Школа на краю света-1. Загадочный Чонрэй

Глава 1

Пролог

Вспышка.

— Бежим!

Мы бросились прочь. От обезумевшей толпы. От испуганных студентов, которые были готовы убить нас, лишь бы спастись самим.

Вслед нам полетела ловчая сеть — хаотичное переплетение энергетических нитей. Заклинание, способное не только парализовать, но и отрезать от источника силы. Я на бегу швырнула в преследователей последнее заготовленное плетение, и коридор перегородила ледяная стена.

Мой спутник тут же остановился. Его пальцы запорхали, сплетая кружево телепорта.

Успеет?..

Тяжело дыша, я не отводила взгляда от защитного полога. Тот сотрясался от ударов, окрашиваясь причудливыми всполохами. Надолго это дракона не задержит... Очередное заклинание заставило содрогнуться замок, а ледяную стену пронзила ветвистая трещина. Ещё чуть-чуть, и преграда осыплется снежным крошевом.

Сил убегать больше не было. А ещё одной схватки нам не выдержать — противников слишком много, слишком они сильны. Одна надежда, что он всё-таки успеет...

Мерцая призрачным светом, передо мной начала закручиваться воронка. Облегчённо выдохнула. Зря сомневалась.

Не говоря ни слова, беглец схватил меня за руку, и мы прыгнули в телепорт. Я услышала, как за спиной разлетелась вдребезги ледяная стена, и преследователи разразились ругательствами. Но было поздно, нам опять удалось улизнуть.

Из телепорта мы вывалились в библиотеке. Увы, дальние порталы на острове не работали — замок превратился в ловушку.

— Ты как? — спросил он.

Я потёрла ушибленный локоть и устало улыбнулась.

— Жить буду. Наверное.

Полгода назад я и помыслить не могла, что моя жизнь перевернётся подобным образом. И меньше всего думала, что ради человека, который сидел рядом на каменном полу, буду готова рискнуть всем.

Глава 1

Несколькими месяцами ранее

Небо затянули свинцовые тучи. Накрапывал противный мелкий дождь. Придерживая капюшон, я подняла голову и посмотрела на замок, который возвышался передо мной. Выглядел тот мрачно, непривычно и совсем негостеприимно. Уже несколько минут я стояла на площади, не решаясь подняться по лестнице к главному входу в школу. Вся уверенность куда-то испарилась, меня с головой накрыл ворох сомнений и вопросов, от которых я успешно отмахивалась раньше... Что, если я ошиблась с выбором учебного заведения? Надо ли было ехать на другой конец света? Как меня встретят сокурсники? Примут ли меня вообще в Чонрэйскую высшую школу магического искусства?.. Ведь я не только чужестранка, но и на целую неделю опоздала к началу учебного года.

— Не стой на дороге, — раздался голос у меня за спиной.

Ответить не успела. Отойти в сторону тоже. Какой-то парень, будто ненароком, задел меня плечом. Я покачнулась, пытаясь удержать равновесие, но тут кто-то силовой петлёй дёрнул меня за ногу. Сделав кульбит в воздухе, я рухнула на мостовую. Лишь в последний момент успела выставить вперёд руки, а иначе поцеловалась бы с грязными камнями.

Посмеиваясь, мимо прошли четверо парней.

Безумно захотелось отплатить им той же монетой и сбить с ног силовой волной. Но я сумела задавить порыв в зародыше. В Чонрэе весьма строгие законы, а мне неприятности не нужны.

Из-под низко опущенного капюшона взглянула на обидчиков. Все четверо, судя по характерной чёрной форме, были студентами.

Один из них на ходу обернулся.

— Не зевай! — незнакомец белозубо улыбнулся и подмигнул.

Улыбчивый парень, как и я, оказался чужестранцем, но чувствовал себя здесь вольготно, даже приятелями обзавёлся. Может, я тоже смогу прижиться?..

Когда ученики скрылись в школе, я с помощью бытовых заклинаний привела в порядок одежду. Затем подула на сбитые ладони. В целительстве я не сильна, да и большинству магов нелегко заниматься самолечением. Но уменьшить боль мне по силам, как и немного ускорить заживление ссадин.

Поправив лямки заплечного мешка, в котором теперь хранилось всё моё имущество, я направилась к главному входу в учебное заведение.

Минуты слабости прошли. Я сильная. Я справлюсь. Всё преодолею. Тем более что отступать уже поздно. Собственно, отступать мне некуда. Даже если отправлюсь в путь прямо сейчас, в лучшем случае лишь через несколько недель доберусь до Тиллинской академии магии...

С ранних лет я мечтала побывать в Чонрэйской империи. И вот моя мечта сбылась, пусть и совсем не так, как я планировала.

***

Я откинула капюшон, перебросила на грудь длинную, до талии, светлую косу и уверенно вошла в кабинет приёмной комиссии.

Просторная комната, в которой тестировали будущих студентов, сейчас пустовала. Лишь за столом в углу сидела женщина в строгом коричневом платье и задумчиво рассматривала какие-то бумаги.

— Добрый день! — поприветствовала я.

— День добрый, — чонрэйка склонила голову в приветствии, а затем окинула меня любопытствующим взглядом. Видимо, ей нечасто приходилось видеть моих соотечественников. — Вы по какому вопросу?

— Меня зовут Анастасия Велецкая, и я хотела бы учиться в...

— Занятия первого курса давно начались. Набор студентов окончен, — потеряв ко мне всякий интерес, сказала женщина и вернулась к изучению бумаг. — Приходите в следующем году. В середине лета.

Кажется, мне недвусмысленно указали на дверь.

— Дело в том, что я уже с отличием окончила первый курс... правда в другом учебном заведении. А теперь хотела бы продолжить обучение у вас.

— Вот как... — протянула женщина и вновь посмотрела на меня. Между её идеальных бровей пролегла тонкая складка. — Вы подавали официальный запрос? В этом году из Тиллинской академии магии к нам перевелись двое студентов, оба уже приступили к занятиям.

— Я окончила первый курс Лесецкой академии чародейства, — пояснила я.

— Вот как... — повторила чонрэйка. — Раньше к нам никто из Лесецкой академии не переводился. И никаких официальных запросов оттуда не поступало.

— Точно запроса не было? Вы уверены? Может, затерялся?.. Нет-нет, я вас ни в чём не обвиняю. Но вы же, наверное, слышали, что в последние месяцы творилось в Норлесском княжестве? Мой запрос могли просто забыть отправить... — последнюю фразу я произнесла совсем тихо.

— Сожалею, — вздохнула собеседница, — нам действительно не поступало никаких запросов из Лесецкой академии чародейства.

В тёмных раскосых глазах чонрэйки я заметила сочувствие.

— Неужели я зря проделала такой длинный путь?.. — всплеснула руками. — Да, знаю, я опоздала к началу учебного года, но не по своей вине! Я очень хочу учиться в вашей школе!

Положила на стол перед женщиной свиток. Та со вздохом развернула документ. Нахмурилась, пытаясь прочитать текст, — норлесский язык ей явно был не знаком. Затем, провела рукой над бумагой, буквы полыхнули красным, подтверждая подлинность моего табеля успеваемости.

— Быть может, в моём случае возможно сделать исключение?..

Чонрэйка нехотя кивнула.

— Попробую узнать. Ждите здесь, — сказала она, поднимаясь из-за стола.

— Спасибо!

Когда женщина ушла, забрав с собой мой табель успеваемости, я устало опустилась на низкую скамью. Прижалась затылком к холодной стене и прикрыла глаза.

Всё, что теперь оставалось, это ждать и надеяться, что моя ложь не откроется. Ведь на самом деле никакого запроса о переводе не было и в помине. А вот документ об окончании первого курса имелся самый, что ни есть, подлинный — до недавних пор я и правда считалась лучшей студенткой Лесецкой академии чародейства.

Я настойчиво гнала от себя мысли, что зря потратила на дорогу два месяца и немалую часть оставшихся денег...

***

Сотрудница приёмной комиссии вернулась через полчаса.

— Идите за мной. С вами хочет поговорить ректор Хон-Шин.

— Спасибо!

В ответ женщина улыбнулась краешком рта.

Следом за миниатюрной чонрэйкой я прошла по коридору и поднялась на второй этаж. По дороге нам встретились несколько студентов. Я старалась не обращать внимания на любопытные взгляды и шепотки за спиной. Позже. Всё позже. А пока надо собраться с мыслями для предстоящей беседы.

Кабинет толком не рассмотрела, не до того было. Лишь отметила краем сознания, что комната небольшая, непривычно отделанная и обставленная.

У окна в кресле, похожем на трон, восседал статный мужчина в расшитых серебряной нитью синих одеждах. Его длинные чёрные волосы на старомодный манер были собраны в узел на макушке и заколоты серебряной заколкой. Холёное лицо чонрэйца украшали аккуратные усы и бородка. Выглядел он лет на сорок, но, вероятно, был значительно старше.

На столе перед ректором лежал мой табель успеваемости.

— Здравствуйте! — я приложила правую руку к груди и поклонилась. — Меня зовут Анастасия Велецкая. Прошу принять меня на второй курс Чонрэйской высшей школы магического искусства.

— Приветствую вас в стенах нашего учебного заведения, — чинно отозвался глава школы.

Хон-Шин не спешил продолжать разговор и молча меня рассматривал. Я же не могла выдавить из себя ни слова — заготовленная речь разом забылась.

— Для норлески вы хорошо знаете наш язык.

— Моей няней была чонрэйка.

Ректор кивнул и продолжил:

— Мне известно, что вы не подавали официальный запрос о переводе.

Он знает? Откуда? Уже успел связаться с главой моей академии?.. Впрочем, неважно! Главное, решить, какой стратегии придерживаться. Или настаивать, что запрос всё же был. Или...

— Простите! — я покаянно склонила голову. — Это не делает мне чести, но я решила, что если появлюсь в школе без официального запроса, да ещё опоздав на неделю... то со мной никто не станет разговаривать. К сожалению, у меня не было ни времени, ни возможности оформить перевод официально!

Если ложь раскрыли, лучше признать ошибку и извиниться, чем до конца стоять на своём.

— Что ж, я не могу одобрить ваших методов, но своего вы добились, моё внимание привлекли. В конце концов, нечасто выпадает возможность пообщаться с вашими соотечественниками.

Я удивлённо воззрилась на ректора. Он чисто, почти без акцента, говорил на норлесском языке.

— Вы тоже хорошо знаете наш язык... — медленно произнесла я по-норлесски.

— Приходилось бывать в молодости, — тонкие губы собеседника украсила слабая улыбка.

Значит, он прочитал свиток и убедился, что я действительно окончила первый курс с отличием.

— Если мне не изменяет память, — продолжил ректор, — род Велецких поклялся в верности норлесским князьям. А значит вы, Анастасия, после смены власти стали на родине нежелательной персоной.

— Вы правы.

Я могла бы добавить, что моя покойная матушка приходилась внучатой племянницей великому князю Норлесскому, а сама я значилась двадцать третьей в очереди на престол. Но все эти детали ни к чему. Я и раньше не кичилась своим происхождением, а теперь и подавно.

— Так почему вы решили отправиться на другой край света, а не перевелись в академию в Тиллине? С такими оценками вас бы приняли без проблем, да и к началу учебного года вы бы не опоздали.

Мой поступок со стороны и правда выглядел странно. В мире насчитывалось лишь три высших учебных заведения, где обучали магии. Лесецкая академия чародейства и Тиллинская академия магии располагались на одном материке... всего лишь на расстоянии в пару тысяч километров друг от друга. А вот Чонрэйская высшая школа магического искусства и правда была на другом конце света.

Я подняла голову и встретилась с ректором взглядом.

— У моей семьи давние и весьма напряжённые отношения с Тиллином. А последняя война и вовсе отняла у меня отца.

Имелась ещё одна причина, которую решила не озвучивать. Несмотря на то что я была сиротой без денег и влияния, до недавних пор я принадлежала к правящей семье. И хотя смена власти в княжестве прошла быстро и бескровно, некоторые из моих дядюшек и двоюродных братьев скончались при весьма странных обстоятельствах. Так что я предпочла исчезнуть из Норлесского княжества по своей воле.

Хон-Шин кивнул. Кажется, мой ответ его устроил.

— Анастасия, вы готовы связать жизнь с Чонрэйской империей? Если окончите школу, то будете обязаны пять лет прослужить на благо Чонрэя. Учтите, традиции империи сильно отличаются от привычных вам.

— Да. Готова... — я сглотнула ком в горле. — Вы примете меня?

И мысленно поморщилась от того, как жалобно прозвучала последняя фраза.

— Ваш табель успеваемости я видел. Программы наших учебных заведений несколько разнятся, но, думаю, такая способная ученица, как вы, справится. И всё же, перед тем как принять окончательное решение, я бы хотел оценить ваш магический потенциал, — ректор протянул мне листок бумаги. — Это практический выпускной экзамен для первого курса.

На листке оказалась изображена довольно-таки простая энергетическая конструкция. Требовалось по строгим параметрам создать плетение и напитать энергией отдельные точки.

— Анастасия, справитесь?

Подобные задачи мне приходилось решать не раз. Вроде бы ничего сложного. В чём подвох? Или подвоха тут нет?..

Сила мага зависела от трёх параметров: объёма энергии в источнике, скорости восстановления этой самой энергии и мастерства. При этом мастерство заключалось не только знании схем заклинаний, а также слов и жестов для их активации, но и в умении быстро и рационально использовать энергию для создания магических плетений.

— Да, справлюсь, — не очень уверенно отозвалась я.

Поглядывая на схему, начала сплетать кружево из потоков силы. Быстро, но без суеты, чётко отмеряя необходимое количество энергии для каждой узловой точки.

Работа была почти закончена, когда я вдруг почувствовала чужое вмешательство. Ректор потянул за одну из нитей, и чётко выверенная схема в один миг превратилась в хаотичный клубок. Стараясь не поддаваться панике, я исправила ошибку и попыталась вернуть кружеву нужный вид, но тут Хон-Шин дёрнул за следующую нить... В итоге кропотливая, но довольно простая работа превратилась в противостояние двух магов, один из которых был гораздо опытнее и сильнее другого.

Я спешно латала дыры в кружеве, пытаясь удержать плетение от разрушения. А силы стремительно таяли. Слишком поздно я поняла, что Хон-Шин хотел не только проверить знания и мастерство, но также оценить размер источника и скорость восстановления энергии.

Когда расход энергии стал критическим, я остановила его искусственно. И вместо магической энергии из меня начала утекать жизненная сила. Перед глазами побелело. Голова закружилась. Ноги ослабели... А потом вдруг всё закончилось.

— Анастасия, прошу прощения за свои действия, — донёсся откуда-то издалека голос ректора, — я должен был оценить ваш потенциал. Решить, нужен ли империи такой маг.

Я тяжело дышала. По лицу струился пот. Казалось, вот-вот упаду в обморок.

Моргнула и с трудом сфокусировала взгляд на лице чонрэйца. Показалось, что в его глазах я прочитала заинтересованность. Оставалось гадать, чем вызван интерес? Архимаг оценил моё мастерство? Или заметил, как быстро восстанавливалась энергия в источнике?

— Понимаю... — я кашлянула в кулак и произнесла твёрже: — Вы взвешивали возможные риски.

Ректор Хон улыбнулся.

— Размер вашего источника я бы характеризовал как весьма средний.

Я кивнула.

— Скорость восстановления энергии немного выше средней.

Вновь кивнула, постаравшись не выказать удивления.

Либо Хон-Шин ошибся, либо решил мне подыграть... потому как скорость восстановления энергии у меня была гораздо выше. По сути, мой источник — это бездонный колодец, которой невозможно осушить, — слишком быстро энергия прибывала вновь. Эту особенность я предпочитала держать в секрете. На всякий случай.

— Для человека, который только окончил первый курс, — продолжил ректор, — вы весьма искусно манипулируете потоками. Решения принимаете тоже быстро, что важно для мага. Ваш табель успеваемости опять-таки производит благоприятное впечатление... — он замолчал, видимо раздумывая.

— Так вы примете меня? — не выдержала я.

— Несмотря на то что вы с отличием окончили первый курс, мы не можем обучать вас бесплатно. Это было бы несправедливо по отношению к другим ученикам.

Я тихонько выдохнула. Значит, всё-таки примут. Значит, всё было не зря...

— Понимаю.

Но когда ректор озвучил, во сколько мне обойдётся год обучения, я разом растеряла весь энтузиазм и, кажется, на некоторое время забыла, как дышать.

Один год в Чонрэе стоил в несколько раз дороже, чем на моей родине или в Тиллине. Собственно, оставшихся у меня денег только и хватало на один год.

Так что же теперь делать? Отправиться в Тиллин?.. Но дорога до тамошней академии обойдётся недёшево, да и примут ли меня на второй курс, если я опоздаю к началу занятий на полтора месяца?.. Вероятно, придётся пропустить целый год, а это опять траты из моего и так невеликого бюджета.

— Оплата немного выше, чем я рассчитывала, — глухо произнесла я. — Быть может, получится уменьшить стоимость обучения, если я соглашусь прослужить на благо империи семь или, скажем, десять лет?

Ректор покачал головой.

— Никаких исключений. Но если по результатам семестра вы попадёте в десятку лучших учеников курса, то за следующий семестр платить не придётся.

Я вскинула голову.

— Ректор Хон, подскажите, сколько студентов на курсе?

— Тридцать два.

Не так уж много. Я была лучшей студенткой в Лесецкой академии чародейства. Неужели не сумею войти здесь хотя бы в десятку?!

Отступать я не любила. Слишком далеко зашла, чтобы отступать. Решено! Проучусь один семестр в этой школе и, если не получится стать одной из лучших на курсе, то переведусь в Тиллин. Впрочем, о подобном исходе лучше не думать, ведь денег, чтобы закончить обучение в Тиллине, мне не хватит.

— Хорошо. Я согласна.

Ректор кивнул.

— Тогда вверяю вас заботам Лидэ. Она примет плату за обучение и введёт в курс дела.

Так вот, оказывается, как звали женщину из приёмной комиссии. Лидэ присутствовала при беседе с ректором, а потому знала, что я её обманула. Н-да, нехорошо получилось.

Когда мы вышли в коридор, я сразу же попыталась извиниться перед чонрэйкой:

— Лидэ, простите меня. Я не видела другого выхода...

— Госпожа Нири, — сухо сказала она.

— А?..

— Меня зовут Нири-Лидэ, но для учеников я госпожа Нири.

— Извините, госпожа Нири.

Чонрэйка не удостоила меня ни ответом, ни даже взглядом.

Похоже, один недруг в школе у меня уже появился...

***

Я внесла плату за обучение, заполнила целую стопку бумаг, и Нири-Лидэ выдала мне буклет с расписанием семестра и правилами школы.

Разумеется, изучить книжицу времени не было, но пришлось поставить подпись, что я ознакомилась с информацией. Всё равно деваться некуда, никто не будет менять из-за одной студентки расписание и правила учебного заведения.

Затем мы с госпожой Нири отправились в швейную мастерскую, которая находилась в одной из замковых пристроек. Там с меня сняли мерки и пообещали до ночи сшить комплект формы. Остальную, полагающуюся мне как студентке школы, одежду должны были изготовить в течение трёх дней. К счастью, ничего доплачивать не пришлось — ученики находились на полном обеспечении. Правда одежду всем предоставляли одного фасона и исключительно чёрного цвета.

Студенты носили мягкие ботинки, узкие брюки и скроенные по фигуре жакеты с воротником-стойкой под горло. Каждый из таких жакетов украшал лишь ряд мелких, тоже чёрных пуговиц и эмблема школы. У студентов первого курса был вышит белый дракон, у второго — зелёный, у третьего — синий, у четвёртого — красный. У учащихся пятого курса школы слева на груди была эмблема в виде золотого дракона.

Женская форма мало отличалась от мужской. Те же мягкие ботинки, узкие брюки... и платье, которое надевалось поверх брюк. Верх платья имел схожий покрой с мужским жакетом. Юбка была узкая, длинная, с разрезами по бокам до середины бёдер... В общем, довольно удобный и практичный наряд, который напоминал национальный чонрэйский костюм.

Одежда слуг тоже была форменной, только серого цвета, более простого кроя, без каких-либо вышивок. Вместо пуговиц и то простые завязки.

Лишь одежда преподавателей и административных работников никак не регламентировалась.

Не сказать, что такая строгость в одежде мне импонировала, но зато по костюму всегда можно было понять, кто перед тобой — студент, учитель или простой слуга.

Нири-Лидэ проводила меня до кабинета профессора Тэяна, который курировал второй курс.

— После беседы с учителем зайдёте к коменданту общежития. Он решит вопрос с заселением.

— А где?..

— Общежитие в восточном крыле, — перебила меня Нири-Лидэ. — Раз вы пересекли полмира, то уж коменданта общежития точно сможете найти.

— Спасибо, госпожа Нири. Ещё раз извините, что...

Чонрэйка направилась прочь по коридору. Я проводила женщину взглядом. На душе сгребли кошки, было неприятно, что моё обучение в школе начиналось... вот так.

Вздохнув, я постучала в дверь кабинета и, не услышав ответа, заглянула внутрь.

На бордовом ковре перед массивным учительским столом, понурив головы, стояли четверо учеников. Похоже, они получали выволочку от преподавателя.

— ...Каждый оштрафован на шесть баллов! И чтобы до утра привели холл в порядок!

Я хотела было ретироваться, но не успела. Учитель меня заметил.

— А вы, видимо, новая студентка второго курса? — громко сказал молодой чонрэец, поднимаясь из-за стола. Выглядел профессор Тэян лет на тридцать. Он был высок, худощав, а ещё довольно привлекателен и смугл для чонрэйца. Тёмные волосы свободно спадали ниже плеч. В отличие от ректора Хона одежду он носил современную и подчёркивающую фигуру.

Студенты как по команде обернулись ко мне. Улыбчивого чужестранца я узнала сразу, лица других видела впервые, но, готова поспорить, все четверо были из той компании, благодаря которой я чуть не поцеловалась с грязными камнями перед входом в школу.

