Шанс книга 5

Предисловие к пятой книги.

Цех, ставший заводом. Консервная банка, превратившаяся в передовой броневик. Чертежи, которые так хочется позаимствовать противникам.

Дом, семья, друзья — то, ради чего хочется жить. Дело, которое растёт и расширяется. Люди, что вверили себя и стоят спина к спине в трудностях, дают надежду: всё, что делает Сергей, найдёт отклик в их сердцах.

Ставки растут. Остановиться уже нельзя.

Настоящий путь всегда идёт через препятствия.

Книга пятая.

Глава 1

Обычный рабочий день, тем не менее, мгновенно превратился в бегающий и суетящийся муравейник людей в робе. А причиной этому послужил запыхавшийся служащий админкорпуса, который, естественно был остановлен двумя охранниками при входе в цех, однако мужчина вырывался и главное не кричал, просто жутко орал, что к нам идут, идут… Сразу и не разобрали, кто, собственно, идёт, впрочем, я быстро всё понял. И это совсем не ревизор, наконец, к нам заглянет важная персона, которую можно вполне назвать куратором, спонсором, благодетелем и покровителем. Короче, к нам соизволил приехать брат императора, Его Императорское Высочество Великий Князь Михаил Александрович. Вероятно, он ещё и не один, а со свитой, что не очень желательно для нашей деятельности.

Быстро успокоив крикуна лёгким тычком под дых и усадив на скамью, чтобы отдышался, всем посоветовал разойтись по своим местам и заняться текущими делами. Старшему охраны шепнул на ухо, чтобы беспрепятственно пропустил князя и всех его сопровождающих особ, а потом дверь на замок и бдеть. Подошёл Луи с вопросительной миной. Только мы отошли в сторонку и вымыли руки от масла, как услышали, что у входа в цех шум и разговоры.

Мои охранники удивили князя своим видом, вооружением, да и смотрелись они, конечно, весьма-весьма внушительно - одинаковая необычного кроя форма, бронник с разгрузкой, в которой чего только нет и конечно оружие. У ребяток было чем защищаться - нож в разгрузке, внушительный патронташ, револьвер в набедренной кобуре, подсумок с гранатами, которых правда не видно, каска, прикреплённая на боку и автоматическое ружьё Браунинга А пять с обрезанным стволом, что профессионально сделал Фрол. И хотя это оружие всё равно было громоздким, потому что метр десять — это длинновато и компактным не назовёшь, зато можно крупной дробью создать пятью выстрелами подряд кромешный ад для нападающего.

Великий князь оценил бойцов, хотел даже что-то спросить, как возникли пред светлы очи Императорского Высочества мы с Луи. Поздоровались и представились, предложили посетить цех. Императорское Высочество сопровождало всего три офицера и красный как рак, директор завода Залесский. Луи сразу же оценил ситуёвину и мгновенно растворился среди станков. Предложил князю пройти для начала в бытовку, отсек, где находятся инженеры цеха, чтобы выяснить цель приезда. В помещении не было идеально тихо и всё же удобнее разговаривать, чем в шумном цехе. Внутри бытовок у нас всегда порядок и чистота. На столах правда могут ворохом лежать чертежи, схемы, зарисовки, но в данный момент, такового не наблюдалось. Предложил всем присесть. – Ваше Императорское Высочество, начал было я, но князь меня перебил. – Сергей Илларионович, прошу вас без титулов, у меня деловая к вам поездка. Хочется наконец разобраться на месте – кого мне предложили взять на попечительство, обусловив всё загадочной таинственностью, да и предложение поступило от лиц, которым не мог отказать. Так понимаю, что мы находимся в экспериментальных мастерских? – Совершенно верно, Михаил Александрович, это экспериментальный цех номер пять, продолжил я и если вы не возражаете, то Виктор Антонович, ознакомит ваших сопровождающих с нашей пошивочной специального обмундирования. Князь меня понял, что нам надо поговорить наедине, обратился к своим офицерам. – Господа, вас заинтересовало обмундирование охраны, не желаете ли вы под руководством директора этого завода посетить цех, где делается эта диковинка? Пояснять кислым физиономиям офицеров было не надо, что они здесь лишние, поэтому Залесский молча их вывел в соседнюю бытовку, где Фрол строчил на машинке.

-Спасибо Михаил Александрович за понимание. Постараюсь вкратце рассказать вам о нашей деятельности. Как выяснилось в процессе разговора, он не знал кто я на самом деле. Впрочем, это не помешало мне раскрыть перспективы развития автотранспорта, его роли в нашей жизни. Обратил внимание князя на то, что в Европе уже во всю используют бронетехнику и как её применение на поле боя может поменять ситуацию коренным образом. Намекнул, что у нас в империи такой техники нет и не предвидится. Однако, наш цех пытается сделать бронеавтомобиль, который можно использовать как в военных действиях, так и локально, в конкретных сложных ситуациях.

Мой намёк князь не понял и пришлось конкретизировать. В итоге сошлись во мнении, что такая техника нужна всем - военным, полиции, пограничникам, даже для охраны особо значимых особ. Показал схематичные рисунки. Чертежи его не заинтересовали, а внешний вид будущего броневика привлёк внимание. Затем рассказал о задумках ближайшего будущего - переделка гусеничного трактора в лёгкий танк, тягач и даже самоходное артиллерийское орудие. Не мог оставить без внимания вопрос и о строительной технике. Рассказал об экскаваторе, что нам очень нужны катки дорожные, трактора гусеничные, у которых высокая проходимость. Напомнил, что мы уже собрали два автомобиля фирмы Шаррон, которые реализовали, чтобы возвратить деньги за общие расходы и показать процесс сборки автомобиля нашим рабочим, заодно обучая. Поделился новостью, что уже готов грузовой автомобиль, в котором с десяток наших новшеств, на которые оформляются привилегии. Грузовик получился самым совершенным автомобилем нашего времени. И всё в таком духе пояснял князю.

Час пролетел незаметно. За окошком маячили офицеры, показывая тем самым, что они всё осмотрели и готовы присоединиться к нам, вот только Михаил Александрович делал вид, что их не замечает. Князя интересовало всё, он наконец понял, что у нас действительно делается самое что ни наесть экспериментальное оборудование, механизмы и автомобили. Уразумел, что до поры некоторые вещи нельзя показывать. Это мы ещё с ним не обговорили тактику применения новой техники на поле боя. Что сказать, не мог уже на месте усидеть князь, хотелось посмотреть, пощупать, убедиться, что услышанное не лапша на уши, а действительно существует.

Вышли мы непосредственно на площадку, где собирали трактор. Подозвав старшего охранника, попросил его узнать у поварихи не готов ли обед, потому что время перевалило за полдень и, хотя ещё возможно не наступил час приёма пищи, но хотелось бы рассмотреть всё без шума. Нам повезло. Надежда, переговорив с охранником, быстро подбежала к рынде и зазвонила, сигнализируя, что всем пора на обед. Рабочие уже приучены, что зазвонили, значит всё, баста, руки мыть и за стол. В цехе стало почти сразу же тихо, механизмы смолкли и люд направился в столовую. Романов удивился, что у нас есть общая столовая.

За полчаса основное осмотрели. Экскаватор был пока что в разобранном виде, трактор представлял только остов - рама с гусеницами. Штабелями лежали в ящиках двигатели и коробки передач, другое оборудование, в том числе и станки, часть которых уже установили на свои места, полу разобранный каток и конечно наш красавец грузовик. В него мы все вложили свою любовь к технике.

Сначала князь осмотрел наше детище снаружи, потом мы полезли под капот, затем опустились в смотровую яму и под свет фонарика, который пришёлся в тему, оглядели и ощупали снизу тяги, ступицы, цепь. И напоследок, Михаил Александрович, после инструктажа, завёл авто и проехал с десяток метров. Как потом рассказывал сам князь, он уже пробовал ездить во Франции, впрочем, как и его брат – император. Имеет желание даже приобрести пару самобеглых колясок, так называемых автомобилей разных марок.

Проявил заинтересованность ко всему, что я ему показал и рассказал. У рабочих закончился перерыв обеденный и растроганный князь даже речь толкнул всему цеху, что рад быть покровителем наших начинаний, если взять только суть его спича, остальное бла-бла-бла.

Предложил Романову перекусить, как никак пол дня в дороге, но князь попросил только попить. Зашли в столовую, а там наш подросток – инвалид Фёдор помогает убирать со столов поварихи. Разговорились, кто такой и почему калечный. Удивился князь, что у нас и милосердие проявляется. Присели мы за пустой стол с его охраной, а тут свежую сдобу с компотом Надежда подала. Снова Романов в непонятке, интересуется меню столовой, между тем ему Федька и меню на неделю принёс. Все читают, удивляются. Один полковник и спрашивает, мол не слишком ли изысканное питание у мужиков? Пришлось этому недоумку пояснять, что от голодного рабочего нельзя добиться хорошей отдачи, надо учитывать, что в цехе не так уж и тепло. Если ещё иметь и полупустой желудок, то все мысли будут о чём угодно, только не о работе.

Коснулись и жалования рабочих. А когда узнали, что доплачиваю к основному жалованию, то если бы не князь, сидящий рядом, покрутили б у виска, мол не умею я вести хозяйство, да на этом и не остановились, продолжили придираться и дальше. Зато Михаил Александрович удивил, когда прощались сказал, что рад был познакомиться и всё такое, оставил визитку и попросил извещать его раз в месяц о проделанной работе, а сам он по возможности будет периодически приезжать на завод. Намекнул, что хотелось бы ему получить побыстрее результат, в том числе и собственный автомобиль, собранный в нашем цехе. На счёт он перечислит сто тысяч. Потому узнав, какие у меня уже затраты, был весьма удивлён, что сумел привлечь не малые суммы на свои изыскания. Не скажешь ему, что деньги то мои, а не спонсоров. В общем расстались с Михаилом Александровичем Романовым довольные друг другом, в том числе и работой экспериментального цеха.

Проводив гостей, пригласил на пятиминутку инженеров и мастера. Быстро пояснил, что работаем дальше, наш покровитель всем доволен, финансирование будет. Напомнил, что мы и сами должны свои подштанники собственноручно поддерживать, ни на кого не уповая. Оставшись один, наконец перевёл дух. Приезд князя был не с проста. Вероятно, меня хотели проверить - тем ли я занимаюсь, чем обещал. Естественно, те, кому надо, знают о продажах французских авто. Да и братья Кухтерины, а вместе с ними и я хорошо засветились.

В газетах даже писали по этому поводу. Пришлось, конечно, понервничать, в чём-то покривить совестью, не предашь же своих друзей, сам таким же образом и благодаря им обогатился. Вот только это богатство приходится тратить не на себя, точнее на себя в меньшей степени, а в основном на дело. Впрочем, есть надежда, что мои труды не пропадут - помогу стране чем смогу, возможно, в ответ не забудут меня и что-то обломится самому. Опять-таки деньги с собой в могилу не заберёшь, хватит и моим близким, которых тоже надо поддерживать.

Закрутился, планов много, помощники нужны. Всех, кого привлёк, тот же Фрол, Луи, заняты своим непосредственным делом, нужен свободный человек. Фогель решил на сегодня все мои запросы, связанные с Европой, подсобили Кухтерины, со своей стороны. Тем не менее самому хоть разорвись. В марте был разговор с моим комиссионером, чтобы нашёл мне человека надёжного, грамотного для разных поручений.

Звонил вчера Александр Карлович, сказал, что хочет, чтобы я встретился с одним бывшим военным и только, информации недостаточно. У меня на носу начало строительства. На целый сезон хватит строить, прокладывать, расширять, углублять. Несколько строительных бригад надо будет приобщить к таким масштабам. Что-то возьму на себя, однако большую часть должен контролировать другой. Весной обещал навестить Колпино губернатор. Смотреть по сути и не чего. Завод работает, а всё вокруг деградирует. Моё положение довольно-таки скромное, как бы начальник цеха, организатор его деятельности и от власти губернской – непонятный, мутный помощник по поручениям. Вот только размахнулся на многое, как бы мне кто-то пенделя ни дал под хвост.

Мои раздумья развеял зашедший Луи. – Понимаешь Сергей, начал с порога приятель, раму трактора мы собрали, дальше у нас возникнут не разрешаемые проблемы, если на эту, как ты говоришь базу, ставить броню и делать танк. -Извини Луи, тут я думал о своём и трудно переключиться, поясни мне все трудности и проблемы, которые у нас возникнут. – Да с превеликим удовольствием. Присев к столу, инженер взял бумагу и начал писать. Первое, что нас не устраивает - рама. Она слабая, надо исключить дерево, сам понимаешь, что у трактора надстройка на раму небольшая- двигатель, коробка передач, кабины как таковой нет. Второе, под такой вес и ширина гусениц в тридцать сантиметров достаточна. Да и гусеницы не годятся для танка - тонюсенького металла, цепью стянуты, а бронированной машине нужен не только металл, плюс какие-то зацепы. Увеличивать надо соответственно и ширину уже металлической гусеницы. Думаю, что в полтора, а лучше два раза шире, до шестидесяти сантиметров увеличиваем ширину гусеницы. Иначе танк загрузнет в грязи под своей массой. Сразу возникает много технических нюансов, как соединить звенья, траки эти, как ты говоришь, между собой, что сделать, чтобы не проскальзывали гусеницы в нашем раскисшем грунте? Третье - ты представляешь каково будет внутри, если не будет рессор, просто жуть. Опять надо просчитывать, экспериментировать. Если танк будет прыгать на кочках, то заклёпки не выдержат и экипажу крышка. В-четвёртых, надо искать мощный двигатель и коробку передач под него, иначе танк с места не сдвинется с таким весом. В-пятых, надо подумать о вооружении, какое и как разместить. – Постой Луи, остановил раздухарившегося инженера, у меня основной и главный вопрос - как избавиться от колеса, хобота этого, уменьшить длину трактора и убрав колесо, как заставить поворачивать в лево и в право, используя только гусеницы. Честно тебе скажу, то, что мне привезли друзья из Америки полная фигня. Меня лично такое не устраивает. Да, мы молодцы, собираем этого уродца, однако это тупик с колесом, нам надо выйти из него и тогда наш трактор будет прорывом, лучшим в мире. Я знаю куда двигаться, а это недоробло возьмём частично за основу.

Терехов сидел как пришибленный мешком из-за угла, такое ощущение, что у него растоптаны все его планы. -Не горюй, продолжил я, соберём до конца это чудо, и будет оно работать на пользу Колпино, деньги то за него заплачены мною, пусть живёт. А нам надо заняться рамой и шасси, разработать по-новому принцип поворота. Ты только определись с маркой двигателя и коробкой передач, карбюратором и всем прочим, чтобы оно всё вместе работало, скомпонуй. Мне список составь, а я его передам Фогелю и пусть опят едет в Европу. «Холт» попрёт и на собственном двигателе. Разработкой своего трактора и займёмся, только пригласим механика в помощь, остальные пусть с мастером собирают по чертежам и схемам дальше, думаю уже справятся сами, если что, поможем. Товарищу министра путей сообщения обещал сделать трактор, каток, экскаватор и несколько грузовиков. Надо успеть только это чудо американской техники собрать, возможно экскаватор, но его же одновременно надо и скопировать. Дорабатывать будем позже, в том числе и по мере эксплуатации. Отдавать наш грузовик не хотелось бы, однако придётся, заодно проследим за работой всех наших усовершенствований. Вот только на авто необходимо подготовить водителя, который правильно будет обслуживать машину и всё фиксировать в тетрадь. У меня даже предложение есть по кандидатуре. Подготовь помощника механика, Василия, он парнишка смышлёный, обслуживание и мелкий ремонт, кроме него и некому будет осуществлять. За сезон станет отличным механиком и шофёром. Однако же нам нельзя разбрасываться своими людьми, лучше находить на стороне. – Ты прав, поддержал меня Луи, эти же работники потом могут и у нас остаться, а нам люди позарез нужны. Пока тебя слушал Сергей, у меня идея родилась. Нам никуда не деться от создания своей конструкторской команды, центра, который будет придумывать, конструировать, ну ты понял же меня? – Чего тут не понять то, теперь уже мне пришлось поддерживать Луи. Давай не забегать вперёд телеги, всему своё время. Скажу одно, скоро у нас появится, вернее должен появиться человек, который и займётся подборкой необходимых нам кадров. Это, между нами. На данном этапе главная задача - создать бронеавтомобиль и дорабатывать его. Параллельно делаем то, что сказал ранее – заканчиваем сборку американского трактора, эта модель для танка не подходит, возьмём только за основу. И сразу же готовим экскаватор. Не забывай, что к цеху позарез нужно проложить железнодорожную ветку и огородиться. Обираемая техника немного поможет нам и весной передадим её в министерство путей сообщения, моему будущему тестю. Раздобыть ещё хотя бы двух толковых инженеров. Каждый бы занимался определённым направлением - легковые авто, грузовые, строительная техника, бронетехника. Так, хватит мечтать, подытожил я посиделки, пошли помогать америкоса собирать. – Ну и словечки ты выдумываешь иногда, уже на ходу с улыбкой произнёс Луи.

На воскресение много чего запланировано. Томичей познакомил с Луи на воскресной службе. К маю мой приятель уже будет православным, всё у него идёт нормально в этом направлении. Алексей через несколько дней после покушения был уже как огурец.

С Александром сложнее ситуация. Гипс не накладывали, постоянные плотные повязки видно не дали нужного результата. Раздроблённая кость срасталась плохо. Нельзя пока делать резких движений. В целом трудно сказать о полном восстановлении работоспособности руки, время покажет. Завтра они уезжают в Томск. Переживают, что Иннокентий зашился с городской телефонизацией. В общем у друзей уже чемоданное настроение. Приеду провожать в понедельник. Оставил им Луи, а сам пошёл на встречу с кандидатом на должность «пробивного парня».

Александр Карлович должен сейчас представить собственное протеже. Кабачок выбран неприметный, впрочем неплохой, в нём когда-то пришлось перекусить пару раз, в бытность службы жандармом. В уголочке, за отдельным столиком, уже поджидали меня, хотя постарался прийти на десять минут раньше, да опередили. Фогель представил нас, поздоровались. Заказали только чай и пироги сладкие, пришли же не поесть, а поговорить.

Лыткин Григорий Павлович, именно так звали моего нового знакомого, рассказал о себе, что он бывший штабс-капитан, ему уже немного за тридцать, женат, две дочки. Служил по интендантской части на Брянском арсенале, знает, как работать с заводами и поставками, но «ушли» его из-за конфликта с начальством. Во время крупной поставки для флота, полковник-казначей, украл партию металла, а вину свалил на Лыткина – якобы он «недосмотрел». Разжалован, уволен без пенсии, зато без уголовного дела и то, благодаря старым связям.

Между тем, Фогель, сославшись на занятость, покинул нас. А Григорий Павлович продолжил знакомить меня с его жизнью. После увольнения не спился, некогда было беленькой баловаться. Состояния не нажил. Взятки брал, сам давал, но не вымогал, всё в пределах, установленных «тарифом». Работал оценщиком в ломбарде, разбирается в металлах. Пришлось подрабатывать частным сыском - помогал купцам разоблачать недобросовестных поставщиков. В одной стычке получил ранение в ногу. Мог купить квартиру, вот только младший брат попал в принеприятнейшую ситуацию. В одном деле поручился за товарища, который сбежал с приличной суммой. Пришлось выручать брата, выплатить его долг.

Понял, что сидящий передо мною человек, не злопамятен, может и простил своих обидчиков, хотя, всё-таки чувствуется, где-то у него в душе осадочек - то остался. Для Григория обидчики не стали врагами, скорее людьми, преподавшими урок. Пришло и осознание, что за всё в жизни надо платить и такой финал по службе не случаен, а закономерен.

Сейчас старается жить без «серых схем». Попытался заняться небольшим строительством в последнее время. Нанял рабочих для мелкого объекта - ремонта конторы и строительства сарая. Немного разбирается в сметах, попытался вникнуть в систему поставок леса, кирпича и других стройматериалов. Разобрался с немаловажным вопросом - кто и как «экономит» на материалах. Так как работает честно, то приработок вроде бы и стабильный, однако небольшой.

С виду мужчина не запущенный и точно не пьющий, тем не менее, в его глазах была не то грусть-печаль, не то гнетущая душу проблема. Решил, что если не раскроется, то мне не нужен человек-загадка, с потаёнными мыслями. – Григорий Павлович, скажите, а что вы знаете обо мне, вероятно вас во что-то посвятил Александр Карлович? Только давайте поговорим на чистоту. – Ничего особенного, глядя мне в глаза, начал отвечать собеседник. Активный человек, занимаетесь делом, которое вам нравится и приносит доход. Имеете разные связи, не сказал, где вы служили, однако служили, в отставке, сейчас просто чиновник. Понял, что работа связана с механизмами или что-то в этом роде, не суть важно, у вас экспериментальный цех на Ижорском заводе в Колпино. Человек обязательный, с принципами, образованный. Наблюдая за вами сейчас, скажу, что можете слушать собеседника, по-моему, даже и не кичливы.

Про себя отметил, что Лыткин наблюдательный человек. – Хорошо Григорий Павлович, ответьте на последний вопрос - вы отрешились от прошлых неурядиц вашей жизни, не собираетесь мстить своим обидчикам, нет ли сейчас проблем, что вас тяготят и не дадут полностью погрузиться в решение поставленных мною вам задач? – По мне видно, что чем-то озабочен, вопросом на вопрос спросил Лыткин? – Не прорицатель я, к сожалению, Григорий Павлович, тем не менее жду ваших пояснений, настоятельно попросил собеседника. – Если и есть проблемы, то это личное, семейное и связано с болезненностью младшенькой дочки. Родилась она после моего ухода со службы. Супруга переживала, да и роды прошли сложно, потом ребёнок часто болел. Врач сказал, что из-за частых простуд, да и климат у нас сложный в столице, сами знаете, может начаться чахотка. В Киевской области у отца небольшое имение, хотел было переехать туда, да только брат опередил, осел там раньше нас. С долгами ему помог расплатиться, однако репутация от этого лучше не стала. Поэтому и уехал к родителям. Мы все вместе не поместимся в усадьбе, впрочем, возможно всё и образуется со временем.

Есть конечно, от чего грустить отцу. Болезнь детей не только огорчает, порой и толкает родителей, на разные авантюрные поступки - чего не сделаешь ради своего чада, чтобы спасти его. Чахотка не излечима на современном этапе развития медицины. На данный момент и стрептоцида ещё нет, не говоря про антибиотик. – Так понимаю, Григорий Павлович, супруга ваша не подрабатывает и занимается только детьми? – Совершенно, верно, Сергей Илларионович. Поэтому стараюсь не понижать достаток семейства. Оплата квартиры, услуги доктора и лекарства - требуют не малых денег.

Ну что же, решил я для себя, дальше нечего рассусоливать и переливать из пустого в порожнее, надо заканчивать импровизированное собеседование. – Подведём итоги нашей беседы, Григорий Павлович. Мне нужен человек, который будет выполнять мои поручения. От того, как вы справитесь с первым своим заданием, приму решение о постоянной вашей занятости. Этот месяц будем считать испытательным сроком. Жалование будет пока в триста рублей и премия по выполнению поручения. Между тем добавлю к жалованию и если приму на работу, то решим вопрос с оздоровлением ваших детей. Думаю, что стоит вашей супруге с детишками провести лето в Крыму, у моря, где фрукты и ягоды, климат замечательный, можно сказать, что лечебный. Как это всё устроим, пока точно не знаю, тем не менее, нет не решаемых проблем, если их очень хотят решить. – Благодарю вас, Сергей Илларионович, вы не лишены сочувствия. Мне уже не терпится узнать о первом поручении.

Покопавшись в портмоне, выложил перед Лыткиным его жалование за текущий месяц. — Это, чтобы вы не сомневались с расчётом за работу. Итак, до конца текущего месяца, вы должны сделать так, чтобы у меня в цеху трудились, причём с большим энтузиазмом, хотя бы парочка неплохих инженеров, с опытом работы в сборке автомобилей, обслуживанию, проектированию различных механизмов. Заводов у нас предостаточно, список получите. – Подождите-ка, Сергей Илларионович, правильно ли я вас понял, что моя задача заключается в том, чтобы переманить хороших специалистов с опытом работы к вам в цех? – Задача вами понята правильно. Без угроз и шантажа, только соблазнить лучшими условиями труда, повышенным жалованием и неограниченными, в пределах разумного конечно же, творческими фантазиями в области инженерии. Этих специалистов никто не обманет. Условия для работы создадим, труд оплатим достойно. Вижу, что вы в некотором замешательстве. Поясняю - не хватает инженеров у меня, да и от таких специалистов не откажусь, как механики, слесари, токари, сборщики из механических цехов. Кроме того, получите список учебных заведений, которые надо обойти и переговорить с администрацией, с целью получения лучших выпускников к нам в цех. Средства и методы убеждения, способы поощрений выберете сами, мне только смету расходов распишите. Желательно, всё делать в пределах закона. И ещё, если у вас есть на примете строители добросовестные, у них на сезон будет работы – хоть отбавляй. У меня в планах строительство жилья и в целом благоустройство посёлка, превращение его в красивый рабочий городок. В этом году хочу построить жильё своим рабочим, себе и если останетесь работать, то и вам. На этом предлагаю закончить, завтра в полдень жду на железнодорожном вокзале, проедим в Колпино, где получите всё необходимое для своей деятельности.

Глава 2

Свободного времени катастрофически не хватает. К Оболенским попал только к пяти дня. Это мои отдушины, где расслаблялся. Пётр Александрович был в курсе основных цеховых дел, впрочем, в подробности никого из его семьи не вводил. Понимая возможные недоговорённости, Оболенскому «помогал» Залесский. Через Виктора Антоновича товарищ министра и мой будущий тесть выведал, что был на заводе великий князь. Торопит меня Пётр Александрович с техникой, что обещал поставить ему к маю месяцу.

Анюта у меня просто золото. Как она вычисляет, что я пришёл к ним заведённый, хотя прячу это, тем не менее готов вспыхнуть как спичка, даже не знаю, может опытом делится маман её, Мария Дмитриевна. Она от своего благоверного натерпелась сполна. Как-то неожиданно, однажды, Аня предложила сделать проект нашего будущего дома. Обещала, что пообщается с разными архитекторами, строителями, её просто до жути этот процесс увлёк. И каждый раз, когда приходил к ним в гости, она показывала какие-то варианты домов. У меня было только одно условие- одноэтажный, однако с мансардной комнаткой под мой кабинет, подвалом под домом, отоплением водяным, туалетом и ванной внутри, а баня на улице. Обязательно беседка и лужайка, где можно пожарить мясо, поваляться на травке. Хотелось иметь сад, только климат у нас жестковат.

Во время таких разговоров пришла мне идея постройки дачи в Крыму, да не просто для нашей семьи, а, чтобы детишек своих работников, оздоравливать у моря. Что-то вроде детского лагеря или дома отдыха. Поездом можно за несколько дней добираться, а если автомобилем? Будет ли значительно быстрее? Однако, как подумаешь о современном шоссе, всё летит в тар-тарары. Поездом однозначно быстрее. Скорость поезда до пятидесяти километров в час, а автотранспорта до тридцати из-за плохих дорог, шоссе асфальтированного пока нет. На таком расстоянии будут и поломки, и технические остановки из-за перегрева агрегатов. Поэтому на поезде можно доехать за пять дней до Симферополя, а на авто две тысячи километров преодолеть придётся только за две недели. Впрочем, машины можно погрузить на платформы и в Крыму на них перемещаться будет удобнее, чем на конной тяге. Наши посиделки мы заканчивали всегда на позитивной ноте.

Друзей-Томичей провёл в Сибирь утром в понедельник. Потом наведался в гостиницу, где проживают немецкие семьи наших механиков. Сказать, что они в Пруссии шикарно жили – не скажешь, поэтому, кое-как изъясняясь, понял, что им пока всё нравится. Раз аллес гут, значит сидеть вам тут ещё долго.

В полдень мы уже с Лыткиным Григорием Павловичем, ехали в Колпино. Частично пояснил ему нашу специализацию. О будущем выпуске бронетехники, Григорию знать пока не зачем. Во всё остальное охотно посвятил. Рассказал об условиях работы в цехе, доплатах, почти бесплатном питании, что охрана у нас особая. Ввёл его в штат цеха, как приказчика по заводским делам. Немного провёл по заводу, показал, как огораживать будем цех, где подойдёт железнодорожная ветка к нам. Представил старшему охраннику, чтобы знали нового работника. Во время послеобеденного чая, представил уже цеху коллективу.

Луи организовал экскурсию Лыткину по цеху, показывая технику и оборудование. Мне пришлось за это время, из разных справочников, набросать адреса нескольких заводов, ремесленных, реальных, железнодорожных училищ. Потом почти час разговаривали с Григорием наедине. Он ознакомился с поданными ему списками учебных заведений столицы и заводиков, критериями отбора молодых ребят. Не настаивал, только предложил ему, чтобы он всё же побеседовал сначала с выпускниками, выяснил их настроения, где бы они желали работать, какие имеют навыки и умения. Ребята семнадцати-двадцати лет знают уже основы механики и главное не закрепощены шаблонами, кто-то из них наверняка практически работал с машинами. Намекнул, что хотелось бы иметь своего архитектора, чтобы он смог правильно спроектировать будущий город Колпино, чтобы не стыдно было перед потомками. Да и самому приятно жить в спланированном городке, а не то, что сейчас представляет из себя посёлок. Лыткин больше слушал и только уточнял, если колебался в правильном понимании того или иного вопроса. Такой подход мне понравился и вероятно сработаемся с Григорием.

Какими методами он будет вычислять хороших инженеров на заводах, меня не касалось. Предложил ему подпаивать пьянчужек, которые давали бы общие представления о работающих, а потом выходить на более серьёзных рабочих и так далее. Дал ему ещё полтинник, на расходы - дорожные, еда и прочее. По субботам он у меня с отчётом. Когда Лыткина отправил обратно в столицу, перевёл немного дыхание и пошёл в цех, очень мне хотелось посмотреть на трактор, на это американское чучело. В это время может он и грандиозная техника, только мне есть с чем сравнивать-до настоящего трактора «Холту» далеко.

Механики, слесаря и Луи уже установили на раму двигатель, пытались коробку передач поставить на своё место. Другие рабочие, как муравьи, что-то подкручивали, промазывали маслом, кто-то уже красил. Почувствовал себя сторонним наблюдателем. Сегодня выпал из обоймы. Подошёл Лебедев Виктор, старший охраны и рассказал, как уже на нашем грузовике, механик Курт с Надеждой ездили за продуктами. - Без поломок, быстро смотались, вроде только выпустили из цеха, а тут вновь сигналит прусак. Наша повариха светится как самовар начищенный, эко дело, уже не пешком и не на своём горбе. Балагурил со мной Виктор. – Теперь только так и будет, в тон ему отвел и я. Экскаватор ещё соберём, рыть ямы будем под фундамент, канализацию, водопровод. Удивим всех, так удивим.

Во второй половине среды мы всё же запустили двигатель трактора, Луи попытался выехать из цеха, но вперёд эта махина проехала, а задняя передача не включилась. И только в пятницу смогли прокатиться по территории цеха и площадки перед ним. Два человека управляют трактором- один на колесе с рулём, впереди самого агрегата на три метра выдвинут, а второй следит за всеми показателями механизма. Даже человеку сороковых годов двадцатого века, такой трактор показался бы анахронизмом, про свой двадцать первый, вообще молчу, цирк, одним словом. Нам только предстоит сделать так, чтобы один человек управлял всем трактором, который будет компактным и даже красивым.

В субботу занялись экскаватором. Пока это груда ящиков с оборудованием, да, полностью разобранный экземпляр фирмы «Байцирус» или «Бюцирус», не суть. Что успели рассказать о нём Кухтерины? Своими размерами этот агрегат их удивил. Только недавно машину поставили на гусеницы, а так она стояла на рельсах. Основное её предназначение и было для прокладки железных дорог. Теперь пытаются использовать и на выработках полезных ископаемых, что не глубоко залегают.

Всё это на словах, а когда соберём, то и оценим. Предусмотрительно прикупил англо-русский словарь, который частично нам помог. За целый день мы смогли разобраться в номенклатуре деталей и отдельных элементов, что предстоит соединить в одно целое, рассортировали, что за чем собирать. С понедельника начнём сборку уже не прерываясь.

Не ожидал от Лыткина такой прыти, что значит человек замотивирован и почувствовал, что вновь станет на крыло - а это и заработок, и уважение, в том числе вероятно и самоуважение. Принёс Григорий очень много полезной информации. Не стал хвататься за всё, а целенаправленно обошёл учебные заведения, переговорил правда только с администрацией. Уже на этом этапе пообещали неплохих выпускников. Даже порекомендовали в Императорском техническом училище найти недоучившегося практика - самоучку, который весьма подавал надежды, но оставил учёбу по каким-то только парню известным причинам. Так Григорий нашёл этого гения - Морозова Егора. Подключил мальчишек беспризорников, и они отыскали Егора. Лыткин переговорил с рыжим, Егор действительно такой масти. Работает в мастерской, ремонтирует разные простые приспособления, помогает каретной лавочке, что в двух шагах от его работы. Как что-то сломается, сразу к нему, в общем у парня золотые руки, вот только, как подметил Григорий, за многое уж хватается. Нужен ли нам такой работник? Подумалось, что привлечь то можно, а будет ли от такого гиперактивного толк, посмотрим. Взяли пока на карандаш.

Интересно было слушать Григория, как он покрутился у нескольких заводов и пока только есть обнадёживающая информация с завода Лесснера. Это предприятие много чего выпускает, в том числе и автомобили, по лицензии немецкой компании Даймлер, что и привлекло внимание Лыткина. Не знал я, что в тысяча девятьсот четвёртом году автомобиль этого завода получил золотую медаль на Всемирной выставке в Сент-Луисе, что в САСШ. Да уж, я тут губу раскатал, что первооткрыватель и зачинатель, а другие уже и медали получили за свои авто. Есть над чем задуматься, переговорим с Луи по этому поводу. И естественно, у всех на слуху фамилия ведущего инженера завода Луцкого Бориса Григорьевича. Кто-то этого человека хвалит, а другие, наоборот самодуром называют. Получается, как бы неувязочка, два противоположных мнения об одном и том же человеке. Обычно дыма без огня не бывает. Григорий Павлович пообещал, что на следующей недели постарается переговорить с выпускниками и раздобудет более конкретную информацию о Луцком. На этом мы с ним и расстались.

Ехать в столицу на ночь глядя не хотелось и больше не хотелось слишком рано вставать, чтобы вовремя приехать в Петербург. В дороге поделился информацией с Луи, что получил из отчёта Лыткина. И французский приятель подтвердил, что если завод Лесснера выпускает автомобили по лицензии немецкой фирмы Даймлер, то это совсем не плохие машины, не даром их так оценили в Америке.

Просветил немного об автомобилях, что выпускаются в САСШ. Американцы свою автомобильную промышленность развивают не так как в Европе. Упор делают на массовость и дешевизну, поэтому их автомобили проще, а значить стоят значительно меньше. Тот период истории развития автопрома у меня что-то плохо отразился в памяти, не интересовало. Зато период двадцатых годов помнится мне разными успехами в автомобилестроении. Это ещё не скоро и другая тема.

Как не были уставшими, всё же решили не просто ополоснуться, а выкупаться в ванне. Процесс нагрева воды долгий, поэтому успели о многом переговорить. Сейчас нас интересовал один вопрос - как поворачивать трактору одними гусеницами. Когда нарисовал обычный трактор, который видел довольно часто на разных стройках, картинках, в фильмах, прежде всего периода сороковых-шестидесятых годов, когда они ещё просто выглядят, то у Луи потерялся дар речи. Стал он меня расспрашивать о компоновке, почему именно так должен выглядеть и ещё с десяток почему. О многих вещах даже и не задумывался, а теперь пришлось подключать логику, включать мышление.

Задав кучу вопросов, приятель пошёл мыться, а я пытался обосновать свои доводы. В итоге, к полуночи, сошлись во мнении, что можно за основу принять мою компоновку агрегатов на раме. Мне казалось, чего проще, спереди двигатель, потом коробка, рычаги, место для тракториста, сзади бак для горючего. Потом идет прицепное устройство, за которое можно крепить плуги, сеялку или даже кузов, да мало ли ещё чего. И всё же для этого времени, трактор, который нарисовал, был весьма революционным, компактным, функциональным и даже красивым.

На службу в Собор, пошли мы вместе, а потом разделились. Луи захотел наведаться к немцам, сказал, что у него есть некоторые идеи, которые хотелось бы обсудить с механиками. А мне надо к Оболенским, конечно через магазин. Мои предвкушения об отдыхе в кругу семьи невесты, разбились непосредственно за столом. В своём медвежьем углу, увлечённый работой, даже не слышал, что в обществе назревают перемены. Оболенские одержимы реформами. Пётр Александрович приносил в течение недели кучу всякой макулатуры: что-то взял на службе, газеты естественно покупал, уйму всяких прокламаций бесплатно всучили, да ворох протестных листовок оборвал со стен. Всё семейство на взводе. Попросил немного времени разобраться в происходящем.

Пока подчитывал информацию, Аня не отвлекала, только подкладывала то газетку, то ещё что-то. Знал, что реформа в армии, флоте, полиции, Отдельном Корпусе Жандармов и пограничной стражи, а также разведке, уже идёт, как полгода и всё тихо, никто даже не рыпнулся что-то опротестовывать. Другое дело вопросы крестьянства, земли, упорядочение рабочего профсоюзного движения, определённые изменения в предпринимательстве, торговле и промышленности. Что-то много всего решили сразу реформировать. Однако, оказался не совсем прав.

Спроси меня обо всех событиях начала двадцатого века, что произошли тогда в России, назову только основные - поражение в Русско-Японской войне, первая провальная революция, уступки власти перед бунтующим обществом в создании Думы и всё шло к созданию Конституционной монархии. Кадеты, эсеры… Навскидку ничего и не припоминается больше. Знаю, что в ту Думу избрали таких товарищей, что царь вскоре её разогнал.

Однако же сейчас ситуация совсем иная. В обществе безусловно не спокойно, а чему удивляться? Неравенство, сословность, бесправность простых людей, валовые показатели может по отчётам и приличные, зато по прежнему покупательская способность низкая у народа. Возьмём даже сословность. Дворяне, хотящие жить очень хорошо, чтобы всё у них было как в Европе - мода, дорогие вещи, удобства и прочее, не имея средств к этой роскоши, сначала заложили своих крестьян, а потом и земли собственных имений. В итоге, это сословие в своём подавляющем большинстве жило в долг. Крестьяне после своего освобождения до сих пор не могут освободиться. Работать на предприятиях по четырнадцать часов очень тяжело, да и рабочим не оплачивают их труд по достоинству. В наглую эксплуатируют детский труд. Очень вольготно чувствует себя иностранный капитал. Много о чём можно судачить. Да, именно об этом мы все и говорили.

К примеру, чтобы никого в семье не обидеть, да и будущий тесть фрукт ещё тот, взрывной характером и властный мужикашка, начал с того, что мы обсуждая с Аней формат нашего будущего дома в Колпино, прошу её остановиться на скромном варианте. Не просто так, потому, что вокруг нас будут жить простые работяги. Даже в это время определённая часть ютится в землянках, холодных домишках. Рассказал, как помогаю своим рабочим в цеху. Немного мои слушатели были ошарашены, вот только пробивалось у них уже укоренившаяся черта зажиточности и зажратости, что ли. Мария Дмитриевна одна из присутствующих потомственная дворянка, она из обедневшего рода Шереметьевых, которые начали свой путь «наверх» с семнадцатого века, то есть почти три века назад. Пётр Александрович вообще из среды служащих, почти тех же рабочих, только благодаря тяжёлому труду слегка приподнялись его родители над классом рабочих. Тут как говорится хрен редьки не слаще. Не скажу, что опустил их хоть немного на грешную землю, впрочем, умерил их пыл и удивил, потому что они быстро смекнули о цифрах моих доплат рабочим и разной помощи. Возможно, и возникнет у них в последствии вопрос- откуда деньги Зин?

Безусловно, с главой семьи у нас вышел более серьёзный разговор, но уже в его кабинете. Петру Александровичу пришлось всё-таки сказать, что все мы, в том числе и сам император можем потерять буквально всё, в том числе и жизнь, если поднимется народный бунт. Общество не напугано несостоявшейся революцией, поэтому думает, что тишь и благодать продолжатся. Несмотря на относительное спокойствие, в народе идёт работа пропагандистов всех мастей и рано или поздно возникнет конфликт. Поэтому император и пошёл на определённые уступки, скажем так, откровенно, это ещё не те реформы, что нужны. Между тем с чего-то начинать надо. И если я говорил, то знал, а не предполагал, что имею в виду. Оболенский не стал выскакивать из штанов, решив выслушать мои соображения, которые вероятно, показались ему убедительными. В итоге остались удовлетворёнными от открытого и прямого разговора.

Между тем, за ужином в моей столичной квартире, решили ехать в Колпино с утра, а сейчас с Луи обговаривали те идеи, что возникли у него с немецкими механиками. Как ни как, часа четыре мозги парили друг другу. Прусакам понравилась идея компоновки агрегатов на раме. С шасси не всё так просто. Рассчитали, что трёх больших катков на осях вполне достаточно, если между ни ми будут дополнительные ещё два катка, крепящиеся к корпусу симметрично с двух сторон. Понятно, что крутящий момент идёт на заднюю ось. Первая ось необходима для натяжения гусеницы. Значит, процесс торможения и поворота надо осуществлять на средней оси. Вопрос только один- каким образом?

И тут пришла мысль мне, а не похоже это всё на поворот лодки на вёслах, когда перед поворотом направо, надо больше работать левым веслом, между тем правое весло приподнимают и оно воды не касается. Похожий процесс и с поворотом в противоположную сторону. То есть, при повороте направо, надо притормозить правую гусеницу, тогда как левая, будет крутиться дальше и загребая землю, цепляясь за неё, поворачивать трактор. Можно сделать дифференциал и тогда полуоси могут работать совместно, когда трактор идёт по прямой, а если притормозить одну из полуосей, то вторая продолжит работать. Затык только в том, что на конические шестерни нужен хороший металл, да и конструкция усложняется, что скажется на цене, возникнут сложности в обслуживании и трудности в ремонте. Нам надо что-то попроще. Хотя бы на начальном этапе.

Луи всё же взял себе на заметку мои соображения, сказав, что могут в другом месте пригодиться. Нарисовав себе схему и сев над ней, начал думать, перебирать разные варианты. В голову ничего не лезло, а если и приходила мысль, то только сбивала, потому что в наших условиях такое не осуществимо. Впрочем, родилась идея, которую надо попробовать смоделировать. Начал делать наброски на листе, Луи тоже сосредоточился. Пояснил ему, а что, если на оси сделать по барабану, похожие на небольшие бочонки, сантиметров по шестьдесят, слева и справа, ближе к каткам. Ось подвижная, проворачивается, главное найти подшипник по диаметру оси. На этой оси не намертво закреплён каток, а свободно вращается, но зазор между осью и втулкой катка такой, что если притормозить, к примеру, правый барабан-бочку, то каток должен перестать вращаться. Такое торможение произойдёт за счёт силы трения, а создаст такое условие плечо рычага. Надо рассчитать оптимальную ширину трактора, длину оси и её диаметр, чтобы при торможении не повело ось. Вот только какой материал использовать при торможении барабана?

Луи сразу допёр. - Да это же гениально, начал восклицать француз! Он быстренько что-то стал вычислять на бумаге и через пару минут вынес вердикт, что тормозить будем металлической лентой, один конец которой прикреплён к корпусу, а второй к рычагу поворота, что у тракториста. Толщину ленты, правда, назвал инженер не малую- целых полсантиметра. А потом подумав, добавил, что кожу можно приклёпывать под низ ленты. Только кожу надо брать ту, которую ещё не дубили. Она будет не жёсткой, мягкой и поспособствует лучшему торможению. Пообещал в понедельник отработать на макете весь процесс и тогда он определится с размерами, причём со всеми- и шириной днища и длиной оси. С одной проблемой разобрались как бы, только спать нам оставалось четыре часа, а подъём то в шесть.

В поезде утром немного покуняли и пришли в себя при подъезде к посёлку. На работу пришли рановато, в цеху непривычно тихо, а через полчаса всё вокруг стало шевелиться, оживать. Луи взял себе в помощь пару человек и начал воплощать нашу задумку. Все остальные, вместе со мною, продолжили собирать экскаватор. Заработались так, что, когда прозвучал звон рынды, показалось, что Надежда дала сигнал что-то рано, а оказалось, наоборот, вовремя. После обеда всех задержал в столовой и провёл собрание по поводу реформ, что будут проходить в империи.

Цель у меня была одна, убить сразу двух зайцев - просветить народ, рассказав о Высочайшем Манифесте нашего императора и донести до людей прогрессивность документа, между тем подвести их к мысли, что будет с обществом, если не проводить реформ. Думаю, что Николай второй, решил начать движение вперёд не резко, а плавно и первый этап очень непродолжительный, рассчитан примерно до десяти лет, однако сроки могут быть сдвинуты, как в одну, так и в другую стороны. По крайней мере, мне так показалось. Первую мировую войну ещё пока никто не отменял, а к ней надо подготовиться, вот только об этом говорить с рабочими рано.

Что бы не заморачиваться с Государственной Думой, что это за орган император знает от меня и не горит желанием наступать на грабли, он поступил проще - реорганизовал Государственный Совет. И как же завернул в красивый фантик - «В целях совершенствования законодательства и привлечению лучших умов России к управлению». Если раньше Совет формировался полностью царём, теперь же фифти-фифти - половина назначается им же, а остальные пятьдесят процентов избираются из учёных, прежде всего Императорской Академии и университетов. Потом включает промышленников - от гильдий и заводов с числом рабочих свыше пятисот человек. Затем идут земские деятели - по одному от каждой губернии. Привлекаются инженеры и техники - от железных дорог, военных заводов и новых производств.

Всего членов сто двадцать. Неплохо в принципе – шестьдесят человек назначаемых самим царём, Синодом, министрами и Академией наук, также шестьдесят выборных от корпораций, земств, промышленности и науки. Интересное уточнение предлагает император о распределении выборных мест - двадцать мест возьмут промышленники и купцы первой гильдии от Москвы, Петербурга, Урала и Юга. Пятнадцать мест – это земские деятели, по одному от каждой губернии, но не от политических партий. Десять мест займут учёные из Академии наук и университетов, столько же мест за инженерами и техниками. Пять мест возьмут представители рабочих, вот только с госпредприятий, проверенные МВД. Получается, что царь хочет иметь не парламент, а собрание экспертов. Каждые пять лет происходит смена состава на пятьдесят процентов.

Работать все будут на постоянной основе - ежемесячные заседания, по три-четыре дня, также две большие сессии в году, по две недели и внеочередные собрания - по указу царя, в случае войны, бедствия, кризиса. Создаются профильные комиссии, где и будут работать члены Госсовета. Подготовка документов идёт постоянная, однако голосование только на заседаниях. Тут надо сказать, что царь удивил - у него нет «оппозиции», только экспертные споры. Есть последовательность движения делопроизводства - вносится законопроект, его обсуждают в профильной комиссии, потом голосуют на заседании и только потом утверждает царь. Имеется нюанс - за царём право возврата документа на доработку.

Напомнил рабочим, что наш завод является военным и возможно, когда-то и мы направим своего члена в Госсовет. Вопросов не было ко мне, и я продолжил дальше. Вторым пунктом Манифеста была земельная реформа – «О наделении землёй трудящегося крестьянства». Тут люди немного оживились. Наверное, потому, что они или их родители, из этой среды вышли. Вопрос этот был для Росси перезревшим.

В этом проекте всего три пункта. Во-первых, наконец-то передаются в вечное пользование без выкупа не выкупленные наделы - казённые, удельные и части помещичьих земель. И сладкая пилюля помещикам - компенсация им через государственные облигации под пять процентов на двадцать лет погашения. Во-вторых, учреждается Крестьянский поземельный банк. Который будет выдавать ссуды под четыре процента годовых на покупку земли, закупку сельскохозяйственной техники и переселенцам в Сибирь, да на Дальний Восток. Для таких семей льготы предусмотрены - бесплатный проезд и пять лет без налогов. В-третьих, поощрение общинных хозяйств или товариществ. Крестьяне активно объединялись, причём сельскохозяйственные кооперативы набирали обороты, это всевозможные товарищества, артели и прочие объединения. Наиболее ста крупных объединений, в качестве эксперимента, субсидируются государством. Будут разработаны меры государственной дотации в целом для закупки оборудования, продумываются льготные железнодорожные тарифы для кооперативных грузов. Данную инициативу царя рабочие одобрили. Мне подумалось, что это революцию не остановит, оттяжка времени, да и только. Что-то отдалённо напоминало Столыпинскую реформу. Тут чего-то явно не хватало, впрочем, сути пока не уловлю.

Проект, который касался рабочего законодательства – «Об улучшении быта рабочих», слушался в тишине, каждый боялся что-то важное пропустить. Новшества тут были. Прежде всего, рабочий день сокращался до десяти часов, а на вредных производствах - до девяти. Запрещался труд детей до двенадцати лет, впрочем, и женщинам и подросткам до восемнадцати лет, запрещалось работать ночью. Лица рабочих как-то сразу посветлели, ушла напряжённость с наморщенных лбов. На предприятиях обязаны быть созданы примирительные комиссии. В их состав входят избираемые рабочие, инженерно-технические работники и владелец. Разбирают конфликты только члены комиссии. Разрешаются и забастовки, однако в сложных ситуациях привлекаются представители МВД, а также если две трети работников согласны бастовать. В любом случае насилие запрещается, за это уголовное преследование. Тем не менее запрещены забастовке на стратегических военных заводах и железной дороге.

Очень всех заинтересовало «Положение о больничных кассах». Теперь такие кассы учреждаются на всех предприятиях с числом рабочих свыше ста человек. Взносы составляют: два процента от заработанной платы рабочего, пять процентов от фонда оплаты труда от владельца и три процента от казны по числу застрахованных. Управляют кассой совместно четыре человека - владелец, два представителя от рабочих и один человек от медицинского ведомства предприятия. Скорее всего на такие деньги можно содержать врача, закупать определённые, скорее элементарные, востребованные лекарства. Вероятно, будет под силу выплачивать и пенсию по инвалидности. Можно подумать о проведении профосмотра и заранее выявлять что-то заразное, но скрываемое, к примеру, чахотку, сифилис. Женщинам можно предусмотреть пособие на ребёнка, чтобы снизить детскую смертность.

Много не высказывались по данному вопросу, главное, чтобы это всё заработало. Функционировать всё начнёт с января следующего года. Думаю, что и я этим летом подготовлюсь и удивлю людей отдыхом в Крыму, сначала их детей, а потом посмотрим, может и профилакторий забабахаем или дом отдыха.

И хотя мне уже инженеры намекают, что пора заканчивать ля-ля, ждёт мол работа, решил всё же один раз потратить время и больше не возвращаться к Манифесту. Следующий раздел касался ограничения иностранного капитала - «О защите русской промышленности». Тут всё просто, если, в основном касалось британцев и прусаков, заводчик решил вывести из империи прибыли больше, чем десять процентов от оборота, то ему вводят тридцатипроцентный налог на вывод прибыли. Вводилась обязательная доля русских инженеров на стратегических заводах, это правильно, что пятьдесят процентов должно быть отечественных специалистов. Кадры надо растить. Царь решил ввести льготы для нашей промышленности, которые в основном будут касаться тарифов на железных дорогах и военных заказов. Всё это несколько остудит иностранцев, тем не менее полным вытеснением им не грозит. Инвестиции никогда не помешают России.

Очередной пункт, касающийся сословной реформы, вызвал большее оживление, чем предыдущий - «О постепенном уравнении в правах». Данная реформа рассчитана на пять лет. Со следующего года отменяют подушную подать для крестьян. Ещё через год, в тысяча девятьсот девятом, доступ в гимназии и университеты – по экзаменам, без сословных квот. И чтобы не запугать элиты отменой сословных привилегий, титулы всё же оставляют. Дай Бог, чтобы это претворилось в жизнь, а титулы всегда отменить можно.

Мелковато черпнул монарх, скорее из опаски. Когда на вилы поднимают с низу - безусловно больно, впрочем, и апокалипсического удара в виде дружественной табакерки в висок, у императора в памяти отложилось. И всё же редко кому удаётся усидеть сразу на двух стульях, не повредив собственное седалище. С другой стороны, лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Предпоследний пункт касался образовательной реформы- «О всеобщем начальном обучении». Вот здесь не всё так однозначно. Во-первых, только к пятнадцатому году возникнут четырёхлетние школы во всех городах и крупных сёлах. Через шесть лет должны функционировать двадцать учительских институтов. Без учителей и реформе не состояться. Введутся стипендии для крестьянских семей - лучших будут сразу зачислять в гимназии. Хороший стимул. И всё, остальное в образовании, видно устраивает? Про женское образование в высших заведениях не упоминалось.

Напоследок, рассказал о военной реформе - «О преобразовании сил обороны». Тут пояснил поверхностно. Вместо разрозненных управлений, создано Министерство Обороны. У нас в государстве два рода войск- сухопутные и морские, состоящие из трёх эскадр. Пограничная стража подчинена уже армии. Навели порядок и в разведке - внешняя будет при Генштабе и частично МИДе, а внутренняя – после реорганизации корпуса жандармов и выведение его из МВД. Что касается самого Министерства Внутренних Дел, то оно сосредоточится только на наведении общественного порядка и спокойствия граждан. Будут ловить преступников, пресекать террор. Люди уже слегка приустали от моей болтовни, поэтому подытожил и выразил надежду, что наше общество будет развиваться благодаря реформированию, а не гибельным революциям, пожирающим миллионы людей.

Глава 3

Народ пошёл трудиться. А у меня в голове крутились мысли. Нет в реформах ничего про цензуру. Сейчас такой демократический ор начнётся, что мало не покажется. Планы западных элит рушатся по развалу нашей страны. Первой революции организовать не получилось вообще, тем не менее, сложа руки они не сидят. Какая-то гадость всё равно должна случиться. Внешне пока боятся тронуть, для этого будут готовить прусаков на будущее, а внутренние враги, в виде революционеров, русофобов, либералов и прочих не лояльных – никуда не исчезли. Вот они-то сейчас опаснее внешнего врага.

Нет у царя и реформ по строительству дорог. Был же разговор, что позарез нужны дороги на запад и юг. Это не только ускоренная переброска войск, между тем и развитие регионов, перемещение грузов и товаров. Где намёки о развитии автотранспорта? Транссиб до конца не построен, это не дело переправлять грузы пароходом через Байкал, надо строить обходную ветку. В Среднюю Азию нужны хотя бы железнодорожные пути. Тестюшке моему будет тяжело выбивать фонды под свои планы. Пусть трясёт частный капитал для прокладки задуманных шоссе, в их мошну не грех запустить загребущую лапку товарища министра путей сообщения. Надо подсказать Петру Александровичу, чтобы обратился по своим связям к кому-то из МВД или бывших жандармов, которые могут указать на тех, кто больше всех грешен перед Родиной и попытаться вообще взять таких за вымя, ну, за кошель, то есть, мягко так, но цепко. Есть конечно ещё один вариант и его наконец стоит осуществить. У императора не хватит средств на все преобразования и не дай Боже, чтобы полез с протянутой рукой к французам. Он и так на их деньги построил дорогу из Москвы в столицу. Вспомнилось, что лягушатники припомнили эти царские долги нам - и Союзу, и России. Надо намекнуть об алмазах, но только чтобы разработкой занимались исключительно русские, отечественные промышленники. Короче, как по мне, несколько слабоват Манифест, может это только начало?

Экскаватор даже не трактор, несколько массивнее. Гидравлики, естественно, нет никакой, всё на тросах. Пока к концу рабочего дня среды мы собрали шасси, да и то не полностью, Луи со своими помощниками закончили эксперимент. Он всё начертил, записал, чтобы не забыть и ничего потом не упустить. И мы уже все вместе продолжили работать с экскаватором. Навалившись всем скопом, в субботу практически собрали парового монстра. Из особенности, что сразу бросилось в глаза - ковш. Он мог рыть землю только в направлении от машины, только вперёд. Как бы зачерпнуть где-то спереди и потянуть на себя экскаватор вообще не мог. Трудно даже представить, как он будет работать. Написано, что он в восемь раз производительнее землекопов. Без гидравлики всё очень примитивненько, однако работает же техника.

Отвлёкся от сборки только тогда, когда появился Григорий Павлович. Уединившись, поведал мне Лыткин о проделанной работе за неделю. Подал мне список ребят, которые доучиваются в своих заведениях и в начале июня могу их увидеть, так как они готовы работать на Ижорском заводе. Можно сказать, что десять новоиспечённых разноплановых специалистов у меня уже есть. Сразу возникает вопрос о их размещении в посёлке. Строительство вести рано. Недавно подморозило снова, неустойчивая весенняя погода. Только бы мая дождаться. Хотел было обрадоваться, что приобрету неплохого инженера, сманив такового у Лесснера, однако радоваться рано, по мере того, что рассказывал Георгий, настроение моё портилось.

Переговорил Лыткин с Борисом Геннадиевичем Луцким. Сорок лет этому инженеру. Что характерно, он по национальности еврей, а занялся железками и не золотыми, а стальными и чугунными, что не характерно для этой национальности. До получения образования инженера-механика он учился в Российской империи, а потом в Пруссии продолжил учёбу и начал работать. Цену себе знает и к сожалению, на заводе у Лесснера он всего лишь инженер-консультант. Много времени живёт и работает в Европе, прежде всего у немцев. Изобретений и соответственно патентов у него не мало, что-то выкуплено фирмами и это даёт ему безбедно не только жить, даже направлять средства на изобретения. Когда узнал от Григория, что Луцкий пытается делать двигатели для подводной лодки, летательного аппарата и автомобилей, то это впечатлило.

Показывает свою независимость, не хочет сейчас ни с кем сотрудничать. Да и характер у него не сахар. Может чувствует свою значимость, а может свои уникальные способности? Амбициозный или слегка не туда его понесло, не на грешную землю, а к звёздам? В общем, он нам не по зубам. Ну и фиг на него. В памяти он как-то у меня не отложился. Значит в моей истории прошёлся он вскользь, да пытался, да изобретал и что на финише?

Перешли с Лыткиным на другую тему. Немного поговорили о Манифесте императора, что он думает, в частности, о кооперации, товариществах. Намекнул ему, что через три месяца все проекты могут стать законами и хорошо бы быть на гребне волны - создать свои кооперативы и получить с этого определённые выгоды. Даже если к нам придёт молодёжь после учёбы, то мы по любому не сможем быстро начать выпуск машин, тут надо запускать целый процесс, организовывать цепочку поставок комплектующих.

Однако строительное товарищество надо уже создавать. Всей молодёжи, что придёт, мне и Луи уже нужно жильё. Не сомневаюсь, что и половине наших цеховых рабочих желательно улучшить жилищные условия. Объяснил Лыткину, что как по мне, то я хотел бы построить новое жильё для всех своих рабочих, в том числе и ему. И планчик есть по этому поводу. Привёл свои доводы. Хочется сделать небольшой микрорайончик - жилые дома, детская площадка, недалеко клуб поселковый, чтобы ближе ходить в него, магазинчик или даже пару лавок, которые будут тоже кооперативным магазином, причём такой же магазин будет и на территории завода. Провести к домам воду, сделать общий отлив воды, баньку построить. Место пока не определил, вот только это всё должно располагаться северо-восточнее от завода, чтобы копоть и дым шли не на нас, согласно розе ветров. Сделать дорогу, тротуар. Создавать кооперативы, а на самом деле это заводики мини, что будут изготавливать цемент, варить асфальт, делать плитку тротуарную и бордюры. Деньги на это будут, только я не могу всё возглавлять. Привлекать следует надёжных людей, чтобы они работали на меня и на всех нас, а не в свой карман. Да и руководителем не каждый может стать, тут нужны определённые личностные качества, предпринимательская хватка.

Порассуждали о сроках строительства мини завода по выпуску цемента и асфальтового завода. С цементным заводом повозиться придётся - тут сложное оборудование и много разных процессов, требующих умения и квалифицированных рук. Если начать строительство в мае, то успеть бы к устойчивым морозам сделать основную часть - фундамент, стены и крышу. Таким образом, если хотим построить жильё для нас, то в этом году, надо многие стройматериалы привозить из столицы. В самом Колпино, вернее на нашем заводе - пилят лес, делают кирпичи, причём хорошего качества. Речка под боком, значит песок и камни бесплатно доставим к стройке.

Дал задание Григорию - связаться с Фогелем. Он в этих делах знаток, может подскажет, где приобрести то или иное оборудование. Меня интересует всё - название агрегатов, цена, производитель и есть ли из перечисленного что-то аналогичное в России, если конечно не хуже качеством. Посоветовал Лыткину зайти в Колпинскую земскую управу и узнать о куске земли в пять-десять десятин под строительство микрорайона. Если возникнут трудности, то придётся уже мне обращаться к губернатору.

Вечером в столицу возвращались втроём, прихватив и Григория. Как бы ни были уставшие окружающие нас мастера, механики, да и другие пассажиры, что уже ехали, всё же обсуждали Манифест. Что характерно, критики было мало, люди хотели изменений, но только чтобы они были хорошими ине задевали негативно их самих, любимых.

Назвать скучным воскресение не пришлось. При исповеди мне напомнили, что на следующей недели надо принять таинства, а то за пост так и не Причастился. Намекнули, что исповедоваться надо накануне службы - с вечера. И наконец-то, Луи, двадцать второго, то есть в следующую субботу, станет православным христианином. Батюшка, что следил за подготовкой Луи к переходу в нашу веру, убедился, что мой приятель готов к этому таинству.

Предложил Луи пойти в гости к семье моей невесты, заодно познакомиться со всеми домочадцами. Он уже согласился, что на венчании будет держать над моей головой корону. Сегодня надо переговорить с Петром Александровичем о той технике, что мы ему скоро предоставим. Как раз мой приятель и займёт Оболенского тем, что надо обсчитать объём весенне-летних и возможно осенних работ, где они будут проведены. Вопрос этот не праздный.

Мы хотели бы использовать хороший бензин и качественные смазочные материалы, поэтому нам надо тщательно подготовиться, запасы сделать всего необходимого. Как никак, такая техника ещё редкость в империи. На Транссибе использовали экскаватор, а вот трактор и грузовик, ещё нет. Луи уже давно понял, что если я его хочу на что-то сподвигнуть, то ему не отвертеться, так что принял моё предложение. Между тем, наш маршрут пролегал через Невский, с пустыми руками не гоже в гости идти. Потом заскочили на квартиру, пообедали, часик выждали и отправились к Оболенским.

Мои будущие родственники вполне любезно приняли Луи. Даже попрактиковались на французском. Я в такие игры не играл, потому что только недавно попросил приятеля учить меня французскому. Не скажу, что вообще ничего не понимал, а дураком выглядеть не хотелось, поэтому делал умное лицо, чем только раззадоривал Луи такой ситуасюн деликат, ага, то есть деликатной ситуацией.

Потом Оболенский с Луи удалились и решали практические задачи, вот только и мы с Аней не теряли времени. За прошедшую неделю она вполне сносно начертила будущий микрорайон, что будем строить в Колпино. В прошлый раз, уходя, оставил ей письмо, в котором попросил не только не скучать, но и потрудиться во славу благоустройства рабочего посёлка.

Задание было не очень сложным, однако мне заниматься этим некогда. В пояснительной записке, если мою писульку можно так назвать, указал, что надо компактно разместить двадцать домов размером десять на пятнадцать, плюс рядом или вокруг по две сотки на семью. Дом на три-четыре семьи, естественно дорога, тротуары, детская площадка с качелями, песочницей, шведской стенкой, горкой и маленьким домиком, магазином и баней. Хотелки мои потянули на семь десятин, то есть семь гектаров с хвостиком. Сюда бы добавить ясли-садик, возможно школу, со временем конечно или ещё что-либо, всё же не учтёшь заранее. Поэтому надо выбивать под строительство десять десятин и мало не будет. Участочек приличный получается. Отказался от идеи бараков, пусть лучше построим домики, вложусь, зато симпотичнее, долговечнее и теплее постройки.

Может и огорчил наречённую, впрочем, вида она не подала, тем, что сказал, мол наш дом будет таким же, как и все остальные, только рассчитывается исключительно на нашу семью и планировку внутреннего пространства сделаем иначе, под себя. Пояснил тем, что когда она станет моей супругой и мы уже только вдвоём отправимся в Колпино, то думаю, что Аня поймёт, почему так поступил. Она девочка умная и должна догадаться, что среди нищеты - выделяться через чур не стоит. У нас и так будут несравненные преимущества, поэтому злобить людей не стоит, настраивая против себя, а главное зависть, которой совсем не надо.

Вечеринка удалась несмотря на то, что было много работы, заранее спланированной и мало пустых бесед. Долго не задерживались, потому что от Оболенских связались с Фогелем, опережая Лыткина и попросили в половине седьмого вечера принять меня с Луи, чтобы передать всё необходимое для новой командировки в Европу. Нельзя было сказать, чтобы немчик сильно уж обрадовался, между тем согласился, почуяв приработок.

Александр Карлович думал, что мы с готовыми расчётами, ан нет, у нас только прожекты, так сказать скелет, а мясом, то есть станками и оборудованием, они должны прирасти в данном разговоре. И затянулась наша встреча на целых полтора часа, зато продуктивно потрудились.

Фогель снова проявил свою рачительность, рассудительность и умение сопоставлять и выделять главное. В итоге мои средства частично будут потрачены на качественные вращающиеся печи из Пруссии, возможно и шаровую мельницу, это оборудование для производства цемента. Сушильные барабаны – лучше заказать на заводе у Путилова, они по качеству не хуже будут, зато дешевле. Паровые машины тоже можно заказать в столице.

Луи так же накидал просьб, за мой счёт засранец, - на три грузовика надо всё, кроме рамы, которую мы соберём у себя сами. Обратил внимание комиссионера на то, что неплохо бы иметь и небольшой заводик по изготовлению асфальта. Пусть ознакомится с оборудованием на месте и сам примет решение о том, что необходимо купить в Европе, а что и в России можно приобрести или сделать.

Обсчитали заказ. Снова выходит приличная сумма. Хорошо, что Карлович не задаёт вопрос о том, где и когда я успел прикупить печатный станочек для штампования казначейских билетов. Расходы у меня не шуточные, столько уже всего доставлено из-за границы, вот только отдачи нет. Поговорили немного о подборе кадров на наши будущие заводы. Александр Карлович ничего не обещал конкретного, тем не менее подумает, переговорит, посоветуется и всё в таком духе.

Утречком на вокзале встретились с Лыткиным. Григорий Павлович решил не откладывать в долгий ящик вопрос о земельном участке и сегодня посетит местные органы власти, а потом заглянет на завод. Заодно и я рассказал о встрече с Фогелем и снимаю с него это поручение.

После столичной квартиры мой флигель выглядел берлогой, вот только приходилось нам с Луи мириться с таким положением. Приятель видел у меня проект микрорайона и был рад, что наши дома будут находиться рядом. Однако внутренняя планировка дома не нравилась ему, хочет изменить и думает над этим вопросом. Пусть делает по-своему, как нравится и греет душу. Дурного в этом ничего не вижу, сам такой.

Если мы за целую неделю не можем собрать до кучи экскаватор из всего готового, то вряд ли за месяц удастся воспроизвести это чудо уже из собственных комплектующих. Благо, что сделали спецификацию всех деталей, узлов и теперь можем копировать их, заказывая отдельные детали у нас на заводе и всё же придётся обращаться на другие предприятия, не всё мы можем производить. Как только введём в эксплуатацию американца, его нам по любому придётся отдавать, а пока проверим наши задумки с Луи, возможно что-то модернизируем. Мощный бензиновый двигатель вместо парового заменим сразу же на втором экземпляре собственного производства. Плюс заставим нашу технику делать повороты. Остальное - по ходу пьесы.

