Школьные Глаза

Глава 1: Страх

Темно. Настолько темно, что ничего не видно. Но что это вдалеке? Кажется, я вижу чьи-то руки — они тянутся ко мне, пытаясь схватить. Нет, я не сдамся! Не трогайте меня! Пожалуйста, остановитесь! А это что? Глаза? Откуда здесь глаза? Эти глаза… они кажутся такими знакомыми. Они что следят за мной? Перестаньте! Мне страшно! Это не смешно! Хватит!

Руки схватили меня. Они сжимают, пытаются раздавить. А глаза… они просто наблюдают, хладнокровно, равнодушно. Меня раздавят! Нет! Не надо! Я умоляю! Нет, нет, НЕТ!

На весь дом раздался крик. В холодном поту и со слезами на глазах, я проснулся. Так это всего лишь кошмар. Обыкновенный кошмар. Но… как это возможно? Эти глаза были такими реальными. Или я все еще во сне? Я судорожно оглядел комнату в поисках зеркала. Мне нужно было убедиться, что это сон… или, наоборот, реальность.И где оно, в такие-то моменты.

Вдруг за окном послышался громкий плач. Я бросил взгляд в окно и увидел соседского мальчика с порванными брендовыми джинсами, через которые виднелась свежая рана. Он упал со своего велосипеда. На помощь уже спешила мать мальчика, громко зовя сына. Повезло же некоторым — любящие родители, новая одежда, велосипед… Мама… А мне остается только смотреть на это из окна.

Окно! Точно окно! Вспомнив про него, я тут же подбежал к нему и попытался рассмотреть свое отражение. Сквозь грязное, запотевшее от жары стекло я увидел часть своего лица. Тонкая шея, сальные коричневые волосы, худое лицо, синяки под глазами, шрамы. И эти черные глаза… Цвет, которого не существует в природе. Когда-то они были карими, но настолько темными, что теперь больше напоминают глубокую тьму.

Проведя рукой по лицу, я убедился, что это не сон. Я все еще здесь. Я — это я.

Сжав зубы от боли, я встал с кровати и медленно добрался до стола. Схватив недопитую бутылку воды, я сделал пару глотков, затем достал свой дневник из выдвижного ящика. В нем я записываю все свои странные, порой садистские мысли. Открыв чистый лист, я поставил дату и записал весь сон в подробностях. На это ушло минут пять точно, но оно того стоило. Кто знает, вдруг однажды я потеряю память, а эти записи помогут восстановить хотя бы часть моей личности.

Закончив, я услышал голос из соседней комнаты. Он был приглушенным, но я разобрал несколько слов: «пропажа…случилась… школа имени Эбигейла…». Это были новости. Снова пропажа в моей школе. Почему это продолжается? Мэр должен был закрыть школу ещё после второй пропажи, но по никому не ясным причинам она всё ещё работает.

Интересно, кто исчез на этот раз? Возможен ли тот факт, что это один из тех, кого я ненавижу? Нужно узнать больше информации. Я прислушался, но расстояние мешало полностью разобрать детали. Решив подойти ближе, я крадучись подошел к комнате отца.

Отец дремал в старом кожаном кресле, лучше его стараться не будить кто же знает, на что он способен в таком-то состоянии. Радио тихо проигрывало на фоне. Через щель в двери я уловил: «жертва пропала три дня назад… семья обратилась в полицию только сейчас». Черт, как можно было так долго ждать? Хотя… я бы поступил так же, зная нашу бесполезную полицию.Она пальцем не пошевелит, чтобы разобраться с серьезной проблемой. Им легче арестовать невинного парня, просто шатающегося ночью по улице.

Я нечаянно облокотился на дверь, и она с громким скрипом распахнулась. Я рухнул на пол. Шум от падения был настолько громким, что даже тараканы на кухне, наверное, проснулись.

Отец внезапно проснулся. Его взгляд, тяжёлый от алкоголя, впился в меня. В одной руке он держал бутылку пива, в другой — армейский ремень с металлической бляхой.

— Так похож на мать, как две капли воды, аж противно. — вставая процедил он. — Даже личное пространство моё смеешь нарушать, выродок.

