Шевалье из глубинки

Пролог

Смирнов смотрел немного напряженно, но, вместе с тем, озорно. Видно, задумал товарищу подставу. Я ему не мешал, только недвусмысленно качнул головой в направлении настенных часов. Маяться дурью-то я его не отучу, но хоть пунктуальность взрастить успею.

Петров — его закадычный дружок, такой же старший лейтенант, как раз заканчивал доклад.

- Значица, патруль, в целом, прошел спокойно. Ну, не считая той бабки чокнутой, которая за пирожки заломила, как за креветки итальянские, - парень вздохнул горестно. — А я ей, дуре старой, уже две недели твержу, что никто за такие деньги у нее не возьмет. Ну, кроме нас. Что мы, придурки что ли, с соседнего ларька брать? После него с толчка не слезешь!

Смирнов фыркнул, полураздушено, но смех сдержал. И даже попытался сделать серьезно-скучное лицо:

- Товарищ старший лейтенант, докладывайте по форме.

- Дак я тебе и говорю, это форменный пиз*ец! — обрадовался возможности подшутить Петров. — Сидор, вон, этих пирожков берет каждый раз на троих, и хомячит, пока Злой Волчара не видит. Говорит, зае**л его уже с этими тренировками!

Я нахмурился, а Петров отчаянно покрутил головой из стороны в сторону. Его прикол над товарищем грозил перерасти в страшную казнь. Потому что Волчара, во первых, просто ненавидит матершину в отделении, во вторых — демонически не приемлет пренебрежения тренировками от своих подчиненных, и...

И в третьих, Волчара — это я. И я терпеть не могу слышать свой боевой позывной от этих тупых молокососов.

- Ох и попали вы, товарищ Смирнов… - Петров покачал головой. — А лейтенант Сидоров зря так на вредное наседает.

Тут Смирнов что-то понял. Вероятно, увидел то же, что и я — паническое выражение на лице своего неудачно начавшего шутить товарища. Какое выражение лица, при этом, было у самого Смирнова, мне было не видно.

Я стоял у него за спиной.

- Он у меня за спиной? — в тон моим мыслям, голосом приговоренного к смерти спросил молодой лейтенант.

- Так точно, - рыкнул я ему прямо в ухо. — Смирно!

Парень подскочил, разворачиваясь в воздухе и принимая, по приземлении, стойку. Как и его товарищ. Как и два сотрудника с соседнего отдела за дверью. Но на них я уже внимания не обращал. А на этих обратил. И им от этого было очень… некомфортно.

Смотря на двух молодых парней, буквально полтора года назад начавших служить в органах, я устало вздохнул. Ну а чего мне с ними делать, если он — дурни? Сам виноват, когда выбирал себе людей в отдел, зашел к Дементьеву — тащ-полковнику. Напились тогда крепко, в предвкушении молодой крови, прибывающей в отделы с учебы. В участок почти два десятка молодых шло.

И вот, я — старый спецназер, закаленный в боях и потрепанный жизнью расслабился и похвастался начальству, что смогу тигров оперативной работы хоть из двоечников вчерашних сваять.

Полковник, ушлый гад, взял на слабо. Так что студентов мы выбирали, хихикая, по фамилиям. Такой и получился отдел из анекдота: Смирнов, Петров, Сидоров. И я во главе - Волков.

Вспомнив это, я еще раз вздохнул, отчего мои лейтенанты опасливо покосились друг на друга. Дурни, конечно, но это я так — про себя (и вслух). Так-то парни нормальные. Дисциплины им, как и многим остальным, не хватает, да где же ей случиться в двадцать один год? Тут уж только ждать, пока до них дойдет, что работа у нас, оперов, ответственная и опасная. Не могу же я - бывший командир ударного отряда специального назначения ФСБ, доказать этим пацанам, что полицейский в опасности находится даже когда спит! Ведь сам не верю ни секунды…

Я сел на табурет, между двумя парнями и потер лысину. Эх, где моя молодость, где мои кудри? Вот уж по чему я скучаю больше, чем даже по службе в элитной ячейке спецназа. Но сейчас надо воспитывать молодежь, а не предаваться тоске по утраченному. А надо, значит — будем.

- Охренели совсем, - цыкнул я языком, доставая сигареты. — Парни, вот вы как малые дети, ей богу. Я же не просто так вас тут дрючу. Не от садизма природного и уж не для возбуждения, вы мне поверьте. У меня стоит на баб! Пускай уже и шестьдесят.

Лейтенанты расслабились. Петров несмело улыбнулся, а Смирнов переступил с ноги на ногу. Ах вы мои умницы…

- Смирн-р-рна! — рявкнул я снова.

На этот раз получилось даже лучше, громче. Молодые застыли бледными, почти мраморными статуями самим себе. Я закурил, следя, когда у них глаза на лоб полезут. Не полезли, сдержались ребята.

- Бегом марш на улицу, до трех не считаю, - парни ломанулись прочь, ловко разминувшись в дверном проеме.

Вот! Могут, когда хотят! Как и все из нас, впрочем. Вся суть эффективности человеческой лишь в том, чтобы чего-то по настоящему захотеть. Вот тот же Сидоров — не хочет ограничивать себя во вредных привычках «за просто так». А сейчас, когда паникующие товарищи схватили его за грудки и вставили в свой немногочисленный строй у дверей участка, начал задумываться: «Надо ли оно было есть этот лишний пирожок?»

Не надо было, Витя. Ошибка это была. Я так подумал, но вслух, конечно же, не сказал.

А они, всего скорее, думали о том, как их достал этот бывший спецназовец, которому уже сто лет на пенсию пора. И завидовали, вот прямо сейчас, молодому пополнению других отделов.

- Хочу увидеть спринт, наперегонки! — гаркнул я, покосившись на окна.

Конечно, подобное зрелище было интересно всем нашим коллегам, но выглянуть из-за штор осмелился только Деменьтьев — полковник меня не боялся. Все остальные сидели как мышки.

— Последний прибежавший остается дежурить ночью. И мне насрать!.. — я упредил тупой вопрос из строя. — Что сегодня очередь Чернышевских. Девять кругов вокруг участка.

Сидоров погруснел. Не зря только он до сих пор носил звание лейтенанта - из всей троицы он был самым бестолковым. Вернее, он один был «по настоящему» бестолковым. Тучным, ленивым, глуповатым и ворчливым. Но, несмотря на эти недостатки, парень был по-настоящему добрым. Он вырос в большой семье, был самым старшим и с детства приучился к ответственности за тех, кто младше и, соответственно, слабее. Это его качество отлично балансировало двух настырных, ловких, хитрых и немножко циничных напарников.

Так что я не собирался карать только его.

- Второй прибежавший будет ему помогать, - я улыбнулся с зажатой в зубах сигаретой, наблюдая за вытягивающимися лицами Смирнова и Петрова. - А первый, кто прибежит, поедет в патруль с Ивановскими.

Возражений, даже тусклых, не последовало. Приучились уже за половину года. Знают - Злого Волчару на жалость не взять. Да и вообще, тяжеловато меня как-нибудь «взять». Вон, за волосы уже давно нельзя.

Скомандовав начало забега, я понаблюдал за первыми тремя кругами. Конечно, Петров выигрывал не сильно. В этом забеге победителей не будет. Но и сильно филонить под моим взглядом парни не смели. Бежали почти ровно. И шептались устало, когда думали, что я их не слышу.

- А сам... курит... санитар, лять, леса... - пыхтел завистливо Сидоров.

- И шоколадки со Степановной жрет, я видел... - поддакнул ему Смирнов.

- Тоже мне, спецназовец хренов, - Петров запыхался меньше всех. - Мне кажется, его из ФСБ выперли, потому что он и там всех за**ал... Приходил же к нему тот капитан крутой? Тоже боялся, видно.

- А как... не бояться... когда у него нюх, как у собаки... - простонал Сидоров.

- Рожа еще, как у крокодила, и волос столько же, - фыркнул Петров.

Я оскалился. О да, из-за такого выражения лица меня сослуживцы и прозвали Волчарой. А в участке к позывному добавилось слово «Злой».

- Господа офицеры! - провозгласил я, когда вся троица в очередной раз показалась из-за поворота. - Таблицу умножения помните?

- Так точно, тащ майор! - отрапортовал довольно свежий еще Петров.

- Тогда умножайте все, что я сказал, на три, - одобрительно улыбнулся я.

- Как? И дежурство?!

- Все, господа офицеры, все! Потому что у меня не только собачий нюх и крокодилья рожа, но и слух, как у летучей мыши! Вопросы есть?

- Никак нет!

Строенный ответ был полон, пожалуй, облегчения. Всего лишь в три раза более суровое наказание за то, что в глаза, почитай, назвал Злого Волчару уродом и деспотом, и по лысине моей прошелся? Да за такое надо выпить! Уверен, кто-нибудь из этих попытается... Залететь, что ли, ночью на работу?

Оставив бойцов выполнять наказание над самими себя и выбросив потушенный бычок, я зашел обратно в участок. В то, что юноши могут начать филонить, думая, что я их не вижу, не верилось. Не могут. Они же хотят жить.

Зашел в кадры, где застал только начальницу отдела - Марину Степановну. Мудрая и кроткая женщина, годилась бы мне в дочки, но рассуждает не хуже моей, уже покойной, матушки. И власть в этом участке у нее, пожалуй, даже основательнее моей будет.

- Марина Степановна, - я улыбнулся приветливо и получил в ответ такую же улыбку. - Как там с Сидоровым дела? С младшим моим.

- А уже все готово, Константин Николаевич, - она открыла верхний ящик своего стола. - Вот, сегодня назначен был. Товарищ старший лейтенант Сидоров. Не долго друзья над ним потешались - месяца не прошло. А уж какое вы ему резюме написали... В управлении задумались и капитана сразу бы давать.

- Всему свое время, - я улыбнулся. - Хотя я не обманывал. Хороший мальчишка.

- Да они все хорошие, - Степановна вздохнула, мельком глянув в окно. - А вы их гоняете все, да гоняете...

- Всему свое время, - повторяю. - Это как игра. Я выставил им правила в первый же день. Если бы не нарушали, могли бы и вовсе без дежурств и физкультуры обойтись. Но они совершают ошибки.

- Но они же молоды...

- Поэтому пускай совершают ошибки и дальше. И учатся на них. А когда научатся на этих, я дам им новые. И так до тех пор, пока они не станут лучше меня. А уж эти-то тигрята станут. Я в них верю.

- И чего вас Злым Волчарой только прозвали? - усмехнулась женщина. - Вам бы больше подошло «Мудрый».

- Не перехваливайте! - я хохотнул. - А приказ оставьте у себя. И погоны. Завтра вручу, поутру. Сегодня они немножечко наказаны.

Марина только рукой махнула, закрыв ящик и отпуская меня, наконец, с работы. И хорошо. Теперь — бассейн! Воду я обожаю, пожалуй, даже больше, чем гонять нерадивых молокососов.

Загляну еще в банк, по дороге, закину немножко. Не то, чтобы я не мог сделать это в банкомате рядом с домом, просто хочется проехаться. Тем более, что банк этот в моей зоне ответственности. Буду считать это внеплановым обходом.

Когда уезжал, невезучая троица пыхтела двадцатый круг. Заткнулся даже Петров, костеря меня, вероятно, только про себя. Ну, будет им. В участке и с душевой порядок - наладили только недавно. Помоются, переоденутся, да заступят на дежурство. А я завтра все бумаги на это дело подпишу. Хотя стоит готовиться к звонку Чернышева - его же ребят мои придут сменять.

Думая об этом, да о том и сем, я неспешно доехал до банка. Вышел, вдыхая уникальный, с детства знакомый воздух. Мы с этим зданием ровесники, ведь заложили его через месяц, как я родился. Шестьдесят лет сюда хожу... Ну, почти. И маленьким тут был, с родителями, и молодым, с девушкой, и сам детей приводил, да даже внуков! А теперь, вот, один хожу. Все разъехались из душной и дорогой Москвы, оставив старого Волчару охранять не менее старые кости.

Хотя волнуют меня последние дела. Есть подозрение, что где-то неподалеку появилась активная ячейка какой-то странной секты. Крупной и старой, как я понял. Что-то там про Вселенную. То ли «Разрушители Вселенной», то ли «Спасители»...

- ВСЕМ ЛЕЖАТЬ!

Неожиданный крик заставил меня вздрогнуть. Я взял билетик на кассу не думая, и тихо ждал своей очереди, когда в центре помещения оказался мужчина с безумными глазами и оружием в руке.

Пулемет - явный самопал, подделка легендарного УЗИ. Сам грабитель выглядел необычно - поначалу я подумал, будто ему под сорок, и он морил себя голодом несколько недель. Но, всмотревшись, я осознал, что оружием размахивал юноша - ровесник моих бегающих тигрят. Только абсолютно седой.

- На землю! Все! Быстро! - адреналин и безумие плескались в его глазах двумя беспокойными океанами. - И деньги! Деньги! И заткнулись все!

Заплакал ребенок. Девочка. Конечно же девочка. И, конечно, именно сегодня ее мама, видимо, решила, что будет лучше забрать дочурку из садика пораньше и успеть в банк до очередей. И зачем молодым женщинам вообще ходить по банкам в эпоху мобильного интернета, транзакций и вот этой вот всей модной истерии?

Наверное затем, чтобы попадать в неприятности.

- Заткнулась нахрен! - завизжал на девочку безумец и навел оружие. - И считаю до...

- Нет! - я вскочил, доставая пистолет и выстреливая в воздух.

У человека с оружием есть особые инстинкты. Если бы преступник только-только подобрал ствол, своим действием я бы спровоцировал его на выстрел. Неожиданность вкупе с опасностью и вседозволенностью в одной руке творят, порой, невообразимые вещи.

Но парень явно собирал свою игрушку сам, а потому не стал тратить пули на ребенка, а быстро перевел оружие на меня.

Чего я почти не ожидал, так это того, что он сразу начнет стрелять.

Я бросился на пол. Да, я думал, что грабитель окажется более нервным и будет пытаться разобраться, кто, как и зачем выстрелил в воздух. Они всегда так делают. Неосознанно пытаются контролировать ситуацию даже в мелочах.

Но этот парень, начав стрелять, породил хаос. Люди закричали, бросились кто куда, но странному седому юноше уже было не до них. Он убивал меня. И стрелял на поражение.

Я кувырнулся, скрипя зубами от боли. Плечо задело, одна пуля чиркнула по спине, да и сама спина была явно не в восторге от таких резких движений. Но я был жив. И грабитель тоже это понял. И перевел ствол обратно на кричащую девочку.

- Стой! - выдохнул я, стреляя еще три раза в воздух и беря низкий старт.

Я мог убить его выстрелом в голову. Пускай и старый, я так давно в этой жизни держу пистолет, что смог бы, пожалуй, сделать это даже глухой, с одним глазом. Но тогда его пальцы сведет судорога, и может случиться непоправимое.

Он не стал стрелять в девочку, я успел. Успел стать живой мишенью, в которую вонзались пули одна за другой. Меня швырнуло в бок, но я видел. Видел, как снесенные моими выстрелами люстры стали падать на пол. И как седого парня насмерть раздавила одна из них.

А потом я больше ничего не видел...

*****

Майора Константина Николаевича Волкова - заслуженного сотрудника полиции и бывшего сотрудника подразделения специального назначения федеральной службы безопасности, похоронили с почестями. Он ушел из жизни, защищая гражданских, обезвредив с наградного пистолета опасного преступника - члена секты «Разрушителей Вселенной».

Лейтенанты Петров, Смирнов и Сидоров, на его могиле, поклялись следовать его наставлениям до самого конца. Смерть майора поразила их. Настолько, что, с ее момента они стали образцовыми служителями закона, теми, кого хотел в них видеть отставной боец спецназа.

Петров Юрий Николаевич, вскоре, пошел по стопам своего наставника, уйдя в ФСБ и дослужившись в нем до звания генерал-полковника. С боевого крещения и до самого конца он, в память о суровом и мудром наставнике, носил позывной «Волчонок».

Смирнов Павел Игоревич дослужился до звания майора в полиции, а после ушел в политику и стал депутатом. В его лице и партия и народ нашли верного друга и принципиального борца за справедливость, пропагандирующего здоровый образ жизни.

Сидоров Виктор Викторович остался работать в участке, в котором познакомился со Злым Волчарой. К сорока шести годам он получил звание полковника вместе с ответственностью за весь участок. И по сей день в этом месте сохраняются самые высокие требования к новобранцам, а крутой нрав Виктора Викторовича уже стал легендарным среди выпускников полицейских академий.

Все трое юношей, уже ставших зрелыми мужчинами, поддерживают связь и иногда собираются вместе, дабы обсудить, помечтать и вспомнить. И каждый из них, на последнем собрании, упомянул длинноволосого юношу со знакомым оскалом, курившего где-то неподалеку.

Но это - уже совсем другая история.

Глава первая. Барон

Я очнулся рывком, как оно и бывает, когда тебя подстрелили, и твое сознание вышибло из башки. Быстро отключился, быстро включаешься - видимо, какая-то часть механизма «бей-беги». Только вот дезориентация, обрушивающаяся сразу после пробуждения, всегда мешает.

Но сейчас я очутился не на поле боя и, слава всему, не в плену. Судя по удобной койке и простой дешевой одежде, я оказался в больнице. Только света нет, что странно. Обычно в госпиталях дежурный горит круглосуточно, хотя бы в коридоре.

Продрав глаза, я сразу заподозрил неладное. Нет, комната явно не была больничной палатой. И на мою квартиру окружение походило мало. Никак не походило, если быть откровенным. А вот... на какой-нибудь сарай... Да, сараем это можно было и назвать. Что за чертовщина?

Я опасливо пошевелился. Тело слушалось, руки и ноги не скованы. Отлично, значит, если и плен, то не такой уж параноидальный. Из сарая с руками и ногами я как-нибудь выберусь. Я сел, почувствовав непривычную легкость в движениях и глубоко вздохнул.

Глаза быстро привыкали к темноте. Хотя бы потому, что они и так в ней были, пока я валялся без сознания. Я огляделся. Сарай и сарай: куча соломы в углу, бревенчатые стены, металлические крючья на них, вроде гардеробных. Не вызывающая доверия досчатая дверь, напротив нее - деревенский умывальник с небольшим, видимо, зеркальцем, отражающим чистый лунный свет через дыру в потолке.

Тепло, на удивление, для такой постройки в октябре месяце. Или я уже даже не в Москве? Развернувшись на кровати, я посмотрел на то, что было за моей спиной. И еле сдержал удивленный вскрик.

В четырех шагах от меня стояла кровать. Вторая, если считать мою. И на ней спал молодой человек лет тридцати. Сейчас он был безмятежен и довольно красив. Даже не так. Он был необычайно красив для мужчины, спящего в простой кровати в каком-то хлеву. И я не из праздного интереса оцениваю его внешность, потому что, вполне возможно, его похитили именно из-за нее. А меня, старого... А меня по дурости, видимо.

- Парень, - позвал я как можно тише.

Я хотел сказать что-то еще. Возможно, собирался позвать спящего погромче, потому что на первый зов он не отреагировал. Наверняка даже, я собирался встать и потрясти его плечо.

Но вместо этого охрип. Моментально и разом. Ведь голос, которым я его позвал, принадлежал не мне...

- Что за...

Я одернул холщовую (в мире осталось хоть что-то холщовое?) рубаху, рассматривая безволосую мужскую грудь, которой точно не было, когда я умывался последний раз. Посмотрел на пальцы, ставшие короче и лишившиеся привычных морщин.

И рванул к зеркалу.

- Охренеть можно! - выдохнул я, почти криком, вглядываясь в него в полумраке.

С той стороны на меня смотрел молодой юноша, совсем еще мальчишка, с большими выразительными глазами, высоким лбом и широким, почти лягушачьим ртом. Но больше всего меня поразило даже не незнакомое лицо, а его макушка.

Я ошарашенно провел рукой по волосам, и отражение охотно повторило за мной, взъерошивая необычные и очень мягкие русые локоны.

С конца сарая послышалась возня.

- Костя? - подал заспанный и взволнованный голос тот молодой мужчина. - Костя, ты чего вскочил? Тебе нельзя, пока болеешь...

- Чего? - я повернулся, и почувствовал, как губы сами по себе складываются в ухмылке, за которую я и получил свой знаменитый позывной.

Я нихрена не понимаю и поэтому мне остается только сжаться, как пружине, и выстрелить всем, что у меня есть в нужный момент.

Мужчина. тем временем, быстро подошел, почти подбежал и схватил меня за плечи. Вспоминая самбо, я схватился за него в ответ, но не спешил дергаться, так как он был явно крупнее. Да и угрозой от него пока не пахло.

- Сын, - он постарался сделать суровое лицо, но преодолеть свое волнение у него не вышло, так что выглядело неубедительно. - Тебе нужно лежать. У тебя слабое сердце.

- Что? - не понял я сначала. А потом до меня дошел смысл слов, и я не понял уже во второй раз. - ЧТО-О-О-О?!

*****

Его звали Коля, как и моего отца, ему было тридцать два, он был блондином, крайним простофилей и носил звучную фамилию Волков.

А меня звали Костей, как всегда. Волковым Константином Николаевичем. Вот только мне теперь тринадцать лет.

Это и многое другое я узнал от Коли на утро, после того как провалялся всю ночь в полуяви/полубреду. Окончательно проснувшись и еще раз насмотревшись на себя в зеркало (уже при дневном свете), я оставил панику в сторонке и принялся соображать.

Из всего, что я сообразил, в итоге полезным и единственно верным оказалось решение плыть по течению и разбираться на ходу. Благо, в этом мне помогал мой «папа», оказавшийся столь же простодушным, сколь и привлекательным.

Он выдал мне маленький мешок, залатанный в трех местах, буханку белого хлеба, почти насквозь черствую, две луковицы и кусок сыра. Сам взял поклажу посолиднее. Уходили в том же, в чем спали - простых холщовых рубахах и штанах. Только на шее у Коли, как амулет, висела простая веревка с большим ярко-фиолетовым камнем, продетым на основание, как бусина. На ноги повязали (я по примеру родителя) обмотки, а сверху надели неудобные и жутко вонючие лапти. Или не лапти, а что-то похожее.

Или непохожее...

Пока мы собирали нехитрый скраб и выходили из сарая, я уже узнал ответы на большинство своих вопросов.

Никто нас, конечно, не похищал, и спали мы в сарае при постоялом дворе (у которого были пластиковые, мать их, окна!). Двор оказался заброшенным, но Коля решил в него не заходить, потому что это мародерство, да и вообще, как он мне туманно объяснил «всякое бывает». У «Кости» (то бишь - меня) было слабое здоровье, так что Коля всю ночь волновался. И не особенно удивился моим странным вопросам.

Судя по его радости, до сегодняшнего дня его сын долгое время был в наполовину бессознательном состоянии.

Хотя его настроение быстро испортилось, когда я спросил, где моя мать.

Мы были беженцами. На город Томск, где Коля работал конюхом, напали «чудовища». Так он их назвал, но были то враги иностранные или свои бандиты, я так и не понял. Как бы то ни было, город был разорен, моя мама погибла, а мой родитель, схватив больного ребенка, бросился бежать.

- Волосы у тебя от мамы, - потрепал меня по голове улыбающийся отец, но быстро осекся от моего злобного взгляда. - А вот... лицо мое.

Я пока не решил, как себя с ним вести. Как вообще мне себя вести в этой странной и совершенно умопомрачительной ситуации. Ясно было одно - от дома я невероятно далеко. Так что, пока, буду разбираться по ходу дела.

Судя по обмолвкам, я не просто переродился, после смерти, в теле ребенка, но еще и попал в царскую Россию! Если быть совсем точным - в Российскую Империю. Не совсем понимаю, корректно ли будет назвать ее царством (ведь у нее единовластие) или нет, но кто мне помешает делать все, что захочу в собственных мыслях?

К своему сожалению, знатоком истории собственной страны я не был. Нет, конечно же я всегда был патриотом, знал главные вехи нашей исторической культуры и свято чтил товарища Сталина, «поднявшего», что называется, «с колен». Вроде бы, при Императоре тоже не ужасно жили, но, как и упоминалось ранее, в углубленных вопросах истории я был профаном. Только даже я понимал, что в царской России пластиковых окон, которые я заметил при постоялом дворе, как и дорог с явными отпечатками шин, никогда в помине не было.

Откровенно расспрашивать своего «отца» я не мог, так как даже такой простой парень, как он заподозрит неладное, когда подросток начинает интересоваться совершенно базовыми вещами (такими как окна, например). Но некоторые основы выспросить смог.

Шли мы в Красноярскую область, в, собственно, Красноярск — ее столицу. Как объяснял Коля, в Красноярске Император приказал обустроить самые большие в стране конюшни, и прием на работу там сейчас бешеный. А кроме коней мой биологический отец ничего в жизни и не знал. И в тех же окнах и другой архитектуре, по собственному признанию, никогда не разбирался.

Зато посоветовал посмотреть в компьютере, когда доберемся до Красноярска.

Таких областей и городов я не знал (конкретно), но здраво рассудил, что нахожусь, до сих пор, в России. Только Имперской. И со временем было совершенно непонятно. Компьютеры, постоялые дворы, набеги какие-то... Нужно было больше подробностей!

- Как долго нам еще идти? — прикинул я, когда мы сделали первый привал через три часа ходьбы.

Я прекрасно понимал, что идти нам еще не день и не два, но рассчитывал на конкретику. Коля же только улыбнулся, умиленно смотря на мой интерес и пожал плечами:

- Несколько недель? Я не очень хорошо читаю, но на знаке, который мы видели позавчера, было большое число.

- Хочешь сказать, что ты знаешь только направление? — подозрительно уточнил я. — А у нас еды хватит?

- Вселенная нас не оставит, - снова улыбнулся и пожал плечами «папаша». — Найдем еду или добрых людей. В конце концов, нам же не обязательно жить в Верном. Если получится найти место где-нибудь еще, остановимся. Главное, чтобы подальше от порталов.

Уточнять про порталы я не стал, только покачал головой. Вот уж и да, ситуация. Единственный взрослый из нас двоих — совсем солнечный зайчик, а я слишком мал, чтобы что-то решать и слишком не осведомлен. А еще мы бедны, как церковные мыши.

Хорошо хоть погодка теплая стоит…

Густой лес, впрочем, тоже радовал меня своими дарами. Ягоды, грибы и ручьи с чистой водой оказались настоящим спасением для меня, как для городского жителя. Пускай я прослужил в спецназе всю сознательную жизнь и умел, в случае чего, выживать в тайге, но настоящим хардкорным выживатором не был. Так что природа, вкупе с естественной красотой, буквально спасала нас с Колей от голодной и холодной смерти.

Очень выручало то, что мой биологический папаня оказался сущим лапочкой. Он безропотно слушал, когда я говорил ему, что нельзя есть те или иные грибы. На все, что вызывало у него вопросы, я спокойно отвечал либо: «В книжке видел», либо: «Мама научила». После второго аргумента он обыкновенно впадал в легкую меланхолию и уходил в себя на остаток дня. Пускай я жесток, но я нередко пользовался этим, когда нужно было подумать над чем-то в тишине, а простодушный Коля лез ко мне с разговорами.

Ведь я очутился... Где-то! Современная Российская Империя, какие-то обмотки на ногах и гостиничные номера в сараях. Набеги (судя по нашему беженскому положению), война какая-нибудь, да лес дремучий вокруг, в конце концов. А мне всего тринадцать, я худой и растерянный.

- «Ладно, Волчара, не дрейфь,» - дал сам себе команду перед очередной ночевкой. - «В разных делах бывали, и тут прорвемся.»

Самовнушение подействовало слабовато. Все ж таки, в ТАКИХ переделках я еще не присутствовал. С другой стороны - великолепный опыт. Да и чувствовать себя снова молодым... Эх, сколько я побил кустов и сухих веток, пока шел по этой бесконечной дороге! Специально себе даже толстую палку из орешника сделал, а на очередной стоянке заточил, на манер примитивного копья.

Мало ли что. Зверь, там, или дурень какой. А палками я владел на достойном уровне - был у нас в спецназе один мастер...

Так мы и брели, ночуя где придется, поедая, что подвернется под руку и смотря на любые дорожные знаки по половине часа. Впрочем, таких было совсем немного, и только последний дал хоть какую-то полезную информацию.

- Кра-сно-ярск, - по слогам прочитал Коля и улыбнулся. — Мы дошли до области? Ура. Осталось еще немного, я уверен.

- Там снизу знак с цифрами, - я помрачнел. — Подскажи-ка мне, что он значит?

- А какая разница, если я в цифрах не разбираюсь? - он пожал плечами. — Ну, обычно там указано расстояние до города. До столицы, то бишь. Смотри, эти циферки говорят, сколько нам еще идти до Красноярска. Давай представим, что осталось недолго.

Он похлопал меня по плечу и, что-то бодро насвистывая, пошел вперед. Я только удрученно вздохнул и подумал о том, что необходимо немедленно брать все в свои руки.

Нет, я не задумал бросать родителя. Каким бы простаком он ни был, но человек он хороший, и бросить его в одиночестве означало для него верную смерть. Но нужно было предпринимать что-то решительное.

Потому что до Красноярска нам оставалось пройти еще тысячу километров.

Вечером того же дня мы вышли к развилке, которая меня поразила. Поразила не буйством красок древнерусской природы, не обилием ягод и грибов на обочинах, а дорогой. Самой настоящей бетонированной трассой, с ограждениями, металлическими знаками и даже высоким работающим фонарем!

- Ну наконец-то, цивилизация! — обрадовался я и шагнул вперед.

Но был остановлен рукой Николая.

- Не надо, - мужчина внимательно осмотрелся по сторонам. — Мы пойдем другим путем, сын. Эта дорога не для нас.

- Да ты что, Коля?! - я от удивления забыл, что он, вообще-то, является мне отцом. - А для кого же она?! Да тут машины могут ездить. Что же ты мне не сказал...

Я запнулся. Ну да, я же не знал, что шли мы почти параллельно целому шоссе. Сам виноват. Тем не менее, это был наш шанс!

Коля не обратил внимание на мое панибратское отношение, но оставался очень задумчивым и печальным. Я видел - ему категорически не хотелось идти по нормальной дороге. Но, как я решил раньше, теперь я беру все это дело в свои руки. Так что его мнение больше ничего не стоит.

- Пошли, - тихо сказал я и потянул отца за руку. - Выйдем к людям. Мы уже три дня в лесу ночуем. Ну, три ночи. Ты можешь заболеть...

Последний аргумент его взволновал.

- Нет, - мотнул головой он и сам вышел вперед, ведя уже меня за руку. — Нет, но ТЫ можешь заболеть. Пойдем тогда тут, только тихонько. Не хочу я лишний раз...

Он не договорил, и два последующих часа мы прошли в молчании, просто глядя перед собой и перебирая ногами. Ближе к вечеру, когда солнце опустилось за кроны растущих по обочинам деревьев, мы вышли на особенно широкий участок дороги, весь избитый и треснувший. В его центре образовалась большая вонючая лужа, но я обрадовался ей, потому что пополнялась она явно из внешнего источника.

Когда мы подошли ближе, я легко различил небольшой ручеек с правой стороны. Местность шла под наклон, и с этого самого наклона, с холмика спрятавшегося где-то в кустах и деревьях, текла чистая родниковая вода.

А может и не родниковая. Но явно питьевая. Я чувствовал. Всегда воду любил. И купался, как дельфин, и дома, кроме воды, ничего для себя не держал. Сослуживцы, помню, шутили, что я пью только воду и водку. Ну, недалеко от правды. Воды мне роднее ничего не было. Кроме родни, конечно.

Вот и сейчас, прямо на кончиках пальцев у меня было знание, что ручей приведет нас к хорошему источнику. И там я обязательно вымою волосы.

Эх, волосы! Одно их наличие спасало мою сильно пошатнувшуюся психику, удерживая, что называется «крышу» на месте. Я старался мыть и чистить их каждый день, чем вызывал у Коли веселую улыбку и воспоминания вслух о моей матери. В этой жизни я отказываюсь лысеть!

- Давай попьем и заночуем где-нибудь подальше, - «предложил» я, подразумевая, что мой план - единственное, чего мы будем придерживаться. - Чтобы звери на ночном водопое на нас не вышли.

- Какой умный у меня сын, - блаженно улыбнулся Коля, немного расслабившийся в пути.

Но улыбался он всего долю секунды, а потом остолбенел и стеклянным взглядом посмотрел мне за спину.

Краем сознания я успел понадеяться, что это у него такая реакция на приближающийся транспорт. Впрочем, почти сразу, одновременно разворачиваясь, я понял две вещи.

Во первых - это действительно был транспорт.

Второе - у нас проблемы.

Встав подле «отца» я с нарастающим напряжением наблюдал, как в нашу сторону движется целый отряд конных всадников. Необычное, между прочим, зрелище - двенадцать наездников в русской одежде времен какого-нибудь дворянства, а парочка даже в кольчугах, спокойно едут по бетонированной трассе, освещаемой привычными любому современному человеку столбами.

Впереди всех, на белом жеребце (или кобыле), ехал широкий мужчина в красной одежде. Одежда та самая чем-то смахивала на монашескую, если только тот монах решил бы вооружиться до зубов ножами и повесить на бок баклер - небольшой щит. На бедре у мужчины висела богато украшенная сабля. Лицом - явный бандюган, уважительно относящийся только к бутылке. Судя по выражению, ходит в авторитете.

Не совсем понимаю, что это за казаки-разбойники, но, по реакции Николая, могу сделать вывод, что ничего хорошего от них ждать не придется.

Я крепче сжал палку и нащупал свободной рукой камень в своей маленькой сумке. Использовать ее как пращу я все равно не сумею, но снаряд метну куда надо. Если повезет - выбью одному глаз.

Что мне потом за это сделают старался даже не думать. Такие мысли ведут к поражению еще до начала свалки.

- Вечер добрый, люди, - чуть хриплым голосом поздоровался главарь.

- Да чего ж они люди, господин, - фыркнул один из всадников в кольчуге. - Бомжи какие-то.

Остальные рассмеялись, поддакивая, но остановились все за спинами этих двоих. Нас никто не стал окружать, и я воспринял это, как хороший знак. Пускай от коней мы все равно не убежим.

- И вам добрый вечер, - я постарался добавить вежливости в тон.

Хотел было спросить что-нибудь, чтобы поддержать разговор, но промолчал. В конце концов, передо мной явно бандиты. А у таких точно есть свои «понятия», в которых запросто может говориться, что спрашивать, как прошел день, могут только ближайшие родственники, а все остальные тебя так изысканно посылают к херам.

К каким, спрашивается, херам? Да хоть и к собачьим.

Главарь, тем временем, ухмыльнулся, отметив явно, что заговорил с ним я, а не Коля. Тот вообще стоял тише воды ниже травы и явственно грустил. Вот взглянул я на него, и так жалко стало. Будто это и впрямь мой батюшка (царствие ему) стоит сейчас и готовится получить тумаков от оборзевшей гопоты.

И так меня эта картина живо за душу взяла, что я разозлился. Не на шутку разозлился.

Что тут же заметил главарь.

- А чего ж ты, добрый человек, бровки нахмурил? - он наклонился поближе. - А друг твой чего молчит? А с волосами что? Да путь куда держите, уж поведай. Нам всем интересно.

Мужчины за его спиной немного нахмурились. Некоторые положили руки на оружие. Я не стал смотреть на каждое, но быстро понял, что огнестрела никакого у них нет и в помине. Зато колюще-режущего, да дробящего, в избытке.

- Это мой отец - Николай Волков, - я запоздало сообразил, что не узнал отчества родителя, и мне даже на миг стало интересно, так же оно совпадает с отчеством моего родителя из «прошлой» жизни? - А я - Костя. Мы беженцы. Из... из этого, как его...

- Из Томска, - тихо подсказал Коля.

- Ага, - я кивнул, а вместе со мной кивнул и главарь. - Вот оттуда. И идем в Красноярск.

- Ну да, в самый Красноярск, - серьезно покачал головой мужчина. - И зачем?

- Папа, ну, отец, батюшка в конюшни хочет... устроиться, - я запутался, не совсем понимая, как мне правильно величать Колю в разговорном стиле. Я не слишком выбиваюсь из образа крестьянина? А, шут с ним. - Работу ищем.

Главарь задумчиво хмыкнул и почесал щетину. Его прищуренный взгляд мне совсем не понравился. Я знал такой взгляд.

Почему-то, этот человек мне искренне не верил.

- Итак, в Красноярск идете, с Томска самого, да пешком, - подытожил разбойник. - Два человека. Мужик с мордой смазливой, как у бабы, и волосами, как пшено - раз. Два - пацаненок с очень мытой башкой, серьезный малый, который уже готовится врезать мне палкой и что-то швырнуть из мешка.

Я смутился, на секунду, его проницательности, и он не дал мне собраться с мыслями, наклонившись к самому моему лицу и обдавая запахом перегара:

- И ведь прете со стороны портальной зоны, неуважаемые. Да кто вам поверит таким красивым?

- Все у них не по людски, - поддакнул кто-то сзади. - И как семью изображать из себя без мамки? Или этот блондин у них и за мамку? Чур, я первый!

Ватага снова рассмеялась, заливисто и беззаботно, и только их внимательный главарь не спускал с меня глаз. И тут он ошибся, потому что в дело, наконец, вступил Коля.

- Не смейте! - закричал обычно тихий мужичок, бросаясь на ближайшего к нему всадника.

Конечно, тот просто пнул его прочь, и Колю бросило на землю, но остальные тут же всполошились, обнажая оружие.

Я же, не долго думая, решил воспользоваться моментом. Главарь банды только и ждал, когда я ударю, но даже он не успел вовремя понять, что бить я собрался не его.

Размахнувшись со всей дури, я всадил свое неказистое копье прямо в широкую шею его лошади. Я не так часто встречался с лошадьми в прошлой жизни, но уж точно знал, что прямой удар копьем (пускай и деревянным) в область шеи может и убить зверя. Но я даже близко не добился своего - зверь только встал на дыбы, грозя сбросить своего всадника на землю.

Красный главарь спрыгнул до того, как лошадь окончательно взбесилась от боли. Неожиданно ловко, для своей комплекции, приземлился на ноги и повернулся ко мне. Валяющийся там же Коля тут же схватил его за дорогой сапог и во всю мочь легких закричал:

- Беги, Костя! Беги, сынок, в лес! Я их буду держать!

Разбойники, казалось, смутились от таких слов и стали спешиваться, а я понял, что времени терять нельзя.

Не убегу. Да и куда мне бежать? А было бы, бросил бы я вот так этого мужичонку, в котором только вот недавно увидел собственного отца?

Если бы бросил, никогда бы больше в зеркало смотреть не смог.

Поэтому я бросил свой камень. Прямо в висок главаря. Взмах был четким, хлестким, и камень вылетел почти как пуля. Мужик как раз повернулся к Коле, чтобы, видимо, его ударить. Попади я в цель, и его можно будет взять в заложники. Не знаю, какие там правила у этой ватаги, но атаман - аргумент в споре крепкий.

Что бы я себе не задумывал, все пошло крахом в тот момент, когда неуклюжий и спившийся, с виду, главарь резким движением поймал мой камень у самой своей головы и, не глядя, отбросил в сторону.

- Ничего понять не могу... - букрнул он, отбрасывая Колю свободной ногой прочь. - Вяжите его пока!

Тут уж я ничего не мог сделать. Оскал сам собой наполз на лицо, и я мельком подумал, что очень уж удобный широкий рот у моего нового, молодого, лица, чтобы так скалиться в морду опасности. Я бросился вперед - на главаря, вспоминая школу рукопашного боя и с оттяжкой нанося свой удар.

У бандита, увидевшего меня в действии, от удивления расширились зрачки. Видать подумал, будто я совсем сошел с ума.

Впрочем, он быстро нашелся и в один непонятный мне миг оказался ко мне в упор. И ладонь его лежала на моем кулаке.

От него вдруг повеяло таким дурным жаром, что я застыл на месте, не соображая, что дальше делать. Мне не справиться. Мне - мальчишке тринадцати лет с этим солдатом, явно не раз и не два убивавшим на поле боя, не справиться. Никак.

Но замер не только я. Замерли вообще все остальные. И даже Коля во все глаза смотрел именно на меня, будто увидел самого сатану.

- Все в порядке, робяты, не врали они, оказывается, - спокойно махнул рукой своим парням главарь, все еще держа меня за руку. А потом повернулся ко мне. - Пацан, как бишь тебя... Костян! Ты давай, это, расслабься. И валыну свою ледяную убери, а то пупок с непривычки развяжется.

Ничего не понимая, я посмотрел себе за плечо. И тоже, как и все до этого, остолбенел.

Прямо за моей спиной, ровно по вектору движения детского кулака, висело и чуть ли не гудело от напряжения гигантская и кристально чистая сосулька с геометрически правильными гранями.

Я разжал кулак, и она тут же обрушилась на землю простой водой. Немедленно слившейся в ту самую лужу, у которой нас поймали.

Туда, откуда была создана.

- Одаренный ты, только и всего, - хлопнул меня по плечу главарь. - Демоны Одаренными не бывают. У них другие шутки. А раз вы люди, то и добро пожаловать на мои земли. Будете гостями, за такой радушный прием.

- Земли? - тупо переспросил я. - Как?

Один из всадников подвел своему начальнику лошадь и зыркнул на меня.

- Ты на границе Тобольской портальной зоны, пацан. В землях Кровавого Барона.

Совершенно ничего не понимая, я посмотрел вверх - на оседлавшего уже успокоившуюся лошадь мужчину.

- Приятно познакомится, - фыркнул он и развернул коня.

Похоже я гораздо дальше от дома, чем думал сначала.

Глава вторая. Сын конюха

«Разбойники», в чьих злых намерениях я уже был не уверен, развернули коней. Их главарь, которого назвали Кровавым Бароном, оставил обоих всадников в кольчугах что-то осматривать. Сам же похлопал свою могучую лошадь по раненой шее, на которой я, с удивлением, не смог найти даже следа от своего копья. При этом мужчина недовольно зыркнул на меня, но я его давящий взгляд выдержал спокойно.

По крайней мере, убивать и мучить нас не станут. А терпилой я никогда не был.

- Бха-ха-ха, а ты мне нравишься, - хохотнул Барон и жестом подозвал к себе. — Полезай. Поедешь со мной. А батьку твоего… Эй, Митро, под твою ответственность. Случится что с красавчиком, я тебя в поместье золотарем назначу.

Тот самый Митро, помогавший побитому Пете забраться в седло, только ругнулся, а остальные засмеялись над ответственностью товарища. Я кое-как вскарабкался в седло и снова посмотрел на Барона.

- А что? — он фыркнул. — Для этих упыренышей говно чистить страшнее смерти. Ты на нас не дуйся. Пока я главный, тут все по закону.

- Но убить вы нас собирались, - напомнил я и быстро вспомнил о приличиях. — Господин Барон…

- Собирался, а как, - мужчина пожал плечами. — Вы ж с портальной зоны выбрались. А там, сам знаешь, много уродов водится. И демоны. Сам жеж говоришь, что с Томска. Какую демоны там резню учинили, помнишь?

- Не помню, - буркнул я правду.

- Страшную, - воняющий кислым потом и перегаром Барон совсем не собирался, видимо, щадить детских чувств. — Мы только с границы сейчас. Месяц дома не были. Зачищали таких вот, как вы. Бродяг. Только не людей, а демонов и всяких разных. Вот вы нас и смутили. До сих пор понять не могу, как вам удалось пробраться мимо уродов. Видать, Бог вас сберег.

- А почему нас за демонов тогда приняли? — я сохранял деловой тон, но Барон, по-видимому, только забавлялся с вида тринадцатилетнего мальчишки, пытающегося говорить, как взрослый.

- А ты на волосы свои глянь, - мужчина потрепал меня по голове, чем заслужил уже по-настоящему бешеный взгляд. — Боюсь-боюсь, сопля. А башка у тебя выдающаяся. В смысле, мытая шибко. А у демонов, как известно, волосы всегда белые, как лунь. Ну и они не всегда дураки, так что могут и покраситься. И ухаживать за покраской будут. Вот я и подумал, что вы так маскируетесь хреново, да за маскировку беспокоитесь. Пока твой батька верещать не стал. Самопожертвование у уродов не в чести. Да и Одаренных, как ты, среди них не бывает. Хотя, если надо, они водичкой и пострашнее кинуться могут.

Я кивнул, будто бы и правда понял, о чем он говорит, но в голове моей творилось страшное.

Демоны, чудовища, вода. И, самое удивительное, я сам — колдун! Ведь не привиделась же ни мне, ни другим, гигантская копьеподобная сосулька, появившаяся прямо из обычной лужи.

Все это и, особенно, реакция на такое окружающих просто вопили о том, что я очутился в совсем-совсем другом мире.

Фантастика. Я не был совсем дремучим дедом-ментом и книжки современные читал. Иногда. Да и того же Гарри Поттера смотрел почти каждые новогодние праздники. Но одно дело — просто читать, и другое — создавать своей волей поделки изо льда.

К тому же, я всю жизнь был атеистом и скептиком. Впрочем, сложно скептически настроиться к магии, являясь магом самому.

Обдумывая все это, я не заметил, как задремал. Не то, чтобы рядом с Бароном было особенно уютно, или его лошадь шла чрезмерно прямо. Я просто устал от долгого дня и переизбытка информации, свалившейся на меня.

Солдаты Барона переговаривались вполголоса, сам он о чем-то думал, и моей дреме ничего не мешало. Ровно до того момента, как зазвонил телефон.

Звук, настолько привычный современному человеку, что услышав его здесь я поначалу подумал, что, наконец, проснусь в больничной палате. Но нет, я вздрогнул, сбрасывая сон, и недоуменно посмотрел на Барона.

Тот невозмутимо достал из внутреннего кармана сотовый. Да не простой, а вполне себе сенсорный смартфон! И, как ни в чем ни бывало, принял вызов.

- В зоне связи, - сказал он вместо приветствия. — Ага, вертаемся. Будем через три часа. Нет, не встречайте. Только Дмитриевна пускай не ложится, а готовить начинает. Жрать будем за троих каждый. Не, потерь не было. Поигрались ребятки под моим присмотром, все хорошо. О! Но везем двоих новеньких. Справьте им спаленку на двоих. Не, мужики, оба. Мужик и ребенок, точнее. Ага, ждите.

Положив трубку, мужчина выдохнул какое-то слово в воздух и посмотрел на небо. В этот миг он показался мне бесконечно измученным и старым. Однако, он быстро заметил мой интерес и помахал у меня под носом телефоном.

- Хорош, скажи? Последняя модель, с Москвы выписали. Два таких. Мне, да дочке. Хм, может быть поэтому я вам поверил двоим, а? Из-за дочки. Ты, поди, ее ровесник. Сколько тебе, говоришь?

- Трин-надцать... - я чуть запнулся, вспоминая, сколько мне теперь лет.

- Ну, чуток младше она будет, ей двенадцать только отметили. Господь послал, не иначе. Ну и, хе, дьявол, видать, постарался. Строптивая она у меня, вся в мать. А матери и нет вовсе... Поэтому, наверное, жалко мне твоего батьку. Да он еще и молодой совсем, да блаженный.

Я косо посмотрел на изливающего душу Барона. Тот скривился.

- Нечего зыркать, сопляк, - мне достался легкий подзатыльник, из-за которого я рефлекторно напрягся. Но мужчина упредил любую возможную глупость, выставив широкую ладонь у самого моего носа. - Я же правду говорю. Сам понимаешь. Батька-то твой, того...

Он выжидающе посмотрел на меня.

- Он... хороший, - я отвел взгляд.

- От то-то и оно, что хороший, - кивнул Барон. - Хорошим людям в нашем мире ой как не сладко приходится. И ему пришлось. Вот уже. Получил ни за что, ни про что, жену потерял, с ребенком один остался, хотя сам как ребенок. Это вам еще повезло, что мы вас встретили. У меня хоть и уголовники все вчерашние или завтрашние, но законы чтут. А есть в этих краях и настоящие ублюдки. Поверь, ты бы не захотел оказаться у них в руках. И батька твой тоже.

Он хотел было еще что-то добавить, но смолчал. Сделал скидку на возраст, видимо? Потому что контекст я уловил, не зря десятилетиями воевал против сброда, который он описывал. Вполне вероятно, что попади мы таким мразям, мой биологический «отец» быстро превратился бы в «мамочку».

Фу, аж думать тошно.

Но в одном Кровавый Барон был прав. Нам несказанно повезло, что именно его отряд вышел к той луже. И трижды повезло, что я смог убедить их в нашей человечности.

Потому что, как я узнал потом, Кровавый Барон может быть куда страшнее любых потерявших совесть и другие человеческие чувства разбойников.

*****

Петух закричал первый раз, и я резко перевалился на пол с кровати. Сердобольный отец Никодим - настоятель приусадебной церкви, и, по совместительству, управляющий домами слуг, уже на второй неделе подобных моих пробуждений подложил рядом с кроватью небольшой матрац.

И пускай эта лежанка предназначалась охотничьим псам Барона, она была еще не пользованная, блох и клопов на ней не было, как не стало и ушибов на моем теле. Я немного расстроился, ведь решил с детства приучать свое новое тело к правильным падениям, но матрац не убрал.

- Доброе утро, - улыбнулся Коля (все еще мой «отец»), продирая глаза на соседней кровати.

- Привет, - я улыбнулся в ответ.

И пошел работать.

Прошел месяц с того момента, как Кровавый Барон и его группа привезли нас в поместье. Как любое приличное жилище аристократа, оно имело свое имя и звалось «Вулканическим поместьем». На мои вопросы о том, чем было заслужено такое звучное имечко, местные только отмахивались, ссылаясь на самого Барона.

Я задался целью разузнать больше, но позже. Сейчас, даже с учетом спасения наших с Колей жизней, меня больше интересовал не наш спаситель, а я сам.

Тридцать лет я ходил под не всегда голубым небом Москвы двадцатого века. А потом еще тридцать лет - двадцать первого. Я закончил военную академию, пробился в ударный отряд и в рекордные сроки добился над ним командования. Меня уважали сослуживцы, любило начальство и боялись враги. Врагам, впрочем, всегда приходилось недолго бояться - мы действовали быстро, решительно и наверняка. Я горжусь тем, что делал, хотя иногда приходилось убивать и даже превышать полномочия. Моя жизнь тогда, казалось, состояла из войны. Войны не той, где две сверхдержавы лупят друг друга ракетами, прикрываясь выдуманными интересами страдающих сторон, а другой, более скрытной и куда более кровавой.

Я вышел на пенсию в сорок, когда завел семью. Но долго сидеть и наслаждаться покоем мне не давала моя боевитая душа. Я стал работать в полиции, куда меня взяли безо всяких вопросов. Жена умерла от болезни, когда младший сын закончил служить в армии. Дети тяжело восприняли это. А я работал.

В последние годы жизни (как необычно это звучит) я задумывался об этом. О том, что слишком много работал. Не то, чтобы я не был счастлив с семьей, но... Я просто делал то, в чем был лучшим. Делал на совесть и никогда не думал о большем. Мне не нужны были погоны генерала, не устраивало место в штабе или на учебном полигоне. Я был бы цепным псом, если бы не был Волчарой.

Под конец жизни меня стали звать Злым Волчарой. Пожалуй, я так и выглядел, верно? В последнем разговоре, помнится, Степановна назвала меня Мудрым Волчарой, и где-то и она была права.

Я бы себя назвал Разочарованным Волчарой.

Моим амбиции раскрылись слишком поздно. Пожалуй, это свойственно многим пожилым людям. Я завидовал молодым. Видел, как Петров ловко общается сразу с несколькими девушками, в глаза называл бабником, а на деле хотел бы так же. Видел как мой старший сын брал призовое место на чемпионате страны по карате и думал, что легко бы одолел всех его соперников, будь я моложе. Сидел на могиле жены, абсолютно трезвый, и не понимал, отчего по щекам катятся слезы.

Каждый в мире хотел бы получить второй шанс. Я не особенно верю в Богов, Будду или колесо Сансары, но, думаю, как раз своим честным и безамбициозным трудом я заслужил то, что со мной происходит сейчас.

Юность, как много в этом слове!

Я давно отвык от такой простой радости, как перепрыгивание через ступеньку на лестнице. Почти забыл вкус кислючих зеленых яблок - после бурной молодости мои зубы были довольно хрупкими. Боли в голове и спине тоже мешают жить, особенно с честно и совестливо заработанными в боях контузиями и грыжами.

Так что теперь, несясь по траве босыми ногами к конюшням, я мог назвать себя Восхищенным Волчарой.

Лошадей в хозяйстве Барона было много и всем нужен уход. Вообще-то, было немного безумно видеть огромные конюшни, расположенные аккурат напротив шикарного гаража, полного довольно дорогих и выглядящих даже для меня современно автомобилей. Но это было одной из тонкостей этого мира и моей новой реальности жизни.

Я решил использовать данный мне второй шанс на полную. Тут бы мне и начать изучать неведомую мне магию, к которой я, как оказалось, имею талант, однако все оказалось не так просто.

Когда я спросил Барона, когда мне можно будет учиться, он лишь плечами пожал:

- Вот стукнет тебе шестнадцать, тогда и можно. Если с батькой нормально работать будете, устрою тебя в лицей для Одаренных. В Верном есть один. Ну или в Академию Истребителей запишу. Но это не для таких, как ты. Ты ж водяной, вы больше по лечению.

- Как же? - я так удивился тогда, что даже челюсть отвисла. - А почему не сейчас учиться? И не хочу я лекарем быть!

- Ишь прыткий какой, - Барон фыркнул. - А что хотел-то? Сила Одаренных, магия, как хочешь называй, это что у нас?

- Ну, дар, наверное, - я замялся, не совсем понимая, какой от меня ждут ответ. - Какой-нибудь...

- Какой-нибудь, - передразнил мужчина. - Это - оружие! Вот уж, заруби на носу. А кто ж ребенку в руки даст оружие, да еще обучит, как его применять?

- Но ведь оно уже у меня есть, - не согласился я.

- Это верно, Дар ты свой почуял рановато, - Барон пожал плечами. - Так что с теперешнего мгновения я тебе запрещаю им пользоваться на моих землях. До шестнадцати лет.

- Но как так?! - вырвалось у меня.

Я был так... разочарован. Совсем по-детски. Будто у меня забрали самую красивую игрушку в мире и сказали что отдадут потом.

Осознав это, я усмехнулся про себя. Видимо, гормоны молодого тела и его реакции даже из меня мальчишку сделали. Удивительное дело!

Барон лишь потрепал меня по голове:

- Дворянство, понятно, своих детей учит с детства. Но они и за последствия отвечают и секретами делятся. А ты, раз уж на конюшни собрался, там и сиди пока.

- А вы меня не станете учить? - поднял я честные-честные и очень молящие глаза на мужика.

Не то, чтобы мне было сильно приятно это делать, но учиться я хотел не по-детски. Барон это тоже видел, так что улыбнулся мне, отчего его разбойничья рожа разгладилась и стала совсем доброй-доброй.

- А вот хрен тебе. Иди отсюда.

На том и порешили.

Но я все равно практиковался с водой. Даже несмотря на запрет, я решил не откладывать эту новую часть себя в долгий ящик.

Как оказалось позднее, Коля не сохранил никаких документов, подтверждающих наши личности. Конечно, процедуры для уточнения были, но, по закону, все время до непосредственного уточнения мы с моим «папой» должны были провести под стражей и наблюдением в ближайшем оборудованном отделении милиции (здесь орган все еще назывался так), либо же в Академии Истребителей.

Но Барон, видимо в жесте извинения за неприятное знакомство, позволил нам жить в своем поместье как крепостным крестьянам. Рабства в развитой стране не было… и, вместе с тем, большой свободой крестьяне не обладали. Как, впрочем, и в современной России к которой я привык. Если у тебя нет денег и связей, ты — никто. Здесь было немного проще — пойти в услужение к дворянину мог любой, ведь дешевая рабочая сила нужна была постоянно.

Жизнь крестьянина в Вулканическом поместье не была легкой. Ну, для обычного тринадцатилетнего мальчика, наверное. Мне же было невообразимо весело рано вскакивать по утрам, целый день проводить в заботах на свежем воздухе, а вечером донимать всех «взрослых» вопросами о мире и людях.

- А что такое «порталы», дед Мить? — спросил я однажды старшего конюха, ухаживающего лично за Дымкой - кобылой Барона.

Той самой, которую я «ранил».

- Это штуки, из которых выползают такие бесы, как ты, - буркнул дед, хмуро осматривая широкую грудь Дымки. Не знаю, что он собирался там искать, если эту скотину даже копья не берут.

Я щелкнул пальцем по жестяному ведру с водой, которую, после колодца, двадцать минут грел на солнышке. Дед Митя (или Митрофан Кириллович, как его называли другие молодые служки) снова недовольно вздохнул, но таки махнул мне рукой, и я напоил кобылу.

Пока Дымка мерно и с достоинством пила, старик вышел из конюшни и закурил. При своей подопечной дед Митя воздух не портил — заботился о ее здоровье.

- И все таки, - я вышел и поставил пустое ведро у его ног. — Что это за напасть такая?

- А мне, неграмотному, почем знать? — старик стряхнул пепел с цигарки, на которую я, признаюсь честно, смотрел жадновато, и усмехнулся. — Но ты же не отстанешь, клещ дьявольский?

- Ни за что, - я пожал плечами и улыбнулся. — Ты же так много знаешь!

Дед расплылся в улыбке, а я припомнил, что, по большому счету, этот мужик всего-то на три года меня старше. Сварливый и мрачный для других, к тем, кого он относил к «своим» он всегда был внимателен и добр. В общем-то, большинство людей были такими. И нужно лишь вовремя показать, что ты для них — самый, что ни на есть, «свой».

- Порталы это… навроде дырки вот этой, - дед Митя показал узловатым пальцем на маленькое отверстие в досчатой стене конюшни. — Мы с тобой Тут стоим, пердюхи конские Там летают.

Я, помимо воли, фыркнул. Уровень адаптивности объяснений старика Митрофана под слушателя был феноменальным. Эх, а еще недавно я и сам такие шутки отмачивал…

- Ну да, - дед остался доволен моей реакцией. — И что-то к нам Сюда тоже вылазит. Хошь — занюхни.

- Не буду, - я категорически замотал головой. — Я тебе, дед Мить, верю полностью.

- Вот то-то и оно, что веришь, - старик погрозил мне пальцем. — Я тебя уже знаю. Барон тебя в лицей отправить хотел, а? А сам ты в Академию хочешь? Вот лучше не слушай старого дурака, а дождись учебу. Там тебе умные люди все расскажут.

- А чем ты плох? — я пожал плечами. — Давай, не скромничай, а рассказывай.

- Нагленышь, - главный конюх потрепал меня по мытым с утра волосам. — Матушка твоя, видать, семи была пядей во лбу. В кого ты пошел такой. Ладно, слушай. Порталы, как дырки, ведут в другие места. В миры другие, или планеты. Не важно. Главное, что в них, обыкновенно, зверье какое или даже разумные твари. Но все одно — не люди.

- Злобные ублюдки, - я щелкнул пальцами.

Мой тон был спокоен, потому что я не был ребенком, потерявшим дом, друзей и маму из-за обширного нападения тварей из порталов. Но я занимал тело такого ребенка и поставил себе цель отомстить за его страдания. Хотя бы в знак признательности к новой, молодой, жизни.

- Не все они злобные, а некоторые даже и хорошие, - дед Митя покачал головой. — Но за ними стоят демоны. Вот это — злобные ублюдки. Демоны гонят жителей других миров на нашу сторону. Как свою армию. Тут уж тебе не скажу, почему. Не хватает им своих сил, или они так развлекаются, а может — они с этого имеют то, чего мы не ведаем. Но это вот факт — порталы создают демоны, чтобы натравливать на нас иных тварей.

- А что же сами демоны? Какие они?

- Разные, парень. Есть огромные, похожие на жуков. Есть небольшие, как крысы или кошки. Хотя, в большинстве своем, я слышал, похожи на людей. Ну, тебя вот взять.

- Завязывай, дед Мить, - я скорчил мрачную мину. — Я на тебя даже хомяка натравить не смог бы. Только бабу Таню. Или что, скажешь, что она тоже — тварь из другого мира.

Старик расхохотался:

- А вот это точно! Ох, ты и правда демон, ха-ха-ха! Танюша моя — помесь носорога и дерева!

Из-за угла, как назло, выскользнула горбатая тень:

- Шо ты там сказал, осел сутулый?!

А дальше я не смотрел — бежал со всех ног прочь. Когда баба Таня начинает орать, мрут даже птицы.

*****

- Ты на меня не обижаешься?

Мой биологический отец — Коля, стоял в углу сарая, неловко переминаясь с ноги на ногу. За прошедшие полтора месяца моей новой жизни, я узнал его как робкого, наивного и, чего уж греха таить, глуповатого мужчину. Но он был удивительно добр и невероятно красив.

Родись он женщиной, и точно мог быть придворной любовницей хоть самого Императора. Но он родился мужчиной, и в том его вины нет.

Мне он нравился. Я никогда не жаловал дураков, которые оправдывали себя наивностью или природной доверчивостью, но Коля был не таков. Он прекрасно осознавал свои слабости, принимал их в себе и ни у кого не просил снисхождения. И не гордился сильными сторонами, а просто принимал их так, как есть.

- За что мне на тебя обижаться? — я повернулся к нему.

Коля был выше меня, его светлые волосы отросли и превратились в подобие разграбленного птичьего гнезда. Рубаха и штаны были латаны-перелатаны, но, выглядя так небрежно, он умудрялся не просто сохранить, но и приумножить свое природное очарование. Мне он казался похожим на бездомного премилого щенка.

- Ну-у-у, за все? — Коля попытался улыбнуться, но его выражение лица было таким виноватым, что я не улыбнулся в ответ, а нахмурился. — Я же… Все потерял. А теперь даже не могу отправить тебя учиться.

- Так я же учусь.

Я не врал, я действительно учился. Каждую неделю! Для детей крестьян, с малых лет начинавших трудиться, существовали специальные субботние школы, в которых обучали базовому счету, алфавиту, географии и истории.

Вообще же в этой Российской Империи образованию уделялось много внимания, но из-за тяжелой жизни провинциалы, близкие к портальным зонам, не могли позволить себе такой роскоши, как учеба на половину срока жизни. Да и не нужны были такие ученые. А нужны как раз, конюхи, рабочие, дворники и просто люди с руками и головой на плечах.

Так что аргумента родителя я совсем не понял. При нашем положении — чудо, что я могу хотя бы субботнюю школу посещать.

- Я про твой Дар, - объяснился Коля. — Ты такой способный. Весь в маму… Но денег у нас нет, чтобы начать развивать тебя раньше лицея.

- А разве это законно? — я удивился. — Барон же сказал, что детям нельзя учиться.

- Можно, если есть наставник, - Коля пожал плечами. — Так делают те, у кого есть деньги, конечно. Репетиторы, тренеры, учителя. Всего этого мы себе позволить не можем. Если бы твой папа был умнее…

Я отложил вилы, которыми заготавливал сено на ужин лошадей и подошел к Николаю. Биологический отец сейчас, я же относился к нему, как к младшему братцу. Пускай непутевому, но хорошему и верному.

Обняв его своими худыми мальчишечьими руками, я почувствовал, как «папа» дрожит. Как я понял, раньше он не особенно много времени уделял воспитанию сына, оставляя все на жену, как и любой отец. Более того, он понимал, что уму-разуму ребенка не научит и, даже не смотря на то, что кровиночку Коля любил, старался держаться в стороне и с улыбкой наблюдать, как растет наследник.

Теперь ему приходится тяжело. Потеряв любимую жену, дом и нормальную работу, он вынужден нести ответственность не только за бестолкового себя, но и за почти незнакомого меня. И он боится.

- Ты спас мне жизнь, пап, - обычно я называл его по имени, и мы уже привыкли к этому положению вещей, так что теперь я почувствовал, как он расслабился всем телом, услышав оставленное в прошлом слово. — Ты знаешь, я много забыл из-за той болезни. Не могу вспомнить маму… Но я никогда не забуду, что ты меня защитил. И всегда буду благодарен тебе.

Родитель взял мои ладони в свои дрожащие руки и, со слезами на глазах, улыбнулся.

- Помолимся, сын?

Коля не воздавал почести Богу. Ни одному из тех, что были известны человечеству. Он говорил, что и так знает об их существовании, так что не видит смысла в них «верить» или «не верить». Но он молился. Молился самой Вселенной.

- Я молюсь дому своей души, - говорил он. — Молюсь месту, откуда я родом, и откуда родом все люди, звери и боги.

- Откуда взялась твоя вера? — спросил я как-то.

- О, мне показал ее твой дядя.

- У тебя есть брат?

- У твоей мамы. Его зовут Ловен, и у него такие же красивые волосы, как у тебя. Только он их выкрашивает. А еще он был единственным из семьи твоей мамы, кто принял меня, как родного.

По этим словам я узнал, что у меня есть далекая родня. И что она не жалует моего простоватого отца. Но попросить их помощи было бы сложно, даже если бы они были к нему благосклонны. Потому что семья моей матери была родом из германского клана Брау.

Забавно, что веру моему отцу подсказал некто по имени Ловен Брау.

Утешив родителя, я вернулся к сену. Как я уже упоминал, коней и лошадей в хозяйстве Барона было много. Это потому, что современная техника чудовищно плохо работает в аномальных зонах порталов, в то время как живые существа запросто могут там находиться и даже становиться сильнее.

Раздумывая об этом, я дал себе новую задачу — посетить окрестности хотя бы самого маленького портала в мире. Мне была крайне интересна эта сторона моей новой жизни. Вполне возможно, я найду свое место среди Истребителей Демонов? В конце концов, ударная группа специального назначения ФСБ в моей прошлой жизни была чем-то подобным.

Под такие мысли я заработался и совсем пропустил момент, когда мое одиночество в сарае оказалось нарушено. Ровно до тех пор, пока за спиной отчетливо не фыркнули с самым высокомерным выражением в мире:

- И что это ты делаешь, мальчишка?

Я обернулся на явно детский и девичий голос и удовлетворенно прищурился.

Напротив меня стояла, уперев руки в боки, худощавая девчонка моего возраста. Тонкие черты лица, дорогая прогулочная одежда с маленьким гербом Кровавого Барона — по всем признакам передо мной оказалась одна из местных дворяночек.

Красивый ребенок. Черные, как смоль, шелковистые волосы, такие же, от природы темнейшие брови и необычные, ярко-зеленые глазищи, в которых можно было бы утонуть.

Я знал, кто она. И она знала. И именно поэтому я решил не играть по ее маленьким женским правилам и пожал плечами, не выпуская из рук вил.

- Ты кто еще? — спросил нагловато, в душе ликуя.

Ведь последние несколько дней я ждал именно ее.

Глава третья. Магия

Моя неожиданная, но ожидаемая гостья смутилась. Впрочем, ненадолго. И вскоре в меня полетела еще одна обвинительная и шедевральная фраза.

- Дети должны спать после обеда, - девочка фыркнула. — Ты что ли не знаешь? Хм, да а куда тебе знать, если ты крепостной, да? Еще и такой маленький.

Я только хмыкнул и вернулся к сену. Все ровно так, как говорят в поместье. Наследница окрестных земель — трудный ребенок.

Екатерина Филиповна Стенгер — единственная дочка Кровавого Барона и, по совместительству, единственный дворянский ребенок в окрестностях Вулканического поместья родилась с золотой ложкой во рту, пускай была дочерью «всего лишь» барона. Тем не менее, слава ее отца и стратегическое расположение его земель (почитай, на самой границе с Монголией и Казахстаном и самой крупной портальной зоной на ближайшие несколько тысяч километров) делала ее одной из самых желанных пар для заключения стратегических союзов.

Вот только заботливый и ревнивый папочка не подпускал другие семейства свататься или даже просто присмотреться к будущей правительнице такого самостоятельного и гордого баронства.

Из-за этого маленькой Кате приходилось расти в обществе редких подружек-родственниц, иногда приезжающих в этот медвежий угол по делам. Неплохой кампанией оставались дети дружины Барона — его будущая гвардия, но их расписание было плотно забито тренировками, в то время как дочка правителя скучала от безделья. Еще были крепостные — вассалы ее отца. Тут все классически, ведь господские дети в детьми служивых не уживаются от слова «совсем».

Ну, нам всем повезло, что Барон — личность довольно демократичная, так что он не спускал дочери обиды детей своих подчиненных. Когда девочка впервые отняла игрушечного коня у сына одно из поваров, не чающий души в своей доченьке Кровавый Барон так наорал на ее нянек, что была Катюша бита по попе и не могла потом сидеть с неделю.

Исправило ли это ее характер? Едва ли, ведь с тех пор друзей среди детей крепостных у нее не появилось. Но она стала заметно аккуратней, а с недавних пор, по рассказам слуг, девочка решила, что по определению «лучше, умнее и взрослее» простецких детей.

Это я видел. И это было забавно.

- Дети должны спать, - согласился я, насаживая очередной сноп на вилы. — А я должен работать. Знаешь же, в чем отличие детей и взрослых?

- Хм! — девочка скривила бровки, и в ее глазах я с удивлением обнаружил свет недюжинного интеллекта. — В росте?

- Бывают взрослые-карлики. Или высокие дурни, - я пожал плечами.

- Тогда отличий и вовсе нет, - уверенно припечатала баронесса.

- За детей отвечают родители. А взрослые отвечают сами за себя.

Юная Катя на мгновение подвисла, сопоставляя, видимо, свою картину мира со сказанной мной фразой. Когда процесс был завершен, она снова задрала носик к потолку.

- Ну вот я за себя отвечу, а ты что?

- А я работаю, пока остальным детям нужно спать, - я довольно оскалился, радуясь, что девочка стоит за спиной и не видит моей хитрой и, признаться честно, немного пугающей физиономии. — Я — взрослый.

- Дурень ты просто, - фыркнула молодая наследница и вышла на улицу.

Впрочем, надолго в тишине меня не оставили. Вместо этого девочка, уже проведя полосу земляной грязи по белым брючкам, притащила вторые вилы и встала рядом со мной.

- Если я не хочу сейчас спать, я должна полезно работать, - она собралась поправить прическу, но увидела грязь на руке от вил и опустила руку. — Меня зовут Катя, а тебя?

- Костя, - я, не стесняясь, протянул ей грязную руку.

Такой же грязной рукой она ее и пожала.

- Давай работать, Костя, - сказала она. — А через час пойдем играть. А то скучно будет.

*****

Я не имел особого подхода к детям. Даже при том, что раньше мне довелось побывать гордым дедушкой, мне никак не удавалось понять, что творится в маленьких головках этих удивительных существ. Ровно до возраста уголовной наказуемости. Вот там я разбирался неплохо, ведь у преступника, будь ему шестнадцать или тридцать шесть, мышление отличается от разума законопослушных людей.

Екатерина Филиповна преступницей не была, но, судя по всему, немало нахваталась у своего батюшки повадок, так что предсказывать ее реакции на те или иные события мне удавалось. И она реально оказалась неожиданно умным ребенком — куда там детям слуг-коллег отца!

Говоря по простому — мы подружились.

После случая с сеном для лошадей, юная Катя почти ежедневно приходила ко мне вместо послеобеденного сна. Встревоженные няньки искали девочку повсюду, но обнаружить баронессу заготавливающей ужин для скота никак не ожидали, так что неизменно рыскали впустую.

Несмотря на высокое происхождение, и оттого так высоко задранный от гордости носик, Екатерина быстро научилась ловко орудовать вилами и вскоре стала прекрасной помощницей в моей дневной рутине. Благодаря ей удавалось закончить с делами побыстрее, ну а потом мы шли играть.

И мне снова повезло, ведь молодая баронесса была в том самом возрасте, когда куклы теряют свой статус лучших девичьих игрушек. А если учесть, что у девочки, как у единственной наследницы «припортального» баронства, был сильный Дар, то и интересных игр с таким инструментом можно придумать безумно много.

- Ты, значит, водянишка, - определила Екатерина, когда мы вышли «играть» после часа работы вилами в первый раз.

- В смысле? — осторожно поинтересовался я.

- У тебя Дар к Водной Стихии, - девочка положила ладошку на лобик и сокрушенно покачала головой. — Ты не знаешь? Он уже хороший, можно управлять.

- Да я-то знаю, а вот ты откуда узнала? — я нахмурился. — Тебе Барон сказал?

- Папа скажет мне, как же, - фыркнула Катя. — Не, я умею просто. Если посмотрю, сразу узнаю. Про тебя все ясно — водянишка. Слабенький.

- А ты сама тогда? — тут же заинтересовался я.

Признаться, я знал, что девочка была Одаренной, и сам собирался подружиться с ней ради углубления в тему магии (не с дедом же мне Митяем Дар обсуждать!), а тут с ходу нарвался на маленькое открытие. Эта маленькая баронесса умеет видеть Дар других людей. Необычно ли? А мне почем знать! Но одно я знаю точно — ни одного человека с таким Даром не было с Кровавым Бароном в тот день, когда мы впервые встретились. Иначе бы его так не удивило то, что я Одаренный.

- Я… - девочка набрала в грудь побольше воздуха, явно чтобы похвастаться. — Тебе не скажу.

Я, приготовившийся к интересному откровению, немного подвис, а потом посмотрел на нее с почти детской (под стать моей физиономии) обидой.

- Ну вот, а сама мою специализацию знаешь.

- Специализватьсясь, чего? — девочка чуть язык не сломала. — Специализация? Это же у машин что-то, нет? У Дара есть только Суть. Вот у тебя Суть — Вода. У меня — не скажу. А у папы…

- У него тоже не скажешь, - лениво улыбнулся я.

Простая провокация. Детская. И на ребенка сработала на «ура».

- Про папу скажу, - Катя пожала плечами. — У него Суть — Вулкан.

- Это как Огонь?

- Это как Вулкан. Ладно, нечего зря языками чесать. Давай поиграем лучше.

Я осмотрелся. Мы стояли на границе территории поместья и леса. И никаких предположительных игрушек или, там, качелей и горок я не видел.

- Во что? И как? — не понял я.

- Тяни и толкай, - Екатерина снова покачала головой, совершенно пораженная моим невежеством. — Даром. Костя, ты как вообще на свете живешь такой глупый?

Я неопределенно хмыкнул. Ну да, не шибко-то хорошо живу — сын конюха. Но пока что хватает. А там, дайте срок, отгрохаю поместье побольше Вулканического по соседству и буду Кровавому Барону камни в огород кидать. В честь старой памяти.

Кстати, теперь я, похоже, узнал, почему оно называется Вулканическим...

Редкие патрульные же, совершающие регулярные обходы, уже дважды появлялись в зоне видимости и, я был уверен, нас заметили прекрасно. Беспокоить не беспокоили, однако использовать свой Дар под их взорами я просто не мог.

- Мне твой отец запретил с Даром играть, - я развел руками. — Уж извини, Катя, но ничего не поделаешь.

- Ну да, - сделала вид, что не поверила, девочка. — Ты просто боишься меня. Боишься, что тебя уделает девчонка.

- Не, - я махнул рукой и присел на поваленное дерево.

Раздумывала Катенька недолго. Уверенно взяв меня за руку, девочка шмыгнула в подлесок, уже не входящий в обязательную территорию проверки патрульных и, за десять минут постоянных оглядок назад и звонкого «шагай быстрее» привела к небольшой полянке.

- Тут нас никто не увидит, - с затаенной гордостью объявила она. — Это — мое место. Я тут играю, когда… одна.

Оглядевшись, я серьезно задумался. Полянка, на которой мы оказались, была совершенно необычной, ведь она была... поломанной.

Тут и там деревья были подраны или изрублены, кое-где обожжены. На некоторых участках земли тоже виднелись черные проплешины и просто какие-то непонятные разрытые ямы. Вокруг поляны, куда не взгляни, были видны небольшие лужицы разного размера, а чуть вдалеке тихо журчал тонкий ручеек.

Я уже осознал, что дочка Кровавого Барона была куда более опытным магом, чем я, и теперь примерно понимал, в какого характера «игры» она тут играет.

- А это точно не опасно? - с сомнением потянул я.

- Ой, да не скажу я никому, что ты Дар использовал! - махнула на меня рукой баронесса, а потом, почему-то, смутилась. - А ты тогда тоже никому не говори про это место. Оно секретное. Мне... его мама показала.

Я только молча кивнул. Раз мама показала...

- Тогда будем играть! - решила девочка, отбрасывая грустные мысли. - Итак, ты начинаешь, а я подхвачу. Давай. Пытайся.

- Пытайся... что? - я покрутил головой.

- Ну ты как маленький вообще, - Катя сделала большие глаза и за руку повела меня к ближайшему овражку с водой. - Вот, стихия твоя. Суть Дара. Я же знаю, что ты ей можешь управлять. Вот, давай, управляй.

Я нахмурился. Одно дело - заниматься не совсем понятной мне магией самостоятельно и, так сказать «нелегально», но совсем другое - делать это под присмотром баронской дочки. Тем более, когда сам же Барон наказал мне ни за что к Дару не обращаться.

За себя я не беспокоился, ведь мне даже умирать не впервой будет, но вот рядом с окружающими старался с водой не играться. А тут придется перед ребенком к неизученной силе обращаться.

Однако, рациональная часть победила. В конце концов, мне нужны были тренировки, и я ждал именно такой случайности. Если же девчонка сдаст меня Барону... Ну, я - всего лишь ребенок, которого взяли на «слабо». А если эта отмазка не сработает, я придумаю другую.

Я сосредоточился на своем ощущении воды. Всегда любил эту стихию, всегда уважал ее. Поначалу службы в спецназе меня окрестили «Водяным», и это было не случайно.

Но даже в лучшие дни своей прошлой жизни я не ощущал с водой такого единения, какое чувствовал сейчас. Было ли дело в странных играх, в которые тут играла сама с собой молодая баронесса, или в каких-то правилах управления магией, которых я пока не знал, но эту конкретную лужу перед собой я чувствовал.

И постарался к ней обратиться.

- Вот так вот, - кивнула с умным видом Екатерина Филиповна. - Давай, тяни ее вверх, сколько сможешь.

Я послушно «потянул», с трудом понимая даже, какой именно орган я сейчас задействую. Но вода отозвалась. И кристально-чистой каплей, с каждым мгновением набирая в весе и качаясь от собственной тяжести, лужица стала собираться в воздухе.

- А... что дальше... - от напряжения я еле мог говорить.

Самое дурное было то, что я даже не понимал, что именно я напрягаю, чтобы колдовать. Поэтому, с чисто воинской смекалкой, я напрягал сразу все. И чуть не обосрался.

- А теперь веди ее ко мне, - уверенно заявила Катя. - Давай-давай, не боись. Тяни-толкай, помнишь? Ты даешь воду мне, я верну тебе и так по кругу, пока не научимся... Ну, как мой папа сказал, чему-нибудь удивительному!

Судя по скептическому тону, в словах Кровавого Барона его дочка сомневалась и ничего «удивительного» не ждала от таких игр. Тем не менее, глаза у нее горели азартом, и я понял, что сама концепция заигрываний с Даром ей жутко нравится.

Вот только мой убогий контроль, похоже, никак не подходил для этой задачи, потому что я, попытавшись лишь чуть направить висящую в воздухе каплю в сторону Кати, тут же потерял над ней контроль, и вся собранная мной вода устремилась к баронессе так, будто ее запустили из арбалета.

- Ой, что... - дернулся было я, окончательно теряя контроль.

И совершенно ничего не успел сделать.

Девочка, в которую абсолютно неожиданно выстрелил шар воды размером с ее голову, только усмехнулась. Она дождалась снаряда на подлете, обернулась вокруг себя, и шар, будто подсев на ее орбиту, пролетел вместе с ее разворотом.

А потом так же быстро врезался мне прямо в лицо.

- И это игра такая? - мрачно спросил я, освеженный и насквозь мокрый до пояса.

- Уха-ха-аха-ха-ха-ха, - звонко расхохоталась баронесса. - Ага, игра! И ты так классно проигрываешь, Костик! Просто улет! Давай еще! Если боишься заболеть, то я тебя просушу потом, когда заканчивать будем!

Я вдруг почувствовал, как вода, стекающая с меня, приходит в движение. Почувствовал азарт от слов этой маленькой аристократки. Почувствовал, как губы сами собой растягиваются в фирменном оскале.

- Ну давай! - крикнул я, и в Екатерину выстрелили сразу три небольших фонтанчика из моих мокрых волос.

Так и начались мои тренировки с молодой баронессой, и наша общая дружба. Уже к концу первого месяца таких занятий я стал выигрывать у нее в пяти «поединках» из десяти, и мой прогресс явно ее напрягал.

Тем не менее, я не забывал и о других своих заботах.

*****

Я переродился в теле своего юного тезки в начале мая.

За первый месяц моего пребывания в этом безумном мире я стал «конюшенком», помогающим отцу и самому главному конюшему Вулканического Поместья - резиденции Кровавого Барона, чье баронство занимало заметную часть Красноярской области. Кстати, именно "области", а не "края". Потому что здесь эти понятия, пускай и существовали вместе, но, все же, отличались. Областью считалась вся земля от реки Ангара, до, непосредственно (и включительно) земель Филипа Асторовича, которые соседствовали с Монголией. Вопросы, вроде этих, сыпались из меня, как из дурачка-курсанта на первом боевом выезде, да и ответов было так же мало, как мало давалось таким неугомонным курсантам.

За месяц второй я стал дружен с юной баронессой и осваивал, вместе с ней, приемы контроля над Сутью Воды. Теперь я старался сохранять хладнокровие и держать свои вопросы при себе. Екатерина Филиповна явно не была тем специалистом, который мог ответить мне по сути, так что я ждал возможности поговорить с кем-нибудь действительно сведущим.

Конечно, слуги и жители поместья ни слепыми, ни тупыми не были, и уже прознали, что баронская дочь сильно сдружилась с сыном нового конюха. На какой почве мы сошлись все тоже догадывались. Неземного обаяния и красоты во мне, в отличии от «отца», не было, зато был Дар.

Барон, похоже, пока что решил закрыть на это глаза и только радовался, что дочка нашла себе развлечение. Более того, он сделал Колю - моего отца, личным конюхом Тетрарха - жеребца Екатерины Филиповны. Это был определенный карьерный рост и, видимо, знак благодарности от правителя.

Поэтому нас с Колей в доме слуг уже стали называть «приближенными». Не то, чтобы это давало много привилегий, но определенные плюсы были. Теперь прачка - тетя Ира, старалась выстирывать вещи для нас вперед остальных, чтобы мы являлись к его светлости опрятные и приятные. Отец Никодим смог выгадать для меня совсем новый коврик, на который я теперь падал каждое утро, заставляя себя просыпаться. И даже старик Митрофан больше не обзывал меня бесом.

Впрочем, он нашел другое развлечение.

- Ты на Екатерину Филиповну не заглядывайся, парень, - фыркал дед при каждом удобном случае, смоля цигарку. - Не твоего поля ягода, да не твоего полета птица.

- Чего бы умного сказал, дед Мить! - неизменно отвечал ему я.

После работ в конюшнях я шел во двор дома слуг. Там, где другие дети возились в песочницах, курили за деревом, пытаясь спрятаться от общей няньки — тети Лары, и занимались прочими детскими делами, я тренировался.

На самом деле, это был довольно важный пункт моей прошлой жизни — регулярные тренировки. Под старость лет я редко посещал спортзалы, но регулярно катался на стрельбище и три раза в неделю купался в общественном бассейне. Теперь же, заполучив молодое и здоровое тело, я быстро пришел к выводу, что это самое тело было… слабеньким.

Любой взрослый скрутит меня в бараний рог, если захочет, а с учетом местных крутых нравов и довольно посредственного контроля дворян за своими крестьянами, угроза такого события была довольно реальной. В общем, я занимался. Но не совсем обычно.

Помню, тогда я только пришел в спецназ и быстро дослужился до штурмовой группы САМОГО специального назначения. Тогда тащ-капитан Манкин впервые выдал мне тренировочную одежду и длинную прорезиненную палку. Когда он привел меня в тренировочный зал, я сильно удивился тому, как похоже все вокруг на типичный японский боевик. Татами, полумрак и мудрый сенсей с боевым шестом напротив.

- «Покажи мне,» - говорит. - «Как ты двигаешься.»

Двигался я тогда плохо. Зато вот тащ-капитан меня двигал просто отлично! По всему залу гонял, пока семь потов не сошло. Это было, говорит, вступление в новые тренировки.

Тогда я и познакомился с посохами. Удивительная вещь, если честно. Самое простое и дешевое оружие, изобретенное человеком, но насколько же оно многофункционально и эффективно! Любая отработка приемов с посохом превращалась, одновременно, в полноценную физическую тренировку. Любые движения с ним требовали координации, гибкости и точности. Небольшая ошибка, и тебе по голове прилетает из собственных рук.

К концу службы я боготворил такие тренировки.

Так что теперь, отойдя от деток на безопасное расстояние, я занимался восстановлением своих навыков, держа в руках длинный черенок от сломанных вил. Признаться, снаряд был для меня тяжеловат, но так должно быть даже эффективнее.

Так шли недели. Утром я помогал отцу в конюшнях, днем занимался со сломанными вилами и «играл» с баронессой, а вечером мы все, слугами, собирались у костра на улице, в погожий день, или в зале дома для слуг, у телевизора, и сидели в кругу большой и дружной разношерстной семьи.

Меня крайне умиротворяла такая жизнь. Казалось, я нашел то, что так и не смог обрести в прошлом. Часто на меня нападали порывы оставить занятия магией с баронессой, оставить мечты о боевом будущем и амбиции и наслаждаться простецкой ежедневной суетой баронского слуги-конюха.

Но у Вселенной, как говаривал мой «батюшка», оказались на меня свои планы.

Глава четвертая. Беатриса Стенгер

В тот день Барон получил письмо. Я помню как Егорка - молодой парень двадцати лет, почтальон рода Стенгер, принес владыке наших земель конверт. Как раз после конных занятий Барона с Дымкой и Катюхи с Тетрархом. Мы с Колей только-только приступили к обслуге лошадей.

- О Боги, только не э-э-это, - донеслось до меня разочарованное девичье, и краем глаза я заметил, как маленькая баронесса поникла, сидя рядом с отцом.

- Наверняка ей опять че-то надо, - рассеянно вздохнул Барон. - Ну да не кисни, Тришка, конечно, не подарочек, но все ж твоя тетя.

- «Этикет туда, этикет сюда, а вот этот этикет надо засунуть...» - девочка явно пародировала какую-то скучную даму и делала это мастерски, но осеклась перед отцом, не договорив окончания жизненного пути этикета. - Па, а давай убежим от нее, а? Скажем, что в отъезде...

- Нет уж, нечего всяких баб вздорных бояться! - решительно тряхнул головой Барон, поднимаясь. - Да и тебе, соплюшке, полезно будет у Тришки поучиться. Пускай не чистокровная дворянка, а ее даже в Москве в пример ставят. Так что давай, дуй готовиться. А я тут того-этого... тоже подготовлюсь.

- Много не пей, - предупредила отца мелкая егоза. - Мало - тоже!

И, рассмеявшись собственной остроте, скрылась в главном доме поместья. Барон только фыркнул ей в след и покачал головой.

Тогда после обеда Катя на конюшню не пришла. Мы пересеклись с ней гораздо позднее - вечером, когда я, уставший и голодный, возвращался с очередной тренировки с вилами. От магических упражнений сделал себе выходной, раз такая оказия случилась.

Оказалось, что я совсем не знаю дороги к нашему с Катей месту для игр! И это я - матерый Волчара, пускай и не самый крутой лесник в мире, но все еще хороший следопыт - не смог понять, какими именно тропками меня почти каждый день водила двенадцатилетняя девочка! А заниматься на территории поместья не хотелось, ведь в нашем тайном, ото всех (и даже, как оказалось, от меня), месте для тренировок вода подчинялась мне куда охотнее, в то время как из обычной лошадиной лохани было тяжело даже тонкую струйку извлечь.

Да и, признаться честно, чувствовал я себя очень глупо, пытаясь колдовать в одиночку. Не отпускали меня мысли взрослого человека двадцать первого века, что занимаюсь чем-то нелепым.

- Кость, к тебе дело есть, - сразу взяла быка за рога Катя, встретив меня на подходе к дому слуг. - И одно поручение.

- Вот так вот, дело и поручение, - я усмехнулся.

- Ага, причем одно исключает другое, - девочка хитро на меня посмотрела. - В общем-то, смотри, завтра к нам приезжает моя тетя. Папина сестра. Будут далекие прогулки, может быть даже к самой портальной зоне.

Я кивнул. Далекие прогулки предполагали поездки верхом. На своих двоих достопочтенные господа-аристократы до ближайшего портала будут ишачить трое суток, не меньше. С мощными зверями из конюшен Кровавого Барона можно домчать за несколько часов. Особенно если сменять их на переходной базе, где пару раз работал Коля (потому что он взрослый) и никогда еще я (потому что я не взрослый).

- В общем, первое время ты с твоим папой точно будете с нами, - девочка пожала плечами. - До переходной базы. Поэтому поручение простое - вырядитесь, как на парад, и следите за манерами во все свои четыре глаза.

- Строгая тетка? - понимающе кивнул я.

Девочка скуксилась:

- Не строгая, а поехавшая. Каждый раз одно и то же. Приедет, поздоровается и будет шпильки вставлять. Раз двадцать отца заденет, тот не вытерпит, разорется. И начнется самая настоящая война. Кто кого куда научил, кому что в свое время подарил. И так далее. Отец, как ты знаешь, из простой семьи. Бабушек и дедушек оттуда у меня нет. Да никого нет. А тетя Беатриса есть. И она очень горда тем, что теперь является дворянкой. Пускай за счет брата. А тот... ну, ты понял.

- Наш Барон - человек от народа, - широко улыбнулся я и добавил. - Без обид.

- Брось, - девочка вздохнула. - В связи со всем этим, у меня будет просьба. Даже личная.

- Зная тебя, я уверен, что ты задумала взрослым пакость, - поддел я ее.

- Вот. Да. Через тебя. Ты должен будешь сорвать весь прием.

Я аж крякнул от удивления. Конечно, на великосветского маэстро во фраке я - сын конюха, походил мало, но вел себя всегда прилично. И уж тем более не был идиотом. Я прекрасно понимал, что, даже если Барону не нравится нрав его сестры, он его терпит и, в определенной степени, мирится с ним. А нарушу закон Барона - будет мне плохо.

- Кать, надеюсь, ты не попросишь меня бросить в декольте дамы сушеную крысу? - осторожно начал я, пытаясь зайти максимально издалека.

Девочка звонко рассмеялась, заставив и меня немного улыбнуться и покачала головой:

- Не в этот раз, Костя, но мне нравится ход твоих мыслей! На самом деле, все куда проще и требует меньших усилий. Тебе нужно будет просто пройти по той грани, которая отличает приличия моего папы с приличиями тети Трисы.

- Это в смысле...

- Не выглаженная одежка, пара пятен, нечесаные волосы... - баронесса задумалась, смешно наморщив лобик. - Ну, сушеная крыса... ладно, это потом. Для начала, тебе просто нужно быть... не идеальным. Хорошо бы и отца твоего подбить, но его подставлять опасно. Тебе-то папа только пару ударов плетями по заду пропишет, а его могут и уволить...

Я, было расслабившийся масштабам предстоящей пакости, тут же возмутился и прикрыл руками зад, чисто на всякий случай.

- Э, госпожа баронка, а я не хочу по заду! Давай, может, ТЫ у нас саботажем займешься?

- А я и займусь, - усмехнулась девчонка совсем по-разбойничьи, разом став похожей на своего лихого батюшку. - В общем, ты меня услышал, Кость, дело за тобой. Если сделаешь, как я сказала, тетя Триса разругается с отцом быстрее, а потом они быстрее помирятся и у поместья будет целый праздничный вечер, а не боевое противостояние двух обозленных магов.

Небольшое упоминание о том, что мне завтра предстоит специально злить не просто взбалмошную дворянку, а самого настоящего мага (или магиню, как тут у них правильно?) снова немного притупило мой боевой запал. Которого и так не было.

С другой стороны, меня просила об услуге наследница земель, на которых я живу... Конечно, это не соответствует тем славным мыслям, в которых я остаюсь вечным слугой Барона, а больше ведет к опасной тропинке амбиций, где в должницах у меня будет его дочь.

- Ты говорила как-то, что водой очень удобно лечить раны, - вздохнул я. - Научишь меня лечить отбитый зад?

*****

На следующее утро Коля сиял, как ограненный алмаз. Тетя Ира - прачка поместья, расстаралась для него по приказу Барона. Отглаженный и выстиранный с одной из стиральных машин, которыми пользовалась сама ближняя дружина Барона, белоснежный конюший костюм «отца» больше походил на свадебный, что несказанно меня удивило. Старик Митрофан, который обслуживал лошадь самого Барона тоже нарядился, и я подошел к нему.

- Красота, скажи? - щербато улыбнулся старый курильщик. - Знай наших, что сказать. Баронство может и не самое большое, но не бедное, не-э-эт.

- И ты можешь ходить вот в этом хоть каждый день? - спросил я, все еще удивленный. - А почему мы тогда обычно в обносках бегаем?

- Где тебе обноски, дурень? - фыркнул Митрофан. - Твоя обычная рабочая одежда под заказ шьется в самом Верном. И раз в год обновка полагается. Его благородие - Барон, о слугах заботу знает. А эти, - он оглядел себя. - Тряпки, мы надеваем, когда повод есть. Могу, конечно, в нем хоть год ходить, да только что же толку? Провоняет говном раньше, чем испачкается, а испачкается, так навсегда. Нет, малый, за такой вещью ухаживать надобно. Вот ты чего как раздолбай?

Я усмехнулся. Просьба баронессы была выполнена с чувством, и я уже успел напрочь измять выглаженный белоснежный костюм, потерять одну перчатку и всадить на левое колено сочное зеленое пятно. Осторожно коснулся волос, уже изрядно отросших, и растрепал их. Кидать сор не решился - а ну как начну лысеть смолоду? Нет уж, в этой жизни за волосами я буду следить во все свои глаза.

- Шалопай, - неодобрительно покачал головой старый конюх. - Баронская сестра к тебе точно прицепится. И получишь ты потом плетей, я тебе говорю.

- А чо?.. - я смачно вытер рукавом невесть откуда взявшуюся соплю. Вид у меня при этом был лихой и придурковатый. - Большое дело, тоже мне!

В голове же постоянно крутились мысли о том, что я смогу выгадать с баронессы за свой отбитый зад.

Родственница Барона приехала без нашего ведома. Мне только и сказал Егорка, что в поместье гости уже пьют чай. Владыка Тобольского приграничья встречал сестру по всем правилам, и, им же согласно, должен был предложить поездку за час до обеда, чтобы быстро добраться до переходной базы, отобедать там и уже напрямки шагать к порталам.

Так и вышло, и мы: я, Митрофан и Коля, встали возле конюшен ровно в ту минуту, когда к нам вышли аристократы.

Барон, по случаю, обрядился в красный пиджак и брюки, а Катя плавно шагала рядом с ним в невероятной красоты платье черного и золотого цветов. Когда она заметила меня, ее глаза одобрительно сверкнули.

Беатриса Стенгер же являлась единицей особой. Высокая худая женщина была облачена в абсолютно черный наряд, украшенный дорогими, выкрашенными ему под стать - в черный, самоцветами. Узкое лицо было довольно привлекательным, но впечатление портила эдакая напускная «аристократичность» всего ее образа. Она живо напомнила мне Московских дам «за сорок», ваяющих на своих телах и лицах десятки операций, чтобы стать уникальными и неповторимыми, и в этом же самом стремлении приходящих к примерно одному и тому же образу.

В общем-то, теперь, когда она взглянет на меня, и я ней не понравлюсь, это будет взаимное чувство.

Женщина томно и придирчиво оглядела конюшни и коней. Мы подвели своих подопечных к их хозяевам, а вот к гостье ее жеребца доставил личный конюх, одетый, тоже, во все черное. Тогда же ее взгляд достиг и нас.

Увидев Митрофана, баронесса чуть кивнула в знак приветствия, а старый слуга ответил ей глубоким поклоном. Когда ее глаза остановились на мне, женщина недовольно поджала губы и быстро отвернулась, видимо, чтобы не портить мне настроение. Барон, еще раньше оценивший мой внешний вид, нахмурился и показал сжатый кулак. Да, ваше благородие, конечно. Отсыпьте мне по жопе, чтобы в доме сегодня были тишина и идиллия.

А потом баронская сестра увидела Колю. И реакция на моего «отца» у нее была совершенно однозначная.

- Какой мужчина! - восхитилась она, впервые заговорив, и я отметил ее хриплый, но удивительно приятный женский голос. - Простой конюший, Филип? С ним ты бы мог выходить на конкурсы красоты. И побеждать, несомненно!

- Делать мне нечего, - пожал плечами Барон, но смягчился, когда разгадал все выгоды. - Но Коля у нас и правда хорош. Все служанки на него вешаются.

- Могу их понять, - хищно улыбнулась Беатриса, и даже Барон удивленно выгнул брови.

Насколько я знал, вот так сравнить себя с простолюдинками-слугами для лезущей вон ради своей аристократичности женщины было равносильно... не знаю. Купанию в говне?

Впрочем, ради такого красавца, как мой батюшка, похоже, Беатриса Стенгер готова была и на это.

А ведь в следующий миг Коля открыл рот.

- Польщен вниманием госпожи, - он мягко поклонился, так, будто был вышколенным слугой самого Императора. - Если будет дозволено, примите мой комплимент - вы сегодня шикарны, как и всегда.

- Тебе бы откуда знать, какая она всегда? - фыркнул Барон, сбитый с толку такой переменой в поведении моего вечно блаженного папаши.

- Уверен, госпожа шикарна всегда, - невозмутимо ответил Коля.

И баронская сестра пропала для этого мира. Не терпящим споров голосом она «попросила» Барона выделить Коле место в построении рядом с ней и всю дорогу, которую мы преодолевали довольно быстро, глаз не могла оторвать от красавца-конюха, держащегося в седле с грацией чемпиона скачек.

Я и сам смотрел восхищенно. Не знал, что у моего отца есть талант ловеласа. Впрочем, если увидеть его лицо хоть единожды, можно подумать, будто ему такой талант и не нужен.

А вот Катя, скачущая чуть позади флиртующей парочки, была мрачнее тучи. Ее план стремительно проваливался, так как на меня старшая баронесса внимания не обращала совершенно. И я даже был уверен, скажи ей, что Коля - мой отец, и она бы лично вытерла пятно на моем колене.

До переходной базы добрались на одном дыхании. Сам перевалочный лошадиный пункт баронства выглядел как укрепленная бревенчатая гостиница, с четырьмя большими навесами для лошадей, выходом к речке и высоким частоколом, от которого я почувствовал странную силу. Такое чувство мне уже давно объяснила Катя - скорее всего бревна забора были заколдованы.

Если по умному, то они являлись «артефактами». Вероятно защитными.

Баронесса все так же настойчиво «попросила» своего брата разрешить «милейшему Николаю» прислуживать им за столом, чем снова озадачила всех присутствующих. Но Барон, казалось, теперь тоже смотрел на моего отца, как на самое настоящее сокровище, которое защищало его от вздорного характера сестрицы. Так что, званому обеду, в послужном списке моего «отца», быть.

- Все идет не по плану, а? - улыбнулся я Кате, подводя ее коня к навесу и галантно помогая наследнице наших земель спешиться.

- Ой, иди в пень, - поморщилась девочка, но на баронессу глянула с сомнением. - Даже не знаю... Есть один способ хороший. Но отец мне потом как бы голову не оторвал.

- А может и не надо способов? - предложил я спокойно, за что заслужил рассерженный взгляд маленькой аристократки. - Сама посуди - баронесса спокойна. И твоего отца, похоже, все устраивает. Сейчас скатаетесь к порталам, она, может, даже не взглянет на них. А потом вернетесь, и вместе отправимся в поместье. Я с папой поговорю. Если надо, он вокруг нее весь вечер будет.

- И ночь? - девочка фыркнула.

Как и любая «взрослая» тема, ей, двенадцатилетней, тема секса казалась очень табуированной, но интересной и смешной. Хотя, насколько я понимал, наследники аристократических родов получали базовое образование о таких вещах. Но, зная Барона, будь у него сын, вероятно, и тот бы уже всех служанок обходил. А вот дочку он берег.

Меня же перспектива того, что Коля переспит с баронессой, нисколько не пугала. Может быть, если он даже станет ее фаворитом, я смогу надеяться на репетитора по магии? Это было бы славно.

- В общем, подумай, - решил я вслух. - Может же быть так, что твои отец и тетушка сегодня вообще ругаться не станут? Зачем тогда суета?

- Ну-ну, - буркнула Катя и пошла к накрытому для дорогих гостей столу.

Я же вернулся к лошадям, где очень скоро ко мне присоединился дед Митрофан. Так как Коля сейчас прислуживал за столом, на нас легло чуть больше работы, но жаловаться все равно не приходилось. Сейчас важные гости уедут, а мы останемся предоставлены самим себе...

- Эк Колька обучен, а? - фыркнул дед, кивая в сторону стола. - И чешет, как слуга высокородный. Никогда бы не подумал! Малый, он где у вас в Томске работал-то?

- Дак это... - я задумался. - Не скажу тебе, так сразу...

- Надо будет спросить потом. Талант! А ведь я чего-то такого от него ждал...

На этом наш разговор закончился. Когда закончилась и работа с лошадьми, местные слуги позвали нас к столу для слуг, где был накрыт стол, уступающий хозяйскому разве что на чуть. Да и, как я уже упоминал, Кровавый Барон был либеральным властителем, в том плане, что не чурался подавать своим слугам к столу и то, что ел сам.

Ели почти так же, как и хозяева - под открытым небом. И это самое небо вдруг показалось мне неуловимо знакомым...

Задумчиво жуя бутерброд с икрой, я почти пропустил момент, когда баронская семья нас покинула. Увидел только, как Беатриса Стенгер приняла изящный поклон в пол моего отца покровительственным кивком головы и повернула лошадь. Какое-то время мой отец смотрел вслед уехавшим всадникам, а после направился к нам.

- Устал поди, Коль? - усмехнулся дед Митяй, подвигая к севшему мужчине тарелку с салатом. - Вился вокруг нее, как уж.

- Да, женщина суровая, - Коля вздохнул и чуть виновато улыбнулся, когда посмотрел на меня. - Но она хорошая. Вселенная ей благоволит, и она просто использует свой шанс.

- О, так вы об этом с ней все время болтали, о Вселенной? - Митяй, являвшийся ярым атеистом, фыркнул.

- О многом, - легко пожал плечами Коля. - Ей было очень интересно.

- Ну-ну... - дед многозначительно мне подмигнул и раскурил сигарету.

- Я прогуляюсь, - поморщился я.

Сигаретный дым не был мне неприятен, скорее, я уже очень долгое время страстно хотел свистнуть у старика его пачку и накуриться всласть. Некурящему будет сложно понять, но месяц для курящего без сигарет, да не по своей воле... Можно и с ума свихнуться.

Спросив разрешения у стражника ворот, вышел за ограду. Вокруг цвел и пах лес, но деревья тут были не совсем обычными. Часть из них щеголяла желтыми и даже красными, будто осенними листьями, и я, не отходя за частокол далеко, спросил об этом стражника:

- Дивное место, - улыбнулся тот в короткую бородку. - Это еще жена Барона сделала, когда бывала тут. Она была сильная Одаренная Светом. Редкая штука. И поклонялась богу... своему какому-то. А тот любил осень, так я понял. Ну и вот.

- Ага, - только и сказал я.

На самом месте, теперь мои подозрения по поводу знакомости неба немного прояснились. Но стало уж совсем все запутанно. Дело в том, что такой лес я видел только когда мы играли с Катей в ее секретном месте. А отсюда до него, на минуточку, все пятьдесят километров! Лошадей, вон, люди меняют, а мы с баронессой бегали после обеда игры играть.

Нет, не может быть, конечно. Вероятно, жена Барона, при жизни, слепила своей силой небольшой участок возле дома, подобный этому лесу. В нем мы и играем. Но, все же, надо будет спросить при встрече Катю.

По плану, мы должны были ночевать в переходной базе. Барон со свитой приедут к вечеру, ну а выдвинемся все вместе только завтра по утру. Так что мы, со всеми остальными слугами, лениво расслабились и приготовились к эдакому «выходному», вдали от поместья.

Но мечте о безделии не суждено было сбыться.

Прошел всего час с отъезда Барона, я сидел на посту, недалеко от стражника ворот, и откровенно скучал, смотря то на дорогу, то на необычные летом желтые листья деревьев. Заниматься с шестом нельзя, заниматься магией нельзя, даже спать нельзя было - а ну как вернуться большие люди пораньше срока?

Так оно почти и вышло. Еще загодя мы со стражником («дядей» Никитой, кстати) услышали грохот копыт. Я уже было подумал, что моему бессмысленному бдению пришел конец, и мы скоро поедем обратно домой, но не тут-то было.

Молодая баронесса Екатерина, несясь во весь опор со сверкающими глазами, пролетела мимо нас со стражником, только начавшим отдавать воинское приветствие. Да как лихо! При этом, девочка не взглянула ни на меня, ни на дядю Колю, просто сверля злыми и, похоже, немного заплаканными глазами мир перед собой.

Мы только недоуменно переглянулись и стали ждать развития событий. И ждать пришлось порядочно, ведь только через половину часа на дороге показались Барон с сестрой и свитой. Ехали они побыстрее обычного, но не сказать, чтобы сильно спешили.

- Ну что, Никит, прибежала потеря наша? - немного раздраженно фыркнул Барон.

- Была, ваше благородие, - кивнул дядя Никита, перед этим таки отдав своему господину воинское приветствие. - Да только она не остановилась, господин. Пролетела мимо нас, как ласточка.

- Поддерживала лошадь Даром, - сдержанно кивнула баронесса и повернулась к брату. - А я говорила, Филип, что ты слишком ее балуешь. И слишком охотно тренируешь. Учитывая специфику ее Дара...

- Тише, Триша, тише, - раздраженно отмахнулся от нее Барон, и я увидел, как затрепетали от гнева ноздри дворянки. - Дочка сбежала, не видишь что ли? Догонять теперь надо. А то еще загонит лошадку, та свалится, да придавит...

- И девочке будет урок, - снова заспорила женщина.

- И девочке будет перелом! - рявкнул Барон и ударил коня пятками в бока. - Вперед! Мы с тобой удержим коней маной хоть до поместья. А вы, - владетель посмотрел на меня. - Собирайтесь и тоже к нам ехайте, Костя. Хотя нет! Выждите еще минут сорок, может она где-то тут петляет? Это было любимое место ее мамы...

Выражение лица Барона изрядно смягчилось, и я хотел уже было высказать свои подозрения по поводу этого леса и того места у поместья, где мы с Катей тренировались, но... Промедлил, ведь это означало, первое - раскрыть ему правду о том, что мы с маленькой баронессой регулярно практикуемся, и второе, куда более важное - предать доверие той самой маленькой баронессы.

Уверен, у Кати есть план. Для своих лет она крайне умная девочка и уж точно справится в лесу одна. Особенно с магией.

Когда Барон с сестрой и свитой скрылись из виду на дороге, я пошел передать отцу, Митрофану и остальным слугам приказ владетеля. Все повздыхали, покачали головами, да и стали собираться потихоньку. Надежд на то, что Екатерина Филиповна и впрямь посетит нас было мало, но и ослушиваться прямого распоряжения барона никто не хотел. Так что, собравшись, мы все ждали еще тридцать минут.

И на последней пятиминутке из главного гостевого дома, оборудованного для комфортного отдыха самого Барона, вылетел, как мел белый, смотритель переходной базы - Павел Сергеевич. Бывший дружинник, а теперь высокопоставленный слуга, заикаясь, объявил всем, что Барон приказал закрыть ворота и готовиться к беспокойной ночевке.

- П-портал! - выдохнул он, потрясенно. - Где-то в средней зоне поместья открылся портал!

Глава пятая. Портал

Средняя зона поместья - территория радиусом пятьдесят километров от жилища Кровавого Барона, которая была давно, надежно и надолго очищена от любых проявлений аномальной активности. Порталы просто не появлялись в ней, хотя бы потому, что дурная силища самого Барона, аккумулируемая им в поместье, затрудняла демонам любые попытки по открытию даже самого слабого портала.

Как теперь оказалось, что-то демоны все еще могли.

- Не волнуйся, сын, все будет в порядке, - тут же взял меня за плечи Коля, мягко, но настойчиво утягивая в дом. - Пойдем спать тогда с тобой...

- Подожди! - я сбросил его руки и подбежал к Павлу Сергеевичу. - А что с Катей? Ой, ну, то есть - с Екатериной Филиповной?