Меня, разумеется, никто не узнал. Вероятно, парни даже не подозревали, что тот бедолага, с которым они столкнулись несколько часов назад, был девушкой.

Я растянула губы в улыбке и, приложив правую руку к груди, легко поклонилась.

— О, так слухи не врут! К нам и правда перевелась северянка! — воскликнул один из студентов.

Причёска у него оказалась весьма специфическая — ассиметричная. Левый висок выбрит, открывая ухо, украшенное серьгой с красным камнем. Волосы с правой стороны длинные, до плеча, некоторые пряди выкрашены в красный цвет. Судя эмблеме на форме, он был студентом третьего курса.

— И на второй курс!.. Марк, Джитэ, да вы счастливчики, — скривив тонкие губы в улыбке, прокомментировал самый высокий из парней. Его чёрные волосы были заплетены в косу длиной до лопаток. Лицо надменное, какое-то хищное. На форме вышит красный дракон, что выдавало принадлежность студента к четвёртому курсу.

Последний чонрэец в компании (видимо, тот самый Джитэ) нарочито громко рассмеялся. Рядом с высокими, худощавыми и яркими приятелями он смотрелся весьма неказисто. Низкорослый, полный, с круглым лицом. Волосы стрижены коротко. В левом ухе золотая серьга.

— Да уж, свезло так свезло, — хмыкнул Марк.

Ага, иначе и не скажешь. Я уже заметила, что у Джитэ и Марка на форме вышиты зелёные драконы, а значит, мне придётся учиться с ними на одном курсе.

Марк был немного выше меня и, по сравнению с худощавыми старшекурсниками и упитанным Джитэ, казался довольно мускулистым. Тёмно-русые, слегка вьющиеся волосы коротко пострижены. Кожа немного смуглее, чем у чонрэйцев. Я почти не сомневалась, что предки Марка родом с Лоссайского архипелага. Очень уж он походил на представителя знаменитого племени мореходов, торговцев и пиратов.

— Девушка, не хотите представиться? Рассказать, какими судьбами вас занесло в столь дальние края?.. — улыбаясь, продолжил Марк.

— Потом познакомитесь, — перебил ученика Тэян. — Вам ещё холл отмывать. И никакой магии, помните?

— Профессор, вот не поощряете вы экспериментаторов! — возмутился Марк.

— Это почему же? Удачливых поощряю. Но вы знаете школьные правила: или не допускайте ошибок, или не попадайтесь! В противном случае — будете наказаны.

— Знаем, — буркнул Джитэ.

— Тогда марш отсюда!

Уже в дверях, Марк обернулся и посмотрел на меня.

— Будет нужна экскурсия по нашему славному учебному заведению — обращайся.

— Флин! — повысил голос учитель.

— Да, Марк Флин — это я.

Студент напоследок подмигнул и закрыл за собой дверь.

Невольно я улыбнулась ему вслед. Однако наглости и самоуверенности этому парню не занимать...

— Итак, вы новая студентка второго курса, — прервав мои размышления, повторил Тэян.

— Да, профессор.

Чонрэец окинул меня взглядом с головы до ног и сказал:

— Девушек в школе немного, иностранок вовсе нет, но не рассчитывайте на особое отношение. Вам понятно... — он бросил взгляд на бумаги, которые лежали на столе, и попытался прочитать моё имя: — Ана... Ана-сыита...

— Стася, — не задумываясь, я назвала домашнее имя. Моей няне поначалу тоже было сложно произносить длинные норлесские имена и фамилии.

Тэян в немом вопросе вскинул брови.

— Зовите меня Стася. И мне всё понятно. Я не хочу к себе особого отношения и постараюсь никому не создавать проблем.

Учитель что-то пометил в бумагах. Видимо, записал моё сокращённое имя.

— Что ж, Стася, надеюсь, так и будет. Расписание у вас есть?

Я кивнула.

— Тогда жду вас завтра на занятиях. Не забудьте сегодня взять учебники из библиотеки.

— Да, профессор.

— И от компании Хван-Рика настоятельно советую держаться подальше.

— Хван-Рика? — переспросила я.

— Четверокурсник, которого вы недавно видели.

Ага, значит, того черноволосого парня с косой зовут Рик. И, похоже, он предводитель местных хулиганов.

Глава 2

Замок, в котором располагалась Чонрэйская высшая школа магического искусства, впечатлял и поражал. Бесчисленное множество залов, аудиторий и кабинетов, хитросплетение лестниц и коридоров. На белокаменных стенах висели старинные гравюры. То тут, то там стояли витрины с древним оружием и доспехами, чучела неведомых животных... У каждого экспоната хотелось остановиться, чтобы внимательно рассмотреть.

Пока я не встретила ни одного иностранца и видела лишь десяток девушек, из которых всего трое носили чёрную ученическую форму, а остальные — серые платья слуг. Разумеется, все чонрэйки оказались ниже меня. Для норлески рост у меня средний, но в империи я вполне могла претендовать на титул самой высокой девушки школы. Вот и главная швея сокрушалась, что придётся повозиться, дабы изготовить одежду под мою фигуру... К счастью, низкорослыми в Чонрэе были только женщины, а высоких мужчин хватало. Иначе мне стало бы совсем неуютно.

Почти все встреченные мною студенты оказались светлокожими, я заметила лишь нескольких смуглых ребят среди учащихся первого курса.

Няня Таши рассказывала, что в империи белый цвет кожи — признак дворянского сословия. Изначально все чонрэйцы были смуглыми. Но знать всячески старалась избегать солнечных лучей, использовала всевозможные средства, в том числе, магические, для отбеливания кожи, в то время как простым чонрэйцам приходилось работать под обжигающими солнечными лучами... Учитывая, сколько стоил год в школе, неудивительно, что обучаться здесь могли только представители дворянских семей.

Правда, исключения из правил тоже имелись. Тот же учитель Тэян довольно смуглый и родового имени у него нет — сразу видно, что вышел из низшего сословия. Пожалуй, в Чонрэе только при наличии незаурядного ума и магического дара бедняк мог выбиться в люди.

Вспомнилось, как нянюшка говорила, что у меня очень красивая кожа — словно жемчужный фарфор. Раньше слова Таши казались мне странными, я не понимала, почему няня придавала такое значение оттенку кожи. В Союзе княжеств никто не обращал внимания на подобные особенности внешности.

Да, я белокожая и голубоглазая... блондинка. Определённо, единственная блондинка в школе. И одна из очень немногих в империи. Цвет глаз для здешних мест у меня тоже редкий. Все чонрэйцы были черноволосы и обладали тёмными, слегка раскосыми глазами. Неудивительно, что моё появление в школе привлекло такое внимание. Впрочем, познакомиться пока никто не спешил.

Через полчаса блужданий по замку я пожалела, что так и не набрела на тот холл, который поручили отмывать Хван-Рику и его компании. От помощи экскурсовода я бы не отказалась... Остановилась и мысленно дала себе подзатыльник. Определённо, сейчас не время глазеть по сторонам и предаваться пространным размышлениям — до утра надо много сделать. Да и прав учитель, от Марка и Рика лучше держаться подальше. Мне и так нелегко придётся, а если влезу в неприятности, то в лучшую десятку учеников точно не войду.

Я поймала одного из слуг и попросила проводить к коменданту общежития.

Как и сказала госпожа Нири, для студентов было отведено целое крыло замка. Комендант жил в коморке у лестницы на первом этаже.

Сутулый старик, близоруко щурясь, изучил мои сопроводительные документы. Затем смерил меня придирчивым взглядом, потёр куцую бородку и кивнул каким-то своим мыслям.

— Иди за мной, — не оборачиваясь, буркнул он и, слегка прихрамывая, начал подниматься по лестнице.

— Да, господин...

— Господин Оши.

— Да, господин Оши.

— Значит, так-с... студенты второго курса живут на втором этаже, студенты с третьего — на третьем... и так далее, — на ходу говорил комендант.

— Я буду жить на втором этаже?

— Значит, ты... Как тебя там?

— Стася.

— Значит, ты, Стася, — старик остановился и обернулся, бросил на меня взгляд из-под кустистых бровей, — будешь жить на чердаке.

— Почему? — возмущённый возглас вырвался прежде, чем я успела прикусить язык.

Комендант усмехнулся и пригладил рукой тонкую бородёнку.

— Потому что все девы в нашем учебном заведении живут на чердаке.

— Э-э-э... Как так?

Перед глазами тут же возникла неприглядная картина. Пыльный и захламлённый чердак. С балок художественно свисает паутина. И ряд грубо сколоченных кроватей, словно в сиротском доме, на которых ютятся немногочисленные студентки школы.

— А вот так. Раньше дев в наше учебное заведение не принимали. Император лишь пятнадцать лет назад подписал указ, — старик скривился, будто нововведение ему не по нраву. — Селить вас на одном этаже со студентами нельзя. Перестраивать целое крыло замка или возводить отдельное здание для вертихвосток — многовато чести. Вот и решили обустроить комнаты на чердаке.

— Ясно... — вздохнула я.

— Да ты не бойся, — Оши снова начал подниматься по лестнице, — те комнаты ничуть не хуже, чем у студентов.

А девушки, значит, полноценными студентами не являлись? Во всяком случае, складывалось впечатление, что комендант их таковыми не считал.

Интересно, многие ли преподаватели школы придерживались такого же мнения?.. Хотя чему я удивляюсь? Я знала, куда ехала. В Чонрэйской империи у женщины немного прав. Распоряжаться своей жизнью чонрэйка может, только если она дипломированный маг или овдовевшая дворянка. Впору порадоваться, что я родилась в другой стране... Правда, в Норлесском княжестве я тоже зависела от старших родичей. Поначалу дядюшки и слышать не хотели об академии магии и собирались в скором времени выдать меня замуж за нужного человека. Чтобы вразумить родственников, пришлось устроить показательное выступление и, якобы случайно, подпалить парочку особняков.

— Значит, так-с... — продолжил инструктаж господин Оши, — с десяти вечера и до шести утра чердак покидать запрещено. Если тебя застанут на лестнице или в другой части замка, то не поздоровится. Ясно?! — Комендант резко обернулся и встретился со мной взглядом.

Я сглотнула внезапно образовавшийся комок в горле и кивнула.

— Наказание зависит от тяжести нарушения — от пяти до пятидесяти баллов.

Знать бы ещё, что за баллы такие. Вот и учитель Тэян оштрафовал учеников на шесть баллов.

— Девам запрещено посещать этажи, на которых проживают студенты. К себе на чердак приводить студентов тоже нельзя.

— Понятно.

— Использовать магию и артефакты, за исключением оговорённых в правилах проживания, запрещено.

— А где же заниматься? Тренироваться?

— В учебных комнатах.

— А где?..

— Спросишь у куратора курса.

— Ага.

— Так-с... что ещё? С мысли сбила... — проворчал господин Оши. — А! Распивать спиртные напитки запрещено. Курить тоже... Госпожа Нири выдала буклет с правилами?

— Да.

— Изучи к утру. — Комендант вновь обернулся и, хмуро взглянув из-под кустистых бровей, погрозил пальцем. — Если нарушишь правила, никаких оправданий не приму!

Встретившись взглядом со стариком, я честно ответила:

— Господин Оши, я проделала долгий путь, чтобы учиться в этой школе. Я не собираюсь нарушать правила и не ищу неприятностей.

— Ну-ну... посмотрим-с...

Зря у меня воображение разыгралось. Коридор мансардного этажа выглядел вполне обычно и даже уютно. На полу лежала ковровая дорожка, белоснежные стены украшали картины. С тёмных потолочных балок свисала не паутина, а кованые светильники. Справа и слева, через равные промежутки, виднелись двери в комнаты студентов.

— Общая ванная в конце коридора. Твоя комната пятая справа. Вот магический ключ от неё, — Оши протянул кулон в виде дракона на длинной серебряной цепочке.

Когда я его взяла, глаза дракона на мгновения вспыхнули и тут же погасли.

— Он настроился на твою ауру и больше ни у кого в руках работать не будет. Ключи от комнаты есть только у тебя и соседки. Ну и у меня. Если потеряешь... — старик закашлялся.

— Опять штраф?

— Пять баллов. Так что держи ключ при себе... Так-с, что стоишь? Открывай дверь!

По центру двери красовалась эмблема школы. Недолго думая, я совместила кулон с эмблемой. Расчёт оказался верен. Что-то щёлкнуло, и дверь приоткрылась.

— А мы никому не помешаем? — негромко спросила я.

Мне казалось неправильным вот так вламываться в пока ещё чужую комнату.

— Не помешаем, — сказал комендант, распахивая дверь. — Сейчас время для самостоятельных занятий.

Комната оказалась узкая, длинная и довольно тесная. По бокам от двери стояли два платяных шкафа, затем два высоких комода, два письменных стола и две же кровати. В противоположном конце комнаты, аккурат напротив входной двери располагалось узкое стрельчатое окно. Над столами и кроватями висели книжные полки и настенные светильники. Как и везде в школе, стены были выкрашены в белый цвет, а пол и мебель сделаны из тёмного дерева. Правая сторона комнаты выглядела обжитой, левая — совершенно пустой.

Несмотря на то что интерьер был сугубо функциональный, комната показалась мне уютной. Возможно потому, что я потеряла дом и за месяцы путешествия соскучилась по месту, которое, пусть и с оговорками, могла назвать своим.

За письменным столом сидела миниатюрная девушка и что-то читала. При виде незваных гостей она тут же вскочила и поклонилась.

— Добрый вечер, господин Оши.

— Добрый... добрый... Так-с, это Сина. Она, как и ты, студентка второго курса, — представил девушку комендант.

— Очень приятно, — я приветливо улыбнулась.

Отметила про себя, что чонрэец, когда представлял мою соседку, не назвал родовое имя, да и сама Сина внешне не походила на дворянку.

— А это... — Оши обернулся ко мне. — Напомни-ка своё чудное имечко?

— Меня зовут Анастасия Велецкая. Можно просто Стася, — я легко поклонилась.

— Приятно познакомиться, — прощебетала девушка.

Когда комендант ушёл, я присела на краешек своей кровати. Скинула с плеча мешок с вещами и положила его на пол.

— Значит, ты будешь учиться на втором курсе? — спросила Сина.

— Да, — я кивнула.

Похоже, мы обе чувствовали себя неуютно. Чонрэйка украдкой рассматривала меня, я отвечала ей тем же.

Моя соседка напоминала маленького воробышка. Худенькая, ростом ниже моего плеча. Смуглая. Личико совсем детское. Если бы я встретила Сину на улице, решила бы, что ей не больше четырнадцати лет.

Одного взгляда на немногочисленные личные вещи хватило, чтобы понять — Сина из бедной семьи. Даже если бы её родители копили всю жизнь, то не смогли бы оплатить обучение дочери. Вероятно, моя соседка — одна из лучших студенток курса, а потому учится в школе бесплатно.

Встретившись со мной взглядом, девушка смутилась.

— Извини, никогда раньше не видела северянку... Ты правда из Союза княжеств? Или здесь выросла?

— Правда. Я окончила первый курс Лесецкой академии чародейства.

Ни к чему рассказывать новым знакомым о своём происхождении. Кичиться родством с бывшим правителем глупо. Сейчас, по сути, я никто — за мной больше не стоит могущественный род, а счёт в банке весьма скромен. Хвастаться оценками в другом учебном заведении — ещё глупее, ведь неизвестно, как я буду учиться в здешней школе.

Я покинула родину, отправилась на другой конец света, чтобы начать всё сначала. Призраков прошлого надо оставить в прошлом.

— И ты добралась из Лесецка сюда сама? Одна?

Я кивнула.

Раскосые глаза чонрэйки округлились. Видимо у неё на языке крутилось множество вопросов, но я решила взять инициативу в свои руки.

— А ты родом из каких мест?

— Я?.. Из Ораса. Это городок на южном побережье... Откуда ты знаешь наш язык?

— Моей няней была чонрэйка. Она и научила.

Таши не только научила меня языку, но и каждый вечер рассказывала про свою родину. Неудивительно, что с ранних лет я мечтала побывать в Чонрэе. Империя вовсе не казалась благословенным краем, во многом жизнь там была сложнее и тяжелее, чем в княжествах. Но мне хотелось увидеть другую культуру, побывать в городах, о которых столько слышала... Жаль, что няня умерла два года назад и не смогла приехать со мной.

— В общем, ты обустраивайся. Будут какие вопросы, спрашивай... — сказала Сина.

Я бросила взгляд на часы, которые висели над дверью. Однако быстро время летит — уже десять минут седьмого.

— Не подскажешь, когда ужин?

— В семь вечера.

— А библиотека до скольких работает?

— До восьми.

— Значит, придётся мне сегодня обойтись без ужина, — вздохнула я.

Желудок протестующе заурчал, напоминая, что с утра во рту не было ни макового зёрнышка.

— Могу попробовать что-нибудь утащить со стола, — робко предложила Сина.

— Спасибо! Ты меня очень выручишь... И не расскажешь, как найти библиотеку?

— Лучше провожу. Всё равно уже надо идти на ужин.

***

Студентов в коридорах стало гораздо больше и почти все они сменили строгую школьную форму на яркие и богатые наряды. Я отметила для себя, что Сина оказалась одной из немногих, кто не переоделся к ужину.

При нашем приближении ученики замолкали и расступались. Я вновь ловила на себе любопытные взгляды, слышала шепотки за спиной.

Интересно, сколько пройдёт времени, прежде чем я стану здесь своей? Смогу ли вообще прижиться в этой школе?..

Такое внимание нервировало соседку. Кажется, она успела пожалеть, что решила меня проводить.

— Поспешим. Я не хочу опоздать на ужин, — Сина вжала голову в плечи и ускорила шаг.

— Да, конечно.

Когда мы проходили по галерее, я увидела, что в холле на первом этаже собралась целая толпа. Пара десятков разодетых студентов наблюдали, как несколько ребят в чёрной форме отмывали бурые кляксы на мраморном полу. Командовал уборщиками красноволосый третьекурсник, имени которого я не знала. Рядом стояли его дружки: Рик, Джитэ и Марк. Последний заметил меня, приветливо улыбнулся и помахал рукой.

Я резко отступила от края галереи. Чувствовала себя глупо — будто застукали, когда подглядывала.

— Ты знаешь Марка Флина? — спросила Сина.

— Встретила эту компанию, когда их отчитывал профессор Тэян.

— А-а-а...

Показалось, что в голосе девушки я услышала облегчение.

— Но разве так можно? Ведь это они должны были холл отмывать!

В ответ Сина пожала плечами.

И правда глупый вопрос, как будто я никогда не видела, как одни ученики издеваются над другими. К тому же учитель запретил использовать магию, но ни словом не обмолвился о том, что нельзя привлекать к уборке других студентов.

— Это же первокурсники, — пояснила Сина. — Многих из них, возможно, даже всех, отчислят в конце семестра.

— Почему?

— Обучение в первом семестре бесплатное. А дальше, если не сможешь войти в десятку лучших, придётся платить. Некоторые после отчисления уходят из школы, другие остаются здесь работать. Так что старшекурсники всегда... кхм... дрессируют бедных первокурсников.

Что-то мне подсказывало, что моя соседка дрессировки тоже не избежала. Вероятно, поэтому и недолюбливала компанию Хван-Рика.

— Многих отчисляют?

— Год назад нас в классе было пятьдесят шесть, сейчас осталось только тридцать два... тридцать три с тобой.

Я мысленно присвистнула. Почти половина курса! Однако!

— Но зачем поступать, если не хочешь или не можешь учиться?

Сина остановилась и странно на меня посмотрела.

— А разве в княжествах не так?

— Как не так?

— Разве не надо закончить школу, чтобы стать магом?..

То ли я натолкнулась на языковой барьер, то ли и правда упускала из виду что-то важное.

— Дипломированным магом, — уточнила я.

— А бывают другие?

— Конечно! Деревенские ведьмы. Странствующие иллюзионисты и предсказатели погоды. Знахарки...

— Подожди! — девушка приблизилась ко мне вплотную и тихо спросила: — Хочешь сказать, что тех, кто не может окончить вашу академию, не лишают дара?

Так вот оно что...

Я знала, что в империи нет магов-самоучек. Перед одарёнными, когда они входили в возраст, вставал вопрос: или отказаться от дара, или отправиться учиться. Но как-то раньше я не задумывалась над тем, что происходило с людьми, которые поступили в школу, но окончить её не смогли.

Впору порадоваться, что я родилась в другой стране, и потому не попадала под действие этого закона.

— У нас не все одарённые поступают в академию. Обучение стоит дорого, хотя и значительно дешевле, чем здесь. Но бесплатно тоже никто не учится — цена одинаковая для всех и не зависит от оценок.

— Ясно... — прошептала Сина. Плечи её опустились, девушка отвернулась и пошла дальше по коридору.

— А у вас? — спросила я, догнав соседку.

— У нас... — на ходу сказала она, — у нас просто нет выбора. В восемнадцать лет всех заставляют пройти тест. Если ты простолюдин и дар не особо велик, то силы лишают. Если же дар заметен и имеется желание учиться, то направляют сюда. У первокурсников есть целый семестр, чтобы доказать, что они достойны стать имперскими магами.

— То есть войти в десятку лучших учеников?

Сина кивнула.

— А если талантливый ученик не смог войти в эту десятку, и у него нет денег на обучение?

— Некоторым удаётся найти покровителей. Такие студенты, отдав долг империи, становятся слугами в богатых домах. Но первокурсникам редко везёт, обычно слуг выбирают среди учащихся старших курсов.

— А если и такого покровителя нет?

— Проводят ритуал и лишают возможности управлять потоками силы. Человек всё ещё видит магию, но и только. Бывший студент может остаться работать в школе или отправиться куда глаза глядят. Многие выбирают первый вариант. Здесь платят неплохо.

Жестоко... Видеть энергетические потоки, уметь ими управлять, но быть не в силах к ним прикоснуться... Очень жестоко!

Узнав, что в империи можно бесплатно обучаться магии, я поначалу восхитилась. Но действительность оказалась отнюдь не так радужна. Вроде бы каждый одарённый в Чонрэе имел шанс стать дипломированным магом, вот только шансы были не равны. Разве мог сын рыбака, который и читать-то с трудом умеет, на равных конкурировать в учёбе с сыном дворянина?

