Шакал

Глава 1

Глава 1

Самые первые мои воспоминания какие только я могу вспомнить.

Это что я лежу в каком то, то ли сарае то ли шатре. Пыль, песок, жара, боль, обида, ненависть и страх. Что было до этого я не помню совсем. Какое-то время все это продолжалось, я лежал и страдал. А потом все резко закончилось и стало легко и хорошо. Я как будто оказался в теплой вате, покой, умиротворение, безопасность. Не помню, как долго все это было, но достаточно долго для того, чтобы я привык хорошему. А потом все опять поменялось. Резко стало больно, холодно, и опять холодно и больно. Я кричал и плакал, плакал и орал благим матом. Болело все, голова, живот, ноги руки. Постоянно было холодно, потом я что-то ел и у меня болел живот, я начинал орать, а после этого гадил под себя и опять орал от того, что мне опять становилось холодно. Меня начинали мыть и мне было холодно от этого. Я орал в захлеб, истерика прекращалась только тогда- когда я совсем выдыхался и без чувств отрубался, всхлипывая и заливаясь слезами. А после того, как просыпался, все повторялось вновь.

Только гораздо позже я понял, что это было рождение. Получается, что младенец испытывает адские мучения, когда рождается и потом он адаптируется в этом аду, после чего спокойно живет в нем и вовсе не хочет из него уходить, цепляется за жизнь всеми конечностями, ведь он уже привык, ад для него это, норма.

Сейчас мне шестьдесят семь лет. Я довольно старая колоша. Не так быстр, как раньше, не так великолепен. В этой жизни я не добился ни больших успехов и положения в обществе. Да и кому оно теперь нужно, ведь общество как такового не осталось. В первые две недели было уничтожено три четверти от всего населения земли. Почти что весь Китай, Индия и ближний восток были уничтожены, не знаю почему произошло все так избирательно. На эти территории как будто падали огромные плиты примерно километр на километр в произвольном порядке. Они как будто давили и после этого еще и прижигали те места куда попадали. Спастись там удалось совсем малому количеству людей. Тем, кто находился глубоко под землей и жалким сотням тысяч, тем, кто был в море.

Флоты мира, Американский, Английский, Китайский, Российский и все остальные так же попали под эти плиты. Их перемололи вообще самыми первыми и трех часов не прошло как они все закончились. Все авиабазы и аэропорты были раздавлены еще раньше их хлопнули за час до того, как начали разбираться со флотом. Ракетные пусковые установки заблокировали куполами. После чего какие-то идиоты дали сигналы к запуску ракет, все они взорвались на взлете, в этих местах образовались огромные кратеры, над которыми еще пару недель висели сияющие и клубящиеся пузыри диаметром в десять километров. Я сам не видел, но люди рассказывали, да и потом по сетке отправляли видео. Все территории воинских частей, полигонов и военных городков с большинством складов, тоже были прижаты и проутюжены плитами. Смерть миллионов людей в бывшей Российской федерации была мгновенной. А за день до этого начали отключаться сотни тысяч военных, в основном старший командный состав. Как я потом узнал виной тому были импланты, нейросетей. Вместе с военными отключилась и основная часть модной молодежи, те кто успел поставить себе начавшие дешеветь гражданские варианты нейронок. Просто в одночасье, они перестали дышать и упали кто где был, задыхаясь и испражняясь в ужасе вращая глазами, но не в силах пошевелиться. Это было страшно, но это был, не конец. Как видно это все готовилось за раннее и очень тщательно. Это все происходило в 2028 году. На тот момент уже седьмой год шла война на Украине. Каждый город и поселок городского типа были проутюжены такими же квадратами по пятьсот метров в городах били по больницам, отделениям полиции, зданиям администрации. Бомбоубежища, построенные еще при советском союзе, были не в силах выдержать прямого попадания таких плит, а если и выдерживали, то все ровно все живое внутри, да и рядом выгорало. По большому плиты падали не больше чем на четверть населенного пункта. А после этого начался мор. За первую неделю умерла четверть из оставшихся людей вторую неделю еще четверть. А на третью неделю по изуродованному городу начали ездить передвижки с матюгальниками и зазывать людей в новую администрацию. Как потом оказалось, основу новой администрации составляли жители незалежной. Пидорасы и тут подсуетились, и заняли все теплые места и делали все то, о чем мечтали, начали мстить русским. Одно хорошо, что им не сильно давали в этом развернуться. Сдерживая их творческие порывы.

Но я не рассказал самого интересного. После того как начался мор, в город вошли, а точнее спустились на чем-то вроде огромных кирпичей высотой с десятиэтажный дом и длинной в два квартала. Из этих кирпичей по пандусам начали выбегать многоногие жуки в большинстве своем по началу в черной броне, среди них были и в зеленой и еще меньше в красной. Потом то я видел и другие окраски. Но с начала я увидел этих. Если человек не делал ничего что может причинить жукам вред, жуки его не трогали. Но у многих сдавали нервы, и многие потеряли родных. Очень многие мечтали отомстить хоть кому-нибудь. У кого был огнестрел те стреляли, кто-то кидался с ножами, кто-то с чем-нибудь железным. Видел одного даже с мечем. Жуков пострадало совсем не много. Но вот они расплавлялись с людьми очень быстро и крайне наглядно. Хватали их и разрывали, отрывая руки и ноги, устраивая кровавый дождь. Стояли и лили на себя кровь из людей потом еще некоторое время обсасывали конечности, выжимая человека досуха. Я все это видел и лично, и так же потом смотрел в сетке, так же в сетке выставлялась статистика. И она была вполне достоверной. Я как человек воевавший сразу понял, что жуки не нападают на людей, которые ничего не делают. Все мои родные умерли в первые две недели. Я успел их оплакать и похоронить. Хотя хоронить то и ничего не осталось. Поэтому, я просто стоял на крыше девятиэтажного дома и смотрел на жуков. В этот момент я понял, что смысла в борьбе абсолютно нет. Я спокойно спустился по лестнице и вышел из подъезда, встал и спокойно стоял. То-что я принял за жуков, оказалось не тем, что кажется. Это были теплокровные, просто на них было что то подобное тол ли щитков, то ли экзоскелетов. Разумеется, разных цветов. У каждого из них было худое тело расположенное горизонтально земле и четыре ноги с двумя руками, которыми они так же часто опирались о землю. Те, что черные были самыми поджарыми. Все остальные постепенно в зависимости от цвета становились все толще, и самые толстые оказывались красные. Среди этих всех существ бегали и вполне человеческие особи. Я быстро в них узнал хохлятскую форму вместе с хохлятским говорком. Хари у этих уродов были довольные. Один походя, пробегая мимо меня ударил в грудь прикладом, больно и меня сложило. Старость не радость подумал я и упал на колени, больно ударившись еще и ногой об асфальт.

Через некоторое время из подъезда послышались крики на петушинном, даже если они говорят на русском, то их все ровно слышно и меня не обманешь. Из этого подъезда вышло всего четыре человека вместе со мной. А всего с двух подъездом двенадцать человек.

Хохлы вместе с жуками хотя это не так, но для простоты так лучше их называть, выгоняли из домов людей, а после того этого всех нас собрали в кучу около пятидесяти человек погрузили на какой-то загон с мелко ячеистой сеткой и всех повезли в этих загонах в сторону центральной площади. Там уже у разрушенного здания городской администрации стояли какие-то модули. Народ поставили в очередь и по одному пропускали через этот модуль. Хохлы прикрикивали шутили и издевались, там и тут были слышны звуки ударов прикладом по человеческим телам, я хорошо могу определить этот звук, его ни с чем не перепутать. Эти животные говорили, что мы все трупы, но это была не правда. Хотя они вообще бы всех поубивали, но новые хозяева не позволяют это делать. Как потом выяснилось, что мы и есть самый важный для них ресурс. Не только мы, но и хохлы и вообще все оставшиеся люди. Но как бы ни было, а убивать нас не собирались, но и райской жизни вовсе не обещали. Походя убивали всех корейцев и китайцев, многих тех, у кого сильно заметна азиатская кровь. Тут как всегда очень усердствовали не братья. Девушек насиловали мужчин и детей убивали, как я узнал потом за это им полагались весьма значимые бонусы. И хохлы старались из всех своих хохлячих сил. Народ они трудолюбивый и прижимистый, усэ до сэбэ, усэ у хату. Среди этого отродья были небольшое количество русских, это чаще всего были менты и наркоманы, бывшие естественно.

Через два часа стояния в очереди, и я зашел в один из модулей. Модуль был размером с морской контейнер. Входил в него ты с одной стороны а с другой стороны ты уже выходил.

Как только я зашел то первое что со мной произошло у меня спросили ФИО и возраст.

После этого мне дали жетон на пластиковом браслете. На нем был написан ряд символов, браслет был грязно-зеленого цвета и пластик был очень мягкий и эластичный, при всем этом он не мог порваться и резать его не получалось. Носить его следовало на левой руке. Потом я прошел к какому-то проему. Где по приказу того-же хохла засунул обе руки в какие-то серые трубы и в обе руки меня что-то ужалило. Чуть дальше меня осветило зеленым светом, и я почувствовал дрожь во всем теле как будто меня слегка колотит током, но это все быстро прошло. В правом глазу как будто песчинка попала что-то начало натирать и слегка заискрилось. После этого меня ждала открытая дверь с обратной стороны. Всех вышедших из блоков выгоняли из площади собирали небольшими кучками и пинками, прикладами, а где и стволами гнали за забор. И уже за забором мы были предоставлены сами себе.

Глава 2

А жизнь кажется, налаживается.

Женщины и дети плакали, мужчины просто брели, опустив головы у всех оставшихся в живых настроение было убийственное, шутка-ли столько горя вокруг, а еще и агрессоры. Но люди такие существа, они в основной своей массе хотят жить. У одного русского парня на глазах убили его ребенка, мальчика лет семи и жену. Жена была кореянкой, а мальчик имел явно азиатскую примесь. Парень лет тридцати шести сидел на потрескавшемся асфальте черное от горя лицо с огромными синяками и сломанным носом, по щекам черными бороздками текли слезы и даже не думали останавливаться. Полуденное солнце освещало его серебренную от седины голову, человек явно был не в себе. Такому уже ничем не помочь, его правильнее бы оставить в покое со своим горем. К чему слова, когда на небе солнце. И я как понимающий со сжимающимся сердцем протопал дальше. Ведь целый город или точнее то, что от него осталось был в нашем распоряжении, тот кто думает, что это мало и ресурсов всем не достанется, не был на войне и не понимает в этом ничего. В городе осталось три четверти целого жилых и общественных зданий, так же склады и супермаркеты. Жуки не привлекали никого на общественные работы по уборке трупов. Они использовали дронов, таких же шестилапых биомеханических жуков, в первые два дня они вытаскивали трупы на улицу и скидывали их в кучи на открытых пространствах во дворах и на некоторых перекрестках, после чего на эти кучи падали мини плиты по примеру тех огромных сдавливали, и сжигали эти мясные кучи.

Я шел по-весеннему город и не узнавал его, часть окон была выбита, часть заколочена всяким подручным мусором кто-то натягивал полиэтиленовую пленку. На месте некоторых кварталов находились квадратные площадки из запеченного камня, стекла и бетона, довольно ровного кстати, скэйтеры и любители погонять на самокатах это бы оценили. Но никто уже не хотел гонять по этим местам. На какое-то время люди обходили эти квадраты, никто никого не контролировал. Просто некуда больше было спешить, кто-то пил остатки алкоголя, кто-то сидел дома и потихоньку пытался сойти с ума. А я шел по привычке к себе домой, точнее не к себе, а туда, где раньше жили мои родители. Малосемейное общежитие, типовая, крупнопанельная девятиэтажка, в народе называемая «Пентагон». Шел для того, чтобы зайти, рухнуть на диван и уснуть.

Проснулся я в три часа ночи от того, что меня очень сильно тошнило и болела голова в глазах мельтешила какая то, цветная мошка, вроде бы «зайчиков» не на хватался, от чего же так глаза режет? Я взял бутылку с водой и пошел в ванну для того, чтобы промыть глаза и почистить остатки зубов.

Воды в кранах не было, но электричество как ни-странно, в нашей девятке было. Еще и поэтому я пришел сюда так как часть жилья была обесточена. Умывшись и сходив в туалет, благо ванна была наполнена водой до краев, да еще и в прихожей стоял пятидесятилитровый, пластиковый бидон с водой. Я решил поесть чего-нибудь. У меня начался бешенный аппетит, да какой там аппетит, жор начался у меня. На сковородку закинул пол килограмма свиного фарша с луком и все это залил десятком яиц. Давно со мной такого не было, старые люди в большей своей массе едят не очень много, скорее всего готовятся к другим состояниям. Но я удивился тому, что сожрал все что было на сковородке и все это обильно закусывал хлебом и запивал нереально сладким чаем с шоколадными конфетами. Через сорок минут я почувствовал, что голод отступил и опять повалился спать.

Глава 3. Нас утро встречает прохладой.

Первое утро после начала полно масштабной оккупации, началось в семь утра и криков матюгальников которые были поставлены на машины. Хохлы ездили и озвучивали новые правила общежития и распоряжения новых хозяев мира. Они говорили очень странные, на тот момент невероятные вещи. Первое что мы обязаны будем делать, это сдавать кровь каждые три дня по пол литра со взрослого и сто грамм с детей до 17 лет. До первой сдачи осталось еще два дня после чего каждый человек должен будет прийти в ближайший пункт приема крови. После чего у него будет активирован пространственный карман у взрослого на три тонны у детей до 17 лет полторы тонны. Так же все будут снабжены бесплатным выходом в сетку, это аналог нашего интернета, который тоже остался частично хоть и медленно, но работающий. А ещё каждый взрослый человек после сорока лет в течении пары недель получит возможность омолодиться и все это будет сделано при помощи нанитов, микророботов, которые будут добавлены в кровь каждого человека. Так же у всех пройдет полное восстановление организма, и все избавятся от всех хронических болезней, включая все проблемы с костями. Взамен чего мы на всегда будем привязаны к своей локации и не будем иметь право уходить не больше чем на три дня. По истечению срока каждый должен будет являться на пункт приема крови. Сказали так же не волноваться по поводу хорошего-зверского аппетита. Это все действие нанитов, которые были введены нам еще в первый день. Они подстегивают улучшение организма и помогают омолодиться и излечиться.

После прослушивания матюгальника я опять героически сожрал булку хлеба со сливочным маслом колбасой и сыром, все это смазал майонезом и запил горячим очень сладким чаем. И меня отпустило, я в жизни столько не жрал, всякое было, но, чтобы майонез.

Связь на моем телефоне работала очень плохо, звонить было некому, я остался совсем один. Еле нашел из порядка ста контактов троих человек которые остались живы, пожелал им удачи и обещал созвониться чуть позже. Интернет был уже полон сообщениями о захвате власти и новых наместниках на всех территориях. Радовало еще одно обстоятельство, что наша родная власть так и не успела нас бросить, как просто была уничтожена. Я не сильно, но слегка порадовался что никогда не хотел лезть во власть.

Люди очень малое количество по одному где-то по двое выходили на улицу, кто-то ездил на машинах кто-то на велосипедах, большая часть ходила пешком, люди просто боялись садиться за руль. В этот раз я решил не рисковать и вышел пешком, на плечи повесил рюкзак литров на шестьдесят и вышел из дома. Первым делом решил идти в продуктовые. Рядом с домом стоял сетевой супермаркет, подойдя к центральному входу прошел сквозь выбитые двери хрустя осколками и понял, что я не первый. Между рядами деловито передвигались и сгребая продукцию с полок наполняли несколько тележек молодой парень и девушка лет двадцати на вид. В одной из тележек сидела девочка дошкольного возраста, кушала шоколадку и пила сок из пластиковой бутылочки. Я кивнул им, от чего они еще быстрее начали собирать в тележки и через минуту убежали катя каждый по две тележки наполненных доверху.

Я решил последовать их примеру и начал грузить все в тележку. Первым делом брал то, что не портится сражу, крупы, постное масло, томатную пасту в банках старался больше литра не брать, взял пятнадцать банок. Макароны разных форм взял килограмм десять для начала. Ни стал скромничать и набрал газировки с разными вкусами, старался брать черноголовку у них вроде вкус ничего, но с таким желанием чего-нибудь сожрать уже не до выбора было. Разного шоколада набрал килограмм десять, опять же для начала. Морозильники еще работали и там был лед, взял десять килограмм свиного и пять говяжьего фарша, так же к этому набрал лука. Пробежался по полкам со специями, греб все что есть, они легкие и не портятся. Пока все это собирал схомячил, пять брикетов мороженного, моего любимого Красная Линия. Все это обильно запивая двухлитровой бутылкой заменителя фанты, а после этого принялся пожирать чипсы. Особо не смотря что там за вкусы, под, фанту все пойдет.

Таким образом я собрал две тележки, и из первой уже начал накладывать все в рюкзак, так как по лестнице тележку уже не поднимешь, а лифтом я боялся пользоваться принципиально. Загрузив все в рюкзак и два больших пакета я положил все это в тележку и поехал до подъезда благо идти было не больше ста метров. На восьмой этаж я еле поднялся, весть вспотел как лошадь, выгрузив все кроме фарша просто на пол, потом буду разбираться вышел обратно на добычу важных ресурсов. Таким образом я ходил еще семь раз, от чего куча очень сильно выросла. В последние разы пришлось потрошить уже склады этого магазина. Набрал очень много сырокопченой колбасы и разного вида тушенок. Много рыбных консервов.

Зашел в пару аптек и набрал на всякий случай лекарств, антибиотиков, и витаминных комплексов, тех, что подороже, одноразовых шприцов, лекарств для детей. Не знаю зачем я это сделал, но все же бывший отец во мне все же где-то еще и жил. После чего крепко задумался о том, что для многого из этого нужен еще один холодильник и пока есть электричество, а оно и не думало пропадать ну там, где оно оставалось.

Выходя из аптеки, увидел инопланетного дроида, шестилапая каракатица стояла у двери и смотрела на меня линзами камер. Я сначала опешил, а потом откуда-то с боку из этой кракозябры, вылез отросток и протянулся к моей левой руке в район, где был браслет. Раздался слабый писк, и эта шестиногая собака чвякая при каждом шаге ушла по своим собачьим делам. По-хорошему я даже не успел испугаться. А вот когда приближались пидорасы со своим матюгальником, то я старался быстрее куда-нибудь запрятаться. Береженного бог бережет. На этот день я уже больше никуда не ходил, перебирал припасы дома, много ел и пил, утирал слезы, катящиеся из глаз из-за чего еще сильнее натер глаза. Но всякие дела помогали мне отвлечься от болевых ощущений. В окно я замечал иногда пробегающих по дорогам и тротуарам дроидов и немногочисленных людей. Много ел и слушал музыку, звуки окружающего мира слушать не хотелось совершенно, я еще больше стал ненавидеть звуки мира после того, что случилось. Очень они уж безрадостные мысли навивали.

На следующее утро я решил пойти по магазинам, где продавалась электроника.

Разобрав все припасы часть, из которых поместилась в шифоньеры и кухонные шкафчики, остальное засунул под кровать и на балкон. Соседей наркоманов и алкашей, которые жили в квартире балкон которых был по соседству никого не осталось все они умерли во время мора, и даже их собака была кем то, убита. Так что я не боялся, что меня ограбят, а в будущем решил пробить проход в их квартиру и сделать там склад.

Часов в десять вечера я услышал хлопки далеких выстрелов и взрывы гранат, после чего были еще выстрелы из РПГ 7, их я ни с чем не перепутаю, на войне пришлось поработать из этой трубы. Длилось все это не больше полу часа и происходило не дальше, чем в дух километрах, город стал очень тихим, дети на улицах не смеялись и почти не ездили машины. Даже птицы как будто исчезли, но я могу и ошибаться, мой потерянный слух и контуженная голова плохо работают со звуками. В голове постоянное шипение и писк, как будто включили телевизор, а выключить после окончания вещания забыли. Это канал звукового сопровождения программы орбита два центрального телевидения иииииииииииии.

Я лежу в темноте, с наушниками в ушах и слушаю Диип Форест, у меня все альбомы и я качаю всю музыку какую только могу. Почему-то я думаю, что халява с интернетом может закончиться, а потерять любимую музыку я вовсе не хочу. Люди ведь живут не только колбасами, человеческая душа тоже требует своей еды и музыка это первое что ей надо.

Глава 4. Забор крови.

На утро я проснулся с новыми ощущениями, меня перестало ломать и глаза совсем не слезились. Я заметил, что зрение у меня очень сильно улучшилось, телефон перестал расплываться без очков, уменьшились боли в суставах и я как будто даже легче встал с кровати. По улице проехал хохломобиль с матюгальником и позвал всех на пункты сдачи крови. Ближайший пункт, находился на территории городской больницы, а больница была ровно через дорогу. Я встал почистил зубы помылся и очень плотно поел консервированные овощи с ветчиной и хлебом. На десерт был мой любимый торт сгущенник, успел взять из холодильника последний, запил это крепким черным чаем с сахаром, много, много сахара.

За окном вроде бы и тепло, и зелень и какие-то даже весенние звуки начинают звучать, но, город уже не может стать прежним, как не старайся. С самого детства я помню этот вид, эти улиц всегда были полны жизни, где-то радостной, где-то бестолковой, но сейчас все это исчезло. Поганый матюгальник слышится вдали и все что я могу сделать для того, чтобы не слышать это, так это одеть наушники и включить музыку. Сегодня это будет Дюран Дюран, пусть играет, зачем мне слушать этот склеп. Городу изменился очень сильно, километровые проплешины на третий день полностью остыли земля и бетон спеклись на пять метров в глубь. Это вам не черный квадрат, творение нечеловеческого сумрачного гения, внесло изменение в архитектуру города.

Одев свои джинсы, я обнаружил что похудел и пришлось затягивать ремень на пару дырок, от чего на брюках получилась складка. Если я буду худеть с такой скоростью, то скоро стану дюймовочком и вспомню молодость. Тогда мне в двадцать пять, тридцать лет давали только пятнадцать. Да и футболка обвисла довольно, но я не стал заморачиваться, баба с возу, мне легче. Выходя за дверь, не забыл прихватить с собой и рюкзак, желание пробежаться по магазинам с электроникой у меня никуда не исчезло. Развлечений очень мало и каждый развлекается в меру своих возможностей. Вот я и решил, что мародерка это и приятно, и полезно.

Больничные корпуса и роддом, были аккуратно проутюжены плитами, но оставалось большое поле рядом с прачечным комбинатом и кухней. Там то на этом поле и поставили те самые контейнеры, в которых должна проходить сдача крови. Они очень были похожи на те коробки, которые стояли на центральной площади, только чуть длиннее и чуть шире. А все остальное было примерно так же. Человек заходил с одной стороны и выходил с другой, я подошел к этому блоку в то время, когда только начали принимать первых людей. Были и взрослые и немного детей чаще всего дети были с родителями. Жалко было смотреть на этих малышей, подростки тоже были напуганы. Неподалеку прохаживались паре хохлов, один с АК, другой с пулеметом, оба в бронежилетах и касках. Морды сытые и наглые, вот кому на Руси жить хорошо, предатели и мародеры. Подошедшую к ним старушку, которая что-то хотела у них спросить они просто пнули в сторону блока и заржали. Бабулька упала и заплакала, какой-то подросток подошел к ней и помог подняться. Я старался не смотреть не на кого, а просто встал в конец не очень еще длинной очереди, встал за девочкой примерно двенадцати лет. Зеленая куртка и не очень чистые джинсы розового цвета, слегка порванные в районе левой щиколотки, раньше бывшие белыми кроссовки, а сейчас черно серые. Ее слегка трясло, она поминутно озиралась и пыталась пригладить всклоченные рыжие волосы, на ее лице с большими зелеными глазами яркими огоньками светились веснушки. Она явно была одна и ей было очень страшно, но ей пришлось пойти и выполнять приказ новых хозяев. За мной занял очередь толстый мужик с лысой, постоянно потеющей головой. Голова блестела в лучах утреннего солнца и от наго даже шел легкий парок, мужику тоже было не хорошо. Я почему-то на удивление за много лет ощущал себя более-менее нормальным человеком. Было бы счастье да несчастье помогло, вроде бы так звучит русская народная пословица, я не знаю точно, но все же.

Не прошло и десяти минут как подошла моя очередь. Дверь с тихим шипением отошла в сторону, и я шагнул в зеленый сумрак мед блока.

У самого входа стоял дроид и протягивал к моему браслету отросток, после того как он пискнул я услышал шипящий голос, искаженный динамиком, проходите вперед. Я сделал два шага и оказался рядом с пауком в белых щитках и наморднике. Он протянул свою длинную мосластую руку с тонкими узловатыми пальцами их было всего три. На мою руку он одел серую мягкую похожую по ощущению на силиконовую муфту, и я почувствовал, как что-то зажужжало и присосалось к моей руке под этой муфтой в районе локтя. В голове что-то хлопнуло, я зажмурил глаза, а когда открыл то увидел надпись как будто прям перед собой. Хранилище открыто, три тонны, сеть активирована. После чего муфта сама соскочила с моей руки я и прошел к двери в конце контейнера. Я с облегчением вышел на улицу подставляя лицо солнечным лучам. Казалось бы, вот столько людей погибло, геноцид планетарного масштабы, я не буду говорить о более ужасных для меня последствиях, почти что все мы кого-то потеряли в течении короткого времени. Но все же хочется жить и радоваться простым и не очень человеческим вещам. А сейчас я решил идти в магазины бытовой техники и электроники. Ближайший из уцелевших оказался Домотехника, и идти по прямой это порядка трех кварталов. По дороге еще разок зайти в аптеку Монастырев если от нее что-то осталось. Не смотря, на то, что перед глазами, стоило только дать мысленный запрос сразу высвечивалось количество нанитов в моей крови и состояние организма, которое постоянно изменялось в лучшую сторону. Тяга ко всякого рода земным гаджетам и техники у меня все равно сохранилась, музыка, кино всяческое интернет-творчество, все это составляло огромную часть исчезнувшего мира и мне не хотелось вот так его терять.

Да и три тонны хранилища очень хотелось опробовать. Выйдя с территории горбольницы, я пошел по улице Пролетарской, где как раз находилась первая аптека имени Монастырева. Дойдя до нее, увидел разбитые окна и разгромленный торговый зал, зайдя в него стал собирать с пола и полок, а так-же за прилавком витамины в основном вкусные детские, так же хватал всяческий спорт пит. Не знаю для чего он мне нужен, ведь раньше я этим вообще не увлекался. Так же набрал аскорбиновой кислоты и несколько больших банок с омега три в капсулах, перевязочного и пластырей, нашлось не большое количество разовых шприцов разной кубатуры взял все что увидел. Карман был заполнен на шесть килограмм.