- Не вернулась, - сокрушенно опустил седую голову смотритель переходной базы. - Его благородие сейчас в бешенстве. И... в панике. Но мы с вами от них далеко, так что задраиваем все ворота, двери и окна и готовимся бдеть всю ночь. Кроме тебя, малыш. Ты можешь идти спать.

«Взрослые» собрались вместе, чтобы обсудить план обороны базы. По большому счету, открытый на территории Кровавого Барона портал не мог быть слишком опасным. Слишком мощный разлом в реальности был бы заметен самому Барону и его Одаренным, как зарево пожара над кронами деревьев, и оказался бы найден в считанные минуты. Сами демоны из порталов появлялись крайне редко, а значит дело, скорее всего, придется иметь с монстрами. С ними могли сражаться и обычные люди, и опытный дружинник в прошлом, Павел Сергеевич распределял обязанности между застрявшими на базе людьми.

Я же лихорадочно соображал. Не могла Катя так просто не вернуться в поместье! Как не могла не узнать о переполохе, случившемся с открытием портала, если бы была где-то недалеко от него. Значит, она далеко и ничего не знает. Хуже будет, если портал открылся где-то поблизости от нее.

Еще хуже оттого, что я, похоже, догадываюсь, где искать.

Странное чувство знакомости места усиливалось, когда я отходил к речушке, из которой жители переходной базы брали чистую воду. В месте, где мы с Катей тренировались, всегда была вода, из-за притоков и ручейков из какой-то мелкой речки.

Если это была одна и та же река... Невозможно, но, вероятно, мы с Катей почти каждый день бегали на пятьдесят километров от поместья. Магия!

- Я знаю, где баронесса! - выкрикнул я громко и звонко, в силу возраста.

«Взрослые» хмуро и недоверчиво посмотрели на меня. Все, кроме Коли. Тот был серьезен.

- То место, где мы с ней играли, - сказал я ему. Пару раз я рассказывал о нашей с Катей дружбе и «играх». Хотя о магии старался не упоминать. - Оно здесь.

- Вы с баронессой когда-то играли неподалеку? - удивился Павел Сергеевич.

- Каждый день, - мотнул я головой. - Мы занимались магией.

Усилием воли я «достал» до ручейка и призвал к себе струю. Мужчины смотрели на меня с разными лицами. Кто-то был мрачен, кто-то задумчив, а кто-то, как мой «отец», по-доброму улыбался.

- «Он все знал», - понял я про себя, а вслух сказал. - Я могу привести вас туда. Идем вместе. Только дайте мне вилы!

*****

Отряд из пяти человек уверенно и быстро двигался по необычному лесу. Четверо взрослых, один ребенок. Я немало удивился, когда дед Митрофан принес двое сильно заточенных вил из конюшен, одни из которых вручил мне, а вторые взял наперехват сам.

- С вами пойду, чай не лишним буду, - хмыкнул старик с зажатой в зубах, но не жженной сигаретой.

Так сформировался отряд: Павел Сергеевич, дед Митя, я и двое дружинников из охраны базы. Колю, конечно, как и остальных слуг с большей частью местной дружины, оставили в обороне. В конце концов, мы шли не воевать, а только позвать баронессу в безопасное место.

Да же?

По мере продвижения вдоль ручья, чувство «знакомости» все возрастало, а вода из него отзывалась на мои манипуляции охотнее. Вдали раздался вой волков.

- Водятся у вас тут волки, Павел Сергеевич? - поудобнее взялся за вилы дед Митя.

- Редко, но бывают, - бывший дружинник не стал хвататься за меч, висящий на боку. Вместо этого он вытащил из кобуры подмышкой самый настоящий пистолет. - Будем надеяться, что мы не опоздали.

Я тяжело вздохнул и прибавил ходу. Не так я рассчитывал провести этот день... Но быстро себя одернул. Отвык! Надо же, всего за пару месяцев отвык быть солдатом, а вжился в роль... даже не знаю - сына конюха с магическим даром? Звучит как бредовое название очередной бредовой книжки.

Мы прошли еще около десяти минут, прежде чем я окончательно удостоверился - оно! Это место было точно тем же самым, в котором мы тренировались с Катей. Не конкретная точка, но этот лес я уже знал. Еще несколько минут и мы...

И тут я понял, что остался один.

Признаю честно, я не заметил, когда пропали шаги и тяжелое, возбужденное дыхание четырех мужчин за спиной. Может быть я обратил на это внимание уже в следующий миг, а могло быть и так, что последнюю часть пути я вел за собой пустоту.

Растерянно обернувшись, я увидел путь назад. Все было в порядке, и я не заплутал. Но вот мое «сопровождение», похоже, как-то разом свернуло не туда и бесшумно растворилось в не таком уж и большом лесочке.

- Магия, как всегда, - выдохнул я, перехватывая вилы покрепче. - Чтоб все эти фокусы провалились, дай... Вселенная.

Сам себе удивился, использовав не привычный языку «дай Боже», а местный аналог от веры моего отца. Впрочем, мое удивление быстро сменилось другим, когда я услышал шорох за спиной.

- А я вас уже поте... - улыбнулся я, оборачиваясь.

И застыл камнем, обнаружив в трех шагах от себя огромного серого волка.

Для городского человека, которым я, несомненно, когда-то являлся, обычный волк мог быть, до ошибки, похожим на собаку. Крупную, серую, но собаку. В силу своего позывного, я не только знал, как именно волки отличаются от собак, но и изрядно интересовался самими животными, приобщаясь к их хищной и эффективной натуре.

Но этого волчару не спутал бы с псом даже слепой и глухой. Аура зверя и мощь вожака просто сквозили в этом гордом существе, застывшем напротив меня и смеряющим меня оценочным взглядом. И взгляд этот пробирал до костей не только своей глубиной и вообще всей опасностью случившейся ситуации, но и цветом.

Ярко-фиолетовым цветом глаз волка. Почти таким же, как цвет камня с амулета Коли.

Волк раскрыл пасть, и я выставил перед собой вилы. Мощный или нет, но напоровшись на такую штуку долго не живут. Впрочем, теперь взгляд зверя стал больше насмешливым, чем оценивающим. Не прерываясь от своего занятия, он вытянул шею вперед и сложил пасть обратно, выдыхая из себя классический волчий вой.

- А-у-у-у-у-у! - донеслось ему навстречу из леса.

- Да я понял, ты тут не один, - я раздраженно качнул вилами в сторону. - Проваливай, я спешу!

Волк фыркнул и даже чихнул, содрогнувшись всем телом, но уступить мне, похоже, не планировал. Тогда я попытался его обойти, но и этого сделать не смог.

И только когда из глубины леса, противоположной той, откуда волку подали знак сородичи, прозвучал знакомый девичий крик, я не сдержался и бросился прямо на зверя!

А он освободил мне дорогу...

*****

Молодая баронесса никогда и ни в чем не нуждалась. Из материального. Пускай ее отец - всего лишь барон, на землях Российской Империи он был знаменит и очень сильно влиятелен. Все из-за его силы и важности того участка портальной зоны, который держал его род.

Других наследников у великого Кровавого Барона не было, так что с маленькой Кати пылинки сдували и делали все, что она не попросит. Очевидно, что с такой заботой ребенок быстро вырастет в несносную фурию, тиранящую всех вокруг себя.

От подобной участи Катюшу спасла ее горячо любимая мама. Она происходила из очень старой семьи. Из княжеской семьи. А ее отец, во время их знакомства, был еще простолюдином. Это уже после ему будет дарован титул и надел земли, втрое больший, чем доставалось «обычным» баронам. Как конкретно они стали жить вместе, родители не рассказывали. Вернее, каждый рассказывал по своему, поэтому у маленькой Кати четкой картины не сложилось.

Для нее было важно лишь то, что папа с мамой любят друг друга и ее. Заботливый папа всегда все подарит, а мудрая мама научит, как правильно и хорошо обращаться. И ничего больше в жизни не надо.

А потом мама умерла. Тогда Кате было всего шесть, но она отчетливо помнит выражение лица отца, когда он говорил по телефону с представителем Империи.

Нападение на посольство. Официальная версия - демоны. Но однажды пьяный вусмерть отец проговорился, что отомстил им всем. И что теперь все «огненные ублюдки» будут мучиться, пока сам он не умрет.

- «Не демоны,» - подумала тогда Катя. - «Но месть свершилась.»

В тот момент девочка была даже печальна. Она так хотела вырасти и отомстить всем демонам в мире! Навсегда закрыть их чудовищные порталы и убить всех-всех-всех беловолосых чудовищ. За маму.

А теперь... Теперь все изменилось.

Потеряв цель, Катя с удивлением и страхом обнаружила, что никак не может найти новую. Все, за что она не бралась, не приносило ей радости. Дети дружинников, с которыми ей было «по статусу» играть, были тупые и скучные. Дети слуг, с которыми статус не позволял, были еще тупее и скучнее, да вдобавок, куда более занятыми. Взрослые, конечно, были тупее и скучнее всех.

И только горячо любимый папа выделялся на фоне всех остальных, но он был так бесконечно занят важнейшими для Империи (а то и для всего мира) делами, что на любимую дочку у него оставалось катастрофически мало времени.

Так что ей оставалось коротать свои часы одиночества в тайном месте, которое ей давно еще показала мама. Секретный ход из поместья на самую-самую волшебную поляну. Там, уже давным-давно, мама учила ее владеть одной из граней ее уникального Дара.

Появившийся в поместье Костик - маленький Одаренный Воды, немного скрасил одиночество баронессы, и она даже показала ему свое убежище, оставленное мамой. Кроме нее, до него, сюда не имел ходу ни один человек в мире, даже папа.

У папы было свое место скорби. На дне бутылки.

Он тоже тяжело переживал этот период. Именно поэтому сегодня она убежала.

- И все же, Филип, тебе давно пора жениться заново, - завела старую песню тетя Трисса, когда они порядком отдалились от переходной базы. — Да и одной жены маловато будет. Бери трех. Мы же не американцы с их одноженством, в конце концов.

- Мы обсуждали, - тут же помрачнел отец. - Нет.

- Нет, потому что «нет»? - высокомерно подняла брови тетушка. - Или есть реальная причина? Или все дело в Кате?

Тетя обернулась в седле, смотря на племянницу, и в груди Катюши тогда разгорелся нешуточный огонь.

- А что если и так? - высоко подняла головку маленькая баронесса, смотря на старшую.

- Поумерь свой гонор, милочка, я только стараюсь сделать лучше, - чуть поморщилась Беатриса. - Без наследника титул твоего папочки не стоит ничего, а мы все с вами понимаем, как выгодно будет нам его сохранить.

- Тебе будет выгодно, Триш, - фыркнул отец насмешливо. - Если я умру, титул улетучится. Мне уже будет все равно. Катя? Она к тому времени выйдет замуж и будет жить счастливую жизнь. А вот тебе, конечно, жопа.

- Будь добр, не разговаривай со мной, как с простолюдинкой! - возмутилась тетушка. - Я, между прочим, на месте тоже не сидела и приобрела недвижимость и активы. Даже без титула моя семья будет обеспечена на несколько поколений вперед.

- Но тебе слишком нравится титул. Как глупо.

- Глупо было жениться на одной единственной жрице, и надевать на себя чепец вдовца, когда наследником в твоих землях даже не пахнет!

Спор разгорелся с новой силой, но после этих слов Катя уже не слышала ничего. Перед глазами встало улыбающееся лицо любимой мамы.

Разве женитьба на ней - глупо? Разве их с папой любовь - глупость? Разве сама Катя... глупая.

- Вы просто нихрена не знаете! - выкрикнула девочка в сердцах и развернула лошадь.

- Юная леди!.. - начала было возмущаться баронесса, но Катя уже бросилась прочь.

Она летела, напитывая незнакомую, пускай и хорошую кобылу своей силой. Мчала так быстро, как могла. В первое же место, показавшееся ей правильным.

Бежала туда, к маме. К сильнейшему о ней воспоминанию.

Там она проплакала еще с половину часа. Вторую половину сидела молча, уставившись перед собой злым взглядом и планировала. Планировала... отомстить! Показать! Всем! Всем, кто хоть что-то... что-то...

- Я так скучаю, мам... - прошептала девочка потерянно.

На ум не приходило ничего толкового. По правде говоря, мстить и доказывать что-либо Кате уж никак не требовалось. Но сидеть здесь сейчас и думать о скучной жизни чьей-нибудь вышколенной жены было в сто крат хуже любой, даже самой глупой мечты.

Почему то сразу вспомнился Костик. Его неумелые, по сравнению с ее, попытки овладеть Даром. Надо сказать, он делал большие успехи. Сама Катя, когда ее учил папа, воспринимала уроки куда хуже.

От размышлений о сыне конюха девочку прервал оглушительный треск. Будто огромную, невероятно гигантскую простыню некий великан с силой разрывал на две части.

И ведь почти так и было. Только вместо простыни оказалось само Мироздание.

Дохнуло холодом, а потом - жаром. Мистическая энергия, разошедшаяся от разрыва ткани мира, была такой мощной, что вставшую было девочку снова швырнуло на землю. Но теперь она подниматься не спешила и во все глаза следила за тем, что происходило у самой границы маминой поляны.

А там открывался портал. Самый настоящий, доверху наполненный противоестественной человеку, демонической энергией. Екатерина знала, какими бывают порталы, и сама видела, как ее отец закрывает одни из крупнейших. Но этот конкретный выход в миры демонов она классифицировать не могла.

Он был плотным и мощным, как одни из опаснейших дверей демонов, но, вместе с тем, его «внимание» было рассеяно. Будто не дверь даже, а окошко. Узкое, с трудом открытое, но уже точно не то, что закроется само по себе.

Края портала коснулись края маминой поляны, и воздух вспыхнул светлыми и серыми искрами. Две могучие энергии сошлись в прямом противостоянии, и одной из них придется уступить. Мамина магия была очень сильна, но... как давно мама дышала в последний раз?

Минут десять растерянная и испуганная девочка смотрела за тем, как демонический портал набирает силу, чтобы преодолеть барьер ее матери и раскрыться, выпуская из своего чрева орды смертоносных тварей. Катя молилась богам матери и ей самой, только чтобы защита этого священного для девочки места выдержала.

И в тот самый миг, когда ей показалось, что портал перестал расти, защита матери, со звоном, лопнула. Открывая Катю всему миру и демонической энергии.

Переливающаяся пятьюдесятью оттенками серого огромная сфера диаметром метра в четыре медленно вращалась вокруг своей оси, а на ее мутной поверхности, время от времени, вспыхивали разрядами маленькие серые молнии.

Девочка встала. Она протянула руку к широкой луже, по правую сторону от себя, и впитала все ее тепло, превратив разом всю воду в лед. Выкинула вперед вторую руку, и собранная энергия сформировалась в росчерк пламени, с оттяжкой, как плеть, ударивший в серую муть портала.

Внезапно для самой себя Катя осознала внутри такую жгучую ярость, что становилось страшно. Но бояться сейчас должна не она, а те демоны, которые сломали ее главную память о маме! Энергия светлого материнского дара не исчезла с разрушением барьера, но быстро покидала местность, будто вода из разбитого кувшина.

И Катя черпала из этого кувшина обеими руками, атакуя ненавистный ей портал. Но ровно три атаки. Потому что перед четвертой из него выскочила первая тварь.

Это был волк. Порталы, в зависимости от типа и силы, могли чудовищно изменять местных обитателей планеты или же выпускать на ее землю совершенно чуждых ей тварей. Но это точно был волк, измененный ровно настолько, что его можно было узнать.

Чешуйчатая шкура с лязгом превратилась в почти сплошную броню, и рычащий каким-то металлическим голосом зверь бросился на девочку.

Но Катя не отступила. Вместо этого она зашла за узкую ветку дерева, коснулась его рукой и забрала всю «твердость» сосны, тут же передав ее на одну конкретную ветку. Прыгнувший волк, всего скорее, даже не заметил узкую палочку перед собой, за что кроваво поплатился, когда ветка не переломилась, а осталась стоять в пространстве. А портальный монстр оказался разрублен почти надвое.

- Ну давай! - воскликнула девочка. - Давай еще!

Сила матери обволакивала ее, будто даруя напоследок ту самую мощь, которой владела настоящая ее хозяйка. Хотя Катя знала, что до матушки ей далеко, она так же знала парочку других приемов. И кое-что даже из арсенала отца.

Но в следующий раз волки вышли уже впятером. Опешившая от такого напора сразу, девочка смогла остановить двоих, приморозив их к земле и жестоко ранить третьего, врезав по нему молнией. Но два других обходили с разных сторон, и ей пришлось выбирать.

В итоге, она выбрала правого и прыгнула на него сама, попутно наполняя тело силой. Вес двенадцатилетней девочки не мог соперничать с массой туши взрослого портального монстра, но девочке и не нужно было с ним сталкиваться. Она обогнула зверя, буквально стелясь по воздуху, передавая всю свою массу ему. Он своего утяжеления почти не почувствовал, но на землю приземлился тяжелее обычного и столкнулся с сородичем. Узкий резак из чистого Света разрубил еще одно дерево у самого основания, и массивный ствол с кроной гулко упали, придавив обоих замешкавшихся зверей.

Но из груди Кати все равно вырвался испуганный и изумленный крик, когда она увидела шестого волка. Он изначально прятался за сородичами и обходил девочку, а теперь бросился на нее в быстром рывке. Мозг девочки лихорадочно пытался сообразить выход из ловушки, в то время как тело вспоминало приемы, но решительно ничего она не могла сейчас сделать для своего спасения.

И только упала на спину, встречая смерть на земле. И продолжая кричать.

Картина так и застыла перед ее глазами. Разноцветный прекрасный лес матери, чудовищный серый портал в дали, мощные стволы деревьев, редкие кусты и огромный чешуйчатый волчище, летящий на нее в затяжном высоком прыжке, раскрыв пасть и обнажив кривые кинжалы клыков.

А в следующий миг в бок волка тяжело вонзились трехзубые вилы, и в картине мира девочки появилось сосредоточенное и напряженное лицо знакомого мальчишки.

- Живая? - отдуваясь, спросил он. - Будешь должна...

И в этот миг портал изрыгнул из себя целую стаю чудовищ!

Глава шестая. Не на жизнь, а насмерть

Я почти опоздал!

Когда я добежал до знакомой поляны, первым делом отметил, как быстро утекает «сила» этого места. Моих познаний в магии было слишком мало, чтобы рассуждать о чем-то конкретном, но, похоже, больше эта поляна для тренировок будет непригодна.

Второе — баронесса была в большой опасности.

Я бросился со всех ног. Бежал, не обходя кусты и ловя лицом хлесткие удары ветками. В какой-то момент инерция от тяжелых вил в моих руках и уже набранной скорости и сама понесла меня вперед.

И только в самый последний момент я успел врезаться в огромного волка-мутанта, насаживая его на три отточенных зуба вил.

- Живая? — мельком глянул на Катю. — Будешь должна...

Девочка была потрясена и напугана, но еще больше она была удивлена от того, что увидела здесь меня. Похоже, юная аристократка уже успела проститься с жизнью. А я так без спроса ворвался в этот интимный момент. Выговор мне!

Вилы в руках дернулись, и мне пришлось посильнее их сжать и надавить всем своим маленьким весом. Очевидно, получившая страшную рану зверюга была еще жива и трепыхалась. Сколько мне ее так держать, чтобы сдохла?

Прикинуть время я даже не успел, потому что с другой стороны поляны раздался гулкий шипящий звук. Бросив туда взгляд я впервые в своей жизни увидел его…

Портал.

Огромная серая сфера, будто вытканная из дыма и молний лениво кружилась вокруг своей оси, паря над землей всего в тридцати-сорока сантиметрах. Она была чужеродной, она была опасной, она была... пугающей.

И она была рабочей.

Вспышка серого цвета, и из портала выпрыгивают еще чудовища, подобные тому, которое я удерживал вилами на земле. Один, два, три, четыре… Волков становилось все больше и больше, и, когда их вышло больше десятка, они стали осторожно обходить нас по кругу.

- Черт их дери! — неожиданно зарычала Катя, набрасываясь на обездвиженного мной волка и начав натурально душить его голыми руками!

- Э, - только и успел произнести я, как зверюга дернулась в последний раз и издохла. — Ты задушила его?!

- Не говори ерунды, Костя, - девочка фыркнула, пружинисто вставая рядом и помогая мне вытащить вилы из туши. — Всего лишь забрала жизнь, которая и так утекала. Тебе надо? У него много было.

Я смерил девочку взглядом, быстро отметив, что она и правда будто выпила портального монстра досуха, вобрав в себя его звериные силы. Котю ощутимо потряхивало, а в глазах плясали искры. Я слышал об этом, дед Митяй рассказывал. Когда человек убивает портального монстра, он забирает часть силы, изменившей существо, себе. А ведь баронесса еще и с Даром какие-то манипуляции проводила. По крайней мере, от того напуганного ребенка, которого я только что спас, в ней остались лишь бегающие от одного подкрадывающегося к нам волка, к другому, глаза. В остальном же Екатерина Стенгер больше напоминала тренированного бойца, полного сил и готового немедленно броситься в схватку.

- Если можешь помочь, помогай, но вперед не суйся, - предупредил я ее и тут же почувствовал ее ладонь на своей спине.

Я — мальчишка с вилами, и могу хоть как-то отмахиваться от зверья. А вот девочка с пустыми руками, пускай и с таким пугающим убийственным Даром, могла погибнуть почти сразу.

Впрочем... Я искоса глянул на трупы пятерых других волчар и придержал свои мысли при себе.

Тело, между тем, наливалось силой. Не знаю, что именно делала юная баронесса, но я стал чувствовать себя на пике своих нынешних возможностей. И даже больше! Хотелось вот прямо сейчас побежать, да и разорвать всех врагов голыми руками!

- Я буду рядом, - прошептала девочка сзади, чуть устало. — Нам нужно… только продержаться.

Я почувствовал, что не только тело, но и мой Водный Дар вышел на другой уровень. Помощь Кати и сила этого места преображали мои магические зачатки. Здесь я мог больше.

Сейчас мы были как никогда близки к мучительной и бесславной смерти. Азарт так же наполнил мое естество, и на губах, сам собой, появился мой фирменный широкий оскал.

- Они идут! — почти весело провозгласил я, и сам бросился навстречу первому волку!

Сначала — быстрый прямо удар прямо по морде. Руки дрожат от тяжести столкновения, но выдерживают, и самый прыткий волк с воем отбрасывается прочь. Он только ранен и обязательно атакует еще раз, но сейчас не время об этом думать.

Три ручейка воды тонкими и гибкими щупальцами выросли рядом со мной из под земли. Я почувствовал, как Дар Кати приходит в движение, и к моим ручейкам добавились два ее. Неужели она умеет все?

Как бы то ни было, все пять ручейков ударили по двум очередным чудовищам одновременно, целясь в глаза, уши и ноздри, не столько калеча, сколько отвлекая врагов от наших детских тушек.

Я крутанул вилы, едва справляясь с их весом и чуть не задев баронессу, и, с получившейся инерцией, врезал по морде еще одному волчаре. Со спины донесся рык остальных, и я, не глядя, собрал воду отовсюду поблизости и, разом обратив ее льдом, швырнул россыпь ледяных лезвий к ним навстречу!

Приходилось крутиться. Магическая ледяная атака отпугнула троих, но их все еще было слишком много. Волки не спешили бросаться все разом, они как будто вообще не намеревались нас разорвать — только задержать и, возможно, сильно покалечить. Однако, пока что я не давал им такого шанса, но и полноценно отбиться не мог.

- Пламя! — выдохнула Катя из-за моего плеча, и оттуда же в ближайшего к ней волка полетел сгусток огня. — А теперь — разряд!

Мощная электрическая дуга чудом разминулась с зубцами моих вил и ударила к борящегося с водными лозами волка, отбросив его и, скорее всего, мгновенно убив.

- А мне… - я выдохнул, отбрасывая очередного волка ударом вил. — Надо кричать свои приемы?

- Дурак, - фыркнула девочка за спиной, бросаясь чем-то совсем необычным в самого дальнего от нас монстра.

До ушей донесся волчий вой. И все наши противники разом замерли, за что два самых ближайших тут же получили раны от моих вил и магии Кати. Еще одному мне удалось приморозить к земле лапы, и Катя тут же схватилась голыми руками за его морду, а я был готов отбросить остальных прочь от девочки.

Но волки не атаковали. Они рычали и злились, но уже не на нас, а на тех, кто издавал этот могучий призывный вой.

И я узнал его. А когда на поляне показалась первая серая шкура, понял, что не ошибся.

Обычные лесные волки, не измененные энергией портала, бросились на монстроподобных врагов, защищая свою территорию. Оскаленные пасти, мощные клыки и фиолетовые, у всех, как у одного, полыхающие нечеловеческим разумом, глаза.

Их демонические противники взвыли и тоже бросились в бой. Мы с Катей только прикончили очередного монстра и теперь тяжело дышали, переводя дух и неотрывно смотря за грандиозным побоищем двух стай. Их было примерно поровну и даже их силы были почти равны. Там где измененные твари побеждали за счет чешуйчатой брони и массы тела, серые волки отвечали подвижностью, слаженной командной работой и крепостью клыков и когтей.

- Нужно уходить, - выдохнул я, чуть переведя дух и беря Катю за локоть. - Пойдем, пока они...

- Нет! - маленькая баронесса вырвалась из моей хватки и кивнула в сторону портала. - Он не отпустит нас, Костя. Его нужно закрыть.

- И как мы с тобой это сделаем?! - разозлился я на девочку. - Мы еле выжили! Если не уйдем сейчас...

- То он найдет способ нас догнать и убить, - жестко закончила баронесса, и я в очередной раз увидел в ней черты ее отца. - Слушай то, что я тебе говорю. И действуй. Иначе мы погибнем.

Я набычился и собрался спорить. Неважно, что она опытный (в сравнении со мной) маг, неважно, что давно живет в этом странном мире с порталами, и совершенно мне плевать на то, что она - дворянка! Со мной так говорить нельзя.

Оскал сменился на угрожающий и, видимо, девочка прочла в моих глазах что-то такое, что сбило с нее весь жесткий настрой и даже напугало. Вот только... потом она перевела взгляд за мою спину.

- Портал!

Он снова вспыхнул. Этот серый дымчатый ублюдок, похоже, и правда не собирался нас оставлять. На поляне появился очередной десяток волков, и теперь уже у серой стаи наших союзников наметились огромные проблемы. А еще - сразу три «новых» волка с ходу направились именно к нам.

- Он накапливает силу! - быстро, глотая окончания слов, затараторила мне в спину Катя, когда я встал в стойку, закрывая ее телом. - Еще несколько минут, и он может выпустить что-то другое. Волков сильнее. Или... что похуже.

- И как его закрыть? - приходилось кричать, чтобы перебить весь шум развязавшейся вокруг битвы.

- Зайти внутрь и сломать энерго-кристалл! - ответила девочка.

- Вот так просто?

- Это будет сложно...

На нас бросились. В очередной раз. Но теперь у нас с Катей был опыт, а вот у наших противников - нет. Уверен, если бы мы сейчас встали против прошлого десятка волков, те бы порвали нас за жалкую минуту. Эти же атаковали точно так же, как пытались, поначалу, атаковать прошлые.

А мы им отвечали. Только в разы эффективнее.

Я крутился, как мог, но чувствовал, что силы мои уже на исходе. Тяжеленные вилы в руках то и дело заносило немного дальше того места, куда я их посылал. Я эффективно отбрасывал и ранил чудовищ, но до сих пор так ни одного и не убил.

Катя была эффективнее. Она перестала размениваться на дешевые трюки, вместо этого сосредоточившись на двух вещах - усилении моих возможностей и редких атаках молнией, гарантированно убивавших по одному волку за раз.

С каждым новым волчьим трупом девочка победно вскрикивала и, на короткое время, усиливала напор. А вот у меня подъема сил не было, и я быстро придумал, как это исправить.

- Дай мне время! - бросил я девчонке, скользнув вперед.

Она не стала уточнять или спрашивать, в нашем положении на это просто не было того самого времени, которое она должна была мне дать. Я только почувствовал сразу жар и холод за спиной, когда добрался до ближайшей мутантской морды.

Чудовищ в округе сначала ослепило фейерверком из снопа искр, а после отбросило целым веером тяжелых и острых сосулек.

«Моему» волку как раз прилетело сосулькой, и я смог улучить целую секунду, чтобы лучше выбрать место для атаки. В итоге мой удар на последних силах пришелся портальной твари точно в глотку, пробивая ее чешую и страшно калеча. Я резко провернул вилы, расширяя рану, потом вытащил их и воткнул снова. И еще раз!

Вилы задрожали, но не от конвульсий чудовища, а от чего-то... другого. Я почувствовал, как сквозь них в меня вливается сила. Его сила. Волчья сила.

- Прочь! - почти зарычал я, страшно скаля зубы и отмахиваясь сразу от двух монстров, попытавшихся подобраться ближе. - Прочь!

Я вдруг ощутил воду. Вот тут, рядом со мной. Маленький отросток ручья, который и привел меня на эту поляну. Я схватился за него своим Даром и вытащил, словно потянул корни большого дерева за маленький отросток.

Получившийся из моей воли, дури и полученной от волка энергии жгут был размером с мою руку, и тут же обвил рукоять вил на манер третьей конечности. Еще парой взмахов я отогнал волков, которые подобрались близко к Кате и встал рядом с ней.

Мы продвинулись к порталу. Всего на несколько шагов, но это был результат. И теперь, когда я нашел способ возвращать себе бодрость и силу, мы могли сделать больше.

- Теперь делим их поровну, - тяжело выдохнул я.

- Нет, бери все ты, - кажется, девочка была в шоке от того, как резко возросли мои силы.

А в следующий миг мы услышали далекие, заглушенные боем и воем людские голоса.

- Дети! - кричал кто-то издалека. - Де-е-е-ети!

- Кричи, - приказал я баронессе, и сам крутанулся вокруг нее, отбрасывая новых волков. Девочка встрепенулась. Видимо, тут-то и сработало дурацкое обучение ее тетушки, и теперь маленькая аристократка попросту противилась самой мысли о том, чтобы слушаться приказов сына конюшего. - Кричи!

Я умел быть убедительным. В прошлой жизни уж точно. А теперь, стоя перед ней, весь в крови и грязи, но скалящийся почти радостно, я оказался дьявольски красноречив.

Тогда Катя бросилась вперед, прямо в лапы скалящегося на нас волка, который уже собрался было рыкнуть, но был остановлен девичьей ладонью. Она только коснулась его морды, но монстр просто... потерял голос. Я видел движение его пасти, почти слышал воздух, выходящий из легких, но голоса в нем не было.

Ошарашенный этим, волк пропустил мою атаку и умер, с размозженным черепом. А молодая баронесса, запрокинув голову к небу, пронзительно закричала так, как никогда не смог бы кричать ни один человек.

- МЫ ЗДЕСЬ!

*****

Павел Сергеевич Историн верой и правдой служил роду Стенгер уже больше тридцати лет. Тогда еще совсем молодой, как по возрасту, так и по сроку дворянства, барон Филип набирал людей из самых лучших наемных бойцов Красноярской портальной зоны. Чтобы держать ее под своим контролем.

Павел Сергеевич не был Одаренным, и не был одним из тех, кто с помощью чужой магии взращивает в своем теле такую силу, которая могла бы соперничать с силой самих магов.

Но он был бойцом. И бойцом отменным. А после стал отменным дружинником, служившим молодому роду и быстро матереющему барону, уже тогда бывшему «Кровавым».

Всякий знает, что убив портального монстра, человек получает часть энергии другого мира, откуда этот самый портал был открыт. Вот только не все обыватели в курсе, что убивать чудовище нужно обязательно своими силами. Или, как минимум, холодным оружием.

Павел Сергеевич - хороший боец. Но только в битвах с людьми. Поэтому чудовищ он убивал так, как привык - огнестрелом. И только нескольких, за всю свою жизнь, ему довелось прикончить длинным кинжалом, входившем в набор дружинника рода, с территорией, прилегающей к портальной.

Поэтому годы таки брали свое. И в свои шестьдесят, пускай и крепкий, пенсионер уже не мог полноценно исполнять свой долг, но все еще желал служить роду Стенгер. Поэтому сам Барон, помня исправную службу воина, оставил его смотрителем на единственной переходной базе от своего поместья до портальной зоны. Хорошая и важная должность. Лучшая для пенсионера.

Но мир умеет преподносить сюрпризы, и теперь Павел Сергеевич рыщет по лесу в поисках наследницы своего доброго господина, когда где-то неподалеку активен самый настоящий портал.

Нонсенс! Порталы вообще редко открываются в случайных местах, но прецеденты бывали. Однако же, никогда еще, за тридцать лет службы, Павел Сергеевич не слышал, чтобы хоть один наглый демон посмел открыть портал настолько близко к самому Кровавому Барону! Одному из шести Драконов Российской Империи!

И тем не менее, где-то совсем рядом открылись врата в иной мир. А Павел Сергеевич вооружен только дежурным обрезом и верным длинным кинжалом, и ведет за собой двух действующих дружинников с такими же обрезами и кинжалами и старого конюшего с вилами.

Хотя... непонятно даже, кто кого ведет.

- Тут мы были, - хмуро выдохнул Митрофан - старый конюший самого Кровавого Барона. - И тут разошлись.

- Не могли мы мальца упустить, - ответил ему один из молодых дружинников. - Ну не слепые же мы, дед.

- А хрен ли толку, что не слепые? - фыркнул старик и зло сплюнул. - Магия тут может быть.

- Если магия была, следов бы мы не увидели, - возразил Павел Сергеевич и осекся.

Из леса, куда вела обрывающая дорожка следов, до его ушей донеслись непонятные звуки.

Звуки... животных. И их битвы.

- Дети! - гаркнул пожилой мужчина и кивком показал остальным, куда идти. - Де-е-е-ети!

- Звериная возня там, - тоже услышал звуки Митрофан. - Странно...

- МЫ ЗДЕСЬ!

Услышав голос баронессы, все четверо мужчин бросились вперед не раздумывая. Они ломились через кусты, оббегали деревья и вообще неслись так, будто от этого зависела их жизнь.

Но нет, не их. Что такое их жизни, по сравнению с жизнью госпожи Стенгер? Все четверо верой и правдой служили славному роду и готовы были умереть, ради его молодой наследницы.

Вырвавшись на поляну, мужчины застыли в шоке, наблюдая самую удивительную в их жизни картину.

Две волчьи стаи неистово сражались в войне на уничтожение. Измененные портальные волки, бронированные и массивные, не всегда поспевали за обычными серыми хищниками, рвущими их когтями и клыками. Однако, чудовищ было больше, чем простых зверей, и у них должно было появиться некоторое преимущество.

Но все это преимущество компенсировалось двумя детьми, находящимися сейчас в самой гуще сражения и неуклонно продвигающимися к серой сфере портала.

Юная баронесса творила магию, убивая монстров молниями, слепя огнем и отвлекая льдом. В дружине и среди слуг ходило множество слухов о ее Даре, но все они сходились только в одном - дочка Кровавого Барона - одна из самых могущественных Одаренных своего времени. Вся в отца, конечно же.

Но больше всего поражал мальчишка-конюх, который пришел в земли рода Стенгер чуть больше двух месяцев назад. Обычный, пускай и сообразительный юноша был Одаренным Водой, но сам Барон запретил ему упражняться с Даром.

Сейчас Павел Сергеевич и все остальные видели, что мальчик запретом хозяина земель пренебрег. Юный Константин ловко орудовал тяжелыми для себя вилами, помогая себе Даром, обратившимся гибкими водяным жгутом. Даже больше - когда он наносил тяжелые удары, его руки буквально примерзали к древку вил, добавляя стабильности и силы. Молодая баронесса поддерживала парня, а тот пер вперед, как танк, раскидывая портальных монстров направо и налево. А когда выдыхался, тут же находил подранка среди врагов и немедленно убивал его, на короткое время получая совсем уж невообразимый всплеск сил.

И на его лице все это время играл бесноватый оскал настоящего берсерка.

- Во дает, бесеныш дикий! - восхитился старик Митрофан и, перехватив вилы, тоже бросился к волкам.

Пришедшие в себя дружинники дали слитный залп из обрезов. Павел Сергеевич остался перезаряжать оружие, а молодые обнажили свои клинки и принялись за кровавую работу.

- Не трогайте серых, они друзья! - крикнул им между делом обрадованный помощи Константин.

- И это - приказ! - дополнила его слова Екатерина, тоже не сдерживающая улыбку облегчения.

Вместе они отбросили волков, и даже очередная дрожь портала и новая партия чудовищ не изменили ситуацию. Баронесса приказала двигаться к порталу, чтобы всем вместе войти в него и закрыть, уничтожив энерго-кристалл. Дружинники стали их тараном, пробивая путь через страшных, но не таких уж сильных для тренированного мужчины монстров. Павел Сергеевич прикрывал бойцов огнем. Митрофан и Костя, с вилами наперевес, прикрывали баронессу.

Именно поэтому они и выжили.

Будто почувствовавший угрозу, портал задрожал всем своим естеством и ударил по приближающимся людям такой волной силы, что взрослых почти сбило с ног! А детей и сбило, из-за чего они откатились назад на добрый пяток метров.

А потом из портала показалась смуглая, почти человеческая, рука. И двух молодых дружинников снесло прочь от одного ее взмаха.

- Это еще что за мясо? - недовольно фыркнул похожий на человеческий голос. - Я ожидал крови Барона...

Из портала медленно выходил мужчина. Высокий и статный, одетый в изящный костюм, подобный модным нынче во Франции одеждам ренессанса. Он был бы хорош собой, если бы не темно-синяя кожа, черные ногти, желтоватые, как у больного, глаза и абсолютно белые волосы.

- Демон, - прошептал потерянно оставшийся в живых Павел Сергеевич.

А руки старого вояки сами собой зарядили и зажали оба курка на верном обрезе. Мощная дробь ударила в самого страшного врага человечества практически в упор!

И ничего ему не сделала.

- А ты меня пощекотать решил? - демон смерил мужчину взглядом и когда обратил внимание на трясущиеся колени, увидел и девочку на земле, лежащую за его спиной. - О, а вот и ты.

Гордо расправив плечи, демон прошел мимо Павла Сергеевича. И, походя, взмахнул рукой. Но на этот раз медленнее, играясь. И отставной дружинник почувствовал, как холодный и жестокий ветер срывает с его тела одежду. С мускулов, затем, срывалась кожа, а мясо слетало с кости.

Он умер быстро, но это «быстро» для него растянулось на несколько бесконечностей. Потому что такова была сила демонов - величайшего бедствия в мире.

- Ты же у нас - кровь Барона? - демон даже улыбнулся, присаживаясь на корточки перед насмерть перепуганной и измазанной в крови и грязи девочкой. Улыбнулся и протянул к ней руку. - Можешь бояться, можешь даже кричать...

А в следующий миг двое вил с разных сторон сомкнулись на его горле, когда два конюших, молодой и старый, атаковали, в отчаянной попытке защитить свою госпожу.

- О, а вот это вы зря, - совершенно невредимый, оценил их попытку демон.

И одним взмахом «убрал» старика, воняющего дешевым куревом.

- Н-Е-Е-Е-Е-Т! - закричали дети в унисон.

Демон улыбнулся, смакуя чужие страдания, и лениво занес руку над головой мальчишки. А потом резко одернул ее, будто от пылающего костра.

Осознав, что сам только сделал, демон зарычал и схватил ребенка за горло, потрясенно выдыхая:

- Кто ты?!

Глава седьмая. Шевалье из глубинки

Какое-то время темный седой урод смотрел на меня пораженно, но после несколько расслабился и помахал рукой. Сложилось впечатление, что он решил в своей голове как-то серьезный вопрос.

- Надо же, - задумчиво произнес демон, смотря на меня своими желтыми глазами. — Мальчик, ты пахнешь бесконечностью… Так кто ты?

- Тот, кто тебя прикончит, мр-разь, - прошипел я с ненавистью.

И я не бахвалился. Прямо сейчас я был готов разорвать ублюдка голыми руками! Дед Митяй, так много помогавший мне и, по сути, ставший вторым, после Коли, родным человеком в этой новой жизни…

Смерть старика была ужасной. И я поклялся себе, что смерть демона будет соответствующей.

- Надо же, - снова рассеянно повторил демон.

В следующий миг я почувствовал, что его хватка ослабла и вырвался, чуть не оставив в его лапе свой кадык.

Быстро подобрал вилы и, в который, за сегодня, раз, встал между врагом и лежащей на земле Катей.

Демон выпрямился. Он выглядел задумчивым и ни капли не серьезным. Меня, очевидно, он не боялся. А на Катю больше и не смотрел.

- Наверное, это хорошая новость, - пробубнил себе под нос демон и снова посмотрел на меня. — Откуда ты, мальчик?

Я не ответил. Взгляд снова упал на изуродованный скелет деда Митяя — все, что осталось от старого курильщика, и я не выдержал.

Зарычав, как дикий волк, я кинулся с вилами на врага. Удар! Но демон плавно уходит с линии атаки. Подсечка! Но ублюдок быстро поднял ведущую ногу и ей же отбросил меня прочь.

- Ты же не местный? — спросил он, улыбаясь.

- Завали пасть!

Я ринулся снова. Раз за разом проводя атаки, я понимал, что быстро выдыхаюсь, а толку от моих движений вообще никакого не было. В конце концов демон просто выставил перед собой ладонь, и мой лучший за весь вечер прямой удар просто… врезался в его руку, не нанеся никаких видимых и невидимых повреждений.

Там, где даже дробь в упор не смогла взять шкуру чудовища, у моего оружия попросту не было шансов.

- Ну вот, теперь, когда ты устал… - демон с улыбкой посмотрел на бледную от страха Катю. — Я…

Он не договорил. Вот он стоял прямо передо мною, удерживая мои вилы раскрытой ладонью, а в следующий миг его словно снесло разогнавшимся поездом! И уже меня закрывая от врага, перед моим глазами появилась широкая мужская спина.

- Отдыхай, малый, - голос мужчины, отбросившего демона, клокотал от ярости так сильно, что напоминал разбуженный вулкан. — Дальше я сам.

- Ну надо же, сам Кровавый Барон!

Явно довольный и почти невредимый демон вышел из кустов, куда его отбросило первой атакой, высоко подняв руки, будто приветствуя своего противника. А я ошеломленно посмотрел на хозяина этой земли.

Прямо сейчас Филип Стенгер я правда напоминал бушующий вулкан. Так сильно, что я даже не узнал его, пока не услышал слов демона. От Кровавого Барона шла такая мощная волна жара, что я поспешно отступил прочь, чтобы не обжечься.

За два месяца жизни у его поместья, я слышал много разных историй о нашем добродушном правителе с крутым нравом. Слуги и дружинники его почти боготворили. Всегда упоминали, что личная магическая сила Кровавого Барона не поддается никакому осмыслению.

Прямо здесь и прямо сейчас я в это верил. И еще больше веры мне придавало ставшее абсолютно спокойным выражение лица Кати, рядом с которой я оказался.

- Вот и хорошо, - прошептала девочка. — Давно уже пора.

- Вы целы, дети? — произнес над нами взволнованный женский голос. — Екатерина, ты ранена?

Мы синхронно повернули головы и обнаружили стоящую прямо позади нас Беатрису Стенгер. Сестра барона, в своем безупречном черном платье, распростерла над нами руки, и пространство вокруг мягко засветилось мерцающим пламенным барьером.

- Со мной все в порядке, тетя, - ответила родственнице Катя. — Костя меня защитил.

- А теперь твой отец со всем разберется, - ободряюще улыбнулась девочке баронесса, бросив на меня задумчивый взгляд.

А потом все наши взгляды оказались прикованы к развернувшемуся противостоянию.

Кровавый Барон не стал медлить, с ходу выбросив в сторону демона сжатый до белых костяшек кулак. Когда удар по воздуху был завершен, с руки Барона сорвался целый столб ревущего адского пламени абсолютно красного цвета.

Демон невозмутимо сложил руки лодочкой и резко раздвинул их в разные стороны, очередным могучим потоком воздуха разделяя столб надвое и заставляя его проходить по бокам от себя.

Он даже собирался что-то крикнуть Барону, но удивленно обнаружил, что мужчины на прежнем месте уже нет.

Потому что Барон буквально влился в собственное заклинание, став частью огненного столба. И когда демон разделил его, мужчина тут же возник у правого плеча своего врага с сжатой в кулаке ладонью.

Прямой удар Барона был страшен. Его рука, оставляя огненный шлейф, врезалась в лицо демона, и того снова швырнуло прочь, но на этот раз гораздо быстрее и дальше, чем в самом начале боя. Не дожидаясь противника, Барон выбросил обе руки вперед, и с них сорвался красный огонь, на ходу тяжелея и превращаясь в самые настоящие потоки раскаленной лавы!

Такую атаку демон уже не мог отразить и, взмахнув кистями рук в разных направлениях, взмыл в небо, к кронам деревьев, откуда до нас донесся его насмешливый голос:

- Так сила Кровавого Барона была не преувеличена? А что если мои сородичи даже приуменьшали твои заслуги, человек?

- Да мне насрать, - тяжело ответил ему Барон, заговорив впервые, с начала полноценной битвы. — Иди сюда и сдохни.

- Конечно, я приду, - рассмеялся демон. — Ведь я сам тебя сюда выманивал! Все выгадывал и выгадывал время и место для портала, чтобы словить твою дочь. Я собирался убивать ее так долго, что рано или поздно ты бы вышел на эманации ее смерти. Но я не ожидал, что у нее окажется такой великий Дар! И такой… интересный защитник.

Барон только пожал плечами. Похоже, для него информация о том, что целились демоны именно в его дочь, была не новостью. Я же по-другому посмотрел на Катю. Это чудовище успело оценить и признать ее Дар.

И по-другому смотрел на Барона. Ведь он тоже был настоящим чудовищем.

Мужчина сорвал с пояса кривой кинжал, который я не раз отмечал, как элемент его повседневной одежды. Но то, как он метнул оружие, говорило о бесконечном мастерстве метателя. И о магии. Ведь ни один человек, будь он даже чемпионом мира по метанию ножей, не превратит обычный кинжал в настолько разрушительный снаряд.

Нож ударил демона в плечо, а тот скривился от боли и начал терять высоту. Барон уже был в движении, потоками огня у своих ног давая себе скорости, он буквально прыгал по стволам деревьев, оставляя на них ожоги, но очень быстро сокращая дистанцию с врагом.

Демон довольно оскалился лишь в самый последний момент, когда Барон прыгнул в последний раз и оказался прямо перед ним.

Сдвоенный взмах обеими руками демона вызвал самый настоящий торнадо, быстро набирающий силу и летевший прямо в грудь владетеля этих земель. Уже через секунду Кровавый Барон столкнулся с почерневшим от силы демона воздухом и…

Его одежда порвалась.

И только! Абсолютно невозмутимый и невредимый Барон схватил ошеломленного его неуязвимостью демона за горло и они вдвоем, воспламенившись, подобно метеору рухнули на землю.

- Не может быть! — закричал демон, с величайшим трудом вырываясь из хватки Барона. — Ты никогда не сможешь убить меня, человек!

Но это была лишь агония. Массивная и мускулистая фигура Кровавого Барона мелькала между деревьями, и, всякий раз, когда она появлялась, мы видели вспышки алого пламени.

Демон отбивался с ожесточенностью обреченного на смерть. А он и был обречен. От любой атаки чудовища владетель этих земель уходил еще загодя, а каждая попытка демона отразить своей воздушной магией магму Барона проваливалась, и монстр только получал все новые ожоги.

В конце концов он выдохся и обратил искаженное яростью лицо к нам.

- Тогда я просто убью их… - зарычал обожженный и потерявший сходство с человеком демон.

Но свою угрозу воплотить не смог.

Из маленького язычка пламени на его плече моментально разгорелся великолепный огненный поток, из которого выпрыгнул, как из окошка, Кровавый Барон. Стенгер схватил демона за горло и шваркнул о землю так, что даже до нас дошел мерзкий хруст демонических костей. Тогда Барон направил руку на врага и основательно прожарил его импровизированным огнеметом, в который превратился его кулак.

А потом глянул в нашу сторону.

- Выходите уже, он почти готов, - будничный тон барона совсем не вязался с разрушенным яростной схваткой полем битвы. — А ты, парень, подойди ближе.

Беатриса Стенгер сняла свой изящный огненный барьер и довольно улыбнулась. А потом, видя мою нерешительность, подтолкнула ладонью в спину.

- Иди-иди, юноша, - сказала она миролюбиво. — Твой барон хочет тебя наградить.

Я не спеша и очень напряженно приблизился к ожидавшему меня магу. Вблизи Барон выглядел еще более громадным и мускулистым, и от него до сих пор несло могучим жаром. А демон…

Демон был жалок. Настолько, что я вспомнил те угрозы, которыми его осыпал. И тут же вспомнил, за что.

- Он твой, - кивнул мне Кровавый Барон. — Заслужил.

Я заторможено кивнул. Вилы все еще были в моей руке, пускай я сомневался в том, что, даже сейчас, смогу пробить толстую шкуру демона. Тем не менее, я занес оружие и на миг встретился с чудовищем взглядом.

- Я же говорил, что прикончу тебя, - прошептал я одними губами и опустил вилы.

Тысяча серых жгутов ударила в небеса, будто фейерверком, а потом часть из них, будто заметив мою детскую фигурку, отделились от общего потока и впились мне в тело! Но они не ранили и не несли угрозы. Они несли дар. От побежденного к победителю.

Силу целого демона, которую я просто не мог бы переварить самостоятельно.

И поэтому я потерял сознание.

*****

Когда я пришел в себя, то обнаружил, что нахожусь в самой натуральной больничной палате. Поначалу даже была мысль, что уж теперь-то я наконец очнулся после перестрелки в банке, и все, увиденное ранее, было лишь моим горячечным бредом.

Но потом из окна до моих ушей донесся детский смех, я встал посмотреть и увидел довольно необычную картину.

Судя по высоте, я сейчас находился на пятом этаже больницы, и, с высоты этого этажа, наблюдал за жизнью большой и даже огромной (по привычным мне меркам) деревни. Одноэтажные дома, участки, поля, виднеющиеся в дали — раскинувшееся передо мной село будто бы сошло с самых ярких картинок детства, в которых описывалась княжеская Русь.

Вот только окна в больнице были пластиковые. А прямо подо мной остановилась явно дорогая машина, чуть ли не спорт кар, из которой вышли, конечно же, Кровавый Барон, его сестра и маленькая Катя.

Девочка, первым делом глянув в мое окно, меня заметила и показала язык.

Я усмехнулся и покачал головой, с огромным удовольствием наблюдая, как кончики отросших волос качаются перед глазами. Ну и хорошо, что не вернулся! Признаться, на мгновение мне и правда стало страшно вернуться в старое, побитое жизнью тело пожилого спецназовца, которого после больницы выгонят на серые и злые улицы провонявшей бензином и пошлостью Москвы.

Лучше уж так.

- Как себя чувствуешь, сынок?

Голос Коли донесся с другого края палаты, и я с удивлением осознал, что просто не заметил «отца», который все это время тихонько сидел на стульчике и явно смотрел на меня. Тем не менее, я улыбнулся и, подойдя, обнял родственника.

Его мне тоже было страшно потерять.

- Воссоединение семьи, - донесся с дверей довольный голос Барона. — Такие моменты заставляют меня верить, что я все делаю правильно.

- Но ты не все делаешь правильно, Филип, - с мягким укором напомнила Беатриса, и приветливо улыбнулась Коле. — Иначе бы давно назначил такого мужчину на должность получше. Как и его сына.

- О, да, тетушка, ваше благородие, вы абсолютно правы, - как прилежная аристократочка обратилась к Беатрисе Катя и посмотрела на меня развеселым шальным взглядом.

Я не понимал развернувшейся передо мной сцены, но чувствовал, что, как минимум, плетьми по заднице за испорченный выходной наряд я не получу. Единственное, что меня серьезно волновало…

- Ваше благородие, Костя хотя бы в порядке? — вскинул голову к Барону Коля, и я снова порадовался, что у меня такой сообразительный и заботливый отец.

- В порядке и отличном состоянии, - Кровавый Барон вздохнул, немного нахмуренно смотря на двух загадочно улыбающихся женщин из своего рода, а потом посмотрел на меня, и его взгляд потеплел. — Парень просто перенапряг свои магические аспекты, довел до предела тело, а потом перезарядил все это энергией портальных зверей. И так несколько раз. Ну, как мы видим, его истощение прошло спустя три дня.

- Три дня, - эхом повторил я.

Немалый срок.

- Легко отделался, - хмыкнул Барон. — Я, помню, по молодости тоже забодал одного такого. Лежал потом, ни жив ни мертв, две недели. Так что одно сказать можно наверняка — потенциал, парень, у тебя огромный.

- Ровно такой, чтобы стать защитником юной Екатерины, - довольно улыбнулась Беатриса. Баронесса посмотрела на меня хитро и благосклонно кивнула головой. — Чтобы стать прекрасным chevalier.

- Ну да, - Кровавый Барон почесал в затылке и широко улыбнулся. — По-деревенскому как-то. Будешь у нас такой… Шевалье из глубинки.

*****

Владетель одного из самых обширных наделов земли у Красноярской Портальной Зоны — барон Филип Стенгер предложил мне службу. И не помощником конюшего, как раньше, а личным телохранителем его единственной дочери.

На родине предков Кровавого Барона — во Франции, таких защитников называли Шевалье — рыцари-защитники, официально считающиеся низшими дворянами, тем более влиятельными, чем влиятельнее род, которому они служат. Род Стенгер был баронским — самым младшим званием среди благородных Российской Империи, но, вместе с тем, среди всех баронов России Кровавый Барон был самым влиятельным.

А это стоило многого.

По контракту, предложенному Бароном, я должен буду пройти четырехлетнее обучение, до наступления семнадцатилетия юной баронессы и ее поступления в ДИМА — Демонов Истребителей Московскую Академию. После обучения и записи в один класс ДИМА с баронессой, я должен буду отработать все полученные блага абсолютной преданностью лично баронессе и ее охраной на протяжении всего ее обучения в высшем учебном заведении страны. На протяжении четырех учебных лет я стану тенью и продолжением воли Екатерины Стенгер, а после… После мы будем заключать другой контракт, но даже если я решу не продолжать отношения с родом Стенгер, звание Шевалье останется при мне, что само по себе даст великолепную рекомендацию в любое интересующее меня место.

Как сказал мне Коля, когда аристократы нас покинули, условия были невообразимые. Даже просто обучаться магии до Академии было невообразимо, для простолюдинов, дорого, а уж получить место в одном классе ДИМА с высокородными… Да, даже я понимал, какой щедрый подарок мне приготовил Барон.

А еще понимал, что бесплатного сыра не бывает, и этот путь, если я выберу именно его, будет сопряжен со смертельным риском, нечеловеческими нагрузками и дьявольской опасностью по всем фронтам.

Именно то, что мне было нужно! Поэтому я с радостью подписал контракт, под свидетельством родителя.

Теперь мне предстоял длинный и тернистый путь, который я использую как трамплин, чтобы запрыгнуть как можно выше.

Как знать, может быть однажды мы с Бароном будем соседями по владениям?

Уже на следующий день, после разговора и подписания контракта, меня выписали из больницы. Село Тропьево, где она находилась, располагалось от поместья Барона всего в тридцати километрах, и между ними даже курсировали автобусы, так что я мог спокойно доехать в одиночку.

Но благодарным Барон быть умел, так что, когда я вышел из здания больницы, меня встретил Коля, которого подвез на мощном внедорожнике один из дружинников нашего владетеля. Суровый мужчина, сидящий за рулем, серьезно кивнул мне в знак приветствия, и я ответил ему тем же.

Как-никак, а теперь мы с ним — почти коллеги.

По пути обратно свернули с дороги и пятнадцать минут ехали почти по лесу, петляя на широкой и крепкой, но малозаметной полосе. Коля был необычайно молчалив, водитель слушал музыку, ну а я догадался о цели визита сразу же, как приехали.

Высокая черная ограда, домик сторожа у ворот и несколько патрулей охраняли покой людей, некогда живших на землях Кровавого Барона. И отдавших жизни в служении его роду.

Могила деда Митрофана была самой свежей. Рядом с ней, по очереди, лежали остальные взрослые члены нашего спасательного отряда. Я дотронулся до каждого из могильных камней, но остановился только напротив изображения старика с сигаретой в зубах. Неудивительно, что у могильного камня лежала мятая, но не вскрытая пачка его любимых цигарок со старенькой зажигалкой.

Я подобрал и закурил, не обращая внимания на волнения Коли. Давно хотелось, но все получалось отложить на потом. Иногда даже думал, что получится не курить в этой жизни никогда.

Но жизнь — штука сложная. Я стоял и думал об этом на могиле мужчины, который рассказал мне об этом мире больше, чем родной отец. Мы были знакомы всего ничего — пара месяцев, но за это время старик стал для меня одним из трех важнейших людей в новой жизни. И я уже успел его потерять.

- Спи спокойно, дед Митяй, - я забрал себе пачку и зажигалку. — Увидимся, когда я надеру зад всем этим ублюдочным демонам.

Когда мы выходили с территории кладбища, я заметил еще одну могилу. Большую, явно общую, и вынесенную за оградку. Остановившись, я спросил у отца, но тот ответа не знал. Вместо него ответил дружинник-водитель.

- Это волки, - мужчина с уважением посмотрел на меня, а потом такой же взгляд бросил на могилу. — Кровавый Барон приказал. И запретил на них охоту во владении в ближайшие пять лет.

Я только кивнул и посмотрел на Колю. А точнее — на амулет, висевший на его груди. И даже удивился, поняв, что мне не случайно показалось странным сходство его цвета с цветом глаз стаи серых, пришедших нам с Катей на помощь.

Цвет был один. И на лице Коли, вместо привычной юродивой улыбочки, я успел заметить крайне задумчивое выражение.

Глава восьмая. Военное училище

«Переезд» на новое место жительства не занял много времени. По сути, я просто собрал свои немногочисленные вещи, да заглянул в комнату деда Митяя, откуда остальные слуги уже взяли что-то для себя.

Такая традиция в суровых местах соседства с Портальной Зоной.

Я взял блок сигарет. Старику они теперь без надобности, а на меня иногда накатывало. Гробить свой организм с самого детства я не хотел, но теперь у меня было не обычное человеческое детское тельце, а самое настоящее магическое. Да и, как мы успели обсудить с дружинником, пока ехали с кладбища в поместье, убийство портальных чудовищ здорово продлевает жизнь, обновляя многие процессы в организме. А уж если убивать демонов…

Демонов я планировал убивать целыми пачками. Но для этого необходимо было пройти обучение, и мне выделили кровать в общежитии для детей дружинников, которые собирались пойти по стопам своих родителей.

Дворянские дружины этого мира были, по сути, личными армиями владетелей и содержались из их же карманов. По факту, регулярная армия страны была такой же дружиной, но служила уже самому Царю-Императору. Однако, в случае войны, силы дворянских родов практически утраивали мощь государства. А в мирное время Императору не приходилось содержать всю эту прорву людей из своего кармана.

Весь баланс между владельцами официальных личных армий с их амбициями и горячей русской кровью, удерживая их от бесконтрольного разрушения, представляла собой дикая смесь из политики, интриг и, конечно, страха. В распоряжении Царя-Императора была не только военная, но и подавляющая магическая мощь.

А еще Портальные Зоны.

Эти скопления демонических Порталов держали в напряжении весь мир. И на слишком уж яркую войну между собой и остальными у большинства сильнейших дворянских родов России сил не было. Ведь им приходилось держать оборону, как это делал тот же род Стенгер. Но и выгода от подобного соседства была преогромная — внутри и снаружи работающих порталов стоял невероятной плотности магический фон, превращающий даже самые обычные камни в артефакты. А уж если портал открывал путь к заброшенному иномирному храму, населенному демоническими, скажем, мартышками, то уровень предположительных сокровищ мог быть выше годового заработка целой страны!

Все это мне объяснили на первых утренних лекциях, проводимых для детей дружинников. Кровавый Барон, будучи человеком неглупым, понимал, что его будущим солдатам нужны не только тренировки и навыки обращения с оружием, но и приличное образование. Точнее — Военное Училище Рода Стенгер (сокращенно ВУРС).

ВУРС я должен был совмещать с уроками магии, но учителя мне еще не подыскали. Нет, у Барона были в подчинении целые отряды Одаренных, но те были людьми занятыми и не подходили на роль учителей. Был даже бывший боец казахского спецназа — нынешний полевой медик и мастер, как раз, Дара Воды, но я отказался учиться только целительству, а тот, в свою очередь, обучение мог только совмещать с основной работой. Конечно, взять пару уроков лишним не будет, но сосредоточиться я собирался на обучении боевой магии, да и Барон видел мое развитие примерно в этом направлении.

Сейчас он искал преподавателя нужного уровня, а я должен был посещать училище. Так что теперь можно было с уверенностью заявить, что я ходил в школу!

И что меня там сразу же попытались «поставить на место».

- Привет, меня Леха зовут, - улыбнулся один из ребят моего потока, протягивая руку.

Мы стояли в широком коридоре деревянного здания, служившего баронству военной школой для дружины. Сейчас как раз была большая перемена после трех уроков по истории и географии. Как я понял, эти самые уроки были повторными — для оболтусов, которые не хотели учиться, и для меня, учиться желающего.

- Костян, - я крепко сжал его ладонь, выбрав для приветствия такой же простецкий вариант имени, что и он.

- Ага.

Мальчишка кивнул и стрельнул мне глазами за спину. Я даже не подумал об опасности, пока меня не схватили сзади сразу две пары рук. Пока я дернулся в первый раз, общительный Леха уже с силой врезал кулаком мне в корпус.

- Что такое? — прошипел он издевательски. — Сыночек конюха не знает, как лягается лошадка?

- Так лошадка ножкой бьет, Лех, - хмыкнул кто-то из ребят, что меня держали.

- То-очно, - было видно, что подобный метод «приветствия» у парней отработан, и они вполне себе наслаждаются происходящим.

Леха отступил на шаг, но только для того, чтобы занести ногу для удара. К его чести, это было превосходное движение. Баланс тела, стопа на земле, руки в противовес корпусу — в свои тринадцать этот мальчишка, которому предстояло сражаться в рядах дружины припортального баронства, умел драться хлеще многих гражданских из моей прошлой жизни. И уж точно ни один мальчишка моего возраста и сложения отправился бы в больницу после одного такого пинка.

Как и я сказал — превосходное движение. Но я заставил его промахнуться.

Я дернул левым плечом за секунду до удара, и тип, что его держал, инстинктивно попытался найти противовес. То ли детей сначала учат ударным боевым искусствам, то ли конкретно этот прогуливал борьбу, но он полностью отдался моей власти, просто не зная, как противодействовать опытному грэплеру. Силы у парня были, и он тут же дернул меня обратно, на себя.

И поэтому его товарищ справа, не ожидавший такого рывка, оказался на пути ноги Лехи.

Замечательный получился удар! Он просто снес держащего мою правую руку парня к стене. Самому Лехе я «подарил» ответный пинок, попав ему прямо по шарам, так как после его аналога маваши-гери юноша находился в идеальной для этого позиции.

Здоровяк, держащий мою левую руку, на секунду опешил от представленной картины, и я быстро хлестнул его ногой «по тормозам», заставляя упасть на колени. Оглянулся вокруг, ища хоть что-то полезное, и увидел молодую девушку, нахмуренно следившую за потасовкой с кувшином воды в руках.

Была ли она уборщицей или местной флористкой, я разбираться не планировал. Пускай моя первая атака прошла почти идеально (если не считать сильно болевшего после хватки здоровяка плеча), ребятки уже вставали и злились. В таком возрасте даже удар по шарам не всегда фатален. А я еще довольно худенький, ведь на пайке слуги много на наешь.

В общем, не долго думая, я бросился к девушке, на бегу сунув руку в ее кувшин и сильно сосредоточившись на воде.

Раньше у меня бы получилось создать кучу ледяной крошки на кулаке, и даже это бы могло пригодиться. Но теперь, после убийства того демона, магия в моем организме была куда более послушной. И я сделал сразу два ледяных когтя на среднем и указательном пальцах. Вообще-то, планировалась полноценная ледяная когтистая перчатка, но даже это уже было неплохо.

Мгновенно оказавшись рядом с поднявшимся крепышом, я поднял руку (а парень был выше меня на добрую голову) к его глазам и застыл, смотря на его остановившихся друзей, которые остались за его широкой спиной.

Если хотят бить мага — Вселенная им судья, как говорит Коля. Даже в привычном мне современном мире подобные им уроды должны быть готовы, что за издевательства жертва схватиться за нож. Может быть, это не законно, но я прекрасно знаю границы самообороны.

И, пока что, я их не переступил.

- Да мы, в общем-то… - потянул здоровяк, глядя куда-то мимо меня. — Мы же так, шутки ради. Да и вообще…

- Пошли к черту, - рыкнул я, чувствуя, как на губах расцветает оскал. — Я вас уродов…

- Да это вообще все он начал! — пожаловался звонким голосом Лехин друг, которому прилетело ногой в самом начале.

Что примечательно — жаловался он не мне. И, как я теперь понял, испугались они не моей магии.

Леха тоже смотрел туда, мне за спину, и взгляд его был хмурым, слегка напуганным и, почему-то, сильно обиженным.

Я решился оглянуться, не убирая своих уже подтаявших когтей от лица здоровяка. За моей спиной стояла та самая девушка с водой и тяжело смотрела на нашу группу. Если конкретно, то она пристально смотрела на меня, Леху и здоровяка. На каждого по отдельности. Каким же образом?

У нее было три глаза.

И вот, после восклицания тонкоголосого, третий глаз девушки, расположившийся у нее на лбу, обратился к мальчику, заставив того вздрогнуть. В этот момент из класса вышел наш учитель — историк, который читал сегодня лекции. Завидев нас и девушку он тут же побледнел и подбежал к ней.

- Госпожа директор, что-то случилось?

Третий глаз во лбу директрисы захлопнулся, и она холодно посмотрела на мужчину, как нормальный человек.

- Палок. По два подхода. Всем, - отрывисто приказала она.

- И даже новенькому? — уточнил бледный профессор.

- И даже вам, - отрезала девушка, и ее левый глаз скосился на меня, независимо от взгляда правого. — А после пускай Константин Николаевич зайдет ко мне.

*****

Ну… Я ж не знал.

Когда нас привели в комнату для экзекуций, скоромной называемую «учительская», я думал только о том, какая удивительная женщина — наш директор. Когда собирал вещи и меня провожали другие слуги, кто-то поделился, что управляет военной школой директриса, и ее все очень уважают. И боятся. А еще было упомянуто, что ей за шестьдесят.

Учитель истории, пригласивший другого мужчину, крепкого и высокого (трудовика, или кто он там был), первым лег на скамью и подставил спину. Взрослых наказывали ударами по ней. Детей же били под более мягким местам.

И все же, удивительно. «Трехглазая директриса с вечной молодостью» — вообще-то у меня, будь я местной инквизицией или охотником на демонов, возникли бы вопросы к Барону. Все же, это явно не человек, да и так близко от портальной зоны… Или тут бывают мутации? Тогда это нехорошо…

Вторым на скамье оказался Леха, стоически перетерпевший десять ударов (два подхода по пять) и только зашипевший от боли на последних трех. Здоровяк, идущий за ним, на скамью лег равнодушно и встал с нее почти так же. Пускай учитель и старался, но пробить его шкуру или, быть может, природный пофигизм, у него не вышло.

А вот тонкоголосый дрожал как осиновый лист, когда ложился на скамейку после своих друзей. И после первого же удара закричал, а на первом удар второй пятерки — разрыдался. Учитель-экзекутор, все время ловивший его увиливающий зад и покрикивающий на «размазню» порядком устал.

Ну а мне вдруг стало жалко мальчишку. Ну да, дурак он. И друзья его — дебилы. Но и что с того? Кто в тринадцать лет был сильно лучше? Я отнесся к ситуации философски и, когда экзекутору оставалось целых три удара, а моим барабанным перепонкам всего чуть децибел из-за криков тонкоголосого, вышел вперед.

- Подожди, парень, - отмахнулся учитель.

- Но вы же сделали, - сделал вид, что удивился, я.

- Нет еще.

- Да, да! Ну я же видел. Что я, считать не умею что-ли?

Раздраженный виляющим мальчишкой, уставший и до этого, экзекутор не на шутку разозлился моему замечанию. Он тут же с грохотом смахнул парня со скамьи и зло кивнул мне на нее головой.

Тринадцать ударов палкой по заднице. Это, скажу так, непередаваемые ощущения. Как от американских горок на полной скорости. Только в обратную сторону, по шкале восторга.

Я не кричал, но морщился и корчился даже когда вставал. Тем не менее, злых взглядов на экзекутора, какие ему иногда бросал Леха, я не имел. Знал, что можно куда жестче, так, что мясо с кости слезать будет. Так что я просто потер отбитый зад и хмуро посмотрел на учителя.

- Могу я идти?

- Иди, если можешь, - хмыкнул почти миролюбиво выпустивший пар мужчина. — Госпожа директор на третьем этаже. Смотри, не наболтай ей лишнего, парень. А то я уже подустал немного.

Учитель рассмеялся собственной шутке и пошел убирать палку. Я же, не дожидаясь троицу драчливых дурачков, направился к лестнице. Признаться честно, это был самый тяжелый третий этаж в этой жизни. Задница болела и, уверен, будет болеть еще пару недель.

Поэтому в кабинет директора я стучал с уважением и смирением монаха.

Макарова Елена Викторовна. Надпись на двери услужливо подсказывала, в чью обитель я стремился войти. На мой вкус, фамилия у нее… боевая.

- Войдите.

Голос холодный и отстраненный, как у робота. Да и вообще было в облике госпожи директора нечто такое… обезличенно-механическое. Будто она лишь имитация человека, как фарфоровая кукла. Есть ли у нее присущие человеку черты? Может быть, увлечения?

Удивительно, сколь быстро я получил ответ на свои вопросы.

Кабинет Елены Викторовны внушал. Все его стены были заполнены разномастным оружием, которое висело на специальных крюках, гвоздях, держателях и даже находилось в оборудованных стеклянных контейнерах. На правой от меня стене находились всевозможные виды холодного вооружения — мечи, кинжалы, два копья, несколько образчиков шипастых щитов и латных перчаток. Слева расположился огнестрел, и я с удивлением понял, что узнаю большую часть пистолетов, автоматов, пулеметов, ПП и даже ручной гранатомет. Образчиков оружия было действительно много, потому что и обе стены были широкими и высокими.

На дальней от меня стене, за спиной директора, пространства было меньше, потому что кабинет представлял собой эдакий «коридор», пускай и довольно широкий. Так вот, на той стене находился боевой доспех. Я бы сказал «высокотехнологичный», но в мой, например, век высоких технологий не создавали специальных латных доспехов для солдат.

А тут, видимо, создавали. И этот черный красавец выглядел как дорогая боевая машина — надежно, опасно и дьявольски привлекательно. По бокам от него висели дополнительные доспехи на правую и левую руку, видимо с измененной конфигурацией вооружения, и я сразу приметил, что на его шлеме было специальное отверстие для третьего глаза на лбу.

Не оставалось сомнений, кому принадлежит вся эта великолепная коллекция.

- Нравится, солдат? — спокойно поинтересовалась директор, оценив мою реакцию.

- Это великолепно, - все еще завороженный, выдохнул я искренне.

Женщина улыбнулась, и это было первым проявлением позитивных эмоций, которое я увидел на ее лице. Вполне человеческом лице. Сейчас, когда ее третий глаз был закрыт, я снова увидел молодую симпатичную девушку, абсолютно безобидную и даже немного растерянную.

И горы оружия на стенах только подчеркивали чудовищный контраст впечатления и реальности.

- Присаживайся, если хочешь, - она кивком указала мне на стул.

Я не хотел, но подошел ближе к ее столу, встав напротив, как самый послушный мальчик в мире. Внезапно мозг посетила аналогия этого места с паучьим логовом, и не было и капли сомнений, кто является мушкой, залетевшей в сети, а кто — страшной паучихой.

- Константин Николаевич Волков, - Елена Викторовна указала на бумаги личного дела, лежащие перед ней. — Беженец из Семиречья, сын Николая Александровича Волкова — личного конюха баронессы Стенгнер, и ее будущий непосредственный Шевалье. Двенадцатилетний убийца демонов. Ты знаменит, Константин Николаевич.

- Польщен, - нейтрально хмыкнул я.

Директор хмыкнула в ответ. В своем кабинете она вела себе более расковано, чем на людях. Но, даже так, оставалась недоступной моему пониманию снежной королевой.

- По всему баронству ходят слухи, что ты спас от смерти баронессу. А то и барона. А то и всех нас. Глупости, для знающих людей, но знаешь — сегодня я была готова в них поверить. То, с какой легкостью ты справился с тремя моими солдатами, делает тебе честь.

- Неужели, это вы их послали? — вскинул я брови.

Теперь взгляд Лехи, которым он встретил вмешательство Елены Викторовны, был мне понятен.

Впрочем, женщина не собиралась так легко признаваться:

- Глупости. Вы устроили драку на перерыве, что делать категорически запрещено вне помещения для спаррингов или тренировочной площадки. Ты читал Устав училища, солдат?

Я нахмурился. Ну да, нарушил пару-тройку правил. Или десяток.

- Читал, - буркнул все же.

- Тогда должен знать, что за два подобных нарушения я могу оставить тебя на второй год обучения, а это… Сам понимаешь — приведет к расторжению вашего контракта с бароном Стенгер. Потому что сопровождать баронессу в Академию Истребителей Демонов в качестве Шевалье недоучка не может. И ты — дурак, если думал об этом.

Это мне не понравилось. И нет — плевать я хотел на расторжение договора с Бароном. Уверен, если я буду достаточно хорош, он плюнет на всякие правила и протащит меня в ранг Шевалье, чтобы я присматривал за его дочкой. Такой он человек.

А вот эта женщина, похоже, такой человек, который позволяет себе оскорблять собственных воспитанников. В свое время я тоже был суровым наставником, многие считали меня тираном, но что-что, а унижать подчиненных, переходя на личности, я не смел. И всегда осуждал подобный подход.

На лицо сам собой наполз боевой оскал, хотя тон оставался холодно-вежливым:

- Скажите сразу, госпожа директор, если собираетесь ставить мне палки в колеса. Я подам заявление на отчисление в тот же день. Я пришел сюда, потому что Барон сказал, что здесь меня научат необходимым для работы и выживания вещам. Если он ошибся, не вижу смысла тратить ваше время.

Честно говоря, я думал, что директриса молча укажет мне на дверь. На ее месте сам бы так сделал. Но, к моему удивлению, промолчав минуту, Елена Викторовна кивнула:

- Справедливо. Как только я решу, что ты заведению не подходишь, мы вдвоем решим, куда тебя вышвырнуть и с какими рекомендациями. Пока же, думаю, нам нужно лучше присмотреться друг к другу.

Как только она сказала это, ее третий глаз открылся и прямо, не мигая, посмотрел мне в лицо. Признаться честно, ощущение было тяжелое. Неприятное.

- Могу я спросить, Елена Викторовна? — косясь на глаз, потянул я и, дождавшись кивка, решил себя не сдерживать. — Кто вы? Или что… вы?

Конечно же, она не удивилась.

- Вам прочтут полноценную лекцию через три месяца на эту тему, но я не против просветить подающего надежды солдата лично. Я и «кто» и «что». Строитель тела.

- Бодибилдер? — хмыкнул я.

- По телевизору слуг показывают и такие программы? — чуть выгнула бровь Елена Викторовна. — Как бы то ни было — нет. Строители тела — это обычные, не одаренные магией люди, тела которых насыщают маной извне и модернизируют для боевых задач. Грубо говоря — суперсолдаты. Я ношу звание Боевого Скульптора и вхожу в Совет строителей тела России. Если у тебя нет важных вопросов, касаемо твоего обучения, ты свободен.

- Только один. Барон сказал мне, что у меня будет подправленное расписание. Могу я получить его?

Мое особое расписание — как раз то, почему я не сильно цепляюсь за эту «учебку». Ну, не само расписание, а те уроки, которые я должен буду получать дополнительно, без детей дружинников на соседних партах. Не факт, что меня тут научат чему-нибудь принципиально новому и полезному, в то время как особые уроки я предвкушаю уже всем естеством.

Тренировки боевой магии!

- Можешь, солдат, - Елена Викторовна черкнула заметку в свой блокнот. - У своего классного руководителя. Свободен.

Знакомство завершено. Удивительно, насколько противоречивым было мое первое впечатление об этой женщине. Тем не менее, несмотря на негативные стороны, она мне больше понравилась, чем нет.

Остается только надеяться, что в ее трехглазой голове остались похожие мысли.

*****

Учеба в ВУРСе (Военном Училище Рода Стенгер, кто забыл) тяжестью и непосильностью не отличалась. Для меня, по крайней мере.

Приученный к дисциплине, жадный до знаний и желающий догнать и обогнать «конкурентов», занимающихся гораздо дольше, я был идеальным учеником для любого преподавателя.

И даже историк, получивший в мой первый же день из-за меня палок, очень быстро проникся ко мне симпатией и уважением. Как и я к нему. Слушать про удивительную историю становления местной версии России было невероятно увлекательно. Я будто читал фэнтезийную книгу!

Здешнее летоисчисление тоже шло от Рождества Христова, а времена до него люди называли Эпохой Чудес. По установленным данным, именно после рождения Сына Божьего из мира начало исчезать все мифическое и мистическое. Не разом, но об оборотнях, феях, джинах, ифритах и прочих духах постепенно забыли. Как и о языческих богах. Они ушли, скрылись или исчезли, и история человечества встала на те же рельсы, что и в моей первой жизни.

А потом, почти пятьсот лет после Воскрешения Христа, в мире стали открываться Порталы.

- Современная наука отрицает связь между церковно значимыми датами и атаками демонов, - говорил на лекции Федор Константинович — наш историк. — Но именно название иномирян, слово «демоны», пошло из религии. На данный момент совершенно точно известно, что ни из какого «ада», вторжение к нам не идет. Демоны — пришельцы, желающие, кхм… разрушить привычный нам мир. На самом деле, их мотивы доподлинно неизвестны, за исключением того факта, что их агрессивные действия в нашу сторону, как ни удивительно, продиктованы уже их религией и верой. Но нюансы оставим на следующий раз, ведь сейчас мы занимаемся историей. Кто скажет, как называется нынешняя эпоха в двух вариантах.

Я спокойно тяну руку и смотрю на учителя. Не ради того, чтобы выслужиться, как мальчишка в очках на первой парте. Я просто хочу проверить собственные знания.

- Да, Костя?

- Мы живем во Вторую Эпоху Чудес или же, из-за демонов, в Эпоху Страшных Чудес, - послушно отрапортовал я то, что прочитал вчера вечером в учебнике.

- Именно так, - поднял палец вверх историк. — Страшные Чудеса. Как бы мы не относились к религиозным веяниям в нашей истории, название церковь дала пришельцам очень точное. Словно демоны из преданий, «наши» демоны не знают жалости, не думают о пощаде и идут по дороге из огня и крови.

Я только хмыкаю. На самом деле, демоны этого мира заменили собой чудовищную фигуру нацистской Германии из моего мира. Только угроза демонов выходила не из Европы, а повсюду, заставляя государства-соседи объединяться в союзы, а порой и вовсе сливаться в единый нерушимый монолит. Так, например, получилось с самой старушкой-Европой, все прогрессивные страны слились воедино, образовав мощный Совет, который возглавляет Император. Получившуюся империю назвали в честь новоявленной столицы, которой оказался древний город Рим. Таким образом, нашествие демонов возродило в мире Римскую Империю с ее вышколенными легионерами и невероятными полководцами.

Вообще, Империй в мире было целых три. Римская, Российская и Китайская. Остальные страны, более-менее, сохранили знакомые мне «либеральные» имена, хотя в каждой из них, без исключения, в конечном итоге, правил один человек.

Это стало следствием того, что с возвращением Эпохи Чудес, пускай и «Страшной», вернулись и «не-страшные» Чудеса. Стали рождаться Одаренные магией люди, в лесах стал слышен шепот духов, в яростном пламени ревели чудовищные ифриты и даже драконы воспарили в небесах.

И в храмах древних богов зажглись огни.

Удивительные существа никуда не исчезали, они просто скрылись от глаз человечества, которое невероятно быстро набирало силу. На даже силы людей не хватало для противостояния иноземной опасности. И древнейшие жители планеты пришли ей на спасение.

Что важно: драконы, духи и джины людей по-прежнему не жаловали. Иногда могли вступить в контакт, иногда даже помогали, но, в большинстве своем, игнорировали, а то и вовсе — относились враждебно.

- Удивительно, как страшно это звучит в истории, и как обыденно все эти события воспринимаем мы с вами, - подошел к завершению лекции Федор Константинович. — Магия и Чудеса стали нашей нормой жизни. Духи Воды охраняют важнейшие дамбы страны в целостности, в Китайской Империи открыто поклоняются драконам Четырех Стихий. Сам верховный бог индийского пантеона — Шива, выбрал себе смертный аватар и помог своим верующим отбить чудовищную атаку демонов на страну три сотни лет назад. И так же удивительно, как хорошо мы помним те пять веков, которые сейчас называют Эпохой Мира. Не заблуждайтесь на ее счет, слыша только название. Эпоха Мира длилась первые пятьсот лет после Рождества Христова и отличалась от нынешней лишь тем, что люди воевали только с себе подобными. Впрочем, даже с пришествием Эпохи Страшных Чудес, человечество не смогло полноценно объединиться. Конфликты интересов существуют всегда, а две сотни лет назад между странами бушевала самая настоящая Мировая Война. И это подводит нас… к теме домашнего задания.

Мои одноклассники, уж успевшие убрать все тетрадки с парты, приглушенно застонали, а я усмехнулся. Учитель прав, как ни крути. Для них этот мир — обыденность. А я? Я просто в аху…

- Слыш, Костян, пошли выйдем, - отвлек меня от мыслей знакомый голос.

Я повернулся и обнаружил рядом с своей партой Леху — моего давешнего… А вот черт знает, как этого пацаненка объявить. И «врагом» не назвать — смешно это, и противниками мы не были, да даже и недругами, как таковыми, не являлись. Все же, как я понял, Макарова лично приказала трем одноклассникам проверить новенького, обставив все как злую инициативу. Путь будет «знакомый». Который четыре прошедших дня вел себя тихо-мирно.

Видок у моего «знакомого» был решительный и хмурый. На стрелку позовет, не иначе. Ну, я от доброй драки не бегаю, так что встаю и смахиваю тетрадки в портфель.

- Айда, - киваю спокойно, замечая как в дверях нас ждут здоровяк и писклявый.

Вся компания в сборе, как мило.

Удивительно, но повели меня не к тренировочному плацу, а за «тир». Тиром почему-то называлась узкая длинная постройка недалеко от училища, в которой, вероятно, находился тепловой пункт. За тиром будущая дружина Кровавого Барона добросовестно курила, пока их (не чаще раза в неделю) не шугал кто-нибудь из учителей или просто неравнодушных прохожих.

Я достал сигарету — наследство деда Митяя, и, закурив, посмотрел на парней.

В драку никто лезть не спешил. Ребята, конечно же, закурили тоже. Только немного удивленно отметили для себя, что я курю, да еще и явно не детские новомодные «парилки», и табачок в моих цигарках куда как крепче, чем во многих популярных сигаретах.

- Короче, предлагаю мир, - протянул мне руку Леха, заговорив первым. — Сам понимаешь, Макарова…

Он многозначительно кивнул в сторону школы и выпустил из легких дым. В принципе, я реально его понимал. И, уж конечно, обиды никакой на друзей-балбесов не держал. Но мне слабовато верилось, что из трех главных хулигашек потока ни один не затаил на меня свою детскую мстю. Все ж таки я неплохо раскидал их и пополнил училище слухами. А коллектив тут все больше мужской, суровый — такое не прощают просто так.

- Ты всегда так легко сдаешься? — в итоге я решил поддеть забияку и не ответил на рукопожатие. Только усмехнулся, глядя на руку.

Удивительно, но он вернул мне усмешку:

- Я бы тебе жопу надрал только так. Не в учебное время, так после. Позвал бы пацанов с футбола. Троих ты снес, пятерых снесешь, но десятерых не снесешь. Но… ну тя в пень, Костян. У меня батя капитан, ротный командир. Так он мне еще дома по шее нахлестал и Макаровой написал. Дважды. Из-за тебя. Ты Барону полюбился, да и Одаренный, куда деваться. Не-не, нам с тобой проблем не надо.

Я пожал его руку.

- А еще он нормальный, - «подсказал» другу здоровяк и тоже пожал своей огромной корягой мою ладонь. — Меня Тема звать. Не разнылся, когда тебя Михалыч наказывал, уважуха.

- Да, - потянул руку тонкоголосый. — Дано не всем. Я — Илюха.

- Ты прогуливать пойдешь? — спросил Леха, когда я закончил знакомство. — Ща матан еще два урока, потом все.

- Матан? — я прикинул в уме. В отличии от истории, уроки математики для меня сейчас были совершенно бесполезными. — Ну погнали.

Я решил не отрываться от коллектива и заводить знакомства. Тем более, когда такие полезные люди сами идут к тебе в руки. Сын капитана-ротного — это вам не шутки.

До обещанного Бароном представления учителю по магии оставалась неделя.

Глава девятая. Лучший учитель в мире

Дни шли своим чередом. В новой компании я освоился и быстро стал негласным лидером шайки прогульщиков. Негласным потому, что авторитет, по долгу службы и званию отца, был за Лехой, но и он, и Тема с Ильей слушали все, что я скажу. А так как глупостей я не говорил, спорили они со мной редко.

Мой отец был очень усталым последние дни, но радовался за меня, кажется, целые сутки напролет. И даже мой залет в первый же день на скамейку к экзекутору воспринял с воодушевлением. А про палки только рукой махнул:

- Мальчишкам нужно время от времени получать по задницам. Они от этого крепче становятся.

Пояснять, становятся ли от побоев крепче задницы или же мальчишки, он уже не стал, оставив меня в легком неведении. Впрочем, многих мудростей Коля мне в последнее время не оставлял. Он бы чрезвычайно занят.

Чем? Конечно же, старшей баронессой Стенгер — госпожой Беатрисой. Фанатка дворянского этикета, кажется, вообще не слезала с моего отца. Ни днем, ни ночью. Во всех смыслах. Дома он появлялся только для того, чтобы встретить меня с учебы и накормить. Он даже об обязанностях конюха забыл на время, потому что хитрый Барон быстро смекнул, как держать свою сестру в хорошем расположении духа, и освободил Колю на время ее затянувшейся побывки.

И только вечером четверга, собрав у поместья всех, так сказать, «причастных», баронесса Стенгер откланялась и обещала быть в гостях через пару месяцев. Многообещающий взгляд на Колю мне напомнил о каких-то хищных гигантских кошках.

Пантер, наверное...

А потом меня ждала пятница — короткий день в училище. О шестидневном обучении тут не слышали, потому что у Кровавого Барона были не только власть, деньги и дружина, но и мозги. И он понимал, что дети (даже семнадцатилетние лоботрясы, которые готовились стать выпускниками и, в следующем году, дружинниками) остаются детьми. А детям нужно две важные вещи, когда обучаешь их ратному мастерству. Первая — полноценный отдых, как тела, так и мозга. Вторая — детство.

- Заботится о нас барон-то, - как-то сказал я пацанам на перекуре.

- Бать говорил, что раньше его благородие совсем отморозок был, - Леха крутанул головой, проверяя, не услышал ли кто лишний такое дерзкое высказывание в сторону владетеля. — А как госпожа Катерина родилась, сменился нутром. И детей теперь очень любит.

- Это да, в Кате он души не чает, - кивнул я, ловя немного завистливые взгляды ребят.

Они не могли так легко звать юную баронессу по имени, потому что были простолюдинами. Я тоже был, конечно, но у меня особые условия. Вообще же, я был удивлен, как легко мне — прогрессивному представителю современно двадцать первого века, дались местные правила, делящие людей на высших и низших.

Хотя, если подумать, ничего удивительного здесь нет. Даже в первой моей жизни были те, кто выше, и те, кто ниже. Представители власти, олигархи, высокие военные чины — по большому счету аристократия из привычного мне современного мира никуда не делась. Просто слегка замаскировалась. И, пожалуй, была более подлой, чем местные благородные, которые не формально, а полноценно несли ответственность за свои поступки и своих людей.

Но все равно где-то глубоко в душе у меня возился червячок недовольства. И в прошлой жизни ненавидел расшаркиваться перед «сильными мира того» и в этой не собираюсь любить.

- Баронесса — другой мир, - мечтательно поделился с нами тонкоголосый Илья. — Я, вот, помню, проезжала она как-то с его благородием по нашему поселку. Аккурат напротив моих окон. Я-то на четвертом этаже живу, видел все прекрасно.

- Че ты видел-то? — не понял здоровяк-Артем долгой прелюдии друга.

А я заметил знакомую черноволосую макушку за его спиной. И, вскоре, милую девичью улыбку с указательным пальцем на губах.

Таким образом Катюша как бы говорила мне: «Молчи».

- Я ж говорю, - вдохновенно продолжил Илья. — Что прям все видел. Едут барон с баронессой, а поперек их телега выезжает. Дед какой-то, с четвертого дома вроде, забыл совсем про визит барона, хотя всех предупреждали. И шкандыбает с телегой до дому. Медом, что-ль торговал, ща не помню. Ну, думаю, пенсия, жопа тебе! Добрый наш барон, или нет, но это уже нахальство. Я бы ему пинка под зад дал. Ну и господин Деобедон — бати Лехиного начальник, уже двинулся старине наперерез.

- Ну и имечко у него, - фыркнул я, покачав головой.

- Нерусский он, барон привез откуда-то с Халифата, - вкинул Леха.

- Но ты продолжай историю, - вернулся я к теме, увидев интерес на лице Кати, стоявшей за пацанами.

- В общем, барон сам с коня слезать не собирался, господин Деобедон уже к деду подошел, и тогда-то госпожа Екатерина звонко ему так крикнула: «Стоять!» - Илья поднял указательный палец вверх. — Не помню, чего она конкретно потом говорила, но там было что-то про то, что, мол, «не сметь людей тиранить», да «ни при мне, ни при отце почтенном». Короче, накрутила дружине хвосты госпожа, о как! Дед тот потом, вроде, в ноги ее коню кланялся, так госпожа слезла, подняла его, отряхнула.

- И попросила меду, - влезла-таки Катя, выходя из-за спин пацанов.

- Ага, прям по простецки и попросила, госпожа наша прекрасная, - важно кивнул Илюха и только потом осознал ситуацию.

Сказать, что ребята офигели, это ничего не сказать. Троица самых ярых прогульщиков, хулиганов, да и вообще парней «не беды» просто застыли соляными столбами, глядя на вышедшую к нам юную баронессу, как на бога.

Или на богиню. Одетая в подобие темного боевого камуфляжа, Катя действительно выглядела эффектно. А уж оказавшись под лучами обожания и преклонения собственных подданных обрела совсем уж царственное величие.

- Привет, - фыркнул я, забавляясь сложившейся ситуации. — Вкусный был мед?

- Александр Викторович каждую неделю теперь шлет, - ответила баронесса. — С наилучшими пожеланиями. А вы, я так понимаю, прямо сейчас постигаете ратные науки?

Пацаны словно ожили, но ощутили себя, при этом, полутрупами. И, глаза в пол, бочком-бочком покинули место для курения. Я только рассмеялся их робости, но про себя отметил, как скривилась от моей «наглости» Катя. Ей не нравилось, что я чувствую себя на особом счету, но вслух она этого не говорила.

Потому что, тем более, я и был на особом счету.

- Зачем пожаловала, твое благородие? — улыбнулся я подружке, которую не видел почти с неделю.

Надо сказать, внешне Катя с памятного нападения демона совершенно не изменилась. Ну, и судя по той шалости, которую она устроила парням, внутренне — тоже.

- За тобой, мой верный шевалье, - девочка скорчила рожицу. — Папа определился, кто будет тебя учить. Так что собирайся и поехали.

- Я мог и на автобусе доехать, позвонили бы в училище, - я, конечно, сразу подскочил, но подозрительность — моя профессиональная черта! — Зачем целую наследницу рода гонять?

К слову, от Вулканического поместья до училища было порядка шестидесяти километров езды по дороге. Не самое маленькое расстояние, но само поместье служило Тобольской области некоторой последней точкой обороны перед портальной зоной и, соответственно, близко к ней гражданские заведения находиться не могли.

- А ты приготовься к дороге, - Катя притворно вздохнула, хотя я знал, что она любит выезжать за территорию поместья. — Мы едем к самой портальной зоне.

Вот это меня уже удивило.

- Что, и ты тоже? — не мог поверить я. — И Барон так просто разрешит это? Или это даже он и придумал? Мы буквально только что отбились…

- Именно поэтому папа нас и зовет, - перебила меня девочка жестко. — Костя, тебе сколько лет?

Этот вопрос нередко ставил меня в тупик, но я уже привык отвечать быстро:

- Тринадцать.

- И это правда, - девочка зашагала прочь от курилки, с интересом, тем не менее, поглядывая на редкие бычки под ногами. — А мне вообще двенадцать. Ты хоть представляешь, какой тяжелый удар испытала наша с тобой детская психика на прошлой неделе?

Я, конечно, попытался представить. Но лично для меня то событие было больше познавательным, чем страшным. Почти как в прошлой жизни. Я был слаб, а мир был жесток. И это следовало исправлять.

Но я — отдельная песня, а вот юная баронесса действительно могла нахвататься кучи детских травм. И что же думает делать Барон? Показать ей, что бояться не стоит? Так бояться еще как стоит! Маленьким детям в похожих ситуациях, когда они, например, ударились о стол, показывают, что стол наказан. Его шлепают, пинают и говорят, что он очень грустит.

Интересно, как Барон попытается «ударить» портальную зону?

- Ко-ро-че, папа… хочет нам показать что-то важное, а заодно познакомить тебя с учителем, - немного отвлеченно подытожила Катя, а потом, неожиданно, спросила. — У тебя есть еще сигареты?

- Ну есть, - я похлопал себя по карману.

- А дай одну? — хитро глянула девочка. — Или как там у вас говорят: «стрельни»?

- А что же скажет его благородие, когда запах от тебя почует? — усмехнулся я, протягивая ей пачку.

- Будет орать, - она пожала плечами, задумчиво выбирая из фильтров по одному ей ведомому критерию. — Но я скажу, что это ты меня подбил. Не боись, тебе всего лишь выпишут плетей…

Оу.

Я был спокоен как просветленный монах. Как сам Будда, окажись он в подобной ситуации. Конечно, молодая наследница, видимо, просто жаждет увидеть, как меня выпорют. Неужели она извращенка?

Молча убрал пачку обратно в карман.

- Эй, ты чего вдруг? — возмутилась девочка, не успевшая сцапать ни одной сигареты.

- Иди в жопу.

*****

Машина была добротной. Мощный внедорожник военного образца, очень напомнивший мне ГАЗ «Тигр» из прошлой жизни, с гербом рода Стенгер — стилизованным под громоподобные звуки извержения ромбом, с заключенным внутри действующим вулканом. Вспоминая бой Кровавого Барона с демоном, я начинаю думать, что у такого претензионного герба есть все основания быть таковым.

Могучая машина довезла нас прямиком до перевалочного пункта, где меня и Катю уже ждал Барон на верной Дымке и мой отец, ведущий под уздцы Тетрарха Кати. Неожиданно, с ними шел Ивашка — сын отца Никодима — священника, который был управляющим домами слуг. Еще более удивительно было то, что Ивашка вел за собой тонконогого молодого жеребца.

- Это — Ручеек, - вместо приветствия объявил мне Кровавый Барон, сев в седло. — И теперь он — твой. Ивашка будет заботиться о нем, а ты, - он погрозил мне пальцем. — Головой отвечать. В портальной зоне конь — верный друг и напарник, который и полумертвого тебя вытащит, и в бою спину прикроет, понял?

- Так точно, - серьезно киваю, ответив на военный манер.

Лошадь с конющен самого барона — дорогой подарок. И я все больше чувствовал благодарность к владетелю земель, на которых жил. Филип Стенгер делал для меня очень многое.

Ну и я собирался отвечать тем же.

- Хорошего пути, - улыбнулся Коля нам, махая рукой. Будто и не едем мы в самое опасное на планете место.

Впрочем, я ворчу, а сам поднял руку и помахал ему в ответ.

Доехали спокойно. Только пару раз я услышал вдали стрекот выстрелов. Это гоняли местную портальную мелочь дружинники. Чем ближе мы подъезжали к зоне порталов, тем больше было и той самой мелочи, но и в бой вступала дружина посерьезнее. Личный отряд барона покинул нас, когда до места прибытия оставался примерно час. И тогда стрелять совсем прекратили.

Смуглые мужчины со странными именами: Глабадон и Деобедон, и женщина по имени Трага вели в бой элитные силы баронства. Эти люди привыкли сходиться с портальными монстрами в ближнем бою.

Я сохранял спокойное молчание, хотя меня так и подмывало уточнить ситуацию и засыпать барона вопросами. Но все люди в отряде были молчаливы и сосредоточены и, в особенности, Катя, с опаской и глубоко затаенной в глазах паникой осматривающаяся вокруг. Я, уже привыкнув к управлению конем, повел Ручейка поближе к Тетрарху. Юная баронесса заглянула мне в лицо, ожидая, видно, найти в нем зеркало своих эмоций, но встретила лишь спокойный взгляд и подбадривающую улыбку.

И ей полегчало. Кажется. По крайней мере, девочка выпрямила спину и больше не озиралась по сторонам. Барон, ненавязчиво наблюдавший за нами, одобрительно хмыкнул.

А потом мы прибыли на место.

Это был пригорок. Или можно даже сказать — холмик, возвышавшийся над огромной равнинной местностью. Я бы хотел назвать эту бескрайнюю площадь полем, но как раз им она не являлась. Потому что вся ее ровная (по задумке природы) поверхность была испещрена тысячами и десятками тысяч ям, рытвин, расколов и обгорелых проплешин. И над всем этим разрушительным великолепием безумия лениво крутились по своим осям серые дымчатые сферы.

Порталы!

Мы стояли перед бескрайней портальной зоной. Я великое множество раз за эти несколько месяцев слышал о ней, но никогда не представлял ее... такой. В моей голове портальная зона больше была похожа на ледник, на стихийное бедствие, медленно пожирающее планету, на язву на теле Земли. А это... это было поле боя.

Серьезнейшее оцепление из сотен бойцов прикрывалось блиндажами, ДОТами, десятками метров колючей проволоки и, я уверен, самым настоящим минным полем. Тут не могло быть новейшего электронного вооружения с моей прежней жизни - вблизи порталов оно долго не живет, но тут были механизмы попроще и, конечно, магические военные артефакты.

- Мой господин, - поклонился Барону мужчина в полевой форме. Судя по твердому взгляду и возрасту, он был кем-то вроде командующего этой линией обороны. Военных нашивок на нем не было. - Эвакуация сил зачистки завершена, как приказывали. Дайте команду, и мы снимем оборону за девять минут, но...

- Все в порядке, Егор Викторович, говори как есть, - махнул рукой Барон. - Чего случилось?

- Да пока ничего, ваше благородие, но из Тобольского Ведомства Истребителей настойчиво спрашивают, по какому такому... причине мы покидаем наши позиции. По их данным, Бег будет только через пару месяцев.

- А ты чего?

- Послал их пока. Но это ненадолго, вы же понимаете.

- Молодец, Егор Викторович, все путем сделал. Сымай защиту.

Егор Викторович еще раз поклонился и быстро побежал к ближайшему ДОТу. Судя по тому, как после пары его отрывистых фраз забегали адьютанты, оборона и правда может быть снята за несколько минут. Что удивительно, учитывая, какие порой бандитские хари попадались в дружине у нашего правителя.

Докладом отвлек барона тот самый Деобедон - начальник дружины. Я не вслушивался в их разговор, а снова посмотрел на зону. Величественные и смертельно опасные серые сферы внушали...

Не совсем уверен, правда, что именно они мне внушали. Это был и не трепет, не страх или какое-либо напряжение. Пожалуй, если быть искренним с собой до конца, то я ощущал некоторые боевой азарт и... восхищение. Меня и правда поражала та мощь и опасность, которой обладали такие прекрасные, на вид, вещи. Эти порталы казались мне оружием - самым могучим, с которым встретилось местное человечество. И, Вселенная видит, я обожал оружие.

А вот Катя, похоже, моих чувств не разделяла. Девочка стояла в стороне от мужчин, за ней приглядывали, но, видно, не приглядывались. Потому что только я увидел как тихонько дрожит от страха юная баронесса.

Ее слова про тринадцатилетних детей с травмой всплыли в памяти. Конечно, она была права. И очевидно, что эти слова принадлежали кому-то другому, кому-то взрослому. А она просто повторила их, не отдавая себе отчет, как точно они отражают действительность.

- Эй, ты нормально? - негромко спросил я, встав за ее спиной.

Сначала она только кивнула несмело и только потом, просмотрев на изуродованное порталами и борющимися с ними людьми поле, повернулась ко мне.

- Их было больше, когда мы приезжали в тот день, - я сразу понял, что она имела ввиду день, когда на нас напал демон. - И мы смотрели издалека. Мне было так... скучно. Кость, а теперь мне страшно. За неделю солдаты папы закрыли больше двадцати штук. А я все равно до ужаса боюсь.

- Поэтому мы и приехали сюда вместе, - на ее плечо мягко легла лапа Кровавого Барона. - Послушай дочь, что я тебе сейчас скажу. И ты, Костик, тоже запоминай.

Мы, готовые к вселенской мудрости, как самые настоящие дети вперили в него наши полные надежд и жажды откровений взгляды. Похоже, великий барон немного смутился от такого жгучего интереса и кашлянул в кулак.

- Ну да, - он дотронулся до бороды. - В общем - нельзя бояться. Никогда. И ничего. Я знаю, психологи и прочие ученые там говорят, что страх - важная часть человеческого сознания и бла-бла-бла. Давайте по-честному - большинство людей чего-то да боится. Даже я боюсь, например, потерять тебя, Катюша. Но нельзя бояться. Ни мне, ни вам двоим, понятно? С сегодняшнего дня мы перестаем бояться чего бы то ни было и начинаем расти над собой. Ты, Катя, поедешь к тетке на год. Будешь учиться этикету, финансам и прочей ерунде этой. И Даром своим поучишься пользоваться. Триша нашла очень известного монаха со аспектом Света. Тебе пойдет на пользу.

Удивительно, но дерзкая Катя только кротко кивнула на такое, прямо скажу, суровое постановление отца. Видимо сегодня, вблизи портальной зоны, она была согласна с любым его словом.

И я мог ее понять.

- Ты же, парень, остаешься при мне, здесь, - тяжелый взгляд Барона, казалось, мог гнуть подковы, но я не поддался ему, чем заслужил небольшую усмешку. - Скажу честно, в шевалье для Кати я перебрал много кандидатов. И все бы они были хороши, но... Доверия никому нет. А вот ты доверие заслужил. И уважение. И поверь мне - доверие и уважение рода Стенгер дорогого стоят. Поэтому я таки определился, кто будет тебя учить. Не Дару Воды или, там, ратному делу. Это все оставим на помощников и училище. Нет, именно я буду учить тебя. Тому, что умею сам.

Вот теперь мы с Катей оба вскинулись удивленно. Мы знали Барона. Видели его силу. Но представить его в роли учителя.

- Так, мелюзга, вы что, в меня не верите? - прищурился владыка Тобольских порталов. - А как думаете, зачем мы сняли сегодня оцепление? Свалить решили? Ну нет! Это будет урок. Даже три урока. Первый, тебе, Катя - не боись! Твой папка демонам не по зубам и тебя в обиду не даст. Второй, тебе, Костик - смотри в оба. И мотай на ус, или на свои красивые волосики, все, что я делаю. А третий... третий урок будет демонам.

Кровавый Барон резко отвернулся от нас и подошел к краю холма. Его дружинники и адъютанты отошли на почтительное расстояние и потянули нас за собой, оставляя нам, впрочем, места в самом первом ряду.

Тогда он взмахнул рукой, и из мгновенно разогревшегося перед ним воздуха возник мощный полуторный меч. Как в сказках о могучих богатырях, он был тяжелым даже на вид, обоюдоострым и отливал красным цветом. Как верный пес, меч сам бросился в руку призвавшего его мага.

- Прогреем немного, - буркнул в бороду Барон, и с силой вонзил меч в землю перед собой.

Прямо на половину клинка.

Барон оставил меч в земле перед собой и взмахнул кистями рук, будто стряхивая с них что-то. И нечто действительно стряхнулось. Багровые, налитые силой капли упали на портальное поле тяжелым дождем. А в следующий миг Барон Стенгер хлопнул в ладоши перед собой, и поле прочертили сразу десять огненных шлейфов — по одному за каждую каплю, сорвавшуюся с его пальцев.

Сквозь марево разогретого воздуха я заметил, как задрожал один из порталов. И, пока Барон фокусировался на очередном этапе своего заклинания, из его серого марева выскочили сразу четыре каких-то мелких гоблина. Не уверен, как правильно классифицировать этих чудиков, зато определенно точно знаю, что сгорели они за считанные секунды.

Я был поражен.

- Демоны думали, что могут так запросто нападать на мою дочь?! — прорычал невероятно сосредоточенный и напряженный Барон. — Пускай знают теперь, что в эту сторону им хода нет!

Как только он сказал последнее слово, задрожала земля. Мы с Катей, и все стоявшие рядом, пошатнулись, но сам Кровавый Барон стоял крепко. Тяжело и медленно он поднял руки над головой. И земля, охваченная огнем, поднялась вместе с ними.

Девять высоких, с четыре этажа, жерла выросли посреди портального поля. Посреди изрытой битвами равнины возвысились самые настоящие вулканы. Из серых шаров еще несколько раз выпрыгивали монстры, но теперь они сгорали так быстро, что я не успевал их даже четко рассмотреть.

- Не смейте лезть ко мне, ублюдки… - прошипел, почти хрипя, барон и резким движением сбросил верх одежды, оголяя могучий торс. — Иблис, подъем!

Сказав это, Кровавый Барон изменился. Вся его кожа будто разом затвердела, а потом разошлась каменными черными пластинами. И она бы показала нам внутренности этого могучего человека, если бы они только были. Однако, прямо сейчас под его затвердевшей кожей был лишь раскаленный жар.

Кровавый Барон будто сам обратился вулканом.

Он повернул к нам голову, показав лицо, полностью состоящее из пылающей магмы. Его невыносимо желтые, почти золотые глаза сверкнули.

Смуглые дружинники со странными именами разом рухнули на колени. И наш барон улыбнулся.

А в следующую секунду девять вулканов взорвались, изрыгая из себя потоки раскаленной лавы! Но она не просто покрывала собой портальное поле, нет. Я видел, как реагируют сами порталы на магию Кровавого Барона. Они дрожали и поглощали ее, как будто магма была живым существом и входила внутрь порталов. А потом, спустя несколько минут адского жара и грохота извержения до нас стали доноситься громкие глухие хлопки.

Порталы схлопывались.

Магия барона, как я понял, считывалась порталами, как нечто живое и имеющее право на «вход». А уже внутри невероятные количества магмы заливали все доступное пространство и разрушали энергетические кристаллы, благодаря которым порталы были стабильны.

Чтобы сделать такое, в среднем, нужна команда Истребителей Демонов в количестве пяти человек и несколько часов, в зависимости от сложности и силы портала.

Кровавый Барон закрыл больше полусотни порталов за пару минут.

- Вот, правильно, - чуть устало выдохнул мой будущий учитель, вновь вернув себе человеческий облик. — Нечего вам тут делать, демонюги еб… В общем, моя это земля!

Филип Стенгер пошатнулся, но его тут же подхватил под локоть предупредительный Деобедон. Катя тоже подбежала к отцу со сверкающими глазами, и только я один, казалось, отстал от жизни и стоял в стороне потерянно смотря на остывающее поле.

Всего лишь человек… Один человек! Но по разрушительной мощи он сравним с танковым, мать его, взводом! Или даже дивизией! И, думается мне, это — далеко не максимум его возможностей. Хотя бы потому, что после своего максимума, как рассказывала Катя, приличным магам полагается лежать без сознания несколько суток, а не стоять и пошатываться, как от легкого недомогания.

Уму непостижимо…

- Что, Костян, хороший тебе учитель достался, а? — фыркнул правильно истолковавший мой взгляд барон. — Я тебе так скажу, тебе достался лучший учитель в мире.

Глава десятая. Первые уроки

Я послушно сидел у крыльца в поместье барона Стенгер и наблюдал за сменой наряда охраны. Как сдающие, так и принимающие смену дружинники то и дело косились на меня с интересом, но не лезли. О том, что я теперь — ученик его благородия, судачило все вулканическое поместье.