— Я слышала, девушек не так давно начали принимать в школу.

— Да... раньше всех девочек лишали силы. Впрочем, многие до сих пор считают, что женщины не должны становиться магами. Теперь родители решают, отправлять дочерей учиться или нет.

Девушек в школе было немного. Похоже, большинство родителей до сих пор придерживались мнения, что магия — не женское дело.

Впрочем, в княжествах тоже далеко не все родители хотели, чтобы их дочери посвящали себя магической науке.

— Выходит, тебе повезло.

— Как сказать. Если в этом семестре не войду в десятку, то потеряю дар.

— А...

— Вход в библиотеку за поворотом, — резко сказала она. — Теперь не заблудишься.

— Спасибо, Сина.

Девушка кивнула и поспешила прочь. Кажется, она жалела, что разоткровенничалась.

Некоторое время я стояла в коридоре и смотрела ей вслед. Похоже, я была излишне оптимистично настроена — конкуренция среди учеников гораздо выше, чем я думала. Попасть в десятку лучших будет нелегко.

И может так статься, если стану одной из лучших учениц, то займу место Сины, и той придётся отказаться от дара...

Я моргнула и встряхнула головой. В первую очередь надо думать о себе, а не о чонрэйке, с которой познакомилась час назад. Да, в отличие от Сины, я не была подданной Чонрэйской империи, и мне не грозило лишиться силы. Я могла вернуться на родину и подыскать работу в провинции, где меня никто не знает, пойти в ученицы к знахарке или стать помощником мага-артефактора. На жизнь худо-бедно хватит, вот только будет та жизнь скучная и серая — бесправная. Наш мир так устроен, что женщина может распоряжаться своей судьбой лишь в том случае, если у неё есть деньги или сила. Денег у меня осталось совсем немного. А вот сила имелась... Осталось научиться правильно пользоваться этой силой.

***

Закрыв за спиной тяжёлую дверь, я словно оказалась в другом мире. С потолка лился мягкий свет. Из коридора не доносилось ни звука. Пол устилал тёмно-зелёный ковёр с длинным ворсом.

Окинув взглядом зал, я направилась к стойке, за которой скучали три библиотекаря — двое мужчин и молоденькая девушка.

Звуки шагов тонули в толстом ковре. Было тихо. Казалось, в библиотеке в этот час не осталось посетителей — даже самые жадные до знаний студенты не хотели пропускать ужин.

Изучив список книг, которые мне нужны, пожилой библиотекарь вздохнул и с укором посмотрел на меня.

— А пораньше прийти не могли?

Виновато развела руками.

— Извините. Меня только сегодня днём приняли в школу.

Библиотекарь ещё раз вздохнул.

— Готового комплекта у нас нет. Так что ждите. Сейчас соберём.

Прихватив в помощники одного из коллег, старший библиотекарь скрылся в глубине зала.

Я же решила пока осмотреться. К библиотекам в целом и к книгам в частности я испытывала давнюю любовь. Кто бы знал, как я жалела, что пришлось бросить книги, которые достались от отца...

Пока школьная библиотека не впечатляла. Между стеллажами из тёмного дерева на равном расстоянии стояли столы для самостоятельных занятий. Сами стеллажи были невысокими, лишь немногим выше меня, так что даже самые низкорослые студенты могли достать книги с верхних полок.

Я почувствовала некоторое разочарование. Библиотека Лесецкой академии чародейства была по меньшей мере в несколько раз больше!

А затем, обогнув очередной стеллаж, я неожиданно вышла на балкон... и восторженно замерла. Оказалось, что пока я видела лишь верхушку айсберга — малую часть здешней библиотеки. Справа от меня начиналась лестница, которая уходила на пять этажей вниз... и все эти пять этажей были отведены под книгохранилище!

Это что же получалось? Вход в библиотеку находился на втором этаже замка, а значит, ещё три этажа находились в подвале? Очень странная планировка у местной библиотеки!

До зуда захотелось спуститься по лестнице и исследовать каждый уровень. Если в верхнем зале находилась популярная у студентов литература — всевозможные учебники, справочники и сборники, то внизу, наверное, могли отыскаться весьма любопытные и редкие издания.

Пообещала себе, что как только выдастся свободное время, обязательно прогуляюсь по всем этажам...

Когда вернулась к библиотечной стойке, там меня поджидала гора учебников. Оценив количество и толщину книг, я приуныла. Как жаль, что за пределами аудиторий и учебных комнат нельзя использовать магию! Чтобы дотащить это добро, придётся сделать пару ходок. Я же до закрытия библиотеки никак не успею отнести первую партию в общежитие и вернуться. Какие книги понадобятся завтра, я тоже не знала — расписание посмотреть не успела, а буклет остался в комнате.

И что прикажете делать?..

Вздохнув, я попыталась приподнять стопку. А что, пожалуй, не так уж и тяжело. Как-нибудь дотащу, не надорвусь.

По коридору шла медленно, из-за горы учебников ничего толком перед собой не видела. И, разумеется, сама не заметила, как налетела на препятствие... Или это препятствие налетело на меня?

Книги, подобно испуганным птицам, взмыли в воздух. Я покачнулась и успела только подумать: «Неужели опять!..»

Второй раз за день упасть мне не дали. Под локоть подхватила сильная рука. Книги замерли в воздухе.

Незнакомый высокий парень быстро, один за другим сложил учебники в стопку у меня на руках.

— Спасибо...

Не удостоив меня взглядом, студент направился по своим делам.

В недоумении я осталась стоять по центру коридора. Даже не знаю, что меня больше удивило. Внезапное столкновение или ещё более внезапное спасение? Или то, что парень использовал магическую силу?.. Быть может, запрет на использование магии не так уж строг?

— Помочь?.. — раздался голос у самого уха.

Я вздрогнула и чуть опять не выронила книги. И вновь мне пришли на помощь. В этот раз моим спасителем оказался Марк Флин.

— Давай провожу, — предложил он, забирая у меня большую часть стопки. — Иначе ты просто не успеешь вернуться в комнату до комендантского часа. Не хотелось бы, чтобы тебя оштрафовали в первый же день.

Марк, конечно, преувеличивал — за пару часов я как-нибудь дотащила бы книги. Но всё же отказываться от помощи не стала. И мы вместе пошли в сторону общежития.

— А что за штрафы такие? — спросила я. — Весь день только о них и слышу.

— О, да ты совсем тёмная!.. Неужели ничего про нашу школу не знаешь?

Признаваться в неведении не хотелось. Про местную школу Таши почти не рассказывала, так как сама мало знала. Я тоже раньше этим учебным заведением особо не интересовалась, а потом у меня просто не оказалось времени, чтобы собрать информацию. Да и обучение магии в заведении на другом конце света — не те сведения, которые легко раздобыть.

Мне было лишь известно, что в Чонрэйской высшей школе магического искусства учатся пять лет и ещё столько же каждый дипломированный маг обязан прослужить на благо империи после окончания школы. На первый курс принимают одарённых юношей и девушек восемнадцати лет. Между Тиллином и Чонрэем налажена программа обмена студентами... Вот, пожалуй, и всё.

— Я ещё не успела вникнуть во все тонкости.

— Это не тонкости, а основа местной системы обучения. Оценочные баллы заработать сложно, штрафы — легко. У меня сейчас минус шесть баллов. Если минусовой счёт будет к концу семестра — отчислят.

— А сколько нужно баллов, чтобы войти в десятку лучших?

— Метишь в отличники? — вскинул брови парень.

— Просто интересуюсь.

— В этом семестре максимально можно набрать тысячу двести баллов.

— Ого! — не удержалась я от удивлённого восклицания.

— Но столько даже Вэйн не наберёт.

— Кто?..

— Ты с ним только что столкнулась. Лучший студент по итогам первого курса, — в голосе Марка послышалась неприязнь.

— А ты какой?

— А я шестнадцатый, — усмехнулся он. — В отличники не рвусь, мне и так хорошо.

Некоторое время мы шли молча. Я тихо радовалась, что Марк вызвался меня проводить. Без его помощи, скорее всего, я бы заблудилась в коридорах.

— Моё имя ты знаешь. А тебя как зовут? Или у девушек с севера представляться не принято? — парень бросил на меня лукавый взгляд.

— Стася, — немного смутившись, ответила я.

— Странное имя.

— Вообще-то я Анастасия, но...

— ...Но не каждый чонрэец сможет выговорить это имя с первой попытки, — усмехнулся Марк.

Я улыбнулась.

— Ты ведь тоже не местный?

— Как посмотреть. Я родился и вырос в империи, мой отец лоссайский посол.

Значит, в своих предположениях я не ошиблась, парень и правда лоссаец.

— И много иностранцев в школе?

— Хм... на курсе только мы с тобой. Всего — восемь. Четверо тиллинцев, трое лоссайцев. Из княжеств только ты. Других девушек-иностранок тоже нет.

Я кивнула. Примерно так и предполагала.

— Ты надолго к нам? На год для обмена знаниями или?..

— Ещё не знаю, — пожала плечами.

Рассказывать о себе первому встречному я считала излишним. Пусть даже это и весьма обаятельный первый встречный. Несмотря на дружелюбие, которое выказывал парень, чутьё говорило, что лучше бы держаться от него подальше.

По пути нам несколько раз встречались другие студенты. Марк перекидывался с ними парой фраз и представлял меня, а я пыталась запомнить, как кого зовут. Когда мы поднимались по лестнице общежития, от обилия имён и лиц у меня голова шла кругом.

На верхней площадке было устроено что-то вроде маленькой гостиной — стояли два дивана, несколько кресел и низкий столик. Сейчас там чаёвничали девушки.

Марк замер на последней ступеньке и обратился к ним:

— Красавицы, не поможете новенькой?

К моему удивлению вызвались помочь сразу три студентки. Из рук моего сопровождающего книги буквально расхватали.

— А ты с нами чаю не выпьешь? — спросила красивая девушка, которая устроилась в самом большом и удобном кресле. По её манере держаться было видно, что она принадлежала к местной элите. Этакая школьная королева.

— Чаю?.. — скривился Марк. — Лана, ты предлагаешь мне чаю?

Смоляные волосы девушки были заплетены в сложную косу, одна из прядей выкрашена в красный цвет.

— Родители Маины прислали коробку пирожных, — Лана изящным жестом указала на пухленькую девушку в жёлто-розовом платье, которая прижимала к груди несколько моих книг.

— И вы поделитесь со мной? — игриво спросил лоссаец.

— Фи, нельзя быть таким! — притворно возмутилась Маина и топнула ножкой. — Когда это я с тобой не делилась?

— Ладно, красавицы, — рассмеялся Марк, опускаясь на ступеньку, — выпью с вами чаю.

— А я, наверное, пойду, — сказала я. — Ещё вещи надо разбирать...

— До встречи, северянка! — помахал мне парень.

Почётный эскорт из трёх девиц сопроводил меня до двери в комнату. А потом, одна за другой, они сгрузили на меня книги. Да так, что под тяжестью ноши я чуть не рухнула.

Перед тем, как уйти, одна из чонрэек зло прошипела:

— Слышишь ты, белобрысая оборванка! Чтобы тебя рядом с Марком больше не видели!

В ответ я мило улыбнулась и кивнула. А что я могла сказать? Что теперь даже близко к лоссайцу не подойду? Так Марк, если захочет, сам подойдёт, как сегодня. Не бегать же мне от него?.. Сообщать, что я буду общаться с тем, с кем хочу, тоже не стоило — лучше, как говорится, раньше времени не нарываться.

— Сина, это Стася! Открой, пожалуйста!

По счастью, долго ждать не пришлось.

— Как ты всё это донесла?! — увидев стопку книг, сдавленно охнула соседка.

Я дотащила книги до стола и без сил рухнула на кровать.

— Мне помогли.

— Кто?

— Марк.

— Марк? — округлив глаза, переспросила Сина.

— Он самый. Сама не ожидала...

— Почему не попросила библиотекарей отнести книги?

— А можно было?

— Конечно. Все так делают!

Я почувствовала себя глупо.

— Мне никто не сказал...

— Прости, — Сина, кажется, смутилась. — И это... я тебе немного поесть принесла. Вот... — она указала на бумажный пакет, который лежал на столе рядом с книгами.

— Спасибо.

В пакете оказались три булочки: две с рисом и одна с яблочным повидлом. Я быстро проглотила скудный ужин и запила его водой из графина. Разумеется, не наелась, но хотя бы голод утолила.

Сина занялась домашними заданиями, а я расставила книги на полках и принялась разбирать вещи. Теперь всё моё имущество умещалось в куцем заплечном мешке. Когда приходится внезапно бросаться в бега, то нет времени вывозить гардероб и библиотеку. Я взяла только самое необходимое — документы, деньги, ценности, некоторые памятные мелочи, гигиенические принадлежности и пару смен белья. За время путешествия одежда и обувь порядком износились. С помощью бытовых заклинаний можно почистить ткань и кожу, залатать прорехи... но вещи новыми не сделать. Так что не зря меня та девица оборванкой обозвала.

Когда я раскладывала немногочисленные пожитки, в одном из ящиков комода нашла серебряную шпильку.

— Это твоё? — спросила у Сины, показывая находку.

— Нет... наверное, бывшей соседки.

— Её отчислили?

Девушка помрачнела и отвела взгляд.

— Она умерла.

— Как? — я опустилась на кровать напротив Сины. — Что случилось?

— Несчастный случай... Стася, извини, мне до завтра надо много выучить, — чонрэйка демонстративно раскрыла книгу и уткнулась в неё.

Рассказывать про бывшую соседку Сина явно не горела желанием. Знать бы ещё, почему? То ли тяжело переживала смерть подруги, то ли история не так проста... Есть и третий вариант. Сина сказала правду, а я по укоренившейся с детства привычке во всём искала тайную подоплёку, двойной смысл и подозревала очередной заговор.

Глава 3

Вытянувшись на кровати, я первым делом изучила расписание. В этом семестре было двенадцать предметов, и с большей частью из них я оказалась знакома. Мне предстояло узнать на практике, как сильно различались программы обучения в Норлесском княжестве и Чонрэйской империи. Но без неприятных сюрпризов тоже не обошлось — в расписании значился лоссайский язык.

Расспросив Сину, я узнала, что однокурсники изучали его второй год. Я же по-лоссайски знала лишь несколько десятков слов — выучила за время путешествия.

Что за невезение! Я хорошо говорила по-тиллински и чонрэйски, знала диалекты всех княжеств, но в школе, как иностранный язык, изучали именно лоссайский! Тут надо бороться не за место в десятке лучших учеников, а думать, как вообще не завалить экзамен.

На этом «хорошие» новости не заканчивались. У меня вызывал сильные опасения предмет под названием «Физическая и боевая подготовка». Разумеется, схожая дисциплина имелась и в Лесецкой академии. Маги должны уметь постоять за себя без использования дара, к тому же в здоровом теле — здоровый дух, а значит, и способности к управлению энергетическими потоками лучше. Вот только у меня на родине спрос с девушек по этой дисциплине был невелик — нас особо никто не гонял. Здесь же для всех учеников единые нормативы, а потому представительницы слабого пола заведомо оказывались в проигрышном положении.

Я, конечно, не была изнеженной барышней. Когда у тебя двенадцать кузенов, волей-неволей драться научишься. Но всё же я сомневалась, что смогу в полной мере соперничать со здешними лучшими учениками...

А затем я, наконец, попыталась вникнуть в систему местного обучения. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Как и сказал Марк Флин, заработать баллы сложно, а потерять легко. За семестр по каждому предмету можно получить максимум семьдесят, за экзамен — ещё тридцать. Да-да, в конце семестра мне предстояло сдать двенадцать экзаменов! Всего за семестр можно набрать тысячу двести баллов. Но сделать это практически невозможно — за малейшие проступки у студентов вычитали баллы.

Опоздал на урок — минус один.

Не выполнил домашнее задание — минус два.

Не явился на урок — минус три. При этом уважительной причиной для неявки считалось только пребывание в лазарете или письмо от куратора курса.

И так далее, и тому подобное... Чем сильнее нарушение правил, тем больше баллов терял ученик.

Чтобы допустили до экзамена, по предмету надо набрать минимум десять баллов. Каждый экзамен тоже необходимо сдать хотя бы на десятку, за исключением боевой и физической подготовки, там иные правила. Мне повезло, что я опоздала всего на неделю и не пропустила ни одной контрольной, за которую можно заработать баллы.

За общие дисциплинарные нарушения баллы записывались в отдельную ведомость и потом вычитались из итоговой суммы баллов, набранных по предметам. Эту ведомость вёл комендант общежития.

В правилах было подробно описано, что можно делать и чего нельзя. Так, строго-настрого запрещалось использовать магию за пределами аудиторий и учебных комнат, покидать территорию школы в учебное время, появляться без школьной формы на уроках...

— Тьма! — я подскочила на кровати.

— Что случилось? — встрепенулась сонная Сина.

— Я форму забыла забрать...

— О! — сдавленно пискнула соседка. — Если явишься без формы на урок, каждый преподаватель вычтет два балла. А если попадёшься на глаза коменданту или кому-нибудь из администрации, они тоже оштрафуют.

— Может, в первый день...

Сина покачала головой.

На глаза против воли навернулись слёзы. Ну что за невезение! Не хотелось потерять баллы так быстро, да ещё по такому глупому поводу! Да, я сама виновата, что не забрала форму. Забегалась, забыла, ведь мне столько всего надо было сделать. Но Сина права, никто оправданий слушать не будет. Об этом меня и комендант предупреждал, и учитель Тэян.

Так, надо успокоиться. Из любой ситуации, даже самой сложной, найдётся выход, если его хорошенько поискать. У меня просто был тяжёлый день... да и не только день, месяцы... вот я и дала волю эмоциям.

— Когда открывается швейная мастерская? — спросила я.

— В восемь. Кажется...

— И занятия тоже начинаются в восемь... — пробормотала я. — Если меня до восьми утра увидят в обычной одежде, то не оштрафуют?

— Нет.

Что ж, лучше опоздать на урок, чем явиться на занятие не в форме.

***

Проснулась я ещё до рассвета. Быстро наведалась в общую душевую — ополоснулась и вымыла голову. Волосы сушить не стала, просто заплела их в косу.

Вероятно, запрет на использование магии не так уж строг. Во всяком случае, отличник Вэйн с лёгкостью его преступил, да и Сина сказала, что в школе нет специальных артефактов, отслеживающих применение магии.

Но я не могла рисковать. И верить Сине в полной мере тоже не могла.

Учитывая здешнюю весьма специфическую систему обучения, между учениками высокая конкуренция за место в десятке лучших. Не удивлюсь, если тут принято подставлять друг друга и доносить за малейшие провинности. Опять-таки соседки по этажу, казалось, невзлюбили меня в первого взгляда.

Так что ничего, волосы сами высохнут. Глупо из-за подобной мелочи нарушать правила.

Я закинула в сумку тетради и учебники, которые могли понадобиться сегодня, и вышла из комнаты. По пути к лестнице встретила лишь пару сонных, отчаянно зевающих девушек, которые проводили меня удивлёнными взглядами.

В этот раз я почти не заблудилась в бесконечных коридорах замка — лишь дважды свернула не туда. У швейной мастерской я была около семи утра. Для верности постучала в закрытые двери, а потом устроилась прямо на полу и раскрыла учебник по лоссайскому языку.

Изучив первые страницы, почувствовала, как ко мне тихо подкрадывается паника — за год сокурсники продвинулись далеко. Сегодня же надо наведаться в библиотеку и взять материалы за предыдущий курс!..

Молоденькая швея в сером платье появилась спустя час. Она выдала комплект формы, но в саму мастерскую, чтобы переодеться, не пустила — захлопнула дверь у меня перед носом.

В расстройстве я несколько раз ударила по двери, а затем взглянула на карманные часы — без десяти минут восемь. Вернуться в общежитие, чтобы сменить одежду, я не успевала. Значит, придётся переодеваться в туалете для девочек рядом с аудиторией — я узнала у Сины, где тот находился.

Прижав свёрток к груди, я бросилась в учебное крыло. На полной скорости неслась по коридорам, лестницам и залам школы, лавируя между учениками и слугами. Некоторые студенты со мной здоровались, другие отпускали разной остроты замечания вслед.

Наконец показалась вожделенная дверь. Я распахнула её... и чуть не налетела на учителя Тэяна, который выходил из туалетной комнаты.

— Доброе утро, профессор! — не растерявшись, бодро сказала я.

— Доброе, — кивнул Тэян. — Стася, с какой целью вы спешите в мужскую уборную?

Или я перепутала этаж. Или Сина намеренно мне соврала.

— Извините, профессор! Вчера задержалась в библиотеке и не успела забрать школьную форму. А сейчас, кажется, заблудилась. Не подскажете, где женская уборная, чтобы я могла переодеться?

— Спуститесь по той лестнице, — чонрэец указал в нужном направлении, — поверните налево и до конца коридора. Дверь справа.

— Спасибо!

— Мой урок начнётся через пять минут. Не опаздывайте.

— А где?..

— В этой аудитории, — преподаватель показал на дверь.

— Спасибо! Постараюсь не опоздать!

Я устремилась к лестнице. Краем глаза успела заметить, что свидетелями моего разговора с учителем стали несколько учеников. Сины среди них не было.

В этот раз я не ошиблась — это и правда оказался женский туалет. О чём явно свидетельствовали две девушки, которые прихорашивались перед зеркалом. При виде меня студентки поспешили ретироваться. А может, просто на урок опаздывали?..

Забежав в первую свободную кабинку, я заперла дверь. Затем скинула одежду и засунула её в сумку, а сама облачилась в школьную форму. Я застёгивала последние пуговицы на платье, когда услышала странный звук — будто кто-то задвигал щеколду. Движимая дурным предчувствием, я тут же попыталась открыть дверь... и не смогла. Похоже, через дверные ручки соседних кабинок кто-то просунул палку от швабры.

