Шкипер

Глава 1

Ну и соня же я, даже недавний шторм не разбудил.

Лежу на песочке метрах в десяти от воды, ровно там, куда ночью вылез. Солнышко светит, птички летают, волны шурх-шурх делают, лепота! Настораживает лишь то, что вообще-то я на речку с мужиками отправлялся, а это морской берег.

Нет, на рыбалке всякое бывает, но до ближайшего моря было полтыщи километров, это сколько же непробудно рыбачить нужно?! А мы только начали. Правда, довольно успешно, поэтому когда лодка опрокинулась и я вывалился за борт, в темную речную воду, то пошел на дно. Барахтаться стал, понятно, как-то выплыл, но тут мне кто-то веслом по голове приложил. Вроде и не за что было, мы же только начали, еще ни политику не успели обсудить, ни экономику. Может, конечно, это мне "руку помощи" протягивали, но почему с размаху и по голове?

Руки в песке, я вытер их о мокрые штаны и повертев головой по сторонам, разделся, разложив все на камне. Один я тут, стесняться нечего. Сходил, пошатываясь, к воде, сполоснул руки и только теперь проверил, что там с головой. Да, здоровенная ссадина, почти на макушке, и еще одна слева за ухом. Чтобы наверняка.

Странно, нормальные мужики, мы уже второй раз туда ездили. Не так, чтобы друзья-друзья, но добрые приятели уж точно.

Пока ощупывал, с мокрой руки сорвалась капля, поползла по лицу к губам, я машинально слизнул. Морская водичка, соленая. И водоросли совсем не речные вокруг. А над головой...

Ноги вдруг подогнулись и я сел прямо в набегающую мелкую волну. Итак, я не на Земле. Потому что у нас Солнце только одно, а здесь вон просвечивает еще парочка слишком крупных звезд. Вода нормального цвета, запах от водорослей как у нас, чайки кричат очень схоже. Но днем звезды видны, а дома такого обычно не наблюдается.

Кое-как встав, добрел до сухого места, оглянулся. Берег явно не курортный: полоска пляжа совсем узенькая, выбитая волнами, а над ней нависает обрывчик метров десяти в высоту. Преодолимый, впрочем. Вот здесь можно...

Путь наверх занял время, пришлось дважды спрыгивать и примериваться к новому маршруту, но наконец я оказался наверху и огляделся. Так себе пейзажик, редкие кусты и суровая колючая трава, деревья маленькие и корявые, должно быть дует здесь сильно. Ни бетонных обломков с торчащей арматурой, ни битых бутылок, ни полуистлевших обрывков бумаги - то есть никаких признаков цивилизации. А ведь тепло, я голый стою и не мерзну, хотя небо с облачками, такое, хмурое. Зачем одежду внизу оставил, кретин, вместо того, чтобы с собой взять? Теперь придется слазить...

Путь вниз был ожидаемо труден, потому что сверху куда легче видятся те камни, о которые так легко разбить голову или сломать ногу, и это замедляет порыв. Внизу проверил джинсы и куртку, перевернул на другой бок, сам сел рядом. Что же, я стал попаданцем. Одно дело снисходительно хмыкать над потугами домашних ребят описать иные миры, или над стараниями бывалых мужиков описать себя с лучшей стороны, но совсем другое вдруг оказаться на пустынном берегу невесть где.

Говорят, вода течет во всех мирах, соединяя все берега. Романтично, хотя в моем случае очень может быть. Пошел на дно там, выплыл тут, логично же. О том, что именно обладает легендарной непотопляемостью, умолчу. Человек я может и не самый хороший, но уж не настолько.

Биография как биография - родился, учился, опять учился, потом служил. Да, надо было лучше учиться и поменьше гулять. Впрочем, отслужил без каких-то сложностей, вернулся домой, женился. Не на той, которая обещала ждать, та ушла к финскому инженеру. Не люблю финских инженеров.

Затем работал, благо в стране жизнь как-то стала налаживаться, и все шло хорошо, но тут жена ушла к американскому программисту. Не люблю американских программистов.

Я и наших-то не очень, потому что последние десять лет работал в фирме, где эти шибанутые были основной производственной силой. Я туда пошел в надежде самому научиться этой сложной науке. Увы, оказался неспособен, чего-то в мозгах не хватало. Потому занимался в основном по хозяйству; обидно видеть, как шкет на десять лет меня моложе за год вырастал до зарплаты вдвое-втрое выше. Все понимаю - они умней, и вообще в фирму приходили именно такие, способные, но ведь мне тоже хочется!

С третьей женитьбой повезло, в смысле она не состоялась. Невеста всерьез думала, что в софт-компании работают одни прогеры с миллионными зарплатами, а когда узнала печальную истину, то наговорила обидных слов и сбежала. На этот раз я не следил, к кому, потому что так и мизантропом стать можно. Хотя чего жаловаться: квартира своя, деньги копятся, начальство ценит... ценило.

Я потыкал пальцем в ткань и нервно хмыкнул. Прямо как готовка - вот-вот дойдет и надо будет добавить следующий ингредиент. А ведь жрать тут нечего...

В этот раз я оглядывался уже с определенной целью. Перед обрывом тянулось примерно десять метров каменно-песчаного пляжа, заваленного всяким добром. Вон рыба дохлая, вон куча водорослей с чем-то мелким-шевелящимся вроде крабов. Обломки окатанного волнами топляка, что не очень хорошо, потому что были бы здесь люди, то халявное топливо быстро бы собрали. В плане пожрать тут мидии должны иметься, дно видно что скалистое, но сырыми их жрать нельзя. Точнее можно, если не собираешься жить долго и счастливо, а так лучше бы огоньку добавить. Значит, пожрать на первое время найду...

Призадумавшись, я стал вспоминать, что там наверху видел. Такая, крымского типа местность, холмистая и не очень яркая. Почему тут никто не живет? Тепло, море под боком... а вода? Без еды можно работать два-три дня, не вопрос, даже неделю протянуть, но без воды амба. Значит, надо искать - хотя бы лужу. И огонь надо добывать, с ним как-то теплей на душе.

Пошарив по карманам по-прежнему влажных штанов и куртки выудил все содержимое и разложил. "Рыбацкая финка", то есть дешевый туристический ножик с пластиковой рукоятью и в таком же чехле, все предназначение которого это порезать шашлык на первый и бесславно утонуть на второй день отдыха. Хотя конкретно этот не утонет, рукоять полая. Отлично, чем моллюска от камня отодрать уже понятно.

Паспорт в ярком пакетике с застежкой, там же две купюры заначки. Ключи от неведомо где оставшихся дверей, три штуки. Белый носовой платок, сейчас свалявшийся в мокрый грязный комок - тут же расправил, сбегал сполоснуть и разложил на камне сушиться, придавив галькой, чтобы не унесло. Две пластиковых скидочных карты, одна проездная, горсточка мелочи, два аккуратно сложенных пакета из местного супермаркета.

Зажигалки не было. Ни бензиновой Зиппо, ни пластикового Крикета. Хуже всего, что на основной связке ключей у меня вместо брелка огниво с фирменным лого, мы такие два года назад нашим кабинетным сидельцам на новый год дарили. Они потом свет выключили и по коридорам с криками носились, чиркая на бегу. Но ту связку я консьержу оставил, как всегда перед выездом.

А еще крепкий кожаный ремень, джинсовые штаны и куртка, плюс трусы с майкой. Телефон, бумажник и ботинки с носками утопли.

Робинзон, итить налево!

Мама-мама, что я буду делать...

За спиной что-то скрипнуло и я развернулся, вскидывая руку. Сидевшую в пяти метрах птицу порывом ветра швырнуло прочь, стукнуло о скальную стенку и проволокло по ней. Сердце билось как сумасшедшее, я тупо смотрел, как аборигенка, ругаясь на птичьем, хромает по камням, потом заполошно срывается и улетает куда-то вдаль, потеряв парочку перьев.

Чайка, или что-то вроде. Олуша? Да хрен их знает, может вообще не птица, а что-то местное. Положив руку на грудь тяжело вздохнул, потом подержался за голову со старыми ссадинами, потом за задницу с новыми, потому что не стоит так резко дергаться сидя прямо на камнях.

Так, мне почему-то кажется, что вряд ли это нормальная методика взлета у местных пернатых. И раз воздушным ударом приложило то, что меня испугало, то... То это я как-то сделал. Ну, нормально, я же попаданец, мне положено.

Оглянувшись вокруг, стал собирать все разбросанное локальным ураганчиком, постепенно успокаиваясь. Да, это сделал я - что-то вроде телекинеза, только масштабного. Видел в каком-то сериале про мутантов. Какая разница, мутант или попаданец? Да никакой! Окончательно успокоившись, я сел в стороне, оставив при себе только самое ценное, то есть ножик, и стал экспериментировать.

Для начала попытался джедайским движением руки поднять камень. Минерал ответил презрительной неподвижностью. Кинув его в волны, чтобы не задавался, нашел кусочек поменьше и положил на валун. Сосредотачиваемся, концентрируемся...

Хрен вам.

Этот улетел вслед за первым, чтобы окружающие, ужаснувшись его участи, пошли на сотрудничество. Минут двадцать спустя стало понятно, что камням мои усилия однохренственны.

Решив, что все может зависеть от места, вернулся на то, с которого пугал птичку. Ничего не получилось. Попытался методами системы Станиславского вернуть испытанный в тот момент испуг, чуть не вспотел заново, но снова впустую. Оставалось сделать только одно; я встал, проверил почти высохшую одежду и натянул на себя, решив, что досушу собственным теплом. Может, это работает лишь в определенных условиях, или это был остаток того, что меня в этот мир перенесло. Или я дурак и ничего не понимаю.

Повертев головой, прикинул дорогу. Влево скалы становились ниже, зато полоска берега сужалась шагов до пяти, вправо наоборот, пляж расширялся, но обрыв становился вдвое выше. Зато вправо песка больше, а плямкать босыми ногами по камням очень неохота. Решено, идем туда, где удобней.

Я шел по границе мокрого песка, отходя от попыток моря достать меня влажными языками волн. Ну попал и попал, что ж теперь. Живой, руки-ноги на месте, инструмент какой-нито есть, перспективы тоже, пусть и непонятные. Сейчас надо найти пресную воду, любую. Посуды нет, но можно развести огонь трением, я на ютубе ролик видел, как-нибудь повторю. А если будет огонь, то делаем из чего-нибудь выемку, носим в нее пакетом сырую воду из лужи, а потом кладем нагретые в костре камни, пока не закипит. Вот и условно безопасное питье! А море едой снабдит, как-нибудь проживу. Главное, понять где я и как отсюда к людям добраться.

Мысль, что людей здесь может и не быть, я думать не стал. Зачем мне такая мысль?

Камни есть, значит пещера найдется. Море есть, значит еда будет. Птицы есть, значит сделаю себе индейский головной убор с перьями.

На берегу валялось что-то вроде большой рыбы с лапами, которую оседлали несколько птичек самого хабалистого вида. Вместо того, чтобы пристойно ловить рыбку, они терзали падаль, причем хватало не всем. Видимо, меня сочли за конкурента, потому что одна, бурая с белой головой, вдруг знакомо проскрипела и подскочив метнулась в мою сторону.

Я только вздохнул... и порыв ветра отбросил ее обратно.

- Эй, спасибо за подсказку! Если что, тебя я съем последней.

Теперь скрипели все сразу, но лететь ко мне уже не пытались. Вспомнив, как это было, я просто потянулся ветром в сторону, и следующий порыв мягко согнал какой-то мелкий мусор, унося прочь. Недалеко, в семнадцати шагах (я потом померял) ветерок улегся.

А жизнь-то потихоньку налаживается.

Глава 2

Корыто я нашел ближе к вечеру.

Весь день слонялся по пляжу, идя сначала куда-то на восток, судя по тому, как солнце светило поверх камней обрыва, потом стал заворачивать все больше к югу. Водопадиков, кстати, нигде не наблюдал. Обрыв переменной высоты, от пяти до двадцати метров, плюс два "пляжика" с пологим выходом на всю ту же серо-буро-красноватую холмистую равнину, покрытую редкими кустами и неприятно жесткой травой. Серьезно, надо что-то соображать насчет туалетной бумаги.

Пытался пройти поверху, но от обрыва приходилось то и дело уходить, огибая то скалу, то узкое, но непреодолимое ущелье. Пришлось спуститься вниз и дальше шлепать вдоль воды.

Уже прикидывая, где лягу спать, заметил кончик чего-то за камнями, метрах в трехстах. И без какого-то удивления вскоре увидел рыбацкую лодку, или яхту... Или шхуну? Да черт ее знает, я не разбираюсь в корытах. Это было именно корыто.

Метров примерно около пятнадцати в длину, если я правильно насчитал шагами, и около двух в высоту, корыто лежало завалившись на бок, мачтой в сторону моря. Если и были пробоины, то на той стороне, которая к земле, а так все в порядке. Все как у больших кораблей - и палуба, и надстройка на корме. Полу-ют? Или полу-бак? Хрен их знает, как называется. Корытом лодку назвать хотелось тем более, что вместо красивого острого носа "впереди" был какой-то обрубок, всего вдвое уже кормы, причем судя по целостности конструкции так и задумывалось. Правда, кое-чего не хватало, а именно передней мачты - на ее месте топорщился обломок, в мой рост длиной. И еще один обломок на корме, но там ведь вроде не должно быть мачты?

Главное, впрочем, было в самом существовании Корыта.

Здесь есть люди, они умеют пользоваться инструментами! Пусть даже это в основном топор.

Первым делом я принюхался, но человеком не пахло - ни живым, ни мертвым. Потом прислушался, с тем же результатом. Затем по груде непонятного хлама, вывалившегося сбоку, забрался на палубу.

На удивление мало всяких штучек, точнее вообще нету ничего. Даже дверь в крошечную кормовую надстройку отсутствует, как и крышка люка между мачтами. Я бы сказал, что тут был большой шторм, который смыл за борт вообще все. И всех.

Каюта, ожидаемо тесная, ничем не порадовала. Помню, в детстве с упоением перечитывал налутанное Робинзоном в полузатонувшем корабле. Здесь список был бы коротким, потому что всего было как-то совсем мало. Какие-то тряпки, обломки непонятных предметов, черепки - то есть посуда была глиняной. Ложка, модели "вырасту и стану половником", металл опознать не удалось. Пустой ящик, явно бывший сундуком до того момента, пока ему крышку не проломили, сорвав набок.

Уже подозревая нехорошее, я полез в трюм. Воды по колено, с учетом того, что море как бы шагах в полусотне. С одной стороны радует, значит обшивка не течет, с другой огорчает, потому что мне это все отчерпывать придется. Груда забаррикадировавших все досок, наверное запчасти для ремонта в пути, обломки бочек, сырые и растрепанные канаты.

Сокровище поджидало меня в самом дальнем углу: два пустых, но крепких бочонка примерно ведерной емкости, с крышками и затычками, и ящик с инструментом, видимо все для той же починки. Ремонтировать я не возьмусь, но это металл! Как минимум топориком вполне можно пользоваться как оружием, что уже хорошо.

Вылезал я с бочонком на плече. Судя по запаху, в нем хранился уксус, то есть даже дезинфицировать не нужно... слишком старательно. Осталось найти воду и сесть у костра, чтобы подумать, как жить дальше.

"Корыто" явно грабили, что не слишком удивительно. Маленькое суденышко, но у Колумба были ненамного больше, а на них через океан туда-сюда бегали, так что это может быть вполне мореходное судно. Что на нем случилось не знаю, но точно помню, что по морским законам брошенное судно принадлежит нашедшему. Вроде бы. В любом случае, деваться некуда - это куча полезных вещей, укрытие и вообще, надежда на то, что меня заметят. Хотя, конечно, не всегда стоит быть замеченным. Я теперь крутой волшебник, но ведь мало ли, вдруг тут вообще все...

... такие.

Резко остановившись, я обернулся на Корыто, от которого отошел уже шагов на сто.

Это парусное судно, то есть движимое ветром, а у меня как раз возможность этот ветер вызывать. Просто позвать ветер, вот так...

Дувший в лицо ветерок смолк, закрутился вокруг слабым, но ощутимым вихрем, потом стал подталкивать в спину, все сильней и настойчивей. Я даже сделал шаг вперед, но вовремя спохватился и просто унял стихию. Можно ли плыть на яхте по-мультяшному дуя в паруса? Нет, нельзя. А если по-волшебному призывая ветер? Не попробуешь, не узнаешь.

Мелочи вроде того, что для начала судно надо как-то вывести на воду, к тому же на Корыте нет ни клочка парусов и я даже не знаю, куда тут плыть, были проигнорированы. Все решаемо, если есть желание - и немного волшебства. Как-то ведь суденышко на берег попало? То есть вода его сюда вынесла, значит вода и заберет.

Кивнув своим мыслям, я двинулся дальше. Для начала нужно осмотреться.

Осмотр много времени не занял. Если бы я двинулся не вправо, а влево, то нашел бы Корыто гораздо быстрее. Да, я на острове, примерно километр в поперечнике и два в длину. Пресной воды нет, приличной гавани нет, деревьев нет, ничего нахрен нет. Хотя лужи есть, точнее озерца дождевые. Вернувшись к судну нашел в хламе чашку, прихватил бочонок и отправился добывать воду. Уже в потемках возвращался, вычерпав одну почти чистую лужицу до дна и собрав литров десять. Ветерок становился все прохладней, так что я, нащипав по пути сухой травы, стал думать над тем, как добыть искру. Стучал ножом по топору, потом наоборот, пытался найти кремень или еще что-то; прикидывал, какие палки тереть... чтобы согреться. В хламе хватало веревочек, я даже думал сделать что-то вроде лука, потом решил пойти простым путем и подняв клочок травы к глазам, стал вспоминать, как это должно быть.

Огонь призвать оказалось раз этак в сто сложней воздуха.

Мне даже показалось, что я выделил в процессе столько тепла своим телом, что вполне хватило бы вскипятить всю воду в трюме Корыта, или хотя бы нагреть для приятной ванны. Но уже почти в темноте все получилось. На травинке, которую я даже почти не видел, вдруг затлела крошечная искорка и сразу погасла. Довольно ухмыльнувшись, я сел на палубу, утер пот и отдышался. Видимо, не моя это стихия, с воздухом куда проще. Но следующую искру я смог призвать всего минут через пятнадцать. И тут же не думая чуть-чуть повеял на нее воздухом. Потянулась тонкая ниточка дымка, искра разбежалась по травинкам, потом собралась вместе, снова окуталась крошечным клубиком дыма и вдруг пыхнула маленьким, но устойчивым язычком огня.

