Сезон продажи магических зверей.

Пролог. На карте этого места не было.

На карте этого места не было. Варг понял это не сразу. Поначалу всё казалось почти правильным: маршрутная метка горела ровно, сигнальные браслеты отзывались коротким тёплым толчком под кожей, а в проёме Врат за спиной ещё виднелась дорога назад. У Дома Валларов было разрешение на закрытый Предел, три утверждённые точки и обратный выход до полуночи третьего дня. Метка подтверждала их право идти именно этой дорогой. И всё же что-то было не так.

Этот Предел был ночным. Земля вокруг была покрыта плотным ковром из светящегося мха, и при каждом шаге по нему во все стороны разбегались мягкие волны света. Орин шёл первым, чуть левее Варга. За плечом у него висел меточный посох, а на рукаве поблёскивала печать Валларов. Он был старшим ловчим и самым опытным в отряде, но за экспедицию отвечал Варг – наследник Дома. Орин терпеть не мог чужие Пределы и никогда этого не скрывал.

– Красота какая… – тихо сказал Тэм за спиной.

Варг не обернулся.

– Ничего не трогай.

– Так я и не трогаю.

– Особенно красивое, – добавил Орин.

Тэм недовольно засопел. Впереди показались первые деревья. Огромные чёрные стволы стояли далеко друг от друга. Кора казалась полупрозрачной, а под ней медленно текли точки света. Они вспыхивали тонкой россыпью, собирались в узоры, распадались и уходили выше, в ветви. Листья скорее напоминали длинные светящиеся перья. Соприкасаясь, они издавали тихий мелодичный перезвон, и весь лес будто дышал над головами людей.

Айлин остановилась возле низкого куста, раскрывшегося у её сапога. Тёмно-алые чашечки цветов источали густой сладкий запах, такой сильный, что хотелось отступить, а в глубине каждой сиял крошечный огонёк.

– Они реагируют на тепло, – сказала она.

Варг посмотрел на цветы.

– На кровь.

Чашечки медленно повернулись к руке Айлин, и она тут же спрятала ладонь за спину.

– Я их не трогала.

Они прошли ещё с полсотни шагов, прежде чем Варг снова посмотрел на метку. На тонкой пластине из белого камня горели три линии: путь вперёд, боковой переход и дорога к Вратам. Всё совпадало. Только живых следов не было.

Варг присел и провёл пальцами по светящемуся мху. Обычно земля отзывалась сразу. Он чувствовал: здесь прошёл зверь, там остановился, почуяв опасность. Дальше свернул к воде. Даже возле пустой норы оставалось ощущение голода, страха или желания вернуться. Так работал дар живого следа, передававшийся в Доме Валларов из поколения в поколение. Здесь же земля молчала.

– Орин.

Старший ловчий тотчас поднял руку, останавливая отряд.

– Что?

– Это не наша дорога.

Тэм побледнел.

– Не может быть.

Он раскрыл карту так быстро, что едва не порвал кожаный край.

– Метка совпадает с маршрутом. Я проверял перед входом и сразу после перехода. Мы всё ещё в разрешённой связке.

На карте проступили знакомые линии, утверждённые и заверенные печатями Лицензионной палаты. Рядом теплились отметки сигнальных браслетов. Все люди отряда находились на своих местах. Чуть в стороне дрожала ещё одна группа точек. Отряд Мейрана. Согласно карте, они должны были находиться в восточной связке, далеко отсюда. Однако Варг слишком хорошо знал расположение их браслетов, чтобы принять увиденное за случайную помеху.

– Они появились ещё у Врат, – признался Тэм. – Я решил, что карта даёт сбой.

Орин медленно повернул к нему голову.

– И промолчал?

– Все остальные линии были на месте.

– Тэм.

– Я дважды проверил!

Браслет Варга дёрнулся и больно уколол кожу. Сигнал бедствия. Варг прикрыл глаза. Дар отозвался непривычно, чужая боль пришла коротким толчком и сразу исчезла. Такого прежде не случалось. Точки на карте продолжали пульсировать, там ещё оставались живые.

– Назад? – спросил Орин.

В его голосе не было сомнения, только вопрос, кто отдаст приказ. Вообще, по правилам они должны были немедленно вернуться через Врата. Любое отклонение следовало зафиксировать, дождаться подтверждения из Реестра и запросить новый допуск. Но связи с Реестром здесь не было, Аркхольм остался по ту сторону Врат, а сигналы браслетов отряда Мейрана становились всё слабее и слабее.

Варг всмотрелся в глубину леса. Между стволами скользнуло что-то большое. Очертания мелькнули и исчезли раньше, чем он успел их рассмотреть. Высоко над ветвями на миг вспыхнули две золотые точки – и исчезли.

Айлин тихо выругалась.

– Здесь кто-то есть.

Браслет Варга дёрнулся снова, теперь сильнее. На этот раз в сознание ворвался чужой, размытый образ: тёмная земля, маленькая морда, прижатая к мху. Зверёк дрожал. Тонкие лапы подгибались, глаза оставались закрытыми, дыхание прерывалось. Вокруг него светились дороги. Сотни тонких линий тянулись к малышу, пересекались под его телом и расходились в разные стороны. Варг резко открыл глаза. До этой минуты дар оставлял лишь ощущения, направление движения, страх, боль, ярость загнанного зверя. Картин он никогда не показывал.

– Варг, – жёстко сказал Орин. – Решай.

На карте дрожали отметки Мейрана. Одна погасла и сразу появилась снова.

– Идём за ними.

Орин тяжело на него посмотрел.

– А если это ловушка?

– Тогда не стой у неё на пороге. Идём.

Орин больше не спорил, только перехватил посох поудобнее и снова занял место впереди. Лес менялся незаметно. Сначала свет от мха стал ярче, затем сузились промежутки между стволами за спиной. Никто не видел, как двигались деревья, но каждый раз, когда Тэм оглядывался, дорога становилась уже.

– Они смыкаются, – прошептал он.

– Не оглядывайся, – бросил Орин.

– Можно подумать, что от этого они перестанут.

– Нет. Зато ты будешь смотреть под ноги.

А потом появилось то, чего на карте быть не могло. Дорогу, по которой они шли, пересёк узкий ручеёк. Вода казалась почти чёрной, под ней переливалось серебристое дно. Варг остановился, наклонился над ручьём и не увидел своего отражения. Вода показывала дороги. Одна вела назад, к Вратам, но выглядела тусклой, почти стёртой. Вторая тянулась вперёд, к сигналу. Третья уходила в сторону и внезапно обрывалась.

У Тэма дрогнул уголок рта.

– На карте нет этого ручья.

– На карте всего этого места тоже нет, – ответил Варг.

Тэм уставился в раскрытую карту. Одна из линий маршрута дрогнула и медленно поползла в сторону, будто под ней шевелилось что-то тёмное.

– Она только что сместилась.

Голос у него сорвался. Орин резко обернулся.

– Что именно?

– Дорога. Мы больше не в своей связке.

Впереди раздался чей-то крик. Айлин рванулась первой – она была лекарем и на подобные звуки реагировала раньше, чем успевала подумать. Варг схватил её за плечо.

– Стой.

– Там раненый!

– Вот поэтому и стой.

Она дёрнулась, пытаясь освободиться, но крик не повторился. Зато у самого ручья шевельнулся мох. На берегу лежал маленький зверёк. Тёмный, с тонкими лапами и мокрой шерстью. Бок был разодран, шерсть слиплась от крови и грязи, а закрытые глаза не отреагировали даже на звук шагов. Айлин медленно опустилась перед ним.

– Тише… тише, маленький, я не причиню тебе вреда.

Малыш не повернул головы на её голос. Он потянул носом воздух и посмотрел закрытыми глазами прямо на Варга.

– Он слепой, – прошептал Тэм.

Зверёк попытался подняться. Лапы разъехались, он упал, но снова пополз. Под его телом одна за другой вспыхивали тонкие линии. Те самые дороги, которые Варг видел несколько минут назад. Малыш добрался до его сапога и прижался мордой к коже. И тут же перезвон в ветвях оборвался. Лес замолчал. Где-то далеко поднялся низкий гул. Орин крепче сжал посох.

– Варг…

Все браслеты дёрнулись одновременно. Тэм взглянул на карту и отшатнулся.

– Метки меняются!

Варг поднял свою пластину. Три линии исчезли. Вместо них на белом камне проступила печать другого Дома.

Вода в ручье потемнела окончательно. Последняя дорога к оставленным ими Вратам растворилась. Высоко над лесом вспыхнули золотые глаза. Одна пара. Вторая. Десятая.

– Назад, – приказал Орин.

Но было уже поздно. Между стволами задвигались тени. Они пока не нападали – смотрели, окружали и ждали. Орин выставил перед собой посох. На его конце вспыхнула печать Валларов. Первая тень метнулась к нему и отпрянула, наткнувшись на защиту. Следом бросилась вторая. Третья скользнула сбоку. Орин не успел повернуться, как что-то хлестнуло его по ноге. Раздался сухой хруст и старший ловчий молча осел на землю. Посох ударился о мох, и охранная печать мигнула.

– Орин!

Тэм подхватил его под руку. Айлин прижала детёныша к груди, тот слабо дёрнулся в её руках, но не укусил. Сигнал отряда Мейрана дважды ударил в браслет Варга – и оборвался. Он посмотрел вперёд. За лесом оставались люди и ещё минуту назад они звали на помощь. Варг знал направление и мог приказать идти дальше. Возможно, до них оставалось совсем немного.

За его спиной Тэм пытался поднять Орина. Айлин одной рукой держала раненого зверька, а второй уже тянулась к лекарской сумке. Вокруг смыкались тени. На карте погасла первая метка отряда Мейрана. Потом вторая.

– Варг! – рявкнул Орин. – Решай!

Варг развернулся.

– К тому месту, где остались Врата. Быстро.

– А они? – Тэм посмотрел на гаснущие точки браслетов.

Варг забросил руку Орина себе на плечо.

– Их мы уже не успеем вывести.

Орин попытался шагнуть и едва не упал. Тэм подхватил его с другой стороны. Айлин бежала рядом, закрывая детёныша полой плаща. Позади зашуршал мох. Тени двинулись следом. Браслет Варга ударил ещё раз – так сильно, что на мгновение онемели пальцы. Он не обернулся.

Позднее бегство смешалось в его памяти со светом под ногами, тяжестью Орина на плече и золотыми глазами, плывущими между деревьями. Он забыл, сколько раз они падали и кто первым увидел впереди другой путь. Но мгновение, когда на карте гасли метки чужих браслетов, а он выбрал тех, кого ещё мог спасти, Варг помнил до конца жизни.

Глава 1. Лот № 127

Два года спустя.

В день открытия Сезона Аркхольм, столица королевства Шесаи, как всегда делал вид, что торгует чудесами, а не живыми существами.

Мостовые перед аукционным домом Лаверн вымыли ещё до рассвета и посыпали тонким слоем белого песка, чтобы дамские туфельки не пачкались, а колёса экипажей не оставляли тёмных следов. С балконов свисали полотнища с гербами Домов, королевств и торговых союзов, а выше крыш вращались золотые знаки Лаверна – три молотка в венке из лавровых листьев.

Кассандра Вард не спеша вышла из экипажа и огляделась. У входа уже толпились покупатели: аристократы в шелках и мехах, посланники торговых союзов, оценщики. Некоторые скрывали лица; таких сопровождала охрана с боевыми печатями на запястьях. Говорили негромко, но от этих тихих разговоров зависели суммы, на которые небольшой Дом мог жить целый год.

Мимо провезли закрытую клетку. По чёрному покрывалу пробежала синяя искра защитного купола. Изнутри донёсся глухой удар, потом ещё один.

Мальчишка в форменном сюртуке поспешил навстречу Кассандре и поклонился так низко, как кланялись только покупателям первого круга.

– Каталог, госпожа?

Она взяла тонкую книгу в тёмно-золотой обложке. Бумага была плотной, с водяным знаком. На первой странице красовался герб Лаверна, на второй распорядители приветствовали гостей Сезона. Дальше шли лоты: происхождение, класс, разрешение на отлов, начальная ставка, ограничения. Всё дорого, красиво и вежливо. И почти всегда – лишь часть правды.

– Комиссия по разумным видам, – представилась Кассандра.

Мальчишка побледнел. Второй поклон предназначался уже не почётной покупательнице, а неприятности, которую следовало поскорее передать старшим.

Кассандра направилась к высоким дверям. Стражи у входа проверили её знак, сверили имя с гостевой пластиной и расступились. В нос тут же ударили запахи дорогих духов, озона от защитных печатей и мокрой шерсти.

Главный зал поднимался вверх на пять ярусов. Ложи висели одна над другой, как золотые гнёзда, а под центральным куполом плавало мягкое золотое свечение, привезённое из какого-то солнечного Предела и заключённое в стекло. Под ним блестел круглый помост. Пока пустой.

Вокруг помоста стояли защитные дуги. За ними располагались проходы для лотов, решётчатые ворота, водные резервуары, клетки с глухими стенками. Самых ценных существ скрывали высокие тёмные ширмы. Сегодня их было семь. Слишком много для обычного открытия.