Поняв, что тут ловить больше нечего я вышел из аптеки, в городе создавалось ощущение что после того, как все боевые действия закончились, то про людей забыли совершенно. Лишь только редкие тени передвигались в глубине дворов, почти что никто не ходил по дорогам и тротуарам. Мне конечно было немного страшно, но почему-то я понимал, что сами жуки для меня не опасны и даже их дроиды. А вот от свиней я старался держаться по дальше, но человек предполагает, а бог располагает. И уже в районе улицы Некрасова ко мне подкатил свиномобиль. Очень трудно было его услышать из-за того, что я слушал любимую музыку, да и почему то, глупый я предполагал, что они должны подъехать спереди. Но нет же, я понял свою ошибку только, тогда как на животе пропахал метра два в пыли. Зеленый лэндкрузер стоял сзади и из него вылезали два военных подсвинка, румяные, с объемными бицухами и бородатыми мордами. Я всегда задавался вопросом кого в такой ситуации они хотят покорить своим видом? Петухи заливисто ржали и спрашивали, что-то на своем тупом языке. Я отвечал, что ни розмовляю, но им это было не важно, меня просто начали бить коваными нацистскими сапогами везде куда только могли попасть. Я сжался и пытался закрыть голову. Долго они не стали мучить и через пять минут прекратили издеваться. Понимая, что людей как ресурс просто так убивать нельзя, а вот наказывать очень даже можно. Руки у них в этом были развязаны, но и полностью они распоясаться не могли. После того как я услышал, что машина, ревя двигателем уехала я полежал еще минут пять на земле, вглядываясь в показания перед собой. Оказалось, что у меня легкое сотрясение и небольшие ушибы, но наниты обещали все исправить в течении двух часов, мне опять очень захотелось есть и я пошел искать продовольственные магазины, ближайший был рынок на девяностике. Еще я радовался, что мой телефон остался цел ведь в нем осталась вся моя прошлая жизни, музыка, книги и фотографии с видео с близкими и родными. Дойдя до этого магазина, я понял, что идти мне еще дальше, ибо там все превратилось в хоккейное поле, только без хоккеистов. Сплавленный монолит со сторонами километр на километр. По-этому, пошел дальше, сканируя все вокруг на предмет маленьких магазинчиков. Вспомнил про небольшой минирынок в районе городской администрации поспешил туда. Там тоже меня ждала разруха и опустошение, но несколько пачек конфет, печенья и чипсов с газировкой я нашел, все закинул в карман оставил только чипсы со вкусом сметаны с луком и дрянной российской газировки в полторашке. Но тут было не до того, чтобы показывать характер, наниты работали как бешеные, залечивая организм и требовали чего-нибудь. Так же закинулся из кармана витаминами и микроэлементами, вот за что я себя похвалил и понял свою гениальность. Так же в этом рынке был магазин Винлаб, сам то я вообще не пью и не курю, но хомяк заставил меня взять по ящику тэкилы Милагро, нашел на складе к ней присоединились три бутылки односолодового виски Маккалан Эстэйт. Так же в подсобке нашел пять бутылок Чиваз Ригал Роял Салют двадцать один год, ящик джина Бифитр и Ром Ронрико десять бутылок. Хапал я это по старой памяти так как долгое время работал барменом и еще никогда не знаешь, что пригодиться. Сигарет не стал брать, понимал, что этого добра будет еще очень много и время не это не стоит тратить сейчас. И на данный момент карман был заполнен меньше чем на сто килограмм. Я чувствовал, что есть еще куда разгуляться, в течении пятнадцати минут я пришел к домотехнике и поднялся на второй этаж. На первом этаже продавалась бытовая техника, холодильники, морозилки и стиралки, мне было пока не до них. Первым делом я пошел туда, где лежали телефоны и прочая мелочь типа смарт-браслетов и смарт-часов. Не стал грести с разбитых витрин, а пошел на склад. На складе найдя нужные полки просто сгребал по нисколько штук ориентируясь по фотографиям на коробках. Собирал так же флэшки и микро эсди, разных размеров памяти, места и веса они почти не занимали, так что собрал все что есть. Брал выносные и не выносные жесткие диски и карты памяти, ну нахрена они мне нужны. Но я понимал, что потом все ровно буду наводить порядок и что не нужно то выкину. Сгреб тридцать ноутбуков с максимальными параметрами и так же хорошие мониторы тоже на максималке. Брал сразу несколько мощных компьютеров, выкинуть всегда успею. В этот раз мел почти что всею оргтехнику выделил себе восемьсот килограмм лимит и весь его заполнил. Как же я раньше жил без этого кармана, это просто чудо какое-то, спустившись в низ закинул один холодильник и одну морозилку.

Вышел из магазина и пошел в сторону старого центра города, там много магазинов и оптовые базы присутствуют. По дороге решил зайти в торговый центр Москва, но подойдя к нему увидел только сгоревшее здание, многоэтажный центр досуга для горожан, на первом этаже находился продуктовый супермаркет еще на нескольких этажах одежда, обувь, ювелирные изделия и косметика. На верхнем этаже были витражные окна и фудкорт, кухни народов мира и детский развлекательный центр. Сейчас же половина улицы было завалено бетонными перекрытиями, арматурой и горелыми шмотками. Запах вообще стоял во всем городе не самый хороший, но рядом с чем-то сгоревшим он становился сильнее. На границах оплавленных плит часть земли и некоторые строения тоже горели. Но дроиды жуков провели огромную работу и отчистили город от трупов. Понятно, что делали они это не от доброты душевной, а только для спасения и так небольшого поголовья двуногих дойных животных. Рядом с торговым центром находились ларьки с фруктами я зашел в них и найдя ящик с грушами и яблоками, загрузил их, так же взял немного картошки и морковки с капустой. Набрал так же орехов и сухофруктов в ассортименте, сладкое я очень люблю. Пока шел ел грецкий орех и запивал тархуном, по вкусу не очень, но уж очень хотелось, чего-то есть и делать это как можно чаще. Голова уже больше не кружилась, да и синяки рассосались, боли в местах ударов почти не тревожили. Раньше бы уже давно начали болеть стопы и колени, сейчас же я был как новенький безпробежный по России японский автомобиль, двигатель урчит и колеса со свежей еще японской резиной обеспечивают хорошее сцепление с асфальтом.

Подходя к старому центру, я понял, что зря иду туда. На весь этот район и прилегающий упали две плиты, потому что рядом был штаб пятой армии. Пришлось делать крюк и идти в сторону центрального рынка. И все же та оптовая база не была задета плитами хоть и была частично разграблена, но все же много чего осталось. Я сразу начал кидать коробки с дешевым дошираком в мягкой упаковке брал сразу по несколько коробок одного вкуса, закинулся консервами мясными и овощными, по несколько мешков муки, сахара, соли, специи в килограммовых пакетах, соленые огурцы, помидоры, грибы. Понимая, что и ничего не сможет разморозиться так как время там как бы останавливается на сколько я понимал, взял замороженные части свинины и баранины, так же красной рыбы в ассортименте. Карман после этой базы заполнился чуть больше чем на половину. Очень интересно это все можно было рассмотреть, как маленькие иконки в телефоне, каждый предмет было представлен иконкой и если он был похож на какой-то другой, то под ним стояла цифра сколько таких в наличии. Так что работать с этим складом получалось не сильно тяжело. После этого решил зайти в оружейный магазин, хочешь мира-готовься к войне, кричал мой внутренний недоумок. И я подошел к выбитой двери этого магазина, благо он был совсем рядом. Пол в нем был залит уже давно высохшей кровью, стены и прилавок были как решето, на витрине висели и болтались поврежденные стволы. Я, скрипя битым стеклом и отбитой штукатуркой, прошел за стойку и вошел на склад. На полках увидел несколько модификаций сайги 12, взял все и набрал патронов под нее, решил много оружия не набирать и еще взял пару арбалетов. Уж как там они называются даже не смотрел, главное набрал для них много болтов, вещь нужная в хозяйстве пригодится, надеюсь будет возможность поохотится на свиней, но это в будущем и не серьезно, моя война давно закончилась. Там же в одной из подсобок стоял хороший велосипед, и я решил вернуться на нем домой, за одно сделать небольшую разведку по городу и посмотреть на будущее, где чего.

Поехал в сторону владшоссе и оттуда в сторону солдатского озера, как и ожидалось там почти весь район вместе с озером был поджарен плитами, суворовское училище, госпиталь и воинские части огромные поля из стеклянного покрытия начиная от водоканала и уходя в сторону озера, как всегда, под замес попало огромное количество обычных людей, живущих в этом районе. Весь город стал одним большим стеклянным кладбищем, в центре этих больших сдвоенных или даже тройных квадратов все еще колыхалось горячее марево, а озеро конечно испарилось, но в его углубление уже наливалась новая вода. По городу иногда пробегали стаи бездомных собак. Но и они иногда уничтожались дроидами, так что собакены вели себя очень осторожно. За время моей поездки я увидел около тридцати дроидов и штук двадцать жуков в основном черных они не пытались как-то препятствовать, скорее-всего как-то считывали данные с моего браслета, и я был отмечен как благонадежный, идеальный гражданин. Через полчаса я уже приехал домой и бодро топал вверх по лестнице на восьмой этаж, велик положил в карман.

Зайдя, домой понял, что завтра буду пробивать стену в соседние квартиры и надо бы озаботиться инструментом. Но ехать решил уже завтра с самого утра. А сегодня отдых, обильное питание и витаминные комплексы, с этими мыслями включил чайник и повалился на диван. Лежа на диване, достал один из ноутбуков и начал освобождать его от упаковки. Это оказался Эмсиай Райдер восемнадцать Аш Икс с двумя терабайтами Эс Эс Дэ накопителем и прочее не сильно интересно, черного цвета букварина. И начал скидывать все видео и фото в ноут, после чего, поставил грузить фильмы и книги, интернет и не думал отключаться, а еще, о счастье, дали воду, и пусть она шла тоненькой струйкой, но для домашних дел этого хватало, и проблема с водой решена на какое-то время. Как я понял жуки давали оставшимся тридцати тысячам жителям нашего города возможность жить и плодиться, и размножаться. Чего не скажешь об азиатах, для них выжить шансов почти что не было. После того как поставил на загрузку я пошел на кухню и залил пару пачек лапши и достал из кармана колбасы начал есть. На десерт просто пил чай заедал орехами с сушеным инжиром, его у меня было несколько пятикилограммовых ящика. Кино совсем не хотелось смотреть, и я просто слушал музыку вспоминал разные моменты из жизни и по моим щекам катились слезы, ну что я могу поделать. Разве я сверхчеловек, даже государства пали, а военные и полиция ничего не успели сделать как все и закончилось. И вот я существую на этой земле в роли живой консервы. Я и такие же бедолаги как я остались жить только лишь потому-что наша кровь нужна нашим новым хозяевам. Мы маленькие люди, были ими раньше, а сейчас мы еще мельче, жалкие черви, живущие по прихоти великих тараканов.

Но все что-то мне не лежалось, и я решил пойти прогуляться по этажам, посмотреть есть ли кто из соседей и заново познакомится. Начать вознамерился с самого верха с девятого этажа. Ходил и заглядывал в квартиры, которые были открыты в закрытые тихонько стучался и не получив ответа шел дальше. На пятом этаже в районе пятьсот восьмой квартиры я услышал странные звуки как будто кто-то тихонько плачет и другой голос явно мальчишеский что-то говорит. Я подошел к квартире и попробовал открыть дверь подергав за дверную ручку. Она была закрыта, а за дверью кто-то тоненько пискнул и стало тихо. Я, не повышая голоса попросил открыть, но в квартире молчали. Там точно были дети, и им сейчас точно было очень плохо. Я сказал им что я могу помочь и что я живу на восьмом этаже в квартире восемьсот двадцать восемь. Мне приходилось стараться чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно, но это, почему-то с трудом получалось. Спросил, где их родители и тогда девочка опять заплакала. Мне пришлось сказать, что ей надо успокоиться и быть по осторожнее. Через пару минут я услышал тихие шаги и звук открывающегося замка. За открытой дверью стоял мальчик лет десяти с большим кухонным ножом в руке, а за его спиной стояла маленькая девочка не старше пяти, личико было заплакано. И теперь все стало на свои места, дети были русскими корейцами, я спросил можно ли мне зайти, а то так стоять может быть не безопасно. Мальчик отошел от двери забирая с собой сестренку. По нем сразу стало видно, что они голодают и очень напуганы. Дома у них почти что не осталось нормальной еды. Готовить они не умели, я закрыл за собой дверь и прошел в глубь комнаты попросил хи не шуметь и достал из кармана еды в виде доширака конфет и ветчины с хлебом. Включил чайник и заварил лапшу, в это же время нарезал колбасу и хлеб. Дал им по маленькому кусочку для начала, объяснил, что сразу много нельзя потому-что животы у них будут болеть. Девочка попыталась сразу проглотить бутерброд, но брать давал ей откусывать понемногу. После того как они съели первый бутерброд прошло еще полчаса, и я позволил им начать кушать доширак, но очень медленно. На часах было уже десять вечера. Во время еды я узнал, что девочку зовут Лена, а мальчика Паша фамилия у них была Юн. Их родители ушли пару дней назад и не вернулись, а когда приземлились жуки дети совсем испугались. Этот гигантский кирпич очень хорошо виден из их окна, они задернули шторы и смотрели на улицу через маленькую щелку, видели, как жуки убивали людей и принимали душ из человеческой крови.

Собираясь уходить, я позвал детей идти со мной на восьмой этаж, сказал, что там есть кровать для них в соседней комнате и им будет не так страшно. Дети подумали росно три минуты и согласились. Мы поднялись на восьмой, открыв свою дверь ключом мы вошли, дети нерешительно стояли в прихожей у двери. Я мягко подтолкнул их в комнату и проводил в спальню, там уже была застелена большая кровать. Дети пошли раздеваться и мыться, а я взял их вещи и бросил в стиральную машинку пока они моются я успею постирать и развесить вещи сушиться.

Паша сначала вымыл Леночку и закутав ее в большую махровую простынь отнес ее на кровать, где она спряталась под одеялом. Потом и сам быстро помылся и так же укутанный лег в кровать. Мне пришлось быть осторожным, и я задернул шторы, которые достались еще от родителей в их комнате, включил им мультики на компьютере, чтобы им хоть немного было полегче. Леночка тихо плакала и спрашивала у Паши о том, когда придут мама с папой. Паша ей отвечал с серьезным лицом что он не знает и гладил ее по головке. Через полчаса я сказал, что надо засыпать и завтра у меня будет очень тяжелый день, а им надо набираться сил. того как дети все-таки поняли, что хоть кто-то о них заботится и что они под защитой взрослого человека они уже спали, Леночка обняла брата и так уснула, да и брат не старался от нее отодвигаться. Я лег в соседней комнате и включив музыку в одном наушнике уснул. Проснулся утром от того, что меня тормошил Паша, говоря, что Леночка обмочила постель. Ну вот как в старые добрые времена я становлюсь папашей. И главное, зачем мне это надо, дети ведь это еще одна обуза. Вчера не продумав такие элементарные вещи как памперс или клеенка под, простынь, я завалился спать. Сейчас пожинаю плоды, хотя Паша, наверное, все это прочувствовал раньше. Он стоял передо мной закутанный в покрывало и от чего-то волновался. Еще вчера я им объяснил, что они должны вести себя очень тихо, потому что в городе очень опасно. Да они и сами это понимали, поэтому мальчик и не шумел. Я быстро встал и подгоняемый чувством голода и желанием со всем разобраться метнулся за детской одеждой в ванную. Вернувшись, отдал ее Паше, одевание сестренки было его обязанностью. А сам пошел принимать водные процедуры по дороге наполнил и включил чайник, так же поставил сковороду на плитку разогреваться, надо было начинать готовить еду, и не только себе. Все надо было делать как можно быстрее. Через пять минут я уже сделал все свои дела по части гигиены. Дети, они заставляют пошевеливаться. В этом всем я нашел один явный плюс, сегодня я приготовил картофельное пюре, яичницу и лечо из литровой банки, так же заварил пару дошираков, в объемах не стеснялся, желудок диктовал свою злую волю. Я просто не мог дождаться, когда начну есть, вот уже несколько дней у меня дикий жор и главное он не прекращается. Сегодня во время чистки зубов обнаружил что у мен выпали три зуба и на новых местах прорастают новые еще маленькие, но все же зубы. Окна я так и не раскрывал, ибо все ровно опасался за детей, просто открыл форточки и слегка раздвинул шторы чтобы немного света проникало домой. Вытащив печенье и соки поставил их на стол для десерта чтобы дети потом могли кушать пока меня не будет дома. Посадил детей за стол и сам уселся рядом, Павлик ухаживал за сестричкой и не забывал про себя, кушали все что было и не вредничали, время голода дало о себе знать. Я так же, как и до этого ел без остановок, организм принимал в себя все что только можно было и не пытался протестовать, думаю если бы дали сейчас ненавистную мной перловку я бы и ее съел. Через двадцать минут все наелись и перешли к чаепитию. Дети пили вишневый сок, корейцы очень любят вишневый, это очень странное для меня наблюдение. Вишневый, персиковый и кока колу. Я же по обычаю пил черный очень сладкий чай, зачерпывая ложкой из банки сгущенку и заедая вареньем. Теперь я понял для чего набирал детские витамины, после еды заставил детей выпить мульти витамины и дал по парочке мармеладок омега три. Сам так же закинулся целой горстью витаминов и микроэлементов, поставив себе заметку что надо набрать еще больше, а так-же памперсы или детские одноразовые пеленки для Леночки, и начал одеваться чтобы уходить. Ко мне подошла девочка и глядя с низу вверх спросила.

- Дядя Степан, а ты когда вернешься?

- Скоро Леночка, я буду часто приходить и уходить, не бойся я буду рядом и ведите себя очень тихо.

- Я буду тихо сидеть и Паша тоже.

- Я вам оставлю по яблочку, скушайте обязательно, это полезно и не забывайте про вкусности. А в обед мы покушаем вместе.

Уходя, я закрыл квартиру на ключ, сказал Паше чтобы он закрылся изнутри и показал ему как я буду стучаться. Три коротких стука и два длинных, попросил его повторить по столу и напомнив ему что нужно вести себя очень тихо вышел из квартиры в сумрак неосвященного коридора.

Дом, где я живу, был построен во времена позднего СССР, типовая панельная девятиэтажка, малосемейное общежитие, пристанище для не самых состоявшихся людей в обществе. Два смежных входа с двух сторон здания и длинные коридоры, на каждом этаже по сорок одной квартире. Можно представить какое движение в этом доме было постоянно. Но сейчас, дом как будто вымер. Тишина и только шум улицы слышен из оконных проемов в конце коридоров.

От города с населением сто восемьдесят тысяч человек, не включая китайцев, осталось едва ли двадцать пять. Запах из-за некоторых закрытых дверей, заполнял этажи, мне некогда было разбираться с умершими и закрытыми в квартирах бывшими жильцами. Трудно привыкнуть к этому запаху, но я как-то свыкся. Еще долго он на выветрится, да и когда уйдет самое основное, то останется послевкусие, аромат смерти. Но делать нечего, сейчас такое во всем городе, наверное, кроме тех мест, где живет новая администрация с хохлами.

Сегодня я решил ехать по городу на велосипеде, карман мне в помощь и ЗОЖ на плечи, музыку решил не слушать, жизнь и без того становилась интереснее, да и не хотелось попасть опять под раздачу к свиньям. Выйдя из подъезда, извлек велик из кармана, усевшись покатил в сторону Идеала, магазина для ремонта, там рассчитывал набрать нужных вещей, а именно дисковую пилу по бетону, на днях решил расширять жилище к соседям, не только для пространства, но и как вариант для бегства если придется.

На этот раз до магазина доехал без приключений, время было раннее, дроиды очень редко бегали по дороге. Но сегодня я увидел еще и летающие дроны. Я видел раньше большие кирпичи, которые летали над городом и вот уже три дня как они прекратили свои полеты, вместо них начали летать небольшие размером с булку хлеба кирпичики. Меня они не трогали и этого хватало, по соседней улице проехал матюгаьник-свиновоз, я поднажал на педали и уже через три минуты заходил в магазин через выбитую витрину предварительно спрятав велик в карман, от греха по дальше, все же не хотелось топать домой хоть и налегке, но своими ногами.

Зайдя в полуразрушенный зал, сразу начал сканировать на предмет дисковых резаков и буквально через две минуты нашел и резак, и запасные диски нужного диаметра. После чего взял десятикилограммовый, мешок смеси песка с цементом, несколько шпателей, мастерок и ведер. Зашел в отдел, где продают всякого железа, набрал крепежа и цепей, замков и пару крепких металлических дверей. Взял сварочный аппарат и маску с расходниками. Прошелся по складу, для того чтобы посмотреть, что есть вообще, склад, конечно, оказался как пещера Алладина. Шуруповерты, перфораторы, компрессоры, бензиновые генераторы, солнечные панели и разные стройматериалы. Перед выходом увидел альпинистское оборудование и набрал килограмм на двадцать на всякий случай, подготовлю как резервный выход из квартиры, пусть будет. Выйдя из «Идеала», сразу зашел в магазин, который стоял рядом, небольшой местный магазинчик в который люди идут потому-что до супермаркета идти или ехать лень. Большинство продуктов было испорчены, холодильники все потекли. Я зашел на склад и прикарманил пару десятикилограммовых пакетов макаронных изделий и три пятилитровых баклажки с соевым маслом. Мешок сахара и немного овощей, детям это все надо. Так же взял молочных смесей, живого молока мы долго еще не увидим. На полках нашел банки с соленой селедкой, такого у меня не было и это тоже взял. На сегодня был план найти еще пеленки для девочки вспомнил что на ленинградской был большой торговый центр, в котором был отдел Детского Мира. Поехал туда, за одно решил по шариться в Светофоре и сетевом магазине Реми. В строительном магазине я набрал профессиональных перчаток для работы на стройке, они же очень хорошо подходили для езды на велосипеде.

Помню, когда понял, что на велике больше не буду ездить если нет перчаток, это было когда мне исполнилось тридцать пять лет. Я тогда купил себе хороший велик с хорошей скидкой и гонял на нем всю весну и лето. Но осенью, когда только пошли первые заморозки поскользнулся на ровном месте и упал на ладони, две недели у меня заживали руки и с тех пор я не езжу без перчаток. Сейчас то бояться таких травм глупо, но болевые ощущения и легкие неприятности их ведь лучше все ровно избегать.

Кручу, кручу, педали кручу

С горы, с горы как птица лечу

Я еду на Ленинградскую и эта песня кота Леопольда крутится в моей старой голове. Голова то старая, а вот ноги и колени как будто помолодели и совсем не болят и радуются жизни как будто этому есть какие-то причины. Я еду по изуродованному городу, но все же городу, а не в сельской грязи охочусь на беглых коров. Я горожанин до мозга костей. Это я понял еще во время войны с хохложопыми, как же я был рад, когда мы вошли в Бахмут, город был изуродован войной, но это был город. В нем ничего не осталось от водоснабжения и канализации, но это был город. Даже в таком городе было лучше, чем в полях, были подвалы и двуспальные матрасы, постельное белье и полотенца, одежда и средства гигиены. Было в достатке консервации и меда, орехов и книг, фильмов и музыки. Ну а тут город был почти что целым, и что прибрать к рукам все еще находилось в свободном доступе.

Доехав до торгового центра, как всегда, увидел разруху, выбитые витражи и посеченный осколками фасад, но обвалов конструкции и пожаров видно не было, хотя метрах в пяти ста стояла воинская часть и она полностью была уничтожена. Некоторые здания, которые были рядом с частью сгорели от высокой температуры, но центр остался цел. Зайдя в центр, я увидел несколько человек которые ходили тут и там, мне некогда было пытаться разговаривать, да и люди не стремились к общению. Быстро шагая, поднялся по отключенному эскалатору, и зашел в отдел Детского Мира, пробежавшись по прилавкам нашел и самые большие памперсы и десять упаковок пеленок, закинул в карман и прошелся по рядам с детским питанием сгребая все баночки детского питания фруктовые и овощные пюре. Так же взял пару кукол девочке, и одного плюшевого медведя.

После чего спустился вниз там была аптека и по привычке вновь набрал витаминов и антибиотиков, взял и детский ингалятор в форме паровозика. И пошел в ювелирный, я никогда не носил золота и даже часов, зачем мне это я не мог понять, в такое время важнее еда и вещи более прагматичные, даже оружие. Но все же хомяк меня не отпускал, я все ровно лишнее просто выложу, а пока возьму чтобы не жалеть потом. Набрал всего что осталось собирал с пола и остатки с витрины, набрал около семи килограмм золота с мелкими камнями, и пошел в соседний отдел, там продавались дорогие мужские аксессуары и часы. Взял часов не жалею все что блестит и красиво, брал и запасные батарейки, вот зачем мне это все. Но ведь это осколки нашей цивилизации и мне хотелось их сохранить, мусор, но это наш мусор.

Так же зашел в магазин электроники, там взял пару колонок Джи Би Эль и по привычке собрал несколько ноутов и телефоны с флэшками и выносными жесткими дисками, диски брал на несколько терабайт не меньше двух.

Спустившись вниз, прихватил из «Рэми» фруктов пару ящиков и разовой посуды, решил не заморачиваться с мойкой оной и пользоваться пластиком в последствии его выкидывать. Эта идея оказалась на миллион. В Светофор решил не заходить время уже было ближе к обеду, да и я начал переживать за детей, д и им скорее всего было страшно оставаться одним.

Наверное, каждый замечал, как время, тянется, когда чего-то ждешь и сидишь на одном месте, а как только начнешь что-то делать то оно резко ускоряется, вот и я не заметил, как уже перевалило за двенадцать. Подойдя к выходу из торгового центра, я заметил, что на парковке собралась группа свиней в количестве пяти свинорыл. Меня спасла привычка перед выходом из здания смотреть по сторонам, вот уж не думал, что военные привычки будут помогать мне в дальнейшей жизни. Увидев небратьев которые, что-то громко обсуждали я героически метнулся к другому выходу, благо оттуда, где они стояли меня было не видно. И вот уже огородами, огородами тихо, ушел Котовский. Ставя в уме зарубку где-нибудь при удачных обстоятельствах помогать хохлам перейти в мир иной. Душегубом я себя никогда не считал и даже на войне совсем не хотел стрелять бездумно. Но тут совсем другое, когда мы меж собой режемся, а когда такой же как я помогает абсолютно чужому, да еще и с таким рвением. Для меня эти стали хуже жуков, ведь жуки по мимо геноцида еще что-то и давали, пусть по их меркам, они давали нам стеклянные бусы, которые для них были с родни мусору, то, что, стыдно дать даже вонючему бомжу, но эти готовы были забрать вообще все. Так я думал пока ехал домой.

Без особых усилий я поднялся на восьмой этаж, вот что усиленное питание и наниты с человеком делают. Кстати, пока ехал туда и обратно выпал еще один зуб, такими темпами скоро жевать совсем нечем будет, придется еду в блендере молоть, я постучался условным стуком.

Через долгих пять секунд дверь открыл Паша, и я быстро зашел и закрыв ее тут же отошел во внутрь.

Подошла Леночка и спросила.

- Дядя Степан, а где ты был и что ты принес?

- Я принес тебе много вкусненького, сейчас посмотришь.

И начал извлекать из кармана детское питание в ассортименте и памперсы с пеленками, Леночка очень радовалась и начала просить меня открыть ей баночку вкусняшек, я и не-был, против достав ей разовую ложечку открыл пару баночек фруктового пюре. Паша с удовольствием попил сока из маленьких пачек, и мы принялись раскладывать часть того, что я принес по холодильникам и морозилкам. Мы уже привыкли что хоть и редко, но все же иногда над городом летали инопланетные кирпичи размером с рейсовый автобус, они очень сильно шумели порой даже по полчаса и было это так громко что приходилось закрывать окна чтобы не оглохнуть. Вот в эти моменты я и решил вырезать проходы в другие квартиры.

А сейчас время обеда, желудок орал и требовал жратвы, и я опять не стал умничать, а сделал все быстро и много. Открыл что-то овощное и красное в литровой банке, и пожарил несколько пачек доширака с помидорами, соком лайма, кока колой и ветчиной из банки. Получилось очень много и вкусно. Так же нарезал сыра и открыл баночку маленьких соленых огурчиков. Все это запивал уже по традиции очень сладким чаем. Раньше я всегда пил чай не сладким, но сейчас ничего не мог с собой поделать, организм требовал свое. Хлеба почти что не осталось, и я понял, что надо прикарманить что-то для выпекания хлеба. Но в кармане пока имелось два десятка булок тостерного стремного, хорошо хоть такого, да и печенья было года на три.

Дети отвалились от стола, раньше меня, первая была Леночка, второй Паша. Они просто взяли по пачке сока и сели на диван. Я тем временем заканчивал с остатками еды, мне все никак не получалось есть меньше. И я заметил еще одну вещь, произошедшую со мной. В какой-то момент слух ко мне вернулся и шум от контузии в голове прошел. Жизнь начинала играть новыми красками. После еды я закинулся витаминами и то же заставил сделать и детей. Паша и Леночка начали помогать мне убирать со стола, глядя на них я озаботился о том, чтобы притащить одноразовые полотенца для уборки, раз уж посуда есть то и их завести не помешает, благо что с местом для хранение всего этого проблем нет, и мы можем расширяться хоть на весь этаж.

Взяв бетоноскоп и, проверил проводку и наметил, где буду делать проем в стене, так же за раннее подключил резак по бетону и решил пока сходить к детям в их квартиру забрать одежду, так как я забыл, да и не зная размера не стал брать одежду на них в Детском Мире. Спустившись на пятый этаж, очень со всеми предосторожностями зашел в квартиру и начал собирать из шкафов всю их одежду, так же взял пару плюшевых игрушек для девочки и фотоальбом их родителей. Может это и не очень правильно, но детям будет приятно хотя-бы посмотреть. Когда я поднимался на восьмой этаж то в олове как будто что-то сверкнуло и перед глазами появилось сообщение, в котором напоминалось, что завтра я должен буду явится на сдачу крови, как будто я смогу об этом забыть. Так же сообщалось что электричество и водоснабжение будут подаваться бесперебойно, а вот интернет и канализация могут выходить из строя. И что те, кто пойдет работать на администрацию будет одарен плюшками. Такими как более мощные наниты, которые увеличат выносливость, силу и интеллект. Так же будет увеличено хранилище с минимального в три раза и по мере роста в карьере будут добавляться разные плюшки. Звали в менты к хохлам и пожарную охрану. Я подумал о том, что такое скорее всего пришло не только мне и понял, что надо действовать пока не поздно.

