Шкатулка с секретом

Глава 1

Трактир «У старого дуба» находился в ста метрах от крестьянского посёлка с двух сторон окружённого кукурузным полем. Большая дорога, соединяющая столицу Низовии Мирад с соседним Королевством, огибала пологий холм напротив этого поля и, почти упершись в трактир, круто поворачивала вправо. На протяжении многих лет огромный кряжистый дуб, в честь которого он и получил своё название, произрастал неподалёку. Ветер шелестел густой листвой дерева, а его обширная крона в летние знойные дни создавала приятную тень и прохладу. Путники любили останавливаться здесь, чтобы отдохнуть, а заодно и перекусить в уютном гостеприимном заведении, славящемся отличной кухней.

Но однажды во время грозы ударила молния и расколола могучего исполина надвое, воспламенила его ветви, огонь от которых, чуть было не перекинулся на двухэтажное бревенчатое здание. К счастью, пошёл сильный дождь и вовремя потушил пожар. От дуба остались лишь обугленные почерневшие головёшки, и только вывеска над дверью в одночасье осиротевшего трактира напоминала о его существовании.

В этот вечер разыгралась такая же непогода как тогда. Старый Сюш, который унаследовал трактир от отца, стоял за стойкой и время от времени посматривал в окно. Крупные капли дождя барабанной дробью часто сыпали по стеклу, густыми струйками скатывались вниз. В большой комнате было шумно. Изрядно подвыпившая компания, состоящая из четырёх молодых людей, веселилась громче, чем подобает. Но другие посетители не обращали на неё никакого внимания. Завсегдатай толстяк Дован, который захаживал сюда каждый вечер и, казалось не то, чтобы нынешняя непогода, а даже всемирный потоп не смог бы помешать его обычному каждодневному ужину, состоящему из большой кружки пива и порции фирменных колбасок Сюша. За соседним столиком сидели два господина. Они о чём-то тихо беседовали и были так увлечены, что не замечали ничего вокруг.

В очередной раз, выглянув в окно, Сюш подумал, что постояльцев сегодня можно больше не ждать. Все путники должно быть уже нашли себе пристанище, ведь в наши дни хозяева каждого стоящего вблизи от дороги дома были рады за небольшую плату приютить у себя любого, кто в этом нуждался. Поэтому-то дела Сюша оставляли желать лучшего.

Трактирщик решил дождаться, когда посетители разойдутся, чтобы самому отправиться спать, оставив дежурить на своём посту на всю ночь помощника Берта. Но вдруг над входной дверью звякнул колокольчик и в комнату вошёл мужчина. С его плаща ручьями стекла вода, промокшие насквозь широкие поля шляпы обвисли, из-за чего лица разглядеть не удавалось.

- У вас можно остановиться на ночлег? – спросил незнакомец, подойдя к стойке, и слегка отодвинул в сторону свисающее вперёд мокрое, имеющее жалкий вид, павлинье перо.

- Да, да, конечно, - улыбнулся Сюш, - куда же вы пойдёте в такую погоду.

Трактирщик бросил на мужчину быстрый оценивающий взгляд. Перед ним стоял человек, не старше тридцати пяти лет с правильными чертами лица и большими печальными глазами.

- Отлично, - облегчённо вздохнул новый постоялец, порылся в дорожной сумке, выложил на стойку серебряную монету, потом секунду подумал и добавил ещё одну.

Маленькие глазки Сюша заблестели, он сделал быстрое движение рукой и монеты исчезли. Такую щедрую плату за ночлег трактирщик получал не часто.

- Мне нужна хорошая постель, сытный ужин и стойло в конюшне для моей лошадки.

- Лучшей постели и ужина Вам не найти во всей округе. Думаю, что овёс, который засыпят в кормушку вашей лошади ей придётся по вкусу, - расплылся в улыбке хозяин трактира, снял с крючка ключ и протянул его постояльцу, - ваша комната под третьим номером. Подниметесь по той лестнице, затем прямо по коридору вторая дверь направо.

Мужчина кивнул, взял ключ и направился к лестнице, мокрый плащ давил на плечи и ему не терпелось избавиться от неприятной ноши.

- Обождите, возьмите лампу, в спальне темно, - остановил его Сюш, ловко подхватил с полки испускающую ровный свет лампу и необычайно проворно для своих лет и довольно упитанной фигуры выскочил из-за стойки. Слегка склонившись, подал её новому постояльцу, затем спохватившись, сказал:

- Прошу извинить, но ужинать вам придётся спуститься сюда. В номера мы не подаём.

- Сниму плащ и вернусь, - отозвался мужчина.

- Чего желаете отведать? У нас есть фирменные свиные колбаски, жаркое из баранины с зелёным горошком и гусиный паштет… если нужно, могу яичницу поджарить.

- Давайте всё и яичницу тоже. У меня с утра маковой росинки во рту не было. И не забудьте про лошадь.

- Сию минуту отдам насчёт неё распоряжение, - засеменил к двери в подсобное помещение Сюш.

Лером, так звали вновь прибывшего постояльца, при свете лампы быстро отыскал комнату под номером три, вошёл и осмотрелся. Большая аккуратно заправленная кровать стояла в углу. Напротив неё у завешенного плотными шторами окна находился небольшой столик и массивный стул с высокой резной спинкой. У двери к стене была прибита вешалка для одежды, состоящая из трёх крючков и полки для шляпы.

Лером развесил шляпу и плащ так, чтобы они скорее просохли, снял, перекинув через голову, висевшую на боку дорожную сумку, положил её на стул и направился к двери. Но вдруг остановился, взял сумку и повесил её под плащ. Позванивая шпорами, быстро спустился вниз. Без плаща и шляпы он выглядел ещё моложе. Его каштановые густые волосы были собраны и перетянуты прочным шнурком сзади у шеи, синие глаза по-прежнему оставались печальными, серая короткая куртка и узкие с кожаными вставками штаны для верховой езды ладно сидели на стройной фигуре.

Услужливый трактирщик уже суетился у стола, расставлял испускавшие изумительный аппетитный аромат тарелки. Заметив постояльца, Сюш изобразил на лице такое добродушие и умиление, на какое только был способен.

- Что будете пить вино или пиво? – ласково спросил он.

- Неси кружку пива, - глотая слюну, ответил Лером.

Он тут же сел за стол и принялся с жадностью поглощать еду. По мере её исчезновения, настроение Лерома улучшалось, и жизнь уже не казалась ему такой трудной и несправедливой.

Постепенно другие посетители расходились и к тому моменту, как закончить ужин, Лером и Сюш остались вдвоём, не считая несколько раз прошмыгнувшего мимо помощника хозяина трактира.

- Спасибо, ужин был превосходным, - поблагодарил Лером, доедая остатки паштета.

- Не хотите ли добавки? – поинтересовался Сюш.

- Съел бы ещё, но некуда, - ответил разомлевший от еды Лером, - разве что утром, перед отъездом.

В это время Берт прошёл мимо стойки на кухню.

- Тогда желаю вам приятного отдыха, - сказал Сюш и, взглянув на часы, добавил, - оставьте свои сапоги у двери, Берт помоет и почистит их, будут блестеть, как новенькие.

- Так и сделаю, - согласился Лером, ещё раз поблагодарил трактирщика за все заботы и отправился спать.

Сюш не спеша пересчитал вечернюю выручку, позвал помощника, чтобы сделать ему замечание за нерасторопность и медлительность и отдать последние наставления на предстоящую ночь, когда услышал взволнованный возглас:

- Меня обокрали! Скорее, скорее ищите вора!

Новый постоялец, перешагивая через несколько ступеней, спустился вниз, подбежал к стойке. Он был бледен и крайне взволнован.

- К-к-как обокрали?! – растерянно моргая, переспросил Сюш.

У его помощника Берта отвисла нижняя губа, большая бородавка на носу приобрела ярко-красный цвет. Он стоял с открытым ртом, не шевелясь.

- Кто-то забрался в комнату, пока я ужинал и унёс всё содержимое дорожной сумки, - пояснил Лером и, опустив глаза, добавил, - если не найдётся пропажа, мне конец.

Тем временем трактирщик немного пришёл в себя.

- Неслыханное дело! Чтобы в моём трактире обворовали постояльца! Не помню такого! – возмутился он. – Берт! Не стой столбом! Сейчас же отправляйся в посёлок за начальником стражи! Надо непременно найти вора, - Сюш ненадолго смолк и тихим вкрадчивым голосом спросил, - у Вас пропало что-то очень ценное?

- Да! Деньги и фамильная брошь, но это я мог бы ещё пережить, - нервно постукивая пальцами о стойку, сказал Лером, - негодяй забрал маленькую шкатулочку с секретом, то есть с замысловатым замком, которую я должен был не далее чем через сутки доставить в Мирад. Я выполнял поручение очень влиятельного господина. Что теперь будет? За эту шкатулочку меня могут повесить…

Лером схватился за голову. Он был на грани нервного срыва.

- Так Вы гонец, - заключил Сюш, который принял щедрого постояльца за высокородного отпрыска одной из знатных семей Низовии, и при этих словах почувствовал лёгкое разочарование, - а что было в шкатулке?

- Не знаю, но тот господин, имени которого я назвать не могу, предупредил, что вещице, спрятанной в шкатулке, нет цены. Ах! Несчастнее меня нет человека на всём белом свете, неприятности сыплются на мою голову одна за другой, - горестно вздохнул Лером.

- Успокойтесь, присядьте, выпейте кружечку пива. Скоро вернётся Берт со стражниками. Они мигом отыщут Ваши вещи и шкатулочку тоже, - спокойным голосом проговорил Сюш, нацедил из бочонка пенного напитка, вышел из-за стойки и почти силой усадил пребывающего в сильном душевном расстройстве Лерома за стол. Тот залпом выпил всё пиво до дна, глаза его заблестели, полный решимости он вскочил:

- Мы сами найдём вора! Должно быть, он ещё в трактире! Надо осмотреть все комнаты и подсобные помещения!

- Мы не станем этого делать, - мелко перебирая короткими ножками, Сюш подбежал к лестнице и своим крупным телом загородил проход наверх. – Не стоит беспокоить постояльцев. Я уверен, что в тот момент, когда Вы ужинали, они уже сладко спали и никакого отношения к краже не имеют.

- Что ж, тогда надо осмотреть кухню или…, допустим…, кладовую, если таковая у вас имеется.

- Раз уж вам так не терпится устроить на кухне беспорядок, начинайте. Только ничего вы там не найдёте. Во время кражи из работников трактира здесь были только я и Берт. Он служит у меня не один десяток лет и за это время ни разу не был замечен ни в чём подобном. Если желаете, обыщите меня. Может, это я стянул Вашу шкатулочку.

Лером смешался, поник, снова сел за стол.

- Давайте дождёмся стражу, - сказал Сюш, вернулся за стойку, посмотрел в окно.

Дождь закончился. Закрытое тучами небо не пропускало лунного света, и на дворе стояла кромешная тьма.

Лером больше ничего не пытался предпринять, с отрешённым видом молча сидел за столом, как будто его и не было в комнате.

Хозяин трактира суетился за стойкой, протирал и без того чистую посуду, бросал частые взгляды то на часы, то на дверь и при этом непрерывно бубнил себе под нос:

- Надо же было случиться такому несчастью. Что теперь будет с трактиром? И так постояльцев не много, а теперь… кто захочет ночевать в заведении с дурной репутацией? А ведь странно. Кто же всё-таки украл шкатулку? - Сюш наморщил лоб, усиленно соображая, потом досадливо развёл руками, - ума не приложу кто мог незаметно пробраться в трактир и как его найти.

В этот момент звякнул колокольчик. В комнату вошёл Берт и два стражника. Один – здоровый детина с голубыми глазами и взглядом, говорящем о полном отсутствии интеллекта. Другой – маленький, пронырливый сразу подошёл к стойке и сказал:

- Добрый вечер, то есть ночь, дорогой Сюш. Выкладывай, что тут у тебя приключилось.

- Я надеялся, что Бель сам возьмётся за это сложное дело, - с недовольной миной на лице отозвался трактирщик. – Сумеешь ли ты найти вора, Тиссен?

- Ты разве не знаешь, что сейчас три часа ночи? В такое позднее время начальники спят и очень не любят, когда их беспокоят по пустякам. Лучше расскажи, что у тебя украли.

- Не у меня. Вон у того господина, - кивнул на Лерома, который, не замечал стражников, по-прежнему сидел, опустив голову, и никак не реагировал на их появление.

- Видимо у него вытащили полный кошель, да не с серебряными, а с золотыми монетами, - взглянув на Лерома, решил Тиссен.

- У него пропала шкатулочка с какой-то драгоценностью, - пояснил Сюш.

- А ты сам-то видел её? Может, врёт?

- Нет, не видел, - опешил Сюш, - но и не врёт. Человек просто убит потерей этой шкатулки, разве не видно? Не с того начинаешь Тиссен. Ничего ты не найдёшь.

- Ладно, пойду, поговорю с ним, - стражник подсел к Лерому и начал задавать ему вопросы.

Потом вместе со своим напарником они бегло осмотрели все помещения первого этажа, но ничего подозрительного не обнаружили. Уступив настойчивой просьбе Лерома, дождались утра. Когда все постояльцы, проснулись и спустились позавтракать, любезно попросили показать их свои вещи, осмотрели их комнаты, но ничего, что указало бы на вора, не нашли. Сытно закусив, за счёт заведения, стражи удалились. Вслед за ними покинул трактир и Лером. Куда он отправился, никто не знал.

Глава 2

Яркое весеннее солнце заглядывало в открытое окно. Громкий щебет птиц ласкал слух Валеса Венде, который пребывал в прекрасном настроении и, казалось, ничто не могло его омрачить.

Сидя за длинным обеденным столом, занимавшем центральную часть обширной столовой Венде поглощал свой завтрак. Маленькой серебряной ложечкой он осторожно соскрёб остатки яйца, сваренного в мешочек, отправил в рот его жёлто-белую мякоть. Затем специальным ножичком принялся намазывать свежее сливочное масло на тонкий ломтик белого хлеба. Валесу нравился этот несложный процесс. Он поддевал небольшое количество масла, клал его на хлеб и медленно размазывал, напевая себе под нос какую-то весёлую мелодию. Когда ломтик полностью покрывался ровным слоем мягкого масла, Венде откусывал кусочек бутерброда, тщательно пережёвывал и делал глоток горячего кофе из фарфоровой чашечки, которая являлась частью красивого дорогого сервиза. Такая трапеза повторялась каждое утро на протяжении довольно длительного времени.

Венде шёл уже шестой десяток, но он был моложав, имел приятную наружность, а лёгкая седина на висках придавала ему немного солидности и шарма.

Валес Венде не мог пожаловаться на судьбу. Он принадлежал к старинному знатному роду. Как единственному наследнику семьи Венде, ему досталось приличное состояние, ухоженное поместье, роскошный особняк и конюшня с очень породистыми лошадьми, каждая из которых стоила не малых денег.

Венде получил хорошее образование, имел влияние при дворе, иногда получал от короля Леонарда личные поручения, требующие особого внимания и полностью исключающие какое-либо упоминание о них в обществе и тем более широкую огласку.

После завтрака Валес обычно наведывался в конюшню, чтобы полюбоваться на тонконогих скакунов. Иногда он совершал конные прогулки или велел закладывать экипаж, чтобы отправиться по делам в близлежащий городок под названием Ростон.

Сегодня он намеревался посетить конюшню, увидеть, недавно появившегося на свет, жеребёнка очень редкой породы. Допив очередную чашечку кофе, Валес уже собирался вставать из-за стола, когда в комнату вошёл слуга, и почтительно склонив голову сказал:

- Господин Венде, извините, что прерываю ваш завтрак. Но человек, только что прибывший из Мирада очень настаивал…

- Чего хочет этот человек, кто он?

- Он привёз для Вас письмо от Петкеля.

- А-а-а, - улыбнулся Венде, как будто ожидал хороших известий, - где письмо?

- Вот оно, - слуга подал сложенный вчетверо листок, скреплённый восковой печатью.

Острым ножом Валес прорезал воск, развернул листок и начал читать. Выражение его лица быстро менялось, улыбка исчезла, уголки рта опустились вниз. Нахмурившись, Венде дочитал письмо до конца, бросил листок на стол и обратился к переминающемуся с ноги на ногу в ожидании распоряжений слуге:

- Капин, проводи человека доставившего послание на кухню, пускай его накормят. Но прежде пригласи ко мне Дугра.

Через пару минут Дугр вошёл в столовую. Это был уже не молодой худощавый человек с продолговатым лицом, длинным тонким носом, высоким лбом, переходящим сверху в две большие залысины, обрамлённые пепельного цвета короткими волосами и светло-карими умными глазами. Он служил управляющим у Валеса Венде большую часть своей жизни и был в курсе всех его дел и секретов.

- Доброе утро, господин Венде, - переступив порог, сказал Дугр и лёгкой походкой подошёл к столу.

- Садись, читай, - протянул ему недавно полученное письмо Валес.

Быстрым резким движением Дугр придвинул к себе стул, сел, взял листок и быстро пробежал его глазами.

- Что скажешь? – спросил Венде.

- Петкель взбешён. Он ждал нашего гонца в назначенный день и час. Но Лером так и не явился на место встречи и не передал ему шкатулку. Ума не приложу, как могло случиться такое недоразумение, ведь гонец отбыл в столицу две недели назад. Возможно, Петкель сам что-то напутал и теперь бедный Лером мечется по Мираду, пытаясь связаться с ним. Думаю, нет серьёзных оснований для беспокойства.

- А я полагаю, что есть, - не согласился Венде, - не хотелось бы мне из-за этой шкатулки попасть в немилость короля. Вместо благодарности за полученную посылку, я получил сообщение, которое озадачило и очень огорчило меня.

- Я во всём разберусь, - на лице Дугра появилась лёгкая улыбка. Он оставался совершенно спокойным, ни на секунду не сомневался, что гонец быстро отыщется, и отправленная с ним шкатулка тоже.

- Хорошо, - глядя на Дугра, немного успокоился и Венде, - но что же мне написать Петкелю?

- Пускай придумает какую-нибудь убедительную отговорку для короля, потянет время, пока всё не прояснится.

- А если Петкель донесёт на меня Леонарду, обвинит в пропаже шкатулки?

- Он не станет этого делать, так как из-за своего длинного языка и неуместной шутки по поводу женитьбы короля, потерял его благосклонность. С помощью шкатулки он надеется вновь обрести её, и крайне заинтересован в том, чтобы она отыскалась как можно скорее. К тому же у нашего короля весьма переменчивое настроение и весть о пропаже шкатулки может стоить сообщившему её жизни.

Услышав это, Венде слегка побледнел.

- Ты как всегда прав, - согласился он с управляющим, - сейчас же напишу Петкелю, попрошу его под любым предлогом выиграть время. А ты отправляйся на поиски Лерома.

Дугр кивнул, поднялся и своей лёгкой походкой направился к двери.

Двумя днями позже, он вновь постучал в дверь кабинета Венде и, не дожидаясь приглашения вошёл. Валес сидел за большим письменным столом и перебирал какие-то бумаги. Когда на пороге появился управляющий, он оторвался от своего занятия, перевёл взгляд на Дугра. В его глазах читался немой вопрос.

- Я нашёл след Лерома в трактире «У старого дуба», который расположен на полпути в Мирад. Гонец остановился там на ночь. Пока он ужинал, кто-то забрался в его комнату. Вместе с личными вещами похитители унесли шкатулку.

- Но где же сам Лером?! – разволновался Венде.

- На следующее утро уехал в неизвестном направлении. По поводу шкатулки хозяин трактира посоветовал обратиться к начальнику стражи Белю. Я последовал его совету. Бель согласился уделить мне несколько минут, пояснил, что по этой краже ведётся расследование. Подробности сообщить отказался. Я попросил его поторопиться. Но очень сомневаюсь…, - подбирая подходящее слово, Дугр замялся.

- Значит, шкатулка пропала и, как я понял из твоего рассказа никто её, в общем-то, не ищет, - нахмурился Венде.

- Завтра с утра я продолжу поиски Лерома. Надеюсь, он поможет прояснить ситуацию, и с его помощью мы сможем быстро отыскать шкатулку.

- Да-да, так и поступим, - Венде запнулся, и изменившимся тихим голосом продолжил, - спасибо тебе Дугр, ты так много для меня делаешь.

- Рано благодарить, проблема ещё не решена, - не разделил его чувств Дугр.

Его устраивала должность управляющего, годовое жалованье и честные доверительные отношения с Венде. Он не хотел терять ничего из вышеперечисленного, поэтому вознамерился поскорее избавить себя и Венде от назревающих неприятностей.

На рассвете Дугр покинул особняк и продолжил поиски пропавшего гонца. В его отсутствие Венде ни разу не посетил конюшню, так и не взглянул на красавца-жеребёнка. Завтракал он тоже без особого удовольствия. Машинально с небрежностью намазывал масло на хлеб и жевал, не ощущая вкуса еды. Слуги недоумевали, наблюдая за хозяином, который не находил себе места, был раздражителен и рассеян.

Прошло ещё два дня. И вот поздним тихим вечером с липовой аллеи, соединяющей поместье Венде с большой дорогой, в сторону конюшни проскакал всадник. Это был Дугр. Он передал поводья утомлённого долгой дорогой, жеребца конюху и направился к трёхэтажному особняку. Капин встретил его у входа.

- Господин Венде уже спит? – спросил Дугр.

- Нет. В последнее время он очень поздно ложится, - вздохнул Капин, - засиживается в кабинете почти до рассвета.

- Он и сейчас там?

- Да.

- Хорошо. Я зайду к нему, - сказал Дугр и через большую гостиную, интерьер которой был выполнен в бело-жёлто-золотых тонах, быстро проследовал к ослепительно белой, покрытой ковровой дорожкой с высоким мягким ворсом, лестнице. Его запылившийся дорожный костюм и сапоги резко контрастировали с убранством и идеальной чистотой особняка.

- Можно? – слегка приоткрыв дверь кабинета, тихо спросил Дугр.

- Входи.

Венде сидел на кожаном диване с книгой в руках. Справа от него на маленьком круглом столике с изогнутыми ножками стояла лампа, которая отбрасывала яркий свет на страницы книги и постаревшее за последние два дня лицо Венде. Он захлопнул книгу и махнул рукой в сторону кресла напротив.

Дугр сел. Мягкое удобное кресло приятно обволокло его натруженное длительной верховой ездой тело. Длинными тонкими пальцами он принялся поочерёдно расстёгивать пуговицы тесного камзола.

- Ну? – поторопил его Венде.

- Я нашёл Лерома. Это оказалось не так уж и сложно.

- Где он был?! – обрадовался Валес.

- Не придумал ничего лучше, как укрыться в доме своего младшего брата. Лером растерян. Во всём произошедшем винит только себя. Считает, что зря оставил дорожную сумку на время ужина в комнате без присмотра, - собираясь с мыслями Дугр смолк.

- Да, это его промах. Не надо было выпускать шкатулку из рук ни на секунду, - удручённо проговорил Венде

- Он сделал это не случайно. Не хотел, чтобы во время ужина кто-нибудь из посетителей заметил её. Таким образом Лером надеялся уберечь сумку с посылкой от посторонних глаз.

- А вышло всё наоборот. Что он ещё рассказал?

- Ничего интересного. Понятия не имеет, кто бы мог её похитить.

- Ты позаботился о нём?

- Да.

Венде удовлетворённо кивнул и посмотрел на Дугра:

- Это всё?

- Не совсем. Я навестил начальника стражи Беля. Он поймал вора.

- Чего же ты тянул?! Кто он?! Шкатулка нашлась?! – оживился Венде.

- Это какой-то бездомный бродяга. У Беля есть подписанное им признание. Украденных вещей при нём не оказалось, и бедняга ничего не может о них сказать. Начальник стражи считает, что вор успел сбыть похищенные вещи, и найти их теперь невозможно. Он завершил расследование. Бродягу скоро отправят на виселицу, - закончил свой грустный рассказ Дугр.

На какое-то время в кабинете воцарилась тишина.

- Придётся сообщить королю о пропаже, - наконец прервал молчание Венде, - сейчас иди спать, а утром подумаем, как сделать это поделикатнее.

- А если нам повторить заказ? Предложить Фористелю гораздо большую сумму, чем в первый раз? – поделился соображениями Дугр.

- Хм. Можно попробовать, - Венде окинул своего управляющего странным взглядом. Он не переставал удивляться его изворотливости и упорству.

- Тогда завтра утром…

- Я сам наведаюсь к Фористелю. А ты отдыхай и набирайся сил. Возможно, скоро придётся везти в столицу другую шкатулку. И я никому кроме тебя не доверю это, - перебил его Валес.

- Надеюсь, что так и будет, - Дугр резко встал, прощаясь, слегка наклонил голову вперёд, затем покинул кабинет.

После его ухода Венде взял со стола маленький колокольчик, позвонил. В ту же секунду дверь отворилась, появился Капин.

- Распорядись, чтобы к семи утра мне подали экипаж для дальних поездок запряжённый тройкой самых выносливых лошадей.

- Будет исполнено, - попятился и, по-кошачьи ступая, слуга удалился.

На следующее утро ровно в семь Венде вышел из дома. Он был одет в тёмно-синий сюртук, классического кроя брюки, чёрные из натуральной кожи туфли. На голове – высокий цилиндр, в руках – лёгкая трость. Солнце поднялось уже высоко и ярким светом ослепило Валеса. Он прищурился. Привыкая к свету, стоял на крыльце. Экипаж уже ожидал его. Лошади нетерпеливо фыркали. Проворный лакей открыл дверцу, помог подняться по ступенькам.

- Трогай, Шосс! – распорядился он, когда Венде удобно устроился на диванчике.

- Но-о-о! Пошли! – крикнул кучер и направил тройку гнедых к липовой аллее.

Дугр целый день занимался хозяйственными делами, которые успели накопиться за последнюю неделю. Было около полуночи, когда во флигель, где находился Дугр вошёл Капин и сообщил, что хозяин вернулся и срочно требует управляющего к себе.

- В каком он настроении? – поинтересовался Дугр по дороге от флигеля к дому.

- Мрачнее тучи. Наверное, у нашего хозяина дела совсем плохи. Я давно не видел его таким, - поделился слуга.

- Это временно. Всё образуется, - ответил управляющий.

Венде стоял у окна кабинета и вдыхал наполненный весенними ароматами воздух.

- Чувствуешь запах? – спросил он, глядя мимо Дугра, - почти все деревья в саду цветами оделись. Моё любимое время года. – Венде громко вздохнул и продолжил, - Фористель не может нам помочь. Кажется, последняя надежда рассыпалась в прах.

- У меня есть ещё одна идея, - бодро отозвался Дугр.

- Какая? – от удивления брови Венде поднялись, а глаза расширились.

- В Ростоне живёт один человек, и он может нам помочь.

- Каким образом?

- Этот человек занимается частным сыском и всякими щепетильными делами. Уж если он берётся за дело, то обязательно доводит его до конца. Главное, чтобы взялся.

- Откуда ты о нём знаешь? – продолжал расспрашивать Валес.

- Лет шесть назад моя старшая сестра обращалась к нему. Тогда её мужа, ныне покойного, обвинили в убийстве соседа, с которым тот накануне повздорил… и, если бы не Баракул, не избежать бы ему виселицы.

- Этого сыщика зовут Баракул?

- Эмелиан, точнее Емельян Баракул. Ходят слухи, что отец дал ему это странное имя в честь человека, спасшего его от смерти. Баракул не любит, когда к нему обращаются по имени.

- Он сможет сохранить наше дело в тайне?

- Он никогда не разглашает доверенных ему тайн.

- Ну что ж, - Венде пристально посмотрел в глаза Дугра, - кажется, ты меня убедил. Завтра отправляйся к этому Баракулу и постарайся уговорить его взяться за наше дело. Денег не жалей. Возьми пока из тех, которые предназначены на хозяйственные расходы.

- Уверен, Вы не пожалеете о своём решении, - сказал Дугр и вышел.

Глава 3

Дугр приехал в Ростон в то время, когда достопочтенные граждане этого милого тихого городка собирались усаживаться за второй завтрак. Прежде всего, он решил навестить свою старшую сестру Силецию - сухонькую шуструю старушку с такими же, как у него светло-карими глазами. Она жила в большом каменном, облицованном голубым мрамором доме, полноправной хозяйкой которого стала несколько лет назад, после смерти мужа. Детей у них не было и всю свою материнскую любовь и заботу Силеция отдала Дугру. Она радовалась каждой встрече с братом, всегда старалась угостить его чем-нибудь вкусненьким. Так случилось и в этот раз. Силеция встретила его у порога, обняла, расцеловала в обе щеки, тут же приказала старой служанке накрывать на стол. Дугр с удовольствием отведал жареных перепелов с тушёными овощами, фаршированных творогом блинчиков, сырных булочек и слоёных пирожков с вишнёвой начинкой. Затем, оставив своего коня на заднем дворе дома сестры, он вышел на улицу, нанял извозчика и велел доставить себя к Баракулу. Называть точный адрес не было необходимости, так как любой житель, а уж тем более извозчик знал, где проживает знаменитый на всю Низовию сыщик.

Лёгкая летняя коляска, в которой устроился Дугр, миновала городскую площадь и свернула на вымощенную булыжником, утопающую в молодой, яркой зелени улочку по обеим сторонам которой стояли ухоженные дома с участками, огороженными невысокими, выкрашенными в разные цвета заборчиками. По облику домов и прилежащих к ним территорий складывалось впечатление, что здесь живут люди с неплохим достатком, но без излишней роскоши. Низкие изгороди не мешали ему любоваться на цветущие фруктовые деревья, зелёные газончики, клумбы с ещё не распустившимися бутонами и кустарники, подстриженные самыми невероятными и затейливыми формами.

Наконец коляска остановилась у двухэтажного дома с черепичной крышей и маленькой табличкой: « ул.САДОВАЯ 31» на стене. Дугр вошёл в открытую калитку, по утоптанной песчаной дорожке пересёк маленький цветущий садик, поднялся по каменным ступеням и оказался на залитой солнцем, широкой террасе.

В плетёном кресле сидел широкоплечий мужчина лет сорока, с густыми светлыми слегка вьющимися волосами, которые спадали на ворот его белоснежной шёлковой рубахи. Опустив голову, он читал газету. Перед мужчиной стоял круглый лёгкий столик, на котором беспорядочно лежали ещё несколько газет. Дугр не сомневался, что видит перед собой хозяина дома Баракула, и чтобы привлечь к себе внимание, тихо поздоровался. Баракул поднял глаза, приветливо улыбнулся, указав рукой на другое такое же кресло, сказал:

- Присаживайтесь сюда. Рассказывайте, что привело Вас ко мне?

- Меня зовут Дугр. Я служу управляющим у господина Валеса Венде, - представился Дугр и кратко пересказал историю пропажи шкатулки.

Когда он закончил, Баракул спросил:

- Валес Венде предлагает мне распутать это дело? Я правильно Вас понял?

- Да.

- Почему же он сам не удостоил меня своим визитом?

- Видите ли…, - замялся Дугр, - господин Венде не желает привлекать к себе излишнее внимание…, то есть любопытные взоры…, так сказать.

Баракул кивнул и о чём-то задумался.

- Вот, - спохватился вдруг управляющий и высыпал на стол горсть золотых монет.

Баракул бросил на них быстрый взгляд, но продолжал молчать. Выражение лица сыщика никак не менялось, и нельзя было понять, берётся он за дело или нет.

- А это на расходы на первое время, - рядом с золотыми Дугр положил примерно такое же количество серебряных монет, и торопливо проговорил, - а если Вы отыщете шкатулку, можете быть уверены, господин Венде не поскупится и заплатит гораздо больше.

- Заманчивое предложение, - улыбнулся Баракул, - но прежде, чем дам окончательный ответ, я должен побеседовать с Венде лично.

- Мы можем поехать к нему хоть сейчас, - с готовностью поднялся с кресла Дугр.

- Сегодня мне надо уладить кой-какие дела. Смогу встретиться с господином Венде не раньше завтрашнего утра. Он живёт в Ростоне?

- Не совсем. Поместье Валеса Венде находится в двух часах неспешной езды от Ростона, если двигаться по большой дороге в сторону Королевства Рудирика. Когда Вы увидите справа липовую аллею, и на ближнем от дороги дереве старую дощечку с надписью: «ВЛАДЕНИЯ СЕМЬИ ВЕНДЕ», сворачивайте туда. Эта аллея приведёт Вас прямо к особняку моего господина.

- Хорошо. Передайте, что я буду у него, - Баракул вынул из кармана коричневую записную книжку, заглянул в неё и продолжил, - часам к десяти утра. И если даже не возьмусь за дело, то дам несколько хороших советов, чтобы отработать это, - он указал глазами на монеты.

- Мы будем ждать Вас, - просиял Дугр.

Часы показывали три минуты одиннадцатого, когда энергичной пружинистой походкой Баракул вошёл в кабинет Венде. Он был одет в лёгкий серый, под цвет глаз костюм.

- Доброе утро, я очень рад видеть Вас, - встал из-за письменного стола и пошёл навстречу гостю Венде.

Двумя ладонями он потряс руку Баракула и проводил его к кожаному креслу.

Дугр молча сидел на диване. Сыщик бросил на него мимолётный взгляд и обратился к Венде:

- Расскажите мне, что же у Вас произошло и что конкретно Вы от меня хотите?

- А разве мой управляющий не ввёл Вас в курс дела? – растерялся Валес.

- Почему же. Но я бы хотел услышать всё ещё раз от Вас.

Венде почти слово в слово повторил сказанное раннее Дугром.

- Значит, Вы хотите, чтобы я разыскал украденные в трактире «У старого дуба» вещи?

- Мне важна только шкатулка, - уточнил Венде.

- Как она выглядит?

- Небольшая, изготовлена из прочного материала, сверху обтянута синим бархатом, с очень сложным замком.

- А что внутри?

Венде смутился, его лицо сморщилось, как будто он съел что-то кислое.

- Я не могу Вам этого сказать. Просто найдите шкатулку и всё, - тихо проговорил он.

Баракул бросил на него пронзительный взгляд:

- Тогда задача усложняется в несколько раз.

- За ценой я не постою. Готов выплатить любую сумму хоть сейчас, если пообещаете отыскать её, - в глазах Венде проскользнуло отчаяние, но он быстро справился с собой и принял, как это умеют делать люди его круга, совершенно хладнокровный вид.

- Почему эта шкатулка так важна для Вас? – продолжал сверлить его взглядом Баракул.

- Всего лишь потому, что её содержимое предназначено королю, - не задумываясь, ответил Валес, - а он, как известно иногда впадает в ярость даже по более малому, чем исчезновение нужной ему вещи поводу.

- Ну, хорошо, я берусь за это дело, - уверенно произнёс сыщик, - скажите, гонец знал, что лежит в шкатулке? Он не мог инсценировать кражу?

- Извините, мне что-то нездоровится, - проговорил вдруг сильно побледневший Венде, - обсудите всё с Дугром. Он будет оказывать Вам любую, какая потребуется помощь.

- Вы совсем не жалеете себя! Зачем же так волноваться! – воскликнул Дугр, вскочил с дивана, прошёл к двери, открыл её и крикнул, - Капин, скорее неси воды и успокоительных капель! Господину Валесу нездоровится!

Не прошло и минуты, как в кабинет вошёл слуга с бокалом, наполненным прозрачной жидкостью. Он поставил бокал на стол, и принялся капать в него что-то из стеклянного пузырька. Венде сидел в своём рабочем кресле за письменным столом, откинув голову назад. На его бледном лице выделялись синие печальные глаза. Слабым голосом он подозвал с себе Дугра, что-то тихо сказал ему. Управляющий кивнул и повернулся к Баракулу:

- Пойдёмте во флигель. Там мы сможем продолжить разговор.

- А как же господин Венде?

- О нём позаботятся.

Флигель состоял из одной просторной комнаты с большими окнами, задёрнутыми тюлевыми занавесками. Мебели почти не было. Несколько мягких диванчиков вдоль стен, массивный стол обставленный стульями с высокими спинками и старинный дубовый буфет сквозь стеклянные дверцы которого просматривались бутылки с различными напитками. Баракул устроился на обтянутом тканью горчичного цвета диванчике. Дугр сел за стол. Он был взволнован и очень напряжён. Глубокая морщина пересекла его высокий лоб.

- Хотите чего-нибудь выпить? – спросил он.

Баракул отрицательно качнул головой и сказал:

- И всё же, почему Венде доверил шкатулку именно этому человеку, наняв его в качестве гонца?

- Гонца зовут Лером. Он очень честный и ответственный молодой человек, много раз выполнял поручения господина Венде и всегда всё было хорошо, - Дугр старался быть убедительным. Он посмотрел в глаза сыщика но, не выдержав его пронзительного взгляда, сделал вид, что рассматривает что-то за окном, и не терпящим возражений тоном, закончил, - Лером не имеет к краже никакого отношения. Я и господин Венде в этом уверены.

Баракул иронично улыбнулся и спросил:

- Вы хотите, чтобы я нашёл шкатулку быстро?

- Конечно, хочу! – слегка опешил от его вопроса Дугр.

- Тогда выкладывайте всё начистоту. Или мне самому придётся выяснять, что связывает Лерома и Венде. А это займёт много времени, - сыщик сделал выразительную паузу и продолжил, - мне не нравится, что вокруг шкатулки так много тайн.

- Это не моя тайна, а господина Венде и я не вправе…, - не договорив, Дугр смолк.

- В таком случае мне придётся отказаться от дела, - Баракул встал.

- Ну, хорошо, я расскажу. Только не уходите, - торопливо проговорил Дугр и низко опустил голову, - пообещайте, что всё сказанное мной не выйдет за пределы этой комнаты.

- Если оно не будет касаться пропажи шкатулки, - довольно холодно отозвался Баракул и сел на прежнее место.

- Эта история началась тридцать три года назад. Я тогда ещё не был управляющим, но уже служил у Валеса Венде и не понаслышке знаю о той неприятности, которая с ним тогда приключилась, - ровным голосом заговорил Дугр, - Валесу в ту пору исполнилось двадцать два года. Он был легкомысленным повесой, не слушал увещеваний своего отца и часто посещал различные увеселительные заведения. Как-то в одном из таких заведений появилась молодая красивая певица с чудесным нежным голосом. Её звали Поли. Юная красавица быстро свела с ума очень многих мужчин. Они буквально валялись у её ног. Но девушка была непреклонна. Она не принимала подарков, не отвечала ни на чьи ухаживанья и не подпускала к себе никого из многочисленных воздыхателей. Поли была не глупа и понимала, что из-за её низкого происхождения никто из знатных ухажёров никогда не женится на ней и не желала быть игрушкой в их руках.

Но перед Валесом Венде она устоять не смогла. Он и сейчас хорош, а в молодости был просто чертовски красив и галантен. У них завязался бурный роман. Длился он всего три месяца. Потом Поли куда-то исчезла. Валес же с головой погрузился в учёбу. Позже я узнал, что девушка вышла замуж за владельца виноградника, винодела Днеша. Он был не родовит, но довольно богат. Через какое-то время у молодой четы родился первенец. Синеглазый мальчик внешне не походил ни на рыжеволосого отца, ни на златокудрую, с огромными сияющими, будто два огромных изумруда глазами, мать. Днеш сразу невзлюбил ребёнка, а когда, через пару лет на свет появился второй сын – точная копия своего рыжего отца, то и вовсе перестал переносить его присутствие подле себя. Как только Лерому исполнилось десять лет, Днеш отдал его на обучение в пансионат для мальчиков в Ростоне. Поли и так была несчастлива, но эта разлука с Леромом и вовсе надломила её. Вскоре она умерла. От горя Днеш стал часто прикладываться к бутылке. Однажды, будучи в пьяном виде, он поскользнулся на каменных ступенях своего винного погреба, упал, ударился головой и больше не поднялся. Вечером того же дня его нашли мёртвым там, где он упал.

Видимо, предчувствуя беду, незадолго до этого винодел составил завещание. Он назначил опекуном младшего сына свою родственницу. А так же оставил ему виноградник, всё своё имущество и сбережения. Лерома Днеш в завещании даже не упомянул. Кроме броши, подаренной матерью, которую украли вместе со шкатулкой, мальчику ничего не досталось.

Очень не сладко пришлось бы бедняге Лерому если бы не тайное покровительство его родного отца – Валеса Венде. Чтобы не раскрыть себя, Венде занялся благотворительностью, стал помогать тому пансионату и некоторым мальчикам, которые в нём обучались. К их числу, конечно, принадлежал и Лером. Когда он вырос, устроил его на службу, - Дугр сделал небольшую паузу, затем изменившимся, глухим голосом закончил, - кроме нас двоих до сегодняшнего дня никто не знал об этом. Сейчас жестокое время, суровые, порой несправедливые законы, которые ломают жизни людям всех сословий.

- Виноваты не законы, а те, кому выгодно держать в страхе и повиновении всех нас, - отозвался Баракул, - ваша история не редкость, у многих господ есть подобные тайны, но хватит об этом. Лучше давайте продолжим деловую беседу. Как Вы думаете, Лером мог узнать, кто его отец?

- Что Вы! Откуда! – возмутился Дугр. - И, вероятно, никогда не узнает, ведь это не сулит ему ничего хорошего. Для него Валес Венде всего лишь господин, который хорошо оплачивает свои поручения. Венде же изо всех сил старается помочь Лерому сделать карьеру, выбиться в люди. И теперь он винит себя в том, что доверив шкатулку, подверг Лерома опасности.

Лером тоже считает себя виноватым перед Венде, ведь он не уберёг доверенную ему ценную вещь. Они так похожи, - горько усмехнулся Дугр.

- Вы знаете, где сейчас Лером? – быстро спросил сыщик.

- Да. Я уговорил его пожить, пока всё не уляжется, у моей сестры Силеции, в Ростоне.

Баракул улыбнулся и сказал:

- Тогда не будем его сейчас тревожить. Я побеседую с ним позже, если возникнет такая необходимость. А теперь поступим так, - он вынул записную книжку, сделал в ней какую-то пометку, - я возвращаюсь в Ростон, а Вы успокоите Венде, соберёте необходимые на несколько дней вещи и приедете ко мне. Думается, нам пора наведаться в трактир «У старого дуба».

Глава 4

Отужинав, Баракул вышел на террасу, чтобы немного поразмыслить над делом о шкатулке, и заодно подышать свежим воздухом. Оставшуюся после встречи с Венде, часть дня он потратил на подготовку к поездке в трактир «У старого дуба», до самого вечера дожидался Дугра и теперь уже не сомневался, что тот явится не раньше завтрашнего утра. Лето только началось и солнце, не смотря на довольно позднее время, не собиралось покидать небосвод. В саду было тихо, лишь набегающий иногда лёгкий ветерок играл свежей зелёной листвой яблонь и вишен. Баракулу захотелось прогуляться под тенью плодовых деревьев.

Он спустился со ступеней и увидал быстро шагающего навстречу Дугра.

- Извините, что задержался. Непредвиденные обстоятельства. Но теперь всё улажено, можно ехать, - приближаясь, сказал управляющий Валеса Венде.

- Вы хотите ехать сейчас? Разумно ли это, ведь дело двигается к ночи? - Баракул окинул взглядом усеянное маленькими лёгкими облаками, слегка посеревшее небо, будто искал подтверждение своим словам. - Не лучше ли отложить поездку до утра?

- Решать Вам, но трактир «У старого дуба» находится не так уж и близко. За день добраться до него мы не успеем. Придётся останавливаться на ночь. Получится пустая трата времени. А если отправимся в путь прямо сейчас, то сделаем одну остановку утром не более чем на пару часов, чтобы позавтракать и дать отдых лошадям и к тому моменту, когда снова начнёт темнеть, будем в трактире. То есть на всю дорогу затратим одни сутки вместо двух дней с ночёвкой неизвестно где.

- С такими доводами не поспоришь, но не опасно ли ехать ночью?

- Не намного опаснее, чем днём. К тому же я на всякий случай захватил вот это, - самодовольно улыбаясь, Дугр достал из потайного кармана большой чёрный пистолет, повертел его в руках и снова положил в карман.

Баракул взглянул на оружие, ухмыльнулся:

- Надеюсь, он не пригодится, - сделал небольшую паузу, затем отбросив сомнения, проговорил. – Хорошо, поедем сейчас. Только мне надо немного времени, чтобы переодеться, - и быстро направился к двери, ведущей в дом.

Дугр прошёл на террасу, сел в то кресло, в котором сидел накануне.

- А извозчик согласен везти нас ночью? – вдруг обернулся сыщик.

- Извозчик нам не понадобится. Венде предложил, взять его рессорный экипаж. Я, конечно же, не был против. Но вот от тройки, которую он настойчиво рекомендовал, отказался, сомневался, что справлюсь и приказал запрячь двоих. Задержался из-за того, что обнаружил у одной из лошадей изношенные подковы, - пояснил Дугр, - конюхи совсем распустились.