Жизнь научит, жизнь заставит.

Держа чуть обжигающий кончики пальцев травяной жгут я сунул его в приготовленное на половинке разбитого горшка гнездо из щепок, не доверяя магии подул сам, еще и вот в подобии миски зажегся нормальный огонь. Спустя еще минуту сложеный из высохшего топляка костер радостно затрещал, разбрасывая первые искры. От моря его закрывало Корыто, от суши - сложенные невысокой стенкой камни. Да и раздувать его до небес я не собирался, главное, что можно согреться и пододвинуть в пламя глиняную чашку с водой.

Спустя совсем немного времени я теплыми, согревшимися руками взял плошку и отхлебнул. Тепло снаружи, тепло внутри. Еда будет потом, птицы здесь есть и море в наличии, денек поголодать не вопрос. Завтра проверю, как там у меня с водной магией, и с земляной. Притянуть волну и снять суденышко, или заставить расступиться землю, прорыв канал - почему бы и нет? Но для начала определиться, как на Корыте плыть, а еще припасы добыть, да и воду из трюма убрать. Хлам, опять же, разобрать. Мне любой гвоздь сейчас по цене золота, любая дощечка.

Я смотрел в огонь и строил великие планы, потягивая теплую воду...

Глава 3

Земля повиноваться отказалась напрочь.

Хотя возможно, я что-то не так сделал. Утром, проснувшись с первыми каплями дождя, сначала хотел спрятаться на лодке, потом сообразил и достав пакеты расстелил в том месте, куда по палубе стекали капли. Время от времени вычерпывая, набрал литра два грязноватой, но пресной воды. Наверное, та лужа среди камней сегодня тоже наполнится. Ну вот все за меня! Значит, надо позавтракать и начать работу.

Приготовление завтрака заняло всю первую половину дня. Во-первых наличия топора и ракушек мало, чтобы их собрать. Нужно еще их куда-то складывать, иначе придется бегать на берег. Просто выкидывать не вариант, противные птицы мигом заметили халяву, а ветром на таком расстоянии я их не доставал, так что пришлось снимать штаны и завязав штанины веревочкой собирать в них. От привычных мне мидий моллюски отличались, но других вариантов не наблюдалось, жри что есть или сиди голодный.

В этот раз искра появилась куда быстрей и я уже привычно развел огонь. Пока раскладывал крупные, в ладонь, раковины на все том же обломке горшка, прикидывал, сколько их жарить. Смутно помнилось, что как только створки раскрылись, так сразу и готово; решил, что еще чуть-чуть в огне подержу и хватит.

Минут десять спустя расковыряв чуть остывшего моллюска осторожно понюхал. Потом потыкал щепочкой. Потом выковырял и положил на камешек, рассмотрел. Ну, кажется оно так и должно выглядеть?

Следующий этап - отломал кусочек и потер кожу. С трудом удержался от желания укусить сам себя, уж больно вкусно пахло. Присевшая в сторонке птичка смотрела на мою трусость с презрением, но молчала. Досчитав до пятисот проверил место "потера", никаких покраснений или других проявлений яда нет. Отломив кусочек размером с ноготь сунул в рот... мяско! Натурально морепродукт!

Тщательно разжевав и проглотив крошку накрыл остальной завтрако-обед перевернутым ящиком и встал. Пора заняться магией!

Вот тут и стало понятно, что земля меня не слушает. Хотя как она может меня слушать, если я не знаю, как к ней обратиться? Или тут земля - он? В любом случае, твердь не расступалась, не содрогалась и вообще лежала себе тихо. Воздухом можно было толкнуть камень, а сконцентрировавшись, ударить порывом так, что килограммовую каменюку унесло метров на десять. Но сам по себе камень прыгать отказывался.

Вода... тут было сложней. Я как-то чувствовал ее, во всяком случае даже с закрытыми глазами любая волна ощущалась... ну не на ощупь, но как-то так. Странное это дело, волшебство, потому что воздух охотно двигался и подчинялся, но ощутить им что-то было очень трудно, зато вода практически не двигаясь давала понимание о том, что она омывает. Расстояние чуть больше, но воздух повиновался в любую сторону, а вода шагах в пяти рассеивалась, и надо было... черт, как бы это сказать - формировать жгут? Щупальце? Поток? Так его не сформируешь, он сам как-то!

Говорю же, странная это штука, магия.

Управлять водой полностью получалось лишь в метре-двух от себя. Что сильно помогало в плавании, но только в нем. Зато поток доставал куда дальше и лежа на спине я "щупал" дно метрах в четырех от себя, ощущая мелкую рыбешку, раковины, крабов. А потом, завороженно "нащупывая" очередного краба, прикинул расстояние и нырнул. Видимо, членистоногий был пуганый, потому что шустро рванул вбок, но вода подтягивала его все ближе, ближе... Прямо почувствовал себя кошмаром, от которого не убежать.

Выловленный краб оказался креветкой, точнее этим, лангустом? Или омаром? Нет, у омаров клешня, это я помню. "Креветка" размером с две моих ладони - это сколько же в нем мяса?! И водятся недалеко, метров сто от берега; я повернулся к нему и стараясь держать добычу на воздухе, поплыл домой.

Слегка обсохнув у костра стукнул все еще пытающимся убежать лангустом по камню, еще раз, для верности, обломал все усики и лапки, а оставшееся засунул прямо в угли. Зверею, господа, теряю уважение к живой природе. А что поделать, кушать очень хочеца. Ну-с, коликов не наблюдается, в глазах не темнеет, ноги-руки слушаются, значит можно есть "мидии".

Жрать старался аккуратно, не чавкая и пользуясь хотя бы каким-то столовым прибором, то есть или ножиком, или щепкой - с ложки мидии соскальзывали. Две нераскрывшихся раковины вышвырнул обратно в море: где-то слышал, что такие есть нельзя. Может правда, может нет, рисковать не стоит.

До отвала наесться не удалось, но сытость почувствовал еще до того, как вспомнил про лангуста. Тот белел мясом и аппетитно капал соком... Хотелось бы попробовать, но разумней спрятать все туда же, под ящик. Следующие полчаса посвятил запеканию всех собранных устриц, выковыриванию мяса и его прятанью.

Развиднелось, тучки убежали по своим делам, солнце тут же начало припекать. Интересно, есть здесь маги такой силы, что дотянулись бы воздухом до облаков? Наверное есть, почему не быть. А инквизиция есть? Вот и узнаем, надеюсь. Потому надеюсь, что она может быть лишь в цивилизованном государстве. Не хочется жить в темном средневековье, Корыто вполне может быть нормальной каботажной посудинкой века этак девятнадцатого. А если брать Азию, то и начала двадцатого.

День до вечера заняли хозяйственные хлопоты: взяв второй бочонок сходил по воду, собрав еще литров десять. Вернувшись, выругал себя, потому что кипяченую воду теперь некуда заливать. Долго придумывал, как очистить ее прямо в бочонках, потом так же долго искал что-то железное и тонкое. Нашел на дне, под обломками, когда шарился в трюме Корыта. К сожалению, нашел ногой, отчего охромел и опечалился. Лечиться все равно было нечем, так что сунул ногу в море, старательно "облизал" порез водяной магией и замотав платком решил, что перед сном надо вспомнить, как там ампутация делается. На всякий случай.

Груда непонятного хлама, повисшая на веревках, оказалась парусом. Не из ткани, а из переплетеных тонких полосок чего-то вроде травы или полосок коры. Шириной парус был метра четыре, состоял из секций этой "циновки", а высотой, судя по мачте, метров семь.

Кольцо на мачте имелось, и даже веревка от него к парусу шла, но сдается мне, что целиком я его не подниму, силенок не хватит. Составной... а, вспомнил! Джонка это! И парус у нее секционный! Только сейчас сообразил, где я такое видел - в каком-то историческом сериале корейском, там такие же корыта плавали, только гораздо больше. То есть или я в старой Азии... а, нет, у нас магии не было и Солнце только одно. Я в местном подобии, лучше так думать.

До того, как окончательно стемнело, успел вычерпать немного воды из трюма и чуть-чуть перебрать парус, расправляя бамбуковые жерди, которыми разделялись секции. Потом собрал топляк, за которым пришлось ходить хромая. Теперь хватит на день-два, и жареного мидячьего мяса почти кило. Креветка-лангуст оказался вкусным, хотя чего-то к нему не хватало. Соуса, пива, хорошей компании, двадцать первого века за окном моей квартиры. Как знать, может и будет это все еще... Когда-нибудь.

Глава 4

Корыто выглядело... корытом.

Все-таки я удивительно наблюдателен, как точно дал имя своему линкору! Лазерного дальномера или хотя бы рулетки у меня не было, но вытащив для просушки канат, догадался измерить его длину (свой-то рост я знаю), а потом измерил судно "в попаданцах". Да, где-то тринадцать метров в длину по борту, хотя к этой цифре можно добавить метра полтора, из-за сильно выступающего взад юта. Да еще балки, на которых, судя по остаткам веревок, что-то можно было подвесить.

На ровном киле почти два метра в высоту... должно быть, потому что поставить лодку прямо я не мог. В ширину около четырех в самом широком месте, но с учетом изгиба бортов эта цифра менялась. Массивный фальшборт (во какое слово вспомнил!) тянулся от каюты до площадки передней мачты, и судя по массивности на него возложены какие-то мне пока неведомые функции. Между каютой и средней мачтой люк в трюм, а крыша самой каюты одновременно пол для желающих пройти к румпелю. Это слово я помнил точно, потому что дразнилка в детстве была, "нос как румпель". Рычаг управления килем... а, нет, киль это внизу вдоль днища - управления рулем! Зачем руль, если тут паруса, а не винт? Смутно помнилось, что парусник идет меняя какие-то там галсы... Или он все-таки важен? Хотя если бы не был важен, то зачем бы его сделали? Красивого штурвала, как в фильмах, не было. Жаль, я бы покрутил. А так полутораметровый дрын в ногу толщиной, к которому под днищем прикреплена тяжеленная доска. С уважением поглядев на то, как это все крепится, решил ничего не трогать. Не то, чтобы я могу руками поломать все круче, чем выкинувший Корыто на берег шторм, но вдруг?

Если судить по креплениям, то между средней и передней мачтой когда-то имелся навес, но сейчас он пустился в самостоятельное плавание. Кормовая "каюта" выглядела довольно основательно, доски ее стенок можно даже считать какой-то защитой, что от непогоды, что от любопытных глаз. Но комфорт не предусмотрен: две широких доски вдоль стенок как лежачие места, и еще один люк в трюм. По пятнам на досках видно, что в некоторых местах явно что-то было закреплено, да только где оно теперь, это что-то?

Ни гальюна, ни камбуза на Корыте не имелось. Сложную науку есть (и все обратное) в море еще предстоит постичь экспериментальным путем. Не думаю, что будет сильно сложней чем в армии.

В целом, мне достался плавучий остов чего-то вроде каботажной посудинки мелкого торговца с командой в три-четыре человека, способный взять несколько тонн груза. То есть такая плавучая "газелька".

Нигде не течет, проверил поливая водой и тыкая в эту воду пальцем; днище недавно драили и смолили, ракушками не обросло. От паруса осталось три четверти, потому что две секции разодраны в клочья. Досочный ЗИП переломан, инструментов почти нет, веревки и прочие канаты в некомплекте. А что хуже всего, я просто не знаю, как этим пользоваться. Последний раз я работал с деревом в школе, на уроке труда, и сделав свою законную табуретку больше рубанок в руки не брал. Отойдет где доска обшивки, так даже не знаю, как ее обратно приладить.

А времени все меньше.

Обойдя остров никаких признаков разумной жизни по-прежнему не нашел. Больших деревьев, годных хотя бы на долбленку с балансиром, тоже. Трава и та сорная, если и можно из нее что-то сплести, то этим с детства нужно заниматься, или иметь под рукой планшет с интернетом. Увы, не мой случай.

Здесь можно существовать, но именно существовать, а не жить. Два имеющихся пляжа от волн никак не прикрыты, остальной берег - узкая полоска, разбитая волнами.

Глины не нашел, горшков не сделать, кирпичную стенку не сложить. Из еды птичьи яйца, сами птицы и множество морских гадов, но стоит разразиться шторму, как рацион придется сильно урезать. И главное - нет воды. Безопасно выглядящие лужи я осушил, наполнив до половины оба бочонка, но черт их знает, можно ли это пить. У меня пока что ситуация "придется", но умирать посреди моря от голода пополам с дезинтерией совсем скучно.

Потратив день на исследования, пришел к выводу, что хоть тушкой, хоть чучелом, а нужно валить, пока остались силы. Моллюсково-лангустная диета быстро надоест, да и помнится мне что-то насчет ее опасности в плане недостатка клетчатки. Можно и водоросли жрать, но опять же не ясно, в каких количествах и какие именно.

Нет, нужно валить, побыстрее.

Оставалось только придумать, как протащить на двадцать метров до воды небольшой, пятнадцатитонный примерно, груз. Без тягача, без блоков, в одиночку.

Попытка сдвинуть Корыто ветром дала два неприятных открытия. Во-первых чем больше ветра призываешь, тем быстрее кончаются силы. Во-вторых мой максимум это запуск воздушных змеев, а поднятие кораблей, воздушные путешествия и перенос в далекие страны девочек из Канзаса требуют совсем другого уровня.

Корыто скрипело, стонало, трясло мачтой и развивалось незакрепленными веревками, но даже не приподнялось. А я минуту спустя лег на камни и попытался умереть. Сил жить не осталось, все на ветер пошло.

Кое-как очухавшись и позволив себе целых два больших глотка воды за раз, решил провести ходовые магические испытания. Воткнул в песок доску, повесил на нее веревочку, потом следил за тем, какой ветер насколько эту веревочку отклоняет. После чего испытательный стенд был перенесен в укрытое от ветра место (пришлось хорошенько поискать, весь остров как тарелка), где я стал двигать веревку самостоятельно.

Вывод - порыв уровня "легкий ветерок", когда веревочка спокойно подергивается, без вопросов поддерживается до получаса. Может и больше, но мне надоело и ноги затекли сидеть. После небольшой прогулки продолжил: порыв примерно пять метров в секунду, уровень "веревка постоянно на сорок пять градусов", держался минут десять. Сильный ветер, заставивший встать веревку горизонтально, я продержал около минуты, а потом доску вывернуло. Впрочем, сам бы скоро перестал, уставать начал ощутимо.

Следующий эксперимент проводил на парусе, точнее на лоскуте циновки из "зипа", найденной при уборке. В этот раз пришлось сооружать более серьезное сооружение, но выяснил, что метровый "парус" тащит килограммовый булыжник по земле при "пятисекундном" ветре. Зато тот же булыжник, привязанный к доске и спущенный на воду, набирает внушительную скорость уже при "двухсекундном". Сильный порыв отправил "камень под парусом" на высоту за пределы моей силы, откуда он и свалился, когда веревки запутались. Управлять полетом не получилось, воздушная "магия" позволяет только общее направление или мощный короткий импульс, тонкие манипуляции не работают.

Ну и как вишенка на пирожном... эх, мне бы пирожное сейчас! Или булку, свежую, горячую, с хрустящей корочкой! Короче, оказалось, что за пределами магической дистанции мой ветер как бы и не существует. Как-то так получается, что в некоем объеме движение стихии есть, а вне его - тишина.

Выходит, что для перемещения Корыта к воде мне нужно примерно десять таких парусов, какой у меня уже есть, и "восьмисекундная" тяга. А еще команда опытных матросов, которые эти паруса поставят, толстенные канаты и мачта из стали, которая не сломается.

Не вариант.

С другой стороны, стоит мне получить хоть десять сантиметров чистой воды под килем, то на имеющихся двадцати квадратных метрах парусов, плюс борта лодки, я дам... ну, килограмм сто пятьдесят тяги, наверное... и что это значит? Блин, вот поэтому я и не стал программистом. Учиться надо было в школе, а не Сабатини под партой читать.

Подведем итоги: в режиме экономного ветра я что-то вроде упряжки из одной-двух лошадей. Достаточно, чтобы тащить Корыто даже при легком встречном ветре. Могу выдать больше, но во-первых не на что, парус в том еще состоянии, а во-вторых выдав что-то серьезное слягу.

Пока все надежды на то, что как-то лодку на это место забросило, значит вода сюда доходит. Сделаем вид что я не понял того, что выбрасывает суда на берег обычно шторм, в который нормальные люди по морю не ходят. Не на таких корытах, во всяком. Если будет серьезный прилив, а они здесь случаются, который совпадет с волнами и правильным ветром, то...

Сев на камешек я потыкал в очередного лангуста. Готов, можно кушать. Все-таки я счастливчик, как ни крути. Выбросило бы меня в этот мир в море и хана. Или не получил бы возможности и опять же хана, потому что жрал бы одних моллюсков, сырыми. Не нашел бы Корыто и хана. Кругом хана и я посередине.

Солнце садилось в море, я ждал "зеленого луча", но ничего не случилось. Небо порадовало огромным количеством звезд, светивших не хуже местной луны. Здоровенной, рассеченной поперек ветвистым шрамом.

Говорят, мореплавание развилось именно благодаря тому, что люди видели звезды. Еще один урок в школе, который я не выучил. Ориентироваться будет сложно, хотя куда мне плыть - какая разница? Ни облачка на горизонте, а я помню, что именно по ним землю видят. Пойду, пожалуй, наугад, куда ветер дуть станет.

Чего я в Корыто вцепился? Свяжу из досок плотик, два на два, поставлю мачту с куском паруса и двину. Вот как только свежий дождик пройдет поменяю воду в бочонках, наберу в пакет жареных морских гадов и в путь. Одна магическо-лошадиная сила применительно к небольшому плоту - километров пятьдесят за день сделаю.

Пока есть силы, пока ничем не заболел, надо вырываться отсюда.

Глава 5

Неприятности начались с облаков.