Нет на службу к жукам я вовсе не собирался, так же, как и бывшему государству, почему то, с возрастом я все больше чувствовал омерзение. Хотя и понимал, что без правительства никуда не денешься и анархия это, иллюзия. Ну информация требовала, чтобы ее обдумать, из этого значит, что хохлы в несколько раз сильнее и выносливее простых людей и на это надо делать скидку. С живыми свиньями шутки плохи, они и так вооружены, а тут еще и искусственные улучшения. Так же это значило что стоит усилить бдительность.

Подойдя к двери, я постучался условным стуком и как всегда, открыл мне Паша, Леночка стояла сзади. На что я сказал, что когда Паша идет открывать дверь то Леночка должна спрятаться хотя бы под кровать для начала, и это правило она должна соблюдать, что в городе много плохих людей. После того как закрыли дверь я положил все вещи игрушки на диван, а еще фотоальбом, сказал, что они должны разобрать каждый свои вещи и сложить в отдельные места в комоде, который стоял в первой комнате у окна. Дети так и сделали, а я начал опять готовить еду, вместе с этим начал потихоньку сортировать то, что до этого принес домой, и выкладывать из кармана часть того, что набрал.

В этот раз я вскрыл железную пятилитровую банку кукурузы, и часть переложил в стеклянные литровые банки и поставил их в холодильник. Спросил, как дети хотят кукурузу, так или с майонезом. Они сказали, что хотят просто без ничего, себе же выдавил пару зубков чеснока, добавил соли и майонеза, всегда любил это сочетание. Детям и себе достал немного магазинной кимчи из кармана и так же пожарил на ней яичницы. Суп решил, делать на вечер закинул говядину в воду и добавив специй, включил мультиварку на пять часов. Так же достал ветчины и сыра, сегодня был очень вкусный и дорогой сыр «Король Эдуард». Во времена мира, я почти что не покупал его, очень уж он был дорог. В этот раз я набрал его аж шесть головок, так же взял и Маздам и Пармезан, ну и остальных понемногу, детям молочного надо было есть а молока уже днем с огнем не найти, так что я собирал сыр во всех магазинах, до которых только мог дотянуться, так же брал сливочное масло то, что подороже. Достал немного тостерного хлеба каждому по паре кусочков и начали есть.

Если дети ели с аппетитом, то я ел как перепуганный, отрезал толстые ломти ветчины и сыра, загребал полной ложкой и кимчи, и салат из кукурузы и яичницу. Но детям я говорил, чтобы все что положили на тарелки доедали, теперь к еде надо относиться очень бережно и ничего не выкидывать. Потому что нам больше никто ничего не даст. А в будущем вообще ничего не видно. Дети оказались умными, а Леночка, заглянув мне в глаза спросила.

- Дядя Степан, а ты всегда будешь с нами

- Конечно маленькая, ответил я, мы теперь всегда будем вместе.

Паша будет учить тебя читать и писать, а я всему что знаю сам, главное ведите себя тихо как мышки.

Девочка очень серьезно посмотрела на меня и вдруг сказала.

- Да, конечно, ведь мама и папа умерли, и ты нас спасаешь от плохих людей.

Кусок ветчины встал у меня в горле, и я закашлялся. Не ждал я таких слов от маленькой девочки, а каких я мог ждать от нее слов после того, как весь старый мир рухнул. Просто я гнал от себя всякие мысли и искал спасения в каком-то действии, марадёрка, обустройство жилища, помощь детям. Я не хотел думать о том, что всех нас предали и кинули, кинули те, кто всегда кричал о верности долгу и о каком-то патриотизме. Они сидя с верху, готовили нас к бойне, лишь бы удержаться наплаву. Своей хитрожопостюь построили свой личный рай на земле и убили всех, кто не входил в нужное количество и качество людей. Родителей этих детей, миллиарды китайцев, корейцев и вообще людей востока. Замочили кучу военных, как бы я к ним не относился, это наши военные, у них были семьи. Предали и продали все что только можно и сейчас где-то живут и в ус не дуют.

Очнулся я от того, что меня за плечо тряс Паша. Я сидел, уставившись в стену и сжимал край стола, меня трясло. Слезы отчаяния и ярости текли по моим щекам. Говорят, что мужчины не плачут, пиздеж, плачут, ревут как белуги. Только вот не по каждому поводу, но и у нас есть сердце, и они вовсе не камень. Мы можем и сдержаться, когда надо, но оставшись наедине с собой мы не держим эмоции. Если они сильнее нас. Сейчас мне некого и нечего было стесняться и бояться, я отрезанный ломоть, никому не нужный кроме этих детей ничтожество, ничего толком не могущий сделать, как только жить собирательством и каждые три дня сдавать кровь этим тараканам.

Я погладил по голове Леночку потрепал за плечо Пашу, утер слезы и доел остатки еды, питаться мне приходилось в два раза чаще чем раньше и этому были видны результаты. Зрение, зубы, слух, кости ног, рук и спины перестали болеть. Я стал в четыре раза выносливее чем в молодости. Легко мог забежать на восьмой этаж и уже почти не дышал как загнанная лошадь. Тело как никогда требовало действия. И тут начался шум от летающего кирпича. Я схватил бетонорезку и по намеченным линиям начал пилить стену. Не прошло и пятнадцати минут как кусок бетонной стены выпал в соседнюю квартиру в ту, где не было балкона. Пыли конечно было много, но пыль дело поправимое, к тому же Паша держал пылесос, и большая ее часть была в пылесосе. По окончании работы дети наполнили ведра водой, и начали уборку, а я тем временем занавесил проем и уже в другой квартире распилил этот блок на две равные части. У меня появилась идея по части безопасности квартиры. После чего прошел к двери этой квартиры и закрыл ее на все замки и засовы, позже еще пройдусь другими стройматериалами по ней и постараюсь сделать ее не менее прочной чем стена. Дверь, как и в большинстве квартир в этом доме была металлической и не той консервной банкой которые делают китайцы, а нашей родной из листового железа три миллиметра толщеной, два запора типа щеколда, но только амбарного типа, присутствовали, никогда они тут не были бы лишними. За такой дверью очень хорошо. Чего не скажешь о моей двери. После чего извлек из кармана холодильник и морозильный ларь, подключил их и через полчаса закинул в туда всю заморозку, а в холодильник детское питание. Получилось разгрузить карман на двести с лишним килограмм, после того как сделаю потайную дверь в эту комнату буду закрывать детей в этой квартире и заходить домой сам открывая дверь ключом. Так же надо будет найти несколько радеек чтобы держать связь с ними телефоном с ними не мог связываться.

После проверил закачки с интернета, два ноута качали постоянно все что мне казалось интересным. Историю, музыку, всякие видео уроки, книги, кино, программы телевидения и интернет-шоу.

Время было уже ближе к пяти вечера, но я все же решил пробежаться по разным местам. Рации, одежда, крепкая обувь, ножи, да и оружие бы не помешало, с некоторых пор во мне проснулся бешенный хомяк, ну или ярый прапор, можно называть, как угодно. Собрав весь мусор в большой черный пакет для крепости двойной, закинул его в карман, по пути выкину, стал спускаться в низ. Неподалеку по улице Горького был магазин военторг, я не верил, что в нем что-то осталось, но проверить стоило. Зайдя туда, обнаружил бардак и свалку всего, сразу побежал в подсобные помещения и там оставались зимняя, летняя военная обувь, включая резиновые сапоги те, которые с теплыми чулками они круче всяких валенок. Нахапал штук пятьдесят обуви и несколько комплектов формы, взял ту, что по дороже, знаю очень в ней комфортно, если брать по размеру. Брал разных размеров, футболки нашел несколько шлемов, большие пластмассовые фляги, ремни, плюнул на все и прихватил несколько пачек шевронов. Уж не знаю зачем они мне, но весят они мало, так пусть будут, хомяк меня все роно хвалил.

После магазина решил поехать на рынок Исток, тут же по улице. Надо было набрать бытовой химии, ибо этот ресурс конечный и как-то не хочется мыться древесной золой, а зубы птичьим навозом.

В «Истоке» сразу побежал на второй этаж и по детским отделам набрал зимних комбинезонов на Леночку на несколько лет вперед и все в двух экземплярах, обувь тоже по больше для нее п для Паши. Потом сразу побежал туда, где бытовая химия и вообще всякое для женщин и мужчин. Собирал весь парфюм, зубные пасты, щетки, Средства для мытья посуды и шампуни, для себя лично Хэд энд Шолдерз, только им и мыл голову, мне помогало и другого не хотел. Зачем брал помады, туши и вообще всякую женскую чепуху, не отдавал себе отчета. Опомнился тогда-когда понял, что набрал уже сто килограмм.

Глава 2

Рядом с рынком стоял ларек, где продавались сигареты. Я не курю, но шел и туда, набрал вэйпов и жижи для них, сигарет, сигарил и дорогого табака, весило это всего десять килограмм и было не жалко.

Вспомнил что в центре есть классный магазин, где продаются джинсы, которые мне всегда нравились, но я никогда там не покупал ничего, ибо очень дорого. Решил исправить эту оплошность и не смотря не почти что конец света поехал приодеться так как всегда хотел. Видел там одру рубашку поло, которая всегда меня наводила на мысли о том, как бы я в такой выглядел. Но цена, цена. В этом торговом центре взял несколько комплектов постельного и подушек с одеялами, и побежал на второй этаж в этот бутик, мало чего в этом бутике народ брал, точнее все было на месте. Так что я начал грести все что есть и в первую очередь взял эту рубашку поло в десяти экземплярах и разные джинсы чаще смотря на размер чем на фасон. Остальное буду мерять дома. Рубашки, джинсы, футболки и аксессуары, свитеры и джемперы, брал и мои любимые толстовки, не стеснялся брал много. После всего этого наведался в соседний салон связи МТС, там все-таки нашел несколько комплектов раций Моторола, забрал все, взял телефоны, самые жирные по комплектации и еще планшеты. На этом посчитал свою миссию выполненной и поехал обратно домой. Как только вышел из здания сразу услышал звуки выстрелов, работало что-то крупнокалиберное, несколько автоматов и как будто кто-то с банками работал, чуть-чуть на грани, но слышно было. Не прошло и пяти минут как раздался громкий взрыв, меня швырнуло с крыльца, я поспешил свалить из зоны боевых действий, ну нафиг, моя война окончена давно, сопротивление бесполезно, русские все сдались. Тараканы и хохлы наши хозяева. Как же все-таки жестока и вероломна судьба, вроде и побеждали в войне с пидорасами, а финал вышел совершенно неожиданным. Российским войскам оставалось пятьдесят километров до Киева. В конце двадцать седьмого года хохлячий фронт начал рушиться. После того как их выкинули из города Клинцы в который они в очередной раз запрыгнули с разбега и заняли почти половину. По пути занимая мелкие населенные пункту Новый Ропск, Сачковичи, Климово и еще несколько. Российские войска, при поддержке китайского добровольческого корпуса, гнали их обратно ссаными тряпками. Аж до самого Чернигова и остановились только не вдалеке от Чернобыля. Боевой дух совсем у них упал, и хохлобандерлоги просто со скоростью поросячего визга драпали, оставляя город за городом, ставя жидкие заслоны из зэков и смертников. Пачками сдавались молодые парни, и женщины, которых силком загоняли на фронт. Но все же находились идейные это чаще всего были командиры и их приближенные, которым было что терять, их руки были по брови в крови. И на их счастье, началось вторжение. В первую очередь прижгли все участки российского фронта, ударили по командным пунктам и тыловым скоплениям войск. Луганск, Донецк, Красный луч, Горловка и еще несколько городов полностью уничтожили, вместо них сейчас стеклянный каток. По хохлятским войскам тоже прошло прижигание, но выборочно, видимо кто-то из хохлов уничтожал конкурентов, так же города в хохлостане были частично не меньше российских в квадратик из стекла и метала. Естественно, всякие рады и прочие управы были уничтожены, остальным поступило предложение работать надсмотрщиками на всей территории теперь уже совсем бывшего союза.

Я ехал дворами и огородами, петлял как заяц и прятался в подъездах. Но никто за мной не охотился, хоть и не быстро, но я все же добрался до дома. Дети, как всегда, встретили меня в прихожей, я опять высказал свое неудовольствие, но подумал, что повторение, мать учения и постепенно я добьюсь своего и дети не будут бежать ко мне на встречу и подвергать себя опасности быть замеченными.

К моему приезду говяжий суп был уже готов и его запах не давал мне покоя.

Глава 5.

Галемба.

Он вовсе не думал, что еще хоть раз в жизни появится в этом месте, Галемба Александр, ненавидел, дальний восток и в частности, приморский край.

Во времена совей молодости он житель независимой Украины волею судьбы был закинут в это далекое от родины место. Он с самого детства ненавидел русских, говоря и думая по-русски, смотрел на этих забитых и туповатых полулюдей. Он всегда старался выглядеть и вести себя не так как эти существа. Попав в место своей службы, береговую часть морского флота российской федерации. Он как настоящий сын своего народа нашел теплое место и стал медбратом. Ведь по профильному образованию он был коновалом, а правильно сказать ветеринаром, ну да этих скотов он и не очень-то хотел лечить, и старался относиться к своей службе максимально формально. На сколько это позволяли офицеры и дембеля, а также, девица медичка из вольнонаемных. Отслужив свой срок, он одним из первых ушел на дембель и вернулся на родину в милый сердцу город Винница. Туда, где нет кацапской, москльской власти, уже полностью независимую и европейскую страну Украину.

Он не любил работать, да и зачем, этим пусть занимаются москали, а после службы в российском флоте, его вера в это стала еще более сильной.

Отец, владелец ветеринарной клиники, зарабатывал хорошо, и сын не нуждался ни в чем. Квартира в центре города и подержанный мерседес, позволяли ему чувствовать себя белой костью даже среди сограждан. Иногда помогая отцу в клинике, он все же устроился помощником депутата. Что помогло ему через пять лет сделать карьеру во властных структурах. Как ярого националиста и искреннего почитателя Степана Бандеры его тянули во власть хорошие люди. Галемба был холоден и жесток с людьми, которые были ниже его по положению, и радушен и ласков до приторности с теми, кто находился над ним. И вот к началу двухтысячных он уже очень крепко стоял на ногах в местных органах власти. Через него шли весьма немалые финансовые потоки. Галемба не брезговал ничем, наркотики, вымогательства, крышевал проституток, помогал европейцам и американцам увозить детей из Украины, ему было безразлично, что будет с детьми дальше, лишь бы ему перепадали куски пожирнее. Он уже купил себе большую квартиру в Виннице в престижном районе. Так же у него была квартира и в Киеве, положение обязывало, иначе уважать не будут. Но он любил свой город, такой уютный, с чистыми улочками, старой архитектурой. Любил наблюдать как теплое летнее солнце вечером играет в листве деревьев и теплый ветер обдувает лицо. Любил это голубое небо и мягкое солнце. Все чего он хотел это жить в Украине и даже в Европу он почти что не выезжал. Как страшный сон он забыл тупорылую педорашку и ее дальний восток с приморским краем.

Но жизнь не стоит на месте, все течет все меняется, и теплые уютные времена прошли, как только грянул Киевский майдан. Галембу уже привыкшего к покою и умиротворению стали подтягивать его друзья по националистическому движению. Ему уже и не надо было всего этого. Его жизнь удалась, но новая метла по-новому метет, в Украине все сильно поменялось. Большинство молодых людей стали ярыми националистами и на этой волне его вынесло в лидеры националистического движения. Он был не глупый и понимал, что если невозможно что, то остановить, то стоит это возглавить, и он возглавил.

Он мотался на митинги в разные регионы Украины, собирал деньги на националистические военные организации, выступал пред боевиками в их тренировочных лагерях. Глубоко в душе он чувствовал, что добром это не кончится, ведь большие деньги любят тишину. А тишиной тут не пахло не при каких раскладах, вихри революции и энтузиазм хохлятского самосознания, позволяли ловить рыбку в мутной воде, но и делали риск уж совсем неприемлемым. И вот оно грянуло! Россия устала от выебонов Украины и объявила Специальную Военную Операцию. Галемба сразу понял, что валить надо было раньше, можно было бы и сейчас. Но почему то, он чувствовал себя капитаном этого Титаника под названием Украина. Александр мог быть кем угодно, но родину он любил беззаветно. И уж если не получилось свалить за раннее с сохранением лица. То так тому и быть он останется в стране и будет действовать по обстановке.

Галемба удвоил свои усилия по нагнетанию антирусской риторики, ломая голову и нещадно косяча, заговорил на суржике, все же иногда вставляя русские слова и опять же ругая себя при людно за это. А что, все можно записать в плюс, лишь бы лохи и остатки окопавшихся москалей, которых по его наблюдению не мало было в милой Украине перешли на сторону света, и люди переходили. Все его потуги щедро оплачивались хорошими людьми, которые знали, что заграница нам поможет.

Русские, как всегда, начали воевать по своим застарелым представлениям о войне. Героическим наскоком захватили огромные территории, пользуясь поддержкой, окопавшейся в Украине русни. Но не смогли удержаться и позорно бежали, бросая людей и огромное количество техники.

Восхваляя мужество и ум, великих европейских укров он еще больше заводился на митингах и вдохновлял наивных идиотов вступать в победоносные ВСУ. Но вот дальше что-то пошло не так, и его далеко не самая глупая голова осознала, что эта война на истощение будет проиграна. И чем дольше шла эта война, тем больше он осознавал крах всего что он делал. Александр стал чаще прикладываться к бутылке, да и наркотики в том числе и дорогая синтетики стали присутствовать сначала в его рабочем кабинете, а потом и дома.

Жену и детей он давно отправил в Европу, там они могли спокойно жить на не самые маленькие деньги, которые он присылал ежемесячно. Их то он спас, но вот сам остался в мышеловке, ну да вход в нее гривна, а выход десять. И как говорили москали, за базар отвечать надо. Он очень не хотел, но получалось так что придется.

И вот две тысячи двадцать шестом году, когда, казалось бы, все пропало, к нему домой пришли странные люди. Они себя называли Комитет спасения. Никаких украинских слов и громких заявлений он от них не слышал, правда была слишком ужасна. Ему как активному участнику политических битв в Украине предложили теплое место на шлюпке, отходящей от тонущего корабля. Сначала с него взяли подписки он неразглашении рассказали в чем состоит это спасение, жизнь и относительную безопасность в обмен на верность. Правда навалилась на него как бегемот на трепетную лань, всем своим чудовищным весом. Александр был раздавлен, спокойствием и деловитостью людей, которые говорили ему это, после чего ему дали и ложку меда во всей этой бочек дерьма. Ему вкололи какую-то хрень с от которой у него через несколько дней прошло все что болело и наступила вторая еще более активная молодость. Так же он мог получать сообщение от Комитета, они иногда давали ему указания что надо делать, и он очень ответственно подходил к выполнению заданий.

Он подсуетился и перевез в Украину свою семью, самых близких родственников ему позволили взять с собой, но понизили в иерархии сразу на несколько пунктов, понизив его до рядового исполнителя. Но он не жалел, он знал, как делаются дела и понимал, что сможет поднятья, дайте только время. А его сейчас не было и количество гарантированно безопасных мест, ограниченно. Его старшего сына тоже снабдили нанитами и подключили к сети, он так же занял место рядового исполнителя, но это нестрашно, зато родная кровь жива и все рядом. А часики тикали.

Глава 6.

На работу как на праздник.

Утро, как всегда, было не самым простым, старая перечница внутри меня старалась встать как можно раньше, но вторая молодость хотела валяться с закрытыми глазами, понимая, что если я встану, то уже не лягу до самого позднего вечера, а то и ночи. Так что, повалявшись еще пятнадцать минут с кряхтением и стонами скорее всего по привычке чем реально жалуясь на жизнь я встал со своего дивана.

Дети встали уже и смотрели мультики по планшету воткнув наушники каждый в одно ухо, я им запретил что-то смотреть без наушников, и они этот запрет строго соблюдали, правда тихонько хихикали, но не превышая по децибелам. Дети ели что-то вкусное мучное и запивали соком, детские организмы и без всяких нанитов были готовы съесть все что угодно, и они это ели. Я не запрещал, главное правило было что мы доедаем все что взяли и ничего почти не выкидываем в мусор. Конечно, мне принести домой еще больше продуктов не составляло пока больших прблем, но они должны понимать, что все ровно они конечны и если закончатся, то брать их будет негде, так что сегодня после сдачи крови я опять поеду мародерить и хапать, хапать и хапать все что только посчитаю нужным.

Так что усадил детей за стол и налил им по тарелке супа с говядиной, сам принялся методично пожирать все что было в холодильнике. Что-то особенно готовить я не хотел так что резал большими кусками сыр маздам поливая его острым вьетнамским соусом и закусывая это все магазинным лечо. Лечо конечно было так себе, далеко ему было до того которое делала моя мать. Ну что поделаешь, голод не тетка, а для меня даже не дядька, голод для меня стал жестоким погонщиком, который сопровождал меня теперь постоянно. После завтрака я начал быстро собираться для того, чтобы не долго стоять на сдаче крови. Помывка посуды и уборка дома как-то незаметно перешла на Пашу и Леночку. Так что, одевшись и пожав руку брата и обняв, и погладив по головке его сестренку я закрыл дверь на ключ и выбежав из дома пошел на территорию гор больницы. К контейнерам я подошел почти что первым, передо мной стояло всего два человека, ранние пташки, бешеные трудоголики. Даже не знаю, как назвать этих людей, весь мир в труху, а они бегут кровь сдавать, да еще и в первых рядах, а я из-за них еще и стой и жди своей очереди. Тут дел целая куча, а из-за каких-то там, мне придется стоять лишних пять минут. Эти двоя оказались супружеской парой, той самой которую я видел в магазине с девочкой в корзине. Разговорившись, я понял, что ребенка ее возраста можно возить на сдачу крови раз в шесть дней, а раз в три дня надо будет водить по достижению шестнадцати лет для девочек и четырнадцати лет для мальчиков. Они вместе ходили в администрацию и узнавали по части работы. Есть вакансии на работу в пожарную охрану, сантехники, но там придется осваивать управление дроидами, это бесплатно и не очень долго, зато конкретно сантехнику не придется разбираться с трубами, всю грязную и умственную работу выполнят дроиды. Задача сантехника состоит в своевременном обслуживании дроидов. Та же самая история и с электриками. Но как плюшка увеличение ровно в два раза хранилища работника, улучшение по работы по сетке, аналог воцапа всем членам семьи и улучшение нанитов на десять процентов. Бесплатный пищевой синтезатор с месячным запасом картриджей для всей семьи с набором блюд кухонь нашего мира из двух тысяч блюд. Я спросил про молоко. Они сказали, что смотрели и молоко там есть и мороженое со сгущенками и чизкейки.

Я в серьез начал думать о том, чтобы пойти в сантехники, но пока подожду. Детям нужно молоко, витаминные комплексы хороши, но все же это не полное решение проблемы.

В этот раз сдача крови прошла буднично и быстро. Я вышел за ворота больничной ограды и сев на велосипед поехал в сторону района пятый километр. Это на другом конце города почти что конец. Там было много складов и всяческих баз.

Решил ехать по улице Некрасова, я точно не знал, что происходило дальше, и поэтому стоило сделать разведку.

Мое хранилище было заполнено не больше тонны, и я понимал, что есть шанс втариться основательно, а чем еще не знал. Буду действовать по обстановке, интеллект и хомяк мне в помощь, к тому же никто мне не мешает ездить несколько раз в день после разгрузки дома. А детей мне все ровно надо проведывать. Но мысль о пищевом синтезаторе не давала мне покоя. Это же как можно облегчить жизнь детям. Сам то я за себя не беспокоился, но два ребенка которые растут конечно требует отдельного подхода. А еще надо было подумать о том, где их выгуливать, ибо так долго они не просидят дома. Что-то надо было придумать, но это я оставил на будущее, сейчас и так дел выше крыши.

В районе пересечения улицы Комарова и Некрасова тоже упала плита, пришлось объезжать ее по улице Горького. Плита упала на детскую поликлинику, корейский культурный центр, зацепило торговый центр Пять вкусов, сетевой магазин Рэми, городскую тюрьму. Так же я узнал, что и все зоны, а также, поселения были придавлены плитам. Жукам не нужны были непослушные существа, а зэки это, такие товарищи, которые везде найдут как обойти закон даже такой, который поломал всю земную систему. Так что все те, кто в это время были на свободе и не попали под плиты понимали, что вытянули счастливый билет. Я уверен, что эти товарищи уже во всю мародерили и пытались сбиваться в банды. Вот уж чего бы я ми не советовал делать. Думаю, большинство тех, кто отстреливался от жуков это те самые банды. Сейчас такое время что стоит просто вести себя очень тихо. Кто выжил, тот и победил. Но эти товарищи думают старыми категориями и поэтому, их очень быстро зачистят как самых тупых. Кто поумнее выживет и переквалифицируется в управдомы. А я тем временем проехал китайский рынок, он вроде бы остался цел, и поехал на базу Дружба.

По пути решил заехать на базу Крайпотребсоюза, это неподалеку от конечной остановки пятый километр. На этой базе можно было найти и овощи с фруктами там были и рефрижераторные контейнеры с мясом, яйцом и прочим скоропортящимся. Повернув на право по ходу дороги, проехал через металлические ворота, которые никогда не закрывались на моей памяти. Увидел первый контейнер, в котором раньше торговали куриным яйцом, он был закрыт и у меня появилась надежда что все еще в нем что-то может находиться и даже не испорчено. Поехал дальше смотреть и искать чем бы вскрыть этот контейнер. Яйца уже были на исходе, а жить без них совсем не улыбалось, как-то пришлось мен семь месяцев жить на безяичной диете, больше я такого не хотел. Мне показалось что начать стоит с конца этой базы, постепенно двигаясь к началу. Многие контейнера в которых продавалось что-то не портящиеся были вскрыты. Я спустился в самый низ и пошел в большой павильон, где торговали всяким для домашнего хозяйства. Слез с велосипеда и по привычке кинув его в карман зашел в темный торговый зал этого павильона. С самого начала взял пару швабр и кучу микрофибры тряпок для мытья полов, весят они мало, а при наличии достаточного количества их можно и не экономить, а просто выкидывать. Так же взял пару синих пластиковых пятидесятилитровых емкостей, пусть будут и вышел из павильона.

После этого потопал в овощехранилища, интересовало все, и очень интересовали фрукты. В первом походу хранилище ловить было нечего, разруха, смерть и гнилые овощи и фрукты. Но отрицательный результат, тоже результат. Пошел в следующее, там оказалось много ящиков с яблоками, грушами, апельсинами, так же черешня и клубника, вообще ягоды мыло много. Хотя видно было что тут уже побывали люди. Я сразу закинул по три ящика яблок и груш, взял десять ящиков черешни и клубники. Хоть китайская клубника не очень, да и пусть с сахаром очень даже пойдет, а еще лучше со сливками те, которые выглядят как пена для бритья. Хорошая идея поставил галочку найти и их. В соседнем складе оказалась Китайская кухня, разные бичпакеты и соусы. Набрал бичпакетов в ассортименте, брал только в мягкой упаковке. Так же пару упаковок устричного соуса, очень я его люблю, а особенно селедку соленую в нем, с луком и растительным маслом. У меня аж слюна от воспоминаний потекла, и я извлек пару груш и начал есть так не мытыми. А что, ужасы войны, знаете ли. В соседней комнате оказался склад продукции Кока кола из Китая взял пару упаковок колы и несколько фанты, Китайская фанта дрянь, конечно, но пока выбора нет если что просто выкину. Пройдя дальше, увидел отдел со специями, орехом и сухофруктами. Взял большой мешок кари, гороха перца и острого красного, прихватил несколько мешков фисташек, грецкого ореха и макадамии, ни разу его не ел. Но пробовал ликер на основе этого ореха пах он очень приятно. Походя взял сушенных груш и инжира и решил двигать туда, где есть колбаса и к яичному контейнеру. Зашел в магазинчик с инструментами и взял кувалду чтобы сбить замок с контейнера. И напевая песенку разбойников из мультфильма Бременские музыканты пошел искать колбасы.

Прохожих ищем с ночи до утра

Чужие сапоги натерли ноги

Работникам ножа и топора

Романтикам, с большой дороги.

Не же ла ем жить

Эх! По другому

Не же ла ем жить

Эх! По другому

Ходим мы по краю, ходим мы по краю.

Ходим мы по краю родному.

Ближе к выходу был магазин с колбасами, и он оказался не сильно и разграблен. Там я взял килограмм семьдесят колбас и сосисок, детям, да и мне этого еще мало окажется. Выходя на прямую к контейнеру с яйцами, увидел группу людей, трое мужчин и двух женщин. Решил поговорить с ними и поравнявшись сказал.