- Как насчёт ужина? – предложил Баракул. – Сказать Торну, чтобы накрыл на стол? Есть телячьи котлеты с гарниром из молодых кабачков.

- Нет, спасибо. Я поужинал у сестры.

Баракул качнул головой и удалился. Минут через пятнадцать он вернулся, одетый в тёмно-серый костюм из толстой шерстяной ткани. Голову покрывала такого же цвета шляпа, в руках сыщик держал большую дорожную сумку.

- Ну, вот я готов.

Дугр поднялся, критически осмотрел его и сказал:

- Возьмите с собой пальто или одеяло. Ночь может быть прохладной.

Сыщик поставил сумку на пол и скрылся в доме. Вскоре он появился с клетчатым пледом в руках, подхватил сумку, вытянулся перед Дугром по стойке смирно и шутливым тоном спросил:

- Так пойдёт?

- Да - отозвался управляющий, лицо которого оставалось совершенно серьёзным.

По садовой дорожке они вышли на улицу, где стоял экипаж. К заборному столбику были привязаны лошади. Баракул сел в кабинку, а Дугр влез на козлы, отдал команду, лошади тронулись. Скоро они выехали из Ростона и по извилистой укатанной дороге двинулись в сторону столицы. Наступила короткая летняя ночь. Откинув голову на высокую спинку кожаного диванчика, укрывшись пледом, Баракул спал. Дугр правил лошадьми, иногда начинал клевать носом, его голова свешивалась на грудь, глаза закрывались. Тогда лошади замедлялись, но продолжали идти по дороге, не сворачивая. Время от времени навстречу попадались повозки и спешащие всадники. Дорога была широкой и никаких проблем из-за этого не возникало.

Когда совсем рассвело, Дугр свернул к аккуратному белому домику с вывеской: «Горячие блюда». После непродолжительного отдыха они продолжили путь. С наступлением утра дорога быстро становилась оживлённой.Различные повозки, коляски, конные и пешие путники попадались всё чаще. Дугру пришлось сосредоточиться и внимательно следить, чтобы невзначай на кого-нибудь не наехать. Баракул из окна наблюдал за проезжающими, любовался покрытыми молодой зеленью окрестностями.

- Посторонись! Дорогу! Дорогу! Посторонись! – вдруг донеслось спереди.

Дугр придержал лошадей и едва успел прижаться к обочине, как мимо галопом пронеслись два всадника в расшитых золотом одеждах. За ними мчалась шестёрка вороных. Породистые, прекрасно обученные, холёные кони тянули за собой сверкающую золотом и драгоценными камнями карету. На облучке с высоко поднятой головой, гордо восседал возница. Длинным шестом он умело правил вороными. Замыкали шествие ещё два всадника в таких же одеждах, как и передние. Кортеж двигался по центру дороги. Путникам и повозкам приходилось шарахаться в стороны, разбегаться и изворачиваться, чтобы не быть затоптанными или раздавленными.

- Вот подонки, - сквозь зубы процедил Дугр, глядя вслед пронёсшейся, будто ураган, процессии.

- Это сынок герцога Бера. Он частенько так развлекается, - пояснил случайно оказавшийся поблизости и услышавший слова Дугра человек, кативший перед собой тачку, наполненную глиняными горшками.

- Что сегодня за день такой? Куда это все спешат? Никогда не видел столько народа на большой дороге, - поинтересовался Дугр.

- Как?! Разве Вы не знаете?! – вытаращил удивлённые глаза горшечник, - сегодня же в Блювиле базарный день! Вся округа туда собирается. Кто - продать, кто - купить.

- А-а-а-а, вон, в чём дело, - досадливо скривился Дугр, - и далеко этот Блювиль?

- Да вон же поворот впереди, там и указатель есть, - махнул рукой случайный собеседник.

- Спасибо, приятель, - улыбнулся ему Дугр и щёлкнул кнутом.

Лошади пошли быстрее. После поворота на Блювиль количество народа постепенно стало сокращаться и ехать стало гораздо комфортнее. Впереди дорога изгибаясь, спускалась в низину. Поросли молодых клёнов плотно обступали её с обеих сторон, образуя затеняющую арку длинной не более двух десятков шагов. Затем началось открытое место. Дугр и Баракул почти одновременно обратили внимание на застрявший в грязи сбоку от дороги экипаж бледно-розового цвета. По всей видимости, в этой низине весной скапливались талые воды, и теперь земля здесь ещё не просохла, превратилась в болото. Колёса розового экипажа утопали в грязи больше чем наполовину. Бородатый кучер изо всех сил хлестал молодую белую кобылу, которая никак не могла вытащить экипаж на твёрдую почву.

- Стой! – крикнул Баракул Дугру, но это и не требовалось. Тот сам уже остановил лошадей.

- Что у вас стряслось? – спросил Баракул, обращаясь к кучеру.

- Эти негодяи заняли всю дорогу! Столкнули нас прямо в грязь! – возмущённо выкрикнул возница и тихо выругался.

В этот момент дверь розового экипажа приоткрылась и молодая девушка, сидящая в нём, дрожащим голосом проговорила:

- Господа. Прошу вас, помогите.

- Не волнуйтесь, барышня, сейчас мы вас вытащим, - попытался подбодрить её сыщик, - потерпите ещё немного.

Девушка выдавила из себя какое-то подобие улыбки и закрыла дверцу.

Обмолвившись несколькими фразами, Баракул и Дугр принялись ломать кленовые ветки.

- Эй, ты, как там тебя! – обратился к кучеру Дугр, когда были готовы две охапки гибких прутьев, - подложи это под колёса и попробуй выехать!

- Но как?! Я не могу спуститься! Кругом же грязь! – возмутился бородач.

- Ты что, там вечно собираешься сидеть?! Не смог удержать лошадь, теперь придётся повозиться в грязи.

Ругаясь себе под нос, кучер ступил в густое месиво. Проваливаясь до колен, принялся за работу. Потом взобрался обратно и со всего маху стеганул кобылу. Та рванулась вперёд, но сил у бедной лошадки уже не осталось, они были растрачены раньше. Экипаж не сдвинулся с места.

- Придётся своих распрягать. Иного выхода не вижу, - глядя на безуспешные старания кучера, предложил Дугр.

- Действуй. Не бросим же мы эту молодую особу в таком бедственном положении, - одобрил его решение Баракул.

- Хорошо, что я всегда в дорогу надеваю сапоги, - освобождая свой экипаж от упряжи, поделился Дугр.

- Ты собираешься лезть в грязь? – удивлённо посмотрел на него сыщик.

- Придётся. Не могу же я доверить животных этому тупице.

Наконец, всё было готово. Высоко поднимая ноги, смешно подпрыгивая, Дугр преодолел вязкий участок и влез на ступеньку розового экипажа. Горе-кучер молча подвинулся.

- Но-о-о-о! Вперёд! – крикнул Дугр.

Лошади дёрнули, упряжь натянулась.

- Ещё! Ещё чуть-чуть! – уговаривал их Дугр.

И вот, экипаж дрогнул, плавно пополз вперёд. От колёс во все стороны полетели большие шматки грязи.

Когда розовый экипаж выехал на обочину, Баракул открыл дверцу и помог спуститься на землю его хозяйке.

- Меня зовут Баракул, а Вас? – спросил он.

- Альма, - еле слышно произнесла сильно напуганная девушка.

Она была маленького роста, немного полновата и, можно сказать, не красива, но своим детским, непосредственным видом сразу располагала к себе. Маленькая шляпка съехала на бок, светло-русые локоны выбились из причёски и обрамляли кругленькое личико. Щёки слегка зарумянились, а голубые глаза блестели от волнения.

Чтобы заставить незнакомку поскорее справиться с испугом, Баракул спросил:

- Куда же Вы направляетесь?

- Я еду в Мирад к родственникам.

- Почему Вы путешествуете одна?

- Я вовсе не одна, - Альма заглянула в открытую дверцу экипажа.

Баракул последовал её примеру. Забившись в угол, вцепившись руками в край дивана, там сидела молодая женщина в белом чепце.

- Это моя служанка Гретта. Не надо говорить с ней, так она быстрее оправится от пережитого ужаса. Наш экипаж чуть не опрокинулся на бок, - сказала Альма и перевела взгляд расширившихся глаз на Баракула.

- И это всё Ваше сопровождение? – улыбнулся сыщик.

- Я собираюсь выходить замуж, - смущённо потупила взор Альма, - хочу заказать в Мираде свадебное платье и сделать некоторые покупки. Свадьба через месяц. Эрл должен был поехать со мной, но не смог оставить своего больного отца, которому перед самой поездкой стало хуже.

- Эрл - это Ваш жених. Правильно я понял? – уточнил Баракул.

- Да, - произнесла девушка и зарделась. – Он такой добрый. Любит своего отца…, и меня…, - Альма просияла, но потом нахмурила бровки и продолжила. - Понимаете, его отец очень-очень болен и торопит нас с женитьбой. Хочет, чтобы свадьба случилась раньше, чем он …, пока он жив. Из-за этого мы перенесли дату свадьбы, которая была назначена на осень. Вот мне и пришлось срочно ехать в столицу. Эрл так не хотел отпускать меня одну…, - девушка вздохнула, - не буду ему ничего рассказывать об этом кошмаре, ведь всё, благодаря Вам, закончилось благополучно.

- Вам надо благодарить не меня, а моего попутчика Дугра, - сказал Баракул, - а хотите, мы подвезём Вас до ближайшей приличной гостиницы?

- Нет-нет, это лишнее. Я не могу бросить свой экипаж.

- Можем двигаться дальше, - прервал их беседу Дугр. Он закончил приводить себя в порядок и занял своё место на козлах.

- К сожалению, мы торопимся по неотложным делам, и вынуждены оставить Вас, - расшаркался перед юной особой Баракул, - но, если пожелаете, как я уже сказал, можем подбросить Вас до ближайшего гостевого дома.

- Теперь мы и сами сможем ехать. Что бы было со мной и Греттой, если бы не Вы! – воскликнула Альма.

- Нам надо поторапливаться, - проворчал Дугр и пустил лошадей шагом.

Баракул на ходу запрыгнул на ступеньку. Они медленно проследовали мимо забрызганного грязью розового экипажа, снующего вокруг него кучера и Альмы, которая на прощание одарила Баракула очаровательной улыбкой.

Из-за этого небольшого дорожного приключения, в трактир «У старого дуба» они приехали не вечером, как планировал Дугр, а глубокой ночью. За стойкой дремал человек с большой бородавкой на носу.

- Доброй ночи, - сказал ему Баракул, - у Вас есть две свободные комнаты?

Берт, а это был именно он, утвердительно кивнул, подал два ключа и проговорил:

- на втором этаже комнаты с номерами «один» и «три» ваши. Они расположены с правой стороны коридора одна за другой.

- Вы – хозяин трактира? – поинтересовался сыщик.

- Я его помощник, Сюш придёт к семи утра.

- Хорошо. Тогда утром поговорю с ним и оплачу проживание.

- Как пожелаете, - согласился Берт, нехотя предложил ужин.

Баракул и Дугр валились с ног от усталости, отказались от еды и спешно отправились спать.

Глава 5

Ровно в восемь утра Баракул спустился в комнату для обедов. Ни одного посетителя не было. За ближним от стойки столом сидел Берт и громко чавкая, поглощал колбаски. Тучный лысеющий мужчина лет шестидесяти щёлкал костяшками счёт, лежащих на гладкой поверхности стойки, делал записи в журнал и был так поглощён своим занятием, что не заметил появления сыщика.

- Доброе утро! – громко поздоровался Баракул.

Берт с полным ртом промычал в ответ что-то нечленораздельное.

- Доброе, доброе! – Отозвался мужчина из-за стойки, и его лицо озарила приветливая улыбка. – Как отдохнули? Не хотите ли позавтракать? Нехорошо отправляться в дорогу с пустым желудком, - проворковал он.

- Меня зовут Баракул, - представился сыщик. – А вы, как я понял, хозяин трактира?

- Совершенно верно. Я – Сюш, - ещё шире заулыбался трактирщик. – Так как насчёт завтрака? Могу предложить омлет со свежей зеленью, наши фирменные колбаски и ванильные булочки. Ещё тёплые. Моя жена Лола испекла их полчаса назад.

- Прекрасно. Но сначала я бы хотел кое-что уточнить.

- Внимательно слушаю Вас, - продолжая улыбаться, Сюш уставился на Баракула.

- Я и мой…, скажем так, помощник Дугр хотели бы остановиться у Вас на несколько дней. И чтобы не возникло никаких недоразумений, давайте сразу договоримся об оплате.

- На несколько дней, - будто эхо повторил Сюш. Его лицо вдруг приобрело растерянное выражение. Казалось, что он впал в ступор. Никто никогда не останавливался в трактире «У старого дуба» дольше, чем на одну ночь и, получив предложение Баракула, Сюш пришёл в полное замешательство, но это продолжалось совсем недолго. Скоро он вновь спрятался за своей хорошо отрепетированной, предназначенной для клиентов улыбкой и сказал:

- Я очень, очень рад. Можете жить в трактире сколько захотите. Насчёт оплаты не тревожьтесь. Во всей округе вы не найдёте гостиницы дешевле и уютней моего трактира, - маленькие глазки Сюша превратились в две узкие щёлочки, так широко он улыбался, но это не мешало ему наблюдать за выражением лица Баракула, который оставался непроницаем.

- Сейчас я не могу сказать точно, сколько дней мы здесь пробудем, - сказал сыщик и положил на стойку три серебряные монеты, - надеюсь, что на первое время этого будет достаточно.

Быстрым привычным движением трактирщик сгрёб деньги.

- Значит, договорились, - улыбнулся краешками губ Баракул в ответ и спросил, - Вы помните тот вечер, примерно три недели назад, когда у молодого человека, остановившегося здесь на ночь, украли несколько вещиц?

- Об этом можете не тревожиться, - растерянно захлопал глазками Сюш, - стража уже разыскала вора, и он понёс справедливое наказание.

- Но пропавшие вещи до сих пор не найдены.

- К сожалению, стражникам не удалось их отыскать, - отозвался хозяин трактира. Было видно, что разговор на тему кражи ему неприятен.

- Вот поэтому мы с Дугром приехали сюда. И чтобы поскорее найти украденное, нам необходима Ваша помощь. Расскажите, что Вы помните о той ночи? – продолжал расспрашивать Баракул.

- Боюсь, что ничего нового сказать не смогу, - втянув голову в плечи, проговорил трактирщик, - обратитесь к начальнику стражи Белю. Он расследовал дело и, как известно, довольно успешно.

- Обязательно с ним поговорю. Но всё же я должен задать Вам несколько вопросов. Из-за украденных вещей у человека, нанявшего меня, могут быть большие неприятности.

- Да-да. Я помню его. Мне самому очень жаль того молодого человека. Он был так расстроен, - проговорил Сюш, посмотрел в сторону лестницы и радостно сообщил, - а вон и ваш помощник идёт.

- Тогда прервёмся на завтрак. Несите свой омлет, - проговорил Баракул, обернулся к Дугру и упёрся взглядом в Берта, сидящего за ближним столиком. Тот уже съел все колбаски и из большой кружки пил чай. Было хорошо видно, как чаинки хороводом кружились по дну. Под внимательным взглядом сыщика Берт смущённо опустил глаза, его бородавка начала алеть.

- Какой напиток Вам подавать? – отвлёк внимание Баракула Сюш, - чай, кофе, а может быть по бокалу вина?

- Кофе, - разом отозвались Баракул и Дугр.

Через пятнадцать минут трактирщик принёс еду. Баракул быстро съел омлет, опустошил чашечку с кофе и попросил ещё одну. Сюш удалился и вскоре вернулся с полным кофейником в руках, поставил его на стол и, глядя на Дугра с нотками сомнения в голосе проговорил:

- Кажется, мне ваше лицо знакомо…

- Ничего удивительного. Я был здесь не так давно. Расспрашивал Вас о гонце, - ответил Дугр.

- А-а-а-а, - протянул хозяин трактира, - припоминаю, припоминаю.

- Не подскажете, есть где-нибудь поблизости кузнец? – неожиданно перевёл разговор в другое русло управляющий Венде, - одна из наших лошадей слегка прихрамывает. Недавно ей меняли подковы и, видимо, что-то с ними неладно.

- Это та, которая с белым пятном на лбу? – спросил Баракул.

- Её зовут Звёздочка. Вы тоже заметили? – слегка опешил Дугр, - а мне казалось, что хромота постороннему глазу не видна.

- Не был уверен, - не спеша, допивая очередную чашку кофе, отозвался Баракул.

- Надеюсь, ещё не поздно всё исправить и лошадь не останется калекой навсегда, - стал очень озабоченным Дугр.

- В посёлке есть кузнец, - из-за стойки, куда успел вернуться, сказал Сюш.

- Как мне его найти?

- Долго объяснять. Спросите на месте. У нас народ хороший. Подскажут и даже проводят, если понадобится, - протирая белым вафельным полотенцем пивные кружки, пояснил трактирщик, - кстати, утром я приказал Марту, чтобы он положил ещё охапку сена вашим лошадям. Ведь это они стоят у привязи на внутреннем дворе? И экипаж тоже ваш?

- Да мы оставили их там ночью, когда приехали, - сказал Дугр и обратился к Баракулу, - если для меня нет никаких поручений, то я хотел бы прямо сейчас заняться Звёздочкой.

- Конечно, конечно. А я пока осмотрюсь на месте.

Они оба поднялись из-за стола. Дугр направился к выходу, а Баракул подошёл к стойке.

- Благодарю за вкусный завтрак, - сказал он. - Вы можете уделить мне немного времени и ответить на несколько вопросов?

- Боюсь, что сейчас не смогу. У хозяина трактира, знаете ли, очень много забот, - засуетился Сюш.

Баракул секунду подумал и выложил на стойку несколько медных монет:

- Если поможете отыскать шкатулку, то дам столько же серебряных.

Трактирщик быстро убрал монеты:

- Хорошо. Я отвечу на ваши вопросы, но ещё раз предупреждаю, ничего нового вы не узнаете.

- Давайте сядем за стол, чтобы удобней было говорить, - предложил сыщик.

- А ты чего застыл?! – сердито крикнул на притихшего Берта, Сюш. – Иди сейчас же на кухню и вымой посуду!

Понуро опустив голову, Берт отправился выполнять распоряжение. В комнате кроме Баракула и Сюша никого не осталось. Они устроились за столом друг против друга и сыщик спросил:

- Скажите, в тот вечер после гонца кто-нибудь заходил ещё в трактир?

- Нет, - уверенно ответил Сюш.

- А посетителей много было? Не поднимался кто-то из них наверх, после его прихода?

- Нет-нет. Я практически не отходил от стойки и сразу заметил бы это. Должен сказать, что все посетители, которые ужинали в тот вечер – жители нашего посёлка. Я уверен, никто из них не смог бы совершить такое. Они и замок то без ключа вскрыть не сумеют. Ведь молодой человек утверждал, что запер свой номер на ключ, - поделился трактирщик.

- Я осмотрел замок в комнате гонца. Он так прост, что даже ребёнок при желании сможет открыть его, имея при себе какой-нибудь простенький инструмент вроде отвёртки.

- Зато крепок и не ломается, - возмутился Сюш, - и вообще, до этого случая у нас из номеров никогда ничего не пропадало.

- Хорошо. Продолжим, - не стал спорить Баракул, - кроме центрального входа, как ещё можно попасть в трактир?

- Через кухню или через подсобное помещение. Но из тех дверей незаметно пройти мимо стойки невозможно.

- Значит, вор пробрался внутрь каким-то другим способом, - заключил сыщик, вынул коричневую книжечку и сделал несколько записей, потом поднял глаза на Сюша, - а что с ночными постояльцами? Много их было?

- В последнее время их много не бывает, - вздохнул Сюш. - Тогда у нас остановилась пожилая чета и студент в потёртом сюртуке. У него не хватало денег, но я сжалился, ведь на дворе разыгралась сильная непогода. Из-за неё-то они и решили заночевать у нас.

- Как вы думаете, не мог кто-то из них совершить кражу?

- Ну, конечно же, нет! – хозяин трактира был очень возмущён таким предположением. – Если бы Вы видели постояльцев утром, когда стражники сообщили о краже и попросили показать вещи, то не сомневались бы в их порядочности. К тому же ни в их вещах, ни в номерах ничего из украденного обнаружено не было.

- И всё же, как вор проник в комнату гонца? – задумчиво проговорил Баракул.

- Спросите у начальника стражи Беля. Наверняка он знает ответ на этот вопрос, - посоветовал Сюш.

- Что ж, Вы правы, я так и сделаю, - согласился сыщик и, немного помедлив, сказал, - кто из работников находился в тот вечер в трактире? Кроме Вас, разумеется.

- Кроме меня здесь был только Берт. Но он ничего не крал! - Сюш уже начал уставать и каждый последующий вопрос всё сильнее раздражал его, ведь то, о чём спрашивал Баракул, для него было таким очевидным.

- Почему Вы так уверены в его невиновности? – продолжал проявлять настойчивость сыщик.

- Берт помогает мне уже довольно давно. И ни разу ничего подобного не случалось.

- Разумное объяснение, - проговорил Баракул, - но у Вас ведь есть и другие помощники?

- Есть, - этот вопрос почему-то сильно развеселил Сюша и, сдерживая улыбку, он закончил, - моя жена Лола, да семейная пара из посёлка. Только в то время все они были у себя дома и не имели никакого понятия о гонце, его ценностях и краже. Они и сейчас об этом не слишком-то осведомлены.

Баракул снова сделал несколько записей в коричневую книжечку:

- Позвольте ещё один вопрос. Кто такой Март?

- Он очень стар. Служил помощником ещё у моего отца. Сейчас живёт в избушке на заднем дворе и как бы исполняет обязанности сторожа. Иногда помогает на конюшне. Его обязанности – формальность. Я просто не могу выгнать старика на улицу, содержу его, ведь нет никого, кто бы мог о нём позаботиться, - поведал хозяин трактира.

- Можно мне с ним поговорить?

- Попробуйте, - затрясся в беззвучном смехе Сюш, - только учтите, что старик почти ничего не слышит.

- Я всё же попробую. Как его найти?

- Берт! – громко позвал трактирщик и, когда из кухни высунулась лохматая голова помощника, распорядился, - проводи господина Баракула на задний двор. Он хочет побеседовать с Мартом.

- Я ещё посуду не домыл, - пробурчал Берт и скрылся за дверью.

- Он всегда такой хмурый? – поинтересовался Баракул.

- Случается иногда. Наверно, какая-то молодка в очередной раз отвергла его ухаживания. У Берта из-за…, - трактирщик на мгновение запнулся, - внешности проблемы с женским полом. И когда они случаются, он становится таким.

Как раз в тот момент, когда Сюш смолк, в комнату вошёл Берт, не спеша снял передник, повесил его на крючок, исподлобья глянул на сыщика и пошёл к выходу.

Он был здоровяк, чуть ниже Баракула, но гораздо мощнее его. Перед Баракулом маячила большая мускулистая спина, облачённая в тёмную, неопределённого цвета рубашку.

Берт направился к воротам, расположенным с правой стороны между зданием трактира и продолговатой каменной постройкой, скорее всего конюшней. Неподалёку от неё у привязи лошадь жевала сено, стоял экипаж. Затем они вышли на широкий, окружённый со всех сторон старыми постройками и ветхим деревянным забором двор. Берт нагнулся, чтобы откинуть с пути поленья, выкатившиеся из большой кучи. Баракул остановился и стал осматриваться. Чуть дальше конюшни стояла покосившаяся бревенчатая избушка. Остальные строения имели ещё более плачевный вид. Из одного из них доносилось весёлое похрюкивание. По всему двору бродили куры. Баракул сделал несколько шагов в сторону избушки, но вдруг заметил лестницу, приставленную к тыльной стороне трактира, упирающуюся в подоконник на втором этаже.

- Давно эта лестница здесь стоит? – спросил он у Берта.

- Не помню. Как-то я хотел её убрать, но Сюш отругал, и не велел больше трогать.

- Ну-ка зови его сюда! – приказным тоном громко сказал Баракул и Берт послушно побрёл к двери, ведущей в трактир с заднего двора.

В это время из сторожки вышел сгорбленный худой старик, одетый в полинялую рубашку и сильно поношенную душегрейку. Опираясь на деревянный посох, шаркая башмаками о землю, он приблизился к Баракулу.

- Вы, наверное, сторож? – первым заговорил сыщик.

Старик остановился, из-под нависших седых бровей с интересом посмотрел на Баракула.

- Меня зовут Март, - дребезжащим старческим голосом сказал он и его глаза засветились молодым задором.

- Не помните, давно ли эта лестница тут стоит?

- Давно, очень давно, - не задумываясь, ответил старик, - я жил в трактире, когда он ещё не появился на свет, - Март махнул головой в сторону показавшегося из двери Сюша и продолжил, - помню, его отец был счастлив, когда родился мальчик. Мы все сразу полюбили маленького Сюша, ведь он был таким славным карапузом.

Между тем упитанный, с большим, выпирающим, обтянутым вязаным жилетом животом трактирщик быстро семенил к ним.

- Господин Баракул, Вы звали меня?

- Скажите, как давно стоит здесь эта лестница?

Глазки Сюша забегали. Он неуверенно промямлил:

- Жена просила…, окна нужно было помыть…, вот я и поставил.

- Лестница стоит здесь с начала зимы, - вдруг заявил Март и в его глазах вновь вспыхнули озорные огоньки.

- Та-а-ак, - пронзил взглядом трактирщика Баракул, - сейчас посмотрим, - он подошёл к лестнице и легко, как будто проделывал это каждый день, взобрался наверх. Какое-то время оттуда доносились возгласы удивления. Затем Баракул открыл окно и скрылся внутри.

Лоб Сюша покрылся крупными каплями пота. Берт злорадно ухмылялся. Лицо Марта приняло безразличное выражение.

Прошло минут десять, прежде чем из окна показалась нога, затем голова и, наконец, весь Баракул. Он спустился вниз и сказал:

- Теперь понятно, как вор забрался в трактир, - сыщик бросил на Сюша уничтожающий взгляд, - у него был сообщник, который всё организовал.

- Нет-нет, - пролепетал трактирщик, - это совсем не то, что Вы думаете.

- Тогда зачем вы поставили лестницу, которая упирается в окно с запорами наружу и из него можно попасть в комнату, расположенную напротив комнаты гонца?!

- Я-я-я н-не могу… сказать, - Сюш сжался, и как-будто стал меньше ростом.

На него просто жалко было смотреть.

- Не хотите говорить мне, признаетесь начальнику стражи! – напирал Баракул.

- Хорошо, я всё скажу, - побледнел Сюш, - только Вам одному. Давайте отойдём в сторонку.

Они завернули за угол трактира. Сюш стоял, опустив голову, смотрел в землю, молчал.

- Ну! – сердито прикрикнул Баракул.

- Сейчас тяжёлые времена, - издалека начал трактирщик, - клиентов совсем мало. А у меня две дочери на выданье. Чтобы найти для них подходящую партию, нужно хорошее приданное, - Сюш глубоко вздохнул, - как-то поздней осенью в трактир заглянула одна знатная дама. Она попросила показать номера, выбрала один, дала целый кошель денег и велела держать номер за ней. Но я должен был выполнить три условия. Поставить в него роскошную кровать, сделать какой-нибудь тайный вход и держать всё в тайне. Эта дама, видите ли, замужняя и у неё случился роман с другим мужчиной. Никто не должен был знать про эти встречи. Первое время она останавливалась на ночь довольно часто, каждую неделю. Входила в трактир через центральный вход, а её любовник взбирался по этой лестнице. Даже я ни разу не видел его. Но к концу зимы дама стала появляться всё реже. А с недавних пор перестала приезжать совсем.

- В тот вечер её в трактире не было?

- Не было, - подтвердил Сюш. – Не знаю, приедет ли она ещё когда-нибудь. Несколько раз я хотел убрать лестницу, но так и не решился.

- А зря. Ведь вор, несомненно, попал внутрь именно по ней, - ухмыльнулся Баракул.

- Но номер дамы всегда закрыт на ключ.

- Я уже говорил, что у вас никчемные замки. Я попробовал и легко открыл замок в номере дамы ключом от комнаты напротив, той, где останавливался гонец и сейчас проживаю я.

- Вы не расскажете о лестнице Белю? – спросил Сюш и, затаив дыхание, замер в ожидании ответа.

- Зачем? У меня нет цели, вредить Вам. Я должен найти шкатулку.

Трактирщик громко выдохнул, на его лице появилась слащавая улыбочка.

- У меня к вам больше вопросов пока нет, - сказал Баракул, - извините, мне нужно побыть одному.

Он повернулся и пошёл к воротам.

- Не опаздывайте на обед! Моя жена Лола поставила запекаться утку в яблоках специально для Вас! – крикнул ему вдогонку Сюш.

Глава 6

Сложив руки на груди, Баракул стоял у окна и обдумывал план дальнейших действий по поиску вора а, в конечном итоге шкатулки. По большой дороге мимо трактира двигались крестьянские повозки, иногда проезжали выделяющиеся ослепительной роскошью кареты и экипажи господ. За дорогой виднелась часть живописного пологого склона холма и луг, по которому разбрелось стадо пёстрых коров. Синее, без единого облачка небо раскинулось над ними и придавало картине яркость и какую-то необъяснимую прелесть. От этого чудного пейзажа веяло спокойствием и умиротворением. Но Баракул ничего не замечал. Он был сосредоточен на деле и полностью поглощён им.

В дверь тихо постучали.

- Входите! Не заперто! – отвлёкся от своих мыслей сыщик.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл Дугр. Он был слегка возбуждён.

- Ну, наконец-то! – обрадовался Баракул, - а я уж было начал волноваться. Как себя чувствует Звёздочка?

- С ней всё в порядке. Оказалось, кузнец в Ростоне прибил лошади одну подкову не того размера. Вернёмся, вот я ему задам! – размахивая руками, проговорил Дугр и, несколько раз смерив комнату большими шагами, добавил, - пришлось ждать своей очереди. У местного кузнеца слишком много работы, поэтому и задержался. А у Вас какие новости? Удалось что-нибудь разузнать?

Баракул рассказал о лестнице.

- Мне кажется, что Сюш замешан в краже. Надо как следует поприжать его, чтобы выдал своих сообщников, - разгорячился Дугр.

- А я полагаю, что хозяин трактира не причастен к нашему делу. Зачем ему грабить кого-то в собственном трактире, портить репутацию заведения и подвергать себя чрезмерному риску, когда поблизости проходит большая дорога? – рассудил Баракул.

- Не знаю, не знаю. Довольно часто случается, что люди ведут себя вопреки всякой логике и вредят сами себе. Я бы всё-таки надавил на него, - покачал головой Дугр.

- У меня есть…, - начал Баракул, но в дверь снова постучали.

Сыщик подошёл и, дёрнув за ручку, распахнул её. На пороге стоял Берт. Широко улыбаясь, он сказал:

- Господин Баракул, я почистил Ваши туфли, - затем выставил перед собой две пары начищенных до блеска, дорогих кожаных туфель, и повертел ими перед глазами сыщика.

- Спасибо, Берт, поставь их под вешалкой, - сделал шаг в сторону от двери Баракул, порылся в кармане и, когда руки Берта освободились, подал ему медную монету.

- Вы так добры ко мне, господин Баракул, - глазами преданной собаки посмотрел на него Берт, но не уходил, переминаясь с ноги на ногу, стоял на месте, выжидал.

- Что-то ещё? – спросил сыщик.

- Не верьте Сюшу…, - проговорил Берт, - он всё врёт.

- Я же говорил! – восторжествовал Дугр. - Трактирщик водит нас за…

Баракул резко поднял руку и Дугр, не докончив фразы, смолк.

Затем сыщик быстро закрыл дверь и спокойным голосом сказал:

- Тебе что-то известно или это голые предположения?

- Сюш якшается с разбойниками! - выпалил Берт и, как будто испугавшись своих слов, смущённо опустил глаза. Его бородавка начала алеть.

- То есть? – немного выждав, стараясь не выдавать нахлынувшего волнения, голосом полным безразличия проговорил Баракул.

- Я сам видел, как к нему несколько раз приходил разбойник с тяжёлым заплечным мешком. Сюш всегда забирал ношу, а потом шептался с разбойником и тот уходил, - сказал Берт.

- С чего ты взял, что это был разбойник?

- Так он…, не совсем человек, - запнулся Берт, огромной ручищей почесал затылок и продолжил, - здесь неподалёку, в дубовой роще живут колдуны. Они грабят господ, проезжающих мимо рощи по большой дороге. Сюш водится с ними. Это он рассказал разбойникам о гонце, и они обворовали его, - закончил Берт и облегчённо вздохнул. Видимо признание далось здоровяку нелегко.

- Почему ты рассказал нам об этом? Ведь у хозяина трактира могут быть серьёзные неприятности, - улыбнувшись краешками губ, спросил сыщик.

- Хочу помочь, - развёл руками Берт, - я не верю, что тот парень, которого повесили, был вором и мне не нравится, что настоящий вор до сих пор разгуливает на свободе.

- Хм, - бросил на него удивлённый взгляд Баракул не ожидавший от этого простоватого увальня таких разумных размышлений. – Далеко отсюда дубовая роща? Мог бы ты проводить меня в посёлок, где живут разбойники?

- Нет, господин Баракул. Их посёлок не виден с большой дороги и где он находится, никто не знает. Они не только разбойники, но и колдуны и все боятся их и никогда не ходят в дубовую рощу. Ни я, ни кто другой не проведёт Вас туда.

- Ладно, - сказал Баракул, - с разбойниками разберёмся, - и вдруг спросил, - скажи, где у вас тут можно купить летнюю шляпу? На улице жара, солнце так и палит, а я свою дома забыл.

Глаза Берта округлились от удивления. Он недоумённо уставился на Баракула, потом на Дугра, потом немного подумал и проговорил:

- У нас в посёлке вы ничего подобного не найдёте. Надо ехать в Блювиль. Это самый ближний отсюда город.

- Ещё раз спасибо тебе, - сказал Баракул и протянул Берту ещё одну медную монету, - если что-нибудь вдруг вспомнишь или заметишь, сразу же сообщай мне. Договорились?

- Хорошо, господин Баракул. Я так и сделаю, - опустив голову Берт, попятился, нащупал дверную ручку, потянул за неё и быстро шмыгнул наружу.

- Ничего себе! Вот вам и Сюш! Такого даже я не ожидал! – не смог сдержать бурных эмоций Дугр.

- У меня для тебя есть задание, - охладил его пыл Баракул.

- Какое?

- Завтра утром отправляйся в Блювиль.

- А как же разбойники?!

- Твоё задание не менее важно. Ты ведь знаешь, как выглядит шкатулка и брошь Лерома? Сможешь их опознать?

- Конечно. Других таких шкатулок нет, она единственная, выполнена на заказ. А на задней стороны броши есть гравировка в виде буквы «П». Её тоже не спутаешь ни с какой другой.

- Вот и отлично. Пройдёшь по лавчонкам, которые не брезгуют скупкой и перепродажей краденого. Если воры – это разбойники из дубовой рощи или кто-то из местных, как я предполагал до сведений, полученных от Берта, то очень большой процент вероятности, что они сдадут украденное в такую лавчонку. Мелкие воришки часто так поступают.

- Но как же я отыщу эти лавчонки, ведь мне ни разу не приходилось бывать в Блювиле? – растерянно проговорил Дугр.

- Я дам тебе пару адресов. Профессия обязывает меня знать о так называемых ломбардах практически во всех городах нашего королевства. – Баракул порылся в кармане, вынул из одного из них смятую бумажную салфетку и карандаш и принялся быстро писать.

Затем протянул салфетку Дугру:

- Вот адреса лавок и отдельно снизу я записал координаты приличной гостиницы, в которой ты сможешь остановиться.

- Но…, - устремив взгляд на строчки, выведенные размашистым почерком сыщика, всё ещё сомневался Дугр.

- А теперь садись и слушай меня внимательно, - указал на единственный в комнате стул Баракул, а сам устроился на краешке кровати.

Дугр послушно сел.

- Пройдёшь по лавкам. Осмотришь витрины. Если обнаружишь что-то из интересующих нас вещей, купишь и потребуешь чек. Скажешь, что берёшь не для себя и должен отчитаться. Когда вещица и чек окажутся в твоих руках, спросишь у лавочника, кто её принёс. Пусть назовёт имя или хотя бы опишет внешность. – Баракул смолк, давая Дугру время усвоить сказанное, через несколько секунд продолжил. – Он, конечно, будет отпираться, но ты скажи, что выполняешь моё поручение. Если это не поможет, то пригрози вызвать стражу. Они этого очень не любят. Понял?

- Да. А если ни по одному из адресов ничего не обнаружится?

- Походи по другим подобным лавкам. Если и тогда ничего, то возвращайся сюда, – терпеливо продолжал объяснять Баракул. – Да! И не забудь купить для меня летнюю шляпу на свой вкус. Ведь именно под таким предлогом ты отправишься в Блювиль.

- Ваша идея мне нравится. Только зачем же ждать утра? Я поеду прямо сейчас! – решительно заявил управляющий.

- Сейчас?! – рвение Дугра смутило Баракула. – Но ведь ты почти целый день провёл в кузнице, устал и до сих пор не обедал?!

- В посёлке меня угостили пирогами и молоком. Я не голоден. Поеду сейчас, чего зря время терять, - тоном не терпящим возражений проговорил Дугр, но вдруг спохватился, - жаль только, что у нас седла с собой нет. Верхом было бы гораздо быстрей и удобней.

- Давай попросим у Сюша, - предложил сыщик.

Через несколько минут они подходили к стойке, за которой «мурлыкая» что-то себе под нос, возился трактирщик. На просьбу одолжить седло для верховой езды, он ответил:

- Возьмите в сарае, где хранится лошадиная упряжь, - и, не дожидаясь дальнейших расспросов, повернулся в сторону подсобного помещения, громко крикнул, - Берт! Проводи наших постояльцев в сарай, пусть возьмут седло, которое им приглянется.

Тут же в дверях показался Берт, быстро прошмыгнул мимо Сюша, дружелюбно улыбнулся Баракулу и с несвойственным ему умилением, проговорил:

- Пойдёмте, я всё покажу и, если потребуется, помогу с лошадью.

Сюш вскинул на своего помощника удивлённый взгляд, но лица его видеть не мог, лишь обозрел могучую спину и озадаченно покачал головой.

Вскоре лошадь была осёдлана. Прощаясь, Баракул долго отдавал Дугру последние наставления и, наконец, крепко пожав ему руку, сказал:

- К тому времени, когда ты вернёшься из Блювиля, я тут разберусь с разбойниками. Надеюсь, кому-то из нас повезёт, и мы выйдем на след настоящего преступника.

- Будьте осторожны. Они могут быть опасны, - стал очень серьёзным Дугр, - а, может, оставить Вам пистолет, на всякий случай?

- Не беспокойся. Я сумею за себя постоять, – отказался Баракул, - но и ты там смотри, без надобности своим пистолетом не размахивай. Используй его только в том случае, если твоей жизни будет угрожать реальная опасность.

- Понял. Я буду действовать в точности, как вы велели, - ответил Дугр, взобрался на коня и, подняв облако пыли, рысью поскакал к большой дороге.

Баракул поспешил в трактир, подошёл к стойке и стал наблюдать за тем, как Сюш расставляет чистые кружки у бочонка с пивом.

- Что, отправили своего помощника в Блювиль за шляпой? – нарушил неловкое молчание хозяин трактира.

- Пришлось. Не могу выносить прямых солнечных лучей. Начинает темнеть в глазах, - поделился Баракул.

- Да уж, сегодня выдался жаркий денёк. Надеюсь, к ночи станет прохладней.

- Хорошо бы…, а у меня к вам появился ещё один вопрос.

Трактирщик отвлёкся от кружек. В его маленьких глазках промелькнула тревога.

- Что у вас за дела с разбойниками из дубовой рощи? – спросил Баракул.

- Вы и об этом прознали, - скривился Сюш.

- Если понадобится для дела, я прознаю даже то, что вы сами о себе не знаете, - сквозь зубы процедил сыщик.

Сюш взглянул на двух посетителей, жителей посёлка, которые сидели за столиком, с удовольствием потягивали холодное пиво вприкуску с фирменными колбасками, лениво переговаривались и не обращали никакого внимания на то, что происходило за стойкой.

- Выкладывайте всё начистоту. В противном случае, я вынужден буду принять более жёсткие меры, – ледяным тоном проговорил Баракул.

- Ну что Вы сразу, в самом деле, - обиделся Сюш. – Конечно, я всё расскажу, тем более, что и скрывать-то тут нечего, - он придвинулся поближе к Баракулу и продолжил, - чтобы держаться на плаву, мне приходится крутиться, как белка в колесе. И иногда прибегать к самым различным способам, - Сюш снова украдкой посмотрел на посетителей, убедился, что они по-прежнему заняты едой и пивом и, понизив голос почти до шёпота сказал, - эти, как Вы их называете, разбойники умеют изготавливать очень хороший напиток из мухоморов. Они приносят его мне…, две или три бутыли за раз. Я покупаю напиток, разумеется, за умеренную цену. Знаете ли, сюда частенько захаживают любители чего-нибудь покрепче и позабористее пива. Вот и всё.

- Ясно. Значит, эти люди нелегально поставляют вам запрещённый законом напиток?

- Слишком громко сказано, - засопел Сюш, - я и не знал, что он запрещён.

- Впрочем, это ваши дела. Скажите, как мне найти разбойников и я забуду о нашем разговоре.

- Не знаю, - растерялся трактирщик, - они сами приходят сюда примерно раз в месяц. И никакой другой связи с ними я не поддерживаю.

- Как скоро они появятся опять?

- Недели через две, не раньше.

- Я не могу так долго ждать. Придётся…

- Вспомнил! – перебил его Сюш, - однажды начальник стражи Бель зашёл в трактир как раз тогда, когда здесь был Леной. Так зовут разбойника, который приносит напиток. И я случайно услышал, как они договаривались о встрече в условленном месте. Думаю, Бель сможет Вам помочь.

- Значит, начальник стражи проворачивает с разбойниками какие-то делишки?

- Я Вам этого не говорил! – возмутился Сюш, вытер ладонью вспотевший лоб и более спокойно добавил, - я очень прошу Вас, при встрече с ним не упоминайте, пожалуйста, моё имя. Вы скоро уедете, а мне здесь жить.

- Постараюсь, - сказал Баракул и взглянул на часы, висевшие на стене. Стрелки показывали начало шестого. - Пожалуй, сегодня уже поздновато. Навещу Беля завтра утром.

Он собирался ещё что-то спросить у трактирщика, но к стойке подошли новые посетители и Сюш отвлёкся на них.

Баракулу не хотелось возвращаться в маленькую неуютную комнату. Он решил немного прогуляться перед ужином. Вышел из трактира и, желая подыскать для прогулки спокойное место подальше от шума большой дороги, направился в сторону посёлка. Баракул любил одиночество. В тишине и безлюдье лучше думалось.

Сыщик не спеша шёл по покрытой серой пылью дороге, которая извиваясь, спускалась к посёлку, расположенному между холмами гораздо ниже трактира. « Что ж, разбойники из дубовой рощи имели возможность украсть шкатулку. Грабёж для них привычное дело, да и о лестнице они, скорее всего, знали. А вот насчёт колдунов Берт, конечно, немного приукрасил», - размышлял он. Из-за поворота навстречу вышли двое мужчин и женщина. Крестьяне быстро приближались и бесцеремонно, с нескрываемым интересом рассматривали Баракула. От их любопытных взглядов стало неловко и, заметив слева от себя узкую тропинку, он быстро свернул на неё. Высокая трава склонялась к ногам. Тропа вела к зарослям колючего кустарника, но это не смутило сыщика. Он был рад, что, наконец, нашёл укромный уголок недосягаемый для человеческих глаз, где можно немного расслабиться. Громкий стрёкот кузнечиков не раздражал, а наоборот успокаивал и способствовал мозговой деятельности. Баракул брёл, погрузившись в свои мысли, но ему снова помешали. Из кустов показались двое парней. На вид им было не более двадцати лет. Заметив сыщика, они переглянулись и один, с копной густых каштановых волос на голове, выдвинулся вперёд.

- Гони кошелёк, дядя! – преградил дорогу он.

Баракул остановился.

- Ты что, оглох?! Гони кошелёк, говорю! – парень приблизился вплотную.

Простым, давно заученным до автоматизма приёмом сыщик уложил хулигана на землю. Увидев это, его сообщник отбежал на несколько шагов назад. Быстрым резким движением Баракул выдернул ремень из штанов бандита, перевернул его лицом вниз, завёл руки за спину и стал их связывать.

