Шаткий мир

Глава 1

Данири.

Мир жестокости.

Мир тьмы.

Мир людей, борющихся за право.

Право жить.

Право умереть.

Право стоять прямо , с гордо поднятой головой.

И заслужить это право не просто.

Ведь единственная валюта в этом мире - это сила.

Нет.

Не так.

Не просто сила.

А СИЛА.

СИЛА , с помощью которой можно рассекать горы , испарять океаны, уничтожать города , разжигать небеса...

Но что же делать мелкому мальчику восьми лет ?

А если этот мелкий мальчик в тюрьме?

Если этот мальчик единственный в мире , кто сможет изменить мир ?

Или погубить?

Никто не сможет предсказать судьбу этого мальчика.

Сколько препятствий ему стоит преодолеть?

Сколько крови, боли, пота и слез ему предстоит пролить?

Сколько смертей повидать?

А сколько совершить?

Все это, и многое другое нам и предстоит выяснить.

Глава 2

Как же я устал. Это была единственная мысль, которая отпечаталась у меня в сознании.

Устало выдохнув , я обвел комнату взглядом. Старые, обшарпанные стены, во многих местах слезла краска с металла, впрочем . я слишком хорошо знаю все даже самые мелкие детали этих четырех стен, потолка, пола и двери, и дверь - единственная на мой взгляд стоит большего внимания , в полумраке блестит серебром вперемешку с черным , сделанная из неизвестного металла, невероятно прочная, красивая и в то же время опасная. Любой , кто не имеет специального устройства и прикоснется к двери будет бить током до тех пор, пока не уберет руки. Ни при каких обстоятельствах ни трогать дверь - этот закон я выучил еще 4 года назад, когда впервые сюда попал.

Куда? В допросную , в комнату , в которую попасть не хочет никто, ведь обратно возвращались очень редко.

Почему я сейчас нахожусь в этой комнате ? Кое-что натворил.

Где находится эта комната?

Знаю только одно - в тюрьме строгого режима. Где от тюрьмы - одно только слово. На самом деле всё немного сложнее, чем выглядит на первый взгляд. Но я постараюсь объяснить все сначала.

Итак. Четыре года назад.

Мне было четыре года и звали меня - Паттинсон , если коротко, то просто Пат - это было единственное , что я помнил о себе , когда прозвучал голос , голос из-за которого вся моя дальнейшая жизнь превратилась в Ад.

- Отправьте его в самую тяжелую и смертоносную часть тюрьмы.

- Но, сэр там же...- попытался возразить другой голос.

- Молчать! Приказ с выше , нам хорошо заплатили, чтобы он умер в мучениях.

- Я понял сэр.

К своему сожалению, в тот момент , когда они определяли мою судьбу , я лежал животом на полу , и не мог пошевелить ни единой мышцой своего маленького, тщедушного тела, почему? Не могу знать , единственное , чем я мог тогда руководствоваться на тот момент - это слух . И поверьте мне , я хорошо запомнил эти два голоса , настолько хорошо, насколько это вообще возможно.

Мое тело подняли, и на что то положили, наверное на носилки. Первое, что я увидел , когда меня перевернули с живота на спину - это яркий, от света магических светильников потолок . В следующие мгновенье я потерял сознание.

А, прошу прощения, это не с самого начала.

Два года назад.

Красивая женщина держала на своих белых , словно мел руках ребенка около двух лет с гетерохромией, у него было самое странное сочетание цвета глаз, один был фиолетовым , другой - желтым, с вертикальным зрачком. Глаза были ясными, умными , как будто все понимали.

Он смотрел на свою мать , а она на него.

Она аккуратно качала его на своих тонких , изящных руках и пела колыбельную смотря на него влюбленными глазами, полными заботы и обожанием.

Резко распахнутая дверь прервала эту идиллию.

Мать повернулась к двери лицом , с младенцем на руках и посмотрела на вошедшего. Им оказался мужчина лет тридцати пяти, с волосами цвета пепла, прямым носом, ярко синими глазами и гордой осанкой аристократа.

-Будь потише, ты его разбудишь, Маркус ! - Гневно прошептала Изабелла.

Мужчина сначала смутился, потом тихо закрыл за собой дверь, подошел к паре матери и сына и мягко их обнял.

-Прости меня, дорогая, я не знал, что ты в моем кабинете с малышом. - Он чуть наклонился и поцеловал ее в лоб. Изабелла же в одно мгновение из дикой тигрицы превратилась милую кошку - чуть ли не в буквальном смысле, немного заостренные уши превратились обратно в человеческие , а хвост незаметно куда то пропал.

Маркус только тихонько хмыкнул на такую реакцию его жены и невольно подумал про себя , что за своего сына она порвет на части любого, и у нее это получится - ведь в ней самая чистая кровь всего ее клана, маг девятого уровня , на пороге становления архимагом - это вам не шутки , на такую нужно собирать сразу несколько армий. А в дополнении с ним - убийце тысяч , они вместе и вовсе почти не победимы, единственная их слабость в данный момент лежит на руках его жены - их сын, проснувшийся от шума открывающиеся двери, который внимательно наблюдал за метаморфозой своей матери, слабый блеск промелькнул в его глазах, хотя никто этого и не заметил.

Изабелла подняла голову и спросила с тревогой в голосе - Сколько времени у нас есть?

Маркус дергнул щекой и закрыл глаза.

- Несколько лет милая, всего лишь несколько лет. Мы должны уйти, чтобы беда не коснулась нашего сына, ему пророчили великое будущие , он объединит все континенты , народы и расы, он...

- если конечно пойдет по правильному пути, и не станет чудовищем и пешкой в чужих руках! - резко перебила его Изабелла.

Мужчина тяжело выдохнул - Или же так , но единственное , что мы можем с тобой сделать - это верить в него , верить до последнего момента!

Ребенок мило захохотал и начал тянуть руки к отцу, чем немного разрядил обстановку.

Маркус аккуратно взял ребенка из рук Изабеллы , поднял сына на уровень своих глаз и внимательно посмотрел ребенку в глаза.

Ребенок же в свою очередь схватил своего отца за щеки , хохоча. Отец его не остановил, а только весело улыбнулся и тоже начал смеяться и медленно кружась вокруг своей оси.

Изабелла наблюдала за всем этим со спокойной улыбкой - Чтобы не случилось сын мой, чтобы ни произошло, знай , что при любым обстоятельствах мы будем тебя любить, любить и ждать , пока ты к нам вернешься. Ведь ты сын великих людей, внук сильнейших , правнук древних и далекий сын всего божественного. Мы верим в тебя сынок. Мы будем ждать тебя , Патти.