Между тем приятель насел на меня и решил уже на этом экземпляре попробовать сделать управление через гусеницы. Видите ли, хочет проверить свои расчёты и внедрить мою задумку. Спорить не стал, вот только инициативу претворять будет сам. У него расчёты, схемы, пусть работает. Меня подмывало зайти в Колпинскую земскую управу, чувствовал, что будут трудности у Лыткина, земельный вопрос на Руси всегда непростой.

Глава 4

Власть имущие всегда устраиваются в центре, в лучшем месте. Хоть Колпино и рабочий посёлок, где окраины землянки и маленькие хибарки, всё же центр представлял что-то упорядоченное, с постройками из камня. Бывал уже в больничке, церкви, полиции, а в земскую управу не приходилось заскакивать. И вовремя как пришёл. Зайдя к секретарю, сразу всё узнал о местном небожители, а он как ни как - статский советник, пятый класс в табели о рангах, можно сказать, что целый полковник, если приравнивать к армии. Обращаться к нему только как ваше высокородие и зовут местного босса Иваном Петровичем, причём Смирновым. Смирным он явно не был и вероятно уже давно, потому что такие жуки, добравшись седалищем до теплого местечка, пытаются застолбить его до конца если не жизни, то карьеры точно.

В кабинете председателя было шумно, Смирнов закипал, бузил не слабо. Надо спасать Григория Павловича, решил я и резко открываю дверь, здороваясь с чиновником. – Доброго дня Иван Петрович, полгода в Колпино, а одно высокородие никак не могло навестить другое высокородие. Хочу представиться вам - советник по особым поручениям при губернаторе, статский советник Базилевич Сергей Илларионович. Если Смирнов ещё не раздуплился услышав от меня информацию о вошедшем и стоял с полуоткрытым ртом и непонятным застывшим жестом, то Григорий смекнул сразу, что тут коса уже почти нашла на камень и вдруг ситуёвина поменялась в миг.

Передо мной был человек, которому под пять десятков годков, слегка полноват, животик уж слишком выделяется, как в прочем и второй подбородок. Совсем не любитель покушать, скорее всего, как не в себя и сидячая работёнка в добавок, вот и результат. Глазки бегают, шарики за ролики в черепушке цепляются, сталкиваются и разлетаются нейрончики. Ситуация не обычная и неожиданная. Физиономия красная, того и гляди, что сердечко прихватит или инсультик нахлобучит.

Надо разрядить ситуацию. – Уважаемый, Иван Петрович, у нас долгий разговор и решать его желательно сидя, давайте присядем и поговорим. Когда все расселись, продолжил. На Ижорском заводе я возглавляю работы в экспериментальном цехе номер пять. А попечителем наших изысканий является великий князь Романов Михаил Александрович. Информация эта не секретная, и всё же на каждом углу об этом не рассказываю, поэтому кое-что и вы вероятно слышали. – Да, разумеется, случай посещения царственной особы не прошёл без внимания, подтвердил чиновник. Однако вас, Сергей Илларионович, представлял несколько иначе, по старше что ли. Несмотря на вашу молодость, продолжал Смирнов растекаться сливочным маслом по горячей сковороде, у вас не малый чин. – Да, вы совершенно правы Иван Петрович. Молодость в моей деятельности не стала преградой в получении такого чина и других наград, если ты служишь в Отдельном Корпусе Жандармов, а главное во славу Отечества. Это всё в прошлом, теперь я обычный чиновник, а заглянул к вам по очень важному делу. Вероятно, вы знаете, что скоро по окрестностям губернии прокатится наш губернатор и мне не всё равно, как мы будем выглядеть при встрече Александра Дмитриевича. Считаю, что стоит почистить улицы, обочины, сточные канавы должны быть канавами, а не мусоросборниками. Мост через речку дышит на ладан. Про окраины посёлка вообще молчу. – Между тем, перебил меня Смирнов, мы прилагаем все силы, чтобы у нас были порядок и соответствующая санитарная обстановка. Не забывайте, что во многом мы ограничены из-за финансовой скудости. - Вы безусловно правы, господин председатель, решил всё же обломать заносчивого чиновника, тем не менее к вам пришёл не клянчить что-либо для себя, скорее с шикарным предложением, от которого вы не откажитесь. – Полно вам, Сергей Илларионович, не томите, понял, что можете плести словесные кружева, конкретнее и ближе к делу.

Подал знак Лыткину, чтобы тот дал мне план будущего микрорайона. – Предложение таково, продолжил я, мне надо небольшой кусочек земли под строительство жилья рабочим, в то же время техника нашего цеха поможет посёлку. Мусор вывезем далеко за пределы поселения и закопаем, почистим канавы, за летний сезон восстановим мост. Через пару лет все, кто живёт в землянках, поселятся в бараках и окраины приобретут Божеский вид. Будем следить за дорогами. Центральную мощённую облагородим. Клуб для рабочих собираюсь закладывать, а там библиотека, музыкальный кружок, кино иногда будут показывать. Вероятно, уже знаете, что зимой помог нашей больнице. Планов у меня много и рассчитаны они на годы. Однако земля мне нужна уже не сейчас, точнее ещё вчера.

Смирнов пару минут переваривал информацию, вероятно много чего прокручивалось в мозгу. Между тем он принял какое-то решение. – Насколько я знаю, начал развивать свои мысли чиновник, вы Сергей Илларионович, проживаете практически в столице и наши трудности вам не все известны. И пряник для земства хорош, помощь будет скорее всего не малая с вашей стороны. Вот только земли у нас не все казённые, есть частные, что-то принадлежит крестьянской общине, даже заводу. Да и не все участки пригодны под строительство. – Тогда, Иван Петрович, предлагаю рассмотреть всё детально и стал раскладывать перед председателем сложенный в несколько раз план микрорайона.

Аня постаралась, хорошо и достаточно наглядно изобразила место расположения участка на карте и в целом схему микрорайона. Смирнов внимательно всё рассмотрел, пару раз взглянул на меня, с несколько удивлённым видом. – Однако же не дурственную площадь хотите приобрести, даже цокнул языком, увидев общую цифирь в десять десятин. Постучал своими пухлыми пальчиками – сардельками по столу и опять слегка, как бы призадумался на несколько секунд. Не выходя из этой задумчивости, продолжил. Что ж, давайте говорить. Данная земля казённая, это всё упрощает. Впрочем, земское собрание должно запросить заключение от строительной комиссии, пригодна ли земля под застройку. Потом, если земство одобрит, вопрос выносится на уездное земское собрание. Проголосуют в вашу сторону или нет, не знаю, вот тогда вероятно узнаем, нет ли у кого ещё интереса на эту землицу. Так полагаю, что вы хотите, чтобы землю отвели в постоянное пользование?

И начал я понимать, что чиновник нагнетает ситуацию, создаёт искусственные проблемы, вплоть до не разрешимых. – Иван Петрович, у вас что-то грустная история получается. Если бы да кабы, а вдруг. Предлагаю вам другой вариант, который позволит и овцам остаться упитанными, и чтобы хищники с голоду не вымерли. Десятина данного участка стоит от силы сто, ну сто пятьдесят рублей в базарный день. Я же предлагаю двести рублей, в два раза больше. Как вы сами её оцените, хоть в семьдесят рублей, мне всё равно. Между тем, уже через два дня, все документы мой представитель, сидящий с нами, доставит в Министерство государственных имуществ. Думаю, если туда обратится великий князь Романов, скажем так, поинтересоваться состоянием дел, вероятно и землемер прибудет незамедлительно провести межевание, чтобы определить точные границы участка. И вся канитель продлится не более месяца, хотя в каком-то другом случае, могла затянуться на годы. В этой ситуации, я уверен, вы лично будете не обижены и думаю кровно заинтересованы правильно и быстро оформить все необходимые документы. Прошение о выделении земли оставляю вам, проплачу сразу же, как только будете готовы, так что всё в ваших руках.

Чтобы за сутки с неба упали в карман тысяча рублей, это если Смирнов оценит землю в сотню за десятину, впрочем, может и пожадничать, жаба она такая, ненасытная. Чем будет мотивировать этот упырь, проталкивая нужные мне документы, совсем не интересно. Получил взятку, - отрабатывай гадёныш.

В конечном итоге договорились, что моё доверенное лицо уже в среду повезёт необходимые документы в столицу. Заодно передаст Михаилу Романову письмо, в котором попрошу его проконтролировать движение моих документов по инстанциям, чтобы их не потеряли, не задвинули в дальний закуток. Хотелось бы его ходатайства об аудиенции с вдовствующей императрицей, есть к ней перезревшее предложение и разговор.

Такие люди, как этот чинуша, словно вампиры энергетические, вытягивают жизненную силу. Стояли мы с Григорием на крыльце опустошённые. – Раньше, к разного рода подношениям, делился мыслями Лыткин, относился как к естественным отношениям между деловыми людьми, вот только сейчас, наблюдая со стороны, противно становится. – Думаете во мне, Григорий Павлович, возникают иные чувства, спросил Лыткина? Вот только это не искоренимо. Брали, берут и будут брать, если, конечно, не принять очень жёсткого, даже жестокого закона, который позволял бы мздоимцев вешать. Впрочем, те кто даёт на лапу, с этими тварями заодно виноваты. Успокаивает совесть только одно что стараюсь не для своей выгоды. И опять обман, потому что там будет и моё жильё. Через месяц женюсь, а жену привезти некуда. С Луи снимаем флигель на двоих, конура конурой, но лучшего не нашли. В среду утром надо закончить здесь все дела и с документами в столицу. – Этот вопрос мне ясен, Сергей Илларионович, другим начинаю заниматься. Надо определиться с количеством домов, что должны быть построены в первую очередь, к осени. От этого зависит количество строителей, что надо нанять, заказать объёмы кирпича, цемента, извести, лесоматериалов, стекла и кровельного железа.

Непраздный вопрос задал Лыткин. Действительно, не продумал это направление. – Григорий Павлович, для таких вот дел и взял тебя, чтобы было кому просчитывать, рассчитывать, выискивать, заказывать, договариваться. Планировку своего дома скоро предоставлю, тоже сделает и Терехов. Если моим инженерам и мастеру нравятся их условия жизни, то пусть и остаются на своих местах, однако же и им надо предложить ознакомиться с проектом нового жилья. Творчески подойди к делу - рассмотри состав семьи, чтобы разнополые дети имели отдельные комнаты. Надо сделать так, чтобы люди стремились улучшить свои условия жизни. Чем не стимул к добросовестному труду? Уходишь из цеха, сдаёшь жильё, проработал пятнадцать лет, к примеру, квартира остаётся за тобой и твоими детьми. Родилось больше детей, - строим дом и переселяем туда. Плату будем брать не за жильё, а за услуги, предоставляемые семье - подачу воды, отвод воды, отопление, свет, наружный ремонт здания. За удобства надо платить. С ценой определимся, шкурничать не будем. По плану, большинство домов на три-четыре семьи, но скученности не надо. Придут к нам молодые, семнадцатилетние парни, так им каждому по комнате. Женился, появился ребёнок, через пару лет предоставляем отдельную квартиру на две комнаты. Родилось ещё двое, смотрим на пол. У людей не должна болеть голова чем накормить, где разместить детей и себя, во что одеться. Если ты работаешь без прогулов, активный член коллектива, то у тебя хорошая зарплата и достойные условия жизни. В Крыму построим свою базу отдыха, со временем, конечно, но раз в два года там отдохнёт недельку взрослый и все дети по очереди, возможно каждый год. Слабенькие детки, целое лето, могут там провести, поправляя своё здоровье. Все мальчишки должны учиться, с девочками сложнее, впрочем, и они могут. Помогаем поступать в училища, институты и университеты. Когда родители учат за свои деньги, то тут вольному-воля. За наш счёт учится чадо - тогда голубчик отработает у нас пяток лет, а дальше пусть определяется. При такой жизни народ в цехе будет крепко держаться за своё рабочее место и не будет думать о переходе.

В начале разговора Лыткин несколько скептически смотрел на меня, потом посерьёзнел. – Рассказали бы вы это при знакомстве, посчитал бы вас идеалистом и фантазёром, высказался Григорий после моего монолога и работать с вами не стал бы. А вот сейчас верю, что возможно так и будет, даже интерес появился поучаствовать в этих грандиозных планах. Всё, что от меня будет зависеть - сделаю. На меня можете рассчитывать во всём.

Пока я отсутствовал на рабочем месте, инженер с мастером пошли решать вопрос в другой цех, где нам изготовят две тормозные ленты, откуют ось с барабанами на экскаватор. Одни механики пытались придумать крепления под днищем для будущих лент, другие, обслуживали двигатель после того, как он проработал целый час. В общем работа кипит.

Обговорили с Лебедевым Виктором, старшим охранником, планы на пятницу. Решил посмотреть своими глазами на участок, который вскоре станет нашим. Такие путешествия надо проделывать вчетвером и при оружии. Причины таких опасений были. Внешне всё спокойно, вот только старший сын нашей хозяйки, у которой снимаю флигель, Василий, шепнул мне, что стало мало приходить рабочих из других цехов на занятия по ликвидации безграмотности, которые Вася сам и проводил. Неужели эсеры что-то задумали? Манифест царский сломал их планы и цели? Возможно и так. Скорее всего, реформа, преграждает эсерам путь к власти, потому что они радеют не о рабочих, а собственном шкурном интересе. Тогда показное спокойствие, не что иное, как затишье перед бурей.

Всё шло своим чередом, напряжённая неделя прошла, нет просто пролетела. Давно такого не было, чтобы у меня появилось время лежать на диване ничего не делая. Вчера, на субботнюю службу, приходили Оболенские, кроме главы семейства. Луи пригласил на личный праздник – переход в православие. Погода была сносная, а для этого региона, вообще замечательная, поэтому всей компанией погуляли пару часиков по Невской набережной.

С ночи пошёл мелкий дождик, который моросил не прекращаясь утром, в обед припустил чуть сильнее. На часах четыре дня. Причастился сегодня в Соборе и сразу после обеда приснул на часик-другой, впрочем, и третий продрых. Устал. Молодому физические нагрузки не страшны и всё же больше морально давит на меня окружающая обстановка. Порой закрадывается ощущение тщетности моих потуг, кажется, что я топчусь на месте, зацикливаюсь на второстепенном и нет продвижения вперёд. Раньше казалось, что если есть деньги, то можно и горы свернуть, однако это не так. Финансы дают большие преимущества и тем не менее они не заменяют специалистов, станки и несовершенные технологии. Аборигенам кажется, что мы движемся семимильными шагами. Возможно, и так, капитализм нас захлёстывает всё больше и быстрее, как отсталую промышленную периферию. Настроение у меня благодушное, такое бывает после причастия, но мирское быстро поглощает благодать.

Луи опять навещает немецких механиков. За работой много не по философствуешь, зато в свободное время любители железа вдоволь наговорятся. В понедельник, если что-то не перебьёт, испытаем экскаватор в работе и движении с поворотами. Не успели прикрепить ленту к днищу машины до конца субботы. Осталось немного приложить усилий и получим результат.

До ужина занимался планированием будущего рабочего микрорайона. Приходили разные идеи, и чтобы их не забыть – записывал. Домов у нас явно будет больше запланированных двадцати коробок. Участок наш почти ровный, заболоченных мест нет. Часть деревьев, что ещё не успели рабочие или крестьяне втихомолку вырубить, возможно оставим, кроме тех, что явно будут мешать строительству. Молоденьких деревьев высадим много. Всё должно быть зелено. До завода придётся идти полтора километра. Надо мастерить будку или автобус для перевозки рабочих. Нас уже почти тридцать человек, впрочем, скоро придёт и десяток молодых специалистов. И это не последние, кого примем на работу. В хорошую погоду можно и пройтись, а в непогоду, думаю, что никто не откажется проехаться. Реальная же идея и воплощать не долго.

Не предполагал, что страстная неделя, заканчивающаяся праздником Пасхи, поломает все мои планы. На работу цеха это не сказалось, всё шло своим чередом. До рабочего места не дошёл, как несётся вдогонку Виктор Антонович Залесский. Не привык директор к бегу, запыхался. Оказывается, меня требуют к губернатору, срочно прибыть в столицу. Пока Залесский переводил дыхание в нашей бытовке, пришлось давать нужные распоряжения инженерам и охране. Плохо, что нет быстрой связи с Лыткиным, он сейчас в столице. Делать нечего, портфель под мышку и на вокзал.

Как не спешил, да только к полудню прибыл в канцелярию Зиновьева. Николай Николаевич Безак, что заведовал канцелярией, прямиком, вне очереди, провёл к Александру Дмитриевичу. Разговор был коротким, минут десять. Губернатор уточнил ситуацию в посёлке, на заводе, зачем решил обременить себя строительством? Намекнул, что знает о помолвке с Оболенской и добавил, что эта партия не для успешной карьеры. В душу конечно не плюнул и всё же было неприятно. Пришлось ему сказать, что брак по любви для меня предпочтительнее расчёта, а карьеру, если не сделаю, сильно не расстроюсь. Для меня главное семья, дети, близкие. Это то, что даёт жизненные силы для работы и творчества. Олимп есть кому и без меня покорять. Вот только губернатор скорее всего не поверил, видно по его скептическому выражению лица - пой молодец, пой, а сам потихонечку общаешься с небожителями. Передал мне пакет, запечатанный сургучной печатью, на котором только мои фамилия, имя и отчество выведены красивыми вензелями. От кого не сказал, мол прочтёшь, узнаешь. Непонятный у меня статус и такие же отношения, с недомолвками. Это как бы не напрягает, наоборот рад, что есть у меня определённая свобода действий.

Канцелярия у губернатора - целое подразделение бюрократов, на этаж, а возможно и больше. Найдя для себя укромное местечко, присел к столу и распечатал конверт. Бумага была настолько плотная, что невозможно, не вскрывая узнать, что же внутри. Меня ждало уведомление, что завтра, к десяти часам утра, необходимо прибыть в Зимний дворец. Всё как обычно, когда встречался с Марией Фёдоровной.

На Исаакиевской площади меня уже ничего не задерживало, поэтому, чтобы не терять время направился в магазин к Абрикосову. Когда продавал ему автомобиль, договорились, что со скидкой куплю сладости. На Пасху сделаю сюрприз детворе, а их, цеховых мальчишек и девчонок почти сотня. Профсоюза пока нет, поэтому мне придётся побеспокоиться за свой коллектив. Каждому ребятёнку подарок, взрослому продуктовый набор и жалование на два дня раньше заводского. На заводе люди отдыхали всего лишь один день – в понедельник, второй день Пасхи. Литейка вообще не прекращает работу вместе с прокатным станом. Не хотелось мне выпендриваться, только своему цеху всё же дам три дня отдыха, если успеют доработать экскаватор.

В Колпино не возвращался, остался в столице. Доработал в тишине и спокойствии план микрорайона. Уделил внимание планировке квартир. Не у всех моих работяг было больше четырёх детей. Многодетным семьям, где шестеро, семеро детишек, решил увеличить кубатуру жилья. Таких у меня шесть семей, поэтому для них построим три дома, где этаж на семейство. Сейчас, пять квадратов на брата — это нормально, однако я считаю, что этого недостаточно. Пусть меня кто-то из власть имущих не поймёт, тем не менее, своим людям хочется сделать приятное. Ванной не будет в каждой квартире у рабочих, только умывальник и туалет. Выгребную яму сделать не проблема, а вот чугунные трубы для слива обойдутся в копеечку. Баня у нас будет одна. В моём доме и ещё в трёх — для Луи, возможно инженеров внутри будет ванна и душ, кроме санузла. Тут как говориться, дарённому коню в зубы не смотрят. Дровник за домом и немного землицы на зелень. Мужики на ней работать не будут, а жёны с детворой, что-то да посадят. Детская площадка для этого времени, возможно, и непривычна, зато детвора её оценит. Дорога. Эта вещь меня беспокоит больше всего. Земля лишняя у нас появится, когда будем рыть канавы под фундамент, сливные ямы, вот её и пустим под основание дороги, приподнимем уровень, получится уклон, чтобы вода сбегала. Первоначально сделаем покрытие гравийное, пока не заработает асфальтовый заводик. Утрамбуем за полгода, грунт насыпной промёрзнет, осядет к весне, вот тогда и закатаем. Тротуары засыпим отсевом или что в этом времени самое мелкое из фракций? Пусть устоится всё, а когда цементный завод заработает, возможно плитку уложим. В крайнем случае, чтобы меньше мороки было - тоже под асфальт укатаем. За несколько лет постараюсь немного преобразить посёлок.

Что-то сильно размечтался. Зато, пока парил в облаках, руки сами по себе начертили схему микрорайона. Надо завтра императрице или кто со мной встретится, показать план и постараться получить одобрение. Задробят выдачу мне земли и всё коту под хвост. Не хотелось бы такой ситуации. Тем не менее, у меня есть чем заинтересовать императора - им плюшки, а мне зелёный свет собственным начинаниям. Сделал набросок вопросов, которые хотелось бы уточнить, прояснить и вообще обговорить.

Перед сном поразмышлял о том, как провести свой медовый месяц. Жаба меня терзала не на шутку. С одной стороны, в цеху начинаем выпуск машин, проложить надо подъездной путь к цеху, строительство цементного завода начинается и микрорайона, а с другой, - семейный праздник, который следует провести так, чтобы запомнился. Если поехать в Крым, то как бы надо и в то же время рано, вода холодная, не покупаешься. Следует подобрать участок для нашей будущей базы. Себе небольшой домик, для детей что-то похожее на барак соорудить, где девочки и мальчики отдельно спать будут, для взрослых, что приедут отдыхать. Барак – слово конечно ужасное, главное, чтобы он был утеплён, функционален и имел удобства. Система - всё включено, пока не для нас.

Участок должен располагаться не далеко от моря, где будет оборудован пляж. Как бы там ни было, но в приобретённом жилье кто-то постоянно должен жить, поддерживать порядок и осуществлять охрану, в конце концов надо и строителями руководить. Климат там такой, что до глубокой осени можно строить и весна начинается раньше нашей. По сути, если всё правильно организовать, то и зимой можно что-то делать, не теряя время.

Глава 5

Когда утром проснулся, то не мог сразу припомнить - в какие далёкие дали взлетели мои мечтания и хотелки, хотя основное, как бы вспомнил за завтраком и то хорошо. Собрав свои талмуды, пешком прогулялся до Зимнего. В голове прокрутил разные варианты разговора, настроился на деловой лад и за пятнадцать минут до назначенного времени прибыл на место. Ждать никого не пришлось, сразу приметили и провели не в тот зал, где первый раз встретился с императрицей, а в небольшую комнатку. Официально со мной никто бы не разговаривал, не тот уровень величия у Базилевича, но и это помещение, где был стол и стулья, вполне подходили для делового разговора.

В какой-то момент дверь открылась, зашёл на один миг офицер, осмотрел комнату, меня и вышел, не проронив ни слова. Следом же вошла Мария Фёдоровна и за ней Михаил Александрович. Михаил улыбался, показывая своё расположение, у Фёдоровны нейтральные эмоции, не злится, не улыбается, скорее у неё деловой настрой. И не ошибся. Десять минут пришлось прослушать нотации о том, что я в обход всех правил и законов государства Российского, собрал в цехе Ижорского завода машины разного вида, запчасти и оборудование на такие суммы, которых у меня просто не должно быть. И даже успел что-то продать. Потом прошлась по моим головорезам, что вооружены до зубов и подчиняются не заводской охране, а только мне. В завершении выразила озабоченность моей личной жизнью, что несколько нарушило её планы. Ни одного словечка невозможно было вставить в этот монолог, всё пресекалось на корню одним безапелляционным взмахом руки. Видно, накипело у дамы, что так прорвало. Поэтому решил молча выслушать. Давно не виделись, обратная связь ослабла, вот только я и не напрашивался на участие в большой политике, меня вполне устраивает и такая роль, незаметного винтика, малюсенькой шестерёночки в огромном механизме империи.

Как оказалось, этим спичем, императрица не собиралась делать мне разнос и требовать объяснений, тем не менее указала, что я под контролем и все мои шаги власти известны. В свою очередь пришлось пояснять, что мои друзья из Томска – Кухтерины, предоставили мне некоторую сумму, на которую я и развернулся на полную мощь. Не знаю, рассказывал ли Михаил всё полностью о том, что видел в цехе, однако пришлось опять разъяснять нашу деятельность. Пояснил, что мы не можем на пустом месте начать выпуск высокотехнологичной продукции, которой являются двигатели, магнето, карбюраторы, причём их то и не собираемся выпускать. Вся эта продукция закуплена в Европе и дожидается своего часа. Расширен штат рабочих, приглашены специалисты из-за границы, ждём новых, молодёжь из Петербургских училищ этого года выпуска. Разъяснил, что опыта сборки автомобилей у рабочих нет, поэтому, под руководством инженера из Франции, что переехал в Россию, произвели сборку двух легковых автомобилей, которые пришлось действительно реализовать купцам, чтобы иметь оборотные свободные деньги.

Царственные особы слушали молча и внимательно. Пришлось затронуть тему копирования техники, как трактора, так и экскаватора, на очереди каток, а заодно наших доработок иностранного оборудования. Усовершенствования будут такого уровня, что если изменить немного формы американской техники, то она вполне сойдёт за отечественную и никто даже не заикнётся, что мы что-то нарушаем и воруем идеи. Упомянул, что желательно испытать переделанные машины в реальном деле, например, при строительстве дорог. Не забыл сказать, что готовим шофёров-механиков, которые будут управлять, обслуживать и производить мелкий ремонт, в случае необходимости, на месте эксплуатации грузовика, трактора и экскаватора. После анализа их отчёта, будем решать дальнейшую судьбу этих машин, наших наработок и усовершенствований.

И как бы подводя итог, намекнул, что подошли к работе над бронеавтомобилями. Предварительно, имеем возможность, собрать от двух до четырёх, а возможно и пяти видов техники для военных и полиции - броневик, лёгкий танк, тягач артиллерийского орудия и возможно, самоходную артиллерийскую установку. Никаких картинок и схем не показывал, по двум причинам, - до конца сам не уверен, что техника в окончательном виде будет выглядеть именно так, а не иначе и всё же главное, боялся утечек за границу. Там ребятки ушлые и могут быстро догадаться, что это и для чего. В этом вопросе важно всё - от наклона угла бронелиста, до оснащения вооружением и много чего ещё.

Не оставил без внимания вопрос благоустройства посёлка, а тут уж с удовольствием предоставил план будущего микрорайона. Разъяснил первоначальные цели и конечный результат переустройства и облагораживания Колпино. Умолчал только о желании иметь базу отдыха в Крыму. Такие порывы моей души они явно не оценили бы. У каждого в голове у нас разные ценности, впрочем, знаю, как в будущем трудяги могли получить путёвку от профсоюза или быть направленными на санитарно-курортное лечение врачом. Правда, с развалом страны Советов, такая шара закончилась и началось противоположное- любой каприз, однако ж за ваши денюжки, которых у людей и не оказалось.

Михаил Александрович, видно сильно впечатлился затрапезностью и убогостью Колпино, о чём не преминул поделиться во всех красках с маман. От того и не было вопросов по благоустройству посёлка. План микрорайона взяли для ознакомления. Больше всего обрадовало решение императрицы проконтролировать, чтобы к началу мая месяца земля была уже в моей собственности и выдано разрешение на строительство. Сообщила она, что император своим высочайшим повелением разрешит все проблемы.

Слушала Мария Фёдоровна внимательно меня, делая иногда пометки в тетради. И первое, с чем она хотела разобраться, так это где мы собираемся испытывать наши машины. Вот тут-то и попросил её, чтобы при проведении реформ, в Министерстве путей сообщения, выделили бы отдельную структуру, которая непосредственно и занималась только шоссейными дорогами - планированием, прокладкой, эксплуатацией и ремонтом полотна. Вопрос с дорогами на этом этапе был очень запутан. МВД и местные власти отвечали за прокладку и ремонт местных дорог. И тут возникало много коллизий, злоупотреблений и обычного игнора. Поэтому и дороги у нас низкого качества, вот только в распутицу они превращались от непроходимых до примерных или условных направлений на местности. При проведении боевых действий в такой период нечего думать о быстрой переброске войск и всего того, что нужно для фронта. Напомнил, что у нас был уже разговор при императоре по этому поводу в прошлом году.

Выслушав мои доводы, с которыми согласилась императрица, пожелала узнать у меня, а кто будет платить за банкет, казна не бездонна? Впрочем, к этому всё и вёл, поэтому вопрос не застал врасплох, был готов ответить. Достав карту места нахождения алмазов в Сибири, любезно передал её Марии Фёдоровне и пояснил смысл отметок, а также указал, что это будет крупнейшее месторождение, да не одно. Со временем там найдут и другие алмазные и золотоносные места. Михаил смотрел на происходящее с некоторым непониманием, зато его маман оценила мой туз в рукаве. Выразил только одну просьбу - не привлекать иностранцев к разработке месторождения, только государственный контроль и монополия.

Императрица пожелала увидеть в схемах и эскизах бронетехнику, а также приблизительные сроки показа первых бронеавтомобилей. Намекнула, что Ижорский завод, скорее всего будет возвращён в казну, если у меня получится организовать выпуск бронемашин. Надеется, что и автомобили начну собирать. Попросила сделать анализ Манифеста императора до Пасхи и передать через Михаила Александровича. Этим как бы намекнула - что скажешь и чего предложишь? Получил вексель на пятьдесят тысяч. Князь намекнул, что в мае посетит вновь завод. Вот так в принципе мы и поговорили. На этом и расстались до следующей встречи.

Какие выводы сделал из прошедшей аудиенции? Да только положительные. Сидя в поезде, размышлял и обдумывал свои дальнейшие действия. Пусть за мною наблюдают, от этого мне ни холодно, ни жарко. Если меня чуть не прихлопнули эсеры, то не такая уж постоянная, тотальная и серьёзная опека. Палки в колёса не вставляют, опять деньжат подкинули, прислушиваются, возможно, к моему мнению. Соответственно и я в долгу не остался - указал тропинку к миллиардам. Отечеству будет большая помощь, по крайней мере, хотелось в это верить.

Прибыв на завод, сразу же заглянул к Залесскому. Рассказал Виктору Антоновичу, что поддержка сверху уверенная и постоянная. Поинтересовался, что будут делать на Пасху. Оказывается, к ним вновь приезжает дочь с зятем на три дня. От Оболенских получили приглашение на обед. Напомнил директору, что у нас имеется план, разработанный инженером Колпановым Семёном Александровичем, по прокладки железнодорожной ветки к пятому цеху и как только более-менее подсохнет грунт, начнём прокладку. Финансы наши, а материалы пусть заказывает завод, предложил я Залесскому, на что он быстренько и охотно согласился, пока я ещё что-то не успел придумать.

В цехе деловая обстановка, все при деле. Луи намекнул, что завтра попробует провести испытание на повороты вправо-влево экскаватора. Сейчас идут последние приготовления. Рассматриваю лица рабочих и отмечаю, что люди за несколько месяцев даже внешне изменились. Помню, когда увидел их в первый раз - какие-то уставшие, замученные, глаза больше опускают вниз. Сказать, что меньше нагрузка у них в цеху, скорее нет, хотя иногда случались поблажки. Питание нормальное, сам ем и нравится. Может быть чувствуют, что они при деле, хоть элементарно, но позаботились о них. Мастеру Егору Тимофеевичу, при первом же разговоре, запретил давать зуботычины и любые штрафы согласовывать со мной. За полгода не одного взыскания, всё устно и на месте, если кто-то какой косят упорол, загибы двенадцатиэтажные слышал, куда без них. Все работают с огоньком. Это и радует.

Самоизолировался в бытовке и начал составлять своё мнение относительно Манифеста. И не забыть сделать кроме анализа и выводы с пожеланием, напомнил себе. Ко мне заглядывали то мастер, то инженер, но видели, что занят и не отвлекали. До шести часов основное на черновик написал. За ночь в голове мозг доработает, может завтра что-то и добавлю.

В конце рабочего дня переговорил с начальником охраны и Фролом Семёновичем, что в пятницу едут на грузовике в столицу за продуктами. Фрол - старший, а охрана в помощь для погрузки и защиты материальных ценностей. Объяснил, что снова сделаем продуктовые подарки коллективу к празднику Пасхи. Поэтому, народ должен прийти с мешками на работу.

С Луи, по дороге домой, интересовался, а что, если мы к раме трактора, сейчас она у него длинная, прикрепить приспособление для разравнивания поверхности дороги. Хотелось сделать грейдер, да только без пневматики или гидравлики, всё будет выглядеть хотя и примитивно, даже топорно и грубо, но может и получиться, агрегат-то мощный. Идея приятеля зацепила. - Однако, если будет жёсткое крепление с рамой, то её может повести, впрочем, выход вижу в укреплении самой рамы, стал вслух размышлять Луи или в использовании каких-то пружин, которые позволяли бы новому приспособлению иметь определённый люфт- подниматься слегка, потом опускаться. В противном случае, если мощи двигателя не хватит сдвинуть препятствие или массу грунта, тогда трактор упрётся в преграду и забуксует. Поразмыслив, понял свой косяк, идея преждевременная, без гидравлики не получится, опережаю события, вернее время. Проще прикрепить сзади трактора что-то вроде ковша или ножа, вместо бороны и с помощью винта, то есть опять механики, регулировать планирование земли. Луи, выслушав меня, опять задумался, но развивать мои фантазии не стал. Думаю, что хотелки должны упасть зёрнами в благодатную почву ума инженера и со временем прорастут разработкой разных видов дорожных и строительных машин.

Испытания экскаватора в четверг показали, что мы молодцы и нам любые задачи по плечу. На площадке перед цехом Луи загонял машину своими манёврами. Когда поставили технику на смотровую яму, то не обнаружили никаких дефектов ни на барабанах, ни на ленте. Способ, конечно, примитивный разработали и всё же сработал. Предложил коллективу подумать над изменением дизайна будки, в которой находится агрегат и машинист. Сейчас вся конструкция похожа на дом, стоящий на гусеницах. Грубо и прямолинейно, хотя возможно и дёшево. Металл всё ещё дорогой, композитных материалов нет, стараются делать из дерева - доски наше всё.

Последние дни перед праздником вышли суматошными. Между тем, что запланировал, так и получилось. Большую половину дня пятницы потратили на установку ещё двух станков, которые нам будут необходимы, когда начнём выпуск автомобилей. Под конец рабочего дня каждый работник получил материальную помощь в виде мяса, сала, муки, картофеля, круп, сахара и детского подарка. Толкнул речуху: поблагодарил всех за труд и пожелал хорошо провести великий праздник, напомнив, что отдыхаем до вторника. Мастер выдал всем причитающееся жалование и пятёрку как премию к празднику. В субботу цех должен работать до обеда, с утра уборка, в час дня покушали и разошлись. Луи захотел остаться в Колпино, побыть на службе в местном храме, посмотреть, как будет гулять народ, вот только, если будет скучно, приедет в столицу, ключи от квартиры возьмёт у кухарки.

А я ещё в пятницу вечером отчалил в Петербург, чтобы рано утром в субботу передать письмо Романову Михаилу Александровичу. Потом пробежался по лавкам, надо же к празднику подготовиться и конечно же посетил баньку, отвёл душу. Заодно привёл себя в порядок – масло, не всегда можешь тёплой водой и мылом смыть, и оно въедается в кожу. Показаться с такими граблями за столом просто некрасиво. С Оболенскими договорились встретиться на всенощную в Исаакиевском соборе. Чтобы выстоять службу с десяти вечера до пяти утра, решил после обеда притопить массу часиков до восьми вечера. Корзинку с куличами и крашенными яйцами мне приготовила Анастасия Никаноровна, моя кухарка. Заранее её попросил о такой услуге.

Вторая моя Пасха в другом времени. Два часа ночи, но благодаря отдыху и молодому телу вся служба проносится быстро и без особой усталости. Впрочем, ко мне периодически прижимается плечом Аня, когда устаёт и это приятно - рядом близкий тебе человек. Сотни раз был уже на литургиях в этом времени и всё равно не могу привыкнуть к некоторым моментам службы. К примеру, на клиросе, где находится хор, пели профессионально, а в наше время - все, кто имел голос, от бабулек до молодёжи. В кафедральных соборах это да, приглашали певцов из хора хорошего, даже музыкальных училищ и консерваторий, однако, в обычных церквах, пение было больше народным, во главе с матушкой – супругой священника. И чего там, часто люди во время службы подпевали, так сказать, входя в унисон с певцами. Правильно ли это или нет, не знаю, только здесь такого нет, всегда поёт только профессиональный хор. Что ещё удивляло, так это исповедь с вечера, а не во время самой службы или перед ней. И только благодаря моему знакомству с настоятелем, пару раз исповедовался в самом начале службы, а потом принимал Причастие. Не знаю почему, но здесь часто дети идут на таинство Причастия, а не взрослые. И проповеди долгие. Могут зачитать даже указ Синода, распоряжение губернатора и прочее, что в наше время просто вывешивается списком на стендах при входе в храм, вероятно потому, что есть безграмотность. Атмосфера какая-то иная, это чувствуется, но трудно объясняется, просто другая. Да, голоса у батюшек и дьяконов в это время сильные и звучные, микрофонов и усилителей нет. Иногда, в конце храма, поэтому уже не услышишь священника. Что сразу бросалось в глаза, так это отсутствие девушек и женщин в брюках и без головных уборов. Если брюк действительно ещё женских не было, кроме как костюмов для верховой езды, вот только головы у всех были если не в платке, косынке, шале, то в шляпке с вуалью. Последнее носили только дворянки или барышни из состоятельных семей. Нет электрических лампочек, только свечи, поэтому немного темновато. Церковь в этот период была государственным институтом, поэтому на литургии упоминалось имя императора и всей его семьи. Мои размышления прерывались возгласом священника с амвона - «Христос Воскресе!» и всеобщим ответом -«Воистину Воскресе!» Что не говори, а на душе легко и приятно, есть ощущение праздника.

Пол часика пришлось подождать пока нас и наши корзинки покропят святой водой. Нельзя сказать, что погодка радовала, ветерок прохладный и недавно прошёл небольшой дождик, пять градусов вероятно и зябко. Мария Дмитриевна и Анна пригласили меня к себе, чтобы разговеться. Петру Александровичу уже было неудобно что-то переиначивать, хотя по его виду была заметна усталость, и он с превеликой радостью по приходу домой завалился бы на цать часиков в кровать, а тут гость, неудобно.

Одним экипажем добрались быстро до Оболенских. Дамы привели себя в порядок, пока Ирина Павловна, домработница, закипятила воду и заваривала чай. Когда ты более сорока дней не вкушаешь мясо, яйцо, то именно в момент разговения, понимаешь, чего ты был лишён. В считанные часы твои рецепторы вновь привыкают и теряются незабываемые ощущения подзабытых яств. Скушав яичко, кусочек пасхального кулича, сырную паску и ломтик буженины, запив всё ароматным чаем, пришла сытость и небольшая усталость. Все разбрелись по комнатам, в том числе и мне предложили немного отдохнуть, а потом с восстановленными силами продолжим праздновать Великий праздник.

К часу дня нашу компанию разбавили Залесский с супругой и их дочь с зятем. Пару раз к Оболенским приходили с поздравлениями сослуживцы Петра Александровича из министерства. Глава семейства стоически перенёс все нештатные приёмы на грудь и несмотря на то, что и мы трезвенниками не сидели, держался молодцом. На столе было столько всего, что глаза разбегались. Животы набили быстро, да и кушать сразу много после продолжительного поста нельзя, вот только всегда срабатывал нюанс - всего должно быть много, иначе люди не поймут, от того стол и ломился.

Прогулку вечернюю отменили, пошёл моросящий дождик. Заняли себя пением и слушали концерт классической музыки, благо, что все молодые барышни обучались этому искусству - игре на фортепиано, а у нас их было две, которые сменяя друг дружку, не давали всем скучать. Не дожидаясь позднего вечера, я отправился к себе на квартиру, остальные гости разместились у Оболенских.

Второй день Пасхи несколько распогодился, и мы дружной компанией прогулялись по набережной, а потом решили, что этого недостаточно и продолжили свой променад в Летний сад. Расстояние до главного входа всего ни чего, каких-то шестьсот метров, от силы десять минут неспешной и изящной прогулки. Да, это именно так, потому, что наш путь пролегает мимо главных символов имперской столицы - Зимнего дворца с его могущественным фасадом, арки Генерального штаба, пересекаем грандиозное пространство Дворцовой площади с Александровской колонной, в стороне от нас остаётся Александровский сад у Адмиралтейства и наконец, перейдя по одному из многочисленных мостов через речку Мойку, мы оказываемся у главного, чугунного входа в Летний сад со стороны Дворцовой набережной.

Шли мы парами, и Аня мне рассказывала обо всех достопримечательностях, зная, что её избранник не местный. Раньше как-то и не задумывался, что Летний сад был создан как продолжение императорской резиденции и гармонично встроен в ансамбль центра города. Он не был загородной усадьбой, а именно представлял городской парк в шаговой доступности для элиты, жившей в центре. Узнал, что у нас в столице кроме этого сада и Александровского, что прошли стороной, есть ещё и Таврический, который несколько поодаль от центра и то же популярен у петербуржцев всех сословий. Имеется и четвёртый сад – Михайловский, который только недавно стал доступен для публики, потому что принадлежал Императорской семье и был частью территории Михайловского дворца.

Нагулявшись, словно в музее под открытым небом, возвратились к Оболенским. Естественно, прогулка раззадорила наш аппетит. И вот так, уплетая деликатесы, я взял слово. На этот шаг надо было решаться, потому что, сказав А, надо говорить и Б. Помолвка помолвкой, вот только этого мне мало, прошёл пост и надо подумать о свадьбе.

Напомнил собравшимся, что необходимо обсудить вопрос венчания. Обычно только коснись данной темы и столько мороки вылезет, что только держись. И действительно, что тут началось! Где и когда проводить обряд, наряд невесты, да и мой прикид не должен подкачать, в каком ресторане отмечать, кого пригласить… Гвоздём программы стала сумма, в которую выльются все наши хотелки.

Подискутировав, решили всё сразу же взять на карандаш, чтобы ни какую мелочь не упустить. Распределили обязанности, посмотрели по календарю возможный удобный день для венчания, который припадал на вторник двадцать третьего и определились с церковью - Симеона и Анны. За две с половиной недели, без спешки, решим все наши дела. Прикинули примерно количество гостей. И вот так, в деловой обстановке, примерно за полтора часа спланировали первый день свадьбы - от сбора гостей у церкви, до развоза всех после ресторана. Мне не понравилось, что тесть решил всё упростить до минимума. После венчания предложил сразу же в ресторан.

Это просто кощунство, в конце мая, когда цветут сады и деревья покрыты яркой листвой, зеленеет молоденькая травка, щебечут птички, да чтобы эту красоту пропустить, не за что. Настоял на том, что после венчания едим не в центральный Летний сад, а в Таврический. Нанимаю фотографа и много делаем снимков на память. В этом саду можно покататься на лодке, там нет прямых ухоженных дорожек и скульптур, зато всё естественно и гармонично. В саду я не был, зато Ане это место очень нравится, как весной, так и осенью.

Сделать приятное жене — это первое дело. Тёще и тестю намекнул, чтобы за расходы не беспокоились, их основные вопросы – приглашение гостей и наряд невесты. Может и перегнул палку при обсуждении, думаю, что со временем поймут и простят.

Уступил настойчивому Петру Александровичу только в одном, чтобы не отмечать празднество в центре столицы, а там же, недалеко от Таврического сада. По его мнению, на Кирочной улице или Бассейной, располагались уютные ресторанчики, они по проще, однако кухня там прекрасная. Ужимистый мой тесть. Что поделаешь, если у него такая натура. В одном ему уступлю, зато в большем поступлю по-своему, чтобы Анюте запомнился этот день. Они ещё не знают, что я навострил свои лыжи в Крым на середину июня. К тому моменту мы будем самостоятельной семьёй и сами сможем планировать всё, что нам захочется. Сейчас у меня, к сожалению, до двадцать второго мая птичьи права.

Третий выходной несколько омрачили непредвиденные события. Рабочие решили провести демонстрацию. Ладно бы просто прошлись с флагами и лозунгами, вот только нашлись перевозбудившиеся, что свои права рабочий должен отстаивать ни больше ни меньше, а только силой. Такое уже слышал и в своё время, когда хотели достичь мир через силу, что понимается исключительно однозначно - разбомбим и потом замиримся.

Власти решили не напрягать ситуацию, которая в один миг могла перерасти во взрывоопасную и не препятствовали шествиям. И всё же полиция была на ушах. К обеду центр был свободен от взбудораженной толпы и люди продолжили отдыхать, прохаживаясь по Невскому проспекту и набережной. Мы решили далеко от центра не удаляться, на всякий случай и погуляли в Александровском саду и вдоль набережной. Погодка была замечательной, солнечной и ветерок был умеренный.

Глава 6

Три дня пролетели как один день. Колпино встретило обычной серостью - туманом и заводскими запахами, к которым привыкнуть невозможно. Погода явно пошла в плюс, весна взяла бразды в свои руки окончательно. Цеховые рабочие выглядели бодренько. Лыткин явился, в субботу, накануне праздника и мы не пересеклись. Теперь же решил сразу посовещаться с ним наедине. Луи повёл за собой мастера, инженера и механиков в глубь цеха. Они должны сегодня начать подготовку к сбору бронеавтомобиля. Для этого есть всё, кроме рамы, а до бронелистов время ещё дойдёт.

Лыткин бодренько отчитался, что с директором нашего завода заключил предварительный договор на оптовые поставки кирпича и пиломатериалов. Раз он моё доверенное лицо, то пусть с Залесским переговорит о некотором снижении цены, перед тем как контракт подпишут - брать будем много, как никак больше двадцати домов надо построить. В свою очередь, мы можем и обновить кое-что в оборудовании кирпичного цеха или пилорамы. Это окупится в будущем. Так мне казалось. Предложил Григорию создать заранее артель из возчиков, чтобы постоянно курсировали подводы с завода на стройку. Намекнул, что о выделении земли позаботятся свыше и сделают это быстро. Так что пусть торопится с поиском строителей и разнорабочих.

Оказалось, что Лыткин уже имеет договорённости с двадцатью строителями, осталось сформировать бригады, обеспечить им проживание. Нашёл инженера-строителя, который будет ответственным за выполнение строительных работ. На пятницу решил назначить встречу этому инженеру вместе с Лыткиным и попросил Григория Павловича обговорить с ним все финансовые вопросы, приобретение необходимого оборудования и прочего, что ему потребуется в работе. Пришлось намекнуть, что перед стройкой стоит расчистить строительную площадку, и чтобы взрослые деревья зря не выпиливались. Нанятых крестьян для корчевки можно привлекать в последствии на строительство, подсобниками. Конструктивно переговорили с пол часика, наставил ему задач и отпустил.

В цеху все сновали как муравьи, что-то тащили, передвигали, вскрывали ящики с оборудованием, сразу и не понять, что происходит. Луи с механиками к обеду насобирали необходимого оборудования из импровизированного склада сразу на два Шаррона, которые будут переоборудованы в броневики. К концу рабочего дня соорудили вторые козлы и принесли заготовки для клёпки усиленных рам. Собирать будем одновременно две машины.

На первой учимся, внедряем наши новшества, поэтому второй броневик должен быть совершеннее. До того момента, как будут собраны шасси, мне нечего вмешиваться, Луи всё и сам знает, что делать. Когда дело дойдёт до брони, май подойдёт возможно к концу. На ходу перебросился словом с кочегаром, потом с подвернувшимся охранником. Выйдя из цеха направился прямиком к Залесскому, хотелось, чтобы он на своём уровне решил вопрос с прокладкой железнодорожной колеи к нашему цеху. У него целая контора под боком, пусть обсчитывают, прикидывают что к чему, время то идёт, упускать его грешно.

Неожиданно попал на совещание, если это можно так назвать, директора завода с командиром роты штабс-капитаном Угловым. За несколько минут мне рассказали, что на первое мая в посёлке состоялся митинг, но демонстрацию сорвали военные и полиция. Столкновений и арестов не было, прошли как говорится по краю. Вояка попенял мне, что мол торопил его освободить помещение, а людей так и не привели на постой. Пришлось сказать честно, что реорганизация в моём ведомстве сорвала все планы и что будет в дальнейшем даже предположить не могу. Изложил Виктору Антоновичу то, с чем пришёл и удалился, ибо хотел попасть ещё засветло в столицу.

В среду решил два важных дела. Заказал в ателье свадебный костюм, заодно туфли. Прикупил рубашку и галстук, аксессуары к ним - запонки золотые с камушками и обручальные кольца. На венчание Аня наденет колье своей прабабушки – семейную реликвию. Платьем они сами заморочатся. Наняв извозчика, нашёл искомую церковь, которая являясь государственной структурой - совершит обряд венчания и по аналогии Загса, внесёт запись о нашем браке в церковную метрическую книгу. В царской России гражданской регистрации не было и после венчания пара уже считалась мужем и женой.

Как оказалось, видел эту церковь издали и даже не один раз. Она расположена в самом сердце Петербурга, центральной её части - на углу Маховой и Симеоновской улиц, это всего лишь в нескольких минутах ходьбы от Невского проспекта и Аничкова дворца. Здание небесно-голубого цвета с белоснежными пилястрами и наличниками. Не выглядит громадным, наоборот изящный храм и ухоженный.

Вокруг кипит городская жизнь - грохочут по булыжной мостовой конные экипажи, покрикивают извозчики, по тротуарам спешат горожане. Подняв голову выше, увидел шпиль колокольни, увенчанный флюгером в виде ангела с крестом. Золотой крест ярко сверкает на майском солнышке, что сейчас пробилось из-за тучек. Понравился мне храм снаружи. Поднявшись к главному входу по нескольким ступенькам и только переступил порог, попал из шумного города в атмосферу умиротворения и прохлады.

Внутри церковь не поражает гигантскими размерами, но чувствуется её столичный статус и богатая история. Она наполнена мягким светом, льющимся из окон и отражающимся от многочисленных позолоченных поверхностей. В глаза сразу бросился пышный позолоченный иконостас, резной, с витыми колоннами. С утра вероятно была служба, поэтому воздух насыщен ладаном и воском от горящих свечей. Расписанные стены, иконы в богатых укладах - серебряных и золотых, некоторые украшены драгоценными камнями. По сравнению с кафедральным собором, здесь царит почти домашняя атмосфера. Храм пуст. Только одна дама стоит с зажжённой свечой перед иконой и что-то вероятно просит в своей сокровенной молитве, да старушка в углу читает не то Псалтирь, не то акафист.

Подойдя к аналою, где лежала икона с воскресшим Господом, перекрестился, приложился к ней и тут из алтаря вышел представительный священник с уже седеющей бородой, спокойным и проницательным взглядом, видно у него за плечами солидный пастырский опыт и не менее полсотни прожитых лет. Мы одновременно пошли навстречу друг другу. Попросил у батюшки благословение и изложил цель посещения храма.

Не долго побеседовали с отцом Василием, минут пятнадцать, однако этого хватило понять, что наше торжество переносится на неделю позже. Пришлось даже записывать по ходу разговора - что принести из документов, куда обратиться, чтобы нужные бумаги получить. Священник не отказал, согласился, но с условием, что у него будут все собранные бумаги за неделю до таинства, накануне в субботу на вечерней службе исповедуемся и в воскресение получим Причастие. В целом, остановились на дате – двадцать девятое мая, девять часов утра.

Выйдя из храма направился в Санкт-Петербургскую Духовную Консисторию, что на набережные Мойки. Знаю это здание, в нём уйма разных административных учреждений. Выслушав батюшку, просто офигел от бюрократических процедур, успеть бы их пройти. Пока нашёл нужного человека в канцелярии, написал и подал прошение, показал свои документы, хорошо, что взял всё, что было, потом дал пояснения и всё равно у меня не оказалось паспорта невесты и её метрического свидетельства, своей и её справки о исповеди и причастии, которые надо получить у священника своего прихода. Вдобавок предстоит оплатить пошлину, так называемый брачный денежный сбор. Не решился дать на лапу чиновнику, чтобы ускорить процесс, всё-таки это не просто какая-то штафирка, а духовное лицо.

Как же я так заранее зашёл в церковь. В наше время всё значительно проще. Пояснили, что если сегодня успею принести недостающие документы, то начнётся формальная проверка - нет ли препятствий по возрасту, родству, вероисповеданию, не женат ли я уже случаем, да скрываю этот факт и тому подобное.

В темпе вальса помчался к Оболенским. Надо с Марией Дмитриевной успеть сегодня взять из их прихода необходимые справки, самому заскочить в собор и обратно в Консисторию.

Удачно попав на обед своих будущих родственников, сам перекусил на скорую руку и заодно поторопил будущую тёщу к сборам для поездки по городу. Сложилось всё удачно и уже к пяти часам прибыл к чиновнику, что принимал у меня документы. Теперь только двадцать восьмого надо вновь заскочить сюда, чтобы отдать справки из своих приходов, в которых будет засвидетельствовано, что препятствий к браку не обнаружено. По сути, всё очень серьёзно. Вот поэтому, чтобы потом получить развод, надо сильно постараться, чтобы его добиться. Хотя слышал, что дают таковой только в исключительных случаях.

Вымотался за день, поэтому решил лечь спать пораньше, завтра у меня опять насыщенный денёк. С самого утра заехал на одну стройку, чтобы как говориться убить двух зайцев - посмотреть на инженера-строителя и его работу. К выходным его бригада, если верить Лыткину, должна сдать дом под ключ одному не бедному человеку.

Из всех суетящихся, инженер выделялся сразу. Практично одет, добротно, однако без изысков. Ему кирпичи естественно не носить и раствор не замешивать и всё же. Шерстяная тройка-пиджак, жилет, брюки, серого не маркого цвета, уже слегка выцветшие от многочисленных стирок и непогоды. Под жилетом практичная косоворотка. Крепкие, начищенные, не до блеска, яловые сапоги. Они в мелких царапинах и следах известковой пыли.

Подойдя ближе, представился и поздоровался со строителем. Крепкие, сильные руки, в застарелых мозолях, следах от порезов и въевшейся под кожу грязи. Лицо усталое, но сосредоточенное, слегка загорелое, всё же скорее обветренное, с сеткой мелких морщин у глаз от постоянного прищура. Усы аккуратно подстрижены. Взгляд прямой, внимательный и оценивающий. В одной руке вероятно план объекта, в другой складной аршин и куда же без карандаша, торчащего из верхнего кармана пиджака.

Прошлись с Виктором Сергеевичем по дому и участку. Поговорили насколько у него позволяло время. Выяснил, что он не столичный аристократ, а выпускник Института гражданских инженеров, что в Петербурге. В столице проработал более десяти лет. Ему уже тридцать восемь, трое мальчишек разных возрастов и супруга, которая следит за домашними делами.

Карьера его началась не в чертёжном бюро, а непосредственно на стройке, как сказал - на «грунте». Прошёл путь от десятника, лично знающего каждый кирпич и все балки, до ответственного производителя работ. Этот человек мне понравился основательностью и профессионализмом. Видно, что его уважают работники, и видно побаиваются.

Манера общения у него странная, он привык не только стоять и слушать, инженер в постоянном движении, всё у него под контролем. В конце концов, попросил у меня план микрорайона, что будет строиться в Колпино. Внимательно рассмотрел и сразу же дал несколько советов - сместить в одном случае немного окно, уточнив о состоянии и качестве грунта, предложил слегка углубить фундамент. Мне показалось, что он не слепой исполнитель, а соавтор в процессе, что мне импонирует. В итоге договорились, что через Лыткина решаем все вопросы и через десять дней он приедет в посёлок, где и заключим с ним договор. Предварительные условия инженера вполне устраивают.

Помня о том, что вовремя вчера обратился в церковь, сегодня решил после встрече заехать в район Таврического сада, проехаться по улочкам и подобрать ресторан, заодно решить все вопросы, связанные с празднованием. После поста не один я такой разумный найдусь. Ресторанчик «Кирочная» как-то мне не зашёл, да, неплохой, а всё же решил посмотреть ещё. Наткнулся на заведение под названием «Таврический сад». Хотя фасад и не броский, зато внутри белые скатерти, тёмное полированное дерево, зеркала в золочёных рамах, приглушённый гул разговоров и тихая музыка. Такой стиль мне понравился и попросил пригласить метрдотеля.

Через час, выходя из ресторана, между прочим неплохо отобедав там, понял, что много чего я ещё не знаю. Обогатил меня администратор Иван Петрович разной информацией, переварить бы. Понятно одно, что за неделю до свадьбы надо ещё разок подъехать, доплатить остаток от оставленного сегодня задатка, уточнить или внести последние пожелания и коррективы к меню и общему сценарию. Желательно с собою прихватить Марию Дмитриевну, пусть тёща женским взглядом оценит, может что-то и посоветует.

Пока остановился на едином меню для всех гостей с несколькими вариантами на выбор для некоторых блюд. В голове сплошной каламбур от названий закусок, холодного, супов, горячего, десерта, фруктов и напитков. Понял, что гуляние будет рассчитано на семь-восемь часов максимум и то не факт, что так затянется. Будет у меня на свадьбе тамада, только сейчас у него другое название - распорядитель или шталмейстер. Не с первого раза запомнил это слово. Зато человек проведёт вечер по всем правилам, начиная от первой фотосессии у храма, потом встречи гостей у входа в ресторан, всего веселия, фотографирования в ресторане, а перед этим и в самом саду, а также музыкального сопровождения.

Тут заготовлен сюрприз для всех. Вот только надо мне отрепетировать вальс, научиться танцевать польку, мазурку и котильоны, чтобы не опозориться. Пять уроков танцев уже оплатил, думаю большего количества не потребуется. Денег конечно вылетит прилично. Не жалко этих бумажек, главное, чтобы всем понравилось и было о чём вспомнить в последствии, рассматривая фотографии.

Вечером заехал к Оболенским и рассказал о проделанной работе вкратце, потому что всё им знать не надо. Заготовлены разные сюрпризы, а зная о них заранее, будет не интересно на гулянке. Пометила в календарике Мария Дмитриевна и день, когда заеду за ней, чтобы наведаться в ресторан. Немного посидели за столом, сдоба, купленная мною по пути, пришлась кстати. Петра Александровича не стал дожидаться и отправился на квартиру.

Застал свою кухарку, Анастасию Никаноровну. Переговорил с ней о будущем. Рассказал, что женюсь скоро и жить буду какое-то время здесь с супругой. Чтобы она не расстраивалась, все договорённости сохраняются прежними, не смотря на моё меняющееся семейное положение.

Последний день недели по напряжённости ничем не отличался от предыдущих. На заводе меня ждали Фогель и Лыткин. Они ещё вчера созвонились и обговорили некоторые вопросы. Александр Карлович привёз из Европы необходимое оборудование для цементного мини-завода, паровые прессы для тротуарной плитки, кое-что для асфальтового заводика и три разобранных грузовика. Вот и пускай Карлович вместе с Павловичем решают, как всё переправить на завод, иначе для чего их нанимал.

Напомнил Григорию Павловичу, что через неделю Новиков Виктор Сергеевич, наш инженер-строитель может приступать к разбивке участка под строительство, а к этому времени надо расчистить поле его деятельности от кустарника и деревьев. Испытаем экскаватор, который будет рыть ямы под фундаменты, а грузовиком вывозить землю. Технику в июне придётся передать Министерству путей сообщений. Всё делать придётся в темпе вальса. Если мой комиссионер просто слушал, то Лыткин всё мотал на ус и едва успевал делать пометки в блокноте. Обговорив текущие задачи на неделю, отпустил обоих.

В цеху работа кипела. За три дня было прилично сделано, даже не ожидал. Первый Шаррон стоял уже на колёсах. Ко второму только приступали. Вчера склепали усиленную раму и за сегодня надо много чего успеть на неё поставить. Луи пояснил, что во вторник уже соберут шасси полностью, всё отработано на предыдущих сборках, сейчас уже намного проще. Люди поняли принцип сборки, механики стоящие, в наличии всё необходимое оборудование и агрегаты имеются, короче работа ладится.

Пошушукался с Луи, обрадовал, что пришли ещё три разобранных грузовика. Скоро пополнимся молодыми специалистами, и они озадачатся их сборкой под присмотром и контроле одного из механиков. Рассказал о своих похождениях в столице, сколько пришлось побегать, понервничать, зато многое сделал. Видно было, что приятель рад за меня. Посоветовал ему на следующей недели выбраться в столицу и заказать себе пошив костюма на венчание.

Нашу беседу прервала какая-то сутолока на повышенных тонах у калитки в цех. Луи возвратился к сборке авто, а я направился к непонятному шумному процессу. Старший охранник, Лебедев Виктор, вместе с дневным охранником Морозовым Серёгой пытаются преградить путь парочке военных. Подойдя ближе обалдел даже.

Генерал лейтенант, которого никогда не видел, а мало ли их вообще в столице, наседал своим тучным, примерно восьми пудовым телом на моих парней, те, естественно старались эту тушу остановить. Генерала ничего не смущало, даже необычная экипировка и неплохое вооружение охраны. Пёр как носорог, думая, что он тут самый главный, неприкасаемый и всемогущий, забыв правда, что не бессмертный.

Подойдя вплотную к генералу представился и попросил документ, который даёт ему право зайти в экспериментальный цех. В ответ только бешеный взгляд и требование немедленного прохода. Себя он никак не обозначил - кто, откуда и цель прихода. Его спутник вёл себя тихо и спокойно, не отсвечивая, как тень, только бросал внимательные, оценивающие взгляды в сторону техники. В конце цеха хорошо были видны и трактор с грузовиком, экскаватор, да и два десятка людей, вертевшихся вокруг собирающихся машин, тоже привлекали его внимание.

Дал знак своим парням пропустить гостей и закрыть дверь на ключ. – Ваше превосходительство, обратился я к генералу, прошу вас следовать за мной для выяснения причин инспекции. И развернувшись, направился в бытовку, где располагались инженеры и механики. Не успел сделать и пару шагов, начал прокручивать в голове варианты такого нашествия, как услышал сзади оскорбление в свой адрес. – Молодой человек, вы болван или ещё не понимаете кто перед вами, в унизительном тоне сказал генерал мне в спину? Это уже был перебор и оскорбление. Быстро развернувшись, внимательно посмотрел в глаза этому зажравшемуся, упивающемуся властью и своим сословным превосходством человеку. Кроме презрения и брезгливости в его мимике ничего более не имелось. –Раз ваше превосходительство не желает продолжить разговор в более тихом месте, ваше право. – В этой собачей конуре хотите общаться с генерал-лейтенантом Отто фон Бергом, прервал меня на слове этот сноб?

А фамилия то знакомая, вернее уже где-то её слышал, промелькнуло в мыслях, вот только где? Лихорадочно прокручивал варианты. Не смотря на такое вызывающее поведение этого фон Берга, подошёл к двери и снял папку, в которой были инструкции для охраны, на случай моего отсутствия в цеху. У ребят был целый пакет документов, которые регулировали именно такие ситуации. Достал один из листов, а точнее копию «Предписания об организации опытного цеха номер пять на Адмиралтейских Ижорских заводах», в котором не расписаны такие пункты как «Структура», «Функции», «Ресурсы» и прочее, однако же детально раскрыт пункт о контроле и отчётности, где чёрным по белому напечатано, что функцию контроля и инспекции может осуществлять лишь сам император, а также Великий князь Михаил Александрович Романов. Подаю для ознакомления генералу.

Не взять поданный документ фон Берг не решился, протянул руку за бумагой, слишком борзый наезд мог иметь далеко идущие последствия. Личное оскорбление мне как дворянину, да и просто должностному лицу - советнику по особым поручениям при губернаторе, должны иметь логичное продолжение, вплоть до дуэли. В морду не дашь, это не двадцать первый век, считается подлостью сейчас.

Видно генерал не знал, как он опрометчиво поступил, потому что, дочитав до места, где Великий князь является Почётным Патроном и цех под его личным наблюдением, слегка крякнул и посмотрев на своего коллегу или сопровождающего, продолжил читать. Далее по тексту ему становилось понятно, что инспекцию он не имеет право проводить, нет у него на это документа. Звание большое есть, а разрешения свыше нет. Вот он уже и лоб протёр платком, вспотел бедолага. За нарушение этого Предписания грозит ой-ёй что нехорошее – строжайшая ответственность перед высочайшими инстанциями, вплоть до предания суду. Там так замечательно отрезвляюще написал император, просто обоссаться можно –«за дерзость в отношении установлений Государя Императора и Его августейшей семьи». И последний абзац почти как из анекдота, про устав и командира, если он не прав. Только тут чуток иначе - если сомневаешься прочитанному, то шуруй с претензиями в канцелярию Его Императорского Величества Великого Князя Романова, нашего Почётного Патрона.

Когда генерал, ознакомившись с документом взглянул на меня, то понял я в тот момент, что сдулся жирненький ломпасник. И тут вспомнил, что мой начальник, когда я служил в корпусе жандармов, генерал-майор Зуев Дмитрий Петрович, намекал о шпионах в генеральском облике, которые служат другим государствам. Берга он точно упоминал, как скользкого, сомнительного типа. Вот только сейчас у меня сложились все пазлы. – Думаю, Ваше превосходительство, настало время поговорить на едене, начал я, предлагаю вам всё же пройти в отдельное помещение, указав рукой на бытовки.

Фон Берг поплёлся как миленький со своим спутником, который был вовсе и не военный, а в мундире непонятного мне образца. Когда генерал прошёл немного вперёд, подозвал Виктора и шепнул на ухо, - Это шпионы и выйти они никуда больше не должны, чтобы нашёл верёвки для рук и ног, прихватил с собою Морозова Серёгу, Луи и Фрола Семёновича. Ждите у двери, позову и скрутим пришельцев.

Ни о чём не подозревавшие «инспектора» прошли со мною в помещение бытовки. –Прошу господа, присаживаться, попросил я, присев на табуретку. Так понимаю, что вас неправильно проинформировали, не разъяснили значение и статус нашего цеха, поэтому вы сочли зайти к нам без соответствующей бумаги. Теперь вы господин фон Берг ознакомились с Предписанием и понимаете, что просто так я не имею права оставить вашу инспекцию без огласки Великому Князю Романову Михаилу Александровичу. Тем более, что вскоре он должен посетить нас, да и отчёт ежемесячный просит наш Патрон делать подробным. Генералу нечего было сказать, переваривал, только желваками двигал.

Заметив в окошко, что группа поддержки захвата уже у двери, да и Виктор поглядывает в окно, дал знак рукой, чтобы заходили. Вероятно, Берг что-то почувствовал неладное, может потому что лица у вошедших были решительные или верёвки в руках у охранников подозрительные, хотел было вскочить, вот только мой пистолет, направленный в его сторону, немного охладил пыл генералу. Его попутчик быстрее разобрался в ситуации. – Што ви себе позвольяете, стал кричать на меня сопровождающий генерала, увидев пистолет, ройба, как разбойник! – Вяжите им руки сзади, да в рот по кляпу, скомандовал вошедшим мужикам. Пара минут и пикнуть не успели как говорится, а ручки связаны. Во рту у фона какая-то тряпка, а у немчика чья-то рукавица замасленная и глазки так у скрученных приятно блестят в злобе и безысходности.

Глава 7

По всем правилам, надо было выйти на полицию или бывшую жандармерию, чтобы они уже разбирались с этими красавцами. С одной стороны, это было бы по закону, а с другой, у генерала имелись свои покровители и вероятно выход на самый верх к покровителям, да и немец мог оказаться не простым обывателем, их могли прикрыть от гнева царского, пожурить и отпустить. Впрочем, могут и наказать, к примеру германца, вышлют на родину, а Берг пойдёт на пенсион.