- Тим, помоги, - задыхаясь от бессильной злобы, выдавил из себя парень.

Баракул поднял глаза, но на том месте, где секунду назад стоял Тим, никого не было. И вдруг сверху промелькнула какая-то тень. Сыщик среагировал мгновенно. Едва он успел отскочить в сторону, как большой камень опустился на то место, где только что была его голова. Со всего размаха камень шлёпнулся на землю, слегка задев плечо связанного парня.

- Ты что делаешь?! Больно же! – завопил тот.

- Это не я. Это твой дружок постарался, - глядя вслед убегающему Тиму сказал Баракул, - но, кажется, он оставил нас одних и никто не помешает нашей беседе.

- Отпусти! Отпусти меня сейчас же! – сердито крикнул парень.

- Тебя как зовут?

- Не твоё дело! Отпусти! А то мой отец тебя в порошок сотрёт!

- Отвечай, когда тебя спрашивают, - Баракул немного приподнял связанные сзади руки парня.

- Ой-ой-ой! Больно! – захныкал тот, - Меня Би-и-иб зовут.

- Как-как?

- Би-и-би.

- Так вот, Биби. Ответишь на все мои вопросы, отпущу, а нет – сдам начальнику стражи Белю.

- Боялся я твоего Беля, - захихикал Биб.

Баракул снова приподнял его руки.

- Ладно, задавай свои вопросы, только не делай больно, - часто задышал Биб.

- Давно ты промышляешь грабежом?

- Я не хотел. Это всё Тим.

- Скажи, а гонца в трактире вы обворовали?

- Какого ещё гонца?! Не знаю я никакого гонца! – возмутился парень.

- Ты уверен в этом? – Баракул повторил болевой приём.

- Никого я в трактире не обворовывал! Не знаю о чём ты! – заскулил хулиган.

- Ладно. На этот раз отпущу, - сыщик развязал руки Биба, - но смотри, если ты мне соврал начёт гонца, или ещё вздумаешь нападать на прохожих, не миновать тебе каторги! Я тебе это обещаю!

Баракул поднялся, бросил ремень на землю. Почувствовав себя свободным, Биб опрометью бросился прочь. Желание продолжать прогулку у сыщика отпало, и он повернул назад.

Глава 7

Утром следующего дня Баракул вышел из трактира и направился по уже знакомой ему дороге в сторону посёлка. Фетровая шляпа, которую пришлось надеть, не подходила к летнему костюму из тонкой ткани, но надёжно защищала голову от прямых солнечных лучей. Лёгкий ветерок приятно освежал, и жара не казалась такой нестерпимой как накануне. Постепенно ветер крепчал, иногда его порывы достигали такой силы, что Баракулу приходилось придерживать шляпу рукой. Бледные серо-голубые облака быстро заволакивали небо. Стало пасмурно. «Похоже, будет дождь. Зря не захватил с собой зонт», - подумал сыщик и прибавил шагу.

Дорога от трактира до посёлка заняла не более четверти часа. Баракул вышел на прямую, длинную улицу, имеющую довольно удручающий вид. Давно не крашенные, облезлые дома с заросшими сорняком неухоженными двориками наводили тоску. Улица была пустынна, и Баракул, пытаясь сориентироваться, в нерешительности остановился.

Вдруг из узкого переулка вынырнул светлоголовый мальчуган лет двенадцати. Он пинал перед собой ржавую жестяную банку, которая раз за разом со звоном отлетала на несколько шагов вперёд. Мальчуган вприпрыжку настигал её и носком старого стоптанного ботинка вновь ловко отправлял в нужном направлении.

- Юноша! Не подскажете, где я могу найти поселковую стражу? – обратился к нему Баракул.

Мальчик остановился, поднял на сыщика голубые, обрамлённые белёсыми ресницами весёлые глаза и ткнул пальцем вдоль улицы:

- А вон, зелёное здание видите?

- Тот зелёный дом что ли? – уточнил Баракул.

- Ну да. Там и найдёте стражу.

Мальчик снова сосредоточил всё своё внимание на жестянке.

- Огромное спасибо, молодой человек, - проговорил Баракул ему вслед, и пошёл к выделяющемуся среди остальных своей ярко-изумрудной окраской небольшому дому. У входа на скамейке сидели два стражника.

- Доброе утро! – поздоровался сыщик, - мне срочно нужно поговорить с начальником стражи Белем.

- Он у себя в кабинете, - с равнодушным видом отозвался один из них и, не сдержавшись, громко зевнул.

Баракул перешагнул низкий, деревянный, стёртый многочисленными подошвами порог и оказался в полутёмном узком коридорчике. Справа находилась прочная металлическая дверь, закрытая на увесистый навесной замок. Слева была ещё одна дверь, выкрашенная ярко-изумрудной, как и весь дом, краской. Висевшая сверху табличка гласила: «НАЧАЛЬНИК СТРАЖИ …ЕЛЬ». Первая буква имени начальника стражи была стёрта и не читаема. Баракул невольно улыбнулся, постучал в дверь чуть ниже таблички. Красивый бархатистый голос тут же отозвался:

- Входите!

За массивным столом, занимающим значительную часть кабинета, сидел человек в зелёном форменном мундире, с гладко зачёсанными назад, чёрными, напомаженными волосами и маленькими, закрученными вверх усиками. Специальной пилкой он приводил в порядок розовые, будто младенческие ноготки на холёных руках. На мгновение Баракул опешил. Щёголь, сидящий перед ним, никак не походил на блюстителя порядка.

Взглянув на сыщика, Бель выдвинул верхний ящик стола, небрежно бросил в него пилку и спросил:

- Чем могу служить?

- Меня зовут Баракул.

- А-а-а-а, - улыбнулся начальник стражи, - наслышан, наслышан. Весь посёлок уже в курсе того, что в трактире «У старого дуба» остановился странный господин, который расследует кражу, случившуюся не так давно в этом трактире.

- Весь посёлок уже в курсе? – удивился Баракул.

- Присаживайтесь, - указал рукой на старенькое кресло для посетителей Бель. – Я ждал, что Вы меня навестите. Но, увы, ничем помочь не смогу. Дело о той краже уже рассмотрено и сейчас находится в архиве. Для Вас, к моему глубокому сожалению, доступ туда закрыт.

- Я, собственно, пришёл к Вам не только за тем, чтобы изучить это дело. Если позволите, мне бы хотелось задать Вам один вопрос, - пристально глядя в глаза хозяина кабинета, проговорил Баракул.

Брови Беля удивлённо взметнулись вверх.

- Спрашивайте. Постараюсь ответить на Ваш вопрос. Ведь мы, - начальник стражи заговорщицки подмигнул, - так сказать, в некотором роде коллеги.

- Мне стало известно, что Вы поддерживаете связь с разбойниками из дубовой рощи. Я бы хотел с вашей помощью выйти на них.

В выразительных карих глазах Беля промелькнул испуг, но стражник быстро овладел собой, и улыбаясь сказал:

- Это всё сплетни. Про меня здесь и не такое можно услышать при моей-то должности.

- Тогда мне придётся обратиться к вашим коллегам в столице, - разочарованно вздохнул сыщик, - пускай сами разбираются, домыслы это или чистая правда. И, если всё-таки факт сговора с разбойниками подтвердится, то придётся Вам расстаться с должностью и это самое малое из тех наказаний, которые грозят за такое преступление, - Баракул встал и направился к двери, на ходу бросил, - извините, что побеспокоил.

- Подождите! Куда же Вы! – воскликнул начальник стражи, вскочил со своего места, метнулся к Баракулу и заискивающим тоном проговорил, - не спешите, Вы меня не правильно поняли. Думаю, мы сможем договориться, ведь мы же, как-никак, цивилизованные люди. Зачем поднимать скандал?

- Что ж. Давайте попытаемся, - Баракул опустился в кресло.

Немного успокоившись, гордо вышагивая, Бель направился на своё рабочее место, продемонстрировав при этом белые панталоны, сильно облегающие его мясистые ноги, заправленные снизу в сверкающие чистотой сафьяновые сапоги. Своей походкой, внешностью и одеянием он походил на домашнего петуха, разгуливающиго по двору.

- Так что Вы хотите знать? – усевшись за стол, спросил начальник стражи.

- Скажите, каким образом Вы поддерживаете связь с этими разбойниками?

- Если они хотят со мной встретиться, то кладут сбоку от двери нашего здания речной камень в форме яйца, - немного поколебавшись, неуверенно проговорил Бель.

- Очень хорошо, - продолжил разговор Баракул, - и где вы обычно встречаетесь?

- В заброшенном доме из красного кирпича на краю посёлка. Я прихожу к восьми вечера. Леной всегда уже там ждёт меня, - уперев взгляд в стол, сказал начальник стражи и, оправдываясь, выпалил, - но это случается очень редко. Да и сведения, которые я им предоставляю, в общем-то, не являются секретными.

- Я не стану никому ничего сообщать, если Вы организуете мне встречу с этим…, как его там…, Леноем, - успокоил Беля сыщик, - а как Вы выходите на связь, если сами являетесь инициатором встречи?

- Я кладу на подоконник шляпу с пером строфокамила.

- А затем?

- Затем прихожу в тот же заброшенный дом в то же самое время.

- Отлично, - улыбнулся Баракул, - положите свою шляпу туда, где она должна находиться прямо сейчас.

С обречённым видом Бель подошёл к старому шкафу у стены, открыл дверцу, взял широкополую молочного цвета шляпу с роскошным чёрным пером, положил её на подоконник одного из двух окон и плюхнулся в кресло.

- Надеюсь, Вы всё сделали так, как нужно. Иначе неприятностей Вам не избежать, - пронзил его взглядом Баракул. - Итак, расскажите, как найти заброшенный дом и я от Вас отстану.

- Пойдёте прямо по улице…, - промямлил Бель, - Вы его сразу узнаете… последний с правой стороны.

- Хорошего Вам дня! – заторопился Баракул, но у двери остановился, обернулся и сказал, - есть у меня к Вам ещё одна просьба.

- Н-н-не знаю, смогу ли её выполнить, - скривился, будто от зубной боли Бель. Он был подавлен, от хорошего утреннего настроения после разговора с Баракулом не осталось и следа.

- Есть у вас тут в посёлке один молодой человек по имени Биби, - уверенно начал сыщик, сделал небольшую паузу и продолжил, - так вот он – отъявленный хулиган и, даже не побоюсь этого слова, малолетний преступник. Вы бы поговорили с отцом Биба, пускай попридержит сынка, пока тот не угодил на каторгу, куда отчаянно стремится.

- Я обязательно проведу с ними обоими беседу, сегодня же. Можете не сомневаться, - выдавил из себя жалкую улыбку начальник стражи.

- Вот и отлично, - Баракул надел шляпу, вышел из душного помещения и с наслаждением вдохнул свежего воздуха.

На улице моросил дождь. Скамья у входа была пуста, стражники куда-то ушли. Несколько минут сыщик постоял в раздумье, вынул из кармана часы, убедился, что до обеда у него ещё куча времени и решительно двинулся дальше по улице. Он вознамерился при свете дня осмотреть заброшенный дом, в котором должна состояться встреча с разбойниками.

Часть улицы, по которой теперь шёл Баракул, была гораздо привлекательнее её начала. Аккуратные домики, утопающие в зелени и благоухающих цветниках, навеяли воспоминания о его собственном доме и уютном маленьком садике, где так любил прогуливаться Баракул.

Дождь усилился. Отбросив сентиментальные мысли, сыщик пошёл быстрее. Скоро он добрался до конца посёлка и сразу узнал тот дом, который довольно точно описал начальник стражи Бель. Он стоял немного в стороне от других домов и основательно зарос молодой кленовой порослью. Несколько высоких старых клёнов произрастали неподалёку. Убедившись, что поблизости нет ни одного человека, сыщик приблизился к заброшенному дому и нырнул в, на первый взгляд, непроходимые заросли. На самом деле за узкой полосой зелёной изгороди перед крыльцом дома была открытая площадка, что порадовало Баракула. Сыщик внимательно осмотрел дом снаружи. Складывалось впечатление, что он пустует уже много лет и за это время пришёл в полный упадок. С одной стороны крыша проломилась и на её месте зияла большая чёрная дыра. Окна были наглухо закрыты потемневшими полусгнившими деревянными ставнями. Такими же ветхими выглядели крыльцо и входная дверь. Лишь стены, выложенные из красного кирпича, оставались не тронутыми временем.

Баракул осторожно поднялся на крыльцо и толкнул дверь. Она легко поддалась. Сыщик сделал несколько шагов вперёд. В помещении стояла темнота, и ничего нельзя было рассмотреть. Баракул с минуту постоял на месте, напряжённо всматриваясь в непроглядную тьму. Затем повернулся и пошёл назад. Без фонаря, который сыщик забыл с собой захватить, делать здесь было нечего. Не прошло и получаса, как весь промокший до нитки, Баракул возвратился в трактир.

Он с нетерпением дожидался вечера, попросил Сюша приготовить ужин раньше обычного и, наконец, хорошо подкрепившись свиными отбивными с картофельным пюре, горячим чаем с оладьями и яблочным вареньем, покинул трактир.

На всё про всё у сыщика было около двух часов. Этого времени ему с запасом хватало на то, чтобы добраться до заброшенного дома, осмотреть его внутри, а затем найти укромное местечко снаружи, откуда удобно было бы наблюдать за входом, дожидаясь разбойников. Баракулу необходимо было знать, сколько человек придёт на встречу, и где каждый из них будет находиться.

Дождь в этот день почти не прекращался. Он то лил как из ведра, то капал редко и лениво, то начинал моросить. Когда Баракул подошёл к заброшенному дому, на него мощными потоками обрушился ливень, но благодаря непромокаемому плащу, одежда сыщика осталась сухой. Из-за проливного дождя улица была пустынной. Никем не замеченный, Баракул пробрался к крыльцу. Он посмотрел на часы. До восьми вечера оставалось ещё полтора часа. Из глубокого кармана сыщик вытащил фонарь, и смело толкнул входную дверь. Он тут же почувствовал знакомый запах. Пахло, как ему показалось, его любимыми булочками с корицей. Это не смутило сыщика. Освещая себе дорогу, он шагнул вперёд и замер у порога.

В середине полутёмной комнаты стоял грубо сколоченный дощатый стол и с двух противоположных от него сторон два стула. Огарок свечи на столе тускло освещал серое помещение и человека, который сидел на одном из стульев. Ярким лучом фонаря Баракул обвёл комнату. Кроме вышеупомянутого стола, стульев и единственного человека, ни одной двери, предметов мебели и других людей он не обнаружил.

- Что же Вы стоите, садитесь, рассказывайте, зачем искали встречи со мной, - тихим вкрадчивым голосом проговорил незнакомец.

Баракул устроился на краешке шаткого стула и несколько минут с интересом рассматривал сидящего напротив разбойника. Тот был завёрнут в плащ, что затрудняло оценить его физические данные. Голову закрывал капюшон, из-под которого на сыщика смотрели большие, необычного фиолетового цвета глаза. Из-за сумрака и низко надвинутого капюшона ни возраст, ни черты лица разглядеть не удавалось. Зато большая чёрная птица, которая спокойно спала, сидя на плече разбойника, была хорошо видна. Баракул узнал в ней ворона.

- Что же Вы молчите, я жду, - своим тихим голосом проговорил мужчина и добавил, - зовите меня Леной. Так ко мне обращаются такие как Вы.

- Что значит, такие, как я? – недоумённо проговорил Баракул.

Когда зазвучал его голос, ворон открыл один глаз и какое-то время разглядывал сыщика, затем снова погрузился в сон.

- Извините. Я не хотел Вас обидеть, - странно блеснули из-под капюшона фиолетовые глаза Леноя, - просто люди моего племени немного отличаются от…, - он сделал небольшую паузу, подбирая слова, - от обычных людей.

- Допустим, - краешками губ улыбнулся Баракул, - но это не мешает им грабить, как Вы выразились, обычных людей.

Леной тоже улыбнулся, показав острые маленькие белые зубки.

- Вы разыскиваете украденную вещь, - без тени сомнения вдруг заявил разбойник, не переставая в упор смотреть на Баракула своими необычными глазами.

- Да. Шкатулку. Маленькую, очень прочную, бархатную шкатулочку с секретным замком, - сыщик старался говорить и держаться уверенно, но под взглядом фиолетовых глаз ему было неловко. Казалось, этот человек читает все его мысли и ничего нельзя утаить от него. Баракул привык сам держать собеседников в напряжении, загонять их в угол. Сыщику нравилось наблюдать за тем, как они нервничали, бледнели, покрывались испариной и в конечном итоге выкладывали всю нужную ему информацию. Теперь он испытывал примерно то же самое, что и они, чувствовал себя кроликом, сидящим перед удавом.

- У нас нет этой шкатулки. Мы её не брали, - тихо сказал Леной, - прямых доказательств у меня, конечно, нет…, но чувствуете запах?

- Да. Здесь пахнет корицей, - удивился Баракул, - не понимаю, при чём тут запах корицы?

- Так пахну я все мои соплеменники. Поэтому никто из нас не может уйти из помещения незаметно. После нашего ухода запах сохраняется не менее получаса, - продолжал тихо говорить Леной, - был ли такой запах в той комнате, откуда украли шкатулку?

- Об этом мне ничего не известно.

- Сейчас ещё не поздно спросить о нём тех, кто находился в тот момент в комнате, - фиолетовые глаза блеснули из-под капюшона, - наш запах – наш враг. Но это не главное. Мы никогда не берём себе ничего чужого, то есть не крадём.

- А я наслышан об обратном. Разве не вы нападаете на господ в дубовой роще? – спросил Баракул и слегка наклонился вперёд. Ему хотелось видеть выражение лица Леноя.

- Вас ввели в заблуждение. У господ мы забираем награбленное ими и возвращаем настоящим владельцам. Поэтому те господа, о которых Вам рассказали, никогда не обращаются за помощью к страже, а предпочитают не поднимать шум.

- Хм, очень интересные подробности. Но сейчас меня мало волнуют господа. Может быть, Вы или кто-то из ваших знакомых видели или слышали об этой шкатулке. Я готов купить её за хорошие деньги, - предложил Баракул.

- Никому из нас ничего о ней не известно. Если хотите, мы поможем Вам в её поисках, - проговорил Леной, вынул руку из правого кармана и положил её на стол.

Маленькая зелёная змейка выползла из рукава его плаща и быстро заскользила по столу в сторону Баракула. Сыщик не выразил никакого беспокойства, продолжал сидеть, будто ничего не произошло.

Змейка подползла к краю стола, подняла маленькую головку и на долю секунды замерла. Баракулу показалось, что она внимательно и осмысленно рассматривает его. Снаружи он оставался спокойным, но внутри весь напрягся, готовясь отражать её нападение.

- Не пугай человека, - вдруг сказал Леной, протянул руку, взял змейку и убрал её в карман.

- Извините её за бестактность. Она очень любопытна, но совсем не опасна.

- Я хочу обратиться к вам с просьбой, - пропустил мимо ушей его слова Баракул, - если узнаете что-нибудь о шкатулке, передайте эти сведения мне.

- Вы ищете то, чего не существует, - тихо проговорил Леной.

- Позвольте мне самому в этом разобраться. Ваши советы мне не нужны, - сказал Баракул и, оттолкнув в сторону стул, резко встал. Стул с грохотом упал на пол. Не обращая на него внимания, сыщик быстро пошёл к двери.

Глава 8

Баракул проснулся среди ночи от тихого, но настойчивого стука в дверь. Сыщик зажёг лампу, посмотрел на лежащие на столе, карманные часы. Было ровно два часа ночи. Через короткие промежутки времени стук повторялся снова и снова. Видимо тот, кто находился за дверью, не собирался уходить.

Баракул подошёл к ней вплотную, прислушался, негромко спросил:

- Кто?

- Господин Баракул, откройте, это я, Дугр, у меня срочные новости, - послышалось в ответ.

Через секунду в комнату, будто вихрь, влетел Дугр. Он был очень взволнован.

- Что случилось? Почему ты так быстро вернулся из Блювиля? Я ждал тебя не раньше завтрашнего вечера? – засыпал его вопросами сыщик.

- Мне незачем было оставаться там дольше. Вот, смотрите, что я раздобыл! – Дугр вынул из кармана маленький свёрток и осторожно положил его на стол.

- Что это? – спросил Баракул.

- Брошь Лерома! – торжественно заявил Дугр.

Сыщик подошёл к столу. Перед ним на мятой салфетке лежал кроваво-красный рубин в ажурном золотом обрамлении. При свете лампы камень загадочно мерцал.

- Шкатулка тоже у тебя? – с трудом оторвал взгляд от украшения Баракул.

- Нет. В лавке, где я нашёл брошь, её не оказалось. Но мне удалось выяснить такое, чему Вы сильно удивитесь, - протараторил Дугр, затем энергично прошёлся по комнате, отыскивая место, куда можно сесть. Единственный стул был занят аккуратно сложенной одеждой Баракула. На смятую после сна постель опуститься он не решился и остался стоять на ногах. - Лавочник подробно описал человека, который принёс брошь, - Дугр выдержал паузу, - здоровяк с большой бородавкой на носу, которая становится красной, как только здоровяк начинает волноваться или нервничать.

- Берт?! – сразу же догадался сыщик, - а ведь по виду не скажешь, что этот увалень на такое способен. Но почему он не сдал в ломбард шкатулку?

- Ничего удивительного в этом нет. Берт просто не может её открыть и пока оставил у себя. Предлагаю немедленно пойти к мерзавцу и забрать шкатулку! – Дугр был готов к решительным действиям, его глаза возбуждённо блестели, рот исказила недобрая усмешка.

- Подожди, - спокойно сказал Баракул, - а если это совпадение и кражу совершил не Берт, а очень похожий на него человек. Такое хоть и не часто, но случается. Хотя многое указывает именно на него, - продолжал вслух размышлять сыщик, - становится совершенно понятно его рвение. И о так называемых разбойниках он сообщил всего лишь затем, чтобы отвести от себя подозрение и сбить нас с толку.

- Скоро этот негодяй, всё нам расскажет! Через какие-нибудь полчаса шкатулка будет у нас! – продолжал горячиться Дугр.

- Сейчас мы никого будить не станем. Дождёмся утра. Надо уточнить у Сюша давно ли Берт ездил в Блювиль и бывает ли он там вообще. Кстати, ты не забыл спросить, когда сдали брошь в лавку?

- Две недели назад.

- Вот и отлично. Если окажется, что Берт две недели назад ездил в Блювиль, то отпадут последние сомнения, и уж тогда-то мы его прижмём, - уверенно проговорил Баракул, - а теперь отправляйся к себе в комнату, тебе просто необходим хотя бы кратковременный отдых.

- Как скажете, - разочарованно махнул рукой Дугр и поплёлся к двери.

- Не опаздывай к завтраку. Он ровно в восемь, - сказал ему в спину Баракул.

- Постараюсь, - обернувшись, усталым голосом проговорил Дугр и вдруг заметил, что Баракул стоит перед ним в серой с узкими тёмными полосками пижаме. «У него вся одежда, похоже, серого цвета. Вот же скучища», - пронеслось в голове управляющего. Эта мысль отвлекла от проблем и вызвала улыбку.

- Что? – не понял вспышки внезапного веселья Дугра сыщик.

- Спокойной ночи! – услышал он в ответ.

К восьми утра Баракул спустился вниз. Подперев рукой щёку, за стойкой дремал Сюш. В комнате кроме него никого не было.

­- А-а-а-а! Господин Баракул! – заслышав шаги, встрепенулся хозяин трактира. Тут его глаза округлились от удивления. – О-о-о-о! Господин Дугр! Вы уже вернулись! Так быстро! Надеюсь, шляпа, которую Вы купили, понравилась господину Баракулу?

- Можете не сомневаться, - отозвался, показавшийся из проёма двери, ведущей из коридора второго этажа на лестницу Дугр.

Он действительно не забыл о шляпе, купил её в последний момент при выезде из Блювиля в придорожной лавке. Это была соломенная шляпа с широкими полями. Дугр не спешил показывать покупку Баракулу, подозревая, что тот, скорее всего, останется недоволен.

- Скажите, уважаемый Сюш, - перевёл беседу в другое русло Баракул, - Вы приобретаете что-нибудь для своего трактира в Блювиле?

- Конечно, - хитро прищурился Сюш, наклонился к сыщику и тихо проговорил, - открою Вам один свой секрет. В Блювиле есть маленькая неприметная на вид лавочка, где продаются лучшие пряности и травы. Я беру специи для своих колбасок только там и нигде более. Вот почему они получаются такими вкусными.

- Отлично, - улыбнулся краешками губ Баракул.

- Но не уговаривайте, даже под пытками я не расскажу, на какой улице находится лавка торгующая травами и пряностями, - смешно выпятил губы трактирщик.

- Скажите, Вы всегда сами закупаете специи для колбасок?

- Не обязательно, - почувствовав очередной подвох, насторожился Сюш, - часто это делает мой помощник Берт.

- И когда Вы посылали Берта в Блювиль в последний раз?

- Недели две назад. А зачем это Вам? – совсем растерялся хозяин трактира.

Услышав его слова, Дугр ухмыльнулся, но Баракул строго посмотрел на него и тот притих.

- Скорее несите завтрак! Так вкусно пахнет, что я могу подавиться слюной, - почувствовав аромат приготовляемой пищи, воскликнул сыщик.

- Ещё бы! – расплылся в улыбке Сюш, - на завтрак у нас сегодня румяные гренки и нежнейший печёночный паштет.

- Давайте мне всего, да побольше. И про колбаски не забудьте. Я так голоден, что проглотил бы и быка! – потирая ладони, поддержал Баракула Дугр. Только теперь он вспомнил, что ничего не ел со вчерашнего утра.

Вскоре Сюш принёс еду, и Дугр с жадностью набросился на неё. Баракул ел сдержанно, не торопясь. Наслаждаясь своим любимым напитком – кофе со свежими сливками как бы, между прочим, он обратился к Сюшу:

- Передайте Берту, пусть заглянет ко мне после завтрака. Хочу попросить, чтобы он вычистил мой костюм и ботинки. Вчера ходил по дождю в посёлок и изрядно их замарал.

- Не успеете закончить завтрак, как мой помощник будет у Вас. Не помню, чтобы он когда-нибудь так же хорошо как к Вам относился хоть ещё к одному постояльцу.

Баракул и Дугр многозначительно переглянулись, быстро покончили с едой и отправились в комнату сыщика. Ждать долго не пришлось. Минут через десять в дверь постучали.

- Войдите! – громко отозвался сыщик.

На пороге возник Берт:

- Вы звали меня, господин Баракул? - он улыбался, с заискивающим видом смотрел на Баракула, который стоял у окна.

- Если тебя не затруднит, почисти, пожалуйста, мой костюм, - кивком головы тот указал на стул, где была разложена одежда.

- Ну что Вы, я сделаю это с большим удовольствием, - продолжая улыбаться, Берт подошёл к стулу и вдруг остановился как вкопанный. Его глаза упёрлись в лежащую на столе брошь.

- Что, знакомая вещица? – с неприязнью в голосе спросил Баракул и пристально глядя в глаза Берта приблизился к нему на расстояние одного шага.

Неожиданно Берт резко, что было силы, двумя руками оттолкнул Баракула от себя и бросился к двери. Баракул повалился на кровать.

- Не двигайся, ворюга, а то я тебе башку продырявлю! – Дугр с револьвером в руках преградил ему путь к отступлению.

Тем временем Баракул вскочил на ноги, быстро переложил одежду со стула на кровать и слегка подтолкнул к нему застывшего под дулом пистолета Берта:

- Садись! Рассказывай, как ограбил гонца! Возможно, чистосердечное признание поможет заменить тебе виселицу пожизненной каторгой!

Бородавка Берта стала багровой. С обречённым видом он поплёлся к стулу, медленно опустился на него.

- Где шкатулка?! – одновременно задали мучивший обоих вопрос Баракул и Дугр.

- У меня её нет, - еле слышно пробормотал Берт, с опаской глядя на направленное на него, чёрное дуло.

- Врёшь, гад ползучий! Говори где шкатулка, а то прострелю колено! – Дугр был вне себя от ярости.

- Я не знаю, - побледнел Берт, - клянусь своим здоровьем, это правда.

- Здоровьем он клянётся, - зло ухмыльнулся Дугр, - на кой оно тебе теперь. Скоро будешь ворон кормить.

- Господин Дугр, господин Баракул, я не брал шкатулку. Не отправляйте на виселицу невинного, - Берт рухнул на колени и громко зарыдал.

- Допустим. Тогда как эта брошь оказалась у тебя? – спросил Баракул.

- Я всё, всё Вам расскажу, только не отправляйте на виселицу, - слёзы ручьями текли по щекам Берта. Он выглядел жалким и несчастным, но совсем не вызывал сочувствия. Гримаса презрения исказила лицо Дугра.

- Хватит ныть, тупица, говори по существу, - продолжая держать Берта под прицелом, процедил сквозь зубы он.

- Успокойся, объясни нам, каким образом брошь оказалась у тебя? Если скажешь правду, возможно, избежишь виселицы. Твоя судьба в твоих руках, - проговорил Баракул, который уже справился с нахлынувшими эмоциями. Хладнокровие и рассудительность вернулись к сыщику, и он совершенно спокойным голосом закончил, - усаживайся поудобнее и начинай, мы с Дугром внимательно слушаем.

Громко всхлипывая, Берт медленно поднялся с колен, опустился на стул и заговорил:

- В тот вечер я, как раз когда молодой человек…, то есть гонец спустился ужинать, понёс наверх обувь пожилой дамы и её мужа. Помню, это были женские, подбитые мехом ботики и очень грязные мужские сапоги. Поэтому я их так долго чистил. Если бы не…

- Давай ближе к делу! – грубо поторопил его Дугр.

Берт громко шмыгнул носом и продолжил:

- Я поднялся наверх и уже собирался входить с лестницы в коридор, как вдруг дверь комнаты, в которой поселился молодой человек, приоткрылась. Я отошёл в сторону, встал в темное место. Оттуда было хорошо видно, как из комнаты выскользнул человек в чёрном, посмотрел по сторонам и скрылся в номере напротив. Меня он не заметил. Я выждал несколько минут. Было тихо, только снаружи гремела гроза.

Берт смолк.

- Что было дальше? – помахал револьвером перед его лицом Дугр.

Глаза Берта наполнились слезами. Он снова начал громко всхлипывать.

- Хватит хныкать. Моё терпение скоро закончится, и тогда пеняй на себя, - пригрозил Дугр.

Берт быстро вытер лицо ладонью и снова заговорил:

- Потом я отнёс обувь к двери пожилой четы и пошёл назад. Вдруг вижу, дверь в комнату гонца приоткрыта. И…, сам не понимаю зачем, легонько толкнул её…, потом не удержался, вошёл внутрь, - Берт горестно вздохнул и, сдерживая рыдания, продолжил, - в этот момент сверкнула молния, осветила комнату. Плащ, шляпа и дорожная сумка валялись на полу. Я хотел просто поднять вещи, взял сумку, а из неё выпала вот эта брошь, - здоровяк ткнул пальцем в направлении лежащей на столе броши и снова зарыдал.

- Я верю тебе. Рассказывай дальше, - твёрдым, тихим голосом сказал Баракул и Берт сразу немного успокоился.

- Не знаю, что на меня нашло. Никогда не брал ничего чужого. А тут…, она была такая…, такая красивая…, - проговорил он, сделал небольшую паузу, вспоминая прошедшее, - в общем, не удержался, схватил её, положил в карман, выскочил из комнаты, спустился по ступенькам вниз, и как ни в чём не бывало, занялся своими делами.

- Когда пришли стражники, брошь всё ещё лежала у тебя в кармане? – спросил Баракул.

- Да. Я старался не думать о ней, как будто её у меня нет. Это уж потом придумал сдать брошь в ломбард.

- Хорошо. Скажи, когда ты вошёл в комнату Лерома, там не было никакого запаха? Не пахло корицей?

- Нет. Корицей уж точно не пахло, - недоумённо посмотрел на сыщика Берт.

- А теперь ещё раз хорошенько вспомни тот вечер. Меня интересует всё, что касается человека, который выскочил из комнаты гонца. Одежда, какие-то жесты, черты лица. Это очень важно.

Несколько минут Берт сосредоточенно думал, затем вымолвил:

- Ничего такого. Он весь был завёрнут в чёрный плащ. Лица я не разглядел из-за капюшона и темноты.

- А какого он был роста?

- Он показался мне невысоким и щуплым.

- Подумай хорошенько. Может ты заметил ещё какие-то детали. Важна любая мелочь, которая поможет отыскать вора. От этого зависит твоё будущее.

Берт долго силился что-либо вспомнить, сидел с отсутствующим видом. От напряжения его лицо сморщилось, глаза были устремлены в одну точку.

- Нет. Больше ничего не заметил, - наконец выдохнул он, расслабившись, несколько раз всхлипнул и запричитал, - не губите, господин Баракул, не отправляйте меня на виселицу, сжальтесь.

- Почему же ты сразу не рассказал мне о броши?

- Боялся, - продолжал всхлипывать Берт.

- Ладно. Пока мы не выясним, кто был тот человек, сдавать тебя стражникам я не стану. Веди себя так, как будто ничего не произошло. Вдруг грабитель находится поблизости и следит за нашими действиями, - сказал Баракул, - иди, приведи себя в порядок и продолжай исполнять свою работу.

Берт вскочил со стула, часто затряс головой.

- Наблюдай за постояльцами и посетителями, слушай, о чём они говорят. Если заметишь что-то подозрительное, сразу сообщай мне, - продолжал давать ему наставления сыщик, - да не вздумай больше обманывать, а то сразу же окажешься за решёткой.

- Понял. Всё понял. Всё сделаю, - Берт стоял перед Баракулом с видом провинившегося школьника.

- А теперь уходи, - брезгливо махнул рукой в сторону двери сыщик, - и не пытайся сбежать. Надеюсь, ты понимаешь, что это бесполезно.

- Конечно, господин Баракул, - Берт бросил тревожный взгляд на пистолет в руках Дугра и задом, не выпуская его из виду, попятился к двери.

- Вы верите ему? – после его ухода спросил Дугр.

Очень похоже на правду, - задумчиво проговорил Баракул, посмотрел в окно, потом на притягивающую взгляд брошь и продолжил, - забери её. Не хочу держать у себя столь ценную вещь.

- Что я должен с ней делать? – Дугр осторожно завернул украшение в салфетку и убрал в карман.

- Вернёшь законному владельцу. Разумеется, только после того, как Валес Венде даст на то своё согласие, - Баракул ещё раз посмотрел в окно, затем в его руках появилась коричневая книжечка. Он быстро пролистал её и сказал, - мне бы хотелось побыть одному. Надо поразмыслить над нашим делом.

- У Вас нет для меня заданий?

- Если ты не очень устал, то понаблюдай за Бертом. Есть доля вероятности, что шкатулка всё же у него. Тогда он непременно постарается спрятать её в более надёжное место и займётся этим прямо сейчас. Проследи незаметно, пойдёт ли он куда-нибудь, и что будет делать в течение часа.

- Хм, хорошая идея. Сам бы я до такого никогда не додумался, - покидая комнату, с улыбкой проговорил Дугр.

Глава 9

Около двух часов Баракул просидел за столом перед своей коричневой записной книжкой. Он то внимательно изучал её страницы, то нахмурившись, сосредоточенно думал, то торопливо делал новые записи.

Наконец, с шумом захлопнув книжку, сыщик поднялся, достал из дорожной сумки чистый летний костюм стального цвета, быстро оделся, спустился на первый этаж и вышел из трактира. Напротив центрального входа не спеша прогуливался Дугр. Баракул подошёл к нему и спросил:

- Как успехи?

- За всё это время Берт никуда не отлучался. Он долго мыл посуду, а теперь рубит дрова на заднем дворе. Я пару раз заглянул туда, но при моём появлении этот растяпа начинает сильно нервничать, и я решил караулить здесь. Не полезет же он через забор, если захочет куда-то пойти, - доложил Дугр.

- Я, кстати, тоже иду на задний двор. Хочу продолжить расследование разговором со сторожем Мартом. В прошлый раз я так и не задал ему всех интересующих меня вопросов. Виной тому стали некоторые обстоятельства и теперь необходимо исправить эту оплошность. Если желаете, можете составить мне компанию. Наблюдение за Бертом пока снимаем, - предложил Баракул.

- С превеликим удовольствием присоединюсь к Вам. Надоело тут одному торчать, - согласился Дугр и вслед за Баракулом двинулся к воротам, ведущим на задний двор.

- Кажется, день обещает быть жарким, - сыщик провёл ладонью по непокрытой голове, - мне не помешала бы сейчас шляпа, которую ты, как я понял, купил в Блювиле.

- Потом отдам, - пробурчал себе под нос Дугр.

Тем временем они свернули за ворота, обогнули здание трактира, остановились у стоявшей на прежнем месте лестницы, осмотрелись. Жизнь здесь текла своим чередом. Куча свежих поленьев лежала неподалёку от входа на кухню. Стоя посередине двора, Берт сыпал корм курам. Поблёскивая на солнце ярким оперением, у его ног громко квохтал петух, созывая своё многочисленное семейство к еде. Здоровяк стоял задом и не заметил их появления.

Баракул уверенно направился к сторожке, подошёл к низкой покосившейся двери, собрался стучать, но прежде, чем он успел это сделать, дверь распахнулась. На пороге стоял Март. Он хитро посмотрел на сыщика и сказал:

- Вспомнили старика. Я так и думал, что зайдёте и, честно сказать, поджидал Вас в гости.

- Где мы можем поговорить, - ровным тихим голосом спросил Баракул.

Но, не смотря на плохой слух, Март хорошо его услышал, вышел из сторожки, со словами:

- Пойдёмте в тенёк, присядем вон на ту скамеечку, - повёл за собой.

С другой стороны избушки стояли два пенька, на которых лежала широкая доска. Это и была вышеупомянутая скамейка. Старик, Баракул и Дугр удобно расположились на ней. Солнце сюда не заглядывало, чему Баракул был несказанно рад. Немного выждав, он обратился к Марту:

- Скажите, вы помните ту злополучную весеннюю ночь, когда была сильная гроза?

- Кто? – непонимающе взглянул на него старик.

- Я не сомневаюсь, вы что-то видели и хорошо всё помните, - не обращая внимания на его бессмысленный вопрос, строго взглянул на него Баракул.

Глаза Марта блеснули задором. Он закряхтел, узловатой рукой погладил большую заплату на правом колене и начал свой рассказ:

- На память пока не жалуюсь. Ту ночь вижу перед собой, как сейчас. Такая гроза бывает не часто. Дождь лил как из ведра. Мне не спалось. Да и как можно заснуть в такую погоду? – старик снова покряхтел, - когда по лестнице спускался тот господин, то я немного удивился. Сюш приказал не показываться на глаза господину, который лазает по лестнице. Но он всегда оставлял свою лошадь у привязи и я, после того, как он поднимется, должен был поить и кормить её. В этот раз лошади у привязи не было. Поэтому я и удивился. Стало любопытно, где же господин оставил свою лошадь в такую ненастную погоду. И я потихоньку смотрел за ним.

Март смолк. Сидел, по-старчески кряхтел, бормотал что-то нечленораздельное.

Баракул долго ждал, наконец, не выдержав, спросил:

- Что же было дальше?

- Господин спустился и побежал к забору, вон туда, - Март махнул рукой в противоположную сторону двора, - я видел, как он перелазил через забор. Это показалось мне странным. Наутро, когда рассвело, и гроза прекратилась, я пошёл посмотреть на то место. И не зря, кое-что там нашёл.

Март довольно заулыбался. Баракул напрягся. Дугр, который по просьбе сыщика не принимал участия в разговоре, не сдержался, громко воскликнул:

- Что же Вы нашли?!

Март повернулся к нему, несколько раз странно мигнул одним глазом, снова погладил правое колено ладонью, вздохнул:

- Побаливает оно у меня. Видно опять дождь будет. Верная примета.

- Не похоже, - посмотрел в ясное, голубое, без единого облачка небо Баракул.

- Будет, будет. Вот попомните моё слово, - проговорил Март и полез за пазуху, - вот она, - на его старческой морщинистой ладони лежала пуговица.

- Можно взглянуть? – упёрся в неё глазами сыщик.

Старик молча протянул ему пуговицу.

Это была круглая, среднего размера, слегка выпуклая, позолоченная пуговица с ушком на задней стороне. На передней части была выбита красивая прописная буква «П». Другая такая же буква находилась позади первой, будто её тень.

- Здесь ещё красная нитка висела, - ткнул корявым пальцем в ушко пуговицы Март, - только она куда-то делась.

- Я бы купил у вас эту вещицу, - неуверенно, боясь обидеть старика, предложил Баракул.

- Берите так. На кой она мне.

- Хорошо. Но, может быть, вам что-то нужно. Эта пуговица – очень важная улика и я бы хотел отблагодарить вас за неё.

- У меня всё есть. Сюш неплохо заботится обо мне. Голодный не хожу, - отозвался Март, а потом, спохватившись, добавил, - разве только одеяло. Что-то мёрзнуть я стал в последнее время по ночам, - старик опустил глаза, закряхтел, ему было неловко от своей просьбы.

- Вот и отлично. Тогда я оставлю пуговицу у себя, - улыбнулся ему Баракул, протянул ключ от своей комнаты, который всегда носил с собой Дугру, торопливо добавил, - принеси мой клетчатый шерстяной плед.

Дугр взял ключ и быстрыми шагами пересёк двор.

- У меня остался ещё один, последний вопрос, скорее просьба, - сказал Баракул Марту, когда они остались вдвоём, - вы не могли бы показать мне место, где нашли пуговицу.

- Пойдёмте, покажу, - с готовностью отозвался старик, медленно поднялся на ноги и, опираясь на кривую палку, побрёл к забору.

Баракул шёл сбоку, слегка придерживая Марта за локоть. Они проследовали мимо кучи дров, у которой теперь возился Берт. Здоровяк бросил настороженный взгляд на Баракула, торопливо схватил охапку поленьев и понёс её на кухню.

У потемневшего от времени дощатого забора Март остановился, указал рукой на торчащий загнутый ржавый гвоздь:

- Вот здесь она висела.

- Понятно, почему оторвалась. Когда неизвестный нам господин перелазил через забор, зацепился за этот гвоздь и не заметил в спешке, - сделал вывод Баракул, с благодарностью посмотрел на старика, - спасибо Вам за помощь.

Март громко закряхтел, повернулся и медленно побрёл назад. Пока они шли к сторожке, вернулся Дугр. Он подал плед старику.

- Не могу принять такой дорогой подарок, - оттолкнул от себя его руки Март, - эта маленькая пуговица ничего не стоит. Неправильно я поступил. Не надо было просить за неё одеяло.

- Вы очень обидите меня, если не примите его, - строго сказал Баракул, - это подарок не за пуговицу, а за вашу доброту, и хорошее отношение ко мне.

Глаза Марта вдруг наполнились слезами:

- Теперь мне будет тепло по ночам, - проговорил он, взял плед, и громко шаркая подошвами старых башмаков, пошёл к своей избушке.

- Нам надо обсудить только что возникшие обстоятельства и лучше всего сделать это в моей комнате, - сказал сыщик Дугру, когда старик скрылся в сторожке, затем оглянулся на Берта, крикнул ему, - задай нашим лошадям хорошую порцию корма! Сегодня к вечеру мы уедем!

Берт тут же оставил своё занятие и чуть ли не бегом направился к лошадиному стойлу.

Плотно прикрыв за Дугром дверь комнаты, Баракул несколько минут разглядывал пуговицу, потом спросил:

- Ты знаешь, кому она принадлежит?

Дугр взял найденную улику, повертел в руках, положил на стол, неопределённо пожал плечами.

Баракул махнул рукой, приглашая его сесть на стул. Сам устроился на кровати, заговорил:

- Несколько лет назад я имел дело с одним господином, сын которого носил красный мундир с точно такими же пуговицами. Припоминаю, что тогда я поинтересовался, что означают буквы на нём. «Преданность и привилегия», ответил он мне. Это девиз красных мундиров. То есть первая «П» - преданность королю и королевству. Вторая – титул, который может получить за своё усердие молодой человек в красном мундире. Надеюсь, ты слышал о людях в красных мундирах?

- Да. Это сынки богатых господ на службе у короля, - отозвался Дугр.