Я лишь от страха сглотнул и посмотрел на него, не издавая ни звука. Стояла немая пауза… Но мой взгляд, видимо, разозлил его еще больше. Он замахнувшись ремнем ударил меня. Металлическая пряжка оставила ожог на коже. А затем уже только поехали кулаки.

Его удары были сильнее, чем обычно. Кровь стекала с его рук, но он бил без остановки. Каждая секунда казалась вечностью. В тот мне хотелось одного, чтобы кто нибудь из нас умер прямо сейчас. К сожалению этого не случилось.

Наконец он бросил меня на пол и ушел в ванную. Этот момент я не мог упустить. Выхватив из шкафа свой рюкзак с подготовленными вещами, я побежал вниз. Я всегда оставляю его готовым, в надежде в один день убежать раз и навсегда. Правда у меня всегда была кишка тонка. Наверное, я не такой же смелый, как моя матушка. Она всегда выглядела храброй, однако я толком и не знал её. Тем не менее, эта женщина по-настоящему крута.

Я всегда боялся своего отца. Этот человек был настолько безумен, что даже назвал меня в честь своего первого убийства. Это был некий Кристоферон, чьё имя созвучно с моим- Кристофер. Поэтому я и ненавижу это имя. Он прикончил его по одной единственной причине, за то что тот был иностранец. Да мой отец нацист,довольно таки необычно. Но я этого не выбирал, поэтому и желаю ему худшего, осознавая всю свою беспомощность перед ним.

Добравшись до первого этажа, я отправился на кухню где включил ржавую раковину и начал умываться. Привести себя в порядок полностью не удалось, но это было намного лучше, чем ходить с окровавленным лицом. У меня резко заворчало в животе от голода. Конечно, все таки же я последний раз только и вчера утром нормально поел. Забравшись внутрь холодильника в надежде найти что-нибудь чем можно было бы подкрепиться, я увидел полностью заполненным лишь пивом и… мертвой крысой отсеки. Но к счастью мне повезло: я нашел забытую ватрушку принадлежавшую отцу. Он все равно слишком пьян, чтобы заметить пропажу. Схватив ее, я вышел из дома и направился в сторону школы.

Мой родной район уже утопал в грязи и безнадёжности: облупленные стены с непристойными граффити, шприцы валялись среди кустов, а на углах притаились бомжи, словно тени этого места. Бездомные кошки гулявшие по переулкам, а эти дворняги вечно грызлись за место.

Даже грабители старались обходить его стороной, боясь за свою жизнь.

Идя по этим грязным улицам, от которых воняло на весь квартал, я пытался понять, кто же все-таки пропал. К сожалению из-за своего папаши, полностью выслушать нужные данные не получилось. Возможно, что в школе я узнаю имя очередной жертвы и кто он такой. Но для этого мне нужно дойти до неё.

По дороге я задумался: что было бы, если пропал я? Кто-нибудь вообще переживал бы за меня? Стали бы меня искать — живого или мёртвого? Отец, бросив бутылку, попытался бы найти своего сына? А мать… вернулась бы она ради поисков? Вряд ли. Но ведь размышлять об этом — не преступление, верно? Эти мысли словно налегли тяжёлым грузом, от которого стало не по себе. У меня ведь нет никого, кому я небезразличен. Никто бы даже не заметил моего исчезновения. И тогда я почувствовал страх. Странное чувство — страх…

Глава 2: Класс

Мутные мысли не отпускали меня весь путь.

Я всё больше и больше размышлял о своей жизни и осознавал, насколько она ужасна. За все эти годы у меня был не один шанс покончить с собой, но что-то всегда останавливало. Казалось, кто-то невидимый нашёптывал мне:

— Тебе нельзя уйти так. Пока нельзя.

Однажды я рассказал об этом школьному психологу, наивно полагая, что он поможет. Но вместо этого он позвонил моему отцу и рассказал ему всё. Тот, недолго думая, «научил меня жизни» настолько жестоко, что я три недели не появлялся в школе. После этого он сказал:

— Если я узнаю, что ты сидишь на наркоте и прячешь это от меня, окажешься на той же помойке, что и твоя потаскуха мать.

Эти воспоминания всплывали в голове, пока я шёл к школе, почти не замечая окружающее. Но вот впереди показалось здание. По крайней мере, сегодня я не опоздал. Хотя бы в этом можно найти небольшой повод для гордости.

