменно кивнул.

— А если кто-то бил раньше, — добавил я. — То я тому козлу скормлю его собственный член.

— Эээ, ты не сможешь, — глуповато улыбнулся пацанчик.

— Это ещё почему?

— Тебя девочки тоже били. У них члена нет.

— Хммм, даже так. Тогда сиськи отрежу. Все, идём в класс.

Если сказать, что пацан офигел, это не сказать ничего. Он побелел, словно мел, отошёл от меня чуть подальше. А боковым зрением я засек, как Дениска покрутил у виска, наверняка считая, что мне отбили мозги в том сортире, превратив в мелкого шизофреника. Ну да ладно, ещё посмотрим, чей приклад крепче.

Дальше я решил помолчать, чтоб не казаться совсем уж отбитым. Как ни крути, а мне ещё жить в этом мире.

Вскоре мы пришли в кабинет, который был... простым школьным классом. Иначе тут даже не скажешь. Ученики сидели за одиночными партами, как в американском кино. На стенах вместо «пушкиных» и «толстых» были странные люди, кто в кимоно, кто в халате, кто вообще в супергеройском костюме, аля местный Бэтмен.

Доска тоже была очень странной. В стене плескался небольшой пруд, вода... муть какая-то черная. Вот что значит жидко (!) кристаллический экран. Я чуть не заржал, подумав об этом.

Стоп, с какого фига я клоун? Последние лет пять меня смешили лишь изуродованные трупы врагов. Походу, новое тело. Оно изменяет сознание, делая самого малость подростком.

Что ж, это даже неплохо. Будет проще слиться с толпой, и вообще, давно хотелось повеселиться. Маска сурового офицера уже надоела.

Пока я рассматривал класс, а особенно странную «доску», Дэн подошёл к учительнице, которая была тонкой дамочкой в белой мантии. Он стал рассказывать о том, что не нашел профессора и оставил документ на столе, как просили.

Тем временем, по классу пробежали смешки. В меня тыкали пальцами, как в зоопарке и шептали нечто противное. Хорошо, школота, сейчас будет вам утренник...

Я понял, что пора сесть на место. Сразу его заметил, в дальнем углу. Но засмотрелся на обстановку и потому затупил, что вызвало интерес у училки.

— О, Лесовский! А я отметила, что тебя нет... У тебя все хорошо, все нормально? — взволнованно спросила она.

Ага, ты-то знаешь, что все не нормально. Но зачем выносить сор из сарая, если можно засунуть язык себе в жопу и корчить на словах мать Терезу. От училки веяло фальшью. Я чувствовал это, потому что не раз допрашивал пленных и знал, когда люди врут.

— Аха... фсе нармальна, нармальна, — передразнил дамочку, и она покраснела.

— Слышь, Маркуха, тебя в толчке отымели? — спросил парень с веснушками дерзким тоном.

— Меня? Не... Твою мамку, ногой по колено. У нее там КамАЗ с прицепом заедет, — ещё более грубо ответил я.

По классу прокатилось дружное «Ооооо!» Никто не ожидал, что странный задрот так умеет.

— Эээ, дрыщь помойный! — вскрикнул конопатый.

— Рот закрыли, вы что?! Санин, родителей вызову! Будете с друзьями так разговаривать, после школы, а не со мной! — возмутилась училка.

— Ха, Санин? Сасанин, ссанина, — прошипел я, так, чтоб никто не слышал, глядя на конопатого.

Тот покраснел, открыв рот, как сушёная вобла. А я отправился к своему месту, как ни в чем не бывало.

— Хех, Маркуша, тебя опять зачмырили? Хи хи хи, — раздался голос с боку, когда почти подошёл к нужной парте.

Высокий парень смотрел на меня туповатым взглядом.

— Хорошая шутеечка, братан, — прошептал я.

И тут же ткнул пальцем парню туда, где плечо соединяется с шеей, безошибочно нащупав болевую точку.

Вышло не очень точно, но сосунку хватило и этого. Он взвизгнул, как свин, увидевший зоофила. Из его рта вырвалось:

— Аааа, капец нахрен! Он меня уколол! У него в руке гвоздь! Ооойй, больно, блин.

— Сергеев, выговор! Ты уже надоел! — взревела училка.

— Заглохни, Сера! В натуре достал! Щас всех на перерыв закроют из-за тебя, — вскрикнул блондин сидящий сзади и отвесил Сергееву леща.

Да уж, пошлые шутки про трах, насилие, крики. Мммм, обожаю. Прям как в моем прошлом мире. Ещё бы каплю растёкшихся мозгов и немножко оторванных конечностей. Хотя, ладно и так сойдёт.

С этими мыслями я довольно уселся на место. Надо было понять, как проходит учёба, что вообще надо делать. Конечно, школы везде одинаковы. Но все же, кто его знает.

Когда урок начался, я понял, что память Марка доступна. Если напрячься, то можно выудить информацию. Не всю сразу и не сегодня, но всё равно хорошо. Будет проще осваиваться, что является стратегическим плюсом.

Потом я понял, что в классе нет ручек. Подростки писали пальцами на тетрадях. Пальцами, Карл! Охренеть! Может, это школа для даунов? Ну, типа, пусть водят пальцами, делают вид, что с больных детей взять.

Хотя нет. От такого письма появлялись буквы и цифры. Вот те раз! Все дело в тетрадях. Бумага сама создавала штрихи, стоило по ней провести.

Ха, неплохо. Вполне удобная фишка. Интересно, какие ещё есть приколы? Вижу, технологии в этом мире неплохо прокачаны. Научный прогресс идет в гору.

Поначалу казалось так, а потом вскрылась жесткая правда. С технологиями я сильно ошибся. Настолько, что здесь их вообще почти не было. Как стало ясно из программы, которая напоминала бред шизоида, этот мирок магический.

Он наполнен настоящей, мать его, магией, как книжка про Гарри Поттера. Например, сейчас нам втирали принципы перемещения неодушевлённого предмета с помощью какого-то зелья.

Хотелось встать и заорать во весь голос: «Что за шняга?!» Но судя по серьезным лицам учащихся, это была местная наука, в которой мало кто шарил.

Все тихо писали, ахали, охали. Скрип мозгов был сильнее, чем лязг траков реактивного бронекатка. Я тоже сделал вид, что учусь, а сам взял телефон, который лежал в ящике парты.

Да, это совсем не окнет, не джетфон и даже не допотопный кирпич, называемый смартфоном. Это блин просто камень, похожий на пласт угля. К тому же на нем горела надпись: запрещено использовать в учебном заведении.

Хоть что-то хорошее. Дети в этом мире (несмотря на свою говнистость) реально учатся, а не пялятся в свои звонилки по сто часов в день.

Но с другой стороны, все хреново. Я пока что не смогу узнать информацию из местного интернета. Если тут вообще есть интернет... Пришлось ждать конца всех занятий, собирая инфу по крупинкам.

Дальше все шло спокойно. Несмотря на мнимую крутость, школотроны очковали на счёт экзаменов, контрольных. Боялись, что мамка налупит по жопе и не купит вкусняшек. Потому на уроке все вели себя тихо.

Потом была перемена, ещё урок, а потом, к счастью, все кончилось. Конечно, я давно уже не был школьником. Отсидеть даже сотню уроков было не в лом. Сложность скрывалась в другом. Мне нужна спокойная обстановка, интернет (книги, газеты, древняя береста) и немного свободного времени.

Нужно обмозговать ситуацию. Понять, куда меня нахрен забросило! Не каждый день происходит такое.

Потому я был малость растерян. Нужно было пойти домой, чтоб там все решить. Стоп, только где находится дом и есть ли он вообще у меня? Опять сраный тупик. Надо рассмотреть содержимое школьной сумки, вдруг там написан мой адрес?

На перемене я это сделал. Действительно, была бумага с моими данными: адрес, полное имя, мобильный. Только это ничего не дало. Как найти нужную улицу, если понятия не имеешь, где что находится? Можно, конечно, спросить. Правда, делать это нужно так, чтоб не выглядеть полным дебилом.

В конце концов, я решил выйти из школы, не привлекая внимания. Можно добраться до ближайшей улицы, притвориться не местным и спросить нужный адрес. Не бог весть какой план, но лучше чем ничего.

Мозги ещё сильно кипели. Придумать что-то более адекватное я пока что не мог. Но это сейчас и не требовалось.

Школотроны заметно устали. На последнем уроке половина класса спала. А училка, которой было минимум сотню лет, это не замечала, скрипучим голосом рассказывая полную хрень про особый вид волшебной травы.

Хорошо было б, кстати, если б «волшебные травы» здесь разрешали. Без допинга учёба слишком уж нудная. Если так будет продолжаться и дальше, то точно забью. А пока анализ обстановки, разведка и выживание.

Придерживаясь нехитрого плана, я дождался конца учебного дня и поспешил покинуть тупой храм занудства.

Сонные подростки резко взбодрились, чувствуя приближение долгожданной свободы. В конце урока в классе стоял галдеж, слышались шутки и даже маты. Потом все бросились прочь, образовав толпу, похожую на поток зараженных заметивших лагерь выживших.

Мое хрупкое тело втянулось в толкучку. Там меня пару раз пнули и обложили, что называется, по матери. Кто именно это сделал, не ясно. Ясно лишь только одно: спускаясь с лестницы, я ощущал звериную ярость и чудом держал себя в руках, чтоб не сорвать со стены огнетушитель и не повести массовую операцию по изменению формы черепа.

Ладно, надо быть адекватным! Я не хочу оказаться в психушке, я не хочу оказаться в тюряге... Спокойствие, только спокойствие.

Но с этим было все туго. Не успел выйти на улицу, как увидел толпу парней стоящих на просторном крыльце. Они пялились в мою сторону, нагло тыкали пальцами и несли какую-то чушь.

Клоуны считали, что засмущаюсь и постараюсь уйти. Но я пропустил стайку девок, нескольких ребят в странной одежде и уставился на мамкиных юмористов, пытаясь понять их слова.

Это было не сложно. Парни не желали стесняться зашуганного утырка. Наоборот, увидев меня, они забубнили погромче; походу, это их разжигало.

Хмм, меня тоже. Значит, начнется игра! Посмотрим, кто из нас король юмора. Я тоже люблю «пошутить».

Бросаться первым точно не стоило. Все должно выглядеть так, будто я максимум тупо оборонялся. Так вот, я развесил уши и принялся слушать гадости, что они высирали.

— Хаха, хах, я базарю, он бешенство от бомжа подцепил. Женьке Коту пальцы чуть не отгрыз, — вопил рыжий пацанчик, при этом смотря на меня.

— Ага, его в толчке чморили, ну как всегда... Кот подошёл, типа спросить что почем. Так Маркуша его прямо за палец! Трындец!

Фу, ну и пидоры. Хуже наших довоенных СМИ. Даже угашенные наркоши в притонах говорят больше правды. Захотелось порвать на молекулы этих мерзких чертей. Но вместо этого я лишь сказал:

— Ребят, вы чего? Перестаньте.

Нужно провоцировать стадо! Иначе никак!

Сначала стайка пернатых двинулась на меня. Но тут один длинный парень остановил друзей и сказал, что сейчас будет цирк.

Ооо, как же он прав! Прямо в яблочко. Представление обещает быть грандиозным.

Так вот, длинный отделился от стайки, а его гомосексуальные собратья остались стоять в стороне с видом искушённых театральных ценителей.

— О, Маркуха, привет, — улыбнулась оглобля, явно считая меня придурком.

— Привет, — туповато произнес я.

— Слышь, братан, дело есть. А вот ты можешь собаку за жопу укусить?

После этих слов парень повернулся к своим. Те уже давились от смеха, а сам он едва сдерживался, чтоб не заржать.

— Ого, это как? — я снова закосил под дебила.

— Ну... очень просто, смотри. Мы, короче, кобеля на помойке поймаем. Дадим тебе пять имров, допустим. А ты...

Парень обнял меня, будто мы были друзьями. Хотя было ясно, что это «стёб над лохом». Единственное, я понял, что имры — местные деньги. Так, уже хорошо.

За нашими спинами слышался тупой хохот. На крыльце собиралась толпа зевак. Чувак усиленно бубнил мне на ухо, как именно грызть собаку.

Ууу, какой же баран! Не мог стёб покруче придумать! Ну ладно. Мне было как-то плевать. Я стал кивать башкой, как дебил, тоже обнял школяра и повел вперёд, к краю лестницы.

— Ну, так что, Маркуха, что скажешь? — улыбнулся парень, в конце концов.

— Я? Ды так, ничего. Скользко тут, знаешь ли, — произнес все тем же лоховским тоном.

Сам при этом поставил подножку и всем весом (которого почти не было) толкнул доморощенного шута. Он был больше меня, но слишком расслабился. Потому не сразу понял, что отправился в свободный полет.

Лестница в школу была высокая и крутая, так ещё сделана из твердого камня. Весельчак полетел по ней, словно мяч... или нет, как мешок с говном.

Он не издавал звуков, не закрывался руками, считая ступени башкой как будто бы специально. Когда все закончилось, на асфальте лежало тело без признаков жизни. Скорей всего, чувак отрубился.

На руке паренька образовался ещё один локоть, нога согнулась в колене, как у кузнечика. Лицо покрывала кровь, форменный пиджак был разорван.

Жаль, что все так случилось. Плохо, что этот несчастный пацанчик... не сдох к чертовой мамке, пуская изо рта «винегрет».

Твою мать! Я его просто погладил! Пара ссаных царапин! Эх, я действительно слабый. Хоть самому прыгай с лестницы с таким-то позором.

Но школотроны так не считали. Толпа зевак быстренько рассосалась. Все ахали, охали, причитали. Для них это разве серьезно? Странные все какие-то.

Но мне было не до раздумий. Банда длинного дятла начала напирать, угрожая порвать все отверстии в моем щуплом теле.

Ооо, это уже хорошо! Наконец-то настоящая заварушка. Черт, это сраное тело. Я понял, что хлипкими кулачонками ничего не добиться. Потому прыгнул назад к ограждению крыльца.

Оно было сделано из тонких железных прутов. Один из них плохо держался. Оторвать бы его и... Анн нет, я же слабый.

— Ээээ, петух хренов!

— Черт драный, сюда иди!

— Ты Даню покалечил, обсерух! — вопили безумные гопники.

Угроза слишком большая. Надо что-то решать. Как же быть, вот зараза?! Хотя стоп, есть решение!

Я машинально рванулся в сторону, выхватил железное ведро с мусором, которое было в красивой каменной урне. Утырки наступали поодиночке. Вперёд вырвался рыжий поц, которому я, недолго думая, надел ведро на башку. Затем шмякнул по «бубенцам» носком обуви, потом выполнил подобие лоу-кика. Дальше смачый поджопник. И «весёлый снеговик» полетел вслед за другом.

Снова позорище! Упыреныш лишь вывихнул кисть и выплюнул пару зубов. Так ещё он не отключился. Сел на жопу, не снимая ведра, и завыл, как мартовский кот, которого пригласила Мурка на тройничок... в качестве зрителя.

«Да твою ты за ногу, нахрен! Я убью в этом мире кого-то? Или так и останусь миленькой белоручкой?!» — подумал с досадой.

Хотя стоп, все не так плохо. Еще наверстаю упущенное! Осталось несколько юмористов с целыми конечностями. Ничего, сейчас мы это исправим...

Глава 3

Банда мамкиных гопарей прекратила свое наступление. Они сбились в кучу, как напуганные цыплята и стали медленно отступать. Оскорбления сменились причитаниями и вздохами.

— Ты это... как вообще... это сделал? — выдавил из себя чернявый пацан.

Походу, раньше я был таким, что не мог даже муху прихлопнуть. И контраст оказался сильнее, чем выстрел из мозгового шокера с близкого расстояния.

— Что уставились, черти? — улыбнувшись, произнес в ответ. — Не видите, гололёд сильный. Пацаны поскользнулись.

— Голо... лёд? Но сейчас же плюс двадцать? — заикаясь, спросил тот же брюнет.

— Да, и чего? Кому-то разве не холодно?

— Эээ, да очень холодно.

— Ага, страшный дубак.

Сказали парни и стали потирать плечи, будто реально замёрзли.

— Молодцы, бойцы, так держать, — гаркнул я. — Окажите раненным первую помощь, дождитесь санинструктора, а дальше по распорядку. Распустились, салаги!

С этими словами я пошел вниз по лестнице, не обращая внимания на два покалеченных тела. Хех, воздух-то какой свежий! Ни запаха трупной гнили, ни гари.

Что-то я сейчас говорил не как школьник. Ладно, в следующий раз исправлю. Хочешь, не хочешь, а надо быть малолеткой. Я теперь школотрон, что поделать.

Какое-то время шел твердым шагом под обалдевшими взглядами недавних противников. Потом поправил сумку, которая все это время была при мне. Она весила мало, потому не мешала в разборках.

Когда школьная территория кончилась, стало как-то не по себе. Надо придумать что-нибудь посерьёзнее, чем опрос местного населения с целью поиска адреса. Может, окнет в этом как-то поможет?

Я достал кусок камня, в котором теперь должна появиться связь. Так, что делать теперь с телефоном? Какой поисковый запрос? Может, где-то указан мой адрес?

Задумавшись, случайно посмотрел в сторону и увидел грязную проститутку. Шатается тварь возле школы. Хотя, судя по тем, кто здесь учится, это не удивительно.

Да... стерва из нашего мира. Невысокого роста с грязными черными волосами, в черном балахоне, мрачная и опущенная. Чертова энергошлюха. Сидит на тяжёлых энергетических веществах, которые превращают мозги в кисель.

Понимаю ещё что-то легкое, например героин, который в 2045-ом легализовали. Но это... полный капец. Такие дамочки живут очень не много. Не знал, что они здесь водятся.

Фу, стало даже как-то противно. Снова уткнулся в телефон, как вдруг понял, что шмара идёт ко мне. Нет, не может этого быть! С моей репутацией сложно найти нормальную девушку. Но путаться с такими... капец.

Пошлю ее нахрен, не отвалит дам в морду. С ними всегда разговор короткий.

Решив так, я убрал телефон. Девушка подошла вплотную. Вблизи она выглядела не так уж и мерзко, но все равно была странной. Я открыл рот, чтобы что-то сказать, только дамочка начала первой.

— Марк, ты дебил? Куда поперся, придурок?! — с досадой вскрикнула незнакомка.

Голос довольно приятный. Странно, может она не такая плохая? Просто косит под скотину... Стоп, откуда она меня знает?

— Э, полегче, мадам! Домой иду, что такого? — произнес я как можно твёрже.

— Аааа, аха-ха, вот капец, твою мать! — завизжала девчонка и перетянула тесемки капюшона толстовки, желая себя удавить.

— Подруга, ты бы потише орала! Лучше скажи, что такое! — вскрикнул, чувствуя себя идиотом.

— Да нет, Марк! Это с тобой что такое?!

Я не успел ответить, как девушка пошла на меня, тыкая пальцем в лицо.

— Ты родился кретином, вот что! Задротом, которого должна провожать из школы сиседка! И да, я делаю это только из уважения к твоей маме!

Ага, кое-что проясняется. Мы, так или иначе, знакомы. Она водит меня домой, чтоб никто не избил. Теперь ясно, отлично. Стоп, что!?

Нет, что за нах, твою в сраку??? Боже, сколько ж ещё потрясений!!! Насколько это сраное тело опущенное??? Может я и подгузники ночью ношу? Лучше б меня сожрал гнилой бурлог!

И что значит слово «сись кетка»? У нее же сисек там почти нет.

— Что застыл? Испугался! Ладно, не хотела так орать, извини. Знаю, у тебя слабые нервы и все такое. Идём, Марк, хочешь портфель понесу? — сказала девушка поспокойнее.

— Ааа-гаа, то есть, нет. То есть трындец, — с огромным трудом пропищал в ответ и отправился вслед за девушкой.

Если отбросить очередной бред, то все получалось отлично. У меня есть проводник из местных, что поможет выполнить боевую задачу. Какие боевые задачи, я ж теперь просто школьник! Ладно, смысл ясен.

Теперь бы выпытать информацию. Только как это сделать? Не спрошу же я:

— Это... как тебя хоть зовут?

Может, мы знакомы лет десять. Это как бы сержант моего отряда спросил устройство своего плазмобластера. Надо действовать хитрее, и я, кажется, знаю как именно!

— Слушай, слово «сись кетка» тупое. Зачем ты его хоть сказала? — спросил, сделав школьную интонацию, насколько это возможно.

— Хах, милый Марк! Не поиздеваться над тобой — это грех. Знаю, что тебя это бесит. Но я твоя сестренка-соседка. И плевать, что нет родственных связей, — игриво отчеканила девушка

Сестра-соседка, сестра-соседка... Ах, чтоб тебя.

У меня заболела голова. Частица памяти пацана, которая была как бы в тумане, вдруг вышла на свет. Я отчетливо понял, кем приходится мне эта краля.

Она живет в нашей семье, но при этом мы даже не родственники. Живем как брат и сестра, без кровных уз. Получается, как соседи. Короче, сестра-соседка или сиседка. Фу, и правда, бесячее слово! Она часто его использовала, чтоб выбесить школотрона.

— Только не надо думать, что я специально. Меня саму все достало. Куча дебильных проблем. А тут еще: Ини, присмотри за Марком; Ини, проводи Марка. Если б родители были живы, я бы на километр не подошла к такому как ты, — размахивая руками, твердила девушка.

Вот значит как. Ее зовут Ини, и она сирота. Скорей всего, родители были друзьями моих родоков, поэтому мы живем вместе.

Не так уж и плохо. В этом мире легко получать информацию. Никаких иголок под ногти и калёного железа. Хотя, это можно тоже попробовать, так сказать, для сравнения.

Дальше мы болтали почти ни о чем. Вообще, не стал бы с ней разговаривать. Выглядит, как чучело, еще возникает! Но информация была очень нужна. Потому корчил из себя «обычного Марка», притворяясь полным дебилом.

— Да, везет тебе, Ини, ты учишься в другом месте, — сказал в какой-то момент.

Это сейчас было важно. Девушка шла со стороны, когда ее встретил, значит, есть еще школа поблизости. Тогда почему я не там? Может меня специально, что называется, бросили в пресс-хату.

— Ха, это да, — деловито хмыкнула дамочка. — У нас в техномаге все по-другому. Никого почти что не бьют. Меня, правда, считают дебилкой и наркоманкой. Но если честно, плевать. Жаль, что у тебя нет навыков техномагии, то бы тоже учился со мной.

— Аааа, — протянул я и тут же заткнулся. — Знаешь, Ин, насчет внешнего вида. Ты и правда смотришься... не по форме.

— Что? Чего ты сказал, хорек сраный?! — вспылила девушка.

Я не мог предположить такой бурной реакции, потому слегка вздрогнул. А потом присмотрел камень у тропы, так... на всякий пожарный.

— Э, полегче, солдат! Говори без слюней!- крикнул, отходя от разъярённой сиськетки.

— Я сто раз тебе повторяла, ушлепок! Мое тело — мое дело. Выгляжу так, как считаю нужным. И ни один (слышь блин, ни один) учитель, наставник, родственник, парень, а тем более ТЫ, не имеет права указывать!