- Добрый день куда идете, кровь уже сдали?

- Да, ответила одна из женщин.

- А вы что хотите взять, может есть желание взять яиц из контейнера? Я как раз иду его вскрывать, а потом он может и не закрыться герметично, жалко будет если яйцо испортится.

- А давайте, сказал один из мужчин, после того как они переглянулись. Меня Генадий зовут, сказал он и мы пожали руки. Мы в районе семь ветров живем, вот приехали сюда, на великах.

Подойдя к контейнеру, я примерялся и размахнувшись кувалдометром ударил по замку. И ожидаемо промазал, с этим у меня были небольшие проблемы. Но с третьего разу, терпение и труд победили китайский замкопром.

Мы споро отогнули рычаги, которые держали двери в закрытом состоянии, и я вошел в холодную внутренность контейнера. С мыслями лишь бы там было яйцо. И оно там-таки было, половина контейнера было заполнено ящиками. Я быстро прошел по контейнеру и выбрал себе четыре ящика отборного яйца, и уступил для разграбления остальным. Выходя, посоветовал, где взять овощей и фруктов, решил проехать еще дальше. Понял, что на базу дружба пока мне не надо и поехал за мост в промзону. Кувалду не бросил, а прикарманил, зачем искать нужную вещь, такой инструмент нужен под рукой.

Добравшись до путей, пошел вдоль вагонов, срывая пломбы на закрытых дверях вагонов, в основном там были стройматериалы. Но вот что меня вдохновило и обрадовало так это два вагона которые я нашел в тупике. Они были закрыты и опломбированы, очень далеко от скопления других вагонов. Открыв первый и аж начал чесаться от возбуждения, мои руки задрожали. Я давно перестал испытывать удовольствие от оружия, ну прошло оно у меня. Но вот от такого количества, у меня сердце попыталось выпрыгнуть из груди, много оружия, это вам не пара пукалок, типа пистолетов.

Сначала я стоял и весь дрожал, не знал куда себя деть и что делать с начала. Спустя три минуты я пришел в норму и начал думать осмысленно.

Быстро побежал ко второму вагону и вскрыл его.

Если в первом вагоне было стрелковое оружие, то во втором РПГ разных типов, монки, противопехотные мины и несколько ПТРК Фагот с ракетами, так же нашел ЗРК самсунг. Я даже не знал за что хвататься. Понял сразу что как минимум один фагот точно заберу, и штук десять выстрелов, самсунги тоже мои штуки три.

Но сначала побежал в первый вагон и вытащил НСВ «Утес» 12.7 калибр, отличный пулемет. ДШК не стал брать, тяжеленая дура, к тому же крайне капризная, часто клинит и требует к себе пристального внимания. Вскрыв ящики, закидал тридцать цинков и несколько лент. Почувствовал, что мой хомяк начал лосниться от жира. Вскрыв несколько ящиков с гранатами, забрал оттуда только УЗРГМ. Решил вспомнить относительную молодость и разпотрошить несколько монок по крупнее и наделать шахидок, благо дело это не хитрое, но в тыщу раз эффективнее чем обычные гранаты по убойности и весу. Взял один пулемет Калашникова, тридцать цинков патронов 5,45 с разными маркировками. Один автомат Калашникова, простое весло, без всяких наворотов, тяжелое, надежное как дубина. Я не спецназовец, мне эти штуки без надобности, и карман всегда со мной, мне важна надежность.

В самом углу в конце в большем ящике обнаружил подарок. Десять пистолетов ГЛОК 17 и сто коробок патронов к нему, по пятьдесят патронов, взял все, и пошел в следующий вагон.

Там сразу взял десять штук МОН 50 и тридцать штук МОН 90 взрывателей к ним. Одну трубу РПГ 7, тридцать порохов к нему и тридцать гранат к нему, осколочные их семь штук, кумулятивных пятнадцать и остальные взял термобарами, все это я брал без ящиков, ибо они и так тяжелые, а хранилище не резиновое. Вскрыв ящик с установкой Корнет, взял ее и начал вскрывать ящики с ракетами для него 9м 113, боги какие же они красивые. Нет ничего прекраснее этих ракет, мощь, сила, дальнобойность, взял десять штук и еще пять ЗРК самсунг. Решил сваливать энергично пока при памяти, потом вернусь и вдумчиво посмотрю, что там еще есть.

Выпрыгнул из вагона энергично закрыл их и потрусил через пути на выход из промзоны, на сегодня у меня все! Как-то сразу появилось желание чего нет сожрать, и я достал из кармана большую пачку чипсов Лэйс крабовых и литровую фанту. До здравствует много и вкусно жадно жуя посыпая себя крошками чипсов и обливаясь фантой прочавкал я и чуть было не споткнулся. В голове начались ворочаться нездоровые мысли, а что, если в хохла попасть из РПГ, к примеру, термобаром? Вот явно он сразу может и не умереть, но уж точно на время выйдет из строя, не смотря на более мощных нанитов. Пока заживет эпидермис, пока глаза востановятся, тем временем ему голову и отрезать пока он не дееспособный. И что за глупости ко мне в голову лезут, зачем мне это надо, жив и ладушки. По воевали и будя, вот мой девиз по жизни, никакой я не герой. Лучше быть живым шакалом, чем мертвым львом. Я шакал и мне не нужно большего, я хочу жить и хватит с меня воины. Пусть оружие лежит на складе и никогда мне не пригодится, война дело военных, я точно не они. Лучше любить чем воевать, кстати и вот эту потребность надо бы как-то решить, пока я действую и занят это как-то не сильно сказывается, но стоит только отдохнуть и я взвою, ибо тушка то молодеет не по дням, а по часам. Половина выпавших зубов уже отросли на четверть, остальные наготове.

За этими мыслями я вышел из промзоны и прыгнул на своего железного друга, наушники решил не включать, под молотки свиней попадать совсем желания не было. Неподалеку был слышан шум от их матюгальника, объявляли, что то, но меня это не касалось, все что важно уверен продублируют в сообщение по сетке.

Я так сильно разогнался что не успел среагировать на то, что из-за дома вышел дроид. Мне пришлось его резко объезжать от чего я просто свернул в канаву, где и упал в грязь самым безобразным образом. Весть в крови, по колено в дерьме и каких-то полусгнивших листьях я восстал из канавы и ко мне подошла эта биомеханическая тварь с уже выдвинутым щупом для идентификации. Пискнула, просканировала своими буркалами и потрусила дальше по дороге.

Ты шел по дороге,

Ты никого не трогал

Ты просто шел по улице как ходят люди всей земли.

И вот я внезапно

Вынырнул из-за угла

Ты даже не заметил, как на землю моя тень легла.

Ты шел прямо, прямо

Ты обходил все ямы

Чтоб не дай бог кого-нибудь не тыркнуть вдруг коленкой в бок.

Но поверь я предотвратить не мог,

Полета грязных брызг из-под сапог.

Вот это я начал напевать, когда выбирался из этой канавы. Да уже бомжи выглядят чище чем я в этот момент. Рэмбо Джон и Железный Арни в боевиках отдыхают, вот уж я замаскировался.

Решил не метаться в поисках помыться, а ехать домой там все и сделаю, промокший, грязный и замерзший я налегал на педали, петляя, объезжая горелые квадраты как могу. Но судьбе было угодно другое. На перекрестке улиц Советская, Комарова, мне перегородил дорогу хохломобиль, пикап Тайота Тундра, коричневый такой и большой. Четыре разной степени бородатости и хари выпрыгнули из машины. У всех были пистолет пулеметы, вроде Хеклеры, точно не могу сказать, но не это важно. Я понимал, что меня не убьют, ибо не за что, но вот моя филейная часть чувствовала неприятности, которые очень даже скоро начнутся.

- Че грязный такой, москаль? Спросил самый худой с жидкой черной бороденкой.

- В лужу упал. Глядя себе под ноги, промычал как застенчивая корова я. Быть битым мне не хотелось. Но кому это интересно.

- А что ты там сказал? Спросил высокий, крепкий хохол с окладистой бородой, подходя впритык и ударил меня сначала по голени, а после того, как я согнулся и в челюсть.

Сука, сказал я, теряя ориентацию и заваливаясь на сторону подбитой ноги. Голова кружилась как будто меня раскрутили на карусели, а потом поставили на землю. Удары сыпались со всех сторон. Двое схватили меня за руки и стянули их пластиковым хомутом.

Тащи доску, услышал я и еще успел подумать, а это что за извращение такое, доска зачем.

Этот с жидкой бородкой принес широкую доску с мой рост молоток и гвозди. И хохлы вытянули мне руки вверх, прижали пальцы ногами, так что я не смог бы их вырвать. Тут то я и осознал, что сейчас будет.

Нет, нет не надо, только и успел сказать разбитыми губами я.

Я же не Иисус и никакой не мученик, я боюсь боли, да и вообще я очень всего боюсь. Всегда боялся. Первый удар молотка по гвоздю все ровно был внезапен, не смотря, на то, что с начала хохол просто воткнул гвоздь мне в руку, чтобы держался. Рука то она мягкая не древесина, от чего я задергался и животное промазало. Попал по мизинцу, слезы как будто вылетели из глаз и по ноге что-то потекло.

Давно я так не орал, никогда не орал, во рту появился вкус крови. Это я прикусил язык и закусывал губы, на губах появилась кровавая пена.

Со стороны это выглядело как будто распинают вампира, я что-то несвязно орал и сучил ногами.

Кто-то сильно ударил меня ногой в живот, и я сложился, дыхание перехватило и все что мне осталось это только тихо хрипеть.

Сразу после этого, они схватили меня за ноги и согнув их в коленях.

Я попытался прошипеть, не надо. Но воздуха все еще не хватало. Стопы, приставленные к доске, уже прибивались и на совесть.

Не прошло и двух минут как я стал полуиисусом. Или жуком в коллекции хохлоэнтамологов. Мысли путались и метались от того, что мне очень больно, до попыток отрешиться от боли. Но какой из шакала Будда.

Со словами, фу бля москль обоссаля. Хлопцы сели в машину и включив что-то рэперское уехали в закат.

Человек рождается в боли и умирает в ней, мне не хотелось умирать, да и боль я не люблю. Цвели вокруг красоты ботаники, или то, что от нее осталось. Вечернее солнце заглядывало мне в полузакрытые глаза. Сколько не лежи и не думай и руки сами себя с гвоздя не снимут. Людей на улице нет никого, их понять можно им страшно, я их не сужу. Сам бы поступил так же, да и поступал и буду поступать.

Решил тянуть руги на счет три.

Раз. Но я себя знаю, кто мастер самообмана. Я рванул руки из всех своих сил какие только остались, и одну руку я смог вырвать. Вот ей то я и начал помогать второй руке. Пара кварталов должно быть слушали этот концерт с хором мальчиков зайчиков. Видать голос у меня начал ломаться, и я срывался на писк.

Через десять минут руки у меня были свободны от гвоздя. Из кармана я вытащил нож и срезал хомут с рук. После этого осталось самое тяжелое, два варианта либо вырывать гвозди из ноги и доски или так же рвать ноги. Я выбрал второе, понимая, что уринотерапия мне обеспечена. Я сидя расшнуровал оба кроссовка и резко дернул сначала правую, затем левую ноги, не смог устоять на ногах и упал на колени. Из кармана достал перекись водорода свежие носки и резиновые тапочки, залив ноги перекисью, кое как намотал бинты и одел носки залез в тапки и пошел в сторону дома, мне повезло что дом находился не дальше пятисот метров от меня.

На восьмой этаж поднимался на автопилоте, пачкая ступени и перила кровью. Ключа не стал доставать больными пальцами, постучался условным стуком. И спустя вечность зашел, домой напугав по началу детей. Потом они конечно же меня узнали, я им сказал, что сегодня они кушают что хотят сами, а я буду лежать и выздоравливать. Подошел к дивану и повалился на него, минуты две принимал удобное положение тела и когда нашел-таки сразу же уснул, сон лучшее лекарство, а грязь и потом смыть можно.

Глава 7.

Мне снились мои близкие, дед, который о чем-то ругался со мной, вечно недовольная бабуля и сын. Бывшая жена, которая кричала что ненавидит меня и что я тупой и никчемный, весь в свою родню. Потом ко мне пришли военкомы и увезли сначала в военкомат, а оттуда во Владивосток на ПТК. Я им постоянно орал что я уже отслужил и даже воевал и пусть дети депутатов ебаные хуесосы служат. Я все, всем отдал и никому ничего не должен. А рядом стоял сын еще совсем маленький и очень напуганный и громко плакал. Я хотел его успокоить и погладить, но мне не дали этого сделать, а каким-то образом быстро переодели в мятую черную шинель и заставили на ускорение чистить плац от снега, большим фанерным шкребком. Я был очень злой, но старослужащие и офицеры, все как один с хохлицкими мордами говорили, что это мой долг по сроку службы положенно. Я хотел очень их вех убить, но ведь меня бы посадили в дезбат.

Да что же это такое делается, ведь все это уже было и мне не положено. Ноя не могу ослушаться я ведь всегда всех слушался. Старался не раздражать родителей, учителей в школе, тренера на занятиях. С людьми был максимально мягок и всегда старался обходить острые углы. Мать называла меня тихушником а некоторые люди, которые меня ненавидели так и вовсе шакалом. Я не считал себя шакалом, всегда держался особняком, старался иметь свое мнение по многим вопросам. Но с людьми не поспоришь, шакал он и есть шакал. Он всегда зависит от сильных, и пытается что-то урвать у слабых.

Да и пусть шакал, крикнул я, все ровно служить не буду! И проснулся с колотящимся сердцем.

За окном начиналось утро нового дня, за несколько часов моя тушка поборола инфекцию и все новые отверстия в моем старом, но не очень теле. Оно еще болело, но дырок на руках уже не было. Вместо них остались только розовые пятнышки на двух руках и ногах. Достав чистую одежду и белье, я, пошатываясь поставил чайник чтобы он закипел и пошел в ванную мыться. Дети уже не спали и смотрели на меня проходящего мимо их комнаты, у меня не было сил пока с ними говорит. Так что я выдавил из себя подобие улыбки и сказав, что я скоро закрылся в ванной он же туалет.

Сняв душевую лейку, начал поливать себя с головы. Грязь вперемешку с кровью черным потоком текла по частям тела, и уходила в слив ванны. Вылив на голову шампунь стал намыливаться и отчаянно чесать голову, пена шла грязная и я мылился еще три раза, пока не начал скрипеть. Вместе с грязной водой из меня чудесным образом уходила усталость, боль и слабость. И из ванны вышел уже совсем другой человек. Все проходит сказал кто то, вот и это пройдет, да и прошло уже. Так что сегодня я решил остаться дома и отъедаться, и отлеживаться в компании детей, думаю и им будет со мной спокойнее.

Дети уже что-то кушали за столом и пили сок, свой любимый вишневый, обязательно возьму побольше в следующий раз на базе «Дружба».

Леночка и Паша смотрели на меня с удивлением, ведь вчера еще я был еле живой и такое резкое выздоровление было для них подобно чуду. Что-то особенное я буду готовить позже, а сейчас приступлю к пополнению внутренних резервов. Достав из холодильника бутылку майонеза, и острого кетчупа, вынул из кармана булку тостерного хлеба начал намазывать этой смесью четыре куска и достаточно жирно, один кочан пекинской капусты оторвал листья и положил вместо салата сверху дольки помидоров да по толще, а на все это положил большие куски ветчины и такие же сыра. Прижал это все другими кусками хлеба сделал себе четыре толстых бутерброда, и добавил в уже заварившийся чай несколько ложек сахара, начал это все истреблять. Между делом жарил яичницу с луком и томатной пастой, мой любимый рецепт. Вина не стал добавлять, просто добавил кока колы и сока лайма. И к тому времени как расправился с бутерами, королевская яичница из десяти яиц уже была готова. С каждым проглоченным куском мне становилось все легче. Но все же после того, как поел я еще решил полежать все же завтра опять идти сдавать кровь, а из меня ее вылилось не мало. Дети все никак не могли привыкнуть к тому количеству, которое е каждый раз ем. Леночка меня спросила.

- Дядя Степан, а почему ты так много ешь?

- Потому что жуки запустили мне в кровь специальных роботов, и они постоянно хотят есть. Но они мне еще и помогают лечиться.

- А тебе больно, и почему они в крови, роботы же большие и железные?

- Эти роботы очень, очень маленькие, и мне от них, просто много есть хочется и я часто бываю голодным.

- А у нас с Пашей будут такие роботы?

- Нет Леночка вам надо опасаться этих жуков. Они очень плохие. А им еще помогают плохие люди. Так что вам надо быть очень осторожными чтобы они вас не увидели.

- Это те, которые военные? Спросил Паша.

- Да это они, они очень злые на тех, кто живет в России, и кто выглядит не так как они. Это они меня вчера так побили, вам их надо очень бояться.

- А ты научишь нас стрелять?

- Я не знаю надо ли вам это, вы еще слишком маленькие.

- Но ведь тебя часто не бывает дома, сказал Павлик.

- Мне сейчас негде тебя учить этому, стрельба будет слишком громкая, и на улицу пока вам нельзя. Может сегодня немного на крыше погуляем чуть попозже.

Только вам придется одеть панамки, и на всякий случай еще и темные очки.

Выйдем хотя бы на пол часика, но очень осторожно.

А пока мне надо будет кое-что вытащить из кармана. Если что ты Паша мне поможешь.

Это все я сказал, засовывая в себя остатки еды и уходя в соседнюю квартиру.

Решил пока половину всех патронов какие только есть складировать в этой квартире. Детям без меня вход в нее был строго запрещен, да и закрывал я ее большим шкафом, он был достаточно тяжел для детей.

После этого, одев резиновые перчатки ножом расковырял пару МОН 90, наделал небольших колбасок из пластида, и налепив на него много мелких саморезов, воткнул в них УЗРГМ и все это обернул изолентой. Вышло двенадцать шахидок. Это небольшие, легкие, но вместе с тем очень убойные гранаты и положил их обратно в карман. Такие вещи рядом с детьми никак нельзя оставлять. Даже самые спокойные дети все равно очень любознательны и готовы на многое чтобы удовлетворить любопытство. Не даром мальчики до пятнадцати лет считаются группой риска.

Пока я возился с самодельными гранатами, дети что-то ковырялись в компьютере.

Собрав весь мусор после изготовления шахидок, закинул все в мусорный мешок и положил всё это в карман, сходил в ванную и тщательно помыл руки. Пластит очень токсичен и даже не смотря на нанитов человек в состоянии как минимум на несколько часов быть прикован к белому фаянсовому другу, спасибо инструкторам за науку. Ох не очень-то я ценил их учебу, но что-то все же в голове осталось.

День выдался солнечным и автобусы пауков совсем не летали, и я предложил детям на полчаса сходить погулять на крышу. Предварительно одев темные очки и панамку на Леночку и кепку на Пашу, мы, поминутно прислушиваясь поднялись на девятый этаж, а оттуда по железной лестнице на крышу.

Выйдя на нагретый за день рубероид крыши, первым, я посмотрел на небо и не увидев ни одного дрона выпустил детей разрешил побегать ближе к центру крыши и не подходя к краю, и опять же сильно не шуметь, хотя за последние несколько дней, мертвый город начал потихоньку оживать и уже иногда можно было услышать и детский смех.

Дети, как две ракеты бегали по крыше, а я сидел неподалеку от входа на посматривал на время и работал со складом. В этот момент пришло напоминание, что завтра я должен буду явиться на пункт сдачи крови. Как будто есть шанс забыть об этом, но им то, что, им нужна наша кровь и видимо очень.

И опять почувствовал, что один из зубов выпал. Старые зубы активно выпадали, зато новые росли, чистые, шелковистые. Еще с сегодняшнего утра я обнаружил что у меня оказывается имеется забытая роскошь, пресс. Кубики очень рельефно выделялись на моем еще недавно старом и относительно жирном животе, а самое главное, что кости больше совсем не болели. Я решил пока я ничего не делаю вспомнить свою старую растяжку, которую я приобрел в детстве, когда занимался на каратэ.

Встал и сначала начал делать махи ногами, начало было совсем легким, но потом увеличивал амплитуду. В конце прямой ногой доставал до одноименного и противоположного плеча. Помахал ногами назад и с легкостью сел сначала в левосторонний, а потом и в правосторонний шпагат. Плюнув на все ужасы войны сел и в поперечный, вот это вызвало у меня эйфорию. А чем черт не шутит, и я решил сделать то, чего у меня никогда не получалось, и принял позу лотоса, и все вышло как нельзя лучше, затем мостик, без труда достал руками ног. Даже в молодости я не все делал так хорошо, как сейчас, решил дома еще узнать побольше о том, что я могу и чего нет. Занимаясь всей этой гимнастикой, я и не заметил, как пролетело полчаса, и я позвал детей идти обратно.

Леночка очень не хотела, но Паша сказал, что им опасно много находиться на улице и что их могут заметить плохие. Девчушка, опустив головку, нехотя пошла за Пашей в помещение лифтовой и оттуда, предварительно осмотрев все на три этажа в низ я сказал им спускаться, и мы тихо, но очень быстро зашли в квартиру. В доме видимо кроме нас никто и не жил. Многие предпочитали выбирать более комфортабельное жилье, которого на оставшихся людей было более чем достаточно. Только в зоне прямой видимости была куча домов, где находились очень хорошие многокомнатные квартиры, заходи и живи, никто ничего не скажет.

Зайдя домой сразу же, решил чего-нибудь съесть, ибо уже пора, злой голод начинал меня терзать. После того как включил чайник и поставил сковороду и просто кастрюлю на плиту, пошел в ванну и там очень пристально изучил свою внешность глядя в зеркало.

Ну да, от старого и полутолстого меня не осталось ничего, это я был такой же, как и в молодости. Худой, жилистый, похожий на угловатую обезьяну. Седые волосы пропали вообще, зубы ровные и без брешей, глаза темно серого почти синего цвета. Поломанный нос выпрямился. Зрение, слух, обоняние, пропавшее после ковида, все встало на место и обострилось. Кожа на лице разгладилась и стала светлее, радовало, что прыщи не появились, но если все останется так же, как и было, то чувствую скоро и они появятся.

Сегодня решил сделать суп из сайры с вермишелью и картофелем, очень быстрый простой и вкусный рецепт. На второе яичницу с колбасой и сыром. Ну а чай с десертом уже по настроению. Через полчаса, мы уже сидели и ели суп и закусывали яичницей. Леночка попросила пиццу, я сказал, что в ближайшее время сделаю, что я и сам хочу, вот только схожу туда, где есть замороженное тесто в коржах и тогда хоть через день я буду делать пиццу.

Пока сидел, решил продумать конструкцию подвесных плит на потолок в прихожую. Это тот момент безопасности, который я решил сделать из бетонного блока, который я пропилил в соседнюю комнату. Состояние у меня улучшилось на столько что я под вечер решил сгонять в Идеал и набрать крепежа для того, чтобы подвесить плиты в прихожей. Эта плита весила около двухсот килограмм и упади она на кого-нибудь сверху, даже усиленного нанитами, то ему несдобровать. Пошел в другую квартиру и положил плиты одну на другую для того, чтобы как будет возможность и вдруг будет летать автобус я сразу же смог начать делать отверстие по центру этих плит.

Потом вытащил одну трубу РПГ 7 достал пороха и прикрутив термобар вставил его в трубу поставив на предохранитель, положил уже готовый к выстрелу Гранатомет в карман, пусть будет, да и вообще буду часть оружия готовить к немедленному применению. Снарядил десять магазинов к Автомату Калашникова часть из них соединил изолентой часть оставил так, двойной вставил в автомат дослал патрон в патронник и поставил на предохранитель. Хорошая это привычка держать патрон в патроннике, кто бы что не говорил. Проверено на личном опыте.

Достал Фагот, разложил ножки, выдвинул визор, после чего достав ракету снял колпачок с контактной группы на ней и на установке. Поставил птур на полозья и со щелчком дослал ракету вперед, в конце затянул рычажок, находящийся на установке снизу ракеты. Все установка готова к действию. Осталось только сделать взвод и навести ее на цель и нажать на спусковой крючок. Готовую установку убрал в карман. То же самое повторил с пулеметом, глоком и арбалетами. Сайги решил оставить на потом. На сегодня с меня всей этой военной мишуры хватит. А то, как в пословице говорится, если у тебя есть член, то он рано или поздно выстрелит. Вроде так это звучало, или очень рядом.

Выходя из этой квартиры, еще успел подумать, лучше бы картошки начистил и в карман поместил, там ведь все ровно она не портится и когда срочно нужно уже и вытащил бы. Но что-то меня гнало на поиски всего что нужно для обороны квартиры и я, закрыв детей вышел из дома в начинающий вечереть город.

Глава 8.

Солнце уже опустилось к горизонту и на все еще на темно-синем небе уже появилась Венера. Еще не звезда, но все же она светит.

Кто же знал, что мы не успеем убить сами себя и нас этого спасут не братья по разуму, да и то только благодаря нашей крови они нас не вытравят с этой планеты как вивисекторы, тараканов или термитов.

До Идеала петляя по дворам и пробегая огороды я добрался за полчаса. Метнувшись серой мышью через дорогу, забежал в нужный мне магазин и сразу же направился туда, где был крепеж, набрал мощных анкеров и несколько видов тросов, взял уголок сколько посчитал нужно и еще небольшой запас, все ровно после того, как все сделаю выкину излишки.

Выходя из этого отдела, увидел прикольную вещ, лазерный уровень, не знаю зачем он мне, но всегда хотел себе такой же, взял одну штуку, пусть будет весит он не много.

Потом пошел в сторону Горького 100, там видел магазин, в котором продавались велосипеды, надо все-таки ускоряться, а то телепортом нас господа жуки не снабдили. Интересно есть ли у них портальные технологии, а то во всяких там фантастиках часто пишут о телепортах и вот мы наконец то живем в фантастике, а телепортами и не пахнет. Идти было совсем немного и дойдя до магазина я увидел, что двери закрыты, решил обойти магазин и осмотреться. Хоть центральный вход и был закрыт, но двери черного входа болтались на одной петле, и я зашел в темноту подсобных помещений включив китайский налобный фонарик, вещь хорошая и всегда нужная. Пройдя по подсобкам, увидел кучу запчастей от велосипедов, пошел в выставочный зал там то точно будет много собранных велосипедов.

Из всех аппаратов по ростовке, да и просто очень понравился черный велосипед с красной надписью Норко латиницей на раме. Легкий ход, широкий удобный руль, хорошие переключатели шимано и среднего размера колеса, я его сразу полюбил. Так же еще взял пару палаток и несколько спальных мешков с пенкой для того, чтобы подстилать под них. Хотя потом понял, что они не нужны проще заехать обратно в Идеал и взять несколько листов пеноклекса, карман не отяжелеет, а если придется спать на земле, то пеноплекс куда как круче. Так что на обратном пути так и сделал, взял несколько толстых листов оранжевого чудо материала.

На велосипеде до дома я доехал в течении пяти минут, качественные подшипники плюс усиленный нанитами организм, и я уже взлетел по лестнице на восьмой этаж и открыв дверь ключом захожу домой и вижу двух детей. Они рады видеть меня и на сердце становится чуть теплей. Я всегда считал, что я довольно холодный человек, не очень-то мне нужны были компании и частое общение с родней. Но то ли старость, то ли усталость сделали свое черное дело, и вот я уже не представляю жизни без этих двоих маленьких людей.

Спрашиваю у детей покушали ли они и узнаю, что да покушали. Значит мне же легче и первым делом кидаюсь к холодильнику, и ставлю сковороду на большой огонь. Достаю из холодильника овощи, растительное масло, яйцо и пару пачек красного доширака. Да здравствует много и вкусно, сегодня будет королевский дошик с яйцом и овощами, готовится быстро и на вкус оголодавшего просто огонь.

Сегодня решил вскрыть баночку шпрот и немного корейской морковки.

Раньше бы со мной такого не случилось, но сейчас меня аж колотит от желания что-нибудь сожрать. При чем, чем ближе к дому и еде, тем желудок все более агрессивно требует что-нибудь сожрать. Не прошло и двадцати минут, а я уже все сделал и ем прямо из сковородки и банки, все предельно просто и без всяких там смен столовых приборов.

Дети сидят со мной за столом и кушают печенье с чаем, вишневый сок закончился, а колу я стараюсь давать им не часто.