Головокружительная карьера, как для маленького сына конюха. Хотя я, конечно, не зазнавался. Еще очень рано. В буквальном, кстати, смысле.

Дверь в поместье открылась, и на свет божий вышел сам барон, одетый в дорогой домашний халат красного цвета. Он заразительно зевнул во весь рот, потянулся утреннему солнцу и почесал живот, сонными глазами наблюдая за все теми же сменяющимися дружинниками, подобравшими животы при взгляде господина.

- А, ты уже тут, - учитель заметил меня в последнюю очередь, и я, как положено, поклонился ему. — Рано как. Я еще не завтракал.

- Я подожду, ваше благородие, - отвечаю спокойно.

- Нет уж, пошли, - владыка портальной зоны нахмурился и махнул мне рукой. — Поем потом. Сначала посмотрю на тебя.

Свернув пару раз в недлинных коридорах, мы снова вышли на улицу, но теперь уже во внутренний двор поместья. Как и гласила молва, тут оказалась широкая площадка, равно хорошая как для заливки катка зимой, так и для игры в футбол летом. Сейчас она была девственно чиста, и аккуратный прорезиненный пол крал звук наших шагов, пока мы шли.

- Откуда вообще у человека берется магия? — неожиданно спросил барон, когда мы дошли до центра площадки.

- Эм, от высших сил, наверное? — предположил я.

- Знаешь, а так почти и есть, - он повернулся ко мне. — Обычный человек не может использовать ману, разлитую вокруг нас. Как не может дышать под водой. Нет нужных органов. А вот у тебя такой орган есть, как и у меня. Ядро.

Барон поднял указательный палец вверх, и на его ногте сформировался пламенеющий шарик, очень похожий структурой на серые порталы демонов. Я всмотрелся в него внимательнее, но ничего интересного не увидел.

- Это — мое ядро, - поделился барон. — Вернее, так оно выглядит. На пальце всего лишь проекция. И что ты можешь о нем сказать?

- Ну, мне кажется, - я задумался. — Что такой сгусток огня не может быть в вашем теле просто так.

- Верно, иначе бы я сгорел изнутри, - учитель кивнул. — Я тебе даже больше скажу — в моем теле его нет. И в твоем ничего подобного нет. Вообще, если препарировать мага, мы обнаружим, что от обычного человека его мясо ничем не отличается. Не зыркай. Я сказал, что у нас есть особый магический орган, но я ничего не говорил про то, что он должен прятаться в наших обычных немагических тушах.

Рука барона поднялась над головой и будто закрепила сферу его ядра где-то слева над макушкой. Он шагнул вправо, и сфера переместилась вместе с ним.

- Магическое ядро — магический орган. И закреплен он не в теле, а за душой. Запомни это раз и навсегда — у каждого существа в мире есть душа. Маги умеют с ними оперировать… в той или иной степени. Лучше всего получается у обладателей Дара Некромантии или Тьмы, но о разнообразии Даров как-нибудь в другой раз. Сейчас, для общего развития, тебе надо уяснить, что твой главный орган находится где-то у тебя над башкой, в эфирном плане.

Конечно я глянул вверх. И, очевидно, ничего не увидел.

- Второй момент — ядро у каждого свое, - продолжил лекцию барон. — Как и любой другой орган. Есть, конечно схожести, по типажу Дара и прочее, но, в целом, любое ядро уникально. И все равно, у нас есть некоторая классификация.

Барон дернул плечами, и вокруг него вспыхнуло сразу десять подобных его ядру шариков. Он проводил их взглядом, и те, повинуясь, закружили вокруг его тела легкий хоровод. Потом барон сжал кулак, и сферы разгорелись так ярко, с таким жаром, что я невольно отступил на несколько шагов и зажмурился. А когда я открыл глаза, вокруг него уже летали сгустки самой настоящей лавы.

- Есть три основных параметра управления магией, - пояснил свою демонстрацию Кровавый Барон. — Первый — проявление.

Десяток шариков, как только он сказал это слово, задрожал и распался еще на десяток. А потом и еще. И того — тридцать лавовых шаров окружали моего учителя, мешая даже просто смотреть на него. Благо, он не стал меня долго мучить и убрал почти все, оставив один.

- Проявление позволяет магу творить стихию или свой тип Дара «из ничего». На самом же деле, топливом выступает та самая мана, которая разлита вокруг нас. Маги с мощной составляющей проявления в ядре могут чувствовать ее потоки и высвобождать из воздуха океаны нужной себе энергии. Ну-ка, попробуй что-нибудь сотворить!

Я послушно сосредоточился, пытаясь уловить ману вокруг себя. Простую базу взаимодействий с этой магической энергией мне дала еще Катя во время наших детских игр. Однако, мне еще никогда до сегодняшнего дня не приходилось создавать воду из ничего.

Потоки маны… Сила, разлитая вокруг нас… Могущество, незримое остальным… Я прислушался к звукам Вселенной, а Вселенная прислушалась ко мне. Мы пели песню и были единым целым с ней, с ядром внутри моей души и с маной вокруг. И я…

- Я не могу, - честно ответил я, выбросив из головы всю эту мистическую муть. — Не получается.

- А ты хоть пробовал? — фыркнул барон недовольно. — Что-то я нихрена не ощутил твоих стараний.

- Пробовал, - я поморщился.

- Хн… - барон почесал подбородок и гаркнул куда-то в сторону. — Сашка! Возьми двух людей покрепче и притащите сюда воды! Бочку какую-нибудь!

Из глубин поместья донеслось приглушенное: «Понял, ваше благородие», а на третьем этаже открылось окно во внутренний двор. Если честно, я даже удивился, увидев в нем заспанную Катю. Хотя, конечно, это же ее дом.

- Вот чего ты орешь, папа? — вопросила уже-не-спящая-красавица и обратила щелочки сонных глаз на меня. — А… учитесь.

- Пытаемся, - фыркнул барон и махнул на меня рукой. — Только что-то твой будущий защитник совсем не умеет в проявление.

Меня слова задели, но я совладал с эмоциями. Спокойствие. Именно здесь я смогу получить самый бесценный опыт и знания в этой жизни. Нельзя сложить о себе плохое впечатление в первый же день.

- Я могу попробовать еще, - поднял руку я.

- Не можешь! — крикнула с окна Катя. — Эх ты, папа! Мог бы и спросить. Я сейчас, м-м-м… А мне нельзя в пижаме?

- Нельзя! — гаркнул суровый отец и девочка надулась.

Спустя секунду к ней в комнату, по видимому, ворвалась нянька, тут же закрывшая окно с громкими причитаниями и… Дальше видно и слышно не было. Но, уверен, спустится к нам Катя еще нескоро. И при полном параде.

- Аграфена, воспиталка ее, - пояснил барон, пока мы ждали мужиков с бочкой и Катю с «важным знанием». — У нее в комнате три факела есть. Я поджигаю их для сигналов. Сейчас старая, поди, думает что я в ярости. И сама в ужасе. Вот, кстати, запомни — используя магию ты можешь помогать себе жестами, словами и эмоциями. По большому счету, все это — костыли, и какой-нибудь истинный мастер может управлять потоками маны вообще одной щекой, но таких ребят очень уж мало на свете, и не все из них по-настоящему сильны. Но, как бы то ни было, ты должен уметь держать свои эмоции под контролем. Осознавать, что ты чувствуешь на самом деле, а что помогает тебе концентрироваться на мане. Усек?

- А я могу куда-нибудь записывать ваши уроки? — спросил я, повертев головой в поисках записной книжки или хотя бы блокнота.

- Не, учись на собственной шкуре, - неожиданно голос барона раздался над самым моим ухом, я дернулся, но не успел парировать легкий подзатыльник. — Хн… с интуицией у тебя тоже беда, да?

В это время двойные двери на площадку распахнулись, и трое мужчин, пыхтя от натуги, внесли к нам большущую бочку, до краев полную воды. А следом, чуть погодя, выбежала Катя в легком платье светлых тонов и подозрительно скосилась на деревянную махину, оказавшуюся даже чуть выше баронессы.

- Ты же не решил утопить его здесь только потому, что он не может проявлять воду? — обратилась девочка к отцу.

- Пока нет, - нейтрально ответил барон. — Так что с его проявлением?

- Костя не проявляет воду потому, что просто не может, - объяснила Катя отцу, задумчиво смотрящему на меня. - Его ядро не приспособлено к этому. Зато на силу и контроль оно работает даже лучше моего, представляешь?

- Не очень-то, - почесал затылок барон и подытожил. - Так вот, парень. Раз Катя говорит, значит так оно и есть. Ее Дар... уникален. Позже я расскажу тебе, а пока стоит знать, что моя дочь и твоя будущая подопечная лучше всех в мире может чувствовать нити маны и, соответственно, больше других понимать о магах, ими пользующихся. Без проявления тебе и правда будет тяжело, потому что это - база для любого мага. И если ты окажешься в месте, в котором твоей стихии будет мало, станешь беззащитен. А вода... Пускай она и покрывает большую часть планеты, с магами воды драться просто - нужно только убраться подальше от водоемов. Ну ладно, подумаем над этим после. Давай, продемонстрируй мне свой контроль.

Я послушно потянулся к бочке, ощущая в ней колыхания родной стихии, но вовремя осознал, что не до конца понимаю, что именно подразумевает мой учитель под словом «контроль».

- А конкретно? - повернулся я к нему.

- Контроль, это второй параметр твоего ядра, - мужчина кивнул. - С помощью контроля, как не сложно понять из названия, маг может именно контролировать свой дар. Любые манипуляции с маной основаны на контроле, и, скажем так, мастерство контроля показывает, насколько искусен маг. Например...

Он повел рукой, и сфера его магмового ядра, все еще висящая над его головой, распалась на четыре золотистые нити, тут же закружившиеся в воздухе на манер изящных узоров. Повинуясь его движениям, словно направляемые дирижером, эти нити танцевали нам с Катей танец изящности. Однако, как только одна из них, словно невзначай, коснулась поверхности воды в бочке, оттуда сразу повалил густой горячий пар.

Завораживающая пляска нитей была столь же опасна, что и прямая атака каким-нибудь огненным шаром.

Я потянулся к воде в бочке, ощущая ее движение так, будто стихия была продолжением моей руки. Со времени тренировок в секретной роще Кати и битвы с портальными тварями мне никогда не было так легко управлять своей магией. Скорее всего, вулканическое поместье тоже напитано маной под завязку, и я даже предполагаю, чьей.

- Теперь покажи, как ты будешь сражаться этим, - учитель отступил в сторону, наблюдая за переливающимися с бочки прямо в воздух линиями воды. — Изобрази что-нибудь… боевое.

Я закрутил воду, попутно раздумывая, как именно мне это сделать. Откровенно говоря, практики вдумчивого создания боевых заклинаний у меня не было. Ну, я пользовался хлыстами против волков, в Катю, играя, просто бросался водяными бомбочками, а так…

Хотя был один прием, который я практиковал сам. И однажды даже почти применил.

Чтобы впечатлить барона, я собрал вокруг себя столько водяных хлыстов, сколько смог (а смог я тринадцать штук). Примерно треть из них были небоеспособными и вялыми, но в общую картину вписывались очень хорошо. А потом основной поток воды хлынул на мою правую руку.

Сейчас, в спокойной обстановке, поддерживаемый мощным магическим фоном вулканического поместья, я вдумчиво собрал настоящую латную перчатку из крепчайшего (по моим меркам) льда с острыми когтями. Тяжелая, она вполне могла бы заменить мне кастет, и даже хуже, но лично для меня она не весила ровным счетом ничего, потому что я держал весь этот лед на весу силой воли.

Но, по правде говоря, это был мой предел. Тринадцать водных хлыстов в половину моего роста и одна ледяная перчатка.

Однако, Кровавый Барон, похоже, был приятно удивлен.

- Для твоих… скок тебе там?

- Тринадцать.

- Для тринадцати лет без учителя это прямо восхитительно, - барон цокнул языком. — Теперь я вижу компенсацию за проявление. Но ты, мелкий, не пытайся обмануть учителя. С такой нагрузкой и трех шагов не сделаешь, снимай лишние хлысты.

Я не расстроился тому, что он меня подловил, но зарубил на носу. Показухой заниматься буду в другом месте. Ладно. Пять хлыстов опали водой, заливая мои кроссовки.

Катя прыснула, и теперь я нахмурился. Ну да, сил вернуть воду обратно в бочку у меня тоже не было. По крайней мере, я не был уверен, что остальные конструкции выдержат, если я попытаюсь.

- Это уже хуже, но все еще очень прилично, - ничуть не расстроился моему настоящему навыку учитель. — Осталось только проверить силу твоего ядра. Катя, ну-ка давай, раз пришла, скажи нам с Костиком про параметр силы.

Теперь развеселился уже я, потому что девочка скорчила очень уж недовольную моську. Впрочем, она быстро взяла себя в руки и, заложив руки за спину, принялась вышагивать в такт своим же словам:

- Так, Костя и папа, параметр силы магического ядра отвечает за… силу, конечно. Но это — очень гибкий параметр. Например, сила ядра некромантов отвечает за то, насколько могучего бойца они призовут и обычного человека. Или как много настоящих сил будет у зомби, поднятого из тела кого-то реально могучего. У водянишек, вроде тебя, Костя, все совсем просто. Плотность и скорость воды — вся твоя сила. Думаю, самый сильный водяной маг смог бы сделать такую же перчатку, как и ты, но ей он бы смог пробить танковую броню, понимаешь? Этим бы отличалась ваша сила. И его хлыстом можно было бы разрезать падающий комок пуха. В общем-то, довольно банально.

- Но не менее эффективно, чем все остальное, - вмешался барон и махнул мне рукой. — Вода камень точит, так что с большим напором ты действительно сможешь когда-нибудь разрезать танки. Ха, да что там — я научу тебя, как это сделать! А теперь — вперед. Попробуй достать меня чем-нибудь. Проверим силу и контроль. Катя, брысь.

Юная баронесса показала отцу язык и отбежала к дверям. Уходить насовсем она, конечно, не собиралась. Впрочем, меня это не отвлекало. Сейчас стояла задачка поинтереснее, и губы сами расплывались в ухмылке.

Первые три хлыста рванулись к барону на большой скорости. Лично я бы никогда до такой не разогнался. Но мой учитель тоже был не пальцем деланный, и моментально спалил все мишени еще на подходе.

- Не плохо, конечно, но... плохо, - он покачал головой. — Неужели это - все, что ты можешь?

Вот теперь я оскалился, и следующие три хлыста пролетели к нему с трех разных направлений. Барон лишь крутанул пальцем, и его лавовая сфера, изображавшая ядро, прочертила круг, уничтожив хлысты один за другим.

Но эта атака только прикрывала четвертый хлыст, ставший ледяным и летевший по воздуху прямо в спину барона. А уже спереди я выбросил вперед руку, и моя ледяная перчатка сорвалась в быстры и тяжелый полет!

Тем не менее, его сфера, будто живая, сама бросилась защищать хозяина, в то время как барон Стенгер встал прямо, скрестив могучие руки на груди.

- Нет, для твоего возраста это и правда хорошо, но я ожидал большего от того, кто защитил мою дочь от демона.

Надо признать, эти слова раззадорили меня еще больше. Сразу вспомнилась операция в Пакистане, когда мы прибыли уничтожить главаря террористической группировки, возомнившего себя чуть ли не султаном каким-то.

У того парня было очень удивленное лицо, когда я прострелил ему башку. Теперь я хотел увидеть такое же удивление на лице барона!

Теперь я встал рядом с бочкой и положил на нее руки. Вода плескалась, слушаясь моей воли, и я отправлял в атаку все новые и новые заклинания. Более мощные хлысты, которые барону было не разбить одной атакой; верткие узкие ледяные лезвия, быстрыми рыбинами атаковавшие его со всех сторон; даже самый настоящий град с тяжелыми льдинками, летящими на сумасшедшей скорости.

Конечно, Кровавый Барон сильно ограничивал собственные силы. Уверен, я не противостоял даже пяти процентам от максимума. Тем не менее, я не мог его достать. С каждой атакой я только больше бесился, понимал это за собой, но от собственного понимания и бессилия бесился еще больше и так по кругу. А Барон стоял там, в центре тренировочной площадки, закидываемый десятками водяных заклинаний и не двигался с места.

Я понял, что выдыхаюсь, когда в бочке оставалось чуть больше половины воды. В конце концов, я — ребенок, и еще не готов так уж рьяно колдовать. Наверное, это даже хорошо, и как-то повлияет на мое развитие в будущем, как тренировка на выносливость, но с магией. Уверен, барон знал, что делает, когда преподавал мне таким способом.

Но я хотел его достать! Это жгучее желание заполонило всего меня без остатка, вытеснив все другие амбиции и мысли. Так я сам решил жить эту жизнь — получать то, чего хотел. Я хотел убить демон, и сделал это! Я хотел учиться магии, и вот он я, здесь! А теперь я хочу хотя бы раз достать своего скучающего учителя и заставить с собой считаться!

Но я не владел магией воды на том же уровне, что и собственным телом. А самим телом… С моей скоростью, к барону мне не подобраться.

Погодите-ка! А если бы у меня была скорость моих быстрейших хлыстов? Если бы я смог подобраться к барону лично и врезать ему?

Его нужно только отвлечь. И вспомнить, что я и сам состою из воды.

*****

- Ну вот и пора заканчивать, парень, - хмыкнул Филип Стенгер, отражая очередную, видимо предпоследнюю, атаку своего ученика. — Неплохо ты порезвился.

Однозначно — парень хорош. Пускай способностей проявителя в нем ни капельки нет, он довольно изобретателен для своих лет и имеет неплохой запас прочности, как маг. Половину гигантской бочки вылил, о как! И все это — атаками, способными сделать честь даже настоящему подмастерью.

Конечно, та же Катя посильнее будет, но и ее тренируют почитай что с детства, и Дар ее слишком уж не сравним с обычной Водой.

Хотя уже сейчас ясно, что одним Шевалье для дочки обойтись не получится. Нужно искать еще хотя бы четверых таких же, и тогда…

Задумавшись над этим, Филип в пол-глаза отбил последнюю, откровенно слабенькую атаку мальчишки и посмотрел на дочь. Любимая Катя смотрела завороженно, восхищенная своим могучим папой. Отцовское сердце Филипа потеплело, и он даже не обратил внимание на что-то мелькнувшее рядом с бочкой с водой.

Зато быстро ощутил колебания маны и увидел в глазах дочки ошеломленное изумление.

- Папа! Сзади! — звонко крикнула девочка, когда барон уже и сам стал оборачиваться.

Но он уже понял, что сейчас дал маху.

Что-то быстрое пронеслось рядом с ним, и правую ногу пронзило болью. Сломана! Удивительно, чем таким смог запулить почти выдохшийся мальчишка, что смог сломать самому Кровавому Барону ногу?!

Мелькнувшее пятно замедлилось, разворачиваясь для второго удара, а в мозгу самого барона разгорелся небольшой пожар, ускоряя его восприятие. И он увидел, что Волков Костя атаковал его не обычной водичкой а…

Самим собой.

Сломав мужчине ногу, мальчик остановился и подпрыгнул, нанося четкий и невероятно быстрый для человеческого тела удар ногой с разворота. Обычного человека попадание таким ударом оставило бы инвалидом до конца жизни. Кровавый Барон мог, конечно, избежать его, но оставил голову на траектории атаки.

Бам! Нога подростка встретилась с тяжелой челюстью мужчины и выбила сразу три зуба. Хрясь! И кости, суставы и связки мальчика не выдержали невероятных перегрузок.

А потом взревел огонь, мягко отталкивая покалечившегося ученика и даруя силы его учителю.

- Сашка! Бегом сюда! И Азама зови сюда! Живо! — гаркнул усиленным ревом огня голосом барон и склонился над мальчишкой. — Ты как, малый?

- У него кровь! — возмущенно вскрикнула Катя, подбегая к ним. — Папа, ты чуть не убил Костика!

Не собираясь бояться вида крови или причитать, как некоторые кисейные барышни, Катя приложила руки к груди своего маленького хрипящего Шевалье, и барон ощутил дурную мощь ее Дара, потянувшегося к нему.

Забирать у отца и отдавать слуге. Впрочем, сейчас явно была не та ситуация, когда он мог спорить.

- Это не я, - все же проворчал Филип, чувствуя, как вытекают от него к ученику жизненные силы. — Этот дурик сам себя шлепнул. Магия Крови, поди же ты, а! Сам придумал, сам исполнил и сам покалечился. Талантливый ученичек достался, ничего не скажешь!

Парень тяжело вдохнул, и в его глазах забрезжил свет. Отголосок эмоции, такой сильной, что она пробивалась даже сквозь боль в очень и очень серьезно израненном Магией Крови теле. Неужели ребенок сейчас начнет рыдать? Вот уж чего барон терпеть не мог.

- А я, все-таки… - выдохнул Костя тихо, и улыбнулся кровавыми губами. — Достал вас, а?

Теперь уже и барон улыбнулся ему в ответ, демонстрируя мгновенно отросшие зубы. А потом и расхохотался.

Да уж, эти несколько лет до Катиной Академии обещают быть очень интересными!

Глава одиннадцатая. "Если ты снова положишь туда лягушку, я не буду по тебе скучать"

Я пролежал в больнице двое суток, прежде чем мне позволили вернуться к нормальной жизни и обучению в Академии.

Пускай я удовлетворил свою жажду, это было… опрометчиво.

Магия Крови, которую я применил, была разновидностью магии Воды. Не сильнее и не слабее, Магия Крови просто… была другой. И, как понятно из названия, позволяла оперировать кровью — субстанцией в магии очень и очень важной.

- Мана проходит по эфирному телу вместе с кровью, которая течет по телу настоящему, - учила меня Катя, которую барон подрядил давать короткие лекции, пока я лежу в больнице. — Из-за этого кровь, можно сказать, пропитана твоей маной.

- Да, управлять ей было гораздо легче, чем водой, - я хмыкнул, вспомнив те ощущения, и поморщился от стрельнувшей в голову боли. — Но, конечно…

- Конечно, бестолковый ты холоп, - баронесса нахмурилась. — Ты почти все кровеносные сосуды подрал. Тело-то твое — не бочка, чтобы так жидкость внутри закручивать! Если бы не Азам, был бы тебе инсульт, понял? А это… это страшно.

- Да-да, теперь я буду осторожнее, - покладисто согласился я, но скрестил пальцы под одеялом. — А что, разве никто до меня не пробовал так делать?

Девочка иронично посмотрела на меня, а потом сокрушенно вздохнула. Несмотря на то, что у меня получилось-таки достать в том маленьком спарринге ее отца, она была не лучшего мнения о моих умственных способностях.

В общем-то, ее можно было понять.

- Одаренные Водой вообще нечасто идут по пути боевиков, - Катя постучала пальчиком по губам. — М-м-м, наверное, четыре из пяти становятся медиками. Как Азан или главный врач — Егор Борисович. Те, кто решает сражаться, больше используют лед или горячий пар. У кого к чему предрасположенность. Ну, а Магию Крови вообще почти никто не учит.

- Чего же? Даже название отдельное выдумали для нее.

- А вот это… - баронесса выдержала интригующую паузу, но я уже знал ее эти приемчики. — Я тебе не расскажу.

- Ты сама не знаешь, - улыбнулся я.

- Не знаю, - она развела руками и встала с прикроватного стульчика. — И узнавать не буду специально, чтобы тебе не выболтать! Хочешь — спроси папу. Или поищи в интернете. Или делай что хочешь. А я пошла. Счастливо оставаться!

Естественно, спросить ее отца (и своего учителя) в больнице я не мог. Он меня просто не навещал. Что очевидно, конечно, ибо у владетеля большей части Портальной Тобольской зоны были куда более важные дела, чем уход за больным ребенком. Но и когда я выписался, девочки на проходной передали послание, что его благородие будет ждать меня на очередной магический урок не ранее пятницы, а до нее оставалось еще целых четыре дня.

Забирал меня, конечно, Коля, который очень волновался все эти два дня.

- Может ты передумаешь, сын? — осторожно спрашивал он меня, несмело улыбаясь. — Это, наверное, очень-очень больно. Тебя же учит сам Кровавый Барон…

- Нет уж, Коля, я пойду до конца, - не терпящим возражений тоном отвечал я.

Это было не совсем обычное общение отца с сыном, но мы оба уже привыкли, а удивленные взгляды окружающих было очень легко игнорировать. Да и не так часто эти самые окружающие удивлялись. По крайней мере, на территории вулканического поместья уже все давно привыкли, что старший в семействе Волковых именно я, а Коля… А Коля у нас красивый зато.

- Ты говоришь совсем как твоя мама, - вздохнул отец с умилением в голосе. — Ну ладно, ты так решил. Но я очень… прошу, чтобы ты себя больше щадил, ладно? Если хочешь, я поговорю с бароном сам. Н-ну, попробую. Я же отец, как и он. Я смогу до него достучаться. Наверное.

Перед бароном Коля робел, хотя вот перед его сестрой такого и в помине не было. Впрочем, я не стал сейчас заострять на этом внимание и клятвенно пообещал Коле, что сразу ему нажалуюсь, если Барон будет лютовать.

Отец успокоился и оставил меня у военной академии. Утренние уроки я уже прогулял, но послеобеденные тренировки — нет. И пускай мои кровеносные сосуды всего три дня назад напоминали побитые ураганом ветки, а мозгу чуть было не прилетел инсульт, но официальной бумагой от главного врача было объявлено, что к физическим нагрузкам я готов.

Магия, вот оно что!

- Волков? — мне показалось, что мой классный руководитель (и учитель истории, по совместительству) Виктор Валентинович немало удивился моему приходу. — Подожди немного, хорошо? Я сообщу госпоже директору, что ты пришел.

Я только пожал плечами и присел на стульчик. Может быть, тут особые порядки. Хотя странно, что нужно звонить целой «госпоже директору», ради одного ученика. У меня могут быть проблемы? Да не должно…

Кратко отчитавшись Макаровой по внутреннему телефону, Виктор Валентинович три раза понятливо кивнул (не обращая внимания на то, что директриса его, вообще-то, не видит) и положил трубку.

- Вызывают, боец, - кивнул мне учитель на потолок.

Вызывают, значит придем. Дорогу я уже знал, так что добрался быстро. Немного постоял у непримечательной двери с грозной фамилией, для храбрости, и постучался.

- Открыто, - донеслось оттуда, что я счел приглашением войти.

Восхитительная оружейная комната ничуть не потеряла для меня своего шарма и величия, и я не отказал себе в удовольствии немного задержаться на пути к директрисе, чтобы вдоволь насмотреться на смертоубийственные изделия этого мира. Для меня, уже ставшего забывать свои лихие годы из прошлой жизни, эти могучие железки были сродни фотографиям из прошлого. На лицо сама собой наползла улыбка.

- Добрый день, солдат, - поздоровалась госпожа директор, когда я подошел к ее столу. — Садись. Признаться, я удивлена, что ты решил вернуться в стены моего училища.

- Вы же сами сказали мне в первый день — от моего обучения зависит контракт с его благородием — бароном Стенгер, - отозвался я немного сбитый с толку. — Или что-то поменялось?

- Именно что поменялось, солдат, - Макарова недовольно нахмурилась, но тон ее остался прежним. — Ты был исключением из многих правил уже когда тебя записали сюда. Теперь ты — тройное исключение, потому что тебя взялся учить сам господин барон. Если быть с тобой честной, я не уверена, что училище теперь как-либо сможет повлиять на твое будущее назначение Шевалье. Все, что тебе остается делать на совесть — это учиться у самого его благородия барона.

Я хмыкнул. Да, этим, пожалуй, система местной России сильно отличается от системы России, к которой я привык.

«Тут» барон — царь и бог (хотя, по факту, просто «барон»), и именно он решает, что и как будет. Нет, в стране есть общее законодательство, но оно до того гибкое, что, по факту, превращает местного владыку в единственную реальную власть. Москва, как говориться, далеко, а господин Стенгре с дружиной рядом, вот они. И уж особенно веское слово барона в учреждении, которое он сам же и создал, для собственной же дружины.

«Там» все было бы… так же, в конце концов. Если бы какой-то олигарх или местный «воротила» решил, в моменте, что его, например, детям нужны именно оценки, а не учеба, то эти бы оценки им и нарисовали. Вопрос, что называется, решился бы. Но тихо, тайно, незаконно. В конце концов, все решили бы деньги и власть. Грубо говоря, один и тот же результат, но в местном варианте это происходит более честно. Открыто.

В любом случае, мой ответ директрису удивил.

- Но я не хочу уходить, я хочу учиться, - я пожал плечами.

- Ты прогуливаешь, - заметила директриса.

- Только математику и правила русского языка. И у меня все равно хорошие оценки. Но дневные тренировки, историю и остальные прикладные предметы я посещаю исправно, разве не так?

Макарова задумалась. Было ясно видно, что она не привыкла, когда ученики обращаются к ней без страха. Однако, похоже, это было скорее приятным удивлением от меня, чем недовольством. И она и правда обдумывала то, что я сказал.

- Очень хорошо, солдат, продолжай учиться, - наконец кивнула директриса. — До тех пор, пока твои оценки превышают средний бал по предмету на потоке, я не буду вмешиваться и как либо осложнять твою жизнь. Но если ты перестанешь поспевать за другими учениками и, тем более, начнешь тянуть вниз их самих, я договорюсь с бароном Стенгер о твоем исключении. С последствиями для вашего договора, или нет — решать дальше будет он. Доступно?

- Так точно, - я поднялся. — Могу идти?

- Иди, солдат, - Макарова неожиданно мягко улыбнулась и махнула мне рукой. — Тренируйся хорошо.

*****

Следующий урок с Кровавым Бароном у меня случился только в пятницу. На буднях он с дружиной патрулировал свои владения, зачищал порталы и участвовал в политической жизни Тобольской области. В среду он даже забрал с собой Катю, чтобы посетить званый вечер губернатора, куда меня, конечно же, не взяли. В тот день чете Стенгер не нужен был ни конюх, ни ученик, ни личинка Шевалье.

Ну, я тоже не скучал и во всю пытался улучшить свои навыки в магии воды. Признаю честно, показательная демонстрация барона привела меня в уныние. Я уже очень давно отвык быть аутсайдером. Понятно дело, что владыка портальной зоны был куда опытнее и мощнее меня, но ведь и я — не самый обычный мальчик с Даром. Как бы то ни было, я собирался стать куда сильнее. И видел в Магии Крови свой потенциал. Ведь, если подумать, быть быстрее и сильнее своих противников — это уже половина победы. Особенно в условиях, когда я не могу, подобно прочим, творить стихию «из ничего».

Но Магия Крови была слишком… сложной, чтобы полноценно заниматься ей без присмотра.

- Снова ты, - барон, как и в прошлый раз, вышел на крыльцо в красном халате и застал там ждущего меня. — Ладно, идем.

Место для тренировок осталось прежним — внутренний двор поместья. И даже бочка осталась стоять на том же месте. Только снова была наполнена доверху. А еще рядом с ней появилась широкая крепкая скамейка с навесом, на которую и уселся немного заспанный барон.

- Ну давай, спрашивай, - вальяжно махнул он мне рукой. — Что ты хочешь знать?

- Хочу знать, как мне использовать Магию Крови без риска для здоровья.

Свой запрос я сформулировал четко и всю неделю его обдумывал. Водяные щупальца и ледяные копья, это, конечно, хорошо, но для полноценных сражений с магами и аномальными тварями мне нужны сила и скорость. И даже скорость — в первую очередь. Потому что скорость, маневры - это сердце любой битвы.

- Без риска, пожалуй, никак, - барон задумчиво посмотрел на меня, пригладив бороду. — Ну, совсем без риска. С контролируемым, фиксируемым… можно что-то подумать. Но разве Катя не сказала тебе, что Магию Крови не изучают в нашем прогрессивном мире?

- Сказала, но не назвала причины, - ответил я честно.

- Причина простая, Магия Крови слишком сложна.

Я недоверчиво нахмурился, и мой учитель хмыкнул, довольный моей реакцией. Тем не менее, продолжать он не спешил, видимо ожидая подтверждения моего мнения словами.

- Ваша лава тоже не выглядит простой, - напомнил я. — И Дар Кати, каким бы он ни был. Если честно, мне кажется, что магия — это сложная наука.

- Верно, я тоже так думаю, - барон пожал плечами. — Но с Магией Крови есть нюансы. Ведь что такое кровь?

- Пропитанная маной физическая составляющая человека? — припомнил я лекцию Кати.

- Именно. И если ты сможешь ей управлять, то можешь как усилить себя, так и покалечить. Даже если немного, повторяю, совсем немного, изменить ее состав… Ты можешь тут же умереть.

Я удивленно поднял брови. Об этой стороне своего Дара я не думал.

- Как я и сказал, Магия Крови — слишком сложный инструмент, в совершенстве овладеть которым может лишь прирожденный гений. И ты уже попробовал ее обратную сторону — три дня лечения, при то, что врачевали тебя аж два не самых последних Одаренных водой. И за что? Ты только лишь выбил мне пару зубов.

- Просто я неправильно применил эту силу, - я пожал плечами. — И, пожалуй, у меня слишком слабое тело. Когда я буду взрослее…

- Будешь ломаться точно так же, - перебил меня барон. И хмыкнул, когда я, в который раз, скорчил непонимающее лицо. — Поэтому и не учат Магию Крови. Это просто слишком тяжело. Есть куча других способов усилить себя. Как строители тела, например. Или я, скажем, могу контролировать огонь.

Когда он сказал это, его одежда воспламенилась, а в следующий миг пламя взревело, и барона бросило вперед, со скамейки, на немыслимой скорости. Секунда, и он уже стоит позади меня.

- Я просто двигаю свое тело огнем, к которому оно невосприимчиво, - пояснил барон, заложив руки за спину и став нарезать круги вокруг меня, отмеряя слова шагами. — Снаружи. Ты же пытаешься воздействовать на свой организм изнутри. Не буду врать, это — перспективное направление развития. Но, как я и сказал — слишком сложное. И я не смогу научить тебя конкретно этому. И никто не сможет. Магов Крови, сосредоточенных на собственном усилении, слишком уж мало. Да и обычных немного. Сколько раз я уже повторил о сложностях? Давай по порядку. К этому виду магии нужно привыкать с детства, чтобы укрепить свой организм и привыкнуть к воздействию. Желательно иметь под рукой опытного целителя, который и поможет и обучит хотя бы азам самоисцеления. Еще необходимо уметь терпеть боль, потому что кровь — не тот ресурс, который можно без нее достать. И учти, проявители не могут воссоздавать кровь, потому что она уникальная у каждого человека, как его ядро. Так что и этот потенциал мага в Магии Крови не решает, что здорово ограничивает ее использование. Еще — очень желательно обитать рядом с портальной зоной, чтобы подпитываться энергией от монстров, потому что без нее часто практиковать такую многосоставную магию не получится — это тебе не копья из водички делать. И нужно быть не только талантливым, но и демонически упрямым парнем. Если собрать это все в кучу, что получится?

Честно подумав над ответом, я с удивлением осознал, что он состоит из одной только буквы.

- Я?

- Точно в цель, - барон щелкнул пальцами и остановился в центре тренировочной площадки. — Ты достаточно молод, чтобы к зрелости овладеть Магией Крови. У тебя есть талант. Боль терпеть ты научишься, вот уж что я могу тебе пообещать. Проявление? Как удачно, что у тебя его нет. Портальная зона под боком, и я по глазам вижу… Ты почти такой же упрямый, как я.

Барон подошел ко мне и буквально навис над маленьким и сбитым с толку мальчиком. Вернее, так казалось. Я так не думал. И видел, что и он так не думает. А еще мы оба улыбались. Потому что теперь у нас было четкое направление.

- Моей дочери очень пригодится Маг Крови в личной охране, - подытожил довольный барон. — Редкость и сила такого Одаренного — не шутки. В свое время я знатно пошумел в столице, благодаря своей магме, то же самое предлагаю сделать и тебе. У нас есть четыре года. Стань таким сильным за это время, парень, чтобы защитить Катю от чего угодно. И показать всему миру, чего стоишь. А я помогу тебе.

Отвечая на это, я поклонился, как подобает.

- С превеликим удовольствием, ваше благородие.

*****

Итак, с тренировками в училище и частными занятиями у Кровавого Барона прошло три месяца. Я очень удивился, когда осознал это, и недоуменно посмотрел на Катю.

- Завтра, - она грустно улыбнулась и повторила то, что сказала прежде. — Завтра я уезжаю с тетей Беатрисой в Москву.

Это не было бы неожиданностью, не пролети время так быстро. Барон назначил дочери обучение манерам у тетушки и овладению Даром у какого-то священника, которого смог перевезти в Москву. Мы с ней знали это и даже готовились к этому дню.

За месяцы, проведенные в этой новой для меня жизни Катя стала моим первым и самым крепким другом. Конечно, в силу реального возраста, я прекрасно понимал, чем обычно заканчивается дружба мальчика и девочки, но сейчас именно наслаждался тем, что у нас все так «по-детски». По настоящему, можно сказать.

И вот — первое серьезное испытание для нашей детской дружбы. Пострашнее даже демона, ведь на этот раз против нас будет само время. А оно, как известно - непобедимый противник.

Впрочем, я верил, что этот раунд нам по силам.

- Блин, это проблема, - я почесал затылок. — Мы с тобой так и не продвинулись.

- С другой стороны, это даже интереснее. Так ты покажешь мне, чего добился, через год, - девочка пыталась быть оптимисткой, но я явно видел тоску в ее глазах.

Нет, конечно она не будет так уж невероятно скучать по мне. Но для ребенка ее возраста покидать свой дом на такой долгий срок — очень непростой шаг. И оставлять отца…

Да и, что скрывать, мне самому было грустно, несмотря ни на что.

- Ладно, давай руку, - вздохнул я, а сам полез в карман.

- Если ты снова положишь туда лягушку, я не буду по тебе скучать, - сразу предупредила девочка.

Я не ответил, а только усмехнулся и вытащил из кармана пачку сигарет. За три месяца я успел выкурить то, что забрал из комнат деда Митяя. И нашел новые способы добычи курева. Как и уход за волосами, сигареты стали моей неистребимой привычкой, хотя обычно я никогда не делился ими с кем-то моего возраста.

И уж тем более — никогда не одалживал баронессе.

- Забирай, - я положил пачку в ее руку. — На память. Можешь скурить все, кроме двух, ладно? А когда вернешься, мы выкурим их вместе. И так мы поймем, что остались теми же, кто мы есть прямо сейчас.

Сам от себя не ожидал. Но получилось, вроде, довольно красиво? И как-то «подростково». Я прямо почувствовал себя хулиганом.

Ну, я и был им прямо сейчас.

Девочка шмыгнула носом и набросилась на меня, заключая в крепкие дружеские объятия. Ох, Катюша, что же нас ждет в Академии через четыре года, если даже сейчас я почувствовал, как у меня горят уши!

Но тут же мне вспомнился чудесный лик батюшки-барона, который как бы наблюдал за нами откуда-то сверху. И выражение лица у него, всеблагого и милостивого, было очень и очень однозначное.

Да, лучше не делать того, за что тебя потом сожгут заживо.

- Не позволяй папе слишком себя загонять, - буркнула Катя прямо мне в ухо.

И была права. Как только мы с бароном определили вектор моего развития, он насел на мои тренировки так плотно, что несколько раз я думал, что мое тело не выдержит. Буквально!

Он гонял меня огнем, чтобы я научился двигаться и уклоняться. Бросал в холодную быструю реку, чтобы я почувствовал родство с моей стихией. Пару раз в «легких спаррингах» ломал мне кости, чтобы я привыкал к боли и учился базовому врачеванию уже сейчас. И, конечно, уже три раза продемонстрировал мне свою боевую форму, которую сам называл Огненным Богом.

Эту форму, всерьез, он принимал в тот раз, когда с помощью девяти вулканов закрыл полсотни порталов одновременно. Это было вершиной его мастерства в магии огня, и редким людям доводилось быть свидетелями подобной мощи. С помощью Огненного Бога барон Стенгер пытался показать мне, как именно он ускоряет себя, используя лаву внутри тела, как я использую кровь. Жар, при этом, был едва выносим.

Ах да, Магией Крови я так и не овладел.

Даже несмотря на уроки барона, несмотря на наши общие изыскания, что-то внутри меня не поддавалось овладению задуманной техникой использования Дара. Об этом мы и говорили с Катей в начале разговора — ведь она тоже, всеми силами, помогала мне найти причину, по которой я не мог полноценно использовать Магию Крови на собственном теле.

Я только рвал кровеносные сосуды, устраивал себе микроинсульты и бесился, потому что с каждой новой неудачей все больше боялся неудач следующих. Барон говорил мне, что все должно быть просто, и я только не понимаю какой-то основополагающей истины. Одна деталь, но без нее мой паззл был плох.

- Эй, я же справляюсь, - фыркнул я, но не очень весело.

И не врал. За исключением Магии Крови, я делал ощутимые успехи в овладении своим Даром. Все же, игры с Катей и полноценные уроки от одного из сильнейших российских магов — вещи несравнимые.

Кровавый Барон учил меня единственной истине — с магией возможно все. И, демонстрируя это наглядно, требовал повторять за ним. То есть — плевать на все рамки, установленные «нормальными» магами и делать то, что хочешь делать.

Я и делал. Уже сейчас я мог формировать средней площади бураны, ледяные вихри и десятки водных хлыстов. Научился доводить воду до кипения (при некоторых усилиях, конечно) и мгновенно ее остужать. Я мог слепить снеговика, имея под рукой лишь четыре ведра воды.

Но, конечно, Магии Крови мне хотелось больше, чем всех этих успехов вместе взятых.

- Ладно, и ты не давай тетушке себя гнобить, - я легонько потряс баронессу за плечи. — О, и еще — посматривай по сторонам в столице. Потом расскажешь, сколько видела человек, которые сильнее твоего отца.

Я говорил про нашу с Катей «игру». В какой-то момент, мы решили выяснить, насколько же на самом деле силен наш барон? Я тогда удивился, когда подошел с вопросом к самой Кате, потому что и она не знала. Вернее, знала, конечно, что он был потрясающе могуч, но вот сравнить, толком, ей было не с кем — все наемные маги в его дружине были куда как слабее. И даже ее высокомерная тетушка в подметки своему брату не годилась.

Так что юная баронесса, как выдавался случай, приглядывалась к магам, которых видела впервые, а потом молча качала головой, когда я спрашивал. Пока что, мы не нашли даже того, кто мог бы вполовину сравниться со знаменитым Кровавым Бароном. Но и Москва — дело совершенно другое. Главы знатных родов и даже сам Император — столица Империи полна настоящих монстров.

- Обязательно, - Катя улыбнулась, и я с удовольствием отметил, что в ее глазах появился прежний задорный огонек. — Да и я же буду приезжать к вам на праздники. Только если папа не будет заскакивать к нам. Хм… Ну, надолго ему отсюда все равно не убежать. Иногда мне кажется, что вся Тобольская портальная на нем и держится. Да и вообще, я же могу тебе звонить.

- Только если через отца, - я улыбнулся, видя ее непонимающее лицо. — Ваше благородие, не забывайтесь! У сына простого конюха телефона нет и быть не может!

Девочка снова поникла. Похоже, она искренне расстроилась тому, какой я бедный. Эх, молодежь… Разве деньгами меряется богатство?

- Главное — будь здорова, - улыбнулся я ей. — И возвращайся прежней.

Девочка серьезно кивнула и протянула мне руку. Я так же серьезно ее пожал. Кажется, это даже хорошо, что она уедет. Я слишком отвлекаюсь на нее.

А мне надо стать сильнее.

Глава двенадцатая. Первый шаг

Прошло две недели со дня отъезда баронессы Екатерины Филиповны Стенгер в Москву. Кровавый Барон, с горя по уезду кровинушки, всю первую неделю, почти что, пропил, так что никаких особых тренировок у нас не состоялось. Мы только попробовали пару новых способов заставить работать Магию Крови, но у нас ничего не вышло.

Даже я уже готов был опустить руки и сосредоточиться на более классическом применении магии воды, благо барон многому мог меня научить. Но, как он и сказал ранее — мой учитель был слишком упрям, чтобы сдаваться.

- Если не разберешься за месяц, поведу тебя в рейд на порталы, - мрачно объявил он, по окончании очередной тренировки. — Посмотрим, поможет ли нам это.

По закону Российской Империи, до шестнадцати лет ни один гражданин не мог предпринимать попыток сражений с портальными монстрами и, тем паче, с демонами. Своевольных попыток, конечно. Тот инцидент, в ходе которого я лично познакомился с порталами и их обитателями не делал из меня уголовника. Но сам я не мог сейчас идти и штурмовать Тобольскую зону.

Как минимум, это было сделано для того, чтобы уберечь детей-сорвиголов от смертей, ведь каждый уважающий себя мальчишка жаждет, больше всего на свете, испытать свою удаль и показать ее другим. До принятия закона о закрытости порталов для детей, смертность среди последних, живущих вблизи аномальных зон, была крайне высока. Еще одной причиной была, конечно, энергия, передающаяся от измененных зверей к убившим их людям. Эта сила не была маной нашего мира, и поглотить ее мог любой, даже самый обычный человек, даруя себе долголетие, силу и, в редких случаях, мистическое могущество. Называлась она просто - «тром», от словосочетания «трофейная мощь». Подняв уровень трома в организме на несколько порядков, а потом поддерживая его, обычный человек мог прожить до ста пятидесяти лет с абсолютным здоровьем. Но убивать чудовищ, для этого, приходилось регулярно.

У магов ситуация была выгоднее, как и всегда. Некоторая часть трома, когда либо полученного магом, оставалась в его ядре навсегда. Таким образом, магические уникумы, вроде Кровавого Барона, становились совсем уж монструозными.

Возвращаясь к причинам, по которым детям запрещено искать встречи с монстрами, отмечу, что на неокрепшие человеческие организмы тром воздействует, порой, совершенно непредсказуемо. И часто случаются такие мутации, после которых ребенок умоляет о смерти.

Но, если Кровавый Барон что задумал, ни закон, ни, уж тем более, мое мнение его не остановят. И даже не замедлят.

На второй неделе отсутствия Кати в дальней части портальной зоны наметился прорыв монстров к мирному населению. Если честно, я даже хотел, чтобы барон меня взял. Но владыка Стенгер, собрав свою дружину, уехал на битву без своего ученика, наказав мне, только, помогать Азаму — своему личному мастеру врачевания и Одаренному водой.

- Тук-тук, Азам, я снова тут, - постучал я по косяку двери, входя во владения местного владыки жизни.

- Э, заходи, - спокойно махнул рукой старый худой казах, во второй руке держа самокрутку и делая мощную затяжку. — Гостем будешь.

Азам был чудовищно опытным Одаренным, а так же превосходным целителем. Старый казах являлся личным лекарем барона и занимался серьезными ранами его дружины. Он всегда курил что-то не совсем обычное, всегда разговаривал неспешно и тягуче и всегда носил на правом глазу черную повязку, закрывающую большую часть височной области и часть щеки. Говорил — поранился по молодости.

Я же слышал слух, что под повязкой он скрывает татуировку казахского спецназа — подразделения настолько же скрытного, насколько и легендарного. Но, если быть честным, был ли Азам когда-нибудь местным ниндзя, или просто потерял глаз, мне было без разницы. Главным было то, что он, отчасти, тоже был моим учителем.

Хотя, до этого дня, он только прочел мне пару базовых лекций по первой помощи без использования магии и рассказал подробно о строении тела. Много нового я не узнал, но хоть память освежил. И в Магии Крови он пытался мне подсказать, но... Лучше барона у него не вышло, что означает - не вышло совсем.

- Сегодня будешь переломы учить, - казах потушил самокрутку и указал мне на стул, у стола, напротив него. — На себе только.

- На себе? — я изогнул брови. — Ты что, предлагаешь мне самому себе кости ломать?

- Да брось ты, эй, - усмехнулся старик и сел ближе. — Я ломать буду.

Сказав это, он схватил меня за руку и крепко ее сжал. Конечно, я попытался сопротивляться, но в следующий миг мне в затылок прилетел небольшой, но холодный и совершенно неожиданный снежок, отчего я отвлекся и упустил момент.

А потом неприятно хрустнул мой указательный палец.

- Агх-х-х-а… - захрипел я, сдерживая совсем уж позорный крик. — Ур-род!

- Не ругайся, да? — старик жестко схватил меня за плечо. — Барон сказал учить тебя. Я тебя буду учить. Но это не значит, что мне это нравится. И это не значит, что ты мне нравишься. Так что учиться будешь, как я покажу. Как меня учили раньше. Практикой будешь учиться, э.

Я отмахнулся, вскочил со стула, зло смотря на совершенно спокойного казаха. Самое хреновое, что он был прав. Он не обязан быть со мной приветливым или мягким. Более того, уверен — барон одобрит его подход. А раз так, я должен пройти через это.

Но хрена с два я буду это просто так терпеть!

Я пнул табуретку ему в лицо (хотя попал, конечно, только по ногам и поясу), и когда он закрылся, использовал воду от чая в кружке, стоящей на столе. Я метнул ее к его локтю, замораживая его, и когда старик сообразил, что к чему, ледяная корка стала стремительно таять.

Но это и была моя задумка. Когда он отвлекся на магию, я бросился на его руку, прижав ее своим весом к столу, схватил уже пустую кружку и успел четыре раза изо всех сил долбануть ей по его пальцам, прежде чем старик собрался с силами и отбросил меня.

И, прежде чем он меня убьет, я зло улыбнулся ему в лицо и протянул руку со сломанным пальцем.

- А теперь показывай мне, как это вылечить. На своем примере.

Четыре жестких удара кружкой. Два хруста. Я никогда в жизни не спускал подобного скотского обращения к себе, и не намеревался начать это делать. Нет уж, старик, если мы будем играть в такие игры, то правила я хочу устанавливать сам.

Казах зло усмехнулся. Сейчас я готов поверить, что он служил в спец-войсках — так быстро взять себя в руки после взбалмошного нападения какого-то пацана, тут нужно быть профессионалом. Так что он только фыркнул, вполголоса пробурчав какое-то ругательство на своем языке (с элементами, конечно, старого русского мата), и вытащил из под стола пластиковый широкий таз, заполненный водой.

- Иди, волчарик, - поманил он меня здоровой рукой. — Учить буду. Смотри, сначала ты должен сконцентрировать воду вокруг раны…

*****

Расставался с Азамом я, можно сказать, на дружеской ноте. В конце концов, я понял, как использовать силу маны воды, чтобы преобразовывать ее в новые клетки для организма, заменяя питательные вещества и ускоряя процесс регенерации.

Естественно, за первую тренировку свой палец я не вылечил, но азы понял. Казах не стал мучать меня больше нужного и сам, в самом конце, исцелил и мой палец, и два своих. Напоследок он строго-настрого запретил мне на него кидаться.

- Делай, как должно, но будь готов к последствиям, э, - погрозил старик мне пальцем, отправляя домой.

Шел я пешком и особо не спешил. Настроение было плохое, но не из-за целителя. Однако упаднические мысли по поводу перспектив обучения я гнал от себя сразу. Нет уж, не сдамся. Барон именно об этом и говорил - Магия Крови слишком сложна, чтобы всерьез делать на нее ставку в бою, но именно этим она и хороша, ведь никто не будет ожидать от «слабенького» мага воды, не умеющего даже проявлять стихию из окружающей маны, чего-то разрушительного.

Мне нужно только подступиться к ней, а там уж я схвачусь зубами так, что не отодрать будет. Не даром меня звали Волчарой большую часть прошлой жизни. Хрен я буду таким же унылым, как этот старик Азам!

Пока раздумывал, сам не заметил, как дошел до нашего с Колей домика. Личному конюху самого барона и будущему Шевалье его единственной дочери полагалось хорошее жилье, уровня офицеров дружины, в небольшом поселке, который находился в трех километрах от Вулканического поместья.

На пороге (буквально - сидя на ступеньках) меня уже ждал Коля. Его барон в рейд не взял, конечно. Обязанность главного конюха - ухаживать за лошадью владыки только в мирной обстановке. В боевых условиях хозяин сам заботится о четвероногой напарнице. Так что, можно сказать, у Коли был заслуженный выходной.

- Ты сегодня позднее обычного, Кость, - заметил он, улыбнувшись мне с порога, и тут же погрустнел, добавив. - И куда угрюмее... Что случилось? Тебя не обижают?

В силу своего «обычного» положения, Коля искренне боялся, что в училище и на пороге Вулканического поместья приближенные к барону люди относятся ко мне - сыну конюха, как-то неправильно. Ну, в целом, оно бы так, наверное, и было, если бы я позволял такие штучки. Но хулиганье училища уже под моим контролем, а дружина барона слишком часто видела меня рядом с молодой баронессой, с которой им шутки особенно плохи. До меня даже доходили слухи, что парочку самых наглых бойцов, сделавших явно какой-то грязный и неуместный комплимент в ее сторону, больше нет.

Не в том смысле, что их уволили с худшими рекомендациями в мире, а... Просто - нет.

Но, конечно, моя угрюмость никак не зависела от этих смешных «печалей».

- Это все магия, Коль, - выдохнул я сокрушенно, падая на ступени пониже и упираясь спиной в колени отца. - Магия Крови, которую я решил учить. Она... ужасно сложная. И опасная. И вообще мне не дается.

- Но ты же уже использовал ее, правильно? - Коля наморщил лоб, изо всех своих невеликих сил пытаясь вникнуть в сложнейшие, для него, материи. - Как лошадь кормить - после первого раза это не так сложно.

- Ну, магия отличается от кормления лошадей, - я усмехнулся и похлопал его по ноге. - И ты же сам помнишь - после того раза я провалялся в больнице. Это был неправильный метод. И его применил даже не то, чтобы я, а мое ядро магическое. Инстинкт или рефлекс.

- Я не знаю таких слов.

- Ну, когда комара убиваешь. Автоматически же выходит. В смысле - само собой.

- А теперь у тебя само собой не выходит?

- Говорю же, само собой в прошлой раз меня в Тропьево на три дня отправило. В больницу. Тебе меня не жалко?

- Мне тебя как раз и жалко, сын. И я пытаюсь сообразить. Ну, смотри, твое «само-собой» в прошлый раз сделало все неправильно. Но теперь-то оно будет знать, как быть... ну, аккуратнее.

Я иронично посмотрел на совершенно серьезного Колю. В такие моменты я одновременно и рад тому, как запросто он воспринимает мир, и жалею отца. Он у меня такой...

- Я говорю глупости? - тут же улыбнулся Коля, заметив мой взгляд. - Просто... ты сам сказал так много этих магических слов. Это же чудеса, правильно? Что если твой «рефелкс» или как его, тоже учится магии? Ядро твое, там... Мне кажется, твоя мама разбиралась в этом лучше меня. А она всегда говорила, что люди слишком усложняют понятие магии. Вроде бы... Или она никогда такого не говорила, наоборот?

Я расхохотался, восхищаясь незыблемости и доказательной базе его аргументов, но вскочил на ноги. Звучит невероятно глупо, но я готов хвататься за любую соломинку.

- Смотри, в прошлый раз я воздействовал только на... кровь, - я стал проговаривать свои действия, встав у крыльца и сосредоточившись на собственной мане. - А если быть точным - на кровеносные сосуды. Этого делать точно нельзя. Так что если ядро сейчас снова будет делать то же самое, нужно срочно прекращать. И если я упаду без сознания, вези меня в Тропьево.

- Может тогда не надо? - поморщился Коля. - Попробуешь потом...

- Нет, давай сейчас, - я потянулся к ядру, ощущая, как бьется собственное сердце.

Ток маны в крови ускорился. Хотя, конечно, на самом деле в крови маны не было, но мне так легче интерпретировать собственные ощущения. Я почувствовал все свои сосуды, пронизывающие все тело и...

И мана скользнула дальше. Глубже. В мышцы. В кожу. Даже в глаза. И тогда я действительно понял, чего мне не хватало.

Раньше я просто ломал себя изнутри, пытаясь управлять огромным механизмом собственного тела, используя только лишь хрупкие сосуды, как рычаги. Ни учитель Филип, ни Азам даже не подумали, что я могу быть настолько тупым, и пытались объяснить мне что-то совсем другое.

А теперь, послушавшись Колю, я чувствую, как мое ядро, рефлекторно боясь навредить телу, как в прошлый раз, охватило маной вообще всю влагу в организме. Не только вены, которые я, по глупости, приравнял к сосудам, но и артерии, капилляры, да вообще все! И даже влагу в мышцах, которые я теперь чувствовал по отдельности, как собственные пальцы.

Ощущение контроля над телом было невероятным.

- Мне кажется, или ты... светишься? - Коля наклонил голову вбок. - А, нет, показалось. Свет так падал. Ну так что, когда ты начнешь?

- Я... уже... начал, - с трудом удерживая контроль и запоминая ощущения, разлепил я губы. - Это... работает.

- Это же здорово, правда? - отец счастливо захлопал в ладоши и стащил с ноги сапог. - А покажешь мне? Поймай-ка!

Он замахнулся, и я уже прикинул, куда буду бежать, когда Коля, неожиданно, выбросил сапог совсем в другую сторону. Не просто обманул меня, а буквально случайно уронил.

И все же, я бросился вперед. И остановился только в тот момент, когда почувствовал, что пальцы сжимают что-то кожаное.

- Это просто невероятно, - ошеломленно произнес Коля, большими глазами смотря на меня, схватившего его обувку у самой земли. - Ты пронесся сюда за секунду! Ой! А как ты себя сейчас чувствуешь, сын?

Я прислушался к самому себе, и довольный оскал сам наполз на лицо. Восхитительно! Это и правда то, чего я искал так долго и упорно.

- Коля, ты - лучший отец в мире! - счастливо выкрикнул я, бросаясь его обнимать.

Уверен, он не просто умиленно вздохнул. Мне кажется, это был всхлип слез радости. И, возможно, не только его слез.

*****

Волнения порталов продлились на неделю дольше, чем планировалось, так что вернулась дружина с владыкой крайне злая, потрепанная и усталая. Тем не менее, по приезду, барона ожидал приятный сюрприз. Когда я рассказал ему, как, почему и по чьему совету добился результата, владыка отчаянно хохотал минут пятнадцать, а потом отписал (по моей слезной просьбе) сообщение дочери.

Та уже через минуту ответила восторженным голосовым, которое звучало, как:

- Коля - лучший! Учись, папа, как надо учить!

С того дня начались наши настоящие и планомерные тренировки. И вот теперь учитель Филип осознал, что взял к себе не просто талантливого, но еще и очень зрелого и профессионального ученика. Ну, я так думаю. Потому что похвалы от него я получал столько, что в моменте мне стало казаться, будто господин барон стал натурально бояться, что я, весь такой замечательный, от него сбегу.

Он стал не просто давать мне уроки, но буквально жил вместе со мной в одном ритме и даже пару раз посетил училище, чтобы уточнить мои оценки у директора Макаровой.

А еще для того, чтобы напитать ее маной.

Про строителей тела, кстати, у нас таки случилась лекция, и услышанное на ней стало еще одним прочным кирпичиком, на котором я собирался построить свое будущее преимущество перед местными магами.

Все дело в том, что строители тела были... обычными людьми. Нет, серьезно, вообще самыми заурядными. Но только до того момента, пока на них не воздействовали магией извне. Тогда тело человека претерпевало мутации. У всех это проходило по-разному. Кто-то адаптировался и становился сильнее, а другим очень не везло, и они приобретали лишь страшные, зачастую неизлечимые, болезни и патологии.

Строителями тела звали тех людей, чьи тела могли принимать и обрабатывать чужую ману, изменяясь в том направлении, которое им задавал сам строитель и его «донор». И наша трехглазая директор получала донорскую ману от самого Кровавого Барона и считалась очень сильной строительницей, по рамкам Империи.

А это - уважаемый мировой стандарт.

Всего строители тела делились на два главных вида: «боевые» и «не боевые». Первые, очевидно, были созданы и тренированы исключительно для ведения боевых действий, в то время как вторые использовались, что называется «в быту», чаще всего - работали в строительстве.

Это, и многое другое, я узнал из лекции на уроке «аномальных сущностей мира».

- Кто мне ответит, на какие звания разделяются боевые строители тела? - спрашивал аудиторию Никанор Иванович - престарелый учитель «аномальных».

Я руку тянуть не стал. Во-первых, я немного увлекся тренировками с Магией Крови, и не так уж хорошо заучил материал. Во-вторых, на «аномальных» был еще один лихой и умный парень.

Леха Миронов - тот самый, который поцапался со мной в первый день, оказался убедительнее и настойчивее остальных, и учитель благосклонно кивнул ему, прося ответа.

- Строители тела делятся на «просто строителей тела», «мастеров тела», «зодчих», «скульпторов» и «архитекторов», - довольный собой, ответил парень.

- Только не «делятся», Миронов, а «разделяются», - поправил его учитель. - Делятся черви в огороде или друзья с тобой сигаретами. А, Волков? Может расскажешь нам теперь, чем отличаются звания строителей тела от званий магов?

Я хмыкнул. Ну, тут старина Иваныч попал в точку. Такое я знаю и люблю.

- У строителей нет градации по рангам, - легко ответил я, вставая. - Их «строители», «мастера», кто там еще... «зодчие» и остальные все бывают только в одном виде. У магов на каждый ранг есть более высокий ранг. Это «маг» и «Великий маг», «мастер» и «Великий мастер», «магистр» и «Великий магистр», «архимаг» и «Великий архимаг» и, конечно «Дракон».

- А что же «Великий Дракон»? - с затаенной усмешкой уточнил учитель.

- Официально «Великих Драконов» среди людей нет, - прозвучал ему четкий ответ. - Они есть только среди драконов.

Как бы то ни было, драконы, пускай они и интересовали меня куда как сильно, были слишком уж далеко. А вот директриса в ранге скульптора тела (предпоследнем, между прочим) была совсем под боком. И я бы был не я, если бы не подошел к ней с просьбой показать пару приемов.

Естественно, я был максимально аккуратен.

- Тренировать тебя, солдат? Ты правда решил спросить? - редкое зрелище - Макарова выразила удивление на лице, пускай и очень сухое. - Его благородие - барон, говорил, что ты пробивной, но я не ожидала, что настолько. Но, как бы то ни было - нет. Мой ответ - нет.

- Почему же? - встрепенулся я.

Хотелось добавить простое и детское: «Вам жалко, что ли?», но я уже и так знал, куда меня пошлет хозяйка училища с моим «жалком».

В жопку.

- Я не обучаю солдат, младше выпускного класса, - сказала, как отрезала, женщина. - А тебе до него почти три года учиться и готовиться. И поверь мне на слово - лучше бы тебе быть готовым, когда придет время. Я не дам поблажек даже такому талантливому магу, как ты.

Ух, злюка. Видно, барон расхвалил меня, а Макарова страсть как не любит, когда к кому-либо проявляется «особое отношение». Ну, только если это не касается самого барона или его дочери, конечно.

А я жуть как хотел получить возможность практиковаться не только в магическом плане, но и физическом. Конечно, в училище были занятия физкультурой, но они все пока что оставались на довольно детском уровне. Я стремился бежать вперед и надеялся, что такой опытный боец, как боевой скульптор поможет мне научиться лучше управлять Кровью.

С самим бароном такой трюк не прокатит - спарринговаться с ним было бы чистым безумием. У него, кстати, официально подтвержденный ранг Дракона Российской Империи. Таких, к слову, было всего лишь шесть.

Когда же я высказал ему самому свои мысли, владыка задумчиво покивал. Но уже через минуту просветлел лицом и кровожадно (а сам он думал, что по-доброму) улыбнулся и произнес:

- Так нет же ничего проще, малый! С завтрего дня будешь тренироваться с дружиной. Поверь, Деобедон таких любит.

Тогда я еще и не догадывался, как сильно пожалею о своем решении.

И как быстро в тренировках пролетит целый год.

Глава тринадцатая. "Ну, рассказывай - что тут было, пока меня не было?"

- Сто двенадцать, сто тринадцать, сто четырнадцать и... все!

Я оттолкнулся от бетонного плаца, возвращая себя в вертикальное положение после серии мощных отжиманий и подпрыгнул так высоко, как только мог. Готовящиеся с муштре дружинники смотрели со стороны и пожимали плечами. За год совместных тренировок они уже привыкли к моим выкрутасам и оставили удивление, пренебрежение или участие позади.

Теперь им, по большому счету, безразлично. А ведь раньше даже были такие, кто пытался повторять за мной. Да только без Магии Крови даже довольно тренированные люди не потянут мой режим.

А я тянул, и был жутко собой доволен.

- Всем встать в строй, - негромко, но очень четко и доходчиво процедил Деобедон, выходя на плац со своего «командирского» домика.

О да, а вот этот тип, как раз, всегда недоволен. И, особенно, недоволен именно мной.

Как уже упоминалось, с момента освоения мной Магии Крови прошел почти год. И все это время я как будто бы служил в армии рода Стенгер. Что, впрочем, не так уж далеко от истины. Ведь я готовился стать их Шевалье.

Статус личного рыцаря такой незаурядной семьи был очень почетным. А еще - его было чрезвычайно сложно заслужить. Но я делал успехи в магии, развивая свои стиль и умения под руководством самого Кровавого Барона. Еще я числился лучшим учеником ВУРСа - Военного Училища Рода Стенгер, на своем потоке, конечно. Директор Макарова часто отмечала мои знания, но так и не согласилась хоть капельку меня потренировать.

Я вздохнул и тут же получил мощный подзатыльник. Губы сами собой сложились в оскал, но в драку я не ринулся. Хотя сам факт, что мои (уже прилично отросшие за год) волосы трогал этот мудак, меня изводил неимоверно.

Но Деобедон только высокомерно фыркнул, глядя мне в глаза. У него тут была своя «дисциплина».

- Давай, Волков, выйти из строя. Спарринг, - приказал командир дружины, и я разом повеселел.

Вот уж сегодня я точно надеру ему задницу!

Мы вышли к центру плаца, где ротные (одним из которых был отец Лехи - моего одноклассника) уже разместили два стенда с оружием. Очевидно, смуглый Деобедон тут же схватил любимый ятаган - турецкий длинный нож. Вообще-то, его можно было бы назвать мечом, но... Ладно, лекцию о различиях мечей и ножей я припомню как-нибудь в следующий раз.

Я же только грустно вздохнул, остановившись у стойки. Магию в спаррингах дружины использовать было нельзя (за исключением минимального воздействия на себя Магией Крови), так что и сражаться приходилось обычным, «человеческим» оружием.

Еще год назад я тут же схватился за меч, когда Кровавый Барон предложил немного понатаскать меня в умении обращаться с колюще-режущим. Но владыка Тобольской портальной зоны меня тогда решительно остановил.

- Истинному воину меч не нужен, - заявил он, смотря на меня мудрыми глазами.

И это было довольно... глубокое заявление. Но все впечатление быстро испарилось, когда сам барон подошел к стойке и бросил мне копье.

- Вот копье - другое дело. Это истинному воину нужно. Копьем можно и зверя брать, и в строю стоять, да и в походе на него опираться. А уж с коня копьем бить - самое милое дело, малый. Да и мечом владеть с пеленок нужно учиться. Я бы тебя поучил, но тебе еще Магию Крови осваивать надо. Так что бери копье, не прогадаешь.

И пришлось выбирать копье. Хотя выбор и правда был логичным. Более того, какие-то навыки владения посохами у меня имелись, так что я верил, что стану мастером копья за неделю!

«Ха-ха» три раза.

- Начали! - скомандовал капитан Миронов.

Мудак-Деобедон стоял скучал и делал вид, что вообще не понимает, кто из всей шеренги дружинников будет с ним биться. Он был таким с первого дня. Сначала я подумал, что он недолюбливает конкретно меня из-за того, что я, не знаю, «выскочка» или что-то в этом роде.

Но - нет. Деобедон просто мудак. И он не любит вообще всех. И вообще все отвечают ему взаимностью. Но когда ты на плацу, нет понятия «друзья» или «у*бки». Есть приказы, которые дают старшие по званию, и их надо исполнять.

И вот я, четырнадцатилетний пацан с шелковистыми отросшими волосами, собранными в хвост, бегу с копьем наперевес на самого сильного дружинника Тобольской припортальной зоны. Исполнять, что называется.

Кровь послушно течет по телу, разогнанная моей утренней разминкой. Сто приседаний, сто отжиманий и сто на пресс. Кто-то из дружины шутил, что с такими упражнениями я скоро стану лысым, но на это внимания я не обращал. Серьезно, я изучил все доступные мне труды, чтобы предотвратить облысение.

А вот предотвратить финт Деобедона, с которым он резко ушел влево, я был не в силах. Кровавый Барон часто говорил мне, что у меня совсем нет боевого чутья. Хрен его знает, я не очень разбираюсь во всей этой духовной фигне. В прошлой жизни мне хватало рефлексов и навыков, и в этой я тоже собирался положиться на них. Например, как сейчас, когда я, очевидно, не смог ощутить по чакрам или, там. не знаю, по взгляду, что Деобедон собирается провести финт. Но я ждал его, так что, как только глава дружины избежал моей прямой атаки, последовала новая, хлесткая, по ногам.

Я воспользовался той толикой магии, которая мне позволялась и ускорился, заставляя кровь бежать быстрее, а мышцы разгибаться резче. Тело застонало от нагрузки, но получившийся удар напрочь переломал бы ноги любому солдату.

Обычному солдату, конечно. А вот у Деобедона, который годами сражался с портальными тварями и поглощал их силу, хватило реакции на то, чтобы подпрыгнуть и, прямо в воздухе, кувырнуться, опуская свой ятаган на мою голову.

Теперь я разгоняюсь еще быстрее. Это уже выходит за рамки дозволенного, но я не намерен давать этому уроду бить меня по голове железкой. Копье взлетело над волосами, закрывая череп, и тут же в середину древка пришелся тяжелый мастерский удар.

Треснуло, я отскочил и остался напротив Деобедона с двумя обломками копья в руках. Пальцы хрустнули - так сильно я сжал их, но продолжать спарринг не стал.

Деобедон снова победил.

- Сможешь мечтать о том, чтобы коснуться меня, когда у тебя появятся яйца, - меркзо улыбнулся командир дружины и ткнул меня тыльной стороной ятагана в грудь. - Проваливай в строй.

- Прошу прощения, господин Деобедон, - неожиданно раздался женский голос на плацу. - Но я хотела бы вас прервать.

Мы обернулись, и увидели саму директрису Макарову, неспешно направляющуюся к нам через весь плац. Я отметил, что ее руки необычно раскачивались и будто были готовы выставить любой, из возможных, блок, а знаменитый третий глаз на лбу открыт.

Как бы то ни было, госпожа директор была начеку.

- Зачем ты пришла, женщина? - фирменно «как мудак» фыркнул Деобедон. - Хочешь, чтобы я и тебя научил, как держать в руках палку? Так ты ж фригидная. И старая. Иди к демонам.

Из строя дружины донеслись нестройные смешки. Вообще, большая часть войск Тобольской портальной зоны была наемниками на службе у рода Стенгер. То есть, о массовой дисциплине и жестких рамках тут речи не шло. Все держалось на авторитете самого Кровавого Барона и, конечно, жестокости и жесткости его командиров. Если смотреть с этой позиции, Деобедон был неизбежным злом, потому что только такой ублюдок мог командовать теми ублюдками, которых набирал к себе Филип Стенгер.

Были у него, однако, и хорошие люди на службе. И этих людей становилось все больше с каждым выпуском ВУРС. Уже потомственные защитники Тобольской зоны, новые дружинники были и в этом строю, и они сурово играли желваками, смотря на то, как невежливо приветствовали их строгую, но справедливую директрису.

Хотя, я за Макарову не беспокоился. Эта женщина не по зубам даже Деобедону.

- В ВУРС сегодня промежуточные экзамены, и курсант Волков должен на них присутствовать, - пояснила госпожа директор, пропустив грубость мимо ушей. - Уверена, вас об этом предупреждали.

- Да мне насрать, - фыркнул командир дружины. - Хочешь его забрать, давай сразимся. Пускай ребятки посмотрят, как реально нужно убивать женщин.

Вот тут уже даже я был готов воткнуть в бедро ублюдка тот обломок копья, на котором остался наконечник. Деобедон был правой рукой Кровавого Барона, но, демоны его дери, он был совершенной скотиной.

Хотя, стоит признаться, он просто был отражением темной стороны рода Стенгер. Этот боевитый баронский род был одним из самых сильных, и вместе с тем, самых «грязных» аристократических семей Империи. Не удивительно, что мы с Колей признали в них разбойников при первой встрече.

Хладнокровию Макаровой позавидовала бы любая акула.

- Сегодня вторник, а у меня правило - не трогать дерьмо руками до четверга, - спокойно ответила директор, смотря на скрипнувшего зубами Деобедона всеми тремя глазами. - Если желаете, господин командир дружины, можете приходить четверг на тренировочную площадку ВУРС. Обещаю быть готовой к схватке с вами в любую минуту этого дня. А сейчас, прошу простить, но курсанта Волкова я забираю.

Деобедон только рыкнул громкое ругательство на неизвестном мне языке и повернулся к строю. Дружина побледнела. Когда этот мудак не в духе, страдают все.

Но я, к счастью, уже шел под ручку с госпожой директором, положив обломки копья у стойки с оружием.

- Прошу прощения за слова командира, госпожа директор, - заговорил я, когда мы ушли с плаца. - Он...

- Поверь мне, солдат, я знаю его куда как лучше тебя, - отмахнулась Макарова и глянула на меня с затаенной усмешкой. - И ты был неплох сегодня. Он удивился тому удару по ногам. У тебя был бы шанс, если бы это был смертельный бой.

- В смертельном бою шансов бы не было, потому что Деобедон был бы серьезен с самого начала, - вздохнул я.

Я оставался реалистом. Даже с магией перебить весь опыт и мощь этого урода я пока не мог. Но я очень стремился к этому.

- Нет, не так, - не согласилась Макарова. - Уверена, даже в самом настоящем смертельном бою с тобой, Деобедон стал бы поддаваться просто из за своей заносчивости. Из-за чванливости и мерзости. Это - его главная слабость. Откровенно говоря, наверное, единственная слабость. Но ты сможешь воспользоваться этим. Когда-нибудь. И если будешь сражаться с кем-то подобным, запомни совет - бей на поражение. Всегда. И всем. Даже обломком копья человека можно убить.

- Большое спасибо за совет, - я задумался. Мысль была интересная. Тем не менее... - А вы бы не могли дать мне парочку практических уроков?

- Пока нет, - отрезала директриса.

И очень жаль. Если бы меня тренировала боевой скульптор, шансы надрать Деобедону задницу побыстрее были бы куда выше.

*****

Промежуточные экзамены в ВУРС были несложными. Для лучшего ученика училища, конечно. Школьная программа седьмого или восьмого класса. В прошло жизни, в те редкие дни, когда я занимался уроками со своими детьми, это казалось довольно сложным, но сейчас, когда мой молодой мозг работал, как компьютер, а учителя ежедневно и очень терпеливо объясняли любую закорючку в каждой формуле, я был на высоте.

- Кость, кто величайший полководец в истории? - шепотом спросил Илюха с соседней парты.

- Суворов, - запросто подсказал я, заканчивая уже с билетом.

- Придурок, совсем нихрена не знает, - покачал головой Леха, сидя за моей спиной, а потом тихо спросил. - Костян, а самый крутой Император кто был? Тут чет...

- Императрица Екатерина Вторая, - я хмыкнул. - Великая.

- О, а тут это, точно по твоей теме. Какой у нее был Дар?

- Некромантия. В ранге Дракона.

Удивительное смешение уже известных мне исторических фактов с магией и буквально фентезийными историями из жизни «местных» великих позволяли запоминать их так же просто, как героев любимых сериалов и романов. Я иногда и сам удивлялся, как невероятно легко у меня получается ориентироваться в местной истории, и даже вступил во внеклассный кружок, в котором был на хорошем счету.

В общем-то, экзамены были простыми. Я сдал их раньше всех и сразу пошел в нашу с пацанами курилку, ждать друзей.

За год мы неплохо сблизились с тремя главными прогульщиками класса и решили в будущем держаться друг друга. В конце концов, служить будем у одного человека. Вполне возможно, так же, что их могут дать Кате в сопровождение в Москву, когда она поедет учиться в Академию Истребителей Демонов (или ДИМА - Демонов Истребителей Московскую Академию).

Вот подумал об этом, и сразу на душе что-то кольнуло. Как будто я о чем-то забыл.

- О, а ты чего тут стоишь, никуда не бежишь? - удивился Леха, вышедший из класса вторым, после меня.

- А куда бежать-то?

- На остановку, разве нет? Сегодня же возвращается баронесса Екатерина. Или я перепутал?

Твою-то мать! А я совсем забыл!

*****

Помимо кучи разнообразных тренировок этот год реально ничем особенным не отметился. Ну, у меня, по крайней мере.

Тот же барон регулярно выезжал к портальной зоне, где убивал монстров и, очень редко, демонов. Его даже один раз вызывал в Москву сам Император, чтобы вручить какой-то очередной орден.

Коля - мой отец, тоже не скучал и обзавелся целой армией фанаток из местных простых и не очень дам. Серьезно, я слышал, что в самом Верном - нашем областном центре, если кружок аристократок, которые во всю обсуждают «красавца-конюха» Кровавого Барона. И губки облизывают, ага...

Уверен, у меня бы тоже были приключения (пускай и не такие, как у этих двоих), если бы неудержимая Катюха жила в Вулканическом поместье. Но она уехала в Москву и, несмотря на наши планы, так ни разу за год сюда не возвращалась. Вот Барон дочурку навещал регулярно и даже стал поговаривать, что планирует вообще оставить дочку в столице.

Но именно сегодня она все таки возвращалась. А я, блин, забыл!

Когда я добрался до поместья Стенгер, то сразу увидел служебный кортеж баронессы Беатрисы. Ну конечно, любящая тетушка привезла любимую племянницу к ждущему отцу чуть ли не на руках. Но все мы понимаем, за чем, а вернее - за Кем, приехала в нашу глушь столичная аристократка.

Отец, конечно, нашелся в конюшнях. Одетый в тот самый белый выходной костюм, в котором его впервые увидела хищная сестра Кровавого Барона.

- Привет, Коль, - я махнул ему рукой.

- Привет, сын, - тепло улыбнулся мне мой солнечный родитель. - Я ждал тебя пораньше.

- У меня же экзамены сегодня были.

Память у Коли была как у рыбки. Хотя, если сильно надо, он рисовал на руке звездочки или крестики. Записная книжка, увы, не вариант - мой отец совершенно не умел читать.

- Очень здорово, и как прошло?

- Как всегда, я лучше всех.

- Ты весь в мать...

Он погрустнел. Несмотря на популярность у местных дам, и вполне хорошую жизнь здесь, Коля сильно тосковал по моей биологической матери - своей первой и единственной жене. Серьезно, единственной. Когда ему предложила обручиться Леночка - миловидная дочь главной поварихи Вулканического поместья (человек, прямо скажем, в стране не последний), Коля резко отказал. Удивительно, что он вообще умеет быть таким непреклонным.

Мать он любил...

- Ладно, не будем о грустном сегодня, - я похлопал его по плечу, приободряя. - Тебе помочь?

- Буду очень признателен, ваше магичество, - благодарно поклонился отец. - Прямо как раньше, а?

Коле меня... не хватало. Потеряв жену год назад, он решил полностью отдаться воспитанию оставшегося сына, но... Случился, что называется, «Я» и спутал ему все карты. Нет, конечно, я любил отца, но он и сам понимал, что воспитывать «Меня» у него не получится. Хотя его помощь в освоении мной Магии Крови я припоминал как можно чаще. От этого он улыбался шире.

Формально, я все еще был сыном конюха замшелого барона из глубинки. По факту, я был будущим Шевалье одной из самых желанных невест Российской Империи, потому что породниться с родом Стенгер, который вел один из сильнейших магов мира (ранг Дракона, не забываем), хотели многие. Плюс, мой отец был личным конюхом того самого мага.

Вон, как добродушно на него смотрит Зверь - баронский конь. Его предыдущая кобыла - Дымка, к сожалению, была убита демонов три месяца назад. А этот черный парень заменил ее, благодаря своей природной мощи и нелюдимости. И подпускал этот Зверь к себе только двоих людей - самого барона, с которым, увы, не забалуешь и моего отца.

Коля, признаться честно, иногда казался мне куда более могущественным, чем даже Барон. Если бы страной правила женщина, я бы не исключал того факта, что мог бы стать Императорским сыном.

Но мне и сыном конюха неплохо.

Я помог отцу в конюшне, где-то используя магию, а где-то - себя самого. Конечно, хотелось поскорее увидеться с Катей, но, в конце концов, я все еще оставался простолюдином (пускай и с регалиями) и не мог вот так запросто ворваться за обеденный стол к воссоединившейся аристократической семье.

Золотое правило крестьянина: «Не суйся к господам. Сами позовут.» Так и случилось.

- О, вот вы где, - домоуправитель - Сашка, заглянул к нам в конюшню. - Николай Евгеньевич, вас барон просит к веранде подойти. На разговор. А ты, Кость... Ну, наверное тоже иди.

И мы пошли. Это оказалось так волнительно, что я сам себе удивлялся. Не ожидал, что буду так переживать перед встречей с бароном, которого вижу почти каждый день. А уж на госпожу Беатрису мне и вообще плевать. По большей части. Пускай только Колю не обижает.

Ну, обмануть никого я бы не смог. Переживал я, конечно, не об этих двоих.

Трое аристократов на веранде были одеты по-парадному. Как минимум, Коля им соответствовал, а я... На меня, кажется, внимания не обратили.

- О, и ты тут, Костян, - хмыкнул барон. - Сегодня занятий не будет, так что можешь гулять. А ты, Коля, скажи-ка мне, как там Зверюга мой поживает?

Очевидно, Филип Стенгер не стал бы так просто вызывать Колю ради справки о здоровье своего коня. И по ярким глазам его сестры я понял, что я все правильно понял. А потом я перевел взгляд на нее...

Как быстро растут чужие дети! Всего за год из девочки-ребенка, Екатерина Стенгер выросла в очаровательную девушку-подростка. Конечно, в свои тринадцать с половиной она не могла бы смущать умы взрослых ловеласов, но уже было определенно видно, насколько красивой девушкой она станет в следующие пару лет.

Екатерина Филиповна вежливо покивала на наши с Колей приветственные поклоны, что-то шепнула своей тетушке и положила ладошку на лопатообразную руку отца.

- Я прогуляюсь, папенька, по отчему дому, - хрустальным голоском проворковала девушка. - И хочу дать своему будущему Шевалье меня сопроводить.

- Все, что только ты захочешь, Катюша моя, - вот теперь я заметил, что барон порядком набрался. - Костя! Ты все слышал. Охранять, бдить, уважать!

Я только снова поклонился и приготовился к долгой клоунаде. Как это всегда бывает, когда надолго расстался с близкими человеком, сперва придется претерпеть неловкость, чтобы снова «познакомиться». А может быть и страшное, и Катя настолько изменилась в столице, что от прошлой оторвы и девчонки-не-беды ничего и не осталось.

Немного напряженный этими мыслями, я исподволь рассматривал свою спутницу, стараясь не слишком сильно пялиться, пока на нас смотрели охранники-дружинники, кланяющиеся второй хозяйке Вулканического поместья.

Наконец, я решился заговорить, когда заметил, что нас больше не видят.

- Екатери...

- Цыц, - Катя подняла палец. - Нас точно не видят?

- Так точно, - я даже выпрямился по струнке - такой у девушки командный был голос. - Эм... Ну, я за год уже все дозоры выучил. Даже сам стоял пару раз.

- Охрененно, - выдохнула полной грудью девушка и тут же рванула верхнюю застежку корсета. - Твою мать, я бы умерла, если бы стояла так еще минуту.

И вот тут я засмеялся. Ох, эта девушка точно сведет с ума многих парней! Но своего батюшку, скорее всего, первым.

Она тоже улыбнулась и полезла в скрытый где-то за спиной карман.

- Не знал, что у платий есть карманы, - поделился я. - Или ты сейчас чешешь жо...

- Цыц! - Катя нахмурилась. - Совсем от рук отбился? Я тебе покажу, как родину любить и уважать.

- Дак я уважаю, - я почесал в затылке. - Но признаю, с дамами я особенно за год не общался...

- Так это же хорошо, - глаза девушки сверкнули, но она тут же смутилась. - А ты подрос, да? Смотри-ка, уже выше меня.

- Я всегда был выше тебя, твое благородие, - напомнил я, с интересом смотря за ее потугами. - Нет, серьезно, что ты делаешь?

- Нужно было хорошо прятать... Ты не поверишь, как тетушка... О! Вот!

Девушка, похоже, подцепила пальцами искомое в кармане и вытащила на свет... помятую пачку сигарет. И я совсем не удивился, увидев в ней только две оставшиеся. Хотя нет, немного удивился.

- Ты закурила? - я взял одну и сунул в зубы. - А я только подумал, что ты совсем не изменилась...

- Если человек за год не поменялся, это значит, что он ничего не делал, - поделилась мудростью Катя и первая выпустила дым из легких. - Ну, рассказывай - что тут было, пока меня не было?

Глава четырнадцатая. Буря

Вернувшаяся Катя будто пробудила меня ото сна, в котором я только и делал, что набирался сил, знаний и перенимал опыт ото всех, кого мог. Мы могли болтать с ней часами, играли в игры для аристократов (вроде шахмат, в которых я был не так уж ужасен и составлял девушке конкуренцию) и игры обычных людей (те же прятки Катя просто обожала). И кучу всего еще.

Я смотрел на это немного со стороны: мы были молоды, не волновались о завтрашнем дне и оба, в какой-то мере, собирались захватить этот мир. И это было чудесно.

К тому же, Катя здорово помогала. Это если вернуться к захвату мира. Хотя сейчас именно что забирать власть над планетой я не планировал, а вот получить несколько уроков от Макаровой, чтобы надрать, наконец, зад Деобедону в поединке, мне было совершенно необходимо. И Катя смогла меня удивить.

- Мне кажется, ты подходишь к этому не с той стороны, - задумчиво сказала она, когда я поделился своими мыслями. - Ты хочешь одолеть Деобедона. Мне он, кстати, тоже никогда не нравился. Но что с того толку?

- Это мой принцип, - я был упрям. - Если решил, что одолею, значит - должен одолеть.

- Ладно, это-то я понимаю, но ведь тренировки у директрисы могут быть полезны и просто так, верно? И она тоже в натянутых отношениях с главой дружины, как ты сказал, - Катя улыбнулась и подняла палец вверх, подкрепляя визуально свое умозаключение. - Тогда победи его сначала, а потом проси тренировок у строительницы тела. Поменяй планы местами.

Это была здравая мысль. На самом деле, я мог быть слишком слаб, чтобы тренироваться у Макаровой. В целом, она мне почти так сама и сказала. А победив Деобедона и показав себя, я смогу зарекомендоваться, как способный ученик. Катя - умница!

Но не только на меня эта девушка действовала благотворно. Все поместье, казалось, ожило с ее приездом. Няньки суетились. Повара, наконец, могли расстараться, ибо Кровавый Барон, сам по себе, предпочитал простую пищу и побольше выпивки. Дружинники расплывались в улыбках, при виде милейшей наследницы владыки.

Да и сам владыка, конечно. Вот уж кто сиял, словно начищенная монета. А потом преподнес нам с Катей сюрприз.

- Ладно, вы двое, сегодня у нас будет день особый, - объявил барон, когда мы с его дочкой пришли на очередной урок магии.

У меня как раз шла серия тренировок не Магии Крови, а именно базовым принципам построения заклинаний. Это было несложно, довольно увлекательно и чертовски полезно. Какие-то сложные, многосоставные ритуалы, вроде девяти вулканов Кровавого Барона я пока даже вообразить себе не мог, но подвижки были хорошие. И Катю барон решил натаскать в том же ключе.

- Я решил, что пора вам начать ходить со мной к порталам, - объявил учитель Стенгер, и тут же поднял руку вверх. - Только тихо, дайте договорю. Порталы - штука очень опасная. Но полезная, если умеючи. В тяжелые я вас не поведу, но и в легких нужно держать ухо востро. Так что я хочу посмотреть, чего вы добились за последний год. И объявляю спарринг. В полный рост, как говорится.

- Всего лишь спарринг? - я вопросительно посмотрел на него. - Филип Асторович, разве мы не практикуем это каждый месяц? Вы меня уже как облупленного знаете.

- Зато я покрасуюсь, - Катя улыбнулась и в ее руке появился натуральный солнечный зайчик. - Монах Оскоп показал мне много нового.

- Ага, и содрал его храм с меня, как с короля, - барон фыркнул, но посмотрел на дочку с гордостью. Видимо, наставник ее сильно хвалил. - Но нет уж, со мной вам, соплям, тягаться нечего. Спаррингом это будет не назвать.

И это было правдой. Даже за год учебы и освоением Магии Крови на приличном уровне (а я свой уровень уже считал приличным), я не мог заставить барона использовать в поединках со мной хотя бы часть его полноценной силы. Ни разу! Даже в особенно удачные дни мой учитель просто проверял мои навыки и никогда не напрягался.

Так еще и Катя, вернувшись с Москвы, только руками развела, когда я спросил, встречалась ли она с кем-то, кто был сильнее ее батюшки. Удивительно, но за целый год ей не попался на глаза ни один подобный человек.

Хотя до Императора Алексея, конечно, она так и не добралась.

- Значит, хотите, чтобы я с Катей дрался? - я хмыкнул и посмотрел на девушку. - Ну, я думаю, можно попробовать.

- Не многовато ли в твоем голосе снисходительности? - склонила она голову. - Я занимаюсь магией куда дольше тебя.

- Но у нас были почти одинаковые навыки в том году. А я теперь, после уроков Филипа Асторовича, совсем другой маг.

- Ты неплох, - признал барон, скрестив на груди руки. - И на роль Шевалье подойдешь хорошо. Но это не значит, что твоя подопечная будет слабее тебя. На самом деле, я не уверен, что в стране найдется хотя бы пара равных ей в силе людей через несколько лет. У Кати Дар уникальный. И он куда сильнее твоего. И даже моего.

Вот это было неожиданно. Нет, про уникальность Дара Кати я слышал уже давно. Но то, что себялюбивый барон так легко «отрекся» от силы собственного Дара для меня было сюрпризом! Этот человек, казалось, считал, что если проблему нельзя решить большим количеством огня, то ее определенно можно утопить в жидкой магме. Что же за силу таит в себе моя подружка?

- Да только ты не очень спешишь меня учить, - надула губки Катя. - А Костю тренировал целый год уже.

- Вот и увидим, что он усвоил за этот год, - Кровавый Барон хлопнул в ладоши. - Разойдитесь по углам. Помните - сражаться надо на победу. Но не до смерти. Хотя я, в любом случае, успею вас остановить. А... Сашка! Азама зови! На всякий случай.

Мы с Катей кивнули друг другу и стали расходиться в разные точки тренировочной площадки. За прошедший год занятий с бароном, учитель часто приказывал слугам внести сюда тот или иной снаряд или предмет, полезный для тренировки, но сегодня место вокруг нас было пустым. Чистым.

Для Одаренного Водой такой расклад был не самым удачным. Особенно при том, что мне не доступен аспект проявления. Сила Кати... я помню лишь то, что она показала в бою с монстро-волками и демоном, и уверен - она сможет использовать свои приемы и тут. Если вспомнить, то она и молнией била неслабо...

Но это, в конце концов, не важно! Ведь мои тренировки обучали меня сражаться в самых стесненных условиях. И учитель мой был строг.

- Старт!

Вот и сейчас Кровавый Барон продемонстрировал свой суровый подход к обучению, застав нас с Катей врасплох, не дошедших до краев площадки.

Я повернулся к девочке быстрее. Та, сперва, недоуменно рассматривала отца целых пять секунд. Конечно, совсем молодая, не бывавшая в бою, она относилась к этому поединку как к игре? И игрой он, пожалуй, и был, но я собирался играть эту игру по своим, военным, правилам.

Так что, когда Катя все-таки соизволила повернуться ко мне, я был от нее на расстоянии вытянутой руки. Быстро? Это был далеко не предел.

Первый прием, который я освоил в школе Магии Крови под надзором Кровавого Барона, это ускорение. Скорость - сердце любой битвы, так любил говаривать и барон, и даже я сам. И скорость, которую я мог развить сейчас в простом рывке с места, уже превосходила человеческие пределы.

- «Ну, знаешь ли, человек - не вышка,» - фыркнул как-то раз учитель Стенгер, когда я сказал что-то такое. - «Вот когда обгонишь гепарда, тогда и гордись. Но будь настороже, ведь портальный гепард все равно откусит тебе жопу.»

С его правотой спорить было невозможно. Поэтому я тренировался, развивая скорость, и, вместе с ней, общую крепость организма. Зачем же мне второе? А затем, что человеческое тело, как ни удивительно, создано выдерживать именно человеческие скорости. Конечно, выйти недалеко за рамки допустимого можешь, но если хочешь преодолеть и звериные пределы - сам стань крепче любого зверя.

Сейчас, без вреда для себя, я мог бы соперничать и с гепардом. Обычным. Но очень недолго и на короткой дистанции. Тем не менее, наш с Катей спарринг был идеальной площадкой для таких фокусов.

Вот только и в ее рукаве нашлась козырная карта. Прямо в тот миг, как я увидел ее расширяющиеся от удивления зрачки, я почувствовал, так же, что моя рука замедляется. А тело, давящее на нее, еще нет, и инерция уже не несла меня вперед, к победе, а буквально бросала на невидимую глазу вязкую стену, в которой уже застряла рука!

Я остановился, хрипло выдыхая от боли и задерживаясь на секунду. Все же, мое подростковое тело, пускай и тренированное, еще плохо справлялось с мгновенными перегрузками при резких остановках. Застынь я так год назад, и все - разрыв сосудов, инсульт и инфаркт.

В итоге, я резко выдохнул, пораженно смотря на такую же удивленную моим первым рывком девочку.

- Нет, Катя, давай без жуликов! Одно очко за Костей, - учитель Филип поднял правую руку, где был «мой» угол площадки, засчитывая мне попадание.

- Но папа! - тут же возмутилась девушка.

- Давай, - повторил он, кивком показывая, чтобы я шел на свою позицию. - Только Свет. Я хочу увидеть, чему тебя учил монах.

Катя надулась, но когда я дошел до своего угла площадки и повернулся к ней, баронская дочка была спокойна. И смотрела на меня теперь совсем по-другому.

Как на врага.

- «Ну вот, блин, обидел девочку,» - промелькнула в голове мысль, а потом туда же прилетела догадка. - «Так это что же, подыграл мне учитель?! Он специально фальстарт дал, чтобы я ее шугнул?»

Значит, сейчас ее очередь красоваться перед ним?

Катя расставила руки чуть в стороны, согнув в локтях, и прикрыла глаза. В такой позе она и правда походила на какую-нибудь молящуюся монашку. Но в тот же миг от ее тела по всей площадке прошла волна тепла. Магическая волна. Которую почувствовал даже нечувствительный я.

Сильна.

Я бросился вперед, ускоряясь на максимум. Кровь и сосуды я контролировал магией, и ей же укреплял, но вот кости уже застонали в напряжении. Будет болеть, если не оказать себе первую помощь. За год практики у Азама я наловчился облегчать свою участь даже посреди спарринга, но сейчас этого пробовать не стал. Во-первых - спарринг на сей раз серьезный. Второе - пускай ноют кости, ведь это чувство - отличный показатель напряжения в теле и моей общей выносливости в бою.

Добежав до середины площадки, я резко завернул в сторону. Не останавливаясь,в этот раз, но «изгибаясь», как молодой ручей. Это был второй прием Магии Крови - единение тела со стихией воды. По крайней мере, так мне объяснял барон, который сам, в бою, был подобен реву пламени и ярости действующего вулкана. Ощущение себя не набором костей и плоти, а водой, помогало мозгу отправлять необходимые сигналы в магическое ядро, которое перестраивало потоки маны, струящиеся по телу вместе с кровью, что позволяло мне маневрировать на высоких скоростях.

Катя же резко открыла глаза и взмахнула в мою сторону рукой!

У меня, кстати, нет боевого чутья. Кровавый Барон считает это одним из моих чудовищных недостатков (наравне с нулевым проявлением). Хотя потом сам же признает, что будь у меня проявление и чутье, и я бы мог стать сильнее него.

Потому что у меня все еще оставались мои рефлексы, моя наблюдательность, осторожность и скорость принятия решений.

И только благодаря им я не попал под первый Катин удар.

Прямо в то место, на котором я был мгновение назад, ударил луч... света? Да, будто стая солнечных зайчиков бросилась туда в едином сокрушительном и тихим хороводом.

Но сам удар получился хлесткий. Такой, будто по дорогому покрытию площадки ударили тяжелым, но упругим хлыстом.

И, что самое неприятное, такой удар не был одиночным.

Катя, смотря точно на меня, раз за разом выкидывала вперед руки, и я только на самых последних мгновениях успел уйти с траектории вызываемых ею атак. Земля вздрагивала под ударами ее магии, а я понимал, что не могу не то, что приблизиться к ней, но даже и продолжать поддерживать такой темп долго. Сама Катя? Она даже не запыхалась.

Это было, словно девушка повелевает самим солнцем, и теперь приказывает его лучам обратиться тяжелыми щупальцами, почти невидимыми, но очень больно бьющими. Я держался на палу только потому, что это не было реальной гонкой на скорости света. Никто бы не обогнал свет, но я гонялся не с ним, а с Катей, посылающей в меня заклинания. И мне повезло, что она могла атаковать только одной рукой.

Тогда я применил третий прием из своего арсенала. Он уже не совсем относился к Магии Крови. Вернее будет сказать, что он совершенно к ней не относился. Этот прием был из стандартного арсенала Одаренных Водой, но я комбинировал ее с тем, как я сам использую Магию Крови, и получалось что-то оригинальное.

Учителю Филипу он нравился. Хотя с дурью и прямолинейностью его лавы, конечно, сравнивать было нельзя. Нет, это был тонкий трюк.

В очередной раз, когда Катя взмахнула рукой, я взмахнул ей в ответ. Девушка удивилась и промахнулась следующей атакой. А вот я своей попал.

Тонкое ледяное лезвие, которое я собрал из льющегося с меня пота, порезало девочке одежду на плече. Очевидно, я мог ранить и само плечо - меткость мы с наставником тоже тренировали часто, но раз уж мы играем на очки, глупо будет просто так ранить девушку.

И барон Стенгер это понимал. Так что, без проблем, поднял правую руку. А секундой спустя поднял левую руку и резко гаркнул:

- Стоп!

Но я не мог последовать его приказу, так как летел в сторону своего угла на всей скорости. И не по своей воле, а от того самого удара светом, который таки меня достал. Все дело в том, что за секунду до попадания моего лезвия в плечо, Катя ударила по мне второй рукой.

- Вот хрень... - сипло выдохнул я, с трудом приподнимаясь на руках. - Так она с двух может...

- Ты живой, эй? - надо мной навис старик Азам. - Подмочь?

- Нет уж, спасибо, - я кое как поднялся и, сосредоточившись, прогнал ману по организму, исцеляясь.

Сейчас сил моего самоисцеления хватает, чтобы не падать в обморок от тяжелых тренировочных нагрузок, а еще - с точностью определять собственные ранения. По большому счету, я выучил у Азама только пару основных приемов, так как все мое внимание было сосредоточено на изучении Магии Крови.

И сейчас я, как никогда, жалел об этом. Одно из ребер, похоже, немного треснуло, тело гудело от нагрузок, а маны осталась лишь половина. И это я так себя чувствовал после пяти минут спарринга с баронской дочкой! Хорош герой, убийца демонов, ха?

Впрочем, подобное высокомерие меня сегодня уже подвело. Даже дважды. Ведь первый раз мне подыграл барон, а во второй, когда я почти выбил победу, я просто недооценил Катю.

- Это просто нечестно! - я сделал восхищенные глаза, когда подошел к девушке и что-то тихо втолковывающему ей отцу. - Катя, а твой монах может и меня немного поучить?!

- Хе, а ты переживала, - барон фыркнул и похлопал меня по голове. - Вот, был бы мозг, было бы и сотрясение. Ну так, два-один у вас счет?

- Давайте по-честному, один-один, - я выставил вперед руки. - Первый раз вы мне поддались, Филип Асторович. А Кате вообще сказали не все использовать. Так не честно! Кать, давай смахнемся по-полной!

Катя посмотрела на меня странно и покачала головой. Потом подумала, вздохнула и обратилась к отцу с невинным видом:

- И вот как он так может, а? Он даже не аристократ. А меня, между прочим, монах Оскоп с Максимом вровень ставил.

- Каким Максимом? - не понял барон.

- С Романовым, пап! С сыном Императора нашего, - Катя возмутилась, но наигранно, чтобы не обидеть меня. - А это... Это же Костик! Ну, ты помнишь, такой мальчик с конюшни. Это как так понимать? Ты что с ним тут сделал, а?

Мы рассмеялись. Сначала вдвоем с бароном, а потом и Катя к нам присоединилась. Признаться, мне была приятная такая реакция на мои способности. Но, по большому счету, мне этого было мало. Конечно, здесь сегодня не было бадьи с водой, и я не мог завалить Катю атаками льдом, паром и хлыстами, но ведь и в реальных боях будет так же.

На лицо сам собой наползал оскал. Ах, как это здорово, на самом деле! Настоящая битва, почти на равных, но с соперником, который, скорее всего, тебя одолеет. Именно в таких битвах закаляется сталь.

- Ладно, мелкие, еще один раунд, - решил Кровавый Барон, становясь прямо посередине площадки. - Отсюда буду следить, чтоб не поубивали друг друга, еще чего. За меня чтобы и не смели волноваться, поняли? Деритесь на полную, но, Катюша, Костю в пример бери. Хотел бы он, и его ледяной ножичек тебе бы и горло чикнул. Но для очка ему хватило. И ты могла его не бить в прямую, а просто задеть.

- У, Кость, тогда не обижайся, - притворно-сокрушенно вздохнула девушка. - Мы сейчас быстро закончим.

- Ну-ну, - я уже не мог остановиться и скалился самым наглым образом. - Давай поглядим.

И когда мы уже стояли друг напротив друга, на этой площадке, во внутреннем дворе вулканического поместья, окруженные только балками перекрытий, поддерживающих потолки крытых коридоров, почти под открытым небом, я пригнулся к самой земле, как настоящий волк перед рывком.

Барон снова скомандовал старт. Затаил дыхание Азам, который наблюдал за спаррингом с крытого коридора, вместе с Сашкой - управляющим, и немногочисленными слугами, пришедшими на шум.

А я использовал свой секретный прием, о котором не знал даже сам барон.

*****

«Поселок дружины Рода Стенгер. Макарова.»

Елена Викторовна Макарова три ровных раза ударила в деревянную дверь, где-то на краю сознания отмечая легкое раздражение.

Она стала директрисой ВУРСа семь лет назад, когда... стала строителем тела, потеряв и прежнее тело и, пожалуй, прежнюю себя, и став, по сути, вечным солдатом на службе у своего единственного господина.

И за все время на своем посту она, не любившая особого отношения к кому-либо, кроме самого барона, никогда не терпела столько этого самого «особого отношения», как ей приходилось сейчас из-за Волкова.

Ну, не прямо вот «сейчас». И именно это раздражало, кажется. Потому что именно «сейчас», т.е. - непосредственно сейчас, она стояла на пороге дома своего солдата, как раз по расписанию. В рамках программы: «Беседа с директором в домашней обстановке».

Эта программа была создана ей специально, чтобы получше узнать о своих солдатах, их нуждах, их семьях и их позиции. Заняв пост, вместе с силой и новым смыслом жизни, Елена Викторовна отдала всю себя делу воспитания новой дружины барона Стенгер. Плоды ее работы уже виднелись в рядах войск Тобольской портальной зоны, и ими она очень гордилась.

И надеялась гордиться учениками и впредь.

- Бегу-бегу, - донеслось приглушенное из-за двери.

Директриса поморщилась. Раздражение нарастало. Особый ученик, ей не очень нравилось касаться любых тем с его участием. Вот даже и его родитель - отец-одиночка, которого госпожа директор никогда не видела лично. Всеми вопросами устройства в ВРУС, посреди года, занимались люди барона (опять же - особое отношение), а от опекуна Макарова видела, пожалуй, только подпись.

Весьма красивую, стоит признать.

Дверь открылась, и перед директрисой оказался обладатель этой самой подписи. Николай Евгеньевич Волков, собственной персоной. Хотя изначально директриса очень удивилась, ведь молодой человек, вышедший к ней, по ощущениям самой Макаровой должен был бы выглядеть постарше. А этот был такой юный. Но какой красавец!

- Добрый день, - он улыбнулся открыто, как ребенок, который искренне рад любым гостям. - Вам чем-нибудь помочь?

- Здравствуйте, - нашла в себе силы сдержать сухой тон директриса. - Меня зовут Макарова Елена Викторовна. Я...

- О, госпожа директор, - Николай Евгеньевич прихлопнул в ладоши, сделав удивленное лицо. - Прошу прощения, я вас совсем не ждал! Но вы... можете... Пройти, да. Проходите, конечно. Да и вообще, конечно же, можете делать, что хотите.

Вот теперь Макарова не сдержалась и улыбнулась. Этот обаятельный простодушный юноша совершенно отличался от своего задумчивого и серьезного сына. Хотя, пожалуй, фамильное сходство есть. Удивительно, если подумать, каким только видным парнем вырастет молодой ученик барона.

Ох берегись, Москва.

- Вообще-то, я пришла поговорить с вами и Константином об обучении, перспективах, ваших и его планах, - Макарова прошла на кухню, отмечая, про себя, как чисто и аккуратно убрана квартира этих двоих. - Николай Евгеньевич...

- О, вы что же, не надо, - замахал руками мужчина. - Просто «Коля», прошу вас. Я же не из благородных.

- Хорошо, Коля, - снова улыбнулась директриса, присаживаясь на предоставленный ей стул. - Итак, боец дома?

- Боец, это уж точно, - Коля усмехнулся, и взгляд его глаз стал таким глубоким и мечтательным, что Макарова, просто механически считывающая реакции окружающих людей, чуть было сама в них не утонула. - Но Кости сегодня днем нет. Его благородие объявил ему какую-то особую тренировку.

Вот уж что-что, а сдержать раздражение госпожа директор ВУРСа умела в совершенстве. Хотя бы потому, что испытывала его большую часть времени. К таким вот «особенным». Ведь они же, в большинстве своем, попросту недостойны всех этих «особенностей». За исключением, конечно, владыки Стенгера.

- Боец, и впрямь, - Коля поднялся, чтобы налить чай, и, когда он повернулся спиной, Макарова легко считала в его позе грусть и даже некоторую злость.

И он злился... на нее тоже.

- Вас что-то тревожит, - заметила она, благодарно принимая чай.

- Ну да, как же не тревожит, - вздохнул Коля и почесал растрепанные волосы. - Вы видите меня насквозь, да же? На самом деле, я боюсь, что Костя не выдержит всех этих нагрузок. Он учится у его благородия, потом идет к дружине, потом к лекарю - магу воды, а потом на уроки. Ей богу, вставая по утрам, я так редко застаю его дома... А ведь он и сам тренируется. Тут недалеко, в лесу. И мне страшно только от этих его тренировок.

- Могу я посмотреть на это место? - заинтересовалась Макарова. - Если мы сможем... обустроить его тренировочный быт, может быть, мы могли бы облегчить его старания?

Вообще-то, она бы предложила такой вариант любому родителю, беспокоящемуся за ребенка. Снижать нагрузку, зачастую, вредно, ведь дети, сами по себе, довольно ленивы. А вот если гиперактивный ребенок грозит себя самого покалечить из-за излишней прыти, тут уже нужен тот самый «особый» подход.

И только самой себе Макарова признавалась, что была невероятно рада увидеть благодарное лицо молодого отца Волкова.

Он провел ее через поселок, пока она, попутно, задавала стандартные вопросы.

Кушает хорошо, белка много. Спит от семи часов в сутки. Не жалуется, смеется, про друзей рассказывает. Об учителях отзывается с уважением, особое внимание отдавая историку - Федору Константиновичу и, как ни странно, ей.

- Очень ему нравится ваш кабинет, говорит, - по секрету поделился Коля. - И вы тоже. Он, конечно, что-то рассказывал про силу, но я не очень это поддерживаю. Ну, знаете, вы очень привлекательны и молоды, и мальчик, похоже, немножко...

Удивительная семейка, и впрямь. При всей их, нелюбимой Макаровой, «особенности», эти два Волковых, раз за разом, ее очень приятно удивляют. Вот и сейчас она не смогла сдержаться и засмеялась звонким, действительно молодым, голосом.