То есть как "неприятности", для кого-то это вполне может быть долгожданный шанс, но у меня ничего не было готово! Воды литров пять, еды килограмма два, парус на Корыте сумел поднять лишь на половину мачты. Хорошо, что парус секционный, плохо, что подраный. И некомплект этих, как их - ванты? Толстые веревочки, которыми парус крепится к мачте и лодке. А еще узлы, из которых я знаю только тот, которым шнурки вяжут, и тот, которым галстук. По счастью, в одном месте за балку ванты цеплялись еще тем, старым, завязанным бывшими владельцами узлом, его я и постарался скопировать, чуть не свихнув мозги в процессе. К тому же всегда полагал, что паруса мачту тянут, а здесь он ее толкать должен... или я что-то напутал? Вот как сломается в процессе, как завязну посреди моря!

Хотя чем это будет отличаться от нынешней ситуации?

Волнение все усиливалось, небо темнело, тучи наливались темнотой и опускались ниже. Потом волны вдруг начали ронять пену, а ветер сменил направление, усилившись. Вот тут я стал быстро собираться. То, что сильный ветер может нагнать воду на берег, это понятно. Прилив тоже как раз в разгаре, так что одно плюс другое дает ожидание...

Попаданцу собраться - только подпоясаться, так что спустя десять минут панической беготни я уже сидел, ежась под ветром, смотрел на волны, которые захлестывали берег все ближе и ближе. Сначала сидел на носу, потом перебрался на корму и сел, облокотясь на румпель. Это все, что оставалось - ждать. Лодка слишком тяжелая, так что пока она сама не качнется от воды, даже пробовать не смысла, только силы потрачу. Вот и сидел, накинув на плечи подобие плаща из кусков циновки.

О чем бы подумать? К примеру о том, что ветер к берегу, то есть надо будет не только волны преодолеть, но и встречный. А он довольно свежий, контрольная веревочка показывает не меньше "семерки". Хватит ли у меня сил, чтобы уйти от берега? Что делать, если не хватит? Полкилометра вправо-влево пляж узкий, да и камней вдоль берега хватает, надо кровь из носу огибать остров и выходить в море, уже без шанса вернуться сюда. Не успею, пока есть силы - выбросит на берег и размолотит о камни.

Волна прошлась по полосе сохнущих водорослей в пяти шагах от борта.

Может, пока не поздно, спрыгнуть и попробовать вариант с плотиком?

Не, кому суждено править миром, тот не утонет. А я на меньшее не согласен, ни в какую. Ждать, пока вода пошла под Корыто, пришлось долго. Даже какое-то философское отупение появилось, я кутался в жесткий "дождевик" и смотрел на воду, которая все ближе, ближе. Волны не шумели, а уже грохотали, ударяясь о берег, нормальному человеку в голову не пришло бы к ним сейчас сунуться. Еще мелькнула мысль, что вообще-то хватит просто подтянуть лодку поближе к воде, но ее тут же смыло пониманием - этой воде пофиг на мои планы. Были бы веревки, столбы, инструменты, что-то я смог бы сделать, но уже не сейчас. Только ждать и надеяться.

Эта волна оказалась действительно сильной, я даже задергался, что Корыто отнесет еще дальше к берегу, но лодка лишь скрипнула и чуть двинулась. Прикинув, продолжил сидеть неподвижно, лишь пытался достать водяным чутьем волну. Безрезультатно, работало лишь в контакте со стихией. Может, потому огонь так трудно вызвать? Надо бы попробовать одной стихией другую направлять... потом.

Корыто покачнулось, осело, снова качнулось. Пошла работа, теперь уже водой захлестывало весь пляж, добивая до обрыва; не выпрыгнуть - утащит в море. Конечно, вода меня держит и даже подталкивает, но дышать ей я не рискну.

Втянув наверх и закрепив веревочной петлей перо руля, чтобы не оторвало ударом волны, я прошелся вдоль борта, прикидывая. Копать канал в песке нет смысла, его бы забросало в первые же полчаса, так что сейчас дно уходит ровненько, а воды все больше. Нет, есть шанс, есть, главное как-то преодолеть полосу прибоя. Там метровые или даже больше волны вбивались в берег с такой силой, что гудела земля. Пока волны лишь мочили дно лодки, не поднимая ее, а только покачивая. Не хватает совсем немного - давай, море, поднажми! Я хочу свалить отсюда!

Ждал, вышагивая по палубе. Под ногами тряслось, Корыто действительно ощущалось морским конем. Ну как, конем, осликом. Усталым таким. Но ведь живым!

Когда лодка вдруг шевельнулась особенно сильно и вдруг мотнула мачтой, я застыл, крутя головой. Я на воде, наконец хватило!

Тут же удар подставленную морю корму развернул Корыто параллельно берегу и даже немного подтолкнул под обрыв, разворачивая правым боком. Не думая, я потянулся ветром к носу и ударил в точку, вложившись как мог. Брызнул фонтан, вода выплеснулась от потока ветра во все стороны, но волна отступила, снова посадив меня на камни. Ждем, ждем... нет, эта маленькая...

Четвертая волна снова подняла все судно и я снова вложился, но уже в двух местах - попеременно правая скула и слева по корме. Медленно, со скрипом, лодка стала поворачиваться против часовой, но развернулась совсем немного, вода снова отступила.

Так длилось минут пять, я толкал Корыто, разворачивая носом к морю, а волны словно нарочно поворачивали его обратно. И все-таки, раз за разом я выигрывал - по десять сантиметров, по двадцать. Даже пять это уже хорошо!

И вот очередная волна уже не ударила, а подняла нос, прошла под днище, улеглась... А я вложился уже не в точку, а развернул ветер как мог и нащупав парус, надавил. Скрип, хлопки выворачиваемой циновки, с хлопком натянулись все веревки, звякнула металлическая деталька крепления. Секунду ничего не происходило, потом еще одну, а потом вдруг я почувствовал, что Корыто пошло. Метр, еще один - теперь подключилась уходящая от обрыва вода. Снова противный скрежет, отдающийся во всем теле, и лодка села на камни. Ждем, ждем... Новая волна долбанула в нос лодки как боксер на соревнованиях.

Тише, сволочь! Корыто поломаешь, на чем я отсюда уплыву?!

Я снова давил, превозмогая и подруливая короткими тычками в борта. Теперь, когда под днищем ничего не мешалось, это было куда действенней, хотя голова ныла все больше. Не только она - стучало как бешеное сердце, пальцы вцепились в деревяшку фальшборта, даже пальцы на ногах от напряжения поджал. Мы работаем в команде, единым организмом! Навались!

Эту волну я попытался рассечь коротким импульсом и вместо смачной плюхи получился влажный громкий шлепок. Но Корыто скользнуло в прореху и взбрыкнув кормой так, что я чуть не вывалился, прошло на глубину.

Лодку качало и вертело, канаты дергались и хлопали, я давил то в парус, то в очередную волну, пока не оглянулся, пытаясь понять, не разобьет ли меня об обрыв... а берег был уже шагах в ста, не меньше.

Стало легче, просто потому, что теперь был какой-то запас. Я снова давил, пытаясь вырулить подальше, лодку встречными порывами ветра то и дело наклоняло так, что через борт лилась вода, которую я в ужасе отталкивал ветром от люка в трюм, боясь, что с отяжелевшим Корытом не справлюсь. Сил уже не было, я начал экономить. Вот сейчас надавлю, лодка выправилась... черт, надо руль опустить, вдруг поможет? Помогло, хорошо. Теперь отдых, пусть нас метров сто протащит. Снова давим-давим-давим, отыграли сто двадцать, отдых. И еще раз - давай, навались!

Сколько времени прошло я не понял. Я устал настолько, что с трудом понимал, что делать дальше, лишь машинально срывая гребни волн и подруливая неожиданно мощный поток, идущий в парус. За стеной дождя берег виднелся темной полосой в окамлении белой пены прибоя, только он был почему-то по левую руку, а не сзади. Лодку кидало вверх-вниз, но уже без злобы, гораздо плавней и спокойней.

Лишь через минуту тупого рассматривания понял, что меня несет мимо острова. Корыто шло вдоль берега, мешавший мне ветер теперь стал попутным, лодка то зарывалась в волны носом, то выныривала, но теперь почти не нужно было корректировать путь. Все, я вырвался, я на большой, чистой воде.

Земля - прощай. В добрый путь.

И я осел на палубу без сил.

Глава 6

Я на солнышке лежу-у...

Я на солнышко гляжу-у...

Добрый день, дорогой дневник. Вчера мне было плохо, завтра я может быть умру, зато сегодня мне зашибись! Все потому, что я уплыл с этой унылой каменюки.

Когда стало понятно, что меня уносит прочь от острова, то я уступил требованиям самого себя и дал команде отдых. Хотя, если честно, мне было настолько хреново, что неси Корыто на скалы, все равно бы уже не встал. Собрать сил и воли достаточно, чтобы просто добраться до каюты, потребовалась уйма времени, которую я провел просто повиснув на румпеле. Лодка шла, бодро переваливаясь через волны, я еще подумал, что надо бы как-то развернуться к ним носом, чтобы не опрокинуло, но эта мысль заглянула мне в голову, озадаченно присвистнула и прошла дальше. Ей тут были не рады.

Мокрый, тяжелый и похожий на кучу хлама парус, поднятый до половины мачты, все-таки тянул Корыто куда-то, да еще так бодренько тянул. Выбора особого нет, я растянулся на лавке, благодаря судьбу, что размеры позволяют сделать это во весь рост. Потом кое-как встал, содрал все мокрое шмотье и повесив его на стенку, лег голышом на доски. Даже так было теплей, чем в ледяной мокрой джинсе, а стесняться некого.

Никогда бы не подумал, что это возможно, но я уснул. Корыто качало во всех плоскостях, какие-то незакрепленные части скрипели, море шумело, ветер в веревках свистел, я мокрый и уставший, но вдруг раз - и сплю.

Проснулся ночью, при луне. Снова с печалью осознав отсутствие гальюна.

Шторм куда-то подевался, волнение еле-еле, ветер-четверка толкает парус в неведомом направлении. Хотя могу и ошибаться, контрольная веревочка вымокла и отяжелела, но все равно, подходящий ветер чтобы куда-то неторопливо тащиться.

В трюме на дне бултыхалась вода, но так как вычерпать ее все равно нечем, то пусть дальше плещется. Баклажки, закрепленные под лавкой в каюте, никуда не делись; драгоценную пресную воду я привязывал всем, чем мог. Пакет с жареным мясом мидий тоже на месте, я вынул горсть и без аппетита поужинал. Все приедается, даже экологически чистые морепродукты. Особенно приготовленные на костре, без специй.

С другой стороны, мидии... хотя не факт, что это они - выглядели знакомо, но край был не ровной дугой, а с "зубчиками". Так вот, мидии - и нефиг тут умничать! - были с сюпризом. Почти в каждой третьей имелась жемчужинка, где-то совсем бисерного размера, встречались и крупные, неправильной формы. Цвет однообразный, перламутровый, но довольно красиво.

Меня эта находка больше раздражала, чем радовала. Сломать ценный зуб о нафиг не нужную жемчужину не хотелось, а выковыривание сюрпризов занимало время, снижая эффективность охоты, пришлось есть с опаской. Вот уж не думал, что буду когда-нибудь сплевывать жемчуг как шелуху. Примерно горсть наиболее гладких и крупных жемчужин я завязал в платок и спрятал все туда же, под лавку. Будем надеяться, что это здесь хоть что-то стоит, потому что если тут есть люди, а они есть, то надо будет как-то налаживать общение.

Сон ушел, сменившись легким интересом к жизни. Вот о чем я раньше думал? Привезут заказанные в офис товары в срок или нет? Понравится новая серия очередного сериала или нет? Выпить дома бутылку пива или нет? И так год за годом. А здесь? "Доживу до завтрашнего вечера или нет", есть же разница? Есть, так ее за ногу!

Но вот не сказал бы, что хочется туда, обратно. Телевизор и теплый сортир это круто, кто спорит, а медицина вообще офигенная штука. Нога распоротая об железяку на следующий день дергала так, что я вообще в море переселился, чтобы меньше по камням ходить... правда, еще через день зажила почти совсем, но какое-то время было очень скучно.

А здесь меня ждет неведомая хрень, чтобы не сказать матерно. Технологии непонятных годов, неизвестные перспективы с магией, прочие милые проблемы чужака в чужом мире. Зато здесь есть магия.

Как я раньше без нее обходился?

Под конец дошел до того, что поднимаясь на обрыв поймал себя на том, что в спину толкает поддерживающий ровный поток воздуха. Я делал это совершенно неосознанно, пользуясь с такой же естественностью, как руками-ногами! Всего-то несколько дней и я научился машинально формировать водяной поток в жгут и обшаривать им дно в поисках лангустов, трут начинал тлеть как только я об этом задумывался, ветер вон по веревочке так привычно проверяю, словно на спидометр в машине посмотрел.

Если я здесь не один такой, то как тут люди живут?

Впрочем, если подумать, то Корыто сделано под нормальных людей, а не под колдунов вроде меня. Неужели мачты стояли бы так же, если каждый матрос может в парус направить ветер? То есть здесь могут быть и простые люди... а простые они всегда завидуют не простым. Может и не инквизиция, но проблемы все-таки будут.

Один умник из наших разработчиков как-то обсуждал, чем заняться в анимешном мире, и очень убедительно доказал необходимость тотального уничтожения всех, кто сильней обычного человека. Иначе, мол, цивилизация рухнет. Может и так, я не знаю, но вряд ли мир с колдунами сильно отличается от мира без колдунов. Люди везде люди, а на Корыте плавали люди, и на лавках в каюте лежали люди, и бочонки наполняли водой люди. Да и топорик не под щупальце спроектирован, а под руку.

Впрочем - кто знает, что готовит мне пустынный горизонт?

Встав, я оторвал клок травы-растопки, жгуты которой набил в пакет, чтобы не намокли, вышел на палубу, прошел к носу. Восемь шагов от стенки каюты, точнее от лесенки на крышу каюты, до площадки носовой мачты. Бросил траву в воду и пошел вдоль борта, стараясь держаться вровень. Уткнулся в каюту, прикинул - скорость неспешной прогулки, в районе трех километров в час. Это сколько там в морских узлах? Смутно помнилось из какой-то книжки, что "узлов в час" не бывает, узлы сами по себе, а в час - сами. Буду считать в пешем ходу: Корыто двигалось на северо-восток, если я правильно понял начинающее светлеть небо, со скоростью бодрого пешехода... преклонного возраста. Зато не уставая и не отдыхая. Сотка кэ-мэ в сутки, если ветер не изменится. Буду делать вид, что так и задумывалось. Все идет по плану!

Порядка ради потрогав ванты и потыкав пальцем в узлы, я сурово посмотрел на парус и двинулся к привычному месту на корме. Капитанские обязанности выполнены, пора подумать о будущем.

Жаль, что у меня тут ненастоящее мореплавание. Нет кока, чтобы развел огонь и начал готовить вкусное варево, нет вахтенного, нет строгого боцмана, следящего за всеми этими загадочными снастями. С другой стороны куда бы я эту ораву разместил? Плыви уже, яхтсмен-самоучка.

Захотелось проверить управляемость судна, я снял петлю с румпеля и даванул его вправо. Корыто послушно, хотя и неторопливо, стало заваливаться влево. Затрещал парус и я тут же испуганно поправил руль - все понял, больше не буду.

Закрепив "автопилот" попробовал другой метод - выдав постепенно нарастающий ветер в нижнюю часть паруса. Лодка дернулась, но пошла чуть охотней. Расхода мистических сил не чувствовалось до "шестерки", зато Корыто пошло чуть не вдвое быстрей. С другой стороны тут же начал нарастать шум - треск и плеск переходили от неслышного, едва воспринимаемого фона во все более угрожающие формы. Ладно, это тоже не буду.

Эксперимент почти удался, теперь понятно, что если поднять парус целиком, я выдам километров шесть-семь в час без каких-то проблем. А если и на носовой мачте, и задний, "подруливающий"? Да еще команду, способную ими управлять? Тогда получится суденышко, способное взять груз утром, за день пройти сотню ке-ме вдоль берега, там разгрузиться, переночивать и вернуться обратно на следующий день.

Вот поэтому я и не хотел бросать Корыто.

Кто я сейчас для местных? Мутный тип, даже по-человечески не говорящий. Да еще колдун с непонятными перспективами. Попрошайка, в лучшем случае наемник одноразовый. А с лодкой я "таксующий мигрант" с личным транспортом: какая-никакая свобода и понятное окружающим занятие. Конечно, транспорт могут попробовать отобрать, по суду или силой, но для желающих у меня есть ножик, топорик и ветровое усилие, которое я могу собрать до площади в две ладони и поддерживать минуты полторы.

Если бы не печальные мысли насчет все сокращающегося количества воды и пищи, то за такое плавание можно брать деньги. Море ровное, за кормой тает пенный след, подсвеченные пока невидимым солнцем облака прямо как горы...

Стопэ, пацанчик.

Выскочив на нос и придерживаясь за обломок мачты, я пригляделся. Чуть левее точки, к которой меня несло ветром, действительно наблюдалось что-то такое горообразное. Далеко, может даже за горизонтом, но облака висели там как-то по-другому, чем в остальных местах. Так, природоведение, чему ты нас учило? Нагревшиеся камни за ночь отдают тепло, поднимая влажный морской воздух, поэтому над землей и образуются облака? Там еще есть какая-то ветровая тень, не дающая их рассеивать ветрам... блин, ну что ж я ничему толком не учился! Сколько тут до горизонта? Мой рост плюс лодка, километров пять-шесть вижу, так? Облака на какой высоте? И если я их подбрюшье наблюдаю, то... ну, допустим горы метров триста. Ладно, чего мозги мучать, все равно не знаю. Навскидку километров двадцать точно будет, может и поболе. Пять часов хода Корыта при таком ветре, к тому же почти по пути. Все равно туда несет, так чего дергаться?

Вернувшись к румпелю, я стал экспериментировать с рулем и ветровым давлением на парус. Заскрипела мачта, потом заскрипели жерди паруса, раз-другой дернулась циновка, но опытным путем я подобрал сочетание, не слишком грозящее переворотом вверх дном, но при этом ведущее к далекому облаку.

Как-то здесь все неторопливо. Сидишь, скучаешь, ногой качаешь, мимо летящую птицу изучаешь... Эй, а ведь я знаю эту хохму! Птица в море значит, что где-то рядом земля! Конечно, мы вполне можем быть беженцами с одной плоской каменюки, но...

