Шавка Мистера Милагро
Глава 1. Милагро.
- Алло, да, сэр, да, я вас услышал. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Я понимаю, насколько это важно для вас. Этот проект создал немало проблем для бюро... Да, да, конечно, сэр. Извините. Прошу прощения, сэр. Я сейчас работаю над этим, перезвоню вам позже, хорошо? Спасибо, сэр.
Телефонная трубка замолчала, оставив мистера Милагро в состоянии лёгкой растерянности. Он искренне хотел помочь своему боссу выбраться из той грязи, которая обрушилась на бюро, но сам ещё не до конца понимал, как это сделать.
Милагро мечтал об одном – стать полноправным хозяином своей судьбы, своего капитала. Работа в бюро помогла ему быстро достичь определённого уровня благосостояния, однако этого ему было недостаточно. Ему хотелось большего, гораздо большего, почти недостижимого.
— Шерил!
— Да, мистер Милагро!
— Я уезжаю. Документы по последним проектам оставляю на столе. Вернусь примерно через полтора часа
— Поняла, мистер Милагро.
— Спасибо. И, Шерил...
— Да, сэр?
— Присмотрите за офисом.
— Без проблем, сэр.
Мистер Милагро стремительно спустился вниз по лестнице, едва успев запрыгнуть в ожидавшую его машину с водителем. Через мгновение автомобиль помчался сквозь улицы Нью-Йорка к месту проведения банкета. Это мероприятие собрало вместе самых влиятельных людей города, среди которых были и заклятые враги его босса, празднующие свою победу над неудачным финансовым законопроектом. Милагро обязан был присутствовать здесь, чтобы показать всем, что бюро, где он работает, остаётся несгибаемым.
— Ах, мистер Милагро! Рад вас видеть.
— Дэрил Маккарти, весьма польщён.
— Слышал про ваш провал. Как такое могло случиться? Похоже, вы ослабили хватку?
— Ни в коем случае, Дэрил. После крупных успехов иногда случаются и падения. Но это никак не повлияет на наш бюджет, уверяю тебя.
— Деньги меня не интересуют. Главное, чтобы Гарди, твой босс, ушёл со сцены. Тогда всё станет намного проще. Разве ты думаешь, что я забочусь только о финансах? Здесь главное — влияние, влияние, Фрэнк. Будь то в Нью-Йорке или в Вашингтоне, везде одни и те же правила.
— Мечтайте дальше, Дэрил. У каждого есть право на свои фантазии.
— Я верю, что мечты сбываются, Фрэнк. Надеюсь, ваши тоже исполнятся. Ну, мне пора. Приятного общения.
— Уходите, Дэрил?
— Не получится, Милагро, у меня действительно дела.
Прошёл всего час, а Милагро уже чувствовал себя чужим среди этих людей. Он решил вернуться в бюро.
— Шерил, есть какие-нибудь новости?
— Добрый вечер, сэр, ничего нового.
— Отлично, держите меня в курсе.
— Сейчас приступлю к работе.
ВХОДЯЩИЙ ЗВОНОК
— Фрэнк Милагро, заместитель директора бюро.
— Добрый вечер, мистер Милагро. Это Морган Хэйнс из Министерства финансов. Согласно протоколу, я должен сообщить вам, что, прослушав меня, вы обязаны немедленно принять решение.
— Я вас внимательно слушаю.
— Гарди Томпсон, директор вашего бюро, был обнаружен мёртвым несколько минут назад. Инсульт. Вам предстоит занять пост директора, но Гарди, которого я знал долгие годы, не мог умереть просто так. На бюро обрушились серьёзные проблемы. Поэтому я хочу предложить вам альтернативный вариант.
— Продолжайте.
— Гарди часто говорил о вас, и я уверен, что вы готовы. Он передал мне письмо и необходимые средства, чтобы мы смогли воплотить задуманное.
— Что именно вы имеете в виду?
— Обсудим лично. Встреча состоится на углу Рэмбрандт Авеню, ровно в 19:40. У вас достаточно времени, чтобы успеть туда.
— Я обязательно приду.
После завершения разговора мысли Милагро взбудоражило предложение Хэйнса. Его любопытство разгорелось, ведь разговор носил явно серьёзный характер. Гарди Томпсон занимал не последнее место во властных структурах страны, будучи одним из ключевых фигур Сената.
*Спустя 3 часа*
Милагро прибыл на Рембрандт Авеню, единственное место которое там находилось это бар «Порчестер», знаменитый в своем роде, к слову. Не каждый мог позволить себе шляться по таким заведениям, просто по приглашению.
— Чёрт, уже 19:46, где его носит?
– Мистер Милагро?
– Здравствуйте, Хэйнс.
– Я рад, что вы так быстро откликнулись на моё предложение.
– Я считаю, мне пора услышать подробности. О чём речь?
– Марионетка...
– Что? Что, Марионетка? Не будьте загадкой, Хэйнс. Просто скажите.
– Тише, тише. Я понимаю вас, что всё это звучит весьма ново для вас. Этот план готовился Гарди и мной очень долго. Сначала мы хотели привлечь эти идеи в рамках проекта по лоббированию законопроекта, но Гарди погиб. Мне очень жаль. Но план нужно привести в действие, и я, знаю ему лучшее применение.
– Мне начинает нравиться драматичность происходящего.
– Вы ведь понимаете, что Томпсон не мог просто взять и умереть?
– Да, мы уже обсуждали силу этого старика, его ничто бы не сломило.
– Я не об этом. Есть сведения, что это было заказное убийство, инсценированное грязными политиками.
– У нас есть шанс отомстить? Я начинаю охотно во всё верить.
– Есть. Едем в аэропорт. Но, знай, что после всего, что у нас будет, я хочу забрать деньги негодяя и купить себе казино с отелем.
– В Нью-Йорке?
Хэйнса выдавала лишь его хитрая улыбка...
Невада, Лас-Вегас. Добро пожаловать в город грехов!
Когда они вышли из аэропорта, перед ними раскинулась яркая панорама города, утопающего в неоне и блеске казино. Воздух был пропитан запахом жареного мяса и сигаретного дыма, смешанного с ароматом дорогих духов. По улицам бродили туристы, азартные игроки и уличные артисты, создавая атмосферу вечного праздника.
– Хэйнс, мэрия закрыта, кто нас пустит туда, мы только прилетели, не легче ли поехать в отель?
– Четвёртый этаж здесь работает всегда.
Они подошли к зданию мэрии, и охранник, сидевший за стойкой регистрации, поднял глаза на них.
Охранник: Эй, эй, эй, стоп, куда это вы так торопитесь, господа, честно вы меня грандиозно удивили... Зашли как к себе домой. Документы предъявляем, протокол соблюдаем!
– Морган Хэйнс, Министерство финансов, отдел ФРС по операциям в Неваде. Вот удостоверение.
Охранник: А вы, сэр?
– Фрэнк Милагро, заместитель директора бюро.
– Это представитель сената. Прошу не задерживать нас.
Охранник: Ладно, ладно. Вот ваши пропуска, лифт налево, прямо и направо. И да, с вас батончик Nerts, он как раз на этаже мэра в автомате лежит. Вы ж явно к нему попёрлись.
– Благодарю, ваш батончик за наш счёт.
Они вошли в лифт, который медленно поднялся на четвёртый этаж. Когда двери открылись, перед ними предстало просторное фойе с высокими потолками и мраморными колоннами. На стенах висели портреты бывших мэров. Дальше фойе располагался кабинет, скорее всего это и был кабинет мэра.
– Так, Милагро, я поговорю с мэром, пару минут, потом зайдёшь.
– Удачи, Хэйнс.
*спустя 16 минут*
– Ну и где он?! *Милагро прислушался к разговору, стоя у двери*
Мэр: Так... Хэйнс, я тебе заплатил деньги, чтобы ты мне слил этого сенатора. Так?
Хэйнс: Да, мэр. Всё будет, господин мэр, я его уберу. Мой план уже готов.
Неизвестный голос: *смех*. Да, Хэйнс. Я с тобой рука об руку уже 7 лет работаю. Господин мэр, позвольте мне заняться Фрэнком Милагро.
Хэйнс: Лэнктон, это моя операция.
Неизвестный голос (Лэнктон): Грубым голосом: Ты тянешь с Милагро уже несколько недель. Кто убрал по твоему этого Томпсона? Милагро живет и дышит. Почему? Слушай, Хэйнс, лучше придержи коней, иначе вместе с этим Милагро, Боже меня упаси, сгниёшь в одной могиле.
Хэйнс: Это моя операция, ты меня понял?
Неизвестный голос (Лэнктон): *направляет пистолет на Хэйнса*
Мэр: Так хватит, только вчера новый ковёр привезли из IKEA. Менять буду за ваш счёт.
– Судя по тому, что я услышал, Хэйнс — крыса. О чёрт, что там за крики.
Хэйнс: сдохнешь вместе с Милагро.
Неизвестный голос (Лэнктон): Выстреливает мимо Хэйнса.
Мэр: Эй, эй, паршивцы.
Хэйнс: Выламывает дверь. МИЛАГРО, БЕГИ!
Неизвестный голос (Лэнктон): Вот ****.
Глава 2. Вознесение.
Спустя время после загадочного и до сих пор неясного предательства Хэйнса, Милагро ничего не потерял, казалось бы по отношению к нему должны были быть применены какие-то меры, чтобы «выдавить его из игры», однако, Милагро до сих пор был при делах, а его репутация не пострадала.
17 июля Милагро перебрался в Чикаго на конференцию конгресса США. Долгий перелет, но хороший обед, сгладили углы и Милагро был всем доволен, пока.
Зал очных конференций. Illinois State Hall.
Спикер конференции: ... сегодня, очень многие из вас, знакомы с важностью билля о правах. Долг нашего поколения передать этот шанс на демократию, шанс на свободу, будущему поколению. В наших руках исключительно в наших, лежит целая нация, единая и великая Америка, она не должна утратить это величие и единство, не должна утратить право на свободу и свой голос! Именно поэтому сегодня проводится дискуссия по закону об отмене поправок об ужесточении контроля за оборотом оружия.
Конгрессмен: я хочу озвучить то право, которое пока нам всем гарантировано, на уровне свободы: «Поскольку хорошо организованное ополчение необходимо для безопасности свободного государства, право народа хранить и носить оружие - не должно нарушаться.». Это хорошие слова, правильные слова! Вторая поправка вступила в силу 234 года назад, 15 декабря 1791 года.
Гости, присутствующие, все стоя аплодировали. Все поддерживали конгрессменов выступающих «за» ношение оружия.
Конгрессмен: это наше право - это наша свобода! Сегодня они пришли за нашими свободами второй поправки, и кто знает, что будет завтра.
Эта конференция была спонсирована фондом Милагро. Она изначально была победоносной, позиция Президента США по поправке №2 была такой же обоснованной, и цель была сохранить ее. Однако последние выборы, оказались ожесточенными. Спустя неделю после конференции в Чикого, президент США покинул партию и провозгласил себя отдельным лицом в американской политике.
Fox News. Дневной выпуск.
Журналист: ... возвращаемся к последним новостям. Буквально за день до подписания нового закона об ужесточении правил использования оружия в Техасе объявили о намерении стать независимым государством. Народ Техаса заявил, что новый закон о контроле над оружием - есть нарушение правовой базы штата, цитата: «а действующего президента мы не избирали».
Англия. BBC. Репортаж.
Журналист из Британии: Америка уже более двух десятков лет планомерно движется в сторону «полицейского государства», в последние годы этот курс стал наиболее явным. Не стоит думать, что в Штатах живут одни дураки, напротив. Думающих людей там хватает. И решительных тоже. Так, во многих штатах народ массово отстреливает государственные дроны, которые везде летают и за всеми следят. Сшибают шпионов из того самого оружия, которое собираются запретить. Тоже, кстати, антиобщественный поступок — за это оружие точно отберут. Если смогут...
Как вы могли понять, 27 июля президент США подписал закон об ужесточении правил использования огнестрельного и прочего боевого оружия среди населения. Общественный резонанс, кризис, толпы митингующих и конечно «Пункты добровольной сдачи оружия» где можно сдать свою пушку. Надежды Милагро, конгрессменов, фондов, лоббистских организаций и сотен других людей, которые пытались своими деньгами и властью «застрелить в зародыше данное посягательство на личные свободы граждан», оказались тщетны. Всего за один день, весь сектор в котором работал мистер Милагро, рухнул.
Клиенты и заказчики проектов лоббирования, в основном крупные предприятия и лица обороннно-промышленного комплекса, правовой давкой, пытались отсудить часть средств за такое поражение. Конгрессмены, которые так яро кричали, получали угрозы и в следствие своей слабости, уходили с должностей по собственному желанию. В один миг, десятки предприятий ВПК объявили о своем закрытии или сворачивании деятельности на территории США.
Чтоб вы понимали, ущерб был настолько критический, что даже госсекретарь покинул свой пост, после дипломатической давки на него, что в стране-матери демократии, умерла сама демократия. Милагро пришлось тоже покинуть свой пост и сферу деятельности. Вариантов куда податься не было, с таким резюме идти к антиоружейному лобби, как податься в рабство. В прошлом Фрэнк отслужил и был морпехом, потом ушел строить политическую карьеру.
Милагро пришлось вступить в ряды вне штатных агентов ФБР. В сентября, после длительной подготовки в утонувшем в памяти Лас-Вегасе состоялась первая операция с участием Фрэнка Милагро.
Лас-Вегас, Невада. Конспиративная квартира Федерального Бюро Расследований.
Сержант: Это казино «Альтамонт». Слушаем внимательно. Наш план: Бакстер, ты берешь под наблюдение корпус службы безопасности, каждый охранник должен быть под твоим взором. Униформа для конспирации лежит у входа. Холли, ты занимаешь этот служебный коридор, на плане он отмечен слегка желтоватым оттенком. Пока ты там, ты будешь выполнять технические манипуляции с автоматами, до того как попадешь в коридор, работаешь с Милагро. Еще, этот коридор соединяет ситуационный комплекс администрации казино, офис управляющего и корпус службы безопасности. Тебе важно быть в курсе любой суеты. Найджел, твоя миссия проверить бар на террасе, на крыше. Берешь бокал, и мельком стараешься отмечать любые подозрительные автомобили или людей, если заметишь, кого-то, кто может нам помещать, сообщаешь. Милагро, у тебя основная задача в ходе операции. Смотри на план. Блэйк и Салли тебя подвезут. Твоя цель - игровые автоматы в зале для випов, грузишь эксплойт Холли и выгружаешь данные из их сети, потом выбиваешь себе на чай, чтобы ввести врасплох всех сотрудников казино.
Всем все ясно?
- да.
- так точно.
- все ясно.
- принято, сэр.
- есть, сержант.
- да, все ясно.
Блэйк: пам-парам-парам-пам! Лас-Вегас! Юхууу.
Салли: Юху!
- Блэйк, Салли, ну вы и веселые!
Блэйк и Салли (хором): а то!
- *Милагро смеется и ухмыляется*
Блэйк: когда приедем, надо будет потом заехать в закусочную.
Салли: зачем? В Альтамонте есть кафе, есть где поесть.
Блэйк: там ведь проходит операция.
Салли: мы же в ней не участвуем, просто подвозим Фрэнка.
Блэйк: Фрэнк, присоединишься, может отметим потом?
- Конечно, если будет возможность, конечно! С вами не соскучишься.
Салли: тише, Нора звонит.
Блэйк: НОРА, САЛЛИ СНОВА НАБУХАЛСЯ, Я ЗАБРАЛ ЕГО С ОТРЕЗВИТЕЛЯ!
Салли: да, подожди, молчи, да, Нора.
- тише-тише Блэйк.
Салли: что, серьезно?! Это правда? Ты не шутишь?
Блэйк: она явно шутит лучше чем я.
Салли: заткнись придурок, ты сейчас охренеешь.
Блэйк: *ухмыляется*
- *Милагро следит за происходящим*
Салли: я приеду как только смогу, мы отметим! Обещаю. Спасибо, спасибо, что позвонила. Люблю тебя.
Салли: Блэйк, Фрэнк!
Блэйк: иииииии....
- барабанная дробь.
Салли: Нора беременна!
Блэйк: поздравляю, дружище! Поздравляю!
- Горжусь, Салли! Поздравляю!
Салли: спасибо, дядюшка Фрэнки!
Блэйк: дядя Фрээээнк!
- *Милагро сидит довольный и улыбается*, ну хватит уже.
Лас-Вегас, Невада. Казино «Альтамонт».
- Ну что ребята, это наше самое крупное дело, кто попадётся копам, тот никого из нас не знает! Федералы нас не спасут, операция секретная.
- Заходим по отдельности.
- Сержант, прием, Милагро внутри. Остальные на подходе.
- Принято, действовать согласно приказу.
Милагро вошел в самое оживленное казино Стрипа, первое, что он услышал это музыка, музыка которая заставляет играть, пробуждает азарт, просто умоляет тратить больше и больше баксов в этом казино. Милагро будто-бы имеющий иммунитет ко всему, тут же обратил внимание на охрану, сотрудников, камеры видеонаблюдения, кодовые замки на дверях и таблички для ориентации по зданию. В Альтамонте было все чтобы увлечь тебя до последнего. Милагро прошел дальше, тут же на входе его встретили громилы с оружием, в черных как перья ночного ворона тактических униформах с лучшим скорострельным оружием, которое остановит любого невоспитанного постояльца этого казино. Рация и тактический респиратор в кармане, на случай реально организованного ограбления с использованием токсичных аэрозолей. Тут Милагро призадумался, о том, что его быстрее убьют, если он решит случайно себя выдать. Отвлек от раздумий Милагро один из сотрудников казино. Это было неожиданно, будто его разбудили, тут даже и музыка сработала и деньги тратить захотелось... к счастью, Милагро не выглядел подозрительно, а всего лишь как какой-то богач, присматривался к своим владениям, какая Богу разница, его это казино или нет, деньги же он здесь спускать будет -, подумал Милагро.
- Сэр, добро пожаловать в казино-резорт «Альтамонт», подскажите, пожалуйста ваше имя.
- Добрый день, Пол Хатчинсон.
- *сотрудник проверил имя в планшете*, все хорошо, сэр. Я слегка познакомлю вас с основными элементами нашего казино и проведу вас в VIP зал. Как вам такая идея? Меня зовут Тим, я один из администраторов этого казино.
- Пол, очень приятно. Потрясающая идея, начнем!
- Пройдемте. Здесь располагается наш гардероб, вы можете сдать свою верхнюю одежду. Скажите, пожалуйста, у вас с собой есть, что-то что необходимо обеспечить должным хранением?
- О чем идет речь?
- Оружие, деньги, украшения, товары... все что для вас может быть дорого, сэр.
- Нет, вроде ничего такого.
- Тогда, мы можем сразу приступить к началу вашей игры.
Казино «Альтамонт» выглядело потрясающе! Даже стало жаль, что Милагро здесь только ради операции ФБР. В центре игрового зала в стиле ар-деко располагался богатый на изысканные блюда фуршет, бар с вычурными коктейлями и очень дорогими рецептами напитков, Кровавая Мэри, ром, грог, коньяк Remy Martin Louis...
Правее игрового зала находился длинный и просторный променуар с рестораном, залами частных игр, лифт на террасу и два конференц-зала. Милагро подметил, что Найджелу предстоит провести время на отличной террасе. Левая часть игрового зала, к слову, была не особо примечательной, судя по указателям там были санузлы и даже молельные комнаты. Молимся и выигрываем, но казино всегда в выигрыше, но не сегодня. Кстати, сзади Милагро располагались кассы выдачи наличных, обмена фишек. Филиалы банков для быстрых займов прямо в казино.
- Мистер Хатчинсон, прошу, следуйте за мной.
Милагро и администратор казино прошли вглубь игрового зала, оказалось там и не было потолка, выше, где-то на 40 этажей виднелась стеклянная крыша, а все этажи занял отель.
- Это зал для VIP гостей, если захотите передохнуть прямо после зала находится лифт в отель, на втором этаже проходят регистрация и заселение, отель высокого класса, вам обязательно понравится. Возможно, у вас есть какие-то пожелания?
- Нет, пожалуй начну игру.
- Пол?
Здесь конец диалога резко прервала Холли, что она здесь делает черт возьми?!
- Холли! Как я рад тебя встретить здесь, менеджер как раз показывал мне казино!
- А я то как рада! Сыграем?
- Мистер Хатчинсон, мэм, я всегда рад вам помочь! Если не осталось пожеланий, я буду у входа в зал. Я вынужден отклониться. Прошу меня простить.
- Все хорошо, я обращусь к вам позже.
- Приятного вечера, мистер Хатчинсон. Мэм.
Холли кивнула менеджеру, посмотрела на Милагро гневным взглядом.
- Сержант, мечется, на что ты тратишь наше время? Все уже заняли позиции. Мы готовы. Пора все сделать, без тебя не справимся, Фрэнк.
- Я готов. Я все сделаю как договаривались, а вот тебе пора вернуться в служебный коридор.
- Я лишь выполнила просьбу сержанта. Остальное за тобой. Увидимся после задания.
Милагро встал за игровой аппарат, подключил рацию, надел наушник и начал подпевать текстом песни Чикаго, Фрэнка Синатры.
- Chicago, Chicago, that toddling town
- Слышу хорошо, Милагро, приступай к игре.
Милагро внес ставку в 50 долларов, нажал кнопку на автомате, три семерки обошли его стороной, две вишни и он вернул себе свои 50 баксов. Ставка 250 долларов... и ничего... ставка 500 долларов, снова ничего. Здесь ничего не выйдет. Милагро отошел к автомату видеопокера, в надежде, что здесь что-то выйдет. Ставка 100 долларов, Милагро удержал пару карт, но ничего не вышло. Ставка 500 долларов, раздача, старшая карта, 500 баксов вернулись в кошелек Милагро, сегодня ему везет на пятерки. Ставка 1000 баксов, снова старшая карта, деньги вернулись в карман, ставка 10 000 долларов... раздача... и... СТРИТ! Милагро только что забрал 40 000 баксов. Автомат подходит для операции, значит комбинации выше стрита в нем работают.
- У меня стрит, 40 тысяч.
- Холли, доложи о готовности.
- Жду отмашки, сержант.
- Я жду добра от начальства, как только они дадут старт, я дам старт вам, пока ждем.
- Принято, сержант.
Милагро достал телефон и тут же по рации с ним захотел связаться Бакстер.
- Милагро, это Бакстер.
- Да, Бак.
- Переключись на 8 канал.
Милагро настроил рацию и попал на частоту службы безопасности казино.
Сотрудник СБ: ... код 4, в фойе.
Охрана фойе: центр, принято.
Сотрудник СБ: код 12 у Блэк Джека 06. Доложите.
Дилер столика 06: докладываю о ставке в 80 000 долларов. Подтвердите.
Сотрудник СБ: ставка согласована. Контроль за игрой установлен.
Дилер столика 06: принято, прием ставок завершен, начинаю раздачу.
Милагро вернулся на частоту где разговаривал с Бакстером.
- Довольно хорошая работа, Бакстер.
- Спасибо, Фрэнки. Но ты не слышал главного, вернись на 8 канал, срочно.
Милагро вернулся на 8 канал, с заметным вздохом.
Сотрудник СБ: центр, это контроль казино.
Сотрудник центра: докладывайте, контроль казино.
Сотрудник СБ: замечен вооруженный отряд федералов, вошли только что, наблюдение установлено с самого начала, их цель неизвестна.
Сотрудник центра: принято, докладывайте о любых их действиях. Пока не мешайте им. Если начнут останавливать игры или отвлекать игроков, действуйте согласно инструкции.
Сотрудник СБ: принято, центр, конец связи.
Милагро обработав услышанное, быстро перенастроил рацию на частоту ФБР для связи с Бакстером.
- Бакстер, что там происходит?
- Мне кажется из-за этого мы здесь. Помнишь, сержант проболтался, сказал мы отвлекающий маневр для чего-то более крупного. Мне кажется это облава ФБР.
- Возможно, но это не наше дело, ждем приказов и выполняем свою работу, лучше не нарываться лишний раз, Бак.
- Я согласен с тобой, Фрэнки.
- *кхм-кхм*
- Сержант?
- 2 минуты, до полной готовности.
- Принято.
- Найджел, не забывай докладывать.
- Так точно, сержант.
- Милагро, последняя проверка игрового автомата.
- Минуту...
Милагро внес ставку в размере 10 000 тысяч, раздача... ТРОЙКА! 30 000 тысяч выигранных. Автомат явно способен на большее.
- Сержант, я и машина побед, готовы.
- Отлично. Начинаем через 40 секунд.
*спустя 40 секунд*
- Внимание! Начинаем!
Милагро вносит ставку, делает раздачу и использует комбинацию сотрудников казино. На экране отобразился сервисный код автомата.
- Холли, сервисный код 664-w1f5, он?
- Проверяю... он! Вижу тебя, Фрэнк! Сейчас подкорректирую раздачу, у нас будет немного времени пока нас заметят, так что, думай быстрее над тем, где какая комбинация.
- Понял, тебя. Запускай.
- Вноси ставку. 500.
Милагро внес 500 баксов, раздача... и... СТРИТ! 2000 победных.
- Холли. Стрит.
- Вноси ставку. 1000.
Милагро внес 1000 баксов. Началась раздача. Карты отображены, Милагро вспоминает комбинации, удерживает карты, и... КАРЕ! 12 500 долларов в карман Милагро.
- Холли. Каре.
- Хорошо. Вноси ставку. 500.
Милагро внес 500 долларов, вышел на раздачу, удержал карты и... неожиданный Роял флэш. 125 000 баксов чистыми выиграно.
- Холли. Роял флэш.
- Бакстер, что у тебя?
- Все тихо, продолжайте.
- Вам нужно ускориться, нужна суматоха, действуйте быстрее и крупнее. Операция на грани провала.
- Поняла, сержант, сейчас все будет.
- Милагро, жди.
- Холли, что ты задумала?
- Холли?
- Холли, прием!
Милагро увидел, что к нему стремительно ускоренно идет Холли. Она зашла в зал для випов, но завернула и села за другой автомат.
- Холли, что ты делаешь?
- Вноси ставку. 10 000.
Милагро внес ставку, раздача, Роял-флэш! 4 000 000 долларов должны быть выданы в виде фишки из автомата. Милагро посмотрел на автомат Холли и там тоже 4 000 000 выигрышных, на автомате другого випа, снова 4 лимона баксов.
- Холли, автомат не выдал карту. Что ты сделала?
- Я остановила игру, сиди и жди.
- Вы поставили на уши всю охрану, ко всем випам установят охрану, всех выведут в отель.
Милагро обратил внимание на лифт в центре следующего зала, который ведет в отель, из него вышли сотрудники службы безопасности. Один из них шел прямо к Милагро.
- Мистер Хатчинсон, прошу, вас, встаньте для проверки игрового автомата.
- Без проблем!
В зал для випов вошел он. Морган Хэйнс. Какого черта, Милагро в полном недоумении от происходящего...
Хэйнс: Уважаемые приоритетные гости Альтамонта, я на правах управляющего, прошу вас простить за задержку, мы в курсе ваших побед, деньги будут выданы после тщательной проверки.
VIP гость: что, у вас деньги кончились, небось обанкротились, каждому по 4 миллиона отдавать?
Хэйнс: мистер... Крит? Не переживайте, вы постоянный гость этого зала и казино в целом, я знаю, что вы должны нам 3 миллиона 194 тысячи долларов. Мы вычтем их из выигрышной суммы и вернем вам разность. Вам не стоит переживать.