Леночка что-то спрашивает, а я пока, не понимая, что она говорит, просто киваю головой и что-то мычу сквозь полный рот еды. Закончив с дошираком и всем остальным, сижу и смотрю осоловелым взглядом на стол и понимаю, что я вроде на сегодня все, даже десерта с чаем не хочу. Есть огромное желание просто повалиться на диван и заснуть, мои веки тяжелеют. Поднимите мне веки, так и хочется крикнуть, но я просто встаю и пошатываясь иду к дивану. Говорю Паше чтобы он сам укладывал Леночку и не забыл сводить ее в туалет и постелить ей пеленку перед сном. Валюсь на диван и почти мгновенно засыпаю без снов. Завтра новый день и мне надо будет очень рано вставать, потому что нет желания стоять слишком долго в очереди на сдачу крови.

Мне раньше почти не снились сны, может раза два в год, да и то не точно, но сейчас они хлынули как из брандспойта, или даже можно сказать, стремительным домкратом.

В этот раз мне снился дед, который умер как бы не двадцать лет назад. Он как, всегда что-то мне выговаривал и напоминал, что перед тем, как умереть всем своим родным оставил денег, не очень много, но это была приятная сумма, на которую никто не потратил ни дня работы. Пенял мне на то, что даже преступал закон чтобы добыть эти деньги, и что мне должно быть стыдно что в такое время я живу как амеба и ничего не делаю и все только для себя. Я ему кричал что помогаю двум детям, спасаю их жизнь. Но старый хрыч не унимался и все твердил что надо что-то делать с жуками, на что я уже орал благим матом что, пусть сам и делает если такой умный, а с меня хватит. Да ты шакал позорный, несколько раз проорал на меня дед и растаял как утренний туман. После чего я проснулся и лежал с выпрыгивающим из груди сердцем и закрытыми глазами, мне почему-то было стыдно. Как будто я кого-то ограбил, но ведь это не так, при моих похождениях не был обижен не один человек, но почему же мне так хреново?

Не открывая глаза, я начал рассматривать карман, и обнаружил что могу видеть точное время, раньше его не было. Эта штука мне начинала нравиться все больше, почти как смартфон, но только его невозможно потерять или сломать. Очень захотелось чтобы можно было в нем и смотреть видео и хранить всякие документы и музыку. Но пока этого в кармане не было.

На чачах было пол шестого, утреннее солнце уже пробивалось сквозь бордовые шторы, как же я ненавидел раньше такие. Всегда хотел их заменить на жалюзи, но сейчас я ценил все что мне напоминает о прошлом мире и беззаботной относительно конечно жизни.

Дети уже проснулись и тихо шептались в своей комнате. Я опустил ноги в резиновые китайские тапочки и прошел к детям.

- Как дела? Спросил я у них.

Леночка сказала, что уже сходили в туалет и очень хотят покушать.

- Подождите немного я скоро все приготовлю.

Шоркая тапками, поперся в туалет, за одно щелкнув кнопкой чайника и поставив сковородку на медленный огонь.

Во время чистки зубов обнаружил что все порченые зубы выпали, и половина из них уже отросли до нужного размера, вторая половина была на подходи, что не могло не радовать.

Выйдя из ванной, быстро подошел на кухню и начал разделывать полутушу свиньи. Вот уж надо было разрубить ее где-нибудь на крыше, но все как-то вылетало из мозгов.

Пришлось вспомнить молодость и то, как я работал мясником, если резать по сочленениям, то в принципе любую тушу можно разделать на более мелкие части. Чтобы уж совсем мелкие то придется еще и топором, но я не хотел шуметь в доме. Так что, поделив тушу на три части окорок и реберную часть положил в карман, а из передней части вырезал шею только мякоть, этого было более чем достаточно. Поделил ее на мелкие куски и кинул на сковородку обжариваться, прибавив огня. Со словами, боги огня, помогите мне приготовить это животное быстро, ибо у меня мало времени.

Пока свинство жарилось я помыл овощей и сделал салат из помидоров и огурцов, спросив у детей, нужно ли добавлять лук в салат.

Леночка сказала, что не хочет лук, и я не стал, просто добавил немного капусты, соли, сахара, и сока лайма. В кастрюле я начал отваривать макароны, супы и рис это, не мой конек, но я буду делать, когда у меня будет больше времени для готовки, а пока живем в режиме конспирации и цейтнота.

Достал из кармана пару творожков для детей, им полезно, да и вкусно, попьют с соком и детским фруктовым пюре. Давал им обоим, потому что так проще, оба ребенка совсем еще маленькие, не только Леночка, но и Паша был достаточно мелкий.

Через полчаса, все было готово на сколько это возможно и все же я начинал жалеть о пищевом синтезаторе. На сколько бы моя жизнь стала проще, но мечты, мечты. Никогда я не пойду работать на этих упырей, а если и пойду, то только в сантехники, но боюсь, что все теплые места будут к тому времени заняты.

Я разложил еду детям по одноразовым тарелкам, и мы начали есть. Я, конечно, не набожный, но после войны порой молюсь и благодарю высшие силы за то, что они дают мне возможность жить и пищу, которую я получаю. Вот и сейчас я сказал спасибо, большое, но не вслух, а про себя, и начал жадно метать все что есть на столе в то, что называется ртом. Но это вовсе не рот, это просто какой-то провал в адские глубины и долго еще это будет длиться? Я понимаю, что у меня бешенная регенерация и все такое, но когда то, это должно стать не так уж совершенно бешено.

Глава 3

Никогда особо не жаловался на отсутствие волос, но вот седина полностью исчезла, мешки под глазами пропали, кожа на лице разгладилась. Вместе с рельефом и похудением я стал похож на себя двадцатипятилетним. А в этом возрасте мне давали от пятнадцати до восемнадцати, вот ведь. Весь мир в труху, а у оставшихся вторая молодость, ну хоть что-то. Хот это я через чур обесцениваю карман и его не до конца активированные возможности. Почему то, я уверен, что будет еще не мало прикольных фишек.

Наказав детям сидеть тихо, закрываю их и бегу по лестнице как ветер, перепрыгивая по пять ступенек, держась за перила, вспоминая как делал так в молодости. Ух и захватывающее же это состояние, меня переполняют чувство могущества и одновременно легкости. Позабыв о том, что совсем недавно происходило на улицах города, я бегу в низ как во сне. И выбегаю на улицу. Там и не думаю останавливаться, на работу как на праздник, бегу подобно метеору в сторону горбольницы, чтобы скорее сдать часть своей крови. Кто бы мог подумать, что это может стать таким будничным делом спустя всего ничего времени.

В самые лучшие годы я не бегал с такой скоростью, при чем даже отдышки почти что нет и усталости вообще не чувствуется.

Не прошло и трех минут, а я уже стою неподалеку от блока, в котором происходит слив крови из человеков.

Убить, убить всех человеков. Дорогая, давай убьем всех человеков. Шепчу я слова робота Бендера из мультфильма «Футурама». На губах появляется немного безумная улыбка, но я ее вовремя удаляю и подхожу к уже не совсем маленькой очереди.

Передо мной стоят около двадцати человек, крайним в очереди мужчина лет тридцати на вид, но вспоминая себя я уже не уверен в его точном возрасте. Я молча становлюсь за ним и решаю особо ни с кем не разговаривать, да и не вижу большого смысла в общении. Лучше проверю склад и подумаю, что еще надо бы достать. Часть склада я выложил в соседней комнате и оказалось, что освободилось больше трехсот килограмм. Убрал почти все стройматериалы и большую часть инструментов. Всякие крупы и часть консервов, свободным весом осталось тонна двести, это очень хорошо. Решил прошвырнуться по одежде и военторгам, так же посмотреть, что там с моими вагонами целы ли они.

За этими мыслями, не заметил, как подошла моя очередь. Очередная откачка крови прошла уже буднично, жуки работали по схеме «зашел, починил, вышел».

После этого я отошел за территорию больницы, присел на бордюр и достав из кармана пару больших пачек чипсов Лэйс а, так же, полторашку фантозаменителя, под вопль желудка начал это все устраивать в животе. Утилизация фастфуда прошла успешно, я еще героически сожрал пару протеиновых батончиков и гематогена. Достал полторашку воды выпил и ее заедая горстью витаминов, фитонутриентов и микроэлементов. Я даже не стал удивляться на то, как это все в меня влезло, человек привыкает ко всему, вот и я к этому привык. К тому же у меня родилась идея, проверить себя на скорость и выносливость, какие же у меня сейчас приделы.

Решил бежать по улице Горького в сторону сопки и оттуда дальше до самого конца. Вышел на прямую и побежал, как всегда, не стал рвать со всех сил с начала. Техники бега у меня никакой нет, всегда бегал просто на физике, хотя уже позже мне встречались люди, которые занимались легкой атлетикой, показывали всякое, и я очень жалел, что не пытался научиться бегать более технично. Но было уже поздно, спорт прошел.

До начала подъема в сопку я добежал в течении семи минут и ничуть не запыхался. Старался дышать ритмично и двигался в одном темпе, понимая, что дыхалку надо беречь ведь скоро начнется пересеченная местность.

Ближе к середине сопки начал чувствовать легкую усталость, но это ничего не значит, я любил предельные нагрузки, а до предела мне еще далеко. Забежав на три четверти, понял, что дорога закончилась и придется бежать по камням, по лужам, по россе.

Скоча подобно горному козлу я перепрыгивал через канавы и продирался сквозь кусты. Одежда частично приходила в негодность, но главное было чтобы обувь оставалась цела, а то ведь будет очень бо бо.

Ближе к концу подъема началась отдышка, но и темп был рваный, да еще и движение вверх, а еще и очень давно я не бегал вообще, я и ходил то не-супер быстро.

Перевалив вершину, движение пошло веселее, бежать под гору всегда легче, только успевай переставлять ноги и отталкиваться. За все время моего забега меня увидели человек пятнадцать, провожали долгими взглядами и не встретилось не одного дроида, в районе базы Дружба решил притормозить и зайти посмотреть, а что том такое. По времени бежал до этой базы я не больше тридцати пяти минут, результат для меня просто фантастический. А что будет если я начну заниматься и развиваться в этом плане.

Зайдя в ворота, которые со стороны магазина Светофор я сразу же пошел в склады на противоположной стороне, примыкающей к забору. Там я помню были интересные вещи, соленья, варенья и всяческие грибы с дикоросами. Может найду еще что-нибудь интересное. А интересного нашел не мало. В одном из складов взял три десятилитровых ведра с кимчи и несколько ведер с разными корейскими салатами, я их очень люблю, да и детям они, наверное, понравятся. Нашел склад с виноградом и взял четыре ящика черного, очень сладкого винограда, дети будут рады, да и я тоже. В другом складе нашел домашние грибы, белые и еще какие-то и два ведра соленых груздей. Нашел рефрижератор контейнер, сбил с него замок обнаружил в нем ящики со сливочным маслом в каждом ящике по десять килограмм в отдельных упаковках, взял три ящика, точно лишним не будет. Я очень люблю бутерброды со сливочным маслом и сыром. После этого пошел ближе к выходу и в очередном складе нашел соки в двухлитровых пакетах, яблоко, вишня, персик, взял по тридцать литров вишни и яблока. На этом решил закончить и пойти к вагонам с оружием. Говорят, что каждый мужчина это просто мальчик, который выжил. Я иду по направлению к этим вагонам и ругаю себя по чем свет стоит, ну зачем, зачем мне нужна эта хрень? Но глупый малолетний недоумок побеждает, я решил взять еще одну трубу РПГ 7 и штук двадцать гранат с порохами, может еще чего найду.

Подойдя к вагонам, сразу нырнул туда, где были РПГ и взял что хотел. После чего закрыл его и пошел в тот вагон, где лежала стрелковка. Там передвигал ящики и в нескольких не очень тяжелых нашел то, что с удовольствием и присвоил. Это были новые тактические ботинки разных размеров, были и на меня. Взял все, это очень классные и качественные вещи, прочные, легкие. Так же там были и комплекты зимней и летней формы, великолепные по исполнению, больше всего в этом мне понравилось интегрированные турникеты и такие же аптечки, которые находились на каждой руке и ноге, а, так же и груди. Очень дорогие комплекты, даже не могу представить сколько они могли стоить. Вся эта не маленькая куча амуниции, получилась под семьдесят килограмм, но я не жалел, знаю, что эта форма полностью себя может окупить. К тому же я ничего за нее не отдал кроме своих сил и времени которого у меня и так целый вагон, спешить то уже некуда, до следующей сдачи крови еще три дня и дойная корова может нагуливать бока.

Я достал из кармана велосипед и выехав на улицу Некрасова поехал домой, на сегодня забегав хватит. Буду сидеть дома с детьми и заниматься хозяйственными делами. Да и детям будет не скучно. Так я ехал домой и думал, что хорошо бы было не попасть под молотки к хохлам, как это было в прошлый раз.

Убить то они меня не убьют, а вот шкуру и настроение попортить могут основательно, да и боли терпеть я не очень-то и хотел. Как-то мазохизм это не мое все. Пусть Шварцнегер терпит у него мышцы огромные, а я человек простой к боли не приспособлен.

Глава 9.

Опять Галемба.

Прошло еще полгода в томительном ожидании и украинский фронт посыпался. Командиры, продавая все что можно и нельзя и хватая деньги, которые предназначены для подразделений сбегали и оставляли простых военных без командования.

Русские войска выбили остатки ВСУ из Курской области и начали гнать их дальше. Так же достаточно быстро в течении двух недель был взят Харьков. Русские оставляли в занятых городах небольшие комендатуры и двигались дальше. За два месяца они забрали в три раза больше чем за пять лет войны. Но Александр почти не переживал об этом, он уже знал, что начнется позже. Как истинный хохол, был рад тому, что сам не ам и другому не дам. Его самого вместе с его сыном и женой с двумя дочерями школьного возраста вывезли в секретный лагерь Комитета и там они жили в модульных домах до часа икс. Каждому из тех, кто жил в нескольких лагерях на территории незалэжной. Был и введены в кровь наниты а в месте с ними пришло оздоровление, и омоложение. Уже совсем не молодой Галемба, через неделю начал активно заниматься спортом, между делом каждые три дня, все люди сдавали кровь. Единственное что вызывало беспокойство так это зверский аппетит. Но еды в лагерях было достаточно к тому же каждому кто поступил на службу выдавали пищевой синтезаторы с тройным комплектом картриджей. Поэтому их семья не только не голодала, но еще и баловалась разными вкусностями в том числе и французской высокой кухней, которая очень быстро наскучила. Украинский борщ и бургеры с колой были ближе хохляцкой душе. Александра взяли в роли рядового, но уже через месяц он командовал подразделением из десяти человек. Опыт в интригах, изворотливый и живой ум, а, так же новая молодость помогли ему сделать не такую головокружительную, но все же карьеру.

И вот в один из дней каждому находящемуся в лагере пришло сообщение, которое появилось перед глазами почти что как в телефоне. Оно гласило о том, что все должны оставаться в жилых модулях и не выходить на улицу. После этого лагерь был накрыт мерцающим куполом и через некоторое время земля начала дрожать. Многие испугались, а особенно, женщины и дети. К тому времени в лагере не осталось стариков. Старше тридцати пяти если смотреть внешне и не было, для всех наступила скоропостижная молодость. Под куполом они просидели полторы недели, после чего пришло еще одно объявление о снятии купола и подготовке к перемещению. Каждому было положено прийти к челноку с определенным знаком и погрузиться в него самому и его близким. Его челнок обозначался как косой крест, обведенный в овал.

Добраться до него было не трудно, перед взором появлялась интерактивная карта и направление движения. Ему с семьей понадобилось не больше сорока минут чтобы прийти и занять места в челноке на жестких, неудобных сидениях, после чего они поднялись в воздух и полетели в верх. Иллюминаторов не было, и он не видел куда летели, только после, того, как они приземлились и открылась аппарель он увидел, что находится в огромном ангаре, в котором стояло около пятидесяти таких же челноков как тот на котором прилетели они и из них выходили другие люди. Их всех встречали существа похожие на жуков. Их конечно предупредили что новые хозяева совсем не люди, но для большинства увидеть таких крупных пауков было шоком. Некоторые женщины кричали, а дети, напуганные криками, матерей плакали. Но длилось все это совсем не долго.

Этот ангар оказался посадочной палубой для челноков в большом корабле, который в свою очередь будет тоже спускаться на землю.

Еще пару дней они проходили инструктаж, на котором им объяснялся порядок их действий после высадки оккупационных войск. Им разрешалось почти любое насилие, кроме прямого убийства нонкомбатантов. Оставшиеся люди слишком ценный ресурс и расправу обещали страшную и он в это почему-то верил. К тому же ему хватило бы и издевательств. Москали ответят за все, теперь они узнают, что такое высшая раса, рабские ничтожества землю жрать будут, и он это постарается обеспечить. Алексей приложит все силы чтобы превратить их жизнь в ад на сколько будет это возможно. И сейчас он не та старая развалина с пивным животом и отдышкой, рост метр восемьдесят, длинный, русый волос и аккуратная чуть рыжеватая борода. Бицепсы и грудные мышцы выпирают из-под форменной футболки, да и пресс стал как будто деревянный.

Ему нравилось его нынешнее состояние, еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким живым и по другому не скажешь, могущественным.

На борту корабля их всех поселили в большой ангар сказав, что это на несколько дней и очень скоро они будут жить в привычных условиях. Каждому мужчине выдали автомат Калашникова и боекомплект из трех сотен патронов, десяти гранат эф один. Очень радовало, что почти все в плоть до запасных магазинов можно было хранить в кармане, который у него подрос с пятидесяти тон у рядового, до восьмидесяти у командира десятки.

Еще будучи в лагере, он ни раз выходил со своим подразделением на обход близлежащей территории и набирал в карман все что ему казалось важным и интересным. К этому времени у него оказалось несколько мотоциклов, разных модификаций в том числе и электрический, два пулемета эм два Браунинг и пятьсот патронов к ним. Три ракетных установки Джевелин. Двадцать килограмм золотых изделий, и большой склад продуктов питания, и одежда с электроникой. Хотя в нужности электроники он уже начал сомневаться. С подарками хозяев они начинали терять свою ценность, но носил их по привычке, потому-что выкинуть всегда их успел бы. Ему вполне хватало и того, что теперь есть у него в голове. Мессенджер типа воцап, но с гораздо большими возможностями, выход в локальную и все еще работающую сеть интернета, таким образом он мог смотреть как ролики и фильмы, так и слушать музыку не одевая наушников. Мог узнать точное время посчитать калькулятором, вплоть до возможности ставить таймер на засыпание и подъем. Ему вообще стало хватать всего четыре часа для сна, все остальное время он был деятелен и почти не уставал. Александру нравился новый он, Галемба кайфовал как никогда в жизни.

Он и представить не мог что когда-нибудь будет в составе оккупационных войск, тем более в рашке. Ведь украина всегда было под ярмом грозного соседа, и вот сейчас все поменялось, он почти-что хозяин положения. Ну ничего, придет время, и он еще покажет кто в доме хозяин. Он может ждать, терпеть и добиваться своего, у него получится занять свое место в этом новом мире.

Глава 10.

Добравшись до дома и не найдя приключений на свою пятую точку, решил устроить дома легкую уборку. Хором с детьми взялись за пылесосы и вытирание пыли. Сначала пропылесосили все спальные места и поменяли все постельное, после Паша пылесосил, а Леночка протирала пыль как и где только могла, я же мыл полы на совесть, ну как бог надушу положит. Это я всегда делал не так сильно стараясь, не особо залезая в дальние углы, но хотелось создать комфорт хотя-бы на минималках. Перед этим поставил мясо тушиться с картошкой в мультиварке, по окончанию уборки закинул туда овощей и оставил на медленном огне до утра. А сегодня сделал рис быстрого приготовления, со сливочным маслом и ветчиной. Достал из кармана кимчи и корейских салатов в ассортименте. На десерт помыл винограда и вишню.

Сегодня вечером было так хорошо и спокойно, так по-домашнему. Как будто и не было миллионов погибших, за закрытыми окнами не было видно изуродованного города. Все еще была вода в кране и электричество в сети, интернет исправно снабжал мои жесткие диски информацией. Дети не так много ели риса и корейских закусок, доели все что было на тарелках и принялись за фрукты. Я так же не стал есть много и помыл еще пару гроздей винограда. Сидели, ели фрукты, а дети рассказывали, что они делали пока меня не было дома. Я без особых подробностей рассказал, где был сегодня.

За этими разговорами я наметил дела на завтрашний день. Решил подвесит плиты на потолок в прихожей. Так же в коридоре перед дверью и на лестничной площадке повесить по одной монке. И провести управление в квартиру. Решил замаскировать их под что-то техническое, приляпаю какие-нибудь пластиковые ящики. По-хорошему, можно вообще все общежитие заминировать управляемыми монками. Сказано сделано, после подвески плит буду минировать, дело нужное и придется проводить видео наблюдение. Ни разу этого не делал, но не думаю, что не смогу осилить. И естественно придется опять сгонять к вагонам, пополнить запас монок.

После того как наелся фруктами решил на ночь глядя устроить примерочную. Достал из кармана комплекты формы, которую я взял из вагонов и начал надевать и выбирать по росту. Старую уже рваную одежду решил выкинуть. Через пятнадцать минут нашел комплект по фигуре и нацепил.

Да уж ничто так не украшает идиота как военная форма, в этой форме из меня получился весьма жирный гусь, брюки, куртка и футболка с ботинками сели как влитые. Кепку решил не одевать, никогда мне не шли головные уборы, да и не чувствовал я тяги их носить.

После того как примерил все что хотел, разделся уложил детей спать и лег сам, на завтра намечался очень насыщенный рабочий день, самое главное подвесить плиты в прихожей. На этих мыслях я выключился.

Проснулся ровно в пол шестого, солнце уже высоко, а негр все еще в постели, поднялся, недолго думая и побежал в туалет. Сделав все что нужно, отключил мультиварку и зашел в спальню к детям, они все еще спали. Я решил покушать как это я делал раньше в моем любимом одиночестве, а затем и детей покормить. И накинулся на еду. В большую тарелку положил еще горячее мясо с овощами и добавил немного вчерашнего риса, получилось слегка остудить еду и добавить в количестве. Мясо оказалось выше всяких похвал, никогда не понимал людей, которые не могут готовить или как-то косячат во время приготовления мяса. Его ведь невозможно, испортить и сегодня я оказался опять хорош в готовке, сидел ел что бог послал и напевал любимую песню про себя.

Жизнь прекрасна в Петрограде,

Если ты на винном складе,

Пей Петровское хмельное

Да Анжуйское глотай.

На десерт решил доесть мой любимый сгущеник, в кармане было еще половина торта, и в первый раз за это время не хотелось пить сладкий чай, вот я и сделал терпкого душистого без всяких там добавок напитка. То-что любят настоящие русские сто процентный инглиш брэкфаст.

Сначала проглотив первый кусок торта и запил чаем. Горячая терпкая волна смыла сладость со вкусовых рецепторов, и я от удовольствия закрыл глаза, прислушиваясь к ощущениям. Как же я люблю это состояние первого глотка черного чая. Теплая волна опускается в низ по пищеводу и взрывается в груди приятным таким пожаром. За окном только еще начинается новый день, и дети все еще спят. А нет уже начинают возиться. Но и я уже скоро заканчиваю пить чай.

Из комнаты появилась заспанная мордашка Леночки.

- Я уже проснулась, а Паша не хочет вставать, пожаловалась она.

- Беги умывайся и будешь кушать, а Паша встанет после тебя.

- Дядя Степан, а ты сегодня что делать будешь?

- Буду весь день с вами или в доме рядом, далеко не буду уходить. И может если успеем и будет безопасно сходим погулять на крышу.

- Ура! Пискнула Леночка и убежала в ванную.

Я тем временем положил ей мяса с овощами и немного салатов. Знаю, что дети с утра не так и сильно хотят кушать. И все равно старался исполнять роль строгого старшего. И тихонько подойдя к двери в ванную сказал.

- И не забудь почистить зубы.

- Хорошо, сказала кроха.

- Я проверю.

На обратном пути зашел в спальню к Паше и спросил, что бы он хотел есть из того, что имеется.

Он попросил мясо с овощами, рис и фрукты на десерт.

Через пятнадцать минут дети уже дружно ели и тихонько разговаривали между собой. Леночка рассказывала брату сон, который приснился ей, подробно вещала о том, как за ней гонялась баба Яга. Брат сосредоточено ел все что было положено, мечтая добраться до фруктов.

Наказав им убраться со стола после того, как они поедят я решил сходить на улицу и выкинуть три мусорных мешка которые скопились в моем кармане, за одно посмотреть обстановку.

На улице стояло обычное весеннее утро, матюгальников и хохломобилей видно не было.

Избавившись от мусора, решил зайти в маленький магазин под названием «Апельсин», который был рядом с домом.

Зайдя туда, обнаружил почти пустые полки и грязный с осколками стекла и штукатурки пол. На прилавках и складе я нашел пару упаковок жестяных банок со сладкой газировкой производства Япония и блок шоколадок Милка большого размера с лесным орехом, забрал все, пригодится.

Сделав программу минимум, пошел домой и по лестнице решил поднятья бегом и за одно посмотреть с какой скоростью смогу подняться до восьмого этажа. Забежал на верх за шестнадцать секунд, не ожидал от себя такой скорости. Подивился работе нанитов, открыл дверь домой и зашел. Дети уже убрали со стола и играли в комнате.

Я решил подготовить и разметить все места куда и что я буду крепить плиты за раннее, а когда будет шумно, начну все работы. В течении часа отмерял все что только мог, а потом подготовил все инструменты и продумал, и прописал порядок действий, которые буду делать во время полета челнока. В самом конце, шипя и матерясь про себя, притащил в прихожую эти две плиты, поставив их у стены, продел в отверстия мощный анкер и закрепил его, скрепив тем самым две плиты. Анкер был с проушиной на конце и за нее закрепил трос.

Решил не заморачиваться с электроникой и все сделать на системе блоков. Если успею воспользоваться этим, то хорошо. Но основная надежда у меня будет на монки. Это страшная вещь и даже человек усиленный нанитами не сможет противостоять если ему вдруг металлический шарик влетит в глаз и пробьет головной мозг на сквозь. Успел наметить и подготовить все места куда буду крепить блоки. И через два часа поднялся шум от челнока. Я бросился сверлить и стучать. Уже за пять минут до прекращения полетов челнока все что надо я просверлил и начал крепить к потолку и стенам. Остальное можно было доделать и без электрических, и от того шумных инструментов.

Еще через час я уже закрепил под потолком плиты, зафиксировал дополнительными стопорами. Освободить плиты можно было всего лишь выдернув штырь из крепления, которое находилось в комнате после кухни.

Дав детям, наказ убираться в комнате, сам пошел по дому присматривать места куда бы воткнуть монки. Темных и грязных мест в общежитии хватало, и я решил поставить не меньше десяти штук, две из которых будут возле моей квартиры. Осталось найти подходящие пластиковые боксы, в которые это все можно без проблем уместить, и маскировка обеспечена.

Решил пока не поздно пробежаться в строительный «Идеал», и посмотреть, уверенный что найду, сел на велик и уже через пять минут искал нужного размера пластиковые коробки и конечно же нашел. Пластиковые серы боксы, которые можно было прикрутить к стене и выдать их за часть электропроводки или щитков для интернета. Взял пятнадцать штук и поехал домой.

Дома схватил дрель, пластиковые дюбеля и саморезы в течении полтора часов прикрутил все коробки, где к потолку, а где и к стенам, начал устанавливать в них монки. Места в этих боксах для этого хватало, да еще и оставалось. В свободное пространство засыпал саморезов, не жалея, да и было бы чего жалеть. Для хороших людей ничего не жалко, а уж для не-братьев, вообще со всей душой. После установки начал прокидывать провода, при возможности пряча их под другую проводку, какой был вполне достаточно в нашей общаге. Поставил десять монок, на большее не хватило трудового запала, да и подумал, что скорее всего буду добавлять больше со временем, а сейчас и так хвати. Перед квартирой поставил одну и еще две штуки на лестничной площадке и одну в холе рядом с квартирой. По окончанию, засел дома за еду, хорошо, что дети едят мало и накидав в мясо с овощами риса и добавив туда еще и кимчи, героически это все уничтожил. Время было всего четыре часа, и я решил прошвырнуться по военторгам. Вышел из дома и прыгнул на велосипед, вспомнил что в районе железнодорожной слободы имеется кучка таких магазинов. Конечно, ехать туда не ближний свет, но что-то делать надо, и я поехал. Еще выезжая, я подумал, что это немного лишние, ведь я не планировал это делать сегодня. Но жадность обуяла. В районе жд вокзала нашел первый, в недрах которого нашел электронные бинокли компании Зиг Зауэр в ассортименте в количестве двадцати штук, как же я мечтал о таких на войне. Взял все, не стесняясь. Подобрал несколько ножей и одно показавшееся мне прикольное мачете, довольно острое и с хорошим лезвием, можно даже назвать его и мечем. Увидел патроны на Сайгу и прибрал и их вышло сто штук. Подобрал несколько комплектов тактических очков, они легкие и пусть будут. После чего придушил свою жабу и поехал домой.