- Мы с его благородием-бароном - ровесники, - удивила собеседника директриса. - А выгляжу я так потому, что являюсь строителем тела. И да, ваш сын хотел получать частные уроки, но для них, я боюсь, ему еще очень и очень рано. Но...

Она замолчала. Резко осеклась и осмотрелась по сторонам. То, что они «пришли», Макарова поняла сразу. Именно здесь тренировался Волков. Но каким образом?!

Это был небольшой участок леса, почти площадка. И все деревья здесь, в радиусе метров, наверное, шестнадцати, выглядели... ужасно.

- Он что, молотом по ним долбил? - удивленно спросила директриса, прикасаясь к одному из стволов. - С такой силой... Или, неужели кулаки?

- Да он и не бил тут ничего, - Коля махнул рукой, и заслужил очень внимательный взгляд. - Я пару раз приходил... Ну, покушать ему приносил. Так Костик тут так носился, так скакал...

- Скакал?!

Третий глаз открылся на полную, заставив Колю испуганно замолчать, а госпожа директор ВУРСа принялась досконально изучать место крушения деревьев.

И правда, места нанесения ударов, выбивавшие, видимо, из молодых и старых стволов целые снопы щепок, совпадали с возможным маршрутом движения прыгающего между ними человека. Конечно, ни один из людей не смог бы такое провернуть. Но вот сама Макарова могла. И даже проворачивала, порой, в битвах.

И потому она в полной мере осознавала силу, которой уже достиг молодой ручной Маг Крови его благородия - барона.

- Это оч-чень интересно, - задумчиво потянула женщина, поглаживая разломанную березу. - Похоже, он и правда - особенный.

*****

- «Похоже, он и правда - особенный,» - подумала Катя, стоя перед Костей в их последнем раунде.

Конечно, она верила в своего друга и своего папу, который стал того учить. Пережив с Костей нападение целого демона, Катя знала, что сам Костя чувствует то же, что и она - желание стать как можно более сильным.

Но то, что она увидела сегодня, ее поразило. Всего за год Костя стал совершенно другим магом! Именно, даже, что Магом - он уже достоин первой ступени мастерства Одаренных.

Но сама Катя перешагнула этот порог еще половину года назад. Теперь она, силами, равна и Великому Магу.

Костя пригнулся низко, будто дикий зверь, готовый к рывку, а Катя, наоборот, встала прямо, как ее учил монах Оскоп. И когда папа дал команду стартовать, взмахнула сразу двумя руками, посылая в соперника сразу два Луча Солнца. Это был Светлый аспект ее Дара, который позволял девушке «давать», а не «забирать». И именно сейчас она «давала» солнечным лучам возможность стать тяжелыми.

Не такими тяжелым, как камень, конечно. Но достаточно тяжелыми, чтобы поломать Костику все кости.

Да только он опять оказался совсем не в том месте, которое она задела! Даже при том учете, что теперь она атаковала сразу двумя руками. Конечно, затраты маны вырастут, но о мане Катя уже привыкла не беспокоиться. Особенности ее Дара... она никогда не закончится.

А Костя, между тем, буквально выстрелил собой, как из пушки! Но целился он не в Катю, а даже совсем в другое место - в одну из балок, держащих потолки на крытых коридорах. Катя послала Луч Солнца туда, нисколько не заботясь о том, что может переломить балку - вулканическое поместье строилось с тем расчетом, что в нем будет жить самый буйный и разрушительный человек на этой планете.

И даже сам Филип Стенгер еще ни разу здесь ничего не сломал.

Ее Луч Солнца и правда ничего не повредил. А вот прыжок, которым Костя из под него ушел, все таки вырвал несколько щепок. Это была очень немалая сила!

А скорость...

Если первый прием, с ускорением, у кости можно было бы, по аналогии с водой, назвать Поток, то второй прием Катя бы назвала Ручей, когда Костя изгибался в движении, становясь плавным, но мощным, как тот самый ручей. Третий хитрый прием с ледяным клинком она бы назвала Всплеском. Да, что-то такое, неожиданное.

Но то, что демонстрировал мальчишка сейчас, можно было бы назвать лишь одним словом.

Буря.

Стены и балки трещали от силы, с которой парень от них отталкивался, и Кате казалось, что на площадке для тренировок для нее нет ни единственного безопасного места, в которое он не мог бы рвануть. Она просто не успевала за ним, даже взглядом, а потому не могла атаковать. Лишь непрестанно била перед собой Лучами Солнца, чтобы не дать Косте шанса атаковать, в то время, пока лихорадочно соображала, как ему противостоять.

Никак! Его Буря была слишком быстрой, чтобы его можно было в ней поймать, и слишком сильной, чтобы надеяться выйти из нее невредимой. Тогда Катя выбросила обе руки вперед, «накрывая» солнечной атакой всю площадь перед собой, не разбирая, куда бьет, забыв про наставление отца об «осторожности».

И Кровавый Барон только удивленно свистнул, заглушенный, тут же, грохотом развернувшейся магии. Его дочка долбанула так хорошо, что площадку точно придется ремонтировать. Да только и ученик не оплошал.

Костя увидел начало заклинания Кати и принял решение спрятаться за самым прочным объектом на площадке - за самим бароном Стенгер. И не прогадал, ведь теперь Кровавому Барону придется принять удар на себя, а не отступать, подставляя ученика.

- «Сам виноват,» - хмыкнул про себя барон, нисколько, прочем, не досадуя. - «Дал ему такой шанс, а? Ну, а была бы у него вода, что бы тогда от Кати тут осталось? Ох и силен, паршивец!»

А Костя, тем временем, уже оказался за Катиной спиной, тяжело дыша и только чуть не харкая кровью. Прием, названый Катей «Бурей», все ж таки сломал ему ребро, да и тело перегрузил. Но, на последних крохах маны, он таки вырвал из девичьих рук победу. Осталось только прикоснуться...

- НЕ СМЕЙ! - вдруг заорал во всю глотку барон, и Костя потерял миг, которого не хватило, чтобы коснуться девочки.

А в следующий миг из спины ничего не подозревающей Кати вырвался океан первозданной тьмы.

И сгреб тело мальчика прочь.

Глава пятнадцатая. Поход к порталам. Часть 1

Последние мгновения, которые я помнил со спарринга с Катей, были о том, что я не успел совсем чуть-чуть.

Мой коронный прием, который я берег для боя с самим учителем Филипом, или, на худой уж конец, для схватки с Деобедоном, смог-таки сделать разницу в наших с баронессой силах. Хотя, признаться честно, если бы не стояло на площадке для тренировок барона - меня бы снесло к демонам ее атакой по широкой области.

А, впрочем, и так снесло. Последний рывок мой к ней был реально «последним». Кончалась мана, кончались силы организма, заканчивались уже и запасы мозга на вычисления траекторий движений. Но я почти победил.

Ха... Это «почти»...

Темная мощь, поднявшаяся, вдруг, откуда-то из самых глубин естества Кати, снесла меня, как веник букашку. Это была невообразимая сила. Даже простые атаки ее солнечных лучей были безумной техникой, для моих возможностей, но эта, последняя, штука перебила все.

Хотя падал я еще в сознании. Мог я всего ничего, в этом самом сознании находясь - только вяло удивиться, что прыгнувший к нам, обратившись огненным метеором, Кровавый Барон выкинул в меня целый шквал своего опаляющего огня. Не в Катю, испуганно остановившую свою тьму, и не в саму тьму, исчезнувшую тотчас, а именно в меня.

- «Зачем бы ему меня так быстро сжигать?» - подумалось тогда. В голове крутанулся лишь один, показавшийся очевидным, но, вроде бы, и бредовым, ответ. - «Потому что - гладиолус!»

*****

Я очнулся рывком, и по первости испугался, что снова умер. А что? Со мной уже было. А так как очнуться мой мозг, после серьезных травм, собирался в больнице, я, очутившись не в оной, был в замешательстве.

Но быстро испуг оставил меня. Не потому, что я узнал стены нашего с Колей дома (я узнал их, но мигом позже), а потому, как раз, что я услышал голос этого самого Коли:

- Ваше благородие, это уже перестает быть правильным! Вы переходите меру!

Удивительно, что мой отец был способен на такой серьезный и даже злобный тон. Я не видел собеседников, но по одним словам казалось, что Коля буквально наседает на господина Тобольской портальной зоны. Хотя он всегда чрезвычайно робел, общаясь, непосредственно, со своим господином и будущим титулодателем (ведь Шевалье - заемный титул) своего сына.

Сейчас простоватый конюх позволял себе даже перебивать одного из влиятельнейших баронов Российской Империи!

- Ты не понимаешь этого, Коля...

- И не буду понимать! Нет, ваше благородие, не смотрите так! Моя Алиса оставила его на меня, а я... - Коля запнулся, а я вздрогнул. Имя моей матери он произносил так катастрофически редко, будто оно было сокровищем, которым он не собирался делиться с миром. А уж услышать его в разговоре Коли с кем-то «чужим»... - Я ничего не могу сделать, ваше благородие. Я бессилен. А вы только отбираете его у меня.

Я встал и тихо зашлепал к двери. Одет я оказался в свою же пижаму. Мне она не нравилась, но Коля непременно настоял, когда у нас все наладилось по быту и финансам, чтобы я обязательно спал в пижаме. По его словам, так было принято в клане Брау - семье моей матери.

- Я на твоего сына не претендую, - грубовато ответил, тем временем, скрывающий раздражение барон, но быстро смягчился. - Ты ж пойми, Коль, он - маг. И сильный маг. Я-то не люблю его хвалить, но он демонически напоминает меня в молодости!

- И вот опять! Вы, ваше благородие, ему не отец! - вскинулся Коля.

- Ты - отец, вот и послушай! - в тон ему гаркнул барон. - Пацан твой на голову выше других! Дьявол он, не маг! В его года другие из благородных трех мишеней заклинанием не поразят, а он что творит?! Если ты дашь его таланту помереть, сам жалеть будешь!

- Вы сами, ваше благородие, для себя жизнь выбрали! - немного тише, но все еще возмущенно отвечал Коля. - И дочери своей, тоже - сами. И... и жене!

В доме мгновенно и ощутимо поднялась температура, и я, шатаясь, заспешил к двери с удвоенной силой. Барон НЕНАВИДЕЛ, когда кто-то вспоминал его жену.

- И жене! - с нажимом, громче повторил Коля. - И вы... и я... Мы их потеряли...

Градус тут же упал. Я остановился у самой двери, не в силах ее толкнуть. Не физически. Морально. Двое мужчин, прямо за ней, сейчас в словах ребенка нуждались меньше всего.

И, почти против воли, я вспомнил свою прежнюю жену. И ничего... хорошего... мне не вспомнилось.

- Я только лишь хочу, чтобы вы меня услышали, ваше благородие, - дрожащим от чувств голосом произнес, наконец, Коля. - Мы с вами похожи. Но как небо и земля. Вы - великий Кровавый Барон, Дракон Империи, владыка Тобольской зоны. А я... Я - ваш конюх. Вы сможете поддержать свою дочь на пути, который определили для нее сами. А как же я? Как же я пойду за своим сыном туда, куда вы его двигаете? Эта дорога может быть ему не по силам...

Барон промолчал какое-то время, а потом скрипнул стул. Он встал, видимо, и нейтрально усмехнулся в бороду. И произнес:

- Я, Коля, твое решение поддержу любое. Завтра. Но знай два факта. Первый - я никогда Костю не принуждал и не заставлял. Мы оба с тобой понимаем, что я не в дар его учил, и не в дар вас тут селю, плачу вам и жалую. Это я отплачиваю за то, что он сделал уже, и что сделать может потом. Но если он откажется - его воля. Второй факт - тебе нужно поговорить с сыном. А, Костя?

Вот тогда я и толкнул дверь. Вид отца, с красными, от подступивших слез, глазами, и возвышающегося над ним невообразимой горой барона вызвал у меня хмурый взгляд. Учителя, впрочем, я им лишь позабавил.

- Все вопросы решим завтра, - повторил он для нас обоих. - И еще, Коль. Мне тоже страшно, что моя дочь перерастет мой уровень. Но еще страшнее, что она его перерасти не сможет. Давайте, пока.

И он ушел, оставив меня с обессиленным волнениями и спором отцом. А мне так, вдруг, стало жалко бессильного Колю, что аж подбородок запрыгал! Он же и сам понимает, что сейчас будет - спорить будем, снова кричать, до хрипоты. Только не господин и слуга, теперь, а сын и отец. Но и знает Коля, что не одолеть ему сына. Не убедить, не перекричать, не доказать ничего. А все равно уже готовится, бедный. Собирает силы.

Я остановил его прямым жестом руки.

- Мы не будем спорить... па, - я вздохнул и сел прямо на пол, вперив в него честный взгляд.

Вот он - я. Уже немало вымахавший четырнадцатилетний (с половиной, кстати) лоб. Маг Крови. Солдат в отставке. Сын.

- Да, спорить и правда не будем, - горько кивнул Коля, до хруста костяшек сжимая фиолетовый медальон на груди. - Вселенная...

- Я сам выбрал себе дело, - объяснил я, стараясь говорить веско. - Ни барон, ни Катя, ни кто-то еще. Ни ты, даже. Я сам решил, что буду сражаться.

- Но сражаться можно по разному...

- А я решил сражаться так. И я не буду с тобой спорить.

Убойная позиция. Хоть ножом меня режь. Хотя сейчас, я был уверен, скажи мне Коля, что мы собираем вещи и сваливаем, и я побежал бы за мешком. А что? Знаний тут я получил премного - освоить бы все за несколько лет. Тяжелее будет поначалу, конечно, но я-то вытяну. А Колю и правда жалко.

- Такой уж у тебя путь, да, сынок? - Коля грустно улыбнулся и, подойдя, обнял, поглаживая мои отросшие волосы. - Будут битвы, много битв. Наверное, Вселенная избрала тебя для этого. А... а меня сделала твоим отцом, чтобы я понял и не мешал. Да, это она хорошо придумала.

Он отстранился, и я снова увидел в его глазах слезы. Но взгляд за ними был решителен.

- Только вот я так не смогу долго, сын, - твердо сказал Коля. - Так что пообещай мне, с сегодняшнего дня, что ты больше не будешь подвергать себя опасности.

- Но я...

- Дерись! - перебил меня Коля. - Сражайся! Иди в порталы, борись в магии с Катей, да брось хоть всему миру вызов! Но будь невредим, сын. Хорошо? Не заставляй мое сердце разбиваться всякий раз, когда ступаешь на путь битв. Обещаешь?

Я не мог сейчас ему соврать. Не мог и пообещать, с намерением «постараться» или «сделать все, что в моих силах». Вот такой он страшный человек, мой отец - простой конюх Коля. Я мог сделать только одно.

И сделал.

- Я обещаю, пап.

*****

Первый выход в портальную зону было решено не оттягивать, так что, когда барон Стенгер убедился, что я твердо стою на ногах, он за пару дней организовал большой рейд. Наших личных лошадей доставили на перевалочную базу заранее, а сами мы должны были добираться до нее на «прогулочных». План действий при баронессе Беатрисе был другим, потому что тогда это больше была показательная экскурсия.

Сегодня порядок был боевой.

Барон с Катей ехали вместе, на одном могучем коне — родственнике баронского Зверя. Меня и Колю (личного конюха решили взять, как бы для осмотра того самого Зверя, хотя истинная причина была во мне, конечно) усадили на смирную, но сильную лошадку, принадлежащую одному из дружинников, сейчас находящемуся в отпуске.

Пока мы ехали, Коля мило беседовал о всяких пустяках с директрисой Макаровой — ее барон тоже взял в этот рейд. Что было довольно редким явлением, потому что наша госпожа директор была действительно серьезной боевой машиной, и брали ее только тогда, когда намечалась такая драка, в которой один барон мог бы не справиться.

Тут же ехал и Деобедон. Выглядел он так, словно у него разом разболелись все, до последнего, зубы. Командиру дружины демонически не нравилась идея барона о походе, но смуглый ублюдок не смел перечить своему господину ни в какой мелочи. А уж сегодня явно была не мелочь — барон вел дочь и ее верного Шевалье на прокачку. На Катю-то Деобедон бурчать не смел, но вот мне теперь доставались полные реальной жгучей ненависти взгляды. И что бы это могло с ним быть?

Подумав об этом, я заметил, что его благородие подзывает нас с Колей поближе.

- Хочу поболтать, пока едем, - просто начал он. — Во первых — рад, что вы с нами. Будем честными, достойную замену вам обоим искать пришлось бы долго.

Катя гневно сверкнула на отца глазками, я же только с достоинством кивнул. Да, мы, Волковы, такие — ценные кадры. Коля, конечно, с которого спал весь его боевой задор, показанный в споре с правителем, только несмело улыбнулся, принимая высокую похвалу.

- Но теперь вы — люди проверенные, так что я доверю вам оду из главных тайн рода Стенгер, - в голосе барона проскользнули торжественные нотки. — Это же касается и сегодняшнего дня, где ты, Костя, впервые будешь сражаться с Катей бок о бок. Эта практика будет очень полезна при вашем обучении в Москве, да и потом может статься нелишней.

- Если только Костя захочет продлевать контракт, папа, - напомнила, как бы невзначай, Катя.

Такая хитрая, но бесхитростная манипуляция от тринадцатилетней девочки выбила из меня смешок. Понятное дело, в юной баронессе сейчас явственно послушалось вышколенное и очень женское влияние ее благородной тетушки.

- Ну так постарайся, чтобы так было, - выпучил на нее глаза сам барон, тоже забавляясь. — Будь хорошей подопечной и надежным боевым товарищем, а? И вот за этим я им и расскажу про твой Дар.

- Ой, - только и пискнула девочка.

Но по ее лицу я видел, что она хочет, чтобы он нам рассказал. И уже готовится гордиться.

- Свет и Тьма, вот что, - без прелюдий сказал барон. — La lumiere et l’obscurite, если по французски.

- Это было ожидаемо, - сказал я, вспомнив приемы своей подруги. И тут же добавил. — Но неожиданно. Одаренные со Стихиями-противоположностями очень и очень редки. А про Одаренных с Первичными Стихиями-противоположностями я, если честно, никогда не слышал. Хотя у меня не так много времени было, чтобы изучить это подробнее…

- Ты у нас любитель книжек по истории и магии, куда уж, - Кровавый Барон фыркнул. — И уж что-нибудь бы слышал или читал. Если бы такие, как Катя, когда-либо существовали. Но — нет. Она, буквально, первый человек, рожденный с таким Даром.

- А в чем… ее особенность? — робко подал голос Коля, который, не зная о магии ничего, кроме самых обывательских идей, вообще не понимал ни про Свет, ни про Тьму, ни про какие-то Первичные Стихии.

Признаться честно, я понимал не больше его. По крайней мере в том, что делало Катю такой особенной.

- Первичные Стихии, это божественные проявления магии, - тихо пояснила Катя, смотря куда-то в сторону. — В нашем мире… вернее - «Над нашим миром», существуют многие Боги. Есть Боги Воды, Огня, Земли или даже Смерти, как Морана. Есть Боги вне концептов, как Иисус и Шива. Любой из них, так же, может нести в себе Свет или Тьму.

- Но Бога, которому были, одновременно, Свет и Тьма — нет, - продолжил за дочь Кровавый Барон. — И никогда не было и человека, такого, как Катя. Свет — сила, которая дарует. Тьма — сила, что забирает. Объединившись в Кате, Первичные Стихии создали уникальный Дар. Мы с женой назвали его, между собой, Даром Всего.

Конечно, Коля мало что понял, кроме того, что в магии Кати замешаны божественные начала. Узнав это, он сразу как-то поскучнел, потому что реальные Боги «Над нашим миром» его не интересовали. Мой отец был адептом учения о Вселенной и активно делился своей верой со всеми желающими.

Слышал, даже местные жители (особенно дамы) в последнее время часто стали возносить хвалу великой Вселенной.

Что же касается меня, то… Я пытался осмыслить силу своей подруги, и не совсем представлял, как мне это сделать. Определенно, ее Дар позволял больше, чем просто швырять во врага Светом и Тьмой (хотя даже это считалось одним из сильнейших проявлений человеческой магии). Я, например, помнил, как девочка буквально высасывала, через прикосновение, жизнь из портального монстра. И как, потом, запросто делилась ею со мной. А еще замораживала воду, швырялась молниями и огнем, да и ветром, насколько я помню…

Подождите.

- Редкие люди обладают Универсальным Даром, позволяющим им использовать множество аспектов, - потянул я и быстро взглянул на приосанившуюся Катю. — Но, Филип Асторович, ведь Катя — не Универсал, верно? Ее Дар просто… работает по-другому.

- В этом и вся ее ценность, парень, - сдержанно, и даже немного напряженно улыбнулся мне Кровавый Барон. — Сила Кати предполагает все.

Вот теперь до меня дошло, и я посмотрел на девочку совсем другими глазами. Это было похоже на фантастику! Да, я помню, что нахожусь в мире магии и демонов с порталами и чудесами, но даже в этом мире такое… генетическое-магическое совпадение было невероятным!

Это было бы сравнимо с тем, что в моем мире оказался бы ученый, на которого воздействовали гамма-излучением, и он, после этого, стал бы сильнее тысячи людей разом. Или если бы, при эксперименте со связующими, скажем, полями, один из физиков-ядерщиков распался бы на молекулы, а потом смог собраться, скажем, в божественное существо, управляющее реальностью.

Комиксы были и в этом мире, но даже они, пока, не додумались создать персонажа, подобного Кате. Действительно божественная мощь.

- Даровать и отнимать, Свет и Тьма. Если использовать эти силы с умом и подходом, преград не станет, - где-то даже немного грустно покачал головой барон Стенгер. — Эту силу очень, очень, прямо ОЧЕНЬ тяжело обуздать и контролировать. Но Катя родилась с ней, с ней живет и растет. Помяни мое слово, парень — на пике силы, Катя будет одной из величайших Одаренных за всю историю нашего мира.

- И тебе, дорогой Шевалье, нужно очень постараться, чтобы соответствовать, - усмехнулась ужасно довольная собой девчонка. — Не буду же я делать всю работу за тебя и защищать сама себя, ха?

Я только весело фыркнул и в тон ей ответил:

- Смотри не переусердствуй, Всемогущая! Между нами двумя, догоняющей будешь ты!

*****

До перевалочного пункта мы доехали, обсуждая способности Кати, и не только. Теперь, когда отец официально разрешил юной баронессе рассказывать о своем Даре, ее словно прорвало. Мало кто из людей знал о ее Свете и Тьме, но ключевые игроки, конечно, были в курсе.

- Император Алексей, конечно, дал свое высокое разрешение на посещение вами порталов до законного возраста, - махнул рукой Кровавый Барон. — Под мою ответственность. И я очень надеюсь, дочь, что ты не долбанешь чем-нибудь темным по мне или своему защитнику! Обучаясь Свету в Москве год, она немного потеряла баланс. Зато стала гораздо сильнее. Но где бы ей найти темного учителя, я не представляю…

- О, - вспомнил я важный момент. — Филип Асторович, а почему вы выстрелили в меня огнем, когда Катя задела меня в том поединке?

- Прости… - тихо раскаялась девочка.

- Я применил «тепло», - ответил барон, погладив дочку по голове. — Мой огонь может не только лишь разрушать, но и лечить. Как и любой огонь, впрочем. Ведь сам Дар — концепция. Ты представляешь себе разрушающий жар, и пламя пожирает твоих врагов. Но представь тепло домашнего очага или объятий матери… А они, между прочим, тоже — огонь.

Этого объяснения я тогда не понял. Зато отлично осознал, что у магии есть уровни. И я сейчас, пускай и владею редкими навыками, нахожусь только на первом из уровней.

- Да, до вас нам с Катей, обоим, еще далеко! — поразился я его силе.

На это Кровавый Барон усмехнулся и показал мне расстояние между его большим и указательным пальцем:

- Вот на столько.

- Что? — не понял я.

- Вот на столько ты приблизишься к моей силе, если будешь тренироваться миллион лет, - пояснил довольный собой барон. И тут же подарил повернувшейся дочери щелбан. — И ты, мелкая. Не думай, вдруг, что из-за уникального Дара ты когда-нибудь превзойдешь своего старика. Я могу зажигать звезды.

Конечно, похвальба Кровавого Барона была знаменита, кажется, на весь мир. Но лечить страшнейшие повреждения огнем — это тоже не хухры-мухры.

Перевалочный пункт был в полной боевой готовности. Сейчас он мал походил на тот уютный постоялый двор, как в тот раз, когда мы были здесь год назад. Теперь это была крепость — передовая баррикада между миром людей и портальной демонической зоной.

Дружинники кланялись своему господину. Офицеры делали доклады. Мы слезли с лошадей, и каждый направился по своим делам. Барон — в местный штаб. Деобедон — к своим. Катю увели служанки — переодеваться и готовиться к боевой миссии. Коля похлопал меня по плечу, улыбнулся, и пошел к Зверю, чтобы осмотреть и подготовить ездового коня барона.

А я, как-то незаметно, остался один.

- Кажется, солдат, ты свободен? — раздался женский голос со спины.

Госпожа директор, собственной персоной. Сейчас Макарова была облачена в ту самую черную броню, которая висела в ее кабинете, в училище. И куда больше походила на элитного бойца-разрушителя, усиленного маной сильнейшего барона Российской Империи.

- Дам совет, перед твоим первым выходом, - она проверила, как закреплен с броней шлем и задумчиво повела плечами. — Всегда бей насмерть.

- Спасибо за науку, - я поклонился. — Но это — довольно очевидно, разве не так?

- Только тем, кто уже бывал в смертельных битвах, - молодые губы директрисы сложились в тонкую, безрадостную улыбку. — Вы с молодой госпожой в переделке были, но тут — другая история. Да и вы подросли. Так что повторю — бей наверняка. Не нужно ослеплять, ломать кости, отвлекать или пытаться финтить. Монстры — не люди. И их нужно убивать с одного, первого, удара. Тогда будешь жить.

Я хмыкнул. Но про себя. В конце концов, при некоторой личной неприязни ко мне, Макарова была правда хорошим директором. И заботилась о своих «солдатах». Да и совет дельный, если подумать. Хотя ей, конечно. Не известно, что в смертельных-то битвах я плаваю, как морж в океане.

- Еще раз — благодарю за науку, - я не поленился поклониться второй раз.

- Выживи, и стань сильнее, - кивнула она и махнула рукой куда-то за мою спину. — Тебя, похоже, ждут.

Я обернулся, и увидел у конюшен знакомого парня, держащего под уздцы молодого жеребца.

Это был Ивашка — сын управителя домов слуг вулканического поместья, и, теперь, мой личный конюх. А с ним, конечно, Ручеек.

С Ивашкой мы подружились быстро. В конце концов, у него, благодаря мне, была очень выгодная должность с приятной зарплатой, да и я сам был «из простых», так что был, скажем так, «лояльным начальником». В общем, мы относились друг к другу со всем уважением, и Ивашка был моим, можно сказать, первым слугой. А Ручеек — первым личным транспортным средством.

За этим жеребцом мы ухаживали с Ивашкой вместе. Арабский чистокровный жеребец — Ручеек был коричневого окраса, имел несколько «щучью» морду и изящную шею. В прошлой жизни дел с лошадьми я не имел, а в этой больше занимался магией и водой, чем всем остальным, но этот жеребец был для меня и магией и водой, в каком-то смысле. Он был вынослив, послушен и довольно игрив, хотя быстро настраивался на деловой лад.

- Вы с ним похожи, - заметила Катя, подходя к нам.

Ее Тетрарха уже приготовили, как и саму баронессу. Снова черный, полувоенный наряд, не сковывающий движений и подогнанный точно по фигуре. Несколько ножей на бедрах и один — на правом голенище, делали нашу молодую госпожу похожей на настоящую воительницу. Я, в своем простом охотничьем (хотя скорее — рыбацком) камуфляже, купленным Колей полгода назад, и уже довольно тесным, выглядел рядом с аристократкой бледно.

Но достоинства не терял.

- Спасибо за похвалу, - я улыбнулся. — Уверен, через год-другой Ручеек даст твоему Тетрарху фору. Прямо как я — тебе.

- Ой-ой-ой, - захлопотал Ивашка, который, как и прочие слуги, жутко робел перед единственной драгоценной наследницей нашего уважаемого и сурового барона.

Катя только фыркнула. Она могла бы мне напомнить, как легко смела меня своей темной атакой несколько дней назад, да только до сих пор чувствовала вину за это, так что сдержала острый язычок. Вместо этого, девушка хитро оглянулась по сторонам и достала початую пачку сигарет.

- Давай, быстро, пока отец не видит, - предложила она, заговорщицки подмигнув.

Ивашка побледнел пуще прежнего, а когда сама юная баронесса поставила его с «великой миссией» на пост, чтобы, значит «бдить» и «быть на стреме», парень совсем потерялся в пространстве и времени и стоял, дрожа, как осиновый лист, сочиняя, верно, в своей голове завещание.

Я курил спокойно. Чему быть, того не миновать. Да и многие дружинники сейчас тоже смолили, так что когда выедем, понять, откуда запах, барон сразу не сможет. Ну, за себя-то я вообще не переживал, ведь и Коля и барон знали о моей дурной привычке. А вот Кате… Кате, пожалуй, влетит крепко, если спалят. Ну и мне заодно уж. Но, как я и сказал, чему быть…

- По коням! — донесся до нас зычный бас барона. — Выходим через три минуты.

Мы быстро притушили окурки и, глянув в необычайно серьезные глаза друг друга, пожали с Катей руки. Наш первый поход в портальную зону начинался.

Глава шестнадцатая. Поход к порталам. Часть 2

Полноценный боевой рейд рода Стенгер перешел границу Красноярской портальной зоны в пятом часу вечера. До границы мы позволяли себе пустить лошадей рысью, но преодолели ее исключительно пешком. Из сорока четырех человек спешились шестнадцать, ведя коней под уздцы и изготовив автоматы к стрельбе.

Это была не та показательная поездка, в которой Кровавый Барон, год назад, призвал девять вулканов для зачистки целой портальной области. Нет, сейчас мы двигались в составе мощного рейда и направлялись к переднему краю, на котором были расположены основные силы рода Стенгер, и где велась почти непрекращающаяся война с монстрами. Барон считал, что для первой полноценной вылазки нам нужен и полноценный боевой опыт.

Наш рейд состоял из восьми сработанных групп дружинников и магов — боевых пятерок. И четырех «особых гостей»: меня, Кати, директрисы Макаровой и самого барона Стенгер. Каждая группа дружины состояла из одного командира, одного мага и трех обычных бойцов. Все — ветераны походов в портальную зону. Прямо сейчас, пожалуй, мы были сильнейшей человеческой группой в радиусе сотен километров.

Конечно, где-то могли находиться отдельные команды Истребителей Демонов, но о полноценных рейдах владельцу этих земель не сообщалось, так что мы входили сюда практически как хозяева.

При условии, конечно, что это все еще была портальная зона.

Войска Кровавого Барона беспрерывно очищали границы зоны, так что на первый взгляд сама граница ничем не отличалась от обычной земли. Даже мне, начинающему магу, было невозможно уловить какой-нибудь там изменившийся магический фон или увидеть любой другой мистический обозначитель.

Тем не менее, граница была отмечена. Ярко-белой колючей проволокой и указательными знаками, на пяти языках поясняющими, что впереди — смерть.

- Колючка белая, в тон волосам демонов, - пояснил нам с Катей барон, хотя мы и так это знали. — Сильно не тушуйтесь, на пару километров вперед у нас все должно быть расчищено. Если только за последние двенадцать часов не появилось ничего нового.

- Мой господин, есть контакт, - тут же отрапортовал один из спешившихся бойцов.

Как оказалось, за двенадцать часов у самой границы таки открылся портал. В обычной ситуации он бы провисел еще несколько часов, прежде чем сменяющиеся группы его заметили. Заметили и тут же выслали одну или две пятерки на зачистку. Если монстры успели разбежаться от него, в каком-то количестве, их встретят уже оповещенные отряды патрульных, так же, ежедневно патрулирующих окрестности.

Система защиты мирного населения от демонических нападок строго соответствовала Имперскому ГОСТу и была крайне усложнена и доработана чуть больше года назад, после трагедии в Томске — моем «родном» городе.

- Викторович, удвой внимание, портал на третьем участке, - буркнул барон в тяжелую рацию, до того висевшую у него на боку. Усиленная магическими кристаллами, выпадающими из монстров, когда их убивают обычные люди, такая штука была одной из немногих "технологий", которые работали внутри портальных зон. Только не на самые большие расстояния. — Как принял?

- Принял, ваше благородие, сделаем, - зашипела рация в ответ. — Кого ждать?

Барон вопросительно глянул на бойца, сообщившего о контакте. Тот, не отрывая взгляда от одной ему видимой точки, прицелился из автомата и процедил:

- Кабаны, похоже…

А потом зарычала автоматная очередь.

Катя поморщилась от громкого звука, а я только поудобнее перехватил свой автомат. Да, перед рейдом, всем участникам было выдано закрепленное за ними оружие. Я совершеннолетия еще не достиг, так что присвоенный мне автомат хранился у оружейников барона. Но в портальную зону безоружными не ходят, так что его благородие распорядился снарядить меня и Катю, как взрослых.

АК-12 с четырьмя снаряженными магазинами патронов, широкий нож, в ножнах, для ближнего боя, копье, притороченное к седлу Ручейка, и подсумок с гранатами — вот и весь мой комплект дружинника рода Стенгер. У Кати гранат не было — девочку не обучали с ними обращаться, в то время как у меня были высшие оценки ВУРСа по стрельбе и метанию учебных гранат. Ручалась сама Макарова, пускай она не была уж очень довольна нашим выходом.

А вот кто уж совсем бесился сегодня, так это Деобедон, правивший конем неподалеку от нас и барона. Зато теперь, когда до его ушей донеслись звуки стрельбы, командир дружины словно преобразился: довольно осклабился и будто помолодел не десяток лет.

- Вести заградительный огонь! Не дать монстрам подобраться к рейду! — скомандовал он.

Барон не стал его поправлять или давать комментарий. До сих пор мой учитель был спокоен и даже скучал. Его мелкий прорыв кабанов не заинтересовал.

Мы же с Катей во все глаза наблюдали за тем, как дружина быстро и профессионально зачищает местность от злой живности. Я перехватил АК поудобнее, и дочь барона тихонько усмехнулась — Катя больше полагалась на свою великолепную магию, чем на оружие.

Что же, спорить с ней было бы трудно. Но, думаю, будь у меня в руках АК-12 в том спарринге, и я бы вышел победителем, не истратив даже полного магазина. Надо, кстати, обдумать применение огнестрела в спарке с Магией Крови. Кажется, местным магам нужно преподать урок почтения к современному вооружению.

Как раз маги рейда сейчас остались не у дел. Тратить силы на такую мелочевку они не собирались и просто ждали команды барона. Дружинники, стоящие чуть позади нас, в стрельбе участия не принимали, хотя автоматы держали на изготовку. Один из них — парень с особенно бандитской рожей, усмехаясь, повел стволом автомата чуть в сторону, как бы невзначай указывая дулом на барона. Его приятель хохотнул, хотя звука слышно не было, так что барон не обратил на них внимания.

Эту картину заметил не только я, но и Деобедон. Однако, к моему удивлению, он не рявкнул на улыбающихся придурков, а усмехнулся вместе с ними.

Я взял это на заметку.

Грохот стрельбы стоял около семи минут. За это время основную массу кабанов перестреляли, а подранков оставили, как добычу, барону. Он спокойно спешился и указал сделать то же самое и нам. Когда мы подошли к подрагивающим тушам зверей, я озадаченно почесал щеку.

- Какой же он кабан-то? Больше похож… на ящерицу. Большую…

В самом деле, убитый монстр был размерами с небольшого медведя, но вместо шерсти носил чешую и имел целых четыре пары лап. И только его тяжелая большая башка немного походила на кабанью.

- Фу, это вообще вроде паук, - скривилась Катя.

- Не кочевряжься, а смотри внимательно, - спокойно сказал ей отец. — Если хочешь быть Истребителем, телячьи нежности из головы выбрось.

Катя насупилась, но честно уставилась глазками на подрагивающую тушу раненого монстра. Барон, тем временем, похлопал меня по плечу:

- Давай-ка, ты — первый. Добей гада.

Я кивнул и достал из ножен боевой нож. Длинный, широкий и тяжелый, он предназначался дружине именно для этой цели — добивать подранков-монстров. И получать силу.

Мы с Катей уже сражались с портальными тварями и знали их эффект. Тем не менее, получить жизнь в бою или забрать ее у безоружного — большая разница. Но я отдавал должное этому жестокому миру и тоже был жесток. К сожалению, если бы добротой можно было бы спасти мир, он бы в спасении не нуждался.

Вспомнив наставление Макаровой, вложил в удар силу и скорость Магии Крови. Да и не хотелось грязно резать издыхающее чудовище на глаза побледневшей Кати. Взмах был точным, и монстр испустил дух.

Который, кажется, сразу «протек» сквозь лезвие и рукоятку ножа прямо в меня. Я почувствовал прилив сил, почувствовал небывалое воодушевление и, немного, тошноту. Но общий подъем духа был таков, что я готов был идти и блевать на всех монстров и демонов, как самый настоящий победитель, хохоча, при этом, во все горло.

- Ы-а-ргх, - я еле сдержался от того, чтоб так и сделать. — Это… Было не так… В тот раз…

Барон похлопал меня по спине. Совсем аккуратно, будто бы я был стеклянным.

- Отлично справился, малец, - похвалил он. — В спокойной обстановке, не привыкши… Случалось всякое. Так, Кать, теперь ты.

Перед тем, как Катя занялась своим монстром, Кровавый Барон приказал всей дружине отвернуться. Я увидел, как взбешенно заскрипел зубами Деобедон — он был чрезвычайно этим, детским садом». То же заметил и барон.

- Давай-давай, похмурься, - буркнул владыка Тобольской зоны и подтолкнул дочь к очередному подранку. — А ты, Катя, не боись. Нельзя в нашем деле. Пускай они боятся сами.

Девочка кивнула, занесла нож над головой и сделала удар. Я не определил точно как, но она явно усилила свое тело. Только этого, определенно, не хватило. Зверь заверещал от боли и страха, и Катя закричала вместе с ним, нанося еще удар. А потом еще и еще. Обычная девочка, родившаяся в этом необычном мире…

- Хватит, - с очень напускным спокойствием произнес барон. — Молодец, дочка, выдыхай. Успокаивайся. Ты справилась.

Катя кивнула, глубоко вздохнула и посмотрела на свои трясущиеся руки. К моему удивлению, слез на ее глазах не было. Она отлично справилась с собой, как для первого раза.

- Хорошо, зайдем внутрь, - решил барон, кивая на переливающийся серым шар, парящий над землей неподалеку. — Вы двое, я и Елена Викторовна. Деобедон! Поищи на тварях кристаллы. Потом разведка, зачистка, ожидание. Через полчаса ждите. На передок все равно сходим сегодня.

Командир дружины кивнул, смотря неприязненно, но после поклонился и прошептал:

- Как прикажете.

*****

Впервые очутившись в портале, я потерял ориентацию в пространстве. Вот только что мы стояли недалеко от лесного массива, а теперь уже очутились где-то… в пещере?

- Хм, может и правда ящерицы, - хмыкнул барон из-за моей спины.

Я обернулся, и увидел его, Катю и госпожу директора, осматривающихся вокруг. Ну, у Кати было такое же потерянное лицо, что и у меня.

- Елена Викторовна первая, за ней Костя, за ним Катя, потом я, - распорядился барон, зажигая прямо на левой руке импровизированный факел.

Мы двинулись. Темная пещера, окружавшая нас, до прихода Кровавого Барона освещалась легко подсвечивающимся зеленым цветом мхом. Возможно, именно поэтому у дружины не возникло сложностей с вышедшими из портала тварями — те просто плохо видели днем. Ширины прохода хватило бы, чтобы мы прошли все вчетвером, но, по приказу барона, мы двигались друг за другом.

Первого «кабана» Макарова встретила, предупредив сначала нас. Как оказалось, она видела в полумраке пещеры так же хорошо, как и при дневном свете. Вероятно, ее третий глаз давал ей такую возможность.

А когти на ее боевых перчатках давали возможность быстро покончить в массивным противником, не давая нам с Катей и шанса разглядеть скоротечную схватку. Барон, освещаемый собственным пламенем, довольно кивнул и поменял расстановку.

- Костя идет с Еленой Викторовной рядом. Помогайте ему, госпожа директор.

Я напрягся, приготовившись к серьезной битве. Но пихнул автомат за спину, а копье поставил у стенки. И вытащил пахнущий кровью монстра нож.

Барон сзади только удовлетворенно покивал. Мы не на сафари пришли, а на прокачку наших магических ядер с помощью жизненных сил монстров. Копьем в, пускай и широкой, но невысокой пещере размахнуться будет проблематично. А ножом я уже убил одно местное чудище и теперь знаю, куда и как сильно бить.

Следующая встреча с «кабанами» произошла пятьюдесятью шагами позже. Сразу три твари, громко зарычав (совсем не по-кабаньи) бросились на свет, исходящий от барона. Вероятно, он несколько ослепил их непривычные к яркости глаза, потому что меня и Макарову первый монстр проигнорировал. Но я его - нет.

Активировав Магию Крови на полную катушку, я вонзил нож прямо за ухом зверя, доставая до мозга и одним ударом лишая его жизни. Резко вытащив оружие, бросился на второго, более осторожного, монстра, который меня заметил. Он взмахнул двумя передними лапами и тут же получил два острия в морду. По одному на каждый глаз. И оба были изо льда.

На моем бедре была обычная армейская фляга из пищевого алюминия. Для любого человека это был бы ресурс питьевой воды, но для меня она являлась чуть ли не главным элементом вооружения. Времени откручивать крышку в бою не было, так что я приучился, за несколько последних месяцев (с тех пор как Коля подарил мне эту флягу), примораживать крышку небольшим количеством льда и поддерживать его в твердом состоянии. Маны тратилось мало, а польза от двух неожиданных лезвий была огромная.

Вот и сейчас, не ожидавший магической атаки зверь заревел от боли, и тут же упокоился, упав с дыркой в черепе. Ослепленный лезвиями и невероятной болью, он не смог защититься от ножа.

Про третьего монстра я не забыл. Только моих сил еще и на него явно не хватало, а ждать он не хотел. Так что этого «кабана» отвлекла на себя парой ударов по морде Макарова, а после, с приказа отца, добила Катя. Что примечательно, дочь барона использовала почти тот же прием, что и я - пробила башку чудовища ножом в ближнем бою.

- Как ты усиляешь тело? - спросил я с интересом. - И почему просто не забьешь его светом?

- А ты видишь тут много света? - вместо дочери ответил барон, давая Кате передышку после очередного убийства. - А усиление... Хм, она сказала, что ее напугали твои приемчики.

- Так что я решила их выучить, - вставила слово быстро взявшая себя в руки баронесса и улыбнулась мне. - Я тоже могу использовать Магию Крови. Только... слабее.

- Еще научишься, - пообещал ей отец и щелкнул пальцами свободной руки. - Ну-с, отлично идем! Давайте, детишки, разбирайтесь со зверюшками сами. Елена Викторовна вас прикроет, а я посмотрю.

Как он и сказал: «детишки разбирались со зверюшками». Думаю, мы с Катей находились на уровне сильных Магов (первого настоящего звания в иерархии магических сил). Пожалуй, девушка могла бы претендовать на Великого Мага или даже на слабого Магистра. Я же был хорош на поле боя не столько из-за личной силы, сколько из-за опыта. Местные «кабаны» были сильными физически и довольно прочными, но они были медлительны, а их слабое место всегда было на уровне наших с Катей рук, так что бить в уязвимые точки было не сложно.

Короче, мы были сильны, а они - удобны для нас. В какой-то момент, когда и я и Катя набили уже по пять туш каждый, мы стали соревноваться, кто больше убьет. Мы не были безумными детишками, которым понравилось резать невинных животных. Мы были охотниками за мистическими чудовищами, которые, в другой ситуации, могли бы напасть на мирное население. Мы были воинами, и воевали.

Хотя и неопытными воинами. Даже мне не доставало практики в местных магических и монструозных баталиях. Так что мы все-таки заигрались, ближе к концу. И, когда вместо шести ожидаемых противников (один против троих мы уже вполне тянули), на нас вышло сразу два десятка, мы с Катей резко отступили назад. Но и Макарова не стала вмешиваться.

Вышел Кровавый Барон.

Я был бы рад честно ценить его превосходство перед нами, но это не представляется возможным. Да, в битве насмерть я, пожалуй, справился бы и с шестью «кабанами» разом. А если бы мог вести некоторую партизанскую войну (вроде «ударил-отступил-ударил») то и с десятком бы справился. Катя была из той же весовой.

Барон был из другой вселенной.

Он проявил в руке оружие одним жестом. Тот самый мощный полуторный меч, отливающий красным цветом, который он использовал в портальной зоне год назад. Только теперь он служил не вспомогательным элементом для заклинания, а основным.

Оставляя огненный след в воздухе, тяжелый клинок порхал по головам «кабанов», раздавливая их, разрубая и сжигая. Барон шел вперед легко, будто на прогулке, а его правая рука, будто сама собой, металась из одной позиции в другую, уничтожая монстров зажатым в ней мечом.

Одно чудовище, ценой жизней своих сородичей, удачно сумело подобраться вплотную к барону, но тут же было отброшено левой рукой, в которой все это время горел баронский огонь. Пламя тут же перескочило на монстра, и тот обратился пеплов в диком вое и крике.

Уверен, если бы учитель захотел, он бы сжег их всех одним разом. Но он, похоже, просто решил покрасоваться передо мной и дочкой. И, надо признать, у него это демонически хорошо получилось!

- Ладно, тут закончили, - подытожил барон, стоя посреди монструозных трупов. - Магических кристаллов на этих гавриках все равно нет. А почему, Костя?

- Потому что мы - маги, и убили их, - вспомнил я урок экономики из ВУРС. - Магическое ядро мага поглощает, вместе с силой зверя, и любые зачатки магии в нем.

- Твердые знания, - оценил барон, и я увидел, что Макарова довольно улыбнулась за шлемом. - Ну-с, приготовьтесь выходить.

Он взмахнул мечом в сторону дальней от нас стены, и мы с Катей наконец-то увидели так называемый «якорь» этого портала - гигантский кабаний череп, полностью исполненный из какого-то драгоценного камня сиреневого цвета. Явно рукотворная, эта вещь и держала всю пещеру «кабанов» в нашей реальности.

Пламя барона сожрало его моментально.

*****

До переднего края, уже выйдя из портала, мы добрались без проблем. По дороге мы с Катей во всю обсуждали способы умерщвления монстров, хотя бы немного похожих на встретившихся нам «кабанов». В конце концов, мы сходились к тому, что приличное ударное заклинание (вроде ее Солнечных Лучей или моей Бури) могло бы косить их пачками почти так же, как это сделал сам барон.

Только мы, после такой атаки, лежали бы лежем пару дней. А он даже не вздохнул тяжко.

Впрочем, мы все равно были очень довольны собой.

- Это была Вэшка, не сильно-то задирайте носы, - махнул на рукой владыка Тобольской зоны.

- А что это значит, пап? - тут же вскинулась Катя, попутно косясь на меня.

Но я только руками развел. Либо урока на тему классификации порталов еще не было, либо я его прогулял.

- В Академии будете учить - закачаетесь, - хмыкнул Филип Асторович, явно вспоминая молодые годы. - А вообще, ранг у портала такой был - «В». Навскидку, конечно. Порталы ранжируются по буквам алфавита, от «А» до «Я». Можете посчитать, насколько крутой противник у вас сегодня был.

Я удивился. Мне казалось, что классификация будет несколько более... общей? Типа, по латинским буквам, вроде от D до SSS+++ - что-то рядом с этим. Или по цветам радуги, к примеру. Но делать ранги по названиям тридцати трех букв родного алфавита, пожалуй, было очень логичным и лаконичным решением. И правда, закрыв портал уровня «В», я понимал, что расти мне есть куда.

- А какой ты закрывал самый крутой портал, папа? - тут же выпалила Катя, вторя моим же мыслям.

- Самый крутой из всех, - как само собой разумеющееся пожал плечами барон. - Эшку.

- Эшку? - переспросила Катя. - А как же «Ю» и «Я».

Деобедон, ехавший чуть позади от нее, фыркнул с негодованием, но оставил язвительный комментарий при себе. Барон посмотрел на него тяжело, а потом пояснил:

- «Ю» и «Я» пока еще на земле не бывало. Аналитики вообще говорят, что портал «Ю» будет вести прямиком на плацдарм демонического мира.

И замолчал, задумавшись о чем-то.

- А «Я»?

- А ты - еще мелочь пузатая!

- А ты! Папа!

Барон смеялся, и мы, с дружиной и Катей, смеялись вместе с ним.

Когда доехали до переднего края, нас встретил Егор Викторович Софийкин - полковник в армии Кровавого Барона и первое лицо переднего края Красноярской портальной зоны. Именно этот человек встречал нас еще год назад, и именно он отвечал за поддержание переднего края обороны от демонических сил. По сути, он был кем-то вроде заместителя Барона по порталам. Доебедон был таким же заместителем по дружине, Сашка-управляющий - по Вулканическому поместью, а Елена Викторовна Макарова - по воспитанию подрастающего поколения.

- Что расскажешь, Егор Викторыч? - когда с официальными поклонами было покончено, перешел к делу барон.

- Тишь, да гладь, ваше благородие, - рапортовал мужчина. - Ваши порталы со вчера стоят, ждут.

- Вылазки с них были? - уточнил учитель.

- Все в штатном порядке, - кивнул военный. - С вашего, лично, три. Со второго четыре даже. Но там своя специфика, вы же понимаете.

- Это верно, - энергично кивнул барон и развернул Зверя к нам. - Итак, команда следующая! Рейд рассыпается по территории, производит зачистку и добычу. Сменные дружинники заступают на очередную, все по порядку. Я, Катя и Елена Викторовна идем к «нашему» порталу. Доебедон! Ты берешь свою пятерку, и идете с Костей до портала, который отметит Егор Викторович. Займитесь прокачкой пацана. Ты старший и душой отвечаешь мне за него, понятно?

Деобедон, и так бывший в плохом расположении духа, еще сильнее хмуриться и ругаться не стал. Да и боялся он, видимо, барона. Так что поклонился и почти нормальным тоном принял свою участь. Но вот на меня зыркнул очень многообещающе.

Перед отъездом, барон подозвал меня на пару слов.

- За тебя я сильно не волнуюсь, ты у нас - парень крепкий и находчивый, - он положил лопатообразную ладонь на мое плечо. - Но напомню тебе один урок сегодняшний. В портальной зоне всегда нужно бить насмерть, понял? Чтобы не случилось.

Я нахмурился, раздумывая, зачем именно он мне это говорит. Но медленно кивнул, не смея как-либо спорить и перечить владыке. Тот чуть сжал мое плечо и отпустил.

Я отъезжал от аванпоста переднего края в крайней задумчивости. И совру, если скажу, что совершенно не понял намека барона.

По крайней мере, я знал, что бить насмерть можно не только монстров, но и людей.

Глава семнадцатая. Поход к порталам. Чать 3 (Финальная). Тайна Деобедона

К порталу, предназначенному для моей прокачки, мы ехали вшестером. Я, собственно, и боевая пятерка Деобедона. Как я понял, один из бойцов «оригинального» состава находился на лечении в Тропьево, и сегодня его заменял капитан Миронов - отец моего одноклассника и, в целом, очень хороший мужик.

Чего я бы не сказал об остальных четверых.

Сам Деобедон, понятно - мудак мудаком, так еще и в худшем, пожалуй, своем настроении. Маг в его пятерке был необычным - это был смуглый худощавый мужчина, у которого был Дар Энергии. Возможно, такой редкий Дар можно было развиваться (как и Воду) в разных, совершенно неожиданных, направлениях, но конкретно этот мужчина специализировался на поддержке Деобедона и его группы, вливая в них дополнительную магическую силу и перераспределяя ее же, полученную от монстров. Он мог и лечить, но довольно медленно.

Два оставшихся мужика обладали такой откровенно бандитской внешностью, что слухи о Кровавом Бароне-варваре и его шайке головорезов, почти тиранически удерживающих мирных жителей у Тобольской портальной, казались, как будто бы, правдивыми. И это, кстати, были те самые ребята, которые развлекали себя тем, что представляли самого барона мишенью совсем недавно.

Добрались спокойно. Отряды зачистки сновали тут и там, и мои сопровождающие смотрели на них с нескрываемой завистью, а на меня - с неприязнью. Ох и ах, барон, кажется, решил подвергнуть меня какому-то очередному своему испытанию. Ладно, пройдем и его, куда денемся.

Когда до портала оставалось метров тридцать, капитан Миронов отстегнул флягу от бедра и напился. Потом он глянул на Деобедона и, видно, удивился от того, что у командира дружины с собой фляги нет. Так что, без задней мысли, капитан протянул тому свою.

- Будешь, командир? - спросил Миронов.

Деобедон зашипел какое-то ругательство, на незнакомом мне языке и ударом тыльной стороной ладони выбил из руки дающего флягу. Его только фыркнули, потешаясь именно над незадачливым капитаном, не знавшим, видимо, какого-то особенного внутреннего правила.

А я успел «подхватить» флягу изнутри, до ее падения на землю портальной зоны. Обычная армейская, как у меня, она застыла, на миг, и по воздуху вернулась к своему хозяину, который с благодарным кивком принял ее обратно и недовольно зыркнул на Деобедона.

Тот фыркнул сам:

- Не суйтесь ко мне без приказа, оба. И не суйтесь со своей сраной водой, никогда. Иначе останетесь лежать где-то внутри портала.

Капитан Миронов нахмурился и повел своего коня ближе к моему. Уже перед самым входом в портал он успел шепнуть мне пару слов:

- Он - неприятный тип, это точно. Но я служу у барона не первый год и знаю некоторые слухи. Еще ни один дружинник, никогда, не погибал в портале с Деобедоном. А тех, кто получал серьезные ранения, потом быстро ставили на ноги, а он их от себя гнал. Так что не сильно переживай, Костя. Это он для виду.

Я только кивнул. Не хотелось, как-то, вспоминать о его особенном сегодняшнем настроении и последних напутственных словах барона. Впрочем, я и сам не верил, что в дружине у моего учителя может завестись какая-то совсем уж мерзкая мерзость.

Хотя бы потому, что Кровавый Барон был известным любителем выжигать всю дрянь своей любимой магмой.

Когда же мы зашли в портал, Деобедон сразу начал ругаться. Причем явно очень грязно и витиевато, но, опять же, на незнакомом мне языке. Он был просто взбешен! И, похоже, было отчего.

Местность портала, кроме небольшого пятачка земли в самом начале, была заполнена водой. Больше всего это место напоминало мне какое-то глухое болото, но с большим количеством худых и корявых деревьев. Тропическое болото? Затопленный лес? Как бы то ни было, но такому большому не-любителю воды, как Деобедон, тут было явно не комфортно.

- Это место как раз для мелкого, - хмыкнул один из дружинников.

Деобедон резко повернулся к нему, секунду раздумывая над его тоном и словами, а потом перевел взгляд взбешенных глаз на меня.

- Вот тебе и полигон для игр, Волков! - почти рыкнул он. - Пи*дуй вперед и весели лягушек, пиявок и прочую водяную говну! Коршун, Кактус - будете со стороны смотреть. Тарик - тут со мной. Мирон - будешь рядом с мальцом. Головой отвечаешь, что случится! Если надорвется, тащи к Тарику, он поможет. Тупые вопросы?

Мы промолчали, и командир дружины махнул нам рукой.

Да, он оставался профессионалом. Как бы высока была его неприязнь ко мне, к воде и, в данный момент, к барону, давшему ему такое задание, он распределил силы и составил некоторый план. Не самый щадящий для меня, но я в поддавки играть и не просил.

- Знать бы только, какой у этого портала ранг... - пробурчал я себе под нос, закидывая автомат за спину, нож оставив на бедре, противоположном бедру с флягой, а копье перехватив обеими руками.

- «В»-ранг, - поделился идущий рядом Миронов, доставший сразу короткий меч и небольшой деревянный щит. - Такой мы и без магии закрывали, так что не переживай. Я буду рядом.

Я благодарно кивнул и пошел вперед уже совсем бодрым. Деобедон не мешает - красота! Прикрывают два стрелка на всякий - чудесно! У плеча опытный солдат, готовый придти на помощь - сказка!

И все вокруг покрыто водой - ну что за песня тут поется!

Первого врага встретили почти сразу, и им оказалась... лягушка. Угадал Деобедон, ничего не скажешь. Большая, ростом с хорошую овечку, лягва выпрыгнула из-за одного из деревьев и, совершенно по лягушачьи уставилась на нас своими тупыми глазами.

И тут же получила сосульку, с мое предплечье, прямо промеж них.

Почти все пространство портала было заполнено водой, и когда мы по ней шли, то проваливались примерно по колено. Это несколько стесняло движения, так что сближаться с монстрами хотелось мало, зато колдовать в таких условиях я мог совершенно свободно.

Ведь, помимо тренировок по самолечению и Магии Крови, я, так же, изучал свое первостепенное оружие - атакующие заклинания Воды. Их, конечно, было превеликое множество, так как вода была способна принимать почти любые формы, но мы с бароном, чтобы не распылять внимание на все и сразу, быстро определили основной вектор моего развития.

Я никакущий проявитель. Но аспекты Контроля и Силы у меня развиты очень достойно. Атакующие заклинания Воды, с прямым уроном врагу, строились по двум основным принципам - атаки с помощью напора струи, отталкивающие или режущие, либо же атаки на скорости тяжелыми снарядами, зачастую - льдом.

Для напора нужно было грамотно сочетать Контроль и Силу. Для скорости - только Сила. И мы остановились именно на скорости.

Так, когда на нас с бравым капитанов выпрыгнули еще три лягушки, я, за счет одной только Силы, слепил три же ледяных копья. Силой я сплавил их так прочно, как только мог, а потом Силой же придал им максимальную скорость. Конечно, минимальный контроль, чтобы задать некоторую форму и направить их, тут тоже был. Но, как и говорилось, он был совсем невелик.

А вот три одновременно убитых монстра - хорошая статистика. И, так как я поразил их заклинаниями, то бишь - магическим ядром, то бишь - самим собой, их сила, как и при условии ближнего боя, перетекла в мое ядро.

Один из Деобедоновских дружинников вскрыл, было, лягушку, и тут же пожалел. Как только он ковырнул ножом ее гладкую кожу, та распалась целиком, став крайне вонючей и, похоже, кислотной лужей.

От ожогов мужчина спасся, а вот от обидного смеха товарища - нет. И искомого магического кристалла тоже не обнаружил. Видимо не привык, что маг может не только за спинами сидеть, но и активно «жрать лут».

Миронов только похлопал меня по плечу:

- А ты хорош. Таким темпом утрешь нос Деобедону, только жди. Но не расслабляйся. В портале может случиться все, что угодно.

Его мудрые и ободряющие слова пошли впрок. Я, ободренный простотой столкновений, пер вперед, как комбайн, расстреливая лягушек еще на подходе. Пару раз, дабы сэкономить ману, подпускал одиночных тварей поближе и пытался прикончить копьем. Первый раз получился неудачным, и Миронову пришлось таки вмешаться, чтобы прикрыть меня от ядовитого плевка, а потом и от брызг сдохшей зверюги, щитом. Второй раз получился как надо, и, на расстоянии копья, лягва издала свой последний писк.

Уже через двадцать минут, мы шли по болоту, как по мощеной улице. Без присмотра Деобедона его люди разговорились с Мироновым, пока я разбирался к выпрыгивающими отовсюду гадинами. Несколько раз им пришлось стрелять, так как лягухи затаивались, пропуская нас чуть вперед и устраивая мелкие засады. Тем не менее, мы отлично справлялись.

- Осторожно! - вдруг крикнул Миронов, отталкивая меня в сторону.

Я не понимал, что случилось долгих три секунды. Пока капитан Миронов вдруг не рухнул в воду.

- О, *ля, - удивился Коршун.

- Е*ать, - поддержал товарища Кактус.

Я же бросился к упавшему мужчине, но быстро отскочил, когда почувствовал под водой движение.

Так как навыков проявления у меня не было, ощущать воду, на которую, в данный конкретный момент, не воздействует моя мана, я не мог. Но я как раз попытался сделать жидкость упругой, чтобы помочь капитану опереться на что то, да и трехметровая тень скользнувшая внизу...

Я увидел тень языка.

Отпрыгнув от капитана, я достал подсумок с гранатами и, методично, выбросил их в трех разных направлениях. Когда хлопнула вторая, ей вторил утробный злобный рык.

Из-за корявых деревьев появилась гигантская туша. В ней было все четыре метра роста и тонн пять чистой лягушачьей ярости. Гладкая кожа, сразу три огромных красных глаза, полная зубов пасть и здоровенные когти на передних и задних лапах сделали ее до того страшной, что я, впервые за, пожалуй, все пребывание в этом мире, по-настоящему, по-животному испугался чего-то неведомого и злобного.

Демон был похож на человека, пускай и могучего. Кровавый Барон походил на вулкан, но он всегда был добр ко мне. Монстры, которых я видел до этого? Мутанты, но не больше.

Эта хрень была сто крат страшнее всего из этого.

А когда мне страшно, я начинаю скалиться.

- Помогите капитану! - крикнул я, разгоняясь при помощи Магии Крови.

Обидно, мы так ни разу и не сходили «подзарядиться» у Тарика и Деобедона. Я грамотно расходовал ману, да и с убитых лягушек что-то «капало» в мой резерв, но прямо сейчас он был почти пуст. На любимую Катей Бурю не хватит. Хватит только, чтоб побегать.

Я ударил копьем рядом с Мироновым, надеясь попасть по гибкому языку твари, но промахнулся. Зато тут же оставил копье торчать в воде и дернул со спины автомат. Одно хорошо, в битве с такой махиной - целиться не надо.

То же решили и двое дружинников, одновременно со мною открыв по гадине огонь. Только ее, в отличии от мелких, не разорвало, как воздушный шар, а только ранило в нескольких местах. Зато над водой показался язык, который это лягушище почти фигурно закрутило в воздухе, прежде чем убрать обратно в пасть.

Коршун бросился помогать Миронову, мы с Кактусом прикрывали.

Капитан почти встал сам. Прокричал что-то Коршуну, показывая на ногу, и я понял, что его сильно зацепило. Тот взвалил раненого на плечо и пошагал в сторону Деобедона.

А мега-лягушка, тем временем, сделала свой ход.

Неожиданно для всех нас, она поднялась на задние лапы, «вставая», будто человек. Совсем затмив небо, эта тварь оперлась передними лапами на ближайшие деревья и, упершись, обрушила их прямо на нас.

Я успел уйти, благодаря Магии Крови. Выбрал удобную позицию и бросил четвертую, последнюю гранату. И пока она летела и взрывалась, успел выпустить остатки магазина. А потом грянул взрыв.

- У-О-О-О-О-О-У-У-У-У-А-А-А-А-!

Рев лягушки перешел в какую-то новую стадию, и я уж было обрадовался тому, что тварь умирает, пока дружинники, втроем, выбираются из под веток и бегут ко мне. Но ничего еще было не кончено. Из всех сторон полезли мелкие лягушки.

- Отступаем! - проорал мне Миронов, изо всех сил ковыляя. - Бежим!

Коршун и Кактус, сменяя друг друга на перезарядках, поливали огнем всех монстров. Я создал сразу десяток ледяных копий, но попал только половиной и почувствовал, что скоро надорвусь. А день и так был долгим, руки тряслись. Я метнулся к копью, выдернул его и подставил плечо Миронову. На лице играл мой фирменный оскал.

- Ты совсем как волк! - проорал мне в ухо Миронов, видимо, пытаясь ободрить. - Ходу-ходу!

Вода мешала идти, а лягушки, кажется, не кончались. Мы бежали так быстро, как могли, и вскоре увидели Тарика и Деобедона, ждущих нас у выхода. Маг держал в руках автомат и, кажется, несколько раз стрелял по добиравшимся до них лягвам. А вот Деобедон стоял, сложа руки.

Его безмятежный, даже надменный, вид так сильно покоробил меня на общем фоне адреналина, что я заорал что-то несуразное прямо в его лицо, когда добрался до них вместе с Мироновым.

На что командир дружины, даже не замочивший ног, оттолкнул капитана от меня, а меня самого резко толкнул в грудь, посылая обратно, к лягушкам и их боссу.

- Ты не закончил чистку, сопляк! - крикнул он мне так, чтобы было слышно. - Вали назад!

Я понимал, что будет просто безумием броситься на него прямо сейчас с кулаками. Но дал себе зарок... Сегодня я этого ублюдка точно!..

Только пока не придумал, что именно.

Сменив магазин, я быстро расстрелял еще десяток обычных лягушек. Кактус и Коршун кружили вокруг гиганта, не давая ему нормально атаковать, но и сами были слишком им заняты. Они были ветеранами походов по порталам и немало, наверняка, скопили сил за эти годы, так что двигались не так, как могли бы двигаться обычные люди. тем не менее, они уставали, а вот раненая выстрелами и моими взрывами ультра-лягва, казалось, только-только начала восстанавливаться и атаковала все резче и резче.

Я понял, что так мы не справимся. И быстро нашел выход из ситуации.

Я швырнул автомат в воду, даже не думая сейчас о его ценности или своей за него ответственности. Идет бой насмерть, а не детский утренник! Перехватил копье и бросился к ближайшей лягушке.

Как хорошо, что я сумел отработать этот прием прежде. Удар получился хороший, и тварь тут же умерла, подарив моему ядру маны крохи силы. Вторую удалось прикончить еще проще - она была занята тем, что примеривалась плюнуть в Коршуна.

Пока устающие бойцы танцевали с гигантской тварью, я убивал мелких. Три, шесть, двенадцать, я делал все быстро, но не спешил сверх меры и промахнулся только двумя ударами. наконец, твари кончились. Как и силы дружинников.

- Назад! - заорал я, похоже, в тот самый миг, когда Деобедон собирался скомандовать то же самое.

Ничего, сиди там у себя в жопе. Сейчас я разберусь с этой уродиной, а потом приду за тобой!

Коршун и Кактус бросили автоматы за спины и побежали. Один из них, перед отступлением, швырнул две гранаты. Они рванули одновременно с разных сторон от морды гигантской твари, так что я входил в ее радиус с максимально удобными условиями.

Магия Крови пронеслась по телу, а массив воды, прямо под лапами монстра, обратился льдом. Мана ухнула в бездну, и я почувствовал опустошение во всем теле. Но это была только прелюдия.

Сначала я прыгнул на дерево. Потом на льдину, созданную у самой морды чудовища, а потом, оттолкнувшись, всадил копье в один из двух, уцелевших после выстрелов, глаз. тут же выдергиваю копье и прыгаю назад. Затем - снова дерево. И снова. И льдина. И удар!

Я скакал вокруг лягушки, которая и до этого не была гением тактики, а уж теперь, слепая от боли и отсутствия глаз, яростно ревела и пыталась поймать языком и лапами воздух. А я все скакал, нагружая тело до предела и исполняя ту самую Бурю, которая так впечатлила Катю.

И, когда маны оставались совсем крохи, я почувствовал, как ядро наполняется силой. Целым океаном силы, будто от моей руки разом сдохла целая сотня лягушек. И окружающее пространство заметно задрожало. Пожалуй, нужно уходить. С Деобедоном разберусь снаружи.

- Ну вот и все, - фыркнул Деобедон, поворачиваясь к выходу из портала и крикнул, не поворачиваясь. - Уходим! А ты весь обосрался, Волков! И чего в тебе нашел этот жирный кусок мяса? И его капризная девка... Ты всего лишь такой же, как твой бесполезный папаша. Только он еще и смазливый, что его можно даже в...

Этот утырок не успел договорить. Нет, насрать мне на звания, боевой устав и прочие вещи. Еще в прошлой жизни насрать было. За оскорбление барона и Кати ответит потом. За свое поведение в портале, за отношение ко мне - все потерпит. Но за то, что он стал говорить за Колю...

Не прощу!

Я появился прямо перед ним, и увидел, как его глаза расширились. Не ожидал такой скорости, утырок? Энергия из последнего монстра, который, похоже, и был якорем этого портала, дала мне уйму сил. И большую часть из них я потратил на этот рывок. Еще одну, такую же - на первый удар!

Зло заорав, командир дружины отлетел на несколько шагов и всем телом рухнул в воду, поднимая вонючие волны. Его бойцы, помогавшие капитану Миронову подняться, застыли в ужасе от произошедшего, а сам капитан только хмыкнул. Он, похоже, такую мою реакцию одобрял.

Зато не одобрял Деобедон. Когда он вскочил, от него натурально шел пар - настолько сильно он был взбешен! Заорав что-то на смеси русского и нерусского языков, он обнажил свой ятаган и сразу бросился на меня. Я выставил вперед копье.

Когда он попытался зайти справа, я обратил воду вокруг его ног льдом, а сам рванул вперед, намереваясь выбить оружие из его руки. Пускай Деобедон был в исступленной ярости, моя собственная ярость была ничуть не меньше, так что я совершенно не заботился, в какой состоянии окажется его рука после моего удара. Ублюдок мне заплатит!

Но я его недооценил. Когда корка льда затвердела, мешая ему двигаться, Деобедон резким движением провел ятаганов вокруг своих ног, раскалывая толстый лед так, как не смог бы ни один человек. И тут же заблокировал мой выпад, ответным чуть не перерубив мое копье напополам.

Я отскочил, тут же уйдя в плавное движение и создал несколько ледяных копий. Как и ожидал - моей скорости не хватало, чтобы достать его. Более того, я заметил, что пар, исходящий от командира дружины, все усиливался, а его меч стал приобретать багровый оттенок.

- «Одаренный!» - догадался я и даже опешил от такой новости. - «Он - Одаренный Огнем!»

Оказалось, что самый главный воин армии барона Стенгер является носителем той же стихии, что и его господин. Но он скрывал это! Я был уверен, что барон и Катя знали, но все остальные - точно нет. Вот и сейчас, мельком взглянув на дружинников, я увидел в их лицах ужас, вперемешку с неверием.

И чуть не пропустил укол.

Пускай и маг огня, но Деобедон не собирался использовать заклинания. Тем не менее, его сила и скорость явно были совсем нечеловеческими. Он запросто отбивался от моих дистанционных атак и всегда, когда я сближался, грозил сломать мое копье или нанести страшную рану.

Он был опытен и очень силен. И даже ярость, пылающая в нем, была частью его боевого стиля. Она не мешала ему. Наоборот, усиливала. Более того - он всего лишь игрался со мной.

Я понял это, когда он позволил подобраться ближе, а потом пнул мне в лицо воду. Ничего страшного, для Одаренного моей стихии, но я совершенно не ожидал, что она будет настоящим кипятком! На миг дезориентировавшись, я отпрыгнул как можно дальше и остудил себя.

Тогда мне вспомнились слова Макаровой:

- «Уверена, даже в самом настоящем смертельном бою с тобой, Деобедон стал бы поддаваться просто из за своей заносчивости, - так она сказала. - Из-за чванливости и мерзости. Это - его главная слабость. Откровенно говоря, наверное, единственная слабость. Но ты сможешь воспользоваться этим.»

И я решил воспользоваться.

Я ускорился, заставляя кровь бежать быстрее, а мышцы разгибаться резче. Я бежал вперед, всем видом показывая, что проведу прямую атаку. А сам готовил подсечку. Тело застонало от нагрузки, но получившийся удар напрочь переломал бы ноги любому солдату, даже с учетом воды, окружающей нас.

Обычному солдату, конечно. А вот Деобедон легко разгадал мой трюк, тем более, что я повторял сам себя из спарринга недельной давности. И ему хватило реакции на то, чтобы подпрыгнуть и, прямо в воздухе, кувырнуться, опуская свой ятаган на мою голову.

Теперь я разгоняюсь еще быстрее. Как в тот раз. Но по другому. Я не намерен давать этому уроду бить меня по голове железкой. Копье взлетело над волосами, закрывая череп, и тут же в середину древка пришелся тяжелый мастерский удар.

Треснуло, я отступил всего на шаг и остался напротив Деобедона с двумя обломками копья в руках. Командир дружины взмахнул мечом в стороне от моего лица, и я выбросил тот обломок, на котором было острие.

Губы Деобедона растянулись в ухмылке. Он ведь не мог знать, какая ярость клокотала во мне сейчас. Я не хотел ему проигрывать. Не после всех тех слов и действий. Нет! Я решил, что не проиграю!

Поэтому ускорился выше дозволенного мне предела, кости затрещали, но я успел ударить. Тем самым вторым обломком, его обломанной, острой стороной.

Прямо в шею.

Обычный человек умер бы на месте. Деобедон же взвыл, как демон, и поднял руки к горлу. Достав обломок, он рванул его из шеи и только тогда завалился лицом в воду. Я сипло выдохнул все, что было в легких, потом втянул воздух снова и прокричал телу, лежащему у своих ног:

- Пошел! Ты! На*уй!

Позади, в тихом ужасе, перешептывались дружинники. Я убил человека? Нет, я отстоял свои принципы. И барон, зачем-то, устроил все это здесь. Может быть меня ждет тюрьма, но я поступил правильно.

Как оказалось, барон тоже знал, что делает. И никакой тюрьмы меня не ждало. Потому что... Деобедона я убил не до конца.

Его тело, лежащее в воде, стало испускать еще больше пара и задергалось, как в конвульсиях. Он удивления я вскрикнул и отошел на несколько шагов, ближе к выходу. Оставшиеся там мужчины во все глаза смотрели, как буквально испаряется тело их командира.

А из него появляется что-то другое.

- И-ифрит! Это же ифрит! - в суеверном страхе пролепетал Тарик, тут же начав читать молитву на том самом языке, на котором любил ругаться Деобедон.

А сам Деобедон поднимался над водой. Он не был похож на себя прежнего. Он вообще не походил на человека. Он был... похож на Кровавого Барона в форме Огненного Бога. Только его очертания были более абстрактными и менее человеческими.

Но у него тоже были глаза. И эти самые, похожие на затухающие, красно-черные, угли глаза смотрели прямо на меня.

- Мал-ленький убл-людок, - прошипело само пламя интонациями Деобедона. - Я тебя запом-мню и...

Он не договорил. Разгорался все сильнее, с каждым словом, но не собирался атаковать. Только угрожал. Совсем как прежний Деобедон. И, совсем так же, как прежний, напрочь заткнулся, когда колыхнулся портальный проход.

Потому что там появился сам Кровавый Барон в окружении десятка дружинников.

- Ну что тут у вас творится... - начал было учитель, но тут же замер, увидев подчиненного в виде огня.

- Ифрит! - донеслось из дружины. - Глянь, ифрит в Вэшном портале!

- ДЕОБЕДО-О-О-О-Н! - заглушил всех яростный, совсем не удивленный крик Кровавого Барона. - ЧТО ТЫ ТУТ ВЫТВОРЯЕШЬ, НЕДОСТОЙНЫЙ СЛУГА?!

Глава восемнадцатая. Кольцо ифрита

Дружина рода Стенгер стояла подле своего господина, громко перешептываясь и не сводя напряженных взглядов с обратившегося огнем Деобедона. Кто-то нацелил на него оружие, а некоторые маги, я видел, складывали руки в специальных жестах и скороговоркой произносили фразы-активаторы, готовясь к неприятностям.

И, будто искрами от пожара, вспыхивало между людьми одно слово: «Ифрит!»

Я не так много знал об этих созданиях, потому что в ВУРСе их изучение в программу не входило, даже для старших классов. Но в некоторых книгах, которые мне давал, для изучения, Кровавый Барон, ифриты упоминались. И, опять же, весьма поверхностно, потому что изучать их было чрезвычайно сложно.

Почему? Потому что эти первородные духи огня очень не любили людей и были редки почти так же, как легендарные драконы. Встречу с настоящим ифритом можно было бы назвать редкой удачей, но чаще всего, для человека (и даже для мага) эта встреча оказывалась самой редкой неудачей в жизни. И последней.

А теперь оказалось, что я больше года тренировался под началом одного из таких ифритов.

- Уберите оружие, - приказал барон сурово и снова обратился к огненному Деобедону. — Я жду объяснений, слуга! И жду их немедленно…

- Неужели я должен унижаться перед этими человечками? — прогремел ифрит, смотря только в глаза барона. — Я… должен?

- Да ты совсем охренел, слуга?! — снова закричал на него Кровавый Барон и выбросил вперед руку. — Подчиняйся мне! Подчиняйся моему огню! НА КОЛЕНИ!

Столб пламени, вырвавшийся из его кулака, тяжелым молотом ударил на по телу ифрита, отбросив его в воздухе и даже немного развеяв его целостность. Жар от этого заклинания подпалил мне брови и обжег кожу, а дружинники, стоявшие рядом с бароном, поспешили отойти на несколько шагов.

Атакованный же ифрит зашипел, как раскаленная сковородка. Но каждый звук, который он издавал, был слышим не только на физическом уровне, но и на магическом. Состоящее из маны, это существо было настолько потусторонним, что даже его боль больше напоминала агонию заливаемого водой костра.

И он опустился к земле. Стек жидким пламенем вниз и так и «прополз» к самим ногам барона. Все мы — свидетели этого зрелища, были заворожены преклонением мистического духа, высшего огненного джинна, перед простым человеческим существом.

Мне кажется, именно в тот раз я начал осознавать, какое могущество по-настоящему скрывает в себе мой учитель. Не целиком, и я прекрасно понимал это. Я увидел лишь сто кирпичей из Великой Китайской Стены.

Когда в портал вбежали еще два офицера дружины, я подумал, что кирпичей стала тысяча.

Глабадон и Трага были командирами-тысячниками в дружине рода. Как и Деобедон, они состояли в личном боевом отряде барона Стенгер, были его телохранителями и, по слухам, были привезены им из Халифата около семи лет назад. Мужчина и женщина, как только увидели Деобедона у ног своего господина, бросились к ним и в следующим миг уже стояли на коленях, по бокам от жидкого пламени.

Они тоже были ифритами и теперь не скрывали этого. Их огненные ауры были такими яркими, что даже я чувствовал, а их глаза напоминали багровые угли. И все трое ифритов сейчас склонились перед владыкой Тобольской портальной зоны.

- Вы забылись, слуги, - пророкотал барон, и головы ифритов склонились ниже. Но его это не удовлетворило, и он мгновенно принял облик Огненного Бога, став, буквально, человеком из магмы. — ВЫ ЗАБЫЛИСЬ!

Ифритов словно придавило к земле. Сохранившие человеческий облик Глабадон и Трага распластались у ног Кровавого Барона, будто раздавленные прессом, а Доебедон почти полностью ушел в землю и лишь алые искры бегали теперь под сапогами его господина.

Прошла минута.

- Но с этим мы разберемся потом, - разом остыл барон, возвращая себе человеческий облик. — Трага! Забирай Деобедона с собой. И готовьте десять казней Египетских. Десять! Не сотню, как положено. Знай о моей доброте, Деобедон.

- Владыка несправедлив в милости своей к рабу и слуге недостойному… - униженно прошипело пламя.

- Теперь — прочь!

Барон взмахнул рукой, и в следующий миг перед ним никого не оказалось. И даже проход портала почти не дрогнул. Ифриты покинули нас. А вместе с ними, и чудовищное напряжение, державшее пальцы дружины на курках.

Филип Стенгер, тем временем, подошел к нам с капитаном Мироновым:

- Так что стряслось? Докладывайте.

И мы доложили. Вернее, докладывал, в основном, капитан Миронов, я же только кивал к месту и отвечал «да» на уточняющие вопросы. По большому счету и объяснять ничего было не нужно, я видел, что барон примерно понял все еще на входе. Тем не менее, когда доклад был окончен, владыка Тобольской портальной зоны был задумчив.

- Так… Та-а-а-ак, - потянул он, посмотрев на меня. — Меня, значит, с Катей осмелился упомянуть… Десяти казней мало будет ему. Ох, мало. Но это — вопрос решенный, Деобедон у меня свое получит. А вот тебе, Костя, нужно будет отсидеться какое-то время. Человека, все ж таки, ты убил.

- Я его не убил, - мрачно возразил я, но дальше спорить не стал.

Вообще-то — убил. Если бы Деобедон, вдруг, оказался человеком, я был бы сейчас убийцей. С точки зрения морали, я чхал на это. Будь ты человек или кто угодно — так обращаться с собой я не позволю. Другое дело — с точки зрения закона…

- Клапан, Часовой, Костю взять под стражу! — скомандовал Кровавый Барон, похлопав меня по плечу. — В поместье, в тюрьму. Камеру особую и… сами понимаете.

- Будет сделано, господин, - мне на плечо легла крепкая лапа одного из офицеров дружины. — Пойдем, Костя, проедемся. Отдохнешь какое-то время. Все же, подвиг ты совершил немалый — уроду этому зад надрать.

Я не сопротивлялся. В конце концов, когда я проткнул шею Деобедона, я думал о чем-то подобном. Но по взгляду барона, который он бросил на меня в конце, я решил, что он моей победы никак не ожидал, хотя за жизнь мою не волновался.

В этом взгляде была благодарность и… гордость?

*****

Филип Асторович Стенгер — глава рода и сам Кровавый Барон — страх Московских аристократов, товарищ самого Императора и один из сильнейших Одаренных на планете (по мнению многих), пригубил виски из личных запасов и посмотрел на пасмурное небо за окном.

Он размышлял, хотя про себя он это делать не любил. Слишком много в его голове было разного, чтобы доверять ей одной какие-то важные изречения. Нет, если уж и думать, то вслух, с аудиторией, чтобы потом можно было переспросить свои же мысли у почтенного слушателя.

Да только его постоянный слушатель сейчас, в форме огня, проходит пятьдесят казней Египетских — специальное наказание, принятое среди провинившихся ифритов. Смертной казни у огненных джиннов нет, потому что их в мире осталось слишком уж мало. Но казни есть, чтобы сдерживать внутренние распри, коих много, ибо все ифирты — существа необычайно гордые и амбициозные, и постоянно оспаривают права друг друга заговорами, вызовами на дуэли и всем таким прочим.

Деобедону не повезло — он даже до полноценного вызова не добрался. Срубил его Костя на подходе.

- Разрешите войти? — донесся из-за дверей женский голос.

- Разрешаю, - хрипло каркнул барон и влил в себя еще порцию виски.

Напиток ожег горло, и Стенгер откашлялся, проверяя связки. Вот и аудитория подошла. Вот теперь можно и размышлять.

- Ваше благородие, - поклонилась ему Елена Викторовна Макарова, остановившись перед столом.

- Садись, Елена Викторовна, садись, - махнул ей рукой владыка, второй рукой подвигая по столу кипу бумаг. - Расписывайся, где помечено. Будем перестановки делать.

- Перестановки? - подняла бровь женщина, глянув на титульный лист.

Но за ручку взялась сразу же и стала ставить подписи. В конце концов, что бы барон ей не приказал, она выполнит. Без вариантов. Да и доверяла Российскому Дракону строитель тела и верила, что без информации он ее не оставит.

- Займешь место главы дружины, - тут же огорошил ее барон. - В личный круг не лезь, там я Деобедона оставлю, но вот остальные военные силы рода теперь на тебе будут.

Макарова даже листок отложила и воззрилась на господина всеми тремя глазами. Нет, не шутит, не врет и никоим образом не лукавит. Но как такое может быть?

- Подумай сама, Елена Викторовна, - предложил барон, отвечая на невысказанный вопрос. - Ифриты у нас стали достоянием общественности. Сейчас понабегут недовольные, что ими управлял нелюдь, потом защитники прав... каких-нибудь. Этих придурков всех мастей полно. Что еще? Исследователи попросят, хотя бы на недельку, ту же Трагу изучить. Да и зверела с ними дружина. Как с Халифата привезли, смирные были, все трое. А в последнее время... Вон, с тем же Костей, что за история, а?

- Насколько я понимаю, вы же ее и подстроили, - осторожно сказала Макарова, не берясь снова за ручку.

Барон поморщился.

- Не так уж и подстроил. Просто заметил за Деобедоном неладное.

- Он всегда был ублюдком.

- Не ворчи, Викторовна. Я знаю, как вы с ними друг друга не любите, но дело одно делаете, все ж.

- Но по разным причинам. Я - из чувства долга и чести. Эти... - последнее слово Макарова выплюнула с искренней ненавистью ко всем ифритам. - Из боли. Из страха. Из-за вашего... договора.

- Вот и еще одна причина, кстати, - ухватился за последние слова барон, отпив снова виски. - Сейчас, услыхав о нашей ситуации, найдутся - уверен, найдутся еще огненные дурачки, которые ищут Иблиса. И все они придут сюда. К Деобедону. Так что ему уж никак начальником дружины не быть.

- Давайте вернемся к ситуации с Волковым, - напомнила Макарова, оттягивая момент подписания бумаг. - Вы отправили его и Деобедона в портал...

- Да уж и портал был идеальным для моего будущего Шевалье, - снова фыркнул Кровавый Барон, делая вид, что не понимает выставленных ему обвинений (которых никто и не выставлял). - А Деобедон - человек опытный. Ифрит, конечно же. И скован по всей душе моими условиями. Да, он неприятен в общении, но он бы ни за что не допустил потерь среди бойцов. И особенно, подчеркну - особенно, приказано ему было беречь Костю. Это-то его и бесило больше прочего.

- Ифриты не переносят людей, - задумчиво кивнула Макарова, вспоминая жалобы Волкова на командира дружины. - А людей, Одаряемых водой, пожалуй, ненавидят больше всех. Так это не была провокация Деобедона? Вы проверяли Константина?

- И так и сяк, - качнул стаканом с виски барон, и в том звякнул лед. - Деобедон, в последнее время, совсем борзеть стал, да взгляды на Катю бросать... Не нравится ему моя дочка, боится он ее. Ведь трон Темного Владыки пустует, и она, как знать, как знать, когда нибудь может занять его.

- Если только вы не умрете раньше, - напомнила Макарова и тут же осеклась.

Барон тоже улыбнулся. Ну да, как же. Чтобы великий Кровавый Барон мог теперь умереть?

- Короче, у меня причин для Деобедона хватало, - подытожил мужчина. - И Костю нужно развивать. Как можно обширнее развивать. Вот! И в человека ударил насмерть. Тоже опыт. Полезный.

- С его отцом вы договаривались о ином...

- Я не сильно-то и договаривался. Но в обиду ученика не даю, ведь так же? Жив и здоров! А что в камере посидит чуток, так это тоже опыт полезный. И вообще - выйдет из парня толк. Очень толковый мне попался так удачно.

- Я не согласна, пожалуй, - поджала губы Макарова. - Да, Волков - боец способный. Но в половине, если не в большей части, его заслуг видна ваша воля. И ваши тренировки. А даже и Дар у него почти ущербный. Вода без проявления - только лечить или на стройке работать. Да, он победил ифрита. Связанного по рукам и ногам. Но и то - ваша заслуга.

- Мне нравится, когда меня хвалят, не останавливайся, - хмыкнул Кровавый Барон и тут же вздохнул, расставляя руки, как бы признавая свою слабость. - Но ты все смотришь на то, что было «после». Взгляни на «до». Мальчишка - сирота наполовину, а то и лучше бы ему было, будь сиротой. Так - за отцом только глаз да глаз. Пришел ко мне на службу, не растерялся, хорошо себя вел. С Катей дружбу завел враз, а она у меня капризная, как не покрути. И дальше как, а? Читала же отчеты? Слыхала же слухи? Он с Катей, толком не умея ничего, от зверья отбивался. А там «Д» - портал был, прочим между! Дети дрались! И побеждали! Не появись демона, они бы портал и закрыли, вот что. И не Катя моя, неумеха еще тогда, двигателем была, а парень! Костя, в тринадцать лет, пошел вперед и повел за собой баронскую дочь на спасенье! Узнаешь почерк? Приходит на ум кто?

Елена Викторовна Макарова - одна из почетных членов Совета строителей тела России, Боевой Скульптор и просто опытная и сильная женщина, не нашлась, что ответить. Сразу, по крайней мере. До того легко, но и прочно, нарисовал ей картину барон, что она явно, будто только вчера, увидела совершенно похожего на Волкова юношу.

Тоже пришедший издалека, без кола и двора, но с царем в голове. То был совершенно особенный человек. Человек, который мог бы совершить невозможное, да и совершал с завидной регулярностью.

Тот, кто сидел сейчас перед ней - Кровавый Барон.

- Может быть, в нем что-то и есть... похожее, - все еще нехотя признала директриса. - Но до ваших талантов и силы он не доберется.

- Никто бы не добрался, мне же тоже везло в свое время, - ответил Филип Асторович. - Однако, меня никто и не учил. А парня учит не «кто-нибудь», а я же. Все у него получится. Отслужит у Кати, честь по чести, а там и сам останется. Вырастет - сыграем ему свадьбу с какой-нибудь ветхой фамилией. Да хоть бы и графской, или княжеской. Поверь, я уж его научу, как себя в Москве показать - с руками оторвут.

- И за всем этим, вы устроили его поединок с Деобедоном, - вернулась к прежней теме женщина.

- Отчасти, - уклончиво кивнул барон и вдруг расхохотался. - Пха! Но я никогда бы не подумал, что парень справится с ифритом! Я только надеялся, что Деобедон его отхлещет по жопе, да выговорится, что даст мне возможность, потом, вполне справедливо его приструнить. А он мало - выговорился, так еще и продул! И теперь ты займешь его место.

Женщина, немного удивленная возвращению к избегаемой ею теме, тоскливо посмотрела на все те бумаги, которые стоило подписать. И почти с содроганием подумала о том, сколько еще бумаг ей теперь придется подписывать, рассматривать и решать.

- Должность командира дружины - большая честь и ответственность, - осторожно произнесла она, медленно берясь за ручку. - А я все еще заведую ВУРС. Вы так уверены во мне?

- Там, листе на тридцать третьем, как раз документ о передаче полномочий новому директору. Выписал его из Хабаровска, полковник в отставке. Бойкий, говорят, тип. С детишками управится, вот уж точно. А ты мне нужна... Да для того же самого. Те детишки, которых ты уже вырастила, рвутся в бой и на должности. Ты их знаешь, они знают тебя. Случай с Деобедоном напомнил мне, для чего я устроил ВУРС - чтобы закончить с дурной славой моей дружины. Сколько я уже барон, а? Сколько держу порталы на направлении? А все одно слышно из всех щелей, что люди мои - бандиты, да и сам я мало отличаюсь.

- Неужели вас это волнует? - уже по-деловому спросила Макарова, быстро подписывая документы, лишь мельком пробегаясь по ним третьим глазом.

Потом, в спокойной обстановке, она их перечитает. Особый глаз имел особые запоминающие свойства, пускай дольше недели он «записывать» не мог.

- Меня еще как волнует, - всплеснул руками, совсем по дворянски, Филип Асторович. - Мне же Катю на учебу отправлять через четыре года. Три почти. За это время в дружине нужно все переменить! Твоя будет работа. Запугивай, подкупай, ври, убей кого-нибудь, если сильно захочешь, но сделай. Я совсем не против темных методов, да и бандитам буду рад в рядах, если они знают, с какой стороны держать оружие. Но все должно выглядеть прилично, Викторовна. Хотя бы «выглядеть».

- Так вам нужен вид, а не качество?

- Смеешься? И то и другое. Если твари прорвут оборону - своей же задницей будешь дыры затыкать. Но с меня заботы все эти, покамест, сними. Мне еще Катю и Костика натаскивать надо. И, кстати, к нему присмотрись. У него вольный ближний стиль, и ему есть, что у тебя почерпнуть.

- Это приказ?

- Рекомендация. Навести его, как выйдет с камеры. Завтра уже.

И Елена Викторовна Макарова - бывшая директриса ВУРСа, задумчиво кивнула, ставя последнюю подпись в кипе бумаг.

Ну да, как же. За то что парень одолел гнусного Деобедона, она обязана дать ему пару уроков. Пару-тройку, даже может быть. А уж если его отец будет присутствовать, так сказать, для контроля, то можно будет подумать о некоторой сессии.

- Ну, там как пойдет, - смущенно самой себе прошептала женщина.

А Кровавый Барон, довольный решением, спокойно улыбался, прихлебывая виски.

*****

В коридоре за решеткой раздались шаги. Мерные, тяжелые, будто кто-то чеканил шаг в армейских ботинках. И хотел одним только шагом меня разбудить.

Ну, сна было не жалко. Я тут порядком выспался за последние несколько дней. После поединка с Деобедоном, Кровавый Барон распорядился отправить меня на отдых в казематы Вулканического поместья, в «крайнюю камеру». Эта самая камера, в которой я сейчас проснулся, предназначалась важным «гостям», вроде военнопленных или замышлявших недругов, которых удавалось поймать. На самом деле, я был очень удивлен обнаружить такое люксовое помещение с решетками во владении всемогущего Филипа Стенгер, но, как пояснила мне Катя, навещавшая каждый день, даже вокруг Кровавого Барона плетутся обычные, да и необычные, интриги Российской аристократии.

Идиотизм, конечно же. Но зато, те, с кем барон решал обойтись помягче, оказывались здесь.

Просторная комната, квадратов на тридцать, была оборудована широкой двуспальной кроватью с занавесками, небольшой кухней с умывальником у стены, раздельными туалетом и душевой, закрытыми в непрозрачных кабинках. Тут был компактный диван с кофейным столиком, шкаф для приличной домашней библиотеки, телевизор и несколько гантелей и гирь для спорта. Конечно же, по всей камере были натыканы камеры наблюдения, но сейчас они грустно смотрели в пол, совершенно выключенные.

Даже в таком особенном месте для меня был устроен особый режим.

Фактически закона я не преступил. Да, я убил физическое тело Деобедона, то есть не просто лишил его оболочки, а реально убил человека, в котором жил все эти годы ифрит. Но этот человек и так не был живым, по всем законам Империи, да и самосознания лишился в тот самый миг, когда заключил сделку с духом огня. О такой необычной сделке с самопожертвованием тела мне объяснила та же Катя, шепнув потом, что это все секрет.

Как бы то ни было, а барона я понимал. Неуравновешенный ребенок, только что решившийся на убийство, не должен оставаться совсем уж безнаказанным. Особенно если учесть, что ребенок этот - Одаренный, да еще и весьма сильный.

К шагам за решеткой прибавился легкий шелест, будто идущий по коридору человек вел пальцем по стене.

Но я не чувствовал там человека.

Вообще, я открыл этот навык уже тут, в «казематах», когда смог полноценно и вдумчиво «переварить» энергию убитых мной в тот день портальных лягушек. Возможно, именно поглощенные силы дали толчок для развития нового умения, а может быть и так, что я дошел до него сам, открыв в себе скрытые таланты после битвы насмерть.

Как бы то ни было, а мой уровень возрос. И теперь я вполне мог ощущать людей в радиусе шести метров.

Капельки пота на коже перестают быть частью магического ядра Одаренного еще до высыхания. Нос, губы, одинокая слеза от сильного зевка - все это тоже выводит минорные количества воды за пределы тела, туда, где я могу успеть их ощутить. Обычные Одаренные Водой так не умеют, это раздел Магии Крови, когда разница ощущений между простой водой и, скажем так, «заряженной человеком» размывается. Конечно это не означало, что я мог с завязанными глазами сосчитать сколько людей стояло передо мной - для такого уровня контроля мне еще десяток лет расти. Об уровне, когда бы я смог чувствовать кровь, еще текущую по венам людей, пока думать не стоило. Но, как минимум, я мог определить, стало ли больше на человека в помещении, где их было всего два.

Ах да, этот второй человек.

- Коля, к нам идут, - я прихлопнул в ладоши, чтобы мой отец, спящий на диванчике у стола, наконец сбросил оковы сна.

На мой голос отец среагировал и тут же вскочил, поправляя одежду. Получилось у него так себе, но его убийственный шарм, кажется, от этого даже выиграл. Вот ума не приложу, как у него получается...

Хотя, наверное, он брал своей простотой и добротой. Вот даже сейчас - как только Коля узнал, что меня отправили в «темницу», тут же прискакал к барону за ответами. А получив их, немедленно истребовал, чтобы родителя посадили в камеру к ребенку.

- Ему там может быть жутко, ваше благородие, - сам рассказывал мне свои слова отец. - А уж мне... мне жутче вдвойне!

Под напором этого человека когда-нибудь падет страна. Ну, если я решу накосячить по-крупному перед какой-нибудь державой. Отцовская любовь Коли могла спорить в силе лишь с тремя вещами в мире - с самим Кровавым Бароном, с Колиной же верой во Вселенную и его же личной красотой.

Как бы то ни было, а шаги приближались.

Коля успел сесть на диванчике с видом, будто только что читал книгу. Правда, опытный глаз легко бы определил, что взгляд у моего отца заспанный, да и никаких книг он в руках не держал. Но вид был умный.

А тем временем за решеткой показался человек.

Я даже удивился. Признаться, не ощутив его магическими чувствами, с которыми мне уже понравилось играться за последние дни, я ожидал увидеть барона, или, быть может, умеющую контролировать каждую частичку тела Макарову, да даже и к чему нибудь совсем неожиданному я был почти готов.

Но это был обычный, точно незнакомый мне, мужчина лет сорока, с рыже-черной сединой, растрепанными волосами и черными глазами. Он явно не был чистокровным славянином, но я бы не решился определить, какой именно он нации. Судя по простому камуфляжу, это был один из сержантского состава дружины - такие мужички служили нам с Колей тюремщиками.

Однако ни еды, ни питья он нам не принес. А только встал у решетки и тупо уставился на меня.

Вид у него был сумасшедший.

- Здравия желаю, - все же поприветствовал я его. - Вы с вестями? Выпускают нас, или сидим?

- Хы... - только и сказал человек, приближая лицо к решетке.

- Он в порядке? - полушепотом спросил у меня Коля, привставая.

Отец, похоже, чувствовал опасность, исходящую от нашего визитера, на инстинктивном уровне. Я такими инстинктами не обладал, но явно видел, что человек за решеткой - ненормальный. Но... в каком именно плане?

Тем временем мужчина снаружи перевел такой же безумный пустой взгляд на Колю. И снова хмыкнул:

- Хы...

Я нахмурился. Не то что бы страх, но некоторые опасения, вкупе с сомнениями, стали закрадываться в мою душу. Ну нет, все по порядку. Он здесь, в подвале Вулканического поместья, а значит - барон знает или допускает его приход сюда. Значит, он - не враг. Хотя выглядит странно. И ведет себя соответствующе. А еще от него совсем не ощущается воды...

- Может хочешь пить? - я нахмурился и взял со стола закрытую пластиковую бутылку с водой. - Не стесняйся, у нас есть еще!

Сказав это, я резко развернулся и бросил бутылку прямо в решетку. Самыми меткими мои руки никак не назовешь, но благодаря воде внутри бутылки я смог направить ее точно в лицо визитеру.

И он так же молниеносно, как я бросил, увернулся от воды. И тут же противно захихикал.

- Где-где, а в голове твоей не пусто, маленький воин, - прошипел он почти ненавистно и буквально врезался лицом в решетку, смотря на меня теперь уже абсолютно нечеловеческим взглядом. - Хотя для меня это поражение все равно хуже смерти!

- Деобедон, - мрачно догадался я. - Ты сам на себя не похож.

Ифрит в теле человека оскалился ровнейшими, никак не подходившими его смуглой бандитской роже, зубами.

- Нашел этого бедолагу в помойке, - прорычал он, все еще скалясь, имея ввиду, скорее всего, свое новое тело. - И всех условий за контракт - сжечь деревню из которой его выперли. Ничего ему не нужно было в жизни больше. Было. Теперь он мой. А ты...

- Ох, дай сил Вселенная, так это он? - испугался Коля за мой спиной. - Тот самый, который тебя отправил на самоубийство...

- Ну, я бы не умер, - я не сводил глаз с ухмыляющегося Деобедона. - Но - да, это тот, кто...

Я не успел договорить. И ни я, ни сам Деобедон уже не успели среагировать, как Коля хватанул откуда-то вторую бутылку с водой, открыл ее и плеснул все прямо в прижавшегося к решетке ифрита!

Тот прямо заклокотал. От ярости, от унижения - ведь быть облитым для высшего огненного духа являлось чем-то сродни содомии. Короче говоря, вспыльчивым и злобным ифритам это очень и очень не нравилось.

- Я сейчас открою дверь, у меня есть ключ! - закричал Коля, бросаясь к решетке. - Да я его сам!..

- Сиди! - гаркнул я, взмахнув рукой.

Вся лишняя, не успевшая испариться с Деобедона влага метнулась к решетке и образовала на ее замке толстую, с ладонь, наледь. Даже с моей простенькой магией Коля справиться не мог. Куда ему победить ифрита?

Тем более, что тот не нападал и, похоже, напасть никак не мог.

- Я буду молить господина моего Иблиса, чтобы он позволил тебе стать могущественным воином, мальчик, - сипло от ярости зашипел мне Деобедон. - И когда ты таким станешь, я брошу вызов. По человечески, как мужчина. И как ифрит - ради мести. Стань! Стань таким сильным, чтобы я сломил тебя! Чтобы сломил тело, а потом и дух. И когда я сломаю тебя, я приду за твоими родными!

Коля побледнел. Не от страха за себя, я в нем уверен, но от общего тона и страшных угроз ифрита. Да только вот на меня эта болтовня совсем не произвела впечатления. Ведь мы с Катей добыли книги из библиотеки барона и изучили его слуг внимательнее (ей самой раньше было это совсем не интересно).

- Пламя трещит громко и дает мощный жар, - я повернулся к Коле, отметив, как довольно блеснули глаза ифрита. И тут же его обломал. - Но оно в камине и только греет наши ноги. Деобедон, я приму твой вызов, когда стану сильным. Не «забудь» его бросить.

Одержимый духом огня мужчина яростно врезал кулаком по решетке, но от нее не отошел. Клокотав минуту, он немного остыл, справившись с собою, и потянулся в карман.

- Господин повелел мне сообщить, что вы свободны с этого дня, - произнес он, вынимая нечто из кармана. - А я лично пришел отдать тебе. Ты победил ифрита, и ифрит, оставшись жив, не может сгореть от стыда и унижения. Так что я должен тебе дар.

Дары в книгах о ифритах тоже упоминались. Как и о их ближайших братьях - джиннах. Если такой могучий дух приносит тебе нечто в дар, будь уверен - это будет могучий артефакт, и он никак не сможет тебе навредить.

Я протянул руку, и тут же мне на ладонь упало небольшое, но явно очень дорогое кольцо с драгоценным камнем синего цвета. Изумруд или рубин - я не разбираюсь в камнях, но точно знаю, что сдавать эту штучку в ломбард никогда в жизни не стану.

- Что это? - все же спрашиваю, потому что знаю, что лгать и увиливать ифрит сейчас не может.

- Это - контракт, - сказал, как плюнул, Деобедон, уже отойдя от решетки. - С джинном. Не так давно, лет триста, он проиграл мне смертельный бой. И остался должен его. Зря тогда не убил. Если бы убил, не подарил бы тебе это сегодня, а дал бы, что было.

- Что сделает кольцо, если я им воспользуюсь? - оборвал я спутанную мишуру из слов.

- Даст право, - знакомые мне уже ифритские глаза-угли посмотрели из-за решетки. - Приказать джинну. Водяному. Сильному. Слабее меня, но сильнее всех, кого ты когда-нибудь увидишь. Он тебе подчинится только один раз.

- Ладно, - я сжал кольцо в кулаке и отложил в карман. - А насчет тех, кого я встречу... Тебя я уже побеждал.

Ифрит взревел что-то на языке, который, как я узнал теперь, принадлежал к основному народу Халифата - халифам. Потом он ушел, почти убежал, но я слышал его измененный, будто бы потрескивающий от жара голос:

- Стань сильным, маленький воин! Стань таким сильным, чтобы я мог бросить тебе вызов!

Я только усмехнулся ему вслед. Уверяю тебя, я стану. Стану настолько могущественным, что ты и взглянуть на меня не посмеешь. Не прогори только раньше, головешка.

Глава девятнадцатая. Новое прощание и новый наставник

Катя сокрушенно вздохнула, бросая платья на пол и посмотрела на устроенный ею в комнате бардак. Найдя его очень даже живописным, девушка решительно подошла к окну и распахнула его настежь, полной грудью вдыхая насыщенные запахи ранней весны. Март!

Ручьи от стаявшего снега заполонили мир, и, кажется, вода отражала буквально каждый лучик уже по-летнему теплого, яркого солнца. Прекрасная картина отзывалась с юном девичьем сердце особо, ведь это были Свет и Вода.

Совсем как она с Костей.

- Эх, - мечтательно вздохнула девушка, на самую маленькую секундочку позволяя себе замечтаться о… всяком.

В первую очередь — о своем бестолковом Шевалье.

- Ваше благородие? — донесся из-за двери вежливый женский голос. — Разрешите мне войти?

- Разрешаю, - скучающим голосом пробормотала Катя, не отрывая глаз от затопленной солнечным светом улицы. — Войдите.

Служанка или нянька, сейчас девушке было плевать, кто увидит беспорядок в ее комнате. Пожалуй, даже хорошо, что увидят — пускай узнают, а потом доложат папе, так аккуратненько, что юная баронесса сейчас находится в самом дурном из своих настроений.

И уезжать категорически не-хо-чет!

Дверь отворилась, и на пороге, к удивлению Кати, оказалась Елена Викторовна Макарова — директриса ВУРСа и папин личный суперсолдат. «Тетю Лену» Катя знала, кажется, всю жизнь, да только помнила девочка совсем не ту холодную фарфоровую куклу с тысячей оружий, вставшую теперь в дверях. В сознании девушки тетя Лена была доброй и кроткой служанкой ее любимой мамы.

Макарова, в свою очередь, тоже немного удивилась. Она осмотрела полнейший бедлам в комнате баронессы с таким интересом, с каким обычно оценивают предметы искусства, слишком сложные, чтобы по-настоящему в них когда-нибудь разобраться (третий глаз женщина открывать не стала, так как знала, как сильно не любила ее изменения дочка Кровавого Барона). Хотя, лично для новоиспеченной главы дружины рода Стенгер, бардак в комнате девушки был куда более понятен, чем загадка улыбки Джоконды.

- Вы так… невероятно похожи на вашу матушку, - тихо, но вполне по-человечески произнесла Макарова, держа в руках широкий листок. — И вам, похоже, так же повезло, как ей.

Катя немного смутилась. Она не любила говорить о матери с кем-то, кроме отца. И уж тем более никогда не думала, что заговорит о ней с тетей Леной. Или о том, что та сама начнет разговор.

Но, подумав секунду и прислушавшись к своему сердцу, Катя только облокотилась на подоконник, наслаждаясь холодным ветерком и теплыми лучами солнца, и взглянула на строителя тела своими большими зелеными глазами.

- Как мама влюбилась?

Макарова… нет, тетя Лена улыбнулась, будто ждала такого вопроса, и подошла, тоже, к окну, убирая листок в сторону. Взглянула на вступающую в свои права весну, потом — на юную баронессу.

- Госпожа Анна долго не могла позволить себе влюбиться в вашего отца, - вспоминая молодость, вздохнула Макарова и тут же стала выглядеть на свой реальный возраст — лет шестьдесят. — Они встретились в Академии, в Москве. Он был буйный громкий, наглый. Как огонь. Все время попадал в опасности и все время из них выходил победителем. А ваша матушка… она решилась взять на себя обязанность по уменьшению урона от его выходок.

- Для Академии? — спросила Катя.

- Нет, для всего мира, - улыбаясь, качала головой тетя Лена. — «Таков долг женщин» - говорила она. Облегчать страдания нашего мира от глупостей мужчин. А из всех женщин, только она была способна сдержать выходки вашего отца. И то — ей часто серьезно доставалось.

- А он влюбился в нее быстро?

- Моментально. Ваш отец, в ту пору, влюблялся невероятно быстро. И, так же быстро, остывал. Он и ко мне, признаться честно, тогда воспылал на мгновение. Но тут же переключился на вашу матушку.

- А она?

- Только качала головой. «От него слишком много проблем» - говорила она всем. И всякий раз стойко сталкивалась с этими проблемами, исправляя его ошибки, а дважды даже защитив самого барона. Тогда, впрочем, он не был еще бароном. Только лишь Филип. Кровавый Филип — самый молодой Архимаг Российской Империи и самый сильный Одаренный Огнем, пожалуй, в мире. Знаете, что я на самом деле думаю, ваше благородие? Ваша матушка влюбилась в вашего отца еще прежде, чем они познакомились. Прежде, чем они узнали друг о друге. Она просто такой человек. Спокойная, добрая, нежная, но и очень романтичная. А, согласитесь, какая может быть романтика, без вечного жара опасности и разрушения? Но разве же могла ваша матушка — госпожа Анна, сеять разрушение и опасность? Конечно нет. Поэтому ей всегда был нужен ваш отец. Так она и влюбилась.