До конца рабочего дня оставалось ещё прилично и что делать с непрошенными гостями пока не знал. Хорошо бы выяснить цель визита и кому мы стали так интересны. Отпустив всех по рабочим местам, кроме старшего охраны, Виктора, стал размышлять под дружное мычание связанных. Не хотелось брать грех на душу, да ещё и перед венчанием, а так можно было бы по-тихому уконтрапупить обоих и дело с концом. Отпускать без гарантий, что не будет какого-то удара исподтишка впоследствии, то же нельзя. Решил, что всё же надо сообщить генералу Зуеву.

Попросил Виктора не спускать глаз со связанных и не вступать с ними в разговор, отправился к директору, чтобы от него позвонить в столицу. К удивлению, дозвонился быстро, несколько минут переговорил с бывшим начальником, он понял, что дело серьёзное и пообещал ближайшим поездом выехать с группой для разбора ситуации на месте. Виктор Антонович, в чьём кабинете сейчас говорил по телефону, любезно оставил меня одного, когда узнал по какому поводу надо позвонить. Естественно, пообещал ему позже всё рассказать, наивный администратор, главное вовремя сказать то, чего ожидает человек.

Возвращаясь в цех придумал как припугнуть и, хотя бы что-то узнать от неудавшихся инспекторов. Двое рабочих занесли ящик приличных размеров, куда можно было бы свободно поместить человека, в нём французы продали нам детали от Шаррона. Пояснил генералу и немчику, что если мне не понравятся их ответы на заданные вопросы, то поместим их в ящик и закопаем за забором, как только стемнеет. А что бы лучше думалось, положили германца в ящик и начал допрашивать генерала. Виктор присел на ящик, чтобы тот не ходил ходуном, видно у немца клаустрофобия или он таким образом выражал желание первым излить душу.

После того, что рассказал Отто фон Берг, Альберта Штауффена, можно было и не допрашивать. Генерал был действительно куплен немцами с потрохами, ещё давно, более пяти лет работает на них. Атташе германского посольства курировал деятельность предателя. Немцы, узнав, что появилось новое предприятие по выпуску автомобилей, решили узнать всё о возможном конкуренте и по возможности внедрить к нам своего человека под видом рабочего или механика. С генералом пришёл инженер, который и должен был осмотреть наш цех и сделать соответствующие выводы. В подробности деятельности фон Берга не вдавался, помня, что чем меньше знаешь, дольше проживёшь. Пусть этим занимается контрразведка. Когда генерал облегчил свою душу, вынули из ящика немца, правда с мокрыми штанами, видно сильно испугался, распереживался бедолага.

К шести вечера пожаловало ведомство, которое займётся пойманными пособниками или двурушниками, а возможно изменниками и иудами. Зуева не было в приехавшей группе, был полковник Мартынов. Александр Петрович оформил протокол и попросил посетить их ведомство, не откладывая в долгий ящик, а прямо в понедельник с утра. Приехали наши спецслужбисты на авто и как понял из короткого разговора, собрали этот фаэтон на заводе «Фрезе и ко» в столице из германских комплектующих фирмы «Даймлер». Впятером разместились с трудом, плюс брезентовый верх от дождя и приятного попутного майского ветра в физиономию. Мы постараемся сделать вариант покомфортабельней, впрочем, всему своё время.

Луи остался на выходной в Колпино. Француз и на родине не забывал о церкви, а в России вообще ему понравилась литургия, не зря же он стал православным. Поэтому завтра с утра на службу, а потом поможет Грише Лыткину и нашему комиссионеру Фогелю с выгрузкой вагонов. А я отправился в столицу.

Выходной пролетел незаметно. Полдня в соборе, после обеда заскочил к Оболенским. Неожиданно начавшейся дождик спутал все карты - прогулка по набережной отменилась. Решили поговорить о том, где мы с Аней будем жить после свадьбы, не поедим ли куда-то в свадебное путешествие. Такими вопросами завалил Пётр Александрович, да, не тёща и будущая жена, а тесть.

Застал не врасплох, но как-то неожиданно, хотя практично. Порассуждал со своими будущими родичами на эти темы. Рассказал, что возможно к зиме придётся перебраться в собственный дом в Колпино, а пока поживём в моей квартире. Намекнули мне о ремонте, смене обстановки и всё в этом духе, это уже дамы меня расспрашивали. О поездки в Крым пока молчу. Пообещать можно, а вдруг что-то перебьёт? Лучше всё будет неожиданностью и сюрпризом.

С тестем часа полтора поговорили. Он думает, что всё же создадут структуру, отвечающую за грунтовые дороги. Надеется, что поставят его возглавлять «Росавтодор». В свою очередь и я напомнил ему, что техника готова, главное, чтобы у него всё выгорело. Смотрю, на нервах тестюшка, переживает.

Понедельник начался с побегушек. Заскочил в бывшее своё ведомство, которое после реформ стало заниматься контрразведывательной деятельностью. Внутренняя структура несколько поменялась. Обо всех пертурбациях кто мне правду расскажет, тем более бегают все как наскипидаренные. Взяли с меня показания и припомнили, что обещал сделать бронеавтомобиль для их службы. Когда им напомнил о спецгруппе, обучении и её экипировки, в ведомстве промолчали. Отношения к их службе не имею, поэтому и слово моё, так для звука. Зато намекнули, что скоро в Колпино прибудет человек из их службы, который выйдет со мною на связь. Загадочно, однако, впрочем, поживём и всё узнаю.

Заскочил на примерку костюма. Хоть тут всё идёт своим чередом. Заказал не только свадебный наряд, но обновить надо повседневный и на выход в люди, так сказать. По пути посетил оружейный, прикупил для стрельбы нашей охраны всё необходимое. Раз в неделю надо парням, да и мне не помешает, пострелять, чтобы навыки не терялись. И махнул в Колпино.

Повезло, что попал на обед, а то в животе уже бурчало. Два с половиной дня занимались сборкой второго автомобиля и почти его закончили. В крайнем случае в среду до обеда у нас будут собраны два авто и начнём планировать внешность броневика. После обеда во вторник нас посетил Залесский. Директору звонили из канцелярии губернатора и просили меня прибыть в среду. Якобы прибыли документы на землю под строительство. Эти поездки отвлекают от дела, но если есть уже разрешение на строительство, то ко времени. В понедельник, то есть через четыре дня, прибудет в посёлок инженер-строитель.

Поездка в столицу была плодотворной. Удивило то, что сам Михаил Александрович Романов вручил мне документы, которые дают право на начало строительства, а также владения выделенного участка. Зачитывал документ сам Михаил, а губернатор только прилагался. Оказывается, император не подвёл и своим Высочайшим Повелением соизволил передать из состава казённых земель участок в десять десятин в бессрочное и безвозмездное пользование, однако с условиями.

Если вкратце, то этот участок предоставляется исключительно для устройства жилого селения с необходимыми строениями и угодьями для рабочих опытного цеха, дабы улучшить их быт и предоставить им благоденственное и оседлое жительство. Всё, что мною будет построено и возведено за мой счёт и старанием, признаются моей собственностью. Земля отчуждается лишь в пользование и не может быть отчуждена, заложена или обращена в предмет купли-продажи. Однако, если селение перестанет служить указанной цели или мои наследники откажутся от сей обязанности, земля подлежит возврату в казну, хотя полная стоимость построек и улучшений возвращается мне или наследникам в полной стоимости. Данное Повеление имеет силу непреложного закона.

Хотелось бы эту землю иметь в собственности, но и так неплохо, мои инвестиции будут защищены законом. Если история этого мира пойдёт по другому пути, чем в той истории, когда случился переворот и к власти пришли большевики всё отобрав и поделив, а порой просто разрушив, то постараюсь изменить облик всего посёлка и наш микрорайон послужит примером, началом изменений к лучшему. Посёлку надо становиться городом.

В приватной беседе с Великим князем, дал ему понять, что мы подошли в плотную к созданию бронетехники. От императрицы знал, что эта тема его очень интересует, поэтому пригласил посетить цех. Если князь по серьёзному займётся совместно с нами новыми разработками и получится удачный вариант броневика, тогда он станет нашим лобби в области, доселе не касаемой Российской империей. Параллельно надо наладить как выпуск легковых машин, так грузовой и строительной техники. Будем стараться обойти наших конкурентов, в той или иной степени пока опережающих нас самих, начав выпуск своих авто и в столице, и в Москве.

Не помню в каком году выйдет на рынок ещё и Рижский «Руссо-Балт», однако мы просто обязаны быть впереди. Всё, что станет выходить из нашего цеха должно опережать на шаг всех остальных. Сегмент машин у нас конечно трудоёмкий и сложный - броневики, строительная разнообразная техника, вот только хочется и легковые авто выпускать, но для среднего класса прежде всего, так сказать создать народный, массовый автомобиль. Буду надеяться, что в понедельник увидим князя Михаила у нас.

В пятницу Луи пол дня самостоятельно пытался по нашим зарисовкам составить схемы размещения стальных балок - каркаса, на которые собственно и будут крепиться бронелисты. Это очень важный момент. Прежде всего потому, что если мы увеличим так называемый «скелет» из балок, то утяжелим конструкцию и общую массу авто, что уменьшит её проходимость, снизит скорость в конце концов. И меньшее количество вредно, так как это будет просто консервная банка, где корпус будет гнуться и болтаться на пересечённой местности. Чреват такой минимализм даже разрушением корпуса.

На западе инженеры и конструкторы пошли самым не замысловатым, простым и лёгким путём – использовали шасси легкового автомобиля для создания бронемашины. Таким же путём пойдём, и мы на начальном этапе. Хотя это тупиковое решение. Наши бронеавтомобили не вызовут ажиотаж в Европе и Америке. Там подумают, что мы копируем их. Однако, нам надо вскоре менять подход к конструированию таких машин. Пусть я почти ничего не разбираюсь в типах бронемашин и их названиях двадцатых-сороковых годов Советского Союза, да и зарубежной техники тех времён, впрочем, знаю главное. Прежде всего мне ведомы тенденции развития, примерные внешние формы, значение наклонной брони, увеличение проходимости за счёт дополнительного ведущего моста, появления гусениц, переноса двигателя в корму и что поворачивающаяся башня на триста шестьдесят градусов заменяет несколько торчащих стационарных пулемётов в разные стороны. Думаю, что на мой век и этого будет достаточно, а там глядишь и наши конструкторы с инженерами что-то придумают прорывное.

Когда в цеху прикидывали как бронировать Шаррон, мы с Залесским и его инженером, отмечали маршрут ветки ответвления от железнодорожной линии прямо к нашему цеху. Сразу прикинули количество материалов и всего сопутствующего, конвертировав всё в деньги, мои кровные, правда не мозолями заработанные, но так быстро покидающие родненькую кубышку.

Сразу после обеда отправились стрелять на берег реки с командой охраны, прихватив с собою и Фрола. Луи пообещал присоединиться в следующий раз, а в данный момент с мелом и аршином колдовал над шасси. Ребятки из охраны повысили свои навыки относительно первоначального уровня. Чувствуется, что оружие становится привычным элементом их деятельности, точность и кучность удовлетворительны и, если что, не промахнутся. Условились, что с наступлением тепла стрелять будем каждую неделю.

К концу субботы, Луи сделал чертёж размещения балок для крепления к ним бронелистов. Количество самих листов обсчитать уже не составило большого труда. Однако, часть из них должны были пройти цементацию, чтобы усилить живучесть как мотора, так и экипажа. У нас имелось с десяток фотографий различных бронеавтомобилей, что выпускались на западе.

Первую машину решили сделать если не копией, то нечто среднее из всего нами виденного. Испытывая первый свой образец, хотим его обкатать на разных режимах и пересечённой местности, обстрелять с различных ракурсов и в целом сделать оценку наших возможностей по изменению корпуса и вооружённости, что уже воплотится во второй машине. О том, что можно сделать, во-первых, некоторые листы сферической формы, а во-вторых, не стационарную, а поворачивающуюся башенку с пулемётом – никому не говорил. Причина проста, знаю, что можно сделать её такой, а вот как воплотить, надо думать. Потому что это немного утяжелит если не центр, то вторую половину кузова точно. И вдобавок, не знаю, сможем ли мы это сделать на нашем этапе технического развития. Сам принцип уже нарисовал, сложного там нет ничего, запомнил из прошлой жизни. Как-то просматривал разные виды техники военных и послевоенных времён и случайно промелькнула схема танка тридцать четвёрки в разрезе. Увеличив схему, рассмотрел и понял, что всё элементарно. Башня на танке тяжелее, чем в нашем случае и механического способа поворота, то есть вручную поворачивать, пока будет достаточно. Тем более, что электродвигатели сейчас не малых размеров, а внутреннее пространство броневика очень ограниченных размеров. Буду надеяться на талант и инженерные навыки приятеля при дальнейшем усовершенствовании броневика.

Со всеми расчётами отправились к директору, ибо он уже должен дать команду на выплавку определённого объёма стали, тем более, что мы хотим ещё провести цементацию, да и броня у нас будет не одной толщины, а разной, потом надо гнуть прессом некоторые из листов, это целый процесс технологический. Договорились, что готовый прокат без цементации будет готов ко вторнику. Сутки некоторые плиты будут находиться в печи, поэтому Виктор Антонович пообещал, что к четвергу мы получим свой заказ в полном объёме.

Три дня сидеть сложа руки не будем. За это время установим балки, которые требуется нарезать разной длинны, склепать и покрасить, в общем, только начать и кончить.

Выходные мы отдохнули с Луи по-холостяцки. На это были так сказать технические причины слабого пола. После собора, предложил съездить приятелю в Таврический сад на рекогносцировку, так сказать. Своими глазами увидеть то место, куда собираюсь после венчания заехать. Осмотрев всё, сделал несколько выводов, один из них, - плохо, что основное цветение будет до дня свадьбы, зато уже всё будет зелено и вероятно намного теплее. Даже проехались мимо ресторана, где будем отмечать будущее событие, однако, решили пообедать в соседнем. В целом немного отдохнули и развеялись.

Рабочая неделя погрузила в работу с головой. И если Луи занимался автомобилем, то мне пришлось большую половину дня вместе с Лыткиным Григорием и прибывшим строителем Новиковым Виктором Сергеевичем, размещать людей на постой. Кого-то возьмут наши рабочие, других поместили в бараки заводские. В дальнейшем, как потеплеет, наш инженер-строитель привезёт с десяток палаток и народ будет спать не далеко от стройки. Когда понял, что мой приказчик и строитель нашли общий язык и сами справятся, отправился к Залесскому с огромным списком всего необходимого для начала строительных работ. Контракт на поставку заключили ранее, теперь только контроль и приятельская помощь Виктора Антоновича помогут нашему делу.

В какие-то периоды на наших стройках будет до пятидесяти строителей, не считая разнорабочих. Такую ораву надо кормить и думаю, что неплохо кормить. Поэтому во вторник мы с Луи и парой охранников выехали в столицу. Мне надо забрать свой заказ в мастерской, Луи, наоборот заказать костюм и купить всё остальное, так как отвлекаться нам не придётся в течение недели-полторы. Заодно прикупим продовольствия.

Свой транспорт иметь, это конечно хорошо, только качество дорог, которые после осенней распутицы, зимы и весенней слякоти ещё не восстановили, удлиняют по времени поездку и за технику переживали. Вот только напрасно напрягали нервную систему, всё обошлось. К концу рабочего дня добрались обратно до посёлка гружённые по полной.

Второй инженер нашего цеха, который больше специализируется на металле и сплавах Колпанов Семён Александрович, успешно справился со своим заданием. Наш будущий броневик стоял в цеху похожий на огромный багги - корпуса сплошного нет, весь в балках и стойках, как прозрачный автомобиль. Договорились с парочкой рабочих на внеурочную работу, чтобы, не теряя времени во вторую смену покрасить стойки кузова. Которые за два дня должны высохнуть и с пятницы начнём клепать бронелисты к корпусу. Краска этого времени не менее вредна и дурно пахнущая, поэтому внутри корпуса будет плоховастенько. А потом вспомнил, что надо и листы вскрывать, хотя бы, ту сторону, что станет внутренней поверхностью. Тут мы затянем процесс сборки до понедельника. Снаружи надо вскрывать броневик не один раз, особенно нижнюю часть, что больше подвержена коррозии. Когда создадим достойную модель, то надо будет попробовать нанести камуфляж, что точно будет для всех неожиданностью.

Думал, раз князь Романов не приехал к нам с начала недели, то уже и не будет его, а нет, всё-таки прибыл в среду. Показали и рассказали Михаилу Александровичу всё что наворотили. Дали даже князю выехать на площадку перед цехом, заодно пусть проветрится цех от запаха краски. С увлечением слушал князь и иже с ним, когда рассказывал, что желаем испытать на первом образце, чтобы второй был значительно лучше.

Романов стал вникать в вопрос причин появления такой техники. Думаю, что здесь он хитрил и юлил, так как я знал о нём уже кое-что. Прежде всего, что князь окончил Михайловское артиллерийское училище, что уже показатель. Да и должность у него не просто номинальная, а действительно он командир полка, причём гвардейского, правда не запомнил какого. Своими обязанностями не манкирует, наоборот муштрует подразделение. Звание у него генерал-майор, а на должности всего лишь командира полка. Другому офицеру было бы не комильфо чувствовать себя, как бы на понижении по сравнению со званием. Несмотря на это, Михаила Александровича такое не удручало. В свои двадцать восемь, он не плечами расталкивал сослуживцев, чтобы подняться до командира полка, а князя просто назначили. Для него служба – это не военная карьера, где офицер пробивается чинами, а постепенное введение в управление армией в соответствии с возрастом. В этом случае статус определялся не погонами, а титулом. Как никак он являлся вторым лицом в линии престолонаследования после своего племянника царевича Алексея, что ещё младенец.

Мало-по малу, выяснилось, что князь командует конно-гренадёрами. Сразу не понял, что это за подразделение, между тем князь всё разложил по полочкам, не мало удивляясь, отчего бывший ротмистр этого не ведает. Стыдно было просто жуть, как студенту на экзамене — где пять минут позора, а потом, хоть трава не расти.

Оказывается, гренадеры являются отборной, элитной кавалерией, причём мобильной, так сказать. Их используют на ответственных, решающих участках театра военных действий. Кони у них как квадрациклы или боевая машина пехоты в понимании человека двадцать первого века. Другими словами, это не пехотное подразделение с высокой мобильностью. Когда я это узнал, то созрел гениальный план, которым и поделился с князем.

Слёту предложил ему парочку вариантов взаимодействия броневика с его подразделением. Во-первых, фланговая поддержка с целью подавления противника, пока та выдвигается на рубеж атаки, а потом развернувшись в боевой порядок уже атакует. Выехать, на расстояние метров в пятьсот и обработать окопы, пулемётные гнёзда противника, пока на него все отвлекутся, дать возможность приблизиться как можно ближе к цели для рывка или молниеносной атаки. Потом бронемашина резко убирается с позиции, пока артиллерия не разнесла её как консервную банку в клочья. Во-вторых, использовать броневик для разведки, рейду по тылам наводя панику, нарушения связи или осуществления диверсии в тылу противника.

Естественно, что Михаил Александрович, решил сразу же проверить на практике новую тактику. Он решил в запале взять вообще быка за рога, то есть предложил, а почему бы бронемашине не выехать на поле и не поддержать наступление? Всё же пришлось его огорчить. Пояснил, что на данном этапе невозможно использовать броневик непосредственно на поле боя. И причин тут несколько. Главная- это слабая проходимость на пересечённой местности. Легковая машина не везде проедет, а утяжелённая бронёй тем более. Стоит только застрять в воронке, расщелине, яме или просто большой луже, сесть на днище, всё, грозная машина моментально превращается в лёгкую мишень для артиллерии, пулемёта и даже ружейной пули с расстояния в сто шагов. При отсутствии мощных моторов нельзя увеличивать бронезащиту, не потянет двигатель такую тяжесть. Надо поднять клиренс, делать машину с несколькими мостами, где все или половина из них будут ведущими. Возможно применить гусеницы. Много чего надо изменить и добавить в бронемашину, чтобы она стала помощницей пехотинца на поле боя. О том, что у меня в мыслях целая линейка бронетехники - танк, самоходная артустановка, тягач для артиллерии, пока держу в себе, хорошего как говорят понемногу.

Пообещал князю, что настанет время, когда такие машины станут перевозить пехоту и простой винтовкой будет уже не пробить броню, а спешившись, солдаты смогут даже прикрываться ею, да и огневая мощь броневика станет такой, что сейчас вообразить сложно. Когда сверху в башне будет стоять не один пулемёт, а пушка с пулемётом и башня поворачивается на триста шестьдесят градусов- это станет очень серьёзным и мощным оружием.

Впрочем, Михаил Александрович, сразу смекнул, что не всё так просто будет. Противник изобретёт оружие, чтобы поражать такие грозные машины. И что тут сказать, он зрит в корень, не зря носит погоны. Всё так и будет. Припомнил сразу своё прошлое время, когда обычный дрон, ну не копеечной стоимости, допустим в несколько тысяч или даже десятков тысяч, а подбивает танк, который стоит миллион и защиты практически стопроцентной нет. Чего только не навешивали сверху на бронемашины, чем только не укрывали их и всё равно, с пятого, десятого раза загорались бронированные монстры двадцать первого века, как спичечные коробки.

Пришлось напомнить, что такую грозную машину надо использовать с умом. Она, к примеру, пришлась бы кстати подразделениям полиции, которая преимущественно действует в городских условиях, где дороги не напоминают поле боя. Для охраны грузов, при сопровождении значимых особ. Романов счёл такие идеи вполне реалистичными и пообещал поделиться увиденным с императором.

Михаила Александровича сопровождали два офицера из его полка, которые не вступали в разговор, однако внимательно слушали и с любопытством ознакомились с будущим броневиком. Думаю, что удивили мы военных, дали им пищу для размышления и последующих жарких споров. О западной технике они слышали скорее всего, по сути это их обязанность, но вот увидеть воочию, потрогать - ещё не приходилось. Напоследок, князь попросил, чтобы вторую машину сделали более совершенной, и он упросит Николая второго, ради эксперимента оснастить ею его полк.

В свою очередь напомнил князю, что хорошо бы водителя подготовить из числа его подчинённых и обучать придётся не только вождению, но и умению обслуживать, делать мелкий ремонт. Напомнил, что бывают такие моменты, когда экипаж, ради спасения своих жизней, должен знать, как водить машину, как стрелять из пулемёта и осуществлять мелкий ремонт. Взаимозаменяемость никогда не помешает. Моё предложение озадачило офицеров, однако не огорчило, наоборот нашло отклик. Князь пообещал подъехать к нам к концу следующей недели. На этом и расстались.

Глава 8

На следующий день мы получили готовые бронелисты, которые сразу же начали красить. Три дня на просушку и с понедельника продолжим сборку. В пятницу отстрелялся вновь на берегу вместе с охранной. Два дня обговаривали в расширенном кругу - инженерами и механиками, как мы будем на втором броневике устраивать поворотную башню. Вроде бы всё ясно и идея, что предложил всем понравилась, только много видов работ, что раньше не приходилось делать. Поэтому разделились на две группы, одна обговаривала редуктор механического поворота башни, а вторая, как лучше сделать ложе, в котором будут цилиндры-подшипники и как это кольцо крепить к корпусу.

В субботу, наши инженеры представили полный чертёж в размерах и спецификацию всего узла. Теперь мы знали из чего состоит связка - башня и крепление к корпусу, из скольких деталей, из чего они будут сделаны и как всё соединяется. Эту сложную работу требовалось проделать для того, чтобы не возникло разночтение, а также для заказа необходимых деталей и заготовок по другим цехам, прежде чем всё сделанное попадёт обратно в наш цех для сборки.

Одновременно мы высчитывали стоимость всех узлов, агрегатов и прочего, чтобы потом скалькулировать номинальную стоимость машины, то есть её себестоимость. На этом стоит экономика. Как освоим достойную модель, так начнём её продавать. Первые на очереди будут военные и полиция, а значит госзаказ. Модификаций бронемашин для гражданских лиц может быть много, к примеру- инкассация, перевозка ценностей или важных персон и прочее. Это будет не ширпотреб, а индзаказ. Возможно, что-то сделаем сами, а потом будем сдавать в аренду под конкретное дело или мероприятие.

Пока всё держится на моём капитале, вот только пора бы и прибыль получить со своей продукции. Это только так кажется, что когда у тебя миллион, то хватит на сто лет. Недавно снимал деньги в банке на свадьбу и проверил счёт. Увы и ах, четыреста тысяч потратил за семь месяцев, а стройка только начнётся и пойдут нехилые расходы. Для личной жизни несомненно хватит, тут грешно прибедняться, однако хочется столько всего сделать, на что требуются не просто деньги, а большие деньги.

До венчания оставалось чуточку больше недели. Оттого на выходной припал неплохой геморрой - после воскресной службы вторую половину дня сначала опустошал квартиру от мебели, которую с удовольствием прихватизировала семья поварихи, а потом запустил бригаду ремонтников. Универсальные ребята попались по наводки нового инженера – строителя. Где подбелили, где подкрасили, впрочем, обои были и так хороши, поэтому их не касались, главное всё вычистили, вымыли. Ночь переночевал у Анастасии Никаноровны, которая от радости не знала куда меня уложить. Мебель была неплохая в моей квартире, вот только я знал, что ею пользовались многие годы и все, кому не лень, квартира была конспиративной, пока она не досталась мне. Выкидывать, а тем более продавать вполне добротную мебель не собирался, решил просто отдать неплохим людям.

Как-то втихаря передал ключ Анюте, чтобы они с Ириной Павловной, со своей горничной, осмотрели квартиру, прикинули бы, что необходимо купить от мебели, штор и занавесок, до посуды и ковровых дорожек. Денежки оставил в условленном месте на все прихоти. Со временем в письме узнал, что и где заказано, когда будет изготовлено и доставлено. Поэтому и случился у меня такой аврал, что завтра привезут всё необходимое уже в нашу квартиру.

С утра понедельника отвлёкся на пару часов из-за поездки с тёщей в ресторан, где она как хозяйка и просто женщина просмотрела меню, сделала некоторые замены, а я оплатил вторую часть залога. Вот только сегодня управляющий получил зелёный свет и теперь можно быть спокойным, что повара не подведут, ведущий будет стараться от всей души, а музыканты веселить на все лады.

К часу дня стали свозить мебель. Вся она из дерева, тяжёлая и одновременно качественная, и красивая, тем не менее весьма неплохо накаченные грузчики красные и потные стараясь ничего не повредить, аккуратно вносили и расставляли её на нужные места. Обстановка квартиры к шести часам поменялась полностью. Всё же стало лучше и как-то уютнее что ли, есть вкус у будущей супруги, подумалось мне. Семейное гнездо ё-моё. Мне, прожившему всю жизнь в частном доме, если честно, как-то тесно в квартире и всегда присутствует ощущение, что я не на земле, а где-то в воздухе. Может дом в Колпино поможет чувствовать себя иначе, как в прошлой жизни? Никаноровна завтра наведёт порядок, а сегодня только переночевать и опять в посёлок.

Неделька суетная перед свадьбой выдалась. Тем не менее радовало одно, что мы к субботе склепали, а кое-где скрутили болтами последний бронелист, как к нам вновь пожаловал, впрочем, как и обещал, Романов Михаил Александрович. Да не один, его близких офицеров не в счёт, а с будущим экипажем на броневик. Князь представил двух рядовых, один будет шофёром, второй помощником пулемётчика. Естественно, командиром экипажа и в том числе стрелком назначался поручик. Глаза у троицы «горят», все заряжены энергией.

Эх ребятки, не завидую вам, подумалось мне. Теснота, болтанка и гарь от выстрелов - это только часть проблем, что вас ожидает. Обслуживание после боя или пока что просто испытаний, вот что вас доведёт до белого колена. Хотя и считали Шаррон качественной машиной, вот только чтобы она ездила, надо часами бегать вокруг неё, как шаман с бубном, так и вы будете постоянно что-то подкручивать, где-то смазывать, чистить, подкрашивать. Самое главное, не знаем пока, как броня защитит вас от пуль и осколков. Всё покажут испытания.

Экипаж броневика будет проживать в Колпино. Расположатся в роте штабс-капитана Углова. С утра будут приходить в цех, как на службу. Договорились, что со среды, то есть с тридцатого мая по десятое июня, они изучают бронемашину, тренируются, обслуживают. Затем экипаж своим ходом прибывает в летний лагерь полка и уже на месте отрабатываются некоторые элементы тактики. Там же и мы испытаем бронемашину - подорвём рядом с ней осколочный фугас, с пулемёта причешем, из винтовки постреляем с разных ракурсов. Если полностью не угробим, то восстановим в цехе машину. Зато будем знать её технические характеристики и способность корпуса к защите экипажа от разных средств поражения. Что естественно учтётся при разработки второго броневика.

Нам оставалось установить пулемёт в башне и доработать жалюзи для шофёра, так как пока бронестекла нет, то придётся выкручиваться таким образом. Для всех присутствующих, бронеавтомобиль был чем-то выдающимся. Однако на меня он сильного впечатления не вызывал, было с чем сравнить, хотя конечно для этого времени и это чудо было достижением. Пришлось сделать импровизированный митинг- собрал всех своих к броневику, правда на него не залез, как кое-кто в моей истории, поздравил всех, потому что каждый причастен к нашему успеху. Заверил коллектив и великого князя, что у нас впереди каждая следующая машина будет более совершенной, надёжной и соответственно смертоноснее для врага.

Афишировать наши достижения пока мы не собирались, надо провести испытания, что-то исправить, изменить, доработать и уж потом заявлять о себе. Пока начальник мой охраны на грузовике отвёз на постой экипаж броневика в расположение роты, мы с князем немного поговорили наедине. Он выразил озабоченность в связи с поимкой в нашем цеху высокопоставленного офицера, работающего на другое государство. Такие шевеления не спроста. Я не стал развивать данную тему, потому что знал, что в нашем королевстве очень сильно течёт. Между тем реформы силовых ведомств проведены, пусть и не полностью, но результат должен себя проявить в усилении мощи страны. От Михаила Александровича получил десять тысяч рублей, к тем что были даны ранее. Поздравил меня, напомнив, что скоро у меня венчание. В свою очередь и я пригласил его на торжество.

Когда князь с офицерами отбыл в столицу, мы в узком кругу, имея ввиду инженеров и механиков, обсудили план по завершению оборудования бронемашины сидениями для экипажа, местом хранения боекомплекта и так по мелочи нашлось с десяток мелких доработок. Предложил Фролу сшить шлемы из толстой кожи для того чтобы уменьшить звуки от стрельбы и уберечь голову от травм. Нарисовал примерную форму, а дальше пусть фантазирует. Хорошо бы форму иметь особенную экипажу, например, из кожи для лета, чтобы меньше пачкаться, а зимой меховые комбинезоны, чтобы не замёрзнуть в этой железной коробке. Всем объявил, что до четверга меня не будет, поэтому, сначала Луи, а потом Колпанов Семён Александрович, второй инженер заменят меня на это время. И надо заказывать в литейке отлив деталей для крепежа башни на второй броневик.

Всю прошедшую неделю, пока цех собирал броневик, работа кипела и на месте будущей стройки. Сам там не был, однако мой приказчик Лыткин вместе с инженером-строителем Новиковым развили бурную деятельность. Вся стройплощадка расчищена от кустарника, пока только намечены места под каждый дом с участком, примерно определено место прохождения дороги. В общем с мёртвой точки сдвинулись и в направлении строительства микрорайона.

На венчание и свадьбу пригласил инженеров, порученца, а там уж как они захотят. Надо не забыть торт праздничный привезти на обед всему цеху. Луи приедет в столицу вечером в понедельник, а я уже уезжаю из посёлка на четыре дня.

В воскресенье мы с Анной были на службе в церкви, где пройдёт венчание. Протоиерей Василий сначала поговорил с нами, будущими супругами и потом с родителями невесты, получил разрешения от настоятелей церквей, куда мы раньше ходили, и тесть предоставил венечные предбрачные свидетельства, что выдали в Духовной Консистории, которые являлись допуском к таинству Венчания. Затем исповедал меня и Аню. Всё это было перед началом службы. На литургии отец Василий нас причастил и после службы благословил до вторника. В целом, я был уже готов к таинству, но ощущался какой-то внутренний мандраж.

Солнечное утро первого дня начавшейся недели было тёплым, что подняло настроение. До обеда надо было забрать костюм Луи из ателье, потом проехаться по магазинам Невского проспекта. Прикупил немного продуктов, так чтобы можно было сделать бутерброды - немного сыра разных сортов, копчёного мяса, сушёных и вяленых азиатских фруктов, вина сухого и полусладкого, пару бутылок шампанского. Крепкого ничего не брал. Как никак у меня медовый месяц скоро начнётся. Заказал букет белых роз для Ани и розовых пионов для тёщи. Их подвезут к дому Оболенских, когда завтра утром заеду за невестой.

К моей радости, Луи не выдержал до вечера и приехал в тот момент, когда я дома обедал. Решили за столом, что надо отправиться в баню, заодно он поделится поселковыми новостями. С утра, под руководством механика Фрица Вайса, на место строительства отправился экскаватор, а грузовиком управлял Фёдор. Заодно Вайс хочет подучить нашего маляра работе на экскаваторе. Очень уж хочется Михаилу Троицкому научиться управлять этим американским монстром. Маляра, если что найдём, а своего специалиста экскаваторщика надо обязательно вырастить. Подумалось, что с помощью техники, может быстрее пойдут дела на объекте, дней пятнадцать уже потеряли, надо навёрстывать. Начальник строительных работ, человек с опытом, им управлять не придётся, подсказать, посоветовать возможно и надо будет, поживём-посмотрим.

Напарились в баньке так, что по приезду на квартиру, часов в восемь решили завалиться спать. Долгий и напряжённый будет грядущий день, а силы нам не помешают.

Ночью ничегошеньки не снилось. Рано проснулись с приятелем, сделали хорошую зарядку. Луи что-то перекусил, ну а мне, ничего не хотелось. Принарядились и помолившись направились за извозчиком и вперёд, к Оболенским. Хотелось побыстрее увидеть свою ненаглядную. Иногда приходилось отпускать своё молодое тело, а ум предпенсионного мужика отодвигать подальше, чтобы меньше ворчать, анализировать, сравнивать и сопоставлять. Всё же мне двадцать два и сегодня значимое событие произойдёт в моей жизни, да и не только у меня одного.

Аня была сногсшибательна. Великолепное платье, минимум макияжа и украшений, да она и без этого обворожительна. Хотелось её прижать к себе и не отпускать. Однако же ещё нельзя. Между тем, вручив букеты и наговорив всем комплиментов, спустились вниз, где нас ждали экипажи. Все дамы, ехали в карете, а мы в открытом фаэтоне. Гости нас должны встречать у церкви. Подъехав к месту бракосочетания, меня что-то слегка заколотило, хоть и не старался ни о чём не думать, да куда там. Вот только под тридцать человек гостей и батюшка в белом одеянии встречали нас с радостными лицами, а я не могу настроиться на нужный лад. Какое там веселье. Хотя и улыбаюсь Анне, только чувствую, и она напряжена. Вокруг нас суета, уже во всю руководит распорядитель свадьбы. Поднимаемся по ступеням и входим в церковь.

Лучи падали сквозь узкие окна, зажигая золотые ризы и оклады икон, заставляя миллионы пылинок танцевать в столпах света. Воздух густой от запаха ладана и воска, алтарник старался подкладывать новые порции ладана в кадило, а батюшка нещадно кадил, читая молитву обходя по кругу внутри церкви. Мы стояли в пяти шагах от аналоя, в сторонке гости. Посмотрел на свою любимую и она почувствовав взглянула тоже. Глаза у неё блестели, вероятно от слёз. Наверно от нахлынувших чувств.

В начале мая две тысячи двадцать четвёртого провалился в декабрь тысяча девятьсот четвёртого и снова май, только тысяча девятьсот шестого. Полтора года прошло, как я здесь. Лезет в голову не то что надо. Голос протоиерея Василия, зычный и бархатный, одновременно мощный и нежный, ясный и обволакивающий, несущий силу и теплоту, он прямо физически ощущается, что и вернуло меня в реальность. – Благословен Бог наш всегда, ныне и присно, и во веки веков.

Уже как-то не так остро воспринимается потеря своих близких- сына и мамы, родных А у нас там война. Да, так можно и с ума сойти. – Господу помолимся. Что же такое, отвлекаюсь в такой момент. Ловлю себя на том, что механически склоняю голову, крещусь. Молитва льётся плавным потоком, а мои мысли что-то мечутся, тишина и спокойствие должны быть, но нет, у меня тревога в душе. Посмотрел снова на Аню. У неё умиротворённое лицо, а у меня перед глазами мои дорогие близкие люди и страх за них. Мой мир рухнул, и я пытаюсь выжить, найти точку опоры. Анна… Она как раз стала этой точкой. А не предательство ли это по отношению к ним, моим, там?

Опять выдёргивает молитва из мыслей. – Рабу Божию Сергию и рабе Божией Анне обручаются? Священник вопросительно смотрит на нас. Поймав взгляд Анны, повторил - Обручается. Наступает вероятно важный момент. Отец Василий возложил на мою голову венец. –Венчается раб Божий Сергий рабе Божией Анне… Венец был тяжёлым и холодным. Если бы не попал сюда, то вместо венца была бы каска, а скорее тюрьма, ибо не хотел убивать своих же братьев славян. Какая же это благодать - чувствовать рядом близкого человека, чья улыбка греет сильнее этого майского солнца.

Нас ведёт за собой вокруг аналоя батюшка и поёт – Святии мученицы, добре страдальчествовавшие… Не помню, как я там отмучился, наверно мгновенно, а мои родненькие страдают сейчас каждый день. А здесь… Здесь просто идём по кругу. Три круга. Троица. Вера. Надежда. Любовь. Любовь сохранил о прошлом и любовь рядом со мною. –И даждь им плод чрева, доброчадие… Дети… Прости меня сынок, у тебя никогда уже не будет отца. А здесь… Господи, если Ты меня слышишь из любого времени, дай мне возможность стать отцом снова. Прошлое забыть невозможно, это как шрам на душе и сердце.

Отец Василий подал нам чашу с вином. Сделал три глотка. Вино было слегка кисловатым. Жизнь семейная не всегда мёдом кажется. – Пейте от нея вси… Теперь у нас общая чаша, общая судьба. Отныне я связан с этой девушкой навеки, не по расчёту, по воле случая и да, я хочу быть с ней. – Я сочетаю вас, рабе Божию Анну и раба Божия Сергия, во имя Отца и Сына и Святаго Духа. Аминь. Священник трижды перекрестил нас.

Отец Василий, уставший, но улыбающийся, сложил свои руки поверх наших рук. –Вот и обручились вы перед Господом, стал он нас напутствовать. Помните, чада мои, брак – это не только радость, но и крест. Несите его с покорностью и любовью. Уважайте друг друга, берегите, как зеницу ока. Вместе вам и молиться легче, и жить. Мира вашему дому и благословения Божия.

На паперти церкви ослепительно светило солнце. Фотограф, щеголяя в костюме и с треногой аппарата, уже поджидал. –Поздравляю, господа новобрачные, поприветствовал он нас! Сюда, если позволите, на фоне колоколенки! Мы с Аней, наши шаферы и её родители замерли на несколько секунд. Вот теперь кажется всё, меня слегка отпустило. Почти два часа молитв, раздумий, воспоминаний, переживаний. Посмотрел на свою, теперь уже супругу, стряхнул с её платья зёрнышки, что застряли в наряде, когда нас обсыпали зерном и мелочью. Какая она красивая у меня. Между тем нас не оставляли без внимания, поздравляли, дарили цветы, море пожеланий. Вот уже и экипажи подают, распорядитель суетится, всех вежливо, однако настойчиво подгоняет и рассаживает. Гости и родители едут в ресторан, а мы направляемся в Таврический сад на фотоссесию, так сказать.

Однако, что-то пошло не по плану, а может гости решили вместе с молодыми заехать в сад, в общем без понятия, руку на пульсе не я держу. Солнце немного припекало, уже чувствовалось, что скоро лето. Рядом со мной близкий мне человек, которого наконец могу спокойно держать за руку. Нет прежних условностей и ограничений, что очень радует.

Вот мы уже у сада. Недавно с Луи его посещали, чтобы заранее немного сориентироваться на местности. Выделили несколько мест, где фотографии получатся великолепные и атмосферные или просто бомба – если на манер моего будущего. Начали от входной арки, что выглядела довольно оригинально, потом прошли к воде, где на глади озера плавали местные обитатели - лебеди. Фотограф был настолько прожжённым жучарой, что специально прихватил даже хлеб и дав его нам, а мы естественно скормили величественным птицам, соответственно и оказались запечатлёнными за этим занятием.

Довольно симпатичный грот, добротно выложенный умелыми руками мастеров-каменщиков, являлся одним из многих достопримечательностей. Сфоткались на мостике через ручей, что вытекал из причудливого строения. С родителями Ани запечатлелись на фоне дворца, который принадлежал графу Воронцову-Дашкову. Судя по фамилии, его апартаментам и приусадебной территории, граф был очень даже не простым государственным чиновником.

В оранжереи заходить не стали, оставили на будущие наши с Аней прогулки. Зато у цветников сделали несколько снимков. Фотографии конечно не цветные, но всё же цветы – тюльпаны, нарциссы и гиацинты останутся с нами уже навсегда напоминая весну. На аллеях было не мало гуляющих. Няньки с детками, военные с барышнями. Дамы уже с зонтиками, от солнца защищаются. В это время не принято чистой публике быть загорелыми, поэтому все бледные, как поганки и это считается самым шиком. Далёкие люди! Обделяют себя самым важным - здоровьем. Надеюсь, что в Крыму мы с Аней накупаемся и назагораемся назло всем.

Потянулись все наши к коляскам, теперь уже направляемся в ресторан. Предыдущие полчаса стали идеальным прологом к торжеству. Нас встречал вездесущий распорядитель. Провели в украшенный цветами и гирляндами зал. Столы, как я и заказывал были полны от угощений, только без излишней вычурности - всё было на высшем уровне. Торжество открыл струнный квартет, чья музыка создавала спокойный фон. Первые тосты, беседы гостей, всё было спокойно, размеренно, даже как-то непривычно, если вспомнить подобные веселухи двадцать первого века. Разные времена и другие нравы. Всё же такое мне нравится больше. Звучали вальсы, лёгкие классические произведения. Гости вкушали устрицы и суп-крем из спаржи, обсуждали последние новости и посматривали на нас.

Мои из Томска не смогли приехать. Наталия Петровна и Николай Степанович написали мне большущее письмо, где и поздравили нас с женой. Сестра с ребёнком и мужем, в компании с Кухтериными, только через двадцать дней выедут из Сибири и прямиком в Крым или Одессу, пока тоже не знают куда точно. Вот только у них всё примерно, возможно, обдумываем, поэтому думаю мы с Аней с ними не пересечёмся. Подарок от них пока не вскрывал, сделаем это вместе с Анютой в ближайшие дни.

Главным моим сюрпризом для всех, и особенно для любимой, стал приезд цыганского ансамбля. Как раз после того, как подали горячее - нежные фазаны в сливочном соусе, - квартет смолк, и в дверях зала появились яркие, пламенные фигуры с гитарами и бубнами. Первые же аккорды «Очи карие» и звонкий женский голос вызвали взрыв аплодисментов и оживление.

Глаза Ани сверкали от восторга, она крепко сжимала мою ладонь в такт музыки, так что пришлось поцеловать её ручку, дав понять - мол ты и завелась дорогая, обороты поменьше или по столу отстукивай. Энергия неуёмная цыган захватила всех. Строгая классика сменилась страстными, полными жизни романсами и плясовыми. Мы с Аней, да и вся молодёжь пустились в пляс, старшее поколение, улыбаясь, отбивало такт и подпевало. Эта искренняя, душевная музыка стала настоящим сердцем вечера, смешав формальность свадебного ритуала с подлинным, шумным весельем. Сам не ожидал, что выступление цыган так зацепит меня, это было действительно шоу.

Под занавес, когда гости уже насладились фруктами, мороженным и просто шикарным многоярусным тортом, ансамбль запел лирические, задушевные песни. Так получилось, что мы не успели станцевать вальс, да и другие танцы были в запасе под квартет, но не успели. Тосты, поздравления, интересные истории, а потом появились цыгане. Вот только теперь мне захотелось, да и не только нам, в зале для танцев кружили с десяток пар, станцевать с Анютой.

Она с удовольствием приняла приглашение. Под такую музыку невозможно что-то конкретное станцевать, только импровизация. Главное в таком танце - это близость любимой, несложные па давали нам сейчас возможность обнявшись, почувствовать друг друга, тут важна близость, взгляды, ощущения, того, что нам не хватало раньше. Медленное, грациозное кружение, всё вокруг не имело никакого значения, важна была только она, Анна, в моих объятиях, под пронзительные звуки гитар и скрипки.

Вскоре нас отпустили домой, осталось немного молодёжи, а более пожилые гости засобирались вместе с нами. Было уже почти восемь и общая атмосфера напряжения, особого психического состояния- постоянно на веду, под конец дня слегка утомило. Не прошло и часа медленной езды по городу, попросил специально проехаться медленно, развеяться как бы, да и Аня была совсем не против, как остановились у подъезда нашего дома. Сегодня мы впервые ночуем вместе, теперь уже в собственной квартире.

Подарки все находятся у Аниных родителей. Завтра к ним заедем на обед, гостей будет немного, зато самые близкие и нужные люди. Когда будем вечером возвращаться обратно к себе, тогда и заберём надаренное. Разве это главное? Хотя особенности торжества подметил - не принято кричать «Горько», это появилось вероятно позже и подарки дарят на протяжении нескольких дней до венчания.

Анастасия Никаноровна нас встретила в квартире. Предложила перекусить, но мы отказались. А вот от тёплой ванны навряд ли Аня откажется. У меня такая медная лоханка, что и вдвоём можно поместиться. С этого мы и начнём, а дальней комнатой продолжим.

Часов в спальне не было, как и одежды, не только на нас, но и рядом, которая вероятно осталась в гостиной, где была моя позолоченная «луковица», которая бы подсказала который сейчас час. Пятую ночь можно было считать почти серым облачным днём - наступили так называемые белые ночи. И такое явление мне не очень нравилось. Поэтому плотно задёрнутые шторы, тоже не давали возможности оценить ситуацию. На моей груди мерно посапывала Анюта и совсем не рыбий пузырь тянул меня кое-куда, вот только не хотелось будить жёнушку. Не то почувствовала моё беспокойство или всё-таки неловко повернулся и Аня, приподняв заспанное личико потянулась ко мне и поцеловала в нос.

Нацеловались мы с ней этой ночкой столько, что у неё смотрю губы, слегка припухли, да и свои ощущаю, как два вареника, а заснули почти под утро, поэтому у неё ещё и круги темноватые под серо-голубыми глазками. Сказалось наверно всё - и усталость, и переживания, может и другое, всё же не было у неё раньше близости. И хотя я очень старался быть нежным и заботливым, а не похотливым шалуном. Поболтали мы этой ночкой дофига и больше, пережили все наши чувства от самого знакомства, насмеялись, нацеловались. Сегодня ночь будет снова бессонная, но только по другому поводу, возможно.

Смеясь и шутя друг над другом, разобрали свои вещички, и кто их так перемешал дал бы тому в лобешник, да только жалко что-то мне собственного лба, сам всё скидывал - и своё, и Ани, спешили в ванную, чтобы не остыла вода, не забывая целоваться, ну и прочее, об этом лучше умолчать. В таком случае говорят, что разоблачил бы я всех гадов, главное, на себя не выйти.

Аппетит был зверский. Аню предупредил, чтобы кушала всё, фигура у неё такая, что не повредит ей ровным счётом ничего. Написал записку Никаноровне, чтобы она обед не готовила, а только лёгкий ужин. Прикрепил её на графин, чтобы заметнее была и отправилась семейка Базилевичей к Оболенским в гости, как никак вообще то приближался полдень. Храпака дали мы знатного, однако нам простительно.

В квартире у родителей супруги было очень многолюдно и нас ждали, а мы наконец и припёрлись. Напиваться не хотелось категорически, настроение и так было великолепным, приложились только к деликатесикам. Да и не защищаемся мы с женой, а вдруг всё получится быстро с чадом, а мы выпивши, не хорошо это. Большую половину из приглашённых не знал, несмотря на это общались, знакомились, пели, играли, опять ели и пили. Было весело и непринуждённо.

Предпраздничная суета не давала и нескольких минут переговорить с тестем наедине, всё на бегу. Уединившись на десяток минут в кабинете у Петра Александровича, узнал, что всё же он получил добро от министра в виде исключительно эксперимента попробовать усовершенствование дорожного полотна при подъезде к крепостям, портовые пути базы в Севастополе. Возможно, если найдутся инвесторы, то займётся дорогой Минск-Брест-Люблин.

Без императора не обошлось, подумалось мне. Эта дорога Северо-Западного фронта, правда гипотетического и возможно будущего. Обговаривали мы эту тему. Пообещал тестю, что как только он будет готов к выполнению данной задачи, сразу же передадим технику и людей, что будут управлять ею и заботиться о её работоспособности.

К половине девятого, гости стали расходиться. Луи отбыл в Колпино немного раньше, поэтому пришлось часть подарков, которые нам действительно необходимы, такие как посуду, набор столовых приборов, картину и роскошную лампу, самому грузить в фаэтон. Шикарный ковёр перевезём уже в дом, что только начнёт строиться в посёлке. Туда же и бронзовые скульптуры, канделябры, фарфоровые вазы. В квартире просто нет места свободного, всё уже занято функциональными вещами и музей делать не хочется. Понравился мне набор для письма на бюро. Шикарная вещь, монументальная. В моём кабинете должено смотреться и естественно использоваться по назначению. Сторонник я минимализма.

Моя жена начала наводить порядки и красоту в квартире. Расставила некоторые подарки на только понятные одной Ане места, пусть хозяйничает, осваивается. А я вскрыл посылку от родненьких томичей. И тут же задумался, что про себя сказал родненьких, вот только не оттуда я на самом деле, хотя именно они дали мне толчок, помогли в становлении и обустройстве, познании этого мира. Отдаляюсь от своего будущего. Странно как-то, быстро вживаюсь и отдаляюсь, забывая прошлую жизнь, кроме близких людей.

Да уж, земляки удивили так удивили. Вероятно, тут все поучаствовали. В красивой инкрустированной из красного дерева и серебра шкатулке оказался подарок Ане – красивый кулон из самоцветов, серьги богато украшенные. Интересно, уши не отпадут у любимой от такой тяжести? Мне деньги на мои начинания- сто тысяч. Как они не побоялись передавать такое посылкой? Впрочем, это целый багаж. Двойной керогаз, мясорубка, набор посуды из нержавеющей стали, вероятно намёк для обустройства и комфорта. То же неплохо. Кедровые орешки. Вот те на, мягкие игрушки -два бурых медведя и сердце большущее. Моя магазинная артель в действии. Анюта в шоке или в восторге, не понять сразу, что доминирует, от игрушек.

Упустил как-то историю о моём магазине, зато за чаем долго рассказывал о строительстве, обустройстве, а потом и производстве всякой всячины моими девчатами. Видно так понравился мой рассказ, что жене захотелось побывать на моей родине. И не когда то, а летом, пока тепло. Да так убедительно наезжала, что чуть сам не побежал собирать шмотки в дорогу. Однако же, дело было к полуночи и пришлось сначала намекать, а потом переходит в решительное наступление по охмурению любимой женщины. Нам настало время заняться не пустыми мечтаниями, а конкретными делами. Впрочем, настала пора поделиться с женой и своими планами на лето, но это по ходу пьесы о любви и нежности.

Глава 9

Сегодня первое июня, лето наступило. Вот только за окном немного другой расклад - гроза. Дождь начался ночью и утром только усилился. Загрохотало в небесной канцелярии, сверкало даже молниями. Вставать с постели ужасно не хотелось. Всё-таки было одно чувство, которое не получило удовлетворение в течении последних часов десять и это голод. Да, обычная, банальная голодуха, побудила нас выбраться из тёпленькой постели.

Вчерашний ужин, к которому мы не прикоснулись, потому что объелись у родителей, сейчас пошёл просто на ура. Причём в ход пустили дополнительно и сыры, что прикупил накануне, мяско копчёное. Объедение устроили себе. Потом нарезав всего, что необходимо для бутербродов, сложили всё на поднос, поставили рядом с диванчиком и взгромоздившись на него, укрылись тёплым пледом, Аня прихватила вдобавок медвежат. Слово за слово и направила моя любовь наш разговор на вчерашнюю тему - посещения Томска.

Ничего не оставалось, как поделиться уже своими планами на это лето. В общем долго мы так лежали, в основном говорить приходилось мне, потому что надо было всё аргументировать, разложить по полочкам. Хотелки Ани я понимал, девушка вырвалась на свободу, вот только поводок-то у меня. Женщины в это время практически не работали, сидели дома занимаясь воспитанием детей. Не знаю, как обстояли дела у обычных гражданок, только из состоятельных семей дамы и барышни были прикованы к четырём стенам. Бывало, что они делали какие-то благотворительные акции. В целом мне трудно судить о всех, но если у тебя пятеро или семеро, мал мала меньше, то не до работы. Поэтому только знать, именно от безделья и устраивала разные увлечения - рауты, балы, ходили по выставкам, театрам, музицировали, читали, ездили заграницу. Если бы эти слои населения были заняты делом, то скорее всего на развлечения уходило гораздо меньше времени.

Из моих пояснений правильные сделала выводы супруга. Поняла, что у мужа уже сформированы далеко идущие планы, в которые вложены приличные деньги и главное, что ещё больше надо вложить по мере их реализации. Таких денег, что передали багажом, она никогда не держала в руках. Немного поговорили о финансах семьи. Естественно, раскрывать все карты я пока не собирался, прежде всего из-за её собственной безопасности. Хотя дал понять, что по моим изобретениям идут отчисления на счёт в банке, капает небольшой доход от магазина. Возможно, совсем скоро, пойдёт прибыль от продаж машин нашего цеха. Жалование неплохое. Намекнул, что даже если работать не будем, а только кушать, пить, спать и гулять, то проживём безбедно.

Однако же, в жизни должны быть цели куда более важные, чем просто коптить небо. И предложил ей помогать в некоторых вопросах. К примеру, мои проекты переносить в чертежи, зарисовки, которые у неё хорошо получаются. Сразу же нагрузил заданием - изобразить в чертежах крымскую базу отдыха, когда приобретём домик или участок. Если мало, то пусть оформит детскую площадку для строящегося микрорайона, сначала на бумаге, а потом и на месте, где она будет расположена. К тому времени будет готов наш дом, его как раз начинают строить первым. Пусть придумает форму домашней беседки, где мы будем пить чай, встречать гостей в тёплое время года. Можно подумать о небольшом зимнем садике или оранжереи у дома. Думаю, что барышне будет не скучно и даже интересно, а дел я ей найду, если конечно она не забеременеет к осени. Тогда появятся другие заботы и проблемы у моей радости. Планов у меня громадьё, исполнителей мало.

Можно было бы отдыхать и дольше, но продолжим позже сибаритствовать - в Крыму. До отъезда надо много дел сделать. Обошёл стороной дождик Колпино, хотя небо в тучах и всё может быть. Со станции заскочил сразу к себе во флигель, там у меня отличные яловые сапоги. В них спокойно можно бродить по стройке, куда сразу и направился. Виктор Сергеевич развил поистине сумасшедшую деятельность. За две недели не мало сделано. Даже не ожидал увидеть семь готовых траншей под фундамент и два котлована.

Мы с Луи решили обзавестись подвалами под строениями. Новикову детально описал, как бы мне хотелось это сделать. В этом времени нет ещё изоляционных материалов кроме битума и рубероида, ничего и это подойдёт для вертикальной и горизонтальной изоляции стен подвала. Сначала меня удивило, что камень заливается не цементным раствором, а известковым, хотя потом вспомнил, что такие технологии позволили увидеть старые здания и в моём веке. Почему бы и нет, если технология проверена временем.

Даже попросил пол в подвале сделать не земляной, а на основу расстелить в два слоя рубероид, потом известково-песчаная подсыпка и сверху кирпич. Глубину правда пришлось делать в два с половиной метра вместо полутора, как у всех остальных домов. Тут уж кто платит, тот и хотелки заказывает. Гаражи будут при семи домах. Не стал проектировать его под строением, чтобы не воровать полезную жилплощадь, а пристроить сбоку дома. При этом ворота получатся очень широкие, а значит запланирована металлическая перемычка. Как ни как у нас такое запросто можно сделать на заводе.

Когда я однажды переговорил с нашим инженером-строителем относительно того, как я хочу оборудовать дом, то он весьма удивился моим познаниям, и кое-что ему самому понравилось, пообещал даже взять на заметку. А вот тут его пришлось обломать- мол строй с этими новшествами в Колпино сколько угодно, пока у нас контракт, вот только по его окончанию, такие вещи согласовывать со мной - за такие вещи надо немного платить разработчику. Думаю, что сговоримся, нормальный он мужик, на английского джентльмена не похож, что меняет правила игры по ходу самой игры и всё в свою пользу.

Заболоченных мест на выделенной земли нет, тем не менее, если будем со временем расстраиваться, то есть некоторый уклон в конце участка и это надо будет брать во внимание. Дорогу отсыпают вынутым грунтом, который укатывается катком, потом подсыпка из глины, шлака доменного, прольём, опять укатаем и последний слой из щебня. Процесс этот не быстрый, однако надо успеть сделать пока нашу технику не заберёт мой тесть. Людей много, снуют как муравьи, каждый при деле. Такая организация труда меня устраивает. Техника работает, не привычно как-то видеть не самосвал, а лопатоскид. Подъехал грузовик, а потом с него лопатами сбрасывают грунт, долго конечно, но что поделать. Передал инженеру деньги, раз я на участке, а потом с ним будет и дальше контачить мой приказчик Григорий Павлович.

В цеху тоже оживление. Попросил старшего охранника к обеду встретить поезд и забрать торт, а то поедет он дальше, это шутка, но всё же человек будет ждать на перроне. На свадьбе в ресторане были мои инженеры, приказчик, а остальных побалую тортом и по двадцатки в честь радостного события у их начальника. Экипаж броневика изучает матчасть, больше всего времени уходит на изучение работы всех агрегатов, попутно показывается их обслуживание и ремонт. С последним у нас затык, потому что сами не ведаем, где у машины окажется самое слабое место. Двигатель, коробку, электрооборудование надо ремонтировать у нас, а поменять колесо, разбитую фару, цепь, тормоза, заменить масло - это возможно и в полевых условиях при наличии запчастей.

Завтра установим пулемёт, боекомплект загрузим. Сделает машина объезд по посёлку, осмотр, потом опять кружок навернёт и опять под машину. И я решил тоже сделать кружок, прямиком к Залесскому. Надо уточнить о начале работ по прокладке путей к цеху. Виктор Антонович, как и Луи только два дня праздновал на свадьбе и уже весь в делах второй день. Всё уже готово, согласовано и нам сделали первые рельсы. Шпалы прямиком из столицы со склада. Пообещал, что в течение недели всё закончат. Если конечно погодка не помешает, то одиннадцатого работы закончат. Двое ворот уже начали мастерить, калитку быстрее склепают и забор до конца месяца сложат. А тут вероятно и мы с Аней рванём на юг.

До конца августа в планах у нас с Луи сделать каток, экскаватор оставим на зимнее время, а вот несколько тракторов на гусеничном ходу для военных нужд надо позарез. После венчания мы стали чаще друг к дружке обращаться не по-приятельски, а уже скорее, как друзья, по-простецки, открыто, без задних мыслей. Наверно поэтому показал ему пару схем или зарисовок-набросков будущих моих видений бронетехники. Броневик с двумя ведущими задними мостами, где двигатель стоит не спереди, а сзади, в корме, что даёт переднюю часть сделать более пологой, сглаженной. Это и другой наклон брони, и высоту надстроек можно понизить. Короче, передал ему тетрадку со своими выкладками, мнением, взглядами, кое-какими расчётами. Он только мельком пролистал и офигел. Сказав, что за такое могут и убить, если узнают, что мы имеем.

За обедом все расслабились. После поздравлений и пожеланий предложил создать в цехе профсоюз. Избрать председателя, который будет знать все нужды своих товарищей, если что обращаться за помощью ко мне. Напомнил, что согласно императорскому Манифесту, такие организации будут созданы на всех предприятиях. И наш председатель профкома цеха будет представителем от нас в заводской комитет. Объяснил, что этот человек сам должен своим примером показывать всё самое наилучшее - не опаздывать, не употреблять горячительного в рабочее время, отлично владеть своей профессией, мог помочь другим, то есть быть примером, а если потребуется отстоять интересы цеха. Желательно, чтобы он был грамотным - мог читать и писать или хотя бы имел желание научиться этому. Люди задумались, такого не ожидали видно, думали, что разговорами, как обычно и закончится, а оно вон как выходит, всё серьёзно. Дал подумать, обговорить это между собою несколько дней.

Собрал на разговор механиков и инженеров с мастером в нашу комнату. Поставил задачу – разделить наши силы на две группы. Одна будет заниматься бронетехникой, а вторая обычными машинами. Каждой группе в помощь будут даны в самое ближайшее время выпускники технических училищ. Если надо, сделаем набор по необходимым специальностям новых рабочих.

Цех должен начать выпуск продукции, которая будет приносить прибыль, что необходимо нам для развития производства и поддержания собственных портков. Напомнил, что у нас на складе основные агрегаты для полутора десятков автомобилей. Однако, инженеру надо определить, что необходимо нам сделать или заказать на других заводах. От договора до поставки нужной детали проходит много времени, поэтому в темпе вальса провести инвентаризацию и в записке всё отобразить.

С бронемашиной пока всё ясно, обучаем экипаж, доводим башню, устанавливаем вооружение. Испытываем на полигоне и делаем анализ с выводами. На основании этого, начинаем готовить второй броневик.

Поговорили в этом ключе, уяснили, уточнили, кому что было не ясно и разошлись по рабочим местам. Фрола напряг насчёт помощи в установке и отладки пулемёта. Напомнил о шлемах для экипажа. Поручика Мальцева Степана Николаевича озадачил пошивом комбинезонов, как наиболее удобной формы, которая ни за что не цепляется и очень удобна. Дал для осмысления идею относительно личного оружия экипажа, которое должно быть малогабаритным и скорострельным. С винтовкой не удобно в малом пространстве. Предложил приобрести револьверы или маузеры и носить их на поясном ремне, а возможно иным способом, пусть сами подумают. Как вариант, возможен и карабин, это усилит огневую мощь экипажа. Пусть размышляет. Денег им выделю на комбез и оружие, если что.

Натолкнулся на своего приказчика, который искал меня. Оказывается, у нас могут возникнуть некоторые проблемы с битумом и рубероидом, который скупили подчистую в Колпино, надо ехать в столицу и необходим грузовик. Это дополнительные траты. Порешав данный вопрос, не видя в этом большой проблемы, решил поговорить с ним о его семье. Обещал же человеку оздоровление детей - надо выполнять, а у нас нет пока жилья в Крыму, одни перспективы. Предложил Григорию Павловичу такой вариант - супруга сама с детьми едет в Ялту и отдыхает месяца полтора, чтобы успеть к началу учёбы старшей дочери. Проезд, проживание и питание за счет цеха, а вернее мой. Обойдётся это рублей в триста, триста пятьдесят. Дал ему конверт с четырьмя сотнями и пообещал, что на следующий год у нас должна быть уже своя база отдыха для всех детишек цеха и тогда можно туда отправлять ребятишек с июня месяца. А пока, мне придётся самому выехать в Крым и на месте решить все необходимые вопросы. Не факт, что в этом году там сможет кто-то отдохнуть, а предложенный вариант даёт возможность оздоровиться уже сейчас.

Моё предложение Лыткин принял спокойно, поблагодарил. В это время не выполнить своего обещания, равносильно потерять честь. Напоследок, намекнул ему, что скоро у него будет задача найти поставщиков некоторых деталей для автомобилей. Что-то можно будет заказать на месте, что-то в столице или на ближайших заводах, чем дальше, тем дороже заказ и в целом машина, что не в наших интересах. В этом вопросе надо разбираться вместе с инженерами и механиками, потому что имеются нюансы в качестве, составе металлов и сплавов при изготовлении той или иной детали. Григорий намёк понял, что в моё отсутствие у него найдётся несколько советчиков. Переведя дыхание и осмотревшись, понял, что все заняты делом и, если я исчезну – никто не заметит. Начальник я или трали-вали?

Вроде бы и плёвое расстояние от Колпино до столицы, вот только надо успеть под нужное расписание. Попал как говорится в окно – что-то прошло раньше и надо дождаться полчаса следующего состава. Летом будут ходить чаще поезда, много добавится пригородных поездов, как раз идущих через посёлок. Ощущение на душе, вернее всего меня было необычное. Раньше просто возвращался домой, а теперь хочется, очень хочется возвратиться к любимому человеку. Всю дорогу думал об Ане. Припомнил и подружку Лену, которую считал своей будущей женой, а оно вон как повернулось. Моя управляющая магазином, тоже неплохая девушка, только тут сразу как-то душу не грело. В таких раздумьях и добрался, нет, правильнее сказать попал в руки супруги.

Пока наслаждался ужином, мои уши провентилировали таким объёмом информации, что невольно взглянул за спину любимой, а не реактивный ли у неё сзади моторчик. Она этого взгляда не поняла. Пару раз заехать к родителям, выбрать ещё что-то из подарков и перевезти сюда. Первый раз с мамой, она ещё у нас не была, а потом с Никаноровной, припахала и кухарку. Затем в ателье, заказала себе пару платьев и так по мелочи. Проехалась по магазинам, была на рынке. Кухарку понять могу, любопытство. Никаноровна решила посмотреть, что за фифу привёз хозяин, но Аня, нет чтобы отоспаться, к примеру, развила бурную деятельность. А в конце вообще огорошила. К нам заезжал князь Михаил Александрович и от императорской семьи преподнёс подарок- серебряный чайный набор или сервиз из серебра на двенадцать персон.

Кольчугинские мастера изготовили великолепный сервиз. За серебром надо ухаживать, это сейчас всё сверкает, а после употребления начнёт тускнеть, окисляться. Надо будет поинтересоваться вопросом чистки изделий из серебра. Сейчас это красота неописуемая, умеют же делать. Надо сказать, что подарок очень дорогой и главное статусный - от семьи самого императора!

Когда моя ненаглядная выдохлась, такое оказывается тоже случается с дамами, настала моя очередь. Краткость супруга в данном случае не оказалась сестрой талантов. Аня задавала столько уточняющих и дополнительных вопросов, что язык начал заплетаться и подумалось, не пора ли переходить ко второй части мерлезонского балета – в горизонтальную плоскость?

Утром что-то я раненько проснулся. Выспался даже, четырёх часов вполне хватило, просто невероятно. Когда уже заканчивал зарядку, неожиданно оказался в объятиях супруги. Она у меня умница, выросла в такой семье, где отец доминировал во всём и часто желаниями своих домочадцев пренебрегал. Была ли это глупость со стороны моего тестя или тёща сознательно играла в безропотную жертву, это уже не важно. Главное, что Анюта не была похожа на собственную маман, она понимала своё положение в семье и роль жены. За эти несколько дней девушка очень раскрепостилась, но грань не переходила. И это устраивало нас обоих.

За завтраком, навёл на мысль, что в Крыму в июле может быть очень жарко и надо подготовиться заранее с нарядами. Поинтересовался очень щекотливым, вопросом - а в чём она собирается купаться? Не ожидал таким вопросом загнать в тупик мою говорливую жену. Она не обиделась, наоборот, пообещала провентилировать этот вопрос, да именно моим выражением так и повторила. Ага, значит вечером много чего придётся узнать интересненького.