VIP гость (мистер Крит): пфф...
Милагро посмотрел на Холли, он понял, что прямо сейчас Хэйнс может его узнать, хотя Милагро чуть скрылся за автоматом и его не было видно.
- Холли, Милагро, я передал по частоте, чтобы вас приоритетно вывели с другими гостями. Судя по всему у вас в зале управляющий, он может отклонить мой фальшивый приказ.
- Управляющий?
- Да, сержант. Морган Хэйнс, он здесь.
- Вот черт...
- Сержант?
К Хэйнсу подошел сотрудник службы безопасности и что-то сообщил.
Хэйнс: Кто распорядился?
Сотрудник СБ: *что-то ответил*
Хэйнс: Нет, никого не уводим. Что за бред?! Начальника службы безопасности позовите! Хотя, я сам ему сейчас позвоню. Свободны!
Милагро обратил внимание на одного из охранников, который после диалога с коллегой подошел к Хэйнсу, далее что-то прошептал ему. У них завязался неизвестный диалог, который мог выдать, что Милагро здесь. Однако, к счастью или к не счастью, охранник подошел к Холли.
Сотрудник СБ: Мэм, вы Холли Хатчинсон?
Холли: да, это я.
Сотрудник СБ: Пройдемте со мной, пожалуйста.
Холли: куда?
Сотрудник СБ: Мэм, следуйте за мной!
Холли: руки убери, придурок, я никуда не пойду.
Сотрудник СБ: *подозвал коллег с оружием*
В этот момент все випы находящие в игровом зале ахнули и уклонились, сотрудники службы безопасности направили оружие на гостей, на Милагро в том числе.
Хэйнс: дамы и господа, все для вашей же безопасности! Просьба подчиниться, хотя бы один раз в вашей жизни!
Сотрудник СБ: Холли Хатчинсон, следуйте за мной, пожалуйста.
Хэйнс: здесь еще должен быть Пол Хатчинсон, мистер Пол Хатчинсон, кто это, он здесь?
- Это я.
Хэйнс: простите, что уводим вашу супругу, сожалею, что вышло все так не красиво... мы... мы с вами не знакомы, нигде не виделись?
- Мадам Хатчинсон не моя супруга, мы не знакомы и вас я тоже не знаю, сэр.
Хэйнс: о боже... простите, простите... как стыдно... простите. Уведите ее уже отсюда.
Холли пошла за сотрудником СБ, дальше они скрылись в коридоре, который вел неизвестно куда...
Хэйнс: уважаемые гости, все хорошо, прошу пройти всех в конференц-зал.
*выстрел*
*сотрудники СБ казино выстрелили куда-то в ответ*
Хэйнс включил пожарную сигнализацию и скрылся в лифте в отель. Милагро пригнулся, оклемался и начал осознавать ситуацию: судя по всему, стреляли в Хэйнса и это были федералы. В игровом зале, уже находились сотрудники полиции штата и агенты ФБР. Милагро проскользнул в коридор, в котором скрылась Холли с сотрудником СБ. Коридор был просторным, там находились небольшие кабинеты сотрудников казино, дальше по коридору был переход к санузлам, примерно было понятно, что Милагро находится за игровым залом в левой его части. Милагро обратил внимание на указатели и почти вошел в корпус службы безопасности.
- Милагро, что ты делаешь?
- Бакстер? Прием, с тобой все хорошо?
- Да, я выполняю свою задачу, слежу за корпусом службы безопасности, зачем тебе туда?
- Почему ты раньше не вышел на связь?
- А... ммм... не знаю, никто и не пытался со мной связаться.
- Я ищу Холли. Ты видел куда ее повели? Ты же все камеры видишь?
- Почти. Я сейчас в ситуационном центре отеля, тут по крайней мере потише, Холли повели в кабинет заместителя директора казино.
- Секунду. Так. Тут два таких кабинета.
- Быть точным. Кабинет заместителя директора по азартным играм.
- Спасибо, Бакстер.
- Будь осторожен... я не знаю, кто там может быть.
Милагро, тихо приоткрыл дверь в кабинет, он увидел, что Холли беседует с замдиректора казино.
Замдиректора: ... ты должна быть осторожна, как ты вообще в это ввязалась, я ведь не могу за тобой присматривать постоянно.
Холли: я согласилась на это задание, только потому что ты здесь работаешь папа, ведь со мной ничего не случилось и ты помог мне с этим охранником.
Замдиректора (отец Холли): а завтра ты поедешь на другое задание ФБР, там меня уже не будет. Кто сможет тебе помочь в безвыходной ситуации?
Милагро вошел в кабинет.
Замдиректора: что у вас?
Холли: Милагро! Ты выбрался?
- с горем пополам.
Замдиректора: вы ее коллега?
- да.
Замдиректора: вам нужно сбежать отсюда. В игровом зале потасовка и перестрелка.
Холли: наконец-то...
Замдиректора: выйдите из кабинета и заверните чуть правее, там будут кабинеты открытого типа, между ними будет подсобное помещение, вот хозяйственная ключ-карта. Внутри этой подсобки есть небольшой лифт для клинингового персонала, заходите в него и поднимаетесь в отель, оттуда сбежите через главный вход, там своя охрана, вряд-ли на них распространилась тревога.
- спасибо.
Холли: пока пап.
Замдиректора: будь осторожна с федералами, прошу тебя.
Холли кивнула в ответ отцу и вышла из кабинета первой. Милагро вышел вслед за ней. Они нашли подсобное помещение и пробрались в отель, лифт был очень узок и как он работал было не ясно, однако на какой-то этаж они приехали, покинув подсобку они увидели лишь панорамный коридор со спокойной музыкой и номера.
- Видишь план эвакуации?
- Должен быть около входа.
- Нашла! С террасы можно спуститься на этаж ниже не привлекая внимание.
- Отлично, то что надо.
- Знаешь, какой этаж?
- 19 этаж.
Милагро и Холли ринулись прямо к террасе, там никого не было, она была оборудована бассейном и четырьмя лежаками, с другой стороны стоял гавайский бар, но он был пуст. Милагро спустился первым, территория была чиста, он подозвал Холли.
- Ниже спуститься уже нельзя. Нужно идти через номера.
- И? К кому пойдем?
- В этот. Тут вроде темно.
- Тут везде темно, это тонированные окна, Милагро...
- Ну, попытка не пытка.
Милагро выбил дверь, они ворвались в чей-то номер, в гостиную номера. Пройдя дальше они услышали храп гостя, спасибо ему, что он хорошо спал, а дверь в его комнату была приоткрыта только на половину. Милагро и Холли прошли к выходу и решили покинуть номер.
- Холли, приём.
- *шепотом* Да, сержант, рада, что вы вышли на связь, нам необходима эвакуация.
- Где ты?
- Мы с Милагро в отеле, в чьем-то номере.
- Отлично, хорошо, хорошо, что Милагро рядом. Я потерял Найджела, с Бакстером связь плохая.
- Сержант?
- В отеле тревога. Гостей выводят поочередно этаж за этажом. Они ищут наших агентов, которые изъяли компромат. Мы не справляемся. Скорее всего они начнут зачистку и вашего этажа, я не знаю как вас забрать оттуда.
- *Милагро перехватил рацию у Холли* Вы где сейчас, сержант?
- Я выехал к отделению коронеров на Фрисайде.
- Мы кого-то потеряли?
- Салливан погиб. Его убили. Блэйк пропал. Его не нашли. Я знаю о четырех трупах, которые успели вынести из игрового зала. Там до сих пор ходит их охрана.
- Боже... Салли...
- Сержант, к этому причастна охрана казино?
- Нет... это были люди одной из Вегасских группировок, отдел выясняет кто замешан в этом.
- Держитесь, сержант!
- Это вы держитесь. У вас там горячо. Прошу, выберитесь живыми.
- Так точно, сержант.
- Холли.
- Что?
- Если выходить, то прямо сейчас. Другого шанса не будет.
- Если нас поймают? Что будет? Нас убьют?
- Я не знаю. Но могу пообещать, что все будет хорошо.
- Ладно. Выходим.
- Сержант, это Милагро, мы с Холли выходим из номера на этаж.
- Принято, Милагро. Сохраняйте бдительность.
Милагро и Холли покинули номер. Они вышли в общий коридор отеля, было тихо, слегка было слышно успокаивающую музыку, как во всех отелях. На этаже было примечательно чисто. Этаж был цикличным, любой путь вел к одному лифту. В одну сторону.
- Здесь лучше разделиться.
- Я на лево. Ты на право. Встретимся у лифта.
- Холли, встретимся у лифта.
Тише воды, ниже травы они оба прошли к центральному лифту.
- Ты здесь.
- И ты.
- Лестничный коридор здесь тоже закрыт.
- Я уже лифт вызвал.
- Тогда ждем за укрытием.
Лифт: *звук*, 18 этаж, внимание, в отеле объявлен красный уровень опасности, всем жильцам просьба пройти в фойе отеля. Обслуживание лифтом 4, 7, 9 и 11 этажов временно прекращено.
- Все чисто.
- Едем.
- Нажимай на второй, тебе ближе.
- Почему не на первый?
- Первый это выход в казино, второй это главный вход, он ведет в сад при отеле, оттуда легко попасть на парковку.
- Поняла, едем на второй.
Милагро и Холли начали спуск на лифте. Возможно, это самый страшный и эпический спуск на лифте за всю их жизнь. Однако, лифт остановился на 8 этаже.
Лифта: *звук*, 8 этаж, внимание, в отеле объявлен красный уровень опасности, всем жильцам просьба пройти в фойе отеля. Обслуживание лифтом 4, 7, 9 и 11 этажов временно прекращено.
- Черт...
- Милагро усиленно начал нажимать на кнопку закрытия дверей...
Двери лифта открылись.
Солдат: куда? В фойе?
- Да, сэр.
Солдат: подождем одного человека, не против?
Холли: нет, мы не против.
Прямо к лифту подошел Хэйнс. На его лице была злосчастная ухмылка.
Хэйнс: Фрэнк, это ты... я и не узнал.
Холли: вы знакомы?
- Да, знакомы. Привет, Хэйнс.
Хэйнс: выйдем, поговорим?
- Без проблем. Она может уехать?
Хэйнс: нет.
- Мы просто уйдем отсюда.
Хэйнс: спелся с ФБР?
- Какая разница? Отпусти девчонку, она здесь непричастна ни к чему.
Хэйнс: за все свои действия, надо нести ответственность, тебе как никому, важно это знать, Милагро.
- Ублюдок, предатель.
Хэйнс: выйдите из лифта, мой солдат уже устал держать эту гребаную дверь.
- Я выйд... *в Милагро вонзили шприц*
Хэйнс: тише, тише, тише...
Холли: *кричит и прижимается к стене лифта*
Последнее, что услышал Милагро, это крик Холли...
Дополнительная глава: Сержант. Спасения нет.
Полицейский участок. Лос-Анджелес, Калифорния.
Кристин: Дэйв О'Нил - офицер месяца.
- Уменьшили жалование, но сделали работником месяца... думаешь, это все из-за того, что бюджетные деньги ушли на эту рамку с моим фото и именем?
Кристин: *усмехнулась*, да, а вот эта пластинка с именем, вовсе золотая!
- *посмеялся*, именно. Слушай, я помню, что у детей сегодня какое-то мероприятие намечается...
Кристин: у них будет футбольный матч на городском поле, тренер сказал, что мальчики давно просили его их туда отправить. Они будут защищать честь школы, для них это важно.
- Я... я очень хочу там быть, Крис. Ты ведь понимаешь.
Кристин: я понимаю, я все понимаю, Дэйви, но мальчики совсем... они еще дети... они могут не понять, я за это переживаю. Я знаю ты работаешь, ты стараешься по полному уделять им внимание, но... твои ночные смены, резкие уходы из дома, после разговора по рации... это все запоминается им куда больше, чем то, как вы вместе сходили в Макдоналдс.
- ... я пытаюсь.
Кристин: я знаю. Хочешь, скажу еще кое-что?
- Попробуй.
Кристин: я знаю, то как ты спишь с пистолетом на тумбе, просыпаешься каждые полчаса и проверяешь снят ли предохранитель. Даже когда ты сидишь за столом или лежишь на диване и смотришь матч, пистолет всегда на столе. Он всегда рядом, Дэйв. Кайл недавно спрашивал, зачем тебе оружие дома, я сказала, что это нужно тебе, чтобы быстро убежать на работу, но ведь рация лежит в тумбе на втором этаже... Эрни не обращает внимания, он смирился. Им уже 8 лет, я боюсь, что они поймут все не так как надо.
- Мне жаль... что... тебе приходится говорить мне об этом.
Кристин: я буду ждать тебя сегодня.
- Договорились.
Кристин: выпустишь из участка? А то новичок на входе косо на меня смотрит.
- Ну ты и вправду похожа на смутьянку.
Кристин: а ты вообще выглядишь как наркодилер в униформе полиции.
- *посмеялся*
После разговора с Кристин, Дэйв ушел в раздумье относительно всего того, что с ним происходит. Времени сидеть и думать не было, его ждал новичок, с которым они должны были выйти в патруль.
Пибоди: сэр, вы готовы?
- Да. Ты подготовил машину?
Пибоди: так точно!
- Подготовил снаряжение?
Пибоди: Да, сэр!
- Открой багажник.
Пибоди открыл багажник. Дэйв заглянул в него и косым взглядом, будто на дебила, посмотрел на новичка.
Пибоди: я долго думал, какой арсенал взять.
- И взял полностью военизированный комплект для захвата стран?
Пибоди: разве?
- Как тебе вообще выдали столько оружия?
Пибоди: а его выдавали? Я сам зашел, взял.
- *закатил глаза*
После того, как Дэйв и Пибоди вернули все в арсенал, объяснили ситуацию оружейному персоналу, они все же получили свой обычный комплект и вышли в патруль. Наконец-то.
Диспетчер: 8-Адам-7, код 10-30 на Меллроуз авеню.
- Диспетчер, 8-Адам-7, принято.
Пибоди: 10-30 дорожно-транспортное происшествие.
- Верно.
Когда они прибыли на место, парни увидели жестокую аварию. Отстреленный автомобиль с повреждениями будто после подрыва.
- Осторожно подходим к машине.
Пибоди: достать аптечку?
- Да.
Дэйв подошел к машине, капот дымился будто под ним пожар, за рулем сидел мужчина 27-33 лет.
- Пульс слабый, но он жив.
Пибоди: Диспетчер, это 8-Адам-7, у нас один пострадавший в 10-30 на Меллроуз Авеню. Требуется скорая.
- Молодец.
Пибоди: *кивнул*
Водитель очнулся. Он опрокинулся голову на верх и поднял руки, чтобы протереть лицо. Дэйв посмотрел на его руку и увидел эмблему мексиканского картеля «Primo Muerto», их инициалы «PM» и пару корон.
Воспоминание.
Преступник: брось ствол, мудила, брось ствол!
- Подними руки и брось оружие!
Преступник: закрой рот, падла!
- Подними руки!
Преступник: сдохни! *сделал выстрел*
- *упал*, *выстрелил*
Дэйв выехал на вызов, сообщили о беспорядках.
Парни из одной банды напали на других в ходе сделки. Когда Дэйв приехал, остальные копы взяли почти всех кроме одного, он попытался сбежать.
После того, как он встретился с преступником лицом к лицу, тот начал диалог. В результате он выстрелил в жилет Дэйва, но Дэйв выстрелил в преступника. Подозреваемый скончался на месте. Звали его Санчо Миерас, мексиканец, один из элит картеля «Primo Muerto», виновный в гибели людей и нарушении государственной границы США. Через день после смерти Миераса, на телефон Дэйва пришло письмо с угрозами. Члены картеля обещали найти удобный момент и ликвидировать Дэйва. Позже, письмо пришло повторно. Начальство отказалось предоставлять Дэйву охрану, но выдала жалование на установку охранной системы по месту жительства. На протяжении месяца Дэйв замечал странные моменты, то за ним ездил мексиканец с пушкой на торпеде, то группа странных парней глядела на то как он идет на обед, то письма и знаки на лужайке у дома, которые Дэйв показательно выбрасывал в помойку, не читая. Он знал, что за ним наблюдают.
Пибоди: Сэр? Сэр? Все хорошо?
- Да, все нормально. Оформи его, если он сможет, что-то сказать.
Пибоди: хорошо, сэр.
После оформления, Дэйв и Пибоди пропатрулировали пол рабочего дня. У мальчиков должна была состояться игра. Дэйву позвонили.
- Офицер Дэйв О'Нил.
Неизвестный: у тебя пацаны хорошо играют.
- Кто это?
Неизвестный: а голос то дрожит. Адреналина в крови достаточно? А, Дэйви? На тебе крест лежит, за Санчо Миераса.
- Оставьте меня и семью в покое.
Неизвестный: твоя воля кончена.
- О чем вы?
Неизвестный: приезжай на Коронадо стрит, поговорим. *вызов завершен*
Пибоди: кто это был, сэр? Вы напуганы.
- Не знаю... сможем заехать на Коронадо стрит?
Пибоди: да, я сяду за руль, если пожелаете.
- Да, лучше, лучше ты.
Дэйву было очень страшно. Он сразу же позвонил Кристин, они поговорили, ей не понравился тон Дэйва, но он был рад слышать, что с ними все хорошо, что дети на игре, а она на трибуне.
Коронадо стрит. Лос-Анджелес.
- Сиди, в машине.
Пибоди: без проблем, сэр. Будьте на связи.
Дэйв вышел из машины, зашел в бульвар, который растянулся на всю улицу, и занял скамейку. Через минуту к Дэйву подсел мужчина.
Неизвестный: как дела, дружище?
- Вы знаете, как у меня дела.
Неизвестный: знаю, знаю, но я вежлив, в отличие от тебя.
- О чем речь, о том, что я весьма не вежлив к тому, кто меня запугивает?
Неизвестный: закрой рот, иначе твой напарник поднимет тревогу. Он под прицелом моих парней, не хочу, чтобы на твоих руках была кровь молодого парня, еще одного. Твои дети и жена, тоже на мушке.
- Что вам надо?
Неизвестный: надо, чтобы ты стал заменой тому, кого убил.
- Ни за что. Я коп.
Неизвестный: я могу сделать так, что тебя с позором уволят со службы.
- Я могу подумать?
Неизвестный: я могу дать тебе время все обмозговать и решить как лучше поступить. Если решишь застрелиться, я плакать не стану. Твое дело. Только семье горько будет.
- Я свяжусь с вами.
Неизвестный: я сам тебя найду.
- Только не дома. Я не хочу, чтобы дети вас видели.
Неизвестный: я сам тебя найду тогда, когда мне это будет нужно. Условия здесь ставлю я. До встречи, Дэйви.
- Ага.
После этой встречи, Дэйв через несколько дней, на патрульной машине, оставив Пибоди в участке, уехал в здание ФБР, с собой он взял какую-то папку с делом, просто ради визуального вида, что он поехал просто рапорты сдавать. Однако, телефон Дэйв оставил в участке, на всякий случай.
Охрана здания: стойте на месте, офицер. Сдайте личные вещи и табельное оружие.
- Держите.
Охрана здания: *досмотрела Дэйва*, проходите.
Сотрудница: доброе утро, офицер. К кому вы пришли?
- Мне нужна помощь. Я на программу защиты свидетелей.
Сотрудница: я отведу вас на этаж выше. Ваша просьба будет зафиксирована, я все передам.
Дэйва обманули. Он с сотрудницей спустились на этаж ниже, она передала его каким-то агентам и те закрыли его в холодной камере. Около 3-х часов Дэйв сидел там, до тех пора пока в камеру не вошел агент Дженкинс.
Дженкинс: Дэйв О'Нил, простите за такое отношение. Протокол. Я агент Дженкинс. Отдел внутренней безопасности.
- Ничего.
Деженкинс: Мы провели имеющиеся у нас данные, у нас нет оснований внести вас в программу по защите свидетелей, однако, возможно, вы можете дать больше подробностей?
- Моей жизни и жизни семьи, угрожает картель «Primo Muerto» они хотят чтобы я работал на них.
Дженкинс: Интересно... я уточню данные и вернусь. Вы остаетесь здесь.
Дженкинс ушел и вернулся лишь на следующий день, все это время Дэйв провел в камере, ему принесли еду и воду, но сидеть в этой камере было по крайней мере безопасно, но он переживал за семью.
Агент: Просыпайтесь, выходите, мы отведем вас к агенту Дженкинсу.
- Я хочу в туалет.
Агент: Мы отведем вас к агенту Дженкинсу.
Здание ФБР. Лос-Анджелес.
Дженкинс: Мистер О'Нил, у меня есть основания полагать, что вы добросовестно служили 4 года в полиции Лос-Анджелеса.
- Это так.
Дженкинс: Согласно вашим показаниям, вам и вашим близким угрожает организованная преступная группировка «Primo Muerto».
- Да.
Дженкинс: Мы проверили данные показания и пришли к заключению, что мы не можем внести вас в официальную программу по защите свидетелей.
- В камере мне было безопасней.
Дженкинс: знаете, Дэйв, без формальностей, в первый раз мне докладывают, что рядом с зданием ФБР находится группа мексиканских наемников, все это время они дежурили возле въезда и выезда, с момента вашего прибытия. По данным наших полевых агентов, такие дежурные группы находятся у вашего дома, ближайшего магазина и у вашего места работы, участка полиции, а и еще у дома вашего подопечного новичка.
- Даже Пибоди приплели?
Дженкинс: Именно, Дэйв. Я не могу оставить вас в таком положении.
- Что вы можете сделать?
Дженкинс: я введу вас под неформальную программу защиты свидетелей.
- Что это за программа?
Дженкинс: все будет предоставлено вам прямо как участниками этой программы, новая жизнь, имя, город, паспорт, легенда, но ваше место работы региональное отделение или формирование ФБР, вы будете работать на бюро. Но.
- Что?
Дженкинс: ваша семья будет отдельным участником программы, мы будем вынуждены вас разделить ради безопасности вас и семьи, вы не будете иметь возможности связаться с ними, более того, это запрещено.
- Что с ними будет?
Дженкинс: вы останетесь в пределах США, а ваша семья будет перемещена в страну с которой у нас заключен дипломатический договор, при исключительной нашей помощи они получат убежище на территории государства куда власть «Primo Muerto» не распространяется.
- Это куда?
Дженкинс: это конфиденциальные сведения. Вы мне ответьте. Согласны ли вы на такое?
- Что будет если я откажусь?
Дженкинс: мы подержим вас в камере еще трое суток и выпустим с пинком под зад, пустим слух по нашим информаторам, что вы устроили здесь дебош, ну и напишем жалобу в ваш участок, для правдоподобности, конечно, но тогда, ваши враги не догадаются с какой истинной целью вы тут были. Дальше я вам помогать не буду, даже не смогу и сюда я вас больше не впущу. Для вас согласован лишь один вариант с ролью бюро в нем, где мы можем вам помочь.
- Я отдам свою жизнь бюро?
Дженкинс: вы узнаете это после того как станете участником программы. Но, вы будете работать, имея цель.
- Какую?
Дженкинс: работая с нами, под новым именем, вы будете обеспечивать и свою, вернее уже не свою, семью, которая будет жить в другой стране. Если вы не будете совершать ошибок, бюро будет им помогать и удовлетворять потребности, в частности финансовые и политические, будь то помощь в регистрации детей в школе или в получении местных субсидий.
- Я... согласен на участие в программе.
Дженкинс: хорошо. Мы приступим прямо сейчас, вы согласны?
- Да.
Через день в здание ФБР приехал автозак с заключенными, они несколько часов пробыли на допросах, а позже были готовы к убытию. Одним из заключенных, который сел в автозак последним, стал Оуэн Андерсон, новый человек, новая личность. Дэйву, подготовили все документы, изменили внешность, что было с его семьей он не знал. ФБР даже в целях безопасности, нашла похожего на Дэйва мужчину и отправила его в дом, его убили прямо на лужайке, виновных задержали, а дом сожгли. По информаторам и связным пустили слух, что вся семья Дэйва О'Нила погибла. Новость шокировала и потрясла коллег Дэйва, а в особенности Пибоди.
Спустя несколько недель после того как Дэйва, то есть Оуэна спрятали в тюрьме, его освободили, выдали документы, провели инструктаж и отвезли в аэропорт. Отправили Оуэна (Дэйва) в Лас-Вегас в штате Невада, в местное отделение полиции и ФБР. Ему удалось дослужиться до звания сержанта офицера полиции и агента ФБР. 3 года он работал за компьютером и сидел в архивах, перебирал досье и жил, а если быть точным, спал по 3 часа в номере в дешевом, но популярном и шумном мотеле, рядом с которым постоянно дежурил отряд полиции из-за постоянных драк и частых убийств.
Дэйву очень не нравилось его имя и фамилия, Оуэн Андерсон, клеймо, которое было свидетельством тому, что он испортил жизнь себе и своей семье...
ее пришлось собирать по крупицам заново. Звали Оуэна (Дэйва) просто Сержант.
У Сержанта были два лучших друга, Блэйк и Салли они были двумя агентами ФБР, часто заставляли сержанта улыбаться, шутили, развлекали, возили в бар, они были отличной компанией для сломленного Сержанта Оуэна Андерсона. Они не знали о его судьбе, но Дэйв был благодарен им, за то, что они давали ему смысл улыбаться, видеть радость в монотонных днях. Однако, после операции в Альтамонте, когда к делу привлекли агентов Фрэнка Милагро, Холли, Найджела, Бакстера, Блэйка и Салли, все они пропали без вести, кроме Блэйка. Его в последний момент нашли раненым без сознания, с пулевым ранением. Вместе с ним, Сержант посетил похороны Салли. Они ударили по состоянию Оуэна, причем очень сильно. Ведь последнее чего хотел Дэйв О'Нил, так это оплакивать погибшего друга и поддерживать его беременную вдову...
Глава 3. Старое доброе.
Спустя два часа после операции в казино «Альтамонт»
Пустыня Мохаве, Боулдер-Сити, в 26 милях от Лас-Вегаса.
Донован Фрейзер, мэр Боулдер-Сити, стоял в своем кабинете, его голос дрожал от ярости и паники. Он метался по комнате, словно дикий зверь, запертый в клетке. Стены мэрии казались ему слишком тесными, а воздух — слишком тяжелым.
— Это! Это! Немыслимо! Просто хрень какая-то! — воскликнул он, сжимая кулаки. — Я даже знать не хочу, как ты смог допустить разбой в самом центре Вегаса! Что это? Что это было? Это был теракт?
Лэнктон стоял рядом, пытаясь сохранить спокойствие.
— Мы ждем подтверждения, господин мэр. Главное, что вы в безопасности, — произнес он с холодной решимостью, но его голос дрожал от напряжения.
Фрейзер оттолкнулся от стола, его лицо покраснело от гнева.
— Я прячусь в мэрии Боулдер-Сити! У своего знакомого! Не в своей администрации! Я в информационном вакууме! Накормите меня уже информацией! Достали вы меня, Лэнктон!
В этот момент в кабинет вошел заместитель шерифа департамента столичной полиции Лас-Вегаса. Его лицо было бледным, а глаза полны растерянности, словно он только что вышел из самого адского, рабочего кошмара.
— Сэр, поступили новые сводки по стрельбе на Стрипе, — произнес он, стараясь говорить как можно спокойнее.
— Озвучивайте немедленно! — скомандовал Фрейзер.