Обе замолчали. Катя обдумывала слова тети Лены, чувствуя, как к горлу подступает комок. Она была еще юна, и именно поэтому отчетливо осознавала, что ее мать была самой мудрой женщиной во всем мире. И что она — ее дочь, пойдет по материнским стопам. Это было так очевидно!

Макарова же молчала, вспоминая те далекие-далекие времена. Перед глазами ее как будто встала картинка, как нетрезвый широкоплечий юноша — молодой Филип Стенгер, зацепившись за стену что-то кричал спорящей с ним госпоже Анне. Из плеча парня шла кровь — он только что убил на дуэли монгольского посла. Сама Макарова, бывшая в то время единственной служанкой разорившегося княжеского рода, смотрела на свою госпожу с благоговением, а на ее будущего мужа — со страхом.

Удивительно, но в Катиной голове сейчас была очень даже похожая картинка. Только в ее мире она стояла перед длинноволосым Костей, растрепанным и окровавленным. И пришел он не с дуэли, грозящей перерасти в государственный скандал, а с портальной зоны.

- Но почему же… - Катя проглотила ком, вставший в горле. — Почему же мама долго… вы же сами сказали, что она долго… Не влюблялась… Не любила? Но любила сразу... Как вы сказали?

- Ваша матушка долго не могла позволить себе влюбиться, - повторила тетя Лена с улыбкой. — Потому что считала, что испортит вашего отца своей любовью. Будь она его женой сразу же, и он мог бы не стать тем Кровавым Бароном, которым сам так хотел.

Катя решительно кивнула. Сквозь слова Макаровой к ней будто бы обращалась сама мама. Женщина должна защищать мир от глупых мужчин и глупых мужчин от мира. И знать, когда придет та сама пора влюбиться. Да! Именно так!

- Я пришла к вам за подписью на новую должность, - наконец протянула тетя Лена ей листок. — Слышала, его благородие нашел вам нового учителя. Теперь вы едете в Китай.

- Это ненадолго, - выдохнула с решимостью Катя. — Всего-то на пол-года. И мне это очень надо, чтобы стать сильнее. Так что — еду!

- Желаю удачи, - улыбнулась Макарова. — А мы тут будем вас ждать.

- Да, вместе с папой, - девушка смутилась. — И Костей. Тетя Лена, прошу вас, он очень хотел у вас обучиться! Научите его, пока я буду получать уроки?

Бывшая госпожа директор Военного Училища Рода Стенгер присела на одно колено перед наследницей Кровавого Барона и взяла ее ладони в свои собственные, так, как много лет назад делала с ее матерью. Макарова открыла третий глаз и серьезно посмотрела в решительное лицо девочки.

- Я сделаю все возможное, госпожа Екатерина.

*****

Выйдя из каземат Вулканического поместья, я был тут же огорошен новостью о скором отъезде Кати. И переделом в структуре дружины рода Стенгер. Но первое, конечно, было куда важнее.

- Я давно этого старика искал, да кто же знал, что он вот так объявится? — с досадой отвечал мне сам барон, после первой тренировки. — Услыхал, видно, про ифритов. А они, мало, что огненные, еще и Тьму несут. Не полноценно, конечно, но ему, как адепту той самой Тьмы, очень интересно. Ну и… сошлось все. Отдам ему Катю, а в уплату, да для охраны с ней, отправлю Трагу и Глабадона. Эх, а ведь по порталам хотел поводить. Полгода! В Китай! Хоть сам с ней поезжай, а сейчас время такое — дружина меняется, везде самому быть надо! И тебя, сопляка, не пошлешь — рано еще. Эх…

В общем, Кровавый Барон и сам был демонически раздосадован, но отменять ничего не решался. Увидел Филип Асторович, как сильно его дочь решилась быть Истребителем Демонов, так что теперь делает все зависящее, чтобы сделать ее сильнее в кратчайшие сроки.

Сама Катя, на удивление, была полна решимости ехать, учиться и становиться лучше. И со мной прощалась так, будто это все ничего не значило, и она вообще просто отъезжает «в город, по делам». Только мелькнуло в ее взгляде что-то глубокое, когда мы спрятались за конюшнями в одной укромной точке, которую я нашел еще полтора года назад, когда прятал от деда Митяя свистнутые у него же сигареты.

- Ты чего? — спросил я, заметив взгляд.

- Ничего, - буркнула баронесса и уточнила невпопад. — Весна вообще-то.

- Я заметил, - я ухмыльнулся. — Водища, говнища — красотища! А еще Коля то и дело дома не ночует.

- Ох уж мне эти простолюдинские дети, - сокрушенно покачала головой Катя. — Слышишь ты, Шевалье, как ты разговариваешь в присутствии дамы?

- Дама курит только что не Беломор, а все равно заразу страшную, - веско возразил я. — Поверь мне, на балу я буду, это… истончать… благородие. И вот это вот все. Меня серьезно барон на какие-то курсы в Верном записал. Коля уже пару раз интересовался тоже. Но я так боюсь везти его в город! Мы ж там от женщин не отобьемся!

Мы посмеялись. Иногда Катя вспоминает о том, что она — из благородных, и мне каждый раз приходится выкручиваться, чтобы не выглядеть неотесанным дураком. Впрочем, я же и есть пока — неотесанный дурак. Это мне ясно дали понять на первом же уроке этикета. Ложку следует держать так, отвечать с задержкой, лучше выражаться «по-Тургеньевски»… Тьфу! И ведь ходят на курсы люди, даже из простых.

- Ну, надолго не прощаемся, - потушила бычок Катя, еще раз странно глянув на меня. — Нужно многое сделать, Костя. Я собираюсь придти в Москву, в ДИМА, как полноправный претендент на высокое звание Истребителя. Слышал, у них там своя система рангов? Хочу быть в самом высоком, по выпуску.

- Ну да, а потом бежать мочить всех демонов? — хмыкнул я, поддевая.

Но и эта егоза уже так просто не дается.

- Демонов, ифритов, дураков — всех, кто встанет на пути, - с достоинством королевы ответила Катя. — Я же дочка Кровавого Барона, а у нас в семье все просто.

- Это точно, - согласился я, и мы снова посмеялись.

Через два дня Катя уехала, но у меня не было какой-то особой грусти. Теперь я действительно думал лишь о том, чтобы большего достичь, чтобы похвастаться перед нею, когда приедет. Более того, я уже представлял, какими сильными и крутыми мы придем в ДИМА (Демонов Истребителей Московскую Академию) и как там вообще все будет шикарно и весело.

Ох, Вселенная, как говорит Коля, неужели у меня начинается переходный возраст?! Как здорово-то!

*****

Очередной учебный день, очередная лекция в ВУРСе. Погодка за окном замечательная, но приходится сидеть тут. Будь моя воля, я бы вообще из низкоуровневых порталов не вылезал, пока не раскачаюсь настолько, что смогу посещать среднеуровневые, но у барона Стенгер другие взгляды на мое образование, так что я просто слушаю лекцию.

Благо, она про дело. И ведет ее, в последний раз, сама госпожа директор. Правда, про «последний раз» в курсе далеко не все. И вот уже час мы внимательно слушаем, когда, наконец, наша «великая и ужасная» перейдет к главному.

- Дружина рода Стенгер - это частная военная компания, основанная Филипом Асторовичем Стенгер при получении им дворянского титула Российской Империи, - вещала Макарова на огромную аудиторию из смешанных курсов. - Только в последнее десятилетие, с момента основания нашего учебного заведения, в дружине начал производиться тщательный отбор кандидатов и даже основалась некоторая преемственность службы. До этого времени, на службу брали всех, способных держать автомат и стрелять по команде. Любое другое подобное формирование вооруженных людей развалилось бы за считанные дни, но дружина только росла и крепла, благодаря двум основным факторам. Кто мне назовет первый?

Несмелые предположения с первых рядов Макарова, в своей обычной холодной манере, отметала легкими взмахами руки. Пока, наконец, не поднял руку кто-то из старших и, на благосклонный кивок директрисы, не ответил:

- Портальная зона.

- Да, Дмитриев, все верно, - кивнула Макарова, показывая рукой на электронную доску, на которой высветилась карта Империи с пометками о портальных зонах. - Тобольская портальная зона - одна из крупнейших зон в мире. Она расположена на границах трех государств: Российской Империи, Казахстана и Монгольской Орды. И бОльшую часть этой стратегически-важной и, без сомнения, опасной земли в Красноярской области охраняет именно род Стенгер. Это великая ответственность и честь, а так же - очень тяжелый труд. Дружинники рода Стенгер с честью выполняют свой долг уже больше тридцати лет. Стабильный заработок и терпимость нашего владыки к темному прошлому кандидатов привели на линию фронта многих людей, но именно тяжесть и очевидная важность их миссии оставили их здесь же, а не подтолкнули на разбойную жизнь. Но был и второй фактор, не менее, а может и более повлиявший на относительную сплоченность дружины. Кто назовет?

Снова посыпали неуверенные предположения. Я ответ знал, по крайней мере, думал, что знал. Но отмалчивался. Вместо этого пихнул Леху в спину - тому уж совсем не терпелось.

- Кровавый Барон! - выпалил парень на всю аудиторию.

На секунду остальные замолчали.

- Верно, Миронов, - кивнула ему Макарова и мельком стрельнула в меня глазами. - Именно легендарная личность знаменитого мастера огненной магии и одного из Драконов Российской Империи - самого барона Стенгер, прозванного Кровавым, вела его дружину вперед. Даже если человек был преступником. Даже если скрывал в сердце зло. Даже если умышленно вступал для вреда. Никто не смог одолеть Кровавого Барона, как в споре, так и в бою.

- Да, вот только его командирами оказались нелюди, - пробурчал кто-то достаточно громко, чтобы расслышали все. - Ифриты вообще ненавидят людей.

- Но приказы барона Стенгер не обсуждают, а выполняют, - продолжила за него Макарова, оставшаяся абсолютно спокойной. - Но Романенко прав. Структура дружины была подстроена нашим господином так, чтобы все его ненадежное и довольно бесконтрольное войско следовало за ним, по праву силы. Теперь же, пришло время перемен.

Макарова торжественно приложила руку к сердцу и слегка поклонилась нам всем:

- С этого дня я складываю с себя полномочия директрисы Военного Училища Рода Стенгер. Мои обязанности примет полковник запаса - Евгений Михайлович Тополь, который прибудет уже через три дня. Я же займу место главы дружины и буду с радостью и нетерпением ждать вас всех в ее рядах. Обещаю, вместе мы сможем не только поднять престиж славной дружины рода Стенгер, но и добиться успехов в борьбе с демонической угрозой миру. Всем спасибо. Все свободны.

Аудитория не посмела себе слишком уж расшуметься. Но удивились все знатно. Офигевший Леха с друзьями глянули на меня, но я, конечно, только пожал плечами. Да, я и сам удивился, когда узнал. Но... как будто, все к этому и шло. За восемь лет Макарова воспитала восемь выпусков (включая первые, экстренные и годичные), и теперь очень большая часть «молодежи» дружины буквально ее боготворит. На фоне скандала с Деобедоном это очень логичный ход.

А учитывая то, что и сам скандал был срежиссирован бароном заранее, я могу ему только поаплодировать - мужик он очень умный. Я так даже пытаться не буду, нет уж. Все эти аристократические хитрые игрища не для меня.

- Волков, найди минуту для меня, - окликнула меня, когда я проходил мимо доски, Макарова.

Теперь одноклассники смотрели на меня с еще большей завистью. А то как же - и так весь в край особенный, а тут и сама директриса, в день отставки, желает со мной секретничать! Слухи пойдут... А, впрочем, уже идут.

- Ты просил тренировок, насколько я помню, - сразу взяла быка за рога Елена Викторовна. - Я думаю, что могу посмотреть на твои навыки.

- Это было бы просто чудесно, - реально обрадовался я. - Я готов!

Призрак улыбки тронул губы женщины.

- Сразу в бой, отлично. Сегодня, в семь часов вечера. На твоем обычном тренировочном месте, в лесу у твоего дома. И обязательно возьми на тренировку своего отца. Я хочу, чтобы он видел, что мы занимаемся безопасно.

Я кротко кивнул и тут же бросился на выход. Нет! Ни за что! Я даже и не подумаю заниматься с таким прекрасным инструктором «безопасно»! Мне нужен опыт, мне нужны знания, мне нужна практика!

И все это мне может дать эта обычная, с виду, двадцатипятилетняя девушка в простом платье. Остается только радоваться!

*****

Моя «площадка» для тренировок была, конечно, очень самодельной. Поэтому сейчас, в разгар весенней грязи и сырости, ее можно было бы назвать «затопленной». Тем не менее, я с удовольствием ступил на нее, ожидая госпожу... командира дружины.

Коля тоже пришел и тоже был в бодром расположении духа. Новость о том, что мой новый инструктор хочет, чтобы отец контролировал степень опасности для сына, его очень порадовала. Хотя я подозреваю в действия Макаровой совсем другую подоплеку, но судить не буду. Я же не судья.

Она пришла, неожиданно для меня, все в том же легком платье на голые плечи. Но, казалось, ее совсем не волновал холодный ветер и длинные вечерние тени, закрывающие теплое солнце. Ну, при ее звании, я думаю, она и в сорок градусов мороза себя неудобно не ощутит.

- Добрый вечер, Коля, - улыбнулась Макарова моему отцу, как старому знакомому, и мои подозрения подтвердились.

- Привет, Лена, - бесхитростно оскалился во все тридцать два Коля и даже махнул ей рукой. - Ты и правда будешь тренироваться с Костей в таком легком платье?

- Сегодня будет только ознакомительный фрагмент, так как и его благородие - барон, и его дочка попросили меня обучать Константина качественно, - Макарова глянула на меня оценивающе. - А это требует комплексного подхода. Сейчас я готова выделить тебе, Волков, месяц своего времени. Два дня в неделю. Но, для начала, тебя следует оценить.

Она прошла мимо Коли и, открыв третий глаз, встала примерно посередине площадки из искалеченных моими тренировками деревьев. Ни мгновенно намокшие в лужах туфельки, ни общий бедламный пейзаж ее, кажется, не волновали.

- Я жду от тебя волной программы, Константин, - произнесла она, даже не глядя на меня, а смотря куда-то вбок. - Нападай на меня так, чтобы я использовала руки.

- Хорошо, госпожа директор, только позвольте уточнить.

Я активировал Магию Крови и бросился вперед на максимальной скорости. Удивил - значит победил. И нет, я ничуть не чурался грязных приемчиков. Особенно против Боевого Скульптора! Да она одна, в бою, стоит целого танка!

На мой выпад Коля не успел даже сказать «ой», а вот Макарова успела бы. Но говорить ничего она не стала, а просто сделала шаг в сторону, так плавно, но так быстро, что я просто пролетел мимо. Невероятная скорость тела и реакции! Вот так запросто мне показали разницу в классе.

Но я сдаваться не привык.

Запускаю сразу три ледяных копья с разных направлений, сам бросаюсь напролом. Контролировать все копья одновременно трудно, так что они летят с разной скоростью, чем и пользуется Макарова. Левой рукой, поочередно, она запросто разбила мои снаряды, а потом снова сделала шаг в сторону.

Я был к нему готов и плавно поменял направление рывка. Словно гибкий поток ручья я выстрелил собой прямо в хрупкую фигуру строителя тела, на миг даже испугавшись того, что могу ее просто сломать.

Но когда мой кулак попал в хватку ее левой руки, я подумал, что слишком уж сильно ее недооценил.

Танк? Да она стоит целой танковой роты!

- Топорные движения, простые хитрости, - прокомментировала мои способности женщина. - Очень быстрый, очень сильный, но недостаточно гибкий. Твоих приемов хватит, чтобы сработать на обычных людях, с обычной скоростью реакции. Но у Боевого Скульптора совершенно иное понимание боевого времени. А ты, как я понимаю, собираешься посягнуть на уровень существ, которые гораздо сильнее меня.

- Я же еще не закончил, - оскалился я во весь рот.

Бровь Макаровой изогнулась, будто она хотела посмеяться надо мной, но уже в следующий миг я освободил руку, а Боевой Скульптор отбила целых четыре водяных хлыста, два из которых точно атаковали ее одновременно! Я не совсем понял, на скорости, как именно она это сделала, но правую руку женщина демонстративно не использовала.

Я не стал давать ей время на обдумывание ситуации. После зачистки порталов, я немного прибавил в силе и теперь спешил это опробовать. Наобум запустив два хлыста, я применил то, что так долго и тщательно тренировал на этой самой площадке почти год.

Бурю.

Вообще, очень точное название дала этому приему Катя. Разогнавшись до предела, отскакивая и обманывая взгляд вновь и вновь, я и правда становился подобен настоящей смертоносной Буре. А теперь, когда я мог контролировать хотя бы два хлыста...

Коля стоял, разинув рот.

К чести Макаровой, она не собиралась меня унижать, так что тут же использовала вторую руку, когда поняла, что не успеет заблокировать все мои атаки. тем не менее, даже так, она выглядела расслабленной. Уверен, ее третий глаз читает мои «неожиданные» прыжки, как открытую книгу, так что меня оставляет опасным для нее только скорость и сила ударов.

Это меня раззадорило! Вся моя мощь, все тренировки - и вот на каком я уровне? Не могу даже заставить директора своего училища воспринимать меня всерьез. А она ведь даже не Одаренная! Сколько же сотен пропастей тогда между мной и Кровавым Бароном?

Нет, я заставлю тебя двигаться!

Во время очередного прыжка я сблизился для атаки кулаками. Теперь я был настолько быстрым, что запросто перехватить оба у Макаровой не получилось бы, но отбивать их она успевала легко. Я воспользовался этим и нырнул носом прямо на руку Боевого Скульптора.

В голове зазвенело - будто реально в танк врезался. Уверен, если она захотела бы, то смахнула бы мою тупую башку с плеч одним лишь движением. Тем не менее, Макарова сдерживалась, и у меня появился шанс.

Она не замедлилась, когда поняла, что у меня хлынула кровь. Но и не успела понять, чем это ей грозит, ведь Магия Крови - очень редкий инструмент.

Свою собственную кровь я мог использовать как обычную воду, чтобы создавать снаряды и даже кровавый лед. Только вот заклинания из крови были в РАЗЫ мощнее! Быстрее, прочнее, тяжелее и, главное, их было во сто крат легче контролировать.

Так что когда вокруг правой, ведущей, руки бывшей уже директрисы сомкнулся алый аркан из моих крови и пота, я ликовал. Ее левая удерживала мою правую, а вот моя левая, как и один оставшийся хлыст, были свободны. И, так как я примерно рассчитал всю атаку еще перед первым движением, я успевал, не на реакции, а только на скорости, нанести свой удар!

Который тут же был отбит. Ее третьей рукой.

Описав окружность, вторая левая рука Макаровой лишь чуть разминулась с моей макушкой, взъерошив волосы. Я успел отпрыгнуть назад.

- Это просто поразительно! - донеслось со стороны Коли. - Как... чудесно!

Да, это и правда было чудесно. По другом не скажешь. Трехглазая молоденькая девушка, которой уже за шестьдесят, обладала, так же, дополнительной парой рук. И прямо сейчас демонстрировала это, когда из под одежды показались две полноценные руки.

Покрой летнего платья позволял сделать это, не обнажаясь. Вот и весь секрет ее «тренировочной» формы.

- Не ожидала, - спокойно, абсолютно не запыхавшись, призналась Макарова. - Ты заставил меня использовать три руки - это уровень очень крепкого Мастера. И импровизировать ты все же умеешь. Тот трюк с кровью оказался очень оригинальным.

- Я чуть не умер, пока все это пытался провернуть, - выдохнул я, бухаясь задницей прямо на мокрую почву. - Скажите, если бы здесь был десяток таких как я, и мы бы с вами дрались насмерть, сколько раз из ста вы бы проиграли?

- Шанс никогда не равен нулю, верно? - усмехнулась женщина. - Один из ста - точно.

- Вы - очень скромная...

Подошел Коля, уже не восторженный, а задумчивый. Он посмотрел на меня, потом на Макарову, немного, кстати, стеснявшуюся своей необычной боевой формы, и буркнул больше для самого себя:

- Это же можно считать оружием?

- Да, все мое тело - мое оружие, - подтвердила Макарова, ударив себя по груди одной из правых рук (и немного покраснев). - Так что в этом бою у меня было преимущество.

- Вообще-то... - я тяжело дышал. - У меня была вода.

- Это другое, - не согласилась Макарова. - И это - то, что тебе нужно. Оружие. Постоянное. Вообще-то, у Одаренных со способностями к Проявлению оно всегда под рукой. Их уникальное оружие, которым они владеют в совершенстве. У тебя другая ситуация. И тебе определенно стоит обзавестись базовым вооружением. Твоя специализация, похоже, ближний бой, а в нем нечего делать безоружному в мире, где есть больше тысячи различных видов вооружения. Так что, нам есть над чем поработать.

- Скажите, госпожа директор...

- Теперь можешь звать меня Еленой.

- Вы владеете посохами?

Елена (Викторовна Макарова) задумчиво глянула на меня, сидящего в луже и тяжело дышащего разбитым носом. И ободряюще улыбнулась.

- Мы обязательно что-нибудь придумаем.

И с этим я был абсолютно согласен!

*****

«Примечание Автора»

Тук-тук, выхожу на связь таким образом, потому что дьявольски соскучился по подобному со времен фикбука (там было специальное окошечко под главой для такого). Попробую сделать в этой серии нечто похожее. Если считаете, что лишнее - дайте знать, я буду себя сдерживать.

По поводу главы отпишусь. Она получилась немного скомканной, потому что я только сейчас удосужился засесть за карты и реально прикинуть, что у меня и где находится. И я понял, что я - болванчик. Теперь переделаю некоторые главы, а именно - поменяю названия городов и областей. Теперь Коля и Костя будут выходцами из Томска, а Вулканическое поместье и земли Кровавого Барона будут находиться в Красноярской области. В общем, чисто мой косяк, когда только начинал работу над первыми главами, у меня в голове все сходилось, а я героев, оказывается, в Казахстан переселил (а у меня на него некоторые планы имеются уже).

Дальше нас будет ожидать тайм-скип. Даже сразу два на следующей главе. На пол года и на год, соответственно. Эта глава (вот, которую вы прочитали) уже девятнадцатая, и, скорее всего, в книге осталось места еще глав на семь-восемь. А дальше - новая книга про обучение в Москве.

Что бы еще... Это примечание и так вышло великоватым, так что теперь буду кланяться. Если есть вопросы - пишите в комментариях, и я отвечу на них там же или в следующем примечании.

Приятного чтения и хорошего времени суток!

Глава двадцатая. Коромысловая башня

По воду, по воду шла спозаранку, наслаждаясь еще теплым, но уже остывающим солнцем августа девушка.

Светлоокая, с длинной косой. Простое платье, душа наизнанку, Маруся вдохновенно радовалась и этому чудесному утру, и тому, что вчера удостоилась чести лично увидеть самого владыку земель - Кровавого Барона! Папенька его недолюбливает, потому что не любит солдат, а маменька побаивается, потому же, наверное. Но Маруся, как и любой прогрессивный человек с домашним интернетом, Кровавого Барона — Дракона Российской Империи (!) почитала за знаменитость.

- Эх, хорошо по травке босой, - мурлыкнула Маня, поправляя плечо.

Блестят ведра на коромысле. Песня распевная на устах. Молодая русская девушка поет про дом, про лето, про героев и, конечно, про красавца-парня, который обнимет крепко ее у костра. Красиво, но…

Поет и не чает, что враг не скучает. Притаился как волк в кустах.

То был монгольский отряд разведный, что был послан вперед — выяснять. Что за поселок, богатый ли, бедный? И легко ли его будет взять. Последняя большая война Российской Империи с Монгольской Ордой закончилась вмешательством Казахстана и переделом земель. И в том переделе России даже пришлось отказаться от части своих территорий (на счастье Монголии и облегчение собственной ноши — ибо те земли граничили с Тобольской портальной зоной, и контролировать их было трудно). Потом было несколько мелких стычек, но все они закончились для монголов ничем, потому что границу с ними охранял тот самый знаменитый Кровавый Барон. Но теперь же, собравшись с силами, Орда намеревалась еще раз попробовать земли русов на зубок.

Видят — девица. «Сейчас поживимся! Сразу в лагерь пошлем гонца.» Мужчины решили показаться девочке разом, напугать ее, да побряцать оружием перед настоящим делом. Усмехаясь, вышли вперед, одновременно радуясь и досадуя, что не взяли с собой толмача.

Но басурмане ведать не знали, что Маруся — дочь кузнеца.

С детства росла, отцу помогая. Молотом бить, да печку раздуть. Шестнадцать годов, а голыми руками могла на спор подковы гнуть! Так что девушка ни капли не испугалась — не того теста была, а только разозлилась, сразу разгадав намерения подлецов. Вон, и рожи какие довольные — известно о чем думают, видя перед собой ладную русскую девушку!

Упали ведра, взвилось коромысло, стали падать наземь враги. Маруся с ходу врезалась в толпу ошарашенных ее напором монголов, помня уроки папеньки и зная, что в такой ситуации нужно бить со всей дури.

Силушки много, да в голове мысли.

- «Сколько же их? Господь, помоги!»

Два богато одетых мужчины стояли за спинами своих простых бойцов и с хохотом смотрели, как одинокая русская девушка яростной медведицей отбивается от сбитых с толку налетчиков.

- /Вот тебе и третий отряд Стальной Подковы!/ (здесь и далее знак «/» - иностранный язык, прим Автора). — смеялся Амалан — Одаренный Молнии в ранге Мастера, командированный в отряд приказом Младшего Хана Подковы.

- /Если вы не справитесь с ней за две минуты, я лишу вас жалования за полгода!/ - насмехался над собственными бойцами Чулуун Сарман — капитан третьего отряда и ветеран походов в порталы, который уже сейчас мог в три движения скрутить норовистую девчоночку.

Но ему было скучно тихо пробираться вглубь земель Кровавого Барона в ночи, обходя патрули и пограничников. Так что теперь, отыгрываясь, он хотел развлекаться.

Один из бойцов, изловчившись, успел резануть девицу кинжалом по руке, надеясь ее напугать и ослабить. И действительно, Маруся вскрикнула. А после обидчик упал с расколотым черепом на землю.

- Вот уроды, куда лезете?! — ярилась девушка, когда еще пара воинов попыталась ее обойти.

Платье взметнулось, открывая наблюдающим командирам стройные и сильные ноги дочки кузнеца, и те снова засмеялись, а Маня залилась краской.

- Но они меня тут и разложат, если без шуток, - вздохнула девушка мрачно, пользуясь небольшой передышкой после того, как раздробила, точным ударом, плечи еще двоим.

Тут на холмике, недалеко от места битвы, показалась чья-то голова. Маруся так обрадовалась, что чуть не закричала от счастья, но удержалась и смолчала. Человек! Деревенский кто-то! Сейчас увидит ее и кликнет помощи, осталось только продержаться.

К тому моменту, как в голове девушки пронеслась эта обнадеживающая мысль, нежданный гость полностью поднялся на холмик.

Это был хорошо сложенный юноша - ровесник, примерно, самой Маруси. По пояс голый, с длинными волосами, Марусе он оказался незнаком. Совсем не похож на деревенского парня — слишком атлетичный, на животе виден крепкий пресс, руки жилистые и явно привыкшие держать оружие. Он выглядел как благородный, хотя никаких аристократов в поселке не было.

Впрочем, травинка в зубах выдавала в нем простолюдина. Слишком простецкое поведение.

И реакция была такой же простецкой. Увидев, что на одну красивую девушку наседает толпа уродов, парень живо ринулся вниз с холма. Но не в сторону поселка, а к ним!

- Дурак, куда летишь?! — закричала ему девушка, уходя в совсем глухую оборону. — Подмогу позови-и-и-и-и!

Теперь на визитера обратили внимание и монголы. Один из командиров махнул рукой, и в сторону парня вышло шесть мужчин. И, в отличии от Маруси, против него они сразу обнажили свои кривые мечи.

Огнестрелом разведывательный отряд не имел права пользоваться, так как вся их миссия была бы провалена после первого же выстрела. Роль оружия выполнял Одаренный Амалан, но сейчас он только приготовился насладиться зрелищем дурных русских кишок, развешенных на кустах.

Один из шести, бросившихся к парню, встал на колено и натянул тетиву лука. Но глупый мальчишка, бегущий прямо на вооруженных солдат, не только не подумал сбавить ход, а даже и прибавил в скорости. И страшно, по-волчьи, оскалился прямо в лицам врагов.

А после песня совсем изменилась!

*****

Конечно я удивился.

Иду утречком, никого не трогаю, наслаждаюсь тренировкой с росой. Новое занятие, которым меня обременил Филип Асторович — по утрам собирать капли росы с травы, но только там, куда я наступаю. Развиваем Контроль, конечно же, потому что его точность у меня стала отставать от силы и значительно.

Все потому, что последнюю половину года я то и дело сопровождал барона и его рейды в портальную зону. Конечно, в порталы, предназначенные для зачистки самим Кровавым Бароном, меня не пускали, но зато назначали помощником в группах обычных солдат в порталах до ранга «К». Из-за энергии монстров моя обычная магическая сила возросла, а вот ее гибкость мне приходится улучшать в ручную.

И передышки мне никто не давал. Зачистили вчера еще четыре портала от «Ё» до «И», а ты все равно вставай с утра и иди тренируйся. Барон меня даже специально в поселке оставил, недалеко от которого прорыв портальный намечался — чтобы я по нехоженой траве походил, чтобы сложнее было.

И я ходил, пока не наткнулся на этот цирк с конями.

Двадцать вооруженных мужиков наседали на молодую крестьянку! А та отбивалась тяжеленным коромыслом, крутя его в руках, как палочку. Сильна красавица, да только не сладить ей с такой толпой. Как поймут, что дело затягивается, или разозлит их сильно, живой ее никто не соберется брать, да так и зарежут. Или с лука пальнут раз.

По крайней мере, меня встретили именно с такими намерениями — убить. И первая стрела пролетела у самого уха, вызывая улыбку.

Ту самую знаменитую улыбку, благодаря которой меня в дружине уже окрестили Волчонком.

Я врезался в двух ближайших врагов, перед самым ударом применив Магию Крови. Благодаря тренировкам с Леной (которая Макарова), Филипом Асторовичем и похождениям по порталам, к своим пятнадцати годам я весил солидные шестьдесят килограмм и продолжал набирать. И такой вес, помноженный на мою скорость, делал меня очень опасным снарядом.

Мужчины буквально отлетели в разные стороны, и пока их товарищи соображали, что произошло, я добрался до лучника и влепил ему прямо в раскосую рожу ледяную глыбу из собранной до этого росы.

Смертельный удар, но мне некогда об этом думать.

Бросаюсь вперед и, словно водный поток, буквально протекаю сквозь врагов, выбегая к девушке. Она уже запыхалась, а на нее как раз вышла очередная пара бойцов.

- Позвольте мне, - галантно предлагаю ей, становясь сзади и придерживая коромысло.

Ожидаемо, она дернулась, так как ни за что не ждала, что я так быстро доберусь прямо к ней. Тем не менее, я успел направить ее рывок на разворот нашего деревянного оружия, и очередной супостат упал на землю с разбитым лицом.

Я захохотал.

Нет, я никогда не испытывал удовольствие от поединка с тем, кто слабее. Даже наоборот, мне всегда был неприятен подобный процесс. Но я отдавал себе отчет в том, что я сражаюсь со слабым для тренировки, чтобы сделать его сильнее, чтобы спасти его. И находил это удовлетворительным.

Но здесь и сейчас я сражался против обычных людей, совсем себя не сдерживая. Полгода боев в порталах окончательно разбудили во мне старого матерого Волчару, готового рвать врага на куски зубами. И потому я смеялся, осознавая, как просто и легко мне будет уничтожить нынешнего моего врага.

- Пардон! — я нырнул вниз, прямо под развевающееся платье вскрикнувшей девушки.

Придержал ее горячее бедро рукой, пропуская ногу над головой, и внезапно подумал о том, что девица и правда очень и очень красивая. Кажется от этих мыслей мое молодое сердце забилось быстрее, но я использовал это в своих целях и ускорился еще быстрее с помощью Магии Крови.

Вылетаю прямо из под платья возмущенной моим трюком крестьянки и страшным ударом локтя сворачиваю шею очередному монголу. Еще одному быстро ломаю руку, не успевая разобраться насовсем. А в следующий миг снова припадаю, как водопад, к земле, пропуская новый удар девушки с коромыслом над головой.

Сразу два супостата были отброшены, а я сам думаю — могла она в меня сейчас целиться, в надежде снести мою головенку с плеч, или это просто так выглядит?

- Справа! — подсказывает мне она звонким голосом, и только благодаря ему я успеваю увидеть вспышку.

Моя реакция заменяет мне звериное чутье некоторых особенно умелых воинов. Мы уже полгода с Леной бьем над любой микросекундочкой отклика моего тела на приказы мозга. Для обычного человека это почти невозможно, но я уже давно не обычный человек.

Так что я успеваю среагировать на угрозу. Молния! Яркая синяя дуга срывалась с рук одного из богато разодетых монголов, пока второй натягивал тетиву своего лука.

В быстром темпе успеваю поднять с земли и всей окружающей травы столько воды, сколько могу и возвожу между собой и молнией громоотвод. Конечно, скорость моего управления водой куда меньше скорости света, которой обладает молния, однако, вражескому магу пришлось искривлять траекторию своего удара, чтобы не подпалить союзников. А я, как раз, просто и грубо скомкал защиту из чистейшей воды, окатив ей еще и монголов, чтобы его атака на них и перекинулась.

Да только этого не случилось.

С мощным гудением и треском молния врезалась в линзу из воды, собранную прямо перед моим лицом и... Рассеялась!

Вместо того, чтобы перекинуться на других людей, с которыми линза была связана кривыми (уж как получились) жгутами воды, она просто растворилась. В воде! Какого черта?

- В ведрах воды нет? - тихо спрашиваю у девушки за спиной.

- Не успела еще, только шла, - сбивчиво ответила она, только теперь догадавшись, видимо, что я не просто деревенский дурачок, но Одаренный. - А ты... а вы...

Она запнулась, не осознавая даже до конца, что именно хотела спросить. Скорее всего, что-то на подобии: «Справишься ли ты?». Вопрос хороший.

- Есть метод, - не стал юлить я, доставая из-за голенища небольшой фруктовый ножик. - Только пообещай, что меня не бросишь.

- Я? Да ни за что! - с жаром ответила девушка, но потом смутилась. - А... в каком смысле?

Монголы начали приходить в себя. Небольшая заминка была обусловлена двумя факторами. Первый - они подумали, что молния их же мага убьет их. И она должна была, но, почему-то, моя вода не провела ток. Или, может быть, их маг как-то успел отменить заклинание. Второй фактор их задержки - они тоже поняли, что я Одаренный. И, судя по резким крикам их мага, он уже оценил мою силу. И, судя по всему, довольно высоко, раз рваться на верную смерть никто не спешил.

Я же, со своей стороны, не могу дать ему оценки, так как не имею способностей к Проявлению, а значит - мое ядро не может почувствовать мощь чужих ядер. Ну, только если это не Кровавый Барон в разгар битвы.

Эх, а он бы сейчас пригодился.

Но первый спарринг с Леной открыл мне направление для поиска новых ультимативных приемов. Правда, будет больно. И опасно. Но если я не разберусь с этим магом по-быстрому, то о боли и опасности беспокоиться не придется. Я просто умру.

- Просто помоги мне, когда все закончится, - выдохнул я и резко шагнул к ближайшему воину!

Монгол вздрогнул, потому что боялся русского мага, но остался солдатом и поднял меч. Я тут же ринулся на него, и он произвел удар.

Тяжелое лезвие со свистом рассекло плоть на груди - я начал уклоняться только тогда, когда почувствовал, что меч противника меня достал. Он тоже почувствовал это, а потому никак не ожидал, что мой фруктовый нож застрянет в его горле. Его товарищ, стоявший подле, заорал боевой клич, бросаясь мстить, но я уже был готов.

И несчастного мужчину снесло прочь волной крови.

- О-ох, - я сел на колени, прямо на трупы убитых ранее воинов.

Используя свою кровь в больших количествах, я переставал быть эффективным бойцом ближнего боя. Но становился страшным в бою дальнем.

Кровь лилась с меня так, чтобы только не убить, а тренированный и живущий вторую жизнь разум пытался хладнокровно управлять получившимся заклинанием. Это не было классическими хлыстами, линзой или даже кроваво-ледяным копьем, нет. Это было торнадо.

Закручивающаяся воронкой кровь быстро разогналась, не врезаясь, более, ни в кого лишнего, чтобы не ослабить ударной силы. Параллельно я успевал лишь судорожно выкачивать кровь из умерших уже монголов, вплетая ее в заклинание.

Вражеский Одаренный заорал. Я не совсем осознавал, что происходит вокруг, из-за слабости и концентрации на заклинании, но, видимо, девица с коромыслом защищала меня от оставшихся воинов врага и, судя по звукам, даже схлопотала стрелу. Не смертельно, надеюсь.

Когда же моему торнадо оставалось сделать последний рывок к магу молнии, он, наконец, решился на удар.

Гигантская дуга вспахала землю от него до меня, по пути убив сразу трех солдат, включая их командира, стрелявшего с лука. Девушка закричала где-то над моим ухом, а я успел выставить защиту.

Не зря же у меня на коленях натекло так много крови.

Моя кровь и кровь врагов, смешавшись, поднялась между нами и молнией щитом. Но только теперь все сработало так, как я и задумывал, и электрический удар переместился по всей соединенной друг с другом и задетой молнией крови.

Прямо к моему торнадо.

Его удар о броню монгола, ошарашенно раскрывшего глаза, и попадание молнии в барьер, были почти одновременными. Уверен, мужчина, считающийся на родине опытным магом никак не мог взять в толк, почему сопливый мальчишка смог его одолеть? И, почти наверняка, до конца не поверил, что я - всего лишь Одаренный Водой.

Потому что в этом и была сила Магии Крови, о которой мне так часто повторял Кровавый Барон. Рядовые маги не готовы повстречать ее где бы то ни было, да и в само ее существование почти не верят. Слишком сложная и рисковая школа.

Что я сейчас и продемонстрировал.

Когда маг был убит молниеносным кровавым торнадо, враги стали бежать. Я собирался посидеть немного и даже встать хоть на секунду, чтобы обмануть их. Показать, что я еще готов их убивать.

Но не смог даже удержать равновесия и тут же шлепнулся на тела четырех мертвых мужчин.

А монголы все равно бежали. Их и оставалось всего три или четыре. И, поняв это, я принялся лечиться.

Залечивать водой раны было проще, чем тем же огнем. Хотя бы потому, что человек, по сути своей - просто большой мешок с этой самой водой. Однако, мешок, этот человек, чрезвычайно сложный и комплексный. Куча белков, жиров, минералов, нутриентов всяких - да вся таблица Менделеева почти (в этом мире он, кстати, был Одаренным Водой, как и я). Опытный маг воды мог, смешивая свою стихию с маной, воссоздавать нужные соединения для регенерации, временной замены клеток, стимуляции определенных органов и так далее и так далее.

Я пока мог только «баловаться». Но даже этого было немало.

Прежде всего, я потерял огромное количество крови. И теперь, используя ману, превращал любую ближайшую жидкость в собственную кровь, загоняя ее туда, где ее не хватало.

- Воды... - хрипло попросил я девушку, с ужасом наблюдавшую, как я поглощаю и кровь убитых врагов.

К ее чести, выдержка у нее оказалась стальная. Кивнув, девушка помчалась за водой и, возможно, подмогой.

Я же лечился. «Зашил» рану на груди, восстанавливал давление. Не то, чтобы я был на грани смерти сегодня, но приятного мало. Подобный трюк мы использовали с учителем на тренировках. Под присмотром и строго контролируемо. Но никогда прежде мне не приходилось так выкладываться. Повезло еще, что маг молний оказался слабаком!

И то, что раны, полученные мной, были просчитанными и ожидаемыми. Попади в меня шальная стрела, и я бы тут и остался.

- Вода! - раздалось звонкое сверху. - Я... куда ее?

- Лей... - я закашлялся. - Лей на меня...

Когда она окатила меня первым ледяным ведром, я уже, в принципе, был готов обойтись без этого. Я вполне встану и как-нибудь доковыляю до поселка, откуда люди барона довезут меня до больницы. Нет-нет, я...

Но тут я вспомнил про свое обещание Коле, которого придерживался все это время.

Я не должен выходить из поединков израненным.

Поэтому второе ведро я стойко принял на себя, пытаясь извлечь из него максимальную выгоду. А когда процедура закончилась, почувствовал себя... приемлемо. Как с тяжеленного похмелья.

- Помоги мне... встать, - попросил я и тут же почувствовал на теле теплые крепкие руки.

А и правда сильная. Вот так запросто поднять рослого парня с земли, это талант иметь нужно. Или Дар...

Я оперся на девушку, сразу почувствовав легкое головокружение, но справился с ним. Только качнулся так, что наши с девушкой щеки поцеловались друг о друга. Моя, грязная и мокрая, и ее теплая и мягкая.

- Прости, - выдохнул я, пытаясь самостоятельно удержать равновесие.

- Ничего страшного, - пускай и смущенная, но она явно выглядела довольной. - А ты... как тут оказался?

- Погоди, сначала ты, - я отмахнулся и потрогал ее за плечи. Спуститься ниже, не упав, я бы сейчас не смог. - Ранена? Я слышал, что в тебя попали...

- Ах это, - девушка с улыбкой показала коромысло, на верхушке которого гордо воткнулась монгольская стрела. - Ничего смертельного. Только страху натерпелась, конечно.

- Испуганной ты не выглядела, - хмыкнул я. - И слабой. Не уверен, что была нужна моя помощь.

Девушка рассмеялась, и я и правда почувствовал, как сердце стало биться быстрее. Эх, молодость, жизнь!

- Не справилась бы, все равно, - наконец признала она, улыбаясь. - Меня Маруся зовут. Кузнецова дочь. А ты, все таки, кто такой будешь?

Я глубоко вздохнул и почувствовал, что могу идти своим ходом. Так что поправил растрепавшиеся и сильно испачканные волосы и бодро улыбнулся дочери кузнеца:

- Я - Костя Волчонок, сын конюха. И ученик Кровавого Барона.

*****

Примечание Автора:

И снова здравствуйте! Новая глава получилась, скажем так, внутри таймскипа и кому-то может показаться эдаким "филлером", но я вас уверяю - это абсолютно сюжетная и нужная глава. А еще - очень знаковая, потому что задумка всей серии "Шевалье из глубинки" началась как раз с песни "Коромысловая башня", строки и персонаж из которой были добавлены в этой главе.

Уже скоро мы встретим Катю, продолжим тренировки с Кровавым Бароном и Леной, а так же глубже погрузимся в повседневную жизнь Коли и будем готовиться к знаковому выходу в портальную зону. Давно мы не сражались с демонами, а?

Всем приятнейшего чтения и очень рекомендую "Коромысловую башню" к прослушиванию!

Глава двадцать первая. Магия и тренировки

Староста поселка, как полагается, поднял шуму. И было отчего, конечно — монгольский отряд в Красноярской области был печальным известием. Как бы не случилось войны.

Так что деревенские забегали. Мужики хватали автоматы, ружья, мечи, вилы, а один вышел аж с целым ручным гранатометом.

- Вот это у вас тут пушки бывают, - присвистнув, оценил я.

- А чего ж? — покосился на меня дед, вытащивший этот самый гранатомет из сарая. — Портальная зона под боком, как-никак. Но ты не волновайся, паря, инструкция к прибору есть, если что. И другой документ найдем.

Я только рукой махнул. Мне еще не хватало проверки делать местным. Вместо этого, я сел на скамейку у дома старосты и глянул на Марусю, неловко мнущуюся рядом.

- Чего не так? — не понял я.

- Ну, мне бы домой, - она запнулась, неуверенно оглядевшись по сторонам. — Я только не знаю, нужна тут теперь или мешаюсь.

- Не мешаешься, - я снова улыбнулся и получил ответную улыбку. — Но если хочешь — беги. Я тебя обязательно отрекомендую, эм… всем. Маруся… или Мар… а как ты, по полному-то?

- Мария Петровна я, - шутливо поклонилась мне девушка. — Не забудь меня только, ладно?

- Тебя забудешь такую, - фыркнул я, и девушка, окрыленная, побежала домой.

И правда хороша. Катюхи старше на два года, и прям — ух, манит! Но мне сейчас не до амурных похождений, мне нужно контракт с Бароном выполнять. Хотя...

Раздумывая об этом и так и эдак, я пригрелся на скамейке, чувствуя, что слабость берет свое и я начинаю, несмотря на поднятую в поселке суету, засыпать.

Отвлек меня от этого приятного дела, конечно, староста.

- Вот, держи, - сунул он мне свой сотовый.

- Чего? — не понял я сначала, но поднес тот к уху. — Алло?

- Ничем по лбу не дало? — фыркнул на той стороне барон, но его тон оставался серьезным. — Что там случилось у вас, Костян?

Я описал ситуацию. Мол, тренировался, наткнулся на картину — монголы против русской девицы. А дальше все по порядку сделал: девушку защитил, монголов порубил. Ну, упустил троих, может.

- Ушли, значит? Ладно, далеко не уйдут, - судя по звукам, барон отвернулся от трубки и что-то кому-то скомандовал. Потом вернулся. — Значит так, жди меня в Прошневе, ща приеду сам. И Васильичу скажи, это староста кстати, чтоб вертолетную зону организовал.

- А какую еще вертолетную, Филип Асторович? — не понял я. — Тут же рядом портальная зона. Работать не будет, или грохнетесь.

- Да не для меня, - наверняка барон поморщился. — Летит уже звезда. От, кстати, сам ее и встречай. Все, еду.

Я начал догадываться, о чем говорил учитель, но старосте передал слова в точности, как услышал. Он, конечно, сразу забеспокоился, кто бы это мог вперед барона «на ветролете» прилететь, но я догадкой делиться не стал.

Тем временем к дому старосты вернулась Маруся. Но пришла она не одна, а за высоким худощавым мужчиной с неопрятно бородой и усталым взглядом. Тот, по ее указке, сразу направился ко мне.

Восстанавливался я спешно, но не сказал бы, что очень эффективно. Так что поднялся ему на встречу с трудом.

- Петр, - сухо представился мужчина и протянул руку. — Спасибо тебе.

- Костя, - так же просто поздоровался я и буквально вложил свои пальцы в его лопатообразную грубую ладонь. — Ого…

- Кузнец я, - пояснил за размеры Петр и кивнул себе за спину, где прилежно потупила глазки его красавица-дочка. — Маня мне все про тебя рассказала. И я в долгу перед тобой. Очень большом. Будешь просить — что угодно сделаю.

В этот момент до нас донесся звук лопастей. Маруся замотала головой по сторонам, а мы с Петром, одновременно, посмотрели на небо.

Вот в вертолетах не разбираюсь сильно, но уверен, что машина, зависшая сейчас над поселком, не являлась продуктом серийного производства. Хищный современный эксклюзив промедлил несколько секунд, а потом зашел на посадку в месте, организованном прямо на поле картошки.

- Барон что ли? — хмыкнул Петр не очень-то уважительно.

- Не совсем, - я размял плечи и пошел вперед. — Подруга моя. А насчет просьбы, я не жадный. У меня все есть. Так что не думайте об этом, Петр.

Кузнец сумрачно кивнул и побрел за мной. То ли провожал, то ли по пути ему было. А только видел я, что слова мои он по-своему воспринял. Так что теперь будет ждать возможности отплатить.

Ну, пускай сам с этим разбирается. Я одалживать не любитель, я больше дарю.

Посадка у вертолета, тем временем, прошла успешно, и из него, царственно вытянув шею и выпрямив спину, выходила Екатерина Филиповна Стенгер — дочь Кровавого Барона и моя будущая подопечная.

Или уже нынешняя?

Боец в черной форме, китаец, судя по всему, выпрыгнул из вертолета первым и подал молодой баронессе руку. Та величественно и благосклонно приняла ее и сошла с боевой машины. Мужчина низко поклонился Кате и, дождавшись кивка, запрыгнул обратно на борт. Через несколько секунд его винты завертелись, и машина поднялась в воздух.

Мы с деревенскими стояли в отдалении, как бы и приветствуя и ожидая, пока высокая гостья обратит на нас внимание. Меня ситуация забавляла, того же Петра, судя по всему — малость нервировала, все остальные же пребывали в благоговении.

Дочку легендарного Кровавого Барона они, до этого, видели только по телевизору.

Катя проводила взглядом улетающий вертолет, глубоко и с облегчением выдохнула и помахала нам рукой. А потом достала, откуда-то из потайных кармашков, пачку сигарет.

- Прошу вас сохранить этот эпизод в тайне, - нейтрально произнес я деревенским, все еще не слишком понимающим, что конкретно им делать, и пошел вперед.

На ходу доставая свою собственную пачку.

Молодая баронесса тоже зашагала мне на встречу. Ее напускная царственность слабела с каждым новым шагом, и уже скоро ко мне подошла та самая Катюха, которую я помнил. И она, выдохнув струю сизого дыма, тоже меня узнала и приветственно улыбнулась.

А потом бросилась обниматься.

- Ф-фух, вырвалась! — радостно поделилась она, стискивая мою шею. — Хочешь знать, или нет, но там было просто ужасно.

- Тебя обижали? — удивился я даже больше, чем когда она бросилась меня тискать.

- Нет, ни за что бы на свете, - качнула девушка головой, и я тут же почувствовал запах ее шампуня. — Но это все равно был мрак. А… почему ты так воняешь?

Я рассмеялся.

- Я сегодня — герой дня вообще-то, - хвастаюсь. — Ну и не только я. Вон, мы с Марусей вместе целый отряд монголов разбили. А теперь ждем барона, он будет решать, как нам дальше быть.

Катя перевела взгляд за мою спину, где неловко переминались с ноги на ногу Маруся и староста Поршнево. Петр невозмутимо курил в сторонке, его баронская дочка особенно не интересовала.

Марусю баронесса оценивала долгим взглядом. Приревновала, может? Я усмехнулся. Да куда уж. Хотя, если спросить меня, обе они были чудо, как хороши. Черноволосая и зеленоглазая баронесса, худощавая, но притягательная, как изящный стилет. И синеглазая крестьянская девушка - дочь кузнеца, с волосами пшеничного цвета, уже начавшая расцветать лицом и телом. Про таких говорят: «Кровь с молоком!»

Вот и Катя оценила.

- Ты такая красивая! — подошла она к новой подруге и ловко схватила ее под руку. - И вы правда вместе сражались? А почему он тогда такой вонючий и грязный? Хотя, конечно, леди должна, в первую очередь, думать о том, чтобы выглядеть прилежно!

Пока Катя лепетала весь этот девичий бред, Петр успел что-то тихо буркнуть старосте, и тот побежал к своему дому. Сам кузнец только махнул нам, детям, рукой и повел туда же, но не торопясь. Катя щебетала о чем-то с Марусей, та, справляясь со смущением от разговора с такой высокой особой, ей отвечала.

Ну а я, закинув руки за голову, замыкал шествие, с удовольствием рассматривая обеих девушек со спины.

*****

Когда прибыл Кровавый Барон, Катя и Маруся и правда успели стать хорошими подругами. Как объясняла юная баронесса, в Китае такие чуждые и строгие порядки, что там по душам и поговорить не с кем было. А уж ее учитель, грозный и могущественный Темный Одаренный, еще больше усугублял эту ситуацию.

Так что она была очень рада вернуться на родину, да еще и сразу на такое приключение. И очень хвалила стойкую Марусю.

- Но без Константина мне бы пришел конец, - немного смущаясь, признала дочка кузнеца.

- Да, это он умеет, - вспомнила Катя нашу первую битву с портальными тварями. — Ну, у него и работа такая.

- Какая работа? — удивилась Маруся.

- Шевалье! Ну, то есть, он как рыцарь. Для меня и рода Стенгер. Между прочим, очень хорошо оплачиваемый. А еще его учит мой папа!

Конечно, я упоминал, что являюсь учеником Кровавого Барона раньше, но услышать от меня или от его собственной дочери — две большие разницы. Так что теперь Маруся смотрела на меня с еще большим благоговением, а вот у ее отца взгляд все тяжелел и тяжелел.

Окончательно он стал свинцовым, когда к нам подошел сам Кровавый Барон в окружении дружины.

- Привет, Петя, - протянул кузнецу руку владыка окрестных земель. — Что же ты, совсем старый стал? Как допустил, что на дочку напали?

Мрачный Петр не спешил жать барону руку, и мы все ощутили возникшее между ними неприятное напряжение.

- Как допустил, так и обошлось, - ответил кузнец. — Бог защитил.

- Не Бог, а мой ученик, - учитель с гордостью глянул на меня. — И ты ему теперь должен, верно? Смотри, Костя, не разменивайся на мелочи. Потому что Петя у нас — Кузнец с большой буквы.

- И Одаренный Сталью, - как бы между прочим заметила Катя. — Редкий очень Дар. А я все думала, почему мне так знакомо это чувство? Папа, вы с Петром давно знакомы?

- Вместе поднимали эту землю, вместе порталы чистили, - барон все не опускал свою руку. — Вместе с Петей, да сыном его старшим — Вовкой. Да Вовка и с тобой играл, когда совсем мелкая была. Хороший парень… был.

Когда Барон сказал это, тяжелая лапа кузнеца, наконец, пожала его ладонь. Хотя Петр, кажется, стал еще смурнее.

- Нет больше Вовки, и меня ты не заставишь оружие делать, - пророкотал он. — За дочку я парню уже сказал. Награжу, как попросит. А с остальным я вам не помощник. Я — мирный кузнец. Пускай даже и Одаренный.

Как мне объяснил потом сам барон, когда-то Петр был вторым по силе Одаренным Красноярской области, и вместе с Филипом Асторовичем заложил первые камни в фундамент земель рода Стенгер. Как Одаренный Сталью, он был превосходен в ближнем бою, смертоносный и непробиваемый, и мог создавать самое удивительное снаряжение из родного его Дару металла. Его сын Владимир Петрович, был одним из офицеров тогдашней дружины, выделялся умом и благородностью, и барон еще тогда задумался о создании ВУРСа, где планировал видеть директором как раз Вову.

Но Вова не дожил. Погиб в портале. И эта смерть страшно подкосила Петра, отказавшегося от любых проявлений насилия, и ушедшего в веру.

- Ты — человек свободный, так что сам решай, как жить, - Филип Асторович отпустил руку кузнеца и сделал шаг к его дочери. — Костя рассказал мне, что ты храбро сражалась. Кто знает, что бы случилось, не встреть именно ты этих монгольских уродцев. Прими мою искреннюю благодарность, Мария Петровна. И денежное вознаграждение.

С этими словами он протянул девушке кошелек. Простой, черный, из кожи. Я примерно представлял, сколько там. На новый дом хватит.

Марфа, совсем робеющая перед САМИМ (!), все же нашла в себе силы сразу не брать кошелька, а посмотреть на отца. Тот только кивнул. Как бы не были тяжелы его воспоминания о бароне, ничего плохого он про владыку сказать не мог, да и дочка его заслужила.

А потом мы повели барона к месту схватки.

Я бы мог подробнее описать нашу битву, поделиться своими успехами в Магии Крови или еще раз удивиться силе Маруси, но мне слова не давали. Вместо этого барон всю дорогу беседовал с дочкой, которую не видел половину года.

На месте нас уже ждали вооруженные деревенские. Все они кланялись своему владыке с почтением и уважением, а так же — с затаенной надеждой. И я мог их понять — никому из нас не хотелось, чтобы прямо здесь и сейчас началась новая затяжная война Империи и Орды. Но все зависело только от самого Кровавого Барона.

- Сильна, Мария Петровна-то, - оценил он трупы монголов. — Диво, как сильна!

- Она же тоже Одаренная, - снова вмешалась Катя, которая эти вещи, конечно же, чувствует сразу.

А вот я удивился. Сильно удивился! Конечно, я был так же удивлен и стойкостью с силой Маруси, но никак не ожидал, что девушка, которую я побежал спасать, была таким же магом, как и я.

Впрочем… Я глянул на дочку кузнеца украдкой. Конечно, она не была такой же, как я. Сейчас, смотря на дело рук своих, девушка была бледна и явно трусила. Трусила себя самой, совершившей с людьми такое дело.

Я бы не постеснялся ее приобнять, чтобы поддержать, но это уже сделал ее отец.

- Да, дар Стали по наследству передается легко, - согласился Барон. — Петя у нас кузнец уже в пятом…

- Но у нее не Сталь, папа, - нахмурилась Катя и повернулась к недоумевающим Марусе и Петру. — Вы тоже не знали? Это не просто Сталь, а весь Металл.

Вот теперь проняло даже Петра. И я, как местный фанат магии, знал отчего.

Одаренный Сталью мог, например, создать абсолютно цельный стальной топор. А потом его же зачаровать так, чтобы тот был крепчайшим стальным изделием в мире. Но на этом и все. Такой Одаренный мог еще неплохо справляться с работой со сплавами на основе стали, но вот работать с медью или, там, чистым железом он уже был не в силах.

Одаренная же всем Металлом девушка, потенциально, могла стать лучшим магическим кузнецом в этом мире!

- Так вот почему Сталь тебя так странно слушалась, - просипел, тоже подумавший об этом, Петр. — Ты же у меня… золотая!

- Действительно, хороший Дар, - оценивающе прищурился на Марусю барон. — Ну… об этом мы подумаем позже. Сейчас нас интересуют беглецы.

Когда он это произнес, из тех самых кустов, откуда монголы выпрыгнули на Марусю, вышло шестеро человек. Вернее, три человека — те самые сбежавшие монголы, и три ифрита — Трага, Глабадон и Деобедон.

- Ну-с, к допросу, - потер руки барон. — Кто такие?

Перепуганные (видимо ифриты успели показать им свои истинные сущности) монголы только закачали головами. Языка они не знали. На это барон пожал плечами и легко заговорил с ними по-монгольски.

Ему потребовалось десять минут, чтобы узнать все, его интересующее. Отряд разведный, принадлежал небольшой армии, которая стояла чуть вдалеке от границы и с нетерпением ждала его обратно. На новую войну Великий Хан не указывал, но вот пограбить поселки или, быть может, пару городов после недавнего портального прорыва Орда хотела. Ради провокации или просто нагадить — простые разведчики не знали.

Они выдали все, как я понял. То ли от страха перед Кровавым Бароном, то ли запуганные ифритами, а может быть просто были такими вот трусишками, готовыми выдать все данные врагу при первой же опасности.

В разведку их не берем, короче.

- Итак, я закончил, - подытожил барон, который попутно переводил нам все их ответы. — Петя, тебе эти ребятушки нужны? Все ж таки, они позарились на твою дочку.

Успокоившаяся за время допроса Маруся вспыхнула и чуть ли не с кулаками пошла на сжавшихся монголов. Конечно, отец и Катя удержали девушку от необдуманных поступков, хотя и сами были готовы, видимо, за нее рвать и метать.

Но Петр сдержал свои чувства.

- Мне, Филип, ничего от них не надо, - произнес он, не смотря даже на мужчин. — Забирай их, или отпускай. Дочка жива и слава Богу.

- Ну да, - хмыкнул Кровавый Барон и глянул на Деобедона. — Расход.

Он даже не успел договорить последнюю букву, как все трое ифритов обнажили кинжалы и ловко вспороли не успевшим ничего понять монголам глотки. Их так и бросили в кучу трупов, которые я намолотил с Марусей.

- Я тут не шутки шучу, а предотвращаю конфликт наций, - холодно сказал Филип Асторович, увидев испуганные лица деревенских. — Наделайте фотографий, вышлем в посольство. Наверняка узкоглазые ответят, что эти гаврики — сплошь дезертиры и вообще - личности неизвестные. Кит, ты будешь за старшего. Оставляю вас на три недели в патрулях. Если наметится прорыв… зовите, вон, Марусю Петровну, она разберется.

Барон оскалился собственной шутке и подтолкнул Катю уходить. Я только пожал плечами и пошел следом. В конце концов, он был прав. Жестоко и некрасиво, но прав.

По пути Филип Асторович метнул сгусток ярка-красного огня в кучу трупов, и те вспыхнули, как спички. Потом мне объяснили ребята из дружины, что этот огонь горел все три недели, пока бойцы капитана Китова (Кита) патрулировали окрестности. И сам я знал, что, при тревожном сигнале, сам Кровавый Барон мог в любой момент материализоваться из этого самого огня.

Этот человек, казалось, был готов ко всему.

Мне тоже стоит готовиться. И я буду. К войне, к худшему, ко всему. Потому что сейчас, когда адреналин утреннего боя спал, я понял, что еще не готов. Еще очень далеко не готов…

*****

Весь следующий год нам с Катей напоминал затяжной тренировочный лагерь для спортсменов высочайшего уровня.

Первые два месяца барон ждал ответных действий со стороны Орды, так что был сосредоточен и напряжен. Это чувствовалось и в обучении, где он выбрал новую тактику, и стал показывать нам с Катей только основы новых приемов и заклинаний.

- Учитесь большему, учитесь многому, - говорил он наставительно. — Пока молодые, возьмите миллион навыков, а потом растите, оттачивайте их. Это хороший путь. Особенно если есть тот, кто сможет вам эти навыки передать. Конечно, было бы хорошо найти индивидуального учителя под ваш Дар, но у нас этой возможности нет. Магии Крови не учат, а людей с Даром Кати и не было никогда. Ничего! Я вас научу, а ну-ка! Нападайте на меня разом, используйте все подряд! Если зацепите, отвезу вас в Красноярск на все выходные и дам свою карточку.

Конечно, в Красноярск мы не поехали. Но всего за пару месяцев лично я узнал больше десятка новых техник использования воды и намеревался освоить глубже если не все, то большинство. У Кати ситуация была сложнее, потому что ее Дар был иным. Но совместные тренировки помогали и ей.

Под конец второго месяца случилось неожиданное, и прямо на одну из наших вечерних тренировок, в сопровождении управляющего поместьем — Сашки, явилась Маруся.

- Маня, ты как здесь? — удивилась Катя, радостно подбегая к подруге. — Что-то случилось? Почему сразу не доложили? Ты ко мне? К отцу? Или, ох! Ты… к Косте?

Последний вопрос был задан с такой ехидной улыбочкой, что, сбитая с толку напором баронессы, дочка кузнеца густо покраснела и только отчаянно замотала головой во разные стороны.

- Петя звонил, обещал, что придешь, - объяснил Филип Асторович, выходя вперед. — Кажется, у вас в Прошневе тоже, своего рода, тренировки идут. Отец бьется над твоим «новым» Даром, хм?

- Все так, как вы и сказали, ваше благородие, - низко поклонилась крестьянка барону. — А я вот… н-на пробу.

Девушка протянула перед собой сверток небольшого размера, и барон спокойно забрал его, тут же начав разворачивать.

- Ну да, - сказал он, вынимая на свет обыкновенный, с виду, широкий кухонный нож. — Не сталь же, хм? Тут и… поинтереснее что-то есть.

- О, ты использовала природные металлы, а не создавала их Даром? — оценила Катя, буквально подпрыгивая к отцу с ножом. — И даже ручка зачарованная… Много силы. О, а вот тут и серебро! И такое плетение маны интересное…

- Вот поэтому Маня и пришла к нам, - щелкнул пальцами Филип Асторович. — А точнее — к тебе, Катя. Петя, поди, сам не понимает, что у его дочки получается. А ты поймешь. Потому что видишь. Вот сейчас же бери подружку и идите в комнату, изучайте и подробно-подробно записывайте. Даже на двух листах. Один будет Пете, другой — мне.

- Ну, за сегодня мы не успеем уже, - Катя глянула на настенные часы. — О! Так это что же, Маруся останется у нас с ночевкой?!

- Если ты так хочешь, - спокойно ответил барон, а потом усмехнулся. — Не захочешь, вон, Костя ее к себе до завтра возьмет.

Я хмыкнул, оценив перспективу. Ну, ничего против не имею. Но вслух не сказал, потому как девочка и так смутилась до предела, а Катя, пускай и понятливо захихикала, очень уж веселой тоже не выглядела.

Так у Кати появилось важное задание, у Маруси — возможность гостить в доме властителя, ну а у меня… У меня все по старому — я продолжал тренировки.

На следующий месяц Барон нас оставил. И нет, он не поехал на войну с Монголией, он отправился в столицу. Переговоры, отчеты, военные советы — в свете последних событий сам Император ждал одного из шести Драконов Империи у себя во дворце. Быстро вернуться барон не рассчитывал, так что дал нам с Катей «домашние задания».

У нее были свои тренировки, очень много медитаций и, как она назвала их «попыточки». Что это значило, я так и не понял.

Зато у меня все было просто и понятно — я развивал те приемы, которые за месяц в меня впихнул Барон. И делал это под руководством Елены Макаровой.

Приняв на себя командование дружиной, на удивление, она не стала более занятой, чем раньше. Кажется даже наоборот — быть директором ВУРСа для нее было тяжелее, чем управлять целой частной армией, стерегущей Россию не только от соседней Орды, но и от демонов.

Впрочем, как она сама призналась, в этом деле главное — найти надежных людей, которым можно делегировать часть обязанностей. Приятно было узнать, что капитан Миронов получил повышение, и теперь командовал целым заградительным батальоном. Я считал, что уж у Макаровой хватит наблюдательности и опыта, чтобы поставить нужных людей на нужные должности.

Меня же добрая и нежная, с виду, девушка раз за разом ставила на место. Даже с новыми приемами я мог заставить ее использовать три руки лишь один раз из десяти! А иногда она сама начинала давить меня вообще всем, что умела.

- Ты хочешь пойти по пути Истребителя Демонов, так что тебе нужно отвыкать бороться только с людьми, - сказала она однажды, припадая к земле всеми шестью конечностями, как настоящий зверь. — Представь, что я — монстр. И хочу тебя сожрать.

Сильно напрягаться, чтобы это представить, было не нужно. Она и правда была монстром и, кажется, могла бы и сожрать. Мне приходилось, из раза в раз, выкладываться на максимум лишь для того, чтобы проигрывать наименее позорно.

Углы сглаживал Коля, который старался присутствовать на всех наших тренировках. По уезду барона его Зверю не требовался особый уход, только корм, чистка, вода и прогулки. А все остальное время мой отец был свободен и использовал это, чтобы, как мог, помочь мне с тренировками и занятиями. При нем Лена становилась мягче. Да что там - при нем все становились мягче.

В Москве Барон пробыл три месяца, и все это время я оттачивал свои навыки и ходил на учебу в ВУРС. Мои одноклассники уже и не надеялись выцепить меня после уроков, так что, чтобы поддерживать с ними связь, приходилось немало прогуливать. Новый директор, пока что, разбирался с обязанностями, правами и ответственностью, так что, вроде, наши грешки остались незамеченными.

Но не для Вселенной. Она видела все, так что преподнесла для меня кару в форме моего дражайшего учителя.

- Знаешь, мне кажется, что ты себя слишком ограничиваешь, - задумчиво сказал он на одной из тренировок, когда Катя убежала читать, что ей прислала на почту Маруся. - Вот, например, главный твой приемчик, эта смешная «Буря».

Я только развел руками. Мой смертельный прием, по отношению к Барону, действительно был лишь «смешной Бурей». Я совершенствовал движения каждую тренировку, но один из Драконов Империи, конечно, моих потуг даже не замечал.

- Ты смотришь на ее использование слишком однобоко, - продолжал учитель развивать мысль. - Ну... вот что бы ты стал делать, если отталкиваться будет не от чего?

- Я могу... создать поверхности изо льда, - я думал об этом, и ответ был готов заранее. Хотя критики он не выдерживал.

- А если и льда не сделать? - очевидно, барон мне задачу облегчать не стремился.

- Попытаться сделать небольшие ступеньки из крови? - предположил я. - В теории, при должном контроле...

- Ты порвешь себе пупок, пытаясь сделать это, - фыркнул барон. - Нет, я имею ввиду, что ты же отлично можешь контролировать свое тело с помощью Магии Крови. Но делаешь это в рамках человеческих возможностей. Рассмотри свой контроль над кровью в другом ключе. Летай.

Я недоуменно моргнул, пытаясь правильно ухватить суть размышлений учителя. Конечно, я превзошел пределы обычного человека, используя Магию Крови, а очень скоро добьюсь того, что и пределы необычных людей, и даже нелюдей будут позади моих возможностей, но...

Стоп. Он сказал: «Летай»?

- Ты можешь контролировать свою собственную воду, - по одному только выражению моего лица барон понял, что придется пояснять и раскинул руки. Края его одежды сразу вспыхнули огнем. - Тяни ее в воздух. Поднимай, как можешь поднять одно из своих ледяных копий.

Сказав это, Кровавый Барон плавно поднялся в воздух, зависнув в трех метрах над полом, поддерживаемый своим огнем.

- Почему ваша одежда не рвется? - не понял я.

- Я произвожу пламя как на ней, так и под ней. И даже немного внутри тела, но до такого уровня тебе еще засматриваться рано. Что ты должен уяснить уже сейчас - границ нет. Ни для тебя, ни для Кати, ни, уж конечно, для меня. Все, что по-настоящему ограничивает силу мага, находится у него же в голове.

Признаться честно, барон умел делать такие вещи со вкусом. Он просто говорил о том, чтобы сделать невозможное, потом брал и показывал на своем примере, что невозможного нет, и он, всего лишь, требует чего-то невообразимо сложного.

Вот каким образом он создает сейчас огонь «немного внутри тела»?

Но его подход неизменно работал. Мотивация, которую я получил, могла, кажется, сломить горы и осушить океаны. Я сосредоточился на Магии Крови, ощущая все свое тело, и осторожно потянул его наверх.

В принципе, мой почти двухлетний опыт в Магии Крови помог избежать серьезных травм, хотя я прямо чувствовал, что они рядом. И тот факт, что моя собственная кровь, заряженная маной, слушалась моего Контроля куда лучше любой воды, тоже сыграл не последнюю роль.

И я поднялся над землей на уровень табуретки. А потом с грохотом и дикой болью вернулся на грешную землю. Это был совершенно новый уровень манипуляций с телом, так что...

Да, это было невообразимо тяжело. И опасно. Все, как я привык.

Мощная ладонь оказалась у моего носа, и я сразу за нее ухватился.

- Как минимум, мы наметили новое направление развития, - барон с сомнением оглядел мой внешний вид, ища, возможно, признаки неуверенности или упадка мотивации. Не найдя их, он показушно-пренебрежительно фыркнул. - Хотя я, конечно, умел так делать с пеленок.

- Вы же вр... выдумываете, ваше благородие? - покачал я головой.

- Хочешь проверить? А ну, попытайся достать меня хоть раз, пока не истощишь свое ядро. А потом дуй к Лене на тренировку с копьем и автоматом! И думай только о том, что ты посмел усомниться в своем великом учителе.

И в таком диком ключе прошла еще одна половина года. Пока Кате, наконец, не исполнилось пятнадцать лет. И в тот день пьяненький барон дал ей обещание, которое стало роковым.

Он обещал нам портал ранга «Т». Того самого ранга, с которого, обычно начинаются встречи с демонами.

*****

(Примечание Автора)

А вот и я, всем доброго времени. Сразу покаюсь - глава должна была выйти в пятницу, так как на выходные я уезжал тусить, и собирался порадовать вас большой продой. не порадовал, потому что где-то схлопотал злобный майнер (вирус) и сидел его чистил весь вечер. Кто не знал, я ужасно плох в компьютерах, да и в любой технике, так что для меня был прям подвиг, когда я победил.

Ну и подвиги совсем скоро ожидают нас на пути! Думаю, еще глав шесть, и книге конец. Со следующей должен начаться экшен, и он может немного растянуться. Но я считаю, что все будет круто, как и всегда.

За сим кланяюсь! Всем приятного чтения. Надеюсь, вам нравится то, что я не очень-то тороплю события, не кидаю школьников галопом по всем порталам мира и не далю в первой же книге из ГГ непроходимую имбу. (Я, конечно, ее и делаю, но, так сказать, пока эта имба "в процессе")

Глава двадцать вторая. Где мои пятнадцать лет?

Тот день был особенным с самого своего начала. Потому что начался он поздней ночью, когда мы с Марусей (уже не робеющей в моем присутствии и вполне смелой и веселой девчонкой семнадцати годов) подобрались к Вулканическому поместью.

Конечно, дружина сработала штатно, и нас быстро перехватили. Но у меня были свои привилегии, коими я тотчас воспользовался, и нам кликнули самого барона.

Только легший почивать Филип Асторович поначалу глядел волком, но когда узнал, что мы идем поздравлять его любимейшую девочку во всем свете, тут же переменился в лице и поднял половину поместья на ноги. Только тихо, чтобы не разбудить именинницу.

Как итог, ровно в полночь, мы, большой и дружной оравой разбудили бедную юную баронессу нестройной песней «с Днем Рождения тебя». Катя была в таком «восторге», что, спросонья, забрала весь грохот нашей песни и перенесла его куда-то в окно, так что все наши голоса прогремели уже не внутри поместья, а за его пределами, перебудив, кажется, всех слуг и дружинников на территории.

В общем, день начался весело. Подарками закидывать прямо в ночь не стали и быстро разошлись, будучи уже приглашенными днем на праздник.

К самому празднику готовились, кажется, как к последнему. Катя лично ходила от одного стола к другому, переполошила поваров, загоняла бедного Сашку — управителя поместья, и лишь немного успокоилась тогда, когда на территорию въехал кортеж ее «любимой» тетушки Беатрисы.

Появление московской светской львицы чуть было не разрушило всю приятную атмосферу Катиного самоуправления, но мудрый Кровавый Барон (с моей скромной подачи) выпустил на поле свое главное оружие — моего отца.

Коля сиял и сверкал, в новом, но абсолютно безвкусном наряде. Признаться честно, мы с бароном все утро, как поняли, что приедет его сестра, думали, как бы изуродовать его главного конюха. Все дело в том, что на Коле любая тряпка висела, словно родовое церемониальное одеяние Римского патриция.

Пришлось шить на заказ у каких-то неумелых то-ли аферистов, то-ли просто дураков, которых барон нашел неизвестно где. И даже это, в итоге, не возымело эффекта — баронесса Беатриса просто растаяла, когда увидела своего обожаемого «Николая».

Конечно же, нас спас сам Коля.

- Признаться, я чувствую себя неловко, стоя рядом с вами в таком покрое, - скромно и лучезарно улыбнулся ей Коля, одну руку приложив к затылку, а второй словно пытаясь закрыть неудачные швы одежды. — Вам это может быть не к лицу в такой день…

Только тогда баронесса обратила внимание на его наряд, критически рассмотрела и пришла к моментальному выводу, что «варварский Филип — деспот и простодумец» и, «О, Вселенная!», она считает своим долгом помочь несчастному брату хотя бы своего превосходного главного конюха одеть по человечески.

С этими словами и сверкающими глазами, баронесса, как черный вихрь, умчалась к лучшим портным и магазинам одежды Красноярской области. Учитывая то, в скольких нарядах она сможет увидеть сегодня моего отца, до вечера их ждать не стоит.

- Я выпишу ему премию, - решил для себя, вполголоса, барон, когда мы с ним смотрели на отъезжающий московский кортеж. — И костюмы уж все себе оставит пусть. Эх, Костян, вы с батей для меня — находка! Хочешь, и тебе премию выпишу, а?

Уже немного выпивший барон смотрел, в этот день, на мир с улыбкой. Его любимой дочери уже пятнадцать — она и взрослая, но все еще маленькая, для него, кажется, это был идеальный возраст. А о том, что всего через два года она надолго покинет отчий дом, сегодня Филип Асторович предпочитал не вспоминать.

Я, как начинающий Шевалье, старался быть ближе к своей подопечной, но она с Марусей, одетой сегодня в шикарное платье (подарок самой Кати на прошедший ее День Рождения), летала по всей территории поместья так быстро, что я сразу заподозрил их в использовании магии.

Что же, я тоже могу играть в эту игру!

Прямо на глазах слуги и дружины, я взмыл в воздух на высоту пятиэтажного здания, и принялся высматривать именинницу с подругой. Найти их не составило труда, потому что там, куда они приходили, всегда наблюдался взрыв активности.

Я плавно спустился на землю. Внутренние органы побаливали, но чувствовал я себя терпимо. Все же, полноценно летать я еще не мог, только парить, подниматься вверх и, иногда, не очень резко менять направление полета.

Тем не менее, я совершенствовался.

- Костя, вот ты где, - перехватила меня жесткая рука.

Мощная хватка никак не сходилась с нежным девичьим голосом, но я уже привык к этому. Мой персональный боевой инструктор — Елена, по совместительству являющаяся главой дружины и правой рукой Кровавого Барона, как и всегда, была одета в легкое платье небесно-голубого цвета. Подобные носили официантки на сегодняшнем празднике. Ее привычка к этим платьям была обусловлена их длинными бретельками, в которые удобно было, в критической ситуации, просунуть дополнительную пару рук. На ее глазах (двух основных) красовались темные очки, так что командир дружины сегодня выглядела как прислуга, а не глава службы безопасности. Но, как я уже отметил, была готова ко всему.

- Я не вижу твоего отца, - Елена, как всегда, немного смутилась, упомянув его. — А Зверь его благородия сегодня участвует в программе, так решила юная госпожа. Без Коли, боюсь…

- Эй, ты! Ты что встала?! — донесся до нас грубый мужской голос. — Быстро бери нож и делай овощную нарезку! Молодая баронесса потребовала ее немедленно. Ну! Слышишь ты, нет?! Я с кем разговариваю?!

Мы повернулись и с невероятным удивлением поняли, что эти слова предназначались именно Елене. А говорил их не кто иной, как меню-шеф, которого Кровавый Барон, специально по просьбе Кати, оплатил с Петербурга, где тот стал очень популярен в последнее время.

Я бы захохотал, если бы это не было так страшно. Похоже, приезжий повар принял главу дружины за прислугу, под которую та и маскировалась! А ведь я уверен, что их представляли друг другу — просто этот мужик не запомнил в миловидной хрупкой девушке командира местной армии.

Елена вскинула бровь и, ни слова не говоря, прошла прямо к столу, на который указывал меню-шеф. Под его грозным взглядом, она выложила перед собой сразу четыре ножа. А потом вытащила из-под платья вторую пару рук.

Признаться честно, такой красоты исполнения нарезки овощей я не видел никогда. Хотя я и знал, что мой инструктор умеет обращаться с любым видом оружия, как настоящий мастер. Четыре кухонных ножа летали над нарезными досками, как стрекозы, и буквально все действо заняло у главы дружины около половины минуты.

Побледневший меню-шеф с огромным трудом смог поднять свою челюсть на место. А когда над черными очками Макаровой открылся ее третий глаз, взвизгнул что-то невразумительное и бросился прочь.

- Мне кажется, он принял вас за ифрита, - поделился я, все таки посмеиваясь.

- Разве от меня летели искры? — холодно уточнила женщина.

- Нет, но разве обычному человеку не все равно? А о нас, как я слышал недавно, в Москве, Твери и Питере знают только, что тут служат самые настоящие ифриты.

Да, ситуация с Деобедоном разрешилась назначением, как раз, Елены на место главы дружины, а самих ифритов разжаловали в рядовые, в ближний круг барона. Но общественный резонанс был действительно большой и, если бы не отъезд двух из ифритов тогда с Катей в Китай и последующее обострение отношений с Ордой, то к нам бы совершались целые паломничества, только чтобы посмотреть или изучить удивительных мифических духов огня.

А вон и Трага. Женщина, явно устроенная Катей, помогала поварихам с обжаркой мяса. Нежная телятина Красноярских степей на огне ифрита — деликатес, однако!

- Что до Коли, - вернулась к разговору Елена.

- Он… отъехал, - я не хотел расстраивать своего инструктора известием о характере отъезда отца. — Но я могу заняться Зверем за него. Просто подскажите мне, куда идти.

В итоге, я исполнял обязанности укротителя черного чудовища, забыв о своей должности Шевалье на время. В конюшнях все было по старому, и я живо вспомнил свои первые недели жизни при Вулканическом поместье.

Вселенная! Уже три года прошло.

- То-то я и думаю, куда ты пропал? - вместе с легким сигаретным дымком, донесся до меня девичий голос. — А ты решил вспомнить молодость?

- Хм, если чувствуешь, что пятнадцать лет тянут тебя к земле, можешь тоже вспомнить, - не оборачиваясь, отозвался я. — Если возьмешь вилы, будет совсем как тогда, когда мы познакомились.

Платья за моей спиной зашуршали. Даже до начала самого праздника, Екатерина Филиповна Стенгер была наряжена так дорого-богато, что выглядела, как минимум, императрицей в окружении подданных. Я задумался, а как я обычно встречал свои дни рождения?

- Нет уж, - тем временем ответила Катя. — Зверю не нравится дым, да и я скоро пойду. Просто зашла поглядеть, как идут дела. Ну, и выцепить тебя на пару минут.

- Вот как? — я все же отвлекся от Зверя, которому тщательно намывал черную шею, и повернулся к девушке. — О…

Похоже, я недооценил шикарность наряда своей подопечной. Хотя с утра, я помню точно, она начинала приготовления к празднику совсем в другой одежде. Теперь же вид пятнадцатилетней баронессы слегка выбил землю из-под моих ног.

Признаюсь честно — сердечко застучало.

- Чего? — нахмурилась Катя.

- Красивая ты, - замаскировал я свое смущение под грубоватую простоту. — Любуюсь.

- Ну… на здоровье, - зарделась девушка, отводя взгляд. — Только с мысли меня не сбивай! Короче, я придумала подарок.

- Да, я тоже. Скоро тебе подарю. А ты? Мне подаришь? Было бы здорово.

- Как обнаглел-то от одного комплимента! Нет уж, я придумала подарок для себя. То, что буду просить у отца. В конце концов, у меня сегодня юбилей.

- Юбилей же раз в десять лет…

- Константин! Ты портишь праздник своими дурацкими репликами! Чисть Зверя и молчи, пока твоя госпожа слово молвит!

- Нет такого слова «чисть», - буркнул я, возвращаясь к Зверю.

А потом рассмеялся.

Катя подхватила мой смех, и мы хохотали над собственной (не такой уж и смешной, к чести) пикировкой почти минуту. Ну, нам было весело, так что мы веселились. Может ли кто-либо осуждать нас за это?

- Итак, если кратко, я попрошу у него поход, - вернулась к теме Катя. — Настоящий хороший поход в портальную зону.

Мы давно говорили с ней об этом. В последний год мы с бароном были во многих порталах, зачищали с дружиной опасные зоны и ловили разбежавшихся монстров. Кто-то из магов и областных Истребителей Демонов (с которыми иногда сотрудничал в рейдах барон) шутил, что нам с Катей быстрее предложат места преподавателей в Москве, чем мы успеем поступить.

Но по-настоящему серьезных вызовов не было. При всей своей любви к простоте, Кровавый Барон был не тем учителем, который допустил бы серьезные неприятности для своих подопечных. А нам с Катей давно хотелось испытать себя на максимум.

- Будет очень здорово, если ты сможешь это организовать, - откликнулся я. — Но нужна конкретика.

- Я за ней к тебе и пришла. Не думал же ты, что только ради комплиментов? — улыбнулась Катя.

- Не только прекрасна, но и умна, - оценил я свою госпожу и, поклонившись, ехидно добавил. — Сегодня.

- Сейчас получишь! Зверь, бодни его в задницу!

Огромный черный конь только фыркнул за моей спиной. Этот монстр испытывал ко мне и Коле крепкую симпатию, так что даже и не подумал слушать «кобылку» своего хозяина.

- Итак, мы хотим портал, верно? Я думал над этим, - я показал баронессе два пальца. — Либо «С», либо «Т». Они стоят рядом, но разница очень большая. Колоссальная, я бы сказал.

- У меня что-то крутится рядом с мозгом, но сегодня такой день, что он слишком перегружен, - признала девушка. — Так в чем отличие, и что нам выбрать?

- Выбирай сама, твое благородие, я только подскажу, - я пожал плечами. - «С» портал, мне кажется — верхняя планка наших с тобой возможностей. Помнишь «М»? Там будет, наверняка, что-то похожее. Куча тварей, сильный вожак, крепкие лбы. Вдвоем справимся, конечно, но не без волнения. А вот… «Т» - это реальный шанс не выбраться, если пойдем только вдвоем. Но с нами все равно будет учитель, так что сильно волноваться не о чем.

- Ты так говоришь, будто «Т» прям совершенно другой тип портала, - не поняла Катя.

- А так и есть. Все дело в том, что только с «Т» ранга в порталах появляются демоны.

Вот теперь Катя задумалась. Единственный раз, когда мы с ней в живую видели настоящего демона, был почти три года назад, при открытии аномально близкого к Вулканическому поместью портала. Тот, по классификации, на «Т» никак не тянул, но он был ловушкой специально для Кровавого Барона, который сильно мешал демонам.

После его закрытия я стал кандидатом на звание Шевалье и учеником Филипа Асторовича, а демоны получили такой апперкот по челюсти, что не проявлялись активно все это время.

И теперь я, почти что, предлагал самим сунуться к ним в гости.

- Ты уверен? — подумав минут пять, спросила Катя.

- Мы хотим сражаться с демонами, ты и я, - я пожал плечами. — Лучше начать тренировать это ремесло пораньше. Тем более, это будет хорошим пунктом в портфолио.

Кто-то закричал на улице, ища «юную госпожу», так что Катя развернулась и пошла на зов. Она не ответила и была в крайней задумчивости, но я понимал, что мысль о портале ранга «Т» уже прочно засела в ее голове.

*****

Вечер получился прекрасным. Молодую госпожу Стенгер приходили торжественно поздравить представители всех соседних родов, главы местных филиалов крупных столичных игроков и даже сам новый губернатор Красноярской области (т.е. - ответственный за все рода, тут обосновавшиеся, принят в должность месяца три назад) - князь Павел Михайлович Ефимов, явился лично, с супругой, поздравить, презентовать какой-то большой подарок и представить Кате, да и всем окружающим, своего младшего сына - Данилу Павловича - ровесника Кати и, как выразил надежду князь, ее будущего однокурсника.

Молодой княжич довольно высокомерно поинтересовался у именинницы, не боится ли она, как прекрасная девушка, лезть прямиком в пасть демонам? И выразил большую надежду узнать, в будущем, что она изучает науки и готовится выйти замуж, а не идет по тропе, созданной для мужчин.

Удивительный молодой человек! Ведь он даже не был пьян, а нес такую страшную хуе... кхм, ту. Впрочем, наша баронесса совсем не растерялась и подозвала к себе Трагу.

- Я пока пробую себя и в том, и в другом, - оставаясь вежливой, ответила Катя. - Хожу к порталам, чтобы посмотреть. Мутанты - очень занимательные звери! Но и по дому стараюсь помогать. Приобретаю навыки и знания. Вот к примеру... Трага, милая, будь добра, подогрей порцию юного князя, мне кажется, она остыла на воздухе.

Женщина-ифрит моментально поняла, что именно ей приказала госпожа, так что тут же обратилась в свою истинную форму и направленной струей огня опалила блюдо князя. К ее чести, она и правда только лишь подогрела блюдо, ничуть его не испортив. Все же, контроль огненных джиннов над родной стихией был великолепен.

- Аэх, монстр! - вскрикнул княжич, чуть не упав со стола. - Это же монстр! Или демон!

- Демон? - тут же поддержала его под локоть наша замечательная глава дружины. - Ваша светлость, вы сказали: «Демон»?

И, прежде чем младший наследник губернатора успел уточнить, Макарова открыла свой третий глаз и вытащила вторую пару рук, воинственно оглядывая окружающих.

И она, и Катя выглядели предельно серьезными, но я знал, что еще немного, и они будут готовы лежать на полу со смеху. Ну, по крайней мере - Катя. Елена, максимум, снисходительно улыбнется своей и чужой шалости.

А шалость, тем временем, удалась. Юный княжич впал в натуральный осадок и его важным родителям, до того отвлеченным разговором с нетрезвым бароном, пришлось забрать сына и немедленно нас покинуть.

- Кажется, они расстроились, - заметил я, подходя к Кате, Траге, Елене и присоединившейся к ним Марусе.

- Зато мы - нет, - твердо ответила именинница, и три другие девушки поддержали ее согласными кивками.

Что же, женщины Вулканического поместья дали бы фору многим мужчинам. В бою, на кухне, да и вообще где угодно.

Наконец, праздник подошел к концу. Основная масса гостей откланялась, и мы встречали ночь в тесной компании приближенных лиц, у последнего полного закусок стола, с разожженным подле костром.

Взрослые: Петр, Коля, Елена, баронесса Беатриса и Барон порядком выпили и веселились. Пожалуй, только глава дружины не была по-настоящему пьяна, в силу особенностей организма. Но, даже так, она умудрилась сцепиться с госпожой Беатрисой рядом с моим отцом, А та, в свою очередь, была настолько рассеяна из-за прошедшего дня и выпитого, что не могла толком ответить «как подобае-эт... ик, ле-эди!»

Я наблюдал за перепалкой с интересом. Меня и правда занимал вопрос: возьмет ли верх одна из сторон или отца сегодня ждет, скажем так, «тройное свидание». Лично для меня, и так, и эдак, сегодня лучше будет пробраться на конюшни - высплюсь хоть.

Катя и Маруся дербанили подарки и взахлеб обсуждали гостей, праздник и все на свете. Больше всех, очевидно, сегодня досталось молодому князю Ефимову и его семье, «которые приперлись к портальной зоне, а боятся даже простых вещей!»

Я не обращал на их голоса внимания, пока Катя не решила обратиться к барону.

- Пап! - наконец сказала она громко. - Я совсем забыла про подарок!

Все посмотрели на именинницу. В обычной ситуации, под вечер после целого дня чествования, взрослые могли бы и подустать от празднующего ребенка, но, когда надо было, Катя умела становиться настоящим ангелочком. Так что теперь все внимание было приковано к ней.

- Подарок? - барон икнул, пытаясь спьяну сообразить, дарил ли он что-нибудь дочке? - А я разве...

- Ты приготовил все чудесно! - перебила его девочка. - Но ты же не спросил меня саму, да же? Ты же не узнал же, чего же я хочу?

О, этот прием я тоже знаю. Катя специально, к месту и не к месту, вставляла это звенящее «же», чтобы пьяный мозг барона больше сосредоточился на раздражающем звуке, чем на информации вокруг него. Не первый раз пользуется, баронесса юная, и всегда добивается своего.

Хотя, к чести барона, он так любит дочь, что я не уверен, что ей и правда нужны подобные приемчики. Вернее даже, я уверен, что не нужны.

- Ладно, - сдался Кровавый Барон и наклонился ближе к наследнице. - И чего же ты на самом деле у меня хочешь?

- Конечно же то, чего ты не дал бы просто так, - Катя развела руками. - Я хочу в портал.

Повисла тишина, прерываемая только шелестом одежд слуг, разбирающих место праздника, редкими шипениями раций дружины, патрулирующей местность, да треском костра. Кажется, взрослые даже немного протрезвели.

- Как я радуюсь, что не участвую во всем этом, - фыркнул Петр-кузнец и строго глянул на дочку. - И даже не думай, Маня.

- Дев-вочка просто хочет себя прояв-вить, - заметила заплетающимся языком баронесса Беатриса. - После высказываний юного князя я могу ее пон-нять. А молодому Ефимову должно быть стыдно! И будет! Чтобы я позволила так безнаказанно мою племянницу! Ну... не будет такого...

Барон, с прищуром глядевший на сестру во время ее монолога, фыркнул и вернулся взглядом к дочке. Вероятно, голос госпожи Беатрисы он засчитал за плюс к просьбе Кати. Ну а потом глянул на меня.

- Портал «Т»-ранга, мы хотим жести, - я просто пожал плечами выкладывая все карты. - Но умирать не хотелось бы. Я думаю, будет хорошо, если вы, Филип Асторович, пройдете его с нами. Мы получим опыт и посмотрим на уровень, который выше нашего, но довольно близок. Это поможет... всему.

Катя приложила ладошку ко лбу и покачала головой. Да, концовку с объяснением о том, как это дико поможет нашему стремлению пронзать небеса и уничтожать демонов армиями, я немного запорол. Но я хотя бы остальную часть донес правильно! И вообще - навыки ораторства у меня находится в зачаточном состоянии.

- Это - твое желание? - снова повернулся к Кате барон.

- Ага, - кивнула она. - Но только я хочу, чтобы ты не делал все за нас! А... просто следил, чтобы нас не убили. Для тебя же это просто, да, папа?

И, конечно, барон согласился. Только решил удивить и нас в ответ, так что сказал:

- Выступаем завтра с утра. Не проспите.

*****

(Примечание Автора)

Устал я жутко. Не знаю, что за дела, но последние пару дней хочется только спать и жрать.

Тем удивительнее, как легко пошла эта глава, когда я начал. Ну, вы можете увидеть это в ней - сама глава получилась легкой, праздничной и веселой. Мне кажется, именно такие главы роднят нас с героями и миром больше, чем какие-нибудь превозмогательства и всякое такое прочее, чего обязательно мы с вами пощупаем уже в следующих двух главах. Или трех!

За сим - кланяюсь. Спасибо всем, кто поставил лайки - в последнее время их стало больше, и меня это очень радовало.

Следующую главу чрезвычайно постараюсь выпустить в пятницу. Всем приятного всего!

Глава двадцать третья. Портал-обман

Барон не соврал, и уже на следующее утро дружина рода Стенгер собирала рейд. В адрес областного центра Истребителей Демонов было направлено письмо, за подписью самого Филипа Асторовича, извещающее о том, что «Род Стенгер направляется на глубокий рейд по тобольской портальной зоне с целью зачистки мелких и средних порталов, вплоть до ранга «С».

- Не будем всем кричать, что идем на демона, - пояснил нам с Катей барон, хмуро морщащийся в седле. — По закону, они тогда будут должны нас усилить двумя боевыми группами. Нам это ни к чему.

Мы были уже на границе с зоной. Я очень хотел расспросить учителя больше о правилах взаимодействия структуры Истребителей Демонов с войсками родов и регулярной армией, но барон был сильно не в духе. Вероятно, его мучило тяжелое похмелье, да и сам наш выход, на трезвую голову, ему не нравился.

Но слово Кровавого Барона нерушимо.

Этот рейд был очень похож на все предыдущие, в коих мы с Катей уже успели изрядно побывать. Но и отличался. Глубокий рейд, почитай — вылазка в земли врага, и подготовка к нему была соответствующая.

Самым главным отличием такого рейда от обычного являлись пушки. Тяжелые повозки с металлическими конструкциями тащили за собой крепкие кони, а в устройстве самих пушек, кроме пороха, железа и магии ничего не было, так что и работали такие штуки в условиях портальной зоны исправно. И были просто необходимы в глубоких рейдах, ввиду плотной заселенности измененными тварями дальних территорий портальной зоны.

- Монстры друг друга не жрут, - объяснял барон, покачиваясь в седле и морщась каждый раз, когда до нас доносились звуки выстрелов. — Они, как бы, становятся одного вида. И волки, с зайцами, и даже крупняк, вроде удосов-гранде.

- Удосы-гранды? — переспросила Катя.

- Увидишь, - хмыкнул в ответ ее отец. — Когда-нибудь. Крепкие ублюдки. Обычно мне нужно два вулкана, чтобы убить одного такого. А они любят ходить семьями.

Я оценил и проникся. Сила двух активных вулканов от заклинаний Кровавого Барона сравнима в ковровой бомбардировкой, внутри которой такой монстр, как мой учитель, может беспрепятственно двигаться, разрушать и сжигать. А в мире есть твари, которые способны пережить это.

- И из-за того, что разные виды соседствуют, их становится слишком много, - вернулась к теме Катя. — Хм, но что же они тогда едят?

- Еда тварям нужна только для восстановления после ранений, - объяснил барон. — В Академии научат лучше, но я прогуливал эти лекции. После меня восстанавливать нечего. Важный момент в том, что питаются все твари энергией самих порталов. Но своих, что хорошо для нас. Тот же удос-гранде не проживет долго, если уйдет от своего портала. И энергия с чужого его не насытит. Так что, закрой портал — и твари потихоньку издохнут сами.

- Если не смогут питаться живыми существами, - напомнил я.

- Да, если у них нет пищи, - барон скривился. То ли оттого, что я его поправил, то ли от близкой автоматной очереди. — Поэтому важно ловить разбежавшихся ублюдков на границах. Но в пределах границ это необязательно.

Да, как он и сказал, в Академии Истребителей Демонов, особенно в такой престижной, как Московская, нам дадут куда больше теоретических знаний. Сейчас нет смысла сильно забивать этим голову. Зато отличное время для практики!

Когда мы дошли до переднего края, нас встретил молодой офицер, мне незнакомый. Старого коменданта — полковника Софийкина, отправили в запланированный отпуск. У него и раньше были некоторые выходные, но мало и почти бесполезно. А вот когда на должность начальника дружины пришла Елена, старому вояке пришлось привыкать к регулярному отдыху. Без семьи и друзей (за исключением сослуживцев) Софийкину было очень непривычно «не-воевать-с-тварями», но потом он втянулся и, как я слышал, стал почетным членом Красноярского круга поэтов.

- Майор Демидов, ваше благородие, - отрекомендовался временный комендант, поклонившись. — Активность зоны в пределах нормы. Только я не совсем понимаю…

- Не боись, товарищ майор, не набедокурим, - махнул ему рукой барон. — Если будут спрашивать, говори — внеплановые учения. А, смотри, спрашивать может быть и будут. Мы вчера новому губернатору в штаны насрали, он теперь малость злой. Понял?

- Так точно, ваше благородие. Разрешите выделить группу сопровождения?

- Выделяй, спасибо.

- Удачного рейда, ваше благородие.

Группа сопровождения включала в себя пеших солдат в полной боевой выкладке, обвешанных гроздьями защитных и атакующих амулетов. Род Стенгер сам по себе был богатым родом, за счет славы его главы — Дракона Империи, и благодаря материальной выгоде от соседства с портальной зоной. Но на защиту своих солдат, даже по меркам такого обеспеченного рода, Кровавый Барон тратил просто космические суммы.

К его чести, наш владыка просто был довольно аскетичным, по меркам Российского дворянства, так что все, что он не тратил на себя, уходило в казну дружины. А оттуда такая же аскетичная Елена щедрой рукой раздавала зарплаты, отпуска и снаряжение. Если вспомнить про то, что с родов-защитников (т. е. — тех, кто держит границы портальных зон) снимают огромную часть налоговых вычетов, то суммы выходят совсем уж хорошие.

Так что, благодаря такой упакованной группе сопровождения, мы смогли существенно сократить время на проход вглубь портальной зоны. Пешие ветераны, поддерживаемые артефактами, шли, не уступая лошадям в скорости и прекрасно наводили стрельбу по приближающимся монстрам.

Несколько раз барон, взмахом руки, отправлял троицу бойцов закрыть тот или иной портал. Конечно, это были не обычные дружинники, а его личный отряд: Трага, Глабадон и Деобедон — воины-ифриты, по силам не уступающие и Архимагам.

Около часа мы шли напролом в быстром темпе, но вечно это продолжаться не могло. И я понял, что мы зашли достаточно глубоко, когда загремели пушки.

Тяжелые орудия в портальных зонах — редкая вещь, как и крупные рейды, которые ими пользуются. И сегодня мы с Катей впервые могли наблюдать за их работой.

Монстров, не крупнее слона, разрывало на части и кровавые куски даже при непрямом попадании. Артефактные снаряды, маги-операторы и качество сборки — все это, вкупе, делало каждый залп пушек настолько разрушительным, что я даже удивился: как человечество еще не закрыло все порталы в мире?

Ответ, как это часто бывает, пришел сам собой.

- Зафиксировано тринадцать энергетических всплесков! — рапортовал главный маг-сканер рейда, с очень развитым Аспектом Проявления, который мог чувствовать движение маны в огромном радиусе. — Мой господин, порталы среднего уровня.

- Высылайте зачистку, - решил барон. — Оставьте два отряда прикрыть нас и три — на пушки.

Адъютант — старший лейтенант, из новых, бросился доносить приказы командующего. Деобедон такой чести был лишен уже давно, а Макаровой с нами сегодня не было.

К моему удивлению, тот самый Деобедон не выказывал никаких признаков неудовольствия, стыда или зависти. После заслуженного наказания ифрит, кажется, вспомнил свое место и только покорно слушался приказов господина. Хотя иногда и поглядывал в мою сторону, но взгляд его был настолько пустым, что я не уверен — понимал ли он вообще, на кого смотрит?

Как бы то ни было, а нас осталось мало.

- Волчонок — на землю, - приказал барон, и я, вместе с тремя другими дружинниками спрыгнул с лошади. — Двигаем.

Сегодня я был в роли первого стрелка. В условиях портальной зоны, когда отряд идет верхом, кто-то должен брать на себя обязанность первого столкновения с тварями. Это означает, что я буду обязан мониторить округу на предмет врага, первым указывать в его сторону, первым стрелять и первым же вступать с ним в рукопашную, пока другие члены отряда формируют ответ на агрессию извне.

Короче говоря, сегодня мне доверили важную роль, и я собирался хорошо с ней справиться.

АК-12 в руках, копье за спиной, удобная и подогнанная по фигуре броня — сейчас я очень четко вспомнил свою первую молодость. Только тогда меня уже звали Волком. Хотя... в этой жизни я приступил к службе значительно раньше, чем в прошлой.

- Есть контакт, крупные лисы, - рапортовал я, заметив первую цель.

Приставка «крупные» была неспроста. Портальные твари почти всегда значительно больше своих «натуральных» сородичей, так что говорить об этом — только зря тратить время. Однако, если я вижу, что на меня бежит лиса размером с легковую машину, я говорю - «крупная». И так отряд понимает примерные размеры проблемы.

Первую тварь я скосил еще до того, как она меня заметила. Двум ее подругам досталось по короткой очереди в морду, но вот на третью подругу (и четвертую, всего, лису) я уже истратил остатки магазина.

А потом на нас двинулась целая волна огромных рыжих тварей.

- Похоже, много порталов! — прокричал барон, перекрикивая канонаду поддержавших меня выстрелов. — Один тип! Лисы! Это ранг «О»! Рядом может быть то, что мы ищем!

Засвистело ядро, и в наступающей на нас волне образовался «всплеск», какой бывает, когда бросаешь камень в воду. Только вместо камня был усиленный магией снаряд, а вместо воды — портальные твари.

Я успел перезарядиться и снова опустошить магазин. Боеприпасов хватало, но, признаться, рвущиеся к нам монстры заставляли понервничать.

Внезапно, вся орава лис как-то стушевалась, замедлилась и пригнулась к земле. А потом поднялся синхронный и дикий вой боли.

Я пригляделся, и увидел, что свет, пробивающийся из-за туч, будто бы давит монстров сверху. А под их лапами успел разглядеть черную, как смоль, прорастающую прямо из-под земли острую колючку.

Я повернулся, и увидел, как напряженно стиснула зубы Катя, творя заклинание. Барон держал лопатообразную ладонь на спине дочери и что-то тихо советовал ей на ухо. Катя кивнула, и в следующую секунду тонкие ноги лис окончательно проломились от возросшего давления света, а колючка исчезла.

- Не ждите, заканчивайте с ними, - крикнул барон и первым показал пример, отстегнув от куртки разрывную гранату и бросив в гущу рыжих спин.

Мы последовали его примеру, и уже через пять приглушенных взрывов перед нами осталась лишь гора дымящегося мыса и скулящие недобитки.

Я только покачал головой. Сильна, подопечная, уж как сильна!

Меж тем мы вышли на чистый от деревьев, кустарников и травы участок. Сразу девять порталов величественно вращались на нем, но монстров рядом было не так много. Скорее всего, именно отсюда на нас бросились лисы.

- Хм, забавно, - оценил ситуацию барон с первого взгляда. — Итак, ребятки, быстренько мне скажите, какой из этих — наш?

- Здесь есть «Т»-ранг? — Катя пристально всмотрелась в порталы. — Ну, они… все очень похожи. По магической структуре.

Я осмотрел следы. Вернее — попытался. По большому счету земля вокруг этой девятки порталов представляла собой жуткое месиво из земли и отпечатков сразу десятка видов звериных лап. Возле одного портала лежало толстое бревно, невесть как тут очутившееся, а вот рядом с другим я заметил след, отличавшийся от предыдущих.

Он был большой. Очень большой. Такой огромный след, что я запросто мог лечь в него, как в ямку.

- Я думаю, это здесь, - я ткнул пальцем в ближайший к следу портал. - Но... я не уверен, что мы можем...

- Как быстро твой Шевалье потерял смелость, а? - брюзгливо обратился барон к дочери, а потом хмыкнул. - Мы же идем на демона, а не на огромную тварь. Вспомни-ка, Волчонок, на кого был похож тот урод, который натравил на вас волков?

- На человека, - я пропустил подначку мимо ушей. - Он выглядел, как человек.

- Разве человек оставил бы такой след? - спросил тогда мой учитель. - Или, даже будь демон огромен, стал бы он тут так просто топтать для тебя?

- Тогда как понять, где наш портал? - спросила у него Катя.

- Из опыта, конечно, - барон пожал плечами. - Но я больше предположу, что вон то бревно валяется не случайно. Поглядите, на таком очень удобно сидеть.

Мы с Катей синхронно посмотрели на бревно, которое я заметил еще до того у одного из порталов. Пожалуй, если не быть привередливым, его действительно можно было использовать вместо скамейки.

- Демон не захотел уходить далеко от портала, а просто сидел тут и смотрел, как прибывают с соседних порталов твари, - пояснил нам Кровавый Барон, слезая со Зверя. - Ну что? Пойдемте его навестим.

*****

Внутри портал отличался от тех, где мы были ранее. Если предыдущие были похожи на леса, пещеры или поляны, в общем - на природные локации, то этот оказался рукотворным.

Это было огромное деревянное сооружение. Нечто вроде готического особняка.

- А что вы думали, будет чан с дерьмом? - фыркнул на наши с Катей непонимающие лица барон. - Мы завалились прямиком в дом ублюдка.

Мы оказались в широком коридоре с высокими потолками и заколоченными окнами. Проявив любопытство, я отодрал несколько досок от ближайшего оконного проема, но за ним стелилось точно такое же серое марево, из которого был соткан и сам портал.

- Иногда бывает так, что дома переносит с небольшими участками земли. Иногда - с большими, - Филип Асторович развел руками и улыбнулся. - Тут, может быть, даже не весь дом перенесен. Значит, демон не из сильных. Это хорошо для меня. И плохо для вас. Потому что я не стану вам помогать, разбирайтесь сами.

Вопреки ожиданиям самого барона, это заявление нас ободрило. В конце конов, он точно не хотел бы нашей смерти, и был наиболее осведомленным в мире человеком, если говорить о наших способностях. Соответственно - мы были в состоянии справиться сами.

Первые твари настигли нас в конце коридора. Вернее будет сказать не «настигли», а «проявились».

Они вылезли прямо из стен. Абсолютно черные, как будто плоские и не отражающие свет. Очень низкие человекоподобные силуэты с черным же оружием в руках. Похожие на обесцвеченных гоблинов из сказок, эти твари сразу ринулись на нас.

Несколько из тех, кто был ближе к барону, вспыхнули свечками и тут же обратились пеплом. Дракон Империи, конечно, даже не заметил столь жалких врагов, а вот нам с Катей пришлось постараться.

Я сорвал со спины автомат и ударил ближайшего ублюдка прикладом. Тот оказался легким и грохнулся на пол, не делая больше попыток двигаться. Второму тоже досталось по черепушке, а вот в трех других уже полетели пули.

Катя своих просто отбросила, а потом выхватила нож и проткнула одного в грудь. Что примечательно, ни один из монстров не издал ни звука, даже когда валился всем своим весом на досчатый пол.

- Они... не живые, - оценила Катя их магический фон. - Это что-то вроде заклинания. Странно. Я совсем не чувствую, что поглотила их силу.

- Ты же сама сказала, что мелкие - только заклинание, - хмыкнул барон. - Откуда в них сила? Эти гремлины - всего-то одушевленная мана. А вот тот, кто их наслал - уже добыча.

Мы с Катей улыбнулись. Добыча, это хорошо. Первый демон в нашу общую копилку и такой ценный опыт! Но для начала мы должны до него добраться.

Черные гоблины вылезали еще пять раз. И каждый раз был похож на засаду - они просто начинали вырываться из стен, беззвучно и быстро.