Ехал в посёлок вместе с приказчиком. Григорию теперь будет ежедневный попутчик в моём лице. Решил задать ему вопрос не по теме нашего с ним разговора, поставив его в некоторое замешательство, а касался он пляжных костюмов трёх его дам. Лыткин просто вышел из ситуации, - достал из портфеля лист бумаги, сделал набросок пляжного аксессуара. Когда он рисовал, то я не подглядывал. Честно - при честно, одним глазом не считается. Сразу подумалось, а правильно ли мужик понял мой вопрос? Потом, когда он показал свой рисунок, скорее схематический набросок, то у меня это вызвало некоторое недоумение.

Григорий понял это по-своему, как бы мне неудобно рассматривать женское бельё и сам как бы смутился. Однако же у меня была только одна мысль - блин, к этому наряду ещё женский платок, что носят мусульманки и стал припоминать, как же он называется. Паранджа, это когда полностью укрыт человек и не знаешь кто под ней, калашников с усами и бородой или спелый персик с сиськами и да, пошли пошлости в рифму. В общем никаб больше подходит. И тогда у пляжницы будут видны только глаза и ступни. Вопрос возникает - нафига в этом случае нужны море и солнце, когда можно в ванную добавить соли морской, если такая конечно есть и ехать никуда не надо.

Немного проехали молча и первым не выдержал Лыткин. Начал интересоваться, мол что так меня смутило или не понравилось. И тут я ему выложил, короче, Остапа понесло. Начал с того, что без солнца, воздействия его лучей на кожу и организм в целом, у человека появляется много болезней. Витамины и гормоны в это время ещё не известны, поэтому бессмысленно пояснять. Но страдают кости, человек становится податлив заболеваниям осенне-весеннего периода. Хандра, раздражительность, отсутствие аппетита и многое другое. Однако Григорий всё правильно понял, что его детям южное солнце во благо. Посоветовал ему, что бы супруга с детками уходила в сторону, подальше от людей и девчата могли подставить под солнышко ноги, руки, спинку, животики. Делать конечно надо осторожно, чтобы детвора не обгорела - рано утром, когда солнышко ещё ласковое или во второй половине дня, когда уже не сильно припекает, просто греет. Купание с загаром и фрукты дадут такой заряд бодрости, сил и здоровья, что они практически не будут болеть. Предложил посмотреть на крестьянок - бабы кровь с молоком. Да, уставшие и замученные работой, бывает, что и голодают, недоедают, вот только они здоровее наших бледных дам. Теперь задумался уже мой приказчик.

Пришли нехорошие мысли, что и мне тоже придётся купаться в штанах и рубахе или вообще в каком-то педрильском костюме. Вот уж нет! На шорты согласен и Ане надо посоветовать сделать что-то оригинальное. А ещё лучше удалиться подальше и покупаться голышом, а потом лёжа на песочке заточить чего-то вкусненького и опять в воду и снова на песочек под солнышко. Ох, мечты, мечты.

А чего мечты, такое и было моё детство и юность, пока учился в школе. Правда купались мы не голыми, а в плавках. И сдавали зачёт на первом уроке физры в сентябре на водной станции, проплывая от двадцати пяти метров, и далее кто сколько сможет. Когда пошёл работать, тогда если раза три в месяц выберешься на море и, то хорошо. Местное население города не белое конечно, но и не чересчур смуглое или подкопчённое, как приезжие-отдыхающие.

Цех оживал, люди заходили не такие угрюмые, как в целом видел идущих на завод. Безнадёга блин и что делать? Не успел переодеться в комбез, как поручик попросил рассмотреть моё одеяние. Мы с ним были практически одной комплекции. Предложил ему примерить и сразу показал, что можно пришить несколько удобных карманов, в которые распихивается всё что захочешь. Фрола нашёл и попросил принести разгрузку, причём с бронеплитами. Когда принарядили вояку, даже ремень, кобуру с моим люггером, а в карманы разгрузки напихали необходимые боеприпасы, то что-то скис слегка поручик.

Впрочем, немного походив, пообвыкся, пару раз залез и вылез из броневика и сделал вывод, что тут сила в привычке, тренировке и выносливости. А когда ему продемонстрировали выстрел с десяти шагов по бронеплите, что сейчас на нём и та не была пробита револьверной пулей, то он вообще почувствовал себя непобедимым джином. Воодушевлению не было предела. Всё же пришлось его опускать на землю. Разъяснили, что это только от револьвера и возможно из люггера его не убьют, а от винтовки смертушка неминуемая. Хотя и это тоже неплохая защита для ближнего боя, где штыком дырку не сделают, и пистолетная пуля не убьёт.

Надо сказать, что весь экипаж стал очень заинтересован в такой амуниции. И если раньше охранники наши не интересовали гренадёр, то сейчас пошли рассматривать их с большим интересом, словно открылись глаза, и они стали зрячими. Естественно, многого им не надо из того, что на наших ребятах, хотя Фрол обмозгует, побеседует с военными и сообразит им разгрузку сообразно их потребностям. Бронеплиты на спину возможно им и не актуальны, а остальное пригодится.

Переодевшись наконец, вновь был остановлен, но уже инженерами. Проинвентаризировав имеющееся оборудование для сбора автомобилей, они пришли к выводу, что если рамы собираем сами из нашего заводского металла, то для сбора шасси необходимы тормозные барабаны и ступицы. С Луи оговаривали, что наш серый чугун не подходит для барабана, на который нужен ковкий чугун. Такой есть на ближайшем от нас Людиновском заводе, где льют колёса для паровозов и вагонов. И находится предприятие в городе Людиново, Калужской губернии, что располагается юго-западнее Москвы в трёхстах верстах. Туда можно добраться по железной дороге. Лыткин у нас военный, может в тонкостях металла и не разобраться. Поэтому решил, что в командировку отправим инженера Колпанова в помощь приказчику Лыткину. Потом, когда будет сделан первый заказ для оснастки семи машин, второй заезд сделает уже Григорий самостоятельно. Заодно наш инженер посмотрит станочный парк и решит на месте разные технические вопросы.

Посовещался относительно продолжительности такой поездки и утвердился во мнении, что десяти дней им хватит. И чем раньше отправятся ходоки, тем быстрее возвратятся. Вечером в воскресенье, пусть и выезжают. Прикинули стоимость заказа – четыре барабана и четыре ступицы на машину могут стоить в совокупности до ста рублей, а на семь машин- уже семь сотен, сотню сверху на всякий случай и полтинник на проезд и проживание. Итого – восемьсот пятьдесят рубликов. Таких в наличности у меня не было, пришлось идти на поклон к директору.

Уже возвращаясь от Виктора Антоновича с нужной суммой, столкнулся на территории с Кудрявцевым Васей. Давно не видел этого эсеровского агитатора. После Манифеста перестали ходить нуждающиеся из разных цехов к нашим рабочим на учёбу. Распространили несколько видов моих листовок и залегли на дно. Правда слегка побузили на первомай. Единственное, что его интересовало - действительно ли в нашем цеху создаётся рабочий профсоюзный комитет. Пришлось пояснить, что пока только поговорили на эту тему, а то через месяц вдруг потребуется создать уже реально, а мы только начнём обговаривать. Чтобы зря не тратить время, решили заранее подготовиться. Вопрос то серьёзный. Помрачнел Вася после беседы, с обидой высказал, что зря не предупредили остальных, а народ-то ждёт перемен. Что было на это ответить, посоветовал ему встретиться с активом каждого цеха и пусть запускается процесс. Тем не менее предупредил, что если раньше времени начнут свою движуху, то пристрелю его и закопаю там, где могилки никто не сыщет. На том и разошлись кто куда, по своим делам, слегка на нервах.

Вместе с Залесским составили документ, что позволит нашим командировочным не только доехать без проблем до места назначения и возвратиться, даже и договор заключить на поставку деталей. С Семёном Александровичем собрали нужную документацию - спецификацию на тормозную систему, которую уже запатентовали, как месяц назад и не без помощи Великого князя, зато быстро. Лыткин Георгий Павлович получил под отчёт полностью сумму для заключения контракта и напутствия от Луи. Видно было, что хотелось ему ехать, мы же с ним бились над модификацией этой системы, чтобы обойти патенты французов. Возможно и обидно ему, вот только за это направление он не отвечает, на нём пока бронетехника.

По привычки настроился на работу, а тут уже всё, суббота. Короткая получилась трудовая неделя, целых два дня. Зато возвращаюсь не в четыре пустые стены столичной квартиры, если можно так выразиться, а в семью, к ждущему и любящему меня человечку. В поезде размышлял о том, куда бы сходить с Аней в воскресенье? Между собою мы уже решили, что теперь будем ходить в церковь пророка Божия Симеона Богоприимца и Анны пророчицы, где венчались и это, по-моему, вполне резонно и логично.

Григорий, мой попутчик и приказчик в одном лице, думал, что я заскучал и выведя меня из своих мыслей рассказал немного о стройке. Каждый день что-то меняется, хороший темп взял Новиков. Уже подсчитал, что если осень не будет ранней, не зальют нас дожди, то с ноября начнутся новоселья. До января коробки стоять будут все, только внутренняя отделка последнего дома закончится к февралю. Хотелось бы пораньше. Может я и ошибаюсь со сроками. Виктор Сергеевич сформировал двенадцать бригад, всё-таки этого недостаточно, подумалось мне. Надо на каждый дом свою бригаду. Жильё очень нужно, между тем осенью не успеем возвести ангар для готовой продукции. До распутицы необходимо проложить дорогу вдоль забора для прогона наших машин. Автодром в перспективе. Пока только двухсотметровую дорожку с нормальным разворотом. Будем наворачивать вёрсты челночным способом- туда и обратно. В разговорах быстро пролетели пол часа и опять Николаевский вокзал.

Глава 10

За ужином с Анютой практически не говорили, это настораживало, к чему бы. Зато после два часа обсуждали модели плавательных костюмов. Нет, чтобы со своего начать, она начала мой рекламировать. Оказывается, взяла в магазине спортивных товаров на Невском, рекламную брошюру с фотографиями мужских купальных костюмов. Смех душил минуту, как только увидел во что придётся нарядиться. Вспомнил мультик «Каникулы Банифация», когда выступающий в цирке лев поехал в отпуск к своей бабушки в Африку. Закрытое трикотажное одеяние в полосочку просто убило меня наповал. Чтобы не обиделась жена, пояснил, что хочу себе не такой костюм, а взял листочек и набросал плавки до колена. Резинок нет пока, поэтому пояс по шире с тесёмками. И футболка сверху. Всё в один тон или расцветку. Сейчас у мужиков нет трусов, с осени по весну хожу в кальсонах-подштанниках, это, впрочем, теплее, поэтому и не стал заморачиваться с трусами. Вот только потеплеет, перейду на них, родненьких. Благо, что в Томске нашил с десяток боксёров и до сих пор хватает. Удивлю супругу своим нижним бельём. Что говорить о труселях, носки такие, что впору голубым двадцать первого века носить - на подвязках, просто издевательство какое-то.

Надо сказать, что Аня удивила. Не стала возмущаться, а рассмотрела мои наброски и одобрила. Только такого фасона она не видела ни в «Пассаже», ни в «Гостином дворе». Честно призналась, что не удобно было заходить в мужской отдел, видела только издали. А я сразу сказал, что закажу в ателье, посмотрю расцветку, ткань и тогда определюсь.

Когда начали рассматривать дамские наряды, моя любовь сразу залилась краской, как будто рассматриваю её голышом, а не фотографии одежды. Женский купальник, это что-то с чем-то. Просто охренел, потому что офигевание - предыдущая стадия. Ане надо на себя одеть фланелевое платье с пышной юбкой до колен и конечно, куда же без них, долбанных рукавов. Потом напялить панталоны, которые закрывают почти полностью ноги. Ладно уж с купальной шапочкой, но купальные чулки! И напоследок, купальные туфли на резиновой подошве, видно, чтобы не поскользнуться на камнях.

Посмотрев на это, мне стало жалко Анюту. Весь этот комплект был тяжёлым, непрактичным, сильно ограничивающим движения. Как в нём плыть? В этом скафандре можно элементарно утонуть. Зато нормы приличия соблюдены. Ёклмн! Слов нет. Обнял свою любимую, нашептал всяких приятностей, поцеловал, вздохнул и выдал. – Значит так, Анечка, конечно понимаю устои, мораль, общественные нормы. Однако замечу, что такой наряд надо упростить и ты сама поймёшь, что предложенный мною вариант будет намного удобнее. И когда его рассмотрят дамы на пляже, то сгорят от зависти, что у них не такой костюм. Поверь и не спорь.

На чистом листочке стал делать набросок. Рукав укоротил почти до предплечья, чтобы не сковывать движения и доступ солнца к телу увеличить. Платье сделал более приталенным, без излишеств с юбкой до половины бедра. Панталоны слегка укоротил на две ладони и сделал их без всяких рюшиков, более прямыми. Меньше ткани - легче мокрый костюм. Чулки не нужны, а туфли только до воды, в них нельзя плыть, не получится или поплывёт как топор. На голову чепец не нужен, волосы всё равно намокнут. Лучше сделать хвост, а на берегу быть в шляпке.

Что характерно, жена внимательно рассматривали мои каляки-маляки: покусывая губки, задумчиво смотрела вверх иногда, что-то прикидывала, пару раз кивнула головой, живая мимика на лице, улыбочка. Даже на меня взглянула как-то лукаво и что-то решив, взяла карандаш и всё же восстановила длину панталон. С победным видом показала окончательный вариант бикини начала двадцатого века. Пришлось с серьёзной мордой лица оценить важные и очень существенные изменения в фасоне, а потом, а потом начал постепенно лишать её элементов наряда и так продолжалось до самой кровати, что сопровождалось визгом, поцелуями и игривым дурачеством.

Выходной день Петербурга начинался неплохо. Проглядывало солнышко, облачков почти нет. К окончанию воскресной службы природа шептала, что надо отправиться на природу. Только подкрепиться бы не помешало для начала. В пяти минутах ходьбы от церкви шикарный ресторан «Донон», практически напротив Летнего сада. Данное заведение считается одним из элитных, тут французская кухня, изысканные вина и соответственно цена заоблачная за такие удовольствия. Сам был в этом ресторане только один раз. Пусть и Аня оценит, посмотрит кто тут бывает и что они себе позволяют. Ничего экзотического не заказывали, самое обычное, лишь бы только перекусить, а то уже полдень, в церковь же ходим не позавтракав.

За обедом решили отправиться в сад «Аквариум». Зимой там нечего было ловить - мороз и ветрено. Далековато правда, вот только и мы пешком не пойдём, а поедим на лошадке.

За пол часика, не спеша, мы добрались до увеселительного комплекса «Аквариум». Это один из центров развлечений столицы. Зимой приглашал сюда Аню, только во внутрь павильонов уже не хочется. И мы не торопясь прохаживались по парковой зоне. Подстриженные газоны, убранные дорожки, посыпанные песком. Что понравилось, цветники и клумбы достаточно ухоженные с причудливыми узорами из цветов. Скульптуры и фонтаны создавали особенно приятные впечатления. Надо сказать, что на свежем воздухе вскоре захотелось чего-то и перекусить, благо таких мест тут было предостаточно. Моя щебетунья к пяти вечера уже утомилась, да и я пресытился прогулкой. Намекнул Анюте - не пора ли полежать на диванчике, почитать, помечтать, как она сразу же подхватила эту идею, и мы отправились домой.

Набравшись положительных эмоциональных впечатлений на выходном, рабочая неделя началась на подъёме сил, да не в цеху, а с развернувшейся деятельности по прокладки колеи. Виктор Антонович вошёл в моё положение и нашёл сам где-то людей на работы. После помолвки с Аней, Залесский стал относиться ко мне не так формально. Как ни как моя жена его крестница и он ей благоволит.

Железнодорожная ветка к цеху будет удобно расположена - без пересечений с другими линиями, почти под забором. К обеду выпилили кустарник и протянули бечёвку, вдоль которой и развернётся работа. В одном месте придётся засыпать понижение выравнивая общий уровень, а так сложностей не предвидится. Засыпать в пару слоёв щебень, утрамбовать, на сколько это возможно и потом укладка шпал, сверху рельсы. Возможно и управится народ за десять дней.

Луи возился с установкой пулемёта. Экипаж бронемашины не стоял в стороне - включились со всеми в работу. Вместо инженера Колпанова, что поехал в командировку, бразды правления взял мастер - Егор Тимофеевич. Скорее всего указания давал перед своим отъездом Семён Александрович. Разбирались ящики с агрегатами и запчастями. Видно было, что подбирают всё необходимое для сборки машины.

Решил прогуляться на стройплощадку, нагрянуть внезапно к Новикову. По сухой погоде, спокойно прошёлся по укатанной грунтовке к микрорайончику. Ладится у мужиков работа. Экскаватор не простаивает, вынимает грунт уже с последней траншеи под фундамент дома. Шустёр Виктор Сергеевич, осталось пять бригад найти, хотя это уже будет проблематично, сезон начался и люди стоящие - просто нарасхват. Фундамент моего дома подняли на две трети, у Луи немного меньше. Склепали сарайчики для цемента, извести, доски смотрю подвозят и кирпича навезли прилично. Металлические балки красят. Начальник стройки увидел, кто пришёл и пытается выбраться из моего будущего подвала. Махнул ему рукой- мол не надо, не отвлекаю, только посмотрел и уже ухожу. Понял Новиков и продолжил что-то замерять. Сюда вмешиваться не стоит, только нарушишь процесс и собьёшь с ритма. Пока всё путём. Без коробки дома, трудно что-то представить на участке. Не страшно, подождём.

Как начальник, я имел право уехать домой пораньше, тем более, что все при деле и моя персона никому не нужна. Решил заехать в «Пассаж», если конечно успею и посмотреть пляжное извращение. Сложилось всё как нельзя удачно - вовремя успел на поезд и в шесть был в отделе отечественного гипермаркета, где продавали мужские купальные костюмы. Многое было невзрачным и уродливым, в моём понимании конечно, относительно прошлого времени. Впрочем, один костюм, французского производства, рассмотрел и пришла мысль, что его стоит приобрести, немного переделать и вполне пойдёт, расцветка у него задорная. Заказывать на пошив ещё плавательный комплект всё равно буду и возможно даже завтра с утра. Пару летних костюмов надо не забыть и обувь в тон к ним, чего пока у меня не имеется. О чемоданах не забыть позаботиться, у Ани точно будет много барахла. Сейчас одно платье занимает столько места, как весь мой гардероб.

Оказывается, моя жена днём время не теряла. И за ужином выяснилось, что скоро будем рассматривать обновки. В это время, когда нет зомбоящика отнимающего живое общение в семье, вот как раз взаимный обмен информацией, мнениями и является заменителем телевидения. Положа руку на сердце, могу конечно констатировать, себя то не обманешь, что отсутствие гаджетов, инета и прочего раздражало только в самом начале моего попадалова. Затем, отсутствие коммуникаторов будущего, после некоторой ломки, прошло и я погрузился в новую реальность, где получение новостей и обмен информацией происходит посредством газет, книг и конечно же человеческого общения. Вот этим мы с Анютой и занимались пару часов. Примерил плавательный костюмчик, показал, что мне в нём не нравится и как это исправить. Во мнении не сошлись, но это не беда, глаз привыкнет и всё будет путём.

Основные баталии развернулись, когда любимая примерила уже свой костюмчик. К чему-то она прислушалась и думаю, что рукав конечно уберётся, панталоны изменят форму, юбка возможно останется, хотя не будет пышной и такой длины. Говорить, вернее обещать, не значит, что-то сделать. Оценим конечный результат. По поводу наряда дамского можно говорить до хрипоты. Вот если бы Аня попала хотя бы на несколько дней в моё время, то думаю, что она бы взглянула на некоторые вещи по-другому. А что потом? В этом обществе сильно не выделишься. Мода меняется медленно.

Что говорить о ком-то, взять нас. Неделю мы вместе, ночами устраиваем ужасающие ужастики, а днём, понимаешь ли, ей очень неудобно вести разговоры на разные щекотливые темы. Со временем всё конечно устаканится. Хочу предложить жене заменить на лето некоторые элементы нижнего белья. Платья и так не тонкие, особенно юбки, да и панталоны попробуй в жару поноси. Вместо целой сорочки только бюстгальтер и взамен кружевным, до колен рейтузам - короткие по этим часам трусики. Ох, чувствую, придётся повоевать, впрочем, в Крыму может всё пройдёт и не так нахально или брутально, когда на улице под сорок, а под набором юбок все пятьдесят.

Целую неделю занимались броневиком. Добились, чтобы командиру-пулемётчику расширить угол поворота оружия. Сделали дополнительно пару амбразур, что даст экипажу возможность лучшего обзора местности и обстрела врага с разных сторон. Были пошиты комбезы, а Фрол Степанович смастерил жилеты. Решено было, что у командира будет маузер, у остальных револьверы офицерские с самовзводом. Посоветуем князю раздобыть немецкие винтовки, они короче и удобнее. Ребятки уже освоили технику, облазили все закутки, постарались сами заменить цепь и колесо. Водила прошёл обучение и по мелочи уже запросто может что-то исправить, наладить и, если что, заменить свечу, поменять вышедшее из строя на запаску. Поэтому, решили отправиться в летний лагерь полка не шестнадцатого, а уже во вторник, на четыре дня раньше. Перед моим отъездом на юг, хотелось бы перейти к сборке второго броневика.

Луи правда уже спит и видит нашу третью модификацию, где двигатель перенесём назад и полностью изменим переднюю часть бронемашины. Понимаю, что если есть что-то лучшее, то на худшее уже глаз не смотрит. Вот только объясняю другану, что рано запускать в серию третью модель. Более продвинутые технически европейцы поймут все преимущества, и потом уже мы, подтолкнув прогресс, за ними не угонимся. Постепенно надо продвигаться вперёд, без рывков. Мы же знаем, что у нас техника на порядок выше и лучше, вот поэтому спешить будем медленно. Сделать, испытать, исправить и накопить нужное количество машин.

А потом всё равно - шило в мешке не утаить. Какая-то часть броневиков будет выпускаться как наша вторая модель, поэтому надо изучить роль наклона брони, изогнутости, выпуклости, закруглённости - это потом всё равно пригодиться. Чего будет только стоит поворачивающаяся башня. Опыта у нас в этом деле нет, надо нарабатывать.

Стройка внушала оптимизм. В субботу заскочил, чтобы оценить свой домишко и на другие посмотреть, а тут уже всё готово к заливки нулевого цикла. Предложил Виктору Сергеевичу вариант бетономешалки. Схемку набросал, объяснил принцип действия. Инженер и не думал отказываться. Впрочем, поздно вспомнил об этом агрегате. Сразу его не сделаешь, пока склепают, соберут редуктор, возможно, что неделя пройдёт. Зато потом пригодится на второй этаж и других домиков ещё два десятка, всё быстрее, чем лопатой месить. Так что дам задание Луи, чтобы всё рассчитал и принялся изготовлять опытный образец.

Наши с Аней выходные, прошли в четырёх стенах, так как прошёл хороший летний дождик с грозой, а потом так и не распогодилось. Читали, болтали, строили планы и не забывали, что у нас медовый месяц.

Колею проложили, как и спланировали к концу понедельника. Маневровый паровоз испытал её, как бы и нет замечаний. Теперь часть рабочих, что были заняты на прокладке железнодорожной ветки, перенаправил на подготовку к возведению будущего забора. Экскаватор не проходил по габаритам в том месте, поэтому все подготовительные работы выполнялись лопатой. Ворота и калитка склёпаны и занесены до времени в цех, их оставалось пару раз вскрыть краской.

Командировочные наши приехали довольные. Поездка прошла с пользой для дела. Договор заключили и учитывая, что у нас это не единичный заказ, сделали нам скидку. Если мы рассчитывали, что комплект барабанов и ступиц на машину обойдётся в сто рублей, то со скидкой вышло на десятку меньше. Семён Александрович так задолбал моего приказчика всякими железками, сплавами и прочими инженерными заморочками, что Лыткин рад был переключиться на строительство. Правда ему на днях придётся принимать пополнение ребят из училища, разместить их на временное проживание, тоже морочное дело.

Перед тем, как отправить броневик на испытания в полк, созвонился с Михаилом Александровичем. Мы с Луи отправились следом на грузовике. Это на всякий случай, если вдруг придётся буксировать, да и запасных частей набрали, прихватили топливо и масло, разные инструменты. До субботы теперь уже я в командировке.

По прямой до Красного села всего километров тридцать, а вот по дороге, все сорок, сорок пять. Не малое расстояние для современной техники. Рассчитали примерное время в пути: где-то пять часов, возможно шесть. Выехали потемну, потому что на столицу дорога неплохая, а через город надо проехать, не привлекая к себе внимания, по окраинам, до того, как люди проснутся.

На хороших участках дороги разгонялись до сорока километров в час, хотя и все пятьдесят потянули бы. Ориентировались на броневик, главное, чтобы он доехал без проблем. За несколько верст до лагеря нас встретил дозор полковой и сопроводили в расположение подразделения. Самим было бы сложно найти гренадёров. Потому, что это не просто полигон, а гигантский учебный центр и временный военный городок для всей гвардии и наверно прикомандированных частей.

Необычно было смотреть, как ровными линиями, даже кварталами, образуя своеобразные улицы, расквартированы воинские части. С высоты грузовика хорошо просматривались кухни, лазареты, церкви походные, склады, конюшни. Пересекли даже железнодорожную ветку, вероятно для подвоза продовольствия и имущества. Сложно было сказать сколько здесь было людей, вероятно десятки тысяч. В общем, лагерь -летний - это хорошо спланированная инфраструктура для проживания и обучения, годами отработанная. Кроме палаток виднелись и небольшие деревянные домики, вероятно для начальства и старших офицеров.

Нас приняли радушно. Занятия уже давно шли. Мы своим появлением наделали небольшой переполох. Сразу же предложили умыться, вычистить одежду. Дороги грунтовые, пыльные. Короче, ощущения не передаваемые. Месяц, как обжили в этом году городок, впереди ещё полтора-два месяца, до августа. Обучение закончится манёврами с присутствием императора. Это всё мы узнавали пока помылись и переоделись. Удачно в целом добрались, без поломок, однако два раза останавливались, чтобы не перегревать двигатели, особенно на броневике. Пока мы с великим князем удалились на разговор, профилактикой техники занялись Луи и экипаж.

За чаем обговорили сроки нашего пребывания, а также разные варианты обстрела бронемашины. После этого мы с Луи и полученными результатами отбываем в Колпино, а экипаж продолжит испытание. Михаил Александрович хочет уже на корпусных манёврах при императоре показать бронемашину, как неотъемлемую боевую единицу подразделения. Ему виднее. Пусть разрабатывает новую тактику, об этом с ним уже разговаривали.

Посмотрел, как мучаются при обслуживании броневика, посоветовал сделать смотровую яму. К ночи бойцы вырыли оную и обложили досками, осталось смастерить крышу от дождя, что-то в виде навеса. Первый день посвятили подготовительным работам броневика к его дальнейшей эксплуатации. Да и чего греха таить, пришли его рассматривать командиры подразделений корпуса. Тут уж мы с Луи постарались, сделали такую презентацию, что равнодушными никого не оставили. Второго удачного случая может и не предвидеться. Благо, что светлые ночи, разошёлся народ поздней ночью.

К обеду следующего дня, уже официально оформив все бумаги - армия как ни как, отправились на стрельбище. Ещё вчера с князем определились, что данный броневик далёк от совершенства и основная задача у нас двоякая - посмотреть на его возможности и резервы ходовой части, а также проверить на уязвимость брони при стрельбе в упор и под углом. Толщина брони была семь миллиметров. Цементация делала её твёрдой, хорошо сопротивляющейся пробитию, но одновременно и хрупкой. Только в составе были ещё хром и молибден, которые создавали вязкость. С тактикой применения броневика определились тоже - наскок, обстрел или подавление пулемёта и быстрый манёвр с отходом. В других случаях его можно использовать для разведки в целом или проведения разведки боем - укусил и отступил, посеять панику в тылу врага. Для связи, в конце концов.

Прихватив с собою пулемёт Максима, винтовку Мосина, Наган, Браунинг, Маузер, выехали на стрельбище. Из пистолетов стрелял сам князь, начиная с двадцати шагов и приближаясь в упор. Пробитий не было. Рисковать не стали и внутри машины никого не оставили. Только доски дюймовки поставили вместо командира, помощника и шофёра. Залезли во внутрь, доски чистые - сколами не посекло, потому, что их просто не было. На броне снаружи остались вмятины глубиной до двух миллиметров. Было пара сколов закалённого слоя. Если стрелять под углом, то видно, как рикошетят пули.

Князь залёг с пулемётом, а я с мосинкой на расстоянии в пять сотен метров. Второй этап испытаний показал, что когда я стрелял в упор, то на первом выстреле появилась глубокая вмятина. Стрелял не в одно и тоже место, а рядом, то во второй раз свинцовая пуля, обладающая огромной энергией, не пробивала броню начисто, оставляя отверстие, но как бы продавливало её, за счёт мощи удара. С обратной стороны бронелиста откалывался острый осколок и со страшной силой врезался в «помощника» пулемётчика. Стреляя с боку, где броня была тоньше, всего пять миллиметров, наблюдалось сквозное пробитие брони, что фатально для экипажа.

Пулемётная очередь, прошедшая по корпусу, ничем не отличалась от попаданий винтовочной пули. Вот только пару пуль в одно место или совсем рядышком, пробивали корпус. Закончив стрельбу, рассмотрели всё детально. Чуда конечно никто не ожидал, однако экипаж не унывал. Поручик заверил, что под сплошной обстрел попадать не собираются. Будут отрабатывать нужную тактику и ценить машину и экипаж. Все усвоили, что броня - это защита от случайных пуль и осколков. Пока рано вести дуэль с подготовленными пехотными позициями.

Следующий день был потрачен на заделывание пробоин. Наш аппарат теперь по документам проходил как «БрИз-1»- броневик Ижевского завода, номер один. Уверил Михаила Александровича, что второй броневик будет несколько лучше первого, но скорее всего ненамного, зато новшеств прибавится - обтекаемость улучшим и поворотную башню установим. Живучесть машины, чисто теоретически, должна повыситься.

За работой застал полковник Орлов Александр Александрович, как он представился. Пришлось уделить время офицеру. Оказалось, что он командует восемьдесят пятым Выборгским пехотным полком, который участвовал в недавней компании на Дальнем Востоке. Его подразделение придано гвардейскому корпусу для усиления и совместных отработок манёвров. Понял из беседы, что он боевой офицер и его заинтересованность нашим броневиком не просто любопытство. У полковника появилось опасение, что в следующей войне, которая может произойти на любом театре военных действий, возможно будут и такие бронированные монстры. И сразу же резонный вопрос - как с ними совладать? В полку много новых рекрутов, после потерь в войне, сейчас сколачиваются подразделения заново, учения помогут «встряхнуть» полк, восстановить боеспособность.

Более двух часов мы разговаривали. Замечательный человек и офицер. Прекрасно осведомлён, что европейские страны уже используют в своих колониях бронеавтомобили и осознаёт, что это действительно может повлиять на ход боевых действий. Ни радовать, в том смысле, что это ещё не совершенная техника, ни огорчать, потому, что броневик у разумного командира может натворить разных неприятностей - не стал. Полковник был на нашей импровизированной презентации и в целом знал уже много о самом броневике. Теперь осталось ему объяснить, как надо бороться с такой техникой, если придётся столкнуться на поле боя.

Разложил всё по полочкам - чем стрелять, куда целиться, слабые места машины. Естественно рассказал, что такой автомобиль не может ехать по сильно изрытой воронками местности, в частности по полю боя, а также, где поверхностная вода, например, слегка заболоченная местность или после проливных дождей, склоны, овраги, пеньки и камни- тоже преграда. Если точно разведка укажет, что будет использована данная техника, надо иметь в виду, что применят её издали, не ближе пяти сотен метров. Скорость, манёвр и пулемётный огонь - вот основной её козырь.

Орлов правильно меня понял, что машина, не смотря на броню, уязвима и поражаема. Назвал слабые места, куда можно поразить и вывести из строя, как он выразился «консервную банку». В то же время ему хотелось иметь такую штуку, он как бы даже оживился, когда предложил мне сотрудничество. Сначала не мог понять, чего он конкретно хочет, однако, когда Орлов выразил своё видение использования такой машины на поле боя именно для поддержания атаки пехоты, то пришлось его хотелки притормозить и потом обнулить.

Долго пояснять не пришлось умному и грамотному офицеру, все технические ограничения и от этого скудость возможностей завода. Намекнул ему, что не один он думает в правильном направлении и если получится сделать более-менее надёжную и действительно грозную технику, то прежде всего буду иметь именно его в виду. Испытание такой машины обязался провести на базе Выборгского полка. В свою очередь, Александр Александрович, как бы невзначай сказал, что иногда наведывается в столицу к родственникам и мог бы встретиться со мною и даже приехать на завод. Обещать жениться - это ещё не значит жениться, поэтому обменялись координатами и расстались на мажорной ноте. Конечно, иметь в знакомых комполка не плохо, главное, чтобы он кавалерийских наскоков на завод не делал часто. Наши разработки ещё очень сырые и только пока на бумаге, к сожалению.

Обратный путь был пройден значительно быстрее, бронемашина нас уже не сдерживала. Пришлось за баранкой посидеть обоим, так как это не лёгкое дело крутить эту штуковину не имеющую всяких усилителей двадцать первого века, быстро утомляешься. В столице не соскочил, потому что одного Луи решил не оставлять. Заехав в цех, не стали возиться с машиной, а умывшись и переодевшись, так как всё время были в комбезах, бронежилеты не одевали, но весь остальной обвес и оружие были на всякий случай. Проводил немного друга и сам потопал на перрон, хотелось домой.

Всего лишь три дня не был с любимой, а соскучился ужасно. Вдвойне было приятно, когда и Анюта испытывала такие же чувства. Она порхала вокруг меня, не зная куда усадить и что подать, пока не шепнул ей на ушко, что от её суеты у меня голова закружилась. Отмывшись, не без помощи жены естественно, поужинали, а потом долго сидели, обнявшись на диване и пришлось рассказывать о поездки в лагеря. Конечно, в общих чертах посвятил, а детали женщинам и не надо знать. Как-то у нас повелось, что мы интересуемся жизнью друг дружки, понимая, что моя жизнь более насыщенна контактами и общением, однако и супруге надо выговориться, поделиться новостями, своими мыслями. Женщины эмоциональны, чувствительны, воспринимают если не всё, то многое интуитивно что ли. И если все её хотелки удовлетворены, кроме той, где она не высказала что-то, не поделилась чем-то, не выговорилась о злободневном – вылезет неожиданной вспышкой эмоций, что она не видит заботы, внимания и прочего. Так что у нас такая ситуация - жена интересуется, потому что обделена общением и информацией, а я, любя её, открываю подрывной клапан, и Анюта выпускает пар, хотя, если честно, то и мне интересно узнать о том, чем она занималась целый день в моё отсутствие.

Как бы не устал за неделю, вот только выходной надо потратить исключительно на жену. Мне приятно на прогулках, когда на Аню смотрят мужчины, правда она призналась, что это её несколько смущает. Ага, думаю, пока смущает, а потом? Пытаюсь её постоянно выводить на открытость, и она отвечает, как подруга подружке. С одной стороны, это льстит мне, но с другой понимаю, что я-то сужу и поступаю с ней не просто как ровесник, а как полсотни проживший и она, возможно не замечая этого, внутренне воспринимает меня намного старшим. На разный манер пытался узнать не давлю ли на неё, не вынуждаю её исподволь открываться и откровенничать? Всё же по образованию в той, прошлой жизни, я «инженер человеческих душ». Она только улыбается и говорит, что ей со мной хорошо и всё устраивает. Дай Бог, что бы так и было. Мне конечно импонирует полное подчинение женщин своим мужьям в этом времени, однако в семье меня это напрягает, поэтому хочу внести хотя бы капельку равноправия и демократии. Здесь наверное главное — не «переборщить», демократия, она такая, наглая тётка, на плечи может взобраться элементарно.

Глава 11

Наконец настал день, когда мой приказчик привёл в цех десяток молодых специалистов. По списку, что заранее предоставил Лыткин, у нас двое семнадцатилетних парней, трое восемнадцатилетних, по двое девятнадцатилетних и двадцатилетних и одному уже двадцать один. Одни совсем молоденькие, у которых в одном месте может заиграть и детство, а вторые по старше. Хорошо, что они все местные, не столичные правда, а из нашей губернии. Два техника, два слесаря, токарь, кузнец-сборщик, конструктор, специалист по сложным механизмам, даже новатор -самоучка, что не закончил училище, а самостоятельно начал мастерить. Имеем и электромонтёра, в общем, всякой твари по паре и парочку передаю непосредственно в помощь Луи.

Договорились, что молодых приведут на обед. Сделали общий стол, представили каждого, определили по бригадам, подарили робу. Заранее было обусловлено, что жить они будут в заводской общаге-бараке. Однако, когда построим дома, то каждому парню выделим по комнате. Если женится и появится ребёнок, то отселяем из общей квартиры в отдельную. На следующий год у нас должны войти в строй клуб, детский садик и ещё несколько домов. И пока остановимся со строительством. Нужно обустроится - дороги, тротуары, детская площадка, скверик небольшой. Одновременно займёмся и другими людьми посёлка. В планах - снести все землянки и построить нормальные бараки. Общий план надо обговаривать и с местными властями, привлекая архитектора и нашего Новикова.

Неожиданно, впрочем, ко времени, коллектив напомнил о создании профсоюза. Они между собою перетёрли этот вопрос и решив, что механик Синицын Илья Петрович, пусть и возглавит цеховую организацию. Все ему доверяют, уважают, знают давно. Сразу же он и первое задание получил - проинструктировать новичков перед подписанием договора, который первоначально заключается на год, вместе с мастером должен провести общие инструктажи и особую вещь - о неразглашении тайны. Выдал по пятьдесят рублей молодёжи в виде подъёмных и разошлись по рабочим местам. Теперь нас стало почти сорок человек в пятом цеху.

Пока первая бригада занималась изготовлением рам под автомобили, мы с Луи пытались увеличить обтекаемость корпуса второго броневика. Сперва стали перед одной дилеммой - из-за округлений, уменьшаем внутреннее пространство для экипажа, а вторая, - как изготавливать изогнутые листы. В первой проблеме пошли на компромисс: защита стрелка-командира и двигателя, как прерогатива. Со второй трудностью решили только на практике. Цементированный лист всегда трескался под воздействием пресса. Поэтому решили, что сначала бронелисту придаём форму, пока он эластичен, а потом проводим термообработку и мы оказались правы. Однако вылез косяк другого плана - некоторые листы просто вело. Не всё так просто оказалось, пришлось помучиться. Поэтому, через полторы недели нервотрёпки, мы набрали нужное количество бронелистов для работы по бронированию автомобиля.

В последних числах месяца пришла партия тормозных барабанов и ступиц. Первая бригада, изготовив нужное количество рам, начала сборку первых двух авто из десяти.

Стройплощадка будущего микрорайона радовала. Нулевой цикл на самых трудоёмких трёх домах завершён, а остальные домишки, где не было подвалов под всем домом, прирастали стенами. Погреба безусловно были, куда же без них, только они были меньшими по размерам и не тормозили общее строительство самого здания. Как-то очень быстро возвели стены вокруг площадки напротив нашего цеха. Стоят уже и ворота с калиткой. Во всю идёт закладка фундамента под ангар готовой продукции. Уборную отгрохали на загляденье. Летний душ появился, который понравился особенно молодым работникам.

Буквально в течение двух дней в авральном порядке пришлось готовить технику для тестя. Благо, что была своя подъездная колея. Так мы и пандус смастерили, загрузили на платформы экскаватор, грузовик, каток и трактор, совместно с горючим, как бы в помощь и бочкой масла, кое-какие запасники первой необходимости с инструментами. С двумя работниками распрощались до осени, скорее всего. На месте кого-то обучат на трактор и каток. Нам бы главное не загубить экскаватор и неплохой грузовик. Трактора сами будем к весне выпускать лучше амерских.

А я уже намылился отбыть в Крым. Оставил своему приказчику все наставления, деньги на расходы, провёл совещание с инженерно-техническим составом по плану сборки продукции. С Луи договорились, что с ним буду общаться телеграфом, потому что позвонить было ещё невозможно. Полторы тысячи километров – это много и не реально в современных условиях. Если только ради спортивного интереса попробовать и то, каждый раз на ожидание соединения от Севастополя через каждый коммутатор, то вероятно, пройдёт пол дня. Время жалко. Так что воспользуюсь лучше проверенным способом – телеграммкой.

Собираться с дамой куда-то, ещё то приключение и хождение по мукам, а если ещё далеко и на долго, вообще ужас ужасный. Три чемодана и саквояж - получилась наша дорожная поклажа. Не учитывался правда, ещё один чумадан, раздутый до приличненького так сундука, что остался, под предлогом, что в следующий раз и его неприменно прихватим. Эх, были времена, а вернее тут ещё только будут, когда-то сядешь в Питере и сразу махнёшь, без пересадок до самого Севастополя.

Знакомый до ужастиков Николаевский вокзал. В этом храме прогресса смешаны запахи духов, ядрёной махорки, дёгтя и кажется свежей выпечки. Свистки паровозов, крики носильщиков и звонки сразу же напомнили, что нас ждут незабываемые ощущения - несколько суток стука колёс, угольной гари и огромные просторы разделяющие начальный и конечный пункты.

Добрались с носильщиком до нашего курьерского поезда номер один дробь два - «Николаевский экспресс». Это был лучший поезд на линии, правда ходит он только раз в сутки. Безусловно приобрёл билеты в вагон первого класса, не смотря на его стоимость в сорок рублей на двоих. К сожалению, это не купе, а просторный салон-вагон с мягкими диванами, обитыми бархатом, коврами на полу, бронзовыми светильниками.

Пыляки тут скопилось неимоверное количество, разве всё выбьешь, сразу аж в носу защекотало. Рядом с нами размещались какие-то сановники, пару солидных купцов и иностранцы, которые выделялись своим не только внешним видом, скорее лицами-вырубленными словно из камня. Иноземцы о чём-то пошептались, так и не понял я на каком это языке и углубились в книги. На перроне и я прикупил несколько газетёнок, чтобы чем-то заняться, когда жена решит отдохнуть.

Впрочем ошибся, пыли никакой не поднялось, когда мы тронулись. Всё же моют и вычищают салон добротно, молодцы. Что характерно, в вагоне тихо и спокойно. В дороге нам пару раз давали чай с выпечкой и один раз мы обедали, если это можно, так сказать. Всё же десять часов в пути это долго. Сначала Аню, да и меня развлекали бесконечные леса, болотца, потом это надоело. Немного пошептались о её переживаниях, всё же она первый раз во взрослом возрасте собралась в такой далёкий путь. В детстве, когда ей было около восьми лет, они ездили в Одессу, вот только в памяти у неё мало что осталось. А сейчас, будучи взрослой, её интересовало всё. По сути, послушать Анюту - дитя наивное. И да, она у меня умненькая, вот только всё близко к сердцу принимает, за чистую монету, а главное не до конца осознаёт пропасть неравенства, что имеется в нашем обществе.

Прибыли в Москву уже вечером, решили переночевать в гостинице «Метрополь». Маленький участок проехали, однако мою любимую на прогулку не потянуло. Посидели в ресторане часа полтора, поужинали, послушали музыку и отправились в номер.

Второго июля мы сели в скорый поезд сообщением до Севастополя. Ехать двое суток решил исключительно в вагоне первого класса. Тут даже дело не в цене, а в качестве путешествия. Был уже не салон, а вагон-купе, что просто радовало. И даже не отделкой всего внутреннего пространства, хотя и оно было достойным внимания, а комфортом. Здесь уже можно закрыться на ключ и раздевшись, улечься на диванчике, как тебе вздумается. Проводника предупредил, чтобы не беспокоил своими предложениями о чае, сами попросим, если захотим.

Сразу обувь долой и ноги в тапочки - красота. Аня уже привыкла к некоторым моим вывертам, а тут снова: никогда не было и вот опять. Не принято было раздеваться в вагонах. Засохни и завоняйся, но не смей ничего снять, кроме шляпы и верхней тёплой одежды. Когда надоело смотреть пейзажи за окном, полежали немного с женой в обнимку, поговорив о наших планах, впрочем, в который раз уже, наверное, в сотый. Если так хочется любимой, почему бы и не поговорить. Потом немного вздремнули, после поиграли в шашки, морской бой. Карты мы принципиально не брали, они нам не нравились. Обедать и ужинать ходили в ресторан. Меню довольно неплохое, но мы выбирали что по проще и нам знакомо. Цены конечно столичные.

На станциях, где остановку объявляли на пятнадцать и более минут, выходили на перрон, чтобы размять ноги. В Туле просто походили, подышали, хотя чем дышать то в век угля и пара. В Орле мы прикупили выпечку и жаренную курицу, Ане так её захотелось захрумать, что сразу и у меня появился дикий аппетит. В Курске простояли дольше, тут видно паровоз набивали углём и водой заправляли. Походили по шумному базару, что расположился прямо на перроне. Затем был Харьков. В Джанкое прикупили черешню и абрикосы, попробовали квас холодненький. Солёненькие огурчики были, предложил супруге - пока не тянет. Да не уж-то! Симферополь мы проспали, даже проводника не услышали. Проснулись на полпути к Севастополю. Аню поразили туннели. Степи, холмы, виноградники мелькали за окном. Для меня это родные места, тут прошло моё счастливое детство прошлой жизни. Всё вокруг было знакомо и в тоже время не совсем. И вот за поворотом открывается синяя, сверкающая на южном солнце дуга Севастопольской бухты. Душа сжалась и сердце заколотилось так, что обнявшая меня жена что-то почувствовав спросила о моих внутренних переменах.

Забыв обо всём на свете тут, я дал такого маху, что пришлось сразу же отшучиваться, вот только Аня почувствовала, что совсем это не шутки. А сказал то всего ничего - что как я люблю этот край, как он мне дорог. Думаю, что будет мне ещё допрос с пристрастием, судя по мимике жены, уж очень мой ответ её заинтриговал.

В Севастополе сложилась традиция - встречать и отправлять поезда под музыку. В разные времена это были «Прощание славянки», «Легендарный Севастополь». Возможно были и другие произведения, но не часто пользовался железной дорогой. Сейчас наш поезд прибывал к перрону под духовую музыку оркестра, звучал какой-то марш бравурный. Встречающих не мало.

Бросилось в глаза, что белокаменное здание вокзала ещё не оправилось от прошедшей войны, а прошло не мало - пятьдесят лет, почти чья-то жизнь возможно. Находишься на перроне, а воздух уже солёный, пахнет морем, смолой и ещё чем-то неуловимым. Не успел вынести третий чемодан, как вокруг нас уже носильщик вьётся, извозчик тут как тут с криками - Барин, до города? Куда?

Сев в фаэтон поговорил с водилой кобылы о выборе гостиницы, так чтобы была лучшей с видом на море. И поцокали мы по улице Вокзальной вверх в горку. Справа бухта, слева кручи, покрытые непролазным кустарником. Вот мы и как бы уже на будущей площади Пушкина, которая впоследствии стала носить имя Суворова, впрочем, по праву. А сейчас здесь просто развилка улиц и нет никакой площади. Дорога стала иной не булыжником вымощена, а камнем, тише стало и не так трясёт, всё же центр.

По Екатерининской, которая думаю никогда уже не станет улицей Ленина, которого и самого уже наверно нет, медленно, да именно попросил извозчика ехать медленнее, чтобы насладиться видами, что-то узнавая, а вернее ничего не узнавая. Было несколько иначе на этой улице. Несмотря на это, глаз радовался и сердце учащённо билось. Остановились мы как раз перед зданием гостиницы «Гранд-Отель», на месте которого в будущем построили Дом офицеров флота.

Оплатив номер на двадцать дней, мы поднялись в свои апартаменты. Надо сказать, довольно шикарные. Из окон и балкона открывалась панорама на всю Севастопольскую бухту, Северную сторону и бескрайнее море. Видончик был таким, как будто я стою на капитанском мостике. Красота захватывающая и неописуемая. И хотя палуба действительно слегка ходила ходуном, только это не от качки волн, а усталости переезда, настрой был великолепный.

Жаль, что в нашем угловом люксе с балконом не было ванной. Имелся лишь умывальник с фаянсовым рукомойником и кувшином для воды. Пояснили, что на этаже общая ванная комната, куда попасть можно только по записи. Пришлось записаться. А пока горничная принесла горячую воду в медных тазиках. Анюта отправила меня любоваться просторами бухты, а сама, слегка смущаясь начала мыться.

В бухте копошились десятки судов - пароходы, парусные шхуны и военные катера. От Графской пристани отчаливал катерок и шустро пошёл в сторону Константиновской батареи. Внизу всё зелено. Такой всегда был этот город - белокаменный и много зелени. Это не Петербург, где вокруг монументальность, вода и камень, кругом холодный камень, деревья только в парках и садах.

Моё мытьё было быстрым, потому что вода поостыла, да и не привык растягивать этот процесс. Пока приводил себя в порядок жена успела переодеться и была уже готова к экскурсии по городу. Мне собраться вообще пустяк.

Первым делом прошлись к Графской пристани. Что тут сказать. Мы с женой смотрели на одно и то же, вот только видели всё по-разному. Нет это неправильно выразился. Видели мы одно, только у меня всё воспринималось в сравнении с прошлым, что всё вокруг казалось скукоженым, небольшим в размерах, даже слегка убогоньким, нет той современности, размахов. Сейчас всё проще. Поэтому у меня впечатления несколько не такие как у жены. Для неё же, всё в новинку, она восторженно оценивает увиденное. Подошли к памятнику Казарскому - «Потомкам в пример». Вспомнил, как тут на площади Нахимова под раскидистыми платанами вышагивал строем со своим караулом к посту номер один. Значок даже имелся. Эх всё не так, но тоже не плохо. Особенность заметил, что Павел Степанович смотрит не в сторону бухты, как в наше время, а наоборот, на город.

Прошлись по Большой морской. Такая же широкая улица, бойкая, оживлённая, с модными магазинами, банком, фотоателье и гостиницей «Кист». Вместо театра драматургического имени Лавренёва, тоже театр и вышли мы не на площадь Лазарева, а на Николаевскую. Нет гостиницы «Севастополь», ни Детского мира, чего я дурень ожидал увидеть-то. Вместо последнего кстати неплохое и красивое здание. И кому оно в будущем помешало?

Решил Аню повести на рынок, заодно проверить там ли он в это время? Там же оказался. На рынке удалось перекусить довольно вкусными чебуреками, которые жарились прямо при нас. У татарских торговцев попробовали пастилу и лукум. Прошлись по набережной. Зашли в кафе. Сделав круг вышли к памятнику Затопленным кораблям. К моему удивлению он уже был на своём месте. Заметил его издали, а вблизи ничем не отличался от того, где я с пацанами невдалеке ловил крабов руками. Удивился только одному - как тут купались. Оказывается, присмотревшись увидел, как это происходит - в небольших кибитках, что стоят в воде недалеко от берега. Нет, это не по нашенскому. К такому извращению я не готов.

Нагулявшись, даже один раз сфоткались на фоне памятника, потом у ротонды - беседки, возвратились в гостиницу слегка уставшие, главное заряжённые энергией моря, солнышка и впечатлениями. Аппетит у нас за ужином был солдатский - всего и по больше. И крымское вино попробовали, не удержались. Надо на обратном пути всем взять в подарок по бутылочки. Не забыть бы, что записались на ванные процедуры.

Выспавшись вдоволь, привели себя в порядок, спустились вниз позавтракать и теперь пошли по пути нашего въезда - по Екатерининской. Далеко не отошли, увидев кафешку зашли покушать вкуснятины -мороженого. Путь продолжили на извозчике. И далее выехали к площади Новосильского, которая будет когда-то носить имя великого флотоводца Ушакова. Цель нашей прогулки на сегодня - посетить Панораму обороны города в ходе Крымской компании тысяча восемьсот пятьдесят третьего- пятьдесят шестого годов. Панораму открыли в прошлом году и сейчас она была основной достопримечательностью. Народу было не мало, не так как в будущем конечно, но всё же, Аню впечатлило, не очередь, конечно, она в последнюю степень. А вот само полотно, мастера батальной живописи Франца Рубо, так это точно, проняло даже, до глубоких глубин души человеческой.

Сколько раз, да наверно десятки раз с разными своими родичами, родителями, классом и потом курсом побывал внутри Панорамы и каждый раз, как бы вновь погружаешься в гущу событий штурма Малахова кургана. Все как заворожённые смотрели не только на полотно, но и на предметный план, что располагался между нами и картиной боя. Перед этим мы были на батареях, бастионах, видели траншеи, орудия. За этим следят работники музея, которые сознательно сохраняют для потомков. Хорошая получилась экскурсия. Это было отличное место для прогулок и воспоминаний о военной славе. Аня под впечатлением долго молчала, отвечала однозначно. Обдумывала, как говорится переваривала увиденное и услышанное.

Спустились мы на улицу Гоголя, что и в будущем также называться будет. Тут в моём времени пятиэтажки, а сейчас красивые особняки в окружении садов и палисадников. Никакой многоэтажной застройки. Жили тут не простые людишки. Пересекли площадь Новосильского и вновь пошли, как вчера по Большой морской. Немного остановившись на перекрёстке улиц, где одна шла в низ, а потом вверх к площади Восставших и называлась в будущем генерала Октябрьского. Спросил у солидного гражданина о названии улицы и что далее наверху холма, где в моё время располагались первая городская больница, стадионы- «Чайка» и «имени двухсотлетия Севастополя», гостиница «Крым» и сама площадь Восставших. Узнав, что мы приехали на отдых из столицы, любезно всё детально рассказал. Оказалось, что всё просто. Улица называлась Подгорной. На верху холма ничего особенного- окраина города. Основные, ключевые укрепления, оставшиеся после прошлой войны, частично разрушенные, а что-то до сих пор не восстановлено. Тюрьма. Рядом - жилища простого люда, пустыри, огороды. Казармы солдатские городского гарнизона.

Подтвердил словоохотливый абориген, что есть дорога на мыс Херсонес, куда порекомендовал непременно съездить. Вот только туда желательно с утра, далеко ехать экипажем. Дорога будет идти через пустыри, балки, редкие хутора и виноградники. Напомнил, что там святое место, как никак крестили князя Владимира. Есть безусловно и археологические раскопки. Поблагодарив рассказчика, подошли вскоре к великолепному собору. Ничем не изменился кафедральный собор Покрова Пресвятой Богородицы.

Была вторая половина дня, а народа в соборе много. Купили свечи, поставили святым угодникам, помолились. Завтра придём сюда на службу. Выйдя из Божьего храма, взяли извозчика и не спеша, рассматривая всё, что нас окружает, покатили в гостиницу. Только попали в номер, умылись и сразу скинув верхнюю одежду рухнули на кровать. Хорошо, что прикрыли шторами окна, хоть чуть прохлада сохранилась. Жара на улице неимоверная. Нам после столицы приходится акклиматизироваться на ходу. Спала ли Аня, впрочем, не знаю, обняв её, лично я погрузился в сон.

Проснулись вечером, уже после заката солнца. Лежали и решали, что делать. Голод победил. Спустились в ресторан, а потом прогулялись к Графской пристани, посмотрели на море и возвратились на Приморский бульвар, где играл оркестр. Одни люди слушали, другие танцевали. На один из вальсов пригласил любимую. Что значит молодость. Совсем недавно валились с ног от усталости, а стоит немного передохнуть и можно в пляс. Вечер был замечательный, атмосфера великолепная, воздух восхитительный. Ночка у нас то же была не забываемой. И не только потому, что медовый месяц продолжается, а потому, что Аня, подловив момент, спросила в лоб то, чего больше всего не хотелось услышать.

Оказывается, у неё сложилось впечатление, что я свободно хожу-брожу по незнакомому городу, хорошо ориентируюсь и ни у кого ни разу не интересовался ни о чём. Когда заикнулся, что мол спрашивал же гражданина, так ответила, что ты проверял то, что сам наперёд всё знал и только уточнял, а не интересовался.

У нас был с Аней разговор как-то после бурных проявлений чувств и эмоций в первые дни после свадьбы - быть честными друг с другом, никакого вранья, быть преданными друг дружке и ещё всего многого. Как ей теперь соврать? Поверить в мою правду очень сложно, тем более, что мы вместе недавно, хотя друг друга знаем продолжительное время, но всё же. Рано ей знать правду обо мне. Поэтому сослался на то, что мои томичи здесь бывали и не раз, а в этом году они решили ехать в Одессу. Друзья рассказывали так интересно, что и проверять не пришлось, всё правда, маршруты не мной проложены.

На сколько она поверила, не берусь судить, однако провал мой был очень близок, как никогда. И что дало бы ей это послезнание? Через месяц совместной жизни узнать, что твой муж не пойми кто и не известно откуда? Поверить – то поверит, а дальше? Как она будет жить с таким багажом знаний о стране, трудно сказать. Мы хоть и выглядим молодо, однако мне по совокупности далеко за семьдесят, а ей всего лишь двадцать один. Поживём-посмотрим, решил тогда я.

Утром третьего дня нашего путешествия у нас слегка болели ноги от пеших прогулок. В столице так много не ходили. С непривычки это, расходимся и всё пройдёт. Ещё вчера договорились, что посетим Малахов курган после службы в соборе. На троллейбусе будущего всего то пол часика, и ты на месте. На пролётке добирались чуть больше часа. И наш обед так раструсило, что были очень рады, когда подъехали к подножию кургана.

Особенно запомнится Ане низменность у вокзала, так называемая Лабораторная балка, что в будущем будет называться площадью Ревякина. Болотистая местность с запахом сероводорода и это после ресторана, где довольно плотно покушали. Народ ютится по склонам, тут уже не блеск центра.

С Малахового кургана хорошо теперь рассмотрел свои бывшие пенаты второй половины двадцатого века. Нет ни чего за что бы зацепился глаз. Огороды, кое где не то хутора, не то разрушенные укрепления, балки, обширные пустыри и опять степь. Не зажили раны на земле после той войны. Только мысленно представил, где Воронцовка, проспект Победы, Горпищенко. Где-то там вдали Сапун-гора, где погиб в сорок четвёртом мой дед при освобождении города от фашистов.

Снова окраина города. Сам курган только сейчас становится частью города, а во время войны он находился скорее всего за чертой Севастополя. Походили, побродили, повспоминали о тех событиях, что были на полотне в Панораме. Нашёл даже новёхонькою пулю свинцовую, не стреляную, видно только с пулелейки. Возможно потерял боец во время боя. В общем тоже с пользой провели время.

Извозчику заплатил тройную цену, чтобы только подождал, а оплата за обратный путь, это, само собой. Корабельная слобода — это рабочая, серая сторонушка, с её неприглядной жизнью работников порта и адмиралтейства. Тут были Лазаревские доки, причём глубоководные. Видны были как бараки, так и что-то похожее на землянки. Одним словом - посёлок у доков. Грязь, пыль, запах мазута. Пусть жёнушка сравнит со своей житухой и других людей, которые собственно говоря и создают то, чем владеют состоятельные, без чего последние были бы ничем и никто. Всё держится на крестьянах прежде всего и рабочих.

Извозчик видно застоялся, так потом всю дорогу разъяснял – по какой улице едим, что вокруг. Узнал, что как раз рядом с Малаховым курганом пролегает почтовая трасса на Симферополь, но чуточку раньше идёт в бок ответвление в направлении Бахчисарая. Как подумал сколько ехать до этого татар-бахчи, то дурно стало. Тут машина нужна, а на лошади, если только в крайнем случае по сильной, крайней необходимости. Раз таковой у меня не было, значит обойдёмся. Как ни будь в другой раз.

Вечером снова наслаждались оркестровой музыкой, бродили по набережной. Чуть позже, когда с балкона своего номера рассматривали акваторию бухты и море, решили, что завтра ещё один день экскурсионный, а потом уже покупаемся и займёмся делом.

Полуостров Херсонес считался глубокой глухоманью. Поездка на него получилась изнурительной. Во-первых, и оно самое главное- жарко, душно и пыльно. Я уже как бы стал подзабывать такое воздействие природы на себя. Аня то же не лучше чувствовала себя, если не хуже, барышня не парень. Крымская земля - это только одно название, а на самом деле грунт каменистый, повсюду камни, куда не кинь, выступы скальные. Самого грунта меньше полуметра, а дальше то скала. Естественно и на дороге попадаются булыжники. По сторонам пейзаж то степной, то балки, козы с барашками и пастухами, виноградники, и опять степь с ковылём. Встречались военные посты. Ехал и примерно отмечал где мы находимся и сколько проехали и что ещё осталось. Без ориентиров из будущего плохо. И думал, какой я молодец, что записался в ванную комнату на сегодняшний вечер. Вода после мытья будет очень грязной.

Как я и предполагал, на мысе раскопки были в зачаточном состоянии, тут действительно работали учёные-энтузиасты. Не было никаких музеев со всеми теми экспонатами, античного театра, что когда-то видел. Зато в подробностях рассказывал любимой, что тайны города ещё не все открыты, надо копать и копать. Рисовал на дорожках какие могут быть находки древности, по своим воспоминаниям. Корчил умного и всезнающего.

Посетили Свято–Владимирский монастырь, собор. Поставили свечи. Много было паломников. Данное место в это время воспринималось только для паломничества, потому что всё здесь связано с крещением князя Владимира. Всякого рода построек, пристроек много. Приобрели иконку, как семейную реликвию будем хранить и молиться святому князю крестителю. Пару тысяч, а может больше, не знаю точно, втихаря, что бы никто не видел, едва вставил в отверстие церковного ящичка, на развитие обители монахов.

Хотел было отойти куда-то в сторону, чтобы ноги хотя бы помочить, да куда там, такие перемещения по сплошным камням да в наших то туфлях? Приехали естественно уставшие. Хорошо, что не пропустили время посещения ванны. Спали мы без «задних ног», причём «поотключались», лишь добравшись до кровати.

Местную периодику уже проглядывал и нашёл в «Севастопольском справочном листке» объявления, да не одно, что продаются то дачи с землёй, то просто домики или просто участки. Причём для Крыма участки немаленькие. Привлекло одно именно по причине хорошего участка- в полдесятины. А это между прочим пятьдесят соток, да с садом, огородом и ещё с домиком. Цена – пустяк, всего-то триста рублей. Имел и ещё одно объявление, которое вычитал в газетёнке из столицы, это прочитал в дороге, в вагоне. Здесь более сложный вопрос, цена которого в десять тысяч рублей. Всё потому, что место престижное и участок в два гектара. Сюда мы тоже доберёмся, только пароходом и позже.

Предложил супруге совместить полезное с приятным - разобраться в одном деле и заодно покупаться. Скромно упустив, одно слово - возможно. Надоело мне отдыхать, всё что нужно посмотрел, удовлетворил свои исторические познания местного разлива, пора и делом заняться. Время не идёт, а летит.

За малую сумму договорился с местным капитаном каботажником, что перевозит людей и грузы на Северную сторону - в Учкуевку, и далее до хутора Любимовка добираться придётся извозчиком. Почти штиль, под моторчиком пришлось идти, а хотелось под парусом. Извозчик учкуевский, настырный попался или наоборот слишком прошаренный. Не раз вероятно киданули, так теперь сразу взял в оба конца и если ждать, то за отдельную плату.

Пока Аня сидела в повозке, прошёлся по хуторку, который больше похож на дачный посёлок, правда небольшой. Поспрашивал народ. Нашёл татарина, который хорошо понимал русский и согласился показать то, что меня интересовало. Сначала меня несколько напрягло, что тут татары живут, народ он конечно трудолюбивый, хотя против иноверцев, то есть нас, русских. Из-за этого они помогали туркам в прошлую войну, будут предателями и в Великую Отечественную. О всех нельзя сказать однозначно, однако они очень сплочённый народ и зависим от своих старейшин. Тут сразу вспоминается выражение, - хочешь, не хочешь, а башка резить надо, так сказал мой началник.

Семья Алиевых переезжает, как потом в разговоре с хозяином выяснил. Сын подался в Турцию, дочери замужем в Бахчисарае. Там же у них есть и другое жильё, а этот дом уже не нужен. Казалось передо мной старик, а на самом деле ему только сорок пять. Здесь его уже ничего не держит- всеми мыслями с женой и дочерями. Посадил весной немного всякой всячины- только чтобы поесть, пока не продастся дом.

Сам домишка жилой конечно. Три комнатки, печь на зиму, вторая на улице, где сейчас готовит еду. Сад неплохой, мне даже понравился. Чего здесь только нет - десяток персиков, пару айвичек, сливы, говорит, что сушится она хорошо. Да и сам вижу - будет длинной, возможно синей, как чернослив. Несколько абрикосов, вишня, черешня, кустарник какой-то вдоль забора. В затишке, но на солнышке шикарный инжир, а рядом гранат. Мы в восьмидесятых так же имели эти культуры и за пять лет, что их выращивали, даже не укрывали. Что понравилось, так что сад обрезан и сформирован правильно, я уж в этом толк знаю. Другая половина участка отведена под огород. Подошли к краю участка, а там недалеко бежит Бельбек. Знаю, что в те времена эта речушка в паводок или после ливней становится очень уж опасной- может затопить.

Юсуфа Иброгимовича спросил на счёт потопов, так он рассмеялся. Сказал, что за тридцать лет, что живёт в этом доме, никогда вода в огород не попадала. Низменная, соседская часть топится и смывается периодически. Его дом значительно выше и этого хватает. Попросил его показать выход к морю. Тропочкой, каких-то пять минут, и мы на берегу. Галька под ногами, правда, чем ближе к воде, тем больше песка. Русло речки конечно не так далеко, а это постоянный ил, муть. В данный момент плещется нормальная вода, не прозрачная как на камнях бывает она. Терпимо, впрочем. Не обязательно прямо на этом месте купаться, можно отходить и дальше в сторону.

Хитрый татарин, видя, что я заинтересовался, слегка приподнял цену. Как слегка? Да сразу на треть! Не триста просит, а каких-то четыреста. Жулик, одним словом. Пришлось договариваться. Долго он трепыхался, этот Алиев, пока не сказал, что давай такую цену установим, что и не по мне и не по его. Пока он шамкал, назвал последнюю цену в триста пятьдесят и точка или ухожу искать другой дом. На этом и сошлись. Подождал немного, пока Ибрагимович соберётся, возьмёт документы и отправились ковать железо пока горячо.

По любому, здесь не будет со временем татар, так и сам Юсуф говорит, что татар осталось совсем мало- единицы. Город со временем прирастёт окраинами и их попрут. Лучше заранее выехать в сельскую местность, потому, что считает - кормит не завод, а земля. Прав татарин. Здесь недалеко пока хутор Кача. Так там будет скоро аэродром, военное училище лётчиков со временем и татар могут просто заставить выехать. До этого конечно не пара лет, возможно больше. За сезон хороший хозяин может много чего реализовать. Сами с женой на рынке видели, что большинство торгашей татары и чего только они не выращивают. С каждым годом в Севастополь будет приезжать больше отдыхающих. Причём тут пересадка на пароход, а отсюда по воде куда хочешь, Южный берег полуострова велик. Рынок поэтому не пустует. Меньше производителей овощей, фруктов и ягод – больше цена. Рынок в Севастополе никогда не был дешёвым, потому что ориентировался на приезжего - отдыхающего и туриста.