- Правильно, но ты забыл сказать, что богатеи-отцы выложили баснословные суммы за право носить красные мундиры их сыновьями. Всего лишь для того, чтобы сынки таких господ имели возможность получить титулы, - Баракул сделал паузу, собрался с мыслями и продолжил, - сильно разбогатевшие так или иначе люди, мечтают о титулах, которые открывают новые возможности и многие закрытые для них двери. Вот почему господа не жалеют денег, надеясь решить эту проблему для себя и своих детей. Надевая красные мундиры, молодые люди получают такую возможность. Но…, - сыщик поднял вверх указательный палец, - это вовсе не значит, что они обязательно получат столь желаемый титул. В течение пяти лет состоятельный отпрыск носит красный мундир и если вдруг у короля возникнет потребность, и он обратится к такому отпрыску, попросит его исполнить какое-то поручение, а также останется доволен результатом, то может наградить молодого человека титулом. Хотя это совсем не обязательно. Нет никаких гарантий, что пополнив казну на довольно крупную сумму и надев красный мундир, сын богача получит титул. Шансы, я бы сказал, невелики, поэтому не многие готовы платить огромные деньги за призрачную надежду. И всё же среди господ находятся те, кто не хочет упускать даже такую мизерную возможность, сделать своих потомков влиятельными титулованными особами, - Баракул снова немного помолчал, - хотя эти проблемы в данный момент меня мало волнуют. Странно одно. Зачем не нуждающемуся в деньгах, претендующему на блестящее будущее молодому человеку заниматься грабежом? – Баракул пристально посмотрел на Дугра, - сам собой напрашивается вопрос. Нет ли у нашего гонца знакомого в красном мундире?

- Насколько я знаю, нет. И просто не может быть. Это люди не его круга, - немного подумав, ответил Дугр.

- Хорошо. Тогда дело принимает совсем другой оборот и возникает множество новых вопросов. Прежде я полагал, что ограбление было совершено с целью наживы. Теперь эта версия отпадает на девяносто процентов и причина кражи мне совершенно не ясна. Чтобы понять её, я должен знать, что лежит в шкатулке, - ледяным тоном проговорил сыщик, продолжая сверлить Дугра своим неприятным для собеседника, проникающим вглубь чужих мыслей взглядом.

- Без позволения Валеса Венде я не могу раскрыть эту тайну, - нахмурился Дугр.

- Чтобы получить его дозволение, придётся вернуться в Ростон и мы потеряем ещё как минимум три дня. Чем больше времени проходит с момента кражи, тем меньше шансов найти шкатулку, - возразил Баракул, - по-моему, нам следует немедленно ехать в столицу, где в высшем обществе постоянно крутятся красные мундиры, желая иметь возможность чаще попадаться на глаза королю Леонарду.

- Вы хотите, чтобы мы отправились в столицу сегодня же, не поставив в известность господина Венде? – растерянно переспросил Дугр. Его лоб пересекла глубокая морщина, уголки губ опустились, принять подобное решение управляющий был не готов.

- Да. Но это случится лишь в том случае, если Вы расскажете мне, что лежит в шкатулке. Невозможно искать то, не знаю что. Иначе мне придётся отказаться от расследования, не закончив его, - Баракул грустно усмехнулся, - такое в моей жизни произойдёт впервые. Но когда-то же это должно было случиться.

- Мне нужно подумать, - сказал Дугр, длинными тонкими пальцами потирая виски.

У него вдруг разболелась голова, видимо, сказывалось позднее возвращение из Блювиля и волнения связанные с разоблачением Берта. От вопросов сыщика головная боль, несомненно, усилилась.

Баракул смотрел в окно. Небо было голубым и безоблачным, по-прежнему сияло солнце, и лишь вдали за холмом появилась почти неразличимая тонкая серая полоска.

Наконец Дугр прервал затянувшуюся паузу:

- Хорошо. Я расскажу, что находится в шкатулке, только не здесь. И у стен бывают уши.

- Я рад, что Вы решили довериться мне, - обернулся к нему Баракул и доброжелательным тоном добавил, - значит едем в Мирад. Поговорим о шкатулке дорогой. У нас для этого будет предостаточно времени, и никто не сможет подслушать, - вдруг о чём-то вспомнив, сыщик широко улыбнулся, - принесите же, наконец, мою шляпу. Думаю, что вопреки предсказаниям Марта, жара не спадёт до конца дня.

Дугр вздохнул, молча вышел. Через несколько минут он вернулся, положил на стол купленную в Блювиле, соломенную шляпу. Некоторое время Баракул внимательно, будто какую-то диковинку рассматривал её. Потом откинув голову назад громко расхохотался.

- Это моя новая шляпа?! – сквозь смех проговорил он, взял шляпу, надел её на голову, осмотрев голые стены комнаты, сказал, - жаль, что здесь нет зеркала. Никогда не носил таких вещей. Скажите, дружище, идёт она мне?

- Неплохо смотрится…, - неуверенно произнёс Дугр, - только костюм…

- Что с ним не так?

- Очень строгий...

- Чепуха! Шляпа мне нравится. Она лёгкая, не давит на голову и без сомнения, хорошо защитит от солнца. Огромное Вам спасибо за заботу. А теперь не будем терять время, пора собираться в дорогу.

Через два часа Баракул и Дугр покинули трактир «У старого дуба». Моросил мелкий дождь и сыщику пришлось снять свою новую соломенную шляпу, чтобы она не размокла.

Глава 10

Плотные серые тучи обложили небо. От яркого солнечного утра не осталось и следа. Моросил дождь. Экипаж быстро двигался по ещё не размокшей дороге в сторону столицы Низовии - Мираду. Отдохнувшие лошади без понукания резво бежали вперёд. Сырая погода нисколько не смущала их и, казалось, животные были рады новому путешествию.

Завернувшись в плащ, Баракул устроился рядом с Дугром на козлах. Он молчал, предоставив возможность управляющему самому начать разговор, и тот не заставил ждать долго.

- Я вот что думаю, - задумчиво проговорил Дугр, глядя вдаль поверх лошадиных голов, - как только доберёмся до места, сразу напишу письмо Валесу Венде и отправлю его с посыльным в поместье. Необходимо сообщить господину Валесу все подробности нашего расследования, чтобы он не беспокоился, - Дугр смолк, надеясь услышать возражения, но их не последовало, и он продолжил, - хотя не сомневаюсь, что в Мираде нам не придётся задерживаться надолго. Чувствую, что мы быстро отыщем злоумышленника и шкатулку.

Баракул плотнее закутываясь в плащ, ответил:

- Письмо написать, конечно, следует, только без подробностей, в общих чертах.

- Почему? – бросил удивлённый взгляд на сыщика Дугр.

- Чтобы не навредить себе и господину Венде. Ты же понимаешь, что если оно случайно попадёт не в те руки, то…

- А-а-а-а, - протянул Дугр, - хорошо, что я решил посоветоваться с Вами, прежде чем писать.

- Да. Это ты сделал правильно. Со временем, когда наберёшься опыта в таких делах, многое тебе и самому станет понятно, а пока не предпринимай ничего, не посоветовавшись со мной, - Баракул смолк и какое-то время они сидели каждый занятый своими мыслями.

- Вы видите впереди лес? – вдруг с беспокойством проговорил Дугр, - сдаётся мне, что это та дубовая роща, где орудуют разбойники. Хорошо, что мы успеем пересечь её засветло.

- Слухи о разбойниках сильно преувеличены. Уверен, нам нечего опасаться, - не разделил волнений управляющего Баракул. Заметив, что тот полез за пазуху, добавил, - ни в коем случае не вынимайте оружие. Не стоит провоцировать жителей дубовой рощи. Полагаю, что сами они нападать на нас не станут.

Дугр ничего не ответил, но нащупав у себя на груди в специальном кармане дорожного костюма рукоятку револьвера, немного успокоился.

Между тем экипаж приблизился к дубраве. Похожие на исполинов многовековые деревья раскинули свои могучие ветви, которые почти полностью загораживали небо, не пропуская вниз дневной свет. Даже капли дождя не проникали сюда. В роще было очень тихо и сумрачно. Обоим путешественникам стало немного не по себе, казалось, что из-за толстых стволов за ними наблюдают десятки глаз. Обычно многолюдная большая дорога в роще была, как ни странно, совершенно пустынной. Лошади, управляемые Дугром медленно тянули экипаж вперёд, широко раскинувшему необъятную крону неимоверно огромному дубу. Вытеснив на большое расстояние вокруг себя другие деревья, великан одиноко стоял на образовавшейся полянке и был так прекрасен, что сыщик невольно залюбовался его царственным величием. От слабого короткого дуновения мокрая листва затрепетала, и дуб как будто ожил.

- Посмотри, какой красавец, - не смог сдержать своего восхищения Баракул.

- Ох, не нравится мне это место, - не разделил его восторга Дугр.

В этот момент большая чёрная птица взмыла в воздух с ветви дуба, и шумно махая крыльями, медленно пролетела над экипажем так низко, что при желании можно было дотронуться до неё рукой.

- Ох, не нравится мне это место, - тихо повторил Дугр и снова прикоснулся рукой к револьверу.

- Оставьте оружие в покое, - процедил сквозь зубы Баракул.

Обогнув огромный дуб, дорога пошла левее. Вскоре лес поредел. Среди молодых дубов стали попадаться липы и клёны. Затем экипаж выехал из рощи на открытое место. Дальше дорога пролегала через равнину, кое-где поросшую невысоким кустарником.

- Кажется, пронесло, - облегчённо вздохнул Дугр.

- Я же говорил, что нам нечего опасаться, - повеселел Баракул, - кстати, я готов выслушать твоё объяснение о шкатулке. Ты не забыл о своём обещании?

Дугр слегка ослабил поводья, давая лошадям свободу и заговорил:

- Всё началось после того, как наш король женился. Вы, наверное, знаете, что его третьей женой стала прелестная юная Эмилия. Она на несколько десятков лет моложе супруга и это стало в некотором роде проблемой для разменявшего шестой десяток Леонарда. Через какое-то время после женитьбы, он часто пребывал в плохом настроении, был задумчив и не весел, расспрашивал приближённых о средствах, дающих возможность хоть немного омолодиться. В тот момент нашёлся какой-то доброжелатель, который нашептал королю, что существует эликсир молодости, способный восстановить стареющий организм и превратить старика в полного сил молодца. Волшебный эликсир поможет сбросить лет этак тридцать, а то и сорок и Леонард, если примет его, будет выглядеть и чувствовать себя как ровесник своей жены. Изготовить такое зелье не просто. Только один человек - знаменитый на весь мир маг и алхимик Фористель владеет секретом его изготовления.

Король очень заинтересовался но, конечно же, лично не мог заняться таким щепетильным делом и поручил его Валесу Венде. Господин Венде встретился с великим магом и попросил его изготовить эликсир молодости для короля. Фористель ответил, что ему нужно время подумать, долго не принимал никакого решения. Но Валес Венде настаивал, увеличил изначально предлагаемую плату в два раза, и великий маг дал согласие. Прошло несколько месяцев, прежде чем Фористель сообщил, что эликсир готов.

Господин Венде заранее заказал для него специальную шкатулку, и Фористель на его глазах вложил в неё флакон с эликсиром… Дальнейшая его судьба Вам известна.

- Не могу поверить…, - проговорил ошеломлённый его рассказом Баракул, - неужели эликсир молодости существует. Проверяли ли Фористель и господин Венде его на ком-нибудь?

- Нет. Ни один человек не принимал эликсир. Великий маг изготовил небольшое количество, рассчитанное только на одного человека. Однако Венде рассказал мне, что чтобы доказать чудодейственную силу зелья, Фористель капнул его микроскопическую каплю на завядший цветок и через некоторое время этот цветок ожил, превратился в только что распустившийся бутон.

Дугр смолк. Баракул сдвинув брови, сосредоточенно думал, переваривал услышанное. В его голове роилось множество вопросов, донимали сомнения.

- После вашего признания это дело мне кажется ещё более запутанным. Не понимаю, как сведения об эликсире попали к человеку в красном мундире. Просто нелепица какая-то. Вы уверены, что Фористель действительно изготовил такой эликсир и никому не проболтался о нём? – спросил он.

- Как Вы могли такое подумать?! – возмутился Дугр, - это очень известный человек и заслуживает полного доверия. Он излечивает многие болезни, знает множество заклинаний, и нет, пожалуй, во всей Низовии ни одного состоятельного человека, который не обращался бы к нему за помощью. Да что там в Низовии. Фористеля знают и пользуются его услугами далеко за пределами нашего королевства.

- А мне, вот, увы, пока не доводилось с ним сталкиваться, - виновато проговорил Баракул, - и зачем же к нему обращаются состоятельные господа?

- Как зачем?! – Дугр был сильно возмущён таким невежеством, - великий маг изготавливает снадобья от головной боли, лихорадки, ломоты в суставах. Он делает травяные мази заживляющие любые раны, готовит отвары и настойки от бесплодия, выпадения волос, потери памяти. Умеет заговаривать оружие на меткость и наоборот, делает любовные привороты и отвороты, лечит от порчи. Он знает, как можно защититься от разорения и безденежья и, ещё много чего такого. Но его услуги стоят дорого и все клиенты великого мага состоятельные люди. Фористель просто обязан хранить все их тайны. Тем более не в его интересах распространяться о заказе короля, ведь за это можно лишиться головы.

- Хорошо. А кто кроме нас с Вами, господина Венде и Фористеля знает об эликсире?

- Насколько мне известно, никто.

- А как же тот господин, который должен был принять шкатулку у гонца?

- Ему господин Венде сказал, что в шкатулке очень дорогое лекарство, восстанавливающее мужскую силу и предназначенное королю.

- Хм, а не проще было заказать Фористелю ещё одну порцию эликсира, чем тратить столько времени на поиски шкатулки?

- Господин Венде пытался договориться об этом с великим магом, но тот наотрез отказался, несмотря на то, что Венде предлагал ему сумму, равную половине своего состояния, ведь когда пропала шкатулка Валес Венде был в полном отчаянии и согласился бы на любые условия Фористеля. Хотя и в первый раз сумма, которую получил великий маг, была немалая.

- Почему же он отказался от такого заманчивого предложения? Как я понял, маг очень любит деньги.

- У Фористеля не осталось нужных для зелья ингредиентов, и достать их невозможно.

- Нет ничего невозможного, - усмехнулся Баракул.

Пока они беседовали, дождь прекратился, небо очистилось от туч. Солнце медленно ползло к западу. Начинался вечер. Было тепло, но не жарко и совершенно безветренно. После дождя воздух оставался свежим и попадающиеся навстречу повозки не поднимали пыль.

Через полчаса Дугр остановил экипаж у придорожного трактирчика. После ужина по взаимному согласию сыщик и управляющий продолжили путь. Баракул устроился в экипаже и быстро уснул. Дугр правил лошадьми.

Они двигались без остановок всю ночь. Утром, чтобы дать лошадям непродолжительный отдых, пришлось сделать привал в очередном придорожном заведении. Плотно перекусив и подкрепившись горячим кофе, наши герои продолжили движение. Баракул снова влез на козлы и всю оставшуюся дорогу обозревал сменяющие друг друга равнины и холмы, покрытые полями, лугами и низкорослым кустарником.

- А ведь когда-то здесь повсюду произрастали дубовые леса, - с горечью в голосе поделился он, - недаром на гербе Низовии изображены жёлуди и листья дуба. Вся беда в том, что древесина этого прекрасного дерева всегда ценилась по всему миру. Поэтому от бескрайних дубовых лесов остались лишь жалкие клочки вроде той рощи, которую мы проезжали вчера вечером.

- Я тоже слышал об этом, - поддержал разговор Дугр, - но, честно скажу, что по открытой местности ехать гораздо комфортнее.

Баракул хотел возразить, но передумал некоторое время сидел молча, потом спросил:

- Вы бывали в столице?

- Случалось. Хотя, признаться не люблю больших городов. Очень уж они многолюдные, шумные, суетливые. То ли дело у нас, - улыбнулся Дугр.

Вскоре дорога обогнула высокий холм, и взорам путешественников открылся утопающий в зелени город. Подъезжая к нему, они упёрлись в скопление повозок и карет.

- Что там случилось? – Дугр привстал с места, чтобы лучше разглядеть из-за чего образовался затор.

- Похоже, королевская стража досматривает повозки, - заметив впереди у дороги одетых в синие с белыми вставками мундиры и такие же головные уборы людей, предположил Баракул. Всем в Низовии было известно, что синие мундиры носят стражники короля. Когда передняя повозка поехала дальше, и подошла их очередь, два стражника скрестив секиры, закрыли дорогу. Третий – крепкий и высокий молодой человек, заглянул в окно экипажа, затем подошёл к козлам и сказал:

- Добрый день, господа! Чтобы заехать в город, вам следует уплатить пошлину.

- Пошлину? – удивлённо переспросил Баракул, - и давно ввели это новшество?

- Две недели назад, - отозвался стражник и недовольно добавил, - не задерживайте пребывающих. Или платите пошлину, или поворачивайте назад.

- Сколько? – поспешно вытаскивая из кармана деньги, спросил Баракул.

- Серебряную монету за одного человека. Вас двое, следовательно, вы должны уплатить две серебряные монеты.

Баракул протянул ему деньги, но стражник жестом указал на стоящий позади него прочный кованый ящик, - положите их в ларец, да так, чтобы я видел.

Баракул просунул одну за другой монеты в узкую щель в верхней части ларца и едва успел вернуться на своё место, как впереди стоящие стражники освободили дорогу и громко крикнули:

- Добро пожаловать в Мирад!

Не прошло и пяти минут, как экипаж въехал в столицу Низовии, самый большой и красивый город королевства. Широкие улицы по обеим сторонам которых ровными аккуратными рядами высились каменные здания. Ухоженные парки и аллеи, украшенные фонтанами и клумбами площади, яркие вывески и афиши, приглашающие посетить бесчисленные магазины и лавочки, кондитерские и рестораны, а также клубы по интересам, увеселительные заведения и зрелищные мероприятия. Вот что такое Мирад. Приезжающие сюда сразу же попадали в чудесную увлекательную сказку, которая внезапно заканчивалась, когда у гостя этого замечательного города в кармане не оставалось ни одной монеты.

Баракул испытал это на собственном опыте в первые разы посещения Мирада. Но он быстро перестал поддаваться соблазнам и хитростям приветливого и гостеприимного на первый взгляд города. Сыщик завёл для себя несколько правил, которые неукоснительно соблюдал в последующие посещения столицы. Он всегда останавливался в одной и той же небольшой гостинице, обедал в одном и том же не слишком известном и дорогом ресторане. Баракул больше не делал ставок, не обращал внимания на объявления и афиши сколь заманчивыми бы они не были, полностью сосредотачивался на деле, из-за которого приезжал в столицу и, как только улаживал его, не задерживался там больше ни на час.

Так же он поступил и в этот раз. Сразу показал Дугру дорогу к облюбованной им ранее гостинице со звучным названием «Эдельвейс», снял два смежных номера, которые были гораздо просторнее и уютнее, чем комнаты трактира «У старого дуба». Измученные дальней дорогой, Баракул и Дугр наскоро поужинали в маленьком ресторанчике этой же гостиницы, где подавали всего несколько простых блюд и, отложив все дела до утра, отправились отдыхать.

Глава 11

Наступило утро. После двенадцатичасового сна в удобной мягкой постели, горячей ванны и чашечки крепкого кофе, которую горничная за дополнительную плату согласилась доставить в номер, Баракул чувствовал себя превосходно. От усталости не осталось и следа, сыщик был готов продолжать расследование. Дожидаясь, пока проснётся Дугр, он пролистал свою записную книжку. В голове сразу возник план дальнейших действий. Баракул выглянул в окно, чтобы подготовить соответствующую погоде одежду. Небо вновь обложили дождевые тучи, значит, без зонта выходить на улицу не следовало. Не успел Баракул вынуть из дорожной сумки все нужные вещи, как услышал у двери знакомую поступь, затем последовал торопливый стук.

- Входи, не заперто, - пригласил сыщик.

Дугр тоже хорошо отдохнул, выглядел бодрым и полным сил.

- Садись, - Баракул указал ему на маленький диванчик с высокими деревянными ножками, а сам, отставив сумку в сторону, устроился в кресле напротив, сказал, - у меня есть для тебя задание. Нужно встретиться с господином, который должен был взять шкатулку у Лерома, кажется, его зовут Петкель. Тебе известно, где его найти?

Дугр отрицательно покачал головой, недоумённо спросил:

- Зачем нам встречаться с Петкелем?

- Это же так просто, - усмехнулся Баракул, - потому что он часто бывает при дворе и может сообщить много полезной для нас информации. И в первую очередь хотелось бы узнать, вспоминает ли король о шкатулке, а если вспоминает, то как часто это случается. Только так мы сможем понять, какой запас времени инеем до того, как Леонард придёт в ярость из-за её отсутствия, - Баракул встал, прошёлся по комнате, снова сел, продолжил, - нам просто необходимо разыскать Петкеля. Ты хотя бы знаешь, как он выглядит?

- Да. Он приезжал в особняк к Валесу Венде и я хорошо с ним знаком.

- Отлично. Тогда оставайся пока в гостинице, вспоминай, упоминал ли при тебе Петкель, места, которые часто посещает в столице. Например, свой любимый ресторан или что-то подобное. А я наведаюсь к одному своему знакомому чиновнику. По роду своей деятельности он должен быть хорошо осведомлён о красных мундирах, и надеюсь, поделится этими сведениями со мной.

- Вы хотите, чтобы я сидел здесь один? – скривился Дугр, длинными тонкими пальцами поправил шейный платок и смущённо добавил, - я бы предпочёл, если Вы не возражаете, засвидетельствовать своё почтение госпоже Люсинде и её дочери Лилии.

- Это твои родственники? Почему ты раньше не упоминал о них?

- Госпожа Люсинда – супруга Валеса Венде, а Лилия – их дочь. И господин Венде будет очень недоволен, если я, пребывая в столице, не навещу их, - пояснил Дугр.

- Как, разве Валес Венде женат? – лицо Баракула вытянулось от удивления.

- Конечно. Отец Валеса водил дружбу с отцом Люсинды. Они мечтали о браке своих детей с самого раннего их возраста. Но после истории с Поли Валес не торопился жениться. Если бы не настойчивость отца, он, скорее всего, так и остался бы холостяком. Родители невесты тоже были рады отдать дочь за состоятельного и высокородного Валеса. И свадьба состоялась. После неё молодая госпожа прожила в поместье Венде всего год. Там же родилась Лилия. Но вдруг матушка Люсинды захворала и слегла. Забрав с собой ребёнка, Люсинда отправилась в столицу, чтобы навестить её, да так и не вернулась назад. Госпожа Люсинда любит светское общество и жизнь в особняке, где гости большая редкость, сильно угнетала её. С тех пор супруги живут порознь. Но их обоих устраивает такое положение дел, и Валес и Люсинда довольны своей жизнью.

- А как же их дочь?

- Лилия иногда приезжала в поместье отца. Она по-своему любит его. Но господин Венде, мне кажется, чрезмерно холоден к дочери. Все его мысли связаны с Леромом. Сейчас Лилии семнадцать и она давно не покидала столицу. Да это и понятно. Где, как не в Мираде приличная девушка вроде неё может подыскать себе подходящего жениха? – поведал Дугр, немного смущаясь из-за того, что пришлось посвятить Баракула в личную жизнь семьи Венде. Несколько раз он собирался поговорить о Люсинде и Лилии дорогой в столицу, понимал, что рано или поздно придётся это сделать, но решился только теперь. - Госпожа Люсинда жить не может без шумных балов. Она создана, чтобы блистать и украшать собою высшее общество и знает все его секреты, - закончил Дугр.

- А вот это нам на руку. Отправляйся к супруге Валеса Венде и постарайся разузнать у неё как можно больше о жизни светского общества. Да смотри, чтобы она ни о чём не заподозрила. Надеюсь, ты понимаешь, что нельзя раскрывать тайну шкатулки даже такой прекрасной женщине, как Люсинда, - поучительным тоном поговорил Баракул.

- Само собой, само собой, - согласился Дугр.

Примерно через полчаса, которые потребовались на сборы, Баракул отправился к своему знакомому чиновнику, чтобы получить сведения о красных мундирах, а Дугр, наняв извозчика, поехал к госпоже Люсинде.

Покончив с делами, сыщик вернулся в гостиницу и, когда не застал там управляющего, слегка удивился, ведь они расстались несколько часов назад. Приближался вечер, а Дугра всё не было. Баракул не на шутку встревожился. Чтобы как-то занять время спустился в ресторанчик, без особого аппетита поужинал, затем долго стоял у окна своей комнаты, наблюдая за прохожими. Стемнело. Рассмотреть кого-либо стало невозможно. Задёрнув гардины, сыщик принялся расхаживать по комнате, мерял её широкими шагами. Баракул не знал, что предпринять и решил ждать до утра. Но вот раздался громкий стук в дверь и в комнату ввалился Дугр. Он был чрезмерно возбуждён и весел. Нетвёрдой походкой подошёл к креслу, буквально упал в него, развалился в небрежной позе, заложил ногу на ногу и, покачивая носком ботинка, не своим голосом сказал:

- Не зря я сегодня сходил к госпоже Люсинде. Столько всего разузнал. И, между прочим, неплохо провёл время.

- Да ты пьян! – воскликнул раздосадованный видом и поведением Дугра Баракул, - не ожидал от тебя такого. Иди, проспись, утром поговорим.

- Зачем ждать до утра? Я отлично себя чувствую. Выпил несколько бокалов вина, так что с того? – заплетающимся языком возразил Дугр, - а знаете, кого я встретил у Люсинды? – Дугр сделал многозначительную паузу, - господина Петкеля! Он был там, когда я пришёл!

- Сейчас же иди в свою комнату! Не желаю тебя видеть! – не на шутку рассердился Баракул.

Брови Дугра удивлённо взметнулись вверх. Он взглянул на сыщика, но спорить больше не рискнул, поспешил удалиться.

На следующее утро в половине восьмого робкий стук в дверь оповестил Баракула о его приходе.

- Доброе утро. Извините меня за вчерашнее, - с порога начал оправдываться Дугр. От стыда он не мог поднять на сыщика глаза, смотрел в пол, ожидая заслуженного разноса.

- Надеюсь, такого больше не повторится, - не слишком доброжелательно пробурчал сыщик и, окинув понурую фигуру управляющего презрительным взглядом, добавил, - садись, выкладывай, что разузнал.

Дугр оживился, опустился на диванчик, торопливо заговорил:

- Мне удалось выяснить, что королю, к нашему счастью, теперь совсем не до шкатулки. Он готовит подарок для своей молодой супруги и полностью поглощён этим занятием. Под строгим надзором Леонарда за городом, в живописном месте, у озера возводится роскошный, каких ещё не бывало дворец. Король требует, чтобы в точности исполнялись все его указания и пожелания и всё своё внимание сосредоточил на строительстве. - Дугр кашлянул. После попойки у него пересыхало во рту, облизнул губы, продолжил, - помните, что при въезде в город нас заставили платить деньги? Так вот они идут на строительство этого великолепного сияющего золотом дворца. Король замыслил сделать его настолько роскошным, чтобы ошеломить Эмилию. Сами понимаете, что денег на такое требуется целая куча, вот изворотливые советники и придумали пошлину.

- Отлично. Значит, есть смысл продолжать расследование. Нам надо успеть найти шкатулку, до того, как король хватится её. Не сомневаюсь, что рано или поздно это случится, - отозвался Баракул.

- Подождите, у меня есть ещё кое-что, - самодовольно улыбнулся Дугр, - пока король занят дворцом, Эмилия зря времени не теряет. Ходят слухи, что у неё появился фаворит. И самое интересное то, что он носит красный мундир! – Дугр наблюдал за Баракулом, ожидая по выражению его лица, прочесть впечатление, произведённое последними словами. Но сыщик оставался беспристрастным, спокойно сказал:

- Не пора ли нам позавтракать? На голодный желудок я плохо соображаю. Перекусим, а после договорим.

В ресторанчике гостиницы почти все столы оказались свободными. В дальнем углу расположилась молодая пара и с аппетитом поглощала пончики, запивая их чаем. В другом конце зала завтракали две пожилые дамы. Баракул выбрал столик у окна. Официант – блондин средних лет с пышными усами и бакенбардами, не заставил себя долго ждать. Ловко огибая расставленные вокруг столов стулья, он подбежал к Баракулу и Дугру, приветливо улыбаясь, сказал:

- Господа, мы очень рады видеть Вас, в нашем скромном заведении. Могу предложить котлетки из рубленого мяса с фасолью в томатном соусе. Кофе, чай с горячими пончиками. А, может, изволите водочки с маринованными рыжиками или чёрной икоркой?

- Что ещё из горячего имеется в вашем сегодняшнем меню? – поинтересовался Баракул.

- Пока это всё. Но к обеду будет готов луковый суп и жаркое из баранины, - доложил официант.

- Тогда несите фасоль с котлетами и кофе. Пончики не надо, - сделал заказ Баракул.

- Мне всё то же самое и ещё захватите икорки со сливочным маслом и белым хлебом, - проговорил Дугр, когда официант повернулся к нему. Выслушав его пожелание, тот широко улыбнулся:

- Желаете графинчик водочки?

- Нет. Только кофе, - отказался Дугр.

Когда официант, услужливо поклонившись, удалился, Баракул спросил:

- С чего это тебе вдруг икорки захотелось? Ты хоть знаешь, сколько она стоит?

- Я сам оплачу завтрак, - уверенно заявил Дугр, - вчера мне повезло, выиграл в карты приличную сумму.

- А-а-а-а, - усмехнулся Баракул, - вот почему так надолго задержался.

- У госпожи Люсинды очень гостеприимный дом, - начал оправдываться Дугр и, вспомнив вчерашний вечер заулыбался. – Я пришёл к ней как раз к обеду. Хозяйка и её гости собирались садиться за стол. Их было человек десять, в основном молодые мужчины, ухажёры Лилии и её подруги Милены. Девушки тоже присутствовали на обеде. Но надо сказать, госпожа Люсинда хоть и не столь молода, но выглядит великолепно и имеет своих поклонников. К их числу относится господин Петкель. Мне даже показалось, что он не равнодушен к Люсинде. И она, как будто отвечает ему тем же, - поделился Дугр. В этот момент официант принёс заказанные блюда и управляющий замолчал, выжидая, а когда тот удалился, продолжил, - Люсинда приняла меня очень тепло, как старого доброго друга. И общество отнеслось ко мне как к равному. Я чувствовал себя среди этих людей настоящим господином, - Дугр отправил в рот немного фасоли, она оказалась слишком кислой, отставил тарелку в сторону, принялся накладывать на кусочек белого хлеба масло и икру.

- Советую Вам не обольщаться. Возможно, это всего лишь хорошо расставленная западня. Ни в коем случае не садитесь за игорный стол, иначе обязательно в неё угодите, - строго посмотрел на него Баракул.

- Пустяки. Вы преувеличиваете, - отмахнулся Дугр, откусил большой кусок бутерброда, зажмурился от удовольствия. Часто наблюдая за господином Венде, теперь он непроизвольно копировал его.

- Мне тоже есть чем с Вами поделиться. Пойдёмте, прогуляемся, а заодно и обсудим наше дело, - предложил Баракул, когда с завтраком было покончено.

Мужчины вышли на свежий воздух, с минуту постояли на месте. Дул свежий ветер. По небу быстро двигались пушистые, похожие на клочки ваты облака. День был по-весеннему тёплым. Казалось, что ранее жаркое лето отступило назад.

От здания гостиницы в разные стороны расходились три улицы. Баракул выбрал самую широкую, обсаженную деревьями. Увлекая за собой Дугра, не спеша направился к закрытому от ветра густыми зелёными кронами тротуару.

- У чиновника, о котором я Вам говорил, мне удалось на полчаса заполучить папку с документами, касающимися красных мундиров, - начал Баракул, - так вот в настоящее время такие мундиры носят всего четыре человека. Один из них выполняет поручение короля и уже достаточно давно находится за пределами Низовии. Соответственно кражу он совершить не мог. Ещё двое проживают в столице. Их зовут Адеко и Эбинур. Но Адеко тоже можно исключить из нашего списка. Ещё зимой он упал с лошади, сильно расшибся, сломал ногу. Бедняга до сих пор не оправился от падения. Остаётся Эбинур…, - задумчиво проговорил Баракул, взглянул на шагающего рядом Дугра, продолжил, - если те слухи, о которых ты рассказал, верны то именно он является фаворитом королевы и нашим главным подозреваемым.

Неожиданно Дугр остановился, его лицо стало бледным, на лбу появилась глубокая морщина:

- Неужели сама королева замешана в краже, - еле слышно пробормотал он.

- Не исключено. Но прежде чем делать такие выводы, надо всё тщательно проверить, - ответил сыщик.

- Постойте, Вы же сказали, что красные мундиры носят четверо, - спохватился Дугр.

- Да. Четвёртый проживает в местечке под названием «Хвойная долина», расположенном на границе Низовии с королевством Рудирика. Это далеко отсюда. Маловероятно, что человек из Хвойной долины каким-то образом смог разузнать о шкатулке. Да и зачем она ему? – вслух размышлял Баракул, - а вот Эбинур…, совсем другое дело. В сговоре с королевой или без неё, он сумел похитить шкатулку. Ведь Леонард мог проболтаться о ней своей дражайшей супруге. Не так ли? А уж она, поделилась новостью со своим возлюбленным. Если, конечно, между ними действительно существует связь.

- Похоже на правду. И что мы будем делать? – спросил Дугр.

- Пока ты вчера развлекался, я навестил ещё одного своего знакомого. Его зовут Михель. Он владелец небольшого сыскного агентства. Так вот, я попросил его организовать за Эбинуром наблюдение. Хотя мне на тот момент не было известно об его отношениях с королевой, но Эбинур единственный в столице человек в красном мундире, который мог бы совершить кражу, - проговорил Баракул, вынул из кармана часы, взглянул на них и добавил, - кстати, через полчаса я встречаюсь с Михелем, в ресторане здесь, неподалёку. Он представит мне отчёт о результатах слежки. Пообедаешь с нами, или вернёшься в гостиницу? – предложил сыщик.

- Совсем забыл, - Дугр опустил руку в карман, что-то нащупал, - сегодня в цирке будут показывать необычного ребёнка, мальчика, который несколько лет прожил среди волков в дикой природе. И у меня есть на это представление два билета для нас обоих.

- Уволь. Такое зрелище не для меня, - без колебаний отказался Баракул.

- Почему?! Разве не интересно взглянуть на человеческого детёныша, волей судьбы ставшего зверем? – удивился Дугр.

- Нет. Но не имею ничего против, чтобы ты пошёл в цирк. Там, наверное, будут твои новые друзья?

- Да.

- Тогда постарайся ненавязчиво выяснить подробности жизни королевы, - сказал Баракул и махнул рукой в сторону одноэтажного здания на противоположной стороне улицы, - а вот и место нашей с Михелем встречи. Должен тебя оставить. Желаю удачи, - прощаясь, сыщик слегка склонил голову, затем быстро направился к зданию, на вывеске которого огромными зелёными буквами было написано: ресторан СЛАДКИЕ ГРЁЗЫ.

Глава 12

В назначенное время Баракул встретился с Михелем и из его устного отчёта узнал, что Эбинур целый день провёл дома и покинул его только вечером, когда начало смеркаться. Он отправился в парк, который почти вплотную прилегает к высокой каменной стене, окружающей королевский дворец. Нигде не задерживаясь, Эбинур спешно проследовал к одной из многочисленных парковых скамеек, пару минут посидел на ней, затем поднялся и уверенно двинулся к так называемому торговому двору, который находится за парком, с другой стороны от каменной дворцовой стены. Торговый двор представляет собой ряд больших, хорошо охраняемых складских помещений, в которые свозится провизия и другие необходимые вещи со всех уголков Низовии, предназначенные для королевской семьи. После тщательной проверки груз перекладывается на повозки, прибывшие с королевской конюшни, затем на них под бдительным присмотром стражи он перемещается на территорию дворца.

Когда-то давно торгового двора не было, и поставщики сразу доставляли припасы во дворец. Но после того, как однажды на одной из таких повозок на территорию дворца проникли два злодея, которые затем успешно пробрались в покои правившего в то время Монтека, отца нынешнего короля, и попытались его убить, были построены эти склады. С тех пор соблюдалось строгое правило, то есть ни одна чужая повозка не могла беспрепятственно въехать в ворота, соединяющие королевские владения с остальным миром. Для них существовал торговый двор.

Вот туда-то и отправился Эбинур. Он вошёл в одно из складских помещений и надолго пропал. Помощник Михеля, который вёл наблюдение за Эбинуром, попытался проникнуть на склад, но был замечен стражей и, чтобы не привлекать к себе внимания, оставил эту попытку. Эбинур вышел из помещения только утром. Что он делал на там всю ночь, выяснить не удалось.

Ещё Михель сообщил, что на мундире Эбинура нет оторванных пуговиц. Впрочем, надеяться на то, что заметив отсутствие пуговицы ещё несколько недель назад, молодой человек не побеспокоился и не приказал пришить другую, было бы глупо.

Хотя поведение Эбинура и показалось странным, но никаких существенных зацепок против него пока найдено не было, и Баракул попросил Михеля продолжить наблюдение, выяснить, чем будет заниматься интересующий его объект в ближайшие сутки. Ничего другого он решил не предпринимать и, чтобы как-то скоротать свободное время, сыщик долго прогуливался по городу, купил в киоске несколько свежих газет и остаток дня просидел за их чтением в номере гостиницы.

О Дугре Баракул не тревожился, так как они заранее условились встретиться следующим утром, в половине восьмого.

Однако управляющий явился минут на двадцать раньше условленного. Баракулу, который не успел полностью привести себя в порядок после сна, это не понравилось, но он всё же открыл дверь и ахнул. За то короткое время, пока они не виделись, Дугр превратился в худого, сгорбленного, убитого горем старика.

- Что случилось? – встревожился сыщик, - ты болен?

- Если бы, - грустно усмехнулся Дугр, - хуже. Я проигрался.

- Сколько? – насторожился сыщик.

Почти беззвучно шевеля губами, Дугр назвал сумму.

- Ого! – воскликнул Баракул, - тех денег, которые у нас с тобой есть, не хватит, чтобы покрыть даже половину долга!

Дугр ещё сильнее сгорбился, потухшими глазами уставился в одну точку.

- И сколько у тебя времени? – спросил Баракул.

- Сегодня до восьми вечера я должен отдать всю сумму господину Хогему. Если бы мне удалось уговорить его отсрочить выплату хотя бы на неделю, - тяжело вздохнул Дугр, - у меня есть кой-какие сбережения. Но они хранятся в сейфе, который стоит в моей комнате в особняке Венде. Забрать оттуда деньги до вечера я не успею, - Дугр снова вздохнул, - если я не принесу всю сумму сегодня, то к концу недели она увеличится на треть. Так будет продолжаться, пока я не рассчитаюсь полностью. Но чтобы через неделю погасить долг с процентами моих сбережений не хватит. А принадлежащих мне двух породистых жеребцов продать за столь короткий срок невозможно.

- Я же предупреждал, - расхаживая по комнате взад-вперёд, проговорил Баракул, - зря ты не послушался и снова сел за игру.

- Да я не собирался…, - отозвался Дугр, - сам не знаю, как получилось. Сначала уговорили зайти в игорный дом, потом сказали, что с моим везением, я за один вечер могу сделаться одним из самых богатых людей королевства…, не смог устоять…, - Дугр сжался, казалось, что он вот-вот зарыдает, совсем тихо продолжил, - я хотел занять денег у госпожи Люсинды, но она вдруг переменилась, посмотрела на меня свысока, обозвала болваном.

- Заманили тебя, брат, в ловушку. Так обычно происходит с приезжими простаками. Ты же говорил, что бывал в столице и должен был знать, что здесь повсюду орудуют мошенники.

- Бывал, но в прошлые разы я всегда сопровождал Валеса Венде, не отходил от него ни на шаг, - виновато проговорил Дугр, его лицо исказила гримаса нестерпимого страдания, - не знаю, что теперь делать. Господин Хогем пригрозил, что если я скроюсь, он найдёт моих близких и повесит весь долг на них. Моя сестра Силеция может оказаться на улице. Если бы не это…, - Дугр коснулся внутреннего нагрудного кармана, в котором лежал револьвер.

- Ты это брось. Не отчаивайся. Мы вместе всё уладим, - участливо проговорил Баракул, - у меня тоже имеются кой-какие накопления. Они хранятся в банке. Ничто не помешает нам пойти туда и взять нужную сумму.

Дугр поднял глаза, в которых затеплилась надежда:

- Я верну Вам всё до копейки. Не сразу, но верну.

- С этим разберёмся потом. Давай сначала вытащим тебя из западни. Собирайся, мы немедленно едем в банк! – решительно заявил Баракул.

Через два часа его портфель из кожи болотного ящера стал значительно тяжелее. Два кошеля туго набитых золотыми и один - серебряными монетами были аккуратно уложены на дно портфеля.

- И куда ты должен доставить деньги? – спросил Баракул, когда они покинули здание банка.

- В охотничий клуб господина Хогема. Вот адрес, - Дугр вынул из кармана смятый обрывок газеты, на котором торопливым почерком было написано несколько строк.

Сыщик протянул ему портфель:

- Отдашь и сразу возвращайся в гостиницу, - но вдруг передумал, со словами, - нет уж. Одного я тебя не отпущу. Поедем вдвоём, чтобы ещё чего-нибудь не приключилось, - крепко сжал руками набитый деньгами портфель.

Посоветовавшись, мужчины решили нанять извозчика. Но все они категорически отказались ехать по названному адресу, в один голос твердили, что улица Тихая, на которой находится охотничий клуб, расположена на окраине города. Чтобы добраться до неё, потребуется час, а то и больше и назад, скорее всего никого подобрать не удастся. Времени поездка займёт много, а выгоды никакой.

Наконец, после настойчивых уговоров, затребовав двойную плату, один из возниц всё-таки согласился и его тарантас, запряжённый старой клячей, тронулся. Какое-то время Баракул и Дугр ехали молча, любуясь красотами города, пытались отвлечься от неприятных мыслей. Но им обоим это плохо удавалось. Наконец Дугр прервал молчание.

- Почему Вы мне помогаете? – спросил он.

- Ты попал в беду, - немного подумав, заговорил Баракул, - не могу же я оставаться в стороне и наблюдать, как тебя губят какие-то проходимцы. К тому же в том, что произошло, есть доля моей вины. Не надо было тащить тебя за собой в столицу. Но ты так хорошо справился с заданием в Блювиле. Быстро отыскал брошь, узнал приметы её похитителя. Вот я и подумал, что и здесь мне может потребоваться такой помощник. Когда рядом есть надёжный человек…, - запнулся сыщик.

- Вы можете рассчитывать на меня. Не сомневайтесь, я не подведу, - Дугр посмотрел на сыщика преданными глазами.

Баракул ничего не ответил, и они снова надолго смолкли.

Петляя по городу тарантас, наконец, выехал на его окраину. Улица Тихая была пустынна и полностью соответствовала своему названию. Вскоре извозчик остановился в довольно мрачном месте у серого здания с надписью:

«охотничий клуб Три медведя».

У двери Баракул передал портфель Дугру, сказал:

- Сразу покажешь ему деньги. Затем я потребую расписку, и только когда она будет в моих руках, отдашь ему их. Всё понял?

Дугр кивнул, осторожно толкнул тяжёлую дверь.

Просторный зал, в котором они оказались, напоминал музей. У противоположной от входа стены, на специальных подставках стояли чучела птиц и мелких животных. На стене справа висела медвежья шкура. Слева у прилавка стоял щуплый молодой человек. За его спиной на стене висели охотничьи ружья и ножи. Под витринным стеклом лежали капканы различной величины.

- Хотите что-то приобрести для охоты? – спросил продавец.

- Нам нужен господин Хогем, - отозвался Баракул.

- Он у себя в кабинете. Пройдите за ширму, - молодой человек указал на плотный занавес, скрывающий часть стены. Идите прямо и упрётесь в дверь его кабинета.

Дугр сразу нырнул за занавес. Баракул задержался, глядя на висевшие рядом с медвежьей шкурой огромные оленьи рога, сказал:

- Великолепный экземпляр. Я давно мечтаю повесить у себя над камином именно такие.

- Пятьдесят золотых монет, и они Ваши, - отозвался продавец.

- Всего-то, - улыбнулся Баракул.

- Такой трофей добыть, знаете ли, не просто, - объяснил молодой человек.

Но Баракул уже его не слушал, отодвинул занавес, шагнул в широкий, хорошо освещённый пустой коридор. Раздосадованный тем, что Дугр вошёл в кабинет без него, сыщик быстро направился к обшитой кожей двери. Не успел он войти, как из кабинета вылетел Дугр. Он весь дрожал, в лице не было ни кровинки, даже губы стали белыми.

- Хогем мёртв. Его убили, - тихо проговорил управляющий.

- Стой здесь. Я проверю, - сказал Баракул и скрылся в кабинете.