— Согласно полевым сводкам, патрули столичной полиции прибыли на место стрельбы в казино-резорт «Альтамонт» через 12 минут после первого сообщения о происшествии. Стрельба началась 19 минут назад, и боевики прекратили огонь лишь спустя час.
— Какие меры предприняла столичная полиция? Почему только через час прекратилась стрельба? — возмутился мэр, его голос стал резким, как лезвие ножа.
— Ситуация неоднозначная, сэр, — ответил заместитель шерифа, его голос дрожал от напряжения. — Стрельба была между сотрудниками ЧВК и агентами ФБР.
— ФБР? Какого черта в моем городе делают агенты ФБР? — закричал Фрейзер.
— Почему в стрельбе участвовали сотрудники ЧВК? — перебил его Лэнктон, его голос был полон тревоги.
— Господин мэр, мы запросили у ФБР сведения о проводимой в «Альтамонте» операции, однако они сослались на засекреченность, вневедомственное вмешательство и неподчинение правительству штата. Мы отправили прямой запрос в Министерство юстиции для получения подробностей, — объяснил заместитель шерифа.
— Какой к черту запрос, отмените его! — закричал Фрейзер, его глаза сверкали от ярости. — Отзовите любое вмешательство в дела ФБР и федеральных властей! Никто выше не должен обращать на нас внимание! Вы меня поняли?
— Так точно, сэр, мы отменим запрос, — спокойно ответил заместитель шерифа, его лицо оставалось бесстрастным.
— Обеспечьте полный информационный вакуум! Эта ситуация не должна выйти в новостях или протоколах сената штата. Вы меня поняли? — продолжал мэр, его голос стал низким и угрюмым.
— Да, сэр, я вас понял.
Лэнктон, чувствуя нарастающее напряжение, попытался задать вопрос.
— Ответьте на мой вопрос, пожалуйста, — произнес он нервно.
— В перестрелке в «Альтамонте» участвовали боевики частной военной компании «Executive Military Overseer», сокращенно «EMO», которая, по неподтвержденным данным, принадлежит вам, сэр, — произнес заместитель шерифа, его голос звучал как приговор.
Лэнктон, недоумевая, спросил:
— Мои люди вступили в перепалку с ФБРовцами?
— Да, сэр, по распоряжению управляющего казино.
— Почему мои люди вообще охраняли это казино? Кто управляющий и находится ли он под следствием?
— Управляющим казино является Морган Хэйнс, член бюро ФРС при Министерстве финансов, сэр.
Фрейзер усмехнулся, его лицо искажалось от иронии.
— Какой офигительный поворот событий.
Лэнктон нахмурился.
— Находится ли этот человек под следствием?
— Никак нет, сэр. Нам не удалось его найти.
— Вот, я же говорил, придет время, пришло время, и Хэйнс нам нагадил. А все из-за того, что ты чуть его не пристрелил на моем дорогом ковре в мэрии! — произнес мэр с удовлетворением, словно наконец-то нашел виновного.
— Закройте свой рот, мистер мэр! Я по уши в дерьме из-за вас! — накричал Лэнктон, его терпение лопнуло.
— Что? Минуточку. Ты в дерьме, это ты в дерьме, Хэнк? Мой город громят агенты ФБР! Моя полиция ничего не может сделать! И слава Богу, что это был всего лишь «Альтамонт», а не известный всем «Фримонт» или «Космополитан», а еще хуже «Белладжио» или «MGM»! Твои парни всего лишь поиграли с пушками. Таких случаев было много. ФБР своей сверхсекретностью не станут с тобой публично судиться на всю страну, а меня прополоскают в дерьме в отчетный день! — прокричал мэр.
— Мне важно знать, что искали ФБРовцы в «Альтамонте». Я еду туда, — сказал Лэнктон, его решимость была ощутима.
— Хорошо, сэр, я направляюсь в «Альтамонт». Вы можете поехать со мной, если желаете, — предложил заместитель шерифа, его голос был полон профессионализма.
— Нет, я поеду со своими людьми, — решительно ответил Хэнк.
— Ой, какие нынче важные предатели пошли, — усмехнулся Фрейзер, его голос был полон сарказма.
Лас-Вегас, окраина. Склад.
— Аргх... аах... — Милагро просыпался, его тело было измождено, а голова гудела от боли. Он не помнил, сколько времени прошло с момента, когда его укололи, и снились ли ему сны или нет.
— Д... да... дай во...
— Очнулся. Мистер Хэйнс, как слышите? — произнес охранник, его голос был равнодушным, как будто он говорил с очередным предметом мебели.
— Отлично, как дела? — раздался голос Хэйнса из рации, звучащий как мелодия, которую он не хотел слышать.
— Ваш клиент очнулся, сэр, — продолжил охранник, его лицо оставалось бесстрастным.
— Стереги его, скоро буду. Конец связи, — сказал Хэйнс, его голос был полон спешки, словно он торопился.
— Воды д... дай
Охранник бросил Фрэнку бутылку воды, и тот, с недоумением, поймал её на лету. Бутылка была открыта, а вкус воды напоминал затхлую жидкость, словно она хранилась в каком-то гнилом ведре целый год. Фрэнк, сделав несколько жадных глотков, почувствовал, как его желудок протестует, и, с трудом вставая, отошел подальше от дивана, на котором его положили. Охранник, настороженно наблюдая за ним, резко шагнул в его сторону, готовый схватить, если Фрэнк решит сбежать. Но тот не собирался уходить; он лишь проблевался, издавая звуки, которые напоминали муки похмелья или, что еще хуже, утренние недомогания беременной женщины.
Внезапно металлическая дверь склада с глухим звуком распахнулась, и в помещение вошел Хэйнс. Его уверенная походка и властный взгляд придавали ему вид человека, который всегда контролирует ситуацию.
— Глядите, кто проснулся! — произнес он с ухмылкой, обводя взглядом комнату. — Соня, долго же ты спал. Я уж было думал, не очнешься.
Хэйнс пощелкал пальцами рядом с Милагро, словно призывая его к вниманию. В этот момент Фрэнк, ощутив прилив сил, нашел в себе смелость и с разворота ударил Хэйнса. Удар был мощным, но Хэйнс, как будто не замечая его, быстро оклемался и остался на ногах. Было ясно, что он не собирается отвечать тем же.
— Хороший хук справа, Фрэнк, — произнесла Холли, которая, казалось, появилась из ниоткуда, наблюдая за происходящим с легким удивлением.
— ... Холли? — переспросил Милагро, не веря своим ушам.
— Со мной все хорошо, — продолжила она, её голос звучал уверенно. — Морган Хэйнс многое мне поведал. Конечно, мистер Хэйнс, вы тот еще козел, что напугали меня до смерти в том лифте, но это лучше, чем если бы мы с Милагро были бы в заложниках у опасного убийцы.
— Всегда к вашим услугам, — с сарказмом отозвался Хэйнс.
— Как оклемаешься, нужно будет позвонить сержанту. Вернемся и доложим об успехе. Мистер Хэйнс, в Альтамонте уже спокойно? — спросила Холли, её голос был полон заботы.
— Да, там уже все гладко, — ответил Хэйнс.
— Помедленнее, я еще не... не до конца пришел в себя, — пробормотал Фрэнк, его слова с трудом вырывались из пересохшего горла.
— По тебе видно, — заметил Хэйнс, его насмешливый тон не оставлял сомнений в его настроении. — Что-то много я, кажется, вколол...
— Кретин, ты мог меня... навеки усыпить, — произнес Милагро, его голос дрожал от гнева и недовольства.
— Навеки усыпить, да, да, да... именно, Милагро, твое сознание уже проясняется. Нам нужно многое обсудить, — Хэйнс говорил с такой самоуверенностью, что это вызывало у Фрэнка лишь раздражение.
— Каждый раз... каждую встречу ты хочешь что-то обсудить.
— Такой вот я деловой партнер, — с ухмылкой ответил Хэйнс. — Холли, мы поговорим с мистером Милагро, хорошо?
— Да без проблем, я оставлю вас, съезжу за едой, — сказала Холли.
Хэйнс кивнул ей, его взгляд говорил о том, что он хочет, чтобы она быстрее покинула это здание.
— Так... приступим, великий грабитель. Я уже знаю, что вы делали в Альтамонте.
Холли была надежным агентом, и это знали все. Она бы никогда не проболталась, даже если бы ее пытали. В ее глазах читалась решимость, а в голосе — уверенность. Она была той, на кого можно положиться в самые трудные времена. Милагро чувствовал, что ее присутствие придавало ему сил, даже когда все вокруг казалось безнадежным.
Хэйнс, стоя в тени, усмехнулся и резко перевел разговор на бутылку с водой, которую так отчаянно пил Фрэнк.
— А... хм... прекрати пить эту дрянь, — произнес он, указывая на бутылку. — Этой водой тут что только не обливали. Дай-ка я принесу тебе новую.
Фрэнк почувствовал, как его раздражение нарастает, но не мог не обратить внимание на уверенность Хэйнса. Тот продолжал:
— Видишь ли, не Хлоя проболталась, а отчеты полиции. ФБР говорят сами за себя. Ты поставил на уши весь город, не только город — весь штат.
— Я старался, — произнес Милагро, его голос звучал устало, но с ноткой гордости.
— Вот видишь, к чему приводит твое старание? К успеху! — произнес Хэйнс с явным восторгом. — Поэтому я предлагаю тебе дело.
— Что ты сказал? Что ты, мать твою, сейчас сказал? — обозленно спросил Милагро.
— Странный ты человек, — ответил Хэйнс, не обращая внимания на его реакцию.
— Успех? Мы потеряли человека на операции... Боже... Салли... Найджел... Бакстер... Боже, лучше бы ты молчал, Хэйнс, — произнес Милагро, его голос дрожал от эмоций.
— Сопутствующий ущерб. Такое бывает. Хотя твоя подруга не выглядела скорбящей. Насколько я знаю, ФБР сообщили ей, что все целы, — с легким презрением произнес Хэйнс.
— Не верю тебе. Ни одному твоему слову не поверю, — произнес Милагро, его глаза полны недоверия.
— Что? — Хэйнс сделал паузу, прищурившись. — Что тебе надо, чтобы ты мне поверил?
— Ничего. Я сказал, что никогда тебе не поверю, Морган Хэйнс, — произнес Фрэнк, его голос был твердым, как камень.
— Что ты хочешь знать? — спросил Хэйнс, его тон стал более серьезным.
— Заходишь с козырей...
— Говори, Милагро, — Хэйнс наклонился ближе, его голос стал низким и напряженным.
— Тот план с марионеткой, изначально был ловушкой? — спросил Милагро.
— Да! Да! Да! Да! — радостно воскликнул Хэйнс, его глаза блестели от восторга. Милагро посмотрел на него с удивлением.
— Ты сам начал этот разговор! — продолжал Хэйнс, его голос звучал почти игриво. — Неужели! Я уж думал, сколько мне понадобится времени, чтобы плавно подвести нас к этой теме.
— Мгм... Ага... — понимающе утвердил Милагро, его недоверие не ослабевало.
— Видишь ли, — начал Хэйнс, — нет. Это не было ловушкой.
— Теперь нет? Не ловушкой? — Милагро нахмурился, его подозрения росли.
— Теперь нет. Это был план, не по твоей ликвидации, а план для марионетки.
— Ты так любишь это слово? — спросил Милагро, его выражение лица было полным недоумения.
— Да! Марионетка! Юху! — радостно воскликнул Хэйнс, его энтузиазм был почти заразительным. — Я предлагаю тебе власть, деньги, даже делать ничего не придется. Пара готового компромата и дело сделано.
— Станешь там... хозяином Вегаса и чего-нибудь еще, — произнес Хэйнс, его голос звучал с легкой иронией, но в глазах горел огонь амбиций.
— Каждый имеет право помечтать, — отозвался Милагро, скептически приподняв бровь. Он знал, что мечты Хэйнса всегда были больше, чем просто фантазии, но это звучало слишком смело.
— Это не мечта, это план, пойми уже это, — настойчиво сказал Хэйнс, его голос стал более резким. — Не разрушай мои фантазии. Я вижу это так ясно, как никогда.
— Почему бы тебе самому не стать «хозяином Вегаса»? — Милагро не мог удержаться от провокации, его тон был полон недовольства.
— Может потому, что... мне... мне это не надо, — ответил Хэйнс, его лицо слегка смягчилось. Он понимал, что его истинная сила заключалась не в том, чтобы стоять на пьедестале, а в умении управлять из тени.
— Да ну? — Милагро не верил.
— Я не лидер, Милагро. Я могу все сделать, могу все подготовить, обработать, — Хэйнс говорил уверенно, его глаза сверкали от уверенности в своих способностях. — Я идеальный помощник для лидера. Я помогал во всем Томпсону. Но сейчас все мои идеи, они никчемны без... без первого лица. Важного составляющего моих планов.
— Какова твоя цель? — спросил Милагро, его интерес был искренним, но в то же время настороженным.
— Сделать тебя хозяином Вегаса! — с надеждой в голосе ответил Хэйнс, словно произнося заклинание, которое должно было изменить их судьбы.
— Ох... не нравится мне все это.
— Если бы ты со мной работал, были бы другие выводы. Я ведь работал на Томпсона. Все было хорошо. Так доверься мне. Первый и последний раз. Давай. Давай сделаем это. В конце концов... Гарди бы хотел этого... — Хэйнс произнес эти слова с такой искренностью, что Милагро почувствовал, как его сомнения начинают рассеиваться.
— Черт... умеешь убеждать, — признал Милагро, его голос стал мягче. — Так мы снова в игре?
— Ты снова в игре, — с удовлетворением произнес Хэйнс, его улыбка была полна уверенности. — Если ты уже лучше себя чувствуешь, можем приступить. Поедем по делам.
— Поехали, прямо сейчас. Правда, Холли еще не вернулась, — Милагро вспомнил о девушке, которая могла стать проблемой.
— Брось эту девчонку. Она сдаст вас обоих ФБР, и ты дальше пойдешь на них пахать, — Хэйнс произнес это с неприязнью, словно Холли была лишь обузой.
— Почему наша миссия была именно у тебя в Альтамонте? — Милагро не мог не задать этот вопрос, его недоверие вновь всплыло на поверхность.
— Я вроде говорил тебе, что хочу купить себе казино, — Хэйнс произнес это с легким презрением, как будто сам вопрос казался ему глупым.
— Игроман хренов... — пробормотал Милагро, его голос был полон недовольства. Он понимал, что эта затея может обернуться не только удачей, но и настоящим кошмаром.
Он взглянул на Хэйнса, и в его глазах отразилась решимость. Впереди их ждала опасная игра, полная риска и возможностей. Но теперь он знал, что у него есть партнер, готовый рискнуть всем ради достижения цели.
Милагро и Хэйнс уселись в автомобиль, его двигатель тихо урчал, словно предвкушая предстоящие приключения. Они выехали на Олсен-стрит, где солнечные лучи ярко отражались от стекол зданий, создавая игривые блики на асфальте. В воздухе витал аромат свежей листвы и цветущих растений, а небо было безоблачным и ярко-голубым, что придавало этому дню особую атмосферу.
Когда они выехали на трассу Восток-Лейк-Мид-Паркуэй, ветер с открытого окна наполнял салон автомобиля свежестью, слегка охлаждая жаркие лучи солнца. Милагро, откинувшись на спинку сиденья, наслаждался моментом, в то время как Хэйнс сосредоточенно смотрел на дорогу.
По пути они решили сделать остановку в уютном кафе мексиканской кухни Santa Rosa Taco Shop. Внутри царила атмосфера тепла и уюта: стены были украшены яркими мексиканскими мотивами, а аромат свежеприготовленных тако манил их к стойке. Они заказали по паре тако, и, сидя за столиком, обменивались шутками о прошлом, смехом и планами на будущее. Каждый укус был наполнен взрывом вкусов, а разговоры о грядущих приключениях добавляли остроты к их трапезе.
Закончив с закуской, они снова сели в автомобиль и выехали на эстакаду, которая вела их к самому сердцу Лас-Вегаса. Город развернулся перед ними, как яркая картина: сверкающие огни казино, шумные улицы, где жизнь бурлила и кипела, словно река, и неоновая реклама, которая манила их в мир азарта и развлечений. Вскоре они остановились у казино-резорта «Даймонд», его величественные фасады сверкают в лучах заходящего солнца, как драгоценный камень, готовый раскрыть свои тайны.
— Даймонд? — восхищенно спросил Фрэнк, его глаза блестели от волнения.
— Да, именно. Нам сперва не помешает просто развеяться. Блэкджек? - произнес Хэйнс.
— Блэкджек! — воскликнул Милагро, чувствуя, как азарт начинает охватывать его.
Они вошли в казино, и их глаза моментально привыкли к яркому свету и разнообразным звукам, которые заполняли пространство. Игровые автоматы звенели, фишки звякали, а игроки, погруженные в свои мысли, сосредоточенно изучали карты. Хэйнс и Милагро начали свой праймериз по всему игровому залу «Даймонда», перемещаясь от одного стола к другому. Они играли во все, начиная от блестящих игровых слотов и заканчивая напряженным техасским холдемом и кено.
Часы пролетели незаметно, и вскоре они оказались окружены толпой азартных игроков, громко отмечающих удачные ставки. Они наслаждались не только игрой, но и лучшим американским «скотчем», который добавлял веселья в их вечер. На удивление, оба они играли успешно, и казино оказалось в проигрыше.
— 16, черное, четное, — произнес крупье, его голос звучал уверенно.
— Да! Да! Ура! — закричали они, когда фишки снова оказались на их стороне.
— Да как ты угадываешь эти числа? — с недоумением спросил Хэйнс.
— Секрет фирмы, — усмехнулся Милагро, подмигнув.
— Делайте ваши ставки, господа! — произнес крупье, и азарт вновь охватил их.
— Все. Мне хватит, — произнес Милагро.
— Неужели ты нашел конец играм! — утомленно, но саркастично подметил Хэйнс.
— Надо бы найти отель, — добавил Милагро.
— Не надо. Я уже нашел тебе один номер на верхних этажах, — произнес Хэйнс, его голос был полон уверенности, словно он сам был частью этого блестящего мира.
— Что? — удивленно спросил Милагро, не веря своим ушам. Его сердце забилось быстрее, и в голове закружились мысли о том, что же это может значить.
— Я же должен загладить вину за прошлое! — с улыбкой произнес Хэйнс, его глаза искрились, как огни на игровом автомате. — Спроси на стойке про номер на Фрэнка Милагро. А я пойду еще выпью.
— Ты шутишь? Тебе еще не хватит? Ай к черту, — буркнул Милагро, чувствуя, как его охватывает смесь недоумения и веселья. Он не мог понять, как его жизнь так неожиданно изменилась, и что именно ждет его за дверями этого казино.
Милагро, решив оставить за спиной все сомнения, направился к кассе, где яркие огни и шумные разговоры создавали атмосферу праздника. Он обменял фишки на доллары, ощутив, как холодные купюры скользят по его рукам, словно символ нового начала. Затем, с решительным шагом, он направился к ресепшен, где его встретила администратор с приветливой улыбкой.
— Добрый вечер, сэр. Вам помочь с заселением? — спросила она, ее голос был мягким и обволакивающим, как уютный плед в холодный вечер.
— Я уже заселен, вроде как, — ответил Милагро, чувствуя, как волнение начинает нарастать внутри него.
— Давайте проверим, как вас зовут?
— Фрэнк Милагро.
— Минуту, — произнесла она, сосредоточенно изучая экран. — Вижу вас. На вас зарегистрирован президентский люкс, ваш ключ. 4 этаж, сэр.
— Спасибо, мадам, — сказал Милагро, чувствуя, как в груди разгорается искра любопытства. Президентский люкс! Это было что-то новое и неожиданное.
— Я могу помочь вам с багажом? - спросила администратор.
— Нет. Не нужно.
Милагро поднялся на лифте на четвертый этаж. Двери лифта открылись, и он оказался в коридоре, выложенном роскошным ковром, который мягко поглощал звуки его шагов. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь легким шорохом его одежды.
Сотрудник, одетый в безупречно скроенный костюм, с улыбкой встретил Милагро, когда тот вышел из лифта. Его голос звучал уверенно и дружелюбно, словно он был не просто представителем отеля, а личным проводником в мир роскоши.
— Мистер Милагро, я ожидал вас. Позвольте провести экскурсию по вашему люксу, — произнес он, указывая на массивные двери, которые открывались в мир, полный изысканных деталей и комфорта.
— Хорошо, — ответил Милагро. Он шагнул внутрь, и его взору открылась картина, которая заставила его замереть.
Светлые стены, украшенные современными произведениями искусства, создавали атмосферу уюта и элегантности. Пол был выложен мягким ковром, который приглушал звуки шагов, а в воздухе витал легкий аромат свежих цветов и шампанского. Сотрудник продолжил экскурсию, его голос звучал как музыка, подчеркивающая каждую деталь.
— В этом номере прошла большая реновация, так что здесь многое изменилось в абсолютно лучшую сторону. Это гостевой холл, отсюда мы с вами пройдем в общую гостиную, — сказал он, открывая двери в просторное помещение.
— Ого, потрясно, — выдохнул Милагро, когда его взгляд упал на роскошную мебель, мягкие диваны и огромный телевизор, встроенный в стену. Здесь было достаточно места, чтобы разместить компанию друзей или провести вечер в уединении.
— Вот здесь, по соседству, расположен небольшой офис для проведения срочных встреч с вашими коллегами, — продолжил сотрудник, указывая на аккуратный кабинет с современным оборудованием. — Пройдемте вот сюда, здесь ваш рабочий кабинет. Все лучшее оборудование уже предоставлено, оно полностью принадлежит вам.
— Отлично.
— Позвольте. Из гостиной вы можете пройти в свой личный кинотеатр, — сказал сотрудник, открывая двери в темное помещение, где мягкие кресла ждали своего зрителя.
— Потрясающе, — восхитился Милагро, чувствуя, как его глаза загораются от восторга.
— Пройдемте дальше. Здесь расположен ваш частный игорный стол, — продолжал сотрудник, ведя его в ярко освещенную игровую зону. — В данном случае мистер Хэйнс распорядился, чтобы вас ожидал стол для блэкджека с персональным дилером.
— Он будет работать здесь постоянно?
— Разумеется, мистер Милагро, вы в любое время можете сыграть здесь. Фишки мы принесем вам в номер. К слову, в вашем кабинете имеется сейф, в нем уже бонусом находятся некоторое количество фишек. Персонал вашего номера отдыхает лишь тогда, пока вы спите или находитесь за пределами номера.
— Будто бы рабство какое-то... — произнес Милагро, недоумевая.
— Никак нет, сэр, это не так. Сотрудники всегда вам рады и готовы работать для вас.
— Пройдемте сюда, здесь расположен ваш личный спа с джакузи, — продолжал он, открывая двери в роскошное помещение, наполненное мягким светом и ароматом эфирных масел.
— Великолепно, — произнес Милагро, представляя, как расслабляется в теплой воде, позволяя всем заботам уйти прочь.
— Отсюда мы можем выйти в большой ваш личный ресторан-бар. Здесь есть несколько мест, игорные автоматы, любые блюда и напитки на ваш вкус, мест достаточно даже для гостей, — добавил сотрудник, указывая на просторное помещение с барной стойкой и уютными столиками.
— Это все только для меня? — спросил Милагро, не веря в свою удачу.
— Конечно, сэр. Позвольте, пройдемте в спальни.
— Спальни? — удивился Милагро, его любопытство возросло
Сотрудник с уверенной улыбкой указал на двери, которые вели в уютное пространство, наполненное мягким светом и атмосферой уюта.
— Да, чуть правее гостевого холла. Вот. Здесь расположена небольшая спальня для ваших гостей, с их личной уборной и гардеробом.
Милагро шагнул внутрь, и его взору открылась комната, оформленная в теплых тонах. Мягкие пастельные оттенки стен создавали ощущение спокойствия, а уютная кровать с роскошным постельным бельем приглашала отдохнуть. В углу стоял стильный шкаф, который обещал вместить все вещи его гостей, а в отдельной ванной комнате с мраморной отделкой сияли хромированные детали, создавая атмосферу элегантности.
— Хорошо, — сказал Милагро, кивнув с одобрением.
— Пройдемте чуть дальше. Здесь ваш личный гардероб, и ваша личная гостиная. И пройдемте сюда. Здесь ваша спальня, с лучшим видом на весь Лас-Вегас.
Милагро замер, когда вошел в комнату. Огромная кровать с мягким балдахином занимала центральное место, а окна от пола до потолка открывали захватывающий вид на сверкающий город, который мерцал огнями, как бесконечное море звезд. Он почувствовал, как волнение переполняет его, и не удержался:
— Шедевр! Это шедевр! На этом все?
— Рад, что вам все нравится, но я еще не показал ваш выход к личной террасе с бассейном и вторым уличным баром.
— Вы меня споить решили? — поддразнил его Милагро, не веря своему счастью.
— Никак нет, сэр, — ответил сотрудник с легким смехом.
— Слушайте, это просто, просто шедевральнейший номер, а теперь, прошу вас. Я хочу спать. Поспать в кровати, потому что этой ночью я спал на плешивом диване где-то на складе на окраине Вегаса.
— Я вас очень хорошо понял, господин Милагро, — сказал сотрудник голосом, будто бы подумал, что это ему пригрозили сном на плешивом диване. — В завершение хочу уточнить, что в холле расположен телефон, и вы в любой момент можете вызвать в номер самое дорогое шампанское за наш счет, любой предмет для вас, частный лимузин, вертолет, вертолетная площадка на крыше отеля имеется, а также организовать вечеринку в номере.
— Прекрасно. Спасибо! На этом все?
— Все, сэр. Доброй ночи! — произнес сотрудник, делая шаг назад и оставляя его наедине с великолепием номера.
— Доброй ночи! — ответил Милагро, уже представляя, как погружается в мягкие объятия кровати, мечтая о том, как он насладится этим новым этапом своей жизни.
Милагро уютно устроился в роскошной постели, обняв мягкие подушки, и вскоре его глаза начали тяжело смыкаться. Усталость, накопившаяся за долгий день, быстро овладела им, и он погрузился в сон, но спокойствие было недолгим. Вскоре его ум начал плести мрачные кошмары, которые затянули его в свои тёмные объятия.
Первый сон перенес его в машину, где воздух был наполнен напряжением и ожиданием. Внутри автомобиля царила неестественная тишина, нарушаемая лишь звуками мотора и шуршанием шин по дороге. На заднем сиденье сидели его друзья — Салли и Блэйк, их лица выражали смесь волнения и тревоги.
— Блэйк, Фрэнк!
— Иииииии... — ответил Блэйк.
— Барабанная дробь, — произнес Милагро.
— Нора беременна!
— Поздравляю, дружище... — Блэйк, казалось, искренне радовался, но его голос звучал как эхо, теряющееся в пространстве.
— Горжусь тобой, Салли, — произнес Милагро, но его слова, как и его присутствие, растворились в тумане.
Сон сменился, и он оказался в отеле, где царила атмосфера паники и страха. Вокруг раздавались звуки выстрелов, и адреналин бурлил в его венах. Он видел себя, окруженным хаосом, в попытке сбежать от неведомой угрозы.
— Сержант, мы кого-то потеряли? — спросил он, его голос дрожал от страха.
Сержант, с лицом, искаженным горем, ответил с безразличием, который резал душу:
— Салливан погиб. Его убили. Его убили. Его убили. Его убили. Его убили. Его убили.