— Выбирай, — услышала я насмешливый голос, — или пропускаешь уроки и ждёшь, пока найдётся добрая душа, которая тебя освободит. Или используешь магию. Или можешь попытаться выломать дверь и испортить школьное имущество. В общем, так или иначе, сегодня тебе наказания не избежать. И только от тебя зависит, каким оно будет.

Голос показался смутно знакомым. Кажется, меня заперла одна из тех девиц, которые вчера чаёвничали на лестничной площадке. Впрочем, размышлять об этом времени не было, как и вступать в перепалку с девицей. Она правильно сказала — какое бы решение я ни приняла, меня оштрафуют минимум на три балла.

Похоже, ученики решили устроить мне проверку.

Вряд ли меня заперли на целый день — вероятно, освободят уже на следующей перемене. А если я попытаюсь выбраться самостоятельно, то нарушу одно из школьных правил и получу более серьёзное наказание.

Наверное, большинство девушек, окажись они на моём месте, даже не стали бы пытаться выбраться из ловушки... и тем самым чётко обозначили бы свой статус в здешней иерархии. Но я — не большинство.

Посмотрела наверх. Стенки кабинки были лишь немногим выше моего роста. Выглядели они довольно крепко.

Забралась на туалетную вазу, ухватилась руками за верх стенок и подтянулась. Неведомая девица не стала дожидаться, пока я выберусь. Я только успела заметить, как мелькнул край чёрной юбки, и закрылась дверь.

Конструкция туалетной кабинки не была рассчитана на то, что по ней будут карабкаться студентки, пусть даже такие худощавые, как я. Она опасно скрипела и пошатывалась. Не иначе как чудом мне удалось добраться до края и спрыгнуть вниз. По счастью туалетная комната была просторной, а в детстве мне много пришлось лазить по деревьям и всяческим развалинам. Но всё же совсем без травм не обошлось — кажется, я потянула лодыжку.

Я разблокировала дверь, подхватила сумку и, слегка прихрамывая, побежала на урок.

Влетела в аудиторию одновременно со звонком и упала на первое же свободное место. А затем подняла взгляд на кафедру, за которой стоял учитель Тэян. Профессор тоже смотрел на меня. На его красивом лице не отражалось никаких эмоций.

— Раз наша новая ученица наконец-то соблаговолила явиться, то можно начать урок. Для тех, кто ещё не слышал, Стася перевелась к нам из Лесецкой академии чародейства, а потому может быть не в курсе некоторых наших правил и порядков.

По аудитории пронеслись шепотки.

— Есть желающие ей помочь? Объяснить, что к чему, и показать школу?

— Да я бы с удовольствием! — раздался знакомый голос.

Я обернулась. За последней партой сидел Марк. Встретившись со мной взглядом, он самодовольно улыбнулся.

— Марк Флин, вряд ли вы способны научить новую студентку чему-либо хорошему.

Задние ряды согнулись от хохота.

— Ещё желающие есть? — спросил учитель.

Но желающих более не наблюдалось.

— Разумеется, такого рода помощь не останется незамеченной, — добавил Тэян. — Это ваш шанс аннулировать пару дисциплинарных штрафов.

Тут же взвился лес рук. И быстрее всех оказалась Сина.

— А можно мне?.. Стася моя соседка.

Губы Тэяна скривились, и он кивнул.

— Можно, Сина. Вот и решили вопрос. Теперь открываем учебники...

Студенты послушно зашуршали страничками, а я шёпотом спросила соседа по парте:

— Какая страница?

Не говоря ни слова, он взял мой учебник, раскрыл на нужном разделе и положил передо мной.

— Спасибо, — еле слышно сказала я.

Сокурсник даже не посмотрел в мою сторону.

Украдкой бросила взгляд на соседа. Красивое породистое лицо, чёрные волосы коротко пострижены. Определённо я его где-то видела... Точно, видела! Это с ним я столкнулась, когда шла из библиотеки. Кажется, его зовут Вэйн... Странно, что отличник сидит один.

Профессор Тэян преподавал теорию магии, а потому учебник пестрел всевозможными графиками, схемами и формулами. При беглом просмотре первых страниц я выяснила, что многие из них мне уже знакомы.

— Стася, как я понимаю, домашнее задание вы не сделали, — оторвал меня от изучения учебника вопрос преподавателя. — Но, быть может, вы расскажите нам об энергетических потоках?

— Определение?.. — поднявшись с места, переспросила я.

— Хотя бы его.

— Магический поток равен плотности потока силовых нитей, проходящих через узловую точку.

— Хм... в учебнике дано несколько иное определение, но, в сути вы правы. Может, и формулу напишите?

— Напишу.

— Тогда прошу к доске.

— А характеристики узловых точек вам известны?.. — спросил Тэян, когда я закончила выводить формулу.

За парту я вернулась лишь через несколько минут. Чувствовала себя опустошённой — меня внезапно фактически проэкзаменовали. Повезло, что мы в академии несколько дальше продвинулись в изучении данного предмета, а на плохую память я никогда не жаловалась. Хотя заученные формулировки сходу переводить на чонрэйский было нелегко. К тому же внезапно оказалось, что я не знаю ряд специальных терминов...

— Что ж, Стася, в целом с предметом вы знакомы. Но настоятельно советую подучить терминологию и впредь не путаться.

— Да, профессор.

Вот и ещё одна головная боль. Кажется, я была излишне самонадеянна, когда посчитала, что раз с детства свободно говорю на чонрэйском, то проблем с обучением на этом языке не возникнет. Не то чтобы у меня обнаружились чудовищные пробелы в знаниях, но в специализированные словари и справочники придётся залезть.

Сина подошла ко мне на перемене.

— Я бы тебе и так помогла, — смущаясь, сказала она. — Но в моей ситуации...

— Я всё понимаю, — поспешила успокоить девушку. — Если есть возможность аннулировать пару штрафных баллов, то, конечно же, надо ей воспользоваться.

Соседка кивнула и неуверенно улыбнулась.

Знать бы ещё, намеренно Сина отправила меня в мужскую уборную вместо женской, или это я что-то напутала? Но ведь прямо не спросишь...

На следующем уроке я опять села за парту к Вэйну. Выбора особого не было: либо садиться за одну из пустующих задних парт, либо за переднюю к нелюдимому отличнику. К слову, он и правда оказался весьма умным парнем — с ходу решал сложные задачи, без запинок отвечал на каверзные вопросы преподавателей.

Разумеется, каждый учитель посчитал своим долгом оценить мой уровень знаний. Во всех случаях проверка прошла успешно, за исключением лоссайского языка — вот там я, наконец, дала повод сокурсникам вдоволь посмеяться надо мной.

Седой упитанный лоссаец задал несколько вопросов на своём языке. Увы, из всей тирады я поняла лишь пару слов.

— Учитель, к сожалению, я совершенно не знаю лоссайский.

— Как? Совсем не знаете? Не поняли ни одного вопроса? — нахмурился Карл Аргус и удивлённо воззрился на меня.

— Э-э-э... кажется, вы просили рассказать о себе?..

Преподаватель шумно вздохнул и покачал головой. В классе послышались смешки.

— Студентка Анастасия Велецкая, и как в таком случае вы собираетесь сдавать экзамен?!

И правда — как?!

— Возможно, я могу изучать другой иностранный язык?..

Лицо Карла Аргуса скривилось.

— Тиллинский начинают изучать только на третьем курсе.

— Я знаю тиллинский.

— Поговорите с куратором курса. Возможно, он сможет решить вашу проблему.

Весь урок я старательно прислушивалась к тому, что говорили другие ученики, и записывала в тетради бесконечный список новых слов. А под конец занятия Карл Аргус огорошил новостью, что через две недели состоится контрольная и, выразительно сдвинув очки на кончик носа, посмотрел на меня.

Обидно будет в высшем магическом учебном заведении завалить экзамен по иностранному языку. Но, похоже, всё к тому и идёт!

После уроков сокурсники отправились на обед, а я заглянула в кабинет учителя Тэяна.

— Что у вас опять случилось? — отложив книгу, спросил чонрэец.

— Профессор, я никогда не учила лоссайский. Можно мне в этом семестре сдать экзамен по тиллинскому? Знаю, его изучают только на третьем курсе, но...

— И как вы собираетесь посещать занятия третьего курса? Как совмещать расписания?

Да, об этом я не подумала.

— Я учила тиллинский десять лет. Не думаю, что мне так уж нужно посещать занятия, чтобы сдать экзамен.

— Это заметно, что вы не думаете. Неужели забыли, что я сказал вчера? Никто не будет делать поблажек из-за того что вы иностранка.

— Но может быть...

— Не понимаете с первого раза? — поднялся из-за стола Тэян.

— Извините, профессор! Всё поняла. Я... могу идти?

— Идите, Стася. Идите.

Выйдя в коридор, я тяжело вздохнула и привалилась к стене.

И что прикажете делать? Как за две недели наверстать годовую программу? Как не завалить первую же контрольную?

Быть может, переговорить с ректором? Но опустится ли он до решения мелких проблем новой студентки?.. Ректор Хон и так отступил от правил, приняв меня на второй курс. Просить его об индивидуальной программе обучения будет наглостью — не стоит злоупотреблять хорошим отношением к себе. К тому же, что кривить душой, я слегка побаивалась Хон-Шина.

***

Когда я пришла в столовую, очереди за обедом уже не наблюдалось, а выбор блюд остался невелик.

Несмотря на дикий голод, мимо раздаточных столов я шла не спеша. Ничего, ещё несколько минут потерплю, сейчас гораздо важнее осмотреться.

Школьная столовая — то место, где лучше всего видно, кто с кем дружит, а кто кого терпеть не может. И пока картина складывалась прелюбопытная. В зале двадцать столов, каждый рассчитан на десять-двенадцать человек. За некоторыми столами не осталось ни одного свободного места, за другими расположились по две-три небольшие компании. И лишь один практически пустовал — Вэйн обедал в гордом одиночестве. Похоже, не только он не горел желанием общаться, но и другие ученики его избегали.

Надо бы про сокурсника разузнать. Пока Вэйн показался неплохим парнем, хотя несколько странным и нелюдимым. Но если его сторонится вся школа — это неспроста...

Я поставила на поднос пару тарелок и направилась к витрине с напитками, как вдруг пол под ногами превратился в каток.

Подошвы ботинок заскользили. На мгновение я потеряла равновесие, и поднос в руках опасно накренился. Сделав сумасшедший кульбит, я отпрыгнула в сторону, сумев удержать поднос и даже почти не расплескав суп.

— Хорошая реакция, — заметил Хван-Рик, проходя мимо со стаканом сока в руке.

— Не жалуюсь, — улыбнулась я, словно ничего не произошло.

Когда парень отошёл, тихонько выдохнула. Ещё чуть-чуть, и я бы позорно шлёпнулась на пятую точку, а на голову мне приземлилось бы содержимое одной из тарелок — не сомневаюсь, неведомый доброжелатель подправил бы траекторию нужным образом.

Интересно, кто хотел мне напакостить? Сам Рик? Кто-то из его компании? Или та девица, что пыталась запереть меня в уборной? А может, Вэйн?.. Да кто угодно мог! Ясно одно — тихой и спокойной жизни мне не видать. Впрочем, к трудностям и подковёрным играм мне тоже не привыкать — я прошла суровую школу княжеской семьи.

Сделала шаг и поморщилась от боли. Разболелась нога, которую я подвернула в туалетной комнате. Придётся после обеда всё-таки наведаться в лазарет.

Слегка прихрамывая, я доковыляла до стола, за которым сидели Сина и другие девушки. Место рядом с соседкой по комнате как раз пустовало.

Что ж, самое время познакомиться с другими учениками поближе...

— А я думала, ты опять за стол к Ши-Вэйну сядешь, — заметила худощавая, похожая на сушёную селёдку девица, которая с брезгливым выражением на лице ковырялась ложкой в тарелке с похлёбкой.

Студентку я узнала, это она настоятельно советовала мне даже близко не подходить к Марку.

— Меня зовут Стася, — улыбнулась я. — А тебя? Да и вообще, девушки, не представитесь? А то вчера времени познакомиться не было, да и сегодня с утра день как-то не задался.

— Тин-Хойя, — сухо сказала собеседница.

— А я Маина! Ки-Маина... — заявила пухленькая розовощёкая девушка, перед которой на блюде лежали несколько пирожных. — Мы с Хойей учимся с тобой на одном курсе.

— Приятно познакомиться.

Другие чонрэйки тоже представились. За столом собрались ученицы со второго по пятый курс — всего десять человек. Только Сина и одна из старшекурсниц не имели родовых имён.

— А там сидит Мэй-Лана, — Маина указала в центр зала. — Она сестра Ильрана и, как и он, учится на третьем курсе. А ещё, — понизив голос, добавила студентка, — Лана невеста Хван-Рика.

Вчера я оказалась права, когда окрестила Лану королевой школы. И значит, того парня с ассиметричной стрижкой зовут Ильран, а красить волосы в красный цвет у них с сестрой семейное.

— Вон там первокурсницы, — Маина указала на соседний стол. — Потом познакомишься, среди них есть пара милых девушек.

Готова поспорить, что те «милые девушки» принадлежали к знати.

На меня обрушился град вопросов — кто я такая, откуда родом, где училась... и так далее, и тому подобное — все девушки кроме Хойи буквально излучали доброжелательность. Я старалась отвечать честно, разве что не вдавалась в некоторые детали — ни к чему всем знать, как скуден мой банковский счёт и почему мне на самом деле пришлось покинуть родину.

— Ты смелая, — вздохнула Маина, когда лавина вопросов иссякла. — Я бы не решилась отправиться на другой конец света.

В ответ только пожала плечами.

— И по-чонрэйски хорошо говоришь, — заметила Хойя. — Акцента почти не чувствуется.

— Моей няней была чонрэйка. Она обучила меня вашему языку, рассказала о местных традициях... Но всё же я многого не знаю, так что надеюсь на вашу помощь, — я неловко, будто извиняясь, улыбнулась.

Девушки переглянулись, а затем самая старшая из них сказала:

— Школьные правила не так строги, как может показаться. Главное — не попадаться.

Я благодарно кивнула.

Похоже, я выбрала правильную манеру поведения. В чонрэйской традиции уважение к старшим и забота о младших. Если бы я не выказала достаточно внимания и вежливости, то прослыла бы грубиянкой. У многих чонрэйцев и без того предвзятое отношение к чужестранцам — они уверены, что за пределами империи живут варвары, чуждые высокой культуры. Впрочем, мои соотечественники о чонрэйцах схожего мнения.

— И, это конечно не моё дело, но лучше бы ты держалась от Ши-Вэйна подальше, — добавила Маина.

— Почему? — с невинным видом поинтересовалась я.

— Да общайся с ним. На здоровье! — фыркнула Хойя. — Других идиотов нет.

Всё любопытнее и любопытнее. Надо будет разузнать о нелюдимом отличнике.

— Стася, а что с лоссайским? — спросила Сина. — Тебе удалось договориться по поводу изменения расписания?

— Нет, — вздохнула я. — Профессор сказал, что никаких исключений делать не будет.

— Поищи в городе репетитора, — предложила Маина, — и занимайся с ним по выходным. Так быстро программу нагонишь.

А идея-то здравая! Вот только денег на репетитора в моём бюджете не предусмотрено.

Да и вообще в город выбраться неплохо бы — я так спешила в школу, что столицу империи видела лишь мельком... Но в ближайшие недели, а то и месяцы об экскурсии по Хансану не стоит и мечтать. Надо учиться, учиться и ещё раз учиться. А пока первым делом наведаться в лазарет — подлечить больную лодыжку, и следом в библиотеку — за учебниками предыдущего курса.

***

Второй день выдался странным. Утром из душа вдруг полилась ледяная вода и, не удержавшись, я огласила общую ванную визгом. Потом, правда, всё же взяла себя в руки и домыла голову.

Купание в холодной воде — мелочь. Могли ведь и кипятком ошпарить. Или вчера не пол в столовой превратить в каток, а из лестницы сделать ледяную горку. Оставалось надеяться на благоразумие недоброжелателей и что удастся обойтись без травм. Пока я лишь уклонялась от ударов. Интуиция подсказывала, если начну отвечать — всё станет только хуже.

Хотя вообще несколько глупо подобным образом пакостить девушке родом из княжества, затерянного среди снежных гор. Мне приходилось купаться в проруби, на коньках я и вовсе кататься любила — видимо потому и сумела должным образом среагировать в столовой...

За обедом противники, наконец, решили проявить изобретательность — под крышкой горшочка с тушёными овощами оказался большой паук. Живой.

К членистоногим я никогда особой любви не питала, но всё же у меня хватило самообладания вытащить паука из блюда и отправить в путешествие по столу.

Зал огласился визгом, девушки повскакивали с мест. С дребезгом разбилось несколько тарелок. Как ни странно, быстрее и логичнее всех поступила Сина. Она подхватила одну из опрокинутых чашек и накрыла ей паука. А вот Хойя, кажется, наоборот растерялась и впала в ступор.

Не обращая внимания на суматоху, я принялась доедать обед. Правда к тушёным овощам не притронулась — это было выше моих сил, да и паук мог оказаться ядовитым.

После происшествия в столовой меня вызвали на ковёр к профессору Тэяну.

Когда вошла в кабинет, учитель, заложив руки за спину, стоял у окна. Сейчас он больше напоминал древнюю статую, чем живого человека.

— Профессор...

— Анастасия Велецкая, — оборачиваясь, холодно процедил он, — не далее как вчера вы пообещали не создавать проблем.

Мысленно восхитилась — чонрэйцу удалось произнести моё имя без запинки.

— Но что мне было делать, когда я нашла у себя в блюде паука? Убить несчастное создание?.. Я всего лишь отпустила его на волю.

Профессор слегка приподнял брови.

— Вы знаете, кто подложил паука?

Наиболее вероятным подозреваемым выглядела Хойя. Но далеко не всегда тот, кто открыто проявляет неприязнь, оказывается настоящим врагом.

— Мне бы не хотелось начинать учёбу с жалоб на однокурсников.

Тэян кивнул.

— Стася, впредь постарайтесь не попадать в подобные ситуации.

Глава 4

Уроки по боевой и физической подготовке проходили дважды в неделю во второй половине дня. И сегодня мне предстояло первое занятие.

По примеру Сины я плотно обмотала грудь бинтом, надела длинную рубаху с запа́хом и полотняные штаны. Затем несколько раз взмахнула руками и ногами. Несмотря на внешнюю неказистость, одежда для тренировок оказалась удобной и не стесняла движений.

Закрутив волосы в узел на затылке, я в очередной раз за сегодняшний день с тоской посмотрела в окно. Небо затянули свинцовые тучи, накрапывал дождь.

Я зябко поёжилась и спросила у соседки по комнате:

— И даже в плохую погоду все занимаются на улице?

— Даже зимой. Только если сильный снегопад или дождь, или такой ветер, что крыши срывает. А так всегда на улице.

Однако перспективы не вдохновляли.

— А зимнюю форму когда выдадут?

Сина грустно улыбнулась.

— У нас форма... хм... всесезонная.

— Так зимой холодно же будет, — я подёргала тонкую рубаху на груди. — Здесь, конечно, не бывает таких морозов, как в княжествах, но всё-таки...

— Учитель не даст нам замёрзнуть. А если кто-то вдруг заболеет, то в лазарете его быстро на ноги поставят.

В способностях местных целителей я уже успела убедиться — лодыжку мне вылечили в тот же день. Да и вообще в лазарете я насчитала лишь десяток койко-мест, и все они были свободны. Похоже, даже если заболею, поваляться в кровати мне никто не позволит.

***

После короткой разминки учитель Догэн — седой подтянутый чонрэец со шрамом через всё лицо — приказал пробежать пять кругов вокруг замка.

— Победитель получит плюс один балл, а тот, кто прибежит последним, один балл потеряет.

Мотивация оказалась достаточно серьёзной — проиграть не хотел никто. И весь второй курс бросился наматывать круги. Правда, как я скоро выяснила, обежать весь замок не представлялось возможным — восточное крыло, оно же общежитие, возвышалось на обрывистом берегу, его стены словно вырастали из скал. Там не то что пробежать, пролезть было затруднительно. Хорошо, что этого от нас никто и не требовал. Общежитие, по сути, являлось отдельным зданием, соединённым со школой переходом, под которым и лежал наш путь. Так что бегали мы только вокруг главного крыла, учебного, оранжереи и угловых башен. Но, учитывая размеры замка и рельеф, это тоже было задание не из лёгких.

Довольно быстро Марк, Вэйн и ещё несколько ребят вырвались вперёд, а девушки и увалень Джитэ, наоборот, отстали.

Я могла бежать быстрее. Наверное, даже могла побороться за первое место — победила бы вряд ли, хотя в пятёрке лидеров к финишу бы пришла. Но решила не отрываться от коллектива. Какой смысл надрываться, если шансов выиграть почти нет — главное, не прийти последней.

Одежда давно промокла от дождя и пота, но Сина оказалась права — холодно не было. А потом моросящий дождь утих, солнце выглянуло из-за туч, и бежать стало веселее.

Хрупкая Сина проявила неожиданную для её комплекции выносливость и легко держала темп рядом со мной. Буквально в затылки нам дышала Хойя. Последними, отстав на пару десятков шагов, бежали Маина и Джитэ, с каждым кругом расстояние между нами увеличивалось.

Булыжник на дорожке я заметила слишком поздно. Запнулась о камень, перекувырнулась через голову и растянулась на усыпанной хвоей земле.

Мимо пробежали запыхавшиеся Маина и Джитэ.

— Под ноги смотреть надо! — на ходу крикнул парень.

Я и смотрела. Три раза пробегала по этому месту, но раньше этого камня не видела. То есть вокруг, конечно, они имелись, но сама дорожка была хорошо расчищена. И это я ещё хорошо упала. Если бы приземлилась на полметра левее, то могла раскроить голову о скальный выступ.

Опять подгадили! И вот поди догадайся кто! С равным успехом это мог быть Джитэ или любая из девчонок... Да кто угодно!

Из-за поворота показались Марк и Вэйн. От лидеров я отстала почти на круг.

В душе клокотала злость. Я вскочила на ноги и, даже не отряхнув одежду, бросилась догонять однокурсников.

