Школа

Глава 1

В школе у меня было официальное разрешение не только носить нож и пистолет, но и применять их. Чем я с превеликим удовольствием и занималась. Родители всё это со школой согласовали.

Наша школа не была бандитской, хотя отдельные бандитки встречались. В нашем классе хулиганили в основном девочки – воздух свободы сорвал им крышу от вседозволенности. Четыре бандитки из первого класса познакомились с директором после выходки в туалете. Я тоже прониклась духом свободы и однажды огорошила папеньку после школы:

– Я мальчика ударила. И он упал.

Папенька вздохнул. Потом вздохнул ещё раз. А потом долго и занудно объяснял, что драться можно только для самозащиты. И что мальчики в будущем – это, цитирую, «ценный ресурс». И что лучше решать все претензии словами. Я кивала. Но где-то в глубине души уже понимала: мальчики – это не просто ресурс.

С одной из бандиток я даже дружила. Познакомились мы ещё до школы на детской площадке. Там были турники, поэтому за площадкой закрепилось название «спортивная». Аделина была ниже меня на полголовы, но энергии в ней было на пятерых. Я даже была у неё на дне рождения. По характеру она стремилась к лидерству, но училась неважно. Наверное, потому что была заброшенным ребёнком: ею занималась из последних сил пожилая бабушка, папа постоянно работал, а мамы не было – она умерла при родах. Я тогда этого не понимала. Сейчас понимаю: возможно, именно эта пустота внутри и делала Аделину такой. Голодной. До внимания. До дружбы. До того, чтобы у неё было то, что есть у меня, но не будем забегать вперёд.

Вернёмся к моему пистолету. Он был гламурно-розового цвета. А чего такого, если на дизайне нужно было пользоваться канцелярским ножом и клеевым термопистолетом? Дополнительные занятия по дизайну мне нравились гораздо больше обычных уроков и позволяли занимать первые места на выставках. Там я погружалась в мир фантазий и творческой магии. Да-да, именно магии, ведь мне удалось наколдовать котёнка.

Одной из моих лучших работ был портрет мамы. На её плече демонстративно восседал чёрный кот. Причём кота у нас тогда не было. Но проходит полтора года – и в нашу жизнь неожиданно врывается котёнок глубокого чёрного цвета с наглыми жёлтыми глазами. Иногда он стрелял из глаз изумрудными лазерами. Родители не планировали его заводить, а я уже устала просить. А тут кот собственной персоной! Полное имя у него было как у наследника дворянского рода – Леопольд Люциферович Рогачёв-Приднепровский. Изначально мы придумали только первое имя, второе возникло из-за забывчивости маминой коллеги, а фамилия собралась из города и санатория в Беларуси. Этот кот иногда подрабатывал будильником: по утрам запрыгивал в кровать и будил своим громким мурчанием в пять утра. Я тогда подумала: магия существует. И она пахнет котом.

Собственно, учёба в школе была не очень трудной – сложнее всего было сидеть на одном месте. В отличие от садика нас не укладывали спать, и можно было, как взрослому, что-то купить себе на обед. Было интересно знакомиться с новыми детьми, а иногда удавалось пересечься с подружками из садика – они учились в другом классе. Я полюбила свою учительницу. Когда она заболела, я договорилась с замещающим учителем, и вместе с одноклассниками мы сняли видео со словами поддержки.

А первого апреля мы устроили флешмоб на физкультуре. Учитель заходит в зал:

– Здравствуйте, дети.

Мы хором:

– До свидания!

И побежали в раздевалку. До сих пор считаю это лучшей шуткой первого класса.

Когда первые впечатления улеглись, и учёба наладилась, я по примеру маменьки начала иногда носить еду в школу. Утром папенька жарил сырники или блины, которые я брала с собой. Зато в школьной столовой вокруг меня начинали виться голодные мальчики, которых я иногда подкармливала. Это напоминало мне рыбалку с дедушкой на речке, когда я поймала целую миску плотвы – больше, чем дедушка с папенькой вместе взятые. Поведение мальчиков только подтверждало поговорку: «Путь к сердцу мужчины лежит через желудок». Так на оладушек я поймала мальчика Кукареку, родившегося в год Петуха.