Через секунду вернулся, торопливо прошептал:

- Похоже ты прав. Скорее пошли отсюда, - взглянув на Дугра добавил, - старайся держаться естественно и не показывай лицо продавцу.

Они вышли в зал и быстро направились к выходу. Молодой человек удивлённо спросил:

- Уже уходите? А как же рога?

- Я подумаю, - улыбнулся Баракул.

Выбравшись из охотничьего клуба на улицу, в первое мгновение оба почувствовали некоторое облегчение, но обнаружив, что извозчика нет, замешкались.

- Куда подевался этот негодник. Ему же заплатили за ожидание, - проворчал Баракул, но тут же нашёлся, - вероятно, отъехал за угол. Пойдём, посмотрим.

Он решительно двинулся на другую сторону улицы, которая по-прежнему оставалась пустынной. Сейчас Баракул даже порадовался, что никто их не видит.

- Надо вызвать стражу, - предложил Дугр, следовавший за сыщиком по пятам.

- Ни в коем случае. Знаю я этих стражников. Они не станут искать настоящего убийцу, а сразу обвинят нас. Лучше уж сами попробуем разобраться, - возразил сыщик.

В этот момент сверху кто-то выплеснул помои.

- Чёрт! – отскочил в сторону Баракул, - не город, а помойная яма какая-то, - он с досадой осмотрел испачканный костюм, - в таком виде я не могу показаться на глаза Михелю.

- Михелю? – будто эхо повторил Дугр.

- Да. У меня с ним сегодня назначена встреча. Не забывай, что мы приехали в столицу, чтобы найти похитителя шкатулки. Думаю, что и в той ситуации, в которой мы теперь оказались, можем просить помощи и совета только у него. Михель хорошо знает здешние правила и порядки, - говорил Баракул и быстро шёл по извилистой улице. Пытаясь не отставать, Дугр плёлся сзади. Он был погружён в свои невесёлые мысли и совсем не слушал Баракула.

Кое-как им удалось выбраться в более многолюдную часть города, нанять другого извозчика и добраться до гостиницы.

Баракул сильно опаздывал на встречу, поэтому быстро переодевшись, постучал в комнату Дугра, который никак не мог прийти в себя после посещения охотничьего клуба и находился в каком-то полусознательном состоянии. Сыщик не хотел оставлять его одного, тем более с револьвером в кармане. Также Баракул захватил с собой портфель с деньгами, надеясь на время положить его в сейф Михеля.

- Ну, что пойдём? – как можно мягче спросил он, когда управляющий открыл дверь.

Тот согласно кивнул, послушно пошёл за Баракулом. Перед глазами Дугра всё ещё стояла потрясшая его до глубины души картина: распростёртое на полу, бездыханное тело господина Хогема, торчащий из его груди нож и большая лужа крови рядом. Страшное видение не покидало, и никак не получалось от него избавиться.

Сыскное агентство Михеля находилось на широкой улице, по которой Баракул и Дугр гуляли накануне, не слишком далеко от гостиницы так, что можно было дойти до него пешком. Они уже отошли на уличный тротуар, когда сзади послышался громкий окрик:

- Господин Дугр! Мы к Вам! Вот ведь повезло, ещё немного и разминулись бы!

Со стороны здания гостиницы быстро двигались трое мужчин в дорогих костюмах. Один из них, говоривший, был пожилой, с седыми волосами, два других значительно моложе.

- Что Вам угодно? – растерянно спросил Дугр.

- Надо поговорить, - сказал седовласый господин, - и желательно наедине, - он бросил красноречивый взгляд на Баракула.

- Это мой друг и у меня нет от него секретов, - довольно холодно отозвался Дугр, - говорите при нём, или уходите.

Незнакомец ещё раз оценивающе посмотрел на Баракула, пожал плечами, спросил:

- Зачем Вы убили господина Хогема? Не хотели платить ему карточный долг?

Дугр застыл на месте, его лицо исказилось.

- Я могу сообщить о вашем преступлении страже, - продолжал седовласый господин, выдержал паузу и иронично улыбаясь, добавил, - но есть и другой вариант. Вы…

Не успел он докончить, как из-за ближайшего дерева появился ещё один незнакомый человек. Неожиданно для всех, он бросился к седовласому господину и со словами:

- Ах ты, мерзавец! – ударил его кулаком в лицо.

Тот охнул, закрыл лицо руками.

- Да как ты посмел! – быстро среагировал сопровождавший седовласого господина молодой человек и замахнулся тростью на нападавшего.

Тут не растерялся Баракул. Свободной от портфеля рукой он схватил трость. Тем временем драчун подскочил к молодому человеку и толкнул его в грудь. Трость отлетела в сторону, а её владелец бросился наутёк. Третий, самый щуплый из троих, не принимавший участия в потасовке, почти бегом последовал за ним.

- Вы за это ответите, - прошипел седовласый и спешно направился за своими друзьями.

- Это мы ещё посмотрим! – крикнул ему вдогонку драчун и потряс в воздухе кулаком.

Он был не высок, но крепок и, по всей видимости, очень силён.

- Кто Вы? Почему напали на этих людей? – спросил сыщик.

- Извините, господа, не сдержался, - улыбнулся незнакомец, смерил оценивающим взглядом Дугра, затем Баракула, - меня зовут Колен. Тут поблизости имеется одно приличное заведение. Предлагаю пропустить по стаканчику анисовки. Нам всем это сейчас просто необходимо, - проговорил он, поднял с земли упавшую во время потасовки шляпу, отряхнул её и продолжил, - заодно я расскажу вам свою историю, а после решайте, вместе мы или нет.

Баракул вынул карманные часы, на встречу с Михелем они безнадёжно опоздали. Других причин отказываться от предложения Колена не было, и он согласился.

Глава 13

Баракул, Дугр и Колен сидели в уютном зале небольшого трактирчика. На столе перед ними стоял графин с анисовой водкой и блюда с закусками. После того, как наполненные рюмки были опустошены, и утолён скопившийся за день голод, Колен начал свой рассказ:

- Недавно мой единственный горячо любимый брат Толен покончил с собой. Он был младше меня всего на один год, - с горечью в голосе проговорил Колен, вздохнул, залпом выпил ещё одну рюмку водки и продолжил, - Толен повесился. Я не понимал почему. Не находил себе места из-за этого, пока не получил отправленное им перед смертью письмо. В нём брат подробно рассказал о той ситуации, в которой оказался, и которая заставила его свести счёты с жизнью. У меня нет с собой письма, ведь не очень-то комфортно носить в кармане толстую стопку листков бумаги, поэтому попытаюсь объяснить всё своими словами, - Колен смолк, собрался с мыслями и продолжил. – Мой брат был владельцем небольшой сыроварни. Он поставлял сыр одному своему постоянному компаньону, который без особых усилий, потому как сыр Толена отличался отменным вкусом и качеством, сбывал его. Но жадность взыграла у компаньона, и он стал с каждым разом давать Толену всё меньше денег. Придумывал разные отговорки о трудностях сбыта.

И вот мой брат не выдержал, поссорился с нечистым на руку компаньоном и отправился в столицу на поиски нового. В Мираде он сразу познакомился с очень приятными, как он подумал, людьми, которые обещали помочь в решении проблемы со сбытом сыра. Они-то и уговорили Толена сесть за игорный стол. Хотя брат не был азартным человеком, но поддался на уговоры и, в конце концов, проиграл очень крупную сумму некоему господину Хогему.

- О-о-о-о! – удивлённо воскликнул Дугр.

- Слушайте дальше и не сбивайте меня, - осуждающе посмотрел на него Колен, затем перелил из графина в рюмку остатки анисовки, запрокинув голову, выплеснул её себе в рот, удовлетворённо крякнул и продолжил. - У брата были с собой деньги, но их не хватало, чтобы покрыть весь долг и ему пришлось взять заём в банке, как он уже неоднократно делал. Короче говоря, в назначенное время Толен принёс деньги Хогему. И что вы думаете, он увидел, когда явился в охотничий клуб? – Колен выдержал небольшую паузу, - труп господина Хогема с ножом в груди. Он лежал…

- Как такое может быть! – снова не сдержался Дугр.

- А вот так, - усмехнулся Колен, - брат в растерянности стоял над бездыханным телом, и в тот момент в кабинет вошли три господина, обвинили Толена в убийстве, сказали, что если он отдаст им деньги, то сами избавятся от трупа и никто ничего не узнает. Толен был слишком напуган, плохо соображал и согласился. Господа взяли деньги, велели поскорее убираться из города. Брат так и поступил, сразу же покинул Мирад. Позже он нашёл себе компаньона по сбыту сыра в маленьком городке неподалёку от своего поместья, и стал уже забывать об этой неприятной истории, как вдруг получил письмо, в котором некий господин требовал ещё денег за неразглашение тайны об убийстве. Это повторялось снова и снова. Господин угрожал разоблачением, за которым последует неминуемое наказание, в лучшем случае каторга, а то и виселица, требовал деньги. Брат слушался, каждый раз отправлял указанную в письмах сумму на счёт негодяя. Ах, если бы Толен рассказал мне о своих неприятностях, то всё сложилось бы совсем иначе, - с сожалением проговорил Колен, его лицо стало мрачным, но быстро справившись с нахлынувшими эмоциями, он продолжил, - дошло до того, что у Толена не осталось ни копейки. Он продал сыроварню, отправил последние деньги мошенникам, написал мне письмо, а потом повесился. Когда я прочёл его послание, сразу понял, что не смогу жить спокойно пока не отыщу злодеев и не отомщу за брата. Я убью их! – прогремел Колен, громко ударил по столу кулаком.

Все присутствующие в зале, смолкли и повернули к ним головы.

- Извините, господа! Мой друг немного перебрал, - успокоил посетителей трактира Баракул, и повернулся к Колену, - прекратите безобразничать, а то попадёте за решётку, раньше, чем успеете выполнить задуманное. Лучше расскажите, что вам известно о мошенниках.

После этих слов Колен, как будто немного протрезвел.

- Горячность когда-нибудь погубит меня, так говорил мне брат, - печально улыбнулся он и заговорил тихим ровным голосом, - я и мой преданный слуга Летка приехали в столицу две недели назад, без труда отыскали охотничий клуб господина Хогема, о котором упоминал в письме брат. Он называется «Три медведя». Мы стали незаметно наблюдать за клубом и выяснили, что его владелец, господин Хогем жив, здоров и чувствует себя превосходно. Он каждый день приходит в клуб и находится там довольно длительное время. Кроме него охотничий клуб часто посещают те господа, которых вы сегодня имели удовольствие видеть. Они все тоже Хогемы, родственники владельца клуба, а точнее его дядюшка с сыновьями. Больше постоянных посетителей в этом преступном гнезде нет. Все другие люди приходят туда всего один раз. Надеюсь, вы догадались, почему.

- Каким же образом вам удалось раздобыть такую информацию? – спросил Баракул, когда Колен закончил.

- Мой слуга Летка очень находчивый малый. Он подружился с одной пожилой дамой, которая живёт неподалёку и всё обо всех знает, - пояснил Колен.

- Вы уверены, что этим сведениям можно верить? – усомнился сыщик.

- Абсолютно. Не забывайте, что я тоже почти не отходил от клуба и кое-что видел своими глазами.

- Что именно?

- Однажды вечером, когда совсем стемнело, я заглянул в окно кабинета. Шторы были задёрнуты не плотно и позволяли наблюдать за тем, что происходит внутри. Я сам лично видел, ту же самую сцену, которую описал в письме брат. Когда очередной пойманный в ловушку, напуганный убийством господин ушёл, дядюшка с сыновьями переложили тело Хогема на диван. Через некоторое время он очнулся и стал расхаживать по кабинету, как ни в чём не бывало. Бутафорский нож лежал на столе, а кровь, разлитая на полу, скорее всего, принадлежала какому-нибудь животному. Тогда я понял, что перед моим братом, перед вами и перед другими бедолагами разыгрывают один и тот же спектакль. Интересно было бы узнать, как негодяям удаётся на время превращать живого человека в бездыханное тело. Хотя это не важно, они и так заслуживают возмездия за свои грязные делишки и погубленные жизни.

- Допустим, что убийство Хогема, только инсценировка. Но почему Вы решили напасть на мошенников в людном месте, на улице, у гостиницы, если так хорошо осведомлены о них. Неужели не нашлось более подходящего места? – спросил Баракул.

- Понятно. Вы всё ещё не доверяете мне, - глядя сыщику прямо в глаза, усмехнулся Колен, - слушайте дальше. Если и потом Вы не перестанете сомневаться, то разойдёмся и конец, - он перевёл взгляд на свою пустую рюмку, потом на графин, досадливо поморщился, заметил проходящего мимо служителя трактира, повернулся к нему. Поняв намерения Колена, Баракул строго сказал:

- Не стоит злоупотреблять спиртным. На пьяную голову такие серьёзные дела не решаются.

- Пожалуй, Вы правы, - согласился Колен. – Хотите знать, почему я оказался у гостиницы? Пришёл предупредить господина Дугра, чтобы он не ходил в охотничий клуб. О Вас я тогда ничего не знал.

- Хорошо. Но разве вы были знакомы с Дугром? – продолжал донимать вопросами нового знакомого Баракул.

- Как я уже говорил, мы с Леткой следили за охотничьим клубом. Видели, как господа Хогемы по вечерам выходили из него и отправлялись в один и тот же игорный дом. Я долго не осмеливался зайти туда. И вот решился. Как раз в тот вечер, когда мошенники выбрали Вас, господин Дугр, своей жертвой. Потом они отвезли Вас в гостиницу на своём экипаже. Я, на другом экипаже, следовал сзади. Никто не обратил на это никакого внимания. Было уже достаточно поздно, и я решил прийти к гостинице утром, чтобы поговорить с вами. Но опоздал. Вы уже ушли. Но я-то этого не знал. Долго ждал, прохаживался напротив входа, высматривал, но вас всё не было. Я устал и решил пойти сюда, чтобы подкрепиться и выпить рюмочку водки. И только направился в сторону трактира, как услышал за спиной громкие голоса. Дальше вы всё знаете. - Колен вдруг сжал кулак. – Я отомщу за брата, убью негодяев, чего бы мне это не стоило, и не важно, поможете вы мне или нет.

- Должен Вас предостеречь, - резко проговорилБаракул, - всё это может плохо закончиться и не только для Вас одного.

- Почему?

- Потому что все подозрения сразу лягут на нас с Дугром. И родственники Хогема подтвердят, что видели, как мы совершили это убийство. Они не позволят добыче, коей в данный момент является Дугр с его деньгами ускользнуть безнаказанно. Уж поверьте моему опыту. А если что-то пойдёт не так, и прежде, чем осуществите свои планы, Вы сами попадёте в лапы Хогемов? Кто тогда отомстит за Толена? – слова сыщика звучали очень убедительно.

Колен растерянно моргал.

- Не стоит горячиться. Чтобы предпринимать что-то против таких людей, как они, надо тысячу раз всё обдумать, тщательно просчитать и подготовить план, и только потом действовать, - уверенно закончил Баракул.

- Согласен. Так вы поможете мне? – спросил Колен.

- У нас просто нет других вариантов, - отозвался Баракул, - но пообещайте, что с этого момента не будете предпринимать самостоятельных действий.

- Договорились. И что я теперь должен делать? – Колен уставился на сыщика.

- Мне нужно время, чтобы всё обдумать, хотя бы до утра, - Баракул посмотрел в окно, за которым из-за вечерних сумерек ничего нельзя было разглядеть. – Сейчас уже поздно, а нам с Дугром ещё надо подыскать себе пристанище на ночь. В гостиницу возвращаться небезопасно. Я уверен, что господа Хогемы не отставят нас в покое, пока не получат, по меньшей мере, вот это, - сыщик указал на лежащий возле него портфель с деньгами.

- Зачем же вам что-то искать? Ночуйте у меня, - доброжелательно предложил Колен, - по приезде сюда я снял часть дома с отдельным входом. Места нам всем хватит.

- А Хогемы знают, где Вы живёте? – спросил Баракул.

- Откуда? Они и обо мне-то до сегодняшнего дня не знали и не узнали бы, если бы я на них не напал, - вспомнив потасовку, Колен улыбнулся, потом вдруг нахмурившись, проговорил, - не пойму, почему дядюшка с сыновьями не ворвались в кабинет, когда вы были в охотничьем клубе, как они делали с другими господами, а вместо этого решили пойти в гостиницу?

- Видимо по той же самой причине, по которой Вы не успели предупредить Дугра об инсценировке. Мы ушли из гостиницы слишком рано и в охотничий клуб явились, когда нас ещё там не ждали, - предположил Баракул, - но терять столь жирный куш они не собирались, вот и бросились вдогонку, боясь, что не успеют завладеть деньгами до того, как мы покинем город. Удивляюсь, как это Хогем успел так быстро, прикинуться мертвецом. Вовремя, так сказать, подсуетился.

Квартира Колена состояла из двух больших комнат и столовой. Баракул и Дугр разместились в одной, и почти не стеснили хозяина. На вопрос сыщика, куда подевался нахваленный Коленом слуга, тот поведал, что Летка втёрся в доверие господина Хогема и устроился в его дом работником. Теперь с его помощью можно проникнуть в логово злодея, глубокой ночью и убить Хогема в его же собственной постели.

- Мы вроде бы договорились, что никого убивать не будем, - нахмурился Баракул.

- Это я так, к слову. Другого-то плана у нас нет, - оправдываясь, недовольно пробурчал Колен.

- Вы уверены, что слуга надёжен и не выдаст нас страже? – высказал свои опасения Баракул. – Имя у него какое-то странное. Как давно Вы знакомы с ним?

- Летка – чужестранец. Примерно семь лет назад я случайно увидел его неподалёку от моего пастбища. На Летку жалко было смотреть: растерянный, оборванный, голодный. Да, это и не удивительно. По воле судьбы он оказался далеко от своей родины один, без средств к существованию, брёл по дороге сам не зная куда. Я пожалел его, что называется, обогрел и накормил, и он остался жить в моём доме. За это Летка предан мне безгранично, что успел неоднократно доказать. Его полное имя настолько длинное и мудрёное, что я не смог ни запомнить, ни выговорить его. Вот и зову слугу сокращённо – Летка. Вы не представляете, насколько пронырлив и хитёр этот человек, - Колен немного подумал и добавил, - он заслуживает гораздо большего, чем быть простым слугой. И когда-нибудь я помогу ему изменить жизнь. Но сначала надо отомстить за брата.

Баракул почти не спал всю ночь. Он размышлял о мошенниках, которые в данный момент представляют реальную угрозу и не оставят их с Дугром в покое по доброй воле. Чтобы достичь своей цели они не остановятся ни перед чем. Сыщик не сомневался, что Хогемы имеют высоких покровителей, иначе эти господа не вели бы себя столь нагло. Справиться с ними будет не просто. Можно было бы, конечно, сегодня же покинуть столицу, но Баракул сразу же отверг эту неудачную мысль. Не в его правилах было бежать от противника. К тому же не факт, что таким образом получится обезопасить себя и тем более Дугра. У Хогемов длинные руки. Нет такого места в Низовии, где бы можно было от них укрыться. Баракул был уверен в этом.

Также он думал об Эбинуре. Вероятность того, что шкатулка находится у него, очень высока. Но если похитить её приказала сама королева, то можно получить врага в её лице и тогда… уж лучше не думать об этом, а надеяться, что Эбинур совершил кражу без её ведома. Баракул твёрдо решил не нарушать своего слова и продолжать поиски шкатулки, по крайней мере, ещё какое-то время.

Только к утру сыщик забылся тяжёлым тревожным сном. Но за завтраком он старался казаться бодрым и весёлым, чтобы его сомнения и гнетущее настроение не передалось Колену и Дугру.

Сыщик, болтал о пустяках, пока Колен не перебил его:

- Так что будем делать с Хогемами? Вы обещали подумать над этим или Ваши слова ничего не значат?

- Отчего же. Я никогда не отказываюсь от своих слов. Просто хотел немного отвлечься, - слегка обиделся Баракул. – Но раз Вы настаиваете, давайте поговорим о деле. Прежде всего, хочу уточнить, Ваш слуга Летка сейчас находится в доме господина Хогема. Я правильно понял?

- Да. Он ждёт моих указаний.

- Вот и отлично. Попросите, чтобы Летка незаметно порылся в бумагах и вещах Хогема. Не может быть, чтобы у такого человека, как этот господин не нашлось ничего такого…, - Баракул замялся, подбирая нужные слова, - нам нужны доказательства его преступных деяний, с помощью которых мы могли бы воздействовать на мошенников. Вы поняли меня?

- Очень даже, - улыбнулся Колен, - нам нужна информация, с помощью которой можно будет шантажировать Хогемов. Мне нравится эта идея. Оберём их до нитки, а потом убьём.

- Почему сразу убьём! Я не намерен совершать преступление, за которое могу поплатиться головой. Не разумней ли будет сдать их в руки правосудия?! – громко возмутился Баракул.

От изумления Дугр раскрыл рот. Он ещё ни разу, за время их знакомства не видел столь сильно рассерженного сыщика. Колен тоже притих. Мысль о том, что можно отправить Хогемов на виселицу до сих пор не приходила в голову ему самому.

- Если у вас обоих нет возражений, то будем следовать моему плану. С помощью Летки постараемся раздобыть компромат на мошенников. Для этого Колен встретится с ним и расскажет о наших планах, - продолжил сыщик. Он уже полностью овладел собой, и говорил спокойно, обычным ровным голосом. - А мы с Дугром, как собирались сделать это ещё вчера, навестим Михеля и постараемся выяснить что-нибудь о том деле, ради которого приехали в Мирад. И хочу предупредить, что нам всем нужно быть очень осторожными. Хогемы будут использовать самые отвратительные методы, чтобы отыскать нас, забрать деньги, а потом попытаться запугать или вовсе избавиться. - Баракул внимательно посмотрел на Колена, - вторая такая драка, как вчера у гостиницы, может закончиться для Вас плачевно.

Глава 14

После завтрака Баракул, Дугр и Колен вышли из дома. Небо было ясным, и летнее солнце ярко светило над их головами. Но Баракул, болезненно переносивший тепловые и солнечные удары, не обращал внимания на жаркую погоду. Он то и дело оглядывался по сторонам, часто останавливался у витрин, внимательно рассматривал в стекле отражение улицы. Сыщик старательно пытался обнаружить слежку. Наконец, убедившись, что шпионов, нанятых Хогемами поблизости нет, облегчённо вздохнул.

Затем они наняли экипаж для Колена. И тот поехал в продуктовую лавку, расположенную неподалёку от дома Хогема, где должен был встретиться со своим слугой. Каждый день в одно и то же время Летка ходил за продуктами в эту лавку, и они с Коленом заранее условились, чтобы не вызвать ни у кого подозрений, в случае необходимости, встречаться только там.

Проводив глазами экипаж и убедившись, что за ним нет хвоста, Баракул окинул изучающим взглядом Дугра. Его состояние улучшилось, подавленность и оцепенение, охватившее после посещения охотничьего клуба, наконец-то прошло, Дугр стал похож на себя прежнего. Можно было больше не беспокоиться о его здоровье, и заняться делом, ради которого они прибыли в столицу. И прежде всего, наведаться в сыскное агентство Михеля, чтобы получить от него сведения об Эбинуре.

Баракул и Дугр двинулись вдоль улицы, миновали любимый трактир Колена, от которого до конторы Михеля оставалось не более пятнадцати минут ходьбы спокойным шагом. Шли молча, торопливо, сознавая, что опасность может подстерегать за каждым углом.

- Ну, вот мы и пришли, - наконец сказал сыщик и остановился у нарядного трёхэтажного здания с большими окнами и широкими мраморными ступенями.

Неподалёку от этих ступеней стояла каменная статуя молодой женщины с кувшином в руках. Тонкая струйка воды стекала из кувшина в рот необычного существа, свернувшегося кольцом, будто крупная змея, у ног женщины. В общем-то, это и была змея, если не брать во внимание, что её голова сильно походила на кошачью. Причём вода, выливающаяся из кувшина в широко разинутую острозубую пасть, была самая настоящая, прозрачная и чистая. При виде неё, Дугру захотелось пить. Он подошёл, склонился к журчащей струйке, наткнулся взглядом на кошачьи глаза – два сверкающих зелёных самоцвета искусно вставленных в каменную морду. И вдруг ему почудилось, что глаза ожили, с неприязнью посмотрели на него. Пить сразу расхотелось. Дугр отвернулся, торопливо последовал за Баракулом, уверенно шагающим вдоль здания. Скоро они вместе повернули на задний двор и остановились у неприметной пошарпанной двери, сверху над которой с трудом можно было разобрать блёклую надпись: «Сыскное агентство господина Михеля». Сыщик, не постучавшись, толкнул её. Дверь легко поддалась. Баракул пропустил вперёд Дугра, затем вошёл сам.

Сыскное агентство представляло собой маленькую комнатку с массивным столом у единственного окна.

- Доброе утро, Михель, - обратился сыщик к очень толстому человеку, сидевшему за столом.

- А-а-а-а! Баракул! Ты куда запропастился? – обрадовался, увидев давнего приятеля тот, - я уж было начал волноваться.

- Да так, непредвиденные обстоятельства, - не вдаваясь в подробности, пояснил Баракул и сел на мягкий стул, предназначенный для посетителей.

Не дожидаясь приглашения, Дугр примостился на неудобном жёстком диване у стены. Маленькими умными глазками хозяин агентства вопросительно посмотрел на него:

- А это кто с тобой?

- Мой очень хороший знакомый. Его зовут Дугр. Мы вместе расследуем данное дело. Так что не тяни, выкладывай, что накопал о субъекте в красном мундире, за которым я просил тебя понаблюдать. Есть что-нибудь интересное?

- В общем-то, нет, - толстыми короткими пальцами Михель порылся в стопке папок, лежащей на краю стола, выбрал нужную, просмотрел её содержимое и сказал, - ваш подозреваемый разнообразием не отличается, все те дни, когда мы за ним наблюдали, проводил, как под копирку, одинаково. То есть, светлую часть суток, он сидел дома, а как только начинало темнеть, около половины девятого вечера покидал его. Эбинур ходил в один и тот же парк, расположенный неподалёку от дворца, садился на одну и ту же скамью, через пару минут вставал и направлялся в торговый двор, где пропадал до утра.

- Это всё? – разочарованно спросил Баракул.

- Не совсем, - улыбнулся Михель, - моим ребятам не удалось пробраться на склады, и выяснить, что там делает Эбинур. Но из других источников, не буду их называть, я узнал, - голос Михеля сорвался и перешёл в хрип, - извините, что-то горло першит, - прошептал он, налил из стеклянного кувшина в стакан воды, выпил, откашлялся и продолжил. - Так вот, с территории торгового двора есть тайный ход во дворец. И по раздобытым мной данным войти в него можно в том помещении, куда заходит Эбинур. Следовательно, молодой человек каждый день, точнее ночь проводит во дворце. Я раскопал, что тайный ход был построен по приказанию короля Монтека, который отличался любвеобилием. И предназначался для дам, тайно посещавших его в той самой комнате, которая теперь является спальней королевы Эмилии. - Михель смолк, потрогал себя за то место, где должна быть шея, но из-за складок жира у него она отсутствовала, сделал ещё несколько глотков воды, и торжественно закончил, - думаю остальное вам объяснять не нужно.

- Так значит, Эбинур действительно является близким другом нашей королевы, - озвучил напрашиваемый вывод Баракул.

На протяжении всего времени, пока Михель делился раздобытыми сведениями, он держал перед собой коричневую записную книжечку, и иногда делал какие-то пометки.

- А что ты думаешь насчёт скамьи в парке? Зачем Эбинур садится каждый раз, перед тем, как отправиться во дворец? - захлопнув книжицу, спросил Баракул.

- Могу предположить, что подаёт кому-то условный знак. Правда, мои ребята поблизости от скамейки никого не засекли, и утверждать этого я не берусь, - тихо проговорил Михель.

- Что ж пришло время мне самому понаблюдать за Эбинуром. А тебе и твоим ребятам большое спасибо за помощь, - Баракул высыпал на стол горку серебряных монет.

- Это слишком щедрая плата за столь скудные сведения, - с виноватой усмешкой проговорил Михель.

- Не преувеличивай, такая работа стоит не дёшево. В том, что Эбинур вёл себя так скучно, осторожничал и никак не проявил себя, вашей вины нет. Ещё раз огромное спасибо. Нам пора, - Баракул поднялся на ноги.

Громко кряхтя, Михель встал со своего кресла, намереваясь проводить посетителей до двери.

- Подожди, - вдруг спохватился Баракул, - не подскажешь, как найти в парке ту скамейку, на которой так любит сидеть Эбинур. Я бы хотел осмотреть это место днём, пока его там нет.

- Ещё как подскажу. У меня есть схема маршрута, по которому каждый вечер ходит интересующий тебя молодой человек. – Михель порылся в папке, - вот она, - протянул Баракулу исчерченный лист бумаги.

Тот мельком взглянул на него, сложил вчетверо, спрятал в карман и сказал:

- Отлично. Сегодня мы с Дугром сами займёмся наблюдением, а твои ребята смогут отдохнуть. И тебе подлечиться не помешало бы.

- Под дождь пару дней назад попал и вот результат, - показывая на больное горло, сказал Михель.

- Вам надо пить травяной чай с мёдом, - посоветовал Дугр.

На что Михель неопределённо махнул рукой, напоследок прохрипел:

- Обращайтесь, если что. До встречи.

Баракул и Дугр вышли из душной комнаты, обогнули здание и вновь оказались у каменной статуи.

- Странный какой-то зверь, - покосился на неё Дугр.

- Когда я увидел его впервые, мне тоже так показалось, - отозвался Баракул, - Михель потом объяснил, что существует старинная легенда. Когда-то очень давно такие звери спасли город от нашествия крыс, которых было так много, что они уничтожили все съестные запасы и стали нападать на домашних животных, детей, а иногда и на взрослых. Горожане были очень благодарнызмеекотам, за спасение. На протяжении многих лет люди буквально боготворили их. Но однажды все они куда-то исчезли. Осталась лишь эта статуя, как напоминание о тех далёких днях, - стоя напротив каменного изваяния, поведал сыщик, затем прищурившись, посмотрел в небо и сказал, - жарко становится. Солнце так и палит. Не люблю я такую погоду. Да и одежда у нас под неё не подходит. Гостиница отсюда недалеко. Пойдём, переоденемся во что-нибудь лёгкое.

- Это не опасно? – встревожился Дугр.

- Вот и проверим, - сыщик, решительно направился по тротуару в сторону гостиницы, стараясь держаться в тени деревьев.

Когда они подошли к гостинице так близко, чтобы был виден вход, остановились. Из-за густых ветвей какое-то время наблюдали.

Наконец Баракул с сожалением проговорил:

- Ничего у нас не выйдет. Видишь стражника? А вон и второй идёт.

- Неужели они нас поджидают, - растерялся Дугр.

- Возможно. Не будем рисковать, в гостиницу нам путь закрыт.

- И что теперь?

- Сначала зайдём в ресторан, пообедаем, потом вернёмся в квартиру Колена. Не могу я по такой жаре долго разгуливать. К вечеру, когда она начнёт спадать, отправимся в парк, осмотрим скамью Эбинура. Надо постараться найти ещё какие-нибудь зацепки. Того, что мы знаем о его связи с королевой не достаточно, ведь у нас нет прямых доказательств.

- А если никаких зацепок не найдём? – продолжал донимать сыщика вопросами Дугр.

- Может получиться и такое. Но мы поглядим на нашего подозреваемого, поймём, что он собой представляет и тогда станет ясно, как действовать дальше.

Так рассуждали Баракул и Дугр, двигаясь в сторону ресторана «Сладкие грёзы».

Обед и обратная дорога заняли часа полтора. Оказавшись в квартире Колена, Баракул наконец смог слегка расслабиться. Здесь было гораздо прохладнее, чем на улице и, как он полагал, безопасно. Колен уже поджидал их. С задумчивым видом он прохаживался по комнате и беспрестанно вздыхал.

- Какие-то проблемы? – спросил Баракул.

- Да так, ерунда, - отмахнулся Колен.

- Мы все теперь в одной связке и секретов меж нами быть не должно, - строго посмотрел на него сыщик.

- Никакой это не секрет, - сказал Колен, усаживаясь в кресло, - не помню, говорил я вам или нет, что занимаюсь разведением быков. Вот после встречи с Леткой и заглянул на аукцион, где живность разную продают. Хотел узнать цены на мулов и, если получится, договориться о продаже своих быков.

- Ну и что, договорился? – сдерживая зевок, со скучающим видом переспросил Дугр.

- Нет. Начисто забыл о быках, когда увидел длинношерстов.

- Длинношерстов? Это ещё кто? Впервые слышу, - озадачился Дугр.

- Я тоже, - поддержал его Баракул.

- В том то и дело. Этих удивительных животных завезли в Низовию совсем недавно. Длинношерсты выносливы, дружелюбны и неприхотливы. Как мне объяснили, они никогда не болеют и едят всё подряд, не то, что капризные быки, - с жаром принялся рассказывать Колен.

- Так в чём же собственно проблема? – недоумённо посмотрел на него Баракул.

- Длинношерсты очень дорого стоят. Боюсь, что пока я продам своих мулов, и наберу нужную сумму, их всех распродадут, - огорчённо проговорил Колен.

- Деньги, всегда всё упирается в деньги. От них только зло, - пробурчал себе под нос Дугр.

- Да, кстати, я вас ждал, чтобы вместе пойти в трактир. Не помешало бы нам подкрепиться и пропустить по рюмочке анисовки, - улыбаясь и потирая ладони, предложил Колен. По своей натуре он был оптимистом и не мог долго грустить.

- Мы не ожидали, что ты вернёшься так скоро, и пообедалибез тебя. Сходи в трактир один, только будь осторожен. Если заметишь что-то подозрительное, сразу возвращайся. И нигде не задерживайся, - сказал Баракул.

- Хорошо. Я мигом, - Колен взял с вешалки свой малиновый кафтан, без которого никогда не выходил на улицу, стал надевать его, и вдруг выронил из кармана небольшую вещицу, которая с шумом упала на пол.

- А-а-а, совсем забыл, - он поднял и протянул Баракулу синюю тетрадь, - это Летка мне дал. Он и без нашего распоряжения не упускает любого подходящего момента, чтобы заглянуть в потайные уголки жилища господина Хогема.В комнате жены Хогема Анны, нашёл старую тетрадь.

- Ты предупредил своего слугу, чтобы он был крайне осторожен? – бросил пристальный взгляд на Колена Баракул.

-Да. Но Летка сказал, что осмотреть комнату было совсем не сложно. Она уже давно пустует. Анна умерла несколько лет назад и никто, похоже, в её комнату с тех пор не заходил. Вся мебель покрыта толстым слоем пыли.

- Что за тетрадь? – из вежливости спросил Баракул. Ему не верилось, что находка Летки может иметь какую-то ценность.

- Не знаю, я не раскрывал, но Летка говорит, что это дневник Анны и в нём есть много для нас интересного, - Колен положил тетрадь на стол.

- Ладно. Я посмотрю, - Баракул взял дневник, повертел в руках. От времени его страницы пожелтели, но текст сохранился хорошо. Красивым разборчивым женским почерком тетрадь была исписана от корки до корки.

Колен удовлетворённо кивнул, быстро собрался и ушёл.

Решив воспользоваться свободным временем, Дугр устроился на диване в соседней комнате. После обеда его сильно тянуло в сон, и он вознамерился немного вздремнуть. Баракул начал читать дневник и вскоре так увлёкся, что забыл обо всём остальном. По мере того, как он продвигался вперёд, лицо сыщика мрачнело, он то хмурился, то досадливо покачивал головой.

Прошло около получаса. Баракулу оставалось дочитать всего несколько страниц, когда дверь с силой толкнули, она с грохотом распахнулась, и в комнату ввалился дядюшка Хогем. Сзади него два здоровенных громилы вели под руки Колена. Сыщик быстро сунул дневник Анны под скатерть, чтобы вошедшие не заметили его и спокойным голосом сказал:

- А-а-а, господин Хогем. Я как раз думал о Вас. Нам необходимо кое-что обсудить.

В этот момент Колен сделал попытку вырваться из рук злодеев, но они держали его крепко.

- Отпустите меня, недоноски! – в бешенстве выкрикнул Колен.

- Ну-ка усмирите этого драчуна! – приказал Хогем и один из его прихлебателей со всего размаху ударил Колена кулаком по голове.

Тот охнул и обмяк. Держать его не было необходимости, и бандиты опустили тяжёлую ношу на пол.

- Зачем же так грубо! – возмутился Баракул, - боюсь, что теперь нам будет сложнее договориться.

- И о чём вы хотите со мной договориться, - надменно улыбаясь, спросил Хогем.

- У меня имеются доказательства того, что пятнадцать лет назад, вы со своим племянничком занимались грабежами и разбоем. Впрочем, как и сейчас, - сказал Баракул и через короткую паузу добавил, - это вы ограбили и убили главного советника и друга короля, герцога Фрокелла!

Дядюшка Хогем побледнел, его губы превратились в плотно сжатую щель, но через секунду он справился с собой, спросил:

- Какие доказательства?

- Об этом узнаете, когда согласитесь выполнить три моих условия.

- Какие ещё условия? – глаза Хогема злобно сверкнули.

- Первое – вы вернёте тому господину, - Баракул кивком указал на Колена, который лежал на полу и подавал слабые признаки жизни, - все деньги, которые отобрали у его брата. Второе – больше никогда не будете заниматься обманом и грабежом, и третье – вы, ваши сыновья и племянник навсегда покинете этот город.

Как только Баракул смолк, дядюшка Хогем расхохотался так громко, что у него на глазах выступили слёзы:

- Насмешили право, - вытирая их платком, сказал он, - давно мне не было так весело. Решили меня провести? Не верю ни единому вашему слову. Всё ложь. Нет у вас никаких доказательств. Их просто не существует. – Хогем бросил на сыщика уничтожающий взгляд. – А теперь слушайте мои условия. Сегодня до конца дня вы принесёте в охотничий клуб сумму вдвое большую той, которую проиграл в карты ваш друг! Иначе…

- Немедленно убирайтесь отсюда! - прервал его громкий окрик. Дугр стоял в дверном проёме во вторую комнату и дрожащими руками держал револьвер, направляя его в грудь Хогема. Он был бледен, от волнения на его лбу выступила крупная испарина.

Дядюшка не испугался, смерил Дугра презрительным взглядом, злобно закричал на своих помощников:

- Чего стоите, как истуканы?! За что я вам только деньги плачу! Сейчас же заберите у него пистолет!

Громилы медленно двинулись к Дугру.

- Назад! Не то продырявлю! – Дугр нацелил револьвер на них.

Оба бандита остановились, в испуге замерли на месте.

- Растяпы трусливые! Немедленно выполняйте приказание! – с перекошенным от ярости лицом крикнул Хогем.

Повинуясь ему, один из бандитов сделал шаг вперёд. Раздался выстрел, он взвыл от боли, схватился за руку чуть ниже плеча, попятился и исчез за дверью.

- Я предупреждал, - Дугр направил револьвер на второго громилу, - убирайся вон.

На узколобом лице бандита отразился страх. Он вытянул руки, как бы загораживаясь ими:

- Всё понял, ухожу, только не стреляй.

Через секунду его как ветром сдуло. Лицо дядюшки Хогема покрылось красными пятнами, глаза испуганно забегали.

- На этот раз ваша взяла. Но вы не понимаете, с кем имеете дело, - процедил он сквозь зубы и быстро удалился.

На несколько секунд в комнате воцарилась полная тишина, которую прервал Баракул.

- А ты неплохо стреляешь. Не знал, - скупо похвалил он Дугра.

Глава 15

Баракул подошёл к двери, прислушался, осторожно приоткрыл её, выглянул наружу – никого. Он запер дверь изнутри на ключ, затем наклонился к Колену, который уже очнулся и сидел на полу, прислонившись спиной к стене, спросил:

- Как ты себя чувствуешь?

Колен бессмысленно вращал глазами, хватал ртом воздух и ничего не отвечал. Тогда сыщик повернулся к Дугру. Тот стоял у дверного косяка, бледный, с отрешённым видом и опущенным револьвером в руке.

- Наша квартира известна Хогемам. Оставаться здесь крайне опасно! – громко сказал Баракул, пытаясь вывести друзей из ступора, но они никак не отреагировали на его слова.

Сыщик на секунду задумался, затем решительно направился в другую комнату, вытащил из-под кровати свой портфель, припрятанный там ещё с вечера, достал из бокового отдела плоскую фляжку, отвинтил пробку, сделал большой глоток. Крепкое вино обожгло горло, взбодрило.

- Выпей немного, это поможет, - он протянул сосуд с живительной влагой Дугру.

После нескольких глотков тот, как будто, пришёл в себя, спрятал револьвер во внутренний карман куртки, подошёл к Колену и передал ему фляжку.

Колен приложился к горлышку и не отнимал его ото рта, пока не закончилось содержимое фляжки.

-Ух, - тряхнул он головой, растерянно посмотрел на Дугра, потом на Баракула, тихо спросил, - где они?

- Ушли. Ты как? Голова болит? – посочувствовал ему Баракул.

- Нормально, - проговорил Колен, виновато опустив глаза, продолжил, - только вышел из трактира, тут они налетели, скрутили, грозились отправить на каторгу, если к вам не сведу. Я растерялся…, - Колен горестно вздохнул.

- Не кори себя. Рано или поздно Хогемы нашли бы нас и без твоей помощи, - утешил его Баракул и, сделав небольшую паузу, проворчал, - а вот я поступил опрометчиво, не могу себе этого простить.

- Не понимаю, что Вы имеете в виду? – недоумённо уставился на него Дугр.

- Я был на девяносто девять процентов уверен, что дядюшка Хогем откажется от моего предложения но, не смотря на это, раскрылся перед ним. Теперь нашим врагам известно, что мы располагаем такими сведениями о них, которые никто не должен знать. Тем самым я подвергаю опасности не только свою, но и ваши жизни, - с нотками раздражения в голосе проговорил Баракул, взял из рук Колена пустую фляжку и сунул её в портфель.

- Какие сведения? Откуда они у Вас? – продолжал недоумевать Дугр.

- Да, да, я тоже ничегошеньки не понял, объяснитесь, - поддержал его Колен.

- Всё дело в той тетради, которую ты мне отдал перед тем, как пойти в трактир, - сыщик бросил мимолётный взгляд на Колена, - она написана примерно пятнадцать лет назад, после того, как бедняжка Анна вышла замуж за Хогема. Она даже не догадывалась, что её муж промышляет разбоями и грабежами, считала его обычным торговцем. Но однажды женщина случайно услышала разговор, из которого поняла, что Хогем является, грубо говоря, главарём разбойничьей шайки, а его правой рукой был и до сих пор остаётся дядюшка, тоже Хогем, который сегодня так бесцеремонно ворвался сюда. Смятение охватило бедную Анну. Она не могла заснуть всю ночь, а утром пришла в кабинет к мужу и пригрозила, что если он не прекратит совершать злодеяния, то разоблачит его перед властями. На что Хогем только рассмеялся ей в лицо. Он сумел доказать, что в одном очень грязном преступлении замешан отец Анны, который находился на грани банкротства и вдруг, его дела пошли в гору, как раз после того злодейства. Анна была загнана в угол. Чтобы хоть как-то облегчить свои душевные страдания она завела дневник, в котором подробно описала преступления мужа. Хогем больше не скрытничал и обсуждал разбойничьи планы со своими подельниками при жене. В этой старенькой тетради есть сведения о том, что Хогемы ограбили и убили герцога Форелла, друга и главного советника нынешнего короля Леонарда. Как выяснилось, они сделали это не ради наживы, а чтобы обезопасить себя. Герцог Форелл заподозрил советника и покровителя Хогемов, господина Товиста в незаконных способах обогащения, то есть очень близко подобрался к шайке. За это и пострадал. – Баракул задумался, через пару минут продолжил, - я помню нашумевшее на всю Низовию дело об убийстве герцога. Преступников нашли, не выдержав пыток, они признали свою вину и были принародно казнены. А теперь в наши руки попало неопровержимое доказательство того, что настоящие убийцы - это Хогемы. И они спокойно разгуливают на свободе и продолжают совершать грязные преступления. Думаю, что теперь бандиты захотят избавиться от нас, ведь мы представляем для них реальную угрозу. Но есть один выход. Нам надо найти способ передать тетрадь королю. Только так мы можем спастись, - сделал вывод Баракул, подошёл к окну, из-за занавески осторожно выглянул на улицу и неожиданно резко отпрянул от него.

- Сюда идёт дядюшка Хогем! А вместе с ним целый отряд стражников!

Сыщик в несколько шагов оказался у стола, торопливо вытащил из-под скатерти дневник Анны, сунул его за пазуху, повернулся к Колену и взволнованно выпалил:

- Из твоей квартиры есть другой выход?!