Однако же, недостаточно быстро, чтобы застать нас врасплох. Да и вообще эти гоблины были на редкость... никакими. Они не были сильными, не были быстрыми, не работали в команде и даже не были хитрыми. Наоборот - я видел как один из черных карликов потерял свое оружие, когда Катя отбила его удар ножом. И, вместо того, чтобы броситься на девушку с кулачками и зубами, он побежал поднимать свою ковырялку.

Как итог, всего за полчаса мы зачистили целый этаж особняка и вышли к массивной деревянной лестнице. Она заканчивалась небольшим порогом и широкой двойной дверью с непонятной нам гравировкой.

- Клан Сак, - перевел барон и тут же пояснил. - Демоны делятся на кланы, как мы - на рода. Клан Сак... ну, они явно не простолюдины, но и не древнейшая фамилия. Пару раз мы натыкались на них или их слуг. Не думаю, что тут будет какой-нибудь Тши или Чешише - это ранги наследников клана.

- Я правильно понимаю, что вы сказали «три» или «четыре», только заменили буквы на «ш»? - заметил я.

- Так работает их счет, - пожал Филип Асторович плечами. - Ученых спросите. Там было что-то про лингвистические особенности портализации из иных измерений. Жутко скучная тема, я в то время уже убивал на дуэли какого-то князька, помню. Он, видите ли, не хотел пить за одним столом с простолюдином...

Вот так получив краткий экскурс в разницу между названиями цифр двух цивилизаций и молодость барона, мы толкнули деревянные двери.

И тут же оказались в огромном зале, явно предназначенном для больших приемов гостей. Деревянные полы, деревянный потолок и деревянные стены с заколоченными окнами. И куча лавочек, как в деревенской церкви. А вместо алтаря высокий трон.

Пустой.

Но прямо на ступеньках под троном сидел мужчина. Довольно высокий, худощавый, весь какой-то нескладный и зажатый, он вздрогнул, когда мы вошли. Уверен, любой человек на его месте вскочил бы и, может, закричал от страха.

Но это был не человек.

- В-вы Истребители, в-верно? - заикаясь, спросил он нас. - А из в-вас, случайно, нет Кров-вавого Барона?

- Какой-то он не такой... - повернулась Катя к отцу, который внимательно наблюдал за демоном. - Пап, разве он не должен был что-нибудь... Ну, запугивать нас, угрожать.

- Так есть среди в-вас Барон? - уже увереннее крикнул демон, переставая дрожать и вставая.

- А тебе какое дело? - крикнул я ему в ответ, намереваясь спровоцировать.

Но тот остался спокойным. И, видимо, сделал какие-то выводы.

- Ну, раз нет... - вздохнул он.

И исчез.

В следующее мгновение прямо из стены, как до этого гоблины, вынырнула рука со скрюченными в судороге пальцами! В отличии от гоблинов, рука была быстрой, и даже не просто быстрой, а сумасшедше быстрой. И ее удар был нацелен прямо на Катино горло.

Алый росчерк осветил полумрак помещения, и рука упала на пол, не дойдя до моей подруги всего пары миллиметров. На кончиках пальцев барона, отрубившего руку, заплясали огоньки.

- Хватит ворон считать! - гаркнул он нам. - Хотели демона - вот он вам! Вперед! И принесите мне его голову!

- Г-голову?! - взвизгнул появившийся неподалеку справа демон. - Да на что она вам? Может лучше вы уйдете?

Пока он говорил это, я сорвал крышку со своей фляжки и метнул в его сторону россыпь мелких льдинок. Демон тут же растворился в воздухе и снова проявился уже на четвертом ряду скамеек слева.

- Катя! - крикнул я подруге, активируя Магию Крови.

Девушка поняла меня с одного слова. Запущенные мною льдинки мгновенно превратились в воду, потом зашипели, нагреваясь, и уже через секунду, пока я бежал, испарились полностью, родив совсем маленькое черное облачко.

Но затем из этого облака в демона ударила самая настоящая молния!

Это был Светлый аспект Катиных способностей - «дар». Она «даровала» молекулам воды движения, «забрав» его откуда-то еще. И когда движение породило небольшую искру, как в природе, Катя растянула ее, вытащила из облачка и усилила, за счет своей маны.

Демон вскинул руки, и перед ним, буквально с пола, поднялся широкий черный щит. Я же успел зайти сбоку и на всей скорости выпустил во врага половину обоймы.

Но лишь три первые пули успели войти в его тело, прежде чем он почернел и буквально «влился» в пол. И тогда я понял его способности.

- Тени! Он управляет тенями!

Демоны, все поголовно, были Одаренными. Но их Дар работал совсем не так, как у особенных людей. Откровенно говоря, я не нашел четкой разницы, но во всех трудах говорилось, что магические способности демонов больше похожи на что-то естественное, как способность паука плести паутину, а рыб - дышать под водой. Люди же все делали с помощью инструмента, имя которому - магическое ядро.

И сейчас это самое ядро у моей подруги, кажется, раскалилось не на шутку, потому что она взмахнула руками, и на огромной площади пола забегали настоящие солнечные зайчики! Только, в отличии от простых отражений солнца на поверхность, эти заставляли крепкие доски скрипеть.

Тени в комнате заметались. Демон явно пытался что-то сделать, но понимал, что если он выскочит, тут же попадет под Катину раздачу. Я тоже был наготове и перезарядил автомат, готовясь дать очередь сразу, как только увижу врага.

- Мне же только Барон был нужен, - произнесли вдруг тени без всякой запинки. - А вы... лишь дети. Куда вы мне?

- Я - Кровавый Барон! - крикнул, наконец, Филип Асторович. - Если хочешь иметь дело со мной, сначала одолей этих самых детей!

Провокация барона была идеальной. И так он давал нам шанс сразиться в полную силу. Было, правда, немного нервно от мысли, что демон сейчас начнет атаковать на поражение, но от избытка адреналина на лицо сам собой наполз мой фирменный оскал.

Но это был фальстарт.

- Ты?! - демон даже проявился. Почти у самого трона. - Точно? А-а-ну, - он сложил руки, будто пытаясь поймать барона в объектив камеры. - Н-ну да. Да же! Это т-точно ты! Тогда пока!

И он снова исчез, еще прежде, чем Катя или я успели направить на него свои атаки. И встали, не зная, что теперь делать.

А вот барон взревел:

- Стоя-а-а-ать! Уходит! Вперед! Ни за что не дайте ему покинуть портал!

Провозгласив это, Филип Асторович первым бросился к выходу. Мы с Катей, ускорившись всеми доступными способами, ринулись следом. Но демон все равно был быстрее.

Когда Кровавый Барон понял это, он вспыхнул пламенем и буквально улетел далеко вперед. В теории, я мог бежать быстрее, но, даже на максимум, такую скорость мне было не развить, а бросать Катю одну в особняке не хотелось.

Мы услышали только, как закричал демон, когда Филип Асторович его догнал, но были еще слишком далеко даже для того, чтобы их увидеть.

Потом мы услышали:

- Волчонок, Катя!

И в следующее мгновение особняк изменился.

*****

Филип Стенгер был удивлен. Он даже очень сильно был удивлен. Обычно демоны, узнавая своего противника, радостно бросались «пробовать его на зубок», но этот чахлый теневик был первым, кто бросился убегать.

И это взбесило Кровавого Барона, предпочитавшего честную драку любому другому решению конфликтов. А в том, что лично у него с демонами был давний конфликт, можно было не сомневаться.

Так что он оставил детишек позади, прекрасно контролируя передвижения демона и зная, что тот им не навредит. Тем более, он и не собирался убивать ублюдка, а только лишь прижать к стенке и дать, наконец, ребятам с ним сразиться.

Но даже и без сражения было понятно, что Катя с Костей были теневику не по зубам. Сильные воспитанники, но что же этот заикающийся ублюдок...

Барон не успел додумать мысль. Бледное смуглое лицо демона проявилось прямо перед ним, и мужчина, машинально, нанес удар.

Скорости теневика, его прежней скорости, хватило бы, чтобы уклониться. Но он не стал. И буквально сам, всем своим телом, бросился на руку Барона.

- А мне так нравилось... - прошептал он расстроенно, на ухо Филипу. - Смотреть на ваши звезды...

И так и сдох, проткнутый насквозь баронской рукой.

Сбросив его, Кровавый Барон недоуменно посмотрел на труп. Демон-суицидник, который ждал именно его... Нет, нужно поскорее убираться отсюда.

- Волчонок, Катя!

По особняку прошла волна силы. Такая ощутимая, такая тяжелая и такая чужеродная, что у Филипа волосы встали дыбом. Портал менялся! Портал... был двойным.

Он слышал об этом редком явлении, когда, при закрытии одного портала, группа зачистки оказывалась сразу в другом. Но это никогда не были порталы с демонами внутри, потому что в таких порталах именно демон - якорь, который держит дыру в другое измерение открытой.

И демонов, которые рвались бы к смерти, раньше не было.

Деревянный особняк сменился мраморной колоннадой. Барон бросился назад, к детям, понимая, что так они окажутся отрезаны друг от друга.

Но он не успел.

Справа пришелся удар, чутье Дракона Империи сработало штатно, и он заблокировал удар. И тут же взмахнул руками, посылая вперед поток огня и упреждая еще одну атаку. А от броска слева просто ушел, кувыркнувшись назад и оказываясь напротив сразу трех рослых демонов.

И вот эти уже были сильны.

- Пришел час расплаты, Барон, - улыбнулся самый сильный из них, показывая Филипу перстень наследника клана Сак. - За детишек не беспокойся. Мой младший брат присмотрит за ними.

Барон фыркнул и разом превратился в Огненного Бога! Задерживаться здесь он не собирался. Но... что-то пошло не так. Форма Огненного Бога стала нестабильной.

- Иблис! - воззвал барон, но было уже поздно.

Он даже не чувствовал привычной мощной маны.

- Вот и все, человек, - произнес все тот же демон, а артефактный камень, блокирующий «ядро» людей, на его пальце светился ярким зеленым цветом. - Теперь ты умрешь...

И тогда Барон оскалился. И даже демоны отшатнулись, увидев его лицо.

- Не важно, тронете вы мою дочь, или не успеете! Я! Все равно! Вас! УБЬЮ!

*****

(Примечание Автора)

Фух, успел! Думал, что не дотерплю и нахлестаюсь пива, но ради вас, товарищи и товарки, я сдержал обещание и выпустил главу в оговоренный срок! Это была только прелюдия, а вот что будет потом... Ух!

Да, Барон ультра-крут, и мы это увидим, но самое-то главное нас будет ожидать в другой комнате. В другом месте. С другими персонажами. Пора бы нам раскрыть самую страшную имбу, которую я придумал главному герою и немножко пролить свет на природу интересно названного "АУФмулета". Но все по порядку. И не сегодня.

Сегодня я могу только пожелать приятного прочтения и терпения. Следующая глава должна получиться ультра крутой и, скорее всего, очень большой. Либо же это будут две ультра-крутые главы. Как пойдет. И, скорее всего, не раньше понедельника!

Хорошего дня)

Глава двадцать четвертая. Фиолетовая мана

Преображение особняка было похоже на взрывную волну. Будто где-то недалеко от нас подорвался мощный заряд, удар которого прошел через стены, но не разрушил их, а изменил.

Дерево и доски особняка сменились мрамором и плитами. Мы с Катей даже вскрикнули от неожиданности, когда прямо рядом с нами грубо заколоченное окно разложилось и вновь сложилось уже в арку глухого портала из синеватого гладкого камня.

Что было более удивительно, изменения затрагивали не только внешность, но и объемы здания. Я чувствовал, как двигается пол, и, вместе с ним, двигаемся мы с Катей. Катя что-то крикнула мне, но из-за грохота изменяющегося особняка я ничего не расслышал. В следующую секунду она упала на пол, из-за резко сдвинувшихся плит, и я бросился ей на помощь, испугавшись, что нас разбросает в разные стороны.

Наконец, пол задрожал так сильно, будто началось землетрясение, а потом из него стали со скрежетом подниматься толстые синеватые каменные стены. В оглушительном беспорядке, но с четкой системой, кажется, прямо вокруг нас с Катей воздвигался циклопических размеров лабиринт.

И в один миг все закончилось.

- Живая? — я помог Кате встать. — Где это мы оказались?

Мы осмотрелись. Неожиданно, помещение, в котором мы очутились, архитектурно отличалось от стен и плит, которые заменяли собой деревянный особняк. Будто бы мы оказались не в заместившем его доме, а где-то в его подвалах.

Это было похоже на пещеру с грубыми, буквально наспех слепленными из темно-синего камня стенами. Куполообразная крыша была такой же грубой, как и стены, и высокой. Очень высокой. Это помещение внезапно напомнило мне муравейник или пчелиный улей. Несколько темных провалов выходов, «слюдяные» смазанные стены и какая-то дикая, нечеловеческая «архитектура». Освещения не было, но его, кажется, заменяли сами стены, испускающие ровный и бледный синий свет.

- Вот теперь это больше похоже на то, что мы внутри портала, - решила Катя, оглядевшись. — Нужно найти выход к отцу. Даже если ему помощь не нужна, она определенно может понадобиться нам.

- Не стоит так спешить, дети. Я предлагаю вам подождать здесь.

Мы вздрогнули и одновременно обернулись. Мужской голос говорившего доносился из одного из проходов, но тот, равно как и остальные, был настолько темным, что в первые секунды мы совершенно не видели его.

Только слышали шаги.

- Обещаю, когда Кровавый Барон испустит дух, я вас отпущу, - спокойно, без издевки или злорадства, говорил с нами некто. — И до тех пор вам тоже ничего не угрожает. Вы у нас тут, как приманка. Ведь девочка — его дочь, верно?

Наконец, он показался. Демон, определенно точно. Он был очень похож на того ублюдка, который открыл портал в глубине земель Филипа Асторовича два года назад. Прямо как брат. Высокий, широкоплечий, но худощавый. Одетый в свободный наряд, чем-то напоминающий жреческие одежды каких-нибудь ацтеков. Конечно же, темно-синяя кожа, желтые глаза, длинные черные ногти и абсолютно белые волосы.

Он уж точно производил впечатление врага человечества, в отличии от того, что мы встретили раньше. И был явно куда опаснее.

- Будьте хорошими ребятками и не сопротивляйтесь, - произнес он, протягивая руку в нашу сторону. — Я только обездвижу вас.

Из его широких рукавов выскользнули струи белой энергии. Она была похожа на мыло, из мыльного пузыря. И два таких «пузыря» быстро вытянулись, обрели твердую форму и обратились длинными, белыми по контуру, змеями, с шипением бросившимися на нас.

Две короткие очереди, по три патрона на каждую змею, громом огласили купол каменного помещения. Очевидно, слушать его приказов я не собирался.

- А ты — слуга, что-ли? — склонил голову набок демон. — Или охранник? Ты мне мелковат для охранника? Мне кажется, в вашей стране еще полно взрослых, чтобы защищать детей. Эй, не молчите же. Скажите хоть что-то.

- Пошел нахрен! — рыкнул я, посылая новую очередь прямо в него.

Из рукавов демона снова выскользнули мыльные змеи, но теперь их было больше и, вместо того, чтобы броситься к нам, они обвили хозяина и буквально слились с его телом за долю секунды. И уже в следующий мельчайший отрезок времени, демон, изогнувшись словно змея, ушел от просвистевших рядом пуль.

- Ну вот, мы друг друга понимаем, верно же? — он раскинул руки. — Так почему бы вам мне не поверить? Да и что толку меня злить, я же могу заставить вас силой. Или вообще убью. Не проще ли подчиниться?

- Пошел нахрен! — повторила за мной Катя, выбрасывая вперед руки.

Свет, исходящий из стен, преломился и… Я видел раньше, как сгущается тьма. Это был, скажем так, естественный процесс. Сегодня я впервые увидел, как сгущается свет. Во всей пещере он померк, но на демоне и в области рядом с ним он стал ярче и насыщеннее. Тяжелее. Я знал, что это такое, потому что не раз получал этим заклинанием по разным частям тела.

Но я даже не думал, что оно может быть НАСТОЛЬКО мощным!

Треск и грохот, раздавшиеся от места удара, снова меня оглушили, а ударная волна чуть было заново не сбила с ног. Я удивленно глянул на Катю.

Дочке Кровавого Барона, кажется, было нестерпимо больно. Ее лицо скривилось, а руки задрожали. Я хотел было подойти, обнять, как-то помочь, но не успел — девушка с диким криком боли взмахнула левой рукой, и каменная стена за моей спиной задрожала и с треском разрушилась, поднимая пыль и сор в воздух.

В тот момент я и перестал тупить, активируя Магию Крови и в миг оказываясь рядом с подругой.

- Все нормально! Я… я в порядке, - отмахнулась она от моих неуклюжих потуг сделать хоть что-то. — Это… это все мой Дар.

- Это не похоже на истощение маны, - заметил я.

О Даре Кати я знал, но, если честно, очень приблизительно понимал, как он вообще работает. Девушка может «дарить» и «отбирать». Предполагаю, что сейчас, на моих глазах, она «даровала» свету в пещере вес и плотность, а потом «отобрала», наверное «крепость», у части стены за моей спиной. Но чего ей это стоило?

- Мана тут ни при чем, - покачала головой Катя. — Я только… Трачу ее маленькую часть, чтобы что-то «подарить» или «отобрать», а потом просто делаю это. И часть энергии «дара» или «отбора» возвращается ко мне, восстанавливая ману. Нет, это не мана.

- Что тогда?

- Равновесие. Миру очень не нравится, когда его нарушают. Закон сохранения энергии. Если я где-то «подарила», то должна и «отобрать». Если честно, это невероятно сложно.

- Тогда отдыхай, я понесу тебя, - я посмотрел на то место, где стоял демон. — Этот ублюдок нас больше…

В следующую секунду я краем глаза увидел тень. Боевого чутья у меня нет, но рефлексы и ловкость я развивал исправно, а потом мгновенно выхватил боевой нож и наотмашь ударил в то место, где, предположительно, находился мой враг.

И я попал… бы. Если бы демон не успел схватить мою руку в жестком захвате.

- Как интересно, девочка, - произнес он, совершенно будничным тоном. — Неужели у тебя есть такая сила?

Я зашипел от боли, когда его жесткие пальцы сдавили мою руку. Но у меня была другая.

Я разогнал кровь по телу и, используя ее, как двигатель и рычаг, бросил свое тело в воздух, зависая на уровне глаз демона. Судя по всему, он такого трюка не ожидал, так что я смог провести точный и быстрый удар ногой прямо в его подбородок, и когда демон не только не ослабил, но и усилил свою хватку, я отпустил нож их зажатой в его пальцах руки.

И подхватил его второй рукой, тут же направляя новый удар прямо в его живот.

Ублюдок не смог среагировать, я воткнул нож в его пузо и успел сделать один поворот острия, а после провел его влево, по направлению к печени. И, пускай саму печенку я не достал, но успел оставить неприятную рваную рану перед тем, как демон выбросил меня прочь.

Сил этому чудовищу было не занимать, и я пролетел до ближайшей стены, всем телом врезавшись в нее.

- Гха! — воздух забил легкие, не давая вдохнуть, и я, помутневшим взглядом, мог только наблюдать за тем, как синекожий ублюдок выдирает из своего тела нож.

А потом запросто регенерирует рану.

- Прыткий мальчик, пускай полежит, - достаточно громко, чтобы я услышал, произнес демон. — А ты, девочка, не хочешь ли ударить меня еще раз? Что такое? Больше не осталось сил?

- Осталось! — резко ответила ему Катя и толкнула прочь от себя обеими руками.

Очевидно, что демон игрался с нами. Так что он даже не стал сопротивляться, и отошел на шаг назад. Этим и воспользовалась девушка.

Одна нога демона была поднята, когда он отступал, а вот опорная нога вдруг подломилась, как будто на плечи ублюдка неожиданно упал дополнительный вес. Сама же Катя, будто весь свой вес потеряв, легко отпрыгнула прямо ко мне, будто в невесомости паря в воздухе.

Впрочем, оплеуха, которую она мне зарядила, была очень даже весомой.

- Костя, подъем! Мы должны драться!

Девушка тряханула меня, и я почувствовал, как в тело возвращаются силы. Сама она скривилась, но стерпела очередной откат своих способностей. Прямо сейчас она просто делилась со мной собственными силами.

Тем временем, демон расхохотался, глядя на нас.

- Да неужели же я так случайно нашел тебя, девочка? — радостно провозгласил он, подняв руки к потолку. — Ах, как жаль, что моему брату в тот день не удалось даже послать нам весточку. Мы бы… мы бы привели больше. Впрочем, даже вчетвером… Думаю, мы получим награду. За Ключ!

- Что это значит? — непонимающе спросила Катя, то ли у меня, то ли у воздуха.

Но ответил ей демон.

- Это значит, моя дорогая, что планы поменялись. И я никак не могу тебя упустить. Так что скажи своему маленькому другу: «Прощай», и приготовься оказаться у меня в гостях. Я заберу тебя в наш мир.

Откуда-то далеко-далеко до нас донесся тяжелый грохот.

- Интересно, - улыбнулся демон. — Значит ли это, что твой отец умер, Ключик?

*****

Трое демонов против одного человека. Он пугал их и сам по себе, одним решительным и яростным выражением своего лица, но, вдобавок к этому, у него была громкая слава. В их мире он был знаменит почти так же сильно, как и в своем. Великий Убийца — Кровавый Барон.

Главный из трех, держа перед собой кольцо с зеленым камнем, качнул рукой вперед.

- Он все еще безопасен, - напомнил он братьям. — Пойдите и возьмите его голову для меня.

Они повиновались, по праву сильного, и бросились вперед. Но Барон, неожиданно для всех, вытащил из кармана предмет и выставил руку с ним перед собой. Конечно, демоны могли бы догадаться, но они не разбирались в человеческом оружии так хорошо, чтобы сделать это быстро. Сами же они привыкли сражаться магией или холодным оружием.

А это был пистолет.

Первый выстрел попал ближайшему демону в грудь и заставил его остановиться. Второй демон увернулся, благодаря нечеловеческой реакции, и за его спиной раскрылся мерцающий тьмой портал, в который он незамедлительно вошел.

Тогда барон навел оружие на главного, который уже догадался, что за «артефакт» использовал его противник, и выстрелил четыре раза. Две пули ушли в молоко, а две оставшиеся демон принял на выставленное вперед плечо, быстро затвердевшее до уровня камня.

- Хм, какая беда, - оценил Кровавый Барон, когда патроны закончились. — Ну, я и никогда не умел пользоваться этими штуками.

Сразу после его слов, рядом с его правым плечом раскрылся портал и оттуда, на невероятной скорости, выскользнул демон, растянувшись в атакующем прыжке. Барон невозмутимо направил на него пустой пистолет…

И в следующий миг тот вспыхнул ярким пламенем и исторг из себя целую серию тяжелых магмовых капель, ударивших нападавшего в грудь, отбросивших его и так ожегших, что демон истошно завопил.

У его беловолосых товарищей расширились глаза.

Барон же, не медля, перевел пистолет на главного и выстрелил еще четыре раза. Демон отбивался упрочненной рукой, пока его товарищ сокращал дистанцию. Но каждое следующее попадание приносило ему столько боли, что от последних двух он поспешил увернуться.

И попался.

Последний снаряд, вместо того, чтобы пролететь мимо, изогнулся в полете дугой и влетел прямиком в руку демона, на пальце которой был зеленый камень. И когда он, моментально перегревшись, треснул, жар, волной сошедший от Кровавого Барона, почувствовала вся троица демонов.

- Не может быть, - высохшими губами прошептал пораженный главарь, смотря на то, как его товарища сжимает за горло Огненный Бог. - Я же заблокировал твою ману...

- Кому и что ты заблокировал, червь? - рокотом вулкана ответил ему Кровавый Барон. - Гори.

И все окружающее их пространство утонуло в яростном пламени!

*****

- Куда каким-то демонам до Кровавого Барона? - фыркнула Катя в ответ на предположение демона. - Да будь вас хоть сто, вы все равно...

Увы, демон не собирался дожидаться, пока она закончит говорить, и из-за его спины, формируясь прямо на лету, выпрыгнули две охотничьи собаки, которые тут же бросились на нас. так что Катю прервал грохот автоматной очереди, которой я скосил их обеих.

- Ну да брось ты уже бахвалиться и просто сдавайся, - крикнул юной баронессе демон. - Магическое ядро твоего отца запечатали в артефакт, такой был план. Пускай он хоть трижды Великий Убийца, без своих заклинаний он - всего лишь человек. И даже если у него будет какой-нибудь сюрприз, сразу троих моих младших братьев ему не одолеть. А, впрочем... нужен ли он нам, если теперь я нашел тебя? Через лабиринт твой папаша, даже если он каким-то чудом призовет подмогу и справится, ни за что не пройдет быстрее нескольких дней. А ты, дорогой Ключик, к тому времени, будешь уже очень далеко.

Я как раз перезарядился, когда он это договорил, и пустил прицельную очередь прямо ему в голову. Но на этот раз демон не стал уворачиваться, как я ожидал, а создал из нового «пузыря» настоящего пещерного медведя, который просто впитал все мои пули и, заревев, бросился прямо на меня.

Тогда в него ударила магия Кати. Зверь пошел рябью от ее первого удара, подруга удивленно вскрикнула за моей спиной,, но я не мог обернуться, потому что отстреливал уже новых призываемых демоном зверей.

- Используй это! - крикнула Катя, и пуленепробиваемый медведь распался на целую лужу... воды.

Я тут же ощутил, как она легко подчиняется моему Контролю.

- Хочешь поиграть, Ключик? - крикнул нам демон. - Ну, я не против. Когда же еще выдастся возможность помериться силами с тем, кто использует такую же технику, что и я?

С этими словами он исторг из своего тела целое облако мыльной энергии, которая тут же начала формировать сразу десятки различных зверей. Там были как и привычные нам земные обитатели, так и неизвестные портальные твари, монстры, предположительно, из других миров.

И вся эта орава понеслась на нас.

Я использовал воду, добытую Катей, чтобы создать ледяную дорожку прямо по центру бежавшей толпы. Но демон раскинул руки в стороны, и большинство его зверинца, подчиняясь его воле, разделилась на две части, огибая моей препятствие по бокам. Однако, именно этого я и добивался.

Щедро стреляя из автомата, я использовал Магию Крови, чтобы сблизиться с одной частью монстров. Когда затвор щелкнул в последний раз, оповещая, что магазин пуст, я забросил АК за спину и достал оттуда же телескопическое копье. Крутанув его перед собой, я принялся собирать жатву.

Призванные демоном звери совершенно ничем не отличались от настоящих. Кроме внешнего вида, конечно. Все они выглядели так, будто их нарисовали прямо в воздухе, но не закрасили, а только лишь обвели по контурам мыльной краской и бросили в бой. Тем не менее, они не были такими же хрупкими, как мыльные шары. Когда я порезал ближайшему волку морду острием копья, он взвыл, но бросился вперед. Мне пришлось совершать высокий прыжок, задерживать себя в воздухе и приземляться с помощью Магии Крови, отчего все мои органы сдавило болью.

Тогда я стал бить насмерть с первого удара. Я завертелся, используя превосходящую скорость, чтобы атаковать монстров по голове или глазам. Я был тренирован, я знал Магию Крови и умел ее использовать, и прямо сейчас настал момент, когда я проверял свои навыки на самой жестокой практике.

Ведь демону нужен не я, а моя подруга. Значит для меня эта битва - насмерть.

Я взбудоражено оскалился прямо в харю новому медведю, уже добежавшему до меня, как вдруг он снова просто лопнул и распался на чистую воду.

- Используй! - донесся до меня новый крик Кати.

И я использовал. Только на этот раз не стал обращать жидкость в лед, а собрал ее, скрутил, на подобии щупалец, и подхватил ими висевший за спиной автомат.

В подсумке оставалось два полных магазина, и я, отскочив поближе к Кате, принялся быстро перезаряжать свой АК магией.

- Я могу их рассеивать и использовать остатки энергии почти как захочу, - сказала мне Катя, одновременно с этим прижимая к земле всю стаю тварей. - Но... это непросто...

- Тогда делай так, как делала, - я бросил в центр скопления гранату. - И думай, как нам достать ублюдка.

- И за что я заслужил такое обращение? Я даже не желаю вам зла!

Голос демона раздался совсем рядом. За всем сражением с его толпой мы совсем забыли про кукловода. А он уже успел подойти достаточно близко.

Достаточно близко для того, чтобы я сразу рванул к нему.

Катя ударила его Светом, две атаки. Но от одной он успел уклониться, а вторую просто принял на грудь, лишь чуть отшатнувшись. Однако, эта его безалаберность дала мне возможность подойти достаточно близко, чтобы замахнуться для удара.

Демон усмехнулся и поднял руку. На ней щелкала эфирными зубами чья-то зубастая пасть - похоже, демон мог объединяться со своими зверями, чтобы получать их силу. Но меня это не сильно трогало, потому что мой замах был обманкой.

Благодаря Магии Крови, я двигался быстрее демона. И смог его обмануть. Когда он выставил руку, я тут же опустил копье в землю, ровно на его опорную ногу. И провел целую сетку из поднятой в воздух воды между его призванными пушистыми зверями.

- Катя!

Моя напарница поняла меня с первого слога. Мы отрабатывали этот прием весь последний год, используя его в порталах, которые проходили совместно. Ведь очень скоро мы останемся одни, без поддержки Кровавого Барона, и должны будем уметь постоять за себя и работать в команде.

Так и родилось это парное заклинание, силу которого, в перспективе, назвал огромной сам Кровавый Барон.

- «Это может сравниться с одним моим вулканом...» - задумчиво оценил он тогда

Я никогда, ни раньше, ни позже, не слышал от него такой похвалы. И Катя, любившая давать имена своим и чужим техникам, назвала это заклинание «Громоотвод».

С гудящим треском статическое электричество от псевдо-шерсти призванных демоном зверей собралось на моей водяной паутине. Еще год назад, сразу после битвы с монголами, я выяснял, почему я не смог перенаправить заклинание того монгольского мага Молнии против его же союзников.

Все дело было в том, что я брал чистую воду. Любой Одаренный Водой, неосознанно, управляет только абсолютно дистиллированную воду. То есть - совершенный диэлектрик, ввиду отсутствия в ней каких-либо сторонних (помимо Н2О) примесей.

Но сейчас, зная эту особенность, я поднял, этой самой чистой водой сор и пыль, поднятые нашим сражением, в воздух, и буквально создал коридор для молнии, которую так наловчилась создавать Катя практически из любого источника.

Вспышка совпала со звуком ударившей молнии. По сути, это и была самая настоящая дуговая молния, только созданная искусственно. Катя не растерялась и использовала свет от вспышки, чтобы отбросить всех недобитых зверей прочь.

А я не постеснялся и, удерживая автомат щупальцами воды на безопасном расстоянии, разрядил всю обойму прямо в башку демона.

- Это... очень... сложно, - выдохнула Катя, когда я оказался рядом с ней.

Я только сжал ее плечо:

- Держись. Он еще не сдох.

Как бы неприятно не было это осознавать, но демон вставал. Получив заряд Громоотвода и автоматную очередь в черепушку, он все равно оставался жив и даже быстро регенерировал. Именно поэтому этих тварей боялся и ненавидел весь мир. И именно поэтому нам с Катей еще было рано сражаться с такими.

А впрочем, почему это «нам с Катей»? Разве сделал я за сегодня хоть что-нибудь сам? Только стрелял, кинул гранату и послужил тем самым Громоотводом для Катиного заклинания. Почему девочка, младше меня, моя подопечная, все это время защищает именно меня?

Я даже застыл, не в силах переварить эту мысль быстро. А и правда - чем же я занимался все эти два с половиной года здесь? Курил с пацанами? Играл в доктора с Азамом? Хихикал от любовных похождений Коли? И важно раздувал щеки от того, что все вокруг называют меня гением?

Где мой результат? Почему я ничего не сделал?

- Отдохни, Кать, - оскал ушел с моего лица, и я шагнул вперед. - И постарайся его добить, как будет возможность.

- А это... неплохо... - шатаясь, но быстро восстанавливаясь, сообщил нам демон. - Меня - Сак-Тши-Гедеона, вы, детишки, так славно отделали... Но... Стоп! Что?!

Мгновенно выпрямившись, демон посмотрел куда-то в стену. По моим прикидкам, где-то там, за толщей камня и неведомым лабиринтом, должен был оставаться Кровавый Барон. И, судя по приглушенному грохоту, прямо сейчас он решительно стремился к нам.

- Он же не мог и правда их убить? - пораженно прошептал демон в воздух перед собой. - Он же...

И тогда я атаковал.

Я смазался на скорости, разгоняясь так, что все тело стало дрожать от подавляемой боли и наносимых ему повреждений. Но я летел вперед, собирая остатки воды, которые не успели испариться от Громоотвода. Я регенерировал на ходу, вспоминая все приемы Азама - целителя самого Кровавого Барона. Я направлял свою силу потоками, как меня учил тот же самый Кровавый Барон.

Прямо сейчас я был готов выжать себя до конца.

Я сблизился, и в моих руках оказался ледяной шест, собранный из максимально доступного мне плотного льда. Скорость своего замаха, усиленного Магией Крови, я умножил еще и тем, что контролировал каждый сантиметр своего оружия. Так что удар получился настолько смазанным в воздухе, что я и сам его не видел.

Демон не успел среагировать, но у него была пассивная защита. Когда я ударил, мигнул и погас, с тихим воем, ореол волка вокруг его головы. Назвавшийся Гедеоном, враг развернулся ко мне, создавая новых зверей.

Но я был готов. Как только появлялось мыльной существо, моей посох тут же разбивал его голову на невообразимой скорости. Я чувствовал, как дорого платит мой организм за каждый финт, но делал то, что было необходимо. Я сражался.

Демон, и без того достаточно быстрый, слился с духом какого-то кошачьего и стал почти равен мне по скорости. Но, помимо моего маленького преимущества в этой характеристике, у меня было еще одно - мои тренировки. Ведь я тренировался ближнему бою у заслуженного Боевого Скульптора.

К тому же, я знал - стоит мне попасть по демону хоть раз, и дух гепарда (или кого-то похожего) покинет его тело, и он вернется на прежний уровень подвижности. Так что, он не мог пропускать мои атаки. А я его - мог. С превеликим трудом, едва удерживая концентрацию на заклинании, держащем посох, я регенерировал столько повреждений, внешних и внутренних, сколько вообще был способен.

Наконец, я увидел шанс.

Демон замахнулся немногим шире обычного, и я воспользовался этим, поднимая себя в воздух Магией Крови и принимая неудобное для парирования положение. И Гедеон не успел.

Посох треснул, врезаясь в подбородок демона, и разбился на две части. Полный ярости взгляд желтых глаз тут же метнулся в мою сторону, и я понял, что вырубить ублюдка мне не удалось. Тогда, не теряя в скорости, я буквально расплавил остатки посоха в своих руках и превратил их в лезвия, которыми полоснул врага по плечу. Два глубоких пореза, до самой кости, и его рука висит плетью. А потом два продольных разреза...

Но уже по своим рукам.

Удивительное чутье демона позволило ему отскочить далеко от того места, куда ударили два жгута моей собственной крови, собранной в атакующее заклинание. Ноги быстро слабели, но я держался, усилием воли замедляя кровоток, чтобы не истечь слишком быстро.

Конечно, порезы на руках отличаются от глубокой раны на груди, но даже так моя кровавая техника была слишком опасной. А тут еще и противник, который и без нее слишком живучий, быстрый и сильный. И способный атаковать с дистанции.

- Боюсь, нашу игру придется окончить, - он поднял руку, направляя ее на меня. - Иначе вскоре нам помешают.

Новый грохот оповестил нас о том, что Кровавый Барон, вероятно, не стал разгадывать тайну лабиринта, а просто сметал все препятствия перед собой, идя напролом. Катя тоже встала рядом со мной, справившись с откатом своего Дара и готовая биться.

А на руке демона появилась небольшая птичка.

- Как удивительно, чего бы могли добиться такие крохи, знай они, как же страшно остаться без глаз, - произнес демон, задумчиво рассматривая свое творение. - Только представьте, дети, как сотни и сотни птиц летят на вас с целью убить, не взирая на страх собственной смерти. Вы представили? А теперь - узрите.

Стрекот тысячи птиц заполнил собой всю пещеру. И они, словно живые пули, ринулись на нас огромной пернатой стеной.

Я снова оскалился и встал впереди Кати, готовя кровавые хлысты для атаки. Нам всего лишь нужно продержаться до тех пор, пока не придет барон.

Я правда думал, что мы можем.

Первая же атака Кати сократила число птиц вдвое, но уже в следующий миг из их густого облака выбежало два зверя, похожих на помесь волка и медведя, и каждый из них побежал в свою сторону, обходя нас.

Я тут же бросился к правому, одним хлыстом подсекая ему ноги, а другой превратив в лезвие и обрубая его башку. Но в следующий миг до меня донесся крик Кати.

Успев обернуться в последний момент, я увидел, как второй волко-медведь испаряется в воздухе, и его место занимает Гедеон, держащий в руке еще одну птицу.

- Выживи, Ключик, - прочитал я по его губам, и вторая волна птиц буквально смела все беспорядочное сопротивление Кати и отбросила ее прочь.

Эта же волна, сделав небольшую дугу, врезалась и в меня. Я уже не успевал ее избежать. Только прикрыл левую сторону, почувствовав, как разрывает правую.

Воробьи, колибри или еще кто - я не разбираюсь в птицах. Знаю только, что демон был прав. Без чувства самосохранения, с неистовой целью убийства, маленькие пташки превратились даже не в пули, а в настоящие разрывные снаряды, наносящие поистине страшные раны.

Контролируя кровь, я использовал импульс от столкновения, чтобы отбросить себя ближе к Кате. Правая рука не слушалась, да и вообще висела на соплях. Левую я поднял перед собой, формируя рядом с ней нечто неясное, готовое быстро принять любую форму, из собственной крови. Правая нога покрылась коркой кровавого льда - и о последствиях я подумаю потом.

На миг в голове пронеслась мысль, что Коле я все таки наврал. Из этой битвы мне не выйти целиком, если я вообще выживу.

- Ты достойно сражался, маленький солдат, - произнес демон, подходя ближе. - Я бы оставил тебе жизнь, если бы ты позволил мне забрать твою подругу. Но ты, конечно, этого не сделаешь. И станешь большой проблемой в будущем. Так что...

Я не расслышал, что он сказал в конце. Я услышал другое, более жуткое. До этой секунды я надеялся, что Кровавый Барон успеет придти. Но теперь до меня снова донесся грохот разрушаемой стены.

Только он прошел мимо.

Именно в момент, когда я понял, что помощи ждать неоткуда, мое магическое ядро... изменилось!

Нет, оно осталось прежним, но мана... Его заполнила совершенно чужая мана! Даже не чужая, а... чужеродная. Неизвестная, но, кажется, знакомая. Я сам не понимал толком, что со мной происходило, но эта мана... Это было нечто извне.

И, так странно, я видел ее цвет. Это был фиолетовый - цвет Вселенной. Тот самый цвет, как на амулете Коли.

- Не может быть! - завопил демон, которому было тяжело даже стоять с наполнявшей меня силой. - ЭТОГО ПРОСТО! НЕ МОЖЕТ! БЫТЬ!

А мое тело, моя кровь и мое магическое ядро, тем временем, наполнялись какой-то невообразимой силой. Мои раны заживали прямо на глазах, и кровь бурлила, готовая к действию. Я преобразился, я чувствовал каждую пылинку, оседающую после неистовых массовых атак демона, и видел себя в отражении его ошеломленных желтых глаз.

Там стоял рослый плечистый юноша, чьи длинные волосы буквально поднимались дыбом, и чьи глаза горели ярким фиолетовым светом.

- Иди сюда, ублюдок, - позвал я, еле справляясь с тем, чтобы не сойти с ума от переполнившей меня силы.

И бросился прямо на него.

Глава двадцать пятая. Непобедимый

Елена Макарова, одетая в непривычный ей серый балахон, поднялась на ступени дома и коротко постучала три раза. Все действо напоминало ей о каких-то нелепых шпионских играх, но ее заверили, что все собрания проводятся вполне открыто и просто не афишируются на широкую публику. Тем не менее, если бы, например, сам Кровавый Барон захотел бы посетить одно из собраний, его бы там встретили с радостью.

Дверь открыл молодой мужчина, дружинник, Макарова знала его. Он приветливо улыбнулся и попросил пройти за ним.

Женщина не была уверена в том, что делает. Впрочем, она точно была уверена в том, что не делает ничего плохого. Всего лишь небольшая секта, поклоняющаяся абстрактному богу — в Российской Империи это не запрещено, а даже и приветствуется. Если только тот самый бог не требует кровавых жертв.

- Сюда, пожалуйста, командир, - открыл перед ней дверь в подвал молодой дружинник.

Елена благодарно кивнула и оказалась в большом помещении с низким потолком. В этот момент ее уверенность пошатнулась.

Это уже нельзя было назвать «маленькой сектой».

Третий глаз, открывшийся всего на секунду, бегло сосчитал участников. Почти двести человек, и это только те, что смогли придти сегодня, во время рабочего дня! Впрочем, ничего опасного по прежнему не было. Ее узнавали, почтительно кланялись и улыбались, как старой знакомой и подруге.

Она отвечала кивками и прошла вперед, к тому самому месту, на котором был установлен небольшой деревянный помост. И уже через девять минут и сорок три секунды на него вышла фигура в черном плаще.

Николай Волков снял капюшон и, его лучезарная улыбка, казалось, осветила все помещение. От одной только этой улыбки у Елены потеплело на душе. И она отметила, что остальные прихожане разделяли ее трепет.

- Всем добрый день, - мягким голосом поздоровался Коля. — Я очень извиняюсь за некоторые неудобства от того, что мы собираемся в таком тесном месте. Обещаю, что вскоре мы найдем что-нибудь более удобное. А пока, призываю всех вас помолиться Вселенной.

Он раскинул руки перед собой, будто бы собираясь обнять все двести человек и замер не донеся ладоней до молитвенного жеста.

- Но я вижу, что среди нас есть новички и люди, которые не совсем понимают, э-э-э… конце… копцен… эм, «суть» нашей встречи, - Коля смутился от того, что не смог красиво выговорить слово «концепция». — В общем-то… Вселенная. Как вы знаете, наш мир ограничивается только лишь нашей планетой. Хотя ученые уже грезят космосом, даже их научный мир ограничен лишь галактиками, млечными путями и звездами. Лично же я верю в саму Вселенную.

Его голос изменился. Стал более певучим, более сильным. Говоря о своей вере, Коля всегда становился… другим. Он был уверен в своих словах на все возможные проценты.

- Вселенная — это все. Все, что было, есть и будет. Это и материя, и энергия. Это разум и тишина. Она не божество, ни в одном из смыслов. Божества существуют внутри нее, равно как и мы с вами — обычные люди. Она сознательно бессознательна, она — как океан, который не зависит от внешних воздействий. И она не обращает на нас внимания, ей это просто не нужно. И, вместе с этим, она всегда с нами, потому что мы — часть ее.

Наконец, он сложил руки вместе.

- Я буду молиться, а вы можете повторять за мной. Или же молитесь о том, что нужно только лишь вам. Поверьте, в том или ином смысле, Вселенная слышит вас и сама принимает решение — облегчить или усложнить ваш путь. Но если она все же решит, что вы должны победить — вас никто не остановит.

И добрый владыка набирающей силы секты стал молиться Вселенной. Он молился о простых вещах, вслух. Просил, чтобы ему были даны силы пройти свой путь с достоинством. И просил, чтобы у всех существ во всех мирах все было бы легче, добрее, счастливее.

И еще он молился за своего сына. И амулет на его груди, в отражении тусклого освещения, казалось, горел неземным фиолетовым светом.

И Елена молилась вместе с ним.

*****

Сак-Тши-Гедеон — третий наследник некогда великого клана Сак, Видевший Древнего и один из Искателей, уже, кажется, устал сегодня удивляться. И снова был поражен до глубины души.

Их с братьями Бинумом, Геструмом и Мионом отправили на сложное и почетное задание. На устранение. По первому зову (откликающемуся на смерть) держателя одного из шестнадцати порталов, четверо братьев клана Сак должны были явиться в мир Поиска и уничтожить одного из Великих Убийц — Кровавого Барона.

Этот человек уже давно мешал Искателям местного направления и несколько раз даже сталкивался с наследными бойцами клана Сак. И каждый раз оставался в живых. Последним из клана Сак Барон одолел Сак-Дша-Дамьена — старшего брата Гедеона.

Среди людей есть сильные, Искатели это признавали, но на каждого силача найдется ответ. Силы Равновесия, конечно, не давали открывать огромные порталы, для Старших Искателей, но и обычные Искатели могли справиться с превосходящей силой. Нужен был только надежный план.

И этот план был надежен, потому что был прост. Заманить Кровавого Барона, отделить его от источника его сил и прикончить. Все вышло даже слишком удачно — Великий Убийца выгуливал в портале свою дочь и другого ребенка, и Гедеон решил воспользоваться этим, взяв их в заложники.

И тут — первое удивление, дочка Кровавого Барона оказалась тем самым Ключом, который так долго пытались найти Искатели в этом мире! Захвати ее Гедеон, и всей миссии Искателей осталось бы найти Дверь — тоже задача не из легких, но на это и все! Когда Сак-Тши понял, кто стоит перед ним, он как будто бы увидел край — тот самый конец многовекового пути, по которому шла вся его раса. Еще немного, и воля Древнего будет исполнена.

Хотя девочка оказалась бойкой. Ему — Сак-Тши-Гедеону, сейчас второму в клане после Сак-Одиш-Марака — Старшего Искателя, пришлось потрудиться, чтобы ее одолеть. Еще каких-нибудь пару десятков лет, и она, как Ключ, набрала бы такую силу, что сладить с ней смогли бы только Старшие Искатели. Или Королевская Семья.

К этому добавился и ее маленький защитник. Мальчик явно не был сильно одарен, зато был крайне обучен и совершенно бесстрашен. Гедеон был опытным Искателем и убил много людей, в том числе и тех, кого называют Одаренными. И все они трепетали от одной только его голой мощи. А парень, скалящийся как дикий волк, сражался без страха в сердце. И тоже мог бы стать проблемой в будущем, как, например, тот же Кровавый Барон.

Но Сак-Тши — не только гордое имя, но и титул. Всего нескольких ступенек не хватало Гедеону, чтобы претендовать на звание Старшего Искателя и жить в глубине портальных зон. Конечно, он играючи расправился с детишками и был готов забрать девочку с собой.

И тут его ждало очередное невероятное событие. Мальчик, кажется… был… как-то связан с бесконечностью. По крайней мере, сила, резко наполнившая его тело, показалась Сак-Тши очень знакомой.

Только он никак не мог разгадать ее формат.

- ЭТОГО ПРОСТО! НЕ МОЖЕТ! БЫТЬ! — воскликнул Гедеон, которого буквально отталкивала одна голая сила, исходящая от паренька.

А тот, еще молодой, уже высокий и крепкий, только расправил плечи и посмотрел прямо в душу Сак-Тши невероятного фиолетового цвета глазами.

- Иди сюда, ублюдок, - сказал он и… исчез.

Удар невероятной силы обрушился на висок Гедеона, и тот отлетел, не по своей даже воле, а только от мощи этой атаки! Он быстро сообразил сгруппироваться, но не успел и половины движения, когда его, все еще летящего в воздухе, достал второй удар.

Обретший силу парень швырял Искателя с невообразимой мощью, но каждый раз сам успевал перегнать его и встретить новым ударом. Гедеон защищал голову, пытался использовать атакующие техники, но скорость, достигнутая человеком, была слишком высока.

Тогда Гедеон пошел на хитрость.

Сотни и тысячи иллюзорных змей заструились по его коже. Это была сила Сак-Тши — он мог, подобно аспекту девочки-Ключа, «дарить», но в узком диапазоне применения. Грубо говоря, все, что он мог, это «дарить» своим эфемерным фантазиям псведо-тело и управлять ими на этой основе.

И сейчас он создавал змей, которые цеплялись ядовитыми зубами за руки атакующего мальчика, и десятками опадали на землю, не успев найти точки опоры.

Как и ожидалось, на яд юноше с фиолетовой маной было наплевать. Он только выбрасывал зараженную кровь прямо через дырки от укусов и тут же заставлял свое тело создавать новую, чистую, кровь. И, управляя уже ей, достигал невероятных скорости и силы.

Но Сак-Тши был опытнее мальчика. Упавшие на землю змеи клубились вместе, создавая плотный запас энергии, тяжелеющий с каждой новой змеей. И когда масса клубка оказалась примерно равна массе Гедеона, он поменялся с ним местами.

Очередной безумный удар разбил поднятый в воздух телепортом клубок, а Сак-Тши, тем временем, создал волка и медведя, резко объединил их вместе и накинул получившегося гибрида на свою собственную ауру, обретая их силу. А потом стал плодить других мощных гибридов.

Простых животных он использовал до этого лишь для того, чтобы ненароком не убить Ключ. К этому же пареньку, теперь, проявлять жалось было просто опасно.

- Пускай ты и получил эту силу, она не твоя! — крикнул парню Сак-Тши. — И ты быстро ее истратишь. Лучше беги, пока можешь!

Два горящих фиолетовым глаза, в один миг, оказались прямо напротив глаз Гедеона.

- Да ну? — произнес парень, и на его руке, прямо из его собственной крови, сформировалась когтистая тяжелая перчатка.

Сак-Тши поменялся местами с нороголосом — мощным травоядным зверем, который, тем не менее, стал хозяином фауны в своем мире, истребив всех хищников. Чудовищной силы удар мальчика разорвал царя зверей напрочь. Но у Сак-Тши появилась секунда, чтобы выпустить пернатых.

- Пади! — закричал Гедеон, посылая, на этот раз, не стаю маленьких пташек, а настоящую орду гибридных соколов-стрижей — самых быстрых птиц во всех мирах.

Они были бы похожи на человеческие пули, если бы были маленькими. И это, кажется, увидел парень, раскидавший вокруг себя других гибридов. По крайней мере, он встал в стойку, подозрительно напомнившую Гедеону стойку для стрельбы с пистолета (Сак-Тши, в отличии от братьев, любил разбираться в человеческом оружии).

Но этот человек стрелял не из оружия, а прямо из пальцев. А снарядом ему служила собственная кровь.

Десятки кровяных пуль прошили орду пернатых чудовищ, но не смогли остановить ее или даже замедлить. Только вот юноша, кажется, к этому и не стремился.

Сак-Тши почувствовал, как неожиданно много его питомцев разрушается от такого небольшого количества вражеских пуль. Он быстро разгадал секрет, и замер, не в силах определить, что же ему делать дальше.

Потому что мальчишка с фиолетовой маной управлял каждой из пуль по отдельности, скашивая по сотне птиц лишь одной из них. И это был такой высочайший уровень контроля над своими техниками, что даже Гедеон оказался в замешательстве.

- Но ведь бесконечностью владеет только Королевская Семья? - наконец вспомнил он, отступая и прижимаясь спиной к стене. - Как вышло, что человеческий ребенок...

- Ты, наверное, заждался? - холодно спросил парень, появляясь прямо перед ним и занося для удара кулак.

Гедеон прыгнул в сторону, чудом избегая молниеносной атаки. Вместо его тела, рука мальчика, по локоть, врезалась в стену, сокрушая ее. В следующий миг из этой руки вырвались тонкие кровавый щупальца, которые тоже «вгрызлись» в стену. Рванув руку, парень вырвал из стены целую секцию и метнул в Сак-Тши.

- «Я не могу победить,» - понял Гедеон, складывая руки вместе и разбивая каменную глыбу.

И тут же почувствовал удар по ребрам.

Это одна из прежних кровавых пуль, уцелевшая после геноцида птиц, врезалась в него из слепой зоны. Сак-Тши застонал - в последнюю минуту его природная регенерация работала на полной мощности. А еще он слышал, как рушатся стены лабиринта поблизости.

Кровавый Барон шел на грохот развернувшейся здесь битвы.

- «Это не бесконечность!» - осознал Гедеон, когда перед ним очередной раз появился этот удивительный ребенок. - «Не сила Королевской Семьи, нет. Это Он! Тот, кого выбрала Вселенная...»

Сак-Тши-Гедеон беспомощно усмехнулся, глядя прямо в глаза своему убийце, и, не поднимая рук, успел создать последнюю, очень маленькую, но быструю птичку. В нее он кратко передал все, что узнал за сегодня. Какими бы жалкими не были его последние мгновения, даже они могут принести Искателям пользу.

Они должны защитить миры от Древнего!

А в следующий миг жесткие руки мальчишки схватили улыбающегося последней улыбкой Гедеона за голову. Один чудовищный, быстрый и невозможно мощный рывок, и эта самая голова улетает наверх, к куполообразному потолку ловушки.

Ловушки, поставленной на людей, но обратившейся против своих же хозяев. Если бы мог, Искатель посмеялся бы над иронией Вселенной. Но он уже не мог.

Сак-Тши-Гедеон был мертв.

*****

Как только башка демона улетела прочь, я почувствовал, как закрываются раны на моем теле.

Они излечились и до этого, но во время последующей скоротечной схватки я, бессознательно, открывал новые, чтобы пользоваться кровью на максимум.

Признаться честно, я почти не контролировал себя. Только задавал импульс - выдумывал, чем ответить на тот или иной трюк демона. Откровенно говоря, я думаю, что моих заемных сил хватило бы, чтобы просто подойти к нему и проткнуть насквозь.

Да «заемных» сил. Потому что, прямо сейчас, они меня покидали.

Я почти физически ощущал свое ядро маны. Как чужеродная энергия, так внезапно заполнившая его, закручивается спиралью, на подобии стиральной машинки, а потом... рассеивается.

Унося с собой боль, раны, силу убитого демона и всю свою невероятную мощь.

Ноги подвели, и я упал на задницу, тяжело дыша. Казалось, будто я только что пробежал ультра-марафон. Но я сделал кое-что даже покруче.

А потом дальняя от меня и Кати стена взорвалась мелким крошевом.

Конечно, это был Кровавый Барон. В облике Огненного Бога, он стоял магматической горой мышц и горящим взглядом обозревал поле боя. И взглянуть было на что: всюду кровь, разруха, камни и обезглавленный труп демона, лежащий у моих ног.

- Где демоны? - пророкотал, наконец, мой учитель.

- Этот был один, - я ткнул пальцем в тело рядом с собой. - Катя... вон там...

Как только я это сказал, Барон, как ракета, устремился к дочери, на ходу возвращая себе человеческий облик. Он опустился рядом с лежащей девочкой на колени и поднял ее на руки.

- Катюша, доча, ты жива? - с болью в голосе спросил Дракон Империи.

- А-ага, - неожиданно для меня ответила Катя.

- Я думал, ты потеряла сознание, - улыбнулся я, подходя к ним. - Боялся, как бы чего не случилось.

- Да... я как раз собиралась, - слабо улыбнулась девочка и, подарив мне странный, почти испуганный, взгляд, действительно потеряла сознание.

Барон судорожно вздохнул, закрыл глаза, и тело его дочери тут же охватил мягкий рыжий огонь.

Я отшатнулся, хотя знал, что это такое. Заклинание, которое Барон называл «теплом». Как истинный мастер огненной стихии, мой учитель мог лечить даже своим разрушительным пламенем. И лечил он даже лучше, чем именитый Азам - мастер водных исцеляющих практик. С такой техникой, едва ли Кровавый Барон мог быть убит какой-то троицей неизвестных демонов. И на что они только надеялись?

- Тот демон, - я покосился на обезглавленного Гедеона. - Сначала думал, что вас убили.

- Помечтал напоследок, - буркнул барон, снова осматривая поле боя. Взгляд его остановился на трупе. - Твоя работа?

- Не знаю, - честно признался я, разводя руками. - Мы с Катей все перепробовали, но он был слишком сильным. Когда он загнал нас в угол, что-то... случилось.

- Что именно? - резко, направляя меня на суть произошедшего, спросил барон.

- Мое ядро заполнила чужая мана, - я решил ничего не скрывать. - Не уверен, что знаю... Нет, я уверен, что не знаю, откуда она взялась. Но с ней я стал сильнее. Гораздо сильнее. Филип Асторович, кажется... я был почти как вы...

Я сказал это и сам же недоуменно уставился на барона. Ну да, только сейчас вспомнил - ведь я действительно сравнивал себя с ним, когда дрался с демоном. Я размышлял, что бы сделал он в той или иной ситуации. Я даже не видел в демоне противника. Я сражался против воображаемого Кровавого Барона.

Настоящий же барон поднялся, придерживая Катю одной рукой, а вторую положил мне на плечо. Он улыбался.

- Не бери на себя слишком много, ученик, - сказал он, чуть сжав руку. - Но то, что здесь произошло... В этом мы должны разобраться.

Я кивнул, и барон повел меня к выходу из портала. Мы провели в нем куда больше времени, чем должны были, так что нас встречал не оставленный отряд, а весь рейд, собравшийся вместе и отстреливающий монстров. Демонические твари, как безумные, наседали на людей и грозили вот-вот разорвать их оборону на кусочки.

С приходом Кровавого Барона, ситуация резко изменилась. Одним взмахом руки он испепелил большую часть монстров, а вторым создал коридор для отступления. Грохот стрельбы, зычные приказы и сам барон на острие атаки - я слабо помнил обратный путь. Только то, что рукам было тяжело, ведь именно мне Филип Асторович доверил нести его дочку.

И я нес. Нес, кажется, до самого Вулканического поместья.

Мы с Катей, в итоге, проспали почти трое суток. По отдельности, конечно. И под присмотром врачей. Но мы были в полном порядке, физически, и на нас так сказалось магическое и ментальное истощение. Сам Кровавый Барон, как мне сказали потом, все трое дней водил глубокие рейды, пытаясь зацепить хотя бы одного демона и устроить ему допрос.

У него не получилось. Рейды даже находили полностью брошенные порталы. А потом, уже когда мы с Катей проснулись, Филип Асторович принес ошеломляющую весть:

- Тобольской портальной зоны больше нет.

*****

(Примечание Автора)

Ф-фух! Может быть! Только «может быть» - кто-то подумает, будто это были хорошие две главы. И он будет почти прав. Однако! Он даже не догадывается, каким диким и тяжким трудом они мне дались. Потому что эти две главы - квинтэссенция первой книги Шевалье из глубинки! Они дают нам завязки, подвязки и вывязки на будущие главы, книги и даже саму концовку серии. Хотя и очень... аккуратно.

Я устал и вымотан. Да, знаю, конкретно эта глава немного маленькая, но тут уж прошу сильно не жаловаться, потому что объем был урезан специально в угоду качеству. Следующие несколько глав нас будут ждать тайм-скипы, одна-две боевки и, наконец, завершение первой книги. Потом возьму отпуск на две недельки, постараюсь найти художника для обложки (нет, я не могу сам набросать промт на бота-художника. да, я пробовал. выходила жижа. даже та обложка, которая есть сейчас, сделана совсем не мной) и продолжу писать.

Всем приятного чтения! Спасибо за комментарии, спасибо за лайки и вообще за то, что вы читаете. Дальше - больше. Уи-и-и-и-и!

Глава двадцать шестая. Катастрофа национального уровня

Старик Нурлан, как и любой опытный пастух, вставал рано и выводил свое стадо в поле еще до того, как прокричат первые петухи. Он искренне верил, что отара должна окончательно просыпаться уже на природе. Что журчание ручье и шелест травы с самого раннего времени даст барашкам прилив сил и настроения.

Животные, считал Нурлан, от людей отличаются лишь формой. Значит, делай так, как тебе бы было хорошо, и им так же будет хорошо. А будет им хорошо — тебе же с этого только лучше будет.

Дети, внуки, правнуки и даже пра-правнуки Нурлана уже выросли. Все жили в городах. Но о старике помнили. Вот, вчера только, уехала правнучка с семьей обратно в столицу. И все удивлялись бодрости тела и духа дедушки. Спрашивали секреты.

- А какие у нас секреты? — улыбался Нурлан, отпивая крепкого чаю. — Свежий воздух, чистая вода, честный труд.

- В молодости дедушка служил Истребителем Демонов, - пресекала дедушкину скромность правнучка. — Он — герой. Вот и живет, за то, сколько жизней спас.

Сейчас, выходя на поле, Нурлан улыбался этим ее словам. Хорошие у него внуки, помнят дедушкины заслуги. И его любят. А он их любит. От того и живет так долго, чтобы на них смотреть подольше.

Верные псы залаяли, подгоняя барашков и овец, Нурлан улыбнулся и им. Но уже через секунду улыбка пропала с его лица. Псы лаяли не на зверей.

Старик оглянулся, краем уха услышав нечто… Нет, даже не услышав. Не уши подсказали Нурлану, что что-то не так. И не глаза. Не кожа. Нет, он почувствовал это душой.

Давно забыл он такое чувство и уж никак не ожидал испытать его здесь, в горах славной Республики Казахстан.

Но это случилось. И прямо перед пораженным стариком открылся гигантских размеров серый портал.

Нурлан никогда раньше не видел подобных громадин. А ведь он был в составе глубокого рейда в Российской Империи, когда три Имперских Дракона - Кровавый Барон, Распутин и сам Император Российский, закрыли портал величайшего (из известных, в русской классификации) «Э» - ранга.

Но то, что возникло перед старым Истребителем сейчас, выглядело еще больше! Это мог быть ранг «Ю»? Или же…

Серое марево портала вздрогнуло, и получившейся от этого «щелчка» ударной волной Нурлана отбросило на землю. Вся отара блеяла и кричала, но еще не разбегалась. Обученные псы скакали вокруг баранов, лаяли на них, но как-то слишком уж исступленно, слишком зло.

Нурлан видел, как шерсть псов начинает облезать. Видел, как корчатся от боли морды баранов, у которых в пасти стали расти огромные клыки. Он видел, как его отара становится чудовищами.

А потом настоящее чудовище вышло из портала.

Это был не монстр и даже не совсем демон. Это была самая опасная и редкая тварь, которая только могла обитать в других измерениях. Нурлан никогда прежде не видел такого, но, конечно, знал о слухах, гуляющих по войскам сто лет назад, когда он еще служил.

Архидемон. Человекоподобный, смуглый мужчина двухметрового роста. С десятком коротких рогов на голове, в тяжелой, похожей на рыцарскую, отливающей алым, броне. Его белые, как лунь, волосы доходили ему почти до колен, а взгляд желтых глаз был надменным и холодным.

Архидемон мазнул по Нурлану взглядом и махнул рукой.

В тот же миг старый казах умер. И единственное, о чем он успел подумать, это радостные мысли от того, что правнучка успела уехать отсюда еще вчера. Даст Бог, и ее не заденет то, что развернется сейчас почти посередине великого Казахстана.

А Сак-Одиш-Марак — Старший Искатель почти уничтоженного клана, прошел прямо по его трупу, размазывая его кровавой жижей по утренней земле. Тот, кого люди называли Архидемоном, дошел до края горы, и по мере его продвижения на ней, один за другим, загорались порталы. Искатели выныривали из них со всем необходимым для постройки лагеря, а их начальник задумчиво смотрел вдаль. Туда, где когда-то была зона его владений.

И пускай ее перенесли подальше от земель проклятого Кровавого Барона, Марак знал, что у него еще будет шанс отомстить. И ему, и всему этому человечеству.

Осталось только найти Дверь.

*****

Когда Красноярская портальная зона исчезла, все жители Вулканического поместья, да и вообще, кажется, все люди, живущие на землях рода Стенгер, ходили как пыльным мешком ударенные.

Даже я, человек, который и вовсе не был «рожден» в этом мире, внезапно ощутил какую-то… пустоту? Соседство с портальной зоной — страшный опыт, тяжелый. Но это ощущение угрозы, демонической опасности и какой-то приверженности к общему, благому, делу, стали до того привычными, что без них я чувствовал себя чужим.

И примерно то же самое чувствовал каждый житель всей Красноярской области.

В таком настроении меня нашла Катя. Вот уж кому сильно досталось — Азаму и главному врачу Тропьева пришлось изрядно повозиться, чтобы поражение демону не отразилось на здоровье и красоте юной баронессы. Благо, врачи они и правда были хорошие, так что теперь наша звезда свободно гуляла по поместью, пока ее могучий отец решал лавинообразную кучу проблем, связанных с «пропажей» целой, мать ее, портальной зоны.

- Привет, - улыбнулся я, когда девушка подошла ко мне. — Рад видеть, что ты в порядке.

Я стоял в парке, рядом с поместьем, и отрабатывал выпады посохом. С прошедшей битвы я не мог думать ни о чем другом, кроме как о том, что мне нужно стать сильнее. Гораздо сильнее.

И я был удивлен, когда узнал, что Катину голову занимали совершенно другие мысли.

- М, я хочу спросить тебя, но очень прошу, чтобы ты дал честный ответ, - вот так странно «ответила» она на мое приветствие.

- Я весь ваш, баронесса, - я спрятал удивление в легком шутливом поклоне. — Но что…

- Кто ты такой, Костя?

Я осекся и посмотрел на девушку непонимающим взглядом. Она же смотрела прямо и просто, без хитростей, шуточек и нетерпения. Катя спросила меня честно и максимально открыто.

Но что я мог ей ответить? Вероятно, у меня что-то промелькнуло на лице, потому что взгляд девушки потускнел. Она была уверена, что я совру ей. А бы не хотел, вот так, спустя почти три года, невзначай раскрывать секрет того, что я — всего лишь старый спецназер из параллельной вселенной, который, к тому же, совсем немножечко в нее влюблен.

Аргх, Вселенная, да я даже себе не хотел раскрывать такого секрета!

Я забывался. Здесь и сейчас, в этом мире и с этими людьми, я все чаще и чаще забывал о том, что у меня когда-то была другая жизнь. Я был подростком. Ребенком. Да, серьезным, со зрелым характером и определенными взглядами, но я им был. Я был Костей Николаевичем Волковым — сыном баронского конюха и будущим Шевалье его дочери.

А вот в такие моменты просыпался Константин Николаевич — старый прожженный вояка, которого все звали под позывным «Волчара». И этот самый Волчара очень не любил просыпаться от своей спячки.

Благо, сегодня мне врать не требовалось.

- Прямо сейчас я — ученик Кровавого Барона, - я усмехнулся и пожал плечами. — Ну, Кать, отца твоего, если не помнишь. И твой же личный будущий Шевалье. И еще немножко Маг Крови. А еще — сын прекраснейшего конюха в мире. Ты, кстати, заценила, как сильно я стал на него похож, пока ты была в отключке? А то ли еще будет!

Я, как бы невзначай, зацепил одной рукой рукав футболки, и потянул вторую руку вверх. Медленно и совершенно по-дурацки оголились мои невеликие бицепс с трицепсом, и Катя не выдержала — прыснула.

А потом заливисто расхохоталась.

- Ты меня напугал, дурак, — пеняла она мне, отсмеявшись. — Когда в тебе появилась эта фиолетовая мана, я подумала, что ты стал совсем другим человеком.

- Ты не говорила об этом с Филипом Асторовичем? Мне кажется, даже он понимает больше моего.

На самом деле, я был уверен, что никто и ничего не понимает. То, что произошло тогда в портале… У нас не было этому объяснения. Демон напал на нас с Катей, изначально, чтобы иметь заложников против Кровавого Барона. Потом он решил, что Катя — некий «Ключ», и вот тут Филип Асторович легко согласился — для демонов уникальная сила его дочери может быть даже священной. Конкретики он, все же, не знал, но и этого было достаточно. А вот дальше…

Я честно сотрудничал и постарался объяснить, как это происходило. Ведь я прекрасно помнил свои чувства в тот момент, когда мое ядро стала заполнять чужая мана. Я был в отчаянии. Я думал, что мне ничего не поможет. Я только надеялся, что умру не напрасно.

В следующий миг — бум, и все поменялось. Я сыграл демоном в теннис и оторвал ему голову, несмотря на любые попытки сопротивления. И… все. Как только миссия была выполнена, моя удивительная мана пропала так же легко, как и появилась.

- Папа сейчас слишком занят последствиями… всего этого, - Катя вздохнула. — Ты можешь в это поверить? Портальной зоны больше нет.

Я знал, что Катя с раннего детства мечтала стать Истребителем Демонов. Собиралась ли она мстить за матушку, за других людей или просто — наращивать мощь и уважение, сейчас было неважно. Важно то, что цель всей ее жизни просто… испарилась.

- Еще неизвестно, насколько ее на самом деле «нет», - все же сказал я, опираясь на посох. — И, даже если реально «нет», то остаются другие зоны. Не знаю. Не думаю, что это из-за нас.

Вот тут я лукавил, и я знал, что Катя поймет это. Демон сначала был поражен моей необычной силой, потом он был напуган, но боролся до последнего, явно пытаясь решить какой-то вопрос в своей голове.

И только в самом конце он опустил руки. Видимо, он пришел к каким-то выводам и дал убить себя, но я уверен — он как-то смог передать информацию своим. Было ли в том послании что-то о Кате, о Кровавом Бароне или даже обо мне лично, никто не знал. Но от самой возможности этого становилось реально жутко.

Что, если это из-за нас демоны освободили целую портальную зону?

- Так что же с той маной? — вернула Катя разговор к интересующей теме. — Можешь показать мне еще раз?

- Ага, тыщу раз, - огрызнулся я, которому порядком надоело пытаться продемонстрировать Барону и всем остальным (а их было много, этих «остальных») свои удивительные способности. — Если так интересно, пойди и спроси Колю. Мой отец тебе все расскажет.

Вот уж кто не переживал, так это Коля. Когда барон вернул меня в целости и сохранности, отец был доволен. А когда я заговорил о мане, цветом подобной камню на его шее, тот даже бровью не повел и просто отдал мне свой амулет.

- «Мне твоя мама сделала, красивый,» - улыбался тогда Коля. — «Но недорогой. Знаешь, после того, как она покинула род Брау, у нас было мало денег. Меньше, чем она привыкла. Так что его она сделала своими руками. И это — самое ценное, что у меня от нее осталось. После тебя, конечно же.»

- «И тебе совсем не интересно? — я удивился. — Коль, я убил демона почти играючи. Я… А мама умела так же? Ты говорил, она была Истребителем Демонов.»

- «Я никогда… знаешь, мне никогда не приходилось говорить с ней об этом, - отец отвел взгляд, и по его лицу я понял, что ему очень стыдно. — Я не интересовался теми вещами, в которых я бесполезен. То есть — почти всеми, а? Ну, конечно, я помогал ей, когда у нее случались ранения, и всегда-всегда молился Вселенной за нее. Хочешь знать, что я думаю?»

Я вспомнил тот разговор и повернулся обратно к Кате.

- Коля тогда сказал, что Вселенная одарила меня даром бесконечности, чтобы я победил. Ну, или, типа, частичкой этого дара, потому что в полную силу он такой крутой, что я бы не выдержал. Вроде этого.

- Что, этот демон был такой злой? — улыбнулась Катя. В ее семье вера в богов считалась немного… бесполезной. Хотя бы потому, что барон всегда утверждал, что может говорить с ними на равных. — Раз сама Вселенная вмешалась.

- Коля считает, что дело не в демоне, конечно, - я тоже улыбнулся. — Просто я — такой вот избранный.

Катя снова засмеялась и даже прихлопнула в ладоши. Я ей подыграл, но в душе моей были сомнения. Если подумать, я же действительно, в некотором роде, избранный. Ведь мне дан шанс прожить вторую жизнь.

И что, если сила, которая меня сюда перенесла, может иногда помогать мне, например в битвах? Не знаю, это может быть правдой. И меня это беспокоило. Возможно, кто-то или что-то знает, почему я попал сюда. Больше всего меня страшило то, что моя новая жизнь может быть обратима. Я не хочу ее терять.

Я провел рукой по уже довольно длинным волосам, собранным в пучок, посмотрел на ухмыляющуюся мордашку Катьки, вспомнил улыбку Коли и алеющие щеки Маруси. Нет-нет, я точно не потеряю все это. И даже снисходительного и насмешливого взгляда Кровавого Барона не отдам.

- А что же ты видела? — вернулся я к теме фиолетовой маны. — Я был очень силен?

Взгляд Кати снова сталь серьезным. Даже хмурым.

- Я не ожидала такого. Это было… страшно, - она подняла на меня глаза. — Никогда в жизни я не видела ничего ужаснее. Думаю… думаю, ты был очень близок к отцу. М-может быть? Я не знаю, но может быть, что ты был даже совсем как он.

Я хмыкнул. Могучий Дракон Империи — Кровавый Барон — тот, на кого можно равняться. Но у меня в душе как будто засел червячок самомнения. «Неужели я тогда был лишь равен ему? Не сильнее? А ведь в большом мире может быть кто-то покруче самого барона. Да точно есть! И я бы не справился с ними?»

Но сказал я совсем другое.

- Что ж, это хорошо, - я вздохнул и посмотрел на небо. — Было бы здорово уметь использовать эту ману, когда захочу. Я бы… наверное, я бы сразу сразился с Филипом Асторовичем.

Неожиданно, Катя снова прыснула. И ткнула меня кулачком в плечо.

- Не зазнавайся, «избранный»! Ха, да неужели ты думаешь, что голая сила, это все, что у папы есть? Пускай ее много, пускай даже близко к бесконечности, но по-настоящему опасным его делает умение с ней обращаться. И опыт битв. Я же жила в Москве целый год, такого про него наслушалась… Ой-ей, как тебе далеко до него, «избранный»!

Я рассмеялся, признавая поражение. В целом, моя здоровая самооценка, пожалуй, сейчас хорошенько меня подвела. Действительно, мой учитель — великий и прославленный воин, и я если я хочу его превзойти, надо оттачивать собственные навыки и расти над самим собой, а не надеяться на очередное чудо.

Фиолетовая мана? Я узнаю о ней больше. Но если это была счастливая случайность, я не должен горевать. Я должен стать сильнее. Сам.

- Ладно, избранный, ты сильно занят? — спросила Катя, отвлекая от мыслей.

- Я думал еще потренироваться, но если у тебя есть дело… - я глянул на подругу.

- Папа собирается в Москву, - объявила она. — Я хочу проводить его и попросить, чтобы он привез эскизы проявляемого оружия.

- Ты хочешь заняться им уже?

Я специально выделил именно последнее слово. Для ее юного возраста обретать проявляемое оружие… несколько поспешно. Потому что это — выбор, который происходит раз в жизни.

Проявляемое оружие, как следует из название, является одним из сильнейших заклинаний аспекта проявления у любого Одаренного. Могучий некромант может призывать из эманаций смерти чудовищную косу, забирающую саму жизнь с каждым порезом. Одаренный чем-то экзотическим, скажем, маг природы, овладеет деревянным посохом, который невозможно будет разрушить, и который, одним взмахом, заставить траву и деревья стать серьезной преградой для любого противника. А, например, некий Дракон Империи, Одаренный огнем, может призвать тяжелый широкий меч красного цвета, любой взмах которым опалит и сожжет все живое на своем пути.

Мощное оружие, выбранное однажды и на всю жизнь. Я такой роскоши лишен, но часто прикидывал в уме, что бы это могло быть. А вот с Катиным уникальным даром, если честно, я думаю, можно создать что-то совсем уж невообразимое.

- Я поняла, что мне не хватает приемов исключительно для боя с сильным противником, - сказала Катя. — Я не… Я боюсь снова встретить демона. Но знаю, что мне нужно, чтобы выжить при такой встрече.

- Да, это мысль, - я задумался. — Хм, а ведь Марусин отец — очень крутой кузнец, да?

- Ты думаешь попросить у него оружие? — Катя тоже оживилась. — А если Маня будет ему помогать своим даром, то… Ух ты! И что это будет? Попросить папу, чтобы он и на тебя эскизы привез?

- Не, - ответил я, уже предвкушающе улыбаясь. — У меня есть кое-что на примете.

*****

Барон собирался ненадолго. Ему предстояло лишь дать полный отчет по своим последним действиям в исчезнувшей, уже теперь, портальной зоне. С ним же ехал губернатор Красноярской области и начальник отделения Истребителей Демонов Красноярской портальной зоны. Император очень хотел знать, как так получилось, что крупнейшее скопление порталов на территории его страны исчезло.

И как повторить этот успех.

- Оставлю вас тут на недельку, - барон посмотрел на нас с Катей с сомнением и вздохнул. — Я зажгу камин на первом этаже. Он будет гореть. Если случится что-то… Просто дайте мне узнать об этом, и я буду здесь через секунду.

- О, не переживай так сильно, па, ведь меня защищает «избранный», - ехидно улыбаясь в мою сторону, ответила ему Катя.

- Ну да, - усмехнулся владыка дочери. — Тревожиться не о чем. Тем не менее, будьте осторожны.

Он наклонился к нам поближе и, еле слышно, произнес:

- Я слышал кое-что о Казахстане. Смотрите новости почаще и готовьтесь к тому, что к нам скоро пожалует много гостей, - он выпрямился и добавил уже громче. — И ведите себя прилично! Ну, все! Долгие проводы, долгая трезвость. Иди, дочь, обниму и поехал. Император ждет!

И он уехал, оставив нас с Катей в догадках и ожиданиях. Впрочем, мы довольно быстро пришли к нужным выводам. А через четыре дня после отъезда Филипа Асторовича, увидели и те самые новости, о которых он говорил.

Это был первый национальный канал Российской Империи. Но отрывок, проигрывающийся там, был взять, вероятно, из аналогичного канала Республики Казахстан. Диктор - молодая девушка с раскосыми глазами, была взволнована, но говорила четко и смотрела прямо в камеру.

- По подтвержденным данным, в Республике Казахстан стихийно возникла широкая портальная зона. Всего за несколько дней количество порталов, от нескольких десятков, резко возросло до десятков тысяч и только сегодня перестало лавинообразно расти. Власти в срочном порядке эвакуируют поселки, села и даже целые города, посреди которых открылись врата в другие миры. Привлечены силы армии, Истребителей Демонов и войск специального назначения. Идут переговоры о помощи с других стран. По подтвержденной информации, портальная зона возникла сразу после того, как закрылась известная портальная зона Российской Империи - Красноярская. Есть основания полагать, что зона порталов, расширяющаяся в Республике Казахстан будет соответствовать размерами и классом ей. В числе страшнейших трагедий последних дней можно упомянуть потерю единственного Дракона нашей страны - героического Аскара Болата, Великого Ветра. Ценой своей жизни наш великий соотечественник прикрывал отход девятой дивизии второй армии, уводящей эвакуированных граждан из расширяющегося поля портальной зоны. И еще сотни и тысячи подобных жертв унесло и, скорее всего, унесет это бедствие. Но мы будем сильными. Мы выстоим.

Трансляция с чужого канала прервалась, и мы с Катей приглушили звук, не став слушать аналитиков на нашем национальном. Все и так было понятно.

Катастрофа! Как я знал из истории, портальные зоны на своих позициях были почти с самого начала конфликта демонов и людей. Конечно, иногда они могли расширяться, как было в Томске, откуда пришли мы с Колей. Порой одиночные порталы открывались в самых неожиданных местах. Иногда - даже несколько порталов, нередко сразу с демонами, могли открыться в какой-нибудь точке мира, и тогда в бой вступали силы быстрого реагирования.

Но целая портальная зона... Такого в книгах, что я читал, не было. И в современной истории уж точно не случалось бедствия, подобного тому, что обрушилось на Казахстан.

- Это ужасно, - подытожила, наконец, Катя. - Целая нация... Они же могут и не справиться.

- Ну, твой отец же справлялся, - я пожал плечами.

- Не говори глупостей, - возмутилась баронесса. - Папа держал границы, ходил в рейды, устранял прорывы, но даже тогда он никогда не сражался против всей портальной зоны. А если она возникла прямо посередине страны? Со всеми хозяйствами, родами, заводами, городами? Это катастрофа! И если только Монголия или Халифат вдруг заинтересуются их землями...

- Не думаю, что нашему Императору это будет выгодно, - высказался я.

- Нет, ему это совсем невыгодно, - донесся до нас с Катей знакомый голос.

Бодрым шагом, прямо из «вечного» огня камина, к нам вышел Кровавый Барон. Вид Филип Асторович имел задумчивый и сосредоточенный, и было ясно, что он телепортировался к нам прямо с большого собрания.

Я только в очередной раз поразился могуществу своего учителя. Вот так, по щелчку пальцев, оказаться здесь из Москвы...

- Собираю рейд, - пояснил барон в ответ на наши пораженные взгляды. - Сюда Император введет войска, но ты, Катя, поедешь к тетке. И не в Москву, а в Империю.

- В Рим что ли? - удивилась девушка.

- Ага. Нашей родни там давно нет, но имение я выкупил как-то. Посидите там, подальше... от всего. Время сейчас смутное будет.

- Как скажешь, - понимая, что дело действительно серьезное, не стала спорить Катя.

- Армия прикроет границу и присмотрит за «бывшей» портальной зоной, на случай, если демоны приготовили нам ловушку, - барон осмотрелся, задумавшись. - Хм, пожалуй, придется расторгнуть пару сделок... Ладно! Я еду в Казахстан на неопределенный срок.

- В самое пекло! - теперь уже возмутилась его дочка. - Из-за нас? Из-за того, что Тобольской зоны больше нет?

- Не умничай, а думай, что заберешь с собой в Рим, - огрызнулся барон. - Больно важные вы с Костей шишки. Нет, я еду туда потому, что Аскар не справился. Хороший мужик... был. Дружили раньше, пока Драконом его не сделали. Там уж ему, как национальному достоянию, не до дружбы со всякими баронами стало. А теперь по-другому их президент заговорил, виш как. Впрочем, нашему Императору и правда важно, чтобы Казахстан остался полноценной Республикой. И уж в этом мы с парнями можем пособить.

Он стал уходить, видимо, для того чтобы отдавать приказы, готовиться и собираться. А я, повинуясь наитию, громко крикнул ему прямо в спину:

- Возьмите меня с собой!

Барон остановился. Катя посмотрела дикими глазами. А я только-только осознавал, чего попросил.

И оказался в своих мыслях тверд.

- Вы все равно заберете всех. Колю, Елену, даже, наверное Петра - Марусиного отца. Катя будет в Риме. А я хочу... я хочу помочь, - я твердо шагнул вперед. - И я могу помочь. И чем больше помощи я смогу оказать вам там, тем больше помощи потом смогу оказать Кате в Академии, ведь так? Мы говорили об этом - у меня есть силы. Теперь мне нужно набраться опыта.

Барон долго смотрел на меня немигающими взглядом и только спросил:

- А потянешь?

- В противном случае, я буду для вас бесполезен, - я пожал плечами. - Ну, и вам не придется менять конюха, потому что без меня Колю сожрут... эм, сразу.

- Ты хотел сказать сначала: «У первого портала», - заметила Катя.

- Не уверен, что он доживет до портала, - признался я честно. - А без меня его и комары сожрут.

- Тогда я тоже еду! - объявила Катя. - Без меня комары сожрут вас обоих!

- Еще я - дурак, не брал с собой детей на войну! - фыркнул барон, но задумчиво посмотрел в потолок. - Это... идиотизм.

- Но ведь рядом с тобой безопаснее всего на планете! - не согласилась Катя.

- И если вы хотите защитить Катю от возможных политических интриг, то лучше везти ее на поле боя, чем в страну вроде Рима, - заметил невинно я из-за ее спины.

И Кровавый Барон сдался.

- Демоновы детишки, ну и армия у меня под крылом собирается!

Глава двадцать седьмая. Сын Дракона

Казахстан дрожал от боли. Он кричал тысячами голосом, плакал глазами беженцев, голодал животами тех, кто лишился привычного уклада жизни.

Мы ехали на суперпоезде, выделенном специально Императором Алексеем для доставки войск рода Стенгер. Такая невероятная срочность обуславливалась тем, что ситуация в дружественной Республике была критической. Тогда почему же Империя отправила всего лишь «частные» войска одного-единственного рода, да еще такого «непопулярного», как Стенгер?

Потому что люди Кровавого Барона были лучшими убийцами демонических тварей во всей России.

Исключая мощь самого Филипа Асторовича и Имперских Истребителей Демонов — по-настоящему элитнейших сил по борьбе с демонической угрозой, именно дружина рода Стенгер была самой опытной в России боевой структурой, занимавшейся именно конфронтацией с монстрами из порталов.

Егор Викторович Софийкин — командир-интендант переднего края Тобольской портальной зоны (ныне - бывший) ехал с нами в одном вагоне, и я видел, с какой болью полковник смотрит на бьющееся в агонии дружественное государство.

- Я много лет прожил на переднем краю, парень, - хрипло сказал он мне, заметив задумчивый взгляд. — И всегда благодарил Бога, Императора и барона за то, что они делают для защиты мирных людей. Эти твари… До этого самого момента ни Император, ни барон не защищали местных граждан. А Бог, похоже, в одиночку не справился.

Я, конечно, поддерживал его патриотизм, но с сомнением смотрел вокруг. Финансирование у нас было серьезным, да и Кровавый Барон, пьющий водку в соседнем купе, одним своим присутствием дарил дружинникам уверенность в своих силах. Тем не менее, мы ехали сражаться с целой, мать ее, портальной зоной. Сражаться! Останавливать!

Хотя раньше только сдерживали ее развитие по мере сил. И это — на укрепленных позициях, с поддержкой Императора и Истребителей Демонов.

Несколько отрядов Истребителей (в том числе и тех, кто служил лично роду Стенгер) ехали тремя вагонами дальше, но барон запретил нам с Катей к ним соваться.

- Не отвлекайте взрослых, сидите тут, - махнул он нам рукой. — Их работа — закрывать порталы изнутри. Наша с вами, сейчас — убивать все снаружи. И спасать людей. Сосредоточьтесь на этом. Вы сюда не демонов бить приехали.

Когда поезд остановился, нам уже через девять минут объявили об одиночном портале, возникшем неподалеку.

- Бардак! — усмехнулся барон, отбрасывая очередную бутылку и выходя из купе. — Деобедон, Глабадон, Трага — закрыть. Елена Викторовна, командуй зачистку. Егор Викторыч, а ты разгружай железки. Большой лагерь тут будем делать.

Мы с Катей остались не у дел. Я пытался было помочь с разгрузкой или набиться у Лены в группу зачистки, но был везде послан лесом. Так что встал рядом со спокойной Катей немного раздраженным. Ей — баронской дочке, оно понятно, что привычно без дела стоять, а вот я уже прямо сейчас хотел помогать Казахстану, хоть немного.

Хвала Вселенной, на свете был человек, который знал мои желания и любил им потакать.

- Костя, ты не мог бы мне помочь? — позвал Коля с конца суперпоезда. — Лошадки… нервничают.

Конечно, я бросился на помощь. Катя, как ни странно, тоже не осталась в стороне. Мы с ней с самого нашего давнего знакомства привыкли возиться на конюшнях, так что быстро помогли Коле с выгрузкой и первичным устройством лошадок. Их было много, а должно было приехать еще больше. Большая часть дружины рода Стенгер была верховой.

- У тебя будет много работы, - заметил я, когда мы, уже к вечеру, закончили помогать Коле. — И она будет… тяжелой.

- Значит, я буду приносить много пользы, - улыбнулся отец и с затаенной надеждой посмотрел на нас с Катей. — И я буду очень рад, если… Если вместо рейдов вы, с юной баронессой, сможете мне… Ну, хотя бы иногда, не каждый раз… Понимаете?

Катя любезно улыбнулась. О да, мы понимали. Что Коля, что даже сам барон, еще не до конца смирились с тем, что взяли детей на войну. Так что найти нам безопасную, но тяжелую и важную работу в тылу — это была их мечта. Но я, Катя, Филип Асторович, Коля, да и любой, даже самый последний рядовой из дружины, знали, что нас таким можно только отвлечь.

Потому что мы пришли сражаться с тварями.

- Похоже, делегация казахов пришла, - сказал кто-то из конюших, работавших с нами. — Сейчас его благородие им на встречу пойдет. Екатерина Филиповна, ваше благородие, вам бы, может, тоже идти? Да только одежду бы сменить…

- Никаких «сменить», мы на войне! — отмахнулась Катя, слегка задрав носик. — И я буду выглядеть и… пахнуть, как и все остальные.

Конюшие и охранявшие их дружинники благодарно кивнули ее добрым словам. Да, наш барон — человек из народа, и его дочка, в конце концов, выросла в одну из самых демократичных аристократок, которых видела Российская Империя. И это не мои слова. Я аристократок видел мало. Но вот дружинники и слуги часто так о ней отзывались.

И здесь я мог их понять.

Естественно, мне было любопытно посмотреть на встречу местного ополчения с подкреплением из России. И я мог воспользоваться своим статусом Шевалье, который уже действовал внутри рода Стенгер, пускай и негласно. После того, как я самолично оторвал демону, который хотел украсть Екатерину Филиповну, башку, я стал достоин этого звания.

Делегация дружественной республики выглядела неважно. Всего два человека, в полевой военной форме, мужчина и юноша, примерно моего возраста.

- Старший сильный, - шепнула мне Катя, быстро оценив гостей. — Младший… тоже.

Этот самый «младший» сейчас во всю рассматривал нас, в ответ на то, что мы разглядывали его. Он был высоким, но чуть ниже меня. Худощавым, но жилистым, с внимательными раскосыми глазами и, пожалуй, довольно симпатичным лицом. Главной особенностью его внешнего вида был длинный, очевидно двуручный, меч, который, в ножнах, парень постоянно держал перед собой, ухватившись в него двумя руками.

- Амир Болат — командующий ополчением на этой стороне портальной зоны, - поклонился вышедшему вперед барону мужчина. — Рад приветствовать Дракона Империи на свой территории.

- Привет, Амир, давно не виделись, - по-простому протянул делегату руку наш владыка. — Соболезную твоей потере. Твой брат был хорошим человеком и сильным Драконом.

Вот теперь я припомнил, откуда мне знакома фамилия местного командующего. Это, как я понял, был младший брат погибшего Дракона Республики — Великого Ветра.

- Это Таргын, Филип, - сменил тон Амир, пожав барону руку. — Мой ученик и племянник.

- Соболезную и тебе, парень, - протянул юноше руку Филип Асторович. — Мы с твоим отцом всегда ладили. Крутой был мужик.

Парень серьезно кивнул и сосредоточенно пожал протянутую руку. А потом вопросительно посмотрел на нас.

- Моя дочка — Екатерина, и ее Шевалье, - представил нас Кровавый Барон и улыбнулся. — Сильные Одаренные. Они помогут нам защищать вашу страну.

- Дети, - холодным, почти безжизненным голосом, но громко, произнес Таргын. — Вы привезли на нашу войну детей.

- Ты и сам довольно молод, - усмехнулся барон, ничуть не смутившись.

- Я — сын Дракона, и это — другое дело, - твердо отвечал Таргын.

- А я — дочь Дракона, - заметила Катя, без проблем встревая в разговор.

Что не понравилось молодому казаху. Он нахмурился.

- Благородная дочь должна сидеть дома, под охраной, и прилежно учить уроки, - все же ответил он и поклонился барону. — Я не собираюсь учить вас, Кровавый Барон. Я просто говорю, что думаю.

- Но ты же не договариваешь, а? — уже в открытую улыбался барон. — Ты ведь считаешь, что эти детишки бесполезны, и ты бы их и одной левой уложил в кроватку? Даже несмотря на мою рекомендацию.

- Я бы не сомневался в твоей рекомендации, Филип, - миролюбиво поднял перед собой ладони старший, Амир. — Но они, правда, дети. А Таргын, которого Аскар тренировал с детства, вот уже целую неделю сражается с тварями. Его уже можно считать мужчиной.

- Значит, он доказал тебе свою зрелость, - кивнул барон и махнул мне рукой. — Но не мне, так же? Тогда пускай, вот, одолеет этого паренька. Костя — мой ученик. И защитник моей дочери. Таргын, я тебя очень прошу — надери моему Шевалье задницу. И тогда я со спокойной душой отправлю их обоих в Рим. Так, Катя?

- Если ты так решил, папа, - изображая скромницу, потупила глазки Катя. — Я буду надеяться, что ребята не покалечатся, только и всего.

Таргын, улыбаясь, вышел ко мне. Он был очень ободрен обращением самого Дракона Империи. Кровавый Барон не только не разозлился на его дерзкую выходку, но даже и нашел, как обернуть ее в свою пользу. Я, например, в который раз подивился его прозорливости. Вот так легко отправить нас прочь отсюда — это был его хороший шанс.

Но еще я подумал о том, что я уверен в своих силах.

- Таргын — Одаренный Ветром, как и его отец, - пояснил мне Амир, чуть поклонившись. — Чтобы ты, молодой Шевалье, понимал, кто твой соперник, и что вы с ним не враги. И чтобы знал, чего ожидать от него. Чтобы не покалечиться. И тебя я прошу сказать свой Дар.

- Вода, - я посмотрел по сторонам, не замечая, конечно, никакой воды. — И еще я неплохо стреляю.

- В таком случае, полезен может быть даже ребенок, - высокомерно заявил Таргын, обнажая свой длиннющий меч. — Но сейчас ты должен будешь сразиться, как мужчина.

Я хмыкнул, принимая правила игры, и отложил автомат. Подумав, я положил туда же гранаты. Еще секунда, и в общую кучу отправляется три ножа, один за другим. Посмотрев на смутившегося парня, я решил не жульничать и выкинул еще и два кастета и небольшой пистолет.

В конце концов, я отошел от образовавшейся горки оружия с одним только копьем. И теперь в глазах того же Амира я видел намек на уважение.

Барон вышел к нам. Глянув по очереди на каждого, он поднял руку вверх и, с силой опустив ее, скомандовал:

- Бой!

И в следующую секунду бой закончился.

Сам барон всегда учил меня не столько приемам, сколько правильной (с его точки зрения) философии их использования. Как он сам неоднократно повторял: «На войне все средства хороши». А дуэль, на которую тебя вызвали, это уже даже больше, чем просто война.

Филип Асторович, сколько я не слышал про его молодость, слыл заядлым дуэлянтом, и свое громкое прозвище заработал именно в поединках один на один. Кровавый Барон, пожалуй, был лучшим учителем в Российской Империи, когда дело заходило о дуэлях.

И я воспользовался его наукой. Держал копье так, чтобы Таргын подумал, что я цепляюсь за него, как за свою последнюю надежду. И все время смотрел на свою флягу с водой, давая понять, что только она — мое настоящее оружие. Когда рука барона упала, нет, даже до этого, я ощутил, как воздух вокруг моей фляжки сгущается. Выбор цели молодого казаха был донельзя логичным и лаконичным.

А я просто врубил Магию Крови на максимум и, резко сократив дистанцию, рубанул ребром ладони по шее самоуверенного сына Дракона.

Конечно, перед самим ударом я не ускорял руку. Иначе мог бы и убить парня.

- Не далее, как две недели назад, парнишка лично оторвал башку демону, - поделился гордый мой учитель, перед своим сбитым с толку товарищем. — Из-за того, что его аспект Проявления находится на нулевой отметке, его ядро компенсировало это Силой и Контролем. И мы нашли, как это применять.

- Это же — Магия Крови? — удивленно спросил Амир. — И он так рванул! Никогда не видел подобного.

- Для своей дочери я выбрал самого лучшего Шевалье. Я сам же его воспитал. И успел немного натаскать на тварях. Ну, вообще-то, на данный момент, уже и на демонах. Ведь парнишка успел убить уже двух.

- Двух… - эхом повторил казах. — Такой молодой! Ай, тигр!

- Волчонок, - смиренно поклонился я, чувствуя, как краснеют от похвалы уши. — Буду рад помочь всем, чем смогу.

- Сможешь, молодой Волчонок, сможешь! — заверил меня командующий ополчением и тоже поклонился в пояс. — Прости за то, что недооценивали тебя. И не держи обиды на Таргына. Ты — слишком удивительный человек, чтобы мы смогли это понять с первого взгляда. Я буду надеяться на наше плодотворное сотрудничество. А сейчас — доброго вечера. Филип, я пришлю тебе карту. Эту местность оставляю в твоем ведомстве. Крупный военный совет запланирован через три дня. До того — осваивайтесь.

- Тогда до встречи, дружище, - снова пожал ему руку барон. — И передай парню, чтобы не обижался тоже. Пускай приходит поиграть.

И Амир, закинув на плечо бесчувственное тело племянника, буквально растворился в воздухе прямо перед нами.

- Телепортер, редкий Дар, - пояснил мой удивленный взгляд Филип Асторович. — На мой взгляд, такой же редкий, как твоя Магия Крови. И такой же сложный. Не свезло Амиру, он рос в тени талантливого брата, в Казахстане так принято. Если один ребенок сразу лучше другого, то все внимание и ресурсы идут первому. И даже тот, второй, должен посильно помогать во всем. Аскару повезло два раза, потому что Амир родился с очень полезным и редким Даром, и служил старшему брату кем-то вроде… извозчика. И всему Казахстану очень повезло, что братья были дружны. Впрочем… если бы между ними было конфликт, соперничество, может быть Республика бы выгадала себе второго Дракона из той же семьи. А так… Амир — очень способный Архимаг, но почти не боевой.

- Удивительные люди, - кивнул я.

И правда, местная культура отличалась от Российской. И очень меня заинтересовала. Я вообще, в этой жизни, обнаружил в себе невероятную тягу к истории и культуре. И как же приятно было осознавать, что даже дружеское государство так отличается от моего собственного.

Мир так загадочен и интересен!

- И что значит это твое «натаскал», папа? — возмутилась наконец Катя. — Что же, Костя тебе как собака что ли?

Барон что-то проворчал в ответ. А я подумал, что уже скоро меня начнут «натаскивать» куда серьезнее. Дела в Казахстане имели скверный оборот, и я с предвкушением ждал, когда же смогу помочь людям все исправить.

На следующий же день Кровавый Барон собрал рейд и прошел огнем, мечом и автоматом по всем окрестностям, выжигая портальных тварей и давая своим Истребителям закрывать порталы. Он и сам закрыл парочку, почти от скуки. Но нас с Катей пока не допускал, потому что все войска находились в полной боевой готовности, и были мы не на прогулке по собственной портальной зоне, а на миротворческой миссии в соседней стране.

Но мы и так были ему полезны. Катя превосходно разбиралась с толпами некрупных монстров, атакуя Светом по площади и замедляя их Тьмой. Приставленные к ней штурмовики завершали дело гранатами и дождем свинца. Я был на подхвате, как у нее, так и у самого барона, и меня, за счет моей скорости, отправляли в самые горячие точки соприкосновения, для быстрой и качественной магической поддержки. Несколько Одаренных Водой, в других отрядах, специально создавали для меня воду своим Проявлением, и мы, вместе с ними, решительно уничтожали большие скопления тварей.

К вечеру мы вернулись в лагерь, уставшие, но довольные проделанной работой. Дружинники только усмехались, глядя на нас — для них подобные будни уже давно стали обыденной и даже рутинной работой, которая, в следующий миг, может стать смертельно опасной и невыносимой. Мы же с Катей вели себя немного по-детски.

Я признавал это. А еще знал, что и бойцы не до конца правы. Мы с Катей были не такими же, как они. Мы вдвоем были амбициозны, одарены и знали, что подобные битвы — залог нашего будущего могущества и благополучия.

И не только мы, видимо.

- Эм, господин Шевалье, - обратился ко мне один из конюших, когда мы с Катей, сидя рядом, чистили снаряжение. — К вам… гость.

- Надо же, «господин», - фыркнула баронская дочка, немного раздраженная тем, что отец заставил ее саму (а не служанок) чистить свое обмундирование. — И кто же это может быть?

- Я догадываюсь, - пожимаю плечами и обращаюсь к конюшему. — Евген Дмитрич, а не могли бы вы его сюда позвать? К нам. Твое благородие, ты же не против моего гостя?

- Если он поможет мне разобраться со всей этой грязью, я только за, - девушка заглянула в дуло своего автомата. — Как так? Я выстрелила всего три рожка! Или тринадцать?

Я хмыкнул. В отличии от изнеженной баронской дочки, я уже очистил всю снарягу и теперь, по чуть-чуть, чтобы не спалиться перед бароном, помогал ей же. Но уже через минуту мне пришлось отвлечься, так как к нам вышел мой неожиданный «гость».

Конечно, это был Таргын. Юноша, в потрепанном, как у нас, но уже вычищенном камуфляже встал напротив меня, все так же держа свой длиннющий меч, и глубоко поклонился.

- Вчера я был слишком резок и глуп, по отношению к вам, - произнес он. — И искренне прошу прощения за это.

- Я принимаю твои извинения, но кланяться ты должен моей госпоже, - я показал пальцем не прищурившуюся Катю. — Если бы твои слова не задевали ее честь и честь ее отца, я бы вчера не дрался.

- Прошу прощения покорно, - ничуть не смутившись, Таргын глубоко поклонился и Кате. — Вчера вас обозвал детьми ребенок, который сам не видит дальше своего носа.

- Конечно, ты прощен, - помахала руками моя юная баронесса, а потом хитро улыбнулась. — Но взамен я… «попрошу» тебя… «показать» мне, как правильно чистить обмундирование. Видишь ли, ты, до определенного смысла был прав. Я — всего лишь благородная Драконья дочь, которая умеет лишь сидеть дома и учить уроки.

- Кто вообще говорит: "До определенного смысла?" - фыркнул я, на что девушка показал мне язык.

Юноша, который так трепетно относился к понятию «чести», не мог отказать даме. И буквально вычистил все ее снаряжение за девушку, пока та отбежала покурить. Я только головой покачал и помог парню. Когда все было закончено, он снова встал напротив меня.

- Я прошу у тебя реванша, - серьезно произнес он, глядя мне прямо в глаза.

- Разве первого раза тебе было мало? — чуть более нагло, чем хотелось бы, удивилась Катя.

- Я проиграл, и это не исправить, - признал Таргын. — Но я, как сын Дракона, должен двигаться вперед и становиться лучше. А для этого, я должен победить. Пускай я недооценил тебя вчера, сегодня я сражусь в полную силу.

- Костя устал, он сегодня много сражался с тварями, у нас был рейд, - заметила Катя.

- Тогда я готов подождать, пока он отдохнет, - согласился Таргын, но не удержался, усмехнулся и добавил. — Наши войска устраивают рейд каждый день. И я не пропустил ни одного, ни вчера, ни сегодня.

- Я не против схватки, - остановил я Катю жестом, пока она не наговорила лишнего. — Но давай постараемся не убить друг друга. И не разрушить лагерь.

- Уж я прослежу, - пообещала молодая баронесса, становясь между нами. — Если не остановитесь, когда скомандую — пеняйте на себя.

Таргын удивленно посмотрел на нее. Конечно, он признавал ее статус дочери Дракона и все такое прочее, но в силах, похоже, еще сомневался. Я подмигнул казаху и вполголоса пробормотал:

- Она надерет мне задницу в семи поединках из десяти, так что не сомневайся.

Парень кивнул, и по его загоревшемуся взгляду я понял, кто у него будет следующим на очереди на дуэль, когда он победит меня. И я оскалился. Это меня задело.

- Ладно, начали! — скомандовала Катя.

И я бросился вперед.

*****

Таргын Аскарович Болат — наследник сильнейшего Одаренного Казахской Республики за последние двести лет, был поражен.

С детства его приучали к тому, что он будет наследником своего великого отца. Казахстан — могучая и прекрасная страна, в которой рождается большое количество талантливых и сильных Одаренных. Даже могущественных. Но вот тех, кого называют Драконами - «по настоящему» сильнейших Одаренных в стране почти не было. Власти искали причину, меняли систему образования, запрещали старые традиции и возрождали некоторые из старейших. Они экспериментировали.

И на свет появился Великий Ветер — Аскар Болат. Неприятно и удивительно, но он был выходцем из богатого клана, который позволил Аскару пройти обучение в Демонов Истребителей Московской Академии, в России. В тот же день, как Великий Ветер был признан Драконом Республики, в столице заложили фундамент для нового учебного заведения — ДИАКР — Демонов Истребителей Академия Казахской Республики.

Но до завершения стройки и подбора кадров было еще далеко. Поэтому юный Таргын тоже должен был отправиться, по стопам отца, в Россию.

Жизнь не дождалась этого всего лишь год.

И грянула катастрофа. Демоны, монстры, война — горе захлестнуло великую Республику, а вскоре добралось лично до самого Таргына, когда он узнал, что, в ожесточенной схватке, жертвуя собой, погиб его прославленный родитель.

Отца Таргын, наверное, почти и не знал. Великий Ветер полностью соответствовал своему громкому прозвищу и гулял где угодно, но не в домашних стенах. Он был и в далеких разъездах, в других странах, в портальных зонах. Был и на приемах местных владык кланов, у властей, у самого президента. Но не дома. А в те редкие моменты, когда он, все же, бывал, сын видел родителя только на тренировках.

Но он… все равно горевал по отцу. Он все детство мечтал окончить Московскую Академию с отличием, вырасти могучим Драконом, как его отец, и тогда! Конечно же, тогда отец примет его, признает и будет гордиться своим великолепным сыном!

Этого не произойдет. Теперь уже нет.

- Что бы ни было, Таргын, я горжусь тобой, - сказал ему дядя в тот день. — И всегда буду тобой гордиться.

Дядя Амир был тем, кто воспитывал мальчика, как мужчина. Конечно, была и мама, но что могла дать молодому сыну Дракона обычная добрая женщина, кроме любви? Особенно в то время, когда ему нужна совсем не ее любовь.

Теперь Таргыну вообще не нужна любовь. Ему нужна только сила. Та самая сила, которая покажет всему миру, что он — сын Дракона! Что он — сам Дракон!

Поэтому первый поединок с Шевалье дочки Кровавого Барона Таргын воспринял очень болезненно. Но дядя подсказал ему верный путь. Не замыкаться, не держать злобу. Превзойти самого себя. Превзойдя молодого Шевалье.

- Ладно, начали! — звонко кричит дочка Дракона Империи, и Таргын проявляет ветер.

Отец тренировал его редко. Но каждый раз говорил нечто вроде: «М-да, ты хорош… В твоем возрасте я был хуже», а потом разворачивался и уходил. Таргын никому не говорил этого, но он давно считал, что отец не любит его именно потому, что он был талантливее. Что Таргын был лучше самого Дракона!

А вот Шевалье напротив, похоже, ни о чем подобном не размышлял.

Тугой поток спрессованного воздуха ударил в то место, где только что стоял русский юноша, но его там уже не было. Таргын предполагал это. Он был готов к такой невообразимой скорости. Теперь. А если бы был готов и в первом поединке, то молодая баронесса уже ехала бы на поезде в Рим.

Ведь что может быть быстрее самого ветра?

Мана окутала тело Таргына, придержала за локти. Потоки ветра обнимали своего владыку, делая его легким, почти невесомым и невероятно быстрым! С тихим шелестом ножны сами покинули меч его отца, ставший таким же легким, в руках Таргына, как и он сам.

А в следующий миг он заблокировал удар со спины!

- Ловко! — оценил Шевалье, сразу отпрыгивая от ответного взмаха мечом.

Не отвечая ему, Таргын послал сразу два невысоких урагана достать своего противника. Тот быстро зашел за дерево, а уже через мгновение спрыгнул с самой верхушки его ствола и снова на невообразимой скорости.

Только приличное расстояние позволило Таргыну среагировать. Заблокировать удар и поразиться. Этот Шевалье все равно был быстрее его самого!

- Не позволю! — крикнул Таргын, взмахами меча посылая в парня ветряные удары.

Бритвенной остроты и великой тяжести невидимые косы обрушились на то самое дерево, полностью его раздробив. Из лагеря русских уже сбежалась целая толпа, чтобы посмотреть на тех, кто тут так шумит. Их, конечно, остановила дочка Кровавого Барона.

Но Таргын не смотрел на это. Он сражался с его учеником.

Несколько тонких ледяных игл оцарапали лицо казаха, и он тут же соорудил вокруг себя воздушный барьер. Уже чувствуя, как напрягается его ядро от удержания техник защиты, ускорения и нападающих заклинаний, Таргын принял решение сблизиться с Шевалье.

Все равно без воды он слабее.

Тем не менее, Шевалье не стал убегать и, ведя, что противник приблизился, сам пошел в рукопашную. И только теперь Таргын с удивлением обнаружил, что парень вооружен.

В его руках был длинный металлический посох.

Со звоном была отбита первая атака Таргына. Длинный, слишком длинный для его рук меч повело в сторону чуть больше обычного, и этим воспользовался шевалье, разбивая его воздушный щит новым взмахом посоха. Казах восстановил равновесие, метнул два ветряных копья и замахал перед собой мечом, надеясь выгадать время и придумать новый план.

Но хладнокровный Шевалье не дал ему времени. Шагнув прямо под удар меча, он, внезапно, повис прямо в воздухе, вверх ногами, будто ходил по потолку, и прямо с этой необычной позиции врезал кончиком металлического посоха по лбу Таргына.

Снова теряя сознание, юноша подумал, что отец никогда так быстро не двигался, на тренировках с ним.

- «Наверное, это потому, что у меня совсем нет таланта,» - решил наследник Дракона.