Глава 11.

Галемба.

Вот уже несколько дней как мы высадились на территории рашки и работали новыми властями. Конечно, по началу было интересно и энергично. Но со временем все как-то устаканилось и начинала наваливаться скука. Я все чаще в обход всех должностных инструкций уходил в город для того, чтобы побыть одному. Бояться там было нечего и некого. Наниты во много раз сделали меня сильнее, умнее и более живучим. Всего пару раз нам получилось развлечься с моими подчиненными. Первый раз мы изнасиловали пару девиц, ну да с них не убудет. А еще один раз прибили к доске какого-то москаля, было весело и интересно. Сегодня решил пойти и поискать себе чего-нибудь интересного и выгодного. Первым делом пошел по местам, где были ювелирные магазины. Прошвырнувшись по ним, пополнил свое хранилище десятью килограммами золотых изделий. И того уже у меня было сто десять килограмм золота и камней. После чего решил походить по кооперативным гаражам. Таких было много закрытых, но я доставал мощную болгарку и в течении десяти минут вскрывал железные двери.

На пятой двери нашел мотоцикл Кавасаки Ниндзя А 400. Ярко зеленого цвета двухколесная машина, красивый до невозможного и прибрал его в хранилище. Еще через двадцать минут нашел электробайк, взял и его. На этом решил закончить с грабежом гаражей, пока никто не настучал куда следует, а ведь такие были, уже нескольких человек пытали электричеством и перевели в разряд тупых ботов. То есть их не убивали вовсе, но люди становились словно зомби, бессловесные исполнители приказов.

Наметил себе одно большое девятиэтажное здание для тщательного осмотра, вдруг что-то интересное найду там.

От гаражей оно находилось совсем не далеко. Вот я и решил пойти и начинать осмотр с самого верха. На девятый этаж я вбежал очень легко, с такими силами лифтом пользоваться было слишком долго, и начал идти по этажу и заходить в открытые квартиры и выбивать двери в закрытых. Девятый прошел и ничего не обнаружил. А вот на восьмом этаже услышал какой-то шум в одной из квартир и выбил дверь хоть и не совсем легко, деревянная дверь была укреплена тем, что открывалась наружу. Поэтому я вынес ее вместе с косяком. И в квартире нашел двух корейских ублюдков, которых сразу и расстрелял. Эти нелюди орали как кролики, но для хозяев они даже не люди и должны быть уничтожены. Переслал видеоотчет о том, что нашел узкоглазых и уничтожил лично я, сразу же получил бонусом увеличение на двадцать тон хранилища и еще несколько фишек. Уже с мертвых срезал головы, это заставляли делать для отчетности. И только решил выходить как в квартиру зашел еще один персонаж. Я его сразу узнал, это был тот, кого мы с ребятами прибивали к доске, обосавшийся москаль, трусливое животное.

Глава 12.

Все время, покуда я добирался домой, меня не оставляло в покое чувство тревоги. У меня так иногда бывает, правда крайне редко, от того и никогда оно меня не обманывает. Еще на подъезде к дому я услышал пару очередей и ускорился. Поднимаясь по лестнице, почувствовал запах сгоревшего пороха, и уже на подгибающихся ногах рванул вверх.

Зайдя в квартиру, увидел хохла и сразу в нем узнал того-кто прибивал меня к доске, он узнал меня тоже, и поманил пальцем.

Позади него лежали два манекена, детские такие, а головы видать куда-то делись, бракованные манекены, зачем они у меня дома.

Но что самое главное делает хохол в моем доме, эту ситуацию надо как-то разруливать. Наверное, я объясню ему что ни в чем не виноват и законопослушный.

Никто меня слушать не хотел, и когда я приблизился то получил с начала ногой в живот, а после и коленом в лицо.

Больно не было, просто как-то ноги у меня ослабели и что-то закружилась голова, я упал на четвереньки и тряся головой начал разбрызгивать кровь по полу. Руки пытались разъехаться, хохол тем временем обрабатывал меня ногами со скоростью отбойного молотка.

Так я долго не продержусь и после такого и думать не смогу как убрать из дома манекены.

И как раз в этот момент хохол перестал меня бить и решил прогуляться в коридор.

Что мне оставалось делать я моментально метнулся в сторону машинки для подрыва монок и подорвал все что есть. Рот у меня был и так открыт, ибо носом дышать я не мог, так что по ушам ударило не очень. Квартиру заволокло пылью. И все же, через несколько секунд я услышал, что кто-то ползет в прихожей. Не стал медлить и вырвал фиксатор от плит, которые повесил недавно. Плиты с грохотом упали на пол, и я услышал дикий вопль.

Пошатываясь, встал и пошел вперед. Как только я увидел хохла, лежащего и придавленного плитами на половину. Одна рука была раздроблена, но второй он держал автомат и начал стрелять в меня. С такой дистанции может попасть даже слепая старуха, а уже тем более усиленный нанитами боец. И он не промазал. Очередью он перебил мне ноги, я рухнул лицом вперед и на этом патроны у него закончились. Его лицо было разбито в дребезги глаз небыло видно во рту пузырилась кровь, но наноботы работали видимо, как сумасшедшие. Он достал из кармана глок и начал стрелять на шум. Мне раздробило нижнюю челюсть, от чего она ошметками повисла и перестала слушать меня. Кровь еще больше потекла на пол.

Я вытащил из кармана мачете и подобно безумному пирату подполз к хрипящему и упирающемуся хохлу, навалился на него сверху и начал бить его мачете по шее. Но перед этим провел ему по горлу от чего, он еще больше забулькал и резко убавил прыти.

Должно быть странное зрелище, когда два кровавых человека лежать в общей, лужи крови и один из них пытается обезглавить другого. По прошествии долгих десяти секунд я отделил голову от подсвинка и понял, что мое хранилище пополнилось на сто двадцать тон и кучу приятностей. Но радость от этого перекрывала проблема с манекенами. И тут прямо передо мной упали две гранаты эф один. Я в удивлении уставился на них и свет потух.

Глава 13.

Выживший.

Мне снилась мать, что она пришла с родительского собрания, где ее песочили из-за меня. И она взяла свой любимый кипятильник и шнуром от него бьет меня куда попало и по ногам, и по лицу, и по спине. Мне больно, очень больно и я кричу, пытаюсь спрятаться под кровать, но меня постоянно вытаскивают за ноги из-под нее и боль продолжается.

Мне всегда было непонятно, за что так бить детей и конкретно меня, я ведь никого не бил и не обижал. Старался из всех своих сил жить в мире со всеми, кто меня окружал.

Я орал и плакал, и пытался спрятаться, а мать все била и кричала что я тихушник, шакал и я у нее получу по первое число.

Но избиение не могло продолжаться вечно, и она успокоилась и вытащив меня в последний раз, наказала и поставила в угол на колени перед этим насыпав туда гречку. Если первые несколько секунд стоять на гречке легче чем получать по организму шнуром кипятильника, то спустя пару минут все меняется и с каждой минутой становится все больнее и больнее.

Спустя десять минут я упрашиваю мать простить меня и выпустить мое тельце из угла. На что она говорит, что я буду стоять ровно час. Но час это, так долго. А если буду стоять плохо, то вообще и всю ночь, говорит она. Я не хочу стоять всю ночь и стою час в углу, но час все не кончается и создается впечатление что прошло уже несколько часов и это будет длиться вечно.

И почему-то мне в голову лезет песня из детства.

Голубой вагон бежит-качается,

Скорый поезд набирает ход.

Ну зачем же этот день кончается?

Пусть бы он тянулся целый год!

Я не хочу, чтобы он тянулся целый год, мне больно, очень больно, я устал от боли. Не должны так страдать люди, я никогда не хотел страдать, боюсь боли, помогите мне, мне плохо!

Видно, мать пожалела меня, ее сердце не выдержало моего скулежа, и она уложила меня спать, мне стало легко. Я, конечно, не простил ее за это и злой до сих пор, но мне легче и я, свернувшись калачиком засыпаю.

Утро и сквозь сон я слышу голоса, на голос матери они вовсе не похожи.

- Тащите его в медпункт!

- Да за руки и за ноги его берите!

-Пусть лучше принесут носилки

-Где ты у нас носилки видел? Взяли и понесли.

-Голову держите и чем ни будь замотайте!

Чувствую, что меня подняли и куда-то несут, пытаюсь открыть глаза, но что-то их слепило и на меня накатывает страх. А вдруг я ослеп и всю оставшуюся жизнь проведу как слепой крот.

Нет! Жеванный крот это не по мне. Я что-то пытаюсь сказать, но получается какая-то тарабарщина, чей-то тихий голос уговаривает меня по меньше говорить, и я успокаиваюсь. Не больно и уже хорошо, сколько можно еще страдать? И я проваливаюсь в теплые объятия сна. В этот раз мне ничего не снится

Утром, я понимаю, что это утро, от того, что солнце из окна светит мне прямо в глаза.

За окном, высокое синее небо, давно я не видел такого неба и таких стремных оконных рам. Белые деревянные, тысячу раз покрашенные рамы, с разводами на стеклах. В какой деревне я нахожусь. Закрыл глаза и прислушался к организму. Тошноты и боли вроде нет, ноги и руки на месте, челюсть тоже шевелится, да и вроде я что-то мог говорить. Сосредоточился на кармане, и вспомнил что после отделения головы от подсвинка карман у меня увеличился на сто двадцать тонн. А в итоге сто двадцать три тонны, шикарный подарок, но еще бы успеть им воспользоваться. Не даром меня закинули в какой-то сарай, и что со мной сделают из-за того, что я расчленил подсвинка.

А пока лежу, решил посмотреть на пещеру хохляцкого Алладина. Восемьдесят тонн в хранилище были заполнены, из самого интересного на что упал мой взгляд это был пулемет эм два, Браунинг и к нему полторы тысячи патронов, установка джевелин и двадцать ракет. Сто с лишним килограмм ювелирных изделий с камнями, конечно, но все же. Три больших двухдверных холодильника, вот зачем они ему так много? Штук десять мотоциклов, разных производителей, это может быть интересным если меня не раскулачат. И очень приятная находка, пищевой синтезатор с сотней картриджей. Мне он уже как бы и без надобности.

Сердце сжалось от боли, и я не смог сдержать слез, я лежал и выл белугой. Ну зачем, зачем я это вспомнил!? На этот вой в дверь ввалилась тетка необъятных пропорций и подбежав ко мне начала меня ощупывать и спрашивать, что у меня болит? А я и хочу остановиться, но все как-то не могу, в комнату набилось человек пять и все они пытались понять, что со мной происходит. Во мне все клокочет и ярость совсем не благородная вскипает как дерьмо, посыпанное дрожжами. Все что я хочу это еще раз найти этого хохла и еще раз отпилить ему голову. Меня подкидывает на кровати и уже три человека пытаются удержать мою тушку на ней, навалившись всем телом, и это в конце концов помогает. Я успокаиваюсь и начинаю слышать, что мне говорят.

- Сережа что с тобой, тебе больно? Спрашивает необъятная тетка и я понимаю, что ее зовут Зинаида Петровна.

Я ей тихо отвечаю, что мне уже лучше и пытаюсь освободившимися руками вытереть слезы.

Начинаю понимать, что меня зовут вовсе не Сережа, а очень даже Степан, Степа, степашка в детстве кличка была.

Что-то не так и я начинаю более пристально изучать людей и вещи вокруг.

Рядам с моей кроватью стоит белая тумбочка, по окраске которой можно считать сколько лет она прожила, это если отколоть кусок краски до самой древесины. На Зинаиде Петровне одета какая-то кофта, которую моя бабуля бы не рискнула одеть, растянутая и какого-то серокоричнивого цвета. Пудра на лице как штукатурка частично опадает на кофту. Невероятной высоты и толщины башня на голове, что видимо является прической. Ну и вот скажите, как с этим жить, ведь это преступление против женского пола.

Рядом с ней стоит девушка возраста примерно двадцати лет. Ее одежда так же не сильно отличается от Зинаиды. Бело-желтая блузка с воротником который похож скорее на древние макраме и коричневатая юбка на три четверти длинны ног, с непонятным узором и вся в складочку, уж не знаю, как это женщины называют. Один мужичек лет пятидесяти я понимаю, что знаю, как его зовут, Филарет Вольфович, работает завхозом и подрабатывает кочегаром. Любитель заложить за воротник, бешенный курильщик, курит папиросы Беломорканал. Фигура жителя племени Масаи, узловатые пальцы с морщинистой кожей и желтыми от никотина усами а ля Сябры.

С боку мнутся два парня лет шестнадцати. Один высокий брюнет с карими глазами, зовут Дима, второй среднего роста шатена с круглым лицом, на котором большой картошкой расположился нос, с ярко зелеными глазами, его имя Вадим.

Так и хочется крикнуть. Вадим! Давай попиздим!

Но я этого не делаю. Надо проводить разведку, а по сему буду косить под то, что я ничего не понимаю. Честность лучшая политика, как учат нас наши стратегические партнеры в их книгах. И я так и говорю, что не понимаю ничего, и кто я совсем не помню.

- У меня сильно голова болит, можно я посплю немного?

-Ты сильно голову разбил и скоро должен приехать доктор чтобы тебя осмотреть, говорит Зинаида.

И после того, как она это сказала, открылась дверь и вошла девица в белом халате и докторской белой шапочке.

Все посторонились, а она, взяв табуретку присела со словами

-Так больной, на что жалуемся?

-Он упал и сильно головой ударился, хором ответили ей два парня стоявшие сзади.

Я даже рот не успел открыть.

Докторша, девица на вид не старше двадцати пяти, миловидная фигуристая блондинка в белом халате подшитым по фигуре и в коричневых полусапожках на небольших каблуках. Достала из медицинской сумки блестящие ножницы и начала срезать бинты с моей головы. А когда закончила, не замедляясь резко дернула за них. Я вскрикнул, бинты прилипли к волосам и мне показалось не кисло, аж выступили слезы.

-Ну ничего, ничего, до свадьбы заживет. Промурлыкала они и намочив марлевый тампон зеленкой приложила его к голове, так что я даже зашипел. А докторша сказала, что все в порядки и никаких проблем не видит, рана небольшая и сотрясение не сильное. Напомнила, чтобы я полежал еще один день в изоляторе и после спокойно выходил в свет.

-Но он нам там всю лестницу кровью залил, возмутилась Зинаида.

- Раны на голове вообще очень сильно кровоточат, ответила ей докторша. Не переживайте я знаю, что говорю, рана не опасная я таких сотни перевидала. Дайте человеку отдохнуть сегодня и все с ним будет нормально.

Я лежал и прислушивался к своему организму. Понимал, что срочно хочу в туалет и еще очень хочу жрать.

- Зинаида Петровна можно мне в туалет?

-Да. Говорит она и начинает суетиться.

- Дима, Вадим, отведите его в туалет.

- Конечно отвечает Вадим.

Я встаю с кровати на мне ничего нет кроме синих семейных трусов и бело-серой майки. Рядом с кроватью стоят коричневые тапочки на резиновой подошве, в народе называемые, ни шагу назад.

Мои стопы свободно проникают в прохладно-липкое лоно тапочек, от чего по телу пробегает легкая дрожь. И я задаюсь вопросом, когда это я стал таким нежным и восприимчивым?

Парни становятся по бокам от меня, и мы выходим в коридор, по дороге Дима спрашивает, как я себя чувствую, на что я ему говорю, что нормально, а в ушах уже булькает вода. Мы идем по коридору на лево и на против лестничного проема поворачиваем на право, заходим в сначала в умывальник.

Пол из коричневого кафеля, положенного сумасшедшим плиточником, весь в буграх и выбоинах. С одной стороны стоят ряды раковин умывальников, в кранах у которых отродясь горячей воды небывало. Просто летом вода была не такая ледяная, а зимой к этим кранам было страшно подходить. И откуда я могу знать все это, может от того самого Сережи.

Повернув на право вижу дверь, покрашенную голубой краской, и захожу в нее. У противоположной стены стоят десять унитазов разделенные перегородкой и никаких дверей.

Давно забытая роскошь. Ну да мне не привыкать, подхожу к первому и выливаю все что накипело на душе, становится легче и я, помыв на совесть руки иду обратно в палату. По пути начинаю рыться в кармане и смотреть что я могу сожрать, когда останусь в гордом одиночестве. Нахожу несколько пачек белорусских чипсов со вкусом лимон-перец и пару банок фанты. Это у меня для разгона, а потом посмотрим.

Зайдя в изолятор обнаруживаем там только Зинаиду, которая говорит, что обед мне принесут сюда и до обеда осталось полтора часа. После чего вся делегация уходит, оставляя меня одного.

Оставшись один, я достаю банку фанты и чипсы, коробку от них сразу кидаю в мусорный пакет, который за ранее достал и начинаю яростно метать очень неполезную, но так нужную сейчас организму еду, обильно все запиваю фантой. Прикончив одну пачку, сразу достаю вторую, пряча все улики в мусор, чипсы немного крошатся и попадают в постель, но меня это не волнует, что-нибудь придумаю если заметят крошки на полу. После того как заканчивается вторая пачка я нахожу вафли трубочки со сгущенкой, плевать на качество главное, что они сладкие и их много двадцать ящиков по четыре килограмма. Трубочки оказываются великолепного качества, правда слегка подсохшие на с чаем или фантой они очень даже зайдут. На четвертой трубочке понял, что я немного наелся и решил пока остановиться. Вытащил несколько витаминных комплексов запил стаканом воды, который стоял тут же на тумбочке и решил полазить по сусекам, да и вообще узнать функционал кармана побольше.

Понимая, что скучать у меня не получится открыл иконки. Из продуктов питания у меня было все и много. Только колбас около двухсот килограмм, столько же котлет, пельменей чуть по меньше, вареники и голубцы по сотне, так же колбасы для жарки разных вариантов сто килограмм. Две тонны фруктов и две тонны овощей. Особенно порадовало что есть сто килограммов арбузов и столько же дынь. Запасливый поросенок попался, спасибо не говорю, что с боя взято, то свято. Десять штук велосипедов и один мой. Ноутбуки, системные блоки, мониторы и телевизоры штук триста все вместе. Большая куча из часов, смарт браслетов, клавиатур, кресел и колонок разных размеров. Карты памяти, жесткие диски, материнские платы и прочие компьютерные вещи, бумага формата, а четыре, сто пятьдесят пачек. Крупы, макароны, мука, сахар, масло, кондитерские изделия.

Одежда женская, мужская, военная форма, обувь, обвес на стрелковое оружие. Пехотные и противотанковые мины. Вот их то он зачем взял. Их правда всего десять штук было. Гранаты, российские и несколько вариантов импортных, пулемет системы Максима, вот зачем он эту дуру взял? Ну ничего что-нибудь придумаю с ним. Всякая медицина, была отдельным хранилищем на тонну. Шприцы, инструменты, перевязочный материал, антибиотики, витамины, и еще куча того, чего я не понимаю. Радиосканеры, рации и телефоны разных производителей, как кнопочные, так и смартфоны. Много разных пистолетов и пистолет пулеметов, боекомплект к ним. Дроны ди джи ай, разные тридцать штук. Два квадроцикла, зачем-то несколько металлических дверей, куча электроинструмента я его не стал смотреть особо. Пока рылся нашел плейер, у меня такого не было. Зашел в плэйлист, музыку там можно было искать по запросу или просто просматривая каждую композицию. Я попробовал ввести знакомые мне названия, и они все нашлись. Решил послушать что-нибудь безобидное сборник Энигматик. И под него продолжил рыться в кармане.

Я совсем забылся за этим делом, как ко мне в комнату зашла Зинаида Петровна и поставила поднос с обедом на тумбочку. Я быстро собрался сел на край кровати и начал есть. На первое был суп свекольник, он мне показался божественно вкусным, на второе макароны с подливом и свинской котлетой, это я тоже съел и не поморщился, весь хлеб, который был я приговорил не стесняясь. А запивал я вкусным, холодным компотом из сухофруктов, он был в граненном стакане. Сказав спасибо, повалился на кровать со словами. Ну вот поели, теперь можно и поспать.

За окном слышались звуки играющих детей, чирикали воробьи и воспитатели порой ругались на непослушных. А я лежал и думал, куда я попал и что мне делать. Ведь до сей минуты я не пытался осознать, где я и что? Череда сумасшедших событий, благодаря которым я вообще с трудом стал воспринимать реальность в серьез, да и смогу ли я стать вполне нормальным членом этого общества или так и останусь шакалом, падальщиком. Там будет видно, а теперь дело номер один, узнать, где я и кто во всех подробностях. И это я начну делать как можно раньше, но только когда попаду в среду таких же как я.

Факт номер один, меня зовут Сергей Михалев, это я вспомнил. Второй факт в том, что я живу в детском доме, все остальное мне придется узнавать чуть позже.

Залез в карман и посмотрел можно ли смотреть видео, понял, что есть и такая функция. Калькулятор, дальномер, уровень, бетоноскп, эхолот и металоисктель. Хохол оказался жирным, не зря он старался, надеюсь я хорошо потанцую на его костях и не одному национальному хохлу еще принесу неудобства, не совместимые с жизнью. Больше меня ничего не держит. Я, конечно, не положу жизнь на искоренение украинского национализма, но все же буду их утилизировать при первой возможности безжалостно, чтобы они боялись ходить по ночам. И первым делом надо составить список идейных хохлов, которые живут прям сейчас.

Так же у меня есть вопросы к проводникам официальной науки и деятелям правительства государства. Ведь что это получается, жили мы, жили, эти свиньи постоянно нам твердили и уверяли что мы одни. Хотя была масса свидетельств о том, что внеземной разум есть. И их видели многие, еще больше было не состыковок в истории и археологии, масса доказательств. Но они только и делали что высмеивали и не признавали, готовили нас к тому ужасу, который произошел на земле. Да кто бы мог всерьез думать об этом, до тех пор, пока не стало слишком поздно. Так что попытаюсь залить кровью и тех, кто умничает о том, что мы одни во вселенной. На них тоже составлю список и буду совсем не аккуратно терминировать по возможности, конечно, я ведь шакал и буду действовать полностью из-под, тешка. Лежа и шарясь по карману, начал смотреть индийский фильм Зита и Гита, на меня раз в год нападает романтическое настроение, и я смотрю всякий наивняк. Вот и сейчас лежал, и хихикал со смешных и наивных танцев и драк, радовался победам добра и посрамлению злодеев. После фильма решил покопаться в настройках кармана, может еще что интересное найду. И нашел, смог поиграться с усилением слуха и зрения, остался в полном восторге. Да мне цены нет, могущество идет впереди меня. Обидно только что жрать опять приходится много, но надеюсь, что скоро все же это приостановится, еды у меня на взвод таких как я год кормить хватит, так что я не опасался. Вот за этими мыслями ко мне зашли Дима и Вадим. Вадим сел на табуретку, а Дима плюхнулся на кровать и попал прям на мои ноги, я дернулся, а этот малолетний негодяй даже извини не сказал.

-Ну что Михась, как твое здоровье? Гаркнул этот малолетний негодяй.

- Да нормально вроде, только вот с памятью что-то у меня, не помню какое число и какой год сегодня.

- Сегодня четвегр 12го июня 1975 года. Сказал Димон.

- А что и правда ты ничего не помнишь?

-Да нет что-то помню, а что-то нет, говорят это нормально если головой удариться, так что вы мне подсказывать будете. Что со мной произошло что я ударился головой?

- Да ты просто шел, остановился, закатил глаза и столбом упал назад, вытянулся весь и хрясть, головой об пол и давай трястись. Никогда такого не видел, мы все испугались.

- Мы тебе завтрак принесем, когда сами поедим. Добавил Дима. Может тебе что-нибудь еще принести?

-Спасибо не надо, мне и так хватает, спасибо парни за заботу. Мне сейчас надо больше полежать, чтобы голова быстрее прошла. А потом вы мне подскажете что я не помню, это мне нужно.

Потом парни еще минут десять сидели и рассказывали о каких-то подростковых делах, в которые мне не очень-то, хотелось вникать. Все же колхоз и общежитие это, совсем не мое. Я взрослый человек, который привык жить самостоятельно и вот мне опять придется привыкать к общежитию. Ну да ничего, постараюсь что-нибудь придумать.

Тем временем парни собрались и ушли, а я остался с собой наедине. Столько информации за сегодня, как многое мне надо продумать. Жизнь начинает играть новыми красками и прожить ее надо в удовольствие для себя. Потому что понимаю, что смысла нет и плетью обуха не перешибешь. Никакой я не спаситель и сделать ничего не смогу, и так придется руки замарать в крови, но это только для личного пользования и этим никому не помочь. И уж точно никак мне не расшевелить это сонное царство, которое называется землей. С самых верхов, всех государств мира, все правительства хранили молчание и даже затыкали рты неугодным, а кто я такой чтобы противостоять им, я просто мелкая сошка, шакал, падальщик и никто больше. Что бы я не думал о себе, никогда умным я не был. Не был и выдающимся силачом или героем, храбрецом, всегда боялся и думал о себе. Так какой смысл мне становиться другим, конечно, я буду блюсти только свои интересы и ради них порву любого. Так что, берегись сова, медведь пришел.

Пока валялся и слушал сборники песен российской эстрады, думая, что это, наверное, старость пришла, ведь раньше меня от такого просто тошнило. Но справедливости ради хочу сказать, что эстрада в последнее время стала выдавать вполне приличные вещи среди водопада дерьма. Раньше до начала двухтысячных была сплошная блевотина и только после нулевых пошли исключения из правил и чем дальше тем больше случалось классных вещей. Особенно классно получались диджейские работы, эти труженики электронной музыки украшали попсовые хиты и делали их невероятными.

И вот пока я так лежал и слушая музыку ковырялся в своем складе в кармане, до меня дошло. Это же мой родной детский дом в городе Артем. И в этом детдоме я уже живу с начала зимы, где-то тут я хожу и мне всего пять лет, а моему брату четыре.

Меня аж под прошиб, но быстро взял себя в руки и успокоился. Нельзя выдавать себя глупыми, импульсивными поступками. В конце концов я взрослый человек, проживший целую жизнь и хоть что-то в умное в моей бестолковке должно отложиться. Потом схожу и посмотрю на это мелкое недоразумение.

В кармане я обнаружил что-то типа блокнота, куда можно делать заметки на память или типа планов на день, неделю, месяц и так далее. Очень хорошая штука и главное никто этого не узнает и потерять это никак нельзя.

Внес в свой план физическое и умственное и финансовое развитие. Решил начинать с малого и очень постепенно, а главное, чтобы как можно меньше народу видело мои возможности.

Не успел я отвлечься как ко мне в изолятор ворвались два пропеллера, Димон и Вадим.

Занесли поднос с едой и поставили его на тумбочку.

- Кушать подано, садитесь жрать пожалуйста! Проорал Димон и сел на табуретку.

- Привет больной еще раз, сказал Вадим. А мы сегодня после отбоя гулять в город пойдем, ты хочешь с нами?

- Нет сегодня я пас, надо лежать, да и вдруг спалят и тогда мне будет не весело. Еще сходим и ни раз, но не сегодня.

- Мы хотели с тобой сказал Дима, но, если нет так нет.

Сегодня они принесли гречневую кашу с мясным подливом и суп из сайры, очень вкусный, чай и три печеньки. Все это я сметал в течении пяти минут. Парни даже не успели понять.

- Ну и мастер ты стал по части пожрать. Бурно отреагировал Вадим.

- Это все, последствия удара головой. Говорят людей это меняет.

- Я и вижу, раньше ты бы ни за что не остался, и пошел бы вместе с нами.

- Но сейчас не раньше и голова у меня не очень. Так что давайте без меня.

- Какой-то ты совсем другой. Сказал Дима и они вышли из палаты унося с собой поднос с пустыми тарелками.

Прежнему мне, было бы, наверное, очень стыдно за свое поведение, но лично мне было похер. Единственное что я стал думать, что изменения слишком быстрые и поэтому мне придется быть осторожнее с поведением. Конечно, многое спишут на удар головой об пол, но это не-повод расслабляться.

Парни ушли, а мне опять захотелось чего-нибудь сожрать. Точнее не опять, а мне и не переставало хотеться есть. Порывшись в кармане, я вытащил четыре палки колбасы пряной с сыром и съел их, закусывая тостерным хлебом, вот уж всегда недолюбливал этот продукт похожий на вату, ну никак он не конкурирует с нашим хлебом. И запивая вишневым соком, получилось много и очень вкусно. После чего открыл окно чтобы проветрить комнату и пошел в умывальник чистить зубы перед сном.