Проследив, куда летит птичка, убедился, что пернатая направляется в том же направлении, что и я. Вот как полезно смотреть хорошие мультики!

Солнце взошло как-то сразу - вот только что было лишь светлое небо, а вот уже огненный жук выполз по синеве и карабкается все выше и выше. Днем вода стала совсем уж неправдоподобно синей, как по палитре мариниста плыву. Редко-редко ветер усиливался, оттягивая куда-то в сторону, здесь приходилось напрягаться, работать рулем и удерживать не только парус, но и в борт ветром поддавливать. Потом полчаса напряга сменялось на час-другой ленивого расслабона и я в очередной раз жалел, что нет хотя бы радио, не говорю о телефоне с интернетиком.

Постепенно стало прижаривать, пришлось надеть куртку, чтобы не сгореть, и свернуть подобие вьетнамской соломенной шляпы из куска циновки. Универсальная вещь: и на парус, и на дождевик, и просто на пол постелить!

Позавтракал, глотнул воды. Пообедал, выпил еще немного. Проводил мимолетящую рыбу взглядом. Потом спохватился, но остальные вылетали из моря за пределами моего ветра. Отлично, как минимум иногда можно хавчиком разжиться. Левитировать не могу, да и просто предмет потоком не удержать, но отжонглировать импульсами рыбку в парус, а потом подобрать, это легко.

Рыбы, услышав мои мысли, тут же разлетелись подальше. Ничего-ничего, нагуливайте жирок, встреча неминуема.

Солнце пошло на другую половину пути, когда я увидел зелень на брюшке того облака, к которому направлялся. Теперь понятно, что с расстоянием я ошибся вдвое, или даже больше, но с типом объекта угадал: это действительно была земля, и действительно облака кучковались над горой. Сейчас уже, правда, расползлись, но все равно отличная, далеко видная цель. И раз тамошнюю землю аж отсюда видно, хотя еще часа три хода минимум, то остров богатый. Тот, от которого я свалил, был куда серей, а здесь сразу ясно, что и трава, и деревья... и вода, без нее столько бы не выросло. Хотя да, раз облака есть, то и дождь быть обязан, а значит как минимум лужи с пресной водой я там найду.

Принюхавшись, полдник вывалил за борт: жареные мидии стали пованивать. Со сроком хранения просчитался, бывает - или в море влажность неподходящая? Баклажка еще плескалась, но и там водичка уже не очень.

Берег все ближе, пора решать главный вопрос: как не остаться без лодки? Якоря нет, веревок для зацепа нет, на пляж выскакивать стремно, потому что видно, что каменистый, и можно пропороть днище, засев напрочь. А на берег придется сходить, без этого никак. На кого мне Корыто оставить?

Черт, во всех мирах проблемы с парковкой.

В полумиле (во я какой морской волк!) от берега ветер стих, но торопиться было некуда. По солнцу судя, сейчас часов шесть пополудни, еще полно светлого времени суток. А если что, то можно заночевать на море, уведя Корыто подальше и убрав парус.

Намотав на руку одну из веревок для страховки я сел верхом на фальшборт и опустил ногу в волну, нащупывая воду. Жгут сформировался почти сразу, я стал шарить по дну, определяя рельеф. Скалистое, полно живности, но глубоковато. Ждать, что впереди есть песочный пляжик не приходится, то есть вариант с выволакиванием на берег отпадает.

Только сейчас догадался проверить и вытянул жгут горизонтально - он доставал на то же расстояние, что и ветер. Сам себе эхолот и радар, на все руки мастер. И ноги.

Берег в самом деле оказался богатым, деревьев полно и все такие высокие. Наверняка есть что-то плодовое, хотя сейчас и шишку простую пожевал бы. М-м, смолистые семечки, это вам не диета из мидий, это вкусно! А в зарослях могут водиться маленькие вкусные зверюшки!

Скалистый берег сильно отличался от знакомого мне острова. Сочная зелень, темные башни скал, живописные осыпи... лучше бы их не было, потому что наверняка весь берег завален валунами, все ноги собью. Птиц немереное количество, летают туда-сюда, причем даже что-то похожее на голубей промелькнуло, с маленьким клювом, а не с военно-морским чаячьим шнобелем. Голубь это птица мира, потому что и в суп, и в жаркое... Что-то я все о еде да о еде. Пора бы уже и о душе подумать.

К примеру - есть ли душа у съеденных мной лангустов?

С первого раза я не понял, что вижу, пришлось бежать на другой борт, подныривать под парус и присматриваться. Думал, что это речка, но скорее напоминало гавань, совсем небольшую, со входом метров пятнадцать шириной. Как если бы кто-то перед тем, как опустить остров в море, снимал с него шкурку ножом и чуть-чуть лезвие скользнуло, отковырнув мякоть. Образовался длинный узкий заливчик, прикрытый от моря такой же высокой, заросшей деревьями скалой. И что радовало, в глубине залива деревья росли почти у самой воды, то есть волнами их не доставало. И большие деревья, значит - что? Значит - постоянное надежное укрытие для лодок!

Ветер, как по заказу, дул в спину. Хотя почему "по заказу", я и шел в эту сторону именно потому, что он так дует. Не бороться же со стихией? Уже один раз пробовал, еле выжил. А теперь меня несет как раз к входу в эту естественную гавань! Выйти смогу? Да вроде бы без проблем, я и там смогу развернуться, если собственным ветром Корыто крутить.

Узел, которым я закрепил главную веревку паруса, поддался, веревка вырвалась из рук и циновочно-бамбуковая конструкция упала, чуть не зашибив незадачливого мореплавателя. Подняв парус снова всего на две секции, пересел за руль, напряженно наблюдая за приближающимся проходом. Потом соскочил на палубу, снова сунул ногу в воду, нащупывая безопасное место. Для захода больших кораблей этот заливчик не подходил, дно щерилось несколькими "клыками" камней, но мое Корыто пройдет, хоть и впритирку.

Так и прыгал вверх-вниз, то двигая лодку ветром, то нащупывая путь водой, пока вдруг не оказался в самой глубине гавани, почти под нависающими деревьями.

Привязывать нечем, но течения в гавани не наблюдается, прилив... да черт его знает, когда он, но если унесет, то догоню вплавь, водяная магия мне в помощь. Обернувшись на парус, догадался опустить его совсем, нерешительно постоял, разглядывая берег, и наконец спустился в воду, уже привычно проверив на сюрпризы.

Кстати, не зря, там несколько притопленных стволов лежали, обогнул.

Что же, вот и открыта новая земля!

Прыгая по камням, я двинулся прочь от берега, опасливо поглядывая на ветки и огибая подозрительные места - вот только змей и скорпионов мне не хватало. Хотя сейчас и змею бы съел, они вкусные, говорят.

Полянка открылась неожиданно. Вытоптанная, с шалашиком и выпучившими на меня глаза тремя лохматыми низкорослыми мужиками.

О, местные...

Переглянувшись, аборигены вскочили и стали расходиться, доставая из-за поясов ножи.

Глава 7

Договориться удалось легко.

Проявлять мирную инициативу не стал, с места зарядив каждому в брюхо максимально сконцентрированным потоком. Вся троица взлетела, кувыркаясь, и опала на землю под громкие вопли.

Что насторожило - лица, блин, радостные такие. Прямо вот светятся от радости! Встают, охают, один за плечо держится, но лыбятся во всю щербатую лыбу! И сразу кланяться начинают, чумазики. Ножи, что характерно, не подбирают, а старательно кивают верх-вниз с выражением лиц "исвини, нащальнике, фигня полущилса".

Все низенькие, самый крупный мне по ключицу, жилистые, из одежды на троих одни штаны, две набедренные повязки и две обтрепанных жилетки. Пояса смех один, скрученные жгутом тряпки... но у каждого ножик за этим поясом. Лица - что-то среднее между малайцем и австралийским аборигеном, причем растительность на лицах опять же у каждого своя, один с усами модели "что-то выросло", другой с бородищей кудлатой. Лидер, который повыше, лицо босиком выгуливает. Если бы кино снимали, то их в любую точку юго-восточной Азии поставь и как свои, да и в Индии таких видел... и в Пакистане...

Так, затихли. Шушукаться начали.

Чтобы не отвлекать, я обозрел окрестности.

Хижина оказалась навесом со стенами знакомого плетения. Циновка, хоть и погрубей, но от ветра точно защитит, да и от прямого ливня укроет. Трава вытоптана, явно не первый день живут. В сторонке чуть пованивает, там обрывчик и либо нужник, либо помойная яма. Не просто так дикари, а культурные, с понятием. Не опустились без цивилизации.

Рядом что-то залопотали, почтительно понижая голос, и я обернулся.

Аборигены предлагали уважаемому человеку подарки.

Уважаемый это почему-то я. Хотя попробуй не уважь, замаешься летать. Главное, чтобы они тут мастерами иай-дзюцу не оказались, поставившими все на один удар. Я проверил, ножи валяются где упали, других не видно.

Гололицый лидер подошел, кланяясь на каждом шагу, и глядя снизу-вверх протянул молитвенно сложенные кулаки. Ветер зашумел, я и сам не заметил, как напрягся, но кулаки вдруг разжались.

На протянутых ладонях лежали жемчужины. Тю, я-то думал, у меня такого добра...

Скепсис пропал, стоило только взять жемчужину с коричневой твердой ладошки. Это была мелкая, миллиметров пять крупинка, которую моя сила не ощущала. Но вот я беру ее и по всему объему воздушной магии проходит волна.

Если бы я так не удивился, то запаниковал бы, может даже попробовал атаковать. Но изумление оказалось сильней: мне предлагали магический ингредиент! Точнее - два ингредиента, вторая жемчужина оказалась точно такой же, и то, что она была косенькой и напоминала вытянутую фасолину, на волшебных качествах не сказывалось. Стоило просто ее коснуться, как по сфере моих магических сил вновь прошли смерчики, закручиваясь и бодря.

Гололицый, увидев осознание в моих глазах, удовлетворенно кивнул и с явным напряжением продолжил отслеживать реакцию. Что же, мне предложили изрядный выкуп. Даже прямо вот хочется этих троих настойчиво опросить на предмет что это за жемчуг, почему он у них и как достать еще? Или у них есть заначка? Неужели все вот так просто отдали первому встречному колдуну?

Хотя важней другое - а сами-то как почувствовали? Без ветра, без воды? Скрытые маги или просто уворовали у кого-то?

Наверное, я лица не удержал, и в этот раз на колени бухнулись все трое. Кланялись так, что прямо лбом о землю, не останавливаясь.

Еще раз глянув на притягательные крупинки, я решился:

- Подъем... команда. За мной пошли.

Поклоны мигом прекратились, снизу, изогнув шею, расчетливо посмотрели. Да-да, вы все правильно поняли. Чинопочитание мигом пропало, у людей работа есть, не до ритуалов. Все трое упруго вскочили, разбежавшись по поляне. Ножи подобрали на ходу и привычно засунули в тряпичные пояса, из хижины вынесли четыре корзины, крикливо поругались, что кому нести. Я просто двинулся обратно, катая жемчуг на ладони.

И не забывая поддерживать ветерок за спиной, на всякий случай.

Водой ощущать что-то куда проще, но и ветер ограниченно годился, хотя и действовало это как будто читаю азбуку Брайля в перчатках. Впрочем, не фактуру, но объем воздух ощущал достаточно уверенно. Вот и сейчас я знал о трех, что движутся среди неподвижного множества. Моя новая команда шла за мной между деревьев, почтительно держась на расстоянии.

На берег заливчика вышли как-то сразу, и так же сразу все трое начали восторженно кричать. Бородатый даже корзину с плеча сбросил, чтобы попрыгать от души.

А потом закипела работа.

На меня внимания не обращали, тут же кинувшись в воду, мигом доплыв и с ловкостью обезьян забравшись на Корыто. Я сидел, в легком офигении наблюдая, как три нечесаных тени в воплями, руганью и смехом быстро бегают туда-сюда, то забираясь на мачту, то прыгая в трюм. Бочонки из каюты вытянули, проверили, усатый тут же прыгнул с пустым за борт и погреб к берегу.

Вернулся, кстати, не только с полным запасом, но и со скатанными в рулон циновками, как бы не теми самыми, которые раньше хижиной были.

Парус приподняли, развернули, тут же опустили, отвязали и перезакрепили удерживающие веревки, бородатый залез на мачту и что-то там долго поправлял. Вообще, деятельность у них была определенно созидательной. Хотя на меня, сидящего на береговом камешке, поглядывали то и дело, я величественно молчал. Чего самодурством позориться? Явно же, что все трое службу знают, себя уважают, команды не требуют и даже согласны делать вид, что главный - я. Мне достались трое своеобразно вышколенных опытных моряков... Ну не попаданец ли я после такого рояля?

Хотя морды у них бандитские и насчет того, как они на этот остров попали, имеются определенные предположения. Ладно, кто без греха...

Наблюдения за этой троицей показали, что в их культуре сдержанность явно не котируется. Или это они на острове так одичали? Постоянно крики, жестикуляция, всяческие позы и даже один раз чуть-чуть кулаками помахали. То, что кто-то занят делом, ничего не отменяло, его могли тут же вовлечь в шумный спор, все тут же бросалось и начиналась новая работа. Но как только ее завершили, матрос вернулся к прежней.

Меня обходили примерно как статую божества. То есть всяческое дежурное почтение оказывали, но принять участие в делах не приглашали. Видимо, понимали бесполезность.

Да, по сравнению с моей новой командой, я выглядел натуральным барином-книгочеем. Сытый, кожа гладкая, руки без мозолей, тело без шрамов. У всех троих имелась поротая спина со следами наказаний, а мне лишь в детстве тапком доставалось. Мягким.

Философски решив, что все к лучшему, я самоустранился от суеты, занявшись привычным делом. Сидел на берегу, опустив ногу в воду и жгутом нащупывал дно. Весь заливчик из конца в конец достать не удавалось, тут метров сто от входа до края, но большую часть промерил. Глубины так себе, до трех метров, и дно захламлено чем только можно. Заросший водорослями топляк, камни всех размеров, усыпанные щетиной ракушек, прочий мусор естественного происхождения, вроде птичьих перьев вместе с обглоданной крабами тушкой. Не курортное место, ни разу, натуральная природа во всем естественном безобразии.

Подцепив потоком краба покрупней, стал вымывать его к берегу. Краб отчаянно пытался уплыть, так что тренировочка получилась нелегкой, но потом под звучный "хлюп" из воды вылетела моя добыча и упала среди камней. Сзади раздался удивленный вопль, я оглянулся: усатый матрос скинул корзину с плеча и ловко поймал шевелящего ножками и клешнями краба. Секундное замешательство, корзину набок, странные продолговатые клубни вон, краба внутрь. После чего матрос дружелюбно осклабился, но уже как-то не так. Уважение ко мне в его глазах резко снизило градус.

Нет, я все еще был главным, но из разряда "Ваше Высокопревосходительство" перешел куда-то в "тащ майор". То есть начальник, не вопрос, но практически свой парень. Усатый даже шутить пытался, судя по интонациям, хотя и довольно заискивающе. При этом совершенно по-кошачьи смотрел на воду, ловя момент, когда я выброшу струей воды следующую рыбину или краба, после чего добыча отправлялась на кукан или в корзинку.

Абориген ощутимо расслабился, поняв, что я не только ветром владею. Но в чем причина? Да черт его знает.

Постепенно стемнело, матросы на берегу развели костер, ловко поклацав вынутыми из висящих на шее ладанок огнивами. Главное сокровище экспедиции, большой трехлитровый горшок, наполнился крабами. Кашеварил бородач, подкладывая в булькающую воду какие-то корешки и покрикивая на мешающих неумех.

Принесенные длинные клубни зарыли прямо в золу, к ним добавилась здоровенная пупырчатая "дыня", которую раскололи на части, выковыряв из белой мякоти что-то похожее на мягкие большие семечки размером с мандарин. Эти тоже разложили на камнях поближе к огню.

Короче, поляну накрыли знатную.

Есть сели строго в определенное время и пока я не взял первую печеную "мандаринку", внимательно ждали. Какой-то местной традиции с молитвой я не нарушил, а вот то, что начинает трапезу старший, это понятно. То есть я тут капитан и с этим все согласны? Ладненько.

Авось не зарежут спящим.

Беспокоило только одно. Я, все-таки, из другого мира, так что иммунитета против местной простуды нет. Да и у матросов моих нет карты прививок, так что...

А что делать? Если кто кашлянет, я напрягусь. Но все иное - в руке судьбы.

Глава 8

Конечно, без накладок не обошлось.

К примеру, меня осторожно прощупали, выделив для этого Усатого.

Утром тот как-то совершенно случайно, причем очень напоказ, харкнул на палубу Корыта. Разумеется, оставлять такое я не собирался, так что нарушителя сразу ветром унесло за борт, а пока он выныривал, я спустился и дотронулся до воды. Порка должна быть показательной и справедливой, без этого никак, поэтому течением грязнулю протащило под дном, слегка задевая за камни, потом в другую сторону, и лишь после полоскания вытолкнуло на поверхность.

Остальные двое стояли рядом со мной и сурово выговаривали отфыркивающемуся товарищу. Мол, как же это вы, матрос Усатов, не соблюдаете правил гигиены в присутствии самого Товарища Капитана?! Нехорошо так подводить коллектив.

Впрочем, под моим скептическим взглядом оба тут же приняли виноватый вид.

Ладно, хотите в иерархию, ну так давайте. Все равно мне старпом нужен, не капитанское это дело, мелочами заниматься. Все равно в них ничего не понимаю.

Как только свежеискупанный вылез из воды, я прикинул, поманил к себе зачинщика - гололицего, который мне волшебный жемчуг вручал - и хлопнув его по плечу показал, что он - выше двух остальных. Показал наглядно, отмерив сначала свой рост, потом его - пониже, а двум остальным одинаково провел горизонт на уровне живота.

Поняли сразу и без сомнений.

Старпом что-то залопотал, ритуально-благодарственное, мол обязуюсь честным трудом искупить и оправдать, потом повернулся к матросам и живо поменял интонации. Я вслушивался в речь, пытаясь уловить знакомые слова, но все было совершенно чужим. Радовало, правда, что это не тональный язык, или как они там называются, когда произнесенное выше или ниже слово имеет другой смысл. Говорилось все четко, без подвываний, хотя даже по интонациям было понятно, что большая часть сказанного нецензурна.