А потом пришла тьма.

Глава двадцать восьмая. Начало штурма Аягоза

Благодаря моему новому оружию, победа осталась за мной. Откровенно признать, я рассчитывал применять его лишь для настоящих битв насмерть, но мои планы быстро пошли коту под хвост. Таргын - сын Казахского Дракона, оказался слишком уж силен, чтобы одолеть его без оружия.

Да и опробовать посох хотелось, что уж там!

Это был аналог классического японского «бо» - тренировки с подобными игрушками составляли немалую часть моей прошлой жизни. Я даже был чемпионом Европы на соревнованиях по владению «бо». Но этот посох, конечно, особенный. Он был длиннее стандарта (180 см) на один «сяку», так что длина его была на тридцать сантиметров больше классики (210 см, в итоге). И он, конечно, был цельнометаллическим.

В нормальном мире не может быть бойца с «бо», исполненного из куска железа. Если посох будет цельным, ни один человек в мире не сможет владеть им на соревновательном уровне. Если оставить его полым внутри, он быстро придет в негодность.

Но здесь, в мире магии, я смог заиметь себе невозможный в прошлой жизни предмет, да еще и со значительной скидкой.

Как приятно быть близким другом и спасителем девушки, Одаренной Металлом!

Хотя, чести ради, стоит признать, что Маня мой посох даже не трогала. Оружие, несмотря на свой внутренний протест, мне исполнил ее отец - Петр. Он тоже приехал в Казахстан, но не для того, конечно, чтобы снабжать людей Филипа Асторовича огнестрелом и мечами, а чтобы помогать в мирных направлениях.

Так что, когда я предложил ему свою задумку, он долго колебался. Да, от его передо мной долга я легкомысленно отказался еще в самом начале, так что не собирался напирать на старого и травмированного жизнью кузнеца. В случае провала, я просто написал бы его дочери, и, уверен, уже через месяц получил бы желаемое, да еще из разных композитных материалов.

Но Петр признал мое право на услугу и сделал посох. Самая мастерская работа с железом в этой части России, огромный опыт и одна ма-а-а-аленькая особенность проектировки, и у меня в руках оказалось заветное оружие, способное потягаться с магическими «проявляемыми оружиями» других Одаренных.

В чем же главный секрет неподъемного для простых смертных посоха? В том, что он... не цельный. И не полый. Его структура, пожалуй, больше напоминает дерево - монолитное растение, которое, тем не менее, заполнено изнутри водой.

Да-да, мой железный посох почти на одну двадцатую по массе состоит из воды, что дает мне возможность не только держать его на весу, но и крайне ловко управлять им в бою.

Я радостно крутанул его и попал себе по пальцу. Раздался противный хруст, а тело пронзила невыносимая боль.

- Н-ну да... надо привыкнуть, - на лбу выступил холодный пот, когда я нагнулся, чтобы восстановить раздробленный пальчик.

- А если бы ты так Таргыну в лобешник врезал? - вздохнула рядом Катя, до этой секунды смотревшая на мой посох даже завистливо. - Что вообще у вас с Петром получилось? Эта махина же реально весит, как человек!

- Очень... маленький человек... - просипел я, сращивая кость. - Килограмм двадцать...

- Невероятно, - протянула девушка, прищурив взгляд. - Значит, ты всего лишь можешь снести себе голову, немного неправильно рассчитав вращение, так?

- Это да, - признал я и с облегчением откинулся назад, почти упал на землю.

Палец был спасен. Хотя признавать опасность моей новой игрушки было обидно. Немного. В конце концов, я и сам это понимал. Просто мне нужно больше тренировок. И еще, пожалуй...

- Тебе нужно дать ему имя, - вклинилась между моих мыслей Катя. - Раз уж этот зверь так суров, его нужно приласкать.

- Ты же знаешь, моя юная госпожа, что я не занимаюсь такой чепухой, - отмахнулся я тут же.

Ну да, магический мир и свои правила. У Кати, например - давать всему, что она посчитает необычным, имена. Зверушкам, заклинаниям, а теперь, вот, оружию.

Я готов играть по правилам магического мира, тем более, что и сам — Одаренный, но имена для оружия… Это не правило, а, скорее, суеверие. Что-то вроде ритуала для некоторых магов. И не всех. Тот же Кровавый Барон такой придури не придерживался и плевал на все с высокой колокольни.

Хотя, у него все равно были все эти названия для приемов и меча. Разница лишь в том, что он не сам их обзывал — им давали имена враги.

- И все же нужно, - настаивала Катя и тут же нашла новый аргумент. — Это не престижно, в конце концов. Вот! Я не могу позволить, чтобы мой Шевалье орудовал большой железной палкой.

- Это должна быть палка с именем?

- С именем, Костя, даже такой балбес, как ты, будет похож на человека! — отмахнулась баронесса.

Я хохотнул. Звучало крепко. Впрочем, моя юная госпожа так не посчитала и прикрыла рот ладошками, сильно зажмурившись. Похоже, она расстроилась:

- Извини, это было грубо.

- Да ладно, в тему же, - я ничуть не обиделся. — Ну и, наверное, ты смогла донести до меня мысль. Может быть окажешь своему Шевалье честь? Назови мою палку сама.

Девушка невесело фыркнула. Но новая задача отвлекла ее от ненужных мыслей, и вскоре Екатерина Стенгер морщилась и хмурилась, пытаясь дать оригинальное название моему железному посоху. Мне даже показалось, будто она не сама придумывала имя, а натурально требовала его у самого посоха.

Конечно, под таким натиском, посох долго не продержался.

- Разрушитель! — выдохнула юная баронесса и глянула на меня усталыми глазами.

Я крутанул посох в руках, стараясь (не дай Вселенная!) не задеть Катю, и удовлетворенно грохнул им о землю.

- Подходит. Спасибо, твое благородие.

- Обращайся. Но не часто. И вообще, Костя… Прости еще раз. Ты просто… Ты просто слишком толстокожий.

- Не забывай, что я — простолюдин. И вообще классный парень.

- Ха, соглашусь. Но только не с тем, что ты — простолюдин. Забудь об этом. Ты, уже давно — Шевалье рода Стенгер. Ты мне не слуга. Ты — мой защитник и… наставник? Ты столькому учишь меня, а я так про тебя говорю…

- Чему же это я учу? — озадачился я.

- Не сдаваться? — девушка улыбнулась, и челка упала ей на глаза, делая мою госпожу раза в три прекраснее обычного. — Быть твердой в намерениях. Держать слово. Быть спокойной. Быть сильной. Становиться лучше. Быть терпимой и терпеливой. Сражаться.

По мере того, как она произносила все эти, несомненно, приятные слова, мое лицо вытягивалось все больше и больше. В конце концов я, наверное, был похож на какого-нибудь коня из мультиков. Катя рассмеялась.

- Курить меня тоже научил ты, - напомнила она. — Но, в основном — только хорошее. Спасибо. Правда. И осаждай меня, если я буду слишком уж грубить, ладно? Я тебе не госпожа.

- Ладно, - я пожал плечами и отвесил девушке легкий подзатыльник.

- Эй! Это-то за что?!

- Да просто так. Для профилактики. Ты бы не успокоилась в своей вине, если бы я не сделал так.

И я пошел вперед, чувствуя, как закипает оставляемая мной «не-госпожа». Впрочем, я не успел отойти достаточно далеко, когда она буркнула еле слышно:

- Может и так…

Как бы то ни было, теперь я был готов идти со своим Разрушителем в бой. И очень скоро Кровавый Барон удовлетворил мое желание.

*****

- Не плетемся, бегом, бегом, бегом! — кричал Кровавый Барон, и сам же первый летел на верном Звере в гущу сражения.

Мы отбивали Аягоз — небольшой город, который из последних сил удерживали войска и ополчение Казахстана. На большом военном совете Филип Асторович, перебивая всех стратегов союзников постановил, что город необходимо отбить, чтобы получить плацдарм для последующих вылазок вглубь портальной зоны.

Конечно, такая полномасштабная операция сопряжена с большими рисками, неизбежны потери, да и провал, если честно, тоже обладает не нулевой вероятностью. Но огненная аура Дракона Российской Империи, его опыт и слава сделали свое дело, и стратегам пришлось уступить.

- Я лучше знаю, - заявил Барон, выходя из палатки штаба. — Нам нужен город. Аягоз на пути — возьмем Аягоз. Если они пожалеют войск, я сам его заберу! А потом уеду тогда нахрен.

Но на войска казахи не поскупились, и теперь мы, в составе отрядов рода Стенгер, поддерживаемые армией и ополчением, неслись вперед, на когда-то красивый город, ставший юдолью тьмы и смерти.

Я вел Ручейка сразу за Катиным тетрархом. Наша с ней задача на сегодня — спасать жизни. Мы были сильными Одаренными, но слишком хрупкими и ценными, чтобы отправлять нас туда, где развернется самое пекло.

Тем не менее, пекла было достаточно повсюду.

- Пауки! — крикнул командир нашего отряда - немолодой капитан Панфилов, и мы все посмотрели туда, куда он указал.

Огромные членистоногие твари, размерами, каждый, с легковой автомобиль, неслись на нас с приличной скоростью, на мерзких длинных лапах преодолевая все встречающиеся на пути препятствия. Такие монстры довольно опасны для неопытных Истребителей, особенно когда они находятся внутри своих биомов.

Тут же раздались выстрелы. Пока мы шли плотной группой, но уже скоро отряды разделятся на боевые пятерки и углубятся в город. Штурмовики, как раз и открывшие сейчас огонь, будут воевать и прикрывать Истребителей, который, в свою очередь, будут закрывать порталы. А отряды, подобные нашему с Катей, будут рыскать по городу и спасать выживших.

Удивительно, но факт — людей, переживших первые дни местного апокалипсиса, было достаточно много. Это обуславливалось тем, что демонам, по большому счету, не было дела до гражданских, пока те не показывались им на глаза. Монстры были агрессивнее и подчинялись инстинктам, но и были, в большинстве своем, тупы, как звери, так что зачастую мощной подъездной двери и заколоченных окон было достаточно, чтобы выжить.

«Пауков» на правом фланге почти расстреляли. Уродливые твари с длинными конечностями казались настоящими порождениями кошмаров. Густая черная шерсть, с десяток желтых «насекомых» глаз, по семь сегментированных лап, заканчивающихся тяжелыми заостренными когтями и просто невероятная подвижность и маневренность делали их страшными врагами даже для нашего рейда, вооруженного до зубов пулями и магией.

У меня заскрипели зубы, когда я подумал о том, сколько страху натерпелись гражданские в этом городе.

Очень скоро прямо перед нашим рейдом задрожала земля. Вздымаясь горбов, она породила огромный, с пятиэтажный дом высотой, вулкан, быстро заполнившийся магмой до краев. Кровавый Барон отмечал территорию. Теперь здесь — условно безопасная зона.

- Разойтись! — гаркнул командующий поисковыми отрядами — майор Фролов. — Контрольная встреча через час!

Отряды рассыпались по улицам города, каждый на свою. Мы репетировали этот выход, заучивали названия переулков и проспектов и готовили наших лошадей. Это была не первая, наша с Катей, серьезная вылазка, но, определенно точно — самая масштабная и «взрослая». Я втянул горелый воздух в легкие. Жизнь! Как мне знакомо это ощущение опасности, драйва и жизни! Той самой жизни, которая, вот она, висит на волоске, и только от тебя, да госпожи Вселенной зависит, оборвется тот волосок или еще повисим?

- «Старый Волчара уже заскучал за этим,» - я сосредоточенно смотрел на подъезд, к которому направлялся отряд. - «Видать, для кого-то и такое чистилище может быть наградой.»

- Замедляемся, - приказал командир и глянул на нас с Катей. — Ваше благородие, вас с вашим защитником попрошу остаться здесь. В коридорах здания мы управимся лучше, а вы, как Одаренные, сможете разгуляться здесь, на улице.

- Надеюсь, вы не заставите нас ждать, капитан, - Катя спокойно приняла предложение, но демонстративно осмотрела округу. — Если мы разгуляемся, может стать жарко.

- Мы быстро, - кивнул вояка и скрылся в темноте подъезда.

Я вздохнул.

- Оставили нас в тылу, так и знал, - корчу недовольную рожицу, но не слишком-то жалуюсь — позицию капитана и примерную суть приказов, выданных ему бароном, я понимал. — И когда мне подвиги ратные совершать?

Где-то вдалеке, в городе, страшно загрохотало, а потом завыло так, будто исполинских размеров собаку жахнули об землю со стометровой высоты.

- Успеются подвиги, - Катя хмуро посмотрела в сторону шума и повела плечами. — Лично я рада, что мы здесь, а не там. И даже не потому, что боюсь оказаться на том уровне. Просто я знаю, что здесь мы принесем больше пользы людям.

Я пожал плечами. Это была хорошая позиция для будущей правительницы собственных земель. Забота о людях. И даже не о своих собственных, а о человечестве в целом. Воспитание Кровавого Барона во всей красе. И это при всем том, что оба этих «защитника» - Барон и Катя, относились к простым людям, как… к челяди? Несомненно, они таковыми и были, но впечатление о благородных воинах добра знатно смазывалось из-за этого.

Себе я цену знал. Помогать людям я должен в бою. Против демонов или других людей. У меня такая справедливость.

- Ну, в итоге ты все равно права, - согласился я, продолжая собственные мысли уже вслух. — Сейчас мы полезнее здесь. Хотя, для начала, мы могли бы взяться за дело, а не стоять на улице и ждать взрослых.

Только я договорил это, как из подъезда до нас донесся звук приглушенного расстоянием вскрика, а потом беспорядочной автоматной очереди. С громким звоном разбилось окно где-то на четвертом этаже, кто-то зло, почти по-звериному, зарычал, и все разом стихло.

- Капитан, что у вас? — я быстро достал рацию, чтобы уточнить обстоятельства стрельбы.

В ответ на этом, послышалась новая очередь, но уже глубже в здании. Высотка с одним подъездом, в прошлой жизни в таких часто бывали общежития. В этой — подобные постройки были оснащены хорошим бункером и укреплены сверху, чтобы можно было прятаться и под землей и над ней. Тут могли быть выжившие, просто обязаны были.

Но, похоже, что все не так просто.

- Пошли, - я кивнул подруге на дверь.

- Нарушим приказ? — деловито уточнила баронесса. Не похоже, чтобы она боялась. Скорее, ей было интересно.

- Я — Шевалье, а значит имею право брать командование на себя в неизвестной ситуации, - действительно, такой пункт в моем договорном контракте присутствовал и ровнял меня, при определенных, не таких уж и редких, моментах, к высокому офицерскому составу армии рода Стенгер. — К тому же, ты сама назвала меня своим учителем. Пошли, я научу тебя, как брать штурмом жилые здания, полные врага.

И, когда Катя согласно кивнула, мы вошли в этот проклятый дом, который оказался ничем не хуже любого полноценного портала. Но об этом мы узнаем несколько позже.

В подъезде оказалось темно, и только свет уходящего дня с улицы давал хоть какую-то возможность ориентироваться в пространстве. Катя вытянула руку вперед, и на ней тут же вспыхнул желтый огонек. Я накрыл его своей рукой.

- Для тех, кто внутри, и против нас, твой свет будет мишенью для огня на поражение, - тихо шепнул подруге. — Давай я поведу, а ты будешь страховать.

- Думаешь, все так серьезно? — только сейчас задумалась девушка.

- Давай будем действовать, исходя из возможного худшего.

Катя кивнула, а я, в это время, достал из разгрузки кастет и надел его на левую руку. Подумав, переместил в правую, а уже в левую взял свой пистолет. Местный аналог «Грача» Ярыгина, даже калибр тот же. Да все то же, только в названии оружия теперь основное слово — имя рода, в котором граф Ярыгин был рожден.

- Не Разрушитель? — Катя с намеком посмотрела на мой новый боевой посох, закрепленный у меня за спиной.

- Слишком тесно, слишком медленно, - я кивнул ей на первую дверь. — Сначала проверяем первый этаж.

- Но стрельба была на четвертом.

- Не проверим низ, и нас могут зажать с двух сторон. Забудь. Не думай ни о чем. Просто следуй приказам.

Катя прищурилась. Пускай она и наговорила мне кучу приятного, назвав защитником, учителем и так далее, но, все же, ее горячая аристократическая кровь не позволяла вот так запросто начать слушаться приказов мальчишки-простолюдина, ни с того ни с сего решившего поиграть в крутого.

О том, что опыта в таких операциях у меня побольше, чем даже у ветеранов местной армии, девушка, конечно, не знала. Ну ничего, это до первого столкновения.

- Окей, босс. Веди, - согласилась, наконец, Катя и встала за мной.

Так, с этим решили. Одно из главных условий для проведения успешного штурма — распределение ролей. Четкое и понятное всем участвующим. Кате я за пять секунд всей подоплеки все равно не поясню, но теперь она будет действовать вторым номером, а я смогу сосредоточиться на самом штурме и ожидать магической поддержки, в случае форс-мажора. Второе условия — постоянная связь между бойцами. Тут у нас с Катей все круто, а вот пропавшая тройка солдат, похоже, рации повыкидывала. Странно.

Третий главный пункт любого штурма — темп. Темп, темп, темп, боец обязан действовать четко, точно и быстро. Капитан Яров, судя по виду, не проходил даже базового обучения в ВУРСе, так что он о тонкостях штурма мог и не знать. Или, что еще неприятнее, он мог не посчитать проверку этого здания вообще за штурм. За что и поплатился. Двое других бойцов были явно помладше, и теория в их головах (хотя бы немного) быть должна. Вопрос в том, сколько пользы им даст сухая теория, когда они уже вляпались в дерьмо.

- Тут что-то есть, - отвлекла меня от мыслей Катя.

Мы как раз заканчивали осматривать первый этаж и спуск под землю. Дверь в бункер была намертво закрыта с нашей стороны, из чего я делаю вывод, что люди ушли выше — наверх, а не вниз. И моя спутница почувствовала что-то на лестничном пролете.

- Поясни, - попросил я, сдерживаясь от того, чтобы шикнуть на девушку.

В привычных мне условиях такой штурм, до первого столкновения, ведется молча. Но в магическом мире от информации, которой владела юная баронесса, могло зависеть слишком многое. И даже вообще все.

- Я чувствую магию. Сильную, но беспорядочную, - Катя щелкнула пальцами, подбирая слова. — И фонит порталом. Короче говоря, тут замешан Одаренный, похожий на тебя. Только у него сильные аспекты Проявления и Силы, но не Контроля. А еще где-то есть портал. Но монстров я не ощущаю.

- Тогда идем дальше, - решил я. — Толкни меня в спину, если поймешь конкретику, но… постарайся не разговаривать громко, ладно? Хорошо бы узнать о противнике первыми.

- Хорошо, - уже гораздо тише ответила аристократочка.

А она молодец. И без лишней спеси.

Мы прошли дальше. Ожидаемо, второй этаж тоже был пуст. Из «интересного», в нескольких квартирах мы нашли следы погрома и кровь. Немало крови. Их жители, скорее всего, уже мертвы. Поэтому на третий этаж мы заходили еще более сосредоточенными и напряженными.

Но дверь, ведущая в него, прямо на лестничном пролете, была закрыта.

Широкая металлическая дверь — такую с наскока не откроешь, и замок был внутренним, простым — я не смогу вскрыть такой в наших условиях. Я вообще не мастак по замкам, больше штурмовик. И, видимо, бойцы из нашей пятерки подумали примерно так же и прошли сразу на четвертый, оставив закрытую дверь с неизвестностью за спиной.

А потом на них напали.

- Можешь вскрыть? — тихо шепнул я Кате.

- Тихо не будет, - предупредила она.

- Тогда громыхай посильнее, чтобы весело было.

Катя хмыкнула и подошла к двери. Я увидел, нежели почувствовал, работу ее магии. Дверь скрипнула, будто сама собой стала тяжелее, а потом ее металл пошел легкой рябью, будто ветер подул на лист обычной бумаги. И следом Катя, с резким выкриком/выдохом, врезала по двери прямой рукой!

Противно заскрипев, дверь с грохотом свалилась в проем. И, как только мои уши пришли в себя после такой громкой встряски, их тут же оглушил новый звук - звук рычания сотен страшенных глоток.

Из тьмы коридоров третьего этажа, до того безмолвные, на нас ринулись живые мертвецы.

***** (примечание Автора)

Всем добрый день! Наконец, я прерываю вынужденное и подзатянувшееся молчание) Будем набирать темп и выпускаться почаще. До конца недели еще далеко, посмотрим, как пойдет. При удачном раскладе, буду делать по главе через день. Благодарю всех за ожидание и милости прошу к главе)

Глава двадцать девятая. Битва по силам

Первого тухлого противника я встретил ударом кастета. Разогнавшись Магией Крови, то же самое сделал и со вторым, но уже третий зомби оказался слишком прытким, и мне пришлось стрелять.

Метил, классически, в голову. Все знают, даже дети, что, встретив живого мертвеца, ему непременно нужно целиться в голову. И мой выстрел взорвал башку зомби, как переспелый арбуз, подгнивающее мясо разлетелось по сторонам неприятным дождем, труп отшатнулся.

А потом снова полез к нам с Катей.

- Только сжигать! — пояснила мне Катя, и метнула в безголового сгусток огня.

Зомби разгорелся быстро, и, пока я расправлялся с его товарищами, успел стать пеплом. Вот же! И как мне, Одаренному водой, прикажете сжигать кучу безумных и почти бессмертных ублюдков?

Я бросил взгляд на пол. Десяток живых мертвецов валялся на нем, обездвиженный по рукам и ногам. Без башки труп двигается, но с разодранными мускулами и перебитыми костями тварям остается, разве что, парить в воздухе, как злобные духи, в надежде нас укусить.

Летать они, к счастью, не умели.

- Только слабый некромант будет управлять трупом через мозг, - пояснила мне Катя. — Сильный берет под контроль все тело целиком. Ведь, по сути, что есть мозг? Только пункт управления телом. Вышиби его плохому зомби, и дело сделано, тело падает. У этих все иначе. Так что, только огнем.

- Как быстро ты сможешь сжигать их тут? — вздохнул я, понимая, что ситуация здорово усложнилась.

- Не так уж быстро, если по одному, - девушка тоже вздохнула, покачав головой, но потом кивнула на тех монстров, которых я изувечил. — Но вот такими кучами могу сжечь достаточно.

- Жги, - кивнул я. — И пойдем дальше. Ситуация нравится мне все меньше.

Катя поежилась. Ей вся эта кровь и живые мертвецы были куда неприятнее, чем мне. Простая миссия по спасению превращалась в грязную и кровавую баню. И здесь, пока еще, относительно безопасно — монстры были слабыми. Но ведь был и тот, кто их создал.

- Где сейчас может быть некромант? — я кивнул в коридор с намеком.

Катя качнула головой.

- Не на этом этаже. Но, похоже, в здании. Он их почти не контролирует, так что не в курсе, что мы сделали. Но и мне его отследить не проще.

- Сильный?

- Очень, - девушка задумалась. — Только, похоже, тупой. Или неопытный? Знаешь, я не так много некромантов в своей жизни видела, а папа мало рассказывал. Но тут точно что-то не то. Только я не знаю — что.

- Оч информативно, - я хмыкнул и тут же резко повернулся в сторону «квадрата» - площадки соединяющей два коридора здания.

С соседнего коридора слышался какой-то звук. Будто кто-то стучал по глухой деревяшке. Громко, но… опасливо?

Жестом показал Кате идти за мной. Позади нас истлевали мертвецы. Юная баронесса напустила на обездвиженные тела какую-то золотистую пыльцу, пожиравшую омертвевшую плоть быстрее, чем саранча — посевы.

В новом коридоре было пусто, но я не расслаблялся, идя на звук. И, как оказалось, не зря.

Когда мы дошли до распахнутой настежь двери квартирную секцию, оттуда на меня с тошнотворным чавкающим ревом выскочил новый зомби. Благо, я был готов ко всему, поэтому перехватил его лапы, двумя точными ударами раздробил локти и быстро прострелил колени из пистолета.

Грохнуло знатно, хотя глушитель на ствол я прикрутил еще внизу. Зомби рухнул на пол, обездвиженный, но не сдающийся. Извиваясь всем телом, он продолжил попытки ухватить меня зубами. Резкий удар ногой сверху вниз лишил его и такой возможности, перебив шею. Теперь мертвяк только слабо ворочался под ногами.

Катя собралась было его сжигать, но я отвлек ее жестом и показал следить за внутренней дверью секции. Всего их было пять. Четыре вели в жилые комнаты, а пятая — в туалет. Должна была быть и шестая, напротив туалета, но она оказалась снята, и внутри было темно и пусто.

Мы с Катей приблизились к двери. Из-за нее до нас донеслось какое-то шуршание, что-то невнятное, и я уже вознамерился выбить дверь и начать стрелять напропалую, как раздался жалостливый женский голос:

- Тут есть кто-нибудь… живой?

Я тихо выдохнул. Ловушка? Глянул на Катю. Та не сомневалась и уже порывалась ответить неизвестной говорунье. Уделив секунду паранойе, я решил не останавливать свою баронессу. Разберемся.

- Мы тут, нас двое, - сходу выпалила важнейшую стратегическую информацию Катя. — Ты можешь нам открыть? Мертвецов больше нет.

- А… а вы… кто? — кажется, девушка за дверью сама испугалась своего вопроса. — Вы — русские?

Я сначала удивился, и только через мгновение осознал, что мы, вообще-то на территории Казахстана. Спасаем его граждан. И реакция девушки на русскую речь очень даже закономерна.

- Меня зовут Екатерина Стенгер, - представилась Катя двери. — И мы пришли вас спасти.

Из коридора послышался шаркающий звук. Я выглянул, перешагнув через обезвреженного зомби, и увидел его товарища, неуверенно и тупо идущего на звук. Завидев меня монстр взревел и бросился вперед быстрее.

Едва ли при жизни этот мужчина был спортсменом. Обычный клерк, работающий в офисе. Не уверен, что он даже делал зарядку по утрам или присоединялся к производственной гимнастике на работе. Так что, даже живым, его нельзя было бы назвать быстрым и опасным. Смерть же задубила его мускулатуру, сковала движения и убрала из них всякую осознанность. Мертвец сильнее живого физически, потому что естественные ограничения мозга на лимит используемых телом сил снимаются. Но вот по скорости любой обычный зомби проигрывает своей живой версии.

Я очень любил читать мемуары и изыскания в магии Екатерины Второй — одной из самых значимых магических и политических фигур в истории местной России. Екатерина Великая была сильнейшим некромантом за всю историю страны.

Мои размышления о скорости зомби родились не просто так. Пока мой хрипящий визави ковылял ко мне, я успел активировать Магию Крови, дойти до него и сунуть кулак с кастетом ему под ребра. Противник был один, и я решил поэкспериментировать.

Сломанные ребра трупу почти никак не помешали. А вот мощный удар в бедро почти сразу выключил правую ногу из уравнения. На правой стороне зомби я бил в суставы и соединения костей. На левой — по самим костям, ломая и круша их. Тактика дробления костей приятных результатов не дала — мышцы мертвого были слишком плотными, так что могли управлять рукой из без костной опоры. А вот разорванные суставы компенсировать было не так уж просто. Если у тебя вообще нет коленей, стоять ты не будешь. А выбитое плечо, что удивительно, довольно легко отрезать от тела ножом.

Посмотрев на дело рук своих, вяло копошащееся под ногами, я закурил и смахнул пепел на живого мертвеца. Конечно, как спичка он не загорелся, хотя где-то в моих мечтах подобное и должно было случиться. Как бы то ни было, угрызений совести перед тем, что когда-то было человеком я не испытывал. Теперь ты — не клерк, а монстр. И я буду тебя кромсать.

Вернулся с Кате. Та уже успела открыть дверь и разговорить прикрывающуюся одеялом девушку.

Молодая, но постарше нас. Лет двадцать. Симпатичная лицом и стройная. Ее звали Леной, и она была русской студенткой, проходящей практику по геодезии здесь, в Казахстане. Приехала с парнем, заселились в этот дом, так как квартиры тут были подешевле. Все как у людей, в общем.

- А потом открылись порталы, - Лена покачал головой, вспоминая те страшные первые часы локального апокалипсиса. — Мы заперлись в доме, участковый готовил бункер, а некоторые семьи ушли на верхние этажи. Мы с Дамиром хотели помочь участковому, и тут… началось.

- Зомби, - кивнула Катя. — Некромант.

- Сначала мы думали, что они шли из портала, - почти плача, выдавила Лена. — Откуда-то сверху. Там и правда есть портал, но небольшой и на крыше, ее почти сразу заперли. А оказалось… что это был… Он.

- Кто «он»? — я демонстративно зарядил пистолет и передернул затвор. — Можешь помочь нам его остановить?

- Я не знаю, - растерялась девушка, но посмотрела на меня так, как утопающий смотрит на свою последнюю соломинку. — Он никогда не говорил имени. Только согнал нас всех сюда и напустил упырей. И… приходил…

- Согнал «вас всех»? — зацепилась за слова Катя.

- Гуля только вчера перестала плакать…

Лена поднялась с кровати, на которую ее, во время разговора, усадила Катя. Я мрачно смотрел на девушек, а потому увидел, что под одеялом на Лене только легкое кружевное белье. И никакой другой одежды в комнате не было. И окна заколочены.

Девушка дошла до соседней двери, рассказывая подробности. Безумный некромант взял все здание под свой контроль, убил множество мужчин, а всех симпатичных женщин разместил на этажах. Он сделал себе личный гарем и оказался очень… неуемным и извращенным любовником.

- Гуля, это я, Лена, - девушка обратила к нам заплаканные глаза и сказала полушепотом. — Она всегда так кричала, так кричала… Он делал с ней что-то… страшное.

На зов соседки Гуля не отозвалась. Я подозревал, почему. Когда, наконец, даже Катя присоединилась к уговорам девушки за дверью, я мягко отстранил их обеих и врезал по замковой части ногой.

Дверь распахнулась, и обе девушки вскрикнули. А я пошел снимать с люстры труп. Не все могут выдержать насилие. Мы прочесали весь этаж и нашли еще двенадцать запуганных и несчастных девушек. Спустились вниз, предварительно закрыв напрочь все двери, ведущие на первый этаж и запечатав их Катиной магией. То же проделали с дверьми на первый этаж, оставив лишь одну, ведущую на лестничный пролет.

- Мы пойдем наверх, - объявил я девушкам, которых мы собрали в комнатах первого этажа. — Я прошу вас сидеть тихонько и ждать нас.

- Он вас… э, убьеть, - с акцентом произнесла одна молодая женщина, безустанно вытирая слезы.

- Не будет такого, - я покачал головой и улыбнулся так, что все девушки испуганно на меня посмотрели. — Это я его убью.

Катя смотрела твердо. Она уже привыкла к моему волчьему оскалу. И разделяла мои чувства.

*****

Екатерина Филиповна Стенгер никогда, за всю свою жизнь, пожалуй, не была в такой черной ярости. Несчастные девушки, ставшие невольными наложницами безумного Одаренного, кажется, будут сниться ей неделями, если не годами.

Она старалась не думать обо всем этом слишком подробно. О том, что несчастный ублюдок делал с ними. О, сейчас-то он явно счастлив и мнит себя, всего скорее, королем всего мира. Но уже очень скоро его ждет расплата.

Об этом красноречиво говорила напряженная спина Кости.

Ее верный друг и Шевалье преобразился. Уже второй раз с тех пор, как они зашли в это злосчастное здание. Первый раз был вначале, когда из друга детства Костя стал матерым военным. Необычно, но вполне объяснимо. Он был одним из лучших учеников ВУРСа и будущим лучшим выпускником на потоке. Военная наука всегда давалась легко такому дисциплинированному, ответственному и зрелому юноше. Это Катя могла понять.

Но вот второе преображение, когда он пообещал убить некроманта, юную баронессу смутило. Не испугало и не сбило с толку, а именно смутило. И она снова, в который раз, невольно сравнила парня со своим отцом. Да, у Кровавого Барона бывали похожие выражения лица.

Если он что-то решил, то добьется этого даже если умрет.

Они прошли четвертый этаж, найдя только кровавые подтеки и стрелянные гильзы. Кто бы из военных тут не стрелял, сейчас он был выше. Каждое помещение, которое они просмотрели, Катя помечала крестом на двери. Каждый этаж они надежно запечатывали, чтобы не оставлять врагу и шанса подобрать со спины или, того хуже, выйти на девушек внизу.

Двери на пятый этаж нараспашку. Короткий жест от Кости. Вот еще одна странность — язык жестов ее Шевалье. Он точно знал профессиональные сигналы и обозначения, но нарочно не использовал их, а подстраивался под Катю. Она чувствовала это. Что он, словно взрослый в детской игре, изо всех сил сдерживается, помогая ей самой оставаться на плаву. В магических аспектах обычно она делала нечто подобное, так что теперь ощущать себя… невежественной, было непривычно и, пожалуй, неприятно.

Тем временем, Костя зашел на этаж.

Первый зомби свалился на него из-за двери в «квадрат». Катя вздрогнула, но Костя просто отвел корпус немного назад, одновременно выбросил правую руку с кастетом вверх и страшным апперкотом снес умертвию челюсть. Два четких удара, и зомби рухнул на пол. Костя безжалостно врезал каблуком по синюшной руке, дробя кости и разрывая связки. Один раз, второй, третий. Потом — другая рука. Несколько секунд, и у ног парня лежит доведенный до состояния овоща смертельно опасный монстр.

- «Что же он может сотворить с живыми?» - отстраненно подумала юная баронесса и двинулась следом за напарником.

В один момент, когда ее Шевалье уверенно и мощно крушил сразу четверых восставших из мертвых в узком коридоре, Катя осознала всю странность его перемены. Он уничтожал людей! Конечно, мертвецы, поднятые некромантом, уже не являлись людьми по законам и документам, но были ими по сути. А Костя не просто справлялся с ними в самых неожиданных ситуациях.

Он подавлял.

Резкое движение, и новый зомби остается без ноги. Два выстрела в самого дальнего, и он падает на пол с дырявыми коленями. Справа наседает третий, но одним неуловимым движением из борьбы Костя перехватывает его и использует инерцию мертвого тела, чтобы с чудовищной силой впечатать это самое тело в стену! На грохот потасовки сползаются другие мертвые. Одного Катя упокоила, просто впитав черную ману некроманта и тут же выбросив ее в трех других, обездвиживая. В узких пространствах без мощного источника света ее приемы были ограничены. Если разгуляется — может задеть остатки выживших и своего напарника.

- Тут все, - тихо отчитался Костя. — Жги и пойдем.

На шестом этаже их ждал сюрприз. Капитан Панфилов, весь в крови, лежал прямо у распахнутых дверей. Рядом с ним бездумно и бессмысленно шатались два безголовых живых мертвеца.

Сам капитан страшно ворочал мертвыми глазами, но подняться не мог. Его руки, ноги и тело были слишком сильно повреждены.

Костя вздохнул, покачал головой и в несколько движений бросил мертвецов к капитану, жестом попросив Катю их сжечь. Девушка не поленилась, наклонилась к бойцу своего отца и, взяв его двумя руками за голову, активировала заклинание.

Когда капитан догорел, пепел, оставшийся от него, сам собой залетел в просто целлофановый пакетик, который девушка достала из походного рюкзака.

- Мы передадим это его семье, - пояснила Катя, хотя Костя ее ни о чем не спросил. — Это так… неприятно.

- Терять людей трудно, - кивнул Костя сумрачно. — Но мы на войне, Кать. Пойдем. Лучшее, что мы можем сейчас — отомстить за него.

В коридорах шестого этажа было полно безголовых зомби. Они были куда более неуклюжи, чем их «головастые» собратья, хотя Катя точно знала, что ориентируются бывшие мертвые не на зрение, звук или обоняние, а на свои магические чувства. А может быть дело было в том, что Костя окончательно привык крушить мертвую плоть, не оставляя монстрам и шанса и секунды, чтобы хоть как-то сопротивляться.

Напротив одной из дверей он напряженно застыл. Катя уже набрала в грудь воздуха, чтобы спросить, но он предупредил ее реплику, просто выставив открытую ладонь прямо перед ее носом. А потом… просто постучался в дверь.

Очень и очень тихо, еле слышно, что-то шевельнулось за ней. Костя громко вздохнул, так, чтобы было слышно и внутри, а после резко вдарил по двери ногой, молниеносно залетая внутрь.

И сразу после этого застыл, взятый на прицел одним из военных, которые сопровождали их с самого начала.

- Это вы? — недоверчиво спросил мужчина, держась за свой автомат, как за последнее сокровище.

Он сидел за кроватью, в куче одеял и мусора, слева его локоть упирался к раздолбанную тумбочку. В комнате явно велся бой, заколоченные окна были сильно потрепаны, а на полу лежали искалеченные, но все еще вяло двигающиеся мертвецы.

- Это мы, - не делая резких движений, Костя поднял руки вверх.

И в следующий миг смазался на скорости. Грянул выстрел, и пуля вошла в стену, в том самом месте, где недавно находилась голова Катиного Шевалье. Девушка охнула и приготовила всю свою ману.

Но стычка уже была завершена.

Костя стоял рядом с поднявшимся на ноги военным, упирая пистолет ему прямо в горло и смотря спокойным, но давящим взглядом. По одной только позе молодого Шевалье кадровый военный сил рода Стенгер понял, что с парнем лучше не шутить. И бросил автомат на пол.

- Капитан Панфилов мертв, - тихо оповести Костя. — А вы… сержант Ермак, теперь переходите под мое командование. Я — Шевалье рода, звать меня — Константин Николаевич. На данный момент мы прошли шесть этажей и поднимаемся наверх. На пути у нас мощный некромант, который тут все и устроил. Есть чем дополнить?

- Он добрался до Антона, - сержант шумно сглотнул и пояснил. — Старшего сержанта Васильева. Мы как раз были на седьмом этаже, когда услышали выстрелы. Ловушка захлопнулась, зомби повалили со всех углов. Капитана зажрали, а мы с Васильевым начали отступление. Но тогда вышел он. Некромант. Пули его не беспокоили, и мы подумали, что это очередной мертвяк. Но он что-то сделал, и Антоха… старший сержант умер. А потом встал и принялся палить.

В подтверждение своих слов, сержант поморщился и указал глазами на свой левый бок. Там, на камуфляже, темнело кровавое пятно.

- Принял, - Костя отпустил мужчину и попросил Катю подойти ближе. — Ваше благородие, осмотри. Может можно что-нибудь сделать? Лишний ствол нам понадобиться, против двух зомби с автоматами.

- Почему двух? — не поняла Катя. — Если старший сержант один под его контролем? А капитана мы видели…

- Но рядом с капитаном не было оружия. Некромант его забрал.

Не требуя других объяснений, Катя принялась за врачевательство. Ее дар был для этого даже более пригоден, чем дар воды Кости. Хотя водянники считались одними из лучших целителей, им, все же, была необходима вода, для воздействия. Ну или же кровь, как у Кости. Но крови нужно было очень много.

- «Хотя,» - подумалось девушке. - «Тут ведь действительно много крови. Очень и очень много.»

Закончив с военным, она убедилась, что сержант может держать оружие ровно и подошла к своему Шевалье. Всего несколько слов на ухо, и Костя кивнул, благодарно сжав ее руку. Да, это могло помочь против некроманта. Это должно было помочь.

Седьмой этаж оказался пустым. Если говорить о зомби. А вот в квартирах опять были девушки. Не в каждой живые. В одной была даже первая, за целый день, девушка-зомби, и Катю всю аж передернуло, когда она представила себе… всякое.

Костя действовал как механизм. Ломал двери, шел первым номером, общался с сержантом Ермаком на языке жестов, позволял Кате весит переговоры с жертвами некроманта. Он был сосредоточен и зол. И Катя чувствовала, что разделяет его чувства.

Когда все девушки были отправлены на первый этаж, троица поднялась на восьмой. Предпоследний этаж тоже был жилищным. Тут некромант, по словам наложниц, расположил всех полезных людей: пару местных самогонщиков, одного музыканта, семью, с которой дружил до пришествия демонов, несколько старух для уборки, стирки и приготовления еды.

Поэтому Катя не особо удивилась, когда после выбивания внешней двери к ним подошел высокий бородатый мужчина с поднятыми руками.

- Хозяин наверху вас ждет, - тихо прогудел он. — Пожалуйста… не трогайте нас. Идите к нему.

- Вы можете уходить вниз, там чисто, - сказала ему Катя. — Мы все обезопасили.

Но Костя и сам мужчина покачали головой.

- Пожалуйста, не трогайте нас, - повторил мужчина. — Идите к нему. Пожалуйста.

- Для начала мы проверим, что он не прячется тут, - отрезал Костя и жестом оставил сержанта Ермака на страже лестничного пролета. — Кать, за мной.

Проверка была недолгой, и некроманта на восьмом этаже не оказалось. Тем не менее, Катя понимала всю серьезность опасений Кости. И вообще — всю его сегодняшнюю серьезность. Если бы они вдвоем оказались бы хоть где-нибудь неосторожны, могли бы занять место капитана Ярова.

Или даже место девушек… Нет, об этом Катя упорно старалась не думать.

Наконец, они встали перед дверью на последний этаж.

- Его там не будет, - сразу объявил Костя.

*****

- Его там не будет, - говорю, и наблюдаю за тем, как вытягиваются от удивления лица Кати и сержанта.

Конечно, как же оно так? Восемь этажей демонского ада прошли, а на последнем узнаем, что наша цель не там. Но все куда проще, чем они успели себе напридумывать.

- Он будет на крыше, - догадалась Катя первой. — У портала.

Я кивнул.

- Я не Вселенная весть какой психолог, но, думаю, примерную картину уже вижу. Когда пришли демоны, открылся портал. Он был там и… что-то произошло. Либо портал пробудил в нем способности Одаренного, либо он — и есть источник этих способностей. Этим можно объяснить его большую силу и никакой контроль. И его это желание построить себе империю в отдельном здании… Это сумасшествие. Люди на восьмом называли его хозяином, то есть он реально верит, что правит здесь. Но я не думаю, что он был сумасшедшим с самого начала. Безумный некромант — довольно приметный сосед.

Мои напарники кивнули.

- План прост. Заходим, находим, убиваем. После — закрываем портал. И только тогда идем на место сбора.

- Вы уверены, что закроете портал сами? — вклинился Ермак и ответил серьезным взглядом на оба наших. — Вы — молодцы, но еще не Истребители.

- Не думаю, что у нас есть выбор, - пожал я плечами. — Если все так, как кажется, портал нас не отпустит. Вернее — тот, кто за всем этим стоит. И, возможно, сидит в портале.

- Это определенно точно демон, - кивнула Катя и нервно вздохнула. — Ну… я готова.

- Поехали, - оскалился я и ворвался на этаж.

Ожидаемо, некромант не стал нас ждать. Из этого следует два противоположных варианта вывода. Либо враг — дурак, и просто не понимает всего преимущества живых мертвецов в узких проходах коридоров, тем более, что у него есть целых два автоматчика. Либо он умен и знает то, чего не знаем мы. Например — что из портала на крыше вылезет ему подкрепление.

Но даже без некроманта на девятом этаже было кем заняться. Огромная толпа мертвяков бросилась на нас сразу же, как завидела. Конечно, мы с Катей не спали и встретили это дохлое мясо сталью и магией.

Атаковал, по больше части, именно я. Неповоротливые и безмозглые человекоподобные монстры были для меня легчайшими целями для самых кровожадных и бесчеловечных спаррингов. Я пожирал их, не пережевывая. Раздробить челюсть, сломать ногу, оторвать руку, врезать ей в следующего, прострелить колени очередному, отпихнуть ногой сразу двоих, полоснуть лезвием из собственного пота по тупым мордам.

В хаосе тесной рубки я царствовал абсолютно безраздельно. Было немного жалко, что мой новоназванный Разрушитель покоится без дела, болтаясь за спиной, но эту неприятность с лихвой перекрывала радость от открытой доминации над врагом.

На лицо, сам собой, налез мой любимый оскал.

- Давайте не будем давать ему лишнего времени! - без передышки, я сорвал замки на дверях, ведущих на крышу.

Улица встретила нас звуками далекого штурма - войска Кровавого Барона и ополчения Казахстана брали город. Тут же ожила рация на моей груди, приказывая немедленно сообщить диспозицию. Похоже, в здании сигнал глушился магией портала или некроманта.

Как бы то ни было, отвечать было некогда. Потому что прямо напротив меня расположилась небольшая армия зомби. Почти в центре крыши переливался серым совсем небольшой (высотой с человека) портал.А на возвышении, справа от него, прячась за толпой мертвых, стоял один живой.

Некромант выглядел почти обыденно. Это был молодой худощавый мужчина, ряженый в длинный темный плащ со снятым капюшоном. По всей одежде были вышиты зеленого цвета письмена и руны, а на длинной шее мужчины висело мрачное ожерелье из костей и драгоценных камней.

Он улыбался.

- И вот, герои прибыли в логово дракона, чтобы сразить чудовище! - провозгласил он, пафосно раскинув руки. - Признаться, я совсем не ожидал, что...

Бах! Пистолетная пуля проделала в его голове дыру. С такого расстояния мне даже не нужно было целиться. Только вскинуть руку и нажать на курок. Все знают, что трусливые злодеи начинают болтать только затем, чтобы выгадать время и устроить какую-нибудь пакость. А еще, известно всем, и даже детям, что выстрел в голову смертелен.

Как обидно, что некромант не сдох.

- Что же, значит, поговорю с вами после того, как убью, - фыркнул он, вернув запрокинутую голову на место. - Взять их!

Повинуясь его отрывистой команде, толпа мертвецов ринулась на нас всем скопом. За моей спиной Катя вскинула руки к небу, набрала силы ото всюду извне и... Грохнула их, разом, в меня.

Еще одна отличительная особенность гибкого дара моей баронессы - она может усиливать Одаренных, если будет, откуда черпать заемную мощь. Не сказать, конечно, что эта крыша изобиловала разлитыми магическими аспектами, но нам многого и не требовалось.

Все остальное было прямо передо мной.

Мне редко удается использовать Магию Крови вовне. Обычно, я всегда управляю лишь самим собой. И все из-за недостатка материала. Но, как справедливо заметила Катя на шестом этаже, все зомби, по большой сути - лишь мешки с мертвой кровью.

Да, они контролируются маной некроманта, но это - не то же самое, что естественное сопротивление организма. И все, что мне нужно, так это пересилить самого некроманта.

С чем я вполне справился, при поддержке Кати.

- Не понял, - нахмурился ублюдок, когда все его воинство просто застыло на месте. - Вперед! Убить их! Сожрать!

Не понимая причин, он, видимо, взял ближайшего к себе зомби под настоящий, полный некротический контроль. Меня затрясло, но я справился, все еще удерживая кровь мертвеца на месте. А некромант бросил все, что мог, вперед.

И просто сорвал кожу, мышцы и кости с оставшегося стоять кровавого остова.

- Вот черт, - сплюнул владыка мертвецов почти спокойно и обнажил кривой кинжал. - Тогда я убью вас сам, во славу своего Патрона! И вы не сможете меня остановить, ибо я - бессмертный!

- Оставляю вас за старших, - выдохнул я, понемногу разбегаясь.

Вся моя воля была сосредоточена только на контроле зомби. Мешков с кровью было очень уж много, да и магия некроманта, пропитывающая их, то и дело взбрыкивала. Уверен, опытный владыка смерти смог бы меня пересилить, слил бы кровь с трупов или вовсе обратил бы их скелетами. Но этот, похоже, действительно стал некромантом в одночасье и не слишком-то умел использовать свою силу.

Я скосил взгляд на портал, но тот оставался спокойным. Подниматься нужно будет быстро, иначе из него точно полезет какая-нибудь погань.

Некромант протискивался сквозь своих мертвецов, а я бежал прямо на него. На бегу выстрелил ему в грудь весь остаток магазина. Пистолет тоже бросил, попав по роже еще один, лишний, раз. А потом бросился на него сам.

Мой бросок принес нас обоих к краю крыши, и я, не долго думая, и не давая думать некроманту, свесил с нее ноги, ухватил его за широкий плащ и бесстрашно бросился прямо с девятого этажа.

Насильник, ублюдок и просто дегенерат забился в моих руках и истошно заверещал.

- Ты просто разобьешься вместе со мной! - кричал он. - Но я буду жить, а ты...

Дальше я не слушал. Только разжал хватку и вывернулся так, чтобы уже он не успел за меня ухватиться. И отпустил Магию Крови на мертвецах. Оставляя себя самого в воздухе.

С мерзким хрустящим звуком некромант врезался в твердый бетон. Сверху раздались выстрели, и громыхнула Катина магия. Увы, сейчас я не мог им помочь, нужно было разобраться с «бессмертным».

Разбившийся вдребезги некромант мелко дрожал на земле. Он был жив и определенно точно встал бы уже через каких-нибудь полчаса. Увы, для него, столько времени я ему не дам.

- Пока горишь, подумай о том, что ты делал, - сказал я, склонившись над ним и заглядывая в перепуганные глаза. - О том, что рая и ада, может быть, не существует, но Вселенная есть. И уж она не позволит тебе отделаться простым костерком. Энтропия вынесет тебя туда, где тебе будет место. А теперь - давай меняться.

Я положил на его раздробленную в кровавую кашу грудь зажигательную гранату. Ношу с собой одну, даже думал на зомби в здании тратить, но повезло, что сдержался. Взамен забрал его чудовищное ожерелье.

- Н-нее-ет... - захрипел мужчина, и я увидел настоящую боль в его глазах. - Не-е-ет...

Похоже, эта безделушка и давала ему всю силу. На крыше стало тихо. Я поднялся в воздух, осторожно, стараясь не перенапрячь внутренности, и рванул чеку маленьким кусочком льда, обернутым вокруг кольца.

Обессиленный и уничтоженный владыка мертвых занялся, как сухая трава.

Уже когда я поднялся, Катя и сержант Ермак встретили меня посреди горы трупов. Как и ожидалось - умертвия рухнули тут же, стоило мне отобрать у некроманта его игрушку. Посмотрев на портал, все еще мерно вращающийся вокруг своей оси, я вдруг догадался о чем-то и грохнул ожерельем о землю.

Понимающий сержант высадил в него целую обойму.

- Не знала, что есть что-то подобное, - выдохнула тихо Катя, смотря, как схлопывается демонская дыра в другое измерение.

- Я бы и дальше не знал, - выдохнул я и, неожиданно даже для самого себя, сел прямо на один из трупов. - Фу-у-ух! Это был тяжелый день...

Ермак закурил. И мы с Катей тоже. Я ответил на рацию и запросил транспорт для спасенных людей. А внизу, в отдалении, в городе, все еще шла битва. Битва, для которой мы еще слишком юны.

Глава тридцатая. "Стая"

В лагерь мы возвращались триумфаторами. Только вернее будет сказать, что нас встречали, как триумфаторов. Сами мы за собой особенной важности не чувствовали. Это оказалась не та миссия, после выполнения которой можно чувствовать радость.

Катя, вылетевшая из машины первой, тут же принялась устраивать спасенных в лагере беженцев. Так как у нас была миссия по спасению, места были организованы, но их явно было меньше, чем людей, которых привезла хмурая баронесса.

Подчиняясь наследнице рода, дружинники бегали туда-сюда, слуги грели еду и ставили палатки, а из запасов щедрой рукой раздавалась одежда.

Я сел рядом с большим колесом внедорожника, на котором везли спасенных, поставил автомат между ногами и закурил. Лагерь — место безопасное, но сейчас основные войска брали город, так что охраны было по минимуму. И часть ее Катя приспособила в дело. А кто-то же должен сохранять бдительность.

Рядом встал сержант Ермак.

- Товарищ… Шевалье, - мужчина замялся, теребя в руках сигарету.

- Костя, - отозвался я.

- Костя, - послушно кивнул сержант. — А меня Женя зовут. Я, ну, это… Поблагодарить хотел. Ты мне жизнь спас.

- Одно дело делаем, - я тоже кивнул, принимая благодарность. — Ты нам тоже здорово помог.

- Не нахваливай, Костя. Что я был, что меня не было. Я о тебе слыхал от братана моего двоюродного — Артема Ленина. Лучший ученик на потоке, лучший выпускник, воспитанник самого нашего барона, Шевалье. Если честно, думали с ребятами, что ты его какой-то внебрачный сын, ты уж прости за прямоту. Слишком много у тебя регалий то.

Артем Ленин, надо же. Одноклассник мой — большой бугай из компашки Лехи. Эх, как давно мы уже вместе не собирались прогулять урок-другой? Надо будет как-нибудь исправить.

- А теперь не так думаешь? — я усмехнулся своим мыслям и словам сержанта.

Женя тоже улыбнулся и замотал головой:

- Теперь вот думаю, что как-то у тебя мало почестей. С такими навыками и генералом стать успеешь.

Мы посмеялись. Не громко, чтобы не смущать наших полуголых спасенных, все еще стоящих, большей частью, у машин. Их осматривали, давали питье, накидывали на плечи пледы и одеяла, кому-то уже успели выдать комплект одежды. Но процесс это был не быстрый.

Со стороны города страшно загрохотало. Я вскочил, перехватывая автомат на изготовку, мой новый друг — сержант, встал рядом. И мы вместе смотрели, как одно из высотных зданий, ближе к центру Аягоза, со стоном, грохотом и треском рушиться, как будто картонное.

Через минуту напряженного ожидания, мы увидели, как истлевает, пеплом по ветру, вулкан Кровавого Барона, который тот установил в самом начале штурма.

А потом костер в центре лагеря взревел, поднялся на четыре метра в небо, и в яркой вспышке из него вышел немного помятый, хмурый, но вполне целый и здоровый Филип Асторович.

- Отвоевались, твари, - он сплюнул на землю и, увидев меня и машины, подошел ближе. — Уже вернулись? А во вторую ходку заленились идти? Или Катюха отказалась?

- Не совсем, Филип Асторович, - я показал учителю на его суетящуюся со спасенными дочь. — Сегодня мы немного… перевыполнили план. И понесли потери.

Кровавый Барон потемнел лицом. Новость о том, что его драгоценная дочка сегодня подверглась хотя бы малейшей опасности, ему очень не понравилась. Конечно, он-то надеялся, выдав нам в напарники самую обычную группу по спасению, что мы окажемся как можно дальше от настоящей опасности и, максимум, встретимся с парой-тройкой загульных портальных монстров.

А мы в такой простой миссии умудрились потерять половину группы, спасти почти полсотни человек и закрыть странных свойств портал.

- Рассказывай, - потребовал барон.

И я рассказал. В принципе, ничего не таил и не хвалился сильно. Строго, по сути. Доклады я умел делать, кажется, не только в предыдущей жизни, но и в сотне жизней до нее. Это не сложно — вспомнил все до мелочей, отсеял несущественное, выделил то, что обеспокоило. А дальше открываешь рот, и понеслась.

Под конец моего доклада учитель стоял задумчивый и недовольный.

- Вы должны были уйти сразу же, - решил он, наконец, меня отчитать. — Не хрен лезть туда, где не справились взрослые.

- Мы были в составе отряда на равных правах, - я даже не собирался с ним спорить, только упоминать некоторые неоспоримые факты. — И действовали в рамках инструкции.

- Я срал на инструкцию! — рявкнул барон уже совсем зло, и сержант Ермак невольно попятился. — Ты — Шевалье, и должен оберегать Катю от любых угроз. Загодя!

- Она в целости и сохранности, - я сложил руки на груди, продолжая говорить спокойно. — И получила боевой опыт, за которым и направлялась сегодня. А еще — спасла очень много людей.

- Как повезло, так крутого строить из себя вздумал? — кажется, на плечах Филипа Асторовича полыхнуло пламенем. — Думаешь, уже дорос решать, что ты можешь, а что — нет?

Знакомые слова. Прослежусь сейчас прям, ага. Что-то подобное мне говорили и в прошлой жизни. Сначала сержанты, потом лейтенанты, за ними — полковники, а в конце и генералы. Да, очень просто подняться по карьерной лестнице воина, если ты — прирожденный выскочка. В магии, конечно, я в сравнении с Кровавым Бароном — бездарность, но вот в деле военном не так все однозначно. Похоже, мой учитель просто забыл, каким настырным и пробивным я могу быть, если захочу.

А я хочу.

- Разрешите обратиться, ваше благородие, - несмело подал голос Женя за моей спиной. — При всем уважении, Константин прав. Они с Екатериной Филиповной мне жизнь спасли. И не только мне одному.

- С тобой я бы еще поговорил, - заворчал барон. — И с Панфиловым, да нет его уже. Из батальона Логвинова вы? Гнать вас в зашей…

- Только за то, что мы справились, папа?

Звонкий голос Кати подействовал на злого барона, как оплеуха. Филип Асторович попытался собраться с мыслями, принять грозный вид, вспомнить, наконец, что он только что вышел из тяжелейшего боя и чуть (по его мыслям) не потерял единственную и любимую дочь.

Но когда та самая единственная и любимая дочь стоит перед тобой, уперев руки в боки, и смотрит невероятными зелеными глазищами, злоба и суровость улетучиваются сами собой.

- Ты была в опасности, - голос барона растерял всю твердость и звучал скорее обиженно, чем обличительно. — Что-нибудь могло случиться… нехорошее.

- И что-нибудь нехорошее обязательно случиться, папа, если ты меня когда-нибудь оставишь, - Катя тяжело вздохнула и обняла совсем растерявшегося отца.

- Я? Тебя? Да никогда в жизни! — тут же отозвался тот.

- И даже когда я вырасту? — невинно захлопала глазками баронесса. — Даже когда выйду замуж и рожу тебе внуков?

- Нет, ну тогда ты сможешь за себя постоять уж…

- Как же? Если все, что я вижу — твою надежную спину. Дома ты нас опекал. Меня по учителям отправлял, Костю в ВУРС. В портальной зоне сам нам сопли подтирал. И даже сюда взять решился, да только в миссии один закон получается: «если что-то случилось — беги».

Я видел, как Филип Асторович хотел отстраниться от Кати, взять ее за худые плечи и прочитать очередную лекцию об опасности и всем таком прочем. Да только Катя, хлебнувшая сегодня реального лиха, отца не отпустила. А только сжала еще крепче.

- И ведь и дома даже, и в портальной зоне с тобой и, теперь, вот тут, все равно нас беды находят, - продолжила девушка уже тише. — Я уже прямо ждала, что из того портала демон вылезет. Или что он нас там ждет. Я очень их боюсь. И как мне стать Истребительницей, если я их так боюсь?

Барон молчал. Мы с Женей, благоразумно, тоже. А Катя все обнимала отца, давая ему разобраться в произошедшем. И сделать правильные выводы. Только вот правильные выводы у каждого свои, а потому девушка решила подтолкнуть родителя.

- Ты лучше не ругай Костю, а награди. Вон, дай ему взвод какой-нибудь.

- Чего?! — удивились мы с бароном одновременно.

- А чего? — снова захлопала ресничками баронесса. — Командир из тебя уже хороший, я сама почувствовала. Ну и опыта наберешься еще. И тебе все равно нужно будет придумывать состав для ближнего круга охраны уже через два года. А тут можно кого-нибудь присмотреть. Вон, товарищ сержант — человек надежный, например.

Мы, все втроем, смотрели на девушку с величайшим недоумением на лице. Первым, очевидно, отошел барон. Мужчина расхохотался и поднял дочку на руки, закружил и поставил напротив себя.

- Будет тебе твой потешный полк, мелкая! — фыркнул он, потрепав ее по волосам. — Хрен с вами, права ты. Пора взрослеть, - он повернулся ко мне. — Отвечаешь головой, Костя! Если что-то случится с дочкой, нахрен мне такой Шевалье не нужен будет. Сожгу к демонам, а прах Коле отдам. Об отце думай каждый раз, понял ты меня?

- Не запугаете, Филип Асторович, - все еще не до конца отойдя от выходки Кати, я ответил как бы между делом.

- И то хорошо, - кивнул Кровавый Барон и махнул рукой Жене. — А тебе, сержант, невиданная честь выпала. Будешь заместителем командира вот энтого, мелкого. Дам вам роту, и поглядим, какие вы у меня смелые.

- Мы тебя не подведем, папа! — гордо заверила его Катя и тайком показала мне большой палец.

Мне же оставалось только улыбаться, держась за голову. Как ловко Катя разыграла всю сцену! Будто бы мы сегодня специально набрели именно на ту самую проклятую высотку, чтобы все так получилось. Конечно, не так оно, но уровень адаптации девушки к такого рода… интригам, меня поразил.

А, впрочем, не стоит забывать, чья она дочь. Улыбка Кровавого Барона показывала, что он тоже сейчас об этом лишний раз вспомнил.

*****

Аягоз очищался. Постепенно, с трудом и потерями, он несмело и робко протягивал руки навстречу освобождающим его войскам. Выходили из бункеров похудевшие гражданские. Подавали сигналы SOS с высоток выжившие. Прорывалось навстречу русским редкое сопротивление.

Основной массив порталов, из которого Искатели руководили захватом территорий, был уничтожен знаменитым Кровавым Бароном. Ну конечно. Они ушли с его территорий, и он явился к ним сюда.

И семь братьев Ран-Пяшь-Тарика были сегодня убиты им. Старший Искатель — Сак-Одишь-Марак приказал сдавать город. Тарик «прикрывал отход».

- Как это печально, - вздохнул тот, кого люди называли «демоном», склоняясь над трупами своих братьев-Искателей. — Возврату не подлежит.

Семеро не последних в своих кланах воинов были почти полностью испепелены. После Кровавого Барона не остается горы трупов или луж крови (хотя имечко у него и вводит в заблуждение). Только горячий, разносимый ветром пепел.

- Тут мою коллекцию не пополнить, - Тарик посмотрел вдаль, туда, откуда шли вооруженные люди.

Где-то там солдаты в безликих масках, действуя пятерками и появляясь словно бы из ниоткуда, тоже одолели группу Искателей. Незнакомые войска — раньше они с такими не встречались. Но сильные. Поодиночке, может, и не очень, но одной только командной работы этот «спецназ», как они себя называли, вставал чуть ли не на одну ступень по силе с тем же Кровавым Бароном.

Закрепиться в этой стране будет трудно… зато тут есть очень много мест, подходящих под описание Двери. А сопротивление? Чем его больше, тем больше сил смогут использовать Искатели.

Тарик фыркнул, когда один из приближающихся людских отрядов его заметил и решил взять в окружение. А правом запястье Искателя, тихо перестукиваясь косточками и самоцветами, шевельнулось ожерелье. Оно только сегодня вернулось к Искателю, а это значило, что его маленького прислужника убили.

- Как жаль, - Тарик махнул рукой с ожерельем в сторону людей, которые, обходя трупы своих падших товарищей, собирались отомстить злостному демону. — Ну, все во имя великой цели.

И мертвецы восстали против живых, пока Искатель растворялся в серости портала.

*****

Гулкий взрыв отразился от каменных стен городской застройки, портальные твари вскинули узкие морды к небу, пытаясь понять, куда им бежать за добычей. Похожие на львов без кожи, но с прекрасной гривой металлических прутьев, заменяющих им волосы, они втягивали уменьшенными в размерах, но не в функционале, носами пыльный воздух опустошенного города.

А потом стали падать, скашиваемые автоматными очередями.

Величественные серые порталы, мерно кружащиеся на мощеной площади, задрожали, исторгая из себя новых защитников, но плотность огня, выдаваемого пока еще невидимыми стрелками, превышала, по силе, их пропускную способность.

На крыше ближайшего супермаркета появилась пара бойцов в бронекостюмах, с черно-желто-белым флагом Российской Империи на левом шевроне и вулканом — на правом. Войска рода Стенгер.

Один из бойцов вскинул руки, и свет на площади преломился, разом став тяжелее камня, и обрушился на новоприбывших «стальных львов». Второй контролировал ситуацию

Подчиняясь его жесту, на улицу высыпали и другие солдаты. Тридцать три человека, все — в одинаковой экипировке, с лучшим вооружением, которое мог предоставить им богатый род, и все — профессионалы своего дела.

Какое дело? Война. Война, против демонических сил.

И хотя в Казахстане, вот уже год как бьющемся за свои территории с демонами, уже давно все научились сражаться, это подразделение войск рода Стенгер выделялось даже здесь. Тренированные, экипированные и эффективные люди завоевали свою славу трудом и успехами.

- Истребители Демонов доставлены на место, - отчитался в рацию молодой командир подразделения. — Зачистка проведена, время ожидания группы — пятьдесят девять минут.

Командир взвода Истребителей Демонов Казахстана — двух пятерок специализированных Одаренных, пропустил своих людей вперед, остановившись у входа в портал. Он повернулся и поднял вверх сжатый кулак — знак благодарности за хорошо проделанную работу.

Молодой командир роты, под звучным названием «Стая», опустил рацию и ответил ему точно таким же жестом. А когда казахский Истребитель скрылся в сером мареве, рация на груди солдата ожила.

- Его благородие — барон, напал на отряд демонов в шестом квадрате. Квадрат номер восемь удерживает рота «Стая». «Стая», вам приказано выследить и добить двух подранков, сбежавших с поля битвы.

- Мертвецы сегодня вставали? — спросил молодой командир рацию, переглянувшись со вторым бойцом, который до этого управлял светом.

- Пока нет.

Командир кивнул. Жаль, конечно. Последний след к демонскому некроманту они потеряли месяц назад. А до того, почти весь год, вся армия рода Стенгер будто в шахматную партию с владыкой теней играла. И демон выигрывал. Нападал нежданно, используя павших. Обращал вчерашних друзей в страшнейших врагов. И даже маскировал под живых.

Целью номер один в Казахстанской портальной зоне он стал тогда, когда натравил небольшую армию граждан Республики на войска Империи. И снял все это на камеру. Международный скандал, родившийся из-за первоначальной неразберихи, вышел страшный и чуть не начал большую войну.

На короткое время показалось даже, что виновником был человек — крайне сильный некромант. Но сделать такое мог только кто-то уровня Дракона, а подобных людей в мире было на перечет. А некромантов — того меньше.

И «Стая», как одно из элитных подразделений рода Стенгер, вместе с другими искала встречи с этим неизвестным некромантом. Однако, в отличии от многих, у командиров «Стаи» были личные причины, чтобы достать его.

Но сейчас следовало сосредоточиться на приказе. Молодой командир отдал команду по общему ротному каналу, оставляя большую часть людей прикрывать выход Истребителей, а сам, вместе с коллегой и четырьмя бойцами, отправился на перехват подранков.

В подобных схватках «Стая» тоже поднаторела. Настолько, что ее часто называли «Волчья Стая». Благодаря их охоте на подранков барона и фамилии ее молодого командира.

Единственный Шевалье рода Стенгер вел своих людей в бой.

*****

Быть командиром роты в условиях непрекращающейся войны с демоническими силами — то еще удовольствие, я вам скажу. Но я, конечно, находил радость даже в этом. Причем немалую.

Мы двигались быстро и бесшумно, будто тени от падающего здания. За спиной громыхали редкие, но регулярные выстрелы. «Стая» держала периметр.

За год командования этими людьми, они мне стали почти родными. Армия сближает быстро, а армия, которая участвует в активных боевых действиях — того быстрее. Каждому солдату «Стаи» я доверял, других не держал. И этому очень способствовало то, что в составе «Стаи» была дражайшая Екатерина Филиповна.

Кровавый Барон ну никак не хотел набивать отребьем или дураками «потешный полк» свое дочки. Поначалу к нам присылали самых молодых бойцов, лучших из выпускников ВУРСА, учившихся еще у Елены Макаровой — таких, которым как и нам самим, требовался первоначальный опыт боевых действий, но у которых был большой потенциал.

Очень быстро, впрочем, мы заполучили достойную парочку ветеранов, чьи боевые пятерки были уничтожены, за исключением их самих. Прожженные вояки должны были приглядывать за зеленой мелочью, но «так получилось», что уже через неделю, благодаря им, мы смогли брать более ответственные миссии и непременно их выполняли.

«Так получилось» - это гремучая, ставшая совершенно, кажется, и незаконной, смесь Катюхиного политического/аристократического таланта к интригам и махинациям и моего широкого опыта военных действий из прошлой жизни. Вместе мы были непобедимы.

И Филип Асторович — хитрейший, мудрейший и сильнейший Кровавый Барон, сам не заметил, как «Стая» стала одним из сильнейших подразделений его личной армии. А такой ресурс невозможно просто оградить от опасной работы. И мы, наконец, стали получать настоящие задания, вроде нынешнего.

- Внимание, - скомандовала Катя.

Мы замедлились, доверяя ее магическому чутью.

За год, незаметно для всех, обучаясь у меня и перенимая мой опыт, наша юная баронесса стала настоящим солдатом, без скидок на возраст и пол. Девушка была решительна, обучена, сильна. Ей, конечно, очень уж не нравилось таскать за спиной автомат, равно как и стрелять из него, такого шумного и тяжелого, но я запросто освободил ее от любого вспомогательного оружия.

Катя уже не раз и не два, за этот год, доказала, что в нужный момент она может быть страшнее атомной бомбы. А еще она была одной из немногих Одаренных, кто мог ощущать демонов на расстоянии.

Девушка, в броне неотличимая от любого бойца «Стаи», указала нам рукой на дом и махнула двумя пальцами. Значит, не в самом доме, а за ним. Мы вышли, держа автоматы на изготовку, готовые в любой момент бить на поражение.

С демонами всегда так — нужно держать ухо востро. Никогда не знаешь, какой силой владеет очередной синекожий. Или как сильно ему нравятся человеческие изобретения. Три месяца назад ребята из ополчения Казахстана, как раз, зашли в горы — владения демона-снайпера. Две роты полегло, пока не накрыли его высадкой легендарного безликого спецназа с порталов Амира.

Мы вышли на улицу. Вдалеке мелькали серыми боками порталы, но тварей не было — всех выманил горячий бой на другом конце города. А вот парочку раненых демонов мы заметили сразу.

Мужчина и женщина. Сильно уставшие, обожженные, окровавленные. Но живые. Поддерживая друг друга, заботясь, как муж и жена, они шли по руинам людского города куда-то в сторону леса на окраине.

Мы окружили их, как профессионалы. Как стая волков. И только после этого показались на глаза.

Я вышел вперед.

- Сдавайтесь, - громко сказал, не спуская с обоих глаз. — Сдавайтесь и будете жить.

Взять демона живьем — большое дело. Они владеют информацией, такой, как актуальные портальные карты, и, например, метрическое устройство самих порталов. Жаль только, что эта информация постоянно меняется — у Истребителей демонов каждый год выходит по несколько томов, основанных на информации с пленных, и каждый раз они актуализируются практически заново.

Да, взять демона живьем — большое дело. Но почти невозможное.

Мужчина-демон, выйдя вперед на шаг и смотря прямо мне в глаза (а точнее — в шлем, их прикрывающий), только покачал головой. Беловолосые — фанатики. До сих пор не известно, во что конкретно они верят, но доподлинно мы знаем одно — за свою идею они будут умирать.

- Сдавайтесь, и вас пощадят, - палец на спусковом крючке напрягся.

Я готов был стрелять в любой момент, и страховали меня лучшие из бойцов, с которыми я когда-либо работал в этой жизни. Но, неожиданно, вместо агрессии, демон устало прикрыл глаза.

- Нас не пощадит никто из тех, кто управляет судьбами миров, человек - выдохнул он. - А пощада твоего Кровавого господина нам не нужна. К тому же, мы тебя знаем. Тарик из Ран очень хотел бы с тобой свидеться, Улыбка Волка.

«Улыбка Волка»? Такое имечко мне придумали демоны? Приятно, ничего не скажешь. Получить собственный грозный позывной от уст врага всегда считалось честью, но добиться того, чтобы тебя уважали демоны...

Я опустил автомат.

- На нашем языке улыбка волка называется «оскал», - я вздохнул.

Демон усмехнулся:

- Я бы передал другим Искателям, но... Ты же меня не пустишь.

В следующий миг он взмахнул рукой, а я оказался прямо перед ним, разогнавшись Магией Крови. Схватив его за руку, я не дал закончить движение и идущее вместе с ним заклинание. Бойцы «Стаи» открыли огонь по демонессе, пока она боролась с удерживающей ее магией Кати.

Демон зарычал, из последних сил разжигая в душе ярость и поднимая из этого чувства волю сражаться. Но я не собирался вести сражение. Моей миссией было убийство.

Разрушитель - мой верный посох, рванулся с заспинной привязи сам мне в руку, и я резко вдарил им по голове демона. Тот снова не успел закончить движение рукой, потому что был вынужден блокировать выпад. Любого обычного человека такая атака снесла бы прочь, несмотря на любой хитрый блок. Демон устоял, но скривился от боли.

Тем не менее, он нашел силы полоснуть меня свободной рукой по груди. Я видел, как на его отросших черных ногтях собирается сила, похожая, внешне, на марево от жара. И молниеносно отступил назад, под прикрытие Кати.

Из разгрузки, перед тем, как я отшагнул, выпал тяжелый «шарик».

Демон взревел, настраиваясь на новую магическую атаку. Видимо, этот не был специалистом по человеческому оружию. Как минимум, на лежащую у самых его ног гранату он не обратил никакого внимания.

Грохнуло. Мы с бойцами упали на землю, и только трое, ведущие огонь по демонице, не стали этого делать. Разлет осколков большой, но бронекостюмы были прочны. Да и позиция у стрелков была удачная - за полуразрушенной стенкой какого-то ларька. Все равно опасно, но оставлять живого демона без присмотра - штука куда более опасная.

Я приказал прекратить огонь. Пыль от взрыва улеглась, и мы увидели, как израненная демоница подползла к дымящемуся демону. Тому, что от него осталось. Она не кричала, знала с самого начала, что их ждет. И только смотрела на нас необычными, для демонов, синими глазами.

Я подошел. Неожиданно, Катя пошла вместе со мной. За целый год она убила, подобным образом, уже двух демонов, но все еще сильно боялась их. А теперь подошла сама и ни капли не дрожала.

В левой ее руке проявилась узкая дымчатая рапира атрацитово-черного цвета. И девушка, без капли дрожи, проткнула женщину из другого измерения прямо в сердце, раз и навсегда останавливая его ход.

- Ты больше не боишься их? - спросил я тихо, чтобы не слышали бойцы.

- Нет, - ее голос был глух, из-за шлема. - Теперь мне их жаль.

*****

Как только Улыбка Волка ушел, рядом с телами убитых Искателей раскрылся портал. Ран-Пяшь-Тарик вышел из него, самодовольно улыбаясь. Приказ он выполнил, и на молодого убийцу демонов не выскочил. И приказ он же и нарушил, ведь все-таки пришел сюда.

А еще, прямо сейчас он нарушит правило, установленное Старшим Искателем Сак-Одиш-Мараком и пополнит свою коллекцию. Потому что на мнение Марака Тарику начхать!

- Рано или поздно этот сноб тоже станет моим, - пропел Тарик, и все его амулеты, покрывающие почти все его тело, загудели силой, засветившись изнутри. - Начнем с малого, кончим большим. Осталось чуть-чуть... А потом я убью мальчика-Вселенную, и меня приведут к Королевской Семье...

Искатель-преступник, Искатель-предатель, а после - Искатель-правитель. Тарик засмеялся собственным мыслям, и, в тон ему, мертвыми глотками засмеялись Сафина и Бадир - убитые только что «Стаей» муж и жена.

Демон-некромант собирался перевернуть весь мир. Все миры. А потом придти за Древним.

***** (Примечание Автора)

Привет, народ, давно не списывались! Итак, арка с Казахстаном скоро будет плавно подходить к концу. Уже и тайм-скип сделал. Напоминаю и поясняю - через год Кате и Косте предстоит поступать в Академию. Но для начала я устрою им выходной экзамен из этого ада на земле.

Что до нашего ГГ, именно тут он, наконец, будет становиться любимой многими имбой. Я не любитель имбы-просто-так, поэтому всю первую книгу плавно подводил нас к этому моменту. В следующих главах я еще буду его хвалить устами разных персонажей, так что не переживайте, основные абилки и уровень сил скоро будут ясны и незыблемы.

Всех благодарю за то, что читаете и ставите лайки. Надеюсь, вам все нравится. Приятного чтения!)

Глава тридцать первая. Похищение

- Сразись со мной, Костя.

Я вздохнул. Денек, на самом-то деле, был не из простых, но не в физическом и магическом плане, а в моральном. Управлять собственной ротой посреди военных действий тяжело. Особенно когда страшнейшая боевая единица противника выглядит не как танк, а как человек. Однако, сил во мне и правда оставалось много, так что сослаться на изнуренность сегодня не получится.

Что же тогда придумать?

Таргын стоял прямо напротив меня и легко улыбался, смотря расслабленно и миролюбиво. Знаю я такой взгляд. За год совместной службы (пускай и в разных войсках), мы смогли сдружиться с сыном последнего Дракона Казахстана.

И постоянно сражались. Таргын все еще брал у меня реванш. Из почти сотни поединков между нами, он так не выиграл ни одного, но не опускал руки, и с каждым новым разом приходил сильнее.

Хитрый казах, наверное, думал, что только он один выносит из наших «сражений» полезный себе опыт. Так думали и многие новички в моем подразделении, еще в той, прошлой жизни. Спешу расстроить их и всех, кто думает примерно так же. Если вы можете брать урок в бою у того, кто сильнее вас, это совсем не означает, что он не может учиться вместе с вами.

Так что, становясь сильнее, Таргын весь год обеспечивал меня лучшим спарринг-партнером, о котором можно было только подумать. Молодой Одаренный, не такой невероятно недосягаемый, как мой учитель — Кровавый Барон, и не обладающий таким уж нечестным Даром, как моя подопечная — Катя.

Я был благодарен Таргыну за эту возможность стать сильнее и за нашу дружбу, но сегодня, пожалуй, я откажусь от битвы.

- Я очень даже не могу, Таргын, - я вздохнул, попытавшись изложить в этом звуке как можно больше горести и досады на то, что не получится сегодня заняться моим любимым делом — спаррингом с лучшим другом моим Таргыном Болатом. — Сегодня была тяжелая миссия. Сначала зачистка, потом на двух целых демонов нарвались, ну, ты понимаешь… Нужно отдохнуть.

- Сегодня в последний раз, - не изменился в лице невозмутимый казах.

Я удивился. Катя, только подошедшая к нам из столовой для господ, тоже удивилась. Пара моих бойцов, уже привыкших к выходкам союзного Одаренного, раскрыли рты. Кажется, если бы на границе с портальной зоной жили бы птицы, и те бы замолкли от таких новостей.

- Самый последний, - кивнул, улыбнувшись шире, Таргын. — Уже завтра я покину портальную зону, и больше нам с тобой не придется смахнуться.

- И куда ты?

- В Москву.

Мы все удивились снова. Наследник воли и силы Дракона Казахстана, посреди неоконченной войны против демонов, уезжает в Россию. Конечно, первой обо всем догадалась Катя.

- Ты зачислен в Академию, - баронесса щелкнула пальцами. — В этом месяце будет церемония поступления.

- Ты, как всегда, проницательна, - Таргын расплылся в улыбке. В Катю он был немножечко влюблен (как и все в мире, наверное). — Я зачислен классом старше вашего. И, в следующем году, постараюсь добиться своего назначения вашим куратором.

- Высокий полет, - оценил я.

Насколько я знал, из-за связей барона и из-за собственной силы, Катя будет назначена в специальный класс Академии, международный, собирающий в себе отпрысков из самых влиятельных семей со всего мира.

- Я еду, как представитель Казахстана, и у меня хорошие вступительные оценки, - Таргын пожал плечами. — Уверен, через год ты станешь еще сильнее. Но и я на месте сидеть не буду. Мы сразимся еще не раз, но сегодня… Сегодня я хочу подвести итог нашего противостояния. И победить тебя в первый раз.

- Тогда я не могу отказаться, - я вздохнул и поднялся на ноги. — Женя! Дай нам машинку. И предупреди всех, кого нужно предупредить, что мы отъедем подальше.

- Есть! — с готовностью отозвался мой верный заместитель, за один год дослужившийся с сержанта до лейтенанта.

Машин в моем подразделении было две. Честно сказать, не особенно-то они были положены, но «Стая» - любимая рота Кровавого Барона, и он уж на нас не скупился. Некоторые злопыхатели объясняли наши боевые успехи одним только этим, но им быстро затыкали рты.

Зачем же машина, если мы собрались спарринговаться? Да все очень просто — вблизи лагеря Одаренный уровня Таргына будет опасен. Мощные атаки по площади, сопутствующий урон. Да и места нам обоим нужно много, потому как (и я уверен — хитрый казах перенял это у меня) мы с ним были специалистами по боевому маневрированию.

Отъехали на десяток километров, не в сторону портальной зоны, конечно. Боец за рулем, по фамилии Симкин, предупредил по рации ближайшие подразделения, что тут поведутся небольшие учения между Одаренными. На запрос названий подразделений, которые будут резвиться, просто казал: «Стая» и «Ветер». Дальнейшие вопросы отпали.

Как и мы с Катей, Таргын уже был широко знаменит в казахском ополчении.

Мы вышли на каменистую площадь. Таргын всегда сам выбирал место битвы. Сын степей меня щадить не собирался, так что воды поблизости не было, кроме моей верной фляги. Но и я схитрил, не став переодеваться из боевого бронекостюма «Стаи». С ним мой казахский друг еще не сталкивался.

- Давайте, раз бой особенный, я не буду давать команду на старт, - Катя облокотилась на капот бронемашины и махнула нам ручкой. — Начинайте, когда будете оба готовы.

Я кивнул и потянулся к Разрушителю, висящему за спиной. Таргын тоже кивнул, и дернул рукой в сторону меча своего отца, который все так же носил с собой.

Только это была обманка.

Я успел увидеть начало его движения, но не был готов к его скорости. Казах набросился на меня, не давая выхватить оружие, и пнул в коленку. Я запнулся, теряя равновесие, но быстро его восстановил. За ту секунду, которая на это потребовалась, Таргын успел окутать свой кулак ветром и впечатать мне его прямо в грудь.

Броня приняла большую часть удара на себя, и я перехватил руку парня. Не смутившись, он ударил локтем. Голову с его траектории я убрал, но за физическим ударом последовало воздушное лезвие, только чудом рассекшее кожу на моей скуле.

Если бы я не успел — лишился глаза.

- Попытка хорошая, - прохрипел я, дрожа от натуги, но удерживая Таргына на ближней дистанции. — Но ты кое-что забыл…

- Ага, - парень боролся, ничуть не уступая в силе. — И что?

- Это!

Разрушитель ужом выскользнул из-за моей спины. Тяжеленный железный посох совсем не нуждался в моих руках, чтобы разить врага, потому что был полон воды. И мог управляться дистанционно.

Страшный удар сверху вниз я направил на плечо казаха. Будет больно, и кости с мясом превратятся в единую кашу, но зато я оставлю победу за собой. И никакой пощады, нет, ведь я сражался с равным себе. Пускай парень был простоват, ввиду моего глубокого жизненного опыта, да и навыки его хромали, он был силен.

И, в очередной раз, он наглядно это продемонстрировал.

За секунду до того, как Разрушитель обрушился на его плечо, Таргын сложил руки в замок, и его тело тут же окутал прочный кокон из спрессованного давлением воздуха. «Крепость Ветра» - так называл это заклинание Таргын и хвастался, что его отец подобным мог остановить прямой выстрел из танка.

В прошлый раз он применил его два боя назад, и тогда магическая конструкция была нестабильна. Теперь — Разрушитель просто отлетел прочь от активной защиты, а меня оттолкнуло совсем в другую сторону.

- Вот теперь про танк верю, - усмехнулся я, чувствуя кровь на губах.

Крепость Ветра распалась, но не растворилась в воздухе, а осталась при Таргыне спрессованными кусками. Уверен, такими очень удобно швыряться куда попало, в надежде зацепить некоего Шевалье из глубинки.

Я коварно выбросил руку прямо на казаха. По идее, его должен был смутить явно магический жест, но парень и ухом не повел. А когда Разрушитель, повинуясь моему заклинанию, собирался врезаться в спину Таргына на большой скорости, парень одним ловким движением выхватил свой длиннющий меч и отбил посох.

Воздух зазвенел от соприкосновения нашего оружия. Закаленная сталь встретилась с магическим железом. Клинок и посох. Разрезанная плоть и сломанные кости.

Обойдя парня по широкой дуге, Разрушитель все же оказался у меня. Из-под брони просочилась вода, и хотя бы теперь казах удивленно вскинул брови. Да, мой бронекостюм «Стаи» был сделан на заказ. Принцип действия такой же, как у «мокрого» гидрокостюма аквалангиста. Поры моей брони впускают влагу, а я сам, ее используя, оставляю ее внутри. Я не выгляжу мокрым, но, фактически, пропитан водой с ног до головы.

И могу использовать это в любой момент.

- Пока что — ничья, - Катя скороговоркой прошептала заклинание и вскинула руки, защищая себя и бронемашину барьером. — Не убейтесь там, ребят.

- Переживай за него! — хором выкрикнули мы с Таргыном, устремляясь друг к другу.

Первый удар, и оглушительный грохот наполнил округу. Катя широко раскрыла глаза от удивления.

Мы с Таргыном, застыв друг напротив друга, со скрещенными мечом и посохом, тоже.

Со стороны лагеря до нас доносились звуки выстрелов и взрывов.

- Напали! — закричал Симкин — наш водитель, выскочив из машины. — Передают по рации, на лагерь напали!

- Кать, - резко охрипшим голосом позвал я подругу. — А твой отец не сегодня на воен. совет ушел?

*****

Порталы гудели, выпуская разномирных тварей всех мастей, форм и сил на планету людей. Твари рычали, круша направо и налево, не разбирая и не замечая ничего вокруг, кроме собственных жертв. Жертвы кричали.

Застигнутые врасплох люди были напуганы. Большой военный лагерь, далеко за пределами отодвинутого за год периметра портальной зоны, оказался совершенно не готов к внезапному вечернему нападению. Никогда раньше демоны не атаковали людей так неожиданно. Всегда, перед движением порталов, перед нападениями, были знаки, закономерности.

И не то, чтобы демоны абсолютно не умели так делать. Нет, умели. Просто... Не делали.

Ран-Пяшь-Тарик себя с обычными Искателями не равнял. О, уж он-то прекрасно знал, почему вот такие вот неожиданные атаки на людишек запрещены, но с сегодняшнего дня плевать он хотел на запреты Старших.

Сегодня - великая отправная точка. День, когда новый владыка древнего народа заявит о себе и станет захватывать власть. И как удобно, что начать можно с сущей мелочи - убить простого человеческого мальчишку.

Отмеченного Вселенной, конечно, но даже и понятия не имеющего, насколько могучие воля и сила ему благоволят.

Вот только... что-то запаха Вселенной в лагере почти что и нет. Куда девался сопляк?

Тарик задумчиво остановился у одной из солдатских палаток, и из нее, аккурат на него, вылетел полуодетый мужчина с автоматом наперевес. Увидев пятого по силе из клана Ран, человек истошно заорал и вскинул оружие.

Искатель-ренегат растянул тонкие губы в усмешке. На человека, он, в отличии от многих братьев по ремеслу, походил лишь отдаленно. Его синяя кожа была на порядок темнее, чем у других Искателей, из головы, между короткими седыми волосами, как у Старших, начали расти пока еще короткие, но уже заметные и острые рога, руки и ноги были непропорционально длинными, а одежду заменяла набедренная повязка, старая хламида на плечах и десятки костяных амулетов, на которых веселыми радугами переливались разноцветные драгоценные камни.

А еще Тарик был высоким. Даже горбясь, по старой привычке, от макушки до пят его рост составлял три метра и семь сантиметров, в переводе на человеческую меру длины.

Великан взмахнул лапой, и шея орущего человека треснула, как сухая ветка. Легкое шевеление пальцами, и труп, даже не успевший полностью опасть на землю, поднимается и ожидает возможности услужить.

- Где Улыбка Волка? - потребовал ответа Тарик, наклоняясь к зомби и поведя плечами, чтобы вызвать перестук амулетов на груди.

- Не знаю, - просипел труп со сломанным горлом.

- Может по-другому его назвать? - Ран-Пяшь не обратил внимания на очередное «не знаю» от зомби - простые марионетки никогда не получались у него умнее самой обычной вещи. Но именно вещами они и были. - Хм, Волк? Ты знаешь, где Волк? Человек, которого зовут Волком?

- Волков, - труп неосознанно поправил своего повелителя и махнул рукой, указывая путь.

Тарик принюхался и действительно ощутил слабый запах Вселенной. Он был на верном пути. Повернулся и пошел дальше, оставив новоиспеченного зомби стоять посреди быстро разрушаемого лагеря. Теперь ему это мясо ни к чему.

Запах и подсказка трупа вывели демона-гиганта к конюшням. Там, среди стойл и напуганных коней, с дикими, от ужаса, глазами бегал молодой красивый мужчина, отбиваясь от бегущих мимо мелких портальных тварей щеткой на длинном древке.

- Он старше нужного, - Тарик принюхался. - Но запах идет от него.

Ровно через долю секунды после того, как бывший Искатель догадался о том, кто перед ним, отец мальчишки-Вселенной наконец увидел трехметрового великана, пришедшего в его конюшни и громко заорал от ужаса.

Но, к его чести, лошадей не бросил. Он тут же кинулся их развязывать, все время приговаривая своим питомцам что-то бессвязное:

- Бегите, Зверь, Ручеек! Бегите, маленькие! Найдите Костю, и...

Тарик схватил человечка за горло и поднес к лицу. Ну да, пахнет, как нужно, но очень слабо. Этот человек связан со Вселенной, но не отмечен ей напрямую. Родственник. Если судить по возрасту - отец. Если судить по интересам Тарика - срать на него. Но где же малец?

- Эй, человек, где твой сын? - спросил демон, тряханув мужчину в руке. - Куда он пошел?

Тот в ответ захрипел что-то бессвязное, засучил ногами, в попытке опереться на твердь и, поняв, что попытки бесполезны, с горестным вздохом обмяк в руке Тарика. Ран-Пяшь усмехнулся. Человечек был забавный.

В следующую секунду его бедро пронзила острая боль. Бывший Искатель закричал от неожиданности и отступил, с удивлением осознав, что его атаковали те самые кони, которых отвязывал, до того, человек. И глаза их сияют фиолетовым.

- Ух ты, - обрадовался демон, почуяв, как запах Вселенной стал сильнее вокруг него. - Какая красота!

В плечо ударила пуля. Из-за бревенчатых конюшен выходили люди. И у всех, как у братьев, был одинаковый цвет глаз. Только Тарик знал, что у людей нет таких братьев, глаза которых будут гореть цветом бесконечной Вселенной.

- А это хорошо, - решил демон, взмахом руки обращая половину людей мертвецами и тут же бросая их на бывших товарищей. - Я сейчас могу убить целого человека, связанного со Вселенной.

Лапа на горле человека напряглась, выдавливая из него, по капле, жизнь. Впрочем, Тарик не собирался его и впрямь убивать. Только наслаждался моментом. А людишку следует прихватить с собой. И пускай его сынок идет за ним прямо в лапы Тарику.

Заодно и с Мараком можно будет разобраться под шумок.

*****

Мы опоздали. И — нет, вернувшись. Мы не застали пепелище на месте бывшего лагеря. В ставке российских сил, помимо пятнадцати тысяч солдат рода Стенгер, было еще около тринадцати тысяч регулярных военных. Такую армию не сломить лихим наскоком, так что, когда сержант Симкин остановил машину на границе лагеря, мы увидели затухающий пожар вторжения, но не полноценную битву.

И, все же, мы опоздали.

Я сразу бросился к конюшням и, видя знакомые, но угрюмые лица солдат, ведших зачистку разбегающихся портальных тварей, уже представлял, что увижу.

Труп Ручейка мне встретился первым. Мой верный четвероногий друг лежал у самого входа в конюшни с раздробленным черепом. Не в моих силах было медлить, но я все же наклонился рядом с телом могучего зверя и похлопал по замершему, уже начавшему мертвенно черстветь, боку. Он был хорошим конем.

Второй хороший конь лежал внутри бревенчатого здания. И никаких других лошадей, конечно, потому что эти маленькие конюшни были предназначены всего лишь для троих скакунов. Тетрарх Кати недавно получил ранение, и теперь за ним ухаживали медики в городе неподалеку. А передо мной лежал Зверь — личный боевой конь Кровавого Барона.

И прямой подопечный Коли.

- Его нигде нет, - раздался за спиной голос Ермака — моего заместителя в «Стае». — Когда все началось, мы прикрывали Истребителей у открывшихся порталов. Потом пробились сюда, но… Николая Евгеньевича не было. И тела его тоже нигде нет.

- Что было? — отрывисто спросил я, не оборачиваясь.

- Хренотень полная, - сержант затянулся и, по звуку, покачал головой. — Открылись порталы, и повалили твари. Пока мы сдерживали их, кто-то проник в лагерь. Демон. И стал поднимать мертвых.

Картинка сама всплыла в мозгу. Хитрая тварь, которая весь год игралась с нами, решила врезаться всерьез. Вот так нагло и дико, так, как ни один другой демон никогда не поступал. Что-то в его поведении было не так, но мне некогда было об этом думать.

Мне нужно было спасать отца.

- Нужен след, - решил я, поворачиваясь к Жене.

Мой сержант икнул, и сигарета выпала из его рта. Уверен, сейчас я выглядел злым. Я и был злым. Очень-очень злым на ублюдка, посмевшего тронуть мою семью. И тут же пообещал себе, что достану тварь и лично отправлю ее на суд к Вселенной. Но сначала — спасу Колю.

- Демон точно ушел порталом, - Жея Ермак собрался с мыслями и тряхнул головой. — Но не его мертвецы. Тупые твари пошли за своим хозяином по земле. На машинах мы их нагоним до портальной зоны, но внутри нужны кони. И… командир, нужен будет приказ, сами знаете.

Я кивнул. В тот момент мне, конечно, было насрать на приказы, и, если мне будут мешать, я был готов пойти за Колей в одиночку. Да, что греха таить, я и планировал выдвигаться один. Но выход из конюшен мне преградила Катя.

- Тебя убьют, если пойдешь один, - твердо глядя мне в глаза, заявила девушка.

- Я убью их всех первым, - прорычал я, пытаясь обойти ее справа.

Вот теперь и она вздрогнула. Ведь я был спокоен. Всю жизнь, до этого момента. Нет, был адреналин, была злость, зависть даже иногда, всякие чувства, ведь я — человек. Но, помимо моего знаменитого оскала, была еще одна причина, почему в прошлой жизни меня называли Волчарой.

Я, мать его, был еще и зверем. И разорвал очень и очень много глоток тех, кому удалось меня по-настоящему взбесить.

Так что теперь я пылал ненавистью. Но эта была не та громкая ненависть человека, которого обидели. Нет, моя ярость не искала выхода наружу. Она только питала то, что внутри. А там, под моими кожей, мускулами, где-то в глубине костей, разворачивались процессы, движение которых приведет меня к эффективному результату.

Наверняка, моя давняя подруга почувствовала именно это. Я шел убивать. Жестоко убивать.

- Без приказа тебе нельзя покидать лагерь, - Катя раскинула руки в стороны, не давая мне пройти. — Иначе ты будешь дезертиром. Это тебе не Деобедона по задумке моего отца губить, ты реально станешь преступником, понимаешь?

Я остановился и глянул ей в глаза.

- Тогда отдай приказ.

Девушка вздохнула, покачала головой и, во всеуслышание, громко и четко сказала:

- Капитан Волков! Забирайте «Стаю» и преследуйте врага до его логова. Ваша боевая задача — уничтожить цель и пасти любых заложников, захваченных ею. Именем наследницы рода Стенгер. И я желаю вам удачи.

- Благодарю, госпожа, - низко поклонился я, и тут же выбежал из конюшен, где меня уже ожидали свои.

Женя встал по левую руку, а вот по правую оказалась все та же Катя. Я глянул на нее, но тяги к самоубийству в глазах не заметил.

- Ты же только что пожелала мне удачи, - напомнил я, немного удивившись.

- И теперь самолично иду с тобой, - девушка ободряюще мне улыбнулась. — Какая удача, не так ли?

*****

Мы спешили. Запрыгнули в ближайшие наличные машины и сразу поехали по следу из мертвецов. Тупые восставшие упыри, казалось, не обращали на нас никакого внимания и брели только за им одним видимым маяком — демонической магией своего хозяина.

По пути Катя, не умолкая, раздавала приказы и послания по рации. «Именем наследницы рода Стенгер» - сегодня моя подруга впервые во всю пользовалась каждой крупицей своей власти.

Филип Асторович, наверное, будет очень недоволен. Но мне плевать, пока я не спасу Колю. Думая о нем, я непроизвольно сжимал кулаки. Меня трясло от бешенства, но я знал, что этот бурный поток нуждается в направлении. В разумном использовании.

К сожалению, не в человеческих силах контролировать каждую каплю своего гнева в одиночку. И на мою руку легла теплая ладонь Кати.

- Мы его спасем, Костя, - девушка доверительно посмотрела мне в глаза. — Дыши. Успокойся. И… контролируй ядро. Иначе мы замерзнем, не доехав.

Я удивленно моргнул и только теперь заметил налет инея на предметах и людях внутри машины. Оказывается, я не только сжимал в ярости кулаки, я проявлял магию.

Солдаты смотрели с пониманием и, немного, с опаской и благодарно выдохнули, когда я, усилием воли, вернул влаге в воздухе тепло. А я посмотрел на Катю.

- Я не подумал об этом, но ты не должна ехать, - сказал я.

Девушка подняла правую бровь.

- Я боюсь за Колю. И буду биться за него до смерти. Не собираюсь умирать, но… Сама знаешь. Я достану ублюдков любой ценой.

Катя кивнула, пока еще разделяя мои мысли. И тогда я закончил фразу:

- Но не ценой тебя.

Бойцы, едущие с нами в одном салоне, попрятали глаза. Представляю, как это выглядело. Разбитый семнадцатилетний парень и его прекрасная госпожа. Очень… поэтично. Но, клянусь Вселенной, в тот момент я говорил ровно то, что было у меня на уме. И правда не хотел спасать отца ценой жизни, или даже здоровья, своей лучшей подруги.

- Не волнуйся, у меня есть план, - всего секунду Катя выглядела растерянной, и вот уже передо мой вновь сидит знакомая мне лисица рода Стенгер. — И я… куда в большей безопасности, чем ты, мой Шевалье.

Я хмыкнул. Конечно. Эту госпожу сегодня ничем не напугаешь.

- Такая у меня работа, - я выдавил улыбку и шутливо отсалютовал девушке.

Немного погодя она наклонилась к самому моему лицу и еле слышно шепнула только для меня:

- Спасибо, Костя.

Я бледно улыбнулся, но быстро вернулся к своему мрачному настроению. Мы подъезжали к границе.

Как я повторил уже не раз, гнев не застилал мой разум полностью, так что машины я приказал оставить загодя. Нам еще на них возвращаться.

Благо, «тропа из зомби» к портальной зоне только уплотнялась, так что направления потерять мы не могли. А благодаря звонкам Кати, нас уже ждали люди, ведущие под узды коней.

Город Аягоз, который мы взяли штурмом год назад, теперь служил главным перевалочным пунктом между большой землей и портальной зоной. Именно оттуда к нам прибыл наш четвероногий транспорт. И именно там мы впервые узнали о некроманте в стане врага.

- Тут тридцать лошадок, - кивнул нам немолодой казах, смотрящий на нас с Катей и Женей с благодарностью в глазах. — Все, что успели. Я отдам своего Адеми, а сам подежурю здесь.

Я вспомнил его легко — один из тех, кого мы освободили от гнета некроманта. Поблагодарив мужчину, я назначил бойцов для прикрытия и распределил людей так, чтобы некоторые лошади везли по два всадника.

Была надежда, что далеко вглубь зоны демон не убежал. И только теперь я впервые подумал о том, что он, вероятно, мог ждать нас в засаде.

След из армии мертвецов — слишком сильная подсказка. Но отступать уже было некуда.

Мы продвигались вперед. Спешили, так что не спешивались и отстреливали редких портальных тварей на ходу. Благо, монстры нередко отвлекались на живых мертвецов, параллельно которым мы двигались, путая их, вероятно, с нашими отрядами.

Наш путь лежал вдаль от Аягоза, в горы, где, как я знал, была пара-тройка мелких деревень. И это тоже было удачно, потому что глубокие зоны порталов находились в другой стороне.

Спустя какое-то время, мы были вынуждены оставить лошадей под прикрытием десятка бойцов — дальше верхом хода не было. Мы не были на прогулке, и, то и дело, сталкивались с десятком-другим тварей из порталов. Звуки стрельбы, я уверен, были слышны далеко в горах.

Но и мы вдруг услышали звук. Звук полета, будто некая ракета летела прямо на нас. Мы с солдатами завертели головами, пытаясь определить источник, а Катя вскрикнула, привлекая наше внимание и указала рукой в небо.

По нему, действительно, как ракета, летел демон. Он был такой быстрый, что рассмотреть что-либо было почти нереально, но я успел увидеть синюю кожу, белые длинные волосы, тяжелую красную броню и рога на голове.

Не обращая на нас внимания, демон пролетел мимо. И, пока мы переглядывались, пытаясь разобраться, что именно случилось, из глубины гор, там, где должна была стоять одна из покинутых деревень, до нас донесся ужасающей силы грохот.

- Это не лавина, - заметил я мрачно.

- Это — архидемон, - выдохнула Катя пораженно.

Я сглотнул. Архидемон — это демон в квадрате. Даже не самые сильные из синекожих смертельно опасны для любого Одаренного и человека, но Архидемоны — сильнейшие из них. Вровень с ними, пожалуй, могут встать лишь Драконы.

Однако, увидеть Архидемона за всю жизнь даже опытному Истребителю Демонов не всегда удается. И, очень-очень часто, такая встреча становится последней в жизни этого самого Истребителя. Я обязан был идти, но поднял руку, чтобы «Стая» остановилась.

Глупо жертвовать всеми, ради одного Коли.

- Идем, - Катя вышла вперед, схватила меня за поднятую руку и потащила вперед. — Все нормально, у меня есть план.

И, словно услышав ее, на нас обернулись все живые мертвецы, идущие по пути в ту же деревню. Колонна мертвецов дернулась, а потом разом распалась с ревом, воем и шипением сотен дохлых глоток.

- Ну охренеть, - фыркнул я, выхватывая Разрушителя из-за спины.

И понеслась!

Глава тридцать вторая. Битва людей

Тридцать два солдата войск рода Стенгер, члены особой боевой роты «Стая», разом открыли огонь по мерзким мертвым тварям, неожиданно бросившимся к ним.

Евгений Максимович Ермак был сыном старшего прапорщика из седьмой роты Кровавого Барона. С детства мальчик мечтал быть воином, как и его славный отец, и уничтожать чудовищ и демонов. Поэтому, молодой Женя был записан в только набирающее обороты и престиж Военное Училище Рода Стенгер. ВУРС парень закончил в числе лучших, и быстро дослужился из рядового бойца до сержанта роты. Сослуживцы пророчили ему неплохое и сытое будущее на должности старшины, как и у его отца в соседнем подразделении. Женя и сам так думал, и до заветного повышения ему оставалось лишь закончить кампанию Кровавого Барона в Казахстане в числе выживших.

Исчезновение целой портальной зоны с границ родного баронства, и апокалипсис, разразившийся в соседней стране, поразили Женю. И всех его однополчан. Все они понимали, что стоят на пороге мировых изменений. И все они пошли вслед за своим лихим бароном.

И не было больше чести, служа его благородию, чем оказаться в одном отряде с его драгоценной дочкой — Екатериной Филиповной Стенгер. И Женя оказался, вместе с добрым другом и капитаном. Они, помнится, даже сначала поворчали, что их отправляют на бесполезное, по сути, задание.

А потом друга и командира не стало. Да и сам Женя чуть не погиб.

Теперь, приложив приклад к плечу и методично отстреливая мертвяков по ногам и рукам, заместитель командира особой боевой роты «Стая» мрачно улыбался. Жизнь — штука внезапная.

Четыре самых прытких зомби случайно попали в брешь между очередями бойцов и смогли сблизиться со строем. Женя, как заместитель командира, стоял впереди прочих, подавая героический личный пример. И, продолжая его подавать, не побежал прочь, а вытащил из ножен боевой тесак, намереваясь встретить гадов в рукопашной.

Но в «Стае» был еще более героический личный пример.

Размытая на скорости тень врезалась в поднявшиеся трупы и разметала их подгнившими вонючими кусками по всему пригорку. Тяжелейший Разрушитель — оружие, которое в роте, как соревнование, безуспешно пытались обуздать все бойцы, сейчас порхал как бабочка и был страшнее любой пушки.

А еще страшнее такого оружия был лишь его хозяин — командир роты «Стая» и сильнейший из молодых Одаренных — Константин Николаевич Волков. Их вожак, Волк, Шевалье рода и тот, чей знаменитый оскал сами демоны видят в кошмарах.

- Не стоим, двигаемся! — рыкнул он своим солдатам. — Займем оборону у деревеньки за перевалом! Рывок в два километра, вперед!

- Вперед! — продублировал приказ своего командира Ермак, перекрикивая автоматные очереди.

Стая снялась с позиций. Они были сильнейшим «потешным полком» рода Стенгер. Поначалу им давали хороших выпускников — добрых сослуживцев и однокурсников Жени. Удивительно, как легко завоевывал доверие этих людей молодой Шевалье. Когда пришли ветераны, обязанные присматривать за формирующейся ротой, было лишь немногим сложнее. И Женя очень удивился, когда заместителем командира оставили его, а не одного из них.

- Взвод, быстрее, сучья мать! Вы все — ошметки говна своих отцов! Я должен видеть ваши пятки! Мертвяки — дула ваших автоматов! Бегом, кур-р-рва! — ярился справа лейтенант Данилов — огромный мужик с квадратной челюстью и один из тех самых ветеранов.

Ближайших мертвяков раскидало взрывом мастерски брошенных ручных гранат. Зомби буквально взорвались ошметками, а на бойцов, бегущих им почти параллельно, даже случайный осколок не залетел.

- Не зевай, командир, - на плечо жени легла жесткая рука, которая, как он знал, и бросила те гранаты.

Старший лейтенант Рыбин был высоким и худощавым мастером взрывотехники. В роте ходила байка, что он даже спать ложится с зарядом тротила в обнимку. Только Ермак знал, что это — совсем не байка. Старлей был тем еще психом, но своим психом.

Позади страшно загрохотало, и волна зомби, наседающая на «Стаю», быстро поредела. Женя глянул за спину и закричал товарищам поднажать. Скорость их прорыва увеличилась больше чем вдвое, потому что в ход пошла их великолепная тяжелая артиллерия.

Екатерина Филиповная Стенгер грозила вырасти в невероятную красавицу, но, что еще важнее — в страшной силы Одаренную, которая, пожалуй, сможет достичь тех же вершин, что и ее знаменитый отец.

Прямо сейчас дочь Кровавого Барона разошлась на полную. Она вытягивала из мертвецов скорость, замедляя их, и тут же даровала ту самую скорость полету камней, запуская их в неприятеля и дробя его кости. Она повелевала тьмой, и тьма отзывалась на ее зов, как ласковый зверь, проглатывая без следа десятки зомби. Из ближайших живых мертвецов молодая баронесса пила крупицы жизни и передавала их пострадавшим бойцам «Стаи». Она сражалась, как всемогущая, на контрастах. Дарила и забирала. Уничтожала и поддерживала одновременно.

По сравнению с ней, второй Одаренный «Стаи» выглядел скромно. Но, в итоге, зомби он громил не хуже, а то и лучше. Потому что знал, когда и куда ударить.

Молодой Шевалье по площади, он бил точно по трупакам, отправляя их в полет сломанными напрочь куклами. Как и всегда прежде, он оказывался ровно там, где это было необходимо, ровно в тот самый момент, когда его появление было нужнее всего. Он подавлял. Не за счет невероятной силы, а за счет неподвластного разуму боевого таланта.

В роте ходила байка, что в прошлой жизни командир только и делал, что сражался. И Женя иногда подумывал, что, как и с взрывотехником Рыбиным, эти россказни не просто байка.

Наконец, «Стая» прорвалась. Выйдя из оцепления зомби, солдаты закидали мертвяков гранатами и накрыли свинцовым огнем. А потом вперед вышли два парня с ручными огнеметами, и залили обездвиженных чудовищ огнем реальным. Оставляя за собой пожарище, «Стая» вошла в горную деревушку.

И там, на центральной площади, огромной, с разрушенными под фундамент домами, в окружении сотен новых мертвецов, они увидели демонов.

Точнее, как один демон рвал другого на части.

*****

- Кусок дерьма! — взревел Архидемон, нанося могучий удар по гиганту напротив.