Девушка визжала, как резанная. Ее лицо покраснело и пошло складками, даже не знаю, как объяснить. Это жестко.

Но я тут же понял в чем дело. Скорей всего, дама просто куражится. А кураж из башки у «Карателей» изгоняется методом сбалансированного противодействия, то есть поджопниками.

Обязательно испробую этот психологический прием. Дайте только к телу привыкнуть...

Пока я решил не рыпаться. На сегодня приключений достаточно. Сделал вид, будто бы испугался, и мы пошли дальше.

Как ни странно, девушка не была полной мразью. Спустя пару минут, она стала говорить простым тоном, наверняка ощущая чувство вины.

— Вообще, это деление на кластеры — очень тупое, — твердила Ини. — Зачем в бедной школе делать элитные группы?

— Ага, причем в эту группу мне не попасть, — специально произнес я.

— Хех, за три года только узнал? Твой удел помойная Б2, а вот А1, тем более С0 — это для тех, кто богат. Конечно, зачем отдавать отпрыска в дорогую гимназию, где высокие требования? Лучше бросить сюда, чтоб он ходил только для галочки, а потом получал диплом.

— Так он и знания тогда не получит, — с фальшивой наивностью отметил я.

— Какие? Раскрыть дар помогут и дома. А общие знания для чего? Теплое место в папином клане или корпорации обеспечено.

— Да уж, так и живём, — хмыкнул я.

Конечно, это хреново. Но с другой стороны, я не в полном дерьме. Под боком учатся люди из местных мажоров. Не знаю как, но это можно использовать...

Задумался о дальнейших действиях, и понял, что мы вошли в коридор из кустов, сквозь который вела широкая грунтовая дорога. Не люблю я такие места. Мрачно, и вообще как-то странно.

Интуиция дала нехороший сигнал. Замедлил шаг, а вот Ини пошла, как ни в чем не бывало. Хотелось сказать, чтоб помедлила. Но как я ей объясню?

Не успел подумать, как перед нами выскочили человек пять. Они были старше на вид, крупнее меня. Да что там меня, даже тех школьных утырков. Видно, парни бухали и заметили нас, решив поглумиться.

Борзые взгляды плохо одетой братвы ничего хорошего не сулили.

В стране, где я жил, было время лет восемьдесят назад. Деды про него рассказывали. Называлось вроде как: девяностые. Говорят, там все одевались хреново и били друг друга. Вот, эти парни вышли будто оттуда.

Один из них сутулый со страной челкой сразу рванулся вперёд. С первого взгляда ясно, кто главный. Видно, гады не обучены воинскому делу. Я раскусил их стратегию за секунду.

Можно было что-то придумать и провести удачную операцию даже с таким хлипким телом, если б не чертова Ини. Вместо того чтоб грамотно отступить, оценив обстановку, она поперлась вперёд, подошла вплотную к молодчикам и противно так заорала:

— Что встали, блин? Пройти дайте нам с братом!

Хех, все-таки называет меня своим братом. Хороший знак, но сейчас не до этого.

Компания засмеялась. Парень, стоящий рядом с главарем, дотронулся до волос Ини, та шлепнула его по руке. Я толстяка в сортире и то лучше врезал, походу, сустав отбил. А тут, молодчик даже не ахнул.

Потом, главарь со смехом сказал:

— Девочки, проход платный. Новый указ Главы города.

Все снова заржали. Что? Он сказал девочки? То есть я, по его мнению... вот козел. Но рыпаться сразу не стоит. Надо не забывать в какое тело меня затянуло.

— Хммм, вот уроды. И сколько платить? — прошипела Ини.

Вот тебе и крутая бунтарка. Хочет отдать деньги тупым алкашам. Кто из нас лох после этого? Я кашлянул от такого расклада, нагнулся и подобрал с дороги мелкую, едва заметную ветку. Предметов потяжелее как назло не было.

— Ооо, деловая леди из корпорации Магпром, — рассеялся один из козлов.

— Да, девочка молодец, сразу стихла. Не пришлось даже рожу ломать, — похвалил Ини главарь. — Ладно, дай за сиськи потрогать и дальше пойдешь.

— Ха, там трогать блин нечего, — заорал кто-то.

— Заткнись, вижу яблочки сочные.

Судя по интонации пацанов, они были не озабоченными девственниками. Просто бойцам стало скучно. Такое часто бывает, особенно, когда затишье между боями. Убить скуку можно разными методами, например, выпить пива, изучить новый прием удушения часового или вот... лапать незнакомую девку.

В целом, вполне логично. Но есть небольшая загвоздка. Эта девка — моя родственница или кто она там. А за родственников порву любого! Точней, я и так готов рвать всех подряд, просто так звучит поэпичнее...

Ини полностью сникла. Она не ожидала, что гады настолько свирепые, потому теперь была в шоке. Стало ясно, что надо срочно бежать. Отвлечь внимание быдла и валить со всех ног.

Жаль, сеструха так не считала. Она печально всплеснула руками, сказав:

— Ладно... но если только не больше.

Миллионный раз за сегодняшний день у меня в мозгу вспыхнула надпись «Что за, мать твою, нах???»

Оставаться в стороне было глупо. У меня в груди закипело. Забыв, что нахожусь в чужом теле, оттолкнул Ини и стал орать на скотов.

— Э, высеры лобковой гниды! Вы не попутали, а?! Валите домой к мамке, пока не поздно! Иначе вернетесь с рваными жопами! — заорал я, бросаясь на парней, как бешеный пес.

Эффект внезапности отлично сработал. Гопники сначала отпрянули. Но тут же двинулись снова, понимая, что опасности нет.

— Ахаха, говно говорящее! — заржал кто-то.

— А ну сюда иди!

На меня двинулись сразу два гада, которые были выше, старше, сильнее. Бежать времени не было. У меня была куча приемов, которые помогают победить без физической силы.

Но в новом теле я их еще не оттачивал. К тому же, козлов было пятеро. А идти против пятерых одному, без оружия и мышечной массы — это в любом случае поражение.

Несмотря на то, я не стал поддаваться. Вместо того чтобы ныть, резко двинулся на толпу.

Одному дал ногой по шарам, не сильно, но судя по адскому стону, вполне ощутимо. Другому хлестанул по глазам тонкой веткой.

Конечно, выбить глаз такой штукой не вышло. Но гопник все равно взвыл, согнулся и стал тереть свою морду.

Тогда на меня бросились остальные. Причем, впереди был главарь, у которого в руке блеснул нож. Я оценил качество клинка: не элитная сталь, но на твердую четверку потянет. Средний боевой клинок, которым можно разделывать туши врагов. Откуда у забулдыг такое оружие? Хотя, это уже не важно.

Я понял, что меня сейчас будут бить, причем, это еще в лучшем случае. Бросил взгляд на главаря, который от злости аж почернел. Крик Ини слышался как бы издалека... Неужели все так закончится?

— Сука, я тебе глотку перегрызу, — прошипел, глядя на парня с ножом.

Тот широко улыбнулся, сказал что-то матерное, выставил нож... и тупо замер. Не знаю, как объяснить, но я потрогал его мозги. В смысле без рук и подручных средств. Мне показалось, будто я смог коснуться его головы изнутри.

Не, бред конечно! Такого тупо не может быть. Наверное, просто глюк.

Как бы то ни было, пацан выронил нож, схватившись за череп. Изо рта гопника вырвалось:

— Ааа, голова, что за еп...

— Сань, ты чего?

— Э, что за дела? — встрепенулись его друзья.

Главарь корчился так, будто в башню вкрутили парочку саморезов. Он чуть ли не выл. Такого от матерого гопаря, который скорей всего, не раз показывал крепость яиц перед бандой, мало кто ожидал.

Воцарилась напряженная тишина. Молодчики бросились к парню, как цыплята к наседке. При этом Ини... тупо стояла. Господи, какая же дура. Так еще считает лохом меня!

В отличие от туповатой сиседки, мои мозги работали хорошо. Схватив за руку девушку, потащил ее что есть силы. Мы бросились из кустов, потом оказались на поле, какое-то время молча бежали, и лишь после сбавили темп.

Да... выносливости у тела меньше чем у котенка. Я стал задыхаться, пробежав метров сто пятьдесят.

— Ай, дебил, руку чуть мне не вывихнул! — выпалила девчонка, когда опасность, наконец, миновала.

— Ну да, лучше... когда сиськи... выкручивают, — простонал, задыхаясь.

— Че сказал, урод мелкий???

— Че слышала, дура! Ты была готова позволить им дать себя лапать!

— Не была, — мрачно сказала Ини. — Просто... Просто... выхода не было.

— Ха, а может ты не искала? Я вот, как видишь, нашел!

— Ну да, Маркуша супер герой! Если б у того хрена башка не болела, нас бы там тупо порвали!

— Кого б порвали, а кого б понатягивали, — пробурчал под нос. При этом немного задумался.

А, правда, почему главарь так посыпался? Я или не я это сделал?

Вдали показались дома, типичные пятиэтажки-хрущевки. Ини кивнула в их сторону, сказав, что осталось немного. Отлично, посмотрим, как я живу. Если честно, то даже страшно представить. Надо готовиться к худшему.

Глава 4

Дома были не так близко, как мне казалось. Надо было пройти через поле, за которым виднелись посадки с серыми скворечниками зданий. В то время Ини начала говорить, снова став нормальной девчонкой, без понтов и истерик.

— Знаешь, Марк, все наладится. Я пытаюсь учиться, раскрывать дар, насколько это возможно. Умение управлять механизмами очень востребовано. Осталось год отучиться. А дальше, найду работу, вытащу тебя и госпожу Анну из нищеты. Если повезет, то в клан Техно вступлю.

— Молодец, — искренне похвалил я. — А пока, что нам делать?

— Жить и не высовываться, конечно.

Под словом «не высовываться» она подразумевала жрать чужие трусы, терпеть насмешки с побоями, позволять себя лапать за сиськи. А говна на лопате они не хотели?! Ну, уж нет, «не высовываться» мне как-то не катит.

— Хреновый план, дорогуша, — со злостью процедил я.

— Что, план плохой? А как ты хотел? — всплеснула руками Ини. — Как мои родители может? Или как твой отец? Хочешь умереть молодым? Нет, лучше так... Только так.

Последние слова девушка произнесла чуть не плача. Стало жалко ее. Странно, обычно никого не жалел. Меня не трогали даже мои собственные слезы, не говоря уж о чем-то!

Наверно подростковая психика даёт о себе знать. Так, стоп! Что она про родителей говорила? Ее родоки мертвы, и мой отец получается? Хмм, значит ясно, я расту в семье без отца. Этим все сказано.

Ини была очень подавлена. А я был зол от всего, что случилось. Чтоб малость выпустить пар забежал вперёд, остановил девушку, взяв за плечи, и громко сказал:

— Плевать, что было до этого! Запомни одно, все кто нас когда-то чмырил скоро будут молить о пощаде и ползать на коленях, как помойные фарху!

— Эй, ты чего... А, опять твои тупые фантазии, — равнодушно ответила Ини.

Было видно, что ей понравилось. Она не привыкла видеть Марка таким оптимистом. Но поверить все равно не могла.

— Зря носом воротишь! Сама скоро увидишь! — заявил я.

— Аха ха, ради бога. Можешь делать что хочешь, — расхохоталась сеструха. — И да, что значит фарху?

— Это... Да так, гнилое, помойное, все в соплях. Короче, неважно.

Девушка решила, что я свихнулся, и это было логично. Главное, что я понял, как поступить. У меня был четкий план действий, который выглядел так: оторвать и засунуть голову в жопу каждому, кто выеживается. Вытянуть из дерьма себя, всяких сестер и сиседок. По возможности, заработать бабла и при этом остаться в живых. Но это так, напоследок.

Что ж, план операции есть. Переходим к контрнаступлению!

— Эй, что спим? — хихикнула Ини, выдернув меня из раздумий. — Смотри, пройдешь мимо.

— А, да, — хмыкнул я, и заметил, что входим во двор.

Надо сказать, сеструха была симпатичной, особенно когда улыбалась. Ее бы умыть, причесать, и толк точно будет. Как-нибудь займусь этим. Я умею создавать неплохой имидж. В учебке стриг «под ноль» новобранцев, получалось вполне себе модно.

Дорога наконец-то закончилась. В общей сложности мы шли не менее получаса. И пришли... в выгребную яму.

Передо мной открылся двор маленького городка далеких довоенных времен. Здесь были серые панельные дома, чахлые деревья, грязная детская площадка с ржавыми качелями. И все в таком духе.

Живем хуже бомжей. Интересно, какая в семействе мамаша? Теперь тетя Груня жопастая, которая моет полы в пивнухе. Ооох, с каждым часом попадаю все глубже.

Хотя, сам двор был ещё терпимым, а вот его обитатели... Территория возле хрущевки была «густо усеяна» бабками, плохо одетыми подростками. Здесь терлись бомжи, на лавке зависали самогонные сомелье, которые судя по виду, уже «наработались».

Настоящий кошмар, даже по меркам моего мира.

— Не пялься, дебил, — прошипела Ини. — Хочешь снова нарваться?

Я ничего не сказал. Захотелось сломать челюсть каждому быдлану, разогнав всю честную братву. Охренеть, получается, они тут хозяева? А я у себя дома «пялиться» даже не должен?

Назло всем врагам, я все-таки осматривал территорию. Но местный бомонд не обращал никакого внимания. Им не было дела до странного худощавого школяра.

Хотя нет, кое-кто все-таки оглянулся. Я заметил пару бомжей, которые стояли далеко друг от друга. Они были грязными, пьяными, старыми. Один раскапывал палкой траву, будто что-то искал, другой просто курил.

Вроде простые бродяги. Да, для школьника Марка. Но капитан Виктор Растинников, командир отряда «Карателей» думал немного иначе.

Я замедлил шаг, пропуская Ини вперед. Присмотрелся получше и понял: бомжи — это наружка. То есть, наружное наблюдение, выставленное кем-то и для чего-то.

Судя по тому, как они оживились, ребятки пасут лично... нас. Миллиардное потрясение за день! Зачем кому-то ставить спецов, чтоб следить за мелким задротом и его то ли сестрой, то ли просто соседкой?

Хотя, какие спецы? Так, огурцы сладкожопые, и не больше. Я сразу их раскусил. Мимика, жесты, движения головы.

Для простого человека, это тупо бездомные. Но набитый глаз сразу видит обманку. Чтоб притвориться бомжом, надо думать как бомж. А они только выглядят так. При этом мыслят, как цепные собаки, которыми, по сути, являются.

— Хааа, вот те на, — процедил сквозь зубы, посмотрел на одного, и он резко (слегка глуповато) вдруг отвернулся.

— Блин, дурак ты больной! — сокрушенно воскликнула Ини. — Ну, сказала же, боже мой...

Она потащила меня за рукав, да так, что чуть одежду не порвала.

Ничего не оставалось делать, как идти в дом. Так уж и быть, мы еще разберёмся. Проверим местных бомжей на подлинность как-нибудь на досуге.

Пока что я решил побыть Марком, оставив лишние мысли. Мы вошли в обшарпанный подъезд с ржавыми почтовыми ящиками и разбитым светильником.

Лифта тут не было. Поднялись на третий этаж по ступенькам. Ини открыла потертую дверь, и перед нами оказалась квартира семьи Лесовских. Жилище было не очень плохим. Как говорится, скромно, но со вкусом.

Я ожидал притон алкашей с липким полом. А тут бедное, но все же, семейное гнездышко.

Кроме того, квартира была просторной. Настолько, что у нас с Ини оказались отдельные комнаты, а мать, скорей всего, спала в зале.

«Казарма, что надо! Воевать точно можно», — подумал, осматриваясь вокруг.

Потом прекратил это делать, чтоб не быть совсем уж придурком в глазах сводной сестры.

Оказавшись внутри, Ини строго на меня посмотрела, сказав:

— Так, а теперь главное правило!

— Что? Не отклячивать зад при нажатии на спусковой крючок? — машинально выпалил я.

— Очень смешно, дятел! Главное правило, я сказала!

— Не понял? Мыть руки перед едой? Не ходить на задание без гранат? Что ты такое несешь?

Ини стала на меня наступать, тыкая в лицо тонким пальчиком.

— Очень весело, дурачок, играть в амнезию с родной сиседкой!

— Черт, бесячее слово.

— Я знаю... Так вот, для тех кто поехал мозгами, объясняю в пятисотый раз. Не трогать меня до прихода твоей матери госпожи Анны. Даже если загорится квартира, ты не имеешь право приближаться к моей комнате ближе, чем на два метра! Усек, или как?

— Ха, это все? Ради бога! — весело усмехнулся я.

— Ладно, — протянула девушка. — Обычно с этим бывают проблемы. Надеюсь, сегодня не придется тебя лупить.

Она задрала носик и отправилась в свою комнату. Я понял, что дверь после зала — это моя казарма. Что ж, посмотрим, как живет пацан, которого унижают всей школой.

Я тут же отправился в комнату. И она была... очень простой. Чего-то странного здесь точно не наблюдалось. Маленькое помещение с окном, где толком не развернуться. Есть кровать, шкаф, стул заваленный одеждой. Старые обои, обшарпанный пол, но в целом вполне ничего.

Так, компа с телевизором нет. У меня в его возрасте ПК точно был. Жаль, надо будет купить, если раздобуду деньжат. Хотя, вдруг здесь компьютеров нет? Точно, надо узнать, что к чему! Я ещё даже не разобрался.

С этой мыслью достал окнет, то есть смартфон или как там его. Короче, камень с дисплеем. На этот раз интернет все же был. Правда, не очень хороший. Ещё бы, в таком квартале!

Я снял школьную форму, одел домашние вещи и завалился на кровать, погрузившись в местное подобие интернета. Сначала было совсем не привычно. Точнее, даже не так. Настолько непривычно, что я охренел. Но потом слегка разобрался.

Стало ясно, что можно догадаться логически, понять, куда кликать. К счастью панель с буквами и цифрами была как у нас. Остальное я скоро понял.

И... информация потекла потоком. Таким мощным, что многое не усваивалось, приходилось перечитывать по два раза. Но главное все же понял, и это было отлично.

Как оказалось, я провалился в... Россию. Не в сказочную Нарнию или на Луну. Обычная наша РФ. Возможно, даже мой город. Только измерение малость другое.

Как выяснилось, измерений чуть больше чем одно — наше. И в каждом мир развивается параллельно. Принципы развития те же, но особенности всегда разные.

Так, в этом мире все строилось только на магии. Пока мы изобретали паровой двигатель, здесь обнаружили особое полезное ископаемое. Камни, которые излучают энергию. При определенных условиях ее можно использовать в механизмах, для освещения домов, отопления и не только.

При помощи этих кристаллов можно наделить силой стихотворение, то есть создать заклинание, а овощной суп превратить в настоящее зелье. Это проще, чем заморачиваться с нефтью и двигателями внутреннего сгорания.

Потому все важные сферы страны держатся только на магии. А наше чёрное золото используется здесь, как горючее, когда надо что-то поджечь. И не больше.

Кстати, насчёт страны. Я оказался в Российской Империи, которая вместо революции претерпела много реформ. Теперь это объединение кланов и корпораций, которые сотрудничают между собой, образуя большую державу.

Причем, крупные страны — тренд этого мира. С нами граничит Азиатская Империя, Укропольское государство, Северо-скандинавская империя и тд.

В стране живут россияне, но есть и иностранные диаспоры, образующие свои собственные кланы, как правило, очень закрытые. Несмотря на схожесть с людьми моего мира, местные являются магами.

Почти каждый ребенок рождается с потоком энергии, который заключен в его теле. Так произошло потому, что люди мутировали, десятками лет соприкасаясь с магией найденных ископаемых.

Можно назвать это счастьем или раем для всех. Ведь сказка тут стала реальностью! Правда, магический дар ещё надо раскрыть.

Мало кто может творить магию от природы. Большинству детей приходится проходить обучения в школах разного уровня, от начальной до старшей, чтоб научиться применять магию.

В итоге, успехи учеников отличаются. Кто-то раскрывает дар хорошо и становится сильным, что сулит путь в светлое будущее. Кто-то не справляется с делом и чахнет в бедности, если нет влиятельных родственников.

То есть все, как и в нашем мире. А магия — скорее приправа, которая дополняет уклад.

Я прочитал, что школы бывают разные. Чем лучше учебное заведение, тем больше шансов полностью раскрыть дар. Если так, то я останусь бездарем, в нашей то быдло-шараге.

Интересно, что раскрытие магии привязали к процентной шкале. Если проявленная сила равна от пяти до тридцати процентов, то ты в самой жопе. Можешь лососнуть тунца и ни на что не рассчитывать.

От тридцати до семидесяти — так сказать, средний класс. После семидесяти идут те, кто имеют все шансы стать богачами, нагнув этот мир, как проститутку в прифронтовом поселении.

Я никогда не боролся за звёздочки на погонах, но на дне быть тоже не катит. Надо всеми силами постараться раскрыть дар процентов на шестьдесят! Если он вообще есть в моем теле.

А пока пришлось штудировать интернет, чтоб завтра если не слиться с толпой, то хотя бы особо не выделяться. Так... узнать какой сейчас год!

Летоисчисление здесь идет не от Рождества, как у нас, а от официального открытия магических кристаллов. Значит, я оказался не в 2074 году, а в 351. Хотя, судя по общему развитию, обстановку можно сравнить с тридцатыми годами двадцать первого века моей прошлой реальности.

Кроме летоисчисления была еще одна тонкость. Люди здесь взрослели иначе. Как выяснилось, мне восемнадцать. То есть, я, мать твою, новобранец прошедший учебку! Матерый головорез!

Но вот нет... Несмотря на цифру в паспорте, развитие тела отчитается от нашего мира года на три. То есть я выглядел на 15-16 лет в свои годы. Ини было 20, ей оставался один год до окончания школы, при этом она смотрелась максимум на восемнадцать.

«Ладно, это даже неплохо. Позже состаришься — дольше проживешь», — подумал, в конце концов. Ха, кого я обманываю! Долгая жизнь и боец-каратель — вещи несовместимые.

Помимо основ решил изучить местные кланы, чтоб знать, кто тут главная шишка, а кто стоит «на подсосе». Все оказалось просто и одновременно запутанно.

Сферы влияний делят кланы и корпорации. Первые отличаются тем, что в них главенствуют семейные отношения. А в корпорациях преобладают деловые связи.

То есть, кланы создавали семьи: одна или несколько. Компании же открывали предприниматели, которые вообще могли не иметь родственных связей.

Главного клана, как такового здесь не было. Огромную роль играли дворяне, ведь как ни крути, это все же Империя. Совет дворян управлял государством. Сами аристократы учились военному делу, максимально открывали дар и тщательно следили за генеалогическим древом.

Ха, гинекологическим нахрен! Ахаха!

Черт, почему я смеюсь от такой ерунды? Ах, да подростковое тело. Оно влияет на восприятие мира.

Так вот, несмотря на мнимое величие, дворян многие называли Дворнягами. Они не имели той власти, какой обладали лет сто назад.

Огромную конкуренцию им составлял клан Одарённых. Это люди, которые сами раскрыли свой дар на уровень выше семидесяти процентов. Причем, такое раскрытие произошло очень быстро, без обучения в течение тринадцати лет и тд.