Каждое слово звучало как удар молота по его сердцу, и он чувствовал, как его собственное сердце замирает.
— Сержант? — произнес он, пытаясь найти в этом хаосе хоть искру надежды.
— Салливан погиб. Салливан погиб, — повторял сержант, его голос стал механическим, как будто он застрял в этом кошмаре.
— Сержант, с вами все хорошо? — недоуменно спросил Фрэнк, но его слова растворились в бездне отчаяния.
— Салли и Блэйк тебя отвезут в Альтамонт, — произнес сержант, но в его голосе не было уверенности.
— Уже отвезли, сержант, все закончилось... — ответил он, но понимал, что это не так.
Салли снова произнес:
— Нора беременна.
— Поздравляю, дружище! — снова отозвался Блэйк, но радость этих слов казалась ему неуместной.
— Салливан погиб. Его убили. Блэйк пропал без вести, — продолжал сержант, и эти слова звучали как приговор.
В этот момент, охваченный страхом и тревогой, Милагро не выдержал.
— Хватит! — крикнул он во сне, и его голос разорвал тишину. Он был окутан страхом своего подсознания, и, казалось, этот кошмар никогда не закончится.
Милагро проснулся, и в первые мгновения его сознание было окутано туманом сна. Он лежал в постели, окружённый мягкими одеялами, которые казались слишком тяжелыми, как груз его собственных мыслей. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом ветра за окном, и он пытался осознать, виноват ли он в том, что произошло.
Он медленно поднялся с постели. Мысли о том, что Хэйнс распорядился не давать о себе знать, словно невидимая нить тянули его назад, останавливая на краю решения. Но он знал, что должен сделать это. Решимость постепенно овладела им, и он направился в гостевой холл.
Милагро подошёл к телефону, стоящему на деревянном столе, и поднял трубку. Внутри него развернулась борьба — желание получить ответ, но страх оказаться под наблюдением. Вздохнув, он всё же решился набрать номер офиса ФБР.
С каждым гудком его сердце колотилось всё быстрее, как будто предвещая, что этот звонок изменит всё. Наконец, раздался голос на другом конце провода:
— ФБР, Лас-Вегас, слушаю.
— Я работаю на бюро в данный момент, — произнёс он, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожало. — Мой куратор, сержант, он не отвечает по личным каналам связи. Он в офисе?
— Нет, сэр, его нет в офисе.
Милагро почувствовал, как внутри него что-то обрушилось. Он не знал, что делать дальше.
— Хорошо, спасибо.
— Попробуйте связаться с другими агентами, возможно, они вам помогут. Удачи, — добавил сотрудник.
— Спасибо. Всего доброго, — ответил Милагро, положив трубку на место. Он остался стоять в холле, погружённый в размышления.
В его голове всплыли воспоминания о сержанте, который работал и в ФБР, и в полицейском департаменте, где он имел свое звание. Милагро быстро поднял трубку и набрал номер участка.
— Участок Спринг-Вэлли.
— Доброе утро. Подскажите, пожалуйста, на службе ли сержант?
— Какой сержант?
Милагро на мгновение задумался, но потом вспомнил фамилию — сержант не любил её называть.
— Сержант Оуэн Андерсон.
— Нет, сэр, его нет.
— Понял, извините.
Он снова остался один в своём уютном, но теперь кажущемся пустым люксе. Милагро решил позвонить на ресепшен.
— Доброе утро, Мистер Милагро! — радостно произнёс сотрудник. — Я рад, что вы позвонили! Как вам номер, все устраивает? Желаете ли шампанское?
— Что вы можете для меня сделать? — спросил Милагро, не обращая внимания на излишнюю вежливость.
— Всё что угодно, сэр!
— Найдите мне информацию об Оуэне Андерсоне, сержанте полиции Вегаса, — произнёс Милагро, его тон стал настойчивым.
— Мистер Милагро, но это сотрудник по... — начал было сотрудник, но его прервали.
— Это не обсуждается. Сделайте это для меня, — произнёс он, чувствуя, как напряжение нарастает.
— Но, сэр! — снова попытался возразить сотрудник.
— Как вас зовут? — резко спросил Милагро.
— Фидерико, сэр.
— Прошу, сделайте это для меня. Больше мы с вами это не обсуждали. Просто доставьте мне эту информацию как можно скорее. Спасибо, — сказал Милагро, и, не дождавшись ответа, положил трубку.
Он встал и направился в спа, где тепло воды помогло ему немного расслабиться. После этого он позавтракал в своем ресторан-баре, наслаждаясь ароматом свежезаваренного кофе и хрустящей выпечки. Наполненный энергией, он решил посмотреть фильм в личном кинотеатре, где мягкие кресла и тусклый свет создавали атмосферу уединения.
Но вскоре, когда он погрузился в сюжет, его внимание отвлек звук дверного звонка, который раздавался даже в кинозале.
— Ого как! — отреагировал Милагро, на такие дверные технологии.
Милагро подошел к входу своего номера и открыл дверь.
— Хэйнс, доброе утро, — произнес он, увидев своего спутника, который стоял у двери, одетый в строгий костюм, идеально подчеркивающий его важность.
— Доброе утро, Фрэнк, — ответил Хэйнс, его голос звучал уверенно и дружелюбно.
— Проходи, — пригласил Милагро, отступив в сторону.
Хэйнс шагнул внутрь, осматриваясь.
— Как тебе номер? — спросил он, с интересом изучая обстановку.
— Отлично. Меня все устраивает, признаюсь, это было выше моих ожиданий, — ответил Милагро, улыбнувшись. Комната действительно впечатляла: просторная, с большими окнами, откуда открывался вид на сверкающие огни Вегаса.
— Отлично. Ты здесь надолго, — заметил Хэйнс, его глаза блестели от энтузиазма.
— Да, это точно, — согласился Милагро, обдумывая предстоящие дни.
— Казино-резорт в центре Вегаса — чудесный бизнес. Я нашел одну компанию «Дайтона». Нам нужен небольшой офис. Собирайся, и едем, — продолжил Хэйнс, его голос стал более деловым.
— У меня из одежды только тот костюм, а я отправил его в стирку полчаса назад, — сказал Милагро с легкой досадой.
— Ты был в гардеробе? — поинтересовался Хэйнс, поднимая бровь.
— Еще нет, — ответил Милагро, осматриваясь вокруг.
— Загляни туда, — посоветовал Хэйнс.
Милагро направился в гардероб, и, открыв дверь, увидел, что на вешалках висит множество предметов одежды — от спортивных костюмов до элегантных деловых нарядов. Яркие цвета и разнообразные фактуры создавали атмосферу, как в модном бутике. Он выбрал подходящий костюм, который идеально сидел на нем, и, удовлетворенный своим выбором, вышел в гостевой холл.
— Замечательно, поехали, — сказал Хэйнс, его голос был полон нетерпения. — Лимузин нас ждет.
— Какой же ты суетливый, — заметил Милагро, усмехнувшись.
— Нам нужно поспешить, если мы хотим все сделать по нашему плану, — ответил Хэйнс, его взгляд был сосредоточен.
Милагро подошел к лифту и нажал кнопку вызова, слыша, как механизм отзывается тихим щелчком.
— Я знаю, насколько это важно, просто можно немного реже переселять меня со склада в президентский люкс, — произнес он с легкой иронией.
— Я делаю свою работу, — парировал Хэйнс, его голос оставался спокойным и уверенным. — Нажми на «P».
— Что за «P»? — спросил Милагро, недоумевая.
— Parking, парковка, паркинг, — пояснил Хэйнс, его тон был немного настойчивым.
— Точно, — засмеялся Милагро, нажимая на кнопку, после спуска, лифт с тихим звуком открылся.
Милагро и Хэйнс вышли из лифта, и свежий воздух встретил их, когда они ступили на парковочную площадку. Лимузин, с блестящими черными боками, остановился совсем недалеко от самого лифта, и они сели внутрь, ощущая комфорт и роскошь, которые предлагал этот автомобиль. Мягкие кожаные сиденья обнимали их, а приглушенный свет создавал атмосферу уединения. Лимузин медленно двинулся, унося их чуть южнее от сверкающего центра Вегаса.
Когда они вышли, перед Милагро предстал высокий деловой центр, его стеклянные фасады отражали яркое солнце, создавая эффектный контраст с яркими огнями города. Здание выглядело внушительно и красиво, словно современное произведение искусства.
В холле их встретила молодая женщина с доброй улыбкой.
— Добро пожаловать, мистер Милагро, мистер Хэйнс, — произнесла она, её голос звучал уверенно и дружелюбно. — Мистер Милагро, я Молли, ваш ассистент. За стойкой также находится мистер Джексон, ваш помощник по прочим оперативным вопросам. Пройдемте в конференц-зал.
— Морган, зачем мне личные девочка и мальчик на побегушках?
— Нам же нужно как-то работать с деньгами и активами, — ответил Хэйнс, его взгляд был сосредоточен. — Консалтинговая фирма в Лас-Вегасе — хороший вариант.
— Дайтона теперь наша?
— Дайтона теперь твоя, — подтвердил Хэйнс, с легкой усмешкой в голосе. — Теперь ты новый Гарди Томпсон. У тебя еще есть филиалы в Чикаго, Вашингтоне, Бостоне, Сингапуре, Токио и в Брюсселе.
— Боже ты мой... — прошептал Милагро, осознавая масштаб своих новых обязательств.
Они прошли в конференц-зал, где их ждал штат персонала.
— Мистер Милагро, это ваш персонал, — представила Молли, указывая на сотрудников, собравшихся в зале.
Сотрудники хором воскликнули:
— Доброе утро, Мистер Милагро!
— Доброе утро, коллеги.
— Отлично! Все прекрасно. Я думаю, вы можете пройти в свой кабинет и ознакомиться с ним, — добавила Молли.
Они прошли в кабинет Милагро. На столе из темного дерева аккуратно лежали документы, а на полках стояли книги по бизнесу и политике.
— Молли, ты пока свободна, — сказал Хэйнс, откинувшись на спинку кресла и тем самым придавая себе уверенный вид.
— Простите, мистер Хэйнс, — ответила она, слегка смутившись от прямоты.
— Молли, ты свободна, спасибо. — сказал Милагро, более благодарным голосом.
— Так точно, мистер Милагро. Если понадоблюсь, я в фойе.
Хэйнс, скрестив руки на груди, посмотрел на Милагро с серьезным выражением лица.
— Теперь перейдем к мэру. Сейчас весь этот штат сотрудников будет искать грязь на Донована Фрейзера. Тебе было бы неплохо прочитать его дело. И еще. Соответственно, казино-резорт Даймонд тоже теперь твое. - рассказал Хэйнс, описывая задачу.
— Сколько денег на это ушло? Откуда вообще у тебя бюджет на это? - спросил Милагро.
— Я продал пару домов, раскрыл козыри Томпсона, те, что он оставил для нас, и приобрел все, что необходимо.
— Я тебя понял.
— Помимо этого, есть пара политических дел, которыми ты можешь пока заняться, — продолжал Хэйнс. — Как только ребята раздобудут нам «оружие», мы пойдем в атаку на Фрейзера.
Спустя несколько дней
Казино-резорт Даймонд. Пентхаус Милагро.
Милагро глубоко спал. Внезапно, резкий звонок телефона заставил его пробудиться.
— М-Милагро, — сонно произнес он, пытаясь собрать мысли в кучу и осознать, где находится. Его голос звучал хрипло, как будто он только что вышел из глубокого сна.
— Сэр, запрашиваемые документы доставлены в ваш люкс, они на столике в гостевом холле, — донесся до него голос на другом конце провода, четкий и деловой.
— Какие документы?
Абонент завершил звонок, оставив Милагро в полумраке его комнаты. Фрэнк медленно поднялся с кровати.
Потянувшись, он направился в малую гостиную, где на столе стояла бутылка воды. Жадно выпив стакан, Милагро почувствовал, как свежесть воды пробуждает его окончательно.
Собравшись с мыслями, он прошел в гостевой холл, его внимание привлек столик, на котором лежала кипа папок и досье на Оуэна Андерсона — того самого сержанта.
Сосредоточившись, он начал изучать содержимое.
Федеральное Бюро Расследований
Досье
Секретно
Фигурант: Оуэн Андерсон, сержант полиции Лас-Вегаса, агент ФБР.
Статус: Беглец / Сбежал за границу.
Тип расследования: Секретное.
Личные данные:
Фамилия: Андерсон
Имя: Оуэн
Должность: Сержант полиции Лас-Вегаса
Обстоятельства дела:
Согласно собранным данным, сержант Андерсон был задержан неопознанным наемником, предположительно сотрудником частной военной компании «Executive Military Overseer» (EMO).
Показания:
Сотрудник по правонарушениям силовых структур ЧВК дал показания относительно инцидента с задержанием Андерсона. В ходе выполнения служебных обязанностей сотрудник ЧВК был вынужден применить силу для самообороны, поскольку Андерсон предпринял попытку вооруженного нападения на сотрудника ЧВК. Имя сотрудника засекречено. После нейтрализации Андерсона, последний предпринял попытку к бегству с применением силы. Дело было передано в полицию Лас-Вегаса, однако к моменту передачи материалов Андерсон уже сбежал в Европу.
Дополнительная информация:
Андерсон: агент ФБР.
Андерсон: сержант полиции Лас-Вегаса.
Подозреваемые:
Майор Карл Мюллер - предполагаемый сотрудник разведки Федеральной Республики Германия (BND). Существует вероятность его участия в организации бегства Андерсона в Европу.
Статус дела:
Дело передано в Интерпол.
Классификация: Секретно.
— Сержант... как же я вас понимаю... вы хотели отомстить за Салли...
Милагро, стоя у окна своего пентхауса, смотрел на бескрайние огни Лас-Вегаса, которые мерцали, как звезды в ночном небе. В этот момент он почувствовал, как слезы наворачиваются на глаза. Это была слеза солидарности, глубокого понимания утраты и боли. Милагро вспомнил о сослуживце, потерянном в Ираке, когда Милагро был морпехом, он ощутил, как волна воспоминаний накрывает его с головой. В тот день, когда он потерял друга, он тоже проронил слезу, но тогда это были слезы горя, слезы, которые он не мог удержать, стоя над безжизненным телом своего товарища.
Сегодня, в уютном, но холодном кабинете, наполненном запахом кофе и свежих документов, он провел большую часть дня, погруженный в работу своей консалтинговой фирмы.
Внезапно раздался настойчивый звонок в дверь, нарушив тишину, окутывающую его кабинет.
— Это мы, посторонись немного. — сказал Хэйнс, протолкнувшись мимо Милагро.
— И тебе доброго дня, Хэйнс.
Хэйнс вошел в кабинет с командой, состоящей из нескольких людей, которые были сосредоточены на одной цели — найти компромат на мэра Лас-Вегаса, Донована Фрейзера.
— Вот не зря я нашел тебе номер с конференц-залом. Так, друзья, подготовьте здесь все, — скомандовал Хэйнс.
— Это касается Фрейзера?
— Именно, — подтвердил Хэйнс. — Ребята кое-что раскопали и хотят все рассказать и показать.
— Хорошо, — кивнул Милагро.
— Так, Милагро, это Микс, он все расскажет.
— Здравствуйте, мистер Милагро, — произнес Микс, протянув руку с уверенной улыбкой.
— Здравствуй, Микс, — ответил Милагро, крепко сжимая руку нового знакомого.
— Хорошо, итак, Донован Фрейзер, мэр Лас-Вегаса, — начал Микс. — Один из самых коррумпированных чиновников штата. Он трясется от любого федерального внедрения в Вегас. Недавно в казино «Альтамонт» прошла операция ФБР. Как только мэр об этом узнал, он сбежал в Боулдер-Сити, а всю городскую администрацию вывезли и чуть ли не сожгли.
— Он очень слаб, сам по себе. Взять его под контроль будет легко, но есть момент, — продолжал Микс, его голос становился все более серьезным.
— И тут выступил я, — вставил Хэйнс, его тон был полон самодовольства.
— Как же без тебя, — саркастично перебил Милагро, не удержавшись от улыбки, несмотря на серьезность ситуации.
Микс кивнул, продолжая: — Защиту денег мэра обеспечивает Хэнк Лэнктон, глава крупной американской ЧВК «Executive Military Overseer» (EMO). Он и сам получает долю, однако сейчас они в сложных отношениях, и мистер Лэнктон разгребает последствия стычки агентов ФБР и сотрудников его ЧВК. Пока он отвлечен, как и сказал мистер Хэйнс, это его заслуга, у нас есть время заняться Фрейзером. Но не забывайте про долю Лэнктона, иначе тот придет к нам в полном вооружении.
— Нам нужно будет отдавать часть дохода главе частной военной компании? — спросил Фрэнк, пытаясь понять все риски.
— Жадина, — усмехнулся Хэйнс.
— Доля у Фрейзера по сравнению с прогнозируемой нами суммой, которую мы получим, совершенно мала и не ударит по вашему карману. Главное, чтобы мэр не проболтался об истинных цифрах. Опять же, нужно держать его на коротком поводке. Он должен стать...
— Шавкой мистера Милагро, — перебил Хэйнс.
— Шавка мистера Милагро, вот фантаст, — усмехнулся Милагро.
— А мне нравится, так и назовем эту операцию, — сказал Микс.
— Это все нюансы?
— Почти, но это все, что вам нужно знать. Остальным займется команда, — ответил Микс.
— Хорошо, — сказал Милагро, чувствуя, как волнение сменяется решимостью.
— Мистер Милагро, — произнесла Молли, ее голос звучал уверенно, но в нем ощущалась легкая дрожь. — Я займусь правовой частью этой операции. Можно попросить вас об услуге?
Хэйнс, сидевший на краю стула, резко повернулся к ней, его выражение лица было полным недоумения.
— Молли, что ты делаешь? — прошептал он, его глаза метали искры тревоги.
Милагро, ощущая напряжение в воздухе, сурово взглянул на Хэйнса, словно напоминая ему о важности момента. В этот миг он осознал, что каждое слово имеет значение, и они не могут позволить себе ошибку.
— Конечно, Молли, — произнес он, его голос был строгим, но в нем звучала поддержка. Он понимал, что ее просьба была не просто формальностью, а отражением серьезности предстоящей задачи.
Молли, почувствовав поддержку, кивнула, ее глаза встретились с глазами Милагро. Это было как тихое соглашение, которое говорило больше, чем слова. Она продолжила, ее голос стал более решительным:
— Очень важно, чтобы все задействованные оперативники на данном задании были наиболее аккуратны. Мы не должны использовать нелегальные инструменты для запугивания господина Фрейзера, иначе нам придется отбиваться.
В комнате воцарилась тишина, словно даже часы на стене замерли, прислушиваясь к ее словам. Милагро кивнул, осознавая, что она права. Они должны действовать осторожно и расчетливо, иначе последствия могут быть катастрофическими.
— Хорошо, Молли. Я тебя услышал.
Молли кивнула в ответ.
— Теперь мы поговорим с тобой о самом ходе операции. Микс, останься. — произнес Хэйнс.
— Да, мистер Хэйнс.
— Микс, закрой дверь, пожалуйста, — снова сказал Хэйнс, и в воздухе почувствовалась легкая тревога.
Когда дверь закрылась, Хэйнс обернулся к ним, его голос стал более серьезным.
— Мы планируем похитить мэра.
Молли, стоявшая у окна, мгновенно напряглась, ее глаза расширились от неожиданности.
— Разве Молли не настаивала на всем законном? — спросил Микс, его голос звучал с легким сомнением.
— Я долго думал над тем, как прагматичнее будет все провернуть, — продолжил Хэйнс, — иного подхода нет. Мэра нужно вывести, иначе он может задействовать свою охрану.
— Что мы будем с ним делать? — спросил Микс, его интерес был искренним.
— Мешок на голову оденем, отвезем в безопасное место и ткнем его лицом в грязь, — ответил Хэйнс с ухмылкой, но в его голосе слышалась нотка беспокойства.
— Мы нашли людей, лучших из лучших. Они провернут все дело быстро и без следов, — добавил Микс, его уверенность была заразительной. — Будет три группы. Но прежде чем я все расскажу, позвольте услышать ваш ответ, мистер Милагро, вы согласны на участие?
Хэйнс, внимательно смотря на Милагро, добавил:
— Если ты против, мы не можем продолжать, придется все свернуть.
Милагро, чувствуя, как нарастает напряжение, собрался с мыслями. Он понимал, что от его решения зависит многое.
— Я приму участие в этом, поздно давать заднюю, — решительно ответил он, его голос звучал уверенно.
— Хорошо! Итак, — начал Микс, — первая группа проникнет в кортеж мэра Донована Фрейзера. После того как первая группа возьмет под контроль личный автомобиль и автомобиль сопровождения мэра, вторая группа обеспечит нужный трафик и предотвратит отслеживание маршрута мэра с помощью подставного кортежа, который будет направляться в частный дом мэра, пока подлинный кортеж поедет на склад в окраинах Вегаса. Предварительно мы полностью обеспечим отсутствие связи внутри машины, никакой возможности связаться с кем-либо у мэра не будет.
В этот момент в комнате воцарилась тишина, и каждый из присутствующих осознавал важность этих слов. Хэйнс кивнул, его лицо оставалось серьезным.
— Вторая группа возьмет под контроль создание дорожных ситуаций, чтобы у пустого кортежа была возможность кружить по Вегасу без подозрений. Третья группа, она же еще и дежурная, обеспечит транспортировку мэра после всей миссии, пересадят его на тот фейковый кортеж, чтобы мэр отправился домой. Также они будут наблюдать за ходом операции и подключатся в случае, если что-то пойдет не так.
— Все выглядит продуманным, — произнес Милагро, его голос звучал с одобрением.
— Это еще не все, — продолжал Хэйнс, его уверенность возрастала. — Несколько оперативников внедрятся в охрану мэра, они смогут обыскать его дом и офис, а также дадут нам время. Еще несколько человек будут дежурить в отделе транспорта. Полиция и служба безопасности не поднимут тревоги. У нас все под контролем.
— Это очень радует. Когда начинаем? - произнес Милагро.
— Завтра вечером.
Микс, сидящий на краю стула, прислушивался к разговору. В его голосе звучала уверенность, но в глазах читалась легкая тревога. Он встал, поправил пиджак и произнес:
— Я свяжусь с вами завтра, мне уже пора. Спасибо большое за возможность поработать, рад знакомству, мистер Милагро.
— И я рад, Микс. Хорошая работа, — ответил Милагро, его тон был теплым, но в нем ощущалась нотка настороженности. Он знал, что на кону стоит слишком много.
Хэйнс, пытаясь разрядить атмосферу, подмигнул Миксу и добавил:
— Давай, Микс, не пропадай.
— Так точно, мистер Хэйнс, — с улыбкой ответил Микс, выходя из конференц-зала. Он чувствовал, как напряжение начинает спадать, но в глубине души оставалась тревога о завтрашнем дне.
Хэйнс, вернувшись к разговору, посмотрел на Милагро.
— Что ж, у меня тоже дела, так что, до завтра, Фрэнк.
— До завтра, Морган. Ты проделал отличную работу, — сказал Милагро.
— Рад знать, Милагро. Рад знать! — кивая, ответил Хэйнс.
Лас-Вегас, Невада. Администрация города.
— Я считаю, что здесь необходимо разместить жилой сектор, а уже вот здесь, — Мэр указал на участок, — дать допуск коммерческим предприятиям.
Помощник мэра, молодой человек с аккуратной стрижкой и серьезным выражением лица, наклонился над картой, его взгляд был полон сомнений.
— Думаю, ничего не выйдет, сэр, — произнес он, медленно подбирая слова. — Слишком высокая плотность застройки, а еще отсутствие досуговых и природных территорий.
Фрейзер, не обращая внимания на предостережения, сдвинулся в кресле, его уверенность лишь усилилась.
— Мне плевать, — произнес он, его голос стал более резким. — Поживут чуть-чуть без парка или скамейки с фонарем. Эту территорию я буду расширять под другие проекты.
Помощник мэра кивнул, понимая, что спорить с мэром бесполезно. Он знал, что Фрейзер всегда стремился к собственной выгоде, даже если это шло вразрез с мнением окружающих.
— Понял, сэр, — произнес он, стараясь сохранить нейтральный тон.
Фрейзер, чувствуя, что разговор подходит к концу, добавил:
— Доделайте план с учетом последних правок. Завтра жду. Чтобы все было готово. И... без этих... — он замялся, подбирая слова, — без лишних украшений и излишней бюрократии.
Помощник мэра снова кивнул, его лицо оставалось сосредоточенным.
— Я понял, сэр. Все будет так, как вы сказали.
Фрейзер, удовлетворенный ответом, кивнул в знак согласия.
— Хорошо, — произнес он, и в его голосе звучала уверенность, словно он уже видел успешное будущее города, которое он строил своими руками.
В этот момент в кабинет аккуратно вошла ассистент мэра.
— Сэр, кортеж прибыл, — произнесла она, ее голос был четким и деловым.
Донован Фрейзер, только что севший в кресло посмотрел на ассистента. Лицо Фрейзера, с характерными чертами уверенности и хитрости, озарилось легкой улыбкой.
— Хорошо, пора домой, — ответил он.
Ассистент кивнула.
— Всего доброго, сэр, — произнесла она, направляясь обратно в коридор.
Фрейзер встал, поправил пиджак и вышел из кабинета, его уверенные шаги эхом раздавались по коридору. Он спустился на парковку, где его ждал кортеж — черные внедорожники с затемненными стеклами, сверкающие под яркими огнями города. Внутри сидели охранники, на их лица Фрейзер никогда не обращал внимания.
Увидев кортеж, Фрейзер не заметил ничего странного. Это была обычная рутина, которую он переживал день за днем. Он сел в машину, и, устроившись на заднем сиденье, начал заполнять какие-то рабочие бумаги, не обращая внимания ни на что кругом.
— Поехали, домой, — произнес он, не отрываясь от своих дел.
Водитель кивнул.
— Так точно, сэр. Контроль, это 9-4, выезжаем по стандартному маршруту, — передал он сообщение по рации..
Лас-Вегас, Невада. Производственные помещения на окраинах города.
На каком-то складе, Хэйнсу и Миксу удалось создать оперативный центр по похищению мэра, все выглядело очень серьезно, куча оборудования и много серьезных лиц.
Персонал, состоящий почти полностью из сотрудников компании Милагро, слаженно работал, следя за ходом операции. Каждый из них знал свою роль и понимал, что на кону стоит нечто гораздо большее, чем просто очередная задача.
— Первая группа, принято. Езжайте сюда. Вторая группа, приготовиться, — произнес Микс, его голос звучал уверенно и четко, как у опытного командира.
— Он выехал? — уточнил Милагро.
— Да, скоро будет здесь, — ответил Микс, его внимание сосредоточилось на экране, где мигали точки, обозначающие движение кортежа мэра.
— Вторая группа, отправляйте второй кортеж, — скомандовал он, не отрываясь от наблюдений.
— Второй кортеж выехал, — подтвердил один из оперативников, его голос звучал в унисон с общей атмосферой напряжения.
— Чед, что с маршрутом? — спросил Микс, оборачиваясь к своему коллеге, который управлял картами и трафиком.
— Перенаправляем весь трафик в радиусе шести кварталов, — ответил Чед, его лицо светилось от экрана, на котором отображались маршруты. — У них будет ровный путь, по дороге второго кортежа создаем дорожные ситуации. В данный момент там пробка, планируем аварию.
— Хорошо, действуйте, — кивнул Микс, его голос был полон уверенности.