- Можно вылезти во двор из окна вашей спальни, а оттуда незаметно пробраться на конюшню, - неуверенно предложил Колен.

- Что же ты стоишь! Веди! У нас остались считаные минуты до того, как стража явится сюда! Если мы попадём в руки Хогемов, то живыми они нас не выпустят! – крикнул Баракул.

Колен устремился в спальню, за ним – Дугр. Баракул схватил портфель с деньгами, прижимая его к груди обеими руками, последним покинул комнату. Когда он вошёл в спальню, окно уже было распахнуто, и Колен почти выбрался во двор.

- Скорее, шевелись, - поторопил сыщик Дугра, который нерешительно топтался у опустевшего оконного проёма.

Тот неуклюже перекинул ноги через подоконник, спрыгнул на землю и громко вскрикнул.

- Тише, - возмущённо прошептал Баракул, - прими у меня портфель.

Сыщик тут же почувствовал, как тяжёлая ноша опустилась в чьи-то руки, задёрнул занавески, вылез из комнаты во двор и постарался как можно плотнее прикрыть окно, чтобы преследователи не догадались, каким образом им удалось уйти.

Обернувшись Баракул увидел, как Колен с портфелем подмышкой быстро передвигается через двор к бревенчатому строению, видимо конюшне. Сильно прихрамывая и охая, Дугр делал попытки идти следом за ним.

- Что? – спросил его Баракул.

- Ногу подвернул.

- Опирайся на меня, - сыщик подхватил Дугра под руку. Но не смотря на это они продолжали плестись очень медленно.

Тем временем Колен добрался до бревенчатой стены и оглянулся на друзей. Он сразу всё понял, недолго думая, опустил портфель к своим ногам и побежал им навстречу. Ни слова не говоря, Колен подхватил Дугра, взвалил его на плечо, и чуть-чуть согнув ноги в коленях, быстро понёс его в сторону конюшни. Не оборачиваясь, на ходу бросил Баракулу:

- Возьми портфель, - и скрылся за углом.

Баракул нагнал его, когда Колен, приблизился к пустому тарантасу, который одиноко стоял у раскрытых ворот конюшни и бережно опустил Дугра на сиденье. Немного отдышавшись, Колен поднял откидной верх, велел Баракулу подняться в тарантас, со словами:

- Ждите, сейчас коня приведу! – скрылся в открытых воротах.

Баракул с трудом втиснулся на жёсткое сиденье рядом с Дугром, поставил тяжёлый портфель на пол, пощупал спрятанную за пазухой тетрадь.

В закрытом от посторонних глаз высоким верхом тарантасе, он начал постепенно успокаиваться. Тем временем Колен привёл беспородного, но молодого и сильного коня, быстро и умело впряг его в тарантас, уселся на козлы, отдал команду и конь, медленно ускоряясь потащил тарантас со двора.

Они не знали, что в это время стражники по приказу дядюшки Хогема долго стучали в дверь пустой квартиры Колена, но взламывать её, как ни кричал, брызгая слюной и задыхаясь от злобы старый Хогем, отказались, поскольку не имели на то распоряжения от непосредственного начальства. Ничего не добившись, дядюшка оставил часть стражников караулить у двери. А сам, вместе с остальными направился в трактир, где он со своими сбежавшими молодчиками несколько часов назад схватил Колена и надеялся сделать это снова.

Тарантас спокойно двигался по улице, увозя друзей от опасности.

- Куда мы едем? – спросил Баракул.

- Сидите тихо и не высовывайтесь. Доверьтесь мне. Я знаю, что делаю, - тихо, но уверенно проговорил в ответ Колен.

«Что ж, пусть будет по-твоему», - подумал Баракул, так как у него самого не было никакого плана.

Он повернулся к Дугру, который молча сидел рядом и старался найти для своей подвёрнутой ноги такое положение, чтобы боль стихла.

- Сильно болит? – посочувствовал Баракул.

- Можно терпеть, - невесело улыбнулся Дугр.

Из-за поднятого верха Баракул и Дугр плохо видели городские улицы, по которым ехали. А Колен уверенно правил конём и постепенно они удалялись от центра к глухой окраине. Дорога становилась всё хуже, тарантас стал часто подпрыгивать на рытвинах и ухабах.

- Долго ещё мы будем так скакать? От такой езды у меня скоро все зубы вылетят, - не выдержав, возмутился Баракул.

- Потерпите ещё чуть-чуть, - обернувшись, улыбнулся Колен, - мы выезжаем из города.

- Как же мы сможем из него выбраться? У центральных ворот нам показываться нельзя, сразу схватят, а со всех остальных сторон город окружён рвом, превратившимся в глубокий овраг? – встревожился Баракул.

- Я знаю эту дорогу. Её показал один человек, которого мы с Леткой подвозили в Мирад. Здесь можно заехать в город и не платить пошлину, - ответил Колен и ткнул хлыстом вперёд, - во-о-н видите мост. По нему нам надо переехать через овраг. А потом можно будет укрыться в том берёзовом лесу, который начинается сразу за оврагом.

Баракул приподнялся со скамьи, чтобы лучше разглядеть дорогу и, к своему ужасу обнаружил, что деревянный настил, который Колен назвал мостом, сильно прогнил и был совершенно не пригоден для езды.

- Стой! Туда нельзя ехать, брёвна превратились в рухлядь, и мы упадём! – испуганно крикнул сыщик.

Но Колен лишь засмеялся в ответ, подстегнул коня и тот галопом помчался к шаткому строению. Баракул схватился руками за края тарантаса и зажмурился. Дугр в их разговоре участия не принимал. У него сильно болела нога. От тряски боль усилилась, и он с трудом сдерживался, чтобы не застонать. Какое-то время тарантас быстро мчался, подпрыгивал и трясся.

Но вот он остановился.

- Всё, теперь мы в безопасности. Здесь нас никто искать не будет, - послышался голос Колена, и Баракул открыл глаза. Он, конечно, не был трусом, но когда оказывался в ситуациях, в которых не приходилось бывать ранее, иногда терялся. Так получилось и в этот раз.

Вокруг стояли окутанные ярко-зелёной листвой берёзы, весело щебетали птицы, пахло грибами и ничего не напоминало о человеческих злодеяниях.

- Всё это, конечно, хорошо. Ты спас нас от гибели, но мы не сможем долго скрываться в лесу. Надо придумать, что делать дальше, - спустившись из тарантаса на зелёную лужайку, проговорил Баракул. Он сделал несколько простых упражнений, чтобы размять затёкшие ноги.

- Вы же сами сказали, что надо передать дневник Анны королю, что только так мы сможем избавиться от Хогемов, - бросил на сыщика удивлённый взгляд Колен, который тоже успел вылезти из тарантаса и пучком травы протирал пот с боков коня.

- Да. Только я не улавливаю связь между этим прекрасным лесом и королём. Бессмысленно ожидать здесь его появления, - самодовольно усмехнулся Баракул.

- Так мы и не будем ждать короля в лесу. Поедем в посёлок рабочих, которые заняты на строительстве нового королевского дворца. Неделю назад я случайно познакомился с одним таким строителем в трактире, том, где я люблю бывать, - Колен улыбнулся, видимо, припоминая эту встречу и продолжил, - он оказался очень славным малым и зовут его Парель. Так вот этот Парель жаловался, что король почти не покидает стройку и очень донимает рабочих своими советами. Проще сказать, суёт свой нос куда надо и не надо. И если мы хотим напрямую выйти на короля Леонарда, то лучшего места, чем его новый дворец для этого не найти.

- Отличная идея, – немного подумав, проговорил Баракул, - стоит попробовать. Надеюсь, ты знаешь дорогу к посёлку строителей.

- Примерно, со слов Пареля. Самому мне там побывать пока не довелось.

- Не будем терять время. Вези нас туда, – проговорил взбодрившийся после зарядки Баракул, забираясь в тарантас.

- Я так и хотел. Вон и господину Дугру что-то нездоровится, - Колен с жалостью посмотрел на Дугра, который кривился от боли, но по-прежнему молча сносил свои страдания, - надеюсь, в посёлке мы найдём доктора или кого-то, кто сможет оказать ему помощь.

Не прошло и пяти минут, как тарантас выехал на заросшую травой лесную дорогу. Три человека, сидевших в нём надеялись к ночи добраться до посёлка строителей нового дворца короля Леонарда.

Скоро лес кончился, а дорога слилась с другой, хорошо наезженной и ровной. Потом она снова повернула в лес. Так они и ехали: то по лесу, то по открытой равнине. Когда дорога раздваивалась, Колен и Баракул вместе решали, куда двигаться дальше.

Прошло несколько часов, начинало вечереть. Путники устали и проголодались, а посёлок строителей никак не обнаруживал себя. Настроение всех троих с каждой минутой ухудшалось. Быстро сгущающаяся темнота и густой лес, по которому они передвигались уже достаточно долго, навевал уныние и тоску.

- Давайте заночуем прямо тут. Ехать по лесу ночью опасно. Можно в такие дебри забраться, что потом назад дорогу не отыщешь, - предложил Колен.

- Видимо, другого выхода у нас нет, - поддержал его Баракул, - надо найти открытую полянку, чтобы развести костёр.

- Правильно. Кажется, я вижу подходящее место, - остановил коня Колен, - сидите в тарантасе, я пойду, погляжу.

Он ловко спустился со своего места на землю и скрылся за деревьями.

Баракул и Дугр сначала сидели и ждали его спокойно, но Колен не возвращался. Они встревожились, стали громко кричать и звать его.

- Наверное, заблудился, не смог сориентироваться в тёмном лесу, - предположил Баракул.

- Как же нам быть? Где его искать? У меня всё ещё болит нога, и я не могу ходить, - чуть не плача проговорил Дугр.

И тут из темноты вынырнул Колен.

- Что потеряли меня? – весело спросил он, - немного задержался, но не зря. Случайно набрёл на избушку и не пустую. В ней старенькая бабушка живёт одна. Разрешила переночевать.

- Как у тебя всё складно выходит: то строителя случайно встретил, то бабушку, - пробурчал Баракул.

- Сам удивляюсь, - ничуть не обиделся Колен, - а самое смешное знаете что? – спросил он и, не дожидаясь ответа, сказал, - оказывается, мы проехали буквально в двух шагах от посёлка и не заметили его. Он остался сзади, совсем неподалёку отсюда.

- Странно. Мы же все вместе смотрели по сторонам. Почему никто из нас троих его не увидел? – недоверчиво ухмыльнулся Баракул.

- В лесу ещё и не такое бывает. Я слышал много разных историй, - начал было Дугр, но Колен перебил его:

- Давайте не будем спорить и отложим разговоры до утра. Оставайтесь в тарантасе, а я поведу коня к избушке. Время позднее, я чертовски устал, голоден и просто валюсь с ног. Думаю, что и вы чувствуете себя не лучше.

Он провёл коня между деревьев, уже знакомой ему дорогой к маленькой покосившейся избушке. Потом они с Баракулом помогли Дугру выбраться из тарантаса, завели его в освещаемое лучиной полутёмное помещение. На скамье у стола сидела маленькая сухонькая старушка.

- Что с тобой, милок? – обратилась она к Дугру, когда друзья осторожно опустили его на скамью рядом с ней.

- Ногу подвернул.

- Сильно болит?

- Да.

- Ну-ка дай-ка я посмотрю, - старушка наклонилась, маленькими сморщенными ручками стащила с ноги Дугра сапог, ощупала ногу, - опухла вся. Никак вывихнул.

- Не знаю, болит очень.

- Сейчас поправлю, потерпи чуток, - сказала старушка, что-то пробормотала себе под нос и вдруг резко, с силой дёрнула за ступню больной ноги.

Дугра пронзила невыносимая боль. Он громко вскрикнул и чуть было не потерял сознание, но тут почувствовал, что боль быстро проходит.

- Ну как, легче? – спросила старушка.

- Гораздо, - Дугр шевелил ногой и улыбался.

Тем временем Колен распряг коня, отвёл его в ветхий сарайчик, где жила бабушкина коза. Потом старушка накормила их кукурузными лепёшками с козьим молоком.

- Я лягу на печи, а вам придётся спать на полу, больше негде. Скамья у меня одна и та короткая. Никто из вас на ней не поместится, - сказала хозяйка и юркнула на печь. Оттуда обеспокоенно добавила, - не забудьте лучинку задуть.

Колен, Баракул и Дугр улеглись на пол, перед этим застелив его сеном, охапку которого Колен принёс из сарая. Через несколько минут все они крепко спали.

Глава 16

Ни Баракул, ни его спутники даже не подозревали, что Хогемам в эту ночь, было совсем не до сна. Они подключили все свои связи, подняли на ноги всех, кого могли, переворошили весь город, чтобы разыскать беглецов. Но благодаря находчивости и умелым действиям Колена, те ускользнули незамеченными. Злодеи даже подумать не могли, куда они направились и продолжали обыскивать все второсортные гостиницы и другие заведения на окраинах столицы, надеясь, напасть на их след.

Между тем наступило утро. Баракул проснулся от тихой возни и шорохов. Он открыл глаза, не сразу сообразил, где находится. Обстановка вокруг была слишком чуждой его глазу. Но события прошлого вечера быстро всплыли в памяти. Баракул обнаружил рядом с собой безмятежно спящего Дугра. Колена не было. У печи, в которой ярко пылал огонь, возилась старушка.

- Проснулся, касатик? – улыбнулась она, - а я тут уху сварганила. Вставай, сейчас завтракать будем.

- Где Колен? – встревожившись, спросил Баракул.

- Коня решил напоить, повёл на озеро, - ответила старушка, - вчера в темноте вы не заметили, да и не до того было, что изба-то моя на берегу стоит. Я утром пораньше встала, ловушку проверила, а там рыбы полно. Ушицу сварила, чтобы вас, дорогих гостей, попотчивать. А остальную рыбку-то надо в посёлок свезти, поменять на муку. Мы с твоим дружком, который коня поит, сговорились после завтрака вместе в посёлок идти. У него дела там какие-то, а заодно и мне подсобит. Улов-то хороший. Мне самой тяжело будет тачку с рыбой катить.

Вскоре пришёл Колен, проснулся Дугр. Все сели за стол и стали есть ароматную, жирную и очень вкусную уху.

За завтраком выяснили, что старушку зовут Калиса, и что неподалёку от её избушки есть ещё с десяток заброшенных домов, в которых недавно жили рыбаки. Когда началось строительство дворца, они перебрались в новый посёлок, забросили свои избы и рыбный промысел, который не давал стабильного дохода, заделались строителями. Калиса не захотела покидать насиженного места и осталась жить на берегу озера одна. Она была вся сморщенная, сухонькая, в просторной одежде, из рукавов которой торчали тонкие ручки. Кругленькая маленькая головка Калисы покрыта низко надвинутым на лоб платком, из-под которого не выглядывали волосы, и не понятно было, есть ли они у неё вообще.

- Сколько вам лет, бабушка? – поинтересовался Колен.

- Да кто ж его знает, милок. Я уже давно перестала вести счёт своим годам, - отмахнулась Калиса.

- Спасибо Вам большое за сытную еду, ночлег и за то, что спасли меня от этой ужасной боли, - наевшись ухи, ласково проговорил Дугр. - Моя нога прошла, как будто и не болела вовсе, - он начал рыться в карманах, вытащил несколько серебряных и медных монет, положил их на стол, - вот, возьмите, больше у меня с собой нет. Но если надо чем помочь…

- Кто-нибудь занёс на ночь из тарантаса портфель?! – взглянув на деньги, вдруг изменился в лице Баракул, тут же вскочил со скамьи и со всех ног бросился из избушки.

- Что это с ним? Уж не ухи ли объелся? – удивлённо посмотрела ему вслед Калиса, затем перевела взгляд на монеты, улыбнулась, - зачем они мне здесь, в лесу? Вот если бы мучицы или соли. У меня её мало осталось, - вздохнула она. И вдруг как-то странно не мигая, уставилась намалиновый кафтан Колена.

- К Вам, наверное, вся округа лечиться ходит, - поёжившись от её взгляда, сказал Колен первое, что пришло в голову.

- Я только кости правлю. Другие болезни лечить не умею, - отозвалась старушка, поправила платок на голове и продолжила, - ко мне иногда заглядывают те, кому своё будущее захочется узнать. Так я им сказываю.

В этот момент зашёл Баракул с портфелем в руках, сел на краешек скамьи и сказал:

- Я ведь в него дневник Анны припрятал, когда мы думали, что в лесу ночевать придётся, вот и встревожился, но напрасно, всё обошлось. - Он погладил рукой портфель, который был сделан из приятной на ощупь, и очень прочной кожи болотного ящера, вытащил из бокового отделения тетрадь, пролистал её, посмотрел на Колена и спросил, - как я понял, ты решил сам передать дневник королю. Верно?

- Да я и не скрывал этого, - Колен не смутился под пристальным взглядом сыщика, вдруг стал печальным, тихо продолжил, - я уже не раз говорил, что должен отомстить за брата и своего намерения менять не собираюсь. Надеюсь, что когда отдам тетрадь королю Леонарду, он сделает правильный вывод, злодеи понесут заслуженное наказание и справедливость восторжествует.

- Я тоже очень на это надеюсь, но лучше будет, если мы отправимся в посёлок втроём, - скривился Баракул.

- Нет уж. Так мы всё дело испортим, - перебил его Колен, - вы не похожи на рабочих и сразу привлечёте внимание стражи, которой там предостаточно.

- В твоих словах есть логика, - немного подумав, согласился Баракул и, протянув Колену тетрадь, добавил, - если что-то пойдёт не так, сразу возвращайся сюда. Или, в самом крайнем случае спрячь дневник где-нибудь в лесу, чтобы он не попал в чужие руки. Помни, у Хогемов везде есть свои люди, поэтому не доверяй никому. И ещё, чуть не забыл, - он открыл портфель, порылся в нём, вынул горсть серебряных монет, протянул их Колену, - Вот, возьми, тебе понадобятся.

Колен опустил руки под стол, не решаясь взять деньги.

- Бери, тебе говорят, купишь бабушке продуктов. Надо же её как-то отблагодарить и для дела тоже могут пригодиться.

- С продуктами Вы хорошо придумали, - сказал Колен, подставил свою огромную ладонь и, когда монеты оказались у него, засунул их глубоко в карман штанов.

Когда они говорили, старушка гремела посудой у печи, и не проявляла никакого интереса к их речам. Дугр, полностью доверившись Баракулу, отмалчивался. Ему не терпелось выбраться из душной, сильно натопленной избушки на свежий воздух.

- Вот я и управилась. Пора нам с тобой, Милок, в посёлок идти, - мельком взглянув на Колена, проговорила Калиса, надела старенькую душегрейку и направилась к двери.

К большой радости Дугра все поспешили за ней и оказались на лесной опушке, где стояла изба. Утренняя свежесть приятно ударила в лицо. В лесу было тихо, и мужчины молчали, ошеломлённые его красотой и величием. Но старушка этого не замечала, суетилась занятая своими делами, потом вдруг снова бросила странный взгляд на кафтан Колена и сказала:

- Ты бы снял свою одёжину, уж больно она приметная. В посёлок собрались, а там таких не носят.

- А что, бабушка, предскажешь моё будущее. Это ведь не долго, - шутливым тоном проговорил Колен, - хочу знать, долго ли мне ещё жить осталось.

- Ты точно этого желаешь? – не сводила с него строгих глаз Калиса.

- Уж очень рискованное дело мне предстоит, - замялся Колен.

- Так и быть, расскажу, что тебя ждёт, но за это ты мне свой кафтан отдашь. Согласен?

- Понравился он тебе? – рассмеялся Колен, - так уж и быть, отдам. Только сначала послушаю твоё предсказание.

Старушка села на ветхое крыльцо, тихо проговорила, - подай мне сухую веточку, ту, которая тебе приглянется. И вы, если хотите узнать, что ждёт вас, сделайте так же, - посмотрела она на Дугра и Баракула.

Когда её просьба была исполнена, Калиса положила перед собой три сухие веточки, набрала в ладошку рыхлой земли и рассыпала её сверху. Потом долго и сосредоточенно рассматривала веточки, присыпанные землёй и, наконец, заговорила:

- Всех вас ждёт длинный жизненный путь, на котором вам будут встречаться трудности, но почти всё, о чём каждый из вас мечтает, сбудется.

Когда она смолкла, Колен громко расхохотался:

- Так и я сумел бы погадать. А нельзя конкретнее.

- Что ж, слушай, - отозвалась старушка, - осенью ты встретишь женщину, такую, о какой мечтаешь уже много лет. Вы поженитесь. Будете жить в мире и согласии. У вас родятся дети. Девочка и мальчик.

Колен смущённо опустил глаза, зарделся, ведь старушка проникла в его самые сокровенные мысли, о крепкой дужной семье он мечтал давно. А она продолжала:

- Человек, о котором ты беспокоишься, вернётся на свою родину и поможет ему в этом он, - кивком она указала на Баракула.

- Но они с Леткой не знакомы даже, - растерянно проговорил Колен.

- Что вижу, то и говорю. Как говорю, так и будет, - улыбнулась Калиса, спросила Баракула, - тебе, Касатик, надо подробности рассказывать?

- Нет, - покачал головой тот.

Дугр тоже не захотел больше ничего знать о своём будущем.

Калиса подняла веточки, сказала:

- Брошу их в печь, нельзя так оставлять, - и ушла в избушку.

Когда она вернулась, Колен, как и обещал, снял свой любимый малиновый кафтан и передал его старушке.

Та долго рассматривала кафтан, потом вздохнула и куда-то унесла. Когда вернулась, велела Колену переложить рыбу в тачку. Последние приготовления были закончены, можно было отправляться в посёлок. НапоследокКолен сказал:

- Присмотрите за конём. Я спутал ему ноги и пустил пастись.

- Как зовут твоего коня? – поинтересовался Дугр.

- Так и зовут, Конь, - слегка опешив от его вопроса, ответил Колен и покатил тачку по еле заметной тропинке вслед за старушкой.

- Удачи тебе, - сказал ему в спину Баракул, проводил взглядом, пока Колен не скрылся за деревьями, повернулся к Дугру, задумчиво проговорил, - пойду к озеру, мне необходимо побыть одному, - медленно побрёл в направлении берега. За обветшалым сарайчиком, где жила коза Калисы, лес резко закончился, и перед взором Баракула открылось похожее на огромную чашу, озеро. Некоторое время он зачарованно смотрел на ярко-голубую, переливающуюся на солнце необыкновенными оттенками, тихую водную гладь. Любовался холмистыми, покрытыми лесом берегами, окружающими озеро со всех сторон. Баракул вдыхал насыщенный приятными ароматами, слегка влажный воздух и какое-то непонятное чувство блаженства переполнило его. Он подошёл к песчаной кромке, наклонился, прикоснулся руками к воде. Она была тёплой и ласковой. Баракул ополоснул ладони и лицо. На мгновение зажмурился, стряхнул с себя нахлынувшее наваждение и вернулся в безрадостную действительность. Он осмотрел берег, отыскал подходящее место, устроился на торчащем из песка большом камне в тени кустов ивняка и погрузился в раздумья. Баракул был очень недоволен собой, винил себя в том, что им пришлось пережить. Досада, как раскалённое железо жгла изнутри. Как мог допустить он, столь опытный в таких делах человек, оплошность, которая чуть было, не закончилась для них троих плачевно. Почему вовремя ничего не предпринял, вёл себя глупо, растерялся как мальчишка. Потом он начал винить в том, что случилось Дугра, ведь все беды начались с его карточного долга. Потом опять себя, потом его мысли перенеслись к шкатулке и он задремал. Проснулся от громко крика.

- Господин Баракул! Господин Баракул! – звал его Дугр, который, быстро приблизился и сказал, - Калиса вернулась. Она не смогла докатить тележку с провизией до избушки, та слишком тяжела. Оставила её на полдороге и попросила меня сходить за нею. Но я один что-то робею гулять по лесу.

- Хорошо. Пойдём вместе, - поднялся с камня Баракул. Он немного отдохнул, чувствовал себя гораздо лучше, и жизнь уже не казалась ему такой мрачной.

Брошенная тачка нашлась примерно в пятидесяти шагах от избушки. Баракул и Дугр быстро прикатили её к жилищу Калисы. Старушка встретила их у крыльца. Она аккуратно сняла мешковину, которой была прикрыта провизия и сказала:

- Вот спасибо, Касатики. А я уж и место в избе приготовила. Несите всё туда.

Мужчины взялись за дело. В заботливо застеленный старой рогожкой угол, они перенесли кули с мукой и просом, полотняной мешок с солью. Сверху поставили корзинку с овощами, горшок с мёдом, глиняную бутыль с вином. Когда на дне тачки остался плотно замотанный тканью большой свёрток, Баракул спросил:

- Что это?

- Мясо, - бойко ответила Калиса, - ваш дружок велел поджарить его на углях. Хочет устроить пир, когда вернётся. И вино для этого.

- Если вернётся, – поправил Баракул и устремил на Калису грустный взгляд.

- К вечеру будет дома, - без тени сомнения заявила она.

И глядя в её добрые, всё понимающие глаза, Баракул почему-то поверил. Тревога за Колена, время от времени накатывающая будто волна, улеглась совсем.

Скоро Баракул и Дугр погрузились в работу. Они нарубили целую гору сухих дров, развели костёр, соорудили вертел, принялись готовить ужин. К вечеру мясо было готово. Дугр снимал подрумянившиеся сочные куски с вертела. Баракул помогал ему.

- Ух, как у вас здесь вкусно пахнет! – послышался возглас за их спинами.

Колен улыбаясь, шёл по тропинке к ним. По его довольному виду Баракул сразу понял, что тому удалось передать тетрадь королю.

- Рассказывай, - коротко бросил он, подставляя глиняную миску под очередной кусок мяса.

- Всё прошло как по маслу, - начал Колен, - Своего старого знакомого Пареля, я не нашёл. Помогли деньги. Заплатил другому рабочему, и он на время дал мне свою одежду и деревянный жетон, по которому стража пропускает работников на стройку и никаких сложностей у меня с этим не возникло. Стражники даже не взглянули на меня. Но короля там не оказалось, и я целый час гнул спину, таскал мешки со строительным мусором от дворца к посёлку. Тяжёлая работа. Я весь облился потом. Зато вблизи хорошо рассмотрел новый дворец. Снаружи он уже вполне готов. И, надо вам сказать, такого великолепия я не видывал в жизни…

- Давай ближе к делу, - остановил его Баракул.

- Ну вот, значит, - продолжил Колен, - время идёт, а короля всё нет. Я приуныл, начал подумывать, что пора бросать работу и возвращаться к вам. Тут вижу – идёт Леонард, а за ним целый хвост охраны. Остановился он у дворца, полюбовался на него, направился к мастеру, который выкладывал мозаику из разноцветных камней на придворцовой площадке, что-то сказал ему, стал подниматься по ступеням. Тут прислуга бочонок с водой прикатила. Король пить отказался, зато охранники, как стадо баранов столпились на водопой. Это и понятно, день выдался жаркий. Я мигом сообразил, что пора действовать, подошёл к королю, раскрыл тетрадь на той странице, куда Вы положили закладку, опустился на колени, подал её Леонарду и сказал: « Ваше Королевское Величество, здесь записаны сведения, касающиеся убийства герцога Форелля». Король ничего не ответил. Взял тетрадь и начал читать. А я поспешил прочь, пока охрана меня не сцапала, спрятался за кучей мусора, стал наблюдать. Король долго читал. А потом вдруг как закричит: «Карету! Подайте мне немедленно карету!»

Тут начался переполох. Все забегали, засуетились. Я воспользовался моментом и покинул строительную площадку. Издали видел, как королевский кортеж пронёсся по посёлку, подняв за собой большое облако пыли. Оно ещё долго висело в воздухе, - закончил Колен.

- Думаю, теперь нам можно не опасаться Хогемов, - улыбнулся краешками губ Баракул, - утром поедем в город.

- Расскажи, как выглядит наш король. Ни разу его не видел, - полюбопытствовал Дугр.

Колен ненадолго задумался, затем сказал:

- Обыкновенный человек. Если бы не роскошное одеяние, я бы и не подумал, что это король. Старый, маленького роста. Я остановился на несколько ступеней ниже, и сразу же упал на колени, чтобы не возвышаться над ним. И ещё мне показалось, что у Леонарда нездоровый цвет лица. Думаю, он болен.

- Хватит болтать, - грубо прервал его Баракул, - давайте ужинать, пока мясо не остыло.

В Низовии не принято было обсуждать королевских особ и сыщик не любил нарушать это правило.

На следующее утро Колен запрягал коня, Баракул и Дугр уселись в тарантас. Пора было возвращаться в столицу. Но тут подошла Калиса, отвела Колена в сторонку, сказала:

- Вот, возьми. Это подарок твоей невесте. Отдашь его ей в день свадьбы, - протянула маленькую продолговатую коробочку.

- Можно посмотреть? – широко улыбнулся Колен, принимая подарок.

- Открыть скрытень с моим даром сможет только она. Тогда и посмотришь, - покачала головой старушка, - ты уж не серчай на меня, что одёжину твою забрала. Плохая она, от неё злом так и веет. Спасла я тебя.

- Спасибо, бабушка. Спасибо тебе большущее за всё, - слегка пожал её маленькую ладошку Колен.

- Да что уж там. Ступай. Дружки-то уже заждались, - сказала Калиса, и быстро пошла к избушке.

Глава 17

Возвращаться в город Колен, Дугр и Баракул решили по той же лесной просеке, которой воспользовались накануне, разыскивая посёлок строителей. От этого посёлка была ещё и другая, хорошо наезженная, широкая и многолюдная дорога, которая вела к центральным воротам города. По ней ехать не рискнули.

Подпрыгивая на кочках, тарантас медленно катился по лесу. Колен правил конём, молчал, время от времени громко вздыхал. Дугр клевал носом, долго боролся со сном и, наконец, уронив голову на грудь, ровно засопел, иногда слегка похрапывал. Баракул скучал. Улучшив момент, он перебрался к Колену, попросил подвинуться, тихо спросил:

- Ты что такой пасмурный. Какие-то проблемы?

- Вот ведь как бывает, - глухо проговорил Колен, - кафтан тот, который Калиса забрала, я у брата взял, после того, как его не стало. Не то, чтобы мне надеть нечего было, просто в память о нём. Думал, буду надевать его, и вспоминать Толена. Хотел, чтобы кафтан не давал мне успокоиться, пока не отомщу за брата, - он сделал паузу, вздохнул, тихо с надрывом продолжил, - а старушка в нём зло распознала… может быть, если бы не этот проклятый кафтан, Толен сейчас был бы жив.

Колен смолк, из его груди вырвался протяжный стон, и на несколько минут установилась тишина, нарушаемая пением лесных пташек, которые, казалось, не ведали горя.

Наконец Баракул прервал тягостное молчание:

- Не думай об этом. Ты уже ничего не можешь изменить. У каждого из нас свой, предначертанный изначально путь.

-Ты в это веришь?

-Конечно. Иначе Калиса не могла бы предсказывать будущее, - сказал Баракул и резко перевёл разговор в другое русло, - ты не передумал насчёт длинношерстов, всё ещё хочешь их купить?

- Я бы с радостью. Только денег таких сейчас нет. Осенью продам бычков, тогда посмотрим, - оживился Колен.

- Я могу тебе занять. У меня есть с собой крупная сумма, - Баракул махнул рукой в сторону скамьи, под которой был спрятан портфель.

- На каких условиях? – насторожился Колен.

Баракул слегка растерялся от его вопроса. У него и в мыслях не было наживаться за счёт Колена, а деньги он предложил только из добрых побуждений.

- Ни на каких. Просто хочу одолжить тебе, как своему другу, каковым я тебя считаю с недавних пор, некоторую сумму, в которой ты нуждаешься в данный момент. Вернёшь, когда сможешь, мне не к спеху.

- Коли так, почему нет? – обрадовался Колен, - осенью верну. Можете не сомневаться, не люблю в должниках ходить.

- Я готов ждать сколько потребуется. Осенью тебе предстоят другие расходы, ведь ты женишься, - улыбнулся Баракул.

- Это ещё посмотрим, - смутился Колен.

За беседой время шло незаметно. И вот уже вдали показался город. Скоро тарантас приблизился к полусгнившему мосту через овраг. Но Баракул на этот раз не испугался, оставался спокойным.

Когда мост остался позади, Колен вдруг сказал:

- Только расписку всё же я вам напишу. Так будет правильно.

- Ну, если для тебя это так важно, пиши, - улыбнулся Баракул.

- А давайте проедем мимо дома Хогема. Если получится, Летку заберём, ведь он всё ещё там. От него и последние новости узнаем, - предложил Колен.

- Не возражаю, - покачал головой Баракул и пересел на скрытую от посторонних глаз поднятым верхом скамью к Дугру. Тарантас въехал в город. Колен направил коня в ту его часть, где располагался вышеупомянутый дом. Он быстро отыскал нужную улицу, по бокам которой стояли огромные роскошные, похожие на дворцы дома. У одного из них путники заметили скопление людей в сине-белых мундирах королевской стражи. Тарантас двигался очень медленно и у дома Хогема, где толпились стражники, Колен натянул поводья. Конь встал.

- Не стоит нам здесь задерживаться, - строго проговорил Баракул, глядя, как из раскрытых дверей дома Хогема стражники выносят домашние вещи и утварь и складывают их во дворе в одну большую кучу.

- Что же теперь? – растерянно спросил Колен, понукая коня.

- Теперь можешь считать, что ты отомстил за брата. Скоро его убийцы будут повешены, я в этом нисколько не сомневаюсь. А мы с Дугром наконец-то спокойно продолжим своё расследование.

- Но ведь Летка там. Что будет с ним?

- Не беспокойся. Твой Летка умён и пронырлив и сумеет выбраться из затруднительного положения, если уже не выбрался, - заверил Баракул.

- С этим не поспоришь, - повеселел Колен, - тогда куда мы теперь едем?

- Давай в гостиницу…, - начал Баракул, но тут в тарантас на ходу запрыгнул какой-то смуглый, черноволосый, щуплый человек.

Поражённый его наглостью, Баракул на мгновение потерял дар речи, а когда собрался с мыслями и хотел, как следует отругать наглеца, обернулся Колен, взглянул на незнакомца, заулыбался.

- Летка! Вот радость-то какая. Тебя отпустили?

- Никто меня и не держал, - сказал Летка, с опаской посмотрел на Баракула, потом на Дугра и уселся на пол тарантаса.

- Можешь расслабиться, это мои друзья, - успокоил его Колен, - расскажи нам, что тебе известно о Хогеме. В его доме полно королевской стражи.

- Всех Хогемов арестовали ещё вчера вечером. Забрали из охотничьего клуба, - сообщил Летка.

- И дядюшку? – переспросил Колен.

- И дядюшку, и его сыновей, и племянника, - подтвердил Летка, - я сумел разговорить одного стражника и узнал, что король приказал посадить в темницу старого советника Товиста и начальника королевской стражи. Возобновлено следствие по убийству герцога Форелла, так как в нём открылись новые обстоятельства. Все причастные к убийству, скорее всего, будут подвергнуты пыткам, а после признания своей вины, понесут суровое наказание, - Летка сделал небольшую паузу, - сегодня утром, когда в дом Хогема пожаловала стража во главе с новым, только что назначенным, начальником, я незаметно ушёл. Ждал тебя, мой господин, в условленном месте. Потом пошёл на аукцион, а после решил вернуться и до вечера оставаться неподалёку от дома, знал, рано или поздно появишься.

- Кстати, один мой друг одолжил мне денег на покупку длинношерстов. Ты видел их на аукционе? – спросил Колен.

- Всех взрослых длинношерстов уже раскупили. Осталось три детёныша. Но и они, думаю, там долго не задержатся.

- Что-о-о-о?! – Колен дёрнул поводья, конь резко встал, Баракул и Дугр повалились на Летку.

Но Колен ничего не замечал.

- Надо немедленно ехать на аукцион и купить этих детёнышей! – взволнованно воскликнул он и, глядя на Баракула, потирающего ушибленное при падении колено, добавил, - а расписку я Вам позже напишу. Сейчас главное забрать маленьких длинношерстиков, пока кто-нибудь другой этого не сделал.

Аукцион занимал большую, огороженную высоким, плотным, дощатым забором территорию из-за которого виднелись крыши длинных строений для животных. Колен и Летка, захватив портфель с деньгами, скрылись за его воротами.

Вскоре Колен вернулся один, всё с тем же, но уже лёгким, почти пустым портфелем в руках.

- Фух, кой-как успели, - выдохнул он и оттёр вспотевший лоб рукавом рубашки, - там ещё какой-то господин интересовался длинношерстиками, но мы его опередили. Летка остался на аукционе. Наймёт фургон и повезёт малышей домой, - сказал Колен, передал Баракулу опустевший портфель, и продолжил, - давайте теперь заглянем ко мне на квартиру, умоемся, там я напишу расписку. А после закатимся в трактир, отметим наше успешное сотрудничество, выпьем по бокалу вина на прощание и расстанемся до лучших времён, пока я денег не подкоплю. Как вам моё предложение? – хитро прищурился Колен.

- Но по дороге заскочим ещё кое-куда. Это не займёт много времени, - сказал Баракул.

- Куда?

- В парк, который находится неподалёку от королевского дворца. Мне надо осмотреть одну скамейку, чтобы не винить себя за то, что совсем забросил расследование своего дела и, чтобы было о чём поразмыслить на ночь.

- Как скажете, - согласился Колен, только я не очень хорошо представляю, где находится этот парк.

- А вон, видишь, высокий холм из-за крыш выглядывает. Правь в его сторону.

Раскинувшийся у подножия холма большой парк не заметить было просто невозможно. Колен остановил тарантас у одного из его входов. Воспользовавшись схемой, которую дал Михель, Баракул и Дугр быстро отыскали нужную аллею. Сыщик оставил Дугра вначале аллеи, чтобы тот предупредил в случае непредвиденной опасности, а сам пошёл к скамье, на которой так любил сидеть Эбинур. Для Баракула очень важно было выяснить, зачем он это делает. По счёту четвёртая от входа скамейка ничем не отличалась от трёх предыдущих: деревянная, с удобной, украшенной по верху резьбой, высокой спинкой. Сыщик остановился, не доходя до неё несколько шагов и внимательно присмотрелся. Ничего примечательного не заметил, подошёл, ещё раз осмотрел скамью, сел на неё и стал наблюдать за противоположной стороной аллеи. Ничего такого, за что можно было зацепиться глазом.

«Неужели Эбинур просто отдыхает здесь, перед тем как отправиться во дворец, - подумал он, - ведь так приятно сидеть в тени этой старой липы». Баракул провёл ладонью по изрытой глубокими трещинами коре дерева, которое стояло сзади, вплотную к скамье, и вдруг на мгновение замер в предвкушении важного открытия. Его пальцы нащупали что-то в углублении между корой и стволом. Оно находилось чуть ниже спинки, и из-за этого не было заметно постороннему глазу. Баракул осторожно вынул из углубления маленький, скрученный в тонкую трубочку, листок бумаги, медленно развернул его. Это было короткое послание, торопливо написанное женской рукой:

« Погода плохая. Солнце, как и вчера, палит нестерпимо. Не приближайся к моему гнёздышку, берегись, рискуешь обжечься. Скучаю по тебе, голубок мой ненаглядный. Завтра сама постараюсь навестить тебя. Жди после полудня.

Твоя златокрылая ласточка».

Снизу были дописаны две тесно переплетённые между собой, витиеватые буквы «Э».

Прочитав записку, Баракул улыбнулся, свернул её так же, как была, и положил на место. Затем он встал со скамьи и быстро зашагал по аллее.

- Планы меняются! – объявил сыщик, когда они с Дугром вернулись в тарантас к ожидающему их Колену, - в тайнике у скамьи я нашёл записку, в которой Эмилия предупреждает Эбинура о том, что король во дворце и не велит своему любовнику навещать её. Причём использует для этого иносказательную форму. - Баракул усмехнулся, - как дети, право. Не могли подобрать для связи более секретный шифр. А те две буквы, приписанные снизу и означающие их имена? – Он коротко хохотнул, - неопровержимое доказательство их связи, что нам очень на руку.

- И что из того? Почему из-за какой-то записки мы не можем хоть на полчаса заглянуть в трактир? – скорчил недовольную гримасу Колен. – Мы ничего не ели с самого утра, а дело уже идёт к вечеру. Не помешало бы хорошенько подкрепиться.

- Ты прав. Дело идёт к вечеру, - Баракул достал из кармана часы, они показывали начало шестого. - До половины девятого, когда Эбинур появится в парке у нас не так уж много времени. Впрочем, ты-то, как раз, скоро поужинаешь. Подвези нас с Дугром к конторе моего приятеля Михеля. У него, если не передумал, напишешь расписку. Ведь чтобы документ имел силу, кроме нас с тобой на нем должны поставить свою подпись ещё два свидетеля, коими будут Дугр и Михель. А заодно я попрошу, чтобы Михель помог нам. Надо действовать сегодня, пока записка лежит в тайнике и на неё можно подловить Эбинура. Пригрозим разоблачением его с Эмилией связи перед королём. Надеюсь, что молодой человек не настолько глуп, понимает, что за такое ему грозит в лучшем случае виселица и отдаст нам шкатулку или хотя бы скажет, что с ней стало.

- Но мы же не собираемся на самом деле выдавать его и Эмилию королю Леонарду? – встревожился Дугр.

- Разумеется, нет. Нам нужна шкатулка, а шантаж – хороший способ заполучить её, - улыбнулся Баракул.

- Где эта ваша контора, куда править? – невесело спросил Колен. Он был очень голоден и от этого в плохом настроении.

- Выезжай на улицу, где расположен трактир, а там я покажу, - распорядился Баракул.

Минут через двадцать тарантас остановился напротив статуи молодой женщины со змеекотом.

- Ждите здесь. Сначала я сам договорюсь обо всём с Михелем, потом позову вас, - сказал Баракул и вскоре исчез за углом здания, в котором находилось сыскное агентство Михеля. Не прошло и пяти минут, как он вернулся.

- Ничего не выйдет. Михель отказался нам помогать. Он струсил, ведь дело касается королевы. А тут ещё из-за Хогемов весь город взбудоражен, - огорчённо проговорил сыщик, - о расписке я даже спрашивать не стал.

- И кто теперь её подпишет? – вопросительно уставился на него Колен.

- Никто. Обойдёмся без расписки. Мы знакомы не так давно, но я успел не раз убедиться, что ты – честный человек. Твоего слова мне более чем достаточно, иначе я не предложил бы тебе такую сумму, - сказал Баракул и снова посмотрел на часы.

- Тогда даю Вам своё слово, что верну долг не позже, чем через год.

- Вот и отлично, - сказал Баракул и нахмурился, - но как быть с Эбинуром? Я надеялся, что помощники Михеля доставят его вместе с запиской в контору и там я смогу с ним побеседовать. А теперь…, - сыщик тяжело вздохнул, - невозможно найти другое подходящее место для разговора за такое короткое время. Не в гостиницу же его тащить…

- А если отложить разговор до завтра? – предложил Дугр.

- Но вероятность того, что завтра в тайнике будет лежать ещё одно послание от королевы, ничтожна, и мы ничего не сможем предъявить Эбинуру, - Баракул был мрачнее тучи. Ещё полчаса назад завершение поиска шкатулки ему казалось таким близким. Теперь же всё рушилось. Не ожидал он такого от Михеля. Сыщик погрузился в раздумье, лихорадочно искал выход из создавшегося положения.

- Давайте отвезём вашего воришку ко мне на квартиру. И там, уж я вам обещаю, припугну его хорошенько. Он не только про какую-то шкатулку, даже про то, что давно забыл, вспомнит, - прервал его раздумья Колен.

- Пожалуй, такой вариант приемлем, - поднял на него глаза Баракул, - но дело слишком опасно. Ты осознаёшь, что можешь навлечь на себя серьёзные неприятности?

- Вы как будто всё ещё не доверяете мне, - обиделся Колен, - а я уж было подумал, что мы и впрямь друзья, особенно после того, как…

- Можешь не продолжать, - перебил Баракул, - времени у нас осталось совсем не много и будет лучше, если мы потратим его на подготовку этой не совсем законной операции. И, если всё пройдёт гладко, то я надеюсь, сегодня ночью, а самое позднее завтра утром шкатулка будет у нас.

Ровно в половине девятого вечера по аллее парка лёгкой походкой двигался высокий, стройный, с копной густых волнистых волос и мечтательным выражением лица, молодой человек в красном мундире. Он подошёл к скамье, за которой Баракул обнаружил тайник, посмотрел по сторонам, сел, закинул руку за спинку и вынул записку.

Когда Эбинур развернул послание Эмилии и собирался прочесть его, из-за липы вывернул Баракул, сзади неслышно приблизился к скамье и выхватил записку из рук несчастного любовника.