В такой клан попадали в основном богачи. Но простолюдина тоже могли принять. Если он действительно мог явить силу, так, как того требует устав клана.

Дальше шли Просветленные. К ним относились люди, которые открыли свой дар на уровень пятьдесят процентов и больше, пройдя полный курс обучения, и закончив учебу на «отлично» и «хорошо».

Можно назвать их кланом ботаников. Он образовался из тех, кто не подходил по параметрам одаренным, но все равно имел силу и ум. То есть, одаренные второго сорта. Хотя, сами они так не считали, называя себя светлыми головами империи.

Был еще клан Техномагов. Это люди, чей дар позволял находить поломки в механизмах, чинить технику на расстоянии, управлять некоторыми устройствами и многое другое.

Они считали себя особенными людьми, типа наших программистов и геймеров. У них была своя тусовка, куда, кстати, мечтала попасть сиседка.

Имелись и национальные кланы, например: японский Орден дракона или американский Колонисты Востока. Кроме основных кланов было множество маленьких. Еще существовали объединения, официально не ставшие кланами, называемые при этом группами (группировками).

Разбираться в таком очень сложно, да и смысла особого нет. Потому я не очень-то парился. Главное, понял суть, дальше уже будет ясно.

Вообще, обстановка была здесь хреновая. Каждый клан, корпорация или группа считал себя ущемленным в правах, как последняя феминистка. Все они что-то требовали, пыхтели, тянули на себя одеяло.

Несмотря на долгую историю, страна только формировалась. Шел тихий передел собственности, не заметный обычному обывателю.

Изучив статьи о кланах, я перешел к корпорациям. Это казалось важнее. Потому что бизнес часто сильнее родственных связей. Значит, корпорации вполне могут задавить кланы в будущем.

Думая об этом, я открыл список главных из них. Там находилось несколько верхних позиций, все остальные болтались внизу.

Так, посмотрим, кто правит балом в имперско-магическом притоне...

Глава 5

Здесь тоже все было непросто. В стране оказалось несколько главных корпораций. Основная — это Магпром, что-то вроде довоенного Газпрома моего мира, только более влиятельна в политическом плане.

Она занималась добычей тех самых магических кристаллов, от которых зависело все. Это ясно, как говорится, без комментариев.

Потом шла корпорация Энерго. Она обогащала камни, заряжала их дополнительной силой. Ещё была крупная фирма Трансо. Классика жанра, обычные перевозки товаров.

Хах, Трансо! Как трансвеститы! Ахаха ха!

Черт, да что за тупое малолетнее тело? Хочется ржать над каждой фигнёй.

Важную роль играла корпорация ТиП — Торговля и Предпринимательство. Имелись другие компании, но я про них мало читал. Ведь мозг и так оказался загружен под самую крышку.

«Да уж, не страна, а притон гангстеров», — подумал, когда слегка разобрался.

Надо посмотреть, что мы хоть изучаем. Я уже три года учусь в старшей школе, и не могу быть полным нулем. Это вызовет подозрение. Хорошо, если б память задрота проснулась!

Скорей всего, так и будет. Но надеяться на это не стоит. Я задумался об этом и не только, провалился в мир собственных мыслей. И тут... резко открылась дверь.

Чуть не дал очередь из плазмобластера. Ах, да у меня нет плазмобластера. Я долбаный школотрон, точно, точно...

Поэтому лишь глупо охнул, вздрогнул всем худощавым телом и обернулся. На пороге стояла женщина. Не могу сказать сколько лет. Не намного старше моего прежнего тела.

Зрелая, не полная, высокая и довольно красивая. У дамочки были широкие бедра, при этом тонкая талия и аппетитная грудь, приятно торчащая под одеждой. Несмотря на возраст, довольно нежная шея, роскошные волосы до плеч, большие глаза, чувственные, но не вульгарные губы.

На женщине был брючный костюм, деловые туфли. В целом, опрятный вид, хоть и смотрится слишком уж дёшево. Логика дала четкий сигнал, да и память парня проснулась.

Это была его мать! Хмм, ожидал чего-то более... забористого. Такое чувство, что женщину сунули в эту сраку искусственно. Она совсем не сочеталась с зачуханным бомж-кварталом. Но сейчас не об этом.

Баба оказалась что надо. Обожаю таких сочных милф!

«Я б ей вдул!» — пронеслось в голове.

Черт, она же моя типа мать. Хотя душа-то ей не родная, зато тело очень даже родное. Вообще, я вышел из ее вагины, а побывать на родине (пусть и частично) — это важное дело.

«Да что за пошлый бред лезет в голову?! Подростком быть сложнее, чем, кажется!»

Борясь с потоком эмоций и мыслей, я пялился стеклянными глазами в одну точку. И лишь потом понял, как тупо это смотрится со стороны.

Чтобы как-то разрядить атмосферу пожал плечами и кашлянул.

— Ооо, Марк! Чем ты тут занимался? — заботливым (до тошноты) тоном сказала женщина.

— Я? Ды так. В игры играл, — ответил как можно проще.

Черт, а что ещё мне сказать? Я же сраный подросток. Только тут получилась ошибка. Мамаша вся побелела, всплеснула руками и ахнула.

— Маркуша, ну зачем же так врать?! Давай, скажи правду!

Хренов Штирлиц с большими сиськами. Ладно, так уж и быть. Чем обычно занимаются подростки, когда мамки нет дома? Ага... точно, знаю.

— Ладно, хорошо, признаюсь. Я смотрел порно и мастурбировал, — сказал, как ни в чем не бывало.

— Аааа, ты чего?! — взвизгнула мать.

— Ой, прости, пошутил! На самом деле я хотел сказать, что без порно. Тупо на образы в голове.

— Ааах, Мааарк!

— Да, что опять-то не так? Не уроки ж мне учить, в самом деле!

«Или... Черт! Все хуже, чем мне казалось»

— Причем здесь уроки, мой мальчик, — женщина затряслась как после пьянки, и прошла в комнату.

— Ты опять читал азиме? Так и знала! Все эти пошлости тоже оттуда. Ну почему ты такой у меня? Я же сто раз просила, увлекаться этим только по выходным.

— Да, прости мам. Просто нравится очень, — виновато произнес я.

Надо было выяснить, что там за азиме, поэтому так и сказал.

— Нравится? — ахнула мать. — Что может нравиться в книгах про распутных девиц с большими грудями, и про уродцев, которые всех рвут и режут? Маркуша, пойми, ты живёшь в придуманном мире. Вечно утыкаешься в книги. А надо быть собой, понимаешь?

— Да. Понимаю, — твердо заявил я.

— Ну ладно, молодец, что хоть соглашаешься, — спокойнее произнесла Анна. — Так, пойду ужин готовить. Потом позову вас с Ингой.

С этими словами мама поцеловала меня в лоб и быстро ушла. Так... значит, сестру зовут Инга, так и запишем. Стоп, с чего это мамка после работы должна на кухне корячиться? А взрослая девка валяется в комнате, как Путин в своем мавзолее!

Непорядок, надо исправить. Завтра точно займусь, а пока разберусь с этим Марком.

Выходит, он анимешник, обожающий японские сказки. Теперь ясно, откуда ноги растут. Мечтал о жопастых тянках из книжек, вместо того, чтобы жучить тянок реальных. Ничего, это как-нибудь разгребем!

Мамаша оказалась не только привлекательной дамой, но ещё и расторопной хозяйкой. Не успел пошевелить мозгами в очередной раз, как квартиру потряс женский голос.

— Ребяяааата, идите кушать! Маааарк, Ииингааа, скорее!

Я тут же вышел из комнаты. Что-что, а прием пищи был как раз кстати. Так, здесь теперь домашняя кухня! Не походная калвмаса (калорийная войсковая масса) и не стряпня казарменной столовки.

Ууух, благодать! Я, потирая руки, направился в сторону комнаты, откуда исходил аромат жареной картошки. Сестра-соседка шла следом, делая это назло слишком медленно.

— Госпожа, Ааанна, — ныла она. — Не называйте меня Ингой, тупое блин имя.

— А ты не называй меня госпожой! — раздалось из кухни.

Вскоре мы расселись за маленьким столом. Мебель в помещении была очень дешёвой, при этом довольно опрятной. Плита вымыта, шкафы протерты, на подоконниках цветы в виде маленьких лилий. Очень даже неплохо.

Выходит, бедность может быть и цивильной. Это не всегда грязь и «пузырьки боярышника» вместо ужина. Кстати да, насчёт ужина.

Мама приготовила картошку с кусочками мяса. И это было волшебно. Я сразу же начал есть. Анна подметила, что раньше с этим были проблемы. Я мог сутками читать азиме без еды, зато сейчас уплетаю за обе щеки.

Не стал париться по этому поводу. Такая нестыковка не очень заметна. Ини тоже ела, но без особого удовольствия. Она подметила, что картошка у нас каждый день, и что дом превращается в школьную столовку.

— Как дела в школе, Марк? — спросила мама, когда мы заканчивали ужинать.

— Хорошо, — сказал я.

— Ага, очень здорово. У тебя же вечно, — начала Ини.

Я так на нее посмотрел, что девушка сразу заткнулась. Нечего тревожить мать кучей тупых мелочей, которую скоро превращу в кучу трупов.

Дальше разговор был почти ни о чем. И мне это очень понравилось! Давно мечтал поболтать в семейном кругу.

Все было так хорошо. Не ожидал, что можно получить удовольствие от пустой болтовни. Хотелось до бесконечности цедить чай, слушая нотации матери и забавное фырканье Ини.

Но тут соседка вздрогнула, окинула комнату взглядом, сказав:

— Кажется, Мурлок идёт!

Что, твою мать?! Сраный бурлог! Гниющий медведь-мутант, перекусывающий людей пополам? Нет! Только не это.

Тень Марка сразу исчезла. В теле остался двинутый капитан Раст, который должен был предупредить бойцов, и завалить гигантскую тварь, желательно не попав к ней в желудок.

Не знаю, как это произошло, но я упал на пол. Действуя лишь на инстинктах, завопил так, что на столе задрожала посуда:

— К бою, салаги, что стали! Развернуть плазмоганы! Вакуумные гранаты сюда! Прячьте жопы, щенки! Он откусывает их в первую очередь!

Мои слова отдались эхом от стен, дальше наступила полная тишина. Только тогда понял, что отчебучил. Стало не по себе. Даже слегка затошнило от собственной тупости.

— Эээ, Маркуша? Ты это что? — с трудом промямлила Анна.

— Ох, с каждым днём только хуже. Опять начались заскоки, — едко подметила Ини.

После ее слов раздались звуки: тык, тык, тык. И в комнату вошёл кот серо-белого цвета. Он был толстый, с пухлыми щёчками. В глазах его читался испуг, но желание клянчить еду все равно оказалось сильнее. Несмотря на крик пушистик пришел на кухню.

— Смотри, Мурлок, что делает с людьми азиме, — хихикнула Инга.

— Я... отключу всесеть, чтоб ты не заходил на сайты с такими книгами, — сокрушенно произнесла мама.

— Эй! Вы чего?! Аха ха хах! — воскликнул, резко встав с пола. — Это розыгрыш такой был. Мне в школе друзья показали.

— Как в школе, Марк? — вытаращив глаза, промямлила мать. Ее подбородок подрагивал, глаза чуть не выпали из орбит.

— Врёт он все, у него друзей в школе нет, его только гоняют, как шавку, — хихикнула Инга.

Похоже, решила покидать понты перед мамкой. Сейчас ее стервозность проявилась во всей красе. Захотелось обломать зарвавшуюся сеструху. Но после того, что случилось, пришлось вести себя тихо.

Потому я ничего не сказал, и мы продолжили вечер. Вскоре все устаканилось, хотя, осадок точно остался.

Мать говорила со мной слишком вежливо. Наверняка считала, что «нельзя нервировать мальчика». Ини делала не самые приятные намеки, выставляя меня полным дятлом.

Да, в этом мире надо быть раздолбаем. Наработанные годами боевые рефлексы могут сыграть злую шутку. Кто бы знал, что мне придется разучиваться воевать, а не наоборот. Пожалуй, это самое сложное.

— Ладно, я поняла. А как у тебя дела, Ини? В смысле, кроме учебы? — сказала Анна, выслушав рассказ сиседки о том, что они проходили.

— Ох, кроме учебы не знаю. Идёт все само потихоньку. Вот хочу тату на лице сделать — символ клана техноидов. Здесь вот, прям на щеке, — кокетливо сказала сестра.

— Ингочка, дорогая, может, ты сначала подумаешь? Это серьезное дело, — осторожно сказала мать.

А я зажал рот руками, потому что хотелось предложить выскочке другое место для наколок, которое находится ниже, начинается на «кли» и кончается на «тор». К счастью, смог удержаться. Но Ини все равно вдруг надулась.

— Я могу менять свою внешность, как захочу. И уже обо всем подумала, — сказала она.

— Хм, но ведь ты и так выглядишь... необычно. Мне постоянно делают выговоры учителя, — виновато произнесла мать.

— Ха, и что дальше? У меня погибли родители. Я имею право получить от жизни хоть какую-то радость! — нагло проворчала Ини.

— Ну да, извини, — грустно сказала Анна.

Сеструха попутала берега! Спекулировать на смерти семьи — это уже перебор. Я держался, как мог, но капитан Раст с бешенством вырвался на свободу второй раз за вечер.

— Что смотришь? Глаза поломаешь! — зашипела на меня Ини, что стало последней каплей.

— Смирно, рядовой! — гаркнул я. — Твоя семейка сыграла в ящик? Думаешь, от этого твои яйца стали больше или мозги просветлели?! Хрена с два, салабон! Ты такой же кусок грязной плоти как раньше. Я знал одного пацана, его родителей порвал тентаклиевый дьявол у него на глазах. Так вот что, засерух! Он переварил эту проблему, как банку войсковой тушенки своими титановыми кишками. Он стал капитаном боевого отряда, мать твою. И живёт полной жизнью, радуясь каждому дню, как монашка после оргазма. По выходным пьет пиво с энергокапсулами, имеет шлюх в притонах и сворачивает бошки разным ублюдкам. Бери с него пример, рядовой. Иначе я растяну твои сиськи и завяжу их на спине в морской узел!

Ох, как меня прорвало. Вообще хотел сказать малость не то. Или то... Я солдат, а не сраный оратор. Для меня дипломатия — это дуло моего плазмобласта в сраке у оппонента при споре. Но здесь другая реальность, привыкнуть к которой сложнее, чем кажется.

Понимая, что немного переборщил, я тут же... отпил чай с характерным звуком: фффьууу-чмок. А что? Не огонь же на себя вызывать, в самом деле?

Мать сидела с каменным лицом и молчала. Казалось, в нее вселился десяток демонов. Ини вскочила быстрее, чем штабной дежурный, к которому подошёл генерал. Ее рот выдавил что-то вроде «ах тыыы, аааяяя, ооох!»

Затем девчонка пулей свалила из комнаты. Даже ветер скользнул по щеке. Не знал, что она может так бегать.

Но это еще не все. Казалось, от моей речи Анна просто свихнулась. Надо как-то вернуть ее разум. Так, может налить за шиворот кипятка?... Можно было б плеснуть в лицо, но она все таки женщина. Или просто сломаю ей палец. Не, такого шока может и не хватить. Кипяток будет лучше.

Думая об этом, я пялился в одну точку. Тут мамка вернулась в сознание.

— Маааарк! Маркуша! Маарчик! Аппооо, атооо, аааххх, ооо, — она глотала воздух, как рыба, выброшенная на берег, не в силах сказать что-то внятное.

Я покосился на чайник с кипятком. Потом решил применить последний прием, перед шоковой терапией.

— Слушай, мам, все нормально. Я использовал психологический метод, чтобы помочь нашей Инге, — сказал тоном Марка, стараясь всеми силами сдержать себя прежнего.

— А... То есть, ооо, — мать залпом выпила кружку чая, а потом сказала спокойнее. — Как ты узнал про такую, нууу психологию?

— Прочитал в одной книжке. Там сказано, что это позволяет вытащить человека из плохих мыслей.

— Хм, может быть. А где ты взял эту книгу?

— Однажды во время обстрела нас с лейтенантом Савиным завалило в подземной библиотеке. Там были книги, и вот, — сказал как можно тупее.

Черт, какой ещё Савин? Опять лезет капитан Раст!

— В библиотеке? Ты был в школьной библиотеке? — радостно оживилась мама. — Значит, ты читаешь научные книги, а не только одно азиме!

На последних словах женщина весело улыбнулась. Я улыбнулся в ответ, как любящий сын и посмотрел на сиськи Анны, которые виднелись в вырезе домашнего халата.

Блин, она ж моя мамка, точнее его. А он — это я. Вот засада...

— Твоя психология грубая. Она совсем не подействовала. Инга теперь очень обиделась, — резко став грустной, сказала мама.

— Ой, что же делать? Пойду попрошу прощения, — ляпнул в шутку, но Анна восприняла серьёзно.

— Хорошая идея! Обязательно извинимся перед ней чуть попозже.

Охренеть, а молочка в бутылочке не согреть! Теперь ясно, почему эти детки такие. Мамаша их явно разбаловала. Конечно, хорошо, что она мягкая и заботливая. Но с добротой всегда просто переборщить.

Я задумался над этим и не только, решив теперь уже точно быть паинькой.

Не прошло и нескольких минут, как в комнату ворвалась Инга. Она была красная, что-то злобно ворчала. Я не успел опомниться, как получил звонкую пощечину.

— Вот! — крикнула девчонка, отбив мне щеку.

— Еще раз так сделаешь, засуну табурет тебе в задницу, — прошипел под нос, чтоб мать не услышала. А больно, зараза. Тело этого Марка очень чувствительное.

— Ингочка, я хотела сказать, — заявила мама, наверняка решив извиниться.

Но Ини ее перебила, выпалив:

— Давайте помою посуду. Там полная раковина.

— Эээ, да. Ты никогда это раньше не делала, — осторожно произнесла Анна.

Инга ничего не ответила. Она как запрограммированный робот повернулась к мойке, включила воду и стала неистово драить.

Мы с мамкой открыли рты и заткнулись, чтоб не мешать важному действу. А я вдруг понял, что стал отличным подростковым психологом. Кто бы знал, что простой капитан так талантлив!

Благодаря моим стараниям или самому дьяволу Инга слегка успокоилась. На следующее утро мы нормально общались, идя в школу вчерашним маршрутом.

Ночь, проведенная в теле Марка, дала свои результаты. Черт, звучит как-то гейски. Но ладно...

Так вот, в отличие от вчерашнего дня, я сильнее вжился в роль школьника. Разум немного очистился, информации о мире стало заметно больше.

Но я все равно пытал Ини, стараясь узнать все подробности. Она весело отвечала на вопросы, поясняла, рассказывала. Лишь иногда говорила, что я придурок, но шутливо, больше для вида.

В этот раз дорога прошла очень быстро. Мы прошли полоску кустов, где больше не было гопников. Утренний холод приятно обжигал кожу, вдали виднелась ограда школьной территории.

Я чувствовал себя хорошо. Хотелось кого-то убить, но это в порядке вещей. Тут Ини вдруг загрустила, скорбно сказав:

— Да уж, Марк. Жаль, что ты идешь в этот гадюшник. С самого утра уже столько дерьма.

— Не понял, ты это о чем? — непринужденно спросил сестру.

— Так, ни о чем. Я про туннель позора.

Стоп! Что за новая шняга?

— Эээ, какой туннель? И кого там будут позорить? — спросил, чувствуя что-то неладное.

Глава 6

Инга горько рассмеялась. Похоже, ей было меня очень жаль. Ненавижу, когда жалеют! Особенно, когда так делают женщины...

— Не притворяйся, я знаю, — сказала Ини. — Ты каждое утро приходишь в школу, а местные клоуны ржут, тыкают пальцами, издеваются. Такая у вас традиция, встречать лузеров туннелем позора.

— Чего? — выпалил, ощущая, как внутри все кипит.

— Знаю, что ты не лузер. Но... Ох, всегда говорила, что лучше идти через черный ход. Договорился б с уборщицей что ли, чтоб она запускала.

— Не, мне не надо. Меня уже и так «запустили», — холодно отчеканил в ответ. — Что ж, разворотим их анальный туннельчик!

Я потер руки в предвкушении приятного представления. Конечно, будет не просто. Но нежности мне ни к чему.

Одно плохо, что времени нет. Мне бы несколько дней, чтоб привыкнуть к телу подростка и повторить приемы рукопашного боя, где почти не нужна сила мышц. Тогда б я смог завалить школотронов. А так... тоже завалю, ясен хрен, но не так красиво, как мне хотелось бы.

— Ты всегда говоришь ерунду, — тем временем болтала Ини. — Пытаешься скрыть, а зачем? Должны стыдиться те, кто тебя оскорбляет. А ты... не знаю даже, будь хитрым. Не попадайся им на глаза.

Ага, может мне еще жить в сортире? Извини, подруга, так не пойдет.

— Слушай, это все хреновня. Расскажи, кем ты хочешь работать? — сказал, чтоб сменить тему беседы.

И оставшуюся часть пути Ини трындела о том, как взлетит по карьерной лестнице, порвав легион конкурентов. Не знаю, что тут за мир, но сеструха хочет плыть по течению, жить правильно, «как все люди». Это часто выходит боком. Как-нибудь скажу ей о том. А пока надо слегка подготовиться.

Оставшиеся несколько минут я вспоминал вчерашнюю тренировку. После ужина с семьей отрабатывал приемы в своей комнате. Ну как отрабатывал... маялся дурью. В такой тесноте мало что отработаешь.

Несмотря на это, кое-что понял. Тело Марка настолько другое, что, даже зная прием, не могу его толком исполнить. Мышцы немного не те (причем, дело даже не в силе), координация движений другая, длина рук, ног... и вообще.

Я мало чего добился, зато понял одну важную вещь. В драке надо делать упор на болевые точки, не пытаться идти в лобовую и стараться избегать тех, кто намного сильнее.

То есть, буду включать мозги, вместо бластера и накачанных мускулов. Судя по тому, что я видел, местная гопота интеллектом не блещет. Значит, можно ее легко переигрывать.

Пока думал об этом, Ини прекратила болтать. Она еще раз меня пожалела, сказала, чтоб, если что убегал. Ага, супер ценный совет! Потом сеструха свернула и весело пошла в сторону соседнего корпуса.

Мне же предстояло переть только прямо, где ждет какой-то сраный туннель.

Тело Марка давало о себе знать. Я чувствовал (нет, какой страх), напряжение что ли... Но быстро взял себя в руки и подошел к крыльцу твердой походкой, какой обычно заходил в поселения по время зачисток.

Все было вполне себе мило. Сбоку стояли девчонки и ржали, как ненормальные. Парни постарше о чем-то мирно гудели. Какие-то пацаны носились по площадке перед крыльцом. Обычная школьная жизнь.

Единственное, трое гопарей пялились в мою сторону. Посмотрел в ответ, и они отвернулись. На крыльце стоял Дэн, мой одноклассник. Он подошел, поздоровался, спросил как дела.

Расспрашивал насчет вчерашнего. И я ответил, что все это бред. Не признавать же, что столкнул двоих с лестницы, чтоб меня отправили в дурку?