Хэйнс, стоящий рядом, усмехнулся, его глаза блестели от злорадства.
— Ну, Милагро, как тебе? — спросил он, наблюдая за работой команды.
— Все хорошо, ждем, пока к нам приедет наша шавка, — ответил Милагро, его тон был легкомысленным, но в его глазах читалась серьезность.
— Славно.
В этот момент в эфире раздался голос диспетчера полиции.
— Ближайшим патрулям по Боулдер, доложите о происшествии на дороге.
— Диспетчер, вижу столкновение и крупный затор, требуется поддержка транспортной службы, — ответил патруль, его голос был полон тревоги.
— Патруль, принято, — отозвался диспетчер, его голос звучал с профессиональной четкостью.
— Вторая группа, диспетчер доложил об аварии, — произнес Микс, его настроение заметно улучшилось.
— Отлично, второй кортеж поедет по Норт-Драйв, — подтвердил один из оперативников, его уверенность была ощутима.
— Принято, вторая группа. Первая группа, доложите о состоянии, — продолжал Микс, его голос звучал как команда.
— Контроль, это 9-4, маршрут чист, примерное время прибытия — 3 минуты, — ответил оперативник, его голос был спокоен, несмотря на напряжение ситуации.
— Понял вас, первая группа. Мистер Милагро, мистер Хэйнс, они скоро будут, — произнес он, глядя на часы, которые неумолимо отсчитывали время.
— Хорошо, ждем, — ответил Милагро, его голос был полон предвкушения. Он облокотился на стол, его глаза блестели от азартного ожидания.
— Ждем, не дождемся, — добавил Хэйнс с легкой усмешкой, его уверенность напоминала о хищнике, готовом к атаке.
Микс, сосредоточенный на своих задачах, обернулся к Шону, который в этот момент проверял оборудование в соседней комнате.
— Шон, комната мэра готова?
— Да, последние штрихи остались.
— Давайте быстрее, — скомандовал Микс, его терпение на исходе, когда он думал о том, что все должно пройти идеально.
— Милагро, показать тебе комнату? — спросил Хэйнс.
— Показывай, — согласился Милагро, его интерес был разгорячен.
Они прошли в небольшую комнату, которая, несмотря на свою скромность, была полна скрытых намерений. В центре стояло несколько стульев, расставленных вокруг кофейного столика, на котором лежали папки с обезличивающими документами. Интерактивная панель на стене, готовая транслировать компромат, который Милагро еще не видел.
На столе также стоял стакан с водой, который, казалось, был единственным элементом уюта в этой холодной обстановке. На одном из стульев были закреплены наручники, которые, вероятно, предназначались для мэра. Их металлический блеск контрастировал с тусклыми стенами, создавая атмосферу угнетения и угрозы.
— Включи видео, — приказал Милагро, его голос звучал решительно.
— Сейчас, — ответил Хэйнс, его рука уже тянулась к кнопке на панели, готовая активировать то, что должно изменить все. В воздухе витала напряженность, словно каждый момент ожидания был заряжен электричеством, предвещая бурю.
Видеокомпромат на Донована Фрейзер, мэра Лас-Вегаса.
— ...шутить вздумал? ...ах ты подлец! — голос мэра на видео звучал резче, чем нож, готовый разрезать тишину.
Жертва, трясущаяся от страха, умоляла о пощаде.
— Отпустите меня! Вы сами во всем виноваты! Я лишь выполнял свою работу! — звучал его голос, полный отчаяния и боли.
В этот момент Фрейзер, его глаза полны ярости, схватил жертву за горло, сжимая ладонями, словно хотел выжать из него всю жизнь.
— Закрой рот, ублюдок! — прорычал мэр, его лицо было вблизи экрана, искаженное ненавистью. Затем он ударил жертву графином по голове, звук удара раздался как треск разбивающегося стекла, резонируя в комнате.
На экране жертва упала на пол, истекая кровью, ее тело уже не демонстрировало признаков жизни.
— Вставай! Вставай давай! — закричал Фрейзер, пнув безжизненное тело. — Вставай, тварь!
Жертва не реагировала.
— Черт... черт... вставай же, ну же! Черт, черт, черт! — его голос становился все более паническим, словно он осознавал, что уже слишком поздно.
Конец видеозаписи.
В комнате воцарилась гробовая тишина. Милагро, стоящий рядом, не смог сдержать шокированного вздоха.
— О Боже... — произнес он, его голос дрожал от ужаса.
— Донован не тот, кем кажется, — произнес Хэйнс, его глаза блестели от осознания. — Он безжалостен. Хотя, возможно, это было по пьяне.
— Это его не оправдывает, — холодно ответил Милагро.
— Мистер Милагро, мистер Хэйнс, птичка в гнездышке — перебил обстановку Микс, резко зайдя в комнату.
В этот момент дверь склада распахнулась, и в помещение вошел мэр. Его лицо было бледным, а глаза полны недоумения и страха. Он явно не понимал, что происходит, и почему его силой завели на этот склад. Ощущение надвигающейся опасности витало в воздухе.
Фрейзер, не понимая всей серьезности ситуации, выглядел как жертва, попавшая в ловушку, и его судьба теперь зависела от тех, кто был готов раскрыть его темные тайны.
Глава 4. Рубеж.
Взгляд, который называют «знакомством в тишине». Два человека смотрят друг на друга, пока один не вспомнит другого, пробегаясь по лицу, чертам, глазам. А затем обязательно следует развязка — либо взаимное признание, либо вежливый уход.
Донован Фрейзер сидел, оглядывая двух мужчин напротив. Его взгляд метался между Милагро и Хэйнсом, словно он пытался их спутать, но спустя мгновение всё встало на свои места.
— Хэйнс... — задумчиво произнес мэр, словно пробуя имя на вкус.
— Неожиданно, правда? — усмехнулся Хэйнс, прищурившись.
Оперативники, работавшие на складе, усадили мэра на скрипучий стул. С подлокотников свисали наручники, но его не пристегнули — добрый жест, показатель ложного доверия. Хотя куда ему бежать? Разве что сквозь пол провалиться.
Милагро стоял в стороне, молча наблюдая. Лишь когда оперативники вышли, оставляя их наедине, он сделал шаг вперёд, присоединившись к разговору.
— Добрый вечер, мистер Фрейзер.
Донован скривился, услышав знакомый голос, затем медленно повернул голову.
— Милагро? — его голос был натянут, как струна. — А я-то думал, ты давно разложился рядом с Томпсоном на одном кладбище. Видимо, нет. И что ты здесь вообще делаешь?
— И?
— Что «и»?! — огрызнулся мэр.
— Вам нравится быть таким мелочным, отвратительным ублюдком? Посредственным человеком? — Милагро наклонился чуть ближе, заглядывая Фрейзеру прямо в глаза. — Вы же всего лишь неудачливый фермер, который страдает от собственной мании величия. Вас все ненавидят, Донован. Каждому противно работать с вами. Честно сказать, от одной лишь мысли, что мне придется работать с вами, меня тошнит.
Фрейзер покраснел — лицо его пошло пятнами, словно его только что облили кипятком.
— Ты смелый, раз позволяешь себе такое... — прошипел он, его голос дрожал, но не от страха, а от злости. — Ты больше не сенатор, а я всё ещё мэр. Я выше тебя в пищевой цепи, Милагро. А ты в моём городе. Понимаешь, что это значит? Я могу превратить твою жизнь в ад. И запомни: отсюда ты не уедешь. У тебя просто не хватит конечностей.
Фрэнк выслушал угрозу, приподнял бровь и с усмешкой покачал головой.
— У всех свои козыри. Только мои — это не слова, господин мэр.
— Хотите немного адреналина в кровь, мэр? А? — перебил Хэйнс, ухмыляясь.
— Меня не запугать, друзья мои, — заявил Фрейзер, будто бросая вызов судьбе. — Вы на моей территории.
Хэйнс, не говоря ни слова, поднял руку и нажал кнопку на пульте.
Видеозапись.
Экран включился, картинка вспыхнула и выдала смазанное, но вполне различимое изображение.
— ...шутить вздумал? Ах ты, подлец! — голос мэра звучал резко, словно лезвие бритвы, разрезающее тишину.
Жертва — дрожащий, напуганный человек — умоляла:
— Отпустите меня! Вы сами во всем виноваты! Я просто выполнял свою работу!
Фрейзер двигался стремительно. Его глаза полыхали ненавистью, когда он схватил жертву за горло. Пальцы сжались, кожа под ними побелела.
— Заткнись, ублюдок! — прорычал мэр.
Рука его резко двинулась в сторону стола. Мгновение — и графин, стоявший на столе, оказался у него в руках. Еще одно движение — и стекло разбилось о голову жертвы. Звук удара прокатился эхом.
Человек рухнул на пол, кровь медленно растекалась по паркету. Он не шевелился.
— Вставай! — Фрейзер наклонился, пнул его в бок. — Вставай, тварь!
Тишина.
— Чёрт... чёрт... вставай же! Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Его голос становился всё выше, паника накатывала. Он понимал — уже слишком поздно.
Экран погас.
Конец видеозаписи.
В комнате воцарилась гробовая тишина.
— Иисус Христос... о Боже... — Фрейзер побледнел, в его голосе впервые прозвучал неподдельный страх. Глаза метались по комнате, словно он искал спасительный выход. — Этому видео... два, три года... Как, черт возьми, вам удалось его достать?!
— Вы сам привели нас к этому видео, мэр, — спокойно заметил Хэйнс, склонив голову набок. — Вы просматривали его снова и снова. А оно, в свою очередь, автоматически сохранялось на рабочий накопитель в мэрии.
Фрейзер сжал кулаки, но ничего не сказал.
— Я работал на вас... хотя, если быть точным, не совсем на вас, — продолжил Морган, пристально разглядывая мэра. — И имею полное право знать, зачем вы так часто возвращались к этому видео? Что вас в нем так зацепило?
— У нас нет времени на рефлексию, Морган, — резко вмешался Милагро, не отрывая взгляда от Фрейзера.
— Теперь я понимаю, зачем я здесь, — пробормотал Донован, будто про себя. — Можете не объяснять.
— Вот и отлично, — кивнул Фрэнк. — А теперь по делу. Вы должны мне ключи от города, господин Фрейзер. Я думаю, для вас это будет честью — работать со мной и Хэйнсом. Мы ведь пересекались в прошлом. К тому же, вы не настолько тупы... — он сделал небольшую паузу, словно давая мэру осознать каждое слово, — ...не настолько тупы, чтобы пытаться испортить нам игру.
Фрейзер поморщился, но промолчал.
— В любом случае, это преступление должностного лица, — добавил Милагро с лёгкой улыбкой. — А значит, без срока давности.
Мэр глубоко вздохнул, потирая переносицу.
— У вас наверняка есть не только это видео, — пробормотал он, стараясь взять себя в руки. — Я даже не сомневаюсь, что у вас целый архив. Уже вижу сквозь папки на столе ворох документов. Но... мне тоже нужна ваша помощь.
— Говорите, мэр. Чего вам угодно? — с иронией протянул Хэйнс, сложив руки на груди.
— Я под наблюдением ФБР, — нехотя признался Фрейзер, не сводя взгляда с выключенного экрана. — Они ведут облавы по всему городу. Пока... пока им не удалось выйти на меня, но учитывая то, что есть у вас... эту ситуацию нужно исправить. Мне нужно пространство для маневра, иначе я для вас бесполезен.
— Мы разберёмся с этим, — уверенно произнёс Милагро, не оставляя сомнений в своих словах.
В этот момент дверь в комнату с грохотом распахнулась, и вбежал запыхавшийся Микс. Его лицо было напряжённым, и спокойная беседа мгновенно оборвалась.
— Мистер Милагро, мистер Хэйнс, департамент полиции что-то засёк. Нам нужно немедленно посадить мэра в машину!
— Чёрт... — выругался Хэйнс.
— Паршиво, — процедил сквозь зубы Фрэнк.
Фрейзер резко поднял голову.
— У меня уже было нечто подобное... — сказал он, явно напряжённый, но всё ещё собранный. — Они наверняка приставили к кортежу мобильное сопровождение. Я могу его отменить.
Милагро прищурился, на мгновение задумавшись.
— Что ж... делайте.
— Ты уверен? — тихо спросил Хэйнс, едва заметно качнув головой.
Милагро не ответил.
Микс молча провёл мэра к аппаратуре и протянул ему рацию.
— Говорите.
Фрейзер сделал глубокий вдох и нажал кнопку связи.
— Контроль, это Фрейзер. Что происходит на моём маршруте?
— Господин мэр, это контроль. Введён протокол сопровождения в связи с неблагоприятной обстановкой на дорогах, — чётко ответил диспетчер.
Фрейзер выждал пару секунд, прежде чем заговорить снова.
— Требую немедленно отменить протокол, контроль. Мне необходимо сменить маршрут.
Наступила небольшая пауза, а затем в рации раздался ровный, но непоколебимый голос:
— Господин мэр, согласно протоколу это невозможно. Мы действуем только по приказу помощника шерифа. Извините, сэр.
Фрейзер стиснул зубы.
— Они бывают настойчивы... — пробормотал он себе под нос, затем посмотрел на Микса. — Где мой кортеж? Надо быстрее поехать по основному маршруту.
— Уже подъезжает. Будьте готовы выходить, — ответил тот.
— Отлично.
Фрейзер вернул рацию и повернулся к Милагро.
— Спасибо, мэр, надеюсь на наше долгосрочное сотрудничество, — официально заявил Фрэнк.
— Будьте на связи, — добавил Хэйнс.
Фрейзер взглянул на них с нескрываемой неприязнью, но в его глазах читалось понимание.
— Я вас, мягко говоря, ненавижу, — процедил он. — Но выхода у меня нет. Вы меня от одной грязи очистили, а другой грязью облили. Сдержите слово.
С этими словами он развернулся и направился к выходу.
Канал ABC. Телепередача «Доброе утро, Америка»
— Просыпайся, Вегас, если ты вообще спал! — бодро объявила ведущая. — На часах 7 утра, а значит, доброе утро, Америка! В студии для вас, как всегда, Джоанна Смит и Эрик Уинтер!
— И мы начинаем с утренней повестки новостей! — подхватил её коллега, перелистывая заметки.
— Власти Невады утвердили выделение субсидий на заключительный этап подготовки к запуску нового отеля-казино-резорта «Мерло». Как и его тёзка — сорт изысканного красного вина, — «Мерло» обещает стать настоящей жемчужиной Лас-Вегаса!
— Это точно, Джоанна, — кивнул Эрик, поглядывая в камеру. — Сегодня днём мэр Лас-Вегаса Донован Фрейзер проведёт очередную конференцию с представителями подрядных предприятий, чтобы обсудить окончательный архитектурный план курорта. И знаете что? «Мерло» ставит ва-банк! Всё ради того, чтобы стать самым роскошным и прибыльным заведением во всей Неваде.
— Мы напоминаем, что отель уже достроен, — добавила Джоанна. — Сейчас ведутся финальные работы: оборудование этажей, отделка функциональных помещений, а также благоустройство прилегающей территории. И это не просто территория, друзья! Собственный природный комплекс, виноградник, частный пляж, пирс, конная база, несколько элитных ресторанов и многое другое... В общем, Вегас ждёт нечто грандиозное!
Лас-Вегас, Невада. Пентхаус Милагро
Фрэнк устало пробежался взглядом по документу и поставил свою подпись.
— Всё, — выдохнул он, отложив ручку. — Здесь я расписался.
— Отлично, сэр. Все бумаги подписаны, — деловито кивнула Молли, собирая документы в аккуратную папку. — Я передам их в аппарат мэрии.
— Спасибо, Молли.
— Ну и ну! Кто-то заделался бюрократом? — в комнату без стука вошёл Хэйнс, лениво прислонившись к дверному косяку.
Фрэнк взглянул на него с лёгкой ухмылкой.
— Я смотрю, ты уже окончательно забыл про звонки и стук. Я тут что, с открытой дверью теперь живу?
— А что, теперь надо записываться? — ухмыльнулся Морган.
— Слушай, насчёт этой всей бумажной волокиты... За ту неделю, что мы работаем с Фрейзером, я и представить не мог, что нам придётся подписывать столько чёртовых документов. К чему вообще столько бумаг? — поинтересовался Фрэнк.
— В основном это наша страховка, — пояснил Хэйнс, проходя вглубь комнаты. — По некоторым вопросам мэр передал тебе часть проектов для Дайтоны, чтобы твой офис тоже был загружен работой. Учитывая, что Вегас теперь под тобой, я ещё отправил несколько документов, связанных с бизнесом и недвижимостью. Это небольшие проекты, но с чистой прибылью. Нам понадобится дополнительный капитал для грядущих задач.
Фрэнк опёрся локтями на стол и устало потер переносицу.
— Хэйнс...
— Что?
— Ты вообще помнишь, для чего всё это началось? Нам нужно было всего лишь закрыть дело Гарди Томпсона.
Хэйнс скептически взглянул на него.
— Фрэнк, мы и занимаемся делом Гарди. Он хотел подмять Лас-Вегас под себя, а теперь он под тобой. Ты даже не представляешь, насколько это сейчас выгодно для всей твоей компании. Но это только начало.
— Хорошо... И что дальше?
— Дальше ты выходишь на уровень штата, а потом — в Конгресс США.
Фрэнк усмехнулся и покачал головой.
— Отличный план, Хэйнс. Прямо фантастика.
— Это не фантастика, это политика, — спокойно ответил Морган. — Внеочередные выборы в Сенат пройдут через пять месяцев. У нас есть время тебя выдвинуть. Гарди был сенатором от Невады. Ты был его лучшим человеком. Никто не будет против, если ты займёшь его место. Главное — правильно заявить о себе губернатору. Здесь нам поможет Фрейзер.
Милагро откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок.
— Я тебя услышал, Хэйнс... Делай, что считаешь нужным. Я тебе доверяю.
— Отлично. Я договорюсь с Фрейзером и начну подготовку к твоему выдвижению.
— Спасибо, Хэйнс.
Хэйнс лишь коротко кивнул и вышел.
Фрэнк покинул пентхаус и отправился в офис в Дайтоне, решив несколько срочных вопросов. Но ближе к вечеру ему позвонил Фрейзер и пригласил к себе.
Уже на подъезде к особняку Милагро свернул к массивным воротам. Ветер шевелил пальмы вдоль мощёной дороги, в воздухе пахло дорогими сигарами и свежескошенной травой. Охранник у поста бросил на него оценивающий взгляд.
Лас-Вегас, Невада. Особняк мэра.
— Добрый вечер. Я к мэру, у меня назначено, — спокойно сказал Фрэнк, опуская стекло.
— Добрый вечер, — охранник кивнул и приложил палец к рации. — Подождите, пожалуйста.
Он отошёл на шаг, прислушиваясь к ответу.
— Здесь гость к мэру. В графике не значится.
Фрэнк усмехнулся.
— Я Фрэнк Милагро.
Охранник повторил его имя в рацию и выждал несколько секунд, затем коротко кивнул.
— Понял. Открывайте ворота. Проезжайте, сэр.
Металлические створки с тихим жужжанием разошлись в стороны.
— Спасибо, — бросил Фрэнк, нажимая на газ и въезжая на территорию.
Где-то впереди, в глубине поместья, его уже ждал Донован Фрейзер.
Фрэнк пересёк двор, находясь под сопровождением охранника. В темноте свет от уличных фонарей отражался на начищенном до блеска мраморе дорожек. Даже снаружи особняк производил впечатление — абсолютная роскошь, доведённая до предела. Но больше всего его поразило количество охраны.
Около ворот стояли двое в чёрных костюмах, ещё трое патрулировали периметр. А во дворе... Чёрт, да у Фрейзера тут целая армия! Пара человек стояли у входа, трое — у гаража, ещё несколько в глубине сада, среди аккуратно подстриженных кустов.
Фрэнк даже усмехнулся про себя. Казалось, мэр Лас-Вегаса охранял себя лучше, чем президент.
Когда охранник открыл перед ним массивную дверь, внутри его встретил ещё один сопровождающий.
— Ожидайте здесь, — ровным тоном сказал он. — Мэра уже оповестили.
— Хорошо, — кивнул Милагро.
Пока ждал, он медленно прошёлся по просторной гостиной. Всё было идеально. Белоснежные стены, золотые люстры, мебель с красной бархатной обивкой... Обилие картин, в основном классицизм, но здесь же висели и несколько современных работ, явно заказных.
Но больше всего внимание привлекал портрет.
На огромном холсте — сам Донован Фрейзер. Чуть высокомерный взгляд, строгий костюм, фон в приглушённых тонах. Всё в этой картине кричало о власти.
Фрэнк остановился перед портретом, внимательно вглядываясь в изображение.
И в этот момент всё встало на свои места.
Он вспомнил документы. Вспомнил компромат, который они с Хэйнсом добыли. Всё это великолепие, все эти охранники, все эти картины и роскошь... не стоили ни цента. Весь этот показной блеск держался на лжи, подкупах и страхе.
И вот, словно по иронии, в комнату вошёл сам Фрейзер.
Он был в обычной домашней одежде — светлые брюки, серая футболка. Выглядел расслабленно, но в его взгляде читалась настороженность.
— Хорошо, что ты пришёл, — начал он, проходя вглубь гостиной. — Вижу, твои дела идут неплохо. Я изучил твои письма, они в работе. С документами разберется мой аппарат.
— И тебе привет, Донован, — ровным тоном ответил Фрэнк.
Фрейзер чуть склонил голову, разглядывая его.
— Я принимаю твои решения за амбиции. Я помогаю, делаю всё, что нужно. Но... прости меня за моё недоверие, — он сделал паузу, чуть прищурившись. — Зачем ты собрался в Сенат? Я не понимаю.
Фрэнк только открыл рот, чтобы ответить, но мэр поднял ладонь, прерывая его.
— Подожди. Я ещё не закончил. Ты вообще понимаешь уровень этой ситуации? Я закрываю глаза на то, что ты для всех — неизвестный человек. Ты жил в Чикаго, тебя никто не знает, народ — тем более. И теперь ты собрался в федеральное правительство? Уму непостижимо. Фрэнк... объясни мне это. Я могу сделать многое, ты можешь ещё раз пригрозить мне тем видео, но скажи — зачем мне рисковать всем только ради того, чтобы губернатор заинтересовался тобой?
Фрэнк чуть усмехнулся, бросив взгляд на портрет мэра.
— Это предложил Хэйнс. Ты знаешь, что у него есть план. Нам это нужно, чтобы задействовать наши старые связи и ресурсы для новых заказчиков.
Фрейзер недовольно нахмурился.
— Не понимаю.
Фрэнк вздохнул и подошёл ближе.
— Если я займу место Гарди Томпсона в Сенате, работая вместе с губернатором, мы сможем контролировать поток голосов. Лоббировать нужные проекты. Брать крупные заказы от разных групп. У нас появится влияние внутри Сената. А главное — рычаги давления.
Фрейзер молчал, переваривая информацию.
— Хоть я и Хэйнс держим тебя на поводке, ты тоже получишь свою долю. Как-никак, ты тоже проделываешь свою работу.
Мэр медленно кивнул.
— Хорошо... хорошо... Аргументы сильные. Я поговорю с губернатором Чендлером. Но... пусть твоя команда создаст там про тебя биографии, статьи, всё, что Чендлер сможет почитать после того, как услышит твою фамилию.
— Уже работаем над этим.
Фрейзер задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла, затем кивнул.
— Ладно. Я свяжусь с тобой, когда что-то сдвинется. Передавай Хэйнсу привет.
— Передам.
Фрэнк вышел из дома, сел в машину и тут же набрал номер Моргана.
— Да, Милагро, — послышался голос Хэйнса.
— Тебе привет от Фрейзера.
— В каком смысле?
— Он позвал меня сразу после того, как ты дал ему задание. Мы встретились, поговорили. Он всё сделает.
— Пусть работает. Хорошо, что он помнит, на кого работает. — Хэйнс сделал короткую паузу, а затем добавил более серьёзным тоном: — Но меня смущает, что он назначил с тобой частную встречу. Лучше не рискуй. Вдруг у него что-то звякнет в голове...
— Спокойно. Он понимает, что делает. Я даже не был в списке гостей, так что всё прошло... конфиденциально.
— Это радует.
Фрэнк улыбнулся, глядя на огни города вдалеке.
— Ну, на этом всё. Я поеду в свой роскошный пентхаус.
Хэйнс фыркнул.
— Не сыпь мне соль на рану. У меня-то такого нет. Хотя... зачем он мне, если я всё равно сплю на диване в Дайтоне.
— У тебя есть диван, в потрясающем офисе!
— Да-да, прям Милагро, ты обзавидовался.
— Ладно. Доброй ночи, Морган.
— И тебе, Фрэнк.
Милагро сбросил звонок, развернул машину и выехал на пустую ночную дорогу. Впереди был центр Лас-Вегаса — город, который теперь принадлежал ему.
Лас-Вегас, Невада. Пентхаус Милагро.
Фрэнк Милагро проснулся с лёгкой головной болью. Не похмелье — просто последствия вечера, наполненного работой, планированием и, возможно, одной лишней сигарой на террасе.
Он медленно выбрался из спальни, направился в гостиную и вдруг услышал странный шум. Гул голосов, щелчки клавиатур, шорохи бумаги. Для его утренней рутины это было слишком... оживлённо.
Прищурившись, он толкнул дверь кабинета и застал там всю свою команду, усердно работающую над чем-то, что, судя по их лицам, было не менее важным, чем запуск шаттла на Луну.
— Доброе утро, — проворчал он, опираясь на дверной косяк.
— Доброе утро, мистер Милагро! — раздался почти хоровой ответ.
Фрэнк скептически поднял бровь.
— Это что, собрание сектантов или я снова проспал конец света?
Молли, его правая рука по вопросам информации и манипуляций, оторвалась от ноутбука и посмотрела на него поверх очков.
— Прямо сейчас Донован Фрейзер встречается с губернатором Невады, Джо Чендлером. Мы проводим ревизию ваших страниц в соцсетях и проверяем заказные статьи о вас в СМИ.
Фрэнк моргнул.
— Подождите... — он слегка выпрямился. — Вы хотите сказать, что я теперь публичное лицо?
— Теперь да, сэр, — не моргнув, подтвердила Молли. — Это необходимый шаг, чтобы вы смогли быстро войти в круг доверия Чендлера.
Фрэнк тяжело вздохнул и провёл рукой по лицу.
— Ну отлично. То есть теперь мне нужно заботиться о своём публичном имидже? Это включает в себя фотки с собаками и цитаты из "Искусства войны"?
— Это включает в себя, чтобы у вас было хоть что-то, кроме фотографий виски, оружия и каких-то странных мемов, которые вы, видимо, сами делаете, — сухо ответила Молли.
Фрэнк лишь усмехнулся, но прежде чем успел что-то сказать, в кабинет ввалился Хэйнс, неся коробку с пиццей в одной руке и несколько стаканчиков кофе в другой.
— Так, я здесь, ребята, разбирайте кофе и пиццу! — объявил он, бросая коробку на стол. Затем заметил Фрэнка и замер. — Какого чёрта ты здесь?
Фрэнк ухмыльнулся.
— Я у себя дома, Морган.
Хэйнс скептически оглядел его, затем указал рукой на Молли и начал раздавать кофе.
Молли вдруг резко замерла, словно вспомнив что-то ужасное.
— О боже... простите, сэр... я совсем забыла! Мэр сообщил, что буквально через полчаса у вас рейс в Чикаго.