Остановив его, ткнул пальцем в грудь:

- Имя у тебя какое?

Самым близким, что я смог произнести, оказалось Мика.

Усатый назвался Сома, а бородатый кулинар явно имел в предках чехов, потому что на семь согласных в имени имел одну "э". Ломать язык не хотелось, так что просто ткнул в него пальцем и сказал:

- Ты - Гек.

Борода тут же стал кивать-кланяться, благодаря за столь высокую честь, как личное именование ничтожного матроса самим великим и несравненным... Дослушивать я не стал, уйдя к румпелю. Не удивлюсь, если у них в этой речи половина слов матерные, все равно дурак бессловесный ничего не понимает. Глаза-то у всех вполне живые, а позиция по жизни активная. Видно же, что пройдохи.

Следующий день прошел как в сказке - матросы наполняли трюм припасами, ухитряясь из ничего делать корзины, короба и прочую тару. Драгоценный, ибо единственный, горшок оставался в безопасности на берегу. Завтракали "мандаринками", которые имели отчетливый вкус хлеба, и рыбой. Обеда не полагалось, уже ближе к сумеркам Гек начал суетиться с ужином, который ничем не отличался от вчерашнего. Разве что в этот раз вместо крабов горшок набили "мандаринами" и долго их тушили с кусками все тех же длинных клубней. Получилось вкусно, грех жаловаться человеку, неделю питавшемуся мидиями.

Бочонки опорожнили, обсушили, засунули внутрь какую-то лиану и оставили у огня. Наутро залитая в них вода отчетливо пахла свежей травой. Своеобразный маркер качества, полагаю.

Матросы вообще практически не заморачивались указаниями, делая все настолько привычно, что это казалось почти колдовством. Все трое очевидно знали окружающую природу и умели ей пользоваться столь же машинально, как я не задумывался, выбирая товар в универмаге. Им достался корабль со странным типом, которому положено кланяться и проявлять всяческое уважение? Ну значит будем кланяться. А попутно подготовим наш корабль к переходу в более интересное место, починив все нужное и собрав припасы, для себя же стараемся. То есть конечно же для вас, очень уважаемый капитан! Не стойте тут, мы сейчас навес ставить будем, идите вон... ну хоть поспите, что ли.

На каюту никто не покушался, себе сделали полукруглый навес ровно там, где он был раньше, то есть между центральной и передней мачтами. Сломанную, кстати, вынули из гнезда, поцокали, покрутили головами и все. Ремонту или не подлежало, или было лень заморачиваться, как проверить?

Утром третьего дня от моего прибытия на остров, мне почтительно намекнули, что пора бы уже и поработать по-специальности. То есть судовым двигателем.

Горшок с почтением перенесли на Корыто, все трое что-то матерно сказали в сторону острова, а потом повернулись ко мне. Что же:

- По местам стоять, с якоря сниматься!

Мика понял и по его команде Гек с Сомой помчались вытаскивать продолговатый валун, к которому привязали веревку. Так себе якорь, но когда есть капитан, способный магией его уложить на дне враспор с другими камнями, то сойдет.

- Земля - прощай.

Слова из старого мультика снова были как нельзя к месту. Два поочередных импульса, надавить - Корыто плавно развернулось, не хуже космического корабля в невесомости.

- Парус, вполовину.

Я сопровождал команды жестами, надеясь, что хотя бы их поймут. Снова работали матросы, пока старпом внимательно следил за выполнением. Парус подняли как я и показал, на четыре секции, закрепили, я надавил ветром и лодка стала рассекать волну, набирая ход.

- В добрый путь.

Щелчком пальцев привлек внимание Мики и посадил его за руль, а сам спустился на палубу, ради контакта с водой. Чуть сбавив ветер вывел Корыто между двух больших камней, потом проверил путь дальше и так, перегнувшись через борт, вел лодку пока не дошли до глубины, где жгут до дна уже не доставал.

Мика заорал, из его жестов получалось, что за мысом нас ждет лобовой ветер, я лишь пожал плечами. Согнав старпома с места, сам сел на руль и гася естественный поток воздуха своим, магическим, без лишних слов направил лодку вперед. Все равно еще вчера мне на земле расчертили карту маршрута, и обойти здесь было куда быстрей, чем идти в другую сторону. Там и свободного ветра меньше, и огибать почти весь остров придется, я лучше напрямки.

Удар сбоку показал, что Мика в деле разбирается, от порыва Корыто содрогнулось и дернулось было, но я сначала уравнял, а потом поставил свой поток щитом. Впервые удалось совместить его с природным, делая что-то вроде вихря, который подталкивал парус даже сильней, чем я сам. Нормально, чтобы удержать даже на "пятерку" выходить не нужно, а совокупно хорошая тяга получается, километров шесть в час идем.

Гек вдруг подпрыгнул и выдал явно танцевальное коленце, а Сома интернациональным жестом выставил в сторону берега руку, ударив по локтю другой. Мои волшебные таланты оценили, признав годными для большого плавания.

Непонятно, почему они сами не сдернули с такого богатого острова? Тут деревьев на тысячу плотов хватит и еще на две останется.

Вчера вечером я попытался определиться с направлением плавания. Найдя ровное место подозвал Мику и ткнув палкой в грязноватый песочек обвел вокруг рукой. Дескать, мы тут. Старпом, на удивление, оказался знаком с картографией, потому что тут же рядом изобразил очертания острова в двух проекциях, причем еще и соотнес их. Сначала не понял, потом сообразил - двуглавый хребет должен создавать определенную ветровую карту, что для парусного судна важней лишь чуть меньше, чем подводные скалы.

Согласно покивав я стер его рисунки и стал расспрашивать дальше.

Минут пять спустя все трое островитян оживленно спорили о нашем месте в мире.

Их карта на привычные мне была похожа не очень. Во-первых она вся состояла из полосочек. Пришлось поломать голову, прежде чем понял триаду основных составляющих местной жизни - ветра, глубины, течения. Матросы ругали, обменивались тычками и воплями, отбирали друг у друга рисовальные веточки, раскладывали и тут же передвигали камни, но спор шел не о том, как далеко один остров от другого, а о том, какой можно достичь быстрее. К тому же оставался вопрос с расстояниями, потому что в бесконечно изменчивом море все относительно. С юга на север из одной точки в другую идти два дня, а с севера на юг возвращаться - четыре... но если сначала на восток, то три. Вот и спрашивай, сколько тут миль.

Пришлось вводить дополнительную единицу измерения, "пеший ход в день".

Матросы призадумались, потом стали расставлять свои камешки с щепками уже по-другому. И выглядели при этом куда неуверенней, во всяком случае под конец лишь Мика работал, остальные хмурились и прикидывали, причем молча.

Получалось, что отсюда на север есть большая земля - тыкается пальцем в солнце, в Корыто, машется рукой на восход и загибается три пальца. То есть три дня пути на лодке... неясно, правда, от рассвета до заката или круглосуточно?

Контуры этой земли выстроили тщательно, глубины кое-где согласовали, даже своеобразную розу ветров построили, но ширину уточнить затруднились. Может, дело было в скудости средств передачи информации: государственное устройство и основы землепользования передать на пальцах можно, но не во всей глубине понятий. И не сидя у костра на необитаемом острове.

Решив, что такой большой кусок суши уж точно не пиратская тортуга, какая-то власть там имеется, так что меня просят не в бандитское гнездо отвезти, а к цивилизации, пошел дальше.

Еще полчаса споров и ругани, после чего картина в целом оказалась завершена.

Эта "ближайшая земля" оказалась первым из трех больших островов изогнутого архипелага, идущего с юго-запада на северо-восток. Вокруг несколько десятков, а то и сотен мелких островков (быстрое клевание щепкой в песок, чтобы обозначить количество), потом пролив (задумчивое почесывание подбородка и предположение, что дня за три можно преодолеть), и большая земля. Тут в дело включился Гек и решительно закатывая глаза начертил карту мира.

На ней весь местный архипелаг, размерами сравнимый с Филлипинами, можно было накрыть ладонью. Что Гек тут же и сделал, для наглядности. Две ладони пустой воды вправо - один большой "двухладонный" остров с хвостом мелких островов в полторы ладони, уходящим к югу. Через пол-ладонный пролив еще к северо-западу от него начиналась большая земля, выдающаяся в море примерно до наших широт, а к северу и востоку идущая невесть как далеко (развели руками все трое и заштриховали неведомое). Такая же земля имелась где-то на четыре ладони к югу, но между ней и нами имелась зона штормов (зловещее "у-у-у" и ломание щепки пополам). На три ладони к востоку от "нашего" архипелага начинался еще один, чуть больше. И начертив его все трое дружно сплюнули. Видимо, политические пристрастия сказываются.

Удивительно, но эти трое простых-как-бы-матросов в набедренных повязках знали акваторию примерно четыре на пять тысяч километров, спокойно представляя ее на уровне спутниковой карты и споря о целой куче мелочей. Вот и кто тут "абориген"? При этом все трое неграмотны, мои примеры письменности опознали, но сами ничего не предложили. Ненадобное, видимо, умение для моряка.

Мой "остров прибытия" они тоже опознали, дружно поморщившись. Добавили, что "у-у-у"-зона как раз его облизывает краешком, потому там ничего полезного и быть не может.

Когда я ткнул пальцем в Корыто, а потом повел рукой над картой, мне сначала очертили безопасные для подобных лодок места, начав втолковывать основные правила переходов, потом исправились, посоветовались и объяснили, что большая часть островитян и люди заштрихованной земли пользуются такими джонко-образными посудинами, а у людей с западных островов есть что-то свое, очень напоминающее трехмачтовую шхуну с косыми парусами.

Рисунок проа с балансиром опознали мгновенно, изобразив, что этим пользуются все, потому что просто и быстро.

Ткнул пальцем в них, в проа, потом в ближайшую землю, получил ответ "бульк". Видимо, подвиги полинезийцев, мотавшихся на проа по океану, тут неизвестны. Или есть что-то еще? Ножи имеются, огонь есть, камней и деревьев полно. Чтобы три опытных моряка не сообразили лодку с балансиром и парусом из циновки? Каких-то двести километров моря не смогли пройти?

А спросить никак, жестами не рассказать.

Я встрепенулся, оглядываясь. Между прочим, мы в море, тут надо время от времени вокруг посматривать, а то прозеваешь шквал и будет "бульк". Мика, кстати, стоит и мрачно пялится вправо...

- Эй? Что там?

Старпом повернулся, посмотрел на меня без выражения, потом спохватился и быстро кивнув-поклонившись махнул в сторону, а потом резко провел себя ребром ладони по шее.

Слово, которое он при этом сказал, мне пока еще незнакомо.

Глава 9

Погоня длилась третий час.

Время отсчитывать нечем, но солнышко вот оно, висит за облаками. Так что понять, сколько эта тягомотина уже длится, достаточно просто. Как и то, что это в самом деле погоня, а не просто случайная встреча в океане.

Преследователя видно все лучше, сейчас он был где-то в километре от нас. Засекли мы его на пяти, значит превосходство по скорости у него в два километра в час. Неудивительно, с полным набором парусов и наверняка полной командой, а главное - опытным колдуном-капитаном. Короче, ждать встречи недолго, что и к лучшему. Торопиться и тратить силы на его месте я бы не стал: что-то мне подсказывает, что это не "веллерман" к нам спешит, с ромом и чаем. Значит, местный пират. И значит, он должен учитывать вероятность драки, а к такому событию лучше подходить не слишком уставшим.

Гек и Сома с прогнозом Мики были согласны. Впрочем, несколько разошлись во мнениях: Гек настаивал на том, что вместо глоток резать будут животы, а Сома предполагал выбрасывание за борт с подрезанными сухожилиями. То, как уверенно они это все показывали, наводило на смутные подозрения об их прежнем занятии...

Но все показанное жестами это, конечно, для них. Меня, по общему мнению, ждало изъятие сердца и "ням-ням". Раньше я бы назвал их дикарями, но подержав в руке волшебные жемчужины уже не так уверен в том, что поедание вражеского ливера это дикость и суеверие, а не разумное употребление ценного продукта.

Лодку преследователя пока разглядеть как следует не получалось, далековато, но паруса я опознал - точно такие же, как у меня. Никаких флагов или вымпелов, простая лодка, может чуть больше Корыта, до и то не могу быть уверенным. Впрочем, скоро все узнаем.

- Мика? Подь сюда.

Старпом с готовностью плюхнулся рядом на корты и уставился с показным почтением. Как бы тебе объяснить...

- Магия. Ву-у...

Я вытянул руку прогнал короткий шквал рядом с бортом, показывая. Потом рукой ткнул в преследователей и скорчил вопросительную рожу. Абориген тут же в очередной раз мгновенно сообразил, о чем речь и с готовностью закивал. Мол, есть там такой. Но на вопрос, сколько именно (я - один палец, ткнуть за спину - пошевелить пятерней) сильно удивился. По его жестам и гримасам, никак не могло быть больше одного. Хорошо, допустим.

- Следующий вопрос - как он силен?

Я показал на море и достал ветром так далеко, как смог. Когда Мика повернулся, я отмерил ладонями расстояние и снова кивнул за спину, сдвинув-разведя ладони. Старпом задумался, потом неуверенно развел мне руки раза в полтора. И пояснил, показав на меня:

- Ву-у... т,ку бль-бль. - Повернувшись и потыкав пальцем в силуэт добавил: - Ву-у, ву-у! Бль-бль нта, о!

Еще через минуту взаимной пантомимы я сделал вывод, что если противник только "вуу", то он где-то в два раза меня сильнее, а если и "вуу" и "бль", то мы примерно равны, самое большее на треть разница. Жаль, некому было перевести это в конретные единицы, потому что если ветер вдвое сильней, то что это даст? Увеличение дистанции? Мощность потока? Запас сил?

В любом случае, ничего хорошего нам не грозило. Лица у команды были самого минорного выражения, они даже переругивались как-то без души. Я-прежний, что бы смог против себя-нынешнего? А что они могут против морского колдуна? Хрен его знает, вполне возможно, что сунут волшебную заточку колдуну в печень и пойдут дальше, насвистывая. Может, у меня какая-то магическая уязвимость имеется, а я такой гордый хожу. Но в чистом море, трое против хотя бы троих при поддержке опытного мага... И оружия у нас только ножи и топорик. Я же не волшебник еще, только учусь.

Пока идея была только свалиться в абордаж и выбить команду пиратов за борт точными ударами ветра. К сожалению, о правилах местных магических драк я представления не имею, вдруг мы взаимно погасимся и дальше все решат ножи?

Еще минут пятнадцать мы уныло смотрели на преследователя, который подходил все ближе, ближе. Синее море, легкие облачка, солнце - и понимание, что сейчас нас будут убивать. Как-то с детства привык считать, что пленники и прочие атрибуты благородной войны это западная цивилизация, а Востоку и Азии досталась жестокая прагматичность. И вот я плыву на джонке, уходя от такой же пиратской посудины. Можно ли сдаться? Пожертвовать своими матросами? Вдруг - выживу? Мало ли, они вполне могут быть как раз пиратами, а нас догоняют приличные купцы... Хотя морской купец это всегда немножко пират. Волны - закон и акула - прокурор, никто никому нечего не расскажет. Лучше попробовать драться, чем уповать на чужое милосердие.

Расстояние сократилось до двухсот метров, теперь уже имело смысл что-то разглядывать. По палубе преследователя сновало туда-сюда семь человек, а еще один сидел в кресле с важным видом. Этот вид несколько не совпадал с общей обшарпанностью его лодки, но... Но я бы в такое не оделся. Потому что такие пышные одежды мешают перегнуться через борт и коснуться воды. То есть маг-воздушник?

Пиратским капитаном оказался карабас, с бородой до пояса. Широкого такого пояса, типа кушака, с подвешенной к нему саблей. Что, как бы, сводило на нет мои мечты об абордаже и рукопашной. Ножи против сабель, а они имелись у каждого пиратского матроса, это не серьезно.

Будь дело в моем мире, можно было бы попробовать объяснить, что мы нищие и взять нечего. Здесь, с наличием непонятной магии, я сам по себе был ценной добычей. Если предположить, что мое сердце это магический ингредиент...

Может, рвануть вплавь, уводя за собой? Не вариант, море меня сильно подталкивает при плаваньи, но не настолько, сколько может выдать лодка при полном магическом ветре. Был бы у меня параплан, поднялся бы к небесам и оттуда всем фак показал... Угу, как же.

Глянул на палубу, там Гек, сидя спиной к фальшборту, без торопливости, но энергично пытался сообразить какое-то подобие копья, приматывая острую железку из ремонтного набора к палке. Скорее, акт отчаяния, чем реальный шанс выстоять. Надеяться можно только на себя.

Стрела прилетела внезапно. Вот я сижу, а вот вскакиваю, заполошно пытаясь отбить летающий предмет. Потом понял, что это такое, поглядел - сто метров между нами, на носу пиратской лодки стоит тип с изогнутым на манер турецкого луком и спокойно накладывает на тетиву следующую стрелу. Еще пара выстрелов понадобилась, чтобы понять смысл обстрела: магия воздуха работала однозадачно. Или парус толкать, или стрелу отбивать. Да, переключиться времени почти не занимало, но именно что "почти", эффективность как защиты, так и маневрирования в таком режиме падала.

Сволочуги, все у них продумано!

Оставалось только сесть и подглядывать за стрелком в щелочку. Робингудом он не выглядел, но стрелы кидал уверенно, а пропустить зажигательную очень не хотелось. Впрочем, как только мы залегли, обстрел унялся. Идеей было не убить или ранить, а снизить ход, без управления парусами, на одной маго-тяге, идти сложнее.

Касание двух сфер магии оказалось довольно неприятным. Я тянулся к противнику, стараясь засечь момент и как-то воздействовать на пиратскую лодку, но карабас вышел вперед и сам стал нас нашаривать. Вот в этот момент мы и "потрогались".

Сравнить это ощущение с чем-то из прежней жизни я бы затруднился. По неприятности - что-то вроде крошки в постели, когда только-только лег и расслабился, но при этом "крошки" липкие, даже склизкие. Как в медузу вляпался!

Карабасу такое ощущение было знакомо, он довольно заорал - еще бы, его "сфера воздуха" доставала метров на десять дальше, чем моя. Его шворц длиннее, досада какая.