Тот поднял голову, увидал Баракула, дрожащим голосом проговорил:

- Кто Вы? Верните мне письмо. Оно принадлежит не Вам.

- Верну, но не сейчас, - снисходительно улыбнулся Баракул.

Тем временем спереди к Эбинуру подошёл Дугр, прятавшийся за одним из соседних деревьев.

- Пройдёмте с нами. И я обещаю, что если Вы не будете упираться и сразу поделитесь интересующей нас информацией, то через каких-нибудь пару часов будете пить чай у себя дома, - сыщик свернул записку и положил себе в карман.

Затем Баракул и Дугр подхватили Эбинура под руки, и повели по аллее. Со стороны казалось, что три закадычных приятеля не спеша прогуливаются по парку, любуясь его красотами. Они дошли до конца аллеи, свернули на тротуар, ведущий к выходу. Вдруг Эбинур резко рванулся вперёд, высвободился и побежал. Баракул устремился за ним. Дугр сразу сильно отстал. Молодой человек оказался неплохим бегуном. Баракулу не удавалось его настичь. Эбинур выскочил через открытые высокие кованые ворота парка за его пределы. Ещё несколько минут, и он окажется на многолюдной улице и затеряется в толпе. Баракул напряг оставшиеся силы, ускорился. Но молодой человек, почувствовав свободу, мчался так быстро, что догнать его было невозможно. В этот момент сбоку, с той стороны, где стоял тарантас, выскочил Колен, подставил ножку и Эбинур растянулся на земле.

Когда подбежал Баракул, Колен, оскалившись в злорадной улыбке, держал Эбинура за шиворот, будто куль с мукой.

- Если бы не ты…, упустили бы…, - тяжело дыша, проговорил Баракул, - не ожидал я от него такой прыти.

- От меня не ушёл бы, - засмеялся Колен.

- Тащи его в тарантас, - немного отдышавшись, распорядился Баракул и, обращаясь к Эбинуру, добавил, - советую Вам быть более покладистым. Для Вашей же пользы.

Глава 18

Баракул сидел за столом напротив привязанного к стулу Эбинура. Колена и Дугра, не смотря на бурные протесты, сыщик отправил в столовую пить чай, дабы те не мешали ему работать. В комнате стояла полная тишина. Баракул впился взглядом в лицо Эбинура, пытаясь заглянуть в самые потаённые уголки его души, разгадать его намерения и мысли. Не выдержав испепеляющего взгляда, Эбинур тихо пролепетал:

- Что всё это значит? Зачем Вы меня сюда привезли?

- Ответишь на один простой вопрос, и ты свободен, - продолжал сверлить его взглядом Баракул, - мне нужна шкатулка. Только и всего. Где она?

- Не понимаю. Какая ещё шкатулка и при чём здесь я?

- Маленькая, обтянутая синим бархатом шкатулочка, которую ты похитил в трактире «У старого дуба», - резко проговорил Баракул.

Эбинур поднял на него свои большие, тёмные, бархатистые глаза и, не выдержав неприятного взгляда Баракула, тут же опустил их:

- Я не посещаю трактиров, особенно столичных, не брал никакую шкатулку. На что она мне? Скажите хотя бы, что в ней. Может быть, тогда смогу помочь Вам.

- Что ж, если ты ничего о ней не знаешь, придётся передать королю послание, написанное рукой королевы, которое лежало в тайнике. Надеюсь, тебе не требуется подробно разъяснять, что ждёт вас обоих после этого? – Баракул помахал в воздухе измятой запиской.

Молодой человек напрягся, какое-то время сидел молча, потом взволнованным голосом проговорил:

- Я могу дать Вам деньги. Много денег, хватит на любую самую дорогую шкатулку.

- Заманчивое предложение, - улыбнулся Баракул, - но мне нужна только та маленькая шкатулочка. Никакая другая не может её заменить. Ведь она у тебя, не так ли? Или ты отдал шкатулку Эмилии? Сознайся, и я обещаю, останешься цел и невредим.

- Не называйте это имя! – вдруг вскрикнул молодой человек, - не смешивайте его с грязью! Эмилия невинна, как дитя! – Эбинур поник и тихо продолжил, - я буду делать всё, что прикажете, отдам всё, что у меня есть, если вам нужно, пытайте, мучайте, терзайте меня, заберите мою жизнь. Но не причиняйте зла Эмилии, - он перешёл на шёпот, - заклинаю Вас. Не губите Эмилию. Она не должна страдать…, я люблю её больше жизни.

- Больше жизни, говоришь, - нахмурился Баракул, - а ничего, что она чужая жена, да и не чья-нибудь, а самого короля? Рано или поздно Леонард узнает о Вашей связи. Ты подумал, что тогда будет с вами обоими?!

- Вы ничего не знаете, - поднял наполненные слезами глаза Эбинур, - Эмилия была моей невестой. Мы собирались пожениться. Но случилось так, что незадолго до свадьбы её увидел король. Эмилия прекрасна. Перед её красотой не может устоять никто и он не устоял. Эмилия подчинилась воле Леонарда и вышла за него. Я не находил себе места. Чтобы забыть её, уехал из столицы, намереваясь никогда не возвращаться. Прошёл год. Отец, не посоветовавшись со мной, купил мне право носить красный мундир. Ослушаться его и лишиться ещё и семьи я не решился и возвратился в Мирад. И мы с Эмилией встретились снова. Новое, ещё более глубокое и сильное чувство захватило нас в тот же миг. Это продолжается уже полгода. Мы тайно встречаемся почти каждую ночь. Я не смогу существовать без неё, без её прекрасных глаз, её дивного голоса, её ласковых прикосновений. Я скучаю по ней всегда, и живу только ради наших встреч, - слёзы градом хлынули из глаз Эбинура.

- Раз уж на то пошло, это твоё личное дело, - мягко, с нотками сочувствия в голосе произнёс Баракул, - мы отклонились от главного. Скажи, как давно ты покидал столицу? Может быть ненадолго, всего на несколько дней.

- Не помню. Какое это имеет значение, - всхлипывая, отозвался Эбинур, - кажется осенью, ещё до того, как мы с Эмилией…

- Пообещай, что никому не расскажешь о нашем разговоре, и мы отвезём тебя домой.

- Обещаю, - безразличным тоном промолвил Эбинур, - а как же письмо, Вы отдадите его мне?

- Нет. Оно останется у меня на тот случай, если тебе вздумается выкинуть какую-нибудь глупость, - сказал Баракул и позвал друзей. Когда Колен и Дугр вошли в комнату, он сообщил, - молодой человек ничего не знает о шкатулке. Наденьте ему на голову тот же мешок, в котором везли сюда и ведите в тарантас. Чтобы с ним ничего не случилось, доставим юношу домой.

- Ничего не знает, или прикидывается? – Колен подошёл к Эбинуру и сильно пихнул его в грудь, - рассказывай всё, что нужно господину Баракулу, или я принесу с кухни нож и отрежу тебе ухо!

- Прекрати немедленно! – сердито сверкнул глазами на него Баракул. – Я же сказал, что мы сейчас же отвезём молодого человека домой целого и невредимого!

Колен нехотя повиновался.

Стояла глубокая ночь, когда высадив Эбинура неподалёку от его дома, тарантас остановился у гостиницы «Эдельвейс». Баракул и Дугр собирались переночевать в гостинице и утром отбыть из города. Они тепло распрощались с Коленом, который в отличие от них намеревался задержаться в столице на некоторое время, дождаться приговора и его исполнения над Хогемами.

- Вот же болван, - сказал Баракул глядя вслед удаляющемуся тарантасу, - он назвал моё имя при Эбинуре.

- Вы думаете, что Эбинур каким-то образом захочет отомстить нам за сегодняшнее? – насторожился Дугр.

- Возможно. Но, надеюсь, что мы успеем покинуть город раньше, чем ему это удастся.

- А как же шкатулка?

- Мы потерпели неудачу, но не поражение. Есть ещё один молодой человек, который носит красный мундир. Он живёт в Хвойной долине. Подумаем об этом позже, на свежую голову. А сейчас нам надо хорошенько выспаться перед дальней дорогой. И завтра, полагаю, не позже полудня ноги нашей здесь не будет, - сказал Баракул и громко зевнул.

Но он ошибался. На следующий день, когда всё было готово к отъезду, и Дугр подогнал к парадному входу в гостиницу экипаж, а Баракул вышел из двери со своей большой дорожной сумкой в руках, часы показывали без четверти три.

- Господин Баракул?! – окликнули сыщика два господина в строгих костюмах.

- Да, это я. А в чём, собственно, дело? – остановился Баракул.

- Пройдёмте с нами, - один из незнакомцев раскрыл ладонь, в которой блеснул в солнечных лучах массивный золотой перстень с королевской печатью.

- Секундочку, - Баракул подошёл к экипажу, громко сказал, обращаясь к Дугру, - дружище, позаботься о моей сумке и тихо добавил, - езжай к Колену. Ждите меня до вечера. Если не появлюсь, оба убирайтесь из города, - потом снова заговорил громко, - ах да, чуть не забыл о деньгах. Вот, возьми, этого на первое время хватит, - сыщик вытащил из кармана свою коричневую записную книжку и торопливо сунул её в руки Дугру, повернулся к господам, ослепил их своей улыбкой и последовал за ними.

За углом гостиницы стояла сине-белая карета королевской стражи, которая быстро доставила их во дворец.

Сопровождавшие Баракула господа, привели его в огромный зал, где в ожидании аудиенции с королём толпилась разношёрстная публика. Одни, желая воспользоваться появлением короля Леонарда в столице, спешили уладить какие-то свои срочные неотложные дела, другие были вызваны во дворец и робко жались по углам, с трепетом ожидая встречи с королём. И те и другие знали, что король очень разгневан недавно вскрывшимися фактами убийства герцога Форелла и надеялись, что их это не коснётся. Баракул относил себя ко вторым и был не на шутку встревожен.

Но его не оставили в шумном зале ожидания, подвели к двери по бокам от которой не шевелясь, будто оловянные солдатики, стояли два стража в сине-белых мундирах. Впрочем, такие стражи несли свой пост у каждой двери дворца и везде спутники Баракула показывали стражникам перстень с королевской печатью, после чего все двери перед ними раскрывались.

Баракул и его конвоиры миновали просторное богато убранное помещение, потом ещё несколько, наконец, остановились у высокой, белой, украшенной золотыми узорами двери.

Откуда-то сбоку неслышно вынырнула строгая, пожилая дама, окинула Баракула цепким взглядом и скрылась за дверью. Через минуту приоткрыла её, торжественно объявила:

- Её королевское величество ожидают Вас!

Вместе с дамой и конвоирами Баракул вошёл в покои королевы. Она сидела на высоком кресле у окна с маленькой собачкой на коленях. Когда они вошли, Эмилия повернула голову в их сторону и приятным, мелодичным голосом проговорила:

- Оставьте нас одних.

Все, кроме Баракула тут же удалились. А он даже не заметил этого, не мог оторвать взгляда от королевы - молодой, почти юной женщины, наделённой редкостной красотой. Она была так прекрасна, что затмевала блеск золота и драгоценных камней, обильно осыпавших стены.

Густые светлые, сияющие в проникающих через окно солнечных лучах, волосы волнами спускались по её спине. Гордая осанка, округлые плечи и грудь, окаймлённые воздушным белым платьем, высокий гладкий лоб, алые полуоткрытые губы, через которые виднелись жемчужные зубы, всё в ней было совершенно и восхитительно. Но самое главное – глаза. Они походили на два огромных, бездонных, синих озера, в которых невозможно было не потонуть.

Баракула охватило сильное волнение, сердце бешено колотилось, лицо и уши пылали. Эмилия слегка склонив головку на бок, улыбаясь, наблюдала за ним. Она очень хорошо знала, какой эффект производит на мужчин и наслаждалась, глядя, как ослеплённые её красотой они превращались в безвольных истуканов.

- Господин Баракул? – наконец прервала неловкую для Баракула паузу королева.

- К Вашим услугам, - низко склонил голову он.

- Я бы хотела поговорить с Вами начистоту. Обещайте, что всё, что будет сказано, останется в этих стенах, - своими удивительными глазами Эмилия обвела роскошные покои.

- Я даю Вам слово.

- Этого достаточно, - удовлетворённо кивнула королева и погладила собачку, которая уставилась на Баракула походившими на чёрные бусинки глазами. - Один мой знакомый поведал, что у Вас находится письмо, не принадлежащее Вам. Это правда?

- Да.

- Оно при Вас? – взгляд Эмилии вдруг стал холодным, а голос звонким и твёрдым, как сталь.

- Это было бы непредусмотрительно, носить его с собой, - ответил Баракул, - Ваши люди очень тщательно обыскали меня, прежде чем пропустить во дворец и, если бы письмо было со мной…, - собираясь с мыслями, Баракул запнулся. Самообладание постепенно возвращалось к нему, - оно могло оказаться в руках Вашего дражайшего супруга.

- А Вы не хотите этого? – улыбнулась Эмилия.

- Я ни в коем случае не желаю причинить Вам зло, - смиренно проговорил Баракул.

- Тогда будем считать, что с письмом мы разобрались. Уничтожьте его и навсегда забудем об этом небольшом недоразумении, - смягчилась королева, на некоторое время смолкла, о чём-то размышляя. Затем снова пристально посмотрела на Баракула, и его, как будто, обдало холодом, - но, если даже письмо случайно попадёт в руки моего мужа, то я сумею убедить его, что это происки недоброжелателей, которые будут строго наказаны.

- Нисколько не сомневаюсь, - после её ледяного взгляда красота и чары Эмилии перестали действовать на Баракула. Его голова заработала чётко. Он понял, что королева коварна и расчётлива.

- Что за шкатулку Вы разыскиваете? – продолжила Эмилия более доброжелательным тоном.

- Прошу меня извинить, но это государственная тайна. Я не могу посвятить Вас в неё, для Вашей же безопасности. К тому же мне и самому не известно, что лежит внутри шкатулки.

- Кажется, я понимаю Вас, - нахмурилась Эмилия, - то, что Вы ищете, касается герцога Форелла? Неужели мой знакомый тоже как-то причастен к делу?

- Прежде чем ответить на Ваш вопрос, разрешите задать Вам свой.

- Я слушаю.

- Покидал ли столицу Ваш знакомый примерно месяц назад хотя бы на два-три дня?

- Нет. Он уже давно никуда не выезжает, - тряхнула головкой Эмилия и её волосы чудесным золотистым каскадом рассыпались по плечам.

- Тогда я могу Вас заверить, что он не имеет никакого отношения к шкатулке. Все мои подозрения насчёт него ошибочны.

- Рада была познакомиться. Надеюсь, что в Вашем лице приобрела преданного друга, - нежным голоском проговорила Эмилия и вновь погладила собачку.

Баракул склонился в низком поклоне, попятился к двери, у которой остановился и сказал:

- Прежде чем покинуть Вас, хочу предупредить, - сыщик сделал паузу, наблюдая за королевой. Эмилия вопросительно приподняла бровки, и он продолжил, - Ваш знакомый слишком болтлив. Если он расскажет о моём с ним разговоре ещё кому-нибудь кроме Вас, то не известно во что это выльется для нас с Вами.

- Пожалуй, я прислушаюсь к Вашему совету, - задумчиво проговорила королева. – Сегодня же отправлю его с поручением куда-нибудь подальше. Признаться, он мне немного наскучил, - с полным безразличием вымолвила она.

- Это мудрое решение. Я восхищён не только Вашей красотой, но и умом, - рассыпался в комплиментах Баракул. За что Эмилия одарила его завораживающей улыбкой. На этом их беседа закончилась.

Конвоиры, ожидавшие сыщика за дверью, проводили его за дворцовые ворота. Баракул нанял извозчика и быстро добрался до квартиры Колена, у которой он обнаружил Дугра, спящего в кабинке экипажа. Колена дома не было.

- Господин Баракул! – радостно воскликнул Дугр, - А я уж и не надеялся увидеть Вас так скоро. Что хотел от Вас король?

- Я беседовал не с ним, а с королевой. Ты даже представить себе не можешь, как она красива. Но, к сожалению, холодна и надменна. Эмилия не способна любить никого, кроме себя самой. Мне очень жаль пылающего к ней страстью юношу. Эбинур стоит на краю пропасти и мне пришлось позаботиться, чтобы он не потащил нас за собой, - Баракул уселся на удобный мягкий диван экипажа, с облегчением вздохнул, - но хватит разглагольствовать. Нам пора ехать.

Дугр собрался занять место возницы, открыл дверь кабинки экипажа, чтобы выбраться из неё и нос к носу столкнулся с Коленом.

- Давно меня ждёте? Что-то случилось? – дыхнул перегаром в лицо Дугра он, - а я в трактире немного засиделся.

- Да тут, э…, - начал было Дугр.

Но из-за его спины выглянул Баракул и быстро проговорил:

- Я забыл тебе оставить свой адрес, - торопливо вытащил из кармана визитную карточку, протянул её Колену, - смотри не потеряй.

О своей беседе с королевой он ничего не сказал.

Полчаса спустя, несмотря на то, что уже близился вечер, Баракул и Дугр покинули Мирад, чему оба были несказанно рады.

Глава 19

Дорога до Ростона прошла без приключений, если не считать той неприятности, когда на широкую обочину, погреться на солнышке, выполз болотный ящер. Лошади испугались, шарахнулись в сторону. Экипаж чуть было не перевернулся, и только благодаря быстрой реакции и умелым действиям Дугра, опрокидывания удалось избежать.

В трактире «У старого дуба» не останавливались, так как проезжали мимо него в середине дня, и никакой нужды в этом не было. За всю дорогу сделали несколько коротких остановок, чтобы накормить лошадей, поэтому дорога заняла вместо положенных пяти, четверо не полных суток.

После шумной столицы Ростон показался очень милым и уютным городком, коим он и являлся на самом деле.

Солнце клонилось к закату, когда Дугр проехал по улице Садовой и остановил экипаж у запертой калитки в, уже покрывшийся незрелыми плодами, такой родной для Баракула сад.

- Ну, вот мы и дома! – радостно воскликнул сыщик, принимая из рук Дугра свою большую дорожную сумку, которую тот вытащил из багажного ящика, расположенного позади кабинки экипажа.

- Угу, - пробурчал Дугр, глядя куда-то в сторону.

- Если тебе негде остановиться, ночуй у меня, - предложил Баракул. Он недоумевал, отчего Дугр хмурится, и вовсе не рад завершению не слишком приятного путешествия.

- Я хочу Вас попросить, - неуверенно начал Дугр на мгновение запнулся, потом набравшись смелости, продолжил, - не рассказывайте Валесу Венде о том, как я вляпался в столице в историю с Хогемами.

- Я и не собирался, - улыбнулся краешками губ Баракул, - больше того. Мне бы не хотелось в разговоре с Венде касаться не только Хогемов, но и его жены и дочери, а также броши Лерома, которую, как мы условились, ты хранишь у себя. Это не мои заботы, я должен отыскать шкатулку и ни на что другое отвлекаться, не намерен.

- Понял Вас, - кивнул Дугр, - я всё улажу. И спасибо, что напомнили про брошь. Я положил её в потайной карман сюртука и совсем забыл об этом.

- Передай Венде, что я прибуду к нему с отчётом о расследовании, скажем…, - Баракул ненадолго задумался, - после завтра утром. День мне потребуется на то, чтобы привести себя и свои мысли в порядок.

- Мы будем ждать Вас, - отъезжая, помахал рукой воспрянувший духом Дугр.

Вернувшись домой, первое, что сделал Баракул, это вынул из своей коричневой записной книжки, которая во время его пребывания во дворце, спокойно отлёживалась в кармане дорожного костюма Дугра, послание Эмилии и спрятал его в потайной сейф.

Следующий день пролетел незаметно. И вот, ранним утром во вторник, а это был именно он, Баракул отправился в поместье Валеса Венде, чтобы потом, если Венде прикажет продолжать расследование, сразу, не теряя времени двинуться в Хвойную долину, где жил ещё один молодой человек в красном мундире.

Баракул нанял экипаж, который обычно нанимал для дальних поездок. Его устраивало, что возница был тугой на ухо, в поездках не донимал вопросами и разговорами, не интересовался делами, но хорошо смотрел за лошадьми и экипажем, и у Баракула не возникало с этим никаких проблем.

Когда сыщик подкатил к особняку Валеса Венде, тот только что закончил завтрак и направлялся во флигель, чтобы обсудить с Дугром кой-какие дела, касающиеся расходов на содержание чистокровных скакунов. Венде тепло встретил Баракула, предложил завтрак, но тот отказался, после чего они вместе проследовали во флигель, где за столом, на своём любимом месте уже сидел Дугр и изучал журнал с учётными записями. Баракул сразу заметил, что Дугр ещё не восстановился после трудной поездки и выглядел разбитым и уставшим, не походил на того энергичного, быстрого и уверенного человека, каким увидел его сыщик впервые. Видимо, пережитые события и возраст давали о себе знать и брать Дугра в новую поездку не следовало.

Баракул кратко обрисовал Валесу Венде общую картину расследования. Заканчивая, он сказал:

- Если Вы не возражаете, я сейчас же отправлюсь в Хвойную долину и побеседую с нашим последним подозреваемым.

- Ну что ж, мне кажется, Вы на верном пути. Надеюсь, что Ваши старания, чего мы все желаем, скоро увенчаются успехом, - отозвался Венде и, немного подумав, спросил, - Вы бывали в Хвойной долине прежде?

- Нет. Не доводилось.

- Тогда я, считаю своим долгом, поделиться сведениями, которыми располагаю. Это не займёт много времени, но может пригодиться в поездке, - сказал Валес, поднявшись со стула, подошёл к окну, устремил взор вдаль и продолжил, - Хвойная долина – единственное место во всей Низовии, где произрастают деревья хвойных пород. Лесной массив занимает довольно большую территорию, причём часть его относится к соседнему с нами королевству Рудирика. Надо сказать, это удивительно красивый уголок природы, - говорил Валес и продолжал смотреть в окно, как будто прямо за ним произрастал лес, о котором он рассказывал. – В долине проживает несколько очень состоятельных семей. Они владеют большими участками леса, которые стоят баснословных денег. Дорога, по которой Вы поедете, будет проходить через крошечный городок под названием Пиоп. Он расположен у самой границы и в нём останавливаются все проезжающие с той и другой стороны. Кстати, там много приличных заведений, где Вы сможете перекусить, - Венде бросил мимолётный взгляд на Баракула, - потом свернёте в сторону леса, углубитесь в него и с помощью указателей найдёте нужное Вам владение. Как, говорите, зовут подозреваемого?

- Эрл Шоль.

- Видимо, это отпрыск могущественного Шоля, который сколотил огромное состояние не слишком праведным путём. Ходили слухи, что он отнял имущество и все вложения в одно общее начинание у своего близкого друга и компаньона. Хотя это было давно и к нашему делу не относится. Но, всё же, будьте осторожны, - предупредил Венде.

- Я поеду с Вами, – поднялся со своего места Дугр.

- В этом нет никакой необходимости, - возразил Баракул, - я вижу, что у Вас и здесь накопилось немало дел. А для меня поездка в Хвойную долину всего лишь приятная прогулка, не более. Задам пару вопросов Эрлу Шолю и вернусь сюда.

- Вы уверены, что моя помощь не понадобится? – переспросил Дугр.

- Абсолютно, - спокойно, но твёрдо проговорил сыщик и направился к двери.

- Господин Баракул! – окликнул его Венде, - чуть не забыл Вам сказать. В Хвойной долине проживает великий маг Фористель, у которого я заказал эликсир для короля. У него не много земель, но огромный особняк в живописном месте.

- Вот как! – обернулся сыщик, - случайное совпадение…, или между моим подозреваемым и магом существует какая-то связь? – он на секунду задумался и продолжил, - сначала, как и планировал, побеседую с Эрлом. Возможно, что Фористель тут ни при чём.

Лошади бежали резво, и спустя пять часов экипаж Баракула достиг Пиопа. Он оказался настолько мал, что и городом-то назвать этот населённый пункт было нельзя. Не останавливаясь, экипаж обогнул Пиоп и углубился в лес. Высокие стройные сосны и другие хвойные деревья, названия которых сыщику были неизвестны, с обеих сторон плотно обступали дорогу. Баракул раскрыл все окна и с удовольствием вдыхал насыщенный свежестью, лесной воздух, которого было так много, что у Баракула на мгновение закружилась голова. Где-то неподалёку громко стучал дятел. Иногда раздавались другие непонятные шорохи и звуки. Но Баракула это не пугало, он привык опасаться людей, знал, что звери без причины на человека не нападают.

Вот экипаж проехал мимо отворота к дому Фористеля, о чём извещал указатель в виде стрелки и надпись на нём. Через определённое время попались ещё несколько указателей и Баракул внимательно следил, чтобы не пропустить нужный.

Когда он прочёл надпись: «Владения семьи Шолей», то скомандовал кучеру сворачивать по стрелке влево.

Скоро дорога стала расширяться, лес поредел, и впереди за деревьями показались строения. Никаких изгородей и ворот не встретилось. Баракул велел вознице остановиться. Хотелось немного пройтись пешком, размяться и мысленно подготовиться к беседе. Он сделал несколько десятков шагов, и вдруг заметил, что навстречу двигается довольно молодой человек в чёрной одежде. Когда незнакомец приблизился, сыщик спросил:

- Не подскажете, как мне найти Эрла Шоля?

- Это я. А Вы кто?

- Меня зовут Баракул. Извините за нескромный вопрос, почему Вы не носите свой красный мундир?

- Я в трауре. У меня недавно умер отец, - печально проговорил Эрл.

- Сочувствую Вашему горю, - тихо отозвался Баракул, рассматривая молодого человека.

Он был среднего роста, очень строен, а в своём чёрном облегающем костюме Эрл казался чересчур худым. Очень бледное, слегка вытянутое лицо, острый нос, тонкие бледные губы, зачёсанные на бок неопределённого цвета волосы и бесцветные, глубоко посаженные глаза, которые настороженно и недобро смотрели на Баракула из-под тонких светлых бровей.

- Так зачем я Вам понадобился? – прервал молчание Эрл.

- Видите ли, я располагаю сведениями, что свидетелем преступления, которое я расследую, стал человек в красном мундире, - слукавил Баракул.

- Вы зря тратите время, я не видел никакого преступления, - резко проговорил Эрл.

- Да, но возможно, вы и сами не заметили этого, - улыбнулся Баракул, - скажите, как давно Вы покидали Хвойную долину?

- Я никуда не отлучался с того момента, как заболел мой отец, - уверенно заявил Эрл, - то есть с того самого времени, когда его состояние резко ухудшилось. А это случилось три месяца назад.

Баракул продолжал пристально смотреть на молодого человека и тот, смутившись, добавил:

- Если не верите мне, спросите у моей невесты. Вон она едет, и я шёл, чтобы встретить её, - Эрл махнул рукой вперёд. – Не буду мешать вашему разговору. Передайте, что я жду её дома, - он резко повернулся и быстро пошёл назад.

Тем временем напротив Баракула остановился розовый экипаж, очень похожий на тот, который они с Дугром не так давно, по дороге в трактир «У старого дуба» вытащили из грязи. Через минуту его дверца распахнулась и из него появилась девушка в голубом, под цвет глаз платье с кружевным зонтиком в руках.

- Альма?! – опешил от неожиданности Баракул. – Не верю своим глазам! Неужели Эрл Шоль Ваш жених?

- Да, - улыбнулась Альма, - а что привело сюда Вас, господин Баракул? Надеюсь, не то происшествие на дороге? Вы ничего не рассказали Эрлу? – забеспокоилась она.

- Я приехал, чтобы задать Вашему жениху несколько вопросов по делу, которое расследую.

- Эрл не делал ничего плохого! Он очень порядочный человек! – вспылила Альма.

- Надеюсь, что это так, - не стал спорить Баракул, хотя ему самому Шоль показался заносчивым и злобным.

- Извините меня, - виновато опустила глаза Альма, - я просто очень за него волнуюсь. Эрл ещё не оправился после смерти отца и…, - девушка готова была расплакаться.

- Я вовсе ни в чём его не обвиняю, - попытался успокоить её Баракул, - скажите, Вы помните, когда Эрл последний раз покидал Хвойную долину?

- С тех пор, как слёг его отец он никуда не отлучался, - тут же проговорила Альма, и неуверенно добавила, - иногда Эрл ездит в Пиоп, навестить друзей.

- И как надолго он там остаётся? – насторожился Баракул.

- Не знаю…, - слегка растерялась девушка, но быстро нашлась, - к ночи он всегда возвращается домой. Это я знаю точно, ведь мы видимся каждый вечер, - сказала она и зарделась.

- Ну что ж, желаю вам с Эрлом долгой счастливой семейной жизни.

- Из-за кончины его отца, мы отложили свадьбу. Он не дожил до неё, не смотря на усилия лучших лекарей Низовии, - печально вздохнула Альма.

- Великий маг и алхимик Фористель тоже лечил его? – поинтересовался Баракул.

- Только благодаря его волшебным снадобьям отец Эрла прожилпоследние три месяца.

- Ваш жених знаком с Фористелем?

- Конечно. А как же иначе? – глаза Альмы вновь наполнились слезами, - Эрл очень внимательный. Он заботился об отце до последней минуты его жизни, - девушка смолкла, задумалась, потом решительно продолжила, - знаете, я никому этого не говорила, но Вам скажу. Мои родители часто ссорятся. Кажется, у отца есть другая женщина. Уже давно. И им нет никакого дела до меня. Если бы не Эрл, не представляю, что бы было со мной. Я…, я…

- Не стоит так волноваться. Всё будет хорошо. Прощайте, - тихо сказал Баракул и быстро зашагал к своему экипажу.

Как он и обещал, на обратном пути заехал в поместье Венде, чтобы поделиться результатами поездки. Был поздний вечер, но Валес Венде и Дугр не спали, ожидая сыщика.

- Прежде, чем начать расспросы, хочу предложить Вам ужин, - сказал Венде, когда сопровождаемый слугой, Баракул вошёл в кабинет.

- Не откажусь. С раннего утра ничего не ел и очень голоден.

- Почему же Вы не воспользовались моим советом и не заехали в Пиоп?

- Сначала торопился туда, потом – назад.

Венде приказал слуге принести еду для Баракула и прохладительные напитки для себя и Дугра прямо в кабинет, что было быстро исполнено.

Насытившись, Баракул в двух словах пересказал свой разговор с Эрлом и его невестой.

- Я не очень-то доверяю Шолю. Мне показалось, что при нашей встрече он сильно нервничал. Но скромной и застенчивой Альме, которая, по моему мнению, не способна на ложь, не верить не могу. Ты помнишь ту милую девушку в розовом экипаже? – сыщик бросил взгляд на Дугра. – Она и есть невеста Шоля.

- Она наивна, как дитя, - улыбнулся Дугр.

- Так вот Альма утверждает, что в то время, когда была совершена кража, Эрл находился в Хвойной долине. Следовательно, похитить шкатулку он не мог.

- Но как же так?! – возмущённо воскликнул Дугр, - Вы проверили всех молодых людей в красных мундирах и выяснили, что никто из них шкатулку не крал. Кто же тогда потерял пуговицу?

- Могу предположить, что вор оказался очень находчив и подбросил эту улику, чтобы пустить нас по ложному следу.

- Всё кончено. Больше надеяться не на что. Впрочем, я с самого начала не верил в успех, - обречённо проговорил Венде, - король хватится эликсира не сегодня, так завтра, не получив его, придёт в ярость и не пощадит меня.

- Не Вас одного, - вставил своё слово Баракул. – Мы с Дугром «засветились» в столице, и я уверен, так же не избежим строгого наказания, - сыщик подошёл к раскрытому окну, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Ночь была душной и тихой, как перед грозой. Баракул оставался спокойным и беспристрастным, словно собственное будущее мало волновало его. В ночной тишине твёрдо и убедительно прозвучали его слова:

- Но пока король занят своими делами, и у нас ещё есть немного времени, я не собираюсь сдаваться.

- Что же Вы намерены предпринять? – спросил Венде.

- Я должен поговорить с Фористелем. Без Вашего ведома делать этого не стал, - Баракул повернулся к Валесу Венде.

- Не понимаю, чем он нам поможет, - пожал плечами Венде.

- Хочу попробовать договориться с магом, чтобы он изготовил ещё порцию эликсира.

- Это невозможно! Я уже говорил с Фористелем на эту тему, и он наотрез отказался. Сослался на то, что больше не осталось некоторых ингредиентов и их нельзя достать, - проговорил Венде, устремив на Баракула возмущённый взгляд.

- Он назвал их Вам?

- Да. Например, плод арженеции. Таких деревьев по всему миру осталось не более десятка. Фористель сообщил, что несколько из них произрастает в граничащем с королевством Рудирика княжестве под названием Альтания. Но проблема в том, дерево плодоносит далеко не каждый год, и нет никакой возможности получить хотя бы ещё один его плод.

- Почему же. У меня есть связи в Альтании, - усмехнулся Баракул, - другое дело, что на это уйдёт уйма времени, которого у нас нет, - он отошёл от окна и сел в удобное глубокое кресло. – Но я бы предпочёл обсудить такие детали с самим магом при личной встрече.

- Когда же Вы собираетесь наведаться к нему? – отпив глоток прохладного лимонада, спросил Венде.

- В самое ближайшее время, - отозвался сыщик и, обращаясь к Венде, спросил, - обрисуйте, что за человек этот Фористель, ведь вы с ним знакомы.

- Не знаю, что и сказать, - задумался на короткое время Валес, - на вид Фористелю не более пятидесяти. Приятной наружности, обаятелен, приветлив и очень внимательный собеседник. Ни разу не видел его сердитым или недовольным чем либо, - Венде сделал паузу силясь припомнить что-нибудь ещё. – У него есть хобби. Великий маг коллекционирует подарки, которые преподносят его клиенты, и испытывает огромное удовольствие, демонстрируя их своим посетителям от которых, собственно он их и получает.

В этот момент за окном ярко вспыхнула зарница, редкие крупные капли упали вниз, глухо ударяясь об листву.

- Я так и думал, что будет дождь, - отвлёкся Венде.

- Вы видели его коллекцию? – спросил Баракул.

- Разумеется, - подтвердил Венде. - Чего там только нет: дорогие столовые сервизы, ковры, портсигары, различные статуэтки, картины, вина. Имеются даже портреты и изваяния самого Фористеля и прочее, прочее. Все эти богатства хранятся в большом, специально предназначенном для них, хорошо охраняемом помещении и маг никогда не пользуется ими.

- В таком случае мне придётся вернуться в Ростон за вещицей, которую я с превеликим удовольствием преподнесу Фористелю. Надеюсь, она ему понравится.

- Позвольте полюбопытствовать, что это за вещица? – не удержался Дугр.

- Маленький зелёный камешек, - загадочно улыбнулся Баракул.

- Вы намереваетесь таким незамысловатым подарком расположить к себе мага? – удивился Венде.

- Дело в том, что это не обычный камень. Он носит название «Пророк» и предсказывает своему владельцу будущее. Чем светлее и ярче Пророк, тем счастливее и безоблачнее будущее его владельца. Но если камень начинает темнеть, то человека, которому он принадлежит, ждут неприятности…и, если он потемнеет почти до черноты, то его владельца ждёт смерть, - тихо проговорил Баракул. – Пророк достался мне от одного человека, как награда за небольшую услугу. Поначалу я даже обрадовался, - Баракул скривился, - но быстро понял, что не хочу знать, что меня ожидает, и уже давно ищу подходящего случая избавиться от него. Сколько раз я давал себе слово не смотреть на него. Но камень словно заноза, не даёт о себе забыть. И я вновь и вновь вынимаю его из сейфа, и не всегда бываю доволен его цветом, - Баракул заканчивал говорить, а за окном, как из ведра лил дождь. Комната быстро наполнилась свежестью и прохладой.

На следующее утро, когда Валес Венде ещё спал, сыщик отбыл в Ростон.

Глава 20

Густой туман окутал Ростон и его окрестности, когда ранним утром Баракул покинул свой дом и вновь отправился в Хвойную долину. У поворота в поместье Венде его поджидал всадник. Это был Дугр. По договорённости, он должен был встретить Баракула на развилке, убедиться, что планы сыщика не изменились, и доложить об этом Валесу Венде. Вечером, как и в прошлый раз, они вместе будут ждать его с новыми вестями в уютном кабинете. Дугр вручил Баракулу корзинку с провизией, что было уже его личной инициативой, пожелал счастливого пути и Баракул поехал дальше.

Первую половину дороги он спал, вторую – размышлял, время от времени поглядывая в свою коричневую записную книжку.

Наконец вдали показался Пиоп. В Хвойной долине было ясно, никакого намёка на туман, или же он успел раствориться под яркими лучами высоко поднявшегося солнца.

Экипаж Баракула размеренно двигался по знакомой дороге, постепенно углубляясь в лес. Неожиданно из-за поворота вынырнула бледно-розовая карета Альмы. Баракул велел вознице остановиться. Альма почти на ходу выпрыгнула из розовой кабинки и быстро пошла навстречу сыщику:

- Ах, господин Баракул, как хорошо, что я встретила Вас! – воскликнула она.

За то короткое время с их последней встречи кругленькое личико Альмы осунулось и побледнело, под наполненными страданием глазами залегли тёмные круги.

- Что с тобой, Альма? – изумился такой перемене сыщик.

- В прошлый раз я сказала Вам неправду, - опустила глаза она. – Весной, примерно месяц назад, Эрл на целую неделю уезжал из дома. Вернулся сам не свой, как будто бы даже, был чем-то напуган. Он очень просил меня…, - Альма на долю секунды смолкла, потом, отбросив все сомнения, быстро затараторила, - если дорожу нашими отношениями, и не хочу подвергать жизнь Эрла опасности, никому не говорить о его отъезде. И я дала слово, - девушка облегчённо вздохнула, как будто с её плеч свалился тяжёлый груз.

- Что же заставило тебя нарушить своё слово? – строго спросил сыщик.

- Сразу после Вашего посещения, Эрл очень изменился. Когда я вошла в комнату, он расхаживал из угла в угол и громко ругал великого мага Фористеля. Самым приличным из тех слов, которыми он его обзывал, было «обманщик». Я сделала замечание и тогда, - голос Альмы задрожал, - на меня полился такой поток брани, что я упала без чувств, - девушка горько разрыдалась.

- Ну…, ну…, успокойтесь…, всё это осталось в прошлом…, - принялся успокаивать её Баракул, вынул из кармана белоснежный платок и заботливо, по-отцовски, стал вытирать её мокрые щёки и глаза. - И куда же ты собралась опять одна? – когда поток слёз прекратился, спросил сыщик.

- Я оставила Эрлу письмо, в котором сообщила, что порвала с ним. Не желаю, чтобы моя жизнь походила на жизнь родителей и, чтобы он кричал и ругал меня так же, как отец орёт на мать. Я решила уехать в королевство Рудирика. Там живёт моя старая добрая тётушка, у которой я в детстве часто гостила. Мы с Греттой пока поселимся у неё, - поведала Альма, устремила на Баракула задумчивый взгляд, тихо добавила, - Вы не сердитесь на меня за обман?

- Ну что ты…, - Баракулу почему-то стало неловко. Он скомкал насквозь мокрый от слёз платок и сунул его в карман. - Ты смелая, я бы даже сказал, отважная девушка. Не каждый способен признаться во лжи и уж тем более…, -подыскивая нужные слова, Баракул запнулся.

В этот момент напротив них остановилась лёгкая открытая коляска, в которой сидели два молодых человека. Один из них приветствуя Альму, приподнял головной убор, громко спросил:

- Эрл дома?! – и бросил подозрительный взгляд на Баракула.

Девушка изобразила улыбку, молча кивнула. Когда коляска отъехала, она пояснила:

- Это друзья Эрла. Я их встречала пару раз у него дома.

- Я тоже загляну к нему, когда закончу свои дела, - отозвался Баракул и после короткой паузы продолжил, - ты приняла правильное решение. Не сомневаюсь, что пройдёт совсем немного времени и в твоей жизни появится надёжный и добрый человек и…

- Я не могу сейчас думать об этом, - прервала его Альма.

Затем они тепло попрощались и разъехались. Растроганный неожиданной встречей, Баракул какое-то время думал о девушке и сопереживал ей. Но вот впереди замаячил поворот с указателем к дому Фористеля и мысли сыщика переключились на великого мага. Узкая дорога довольно долго петляла по лесу. Сыщик начал тревожиться, уж не заблудились ли они, но заметил ещё один указатель: «Особняк господина Фористеля» и через пару минут перед его взором возник огромный, похожий на сказочный замок дом, от которого так и веяло волшебством и чудесами. Территория вокруг выложенного из белого камня, трёхэтажного особняка была огорожена высоким, в два человеческих роста, изготовленным из прочных металлических прутьев, забором. От его вида всё очарование дома сразу улетучилось. Баракул подошёл к воротам. Они были крепко заперты изнутри.

- Хм, - озадачился сыщик, полное безлюдье на всей территории немного смутило его. – Есть здесь кто? – спросил он, но ответа не последовало.

Тогда он с силой потряс ворота, которые издали неприятный скрежет, грубо нарушивший лесную тишину и умиротворение.

Тут же из-за деревьев вынырнул крепкий, одетый в униформу зелёного цвета человек и грозно крикнул:

- Что Вам здесь нужно?! Это частная территория и нарушать её не советую!

- Мне необходимо побеседовать с господином Фористелем по очень важному делу! – тоном, не терпящим возражений, заявил Баракул.

- Зря приехали, - более миролюбиво сказал охранник, - несколько дней назад великий маг Фористель отбыл в королевство Рудирика. Наследный принц королевства болен и великий маг вызвался лечить мальчика.

- А когда он вернётся?

- Точно не знаю, но думаю - не скоро.

Настроение Баракула резко испортилось. Теперь, когда он получил от Альмы сведения, уличающие Шоля, сыщик предположил, что Фористель случайно проболтался Эрлу об эликсире и тот выкрал шкатулку. Баракул надеялся в беседе с великим магом прояснить некоторые детали и получить неопровержимые улики против Шоля. Но Фористеля не оказалось дома, а воспользоваться неподкреплённой доказательствами версией было невозможно.

- Вот досада-то какая, - пробурчал себе под нос сыщик и медленно побрёл в сторону экипажа.

- Добрый день, господин! – вдруг окликнули его сзади.

Баракул обернулся. Сгорбленный старик стоял и тянул к нему трясущуюся руку. Другой рукой он держал за поводок ослика, к спине которого были привязаны два больших короба.

– Не будет ли у Вас чего-нибудь съестного? У меня третий день ни крошки во рту не было, - старик не мигая, круглыми внимательными глазами, между которыми торчал длинный с горбинкой нос, смотрел на Баракула. В нахлобученной до самых бровей шапке, фланелевой куртке, сафьяновых сапогах, без бороды, он производил впечатление человека, привыкшего к достатку. – Господин, умоляю, подайте хотя бы кусочек хлеба, - жалостливо просил старик.

- Кажется, у меня есть с собой какая-то еда, - вспомнил о корзинке сыщик. – Но кто Вы и что делаете в лесу?

- Я всё расскажу, потом, когда немного поем…

Баракул посмотрел по сторонам, не нашёл ничего, куда можно было бы присесть и сказал:

- Пойдёмте в мой экипаж.

Старик кивнул, привязал ослика к ближайшему дереву, приказал:

- Жди, Охламон!

- За что Вы его так, - возмутился Баракул.

- Это просто имя, - пожал плечами старик и поковылял к экипажу, в который, забрался на удивление проворно и быстро, без помощи сыщика. Открыв корзинку, Баракул мысленно поблагодарил Дугра за заботу. Душистые, румяные пироги и две глиняные бутыли, одна с вином, другая с водой, пришлись очень кстати. Старик быстро, не пережёвывая проглотил первый пирог, иногда запивая его вином из глиняной кружки. Следующий пирог он ел уже не спеша, смакуя и нахваливая вкусную выпечку.

- Так что же Вы искали в лесу? – наконец спросил его Баракул.

- Я пришёл к Дюку, но его не оказалось дома. Жду уже третий день, а его всё нет и нет.

- Здесь живёт не Дюк, а великий маг Фористель, - улыбнулся Баракул, - похоже, Вы заблудились.

- Фористель и мой Дюк, это один и тот же человек, - уверенно проговорил старик и сытно отрыгнув, добавил, – это длинная история. Если у Вас есть время, я расскажу всё с самого начала, иначе ничего нельзя будет понять.

- Я готов выслушать Вашу историю, - Баракул был заинтригован его словами и, в общем-то, никуда не спешил.