Слева спорили два оценщика. Один держал маленькую костяную линейку, другой – флакон с красной пылью. Перед ними на столе лежал кусок сброшенной чешуи, тонкой и прозрачной, как лепесток. Чешуя вздрагивала, хотя самого существа рядом не было.

У следующего прохода трое магов в серых мантиях обсуждали сохранность сто двадцать первого лота. О существе они не сказали ни слова.

Кассандра нашла нужную страницу. «Лот сто двадцать один. Янтарная Сирра. Изъятие пары запрещено». За решёткой лежала одна сирра. Небольшое тело закрывал чехол, из-под защитной ткани выглядывала голова с небольшим гребнем из янтарных пластин. Существо часто дышало. Рядом на подстилке оставалось пустое углубление – место для второй особи. Кассандра остановила проходившего служителя.

– Где пара?

Тот проследил за её взглядом.

– Должны доставить до начала торгов.

– Откуда?

– Я только смотрю за клетками, госпожа.

– Тогда позовите того, кто знает.

Служитель замялся.

– Вторая особь задержалась при переходе. Распорядитель заверил, что необходимые документы…

Кассандра провела ногтём по краю страницы. На бумаге проступила тонкая серая черта – знак проверки.

– Документы не заменят пару. До её прибытия сирра на помост не выйдет.

– Но порядок лотов уже утверждён.

– Теперь изменится.

Служитель поспешил прочь. Один из магов проводил Кассандру недовольным взглядом, однако спорить не решился.

Венценосный арвей метался под многослойным покрывалом. Межевой кинар, которого торговые караваны использовали как проводника, тихо скрёб когтями внутреннюю стенку клетки.

Кассандра задержалась возле водного резервуара. За стеклом плавало белое существо – гибкое, с гладкой серебристой шерстью, которая в воде раскрывалась тонкими светлыми прядями. Вдоль спины у него тянулся прозрачный гребень, а лапы были с перепонками. Оно поднималось к поверхности и опять уходило вниз. Движения повторялись с одинаковым интервалом, словно оно давно забыло, зачем пытается выбраться.

В каталоге значилось: «Лот сто двадцать шесть. Лунная Нерисса. Равновесный вид. Одна молодая особь за двенадцать лет». Она принюхалась: вода в резервуаре пахла горькими травами.

– Кто распорядился добавить успокаивающий настой? – спросила Кассандра.

Женщина в голубой вуали, стоявшая рядом со стеклом, повернулась к ней.

– Её везли через три перехода. Это снизит тревожность перед торгами.

– Доза?

– Допустимая.

– Я спросила, какая именно.

Женщина поджала губы и назвала количество. Кассандра внесла в каталог ещё одну отметку.

– Для взрослой нериссы доза допустимая. Для молодой – слишком большая.

– Она опасна для себя и окружающих.

– Поэтому её поместили в резервуар, где она не может нормально развернуться?

– Все условия утверждены Лаверном.

– Лаверн проведёт торги без этого лота, если через десять минут я не увижу расчёт дозировки и разрешение на изъятие.

Теперь окружающие их слушали уже не скрываясь. Женщина в вуали отступила от резервуара и подозвала помощника, а Кассандра смотрела, как нерисса продолжает свой бессмысленный путь от одной стеклянной стены к другой.

Равновесный вид считался не просто редким. Исчезновение такого существа меняло родной Предел: течение рек, миграцию водных стай. Целый мир мог держаться не на королях и магах, а на звере, которого кому-то захотелось поселить в зимнем саду.

Комиссия не запрещала Сезон. Законный промысел существовал. Ловчие Дома получали квоты, питомники разводили редкие виды, торговые караваны покупали проводников, без которых люди не возвращались из переходов. Однако право владеть живым существом заканчивалось там, где начиналась собственная воля. Под словом «зверь» иногда скрывался тот, кто мог отказаться. Под словом «лот» – тот, кто понимал цену удара молотка. Ради них Кассандра и приходила.

У бокового коридора её встретил распорядитель. Седой, безупречно причёсанный, в чёрном фраке с золотой цепью на груди.

– Госпожа Вард. Рад видеть Комиссию на открытии Сезона.

– Сомневаюсь.

Улыбка на его лице не дрогнула.

– Все лоты прошли предварительную проверку. Документы переданы, замечаний со стороны Лицензионной палаты нет.

– Палата отвечает за маршруты и разрешения. Лаверн – за условия содержания. Комиссия – за признаки разумности и право существа отказаться от продажи. Не смешивайте полномочия.

– Разумеется.

В Лаверне признавали происхождение, редкость, класс, ставку, имя продавца и будущего владельца. Волю здесь замечали только тогда, когда её можно было внести в каталог как особое свойство и назначить цену повыше.

Кассандра перелистнула несколько страниц. Чем ближе к концу, тем дороже становились бумага и печать. Последний разворот отличался от остальных: плотный лист с золотой кромкой, наверху – знак главного лота.

«Лот сто двадцать семь. Звёздная химера. Взрослая особь. Происхождение: закрытый Предел. Класс: уникальный, впервые представленный вид. Особые свойства: способность к самостоятельному передвижению между мирами; прочие свойства до конца неизвестны. Статус: особое освидетельствование Комиссии по разумным видам. Передача новому владельцу возможна только после завершения освидетельствования. Начальная ставка: двести пятьдесят тысяч золотых марок».

Кассандра перечитала строку о продавце. Дом Валларов. На мгновение шум зала отступил и стал доноситься будто из-под воды. Перед ней словно возник другой документ – серый протокол двухлетней давности. Подмена маршрута. Несанкционированный вынос существа. Погибшие. Противоречившие друг другу показания выживших. Рекомендация о приостановке лицензии. И её подпись внизу.

Она закрыла каталог.

– Где сейчас сто двадцать седьмой лот?

Распорядитель замялся.

– Не заставляйте меня повторять вопрос.

– В закрытом крыле, госпожа Вард. Под охраной продавца и стражей Лаверна. До вывода на помост перемещение запрещено.

– Представитель Валларов здесь?

– Прибыл утром.

– Варг Валлар?

На этот раз распорядитель ограничился кивком. Ну конечно. Кто же ещё. Лаверн собирался продать существо, о котором почти ничего не было известно. А привёз его человек, уже однажды вернувшийся из закрытого Предела с добычей, которой не существовало ни в одном реестре.

К закрытому крылу вёл узкий коридор за ложами первого круга. Кассандра шла быстро. Распорядитель едва поспевал за ней и прежней улыбки на его лице уже больше не было.

– Госпожа Вард, доступ к сто двадцать седьмому лоту ограничен до предъявления. Таковы условия продавца.

– Условия продавца не выше полномочий Комиссии.

– Безусловно. Однако лот прошёл предварительную проверку и допущен к помосту. Особое освидетельствование проводится при предъявлении.

– Я хочу проверить условия его содержания.

– Боюсь, Валлары запретили входить без их представителя.

У последней арки стояли двое стражей Лаверна и высокий широкоплечий мужчина в тёмном дорожном плаще, слишком простом для главного зала аукциона и слишком дорогом для обычного ловчего. На запястье был затянут широкий кожаный ремень с потускневшей серебряной застёжкой, а на рукояти ножа виднелся знак Дома Валларов.

Он стоял вполоборота к запечатанной двери, за которой держали сто двадцать седьмой лот. По косяку тянулись четыре чёрные печати-якоря. Они не запирали дверь, а удерживали само перемещение в Аркхольме, не позволяя пространству сдвинуться. Такие меры применяли редко – только для существ, способных пересекать границы Предела без Врат.

Кассандра узнала его сразу. Варг изменился. Она очень хорошо помнила, как два года назад он сидел перед ней, покрытый чужой кровью и грязью закрытого Предела, и отказывался отвечать. Теперь же он выглядел старше и… жёстче. Тёмные волосы были небрежно убраны назад, на усталом лице резче обозначились скулы, а взгляд был прямым и тяжёлым. Он повернул голову прежде, чем она приблизилась. Узнал.

– Вард.

Кассандра остановилась в двух шагах от него.

– Валлар.

Распорядитель тихо втянул воздух. Варг даже не посмотрел на него.

– Что-то Комиссия сегодня рано. Обычно вы приходите, когда уже можно считать трупы и ставить печати.

– А Валлары по-прежнему вывозят из закрытых Пределов существ, которых нет в разрешении?

Вот теперь он развернулся к ней полностью.

– Предел был в разрешении. Как и право вывезти неизвестный вид для освидетельствования.

– В каталоге сказано, что происхождение химеры не подтверждено, а свойства неизвестны.

– В каталоге пишут то, что покупатели готовы читать.

– Документы тоже составлены для покупателей?

– Документы в порядке.

– В прошлый раз вы говорили то же самое.

Распорядитель сделал осторожный шаг назад. Варг усмехнулся, но веселья в этой усмешке не было.

– Нет. Прошлый раз я говорил, что нам подменили маршрут. Что сигнал бедствия был настоящим и мои люди свернули не за добычей.

– Ваши люди покинули утверждённую связку.

– Чтобы спасти другой отряд.

– И не вернулись в полном составе.

За дверью звякнула защитная дуга. Варг не обернулся, но Кассандра заметила, как напряглись пальцы на его левой руке.

– Вот это вы хорошо запомнили. Ну конечно, цифры в отчётах всегда запоминаются легче имён.

– Я помню имена.

– Правда?

Он шагнул к ней.

– А Орина Мейра вы помните? Старшего ловчего, который теперь не может подняться по лестнице в собственном доме? А Айлин Келл? Она держала раненого детёныша, пока вы решали, кого мы спасли – живое существо или улику против Валларов. А Тэма Лорна? Вы трижды заставили его повторить показания, потому что мальчишка заикался от страха.

– В его рассказе были противоречия.

– У него была паника.

– У меня не было доказательств подмены маршрута.

– Зато нашлись доказательства против Валларов.

– Я подписала то, что могла подтвердить.

– Вы подписали то, что было проще подтвердить.

На этот раз удар попал. Кассандра это ненавидела. После того дела она не раз возвращалась к тому же вопросу. Проверяла протоколы, запрашивала карту, стояла перед закрытым архивом, куда Грейв не советовал возвращаться без новых оснований. Оснований не нашлось. Были погибшие. Выжившие, чьи показания не совпадали. Детёныш, которого потом перевели из карантина, и следы передачи исчезли в ведомственных бумагах. И Варг Валлар, который молчал слишком упорно, чтобы ему можно было поверить.

– Доказательства отделяют дознание от мести, – сказала Кассандра.

– А что отделяет от правды печать на ложном протоколе?

Кассандра выдержала его взгляд.

– Если у вас появились новые доказательства, принесите их.

– Чтобы они исчезли вместе с детёнышем?

Распорядитель кашлянул.

– Господа, прошу прощения, но сто двадцать седьмой лот будет предъявлен через сорок минут. До этого момента…

– Я должна осмотреть условия содержания, – перебила Кассандра.

– Нет, – спокойно сказал Варг.

Кассандра перевела взгляд с распорядителя на него.

– Вы отказываете Комиссии в доступе?

– Я не позволю вам войти к ней перед торгами.

– У вас нет такого права.

– До предъявления – есть. По регламенту вашей же Комиссии. Освидетельствование проведёте на помосте, как указано в каталоге.

– Если условия содержания нарушены, до помоста она не дойдёт.

– Условия не нарушены.

– Тогда откройте дверь.

– Нет.

Он произнёс это спокойно. Без вызова, без попытки перекричать её. И оттого отказ прозвучал ещё жёстче.

– Дверь опечатана общей печатью Лаверна и Лицензионной палаты. До предъявления её вскрывают только при угрозе жизни. Хотите заявить угрозу – заявляйте вслух, при свидетелях.

– Если вы так уверены в её статусе, чего боитесь?

– Вас я не боюсь. Просто знаю, что вы никогда не входите без печатей.

– Я применяю их, когда нахожу основание.

– Вы всё равно найдёте к чему прикопаться.

– Так не давайте повода.

На миг в его взгляде мелькнула усталость.

– У вас уже есть повод, Вард. Моё имя в каталоге.

Кассандра промолчала, потому что это было очень близко к правде. Варг развернулся к двери и положил ладонь на тёмную пластину охранной печати. Та вспыхнула тусклым синим светом, но не открылась. Отозвалась на его прикосновение и погасла. За дверью стало тихо. Кассандра прислушалась.

– Она вас слышит?

– Да.

– Через защиту?

– Через всё.

Он говорил без самодовольства, и это тревожило сильнее любой попытки набить цену.

– Это запечатление?

Варг убрал руку с пластины.

– Нет.

– Подчинение?

– Нет.

– Вы её дрессировали?

Варг посмотрел на Кассандру так, что вопрос почти сразу показался ей нелепым.

– Тогда почему она на вас так реагирует?

– Если бы я знал, мы бы сейчас не разговаривали.

Кассандра раскрыла каталог на последнем развороте и показала строку.

– Кто подтвердил её способность к перемещению между мирами?

– Двое маршрутчиков Лаверна, оценщики и представитель Лицензионной палаты.

– На каком основании?