Дэн намекнул, что пока лучше не заходить. Ага, значит, боится туннеля. Я сказал, что согласен и он правильно мыслит. Но сам, к удивлению друга, отправился в здание школы.

На входе дежурила охрана. Охренеть, тут охрана, а такой беспредел происходит!

Так вот, прошел пост безопасности, отправился дальше по коридору. Я уже знал примерный план здания, потому не запутался как вчера.

Нужно было заглянуть за угол и подняться по лестнице. Я свернул куда надо; вот тут-то как раз началось.

На первый взгляд, кипела обычная жизнь. Школьники болтали, смеялись и даже ели, тусовались перед первым уроком. Им было в лом сидеть в классах, вот и высыпали в коридор от безделья.

Казалось, Ини ошиблась или специально подставила. Но как только я прошел вглубь коридора, большая часть школоты вздрогнула как по команде. Подростки стали по стенкам, образуя... реальный туннель.

Все улыбались и дергались, будто им должны дать миллион долларов. Я хотел что-то сказать, но уже не успел. Противный пацанский голос воскликнул:

— О, Маркуша дебилоид идёт.

— Ахаха, Лесовский, отсоси мою шнягу, — заорал кто-то.

— Фу, Лесовский, говноед, — послышалось сбоку, а следом раздался оглушающий свист.

Дальше коридор утонул в криках, девичьем писке, ругательствах и всяком дерьме. Казалось, что я попал в ад, где беснуются черти. Даже моего опыта не хватило, чтоб сохранить спокойствие. А какого было пацану ходить так каждый день!

Да уж, школа... хуже психушки. Но я ведь отличный психолог. Значит, надо лечить пациентов!

Это были последние мысли в моей голове. После нескольких секунд оскорблений, разум стал тупо отказывать. Хотелось придумать стратегию, сделав все легко и красиво. Но когда тебя угрожают трахнуть вместе со всей семьей, показывают средние пальцы, свистят, корчат рожи, то становится не до мыслей.

Единственное, что пришло мне на ум, так это заткнуть малолеток. Здесь и сейчас, чего бы мне это не стоило! Говорить с ними было бессмысленно. А сил дать всем по щам не хватало.

Школотроны были очень расслаблены. Они ожидали, что я убегу или пройду сквозь туннель, опустив башку, словно педик.

Эффект внезапности берет горы. И в этот раз он был на моей стороне! Собравшись с силами под вопли толпы, я стал вычислять тех, кто особо рьяно поливал говном мою личность. Дальше, бросался на них, стараясь нанести максимальный ущерб минимальными силами.

Первым под раздачу попал худощавый пацан с пышными бровями. Врезал его в нос кулаком, слабо... Но очень точно. Школяр не успел понять, что случилось, как превратился в кровавый фонтан.

И тут, капитана Раста понесло. Стал щелкать утырков одного за другим. Сам удивился, насколько быстро все получалось.

Мелкого кулаком в кадык, длинного ботинком по шарам. Ушлепок смеётся и держит книгу. Отлично, ребром учебника по хлебалу...

Во, девка тоже туда же! Решила стать королевой гангстеров, дорогуша? А... девочек бить нельзя. Ничего, закручиваю ее «в танце» и припечатываю к стенду покрытому стеклом. Не визжи, милая! Операция по удалению прыщей прошла успешно.

Так, козел с карандашом в руке. Вырываю карандаш, втыкаю в плечо. Эх, жаль, что не в шею.

Во времена наших дедов была такая музыка, назвалась шамус или что-то типа того. Там пели про зону, ментов и все такое. Так вот, певец тех лет исполнял песню:

Раз, два, три по почкам,

Раз, два, три по печени.

Потерпи, браточек,

Слегка тебя подлечим.

Получается, я герой этой песни. За считанные минуты «вылечил» человек десять. Да так вошёл в кураж, что готов был продолжать врачебную практику хоть до ночи.

Ах, собака! По морде схватил. Лови отдачу, пяткой в коленную чашечку. Во, ещё одна девица. Четкая подсечка, и летит с высоты каблуков лбом об пол.

Возможно, это библейское чудо. Но вскоре коридор превратился в обитель покоя. Все кто мог, разбежались. Кто-то стоял в глухом ступоре, не понимая, как ТАКОЙ школьник может всех раскидать.

Слышались стоны и вопли. Кто-то звал мамочку и охрану. Туннель позора закончился... Как говорила одна путана, «могло быть и малость подлиньше».

Я остановился возле лестницы с чувством выполненного долга. Теперь ясно, почему многие любят школьные годы. В какой-то момент послышался дьявольский смех, будто сам черт ржал в аду.

Настоящее «ха ха ха», как в тупом фильме. Смеялся огромный пацан, на голову выше меня и шире в плечах раза в два. На нем была форма с причудливым иероглифом, сделанная из добротной ткани, не то, что мои лохмотья.

Сам он был ухоженным, глаза горели злостью и уверенностью в себе. Точно старше меня, скорей всего выпускник. Наверняка из богатой семьи, а зашёл в нашу часть школы случайно, попав на бесплатное шоу.

Я сразу заподозрил неладное. Мажорные качки часто ведут себя слишком гадко. Потому приготовится к худшему, рассматривая молодчика. И интуиция не подвела.

— Хрена себе ты агрессивный, задрот! — хихикнул здоровяк, смотря в упор.

Он пялился на меня как на говно, казалось вот-вот плюнет в рожу. Драться с таким — это самоубийство.В отличие от мамкиной гопоты этот хрен был настроен серьезно. И чтобы не идти на конфликт, я всего лишь выдохнул:

— Что?

— Хорошо прыгаешь, говорю, обезьяна! Откуда сам, чучело? — давясь от смеха, сказал здоровяк.

Похоже, он привык общаться так с теми, кто слабей и беднее. Жаль эта сучка не знает, что перед ней, мать его, капитан Раст!

Конечно, я знал, что быковать здесь не стоит. Чтобы не получить от амбала сказал вежливо, насколько это было возможно:

— Аха ха, да братан! Прикинь, люблю прыгать! Чучело в зеркале увидишь, а обезьяна — это твоя мамочка, ахаха! Любишь ржать, клоун ссаный? Давай поржем вместе, ха ха ха!

Я специально передразнил амбала. Получилось весело и вполне дружелюбно. Не, а что, в его стиле? Но гора мяса не оценила прикола.

Пацан вдруг стал мрачным, как жопа патологоанатома, и дал мне смачную оплеуху, так называемого леща. Не сказать, чтобы сильно, но вполне ощутимо.

Конечно, это не повод проявлять агрессию. И любой бы в моей ситуации нашел мирный выход из положения. Но я не любой, мать твою. Я — капитан Раст!

Мозги полностью отключились, дипломатия пошла в жопу, где ей самое место. Амбал открыл рот, чтоб сказать угрозу в стиле «че-почем», но не успел это сделать. Потому что я бросился его убивать...

Желая превратить мудака в перетертую блевоту мартышки, я врезал ему в подбородок, потом между ног. Дальше в солнечное сплетение, в бедро, по зубам.

После чего... получил мощнейший хук в челюсть, поднялся над землей как пушинка и шмякнулся затылком об пол во всего маха. Последнее, что услышал, дьявольский вой амбала. Походу, черт разозлился.

Аааай, сучье дрыщавое тело! Ну почему оно нахрен такое???

Короче, я провел мощную серию, взбесив амбала. А он вырубил меня с одного удара. Не с одного удара кувалдой. Простым, мать его, кулаком. Ооох, капец, как же стыдно.

Даже в обморочном состоянии я не находил себе места. Хотелось сдохнуть и не возвращаться в реальность, где меня ТАК опозорили.

Но, к сожалению, здоровяк был салагой. Он меня не добил. Вскоре в глаза врезался яркий свет, я глубоко вздохнул и понял, что нахожусь в лазарете.

Белое помещение со странным запахом, где полно железяк, разных склянок. Больничка, она есть больничка, в каком бы ты мире не был.

Голова сильно болела, тошнило, все расплывалось. Я понял, что задержусь в этом месте. Это даже и к лучшему. Надо побыть одному, чтоб привыкнуть к новому телу. Иначе, точно загнусь. Ведь полностью осознать себя Марком пока получалось не особо.

Лазарет, есть лазарет. Если попал сюда вместо могилы, надо тупо не париться. Что я тут же и сделал, растянувшись на тесной кровати.

Вдруг дверь резко открылась, и в комнату вошел парень в белом халате лет двадцати пяти. Он был высокий, худой, с длинным носом и нелепой копной волос.

Незнакомец посмотрел на меня и спросил:

— Ты, правда, на Патрика бросился?

— Чего... я сражался с жирным куском говна, салабон.

— Хах, вот значит как? То есть, Петр Подгорный для тебя просто дерьмо?

— Для меня дерьмо каждый, кто стоит на пути.

— Ух... здорово ты башкой приложился. Вижу, стал заговариваться. А насчет дерьма, это зря. Говорят, Патрик троих завалил в том году. И его не прикрыли. Вот что значит, быть сыном Подгорных.

Врач говорил это в шутку, но видно было, что очень завидовал. Еще я заметил, что док меня уважает, несмотря на то, что не согласен с такой... военной стратегией.

— Не парься, медицина, все ровно. Я подставляю сраку, ты ее чинишь. Все просто, — через силу усмехнулся я.

— Это да, придется тебя починить, — подмигнул доктор.

— Ага, денька три точно хватит, — промямлил я.

Врач округлил глаза и сильно расхохотался.

— Охо-хо, ахахаа, такой смешной бред при сотрясении раньше не видел. Денька три! Денька три, боже мой!

Я заметил, что в руках дока была пробирка и какой-то маленький цветной камень. Врач стал с ними возиться, не переставая при этом смеяться.

— Эй, сколько тогда? У меня нет времени, чтобы гнить здесь неделями. Попробуешь удержать, я сделаю подкоп своим членом и свалю к мамочке.

— Ооо, да тебя круто несет! Погоди... помолчи.

Док с трудом успокоился. Он подошел ко мне и попросил выпить содержимое мини пробирки. Похоже, это было лекарство. На вкус как чай на травах без сахара.

Я выпил странное пойло. Потом док взял блестящий кристалл, направил его на меня, и камень вдруг загорелся. Я почувствовал, как тело обдала волна тепла. На этом все прекратилось.

Странная физиотерапия. Но ладно, главное, чтоб все шло на пользу.

Я расслабился, решив вздремнуть до следующих процедур. Правда, у дока были другие планы. Он посмотрел на меня, как на местного идиота, потом сказал:

— Все готово. Так и будешь валяться?

— Э, вообще-то я ранен, если ты не заме... — сказал и осекся на полуслове.

Голова перестала болеть, в теле появилась приятная легкость. Еще немного мутило, но я был почти что здоров. Стоп, разве такое бывает? Возникла куча вопросов, на которые ответил сам доктор.

— Эликсир плюс восстановительный артефакт, — сказал он. — У нас не элитное заведение, так что особой сыворотки не держим. Сегодня будет штормить, живот слегка по болит. Покроешься волдырями, если есть аллергия. А вообще, все нормально. И так валялся тут два часа.

Хм, то есть ясно. Магия в этом мире лечит ранения за секунды! Охренеть, часа два! Для их медицины это что, много что ли?

Я готов был танцевать от счастья. Получается, тут нет болезней, раз любую хрень можно прижечь волшебным настоем. А ногу так пришить можно? А руку, а зуб если вставить? Да уж, магия творит чудеса.

Я с трудом удержался от того, чтоб не осыпать парня вопросами. Вместо этого решил сам во всем разобраться. Обратился к доку с улыбкой, сказав:

— О, спасибо. А то после удара как-то колбасило. Все, пойду на учебу.

— Колбасило, не то слово. Больше не попадай сюда, а то счет родне выставят за лекарство, — сухо сказал врач, но глаза его задорно горели.

Похоже, он уважал паренька, который не побоялся выйти один на один с этим Петькой. Ради такого взгляда стоит жить и бороться. На самом деле, не так. У меня слегка привстаёт, когда кого-то крошу... Но «Во имя справедливости» звучит куда лучше.

Я спрыгнул с кровати и резко бросился к выходу. Еще никогда не восстанавливался после ранений так быстро. Даже учиться вдруг захотелось.

Вперед, мать его, к новым, долбить их в рот, сука-знаниям!

Как только вышел в коридор, стало ясно, что учебы пока не предвидится. Два здоровых короткостриженых лба обступили меня с двух сторон. Они были в деловых пиджаках, с пистолетами. Чуть не ударил в кадык одного, но вспомнил, что это охрана.

Да, в школе есть служба чертовой безопасности. Она напоминает член девственника, вроде как бы стоит, но зачем, кто же знает.

Я фыркнул, осмотрев мужиков. Ну и лохи! Когда детей щемят в сортирах, они ковыряются в заднице и молчат. А по мою душу сразу пришли. Да, именно по мою; это было ясно, как божий день.

Я все понял, но специально сделал тупое лицо, сказав:

— Здравствуйте, что такое?

— К директору пойдешь, беспредельщик, — сказал тот, что пониже. А второй лишь нахмурил хлебальник.

Вот, значит как? Интересно, пойдёт ли к директору Петька? Или те, кто угрожал отыметь мою мамку во всех позициях Камасутры?

— Что? Я один? Остальные уже там были? — спросил у охраны, хотя ответ на этот вопрос был известен...

— Не болтай, — сухо сказали бугаи.

Крепкая рука взяла меня за пиджак, потянув прочь от медицинского кабинета.

Глава 7

Какое-то время меня волокли, как шкодливого щенка. Потом истуканы поняли, что бежать не пытаюсь, и отпустили. Я старался разговорить мужиков, задавал им вопросы, но они тупо не отвечали. Либо реально такие суровые, либо самих тошнит от работы, так что язык присох к небу.

Мы шли недолго. Поднялись на этаж выше, потом вызвали лифт. Ого, тут есть лифт! Правда, он не для всех. То место, куда мы приехали, сложно назвать школьным зданием.

Я оказался в просторном, но не слишком большом коридоре. Здесь было мало дверей, в отличие от остального учебного корпуса.

Отделка по высшему разряду: на полу дорогой паркет, потолок весь сияет, на стенах картины, у окна цветы в резных сосудах. Стены покрыты причудливой лепниной, а сами двери сделаны из дорогих пород дерева.

К одной из дверей меня подвели сторожа, сказали «не рыпаться», а после толкнули внутрь комнаты, без объяснений.

Хорошо, не люблю всяких соплей. И так ясно, что здесь кабинет директора, в котором сидит, ясен-красен, директор. Я ни капли не растерялся, прошел вглубь помещения по ковру, беглым взглядом осмотрел большой стол и сидящего за ним человека.

Лысоватый дядька небольшого роста в очках и дорогом пиджаке. В общем, типичный директор. Директорей не бывает... Перед ним стоял компьютер, похожий на компы моего мира. Правда вместо клавиатуры была непонятная мерцающая штуковина, а мышки тут вообще не было.

Как и положено мудакам всех мастей, дядька меня не заметил. Продолжал копаться в компе, как ни в чем не бывало. А если б я был маньяком, любящим лысеньких мужичков? Вместо здрасьте и до свидания, насадил бы его на кукан.

Ага, понты дороже безопасности, ну конечно.

Я молча принял правила игры (так уж и быть), поздоровался, доложил, что пришел.

Директор оторвался от дел и вытаращил глаза, будто перед ним стоял живой труп. Я разглядел диплом на стене, где было написано:

Роману Георгиевичу Таранову за примерное воспитание молодёжи.

Так, значит, Ромка... Отлично. Посмотрим, как ты «воспитываешь молодёжь».

— Кто такой? — грозно спросил директор.

Вот же козел. Сам, значит, вызвал, теперь уже все прошерстил, а корчит из себя несмышлёную девственницу.

— Рядовой Пися Камушкин, — сказал я.

— Чтооо? Ты этоооо, — протянул Роман Георгиевич и закашлялся.

— Марк Лесовский, ученик группы Б2, четвертый курс, — сказал по нормальному, чтоб не провоцировать лысика.

— Ааа, садись, — рявкнул директор, указав на гостевой стул с высокой спинкой.

Я сел и... ничего не случилось. Ромка тупо копался в бумагах, фыркал, как хомяк под кокаином. Лишь спустя где-то минуту, он резко сказал:

— Значит, любишь устраивать драки, Лесовский?

— Обожаю, — буднично пожал плечами.

— Правила поведения в школе для тебя пустой звук?

— Ага, так и есть.

— Покалечил ребят и думаешь все можно?!

— Не думаю, знаю.

Георгич снова закашлялся, снял очки, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Походу, он узнал обо мне все что можно. И данные слегка отличались от того, что он видел. Тогда директор прищурился, сменив тактику.

— Почему ты так разговариваешь? В игры решил поиграть? Я тоже люблю... знаешь ли... Но мой тебе совет, мальчик. Лучше сказать все, как есть. Что произошло на первом этаже этим утром? Говори, как положено. И учти, играть со мной очень опасно!

Ха, тоже мне, мамкин игрун нашелся! Небось, опаснее члена в жизни ничего не держал. Ладно, так уж и быть. Если я простой школьник, то буду им (но это не точно).

Я набрал в грудь побольше воздуха. Интуиция подсказывала, что это бессмысленно. Но все же попробовал объяснить, что случилось, стараясь быть лоховским Марком.

Подробно рассказал о том, что в школе царит беспредел. И что я вообще ничего... Мне в сортир не дают сходить мирно. Всякие психи смеются, с лестниц на моих глазах прыгают.

А теперь, так вообще, стали себя избивать, чтоб мою ранимую психику уничтожить. В общем, полный бардак. Но я тот еще Дартаньтян, и готов понести наказание, как только накажут всех выродков, особенно того Петю-петушка, бройлера этого на анаболиках.

— Хм, Петр Подгорный! — воскликнул директор, подняв брови, когда я закончил рассказывать.

— Ага, или Поджопный, я точно фамилию не расслышал.

— Ну... он вообще-то спортсмен. И с магией тоже... все гладко, — промямлил директор, а потом снова насупился, чтоб не показывать страх перед семейкой качка.

— Ладно, — тут же прогремел он. — Значит, у тебя все плохие? Школа плохая, ребята вокруг... Учителя, значит, плохо работаю. Охрана, опять же. Но что-то мне кажется, паренёк, что ты врешь!

— У меня нет бабла и машины, я не из семьи олигарха. Значит, да, так и есть. Я соврал, — ответил без малейшего напряжения.

Директор вытер лицо платком. Несмотря на комфортную температуру в помещении, он начинал потеть. Лицо Георгича налилось краснотой. Сам того не ожидая, я врезал его страшным оружием, имя которому — безразличие.

Директор ожидал, что доведенный до нервного срыва мальчик будет плакать и каяться. Или, как минимум, трястись, ожидая чего-то плохого.

А вместо этого, перед Ромкой сидел наглый тип, который плюнет в рожу самому президенту. И это жутко бесило. Точнее даже не так, разрывало анус протонным зарядом, испепеляя его каждую клетку.

— Рот свой закрой, тебе ясно?! — не пытаясь себя сдерживать, заорал директор.

Отлично. Я победил этого козла без усилий.

— Не надо строить из себя черте что! Я все о тебе знаю, нищеброд малолетний! Пойдешь нахрен за свою выходку, на помойку! Из-за таких как ты вечно одни заморочки. Стоит выгнать одного щенка, как все проблемы уйдут.

Ну да, пока местные упырята не найдут новую тряпку для унижений. По мнению этого дятла в преступлениях виноваты жертвы, а не преступники. Охренное, мля, правосудие.

Стоп, что? Он решил меня выгнать? Это уже не порядок. Конечно, один бы я выкрутился, но мамку Марка мне жаль. Хорошая женщина, как-никак, и жопа у нее ничего. Таким надо помогать, что сейчас я и сделаю.

— Хах, даже так? Выгнать меня на помойку? — непринужденно произнёс, рассматривая директора. — А не боитесь последствий, Роман Георгиевич?

— Что ты мне сделаешь, молокосос?! Имею, полное право.

— Как бы тебя самого не отымели, — ответил я. — Не надо думать, что я тупой. Законы наши все знаю. Могу жаловаться в отдел образования, это раз. Тогда кое-кому придется пережить сотню проверок. Потом... расскажу, (!) как именно, в вашей шараге учат детей. А рассказывать я ух, как умею. А еще...

— Что еще? — выпалил Ромка.

— Еще, вы до меня домогались. Любите молодых пареньков? Все понятно. Придется об этом поведать всем, кого только найду.

— Ты что, сучонок, попутал? — взвизгнул Георгич.

— Ну... кто знает, кто знает. Я скажу, а там уж суд разберется.

Звучало довольно не плохо. Сложно было понять, что я блефовал. На самом деле, понятия не имел, как бороться с директором. И можно ли бороться вообще. Может, он местный авторитет? Может, у него тетя — королева Британии?

Вдруг под стулом моим люк с акулами? Да вообще, что угодно. Но молчать сейчас было глупо. Потому я вывалил все, что крутилось в башке.

И этот бред, как ни странно, сработал. Эффект внезапности, и не более. Как тогда на крыльце и сегодня в туннеле позора. Иногда лучше бить напрямую. Прямой удар — самый точный.

Моя речь убила Георгича. Он то мычал, то фыркал, то шипел какие-то оскорбления. Лишь потом выпил воды, что стояла у него на столе, и сказал:

— Ладно, так уж и быть. Вижу, ты парень смышленый. Фантазия точно уж развита. Учись пока и смотри... Чтоб больше никаких выходок, ясно?!

— Это не от меня все зависит, — улыбнулся в ответ.

Директор только поморщился, ничего не сказал и уткнулся в бумаги.

— Так я пойду? — спросил через какое-то время.

— Да, но смотри, не наказать я тебя не могу. С завтрашнего дня пойдешь на исправительные работы. Срок — один месяц.

«Так, это весело. Интересно, что там такое? Угольная шахта, урановый рудник? Ладно, если что завалю охранника алюминиевой ложкой, и по-тихому оттуда слиняю»

Не успел так подумать, как директор резко добавил:

— Будешь делать грязную работу на территории школы, после уроков, вместе с такими как ты. Это тебя образумит.

Я чуть не заржал, как конь. На территории мать его школы? Тоже мне наказание. Конечно, не особо приятно, но как-то переживу. Посмотрим, что за работа, и что там за парни такие.

Если нарушители дисциплины, то круто. Подомну их под себя и создам особый отряд Карателей, только на школьный лад.

— Ого, целый месяц! — воскликнул я, чтоб не показывать радость.

— Да, и не меньше. В нашем заведении не терпят насилия. И строго за него наказывают.

«Ага, блин, заметно»

После этих слов директор меня отпустил. Он вызвал охрану, и меня проводили вниз под конвоем, как особо опасного преступника.

Позже я выяснил, что Георгич терпеть не мог нищебродов как я. Сам-то он не на много богаче, несмотря на весь пафос. Этот хрен не имеет клана или корпорации. Его приняли в группу местной интеллигенции. Они хотят создать собственный клан, но пока безуспешно.