- Хир ви ар, борн ту би... Мика, живо в трюм!

Мысль я даже обдумывать не стал, поздно думать, надо прыгать. Матросы, недоуменно переглянувшись, показали жестами что-то вроде "ты идиот? у нас тут ножи есть!" Согнать этих воинственных баранов в защищенное от стрел место оказалось непросто, но приказ я передал физически, пинком придав ускорение сначала одному, потом второму. Эта форма оказалась доходчивей, мои головорезы послушно прыгнули в трюм и закрыли кое-как сколоченную крышку люка. Воздушная магия очень неохотно проникала в закрытые объемы, это воде достаточно самой малой щелочки. Значит, они какое-то время в безопасности. А я...

Для верности перекрестившись и пробормотав "Аллах, пронеси!" я изящным кулем перевалился через борт, где меня тут же подхватил поток.

Мобилис ин мобиле, сам себе "Наутилус".

Не можешь убежать - нападай. Не можешь победить - сдохни в бою. Тот, кто не пытается, ничего не обретет.

Техника хоть и не отработана, но естественность магии помогает, тем более, что нырять я всегда любил. Карабас достает на двадцать пять, берем тридцать метров. Скорость под водой, с учетом подхватывающего потока, километров семь в час, то есть за пределы его "покрытия" выйду секунд за двадцать. Туда-обратно, берем минута. Да мне и не нужно вплотную, хватит на мои "законные восемнадцать" подойти...

Ты залетел не в тот район, баклан бородатый!

Первая попытка провалилась: стоило вынырнуть, как пират ударил всей мощью и меня вбило обратно в воду. Спасло то, что успел задействовать воздух и стихии взаимно погасились, но он быть чуть-чуть быстрее и этих секунд мне почти хватило сдохнуть. Хорошо, что воде не нужен приказ, да и как повелевать океаном? Проще попросить и расслабиться.

Отдышавшись, отбил две стрелы и нырнул. Запускайте музыку из Челюстей, я иду делать Большой Кусь!

Плыл на глубине в три метра - на шее шнурок с подаренной Мики ладанкой, в которую я спрятал обе жемчужины, на теле пояс, к которому прицепил ножны со своим чудо-ножом. Боевой пловец, страх врагам! Умрут со смеху. Ниже не стоит, выше опасно - копьем достанут. Тень от пиратской джонки все приближалась, я прошел под днищем, ощупал его наскоро, но зацепиться нечем и доски прочные. В этот раз вынырнул под нависающей кормой, у рулевого весла, заранее высунув руку и сформировав воздушный щит. В него тут же вдавился поток от карабаса, но или я чего-то не понял, или доступное нам обоим усилие равно, а все его превосходство лишь в покрываемом объеме. Во всяком случае я смог отдышаться, а потом нырнул снова. Воздух объемен и собирать его проще, но вся его мощь терялась уже на полуметровой глубине. Если бы не опасность броска чего-то острого, я бы вообще ощущал себя в безопасности... на ближайшие полчаса. Потом замерзну и надо будет что-то делать.

Черт, в фильмах все так быстро, а здесь уже несколько часов эта сраная эпопея длится. У меня противников всего восемь человек, я могучий маг, и чем приходится заниматься?

В этот раз я не стал выныривать сразу, сначала поднял руку. Ее тут же отбросило концентрированным ударом ветра, но я уже успел поставить щит, а еще мгновение спустя уравновесил потоки. Вот теперь можно всплыть.

Магическая дуэль двух воздушников слабо напоминала фэнтезийную. Никто ничего не кастовал, никаких перерывов никто не делал, воинственных жестов не наблюдалось, мы просто концентрировали стихию в максимально плотный поток и давили. Никакого буйства стихий, мы сосредоточились на участке площадью в тарелку. Кто первый ослабит, тот и получит плюху со всей мощи. Впрочем, ставить лишь на силу я не стал: черт его знает, какой запас сил у противника. Я выдержу минуту, ну полторы, а если он может хотя бы две, то мне конец. Ну и смысл меряться?

Удивительно, но сидя в воде я был в более выигрышном положении! Мне нужно защищать лишь голову, едва-едва показывающуюся среди волн, от прямого удара, а карабасу нужно защищать всю лодку.

Вода мягко утянула вниз, но я до последнего держал на поверхности ладонь, сохраняя давление. Наверное, карабасу это противостояние тоже давалось не просто, потому что он решил приберечь силы. Я еще держал контакт с воздухом, буквально кончиками пальцев, когда он резко убрал напор... У меня была секунда, не больше. В конце концов мы все еще чувствовали сферу противника и могли противостоять ее движению - но он не успел вовремя переключиться.

Резко собрав весь поток воедино почти на грани своего объема, я ударил в грудь одного из пиратских матросов, и тот вылетел с палубы в волны. Карабас еще успел попытаться как-то его подхватить, но всесильным он не был и матрос рухнул в воду. То, чего я и добивался.

Гребок матроса оказался последним взмахом, я втягивал его вниз, даже сам опустился метров до четырех, потому что сверху прилетел дротик, скользнув в полуметре. Пирата тащило в глубину, он отчаянно махал руками, но я запихнул ему в рот и ноздри все море, которое смог собрать.

Жутко убивать человека, которому нечего тебе противопоставить. Тем более, что вода все передает мне: как он пытается выплыть, как кричит прямо в воду, понимая, что уже не выбраться. Как хватается за грудь... как замирает, все еще подергиваясь. И начинает тонуть.

Но лучше он, чем я или мои матросы.

Словно ленивая акула я отплыл в сторону, в последний момент перед выныриванием дернув себя вбок. Стрела клюнула бы мне точно в спину, лучник умел в свою палку со струной, но против мага, даже самого слабого, это не играло.

Вдох, еще вдох, море уволакивает на глубину и я подплываю к вражеской лодке.

На этот раз меня приняли всерьез, потому что отпускать карабас не собирался, давил вовсю и даже пытался комбинировать - лучник метнул стрелу в "воронку", чтобы сложить полет и давление воздуха. Я лишь нырнул, переведя все силы на защиту; каким бы плотным не был поток ветра, он лишь толкал, но не резал. Впрочем, почти сразу усилия сложили: стрела летела в меня, разгоняемая и корректируемая карабасом. Я снова ушел на глубину, ниже, отплыл подальше и позволил себе выдохнуть. Не знаю, откуда у меня брались силы, но холодное бешенство переплавилось в такую же холодную решимость - я собирался выбить пиратов до единого.

Отпущу - буду иметь за спиной недобитого врага, к тому же куда более опытного, чем я. Если у них найдется пара кувшинов с маслом, то карабас блокирует меня с безопасного расстояния, матросы поджигают Корыто, а лучник не дает его тушить.

Первым делом надо убрать лучника.

На это потребовалось с десяток попыток, может больше, я не считал. Но вынырнув в очередной раз я быстро "мацнул" воздухом по всему вокруг, и снова погружаясь от очередного удара карабаса просто наугад "ткнул" в лучника. Почему он не привязался? Скорее всего, привыкли иметь дело или с воздушниками, или с водяными. Гибрида не ожидали, тактика не отбработана. Или ему стрелять было неудобно?

В любом случае, история повторилась, только на этот раз все кончилось еще быстрей. Протолкнув свежего утопленника поглубже, я на последних остатках воздуха в легких выскочил за пределы сферы карабаса.

Если бы не неделя "тренировок по бразильской системе", когда от того, сколько я пробуду под водой зависело, буду я есть вкусного лангуста или надоевшую мидию, то я бы давно утонул. Удивительно, как быстро в таких условиях учишься полезным вещам! Например, топить живьем тех, кто тебя пытался убить.

Дальнейшее слилось в неразборчивую череду однообразных поступков. Я не чувствовал рук и ног, полностью уйдя в стихии. Вроде бы под конец даже загребать перестал, положившись на течения. Три оставшихся пирата догадались привязаться короткими веревками, пиратский капитан все свободное от защиты время подавал силу на паруса, но как бы он не превосходил меня, все же бородач слабел. Никогда не думал, что могу так ненавидеть человека. Карабас давно вскочил со своего кресла и теперь цеплялся за мачту, экономя силы и тратя их на удар лишь когда я подплывал ближе. Разумный шаг, человек не может вечно находиться в воде, как только я отплыву к Корыту, он переведет ветер на паруса и уйдет.

Я нырял, высовывал руку, коротким импульсом бил куда-нибудь и нырял обратно. Руки болели от тех ветровых пощечин, которые я успел получить, но это переносимо.

Кажется, сознание покинуло меня и я уже на автомате, как тупая волшебная рыба, нырял и выныривал, бил наугад и снова нырял. Уже утопленных было мало, в голове билось настойчивое "еще парочку, тогда спасемся", но даже когда удавалось продавить карабасское сопротивление пиратов лишь мотало и подбрасывало, порвать веревки ветром я не мог. Надо бы отступить...

Если бы я еще был человеком, то так и сделал. Но я был чем-то другим.

Корыто почувствовалось через воду внезапно. Я вообще думал, что моя команда давно улепетывает прочь, но эти ухари сумели развернуть лодку и под единственным парусом пойти на абордаж.

Карабас отчаянно пытался затормозить набравший скорость кораблик ударив в парус, и у него могло получиться, но мне хватило этой секундной паузы: короткий удар изо всех сил, отчаяный вопль и бородатый пират, размахивая кривой саблей, упал за борт.

Я толкал его в глубину так же привычно, как и всех остальных, а когда враг перестал дергаться, тупо вернулся на поверхность, вдохнуть воздуха и снова начать свое кружение. Даже не сразу понял, почему по высунутой руке никто не бьет шквалом, неужели я потерял чувствительность окончательно... Или это ловушка... Щит на полную, поднимаюсь.

В воду рухнул какой-то человек, я притопил его, но добыча не дергалась. Он уже был мертв или без сознания. Пришлось рискнуть и поднять над поверхностью голову, готовясь сбежать при малейшей опасности.

Мика заорал и стал махать руками, с того самого места, где все это время торчал карабас.

Ага, они его на абордаж взяли. Мы победили.

Мысли в голове бултыхались от уха до уха, не находя мозгов. Что не растворила вода - унесло ветром, да и тело не в лучшем положении, я еле мог шевелиться. Сома и Гек прыгнули в воду, Мика тащил с борта, я наконец перевалился через борт и упал на палубу Корыта. Даже чтобы просто свернуться клубком, потребовалось целая прорва времени.

Хорошо иметь опытную команду - Гек притащил большую кожаную флягу и напоил какой-то едкой, вроде бы алкогольной штукой. Меня подвинули на теплое, согретое солнцем место и прикрыли мягкой тканью, рядом остался Сома, периодически наклоняясь и что-то проверяя. Ветра хватало лишь на ощущение, рядом прыгали с корабля на корабль Мика с Геком, велся какой-то разговор, пахло чем-то неприятным.

Чего-то не хватало.

Странное ощущение, вот оно было, а потом исчезло и я только теперь понял, что оно потеряно. Нож на месте, не пригодился. Руки-ноги на месте, я их все лучше чувствую, к сожалению. Уже ноют, а будут болеть, гадины. Ох, как же все будет болеть...

Я машинально нащупал ладанку с жемчужинами, но привычных смерчиков по магическому объему не прошло. Неужели так устал, что только при прямом контакте работает?

Нет, я догадался, просто верить не хотелось. Чувство, как у того глазастого, который свое кольцо потерял. Моя прелесть больше не со мной... неужели выронил, когда нырял? Со стоном перевернувшись на спину, я корявыми пальцами распутал ремешок, залез в ладанку, потом вытряхнул ее.

Волшебный жемчуг рассыпался, между пальцев кололся мокрый песок.

Тварь бородатая, убить тебя мало... ах да, я и убил. Жаль, еще раз нельзя, сплошные расходы от этих чертовых пиратов.

Глава 10

- В борт ударили бортом, перебили всех потом и отправили притом на дно-о морско-о-е-е!

Кто пьяный? Я пьяный?! Да я еще и не начинал!

Баклажку вонючего бухла матросы мудро оставили рядом с валяющимся на теплой палубе капитаном. Непонятно, надеялись они на то, что я напьюсь и утону или просто хотели занять на то время, что они грабили опустевший пиратский корабль, но когда я очнулся, то устоять перед искушением не смог.

- Йо-хо! Хей-хо! Кто теперь на чертов Мэйн пойдет со мною-у?!

Хотя не такой уж и пьяный, слабовата местная водка. Ноги у меня не ходят больше от усталости, чем от алкоголя. По мозгам почти не бьет, сижу завернувшись в какую-то простыню и подставляя спину вечернему солнцу и наблюдаю за творящимся грабежом. Мои матросы не стеснялись, пришвартовав обе лодки бортами, сновали туда-сюда с ловкостью обезьян и перемещали различные материальные средства без каких-либо помех.

Помехи плавали за бортом, где-то в глубине.

На моих ни царапины, сам почти живой, а вот пираты отправились к Дэви Джонсу...

- Пирата утонувшего душа - аку-ула...

Кстати, ни единой не видел. А ведь вроде бы должны быть в преизрядном количестве? Тут столько мяса набросали, с кровью...

Я сделал еще глоток и отложил флягу. Сейчас мозги отупели, еще не отошел от драки, но сдается, еще не раз во снах меня навестит карабас со своей стаей.

Еще один штамп - пираты это не большой корабль с сотнями головорезов, а и вот такая лодчонка, даже десятка человек не набралось. Зачем больше? Воздушный маг аккуратно лишит движения, вымотает купеческую команду, а потом добьет обессиленных и заберет все, что понравится. Единственное средство против такого дракона это свой дракон, на капитанском месте.

Жемчужины... Понятно, что как-то они мне помогли. Я ведь его чисто на силе переиграл, одними стихиями не обошлось бы. И сноровки у карабаса больше было, и действовал умело. Только и спасло, что я продержался, расходуя запасенную в жемчуге силу. Но! Я ведь их не касался! Ладанка закрывалась прочно, а я в нее ни единой стихией не лез. Что это значит?

Что я дурак необразованный, угробивший ценную вещь?

Это да, но главное - учиться надо.

Мика заорал, они как раз отцепили носовой парус у пиратов и теперь вытаскивали носовую мачту, навертев на нее веревок. Мысль просто перейти на захваченное суденышко почему-то не рассматривалась. Возможно, как-то с магией связано. Теперь я понимаю, почему на одном корабле только один маг. Потому что раздражает это соприкосновение сфер воздействия. Не так, чтобы в драку сразу лезть, но комфорта лишает напрочь. С воздушником рядом может идти лишь водник, а иначе будет драка.

Может, нырнуть поискать карабаса, сердце у него вынуть? Хотя Нептун его знает, как это воспримут окружающие. Может быть, что каннибализм это лишь для плохих парней, а хорошим, вроде меня, лишь пост и молитва в помощь.

Я же хороший? А как же, я ведь всех победил. Значит я добро.

Мика торжественно опустил передо мной большой ларец, откинул крышку, рядом поставил темного металла двухлитровый кувшин с чеканкой, показав содержимое. Я вскинулся, но жемчуг в кувшине оказался вполне обычным, хотя и весьма красивым - куда лучше по качеству того, что я из мидий наковырял.

Ларец золотом набит не был. Собственно, золотых монет в добыче имелось ровно две штуки, обе странные, продолговатые и прямоугольные, как инвентарная бирка. И блестели они как-то не очень. Серебра нашлось больше, и тут разнообразие приятно удивляло - как большие яркие монетки с красивым узором, годные прямо так в украшения, так и мелкая "чешуя", которую лишь на вес принимать. Кажется, серебро именно так и ходит, по весу. Грамм сто, полагаю, может чуть больше.

Еще из драгоценностей наличествовала связка браслетов, по большей части медных и бронзовых, две серебряных цепочки, перстенек с мутным камешком да украшения на ножнах кривого кинжала. Так себе нам пираты попались, никаких сундуков с алмазами. Но с паршивого карабаса хоть монет чуток...

Тряпки тоже имелись, все трое без стеснений примеряли найденные пожитки. От того, что на них имелось, новая одежка отличалась лишь степенью изношенности, но орали весело и довольно скалились.

Вообще добыча откровенно скудная. Еда однообразная, видимо рацион у местных моряков не сильно отличается от пиратского. Да и где ее готовить? Хотя жаровня нашлась, но размеры позволяли на ней разве что чай заварить. Уже неплохо, но хотелось бы борщеца, и с котлетками...

О, аппетит прорезался.

Хлеб имелся - уложенные в большой короб и переложенные листьями задубевшие лепешки. Но тем не менее это был хлеб! Гек мой кивок на жаровню понял мигом, быстро разведя огонек из щепок и хитро закрепив еще один кувшинчик нагрел в нем воду. Я думал, что кипяточком согреюсь, но ошибся - лепешку у меня отобрали, покрошили в кувшин и насыпали вдобавок чего-то пахучего, что тоже принесли от пиратов... Тюря вышла ароматной, хотя и излишне острой. К ней полагались щепочки сушеного красного мяса, острые настолько, что хоть в море прыгай. Под такой бы закусь да бутылку... Есть здесь пиво? Должно быть, мужики ведь есть.

Отвалившись, я прислонился к борту, плотней закутавшись в ткань и продолжил следить за грабежом. На меня даже не косились, свою часть работы я выполнил, дальше без тупых обойдутся.

Сняли, перетащили к нам и установили носовую мачту, я лишь поразился той привычке, с которой решались все проблемы с этими бесконечными веревочками. Бревно-то немаленькое, а всей переноской один Сома занимался: тут зацепил, там подтянул и вот оно уже в гнезде. Затем перетащили носовой парус, но крепить не стали, так уложили. Осторожно отсоединили заднюю короткую, трехметровую с таким же маленьким парусом, но устанавливать даже не попытались. Сняли все канаты с главной, а парус нарезали кусками - он оказался почти таким же драным, как на Корыте. Потом начали сбивать крепления - металлические, скорее всего бронзовые. Не так уж и много, к тому же выглядели они так себе. Наверное, глупо было бы пиратам драить медяшку? Блестит, далеко видно и все такое - а может просто лень.

Вслед за хлебной корзиной перенесли остальные припасы, подозрительно похожие на тот набор, что у нас уже был. Такие же "пупырчатые дыни", такие же длинные толстые корневища, но помимо них имелись три связки вяленой рыбы. Если нас застанет штиль, то голодать не придется... ах да, какой штиль, я же на борту. Никак не привыкну.