К обеду мы втроём оказываемся на Большой Морской у нотариуса Фёдорова. Проверили документы, сверились с разными талмудами толстенными и наконец-то Егор Павлович, он же Фёдоров, сделал вердикт, что землю продавать можно. Ибо бывают такие нюансы, что продажа дома осуществлялась без земли. Нам повезло. Между тем, мне намекнули, что придётся подождать две недели - необходимо узнать, нет ли споров из-за этого участка. Пришлось и мне намекнуть, что готов ускорить процесс и считать, что сегодня в эту минуту уже всё проверено скрупулёзно и препятствий для заключения сделки не имеется. Оформление купчей заняло без малого два часа. Однако, это ещё не всё. С этими документами обращаюсь в Окружной суд, где через месяц, иногда немного быстрее, мне окончательно выдадут документы оформленные на меня. Не быстрая процедура. Хорошо, что управились до конца дня пройти следующую процедуру.

Договорились с Алиевым о повторной встрече, что определил работник секретариата. Деньги ему полностью не дал, потом ищи татарина, остаток после окончательной сделки. А ключики попросили от дома. Слегка огорчённый Юсуф поехал к родичам, а мы с Анютой, решили зайти в ресторанчик покушать. Потом прошлись по лавкам, прикупили теплое одеяло шерстяное, льняной материи под размер покрывала, пару рушников махровых, толстую подстилку для лежания на песке, по ходу дела жареную курицу и лепёшек. Вновь отправились на Северную сторону. Как обрадовался извозчик, что нас вёз до Любимовки, как родные стали. Договорился с ним так- плачу двойную плату, но он возвращается один, а завтра к этому времени нас забирает по такому же тарифу. Конечно же он не отказался. Чего так не кататься!

Глава 12

Зашли с Аней в почти наш дом. Собрал все манатки прежнего хозяина и отнёс в сарайчик. Теперь его топчан стал нашим - укрыл одеялом полуторным, недавно купленным. В доме чисто, вообще чисто, то есть ничего нет, всё подметено и вывезено. Только в столовой нашли что-то наподобие тарелки, лепёшки, сушёного мяса немного, специи и глиняный горшок. Ни вилок, ни ножа. Кушали видно, как у них заведено — руками.

Хорошо, что у меня есть всё необходимое. Вилок нет конечно, зато ложка и нож хороший имеется в саквояже. На огороде обнаружили розовые помидоры, маленький огурчик, укроп, петрушку, ещё какаю-то пряность, абрикоса насобирали, полуспелый персик нашли. Помыли фрукты в ледяной воде из колодца. К курице не прикоснулись. Наелись плодами. Как бы нам не получить проблемку на ночь или под утро.

Пока Анюта бродила по саду, я с кувшином прошёлся по соседям и купил молока козьего. Не стал после абрикоса пробовать. Хотя по запаху и так чувствовалось, что молочко замечательное. Сыра, похожего на брынзу прикупил. Возвратился не с пустыми руками. На улице уже солнышко совсем не пекло, скоро должно скрыться за верхушками деревьев. Пока видно, решил с женой выйти по тропе к морю. Прихватил только подстилку и полотенца. Не выдержал, первым снял обувь и прошёлся по водичке, как замечательно. Это всё видно отобразилось на моей физиономии, что примеру последовала и Аня. Чтобы не заблудиться, соорудил пирамиду из камушков с указанием на тропу. А сами пошли далеко в сторону, подальше от людских глаз.

Сумерки наступали быстро. И тут я закрутил шуры-муры - не только сам разделся и жене помог. А потом бегом в море. Чтобы любимая в последний момент не дала заднюю, держу её за руку и так мы вместе влетаем в воду. Дно пологое, не сразу глубина, хотя уже выше пояса и веду её ещё глубже. Лёг звёздочкой, волн практически нет, почти штиль. Анюта сомневается, колеблется, однако решается и у неё не выходит. Помогаю лечь, слегка придерживаю. Неуверенность её всё портит. Хотя сначала получается, а потом страх и всё, тонуть начинает, плавать не умеет. На первый раз хватит. Вода градусов девятнадцать. Надо хорошенько обтереться. Сидеть на песочке сегодня не придётся. Как-то стало неуютно. Пришлось одеться и возвратиться. Лучше купаться днём.

Сделал небольшой костерок во дворе из дров, что были видно собраны ещё прежним хозяином на готовку пищи. Согрелись немножко. Перекусили сыром и курицей с лепёшками. Запить не чем, одна беда. Вода есть, только холодная, с колодца. Молоко попьём утром. Ночью нам было даже жарко под тёплым одеялом. Проснулись рано, от криков соседских петухов. Лежали, пока не захотели есть. Подобрали всё, что было. Так что пришлось к девяти часам снова пройтись по соседям. Им хорошо и нам вкусно.

Уже вдвоём досконально обследовали двор, сделали схемы расположения будущих бараков для деток и взрослых, посчитали всю длину забора, потому что его надо делать каменным и значительно выше, чем есть. Дом придётся переформатировать под столовую и пару беседок поставить. Ворота с калиткой необходимы и навес под технику. Решили жертвовать частью огорода, сад жалко трогать. Спилить дерево можно всегда, вот только они долго растут. Погреб необходим, а имеющийся маловат для будущей оравы.

С осторожностью обследовал забор вдоль речки и обнаружил, что имеется какое-то сооружение вместо трубы- сложили квадратный ввод воды во двор. Да, почти из квадратных кусков не то сланца, а может и другой породы камня, выстроили ход, по которому вода поступает в замаскированный колодец для полива сада и огорода. Хитро придумано. Сразу и не заметишь. Вышел к речке, чуток подраскопал, перенаправил воду, и она струйкой потекла куда надо и этого достаточно. Когда воды значительно больше и уровень выше в реке, то она и сама попадает в желоб. Чистить его надо периодически и нет проблем с поливом. Молодец татарин. Я бы с насосом решил заморачиваться, а тут решение проще. Срубы на колодцах надо конечно обновить и почистить не мешало бы дно. Всё остальное по ходу дела.

Днём также втихаря искупались и даже пока обсыхали, слегка поджарились. Мы белые, как бумага, нам и этого на первый раз вполне хватило. Дождавшись извозчика, всё заперли и отправились в город. Сначала помыться и переодеться. Одежду сдать в стирку и глажку, покушать нормально. По объявлениям поискать строительную бригаду, найти управляющего всем имением на время нашего отсутствия- задача не простая. Можно остаться без денег на раз-два.

Вчера мы отдохнули от наших перипетий, а с утра отправились в собор-усыпальницу адмиралов - Святого Владимира. Имелась у меня одна задумка. В эту эпоху церковь была не только духовным, но и мощным социальным институтом, знавших своих прихожан. И мысль правильная пришла. Всего через сорок минут беседы сначала со старостой, а потом одним из протоиереев собора, у меня был адрес проживания одного примерного прихожанина из отставных военных.

Наняв извозчика, довёз супругу до гостиницы, а сам отправился в Корабельную слободу. В прежней поездке Ане очень уж не понравилось, как пахло в Лабораторной балке. Если бы не железнодорожный вокзал, то наверно этот участок города долго обходили вниманием. Низменный участок с подпиткой от ручья и стока вод с окружающих горок превратился в хорошее болотце и соответствующими запахами. Однако такое место гиблое было не миновать, если надо попасть в район Малахового кургана, вернее даже намного ближе, как оказалось. Извозчики как справочники ходячие - всё знают.

Быстро нашёл кандидата в управляющие. Степан Игнатьевич Горохов сразу расположил к себе. Честный, немногословный и главное богомолен. Не раз выполнял разные поручения от протоиерея. Для меня важно, что он не только как личность, человек положительный, обладает и командными качествами – отставной фельдфебель пехотного Белостокского полка, между прочем участник обороны города в Крымской войне, да просто грамотный человек. Читает, пишет, считает и имеет навыки ведения хозяйственных работ. Главное ещё местный и на хорошем счету у достойных людей.

Узнав немного личной информации от самого Горохова, добавил и о себе немного. Моё предложение он принял. Дал время собраться человеку и отправились на Северную сторону. На месте, с карандашом и тетрадкой, всё осмотрели, сравнили с моими схемами и записями, одним словом - хотелками и пришли к выводу, что нет ничего невозможного.

Степан Игнатьевич не поверил сразу, что это всё будет для рабочих и их семей, проникся даже мужик. В конце беседы у меня сложилось мнение, что всё получится, а вчера сомнения были. Решил даже закрепить этого человека к себе, к моему делу. Надёжных людей мало и их надо ценить, даже оберегать. Не их беда, что у нас сословия и разделения. Предложил вариант постоянного сотрудничества – он будет управляющим базы, переберётся в Любимовку с семьёй, подберёт хороший дом с участочком, а я его куплю и в знак долгосрочной работы сделаю дарственную. Можно и углубить сотрудничество. Сына отправим учиться, а дочка пока подрастёт соберём достойное приданное. Жену без дела не оставим. Предложил ему жалование на начальном этапе в сто рублей с последующим пересмотром в сторону повышения. Я конечно не был Дедом Морозом с волшебным посохом, однако отставной вояка не выдержал, обнял и со слезами на глазах не мог связать слова в предложения, одни эмоции. Не всем могу помочь, своим же надо дать возможность почувствовать себя людьми, а не просто человечками, о которых вспоминают, когда они нужны, забывая потом о их существовании.

В город прибыли уже в совершенно другом расположении духа и чувствовали мы себя партнёрами. В Севастопольском отделении Азово-Донского банка открыл счёт на имя своего управляющего, положил три тысячи рублей. Нотариально у того же Фёдорова оформил «Явленную доверенность на право производства расчётов и хозяйственных распоряжений». Выплатил за месяц жалование, сотню на расходы. Связь у нас будет по телеграфу, причём еженедельная, пока идёт строительство. Инициативу передал ему в руки - он вправе заключать договора как с артельщиками, так и с поставщиками. И пообещал, что перед отъездом в столицу обязательно посещу базу, посмотрю на проделанную работу.

День прошёл не зря. На вечерней прогулке договорились, что в понедельник отправляемся в Гурзуф на осмотр другого участка. Вот только у любимой возникло много вопросов, а главный, что справимся ли финансово, не станем банкротами? Успокаивать не стал, а просто пояснил, что о финансовых вопросах был разговор и пусть вспомнит его. Деньги обесцениваются в любом случае. Надо чтобы они или работали, принося прибыль, или их надо вложить во что-то и это будет страховкой.

Уже ночью, когда мы не забывали, что у нас и в путешествии продолжается медовый месяц, опять пояснил Ане, что если мы приобретём хороший участок земли в Крыму и построим на нём дом, как дачу, потому что постоянно жить тут не сможем, пока я служу или работаю, не важно, то эта недвижимость будет закреплена за ней. Убедил жену, что приобретение будет её страховкой и опорой, а у меня уверенность, что семья не пропадёт без кормильца. Не могу же сказать о том, что впереди возможны конфликты военные, которые наверняка произойдут, хочу ли я этого или нет, вот только меня не поймут, если не приму участие в защите империи.

Как и положено, с утра мы отстояли утреннюю службу, потом возвратились в гостиницу, пообедали и переодевшись, отправились на набережную. Днём народа не так много, жарко. Однако если посидеть под раскидистым деревом, подышать морским воздухом, то слегка привыкаешь. Тем более у Ани зонтик, веер. А мне и так хорошо. Как бы не было тепло в столице, всё-таки здесь лечебный климат, оздоравливающий. Играет оркестр, ласковый бриз- такое ощущение, что мир замер. Через час нам надоело, и мы совершили прогулку по Большой морской. Аня даже заприметила на противоположной стороне улицы знакомых по Питеру.

Летом многие уезжают на юг или за границу. Посидели в летнем кафе на открытой веранде с видом на бухту. Даже не почувствовали, как пару порций мороженого приговорили. Гуляли до сумерек, потом покружились на площадке, где продолжал играть оркестр и наконец уморившись отправились в номер. От безделья то же устают, а завтра насыщенный денёк.

Несмотря ни на что, каждое утро делаю зарядку. У меня выработалось ещё с Томска правило и от него не отступал. Отжимание от пола, приседаю, гантели, а когда их нет, зато имеется мебель не малого веса. За полтора года немного да сформировал своё тело. Так втянулся, что выработалась потребность к физическим упражнениям. Аня по первой восприняла за блажь, отец её этим никогда не занимался, только сейчас уже привыкла.

Собрали некоторые вещи с вечера, потому что не известно сколько придётся пробыть в Гурзуфе. После завтрака, а скушали совсем мало, так как не знали каким будет море. А если слегка разыграется, и мы с полными желудками, неизвестно как поведём себя. Можно же и по прибытию, на месте перекусить. От Графской пристани отошли на комфортабельном пароходе «Ливадия». В жизни не ходил на таком судне. Катер, паром, ялик, лодка вёсельная- вот на чём приходилось покорять морские просторы, в основном акваторию бухты.

Мы следовали на восток прямиком в Ялту. По требованиям пассажиров, как нас, например, пароход может подойти к причалам прибрежных курортных поселений и городков. Слева остались в дали руины Херсонеса. Далее рассмотрели мыс Фиолент, потом Балаклавская бухта осталась позади. Миновали мыс Айя. Со стороны моря непривычно рассматривать берег. Немного качало, как же без этого. Хоть и шли вдоль береговой линии, всё же справа открытое море. Через три с половиной часа, к нам подошёл сам капитан и предупредил, что через пол часа пристанем в Гурзуфе. Попросил его показать мыс Плака. И нам с удовольствие указали на выступающую часть суши по курсу.

Уже можно было рассмотреть приличных размеров дворец князей Гагариных. На небольшом удалении от мыса скалы выступают над водой. А берег какой! Невероятно просто какие есть высокие деревья. Всё имение в зелени, разглядеть сложно постройки, террасы. Ясно, что труда приложили очень много. На плато виноградник. Верх плато мыса лысый и каменистый. Другой склон тоже не плох- пологий и в деревьях. Знать бы где та часть имения, что продают и сейчас её рассмотреть хорошенько. Обогнув мыс, в дали увидел ещё один дворец. Не скучно князьям, рядом соседи и мы где-то прилепимся. Вскоре пароход подал сигнал и стал приближаться к берегу.

Вот так, в полдень, мы с Анютой сошли на пристань. Пошли искать извозчика. То, что мы увидели не походило на город, скорее на поселение с домами разного стиля. От татарских мазанок до приличных размеров домов. Долго пришлось извозчика искать, чтобы был согласен доставить нас в имение князей Гагариных. Неправильно подсказали нам. От Гурзуфа почти двадцать вёрст, а из Алушты, всего девять. Проще бы пароходом пройти это расстояние, чем трястись в коляске. Неудачно мы зашли, подумалось, что может не стоит ехать - не мой вариант? Всё же уломал мужика по двойному тарифу. Кровосос, а не водитель лошади.

За два часа мы добрались наконец до пункта назначения. Незабываемо получилось. Дорога дрянновата. Как сказал извозчик, это почтовый тракт, а баре чаще пароходом и с комфортом. Пыльные, уставшие и голодные мы въехали в имение Кучук-Ламбат, что обозначает это с тюркского «Маленький маяк», вот такой грамотный таксист нам попался, пояснив важность момента.

Первого, кого мы встретили, направляясь ко дворцу, был садовник, который и подсказал, что её высочество зовут Анастасией Давидовной. Он же и поведал, что хозяйка плохо чувствовала себя с утра, как никак уже восемьдесят годков. Указал как пройти к старому, первоначально построенному дому ещё прошлого века. Новый дворец нельзя сказать, что огромный, только и не малое здание, больше того, куда направили нас.

Не в доме находилась княжна, а в беседке красивой. Увидев нас пригласила и начали знакомиться. Как-то сразу догадался, что она не русских кровей и как потом выяснилось был прав. Сидел я в полном ауте и слушал о жизни княгини. В голове были разные мысли. Прежде всего, что ни родословная, ни богатство, ни благодатное место, даже можно сказать райское, ничего не уберегло счастье этой женщины. В тридцать один год стала вдовой. Дочь умерла в десятилетнем возрасте.

Четыре года как перестраивает имение, а оно ей надо, в её то возрасте. Прямых наследников нет. Вообще то они найдутся, когда её не станет. Сейчас бы просто отдыхать, наслаждаться благоустроенной, самодостаточной старостью, а она продаёт часть земель, чтобы закончить строительство. Мне показалось, что это безумство. Да, уж, причуды богатых не понять. И хорошо, что, выставленные десятины на торг находятся за мысом, с другой его стороны.

На голодный желудок я бы не выдержал такую продолжительную беседу с княгиней. Узнав, что мы из Севастополя и добирались через Гурзуф, предложила освежиться и потом нас накормили. Под самый закат одна из служанок провела нас по территории имения. Это государство в государстве. Не менее часа мы бродили по парку с экзотическими растениями. А ещё оранжерея, собственная винодельня, молочная ферма. На виноградник отказался идти, чего я там не видел. Хозяйственное обустройство имения посмотреть, это другое дело, с пользой на будущее. Когда уже горели везде фонари и лампы, мы вновь вошли в дом.

Княжна, поинтересовавшись - не разочаровались ли мы иметь в будущем такое хлопотное дело и получив отрицательный ответ, продолжила деловую беседу. Она распорядилась, что завтра мы вместе с управляющим отправимся в Алушту и там пароходом возвратимся в Севастополь. Оттуда поездом до Симферополя и у нотариуса, что ведёт все их семейные дела, решим вопрос с купчей крепостью.

Однако посмотрев на измученный вид жены, предложил другой вариант, если она не возражает. Мол рабочая неделя только началась, с одной стороны, с другой, подустали мы с переездом и опять в путь. Хотелось бы подняться на мыс и осмотреть наш будущий участок, уже что-то прикинуть в планах и фантазиях. Анастасия Давидовна приняла моё предложение. И даже посочувствовала Ане, отправив нас спать.

Долго мы не могли заснуть. Мне казалось, что Аня спит, вот только она, как и я просто лежала и думала. И когда захотел подняться, чтобы подойти к окну и приоткрыть его, жена повернулась с каким-то задумчивым взглядом. Было о чём поговорить и что обсудить. Оказывается, не только мне кажется, что не видать нам здесь счастья. Глаза видят красоту природы, замечательные климатические условия, только душе не прикажешь. Внутри остаётся осадочек разочарования и червячок точит уверенность и самообладание. Ближе к утру всё же забылись непродолжительным сном.

После молебна в домашней церкви и последующего завтрака, мы с женой всё же решили облазить весь склон и прилегающие территории продаваемой земли, вплоть до участка соседа, который граничил бы с нами. За территорией безусловно следили и регулярно чистили. Гадов разных не видели, хотя они должны быть, вокруг же дикая природа.

На обед хозяйка имения не вышла. Со слов управляющего Анастасия Давидовна неважно себя чувствует и просит извинения, что гостей оставила без внимания, а также, что документы готовы и только дело за нами. О том, что и мы готовы выехать сразу же после принятия пищи, ускорили сборы фаэтона в дорогу.

Через час, мы не только стояли на пирсе в Алуште поджидая пароходик, но и успели отбить телеграмму в Симферополь, чтобы нотариус уже начал готовить документы на продажу участка. В девять вечера входили в бухту Севастополя. И что сказать, после того, как решил с женой просто приобрести участок и сделать его активом семьи, оформив на Аню, на душе полегчало, так сказать отлегло. Своим чувствам надо верить. Ещё в Гурзуфе почувствовал неладное. Так и получилось.

Анюта решила отсыпаться и пообещала, что из номера никуда не выйдет. Еду закажет к себе, даже в ресторан спускаться не будет и отпустила меня самого в Симферополь. Дальше пошло всё как по маслу. Сделку осуществили без проблем. Оплатил и был свободен до поезда. Побродил по городу, повспоминал былое, перекусил и вечером уставший, довольный уже гулял по набережной с любимой, наслаждаясь приятным ласковым ветерком и музыкой оркестра.

Глава 13

Как не крути, а десять дней уже моего отпуска и семейного путешествия прошли. Сделали два дела, только результат получается не совсем тот, что я ожидал. Четверг мы решили вновь посвятить Любимовке. Правда в этот раз прихватили купальные костюмы и еду. В Учкуевке, как поджидая нас, уже радостно встретил знакомый извозчик. Ещё бы, столько на мне заработать и не веселиться, даже грешно как-то думать о кислой морде.

Степан Игнатьевич оправдал мои надежды. Он и был не рохля, а теперь вообще, даже внешне немного переменился. Вот что значит у человека появилась цель, работа, уверенность в будущее семьи, даже статус несколько подрос. За четыре дня управляющий приобрёл добротную телегу с лошадкой. Как понял, это заменит самосвал. Уже даже кто-то работал на участке. Присели перевести дух, а заодно он приготовил чай к нашей сдобе. За пять минуть получил чёткий и лаконичный отчёт, план действий до конца недели. И намекнул, что сосед наш-татарин хочет со мной встретиться и переговорить по какому-то вопросу.

Сразу же подумалось, что нарушили мы своими работами покой местным жителям и они проявляют беспокойство. Впрочем, ошибся. Оказалось, что татарин намеревается так же, как и Юсуф, слинять подальше от побережья- к своим, под Симферополь. Не думал, что у соседа получиться так удачно сторговаться, а теперь и сам намерен предложить свой дом с участком, то есть решил ковать железо пока горячо, раз пошла такая движуха. Карим, так звали моего соседа, показал свою землю, строения и многочисленное разновозрастное семейство. Надо сказать, что он заинтриговал меня. Размер участка равнозначный. Значит получится больше охватить пространство прибрежной полосы. Дом у него как бы не хуже, скажем иной планировки, да и квадратов на двадцать больше. В принципе, мазанка не нужна, пойдёт под снос. И что мне с этим участком делать, призадумался я? Селить управляющего не стоит, слаб человек по природе своей, может со временем перепутать личное с общественным. Его разместим где-то рядышком, неподалёку. Татарин также рассчитывает на триста пятьдесят рубчиков. Сумма не проблема. Неужто всё так складывается удачно, что мне прямо на ухо свыше шепчут - смотри и не отказывайся, покупай и строй свой дом, незачем кочевряжиться и что-то призрачное искать в других краях.

Рядом с забором Карима была не маленькая груда камней и начинался другой участок, правда с виду слегка запущенный. Поинтересовавшись у соседа, не знает ли кто тут проживает, а то никого не видно во дворе. Выясняется, что хозяева то же татары и в прошлом году перебрались в Дуванкой к родственникам. Прямо сплошное переселение татар идёт. Где это село мне объяснять не стоило. В будущем, а вернее в моём уже прошлом это Верхнесадовое. Не так и далеко в принципе, километров тридцать отсюда. И тогда я решил, что если мой сосед найдёт своего побратима и тот будет согласен продать за двести рублей свои владения, то его дом куплю даже за четыреста. Вот только обстряпать это надо очень быстро- хорошо бы за два или три дня. Заодно, чтобы сразу в один присест всё и оформить нотариально.

Поручил Горохову проследить за этим процессом и как все татары соберутся- дать мне знать. Пришла идея, а что, если слегка запущенный участок пустить под сад и виноградник, прихватив слегка соседний на котором поставлю себе дом. Всё будет в одном месте, компактно, не растекаясь тонким слоем по Крыму. На южном берегу климат конечно несколько иной, надо сказать намного теплее. В Ялте пальмы растут и в Ботаническом бамбук, а здесь уже это не посадишь. Разница всё же есть. Пока остановимся на этом решил я, постепенно обустроимся и подумаем ещё о чём-то. В этом ли проблема.

Целых два дня мы с Анютой не вылезали с пляжа. Поставили плетень, закрывающий нас с трёх сторон, сверху накинули тряпицу и от прямого солнца защищены. К дому приходили только когда хотелось кушать. Купался и загорал только в трусах, поэтому слегка подзагорел. Жена смотрела на меня и тоже решила частями загорать. Однако, попросил её не мучиться и сняв с неё всё, положил тонкими полосками скрученные полотенца на причинное место, грудь и лицо, а всё остальное купалось в солнечных ваннах.

Степан Игнатьевич соорудил по моим чертежам летний душ и после морского купания было чем смыть с себя соль. Никто другой поливальной установкой не пользовался. Рабочие-татары, так они вообще не раздевались, когда работали, а управляющий предпочитал только баню. Считая моё приспособление за баловство барское. Поначалу Игнатьевич воспринимал меня только как хозяина, нанимателя, работодателя, причём очень молодого, богатенького и возможно с какими-то причудами барчука. Мы с Аней не чинились, приглашали его к нам за стол, разговаривали на разные темы. И постепенно расположили отставника. Ясно же, что неравенство сословное никуда не уберёшь, несмотря на это, пришлось рассказать ему о моих планах в целом на базу отдыха и нашей будущей усадьбе.

Воскресенье мы решили провести в городе и немного передохнуть от пляжа. Из Колпино получил телеграмму от своего приказчика, главное в ней было то, что «БрИз-2» готов, собрано три авто, первый этаж моего дома возведён, фундамент под асфальтовый завод заложен. Другими словами- работа движется, дела делаются. Не верится даже, не сглазить бы. В объявлениях местных газет ничего ни нашёл, что касалось бы строительства. Понятно, где можно найти в середину сезона подрядчика? И тут мне снова улыбнулась удача.

Во второй половине воскресения, мы наблюдали, как мальчишки недалеко от Графской пристани ловили бычков прямо с камней, где глубина немногим более метра. Эта рыба хищник, поэтому клевала на всё и часто. Иногда попадалась пикша и даже кефаль. Подошёл пароход, что курсирует вдоль южного берега Крыма и с него начали спускаться пассажиры. Всё бы ничего, вот только небольшая группа мужичков, человек десять, привлекла моё внимание. Снесли какие-то ящики на пристань и донёсся до нас разговор, что кто-то пойдёт за транспортом, чтобы погрузить инструменты. Группа собиралась далее ехать на вокзал.

Насмотревшись вдоволь на юных рыболовов, мы решили возвращаться в гостиницу. Хотя на Херсонес такие пароходы не заходят, всё же решил, проходя мимо, поинтересоваться, а не с раскопок ли они? Слово за слово и выяснилось, что это бригада строителей работала на постройке дачи в Симеизе. Однако же, когда начали рыть котлован под фундамент, открылся археологический пласт- остатки древней усадьбы и захоронение. Земля, по сути, была признана памятником, и все работы встали на неопределённый срок. Прибывшие на место учёный-археолог, владелец участка и губернские чиновники находятся в растерянности. Две недели простояв в пустую, сочли свои обязательства исчерпанными и решили возвратиться в Симферополь. Это всё поведал старший над всеми инженер-строитель Онуфрий Макарович Гужков.

Пришлось представиться и нам, чтобы завязать не просто трёп, а серьёзный разговор. Встретить сейчас в моём положении бригаду строителей с инженером, это не просто удача, это джекпот. Предложил Онуфрию Макаровичу переговорить в сторонке. Выложил ему свою проблему – что приобрёл уже участок и два будут выкуплены в ближайшие дни, есть даже управляющий, однако нет строителей. Разговорившись, выяснили все нюансы- что мне требуется, какие у меня планы, их финансовое обеспечение и главное отсутствие юридических запретов относительно использования земли.

Гужков оказался довольно знающим человеком, проработавшим уже более двадцати лет в строительстве. У него нет громкого столичного образования, между тем прошёл суровую школу армянских и греческих мастеров. Берёт подряды как раз на постройку дач, небольших усадеб для состоятельных клиентов по всему южному берегу Крыма. И как только услышал про Любимовку, сразу дал характеристику района - место хорошее, воздух, склоны, татары. Выдал геологию местности: капризность земли, близость подпочвенных вод, а это говорит о том, что проблемы начинаются с фундамента и продолжаются при дальнейшем строительстве.

Понимая, что такой человек мне необходим и не желая его упустить, предложил разместить его бригаду хоть на моём участке, хоть в ближайшей гостинице, а самим обстоятельно переговорить и заключить договор. На что получил лаконичный ответ, что мол если мои планы с его возможностями совпадут, тогда поладим и протянул руку. Пожимая её, почувствовал шершавую несгибаемую силу, которая может быть, как надёжным фундаментом, так и непреодолимой стеной. С таким человеком переговоры могут быть нелёгкими, вот только отступать не намерен, потому что этот человек мне нужен.

Пока мы разговаривали, кто-то из бригады, искавший транспорт, известил, что телегу не нашёл, всё-таки центр и выходной. Вероятно, это обстоятельство и повлияло на дальнейшие события. Гужков извинился, отошёл в сторону к своим строителям и переговорив, вновь вернулся к нам. Он решил, что время позволяет до сумерек посетить выбранное мною место под строительство и уже на участке определиться окончательно. Не знаю, как такое объяснить, только казалось почему то, что бригада останется и строительство будет осуществлять именно Онуфрий Макарович. Аня оказалась настоящей боевой подругой – отказавшись возвращаться в гостиницу и вместе с нами отправилась в Любимовку. На месте втроём сразу отправились к домовладению и вновь прежнему извозчику подфартило в который раз.

Калитка никак не закрывалась, а ключ от замка дома лежал в условном месте. Воровства в этом времени не было, однако у нас была лошадь в сарае, приспособленном под временную конюшню. И опять я ошибся. Предусмотрительный Горохов оставил на выходной татарина, одного из тех, что уже работали на участке. Как он пояснил, что животное надо и покормить, и попоить. Вот его с телегой и отправил на пристань за остальными рабочими.

Анюта конечно в дело не вмешивалась, сидела на скамеечке, зато мы облазили весь участок, побывали и в месте водозабора у реки за забором, вышли даже на берег моря. Потом обошли и другие участки, правда только с улицы рассматривая их. В ходе нашей так сказать экскурсии вопросы касались только глубины колодца, уровня подъёма воды в паводок, состав грунта. А потом мы сели обсуждать мои хотелки.

По сути мне не хотелось высотного дома, достаточно одного этажа и мансарды под крышей. В доме собиралась жить только моя семья, а гости пусть обитают в гостевом домике, а прислуга в своём отдельном флигеле. Не надо было мне глубоких погребов, предложил углубиться всего на метр, а остальное будет под насыпью. Обыграю холмик какой-то растительностью, которую не надо регулярно и обильно поливать. Гужкова интересовало количество комнат в доме и их предназначение, расположение строения относительно сторон света, как оно будет отапливаться, размеры окон, проемов дверей, материал для внутренней отделки. Потом перешли к строительству винодельни, там же можно будет поставить и перегонный куб, чтобы была своя водка и попытаться заложить в бочках для себя коньяк. Гужков всё помечал себе в блокнот. Вопросов было много, впрочем, все они были в тему и по делу. Его подход мне нравился- хваткий и деловой.

По базе отдыха было не меньше вопросов. Предложил строителю обдумать возведение пристани небольшой, чтобы иметь возможность из города подходить судном к месту расположения имения. Затем коснулись забора, ворот и калиток, вспомогательных помещений и так по мелочи. Засиделись мы до самого вечера. Не заметили, что вокруг нас уже кипит работа- мужики вместе с татарином, обошли близлежащих соседей и сторговались на мясо и всякую всячину, чтобы приготовить ужин. Еда и пьянка всегда объединяла людей. Спиртного у нас не было, зато ужин получился что надо. Вот так мы и договорились с Гужковым - он возьмётся за строительство. Пока я не решу вопросы с покупкой двух соседних домов, бригада начнёт работы на базе и укрепление берега реки. Заодно наймутся подсобники, закажут необходимые стройматериалы.

До глубокой ночи проболтали. Строители рассказывали о том, где и что они строили в последние годы, интересные истории, что с ними приключались. Под утро разошлись чтобы немного покемарить. Мы с женою заснули в доме, а остальные кто где, на улице теплынь.

В понедельник свёл управляющего с инженером, решили на месте некоторые финансовые вопросы, которые слегка облегчили мой кошелёк. Бригада осталась на месте, а мы с супругой возвратились в город. Потом полдня отсыпались, посиделки всё же сказались.

К обеду на следующий день к нам в номер позвонили, сообщив, что внизу ждёт некий господин Горохов. У нас была договорённость, что если что-то серьёзное, то пусть мой управляющий идёт в гостиницу, если буду на месте – переговорим, а нет, пусть оставит записку для меня. Оказывается, моим соседям-татарам не хватило пары дней, пока связался Карим со своим уже соседом, что переехал в Дуванкой, переговорил, опять возвратились в Любимовку, прошло целых пять дней. Ну что же –не всё коту масленица, век такой не торопливый. Вышли, познакомился уже с другим татарином –Ильшатом.

Отошли в тенёк дерева переговорили по нашему вопросу. Если Карим имел свою выгоду и старался из-за этого, то его соплеменнику уже и не верилось, что с дома можно что-то получить. Оставила семья прежнее жилище и ушла к родственникам и на месте уже обустроились, а тут такое везение. Конечно же Ильшат готов быстрее получить хотя бы такие деньги, по идее вообще не на что уже не рассчитывал, а тут подвалило неожиданное счастье, Аллах послал. Направил всех к нотариусу, а сам пошёл за документами в номер.

Раскатал я губу на быстрое решение вопроса, как прежде, а оказалось не всё так просто. На мысе Плака хоть два гектара можно было без проблем приобрести, только плати и вперёд. А тут оказывается есть какие-то распоряжения, что у базы черноморского флота просто так нельзя землицу скупать, надо вопросы такие утрясать как с градоначальником Владимиром Александровичем фон Мореншильдом, так и с командующим флота Григорием Павловичем Чухниным. Прямого выхода на этих господ у меня не было, как и естественно влияния. Кто я такой собственно говоря? Пришлось смириться. Не без того конечно, пришлось намекать нотариусу, что за проталкивание моего вопроса буду премного благодарен и даже очень щедро. Однако, конец месяца, да, именно число на двадцать седьмое-двадцать восьмое, возможно будут получены все разрешительные документы и то не факт, может позже. Пришлось оплатить на данный момент за все текущие услуги и ждать.

Татары мои приуныли, как раньше и Юсуф. Впрочем, оплатил им дорожные расходы и дал на приезд повторный, не из-за меня же задержка, хотя и заинтересован не меньше своих соседей в скорейшем оформлении купчих. Татары пошли по своим делам, а мы со Степаном Игнатьевичем прошлись до гостиницы и переговорили на ходу. Он остаётся связующим звеном между стройкой, нотариусом и мною. Сегодня посмотрю план базы отдыха у инженера, который пообещал сделать к обеду схемы и наброски. Мне этого будет достаточно. Если Аня не пожелает посмотреть Ялту, то мы завтра-послезавтра отбываем в столицу. Там тоже есть дела, проще приехать на оформление сделки, потому что безделье надоело.

Ехать в Любимовку не пришлось, так как часть бригады и сам Гужков прибыли в город за продуктами и Онуфрий Макарович пришёл в гостиницу, чтобы показать план будущей базы, какие будут использованы материалы и соответственно приблизительные расходы. В целом одобрил, а по мелочам кое-что исправится, не критично. Распрощались и договорились связь держать через Горохова, который каждую неделю будет давать мне отчёт телеграфом.

За ужином решили с Анютой, что посмотрели мы не мало, надо сказать пресытились. Накупались, немного подзагорели, короче отдохнули. Когда будет своё жильё, то хоть приложить себя можно в благоустройство дома или участка. А сейчас надоело всё гостиничное.

Среду посвятили на покупку сувениров для близких, дали телеграммы в столицу и Колпино, купили билеты, забрали фотографии в ателье, что делали в городе и на Херсонесе. И с четверга мы опять засыпаем и пробуждаемся, читаем, беседуем под стук колёс, запах угольной гари, пока в субботу не ступили на долгожданный перрон Николаевского вокзала столицы. После жары Крыма, стало как-то сразу комфортнее, что ли. Смыли дорожную пыль в нашей ванне и решили навестить родителей, которые были искренне рады нам, подаркам и естественно никуда не отпустили, а мы и не сопротивлялись, переночевали с превеликим удовольствием, но прежде болтали до глубокой ночи. Не виделись всего-то двадцать два дня и соскучились.

Перед воскресной службой переговорили с батюшкой Василием о прошедшей поездке. Конечно же преподнесли три бутылки сухого крымского вина для таинств, икону равноапостольного князя Владимира -крестителя Руси, пятьдесят рублей на будущий киот к иконе. Сутки как в столице, а такое ощущение, что никуда и не ездили. Отметил, что Аня несколько своим цветом кожи выделяется среди других местных дам. А нам всё равно, как на это смотрят другие, главное, что море и солнце пошли нам на пользу.

За обедом после службы, решили домой не возвращаться, а побыть в городе, на свежем воздухе. Аня предложила вместо прогулки съездить в Колпино, посмотреть немного на посёлок и наш будущий дом. И мы махнули опять на вокзал. К трём часам были на месте. Конечно же, после столицы и попасть в такое захолустье, причём пыльное и сразу чувствуется, что завод не далеко- воздух специфический, производственный шум. Это конечно несколько удручает. В выходной производство не останавливалось полностью. Выплавка металла была непрерывной и прокатный тоже работал в две смены.

Центр посёлка выглядел ещё более-менее, а дальше решил не вести жену. Прошли сразу на стройплощадку. Дней пять назад был дождик и дорогу пыльную так укатали, что довольно благополучно приблизились к нашему дому. Посмотреть было на что. Коробки домов достигали второго этажа. Первые, так сказать «элитные» уже подготовили к заливке перекрытия между первым и вторым этажом, впрочем, у других домов эта операция была завершена, в той или иной степени. Аню в дом не пустил, куда ей в туфельках, а сам посмотрел и отметил, что всё вроде бы как надо и от плана отступлений нет, что радует. Вероятно, к сентябрю займутся крышей. И в холода начнутся внутренние работы.

К Луи заходить не стали, пусть отдыхает дружище. Решили возвратиться в столицу. Вечером Аня сделала правильный вывод - что в посёлке действительно воздух несколько загрязнён и с мая по сентябрь было бы просто великолепно находиться в Крыму. А потом, потом огорошила меня новостью, что у неё вероятно наступает очень интересный период. Вначале не понял о чём речь, потом дошло, что жена понесла, то есть она беременна. Два месяца после венчания мы работали с полной отдачей, с огоньком так сказать и вот результат. Отличная новость, просто великолепная. И мы начали вычислять месяц рождения нашего чада. По всему выходила вторая половина марта. Значит в Крым надо ехать, когда ребёночку будет уже хотя бы месяца три. Да, к июлю и Анюта восстановится, дом будет полностью готов, возможно и участок удастся засадить. За два месяца- июль и август, успеют получить все блага Крыма. Не будем загадывать и спешить.

Глава 14

И вот, спустя три недели, я вновь на заводе. Наш цех наконец то отгородился от остальной территории предприятия. Всё, теперь уж точно не подсмотришь, не заглянешь. Забор высотой в два с половиной метра не давал возможности просто так его перемахнуть, тем более, что сверху протянута колючая проволока. В продаже её не видел, поэтому пояснил мастеру на простой обожжённой проволоке, мягкой и легко гнущейся, принцип скрутки, так ребятки и сделали. Ангар во всю ширину нашего двора, а значит и со стороны заводского забора, то есть с улицы тоже мы прикрыты. Да плюс на территории своя охрана. В данный момент ангар уже поштукатурили и проводят отопление. Более того, кто-то из моих додумался сделать выезд за территорию завода разобрав две секции забора. Удобно получалось. Выехал из цеха, через ворота, рядом с колеёй, что проложили, не переезжая её, сразу за ангар и прямиком в другие ворота. А тут уже смотрю стометровка укатывается щебёночная с разворотами на концах дистанции. Об этом толковали с Луи, значит не забыл дружище.

В цехе была обычная деловая суета. Отдельно стояли четыре полностью готовых машины, правда с непокрашенными кузовами. Рядом в ряд ещё шесть собранных шасси. Выходит, что мы полностью использовали весь комплект заказанных тормозных барабанов и ступиц. Тут меня уже заметили и стали подходить инженера и мастер. И как-то сразу стало тихо. Естественно, что гаркать не стал, мол чего припухли, работаем живо! Наоборот, обратился ко всем, что рад всех видеть и успехи на лицо. Люди заулыбались и продолжили заниматься делом. А мы вчетвером собрались в нашей бытовке, только механики остались с людьми.

Всеми руководил Луи в моё отсутствие, как мы с ним и договаривались. Сначала взял слово я и вкратце рассказал, что не только праздно провёл время, но и выкупил землю под нашу будущую базу отдыха. О том, что уже ведутся на участке работы и к маю месяцу она будет готова принять людей для отдыха. О механизме отправки на базу, напомнил всем, что пока говорить рано, он не разработан и будет решён в ближайшие месяцы. К этому делу надо подключать цеховой профсоюз.

Потом заслушал Луи. Во время его отчёта пришли со стройплощадки Лыткин и Новиков, вызванные одним из охранников, по моей просьбе. Из отчёта выходило, что первой бригадой за месяц может быть собрано до трёх автомобилей, если есть все комплектующие. Сейчас используются основные агрегаты из Европы, а если начнём лить и собирать двигатели сами, то производительность снизится до одного авто в месяц из-за малого количества людей- все будут заняты сначала работой на станках, и только потом сборкой. Вывод напрашивается сам собою, что необходима третья бригада- чисто сборочная, численностью в пять-десять человек. Тогда процесс будет непрерывный.

Вновь заказали на десять машин ступиц и барабанов, только другим способом- связались телеграфом и через банк перевели нужную сумму. К началу следующего месяца ждать выполнение заказа.

На бронеавтомобили нужны двигатели. Свои пока не начали выпускать, а привезённые использовали. «БрИз-2» покрашен и готов к испытаниям. Тут Луи отвлёкся от темы и сказал, что наши молодые специалисты решили назвать автомобили сокращённо и просто - «Ижорой», завод то Ижорский, а нумерацию начинать так, шесть ноль один, где первая цифра обозначает год, две последующие характеризуют модель. Со временем сменится и первая цифра, так год увеличивается и с выпуском новой модели, будут меняться и добавляться оставшиеся цифири.

В моей прошлой жизни машины с такой фирменной маркой не выпускались, «ИЖ» в Ижевске делали, но даже не созвучно с нашим названием. Предложил данную проблему рассмотреть позже. Сосредоточил коллектив на решение других задач. И сделал первый вывод- необходимо приказчику найти ещё десять человек, которые будут частично использованы как на сборке, так и работе на станках. Напомнил, что у нас закуплено всё необходимое оборудование для начала изготовления своих двигателей. Лицензия имеется, надо начинать. Только сначала необходимо собрать из имеющихся пятнадцати двигателей машины и начать их реализовывать, одновременно налаживая выпуск своих агрегатов. Исключением остаются колёса, электрооборудование и карбюраторы. Это всё доставит Фогель из Европы, пока в империи не начнут выпускать что-то подобное. Нам объять необъятное просто невозможно.

Далее выяснилось, что новый «БрИз-2» надо доставить на полигон к тридцатому июля, так как в первых числах августа вероятны общие манёвры. Порассуждали и решили, что немного раньше перегоним, чтобы самим обстрелять и проверить живучесть машины.

Второй вывод напрашивался сам собою - заказ новых двигателей для броневиков и прочего оборудования для наших машин через комиссионера и оформление договора с директором о литье всего, что необходимо для собственного двигателя. Это я возьму на себя. Вопрос с перегоном броневика и его обстрела на полигоне, ложится на Луи и нашего оружейника, потому что мне придётся ещё раз отбыть в Крым для окончательного оформления всех необходимых документов на землю.

Заслушали нашего инженера-строителя о ходе работ на стройплощадке. Как я вчера при осмотре и предположил, то так и выйдет. Примерно к началу сентября, наружные работы закончатся и начнётся внутренняя отделка. Напомнил, что уже необходимо заказывать трубы и водяные котлы, чтобы не было простоя в работе. Кровельное железо заказано и в следующем месяце поставят. На днях начнётся работа по благоустройству микрорайона и дороги. Так как надо хотя бы дать неделю, чтобы схватился бетон перекрытий второго этажа. Люди спустятся на землю и простоя не будет, всем работы хватит. Виктор Сергеевич у нас мыслит масштабно, подумалось мне, пусть работает, ему советовать - только мешать.

Обсудив основные текущие вопросы и поставив задачи инженерам и приказчику, всех отпустил по рабочим местам. Сам же пошёл обходить цех. Начал с поварихи, потом охрана и так до обеда побеседовал практически со всем народом. После обеда заглянул к директору, напомнил о себе, попили чайку, коснулись нашей с Аней поездки в Крым. Пётр Александрович, мой тестюшка, намекнул Виктору Антоновичу, что уже следующим летом они с Марией Дмитриевной, своей супругой, неплохо так проведут времечко в имении своего зятька в Крыму, как бы невзначай посыпав соль на самолюбие своего приятеля. Вот и высказал мне с обидой Виктор Антонович, что мол придётся по гостиницам им с Елизаветой Васильевной ютиться, пока некоторые, намекая на моих тестя и тёщу, будут в роскошных имениях отдыхать наслаждаясь.

Пришлось слегка разнервничавшегося Залесского успокоить, потому что сначала надо дожить до лета, а там планы могут измениться у многих. Не стал говорить, что жена уже в положении. Объяснил, что имение строю на свою семью, однако будет и гостевой домик, где и шестерым можно будет разместиться вполне комфортно. Впрочем, загадывать на год вперёд не стоит. От болтовни пустой, в конце концов перешли к делу.

Напомнил Виктору Антоновичу о том, что мы с августа месяца начнём выпуск автомобилей с двигателем собственной разработки. Что примерно через пару дней передам ему необходимую документацию и нас надо ставить в очередь на литьё элементов силового агрегата. Естественно и на рамы потребуется металл, на кузов, короче мы запускаемся. Заодно предложил ему купить у нас автомобиль с шикарным бонусом- бесплатным обслуживанием. У директора глазки то забегали, вот только навряд ли возьмёт - ездить некуда, если только самолюбие своё потешить. Моё дело предложить, чтобы не обижался, всё же крёстный отец моей супруги.

Пару часов просидел с инженером первой бригады - Колпановым. Надо было с Семёном Александровичем составить всю номенклатуру деталей двигателя, что подлежит литью. Один агрегат пойдёт на разборку и завтра он займётся этой проблемой вплотную. Потом выловил Луи и пригласил его к нам на ужин. Договорились на среду.

Приказчика своего нашёл на испытательной стометровке. Здесь действительно надо было контролировать - недалеко начинается склон к реке и важно, чтобы обошлось без непредвиденности. Катка парового нет, используют обычный, разработанный нашими инженерами, который тянет лошадка. Крупный гравий потом просыпят мелким, чтобы было приятней ездить на машине. Узнал о том, что его семья уже как две недели в Ялте. Телеграмму прислали, чтобы не переживал, обустроились, всё нормально. И я ему тоже похвастался, что базу уже начали строить и следующим летом дети отправятся с июня на отдых.

У отца возник вопрос, мол как сами дети будут отдыхать в дали от семьи? Пришлось рассказать, что всех детишек наших работников разделим на три категории- младшие, средние и старшие, а также на тех, кто здоровенький и практически не болеет и ослабленных детишек. Совсем маленькие пусть подрастают. Старшие девочки поедут в помощь средней группе, а старшие мальчишки в помощь совсем младшим. С детьми будут два педагога- мужчина и женщина, врач в придачу. Дадим объявление, отберём, проследим и проверим – такие ли они замечательные педагоги, как себя выставляют.

Вагон второго класса скорее всего придётся покупать, немного переоборудуем, под наши нужды. Лыткина оставил в весьма задумчивом состоянии, пусть мой приказчик поразмышляет, может и ему идейка какая-то придёт в голову.

После беседы с Григорием Павловичем, сразу отправился в столицу. От директора созванивался с Фогелем и у меня с ним сегодня в шесть встреча. Везу ему целый список, составленный моими инженерами. Машины везти уже не надо, хотя вагон всё равно придётся загрузить оборудованием. Нужны двигатели помощнее на броневики и будущие танки, хотя бы по десятку на каждый вид техники. И всё сопутствующее оборудование.

Домой добрался к десяти часам. Не удалось быстро решить все вопросы с комиссионером. Плюс он вспомнил об оборудовании для нашего асфальтового мини-заводика. У Путилова изготовили кое-что и надо до десятого августа это забрать. Обрусевший немчик предложил стать директором данного завода. Он хочет посмотреть на производство изнутри, поработать. И честно сказал, что потом подберёт человека на своё место, а сам будет работать в связке с моим тестем, на крупном уже заводе. Объяснил, что директор со стороны может не только в себя хомячить, но и на сторону так же, и часть денег уплывёт в чужой карман. Финансирование выделяется недостаточное и Оболенский попросил Фогеля о помощи, а последний не отказал, не за бесплатно же придётся вкалывать. Дорожно-строительные и ремонтные работы - это «Клондайк», коррупция и махинации. Иметь рядом надёжного человека в таком скользком деле - уже многого стоит. Немчик честный человек, с меня не драл за услуги, а тесть его знает уже десятилетия. Пусть работают.

После первого дня работы меня хватило только на ужин. Предупредил Аню, что в среду ждём Луи в гости. Сегодня проявился токсикоз у Анюты. Ещё утром ничего не было, вместе завтракали, а в обед и на ужин моей любимой слегка поплохело. Это верный признак беременности. Хочет завтра съездить к своим, пошептаться с маман. Может и посоветует опытная женщина чего полезного.

С утра махнул на почтамт и взял корреспонденцию из Томска. Пока ехал на завод успел прочитать письмо от моих тёти Наталии и дядьки Николая. Тецковы и Кухтерины, скорее всего уже на отдыхе, как и планировали ранее, им пока не до писанины. А вот Екатерина Павловна, управляющая магазином, вернее приказчица, вложила вероятно все силы в бумагу. Конверт пухленький, явно несколько листов. Учитывая её убористый почерк, информации должно быть много. В обед прочту, решил я.

Фрол готовил броневик к выезду, грузовик уже сияет – вымыли, кое где подкрасили. В четверг с утра отправятся и в субботу возвратятся. Первая бригада без инженера, который разбирает двигатель на верстаке, копошатся вокруг шасси очередного авто. Корпус мы несколько переделали и детали многие теперь подгоняются вручную. Набьют руку, и работа пойдёт живее.

Луи со своими кудесниками шаманили над рамой очередного броневика. Это будет «БрИз-3» с двумя задними мостами. У данной модели двигатель будет располагаться сзади, в корме, что даст нам возможность убить несколько зайцев - увеличить проходимость и соответственно повысить живучесть, а также изменить облик броневика спереди. Вероятно, будет напоминать боевую машину пехоты из моего времени, правда очень при очень отдалённо. Зализанная морда, что поспособствует рикошету боеприпасов. За этой моделью начнём проектировать лёгкий танк, у которого и броня лобовая будет не восемь миллиметров и гусеницы не дадут застрять посреди поля боя. Надеюсь, что это станет машина поддержки пехоты во время боя. Мечты, мечты. Сразу и не услышал, что Луи окликнул. Подключился к группе.

Есть над чем подумать. Инженер рассказывал, что при переносе двигателя назад, смещается и центр тяжести. А при двух ведущих осях снижается максимальная скорость машины в целом, зато появляются другие плюсы- устойчивость, проходимость и тягловость машины. И всё в том же духе. Эта бригада так спелась, что он сыпет разными терминами и все понимают, кивают головами. Сосредоточены. Даже механик-немец освоился. Чертят мелом на раме, определяют расстояние между осями. Покрутился между ними и тихонечко слинял. Моя задача была дать Луи концепцию, направление, а механика, расчёты, размеры и прочая инженерия, не для меня.

Своего приказчика не нашёл ни на стометровке за забором ни на стройке. Видно решает кадровые вопросы в столице. Надо было бы переговорить с ним об аренде, а лучше выкупе места в городе под будущий автосалон. Оборудуем помещение, пока не настала осень, перегоним туда парочку машин и начнём торговлю. Автосервис надо организовать. Параллельно пора решить очень важные вопросы с налогами, пошлинами, рекламой и главное, как оформить коммерческую деятельность и кого поставить во главе салона и мастерской? На ходу подумалось, а не сделать ли АО «Автомобили «Ижора» и БрИз», куда будут входить князь Михаил Романов, я и Луи, возможно пристроим и Залесского, как директора завода. «Ижоры» будем выпускать для населения, а «БрИзы» военным, полиции, в общем госзаказ. Правда небольшие бронированные машины как для инкассации, например, можно под заказ продавать и гражданским.

На этой волне заскочил в цех на пару минут, чтобы напомнить Луи о сегодняшней вечеринки и отправился к директору. Надо с ним перетереть мои мысли и планы. Он калач тёртый, знает в современном мироустройстве больше чем я, заодно его обрадую, что может стать акционером моего предприятия. И не даром пришёл к нему. Сначала он меня вздрючил. –Водить за нос всех, Сергей Илларионович, не получится. Четыре года как я директор, продолжил Виктор Антонович, но поверь мне, не разу ещё не видел акционеров. Да, общался только через их представителей, не могут они снизойти до меня грешного. Однако, когда вы с Аней были в Крыму, со мной поговорили, так сказать по душам и намекнули, что в пятом цехе полным ходом идёт сборка автомобилей и когда же они будут продаваться и главное каким образом? Неужели ты думаешь, что акционеры не понимают своей выгоды? Рынок автомашин пока неустойчив и находится в самом начале его развития. Вот послушай, что из беседы я вынес.

Тут мы сделали паузу - заваривая чай с опустошением его закромов в виде залежавшейся сдобы. Потом он продолжил. - Оказывается, в Риге на «Русско-Балтийском вагонном заводе» идёт какая-то возня, понять трудно, хотя ясно, что закупается европейское оборудование, собираются инженеры, механики от куда только можно. На заводе вовсю руководит главный инженер Жюльен Поттер. Знаешь кто это? Вот то-то же, вижу, что не слышал о нём. Сам узнал из беседы, что этот инженер неплохо так себя зарекомендовал на заводе «Фондю», что в Бельгии выпускает машины, которые конкурируют, между прочим, с немецкими и французскими производителями. Скорее всего сыграли на его амбициях и приплатили конечно, куда уж без этого.

У нас под боком на заводе «Фрезе и Ко» уже идёт сборка машин, правда только до десятка в год. Что-то он пока привозит из-за границы, а что-то клепает здесь, на месте. А завод «Лесснер», тоже столичный твой конкурент, он уже выпускает грузовики, пожарные машины и даже роскошные легковые авто по лицензии «Даймлер». В Москве нет ничего серьёзного, какие-то скромные попытки делает завод «Дукс».

О том, что не мы одни хитропопые я конечно понимал. – Послушайте, Виктор Антонович, начал уже я, - что у нас вскоре будут конкуренты, мне известно. Не понятно одно, они императорскую фамилию не боятся, что решили нас взять в оборот? - Не знаю, Сергей, чего может бояться большой капитал, а чего не очень. Вот только пятый цех хоть и экспериментальный, да под патронатом великого князя, однако ты продал два грузовика, на одном ездите туда-сюда, другой с экскаватором, трактором и катком- использовали в строительстве микрорайона, а сейчас у Петра Александровича эксплуатируются. В столице слухи разносятся быстрее, чем в твоём Томске. Не забывай, что продал не простым людям, они на виду, на слуху и сами не молчат.

В голове прокручивал разные варианты получения независимости от существующего АО, которое выжидало, наблюдало и собирало информацию и наконец решилось действовать. – Всё понял, Виктор Антонович, что вы сказали. Признаюсь, оказался не дальновидным. Из данной ситуации выберусь, подумаю, разные варианты надо сначала обмозговать, да на днях переговорю с князем. Возможно и он что-то дельное подскажет. Впрочем, от своего предложения для вас не отказываюсь. Быть директором завода и одновременно акционером у меня – по-моему, одно другому не противоречит. Даже наоборот, мотивация у вас будет существенная, чтобы вновь созданное АО не загнулось, а процветало. На этом быстренько распрощался и заспешил на станцию.

Вечером пришлось раскрыться перед Луи, что Аня в положении и не только потому что проявляется токсикоз. Была ещё одна причина, которую должен был учитывать мой друг. Жена у меня умница, поняла в какой-то момент, что нам надо пошептаться с Луи. Сославшись на усталость, оставила нас. Тут я и выложил, что нас акционеры обложили и не дадут продавать самим машины, более того, могут и надавить на меня, если узнают, что хочу их оставить с носом. У каждого человека есть слабое место, а когда слабое звено ещё в положении, то тут следует перестраховаться.

Пока в голову не приходили путёвые, дельные мысли. Однако попросил Луи, что если возникнут какие-то неприятности у меня, то пусть Аню не оставляет одну. В этом случае парочка вариантов при неожиданном шухере была продумана. Не получилось только найти приемлемый вариант дистанцирования от АО. Терять ангар цеха не хотелось, много уже чего в него вложили. Строить своё помещение, как бы тоже не вариант. Станков и оборудования у нас уже столько, что сразу и не перевезёшь. А главное, нам нужен сам завод. Здесь металл, подъездные пути, да и какого хрена мне менять место расположения своего производства. Договорились ехать на полигон втроём, надо обязательно переговорить с князем.

Рано утром мы с Луи махнули на окраину, где нас уже поджидали броневик с охраной и грузовик с Фролом. Сменили водителей и тронулись в путь. В этот раз приехали на час быстрее - сделав на одну остановку меньше и перекусили на ходу. Погодка была пасмурной, того и гляди, что ливанёт сверху и возникнут дополнительные трудности.

Видно мой мозг получив информацию, сутки его переваривал, анализировал, и почти под конец нашего вояжа пришла идейка. Подумалось, что не спроста казна, то есть государство, передали завод в управление частным лицам. В наше время говорили, что частник лучше управляет. А потом вдруг стало выясняться через тридцать лет такого управления, что новый владелец только высасывал, а ничего не вкладывал, оптимизировал всё и всех для получения лишь собственной прибыли, а остальное гори синем пламенем. Вот и в этом случае. Денег не хватало видно у императора на все нужды государственные, вот и передал, но не подарил и не отдал же навсегда. Значит есть механизм частичного возврата казённой собственности. Мол император и только так, именно император, а не какое-то другое ведомство, решил восстановить контроль над частью своего имущества. Одним указом Николай второй выделил для изыскания и творческой работы новаторов-инженеров цех, определил его как экспериментальный, естественно, не отделив от завода. А теперь посмотрел, что за восемь месяцев работы творческой группы специалистов разработаны автомобили разной направленности, которые необходимы для государства, для повышения его обороноспособности. И тут важно, чтобы император по наущению князя сделал финт ушами - не отделял цех под казённое управление, а на основе имеющегося создал, к примеру, конструкторское бюро с опытным цехом и передал его в министерство обороны. Эта структура будет содержаться за казённый счёт. Тут мы займёмся броневиками и танками, впрочем, не важно, чем конкретно, зато только для армии и под оборонзаказ. Вторая бригада под эти задачи и создана.

Потом фантазия разгулялась. Рядом с нашим цехом есть ещё один, куда мы вынесли то оборудование, что нам не было нужно. Цех построен на казённые деньжата, поэтому АО на это разевать рот нечего. Расстояние между зданиями пару десятков метров. Выход у него правда не к колее, что мы проложили, а во внутрь завода. Думаю, это не беда, можно сделать так как нам нужно. Соединим проходом цеха и можно переходить из помещения в помещение, не выходя на улицу. Перенесём забор с воротами, сделаем площадку и объединимся. Главное, чтобы император пошёл на это. Тогда я с князем, а заодно придётся привлекать ещё кого-то в наше общество, можно будет создать своё АО, которое будет частным предприятием. И назвать его можно просто- «Акционерное общество Ижорский автомобильный завод «Ижора»». Мы будем продавать автомобили собственного производства для населения и выполнять заказы для конструкторского бюро и его опытного цеха, то есть станем подрядчиками.

А старое АО останется поставщиком металла и комплектующих для обоих предприятий. Если раньше они поставляли металл бесплатно, потому что мы были как бы свои парни, то теперь нам придётся им уже платить, поэтому акционеры, а точнее присоски и дармоеды, остаются в плюсе, правда не в таком, на что рассчитывали и сразу же закатывают губу на наши автомобили. А так как в казне пока нет денег на содержание своего предприятия, то и тут мы будем распоряжаться всем на своё усмотрение. Это конечно до поры до времени, а мы до того часа что-то придумаем, в крайнем случае- выставлю счёт за моторы, работу, вооружение. Сейчас это за мой счёт. Те деньги, что получил я от императорской семьи- капля в море, расходы мои не покрывает.

Глава 15

Нас по-прежнему встречали радушно в летних лагерях и как в прошлый раз, вечер прошёл в приятной компании, где мы показали новый броневик. Изменений было не так много, хотя важных. Теперь пулемётчик мог вести огонь на триста шестьдесят градусов, а броня в некоторых местах более скруглена, что должно повлиять на живучесть машины.

С Михаилом Александровичем удалось переговорить только в обед следующего дня. Утро у нас началось со стрельб. Отмечу по итогу только то, что эта модель лучше первой однозначно. Сглаженные углы играют существенную роль. Больше было рикошета и меньше повреждений корпуса. Экипаж сразу оценил преимущества «БрИза-2». Что они скажут, когда увидят третью модель!

Рано утром в субботу, мы отправились в обратный путь, таща на прицепе первый вариант броневика. За пару часов мы не определили поломку и двигатель завести не смогли. Буквально во вторник у ребят заглох мотор при отработке манёвров. Притащили лошадьми и поставив под навес ждали нас. Мы оказались то же не всемогущи. Ехали, а вернее волочились медленно, делали остановки, чтобы на грузовике не перегревать двигатель. Вдобавок в дороге пошёл дождь, что осложнило нашу задачу. К ночи прибыли на завод. И мне пришлось ночевать у Залесских. Елизавета Васильевна, проявив свои кулинарные способности на скорую руку удалилась продолжать отдыхать, а мы с Виктором Антоновичем засиделись до полуночи.

Поделился с ним нашим разговором с великим князем и то же пошли отдыхать. Не стал рассказывать, что идея моя, да и князь ещё не знает, как отнесётся к таким пертурбациям. Николай второй с Министром Обороны прибудут в понедельник на учения корпуса, вот с ним и переговорит Михаил Александрович, постарается убедить, что так выгоднее и для казны, и для меня с князем.

В разговоре с князем я было заикнулся, что может не создавать АО, а проще - организовать Торговый дом. На что получил разъяснения. Князь не собирается вмешиваться в дела нашего общества, оно будет закрытым для всех остальных и сам предложил мне иметь пакет из семидесяти пяти процентов акций, а он только номинально, через доверенное лицо, будет владеть остальными двадцатью пятью, за покровительство. Пообещал найти надёжного юриста, что напишет устав нашего АО, протолкнёт вне очереди печать акций в специализированной типографии и главное, чтобы Сенат быстрее утвердил Устав АО, потому что акции печатаются только после регистрации общества. Пояснил, что если мы обанкротимся, то имущество наше тронуто не будет, а если к примеру, учреждать Торговый дом, то всё барахло наше распродадут вплоть до прикроватного коврика и дырявых тапочек. А так теряем только свой уставной взнос.

Тут князь не намекая сказал без обиняков - что я должен сам создать уставной фонд примерно в двести тысяч рублей. От меня бабки, от него все остальные телодвижения. Как по мне это вполне разумно. Основная прибыль за мной под крышей и именем князя, как рекламы, а его проценты, как мои отступные.

В воскресенье с утра слегка пасмурно, но температура была комфортной, последняя неделя месяца вообще жаркая для этого региона. Аня немного сомлела во время службы, пришлось посидеть. Батюшка обрадовался, что мы уже ждём чадо и благословил мать, чтобы всё было с ней хорошо. С собою из дома взяли корзинку с едой, Аня прихватила то, от чего её не воротит. Перекусили в Таврическом саду, в укромном местечке. Голубей подкормили с воробушками. Развлекались как могли.

По возвращению домой, Анастасия Никаноровна вручила телеграмму из Севастополя. Степан Игнатьевич известил, что четвёртого августа мне надо прибыть в город. Понятно, документы готовы, теперь мой управляющий соберёт до кучи татар, причём всех, с Юсуфом закончим сделку, а с Каримом и Ильшатом, в Окружном суде города только оставим документы для окончания процедуры оформления на меня. Вот поэтому с трудом уговорил Гужкова, местного инженера-строителя, чтобы он уже на этом этапе сделки приступил к работам на участке Юсуфа. И думаю, что база начала уже преображаться. Во вторник буду выезжать. Аня наотрез отказалась ехать со мной боясь укачаться и постоянным бэканьем и мэканьем пугать людей. Решила перебиться текущую неделю у родителей, чтобы не оставаться в одиночестве, а я по возвращению, сообщу ей день приезда телеграммой.

Из-за моего будущего полуторно недельного отсутствия пришлось провести совещание и обговорить некоторые задачи со своими инженерами, механиками, приказчиком и начальником охраны. Причём, попросил лично мастера Егора Тимофеевича разобраться с оборудованием в соседнем пустом цехе. Всё не нужное через директора убрать. Инженера-строителя попросил, чтобы он сделал предварительные расчёты по переносу ворот с одного конца ангара в другой, что для этого надо, а также просчитал строительство перехода из цеха в цех. А лучше, если пространство между цехами вообще перекрыть и потом рационально использовать к примеру, как склад или хотя бы на этом этапе перенести ограждения и закрыть проём между зданиями со стороны завода. Прикинуть отопление нового помещения и возможность его утепления. Заодно приказчик доложил, что к моему приезду подберёт новых специалистов, пока только имеются предварительные договорённости. Первая бригада собирает кузова, а вторая дорабатывает новое шасси под старый двигатель, так как Фогель возвратится из Европы к концу августа, а машина нужна вчера, а так мы к этому времени уже соберём прототип «БрИз-3». Адаптировать машину к более мощному двигателю будет проще.

После совещания, вместе с Лыткиным и Новиковым, сходил на стройплощадку. Уже кладут стены второго этажа, гаражи готовы, осталось перекрыть крыши и навесить ворота. Вот теперь можно и с Аней приехать как-то, уже можно сориентироваться и спланировать двор. Осмотр порадовал. Задерживаться в Колпино не стал и махнул в столицу. Сразу же на Николаевском вокзале приобрёл билет и направился домой. Вечером мы с женой подскочили к родителям Ани, чтобы она сама уже никуда не ехала.

Пётр Александрович Оболенский, как месяц трудится в Гродненской крепости, безвылазно, только письмо написал и пару раз звонил. Строящиеся укрепления прикрывают переправы через Неман. Город Гродно располагался на обоих берегах, река судоходная. После разговора с императором и Марией Фёдоровной, они, сделав правильные выводы- обратили свои взоры на западную границу. Тут ещё не было полноценной крепости, здесь начиналась грандиозная стройка. Мы рассматривали это направление, как ключевой узел, важный опорный пункт при защите столицы и Москвы. Вот поэтому сюда и направлен мой тесть. От него зависела прокладка дорог, чтобы узел работал круглогодично и слякоть со снегом не влияли ни коим образом на логистику и работоспособность переправы и будущего укрепрайона.

По сути дела, эта крепость должна была прикрывать стык двух армий в случае войны. Форты и укрепления тут станут не земляными, а бетонными. Императору тогда в беседе так и сказал, что крепость не была вовремя достроена, а так как не помнил, что с ней случилось в первую мировую, то сказал, что её быстро потеряли. Что и в самом деле так вероятно и вышло или почти так. Наши войска отступили значительно дальше недостроенного укрепления. Вот что значит учить историю кое-как. Зная прошлую трагедию первой мировой, власти и зашевелились, заранее начав строительство для укрепления западного направления. Международные противоречия и амбиции государств никто не отменял, поэтому кто сказал, что войны не будет? И как говорят- кто предупреждён, тот и вооружён.

И вот снова вагон, опять колёсный перестук, угольная гарь. В этот раз было проще, в дороге один и ориентируюсь только на себя. Накупил прессы и всю дорогу прочитал каждую газетёнку от корки до корки. Попутчик попался с Москвы до Харькова неразговорчивый, дородный купчина, а потом до Симферополя вообще ехал в одиночестве. За три дня начитался и выспался на неделю вперёд.