Фрэнк нахмурился.
— В Чикаго?
— Да, у тебя там встреча с губернатором, мэром и ещё какими-то шишками на торжественном приёме. Ты должен быть там к вечеру, — пояснил Хэйнс, делая глоток кофе.
Фрэнк с раздражением потер лицо.
— Ну конечно. Какой же день без перелёта, верно?
— Я сейчас вызову транспорт. Я лечу с вами, мистер Милагро. Мистер Хэйнс, вы с нами? — уточнила Молли, уже набирая что-то на телефоне.
Хэйнс усмехнулся.
— Вы уже чуть не просрали свой самолёт! Конечно, я лечу с вами. В небе как раз подумаем, как подмазаться к губернатору.
Фрэнк устало кивнул.
— Хорошо, я пойду собираться.
— Я возьму ещё Микса и несколько человек с нами, — тут же добавила Молли, не отрываясь от телефона.
Фрэнк только махнул рукой. Его день явно начинался не так, как он планировал.
Всё произошло так быстро, что Милагро едва успел очухаться. Быстро собрался, схватил документы, сел в машину — и вот уже они мчались на внедорожнике по улицам Лас-Вегаса.
Фрэнк сидел на пассажирском сиденье и смотрел в окно, наблюдая за пробегающими мимо огнями города.
— Когда-нибудь я просто проснусь, и у меня не будет срочного перелёта, — задумчиво произнёс он.
— Когда-нибудь, да. Но не сегодня, босс, — хмыкнул Хэйнс, щёлкнув по экрану телефона.
Молли сзади что-то печатала на ноутбуке, а Микс проверял файлы на планшете. Все были заняты, все были в деле.
Лас-Вегас, Невада. Международный аэропорт Маккаран, взлетная полоса.
Молли стояла рядом с шикарным частным самолётом, глядя на его размеры с легким удивлением. Милагро стоявший рядом, уже выглядел как довольный владелец. Внутри всё выглядело безупречно — от кожаных сидений до скрытых систем управления и, конечно же, этого шикарного бара в углу.
— Как тебе самолёт? — Хэйнс с ухмылкой взглянул на Милагро.
— Вместительный, красивый и даже бар есть, — ответил тот, оглядывая салон.
Хэйнс поджал губы.
— Этот самолёт — малая копия борта номер один. Это твой личный самолёт, Фрэнк, а тебя волнует только бар? — его тон был несколько насмешливым, будто он ожидал, что Милагро оценит не только стиль, но и всю важность момента.
Милагро усмехнулся.
— Я думал, ты его арендовал.
Хэйнс только фыркнул, а как раз в этот момент на борту раздался голос пилота.
— Уважаемые пассажиры, мы взлетаем в течение минуты. Держим курс на Чикаго. Небо чистое, кондиционеры в салоне на время взлета отключены. Прошу вас пристегнуться и убрать предметы со стола в специальный ящик.
Пилот закончил объявление, и Милагро почувствовал лёгкое напряжение. Хоть он и привык к этому, небольшие тряски при старте всегда вызывали у него дискомфорт. Сразу же за его спиной раздался нервный голос Молли.
— Я немного боюсь летать... — её слова прозвучали как тихая исповедь, и она буквально схватила сиденье, как будто это могло спасти её.
Милагро повернулся к ней, слегка наклонив голову, с тем самым выражением лица, которое выражало одновременно недоумение и сострадание.
— Тебе надо успокоиться. Это всего лишь самолёт, Молли, — сказал он, стараясь делать вид, что не заметил её испуга.
Хэйнс, всё ещё стоя рядом, не смог удержаться от смеха.
— Смело, Молли! Если ты не боишься работать с нами, значит, на высоте тебе точно будет в порядке!
Она только покачала головой и крепче вцепилась в сиденье, а самолёт мягко начал движение по взлётной полосе.
Чикаго, Иллинойс.
Милагро сидел в машине, глядя через окно на великолепные небоскрёбы Чикаго, которые тянулись к небесам, словно гигантские стержни. Эти здания казались символами силы и власти, и в какой-то момент ему захотелось оказаться на вершине одного из них.
— Так мы не опаздываем? Молли? — спросил Хэйнс, поворачиваясь к Молли с лёгким беспокойством.
— Мистер Хэйнс, всё хорошо, у нас есть ещё пара часов. — Молли ответила спокойно, несмотря на тревожную атмосферу, которую создавал Хэйнс.
— Позвони Фрейзеру, скажи, что мы в Чикаго и ещё позвони в офис, спроси, как у них дела. — сказал Хэйнс, его голос звучал как команда, и он не позволял никому расслабляться.
— Хэйнс, мы только с самолёта, дай хоть немного акклиматизироваться. — ответил Милагро, чувствуя, как напряжение вокруг растёт.
— У нас пока нет на это времени. — снова ответил Хэйнс, указывая на то, что работа не ждёт.
Чикаго, Иллинойс. Trump Tower, Hotel
Когда они прибыли в Trump Tower, Милагро сразу почувствовал себя как дома. Роскошный отель встречал их элегантностью и безупречным обслуживанием, но для Милагро это был всего лишь промежуточный пункт. Он знал, что настоящая игра начнётся вечером.
Как только они поднялись в свои номера, Милагро сразу выбрал костюм — тёмно-синий, идеально сидящий, с дорогими деталями. Это был не просто костюм, это было заявление.
Хотя номер в отеле был роскошным, он не сравнился с его пентхаусом в Вегасе. Здесь было несколько строгих линий, минималистичные интерьеры, но Милагро всегда знал, что самое важное — не стены и не вид из окна. Всё решают люди, а не место, где ты находишься.
Молли и Хэйнс тоже принарядились. Молли выглядела потрясающе в элегантном платье, а Хэйнс в своём строгом костюме выглядел как финансист.
Этот вечер был решающим для Милагро. Он знал, что ему нужно впечатлить губернатора Невады Джо Чендлера, чтобы тот назначил его временным сенатором. Позже ему нужно было добиться его поддержки на голосовании. Это было только начало игры, и Милагро был готов к ней.
Но это был не единственный его план на вечер. Его команда должна была общаться с несколькими политиками, которые могли помочь закрыть несколько крупных проектов, приносящих хорошие деньги. Это обещало быть не только важным политическим событием, но и выгодным для бизнеса.
Милагро застегнул пиджак и взглянул в зеркало. Сегодня будет его вечер, и он не собирался уступать.
— Дамы и господа, добро пожаловать на приём членов Сената США. Прошу, наслаждайтесь этим вечером. — заявил ведущий.
Милагро подошел к группе, где стояли губернатор и мэр.
— Господин Губернатор, господин мэр. — сказал он, сдерживая самодовольную улыбку.
— Сэр, это тот самый герой Вегаса и нашего штата. — представил его Фрейзер, явно пытаясь сместить акцент с политических дел на его личные достижения.
— Ааа... вы, я так понимаю, Фрэнк Милагро! Добрый вечер! Я слышу о вас весь сегодняшний день и очень рад увидеть вас лицом к лицу. — сказал губернатор, подавая руку и не скрывая в глазах интереса.
— Очень взаимно, господин губернатор. Для меня большая честь встретиться с вами. Я так горжусь всей работой, которую вы делаете для штата, Вегаса и всей нашей страны, я так горжусь тем, что вы мой губернатор, усмехнулся — ответил Милагро, обводя взглядом обстановку и понимая, что политический флер «гордости» тут ощущается явно не всем.
Фрейзер и Чендлер усмехнулись, и, похоже, этот обмен любезностями был принят на ура.
— Вы, я знаю, сделали очень многое. Причем в первую очередь для страны. Я ценю людей, которые не словом, а делом работают для общего блага. — сказал Чендлер с такими словами, что они могли бы стать идеальной цитатой для политика-стратега. Вряд ли кто-то бы усомнился, что он знает толк в публичных выступлениях.
— Это так, господин губернатор. — ответил Милагро, уже подумывая, как бы развернуть разговор в нужную сторону.
— Зовите меня Джо. Послушайте, а вы уже были в Сенате, каков ваш опыт работы там? — спросил губернатор, явно заинтересовавшись, что за человек стоит за всей этой легендой.
— Хорошо, Джо. Тогда зовите меня Фрэнк. Я работал в Сенате, в одном из комитетов, налаживал финансовые трудности, в основном работа усложнялась согласованием многих вещей с Минфином и Белым Домом. В остальном я реализовал множество инициатив комитета, при его руководителе, чем очень горжусь. Это был славный опыт. — ответил Милагро, раскладывая по полочкам свой опыт, будто это была давно отработанная схема, а не его личная жизнь, разыгранная в политическом театре.
— Это очень хорошо. Вы ведь работали на Гарди? — спросил губернатор, явно решив, что если Гарди Томпсон его выбрал, значит, в Милагро точно что-то есть.
— Да. Великий был человек. Несколько работ, в нескольких сферах. И сильный, и ответственный. Он стал для меня хорошим примером. — сказал Милагро с таким тоном, что даже Фрейзер не выдержал и мельком посмотрел на него.
— У вас впечатляющая репутация, я знаю, что Гарди очень ценил вас, я думаю, он видел в вас своего преемника. — продолжил Чендлер, будто рассматривал Милагро как кандидатуру для важной должности, а не просто как его собеседника на приёме.
— Возможно. — ответил Милагро, не давая четкого ответа, но оставив небольшой задел для размышлений.
— У меня стоит очень важная задача, я должен назначить временного исполняющего обязанности сенатора от штата Невада. Я думаю, правильнее было бы, если бы это были вы. Вы фактически сможете стать протеже Гарди Томпсона. А я вас поддержу, что вы думаете? — сказал губернатор, а его голос звучал почти как приглашение на новый уровень игры.
— Ого. Даже я не получал таких предложений. — вмешался Фрейзер, на секунду забыв про свой статус и добавив сарказма в голос, как будто только что стал свидетелем эпопеи.
Чендлер и Милагро усмехнулись, каждый из которых знал, что эта встреча может стать началом чего-то более значимого, чем просто обеденный приём.
— Это... это было бы для меня честью и возможностью завершить неоконченные дела моего лучшего друга, Джо. — ответил Милагро с тоном, который был одновременно искренним и слегка театральным, как если бы он только что взял на себя роль героя в политическом мюзикле.
— Тогда... я очень рад, Фрэнк. Добро пожаловать! — сказал Чендлер, сдерживая улыбку, но явно довольный результатом беседы. Политика — это не только аргументы, но и правильный момент.
Спустя полчаса.
— Прошу меня извинить, господа, но мне уже пора. Супруга ждет. — сказал Чендлер, поднимаясь из-за стола.
— Очень жаль, Джо. Я так рад нашему знакомству. — ответил Милагро, слегка прищурив глаза, как будто оценивал, сколько еще выгод можно извлечь из этой встречи.
— Жаль, сэр. — пьяно произнес Фрейзер, явно находясь в стадии, когда слова «счастливого пути» теряли всякий смысл.
— Взаимно, Фрэнк. Донован, спасибо тебе, что познакомил. Я повторюсь, что сегодня рад всему. Решил рабочую задачу и узнал, что Вегас цветет. Спасибо, мы хорошо провели время. — сказал губернатор, и на его лице явно читалось облегчение, как если бы он закрыл важную главу.
— Взаимно. Спасибо за работу. До встречи, Джо. — сказал Милагро, будто уже предвкушая, как будет собирать плоды этой победы.
— До встречи, сэр. — пьяно произнес Фрейзер, запаздывая с ответом, но никто не стал делать замечаний.
— До встречи, господа! — уходя, сказал Чендлер, так и не поняв, что встреча с Милагро — это не просто знакомство, а своего рода политический матч.
— Так, Фрейзер, тебе уже хватит. — сказал Милагро, замечая, что его союзник на грани полного веселья.
К столику подошли Молли и Морган, очевидно, не желая упустить момент, чтобы поучаствовать в истории успеха.
— Как все прошло? — спросил Хэйнс, не скрывая легкой усмешки, ожидая услышать что-то, что будет похоже на грандиозную победу.
— Я буду временным сенатором. — ответил Милагро, и в его голосе звучала уверенность, что это всего лишь первая ступень к большему.
— Поздравляю, мистер Милагро. — сказала Молли с искренним, но сдержанным восторгом, как будто наконец-то вздохнула, поняв, что задача выполнена.
— Это хорошо! Это просто хорошо! Это успех! — сказал Хэйнс, улыбаясь широкой улыбкой, которая была характерна для человека, ставшего свидетелем масштабного выигрыша.
К столику подошел новый гость, явно из мира, где бизнес и сомнительные предложения могут пересекаться с улыбками.
— Мистер Милагро, это вы? — спросил гость с интересом, как если бы он только что встретил знаменитость, и не мог поверить, что тот действительно существует.
— Да, это я. — ответил Фрэнк, уже ощущая, как его личность начинает напоминать брандмейстера в мире, где ничто не происходит без его участия.
— Я разговаривал с вашими коллегами, не знал, что вы здесь. Очень рад вас встретить. Я сотрудник одного из Чикагских фондов, — сказал гость, как если бы его фонд был таким же важным, как и сам этот прием.
— Рад с вами познакомиться. — сказал Милагро, чуть наклонив голову, понимая, что для этого человека он — всего лишь еще одна фигура на шахматной доске.
— Я думаю, вы могли бы кое-где принять участие. Поэтому вот вам моя визитка. Рассказал бы подробности, но мне уже пора. Извините. — сказал гость, с явным намерением исчезнуть так же быстро, как и появился.
— Ничего. Я обязательно ознакомлюсь. — ответил Милагро, уверенно принимая визитку, на которой, как всегда, скрывались интересные предложения.
— Хорошего вечера! — сказал гость, направляясь к выходу.
— Что это было? — спросил Хэйнс, не скрывая любопытства, как человек, который, возможно, только что стал свидетелем кулинарного шоу, но не смог понять, что именно готовится.
— Микс и ребята, наладили наши партнерские связи. — ответила Молли, словно это было таким же будничным делом, как проверка почты.
Милагро, не теряя времени, посмотрел на визитку, перевернул её, и на обратной стороне нашел текст, который не мог не вызвать у него смесь из недоумения и легкой ухмылки.
— Это приглашение на аукцион. — сказал Милагро, положив визитку и сразу осознавая, что такой аукцион явно не входил в список дел для обеда с губернатором.
— Дай-ка посмотреть. — потребовал Хэйнс, который, похоже, был готов откопать еще одну мрачную тайну в мире политических манипуляций.
Текст на визитке был настолько откровенным, что даже Хэйнс, привыкший к любым подковерным играм, не мог сдержать сарказма.
"Chicago North Side организует для Вас масштабный аукцион. Приглашаем присоединиться в роли организатора такого денежного дела. Только у нас будут доступны около 150 различных человеческих лотов, от парней до девушек, от мужчин до женщин, которые готовы днями и ночами работать на наших клиентов. Если вы готовы принять участие, напишите письмо по адресу: event@cns.org."
Хэйнс поднял глаза, не скрывая недоумения:
— Вот это да... Чикаго всегда полон сюрпризов.
— Ты хочешь принять в этом участие? — спросил Хэйнс, не скрывая серьезности в голосе, словно зная, что вопрос касается не просто бизнеса, а жизни.
— О чем идет речь? — Молли не могла скрыть растерянности, её лицо сразу потемнело от недоумения, хотя она уже знала, что разговор не будет лёгким.
— На, посмотри. — сказал Хэйнс, протягивая визитку с текстом, который мог поставить крест на всем, что они строили.
— Я не знаю, мы идем по твоему плану, что ты думаешь? — спросил Милагро, несмотря на внешнюю спокойность, внутри он уже чувствовал всю тяжесть того, что может случиться.
— Простите, но это перейдет все границы. — Молли была едва сдержана, её голос дрожал от напряжения. — Вы ведь должны стать сенатором Соединенных Штатов, вы будете публичным лицом, и под вас будут копать все, кому не лень. Но сейчас под вопросом стоит принятие решения об участии в аукционе по торговле людьми... Простите, вы хотите стать частью магазина рабов?
Хэйнс взглянул на неё с такой строгостью, что Молли на мгновение замолчала, словно забыв, как дышать.
— Ты же еще и наш правовой консультант, Молли, разве не твоя работа все уладить, чтобы мы могли добавить это в наш план? — ответил Хэйнс жестко, с напором, не скрывая ни цинизма, ни расчета.
— Значит, ты за? — Милагро, не ожидая слабых ответов, ждал от неё твёрдого решения.
Молли, словно осознавая, что вопрос касается не только её моральных устоев, но и её собственной судьбы, задержала взгляд.
— Вы ведь понимаете, какой это риск, не только для нашей компании, но и для меня самой? — спросила она с тяжёлым взглядом, не отрывая глаз от Милагро. — Этот риск может стоить мне карьеры.
— Этот риск не больше... чем если ты лишишься своей карьеры прямо сейчас. — холодно утвердил Хэйнс, без малейших колебаний.
Молли медленно кивнула, понимая, что теперь уже не будет пути назад.
— Я вас поняла. Я... я все улажу. Но мне пора. — Молли словно теряла силы, её голос утратил свою прежнюю твёрдость.
— Доброй ночи, Молли. — Милагро попрощался, зная, что решение, которое она примет, уже не будет лёгким.
После её ухода Милагро остался с Хэйнсом. Молчание растягивалось, но вопросы оставались.
— Ты думаешь, мы правильно поступим? — Милагро наконец нарушил тишину, его взгляд был пристально серьёзным.
— Правильно или неправильно. Не ты же будешь продавать этих людей. Просто приедешь, посветишь собой перед деловыми людьми, тебе за это заплатят. — Хэйнс ответил сухо, как человек, который давно принял для себя правила этой игры. — Конечно... это наша рамка, поэтому это всё, что ты сделаешь в рамках этого аукциона.
Милагро тяжело вздохнул, размышляя над каждым словом.
— Я тебя понял. Я, наверное, тоже пойду... — ответил он, понимая, что это не просто деловая встреча, а шаг, который может привести к последствиям, на которые они не могут полностью повлиять.
— Давай, не пропадай. Я напишу им письмо на почту. — Хэйнс встал, уже готовый принять свою роль в этом деле.
— Хорошо. — ответил Милагро, покидая столик, его шаги стали тверже. Решение было принято, и он не мог позволить себе сомневаться.
Милагро поднялся в отель и зашел в свой номер. Тусклый свет вечернего Чикаго просачивался сквозь полупрозрачные шторы, бросая длинные тени на мраморный пол. Он почувствовал знакомое беспокойство, которое всегда приходило, когда нужно было принять важное решение. В воздухе витал холодный, почти ощутимый налет сомнения. Не было уверенности, что он делает правильный выбор, но в глубине души Милагро понимал — Хэйнс. Он был тот, кому можно доверять. Тот, кто не подведет, даже если сами обстоятельства могут повернуться самым неожиданным образом.
Фрэнк направился к бару. Стеклянная бутылка виски переливалась в полумраке, и, как всегда, он налил себе большую порцию. Он выпил залпом, почувствовав, как тепло растекается по горлу и груди, а затем, не обратив внимания, как это произошло, рухнул на кровать. Комфорт мягких простыней поглотил его, и перед глазами все перемешалось: события, решения, то, что его ждет, — и скоро он погрузился в сон, забыв о мире вокруг.
В Чикаго жизнь всегда была немного быстрее. Город, где спешат не только автобусы, но и люди, их взгляды, движения, жесты. Здесь каждый стремился что-то сделать, найти свое место под солнцем. В Лас-Вегасе все решалось гораздо плавнее, в упоении от побед или разочарования от поражений. В Вашингтоне — искусные игроки, строящие из себя властителей судеб, принимающие решения, не думая о последствиях. В Нью-Йорке жизнь мчится со скоростью света, словно все здесь поставлены на паузу, чтобы успеть прочесть пару страниц жизни. Но Чикаго, этот необычный город, был чем-то средним. Здесь жизнь текла и быстро и когда надо замедленно. Работа, отдых, заботы — все было сбалансировано. Казалось, что здесь проще дышать. Но так ли это на самом деле? Милагро еще не был уверен.
Он проснулся от резкого звука телефона. Мгновенно, словно натянутый механизм, его тело вернулось в реальность. Он схватил телефон и ответил, прислушиваясь к тихому гудению телефона, которое сменилось голосом на другом конце.
— Алло? — его голос был сонным, но сдержанным.
— Доброе утро, Фрэнк. Это Джо, Губернатор, — раздался знакомый голос.
— Джо! Рад тебя слышать, — сказал Милагро, уже вставая с кровати. В комнате было прохладно, и запах свежей постели смешивался с ароматом виски, который всё ещё висел в воздухе.
— Я тоже очень рад. Звоню тебе сообщить, что твою роль сенатора я подал на утверждение. Мои люди проработают все формальности, и недели через две или, может быть, три ты приступишь к работе. Пока от Невады будет лишь один сенатор. Но ты готовься, настраивайся! — сказал Джо с ноткой уверенности в голосе.
Милагро на мгновение замер, ощущая, как тяжесть решения отступает, а впереди открывается новое направление.
— Понял тебя. Спасибо, что сообщил и спасибо, что дал такую возможность, — ответил Милагро, в котором теперь смешивались благодарность и предчувствие важного шага.
— Буду только рад работать с тобой, друг. Спасибо, что ответил. Мне пора бежать на совещание, — сказал Чендлер.
— Взаимно, Джо. Хорошего дня, — ответил Милагро, отпустив телефон и тихо выдохнув.
Он взглянул в окно, где свет утра лишь начинал пробиваться сквозь облака, заливая улицы города холодным серым светом. И в этот момент ему стало ясно — всё меняется.
Когда вызов завершился, Милагро проверил уведомления на телефоне. Хэйнс переслал ему письмо с подтверждением участия от Chicago North Side в аукционе. Фрэнк удивился, что его участие одобрили так быстро. В письме было указано, что аукцион состоится уже завтра. Всё так удачно сложилось, что он приехал в Чикаго именно вовремя. Также в письме были адреса автомобильного салона, портного и клуба — у Милагро был целый день на подготовку. Он собрался, быстро освежив мысли, и выехал к портному.
Чикаго, Иллинойс. Atelier Pontoleo.
Милагро вошел в роскошный винтажный салон, где было так много различных эскизов великолепных костюмов на стенах, что взгляд терялся в этом море ткани и цвета. Витрины изящно демонстрировали галстуки, бабочки, часы и запонки, каждый предмет казался важной частью какой-то сложной и продуманной системы. В другом конце зала находились рабочие места швей, аккуратно расположенные, с иголками и нитками, что свидетельствовало о высоком уровне мастерства.
К Милагро подошел мужчина лет 70, с выражением гордости и уважения на лице.
— Мисье Милагро, бонжур! Как же я восхищен увидеть вас в моем ателье! — сказал старик, произнося фразу с французским акцентом, который казался почти театральным.
— Б... бон-жур, мисье Понтолео, — неловко ответил Милагро на французском, пытаясь не потеряться в языке и в его величественном настроении.
— Я Понтолео, лучший в своем деле. Мне передали ваши мерки, костюмы, которые вы носили, и я наслышан о значимости вашего мероприятия. Вы будете на нем самым привлекательным мужчиной, поверьте. Я уже кое-что подготовил, — с уверенной улыбкой произнес портной, зная, что его работа никогда не разочаровывает.
— Я весь в предвкушении, — ответил Милагро, не скрывая интереса и даже чуть возбуждения.
— Идите за мной, — сказал Понтолео, маня его к примерочной.
Портной привел Милагро в небольшую, но уютную примерочную. Там висел костюм, который, казалось, был специально создан для этого момента — кремово-серый двубортный костюм из плотной, зернистой ткани. Он был одновременно строгим и элегантным, напоминал роскошь, которая не требует лишних слов.
— О боже... Понтолео... он прекрасен, — выдохнул Милагро, глядя на костюм, который сверкал, словно произведение искусства.
— Святая Мария... это моя лучшая работа для такого великого человека, как вы. Примерьте, примерьте, прошу! — ответил Понтолео с истинным восхищением, как будто сам был взволнован результатом.
Когда Понтолео покинул комнату, Милагро не мог оторвать глаз от костюма. Взяв его в руки, он почувствовал, как мягкая ткань скользит по его пальцам. Примерив его, он задержал взгляд на своем отражении в зеркале. В костюме он выглядел не просто хорошо — он выглядел так, как и должен был бы выглядеть человек, стоящий на пороге изменений, готовый принять свою новую роль.
После того как он несколько минут разглядывал себя, Милагро наконец вышел из примерочной.
— Иисус Христос, мисье, вы словно родились в нем! — воскликнул Понтолео, не скрывая восхищения, когда Милагро, облаченный в костюм, взглянул на себя в зеркало.
— Спасибо, Понтолео. Костюм шикарен. — Милагро глотнул вина. И вино... какой яркий вкус, — сказал Фрэнк, наслаждаясь каждым глотком, ощущая, как вино идеально дополняет атмосферу роскоши.
— Я берег его для такого клиента, как вы. Я думаю, вы готовы к своему мероприятию, — сказал Понтолео, наблюдая за тем, как костюм идеально сидит на Милагро.
— Спасибо большое. Костюм уже оплачен? — спросил Милагро, поднимая бровь.
— Да, ваша организация внесла всю сумму перед вашим визитом. Костюм тщательно проверяли, оценивали и подбирали, — ответил портной с удовлетворением в голосе, подтверждая, что работа была сделана на высшем уровне.
— А не знаете, кто? — спросил Фрэнк, не в силах скрыть любопытства.
— Люди из Chicago North Side, — ответил Понтолео с лёгким кивком, как будто это было само собой разумеющимся.
— Понял. Спасибо еще раз, — сказал Милагро, осознавая, что этот момент стал еще одним шагом на пути, который он не мог и не хотел остановить.
— Отличного вам мероприятия, буду ждать вас снова, — сказал Понтолео, откровенно довольный тем, как прошел этот день.
— Обязательно! — ответил Милагро, с легкой улыбкой покидая ателье.
Как только двери закрылись за ним, Милагро почувствовал, как ощущение, будто он готовит себя к чему-то большему, становится все сильнее. Он сел в машину, и водитель, не задавая лишних вопросов, отвез его к следующей точке подготовки — автомобильному салону. Время шло, и каждый новый шаг казался важным.
Чикаго, Иллинойс. Автомобильный салон Premier Motors.
Когда Милагро вошел в салон, его встретил великолепный интерьер с панорамными окнами, которые открывали вид на парк роскошных автомобилей. Здесь были и винтажные модели, и новейшие экземпляры, стоимость которых была заоблачна. Все они принадлежали не просто элите, а, скорее, частным коллекционерам, для которых цена не имела значения — здесь важен был статус.
— Добрый день. Салон закрыт на спецобслуживание. Подскажите ваше имя, — сказал охранник, внимательно оценивая Фрэнка, когда тот подошел к двери.
— Фрэнк Милагро, — ответил Милагро, не скрывая лёгкого раздражения от формальности.
— Мы вас ожидали, сэр. Проходите, пожалуйста, — мгновенно откликнулся охранник, распахивая двери с таким уважением, как если бы встречал не просто покупателя, а самого принца.
Как только Милагро вошел, к нему подбежал молодой консультант, с блеском в глазах и почти невидимой ноткой волнения.
— Мистер Милагро, благодарю вас за ваш визит. Мы подобрали для вас исключительный вариант — Mercedes-Maybach Exelero, в уникальном темно-синем окрасе, — сообщил консультант, явно гордясь, что его выбор попал в точку.