Я тяжело выдохнул. Прорыв до сюда дался нам тяжело. Одного бойца все-таки потеряли, и раненые были. Тут уж я ожидал встретить последнего босса и рвануться сразу в бой, но…

Босса было два. И они выясняли отношения.

Архидемона я узнал, потому что смог немного рассмотреть его, пока он пролетал над нами. Как и ожидалось, выглядел он так, будто был главным демоном из всех. По общим данным, в каждой портальной зоне есть свой хозяин — такой вот красавец, или подобный ему. Грубо говоря, именно на этой твари держится вся портальная сеть в Казахстане. И вот он, стоит здесь, почти на краю зоны, перед нами.

Если мы его убьем, будем героями века.

Великан, которого месил Архидемон, тоже был демоном. Признаться, выглядел он совсем необычно, и на своего «большого брата» походил изрядно. Но встретить в одном месте сразу двух Архидемонов, да еще и лупящих друг друга почем зря, было бы слишком большой редкостью даже для моей дурной удачи. Нет, он был «обычным» демоном. И необычным, в то же время.

С ног до головы увешанный амулетами, этот гигант ростом превосходил любого разумного, которого я когда-либо видел. Выражение лица у него, когда на него опускались тяжелые кулаки Архидемона, было немного безумным. А еще, я узнал ожерелье на его руке.

Это было то же самое ожерелье, которое мы сломали год назад, победив некроманта-ублюдка. А значит, перед нами оказался владыка всех местных мертвецов.

И похититель Коли.

- Как смеешь ты идти против Королевской Семьи? Против их воли? Против воли Древнего?!

Архидемон ревел, яростно нанося удары по лежачему некроманту. Тот нагло и безумно ухмылялся и совсем не делал попыток сопротивляться. Я закрутил головой и увидел то, что искал.

Прямо за лежачим демоном, привязанный к простому деревянному столбу, оставшемуся на руинах местной горной деревни, с понурой головой висел Коля. Он был оглушен, но явно жив. И вид родного отца, измученного, раненого и несчастного, вызвал непроизвольный рык у меня в горле.

А глаза защипало.

Кто-то из бойцов вскинул гранатомет, но я остановил его, опустив дуло вниз. Нельзя стрелять сейчас, иначе рискуем задеть Колю. Никогда не прощу себе, если он станет жертвой моих амбиций. Ведь это из-за меня его схватили, я уверен.

Избиваемый старшим демон, тем временем, обратил на нас внимание:

- А вот и они, Марак, - прошипел он, улыбаясь напрочь разбитыми губами. — Тут, только руку протяни. Разве не восхвалят твое имя и твой клан, если ты принесешь Королю Ключ и избранного Вселенной?

- Ты нарушил равновесие только лишь ради этого, мр-разь, — Архидемон зарычал, хватая визави за левое плечо. — Я мог забрать их себе в любой миг.

Он потянул руку. Этот синий беловолосый мужчина, дрожащий от ярости, облаченный в пугающую красную броню и повелевающий, скорее всего, всем наступлением демонических сил на целый Казахстан. Держа в когтях плечо своего подчиненного, он потянул на себя.

И с мерзким чавкающим звуком, рука демона оторвалась от тела.

- Ау-у-ха-ха-ха-ха! — крикнул и сразу же засмеялся покалеченный демон. — Да брось, Сак-Одишь. Ты же не убьешь Искателя под твоим командованием. Ты у нас не такой…

- Клан Ран ответит за тебя. Все твои родичи и друзья ответят, - Архидемон, похоже, немного успокоился и больше не повышал голос, только утробно рычал.

- Нет у меня ни родичей, ни друзей, Марак, - покачал головой демон, смотря как его мучитель отбрасывает оторванную руку прочь. — И плевал я на твои угрозы. А теперь иди и разбирайся с людьми.

Архидемон врезал ему по лицу еще раз, но не стал добивать. Вместо этого, он обернулся к нам.

Я не обладаю большой магической чувствительностью, потому что не владею аспектом Проявления. И с рождения у меня отсутствует такая штука, как «чутье», вроде шестого чувства или чего-то еще мистического. И, тем не менее, я почувствовал его силу даже с расстояния. Я видел ее в его стойке, в его взгляде, с песке, лениво закручивающемся у его ног.

Архидемон был силен. И практически непреодолим. Но я уже встречался с такими противниками раньше. И каждый раз становился сильнее.

- Оружие на изготовку! — скомандовал я, сам выхватив автомат и повернувшись к Кате. — Ты говорила, что у тебя есть план? Козырный туз нам бы сейчас пригодился.

Девушка кивнула, не сводя глаз с Архидемона. А тот смотрел только на нее. Почти завороженно, владыка портальной зоны рассматривал, как плетет заклинание моя подруга.

А потом заговорил с нами.

- Вы можете уходить, люди. Равновесие, за сегодня, итак было нарушено сверх необходимости, и у меня нет ни единственного мига желания добавлять на чашу весов собственные неправильные поступки. И ты, мальчик-Вселенная, мне не нужен. Забери человека, которого отступник взял в плен. И уходите. Останется только Ключ.

Я фыркнул, выходя вперед и заслоняя Катю от него собой. Приклад удобно уперся в плечо, а оскал сам собой наполз на лицо. И позади, я знал, ни у одного безумца не промелькнула даже мысль о том, чтобы послушаться демона. Потому что мы - «Стая».

- Мы — войска доблестного рода Стенгер, демон, и его наследницу тебе не отдадим, - ответил я из вежливости перед его «щедрым» предложением. — А теперь отправляйся-ка ты в ад.

Мой выстрел стал сигналом к началу атаки. «Стая» разом сгенерировала и выплюнула целый поток тяжелого и быстрого свинца, обязанный превратить Архидемона в натуральное решето. Катя заканчивала свое заклинание.

Я не знал, что это было. Но я верил ей. Из всех людей в мире, Катя была, потенциально, самой могущественной Одаренной. И даже демоны охотились за ней из-за ее уникального дара. Так что я верил, что моя подруга знает, что делает. Что ее заклинание расщепит на атомы целого Архидемона, или переместит его, скажем, на Луну, или телепортирует всех нас, вместе с Колей, в безопасное место.

Архидемон шел вперед, и пули падали на землю, бессильно отлетая от выставленного им магического щита. Что-то прозрачное, почти невидимое, но все же осязаемое, встало между нами и им и прямо сейчас защищало его тело от свинцового дождя.

Мана вокруг нас задрожала, и демон ринулся вперед, сорвавшись на бег. Что бы ни было, он, похоже, решил не дать Кате закончить заклинания. Вот только он опоздал.

Катя крикнула, предупреждая меня, и я рыбкой вильнул в сторону, уходя от дружественного огня. Сам, при этом, не переставая стрелять, все долгие секунды падения я держал Архидемона в прицеле. И потому ярко рассмотрел Катин трюк.

С рук юной баронессы сорвался желтый лепесток, который раздвоился, разделился на три, четыре, а потом и на сотню других лепестков. И все они сложились в один яркий пламенный столб, ударивший между Катей и наступающим Архидемоном.

А в следующий миг из столба вышел Кровавый Барон.

Тяжелейший удар Филипа Стенгер пришелся ровно на прозрачную защиту Архидемона. И я видел, как заскрипел зубами враг, и как прогнулась пленка его силового щита. Прогнулась, но выдержала, а сам Архидемон тут же отлетел прочь, поддерживаемый небольшими силовыми щитами за плечи и бедра.

Он быстро оценил атаку одного из сильнейших Одаренных Российской Империи. И разумно отступил. В то время как мы, всей «Стаей», благоговейно взирали на нашего господина.

Да уж, этот Катин козырь был действительно непобедим!

- Теперь все хорошо, ребятки, - барон глянул на нас и даже позволил себе подмигнуть. — Почему? Потому что я здесь.

- Да что ты, - зарычал со стороны Архидемон.

Прозрачный снаряд просвистел перед самым лицом барона, но тот, в последнюю секунду, успел увернуться. Сам барон тут же вскинул руку, и с его кулака сорвался могучий огненный поток, заставляя демона уходить в оборону.

Изувеченный им ранее гигант, тем временем, уже встал на ноги. Его талисманы защелкали костями и самоцветами, и прямо из под земли к нам стали выкапываться мертвецы.

Засада захлопнулась.

- Разберитесь пока тут, - бросил нам Кровавый Барон, выходя вперед, к Архидемону. — Я уведу его отсюда и прикончу. А вы забирайте моего конюха и разорвите ублюдка, который убил моего Зверя, на кусочки. Такой приказ.

- Есть! — радостно ответила господину вся «Стая», отдав воинское приветствие.

И мы с Катей были среди них.

- Вот и славно, - аура барона проявилась в форме марева вокруг него.

Этот жар — его первая ступень перед формой Огненного Бога.

Дальше события понеслись вскачь.

Барон бросился к своему противнику, на ходу поливая его огнем. За этот фронт я был спокоен, ибо, даже против Архидемона, я бы ни за что в жизни не смог бы представить себе Кровавого Барона проигравшим.

Мои люди ощерились оружием, отстреливая мертвецов и сжигая их огнеметами. Этот враг был нам по плечу. Но вечно месить мертвую плоть было бесполезно, и я должен был добраться до некроманта.

Только вот моя вечная поддержка из строя вышла.

- Мне нужно передохнуть, - сказала, покачнувшись, Катя. — Н-нужно… мне… ох!

Из ее носа бодрыми струйками лилась кровь, а ноги подкашивались. Использовав сильнейшее, по сути, заклинание - «Призыв Самого, Мать Его, Кровавого Барона», девушка перегрузила свое магическое ядро. Женя опустил автомат и, продолжая резкими окриками направлять бойцов на цели, поддержал баронессу.

Я кивнул им обоим. И бросился вперед.

Автомат за спиной, ножи, кастеты, гранаты и пистолеты — в броне. Воды в ней совсем не осталось, ведь я высвободил ее в спарринге с Таргыном и не успел восстановить запас. Впрочем, внутри меня тоже было много воды. А точнее — крови. И я уже пару месяцев как был признан самим Кровавым Бароном, как мастер Магии Крови.

Демон-гигант-некромант громко рассмеялся, смотря на наши потуги, и шагнул к оторванной руке. Я бросился наперерез.

Передо мной встали мертвецы, и их была почти что сотня. Сотня не заботящихся о своей жизни, о жизни товарищей и вообще ни о чем, кроме мыслей о еде, убийстве, нанесении увечий, чудовищ. Сотня на одного, и один против сотни.

Такой расклад мне был уже по плечу.

Первый удар Разрушителем смел сразу с десяток тварей, расчищая мне путь и пространство для маневра. Посох был титанически грозным оружием, а я был тем самым титаном, что только один и мог его использовать.

И не только его. Как мне подсказала раньше Катя, зомби — это те же мешки с кровью. И пускай некромант своей темной силой управляет их телами, до крови ему дела нет. Так что я выбросил вперед руку, заставляя мертвецов остановиться, замереть на месте и даже не щелкать своими страшными челюстями.

Волна моей магии прокатилась по рядам мертвецов, и демон, идущий к своей оторванной руке, запнулся и глянул на меня снова. Он нахмурился, когда сопротивление зомби достигло предела. И пересилил меня.

Впрочем, подобного я ожидал. Несмотря на то, что мертвецы продолжили свое наступление, мне удалось их замедлить. Самых «кровавых» получилось даже остановить навсегда, попросту переломав им руки и ноги с помощью их же крови. Но большую часть демон от Магии Крови уберег. Он был не в пример искуснее и сильнее того высокомерного некроманта год назад.

Но и я на месте не стоял. Я двигался, как горный поток, обходя зомби, будто камни. А когда очередной десяток вставал на моем пути, я дробил его, как дробит тот же камень вода, орудуя своим Разрушителем. Неумелых ударов скрюченными судорогой лапами я избегал, словно дождь, который невозможно поймать. И, как потом, неостановимо надвигался на демона-великана.

- Прыткий мальчик, прямо как твой папочка, - махнул мне целой рукой демон, остановившись у оторванной. — Но ты немного опоздал.

- Будь у тебя две руки или даже четыре, я порву тебя на лоскуты, - оскалился я, мимолетом сшибая башку очередному зомби и вставая напротив некроманта.

- Может и быть, - улыбнулся гигант и поднял руку. — Но что ты будешь делать, если я не один?

Он быстро, слишком быстро для своих габаритов, соединил оторванную конечность с местом разрыва, и плоть срослась так же мгновенно. Я бросился вперед, раскручивая Разрушитель, разогнанный Магией Крови и собственной яростью.

И увидел, как все амулеты, на руках, ногах, туловище и шее двигаются в унисон, перестукиваясь костями и самоцветами.

А в следующий миг перед моим лицом открылся портал.

Грохнуло! Это Кровавый Барон перестреливался чудовищными заклинаниями с Архидемоном. Совсем рядом с нами происходила битва немыслимых масштабов, в которой горы равнялись с землей. А я, тем временем, отскочил от серого марева, вращающегося по своей оси.

Из возникшей сферы вышел демон. Я посмотрел в его пустые глаза, бросил взгляд на разорванную грудь и понял, что он мертв. Это был зомби-демон, которого контролировал хохочущий прямо за порталом великан.

- Ну так что, мальчик-Вселенная? — радовался он. — Сможешь одолеть четыре руки? А сорок четыре? А сто сорок четыре?! Тебе придется, если хочешь забрать своего папашу. Ибо нас — легион!

Мертвый демон из портала раздвинул руки, и новые порталы стали появляться по всей площади деревни. И из них выпрыгивали еще демоны. Все, как один — мертвецы. И некоторых я даже узнал. Как ту пару, которую мы с Катей добили только сегодня.

Великая Вселенная, им не было числа!

Восставшие демоны были в разы, в десятки раз опаснее обычных мертвецов. Они были быстрее, сильнее, крепче. Но, что самое страшное — они сохраняли способности к своей чудовищной иномирной магии. Один из демонов подобрался достаточно близко к взводу Рыбина, и два моих солдата распались кровавыми лоскутами. С другого фланга донеслись истошные вопли.

Мы не справлялись...

- Держать строй! Сражайтесь! — донесся до нас крик Кровавого Барона. — Именем рода Стенгер!

- Ублюдок! Ты нарушил мои приказы! — взревел ему в тон Архидемон.

Они приземлились в отдалении от нас, после очередного чудовищного размена заклинаниями. Кровавый Барон все пытался поймать Архидемона в ближнем бою, а тот, в свою очередь, хотел подловить нашего господина на прозрачное лезвие силового поля.

Тогда Филип Стенгер проявил свой алый клинок и воткнул его в землю.

Земля задрожала, и сразу десять гигантских вулканов стали подниматься из под нее, окружая маленькую казахскую деревушку плотным кольцом. Жарко стало в одну секунду.

Но и Архидемон был не так прост. Взревев, он расправил руки, и сразу четыре вулкана замедлили свой рост, потому что прямо у их жерл возникли массивные, гигантские, под стать вулканам, силовые поля, накрывшие их, словно исполинские крышки.

Их борьба длилась секунды, пока мы со «Стаей» формировали укрепленную позицию, а из серых порталов снова и снова выходили демоны. Нам немного повезло, и сразу десяток демонов-зомби оказался вблизи одного из вулканов, когда тот поднимался, и сгорел, как яркая вспышка. Но их все еще было слишком много.

С яростным ревом Кровавый Барон взмахнул руками, и шесть вулканов полностью материализовались. Но четверку, которую останавливал Архидемон, он все таки уступил.

- Это будет немного сложнее, - выдохнул дым изо рта барон, и потянул свой кафтан вниз. — Иблис!

Форма Огненного Бога вспыхнула сверхновой, и Кровавый Барон ударил по надвигающимся на нас демонам-зомби широким пламенным лучом, сжигая их сразу и напрочь. Многих, может быть, но не всех. Очень далеко не всех.

- Брось-брось, ты не сможешь быть в двух местах сразу, - гаденько улыбнулся барону в глаза некромант.

Филип Стенгер зарычал, направляя на него свою пламенеющую десницу, и тут же получил тяжелейший удар от Архидемона. С грохотом врезавшись в ближайшую стену, Кровавый Барон был вынужден сосредоточить все свое внимание только на Архидемоне.

Его битва была на том уровне, на котором ни за что нельзя отвлекаться.

- Мне нужен коридор! — крикнул я «Стае», указывая на некроманта. — Дайте мне подобраться к нему и все будет кончено!

- Мы пытаемся, но нас одних слишком мало! — кричал мне в ответ Женя, поддерживая теряющую сознание Катю.

Девушка, как могла, помогала бойцам держаться против натиска демонов-зомби, подлечивая и усиляя их. Но ее силы уже давно показали дно. Ловушка, поверх предыдущей, захлопнулась с новой силой. Не известно, задумывал ли безумный великан-некромант именно это, или его план был другим, но факт оставался фактом — теперь мы все были полностью в его власти. А захватив Катю в заложницы, он сможет поставить на колени самого Кровавого Барона.

Я выдохнул сквозь сжатые зубы и посмотрел в небо. Если Вселенная и правда мне благоволит, сейчас самое время вмешаться! Только вот я не представляю, чудо какого масштаба нам нужно, чтобы справиться с целой армией восставших демонов и Архидемоном в придачу.

- Нас одних слишком мало, - бездумно повторил я слова Жени.

- А если вы будете не одни?

Напряженный, но, все же, слегка насмешливый молодой голос с фирменным казахским акцентом прозвучал прямо у моего уха. Я вздрогнул и посмотрел себе за спину.

Там, в сиянии десятков порталов, на поле боя выходили Одаренные.

Таргын Болат — сын последнего Дракона Казахстана, улыбаясь, смотрел на меня. В отдалении стоял его дядя - Амир, и через созданные им порталы выходили люди.

Хотя неправильно будет назвать это действо «выходом». Они высаживались. Как профессионалы, как военные, эти люди выпрыгивали из порталов один за другим, занимая позиции, прикрывая друг друга и действуя пятерками. Все они были одеты в современную униформу черного цвета, и каждый из них носил безликую маску на лице. И, конечно, каждый солдат в этом подразделении был сильнейшим Одаренным, не ниже звания Магистра.

Самое знаменитое подразделение особого назначения в мире, целиком состоящее из боевых магов - Спецназ Республики Казахстан прибыл к нам на помощь.

Демон-некромант оскалился, и из порталов, вызываемых его подчиненным порталистом, стали выбегать не только зомби-демоны, но и «обычные» портальные монстры. Вот только этого уже было мало. Воспрянувшая духом «Стая» ощерилась оружием, предоставляя легендарному спецназу лучшие места в свое обороне, и встала стеной против бесконечного потока тварей.

Я сел на землю, там, где стоял, пристально всматриваясь в поле битвы. Мне нужен только просвет. Не тратить силы на стычки, но протиснуться к самому главному боссу. Убить его одной атакой. И спасти отца.

Вселенная, как же я хотел вновь ощутить мощь той фиолетовой маны в своем ядре!

Но сегодня Вселенная на мои нужды не отзывалась. Зато были люди.

- Тут должна была бы быть пламенная речь про то, что в этой битве мы вернем себе свою любимую страну, эй, - похлопал меня по плечу Таргын, проходя вперед. - Но друзья моего дяди не любят речей. Так что я скажу это только для тебя, мой друг. Сегодня я отомщу этим мразям за отца!

Ветер вокруг сына Дракона сгустился и превратился в острейшие лезвия. Он достал из-за спины свой исполинский меч, и...

Спустя минуту грохота самых могучих заклинаний и рева пламени, у меня был желанный коридор прямо к моему врагу.

И я бросился туда в тот же миг.

Глава тридцать третья. Битва чудовищ

Екатерина Филиповна Стенгер изо всех сил боролась сама с собой. А точнее — со своим желанием закрыть глаза. Не потому, что боялась их больше не открыть, конечно, а только лишь из-за того, что предполагала, что ее помощь еще понадобится.

Хотя, когда Амир Болат открыл свои порталы, выпуская пятерки спецназовцев на поле боя, искушение потерять сознания стало особенно сильным.

Но Катя не поддалась ему, и затуманенным взором смотрела, как «Стая» налаживает командную работу с сильнейшим боевым подразделением в этой стране.

И было на что посмотреть! Профессионалы, объединенные и закаленные назначением в роту ее Шевалье, грамотно занимали свои позиции, прикрывали друг друга и перекидывались резкими информативными фразами, заливая зомби и восставших демонов свинцом, огнем и взрывами. Когда к ним присоединились люди в безликих масках, бойцы рода Стенгер быстро переключились на новые задачи. Так как «Стая» была, прежде всего, ротой прикрытия для Истребителей Демонов, они имели обширный опыт взаимодействия с Одаренными.

Конечно, никогда прежде подобных безумных сражений не случалось. Так что сегодняшний опыт был уникальным. Но солдаты справлялись.

Катя видела, как в невообразимом грохоте, создаваемом шквальным огнем «Стаи» и отдаленным сражением ее отца с Архидемоном, казахский спецназ вел сообщения отрывистыми жестами. И пускай для нее их быстрые взмахи казались бессмыслицей, друг друга боевые маги понимали превосходно.

Два бойца из пятерки — Одаренные Огнем, выставили руки перед собой и поливали ближайших демонов-зомби мельчайшими кусками разогретой плазмы, как из автоматов. Двое безликих за ними — Одаренные Водой, зорко контролировали местность и изредка, проходя мимо раненых, оказывали им первую помощь. А глава пятерки — сильнейший третий Одаренный Огнем, вел наступательную атаку.

Вот безликий, окутав руки и ноги огнем, подскочил к очередному восставшему демону, особенно крупному и разрушительному — у ног твари лежала четверка бездыханных бойцов «Стаи». Уже умерший демон зашипел на нового противника, и тут же заткнулся, когда в него влетела очередь из плазменных мелких снарядов. «Пули» прикрытия пятерки обожгли морду монстра, отвлекли его, и атакующий огневик несколькими резкими ударами рук и ног свалил зомби на землю, а после тут же залил огнем из обеих рук.

Потом перешагнул пепел и пошел дальше.

И везде, куда доставал взгляд Кати, спецназ Казахстана действовал так же исключительно практично, быстро и точно. Они двигались вперед с неотвратимостью огненной лавины, прикрываемые Одаренными Водой, которые служили просто поддержкой для резких и могучих огневиков. Они были совсем… как Костя.

Девушка повернулась, слабо зашипев от боли в голове. Перегрузки в ядре перегружали и тело, но в первую очередь — разум Одаренного. Да и маны, впервые за жизнь, Катя потратила почти половину, просто чтобы создать возможность для перехода такого сильного существа, как Кровавый Барон. Да уж, вот когда выражение «мой папа — самый сильный!» играет против тебя.

Но, вернувшись к своему Шевалье, юная баронесса обнаружила его сидящим неподвижно неподалеку от нее. Под прикрытием «Стаи» и спецназа, Костя выжидал момент. Сейчас он был похож на хищника, и правда — на большого серого волка, только и ждущего шанса вцепиться острыми зубами в добычу-неудачницу.

Катя проследила за его взглядом. Там, на передовой, вместе с бойцами «Стаи» и спецназа, посреди огня и восставших мертвецов свирепо бился Таргын. Молодой Одаренный Казахстана — надежда Республики и юный герой этих тяжелых времен, а еще друг самой Кати и ее верного Шевалье, Таргын бушевал на острие атаки, громя врагов ветром и мечом.

- Да чтоб тебя! Неужели все людские мальчишки такие надоедливые? — закричал демон-некромант, показавшись из-за спин восставших слуг во весь свой гигантский рост. — Подохни!

Он выбросил вперед когтистую лапу, указывая ей на Таргына, и с кончика его черного когтя сорвался узкий темный луч. Это была сама суть некромантии — энергия смерти, спрессованная не для того, чтобы поднять усопших, а чтобы убить живое.

Катя сверкнула глазами. О, она долго ждала подобного момента, поэтому когда Таргын пораженно застыл, глядя на несущуюся к нему верную погибель, в последний миг перед ним раскрылся цветок сверкающего щита из Тьмы. Заклинание Кати забрало мертвую энергию из атаки демона, потом мигнуло золотистым Светом и отдало все принятое обратно.

И тугой черный луч, окрашенный мельчайшими сверкающими золотом искрами Катиной маны, врезался в широкую грудь демона-некроманта.

Тот пошатнулся, удивленно хрюкнув, но на ногах устоял. Провел лапищей по месту удара и... Расхохотался. Энергия смерти не нанесла своему владыке никакого урона.

Катя почувствовала, как силы окончательно покидают ее. Услышала рев Таргына, ощутила ману, которую он направил на врагов в заклинаниях. И закрыла глаза.

Но ничего не произошло. Не было ни блаженного забытья, ни бесчувствия, ни даже непроглядной тьмы. Беспорядочный грохот битвы тоже никуда не делся. Все продолжалось с той же яростью и интенсивностью. И Катя до сих пор была в центре этого сражения.

- Прошу прощения за грубость, ваше благородие, но теперь вы можете открыть глаза, - произнес над ухом смутно-знакомый голос с акцентом.

Катя послушалась, и ее взгляду предстал престарелый мужчина в черных одеждах, со снятой безликой маской, висящей на шее. На его правом глазу была черная, как у пирата, повязка, и в Вулканическом поместье ходили слухи, что под ней он скрывает татуировку, обозначающую его как члена казахского спецназа.

Но, даже сейчас, в полной боевой выкладке этого подразделения, со снятой маской и четырьмя спецназовцами за спиной, старик-Азам — личный целитель Кровавого Барона и учитель врачевания Катиного шевалье, свою повязку не снял. А значит — врали слухи.

- Аз-зам, - слабо пролепетала Катя. — Разве ты не бывш…

- Бывших бойцов спецназа не бывает, - мягко улыбнулся госпоже старик. — Сейчас это не важно. Мы здесь, чтобы обеспечить вашу безопасность.

- Ясно, - девушка улыбнулась и, с помощью Азама, смогла сесть прямо. И сразу нахмурилась, когда не увидела Костю. — А где мой Шевалье?

Сильнейший целитель рода Стенгер усмехнулся и махнул рукой в сторону передовой.

- Ушел воевать.

*****

Тихо застонав, Коля открыл глаза.

- О, Вселенная…

Он очнулся посреди грохота, сверкания и ярости грандиозного сражения. На секунду он забылся, подумав о том, что снова оказался на улицах Томска. Гротескными тенями мелькали силуэты демонов, яростным ревом им отвечало пламя, и, казалось, где-то там далеко сражается его великолепная жена.

- Алиса… - прошептал Коля, как будто еще оставаясь в бессознательных грезах, а потом закричал изо всех сил. — Алиса!

Но любимая, конечно, не услышала. И не могла услышать. Зато услышал кое-кто другой.

- Очнулся, папаша, - громадная тень заслонила свет пылающего пламени битвы и даже, кажется, приглушила грохот. — Ты почти вовремя.

Морок пропал, и Коля обнаружил себя привязанным к простому деревянному столбу, где-то в горной местности. Спереди, позади, да и вокруг него шла ожесточенная схватка, в которой люди сражались с демонами и чудовищами. А прямо перед ним…

Коля поднял голову и встретился взглядом с желтыми глазами исполинского демона, который, ухмыляясь, разглядывал его в ответ. Его короткие седые волосы не скрывали начавших отрастать рогов, и в целом этот демон выглядел необычно.

Он был сильным. Страшным. Опасным.

- Зачем я тебе нужен? — слабо спросил Коля и покачал головой, прогоняя остатки забытья. — Где? Где мы?

- О, не беспокойся, скоро сам все увидишь и узнаешь, - демон махнул гигантской когтистой лапой прямо у его лица. — Твой сынишка с друзьями пробивается прямо к нам.

- Нет! — Коля вскинулся, взглядом пытаясь найти в группе ведущих ожесточенное сражение людей сына. — Не может… Не нужно… Как же…

- Он тут, он смог, сделал и скоро придет прямо ко мне, - легко ответил на все вопросы демон и тоже повернулся к битве, опасно прищурив глаза. — Но… тут и без него хватает тех, кто мешает.

Из-за спины демона Коля не видел, что происходит на передовой, но видел, как его пленитель сосредоточился и выпустил из когтей черный луч энергии, ушедший далеко вперед. И взмолился Вселенной, чтобы эта страшная атака не предназначалась его сыну.

Внезапно, черный луч прилетел обратно — прямо в грудь демону. Великан пошатнулся, удивленно выдохнул и потер рукой место удара. А потом захохотал, высоко запрокинув голову. В то время как Коля ее опустил. Похоже, этот монстр был людям не по зубам. Но, Вселенная…

Коля не успел закончить свою молитву, а смех демона прервался. Резко, будто его обрубили. И тогда конюх Кровавого Барона посмотрел вперед. И в третий раз за неполные десять минут выдохнул последнее для него священное слово:

- Костя…

Он был подобен молнии. Когда в рядах чудовищ, защищавших проход к демону, появилась малейшая брешь, в ней мелькнуло черное. Бесцветной вспышкой один из людей прошел сквозь монстров, и уже в конце, когда ему все же попытались преградить путь, он лишь раз взмахнул оружием в своей руке.

Тяжелым посохом.

И пока на землю падали ошметки разорванных в клочья врагов, его сын уже стоял напротив синего беловолосого гиганта. Тяжело дыша и скалясь ровными зубами. Коля поразился тому, в какой ярости был Костя. С какой ненавистью он смотрел вперед. И как тверд был его взгляд.

- «Он совсем вырос...» - тоскливо подумал отец, смотря на сына, пришедшего его спасти. - «О, Вселенная, как же быстро ему пришлось вырасти! И все из-за меня...»

Но еще, сквозь стыд и горе, Коля смог увидеть вокруг своего сына нечто… Полуреальные, совершенно магические и невозможные завихрения. Вокруг Кости словно бы устроили легкий хоровод невесомые ленты тугой и плотной энегрии. И они переливались ровным фиолетовым цветом.

- Вселенная…

Ни демон, ни сам Костя, кажется, ничего необычного не заметили. Эти двое смотрели только друг на друга, ну а Коле оставалось только смотреть на них обоих.

- А ты поспешил, хвалю, мальчик-вечность, - довольно рыкнул демон-великан. — За это я постараюсь не мучать тебя. И даже отпущу твоего красавчика-папашу, когда закончу. Или забрать его к себе? Пускай будет украшением в моем доме.

- Много болтаешь о том, чего никогда не будет, ублюдок, - выплюнул Костя и бросил дрожащий взгляд на отца. — Мы тебя…

- Мы?

Словно вспышка, повсюду на маленькой арене, устроенной демоном как ловушка для Кости, разом открылись пять небольших порталов. Коля знал, что это были за порталы, потому что видел казахского командующего ополчением в деле уже не раз за прошедший год. И он обрадовался подкреплению для сына.

Но рано.

- Это было предсказуемо, - гигантский демон щелкнул пальцами, и рядом с ним оказался еще один демон — худощавый и низкий.

Коля присмотрелся к новому врагу и понял, что тот совсем не дышит. И не разговаривает. И вообще выглядит, как мертвый. Как восставший из могилы мертвец.

Но, несмотря на смерть, этот демон обладал своей чудовищной магией. И, почти сразу после того, как открылись порталы людей, напротив них одновременно открылось пять демонических порталов.

Коля задохнулся от увиденного зрелища. Одним щелчком пальцев создать сразу пять проклятых серых сфер! В этот раз у его сына противник совершенно другого уровня.

- Беги, Костя! — закричал тогда несчастный конюх, свешиваясь на веревках, которыми его привязали. — Беги быстрее!

Увидевший неудачу своего плана, Костя улыбнулся и глянул на него.

- Ну конечно, па, - одними губами прошептал он.

И ринулся вперед!

Он был быстрым. Очень. И первым делом выбил страшным ударом посоха низкого и худощавого демона прочь. Крутанув оружие в руках, Костя чуть не задел своего главного врага — демона-гиганта, по виску, но все же промахнулся.

Великан, ловко качнув шеей, усмехнулся и полоснул когтями по Колиному сыну.

Но тот не стал уворачиваться, а подставил под удар бронированное плечо. Демон замешкался, когда его атака не нанесла никакого вреда, а Костя уже впечатывал свои кулаки в его гигантский торс. Коля моргнул. Секунду назад у сына в руке был посох, но…

Тяжелейший Разрушитель обрушился на голову демона сзади. Из-за воды внутри, Коля знал, сын мог управлять им совсем не используя руки. И эта атака прошла, демон шагнул вперед, а Костя, все той же магией, открыл флягу у себя на бедре и сразу соткал из воды в ней ледяное лезвие.

И этим же лезвием пронзил демона прямо в сердце.

- Гори в аду, - яростно прошипел Костя в лицо наклонившегося врага.

А тот… усмехнулся.

- Не буду.

Новый удар когтистой лапой был страшен. Вдобавок к росту и демонической силище, гигант вложил в него свою магию, что увидел даже Коля, заметив черное свечение вокруг когтей. В последний миг Костя успел перехватить свой Разрушитель в руки, но все равно отлетел прочь.

А когда ему все-таки удалось приземлиться на ноги, он удивленно посмотрел на две половинки посоха в своих руках.

- Ты правда думал меня убить? — склонил голову набок демон. — Правда-правда? Реально надеялся, что доберешься вот сюда и сможешь мне хоть что-нибудь сделать? А кем… ты себя возомнил, мальчишка? Или, как думаешь, перед КЕМ ты ВООБЩЕ стоишь?!

- Я стою перед трехметровым мудаком, - Костя бросил бесполезные обломки посоха на землю и ободряюще улыбнулся зубами отцу. — Которого поклялся на куски порвать.

- Если порвешь, я соберусь в целое, - прошипел демон. — Если ударишь, я отвечу тебе бесконечной ненавистью. Проткнешь — зарастет. Сожжешь, и я восстану. Я — Ран-Пяшь-Тарик — сильнейший из клана Ран и последний из них! И когда я убью тебя, я предстану перед Королевской Семьей, чтобы поработить и их! Я! Буду! Править!

С последними словами демона, от его тела ударила темная вспышка, которая разошлась по всему полю битвы и впиталась во всех чудовищ на ней. И все вокруг затопил нечеловеческий протяжный вой.

А потом им вторил другой вой. Не такой громкий и… человеческий. Ведь выла «Стая». И ее предводитель расправил плечи, уверенно смотря на демона перед собой. А в его глазах Коля увидел фиолетовый блеск.

Сама Вселенная обратила на это место свой всемогущий взор. И не было сомнений, кого она поддерживала.

- Пора подыхать, - пожал плечами Костя.

Теперь он сблизился с великаном так быстро, что не только Коля, но и сам демон не успел моргнуть. Костя ударил его по ноге, заставляя пригнуться, врезал с одной стороны морды кулаком, на котором Коля разглядел тяжелый кастет, а с другой, когда рогатая голова отшатнулась, приставил пистолет и три раза выстрелил.

Демон вскинул лапы, и Костя быстро разорвался дистанцию. Напоследок он оставил на одной из ног гирлянду с гранатами. Раздался взрыв, но Костя не останавливал атаку, соврав со спины автомат и поливая демона свинцовым потоком пуль. Он сменил два рожка, прежде чем дым от взрыва рассеялся, и тут же сблизился снова.

Но демон по имени Тарик все время этой атаки готовил коварную ловушку. Когда Костя сблизился с ним, рядом с обоими возник портал, из которого выпрыгнул уже знакомый Коле мертвый худощавый демон. Он схватил его сына за руку, а гигант-некромант ударил по ней своей лапищей!

Послышался хруст костей, и в воздухе расплескалась кровь. Отчаянный крик сорвался с губ несчастного отца, сердце которого, кажется, взорвалось.

Но его сын был воином. Прирожденным, как и его мать, и таким же закаленным. А еще — на него смотрела сама Вселенная.

Костя вырвал руку, уже державшуюся на одних лоскутах, из лап демона-зомби, и сразу три алых лезвия, собранных из его крови, пронзили грудь восставшего. Они дернулись, разорвали его тело изнутри и вернулись к израненной руке Кости.

Но и рука, всего за секунду, уже затянула свои дикие повреждения. А кровь, обагрившая ее, теперь стала оружием. И, речным потоком скользнув за спину ошеломленному сопротивлением гиганту, Костя рубанул рукой наискосок, разрывая плоть на спине демона в ужасной ране.

И уничтожая его драгоценный амулет.

- Нет, НЕ-Е-Е-ЕТ! — заревел во всю гигантскую глотку некромант.

Амулет упал на землю, и Костя, не долго думая, бросил туда сразу две гранаты. Коля узнал о том, что они разные, только когда они взорвались. Одна разлилась жидким огнем, уничтожая веревки и старые кости на ожерелье, а вторая, чуть после, взорвалась, осколками и ударной волной разметав оставшиеся драгоценные камни и превратив их в пыль.

Гигантский демон кричал так, будто ему вырвали сердце. Его мертвое воинство отшатнулось, стало заметно слабее, медленнее. А из самого большого рубина на ожерелье вырвался сверкающе-белый светлячок.

- Отец!.. — прохрипел демон, смотря на него расширившимися от ужаса глазами.

Светлячок начал расти, сияя все ярче, и поднимался в небо, будто готовясь улететь в космос. Костя занес над раненым Тариком боевой нож…

Но гигант, с невероятной для своих габаритов скоростью, метнулся вперед и схватил светлячок своей огромной лапищей. Он зарычал нечто злобное и черное на своем языке, и с силой сжал сияние рукой.

И светлячок лопнул. Взорвался белыми осколками, отбрасывая ударной волной и Костю, и всех прочих, кто стоял неподалеку. И шест, на котором был привязан Коля, тоже страшно зашатался, как мачта ненадежного корабля во время яростного шторма.

А потом шест резко остановился. И мужчина почувствовал, как по его животу течет нечто теплое.

- НЕТ! — перебил грохот сражения молодой голос его сына.

- Ты забрал моего отца, маленький ублюдок, а я заберу твоего, - послышался совсем рядом рычащий голос демона. — А потом разорву и тебя на мелкие кусочки.

Коля застонал, открыл глаза и увидел, лапу демона, торчащую у него из груди. На крик сил не оставалось, так что конюх согнулся, посмотрел в ошарашенные фиолетовые глаза сына и только улыбнулся.

- Не плачь, сынок…

*****

- «Не плачь, сынок.»

С самого детства, в любой миг своей жизни, Ран-Пяшь-Тарик никогда не слышал таких, или подобных этим слов. Нет, он только помнил, как, с рождения, отец презирал его и ненавидел. Помнил, как боялась мать. Как три его сестры прятались, когда он бежал к ним, чтобы поиграть.

Он любил играть. Но его никто не любил. Кроме брата.

Ран-Дша-Саид — самое доброе существо во всех мирах. Саид был вторым по силе в их клане, хотя ему не исполнилось даже десяти лет. И он, кажется, был мудрейшим существом в жизни Тарика. Самым лучшим, самым великим.

И самым первым.

Тарик был проклят с рождения. Великий клан Ран славился своим даром к Жизни. Они были мастерами исцеления, здоровья и долголетия. Саид был одарен этим с детства. Веселый, здоровый и жизнерадостный, он был примерным сыном клана Ран и его надеждой и будущим главой. А Тарик, родившись всего лишь через год, был величайшей неудачей рода. Пятном на репутации своего отца.

Проклятием. Искателем с даром Смерти.

Самый ненавистный дар среди существ, которые почти достигли бессмертия. Искатели не боялись пасть в Поисках, но даже сама мысль о том, чтобы умереть как-либо еще была для них НЕВЫНОСИМА. Ведь они знали ужас Древнего и могли жить так долго, что, рано или поздно, их Поиски завершились бы успехом.

Умереть не во славу Поиска — это был худший конец из возможных. Казненные были омрачены вечным позором.

Так что дар Смерти был противоестественен, проклят и опасен. Тарик не был виноват в том, что родился таким. Но всем вокруг было плевать. Иногда, еще мальчишкой, он думал о том, почему отец не убил его сразу после рождения.

Правда разбила ему сердце на куски.

- Знаешь, мне кажется, что твой дар, это великая удача для всех Искателей, - сказал ему Саид, когда потерянный Тарик пришел к брату. — Ведь ты можешь продлить любой Путь! Нужно рассказать об этом отцу, послушай. И тогда он тебя обнимет!

- Обнимет? — губы Тарика исказила улыбка. — Я слышал разговор папы и мамы, брат. Они… они хотят сбежать.

- Куда сбежать? — не понял Саид. — Как же это?

- Они хотят взять поместье, вас… и… уйти от меня подальше, - Тарик быстро-быстро глотал горькие слезы, но их было слишком много и они почти душили его изнутри. — Они… они-они-они…

- Тише! — старший брат прыгнул к нему и крепко обнял, успокаивая младшего. — Не бойся так сильно. Они не станут! Пускай… пускай они тебя не любят, но и… Знаешь, если быть с тобой честным, они могли бы просто избавиться от тебя.

Тарик всхлипнул. Но не от страшных слов брата — они часто поднимали эту тему. Он зарыдал на его руках, вспоминая подслушанный только что разговор.

- Я родился мертвым, Саи-и-ид… - проревел Тарик, упав на колени. — Я уже был мертв. А когда… когда я стал шевелиться, отец убил меня. Но… я УЖЕ был мертв…

Он поднял мокрые глаза на брата. На единственный лучик света в своей, как оказалось — мертвой, жизни.

- Я не знаю, Саид… Что же мы можем сделать?

Он затрясся всем телом, и брат обнял его еще крепче. От него исходили волны жизни, и пускай Тарик был лишь оживившим себя самого мертвецом, он чувствовал эту жизнь. И знал, что никогда не захочет ее потерять.

Никогда-никогда.

Никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда-никогда!

НИ. КОГ. ДА.

Когда щеки Тарика высохли, Саид уже лежал без дыхания. Младший брат наклонил голову набок, и старший поднялся, повинуясь силе его дара. Тарик не просто был рожден проклятым с священном клане. Он был беспрецедентно проклятым. И настолько же сильным.

Так что никто из семьи даже не заметил, что их любимый первенец уже давно не дышит. А потом дочери. А потом отец — Старший Искатель и Ран-Одишь очень удивился, когда вся его любимая семья разорвала его на куски.

С тех пор Ран-Пяшь-Тарик, а по факту — Ран-Одишь, играл в темный кукольный театр целым кланом. И добился своего произведения в Искатели. Никто, кроме Саида, никогда не был с ним мягок или хотя бы вежлив. Но все они заплатят. Как только он убьет мальчика-Вселенную…

А, кстати.

Тарик закричал, когда душа его отца распалась в ничто. Его темный дар удерживал ее в амулете, и некромант знал, что теперь, на родине, его главная марионетка, носившая имя Ран-Одишь-Махан упала где-нибудь в своем кабинете, перестав имитировать жизнь.

Но зато освободилась прорва энергии, которая уходила на его контроль.

- Я тебя уничтожу! — заорал он, выдергивая когти из туловища человека-приманки, и его черная энергия хлыстами ударила вокруг, калеча землю ударами невидимых хлыстов.

А потом ему в горло прилетел удар.

*****

Я будто парил в небесах. Будто бы был ядерным реактором. Я сравнялся с горами и стал величайшим в небе и на земле. Меня поглощало могущество фиолетовой маны. Оно казалось морем, в котором запросто можно потеряться.

Но, всего в один миг, это море накрыл несравненный океан. Целый океан ненависти.

Я зарычал, и когда демон вытащил свою лапу из Коли, нанес ему тяжелейший удар в горло. Мразь захрипела, а я достал пистолет и всадил ему всю обойму прямо в рогатую башку.

Исполин замычал, зашатался и отошел прочь. Я знал, что он регенерирует. Год назад, после того, как мы с Катей столкнулись с некромантом, Кровавый Барон провел для нас несколько уроков, в которых объяснил, как сражаться с не-живым.

- Если враг в своем уме, например — лич, его нужно бить куда? — спрашивал он.

- По ногам и рукам, - ответили мы почти хором.

- С чего б? — барон фыркнул.

- Ну, как… - я стушевался, но был уверен в правильности ответа. — Ведь он не мозг себе в теле воскресил, а… вообще все тело. Так что нужно его обездвиживать. А потом жечь.

- Жечь, эт всегда хорошо, - согласился Кровавый Барон, и на его руке расцвел огненный цветок. — Однако… тут ты не прав. Первым делом таким тварям нужно повреждать мозг! Почему? Да потому, что именно в мозге находится контрольный пункт. Обычной нежити, у который есть две функции — схватить и драть, такая рана помехой не будет. Но разумным взбить мозги никогда не помешает. И тогда они, на какое-то время, будут потеряны, дезориентированы и вообще — удивлены. Пока мозги восстанавливаются из каши, поверьте, они будут для вас самой меньшей проблемой. Вот тогда и сжигайте.

И я запомнил урок.

Назвавшийся Тариком схватился за голову, начав регенерировать, а я выхватил автомат и всадил очередь в его туловище, выдирая кишки и ломая все ребра. Потом скользнул к ублюдку и сорвал с обеих его рук амулеты.

Моя кровь подчинялась сейчас так же легко, как дыхание. Я бросил ее на амулеты с одной целью — уничтожить. И красная жидкость поглотила артефакты, сжала их, раздробила камни и кости и даже, кажется, растворила их в себе, прямо как кислота.

Тарик снова завизжал, а я бросился к отцу.

- Сдохни! — громыхнул из-за спины демон, и меня снова отбросило прочь.

Я перекатился, вскочил на ноги и увидел, как кожа демона почернела, приобретая нездоровый, немного гниловатый вид. Он сжимал лапы, а между ними серебристым песком струились остатки двух белесых шаров из амулетов.

- Сестра, мама, - демона била крупная дрожь, он был на грани безумия. — Ненавижу! НЕНАВИЖ-Ж-ЖУ!

Волна Смерти, ударившая во все стороны от него, лишь чуть не задела меня, когда я разогнался Магией Крови и схватил Колю в охапку. Она бы успела дойти до нас, но ее заслонили собой пятеро Одаренных.

Боевой отряд спецназа Республики Казахстан бросился в бой. Огненные маги ринулись в рукопашную, в то время как водяные использовали Проявление, чтобы создать хлысты и связать Тарика по рукам и ногам.

Но демон, казалось, стал сильнее в несколько раз. Когда Огневики приблизились, он разорвал водяные хлысты, как гнилые веревки и мельницей своих ужасных лап разбросал нападавших. Его взгляд горел ненавистью и тьмой.

И был направлен только на меня.

Я нащупал в разгрузке кольцо. То самое, которое несколько лет назад дал мне Деобедон, когда я поставил его раком в моем первом самостоятельном портале. В нем заключен джин воды. Если что, я использую это.

Но пока постараюсь собственными силами порвать ему гнилую пасть.

- Дайте мне воды, - я осторожно положил слабо дышащего Колю на землю. — И займитесь моим отцом.

Но он остановил меня. Схватил за руку и что-то прошептал. А потом просто сорвал с груди свой вечный фиолетовый амулет и передал мне. И сдержал слезы и выпрямился.

Спецназовцы переглянулись, но кивнули друг другу, и один бросился лечить Колю, а второй стал создавать воду Проявлением.

Я вспомнил зиму. Тогда Катя возмутилась, что Филип Асторович назвал меня сильнейшим из молодых Одаренных, которых он знал. Кровавый Барон усмехнулся, вывел нас на снежную поляну и предложил своей дочери победить меня.

Катя всегда вела в нашем небольшом состязании по спаррингам. Но в тот день она не выиграла ни разу.

- Костя — один из лучших, когда рядом нет воды, - сказал тогда барон, легонько постучав дочь по лбу. — И лучший, когда воды дохрена. Радуйся, цветочек. Я вырастил тебе лучшего защитника в мире.

Я бросился на демона. Без Разрушителя, без патронов, но с мощью Вселенной в магическом ядре и помощью проявителя воды.

Вода волной скользнула под мою руку, закрепляясь за моим кулаком и становясь лезвием. Но не застывшим льдом, а все той же жидкостью. Только с колоссальным, постоянно растущим давлением, вращаясь внутри себя самой.

После моего удара на теле демона осталась широкая рваная рана. Он ударил в ответ, и моя кровь пролилась, смешавшись с атакующей его водой. Я атаковал снова. А потом он. И затем я. И так, пока у нас оставались силы.

А сил у нас было много.

Мы обменивались чудовищной силы ударами, не отступая ни на шаг, не сдаваясь, не чувствуя боли, времени или натиска, обрушаемого на нас. Все перестало существовать. Только я и он. И наша взаимная ненависть.

В конце концов, я ненавидел его сильнее.

Выбрав удачный момент, я смог ударить его два раза там, где он успел лишь один. И я воспользовался этим, проведя по его поясу особенно сильной и широкой волной. И разделил его ублюдское тело надвое. И когда он стал отращивать новые ноги, я сорвал со старых амулеты и бросил прямо на воздвигнутый неподалеку Кровавым Бароном вулкан.

- СЕСТРЫ! — завизжал демон, но не бросился к двум новым шарам белого цвета.

Вместо этого, он сжал когтистой лапой последний амулет у себя на шее.

Но ничего сделать не успел. Пускай он и становился сильнее с потерей каждого амулета, мои люди, при поддержке Одаренных Казахстана, были куда сильнее его оставленного без контроля войска. Так что, когда Тарик нетвердо вскочил на свои новые ноги, его окатило градом из тяжелых свинцовых подарков со стороны «Стаи».

И я, воспользовавшись этим, сорвал последний амулет с его шеи. Кольцо Деобедона в разгрузке будто холодило тело сквозь кожу, а амулет Коли на моей шее нагрелся. Подумав, я снял амулет, задумчиво смотря на бессмертного ублюдка. Если то, что он говорил — правда… Да и его схожесть с Архидемоном говорит об очень неприятном «многом».

А я уже почувствовал, как сила Вселенной меня опять покидает. Я был свеж и полон сил, но… Сил этих было бы недостаточно, чтобы снова победить демона. Так что, повинуясь какому-то малоясному наитию, я положил свой амулет на грудь побежденного Тарика.

- Б-рат, - выдохнул он, и глаза его остекленели, а голос задрожал. — Брат…

И, когда одинокая слезинка потекла по его щеке, амулет Коли вспыхнул, и тело демона превратилось в золу. Моментально. И навсегда. Амулет из костей, все еще остающийся в моей руке, треснул, и белесый шар, вылетевший оттуда, медленно поднялся в небо.

А я в это время уже был рядом с Колей. Мой добрый и нежный отец умирал, но дождался. Безликие спецназовцы беспомощно качали головами. И даже Азам — мой учитель исцеления, неожиданно оказавшийся здесь, только поджал губы.

А губы Коли шевелились.

- Такой ты… у меня… сильный, - выдохнул он, и его глаза радостно сверкнули, когда я подошел. — Куда уж мне…

- Не смей! — зарычал я, но в том звуке совсем не было ярости. Только страх. — даже не думай, Коля! Сейчас… сейчас я тебя вылечу.

- Ам-мулет, - выдохнул он еле слышно.

- Тут твой амулет, возвращаю, - я положил фиолетовый камень на его грудь. — Держись! Вселенная с тобой, слышишь? Я! Я с тобой! Папа!

Голос сорвался, но я его не оставлял. Я чувствовал на краю сознания, что чудовищная фиолетовая мана, которой я так вольготно сегодня пользовался, еще не оставила меня. Она как будто… наблюдала за нами.

Но ей же плевать на смерть Коли, а? Она помогала только когда я был в безвыходных ситуациях. Давала силы только, чтобы Я не умер. Тогда… тогда пусть схавает это!

Вода метнулась ко мне. Вдалеке я расслышал отчаянный вопль Кати. Но никто не смог бы успеть меня остановить. Сотня клинков пронзила мое тело, и разум захлестнула боль. Но я был жив и в сознании. И мог направить эту боль на благо.

Вся моя кровь потекла к Коле. И стала его лечить.

Я не был на грани смерти. Я уже был за ней. И я чувствовал, как тихо смотрит на меня целая Вселенная. Тогда я был готов поверить во все слова Коли, в то, что я избранный, в безумные бредни демонов о Ключе и Двери. Во все. Лишь бы вернуть отца.

И фиолетовая мана вернулась. Разлилась по моему ядру, по моим жилам, по крови. И коснулась Коли...

Отец задышал у меня на руках, и я зарыдал. Впервые за долгое-долгое время в обеих жизнях, я рыдал от счастья, а не от боли. Бойцы вокруг качали головами, а Коля тихо улыбался мне.

- Твоя мама… - прошептал он кровавыми губами и запнулся. Тяжело сморгнул свои собственные слезы и улыбнулся шире. — Нет, сын. Я. Горжусь. Тобой.

И никто в целом мире не смог бы нас разъединить.

Глава тридцать четвертая. Битва богов

Загрохотало. «Стая» и спецназовцы собрались вокруг нас с Колей, а Амир поднял руки вверх, чтобы создать свои порталы и выбросить нас отсюда. А потом закричал.

На его запястьях словно распустилась красная нить, которая плавно расширилась и… превратилась в идеальной чистоты разрез. Лучший портальный маг Казахстана упал на колени, прижимая к груди обрубки рук, а его бойцы сгруппировались вокруг лидера, готовые отразить любое нападение.

Но они не были готовы.

Совершенно бесшумно, прямо в Амира, надвигалась еле заметная тень. Гигантское лезвие силового поля набирало скорость, летя прямо в порталиста абсолютно бесшумно. И у нас не было ни времени, ни сил, чтобы ее остановить.

Атака Архидемона в полную силу была сравнима с божественной. И против нее мог встать только кто-то, кто равен богу. Или Дракону.

- От мр-р-разь! Отвлекся-таки!

Кровавый Барон возник из небольшого языка пламени, горящего на теле одного из сожженных моим людьми зомби. Без сомнения он встал на пути у силового лезвия и выбросил вперед руку.

Всего одной руки нашего господина было достаточно, чтобы остановить невообразимую для нас атаку. У нас с Катей перехватило дыхание — такую откровенную демонстрацию мощи мы еще никогда не видели. Вулканы вокруг нас вскипели, а рука барона превратилась в пламенеющую конечность Огненного Бога. И, когда он сжал свои горящие пальцы на широком лезвии, заклинание Архидемона распалось, как битое стекло.

Солдаты тут же ощетинились оружием, а спецназ встал в стойки подле Кровавого Барона. Но Филип Асторович только махнул всем рукой, выходя вперед.

А ему навстречу, из дыма и пыли, выходил его противник.

Архидемон был невредим. Несмотря на длительность их яростного поединка, владыка портальной зоны, казалось, даже не запыхался. И никак не реагировал, внешне, на смерть своего подчиненного. Только мазнул ленивым взглядом, как по мухам, по солдатам «Стаи» и казахам, задержал взгляд на нас с Катей, вставших рядом с раненым Колей, и отвел его так же, как от прочих.

А потом остановился на Филипе Асторовиче.

- Они не уйдут отсюда, пока ты дышишь, барон, - голос Архидемона был глубоким и сильным, а тон спокоен. — Когда я закончу с тобой, заберу твою дочь и уйду. Остальных не трону. Слово Стершего Искателя.

- А я дам тебе слово Кровавого Барона, - дерзко отвечал ему наш владыка. — Что сожгу тебя до пепла, так, что даже обоссать будет нечего!

Черные губы Архидемона расплылись в небрежной улыбке. А Кровавый Барон уже вспыхнул пламенем, и проявился за его спиной.

С ревом и грохотом разгорелся огонь в руках моего учителя, и он обрушил его на своего врага. Вот только демон был готов к этому, а потому скользнул в сторону, образуя между собой и бароном широкую линзу силового поля. Филип Асторович, не привыкший видеть непреодолимых препятствий, просто усилил натиск, никоим образом не собираясь искать окольные пути. Его вулканы загрохотали, и из их вершин вырвались лучи пламени, соединившиеся с заклинанием барона и усилившие его.

Архидемон держал свое силовое одной рукой, и только спокойно выгнул бровь, когда оно начало трескаться.

- Ай, блин! — вскрикнул один из бойцов, роняя автомат на землю.

Его сержант что-то зарычал, но в следующую секунду уже и сам бросил оружие. Металл так нагревался, что оставлял ожоги. У меня запершило в горле. От жара, исходящего из этой битвы титанов, мы запросто могли сгореть заживо.

Линза демона, тем временем, лопнула, и Кровавый Барон снова телепортировался, оказавшись на самом конце своего разрушительного огненного луча. Архидемон уже встречал его размашистым ударом лапы, когти на которой были удлинены с помощью все того же силового поля.

Гигантская конечность с чавком и хрустом вонзилась прямо в грудь владыке наших земель. Кто-то из бойцов горестно вскрикнул, но мы с Катей только присмотрелись внимательнее, наблюдая за следующим движением учителя.

Потому что мы знали, что такие ранения для него — как укус комара.

Когда лапа демона застряла в его плоти, Кровавый Барон вспыхнул целиком, обращаясь в Огненного Бога. Когти демона растворились, а он сам еле успел отразить огненный меч барона собственным клинком, сотканным из серого марева силового поля.

Произошел обмен тяжелыми ударами. Мощь и скорость Кровавого Барона в форме Огненного Бога были для нас высшей планкой магического развития человечества. Управляя огнем собственного тела, примерно так же, как я управлял кровью своего, Филип Асторович был способен на невероятные вещи!

Но Архидемон ему не уступал. Я заметил, что на его теле вспыхнуло бледное силовое поле, как костюм или броня, помогая ему вкладывать больше сил в удары и быстрее перехватывать атаки соперника.

От столкновения их мечей дрожала земля. Это было, как если бы два многотонных экскаватора вдруг решили бы начать фехтовать своими тяжеленными ковшами. Каждый их удар мог снести с лица земли целый дом!

Но они не ограничивались только ударами.

Совершив очередное парирование, Архидемон махнул рукой, и Огненного Бога снесло прочь широким силовым полем в форме квадрата. Он перехватил силовой меч в другую руку, ведущей резко ударив сверху вниз, и над бароном проявилось тяжелейшее, даже на вид, марево.

Филип Асторович успел среагировать. И когда масса очередного силового поля обрушилась на него, Кровавый Барон взорвался ярчайшей вспышкой и пробил барьер Архидемона, посылая потом жаркого пламени в небеса.

Но этот поток быстро остановился, преобразовавшись в гигантских размеров ладонь и обрушившись на самого владыку портальной зоны.

Тот зарычал, выбросил тут же растаявший в воздухе меч и поднял руки к небу. Непреодолимая сила Кровавого Барона в очередной раз встретилась с невозможной мощью Архидемона. И они снова оказались в паритете.

Демон выбросил руку, и в груди барона застряло узкое копье из силового поля. Пылающий, в форме Огненного Бога, Филип Асторович только хмыкнул и отправил россыпь огненных шаров, размером с человека, взрывами заставляя противника отступить.

- Охренеть, - выдохнул кто-то из солдат.

Я только кивнул, не особо разбираясь, кто именно это сказал. Кто бы ни был — ему удалось лаконично описать все наши чувства по отношению к этой яростной схватке. Здесь и сейчас все мы стали свидетелями редчайшего события в мире.

Столкновение двух существ, стоящих на вершине магической цепочки всех миров. Тех, с кем считаются даже боги.

- Отцу нужно попасть всего раз, - сказала Катя.

- И тогда он сможет появляться в пламени на теле демона, если заденет, - согласился я. — Сможет достать его в любой момент. И бить, пока тот не сдохнет. Однако… похоже, они оба это понимают.

- Такая битва больше похожа на партию в шахматы. Они равны, и любая мелочь принесет победу, - Катя встала, и я ощутил, как двигается ее мана. — Но папа играет с утяжелителями. На его доске, вместо пешек — одни короли.

Солдаты недоуменно переглянулись. Я тоже встал, готовя все свои силы.

- Что вы имеете ввиду, ваше благородие? — не понял даже Азам.

Пускай старик и был спецназовцем, он, похоже, оставался только лишь поддержкой для огневиков в своем отряде, как и остальные маги Воды в подразделениях Казахстана. И реально в битвах почти не участвовал.

А вот молодой Таргын все сразу понял:

- Кровавый Барон должен защищать нас…

Будто в подтверждение его словам, Архидемон запустил в нашу сторону сразу россыпь силовых лезвий. Барон взревел, предупреждая, сам заблокировал большую часть, но что-то прошло сквозь его пламя.

Я врезал по самому крупному лезвию сбоку, разогнавшись до максимума с помощью Магии Крови. Посоха не было, так что я впечатал в него ногу в тяжелом военном берце. Еще несколько, поменьше, заблокировал с помощью магии и меча Таргын. А остатки взяла на себя Катя.

Ее сила просто... иссушила лезвия. Казалось, будто она убрала саму основу энергии демона, которая и собрала силовые поля вместе. Кровавый Барон что-то ободрительно прогрохотал, тут же переходя в нападение, а я уже сделал шаг вперед.

- Сравнение отличное, но я лучше буду пешкой, чем нежным королем, - рявкнул я так, чтобы услышали все. - Если меня разменять на это чудовище, будет отличная сделка. Кто со мной? Мы - воины рода Стенгер, не должны быть обузой в любом бою!

Солдаты зашумели. Катя улыбалась, смотря на меня сияющими глазами, а Коля одобрительно кивнул. И только спецназ сомкнул свои ряды, закрывая раненого Амира. Его лидер - тот самый сильнейший огневик, обратил свою безликую маску ко мне.

- Больше это - не наш уровень.

Так он сказал, и я видел, как уходит назад и надевает свою маску старик Азам. Видел, как залечивают страшную рану порталиста Одаренные Водой, каждый из которых мог быть моим учителем. И как бездействуют огненные маги, которые могли бы оказать Кровавому Барону сильнейшую поддержку.

И только Таргын застыл в нерешительности, смотря то на людей своего дяди, то на нас - своих друзей. Он перевел взгляд несколько раз, в последний задержавшись на безликой маске лидера. Наверное, ему уже предложили должность в структуре. Не исключено, что он мечтал о ней с детства.

Но он все таки встал рядом со мной. Верный своей и только своей чести и дружбе. Мы переглянулись, усмехнулись зеркально и бросились вперед!

А за нами, поднимая остужаемые Катей автоматы, бежала «Стая».

- ЗА РОД СТЕНГЕР!

Первые пули прилетели Архидемону в спину. Потом мы с Таргыном, разогнавшись, ударили ему по ногам. Очевидно, мы не надеялись навредить ему или хотя бы сильно помешать. Но потеря равновесия в таком бою, даже на секунду, могла стоить жизни.

- Идиоты, назад! - неожиданно гаркнул барон.

Но было уже поздно.

Реакция демона была молниеносной. Он мгновенно развернулся, и я увидел, как к Таргыну полетел по воздуху небольшой силовой квадратик. И я только успел поставить блок, как на меня обрушилась целая демоническая лапа.

Улетел я так, будто мной выстрелили из пушки! И долетел ровно до первого дома, с грохотом и треском балок и собственных костей остановившись. Таргына бросило в другую сторону. «Стая» вела прицельный огонь, но пули либо сбивались быстрыми автономными силовыми полями, либо, проходя их, сталкивались с алой тяжелой броней владыки портальной зоны.

Улучшенное зрение, из-за разогнанной крови, позволило мне заметить, как несколько пуль попали и по коже врага. И бесславно отскочили прочь.

Человеческое оружие тут было бессильно.

Но бойцы все равно наступали. И вели огонь так, будто он был способен уничтожить врага. Они забрасывали демона гранатами, слепили вспышками и мешали грамотно ориентироваться на поле. Они делали все, что могли.

Кровавый Барон залил все вокруг огнем, создавая опасность и прикрывая моих людей. Демон метнулся в сторону, по пути, будто поезд, просто пройдясь по солдатам пешком и раздавив их. Барон работал на перехват. Тогда его враг изменил тактику, и пошел прямо на него.

Я застонал, выбираясь из обломков. Дальше грохот битвы оказался вне моего поля зрения. Попытка... провалилась. Мы уже теряли людей. Но пока мои кости со скрипом вставали на место, чтобы отвлечься от боли, я пытался придумать план.

Как мне достать ублюдка? Как отвлечь хотя бы на секунду, чтобы у Филипа Асторовича появился шанс? И как не подставить всех своих людей и близких под верную смерть по пути?

Эх, если бы только фиолетовая мана вернулась!

- Тогда я просто буду пытаться, пока не получится, - оскалился я, и прихватил с собой удобную палку, на конце которой тлел уголек.

Я пробежал мимо Кати, жестом показывая, что со мной все в порядке. Тем не мнее, я тут же ощутил на себе ее магию - моя юная баронесса передавала мне чью-то жизненную энергию, чтобы помочь. И с чувством благодарности я ринулся вперед.

Обменявшись тяжелейшими ударами с бароном, демон снова отступал. Но путем своего отступления он выбрал моих людей!

Я отбросил с пути демона бойца, и встал на нем сам, держа свое нелепое оружие - обугленную палку, перед собой. Но это сработало. Демон отшатнулся, опасаясь, что Кровавый Барон может переместиться на огонь, и выбросил вперед руки.

Навершие палки срезало, а в ногу, я почувствовал, воткнулся приличный кусок силового поля. Я рухнул на колено, но сумел метнуть перед собой и демоном зажигательные гранаты.

Вот только он, уже привыкнув к битве в таких условиях, успел накрыть их силовым полем, и тут же развернулся в другую сторону, блокируя атаку Филипа Асторовича. А тем временем мои люди и Таргын, с окровавленной головой, оказались прямо за его спиной.

Синхронный удар мастера Воздушной Стихии и опытных стрелков оказался страшен и ощутим даже для Архидемона. Врага пошатнуло и повело вперед, прямо на разогнавшегося Кровавого Барона!

Тогда демон усмехнулся, отбросил всех нападавших сзади ударной волной и выставил вперед руку. Филип Асторович оказался быстрее его заклинания, и под рев наших ободренных глоток схватил противника за запястье, мгновенно продавливая попытку выставить силовой щит и поджигая синюшную руку сразу до локтя.

Архидемон зарычал, взмахнул рукой и...

Отрезал собственную руку, не давая огню барона пройти дальше. А вместе с рукой он располовинил и самого Филипа Асторовича.

В режиме Огненного Бога Кровавый Барон был практически неуязвим. И даже такая страшная атака не могла бы его убить. Но она оказалась страшной. Для восстановления тела барону потребуется очень много энергии и времени, и именно время было так нужно Архидемону.

Время, чтобы броситься к Кате.

Девушка поняла все за секунду до того, как мой отец попытался закрыть ее своим телом. Она отбросила Колю и смело встала на встречу невозможному и непреодолимому врагу. Даже обычные солдаты видели тяжелое широкое копье из силового поля, занесенное им для удара.

Мы знали, что демонам нужна Катя. И верили, что он ни за что не атакует. Вот только, мы не знали всего:

- Ключ переродится, равно или поздно, - рыкнул демон. - А вы - падете!

И тяжело ударил, используя всю свою мощь!

Конечно, я бежал. Я надеялся прикрыть Катю, отклонить копье или оторвать, наконец, демону его рогатую башку! Я пытался пробудить в себе силу Вселенной, взывал к ней, успел помолиться и даже угрожать, но фиолетовая мана никак не отзывалась. Конечно, я был быстр. Тренировки с самим Кровавым Бароном, мой природный дар, мои узкоспециализированные способности - все это делало меня одним из быстрейших даже на этом поле боя.

Но я, конечно, не был быстрейшим. Им, по праву, мог называться только Кровавый Барон.

Так что огни вулканов вспыхнули, и все поле битвы затопило нестерпимым жаром, когда Огненный Бог прикрыл своим наспех собравшимся телом дочь. Катя вскрикнула, когда и ее опалило пламя, и Кровавый Барон, прямо перед попаданием копья, деактивировал свой сильнейший режим, вновь становясь человеком из крови и плоти.

И в эту самую плоть вошло страшнейшее магическое копье.

- НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! - закричали мы, все мы, вместе и в унисон.

А Архидемон только оскалился, ведь все прошло по его плану. И оставалось только доиграть партию до финала. Силовые поля накрыли Кровавого Барона так резко, что казалось, будто невидимая клетка опустилась на нашего владыку сверху.

Филип Асторович в последний момент успел оттолкнуть Катю рукой, чтобы и она не попалась с ним в ловушку. Но не успел одернуть руку. И перед девушкой, ошарашенно смотрящей на своего великого отца, осталась лежать обезображенная тяжелым лезвием культя.

Но барон не терял боевого духа. Из последних сил он активировал форму Огненного Бога, быстро залечивая раны и... недоуменно озираясь.

- Вместе с болью ты выжигаешь и кислород, человек, - усмехнулся Архидемон, единственной уцелевшей рукой удерживая непобедимого Дракона в непроницаемой клетке. - И тебе не успеть прожечь ее, если ты уже оказался внутри. Ты проиграл.

- Пошел нахер! - рыкнул я и выпустил в рогатую башку пулю.

Выстрел срикошетил, но тогда я запустил еще. Раздраженно зыркнув, Архидемон просто... поднялся в воздух, поддерживая себя мельчайшими силовыми полями. Как бы то ни было, а серьезно достать мы его не могли. Но нужно было что-то придумать. Хоть что-то! Мы не должны были закончить это так!

- Ты - избранный, сын, - прохрипел Коля, добравшийся до меня под конец битвы и взявший за плечо. - Послушай, ты бы избран самой Вселенной, понимаешь? У тебя не может быть врагов.

И я решился. Только глянул на Катю ища в ее глазах поддержки.

А девушка замотала головой и закричала сквозь слезы:

- Нельзя! Стой! Он же убьет тебя!

Но я уже ее не слушал, впервые за все время врубая режим Магии Крови по полной и намереваясь летать по настоящему. Тело разрывало от боли, но я взлетел под крики своих подчиненных, создал из пореза на руке узкое кровяное лезвие, заложил вираж и...

Врезался, прямо всем телом, на целую стену из почти невидимых силовых мечей.

- Неужели ты думал, ребенок, что Вселенная все будет делать за тебя? - с презрением спросил Архидемон, наблюдая за тем, как я падаю.

А потом наступила тьма и я, кажется, умер.

Но мертвым пробыл недолго. В какой-то момент тьма расступилась, и я смог открыть глаза. Меня под щеки держала Катя, так, словно хотела вот-вот поцеловать.

Руки девушки дрожали, а из глаз текли крупные слезы. Она побледнела, осунулась, но продолжала удерживать мою голову в своих пальцах. И в этих же пальцах она держала мою жизнь.

За ее спиной я увидел солдат. Женя, Рыбов, Данилов. С ними Таргын, мои люди и, наконец, мой отец. Все они, через Катю, передавали мне свою жизнь, удерживая на этой стороне.

- Вот блин... - прошептал я, тяжело разлепляя губы. - Не получилось.

- Замолчи! - срываясь, приказала Катя. - Молчи, просто... Болван! Господи, ну какой же ты болван! Кто просил тебя вмешиваться? Кто просил тебя... Почему вы... Все все такие... И папа...

Она рыдала, эта юная баронесса, и сейчас я ничем не мог ее успокоить. Было немного стыдно, ведь это моя потенциальная смерть стала причиной ее слез. Тем не менее, я хотел видеть не слезы. Я хотел видеть последние мгновения великого Кровавого Барона.

Филип Асторович тоже смотрел на нас. Когда наши взгляды пересеклись, он усмехнулся и подобрал с земли у себя под ногами предмет. Пачку. Пачку сигарет, которую, по видимому, выронила Катя, когда он ее отбросил.

Кровавый Барон покачал головой, и у меня заныло в груди, когда я представил что это - последний жест, который я вижу в исполнении этого великого человека. Он был одним из первых людей, с кем я встретился в этой новой жизни. Он точно был самым удивительным из них. Тем, кто подарил мне жилье, работу, образование, цели, карьеру и доверил даже собственную дочь.

Сейчас этот человек, находясь в банке из силовых полей, почти без воздуха, сел на землю, достал из пачки сигарету и прикурил прямо из пальца. Он курил, почти незаметно улыбался и смотрел то на нас с Катей, то на демона. И я всматривался в его лицо. Всматривался до конца. И почувствовал, когда он настанет. Как раз тогда, перед последней затяжкой и последним вздохом, Кровавый Барон мне подмигнул.

И огонек сигареты потух. Воздух закончился.

К его чести, великий Дракон Империи не кричал в агонии и не пучил глаза. Он их просто закрыл и, казалось, задержал дыхание. А может быть, он просто приказал своему сердцу остановиться. Если честно, я не удивлюсь уже совсем ничему.

Кроме одного простого факта, который мы осознали, когда демон спустился с неба и опустил барьер. И этот факт подтверждали вулканы, ставшие рассыпаться один за другим без подпитывающей их маны.

Кровавый Барон... умер. И совсем не так, как я только что. А окончательно.

- Достойный бой, человек, - кивнул сидящему на земле барону Архидемон и скосил глаза на свою покалеченную руку. - Лучший бой, что мог бы дать мне представитель твоего вида. Так покойся с миром.

И с этими словами чудовище взмахнуло рукой, и силовые поля раскроили тело Кровавого Барона в мясо, раздирая его на совсем уж мелкие куски.

- А теперь вы, - Архидемон повернулся к нам.

Спецназ уже успел воспользоваться моментом и ушел, оставив нас на произвол судьбы. Таргына, которого до этого вырубил ударной волной Архидемон, они тоже забрали. В конце концов, я даже не мог винить их за это слишком уж сильно, но для себя решил, что, когда выберусь, ни за что не доверюсь ни одному из их службы.

Для таких людей приказы на первом месте. А союзники временны.

«Стая» встала напротив демона, но тот не обращал на людей никакого внимания. Отталкивая их силовым полем, он подошел к Кате, все еще нечеловеческими силами удерживающей меня на грани жизни, и положил руку на ее плечо.

- Прощайся с другом, дитя, и я тебя забираю, - произнес демон, одарив меня безразличным взглядом. - Он больше не может тебя защищать.

- Он - нет, - качнула головой Катя, и я, к своему удивлению, заметил признаки улыбки на ее лице. - Пока что он не такой сильный, как папа.

- Твой отец мертв, - качнул Архидемон головой.

- Ай не пизди!

Страшный удар огненного кулака отбросил ошеломленного демона прочь от нас и «Стаи», тоже никак уж не ожидавшей такого поворота. И только одна Катя с улыбкой смотрела на человека, только что защитившего ее. В очередной раз.

На Кровавого, мать его Вселенную, Барона!

- Как же хреново восстанавливать тело почти с нуля, - в голосе Филипа Асторовича слышалось раздвоение, как будто одновременно он говорил и обычным ртом и силой пламени в форме Огненного Бога. - Но по другому нам тебя было не поймать, шустрый ублюдок.

- Не может быть! - закричал демон, вскакивая на ноги после удара. - Неужели ты и в самом деле не можешь умереть?!

- Почему же, могу, - барон пожал могучими плечами. - Только пока не хочу. Ты грамотно, конечно, скрывался в толпе детишек, но больше возможности бегать у тебя нет. Вот ты сам только что проиграл.

- Не неси чушь! Я убил тебя единожды и убью дважды. Ты мне - не ровня.

Когда Архидемон закричал это, из его груди вырвался столб пламени, и я увидел отпечаток кулака барона, который он оставил, когда отбросил врага от дочери только что. Он был даже не на броне, он пробил ее, как горячий нож - масло, и теперь еле тлел на синей груди Архидемона.

Метка, куда в любой момент может переместиться Кровавый Барон.

- Не ровня, ну да, - Филип Асторович воплотился в ревущем пламени и тяжело врезал демону по рогам. - Я сильнее.

Глава тридцать пять. Иммортал

Судьба Архидемона была предрешена. Удары Кровавого Барона были тяжелым, его пламя — жарким, а огненная метка на груди врага не оставляла тому шансов скрыться.

Но он держался достойно.

Я лежал и грелся в окружении языков пламени «тепла» - заклинания барона, которое было способно исцелять, и во все глаза смотрел на то, как Архидемон цепляется за жизнь. А может он цеплялся даже не за нее, а за какие-то собственные понятия о чести и о том, что любой бой нужно вести до конца.

Как бы то ни было. Мы — все, кто выжил, стали свидетелями того самого конца. Как ужасающий Архидемон обессиленно рухнул на колени перед нашим господином.

- Достойная… битва… - выдохнул он, тяжело дыша.

- Неплохо, - согласился с ним барон. — Давно я так не сражался. И еще долго не буду.

- Может быть... Но если уж ты стал хранителем Ключа и ребенка-вечности... сомневаюсь, что тебя ждет спокойная жизнь.

- Если ты расскажешь мне то, что я хочу знать, я дарую тебе быструю смерть. Или выберешь мучения в огне?

Архидемон усмехнулся и, расслабившись, отклонился назад:

- Сжигай меня, Кровавый Барон. И готовься встретить грядущее.

Филип Асторович пожал широкими плечами, и демон перед ним вспыхнул ослепительно-ярким факелом. Враг не кричал, не проклинал своего убийцу и не делал попыток сбежать. Побежденный владыка портальной зоны Казахстана сгорел дотла молча.

Монументальный, спокойный и незыблемый, даже в смерти. Демон, которого я даже зауважал.

- Возвращаемся в лагерь, ребятки, - повернулся к нам барон. — Время хорошенько передохнуть.

*****

Мы вернулись под самое раннее утро, в тот момент, когда командование ополчением Казахстана пыталось убедить полковника Софийкина увести войска рода Стенгер от границ их портальной зоны. Заместитель Амира — мужчина невзрачной наружности, явно Одаренный и явно тот, кто на боевые задания надевает безликую маску, как раз сообщал Егору Викторовичу, что его господин уже мертв.

- Тогда я вынужден дождаться главу дружины рода — Макарову Елену Викторовну, - так же спокойно отвечал полковник, а потом заметил нас. — Впрочем, это уже ни к чему. Если хотите убедить кого-либо в смерти его благородия - Филипа Асторовича Стенгер, я предлагаю вам начать с него самого.

Заместитель командующего ополчением обернулся и увидел барона, мрачным и тяжелым танком надвигающегося на него. К его чести, невзрачный человечек не потерял самообладания, лишь кивнул каким-то своим мыслям и вышел вперед.

- Рад видеть вас в добром здравии, ваше благородие, барон, - он дежурно улыбнулся. — У нас были сведения о вашей смерти. Из надежных источников.

- Слухи о моей смерти изрядно преувеличены, - Филип Асторович сделал скучающее лицо, как будто разговаривал с мухой. — Но дайте нам время дождаться мою главу дружины с рейда, и мы выполним ваши требования.

- Требования? — вскинул бровь казах.

- Вернемся в родовые земли. Больше роду Стенгер делать здесь нечего.

Я уже чувствовал, что намечался большой международный скандал. Однако, по видимому, стоявший перед нами мужчина не был уполномоченным на какие-то серьезные решения, и просто выполнял приказ. Он низко откланялся барону, еще раз окинул взглядом наше потрепанное братство и, неожиданно, поклонился и нам тоже.

- Горд был с вами познакомиться, воины, барон. Всего доброго.

И ушел, оставив нас в смешанных чувствах.

Впрочем, слова у Кровавого Барона с делом не расходились, и, как только он пришел, весь лагерь пришел в движение, собираясь домой. На вечер был назначен большой военный совет, а после него — отъезд.

Меня же, Катю и Колю барон поманил пальцем, заходя в свою личную палатку. На входах перед ней стояли факелы, и, когда он проходил мимо, они ярко вспыхнули, порождая трех личных телохранителей Филипа Асторовича.

Глабадон, Деобедон и Трага низко поклонились своему владыке и шипящими, как костер на дожде, голосами отчитались о результатах рейда, в который их сослали перед великой битвой. По глазам гордых ифритов я видел, что они недовольны своим назначением, но спорить с бароном никак не могут.

- Макарова будет через часа три, - объяснил нам Филип Асторович, входя в палатку. — Пока можно расслабиться. Уж вы заслужили отдых.

- Как вы это сделали?

Барон фыркнул. Конечно же, я не стал ходить вокруг, да около и задал вопрос сразу, как понял, что мы в безопасности. Нет лишних ушей и нет никаких угроз. К тому же, у меня просто в голове не укладывалось!

- Архидемон вас убил, это точно, ваше благородие, - я встал напротив широкого кресла, в котором он развалился. — Я видел это, все видели. Я понимаю, что в форме Огненного Бога вы почти неуязвимы, пока у вас остается мана, но это была не та ситуация. Демон вас поймал. Стыдно признавать, но в этом есть и наша вина. И тем больнее говорить это, но вы были мертвы.

Я серьезно посмотрел на Катю, но девушка только махнула мне рукой и кивнула в сторону отца. Подруга или госпожа, но раскрывать секреты родителя она явно не намеревалась. Хотя знала их. Ведь из всех, она единственная, кто до конца не воспринимал «смерть» Кровавого Барона всерьез.

Барон это тоже заметил и улыбнулся дочери:

- Не стесняйся, расскажи своему Шевалье, так и быть.

- Папа… Иммортал, - Катя заглянула мне в глаза, убеждая, что говорит правду. — Ты читал о них, верно? Хотя и немного. Но ты сам рассказывал.

- Разве они существуют? — я недоверчиво глянул на вполне живого мужчину, которого недавно на моих глазах превратили в фарш. — Это возможно?

- Извините, - подал робкий голос Коля. — А можно для меня поподробнее?

Я потер переносицу. С ума сойти можно! Нет, я, конечно, и правда читал об Имморталах, но информация о них была чем-то вроде слухов о китайских монахах Шаолинь из прошлой жизни. Вроде их способностей летать и крошить голыми руками камни. На уровне домыслов или секретной информации, которая ничем не подтверждалась. Но не в реальности.

Хотя, если говорить о Кровавом Бароне, я уже готов поверить во все, что угодно.

- Иммортал — от английского слова «бессмертный», Коль, - пояснил я, собравшись с мыслями. — В америке впервые появились слухи о… бессмертном Одаренном. Я читал общую литературу, и в ней всегда подчеркивалось, что официально зарегистрированных Имморталов не существует. Только слухи и предположения. Например о том, что Имморталами ошибочно называют Высших Личей или тех из сильнейших, кто инсценировал свою смерть. Но сегодня… Это правда?

- Папа — Иммортал, - повторила Катя. — Он может умереть, а потом заново воскреснуть в промежутке до семи часов. Примерно, конечно, потому что он этого никогда не проверял.

- Ну, я могу собрать себя даже из пыли, - Филип Асторович хмыкнул и покачал головой так, будто это совсем не имело значения. — Откровенно говоря, Имморталов в мире не так уж мало. Поменьше, чем Драконов, конечно, но… Есть способы.

- Способы стать бессмертным? Удивительно! — покачал головой Коля, попутно вытирая мое перепачканное сажей лицо махровым полотенцем, взятым откуда-то из закромов барона.

- Сделка с высшей сущностью, мощнейшее заклинание, темные ритуалы, лазейки в мироздании, - Кровавый Барон был совсем не против такого самоуправства и загибал пальцы, а потом взглянул на дочь. — Думаю, Катя тоже сможет… нечто подобное, когда войдет в силу. Но очень важно не гнаться за бессмертием в начале своего пути. Как думаешь, Костя?

- Если честно, я был бы уверен, что, чем раньше станешь бессмертным, тем лучше. Неужели не так? - не понял я подвоха.

- Не так. Есть одна вещь, о которой не говорили в твоих книгах. Конечно же потому, что не знали этого. Но соль в том, что каждый Иммортал останавливается в развитии. Понимаешь? Наличие бессмертия имеет свои минусы. И невозможность развивать свою магическую силу и талант — один из подобных.

Я недоуменно посмотрел на своего учителя, а тот спокойно пожал плечами:

- Как удачно, что я стал Имморталом уже тогда, когда мог сжигать свезды. Ура.

- Если его благородие стал… бессмертным, то как именно? — тихо спросил Коля у стоявшей рядом Кати.

Но что Катя только развела руками и вопросительно посмотрела на отца.

- А вы многого хотите за один раз, - погрозил нам всем троим пальцем барон. — Я уже рассказал больше, чем знают спецслужбы, и лишь чуть меньше, чем известно нашему любимому Императору. Имейте совесть. И сосредоточьтесь на будущем. Сейчас мы вернемся в поместье и там я возьмусь за вас, Костя и Катя, всерьез.

- Я готов к любым тренировкам, только чтобы больше не быть обузой, - я сжал кулак до хруста костей. — Я больше никогда…

- Брось это.

Я встрепенулся и глянул на своего учителя. Кровавый Барон смотрел на меня серьезными глазами. А потом вздохнул:

- Вас изначально не должно было там быть. Никогда. Так что, это моя вина, что все так обернулось. Как я уже говорил, демоны удобно устроились, спрятавшись за вашими спинами.

- Мы вышли туда за…

- Я знаю ваши причины, парень. И знаю, что мог бы этого не допустить, - барон посмотрел на Колю. — Прими и ты мои извинения, Николай Евгеньевич. Ты — мой человек, был в моем лагере, и похищали тебя мои враги. Кругом я виноват, и я один. Так что не придумывайте себе больше, чем можете унести. Я — ваш барон. И все ваши проблемы — это мои проблемы. Если я не буду их решать, значит — можете от меня уходить. Но сегодня, в очередной раз, вы доказали свою верность и честь. Я не забуду ребята. Этого я вам не забуду никогда.

Мыс отцом поклонились барону. За его теплые слова, за доверие и за защиту. Как бы то ни было, я был рад, что умер тогда. Пожилой сецназовец защитил детей и отправился на покой.

И на этом самом покое я обрел новую семью, друзей, союзников и покровителя. Осталось только обрести силу, чтобы защитить все то, что мне было дорого.

Я посмотрел на Катю и улыбнулся. Для того, чтобы стать лучшим Шевалье в мире, у меня остался всего лишь год.

*****

Скандала не случилось. Уход рода Стенгер с позиций границ портальной зоны в Казахстане обставили как заслуженные отпускные после выполнения тяжелейшей и наиважнейшей миссии по устранению целого Архидемона.

Уж не знаю, кто именно трудился над заголовками статей в газетах, телевизоре и интернете, но получилось у них славно. По всему выходило, что героическое Казахское ополчение, с поддержкой регулярных российских войск и рода Стенгер пробилось чуть ли не в родной мир демонов и в монументальной битве сразило их главного полководца, жертвуя лучшими из лучших. Награды посмертно.

Живых тоже награждали. Особенно отличились члены славного семейства Болат. Нынешний глава семьи — Амир, был награжден почетным орденом, и в правительстве встал вопрос о присвоении ему звания Дракона. Его благородный племянник — Таргын, стал национальным героем и кумиром молодежи, и сам Император Российский пожал ему руку на камеру и пригласил пройти обучение в ДИМА — Демонов Истребителей Московскую Академию.

Упомянули и об особом подразделении рода Стенгер. Некая «Стая» фигурировала в материалах, как одно из наиболее боеспособных формирований на том великом поле боя.

Но главной звездой, конечно, оставался Кровавый Барон — трижды герой, четырежды Дракон и пятижды (хоть Катя и сказала мне, что такого слова нет) спаситель. Барону Империи — Филипу Асторовичу Стенгер, была объявлена величайшая дружба всего Казахстана и вечная благодарность. А так же убедительная просьба восстановить свои силы в родовом имении.

Таким образом, для рода Стенгер, Казахский демонический армагеддон (а вот это уже изначально Катя придумала) закончился. Хотя, как сказал нам потом барон, из надежных источников стало известно, что портальная зона никуда не делась. На кураже от победы над Архидемоном казахи попытались прорваться к самому центру зоны, но оттуда их атаковало нечто настолько невообразимое, что теперь республика обносила границу высочайшим забором и разыгрывала между своими знатными родами право на пограничные земли. А еще ей выслала подкрепления Япония.

Несмотря на то, что прошел уже целый год, в России тоже полным ходом шел передел территорий. После потери тобольской портальной зоны многие рода потеряли солидный кусок власти, а другие, наоборот — стали ее возвращать.

- Гадючник, - брезгливо отзывался о всей ситуации Филип Асторович. — Кому-то больше не на что содержать дружину и укрепления, а кто-то на них давит. Пока самые умные просят Императора отправить их на освоение бывших демонических земель.

- А что мы собираемся делать, папа? — спрашивала его Катя, когда он позволял себе порассуждать об этом на тренировках.

- Хм, засеивать… бананы! — барон расхохотался. — Будем торговать фруктами. А если серьезно, то тебе не стоит переживать, рыба моя. Пускай идиоты-дураки воют и трубят в печальные горны, но наш Император — не глупец. Он уж точно не оставит без забот пограничное с Монголией баронство, в котором, по некоторым слухам, расположились самые отъявленные охотники на демонических тварей. И скромный Дракон его Империи.

Все случилось так, как он и сказал. Когда имперская канцелярия разобралась в ситуации, опытных людей из бывших пограничных родов стали отправлять в командировки к другим портальным зонам. Которых у России, помимо тобольской — самой крупной, было три.

Когда мы все вернулись, нам дали отдохнуть. Но потом стали часто поступать запросы на людей определенного толка. Полк Софийкина, например, направили в Архангельск, для устроения нового оборонного кольца вокруг тамошней зоны. А Макаровой несколько раз приходилось ездить с дружиной на земли бывшей тобольской зоны, чтобы охранять осваивающих ее территории людей.

Даже мне барон пару раз давал интересные бумажки.

- Это для «Стаи», - пояснил мне владыка. — Я тебя теперь хрен отпущу с тренировок, но бойцов своих ты дай. За это и платят не кисло.

- Разве они не в вашей дружине? — я удивленно вчитывался в поданые мне бумаги. — Зачем вам моя подпись?

- У нас тут все по закону, - проворчал Кровавый Барон, которому, конечно, все это бумагомарание не нравилось. — К тому же, эти люди будут защищать мою дочь вместе с тобой в Академии. Грубо говоря, ты для них - важнейший командир. Я дал вам право быть обособленным подразделением в дружине и ни разу не пожалел. Так давай не будем пытаться это исправить. Подписывай.

И я подписывал. Но не все подряд, а только те миссии, с которыми были согласны ветераны Стаи. После той невероятной битвы, их осталось всего двадцать человек. Кто-то погиб в бою, кто-то ушел после него, оставив службу. Я не испытывал ни вины, ни сожалений, и был рад тем, кто остался, как родным. А они отвечали мне взаимностью.

И не было даже речи о том, что восемнадцатилетний мальчишка может быть плохим командиром для целого отряда. Внутри дружины рода нас уважали. За ее пределами — боялись.

А я сам тренировался как сумасшедший. И Катя была рядом. После года, проведенного в битвах на передке с демонической угрозой, мы стали совсем иначе смотреть на обычные занятия с бароном. Бывало, он возил нас в портальные зоны, и даже не один и не два портала мы закрыли, оттачивая свои навыки. Но все это ни за что не сравнилось бы с тем роковым днем.

И вот так, слегка незаметно, пролетел год. Я вообще осознал это только в тот миг, когда увидел красавицу-баронессу, справляющую свой семнадцатый день рождения.

Она улыбалась мне ровными зубами и чарующими зелеными глазами, и я понимал, что время пришло. Скоро мы отправимся в столицу.

*****

- Властью данной мне... моим положением, я назначаю тебя, Мария Петровна Вересова, фрейлиной наследницы моей и всего рода Стенгер - Катерины Филиповны Стенгер. Служи прилежно и аккуратно, отличись послушанием и люби свою госпожу как, э... старшую сестру.

- Клянусь вам, ваше благородие, - церемонно склонила голову Маруся.

Барон досадливо поморщился, осознавая, что речь его не удалась от слова «совсем». Тем не менее, он сделал над собой героическое усилие и повернулся к залу.

- Еще один цирк с конями дальше... - пробурчал владыка.

- Филип!

Его утонченная «московская» сестра смотрела на грозу демонов с таким негодованием, что Кровавый Барон смутился. Не многие люди в целом мире могут повторить такой трюк, но Беатриса Стенгер была мастером в вопросах, касающихся давления на великого Дракона Империи.

- Да. Давайте, эм... церемония посвящения в шевалье! Пускай рыцарь подойдет ко мне.

Под смешки ветеранов «Стаи» я вышел вперед. По такому важному случаю, меня нарядили в лучшие одежды из возможных. Когда Кате сказали, что она может выбирать, она просто взяла меня за руку и целых два дня таскала по всем Красноярским портным, выбивая из них всех и каждого идеальный результат.

Как итог, я шел вперед, к Кровавому Барону, в белоснежном парадном мундире, напоминающем форму морского флота. Золотые пуговицы, золотая пряжка, золотые эполеты - шикарно и благородно, так, что даже тетушка Беатриса оценила.

Барону тоже понравилось. Он хмыкнул, когда я поравнялся с ним, и оказалось, что мы почти одного роста. Тем не менее, это быстро изменилось, когда я сел на одно колено перед своим господином и учителем.

- Хм, дочь моя! - позвал барон, снова забыв текст, и я встал подле него. - Ты, это... пойди сюда. И признай этого юношу... достойным, что ли...

Собравшаяся в маленьком храме при Вулканическом Поместье аудитория уже не стесняясь смеялась в ладоши. Лишь одна Беатриса ярилась, понимая, что ситуация выходит из под ее жесткого контроля, но осознавая, так же, что ничего сделать она не может.

Тем не менее, все смешки стихли, когда в центр вышла Она.

Изящная и стройная, словно лебедь, но в абсолютно черном платье, так выгодно оттеняющем цвет ее колдовских зеленых глаз, Екатерина Стенгер буквально выплыла к нам с Филипом Асторовичем, заставив синхронно сглотнуть обоих.

- Я думаю, нет человека более достойного, чем этот, благородный отец, - почти пропела девушка все заученные наизусть слова. - И силу и честь свои он доказал нам с тобой много раз. И я буду счастлива, если он станет меня оберегать.

- Вот да, - барон почесал бороду, совсем забыв о церемонии и пихнул меня в бок. - Буш защищать-то? Оберегать, то есть?

Я вздрогнул. И напрочь забыл слова. Так что просто оскалился в любимой манере и пожал плечами:

- Как самое дорогое в жизни!

Шумные аплодисменты заглушили возмущенные крики баронессы Беатрисы. Люди вставали и кричали нам «ура», кто-то, по дурости, крикнул «горько», и ему прилетело по затылку. И это ему еще демонически повезло, что все внимание барона было приковано к нам с Катей.

Рядом с ним встал сияющий от счастья Коля.

- Ну что же, дети наши, вот и уходите вы во взрослую жисть, - барон вздохнул и, откупорив фляжку, солидно приложился к коньяку. - Ахм! Церемония, конечно, не высший сорт, но у нас все тут по простому. Мы ж - глубинка.

- Но Шевалье у вас получился, что надо, - заметил Коля.

- А то ж! Самый лучший Шевалье из глубинки!

*****

(примечание Автора)

Итак, вы только что прочитали последнюю номерную главу "Шевалье из глубинки". Знаю, я с ней немного задержался, но причины были, да и получилась она куда лучше, на мой взгляд, чем было задумано изначально. Я размышляю над небольшим эпилогом, но его может и не быть. Одно скажу точно - сменю обложку и пробегусь по главам глазиками, чтобы все отредактировать, прежде нажимать на кнопочку "завершено". До понедельника уж точно успею.

А уже на следующей неделе вас будут ждать главы книги, которая будет называться "Шевалье из глубинки. Академия" Невообразимо крутая фантазия у автора, а?

Ну, и я жду фидбэк. Честно говоря, поздний выход глав обусловлен еще и моими переживаниями за будущее истории, в принципе за ее качество и мои писательские способности. Как вам лор? Как персонажи? Что скажете о боевке и о врагах? Что бы вы хотели увидеть в Академии? Кого бы вы хотели взять в жены перв... А, нет, тут уж я сам, пожалуй.

И, конечно, спасибо огромное всем, кто прочел, десять спасиба тем, кто нашел силы поставить лайк и сто спасибов каждому, кто оставлял комментарии! Я рад стараться и писать. В удовольствие свое и ваше. Всем добра и счастья. И приятного чтения)

Эпилог

Жаркое летнее солнце нещадно пекло, нагревая металлические бока и крышу скорого поезда «Сверчок», следующего по маршруту Красноярск-Столица. В вагонах среднего класса стояла духота, и люди в них готовились к испытанию временем, открывая окна и ютясь поближе к центру вагона, в тень.

Однако, в вагоне под номером четыре царила приятная прохлада, и все его пассажиры без проблем сидели у своих окон, наслаждаясь теплыми лучиками солнышка и отдыхая в пути. Неудивительно, ведь этот вагон, на весь маршрут, был арендован благородным родом Стенгер — одним из самых влиятельных в Красноярской области. Он доставлял молодую наследницу рода — Екатерину Филиповну Стенгер, в одно из самых престижных учебных заведений в мире и был оборудован соответствующе.

Сама наследница, совсем немного хмурясь, перебирала ламинированные листовки со своей верной фрейлиной и подругой — Марусей, закрывшись в личном купе. Однако, одиночество девушек длилось недолго.

- Тук-тук, я вхожу, - дверь распахнулась еще до того, как говоривший закончил фразу, и на пороге девичьего купе встал юноша, медленно и профессионально осмотревший территорию.

Это был высокий молодой человек, одетый в безукоризненно-белую форму военного, с золотыми пуговицами и вставками. Он был молод, как и девушки, чей покой он потревожил, и так же обжигающе хорош собой. Лягушачьи черты лица его, заметные в детстве, в зрелости совсем растаяли, обратившись мягкими, но точными очертаниями. Юноша очень походил, внешне, на своего отца, которого в Красноярской области давно и прочно зачли первым красавцем среди мужчин. В отличии от батюшки, правда, сын не был блондином. Но волосами гордился и часто носил их распущенными, из-за чего длинные ухоженные локоны спадали по его плечам и спине, придавая ему несколько львиный и царственный лик.

Глаза юноши, правда, были истинно волчьими, как и его знаменитый оскал, который Шевалье рода Стенгер и перерожденный — Константин Николаевич Волков, и продемонстрировал, шутливо кланяясь дамам.

- А если бы мы переодевались? — фыркнула наследница рода — красавица в черном, нахмурив изумрудные глаза.

- Я бы отвернулся за секунду, - не смутился ее рыцарь.

- За секунду, дорогой мой, можно увидеть очень и очень много! — тыкнула в него пальцем фрейлина — девушка с ясными голубыми глазами, косой на плече и большими… достоинствами простой крестьянской души. — А особенно тебе, волку остроглазому.

- Нет слова «волку», есть слово «волку», - поменял ударения Шевалье и плюхнулся на лежачее место, потеснив ойкнувшую Марусю. — Вагон безопасен настолько, что это скучно. Тут даже бирок просроченных нет, и все огнетушители исправные. Круче только вагончик, который нам показал твой отец перед выездом. А этот как будто только купили.

- А его только и купили, - отозвалась Катя, бросая перед собой одну из ламинированных листовок, которую они с фрейлиной разглядывали секунду назад. — Смотри вот.

Костя немного приподнялся, снова задев покрасневшую Марусю плечом и хмыкнул. С листовки на него смотрел такой же юноша, только шире и «грубее». Причем шире молодой человек с картинки был не в плечах, а как раз во всем остальном, и ощущение, даже от фото, создавалось неприятное, давящее.

- Где-то видел, - Костя пожал плечами. — Он тут главный по кухне?

- Нет, это Ефимов. Данила Павлович. Сын того самого Ефимова, который сейчас является губернатором Красноярской области, - Катя вздохнула, понимая, что ее великолепный Шевалье все еще не припомнил. — Два года назад на моем дне рождения. Ох, Костя! «Маленький утырок, который думает, что женщине место у плиты».

- А, ну да, вспомнил, конечно. Так бы вот и сразу, - Шевалье взял фотографию и присмотрелся внимательнее. — Ну и чмо! И что с ним случилось?

- Вот этот поезд, как и вся эта железнодорожная линия — проект его отца, - баронесса Стенгер обвела рукой помещение. — После того, как наша портальная зона схлопнулась, князь Ефимов был в числе первых, кто вызвался всеми силами осваивать освобожденные от демонов земли. Все поезда, которые идут из Красноярска, новые, поэтому и бирки в порядке.

- Великолепно, - оценил Костя и выгнул бровь. — И в благодарность за это вы тут воркуете над фоткой его наследника? О! Или Филип Асторович таки заставил тебя выбирать женихов?

- Дурак? — спросила Катя, но не у Шевалье, а у верной фрейлины.

Та очень горячо кивнула и замотала головой, из-за чего ее коса пару раз врезала парню по лицу:

- Дурак!

- Это — наш с тобой будущий одногруппник, Костя, - покачала перед носом Шевалье отобранной у него же листовкой баронесса. — Друга надо знать в лицо! А уж таких… как этот…

- Вот уж лицо, которое я бы знать не хотел! — расхохотался Костя, но сел перед столиком и заинтересованно уставился на остальные листовки. — А что же другие? И откуда у тебя вообще могут быть какие-либо списки, если в ДИМА все решает вступительный экзамен?

- Ты как маленький, Костя, - Катя пожала плечами. — Вступительный экзамен показывает уровень обучающихся. И на основе его результатов составляются группы. Но ты же не думал, что меня и старшего сына самого Императора просто доверят случаю? У папы появились списки еще два месяца назад. А у меня, теперь, есть фотографии. Смотри, это — наследники Японских островов. Кимико и Мори. Близнецы?

- Красотки, - оценил Шевалье двух высоких длинноволосых «азиаток», высокомерно смотрящих в объектив фотографа. — Только почему же «близнецы»? Правильно говорить — близняшки. Очень милые, да.

- Близнецы, потому что они — брат и сестра, - баронесса покачала головой.

- Красавица и… красавчик? — перерожденный попытался не смутиться и шепотом спросил Марусю. — Который из них — брат?

Фрейлина с улыбкой пожала плечами.

- Будь осторожен, - погрозила своему рыцарю Екатерина Филиповна. — Наследники восходящего солнца — ребята крутые. И по нраву, и по способностям.

- В Японии же нет портальных зон, - Костя покачал рукой. — Зачем им учиться истреблению?

- Япония очень заинтересована в материалах с магическим потенциалом. Их войска регулярно поддерживают противодемонические заслоны на Камчатке. Но страна восходящего солнца — очень жадная рыбка, и каждый год пытается расширить свое влияние в тематике демонического вопроса. Кстати, после нашего ухода именно Кимико и Мори Токугава командовали подкреплением, которое Япония послала в Казахстан.

- Наследники сильной страны, конечно, - согласился Шевалье, оправившись от неловкости, и тут же подколол подругу. — И «красотки».

- Молись Вселенной, чтобы тебя не услышал кто с нравом по круче, - баронесса вздохнула и достала следующее фото. — Например он. Тараним Таракхгон — сын генерала Таракхгона из Австрийской Империи. Приходится внучатым племянником нынешнему Императору. И его отец ведет светскую дружбу с тетей Беатрисой.

- Я думал, что он — акула, - фыркнул перерожденный. — Ну, этот… Тралалелло-тра-ла-ла.

- О, а я знаю откуда это! — весело хлопнула в ладоши Маруся, но под ироничным взглядом Кати, обращенным к ним обоим, быстро сменила тон. — Глупость несусветная, конечно.

- А наследник генерала Римской Империи — совсем не глупость. И он, как поговаривают, сильный дуэлянт.

Шевалье всмотрелся в фотографию. Там был изображен юноша с волевым и суровым лицом, имевший даже небольшой шрам под левым глазом. Он стоял, одетый в военный мундир, и смотрел куда-то в сторону.

- Серьезный. Крутой. Но ты не волнуйся, Кать, я помню, что Филип Асторович сказал мне о дуэлях.

- Вот этого я и боюсь. Особенно после того, как он показал нам тот вагончик.

- Могу я спросить, что за вагончик? — перевела взгляд с Шевалье на баронессу Маруся. — А то вы уже второй раз его упоминаете.

- Чуть позже, - Екатерина Филиповна мнительно глянула по сторонам и достала пачку сигарет.

С того случая, как ее отец узнал, что она курила, прошел уже год. И весь этот год «юной леди» приходилось регулярно выслушивать лекции на тему вреда курения. Как физического, так и нравственного. Но Кровавый Барон никогда не атаковал вполсилы, поэтому, когда посчитал, что свой потенциал в донесении мудрости до дочери он исчерпал, позвонил своей любимой сестре и натурально наябедничал «тетушке Трис» на юную курильщицу.

Обида Кати была страшной. После того, как ее «любимая тетушка» посетила Вулканическое поместье, девушка не разговаривала с отцом две недели.

Ее спасла только реакция ее Шевалье, которому пришлось в несколько раз хуже. За него барон взялся конкретно, здраво полагая, что его родной отец — Коля, тут совсем не поможет. Костя терпел лекции, усиленные тренировки и откровенные угрозы стоически. А потом все равно закуривал где-нибудь, где не видно.

И Кровавый Барон его ловил. Потому что специально контролировал каждый всполох пламени на территории поместья. И кары сыпались вновь.

Только Шевалье рода оказался таким же упертым, как и его глава, и, попадаясь раз за разом, научился скрывать жар и дым от магического зрения Филипа Асторовича. Конечно, пришлось прибегнуть к Магии Крови, и было больновато, но такая непоколебимость вдохновила Катю пойти по его стопам.

А уж теперь, когда отец был далеко…

- Ох, ф-фу-у-у, - девушка выдохнула струю сизого дыма. — Теперь — главное блюдо. Наш будущий правитель. Максим Алексеевич Романов.

Костя только глянул на фотографию и тут же вперил недоуменный взгляд в Катю. Маруся, которой такая реакция была понятна, только развела руками.

- Все его фотки, которые я видел до этого, были другими, - потянул молодой Шевалье. — Хотя он и сам помладше был.

- Императорская семья начинает полноценно выходить в свет в возрасте шестнадцати лет, - начала объяснять Катя, изредка затягиваясь сигаретой. - Сейчас Максиму семнадцать, а ты весь последний год не вылезал с тренировок, так что не особенно следил за внешним миром. Но да. Я тоже помню его другим. Мы тренировались вместе у монаха Оскопа в Москве, лет пять назад. И Максим с тех пор… поправился.

Шевалье хмыкнул и посмотрел на фото еще раз. Оттуда на него скучающим взглядом смотрел очень толстый юноша — обладатель внушительных щек, объемного живота и коротких рук и ног. Его одежда, однако, отличалась вычурностью, богатством, роскошью. Таким был Императорский сын, наследник Российской Империи и их будущий одногруппник — Максим Алексеевич Романов.

- Хорошего человека должно быть много, - перерожденный улыбнулся. — Хотя я и переживаю, что он может быть слегка… высокомерным. Особенно по отношению к нам. Хотя бы просто из-за происхождения.

- Из-за магических навыков — тоже, - «успокоила» его Катя. — Максим уже тогда был сильнее меня. И я уверена, что его обучали лучшие из лучших. И сам он… по крайней мере, я запомнила его очень талантливым. Наверное, он самый талантливый Одаренный из всех, кого я видела. Кроме отца. И тебя.

Перерожденный вздрогнул. Его баронесса очень смутилась от своих слов, но все же посмотрела ему в глаза. И, пожалуй, это была высочайшая похвала, какую он мог когда-либо от нее слышать. Его даже поставили рядом с Бароном…

- Как бы то ни было, с принцем я ссориться не собирался, - развел он, наконец, руками. — Но, согласись, это был бы очень мощный вариант по освоению вагончика твоего отца.

- И все таки, что за вагончик? — снова подала голос Маруся.

- Ну, это классический папа, - вздохнула Катя и потушила сигарету. — Перед тем, как мы уехали, он показал нам вагончик. Обычный грузовой, из тех, которые развозят поезда, вроде этого. И сказал, что отправит его к нам в Москву в следующем году.

- И что было внутри? — заинтересовалась фрейлина.

- Золото, - Шевалье улыбнулся и прищелкнул пальцами. — Целый вагон золота, и я даже не возьмусь думать, сколько это будет в рублях. Но Красноярск купить хватит, на мой взгляд.

- Не может быть! — всплеснула руками Маруся — простой крестьянской девушке, дочери кузнеца, даже подумать о таких суммах было страшно. — И на что же вам нужна будет такая гора через год?

- Это не нам. Вернее — не совсем нам, - Катя поправила волосы и посмотрела на поля и луга, раскинувшиеся на пути железной дороги. — Это — оплата разрушений. Так он сказал. Когда папа учился, платить за него было некому, и из-за этого с тогдашним Императором у него была куча проблем. С Императором Алексеем он хорошо общается, хотя они и не друзья. Тем не менее, он не хочет «лишних» проблем. Так что провожал нас со словами о том, что мы можем не переживать за ущерб.

- Другими словами, Филип Асторович дал нам разрешение встряхнуть всю Москву, - на лицо Шевалье наполз фирменный оскал, из-за которого его уже год называли Волком в дружине Стенгер. — Но не разрушать ее совсем уж полностью.

- Смотрю на тебя и думаю, что Москве осталось недолго, - Екатерина Филиповна улыбнулась. — Ну… значит, он сама напросилась.

И трое друзей: госпожа, рыцарь и фрейлина, весело рассмеялись, с нетерпением ожидая новых приключений, союзников и врагов.