Сам же Ромка желал стать просветленным, но магических навыков не хватило. Теперь он мечтает выгнать всех нищебродов и повысить, тем самым, статус школы. А с ним и свой статус тоже. В общем, все как всегда. Странно, если бы было иначе.

Мне теперь предстояло учиться и готовиться к завтрашним сверхурочным работам.

Я отправился в класс с чувством выполненной боевой задачи. На пути попались девчонки, они весело засмеялись и спросили, не я ли тот мальчик, что дрался сегодня утром.

Сказал честно, что я. Барышни покраснели и бросились прочь, задорно перешептываясь о чем-то. Так и становятся звездами, что сказать!

В классе меня встретили хорошо, в отличие от прошлого раза. Сказал учителю, что был у директора, ответил на пару тупых вопросов и сел на место.

Сегодня одноклассники тоже болтали насчет меня. Но не о том, какой я лошара. Все обсуждали мое новое поведение, делали ставки, насколько у меня съехала крыша.

Ух, здорово! Обожаю быть долбанутым. Наверно, потому что... я и так долбанутый.

Уроки были интереснее, чем вчера. Я узнал, что магия в этом мире очень разнообразна. Одаренный способен не только передвигать предметы или вызывать дождь, но и читать мысли, строить дома. И вообще, что угодно.

Чем сложнее дар, тем больше он ценится. Даже если раскрытие маленькое, тебя будут все уважать, умей ты, скажем, предсказывать будущее. А вот телекинез считается чем-то обычным.

Сила дара тоже имеет значение. Например, если ты поднял дом силой мысли, это безумно круто, и плевать, что дар простенький.

Кроме обычных магов, есть зельевары, те, кто заряжают артефакты, ведьмаки. И даже хреновы некроманты.

Интереснее всего для меня оказались изменённые. Это люди, тело которых изменилось под действием магии. К таким относились оборотни, те, у кого вырос хвост, когти, клешни, жабры, рога и вообще что угодно. В общем, нечисть из наших сказок.

Большая часть измененных могла возвращать свой обычный вид, когда магия не использовалась. Тех, кто навсегда трансформировался, было немного. Часто они принимали темную сторону, превращаясь в злобных ублюдков.

Измененных вычисляли и отправляли в особые школы. У них было подобие клана Общество измененных. Такой дар был редким по сравнению с другими проявлениями магии. Потому на Измов, как их называли на сленге, внимания почти что не обращали.

После сегодняшних уроков я понял, что магия — это не только старик в остроконечной шляпе и волшебная палочка. Эта тема намного глубже чем кажется; захотелось ее изучить.

Несмотря на кровавую работу, всегда стремился к знаниям. Если так пойдет и дальше, может стану хорошистом. Отличником быть не хочу. Идеальность во всем — это не для меня.

Так вот, день закончился быстро. После школы за мной увязался Денис, которого вдруг разобрало выпытать подробности утренней драки. Мы шли по просторному коридору в потоке других школяров. И Дэн не переставая трындел, как базарная баба.

— А как ты их бил, если драться вот не умеешь? — спрашивал он.

— Ого, а можешь пацана одним пальцем вырубить?

— Скажи честно, это ты в азиме прочитал? Где там приемы описаны?

Несмотря на все Дэн был моим союзником. А союзников надо беречь. Я старался отвечать на вопросы почти без сарказма, пытаясь быть только Марком, не вмешивая капитана Раста.

Иногда это не получалось, но в целом Денис был доволен. Так длилось до тех пор, пока парень не изменился в лице и не отошёл в сторону.

— Эй, ты чего? — спросил я.

Странно, вроде не обещал вырезать его семью и не угрожал расчленением. Может, он услышал то, что я нес про себя? Да не, это бред.

Несмотря на то, Денис резко замедлился. И вот, мы уже шли по отдельности. Охренеть, что такое? А, вот оно как!

Я присмотрелся получше и увидел Патрика, идущего навстречу с высокой темноволосой девахой.

— Эээ, Марк, мне тут надо, — промямлил Денис, развернулся и пошел прочь.

Вот тебе и союзничек, с таким врагов даже не надо. Но мне было как-то плевать. Не обращая внимания на очканувшего друга, мирно направился к паре.

Петька бросил на меня злобный взгляд. Брюнетка посмотрела так, будто должен ей мешок денег и куннилингус. Я пристально оглядел двоих, остановившись на сиськах брюнетки. Хотел пройти мимо, но Патрик в последний момент вдруг сказал:

— Э, стой, это ты? Ты с утра что ли прыгал?

Я замер на месте, рассматривая мудозвона.

— Патрик, хорош. Я на таких лошков даже внимания не обращаю, — тихо пропела дамочка, но так, чтоб я слышал.

Заметил, что у девки в руках был окнет, телефон с открытым интернет-браузером. Значит, в школе сетью пользоваться запрещено. Ну-ну... все понятно.

— Лошок тот, кто тебя стриг, дорогуша, — тут же ответил я. — А тебе чего ещё надо?

Второе относилось к Патрику. Я, конечно, мог быть более вежливым. Но зная таких людей... В общем, нехрен метать жемчуга поросятам, или как там вообще говорится.

В любом случае, меня попытаются зачмырить. А если нет разницы, зачем болтать больше?

— Ах, он чего? — вскрикнула девушка и чуть не уронила смартфон.

— Что, обезьяна, мало что ль было? Ещё хочешь, а?! — заорал здоровяк.

— Чего я хочу? — непринуждённо пожал плечами. — Я всего лишь шел по коридору. Ты сам ко мне обратился, а она оскорбила. И кто из нас не прав после этого?

Здоровяк с девкой переглянулись. Стало ясно, что в словесной дуэли я победил. Ударить меня, значит признать свою тупость. А НЕ ударить, значит сглотнуть плевок от местного лоха.

Петя пошевелил мозгами, насколько было возможно, стал напирать на меня (тут уж пришлось отойти) и шипеть, как змея.

— Я делаю, что хочу в этой школе! А ты... ты должен очковать и ныкаться, понял, крысеныш? Прыгнул на меня один раз, считай, я простил. Второй раз тупо подохнешь.

— Кто знает... Или трахну в рот твою отрезанную башку, — весело подмигнул Петру.

Тот замер на месте. Казалось, он превратится в статую. Неужели поц думал, что за десять лет службы я не научился нормально говорить с разным сбродом? А, да, я же школьник. Ладно, все равно, пусть стоит, обтекает.

— Ты это... Я его... Ах, ты, — прокряхтел Патрик, будто его имели фонарным столбом.

Он замахнулся со всей дури, желая меня укокошить. Я прыгнул в сторону, но дятел все равно бы достал. В тот момент девушка резко вскрикнула, схватив пацана за рукав.

— Патрик, не надо, Патрик! — завизжала она, вытаращив густо накрашенные глаза.

— Да, Петя, не стоит, — с трудом сохраняя спокойствие, протянул я. — Ты ж не хочешь, чтобы все видели, как сильный старшеклассник избивает слабого парня? Я сегодня чуть не умер вообще-то. Ещё один такой удар, и загнусь. Прям как те ребята в прошлом году.

— Чего ты сказал, ублюдок? — прорычала гора, крепче сжав кулаки.

Глава 8

- Патрик, пошли уже, а! Ну мы опаздываем. Ты и так победил. Видишь, как он испугался. Тебя наследства лишат... Паааатрик, пожалуйстаааа... - выла дамочка.

Ее губы превратились в надувной матрас красного цвета. Она уже чуть не плакала.

- Ага, - сказал Патрик, озираясь вокруг.

Людей действительно было много. Если утром я напал сам, то здесь будет ясно, что амбал первый начал. А у него и так проблем выше крыши, насколько я уже понял. Потому Петька стал медленно отступать, сверля меня едким взглядом.

- Можешь гроб покупать, если бабок хватит! - в конце сказал он.

- Ну-ну, а ты вазелин, - шутливо бросил в ответ.

Двое ушли, оставив меня одного в отличном настроении. Почему так? Да потому что без врагов никуда. И лучше воевать с таким неотёсанным бугаем, чем с хитрым и изворотливым жополизом. А вообще, мне хана. Сиседка теперь заждалась, в гневе она страшней всяких «Патриков». Мы должны идти домой вместе, а я тут зависаю.

Думая об этом, быстро бросился к лестнице, спустился на первый этаж и столкнулся нос к носу с мымрой, которая занимается воспитательной работой или типа того. Как и в прошлый раз хотел пройти мимо, но дамочка громко воскликнула:

- Лесовский, опять ты, Лесовский?

- Нет, блин, Мона Лиза, - бросил в ответ.

- Стой! Я сказала, стоять! Ты сегодня совершил страшный поступок. Идём ко мне в кабинет, поставлю тебя на учёт как злостного нарушителя дисциплины.

Чего, твою мать? Может на стенгазете мое имя влепить?! Вообще, ничего такого, но я тупо хотел домой. Спорить сейчас было бессмысленно. По всем правилам школы она права. Конечно, все, кого травят годами, здесь злостные нарушители!

Я не нашел слов, чтоб отвертеться. Бабища напирала, как танк. Тут вспомнил про гопников, что напали на нас с сестрой. Конечно, это все бред. Но что если... снова попробовать?

- Хорошо, хорошо, щас иду, - сказал мымре, а сам напряг разум, ментальное тело, внутренний сфинктер кишечника... Сам, короче, не знаю, что именно.

И тут… ничего не случилось. Да, странно было бы, если б, обрушилась крыша, а из школьного толчка восстала Годзилла.

Нет, все было нормально. Догадки насчет моего дара – лишь бред. А случай с гопотой – совпадение.

Понимая это, я решил пойти за мегерой, раз уж ничего не поделать. Только дамочка вдруг закашлялась, стала массировать виски и слегка наклонилась вперед.

- Ой, опять перемены погоды. Давление, не могу, - простонала она.

Черт, это как? Неужели я снова… Да ну. Совпадений не бывает, но и прямым доказательством это не назовешь. Короче, я понял, что ничего не вдупляю. И с этой мыслью бросился прочь.

Надо во всем разобраться. Но сейчас пока не до моей скрытой магии, если она вообще есть. Я второй день в этом теле. Тут бы вжиться в роль школьника, а не это вот все.

В общем, я вышел из школы, потом встретил Ини. Она, кстати, почти не выпендривалась, только мягко упрекнула за опоздание.

Мы отправились домой, к счастью, без приключений. Вокруг дома снова терлись странные личности. Вскоре пришла мама и приготовила ужин. Ини мыла посуду.

Короче, обычная жизнь. В отличие от вчерашнего дня, я вышел из дома под вечер и пошел на спортивную площадку. Всегда удивляло, что в кварталах, где все бухают, есть спортплощадки.

Так вот, повисел на ржавом турнике, помучил шаткие брусья. С таким телом получалось не очень… По сути, я страдал дурью, не мог даже раз полностью подтянуться.

Пришлось уделить внимания хитрым приемам. Ломал мозги, как мог, вспоминал всякие фишки и штучки, которые когда-то учил по приколу или от нечего делать.

Надо сказать, что у Марка были свои преимущества. Например: скорость, гибкость, точность ударов. Конечно, силы здесь не хватало. Но все не так плохо, как казалось вчера. При желании можно развить это тело, став если не боевым танком, то хитрым ниндзя.

Но для этого нужно время. Есть ли оно у меня… кто же знает.

Тренировка прошла хорошо. Меня даже не пытались кормить трусами или чмырить толпой. Единственное, проклятый бомж. Он шастал вокруг турников и пялился на меня, как на чекушку бесплатного самогона.

Да, снова тупая наружка! Где их вообще обучали? В детском саду?

Так и хотелось пробить козла под колено, завалить и подрезать кожу на шее, спросив при этом, какого… хуаня он наблюдает за молодым парнем. И знает ли он, что такое наблюдение может быть не так истолковано.

Жаль, сейчас рыпаться лучше не стоит. Проблемы надо решать по мере их поступления. Пока главная задача – вжиться в роль Марка.

Вот я и вживался. Пришел с тренировки домой и получил нагоняй от Анны, которая боялась, что меня изнасиловали собаки или похитили рептилоиды. Ини наоборот поддержала, сказав, что раньше я всегда сидел дома.

Дальше была ночь. Потом было утро. Потом была школа. Когда ничего не происходит, время сливается в ленту, которая ускользает из вида.

Ах да, насчет туннеля позора. Утром школяры снова выстроились, желая кого-то прижучить. Увидев меня, кто-то вдруг рассмеялся, но его тут же заткнули.

Вышло так, что я прошел по туннелю скорби, где все молчали, бросая косые взгляды. Вот что трындюля животворящие делают. Теперь я точно отличный психолог!

Уроки были не очень. Я с трудом пытался писать пальцем, как все. Но по большей части сидел, не особо вникая.

А вот в конце дня было неплохое занятие. Нам нацепили на головы стальные обручи с небольшими желтоватыми камушками, наподобие диадем. Потом раздали листы и сказали, что будем практиковать простейшую магию.

Практика – это хорошо. Значит, школа не такая уж и отсталая.

Как объяснила училка, это специальные приборы. Они преобразуют внутренний потенциал тела только в телекинез. Даже пары процентов раскрытия дара хватит, чтоб поднять лист бумаги.

За счет этого можно делать разные упражнения, как бы приучая тело к тому, что оно магически одаренное. Или типа того.

Несмотря на жизненный опыт, мне стало до ужаса любопытно. Не мог представить, как поднимать предметы без ниток, клея, магнитов, и тому подобных держателей. Это было, как первое катание на машине или на велике. Причем, «такую машину» я раньше не видел.

Конечно, сразу использовать силу никто не позволил. Жирная училка подходила к каждому, давала рекомендации и контролировала процесс, а потом говорила ошибки.

- Так, Ивлев, попробуй расслабиться и очистить мозги, - твердила она пареньку с первой парты.

- Хех, у него и так они чистые, - глупо пошутил кто-то. Училка лишь поморщилась, но не обратила внимания, продолжив говорить дальше.

- Ага, хорошо. Подними руки, вот так. Представь, что от твоих пальцев тянулся невидимые нити, которые как бы держат листок. Аг-га, напрягись. Попробуй пробудить силу, которая скрыта. Ну… для первого раза неплохо.

Я не видел, что там творилось, но лист вроде бы чуть поднялся. Кто-то ахнул, кто-то сказал, что фигня. Учительница рявкнула, заставив всех замолчать, и пошла к следующему воспитаннику.

У всех получалось не очень. Лишь одна девушка Лана смогла поднять лист почти что до потолка. Говорят, она была круглой отличницей и сама занималась магией вне уроков.

Так вот, все шло нормально, пока очередь не дошла до меня. Я прослушал наставления училки уже раз пятнадцать, потому точно понял что делать.

Поднял руки над партой, растопырил пальцы. Мозг у меня был пустым, непорочным, как писька девственницы.

Потом диадема на башке загорелась. Ощутил какое-то тепло, напряг что-то там. В общем, все согласно уставу. И тогда… ничего не вышло.

Попробовал снова, затем еще. Ни черта! Если даже Дэн смог поднять лист на несколько сантиметров, то я должен быть хотя бы не хуже. Но нет… у меня тупо не получалось. Не выходило, обламывалось.

Ох ё..., как стыдно! Я будто импотент, пришедший на оргию. Казалось, на меня смотрит весь мир, и ржет как над конченым клоуном.

- Да, Марк, все ясно, - фыркнула училка после пятой попытки. По классу прокатился смешок.

- Эй, что вам ясно? Смотрите, у меня щас получится, - воскликнул, чувствуя, как теряю контроль.

- Ну… ладно, давай еще, - нехотя сказала учительница.

- О, вот сейчас! А, черт возьми, толпа пораженных с левого фланга! – крикнул, указывая на окно.

Училка рефлекторно отвернулась. Я подул на листок, и воскликнул «абракадабра». Лист поднялся на воздушном потоке, свалился с парты и улетел под соседний стол.

- О боже, у меня супер дар! Видели это? Я, мать твою, Гарри Поттер, - заорал на весь класс.

Ясен пень, мало кто в это поверил. Но лучше уж так, чем мямлить и обтекать молча. Как минимум, это смешно. А на войн… на учебе без этого никуда.

Шутка сработала круто. Многие засмеялись, похвалив меня за находчивость. Кто-то стал воротить носом, но таких было явное меньшинство.

И к этому меньшинству относилась училка. Она покраснела как рак, ее глаза чуть не выпали из глазниц.

- Лесовский, ты что, издеваешься? – сердито спросила она. – Мы тут шутки что ль шутим? Раскрытие – полный ноль, а он хохмы крутит! Будешь мыть туалеты всю жизнь! Это тебе не людей избивать…

Вот что за несправедливый шиздец! Почему давать отпор злу считается стыдным, а творить зло – в порядке вещей. Опять про драку про эту… Насчет сортиров, вообще клоунада. Мы учимся в нищем секторе, школы для нищебродов. Вряд ли кто-то из нас станет менеджером Газпро… точнее Магпрома.

После слов дамочки воцарилась полная тишина. Школота малость прижухла. Все уткнулись в парты, будто там было написано нечто важное.

Училка фыркнула и хотела идти обратно. Она легко заткнула глупого школотрона. Только все не так просто.

- Туалеты мыть, говорите, - собравшись с мыслями, заявил я. – Это еще ничего. Главное, не стать жирной бабой, которая орет на детей за нищенскую зарплату. Ненавидит себя, но не может уволиться, потому что нигде не нужна.

- Кого ты имеешь в виду? – гневно процедила училка.

- Ды так, никого. Обычную среднюю бабу. Вы тут совсем не причем.

- Лесовский, смотрю, ты совсем очумел! Думаешь я буду это терпеть… Знай, дорогой, в этом месяце тебе будет сложно сдавать контрольную. И угроза вылета из школы будет очень, очень больш…

Я смотрел в глаза женщине, пока она шипела, истекая слюной. В какой-то момент, учительница ахнула и замерла.

- Стой, Лесовский, у тебя в роду не было Одаренных?

Аха-хаха, ха-ха-ха.

Класс заржал так, что стены чуть не разрушились. Я сам офигел от такого.

- Охо-хо, одаренные! У него бомжи в роду были, - прокричал кто-то.

Училка поняла, что сморозила полную чушь. Она бросила на меня строгий взгляд, но ругаться больше не стала. Было видно, что она обалдела. Интересно знать, от чего.

Чтоб немного прийти в себя, толстуха крикнула на учащихся, и спросила где лист, который я только что сдул.

- Эээ, вот листок, госпожа Арина, - сказал пацан с круглым лицом. – Только я на него того, наступил.

- На голову тебе наступить надо, Панченко! Это специальные артефакты в виде листов. Твоя семья штраф получит, понятно?!

- Эээ, но Лесовский же его сбросил.

- Мне не важно, кто или что! Все, прекратили все споры! Сейчас записывать будем!

Одноклассники понимали, что Арину злить лучше не стоит. Все приготовились к записи материала. И тут раздался голос отличницы Ланы.

- Простите, госпожа, вопрос можно? - сказала она.

- Что? А... Тебе можно. Давай только быстро, - бросила училка.

- Вы сказали, что Марк... Что он будет работать на плохой работе, ведь так?

- Сортиры драить, - хихикнул я.

- Эээ, да. Но если мы не раскроем магию, то тоже будем этим всем заниматься. Ведь у нас в школе нет специальных зелий, артефактов и капсул. Слишком мало практики. Нет магического определения. Многие даже не знают, какой дар в них скрывается.

Ооо, молодец ботаничка! Прям с языка сняла. Но ответ и так был известен. Потому я расслабленно зевнул. Другие стали поддакивать и галдеть. Видно, многие не знали «правил игры».

- Тихо! - рявкнула дамочка. – Да, наша школа не самая лучшая. Но это не значит, что надо не учиться и нарушать дисциплину. А вообще, все вопросы к директору!

- Но госпожа! – возразила Лана.

- Таааак, пишем заголовок в тетрадях! - крикнула училка.

Все стали писать, а отличница сильно смутилась. Она невольно посмотрела на меня. Я пожал плечами, улыбнулся и подмигнул.

После этого урока все было скучно. Хотелось скорее домой. Сходить на спортивную площадку и погонять свою тощую тушку.

К счастью, уроки быстро закончились. Я вышел со всеми из класса. На этот раз меня не пинали, не материли и все такое. Стало приятно от того, что я всех заткнул. Но вдруг костлявая рука смерти схватила меня за плечо.

Это была завуч по воспитательной работе. Как я узнал, ее звали Эмма Аркадьевна. Она ядовито улыбнулась, сказав, чтоб я шел через черный ход на задний двор школы, где начну отбывать наказание.

Хм, точно, чёртово наказание. Ладно, попробую собрать банду головорезов из местной шпаны. Хоть какой-то плюс в этом деле.

Решив не спорить с мегерой, я бросил недовольный взгляд, но все же пошел куда сказано. Плохо выучил план школы. Немного заблудился сначала. Лишь со второй попытки пробрался в небольшой коридор, где был узкий выход на улицу.

Не успел туда войти, как послышался жалобный женский голос и мужские слова. Я спрятался за угол и стал слушать.

- Дайте пройти, вы чего? - говорила какая-то женщина.

- Нет, госпожа, так не выйдет. С черного хода залезли. Вдруг вы какой террорист, - говорил вроде бы один из охранников.

- Что? Разве у вас все так строго? - наивно лепетала дама.

- Ещё как, красотка. Вы зашли без разрешения в школу, значит, мы должны вас обыскать, - усмехнулся напарник охранника.

- Ага, да, с особым пристрастием.

- Не... Вы чего. Ну, дайте пройти уже, а...

Я высунулся из-за угла, чтобы оценить обстановку. Охранники меня не заметили. С их уровнем подготовки, они бы и танк проморгали. Но на них сейчас было плевать. А вот женщина... она меня привлекла.

Вышел из укрытия и присмотрелся получше. Ооо, это была мечта, а не баба. Молодая - примерно ровесница прежнего тела. Высокая, но не худая. При этом обладала большой пышной грудью и мощной, крупной, неподражаемой попой, к которой бонусом шли длинные ноги на высоких каблуках. Конфетка была завернута в красное платье, которое подчёркивало все, что только можно (и нужно) подчёркивать.

Кто-то может подумать, что у меня от такого вида встал член. Но вовсе не так. Он ещё не ложился. Я же чертов подросток! У меня вечное солнцестояние, если вы понимаете, о чем я. А я о своем члене, о чем же ещё.

Так вот, дамочка была очень красивой. Ее лицо... Да, у нее было лицо. Но даже если б его и не было, это не так уж и страшно. Как говорил знакомый некрофил... в общем, ладно.

Белые волосы красотки были собраны в пучок на затылке. Прям деловая леди. Будь я сопливым романтиком, то, наверное, б точно влюбился. Но я - капитан Раст, потому без лишних соплей решил овладеть красавицей, как вражеским укреп. районом.

Тем временем, охранники почти приступили к досмотру, зажимая блондинку в угол. Я спокойно подошел ближе, но амбалы меня не заметили.

- Кхе, кхе, уважаемые, - сказал как можно громче.

Охранники вздрогнули и обернулись. Судя по лицам, они малость расстроились. Ещё бы, такой кайф обломать.

- Э, школота, тебе чего надо? - дерзко спросили меня.

- Ничего. Вот пройти просто… в дверь.