На борт Корыта переносились инструменты, доски, бочонки, канаты, корзины - мельтешение муравьев, объедающих мертвую гадюку, вот что это напоминало. Пиратская лодка на глазах пустела, на Корыто шли потоком тряпки, одежда, стоптанные сапоги, мотки бечевки, обрывки кож.

Мне принесли кинжалы в количестве пяти штук. Непривычного вида, нечто среднее между мачете и кукри, с тяжелым листовидным клинком и загнутой рукоятью. Подкинул в руке, оценил качество - колхозная кузня, не больше, но в лес по хворост с этим можно идти. Еще из оружия имелись сабля, четыре тесака, одно копье и семь стрел. Лук утонул вместе с лучником.

Наконец, уже в потемках, когда я начал слегка трезветь, команда собралась на подведение итогов. Я сидел на своем привычном месте у румпеля, где на мою скамеечку выложили награбленные подушки - кожаные и набитые чем-то комковатым, но все равно практически предмет роскоши. Надо мной повесили конструкцию типа "фонарь летучая мышь", только стекла мутные и не стекла, что-то вроде слюды.

Матросы сели чуть поодаль на корточки, самая привычная для них поза, а старпом уселся по ту сторону подстилки, на которой все еще лежало оружие и ценности.

Итак, начинается самое сложное. Я должен поделить добычу, при этом сохранив жизнь себе и экипажу.

Сразу отложил золото, ткнув пальцем в доски настила. Посовещавшись, мне показали пять пальцев - лодка вроде моей стоила пять таких монеток. Нехило. Я решительно вытащил золотые из общей кучки и отложил в сторону, показав, что это идет в судовую кассу, на крайний случай. Серия настороженных кивков, поняли. Затем взял три кинжала, столь же показательно отложил в сторону, потом передал каждому. Заулыбались, тут же похватали, с привычными уже поклонами и вроде даже благодарностями. Логично, островитянам оставили зубочистки, а нормальные ножи отобрали, и вот они снова приличные люди.

Саблю, копье и тесаки так же напоказ отложил в сторону, потому что это рабочий инструмент для определенных целей и нефиг его из оружейки не по делу доставать. Переглянулись, покивали согласно. Затем я поочередно потыкал пальцем в снасти, главный парус, доски под ногой и развел руками, а потом ткнул в добычу. Минутное совещание почти без повышения голосов, после чего Мика очертил на кувшине с жемчугом примерно половину объема. Надеюсь, он и портовые сборы учел, а не только ремонтные работы.

Теперь главное - как предложить нормальное долевое участие, используя лишь жесты и мимику?

Ткнув поочередно пальцем в каждого прочертил на палубе три черты. Потом сказал "вуу!" и пошевелил пальцами, вызвав легкий ветерок. Высказались однозначно и без колебаний, маг воздуха как главный двигатель и основной калибр получает две доли. Я прочертил рядом с тремя еще две и кивнул на волны, снова вопросительно уставившись, на всякий случай не гася ветер...

Сейчас больше возьмешь - затаят, меньше - уважать перестанут. Тонкий момент, однако.

Помявшись, команда согласилась, что "бль-бль" это не "вуу", но доля положено однозначно. И еще одну получаю я как владелец судна. Итого единогласно делим все на семь равных долей, четыре из которых идут удачливому попаданцу. Правда, в следующий раз может и не повезти, но есть место для маневра при торговле, уже неплохо. Что, жадный? А из каких фондов я буду команду премировать? Вождь должен быть щедрым, но никто почему-то не задумывается, откуда он берет бабло на пиры и награды.

Кивнув Мике я откинулся на борт, доверяя дележ тем, кто разбирается в местных ценностях. Старпом, вопреки ожиданиям, передоверил все Соме и тот деловито стал перебирать жемчужины, тереть и смотреть в свете лампы серебро, звякать украшениями, пробовать монеты на зуб. Поначалу он делил все на четыре кучки, но я отрицательно покачал пальцем и прочертил семь раз по палубе. Матросы удивились, но настоятельное пожелание выполнили. Правда, пришлось искать тару под жемчуг и прочее, но вскоре добыча была поделена.

Все ждали, что я первым стану выбирать, и снова удивились, когда я устроил жеребьевку. Повернув Гека спиной я клал руку на кучку и спрашивал - кому... Концепция была незнакома, но восприняли ее легко, даже с азартом. Наконец, все поделили.

И тут же кинулись меняться.

Сома выпросил у меня доставшийся перстень, выложив за него половину своего жемчуга - тот, видимо, ценность имел, но не слишком высокую. Я согласился, все равно маловат. Свое барахло приказал сложить в капитанский ящик, перешедший мне по наследству от карабаса.

Доски, припасы и прочее за добычу ни я, ни матросы не считали. Без этого будет плохо всем, наше гордое Корыто нуждается в уходе и ремонте. Что радует, потому что ребятки явно собирались остаться со мной.

Встав, я оглядел при свете луны и звезд карабасову лодку, которую как раз отвязывали. От нее остался лишь остов, точно в таком же состоянии, в каком я Корыто нашел. Опасные тут воды, я так погляжу...

- Мика?

Старпом повернулся, вопросительно глядя и я показал ему жестами - куда рулить? Все-таки непрост мой помощник, или тут все такие непростые, да с такой соображалкой? Я вот по звездам ориентироваться не умею, да и поправку на течение брать автоматом не смогу. А он мигом уставился на небо, покрутил кудлатой башкой и уверенно ткнул в одну, над горизонтом. После чего повернулся и осведомился:

- Симла прщтчас?

Я сморщился, пытаясь понять, потом сообразил:

- В добрый путь.

Мой ветер надавил борт пиратской посудины, отгоняя подальше, затем в главный парус, заставив скрипеть мачту; я плавно развернул лодку и двинул в указанном направлении. Не торопясь, не мешкая.

Будем надеяться, что обойдется без новых встреч.

Глава 11

Море настраивает на философский лад.

Конечно, это срабатывает в основном когда ты сыт и ничего не надо очень-очень быстро делать, но завтрак мне принесли в каюту, поспать смог часика четыре, когда ночью задул попутный ветер, а сейчас сижу и не напрягаясь толкаю Корыто к далекой земле. Уже видной, кстати, у горизонта. Почти половину этого самого горизонта занимает - настоящая Большая Земля!

Погода прекрасная: солнца нет, серые облака висят как крышка над кастрюлей и как-то очень хочется оказаться где-нибудь на берегу, в теплой гостинице, чтобы сидеть в шезлонге, тянуть коктейль и любоваться необузданностью природы из безопасного места.

А то волны такие темные, что прямо черная вода вокруг. Очень напоминает тот день, когда я с безымянного острова сбежал. И перспективы сулит не слишком заманчивые.

Но сделать ничего нельзя и получается, что я могу лишь философски таращиться вдаль, экономно расходуя силы и молясь про себя, чтобы успеть добраться до земли прежде, чем что-то начнется. Дождь, или шторм - нет здесь метеослужбы. А вот ветерок есть и он все сильнее...

Матросы, точно зная, что у них за капитан, взялись за дело не дожидаясь команд. Паруса как-то хитро подтянули, развернули под углом, а Мика специально для сухопутных крыс пояснил, как должен идти ветер. Естественный поток шел недостаточно активно, чтобы его разворачивать, но еще парочка узлов и можно будет использовать как основной.

Но пока что я сидел, положив руку на румпель, и спокойно толкал лодку к далекой полоске суши.

Кстати, самое время подумать о будущем.

Для начала - цена жизни здесь невысока, это нужно учитывать. Затем надо понимать, что моя команда не просто так постоянно кланяется, это рефлекс, выработанный годами жизни в обществе. Придется и мне гнуть шею... или все-таки строить из себя грубого варвара? Кем и как позиционировать себя в обществе? Разболтают ли мои матросы о великой победе над целым кораблем пиратов? С учетом того, что они сами наверняка не слишком мирные ребята - вон как втроем на таких же "матросов" с одними ножами кинулись. Ведь понимали, что я помочь не смогу, но сами управились, ни царапины не получив. И ножи эти странные очень привычно за новые пояса заткнули... Не, точно разболтают. Моряку не хвастаться это как птице не летать.

Кстати о птичках - если эффект соприкосновения сил всегда такой выраженный, то в городе жить будет очень неприятно. Значит, стоит учиться морскому делу надлежащим образом. Опять проблема языка встает, надо учить и делать это в порту, где есть учитель общепринятого наречия, а то мало ли - может, моя команда поголовно шепелявая и говорит на местном суржике, а я стану старательно этому подражать. В порту, наверное, будет совсем неприятно; лодок много, капитанов-колдунов еще больше... Даже на пиратской посудине есть колдун - или это я такой удачливый на встречи?

- Мика? Подойди.

Старпом с готовностью плюхнулся рядом. Объяснение вопроса заняло примерно минуту и ответ, переданный закатыванием глаз и энергичными телодвижениями, мне понравился. Во-первых Могучие Властелины Стихий (тут поклон в мою сторону) на мелких лодках не служили. Логично, если уж есть магическое воздействие, то лучше его прикладывать к большому парусу и тащить большой груз. Во-вторых Мика всячески постарался передать тот восторг, который испытают на земле, стоит мне туда добраться. Мой скептицизм он заметил и тут же обратился к аудитории, дружно поддержавшей оратора. Мне на непонятном языке объясняли, как все будет хорошо и замечательно, размахивая руками и повышая голос для верности. Ну и в-третьих насчет больших кораблей старпом отозвался, что в этих местах их будет мало.

Припомнив "карту", я согласился - особо плавать здесь некому и незачем, мы на южной оконечности обитаемых земель, а с мелочью в лабиринте небольших островов будет куда удобней, чем с океанским лайнером. Скорее всего здесь будет перевалочный порт, обслуживающий огибающие архипелаг с юга суда, к нему и надо идти.

Хорошо, дойдем и что сказать местным? Не зная их языка?

Нам бы ням-ням бы, буль-буль бы нам бы...

Хотя команда смотрела вперед с воодушевлением. А назад - с легким сомнением.

Я оглянулся, оценил усиливающиеся волны и темноту у горизонта. Близкую, километрах в шести-семи, а ведь была дальше. Ну, еще минут двадцать есть...

- Мика? Держитесь!

Точно такое же было, когда я Корыто к берегу толкал, и придется сейчас выложиться. Хоть на камни выкинуться, хоть куда, но тут не шквал - шторм идет. Спасайся, кто может.

И-взяли!

Мой ветер надавил на оба паруса на шесть, потом на семь... Где-то не в теле заныло то самое, чем я все магичество делаю. Зря тут сердце жрут, не оно ноет, что-то другое. Черт с ним, пусть даже не оправился как следует после драки под "жемчужными стимуляторами", но надо выкладываться. Иначе потонем к чертям.

Мика со всем возможным почтением отобрал у меня руль. Отдал, даже с облегчением, потому что на ходу учиться не хочется, да и отвлекаться не стоит. Стихийное волшебство хоть и ощущается как третья рука, но все равно требует внимания и выбора точек приложения, так что сосредоточусь я лучше на парусах...

Хотя оба паруса были в "сфере ветра", одновременно давить получалось только на один, зато переключаться не представляло никакой сложности. На восьмерку вышел уже с трудом, но это было напряжение тела, не ума и не рефлексов. В передний давил, если надо было парировать удар волны, а так основную тягу сосредоточил на центральном. Действительно, продуманная схема, я-то думал, зачем на такой мелкой посудинке столько мачт, а оно вон как! Или я просто так легко приспособился?

Корыто неслось по волнам, выдавая километров десять в час, а то и больше. Плюхаясь пузом в очередную водяную горку разбивало ее с такой силой, что скрипело и дрожало все вокруг, потом лодка вздыхала, набираясь сил, и вытащенная мной за парус поднималась на следующую, чтобы мотнуть верхушками мачт и снова кинуться напролом. Матросы закрепили паруса "вжесткую", словно крылья; внешний ветер давил лишь на корпус лодки, а я мог при необходимости менять направление движения. Передний парус - нос уводит чуть влево, главный - чуть вправо. Не думаю, что дома есть какое-то название для подобного хода, но здесь уж слишком привычно ребятки все крепят, явно не впервой, так что ничего нового я не придумал.

Постепенно приноровившись, я рискнул выдать "девятку". Нытье внутри стало болезненным, но теперь мы буквально летели по волнам, скрипя, громыхая и разбивая встречные волны тупым носом Корыта. Начался ливень, добавив воды сверху - словно нам было мало того, что перекатывалось через палубу при штурме очередного вала! Встав, я огляделся вокруг: недружелюбные тучи явно нагоняли, даже непонятно, чего это мои матросы не требуют приложить все усилия для подталкивания Корыта? Не боятся? Так в меня верят? Или настолько пофигисты?

Вода вокруг темно-серая, укрытая легкой моросью, ничуть не похожая на ту яркую лазурь, что несла лодку днем раньше. Удивительная это штука, море... но не настолько, чтобы в нем жить остаться.

Сев обратно и вытерев капли воды с лица я продолжил вкладываться в ветер. Потом ежиться надоело, да и я от холода поумнел, так что водяная мокреть быстро собралась в крупные капли, скатившиеся с меня, оставив совершенно сухим... и через минуту я снова был насквозь мокрым. А сил больше не становится, так что бросаем эту магию и продолжаем двигать лодку.

Наверное, будь я один, то заволновался бы, когда впереди стало приближаться что-то странное. Или, скорее, мы приближались - уже видя темно-зеленые скалы берега километрах в пяти. Странно как-то, даже подумал, что это что-то вроде подводной скалы, но матросы спокойно смотрели, как Это все ближе, ближе.

Я озадаченно оглядывался назад, потом смотрел вперед - за спиной кипение стихии, ветер срывает пену с верхушек волн, а впереди легкое волнение, словно мы в книге из одной картинки в другую переплываем. Сам переход почти незаметен, хотя по "радиусу магии" прошло что-то незаметное, словно шел по солнечной улице под тентами, а в одном месте его небыло и вот пять шагов под палящим солнцем, а потом снова уютная тень.

Причем, не один я заметил, матросы довольно что-то залопотали, но без радостных криков. Видимо, это было что-то привычное и знакомое. Я снова оглянулся: вот в трехстах метрах бушует вполне настоящий шторм, а вот мы идем по чистой воде и никакого дождя. То-то мои Пятницы такие спокойные были, они точно знали, что в прибрежной зоне шторм не достанет. Можно даже было не выкладываясь на "пятерке" идти, все равно успели бы...

Подошедший Мика, откланявшись положенную при обращении норму, ткнул пальцем в палубу и быстро стал на ней чертить. Получалось, что тут есть свои правила и мы должны занять позицию на своей "беговой дорожке", примерно в полутора километрах от берега. Сбавив давление и минут десять отдохнув, я двинул Корыто к берегу. Видимо, эта магия абсолютной не была, потому что тучи все так же нависали, в приближающихся вечерних сумерках разумней будет пристать к берегу. Хотя еще непонятно, всегда ли здесь "зона прибрежного спокойствия" или только во время шторма включается?

Подозвав старпома, попытался выяснить, как тут насчет ночевки, но пока он пытался подобрать жесты для объяснения, заорал Гек и Мика тут же смылся на нос, а вернувшись начал уверенно махать руками влево. За парусами не видно, я оставил руль на него и сам перебрался на нос, где штатный повар разулыбался во все зубы и замахал рукой на берег.

Иногда великое видно на расстоянии, но к такому зрелищу нужно быть готовым. Я шарил по линии прибоя, безуспешно вглядываясь в то, что так обрадовало моих матросов... и просто не мог осознать то, что вижу. Ну скалы, но склон горы, ну зелень - чего они орут?

Потом вдруг мозги повернулись правильным углом и я увидел.

Огромное, видимое с моря и вполне различимое лицо на склоне горы. Потом еще одно осознание и мозг отрисовал всю фигуру. Получалось, что я пялился на статую, огромную, заросшую лесом, вырубленную в горном склоне! Чуть наискось от нас, километрах в пяти, стояла коренастая фигура в ниспадающих одеждах, сложив руки на животе. То есть если я ее так вижу отсюда и стоит она словно башкой облака держит, то метров триста в ней есть, а то и поболе, оно же не у самой воды стоит.

Охренеть... вот теперь я точно вижу, что попал в мир с магией.

Мика довольно встал рядом и замахал руками. Похоже, это что-то вроде маяка-ориентира, который мы должны оставить по правому борту, чтобы добраться до той точки на карте, в которую ребятки тыкали указательной щепкой.

Что же, стремный момент встречи с цивилизацией все ближе.

То и дело подглядывая на огромное истуканище, я подал "пятерку" на паруса и Мика довольно заорал от руля.

Глава 12

Мне определенно нужен учебник по магии.

Плыть "по трассе", имея справа маяк-истукан, оказалось очень скучно. То есть я полчаса разглядывал статую (первоначальные размеры пришлось скорректировать в сторону увеличения, потому что мы все плыли и плыли, а она все большая и большая), а потом надоело. К моему большому охренению, в полутора километрах от берега шло течение, несшее Корыто по часовой стрелке вдоль берега. Та самая "дорожка", на которую мы должны были встать. Не удивлюсь, если здесь имеется такое же, но в другую сторону. Теоретически, "жгут" воды может это делать, но это какой же мощности должен быть маг?! Наверное, даже сильнее чем тот, который истукана полукилометрового сваял.

Ветер умеренный, шторм доносится лишь далеким шумом и моросью рассыпавшегося ливня, скучно. Ничего лучше не придумал, как начать играться с ветром и почти сразу обнаружил, что мое вроде бы логичное "толкай его в парус" на деле не совсем таково. Если не давление, а поток, и не прямо, а под углом к парусу, причем за ним, то почему-то лодка ходу прибавляет, хоть и немного. Это "немного" чувствуется скорее через тело - ноги, задницу, руки. То есть все то, что касается палубы и бортов.

Мика, почувствовав изменение, коротко скомандовал и матросы как-то так перетянули свои веревочки, что "косой" ветер еще прибавил в эффективности. Торопиться вроде некуда, так что сбавил до "четверки"... да, если держать свой ветер вот так, то выигрыш примерно в пятнадцать-двадцать процентов, по сравнению с прямым. А если своим естественный подправлять, заставляя его работать в оба передних паруса? Не, нужно учиться магичить надлежащим образом.