— Я люблю этот автомобиль. У меня в офисе стоит полнофункциональная моделька... — ответил Милагро, слегка усмехнувшись, но в голове уже прокрутив мысль: «Почему именно этот?».
Когда перед ним появился тот самый Mercedes-Maybach Exelero, его сердце пропустило несколько ударов. Этот автомобиль был его личным фаворитом в течение долгих лет — редкий, дорогостоящий, с непередаваемой элегантностью. Но как странно! Он никогда не упоминал о нем ни консультанту, ни кому-либо еще. Оказавшись в этом автосалоне, он лишь коллекционировал модели машин и как-то подсознательно завёл заставку с этим автомобилем на своём рабочем компьютере. И вот теперь, прямо перед ним, эта фантазия стала реальностью.
Милагро ощутил, как нарастает странное напряжение. Этот выбор был слишком точным, слишком личным. Машина, сам окрас — всё идеально совпало с его вкусами и предпочтениями. Но его тревога усиливалась: стоимость этого автомобиля слишком велика, чтобы это было случайностью. В голове начала мелькать одна мысль: «Как они могли знать?»
— Мистер Милагро, мистер Прицкер оплатил автомобиль, вам необходимо заполнить пару бумаг. Также мистер Прицкер очень надеется, что ваш визит в Чикаго останется незабываемым и вы останетесь довольны, — произнес консультант, и его голос звучал так же точно, как и сам автомобиль, который стоял перед Милагро.
— Простите, мистер Прицкер? — переспросил Фрэнк, не совсем понимая, что это за связь между ним и этим человеком.
— Основатель Chicago North Side, — ответил консультант, словно это было само собой разумеющимся.
Милагро почувствовал лёгкое беспокойство, но это было лишь мгновение. Он быстро подавил эту мысль.
— То есть, я подписываю бумаги и забираю машину? — спросил он, едва веря происходящему.
— Да, сэр, — подтвердил консультант с таким спокойствием, что Фрэнк не мог не поверить, что все это было тщательно спланировано и подготовлено заранее.
— Хорошо, — сказал Милагро, подписывая бумаги, тщательно изучив каждый пункт, чтобы быть уверенным в том, что всё чисто и прозрачно. Карточка с надписью «Для вашего входа, назовите Блэкджек», лежавшая на переднем сидении, привлекла его внимание. Он знал, что это было приглашение, скорее всего для клуба Chicago North Side, но пока что это не волновало его.
Когда Фрэнк выехал на улицы Чикаго, он почувствовал вкус жизни, как никогда прежде. Это был не просто автомобиль — это было олицетворение силы и роскоши, воплощение всех его амбиций, его долгих лет борьбы и работы, и вот теперь он достиг этого. Весь мир словно сжался до размеров этого салона и этого мотора.
Его уверенные руки крепко держали руль, а всё вокруг проносилось мимо — шумный город, в котором каждое движение, каждый момент был полон жизни и энергии. Милагро решил не торопиться, сделав пару лишних кругов по городу. Он хотел насладиться этим моментом, этим чувством. Он не знал, что его ждёт впереди, но сейчас — в этот миг — он чувствовал себя на вершине. Все его мечты стали реальностью. С костюмом, с машиной, с этим городом — он был готов к следующему шагу.
Он направился в Chicago North Side, в клуб, который обещал стать для него не просто очередной точкой на карте.
Город был поглощен светом небоскрёбов, их яркие фасады отражались в зеркалах витрин и витках вечернего тумана, а воздух был полон волнением и скоростью. Милагро не мог не восхищаться Чикаго — город был как никогда живым, будто переполненный энергией. Его взгляд скользил по каждому ресторану, бару, бизнес-центру, через которые он проезжал, все они не просто строили город, но и создали атмосферу: непрерывное движение, сосредоточенность и амбиции.
Проехав несколько кварталов, Фрэнк свернул в узкий переулок, где городская суета замедлялась. Переулок был странно тихим и чистым, почти стерильным, как будто сам город скрывал здесь нечто особенное. Он припарковал свой Mercedes-Maybach Exelero и взял с собой карточку с кодом, что вело его в новое, неизведанное пространство.
Как только он прошел вглубь переулка, за металлическими панелями открылся спуск к двери, которая мерцала приглушённым фиолетовым светом. На ней был нанесен знакомый логотип клуба Chicago North Side. Милагро вошел в клуб, и с чувством полной готовности, произнес слово:
— Блэкджек.
Охранник, стоявший рядом, кивнул, сразу узнав его, и ответил:
— Хорошо, мистер Милагро. Встреча была назначена. Я уведомлю мистера Прицкера, что вы здесь. Сдайте оружие, если оно при вас.
Фрэнк, не обратив особого внимания на это замечание, с улыбкой ответил:
— У меня с собой нет пушки.
Процедура была короткой: металлодетектор прошел мимо, и охранник, удовлетворённый проверкой, сказал:
— Мистер Милагро, прошу сюда.
Милагро следовал за охранником по темному коридору, слыша, как звук его шагов эхом отражается от стен, пока они не подошли к двери в центр зала. Охранник открыл дверь и пригласил:
— Мистер Милагро, прошу.
Как только он вошел в комнату, его взгляд сразу наткнулся на фигуру, встречавшую его с широкой улыбкой. Гордон Прицкер, глава Chicago North Side и мэр Чикаго, стоял в центре, восхищаясь его появлением.
— Мистер Милагро! Спасибо, что навестили. Какой шикарный костюм... Я Гордон Прицкер, глава Chicago North Side и мэр Чикаго, — сказал Прицкер, разглядывая его с явным восхищением.
Милагро с улыбкой кивнул, отдав должное собеседнику:
— Ах, сэр, рад встретить такого щедрого человека, как вы. Ваши подарки потрясающи.
— Что вы? Я приказал своим людям, чтобы они сделали для вас все на самом высшем уровне. Вы все-таки дорогой гость из Вегаса. Знаю, что в прошлом жили и работали в Чикаго. Я подумал, что это возвращение должно вам запомниться, — сказал Прицкер, щедро улыбаясь и, очевидно, оценивая важность этого визита.
— Оно запомнилось. Спасибо большое, — ответил Милагро, ощущая, как атмосфера начинает накаляться.
— Рад знать... Когда вам предложили принять участие в организации аукциона, о чем вы подумали? — спросил Прицкер, не скрывая любопытства.
— Начну с того, что мне дали странную визитку, — Милагро усмехнулся.
— Да-да, уже вижу по вашему взгляду, — с лёгким смехом отозвался Прицкер, разделяя момент лёгкости.
— Я подумал, что это хорошая возможность продемонстрировать силу нашего города. Я все-таки многим ему обязан, — ответил Милагро, осознавая, как много Чикаго значил для него.
— Это потрясающе! — сказал Прицкер, подчеркивая сходство своих мыслей.
— Я тоже также говорю! — с уверенной улыбкой отозвался Милагро, продолжая поддерживать тон разговора.
— Вот видите, мы с вами сходимся во взглядах. Когда мне предложили идею аукциона, я подумал сперва об этом. И вы тоже. Я никогда в вас не сомневался, мистер Милагро, — добавил Прицкер с искренним одобрением.
— Этот аукцион, для меня большая честь, господин мэр, — произнес Милагро, ощущая вес каждого слова.
— Для меня честь, что вы возглавите этот аукцион, — заключил Прицкер, и в его голосе звучала неподдельная гордость за свою находку.
Милагро воодушевленно и сдержанно кивнул, услышав слова Прицкера. Внутри он чувствовал, как всё начинает складываться в его пользу.
— Послушайте, всё уже готово: списки гостей, приглашения, их подарки — как и ваши, правда, у вас все в разы лучше, охрана, товар, самое главное. Вам нужно будет провести аукцион. Люди доверяют вам, а я хочу, чтобы такие люди, как те, что могут позволить себе купить... человеческий ресурс... а люди эти не простые, а занимающие высокие должностные посты, места в обществе, могли бы профинансировать вашу будущую кампанию сенатора Соединенных Штатов, и в целом ваше лобби, — сказал Прицкер, выслушав его и теперь подробно объясняя важность этого события.
— Вы знаете о моем сенаторстве? — удивленно спросил Милагро.
— Я же всё же общаюсь со своими коллегами. Мы с мистером Чендлером, давние союзники. Он многое мне о вас рассказал, сразу же после того, как узнал. Я знал вас давно, и мне стоило лишь снова вспомнить о вас, после вашего отъезда в Лас-Вегас, — ответил Прицкер, словно это было очевидно.
— Я проведу аукцион на высшем уровне. Только есть один момент... — начал Милагро, но не закончил.
— Я пойду на что угодно, — уверенно ответил Прицкер, мгновенно уловив намерения собеседника.
— У меня есть команда лучших людей. Они могут мне помочь в организации аукциона? — спросил Милагро.
— Конечно! Конечно! Это теперь полностью ваше мероприятие, ваше детище. Можете хоть список гостей прошерстить и место организации поменять. Мы выделяем ресурсы, вы делаете! Все просто, но главное... деликатно... — сказал Прицкер, выражая полное доверие.
— Всё пройдет идеально, — сказал Милагро с уверенностью, почти не сомневаясь в успехе задуманного.
— Я вне сомнений. Потом расскажете, как все прошло. Я может быть тоже заеду с визитом. Что-ж, рад был повидаться. Звоните, пишите в любое время, я улажу любой вопрос для вас, — сказал Прицкер, проводив его взглядом.
— Взаимно. Я рад нашему знакомству, — ответил Милагро.
— А моей радости нет предела. Кстати, как вам машина? — спросил Прицкер, не удержавшись от личного интереса.
— Она идеальна, это моя реализованная мечта! — уходя из комнаты, ответил Фрэнк, ощущая, что теперь все его усилия — его путь — пришли к этому моменту.
— Рад знать! — сказал Прицкер с улыбкой, пока Милагро уходил.
Милагро вышел из комнаты и направился к выходу, чувствуя, как тяжесть на плечах уходит, уступая место гордости и предвкушению. Он был готов войти в мир, где ставки гораздо выше, а ставки были личными. Его игра начиналась.
Когда Фрэнк подошел к выходу, охранник остановил его, обращая внимание на то, что его путь только начинается.
— Мистер Милагро, мы подготовили вам кортеж из лучших бойцов Chicago North Side. Они будут с вами рядом, незаметно, но действенно. В вашем багажнике лежит оружие, на всякий случай, мера предосторожности, — сообщил охранник с легкой серьезностью.
— Благодарю, — коротко ответил Милагро, понимавший, что безопасность имеет значение.
— Приезжайте к нам еще, — с уважением сказал охранник, как будто прощаясь не только с ним, но и с тем новым человеком, который с каждым днем становился важнее.
Милагро кивнул, и, с чувством уверенности и готовности к любым поворотам событий, направился к своему автомобилю.
Милагро остановился у своей машины, которую уже подготовили для выезда. Внедорожники кортежа стояли на страже, как стражи ночи, ожидая его команд. Он достал телефон и набрал номер Молли.
— Алло, Молли, — сказал Милагро.
— Да, мистер Милагро. Чем могу помочь? — услышал он спокойный голос.
— Ты ведь не против, что мы примем участие в этом аукционе... в роли... организаторов? — спросил он, немного расслабившись, хотя мысли все равно были останавливающимися на этом важном моменте.
— Я все обдумала и подумала, — начала Молли, на секунду замолчав.
— Значит ты не в обиде? — уточнил Милагро.
— Конечно, нет. Я подумала, что это хорошая возможность для нашей компании. А если мы еще и выступаем в роли организаторов, то мне будет легче все проконтролировать, — ответила она с уверенностью, уже принимая на себя роль человека, который возьмет на себя все риски и детали.
— Ты моя надежда на этот аукцион. Мне прислали файлы по нему, я перешлю тебе все на почту. Сможешь как помощница Милагро все организовать? — спросил он, понимая, что от этого момента не все будет под его контролем.
— Конечно. Я все сделаю, — сказала Молли, и в ее голосе чувствовалась решимость, которая давала Милагро уверенность в том, что его планы не потерпят неудачи.
— Спасибо! — ответил Милагро, ощущая, как каждое слово звучит с благодарностью и надеждой на успех.
На следующий день.
Чикаго, Иллинойс. Пентхаус Милагро.
Милагро стоял у окна и смотрел на город, его взгляд скользил по небоскрёбам, отражающим первые лучи утра. Весь город казался таким же холодным и бездушным, как и люди, с которыми ему пришлось иметь дело. Вскоре раздался звонок.
— Хэйнс, ты готов? — спросил Милагро, кивнув на своё отражение в зеркале. Его костюм от Понтолео был как всегда безупречен, он почти чувствовал, как ткань шепчет: «Ты знаешь, что ты делаешь».
— Алло, Фрэнк! — отозвался Хэйнс, звучавший так, будто только что пробудился от кошмара.
— Да, да, я уже подхожу к отелю и вижу... это твой кортеж? — продолжал Хэйнс, его голос теперь наполнился удивлением.
— Из трёх машин? — уточнил Милагро.
— Седан, внедорожник, лимузин... внедорожник, седан. А ещё куча бойцов Чикагской банды, — ответил Хэйнс, явно подбирая слова, чтобы описать свою степень удивления.
— Кажется да, это мой кортеж. До этого он был менее внушительным. В общем, скажи, что ты от меня, и займи место в машине. Я сейчас спущусь, — сказал Милагро, усмехнувшись. Он мог себе позволить такое внезапное повышение уровня «внушительности». Всё-таки, когда у тебя есть собственная армия, можно позволить себе и такой маленький каприз.
— Хорошо. Молли с нами не поедет? — спросил Хэйнс, как бы между прочим.
— Она уже в доках, на аукционе, работала там всю ночь, — ответил Милагро с лёгким оттенком усталости в голосе. — У неё, видимо, свой собственный аукцион на выживание.
— Ожидаемо, — сказал Хэйнс. — Ладно, ждем тут только тебя.
Милагро усмехнулся, хотя на самом деле был немного обеспокоен. Молли всегда была с ним, и если она решила взять на себя такую нагрузку, значит, ситуация была напряжённой.
Он пошёл в гардеробную, в шкафу на полке лежал пистолет — подарок от Chicago North Side. Милагро взял его с собой, не думая дважды. В этом бизнесе не бывает лишних предосторожностей.
Спустившись на лифте, он вошёл в фойе и замер. Бойцы Chicago North Side стояли, как всегда, насторожённые, их много, но все знают своё место. Взгляд Милагро скользнул по ним, и он заметил пару новеньких лиц.
— Сэр, мы усилили меры безопасности, едем по основному маршруту на аукцион? — спросил охранник, подбегая к нему.
— Да, — ответил Милагро. — Мой коллега, Хэйнс, в машине?
— Да, сэр, — подтвердил охранник.
Милагро кивнул и направился к лимузину. Дверь уже была открыта, и внутри сидел Хэйнс, выглядывающий из окна, как будто ожидал увидеть нечто нелепое.
— Кто твои новые покровители, Фрэнк? — спросил Морган, склонив голову.
— Не поверишь, это всё лишь за проведение аукциона, — ответил Милагро, слегка ухмыляясь. — И да, они точно не хотят пропустить такой шанс.
— Неудивительно, — сказал Хэйнс, откидываясь на спинку сиденья. — Ты в последнее время очень... занятая и востребованная персона.
Милагро заметил, как Хэйнс шутливо оглядывает лимузин. Он всегда был мастер в находке недостатков.
— Сэр, едем? — спросил водитель, свернув ключ.
— Едем, — ответил Милагро, зная, что день обещает быть непростым.
Лимузин тронулся с места, и по дороге Милагро думал только о том, как мало времени у него осталось, чтобы сыграть свою партию правильно.
Кортеж Милагро проехал весь Чикаго, медленно пробираясь через узкие улицы и оживленные проспекты. Он всегда любил это чувство — быть в центре всего, видеть, как жизни людей внизу проходят, не касаясь его. Он был как Прицкер, наблюдавший с высоты своей башни, но не имеющий ни малейшего желания быть на месте тех, кто живет и дышит этим миром.
Чикаго, Иллинойс. Бэрроуз, доки Чикаго.
Наконец, кортеж подъехал к докам — самому неприметному месту для проведения аукциона. Здание выглядело так, будто его только что забыли построить. Внешний вид не обещал ничего хорошего, но Милагро знал, что там за дверями скрываются гораздо более интересные вещи.
Хэйнс вышел первым, устроился на курение — ему, как всегда, было не по себе в таких местах. Милагро вышел из лимузина, быстро поправив костюм и направился ко входу, ощущая, как его шаги эхом отдаются в пустых улицах.
— Мистер Милагро, рад вас видеть, прошу, я вам все покажу, — сказал гид с ухмылкой, распахивая перед ним дверь.
Милагро кивнул, не обращая внимания на его тон. Этот гид был просто одним из множества, кто брал на себя роль проводника в этот мир, где все стоит на грани.
— Конечно. Здесь должна быть моя помощница, Молли. Где она? — спросил Милагро, пытаясь удержать взгляд от того, чтобы не зацепиться за странную атмосферу места.
— Она в главном зале, на месте проведения. Мы идем к ней, — ответил гид, пошевелив рукой, как будто приглашая его следовать за ним.
— Пока мы идем, я введу вас в курс дела касаемо оплаты. Очень важно, чтобы это был или надежный счет, или наличные, — продолжил гид. — Если клиенты хотят посмотреть лоты раньше времени, они платят вперед. Высший сорт будет позже, не хотелось бы снижать цену.
— Всё ясно, — ответил Милагро, ощущая, как начинает нарастать напряжение.
Пока они шли по коридору, Милагро наткнулся на офицера полиции. Его форма был отнюдь не такой дорогой, как костюм у Милагро, но взгляд был угрюмым, что-то в нём заставляло ощущать, что он видел всё, что только может увидеть полицейский в таком районе.
— Давайте-ка без глупостей, — сказал коп, его голос был хриплым от сигарет и усталости. — Если кто-то сольет информацию, прикроют эту вашу лавочку к чертовой матери.
— У нас спокойные клиенты, — ответил один из организаторов с неловким взглядом, явно не желая привлекать внимание.
— Да-да. Переводи деньги быстрее, а то диспетчер меня скоро искать начнёт, — поддакнул коп, казалось, уже по привычке.
— Почти, офицер, — ответил гид, показывая пальцем на планшет в его руках.
— А я говорю, что если кто-нибудь сольет инфу, покрывать никого не стану. Так что лучше пусть все проходит без сюрпризов, — добавил коп, его взгляд метнулся в сторону гида. И всё как-то сразу стало ясно.
Милагро подслушал разговор, решив, что ему не стоит задерживаться в этом коридоре подольше. Он спокойно прошел мимо, направляясь к главному залу.
Зал оказался просторным, с высоким потолком и освещением, которое создавало странное, холодное почти театральное освещение. На большом экране, установленном на стене, мелькали изображения людей — людей разного пола и возраста, от 18 до 45 лет. Каждое изображение сопровождалось несколькими строками: имя, краткое описание, навыки, особенности, и главное — кто этот человек, если он не является "никем", а также кому он готов подчиниться. В центре находился подиум, на котором стояли лоты в виде людей. Всё это было представлено с безжалостной холодностью, как товар на рынке.
Милагро стоял в центре зала, внимательно изучая экран, но его взгляд часто отвлекался на людей вокруг — покупателей, организаторов, охрану и людей которых продают. Все они здесь были ради одного — чтобы заключить сделки, которые изменят чьи-то жизни. И всё, что Милагро мог сделать, это убедиться, что аукцион пройдет без сучка и задоринки.
— Мистер Милагро, пройдемте со мной, — сказал гид, прерывая его размышления. — Молли, прибыл мистер Милагро, все чисто. Сэр, клиентам будут представлены различные лоты, но кое-что в частном порядке. У всех лотов есть уникальный идентификатор. Это удобно. Кто-то предпочитает смотреть на экран, а для приоритетных клиентов всё лучшее — вживую. Некоторые VIPы захотят с вами поговорить, Молли расскажет, кто есть кто.
Милагро кивнул, обрабатывая информацию. Не удивительно, что у этого аукциона была своя эксцентричная изюминка. Зачем тратить время на стандартное, когда можно предложить каждому клиенту индивидуальный опыт?
— Каждый клиент должен быть полностью ознакомлен с ассортиментом, чтобы не было вопросов, — приказал он, уже зная, что контроль — это не только сила, но и внимание к деталям.
— Так точно, босс, — отозвался гид с таким уважением, что Милагро почти ощутил, как тот искренне боится.
— Вам сюда, — сказал гид, проводя его через дверную арку, которая вела к металлической лестнице, скрипящей под их ногами.
Милагро поднялся по лестнице, проходя мимо охранников, которые выглядели как что-то среднее между «крепкими парнями» и «профессиональными хранителями порядка». Видимо, такие места требуют особого подхода.
— Убит боец Прицкера. Всех, кто входит, перепроверяем по два раза, — сказал один из охранников, заметив коллегу.
— Принято, — ответил второй, подходя ближе и взглянув на него с профессиональной настороженностью. Это были не те парни, с которыми можно было бы шутить.
Милагро спокойно прошел в контрольную будку — здесь уже царила более привычная атмосфера, где каждый знал, что делать. Эта будка хоть больше напоминала штаб организации аукциона, чем просто техническую комнату.
— Молли! — сказал он, входя в помещение.
Молли, сидящая за монитором и просматривающая какие-то данные, подняла голову, когда услышала его голос.
— Мистер Милагро, все идет на высшем уровне. Есть некоторые заминки, но они быстро устраняются. Люди мэра Прицкера очень опытны. Это ведь не те, кто работают на Донована Фрейзера, — сказала она, посмеиваясь, как будто эти люди были чем-то почти... бледным по сравнению с теми, с кем работали они.
— Зови меня просто Фрэнк, — ответил Милагро, улыбнувшись уголком губ. Он всегда чувствовал себя немного старым для всех этих «сэров». — Ты молодец, Молли. Насчет оплаты у клиентов, все идет хорошо?
— Хорошо, Фрэнк. Больше чем хорошо, люди людьми, но деньги-то большие, — ответила Молли с блеском в глазах. Видимо, она чувствовала себя как рыба в воде, когда речь шла о таких делах.
Милагро кивнул, удовлетворенно вздохнув. Он знал, что не нужно ожидать от этого мира ничего, кроме грязных дел и темных углов. Но, по крайней мере, он мог быть уверен, что здесь все шло по плану.
— Хорошо, — ответил он, давая понять, что все остальное будет зависеть от того, как быстро и эффективно они справятся с тем, что предстоит.
В будку вошел Хэйнс, слегка раскачиваясь на ногах, как будто не знал, куда ставить свои сигареты. Он осмотрел помещение, с сарказмом заметив:
— Ох, какая здесь рабочая обстановка. Как идет процесс?
Молли, как всегда, сдержанно улыбаясь, ответила:
— Отлично, мистер Хэйнс.
— Я разрешил ей называть меня Фрэнком. Она молодец. Как дела в Вегасе? — спросил Милагро, не отрывая глаз от экрана, на котором что-то быстро менялось.
— Хм... тогда пусть Молли называет меня Морганом, — Хэйнс посмеялся, покачав головой. — Фрейзер только утром вернулся обратно, в Дайтоне все отлично, деньги с этого аукциона нам не помешают.
— Деньги у нас теперь есть, — коротко ответил Милагро, все больше погружаясь в мысли о грядущих перспективах.
— Но надо все отменить, — сказал Хэйнс, и его голос стал хмурым и жестким. — Я слышал, что говорит охрана. Пропали люди мэра Прицкера, главы Chicago North Side. Я понимаю, что вы теперь, может быть, играете в четыре руки, но... если что-то пойдет не так, виноват будешь ты, Фрэнк. Это риск.
Милагро прищурился, но его ответ был спокоен, почти с издевкой.
— Риск — это показывать свою слабость. Спокойно, Морган. Молли и люди Прицкера сделают, что нужно.
— Люди Прицкера ни в чем не уверены, как и Молли. Я ведь понимаю, о чем говорю, — мрачно произнес Хэйнс.
Молли подняла взгляд на обоих мужчин, её лицо было спокойным, но в глазах была скрыта решимость.
— Я верю, что все пройдет хорошо, и прилагаю для этого все усилия, мистер Хэйнс, — сказала она, не скрывая лёгкой настороженности.
Милагро пожал плечами, взмахнув рукой в сторону Молли.
— Главное — бизнес, — сказал он, словно говоря о чём-то незначительном.
— Как знаешь, Милагро, — ответил Хэйнс, покидая будку, забирая с собой свои сигареты и беззвучно выдыхая дым в воздух.
Молли посмотрела на Милагро и, после паузы, добавила:
— Мист... Фрэнк, с тобой хочет поговорить мистер Сезар Мадригал.
Милагро поджал губы.
— Глава картеля Primo Muerto? — уточнил Хэйнс, не веря своим ушам.
— Да, так записано, — ответила Молли с серьезным выражением лица.
Хэйнс вздохнул, как будто на минуту представив себе всю картину. Его лицо стало жестким, как камень.
— Даже не смей работать с картелем, они используют тебя как расходный материал, — произнес он, открывая дверь.
— С ним нужно поговорить, — сказал Милагро, не теряя своей уверенности. Он понимал, что это могло быть опасно, но избежать этого было бы еще хуже.
— Боже... к черту... — пробормотал Хэйнс, выходя из будки и явно недоволен ситуацией.
— Сезар Мадригал ожидает на этаже выше, лестница рядом с контрольной рубкой, — сказала Молли, передавая информацию с точностью.
— Спасибо, Молли, — ответил Милагро, чувствуя, как напряжение начинает подниматься в воздухе.
Он поднялся по лестнице, решительно настроенный встретиться с тем, кто, возможно, является одной из самых опасных фигур в мире преступности. На верхнем этаже, освещенный тусклым светом, стояли столики для гостей, и среди них, словно в центре внимания, сидел только один человек — Сезар Мадригал. Его лицо было скрыто полумраком, но его присутствие ощущалось, как будто он был готов раздавить всё вокруг своим взглядом. Весь этаж был охвачен напряжением: с одной стороны — охранники Прицкера, с другой — головорезы картеля. У Милагро не было другого выбора, как идти вперед.
— Сеньор Мадригал! — восхищенно поприветствовал Милагро, подходя к столику, протянув руку своему собеседнику. — Приятно встретиться с вами.
— Сеньор Милагро! — Мадригал встал, его тон был вежливым. — Я думал о нашей встрече с момента получения приглашения. Когда мне сказали, что вы — человек, который все это организовал, я незамедлительно согласился приехать.
— Дорога была далекой, но надеюсь, легко доехали? — спросил Милагро, скользнув взглядом по его костюму, словно проверяя, насколько тщательно тот был выбран для этого визита.
— Да, конечно, вы предоставили все удобства для этого визита. Я хочу отплатить вам той же монетой. — Мадригал ответил с улыбкой, которая была немного холодной, но искренней.
— Не стоит, сеньор, — ответил Милагро с небрежной грацией. — Ваши слова уже достаточны.
— Я видел, как ваш друг вышел из будки, он, видимо, не доволен... — заметил Мадригал, не скрывая интереса.
Милагро встал из-за столика, аккуратно облокачиваясь на поручни, его взгляд был устремлен на аукционный зал. Мадригал встал рядом, задвинув стул, и присоединился к нему, внимательно следя за происходящим.
— Как вам спектакль? — спросил Милагро, слегка улыбнувшись уголками губ.
— Вы про вашего друга? — с насмешкой ответил Мадригал, поднимая бровь. — Должен признаться, его лицо не радует.