Интересно, появится ли сегодня кто-то из тех, кого я ненавижу? Или всё-таки…

Не успел я закончить мысль, как вдруг почувствовал острую боль: в голову прилетел камень, попав прямо в синяк под глазом. Боль была настолько сильной, что я чуть не вскрикнул, но всё же сдержался.

— Чёрт… — выдохнул я. Похоже, мои надежды на исчезновение этих уродов рухнули.

— Ой, извини, пожалуйста, я не хотела! — раздался позади мягкий женский голос.

Я обернулся и увидел Саманту. Это была моя одноклассница и старая знакомая. Её длинные светлые волосы были убраны в высокий хвост, голубые глаза сияли, словно океан под солнечными лучами. У неё было милое лицо, стройная фигура, и вообще, она казалась настоящим воплощением красоты. Мечта любого девятиклассника.

— Тебе больно? — спросила она, подходя ближе. — Прости, я правда не хотела.

— Всё нормально, пустяки, — ответил я, стараясь говорить уверенно.

— Фух, хорошо, — облегчённо выдохнула она. — Но… постой, что у тебя с лицом? Откуда синяки?

— Я… упал с лестницы, — выдавил я, пытаясь сделать голос спокойным.

Саманта прищурилась.

— Серьёзно? Ну ладно. Всё равно ты никогда не говоришь правду.

— Считай, что это она и есть.

— Ну хорошо… Знаешь, удачно, что мы встретились! Одной идти скучно, а вдвоём веселее. Мы же давно не болтали, правда?

Она пошла рядом, не дожидаясь моего ответа. Мы действительно когда-то были близки: наши дома находились по соседству, и в детстве мы постоянно играли вместе. Но несколько лет назад её семья переехала в другой район из-за массовых перестрелок. Я завидовал ей: будь у меня нормальная семья, мы бы тоже давно выбрались из этой дыры.

Саманта говорила без умолку, перескакивая с одной темы на другую. Я слушал вполуха, пока она не упомянула новости.

— О, новости? — спросил я, стараясь изобразить интерес. — Я их обожаю! У нас дома телевизора нет, приходится слушать по радио.

— Правда? Удивительно. У моей мамы радио постоянно работает, особенно когда она готовит.

— Да, совпадение. Слушай, ты утренние новости не смотрела? А то я начал их слушать, но меня прервали.

— Жаль, что прервали. Там столько всего было! Например, в бейсболе «Ред Сокс» сделали хоум-ран…

— Погоди, ты про спортивные новости?

— Конечно! А ты что думал?

— Ну, не знаю… другие, наверное.

Саманта рассмеялась. Её отец был чемпионом страны по кикбоксингу, так что любовь к спорту у неё в крови.

— А ты про что слушал? — спросила она. — Надеюсь, не про какие-нибудь пошлости?

— Нет, конечно. Там кое-что другое…

— Что именно?

Я замешкался, не зная, как объяснить. Но внезапно нас перебили.

— Да ладно! Саманта Паркер и этот задохлик? — раздался противный голос.

Я повернулся и увидел их — трио «крутых»: Филлип Эбигейл, сын мэра, и его друзья, Джина и Хэлл, школьные баскетболисты. Их было несложно представить в каком-нибудь дешевом фильме о старшеклассниках: богатый лидер и его туповатые подпевалы.

— Да ладно, меня отшила, а с этим пустым гуляет? — ухмыльнулся Джина.

— Может, у него есть то, чего нет у тебя, — съязвил Хэлл.

— Ага походу природа кого-то сильно наградила. - смеясь сказал Фил

— Заткнитесь, идиоты! — резко краснея ответила Саманта. — Мы просто друзья, ясно?

- Будь моя воля, я бы давненько вас всех избила до потери пульса! - разозлено заявила Сэм.

— Да, да, конечно, — протянул Филлип. — Скажи спасибо, что мы девочек не трогаем.

— А вот школьный маньячила трогает, — крикнул Джина.

Саманта побледнела.

— Кто кто?

— Ты не слышала? — ухмыльнулся Филлип. — В городе завёлся психопат, уже восемь человек из нашей школы пропали.