– В закрытом Пределе она исчезла из нашего лагеря. Через несколько мгновений её след зафиксировала маршрутная пластина в Шесаи. Ни одни Врата между нами не открывались.

– А потом?

– Она вернулась.

– Тем же путём?

– Мы не увидели пути. Только её.

Кассандра посмотрела на чёрные печати вокруг двери.

– Так вот почему здесь наложены якоря.

– Именно поэтому.

– Перед оценщиками она повторила переход?

– Нет.

– Не смогла?

– Или не захотела.

– А ваш отряд она провести между мирами не смогла?

– Нас – нет. Поэтому нашла действующие Врата. Я их открыл.

В конце коридора появились двое служителей. Они несли длинное чёрное покрывало с серебряными охранными знаками – аккуратно, на вытянутых руках, словно саван.

Кассандра проводила их взглядом.

– Покупатели знают, что остальные её способности неизвестны?

– Покупатели умеют читать.

– Покупатели умеют платить. Это не одно и то же.

– Вы пришли читать мне проповедь о морали Сезона? – Варг кивнул в сторону зала. – Поздно. Все ложи заняты.

– Я пришла убедиться, что разумное существо не выведут на помост под видом редкого зверя.

– Тогда начинайте не с этой двери. Сирру привезли без пары. Резервуар у южной стены слишком мал для нериссы, а перед выводом на помост её накачали успокаивающим настоем.

Кассандра захлопнула каталог.

– Сирру уже сняли до прибытия второй особи. По нериссе я жду документы.

В лице Варга что-то изменилось, совсем немного, но она заметила.

– Значит, вы всё-таки смотрели по сторонам.

– Это моя работа.

– В тот раз тоже была ваша работа.

– Не начинайте сначала.

– Я и не заканчивал.

Музыка в главном зале стала громче. Кто-то проверял усиливающие печати перед открытием торгов.

– Вы замечаете, что происходит с чужими лотами, – сказала Кассандра. – И всё же собираетесь выставить свой.

Варг помолчал.

– Значит, вы понимаете, что делаете? – продолжила Кассандра.

– Вы опять видите только удобную вам половину.

– Ну так покажите вторую.

Он посмотрел в сторону зала.

– Если химера не уйдёт сегодня с торгов, Валлары закончат Сезон без денег, без маршрутов и без людей, которые ещё верят нашему имени.

Так вон оно что. Двести пятьдесят тысяч золотых марок были не начальной ставкой. Они были ценой, за которую Варг пытался выкупить остатки своего Дома.

– И ради этого вы готовы продать существо, о котором ничего не знаете?

– Я знаю достаточно.

– Вы только что признались в обратном.

– Знаю, что ни одна обычная клетка её бы не удержала.

– Тогда как вы её поймали?

– Никак. Она сама пришла к нам в лагерь.

Кассандра не сразу нашлась с ответом.

– И позволила доставить себя в Аркхольм?

– Попробуйте заставить её сделать то, что она не хочет.

– Вы хотите сказать, что она согласилась на аукционную продажу?

– Я хочу сказать, что она могла уйти и почему-то осталась.

– Но цену назначили вы.

– И отвечать за это буду я.

За дверью раздался негромкий звук, как будто кто-то когтём царапнул по камню. Варг склонил голову, прислушиваясь. В главном зале голос распорядителя, усиленный печатями, перекрыл музыку:

– Господа покупатели, аукционный дом Лаверн приветствует вас на открытии Сезона!

Толпа ответила гулом и аплодисментами. Варг отошёл от двери.

– Идите в зал, госпожа дознаватель. Скоро получите своё освидетельствование.

– Если обнаружу признаки разумности, я остановлю торги.

– Конечно.

– Вы мне не верите?

– Верю.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

– Вы остановите всё, что не сможете понять.

Кассандра прижала каталог к груди.

– А вы продадите всё, что не сможете спасти иначе.

За дверью снова звякнула защитная дуга. Химера всё слышала. Варг повернул голову, и на короткое мгновение злость исчезла с его лица. Осталось что-то другое… возможно, лишь осторожность человека, стоящего рядом с огнём, который никогда ему не принадлежал.

– До помоста, Вард.

– До помоста, Валлар.

Она развернулась первой, но, уходя, всё же услышала, как за её спиной Варг сказал очень тихо, почти беззвучно:

– Потерпи.

И сказал он это не ей. Химере.

Глава 2. Последний удар молотка. Часть 1.

Кассандра Вард ушла по коридору быстро и без оглядки. Варг дождался, пока за ней закроется внутренняя дверь. Синяя полоса на охранной пластине погасла, а за створкой опять тихо звякнула защитная дуга. Страж Лаверна сделал вид, что ничего не услышал. В Лаверне вообще многое умели не слышать, если это мешало торгам.

В соседней комнате сопровождения его ждали Орин, Айлин и Тэм. Для Орина даже поставили кресло с высокой спинкой, но он упорно стоял у стены, опираясь на трость. Вид у него был такой, что садиться ему никто не предлагал.

– Ну? – спросил он.

– Ничего нового.

– Значит, плохо.

– Значит, Вард пришла работать.

Орин глянул на дверь химеры.

– Она пришла добивать.

Тэм поднял голову от бумаг. Перед ним лежали акты допуска, копии маршрутных подтверждений и пластина с очередностью лотов. Он разложил их в несколько ровных стопок и теперь передвигал верхний лист с места на место.

– У неё нет основания останавливать предъявление, – сказал он. – Все документы приняты. Особое освидетельствование проводится на помосте.

– Тэм.

– Что?

– Не рассказывай мне, чего не может Комиссия.

Тэм сжал край листа.

– Я говорю о регламенте.

– Два года назад регламент тоже говорил, что мы не могли оказаться в чужой связке.

– Хватит, – сказал Варг.

Орин посмотрел на него, но спорить не стал. Пока. Айлин стояла ближе всех к комнате химеры. На её сумке виднелись лекарские печати, на рукавах осталась дорожная пыль. Один из стражей Лаверна несколько раз поглядывал на неё, однако замечаний не делал.

– Вард слышала, как ты сказал «потерпи», — заметила Айлин.

– Ну так пусть внесёт в протокол.

– Конечно внесёт, – отозвался Орин. – Ещё напишет: «Продавец проявляет признаки неустановленной связи с лотом». Сверху поставит печать, внизу подпись. Валлары опять окажутся виноваты в том, что у зверей есть уши.

Варг повернулся к Тэму:

– Гольт пришёл?

– Сидит в ложе второго круга. С ним оценщик из караванного союза.

Орин помрачнел.

– Значит, ждёт.

– Чего? – спросила Айлин.

– Когда нас снимут с торгов. А завтра он предложит кредиторам выкупить наши маршруты за половину цены.

– Пусть предлагает, – сказал Варг.

– Он и предлагает. Уже два года.

Айлин подошла к столу и посмотрела на акт предъявления.

– Двести пятьдесят тысяч нам не хватит?

– Это начальная ставка, – ответил Варг.

Орин постучал пальцем по краю стола.

– Ниже трёхсот двадцати Дом не удержим. Если дойдёт до трёхсот восьмидесяти, рассчитаемся с семьями погибших. Всё, что выше четырёхсот, вернёт нам квоту на следующий Сезон.

Тэм опустил глаза.

– А если не дойдёт?

– Тогда кредиторы получат право управлять Домом, – сказал Варг.

Орин хмыкнул:

– Управлять там уже почти нечем.

Варг забрал у Айлин акт и вернул его на стол.

– Гольт не получит наши маршруты.

– Тогда химера должна уйти дорого, – сказал Орин. – И без печати Вард на лбу.

Из главного зала доносилась музыка. На помосте уже представляли первые лоты. Аукционист перечислял происхождение, класс, чистоту допуска. Иногда его голос тонул в аплодисментах.

– Химера выдержит зал? – спросила Айлин.

– Выдержит.

– Я не о силе.

Варг посмотрел на охранную пластину. Живой след за дверью оставался ровным, собранным у самого порога. Химера не металась по комнате и не пыталась сорвать печати.

– Она ждёт, – сказал он.

– Чего?

– Не знаю.

Айлин нахмурилась, но на этот раз не стала требовать другого ответа.

– Якоря проверили?

– Да, все четыре. Служители предупреждены: никаких лишних касаний. Успокаивающих настоек не будет.

– А сбруя?

– Тоже.

– Лаверн её уже приготовил.

– Пусть уберут.

Орин скривился:

– Покупатели расстроятся. За редкое существо в цепях всегда дают больше.

Варг перевёл на него взгляд.

– Она выйдет без цепей.

– Хорошо.

Орин переставил трость и поморщился. Нога подвела его всего на мгновение, но Варг заметил.

– Не нужно так смотреть, – сказал Орин.

– Сядь.

– Когда всё закончится.

– Можешь не дождаться.

– Ну тогда и кресло не понадобится.

Айлин пропустила их перепалку мимо ушей.

– Что будет, если химера не захочет уйти с покупателем?

За дверью стало тихо. Даже слабый гул печатей будто отступил.

– Она сама пришла в лагерь, – ответил Варг. – До Аркхольма могла уйти в любой момент.

– Может, ей нужно было попасть сюда.

– Может.

– Тогда зачем ей продажа?

– Не знаю.

– Ты слишком часто это сегодня говоришь.

– Потому что других ответов у меня нет.

Айлин подошла ближе.

– Если Печать свободного отклика подтвердит разумность, что ты сделаешь?

– Остановлю торги.

Тэм резко поднял голову.

– Сам? – спросила Айлин.

– Сам.

– А если печать промолчит, но живой след скажет тебе, что она отказывается?

Варг провёл большим пальцем по краю перчатки. Вопрос был простым, но пока не требовал ответа.

– Тогда решу на месте.

Орин тихо выругался.

– Мы уже однажды положились на твоё решение на месте.

– Я помню.

– Отлично, значит, повторно напоминать не придётся.

Тэм опять взял подтверждение Лицензионной палаты. Ровные стопки перед ним давно смешались.

– Если Вард остановит торги, я могу рассказать о подмене маршрута, – сказал он. – При свидетелях. В главном зале.

– Нет.

– Я видел, как изменилась линия.

– Ты уже давал показания.

– Там нас никто не слушал.

– Сегодня тоже не станут. Лаверн объявит это попыткой давления на торги, а Гольт разнесёт по Аркхольму раньше, чем ты договоришь.

– И что тогда делать?

– Сейчас – ничего. Говорить будешь только о нынешней экспедиции.

Тэм хотел возразить, но Орин остановил его движением руки.

– Он прав. Вард понадобятся доказательства, а не ещё один свидетель, которого можно назвать испуганным мальчишкой.

Тэм побледнел.

– Я уже не мальчишка.

– Знаю, – сказал Орин. – Поэтому и не лезь первым.

В этот момент по камню за дверью протянулся негромкий скрежет. Серебряная линия на охранной пластине дрогнула и выровнялась. Один из стражей шагнул вперёд.

– Господин Валлар…

– Стойте.

Он остановился. Айлин прислушалась.

– Она нервничает?

Варг коснулся пальцами камня рядом с пластиной. Дар отозвался сразу. Ни паники, ни ярости. Живой след собирался у двери и тянулся дальше, в сторону главного зала.

– Нет.

– Тогда что она делает?

– Слушает.

Орин покосился на дверь:

– Надеюсь, ей нравится. Билет на наши семейные разборки стоил бы дороже места в первом круге.

Тэм рассмеялся и сразу прикрыл рот ладонью. Из коридора вошёл служитель Лаверна с серебряной цепью распорядителя на груди.

– Господин Валлар, через двадцать пять минут начнётся подготовка сто двадцать седьмого лота. Аукционный дом просит подтвердить порядок выхода.

– Дверь открываю я. Химера выходит без цепей и сбруи. Служители держатся на расстоянии.

– Главный распорядитель утвердил декоративное оформление.

– Пусть утвердит другое.

Служитель нахмурился.

– Покупатели ожидают увидеть главный лот Сезона в надлежащем виде.

Орин опёрся обеими руками на трость.

– Надлежащий вид для существа, способного уходить в другой мир, – это когда оно ещё находится в вашем.

– Орин, – предупредил Варг.

– Молчу.

– Никаких успокаивающих настоек, – продолжил Варг. – И никаких подчиняющих печатей.

– Лаверн не применяет запрещённых печатей.

– Значит, выполнить распоряжение будет нетрудно.

– Ответственность за вывод…

– До передачи покупателю ответственность несёт продавец. Моя подпись стоит в акте.

Служитель немного помедлил, затем поклонился.

– Я передам главному распорядителю.

– Дословно.

Он направился к выходу, но у двери столкнулся со вторым служителем. Тот торопливо вошёл, держа в руке пластину внутренней связи.

– Порядок изменился. Сто двадцать первый лот перенесён из-за отсутствия второй особи. По сто двадцать шестому Комиссия потребовала дополнительные документы.

Тэм схватил свою пластину.

– Когда выводят химеру?

– Сразу после Межевого кинара. Господина Валлара просят пройти к выходу продавцов.

– Сколько у нас времени? – спросила Айлин.

– Не больше десяти минут.