- В другом месте пройдешь! - крикнул один из амбалов.

- Не, уважаемый, только в этом. Меня сюда послала Эмма Аркадьевна. Она идёт сзади, проверяет, чтоб я не сбежал.

- Кто послал? Эта старая псина? - удивилась охрана.

Хах, ее даже наши сторожа ненавидят.

- Не псина, а умная, добрая женщина, которая очень не любит, когда в ее адрес говорят плохие слова.

- Хм, ты на что намекаешь?

- Ни на что. Сказал же, пройти хочу.

Охранники стиснули зубы и переглянулись.

Глава 9

Один прошипел другому, что лучше пока отвалить. Иначе, дура может придраться, тогда проблем точно не оберешься. В любом случае, трахнуть кралю не вышло бы. А потрогать женскую сиську ценой своей работы — дорогое удовольствие для простого охранника.

Какое-то время дядьки шептались, потом резко направились в мою сторону, толкнули меня с досадой и скрылись в глубине коридора.

Женщина улыбнулась, посмотрела на меня как на супер героя. А это верный признак того, что надо брать быка за рога, точнее телку за вымя.

Возможно, я тороплю отношения. Но у нас в отряде принято предлагать секс дамам с первой секунды. Кто знает, что будет дальше? Вдруг ей башку оторвет, а вы даже не чпокнулись.

— Мадемуазель, — сказал, подходя ближе к женщине. — Когда я увидел блеск ваших глаз, то понял, что хочу задрать ваше платье и отжарить вас, как последнюю сучку. Разумеется, с пылкой любовью. Я няшный романтик, твою ты мамку! Не хочу быть не вежливым, но у вас есть тридцать секунд. Снимайте все, что можете снять. Иначе экипировка пострадает.

Я мог бы сказать кое-что романтичное. Хотя и так вышло довольно галантно. Но к чему пустые слова, когда есть полные яйца!

Я отчеканил это так быстро, что даже сам не понял, в чем дело. Черт, она ж не притонная шлюха. Возможно, даже вообще не шлюха. Как тогда с ней беседовать? Я не подкатывал к простым бабам лет пять.

За такое можно получить статус местного шизоида плюс кастрацию. Какой же я идиот! Грубость прёт из всех щелей, но никому не объяснишь, что в моей ситуации это нормально. Странно было бы, если б я на войне стал воспитанным кавалером.

Замолчал, не зная как оправдаться. От школьника такие слова звучали уж слишком упорото. Загнал себя в засаду! С такими мозгами врагов тупо не надо.

Я смотрел на красотку, красотка пялилась на меня. В какой-то момент, она удивленно открыла рот и... заржала. Черт, прям как Патрик, без всякого стеснения: ха, ха ха. Так ещё тыкала в меня наманикюренным пальцем.

Черт, первый раз в жизни обрадовался тому, что надо мной насмехаются.

— Ой, не могу, — заорала красотка. — Ты это в фильме для взрослых что ль подсмотрел? Отличная блин цитата!

— Что? А да, мамка раз разрешила. Ну, я и запомнил. Извините, короче, — промямлил, как последний утырок.

— Ничего страшного, — махнула рукой дамочка. — Вообще, спасибо, что спас.

— Не за что, госпожа. Обожаю спасать шикарных красоток! Я вообще мастер в этих делах, — тут же выпалил я.

— То есть, они для тебя — красотки? — снова усмехнулась женщина, указав туда, куда свалили охранники.

— Что? Они-то причем?

— Просто они оказались в опасности, а ты им помог. Еще б немного и...

Дамочка подмигнула; ее глаз вспыхнул оранжевым светом, словно яркая лампа.

Я даже слегка испугался. Выходит, она магическая стерва! Ууух, еще сильней возбуждает.

— Особый дар, мальчик. Око змеи называется, — улыбнулась красотка.

— У меня тоже есть дар. Умею соблазнять дамочек одним взглядом, — подмигнул в ответ. — Меня к стати зовут Марк Лесовский.

— Марк? Знаешь, ты очень странный, — закусила губу блондинка. — Не похож на обычного школьника.

Сука, еще бы! Жаль, нельзя сказать все как есть.

— А я Милена Свон, пришла преподавать в эту школу.

Упс, подкатил к училке. И что? От того, что она тусуется в школе, вагина вряд ли отсохла. Хотя, лучше сильно не напирать. Не хватало еще репутации секс-маньяка.

— Ооо, очень круто! — воскликнул я. — Значит, мы будем вместе... постигать магические приблуды.

— Да, ты из сектора А1? — весело произнесла женщина.

— Не... твою мамку. Я из Б2.

— Ничего, не расстраивайся. Если что, может, встретимся. Не упущу возможности поболтать с особенным парнем.

Вот значит как, я особенный? Интересно, это сблизит меня как-нибудь с ее пышным задом?

— Хех, почему вы так думаете? — сказал с фальшивой наивностью.

— Потому что ты единственный человек на планете, который рассмешил своей пошлостью, а не взбесил.

— То есть, в жизни вы бешеная? — блин, чуть не сказал «в постели».

— Не совсем, но бывает. Попала сюда из-за этого. Меня из Скалы Света перевели, покалечила там козла одного. Вот тебе и элитная школа! Раньше распускал руки, теперь будет распускать одну... руку. Ладно, надо бежать. Ты забавный, спаситель Марк.

Женщина отчеканила это все очень быстро. Потом порхнула ко мне и поцеловала в щеку. А дальше ее шаги растворились в пустоте коридора.

«Да, это просто мечта! У нее есть магический дар, большая жопа и желание калечить всяких ублюдков. Мы созданы, твою мать, друг для друга. Надо сделать так, чтоб мы трахались вечно. Как это все называется... еще, когда люди, говорят всякий бред про удаленные человеческие органы. Про сердечки. Как же это слово? Забыл. Ладно, ставлю боевую задачу: овладеть высотой под кодовым названием Большая Ж, подавить сопротивление противника, а после сделать... то самое слово, которое все так смакуют»

Пока думал об этом, в коридоре раздались шаги. На меня словно вражеский броневик выехала Эмма Аркадьевна.

— Лесовский! — заорала она. — Ты все еще здесь?!

— Нет, товарищ училка. Я уже там! — отчеканил по форме, сделал строевое движение «кругом» и резко пошел к двери.

Меня настолько привлекла фигуристая садистка, что даже спорить с мегерой сейчас не хотелось. Лучше отвлечься на тяжелую работу, чтоб мозги стали на место.

Я вышел на задний двор, где валялся строительный мусор, окурки, сигаретные пачки и бутылки. Здесь было грязно, в отличие от лицевой части школьной территории.

Впереди виднелись яблони. Я направился туда и пришёл в небольшой сад, который был немного запущен, но в целом цивильный.

В саду должны находиться человеческие отбросы, из которых предстоит собрать банду по разгрому местных ублюдков во главе с петухом Петей.

Я поднял с земли ржавый гвоздь, положил в карман небольшой, но увесистый камень. Вспомнил самые хитрые приемы рукопашного боя на всякий случай...

Прошел еще чуть вперед и столкнулся с худыми малолетками, которые тусовались под раскидистым деревом. И что тут делает эта мелочь? Может, у них кружок юного натуралиста?

Стоп, я сам ведь такой же. Ох, как же больно об этом-то вспоминать!

Других людей по близости не было. Я подошёл к стайке школяров и спокойно спросил:

— Ребят, не видели тех, кто наказан? Где отморозки, которых осудили на каторгу?

Школьники переглянулись и рассмеялись. Осмотрели меня с ног до головы, а потом зубастый низкорослый пацан произнес:

— Видели, ясное дело. Короче, вообще, это мы...

Сначала я думал, что шутка. Потом поразмыслил и понял, что если меня наказали без повода, то и остальных теперь тоже. Значит, вместо банды матерых боевиков здесь тусуются несчастные лузеры, которых записали в бандиты лишь для статистики.

Как я раньше-то не подумал. Значит, не видать мне отряда Карателей. Но есть и хорошая сторона. Не придется поднимать кипиш. Я смогу подавить салабонов без применения силы, выпытав важную информацию. В любом положении надо искать свои плюсы. Пока главное — приспособиться, развить тело Марка и создать плацдарм для будущих наступлений.

— А, ясно, — сказал школярам, не показывая, что офигел. — И за что вас так наказали?

Ребята опять рассмеялись. Блин, они были добрыми. В этой школе все вверх ногами. Добряки наказаны на всю катушку, а придурки избегают проблем. Что ж, может, дальше исправим.

Закончив ржать, парни и девушки (а они тоже тут были) поведали о своих «злодеяниях».

— Я случайно попал мячом между ног однокласснику, — промямлил зубастый.

— А я споткнулся и сломал парту. У семьи нет денег, чтобы платить. Вот, теперь отрабатываю, — произнес пухлый чувак с маленькими глазками.

— Ну, я вот типа злобная извращенка, — заявила худая очкастая девушка лет восемнадцати.

— Оп, это уже интересно! — оживился я. — И что же ты натворила, подруга?

— Послала училку матом, когда та оскорбила семью. Сказали, что у меня агрессия на фоне нездоровой сексуальной фантазии. На самом деле я не такая. Хотя иногда мастурбирую.

— Что? О последнем лучше молчать. Оставь свои терки при себе.

— Я и не говорю. Но иногда мастурбирую.

— Ладно, с тобой все понятно, — отмахнулся, переходя к другим «уголовникам».

Отметил про себя, что извращенки в отряде нужны. Кто знает, вдруг предстоит кого-то страпонить. Война — это дело такое.

После небольшого опроса стало ясно, что за дело наказали только меня. Но об этом мало кто здесь догадывался. И в конце нашего разговора начались тупые вопросы:

— Слышь, а ты сам-то что сделал? — спросил зубастый, которого, как потом оказалось, зовут Коля.

— Может горшок с цветами Аркадьевны перевернул? — сказал толстый. Позже узнал, что его зовут Влад.

— Или мастурбировал на фото госпожи Арины? — спросила очкастая.

— Что?! Не дай бог! Ты кончай с этим делом.

— Хорошо, потом кончу.

— Да что с тобой не так, дорогуша? — прищурился я.

— Не знаю, может я родилась не в тот день. Меня кстати, Вика зовут.

— А меня никак не зовут! Я вообще здесь случайно! Моя мама поругалась с директором, вот он и злится. Скоро все выяснится, и меня отпустят, — гордо заявила высокая полноватая дамочка, похожая на пухлую мышь.

— Так, как насчет тебя, друг? — опять спросил Коля.

— Ничего такого, — махнул рукой. — Двоих спустил с лестницы, избил десятерых, послал бугая из мажоров. Ну и по мелочам, там немного.

Школота стала ржать, так что земля затряслась. Я присоединился к ним, не желая ничего доказывать. К тому ж мои «преступления» на деле были лишь мелочью. Даже заживо никого не спалил. Разве за такое наказывают?

Вскоре разговор прервал горбатый старик в фартуке, как у патологоанатома и варежках (несмотря на то, что на улице лето). Он гнусаво проскрипел, что мы остолопы, и погнал всю толпу к сараю, где было полно инструментов.

Мы взяли пилы и ножницы-секаторы. Сегодня надо было постричь деревья. Хех, наказание приятней, чем развлечение. На свежем воздухе кустики стричь. Но я всё равно делал вид, что мне в лом, как и все, чтоб особо сильно не выделяться.

Держали нас почти до заката. К счастью, здесь была связь, удалось звякнуть Ини и сказать, что с ней не пойду. Домой отправился только под вечер. Но это не самое страшное.

Хуже всего то, что не вышло отработать приемы. Пришлось делать это при всех, когда был перерыв. На вопросы Коли, Влада и остальных, сказал, что занимаюсь специальной гимнастикой, чтоб скорее раскрыть магический дар.

Мол, прочитал о таком в умной книге. Некоторые лишь посмеялись, а многие стали повторять, веря, что это позволит вырваться из той жопы, куда их засунула жизнь.

Позднее возвращение домой породило волну истерик со стороны матери. Она хотела заставить Ини встречать меня после работы. Потом решила сама идти к школе при наступлении вечера. Лишь после долгих уговоров удалось объяснить, что я в 18 лет могу сам пройти несчастные два километра.

К тому же, мы заканчиваем до заката. А местные любители худеньких школотронов выскакивают из своих нор только ночью.

Следующие два дня прошли вполне ровно. Я быстро привыкал к телу, учился им управлять, изучал слабые и сильные стороны, готовясь к будущим боевым действиям. А такие скорей всего будут.

Пару раз на меня пялились хорошо одетые парни. Я узнал, что здесь банда богатых скотов, которые не хотят сидеть в крутых академиях с их строгими правилами.

Эта банда называет себя Бойцами. До клана они не дотягивают, но являются мощной группой нашего города. Название говорит само за себя. Эти люди ценят силу, причем любую. Они плевать хотели на справедливость. А такие как я для них типа животных. Убивать вроде жалко, но считать равными себе глупо.

Петушок Петя тоже входил в эту банду. Казалось, он был не удовлетворен прошлой беседой и точно что-то задумал. У меня пока не было сил воевать. Я не спеша постигал нюансы странного мира, ржал вместе с наказанными, делал лёгкую работёнку. И, конечно, учился, пытаясь быть не совсем идиотом.

Не могу сказать, что план боевой подготовки был выполнен. Но все шло неплохо. Сегодня я возвращался домой в приподнятом настроении. Вспоминая, как Влад сел на колючую палку и она прикрепилась к его жирным округлостям, как спора адского мутагена.

Вдалеке догорал закат, было немного прохладно, но в целом комфортно. Я дошел до полоски кустов, где в первый день школотронства нас с Ингой встретили гопники.

На этот раз я напрягся, чувствуя нечто неладное. В кармане лежал большой гвоздь. Я специально носил его на всякий пожарный. Ещё отработал несколько важных приемов, чтоб побеждать сильных противников.

Так что тех молодчиков бы прогнал, или покалечил, погибнув от их ударов. Но скорее всего, они б разбежались.

Так вот, в кустах уже было темно. Дорога казалась мрачным туннелем заброшенного Питерского метро. Сжал гвоздь покрепче, напряг нужные мышцы, готовясь к возможному нападению.

К счастью, все прошло гладко. В кустах пела какая-то птица. В остальном полный штиль. Ну да, с чего бы готовиться к худшему? Каждый день здесь хожу. Только сердце все равно не на месте, как любит повторять Анна.

Ладно, с чего я вдруг так расчувствовался? Надо думать о важных вещах. И я думал. Не спеша прошел через поле, приблизился к нашему кварталу, почти что вошёл во двор. И тут услышал какой-то шепот.

Опять эти бомжи-шпионы. Небось, докладывают, что я пришел. Да кто же их подослал? Любопытство жгло мою психику. Хотелось дать просраться этим козлам, потому что их слежка бесила.

Я замер на месте, прислушался и отчётливо разобрал слова.

— Тихо, тихо, заткнись я сказал. Ты чё, а? Щас голову оторву.

Так... это сейчас не шпионы. Наверное, разборки местных алкашей. Хрен бы с ними. Раздался девичий писк... Все понятно. Прижучили какую-то деваху, бывает.

— Рот открой, шире! — раздалось из кустов.

Во, молодцы, о здоровье ее зубов заботятся. Значит все хорошо. Я не Бэтмен, чтоб спасать каждую кралю!

Пошел дальше к дому. Но потом все же замер, развернувшись к кустам. Ладно, это повод размяться. Тренировка в боевой обстановке не помешает. И вообще, вдруг там такая же, как Милена. Совместим приятное... с очень приятным.

Решив так, я бросился в сторону звуков. За плотными кустами в полумраке оказались трое козлов. Опять, падла, гопники! Но, а кто ж еще в таком-то районе.

Они были взрослыми мужиками, в отличие от тех, с кем сталкивался раньше. К счастью, дядьки не отличались мощным телосложением, хотя и дрыщами их назвать сложно.

Но это не самое главное. Козлы были вооружены: у одного кусок арматуры в руках, у другого потертый серый камень, горящий красными прожилками.

Булыжник, теперь, точно магический. Неспроста им угрожают девчонке.

Ах, да, девушка. Было трудно разглядеть, но я присмотрелся и понял, что это... Твою мать, сиседка! Гребанная Ини стояла на коленях, открыв рот, и судя по звукам, рыдала.

Вот же ж, поганая срань! Конечно, проучить эту выскочку нужно. Но не потными писюнами уж точно. Значит, надо выручать девку. Если что, сам потом ей вломлю.

Обдумал это за долю секунды. Что-что, а мышление Марка отменное. Молодой мозг отлично обрабатывает информацию.

Гопники тоже не медлили. Они сразу меня засекли, уставившись, как бараны на... другого барана. Мля, с метафорами у меня не особо.

Так вот, после «немой сцены» один мужик что-то крикнул. Дядька с артефактом направил его на меня и захрипел нечеловеческим голосом:

— Иддиии нахеррр, ссцццука!

Артефакт вспыхнул красным. Я с трудом увернулся от горячего луча, который врезался в дерево, и прожег кору. Да уж хреновое дело. Справиться с ними не выйдет, сказал бы кто-то другой.

Но гопникам очень не повезло. Потому что, я — капитан Раст!

Глава 10

Время как будто остановилось. Мозги работали с бешеной скоростью. Я понял, что это не обычные быдланы, а настоящие отморозки. Не хило для простого школьника. Правда, я не совсем уж простой.

В отличие от прошлых раз, разговаривать было некогда. Только грубая сила. Смертельная сила! Здесь и сейчас.

Ублюдки переглянулись, не ожидая, что я смогу уклониться. По их лицам было заметно, что накинутся всей толпой и замесят...

Тогда я вытянул правую руку, напрягся, что было сил и заорал: сдохни. У меня была магия. Необычная, странная сила, которая непонятно как действовала, и могла сейчас спасти жизнь.

Я понадеялся на нее, хотя шансы были слишком малы. Но в этот раз удача не подвела. Мужик выронил артефакт, упав на колени. Он схватился за голову и застонал, как тяжело раненный.

При этом стало тошнить, голова слегка закружилась. Похоже, что-то типа отдачи. Я поразил козла, а взамен получил урон.

Разбираться пока не было времени. Я видел как в замедленной съемке две высокие тени, которые рванулись вперед.

Сильно пнул старые листья, лежащие под кустами. Нос тяжелого ботинка поднял столб пыли, гнилой листвы, мелких веток.

Насильники такого не ожидали. Они понимали, что ничего не случилось, но машинально отвлеклись на секунду, что стало роковой ошибкой.

Я резко бросился им навстречу (слава богу, тело было проворным). Потом, без лишних слов, воткнул гвоздь в шею ближнему дядьке. Полилась кровь, мужик захрипел и упал.

Другой заревел, как медведь. Его арматура пронеслась возле виска, чуть не лишив меня уха. Воспользовавшись небольшим ростом, я ловко пригнулся, ударил козла под колено, ткнул гвоздем в живот, не глубоко, но вполне ощутимо.

Тот отскочил назад, споткнулся о палку и упал на спину. Я наступил ему в пах, наклонился, вырвав железку.

Все произошло очень быстро. Я действовал словно боевой робот последнего поколения. Школьники так не могут. Школьники вообще мало что могут.

Гад это все понимал, мычал и пялился на меня, будто сошел с ума. Из его рта вырвался сдавленный звук. Возможно, дядька желал что-то сказать.

Но сейчас не время охренительных историй. Я не стал его слушать. Вместо этого, замахнулся на автомате, и что было сил врезал по башке железякой. Ублюдок вздрогнул, развалившись на листьях. Походу, я его вырубил.

Сзади послышался шорох, едва заметный, но все же. Вряд ли это мышка-норушка искала свой сраный домик...

Я напрягся насколько это возможно, развернулся с бешеной скоростью и заметил «парня с мигренью», который пытался встать.

Резкий взмах арматурой. Челюсть насильника разлетелась в кровавые осколки, а тело свалилось на землю.

Так, уже кое-что, но не очень. Возможно, кто-то и сдохнет. Но я ведь даже не насладился. Не насилие, а легкий массаж получается. Черт, еще Ини.

Девушка стояла на коленях все также, не думая сваливать. Хорошо хоть рот свой закрыла. На это интеллекта хватило.

Я бросил арматуру в кусты, сухо сказал «Идем». Ини стояла неподвижно, продолжая косплеить статую Навальному на Болотной площади.

Можно было сбегать домой, согреть горячего шоколада. Взять его вместе с пледом и принести несчастной принцессе, чтоб она вышла из состояния шока. Но в психологии есть другие более действенные методики.

Как настоящий психолог, я быстро бросился к дамочке, схватил за волосы и потянул на себя.

Ини вздрогнула, завизжала, поднявшись с земли. Очевидно, ей стало лучше, депрессивное состояние сменилось бодрой активностью. И никаких химозных таблеток!

Чтоб закрепить эффект, я тянул сестру какое-то расстояние, пока мы не зашли во двор дома, где горели тусклые, но всё-таки, фонари.

Девушка стонала, материлась и всхлипывала. Верные признаки здорового организма. Понимая, что сеанс терапии окончен, я отпустил сиседку.

Она закрыла лицо руками и зарыдала. Черт, неужели печалится, что я не позволил ей отсосать? Да ну, бред какой-то. Тогда в чем причина? Женская душа — это правда, загадка.

Я задумался, рассматривая сестру. Тут она разогнулась, взглянула на меня и стала рассказывать. Все. Сразу, быстро, выливая тонны слюны.

Оказалось, ее позвала подруга, погулять после школы. Так как друзей у Ини столько же, сколько и у меня, то есть ноль, то сеструха очень обрадовалась. Потом оказалось, что девка стесняется идти на свидание.

Она взяла Ингу, как третью лишнюю, чтоб выглядеть лучше на ее фоне и вообще для поддержки. В итоге, парень оказался нормальным, и сиседку послали подальше, чтоб она не мешала.

Инга решила вернуться домой, но вместо нашей квартиры чуть не попала на грязные члены. Ини визжала так, будто я огрел ее арматурой вместо того козла.

Сестра считала, что проблема уже не решаема. Самое время прогуляться с высотки, ведь лучше уж явно не будет.

На самом деле трудности Ини были связаны лишь с одним. Я поспешил об этом сказать, как только фонтан слез и слюны прекратился.

— Дорогуша, все круто. Просто ты выглядишь не по форме! У баб должна быть другая экипировка и камуфляж. Пойми это все, наконец!

— Чооо? — бешеным зверем взревела Ини. — То есть, я смотрюсь как лохушка?

— Ты чего, нет, конечно. Как дешёвая шлюха, которую перли бомжи на помойке, а потом переехал трактор.

Я сказал это все неспроста. Кроме таланта психолога, у меня ещё был дар стилиста. Я знал, что надо озадачить человека замечанием насчёт внешнего вида, а потом предложить решение. Так вот, первая часть была сделана.

До второй очередь уже не дошла. Ини взвизгнула, фыркнула и зарычала одновременно. Я получил мощную пощечину. Рука сама поднялась в воздух и... врезала сеструху в челюсть.

Ох уж эти военные рефлексы. Хорошо хоть кулак не сжал, удар получился вялым. Но Ини все равно завизжала по непонятным причинам.