- Вообще-то уже девять - добавил Хэлл - Утром ещё одного в пропавших добавили, по-моему это был один из…

— Почему твой папаша не закрывает школу, а Филлип? — резко спросила Саманта перебив.

— Это не твоё дело, — огрызнулся Филлип.

Разговор прервала староста Анна, разогнав нас на урок. Она была одной из тех, кому было фиолетово на положение компании супер-друзей альфа-самцов. Правда при этом, она умудрялась быть той еще занозой в одном месте.

Я уже хотел узнать имя пропавшего, но мне снова не дали этого сделать.

Перед тем как уйти, Филлип взглянул на меня. Его глаза… Они были такими же, как в моём сне.

Я почувствовал, как внутри всё перевернулось. Почему я это вспомнил именно сейчас? Почему его глаза кажутся мне такими страшными? Чего же на самом деле я боюсь, его или его глаз… Как он связан с моим кошмаром.

Мне стало не по себе. Хотелось выблевать всё, что было внутри. Руки начали дрожать, в глазах темнело. В ушах будто зазвенело, а воздух стал вязким и горячим. Я слышал, что это называют симптомами панической атаки, но странно, что она случилась только сейчас.

За всю свою ничтожную жизнь я пережил множество ситуаций, где от страха другие умерли бы на месте. Но я всегда старался держать себя в руках. Даже когда внутри всё разрывалось, снаружи я был спокоен, как камень.

Но почему-то именно его глаза вызвали у меня этот приступ. Они будто прожигали меня насквозь, заглядывали в самые тёмные уголки души, открывая то, что я хотел скрыть даже от самого себя. Я весь задрожал, и это странное поведение не могло остаться незамеченным.

— Слышь, что это с тобой? — Филлип, конечно, не мог упустить случая. Его голос был насмешливым. — Обоссался из-за моих слов про маньяка? Ха, да ты как ребёнок! Это же выдумка!

— Выдумка? — облегчённо переспросила Сэм, сжав руку у груди. — Как хорошо… То есть, мы знали, что это всё… чушь? Он просто плохо себя чувствует, верно, Крис?

— Д-да, — выдавил я, пытаясь не показать, как трясутся мои губы.

В тот момент я у себя в голове тысячу раз благодарил Саманту. Она заступилась за меня, как рыцарь на белом коне. Если бы эти отморозки почувствовали мой страх, мне бы точно не дали спуску.

— Тьфу, ну и ладно, — Филлип махнул рукой и направился в школу, за ним потянулись остальные.

— Нам бы тоже уже пора, — сказала Сэм, разрывая тягостную паузу.

— Да… ты права, — выдохнул я, стараясь избавиться от дрожи в голосе.

Когда мы зашли в школу, первым делом мне бросилась в глаза доска с фотографиями пропавших людей. Девять человек. Их лица, выстроенные в ровные ряды, смотрели на меня. Кто-то из них улыбался, кто-то выглядел потерянным, словно предчувствовал свою судьбу.

Я думал, что это преувеличение, что слухи распухли, как снежный ком, но всё оказалось реальнее, чем я мог себе представить. Среди этих лиц я заметил одного из наших одноклассников — отличника. Он был примером для всех, шёл на идеальный аттестат, но из-за какого-то психа он теперь никогда его не получит.

“Вот почему люди боятся смерти,” — подумал я. “Ты не сможешь закончить начатое. Больше никогда не увидишь тех, кого любил. Не попробуешь своё любимое блюдо. Не исполнишь свою мечту.”

Но я не боялся. У меня не было целей. Никого, о ком я мог бы сожалеть.

Стоп. Девятой жертвы здесь нет. Только её имя.

Рональд…

— Эй! Я разве говорила останавливаться? — громкий голос Анны, нашей старосты, выдернул меня из раздумий.

— Н-нет, извините… — пробормотал я, чувствуя, как кровь бросилась в лицо.

— ТАК ПОЧЕМУ ТЫ СТОИШЬ И ЛЮБУЕШЬСЯ НА СТЕНУ КАК ИСТУКАН?! — закричала она на весь коридор.

Я еле сдержался, чтобы не вздрогнуть.

— И-извини, — выдавил я.