Или вот вода - нужен контакт, чтобы сформировать жгут. Но сколько понадобилось пользоваться силой, чтобы понять простую возможность вытянуть часть этого жгута на поверхность. И не надо висеть скособочившись у борта, макая конечность в океан, достаточно разик сунуть и потом по метровой водяной "веревке" спокойно шарить вокруг.

Что еще веселее - вода в "жгуте" двигается, а это значит что? Правильно - макаю палец в скопившуюся на палубе воду, она сама выпускает "щупальце" и по нему утекает за борт домой. Как по шлангу насоса, только без шланга и без насоса. Хрень ненаучная.

Откуда энергия берется? Или это остаточный фон от моего межмирового переноса? А тот же бородатый пират, он тоже попаданец? Или другое - почему я вообще могу что-то чувствовать водой? Это откуда у меня в голове механизм распознания сигналов, да еще и откалиброванный, словно всю жизнь пользуюсь? Воздух тоже инфу дает, но словно бы на другом языке. Только огонь ведет себя как нормальное чудо, то есть случается и все тут. Впрочем, я им давно не пользовался, может уже все изменилось.

Или вот - я выбил порывом ветра из воды веер брызг, подставил ладонь и быстро переключившись собрал влагу в одну каплю. Покатал туда-сюда, перевернул руку, растекся водой в пленку и собрался наверху.

Как это называется? Гидрокинез? Как, чем и за счет чего я это делаю?

Кто бы подсказал... У каждого бывают слабые стороны, моей как раз является приверженность к шаблонам. Еще когда учиться пробовал убедился: берет какой-нибудь молодой тему, над которой я бьюсь уже неделю, и быстренько чик-чик ее на составляющие, сразу все так просто и понятно становится. Блин.

Потом по этому шаблону легко любую задачу разберу, похожую. А если нет, то опять нужна подсказка. Схемка аль чертежик, а то так и буду молотком шурупы забивать. Нет, моя дубоватость в жизни не раз выручала, что меня, что друзей. Но как с новым чем-то столкнусь так ступор и непонятки. Тяжело без плана жить, неуютно.

Команда привычно разбилась на вахты, Гек и Сома полезли под навес, Мика присел у руля. Чуткие они, тактичные. Понимают, что капитану охота над судьбинушкой горькой у борта размышлять.

Догнало, наверное. Там, на пустынном острове, тоже шаблон работал - не время для соплей, яйца в кулак и выживать изо всех сил, не заморачиваясь сутью происходящего. Ну вот, выжил, обитаемые земли в двадцати минутах хода по правому борту Корыта. И сразу все мутно как-то.

Оглянувшись, я посмотрел на Мику, сейчас уставившегося куда-то в подступающие сумерки. Небо слегка развиднелось, самое время выглядывать знакомые звезды среди тысяч и тысяч новых. Здесь и ночи нормальной не было ни разу, то далекие солнца светят, то звезды. Центр галактики? Тогда почему все так похоже на Землю? Или это симуляция? Но какой в ней смысл?

Снова усилием воли покатав по неподвижной ладони каплю я стряхнул воду и посмотрел в небо. Можно сделать парашют и подняться вверх. Уйду в небо свечкой даже на "пятерке"... а потом? Печально и плавно спускаться вниз? А смысл какой? Управлять можно, да только на лодке куда быстрей и безопасней получится. Опять же конструкция параплана для меня темный лес, ставить опыты над собой не хочется, а среди местных материалов может не оказаться нужного. Поднялся на километр, там вдруг над головой "тр-ресь!" не выдержавшей ткани и экстренно возвращаешься на землю. Мне моей силы для нормального полета не хватает, а удастся ли удержать ровный поддерживающий поток под кувыркающимся в падении человеком - проверять не хочется.

А жаль... Хотя нет, не жаль. Просто очень уж меня эта неторопливость огорчает - четыре километра в час крейсерской скорости, пусть и без затрат сил, почти безопасно, а все равно скучно. Вот так годами сидеть у руля, давить машинально в парус, смотреть на волны и вдумчиво ощущать, как растет и седеет борода... бррр. Но куда деваться?

Только учиться магии. Но даже дома на это надобны средства, без них тебя чему-то полезному станут учить только с целью быстренько использовать. Какой может быть магическая цивилизация? Вон, маяк из выступающей горы сделали. Второй час плывем, а он только начал слегка уменьшаться. Если его делали маги с таким же объемом, как у меня, только в земле - снимаю шляпу перед прорабом. А если у скульптора объемчик как раз в полкилометра радиусом?

Или вон течение - не думает снижать скорость. Да, само по себе не такое уж и быстрое, но черт побери сколько в этом "жгуте" километров?! Какие мозги нужны, чтобы не рехнуться от того, что им попутно нащупываешь?

Вздохнув и быстро оглядевшись - на горизонте пусто - поднялся на "мостик" и сел рядом с Микой. Пора прояснить еще один момент.

- Мика? Ты и другие, - тычок пальцем в старпома и в сторону навеса. - На острове, - кружок на палубе и три черты. - Как долго? - пальцем на восток и дугу по небу.

Он кивнул, поняв сразу. Что говорит в пользу привычки к общению с теми, кто по-человечески не бельмеса. И, косвенно, многочисленности местных наречий.

"Мы" - жест похож на хватание кружки, - "Остров" - махание рукой за спину и ладонь перевернутой лодочкой, - "Долго" - много-много быстрых полукругов.

Допустим.

- Вы, - "хватаю кружку" и он кивает. - Плыть, сюда, плот? - "бль-бль," ткнуть в берег и стукнуть ногой по палубе.

И снова старпом кивнул, ничуть не затруднившись интерпретацией.

"Мы" - привычный "хвать", - "здесь" - тычок в сторону течения, "бль-бль". И не дожидаясь вопроса дополнил: "Мы" - "здесь" - "уважаемый капитан" - "земля".

Та-ак... интересно девки пляшут. То есть я не столько корабельный двигатель, сколько пропуск через течение?

Дальнейший разговор показал, что да, карабас тут тоже может плыть, а его матросы в одиночестве только "бль-бль". И с самой земли можно уйти через круговое течение в море лишь имея нечто на шее.

Напоследок я спросил о точке назначения и Мика очертил примерно треть небесного полукруга. И намекающе сложил руки у щеки, мол спи спокойно, дорогой капитан, тут и без тебя обойдутся. Часов до десяти утра.

Кивнув, я пошел обратно на привычное место у борта, уставившись в поросший лесом берег. Что же мы теперь знаем? Мы теперь знаем, что мой старпом человек еще более бывалый, чем я предполагал. И что тут есть магическая система слежения за судоходством, а этот невероятных размеров водяной жгут может с нашим Корытом сделать то же, что я делал с лангустами. И что система отзыва "свой-чужой" лояльна ко всем магам. Ну и наконец, что индустрия артефакторики тут развита необычайно, ведь каждого рыбака надо снабдить тем, что на шее будет висеть, а это ближе к десяткам тысяч. Массовое производство и хотя бы минимальная база знаний обязаны присутствовать.

А еще стоит учитывать, что мои матросы не уговаривали меня побыстрей пристать к берегу, то есть я им не только как пропуск-ветродувец необходим. Иначе смылись бы еще час назад: уговорили бы лопуха сухопутного ужасный шторм на берегу переждать и во время стоянки деру бы дали.

Все-таки магократия? Ну, на первый взгляд, может быть и техноварварство с использованием забытых технологий. Меня уверяли, что мне здесь обрадуются - а чему радоваться, если подозрительный тип может пройти через охранную систему острова? Утром увижу.

И снова я думал, что не усну от всех этих вопросов, а проснулся от громкого "Э-хэ!", которым Гек меня будил.

Солнце светит, волны почти незаметны, Корыто слегка поскрипывает - этот звук как-то удивительно быстро стал привычным маркером "все в порядке". Потянувшись, потер бок, мечтая об ортопедическом матрасе, потом потер подбородок. Еще одна проблема - что делать с внешним видом? В добыче бритвы не обнаружилось, так и ходить ощетиненным, пока борода не вырастет? Общество вокруг незнакомое, неизвестно, как примут. Это грубая матросня может выглядеть как вздумается, а нам, приличным людям, надо соответствовать культурному коду!

Закончив потираться я пригладил волосы как мог и вышел на палубу.

- Что, добрались?

Повар ухмыльнулся и с неизменным поклоном протянул мне кусок лепешки и глиняную кружку с чем-то теплым. Достаточно, чтобы заморить червячка, маловато для завтрака. Можно присесть на "свое" место и оглядеться вокруг.

Часов восемь утра, волнение нулевое, ветер умеренный в спину, идем под главным парусом. До берега все та же морская миля, на руле Сома, разбудивший меня Гек осторожно и не торопясь чистит жаровенку, от спящего Мики торчат пятки из-под навеса. Здесь порядок, что вокруг? Для начала невысокая горная гряда тихонько сошла на нет, сейчас берег был холмистым, но достаточно пологим. Зелень, зелень, повсюду зелень! Яркая и сочная, что подразумевает плодородие почвы.

Плюс компания - в поле зрения двигались еще две таких же лодчонки как наша, плюс одна большая, раза в два с половиной больше, трехмачтовая джонка. Явно рабочие кораблики, никаких украшений и ярких цветов, все строго утилитарно.

Это не считая десятка мелких суденышек, половина из которых очевидно рыбацкие, с остальными затрудняюсь ответить.

Много это или мало? Пока не ясно. Ни единой трубы, суда только парусные. Ни одного железного корпуса, только дерево. Флаг лишь на большом корабле, но он далеко, не разглядеть, просто тряпка или с рисунком.

Пока приглядывался, команда решительно обступила меня со зловещими намерениями. Капитана оглядывали с ног до головы, что-то обсуждали, поминутно кланяясь и размахивая руками с итальянским темпераментом. Что было нужно стало понятно как только Гек нырнул в каюту и вынес оттуда висевшую на стенке куртку, которую тут же растянули на палубе и попытались украсить трофейными цепочками.

На мои возражения ответы были явно в духе "отстань, лопух... то есть не беспокойтесь, господин капитан, все будет как в лучших домах Филадельфии".

Команда явно не хотела терять в авторитете из-за того, что я собрался выглядеть как последний портовый босяк.

Что же, пришлось брать дело в свои руки, а то знаю я эти восточные моды.

Пнув Гека под зад и изобразив "итальянскую щепоть" в сопровождении выражения лица "что ты мне тут втираешь?!" я для начала показал на свои ноги. Солидный человек должен иметь приличное средство передвижения. То есть хотя бы лапти надо обуть, чтобы по чужим плевкам не топтаться. Лаптей у нас не имелось, а делать их эрзац из все той же парусной циновки не стали, потому что - слава пиратам! - мы же с добычей. Нечто среднее между шлепками с кожаной подошвой и вьетнамками на подвязках, вот что украсило мои ноги!

Дальше джинсы, на которые команда смотрела без одобрения. Видимо, богатые штаны это когда много разноцветной ткани, а здесь однотонная дерюга в обтяжечку, нищета голимая. Ремень одобрили, но тут же стали показывать, что на него правильный пацан должен повесить авторитетную саблю, а не коротыш в пластиковом чехле.

Я повеял на всех троих ветром-пятеркой, мол нафига мне оружие, я и так могучий маг!

Согласились с неохотой.

Рубашку выделили из запасов карабаса, и была она в стиле "галантного века", то есть ткань приличная, но с кучей складок и кружев, да еще на пять размеров больше нужного. Принюхался, но видно ее надевали только по торжественным случаям, так что повода отказать не нашлось. Куртка на эту богачесть сверху еле налезла, манжеты закрывали руки до кончиков пальцев и теперь уже команда показывала мне "сиди так, ты ничего не понимаешь, это самый шик!"

Во избежание бунта на корабле согласился.

На голову мне хотели намотать чалму из пятиметрового куска ткани, но были решительно остановлены. Я знаю, как должен выглядеть настоящий капитан! Я про это фильмы смотрел. Пусть треуголки нет, зато я видел подходящий платок! Правда он синий, а не красный, но тут с оригиналом не знакомы.

Посадив перед собой Сому я с третьего раза смог воспроизвести правильный образ. Вместо подвески с жемчужинами и монетой пришлось повесить кусок серебряной цепочки, но в целом матросы после долгих раздумий сочли, что в этом что-то есть и повязка Джека Воробья была водружена мне на голову.

Команда наконец успокоилась и я наорал на них, потому что какого хрена никто на руле не сидит и все заняты какой-то фигней? Мы в море или где, блин?

Воспринято было с облегчением, наконец-то я веду себя подобающим образом, после чего все занялись своими делами. То есть Гек продолжил чистить жаровню, Сома уселся к рулю, Мика подхватил очередную веревочку с распушеным концом и стал что-то с ней проделывать, а я с умным видом присел и уставился на далекий берег.

С этим надо что-то делать, я так с ума от скуки сойду.

Подал "пятерку", мы ощутимо прибавили в ходе. Случайно поймал краем глаза горделивое выражение лица Сомы, посматривавшего на "тащившийся" в двухстах метрах от нас корытоподобный кораблик. Оттуда что-то крикнули, но рулевой лишь отвернулся с превосходством, не желая тратить время на улиток.

Сложившись с течением мой ветер дал нам скорость достаточную, чтобы берег пополз прочь уже ощутимо. Все понижавшаяся местность показала первые пляжи, проплыла мимо деревушка с расставленными для просушки сетями, потом еще одна. Разглядеть с такого расстояния можно было только силуэты, но дома модели "всепогодная хижина", а лодчонки на двух-трех человек.

Смотря на берег я поймал медитативную волну и пропустил куда делись два часа, встрепенулся лишь случайно, заметив, что течение ведет нас в довольно широкий пролив.

- Мика? Подь сюда.

Подскочивший старпом даже спрашивать не стал, тут же начав чертить на палубе. Вот мы плывем, вот пролив, мы проходим в него по центру и справа будет "кружок и стукнуть по нему пальцем". То есть наше место назначения.

К которому еще непонятно зачем идем.

Подавив проступивший ночной мандраж я лишь спросил: "Вуу? Можно?" и получив в ответ три кивающих головы, мол не только можно но даже как бы и положено, поднял ветер до шестерки. Мы понеслись на безумных десяти километрах в час!

Пролив, метров пятьсот в ширину, был между гористым, изогнутым островом и большой землей. Причем остров прикрывал немаленькую гавань. Я смотрел почти жадно, прикидывая и отбрасывая версии. Вот вход в пролив прикрывает что-то очень похожее на крепость - здесь есть метательные орудия? На острове белые стены, что там может быть? Гарнизон? Город могут атаковать с моря несмотря на сторожевое течение? Дома - азиатский стиль, крыши прямые, черепичные, все одноэтажные.

Гавань почти километр в поперечнике, но город лишь на одной стороне - почему? Видны большие строения, тоже белокаменные стены, как на острове - один стиль? Наследие от более сытых времен? Здесь упадок технологий? Белый камень это редкий стройматериал для особых случаев?

Леса мачт не видно, открывшийся порт вмещает полдюжины больших джонок, десятка два малых. Но сараев немало, то есть здесь есть какая-то торговля...

- Э-хэ?

Мика тыкал пальцем в один из причалов, для меня ничем не отличавшийся от других. Хотя нет, отличие есть - там ни одной лодки. Хм, а не потому ли это, что касание сфер магии штука неприятная?

Кивнув, я пересел наверх, к румпелю, и уже более осмысленно пригляделся. Город тысяч на десять населения, если тут действительно азиатское средневековье. Дымки над трубами, слышатся удары по металлу, какие-то неразборчивые мирные крики. На причалах телеги с одной парой колес, запряженные чем-то похожим на крупных ослов. Народ темнокожий, по большей части одет лишь в юбкоподобные наряды, но вон спешит какой-то одетый целиком гражданин в сопровождении двух полуголышей.

Кстати, а не к нашему ли причалу он спешит?

Мика, поймав взгляд, кивнул.

- Ты одеваться не будешь?

Я провел рукой вдоль него, старпом вильнул взглядом, но вздохнул и признался.

"Мы" - хвать рукой - "туда" - показал на берег - "идти" - международное движение пальцами - "нельзя" - ладонью право-влево.

А потом кулак от шеи вверх и слегка высунутый язык.

Ну, не очень-то и удивил.

"Вы" - "здесь" - "как"?

Он деловито обвел руками палубу Корыта и серьезно кивнул. То есть у нас какое-то подобие экстерриториальности? Еще одно приятное открытие.

Я затормозил лодку в полусотне шагов от причала, остановив своим ветром естественный. На Корыте не было двух важных вещей: во-первых у нас нет шлюпки для схода на берег, а во-вторых этих штук, чтобы о причал не побило, я про такие в кроссворде отгадывал. Вместо них еще старые покрышки используются. Да, точно - "кранцы".

Богато одетый чиновник на берегу неопределенно махнул рукой. Между нами было всего ничего, но ни обращаться ко мне повышая голос, ни как-то показывать жестами, мол вижу и все такое, он не стал.

Более того, его сопровождающий не стал сам навешивать на причал лежащие прямо перед ним толстые плетеные кранцы, а метнулся прочь и привел еще двоих, которыми и стал руководить. Интересный пустячок.

Наконец, к нашему прибытию все было готово:

- Мика, парус вполовину.

Я делал три вещи одновременно - задавал подруливающие импульсы ветром, создавал жгут воды для лучшего ориентирования, касаясь мокрого троса, выброшенного за борт (жгут пропадал, стоило от воды уйти в воздух, но капелек влаги хватало для его быстрого восстановления) и краем глаза наблюдал за чиновником.

Тот невозмутимо ждал.

Наконец, Корыто мягко прижалось боком к причалу, матросы перекинули на берег веревки, нас подтянули, закрепили... за кнехты, да. Ну или за выступающие бревна причала, что одно и то же.

Сопровождающие портового чиновника люди лично положили на борт Корыта дощатый трап, отскочили в сторону. Оглянулся - мои архаровцы выстроились на палубе, только что не крестя меня в спину. Хмыкнув, проверил, как прочно лежат доски, потом поднялся и спокойно, держа лицо и спину, сошел на берег.

И лишь в момент, когда я сделал первый шаг на доски причала, чиновник коротко улыбнулся, сделав шаг навстречу.