- Меня зовут Ийзо, - начал старик, – избушка, в которой я прожил всю свою жизнь, стоит в глубине леса и о ней мало кто знает. Родителей своих не помню. Меня вырастил дед. Он же научил распознавать травы, правильно собирать их, изготавливать отвары, настои, мази, порошки и некоторым другим премудростям. Потом дед умер, и я остался один, - Ийзо протяжно вздохнул. – Сначала я хотел завести семью, но девушка, которую заприметил, отказалась выходить за меня. Не хотела жить в лесу, вдали от людей. Больше попыток найти себе невесту я не делал. Так и жил один в лесу. Изготавливал снадобья, относил их в Пиоп, продавал, после возвращался в свою лесную избушку. Мне нравилось одиночество. Лишь одно беспокоило – некому было передать свои знания. – Ийзо откусил кусочек пирога, не спеша прожевал его и продолжил, - и вот однажды, распродав все отвары и порошки, я, по обыкновению, направлялся домой. На самой окраине Пиопа сбоку от дороги, которая вела к лесу, мрачно чернело свежее пепелище недавносгоревшего дома. Угли ещё не остыли, и дым исходил от чёрных, обгорелых головёшек. Рядом с остатками дома бродил мальчик лет шести и горько плакал. Оказалось, что вся его семья погибла в пожаре. Он уцелел лишь благодаря тому, что отец отправил мальчика в лавку за вином, которым очень увлекался. Видимо, пьяница и был виновником пожара. Мать и маленькая сестрёнка тоже не спаслись. Дюк, так звали мальчика, остался один-одинёшенек на всём белом свете.

Я взял его к себе. И, если не кривить душой, даже обрадовался. Ведь теперь у меня появился ученик, которому я с огромным желанием принялся передавать всё то, что знал сам. Но Дюка совсем не интересовали травы и настойки. Он плохо запоминал названия растений, путался в рецептах приготовления снадобий, скучал, когда я пытался что-то втолковать. Это всё было не его. Зато мальчик преуспел в продаже снадобий, из-за чего наши дела пошли куда лучше. Я полюбил Дюка, как собственного сына и мы дружно жили вдвоём, пока мальчик не вырос и не переселился в Пиоп. Дюку нравится быть среди людей, в центре всеобщего внимания, ловить на себе благодарные, восхищённые взоры окружающих. Он умеет играть на струнах человеческой души так, как никто другой, заставляет слушать себя и повиноваться, причём люди делают это с радостью, - гордо проговорил старик. – Это уж потом Дюк стал знаменитым магом и взял себе звучное имя – Фористель, купил тот дом, - Ийзо ткнул пальцем через плечо назад. – Я варил зелья, а Дюк с помощью них лечил господ и обеспечивал меня всем необходимым. Он, конечно, и сам знает некоторые заговоры и секреты врачевания, но самого главного…, - старик опустил голову, поник, - так и не постиг.

- Выходит без Ваших…, - начал Баракул.

Но Ийзо его прервал:

- Вы не дослушали до конца, - он снова вздохнул. – До недавнего времени всё было хорошо. Нас обоих устраивало такое положение дел. Я мог жить один в лесу и ни в чём не нуждаться. А Дюк, то есть Фористель был окружён вниманием и пожинал лавры. Но некоторое время назад он приехал ко мне и попросил изготовить эликсир молодости, который ему заказал очень знатный господин, заплативший за свою мечту снова сделаться молодым, огромную сумму.

- Я отказался. Так как ещё от деда знал, что такой эликсир сделать невозможно. Мой дед умел

изготавливать омолаживающее зелье, действие которого было кратковременно. Приняв зелье, человек становился молодым всего на три дня, после чего облачался в свой прежний вид и умирал. Дед почему-то не стал делиться со мной его рецептом, а я и не настаивал, - старик устал, откинул голову на спинку сиденья, молчал, его взгляд упал на кружку и он допил вино, после чего немного оживился и продолжил, – в тот раз мы с Дюком сильно поссорились. Я не хотел, чтобы он стал обманщиком, просил отказаться и вернуть деньги господину. Он ушёл, громко хлопнув дверью, и больше я его не видел. Но вот у меня закончились запасы еды. Я бы мог продать свои снадобья, как раньше, в Пиопе, только очень уж хотелось повидаться и помириться с Дюком. Наша размолвка не шла у меня из головы. Нагрузив Охламона снадобьями я отправился сюда. А дальше Вы знаете сами, - уставился на Баракула своими совьими глазами Ийзо.

- Мне сказали, что Фористель вернётся не скоро и ждать его здесь нет никакого смысла, - отозвался сыщик.

- Я и сам это понял. Только сильно обессилел от голода и не дошёл бы до дома, упал где-нибудь в лесу. Вы спасли меня от голодной смерти, - грустно улыбнулся старик, - значит, не пришёл ещё мой последний час.

- Я дам Вам немного денег и остатки еды, - предложил Баракул.

- От еды не откажусь, а вот деньги не возьму! – возмущённо замахал руками Ийзо.

- Думаю, что несколько серебряных монет могут Вам пригодиться, - продолжал настаивать сыщик. Он опустил руку в карман и вынул три монеты, среди которых лежал слегка потемневший «Пророк», о котором Баракул совсем забыл.

- Вы знаете, что это? – спросил Ийзо, взглянув на камень.

- Он называется «Пророк», потому что предсказывает будущее. Я взял его с собой, чтобы подарить Фористелю.

- Не только, - старик не сводил глаз с «Пророка», - камень обладает очень мощной энергией и может творить добро, ровно, как и зло. Смотря в чьи руки попадёт.

- То есть? – недоумённо вскинул брови Баракул.

- Ну, например, - немного подумав, медленно начал Ийзо, - он может стать оберегом. Да таким, что пули будут отскакивать, не причиняя Вам вреда, и убийца не сможет приблизиться к Вам, - голос старика перешёл в тихий шёпот, - но для этого придётся совершить особый ритуал и окропить камень Вашей кровью. Я смогу это сделать, – Ийзо смолк и вопросительно посмотрел на Баракула, ожидая его ответа.

- Сейчас, пожалуй, я не готов к таким вещам, - проговорил сыщик и протянул руку с камнем и монетами к Ийзо, - возьмите его. А деньги примите как плату за хранение камня.

- Нет-нет, - отстранил от себя руку сыщика старик, - держать волшебный камень у себя я не стану. И должен предупредить Вас, что некоторые знающие люди, чтобы заполучить этот могущественный артефакт пойдут на всё! Вы понимаете меня?

- Вполне, - ответил Баракул и перевёл взгляд на камень, - тогда я предлагаю спрятать его пока в лесу. Пойдёмте, вместе подыщем подходящее место.

- Нет! – решительно заявил старик, - тайна, которую знают два человека – уже не тайна.

Баракул усмехнулся, молча выбрался из экипажа и скрылся в лесных зарослях. Когда он возвратился, ни старика, ни ослика не было.

Сыщик разбудил сладко спящего возницу и велел везти себя к владениям семьи Шолей.

«Выходит, великий маг Фористель не мог изготовить эликсир молодости. Он вообще не умеет делать никакие снадобья», - размышлял Баракул. Сыщик чувствовал, что расследование близится к завершению. Не хватало нескольких маленьких деталей, чтобы картина кражи шкатулки прояснилась полностью. «Того, что Вы ищете, не существует», - вдруг в памяти всплыли слова Леноя – странного, пахнущего корицей человека с необычными фиолетовыми глазами.

Экипаж неожиданно остановился.

- Почему мы встали?! – недовольно крикнул Баракул вознице.

- На дорогу упала сухая коряга и не даёт нам проехать. Сейчас уберу, - громко кряхтя, кучер спустился с козлов.

В ту же секунду послышался звук выстрела. Вскрикнув от боли, возница повалился на землю. Баракул открыл дверцу и, невзирая на опасность, бросился ему на помощь.

- Стой на месте! Подними руки вверх! И без глупостей, а то подстрелю! – из-за дерева с винтовкой, направленной на Баракула показался Эрл Шоль.

Глава 21

- Ой-ой-ой, - жалобно застонал возница.

Баракул повернул к нему голову.

- Я велел не двигаться! – крикнул Эрл и выстрелил второй раз.

Пуля задела край широкополой шляпы сыщика, та слетела с головы и упала на покрытую мелким песчаным грунтом дорогу. Баракул замер. Ни он, ни Шоль не заметили всадника, который появился из-за деревьев и стал невольным свидетелем происходящего. Это был Дугр.

- Брось винтовку, мерзавец! – скомандовал, нацелив револьвер на Шоля, не слезая с лошади он, - не то я башку тебе продырявлю!

Шоль замешкался, дуло винтовки опустилось вниз. Воспользовавшись моментом, Баракул подскочил к нему, сделал подсечку. Шоль упал. Винтовка отлетела в сторону.

- Зря ты это затеял, - не дав Эрлу очухаться, сыщик повернул его лицом вниз, скрутил руки за спину. Дугр спрыгнул с коня и поспешил ему на помощь. Своим шейным платком он быстро связал руки негодяя. Порывшись в багажном отсеке экипажа, Баракул отыскал моток прочной верёвки, подал её Дугру:

- Вяжи его к дереву, - а сам занялся осмотром возницы, который время от времени тихо постанывая, продолжал лежать на земле. Пуля задела ему ногу, прошла вскользь, оставив небольшую царапину. Никакой угрозы для жизни не было, но старый возница пребывал в шоковом состоянии. Баракул усадил его в экипаж, чистым полотенцем перевязал рану, предложил вина, остатки которого вылил из бутыли в глиняную кружку. Когда кучеру немного полегчало, вернулся к Дугру. Шоль уже был примотан к дереву так, что не мог пошевелить ничем, кроме головы.

- Ты как здесь оказался? – обратился к Дугру Баракул.

- Видимо, само провидение послало меня к Вам на помощь, - улыбнулся тот, - прошло часа два или три, как я проводил Вас утром и вернулся в дом Венде. Валес пришёл ко мне во флигель обсудить дела и вдруг спросил, передал ли я Вам сопроводительное письмо, которое он написал. «Какое письмо?» - удивился я. Выяснилось, что Фористель не принимает новых посетителей без рекомендации тех, с кем давно знаком. И Венде, поздно вечером, написал такое письмо, приказал своему слуге Капину, чтобы тот отдал его мне. Капин положил письмо себе в карман и забыл. Когда всё это выяснилось, я быстро оседлал коня и бросился в погоню, не хотел, чтобы Ваша поездка стала напрасной. Торопился, почти всю дорогу проскакал рысью и, кажется, не зря.

- Спасибо, дружище. Ты подоспел вовремя, уже в который раз выручаешь меня, - Баракул бросил на Дугра благодарный взгляд.

- Вы тоже не остались в стороне, когда со мной случилась беда, - отозвался тот.

- Давай отложим воспоминания о наших приключениях до лучших времён, а сейчас допросим подозреваемого, - Баракул перевёл взгляд на Шоля.

- С пристрастием допрашивать будем, или как? – поигрывая револьвером, громко спросил Дугр.

- А это от него зависит. Если будет запираться, придётся применить кой-какие меры, - подыграл ему Баракул, приблизился к Шолю, пристально взглянул в его бесцветные глаза, - зачем ты напал на меня? О том, что я приехал в Хвойную долину узнал от своих приятелей? Где они?

- Я не посвящал друзей в свои дела. Самер рассказал, что видел, как Альма беседует с каким-то высоким господином в сером костюме. Я сразу догадался, что это Вы, и что не отстанете от меня, пока не упечёте за решётку, - тонкие губы Эрла растянулись в улыбку, - поэтому я решил подкараулить Вас в лесу и убить. И всё бы у меня получилось, если бы не он, - Эрл сверкнул глазами в сторону Дугра.

- Так почему не убил меня сразу, у тебя была такая возможность? – спросил Баракул.

- Хотел заставить Вас сперва выкопать себе могилу.

- Не рой яму другому…, - усмехнулся сыщик.

- Что Вы со мной собираетесь сделать? Сдадите стражникам? – забеспокоился Эрл.

- Пока не знаю. Отпустим или…, - Баракул бросил красноречивый взгляд на револьвер.

- Вы не посмеете. Порядочные господа так не делают, - заёрзал, безуспешно пытаясь ослабить верёвку Шоль.

- Не надо давить на совесть. Если хочешь жить, отвечай на мои вопросы, иначе тебе придётся копать могилу для себя, – пригрозил Баракул и, не дав Эрлу опомниться, добавил, - ты украл эликсир, чтобы спасти от смерти отца?

- Я взял только шкатулку и кошель с деньгами. Никакого эликсира не видел, - растерянно проговорил Шоль.

- Хорошо, давай поговорим о шкатулке. Зачем ты похитил её?

- Какая разница. Я не дурак, понимаю, Вы не убьёте меня. А от стражи я откуплюсь. Скоро вступит в силу завещание отца, и тогда денег у меня будет очень много, - лицо Шоля исказила злорадная ухмылка.

- Всё так, как ты говоришь. Если не брать в расчёт, что шкатулка принадлежит королю. Не сомневаюсь, что человека, похитившего её, то есть тебя, ждёт виселица, - спокойно сказал Баракул, - расскажи мне, как ты её выкрал, и я найду способ вытащить тебя из петли.

- Королю?! – испуганно завопил Эрл. - Он скрыл от меня это! Я не знал! Иначе ни за что не согласился бы!

- Кто велел тебе похитить шкатулку? – напирал Баракул.

- Он запретил мне называть своё имя, - понуро опустив голову, хриплым голосом сказал Шоль, задумался, глядя в землю продолжил, - ну, хорошо. Какой смысл скрывать это теперь, когда и так всё вылезло наружу, - громко кашлянул и начал свой рассказ, - Я – игрок. Лет семь назад увлекся азартными играми. Несколько раз крупно проигрывал. Так, что моих карманных денег не хватало, чтобы рассчитаться с долгом. Тогда я приходил к отцу, и он выручал меня. Каждый раз при этом отец читал нотацию что, мол, я должен взяться за ум, бросить играть, жениться. Как-то даже пригрозил, что если я не брошу своё увлечение, то он изменит завещание и не оставит мне не копейки. После этого я изобразил примерного сына. Когда напялил на себя никчемный красный мундир, сделал вид, что рад этому. Нашёл богатую высокородную невесту. Дурёха Альма поверила мне и влюбилась без памяти. Играть я не бросил, но крупных ставок больше не делал, дожидался, когда умрёт отец и всё его громадное состояние перейдёт в мои руки. Он болел и все знали, что жить ему осталось не долго.

Однажды, в день рождения одного моего приятеля я изрядно подвыпил, не смог остановиться вовремя и снова проиграл крупную сумму. Пришёл к отцу, который уже не вставал с постели и попросил денег. Конечно же, я не сказал ему правду. Соврал, что хочу купить Альме свадебный подарок. Отец как-то странно посмотрел на меня. Думаю, не поверил и дал гораздо меньше. Тех денег хватало покрыть лишь третью часть долга. Отец прочитал очередную нотацию. Сказал, что не стоит приучать невесту к слишком дорогим подаркам, - лицо Эрла перекосилось от злости. Он громко завопил, - Старый скряга! Пожалел денег для своего единственного сына! Это он виноват в том, что со мной случилось!

- Не надо кричать. Успокойся и продолжай, - ровным голосом сказал Баракул, пытаясь привести Шоля в нормальное состояние.

Эрл стих, несколько раз глубоко вздохнул, заговорил вновь:

- Вечером, навестить больного отца пришёл Фористель. И мне вдруг пришла идея, взять у него недостающую сумму в долг. Услышав мою просьбу, Фористель задумался, потом сказал, что если я выполню одно его поручение, то за это он заплатит ровно столько, сколько мне нужно. Я согласился. Зачем, зачем я послушал его?! – заскулил Эрл.

- Он велел тебе выкрасть шкатулку?

- Да. И сразу отдал половину суммы, на которую мы сговорились. Остальное обещал отдать после того, как я принесу ему её. Но этот плут обманул меня! – у Эрла снова начался приступ необузданной ярости. – Старая хитрая лиса! Проходимец! Подлец! – выкрикивал он и силился вырваться, но верёвка держала крепко. Баракул определил, что молодой человек не здоров. Его психика давно расстроена. Сыщик принёс бутыль с водой. Отпив несколько глотков, Шоль успокоился.

- Так ты отдал ему шкатулку? – продолжил Баракул.

Эрл утвердительно кивнул:

- Когда я пришёл к нему, он велел рассказать, как я добыл её. Нелегко далась мне эта чёртова шкатулочка. Я не спал несколько ночей подряд, следил за господином, который забрал её у Фористеля. Пришлось одну ночь провести под открытым небом, караулить неподалёку от его дома. Весной ночи довольно холодные. Хорошо, что я захватил с собой плащ, утеплённый мехом.

Рано утром господин отправился в Ростон. Я – за ним. Я мог легкозавладеть шкатулкой раньше, но Фористель приказал не трогать того господина, чтобы не навлечь на себя подозрения. Я наблюдал в окно, как этот человек передал шкатулку гонцу, который тут же вскочил в седло и помчался в Мирад. Я не отставал от него, выжидал удобный момент, когда дорога станет безлюдной и можно будет напасть, не привлекая внимания. Как назло кареты и пешие странники сновали беспрерывно. Я очень устал, буквально валился с ног. Близилась ночь. Началась гроза. Дождь лил как из ведра. Дорога опустела. Я уже собирался осуществить свой план, когда гонец остановился в этом дурацком трактире. Но тут удача улыбнулась мне, - припоминая прошедшие события, Шоль на мгновение смолк, - Гонец вошёл в трактир через центральный вход. Я перелез через забор во двор, чтобы найти другую дверь и пробраться внутрь незамеченным. Сверкнула молния и я увидел лестницу, которая была приставлена к окну второго этажа. Дальше всё пошло как по маслу. Я влез. Окно оказалось закрытым снаружи. В комнате, куда оно вело – никого. Несколько минут я выжидал, прислушивался. Затем попробовал открыть дверь. Она легко поддалась. Я осторожно выглянул. В полутёмном коридоре было пусто, но вдруг послышались шаги. Я затаился за дверью, оставив небольшую щель, в которую стал наблюдать. И вот я увидел гонца, который не спеша подошёл к противоположной двери, осветил её фонарём, нашёл замочную скважину, вставил в неё ключ. О том, что он открывает дверь, я догадался по звуку. Гонец исчез в комнате, а я решил дождаться, когда он уляжется спать, после чего забрать шкатулку. А если потребуется, то убить его прямо в постели. Но не прошло и десяти минут, как гонец, уже без плаща и шляпы, покинул комнату и спустился вниз. Дверь его номера оказалась запертой. Я попробовал открыть её ключами из своей связки и, о чудо! Один подошёл. Я осмотрелся. На вешалке висели плащ и шляпа. Капли с обвислого пера шляпы монотонно падали на пол. Я стал искать, где можно спрятаться. Не сомневался, что шкатулку он унёс с собой. И не придумал ничего лучшего, как прикрыться плащом. Под ним висела дорожная сумка. Я порылся в ней и сразу обнаружил шкатулку и тощий кошель с деньгами. Когда шкатулка оказалась в моих руках, то я так обрадовался, что забыл об усталости. Незамеченным выбрался из трактира. Сразу же отправился в обратный путь. Ненастная погода была мне на руку. Дождь сразу смывал все следы. Я надеялся, что в такую грозу погоню за мной не пошлют. Отъехав на некоторое расстояние, пустил коня шагом, чтобы не загнать его. Нигде не останавливался, спал прямо в седле.

Когда я отдал шкатулку Фористелю и рассказал, как похитил её, он остался недоволен. Говорил, что не надо было появляться в трактире, где меня могли заметить. С таким трудом заработанные деньги он тоже не отдал. Сказал, что отдаст их, когда шумиха вокруг кражи уляжется. А если вдруг на меня выйдут стражники, то я не должен упоминать его имени. Маг припугнул, что если его имя всплывёт в деле кражи шкатулки, то с помощью своих многочисленных влиятельных друзей, он сумеет отвертеться, а мне придётся до конца своих дней гнить на каторге. Если же я умолчу о нём и возьму всю вину на себя, то с помощью тех же влиятельных друзей он быстро вызволит меня из темницы, - закончил Эрл, но вдруг его накрыл очередной приступ ярости, - Лжец! Он с самого начала не собирался платить мне как положено! Я убью его! – бледное лицо Шоля порозовело, глаза бешено вращались.

- Неужели перед тем, как совершить кражу, ты даже не поинтересовался, что лежит в шкатулке? – тихо спросил Баракул.

- Он сказал, что там какой-то важный документ. То ли расписка, то ли ещё что-то. Я не вдавался в подробности. Мне просто нужны были деньги. Тех, что дали отец и Фористель, плюс содержимое кошеля гонца немного не хватало. Пришлось недостающую часть суммы взять под большие проценты. Я до сих пор ещё не погасил её. Жду, когда получу состояние отца, - Шоль посмотрел на Баракула, - теперь Вы понимаете, что я, всего лишь жертва обстоятельств. Главный виновник – Фористель. Придёт время и он заплатит мне за всё.

- Ты убивал кого-нибудь раньше? – спросил Баракул.

- Нет. Ещё нет, но собираюсь…, - опешил Шоль.

- Не советую. Никаких своих проблем ты этим не решишь, но до конца дней тяжёлая ноша убийства будет давить, преследовать тебя и избавиться от неё невозможно.

- Я подумаю над Вашими словами, - смутился Шоль, тихо добавил, - как Вы поступите со мной?

- Отпустим, но с одним условием.

- Каким?

- Ты должен забыть о шкатулке, как будто никогда не видел её, - Баракул внимательно посмотрел на Шоля, - ни говори о ней никому. И, желательно, не покидай Хвойную долину некоторое время, хотя бы пару месяцев. Так будет лучше в первую очередь для тебя самого.

- Я всё исполню, - заверил Шоль.

- Как?! Почему мы его отпускаем?! Он же чуть не убил Вас! – возмутился Дугр, который до этой поры внимательно слушал и не встревал в разговор.

Шоль притих, с преданным видом смотрел на Баракула.

- Эрл это сделал не подумавши. Надеюсь, теперь понимает, что если ещё раз выкинет что-нибудь подобное, то виселицы не избежит, - сказал сыщик и принялся отвязывать пленника. В то мгновения, когда руки Шоля освободились от пут, он быстро юркнул в лес.

- Надо было сдать его страже, - недовольно проговорил Дугр.

- Когда я отпускал Эрла, то думал, прежде всего, о наших интересах. Огласка нам сейчас ни к чему. Нельзя, чтобы власти узнали о пропаже шкатулки и эликсире, которого нет, - сказал сыщик, направляясь к экипажу. Возница спал, и Баракул не стал его будить. Привязав своего коня за крепление багажного отделения, Дугр занял место кучера, Баракул устроился рядом, и они двинулись в обратный путь.

В поместье Венде приехали ночью. Валес встретил их у конюшни. Он был чем-то встревожен, бледен, синие глаза блестели от возбуждения, сразу спросил:

- Привезли шкатулку?

Баракул отрицательно покачал головой. Сыщик устал и надеялся все разговоры отложить до утра.

- Больше нет необходимости её искать, - нахмурился Венде, - два часа тому назад прискакал гонец от Петкеля с письмом, в котором говорится, что король желает получить её до наступления праздника Белого волка, спасшего младенца – основателя и первого короля Низовии. До праздника осталось пятнадцать дней. Если его повеление не будет исполнено вовремя, то все виновные понесут строгое наказание, - Валес вздохнул, обречённо добавил, - я решил написать личное письмо королю, открыть ему всю правду. Пропажа шкатулки - моя оплошность, и я отвечу за неё один.

- После того, что я узнал, поиск шкатулки не имеет смысла в любом случае, - отозвался Баракул, - в связи с этим ещё в Хвойной долине у меня возникла одна идея. Давайте обсудим её, но последнее слово останется за Вами.

Они втроём просидели во флигеле почти до утра. Сначала Баракул пересказал всё, что узнал от старика Ийзо, потом о нападении Шоля. В конце изложил свой план, как выбраться из столь затруднительного положения. План был довольно рискованный, но Венде согласился. Дугр тоже поддержал его.

Утром гонец отбыл в столицу с письмом, в котором Валес Венде извещал Петкеля, что шкатулка будет доставлена вовремя. А через три дня в Мирад отправились Баракул и Дугр. В кожаном портфеле Баракула лежала точная копия синей бархатной шкатулочки, внутри которой находился плотно закупоренный фигурный пузырёк с прозрачной жидкостью.

Глава 22

Приехав в столицу, они остановились в той же, что и в прошлый раз, гостинице Эдельвейс.

Утром, надев элегантный серый костюм из дорогой ткани, Баракул отправился во дворец, намереваясь получить аудиенцию у королевы, что являлось основной и очень важной частью его плана. Благодаря «магической» силе серебряных монет, он без особых затруднений миновал охраняемые бдительной стражей главные ворота, пересёк небольшую площадь и через распахнутую настежь дверь, вошёл во дворец. В зале ожидания, как всегда было много народа. Баракул сразу направился к двери, ведущей в покои королевы, но тут его постигла неудача. Не смотря на уговоры и намёки на хорошее вознаграждение, охрана напрочь отказалась пропускать сыщика в соседнее помещение. Убедившись, что все старания напрасны, Баракул отошёл в сторону, прислонился к стене и стал думать, как быть. Примерно через час он заметил лакея, который, пробираясь через толпу, двигался к той самой двери. Баракул бросился к нему, вежливо попросил доложить о себе королеве и сунул в руку лакея золотую монету. Тот улыбнулся, пообещал исполнить его просьбу и скрылся за дверью. Сыщик воспрянул духом, с гордым видом принялся расхаживать взад-перёд перед дверью. Время шло, но никто не приглашал его войти. Прошёл час, второй, третий. Баракул устал, проголодался, от длительного стояния его ноги гудели. Несколько небольших диванчиков, расставленных вдоль стен зала ожидания, всегда были заняты. Около них толпилась целая очередь желающих присесть хотя бы на несколько минут. Уйти, не побеседовав с королевой, значило сорвать весь свой замысел. Но находиться в душном, шумном, переполненном людьми помещении уже не было сил. Баракул решил выйти на крыльцо, чтобы немного успокоиться и подышать свежим воздухом. Он с трудом протиснулся к выходу, с наружной стороны которого посетителей оказалось не намного меньше, чем внутри. По мраморным ступеням сыщик спустился вниз и стал осматриваться, подыскивая укромный уголок, где бы можно было ненадолго уединиться. Баракул не выносил людские сборища, это выводило его из равновесия, и ему необходимо было избавиться от накопившегося раздражения, добиться, чтобы голова вновь заработала чётко и ясно. Он обратил внимание, что справа от площади, которая была заполнена двигающимися к дворцу и обратно людьми, находится большой королевский сад. Баракул медленно приблизился к невысокой ажурной изгороди, отделяющей его от площади, высоко поднимая ноги, перешагнул её и скрылся за густыми ветвями. Сыщик сделал несколько шагов и оказался на узкой аллее. Заметив неподалёку деревянную скамейку, Баракул двинулся к ней, сел, расслабился, вытянул ноги, испытал при этом неописуемое блаженство.

Вдруг до его слуха донёсся взволнованный женский голос:

- Орхи! Куда ты?! Немедленно вернись!

По дорожке в сторону Баракула бежала маленькая собачка. Когда она приблизилась, Баракул наклонился и ловко схватил проказницу за бока. Собачка не сопротивлялась, высунув розовый язычок, она будто улыбалась и весело смотрела чёрными глазками-бусинками на сыщика.

Вслед за собачкой показалась королева, которая пыталась догнать свою любимицу. От быстрой погони её щёки порозовели, огромные глаза взволнованно блестели, грудь трепетно вздымалась. Она выглядела ещё прекраснее, чем обычно.

- Орхи! Малышка! Ты так напугала меня, - увидев собачку, всплеснула руками Эмилия, затем удивлённо взмахнув длинными ресницами, обратила свой взор на сыщика, - господин Баракул? Вот уж не ожидала Вас здесь увидеть.

В этот момент из-за её спины выглянула пожилая дама.

- Как Вы посмели сидеть на скамье в королевском саду! Кто Вам позволил?! – гневно выкрикнула она, - немедленно покиньте его! Не то я вызову стражу!

- Ваше величество, прошу Вас, не гоните меня. Я должен сообщить Вам кое-что очень важное, - продолжая держать собачку в руках, Баракул склонился в низком поклоне.

- Нахал! – завизжала пожилая дама.

- Что ты себе позволяешь, Магда? – строго посмотрела на неё королева, - возьми у господина Баракула Орхи и отнеси её в мои покои.

Пожилая дама бросила на сыщика возмущённый взгляд, но ослушаться не посмела. Когда она удалилась, Эмилия мило улыбнулась и сказала:

- Пойдёмте в беседку. Там нам никто не помешает.

Королева заняла высокое, похожее на трон, мягкое кресло, грациозным движением руки указала Баракулу на пуф, который стоял намного ниже кресла королевы. Когда он сел, посмотрела сверху вниз:

- Так что же Вы хотите мне сказать?

- Во-первых, я возвращаю Ваше письмо, - Баракул вытащил из-за отворота рукава рубашки, скрученную в тонкую трубочку, записку и протянул королеве.

- Ах, пустое, - изумительно красивой ручкой она взяла записку и небрежно бросила на столик, - вся та история осталась в прошлом. У меня уже другой…, - Эмилия запнулась, но быстро нашлась – воздыхатель, - разочарованно спросила, - это всё?

Из-за такого пустяка я бы не стал Вас беспокоить, - сказал Баракул, - помните, в прошлый раз я рассказывал, что разыскиваю шкатулку?

- И как успехи?

- Шкатулка у меня. Но то, что находится внутри неё, может доставить Вам большие неприятности.

- Кажется, ещё в прошлый раз мы с Вами выяснили, что я не имею никакого отношения ни к шкатулке, ни к её содержимому, - недовольно надула губки Эмилия.

- Несомненно. Но сути это не меняет.

- Перестаньте говорить загадками, – королева нетерпеливо, сверху вниз взглянула на Баракула.

- Сейчас я раскрою Вам тайну, - тихо проговорил сыщик. Понизив голос почти до шёпота, продолжил, - в шкатулке находится пузырёк, содержимое которого бесценно, - он сделал многозначительную паузу. - Это - эликсир молодости, который король приказал изготовить для себя.

- О-о-о-о! – изумлённо воскликнула Эмилия.

- Чтобы сделать Вас счастливой, Ваш супруг готов на всё, - продолжил Баракул.

- Но что же в этом плохого? – улыбнулась Эмилия, - я была бы рада, если бы мой пупсик скинул лет этак десять-двадцать.

Баракул нахмурился:

- Разыскивая шкатулку, я случайно узнал, что эликсир не на всех людей действует благотворно. Случается такое, что тот, кто выпьет волшебное зелье, через короткое время умирает. И предсказать заранее каков будет эффект, невозможно. То есть, приняв эликсир, Ваш супруг может пострадать.

- И чего же Вы хотите от меня? – не выказав никакого беспокойства, спросила Эмилия.

- Вы, наверное, слышали, что в Низовии существует закон, который запрещает женщинам управлять королевством?

Эмилия задумалась, потом медленно заговорила:

- То есть Вы хотите сказать, что если Леонард умрёт, то я…, то меня…

- То Вас попросят покинуть дворец, - помог ей закончить мысль Баракул, - ведь Вы пока не подарили королю наследника, в качестве матери которого могли бы оставаться во дворце ещё долгие годы.

- Я никогда не задумывалась об этом, - растерялась Эмилия.

- Как мы знаем, у короля Леонарда на сегодняшний день вообще нетпрямых наследников. Его единственная дочь Камелия вышла замуж за правителя королевства Рудирика – Витовта. У них родился мальчик, который является престолонаследником как королевства Рудирика, так и Низовии, и который, как мне стало недавно известно, захворал. Его лечат все известные лекари и маги. Надеюсь, что в скором времени мальчик поправится. Но даже если этого не случится, Вы, как женщина, не вправе претендовать на трон. Если Леонарда не станет, от Вас постараются избавиться, и быстро забудут.

- Что же мне делать! Я не хочу покидать дворец! – в отчаянии воскликнула Эмилия.

- Слушайте внимательно, - снова понизил голос Баракул, - сегодня вечером шкатулку с эликсиром вручат королю. Вы должны любыми способами убедить его не принимать зелье, не называя истинную причину тому.

Баракул смолк. Королева задумалась, затем улыбнулась и уверенно проговорила:

- Ничего сложного. Я сумею это сделать. Пупсик послушается меня.

- Будем надеяться, что это так. И у меня есть ещё одна маленькая просьба, - сказал Баракул, - в любом случае, добьётесь Вы своего или нет, прошу, сразу известите меня.

- Хорошо. Я напишу записку.

- Я буду ждать Вашего письма в гостинице Эдельвейс, - Баракул смиренно склонил голову, попрощался и быстро удалился. Он спешно вернулся в гостиницу, где Дугр с нетерпением дожидался сыщика и очень обрадовался, увидев его.

- Наконец-то, - облегчённо проговорил Дугр, - получилось?

- Кажется, да, - ответил Баракул, - но я не кривил душой. После смерти Леонарда, её участь действительно мало завидна, - сделав небольшую паузу, сыщик продолжил, - теперь я чувствую, что чертовски голоден. Не желаешь составить мне компанию, или ты уже пообедал?

- Не откажусь. Без Вас я сидел в номере, никуда не отлучался, не хотел привлекать к себе чьё-нибудь внимание.

- Тогда пойдём, подкрепимся, - Баракул посмотрел на свои часы, - до того, как ты должен будешь передать шкатулку Петкелю у нас осталось чуть больше двух часов.

Утолив голод в ресторанчике гостиницы, Баракул и Дугр наняли экипаж, который доставил их в парк, где некоторое время назад они караулили Эбинура. В назначенное время у той же самой скамьи Дугр передал Петкелю шкатулку, которую тот незамедлительно доставил во дворец.

В эту ночь Баракул не мог заснуть. Мысли о том, удастся ли Эмилии уговорить короля не принимать эликсир, не давали покоя. Только три человека – он сам, Валес Венде и Дугр знали, что вместо эликсира пузырёк наполнен обычной питьевой водой, которую налил в него Венде собственноручно, затем заткнул пузырёк пробкой и залил воском. Если король не послушает Эмилию и выпьет её, то… Только теперь Баракул осознал, какие серьёзные последствия ожидают их троих после этого. Он засомневался в правильности своих действий. Слишком опасной казалась теперь ему эта затея.

Между тем наступило утро. За завтраком он старался не выказывать Дугру своего беспокойства. Иногда из-под тишка Баракул посматривал на дверь, ожидая увидеть королевскую стражу, посланную за ними разгневанным королём.

Есть не хотелось. Но Баракул подумал: «А вдруг это последний мой завтрак на свободе», и доел всю творожную запеканку, хотя не почувствовал её вкуса.

Потом он сказал Дугру, что хочет побыть один и заперся в своём номере.

Баракул ждал письма от Эмилии, сильно нервничал, не находил себе места: то, заложив руки за спину, расхаживал по комнате, то стоял у окна и смотрел на прохожих, то ложился на кровать, но тут же вскакивал и всё начиналось сначала.

Наконец в дверь постучали. Баракул на мгновение замер, принял безразличный вид и открыл её.

- Добрый день, - вежливо проговорил человек в форменном костюме, - это Вам, - он протянул письмо и маленький свёрток.

Оставшись один, Баракул торопливо вскрыл письмо.

«Я выполнила Вашу просьбу. Уговорила пупсика, и он отказался принимать лекарство. Возвращаю его Вам», - сообщала королева. Снизу красовалась витиеватая буква «Э».

Развернув свёрток, Баракул нашёл в нём нераспечатанный пузырёк.

Сыщик тут же поделился хорошей новостью с Дугром. Они быстро собрались и покинули Мирад.

Через несколько дней Баракул встретился с Валесом Венде, передал ему письмо и пузырёк.

Венде, как и обещал, щедро наградил его. Протягивая большой тяжёлый кошель, наполненный золотыми монетами, Венде сказал:

- Эта плата ничтожна по сравнению с тем, что Вы для меня сделали. Никогда не встречал столь бесстрашного и отзывчивого, как Вы, человека. Если вдруг что-нибудь понадобится, обращайтесь в любое время, буду рад помочь. Но так же не обещаю, что сам больше не прибегну к Вашей помощи.

На что Баракул скромно заметил:

- Вы преувеличиваете. Ничего особенного я не сделал. Но всегда буду рад продолжить наше сотрудничество.

Прошло какое-то время. Было ещё по-летнему тепло, но в саду уже пахло осенью. Баракул занимался мелкими интрижками господ, которые хорошо платили и скучал. В один из тихих солнечных дней к нему явился гонец и вручил письмо от королевы.

«Дорогой Баракул! – писала она, - кроме Вас, у меня нет ни одного друга, которому я могла бы довериться. Прошу, отнеситесь к моей просьбе серьёзно и помогите мне выбраться из затруднительного положения, в котором я в очередной раз оказалась.

Недели три назад мой супруг случайно, у нового дворца повстречал старушку, и она предрекла ему скорую смерть. С тех пор он стал задумчив и рассеян, забросил государственные дела и даже, охладел ко мне. Поверьте, я сделала всё, что было в моих силах, чтобы отвлечь его от мрачных мыслей. Но ни мои усилия, ни старания дворцового лекаря не дают никакого результата. Пупсик отказывается от еды, сильно похудел и с каждым днём выглядит всё хуже. Вся надежда на Вас. Выручайте. Придумайте что-нибудь. Иначе боюсь, что пророчество сбудется».

Снизу стояла подпись королевы в виде витиеватой «Э».

Баракул несколько раз прочёл письмо. Затем написал короткий ответ, в котором пообещал немедленно заняться этим вопросом и подыскать человека, способного развеять чары злой старухи. Вручил своё послание гонцу, после чего тот отбыл. Но прежде, чем вплотную заняться просьбой королевы, сыщику пришлось потратить несколько часов на завершение двух начатых дел.

Наступил вечер. Баракул сидел на террасе, сосредоточенно думал о письме Эмилии и лакомился сочной спелой вишней из сада. Неожиданно на террасу вошёл Дугр, своим появлением прервав размышления сыщика.

- Извините, что побеспокоил Вас, и явился не предупредив, - сказал Дугр. Он выглядел очень озабоченным. - У Валеса Венде снова неприятности.

- Это может подождать? – спросил Баракул, - я сейчас немного занят.

- Нет, - глубокая морщина пересекла лоб управляющего. Он опустился в кресло и взволнованно проговорил, - король требует, чтобы Венде добыл для него эликсир бессмертия, причём в очень ограниченный срок, всего за две недели.

Баракул молчал. Дугр немного выждал и выложил на стол пригоршню золотых монет.

- Дело не в деньгах. Того, что мне заплатил Венде в прошлый раз достаточно на несколько расследований.

- Берите, - Дугр подвинул монеты ближе к сыщику, - только не отказывайтесь.

- Ну, хорошо, - бросив взгляд на лежащее на столе письмо королевы, решительно проговорил сыщик, - предлагаю не терять время и прямо сейчас отправиться в Хвойную долину, точнее в Пиоп. Нам надо разыскать старика Ийзо. Если кто-то и может изготовить такой эликсир, то это он, - Баракул сделал небольшую паузу, - но у нас могут возникнуть проблемы с поиском экипажа. После нападения в лесу, возница, услугами которого я пользовался, отказывается покидать Ростон, а другого я ещё не нашёл.

- Не беспокойтесь. Экипаж Венде стоит у Вашей калитки, - улыбнулся Дугр, - у меня разболелась поясница, верхом скакать не мог и, чтобы приехать к Вам, пришлось воспользоваться экипажем. Скоро они отправились в путь.

К большому сожалению Баракула, никаких сведений об Ийзо в Пиопе раздобыть не удалось, хотя они с Дугром обошли все лавчонки и опросили добрую половину горожан. Старик как в воду канул. Удручённые неудачей, они возвратились в особняк Валеса Венде. Но отчаиваться было не в характере Баракула и, на следующий же день он вновь собрался в дорогу. Сыщик решил наведаться к предсказательнице Калисе. Дугр сопровождал его и исполнял обязанности кучера. Они долго ехали без отдыха, но лошади напрочь выбились из сил, пришлось остановиться на ночёвку в трактире «У старого дуба».

Когда колокольчик возвестил о новых посетителях, Сюш повернулся к двери и, увидев давних знакомых, был неприятно удивлён. Но он не показал своего недовольства, широко улыбнулся и сказал:

- Добрый вечер, господа! Рад, что вы заглянули к нам снова. Как ваши дела? Нашли шкатулку?

- Нашли и уже успели забыть об этом, - ответил Баракул, - сейчас мы занимаемся другим делом и хотим остановиться у Вас всего на одну ночь.

- Не желаете ли отведать наших фирменных колбасок? – предложил Сюш.

Баракул заказал ужин, расплатился за всё сразу и спросил:

- Скажите, тот человек, который снабжает Вас напитком из мухоморов… как скоро он придёт?

- А-а-а-а, Леной, - протянул Сюш, - так он исчез после прошлого Вашего посещения трактира. С тех пор я его не видел.

- Очень жаль, - огорчился Баракул, - я бы не отказался побеседовать с ним о моём нынешнем деле.

В ответ трактирщик лишь пожал плечами.

Утром, после завтрака, отдохнувшие Баракул и Дугр прощались с трактирщиком.

- Мне очень жаль расставаться с вами так скоро, - соврал Сюш и скорчил грустную гримасу. На самом деле он был доволен, что эти дотошные господа не стали задерживаться в его заведении дольше.

Скоро трактир «У старого дуба» остался позади. Перед глазами путников раскинулась дубовая роща, к которой они быстро приближались.

Дугр ощупал свой револьвер, как делал всегда, когда чувствовал опасность. Баракул сидел рядом и, погрузившись в свои мысли, молчал. Под тенью дубовых ветвей путники смогли укрыться от палящих солнечных лучей и зноя, ощутили приятную свежесть и прохладу. А вот и старый знакомый – дуб-великан, всё такой же могучий и величественный. Когда экипаж поравнялся с ним, из-за кряжистого ствола показалась завёрнутая в плащ фигура. Хотя лицо было спрятано низко надвинутым капюшоном, Баракул сразу как-то понял, что это Леной и велел Дугру остановиться.

- Жди меня здесь. Я должен поговорить с ним, - сказал сыщик, слезая с козлов, и быстро пошёл навстречу странному человеку, на плече которого сидел ворон и с любопытством посматривал на Баракула.

- Ты искал меня? – первым заговорил Леной.

- Да. Мне нужен твой совет, - отозвался Баракул.

- Вижу, что ты стал доверять мне, - из-под капюшона сверкнули большие фиолетовые глаза, - и буду рад помочь.

- Что ты знаешь об эликсире бессмертия?

- Люди хотят обрести бессмертие и это так же нелепо, как стремление деревьев передвигаться с места на место, - тихо проговорил Леной.

- Разве они могут чего-то желать? – изумился Баракул и удивлённо посмотрел на близстоящие деревья.

- Почему нет. Они такие же живые существа, как и люди, - снова блеснул фиолетовыми глазами Леной, - я не раз слышал сетования по этому поводу от него, - собеседник Баракула повёл рукой в сторону огромного исполина, произраставшего неподалёку, - это дуб-вещун. Он живёт очень давно, и может порассказать много интересного.

- А я могу с ним поговорить? – с сомнением в голосе спросил Баракул.

- Чтобы понять его, надо уметь слушать и понимать речь деревьев и других растений. Такие способности даны далеко не каждому.

- Хорошо. Но давай вернёмся к эликсиру бессмертия. Как я понял, ты утверждаешь, что искать его бесполезно, - задумчиво проговорил Баракул.

- Истина заключается в том, что многие вещи не подвластны человеку, и как бы он ни старался, никогда не сможет ничего изменить. Эликсир бессмертия добыть невозможно. Но не тревожься. Королю твоя помощь больше не нужна. Он умрёт раньше, чем вы доберётесь до его нового дома, - промолвил странный человек. Хотя Баракул уже начал сомневаться, что Леной – человек. Но спросить, кто он, не осмелился.

- А что станет с королевой?

- За неё не волнуйся, - Леной порылся в своих одеждах и протянул к Баракулу руку. Двумя длинными узловатыми пальцами, оканчивающимися острыми, похожими на когти, ногтями, он сжимал маленькую сухую травинку, - возьми и передай королеве это. Через несколько месяцев, когда у неё родится сын, пускай повяжет волшебную нить ему на запястье, чтобы уберечь младенца от недобрых взглядов и происков недругов.

Всё, о чём говорил Леной, сбылось. Король Леонард умер. Баракул встретился с Эмилией, которая в трауре была, не менее обворожительна, чем в нарядном платье, и передал ей оберег. Весной на свет появился мальчик, будущий король Низовии, которого нарекли Контором.

Конец