Все вокруг смеялись. Ещё бы. Со стороны это выглядело так нелепо, что даже я, будь на их месте, посмеялся бы. Я повернулся, чтобы увидеть, кто ещё потешается. В углу стояла Сэм, закрыв рот рукой, но её плечи дрожали от смеха.

— И ты туда же? — сказал я ей, пытаясь скрыть обиду.

— Ой… прости-прости, Крис, — сказала она, задыхаясь от смеха. — Я… ха… правда не хотела!

Но её смех не прекращался, даже когда мы продолжили путь.

Когда мы подошли к кабинету, нас перенаправили в аудиторию 18Ж. Этот кабинет давно пустовал. Здесь раньше проходили уроки труда, пока учитель не повесился прямо в классе. Говорили, его обвиняли в педофилии, и он выбрал смерть вместо тюрьмы.

Я всегда находил странным, почему в номере этого кабинета была буква “Ж”. Все остальные кабинеты просто пронумерованы. Что это за буква? Может намёк на то что мы в самой ж…

— Заходите, урок уже как десять минут идёт, — раздался раздражённый голос Анны.

Мы зашли внутрь, но там царил настоящий хаос. Ученики болтали, смеялись, и в центре внимания оказалась Тиана — самая популярная девушка в школе. И по мнению большинства самая красивая. Она могла заполучить все что угодно, её статус в нашей иерархии был один из высших. К тому же она была что-то на подобие девушки нашего…

— Филя помоги, они меня обзывают! — Тиана звонким голосом обратилась к Филлипу, которому не привыкать быть её защитником.

— Меня сейчас стошнит, — пробормотала Сэм, закатывая глаза.

— Ещё одна смеет рот открывать при мне? — взвилась Тиана. — Филя, ну сделай что-нибудь!

— Тиана, хватит! — раздражённо бросил Филлип.

— Ой, извини, зая, — быстро переключилась она, сделав наигранно виноватое лицо.

— Зая! Пхахаха! — вдруг раздался смех нашего спортсмена Джины.

Весь класс просто упал от хохота. Даже те, кто не знал, с чего начался спор, заразились этим смехом.

— Ты совсем страх потерял, Джина? — Филлип обернулся к смеющемуся другу с угрожающим видом.

— Прости, брат, но это же… ха… зая!

— Ну всё, хватит! — прозвучал строгий женский голос, заставивший всех в миг замолчать.

В класс зашла миссис Кэтти Сэйнт. Она оглядела всех с ледяным выражением лица, которое, казалось, могло пробить насквозь.

— Так, я не поняла, — сказала она ровным голосом. — Почему у вас тут балаган?

— Извините, миссис Сэйнт… это было… — начала Анна, но её голос предательски дрожал от смеха.

— Это больше не повторится, — строго отрезала учительница. — Все садимся, начинаем урок.

Все тут же притихли. Только пара человек ещё тихо хихикали, но даже они замолкли, когда миссис Сэйнт подняла взгляд.

— Сегодня мы будем обсуждать… — начала она, но замялась на полуслове, поправляя бумаги на столе. — Пропавшие обеды.

Мы все знали, что это была глупая отговорка. Речь шла далеко не об обедах.

— Ага, обедов, конечно, мы дураки по вашему? — пробубнил тихим голосом, по его мнению.

На эти слова никто и не ответил. Даже Миссис Сэйнт молчала — все понимали, что этот факт скрыть уже невозможно.

— Так о чем это я… а, обеды, обеды больше не теряем, потому что… э, потому что они потом воняют, — торопливо сказала учительница.

— Так, а теперь к уроку! На чем мы остановились? Давайте начнем новый параграф. Открываем страницу 18 и начинаем читать упражнение номер…

Урок шёл, или пытался идти спокойно. Все слушали учителя, не перебивали и пытались вникнуть. Мне бы так.

Я лишь смотрел в окно со второго этажа на небо. В такой обычный день происходят такие необычные вещи. Я чувствовал на себе взгляды, от чего мне становилось не по себе, но я старался не обращать внимание.

С классом я не особо дружил. Иногда контактировал с парой человек, но считать это за обоюдный контакт или дружбу было очень сложно.

— Эй, чего в облаках летаешь? — сказал мне болезненно знакомый, приятный голос моего одноклассника Питера.