Девчонка замахала руками, бросившись прочь от дома. Твою мать! Похоже, приключений ей мало. Хочет опять найти «кавалеров».

Ничего не оставалось делать, как поймать эту чертовку, схватить за волосы и потащить домой.

— Ай, псих! Ты свихнулся, ты двинутый! — хрипела Ини.

— Может быть, но меня не пытаются изнасиловать. А тебя хотят отыметь второй раз за неделю. С этим надо покончить.

— Что ты собираешься делать?! Урод!

— Ничего. Ты останешься в живых, рядовой.

— Аааа, помогите мне кто-нибудь! — зверски вопила Ини. Ее призыв остался без ответа. И вскоре мы вошли в дом.

Пока поднимались по лестнице Ини ныла, пытаясь воззвать к моей совести. Я, как нормальный человек, объяснил, что пора убить ее прежнюю, чтоб возродить новую Ини.

Получилась красивая метафора. Девушка успокоилась, лицо ее стало ровным и белым, глаза умиротворенно полезли на лоб, дар речи пропал.

Отлично, я умею снимать стресс, как никто другой! Когда вошли в квартиру, к нам кинулась мать с криком:

— Инга, почему ты не брала трубку? Маркуша, что с вами? Опять что-то случилось?

— Прости, у нас небольшие дела, — улыбнулся в ответ.

Ини жалобно простонала «Помогите!». Я сказал, что и так помогаю. Работа над новым стилем — дело не быстрое. Надо набраться терпения.

Под обалдевшим взглядом мамы я потащил Ини в ванную.

— Ты что, хочешь меня утопить? — жалобно заныла она.

— Нет, пока что умыть.

Открыл воду в раковине, нагнул сестру лёгким удушающим приемом и приступил к бережному снятию макияжа.

— Аааа, — завопила сиседка, чувствуя живительную влагу.

А, стоп, не то, нет... Я горячую по ошибке открыл. Но ничего, так даже лучше. Быстрей все откиснет.

После умывания я понял важную вещь. У сестры, оказывается, Милое личико, а не харя посмертно зараженного.

Так, теперь волосы. Ини плакала от счастья, видя свой новый облик. Но процесс был ещё не закончен.

— Какой штукой смыть краску с волос? — спросил, указав на полку с кремами-шампунями.

— Ни какой, пошел в жопу! Ааааа, он меня убить хочееет! — ответила Ини.

— Хорошо. Понимаю, сам стригусь по уставу. Пойдем-ка за ножницами.

— Нее, ты чего??? Вон-то в жёлтой бутылке.

Я снова склонил Ини над раковиной, взял указанное средство и стал драить волосы. Черта с два! Будто КамАЗ земли бросили в Ниагарский водопад. Здесь пришлось постараться.

Но даже моих сил не хватило. Отмыл пока половину. Нельзя торопить процесс, работа над собой может длиться годами.

Ини плакала и фыркала, пытаясь от меня отбиваться. Несмотря на это мы пошли в ее комнату, где закрыл дверь изнутри и сказал:

— Раздевайся!

— Ты что хочешь меня изнасиловать? — выпалила Ини.

— Нет, просто переодеть.

Решиться сменить образ всегда очень сложно. Пришлось спустить с Ини штаны, угрожая переломать ключицу. Девушка смотрела на меня с восхищением или с чем-то ещё я не знаю.

Дальше разделась сама, оставшись в лифчике и черных трусиках, обрамлённых тонкими кружевами. Нижнее белье подобрано хорошо. Его, пожалуй, оставим. Хм, довольно сексуальные ноги, кто бы знал, что у этого сгустка ненависти есть женское тело.

Я осмотрел Ини, и она задрожала, закрывшись руками. Ясно все, тут холодно. Чтоб сеструха не мёрзла я быстро метнулся к шкафу и выбрал оттуда несколько предметов одежды.

Времени было мало, да и гардероб небогат. Потому не смог добиться особого результата. Но уже лучше, чем прежний костюм могильщика.

В итоге, девушка надела то, что я ей сказал, и слегка успокоилась. Она, наконец, поняла, что все кончилось. Сторонясь меня, Ини прошла к зеркалу и чуть не грохнулась в обморок.

Вместо прежней оторвы на нее смотрела симпатичная деловая девушка, одетая в брюки и форменный школьный пиджак. У нее были длинные ноги, аппетитная, хоть и не очень большая, грудь, приятные щёчки, большие (от природы красивые) глаза.

Дамочка выглядела отлично, только немного взмокла. То есть от воды, когда я мыл волосы.

— Ну вот, — сказал, спустя какое-то время. — Теперь ты настоящий каратель.

— Господи, Марк, зачем ты меня изуродовал? — простонала сестра, подошла к кровати и шлепнулась туда одним махом.

О, это большая ошибка. Как говорил сержант учебки по кличке Циклоп — не падай спать не глядя.

Но дело не в этом. Похоже, Ини стеснялась нового образа. И я решил подбодрить.

— Не волнуйся, сестра. Уродство — это твой козырь. Запомни, уродок не трахают.

— Что? Ты псих! Двинутый, боже! Я из дома сбегууу.

— Только попробуй, боец! За самовольное оставление части я сломаю твоей башкой все писсуары в сортире. Ладно, спокойной ночи. Люблю тебя, нежно целую.

Я вышел из комнаты, оставив Ини одну. Стало немного не по себе, будто сделал что-то не так. Точно, надо было связать.

Нет же, другое. Я мог бы действовать мягче, тут не война. Да, так и есть. Но Ини выглядела как наркоманка, которая подрабатывает проституцией. Ее издалека замечали разные маргиналы. Кто знает, вдруг в следующий раз меня б не было рядом? С таким делом медлить нельзя. Пусть лучше истерика сегодня, чем групповое изнасилование завтра.

А, да, насчёт изнасилования. На меня бросилась Анна, начав иметь мозг.

— Марк, что ты делал там с Ингой? Ты пил алкоголь? Боже мой! У тебя глаза странные. Погоди, я вызову «скорую», — тараторила мать, добавляя ещё кучу сопливой дряни.

— Мам... мам, мам! — закричал чтоб, слегка успокоить. — Ини сама попросила помочь. Она хотела изменить внешний вид, вот и все.

— Как?... Но она вроде плакала.

— Перемены всегда вызывают слезы. Прапорщику Пупкорину раз вместо удаления аппендицита пол поменяли. Тоже рыдал в три ручья.

— Чего? — мать открыла рот и вся побледнела.

— Ничего. Очень быстро освоился. Дослужился до генерала за две недели.

Мама поохала, но отчитывать меня дальше не стала. Остаток вечера пролетел незаметно, ночь тоже прошла. А наутро... Я чуть не умер от шока.

Ведь к завтраку вышла роскошная девушка в школьной форме с аккуратно уложенными волосами. Инна смыла остатки косметики и краски с волос, подобрала блузку и колготы под форму. Сделала ещё фиг пойми что, из разряда понятной лишь женщинам магии. Короче, она стала просто красоткой. Правда, сама это не понимала. Ворчала на меня, обещая пойти в полицию.

Новый образ Ини:

Лишь к концу завтрака похвалы Анны растопили сердце сеструхи. И Инга с трудом успокоилась.

Мы шли в школу, не разговаривая. Ини косилась на меня, как на врага. Бабская обида — не осколочный фугас, так что можно не париться. Вместо того чтоб извиняться перед девчонкой я думал о своем, пытаясь понять, где взять денег.

Хорошо, что всякая гопота отвалила, и я могу нормально учиться. Но хотелось бы семье тоже помочь. А с этим уже посложнее.

— Даже не думай просить прощения, — сказала Ини в какой-то момент. Я промолчал.

— Нет, ты пойдешь за решетку! — позже произнесла она. Я снова ничего не ответил.

Прошло ещё пару минут. Инга замедлилась, побелела, потом покраснела, а после произнесла:

— Ладно, ладно, хрен с ним. Так я выгляжу лучше. Ты был прав и госпожа Анна. Надо было сразу все сделать, а я такая скотина. Все ясно.

— Не совсем, Ини, — ответил я. — Просто ты хотела скрыть тощую грудь за твердым бронежилетом. А это так не работает.

— Грудь? Причем здесь вообще моя грудь?

Я отмахнулся и пошел вперёд. Ини догнала, не желая меня отпускать. Походу, ей было совсем одиноко. Девушка стильно нервничала, смотрела по сторонам, будто ее снова хотели изнасиловать.

— Слушай, я не знаю, что делать с подругой, — вскоре сказала она. — Лика меня просто использует. Даже вчера, позвала с собой, чтоб не страшно было идти на свидание. А деньги, которые не вернула? А контрольная та? Я чувствую себя рабыней у этой выскочки. Может, скажешь, что делать? Мне есть, у кого спросить, если так. Но твоё мнение нужно просто... для шутки.

Ага, все понятно. Я, конечно же, верю. Несмотря на это, не стал разоблачать Ини. Решил дать совет, раз уж так получилось.

— Значит, твоя подруга поступает как крыса? — спросил для уточнения.

— Да, может быть, я не знаю, — промямлила Инга.

— Отлично. Вы вместе ходите в туалет или как?

— Марк, что за вопросы? — вскрикнула девушка.

— Говорят, что подруги вместе посещают сортир. Так это или не так? Ответь по уставу.

— Чего... Но вообще, да... Не всегда, ясное дело.

— Понял. Подгадай момент и отрежь этой гадине клитор.

— Ты... Эээ... Ты дебил! — воскликнула девушка, уходя вперёд.

Но глаза ее загорелись задором. Было видно, что Ини чуть не заржала. К тому же, ей нравилась моя поддержка. Но просто так принять глупую шутку (или не совсем шутку) она не могла. Это даже и к лучшему.

Дальше мы шли по отдельности. Возле школьной ограды Инга немного оттаяла, весело со мной попрощавшись. Учебный день снова поглотил меня своей скукой.

Как оказалось, магическая наука — это не одна магия. Здесь была история, математика, география и другие предметы. Надо было шевелить мозгами, как в простой школе. Говорили, что это поможет не только стать умным, но и раскрыть потенциал Магии. Потому что интеллект тоже косвенно на что-то влияет.

Прокачивая мозговую мышцу, я старался не спать на уроках. Впитывал хоть какую-то информацию, чтоб не быть совсем уж бараном. Все шло неспешно, рутинно. Но в один прекрасный момент, в класс пришла смерть.

Реально старуха в черном балахоне, с капюшоном, правда, без костлявых рук и косы. Мы ждали очкастую дамочку, похожую на укуренного суслика. А вместо нее было... это.

Все замерли, вытаращив глаза и открыв рты. Смерть прошла на середину класса, скинула капюшон и превратилась в мужика лет пятидесяти с вытянутым шрамированным лицом. Несмотря на возраст, дядька имел роскошные черные волосы, завязанные в хвост на затылке.

Из-под рукава балахона торчала кружевная рубашка или что это, не пойму... Также был маникюр чёрного цвета. Да уж, темный властелин с голубыми замашками. Я слегка усмехнулся.

Мужик повел бровью, грозно на меня посмотрев. Остальные сидели тихо. Хотя других учителей все стебали, высмеивая малейшие особенности. Видно, крендель был странным типом. Ладно, посмотрим, что там за птица.

— Приветствую. Я Герман Граф, если кто ещё помнит. Эксперт по глубинным свойствам магических проявлений, — сказал мужик, смотря, как бы на всех, но при этом ни на кого.

Вопреки ожиданиям, голос его был хриплым, как у старого каптёра.

Одноклассники переглянулись, все были очень растерянными. Да что стало с толпой обалдуев, готовых закидать дерьмом самого Иисуса! Здесь явно что-то не так.

Интересно, граф — это фамилия или титул? Что за особенность у этого дяди? Пока думал над этим, сзади послышался шепот:

— Ха, что за вдова алкаша? Че все так приуныли? — говорил парень, который был новеньким, присоединился к нам месяц назад.

— Молчи, дурик. Он чернокнижник. В командировке был, в другом мире! Такое может мутить, — послышался шепот в ответ.

— Ага, минет горловой.

Последние слова были сказаны тихо, я едва разобрал. Потом шутник все ж заткнулся. А вот Герман вытянул шею, повернул голову, как зверь, почуявший свежую дичь.

Глава 11

Мужик немного прищурился, втянул носом воздух (блин, точно как зверь), потом громко сказал:

— Тарасов, скажи это всем.

По классу прокатился всеобщий «ааххх». Казалось, я физически чуял страх одноклассников. Да и самому стало жутко... смешно. Что за детский сад, в самом деле? Пусть брюнетка только попробует сунуться. Намотаю волосы на кулак и сделаю то же, что с той негритянкой в притоне. Короче, не важно.

— Я ничего не говорил, господин Герман, — с испугом выдохнул недавний шутник.

— Есть страны, где за ложь до сих пор отрезают пальцы, — усмехнулась брюнетка.

Черт, Герман слышал тех пацанов! Хотя, это никак невозможно. Стоя у доски, даже с отличным слухом, можно различить только шелест, шорох, но никак не слова.

— Эээ, понятно. Жалко, — простонал Тарасов. Казалось, он тупо умрет.

— Жалко чего? Твоей опороченной чести или чужих пальцев? — спросил учитель. — Я делаю горлом только одно — передаю информацию неразумным слюнтяям, которые могут лишь ржать, словно кони и вставлять в полости тела предметы. Не так ли, Тарасов?

— Что, я не. Вы чего?! — пропищал несчастный шутник.

— Вы не... А вот глупая статья из всесети. Там было описано, сказано как это приятно. Вы попробовали раз. И теперь у вас внутри побывали все продолговатые предметы в доме. А ваша мама считает, что вы читаете в ванной... Но на деле. Ай, ай, ай, как не стыдно.

На последних словах Герман хищно улыбнулся, показав ряд ровных белых зубов.

— Хах, хах, хах, — громко заржал Санин, наш местный мамкин шутник. В тишине его смех звучал как-то зловеще.

— Это что, Тарас типа педик? Аха ха ооохохо. Твою мать.

— Нет, — резко сказал учитель. — Он не испытывает влечения к своему полу. Просто любит глубокие ощущения, и не более.

После этих слов Тарасов подорвался с места и пулей бросился к выходу. Я заметил, что он покраснел, вроде бы даже заплакал.

— А вот некоторые улыбчивые дамы, — продолжил учитель, глядя на девок с передней парты.

— Мы не... мы молчим. Вы ошиблись, — тихо пролепетали те.

— Так вот, — Герман снова вернулся к Санину. — С Тарасовым все в порядке. Психологическое состояние чуть испорчено, но это совсем не критично. Он же не плачет ночами, как девочка. Не так ли, мой друг?

— Эй, а кто плачет? Хи, хи, вы про кого хоть сейчас? — воскликнул Санин.

— Не про кого. Не буду указывать пальцем. Просто скажу всему классу, что служит причиной истерик этого несчастного человека.

— Ооо, не... Давайте начнем. Урок надо это, — простонал Санин, чуть не провалившись под пол.

Если сказать, что все офигели, это не сказать ничего. Вроде ничего не случилось, но я понял, что нахожусь в морге. Будто у меня одного билось сердце, а остальные все передохли.

Конечно, ржать над мужиком лучше не стоит. Он мог залезть в голову, как я понял. Не надо с этим шутить.

Но и кланяться перед чернявым нет смысла. Видал покруче и не прогнулся. Тоже мне, неформал престарелый.

Думая об этом, я посмотрел в окно, почесал щеку. Потом пожал плечами, что-то кости сегодня хрустели. В общем, спокойно тупил на уроке, как это бывает всегда.

В очередной раз, осмотрев класс, Герман почуял неладное. Странно, когда тебя испугались. Человек двадцать сразу! Но один мелкий поц смотрит по сторонам, как ни в чем не бывало. Это не может не раздражать, тем более, если ты чернокнижник.

Герман остановился на мне, долго щурился и пыхтел. Мужик сделал пару шагов, рассматривая меня, словно картину в музее.

— Что-то не так, ученик? — тихо прошипел он.

— Не, все норм, — бросил в ответ.

— Ты ведешь себя плохо.

— Как именно плохо? Просто сижу и молчу?

Герман подошел еще ближе. Я уставился на него. Да уж, мужика потрепало. Похоже, его рожей кто-то точил ножи.

— Хмм, кто ты такой? Знатный род? Мощный дар? — пропел Граф.

— Не, просто двинутый капи... ученик нашей доблестной школы, — спокойно пожал плечами.

Герман снова прищурился; я ощутил, что меня тупо насилуют. Только не в задницу, нет. В голову, прямо в мозг. Что-то странное проникло мне в череп и рылось там, доставляя ощутимое неудобство.

Ясно в чем дело. Хочет выпытать мои тайны. Да ради бога, насрать! Только трахать мозги (в прямом смысле слова) не стоит.

Решив так, я будто взял его силу, сделал ей болевой, и культурно выбросил из башки. Иначе даже не описать. Стало немного тошнить, в висках что-то стучало. А Герман вдруг закашлялся, на мгновение потеряв маску крутого дяди.

Мужик понял что обломался. Он резко вернул прежний образ, никто не заметил промашки, конечно же, кроме меня.

Надо отдать должное черному. Он особо-то не смутился. Даже наоборот улыбнулся, подмигнул мне и загадочно произнёс:

— Твоя башка тоже может взорваться. Будь осторожнее с этим.

Так, что за башка, какой взрыв? Может, это метафора или загадка? При всем классе спрашивать глупо. Может после занятий? А вдруг, ему надо чтоб я побегал?

Ладно, плевать, если что сам расскажет. Мне и так круто живется. Расшифровкой странных посланий займусь как-нибудь в другой раз.

Я открыл рот, чтобы что-то ответить. А Герман лишь хмыкнул, резко подходя к доске. Наконец-то начался урок, который мало чем отличался от кучи других уроков.

Дальше тянулся учебный день. Я усвоил кое-что новое, забыл что-то старое. Короче, все как всегда. Хорошо, хоть можно пойти домой после этой чертовой пытки.

А... нет, я ж наказан. Несмотря на кажущуюся легкость, вечерние работы начинали бесить. Всерьез думал о том, чтобы смыться, послав всех и вся в жопу.

Но, не желая быть слишком двинутым, пока что спокойно остался. Каждый день таскал мусор, стриг траву, мыл фасад школы. В общем, занимался легкой, но нудной работой, которая в целом не напрягала.

Исключением была мясорубка. Однажды нас послали в столовую помыть мясорубку. Казалось бы, что тут такого?

Только чертова штука была не похожа на коробок с лазерными лучами, который стоял в сороковые у моей мамы.

Вместо небольшого прибора, на кухне была мощная печь (иначе даже не скажешь). Она была размером с машину, имела широкий вход, расположенный в метре над полом.

Туда совали огромные куски мяса, с костями и жилами. Внутри стояли острые железяки, вращающиеся с бешеной силой. С их помощью даже камень превращался в нежную пюрешку для деток.

Опасная шняга. Мне нравится! Я даже первым полез ее чистить. Пришлось забраться внутрь почти полностью и отскребать каждый нож по отдельности.

Коля зубастый был после меня. Он зацепился там свитером и визжал, что его перемалывает... А Влад, по понятным причинам, не стал туда забираться. С его жирной жопой может произойти эффект Винни Пуха, с не очень хорошим финалом.

Короче, нас было десять, и чистили мы эту технику целый вечер. Оказалось не так уж и просто, ну ладно. Главное, что остальные задачи были попроще.

Сегодня, например, собирали ягоды в дальнем уголке сада. На раскидистых деревьях росла плотная, крупная малина, при этом с косточками как у вишни. Вкус был довольно приятный, не знаю, как описать.

Короче, вместо скучной работы я поглощал ягоды, изображая вид бурной деятельности. Моему примеру последовали остальные наказанные. Школота пряталась под ветками, обсуждала что-то свое, не думая наполнять выданные горбатым завхозом корзины.

Со мной никто не общался. Да и самому не хотелось. Как ни крути, я военный. И со школьниками пока еще скучно; может, дальше это пройдет.

В одиночестве тоже есть плюсы. Я бродил между деревьями, считая минуты до похода домой. В какой-то момент, послышался голос Инны — жирной высокой девушки, считавшей себя пупом земли.

— Я не знаю, что делать с парнем, — чуть не плача, говорила она. — Кажется, ему тупо плевать. Мы болтаем, как чужие люди, целуемся только для галочки. Кажется, он встретил другую, но боится мне это сказать. Все из-за моего наказания! Торчу здесь после уроков как дура. Ничего, меня скоро отпустят, потому что я точно не виновата.

— Ага, очень жаль. А вы пробовали совместную мастурбацию? — говорила Вика, та самая очкастая извращенка.

— Что? Причем, здесь это вообще?! Я, правда, не знаю, что делать, а ты прикалываешься.

— Вообще-то я не шучу, — протянула Вика, но Инна ничего не ответила.

Черт, я не мог пройти мимо! Дар психолога должен спасти отношения юной парочки. К тому же, сейчас было скучно. Давая важные советы, я мог бы скоротать время.

Тем временем, Инна снова начала ныть на тему того, что все плохо. А ее душу дерут слизни-тентакли.

— Как же с ним поступить? Эххх, я не знаю, — в очередной раз вздохнула дамочка.

Тут завеса ветвей распахнулась, и перед пышной выскочкой возник я.

— Знаю, что делать! Есть один крутой выход, — тут же сказал девчонке.

— Что? Ты подслушивал нас! — взвизгнула Инна.

— Какой еще выход? — оживленно спросила Вика. — Может глубокий анал? Не знаю, что это, но говорят, что прикольно.

— Эй, малолетняя пошлячка! Хорош! Что с тобой хоть такое? — возмутился я.

Не хватало еще этой грязи, перед тем, как я применю свои навыки.

— Со мной ничего. И мне уже девятнадцать! — надулась Вика, но мне было как-то плевать.

— Ты, правда, знаешь, как поступить? — спросила Инна.

Несмотря на свой пафос, она решила получить информацию.

— Конечно, я отличный психолог, — улыбнулся в ответ.

— Хм, ты был на тех курсах в прошлом году? Не думала, что парни любят обучаться построению отношений.

— Если у меня есть член, это не значит, что я бесчувственный! — воскликнул в ответ. — Так ты хочешь понять, как сделать шелковым своего трахаля?

— Что? Кого именно? Вообще, да. Но не знаю.

— Отлично! Тогда слушай сюда, — воскликнул я. Инна хотела сказать еще что-то, но я вошел во вкус и ее перебил. — Стань перед своим благоверным по стойке смирно, но слегка расставь ноги. Потом спусти штаны с трусами. Примерно, вот так...

Я потянулся к юбке Инны и хотел ее стащить для примера. Но девчонка лишь вскрикнула и отскочила. Понимаю, страх решать проблемы, он вечно такой. Победить его можно лишь в одиночку. Потому я не стал настаивать, а продолжил давать советы.

— Так вот, когда твоя киска окажется перед ним... — сказал я.

— Он имеет в виду влагалище, — добавила Вика, Инна побелела и стала медленно пятиться.

Ага, бегство от своих трудностей. Ничего, если что догоню, на крайняк шмякну камнем.