Я не приду последней! Пусть не выиграю, но... последней точно не приду!

Быстро обогнала Маину и Джитэ, а затем и остальных девчонок. Потом ещё нескольких ребят. Силы после броска начали иссякать, но я упрямо, не снижая темпа, продолжала бежать.

В итоге к финишу пришла девятой.

Устало опустилась на корточки. Дышала тяжело, ноги дрожали. Я бы и вовсе предпочла рухнуть на землю, но та ещё не просохла после дождя.

— А ты шустрая, — сказал Марк, усаживаясь на корточки рядом со мной. Победитель забега тоже тяжело дышал.

— Ага... — только и смогла произнести я.

На финишной прямой показался Джитэ, а следом за ним, отстав на несколько шагов, Маина. Они плелись, с трудом переставляя ноги.

— Стася, ты как? — спросила Сина. — Не ушиблась?

— Вроде нет. Только одежду испачкала.

— Эх, позор на мои седины! — громко сказал учитель Догэн, когда все ученики пересекли финишную черту. — Черепахи и то быстрее бегают! И уж точно они вас выносливее!

— Мы — будущая магическая элита! — выпалил Джитэ. — Мне не обя...

— Это ты-то элита?! — фыркнула Хойя.

Студенты прыснули от смеха, а упитанный чонрэец залился краской.

— Отставить шуточки! Сколько раз повторять, что маг должен быть физически крепок?! Умение быстро бегать, является ценнейшим для мага, особенно если у того нет ни силы, ни мозгов!.. От вас многого и не требуется — лишь быстро бегать и уклоняться от ударов. Если дойдёт до прямого столкновения, на победу ни одного из вас я не поставлю и медяка!.. Всё, хватит отдыхать! — учитель хлопнул в ладоши. — Шагом марш на тренировочную площадку!

— Да когда же эта каторга закончится, — жалобно пропищала Маина.

— И каждый урок так? — спросила я, поднимаясь с корточек и пытаясь отряхнуть одежду.

— Ага, каждый... Зимой и похлеще бывает.

На тренировочной площадке всем выдали по шесту и мы, следом за учителем, принялись отрабатывать удары.

Мои однокурсники уже второй год учились драться. Некоторые связки, которые они использовали, показались мне знакомыми. Другие я видела впервые. Всё-таки боевые школы Чонрэя и княжеств различались. А значит, у меня имелись кое-какие козыри в рукаве, так как местные ребята могли не знать приёмов, известных мне.

Никто не ставил целью сделать из студентов профессиональных воинов или тем более мастеров боя, так что помимо шестов нас другим оружием владеть не учили. Как и сказал Догэн, от одарённых многого не требовалось — только уметь при надобности постоять за себя без магии. А подходящую палку даже на обочине дороги можно найти...

Мы монотонно отрабатывали удары, когда на тренировочную площадку прибежал молоденький служка.

— Учитель, от вашей матушки пришло письмо! Вас срочно вызывает ректор Хон!

— Письмо?.. — нахмурился Догэн.

— Кажется, плохие новости...

Преподаватель окинул наше сборище взглядом. На его суровом лице отразилась тревога.

— Продолжайте заниматься! И чтобы никто не отлынивал! Я скоро вернусь.

Только Догэн скрылся за углом замка, как ко мне обернулась Хойя и попыталась исподтишка ударить шестом по голени. По счастью я заметила движение девушки и успела отпрыгнуть в сторону.

— Ну что, белобрысая, бегаешь ты хорошо. Посмотрим, как владеешь шестом! — самодовольно усмехнувшись, изрекла Тин-Хойя.

Драться не хотелось, я слишком устала. Впрочем, покорно принимать удары я тоже устала.

Вот только драка — грубейшее дисциплинарное нарушение. За это и отчислить могут. Или такой штраф наложить, что о мечте войти в десятку лучших учеников придётся забыть.

Я не могла так рисковать.

— А ты уверена, что хочешь?..

— Боишься? — резко спросила противница.

— Не хочу, чтобы отчислили за драку.

— А мы никому не скажем!.. Не скажем!.. Никто не узнает!.. — донеслось со всех сторон. Вокруг нас столпились однокурсники.

— Мансок на стрёме, — сказал Джитэ. — Так что, если не боишься...

Отступлю сейчас и прослыву трусихой. Издевательства тогда ещё долго не прекратятся. Может, риск того стоит... Надо разделаться с противницей быстро и не оставить на её теле ни ссадин, ни синяков.

Приняв решение, я улыбнулась и поманила Хойю.

Держа шест обеими руками, девушка попыталась меня ударить. Вместо того чтобы отступить или увернуться, я шагнула вперёд и приняла атаку на свой шест. Ещё удар. И ещё... Шесты с треском бились друг о друга. Теперь уже я наступала, заставив противницу пятиться. А затем подсечкой свалила Хойю спиной в грязь. Резко замахнулась, метясь в шею. Успела заметить, как округлились от ужаса глаза девушки. Услышала, как испуганно охнули другие ученики.

Удар я не закончила, лишь наметила. Выждав пару мгновений, опустила шест и протянула руку Тин-Хойе.

— Мир?..

Наша драка с Хойей длилась несколько секунд. Если после года тренировок однокурсница провела такую самоубийственную атаку, понятно, почему Догэн столь низкого мнения об учениках. Впрочем, возможно, мне попалась бездарная противница?..

Чонрэйка хмуро посмотрела на меня, потом на мою руку.

— Хойя, не глупи! — сказала Маина. — Стася честно победила.

Судя по раздавшимся возгласам, многие с ней были согласны.

— Давно тренируешься? — спросил Марк.

— С восьми лет.

Кто-то из парней присвистнул.

— Неужто на севере всех девчонок учат драться? — удивился Джитэ.

— Нет, мне просто повезло.

Все двенадцать кузенов были примерно одного возраста со мной. И как-то так закономерно получилось, что поначалу я подглядывала за тренировками братьев, потом пыталась тайком тренироваться сама... Разумеется, вскоре меня поймали и прочитали внушительную лекцию, что юным княжнам драться не положено, и, как другим кузинам, мне надо учиться вышивать, танцевать и музицировать. Но я всегда была упрямой, так что смогла убедить дядек позволить мне тренироваться с братьями. В итоге я так и занималась с ними до самого поступления в академию. Научилась многому, но лишь с четырьмя кузенами могла сражаться на равных, да и то благодаря скорости и ловкости.

К слову, вышивать я тоже умела. И танцевать. И даже немного играть на арфе.

— Хойя! Да хорош разлёживаться! — крикнул Марк. — Заболеешь ещё!

Девушка скривилась, а потом, словно делая великое одолжение, приняла мою руку и позволила помочь ей подняться.

— Так что? Мир? — продолжая удерживать её руку, спросила я.

— Мир, — недовольно буркнула Хойя.

— А вообще, это идея! — вдруг хлопнул в ладоши Марк. — Когда ещё такая возможность выпадет?! Вэйн, может, нам тоже силами помериться? А?..

Выражение лица лоссайца мне решительно не понравилось.

Чонрэйцы дружно закричали, заулюлюкали, а потом вытолкали в круг Ши-Вэйна.

Марк был на полголовы ниже соперника, но казался мускулистей и шире в плечах, а потому создавалось впечатление, что победа в будущем поединке достанется именно ему. Вот только, интуиция подсказывала, что Вэйн — тот самый тихий омут, где может водиться... всякое. Не стоило недооценивать молчаливого отличника. За эти дни я успела заметить, что однокурсники парня не любили, но задирать побаивались.

Лицо Вэйна, как обычно, никаких эмоций не выражало. Исподлобья он с каким-то усталым равнодушием смотрел на собравшихся.

На миг я встретилась взглядом с парнем, и меня словно холодной водой окатило. Рефлекторно передёрнула плечами и отвернулась, но всё же успела заметить, как губы Вэйна скривились в слабом подобии улыбки.

— Марк, я не хочу драться...

— Дайте ему шест! — сказал лоссаец.

Джитэ метнул шест, целясь Вэйну в лоб, но тот ловко перехватил его.

— Не хочу драться, — повторил он.

В ответ Марк ударил. Вэйн легко увернулся, следующий удар парировал... Так они и кружили по площадке. Марк обрушил на однокурсника град ударов, но тот ни разу не ответил — уклонялся, отбивал, парировал... и упустил, как минимум, несколько возможностей для контратаки.

— Бей его! Бей! Вдарь! Покажи ему!.. — дружно кричали чонрэйцы.

Зря я наговаривала на Догэна и однокурсников. Не уверена, что сама смогла бы долго выдержать такой темп. Да и приёмы оба противника использовали интересные.

А затем Вэйн пропустил удар по ноге. Но даже тогда он не изменил тактику, разве что двигаться стал заметно медленнее. Вскоре пропустил ещё удар, и ещё... Марк по касательной задел его по лицу — у Вэйна носом пошла кровь. Потом ткнул шестом в корпус отличника, и тот не удержался на ногах. Подняться ему Марк не дал. Вэйн так и лежал на земле, пытаясь отбивать удары или уходить от них перекатом...

Я нервно кусала губы. То, что сейчас происходило на площадке, было неправильно. Это не честный бой, а избиение! Мне самой инстинктивно не нравился Ши-Вэйн, а у Марка, наверное, имелся немалый счёт к сокурснику, но это не значит, что стоило опускаться до подобного.

Чонрэйцы продолжали подначивать Марка. Ни один не пытался его остановить.

Времени раздумывать и оценивать последствия не было.

Я метнулась вперёд.

— Стася!.. — испуганно крикнула мне вслед Маина.

Мгновенно оказалась между Марком и лежащим на земле Вэйном. И следующий удар приняла на свой шест. Сила его была такова, что шест чуть не выбило из рук, а на ногах я удержалась с трудом.

— Остановись! — закричала я.

Лицо Марка перекосилось от ярости. Глаза безумно горели. Он с трудом сфокусировал взгляд на мне.

— Уйди...

— Остановись, — повторила я. — Ты убьёшь его!

На лице парня отразилась внутренняя борьба, а затем он, прорычав ругательство, откинул шест. Развернулся и направился прочь. Круг молча расступился перед ним.

Сделав несколько шагов, Марк обернулся. Бросил тяжёлый взгляд на нас с Вэйном и глухо сказал:

— Может, и стоило убить...

Да что, Тьма побери, здесь происходит?!

Однокурсники, перешёптываясь, тоже начали расходиться.

Вэйн лежал на земле. Казалось, на нём не осталось живого места — тело сплошь покрывали ссадины и кровоподтёки. Рубаха и штаны порвались, испачкались в грязи. Парень смотрел на небо, затянутое грозовыми облаками, и улыбался.

Чокнутый мазохист! Угораздило же связаться с придурком!

— Давай помогу, — со вздохом я протянула ему руку.

Приподнявшись на локте, Вэйн окинул меня взглядом исподлобья. Сплюнул кровь и криво усмехнулся.

— Сам справлюсь!

— Сам так сам... — пожала плечами. Навязываться я не собиралась.

Да и улыбочка у Вэйна жуткая вышла. Вообще, сам он был жутким...

Как оказалась, я вовремя прекратила избиение — из замка к нам бежали учитель Догэн, профессор Тэян и несколько слуг.

Ко мне тут же подлетела Маина. Зашептала на ухо:

— Что бы ни случилось, не выдавай Марка!

Я неуверенно посмотрела на Вэйна, который, опираясь на шест, пытался подняться с земли. Пусть я не питала нежных чувств к отличнику и с удовольствием стёрла бы мерзкую ухмылочку с его лица, но оставлять безнаказанным поступок Марка было нельзя.

— Вэйн заслужил, — поняв мои сомнения, сказала Маина, а затем добавила: — Он убил девушку Марка.

— Он... что?..

— Вечером расскажу.

— Ага... — кивнула я, пытаясь справиться с потрясением.

Если Вэйн действительно убийца, то картина вырисовывалась совсем иная и поступку Марка, при всей внешней неприглядности, можно найти оправдание.

Но как в школе могло произойти убийство? И более того, как убийца мог остаться здесь учиться? Безумие какое-то...

Вэйна унесли на носилках в лазарет, а всему курсу приказали выстроиться в ряд. Догэн обрушил на нас отборную брань, затем Тэян попытался выяснить, что произошло. Но ни одного вразумительного ответа ни первый, ни второй так и не получили.

Вскоре появился ректор Хон в развевающихся небесно-синих одеждах.

— Данный инцидент я не намерен оставлять безнаказанным. Драка — само по себе серьёзное дисциплинарное нарушение. Но избиение и самосуд — это уже преступление. Зачинщик будет отчислен, остальные участники понесут серьёзное наказание.

— Ректор Хон! — выступил вперёд Джитэ. — Вам не кажется, что в поединке всегда виноваты двое? И если наказывать...

— Ан-Джитэ, — сухо сказал профессор Тэян, — минус пять баллов за неуважение к главе школы.

Дружок Марка тут же трусливо попятился.

— С Ши-Вэйном, разумеется, тоже будет проведена беседа, — добавил ректор. — Но, зная характер этого ученика, сомневаюсь, что он выступил зачинщиком.

По ряду пронеслись шепотки, общая суть которых сводилась к «ничего вы, ректор Хон, не знаете, и знать не хотите».

— Анастасия, вы ничего не хотите мне рассказать? — вдруг спросил Хон-Шин.

Я почувствовала, как ко мне обратились десятки взглядов.

— Никак нет! — вскинув голову, сказала я.

— Ки-Маина?

— Я ничего не знаю...

— Марк Флин, может быть, вы расскажете, что здесь произошло?

— Мне нечего сказать, — хмуро ответил парень.

— Тин-Хойя?

— Никто ничего не скажет. Среди нас трусов и предателей нет.

Моя недавняя противница оказалась права — ректор по имени обратился к каждому и собравшихся ребят, но ни один не рассказал ничего.

— Тогда у меня нет другого выхода. Каждый оштрафован на пятьдесят баллов!

Вновь дружный вздох.

— Но я сниму штраф с того, кто расскажет о случившемся. Есть желающие?

Пятьдесят баллов — это очень много! Если оштрафуют всех, то невелика беда, но если кто-то решит донести о произошедшем, то значительно продвинется в рейтинге успеваемости — войдёт в десятку лучших учеников или упрочнит свои позиции.

Эх, мне бы эти пятьдесят баллов очень не помешали...

Выждав несколько минут и убедившись, что никто не хочет говорить, ректор кивнул.

— Что ж, такое единство похвально и должно быть щедро вознаграждено! До захода солнца у вас будет время подумать над своим поведением и решить, чего хотите добиться в жизни! Разумеется, ужина вы сегодня лишены.

Уже не вздох, а стон пронёсся по ряду.

— Можете на меня положиться, ректор Хон! — вытянувшись по струнке, заявил учитель боевой и физической подготовки. — Я обещаю, что...

— А вам, Догэн, надлежит не мешкая отправиться в родной город.

— Вот после захода солнца и поеду. Моя вина в случившемся тоже есть, а потому...

— Ваше наказание обсудим, когда вернётесь, — оборвал учителя глава школы. — Пока же настоятельно советую поспешить домой. Некоторые дела не терпят отлагательств.

— Я тоже несу ответственность и прослежу за детьми, — шагнул вперёд профессор Тэян.

На лице Догэна отразилась внутренняя борьба, а потом он кивнул и поклонился.

— Спасибо! Я вернусь, как только...

— Считайте, что вы в отпуске, — сказал ректор Хон. — Но если через месяц от вас не будет вестей, мы будем вынуждены взять нового учителя.

Догэн ещё раз поблагодарил Хон-Шина и спешно покинул площадку. Видимо, с его матушкой и правда случилась беда.

— Что ж, если кто-то захочет поговорить, мои двери всегда открыты, — обратился к нам ректор. — Профессор Тэян, надеюсь на вас.

— Можете на меня рассчитывать, — кивнул куратор второго курса.

Собравшись уходить, ректор обернулся и вновь пристально посмотрел на меня.

— Анастасия, вы уверены, что вам нечего сказать? Лучше бы в вашем положении...

Сглотнула.

— Да, ректор Хон. Я ничего не видела.

Увы, должной уверенности в моём голосе не прозвучало. Почему я должна страдать из-за Марка, который по дурости устроил поединок? Или из-за Вэйна, который позволил себя избить? Почему должна тратить ценное время и силы вместо того, чтобы учиться?.. Ректор прав, моё положение весьма шаткое.

Но я не могла предать однокурсников и не хотела, чтобы отчислили Марка.

— Что ж, раз такое дело, проверим вас на стойкость и выдержку, — сказал Тэян, когда ректор ушёл. — Каждый, кто шелохнётся, будет наказан. За каждое движение буду вычитать по баллу!.. Впрочем, если кто-то одумается и захочет рассказать о случившемся, милости прошу, — учитель криво улыбнулся. — Вот и посмотрим, насколько вы доверяете друг другу.

Некоторые время, заложив руки за спину, профессор Тэян стоял перед нами. Затем уселся прямо в воздухе и достал (не иначе как из пространственного кармана) книгу в старинной обложке. Закинул длинные ноги на подлокотник невидимого кресла и, не забывая время от времени поглядывать на нас, принялся за чтение.

***

Время тянулось томительно медленно. Ноги гудели, нещадно чесались правая лопатка и кончик носа, но я стоически терпела.

Тэян иногда отрывался от чтения, чтобы снять балл с того или другого ученика. Непоседа Джитэ, по моим подсчётам, потерял уже восемь баллов.

— Профессор, мне бы в туалет... — проныл мелкий и вертлявый Мансок.

Солнце закрывали тучи, а потому оставалось только гадать, сколько мы уже стояли. Может, пару часов, а может, всего минут тридцать.

Тэян окинул ученика снисходительным взглядом и спросил:

— Тебе есть что сказать?

Парень промолчал.

— Тогда терпи. Или не терпи, — равнодушно сказал учитель и вернулся к чтению.

Мансок жалобно то ли вздохнул, то ли всхлипнул, но ничего не сказал.

Я тихо радовалась, что в обед отказалась от супа и выпила лишь чашку чая — физиология дело такое, с ней не поспоришь... Но сколько пройдёт времени, прежде чем мне тоже нестерпимо захочется наведаться в туалетную комнату?

Поначалу я пыталась повторять магические формулы и базовые плетения, да только, чем дальше, тем тяжелее было сосредоточиться — все силы уходили на то, чтобы просто стоять на одном месте. Дабы хоть как-то отвлечься, я принялась разглядывать куратора курса, который вольготно развалился в невидимом кресле, сплетённом из силовых нитей, и лениво покачивал ногой.

Одежду учитель предпочитал строгую, которая походила на школьную форму. Разве что по вороту и манжетам её украшала изящная серебряная вышивка.

Чёрные, как вороново крыло, волосы чонрэйца свободно рассыпались по плечам. Черты лица тонкие, надменные, немного резковатые. Глаза миндалевидные, холодные, оценивающие... Было в облике что-то привлекательное и отталкивающе одновременно. И всё же я не могла не признать, учитель был Тьма как хорош! Уверена, он разбил немало девичьих сердец.

Определённо, Тэян выглядел слишком молодо, чтобы быть профессором. Впрочем, насчёт его истинного возраста я не заблуждалась — вряд ли маг, который казался лишь немногим старше выпускников школы, смог бы стать куратором курса. Сильные одарённые выглядели на тот возраст, на который хотели. Ректор Хон предпочитал образ сорокалетнего мужчины, а Тэян — тридцатилетнего. В действительности же и первый, и второй могли быть ровесниками, которые разменяли вторую сотню лет.

Профессор вдруг оторвался от книги, встретился со мной взглядом и вопросительно вскинул бровь. Я тут же стыдливо потупилась. Чувствовала себя глупо, словно меня поймали за постыдным занятием...

Проклятье, но куда мне смотреть, как не на человека, который сидел прямо передо мной?! Я уже все камни на глухой стене школы пересчитала!

Вновь подняла взгляд.

— Анастасия... — насмешливо протянул учитель, — вы хотите мне что-то рассказать?

— Нет, — не отводя взора, ответила я.

Тэян лишь криво усмехнулся.

Глава 5

Вечером пошёл дождь.

Я продрогла до костей и не чувствовала ног. Казалось, стоит легонько толкнуть, и рухну, как подкошенная. Многие однокурсники уже не могли стоять — время от времени они выпадали из строя, а затем, получив очередной штраф, возвращались на место.

Наказания я тоже не избежала — у меня на счету теперь значились дополнительные минус семь баллов. Впрочем, у некоторых отрицательный счёт стал больше на десятки значений. Марк оказался прав, потерять баллы в школе было легко... Чокнутый лоссаец! Я заскрипела зубами от досады. Если он хотел проучить Вэйна, сделал бы это по-тихому, зачем втягивать весь курс?!

Косые струи дождя хлестали по лицу. Рядом, кусая губы, кашляла Маина. И лишь Тэян не испытывал никаких неудобств — от непогоды его закрывал магический щит.

В родной академии со студентами тоже не нянчились, но я никогда не слышала о столь жестоких и массовых наказаниях. Впрочем, на первом курсе меня ни разу и не наказывали. Хотя пай-девочкой я не была, но особо не наглела и не проказничала, а мелкие проступки мне, как представительнице княжеской семьи, спускали с рук.

Интересно, сколько студентов завтра слягут с воспалением лёгких? И не окажусь ли я в их числе?..

Когда начало смеркаться, Тэян спрыгнул с невидимого кресла. Окинул учеников насмешливым взглядом и, хлопнув в ладоши, скомандовал:

— Вольно!

Половина курса попадала, где стояла. Прямо в грязь. Рядом со мной растянулись Маина и Джитэ, а я сама лишь с невероятным трудом удержалась на ногах.

— Тем, кто чувствует недомогание, советую наведаться в лазарет, — продолжил куратор курса. — И чтобы завтра никаких отгулов и опозданий! Напоминаю, к утру вы должны изучить девятнадцатую главу и чтобы теорема Ли-Хая у всех от зубов отскакивала!.. Всё, можете быть свободны!

Постанывая и потирая затёкшие конечности, мы поплелись в школу.