Спать мне, не хотелось, но может быть за просмотром склада и прослушиванием какой-нибудь легкой музыки и получится уснуть.

Пока шарился по складу, нашел системы наблюдения, очень интересные вещи, я до такого еще не додумался чтобы прихватить. Проводку, в том числе оптоволокно, куча всякого крепежного материала, знаю брал столько не я. У хохла нашлось еще несколько труб РПГ 7 и большая куча гранат разного назначения и пороха к ним. Чувствую, что смогу воевать долго и весело. Опять же, чего проще работать с квадрокоптера, кидать что нужно на голову кому нужно без всяких труб. Человеки тут совсем не пуганые, живут не спешно и работают по старинке без всяких там модных штучек.

Не заметил, как уснул. А во сне ко мне пришли два манекена, они просто ходили за мной, куда бы я не шел и куда бы я не бежал, они бежали за мной. Я уже устал и сердце выпрыгивало из груди от долгого бега, и тут я проснулся. В коридоре слышались шаги, приближающиеся к изолятору и через пару секунд в дверь вошла Зинаида Петровна со словами. Ну все Михалев поднимайся пойдем в группу и на завтрак.

Изрекая это, она положила на стол верхнюю одежду и на пол поставила какие-то запыленные и деформированные коричневые, кожаные ботинки. Я быстро одел серую в клетку рубашку с длинным рукавом, который я сразу же подкатал, и серые брюки с подобием стрелок. Ноги легко влезли в ботинки, оказавшиеся довольно удобными и мягкими, видать хорошо разношенные, хот и выглядели они как две коровьих лепешки.

Выйдя из палаты, мы пошли в сторону лестницы, спустившись в низ повернули на право и пройдя метра два вошли в столовую, в которой уже сидело куча детей разных возрастов. За одним столом помещалось не меньше десяти человек.

На завтрак давали рисовую молочную кашу с яйцом и маслом и не крепкий сладкий чай.

Я всегда любил сливочное масло, оно оказалось таким вкусным, разделив его на две части одну намазал на кусок хлеба, вторую часть кинул в кашу. Подождал пока начнет подтаивать, хотя организм просил еды сейчас и много, начал есть. На против меня сидели Димон и Вадим. Перемигивались и шутили, я им что-то отвечал, поглощая вкуснейшую кашу с маслом и запивая это все жидким чаем с сахаром и куском хлеба. Хлеба в детдоме для детей никто не жалел и этому я был очень рад. Решил потом при возможности пополнить карман более свежим и интересным для меня продуктом.

Я уже давно забыл этот приятный запах, который бывает только в детских садах и детдомах в таких вот столовых.

Воспитатели, которые привели детей кушать, кучковались возле окна раздачи и решали свои воспитательские дела

Глава 4

На кухни что-то не сильно покрикивали повара, а в зале столовой стоял стук ложек и шум детских голосов. Все это казалось таким фантастически, невозможным, и далеким.

Но передо мной стояла насущная проблема пропитания. Ведь еды которой давали мне категорически не хватало. И долго ли я смогу прятаться и хомячить еду в тихоря. Такие вещи не приветствуются ни в каких коллективах. А показывать, что у меня что, то есть в детдоме, это как заявить, что я прилетел с марса. Об этом скоро все узнают и начнется карусель из попрошаек и интересующихся воспитательниц.

Эти пронырливые, заботливые и все ровно хорошие где-то в глубине души женщины, в наглую будут устраивать перекрестные допросы, чтобы выкружить себе что-нибудь к и так не большей зарплате. При чем то, что все они хором тянут с кухни и прочих мест, считают своим законным прибытком к жалованию.

К тому же на сколько я помню, сейчас в стране тотальный дефицит почти что всего, начиная от туалетной бумаги и инструментов и даже крепежа, до электроники, автомобилей и колбасы. За которой если ты все-таки найдешь, где она продается то стоять тебе придется не меньше часа.

Но в то же время были и хорошие, даже сказочные вещи. Такие как бесплатные спортивные секции и всяческие кружки по интересам. Туристические путевки от профсоюза, оплачиваемый отпуск, стабильная работа и железобетонная уверенность в завтрашнем дне. Что, наверное, и сгубило этих людей и эту страну, глубокая вера в руководство и почти детская наивность взрослых людей, сыграли с ними злую шутку.

Ну вот и закончился мой первый завтрак в приличном обществе в моей надеюсь долгой и хорошей жизни. Я встал и вышел в коридор, подождав парней и они меня повели в нашу комнату. Она находилась на третьем этаже, угловая комната окнами, выходившая на задний двор и пустырь за забором. Вид может и не очень, зато оттуда удобно было спускаться и подниматься в окно по простыням. И в этом было что поменять, я знал, что у меня есть оборудование и веревки. Все оборудование я светить не буду, но веревка, конечно пойдет на замену простыням. Ведь простыни это и долго, и небезопасно.

Моя кровать оказалась рядом с окном. Я подошел и сел на нее, открыл и заглянул в белую крашенную сотню раз тумбочку. В верхнем отделе лежала на половину выдавленная зубная паста Лесная и коричневая щетка для зубов с торчащей во все стороны щетиной. Так же там лежало мыл розоватого цвета, кстати пахло оно очень вкусно, всегда любил этот запах, пахло клубникой и слегка сливками, в общем, клубника со сливками, ну романтично же.

В нижнем отделе лежало полотенце, пара носков и кусок хозяйственного мыла, катушка с черными нитками и иголкой. Вот и все хозяйство, которое было.

Да не густо подумал я и закрыл дверь, повалился на кровать, ноги оставив на полу, потому что обувь снимать пока не хотелось.

- И что делать будем? Спросил я.

- Сейчас подождем пол часика пока воспетка поест и соберемся в группе, а потом найдем что делать. Школа же окончена, в город пойдем, наверное, пойдешь с нами?

- Да пойду конечно.

- Домашников потрясем, тошнотиков покушаем с лимонадом.

Я и не помнил того, что Сережа со своими дружками трясет домашников и как я понимаю выбирают тех, кто по слабее. Но заднюю включать не стоило. Надо сделать разведку и посмотреть, что и как. Думаю, найду предлог чтобы оторваться от них и сделать что-нибудь свое. Да, и честно говоря, хотелось и тошнотиков поесть и нормальный лимонад попить, буратино, ситро, грушевый, крем сода, колокольчик и даже пусть будет мной не любимый тархун. Вот только проблему с местной наличностью надо будет решать, срочным образом.

Так же надо будет решить в какое ПТУ придется устраиваться. В институт смысла нет идти, ну вот зачем мне идти в институт? Чтобы в последствии сидеть где-нибудь в кабинете и слушать начальника, а потом перепеть Сталина и добиться встречи с Высоцким? Нет избавьте меня от этой участи. Спасение утопающего мира дело рук самого утопающего, вот я прям сейчас, взял и бросился объяснять всем сидящим в управлении страной, а в идеале и миром, что всех победят не американские империалисты и глобалисты, а просто жуки из другого мира.

Еще на начальном этапе ко мне применят карательную психиатрию, и даже наниты не помогут. Я буду долго объяснять докторам что я не енот потаскун.

Так и прошло полчаса, и мы спустились на второй этаж в комнату нашей группы. В комнате вместе с нами находилось двадцать человек мальчиков и двадцать пять девочек, так же там была воспитатель нашей группы Елена Владимировна, дама Бальзаковского возраста, приятной наружности и вот такой окружности как говорил незабвенный фунтик. Цветастое похожее на смесь ковра и цыганского платка пиджак с черной до пола юбкой, черный крашеный волос, ярко красные губы и пахла она одним из самых ужасных запахов, молочным киселем. Мне с моими крепкими нервами и богатым жизненным опытом, резко стало плохо, а ведь мне приходилось нюхать всякое.

Мы все сели на стулья поставленные по периметру комнаты. А Елена встала в центре, в третью позицию и благоухая как майская роза начала вещать план действий на сегодня, из которого выходило, что. Сегодня до самого вечера мы имеем личное время и никаких плановых мероприятий кроме вечерней смены постельного белья нет. Сегодня мы должны быть только на полдник, обед и ужин. Нас предупредили о том, чтобы мы не конфликтовали с домашними детьми и вели себя прилично. После чего нас милостиво выпустили на волю.

На выходе из группы в дверях я столкнулся с девочкой среднего роста, худенькой с карими глазами и кудрявым волосом.

- Куда прешь Михась! Сказала она и острым локотком ткнула мне под ребра.

В моей памяти всплыло как ее зовут, это была Козина Вера. Отличница, спортсменка и любительница поскандалить.

- Сама такая коза! Не стал отмалчиваться я и назвал ее по кличке, они были у каждого кто жил в детдоме. Хотя конечно самому мне вовсе не было обидно от такого детского наезда. Видимо просто память этого малолетнего грабителя домашних детей давала о себе знать. Но я уверен, что в скором времени я это исправлю.

Мы густой волной бежали по лестнице на улицу, никто не хотел находится в здании, начались каникулы и пока еще нас не забрали в пионер лагерь. Многие просто пойдут в город посмотреть людей, а себя не сильно показывать. Потому что детдомовские дети одевались не очень. Конечно, была выходная одежда, но она выдавалась только тогда, когда мы выходили всей группой в город на посмотреть кино или в цирк. Да и то вся одежда была одинаковая для всех, нас сразу узнавали, как детдомовских. Люди сторонились нас, одним словом, малолетние бандиты, отбросы общества, зона по ним плачет. Что было не далеко от истины.

Глава 14.

Город.

Спустившись с лестницы, мы встали на улице и начали обсуждать куда с начала пойдем.

- Пошли за дэдик, и там за пустырем выйдем в город, сказал Кацо, он же Дима.

- Лучше пойдем через школу и выйдем нормально, это предложил я.

С чем все согласились. И вот я Михась, Дима Кацо и Вадим он же Сева, пошли в сторону средней школы номер шестнадцать.

Наш путь лежал мимо здания кочегарки которое было из красного кирпича и угольных куч. Потом мы зашли на территорию школы и повернули на права, пройдя через школьный парк, вырвались на оперативный простор.

У меня уже начался натуральный голод, и я искал повода свалить от друзей моих товарищей, да и, честно говоря, не хотелось кого-то грабить, а особенно несчастных малышей. Уверен это самый эффективный и бескровный способ для них что-то заработать.

Перейдя на другую сторону дороги, мы слегка смешались с жидкими прохожими, чтобы не дай бог воспитатели не заметили нас из окон детдома. Пройдя метров триста, парни предложили перейти на другую сторону и сеть на автобус доехать до центра. Очень уж они не хотели топать пешком несколько остановок, но я сказал, что не хочу на автобусе и лучше пойду пешком. В то время было очень легко ездить на автобусах без билетов. Можно было просто подойти и сделать вид что кидаешь пять копеек в автобусную кассу. Это такой металлический серый ящик с прозрачной крышкой, под которой шла резиновая лента, разделенная не короткие секции и после того, как сделаешь вид просто открутить себе билет. Никто не контролировал людей кроме их совести, чем и пользовались многие. Но мне точно было не по пути, и я отстоял свое желание остаться один.

Договорившись что встретимся в три часа на площади, возле дома культуры, на том и расстались. А я сразу же решил идти куда-нибудь, где меньше человеческих глаз. В какие-нибудь заброшенные места и там, перекусить и подумать, как частично легализовать свое имущество, ну хотя бы часть еды и какую-то одежду и обувь. Желудок уже вопил чтобы в него что-то поместили, и я решил найти какие-то печенья, но вспомнил про трубочки со сгущенкой, начал доставать по одной и есть по ходу. Запивал из колонок, которые встречались по дороге, газировки со склада брать не рискнул на людях точно не стану этого делать. В этом времени люди глазастые и четко видят все что хоть как то, выделяется из привычного мироздания. Так я протопал километров пять пока не увидел заброшенный частный дом. Перелезая через забор, зацепился штаниной за торчащий гвоздь и сделал большую гэ образную дырку. Ну вот сейчас еще и брюки надо искать. Безобразная дырень, ниже колена на правой ноге не добавляла к виду детдомовского бандита плюсов к харизме.

Забежав в бесхозный дом, в котором не было ни одного стекла, рачительные хозяева что скорее всего жили по соседству давно вынесли все что в хозяйстве пригодится. Но пара табуреток и кровать с металлической сеткой там имелись. Так же там был крепкий древний стол, которым я и воспользовался. Достал один небольшой мусорный пакет и постелил его на столе. Достал один из военных пайков, которые имелись в достатке у хохла, вскрыл его, подготовил разогрев поставил какую-то кашу на огонь. Между делом достал колбасу и тостерный хлеб, в хохляцком кармане его было килограмм пятьдесят, а это очень много. Вскрыл бутылку фанты и с жадностью начал пожирать продукты, через пять минут колбаса была сожрана и настало время каши, тем временем поставил подогреваться что-то овощное с курицей. Все это съел в течении пятнадцати минут, от чего моя тушка была довольна мной.

Затем все что было сложил в мусорный пакет и засунул его в карман, нечего чужеродным мусором раскидываться.

Прилег на кровать и отсутствие матраса мне не помешала, начал рыться в кармане на предмет одежды. Если, к примеру, трусы и носки как-то можно было себе найти. То вот остальное сильно бы бросалось в глаза. Футболки без логотипов у меня были и разных размеров, нашел себе одну зеленую с серой полоской по груди. Выглядела она простенько, но со вкусом и не выделялась особо. Максимально приемлемо оказались только зеленые брюки из крепкой ткани от рабочего костюма, так же взял себе тряпичный ремень с металлической бляхой, такие сейчас уже были хоть и считались фирмой, но все же многие носили и не особо выделялись. Достал черные китайские кеды, без всяких надписей. После чего срезал все этикетки и одел это все на себя. Старую одежду засунул в мусорный пакет и опять положил в карман.

И как только собрался выходить услышал шаги и в дом вошли два веселых гуся. Здоровые такие парни с прыщавыми опухшими и пьяным мордами.

- Опа чик, а кто это тут такой нарисовался? Сплевывая серой от никотина слюной сквозь зубы, спросил самый высокий и широкий в плечах обезьян.

- Я просто так зашел, попытался пролепетать я и смещаясь в сторону окна.

- Деньги есть? Сказал второй, с бледными рыбьими глазами крепыш похожий на не высокую тумбочку.

- Нету у меня ничего

- А если проверим?

Я уже понял, что просто так мне не уйти, а убегать мне и не хотелось вовсе. Парням было где-то от двадцати до двадцати трех. Явно уголовная шушера, от которой мне в детстве доставалось ни за что ни про что. Так что без всяких там переживаний подписал им приговор. У хохла в кармане был глок с глушителем и достав его за спиной шагнул подальше от окна в глубь комнаты.

Сначала сработал того, что был ближе к выходу, это был с рыбьими глазами. И как только второй увидел, как оседает его товарищ то ноги его задрожали и он со словами.

- Не надо я никому не скажу, стал пятиться назад.

Тащить его до погреба у меня не было никакого желания, и я стрельнул в него, но попал в горло.

Бугай развернулся, но тут же его ноги подогнулись, и он упал на пол, через минуту он затих. Сначала я хотел сразу закинуть их в подпол, но решил проверить по карманам. И вот что мне попалось. Две банкноты по три рубля, три по пять рублей и десять рублей по одному, из которых три рубля были железными один с головой Владимира Ильича Ленина и крейсером Авророй и два с памятником в честь победы в великой отечественной войны. Так же три рубля мелочью разного номинала. Так же нашел по финке у каждого и прихватил чтобы потом выкинуть где-нибудь в воду. У каждого было по пачке сигарет Ява в мягкой упаковке и одна целая пачка бэтэ в твердой упаковке. Все это забрал себе. Больше ничего не стал брать. И того у меня получилось тридцать четыре рубля, плюс сигареты на два с половиной рубля.

Ну вот уже и начинаю зарабатывать, это же заработок больше чем за неделю рабочего человека, думал я, подтаскивая квадратного и скидывая его в подпол. После чего насыпал пыли на пол да погуще чтобы скрыть следы крови, пришлось постараться. Поставил себе заметку что надо прийти сюда в течении пары дней и сжечь постройку предварительно хорошенько пропечь двух жмуров. Жалости почему то, к таким не было вообще. Да и почему шакал должен испытывать жалость к падали, он ее ест, вот и все. Выживает сильнейший, до этого они были сильными и делали что хотели с такими как я.

После того как все закончил я осторожно выглянул из окна и не увидев никого прячась за постройками вышел через калитку. Пошел обратно по улице в сторону центра, в надежде увидеть какую-нибудь точку, где торгуют тошнотиками. Это такие жаренные пирожки с ливером, самые вкусные пирожки на земле. Стоили они всего пять копеек и поэтому были народными любимцами, рабочие, студенты, дети и инженеры. Все от мала до велика любили тошнотики, и не смотря на народное название относились к этой еде с трепетом и уважением. Ведь альтернативой тошнотику был только плавленый сырок дружба с куском хлеба. Ох и его я захотел, так что сегодня устрою себе дегустацию. Так я шел и думал о том, что поем сегодня местного кефира, того самого который любил Весельчак У из Гостьи из будущего. Ну а сейчас я и Коля Герасимов и Алиса Селезнева в одном флаконе. Алисаааа, меелофон у меняяяя, шел я и ржал про себя проговаривая разные фразы из этого фильма, чтобы скоротать время, да и развлечь себя чем-нибудь кроме музыки. И как-то незаметно для себя решил спеть песню, уж очень накатило.

Ты так похожа на самое яркое летнее

Солнце

Только ты лучше

Ты научила меня улыбаться, даже

Когда смотрят тучи.

Тебе приснится теплый ветерок

Он унесет на тучи сквозь туман

Твои ресницы цвета васильков

Ты украшаешь небо своим взглядом

Васильки на самокат

Девочки в глазах ребят

Что же лучше?

Тучи круче

Тучи тучи

Круче круче

Как люди….

Тучи тучи.

Только для тебя

Только для тебя

И в волшебном мире грез

Ты встретишь любовь

Двери слегка приоткроешь

Ведь засыпая вновь

Ты захочешь вернутся

Под летний теплый дождь

И когда наступит ночь

Ты коснешься его

Знаешь в волшебном мире грез

Ты встретишь любовь

И дверь приоткроешь

Ведь засыпая под новой луной

Захочешь вернуться

Улыбнуться.

Так я шел и подглядывая в текст подвывал эту песню горланил песню Ивашек Интернешенел во всю глотку. Пусть не так круто, как они, зато от души. Вообще мне было тяжело воспринимать все что со мной происходит в серьез. Должно быть я просто умер там еще в самом начале мора и это какой-то загробный мир. Такого не бывает, мы все умерли, а с того света не возвращаются, оттуда не возвращаются. Так я шел, не зная сколько по пыльным улицам, где еще и не было асфальта и бормотал себе под нос «оттуда не возвращаются, оттуда не возвращаются». Очнулся от того, что кто-то постучал мне по плечу со словами.

- Мальчик что с тобой?

Это была бабуля божий одуван, с ситцевым платком на голове, из-под которого видны были седые пряди, морщинистое загорелое лицо светилось каким-то внутренним светом. И я подумал, что как раз сейчас тут рядом живет и моя бабуля со своим татарским дедом, который бухает как черт, совсем не по муслимски.

- Подскажите, как отсюда пройти на площадь Ленина?

- Да вот прямо пойдешь, до улицы Фрунзе, а там повернешь на лево и мимо площади не пройдешь.

- Спасибо большое, сказал я и зашагал по быстрее. А то закроют в больницу, где кормят вкусными таблетками.

На внутреннем таймере было без десяти три, и я в течении пятнадцати минут добрался до дома культуры угольщиков. По пути зашел в небольшой продуктовый и купил себе десять тошнотиков, хоть они и были холодные, но благодаря трем сыркам дружба и четырем бутылкам лимонада, прием пищи прошел на ура.

Оставил парням по пирожку и одну бутылку на двоих с одним сырком. После чего пошел слоняться рядом с домом культуры, чтобы меня было виднее. Устав мозолить глаза, сел на скамейку, которая была там же рядом с клумбами. Через пять минут за спиной услышал знакомые голоса и обернувшись помахал им бутылкой с «Колокольчиком». Парни не заставили себя долго ждать и сияющие как медные пятаки подбежали ко мне. Я вручил им по сырку и пирожку, открыл об край скамейки бутылку лимонада и протянул её Димону.

- Ты че такой красивый?

- Да у бабушки был, она меня переодела.

- Не знали, что у тебя есть бабушка.

- Я и сам не знал, но вот недавно мне сказали, что она живет тут не далеко. Нагло врал я двум малолетним оболтусам, и они мне кажется, верили.

- Давай в гости сходим, прошамкал с набитым ртом Вадим.

- Хватит, сходил уже, старенькая она для того-чтобы всех подряд принимать. Вот вас угостила и радуйтесь.

- Ну ты и жмот, сказал Дима и заржал как конь.

- Сам ты жмот, больше ничего от нее не получишь за такие слова.

- Ладно, ладно, я пошутил.

- Шутник хуев, больше так не шути.

- Да он с голоду, дурной совсем, сказал Кацо.

- Вы что совсем ничего не ели сегодня?

- Почему, двоих на сорок копеек развели и покушали, но ведь этого мало, ходили очень много. А классная у тебя одежда.

- Старую у бабули оставил, постирает. Пойдемте обратно, а то скоро ужин. Не хочется пропускать.

По дороге я отдал парням две початые пачки Явы, чему они были очень рады и достав коробок спичек закурили по сигарете и предложили мне, я отказался. На что они посмотрели на меня как на явление Христа народу.

- Ты же всегда курил. Сказал Дима.

- А сейчас бросаю, вам больше достанется.

- И то правда ответил он же, затягиваясь сигаретой.

Пока шел в детдом я продумал что сегодня все-таки надо будет поджечь дом со жмурами. Хорошо, что спать мне надо не так много, как остальным и опять же возможность поставить будильник в кармане присутствовала. Так что я совсем не боялся проспать. Бегать я не буду воспользуюсь мотоциклом на батарейках, я проверял она заряжена на девяносто пять процентов и в кармане не разряжается. За одно сожгу весь свой мусор.

Пока думал эти людоедские, шакальи мысли дошли до детдома и поднялись по ступенькам. В холл на первом этаже. Он уже освещался яркими лампами дневного света, в небольшой будочке, сидела бабуля, память подсказала что все её звали баба Маша, она как раз заступила на вахту до утра.

До завтрака осталось чуть меньше часа, и мы пошли в свою комнату. Разговаривать не хотелось и я молился всем богам и самому товарищу Ленину чтобы меня оставили в покое. И мои молитвы были услышаны, парни, посидев немного на кроватях решили пойти к кочегарке покурить за угольной кучек, пока есть время. А я включил свет и сняв кеды упал на кровать. Что-то надо придумывать с тапочками, но на ум пока ничего не шло. Все что у меня есть, слишком выделяется. Ну да ничего поменяю кому-нибудь, на что-нибудь. Достал веревку и отмерив достаточное количество чтобы от батареи хватило до низу положил ее под матрас. Парням потом объясню, что ее я нес под футболкой и теперь нам не надо ничего связывать, вот же они будут рады.

Я часто задумывался куда бы пойти учиться после восьмого класса, находиться в детдоме и быть под присмотром воспитателей вовсе не хотелось. Я человек испорченный свободой, мне простор подавай. Можно было бы пойти в строительный, но там слишком тяжело, туда, где есть что-то по части техники. Я никогда не чувствовал себя особым любителем всякой механики, хотя при желании насмотревшись ютуба чинил что надо из автотехники. И вот сегодня, когда шел и пел понял, что пойду я учиться в Уссурийск в культпросвет училище по-простому в культяпку она же кулёк. А что, там большинство учащихся полные лохи и девиц много, а молодому организму витамина Эс не хватает.

Как говорится, ума нет иди в пед, стыда нет иди в мед, ни там, ни тут, в сельхоз институт. Ну и по части стыда нет можно культяпку добавить, хоть и не в рифму за то правда, ну и еще там весело. Так что решено иду в культяпку, и перед этим надо срочно поправить свое финансовое положение, денежек местных заработать и вот над этим нужно подумать крепко. Ну все же душегубствовать, я все-таки в прошлом человекофил. Это сейчас насмотревшись для меня агрессора завалить без свидетелей, что высморкаться, но раньше я таким не был.

В коридоре послышался крик что надо идти на ужин, я одел кеды и выбежал на продол, откуда поспешил на первый этаж, в такую уютную столовую.

Зайдя в столовку, нашел Вадима и Диму подсел к ним за стол. Народ начал на меня немного коситься, да вот так вот жить в детском доме, если что-то ни как у всех, то ты становишься объектом для пристального внимания. Я то и выбрал самое не броское, но все же и этого хватило чтобы на мне скрестились завистливые взгляды. Блин надо скорее валить из этого, милого сердцу гадюшника.

Сегодня давали Суп из сайры и картофельное пюре со сливочным маслом и мясной котлетой.

Эх мне бы это все в тройном размере, подумал я и принялся ожесточенно работать ложкой, думая о том, что если успею, то еще и в комнате сожру пирожок или что-нибудь. Но парни как на зло от меня не отставали. Поэтому я начал налегать на хлеб, пусть хоть так я еще потом и витаминами закинусь вместе с микроэлементами, да и достану вафли скажу, что прятал в где то, в общем буду врать в надежде на то, что все ровно свалю. Мне ли старому подонку не обмануть детей, как два пальца об асфальт. Как раз пока ел понял на чем смогу заработать и не сильно то политься. В хохлятском да и в моем кармане было много дешевых и не очень носков. Очень многие из них были белые и разных ярких расцветок, так же ремни и всякие уходовые средства которых было много как у меня, а у подсвинка еще больше. Ну вот и решено, начну с носков и ремней, а там и парфюм с помадами и пудрами и всяким там бабьим подключу. За месяц я думаю ко мне не начнут подкрадываться. К тому же можно будет ездить и во Владивосток, там город большой и кипучий.

Так же стоит заняться своей внешностью, сбрить этот мерзкий пушок над верхней губой, вроде электробритвы у меня тоже есть и дорогие и китайские дешевки, нужно только зарядить как то, незаметно.

На выходе из столовой опять столкнулся с козой в проходе, да что это она меня преследует что ли, подумал я. А от нее услышал, ты что это Михась разбогател что ли?

- Богатеи все в Париж уехали на такси работать. А у нас все свои и все свое. Бабушка купила.

- А откуда у тебя бабушка?

- Верблюды подарили бабушку, пробурчал я, ускоряясь и выбегая на лестницу.

Придя в комнату, быстро достал пару простых черных носков для соседей и отдал им, когда они зашли домой. Сказав, что это тоже дала бабушка, чтобы им не было обидно. Они приняли носки с удовольствием, ибо такое богатство давали не часто. У меня в тумбочке лежала еще одна пара уже постиранных носков, да и так на всю жизнь хватит.

После этого пошел в туалет умываться и чистить зубы. Наниты, конечно, вещь, но хорошая привычка ухаживать за собой, жаль в первой жизни меня некому особо было учить этому. Решил больше не шокировать народ и чистил зубы старой мохнатой щеткой, ничего потерплю и не такое терпел.

После возвращения лег в постель и сказав, что сильно устал выключил свет, лег на кровать, предварительно поставив будильник на два часа ночи уснул. Проснулся по сигналу, который слышал только я, открыл глаза и прислушался с соседних кроватей раздавалось тихое сопение. Все соседи спали очень крепко, я достал веревку из-под матраса и один конец привязал к батарее, положил веревку на подоконник. После этого я не стал одевать вещи, которые носил сегодня, а взял из кармана черную форму охранника и тактические черные же ботинки, на голову одел черную вязаную маску и выкинув веревку опираясь ногами о стену спустился вниз. По пути понял, что надо бы одевать перчатки и сделать узлы по всей длине.

Уже находясь на земле, припустил в сторону кочегарки и шестнадцатой школы. Уже там в парке извлек мотоцикл завел его и без всякого грохота, тихо выехал из ворот школы. Доехать до заброшенного дома мне хватило пятнадцати минут. Там я спрятал в карман мотоцикл и вошел во двор так же, как и выходил. Включил ночное зрение, и вот зачем я брал эти электронные бинокли, ну да найду куда пристроить, каким-нибудь браконьерам продам. Они любят такие штуки к тому же импортные можно продать дорого.

Зашел в дом и открыл погреб, оттуда пахнуло прохладой. Я начал кидать туда все что деревянное и может гореть, кидал двадцать минут вытащил все что только можно с веранды и со двора. Благо соседние дома были далеко и собаки даже не брехали. Достал две канистры бензина и выкинул в подвал весь мусор, пусть тоже горит, облил все это сначала подпол, а второй канистрой облил дом изнутри.