Вот он по-настоящему крутой, не то что те недо-самцы. Самый лучший человек в нашей школе. Он был силён, умен и защищал людей, брав ситуации в свои руки. Даже удивительно, что такие люди существуют в нашем мире. Его бы я хотел считать своим другом, но вряд ли бы у меня получилось создать общение.

— Да так, просто…

— На счет всего этого дерьма думаешь? — спросил он. — Я вот тоже задумался о том, как бы найти того психопата. Не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал, или моя семья. Я этого просто не выдержу.

— А о себе беспокоиться не станешь? — спросил я.

— А смысл есть? Если спасусь я, а мои близкие нет, то какой толк жить дальше, начинать новую жизнь? Легче закончить эту, а потом начать.

— Да ты прям философ.

— Хе, спасибо, наверное.

И впрямь, его слова звучали правдиво. Есть ли смысл жить дальше, если жизни уже нет? Зачем стараться выжить, особенно такому, как мне? У меня нет ничего такого, а у других его может не стать.

— А ты веришь в это? — спросил я.

— Во что?

— В реинкарнацию.

— Да нет же, в существование психопата, маньяка. Кому есть толк убивать обыкновенных школьников и учителей, особенно с нашей-то школы?

— Хм, вопрос-то хороший. Возможно, это чья-то месть. Но хотя что ему сделали какие-то школьники такого, что он геноцид среди них устроил?

— Всякое может быть. Возможно, кто-то не предложил помощь или обидел. Может, это старый ученик школы, которого обижали раньше, а может…

— Мстит одному, убивая его окружение… — сказал тихий голос, который принадлежал ещё большей тихоне, чем я.

— Кассандре. Пример настоящего социопата, грязные короткие волосы и челка длиной, чтобы закрыть глаза. Идеальная прическа человека, не любящего людей.

— А с чего это ты так решила? — спросил Питер.

— Да с того, — ответила она. — Сами же сказали: какой смысл ему делать массовые убийства среди школьников? Так возможно, он захотел отомстить кому-то из нас, добираясь через гору трупов.

— Хм, интересная гипотеза. Но опять же, кто сделал такое, чтобы человек решил убить кучку подростков?

— А меня-то нахрен спрашивать? Спроси самого маньяка тогда уж.

— А, и вправду. Извини, не подумал, — сказал Питер.

Да уж, разговор развился так, что даже самая тихая среди всего стада присоединилась к нашему обсуждению. И почему все вдруг начали разговаривать и появляться внезапно? Очень странно… Возможно, из-за случившегося все паникуют и хотят внести хоть небольшой, но вклад.

— Думаю, маньяку имя нужно, — заявила Кассандра.

— Зачем? Он же не будет на него отзываться, как шавка какая-нибудь, — ответил Питер.

— Всему в этом мире нужно имя, без имени как мы определим, кто или что это?

— И впрямь, хорошая мысль, — сказал я.

— Что и ты туда же. Эх ладно, ну давайте варианты накидайте.

— Может психованный или маньяк мести? А может просто… — не успел я договорить, как услышал:

— Может, вы урок проведете, мистер Робинсон?

— А что? — пробубнил монотонно я.

— Может, ваши обсуждения будут интересней или важнее моего урока?

— Н-нет, просто мы…

— Они маньяка обсуждают, Миссис С., — на весь класс крикнул сидящий вперёд Фил.

Услышав это, все вдруг замолчали и посмотрели на нас, в особенности на меня. Миссис Сэйнт строгим взглядом посмотрела на нашу компанию и заявила:

— Чтобы больше я не слышала про это ни слова! Касается всех. УСЕКЛИ?

— Д-ДА! — крикнул торопливо весь класс.

— Надеюсь, всё закрыли тему, — сказала она, уходя обратно к своему столу.

— Тебе что, заняться нечем? — спросила Кассандра Фила. — Чем уши греть? Лучше бы сам поучился.

— А что? Я сказал только правду. Она всё-таки учитель. Тихоне знать не дано?

— Не знаю, как Тихоне, но за это учат с детства. Верно, Филя?

Питер после этих слов чуть не засмеялся на весь класс, а Хэлл и Джина начали ржать, как гиены. Филя — ой, то есть Филлип, стиснув зубы, разозлено посмотрел на Кэсси и развернулся к своим друзьям, чтобы ударить их и заставить прекратить смеяться.