Ежедневная работа и зацикленность только на одном - приводит к отставанию в других областях. Политика мне надоела ещё в прошлой жизни, а тут, с каждого утюга не льют помои в уши, поэтому ситуация как бы успокаивает и расслабляет, что ли. На самом деле это не так, нужно вникать, читать и общаться с разными людьми. Оказывается, что всё-таки императорский Манифест начинает внедряться в жизнь после обсуждения. Профсоюзам быть однозначно. Мы как бы выходим из-под влияния завода, а точнее АО, но тогда сами, уже в своём АО должны создать профсоюзную организацию. В каждой бригаде, которые уже и не бригады, а совсем разные подразделения - одна относится к казне, а другая к частному предприятию, надо создать структуры, которые защитят рабочих по максимуму.

Магазинчик на территории завода привели в божеский вид, не я правда постарался, Залесский сделал с моей подачи, хоть что-то. Зато отгрохав новый микрорайон, на меня уже косо будут смотреть и местные. Вообще-то обещал улучшать жилищные условия самым нуждающимся - вместо землянок построить хотя бы на первое время бараки. Если меня не сожрут, то может что-то, хоть и на сантиметр сдвинется ситуация в посёлке к лучшему.

Иногда задумывался над тем, что вот я кручусь, строю свою малюсенькую империю, состоящую уже из полусотни работяг, не считая близких и значимых для меня людей, а тут в один момент всё может пойти крахом, если поменяется власть, изменится вектор движения страны. Полтора года пролетели как один день, так же пройдут и десять, а потом что? Куда драпать или к стенке становиться как контра? Не хотелось об этом думать, однако такие мысли наводили уныние.

Август в Севастополе немногим отличался от июля, такая же жара. Поселился в той же гостинице и даже в тот же номер. Запомнили и интересовались почему один без супруги. Помылся на скорую руку, что мне организовали в виде тазика и пары кувшинов с тёплой водой. Спустился вниз, перекусил и тут же подоспел мой управляющий. Смотрю на него и отмечаю дальнейшие изменения в человеке- прибарахлился и как-то статнее стал, что ли. Хотя видно, что не благородие, а мужик. Какую одежду не вешай в огороде на палке, а всё равно чучело выходит. Вбито в него системой покорность и какая-то подавленность. Это трудно передать словами, зато хорошо видно. Пригласил за стол, я уже допивал компот с причудливым кренделем, однако Степан Игнатьевич от еды отказался.

Прогулялись к Графской пристани. Узнал, что татары все в Любимовке и ждут завтрашнего дня. Примерно через час были в посёлке. За две недели много тут не наворотили, хотя подвозят и сваливают в кучу бутовый камень, доски, прикрытые рубероидом, песок возят нанятые татары с берега и уже приличная кучугура получилась. Со стороны речки сделали новый забор - каменный и водоотвод несколько по-другому соорудили. Колодец для полива раскрыли, видно подлежит переделке. Отрывают котлован под бараки. Инженер-строитель Гужков в городе, решает вопрос с доставкой извести и цемента.

Узнав, что я приехал, пришли и татары. От них узнал, что молодёжь, которая возит песок - из их поселений. Семьи многодетные, не всегда удаётся всех прокормить, одеть и обуть. Вот и пожелали наняться, а Онуфрий Макарович быстро смекнул, что это относительно дешёвая рабочая сила, трудолюбивая и если с ними по-хорошему, то и отдача будет соответствующей. Тем более у меня с инженером был разговор, чтобы не жалел средств, не жлобился и заодно подкармливал работяг. Рядышком ещё хватает татар, поэтому с ними лучше жить мирно, по мне это не только рационально, но и по-человечески правильно. Гужков тогда пожал плечами, мол как скажешь господин, так и сделаем, ты же платишь со своего кармана.

Походил, пораспрашивал и решил в конце концов искупаться в море. Набрал деревянное ведро воды, чтобы окатить себя и смыть соль и потопал на берег. В семейках заскочил в воду и погрёб на сколько мог. Когда выдохся, полежал на спине, отдохнул и уже спокойно стал возвращаться к берегу. Недалеко татарчата набирали песок, один подошёл, видно самый смелый и стал расспрашивать, как это я так лихо, словно рыба плаваю? Показал ему как я это делаю, но предупредил, что необходимо мышцы качать, чтобы быть сильным, иначе сил не хватит так далеко заплывать. Вроде понял пацан, побежал объяснять своим приятелям или родичам, разбери их. Позагорал немного и опять искупался, водичкой пресной обмылся и стал подсыхать вместе с труселями, пора уже возвращаться в город.

Интерлюдия 10

Летнее обучение и слаживание подразделений корпуса подошло к своему завершению. Манёвры подводили итог кропотливой работы солдат и их командиров всех уровней, они являлись венцом и скорее показательным выступлением, так сказать спектаклем, вернее гвоздём сезона. Главным зрителем, причём ежегодным, был император и те, кого он решал пригласить. В этом году, впервые будет присутствовать Министр Обороны, как человек отвечающий за обороноспособность армии и флота, согласно проведённой недавно военной реформе. Не забывали поприсутствовать и военные атташе Европейских государств - Франции, Соединённого Королевства и Германской Империи. Никто не сомневался, что эти представители были обыкновенными разведчиками под прикрытием своих Министерств Иностранных Дел. Европейцы понимали, что варвары показывают одну и туже тягомотину из года в год и не задумываются - насколько они отстают от передового военного опыта продвинутых стран, к коим именно себя и причисляли. Можно было бы и не посещать такое унылое мероприятие, только это всё выглядело уже откровенным пренебрежением или моветоном, что не могли себе позволить ни джентльмены, ни месье, ни разные фон герры.

Для присутствующих на манёврах персон был специально построен павильон на некотором возвышении, чтобы удобнее наблюдать за разворачивающимися событиями на импровизированном поле боя. Император всероссийский задавал тон в обсуждении действий того или оного подразделения. Особенностью этого года можно было считать две вещи - многие подразделения принимали участие в Русско-Японской войне и понеся потери приняли в свои ряды новобранцев, которые при не должном обучении могли портить общую картину слаженности в действиях при атаке, обороне и при перестроении. А во-вторых, все ждали новинки - бронеавтомобиля. Все экзерциции не вызывали нареканий у Николая второго, между тем он с нетерпением ждал появление техники, чего не было раньше. И ему очень не хотелось ударить в грязь лицом, хотя бы по причине её поломки. Он прекрасно видел физиономии этих чопорных европейских снобов - кислые, скучающие морды.

В это время полк великого князя Романова-младшего, брата императора, развёртывался перед обходным манёвром, чтобы ударить во фланг, если не получится пехотой обратить неприятеля в бегство. И в этот момент, из-за леска на дорогу выкатывается не знакомая по слухам «жестянка», а стремительная машина в непонятных цветовых пятнах, которые её делают если не сливающейся с местностью, то однозначно менее заметной. Корпус не ящикообразный, а со скруглёнными скулами и наклонным лобовым листом. Эта железяка выглядит не просто быстрой, а агрессивной. Её рывок из леса - без громоздкого разгона, а резкий, уверенный старт хищника, устремлённого на жертву.

Это не просто одиночный проезд по полю, явно все наблюдали связку с ротой пехоты. Машина не едет впереди, а движется от укрытия к укрытию, как боец- перемещается короткими перебежками, прикрывая своим огнём продвижение пехоты. Стало ясно, что это просто активная огневая точка. Условный противник открывает пулемётный огонь из хорошо оборудованного укрытия. Броневик резко останавливается, используя складку местности для собственной защиты, подставив под обстрел только башню. Пехота залегает.

И тут все видят главное: башня с установленным на неё «Максимом» плавно и непрерывно поворачивается, отслеживая цель. Раздаётся короткая точная очередь холостых выстрелов. Затем броневик переносит огонь на другую фланговую цель. Башня поворачивается почти на сто восемьдесят градусов и пулемёт продолжает уничтожать условного противника. Офицер поднимает роту в атаку и одним броском врывается в окопы противника. Враг бежит! С фланга наносит разящий удар кавалерия, что ждала своего часа и начинает преследовать отступающего противника.

Император смотрит в бинокль не отрываясь. - Вот это да! Не скрывая эмоций восклицает Николай второй. Совсем другое дело, живенько всё закончилось, не правда ли господа? Мы не просто сделали машину, а научили её уже воевать. Сахаров Виктор Викторович, что из начальника штаба подрос до министра обороны, не остался в стороне после эмоционального сопровождения момента императором. – Мне докладывали, Ваше Величество, что это не показуха, а отработанные действия экипажа. Можно сказать, что нам показали новую тактику. Экипаж заездил одну машину так, что приехавшие инженеры не смогли разобраться в причине поломки, пришлось тащить на ремонт в Колпино на буксире. Скорость переноса огня многое решает на поле боя. Это меняет всё. Одна такая машина может контролировать фланг.

Чарльз Уитмор, английский атташе, сделал коротенькую запись в блокнот и замер. Его мысли были невесёлыми. В течение месяца русские улучшили свою же концепцию, доработав её вращающейся башней. Он чётко помнил, что пулемёт был в неповоротной башне. Да, вот так удивили, просто и гениально одновременно - не поворачивать корпус машины теряя драгоценное время во время боя, а просто повернуть башню и всё. Наши инженеры будут грызть локти, они только чертят, возможно даже и нечто подобное, а тут уже всё в наличии - ездит и стреляет. Изменили корпус, но трудно понять, что же стало иным, разные цвета краски скрывают это от глаз, никогда бы не подумал, что так можно одним цветом вводить в заблуждение наблюдателя.

Полковник Дюваль, французский атташе, не скрывая восхищения, подумал – наши теоретики бьются над проблемой фланкирующего огня, между тем эти варвары уже её решили. И надо что угодно предложить русским, чтобы у нас была лицензия на эту башню. В конце концов мы же союзники.

Фон дер Лауниц, немецкий атташе, стоял с каменным лицом. Он оценивал не саму машину, а темпы развития – от угловатого прототипа до тактически грамотной боевой единицы с революционной башней, прошло менее полугода. Это не просто удача или единичный прорыв, а скорее всего система. И эта система работает не на благо нашей империи. В его глазах всё это представлялось серьёзнейшей угрозой. Русские не догоняют, наоборот задают темп.

Не дождавшись Онуфрия Макаровича, попросил телегой подбросить к пристани. Завтра всё равно встретимся. Вечером никуда не ходил, сидел себе в плетённом кресле-качалке и смотрел на море, слушая доносящуюся с бульвара оркестровую музыку, дум было много, пока не заснул. И только когда слегка потянуло с моря прохладой перебрался в кровать.

С хорошим настроением встретил пятницу. Весь день прошёл в темпе вальса. Сначала оформили до конца сделку у нотариуса, а потом вместе с ним проследовали в Окружной Севастопольский Суд. Чиновник суда, ну и должность у него-крепостной надсмотрщик, никак не привыкну к таким названиям, лично удостоверился, что все стороны являются теми, за кого себя выдают и что мы находимся в здравом уме и трезвой памяти, что добровольно, без принуждения подтверждаем условия сделки. Это было что-то! На этом процедура не заканчивалась. О сделке сообщалось в газету местную и ждали пару недель- не подаст ли кто-либо возражения. Всё это не считалось бюрократической волокитой, а установленная законом процедура для защиты прав. Двадцать шестого августа вновь мы все должны собраться и тогда уже окончательно зарегистрируют наши сделки. В общем, одна морока.

На улице заплатил татарским братьям по тягомотине за будущий приезд и отъезд. Поговорил с ними по одному важному для меня делу. Хотелось увезти в столицу килограмм пятьдесят местных яблок, инжира и сухофруктов - слив, груш, абрикоса, яблок, кизила, айвы, изюма. Что-то себе оставлю, Ане нужны будут витамины, остальное в цеховую столовую на компоты, киселя и узвары. Рассказал им как всё запаковать, чтобы в дороге не пропало у меня ничего и удобно было нести поклажу. Интересовало только качество, отсюда зависела и цена товара. Заинтересовал мужиков и распрощались на две недели.

Пока добирались к месту строительства, расспрашивал своего управляющего о семье, его намерении перебраться в Любимовку. А то три недели прошли и не пойму, согласен он и его семья на переезд или так и будет с города добираться на базу. Оказывается, смущает его удалённость от города. Любимовка - это пока дыра, сюда только-только селятся горожане и по сути нет ни лавки, ни школы, ни работы. С одной стороны, с ним согласен. Корабельная сторона не фонтан - грязь, бедность, неустроенность, однако город. А тут только дачи сезонные. Зимой останутся с десяток местных татар, горожане возвратятся в город.

Немного подумав, вновь предложил ему прикупить домишко под дачку, чтобы семья здесь была хотя бы летом. Пообещал ему, что через десяток лет в этом месте будет столько новостроек, что с трудом это захолустье кто узнает. Вот только и земля подорожает. Намекнул ему, что пока на участке строители, то охраны мне не надо, а когда имение и базу отстроят, тогда потребуются сторожа, причём людей следует подбирать надёжных, проверенных. И режим работы будет таким- сутки охраняет, двое дома.

Пока он переваривал полученную от меня информацию, а я про себя решил, что следует перетянуть из Томска моих. Наталия Петровна вполне может готовить, а Николай Степанович за подворьем присмотрит, за нанятым садовником, виноградарем. Это близкие и надёжные люди. Хватит им чахнуть в Сибири. Дом в Томске всё равно принадлежит сестре. Моим бывшим кормильцам и воспитателям собираться, что бедному подпоясаться.

С магазином только что делать? В недавнем письме неутешительные новости от Екатерины поступили. Она уже не знает, как поддерживать рентабельность лавки, а мне эта деятельность уже не интересна. Один раз подсказал, другой, а результата нет. С торговлей барышня не справилась. Можно было бы оформить лавчонку на девчат, пусть шьют и торгуют. Вот только сомнения имеются – потянут ли? А Екатерину Павловну приобщить бы к детскому лагерю, пусть учит здесь деток, воспитывает. Может в пару себе подберёт стоящую компаньонку. База будет загружена с марта-апреля по октябрь, целых восемь месяцев, а потом пусть учителя отдыхают, готовятся к новому сезону. Оплату сделаю достойной. Правда барышни очень ненадёжная рабочая сила- тут она работает и вдруг замуж выходит и пошли детки свои, а значит ищи следующую. В этом случае лучше мужчину-педагога принимать на работу.

С такими разноплановыми размышлениями и добрались до места. Гужков знал, что сегодня посещу Любимовку, поэтому подготовился. Не менее часа обсуждали строительство моего имения. Теперь Онуфрий Макарович имел все сведения о грунте и залегании поверхностных вод. Разговор носил чисто профессиональный характер. Если он и удивлялся моим познаниям, то это только облегчало совместную работу. Инженер составил план будущего здания и всех пристроек и построек моего имения. Разбирали от фундамента и до самой крыши. Несколько изменили планировку в доме. Попросил строителя в местах, где будут деревья, выбрать нижний слой почвы и заменить на более плодородный, чтобы растению было лучше, а если близко скала, то выдолбить углубление. Знаю, что иногда толща почвы в этих местах может достигать всего лишь полуметра, а дальше сплошная скала. Для дерева, такой слой земли недостаточен. Газоны сеять не буду, если только в саду и на небольшой лужайке. Ухаживать тяжело за ним в жару, поливать, косить, да и много чего требует газон.

Коснулись вопроса возведения пристани. Мне не требовалось чего-то монументального, иначе её начнут пользовать будущие соседи и не откажешь ведь, обижаться будут, а оно мне надо. Данное сооружение весьма затратное. С предложенным простеньким вариантом согласился. Договорились, что, когда вновь приеду через две недели – окончательно решим все вопросы.

Далее я искупался, немного позагорал и отправился в город. Задачи поставлены, планы скорректированы, счёт пополню в банке сегодня. Буду наблюдать за динамикой строительства. Дорога конечно не важная до посёлка от пристани, вот только одному не хочется вкладываться в её усовершенствование. Со временем подберётся компания новых жильцов вокруг меня и тогда можно поднять этот вопрос.

Глава 16

На следующий день отбыл в столицу. Возвращался не с пустыми руками. Прикупил фруктов, немного сладкого винограда, крымского вина. Всю дорогу размышлял о пертурбациях, что ожидают наш цех в ближайший месяц. Попутчик мой оказался любителем заложить за воротник, поэтому беседовали, пока не выехали с полуострова, а потом он остался в ресторане и так наклюкался, что было не до светских разговоров. После каждого посещения ресторана он возвращался на рогах и опять отсыпался, так до самой Москвы. Мне сосед не докучал, за исключением его перегара.

Казалось бы, недавно было только первое августа, уже десятое. Иногда время просто тянется, только сейчас оно летело. Директор закрыл глаза на то, что мы вовсю хозяйничаем в помещении соседнего цеха. После того, как предупредил Виктора Антоновича, что великий князь начал уже действовать и к концу месяца будут доказательства этому, он выделил и дополнительную партию кирпича, который и так почти полностью забирал на строительство микрорайона. Механический цех перешёл на двухсменку делая нам котлы отопления, подгоняя резьбу труб под муфты и углы.

Вторая бригада активно собирала шасси «БрИза-3» на усиленной раме. Если мы с Луи первоначально обговаривали опробовать в этой модели кардан, то потом отказались от этого и не стали озадачивать себя дополнительной проблемой. Оставили цепную передачу крутящего момента, что упростило всё и главное выиграли во времени, да и в весе, что в целом важно. Мы и так решили использовать сдвоенные колёса на заднем мосту, что несколько утяжелит конструкцию – вместо четырёх, целых восемь, однако же рассчитываем, что повыситься проходимость. Несомненно, сорок пять лошадок для такой тяжести недостаточно.

Вот только сейчас, чем больше мощность, а значит и объём двигателя, тем он прожорливее. По мне это тупиковая система - двигатель не может постоянно увеличиваться и увеличиваться в размерах, плюс чрезмерный расход топлива и в конце концов возникает вопрос, а как охладить эту махину. Вопрос прочности таких гигантов тоже не на последнем месте.

И хотя у меня по прошлой жизни были навыки вождения и элементарного ремонта ещё советских машин, в иномарки никогда не лазил, однако я не механик и в тонкостях не разбирался. Впрочем, чисто на потрындеть, немного помнил, что и бензин должен быть чище, надо повысить его октановое число, и благодаря турбинам, что подавали больше воздуха, а значит больше топлива сжигается, не увеличивая объёма цилиндров. Наверно больше ничего не могу вспомнить. А, забыл, ещё один момент- сейчас все клапаны находятся внизу, только со временем их разместят сверху, что даст возможность воздуху более коротким путём попадать в двигатель. Сейчас же он как сперматозоид, с большими трудностями, извилистыми путями идёт к цели, снизу-вверх. Всего я не то что не помню, а элементарно не знаю, не моя тема интереса. Об этом мы как-то разговаривали с Луи, когда жили вместе во флигеле. Раз он ничего не меняет в конструкции двигателя, значит не может или не знает, как.

С установкой силового агрегата сзади сразу же возник вопрос обдува и двигателя и моторного отсека в целом. Делать большие решётки-воздухозаборники с боку нельзя было - пуля и осколок могли быстро вывести агрегат из строя или даже разнести в хлам, смотря что прилетит. Экспериментировали, просчитывали. Когда закроем корпус бронелистами, то поздно будет что-то менять, слишком большие переделки будут.

Через неделю приступили к формированию формы корпуса. Так бы мы вероятно и обшили всё листами оставив вооружение прежним - только пулемёт. Тем не менее этому не суждено было осуществиться. Посетил нас князь Михаил Александрович. Рассказал о том, что восхищение вызвал наш броневик. Его оценили все, даже европейцы. В частной беседе, за рюмкой чая, с Министром Обороны, князь узнал, что на следующий год планируют приобрести полсотни броневиков, на большее пока нет средств. А император замахнулся на увеличение огневой мощи машины. Намекнул, что может к пулемёту можно и пушчонку прилепить куда-то? Хоть тридцатисемимиллиметровую, например, Гочкиса?

Пришлось отшутиться старым армейским анекдотом, когда один старшина, то бишь фельдфебель, решил оптимизировать деятельность солдата-залётчика - к ногам привязал по венику, чтобы не просто шёл, а сразу и подметал, в одну руку лопату, в другую грабли, ну и чтобы работал даже ночью, ко лбу прикрепил фонарь. И всё бы хорошо, вот только не выдержал бедолага и трёх часов работы.

Отдельно то же переговорили с князем о наших делишках. Устав уже готов, сам император, хоть и нехотя, всё же дал согласие на создание нашего акционерного общества и конструкторского бюро, как задумывали. Побеседовал он и с Министром Обороны по поводу создания нового рода сухопутных войск - бронеавтомобильных. При министерстве будет создан и комитет, который непосредственно будет курировать эти войска. Конструкторское бюро и перейдёт в подчинение этого комитета. Сахаров пообещал к весне создать сам комитет, как структуру. Вся проблема в финансах - будут деньги, будет и работа. В общем, я понял, что в сентябре мы отпочкуемся от завода. Значит сейчас надо быстро готовить дальше новый цех и всё остальное.

Романов младший уехал, а идея об увеличении огневой мощи не прошла мимо, наоборот, заставила задуматься. Собрались всем техническим составом и стали обсуждать идею, поднятую князем. Пушку мы с Луи хотели поместить на танк, но не вдавались в технические детали, не до танка пока. Чтобы говорить предметно, надо было иметь в наличие пушку и знать её характеристики. Поэтому через нашего директора завода вышли на производителя – столичный Обуховский завод и всё, на этом и сели на попу. Заказать можно, а купить напрямую нет. Срочно пришлось выходить по телефону на Министра Обороны и через него решить данный вопрос. В итоге, через день у нас была пушка.

Ствол с казёнником, через который и заряжалось это орудие весили под сорок кило. Начали думать о её креплении к башне. Посмотрели на характеристики – начальную скорость снаряда, на сколько отдача отводит казённик назад и поняли, что не всё так уж и безнадёжно. Сперва рассмотрели простой вариант крепления, так сказать на отцепись, на быстрячок и поняли, что через десяток выстрелов нахрен пушку сорвёт с креплений. Раскурочит башню и покалечит стрелка.

Задумались над проблемой более жёсткого крепления орудия не только к башне, но и к корпусу. Как выяснилось, моя задумка о вращающейся башне не такая уж и новая. Она вовсю использовалась корабелами. И если мои инженеры и механики подумали, что я сумел уменьшить огромную башню корабля до башенки броневика, то они ошибались, не на корабелов я смотрел, просто запомнил схему башни тридцать четвёрки, нашего легендарного танка времён Великой отечественной войны. Откуда мне было знать, что идея не первой свежести. Все как бы знали принцип и саму концепцию огромных корабельных поворотных башен, только и подумать не могли, что так можно устроить на машине.

Навёл на мысль мастер наш Егор Тимофеевич. Он не раз бывал на кораблях и видел, как крепятся орудия на палубе. И вот так потихонечку, каждый что-то и привнёс. Кто-то предложил, зарисовали, другой добавил, третий исправил и своё дорисовал. В итоге за полтора часа в сыром виде появился прототип, который надо перенести на чертёж, обсчитав все нагрузки. Луи занялся чертежом и расчётами, у остальных тоже нашлись дела. Я же решил пройтись по двору и прилегающей территории, что стала уже наша, хотя ещё и неофициально.

Не преминул заглянуть и на стройплощадку микрорайона. В домах для рабочих уже дело шло к кровельным работам, а в трёх для начальства- подготовка к завершению второго этажа. Если между первым и вторым этажом перекрытие бетонное, то потолок второго этажа деревянный, вот его то и доделывали. Гаражи были готовы. Как Новиков и обещал, что в сентябре начнутся внутренние работы, так всё и идёт по его графику.

Под конец рабочего дня был готов чертёж в двух проекциях нашей придумки. Всё оказалось гениально просто, идею эту перенесём и на танк. Если крепить пушку только к башне, то это рискованно и не надёжно. У нас же не литая многосантиметровая броня, а тонкая, всего один сантиметр. Компенсировать силу отдачи надо не башней, а целой системой – противовесом. Отдача от пушки через её станок передаётся на вращающуюся платформу, которая закреплена на тумбе-стаканного типа. Далее отдача идёт от платформы на тумбу, от тумбы на верхнее кольцо погона и через шарики на нижнее неподвижное кольцо, что прикреплено к корпусу или точнее к днищу броневика. Когда произошёл выстрел, казённик пошёл назад, и отдача делает попытку вырвать башню с погона, то тумба-стакан нижней своей частью упирается в бортик нижнего погона, как бы в упор, что гасится всем корпусом броневика. Обыкновенный рычаг получается. Вся придуманная конструкция безусловно тяжеловата. Впрочем, башня смещена несколько назад и центр тяжести то же перемещается ко второй задней оси. Устойчивость машины не нарушаем.

Возник второй вопрос- куда ставить пулемёт? Тут уже предложил я установить его правее механика, но «Максим» будет уже неподвижным. Определённый угол отклонения по вертикали и горизонтали сделаем, хотя не большой. Тесно будет, да что поделаешь. И наконец напряг всех вопрос с редуктором, который должен поворачивать башню с пушкой, стаканом, стрелком и боекомплектом. Вес в семьсот, а возможно и более килограмм попробуй прокрути вручную. Остановились на применении червячного редуктора. С понедельника уже займёмся воплощать идеи в металле.

На выходные приехал Пётр Александрович, мой тесть. Чтобы с нами не разминуться, родители Ани пришли в церковь, куда мы ходим на службу. Надо подумать об установки телефона в квартиру, чтобы не гоняться друг за другом, а просто созвониться и дело в шляпе. Прогулка наша была не долгой, так как нас пригласили на обед и по виду Оболенского понимал, что ему необходимо переговорить, а всё остальное для приличия. Мария Дмитриевна знала своего супруга и всегда уступала. Поэтому, после обеда тесть бесцеремонно направился в свой кабинет махнув мне головой. Ссориться с отцом жены не хотелось, однако его чёрствость меня доставала.

Долго мы беседовали, вернее больше слушал и только изредка излагал свои мысли по тому или иному вопросу. Из всего понял, что тяжело ему, выделенной техники не хватает. Впрочем, она не подводит. Были незначительные поломки, которые устранялись на месте или в городской мастерской. Мои пятьдесят тысяч на почин его деятельности уже ополовинелись. Зато построен асфальтовый завод. Мост, подъездные пути к нему уже заасфальтированы. Использовал он технику укладки как на севере Европы - в два слоя, с термошвами, чтобы не рвало покрытие, с прокладкой сетки под швы, всё как мы обговаривали ранее. Большую часть дорог на данном этапе покроют просто щебнем, так как строительство фортификаций рассчитаны не на один год. Асфальт проложат после завершения строительства. На зиму их отправят на юг империи- возможно в Крым или Одессу, где погода будет позволять работать и в этот сезон. Поделился, что сэкономить казённых средств практически не удалось. Мы с ним по этому поводу пришли к выводу, что если никто из подрядчиков или своих воровать не будут, то неосвоенные средства можно накопить на чёрный день – задержки или временное отсутствие денег в казне, не должны влиять на сроки сдачи объектов. Поднакопившийся жирок можно и на закупку техники пустить. Не думаю, что тесть путал берега и приворовывал, однако не страдал от безденежья. Мне то что, помог ему малёха, так сказать безвозмездно или даром, главное, чтобы он не наглел. У меня три стройки - в Крыму, микрорайон в посёлке и перестройка цеха. На очереди автосалоны в столице и Москве. Сейчас надо вбухать двести тысяч в уставной фонд. Одни траты. Прибыль с автомобилей пока ничего не перекроет.

С понедельника начали воплощать начерченное в металл. Прежде чем формировать корпус, начали с установки башни с пушкой и тумбы-стакана. В противном случае балки будут мешать. Пришлось класть шасси на бок и в месте, где определили основание нижнего погона, стали укреплять дополнительно раму.

Во вторник выехал вновь в Севастополь, а работа над броневиком продолжилась без меня. Опять в дороге читал, размышлял, занимал себя, чем только мог.

Погодка в Севастополе днём была ещё ничего, даже жаркой, а вот поздний вечер ощутимо напоминал, что скоро осень. В окружном суде всё прошло буднично и бюрократично. Порадовали татары. Троица пообещала к моему отъезду привезти весь мой заказ. Задерживаться не собирался в городе. Заехал в Любимовку посмотреть на ход работ. Что сказать, работа продвигается. Вначале растерялся в толпе снующих. Тут тебе выгружают ракушняк, рядом брусья перебирают, вокруг камни, земля, песок, галька. Онуфрий Макарович обрадовался, что не забываю его, тут как тут и мой управляющий появился. Короче все при деле. Забор вокруг базы возведён, скоро его поштукатурят. Фундаменты под необходимые строения давно стоят, как выразился инженер. Со дня на день начнут класть стены.

Предоставил Гужкову и Горохову нотариальные копии моих владений, что даёт им возможность начать строительство имения. Ещё разок взглянул на генеральный план своего будущего дома и разбивку участка на зоны. Попав на обед, остался и со всеми отобедал, а чего мне чиниться, все мы люди. Купаться не стал, просто походил по бережку. Водичка уже не была такой компотной как раньше, стала холоднее. Возвратившись в город, проверил счёт в банке и пополнил его.

В воскресенье на вокзале меня провожали Горохов, мой управляющий и три довольных татарина. Купе пришлось выкупать в этот раз, потому что шесть ящиков надо было разместить вместо моего возможного соседа. Через отверстия в таре разносился такой аромат, что пьянил. В Москве носильщики помогли выгрузиться и переночевав, таким же макаром вновь погрузился в поезд, чтобы добраться до столицы, которая встретила мелким дождиком. Предпоследний день лета.

Крымским подаркам рады были не только Аня, впоследствии и её мама, но также и Никаноровна. Свежие яблочки оставил себе, отобрал и сухофруктов, а остальное в цех. Завтра моя охрана, отдыхающая от смены, подъедет и заберёт.

На заводе появились первые признаки наезда на меня. Так скажем лёгкого подталкивания в нужную сторону для акционеров. Залесский, как только узнал, что я появился в цеху, сразу же пришёл и выложил мне не совсем хорошие новости. Где то, на каком-то уровне утекла информация - я собираюсь создать своё акционерное общество, что совсем не могло устроить истинных хозяев завода. За неделю моего отсутствия, в цех не поступил металл столь необходимый для изготовления стакана-тумбы для броневика. Более того, Виктору Антоновичу строго настрого указали не отдавать дополнительный цех. В этом помещении мы уже поменяли вход-выход, заложив старый. Как бы и нет оснований нам препятствовать и в то же время во всём проволочка. Исподволь хотят меня подтолкнуть на сотрудничество.

Интерлюдия 12

Зимний дворец, малый кабинет императора Николая второго. В помещении всего два человека, зато каких - самых влиятельных в империи: вдовствующая императрица Мария Фёдоровна и Николай второй.

Император откладывает в сторону докладную записку с отчётом закупленного оборудования господином Фогелем Александром Карловичем при последнем посещении Европы. –Знаешь, мама, я иногда ловлю себя на мысли, начал Николай второй, что этот Базилевич похож на инженера с потерпевшего крушения корабля из будущего. У него есть чертежи невероятных машин, только ему приходится собирать их из дерева, верёвок и ещё не пойми из чего, что есть в нашем времени.

Мария Фёдоровна, рассматривающая план строящегося имения и базы Базилевича под Севастополем, выслушав сына, продолжила беседу. –И в этом его главный талант, Ники. Не в том, чтобы придумать, а в том, чтобы приспособить. Соединить знания из своего времени с нашими паровыми молотами и кустарными станками. Он покупает разрозненные компоненты, а на выходе автомобиль, причём значительно отличающийся от оригинала. Берёт неуклюжий американский трактор – и уже мыслит, как заставит его поворачивать без этого дурацкого колеса. Это не гениальность! Это ремесленничество очень высокого уровня, зато на основе знаний, опережающих наш век.

Николай второй поднявшись из-за стола стал прохаживаться по кабинету. –Вот именно, он действует как практик, а не как теоретик. Хочет создать акционерное общество, где ему принадлежит семьдесят пять процентов, а Мише –двадцать пять процентов акций. Он не просит денег у казны, однако даёт возможность войти в его дело, однако на своих условиях. Он формально остаётся частным лицом, только его конструкторское бюро уже работает на Министерство Обороны. Возводит не дворец в Крыму, а дачу для себя и близких, и в тоже время строит базу отдыха для рабочих цеха, причём через забор от своего дома. С точки зрения снобов - это чудачество. С моей точки зрения - это выстроенная система, цель которой - создать островок его мира в нашем.

Мария Фёдоровна подхватывает. –Островок, который приносит нам броневики. Его главная ценность в том, что он знает, что именно нужно адаптировать. Он не тратит время на пустые опыты, просто берёт готовые, проверенные временем его эпохой решения и находит способ воплотить их здесь и сейчас. Его деньги… Да, думаю, что они от алмазов, на которые он указал. Он оплачивает свои расходы, причём не малые и в тоже время решает отдать прииски. Это даже не бизнес с точки зрения наших промышленников. Я бы сказала, что это инвестиции в создание для себя приемлемых условий жизни и работы.

Император подошёл к окну и смотря на закат продолжил. Не могу понять только одного и это главный вопрос - что для него эта деятельность? Просто создать условия для работы или нечто большее стоит за этим?

Мария Фёдоровна подошла к сыну и тоже посмотрела в окно. –Думаю, пока первое. Он отгородился от всего своим цехом, микрорайоном, имением крымским. Строит свой заповедник. И его сила для нас в том, что, обустраивая свой мирок, он пытается повлиять на промышленность, армию. Личный интерес Базилевича пока что идеально совпадает с нашим государственным.

Николай второй поворачивается. – Значит, наша стратегия верна? Не мешать? Мария Фёдоровна смотрит в глаза сына. - Наша стратегия- обеспечить ему тыл, легализовать его акционерное общество, чтобы у него не было проблем ни с градоначальником Мореншильдом, ни с флотскими. Мало ли что может возникнуть в Крыму. Надо расчищать бюрократические завалы, что будут мешать его деятельности. Мы как садовники, которые создают все условия для нормального роста экзотического растения. И если мы чего-то вовремя не дадим этому растению, оно может зачахнуть. Нас он должен воспринимать только факторами природы - солнцем, дождём, ласковым тёплым ветерком, но не как хозяевами данного цветочка. Увы, не поймёт и не примет другие правила игры наш Сергей Илларионович.

Николай второй слегка завёлся, занервничал. –Странный союз Романовых и пришельца, которые строят будущее России. Чтобы, чтобы ему было где строить дачи и кататься на броневиках. Слегка вспылил император.

Мария Фёдоровна несколько примирительным тоном решила погасить волну раздражения. –Если этот броневик и всё, что он сделает ещё, позволит нам выиграть будущую войну, то пусть себе катается, садит чудесные розы и возделывает виноградник. В конце концов, он уже подарил нам алмазы, теперь дарит технологии. Главное- чтобы его личная утопия оставалась в границах Российской империи. А для этого, мы должны сделать так, чтобы ему не захотелось искать другого места под солнцем.

В самый неподходящий момент притормозили нашу работу. Металл для стакана это одно, а бронелисты если нам не откатают, не обработают в печи, то вообще остановит сборку броневика. Для легковушек нам тоже нужен металл. Ситуация гнилая - или пан, или пропал. Решил слегка надавить на директора. Пообещал ему, что если не поможет в данный момент, то сорвёт полностью работу цеха. Намекнул, что в крайнем случае, если его снимут с должности, возьму к себе в акционерное общество, а нервишки подлечит в Крыму на моей дачке под солнышком, на море. Видно было по лицу Виктора Антоновича, что борьба идёт внутренняя. И всё же решился нам помочь.

Стакан-тумба в броневик имеет сложную конструкцию и взаимосвязана с верхним погоном башни и нижним погоном, передающим отдачу выстрела корпусу машины. Тут много и фрезерной работы и клёпки. Один редуктор для наводчика чего только стоит. На заводе во всём кооперация, наш цех не самодостаточен и зависит от сотни людей, работающих в разных цехах предприятия. До конца месяца придётся провозиться с этим узлом для броневика, а там глядишь и будут готовы документы для отделения от алчных акционеров.

Залесский сам переговорит с нужными людьми и мы должны к понедельнику уже получать готовые заготовки. В свою очередь я решил со строителями ускорить процесс возведения стены и соответственно переноса ворот над железнодорожной веткой к цеху. Проём между зданиями уже не просто заложен, а эту стену можно использовать в дальнейшем для оборудования самостоятельного помещения. Переговорил с охраной, обрисовал ситуацию и предложил мужикам не расслабляться, усилить смены. А то они уже по одному стали дежурить. Теперь будет так - один охранник у калитки в цех, второй на воротах и плюс - старший смены, то есть втроём, усиленно.

Не значит, что у нас вообще нет лишних металлических балок в цеху, есть немного, только это уже на крайний случай. До конца недели бригадой формировали внешний вид третей модели. Решили передок сделать слегка обтекаемым, и чтобы места хватало механику, и стрелку-пулемётчику было где развернуться. Взяли на заметку, что два бронелиста прикрывающих этих двух вояк можно сделать не пятимиллиметровыми, а восьми. Они могут стать щитом и для командира - стрелка из пушки. Башня также станет усиленной - для надёжности всех креплений и как защита от пуль. Фронтальная плоскость машины, что не говори, а уязвима будет больше, чем лобовая.

Мастер пробежался вспомнив старую дружбу по механическому цеху, и кое-что нашёл для редуктора на башню, всё меньше литья. До выходных в намётках, на болтах без клёпки, собрали лобовую часть и остановились, потому что остальное только после получения верхнего и нижнего погона. Да, именно такое название и закрепилось, потому, что эти элементы взяты из кораблестроения, там как раз и используют эту терминологию.

Глава 17

На выходных сидели в квартире. Ане что-то нездоровилось, больше лежала, иногда читала, со мной делилась своими мыслями о прочитанном. А я написал письма в Томск - своим и Екатерине. Мне надо было выяснить мнение Петровны и Степановича о переезде в Крым, чтобы знать на кого и что рассчитывать. Екатерина должна так же на что-то решиться, потому что предложил вариант с преподаванием и работой на базе. Ей стоило переговорить с Любавой и Настей. Барышни уже на выдании, кажется около семнадцати им, если я что-то не путаю по забывчивости. Пусть тоже думают - собираются и дальше работать в магазине или сделают из него мастерскую. В крайнем случае просто продам недвижимость.

Залесский нас не подвёл. С понедельника пошли поставки нашего заказа. Не так просто собрать погон. Главное в нём зубья для кругового поворота и шары на которых происходит скольжение башни. В общем, целую неделю собирали по крупицам или частями только верхний погон. Приклепали к стойкам корпуса, начали собирать башню. И следующую неделю так же частями собирали тумбу-стакан. Только к двадцатому сентября мы имели готовую систему стрельбы из пушки. Боевыми снарядами стрелять нельзя было в окрестностях посёлка, опасно. Пришлось обратиться к директору завода с просьбой предоставить десяток холостых зарядов, которые изготовлялись у нас, правда боевые и разных калибров для нужд флота. Вопросов не последовало, свои люди всегда договорятся.

В субботу, с самого утра, «шайка» из второй бригады и двух охранников, забралась в кузов грузовика, в броневике, похожем на багги с башней, где Луи за рулём, а Фрол у пушки, через наши цеховые ворота тишком выехали вдоль берега к леску. Ничего не подозревая, выезжаем на полянку, а тут эсеры проводят маёвку втихаря. Они от неожиданности и разбежаться не успели, а Фрол возьми и жахни с пушки, на ходу. Там и Луи от неожиданности крутанул баранку так, что машину развернуло круто в сторону ошеломлённой толпы. Мы ехали сзади и зрелище, надо сказать впечатлило. Второй выстрел прогремел и тут нервы у революционеров дрогнули, ломанулись в разные стороны, как олени сквозь кустарник и подлесок.

А мы что, просто приехали на испытания. Отстреляли пять снарядов поворачивая башню в разные стороны, осмотрели все крепления. Результат нас порадовал- с первого раза и всё получилось. Старший охранник и я сделали ещё по выстрелу, больше желающих не было. Три холостых снаряда оставили про запас.

По возвращению в цех, Фрол вычистил пушку, но решили не снимать её, пусть уже стоит на своём законном месте. Теперь обсчитать количество бронелистов и опять заказ протолкнуть через директора. С муками у нас рождается третья модель.

За неделю ожидания, Луи со своими архаровцами, немного покатались по стометровке, обслужили двигатель и всё остальное. И к концу недели вскрыли броневик краской.

Начался октябрь, а от князя нет никаких новостей. Мы с трудом получали бронелисты. Не так как раньше – неделю их катали и закаляли, а потом привозили всю готовую партию. Сейчас же в час по чайной ложке, едва уложились в две недели. Только седьмого октября их предварительно покрасили, второй раз вскроют после клёпки кузова.

Намучились мужики при сборки, особенно с выпуклыми листами, потому что их слегка повело при цементации. Благо, что сегменты были небольшие. В четверг, наконец-то, позвонил князь на завод и назначил мне встречу на следующий день в его особняке. И хотя я не корячился под броневиком, всё же принимал кое-какое участие, а тут неожиданно надо ехать в столицу.

Если раньше проезжал и только внешне оценивал Аничков дворец, то сегодня пришлось лицезреть внутреннее убранство. Понятно, это одна из резиденций императора, вот только по-прежнему не могу привыкнуть, что по меркам местных небожителей роскошь, вполне уместна, а для меня всё великолепие напоминает музей.

Общались с Михаилом Александровичем и его юристом, более полутора часов. Все документы уже были оформлены и находились в суде, где мы и должны сегодня присутствовать, чтобы окончательно зарегистрировать наше Закрытое Акционерное Общество. У меня возникло много вопросов, во-первых, почему ЗАО, а не просто АО, потом относительно эмиссии акций и так насобиралось с пяток вопросиков. И присутствующий юрист дал все пояснения. В принципе, меня всё устраивало, кроме одного вопроса- эмиссии. Продавать свои акции на бирже мы не могли, зато кого ещё потом пригласить в акционеры, если приспичит и только ему продать - остался открытым. На этот случай надо будет корректировать Устав ЗАО. Князь не был на регистрации, только его доверенное лицо - этот юрист и конечно же я.

После окончательного оформления нашего ЗАО «Ижорский автомобильный завод «Ижора»», возвратились в Аничков дворец. Самое сладкое князь оставил на конец. Он показал мне Высочайшее повеление императора, без которого наше ЗАО просто пустой звук. Потому что именно император выводит наш экспериментальный цех из введения Акционерного Общества Ижорских заводов и создания Особого Конструкторского Бюро с Опытным Цехом, которое уже передаётся в введение Министерства Обороны, а также создание частного «Закрытого Акционерного Общества «Ижорский автомобильный завод «Ижора»». Нам оставляются цеха, станки и оборудование, а также инженерно-технический состав и рабочие нужных категорий, то бишь специальностей. Для пущей важности, завтра Михаил Александрович сам лично передаст повеление директору завода.

Вот теперь у меня отлегло внутри, немного расслабился. Долго пришлось ждать важного документа. Акции надо ещё напечатать и распределить. Поседели немного за столом, перекусили, обмыли так сказать наше общее дело. И разбежались, мне в банк надо было положить на счёт уставной капитал, а князю в полк. Возвращаться в Колпино под конец рабочего дня не стал и отправился домой.

Что-то я упустил или Ане уже немного полегчало и токсикоз, который в это время называется утренней тошнотой, прошёл. За ужином её не мутило, между тем потянуло на солёненькие огурчики. Да уж, сейчас гормоны у неё гуляют во всю. Три с половиной месяца продержались. Похудела немного, зато животик уже виден, слегка выделяется. Чтобы её не тревожить стал меньше рассказывать о работе и наших проблемах. У нас беседы только на положительные темы.

Как бы нам не ставили палки в колёса, всё же в субботу четырнадцатого октября наш третий броневик был готов к эксплуатации. Естественно, надо перекрасить корпус, заклёпки внутри закрасить, дооборудовать места для шофёра и пулемётчика, чтобы было удобно, требовалось и для командира сидение смастерить, которое можно было бы и убрать при стрельбе или ненадобности. По мелочи ещё хватит работы, но это уже пустяки, доработки и усовершенствование. Главное, требовалось обкатать машину, попробовать на разных рельефах её проходимость, то есть на что она способна после такой коренной переделки, потом обстрелять корпус и естественно проверить на прочность узлов и креплений после стрельбы из пулемёта и пушки уже боевыми боеприпасами. Рабочих отпустил на час раньше, а вот с механиками, мастером, инженерами, начальником охраны и с мастером по вооружению, - надо было побеседовать.

Собрались мы в нашей бытовке, я достал бутылку крымского вина и повод то был. Ещё никто не знал, что мы уже сменили свой статус. Что нам той бутылки на такую компанию в восемь пятаков, пустяк. Посвятил в будущие изменения, как мы разделимся, пока формально, а со временем и конкретно, разъяснил все преимущества. Естественно, в этих изменениях были и нюансы как положительные, так и отрицательные. Пообещал, что всех буду поддерживать, как и раньше. Для цеха важно наладить выпуск не только броневиков, но и другой бронетехники. Со временем у нас заберут первенство и начнут другие заводы так же выпускать бронемашины, насыщая ими армию.

Сосредоточил всех на том, что для нас главное, чтобы обороноспособность империи была на высоком уровне, а кто будет выпускать больше или меньше такой продукции важно конечно, но не принципиально. Всех настроил на то, что мы всё равно постоянно будем разрабатывать новое и первыми снимать сливки.

И в это время что-то как громыхнёт в стороне проходной. Прислушались. Фрол сразу сориентировался как специалист, что это взрыв и не слабый. Не успели мы обдумать, что могло бы там взорваться в такой час, как прогремело два выстрела перед входом в цех. Тут уж мы подхватились как ошпаренные. Старший охранник Виктор кинулся к калитке, он же вооружён, а Фрол Семёнович мигом начал вскрывать ящик с оружием.

У меня был пистолет, с которым не расстаюсь, хотя посчитал, что этого маловато будет. На ходу одевали все причиндалы - броник с разгрузкой, распихал пару гранат, браунинг зарядил пятью патронами, не успел пробежать и половины пути, как впереди произошёл повторный взрыв, от которого калитка распахнулась и повисла на одной петле. Взрывная волна была не сильная, ворота погасили, однако я присел за ящик и оглянувшись увидел, что и остальные рассредоточиваются по цеху. В голове одна мысль- что за хрень творится, кто борзанул не по-детски? Если до взрыва кто-то на улице стрелял, а там должно было быть два охранника и старший к ним побежал, то сейчас тишина.

Как только калитка была таким кощунственным образом открыта, в проёме показался человек, который поставил на сошки винтовку и открыл огонь, как из пулемёта. Пришлось спрятать свою голову, потому что от ящика откололось уже несколько щепок при попадании в него, кто-то сзади меня ойкнул и заматерился, видно попали в кого-то.

На полигоне показывали первый ручной пулемёт Мадсена, а сейчас ещё и увидел, как он стреляет и может попасть в меня любимого. Головы не высунуть, четыреста пуль в минуту. Хорошая плотность огня. Достал гранату и перекинул её через ящик в направлении стрелка. Грохнул взрыв и через секунду высовываюсь и разряжаю своё ружьё. Кто-то меня поддержал. И если зацепило стрелка, то в тоже мгновение в цех заскочили ещё двое и на ходу открыли стрельбу, просто ураганный, шквальный огонь с двух пулемётов. Уже страшновато стало, нас просто задавили огневой мощью.

Едва успел вновь спрятаться за ящиком. Позади меня кто-то стрелял. В голове только одно- что за ерунда, кто же это? И уже не боясь запачкаться, главное быть бы живым-отполз дальше от края. Зарядить в таком положении ружьё не получится. Достал свой люггер и ещё одну гранату. Швырнул её на звук выстрелов и через секунду, чтобы не попасть под осколок высунулся и начал стрелять.

Тут вновь прогремел взрыв от чьей-то брошенной нашими гранаты, зато отчётливо рассмотрел, что в ближнего стрелка успел всадить пару пуль, как что-то ударило в плечо и меня силой развернуло и пришлось упасть на спину, потому, что не ожидал такого толчка. Почувствовал боль только сейчас, ё-моё, правая же рука, как стрелять ей, подумал я и тут опять совсем рядом с ящиком произошёл взрыв и меня конкретно так оглушило. В ушах шум, гул, перед глазами поплыло. Выстрелов тоже не слышно. Или я оглох или и впрямь наступила тишина? Прислушался. Наш оружейник кричит, что всё, мол готовы голубчики.

Стараюсь приподняться, пистолет взял в левую руку, стоя на корточках высовываюсь и стоящих никого не вижу. Мужики начали вылазить из своих укрытий. Приподнимаюсь и вижу идущего Фрола наперевес с ружьём, целится в кого-то лежащего. Ору ему чтобы не убивал, надо взять живым вражину.

Через считанные минуты проясняем ситуацию. В створе калитки мертвяк у пулемёта, в цеху ещё один дохлый, а его напарник ранен, возможно, что в него несколько раз попали или осколками посекло. Меня и ещё четверых начали перевязывать. Со двора принесли троих охранников, живы, орут наши, но ранены, в отключке. Начали их осматривать и перевязывать. Кто-то сильно забарабанил в наши уличные ворота, видно на стрельбу среагировала и охрана заводская. Ничего не скажешь, вовремя успели!

Серебренников Владимир Николаевич, врач местной больницы, прибывший вместо погибшего в перестрелке с эсерами фельдшера, работал с нами до утра. Как выяснилось, у меня и механика Синицына сквозные ранения в мягкие ткани, кости не зацепило, почистили и зашили. А вот Курту, немчику нашему повезло меньше - две пули схлопотал. Одна рикошетом от чего-то металлического рассекла ему щеку и раскроила ухо, а вторая попала в бок. Возможно бы и насквозь прошла, однако в подсумке была граната, что и изменила баллистику пули. Рана не глубокая, но рваная, большая, так как пуля сплющилась, столкнувшись с краем гранаты. Мастер цеха, Тимофеевич, в силу своего возраста и нерасторопности попал под очередь - оба бедра пробиты, много крови потерял. Упал прямо на открытом месте, что не сразу и подобрались к нему. Повезло что не задело крупный сосуд или артерию с веной - истёк бы дед наш, пока закончился бой.

Вот так вчетвером и встретили утро в одной палате. С охранниками дело обстояло сложнее. Все получили по несколько пулевых ранений и их постарались увезти в столицу, так как надо было срочно делать операции. К часам девяти пришли урядник с жандармом, вернее офицером Имперской Службы Безопасности, так после реформы стали называть бывшую жандармерию, моих коллег по прошлой службе. Поговорили по душам, под протокол с каждым предстоит отдельный разговор.

В целом удалось выяснить, что какой-то рабочий, возможно из эсеров, подогнал к воротам завода подводу со взрывчаткой и взорвали её. Когда все, кто был поблизости из сторожей пришли в себя, к ним подтянулся народ, чтобы узнать, что к чему, тут и начался штурм нашего цеха. Цели пока не ясны. Нападавших трое, два трупа, один тяжело ранен, в себя ещё не пришёл. Документов у нападавших не обнаружено и личности не установлены. Следствие идёт.

Залесские позвонили на квартиру моим Оболенским, а там пошло по инстанции- Мария Дмитриевна заехала к дочери, то есть Анюте и обе после обеда сидели у меня с красными заплаканными глазами. Лежать в больничке мне не хотелось, только доктор не отпустил, попросил несколько дней потерпеть, пока не снимет швы, понаблюдаться на всякий случай. Елизавета Васильевна взяла шефство над моими дамами и повела к себе. У директора дом приличный, всем места хватит, тем более Оболенские уже давненько не посещали Залесских, чаще было наоборот.

Навестили нас и наши. Цех приостановил работу, потому что полиция и Служба Безопасности проводят следственные мероприятия. Луи рассказал, что машина, стоявшая в ряду первой- сильно посечена пулями. В ящиках вероятно оборудование пострадало, но пока не дают ничего посмотреть, даже в цех не пускают. Все в растерянности, такого ещё на заводе не было, да и вообще нападать с тремя пулемётами, не понятно зачем. Если бы в цеху был один охранник, то у банды всё получилось, вот только они просчитались в чём-то и ситуация сложилась не в пользу нападавших.

Всё пошло не так только по двум причинам- нас было много, сразу всех не убить и наличие гранат, что собственно и остановило нападавших. В противном случае нас просто смяли, пуль хватило бы на каждого. Чего хотели эти люди? Угнать броневик, завладеть нашим оружием или вскрыть сейф с документами и чертежами, провести диверсию? Если полуживой склеит ласты, то наверно и не узнаем цели нападения. Будем ждать результатов расследования.

Мне только одна мысль пришла- кто планировал нападение, не имели полного представления о нашем цехе, в частности о наличии запаса оружия и что после работы кто-то мог задержаться на рабочем месте. Как мне не прострелили лопатку, просто чудо, а ноет и тянет мышцы зараза неприятно. Когда зашивал эскулап, то вместо опиатов принял на грудь спирта, а сейчас всё пренеприятно ощущается. Быстрее бы домой.

В один из приходов Луи договорились, что я на недельку выйду из игры, а он пусть проконтролирует все процессы. Главное, чтобы в цехе навели порядок и провели ревизию всего и вся. Если что-то мы потеряли безвозвратно, то надо это знать и вновь заказать через Фогеля. С началом работы увеличить число охранников, пусть хоть пока живут в цехе и кормятся харчами за мой счёт, но такого повториться не должно. Надо подобрать ещё трёх-четырёх охранников, вместо раненых. Они в последствии второй цех будут охранять. Выделил деньги для лечения и усиленного питания всех раненых. Пострадавшим передадут по пятьдесят рублей. Этим займётся мой приказчик.

Уровень медицины сейчас просто аховый. Болит рана, ничего- примите опий, а что потом присядешь на него, то никого не волнует. Всё потому, что это норма в лечении. Доктор рану видно почистил добросовестно, не даром я скрипел зубами. Зато и результат на лицо - ни воспаления, ни тем более её загноения. Через неделю сняли швы, лишние дырочки затягивались хорошо. Резких движений не делал, пусть всё заживёт. В поселковой больничке остались долечиваться немчик и мастер. У них не всё так как надо заживает. И у охранников есть проблемы. Один если выживет, то инвалидом останется, вместо охраны будет заниматься чем-то другим, в меру своих возможностей, своих мы наверняка, не оставим без внимания.

Ко мне всё же заглянул работник Службы Безопасности уже с официальным визитом. Нападение квалифицируют как террористический акт. Выживший бандюган, в горячке говорил на немецком, только допрашивать его не скоро будут, жизнь в нём едва теплится. Поэтому в разговоре со следователем напомнил ему, что уже была попытка германцев провести ревизию своим агентом фон Бергом, тогда это не прокатило. И вот опять неудача.

С подполковником Золотарём Алексеем Викторовичем, что возглавляет Службу Безопасности Царского села и соответственно Колпина, сложились неплохие отношения. Он знал, что я служил в корпусе жандармов, да и в целом навёл все справки. Скрывать от него мне нечего, поэтому пообщались по-деловому и откровенно. Можно сказать, что он на своём месте. Когда остался один, то задумался. Императоры двух империй -Российской и Германской, хотя и были двоюродными братьями, однако это не мешало немцам нам гадить. Не даром мы с ними воевали два раза в этом столетии, вернее будем воевать. Скорее всего, следует с моими немцами-механиками поговорить по душам, пока не стало поздно. Подберут к ним ключ, хоть угрозой, хоть шантажом и наши секреты тю-тю, если вообще не заставят творить мелкие пакости. И сделать это надо без огласки, что бы на них не кидали косые взгляды, если народ узнает, что нападение организовали их сородичи.

Из всех раненых я оказался живее всех живых. Через десять дней уже слушал доклады по нашим потерям – испорченного обстрелом было достаточно. Ящик, за которым прятался, был с электрооборудованием и процентов на восемьдесят магнето, свечей и фар испорчено. Зато мне меньше перепало, целее оказался. Железо можно купить, обидно, но не смертельно же. Закажем вновь. Обстрелянную машину уже ремонтируют, стёкла заказали, много выбитых. Познакомился с новыми работниками, их как раз по три человека распределили в две бригады, вернее мы уже две разные организации- одна частная, а вторая казённая, то есть государственная.

Пока находился дома зализывая раны, на завод приезжал князь и поставил в известность нашего директора о Высочайшем повелении императора, хотя Залесский и сам знал от меня, что грядут структурные изменения. Как он шепнул на моё ушко- акционеры крайне недовольны, однако против императорской семьи не попрёшь и сидят на попе ровно, хотя в душах их осадочек явно остался. Пусть обижаются сколько хотят, только бы не пакостили.

Когда князь решил осмотреть цех после погрома и увидел третью модель, то потерял дар речи, с одними междометиями и невнятным бурчанием полез во внутрь, на корпус и пока не осмотрел всё, не успокоился. Вот только мы с Луи решили, придержать эту машину, не выставлять пока на показ. Слишком она революционна и противникам не желательно знать о нашей разработке. Так ему мой друг и пояснил. Более того, намекнул, что скоро появится вообще монстр железный, так сказать смерть супостату, что просто жуть. И даже возможно примет участие на поле боя поддерживая пехоту. Михаил Александрович впечатлился, поверил или нет, другой вопрос, пообещал чаще наведываться к нам.

Внутри коллектива реорганизовались быстро. Так как все станки и оборудование куплены мною, то в этом цехе и будет размещаться частная лавочка, под названием ЗАО «Ижорский автомобильный завод «Ижора»», а в соседнем - конструкторское бюро и экспериментальный цех, которые будут у нас арендовать станки. Когда по серьёзному займутся этим бюро в Министерстве Обороны –будет проще и безболезненно разделиться уже не понарошку. Выходит так, что у меня на заводе главный инженер –это Колпанов Семён Александрович, а хотелось бы иметь Луи. С моим французским другом пришлось поговорить, чтобы он сам определился с дальнейшим направлением в работе. И автомобилестроение и бронеавтомобилестроение перспективные отрасли. В обеих можно достичь успеха. Вот только мне кажется, что военные всё равно сделают мало бронетехники, её постоянно не будет хватать, пока казна тощая. В гражданской отрасли тоже несколько направлений и оборот средств будет больше. Луи взял паузу для обдумывания.

А мы с приказчиком Лыткиным и инженерами Колпановым и Тереховым начали процесс патентования узлов на броневиках, тракторе, и грузовике- пока не поздно. Обсчитали стоимость броневика. Первая модель – десять тысяч, вторая тринадцать, а третья семнадцать тысяч рублей. У французов что-то похожее на нашу первую пробную машину по стоимости сопоставимо с нашей второй моделью, хотя она уже круче лягушачьей. В журналах цена варьируется от десяти до пятнадцать тысяч, там у французов всё от мощности двигателя зависит.

Нам тоже есть над чем задуматься- танк весом примерно в семь-восемь тон, с нашим двигателем в тридцать лошадок, будет слабоват. Чтобы не зависеть от Европы, надо разработать со временем свой агрегат на сорок пять-пятьдесят лошадей и более.

Я конечно патриот своей империи, однако не хочется даром передавать все чертежи и наработки на броневики чинушам из Министерства Обороны. Надо подумать, как с этого иметь свой интерес. Всё равно придётся что-то придумывать новенького для армии, так что сотрудничать нам с армейцами надо в кооперации. По новой схеме работать лучше, хоть прибыль пойдёт и делиться ни с кем не придётся. Да нет, всё же придётся- четверть князю отдавать, но думаю, что акционеры с завода брали бы значительно больше.

В течение недели полиция шустрила на заводе. Арестовали с десяток эсеров, среди которых был и Василий Кудрявцев. Доигрался в революционера агитатор, а мог и пригодиться в борьбе за светлое будущее. Не судьба видно ему осуществить свою мечту.

На стройке все работы перешли во внутрь зданий, часть людей освободилась и их перенаправили на строительство бытовок во втором цехе и обустройство пространства между цехами. Там было где разгуляться. Первый этаж под склады, а второй: под конструкторское бюро- наше и смежников.

В субботу Луи сам вышел на разговор и предложил следующее. Ему конечно ближе автомобили, а не бронетехника. Постарается подготовить себе замену из молодых, а такой на примете у него есть, надо только послать его на учёбу в университет, а практику он получит у нас хорошую. Попросил оформить его на наш завод, а в опытном цехе будет работать как консультант, лямку кому-то тянуть надо. Меня такой расклад вполне устраивал. В крайнем случае, если Министерство обороны станет в позу, пусть сама подбирает инженера, мы с любым найдём общий язык, вот только своих специалистов терять не хочу.

До середины ноября у меня не шатко не валко многое получилось сделать. Во-первых, с князем напечатали и разделили акции, во-вторых, он несколько раз приезжал с офицерами, как своего полка, так и пехотного, что успели поучаствовать в манёврах этим летом и высоко оценили боевые качества «БрИза-3». Мы до слякоти успели обкатать машину, и она хорошо себя показала на пересечённой местности, легче управлялась, там, где обязательно застряла бы предыдущая модель, данная проходила уверенно. В-третьих, Фогель привёз всё необходимое для работы над танком и трактором.

Решили поставить более мощный мотор в шестьдесят лошадок производства Франции-«Антоанетт» на восьми тонный танк, а на тракторе оставим наш тридцати сильный. Это был перспективный агрегат, восьми цилиндровый V- образный, очень компактный и низкий, водяное охлаждение- что нам идеально подходило. Тем более, что этот двигатель уже был обкатан, стал серийным и его пытались применить в самолётостроении и на катерах. Правда стоил он офигенных денег - восемь тысяч рублей, что повлечёт удорожание танка. В-четвёртых, наш цех наконец разделился, обжили свои рабочие места в новом помещении и конструкторском бюро. Работа шла, дела ладилось.

Глава 18

Всё же по привычке обедали в прежней столовой, все вместе. Да и за станками по-прежнему работали в нашем цеху оборонщики, так мы стали называть вторую бригаду. И самым главным было, в-пятых - штукатурка в домах подсохла благодаря проведённому отоплению, полы покрашены, паркет вскрытый лаком блестел, можно было клеить обои. Однажды провели субботник и прибрались на своих будущих подворьях. Завезли дрова и уголь. В декабре будем праздновать новоселье. Улицу засыпали щебнем и укатали, за зиму она ещё просядет, придётся вновь подсыпать и выравнивать, прежде, чем уложить асфальт. Детской площадкой займёмся на следующий год, но место расчистили и подготовили уже этой осенью.

Как я не стремился к зиме организовать два салона по продажам автомобилей, получилось лишь купить подходящую недвижимость, отремонтировать и открыть лишь один в Москве. Мороки было много. Приказчик почти полмесяца находился в Москве, пока нашёл устраивающее место под наш проект. Ни Кузнецкий мост, ни Петровка нам оказались не по зубам. Продажи подходящего помещения не нашлось, а что предлагали не подходило по размерам. Остальное только в аренду сдавали по такой цене, что мы отказались и нашёл мой Григорий Павлович, продающийся каретный двор только на Тверской. И мы решились. Эта улица не была престижной, как Петровка и Кузнецкий мост, зато она расположена недалеко от Николаевского вокзала, нас разделяла Страстная площадь и довольно длинная первая Мещанская, которая выходила на Каланчёвскую площадь, где собственно и располагался вокзал. Зато с другого конца, Тверская вела прямиком к Кремлю- сердцу города. Здесь и Манежная площадь, и Охотский ряд. Рядом находились престижные гостиницы, одна из них, «Националь». В любом случае, у нас не было лучшего варианта, потому что салон - это не просто магазин по продажам авто, между тем здесь был гараж с мастерской, где проданные машины могли пройти осмотр и ремонт. Имелся у нас и склад ходовых запчастей.

Долго думали, как назвать салон. Остановились просто на сленге-«Салон Ижорский - автомобили «Ижора»». На открытие приглашали прессу, сразу из нескольких газет, правда откликнулась лишь газета «Московский листок». Все, кто прочитал объявления и проходящие зеваки, да и проживающие рядом не преминули посетить наше открытие. Это было феерическое шоу- небольшой духовой оркестр, за толику малую отыграл великолепно, артисты-циркачи, особенно понравился публике клоун, которому лично составил репризу. Были демонстрация автомобиля и пробная езда желающих. Наш салон предлагал не только продажу, но и аренду, так же обслуживание первые полгода за пятьдесят процентов. В дальнейшем скидка на ремонт в размере десяти процентов. Это конечно было всё условно и естественно в убыток себе никто работать не собирался, однако помощь новым владельцам собирались оказывать честно и качественно - престиж марки, и человечность прежде всего.

Одну легковушку переделали в небольшой фургончик, мало ли кому что надо доставить малогабаритное. Скоро передадим в салон грузовик для аренды перевозок солидных грузов и две новинки, что удивили солидных людей- свадебный автомобиль весь в цветах и лентах, и укороченная версия легковушки, зато бронированная- для перевозки ценностей, денег и особо важных бумаг. Получился автомобильчик небольшой, зато хорошо защищённый.

После такой презентации у нас приобрели в течении трёх недель два автомобиля, пять раз брали напрокат авто для торжеств. И главное, Москва конечно победнее на производителя машин, хотя в городе уже открыто несколько салонов, но мы были замечены и к нам пошли состоятельные люди. В запасе у нас было ещё около десятка единиц готовой продукции, только мы не расслаблялись и собирали их по пять штук в месяц. Это конечно кустарщина, не конвейер, вот только и продажи были не огромными. За зиму надо решить вопрос с салоном и в столице.

При очередной встрече с Михаилом Александровичем у нас получилась очень интересная беседа- неожиданная, надо сказать. Впрочем, лукавить не буду, где-то на краю сознания и у меня были мысли, связанные с темой, что озвучил великий князь. Как-то я упустил, что в Санкт Петербурге существует автоклуб и князюшка мне как раз и напомнил о нём. Это престижный клуб людей, объединённых и увлечённых автомобилями, причём разношёрстная публика – редактор журнала «Автомобиль» и одновременно известный гонщик, отставной полковник, инженер-автоконструктор, и он же профессор, есть меценат и даже общественный деятель, да и много было просто состоятельных людей, титулованных. Часть из них имела свой автомобиль и даже не один, другая просто соучаствовала при организации и проведении пробегов и популяризации автомобилей.

Не знал, что нас уже приглашают в этот элитарный клуб. Более того, с Роминовым даже переговорил князь Белосельский-Белозерский Сергей Константинович, член клуба и предложил интересную идею. Только члены клуба могли войти в Российское Автомобильное Общество, лишь потом можно принимать участие в соревнованиях и пробегах в самой империи и в международных турнирах. Так вот предложение было следующим - нас приминают в клуб, потом в Общество и предлагают стать участниками в Первом Всероссийском пробеге, что ориентировочно пройдёт в середине июня месяца, естественно следующего года. Расстояние маршрута - три тысячи триста вёрст и пролегать будет так- Санкт Петербург-Псков-Дерпт-Рига-Митава-Шавли-Вильно-Гродно-Белосток-Варшава-Брест-Литовск-Пинск-Лунинец-Мозырь-Чернигов-Киев-Прилуки-Глухов-Орёл-Тула-Москва-Тверь-Вышний Волочёк-Новгород-Санкт Петербург. Подумалось сразу, что это просто марафон какой-то, машины в дрыск износятся, такую нагрузку может железо и не выдержать, если её специально не подготовить. И сколько это мы будем плёндаться, скорее всего не две недели, да и правила надо знать? О чём и сказал князю. На это ответа не получил, потому что он и сам пока не знал регламента пробега. Более того, Михаил Александрович, а глаза у него просто горели, намекнул, что есть ещё и кубок Гордона Беннетта. В этом году он проходил во Франции. Протяжённость маршрута около восьмисот километров. В следующем году пробег пройдёт в Великобритании, тут уже маршрут немного будет короче, около пятисот километров.

Задуматься было над чем. Людей в коллективе мало, особенно специалистов. Если заклёпочника приобщили к сборке авто, то это не значит, что он уже мастер в технике. Два инженера и столько же механиков, а молодёжь пока в подмастерьях, так сказать, способности их не знаем, присматриваемся.