Орин оттолкнулся от стены.

– Вот теперь началось.

Айлин достала из сумки маленький флакон и поставила на край стола.

– Поддержка сердца. Если понадобится после освидетельствования.

– Не понадобится, – сказал Варг.

– Хорошо.

Она убрала флакон и проверила застёжки на сумке.

– Я внесена в акт как лекарь. Если её состояние изменится, подойду независимо от распоряжения Лаверна.

Варг кивнул. Тэм собрал документы. На этот раз не перекладывал и не выравнивал – просто прижал к груди обеими руками.

– Мне идти?

– Останешься возле прохода. Если вызовут, принесёшь акты.

– А я? – спросил Орин.

– Тебе я ничего запрещать не стану.

– Ну наконец-то разумное решение.

Варг взял перчатки, но надевать не стал, остановился у двери и положил ладонь на охранную пластину.

– Я вернусь к открытию.

Несколько секунд ничего не происходило. Потом по нижнему краю створки пробежала короткая тёмно-синяя искра. Страж Лаверна отступил.

Орин усмехнулся:

– Главное, чтобы она тоже любила регламент.

Варг вышел первым. Позади осталась комната с четырьмя печатями-якорями и существом, способным уйти из мира без разрешения Лаверна. А впереди уже считали ставки.

Проход продавцов вывел Варга к самому помосту. От зала его отделяла резная перегородка, сквозь которую были видны первые ряды, ложи и табло ставок. Лаверн умел заставить людей забыть, что они пришли покупать живое.

Под высоким куполом горели сотни золотых огней. На верхней галерее играли музыканты, слуги разносили вино, а гости листали каталоги в дорогих переплётах. На длинном табло над помостом уже светился номер сто восемнадцать.

Венценосный арвей стоял посреди защитного круга. Высокий, тонконогий, с тёмной блестящей шерстью и лёгкими перьями вдоль плеч. Огромные золотистые рога поднимались над его головой золотой короной. Арвей замер под светом ламп, позволяя залу рассмотреть себя, и Варг невольно усмехнулся. Этот прекрасно знал, ради чего его вывели.

– Одна взрослая особь за девять лет, – объявил аукционист. – Верхний Ильмарский Предел. Чистое происхождение подтверждено тремя независимыми оценщиками. Способен различать поддельные драгоценные камни и металлы.

Помощник поднёс арвею два одинаковых золотых браслета. Существо понюхало первый и отвернулось. Возле второго склонило голову, коснулось металла краем рога, и по золотым ветвям прошёл мягкий свет. Зал одобрительно загудел.

Способность была полезной, но покупали арвея не ради проверки украшений. Для этого существовали маги, печати и мастера. Его хотели поставить на лужайке перед родовым дворцом, водить перед гостями по зимнему саду и между делом упоминать, что следующего взрослого арвея разрешат вывезти лишь через девять лет.

– Начальная ставка – семьдесят тысяч золотых марок.

Первая пластина вспыхнула ещё до того, как аукционист закончил фразу.

– Семьдесят пять!

– Восемьдесят!

– Девяносто тысяч от восточной ложи. Сто?

Молодая женщина в серебристом платье подняла знак, не отрывая взгляда от арвея. Мужчина рядом что-то сказал ей, но она отмахнулась и прибавила ещё двадцать тысяч. Арвей медленно повернулся к ней. Золотая корона рогов поймала свет. Цена сразу поднялась ещё на тридцать.

Варг заметил Гольта в ложе второго круга. Тот сидел рядом с Ровеном из караванного союза, пил вино и следил не за торгами, а за Варгом. Когда их взгляды встретились, Гольт слегка приподнял бокал.

– Сто восемьдесят тысяч – раз! Сто восемьдесят тысяч – два!

Никто больше не поднял знак. Молоток опустился.

– Продано!

Зал наградил победительницу аплодисментами. Она улыбнулась так, словно уже представляла, где именно будет показывать приобретение гостям.

Служители увели арвея. Он покинул помост тем же размеренным шагом, ни разу не обернувшись.

– Красивый, – прошептал подошедший Тэм.

– И он это знает.

– За сто восемьдесят тысяч имеет право.

– Не вздумай ему сообщить. Потребует долю.

Тэм нервно хмыкнул, но улыбка быстро исчезла. Он посмотрел на табло, где рядом с номером химеры всё ещё горело имя Валларов.

Между лотами оставалось меньше времени, чем предполагал порядок. Янтарную сирру под номером сто двадцать один Варг не увидел: её пару задержали на въезде в Аркхольм, а по закону разлучать этих существ было запрещено. Лаверн заменил несколько позиций и теперь торопился вернуть расписание.

Когда на табло появился номер сто двадцать четыре, на помост вышел Межевой кинар. Он был гораздо меньше арвея, с острыми ушами и серебристой шерстью. За его спиной колыхались полупрозрачные ленты, похожие на оставленный в воздухе след. Кинар остановился возле трёх маршрутных пластин, обнюхал каждую и лёг рядом с той, где знаки складывались в устойчивую связку Врат.

– Туманная область Предела Эйр, – продолжал аукционист. – Чувствует безопасные тропы и устойчивые связи. Рекомендован для караванов и экспедиционных отрядов. Начальная ставка – шестьдесят две тысячи золотых марок.

Ровен поднял знак первым. Гольт что-то сказал ему, прикрыв рот бокалом.

– Семьдесят тысяч от Южного караванного союза!

Кинар поднял голову. Полупрозрачный след за его спиной дрогнул и потянулся в сторону служебного выхода, где проходила ближайшая устойчивая линия.

На этот раз торговались меньше. Несколько караванщиков подняли цену до ста двадцати тысяч, после чего Ровен прибавил сразу тридцать. Соперники отступили. Молоток ударил. Кинар достался ему за сто пятьдесят тысяч.

– Он пришёл не только за нашими маршрутами, – тихо сказал Тэм.

– Теперь ещё и с проводником.

– Если сегодня всё сорвётся…

– Не сорвётся.

Тэм посмотрел на Варга, но спорить не стал.

На табло появился номер сто двадцать шесть. Служители выкатили прозрачный резервуар с низким тёмным камнем посередине. В воде двигалась лунная нерисса – молодая особь из Серебряных заводей Веллора.

Удлинённое гибкое тело покрывала серебристо-белая шерсть. Вдоль шеи лежали тонкие пластины, похожие на влажные перья, а широкий хвост заканчивался полупрозрачными плавниками. Когда нерисса проплывала под светом ламп, по её спине пробегал жемчужный блеск.

Она должна была легко скользить в воде, цепляться перепончатыми лапами за камень и подниматься на него одним движением. Вместо этого нерисса сделала медленный круг. Попыталась выбраться на площадку, но передняя лапа соскользнула. Существо ударилось плечом о камень и снова ушло в воду.

– Лот сто двадцать шесть, – объявил аукционист. – Лунная нерисса. Редкий равновесный вид, допустимый отлов – одна молодая особь за двенадцать лет. В родном Пределе нериссы поддерживают чистоту источников, направляют миграцию водных стай и сохраняют устойчивость прибрежных троп. Начальная ставка – девяносто пять тысяч золотых марок.

Нерисса вновь попыталась подняться на камень. На этот раз она даже не смогла подтянуть задние лапы. Голова опустилась, хвост медленно ушёл под воду.

– В резервуар что-то добавили, – сказал Тэм.

Варг уже видел. Такое количество успокаивающего требовалось не для перевозки. Нериссу приглушили перед выходом, чтобы она лежала под светом, а не металась и не портила Лаверну представление.

Он вышел из-за перегородки. На противоположной стороне помоста Кассандра уже подняла руку.

– Остановите предъявление.

Аукционист замолчал. Торги ещё не начались, но в ложах сразу начались разговоры. Распорядитель Лаверна поспешил к Кассандре.

– Госпожа Вард, состояние лота проверено нашим лекарем.

– Тогда пригласите его сюда.

– Нерисса плохо перенесла перевозку. Успокаивающий настой добавлен ради её безопасности.

– Принесите образец воды.

– Это задержит торги.

Кассандра посмотрела на распорядителя. Тот выдержал всего несколько секунд и подозвал служителя. Воду набрали в узкую колбу. Пришедший лекарь опустил туда измерительную иглу. Фиолетовая линия быстро поднялась до первой отметки, прошла вторую и остановилась почти у горлышка. Лекарь побледнел.

– Допустимая дозировка превышена.

– Насколько? – спросила Кассандра.

– Почти вдвое.

Владелица нериссы вскочила в первом круге.

– Она билась о стенки! Мы были обязаны её успокоить.

– Вы были обязаны предоставить подходящий резервуар, – ответила Кассандра.

– Размер соответствует требованиям Лаверна.

– Минимальным требованиям для перевозки. Существо выставили под светом перед полным залом и увеличили дозу, когда оно попыталось выбраться.

– Это всего лишь ваше предположение.

Кассандра приложила ладонь к прозрачной стенке. Нерисса проплыла мимо. Голова опустилась ещё ниже, передняя лапа задела дно.

– Сегодня она на помост не вернётся. Лот снимается с торгов до заключения независимого лекаря.

– Вы не можете снять чужой лот по собственному желанию!

– Превышенная дозировка подавляла естественные реакции существа, а значит, исключала свободное предъявление. Для Комиссии этого достаточно, чтобы приостановить торги.

Кассандра приложила печать к основанию резервуара. Над водой поднялся серебряный знак.

– Уже сняла.

Владелица продолжала возмущаться, но служители уже катили резервуар к боковому выходу. Айлин уже ждала там вместе с лекарями Лаверна. Она посмотрела на Варга через весь зал, коротко кивнула и пошла рядом с нериссой.

На табло напротив номера появилась красная отметка: ЛОТ СНЯТ С ПРЕДЪЯВЛЕНИЯ.

– Она умеет испортить людям праздник, – пробормотал Тэм.

Варг смотрел на Кассандру. Та потребовала передать ей акт нериссы и даже не повернулась к возмущённому залу.

– В этот раз она всё сделала правильно, – сказал он.

Тэм покосился на него.

– Повтори. Я не расслышал.

– И не расслышишь.

Из-за снятия нериссы очередь снова сдвинулась. Распорядитель поговорил с аукционистом, получил согласие и подал знак в сторону прохода продавцов.

Над помостом вспыхнул номер: 127. Разговоры оборвались.

Глава 3. Последний удар молотка. Часть 2.

Под номером появилось название: ЗВЁЗДНАЯ ХИМЕРА. ДОМ ВАЛЛАРОВ

Варг почувствовал, как Тэм встал ближе.

– Господин Валлар, – к ним подошёл главный распорядитель. – Лаверн готов начать предъявление.

– Химера выйдет без сбруи.

– Это уже согласовано.

– Служители не используют управляющие печати. Дверь открываю я.

– После продажи новый владелец получит право применить разрешённый знак сопровождения.

– После продажи и освидетельствования.

Распорядитель на мгновение задержал на нём взгляд.

– Разумеется.

Кассандра вернулась к столу Комиссии. Положила рядом акт нериссы, проверила печати и подняла голову.

Варг приложил ладонь к охранной пластине. Огни под куполом погасли и над помостом остался только золотой свет.

– Господа, – голос аукциониста разнёсся по залу, – Лаверн представляет главный лот Сезона.

На табло появилась начальная цена: 250000 золотых марок.

Створки дверей начали расходиться. Химера не выходила. В проходе горели четыре защитные дуги. Служители стояли у стен, не решаясь приблизиться к тёмной фигуре за последней линией.

В зал потянуло сухим холодом далёкого Предела. Кто-то в первом ряду нетерпеливо шевельнулся. Аукционист посмотрел на Варга, ожидая команды. Варг промолчал.

Наконец в проёме показалась голова. Свет прошёл по длинным изогнутым гребням. Синие точки вспыхивали у основания, поднимались выше и складывались в рисунок, похожий на незнакомую карту. Химера шагнула вперёд.

Защитные дуги разом стали ярче.

Она напоминала крупного кошачьего хищника только строением лап и тяжёлой линией плеч. Дальше сходство терялось. Длинное тело двигалось удивительно легко для такого размера. Тёмно-синяя шкура подсвечивалась изнутри: холодные искры собирались вдоль рёбер и расходились при каждом вдохе. Светлая грива скользила по шее, открывая серебристые края гребней. Химера поднялась на помост сама. Остановилась в середине круга и оглядела ложи.

В первом ряду кто-то опустил веер. Маги подняли измерительные линзы. Одна из них вспыхнула и погасла, вторая покрылась тонкими трещинами.

Под передней лапой химеры проявилась синяя линия. Прошла по камню, пересекла край защитной линии и исчезла.

Аукционист задержал дыхание. Химера повернула к нему ухо.

– Существо неизвестного вида, обнаруженное в закрытом Пределе, – продолжил аукционист. – Взрослая особь. Пол предположительно женский. Подтверждена высокая устойчивость к переходам. За время наблюдения химера дважды перемещалась между Пределами без использования зарегистрированных Врат.

Разговоры в зале стихли.

– Кроме того, именно она обнаружила действующий путь, отсутствовавший на маршрутной карте экспедиции Валларов.