Вытащил из кармана мотоцикл поставил его у калитки и подойдя к дому зажег спичку и кинул. С первого раза ничего не получилось, спичка упала на пол и потухла. Пришлось заходить и искать бензиновые лужи, и вот тогда то, дом и полыхнул, я еле успел выбежать. Быстро сел на включенный мотоцикл и поехал в обратном направление. Фару не включал, ночное зрение и почти беззвучная работа электродвигателя помогли мне без проблем добраться до детдома. Мотоцикл я убрал не в школьном дворе, а гораздо раньше и возвращался я, заходя на территорию детдома с другой стороны, для пущей конспирации, возвращался со стороны пустыря, пришлось немного испачкаться, но это вообще не страшно. И уже через полтора часа я снимал с себя одежду и обувь в нашей комнате и засовывал все это в карман. Веревку пока решил не светить, отвязал ее от батареи и положил под матрас. На моих соломенных было уже три часа тридцать пять минут. Я сходил в туалет и улегся в постель. Кстати, по дороге обратно пока пробирался по пустырю я активно ел чипсы и запивал это все вишневым соком, таким образом успел съесть две пачки чипсов и пару сосисок в тесте, я их не брал, но вот заботливый хохол меня ими обеспечил. Теперь я знаю, чем могу перекусить, да и сколько мне открытий чудных, готовит расхищенья дух. Так что я лежал в постели, почти сытый и почти довольный. Нету тела, нету дела, там скорее всего все обгорит и обвалится. Я уже полчаса назад начал слышать сирены пожарной охраны. Главное, чтобы они как можно дольше ехали на этот пожар. Ну да здание сухое, деревянное и загорелось очень хорошо, так что думаю пожарные приедут уже к тому времени как дом сложится в подвал и остатки догорят уже в глубине. А два мясных куска превратятся в горелые черепки, до которых никто и не подумает добираться.

А пока я лежал и сортировал в кармане носки и откладывал сначала белые с надписями на латинице знаменитых брэндов, таких как адидас, найк, пума. Так же отдельно складывал гигиенические прокладки, которых было как то, слишком много, мне они не нужны. А вот советские женщины таким добром не балованы. Отдельно клал колготки и женское белье. Всех вещей делал по десять штук в отделении.

Еще у этого подсвинка обнаружился большой склад импортного и отечественного алкоголя. Полторы тонны разного дорогого пойла, все оно пойдет на мое обогащение. Я не любитель бухать, точнее вообще принципиально не пью и не курю. Вот и сигареты буду продавать, только что делать с надписями и фотографиями на пачках, ну да что-нибудь придумаю. И без этого есть что продать. Пока не заснул сделал десять комплектов носков, ремней и женского белья с прокладками. В ближайшее время надо будет идти и продавать, скорее всего надо будет идти на другой конец города, а потом уже и во Владивосток ехать. На этом и уснул.

Проснулся, когда за окном уже во всю светило солнце, из форточки в комнату задувало утренней прохладой и мои соседи активно ворочались в постелях. Мне очень хотелось встать и пробежаться по утру километра два-три. Но я не стал шокировать людей, которые живут со мной рядом, и так для них слишком много чего со мной происходит, сейчас я должен соответствовать словам из песни Шнура, «ЗОЖ, пиздёж». На часах было семь утра, через час должен был начаться завтрак, так что я встал и взяв полотенце и щетку с зубной пастой, кстати можно продавать и зубные пасты под видом импортных и экспортных вариантов. Беда только в том, что там много чего написано на русском. Ну да будем проверять. Пошел к умывальникам и туалету. Вместе со мной туда же шли самые ранние пташки, большая часть детей валялась в постелях до самого последнего. Народ на меня смотрел с подозрением, видать Михась совсем не любил вставать рано. Ну да что поделать я хоть и молодой, но голова то у меня старая и мне приходится ей пользоваться.

Зайдя в умывальник, сразу почувствовал бодрость, потому что, там было самое холодное место. Я насколько только мог быстро почистил зубы и умылся, сбегал в туалет и уже полностью бодрый побежал в комнату, где уже поднимались Кацо и Сева.

Войдя туда, пожелал им доброго утра, на что они, вращая всклоченными головами ответили, что-то себе под нос и удалились на гигиенические процедуры. Вчера видать в час уснули не раньше вот и не выспались, дети они такие любят поздно ложиться и очень поздно вставать. Хотя эти два слона уже подростки и для них жизнь должна быть не сахар, нежный возраст уже давно прошел. У самих уже дети в тестикулах пищат, у меня кстати тоже, бедный я надо решать эту проблему или срочно начинать заниматься спортом. Только он хоть немного может помочь сбить это напряжение, еще немного и я начну на толстых воспеток заглядываться, а это не серьезно. Тут я и подумал, а может быть в настройках есть возможность прикрутить этот фитилек, когда он мешает и включать когда нужно. Сделал заметку поискать в настройках на досуге, а пока будем укреплять терпение.

Застелил постель, оделся и лег полежать, начал вспоминать кого я помню из нашей группы.

Вспомнил девочку среднего роста и приятной полноты, с круглым личиком и большими серыми глазами, аккуратными губками как у девочек в анимэ. Её звали Ольга Мельниченко, она всегда садилась на соседнюю со мной парту и часто давала мне списывать, я часто ловил на себе её взгляды. Надо будет подойти и поговорить с ней, может даже сегодня. У меня появилась идея, если у нас с ней окажутся хорошие отношения, то можно будет подарить ей пачку жевательных резинок. Мелочь, а в позднем СССР это было редкостью и предметом зависти, попрошу ее никому не говорить, что это от меня, пусть сама что-то выдумывает.

Еще сегодня было бы хорошо сходить к малышам, а лучше посидеть на улице и посмотреть на себя маленького и на брата. Сказано, сделано, с утра никуда не ухожу, а смотрю за малышней. Может быть, увижу в столовой, хотя в столовой мне некогда смотреть, там я ем, вот и голод начал протягивать свои грязные пальцы. Но до завтрака осталось пять минут, и мы веселою толпой, смеясь и толкаясь пошли по коридору. Из соседних комнат выходили дети нашей группы, так и гораздо меньшей и все мы спускались на первый этаж, где разбивались по группам и строем, по порядку входили на кухню. К тому времени как мы подошли воспитательница уже успела нас всех пересчитать и запускала. Мы, как всегда, сели за стол втроем. Более взрослым детям всегда давали больше еды чем малышам. Вот и я попросил кухработницу дать мне побольше манной каши, и она не пожалела положила полную тарелку, жаль только масла дали как положено. Еще сегодня было яйцо, сладкий чай и по две шоколадные конфеты «Василек», синие блестящие обёртки, я очень любил рассматривать их в детстве. Такие вещи давали не часто, это было большой праздник для детей. Самые хитрожопые быстро съедали свои конфеты и бегали, и приставали со словами «угости пожалуйста». Я был из тех глупцов, который иногда угощал, ведь меня с детства учили, что жадность, это очень, очень плохо. Сегодня я решил не есть конфеты, а угостить себя и младшего брата, положил сладости в карман. Кацо как-всегда, начал клянчить у меня конфеты, на что я ему сказал, что если не перестанет, то получит в лоб, а не конфету. Он обиделся и замолчал.

Что-то вы меня давно ничем не угощали, а я уже второй день должен вас обслуживать, вот будет чем угостить, обязательно угощу. На что он надулся и замолчал, только еще быстрее начал работать ложкой. Ну да мне похер на его обиды, все ровно скоро расстанемся и каждый пойдет своей дорогой.

После завтрака, мы снова пошли в нашу группу, где нам сказали, что сегодня вечером будем мыться. Днем начнут мыться малыши, а наша очередь самая последняя. Все очень обрадовались. Что из себя представляла помывка детей. В прачечном комбинате при детдоме, который находился в одном здании с кочегаркой стояли три больших стиральных машины со стеклянными иллюминаторами, перед ними стояли очень большие ванны. В эти ванны набирали горячую воду, как минимум никто не подбирал комфортную детям температуру. Туда кидали три куска хозяйственного мыла и загоняли по десять-пятнадцать детей. Малыши медленно заходили в обжигающую воду под крики воспитателей и так же медленно садились и привыкали к этой воде. Мерзкие жабы орали на них и требовали быстрой помывки. Вода мгновенно становилась серой, а потом и почти что черной. На бортах этих белых ванн оседал черный налет, это было грязь с детских тел. Потом они просто смывали с себя пену той же водой и вытирались полотенцем. Вот и вся помывка. Хоть такая это уже хорошо, потому что малыши, а особенно мальчики уже на следующий день были страшнее чертей, играя на угольной куче в черной пыли и все что они могли с собой сделать это только помыть руги, ноги и лица в холодной воде, которая шла в умывальнике. Но дети другого и не знали, и всегда были рады даже этому. Нас старших пускали ополаскиваться в душ, который находился недалеко от этих ванн.

Глава 15.

Увидеть себя.

Через десять минут Елена Владимировна отпустила нас. Мы гурьбой потянулись на выход, по пути к двери я подошел к Ольге Мельниченко и сказал ей.

- Давай на скамейке посидим, кое-что сказать надо.

-Давай, интересно, что скажешь.

Выйдя во двор, мы спустились по щербатым ступеням крыльца, и я предложил ей пройти к лавочкам, которые находились на игровой площадке. Достав из кармана одну пачку желтой жевательной резинки джуси фрут, и когда мы сели на лавочку незаметно вложил в ее руку.

- Это мне бабуля подарила, вот решил тебя угостить. Никому не говори, что это я тебе дал.

В глазах девочки загорелись огоньки радости, ведь даже на новый год в подарках никогда не клали жвачку. Она была большим дефицитом, а уж импортная тем более.

На площадке уже бегали малыши и я быстро нашел себя среди них. Шустрый нелепый ребенок с большими серыми глазами, бегал и чего-то там кричал двум другим малышам.

Какой нелепый и жалкий, подумал я, своего младшего брата я не видел, но решил подойти к себе и отдать ему две конфеты которые оставил с завтрака.

- Степа, Мостовой! Подойди сюда. Крикнул я.

Малыш, нерешительно остановился глядя на меня, но с опаской все же пошел.

Молча встал и смотрел на меня своими большими глазами с такими пушистыми ресницами. Я протянул ему руку с конфетами и сказал.

-Угощайся Степа.

- Спасибо Михась. Не решительно беря конфеты, сказал он и убежал к своим друзьям по игре. Где сразу же начал есть одну конфету, а вторую, как всегда, поделился с друзьями.

- Что-то ты сегодня всем подарки даришь. Сказала, хитро смотря на меня Оля.

- Не всем, а только вам. И на сегодня хватит.

- А на завтра?

- Это, завтра будет видно, главное ты никому не говори. Потому что если скажешь, то и тебе ничего не останется.

- Это мне и так ясно. Ты что кого-то ограбил?

- Нет, я же говорил бабуля угостила.

- Так у тебя никого не было никогда.

- Я и сам так думал, а вот нашлись родственники.

- Что сейчас делать будешь?

- В город пойду, у меня там дела.

- С тобой можно? А то мне скучно.

- Только не сегодня, обязательно сходим, просто мне нужно одному.

Оля, немного надувшись, встала с лавочки и пошла в сторону входа в детдом.

А я еще раз гляну в сторону себя маленького пошел по направлению школьного двора, оттуда и решил выйти в город, чтобы где-нибудь в тихом месте и сожрать что-нибудь. Потому что голод начинал меня терзать всерьез, а голова начинала отключаться на этом фоне. Но одна умная мысль все-таки пришла ко мне во голову, в кармане среди классных и дорогих велосипедов нашелся один японский, с женской низкой рамой который был похож на современные велики, и я его решил использовать. Перебежав через дорогу на автобусную остановку, на которой как раз сейчас стоял и дико вонял выхлопными газами от дизельного двигателя. Это был Лиаз, номер маршрута был единица, но мне он был не интересен я быстро отошел от него и углубился в сторону кустов, закрывавшими большую часть обзора, а за ними находился, черный, покосившийся старый, глухой забор. Как раз там между буйной растительностью и забором я достал тот самый велик, выволок его на тротуар сел и поехал. Да переключения скоростей на нем не было, но в этих условиях это было плюсом. Мне не надо было пугать людей своей беготней, потому что в этом времени спорт хоть и любили, но все же на спортсменов глядели с высока, как на немного больных на голову людей. Тут вообще хватало здоровых развлечений, связанных с движением и понятие гиподинамия пока отсутствовала. Частного автотранспорта было очень мало, зато было в достатке городских и междугородних автобусов. По дорогам ездили зилы, мазы, камазы и газы. С редким вкраплениями всякой экзотики типа Колхида, Татра, и разнообразной тяжелой техники. Таксисты работали только на волгах, частные же лица чаще всего ездили на москвича, жигулях, очень редко на волгах, все еще встречались, москвичи в старых еще круглых кузовах и легендарные победы. Инвалидки, запорожцы, мопеды и мотоциклы, очень любили Уралы и Ирбиты, с коляской разумеется, любили их не зря, надежные, выносливые и доступные по цене, они стали народными средствами передвижения. Но любой мечтал пересесть за руль Волги или Жигули, очень редко встречались Нивы. Но в СССР на все были очереди и квоты и простым людям приходилось изворачиваться чтобы хоть что-то получить, за свои кровные. Дельцы из братских республик часто занимались перепродажей автомобилей, наваривая две, а то и три цены. Вот этих и подобных им я и решил при возможности щипать и ощипывать. А как я это буду делать? Думал я, да просто с помощью своего мега слуха и супер-зрения. У меня в запасе почти все лето, вот это я думал пока ехал чтобы посмотреть, что там происходит с этим сгоревшим домом. Навигатор работал отлично, и я решил подъехать к нему с другой стороны, на всякий случай и вот пока я ехал увидел, полуразрушенный двухэтажный дом из красного кирпича. Большая часть окон были выбиты, но оставались и целые. Вот туда я и занырнул чтобы героически обожраться чем бог послал.

Заведя велосипед в подъезд, убрал его в карман и поспешил поднятья на второй этаж. Пробежавшись по комнатам, нашел стул и круглый деревянный совсем без лака или покраски стол. Передвинул его подальше от окна, постелил мусорный пакет, начал выкладывать еду в разовые тарелки. Достал белых грибов банку, одну копченную курицу, булку тостерного хлеба, яблочный сок, кетчуп, майонез, и сыр. Начал все энергично закидывать в себя, организм давно уже кричал о том, что пора бы чем-то подкрепиться. Создавалось впечатление что желудок скоро начнет есть сам себя. Но я все же не забыл, хорошо настроить слух, чтобы не повторилось того, что было совсем недавно. В этот раз мне хватило двадцати минут чтобы съесть все кроме куриных костей и майонеза с кетчупом. Сок допивал уже с трубочками, их осилил только три и этого мне показалось достаточно. Вытерев руки влажными салфетками, все сложил в мусорный пакет, спустился в низ и вытащив велик выкатил его на улицу. Вывел его на дорогу и услышал сзади.

- Эй пацан, а ты кто такой, что тут делаешь, иди сюда?!

Разбираться с малолетними гопниками у меня отсутствовало всякое желание и я, запрыгнув на велик, нажал на педали. Бояться то я их вовсе не боялся, но следовало быть осторожнее, да и напрячься мне, честно говоря, хотелось. Поэтому еще пару минут я слышал удаляющиеся крики за спиной, а потом и вовсе они затихли. Вот так вот всегда в жизни, на встречу приключениям опаздывать нельзя, вроде так пелось в детской песне.

Я сделал крюк в полтора километре и наконец то доехал до горелого дома. На его месте стояла только труба от обгорелой печки, все остальное сгорело дотла. На улице никого не было видно, только где-то вдалеке ковылял какой-то дедок с тросточкой. Я поднажал на педали и решил ехать к городскому рынку, похожу, послушаю, может чего и узнаю, там-где деньги, там и те, кто любит их отнимать. С детства помню, что он где-то недалеко и на нем работает моя тетка Марина, цветы продает, очень хорошо зарабатывает. Продам ей что-нибудь из парфюма и косметики. Так же потом может и золото продам. Ей буду продавать чуть дешевле, по родственному, хотя она прям сейчас и не является моей родственницей. По дороге нашел маленький закуток из двух кирпичных стен из белого силикатного кирпича, зашел туда и спрятал велик. Вышел, перешел по большой металлической трубе на другую сторону то ли мелкой речки, то ли большого ручья и уже через пять минут заходил на рынок.

Рынки как будто бы ничуть не изменились, только что весы были старые с черными гирями и двумя площадками, да ассортимент немного поменялся. Я шел между рядами, где торговали картошкой, огурцами, помидорами, толстым соленым салом с прожилками. Неподалеку стоял мясник с большим топором, и в грязном кровавом фартуке, разделывал тушу свиньи, мне совсем не было желания к нему подходить, но мужичек явно кавказской национальности выглядел колоритно. Большой живот обтянут фартуком прикрывает бело-серую майку, татуировка богоматери на левом плече и мясистые сильные руки. Черные усы и внимательные черные глаза наблюдающие за людьми из-под козырька кепки. Но я двигался к цветочному павильону. Спросив у проходящей женщины, хотя какая она для меня женщина, девица лет тридцати, в самом соку, она пальцем указала направление до места, где продаются цветы. Я подошел к одной из бабуль, которые торговали и попросил газету, мне дали комсомольскую правду, в нее и решил завернуть все что буду продавать. Ну не в сумках же из будущего это все таскать, так и до беды не далеко. На потом решил приобрести себе что-то менее броское для переноски барахла. Скрутив большей кулек зашел за пустой ряд прилавков, начал накидывать туда из кармана. Положил три флакона туалетных вод, две женские, одну мужскую, несколько пар белых носков, три пары капроновых чулок, помад горсть кинул и пару косметических наборов китайского скорее всего производства, но это не важно. Зашел в цветочный павильон и спросил у первой женщины, где Марина Мостовая? Мне показали пальцем в другой конец, и я пошел, не думаю, что смогу ее не узнать. Жгучая брюнетка с черными глазами, метр семьдесят ростом. Не доходя до конца, я ее увидел стоящую с своем отделе и продающую розы женщине. Я решил подождать пока она обслужит и подойти.

Стоять пришлось не долго, меньше пяти минут, и как только отошла женщина я подошел к прилавку.

- Здравствуйте, вы Мостовая Марина?

- Да. Внимательно осматривая меня сказала она.

- Мне сказали, что вы можете купить у меня дефицитные вещи.

- Что за вещи?

- Я могу вам показать только, чтобы никто не видел.

- Зина посмотри за моим местом я скоро вернусь, сказала она женщине с другой стороны рядов и поманила меня за собой.

Мы прошли через небольшой темный коридор, в конце которого была дверь, оббитая коричневым дерматином. Открыв ее ключом, она пропустила меня вперед и закрыв за собой дверь села за стол светло коричневый такой, за какими домашние дети делали дома уроки.

- Ну давай показывай.

Я подошел и положив кулек на стол развернул его. Она минут пять рассматривала все вещи и потом сказал.

- Сколько за все?

- Сто тридцать шесть рублей за все. И скидка шестнадцать за опт, если возьмете все сразу. Вам продаю дешевле чем остальным буду продавать, так что вам не надо смело накидывайте половину и продавайте кому хотите.

- А с чего мне такие привилегии спросила она.

Хотя я видел по ней что ей все понравилось.

- Просто мне вас посоветовали, сказали, что надежный человек, и платежеспособный. А это очень важно.

- Как тебя зовут мальчик?

- Сергей Михалев, ответил я.

- Ты еще можешь достать такого или еще чего?

- Достану, но не часто, смогу приходить не больше двух раз в неделю, так пойдет?

- Конечно, забираю все.

И она, открыв ящик стола, достала пачку денег и отсчитала сто двадцать рублей. Пятьдесят рублей было двадцати пяти рублевыми купюрами, три по десять рублей четыре по пять и остатки трешками и рублям.

- Вы можете дать мне свой телефон? Может планы поменяются, и я бы вам сообщил.

- Конечно. Она вырвала половину страницы из тонкой зеленой тетради и ручкой записала свой телефон.

- Звони вечером, после шести.

- Понял, ответил я. Если в следующий раз очки и одежду тоже принесу, нормально будет?

- Да, конечно, приноси, а что еще есть?

- Есть алкоголь импортный и экспортное советское тоже. Дорогое и подешевле. Но знатоки оценят.

- Неси посмотрим.

- Сразу много не смогу принести, тяжело будет, а машины или мотоцикла у меня пока нет.

- Неси сколько можешь. И лучше в следующий раз приноси все ко мне домой. Я тут не очень далеко живу. И дописала адрес на бумажке. Это частный дом, добавила она.

На этом мы и распрощались. А я пошел искать магазин, где можно купить не дорогую, но вместительную сумку через плечо, а может быть даже что-то типа тех дерматиновых сумок, которыми поголовно пользовались в советское время разного рода бабули. Единственный из минус что их можно было носить только в руках. Ну да ничего, своя ноша не тянет, к тому же не всегда я это в руках носить буду.

Так что я вышел с рынка и пошел искать магазин, где можно купить сумку, которая не вызывала бы косых взглядов. Пройдя пару магазинов и посмотрев, что там продается я не стал покупать никаких сумок, а купил просто белый пластиковый пакет с толстыми пластмассовыми с мордой веселой собаки на голубом фоне, с ручками из толстой пластмассы. Обратил внимание я на него совершенно случайно, потому что меня заклинило почему-то на сумках. Нашел я его в комиссионном магазине за три рубля пятьдесят копеек. Отдал деньги и на выходе положил его в карман, я помнил такие пакеты в детстве, но я не знал сколько они стоили и где вообще продавались. Потом можно хоть чемоданом воспользоваться, кстати в последней заброшке я видел один такой очень старый, но его можно отчистить и накидать туда товара, пусть будет как резервный вариант. Так что на завтра я запланировал пойти туда и забрать его, а сейчас я пошел гулять по городу и привыкать к новой для себя жизни.

Зашел в магазин и купил себе бутылку крем соды, один из вкуснейших лимонадов в союзе. Дошел до городского парка, и сел на скамейку, бутылку открыл об скамейку и начал есть сосиски в тесте и трубочки, запивая вкуснейшим лимонадом. Очень хотелось попить кваса, но бочек с ним я как-то не видел пока. Под лимонад съел шесть сосисок и две трубочки, заглушил голод, который уже начинался. Сидел наблюдал за тем, как дети играют детской площадке, катаясь на качелях и догоняя друг друга. Смотрел на молодых мамаш, которые мне в дети годились бы, но почему-то вызывали определенные желания, абсолютно не связанные с целомудрием. Девочка и мальчик лет шести кидали камушки в подобие фонтана, фонтан то был, но вот тугих струй, бивших из него, не было. Но никого это не смущало, город жил своей летней жизнью, по дорогам ездили не такие уже и частые машины, по тротуарам ходили пешеходы, а я просто сидел и радовался всему этому. Хотелось ли мне спасать все это? Я не знаю, сейчас я не хотел думать о лишнем, на данный момент было несколько насущных проблем, требующих первоочередного решения, это деньги, поступление в училище и начинать жить отдельно от колхоза, который всегда был у меня в печенках. В кармане у меня было чуть больше ста пятидесяти рублей, но это вовсе не сумма, которая спасет отце русской демократии.

Время было половина второго, так что я достал пакет и начал потихоньку накидывать в него из кармана. Положил туда четыре пары колготок и одни чулки, четыре штуки блестящих часов, понимая, что это точно не золото, а китайская подделка под именитые брэнды. Пять солнцезащитных очков, трое из которых были мужские, не стесняясь сыпанул горсть бижутерии, там уже разберемся. Знакомая, которая занималась продажей бижутерии, рассказывала мне что на ней зарабатывается минимум сто процентов и среднее это триста и выше. Так что продам обязательно, дамы любят блестящее кинул еще и носков шесть пар, и сверху три туалетных вод две мужские и женскую, хохол нагреб себе кучу всякой посуды и бокалов еще в упаковке. Но мне уже некуда было это совать, решил такое брать только в чемодан, кинул несколько разноцветных ремней из ткани и встал с лавочки с мыслью, а можно ли все эти движения делать в самом кармане? Пошел на автовокзал к таксистам, у них деньги водятся, надеюсь эти ушлые упыри не обманут мальчонку. На территории автовокзала тусовалось трое таксистов. Одна волга была старая, Газ двадцать один, черного цвета с шашечками на борту и две Газ двадцать четыре, они были в желтом кузове. Таксисты стаяли на улице и о чем-то разговаривали, подходя я, усилив слух услышал.

- Это Моисеич гнида нас сдал!

- Да ему то это зачем?

- Просто на всякий случай, он всех сдает!

Я подошел сзади и сказал.

- Здравствуйте.

- Здравствуй, сказал самый худой из них в белой кепке и клетчатой рубашке мужичек. Куда едем?

- У меня импорт есть, вот хотел вам предложить, вам понравится.

- Джинсы что ли?

- Нет этого пока нет, но есть часы, классные и вообще вам лучше глянуть самим.

- Не интересно сказал, самый толстый из них и самый вспотевший.

- Да ты успокойся Кузьма, пусть парень покажет.

Кузьма ничего на это не ответил.

- Пошли в мою машину сказал клетчатый, меня Юра зовут.

Я решил не называть сове настоящее имя.

- Я Володя.

Юра открыл свою машину и сам сел на заднее сидение, я сел с другой стороны. Впереди сели два других водителя и повернулись в нашу сторону.

Я начал выкладывать на сидение содержимое пакета, как я и рассчитывал часы это было то, что поразило их в самое сердце. Я решил их продавать не дешевле чем за сто рублей, таких уверен сейчас нигде нет. Так что сказал, что каждые часы стоят сто пятьдесят рублей. И началась торговля, мне кричали что я охуевший пиздюк, я отвечал, что такое они даже в Москве не купят в ближайшие тридцать лет. По итогу они купили у меня все трое часов по сто двадцать пять рублей. Так же я им пообещал позже принести по запасной батарейке каждая за три рубля. Но и этой должно хватить года на три. Туалетные воды тоже забрали, каждую за пятнадцать рублей. И взяли одни чулки за десятку. Забрали трое очков каждые по пятнадцать рублей, на этом наш торг закончился. Я им подарил по сережкам из бижутерии, так что стал для них почти что родным, прощались по теплому, и я обещал еще забегать. Даже Кузьма, который с начала не хотел меня видеть, оттаял. Выходя с территории автовокзала у меня уже, было шестьсот тридцать рублей, я уже был богатый буратино. Отойдя от таксистов, засунул пакет в карман и попробовал перетянуть туда вещи прям в кармане, получилось. Я был почти что счастлив, больше торговать не стал, решил съездить за чемоданом, и зашел в один из подъездов в ближайшем двухэтажном доме, там достал велик и поехал к утренней заброшке.

В ней очень быстро нашел чемодан, выглядел он очень потертым и пыльным, но это не-беда. Протерев его валявшийся рядом газетой, постучал сверху выбивая лишнюю пыль, засунул его в карман. Время до завтрака еще было в достатке, так что я решил покушать горячего. И зажег китайскую газовую горелку, достал сковородку вок, пару армейских рационов и вскрыв две говяжьих тушенки и пару рисовых каш, закинул все в сковородку и быстро подогрел. Ложку пришлось брать металлическую, горячее мясо с кашей делали тонкий пластик одноразовых ложек гибким. В литровой металлической кружке вскипятил воду и сделал себе сладкий крепкий чай. Кушал в этот раз не спеша, на десерт решил съесть, лимонный торт о Беккер Хаус. У хохла имелись залежи товара о этой компании. Посуду не стал мыть, помою потом при первой возможности, собрал все в мусор в пакет и все засунул в карман. Вышел из подъезда и не спеша поехал по направлению к детдому. На территорию входил уже пол пятого, не стал подниматься в свою комнату, а просто сел на скамейку у стены в холле на первом этаже. Парней решил угостить по маленькой шоколадке Аленка, сделаю вид что достаю из карманов, естественно достану из склада. Надо же мне их как-то задобрить.

Сейчас у меня имеется небольшая кучка денек и если все будет идти примерно с такой скоростью, то скоро я смогу спокойно жить своей жизнью. Я сейчас уже могу купить себе мотоцикл Минск или Восход. Так что на первое время снимать себе квартиру я точно смогу пару лет, а потом уже милая армия. Есть ли смысл идти туда? Я пока не решил, но что-то с этим надо делать, отдавать долго милой родине вовсе не хочется и надо приложить все силы чтобы не пойти туда.

Глава 16.

У входа в столовую уже собираются дети и воспитатели. Я слышу голос из прекрасного далека, Зинаида выкрикивает.

- Где Михалев?!

- Я тут. Выходя из-за угла, говорю я.

- Тогда все заходим.