Пришлось на князя вылить ушат холодной воды, чтобы не перегрелся мыслями. Объяснил ему, что эти пробеги не что иное, как продвижение своей продукции на наш и вообще мировой рынок. Производство машин штучное, цена заоблачная, сбыт ограничен. На мировой арене уже имеются заводы с репутацией, с именем и протиснуться поближе к ним почти смерти подобно. Они между собой локтями толкаются и покусывают друг друга, а тут мы нарисовались. Заводы Лесснера и Фрезе собирают то, что привозится из Европы, своего пока нет, поэтому это реклама Даймлера или Бенца. Мы другое, у нас только частично импорт, хотя, если честно, то также кроме рамы, радиатора, рессор и тормозной системы пока своего нет ничего. Мелочь не в счёт. Однако мы делаем двигатели сами и марка у нас не европейская, поэтому являемся конкурентом. И душить нас будут в самом зародыше.

Были и другие воспоминания из прочитанного, просмотренных фильмов, что творили друг другу фирмы со своими заклятыми партнёрами, чего только не происходило. Про честность джентльменов можно в конкурентной борьбе забыть напрочь- подлость, вредительство, подкуп, даже убийства. Романов по-своему был настолько наивен, что, когда услышал о моих размышлениях, сначала вспылил, мол не ведут себя так подло благородные люди. Попросил его только не выносить в частные беседы наши разговоры и планы, если хочет, чтобы наша команда победила.

Решил перевести всё в конструктив, предложил составить план подготовки к пробегу. Михаил Александрович пообещал раздобыть план маршрута и регламент пробега, правила и ограничения. А мы уже в коллективе решим вопрос с подготовкой самой машины. На этом с ним как бы и остановились. Если не знаешь основного, то незачем спешить, время ещё есть.

Князь ушёл, а я собрал тогда весь цех в обед и наших автомобилестроителей и оборонщиков, чтобы обговорить эту тему. Народ сразу и не понял в чём суть то, но по мере того как стал им разъяснять значение таких пробегов - слегка прониклись. Главное, что они поняли, так это то, что раз надо, так надо и будем стараться чтобы победить супостата хоть таким необычным путём.

За час до конца рабочего дня провёл с техперсоналом совещание, где пояснил, что у нас есть шанс заявить о себе. Если покажем неплохой результат, тогда нас не только заметят, обратят внимание на наши машины, возможно в салоне и поднимутся продажи, вот только есть тут и другая сторона медали. И подробно рассказал, что бывает с теми, кто нахально лезет в кошелёк к соседу. Призадумался народ. Напомнил, что у нас есть свои коммерческие тайны и если их узнают, то облегчим жизнь конкурентам, а себе навредим. И уже совсем кратенько, только намекнул, что машину на пробег требуется собрать так, чтобы она не рассыпалась через триста вёрст. Предложил немного подождать, пока князь не раздобудет план маршрута, а уж потом разобрать каждый этап, но для этого необходимо проехать по нему заранее выявляя все его нюансы. И подготовиться к возможным поломкам и отказам систем машины. Рассказал, что машина для соревнований и продажи - две совершенно разные вещи. Одним словом, завалил всех информацией, о которой никто и не догадывался. Предложил Луи быть нашим гоночным шофёром, пока не подготовим кого-то из молодёжи. Помощника он выберет сам себе из механиков. В дороге могут возникнуть разные непредвиденные ситуации и разрешить их надо быстро, а кто кроме главного инженера и хорошего механика смогут справиться с поломкой, правильно, только создатель машины, коим и является Луи.

У меня сразу родилась мысль, что третьим человеком должен быть журналюга из столичной газеты, не журналист, а прожжённый специалист пера и пиара. Чтобы он был напористым, смелым и скорее всего вообще выносливым человеком, потому что проехать столько в ужасных условиях не всякий сможет. На каждом промежуточном пункте пусть делает репортаж и сразу же передаёт в газету. Постараемся достать и фотографа.

В поезде, пока ехал домой, у меня столько возникло разных идей, как говорится снова Остапа понесло, только успевал записывать. Подумал о спонсорах, а почему бы и нет. Напроситься к производителю шин, как рекламщик его продукции. Он нам шины, а мы трубим на каждом углу, что камеры и шины такого-то производителя самые лучшие, они выдерживают большие нагрузки российского бездорожья. Так же можно обратиться и к производителям магнето, свечей, фар, масла и топлива. Глядишь и сэкономим -э то, во-первых, а ещё и гадить меньше будут. Думаю, что тут ещё много чего не знают того что известно мне.

А потом вообще бредовая идея родилась. Впрочем, как посмотреть на это. Не замутить ли и нам самим какой ни будь кубок или постоянное, ежегодное соревнование? Пробег — это долгоиграющая вещь, тут больше не скорость, а выносливость, соревнование на выдержку, что, если провести одно-двухдневное состязание, где главными будут именно скорость и манёвр. Куда уж без зрелищности, тут её будет столько, хоть отбавляй.

Денег на проект мне как бы и не жаль, однако стоит привлекать других, заинтересованных особ, иначе ничего не выгорит. Сначала определиться с землёй, потом проложить трассу круговую в версты три, а больше и не надо, всё равно замкнутое движение и затраты лишние ни к чему. Можно даже не сразу асфальтировать трассу, а устроить хорошее покрытие из щебня слегка смоченное, чтобы пыли не было. Провести первое соревнование, получить живые деньги и тогда асфальт положить. Боксы для участников, трибуны для зрителей, лавчонки для сувениров и простого перекуса. Во-о, рекламные щиты спонсоров на видных местах разместить. И назвать это зрелище, к примеру,- «Петербургские Виражи». Приз только бы придумать. И тут у меня в памяти всплыла эмблема автомобильных войск - два колеса, руль и крылья. Называли эту композицию иронично- «взлетел бы, да яйца мешают». И правда, подумалось мне, кубок из какого-то камня- мрамора или гранита, на нём колесо детализированное, как настоящее, но уменьшенное из металла и покрытое серебром, а вместо оси два позолоченных крыла с разных боков, как у Гермеса. Серебро для второго места, а позолоченное для первого или вообще одно золотое колёсико оставить. Да и чего мудрить с названием, так и оставить – Кубок «Золотое Колесо». Можно на камне гравировку делать с названием команды победителя и дату.

Моё дорогое создание уже имело вполне определяемый визуально животик. Быстро же увеличивается плод наших стараний. Днём, когда теплее всего, приезжала любимая тёща и они вдвоём гуляли в Александровском саду и набережной. Потом обедали и Анюта на часик, полтора ложилась поспать. В светлое время суток, чтобы не портить глаза, рисовала или делала наброски нашего двора и общей детской площадки, чтобы потом по эскизам осуществить свой замысел. Предложил Ане всю площадку стилизовать под сказки Пушкина о царе Гвидоне, о Руслане и Людмиле, да и по мелочи всякой расставить у скамеек, кустиков, деревьев -скульптурки в виде грибочков, причудливых пеньков, зверушек. Кое-что будет изготовлено из дерева, что-то постараюсь сделать из бетона, когда закончим стройку. Вот так мы, вечерами обсуждая тех или иных персонажей или композицию проводили вечера. Иногда пели что-то под гитару, фортепиано решили не забирать у родителей, а в новый дом купим другое. Читали и обсуждали героев. Рассчитываем вселиться уже вскоре, в комнатах идёт клейка обоев. К Рождеству возможно оживёт наш микрорайон.

Практически пол дня субботы проговорил со своим приказчиком. Обсуждали работу салона в Москве и появившийся вариант покупки приличного подворья в столице, где места хватит на всё- салон, гараж и мастерскую со складом. На днях сам осмотрю вероятную покупку и потом сделаем окончательный вывод. Сосредоточил Лыткина на таком моменте, как поиск добротного вагона второго класса о чём как-то говорили ранее, правда в скользь, чтобы нам его переделать под наши потребности в течение зимы и в сезон им можно было бы возить детей на базу в Крым. Главное купить, всё остальное второстепенное. Тут Григорий Павлович рассказал, как его семья отдыхала в Ялте. Всем понравилось, и дети действительно набрались сил и здоровья, что явно видно.

Думаю, что приказчик будет очень стараться, его же дети поедут в этом вагоне в следующем году снова отдыхать и оздоравливаться. Напомнил ему, что через месяц Рождество. Вселимся мы в канун и праздновать будем в нашем храме, поэтому надо поинтересоваться у батюшки о его потребностях. Чтобы не забыл поставить ёлку на нашей детской площадке, а детвора её должна украсить. Подарки детям купить. Пусть привлекает к этому делу нашего председателя профсоюзов, а он в свою очередь кого захочет. И последнее дело всегда касалось кадров. Их нам не хватало. Пусть ищет стоящих людей.

Заглянул к оборонщикам, там как раз все заморочены проблемой установки «Антунетки», так рабочие назвали упрощённо двигатель «Антуаннетт». Мощность у него превосходила наши тридцатисильные движки на двадцать лошадок, хороший пятидесятисильный аппарат, вот только кроме водяного охлаждения, надо и всё пространство обдувать, создавать принудительную циркуляцию, чтобы моторное пространство не перегревалось. Переделали второй раз радиатор увеличивая его площадь. И так везде происходит, по всем узлам. Сначала делаем, затем улучшаем, а что-то потом себя покажет, на что мы внимания сразу не обратили.

К концу месяца всё шасси будет опробовано и отрегулировано. Приступим к формированию каркаса и последующим бронированием. Если все звёзды совпадут, то к январю создадим первый танк. Основная проблема в том, чтобы не просто его склепать, а сделать доступным для армии и собирался он быстрее, главное, как удешевить для казны. В данный момент всё напоминает гаражный энтузиазм что ли.

Неприменул зайти и глянуть на сборку двадцать первого автомобиля. Пять уже продано в Москве, семь только что туда же отправили железной дорогой, чтобы не получилось дефицита товара в салоне. До конвейера нам далеко, хотя ребятки работают слаженно. Пять шасси стоят на козлах, пока без колёс и вокруг них жужжат разные специалисты. Уже не всем скопом слетаются на агрегат, как пчёлы на мёд, как раньше, а имеется распределение труда, друг другу не мешают. Пригласил на разговор инженера Семёна Александровича. Оторвал его от дела не просто так. Он больше связан с легковушками, чем Луи, ему же и создавать машину для пробега.

Направились в комнату конструктора и вооружившись бумагой и карандашами стали размышлять над нависшей перед нами задачей- создать крепкую машину, которая должна достойно показать себя во время пробега, выдержав его и при этом внешне не отличалась бы от серийной. Это удивило Колпанова, в его глазах прочитал недопонимание. Стал пояснять, что все участники соревнования будут разными путями обманывать всех- судей, наблюдателей, зрителей, журналистов, всех короче. Объясняется это просто- серийный автомобиль делают по упрощённой схеме, чтобы сэкономить, он не должен быть дороже установленной планки: затраты-выгоды. А вот машина для пробега- другое дело. Она стоит значительно дороже серийной модели из-за того, что изготавливают её из усиленной рамы, двигатель может немного отличаться качественными деталями, даже из других сплавов, что серийный собрат, применяются более качественные масла и топливо. Это потому, что нагрузки такое авто переносит колоссальные во время пробега. В конечном итоге авто может получиться просто «золотым», образно говоря.

Однако это всё на первый взгляд кажется противоречивым. Что проку если на пробег честно выставить серийную модель? Она рассыпится через пятьсот километров. Такого не может себе позволить частный капитал. Тут и честь марки, качество, престиж и разное другое. Однако в итоге - это число продаж и в конечном счёте всё сводится к банальным деньгам, прибыли.

Да, в Европе автомобили некоторых производителей очень шикарные машины, качественные, красивые, удобные, скоростные и дорогие. Сосредоточил внимание инженера на том, что в скором времени авто будет дешеветь, так как оно должно стать средством передвижения для сотен тысяч людей, а не средством роскоши для десятков аристократов. И напомнил, что наш автомобиль и должен стать рабочей лошадкой для офицеров, купцов и помещиков, даже инженеров. Качественный, не дорогой, достаточно удобный автомобиль - вот наша задача, которую стоит решить, как можно быстрее.

Если на наш российский рынок придёт импортная техника, то она начнёт теснить нашу. Пока мы проигрываем в экономическом отношении, однако в наших силах несколько изменить ситуацию в свою пользу. Не прийти к финишу мы просто не имеем право и занять не первое место в своём классе то же, надо оставить позади всех, у кого до тридцати лошадей, они не конкуренты нам и нагнуть тех, у кого от тридцати до сорока лошадок, остальные просто не по зубам «Ижоре». Посоветовал ему подумать три дня, до пятницы двадцать четвёртого, а потом соберёмся вновь и конкретно составим план работы. Это так кажется, что до лета много ещё времени. Новую машину только предстоит сделать, испытать, выявить недостатки, исправить и вновь проверить в работе.

Не думаю, что сильно загрузил инженера, всё же пусть подумает. Сейчас такое время, что честь, данное слово, даже само дворянское звание уже играют значимую роль, вот только они не знают, что на западе нас считают несколько недоразвитыми что ли, варварами и вообще теми, кого не зазорно надрать по самые помидоры. Что с нас убогих то взять, мы все такие честные, играем только по правилам, и чтобы всё было честь по чести, мол они же такие разэтакие, передовые и правильные.

Уверен, что пробег станет откровением для многих моих соратников. Сам для себя набросал с десяток пунктов, пока погрузился в тему, чтобы ничего не упустить. Затем решил навестить губернатора. Надо было узнать о землях, что расположены недалеко, а точнее вдоль трассы из столицы до Царского села. Мягонько прощупать эту тему не привлекая внимания, заранее до того, как сделаю заявление о соревнованиях в российской империи.

Глава 19

Во второй половине дня не оказалось на месте столичного губернатора, Александр Дмитриевич выехал по делам. Что бы не терять время, прошёлся по кабинетам, давненько здесь не был, всё бегом да бегом. Поговорил с некоторыми знающими старожилами, даже удалось посмотреть схему прилегающих к трассе участков, которыми кто-то уже владел, что-то можно было даже купить. В моду стало входить иметь участочек под дачку. Вот так в разговорах и узнал не одну новость, в том числе и сплетни. Получилось лучше, чем предполагал. Без всякого официоза, как бы между прочим, выудил ценнейшую для себя информацию. Земля вдоль Царскосельского тракта стоила сумасшедших денег - самые дорогие участки располагались именно здесь.

Под трассу мне достаточно до четырёх десятин со всеми сопутствующими постройками. И тут мне шепнули, что есть несколько вариантов покупки землицы, очень много дворян, не приняв новые условия буржуазного общества, особенно после отмены крепостного права, к началу двадцатого века стали разоряться. Меня не устраивали варианты, удалённые от тракта. Однако подходящий участок был великоват - целых тридцать десятин. Граф, причём родовитый, довёл своё имение, что говорится до упадка. Сначала карточный долг не выплатил сразу, перенеся его, а потом на бирже неудача постигла, неурожай, затем …, короче, беда одна не приходит. Навалилось всё со всех сторон и подкралась печаль печальная.

Необходимо моему приказчику провентилировать вопрос с землёй этого графа. А пока у меня одно дельце личного плана. Заехал на Невский и прошёлся по магазинам и Домам, где продают ювелирку. Как никак, а в субботу у жены день рождение, не юбилей, однако праздновать будем впервые, как стали семьёй. Не любит Аня украшений, поэтому не всегда одевает даже то, что имеет. Выбрал ей медальон, не простой, а с иконкой святой праведной Анны. Снаружи серебро, а внутренняя часть позолоченная. Икона написана в Серафимо-Антониевской Лубенской женской обители, в монастыре столичном. Вот только его освятить придётся на воскресной службе, мало ли кто примерял и с какими мыслями. На праздник жена никого кроме родителей не хотела приглашать, если ещё крёстный с женой, то есть Залесские заскочат, ну и всё. Не стал перечить Аннушке, это её день, да и в положении она. Стал замечать, как у неё начало частенько меняться настроение. Наверно так гормоны влияют.

Аня взяла меня в оборот сегодня вечером, что-то так ей захотелось посетить наш строящийся дом, сделать замеры, чтобы заказать мебель для тех мест, где стандартная не становилась. Вот только погодка уже зимняя, с морозами и снегом. Да-а, снега навалило уже достаточно много и его покров стал устойчивый. Температура уверенно держалась ниже нуля – днём температура колебалась в основном около пяти градусов со знаком минус, а ночью иногда опускалась до десяти. Попытался уговорить не совершать такие променады, да куда там. Тогда предложил отправиться прямо завтра, потому что может ещё более погода испортиться.

Вот так и пропал у меня рабочий вторник. К обеду только прибыли с женой на вокзал и через час мы плелись по нерасчищенной улице к нашему микрорайону. Мне то ничего, а вот Анюта выдохлась. Надо поднять вопрос расчистки, а то и ходить трудно, да и слой ляжет такой, что слякоти не избежать при оттепели или по весне. В доме было тепло и сухо, до вселения протапливают все квартиры. В принципе, заселяйся хоть завтра. Обошли, посмотрели, сделали мерки, прикинули что где можно поставить. Плохо, что обустройство будет зимой, впрочем, это не станет наверно помехой. На каждый этаж и комнаты сделали планчик с пометками. Посидели немного и пошли в обратный путь. Навестить Елизавету Васильевну и Виктора Антоновича не захотела, сказав, что увидит их в субботу и так. Я так вообще, директора вижу пару раз в неделю на заводе, не скучаю. Было бы из-за чего спорить, понимал же, что у жены сейчас сложный период, она у меня до беременности вела себя подобающе, перетерплю как ни будь до весны.

В среду, когда обедали, обратился к работникам по поводу вселения в новое жильё. Оно было распределено ещё давно, поэтому предложил всем такой вариант. В мороз нельзя перевозить некоторые продукты, заготовки, а вещи вполне. Ни за день, ни за два поселиться полсотни человек невозможно. Молодёжь конечно запросто из бараков выпрыгнет за час, а семейным сложнее. Причём в некоторых семьях посчитали, что дома им не следует продавать, пусть останется в нём кто-то из старших детей, что не работают у нас в цехе. В общем была масса разных вариантов. Предложил даже выделить грузовик для перевозки домашнего скарба. На профсоюзного босса повесил это ответственное дело. А кому ещё, как не радетелю и защитнику рабочего класса. Между тем напомнил, что к Рождеству все должны занять свои квартиры. За мной выступил Синицын Илья Петрович, председатель профкома, который напомнил, что с декабря сдаём часть денег на нужды организации. Проверил по списку, все ли дети у него учтены, чтобы потом не обижались, когда будет раздача подарков. И сказал, что начинает составлять список на перевозку вещей.

У нас уже чувствовалась какая-то организация в коллективе, не было той первой предосторожности, страха и недоверия, которые увидел при знакомстве с этими людьми. Как никак прошёл год совместной работы. Плохо, что у нас пока нет такого места, где можно было бы собраться всем вместе с семьями. В цеху уже сорок человек и как бы мы не были формально разделены, люди ощущали единение, наоборот формировался коллектив. На следующий год построим клуб и вот там-то можно проводить и корпоративчики. Несмотря на то, что строители свою работу на этот сезон завершили, кое-кто ещё работает кочегаром у нас в домах, совсем немного в помещении мини заводика асфальтового, остальные до весны отдыхают. В апреле встретимся вновь с инженером- строителем Новиковым и продолжим сотрудничество.

А пока после собрания оставил на разговор Лыткина, которому дал задание узнать всё о Всеволоде Александровиче Орлове-Денисове, что продаёт своё родовое имение у Царскосельского тракта. Важно было иметь представление о человеке и земле - точном расположении имения, нюансы в виде заболоченности, оврагов, лесе и пахоте, имеющихся постройках. Участок то не маленький- тридцать два гектара. Займётся сразу под наши нужды немного, только четыре гектара. Потом, со временем предстоит постепенное осваивание и остальной части владения. Купленная земля должна приносить прибыль.

Раздав всем, кому надо указания, посмотрев на работу людей, отправился в столицу. Надо было пробежаться по магазинам, лавкам и мастерским, ознакомиться с вариантами необходимой мебели, кое-что прикупить с доставкой в Колпино, да и заказать придётся не мало по размерам и Аниным эскизам некоторые изделия.

Вечером меня удивил тесть. Он неожиданно прибыл из своей командировки. Из Гродно их перебросили под Одессу. Разместил временно людей, сейчас экспедиция обустраивается, а он решил заехать не только на праздник к дочери, в прочем одновременно и свои насущные вопросы в министерстве выяснить и как бы между прочим переговорить со мною. До дня рождения оставалось два дня и тут такой сюрприз. После всех любезностей мы с тестем проговорили достаточно долго. Выяснилось, что против него или строительства в целом ведут тайную подрывную деятельность. Ещё до его приезда началась прокладка дорог и подъездов к крепости. И всё бы ничего, да только у прожжённого администратора во всю вопила, даже верещала чуйка, что что-то делается не то и не так. Оказывается, на строительстве работает бельгийский инженер-строитель, который без мыла пролазит во все щели и щёлочки, дырочки и отверстия, улыбчивый, заболтает кого угодно, короче тот ещё типаж. Для удешевления всех работ этот специалист в основание дороги применял местные материалы, один из которых был сланец глинистый. И всё бы хорошо, однако дренаж не был предусмотрен. Об этом Пётр Александрович узнал позже, когда поверх прежних слоёв стал укладывать щебень и укатывать. Тогда и выяснил, что в подушке скапливается вода и никуда не уходит.

В расстроенных чувствах был тесть, понять можно его. Доделал в слепую чужую работу. Переживает, что вспучит зимой дорогу и весной она снова станет непроходимым препятствием для транспорта. И тогда сразу же найдутся те, кто именно его обвинит в некомпетентности и хорошо, если только в этом.

Пришёл он не с пустыми руками, принёс нужную документацию. Рассмотрели дорогу в разрезе, привязали к рельефу местности и стало ясно, что не всё потеряно. Хотя конечно не факт, что удастся исправить косяки без дополнительного вложения средств. После драки кулаками не машут, надо немного подождать. К маю месяцу их строительную механизированную группу возвратят под Гродно. Вот тогда станет окончательно ясно о всех проблемах и скрытых нюансах работы этого бельгийца.

Между тем попросил Оболенского написать докладную записку кое-куда, возможно даже обратиться в разведку и рассказать, что инженер –строитель из Бельгии вероятно занимается саботажем, подрывной деятельностью, вредительством, изложив все аргументы. Только не понимаю я одного, как можно на такие объекты стратегического значения привлекать иностранцев, как потенциальных шпионов, неужто своих специалистов нет, сами создаём себе проблемы на ровном месте?

Не только о плохом вели разговор. Поблагодарил тесть за технику. Значительно быстрее всё ладится, скорость и мощь, вот за чем будущее, припомнив наши с ним беседы и посвящение в сокровенные мои тайны, с жаром, не свойственным его типу личности, рассказывал Пётр Александрович. Техника конечно иногда останавливается на профилактику, было несколько поломок и то по мелочи. Наши парни справляются. Передали список того, что позарез необходимо получить из запчастей. Следует организовать пару ящиков всего необходимого, да и инструмент надо заменить, качественного масла в придачу.

Пятница у нас в цеху выдалась насыщенной, между тем и продуктивной. Инженер Семён Александрович не сам всё взвалил на себя, распределил между механиками все поставленные мною вопросы для рассмотрения на совещании, а те в свою очередь привлекли слесарей-сборщиков. И вместо двух-трёх человек в конструкторской собралось пол коллектива. В это время к нам приехал князь Михаил Александрович и сообщил, что наше акционерное общество принято в автоклуб Петербурга и зарегистрировано в Российском Автомобильном Обществе. Значит мы можем принять участие в летнем автопробеге. И главное, принёс схему маршрута, правила участников соревнований. Думал, что, сообщив всё это князь нас покинет, ошибся, Романов приехал не только ради этого, у него был и ко мне персональный разговор. Впрочем, он принял активное участие в нашем совещании.

До самого обеда решали животрепещущий вопрос- как будем собирать автомобиль, что усиливать, какие узлы тщательнее пересмотреть, стоит ли заниматься доработкой двигателя, надо ли ставить видоизменённый радиатор, каким топливом будем пользоваться, какие шины и камеры ставить и сколько надо их иметь в запасе... В итоге насчитал более двух десятков проблемных мест, которые сразу и не решить, зато всё конкретизировали, определили сроки изготовления рамы и потом разложили по пунктам: кто, как, когда. Стало более-менее понятно, чем заниматься.

Князь был несколько шокирован от нашего подхода к такой не значительной с его слов проблеме. Однако, это было ещё не всё. Решили, что в январе-феврале месяце стоит подготовить грузовик и отправиться по маршруту, чтобы иметь представление о трассе. Зная особенности каждого отрезка пути, можно предугадать возможные поломки, рассчитать запас топлива и масла, количество запасных частей. Правильнее было бы по сухому проехаться, но если сделать это в мае, то можем и не успеть. Мы не можем сосредоточиться только на пробеге, надо собирать машины, продавать их, открывать второй салон в столице. Да и бронетехникой по-прежнему занимаемся мы, а не Министерство Обороны. Не единым пробегом будем жить.

К моему удивлению, приказчик сделал для меня лично докладную по интересующему вопросу- осмотру имения Орлова-Денисова. Заодно и я огласил объявление, что моим заместителем по организационно- кадровым вопросам назначен Лыткин. Теперь Григорий Павлович может вместо меня исполнять обязанности, если отлучаюсь на какой-то срок по каким-либо причинам. Чуть позже объявлю и остальных замов, теперь мы не просто пятый цех, а общество акционерное. Когда все разошлись, остались я, мой зам и князь. Михаил Александрович попросил подготовить отчёт о финансовой деятельности нашего общества, так ему намекнули, что через неделю неожиданно нас проверят финансовые органы.

Перво-наперво, Романов поинтересовался наличием у меня бумаг, которые обусловят использование крупных сумм. Рассказав князю о том, что дома у меня имеется договор о беспроцентном займе в полмиллиона от «Торгового Дома Кухтериных и Ко». Не сказал, что это была моя отмазка на такой вот случай, предусмотрительно предложенная Иннокентием и причём всё было засвидетельствовано нотариусом.

Стало ясно, что надо иметь своего бухгалтера, чтобы всю документацию вести правильно. Зам пообещал срочно заняться поиском нужного человека. У меня естественно записаны все траты и прибыль с продаж. Князь постарается через Министерство Обороны оформить покупку у нас двух броневиков. Сегодня дома сведу все концы с концами, чтобы комар носа не подточил.

Оставшись с Лыткиным на едене, он поведал, что Орлов-Денисов действительно продаёт имение. - Господин весьма гордый, даже надменный, презирает «купеческий дух», вот только загнан в угол финансовыми проблемами. В душе у него глубокий трагизм и стыд, что приходится торговать родовой землёй. Что имеется в имении - заброшенные оранжерея, фруктовый сад, участок пашни. С десяток десятин леса, луга. Маленькое озерцо, заболоченности земли нет, почти равнина с небольшим перепадом в обжитой части участка. Дом полутораэтажный, каменный, требует ремонта. Удобный подъезд с Царскосельского тракта. Не торгуется, а настаивает, что его земля стоит тысячу рублей за десятину. Да-а, не просит дедуган, а исключительно настаивает.

Выслушав Григория Павловича, слегка задумался. Тридцать два гектара довести до ума в ближайшие годы невозможно. Хотя есть где размахнуться. Вместо дома сделать гостиницу для команд и возможно не местных зрителей. Если есть ландшафтный перепад, то трассу можно было бы создать интересную. Начать, к примеру строительство с мая, в июне объявлю о моём проекте и приглашу на первые соревнования в июле- августе следующего тысяча девятьсот восьмого года. За год надо всё успеть сделать. Пусть инженер-строитель Новиков подыщет мне такого же, как и он, надёжного человека, вот тогда за сроки можно будет и не переживать. Последнюю мысль озвучил заму, чтобы тот связался с Виктором Сергеевичем, и строитель пусть подумает над нашим предложением. Не хочется своего прораба отпускать, он нужен пока в Колпино. Здесь работы непочатый край на следующий сезон.

Напоследок выразил благодарность своему помощнику за старание, ставшим моим заместителем и повысил ему жалование до четырёхсот пятидесяти с трёх сотен. Думаю, что этого пока будет достаточно, а потом можно и в долю взять, оформив на него автодром, например, на мне и так собственности много- попадёшь в опалу, всё рухнет. Яйца надо держать в разных корзинах.

Суббота у нас не задалась с самого утра. Сначала как-то поплохело моей супруге, впрочем, быстро прошло. Затем пришла хромающая Анастасия Никаноровна, оступилась на ступеньках моя повариха. Решил её не задействовать в празднестве, отпустил отлёживаться. К одиннадцати пришли Залесские - Виктор Антонович с супругой, и тут же запыхавшаяся постучала в дверь Ирина Павловна, горничная Оболенских и огорошила новостью. - Пётр Александрович с сердцем лежит и даже встать не может. Доктор с ним сейчас. Прямо из Министерства доставили в таком состоянии.

И закрутилось, какой уж тут праздник. Любовь моя подхватилась, всех мобилизовала и направились к Оболенским. Как мы не уговаривали ей не ехать, но куда там, всплеск эмоций, ноль мышления, папенька умирает.

Моему тестюшке действительно было не до праздника. Вокруг него шаманил их знакомый доктор. Трудно сказать, что с сердцем, а может и ещё что-то присовокупилось, ясно не вооружённым глазом - ему явно плохо. Не инсульт однозначно, возможно перенервничал, поднялось давление. В этом не разбираюсь, поэтому все бразды доктору.

А мы посидели угрюмые, попили чайку с какими-то финтифлюшками, поболтали не о чём. Вскоре провёл Залесских к поезду. Зашёл в церковь нашу и переговорив с батюшкой, заказ молебен о здравии болящего раба Божьего Петра и что в этом случае полагается заказать на завтрашнюю литургию. К шести вечера тестю слегка полегчало, часа три он проспал и вообще оживился. Вот только не тут-то было. Доктора отпустили, а бразды взяла моя Анюта, она уж со своим животом, как индульгенцией на пререкание, быстро угомонила трудоголика. В общем остались ночевать у родителей. Тогда и подарил медальон, получив миллион поцелуев.

Утречком сам сходил на службу, принёс Петру Александровичу из церкви большую заказную просфору, святой водички. К вечеру ему намного стало лучше и доктор дозволил походить по квартире. Вот тут –то мы и узнали, что много жалоб и кляуз поступило на него от подрядчиков Гродненского уезда. Своей механизацией перебил малину местным, не дал видно заработать на строительстве дороги. Техника есть техника и телега с ней не сравнится. Начальник и прочие прихлебатели накинулись коршунами, что только перья полетели с Оболенского. Вот и итог. О перипетиях разборок, естественно он ничего не сказал, возможно когда-то и поделится, только сейчас мне лично так показалось, что тесть спёкся.

Вероятно, понял Пётр Александрович, что если так и дальше дела пойдут, то он точно войдёт в статистику продолжительности жизни того времени для мужчин. Она, к сожалению, была не высокой- пятьдесят –пятьдесят пять лет и вперёд ногами к возможно светлому будущему, если заслужил. Ему уже пятьдесят семь, выслуга вероятно есть, так почему бы и не досрочно выйти на пенсию, тем более есть повод- по состоянию здоровья.

Свои мысли нашептал дамам, думаю они сумеют зародить сомнения в тесте относительно его дальнейшей трудовой деятельности. Мне есть что ему предложить, пусть занимается автодромом. Сначала должен поправится, а потом уж и поговорить можно о его дальнейшей жизни на пенсии.

Как мне повезло иметь такого приказчика, вернее зама, всё забываю его новую должность. Лыткин во вторник привёз в Колпино мужчину средних лет, примерно сорок ему на вид, возможно с копейками, в довольно-таки толстых очках, кожаным портфелем приличного размера. В костюме тройке, пиджак как по мне длинноват, а вот брюки наоборот с часто заутюженными стрелками на коленях и слегка коротковатыми. Но сейчас он в добротных ботинках и это не так заметно. Цвет у костюмчика тёмно-зелёный, рубашка белая с галстуком-бабочкой. Борода и усы- неотъемлемая часть в этом возрасте. Да и волосы умащены так бриолином, что блестели при дневном свете в отсутствии солнца. В общем вылитый Новосельцев, только с избыточной растительностью на лице, из популярного фильма «Служебный роман».

Познакомились с Иваном Андреевичем Никольским, выслушали его биографию. Довольно занятный типаж. Из духовенства, был пятым ребёнком, и стезя священника ему не грозила. Отправили учиться в Коммерческое училище. Пятнадцать лет был управляющим большого помещичьего имения, вот только князь скончался, а дети его разорились, сын постарался – азартным игроком был. Последние пять лет служил на текстильной фабрике и тут не повезло. Стали испытывать проблемы с поставками сырья и пошли увольнения, под которое он и попал.

Да уж, не срослось с работодателями у этого специалиста. Объяснил ему специфику автомобильного завода, как Акционерного Общества. Намекнул, кто является моим компаньоном через доверенное лицо, дал расклад о нашем становлении и взаимосвязи с оборонным предприятием, прежде всего Опытном Конструкторским Бюро и цехе при нём, а потом уже о кооперации с АО Ижорские Заводы. Упомянул функционирующий Московский автосалон и намётки о столичном, который только в проекте. Несколько слов о нашем коллективе. И наконец поинтересовался у кандидата на должность, что его самого волнует, беспокоит, настораживает и согласен ли приступить к выполнению своих обязанностей.

На что Иван Андреевич со всей скрупулёзностью начал интересоваться продолжительностью рабочего дня, своим жалованием, возможностью проживания в посёлке, наличием отдельного рабочего помещения и дополнительными поручениями.

Как по мне вполне разумные вопросы, о чём я не говорил. На заводе у нас старший бухгалтер получает сто пятьдесят рубликов в месяц, а помощник и счетовод по восемьдесят. Поинтересовался о его последнем жаловании на фабрике. Оно было неплохим- сто двадцать рублей в месяц. Предложил сто тридцать, плюс деньги на проезд и питание в столовой. Его испытательным сроком будет ближайшая проверка нашего общества, где он постарается убедить проверяющих о нашей безупречной работе. Спросил о его жилье и понял, что трое разнополых детей семи, тринадцати и шестнадцати лет, да плюс родители жены, которые часто болеют, в квартире из четырёх комнат, что не дёшевы в столице, а также учёба дочек в гимназии- делали большую брешь в его бюджете. И как ему помочь?

Предложил Никольскому такой вариант сотрудничества - если он переедет в посёлок, предоставлю новый дом, то платить за услуги будет меньше конечно, зато дети станут ездить в столицу на учёбу, а это скорее всего вызовет большие неудобства для них. Проще остаться в столице, но расширить или улучшить жилищные условия. А средства дополнительные можно заработать, выполняя разные поручения или увеличением нагрузки. К примеру, провести аудит строительства в Крыму, при ремонте имения под гостиницу и строительства автодрома вести учёт всего что только можно, неожиданные рейды в салоны по продажам автомобилей. Если работать без помощника, то жалование в двести пятьдесят рублей гарантировано, да плюс командировочные и дорожные. В целом нормально кажется. И бухгалтер согласился. Взял с него расписку о неразглашении коммерческих и военных тайн. Намекнул совсем уж краешком, что в случае его предательства, долго он не проживёт и последние минуты будут просто ужасными. Вроде бы, как вдохновился только на конструктив.

Дал бухгалтеру некоторые документы по отчётности, долговую расписку от Кухтериных и через два дня попросил его на беседу. Второго декабря едем смотреть место под салон и имение Орлова-Денисова. За обедом представил бухгалтера коллективу. Ничего, с каждым ещё успеет раззнакомится, когда будет выдавать жалование.

Пока шло всё своим чередом. Луи заканчивал доработку пока не «одетого» в броню танка, заодно подгонял чертежи на всю линейку бронетехники. Когда-то должно же нами заняться Министерство Обороны и нам нельзя сплоховать, подготовиться требуется всесторонне, чтобы не застали врасплох.

Посмотрел, как на железнодорожную платформу заехали очередные два автомобиля для Московского салона. Сейчас их закрепят, укроют от воздействия ветра и осадков. При первой погрузке здесь была суета и ругань, теперь более-менее всё отлажено. Навес бы сладить, чтобы сверху осадки не мешали, сделал себе мысленную пометку.

Надо заехать на почтамт, возможно из Томска будет весточка, пришла хорошая мысль. И ещё себе отметил, что желательно организовать два-три кабинета рядом с конструкторской комнатой. У бухгалтера должен быть свой угол, причём с несгораемым ящиком-сейфом.

Всё никак не могу привыкнуть к климату этого региона. Сырость усугубляет ощущение холода, хотя всего-то восемь градусов мороза, только кажется, что больше и ветер пронизывающий с Балтики подгоняет быстрее двигаться. Кроме почтамта, заскочил к родителям Ани, узнать, как жизнь у тестя, налаживается ли. И быстрее, быстрее домой, где уже жена заждалась чтобы обменяться новостями. Хотя какие у Ани новости, за порог ни шагу, потому что на улице скользко, а падать ей нельзя. Никаноровна, как сорока приносит ей вести, да и я передал приветы от домашних.

Пока колеблется Пётр Александрович, не решается оставлять свою должность, впрочем, время покажет, сердечко-то нет-нет да кольнёт, напомнив о себе. Ясно же, что не хочется ему быть запертым в четырёх стенах и я не могу пока он не поправится предложить свою идею с автодромом. А то разволнуется или вообще, чего хуже - психанёт, кому от этого будет лучше.

Жена показывала свои эскизы детского городка и нашего двора. Дай Бог всё это воплотить в реальность. Почитал ей письмо от своих из Сибири. В Томске разворачиваются грандиозные события. В городе произошёл страшный пожар, часть кварталов из деревянных домов просто выгорели дотла. Дом Тецковых не пострадал, и сестра взяла к себе Петровну и Степановича. Понял так, что наше жильё сгорело или не подлежит пока восстановлению. Ничего об этом прямо не говорится. Далее всё чудесатее и запутаннее. Сестре моей видно дома не сидится и решила она так сказать спасти мой магазин. Теперь с ребёнком кукует Наталия Петровна, а Маша расширяет мастерскую, докупила машинок, наняла девушек, будут что-то шить. На игры все забили. И куда денется Екатерина Павловна? Очутится вскоре в столице? Может она поделилась с моей сестрой, что приглашаю педагогом на базу в Крым? Сумбурно как-то написала Петровна, такое ощущение, что тайком, украдкой и по почерку ясно, что не сразу написано, а урывками. Понял, что там все при деле и из Сибири некуда не уедут, раз тётка Наталия никак не отреагировала на моё предложение. За магазин и мастерскую Даниле Ильичу возвратил деньги, что брал у него взаймы. Все эти действия сестры напоминают грабёж средь белого дня. Иметь финансовые совместные проекты с родичами напоминали полную задницу. Они знают обо мне всё, поэтому за такового могут уже и не считать. Скорее всего придётся забыть о своих Сибирских активах.

Глава18

За день до разговора с бухгалтером, пришлось посидеть со своими бумагами, черновиками. Не велась у меня документация, как возможно надо было это делать. Всё обрывочно, не по форме. Бедлам в бумагах, да и только. Удалось рассортировать, разложить по папочкам. Если честно, не люблю писанину. Нет, когда надо что-то рассчитать, начертить, набросать планчик, это одно, но систематически- не моё. Тут нужен секретарь. Вот только не хочется штаты раздувать.

Тем не менее, с Иваном Андреевичем у нас получился очень деловой разговор и даже совсем не болтовня, мы почти целый день, с перерывами на обед и чай с бутербродами, столько всего сделали, что понял- он в моей команде. Прежде всего всю бухгалтерию Андреевич приведёт в порядок к понедельнику. Далее мы коснулись важного дела- себестоимости нашей продукции, извлечение максимальной прибыли, определили пути оптимальной работы предприятия, мою социальную политику и направления нашей деятельности, где можем извлечь для себя выгоду.

За два дня бухгалтер подготовил сравнительную таблицу стоимости на нашем рынке европейских автомобилей. Этот момент я как-то упустил, а вернее не успел так глубоко проанализировать, что совместно и сделали. Хватался за многое в последнее время, а упустил такие важные моменты как цвет и комплектация по ценовым сегментам. В данный момент у нас нет разделения по ценовым категориям, делаем одну модель, одного цвета, одной мощности и соответственно всё продаём по одной цене.

И тут как озарение нашло, когда мне, как на блюдечке разложили брендовый спектр, все марки авто на имперском внутреннем рынке. Примерно одиннадцать производителей и столько же марок, а цена была совершенно разной. От трёх тысяч и плюс- машин английского производства, до двенадцати тысяч и плюс- от немецкого производителя. Одни маломощные, как бы для народа, а другие несусветная роскошь для избранных.

Было над чем задуматься. Себестоимость «Ижоры» в пределах трёх-четырёх тысяч, а продажная стоимость восемь. У нас пять европейских конкурентов, не буду замахиваться сразу на премиум класс. Хотел сделать добротный и не очень дорогой автомобиль, а выходит, что в итоге пока пшик.

Начали считать и пришли к выводу, что у нас как минимум три выхода в борьбе с конкурентами. Первый, - снизить продажную стоимость, так как у нас стопроцентная наценка, то можем маржой варьировать. Второй, –разделить продукцию на классы или сегменты, например, по комплектации - минималистический, средний и люкс или премиум. И цена автомобиля будет колебаться от самой низкой, что можем позволить себе, до любого каприза за деньги покупателя. А третий вариант,- снизить себестоимость и тогда мы не будем терять при понижении конечной стоимости своей продукции.

Здесь наши мнения разделились. Никольский предложил снизить себестоимости за счёт прямых поставок большого количества оборудования, это в том случае конечно, если пойдут нам навстречу и предоставят скидку. А если упрутся рогом и скидок не будет, особенно когда в мире запахнет жареным. Всё оборудование- магнето, карбюраторы правда французские, фары, коробки передач и колёса приобретаем у прусаков. Это бухгалтер не знает с кем мы будем возможно воевать, но мне то противник хорошо известен.

Остаётся вариант повышения производительности труда. Тут я вспомнил Генри Форда и его конвейер. Тогда этот сэр наделал столько шума, да что там шума, перевернул всё представление о производстве. Не могу вспомнить цифры, но кратно снизил стоимость автомобиля, и он стал действительно доступным для широких слоёв населения. Вот только у меня нет таких производственных площадей и человеческого ресурса. Хотя, поразмыслив немного, что-то отдалённо похожее в упрощённом виде, смахивающего на конвейер, можно замутить.

Пояснил Андреевичу, что можно попробовать вариант наподобие конвейера и объяснил ему подробненько, как это будет работать у нас на заводе. Бухгалтер тупостью не страдал и сразу же обсчитал возможную себестоимость. С четырёх тысяч может понизиться на восемьсот рублей, до трёх тысяч двухсот. Возможно это и не предел, а так усреднённо, навскидку.

Ещё один вариант предложил рассмотреть - кредит. Первый взнос в районе двух тысяч, а остальное разбросать на двенадцать месяцев. Замануха неплохая, когда у тебя нет полной суммы для одномоментной оплаты, но есть возможность недостающую часть погасить ежемесячными долями, а ты уже за баранкой и катаешься, ох, это соблазн великий. Бухгалтер одобрил вариант.

Кроме салонов и при них ремонтной базы, надо расширять сеть мастерских по обслуживанию клиентов. На всякие скидки в цене обслуживания и продажи оригинальных запчастей, масел- привяжем клиентов к себе, к нашему бренду сильнее. Получится целая система. Вопрос работы с клиентами особая тема, не для нежной души бухгалтера.

В конечном итоге была рассчитана итоговая прибыль в районе трёхсот тысяч в год, если выпуск автомобилей будет на уровне восьмидесяти-ста штук за этот период, при себестоимости от трёх тысяч двести до трёх тысяч четыреста рублей, при варианте кредитования, разделения машин на три категории комплектации. Тогда мы убьём конкурентов по цене, инновациям, по сервису и расширению покупательской способности. Всё это было задокументировано, расписано в цифрах.

Все, кто покупает нашу машину любой комплектации в основе имеет крепкую раму и надёжное шасси. И если что-то будет немного, совсем чуточку отличаться, то это не повлияет на качество и работоспособность автомобиля. А цвет кузова, да и его форма, материал отделки салона, передней панели и сидений- играют роль второстепенную, это относится к разряду кошелька, престижа и прочего. Всё будет качественным, но кожа заменится, порода дерева сменится, крыша правда не из металла, а закрывается пропитанным водоотталкивающими веществами брезентом. Поднакопит человек денег и можно в мастерской поменять брезент на кожу. Главное, что люди смогут выбрать среди всего представленного на рынке то, что им по карману. А с ценовой политикой мы не подкачаем! Листая свои бумажки натолкнулся на ещё один сегмент авто, что надо освоить- бронемашины для перевозки ценностей. Вот только это выпускать под заказ или сдавать в аренду на время. Решили пока эту тему оставить до понедельника.

К следующему разговору успею обобщить всё, что мы обговорили с Никольским и надо срочно проводить производственное совещание с инженерами и механиками - проскочило в мыслях. А теперь следует поговорить с Иваном Андреевичем и о производстве строительной техники- в частности экскаватора, катка, потом не забыть грузовики и трактор. Ох не прост бухгалтер, попросил взять до понедельника время на ознакомление названного мною сегмента машин. Учитывая его умение быстро переключиться с текстиля на автомобили, пусть подготовиться, тем интереснее и плодотворнее будет разговор. Напомнил ему, что завтра выедем в направлении Царского села на осмотр продающегося разорившегося имения Орлова-Денисова и выбранного места под автосалон.

Вечером настроение у меня было приподнятым не только потому, что у Ани прекрасное самочувствие, но и от того чувства, что зародилось в общении со своим бухгалтером. Моя уверенность в успехе многократно усилилась. И подумал, а что если действительно всё удастся, то надо из моей части акций выделить пятую часть для поощрения своей команды. Возможно это будет более трёх тысяч рублей из шестнадцати, что было на мою долю по акциям. С другой стороны, я им дам надежду, что они не только отмечены, у них появятся дополнительные деньги, а основное, они станут причастны к производству.

От такой приятной идеи родилась, другая. Не предложить ли Анюте нарисовать приз-кубок «Золотое колесо» к соревнованиям «Петербургские виражи» в двух проекциях- спереди и сбоку? Удобно усевшись в кресле, изложил общую идею проведения соревнований. Жена знает уже, что наша заводская команда примет участие в Первом всероссийском автопробеге в следующем году, по этому поводу много говорили. На листе схематично изобразил то, что хотелось бы видеть в кубке. Указал материал изготовления. И по горящим глазам супруги понял, что любимая уже в мечтах.

В обусловленном месте встретились морозным утром я, бухгалтер, мой зам Лыткин и Новиков. Почему прихватил столько народу? Всё просто, один будет считать наши вложения, пока как траты и возможную отдачу со временем, второй пусть сразу же ознакомится с фронтом строительных работ, да и одна голова хорошо, а четыре лучше. Что не замечу или упущу я, другие подметят и подскажут.

Взяли экипаж и первым делом отправились по адресу, где планируем автосалон. Это Петроградская сторона, она быстро застраивается и не так далеко от центра. Каменноостровский проспект был широким и вёл к загородным паркам и дачам. Кто-то уже построил почти подходящее строение, которое немного переделать и салон готов. Территория не меньше, чем в Москве. В общем оценили возможности и перспективы. Остановились на том, что будем покупать и потихонечку переделывать. Сначала внутри, а по теплу и снаружи. К маю месяцу должны открыть. Топилось в помещении так скудно, что мы даже не отогрелись, поэтому потащил моих коллег на завтрак в ресторан, что находился неподалёку в комплексе развлечений «Аквариум». Здесь мы были с Аней не раз, поэтому всё знакомо и понятно. Попутчики оценили мои порывы весьма положительно. Наверно тоже задубели, как и я или возможно ещё не были в этом заведении и чего бы на шару не посетить.

Согревшись и пополнившись калориями, отправились на Царскосельский тракт, а это южная сторона города и примерно шесть вёрст до начала самого тракта и ещё четыре до поворота к имению, плюс почти верста до порога родового гнезда Орловых-Денисовых. Возможно час добирались. Ехали молча, переваривая завтрак, укрывшись в предоставленные шкуры. Попросили обождать извозчика, мотивировав платой не по тарифу, а то и добраться в город нечем будет.

Предстал перед нами не огромный, довольно таки солидный двухэтажный, каменный, с колоннами у входа, хотя и с облупившейся штукатуркой домина. Встретил нас слуга, который поддерживал здесь хоть какой-то порядок и протапливал печи. Сам хозяин проживал в квартире столичной. И хотя его предупреждали, что прибудем для осмотра, не соизволил появиться. Узнаем позже, может приболел, запамятовал или гонор не позволяет снизойти.

Внутри высокие потолки, пустующие залы без мебели, однако камины и лепнина — это всё, что осталось от былой роскоши. Все комнаты не осматривал, мне не зачем, спросил только количество, а Виктор Сергеевич обошёл, делал пометки, простукивал стены, поднялся на чердак, выглянул даже на балкон. Бухгалтер по ходу тоже писал в блокнотик. Узнали сколько дров идёт на топку за сезон, как долго необитаем дом и так по мелочи. Обошли здание снаружи по периметру, осмотрели два флигеля для прислуги, запущенный сад, оранжерею, дорожки не почищены, узнаём так сказать по направлениям. Конюшни не малые и хорошо сохранились. Общее впечатление - благородная запущенность или «спящая красавица» ждущая своего принца автомобилиста.

Пришлось ехать к продавцу, гордому, но бедному графу. Нашли без проблем Всеволода Александровича, он оказывается слегка занемог. Проблемы с суставами в настоящее время вещь скверная, в моём прошлом это тоже проблема-проблем. За чашкой чая с ложечкой дорогого коньячка и печеньем поговорили относительно купли-продажи. Старик неумолимо стоял на своей цене, не желая сбрасывать, упёртый граф. Если бы имение на десяток вёрст дальше располагалось от столицы и глубже в сторону от дороги, возможно и уменьшил цену, а так понимает, что это всё же лакомый кусок и его рано или поздно кто-то да приберёт себе. Ну что же, придётся раскошелиться на тридцать штук. Обговорили дату и думаю, что к новому году стану владельцем этой недвижимости.

Отпустил инженера-строителя обсчитывать, нарисовать план, как я ему объяснил, что хотел бы видеть. Бухгалтер то же пошёл заниматься по своему плану, а вернее готовиться на понедельник. Мы же с Лыткиным отправились ко мне домой, чтобы не терять время. Он мой заместитель, то есть непосредственный помощник и посвятил его частично в нашу беседу с бухгалтером. Всё равно он будет присутствовать на совещании в понедельник и узнает, что надо.

А сейчас решали с ним важный вопрос- кадровый. Что б сделать хотя бы примитивный конвейер, нам нужны ещё люди и необходимо было точно рассчитать их количество. За пару часиков разбили процесс сборки авто на этапы. Да, получилось несколько укрупнённо, чем у Форда, у него было значительное разделение труда. Между тем выходило, что пока рабочий-сборщик не обучится делать свою операцию до автоматизма, осознанного естественно, рядом с ним должен находиться опытный рабочий или механик. Жалование нанятых рабочих будет несколько ниже тех, кто работает сейчас, которые будут наставниками. Когда конвейер заработает, то нужды в надсмотре и помощи не будет и старые, более опытные работники пойдут заниматься сборкой грузовиков или другой техники- экскаватора, трактора, катка. Эту технику мы вынуждены собирать так, как сейчас собираем автомобили. Пока это дорогой и штучный товар.

Решили, что как только соберём танк, испытаем его, то на этом пока и остановимся, убрав в дальний угол. Получается так, что в большом цеху не хватит места для конвейера и бронетехники. Скорее всего надо выходить на Министра Обороны и с ним непосредственно решать вопрос со строительством отдельного корпуса или вообще самостоятельного бронетанкового завода где-то рядышком с Ижорским. А мы тогда в новом малом цехе будем собирать рамы, в другом-старом, где станки и оборудование: организуем сборку и частичное хранение готовой продукции. Со складом у нас выходит затык. До весны продержимся, а потом построим ангар для сотни машин, больше нам пока всё равно не собрать, хотя конечно можно и с небольшим запасом предусмотреть помещение.

Решили, что какие-то детали ещё обсудим с инженерами и механиками в понедельник. В частности, как будем перемещать авто между отдельными участками сборки. Много возникнет вопросов, которые вместе со всеми и обговорим. На этом попрощались до понедельника.

Мой любимый ходячий животик становился всё крупнее и крупнее, так любя называл про себя Анюту. У неё уже был набросок без цвета, заказанного мною колеса. Выходило как бы и неплохо, только чего-то не хватало. Может крылья сделать не такими хлипкими, помощнее что ли и перья прорисовать. Венок чуток уменьшить в окружности, листики немного увеличить и учесть все прожилочки, а пластины для записи победителей наоборот, больше сделать или вообще форму изменить. Надо короче пробовать и сравнивать. Похвалил, зацеловал моего художника.

Снег последние два дня не шёл, поэтому в центре его частично сдуло в реку, остальное убрали дворники. И на службу отправились с женой, а то она что-то засиделась в четырёх стенах. Часть пути прошли, остальное подъехали. Сегодня приступим к Таинству. Давненько не принимал причастие. В храме отходишь от суеты, отрешаешься от всего и потом становится легче не только на душе, но и как-то в целом. После службы зашли к родителям и пробыли до самого утра. Я спозаранку на вокзал и в Колпино, Анюту родители сопроводят к нам уже днём, заодно прогуляются. Тестю то же полезно для здоровья размяться, а то так расстроилсяи никуда ногой.

Начало рабочей недели началось с совещания, самого продолжительного и информационно насыщенного со дня работы цеха. Вероятно, никто не ожидал, что впереди у нас крупные изменения буквально во всём. Сначала коснулись наших легковушек. Рассказал о трёх степенях комплектации и соответственно изменении цен на нашу продукцию. Немного углубился в ценовую политику на внутреннем авторынке империи. Постарался, чтобы все прониклись идеей внутренней перестройки, потому что без этого нас просто задавят числом импорта. Показал пути выхода из этой ситуации, что определили с Никольским Иваном Андреевичем. Разложил всё по полочкам, разжевал каждый пункт и назначил ответственных за выполнение. Напомнил, что до конца месяца у нас идёт подготовка к рывку, который должен произойти в январе. Если мы ещё как-то думали, что потянем три направления- бронетехнику, автомобили легковые и тяжёлые машины, только вот переоценили свои возможности. И теперь сосредоточимся только на легковых машинах, а грузовик, экскаватор, каток и трактор- собираем по мере возможности. Однако, в мае месяце нам надо иметь несколько катков, хотя бы парочку экскаваторов и не менее четырёх грузовиков. Причём два грузовика будут задействованы в пробеге. С января начинаем сборку машины для летнего автопробега, без спешки.

Бухгалтер дал выкладки о нашей финансовой деятельности. Основным было то, что все наши расходы значительно превосходят доходы. Пока деньги вкладывались в оборудование, станки, закупку запчастей и прочего. Указал, что строительство в посёлке и Крыму безусловно вынесены за скобки и могут пока считаться личной инициативой владельца завода. Вложения в два автосалона и будущий автодром, вообще окупятся не скоро, не за год или два. Несмотря на это заверил всех, что наши старания дадут о себе знать стабильной прибылью в будущем. Далее, совсем кратко остановился на себестоимости тяжёлой техники и её значении на рынке страны. Неприменул помечтать, что освоение этого направления принесёт сверх прибыли, ибо мы единственные производители в империи данной техники.

Мне осталось только разложить план-схему нашего будущего конвейера, что набросали с замом в субботу и предложить всем включиться в обсуждение. Тут начали вскрываться подводные камни, шероховатости, неточности. Впрочем, эти обстоятельства никого не огорчали, началось деловое обсуждение, причём конкретное и продуктивное. До обеда не закончили работу, продолжили после. Замеряли, высчитывали, но своего добились.

Слово в конце взял Лыткин, мой зам, который подберёт в самое ближайшее время ещё с десяток сборщиков, да и наш мастер пообещал молодых ребят из механического цеха уговорить перейти к нам. Останется только обучить до конца месяца, погоняв новеньких.

В конце поговорили о танке. Каркас собрали на шасси, идут обмеры будущих бронелистов. Пока листы подготовят, Луи обкатает машину немного по двору и стометровке. Вот только после нескольких пробных передвижений, стало ясно, что в будущем надо двигатель делать особый. Имеющийся агрегат скоростной, а надо тягловый, скорость большая для танка не нужна, важно, чтобы машина шла равномерно, не пробуксовывала, не застревала на пересечённой местности. Мне представилось, какая жуть будет в этой коробочке- гарь, тряска и теснота, в броневике условия существования немного лучше. И если мы бронетехникой заниматься не будем, то с трактором придётся помучиться- у него будут такие же проблемы. На этом и закончили совещание.

Глава 20

Через князя Михаила Александровича добился аудиенции на четверг к Министру Обороны. К этой встречи готовился, чтобы прийти с определёнными выкладками. Генерал Сахаров, будучи ещё только начальником Генерального штаба, уже тогда был одним из немногих, тех нескольких человек, знающих о моём происхождении в этом времени. Скорее всего он так и продвинулся вперёд по карьерной лестнице, будучи как бы в команде императора. Поэтому, когда переступил порог кабинета Виктора Викторовича, не стал разводить политес, как это принято сейчас, а сразу же перешёл к делу.

Непростой у нас вышел разговор. На меня погоны генерала своими звёздами не давят, поэтому постарался доходчиво, без боязни и чинопочитания всё расставить по своим местам один раз и навсегда. Дал понять министру, что бронетехника — это аргумент с которым будут считаться враги. Сделал всё, чтобы эта отрасль у нас появилась. Однако потянуть сам это направление не смогу.

Предоставил выкладки по расчётам количества станков, обученных людей, площадей цехов. Настоятельно просил начать строительство рядом с Ижорским заводом самостоятельного бронемашинного или бронетанкового завода. На котором будут делать не только броневики и танки, но и тягачи, самоходные артиллерийские установки, даже поезда в броне, которые можно назвать бронепоездами. Да и много чего ещё. Напомнил Сахарову, что знаю направление развития этой отрасли и у нас не будет тупиковых проектов. Уже сейчас можно выпускать броневики, которых нет не в одной армии мира, а про танк вообще молчу. Главное, чтобы начали сейчас создавать конструкторское бюро, даже можно сказать- основывать свою школу бронетехники.

Скорее всего у генерала бывали разговоры с императором и не только с ним, относительно меня и тем, чем занимаюсь. И ему ужасно не хотелось подбирать другого человека для этого направления развития техники. Вот только я уже категорически для себя решил сбросить этот груз с плеч. Помогать буду, как же без этого, может даже и деньгами, не только прожектами, только сам везти этот бронированный воз не хочу и уже не могу.

Передал Сахарову папку с документацией на уже готовую бронетехнику. Там буквально всё собрано воедино - от схем и чертежей, до себестоимости каждой детали и производственных процессов. На папке написал - строго секретно, материалы наивысшей важности. Эта папочка очень дорого стоит, думаю министр ещё не раз вспомнит и оценит наши труды. При прощании чувствовал, что Виктор Викторович всё же слегка расстроен, вот только и я не могу разодраться надвое, тем более в проект вложил такие деньги и подал готовое на блюдечки с золотой каймой.

Всё, что хотел - сказал и сделал, поэтому на душе никакого осадка не чувствовал. Более того, министр даже получил информацию относительно того, в чём у нас было отставание перед прусаками в прошлой войне. Мне казалось, что об этом уже где-то говорил, оскомину уже набило такое повторение. Что помнил, то и опять назвал. Не думаю, что проверяли, как бы сравнивая с тем, что когда-то докладывал. Вероятно, упустили или не зафиксировали, хотя навряд ли. Опять какие-то телодвижения мне не понятные.

В субботу Григорий Павлович, мой зам и инженер-строитель Виктор Сергеевич предоставили план реконструкции здания под автосалон на Каменноостровском проспекте, а потом и смету. И только разобрался с ними, как к нам пожаловал ревизор. Наконец-то! Заждались, однако мы уже готовы ко всему. Пришлось сопроводить чиновника к бухгалтеру, пусть сначала Никольский под танк ляжет, а я следом. Надежду, нашу повариху, побудил и наставил на правильное обслуживание гостя, чтобы чай подала со сдобой, предложила невзначай отобедать, не забывая чарочку водочки предложить господину. Да чтобы во всём белоснежном и чистом подходила и предлагала вежливо, без заискивания - перетопчится ревизоришка.

Пару часиков проверяющий изучал документы, чай отведал, от обеда отказался. Видно хотел закончить за день. К часам одиннадцати переключился на меня. Запросил кое-какие цифры, которые подтверждались списочным составом, Уставом Акционерного Общества. Поговорили несколько минут и человек засобирался. На ходу сказав, что придёт по почте инструкция отчётности и сумма налога на следующий год. В данный момент не видит нарушений в работе общества, однако указал, что с такой производительностью мы вскоре станем банкротами. Что мне оставалось делать, развёл руками, сказал, что будем стараться и конкуренты не дождутся нашей преждевременной кончины, слухи о которой в обществе слишком преувеличены. Провёл чиновника и зашёл к бухгалтеру. Увидев его хитрый прищур, понял, что на нашего Ивана Андреевича как залезешь, так и слезешь, как с гуся вода- подготовился, что не придерёшься. Ну и я его поздравил, что он принят в штат завода.

Неделя перед заселением в новый дом выдалась вроде и спокойной, но пришлось походить с бумагами на имение Орлова-Денисова, сначала до нотариуса, а потом по инстанциям. И третьего января становлюсь полноправным собственником. Пришлось подыскивать истопника и одновременно сторожа, чтобы номинально наше имение не разворовали. Новиков туда уже перебросил бригаду строителей, даже начал свозить кое-какие строительные материалы. В парафию Виктора Сергеевича не вмешиваюсь, он знает, что делает, достаточно того, что зам присматривает за его деятельностью.

Ребятам из училища, что с лета у нас работают в субботу торжественно вручили ключи от их комнат. Четыре комнаты на этаже, восемь в доме. Получилась блоковая общага. Небольшой погреб под домом, дровница. Помимо жилых комнат есть общая кухня и туалет с раковиной, но без душа. Зато имеется баня, которую можно топить понемногу хоть каждый день, заглядывая после работы, только тогда дрова за счёт ежедневно моющихся. А так банька топится в среду и субботу для всех желающих нашего коллектива. Напомнили ребятам, что с появлением второго ребёнка, они получают право на расширение. Уже на нашей улице микрорайона более двадцати домов, а можно и ещё столько же поставить со временем. Пока для пацанов и такие условия сродни райских после барака.

Мне тоже пришлось из города грузовиком перевести ковры на пол, дорожки в коридоры, кое-какую мебель. Луи заселился и потерялся в хоромах. Задумался о хозяйке, да с бухты-барахты не женишься. Будем думать совместно над этой проблемой. А пока он помогал мне мастерить крепления под шторы и полочки. Желающие перебраться в свои дома имелись, не смотря на мороз. Такими темпами народ и займёт жильё к Рождеству.

У нас в коллективе, стараниями Лыткина, появилось десять новых сборщиков, которых обучали более опытные. Как и набранные ранее с училищ, эти были практически ровесниками, только успели поработать где придётся. Пока поживут в бараке, а весной переселим в один пустующий дом, специально построенный на такой случай. Сейчас же посмотрим, что они из себя представляют. Из литейки стали приходить бронеплиты, такой толщины нам ещё не катали броню. Ну а мы не клепали тяжёлые и поэтому неудобные плиты.

Двадцатого числа меня и князя пригласили на заседание членов Автомобильного Клуба столицы. Делать нечего, пришлось идти, хотя и приняли нас ещё в ноябре, до этого момента, как бы игнорировали. Собственно говоря, чего-то особенного на этом заседании не было. Кроме одного интереснейшего знакомства. Случайно или нет, впрочем, не важно, однако рядом со мною сидел господин, весьма увлечённый техникой и очень активный член клуба, он имел несколько автомобилей, среди которых немецкий «Бенц» и французское «Рено». Он просто жаждал принять участие в будущем автопробеге на собственной машине, почти из портков выпрыгивал. И всё бы ничего, таких тут каждый первый, только он был не просто аристократом и богатым человеком, а являлся младшим сыном знаменитого Петера Карла Фаберже. Именно того самого знаменитого ювелира, немчика по происхождению. Ему сейчас около шестидесяти. А вот младшему сыну Агафону чуток за тридцать, по крайней мере мне так показалось. На этого члена клуба надо обратить внимание, потому что заказывать кубок надо всё же хорошо известной фирме или ювелирному дому. Его папаня обдерёт меня как липку изготавливая кубок, как никак имечко известно не только в Российской империи, мировой бренд, ё-моё.

Анюта уже нарисовала красочный кубок в двух проекциях. Стоить эта цацка будет как половина имения, которое выкупил под автодром, на котором и будут вручать этот приз. Как по мне-это просто шикарная замануха и вряд ли европейские производители откажутся от участия в предложенных мною соревнованиях. Важно подать идею красиво и главное в нужном месте и вовремя. До этого правда надо ещё дожить.

Пока князь очень озабочен нашей подготовкой к пробегу. Ему и самому чрезвычайно хочется принять участие, вот только в это время у него состоится путешествие в Черногорию. Как бы невзначай поделился он этой новостью. И нельзя сказать, чтобы Михаил Александрович этому радовался. Значит всё же проявилась болезнь у царевича Алексея, скрыть которую нет возможности, и Мария Фёдоровна взялась за сыновей конкретно. Пока всё идёт по намеченному когда-то плану. Это их императорские дела, в которые чудом, самой малостью, по совпадению обстоятельств, был посвящён я и что желательно забыть и не в коем случае не совать нос.

На заводе немного сбавили темп по сборки авто, одну машину собирают вторую неделю и конца не видно. Зато пополнение обучается интенсивно и переоборудуются места сборки вместо настоящего конвейера. Вторая бригада склепала одну треть плит на танке. Непривычна для мужиков толщина бронеплит, но дело движется хоть и со скрипом.

С замом Лыткиным и бухгалтером Никольским обговорили дни отдыха коллектива. Решили, что охрана на службе бдит, кочегар тоже регулярно у котла поддерживает температуру помещений, а остальные с Рождества отдыхают по воскресение, понедельник работаем, вторник Обрезание Господне- отдыхаем и потом до Крещения работаем. На следующий год, может и святки сделаем праздничными, а в этом и так почти месяц расхоложено трудимся. Жалование выдадим перед праздником, что народ к празднику был с деньгами. Профсоюз организовал подарки и веселуху для детей под ёлкой на нашей будущей детской площадке, пока полностью ещё не оборудованной. Собранных профсоюзом денег не хватило бы на всё, добавил недостающую сумму и для взрослых подогнал продуктовую добавочку, как в прошлый раз - мясо, крупы. Да, немного радостей, но коммунизм устраивать не буду, хорошего по чуть-чуть. В наше время это и так роскошь для рабочих и одновременно дикость со стороны власть имущих.

Мой тестюшка наконец-то пришёл в себя и принял решение уйти на пенсию. Пропадает в министерстве, сдаёт дела или что он там делает конкретно не знаю, не говорит, отмалчивается. Только тёща очень попросила меня занять Петра Александровича каким-то делом. В противном случае он будет страдать и маяться дома от безделья вынося Марии Дмитриевне мозг и нервы. Наверно в праздники и расскажу Оболенскому о его дальнейшей деятельности на пользу зятя и Отечества, естественно и собственного кошелька.