***

Когда я выходила из туалетной комнаты, которая располагалась в учебном крыле, то увидела Марка Флина. Тот устало привалился спиной к стене и, казалось, кого-то ждал.

Злости на парня уже не осталась, и я намеривалась тихонько прошмыгнуть мимо. Всё, о чём могла думать, это как быстрее добраться до своей комнаты и вытянуться на кровати. Но перед этим надо было посетить лазарет и выпросить какое-нибудь зелье — я боялась, что нынешнее испытание окажется губительным даже для моего закалённого норлесскими морозами здоровья. Да и в душ сходить неплохо бы.

— Стася... — негромко окликнул меня лоссаец. И когда я обернулась, качнул головой в сторону, предлагая следовать за собой.

Был велик соблазн отказаться и послать чокнутого однокурсника за тридевять земель, но я молча направилась за ним. Выглядел Марк устало и болезненно. Ему бы тоже не помешал горячий душ, посещение лазарета и здоровый сон... но всё же парень решил первым делом поговорить со мной.

Когда мы зашли в пустую аудиторию, он негромко сказал:

— Спасибо, что остановила меня. Не хотелось бы из-за этого мерзавца вылететь из школы.

Я только кивнула. У меня накопилось немало вопросов к Марку, но на ногах я держалась из последних сил. Да и момент для расспросов был не подходящий.

— И... прости, — он отвёл взгляд. — Я перед всеми должен просить прощения.

Вновь кивнула. И неожиданно для самой себя спросила:

— А Вэйн не выдаст?

Губы парня дёрнулись в злобной усмешке, а глаза полыхнули лютой ненавистью.

— Не выдаст. В этом весь Вэйн. Он вечно из себя мученика строит. Некогда и я на эту уловку попался.

Ссутулив плечи, Марк направился прочь. И мне почему-то подумалось: он бы предпочёл, чтобы Вэйн обо всём рассказал.

***

Я упала на кровать и некоторое время тупо смотрела в потолок. Мысли в голове ворочались медленно. Хотелось спать. Хотелось есть. И отсутствовало всякое желание готовиться к завтрашним занятиям.

— Тебе плохо? — спросила Сина. — Была в лазарете? Что там сказали?

— Сказали... что жить буду, — у меня вырвался нервный смешок.

Приподнявшись на локте, я взглянула на соседку. Та, разложив на кровати учебники и тетради с конспектами, делала уроки.

— Сина...

— Что?.. — чонрэйка нехотя оторвалась от учебника по теории магии и посмотрела на меня.

— Вэйн правда убил девушку Марка?

Сина вздохнула.

— Правда. Но это долгая история. Я потом как-нибудь расскажу, ладно?.. Мне до завтра надо много всего выучить, — она зевнула и постучала пальцем по учебнику, — и тебе, кстати, тоже.

Здравая мысль. Любопытство и потом удовлетворить можно. Обидно будет, если завтра я потеряю ещё пару баллов за несделанные уроки.

Больше пытать соседку я не стала. Ни к чему это. Если человек не хочет говорить, силком не заставишь. Оставалось надеяться, что Маина вспомнит о своём обещании. Или кого-нибудь другого удастся разговорить.

Сина была со мной подчёркнуто вежлива и доброжелательна, но помочь и всё разъяснить, как в первый день, больше не спешила, а на прямые вопросы отвечала уклончиво. Объяснение её поведению я видела одно — чонрэйка считала меня конкуренткой на место в десятке лучших учеников.

Поначалу показалось, что мы можем подружиться. Теперь же я опасалась, как бы Сина не навредила, и всё время была настороже. Вот и ещё одна головная боль!

Я не осуждала чонрэйку и понимала её лучше, чем та могла себе представить. Но стала бы я пакостить конкурентке в учёбе? Определённо нет! Хотя у меня ситуация не такая безнадёжная — если завалю семестр, потерять магический дар не грозит...

Сина уже заснула, а я лежала на кровати и, отчаянно зевая, пыталась вникнуть в учебник по теории магии. Буквы чонрэйского алфавита упорно отказывались складываться в слоги, а затем и в слова. С обречённостью человека, которому завтра предстоит идти на плаху, я созерцала страницу испещрённую палочками, кружочками, квадратиками, точками и галочками. Вот что за странная письменность у чонрэйцев?! И пишут они по-дурацки — сверху вниз!.. Не зря их многие считают варварами!..

Впрочем, тут я погорячилась. Чонрэй — великая цивилизация, которая тысячи лет развивалась независимо, а потому неудивительно, что их культура и традиции отличались от привычных.

Чонрэйская империя раскинулась на целый материк, который по размеру превосходил все княжества вместе взятые. В древности на этой территории существовало множество царств, но потом они объединились под рукой Великого дракона — императора Рассветной империи, как иначе ещё называли Чонрэй.

Теперь чонрэйцы — один народ. Разве что на севере люди более высокие и худощавые, а на юге низкорослые и круглолицые... К слову, не мешало бы изучить историю Чонрэя, чтобы лучше разбираться в местных реалиях. А поскольку этот предмет значился только в расписании первого курса, то придётся самостоятельно нагонять программу. Несколько книг по истории я уже взяла в библиотеке, но свободного времени катастрофически не хватало — если выдавалась свободная минутка, я посвящала её ненавистному лоссайскому языку...

На Лоссайском архипелаге свою письменность так и не изобрели — дикарям и пиратам она была не к чему. Лишь пару столетий назад островитяне прекратили разбойничьи набеги и взялись за торговлю. Впрочем, и сейчас немало лоссайских кораблей ходили под пиратскими флагами, да и некоторые купцы, завидев слабую добычу, не брезговали взяться за сабли.

Для своих нужд лоссайцы приспособили чонрэйскую письменность. Но то, что в Чонрэе было слогом, состоящим из двух-четырёх букв, то у островитян стало словом, а иногда и целым предложением... Неудивительно, что от попыток выучить лоссайский у меня голова шла кругом.

В Союзе княжеств и Тиллине письменность, по сути, была одна — алфавит отличался лишь написанием нескольких букв, но на этом, разумеется, различия языков не исчерпывались — иная фонетика, другая грамматика... В самом Союзе насчитывалось пять диалектов — по числу княжеств. Хотя относительно недавно их было шесть, да и на юге материка существовала ещё пара государств. Но Тиллин явно решил последовать примеру Чонрэя — сначала поработил слабых соседей, а затем покусился на враждующие между собой северные княжества.

Велецкое княжество пало пятьдесят лет назад. Из правящей семьи удалось спастись лишь княгине с малолетним сыном, которые нашли укрытие в Лесецке. Та война объединила северян, и все последующие походы тиллинцев оборачивались неудачами. Да только земли Велецкого княжества было уже не вернуть, и у моего отца не осталось иного выбора, как принести присягу Норлесскому князю, а потом положить свою жизнь в войне с Тиллином, когда тот напал на его новую родину.

Я тоже собиралась последовать примеру отца, да не вышло... Когда на престол взошёл новый великий князь, я отчётливо поняла, что меня либо лишат дара и выдадут замуж, либо упокоят вечным сном в родовой усыпальнице. В одном не сомневалась — магом мне не стать. Девушке с такой родословной, к тому же одной из лучших учениц академии, никто не разрешит жить по собственному разумению. У меня оставалось лишь два пути. Или затаиться — отказаться от родового имени и возможности изучать искусство управления энергетическими потоками, или отправиться в далёкий и загадочный Чонрэй.

Губы невольно дёрнулись в горькой улыбке. Я дважды княжна, вот только одного княжества уже не существует, а во втором сменился правящий род. Теперь я сирота, за которую некому заступиться, да и средств к существованию у меня почти не осталось...

В дверь тихонько постучали. Затем, не дождавшись ответа, ещё раз.

Пересилив себя, я выбралась из тёплой постели и подошла к двери. В коридоре стояла пухленькая чонрэйка, закутанная в пушистый розовый халат.

— Чаю выпить не хочешь? — опередила меня с вопросом Маина.

— Приглашаешь в гости? — на всякий случай уточнила я.

Девушка кивнула.

Сил идти куда-то не было — больше всего хотелось закрыть глаза и рухнуть в объятия сна. Но в моём положении, когда по-дружески приглашают в гости, отказываться не следовало, да и любопытство полдня не давало покоя. А потому я подхватила с кровати тёплый плед и направилась за однокурсницей.

Комната Маины и Хойи почти не отличалась от нашей с Синой — та же планировка, та же казённая мебель. Разница лишь в деталях: у окна стоял низенький столик, заставленный вазочками с печеньем и конфетами, на самом окне висели шторы с нежным рисунком, на кроватях — ворох подушек, а на стенах — множество акварелей.

— Это Хойя рисует, — заметив мой взгляд, пояснила Маина.

— Красиво.

Хойя хмуро кивнула. Поджав под себя ноги, она сидела на кровати.

Я не покривила душой, Тин-Хойя и правда рисовала хорошо — её пейзажи хотелось рассматривать, ими хотелось любоваться. Вот маленький мальчик поднимается по ступеням древнего храма. Вот ветка цветущей сливы отражается в воде. Вот рассвет над горами... Но больше всего было пейзажей городских улиц — как широких и парадных, так и узких, где обшарпанные дома тесно жались друг к другу и громоздились один на другой.

— Очень красиво... — повторила я.

— Да ты не стой. Присаживайся, — засуетилась Маина. — Угощайся.

Закутавшись в плед, я присела на стул.

— Будешь? — гостеприимная чонрэйка указала на небольшой графин из тёмного стекла, который стоял на низеньком столике.

Тин-Хойя предупреждающе шикнула на подругу, а потом, поморщившись, отвела взгляд.

— А что это? — спросила я.

Маина протянула мне графин. Приподняв крышку, я вдохнула густой тягучий аромат: мёд, травы... и алкоголь. Определённо, алкоголь.

— А можно?

Однако вопрос — глупее не придумаешь.

— Можно, если ты нас коменданту не сдашь, — процедила Хойя.

Врождённая паранойя настойчиво требовала отказаться от угощения. Вот только если бы девушки хотели меня подставить, то принесли бы графин с настойкой в мою комнату, а не пригласили к себе.

— Так мы же в лечебных целях, — улыбнулась Маина. — Но чай тоже есть. Кстати, можно эту настойку в чай добавить.

— Тогда мне лучше в чай, — в ответ улыбнулась я, возвращая графин хозяйке.

— Спасибо, что не выдала Марка, — неожиданно сказала Хойя. — И что не дала ему убить Вэйна.

— Спасибо, что предупредили.

Если бы я пошла на поводу у эмоций и рассказала, что Марк избил Вэйна, то стала бы врагом всего курса, а может, и всей школы. Тут и пятьдесят баллов — сомнительный приз, меня бы так затравили, что сама из Чонрэя предпочла бы сбежать.

— Сина тебе про Хани не рассказывала? — спросила Маина.

— Нет. А кто это?

— Вот дела! Сина раньше такой болтушкой была... — сказала девушка, протягивая мне чашку чая. — Хотя они ведь были лучшими подругами. Когда Хани умерла, Сина очень переживала.

— Тогда мы все переживали, — буркнула Хойя.

Я сделала два маленьких глотка из чашки и на мгновение прикрыла глаза, чувствуя, как по телу разливается блаженное тепло.

Интуиция подсказывала, что именно Хани принадлежала серебряная шпилька, которую я нашла в комоде.

— Лэй-Хани училась с нами на одном курсе и жила в комнате с Синой, — подтвердила мои подозрения Маина. — А ещё она была девушкой Марка и дружила с Вэйном.

— Марк и Вэйн раньше были не разлей вода, — вставила Хойя.

— Они были друзьями? — удивилась я.

То ли чай с целебной настойкой помог, то ли история увлекла, но спать расхотелось.

— Ага, — кивнула Маина, — лучшими. Ещё до школы. Кажется, их семьи жили по соседству.

— Никто не понимал, почему Марк дружил с Вэйном.

Я тоже не могла представить, что парни когда-то были друзьями. Слишком они разные, слишком много между ними ненависти. Хотя слова и поступки близких людей ранят сильнее всего. Не зря говорят, что от любви до ненависти — один шаг.

— Меня от одного его взгляда в дрожь бросает, — передёрнула плечами Маина.

— Меня тоже, — призналась я. — Вэйн... странный...

Лучшего слова, чтобы охарактеризовать нелюдимого отличника я подобрать не смогла.

— Странный — это мягко сказано, — скривилась Хойя. — Поговаривают, что он убил старшего брата... В общем, с Вэйном в школе никто не общался. Только Марк и Хани.

— Так что всё-таки случилось?

— Когда Марк начал встречаться с Хани, Вэйн то ли приревновал друга, то ли ему самому Хани нравилась. В общем, парни разругались. Вэйн тогда совсем диким сделался, народ от него в коридорах шарахался.

Хойя замолчала и потянулась за графином с настойкой.

— А зимой Хани и Вэйна поставили вместе работать над курсовой, — сказала Маина. — Я бы ни за что не стала с ним в паре работать, но Хани его почему-то не боялась. Смеялась ещё, когда мы её отговаривали...

— Дурой она была. Наивной провинциалкой, — вздохнула Хойя и сделала глоток настойки прямо из графина. Затем поморщилась, закусила печеньем с апельсиновым джемом и добавила: — По официальной версии Хани умерла из-за несчастного случая. Якобы эксперимент первокурсников вышел из-под контроля.

— А по неофициальной?

— Вэйн её убил. Его застали рядом с телом Хани, его руки были в крови. Все в школе знают, что Вэйн убийца, — Хойя зло усмехнулась. — Да он и сам этого не отрицает.

Вот как. Любопытно.

— И разбирательства не было?

— Было. Но ректор замял дело. Хани из семьи мелкого дворянчика, а Вэйн единственный сын и наследник верховного мага... и вообще дракон.

— Он... кто?! — я подавилась чаем и закашлялась.

— Отец Ши-Вэйна — верховный маг Чонрэя, — пояснила Маина, протягивая мне стакан с водой.

Выровняв дыхание и сделав несколько жадных глотков, я спросила:

— Вэйн — дракон?

Хотелось спросить, действительно ли существуют драконы, но я прикусила язык. Не похоже, что сокурсницы меня разыгрывали.

— Да, — хмыкнула Хойя, — выродились они.

Маина шикнула на подругу и затравленно оглянулась.

— Тише ты! Думай, что говоришь!

— Так ведь я не про Великого дракона, да будут долги его годы и славны потомки, — певуче и с какой-то скрытой иронией произнесла Хойя. — А всего лишь про сыночка одного из лордов-основателей.

— И всё же. Такие речи опасны, — Маина бросила неуверенный взгляд на меня.

— Я не побегу доносить ректору об этом разговоре, — неловко улыбнулась я.

— Вот видишь, — усмехнулась Хойя.

— Но Вэйн не единственный дракон в школе. Да и его отец... — Маина зябко поёжилась. — У них это явно семейное...

— В школе есть ещё драконы?

— Да. Хван-Рик, — со вздохом пояснила Хойя.

— Они с Вэйном родственники?

— Не-е-ет! — нервно рассмеявшись, замахала руками пухленькая чонрэйка.

Видимо, у меня на лице отразилась растерянность, а потому Маина спросила:

— Ты не слышала про лордов-основателей империи?

— Почему же, слышала. Но не знаю, что из услышанного правда, а что нет.

— Если ты думаешь, что они могут оборачиваться гигантскими чудовищами, то это всё враньё, — сказала Хойя.

— В сказки давно не верю.

— И правильно. Но драконы самые сильные маги в империи.

***

Заснуть я не могла долго — вспоминала, что мне известно про драконов Чонрэя. К своему стыду, знала я немного — в памяти сохранились лишь отголоски историй, которые в детстве рассказывала Таши.

Вэйн и Рик — драконы. Надо же. Я думала, они не существуют.

Некогда мне нравились чонрэйские легенды о великих магах и воителях, в которых текла кровь божественных драконов. Но я и помыслить не могла, что встречусь с потомками прославленных героев.

Определённо, надо изучить местную историю и разобраться, что из себя представляют драконы. Ясно одно — с Риком и Вэйном надо держаться настороже. Если одно убийство простили, то и на второе закроют глаза, тем более что заступиться за меня некому.

Глава 6

Местные целители не подвели. На следующий день в класс явились все ученики кроме Вэйна. После некоторых размышлений я решила не пересаживаться с первой парты. Неизвестно, сколько местный психопат и убийца будет валяться на больничной койке. Надеюсь, его отчислят за драку или он сам решит уйти из школы.

Несмотря на то что после вчерашнего великого стояния под дождём никто не заболел, многие ребята выглядели уставшими. Разве что Марк выделялся — к моему удивлению, он вёл себя так, словно ничего не произошло, даже казался более весёлым, чем обычно.

Как вскоре выяснилось, лишь несколько человек подготовились к занятиям. В итоге почти весь курс заработал штрафные баллы, и я в том числе. Но утешением это было слабым. Ведь Сина нашла силы сделать уроки, и некоторые другие тоже. А я пару часов рассматривала буквы в учебнике и предавалась пространным рассуждениям, а затем полночи болтала с девчонками и размышляла о драконах.

Надо признать, я оказалась слишком самонадеянна, когда решила, что раз была лучшей студенткой первого курса Лесецкой академии и с детства знала чонрэйский, то проблем с учёбой не возникнет. Действительность все расставила по своим местам. Я слишком медленно читала и писала на чонрэйском, да и программы учебных заведений различались сильнее, чем показалось сначала. Бонусом шёл ненавистный лоссайский язык, до контрольной по которому оставалось несколько дней.

Впрочем, свою соседку по комнате я тоже переоценила — она училась немногим лучше меня. А с точными науками, в том числе с теорией магии, у Сины и вовсе были проблемы — сказывался недостаток базового образования. Дочери рыбака крайне сложно, практически невозможно было конкурировать в учёбе с детьми дворян. Только благодаря незаурядному уму и фантастическому упорству она смогла войти в десятку лучших учеников в прошлом семестре. Вот только на первом курсе давались лишь основы теории магии, а сейчас моя соседка буквально тонула в формулах, схемах и графиках...

— Не хочешь в выходной выбраться в город? — спросила Маина, когда мы шли на обед.

После вчерашнего отношение сокурсников ко мне изменилось. Нет, я не стала в одночасье «своей» и не обзавелась друзьями, но теперь не чувствовала былой враждебности и недоверия.

— То есть... послезавтра?

— Да. — Маина бросила на меня удивлённый взгляд.

— В княжествах на неделе два выходных, — пояснила я.

— Везёт кому-то... — протянула Хойя, которая шла рядом с нами.

— Ага, — вздохнула я.

Пока мне ещё не удалось привыкнуть к местным реалиям. В Норлесском княжестве магическая академия располагалась непосредственно в Лесецке. Можно было каждый день ужинать в городе и спать у себя дома в тёплой постели. Общежития при академии не было.

В Чонрэе всё оказалось иначе. Здесь учились шесть дней в неделю, а седьмой день предназначался для отдыха и самостоятельных занятий. Территорию школы разрешалось покидать лишь в выходной. Ученикам следовало возвращаться до наступления комендантского часа, ночевать за пределами замка строжайшим образом запрещалось.

Сама школа находилась на скалистом острове, выбраться с которого можно было только с помощью стационарного портала. Вёл он в Хансан — столицу Чонрэя.

Мне безумно хотелось прогуляться по улицам и паркам имперской столицы. Своими глазами увидеть дворец Великого дракона, древние храмы и знаменитые торговые ряды... Но выходной я собиралась провести с большей пользой и зарыться в учебники по самые уши.

— Так пойдёшь с нами?

— Очень хочу, но не получится. Надо нагонять программу.

— Кажется, у нас появилась ещё одна заучка, — фыркнула Хойя.

Выпад однокурсницы я оставила без внимания.

— Как знаешь, — пожала плечами Маина. — Мы собрались пройтись по магазинам. Ведь через неделю в школе осенний бал.

— Бал?

— Праздник урожая, — пояснила Хойя. — Надеюсь, у тебя есть подходящий наряд?

Наряда у меня не было, как и денег на его покупку.

И что отвечать? Сказать, что в моём бюджете не предусмотрены расходы на платья? Или вновь сделать вид, что меня кроме учёбы ничего не интересует?

Придумать достойный ответ я не успела. Маина вдруг замерла, будто на стену налетела.

— Опять его принесло... — прошипела Хойя.

По коридору стремительно шагал высокий худощавый чонрэец в белых одеждах. Ученики поспешно расступались перед ним.

Невольно я тоже отступила к стене, хотя незнакомец не сказал ни слова, лишь скользнул по мне равнодушным взглядом. Мощь источника этого человека впечатляла, подавляла. Впервые в жизни мне довелось встретить мага, который выставлял силу напоказ. Это было странно и дико. Пугающе.

— Уф... — шумно выдохнула Маина, когда мужчина скрылся за поворотом.

— Кто это был? — шёпотом, пытаясь справиться с потрясением, спросила я.

— Ши-Лин, — раздался голос у меня за спиной. — Отец Вэйна.

Резко обернулась. Я не заметила, как к нам подошёл Марк.

— Явился разбираться, кто посмел обидеть его драгоценного сыночка, — процедила Хойя.

Так вот он какой, оказывается, верховный маг Чонрэя. Ему и силу скрывать незачем — все и так знают, что он самый могущественный маг страны... Если не считать самого императора, конечно.

Понятно теперь, в кого Вэйн уродился таким...

— Кстати, моё предложение ещё в силе, — сказал Марк.

— Какое? — растерянно отозвалась я.

— Показать школу, — расплылся в улыбке он.

Вспомнил. Надо же. Хотя предложение соблазнительное и в другой ситуации я бы с радостью согласилась, но сейчас на это нет времени... С другой стороны, практика по лоссайскому мне жизненно необходима. И кто лучше поможет, как не носитель языка?

— Соглашусь. Если ты поможешь мне с лоссайским.

Марк встряхнул головой и рассмеялся.

— Сомневаюсь, что из меня выйдет хороший репетитор.

— Мне любая помощь пригодится.