— Тварь чумазая, — пробубнил он.

— Да ну, не знал, что ты так умеешь, Кэс.

— Стой, я могу тебя Кэс называть?

— Да, без вопросов. И да, я так умею. Я просто тихая, но не та, которая терпит.

— Слушайте, а давайте втроем найдем этого маньяка и раскроем, кто же стоит за этим! — предложил Пит.

— Ну, даже не знаю. Так не охота всё это делать, тем более мы не какие-то гении, чтобы раскрывать преступления на таком уровне. Двое тихих неудачников и один герой-философ — такая себе банда.

— Горькая, но правда. Кому нужны такие? Разве персонажи какого-нибудь сериала так могут?

— Ну, не знаю. Лично я готов. Крис, ты как? — спросил Пит.

— Хм, даже не знаю… Тяжело дать ответ. Вдруг нас самих порешат?

— Да давай, лучше нас, чем мы.

— Ты прав, тогда ладно.

— Я не согласна. Во-первых, нас слишком мало. Мы же не какая-нибудь корпорация Тайна. И во-вторых, лучше других, чем нас.

— Тогда может, я присоединюсь? — заявил приятный голос.

— Саманта, серьезно? — сказала Кэсси.

— Да, а что тут такого? В корпорации Тайна было четыре участника, подростков, не считая Скуби. Так почему мне не стать Дафной среди вас?

— Ха, хорошие примеры у вас, — Питер ответил. — В таком случае, мы — Фред и Шэгги.

— Велма, что скажешь? — обращаясь к Кэс.

— Эх, что с вами поделать… Ладно уж, давайте.

— Ну вот, ломаться незачем было. Да здравствует корпорация Тайна!

— Слушайте, народ, — сказал я.

— А что такое?

— Кто эти люди, про которых вы говорите?

— Чего ты не знаешь? Скуби-Ду! Да ладно, не шути.

— Э, а что это, Скуби-Ду?

— Точно, у тебя же телевизора нет.

— Да ты прям Флинстоун.

— Кто это? Какой-нибудь актер?

— Наша местная Тайна, — после этих слов посмотрела на меня, как на доисторического человека, и начали пояснять за них.

Не знал, что столько упущу, просто не имея телевизор. Но мои, надеюсь, новые друзья помогли с этой бедой мне.

— Фух, ну и долго мы говорили, хотя урок-то даже не заканчивается, — сказала Сэм.

— Да уж, Флинстоун, мы открыли Америку тебе, — Кэсси.

— Ха-ха, и вправду, — Питер.

— Ладно, после такого мне в туалет захотелось. Пойду, отпрошусь, — сказала Кэс.

— Давай, долго не будь там. Нам нужно уже что-нибудь раскрыть, — Питер.

— Нельзя торопить девушек в туалете, ребят, это не красиво, — Сэм.

— Ладно, ладно, прости, — Питер.

Кэс, взяв табличку на разрешение выйти в туалет, уходя, сказала:

— Я придумала имя — Призрак Вендетты!

— Классное имя, красиво и таинственно, — сказала Сэм. — Да ты прям талант, Кэсси.

— Вот уж спасибо, — подмигнула Кэсси и направилась в сторону туалета.

Так, а следующие к доске — Мисс Паркер и Мистер Розенберг!

— Питер и Сэм в один голос сказали: — Я, ну ладно.

— Серьезно, и снова я один? — ребята начали решать примеры, а я задумчиво глянул в окно, подумав про то, что у меня получилось завести друзей. Интересно, они считают меня своим другом? Может, и я ими буду дорожить…

Мои мысли перебила компания “крутых”, своими разговорами про хоккей.

— Да и потом Гретцки сделал такое… — (Джина).

— Ага, я смотрел этот матч с отцом, — (Хэлл).

— А я был на том матче с отцом, и что? — (Филлип).

— Да ну, завидую, увидеть своими глазами — ещё круче, наверное, — (Хэлл).

— А ты как думаешь, хе? — (Филлип).

— Хвастаться грязными деньгами отца ещё тупее, чем его кличка.

— Не ты же заработал их, да и не твой мэр, папаня.

— Слышь, кстати, на счет твоего отца, почему он школу не закрывает? — (Хэлл).