Кассандра подняла глаза от документов, а Варгу не понравилось, как Лаверн соединил эти сведения.

– Господин Валлар, вы подтверждаете? – спросил аукционист.

– Она вывела нас к действующим Вратам.

– К точке, которой не было на вашей карте?

– Да.

В правой ложе поднялась пластина.

– Химера способна провести человека при самостоятельном переходе? – спросил мужчина в синей мантии.

– Нет.

– Вы пытались последовать за ней?

– Переход закрывается сразу.

– Но найденными Вратами воспользоваться можно?

– Если их сумеют открыть.

Мужчина сделал пометку в блокноте.

В ложе Валькрейнов никто не писал. Их было четверо. Трое мужчин и седовласая женщина сидели прямо, оставив нетронутыми вино и предложенные Лаверном закуски. На всех были тёмные мундиры с высокими воротниками. Серебряные знаки различались по форме и числу узких полос на рукавах, но герб принадлежал одному Дому.

Валькрейны служили Короне много поколений. Их видели возле пограничных крепостей, в лагерях и там, где после закрытия Врат требовалось удерживать рубеж своими силами. Они редко покупали во время Сезона, зато приобретённые ими существа больше не появлялись ни в частных зверинцах, ни на открытых торгах.

Двое мужчин следили за защитными дугами. Третий изучал движения химеры и расстояние от центра помоста до ближайшего выхода. Седовласая женщина смотрела только на линии под её шкурой.

– Если основные Врата закрыты или уничтожены, она способна обнаружить запасной выход? – спросила она.

– Не знаю, – ответил Варг.

– В вашем Пределе утверждённый путь уже был недоступен?

– Да.

– Химера нашла другие действующие Врата? Сколько времени ей понадобилось?

– Я не знаю, когда она начала их искать.

– Сколько прошло от потери маршрута до обнаружения выхода?

– Почти двое суток.

Женщина быстро взглянула на сидевшего справа мужчину. Тот ничего не записал, но едва заметно кивнул.

– Она различает закрытые Врата и уничтоженные?

– Мне неизвестно.

– Может определить направление, если маршрутные метки подменены?

Варг помедлил. Вопрос был слишком точным.

– В нашем случае она нашла дорогу без помощи меток.

– Даже после изменения карты?

– Да.

Впервые с начала предъявления Валькрейны переглянулись.

– Если отряд окажется отрезан от своего Предела, – продолжила женщина, – химера сможет вывести его к ближайшей действующей точке?

– Она нашла Врата. Открывал их я.

– Значит, проводник ей всё-таки необходим.

– Проводник необходим людям.

– А ей?

– Нет.

– Она возвращается найденным путём?

Химера повернула голову к Варгу.

– Возвращается, когда сама решает.

В нескольких ложах засмеялись, но Валькрейны не поддержали смех. Женщина задала последний вопрос.

– Способна ли она искать дорогу во время преследования?

– Не проверял.

– Почему?

– У меня не было намерения устраивать на неё охоту.

В ложе стало тихо. Женщина коснулась пластины и знак Валькрейнов загорелся первым.

– Двести пятьдесят тысяч! – объявил аукционист. – Начальная ставка принята.

Следом вспыхнули ещё три ложи.

– Триста!

– Триста пятьдесят тысяч от Коллегии путей!

– Четыреста от торгового Дома Астрейн!

Валькрейны не совещались.

– Пятьсот тысяч!

Ставки быстро росли. На семистах выбыл частный зверинец. После миллиона остались Коллегия путей, Астрейны и Валькрейны.

Варг смотрел на табло. Этой суммы уже хватало, чтобы расплатиться с Ферро, закрыть долги перед семьями погибших и сохранить северные стойла. Валлары могли вернуть квоту и нанять людей. Он знал, куда уйдёт каждая марка.

– Один миллион восемьсот!

Астрейны подняли ставку до двух миллионов. Седовласая женщина лишь коснулась пластины.

– Два миллиона двести тысяч от Дома Валькрейн!

По залу прошёл гул.

Химера стояла в центре круга. Синие точки вдоль её рёбер медленно собрались у плеча.

– Два миллиона четыреста!

Коллегия путей запросила подтверждение платёжного допуска. Распорядитель проверил знак Астрейнов и поднял руку: сумма обеспечена.

– Два миллиона шестьсот тысяч от Коллегии!

Валькрейны ответили сразу.

– Три миллиона.

На этот раз заговорил весь зал. Гольт поставил бокал. Ровен наклонился было к нему, но тот не ответил. Он смотрел на табло и больше не улыбался.

Варг почувствовал, как Тэм схватил его за локоть.

– Три миллиона, – прошептал он.

– Вижу.

– Это же…

– Вижу, Тэм.

Дом можно было не только удержать. Валлары могли восстановить маршруты, вернуть людей, снова снаряжать экспедиции без займов Ферро. Хватило бы и на то, чтобы поднять прошлое дело. Нанять независимых дознавателей, проверить метки, добраться до тех, кто два года назад изменил карту.

– Три миллиона двести тысяч!

Астрейны отступили на трёх с половиной. Коллегия подняла цену до четырёх миллионов и запросила минуту для подтверждения следующей ставки. Аукционист дал тридцать секунд.

Седовласая женщина из дома Валькрейн продолжала смотреть на химеру. Её люди уже получили ответы. Теперь они покупали возможность вывести отряд из окружения, найти обход закрытой границы и пройти там, где враг считал дорогу уничтоженной. Химера интересовала их не как редкий зверь. Она могла стать преимуществом в будущей войне.

Женщина подняла два пальца и её помощник тотчас активировал пластину.

– Четыре миллиона восемьсот тысяч золотых марок от Дома Валькрейн!

Зал взорвался голосами.

Представитель Коллегии медленно опустил знак. Аукционист выждал.

– Четыре миллиона восемьсот тысяч – раз!

Варг уже не слышал зал. Перед глазами промелькнули письма, которые он не открывал при людях. Орин с тростью. Айлин над телом раненого ловчего. Тэм, проверяющий одну и ту же карту.

– Четыре миллиона восемьсот тысяч – два!

Никто не поднял пластину. Молоток пошёл вниз, и удар прозвучал особенно громко.

– Продано Дому Валькрейн!

На табло рядом с ценой вспыхнул знак заключённой сделки. Варг смотрел на него, пока цифры не перестали расплываться. Четыре миллиона восемьсот тысяч. Валлары спасены. Впервые за два года эта мысль не требовала никаких оговорок.

Главный распорядитель подал ему акт. Варг поставил подпись и вернул документ. На помост поднялись трое представителей Валькрейнов. Женщина осталась в ложе. Молодой мужчина нёс пластину нового владельца, за ним шли маг сопровождения и служитель.

– Жезл оставьте, – сказал Варг.

Служитель остановился.

– Он разрешён для работы с опасными существами.

– До передачи она под моей ответственностью.

Мужчина посмотрел на распорядителя.

– Условие продавца внесено в акт, – подтвердил тот.

Служитель снял жезл. В этот момент Кассандра поднялась на помост с другой стороны.

– Первичное освидетельствование завершено? – спросил распорядитель.

– Остался свободный отклик.

Представитель Валькрейнов нахмурился.

– Сделка заключена.

– Передача ещё не состоялась.

Кассандра положила на камень круглую печать с разомкнутым знаком.

– Уберите направляющие команды. Все.

Служители Лаверна отошли. Маг Валькрейнов опустил руки. Внутри защитного круга погасли управляющие линии. Кассандра освободила путь к новому владельцу.

– Подтвердите передачу, господин Валлар.

Варг подошёл к химере. Она коснулась носом его запястья, точно так же, как проверяла его после переходов.

– Иди, – сказал он.

Химера смотрела на него. Варг указал на представителя Валькрейнов.

– Иди с ним.

Она не двинулась. Мужчина активировал пластину и в воздухе появился знак его Дома.

– Следовать за владельцем.

Свет под шкурой химеры погас. Она повернула голову к знаку, затем посмотрела на Варга. Воздух вокруг её лап дрогнул и Варг ощутил знакомый холод.

– Погасите пластину.

Представитель Валькрейнов не успел. Химера исчезла. Она не прыгнула и не рванулась к краю. Тёмное тело на мгновение стало глубже, превратилось в провал среди золотого света – и помост опустел.

По залу прокатился крик. Защитные дуги вспыхнули до самого купола. Стражи начали закрывать выходы. Маг Валькрейнов держал пластину обеими руками, пытаясь найти след существа.

– Не двигаться! – приказал Варг.

Синяя линия внутри Печати свободного отклика вышла за край круга и протянулась через помост. Холод коснулся спины Варга. Он обернулся. Химера стояла за ним, снаружи защитных дуг. Никто так и не увидел, как она вернулась.

Она подошла к Варгу и остановилась рядом, почти касаясь его плечом. Под её лапами вспыхнула дорога. Светящая линия замкнула разорванный знак Кассандры, и печать отозвалась чистым серебряным звоном. Свободный отклик состоялся. Однако звон подтверждал только отказ идти за новым владельцем, а не разумность существа. Почему химера вернулась к Варгу, печать ответить не могла. Представитель Валькрейнов первым пришёл в себя.

– След прежней привязки. Повторить передачу.

– Я приказал ей идти с вами, – сказал Варг.

– Значит, команда была недостаточно ясной.

Мужчина снова поднял пластину. Химера оскалилась. Свет под её шкурой собрался у груди, и ближайшая защитная дуга потемнела.

Кассандра встала между ними.

– Погасите знак.

– Наш Дом приобрёл этот лот.

– Погасите.

– Комиссия не вправе отменить завершённые торги без доказанной разумности.

– Я не отменяю сделку.

Кассандра достала чёрную печать с серебряной полосой. И тут Варг понял, что она хочет сделать.

– Не смейте.

Она посмотрела на него.

– Отойдите от существа.

– Кассандра.

Впервые он назвал её по имени. Пальцы Кассандры сильнее сжали печать, но знак она не опустила.

– Она не пошла к покупателю, – сказал Варг.

– Этого недостаточно.

– Она поняла, что её передают. Ушла из закрытого контура, избежала знака нового владельца и вернулась к тому, кого выбрала сама.

– Вы этого не докажете.

– Поэтому потребуется полное освидетельствование.

Кассандра активировала Печать Запрета. Серебряная полоса ударила в камень. Свет разошёлся по помосту и поднялся вокруг химеры прозрачной стеной.

– До установления степени разумности запрещаю передачу, принудительную привязку, вывоз и изменение состояния лота сто двадцать семь.

Табло мигнуло. Под суммой появилась красная надпись: ПЕРЕДАЧА ПРИОСТАНОВЛЕНА.

В зале поднялся невообразимый шум. Представитель Валькрейнов потребовал вызвать владельца Лаверна. Аукционист объявлял перерыв, но его никто не слушал. В ложах вспыхивали пластины связи. Гольт поднялся и теперь что-то быстро говорил Ровену.

Варг смотрел на цифры: четыре миллиона восемьсот тысяч. Деньги ещё существовали, сделка тоже, только Лаверн не перечислит ни одной марки, пока действует запрет.

– Снимите печать, – сказал он.

Кассандра передала представителю Палаты распоряжение.

– Сообщите в Комиссию. Потребуются независимые специалисты и место временного содержания.

Варг приблизился к ней.

– Я сказал: снимите.

– Нет.

– Вы могли остановить торги раньше.

– Раньше не было основания.

– Вы уже подозревали разумность.

– Подозрение не даёт мне права останавливать сделку.

– Поэтому вы дождались, когда ударит молоток.

Она повернулась к нему.

– Я ждала свободного отклика.

– Получили? Теперь довольны?

– Думаете, мне доставляет удовольствие происходящее?

– Да мне плевать, что вам доставляет удовольствие.

Варг указал на табло.

– Там выплаты семьям погибших. Лицензия. Люди, которых я смогу вернуть в Дом. Всё, что Валлары потеряли после вашего заключения.

Кассандра побледнела, но голоса не повысила.

– Сегодня вы выставили на продажу существо, которое могло выбрать.

– Я не знал.

– Вы разговаривали с ней. Она возвращалась к вам. Выполняла ваши команды.

– Когда этого хотела.

– И вас это не остановило.

– Я вывел людей из того Предела. Не всех. Их семьи два года ждут денег, которые Валлары обязаны выплатить. И сегодня я бы смог это сделать.

– За счёт химеры.

– За счёт единственного, что у нас осталось.

– Она не вещь, оставшаяся у вашего Дома.

Варг шагнул к серебряной границе.

– Это ещё предстоит установить.

– Вы сами видели её выбор.

– Я видел, как она вернулась ко мне. Звери тоже возвращаются.

– Тогда чего вы боитесь?

Вопрос заставил его замолчать. Кассандра смотрела прямо на него.

– Если она неразумна, запрет снимут и передачу новому владельцу завершат. Если разумна, вы только что продали того, кто вам доверял.

– А если ваша проверка продлится несколько месяцев?

– Я потребую ускоренного рассмотрения.

– Ферро тоже потребует. Только не рассмотрения, а наше имущество.

– Это не даёт вам права…

– Не смейте говорить мне о праве.