Парень насмешливо прищурился, а затем кивнул:

— Может, немного и помогу. Самую малость... Тогда встретимся вечером у входа в общежитие?

— Договорились.

— Красавицы, увидимся в столовой! — Марк одарил девушек улыбкой, подмигнул мне и направился дальше по коридору.

Вот ведь позёр. Я покачала головой.

— А говорила, у тебя времени нет... — В голосе Маины чувствовалась обида.

— Я ведь предупреждала, чтобы ты держалась от Марка подальше, — напомнила Хойя.

— Мне правда нужна помощь по лоссайскому, — вздохнув, призналась я. — А экскурсия по школе займёт меньше времени, чем прогулка по городу.

— Могла нас попросить. Или Сину...

— Да Сина ей и так должна была школу показать.

— Она и показала, но только аудитории и кабинеты учителей. Да ещё библиотеку со столовой.

— Вот и...

— Меня не интересует ни Марк, ни кто-либо другой. Я приехала сюда учиться, а не за парнями бегать.

— Всё равно...

— Ты бы отказалась, если бы Марк предложил тебе помощь? Только честно.

Хойя дважды, как рыба, беззвучно открыла рот, а потом скривилась и отвела взгляд.

Что ж, маленький бой я выиграла.

— Лучше скажи, Вэйн такой же сильный, как и его отец?

— Да кто его знает, он силу напоказ не выставляет, — нехотя произнесла Хойя. — Но Вэйн — дракон.

А драконам простые люди не соперники. Понятно, почему никто кроме Марка не решался конфликтовать с Вэйном. Я бы тоже не рискнула.

***

С детства я привыкла красиво одеваться, вкусно есть, и жить с комфортом. По меркам княжеской семьи моё состояние было совсем невеликим, но мне хватало. К тому же многочисленные дядюшки считали делом чести следить, чтобы бедная сиротка ни в чём не нуждалась.

Это только в последние месяцы всё пошло наперекосяк.

Я любила красивые платья. Любила танцевать. И мечтала побывать на чонрэйском Празднике урожая. Но из одежды у меня имелась лишь школьная форма, да порядком изношенный дорожный костюм. Денег на новый наряд не было.

Одно дело приходить в чёрном школьном платье на ужин, совсем другое — заявиться, одетой подобным образом, на один из главных праздников. Меня или посчитают нищей, или обвинят в неуважении к местным традициям.

Конечно, помимо денег, у меня остались кое-какие фамильные драгоценности. Можно продать серьги с изумрудами, которые я получила от бабушки, или отцовский перстень... Но глупо отказываться от семейных реликвий ради того, чтобы купить новое платье.

Может, вообще на Праздник урожая не идти? Сказаться больной, засесть в туалетной комнате на пару часов?.. Но это трусость. И многие, если не все, поймут, почему я не пришла на бал.

Так что же всё-таки делать?..

У меня оставалась неделя, чтобы принять решение.

***

Марк ждал у входа в общежитие, со скучающим видом привалившись к стене.

— Так куда пойдём? Что бы ты хотела увидеть?

Хороший вопрос. За неделю в замке я толком не успела осмотреться.

— Хм... в библиотеку? — не очень уверенно отозвалась я.

— Библиотека на меня тоску навевает, — скривился парень. — Как-нибудь сама там прогуляешься.

— Ты обещал с лоссайским помочь.

— Помогу. Но завтра. Или послезавтра...

Я вздохнула. Марк прав, тратить этот вечер на учёбу не хотелось. Могу я хоть раз в неделю немного отдохнуть?..

— Тогда что в вашей школе надо обязательно увидеть? — спросила я.

— Если обязательно, то... — парень задумался. — Иди за мной!

Мы прошли по нескольким коридорам и пересекли два зала. Время от времени Марк останавливался, чтобы рассказать ту или иную любопытную историю. Затем свернули в неприметный проход и начали подниматься по узкой винтовой лестнице.

— Так куда мы идём? — в третий раз за сегодняшний вечер спросила я.

Было сумрачно и зябко. Казалось, лестница устремлялась в бесконечность.

Обычно меня нелегко испугать, да и постоять за себя я могла. Но сейчас меня начали одолевать тревожные мысли. Марка я почти не знала, как и саму школу. Что если в конце лестницы меня ожидает встреча с компанией Хван-Рика?..

Марк Флин казался самым нормальным парнем на курсе, но не зря многие настоятельно советовали избегать его общества. И если девочек можно было заподозрить в банальной ревности, то профессора вряд ли.

— Боишься? — обернулся он.

— Не люблю неизвестности.

— Мы почти пришли. Скоро сама всё увидишь.

Я с тоской посмотрела вниз на бесчисленные ступеньки. Быть может, стоило сбежать пока не поздно? Но если Марк не замыслил ничего дурного, я выставлю себя полной идиоткой. Завтра он первым станет надо мной потешаться.

Пока я предавалась размышлениям, лестница закончилась, и мы оказались на площадке перед массивной деревянной дверью.

— Держись крепче! — сказал парень и отворил дверь.

В первый миг порыв ветра чуть не сбил меня с ног, но я успела уцепиться за перила. Марк схватил меня за руку, помог выбраться на опоясывающий башню балкон... и у меня дух захватило от восторга.

Огненный диск солнца уже наполовину скрылся в бушующем море, окрашивая белоснежные стены замка в причудливые тона. Коньки и карнизы изогнутых, словно летящих, черепичных крыш венчали разноцветные драконы.

Слишком поздно я уловила, как сплетаются в кокон энергетические нити. Отреагировать не успела, испугаться тоже. Нас с Марком окружила сфера, которая гасила порывы ветра — теперь не было нужды держаться за руки и цепляться за ограждение балкона, да и говорить можно было спокойно.

— Если показывать школу, то отсюда! — сказал Марк.

И ведь не поспоришь. С земли невозможно оценить всё величие и масштабность сооружения. К тому же с башни можно рассмотреть не только замок, но и весь скалистый остров, поросший редкими деревьями.

— А правда, что к острову не может пристать ни один корабль?

— Не только корабль, но и лодка. Кругом рифы, здесь сложные подводные течения... Когда-то давно остров и материк связывал мост, но сейчас из школы можно выбраться только с помощью портала. Еду, одежду, книги — всё доставляют через него.

От моста осталось лишь три пролёта, на одном из которых возвышался исполинский каменный портал — единственный путь с острова на материк.

Стало неуютно. Подумалось, если однажды портал исчезнет, то мы все окажемся в западне.

— Что будет, если он тоже сломается?

— А с чего ему ломаться? — удивился парень.

— Всякое бывает...

— Тогда починят. Магов у нас тут много, — усмехнулся Марк.

Да, магов здесь много... И с чего это я, спрашивается, испугалась? Опять врождённая паранойя проснулась.

Я дотронулась до энергетических нитей, из которых был сплетён кокон, защищающий нас от ветра. Они отозвались на моё касание и еле слышно зазвенели. Интересное Марк использовал плетение. Чую, для здешних ветреных зим оно просто необходимо.

— Научи меня, — попросила я.

— Не побежишь жаловаться, что я нарушаю школьные правила? — хитро посмотрел на меня он.

— Конечно нет!.. А что, другие заложили бы?

— Между конкурентами за место в десятке лучших идёт настоящая война. Я вот в отличники не рвусь, но иногда и мне прилетает. Некоторые считают, что шестнадцатое место для меня слишком высокое.

— Странно у вас тут всё... — честно ответила я. — Никак не могу привыкнуть.

— К чонрэйцам нельзя привыкнуть, даже прожив среди них всю жизнь.

Похоже, даже сыну лоссайского посла в Рассветной империи временами приходилось нелегко.

Чонрэйское упрямство и трудолюбие давно вошли в присказку у других народов. Также как лоссайцев считали лучшими моряками и торговцами, тиллинцев — лучшими воинами, ну а выходцев из княжеств — отчаянными смельчаками.

Пока Марк объяснял, как плести защитный кокон, окончательно стемнело, и вид с башни стал поистине волшебным. Подобно драгоценным камням загорелись драконы на крышах, отбрасывая причудливые блики на белоснежные стены школы. А далеко на юге замерцала россыпь огней...

— Те огни на юге — это столица?

— Да, это Хансан.

На душе было спокойно, все тревоги отступили на задний план. Возможно потому, что с Марком оказалось удивительно легко и приятно общаться.

— Красиво... — заворожённо протянула я.

Раздался удар гонга, возвещающий, что до комендантского часа осталось двадцать минут, и наваждение схлынуло. Я сама не заметила, как безобидная экскурсия по школе превратилась в... свидание? Кажется, осознание данного факта настигло не только меня, но и Марка, потому как тот с обескураженным видом отпрянул. Я тоже отвернулась.

— Скажи, ты всех девушек сюда приводишь? — слова сорвались с языка прежде, чем я успела подумать. Тут же хлопнула себя по губам и виновато посмотрела на парня: — Прости...

— Хани любила здесь бывать... — задумчиво проронил он. — Надо возвращаться. Скоро комендантский час. Ни тебе, ни мне штрафные баллы не нужны.

— Да-да. Конечно...

На обратном пути мы не перемолвились ни словом.

Я корила себя за чёрствость, импульсивность и глупость. Несмотря на то что прошло много месяцев, Марк не забыл Хани. А я невольно напомнила ему о бывшей девушке, и тем самым оттолкнула от себя... Хотя, может, и правильно сделала. Лоссаец мне слишком симпатичен, а потому лучше избегать его общества.

Для девушки моего происхождения влюбиться — непозволительная роскошь. Практически всегда я поступала так, как подсказывал разум — взвешивала каждое слово, жест, поступок. Наверное, если бы жила иначе, было бы легче и веселее... Ан нет, не жила бы — давно покоилась в фамильном склепе или безвестно сгинула.

По своему характеру я весьма импульсивна, а потому с детства меня учили держать чувства и эмоции под контролем, никому не доверять и не открывать своего сердца. Стоило самую малость расслабиться, и я тут же понимала, как правы были учителя...

— Думаю, от занятий не будет толку, — сказал Марк у входа в общежитие. — Плохой из меня выйдет репетитор. Только время потеряешь.

Вздохнула. И почему я не удивлена отказу?

— Наверное, ты прав... Марк, спасибо за экскурсию.

— Обращайся. Я ещё много интересных мест знаю, — усмехнулся он.

Да только улыбка эта не отразилась в глазах.

Марк Флин всё время шутил и смеялся, казался самым беззаботным и весёлым парнем в школе, но всё это было игрой. О том, что творилось у него в душе, оставалось лишь гадать.

***

В понедельник я чуть не проспала. Заливистую трель, которая утром разливалась по общежитию, не услышала, а Сина не посчитала нужным меня разбудить.

К классу я подбежала одной из последних и в нерешительности замерла в дверях. За первой партой, которую я уже считала своей, сидел Вэйн. Выглядел он бледнее обычного, но на лице не осталось ни ссадин, ни синяков.

Тьма, я так надеялась, что он уйдёт из школы или хотя бы неделю поболеет! В глубине души понимала, что мои чаяния не сбудутся. Вэйн не получил серьёзных травм, а сына верховного мага за драку никто не отчислит. Но иногда так хочется принять желаемое за действительное!

— Что встала?

Оттолкнув меня, Джитэ ввалился в класс и, завидев отличника, протянул:

— А, понятно! Псих явился!

Ши-Вэйн посмотрел на нас. Презрительно скривился и отвёл взгляд.

Мне вдруг стало стыдно за свою слабость. За свой страх. Что бы там про Вэйна ни рассказывали, он ведь не идиот. Наоборот — умный! Даже слишком. На уроках его бояться глупо, а за пределами аудиторий я с ним общаться не собиралась.

Личная неприязнь — дело такое, можно и перетерпеть. Далеко не все из моих родственничков были мне приятны, от некоторых хотелось на край света сбежать. И слухи про одного из дядек ходили страшные — не зря он восемь жён схоронил. Но ничего, я как-то могла ему улыбаться и за одним столом есть.

А Вэйну мне даже улыбаться не нужно!

Как ни в чём не бывало, я подошла к первой парте и уселась рядом с ним...

Марк весь день, да и последующие тоже, меня сторонился — словно утратил к моей персоне всякий интерес. Я тоже не искала его общества. Душу жгла иррациональная обида, хотя я понимала, что лучше мне и правда держаться от парня как можно дальше.

Контрольную по лоссайскому я в итоге завалила. Хотелось бы сказать, что это Марк во всём виноват, но обвинять других в собственных неудачах трусливо и глупо. Да и если быть объективной, не так уж плохо я работу написала — на три балла из десяти. Наверное, даже хорошо, если учесть, что я только начала учить язык. Если бы Марк стал моим репетитором, вряд ли бы результат сильно изменился.

Глава 7

Я надела школьную форму. Заплела волосы в косу и закрутила в улитку, которую заколола шпильками. Невесть какая причёска, но лучше всё равно не получится. Раньше мне волосы укладывала нянюшка или я наведывалась в парикмахерскую... В уши вдела серьги с изумрудами. Те самые. Бабушкины.

Подошла к зеркалу.

Строгое платье подчёркивало фигуру, а воротник-стойка и высокая причёска — длинную шею. Из-за чёрного цвета ткани кожа казалась бледнее, а глаза и губы, наоборот, ярче. Так как у платья были разрезы по бокам, то оно не стесняло движений, а изумрудные серьги гармонировали с эмблемой курса — зелёным драконом, который был вышит слева на груди.

— Красивые серьги, — сказала Сина.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Ты тоже хорошо выглядишь.

Я не покривила душой. Наряд девушке шёл, а зелёное с красной вышивкой платье оттеняло смуглую кожу чонрэйки. Вот только блестящие чёрные волосы Сина по обыкновению заколола деревянной, украшенной резьбой палочкой.

На долю мгновения меня одолели сомнения, а затем я достала из шкатулки заколку, украшенную агатами. Довольно простую, но при этом изящную.

— Она принадлежала моей няне. Думаю, эта заколка лучше подойдёт к твоему платью.

Сина посмотрела на заколку, потом на меня. Закусила губу и неуверенно кивнула.

***

Когда я вошла в парадный зал, то почувствовала себя чужой на этом празднике жизни — гадким лебедем среди разодетых, похожих на диковинных птиц, чонрэйцев. С трудом подавила желание спрятаться в углу или за колонной. Ну уж нет, я буду наслаждаться праздником! Пусть на меня косятся и разглядывают. Пусть смотрят оценивающе и осуждающе, презрительно и снисходительно... Такое отношение к себе я видела не впервые, дома тоже с подобным сталкивалась. Вроде как княжна с безупречной родословной и, одновременно, сирота, которой досталось скромное наследство. Поговаривали даже, что я подалась в магички, потому как достойного жениха сыскать не удалось. Отчасти злые языки были правы, кандидаты, которых подобрали дядьки, были богаты и влиятельны, но значительно уступали мне по знатности.

Гордо расправив плечи, я направилась по залу, осматриваясь на ходу.

Высокий потолок, расписанный легендарными драконами, поддерживали колонны из красного камня, покрытые тончайшей резьбой. Под сводами парило множество световых шаров. Стены украшали гобелены, мраморный пол натёрт до блеска. Слева на балконе расположились музыканты. По залу разливалась странная, чуждая слуху, но мелодичная музыка. Жаль, что рассмотреть музыкальные инструменты снизу толком не получалось... Справа тянулся длинный стол, заставленный всевозможными кушаньями.

Сделав круг по залу, я подошла к столу. Обед сегодня отменили, а потому есть хотелось особенно сильно. Да и интересно было попробовать праздничные чонрэйские кушанья. В столовой нас деликатесами не баловали.

Блюда радовали своим обилием и разнообразием, хотя многие из них выглядели загадочно, некоторые даже пугающе и совсем не аппетитно. Вот только, странное дело, примоститься у стола было негде — вообще в зале я не заметила ни одной скамьи, стула или кресла.

Учителя и студенты ели стоя. Одни накладывали кушанья в маленькие тарелочки, другие прямо с подносов отправляли себе в рот.

И вновь у чонрэйцев всё оказалось не как у людей. На родине мне доводилось бывать на множестве празднеств. Я привыкла, что сначала можно посидеть за столом, поесть и пообщаться, а затем уже идти танцевать. В княжествах столы обычно располагались на помосте, с которого видны и музыканты с артистами, и танцевальный зал. Здесь всё было иначе.

Последовав примеру других, я положила в тарелочку несколько безобидно выглядевших закусок. С местной кухней я уже успела познакомиться, а потому пробовала блюда осторожно. В Чонрэе злоупотребляли специями, особенно острым перцем, а в пищу зачастую добавляли такие ингредиенты, что я в жизни не подумала бы, что их можно есть. И всё же многие кушанья мне пришлись по вкусу, особенно когда я запретила себе приглядываться к тому, что ем, и думать, как и из чего блюдо приготовлено.

Краем глаза я следила, как в зал прибывали всё новые и новые студенты, учителя и административные работники. Заметила госпожу Нири-Лидэ в небесно-голубом наряде, ректора Хона в летящих тёмно-синих одеждах, расшитых золотой нитью, и ещё нескольких преподавателей. А потом в дверях показался профессор Тэян. Сегодня учитель выглядел как сказочный принц. Строгий белоснежный костюм украшала тонкая серебряная вышивка. Узкие брюки подчёркивали стройные мускулистые ноги, а скроенный по фигуре жакет с воротником-стойкой — широкие плечи. Чёрные, как вороново крыло, волосы профессора свободно лежали на плечах.

На миг наши взгляды встретились, и по губам мужчины скользнула понимающая улыбка. Тэян знал, что он хорош. Знал, что в него влюблены почти все девушки в школе.

Смутившись, я отвернулась к столу.

Разумеется, я была не настолько глупа и наивна, чтобы влюбиться в профессора. Хуже этого — только пасть жертвой обаяния ректора... Отношения между учителем и студенткой до добра не доведут. Если в подобном уличат, то последует разбирательство, а затем, скорее всего, отчисление без права восстановления. Да и что общего, кроме постели, может быть у студентки и опытного мага, который на десятки лет старше?.. Но всё это не мешало мне тайком любоваться Тэяном. Он был из тех людей, которые, стоит им оказаться поблизости, тут же притягивали взгляд.

Пожалуй, этим вечером расслоение местного общества было заметно, как никогда. Знать и учителя облачились в шёлковые одежды, а простолюдины в платья из грубого полотна невзрачных цветов. По яркости нарядов парни, казалось, решили перещеголять немногочисленных девушек — синие, жёлтые, красные и фиолетовые одежды были расшиты сказочными птицами, цветами, драконами и немыслимыми узорами.

Из толпы выделялись несколько тиллинцев, которые оделись по моде своей родины. Узкие бриджи и толстые чулки, начищенные до блеска туфли и плотные камзолы с воротниками жабо.

Все лоссайцы решили придерживаться местной моды. За исключением Марка. Тот оделся просто, даже небрежно. Выбрал строгий синий жакет с пышными рукавами, узкие чёрные брюки и сапоги. Из-за расстёгнутых пуговиц жакета выглядывала белоснежная сорочка.

— Эй, чужестранка! — раздался голос у меня за спиной.

Других чужестранок в школе не было, а значит, обращались ко мне.

Вздохнув, нехотя обернулась.

Передо мной стояла первая красавица и королева школы Мэй-Лана. Она же невеста Рика и сестра-близнец Ильрана. Выглядела Лана и правда по-королевски. Красное шёлковое платье расшито золотой нитью, широкие рукава спадали до пола. Девушка лениво обмахивалась веером, набранным из тончайших деревянных пластин, инкрустированных золотом.

За спиной Ланы собралась свита из нескольких девиц, среди которых я заметила Хойю и Маину.

Я вопросительно вскинула брови.

— Да-да, я к тебе обращаюсь.

— Чем могу быть полезна?

Лана с хрустом сложила веер и медленно обошла меня по кругу, в такт шагам похлопывая веером себя по руке.

— Оказывается, на второй курс принимают нищенок, — пропела она.

За две недели с Ланой мы не перемолвились ни словом. Учились на разных курсах, в столовой сидели за разными столами, в коридорах сталкивались лишь несколько раз. До сегодняшнего вечера Лана не проявляла ко мне особого интереса, и этому обстоятельству я только радовалась. Какая её теперь, спрашивается, собака за ногу укусила?

— Я не нищенка.

— Вот как? — притворно удивилась чонрэйка. — Значит, просто не уважаешь наши традиции?

— У меня...

— Только не говори, что не знала про праздник или у тебя не было времени, — ласково произнесла она. — Знаю, девочки приглашали тебя пройтись по магазинам.

Я бросила взгляд на однокурсниц. Маина кусала губы и демонстративно не смотрела в мою сторону. По каменному лицу Хойи сложно было что-либо понять.

— Как некоторые недавно заметили, я — заучка. А потому у меня и правда не было времени.

Тьма, почему я перед ней оправдываюсь?!

— Тогда тебе и на праздник приходить не следовало.

— Я своё общество никому не навязываю, — улыбнулась я.

За колонной стояли Рик, Ильран и Джитэ и с интересом наблюдали за разворачивающейся сценой. Подумалось даже, что представление Лана решила разыграть специально для своего парня. Вопрос только, зачем?

— Брала бы пример со своего дружка и не выходила из комнаты. Не портила другим праздник.

— Дружка?

— Вэйна, — скривилась Лана.

Странного отличника я видела только утром в столовой, похоже, празднество дракон решил пропустить.

— Он мне не друг. У меня вообще нет здесь друзей.

Вновь посмотрела на однокурсниц. Хойя не выдержала и отвела взгляд.

— Оно и видно. В школу не следовало бы принимать всякую шваль и...

— ...Иностранцев? — подсказал Марк.

Я вновь не заметила, как он подошёл.

Девушка смутилась. Раскрыла веер, сделала пару неловких махов и снова сложила его.

— Иностранец иностранцу рознь, — произнесла она. — Ты родился и вырос в Чонрэе, наши традиции знаешь лучше, чем собственного народа.

— Это не то, чем стоит гордиться, — заметил лоссаец.

Лана неуверенно посмотрела в сторону Рика, затем на меня.

— Вот уж не ожидала, что ты вступишься за... — прищурившись, процедила она.