В общении с незнакомыми людьми есть неожиданная прелесть. Они расширяют твой кругозор своими интересами. Например, Кукарека играл в сквош со своим старшим братом. Раньше я и не догадывалась о таком виде спорта. Это оказалось разновидностью тенниса, где партнёра по игре заменяет стенка. Его хобби было коллекционирование: он собирал полные коллекции амнямов, монстриксов, скрепышей, прилипал. И мне их дарил. Набралась целая банка таких подарков – маленьких сокровищ, каждое из которых было свидетельством его внимания. Его симпатии. Его зарождающейся любви.

Брат Кукареки был на два года старше, и его звали Игогоша. Ещё у них была двоюродная сестра Веточка. Они уже привыкли общаться втроём, поэтому мне удалось легко влиться в их коллектив. Дополнительным плюсиком в мою копилку было моё имя – оно совпадало с именем мамы Кукареки. Это был, как сказали бы сейчас, дополнительный плюсик в карму. фПочти каждый день после школы я гуляла вместе с ними. Иногда мы даже выбирались на дальние велосипедные прогулки к озеру. Ветер в лицо, солнце в волосах, его смех рядом – и я понимала, что счастлива.

На выходных на детской площадке мы иногда запускали самолёты. Один самолёт залетел высоко на дерево и повис. Папенька достал с балкона метлу и пришёл скидывать его вниз. С появлением метлы игра резко изменилась. Мы вспомнили про Нимбус-2000 и полетели. С метлой играли все – я, Кукарека и Игогоша. Незнакомые дети смотрели на метлу как искатели сокровищ на гору золота. Они подходили и просили чуть-чуть прокатиться.

Во втором классе события развернулись самым неожиданным образом. Были и приятные: например, нам начали ставить оценки в дневнике. А за пятёрку в дневнике можно было получить бесплатный блин в «Теремке» – у них была такая рекламная акция. К сожалению, не за каждую пятёрку, а только раз в год. Но всё равно приятно. Блинчик был с вишней, а на нём – микроблин в форме пятёрки.

А через несколько дней подошёл Игогоша и попросил не подходить к нему в школе – девочки-одноклассницы возмущаются. Ну конечно, я их понимаю: мальчики – ценный ресурс, а тут какая-то мелочь вокруг одного из них круги наворачивает. Нужно сделать предупредительное «фыр-фыр-фыр». Но в глубине души что-то дрогнуло. Первая трещина. Первое предчувствие беды.

После новогодних праздников обнаружилась пропажа ласт. Из школьного бассейна утащили мои подписанные ласты. И никого не нашли… Вообще, в мой адрес воровство обостряется именно в бассейне. В четыре годика прихожу после занятий в раздевалку, а из зимней обуви исчезли носочки. Кому-то они понравились. И ни одна редиска из взрослых не призналась… рррр. А недавно с подружками ездили в аквапарк – так это ворьё испортило всё удовольствие от праздника, сперев полотенце. Вот такая вот грустная бассейная история. Но тогда я ещё не знала, что самое горькое воровство — это кража сердца. И что совершит его не чужой человек, а та, кого я считала подругой.

Наши отношения постоянно проверялись на прочность Аделиной. Ей двигали банальные жадность и зависть: жадность к общению со мной и зависть, что у меня есть мальчик, а у неё нет. Сделать гадость проще простого, и она таки сумела добиться своего.

Зимой Кукарека со мной целый месяц не общался – связался с Аделькой-сарделькой. Ничему хорошему она его научить не смогла, потому что через месяц он позвал меня в магазин воровать мелкие игрушки. На них я и спалилась перед родителями, когда они стали выяснять, откуда всё это.

Дальше было ещё хуже. Наши двухлетние отношения рассыпались прахом. Кукарека сказал, что ему нравится Полина. Я, естественно, обиделась, но сердцу не прикажешь… Это было дно по всем фронтам. К счастью, снизу не постучали, а у меня начался новый роман. Дима, который год назад подарил мне колечко, пригласил меня на свидание...