— Ты должна грубо, громко и четко сказать этому недоумку, — продолжил я. — Посмотри на мою шмоньку, обосрух! Нравится ее тыкать, я спрашиваю? Так вот знай, кусок анального сфинктера, если ты еще быканешь, то больше ее не увидишь. А вместо моей сладкой дырочки, пойдешь на свалку драть дохлых енотов! И не надо твоих сраных слов! Прав тот, у кого есть вагина, ублюдок. А она сейчас у меня, если ты еще не заметил.

— Ты, ты... Где ты такого набрался? — простонала Инна, глотая воздух, а Вика только заулыбалась.

— Психология сложная штука. Приходится черпать знания из разных источников. Такому приему меня научила одна загадочная дама, — честно ответил я.

— Загадочная? — процедила по слогам Инна, смахнув пот со лба.

— Да, она была знатной шлюхой. Принимала четыре члена одновременно, хотя дырки ведь всего три. Вот тебе и загадка вселенной... — задумчиво протянул я.

Инна развернулась и молча бросилась прочь. Отлично! Приступила к решению проблем, так и знал. Моя психология гениальна!

Тут заметил кое-что странное. Штрафники обступили меня, разглядывая в полном недоумении.

— Кто он такой? — спрашивал кто-то.

— Ого, он даёт, — слышался чей-то смех.

Все чувствовали, что я необычный. Но никто не мог понять, в чем тут дело. Надо сдерживать себя ещё больше, а то начинаю палиться. Хотя, что мне будет?

Не успел об этом подумать, как раздался громогласный голос госпожи Эммы.

— Вы что тут устроили а, шпана? Почему одна из ваших бегает по территории вся в слезах?

— Это от сексуального воздержания, — подметила Вика.

— Эй, замолчи! Она просто избавилась от моральных проблем, вот и радуется, — пояснил я.

— Ааа, вот оно что. Лесовский! Почему ты постоянно попадаешься мне на глаза? — чуть не плача, всплеснула руками училка.

— Ладно, это не важно. На вас поступило пять жалоб за эту неделю. Что, не хотите работать? — добавила после небольшой паузы.

— Хотим, правда, очень хотим! — заглянув в глаза Эмме, пролепетал Коля.

— Оно видно! Не можете собрать ягоды? Слушаете байки этого... В общем, ладно, — сказала училка, указав на меня.

— Простите, но мы наказаны не совсем честно, если так посудить, — пробурчал Влад.

— Ооо, Пронин, конечно! Захотел справедливости? Ладно, продлим твой срок ещё на неделю. Посмотрим, как запоешь, — прошипела Эмма.

Потом стала говорить девушка маленького роста с большой грудью. Она хотела внушить завучу, что мы готовы трудиться, просто иногда берем перерывы для отдыха. Это совсем не сработало. Эмма была не так тупа, как казалось.

— Все понятно, учащиеся. Теперь ясно в чем дело. Работа вас просто не вдохновляет. Вы хотите чего-то серьёзного, так? — спросила она.

— Нет! — хором ответили мы. Только Эмма лишь улыбнулась.

— Будет вам серьезное дело. Как насчёт уборки туалета в секторе А1 завтра вечером?

Эта фраза прозвучала, как взрыв склада боеприпасов среди тихой пустоши. Сначала все молча переглянулись, потом Эмму захлестнула волна жалоб, стонов и воплей.

— Пожалуйста, только не это!

— Мы лучше отдраим весь первый этаж!

— Убейте нас, если так!

— Аааа, не хочу умирать.

Несмотря на мольбы обречённых, училка лишь повела взглядом, фыркнув, как дикий пёс.

— Умели нарушать дисциплину, умейте и отвечать за поступки, — с наигранным пафосом заявила она, и чтобы не тянуть время, развернулась, ринувшись прочь.

— Ага, нарушение дисциплины. Да твои сиськи, которых нет, больше, чем наши проступки, — сказал я. Это уже беспредел. Не хотелось такое терпеть.

— Лесовский! — взвизгнула женщина и обернулась. — Ты что там такое несешь?

— Ничего.

— Тогда лично прослежу, чтоб ты вымыл все унитазы.

— Ага, твоим языком.

Черт, кажется, не сдержался. Но это тот редкий случай, когда дерзость настолько зашкалила, что у Эммы отказало сознание.

Она не могла понять, как такой дятел как я может оскорблять такую богиню. Не знаю, как объяснить, но училка офигела в прямом смысле слова. Она подняла палец вверх, пролепетала что-то невнятное и чуть ли не бегом бросилась подальше от нас.

Казалось, все должны радоваться. Я круто обломал эту стерву. Но школота расселась на траве, опустив головы. Казалось, их привели на расстрел. Несмотря на моральную стойкость, мне самому стало грустно.

— Эй, бойцы, что закисли?! — воскликнул как можно бодрее. — Никто ничего мыть не будет! Мы сливы в толчках поломаем. Сделаем им гадам сухой закон!

На меня посмотрели как на придурка. Никто даже не улыбнулся. Потом Коля тихо сказал:

— Дело не в мытье туалета. Точнее, не только в нем.

— Ха, тогда в чем же?

— В том, что там будут парни из группировки Бойцов. Однажды наказанных послали на такую же шнягу. Бойцы подгадали момент, пришли туда и макнули в унитаз всех парней.

— А девушек лапали, и потом тоже... макнули, — уточнила одна из девчонок.

— Что ты сказала про лапанье? — спросила Вика.

— Эй, да что с тобой нахрен не так? — вскрикнул я, а потом добавил спокойнее. — Значит, если мы пойдем мыть сортир, то эти самые мажоры нас там опустят? — прищурившись, спросил у толпы.

Все дружно ответили «Да».

Я задумался на какое-то время, прошелся взад-вперед перед строем. И понял, что нам повезло.

— Отлично! Эта лучшая новость за сотню лет! — радостно выпалил я.

— Что это с ним?

— Бывает. Видно, спятил от горя, — послышались голоса штрафников.

— Спятил я в далеких шестидесятых, салаги! А сейчас мой разум чист как попка малолетней шалавы, готовой продать свою девственность.

— Погоди, что ты собираешься делать? — спросил Коля, клацнув зубами.

— Ты еще не вкурил, рядовой! Уничтожить группировку противника, путем применения засадной тактики.

Глава 12

Реакция была никакая. Так и знал, что никто не поймет. Школьники лишь рассмеялись; послышались вздохи и глупые шутки.

— Как мы сделаем твою засаду? Мы что партизаны что ли? — промямлил Влад.

Хотел ответить, но тут вмешалась девушка низкого роста с большой грудью.

— То есть, ты хочешь напасть на бойцов и побить? Не получится, Марк! Они нас увидят, сделают своими врагами на всю жизнь, поймают поодиночке и изнасилуют!

— Ооо, даже так? Расскажи по подробнее! — вставила Вика.

— Эй, да что ты нахрен такое несе... — сказал, обращаясь к чертовой извращенке, потом переключился на мелкую. — Ладно, ты считаешь, что они смогут нас разглядеть?

— Ясен пень! Все так и будет! — прокричала сиськастая, и многие ее поддержали.

— Противник не сможет нас видеть, если у него не будет чертовых глаз, — процедил я.

Тут же сорвал траву с мясистыми листьями и для наглядности бросил в лицо девушке. Хотелось показать, что мы отвлечем тех бойцов, или типа того.

— Аааай, нет! Ооо, мама! — завизжала грудастая, упав на колени. Она закрыла лицо руками, будто я плеснул кислоту.

— Да, вот так они будут корчиться, когда мы атакуем! — бодро поддержал я. — Отлично играешь, красотка.

— Ооой, ты дебил! У меня на листья мятника аллергия! Ааа, лицо волдырями покроется.

— Отлично, рядовой. Бесплатный камуфляж... пригодится.

— Ааагрххрг, ой, дышать не могу, — прохрипела девчонка.

— Это точно, подруга. Они перекрыли нам кислород. Пора дать отпор ублюдкам и отбить этот гребанный сектор! — воскликнул я.

Длинный пацан посмотрел на меня как-то странно. Он поднял мелкую на ноги, взял под руку и куда-то повел. Я должен был расстроиться и броситься извиняться. Но учений без травм не бывает. А сейчас военное время.

— Слушай, ты серьезно, что ли хочешь побить этих гоблинов? — после небольшой паузы сказал Коля. При этом осмотрелся вокруг, боясь, что его услышат.

— Не побить, уничтожить, — отрезал я.

— Тогда нужен какой-нибудь план, если так, — процедил очкастый пацан.

Остальные дружно кивнули. Похоже, зуб на бойцов был у всех. Но никто не решался пойти против них. Ничего, мы это быстро исправим.

— Значит так, слушай план проведения операции, — громко воскликнул я, а потом добавил вполголоса. — Смотрите, когда эти лохи придут, мы сделаем вот что...

***

Я шел домой в отличном настроении, глядя на красное небо, которое превратилось в жуткий вулкан, перед самым закатом. На душе было классно, хотелось жить, жрать и трахаться. Эх, вот оно счастье!

Еще бы, ведь мне предстоит провести наступление, сразиться с превосходящими силами противника и выполнить поставленную задачу ценой собственной жизни. Что может быть лучше в жизни обычного офицера!

Правда, вместо команды головорезов у меня толпа школотронов, а вместо поля боя — сортир. Но это тоже неплохо. Главное, сохранять спокойствие и идти до конца. А за этим уж дело не станет.

Размышляя обо всем подряд, я выпал из реальности. Время летело стрелой, как и расстояние до нашего дома. Не успел опомниться, как вошел во двор и...

Наткнулся на бомжару-разведчика. Ох, сколько можно! Урод пялился на меня не стесняясь. Он был не очень-то далеко, вел себя слишком нагло, не пытаясь сохранять конспирацию.

Фигня, что за мной следят. За президентами и то подглядывают. Но такая тупая наружка — это уже беспредел. Возможно, слишком опасно, но я решил наказать наглеца.

Конечно, до прежней формы далековато. Зато к телу немного привык. Плюс обладал магией-не магией или что это такое вообще? Значит, можно рискнуть. Я не мартышка в клетке, чтоб на меня так смотреть.

Бомж продолжал пялиться, как ни в чем не бывало. Я резко пошел в его сторону, вызвав полное изумление. Дядька явно не ожидал, что забитый школьник так себя поведет.

Шпион смутился, отвернувшись в другую сторону. Потом медленно пошел прочь, считая, что я отстану.

Но дятел немного ошибся. Молодые ноги резко обошли мужика. Я стал перед ним, как первоклассник перед училкой, и громко, не стесняясь, сказал:

— Привет, а чем ты тут занимаешься?

Бородач немного поморщился, поправил рваную куртку и нехотя пробасил:

— Тебе-то какое дело? Банки вон собираю.

— Ага, для чего?

Я решил вывести гада на чистую воду или хотя бы помучить. А то работенка слишком уж легкая. Надо накинуть чуть сложности.

— Что? Дурак что ли? Сдаю их, — отмахнулся бомж.

Он пошел дальше, причем довольно легко. А ведь раньше косил под больного.

— Ясненько все, и почем же? Сколько банки пивные хоть стоят? А то у меня дома есть малость, — не отставал от бездомного.

— Отвали! Какое твое дело вообще?!

— То есть, ты собираешь банки целыми днями и не можешь цену сказать? — рассмеялся я. — Либо у тебя амнезия от водки, либо ты мне трындишь. Только вот интересно... зачем.

Бомж бросил злобный взгляд, и продолжил идти, громко фыркая. Застеснялася краля... Ничего, сейчас мы тебя подбодрим.

Гоняясь за сраным шпионом, я не заметил, как прошел через двор, оказавшись возле кустов, где пытались изнасиловать Ини.

Казалось бы, что тут такого? Вряд ли в них меня трахнут. Или нет, черт предчувствие. Я копчиком почуял неладное, резко развернулся и попал в руки к мощному мужику.

Он был намного сильнее и выше. Схватил меня в охапку как мешок картошки, без лишних слов потащив в злополучные заросли. Тем временем, бомж тупо смылся. А я не успел даже пикнуть.

Вот тебе и военные навыки! Доблестный командир карателей будет убит (или не дай бог трахнут) под собственным домом каким-то упоротым бугаем.

Понимая это, я стал вырываться. Дергал руками и ногами, стараясь нанести хоть какой-то урон. Применил магию... Ах да, я же не могу ее контролировать. Вместо головной боли бугай только заулыбался, утаскивая меня глубже в дебри.

Еще немного и все. Черта с два! Пусть только попробует укокошить. Буду являться в кошмарах, пока он не сдохнет. Достану козла даже после собственной смерти!

— Пусти живо, шавка! — захрипел что есть сил.

К счастью, я был слишком уж слабым. Дядька понимал, что бить лоха бессмысленно. Он играючи кинул меня на ветки, которые тут лежали, а сам стал рядом, уперев руки в бока.

Осмотрел громилу и понял, что у него на поясе пистолет. Сам козел одет в черный деловой костюм. Агент, мать его, ЦУР... тоже мне.

— Отлично выглядишь, дядя. В бомжи не взяли, пошел в охранники? — процедил я, медленно поднимаясь на ноги.

— Заткнись, — почти не открывая рта, выдохнул дятел.

Я понял, что он выложит важную информацию. В таких ситуациях ушлепки начинают болтать, значит лучше слушать их молча.

Потому я опустил голову, сделав вид, что боюсь. Бугай действительно заговорил. Пока что слишком расплывчато.

— Вижу, ты стал догадливым, — рявкнул он. — Кто бы знал, но бывает. Так вот, малый, не рыпайся. Живи, пока живется, ты понял?

— Жить? Как обезьяна в гребанном зоопарке? Вы еще в сортире мне камеру прилепите, — резко ответил я. Мужик малость смутился, но тут же пришел в себя.

— Оперился, цыпленок? Ну-ну! Язык неплохо подвешен. Отрежем его, если будешь болтать. Отдышись как следует, шкет. В другой раз смотри прямо, когда шляешься по двору. Будешь крутить башкой, нос сломаю. Понял меня?

Последние слова бугай выкрикнул с особым остервенением. По идее, это должно было меня заткнуть, высушить нахрен мозги и увлажнить школьные брюки.

Но, по понятным причинам, все пошло по-другому. Я лишь улыбнулся сквозь зубы, показав гаду оскал. Стало ясно, что гниды настроены очень серьёзно. Надо выяснить, кто их послал. Зачем понадобилось пасти какого-то слабого школьника?

Я мог ломать голову очень долго. Хорошо, что выпал шанс допросить лысую няшу. Для допроса нужно провести пару манипуляций. Ага... значит так.

Всеми силами изображая растерянность, оглянулся назад, потом бегло посмотрел под ноги.

Мужик не мог понять, что со мной. Он решил, будто дергаюсь от ужаса перед ним. И спустя несколько секунд, дядька грозно сказал:

— Все, малой. Вали нахрен.

— Куда валить, в твою жопу? — удивленно спросил у него.

— Чегооо? — взревел дядька, краснея.

— Ну, ты ж меня позвал неспроста. Хочешь, чтоб я тебя трахнул, ведь так? Сразу понял, что ты петушок. Вон перо в рот даже попало.

Мужик захрипел, как чудовище. Но уголок рта зачем-то потрогал.

Затем прошипел, что пора поломать мне палец, чтоб много не гавкал. Вращая обезумевшими зрачками, козел пошел на меня. Тогда я вытянул руку, как при спасении Ини, и применил магию.

Черт, получилось хреново! Бугай застонал, но остался стоять на ногах. Одной рукой он схватился за голову, а другую выставил в мою сторону, словно зомби.

К счастью, я заранее присмотрел длинную, толстую палку, которая валялась у ног. Молниеносно схватил ее, и что было сил долбанул гада сбоку.

Попал по щеке и в висок, палка треснула надвое. Амбал заревел сильнее, не думая вырубаться. Вместо этого, он бросился на меня, словно дикая кошка. Не ожидал от горы такой легкости и проворности.

К счастью, я был быстрее. В последний момент удалось отскочить... Амбал пробежал мимо, споткнулся о ветки и... застрял между деревьями, растущими с одного корня.

Чтоб вас, это мой шанс! Видя, что мужик быстро вырвется, я огрел его куском палки по заднице, да так, что руки отбил от вибрации.

— Ааааххх агрхр, черт сраный! — верещал дядька.

Я ловким движением выхватил его пистолет, еще раз саданул палкой, теперь уже по ногам. Гад ахнул и вроде затих, не пытаясь выбраться из рогатки.

— Стоять! Смирно, чтоб тебя! — гаркнул я.

Да, по сравнению с его голосом какой-то цыплячий писк. Хотя, кто сказал, что цыплята не могут быть главными?

— Тебе жопу порвут, мелкий выродок? — прокряхтел пленный. Он уперся в деревья, пытаясь освободиться, но получил удар по голой спине, там, где задрался пиджак.

— Я что не ясно сказал? — спросил у ублюдка.

— Хах, ясно, ясно... только что ты мне сделаешь, школота?!

— Что именно, друг? — хихикнул в ответ. — Расскажу анекдот про лисичку.

— Что???

— Ничего. Небольшая страничка юмора на ночь. Или ты посмеяться не хочешь?

— Я тебе покажу...

— Уже показал, дружище.

Снова шлепнул мужика палкой, приступив к рассказу.

— Так вот, упыреныш. Слушай очень внимательно. Однажды хитрая, проворная лисичка весело бежала по полю. Она была уверена в своей силе. Она знала, что очень крутая, ее тело — ее дело и все такое. Остальные звери для нее, как дерьмо. Понимаешь меня или нет?

— Пошел ты нахер, козел!

— Спасибо. Я тебя тоже люблю. Короче, она была выскочкой. И в какой-то момент, решила, что можно смотреть только вверх. Ну, знаешь, все эти байки. Я богиня, должна жить на небе. Знаешь, нах или нет?!

— Жопу порву, петушара!

— Ах да, насчет жопы, — хлопнул себя по лбу. — В какой-то момент, лиса не заметила двух деревьев, растущих посреди поля. Она не успела затормозить, и застряла между ними, прикинь? Очень крепко застряла.

— Ублюдок, мать твою! Гнида, — в этот раз дядька рванулся сильнее, пришлось приложить его по затылку, отчего палка снова сломалась.

— Очень рад, что ты переживаешь за судьбу героини, мой друг, — сказал, когда мужик успокоился. — Но это не самое страшное. Потому что за несчастной лисичкой шел сраный медведь. На улице была весна, понимаешь? Он проснулся после долгой зимы. И ему очень хотелось... поесть. Попить, усекаешь, дружок? Но не хлебом единым жив человек. Иногда нужно еще кое-что... очень важное. Особенно, если у тебя грубые, когтистые лапы, которые почти не сгибаются. Которыми нельзя ничего толком взять. Знаешь, это трагедия, брат! И лишь счастливый случай... помог все исправить.

Я шлепнул амбала палкой, сделав тонкий намек. В правую руку взял пистолет. Вдруг эта тварь все же вырвется?

— Ладно... урррод, чего тебе, падла? — простонал избитый агент.

Скорей всего, он жалел, что недооценил школотрона. Но было уже слишком поздно.

— Хочу знать, кто у тебя командир?! Из какого подразделения, воин? Кто дал приказ следить за моей семьёй? — холодно процедил я.

— Аха хах, недоносок. Больше тебе ничего? Черт сопливый!

Мужик в этот раз чуть не вырвался. Пришлось бросить палку и передернуть затвор пистолета. Благо, оружие было простым, как старые образцы из нашего мира.

После этого гад слегка успокоился. Я продолжил допрос, сказав:

— Тебя не вдохновила история про лисичку? Может для наглядности показать это в лицах?

— Ты... не сделаешь это, — прохрипел дядька.

— Хм, так и есть. Твоя жопа не очень-то привлекательна. На аэробику сходить срочно надо. Даже палку туда пихать стрёмно. А вот вставить свечку от геморроя, который ты мне доставил, это как раз без проблем. Знаешь, такую мелкую свечку, со свинцовым эффектом.

Мужик понял, к чему я клоню, и стал дёргаться.

— Кишка тонка! Мразь малолетняя! — заревел он.

— Ты не в той ситуации, чтоб так шутить. Говори! Считаю до трёх, и у тебя в заднице появится новая вентиляция. Кто тебя нахрен послал?

— Ааа, гнида, слабак!

— Может быть, я и слаб. Но курок нажать смогу точно. Короче, раз, два, твою мать.

— Скотина! За тобой и твоей семьей придет...

— Быстро сюда!

— Цельтесь по ногам, он живым нужен!

— Окружай, живо!

Грубые голоса послышались отовсюду. Похоже, к петушку шла подмога. Отлично, зараза! Отряд подготовленных спецов против одного школотрона. Куда катится мир?

Тут уж деваться некуда. Я ловко поднял с земли бумажник, который выпал из кармана урода. Так, документов там не было, зато тонкая пачка денег. Ага, это за моральный ущерб.

В считанные секунды схватив добычу, я бросился прочь из кустов. В руках всё ещё был пистолет.

«Не знаю, как насчёт меткости. В этом теле пока ни в кого не стрелял. Но если что, гасить буду на поражение».

Думая так, спрятался за большим деревом, потом короткая перебежка. Дальше прыгнул в какой-то овраг. Разминулся с чуваком в черном костюме, похожим на нашу «лисичку».

Фух, зря ругал это тело. Оно мелкое, тощее, незаметное. Благодаря этому, удалось обойтись без жертв. Жаль, но расклад не в мою пользу.

Вскоре обошел злополучные заросли, вышел с другой стороны квартала и спрятался на свалке за мусорными баками.

К счастью, упыри много не бегали. Отсиделся не больше часа и спокойно пошел домой, как ни в чем не бывало. Кто бы там не следил, ему не выгодно убивать меня или родственников. По крайней мере, пока. Значит, у меня есть время во всем разобраться.

Главное, что дал жару ублюдкам. Теперь буду поосторожнее. Следить за семьёй неудачников не всегда безопасно. Не люблю, когда расслабляются на задании.

Вернувшись домой, я долго успокаивал мать, объясняя, что было много работы, и нас оставили до темна, а потом подвезли к дому.

Хорошо, что Анна не видела, как меня потащили в кусты. Иначе б у нее сердце остановилось. Как ни странно, Ини поддакивала, успокаивая мать вместе со мной. Она начала меняться, превращаясь если не в добрую фею, то хотя бы не в сраную истеричку.

После всего что случилось, я сделал важные выводы, спрятал пистолет и бабло в железную коробку из-под конфет. Охрененный тайник, но лучше ничего не нашлось.

На следующий день я был паинькой. Спокойно сидел на уроках, ни с кем особо не разговаривал. Если в мой адрес шутили, не пытался послать или заткнуть едкой фразой.

Все военное мышление (а другого в голове точно не было) ушло на разработку будущей операции. Кто бы знал, что буду ждать наказания с таким нетерпением!

День тянулся слишком уж медленно. В конце концов, отряд боевых неудачников собрался на первом этаже. Нас отвели в корпус, где размещалась группа А1, показали фронт работ с множеством раковин и кабинок.

Эмма, к счастью, не появилась. Вместо нее пришел лысый мужик, который угрожал все проверить. Вел себя строго и жестко, но это, скорей, было для вида. Когда он свалил, я построил личный состав в глубине туалета, чтоб начать первую в истории войн великую сортирную битву.