Голос Варга прозвучал тише, чем он ожидал. Орин выкрикнул его имя из-за боковой решётки. Стражи не пропускали его на помост. Рядом стояли Тэм и Айлин.

Надпись заключённой сделки осталась на табло, но поверх неё легла красная полоса запрета.

– Вы хотели спасти её? – спросил Варг. – Посмотрим, куда Комиссия отправит такое существо. В какой резервуар и какую дозировку сочтёт допустимой.

– Она останется под моей ответственностью.

– Тогда вам придётся спать возле её двери.

– Если потребуется.

Он поверил, и от этого возненавидел её ещё сильнее. Было бы проще, если бы Кассандра просто поставила печать и ушла. Но нет, она собиралась остаться, присвоить себе ответственность за химеру и решать, кто имеет право приблизиться к ней. И всё с той же спокойной уверенностью, с какой два года назад подписала заключение против Валларов.

– С этого мгновения вы отвечаете за всё, что произойдёт с моим Домом, – сказал Варг.

– Я отвечаю за собственные решения. За свои отвечайте сами.

– Очень удобно.

– Зато честно.

– Дом Валларов поставили под удар не вы?

– Под молоток его поставили вы.

Он почувствовал эти слова почти физически. Кассандра посмотрела на химеру, потом снова на Варга.

– Вы знали достаточно, чтобы не выводить её сюда.

В её глазах он увидел приговор. Для неё его кодекс, имя Валларов и все погибшие ничего не значили. Варг оказался ловчим, который распознал чужую волю и всё равно назначил цену. Она точно уже решила, кто он.

– Уведите господина Валлара с помоста, – распорядилась Кассандра.

Стражи приблизились. Химера оставалась между ними, окружённая серебряным светом Печати Запрета, а под её шкурой снова зажигались холодные звёзды.

Варг не сводил глаз с лица Кассандры. Ещё несколько минут назад его Дом был спасён. Теперь же четыре миллиона восемьсот тысяч существовали только на табло, а женщина напротив считала, что поступила правильно.

Он ненавидел её тогда, после дознания. Как выяснилось, это было не совсем так. Теперь он ненавидел её по-настоящему.

Глава 4. След, которого нет.

За несколько лет до открытия Сезона.

Ночью начался оползень, и дорогу перед старым караванным мостом засыпало. К утру дождь закончился, но вода продолжала сочиться из-под нависшего пласта, вымывая песок, и время от времени сверху скатывалась мелкая галька.

Хальд остановил коня возле осыпи. По этой дороге он ходил девятый год и хорошо знал трещину над западным пролётом, которую каждую весну обещали заделать. Однако обрушилось с другой стороны, где прежде камень казался крепким.

– Здесь караван не пройдёт, – сказал Рен, спешиваясь.

– Посмотри опору снизу. Если её задело, придётся закрывать мост.

Рен привязал коней и вернулся с верёвкой. На высоком воротнике серо-синего мундира поблёскивал знак Валькрейнов; короткая накидка промокла насквозь и мешала двигаться, поэтому он снял её, оставив на ограждении.

Хальд отодвинул крышку наруча, вычистил грязь из паза и вставил страховочную пластину. Когда он прижал ладонь к камню, тусклые линии охватили основание столбика и потянулись к поясу напарника.

– Верёвку тоже закрепи.

– Печать не удержит?

– Тебя удержит. А вот за камень я не ручаюсь.

Рен спустился на полку возле опоры и зажёг световой знак. Под мостом шумел ручей, заглушая голос, поэтому Хальд наклонился через ограждение.

– Что там?

– Опора цела. Здесь полость под…

Сверху посыпался песок. Хальд схватил верёвку, а Рен вскинул предплечье, разворачивая над плечом щит. По бледному контуру ударили обломки, один из которых раскололся возле самого лица. Когда осыпь стихла, снизу донёсся кашель.

– Цел?

– Да. Тут зверь лежит.

– Живой?

Рен ответил не сразу.

– Спустись, посмотри.

Хальд закрепил верёвку и осторожно перебрался на полку. Под скальным выступом сохранилась сухая земля, куда ветер нанёс листья и старые перья. Дальше, в самой глубине, лежало длинное серо-зелёное тело.

Зверь был размером с крупного пса, но плоский, с узкой головой и широким хвостом, которым прикрывал морду. Спину покрывали матовые пластины; между ними, на сгибах, виднелась светлая кожа.

Рен подвёл свет ближе.

– Ты глянь на лапы.

Передние были короткими, с длинными пальцами. За ними Хальд различил вторую пару, а у основания хвоста – третью, сложенную так плотно, что суставы почти сливались с боками.

– Ты такого когда-то видел?

Хальд покачал головой и осторожно отвёл хвост. Глаз животного затянула мутная плёнка, к нижней челюсти прилипла земля. Под потолком оставалось свободное место, тяжёлых камней рядом не было.

– Видимо сам сюда забрался, – сказал он.

— Прятался?

Хальд посмотрел на тесную щель за головой зверя. Тот пытался протиснуться дальше, хотя тело уже не проходило. Он провёл над останками проверочной печатью. Контур горел ровно, не обнаруживая опасного воздействия.

– Забираем. Пусть лекарь определяет, что это.

Рен подсунул руки под переднюю часть тела и потянул. Зверь немного повернулся, но одна из задних лап осталась на месте.

– Зажало.

Хальд осветил камень. Пальцы лежали на гладкой поверхности, далеко от трещин. Он попробовал приподнять лапу за сустав, затем достал нож. Отделять пришлось каждый палец, осторожно подводя тупую сторону лезвия под широкую подушечку. Кожа отходила с тихим влажным звуком, хотя скала под ней была сухой.

– Мёртвый ведь, – пробормотал Рен.

Хальд завернул освободившуюся лапу в край парусины.

– Держи свет.

Останки подняли на дорогу и уложили поперёк седла. Мерин долго не подпускал их, а когда Рен затянул ремни, попытался укусить его за плечо.

– Тише ты…

– Поведём в поводу, — сказал Хальд. – До заставы недалеко.

Он поставил у осыпи предупреждающий знак, отметил повреждение моста на маршрутной пластине, и они отправились обратно.

У первой излучины дороги мерин остановился. Рен потянул повод, но конь только вытянул шею и шумно выдохнул. Хальд обошёл его, собираясь взять за недоуздок, и замер.

Под кривой сосной открывался узкий проход. Ещё утром здесь стояла сплошная скала. Хальд точно помнил белую полосу кварца, пересекающую её наискось; теперь же полоса была разорвана, а между её половинами уходила в темноту тропа.

Он поднял маршрутную пластину. Рядом со знаком патруля проступала новая линия.

– Не понял… Это что, после обвала? – спросил Рен....

Хальд посмотрел под ноги. Ни щебня, ни свежего песка возле прохода не было. В глубине что-то тускло светилось. Когда глаза привыкли, он различил низкую траву и тонкие белые стебли, уходившие под каменный свод. Там стояла ночь, хотя здесь солнце уже пробивалось сквозь облака.

Мерин отступил. Рен пошёл за ним, удерживая повод, и края прохода медленно сблизились. Хальд почувствовал, как кожа под воротником покрылась мелкими каплями пота.

– Остановись.

Рен замер вместе с конём. Камень тоже перестал двигаться. Хальд перевёл взгляд на свёрток поперёк седла.

– Ещё назад. Медленно.

Проход сузился до ширины ладони. С той стороны послышалось царапанье, и в щель легли длинные суставчатые пальцы с широкими подушечками. Рен рванул коня за повод. Каменные края сомкнулись прежде, чем Хальд успел рассмотреть лапу целиком.

Некоторое время они стояли молча, глядя на восстановившуюся белую жилку кварца. Потом из-под парусины свесилась такая же шестипалая лапа. Ремень ослаб, когда мерин пятился; мёртвая конечность безвольно качнулась у его бока. Рен посмотрел на неё, затем на скалу.

– Хальд… Оно ведь видело, куда мы идём?

Аукционный дом Лаверн

Кассандра дождалась, пока Варг Валлар сойдёт с помоста, и только после этого позволила себе выдохнуть. Он не оглянулся. Прошёл мимо стражей к боковой решётке, за которой ждали его люди, и остановился рядом с Ориным. Тэм что-то спросил, но Варг лишь покачал головой. Айлин смотрела на химеру.

Над помостом по-прежнему сияла сумма: четыре миллиона восемьсот тысяч золотых марок. Под ней горела красная надпись о приостановленной передаче.

Кассандра отвела взгляд от цифр. Варг уже объяснил, что они значили для его Дома, и повторять это про себя сейчас было незачем. Запрет оставался единственным решением, за которое она могла отвечать.

Химера стояла у края помоста, окружённая серебряным светом. Под её тёмной шкурой медленно перемещались холодные искры, собираясь вдоль рёбер в незнакомые узоры. Она проводила Варга взглядом, затем повернула голову к представителю Валькрейнов. Тот всё ещё держал пластину нового владельца.

– Положите её, – сказала Кассандра.

– Знак погашен.

– Положите на помост.

Мужчина наклонился и оставил пластину возле основания защитной дуги. Маг сопровождения отступил вместе с ним, а служитель с убранным жезлом остановился чуть поодаль.

– Госпожа Вард.

Седовласая женщина спускалась из ложи. На высоком воротнике её тёмного мундира серебрился знак Дома Валькрейнов, а узкие полосы на рукавах поблёскивали при каждом движении. У нижней ступени она остановилась, и трое её спутников сразу повернулись к ней.

– На каком основании Комиссия вмешалась в завершённые торги?

– Передача приостановлена до полного освидетельствования. Основание внесено в запрет.

– Свободный отклик не подтвердил разумность.

– Он подтвердил отказ.

– От конкретного владельца. Животные тоже отказываются выполнять команды, госпожа Вард.

– Поэтому я назначила проверку, а не признала химеру разумной.

Женщина посмотрела на серебряную границу.

– Вы понимаете, сколько времени может занять проверка неизвестного вида?

Кассандра понимала. Специалисты потребуют наблюдений, повторных проб, сведений о среде обитания. Одни сочтут возвращение к Варгу следствием привязанности, другие – проявлением самостоятельной воли. Кто-нибудь обязательно предложит разделить их и проверить реакцию существа. Варг не станет ждать молча.

– Я уже потребовала ускоренного рассмотрения, – ответила она.

– Ускоренное рассмотрение не означает положительного решения.

– Я не обещала вам определённый результат.

Маг сопровождения опустил ладонь к поясу. Кассандра заметила движение раньше, чем на его запястье вспыхнул красный тусклый знак, и крепче сжала чёрную печать.

Чужая сила коснулась внешней границы запрета, проверяя её на прочность. Кассандра направила силу в серебряную полосу. Свет поднялся выше, и маг отдёрнул руку, словно обжёгся.

– Ещё одна попытка, и я внесу это в протокол.

– Наш специалист проверял сохранность защитного контура, – сказала женщина.

– Пусть проверяет защиту своего Дома. За эту отвечаю я.

Седовласая коротко взглянула на мага, и тот убрал руку от пояса.

Главный распорядитель подошёл со стороны стола Комиссии. Он по-прежнему держался прямо, однако улыбки уже не было. Золотая цепь сбилась набок поверх чёрного фрака; распорядитель поправил её и остановился между Кассандрой и покупателями.

– Лаверн готов предоставить помещение для временного содержания и обеспечить доступ независимым специалистам. Господа, прошу продолжить обсуждение в закрытом крыле.

– Наш Дом обеспечил платёж, – сказала женщина. – Мы рассчитывали получить приобретённое существо сегодня.

– Средства останутся на расчётном счёте Лаверна до разрешения спора.

– А продавец?

Распорядитель бросил быстрый взгляд в сторону Валларов.

– Перечисление возможно только после снятия запрета на передачу.

За решёткой Орин опустил голову. Варг стоял неподвижно, и Кассандра не могла понять, слышал ли он разговор или уже знал ответ.

– Если проверка затянется, – продолжила представительница Валькрейнов, – наш Дом потребует возмещения расходов. Это тоже прошу внести в протокол.

– Внесём, – ответил распорядитель.

Кассандра посмотрела на химеру. Та следила за женщиной, слегка повернув ухо в её сторону.

– Переведите её в закрытое крыло, – распорядилась Кассандра. —–Помещение приготовьте прежнее. До освидетельствования никаких владельческих знаков и успокаивающих составов.

Распорядитель подозвал старшего служителя. Тот направился к служебной арке, отдал несколько коротких распоряжений, и вдоль прохода зажглись напольные метки. Ограждение отодвинули, освобождая дорогу. Зрителей, успевших спуститься к помосту, попросили вернуться на места. Кассандра расширила серебряную границу до нижних ступеней, оставляя служителям место для работы.

Химера наблюдала за ними, чуть повернув голову. От света ламп её гребни казались золотыми, но у основания, там, где они уходили под гриву, мерцала холодная синева.

Старший служитель остановился сбоку и развернул направляющую пластину. По камню протянулась широкая полоса мягкого света, которая вела мимо него к открытым дверям.

– Проход свободен, – сказал он.

Химера посмотрела на освещённый пол и осталась на месте.