Мебель со скрипом и проблемами доставки, всё же оказалась в нашем доме. Аня и Елизавета Васильевна Залесская вместе с Марией Дмитриевной наводят порядки. Разгуляться на двух этажах есть где. Предусмотрительно по осени завёз картошку и другие овощи в подвал. Сделал это специально, потому что рабочие не смогут по морозу через весь посёлок перенести в свои погреба овощи. Зато сейчас можно это сделать, если брать понемногу, укрывая от холода. Вот таким макаром и выживем до следующего урожая.

Воскресенье перед Рождеством сделал рабочим, чтобы всё подогнать и закончить. Никто не роптал, потому что затем отдыхаем неделю. И мы бы успели, если всё зависело только от нас, а так осталось заклепать на танке четыре плиты, однако до праздника их не поставили. Все выдохлись, рабочая неделя была долгой и решил отпустить народ в три дня по домам.

В Свято Троицкой церкви всем коллективом встретили праздник. К нам приехали родители Ани. Собрались после литургии в нашем доме все, кто захотел. Работяги постеснялись, а инженеры, механики, мой зам и бухгалтер с Луи, близких не считаю и Залесских тоже, они как родня, даже Фогель приехал. В общем, как пришли после службы, так и засели за стол. Посмотрели со второго этажа как детвора катается с горки, все качели заняты, вокруг ёлки нарядной мелкота носится. Детей у нас почти сотня, не считая тех кому больше шестнадцати.

Ни моему заму, ни бухгалтеру не выгодно переезжать из столицы в наш микрорайон. Детишкам тяжело будет добираться до гимназий и училищ-вставать не свет не заря, а потом поездом и опять по городу ехать. Больше мороки, чем выгоды. Это не страшно, один дом сделаем пока под гостиницу. Когда кто-то задержался из столичных, может остаться переночевать. Выберем семью, у которой много детей и переселим с одного этажа-квартиры в целый дом. У нас есть профсоюз, который этим и должен занимаеться. По-моему, рабочие этого и добивались? Пусть пробуют самоуправление на зуб. Когда-то начинать надо, а я прослежу, поддержу, вздрючу, если что и направлю куда надо, вернее в светлое далёко.

На третий день надоело отдыхать. Выспался, наелся, прогулялись с Аней по посёлку, правда весьма осторожно. Если у нас улица чистится от снега и тротуары посыпаются песком, то в целом земство этим не озабочено. Удалось переговорить с глазу на глаз с Петром Александровичем, благо в доме у меня появился собственный кабинет. По первой тесть не мог понять всей моей затеи. С одной стороны, это конкретный геморрой- выкинуть такие деньжищи на имение, по его мнению, а потом ещё на реконструкцию и обустройство трассы и прочего, и опять деньги на ветер. Ради чего? Продвижения своей марки машины? С другой стороны - он не видел скрытой прибыли. Да, вложения приличные. Однако, наша машина не такая уж и опережающая импортные модели, хотя с этим можно и поспорить, но это всё равно должно увеличить узнаваемость «Ижоры», показать всем, что мы на уровне с европейскими производителями, возможно будем и выигрывать в некоторых соревнованиях. Вдобавок есть и ещё один момент, не явно видный.

Каждое соревнование сделать праздником. Именно великолепным шоу, где стоимость билета самая минимальная, зато попить и покушать всем захочется, а если поставить свой кинотеатр, где будут крутиться фильмы о разных соревнованиях, пробегах, да и не только. Прогуляться по саду, где играет к примеру духовой оркестр, а тут и свой, только свой фотограф, возможно и не один. Кто откажется сфоткаться у машины или посидеть в ней самой одев шлем и очки. Можно даже и прокатить счастливчика. Любой каприз за ваши деньги!

С ландшафтом поиграем, сделаем клумбы, арки, зоны отдыха, где можно сыграть в бадминтон, теннис, да хоть в лапту. Естественно будет прокат всего и вся- ракеток, воланов и мячей, стульев и столов, даже пледов и одеял. Только отдыхайте гости дорогие, а мы вам поможем во всём, в том числе и облегчим тяжесть кошелька- на отдыхе нельзя тяжёлого таскать. И везде кофешки, сувенирные лавки. А это плата за аренду и договор с прибыли. Прокат лодок для катаний по озеру.

А когда намекнул, что можно и деньги на заезды ставить, не засвечивая наших людей, то тут могут крутиться и большие деньги. Чем больше команд будет участвовать, тем больше они скушают, оставят за услуги в гостинице. Да мало ли чего можно ещё придумать. Вот к примеру, кто-то хочет погонять по трассе, ну появился у него свербёж в одном месте, аж масло вытекает. Так мы, пожалуйста, - плати и вперёд. Со временем проведём электричество и трасса будет освещена ночью, как днём. Хочешь посоревноваться с кем-то, пари сделал, нет проблем - раскрывай мошну и гоняй пока не сточишь резину до обода. Что, сломался бедолага? Организуем ремонтик, правда обслуживание будет не дешёвым, а запчасти, и куда же без топлива и масла?

На первых порах трассу хорошо укатаем щебнем разных фракций, будем даже смачивать слегка, чтобы не было пыли. Позже покроем асфальтом и это вообще будет просто манящая всех невидаль, хотя в Европе тоже появятся такие трассы. Их надо не только опередить, мы можем пойти дальше. Рядом, в сторонке проложить дорогу выживания- с крутыми виражами, песчаными россыпями, неглубокими лужами, с буграми и ямками, крутыми подъёмами и резкими спусками. На этой трассе не обязательно проводить соревнования, можно просто испытывать технику -легковушки, грузовики, мотоциклы, даже броневики. И всё не бесплатно. На хорошей трассе возможно и зимние устраивать гонки, практически всепогодные. Трибуну сделать с крышей от дождя и снега. Даже павильон построить, отапливаемый на пригорке, тогда все проблемы вмиг отпадут связанные с непогодой.

И вот только когда тестю всё разложил по полочкам, даже разжевал все возможности, тогда до него дошло, что это совсем не убыточное предприятие, главное приложить старания и ум, правильно распределить силы, средства и сразу за всё не хвататься, постепенно расширять круг возможностей и соответственно постоянно интерес народа поддерживать. Намекнул, что со временем город станет больше, расширится и может статься, что наше детище будет совсем не на окраине. А это уже другой расклад. Важно сейчас трассу сделать в центре участка, по окраинам зоны отдыха и шум соревнующихся машин не будет создавать проблем тем, кто будет жить вокруг нас. Это желательно предусмотреть сейчас, на уровне планирования, чтобы, вложив средства, вновь не переделывать, неся материальные потери и издержки.

Под вечер того же дня мы уже письменно составили перспективный план поэтапного развития комплекса «Автодром», где фигурировали гостиница, технический комплекс для команд, трибуны, трасса, места стоянки экипажей и автомобилей граждан, прибывших посмотреть соревнования, ограждение комплекса забором, чтобы не было «зайцев» и воришек, вероятные расположения торговых точек. Тесть попросил привлечь к себе в помощь Александра Карловича. Да я и не против, чтобы Фогель был в доле, главное, чтобы «костюмчик сидел» - всё работало и приносило прибыль.

Если не начнём зарабатывать деньги, то через несколько лет не смогу поддерживать бесплатно для рабочих базу в Крыму, удерживать высокие жалования, которые буду в полном объёме сам начислять, а не делать надбавку к общезаводской зарплате, как было раньше, бесплатно питать коллектив в столовой и обустраивать дальше деревню Гадюкино, вернее Колпино. Про завод вообще молчу. Потому что в скором времени строить цех по сборки экскаваторов, тракторов и грузовиков, придётся или что-то подыскивать в столице. В одном цехе мы не поместимся. Плюс необходимы ангары для готовой продукции. Выбросить на мировой рынок партию алмазов смогу только через пару лет, а из полутора миллионов рублей осталось восемьсот тысяч. И ежемесячно только то и делаю, что запускаю свою ручонку в кубышку - вынимаю, да вынимаю денежку, а обратно ничего не возвращаю.

Глава 21

Зимний отдых – не летний, тяжёлый и для желудка и физически. Не только я, но и другие пару раз убирали снег, что щедрой рукой с небес всё сыпал и сыпал. Очищали не только своё подворье, так же детскую площадку, чтобы детворе было где развернуться. Зато им такую гору сварганили, что приходили, и другие пацаны с девчатами кататься с неё. Дорогу и тротуары теперь чистенькие, песочком просыпаны. Раз десять грузовик нагружали и вывозили к реке. Смотря на нас и другие, сельчане убрали снег вокруг своих дворов. Жаль, что эсеры клич не запустили - все на борьбу со снегом!

Отпраздновав, приступили к налаживанию работы конвейера. По расчётам выходило, что мы должны за год собрать сто машин. Это условно восемь-девять авто в месяц или две-три в неделю, чего раньше не делали. За месяц штуки три-четыре собирали, только всем гамузом. А теперь у нас разделение труда. Да и учитывать надо, что будут праздники, возможно перебои с чем-то. Всё как-то сложно и не очень надёжно. Поэтому выпускать больше надо, а меньше плана нельзя.

И первая неделя нас приземлила. Вовремя не пришёл металл для рам. У остальных простой. Зато доделали танк, ещё раз проверили наличие запчастей на участках сборки. Наперёд сделан заказ по деталям для тормозной системы, литью частей двигателя. Фогеля отправили в турне по загранице, чтобы у нас не было перебоя со всем необходимым.

Полтора автомобиля, собрали на полной рабочей недели, когда прошло Крещение, то есть не выполнили план, не уложились. Задержались с установкой двигателя и коробкой передач. Пришлось работу заканчивать не в шесть часов, а на час позже. Все собрались с духом, а то расслабились на отдыхе, и следующая неделя вышла более удачной. Собрать то собрали два автомобиля, вот только проверка установила, что не все болты затянуты до конца, где-то что-то криво установили. Выходит, гоним брак, из-за скорости страдает качество.

Начали мои инженеры анализировать, где у нас просчёт. В итоге на двух сборочных участках добавили по одному человеку, благо не собираем бронетехнику. Значит Лыткину надо ещё несколько человек набирать, потом обучим и пристроим.

Так мы находили слабые места и сразу же их усиливали. В итоге, к первому февралю, вышли на два авто в неделю стабильно. Но прежде чем машину отгонят в сторону, на склад, её механик всю облазит, обшарит, обнюхает и, если что-то находит- зафиксирует чью-то недоработку, а это конкретный участок сборки, чтобы звездюлей выписать по адресу и устраняет выявленный косяк. Ко второму февралю было собрано восемь машин согласно плана.

В последний дополнительный набор заместитель привёл пятерых женщин, всем от двадцати пяти до двадцати восьми лет, вдовы, ставшие по разным причинам таковыми. У двоих только по ребёнку, остальные не успели обзавестись детишками или по другим причинам бездетные. Это так сказать с прикидом на наших мужичков, что не успели жениться. Труд женский оплачивается на одну треть меньше мужского, несмотря на это у нас на сборке оплата будет одинакова, но не сразу. Всё будет зависеть от навыков, умений, скорости, способности обучиться другим операциям для взаимозаменяемости. Скорее это можно назвать одним словом- квалификация. Не учёл Лыткин один момент - раздевалка то у нас одна. Поэтому решили бытовку для инженерно-технического состава отдать дамам, а самим переместиться в конструкторскую. Возможно это не последние женщины, хватит места ещё на десятерых в предоставленной им раздевалке.

Пока отлаживали конвейер, Луи вместе с Фролом обкатали танк. Конечно, в какую-нибудь трясину не заезжали, тогда при застревании ничем бы не вытащили семь тонн металла, впрочем, покатались не мало. Лучше бы это провести на полигоне. Тем не менее можно уже сделать первые выводы. Средняя скорость машины примерно десять километров в час по ровной поверхности, а на поле боя хватит и пяти. Главное, чтобы солдаты поспевали. Из пушки придётся стрелять с остановки, чтобы прицелиться. С пулемёта можно и на ходу поливать противника, чтобы больше боялся.

На свой страх и риск отъехали вёрст за десять от посёлка и жахнули с тридцати семи мм пушки броневика «БрИза-3» с расстояния в триста метров по лобовой броне танка. Не поверили глазам - рикошет. Вмятина осталась от снаряда, но не пробил же. Конечно, полевая пушка семидесяти шестимиллиметровая пробьёт и с версты, возможно. Всё-таки броня слабовата, однако, для внезапной атаки, когда трудно прицелиться по движущейся цели и рывок пехоты поддержанный пулемётом и пушчонкой, должны сыграть свою роль. Дальше пусть думают конструкторы-бронетехники. Разрабатывают шасси под тяжесть в тонны брони, новый двигатель и желательно не бензиновый, а дизельный. Ставят новую пушку, мощнее. На ближайшие десять лет этого будет достаточно. Что смог начитанный гуманитарий из будущего, то передал империи.

В дальнем углу стоят законсервированные два броневика и танк. Чистенькие, покрашенные, ждут передачи Министерству Обороны. А мы сосредоточились на легковушках. Стабильно стали собирать по два автомобиля в неделю. По цветовой гамме разнообразия мало - чёрный, тёмно-синий, тёмно-красный, тёмно-серый и белый для престижной комплектации. Вся проблема в пигментах. Работать химикам и работать в этом направлении не покладая рук, чтобы появились яркие, насыщенные краски и другие цвета. До перламутрового баклажана, как на четвереньках до Порт-Артура, причём задом наперёд и постоянно подавая свистки красного цвета.

В конце января месяца провели телефон в столичную квартиру и теперь жду, чтобы то же самое было и в новом доме. Моя кухарка Никаноровна в крайней необходимости перезвонит Оболенским, а те сбросят информацию Залесским. А тут уже на месте проще Елизавете Васильевне заскочить к нам, тем более, что с Аней у них хорошие отношения, как никак Виктор Антонович её муж и директор завода- крёстный отец моей жене. За годы жизни в Колпино Залесская свыклась с одиночеством, местные не в счёт, с ними не всё так просто. Вот только поболтать с близкими- совсем другое дело. В общем эта дама очень часто захаживала к нам, когда Аня оставалась одна. Как-то раз в начале февраля, приходит слегка недовольный Залесский ко мне, пройдя все проверки охраны, всё никак не может видно привыкнуть, что безопасность превыше всего. И с порога выпалил, что бабы его загоняли. Оказывается, по длинной цепочке созвонов ему передали, что в Петербург прибыла из Томска какая-то Екатерина Павловна, которая ищет встречи с Сергеем Илларионовичем. Что тут сказать, дождался гостью, надо встречать. Аня со своим животиком только со мной прогуливается вечером, тяжеловато ей, худенькая, а груз впереди уже приличный.

Никому ничего не поясняя отправился в столицу прямо на следующий день с утреца, не заходя на работу. Никаноровна уже угощала чаем и выпечкой Екатерину, когда я вошёл в квартиру. Сразу видно, не голодала, хотя за фигурой смотрела. Взгляд уже другой, не запуганный что ли, как было в Сибири. Отошла от всех невзгод, когда её использовали как засланного казачка. Поздоровались как друзья - не так как бы в моём будущем, нет, к руке условно приложился и предложил продолжить за чаем общаться.

Пару часов мы проговорили, секретного ничего конечно не было, обыденность. Никаноровна грела уши на кухне, Аня видно попросила всё засвидетельствовать. Впрочем, у нас с женой были доверительные отношения. Рассказывал о этой даме, как она попала в Томск и что на неё оставил магазин. Не только на моё предложение откликнулась бывшая компаньонка. Просто торговля действительно не по призванию, а тут пожар городской и желание Маши под благовидным предлогом спасти магазин, просто отстранила от руководства Катюху. Сестра видно давно лелеяла мечту о восстановлении мастерской по пошиву одежды, да тут такой случай, вот и перехватила инициативу. Как приказчице магазина, сделал Екатерине нотариальный документ, что она могла и продать эту лавку. Этим Машка и воспользовалась.

Вместо трёх тысяч, что возвратил своему зятю, когда брал в долг на покупку и возведение мастерской, его жена дала только полторы тысячи. Екатерина говорила о моей сестре неохотно, памятуя, что мы с ней всё же родственники. Только я осознавал, что она не сестра, от того и такой финал. Поэтому Машка так по-свински и поступила. И ясно стало сразу почему витиевато написала Наталия Петровна. Это её прислуга с самой Полтавы, её и возвратила себе. Жалко Степановича и Петровну, однако они сами выбрали свой путь.

Игры, что были в мастерской и часть мягких игрушек, один велосипед- Катя отправила багажом. Иннокентий Кухтерин помог организовать перевозку и оформление, потому что не дамское это дело - пожаловалась Катерина. Тем лучше наверно для всех. Меня интересовал сгоревший дом, так как под кроватью был тайник, а там папка с чертежами на самосвал. Оригинал у меня, вот только копию спрятал в подпол. Со слов Павловны дом сгорел полностью, даже пол выгорел, а метал покорёжило. Вот и славненько, значит и тут концы в воду. Если Кухтерины писать не будут, то с Сибирью можно распрощаться.

Никаноровна слегка посвятила Катю в мою жизнь, пока ждали меня, что я директор завода, что мы с Анной Петровной ждём ребёнка и живём не в столице, а в Колпино. Мысль промелькнула, и я решился на одну авантюру- не свести ли Луи с Катериной, познакомив их. Потеряю педагога для Крымской базы, зато друг найдёт жену и пусть учительствует она у нас в посёлке. Школу то надо строить добротную, с расчётом увеличения учеников. Спросил у гостьи относительно планов и видов на будущее. Оказалось, что ей хотелось бы повидать родственников, у которых она жила, пока училась в столице, а дальше - как Бог управит.

На самотёк дело пускать не стал, а то уплывёт барышня и тю-тю. Предложил ей учительствовать в Колпине. Причём школ было две - одна при заводе, а другая церковно-приходская. Не получив внятного ответа, дело взял в свои руки. – Значит так Екатерина Павловна, в четверг в полдень на Николаевском вокзале буду ждать с вещами, отправимся к нам. Познакомлю с супругой и моими друзьями, а работа не волк-в лес не удерёт. Те деньги, что Мария передала за магазин возьмёшь себе для обустройства на новом месте. Пока поживёшь у нас, привыкнешь к поселковой жизни, а потом решим твою судьбу. На такое заявление ничего у Кати не нашлось что ответить. Глазищами правда сверкнула не добро, однако подумав немного, согласно кивнула головой. И мы покинули квартиру, попрощавшись с Никаноровной.

Поймал ей экипаж, а сам направился на вокзал. Заодно узнал, что отправленный багаж из Томска уже как двое суток в столице, значит завтра заберём. В дороге думал, как бы устроить так, чтобы сблизить два одиночества, перегуляли они холостыми. Вечеринку можно устроить или просто ужин со знакомством, всё перебирал в мыслях, рассматривая за окном вагона заснеженные виды. Приехав в посёлок заскочил сразу же домой, что бы милая и родная успокоилась, а то гормоны неугомонны и всякое может полезть в голову. За столом поделился с Анютой своими думами относительно Луи и Кати. Любимая взяла время на подумать, вот и гора с моих плеч, а кому-то дело подвалило, пусть развлекается мыслями.

Естественно, другу о своих намерениях пока ни слова. Сюрприз – на то он и сюрприз. Фогель поджидал меня, привёз заказ, завтра будет решать вопрос как переправить прямо к цеху целых три вагона и платформу. Отдал ему квитанцию на багаж из Сибири, пусть присовокупит, заодно и доставит.

Ещё одна неожиданность - с утра Залесский принёс телеграмму из Одессы, которую отправили на Ижорский завод, но для меня. Когда прочитал, то понял. Василий, которого назначил старшим механизированного отряда в помощь тестю, бьёт тревогу. Как переместились из-под Гродно в Одессу, так и ни гу-гу. Деньги заканчиваются, скоро есть нечего будет, на машины местные хотят наложить лапу. В общем SOS- спасите, помогите, погибаем!

Пришлось от директора позвонить его корешу, моему тестю -Оболенскому и узнать о судьбе моих людей и технике. К моему удивлению он ничего внятного сказать не мог- мол на пенсии и этим вопросом не занимался, как только слёг с сердцем, думал, что кто-то другой вместо него владеет ситуацией. Тупик. На обеде встретил Лыткина, который прибыл из столицы. Заодно обменялись новостями. Он пересказал о том, что делается в нашей будущей гостинице. Тут мне идейка пришла, что гостиницу можно назвать «ГОНОЧНАЯ», здесь весь смысл, идея и суть комплекса-автодрома. Чем не преминул поделиться с Григорием Павловичем. Он поддержал, сказал, что неплох звучит. Вот только я не обрадовал его. Предстоит ему командировка в Одессу, где найдёт наших заброшенцев, постарается организовать погрузку и возвращение на завод. Завтра в четверг выезжает, а то парни без денег пропадут. Направил к бухгалтеру, чтобы оформил ему все документы и проездные в командировку.

Сам же разложил все телеграммы из Крыма полученные за последние пару месяцев и посмотрел на динамику строительства. Письмо от Степана Игнатьевича, моего управляющего базы, да наверно и всего что творится на моём участке под имение, пару дней как получил, а всё не удаётся вскрыть и почитать в тишине. Каллиграфия не девичья у мужика, впрочем, читабельно и это основное. То, что отчёт на четырёх страницах ни о чём не говорит, почерк размашистый, поэтому и много. По существу, выходило, что на базе работы ведутся внутри помещений. Наружные работы закончены по теплу, как и обговаривали порядок и ход работ. Железо на крышу потянуло не мало, зато надёжно. Кухня получилась после переделки просто шикарная. Излишки земли, что получались при рытье траншей под фундамент и ям под посадку деревьев использовал для выравнивания участка. Огород под посадку готов. По мелочи описал работы. Ясно, что база может принять людей с мая месяца или даже раньше.

На моём участке заложили фундаменты под все строения. Дали месяц выстояться и возвели стены под крышу. Пока всё. Похолодало, туманы. Ждут марта. Сейчас подготавливается участок под виноградник, расчищается выход к морю. В ближайшем перелеске сгребают несколько сантиметров верхнего слоя плодородной почвы и переносят в яма под плодовые деревья и кустарник. Надо будет мастерить компостные ямы, а потом перегноем удобрять. Бедная в той местности землица, сплошь каменистая. У берега песчаная, дальше вглубь участка глинистая. От моря высадили пару рядов кипарисов и сосенок для защиты от ветра, да и воздух будет своеобразный, возможно хвойный. Огораживается всё моё имение, как раньше обезопасили базу.

Все расходы потом мой бухгалтер обработает и даст вердикт. А сейчас понятно, что успели к холодам сделать, то успели. В следующем месяце жене рожать, а к июлю имение отстроят, ребёночек окрепнет и тогда – на юг. Дети на базе начнут отдыхать с июня, а болезненные поедут уже в мае. За осень пришла идея построить не пирс на берегу открытого моря, а сделать как бы бухточку. Подошёл с моря, зашёл в перешеек и повернул в бок, тут и волн не будет, что плюс при выгрузке и погрузке хоть груза, хоть людей- вода то спокойная. Одна морока возникнет- постоянная чистка этого перешейка, вероятно прибоем и течением будет заноситься песком, а значит надо если не постоянно, то периодически или сезонно его чистить. Стены заливчика укрепят камнем. Пирс будет крошечным, а делать придётся основательно, заливать бетоном.

Описал свои хотелки моему управляющему, чтобы тот передал выкладки инженеру-строителю. Пусть Онуфрий Макарович хорошенько всё обдумает, рассчитает и по весне или уже с началом тепла приступит к работе. Людям же работать придётся в воде, а летом она несравненно теплее, чем весной, гробить строителей не стоит, здоровье не купишь. Попросил Степана Игнатьевича поинтересоваться вопросом приобретения катера, не яхты или шлюпа, а именно посудины с мотором. Возможен вариант аренды с последующим выкупом. В Крым заскочу ближе к маю, а пока пообщаемся в таком формате.

Мой дружище, освободившись от работы с бронетехникой, сконцентрировался над созданием автомобиля для пробега. Заодно готовили два грузовика. Один на следующей недели проедет будущим маршрутом гонок, а второй будет следовать за нашим автомобилем, как техническая помощь гонщикам уже непосредственно во время пробега. С экипажем тоже определились- Луи как шофёр и знающий все нюансы машины, ему в помощь было три кандидата, они бросили жребий и счастливцем оказался Курт. Тот самый немчик Курт Шульц, что перебрался из Пруссии с семьёй после агитации Фогеля. А третьим будет журналист.

Геннадий Павлович прошерстил несколько изданий и остановились мы на газете «Русский инвалид». Это издание финансируется Министерством Обороны, там есть естественно и цензура, куда без неё. Однако несмотря на принадлежность и само несколько несуразное название, она пользовалась популярностью и считалась серьёзным изданием. Её аудитория была широкой и газета поднимала различные вопросы, как военного характера, так и общегосударственного. Это нас вполне устраивало.

Выбор пал на журналиста Викентия Арсеньевича Нордина. Достаточно молодого человека, ему всего лишь двадцать четыре года. Из семьи обедневших дворян, причём отец у него был военным и умер от ран. Для Викентия честь мундира не просто слова.

Просмотрев его статьи, мы с замом не обнаружили лизоблюдства, наоборот он поднимал актуальные и злободневные темы. Часто сопровождал фотографиями свои заметки, виртуозно пользуясь фотоаппаратом. И хотя в газете Викентий числился младшим репортёром, амбиций у него выше крыши. После беседы с Нординым, предложили поучаствовать в пробеге, тем самым приподняв его в глазах главного редактора.

Разложил журналисту по полочкам его задачи и цели, где он не просто дополнительный груз на заднем сидении, но и помощник в случае поломки- принеси, подай, поддержи. Обрисовал ему сюжетные линии, на что надо сделать упор, подвёл под нужные мысли. В итоге договорились, что у него репортаж будет просто бомба, да, он это слово подхватил в нужном значении. За пробег сделает несколько сенсационных статей. Это и описание трудностей, критических моментов, а также моё заявление о презентации Петербургских соревнований и конечно же повествование о команде нашего завода. За рекламу, как открытую и скрытую, не явную, зато угадываемую, отдельно заплатим. Купим ему самый современный фотоаппарат. Однако же не только это предложили. Попросил сделать репортаж о нашем заводе, атмосферные фото из цеха, испытаний машины на стометровке. Общение с коллективом. Главным пряником было то, что предложил ему в будущем открыть свою газету и возглавить пресс центр комплекса «Автодром». Освещать все соревнования будет его прерогативой. И чтобы у него не сложилось мнения - будто его купили с потрохами, может писать о всём что ему нравится, однако мы в первую очередь.

Когда выложили все перспективы, то не без улыбки наблюдали за эмоциями, что бушевали при обдумывании и предвкушении перспектив. Он был голодным, как в прямом, так и в переносном смысле. Что у него за жалование? Сущие копейки! Но острый язык и язвительное чувство юмора, ум, энергичность и напористость, а главное, желание сделать что-то такое, что вытянут его из трясины обыденности, сделают знаменитым. И тут такое искушение! Понимая сомнения парня, решил не давить. Поставил ему первую задачу- быть глазами и ушами публики, ему надо писать так, чтобы читатель, сидя в кресле, почувствовал запах бензина, горячего масла и пыли, услышал треск охлаждающегося мотора и восхищался подвигом конкретного экипажа. Остальное приложится, поможем, предоставим факты и прочее.

О будущем можно мечтать, если выстрелит его репортаж. Подписали с ним соглашение, в том числе, если он получит во время пробега травмы- оплатим лечение и о неразглашении наших ему предложений. Пока он может сделать серию репортажей о нашем заводе, так сказать подготовить читателя к тому, почему он в нашей команде. Как вариант, пусть пройдёт по семьям рабочих, погуляет по нашей улице и сделает определённые выводы. Нам не нужна марионетка, журналист должен знать о ком пишет, с кем имеет дело.

Глава 22

Отдушиной от гула станков, стуков паровых молотов, гудков, конечно это выходной день, воскресение. Аня с Катей надо сказать спелись, не в прямом смысле, подругами не стали, мало времени прошло, однако за те три дня, что гостит у нас - девчата сблизились. Аня, не смотря на живот, достаточно быстро перемещалась и завалила Катю своими набросками будущей площадки для детей, нашего участка при доме и в Крыму. Попыталась что-то изобразить на ландшафте будущего комплекса «Автодром». И конечно же вложила в уши приятельницы, что рядом живёт замечательный инженер, хороший человек, родом из Франции. Рассказала о его судьбе. В общем подготовила почву для знакомства, вот только не показывая самого Луи, создали определённую интригу.

Всё началось со службы воскресной, закончилось посиделками у нас в доме до самой поздней ночи, пока действительно не устали. В итоге наша с Аней тактика сработала. Луи и Катя нашли что-то друг в друге, заинтересовались и кажется поняли, кто в этом «виноват», всё подстроил. Вот только скорее всего они этому рады, что так сложилось. А раз так, то предложили Катюше жить в посёлке, в нашем так сказать гостином доме. Выбрать комнату и пока обосноваться, к нам пусть заходит, когда захочет, а мы Луи будем приглашать. Так быстрее сойдутся и поженятся. Может поработать в школе- нет проблем.

Пятнадцатого февраля Курт и наш Ромео, кажется уже влюблённый, отправился на месяц, скорее всего, по будущему маршруту пробега на грузовике. Кузов затянули брезентом, снабдили основными запчастями, парой бочек горючего, на крайний случай, а так заправляться придётся на станциях железнодорожных, в мастерских, короче где появится возможность, заправок то не существует как сетевого сервиса. Решили, что по морозу дороги более проходимы, нежели наступит распутица. Да, холодно, но прежде так решил Луи, а я, подумав, что вероятно он прав -поддержал друга.

Через несколько дней состоялся разговор между моим тестем, Фогелем и мною. Собрались мы у Оболенского, решил потешить самолюбие Петра Александровича. Потому что накануне пересёкся с Александром Карловичем и тот предложил встретиться прямо на заводе, однако тесть видно не захотел ехать в такую даль. Впрочем, я не переломлюсь, вот только настанет день, когда борзату собью с родственничка и заставлю считаться со всеми или идёт он лесом.

Прежде всего разложил перед ними план участка в тридцать десятин, примерно полтора на метр - две склеенные обоины, где были помечены так же участки соседей, с краткой информацией о них, что собрал Лыткин. Далее положил на план эскиз трассы, потом дороги выживания, рисуночки с гостиницей, стоянкой, боксами и гаражами, павильонами разного назначения. Мне очень хорошо помогла Аня, накануне мы также все объекты распределили, масштаб учитывался и теперь участок не выглядел пустыми десятинами, а наглядно показывал грандиозность задуманного. Объяснил предназначение каждого объекта, примерную сумму вложений в его постройку или реконструкцию и сразу назвал сумму возможной прибыли. Александр Карлович был не новичок в бизнесе, объездил пол мира, повидал многое и всё же мой проект его впечатлил.

Отметил очерёдность ввода объектов в работу комплекса - именно комплекса, потому, что поодиночке работать всё будет не эффективно, а возможно и убыточно. Указал сроки строительства, привлечение разнообразной техники и количества людей. Пол часа пришлось излагать, очень доходчиво свою задумку. Дал возможность всем поразмыслить, взвесить, оценить, переварить. Попили чайку и тогда уже мне стали задавать вопросы, уточнять.

Если Фогель врубился сразу, то тесть ещё колебался, сомневаясь тому, что это всё возможно ли за год-два осуществить. В какой-то момент я не выдержал и пришлось сказать нелицеприятное тестю, что не только можно, но надо вертеть быстрее задом, чтобы тебя никто не опередил. По мере осуществления задуманного и так будут вылезать разные неприятности - жадные чиновники, проволочка с поставками, козни природы в виде погоды, подножка от конкурентов. Как никак Фрезе и Лесснер сидеть сложа руки не будут.

В итоге убедил, а возможно продавил так сказать своё решение. В крайнем случае, если бы старпёры заартачились, свернул бы план и ушёл. Убеждать зарабатывать деньги никого не собираюсь, а реализаторов моих идей найду. Как-то обошлось без крайностей. Под запись с пояснениями разжевал их действия и взаимосвязь с инженером-строителем, моим замом и бухгалтером. Думаю, что включатся в работу и пойдёт всё нормально. Не привыкли они, что так на них наезжает молодой засранец, учит понимаешь ли старших. Их внутренние мучения как-то переживу, главное, чтобы работа шла не останавливаясь.

К концу недели наконец появился мой зам, вернулся из Одессы. Привёз не только технику, которая вскоре на платформах подойдёт к заводу, но и столько рыбы сушёной к пиву, да и так покушать, что хватит всему заводику полакомиться. Инженер с механиками пообещали досконально осмотреть важные узлы, если надо, всё отремонтируют. Как пояснил Григорий Павлович, на станции уже не знали, что делать с нашим барахлом. Всё перевезено было в слегка разобранном состоянии. Парни наконец отдохнут дома, дал им две недели на это, выплатил жалование за три последних месяца. И попросил отчёт инженеру отдать о том, что ломалось, как часто, как исправляли.

Евдокия Георгиевна, мать Василия нашего водителя, что только прибыл с юга, уже раз десять подходила и спрашивала о сыне. Вот будет радости матери и братьям, дождались. Девять месяцев назад уезжали пацаны, а сейчас уже мужики, даже внешне поменялись и опыт эксплуатации машин приобрели колоссальный. Это наш бесценный фонд, кем они станут, покажет время, а кадры растить надо.

Аня попросила Катю пока не устраиваться в школу, а помочь ей по дому, мы и так уже старались находиться только на первом этаже, чтобы не подниматься часто на второй, не говоря о моём мансардном кабинете. По мне пусть занимаются барышни всем, что только не вредит здоровью. У Кати деньги есть, а не было бы, так с нами как при коммунизме или как на турецком курорте будущего- всё включено!

В империи начался строгий пост. И в нашей столовой вместо мяса пошла в ход рыба. Пятьдесят дней слабо питаться в холод, мороз и не в лёгких условиях на производстве- это работа на износ и невыполнение плана. В двадцать первом веке такой вопрос уже бы и не поднимался, стал второстепенным если не большинства, то для многих. Постятся конечно, не спорю, но не поголовно. А тут острый вопрос с постами и посещением церкви. Этот институт не отделён от общества, наоборот- сильно влияет на людей и является частью государственной машины.

Февраль заканчивался уверенным выполнением плана. Московский автосалон, с момента своего открытия, продал десяток машин, а с января, когда предложили народу рассрочку, то нет недели, чтобы не продавалась машина. Малая платёжеспособность у людей, поэтому пока машина всем не доступна, даже наша цена в четыре с половиной тысячи не всем по зубам.

Вышел разговор с губернатором по поводу городского транспорта и его развития. Не стал я тогда мудрствовать, а прямо сказал, что гужевые перевозки скоро канут в лето. На дорогах с каждым годом всё больше появится машин, как индивидуального пользования, так и разных служб, в первую очередь заменят, вытеснят извозчиков. Однако самый дешёвый и перспективный транспорт - на электричестве. Не везде будет удобно прокладывать рельсы и ставить электрические столбы, тогда можно использовать автомобильные перевозки, где вместо коней будет обычный мотор внутреннего сгорания. Даже нарисовал ему автобусик, старый примитивный, для меня, зато тут это шедевр прогресса. И сразу Александр Дмитриевич задал вопрос- не может ли мой завод наладить выпуск таких вместительных автомобилей-омнибусов? Сразу и не понял, чего он сказал, а потом вспомнил, что омнибус переводится как «для всех», то есть общественный. Предложил ему назвать такой транспорт сокращённо – автобус. И подумав, решил не отступаться от такой идеи, а почему бы и нет, можно и попробовать. Высказал своё мнение, что этот транспорт не будет дешёвым для казны. Попробовать то можно, однако у меня мощности маловаты и площадей нет чтобы развернуться. Надо пробовать сразу нескольким производителям что-то изготавливать, так быстрее насытим рынок. А вообще подчеркнул, что дешевле трамвая, как общественного транспорта, ничего не будет, поэтому его надо массово внедрять вместо конки.

Невдомёк мне было, да и не знал я того, что у какой-то бельгийской фирмы истекает срок лицензии на использование конки. И когда они уйдут с нашего рынка, этим должен кто-то заняться. Как говорится, свято место пусто не бывает. Поэтому и зондировал почву губернатор, пытаясь узнать о моих намерениях. В эту клоаку лезть не хотелось, как бы она с виду не была привлекательна. Найдутся желающие, у меня другие виды на столицу и иные планы, которые раскрывать преждевременно.

Увёл разговор в сторону других моих интересов- превращение Колпина в город. Изложил ему, что могу и буду пытаться этим летом убрать все землянки, для начала. Рабочие семьи получат комнаты в бараках. На окраинах надо дороги привести в проезжаемое состояние, что постараюсь открыть мини завод, который будет варить асфальт. Клуб вместительный необходим, отремонтировать приходскую школу и вот так беседуя соскочил с темы городского транспорта.

Поселковая жизнь была действительно не однозначной. Здесь переплелось несколько конфессий и даже сект, о чём говорили три церкви, кирха, молельные дома и каплычка католическая. В Колпино жили преимущественно русские из разных губерний приехавшие на заработки, местные народы, коренные так сказать, а также переселённые немцы и привезённые пленные поляки, евреи, куда без них. И что характерно, большие национальные группы старались жить несколько обособленно от остального населения, однако такая тенденция с годами стала более расплывчатой - расслоение и ассимиляция сделали своё дело. Надо отметить, что и условия жизни каждая группа создавали под себя разные. Мои механики-прусаки быстро нашли контакт с единоверцами, которые часто на заводе были при должностях- мастерами, механиками и даже инженерами. Чем я и пользовался, в интересах нашего завода. То один, то другой квалифицированный рабочий просился к нам на работу.

Посты сборки на конвейере стали через два месяца дробить, тем самым повышая квалификацию и качество сборки. Шасси собиралась быстрее, чем клепали рамы, которым уделяли много внимания. Прежде всего хорошо защищали от коррозии. Эта ситуация вынудила нас создать два поста, где собирали рамы и тогда всё пошло ещё быстрее. Часто ребятки собирали условно сказать две с половиной машины в неделю-две собрали, а третью начали и не успели собрать до конца, оставив до понедельника. И того, в месяц начали выдавать на-гора не восемь машин, а десять. Рабочий день я не собирался увеличивать. Довольно часто сборщики сами между собой обговаривали моменты, где они могли бы ускориться и что им мешает, вот только пока не могли прийти к какому-то решению.

К середине марта вышли на работу те, кого привезли из Одессы. Они активно решили включиться в процесс. Между тем оказались не готовы слёту влиться и троицу решили организовать в ещё один сборочный пост. Через пару дней возвратились наши гонщики. Месяц были в дороге, а пробег легковушек рассчитан на двадцать один день. Зато у нас имелся расчёт расстояния, между пунктами, где придётся останавливаться на ночёвку. Естественно, можно рассчитать объём горюче-смазочных материалов и гипотетически предположить количество запчастей и скорость движения. До понедельника дали время отдохнуть Луи и его напарнику, перевести дыхание, а потом составим отчёт и наметим план дальнейшей работы по подготовки к пробегу.

Луи два дня отсыпался, потом привёл себя в порядок - побрился, подстригся и в субботу вечером пришёл к нам в гости. Барышни дали нам более часа поговорить в моём кабинете наедине. Друг был в ударе, в том смысле, что несколько удручён. Причин много такому состоянию. Луи не просто приходил в себя лёжа на диване, он составил достаточно подробный отчёт о состоянии трассы. Более трёх тысяч километров на современной технике проехать в жару, пыли, а возможно и грязи-очень сложно. Все участки длинные, самый короткий составляет около ста сорока вёрст. Иногда придётся выезжать, когда начнёт едва сереть небо после ночи, а приехать в следующий пункт назначения уже в непроглядную темень. Тут и скоростные участки и низинные, где возможно будет вода и грязь. Песчаные, каменистые и даже брусчатка. Крутые подъемы, где после продолжительной езды может радиатор закипеть. Трасса непростая, доедут далеко не все. Машину надо готовить тщательно и запасок в сборке, уже с накаченными шинами необходимо иметь даже не четыре, а все восемь. За ночь успевать пробитые клеить и в путь.

По этому поводу можно часами разговаривать. Дал возможность другу высказаться, так скажем - спустить пар и возвратились в столовую. Сразу стало видно, что Луи полегчало и он начал вести себя иначе. Наши голубки переглядывались, а что делать, ждём окончания поста и там дружище думаю не растеряется, пойдёт во банк на крепость, чтобы покорить и завоевать Катерину окончательно и навсегда.

На воскресной службе моей Анне, хотя она почти всё время сидела, стало не хорошо. После обеда не полегчало. Сроки по нашему подсчёту подходили к завершению вынашивания. От Залесских позвонил Оболенским и всё рассказал. Быстренько собрались. На всякий случай прихватили чистые тряпки и в помощь Катерину. Елизавета Васильевна сама напросилась в сопровождение. Луи и весь кибуц отправились на станцию. В столице, в случае осложнения, будет больше возможности помочь как матери, так и ребёночку, всё же первые роды, да и Анюты была не тех статей, что большинство её сверстниц. Не широкая в кости, да и таз наверно узковат. В общем она не из тех русских женщин, что коня на скаку остановит, скорее он проскочит и ветром сдует мою прелесть, да и быстро под стогом не родит, а потом продолжит снопы вязать.

Тряска, погодка не из лучших, усталость, нервозность и главное ожидание неизбежного, всё сказалось на самочувствии любимой. Не близко находился и Императорский повивальный институт, до Васильевского острова от вокзала не менее семи вёрст. Поэтому, как только подъехали, нас уже встречали. Тёща с тестем на уши подняли смену в ожидании нашего прибытия, как никак первенца ждали с нетерпением. Эта больничка была лучшей в области акушерства. Тут не только учили будущих акушерок и врачей, но и принимали роды. Рожали здесь не простые дамы. Тёща именно суда советовала определить Анюту. Главное, чтобы родила, о деньгах ли забота.

Мне показалось, что чадо наше появится если не сегодня в ночь, то уж завтра обязательно. Между тем прошёл и понедельник, миновал четверг и только в пятницу появился, да появился именно наследник. Роды, как сказала тёща, прошли относительно нормально, не стала уточнять со мной все нюансы. Однако порекомендовали полежать дней десять. Сразу закралась мысль, что порезали мою красавицу, пока сумела родить. Ну что же, под наблюдением быстрее всё заживёт. В воскресенье увидел малого и жену. Каждый день с рождения в нашей церкви батюшка проводил молебны о здравии Анны со чадом. Им вообще то предстоит через кое-чего пройти. Матери очистится после сорока дней, а малого желательно быстрее крестить и дать имя. При встрече показал список имён по святцам, что дал настоятель.

Наиболее благозвучных было шесть имён. И посовещавшись с Анютой остановились на Михаиле. В то время, как мы думали, просто выбрали имя, только не тут-то было. Весть о рождении у меня наследника дошла и до князя Михаила Александровича Романова. Когда он поздравил меня и узнал, как назову сына, то вероятно подумал, что в честь его и наших отношений. Был весьма рад. Вот только крёстным он стать никак не сможет. Между нами социальная дистанция просто огромная, подумалось мне. Да и в честь святого назвали, вышло простое совпадение, это ему лучше не знать- обидевшихся престолонаследников мне не надо. И если финт Марии Фёдоровны удастся, то Михаил станет императором. Мне достаточно и таких отношений, на олимпе власти не понимают и не прощают фамильярности и обид. Я просто дворянин, даже не титулованный. У Грибоедова, по-моему, в комедии «Горе от Ума», сказано великолепно-«Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Ума у меня хватает, чтобы не получить проблем. Ближе к кухне и как можно далее от начальства, будет во все времена актуальным.

В течение нескольких дней определились восприемники. Елизавета Васильевна, супруга моего бывшего директора - Виктора Антоновича, крёстного моей супруги, да Луи решили стать кумовьями. Мне так показалось, что, Катя хотела стать кумой, но тут есть нюанс- духовные родители не могут сочетаться браком. Думаю, что это не последний ребёнок, нам нужна теперь сестричка братику и будет у Катюхи праздник на её улице.

В последний день марта, в субботу, наше чадо крестилось, приобрело имя и покровительство церкви земной и небесной. Посидели скромненько, скоро Пасха, все устали и вымотаны всеми передрягами, планами и прочим. Анюта быстро пришла в себя и чувствовали с малышом удовлетворительно. Апрель в этом году теплее прошлогоднего. И в один день, когда температура поднялась до плюс десяти, мы вчетвером переехали в посёлок. Мария Дмитриевна нам не помешает, пусть учит жену всем премудростям в воспитании подрастающего поколения, которое сейчас много спит, сосёт грудь и пачкает пелёнки. Решили, что никаких горничных и кухарок не надо, тем более ещё и Катя на подхвате. И так три тётки на один комок радости, как-то многовато.

Неделю после Пасхи наш заводик не работал. Как никак светлая седмица. Задел у нас уже был, по любому выпустим машин больше, чем планировали. Загодя позаботился о манеже сыну, хотя, это на более поздний срок. Велосипед ждёт будущего гонщика в подвале, что привезла из Сибири Катюха. Коляску прикупил, да только нам с Луи пришлось её переделать, и она стала более комфортной, а то прямо уменьшенный дилижанс- тяжёлый и не совсем удобный.

В этом веке папаш не очень жалуют радом с малышами, пришлось отвоёвывать право потехи с младенцем, участвовать при купании. Горе мне с дамами в таком количестве собранных в одном месте. Крёстная уже носила сына на причастие. Четыре курицы на единственного цыплёнка- это трудно представить, а выжить ещё сложнее среди этого бабьего царства. Мне трудно, и я пропадаю на работе, а вот у сына борьба получается. И порой по лицам квочек понимаю, что побеждает Мишка.

На производстве проще, хотя трудности в другом. Луи загорелся переделкой некоторых элементов двигателя. Слегка увеличили объём камеры сгорания, поигрались со сплавами, чтобы не заклинило поршень от перегрева - степень сжатия увеличится же немного. Далее, надо было поднимать октановое число бензина. Подумали о топливной смеси, чтобы не было детонации, сейчас добавляют в бензин спирт в пропорции восемьдесят к двадцати или семьдесят к тридцати. Поэкспериментировали, вроде бы получилось. Это потянуло более тщательную настройку карбюратора. Не пожалели дорогие свечи зажигания, магнето и фары, которые не должны подвести при езде ночью. Кузов облегчили, верх решили сделать брезентовый, который защитит от пыли, дождя и солнца. Подобрали инструмент, домкрат меньшего веса. У нас мелочей не было. Закупили бочки под горючее и спирт. Заранее в некоторые города отправим для оптимизации заправки. По нашим прикидкам, запас хода будет примерно от ста до ста двадцати километров. Не всё же вести в грузовике. А сделать больше бак, так зачем облегчаем остальное?

Испытали двигатель на стенде. Его мощность увеличилась, но сорока лошадок скорее всего нет. Зато работает совсем иначе, тише, быстрее обороты набирает. Внесли изменения в конструкцию днища картера. Решили попробовать ребра охлаждения в виде ёлочки- не будет однобокого потока и соответственно вибрации, тут симметрия оптимальное решение. Нельзя сказать, что при скорости в тридцать километров уж сильный возникнет поток воздуха для охлаждения масла через рёбра, но надеемся, что это станет фактором нам в плюс. Долго шаманили с радиатором, чтобы лучше охлаждал двигатель.

И так по кругу проходили несколько раз, пока к первому мая не собрали свой экспериментальный автомобиль. За это время я значительно продвинулся во многих тонкостях наладки и регулировки двигателя, карбюратора и так в целом, как механик. Всё было примитивным, без электроники моего века, одним словом - железо. Надо было сделать обкатку, чтобы всё притёрлось, а потом посмотреть - не вскроются ли скрытые дефекты, что сразу не обнаружили.

Пока Луи ездил по посёлку, потом по дороге до столицы, мы стараниями моего зама наконец-то получили вагон второго класса. Что можно было сделать в вагонном депо, было сделано. Как заверил Георгий Павлович, с ходовой частью проблем никаких не должно возникнуть, оболочку покрасим, внутренность перестроим под наши потребности. Коллектив, через своего представителя – председателя профкома вынес предложение о ремонте в нерабочее время. Мотивация одна - делаем для своих детей и закончить надо к середине мая, чтобы выдохлась краска перед поездкой в Крым. Продолжительность светового дня увеличилась, да и половину выходного решили прихватить. Реброву Егору Тимофеевичу, нашему мастеру поручил взвалить на себя эту работу. Я только начертил схему того, что должно получиться. Выдал ему сумму и меня отвлекли прибывшие в цех представители Ижорского завода.

С утра, грешным делом подумал, что сегодня первое мая, а никто про митинги и демонстрации не заикается. Впрочем, вру, что-то хотел было сказать наш профком Илья Петрович, только его повариха Надежда окликнула и больше с ним не пересекался. И тут такая делегация под калиткой нашего завода, человек десять, лица, озабоченные у всех. В первую очередь им бы повежливее к нам чувствительным, а вышло, как всегда. С наезда, почему мы не прислали своих представителей к проходной на митинг? Вопрос конечно интересный. Что говорить, производство само на себя замкнуто, дел по горло и в Совет завода не входим, мы другая организация. Наш ответ видно был не правильным по их мнению. Ну что же делать с этими озабоченными? Попросил вызвать Синицына, чтобы профком сам разобрался с побратимами. Все наши разошлись по рабочим местам. Мне надо было прочитать отчёт из Крыма, даже конверт не распечатал ещё.

Минут через десять услышал выстрелы. Так могли палить лишь наши охранники, звуки ружей слишком знакомы, стреляем регулярно в подлеске. Спускаюсь вниз и вижу картину - нашего Синицына мутузят трое, охранника повалили, видно не успел перезарядиться и по земле катаются в паре с эсером скорее всего, второй охранник стреляет в воздух и орёт как резанный, чтобы покинули территорию завода, а на него ноль внимания. Тут ещё человек пять влетело через калитку с явно недобрыми намерениями. Если бы у одного рабочего не увидел револьвера, то может всё пошло бы по другому сценарию. Пришлось достать свой пистолет и только прицелился по ногам вооружённого мужика, как в проёме ворот цеха что-то загрохотало и появился броневик.

Эсеры в пылу драки, не понимая, что происходит ещё не среагировали адекватно, а я ринулся к калитке и закрыл её на засов. Всё, выхода у них нет. Не пущу подумал я и взял под прицел толпу. Пулемёт Максим покрутил дулом и остановился, потом стрелок приподнял его немного выше и дал очередь патронов в десять. Лента была с холостыми патронами, князь подогнал пять сотен на всякий случай. Когда стреляет пулемёт, то тут не до того - холостые или боевые патроны в ленте у стрелка, понимаешь, что шутки кончились, полярный лис на подходе. Толпа остановилась и тот, что имел револьвер раза три подряд выстрелил в броневик. Пули срикошетили и тут пулемёт навёлся на толпу. Чтобы не дай Бог, очередью холостых не выдать себя, пришлось влезть мне. - Оружие на землю, все на колени, руки за голову! Считаю до трёх! Раз! Два! Ору, что есть мочи. У кого было что-то в руках отбросили в сторону и начали, оглядываясь по сторонам, становиться на колени.

Двери в броневике открылись и вышел Луи, но тут из-за забора что-то вылетело и упало между машиной и стоящими на коленях мужиками. Смог ли кто среагировать не знаю, вот только через пару секунд вспышка перед глазами и грохот по ушам как долбанёт. Меня отбросило на металлические ворота, такова была сила взрывной волны. Не могу оценить ситуацию, всё как-то нереально происходит, очень быстро, мгновение и с рассеиванием дыма вижу лежащего друга, несколько мужиков стоявших на коленях завалились набок, другие корчатся в позе эмбриона.

Первая мысль, во блин суки, бомбу кинули через забор. Встать на ноги не получается, шатаясь упал на колени и стараюсь хоть таким образом доползти до Луи. Кто-то меня опередил, выбежав из цеха и кинулись ему на помощь, ко мне бегут, но ё-моё, ни хрена не слышу. Чувствую, меня несут в цех, говорят, показывают, а мне заложило уши, ничего не пойму.

Надежда мокрой тряпкой протирает лицо, хорошо то как. Все чувства приходят постепенно в норму и тут уши отпустило, как беруши вынули. Поблагодарил повариху, попросил воды и пока она метнулась на кухню, приподнялся и встал. Почувствовал, что болит слегка левое плечо, которым ударился об ворота. Надя подала кружку прохладной воды. Часть выпил, остатком умылся, поблагодарил спасительницу и направился в сторону, где перевязывали раненых.

Ко мне похрамывая навстречу шёл Фрол Семёнович. – Сергей Илларионович, начал было он, но остановив его, спросил о состоянии Луи. – Ранен сильно, много осколков попало в него, лицо не задето, а так штук восемь железяк в теле. Дверь частично защитила, а то каюк был бы. Да, вижу дружище весь в крови, перемотан бинтами, рядом четверо эсер лежат, остальным наверно помощь уже не нужна. Надо срочно в больницу. И кричу что есть мочи. -Внимание всем! Фрол Семёнович за баранку в броневик, к пулемёту я стану, нахожу глазами Василия Аксёнова, он почти год на грузовике шофёрил под Гродно, рукой показываю на грузовик и ору ему- Вася в кабину и подгоняй машину. Везём раненых в больницу. На что-то мягкое Луи положите, а остальные обойдутся, заварили кашу, пусть хлебают. Ворота в цех закрыть и без меня никого не впускать. Охрана с оружием в кузов, зря не стрелять, там хотя и придурки, но свои же, не враги. Я, если что, пулемётом пугну и направился к броневику.

Как стрелять знал, пробовал на полигоне и даже с пушки пальнул разок. Минут через десять стали потихонечку выезжать через вторые ворота, на стометровку нашу и прибавив газу двинулись вдоль забора к проходной. Когда всё трясётся и мелькает перед глазами, не приноровившись много не увидишь в смотровую щель. Несмотря на эти трудности, как только повернули и выехали к заводской проходной не увидеть толпу, было просто невозможно. Люди стояли везде, дорога была перекрыта. В нашу сторону стали показывать руками. Шумно внутри, пришлось крикнуть Семёновичу чтобы погазовал пару раз и потихоньку поехал. Народ было начал расступаться, да только кто-то с телеги что-то стал махать руками и кричать. И люди перестали уступать дорогу. Тут уже я решил шуткануть так шуткануть, по-крупному, отсалютовать революционерам главным калибром. Забрался в башню, покрутил её немного, повертел дулом, зарядил снаряд, который сделал Фрол без боевой части, в общем холостой снаряд. И жахнул. Таких было ещё два, но решил, что теперь надо к пулемёту и быстро занял позицию. Поводил пулемётом и крикнув Фролу, что поехали прострочил как бы слева на право над головами. Смотрю в бойницу, а народ-то дрогнул, дорога начала освобождаться. Набираем скорость. Смотрю в правое боковое зеркало, от нас не отстаёт грузовик. Ору Фролу, чтобы быстрее ехал. На перекрёстке охранная рота с местными полицейскими сделала наподобие блокпоста. Приостанавливаемся, открываю дверь и спрыгнув с подножки, кричу штабс-капитану Углову. -- Евгений Степанович, у нас тяжело раненый, кинули во двор цеха бомбу, надо срочно в больницу, пропускайте нас. И больше нам никто не мешал.

Не успели открыть борт, как у машины оказался врач Владимир Николаевич с медсестрой. Видно нас заметили издали. Пока несли Луи в операционную, объяснил врачу, что произошло. Серебренников внимательно выслушал и попросил занести остальных пострадавших во внутрь, а сам направился за несущими Луи. Часа два шла операция, а в это время поспрашивал рабочих, что же их побудило пуститься во всё тяжкое?

Причина оказалась простая - настропалили умело на нас. Зажрались мол братья-товарищи, отошли от борьбы с эксплуататорами. Уже знают, что и жалование у нас больше, подачки продуктовые к праздникам, дома построил господин директор и позабыли об остальных. Ну да, лучше не скажешь. Создал людям условия для более-менее нормальной жизни- они и довольны, в передряги не лазят, держатся за своё место. Было бы так и у остальных- все забили бы болт на революционеров. А те и рады, что есть трудности, на этом и строят свою политику противостояния с властями и администрацией завода.

Вскоре прибыл с помощником урядник Михайлов. Пришлось вкратце пояснить Игнату Фёдоровичу ситуацию и передать в его руки тех, кто напал на нас. Сейчас они раненые, а через недели три опять возьмутся за своё- бороться за светлое будущее пролетариата. На пару минут вышел к нам перемазанный кровью Владимир Николаевич и пояснил, что извлёк пятнадцать кусков гвоздей, фрагментов гаек, перелом одной кости предплечья правой руки. -Крови много потерял, не смотря на перевязки, а без них вообще истёк бы, подытожил врач. Страшного ничего нет, шок и оглушило, вероятно ушиб от взрыва или проще- контузило, все железяки неглубоко вошли в ткани, однако раны рваные. Несколько дней надо понаблюдать, чтобы сепсиса не было, а потом можно и дома долечиваться. И тут же попросил заносить следующего на операцию.

Дружище лежал на кровати бледный, от наркоза ещё не отошёл. Надо сюда Катю привезти, она будет лучше штатной сиделки. И перебросившись с урядником несколькими фразами отправились ко мне домой. Дамы по моему виду сразу поняли, что случилось нехорошее что-то. На ходу, пока собиралась Катя, пояснил, что всё плохое позади и надо присмотреть за Луи, который в больнице.

Подбросили Катюху к Луи, тут по-прежнему находился урядник. От официального допроса отказался, пообещал зайти в управу, как освобожусь или могут прийти к нам на завод в любое время. Надо было возвращаться на завод. Обратно поехали окольным путём, чтобы не дразнить народ. Проходную объехали стороной и сразу же по стометровке к нам на территорию. Благо, что додумались сделать отдельный въезд к нам. Штурмовать нас не захотели или вышло всё спонтанно, все понемногу отгребли и успокоились. Пять трупов везти не решились, эти уже никуда не торопятся, и мы тоже не жаждем увидеть разгорячённую толпу.

Собрал всех в цеху и высказал своё мнение относительно произошедшего. Каждый понимал и без меня, что простому труженику тяжело. Реформы реформами, а быстрых улучшений не наступает. Меняться всё будет медленно, не торопливо- страна огромная, социальная градация, палки в колёса и сопротивление богатого сословия неизбежны. Естественно, что народ хочет быстрых изменений, революционным путём идти подстрекаемый левыми силами. Напомнил, что каждый подписывал бумаги о неразглашении всего, что происходит в цеху. Однако уже все знают, что у нас созданы привилегированные условия для всех. Это вызывает зависть и раздражение остальных. Попросил держать язык за зубами. На заводе, где тысячи рабочих- невозможно применить наш опыт. Для этого потребуются годы. Слушали, кивали головами, но поймут ли, что могут потерять всё в один момент. Пристрелят меня или взорвут, на этом блага и закончатся.

Глава 23

Броневик от взрыва не пострадал, повезло, что и шины не попробивало. Царапины от шрапнели самодельной - это ерунда. Плохо, что Луи пострадал, да в сплошных синяках профсоюзный деятель с охранником. Рёбра целы и то нормально. Обкатывать машину будем с Куртом. Если Луи не восстановится полностью к старту, то за баранку сяду я. С этого дня решил передвигаться на экспериментальной машине. Ночью ставлю в гараж, с утра везу Катю в больницу, что-то решаю на заводе и дальше с Куртом до комплекса «Автодром». Часик-полтора там подбадриваю пенсионеров, смотрю как движется строительство и возвращаюсь в Колпино, по пути прихватываю Катю и подвожу механика.

У Луи не важно только с рукой - перепиленная гайка не только сломала кость, видно кусочек отслоился или откололся, и Владимир Николаевич не рассмотрел его, началось нагноение. Пришлось чистить, сняв гипс, а потом к шине приматывать, чтобы контролировать рану. Остальное заживает. Катя делала перевязки вместе с медсестрой, кое-чему научилась. Вместо недели пролежал три в больничке. Сейчас Катя в доме Луи. Что там у них не знаю, взрослые люди, сами разберутся и всё решат.

В Крыму идёт работа по плану. Покрыли крышу на моей фазенде, а с гостевым домиком и для домашнего персонала закончили давно. В полном разгаре внутренние работы, которые к июню закончатся. Часть деревьев, кустарник и виноградник посажены. База - готова. Идут работы на берегу, чтобы сделать малую бухточку с пристанью. Наметился прогресс с покупкой катерка, только это дело должен буду завершить сам по приезду.

К двадцатому мая был полностью готов вагон. Вот только это самая малость, основное, самое трудное дело постарался сделать тесть. Он согласовал все разрешительные бумаги в своём бывшем ведомстве - Министерстве путей сообщения. Благо что остались люди, которые его помнят по прошлой деятельности. С полученными документами пришлось уже обращаться в Министерство внутренних дел. А тут мне пошли на встречу, зная меня. И только потом проверили состояние и готовность вагона к эксплуатации. Прошёл процесс схожий с сертификацией. За счёт уменьшения количества пассажиров на одну треть, мы имеем столовую, умывальники, туалет и небольшой багажный отсек. Всё, что я и хотел.

До пяти лет решили детей пока не отправлять на отдых. Попробуем так- сначала малыши от пяти до десяти годков, таких у нас пятнадцать и к ним пяток пятнадцатилетних, что не будут дальше учиться и пойдут на завод к нам уже этой осенью. В июле пятнадцать киндеров от десяти до четырнадцати и такая же возрастная группа на август. Два учителя гимназии - мужчины, которые проведут занятия по ботанике, географии и математики. Немного работы на огороде, солнечные ванны, купание, экскурсия в город и по окрестности. Кухарка, наш охранник, нянечка -дама для девочек, с ребятами и мужчины справятся. В нагрузку предоставили настольные игры, приобрели канцелярию и книги. Продукты закупят на месте. Всем детям у портного заказали семейные труселя до колен и майки - розовые девочкам и голубенькие мальчикам. Пошили панамы. У малышей будут ограничения-по купанию, никаких походов и экскурсий. Пусть подрастают, у них всё впереди. Управляющий на месте должен всем, чем только можно помочь.

Пригласил даже фотографа, нашего так сказать зафрактованного журналиста, который оставит нам память. Плюс, Викентий Арсеньевич, напишет небольшую заметочку о таком событии, которого никогда ещё не было. Всё как обычно, когда в лагерь отправляются в первый раз- слёзы расставания, а потом, через месяц, будут слёзы другие - желания повторения, что быстро так закончилось приятное времяпрепровождение. Хотелось бы верить, что так будет.

Итак, первого июня отправили детишек. Отец Иоанн, настоятель Свято Троицкой церкви, отслужил молебен для путешествующих, а прежде освятил вагон. Ещё одно изменение сделал в этом мире, дай Боже, чтобы оно сказалось положительно на всех нас, а детишек особенно.

Завершили подготовку к пробегу. Всё же придётся мне сесть за баранку. У друга болит натруженная рука под вечер, а значит ещё не полностью зажила или восстановилась. Такую нагрузку не выдержит. На ухабах так приходится держать руль, порой вырывающийся из рук или на поворотах, приходится с такими усилиями поворачивать баранку, что у здорового человека всё потом болит и мышцы и суставы.

Две трети коллектива задействовано в пробеге. Кто-то едет в грузовике, другие будут ждать в первом пункте прибытия, третьи –в следующем. Перестраховались как могли. Эти соревнования обойдутся нам в копеечку. Думаю, что овчинка будет стоить того, что так тщательно выделывается. Оставшиеся, а вернее не задействованные, продолжат сборку машин в цехе по старинки, куда уж тут до конвейера.

Мои домашние переживали. Не думал, что поменяюсь с Луи местами, поэтому как-то давненько ляпнул жене, что в дороге могут быть всякие нюансы- травмы, ушибы, гадости от конкурентов. Хорошо, что не сказал, что и ласты можно склеить. Вот это и вышло мне боком. Тесть занят делом, он даже домой не заезжает, ночует в гостинице нашей, что на реконструкции, а тёща с женой на нервах. Не тот век чтобы выносить мозг мужу, однако волновались сильно. Ночь перед стартом была не только страстной, главное дал возможность Анюте высказаться, а потом успокоил и настроил на положительные эмоции. Пообещал, что не буду понапрасну рисковать. Чего только не вытянет из тебя любимая женщина, вот только я понимал, что скорее всего будет иначе.

Маршрут очень тяжёлый и даже зная, определённые нюансы каждого отрезка пути, это не гарантирует возникновение неприятных неожиданностей. Длинный маршрут выбрали специально, потому что к нему устремятся взоры репортёров, производителей машин и зрителей. Были ещё два маршрута пробегов, что организовали почти в одно время и все из столицы. Один чисто со спортивной целью- до Риги и обратно. В пути участники будут неделю и проедут полторы тысячи вёрст. Ещё один маршрут пробега направлен на испытание колёс, рессор, в целом шасси. Протяжённость как бы и не большая, всего тысяча сто вёрст, в южном направлении- до Севастополя. И спланирован на две недели. В ту ночь лежал и думал, не сглупили мы? Может для начала что-то попроще выбрали бы?

В день старта проснулся рано, а правильнее сказать, вышел из дрёмы, потому что почти не спал. Тёща заварила кофе с расчётом на два термоса, в специально пошитую для такого дела кожаную сумку сложили бутерброды, бутылки с водою и всё что необходимо для еды в дороге. Кушать придётся на ходу скорее всего. Обнимашки, целовашки, присели на дорожку и в путь.

Машина ждала меня полностью осмотренная и вымытая в гараже автосалона. Добирались поездом. Там же и грузовик с летучей бригадой, которая ночевала в гостинице, привыкая к неудобствам пробега. Только вчера узнал, что на старте будет пятнадцать автомобилей. Это не так уж и мало, учитывая стоимость машины. Да и часть людей примут участие в двух других пробегах. Напрягло только одно обстоятельство. Одним из автомобилей будет управлять Нагель Андрей Платонович. Это опытный водитель, не раз уже принимавший участие в подобных мероприятиях. Причём, как две недели назад рассказывал князь Михаил Александрович, его полностью спонсирует французский завод по выпуску Берлье, на чём и будет выступать. Какова мощность машины мне не известно, знаю только, что эта марка очень надёжна и не менее популярна, чем Мерседес или Бенц, а также, что все автомобили будут до сорока лошадок. Значит это только одно- почти все они прямые наши конкуренты.

К месту старта собралось не мало публики. Присутствовал даже губернатор, который хоть одним словом, да перекинулся с каждым участником. Наш корреспондент проявлял все свои старания, чтобы сфоткать наш экипаж в выгодных положениях и ситуациях. Потом быстро убрал свою аппаратуру и занял заднее сидение в авто. Грузовик наш после регистрации участников команды, быстренько по объездным улочкам рванул вперёд. Фора у него почти в час получилась, но всё равно я буду ехать несколько быстрее.

После того, как завершилась торжественная часть, нам выдали карты и назвали время прибытия в Псков. Расстояние в двести пятьдесят вёрст надо было преодолеть за восемь часов. Курт высчитал нашу среднюю скорость в тридцать три километра в час, пробежался глазами по карте. Я весь на нервах. Двигатель работает на холостых оборотах.

И вот старт. Мы не в числе первых тронулись, шестые или седьмые в колонне. Главное видно куда ехать, а впереди сотни вёрст, всё впереди. В прошлом не любил стометровки, они мне тяжко давались, хотя и пробегал, вкладываясь в пятёрку. Всё-таки мои любимые дистанции были длинные, что называется на выносливость, где не сразу рвёшь с места, а с умом выстраиваешь тактику бега с постепенным увеличением скорости. Так же и сейчас. Что поразило, так это то, что среди нас двухместные мобильчики, где скорее всего нет даже десяти лошадок. Табурет с мотором, без крыши и вместо баранки какая-то кочерга. Хотя резвенький стульчик перед мной, виляет, хочет кого-то даже обогнать. Умора, да и только.

Конец пятой книги. Август 2025 года.