— Мистер Хэйнс — отличный друг и коллега. Что вы видите, там внизу? — Милагро снова взглянул на экран, небрежно перелистывая мысли в голове.
— Я вижу... демонстрацию силы, — сказал Мадригал, его голос стал чуть тише, а глаза — более настороженными.
— Мистер Хэйнс видит аукцион, видит... деньги, — ответил Милагро, его лицо оставалось неподвижным, будто бы он рассматривал не сам аукцион, а идею, которая кроется за всем этим. — Я много думал, чего я хочу... Я хочу добиться всего и не отступать.
— Это золотые слова, мой друг. — Мадригал кивнул с уважением. — Вы уже добились всего за короткий срок. Это впечатлило всех ваших сторонников. Даже самых недоверчивых.
— Я этому рад, мой друг, — Милагро наклонился чуть вперед, взгляд его стал острым, как лезвие ножа.
Мадригал протянул руку Милагро, их крепкое рукопожатие будто символизировало начало нового этапа в их сотрудничестве.
— Не хотите выпить? С Хэйнсом и Молли, я назначил её ответственной за организацию аукциона, — предложил Милагро, его голос был теплым и открытым.
— Конечно. Я оставлю своих людей тут, чтобы не создавать лишнего шума, — ответил Мадригал, жестом указав на своих охранников, которые оставались на этаже.
Фрэнк и Сезар вернулись в рубку. Хэйнс уже был там, сидел с расслабленным выражением лица, и, на удивление, не стал продвигать свои скверные мнения о картеле и его лидере. Наоборот, его встреча с Мадригалом была гораздо теплее, чем можно было бы ожидать.
— Мистер Мадригал, рад вас видеть здесь, — сказал Хэйнс, протягивая руку с улыбкой.
— Сеньор Мадригал, это Молли и Морган Хэйнс. Основные лица этого аукциона. Мистер Прицкер предоставил все ресурсы, но он пока не с нами, — представил их Милагро, делая акцент на "пока".
— Этой шикарной компании нам будет достаточно, — сказал Мадригал, оглядев их с уважением.
— Что налить лучшему предпринимателю? — спросил Хэйнс с ухмылкой, садясь в кресло.
— Шампанское! Отпразднуем вашу победу! — ответил Мадригал, не скрывая радости от успешной сделки.
— Милагро? Что будешь? — поинтересовался Хэйнс.
— Тоже шампанское, — ответил Милагро, поднимая брови, его голос был невозмутимым, как и всегда.
— Это самое лучшее шампанское в США, господин Мадригал. Пейте, вкушая каждую нотку, — сказала Молли, заливая напиток в бокалы.
— Как вы это поняли, мисс? — спросил Мадригал, удивленно прищурившись.
— Просто я сама выбирала, какое шампанское будет на аукционе. Представьте, что будет, если какому-нибудь миллионеру не понравится вкус или слабый хлопок при открытии. Нашу лавочку быстро бы прикрыли. — Молли говорила это с таким серьезным видом, что все, даже Мадригал, не могли не улыбнуться.
— У меня был случай на одном мероприятии. Мужчина заказал скотч, бармен налила, он выпил и говорит: «А почему я чувствую, что я пьянею?» Она ему отвечает: «Это дорогой и качественный скотч, быстродействующий». Он ей: «Скотч должен быть безалкогольным!» В итоге она сходила на склад и принесла ему самый обычный скотч, которым коробки заклеивают. Он говорит: «А как это пить?» — поделился Хэйнс, не скрывая смеха.
— О Боже... — сказал Мадригал, не сдержавшись и рассмеявшись до упаду.
— Серьезно? Прямо так?! — рассмеялась Молли, покачивая головой.
— Надеюсь, он не попытался его выпить! — сказал Фрэнк, смеясь, и это рассмешило всех присутствующих.
Смех в комнате звучал легко и свободно, создавая атмосферу легкости и понимания между людьми, которые знали, что в этом мире, где бизнес и насилие идут рука об руку, умение посмеяться над нелепыми ситуациями – это редкая, но важная способность.
На телефон Молли раздался резкий звонок. Она подняла трубку, ее рука слегка дрожала от напряжения, но она быстро взяла себя в руки.
— Слушаю, — ее голос был спокойным, но в нем ощущалась скрытая настороженность.
Из трубки раздался шепот, едва различимый на фоне беседы в рубке.
— Мистер Мадригал, вы уже успели побывать в Вегасе? — спросил Хэйнс.
Она скосила глаза на Милагро, который стоял в нескольких шагах от нее, скрестив руки на груди. Он подал знак, чтобы она продолжала разговор.
— Прицкер согласовал усиление охраны, что с периметром? — Молли говорила холодно, но в ее тоне все равно звучала легкая озабоченность. Она ожидала, что этот вопрос ответит на что-то важное.
— Я был там однажды по работе, отличный город, казино на каждом шагу! — в ответ Хэйнсу раздался веселый шепот Мадригала.
— Поняла. Спасибо, — сказала она, прерывая общение и убирая телефон от уха, но взгляд оставался настороженным.
Милагро уже стоял рядом с ней, его лицо было каменным, но глаза напряжены. Он почувствовал, что что-то не так.
— Что-то случилось? — его вопрос прозвучал, как констатация, будто он уже знал, что ответы будут тревожными.
Молли опустила голову, задумавшись, прежде чем ответить. Она знала, что лучше всего говорить прямо, без лишних слов.
— Ребята Прицкера пожаловались, что их люди в доках начали не выходить на связь. Сказали, что сейчас пойдут проверять. — Молли слегка помедлила, прежде чем добавить: — Мы в опасности, Фрэнк. Кто-то что-то знает, и это не к добру.
В воздухе повисла напряженная тишина. Хэйнс, стоявший у окна, обернулся к ним, его лицо стало жестким, а глаза остекленели от задумчивости.
— Черт... — прошептал он, ощущая, как его тело наполнилось тревогой. Он понимал: это только начало.
Резкий шум дверей, словно неосторожно открывшийся ветер, ворвался в рубку. На пороге появился один из бойцов Chicago North Side, его лицо искажено паникой, и он не стал терять времени.
— У нас перестрелка на складе, где сторожат наши ребята! — его голос был хриплым от волнения. — Мистер Прицкер послал еще людей, но вам нужно уходить. Эвакуацией вип-гостей мы займемся самостоятельно.
Его слова эхом пронзили тишину, и все мгновенно осознали, что ситуация вышла из-под контроля. Взгляд Милагро стал тяжелым, он сразу переключился на действия.
— Так! — сказал он решительно, собираясь с мыслями. — Позовите сюда охрану сеньора Сезара Мадригала, они наверху. Подготовьте нам машину для отхода. Не будем терять времени.
— Так точно, сэр, — отозвался боец, его голос стал более уверенным, но нервозность не исчезала.
Милагро повернулся к Мадригалу, который стоял у окна, его лицо было все еще спокойным, но в глазах читалась готовность действовать.
— Сеньор Мадригал, вам нужно уходить. Здесь не безопасно, — сказал Милагро, его слова не оставляли места для сомнений.
Сезар слегка кивнул, быстро оценивая ситуацию. Его опыт позволял ему действовать в таких обстоятельствах. Он понимал, что риск сейчас велик, но и его личная безопасность тоже имела значение.
— Как скажете, — ответил Мадригал, не проявляя ни малейшего страха. — Я помогу там внизу скоординировать вывод людей, потом обязательно свяжемся. Надеюсь, все вместе.
— Конечно, сеньор, — сказал Милагро с таким видом, что все его окружение поняло — в этот момент важна только безопасность и порядок.
Когда охрана Мадригала пришла забрать его, картельеры забрали Сезара, и уже через мгновение они исчезли, как тени.
В этот момент Хэйнс снова поднял голову, его лицо было жестким, глаза остекленели от концентрации. Он быстрым движением указывал на дверной проем.
— Кто-то идет с того входа в рубку, — сказал Хэйнс, его голос стал хриплым от напряжения.
Молли, еще не до конца пришедшая в себя от произошедшего, обернулась к двери.
— Это не Chicago North Side? — спросила она, поднимая бровь. Но в ее голосе уже звучала уверенность: что-то не так.
— Дай посмотрю! Черт. Пригнитесь! — сказал Милагро, мгновенно оценив ситуацию. Он знал, что теперь важно не совершить ошибку.
Неизвестные подошли ко входу с решительным шагом. Милагро, оценивая ситуацию за доли секунды, вытащил пистолет и взял его в руки, готовый к любому развитию событий. Молли и Хэйнс последовали его примеру, доставая автоматы из шкафчика, их лица стали железными.
— Молли, знаешь, как он работает? — спросил Хэйнс, его взгляд не отрывался от двери, которая вот-вот должна была открыть для них новое, опасное знакомство.
— Это первому, чему меня научили люди Прицкера, — спокойно ответила Молли, как всегда уверенная в своих силах. Для нее такие моменты стали почти рутиной.
Вдруг дверь выбили, и трое человек вошли в рубку, нарушив спокойствие. Два мужских силуэта и одна женщина, их образы — смесь решительности и жесткости.
— Стоять. Спокойно, — сказал Милагро, его голос отрезал тишину, словно холодный нож.
— Опа... какая встреча, — протянул один из незнакомцев, высокий и темноволосый, его глаза сверкали от нахальности.
— Найджел... Бакстер, Холли? Что вы здесь делаете? — Милагро не верил своим глазам, но тон его оставался нейтральным, он был готов к любому повороту.
— Холли? Ты же осталась в Вегасе! — заметил Хэйнс, его оружие мгновенно было наготове, направленное на пришедших. Его глаза метко прицеливались, но он не спешил действовать, ожидая.
Холли ответила на его слова ледяным взглядом, скривив губы в ухмылке.
— Мы здесь по работе, — спокойно сказал Найджел, опуская оружие, но не теряя бдительности.
— ФБР? — Милагро поднимал брови, не веря в то, что происходит.
— Частная военная компания. Большие клиенты, большие деньги, большие победы, — ответил Бакстер, улыбаясь, словно эта ситуация была просто очередным бизнес-выездом.
— Весело. Поздравляю, — сухо сказала Молли, ее глаза блеснули амбициями, но в них не было ни страха, ни колебаний.
— Нам есть с чем тебя поздравлять, Милагро? — неожиданно спросил Найджел, его голос был тяжким, почти угрожающим.
— Что ты имеешь в виду? — ответил Милагро, его рука с пистолетом не дрогнула, но напряжение нарастало с каждым словом.
— Мы ищем ведущего аукциона, а это, как никак, контрольный штаб, — сказал Бакстер, его голос не выражал ни сомнений, ни недовольства. Он был явно уверен в себе.
— Даже не знаю, — коротко сказал Хэйнс, не отводя взгляда от ситуации, но он знал, что нужно быть готовым ко всему.
— Подожди, ты же тот тип, управляющий, — проговорил Бакстер, не веря своим словам, но разглядывая Хэйнса с новой настороженностью.
— Я вам про него рассказывала, — добавила Холли, посмотрев на своих товарищей с таким видом, как будто она давно ожидала этого.
— Милагро... я очень надеюсь, что ты не тот, о ком я думаю... — сказал Найджел, его лицо стало жестким, а глаза как будто пытались прочитать мысли собеседника.
— А о чем ты думаешь? — Милагро встретил его взгляд без страха, с легким сарказмом в голосе.
— Ты... ты тот мужик из Вегаса, которого Прицкер назначил владельцем аукциона... — голос Найджела стал почти шепотом, словно он сам не верил в то, что только что сказал.
— Я веду аукцион, — спокойно ответила Молли, переступая с ноги на ногу. Она не теряла самообладания, несмотря на накаленную атмосферу.
— Не лезь, прошу, — сказала Холли, с яростью в голосе, явно не желая, чтобы Молли вовлекалась в и без того опасный разговор.
Милагро, не отрывая взгляда от Найджела, спокойно произнес:
— Мы ведь были на одной стороне, просто уходите.
— Были, а сейчас ты торгуешь людьми. Извини. Ты сам знаешь, как это бывает. Права на ошибку нет, это высшая лига, — Найджел шагнул вперед, не скрывая презрения в голосе. В его словах звучала угроза, а взгляд обещал, что если они не уйдут сейчас, последствия будут гораздо серьезнее.
Ситуация накалялась. Милагро стоял, уверенный в том, что решение уже принято. Но что именно делать дальше — этот вопрос был открыт.
В момент, когда атмосфера накалилась до предела, весь зал, казалось, замер в ожидании. В глазах всех участников этой сцены был виден страх, и этот страх медленно перерастал в панику. Милагро ощущал, как сердце колотится, а воздух становится тяжёлым и удушающим. Он смотрел на Найджела и Бакстера, которые в моменте навели оружие на него, и на Холли, чье оружие было направлено на Хэйнса.
— Прошу, давайте просто все успокоимся, — сказала Холли, её голос дрожал, но в нем была искренняя настойчивость, она, казалось, пыталась остановить надвигающийся хаос.
— Если хочешь, ты можешь уйти, тебе необязательно здесь быть, — ответил Бакстер, его лицо было каменным, но в его взгляде тоже скользнуло какое-то непонимание того, что происходит.
Милагро знал: это не просто спор, не простое столкновение интересов. Это могло закончиться чем-то страшным. В его голове все было чётко, как будто время замедлилось.
Найджел, не ожидая дальнейших уступок, с решимостью спустил курок. Резкий звук выстрела разорвал воздух, и в тот момент, когда пуля должна была пронзить Милагро, она неожиданно встретила другое тело. Холли, ринувшаяся вперед, оказалась между Найджелом и Милагро, успев остановить выстрел.
Момент замер. Выстрел. Пронзительный, невообразимый звук. Секунды как вечность.
Пуля угодила прямо в грудь Холли. Она упала на колени, её лицо искажалось болью, глаза наполнились ужасом, а затем пустотой. Время, казалось, остановилось. Милагро застыл, его тело не слушалось, словно он не мог осознать, что только что произошло.
— ХОЛЛИ! Холли! — крикнул Найджел, бросаясь на колени, с ужасом в глазах. Он схватил её за руку, которая безжизненно висела, кровь уже быстро пропитывала её одежду. — Прости, прости, я, я не хотел!
Милагро не мог оторвать взгляда от неё. Холли, её лицо потеряло всякую окраску, глаза, полные боли, устремились в пустоту. Она была мертва. Милагро почувствовал, как холод прокачивается по его венам, как отчаяние заполоняет его, словно этот ужас был невидимой сетью, тянущей его в темные глубины.
— Холли... — тихо сказал он, но слова, казалось, потеряли всякое значение.
— Найджел! Найджел! — кричал Бакстер, отчаянно стараясь остановить кровотечение у Холли, но это уже было бесполезно. — Хватит, она... она теряет кровь... Найджел, успокойся!
Найджел, теряя всякую самообладание, продолжал трясти её, моля её не закрывать глаза.
— Холли, не закрывай глаза! Не закрывай! — его голос звучал с отчаянием, словно он мог изменить уже решённую судьбу.
Милагро, его глаза были полны страха, потрясения и утраты. Он не мог понять, как всё пошло так. Как из-за одного мгновения, одного неосторожного выстрела, вся их жизнь была навсегда изменена. И эта утрата, этот момент безвозвратного разрушения, он ощущался как ледяной нож в его сердце.
— Фрэнк, уходим, живо! — скомандовал Хэйнс, его голос был холодным, решительным. Он понимал, что теперь им нужно бежать, пока они не стали частью этого кошмара.
— Молли, ты цела? — спросил Хэйнс, оглядывая Молли, которая стояла неподвижно, словно в оцепенении, глядя на тело Холли.
Молли была в шоке. Она не могла поверить, что всё это произошло так быстро. Как всё могло закончиться так, без предупреждения? Молли стояла, потерянная, и её взгляд был прикован к телу Холли, её мёртвым глазам, холодным и безжизненным.
Найджел и Бакстер, уже не обращая внимания на Милагро, как будто растворились в этом аду. Оба были сломлены, но их внимание было полностью поглощено потерей. Холли была мертва, и в их жизнях теперь было что-то, что они уже не могли забыть.
— Молли, пошли! — сказал Хэйнс, решительно потянув её за собой.
Милагро, ошеломлённый, был почти без сил. Но Хэйнс не давал ему времени думать, он схватил его за руку и потянул к выходу. В их ногах, и в их лицах, ощущалась непреодолимая тяжесть утраты. Они выбежали из рубки, словно спешащие к спасению, и на их пути встретились бойцы Chicago North Side. Но было уже поздно: ФБР вышло на сцену, и началась облава, оглушительная и неумолимая. Всё рушилось.
Милагро чувствовал себя потерянным. Всё, что ему осталось — это ускользнуть из этой горячей точки. Но потеря Холли преследовала его, наполняя сердце горечью и бессилием. В тот момент он понял: он никогда не сможет забыть тот ужас, ту пустоту, которая пришла с её смертью.
— Давай же, идем, быстрее! — сказал Хэйнс, хватая Милагро за руку и таща его к выходу.
— Подожди, Хэйнс! — вырвался из груди Милагро, его лицо было искажено тревогой.
— Кому ты звонишь?! На это нет времени! — резко отреагировал Хэйнс.
— 911, что у вас произошло? — голос диспетчера был ровным, несмотря на напряжение.
— У нас перестрелка, Бэрроуз, доки Чикаго. Нужна полиция и скорая. — ответил Милагро, чувствуя, как воздух в лёгких начинает становиться вязким.
— Поняла, вас. К вам высланы все ближайшие патрули. — прозвучал ответ диспетчера, с лёгким эхом в трубке.
— Ты идиот! Милагро! Мы отсюда не выберемся, копы устроят оцепление и мы не прорвемся! — голос Хэйнса был полон ярости и страха. Он схватил Милагро за плечо, пытаясь вытянуть его из этого ада.
— Подождите, пожалуйста. — Молли прервала их спор и сразу настроила радио в телефоне на частоту департамента полиции Чикаго, её руки слегка дрожали от напряжения.
В ответ на её действия из динамиков раздался голос диспетчера.
— ... Всем постам, срочный вызов, сообщение о перестрелке в Бэрроуз, в доках. Всем патрулям немедленно прибыть на место. — глухой, монотонный голос подавал инструкции, которые звучали так, как будто мир вокруг рушился.
— 8-Адам-100, мы рядом с Бэрроуз, вызовите начальника смены и сообщите в спецназ. Здесь федералы. — доложил патрульный.
— 8-Адам-100, принято, — ответила диспетчер, её голос чуть дрогнул, но она держалась.
— Диспетчер, это контроль, мэр Прицкер прибудет на место с подмогой, обеспечьте допуск. Запросите ордер на арест федералов. — сказал сотрудник полиции, и в его словах звучала уверенность, которую Милагро не мог игнорировать.
— Контроль, принято. Судебный ордер будет направлен в участок Бэрроуз. — доложила диспетчер, её ответ был четким.
— Полиция куплена Прицкером. Хороший ход, Фрэнк, — сказала Молли с холодной иронией, но в её глазах было видно, что она понимает: их ситуация теперь хоть немного лучше.
— Они уничтожат следы и разберутся с федералами. А нам нужно понять, кто слил инфу, и почему на нас вышли ФБР и твои друзья. — Хэйнс сжался, его лицо отражало ярость и отчаяние.
— Молли, позвони Прицкеру, скажи, что нам нужно найти крысу в его рядах. — Милагро схватил её за руку, держа её взглядом, полным боли и решимости.
— Да, Фрэнк. — её ответ был тихим, но уверенным. Она знала, что на них лежит теперь ответственность — не только за свои жизни, но и за тех, кто их предал.
— Машина здесь. — сказал Хэйнс, показывая на припаркованный автомобиль. Он был на грани паники, но пытался держать всё под контролем. Его слова были как приказ, и его руки крепко сжали дверную ручку машины.
Пока они быстро уходили, в воздухе висела тревога, будто всё могло взорваться в любой момент. На их пути — не только федералы, но и самые худшие из возможных врагов — те, кто был в тени, и те, кто в любой момент могли предать.
Они мчались по ночным улицам Чикаго, огни города мерцали в окнах машины, но ни один из них не обращал внимания на красоту ночного мегаполиса. Атмосфера в салоне была напряженной, воздух был пропитан страхом, злостью и гулким эхом предательства.
— Фрэнк, это мистер Прицкер. — сказала Молли, держа телефон так, будто он был последним связующим звеном с контролем над ситуацией.
— Дай трубку. — Фрэнк протянул руку и прижал телефон к уху, пытаясь взять себя в руки.
— Мистер Милагро, слава Богу, что с тобой всё хорошо. — голос Прицкера был спокойным, но в нём чувствовалась напряженность человека, который знает больше, чем говорит.
— Да, мэр. — голос Милагро был жёстким. — На аукцион проникли парни, которые работают на ФБР. Они вышли на нас каким-то образом. Я думаю, что кто-то слил сведения и подставил нас.
— Я уже знаю, Милагро. — Прицкер вздохнул, как человек, которому предстоит выдать плохие новости. — Молли написала мне сообщение, а я поговорил с лейтенантом полиции. Мои люди засекли звонок из района Луп в Бэрроуз прямо во время аукциона.
— Что за звонок? — стиснув зубы, спросил Милагро.
— Какой-то парень, который внештатно работал на меня, связался с ФБР и слил им всю информацию. — Голос Прицкера потяжелел, и стало ясно: этот человек подписал себе смертный приговор. — Мы нашли его. Мои люди везут его в переулок рядом с Уоррен Хайтс. Езжайте туда.
— Хорошо, Гордон. Спасибо. Мы разберёмся. — Милагро говорил хрипло, сдавленно, как будто боролся с яростью, рвущейся наружу.
— Я оповестил ближайших патрульных, что в этом районе возможны выстрелы. Копы не сунутся. Делай то, что нужно. — произнёс Прицкер и повесил трубку.
В машине воцарилась гнетущая тишина. Только звук работающего двигателя и далекие сирены, эхом разносящиеся по ночному городу, напоминали, что вокруг всё ещё существует жизнь.
Милагро сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. Его глаза горели ледяным, почти мертвым огнём.
— Уоррен Хайтс. Жми. — бросил он водителю.
Машина рванула вперёд, унося их к человеку, который, возможно, только что подписал не только себе смертный приговор, но и развязал войну, исход которой предугадать не мог никто.
Чикаго, Иллинойс. Переулок Уоррен-Хайтс.
Переулок у Уоррен Хайтс был тёмным и промозглым, воздух пропитан запахом гари, мокрого асфальта и чего-то ещё — чего-то тяжелого, липкого, невидимого, но ощутимого на уровне инстинктов. Далеко в городе слышались сирены, но здесь, среди узких проулков и глухих кирпичных стен, время будто застыло.
— Думаешь, они приедут? — спросил Хэйнс, нервно осматриваясь.
— Прицкер сказал, что его уже везут. — Милагро ответил спокойно, но в его голосе было что-то ледяное, почти безжизненное.
Свет фар разрезал темноту — в переулок въехала машина Chicago North Side. Скрипнули тормоза, и из машины вывели парня — молодого, не старше двадцати пяти. Лицо бледное, в глазах паника. Он дрожал, но пытался держаться.
— Кто-то настучал, сэр, клянусь! — заговорил он, голос его дрожал, как натянутая струна. — Я сам в шоке! Я... я привёз ключи к банковским счетам! Вот! Держите! Правда, это не я!
Парень вытянул папку, его пальцы судорожно сжимали документы, словно это могло его спасти.
— Тише, тише... не суетись, сынок. — Милагро говорил мягко, почти ласково, но в его голосе было что-то неестественное.
Парень тяжело сглотнул.
— Тут бабло за... за... всех, кого успели купить. — Он пытался улыбнуться, но это вышло жалко.
— Тут ты молодец. — Милагро кивнул. — Хэйнс, забери у него папку.
Хэйнс подошёл, выхватил документы, но глаза его были прикованы к Милагро. Что-то в нём изменилось.
— Да... вот... Мистер Милагро... вы же мне верите? — парень попытался сделать шаг ближе, но тут же остановился. — Вы же знаете, что я не мог так поступить... мне это не нужно...
— Успокойся, всё хорошо. — Голос Милагро был безразличен, почти отстранён.
Парень тяжело дышал, его грудь ходила ходуном.
— Ладно... ладно... — Он пытался убедить себя, что всё будет в порядке.
Милагро чуть склонил голову и посмотрел на него с любопытством, как хищник, изучающий добычу перед последним броском.
— Ты маме давно звонил? — спросил он.
Парень моргнул, не сразу понимая вопрос.
— Что? ...
— А друзьям? — Милагро повторил, голос его оставался ровным.
— Или, может, девушке?
Парень судорожно вытер лоб.
— Нет, сэр... не до этого... Я много работал...
Милагро кивнул, как будто принял этот ответ.
— Хорошо. Отлично.
Он повернулся к Хэйнсу.
— Верни ему папку.
Парень повернулся к Хэйнсу, сделал шаг вперёд, протянул руку...
Выстрел.
Глухой, короткий, без эмоций.
Пуля вошла в затылок, разорвав кости и кожу, и парень рухнул на мокрый асфальт, его тело дёрнулось, а затем замерло.
Глаза Милагро не дрогнули. Он просто убрал пистолет обратно в кобуру, словно это было что-то обыденное, рутинное, как закрыть дверцу машины или застегнуть пуговицу на рубашке.
Хэйнс смотрел на него с осознанием. Что-то изменилось. Это уже был не тот человек, которого он знал.
Молли уставилась на труп. Она ничего не говорила, но её лицо говорило больше, чем слова.
Дверь машины открылась, водитель молча вышел, подошёл к телу и, не выражая эмоций, взял его под руки, волоча к багажнику.
Фрэнк, Морган и Молли молчали.
Они просто стояли, глядя, как ещё одна жизнь исчезает, как ещё одна глава этой грязной игры переворачивается.
Когда водитель закрыл багажник и сел за руль, никто даже не шелохнулся.
Машина уехала, растворившись в ночи.
Только тогда Фрэнк выдохнул.
— Всё. Едем.
Но что-то в нём умерло вместе с этим парнем.
Они ехали в машине молча. В салоне было темно, лишь слабый свет уличных фонарей изредка выхватывал из мрака их лица. Дворники лениво скребли по лобовому стеклу, разгоняя тонкую плёнку дождя.
Молли смотрела в окно, но не видела улиц. Её глаза были пустыми. В голове снова и снова звучал тот единственный выстрел. Как эхо, запертое внутри черепа.
Хэйнс сидел напряжённо, сжав кулаки на коленях. Он не задавал вопросов. Он знал ответы.
Фрэнк смотрел прямо перед собой. Его лицо оставалось спокойным, но это было не то спокойствие. Не живое. Внутри что-то сгорело, сжалось в чёрный угол, и там теперь не было места сомнениям.
Машина пересекла границу района, и вместе с этим пересеклась граница чего-то большего.
— Что дальше? — спросил Хэйнс, его голос звучал непривычно хрипло.
Фрэнк молчал несколько секунд, а затем спокойно сказал:
— Дальше пойдем по плану. Найдём федералов. Ударим по ним. Найдем всех виновных. Закончим это.
Ни вопроса. Ни колебания.
Молли медленно перевела взгляд на него.
Она не узнавала этого человека.
Раньше Милагро был игроком, человеком, который балансировал на грани, но никогда не переступал её окончательно. Теперь же...
Теперь грань осталась позади.
Возвращаться было некуда.
Спасибо за чтение
Вернуться к книге