Служитель выждал, затем повернул пластину, убавляя яркость.

– Только направление, – предупредила Кассандра. – Никаких команд.

Он кивнул.

– Может, убрать свет? – негромко спросил его помощник.

– Убери.

Полоса погасла. Химера проводила взглядом исчезающие огоньки, потом посмотрела поверх голов, туда, где возле боковой решётки стояли Валлары.

Старший служитель сделал знак помощнику обойти её с другой стороны. Они двигались спокойно, оставляя широкий выход к коридору, однако стоило второму приблизиться, как химера поднялась. Кассандра успела заметить, что она идёт прямо к защитной дуге.

– Остановитесь оба.

Помощник замер с поднятой пластиной. Между ним и химерой вспыхнула золотая решётка, которую он выставил, видимо, раньше, чем услышал приказ.

Химера опустила голову. По длинным гребням побежал свет, и на мгновение Кассандре показалось, что за решёткой стало темнее, хотя огни над помостом горели по-прежнему. Передняя лапа коснулась камня. Под ней проступила узкая синяя полоска, будто в полу разошёлся шов. Она вытянулась к самой дуге, и за золотыми прутьями открылся тёмный просвет, в котором Кассандра успела увидеть незнакомые звёзды. Они были совсем близко – крупные, яркие, словно над залом вдруг убрали крышу.

Химера шагнула туда. Грива скользнула вслед за плечами, светлые пряди на миг зацепились за золотое сияние, а потом из просвета показалась лапа и опустилась уже по другую сторону решётки. Камень глухо отозвался под её весом.

Помощник попятился, прижимая пластину к груди. Решётка осталась целой. На ней всё ещё горели знаки, запрещавшие пересечение контура. Синяя полоска сомкнулась под хвостом химеры, и Кассандра почувствовала на лице прохладный воздух с запахом мокрой земли. В первых рядах начали вставать зрители.

– Всем оставаться на местах, – приказала она. – Служители, опустите пластины.

Старший подчинился сразу; помощнику пришлось повторить. Вспыхнули браслеты стражей, возле служебной арки кто-то потянулся к запирающему знаку.

– Двери не закрывать.

Химера стояла у нижней ступени, внутри расширенной серебряной границы. Перед ней лежал свободный проход в закрытое крыло. Кассандра не сомневалась: если существо захочет обойти и её печать, оно попробует. Однако химера смотрела на Варга. Тот по-прежнему стоял рядом с Ориным, а стражи Лаверна теперь старались держаться чуть дальше от него.

Кассандра достала Печать Воли. Над ладонью поднялся золотистый контур; она оставила его незамкнутым со стороны служебной арки и дала существу почувствовать направление. Никакого принуждения в знаке не было. Химера повернула ухо, но не двинулась.

– Она не пойдёт, – сказала Айлин.

Лекарь смотрела на неё с таким выражением, словно давно ждала, когда остальные это поймут. Кассандра погасила знак и убрала печать.

– Господин Валлар, подойдите.

Он не пошевелился.

– Вы приказали меня вывести.

– Я передумала.

– Как удобно.

– Химера не идёт без вас.

Варг перевёл взгляд с неё на существо.

– Тогда снимите запрет.

– Я не настолько передумала.

Он медленно натянул перчатку, расправляя кожу между пальцами. Кассандра чувствовала на себе взгляды покупателей, распорядителя, людей Валькрейнов. Каждый ждал, чем закончится разговор, и Варг прекрасно это видел.

– Пропустить его? – спросил страж у решётки.

– Да.

Страж отступил. Варг прошёл мимо него и остановился перед серебряной границей. Кассандра отвела её в сторону, пропуская его к химере. Она потянулась к нему мордой, втянула воздух возле руки. Он не прикоснулся к ней, только посмотрел в раскрытые двери и сказал:

– Идём.

Химера сразу повернулась к проходу. У старшего служителя дёрнулась щека. Кассандра снова взялась за Печать Запрета, стараясь не думать о том, сколько людей сейчас видели эту разницу.

– До освидетельствования она остаётся под моей ответственностью, – сказала она Варгу. – Вы будете сопровождать её и обеспечивать безопасный контакт. Любые действия – в моём присутствии.

– Вы собираетесь поселиться у нас?

– Пока мы остаёмся в Лаверне.

– А если я откажусь?

Кассандра посмотрела на химеру, которая ждала рядом с ним.

– Тогда я останусь здесь и буду ждать специалистов. Защитные дуги её не сдерживают. Как она отнесётся к следующей попытке увести её, вы знаете лучше меня.

Варг сжал челюсти.

– Не надо делать вид, что вы оставили мне выбор.

– Я предлагаю не допустить ещё одной попытки принуждения.

Он отвернулся.

– Уберите вашего человека от двери. Он сейчас опустит дугу перед её мордой.

Кассандра обернулась. Страж у арки действительно держал руку на управляющей пластине, ожидая, когда химера приблизится к порогу.

– Снимите внутреннюю дугу, – приказала она. – И отойдите.

– Госпожа Вард, за ней остаётся только коридорный контур.

Кассандра посмотрела на целую решётку, через которую только что прошла химера.

– Снимите.

Золотая дуга погасла. Варг двинулся к проходу, но Кассандра задержала его, подняв руку.

– Подождите.

Печать Запрета была закреплена на камне помоста. Чтобы перенести её, требовалось отделить контур от опоры и удерживать своей силой, пока они не дойдут до закрытого крыла.

Кассандра прижала большой палец к серебряной полосе на чёрной печати и потянула свободную руку к себе. По полу прошла светлая нить, отделяясь от мраморных плит. Возле знака состоявшейся продажи она задержалась: два контура соприкасались, и расцеплять их пришлось осторожно, не нарушая ни одного.

На запястье стянулась перчатка. Кассандра согнула пальцы, наполняя силой освобождённый участок. Серебряный свет поднялся с помоста, вытянулся вслед за её рукой и замкнулся вокруг химеры широким овалом. На тёмной шкуре появились блики, под которыми продолжали медленно двигаться синие искры.

Химера посмотрела на Кассандру. Вблизи её глаза казались светлее, чем на помосте. Кассандра видела узкий зрачок, тонкие золотые крапинки вокруг него, собственную руку с раскрытым контуром. Она удержала взгляд, хотя плечо уже начинало ныть от непривычного положения.

– Теперь можно.

Варг пошёл первым, и химера двинулась за ним так близко, что светлая грива едва не задела его локоть. Кассандра держалась с другой стороны. С каждым её шагом передняя часть контура скользила дальше по полу, задняя подтягивалась следом, оставляя камень тёмным и пустым. Приходилось следить за поворотами: химера шла свободно, и Кассандра пока не знала, станет ли та обходить ещё одну человеческую печать или позволит сохранить её.

Возле края помоста Варг замедлился.

– Здесь ступень, – сказал он, не поворачивая головы.

Кассандра успела перенести ногу, не разорвав контур.

– Я вижу.

– Тогда смотрите под ноги.

Он следил за проходом, а ей оставалось подстраивать границу под его шаг. Служители шли впереди. Люди уступали им дорогу, отодвигали кресла, прижимали к себе каталоги; одна женщина торопливо сняла с подлокотника длинный край платья, когда химера повернула к ней голову. Стражи держались за внешней линией.

У арки распорядитель распахнул вторую створку, давая им пройти. Орин, Тэм и Айлин двинулись следом. За ними шли Валькрейны.

Кассандра остановилась.

– Дальше проходят сопровождающие и сотрудники Лаверна. Покупателям доступ до освидетельствования закрыт. – Вы оставляете продавца при существе, а представителям нашего Дома отказываете? – спросила седовласая женщина.

– Вы видели, почему без него не обойтись.

– Это будет отражено в нашем обращении.

– Распорядитель зафиксирует порядок сопровождения. Я его подпишу.

Женщина перевела взгляд на Варга.

– Надеюсь, господин Валлар заинтересован в скорейшем завершении передачи.

– Ваши деньги пока лежат в Лаверне, – ответил он. – А вот мои кредиторы ждут у меня дома.

– Нам нужен результат.

– Тогда вам стоит разговаривать с Комиссией.

Кассандра почувствовала, как серебряный контур дрогнул возле её руки. Химера развернулась вполоборота и смотрела на Валькрейнов. Женщина задержала на ней взгляд, затем кивнула молодому представителю.

– Заберите пластину.

Он вернулся к помосту, поднял знак нового владельца и убрал его в плоский футляр на поясе. Маг сопровождения последовал за ним. Служитель с жезлом пропустил женщину вперёд, и все четверо направились к главному выходу.

Кассандра уже собиралась продолжить путь, когда химера повернула обратно. Варг остановился, пропуская её.

– Что?

Существо прошло мимо него, опустив голову почти к полу. Свет под шкурой собрался у плеч, а грива приподнялась, словно её тронул ветер. Кассандра торопливо расширила контур и последовала за ней.

– Валлар, куда она идёт?

– Я не знаю.

Химера поднялась по ступеням к тому месту, где лежала пластина владельца, и остановилась у основания защитной дуги. На камне мелькнула серебристая искра. Кассандра увидела как короткая черта вспыхнула между двумя плитами и погасла. Ближайший знак Лаверна мигнул, но тревога не сработала.

– Никому не подходить, – сказала она.

Распорядитель остановил служителей. Варг остался возле химеры. Кассандра вновь закрепила запрет на камне, осторожно отпуская силу. Пальцы плохо слушались. Она разжала их, убрала чёрную печать и достала Печать Дознания.

Контур раскрылся над полом, поднимая остаточные следы недавней передачи. Кассандра различила силу Лаверна, собственный запрет, след знака Валькрейнов. Чуть в стороне лежала круглая печать свободного отклика, которую она оставила перед проверкой. Её разомкнутый знак ещё слабо светился синим. Серебристая черта больше не появлялась.

– Что здесь было? – спросил Варг.

– Пластина нового владельца.

Он присел рядом.

– Не трогайте.

– Мне нужно коснуться камня.

– Сначала я закончу.

Варг посмотрел на неё, затем на химеру. Та втянула воздух над стыком плит и подняла голову в сторону выхода.

Кассандра повторила проверку. Печать снова показала остаток команды сопровождения, знакомую структуру владельческого знака и постепенно угасающий заряд. Следов повреждения не было.

– Разрешённый знак, – сказала она. – Контур цел.

Варг стянул перчатку. На этот раз она его не останавливала. Он коснулся двумя пальцами того места, где вспыхнула серебряная черта, и замер. Кассандра видела, как изменилось его лицо: губы чуть разомкнулись, взгляд остановился на камне. Несколько мгновений он молчал.

– Валлар?

– Здесь живой след.

Кассандра посмотрела на лапы химеры.

– Она только что прошла.

– Не её.

– Пластину держали люди.

– И не их.

Он провёл пальцами вдоль стыка, поднял руку и снова коснулся пола чуть дальше.

– Он тянется за пластиной.

– Вы чувствуете след мага, который её изготовил?

– Живой след, Вард. Не остаток заклинания.

Она снова поднесла печать к камню. Результат не изменился.

– На металле мог сохраниться…

– Я знаю, что могло сохраниться на металле.

Варг резко поднял голову, и Кассандра замолчала. Он смотрел на неё с тем же выражением, с каким два года назад твердил о чужой дороге, пока она раскладывала перед ним подтверждения Реестра. Тогда у неё не нашлось доказательств подмены. Сейчас печать тоже ничего не показывала.

– Вы уже сталкивались с таким следом? – спросила она.

Варг медленно убрал руку с пола.

– С похожим.

– Где?

Он посмотрел на неё так, что ответить она могла бы и сама.

– В том Пределе?

– Там метки тоже были в порядке.

Кассандра опустила печать. Хотелось возразить, напомнить, сколько проверок прошло старое дело, однако он всё это слышал. И сейчас перед ней был камень, на котором она собственными глазами видела необъяснимый свет.

Химера повернулась к главному выходу. За дверями заговорили стражи, пропуская покупателей. Молодой представитель Валькрейнов задержался возле порога и коснулся футляра на поясе. Между плитами снова проступила серебристая черта. Она вытянулась от основания дуги к ступеням, пересекла золотой знак Лаверна и потянулась туда, куда ушёл мужчина. Кассандра резко подняла Печать Дознания. Её контур не изменился.

– Вы видите? – спросил Варг.

– Да.

Химера переступила передними лапами и замерла над тонкой линией. Свет вдоль её рёбер медленно сместился к плечам.

Кассандра ещё раз посмотрела на выход. Валькрейны уже скрылись за дверями, а черта продолжала тянуться вслед за ними.

– Она ведь отказалась идти с покупателем, – произнесла она.

– От его команды.

Варг поднялся и натянул перчатку, не сводя глаз с химеры. За время торгов та успела услышать вопросы о закрытых Вратах, подменённых метках, выходе из окружения. Позволила поднять цену почти до пяти миллионов, дождалась передачи и только тогда ушла из-под владельческого знака.

Кассандра считала, что всё это время решает, кому можно доверить существо. Теперь химера стояла перед ней, следя за дорогой, которой ни одна печать Лаверна не замечала.