— Вам-то знать зачем, — Филлип.

— Да ладно, мы же кореша, расскажи, умоляю, — (Хэлл).

— Лады, только вы могила, никому не слова.

— Без вопросов, — (Хэлл).

— Я точно не знаю, но услышал, что если мой отец закроет школу, то финансирование ему не ждать. Управление удобно, что некоторые люди из школы так сказать исчезнут.

— А почему удобно? — (Джина).

— Мне-то почём знать? Может, чтобы деньги сбыть, может, чтобы места освободить. Тут уже у самого папы моего спроси, если духа хватит.

— Именно поэтому мой район погиб, — подумал я.

Когда за властью стоят настолько аморальные уроды, хорошей жизни нам не видать.

Все оставшееся время урока я сидел и думал, каким отморозкам удобно, когда люди пропадают, а возможно, погибают — особенно если это происходит с подростками 14-15 лет.

Ребята, дописав и решив примеры, сели обратно на свои места.

А Кэсси все не вернулась.

— Чего Кэс долго? — спросил Питер.

— Эй, я же сказала, не торопить! — ответила Саманта.

— Да, точно, прости, — сказал Питер.

— Ну и вправду долго, может, с ней что-то случилось? — добавила Сэм. — Ну ладно, вернется — узнаем.

Урок закончился, а она все не вернулась.

— Так, дети, урок закончился, — сказала Миссис Сэйнт, оглядывая класс. — Хм, мне кажется, кого-то нет.

— Миссис Сэйнт, Кассандра не вернулась с туалета, — сказала Анна.

— Да, я тоже заметила, — ответила Миссис Сэйнт. — Анна, сходи, пожалуйста, проверь, как она там, и возьми Саманту с собой, вдруг ей помощь нужна.

— Да, хорошо, Миссис С., — сказала Анна и пошла к двери.

— Идем, Сэм.

— Да, пошли.

— А все остальные свободны, идите на следующий урок, — добавила учительница.

— Хорошо, — сказал класс хором.

— Эй, Кристофер, идти-то собираешься?

— сказал Питер.

— А, да, сейчас, только вещи возьму.

Я раскрыл рюкзак, чтобы положить туда вещи, но вдруг с него выпал мой карманный нож.

— Твою ж… — тихо пробормотал я.

— Эй, что это? — Питер взглянул на нож.

— Черт, не смотри! — сказал я.

Но было поздно, он уже увидел мой складной ножик и с улыбкой сказал:

— Не знал, что такие вещи можно носить, эй ты погляди.

Я быстро глянул на место, куда упал нож, и заметил, что он раздавил таракана, отчего тот погиб.

— Теперь на твоих руках убийство, брат.

— Ч-чего?

— Да я прикалываюсь, не бойся!

— Пожалуйста, не говори про нож никому.

— Конечно, это наш братский секрет, но единственное, пообещай, что впредь снова будешь использовать его, когда нужно.

— А, хорошо, конечно, но как я пойму, когда нужно?

— Ты поймешь, друг, ты же умный.

От одного этого слова я почувствовал горечь эмоций, которые раньше мне были незнакомы. Оказывается, приятно, когда тебя считают другом.

— Слушай, по пути пройдем мимо туалета, узнаем, как там девочки

— Как скажешь, — ответил я.

Мне тоже стало интересно, что же происходит там.

Мы направились к следующему уроку, но по пути прошли мимо туалета. Видимо, мы были не одни такие — возле женского туалета стоял народ. В основном это были ученики, но 2-3 учителя тоже пытались узнать, что там происходит. Среди них был и наш директор, который как раз в это время находился в школе.

— Да мы знаем, — сказал голос Сэм. —

Мы зашли, а там её и след простыл. Разве что её заколка на полу осталась.

— Эй, что там такое? — спросил Питер, спешно подходя ближе.

Я решил пойти с ним.

— Ладно-ладно, я вам верю. Может, она сама сбежала. Кто-нибудь знает, куда она могла направиться вообще? С ней кто-то контактировал сегодня?

— Наш старина Крис весь урок с ней болтал, — крикнул кто-то.

— Что за Крис? — спросил директор.

— Да вот он! — крикнул Джина,

показывая на меня.

— Кристофер Робинсон, вот он.

Я пропал…