— Ты тоже меня неприятно удивила, — усмехнулся Марк.

Лицо девушки пошло пятнами, она бросила полный ненависти взгляд на меня и, гордо вскинув голову, удалилась. Свита последовала за ней.

В недоумении я покачала головой. И что это сейчас было?

— Не бери в голову, — сказал Марк. — У Ланы плохое настроение.

Я кивнула.

— Спасибо.

— Обращайся, — он вновь усмехнулся, шутливо отсалютовал и скрылся в толпе.

Мне же стало грустно и одиноко. Маина и Хойя не были моими подругами, но всё же их предательство больно ударило. Школьная королева только что смешала меня с грязью, но обращать на это внимания, конечно же, не стоило.

Музыка вдруг заиграла громче. Люди поспешно принялись расступаться, освобождая пространство для танцев.

В центр зала вышли Лана и Рик. На несколько мгновений они замерли друг напротив друга, а затем начали медленно кружить под медитативно-ритмичную музыку. Гибкая фигура девушки причудливо изгибалась, взлетали, будто крылья экзотической птицы, широкие рукава красного платья. Казалось, что дракон вот-вот должен заключить в объятия свою королеву, но Рик всякий раз в последний момент отступал или Лана ускользала испуганной голубкой.

Невольно я залюбовалась, пара оказалась удивительно красивой и гармоничной. Хрупкая, хорошенькая, как куколка, девушка и стройный, высокий и широкоплечий парень. Костюм у Рика было тоже красный, но на пару тонов темнее, чем у партнёрши.

Танец вышел нежным и чувственным, но при этом партнёры ни разу не коснулись друг друга. В Чонрэе между парнем и девушкой было не принято открыто проявлять привязанность.

Музыка смолкла и тут же заиграла новая мелодия. К первой паре присоединились ещё несколько. В этот раз танец был другой, более степенный... Преподаватели от студентов тоже не отставали, учитель по зельеварению танцевал с госпожой Нири-Лидэ, а Рик вскоре уступил свою партнёршу профессору Тэяну.

Так как девушек в школе было немного, то к ним выстроились очереди из желающих потанцевать. Меня тоже звали, но я всякий раз отказывалась. Танцевать я умела и любила, но ни одного из принятых здесь танцев не знала. Всё, что мне оставалось, это прогуливаться мимо стола, да любоваться веселящимися разодетыми чонрэйцами, тиллинцами и лоссайцами.

Я уже начала скучать, когда заметила, что Тэян разговаривает с одним из музыкантов. Интересно, зачем учитель забрался на балкон?..

Ответ не заставил себя ждать. Следующая мелодия заиграла до боли знакомая, хотя исполнение немного отличалась от привычного. Всё-таки в Чонрэе были в ходу иные музыкальные инструменты, чем на моей родине. Эту мелодию сочинил несколько лет назад знаменитый тиллинский композитор, но в княжествах она до сих пор была в моде.

Центр зала опустел. Студенты начали недоумённо переглядываться и переговариваться, а передо мной возник высокий черноволосый мужичина, в расшитых серебром белоснежных одеждах.

— Вижу, вы заскучали, — Тэян протянул руку, приглашая на танец.

Если бы меня позвал танцевать кто-то из студентов, даже Марк, я бы отказала, но отклонить приглашение профессора мне показалось неуместным — за вечер он успел перетанцевать с половиной девушек.

Я вложила пальцы в ладонь Тэяна и шагнула навстречу. Чонрэец тут же притянул меня к себе, левой рукой обхватив за талию, и уверено закружил по залу. Он вёл легко и уверено, так что я полностью отдалась танцу.

— Вы чудесно танцуете.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Вы тоже.

— У меня много скрытых талантов.

— Не ожидала, что вы меня пригласите.

— Решил не упускать шанса потанцевать с княжной.

Он знает?..

Я чуть не сбилась с шага.

— Анастасия, чему вы так удивляетесь? Может, за последние десятилетия род Велецких и позабыли, но он всё так же древен и славен.

Ах вот оно что! Глупо удивляться, что кто-то ещё помнит имя рода, которому несколько десятилетий назад принадлежало немалое княжество. Если бы я хотела сохранить инкогнито, то стоило бы сменить фамилию. Но в моём случае это исключено. Во-первых, я не хотела предавать память предков, а во-вторых, в табели успеваемости за первый курс всё равно значилось это имя.

Оставалось надеяться, что ни ректор, ни профессор не в курсе, что мой отец женился на внучатой племяннице великого князя Норлесского. Впрочем, было бы желание, подобную информацию можно разузнать.

— Прошу, не рассказывайте никому.

— Вы от кого-то скрываетесь? — В голосе Тэяна послышалась тревога.

— Нет, просто не люблю ненужного внимания. Я всего лишь бедная княжна без княжества.

— Что ж... понимаю.

Музыка стихла, и Тэян проводил меня на место, а сам направился к ректору.

Знать бы, зачем профессор пригласил меня на танец? Просто хотел потанцевать с заморской княжной? Или же решил понаблюдать за моей реакцией? Что ж, определённо, я дала ему пищу для размышлений, потому как не ожидала подвоха и невольно выдала себя...

Так, опять я панику развожу на пустом месте! Чонрэйцам ни к чему интересоваться моей родословной, а даже если они узнают о моём происхождении — невелика беда. В их взглядах лишь будет больше любопытства, жалости и презрения, но вряд ли они тут же бросятся строчить письма в Лесецк.

Если новый великий князь захочет, то всё равно меня найдёт. Но вдали от родины, без денег и сильных друзей я для него угрозы не представляю. К тому же я уверена, что немало родственников предыдущего правителя сбежало из Норлесского княжества или затаилось. Так что нынешнему князю не до меня. Да и что он может сделать? Просить вернуть Анастасию Велецкую на родину? Это ещё обоснование для подобной просьбы нужно придумать. Ибо я совершеннолетняя и преступлений за мной не числится (хотя их можно и придумать). Подослать убийц? Подобное несложно провернуть в Тиллине, но не на закрытом острове, куда не пускают чужаков. Опять же, расстояние между Рассветной империей и Норлесским княжеством таково, что новости доходят медленно, дипломатические и торговые связи есть, но отношения стран сложно назвать добрососедскими — слишком далеко они друг от друга, чтобы пересекались сферы интересов.

— А со мной потанцевать не хочешь? — ко мне обратился незнакомый тиллинец. Кажется, он учился на четвёртом курсе.

— Я тоже пару тиллинских танцев знаю, — сказал, подходя к нам, Хван-Рик.

Незнакомый старшекурсник сразу потерял ко мне интерес. Сделал пару шагов назад и растворился в толпе.

Взгляд Рика мне не понравился. Очень уж он был оценивающий. Раньше я несколько раз замечала, что старшекурсник на меня смотрит, но до этого вечера дракон не уделял мне внимания.

Похоже, я зря танцевала с Тэяном. Определённо, зря.

— Извини, — неловко улыбнулась я. — Вечер был долгий, я устала.

— От одного танца? — вскинул брови Рик.

— Я не привыкла много танцевать.

— А я не привык, чтобы мне отказывали, — холодно сказал дракон.

Как назло, поблизости не было ни учителей, ни Марка Флина. Хотя стал бы Марк ссориться с другом из-за меня? Сомневаюсь... Лишь Мэй-Лана напряжённо наблюдала за нашей беседой.

Да что сегодня за день такой? Мне и правда стоило остаться в своей комнате.

— Всё когда-то бывает в первый раз, — мило улыбнулась я. — Тем более я не отказываю. Возможно, нам представится случай потанцевать в следующий раз...

Ответить Рик не успел. Ударил гонг, и в центр зала вышел Хон-Шин.

— Солнце скрылось за горизонтом, — степенно произнёс ректор, — а значит, настало время для главной части праздника. Предлагаю всем выйти на балкон. Желающие могут потом вернуться и ещё потанцевать.

Слуги, подчиняясь жесту ректора, распахнули высокие двери в дальнем конце зала. Негромко переговариваясь, люди устремились к выходу.

Воспользовавшись неразберихой, я попятилась и затерялась в толпе. Наверное, стоило тихонько вернуться в комнату, но меня терзало любопытство — интересно было взглянуть на представление.

Да и почему я испугалась Рика? Он, конечно, дракон и привык к вседозволенности, но не потащит же меня силком танцевать!.. Хотя обратно в зал возвращаться всё же не стоит.

Я тихой мышкой выскользнула на балкон и пристроилась в уголке, благо роста я высокого, а потому и с этого места всё оказалось прекрасно видно.

Во внутреннем дворе замка построили большую сцену, по углам которой установили световые столбы. По бокам сцены устроились музыканты с барабанами и какими-то похожими на гусли инструментами.

Вспыхнули столбы пламени, ударили в барабаны музыканты и на сцену выбежали девушки в пышных платьях. Танцовщицы принялись кружиться и размахивать саблями, то и дело что-то гортанно выкрикивая. Затем их сменили акробаты и глотатели огня, следом вышли девицы в летящих многослойных полупрозрачных одеждах... Казалось, выступающим не счесть числа.

На сцену выплыл чёрный дракон. Гигантскую голову украшали рога и тонкие усы. Тело длинное, покрытое блестящей чешуёй, с четырьмя когтистыми лапами. Крыльев у него не было.

Разумеется, дракон был не настоящим — два десятка артистов забрались в костюм колоссальных размеров.

Некоторое время дракон под ритмичную музыку кружил по сцене. Вдруг, световые столбы погасли, и он взмыл в воздух. Обрёл плоть и будто засветился. Дыхнул пламенем.

Студенты ахнули, кто-то взвизгнул, а я инстинктивно выставила перед собой щит. Лишь мгновением позже пришло осознание, что дракон — всего лишь мастерская иллюзия.

Я распустила щит и тайком огляделась. Кажется, моей оплошности никто не заметил, — все были поглощены представлением.

Между тем над двором кружили уже несколько драконов. К чёрному присоединились ещё пятеро, которые заметно уступали по размерам, — белый, зелёный, синий, красный и золотой.

Я заворожённо наблюдала, как в ночном небе длинные мускулистые змии выписывали узоры, будто исполняя причудливый танец. Каждый светился изнутри.

Чонрэйские драконы тоже оказались странные. На моей родине ходили легенды о подобных созданиях. Но, как и у всяких летучих тварей, у драконов были крылья и отсутствовали рога и усы.

В сказках, которые рассказывали в княжествах, дракон представал трёхголовым чудовищем. При этом каждая голова имела собственный разум. Нередко богатыри побеждали драконов хитростью, потому что головы не могли договориться между собой.

В тиллинских легендах драконы описывались как охочие до золота и принцесс монстры. В детстве я всё понять не могла, зачем чудовищам такие богатства? Ладно, золото — оно хоть блестит. А принцессы для какой надобности?..

В Чонрэйской империи драконов обожествляли. Чёрный змий был прародителем императора, высшая знать тоже вела родословную от драконов.

Интересно, предки Вэйна и Рика какой масти? И как вообще могут летать бескрылые змии?.. Увы, за прошедшую неделю до истории и мифологии Чонрэя я так и не добралась...

Иллюзорные драконы поднимались всё выше и выше, пока не стали крохотными звёздами в небесах.

Я уже думала, что представление подошло к концу, как вдруг в небе вспыхнул огромный цветок, а мгновением позже ещё пять. Студенты, которые до этого молча наблюдали за представлением, закричали и захлопали в ладоши. Тут же по всему небосклону начали распускаться разноцветные цветы. Затем возникли силуэты шестерых воинов, которые через мгновение обратились огненным дождём, а его капли вновь собрались в гигантского дракона...

Запрокинув голову, я наслаждалась невиданным зрелищем. В княжествах тоже вошли в моду чонрэйские фейерверки — без них не обходился ни один праздник. Но разве несколько всполохов могли сравниться с огненной феерией?..

Я сама не заметила, как представление подошло к концу, и зрители начали расходиться, возбуждённо делясь впечатлениями. Встряхнув головой, я тоже поспешила ретироваться. Как раз недалеко от себя приметила дверцу, через которую можно выйти с балкона, минуя парадный зал.

В коридоре оказалось сумрачно и тихо. Следом за мной никто не увязался — похоже, все отправились праздновать дальше. Я уже неплохо ориентировалась в замке, а потому уверенно направилась в сторону общежития.

Казалось, эта часть школы вымерла — не было видно ни слуг, ни студентов, ни учителей. Тускло горели светильники. Поначалу я ещё различала звуки музыки, но вскоре они затихли.

Я предвкушала, что скоро вытянусь на кровати и обниму подушку, когда впереди послышался мужской смех и испуганный, то и дело сбивающийся на плач, женский голос.

В нерешительности замерла. Интуиция подсказывала, что ничего хорошего за поворотом коридора меня не ждёт и стоит пойти к общежитию другой дорогой... Да только я знала себя, если сейчас отступлю, то потом вся изведусь — совесть замучает.

Я тихонько подкралась и заглянула за угол. Картина открылась неприятная. В уголке сжалась растрёпанная и зарёванная девочка. Миниатюрная симпатичная первокурсница. Из бедных. Её имени я не знала.

Первокурсницу жадно целовал и обнимал Ан-Джитэ. Одну руку он запустил в разрез юбки, второй — пытался справиться с пуговицами на платье.

Рядом стояли Рик и Ильран. Красноволосый братец Ланы, посмеиваясь, комментировал ситуацию и давал ценные советы дружку. Дракон молчал, его лица я не видела — он был ко мне спиной.

Тьма! Вот чувствовала же, что надо уйти!.. А теперь отвернуться и сделать вид, что ничего не заметила, не смогу.

— Прошу не надо! — хныкала первокурсница. — Отпустите меня! Рик, пожалуйста, останови его!

— Не волнуйся, скоро отпустим, — заржал Джитэ.

— Тебя никто силком не тащил, сама пошла, — сказал Ильран. — Так что не строй из себя недотрогу.

Проклятье! Я ведь дала себе зарок не связываться с Хван-Риком!

Позвать на помощь?.. Да, пожалуй, это самое разумное решение.

Несколько пуговиц поддались натиску Джитэ и оторвались, покатились по каменному полу.

— Я никому ничего не скажу... — Девочка безуспешно пыталась запахнуть ворот платья. — Пожалуйста...

— Не скажешь, — усмехнулся Ильран. — Если хочешь остаться в школе, то не скажешь. Всё равно никто не поверит.

Первокурсница тихонько завыла.

— Тише! — Джитэ отвесил жертве пощёчину и хохотнул: — Ты ведь не хочешь нас разозлить?

Мысленно выругавшись, я вышла из укрытия.

— Отпустите её!

Все разом, как по команде, обернулись. Девочка смотрела на меня с мольбой, на лице Джитэ читались неуверенность и злость.

Теперь, когда подошла ближе, я почувствовала запах алкоголя — парни были изрядно пьяны. И где только умудрились? На празднике спиртного не было.

— О, смотрите, кто к нам пожаловал! — Ильран глумливо рассмеялся.

— Приятный сюрприз, — по губам Рика скользнула мерзкая улыбочка.

Он резко взмахнул рукой, и в мою сторону устремилась серебристая паутинка. Отразить атаку я не успела. В мгновение ока меня опутало незримой сетью.

Стараясь подавить удушающую панику, я попыталась распутать или порвать плетение. Но узлы лишь туже затягивались, а стоило разрезать нити, как они тут же появлялись вновь.

— Что? Не получается? — притворно посочувствовал Рик.

Сердце зашлось от ужаса. И правда, не получалось. Паутину не разорвать, не распутать. Никак. В один миг я превратилась в безвольную куклу, которая не могла ни рта раскрыть, ни пошевелить рукой.

Я понятия не имела, как разрушить плетение, которое использовал Рик.

— Ловко ты её! — расхохотался Ильран.

Джитэ присоединился к дружку и пьяно загоготал.

Хван-Рик шагнул ко мне. На несколько секунд замер, с каким-то ленивым интересом рассматривая, будто раздевая взглядом. Затем томительно медленно провёл тыльной стороной ладони по моей щеке и шее.

От прикосновения меня внутренне передёрнуло.

— А ты красивая...

Он приблизился и доверительно шепнул на ухо:

— Зря ты со мной отказалась танцевать.

Стало безумно страшно.

Помощи ждать неоткуда. Только и оставалось раз за разом пытаться порвать силки и молиться, чтобы по коридору кто-нибудь прошёл...

— Я слышал, что северянки горячи в постели, — заметил Ильран.

Они же не собираются?.. Ведь не собираются, правда?.. Отчаяние захлёстывало с головой.

Вдруг удерживающее меня плетение взорвалось тысячами серебряных искорок. Я судорожно вздохнула, шарахнулась в сторону и чуть не упала — ноги отказались держать. Тяжело привалилась к стене.

— Вы слишком заигрались, — холодно сказал Вэйн.

Светлоокая всё-таки услышала мои мольбы, но я никак не ожидала, что на помощь придёт местный психопат и убийца.

— Ты будешь мне указывать? — вскинул бровь Рик.

Ответить Вэйн не посчитал нужным. Он скривил губы в презрительной усмешке и посмотрел на меня:

— Ты как?

— Н-нормально...

Я вновь не заметила, как старшекурсник сплёл и активировал плетение. В грудь Вэйна устремился воздушный кулак. Застать противника врасплох Рику не удалось. Тот ловко погасил удар и запустил ответное плетение. Мощное. Незнакомое...

Минула секунда, другая... но ничего не произошло.

Рик озадаченно нахмурился, а потом рассмеялся.

— А ты всё-таки не дурак! Но так даже лучше, если два дракона станут мериться силой, то половину замка разрушат.

Только тут я поняла, что сделал Вэйн, — в одно мгновение он накрыл часть коридора антимагическим куполом. Несмотря на сложность ситуации, я мысленно восхитилась.

Вэйн оставил реплику Рика без внимания, но взгляда от него на этот раз не отвёл.

— Забирай девчонку и уходи, — сухо приказал он мне.

Дважды просить было не нужно. Я метнулась вперёд, схватила пребывавшую в шоке первокурсницу за руку и потащила прочь.

За спиной послышался шум драки.

Надо как можно быстрее привести помощь, я сомневалась, что Вэйн долго продержится против троих отморозков.

Так, волоча за собой зарёванную девчонку на буксире, я пробежала по двум коридорам и пересекла пустующий холл. За очередным поворотом чуть не налетела на куратора курса и королеву школы.

Тэян и Мэй-Лана о чём-то беседовали, но при нашем появлении тут же замолчали.

— Юна, что случилось?! — спросил у первокурсницы профессор.

— Вэйн с Риком дерётся, — опередив меня, всхлипнула первокурсница.

— Идите к себе. Никому ничего не рассказывайте, — приказал Тэян. — Я попробую всё уладить.

Профессор скрылся в коридоре. Лана хотела бежать за ним, но потом остановилась и обернулась, окинула взглядом порванное платье Юны:

— Кто?

— Джитэ, — выдохнула девочка.

Лана вопросительно посмотрела на меня, я покачала головой. По сути, я отделалась лишь испугом, а потому решила ничего не рассказывать.

Школьная королева вздохнула с явным облегчением.

— Никому ни слова.

***

Я не помнила, как мы добрались до отведённого девушкам чердака. Все студенты, видимо, ещё праздновали, а потому нам больше никто не встретился.

Юна, не сказав мне ни слова, нырнула в свою комнату. А я поспешила к себе. Спать расхотелось, и я мечтала наведаться в душ — хотелось смыть с кожи прикосновения Рика. Захлопнув дверь, тяжело к ней привалилась. Закрыла глаза. Плечи начали дрожать, ноги подкосились, и я съехала на пол.

— Стася, что случилось? — надо мной склонилась встревоженная Сина. Я не заметила, что она была в комнате.

— Да вот...

Я всегда считала себя смелой и сильной... пока не очутилась во власти неадекватного старшекурсника, не ощутила полную беспомощность и захлёстывающее душу отчаяние.

Сина помогла подняться с пола и добраться до кровати. Вручила чашку с горячим чаем.

— Рассказывай.

Не чувствуя вкуса, я сделала пару глотков. Наверное, действительно надо рассказать...

По мере того, как я говорила, соседка не выказывала ни удивления, ни негодования. Лишь кивала, да иногда задавала уточняющие вопросы.

— Зря ты вмешалась, — вздохнула Сина, когда я закончила рассказ. — Тебе никто за это спасибо не скажет.

К тому времени я уже пришла в себя, и мне стало стыдно за вспышку слабости.

— Надо было пройти мимо? Ты бы так поступила?

Сина кивнула.

— Почему?

— Мне неприятности не нужны, да и... — она замешкалась. — Завтра сама всё поймёшь.

— Рик... Такое происходит не первый раз?

Соседка пожала плечами.

— Всякое говорят... Но за Риком много девушек бегает, да и за остальными из их компании тоже.

— А как же Лана? — удивилась я.

— Что Лана?

— Она же невеста Рика и сестра Ильрана.

— Она всего лишь невеста, которую одобрил отец Рика, — поправила меня Сина. — И даже если станет женой, ничего не изменится. Женитьба не помешает дракону завести наложниц. Пусть и неофициальных.

Я покачала головой. Вот тебе и чопорный высоконравственный Чонрэй.

— И Лану всё устраивает?

— Ей может не нравиться такое положение вещей, но изменить его она не в силах. Лане остаётся довольствоваться тем, что она станет супругой и матерью дракона.

Я растерянно посмотрела на Сину. Сказанное не укладывалось в голове.

Нет, разумеется, у меня на родине о браке тоже договаривались семьи. Редко кто мог по собственному желанию выбрать супруга. Так что наличием внебрачных связей никого было не удивить. Но такие отношения никогда не выпячивали, а, наоборот, тщательно скрывали. Тут же получалось, что невесту жених мог поцеловать лишь перед алтарём, но это не мешало ему иметь десяток любовниц...

— Юна не войдёт в десятку лучших учеников. А значит, ей или возвращаться в родную деревню, или оставаться мыть полы в школе. Но она хорошенькая, у неё есть третий вариант...

— Стать любовницей Рика или Ильрана, — догадалась я. — Или хотя бы Джитэ.