– Почему она не уходит? – спросила Кассандра.

– Подождите.

Линия дрогнула и поползла вдоль стены к высоким окнам. Где-то снаружи хлопнула дверца экипажа. Звук донёсся едва слышно, но химера сразу подняла голову. Варг подошёл к краю серебряной границы и посмотрел на тонкую черту. Та двигалась дальше, за экипажем.

– Она их выслеживает, – сказал он.

Глава 5. По ту сторону запрета.

Серебристая черта уже почти погасла, когда Варг шагнул к краю помоста.

– Тэм, быстро к главным дверям. Посмотри, куда поехал экипаж.

Тот сразу протиснулся между служителями. Варг повернулся к химере, но поперёк ступеней поднялся серебряный свет.

– Вы куда? – спросила Кассандра.

– За ними.

– И что сделаете, когда догоните?

– Попрошу показать пластину.

– Четверо Валькрейнов, включая мага сопровождения. Вы действительно собираетесь попросить?

Варг посмотрел на её руку с чёрной печатью.

– Пока доберёмся, что-нибудь придумаю.

– И это ваш план?

– У меня пока ещё есть след.

Химера приблизилась к ступеням. Варг стянул перчатку и коснулся камня: от чужого присутствия осталась едва различимая дрожь. Потом пришлось бы проверять каждый поворот улицы.

Пока Кассандра будет вызывать специалистов, след исчезнет. В протоколе останутся его слова, а напротив – привычное «не подтверждено».

Орин ждал внизу, опираясь на перила. Кассандра отвела границу от ступеней и спустилась вслед за Варгом.

– Ты понимаешь, куда снова собираешься вести людей? – спросил Орин.

– Пока – к экипажу. Дальше решим.

Из прохода появился Тэм.

– Они поехали к восточным грузовым Вратам. Я спросил у привратника: их пропуск отметили перед подачей экипажа.

Варг выругался. После перехода след оборвётся здесь, в Аркхольме. Искать его продолжение на той стороне можно было только зная, какие именно Врата выбрали Валькрейны.

Кассандра подозвала представителя Палаты и потребовала чистую пластину распоряжения.

– Не понял, вы что, собираетесь идти с нами? – спросил Варг.

– Я тоже видела этот след.

Несколько мгновений Варг молчал. После двух лет просьб проверить его слова и пересмотреть дело услышать это посреди опустевшего аукционного зала оказалось почти невыносимо.

– Ну что ж, сегодня вам повезло, – сказал он наконец. – Есть свидетель, которому вы доверяете.

Кассандра побледнела, но отвернулась лишь для того, чтобы принять у подошедшего чиновника чистую пластину распоряжения.

Она писала быстро, опираясь на край стола. Варг стоял рядом и видел, как под остриём пера проступают условия: разрешённое перемещение под личным надзором дознавателя, установление происхождения неизвестного следа, сохранение запрета на передачу и принуждение. Внизу она оставила место для маршрута.

– Регистрацию перехода передадут с грузовых Врат. Отправьте копию в Комиссию. Уведомление – старшему комиссару.

Чиновник приложил свою печать.

Кассандра вернулась к химере. Серебряная стена опустилась, собралась в узкое кольцо у её лап и погасла. На чёрной печати осталась гореть тонкая полоса.

– Запрет действует, – сказала она, заметив взгляд Варга. – Отмена неподвижного контура не отменяет распоряжение.

– Вы это ей объясните.

У лестницы ещё ждали экипажи покупателей. Кто-то ахнул, увидев химеру без цепи; лакей, открывавший дверцу кареты, торопливо забрался внутрь сам.

Варг заметил у ограды конюха с постоялого двора и подозвал его.

– Наших лошадей к восточным грузовым Вратам. С походными вьюками.

Тот узнал знак Валларов и побежал вдоль ограды.

Лошади оставались на постоялом дворе возле Лаверна со времени прибытия. Снаряжение не распаковывали: рассчитывали вернуться сразу после торгов.

– Так, воды на три дня, – сказал Варг Тэму. – Корм для лошадей, еда для нас, запасные заряды. И проверь, что вернули после осмотра.

Тэм кивнул и ушёл за конюхом.

– Айлин?

– Перевязочного материала хватит. Два состава надо купить.

– Бери.

Варг полез за кошельком, но Кассандра уже доставала деньги.

– У меня есть, – сказал он.

– На дорогу оставьте. Айлин, сколько?

Та назвала сумму. Кассандра отсчитала деньги, и лекарь поспешила к аптекарскому ряду.

Варг убрал кошелёк и повернулся к Орину.

– Ты останешься.

– Я на лошади доберусь. Если потребуется идти пешком, скажу. И не нужно за меня решать.

Орин пошёл вслед за Тэмом к постоялому двору. Айлин уже скрылась за экипажами, направляясь к аптекарскому ряду.

Варг проводил их взглядом и повернулся к Кассандре.

– До Врат пойдём пешком. Все встретятся там.

Химера спустилась с последней ступени и остановилась у края мостовой. Мимо проезжала карета; кучер натянул вожжи, не сводя глаз с её гребней, а пассажир торопливо задёрнул занавеску.

– Идём, – сказал Варг.

Она двинулась рядом, почти касаясь гривой его локтя. Кассандра держалась с другой стороны. У торговых рядов пришлось замедлиться: прохожие останавливались посреди дороги, кто-то оттаскивал ребёнка за руку, разносчик прижал поднос к груди и втиснулся между двумя прилавками. Варг следил, чтобы никто не попытался подойти к химере сзади.

– Ездите верхом? – спросил Варг.

– Да.

– В Пределах?

– Приходилось.

Он оглядел её сапоги, длинные полы одежды, сумку с печатями.

– Подол подберите. Зацепитесь за седло.

Она остановилась, расстегнула две внутренние застёжки и подобрала полы, закрепив их выше колен. Под ними оказались узкие дорожные брюки.

– Что-нибудь ещё?

Варг поднял глаза.

– Нужен плащ с тесным капюшоном. И запасные перчатки.

– На грузовом дворе есть снаряжение Комиссии.

– Возьмите лучше сейчас.

У грузовых Врат Кассандра догнала их в казённом плаще, ведя лошадь со знаком Комиссии на сбруе. Тэм ждал возле водопойного желоба с лошадьми; к вьючному седлу были притянуты свежие бурдюки. Айлин затягивала ремень своей сумки. Орин уже сидел верхом и делал вид, что не замечает, как Варг проверяет положение его больной ноги.

Под высокой аркой открывался прямоугольник чужого дневного света. Между размеченными полосами стояли гружёные повозки, ожидавшие перехода.

– Валькрейны? – спросил Варг у дежурного маршрутчика.

– Прошли с предыдущей группой.

– Куда?

Тот посмотрел на него, затем на химеру, и осторожно отступил от края стола.

Кассандра положила перед ним распоряжение.

– Пункт выхода и состояние дороги.

Маршрутчик прочёл, приложил пластину к реестровому знаку.

– Карст. Выход у пограничной заставы. Основной тракт открыт, северные ответвления под ветровым предупреждением. Дальше заставы – под вашу ответственность.

Кассандра посмотрела на Варга.

Карст он знал по двум старым переходам. Вода на заставах, редкие укрытия, ветер с каменной пылью. Для короткой проверки запасов хватало.

– До заставы пройдём, – сказал он. – А вот дальше сначала посмотрим.

– Допуск вашего Дома?

Варг подал свою пластину. Маршрутчик долго сверял отметки, дошёл до ограничений и поднял голову.

– Самостоятельный промысел по этой связке вам не разрешён.

– Промысла не будет, – сказала Кассандра. – Сопровождение под мою ответственность.

Варг забрал пластину, прежде чем успел подумать, как ответить. Её подпись снова определяла, куда ему позволено идти.

Тэм разложил браслеты. Кассандра сама застегнула свой и дождалась, пока на маршрутной карте появится пятая отметка.

Варг наклонился к ней:

– За Вратами направление выбираю я. Если говорю остановиться – останавливаетесь. Если пригнуться – пригибаетесь.

– А если прикажете оставить химеру?

– Сначала выясните, можете ли вы удержать её на месте.

– Со своими печатями я разберусь сама. Любые действия с ней обсуждаем до того, как вы их предпримете.

– Если будет время.

– Тогда и от меня не требуйте обещаний на все случаи жизни.

Они посмотрели друг на друга. Варгу хотелось сказать, что экспедиция с такими условиями обычно заканчивается ещё у Врат. Но за его плечом стояла химера, а на той стороне уходил единственный за два года след.

– От группы не отделяться, – сказал он.

– Это относится и к вам.

Тэм кашлянул над картой.

– Маршрут принят. Обратный выход через эту же заставу, допуск на трое суток.

Варг проверил знаки сам. Затем посмотрел на Орина и получил короткий кивок.

Химера первой вошла в проём. Тёмное тело растворилось в белом свете. Варг повёл лошадь следом.

На той стороне ветер был такой силы, что сразу набил рот пылью. Варг прикрыл лицо рукавом, успокоил шарахнувшуюся лошадь и отошёл от Врат, освобождая выход остальным. Над плоскими крышами заставы стояло белое солнце. Дальше тянулось плато, рассечённое тёмными провалами; по краям обрывов лежали широкие каменные пласты, похожие на сложенные друг на друга плиты.

Возле ворот женщина в плотном капюшоне продавала дорожные маски и ругалась с возчиком, который уверял, что вчера цена была другой. Варг купил пять масок, раздал их спутникам и велел напоить лошадей и долить бурдюки.

Кассандра закрепила маску на затылке и убрала волосы под капюшон. Походный плащ из запасов Комиссии был ей немного велик, зато ворот закрывал шею. Проверив печати на внутренней стороне пояса, она подошла к смотрителю дороги.

Варг присел возле свежей колеи, уходившей от Врат к стоянке экипажей. Между следами колёс сохранилось знакомое ощущение. За Вратами оно стало отчётливее, словно то, что скрывалось в пластине, здесь чувствовало себя свободнее. Химера стояла рядом и смотрела на тракт.

– Они пересели на лошадей, – сообщила Кассандра. – Здесь оставили экипаж и ушли с военным обозом.

– Давно?

– Меньше четверти часа. Ждали, пока обоз закончит погрузку.

От заставы дорога шла между каменными валами, за которыми лежали закрытые сеткой огороды. Дальше жильё закончилось, и тракт повернул вдоль глубокого провала.

Химера не спеша шла впереди. Несколько раз она останавливалась, поднимала голову, и тогда Варг тоже проверял след. На развилке химера свернула с тракта.

– На север, – сказал Тэм.

Варг остановил группу. На придорожном столбе горел жёлтый знак предупреждения. Кассандра подъехала ближе.

– Обоз пошёл прямо.

Варг спешился и коснулся земли возле следа копыта. То, что они искали, тоже ушло на север. Вероятно, Валькрейны покинули обоз на развилке.

Он стряхнул пыль с пальцев, натянул перчатку и посмотрел на дальние уступы. Пыль тянуло вдоль склона, но верхняя кромка оставалась чистой.

– Здесь есть укрытия? – спросила Кассандра.

Варг указал на приземистый столб в стороне от дороги. На нём были вырезаны три глубокие насечки.

– Ближайшее за поворотом. Дальше решим по ветру.

– Давайте к нему, – сказала она. – Потом проверяем обстановку.

Варг уже открыл рот, но Орин, проезжая мимо, заметил:

– Вы сейчас договорились. Продолжать необязательно.

Дорога стала уже. Под копытами похрустывали каменные чешуйки, срывавшиеся с обветренных склонов. Варг повёл лошадь в поводу.

Чуть ниже тропы паслись невысокие рогатые звери. Они соскребали с камня тёмный налёт широкими зубами, поворачивая головы набок. Один поднял морду к ветру. Затем все разом прекратили есть и начали спускаться в расселину, прижимая уши к затылкам.

Варг остановился.

Обычный ветер они пережидали лёжа, закрывая морды передними ногами. Сейчас уходили даже крупные самцы.

– Тэм, подтяни вьюк. Айлин, к Орину.

Над дальним уступом поднялась светлая полоса. Она быстро густела, закрывая нижнюю часть склона. Ветер на несколько мгновений стих, и Варг услышал сухой частый треск.

– Спешиться, быстро. К стене!

Первый порыв ударил в спину. Лошадь Кассандры шарахнулась, она удержала повод и скользнула из седла как раз вовремя: по камню зацокали мелкие острые обломки.

Варг перехватил её лошадь вместе со своей.

– Держитесь слева от меня!

Тэм добрался до поворота и махнул рукой. За выступом открывалась широкая ниша, углублённая в скалу. У входа стояли старые столбы с кольцами для привязи, на полу темнел высохший навоз.

Варг передал поводья Тэму и вернулся к Орину. Тот уже вытащил здоровую ногу из стремени, но больная зацепилась, когда лошадь повернулась к ветру.

– Стой спокойно, – процедил Орин.

Варг подставил плечо и помог высвободить ногу. Тэм успел привязать лошадей и вернулся за конём Орина, пока Варг почти на руках внёс старшего ловчего под выступ.

Позади вспыхнул серебристый щит.

Айлин уже завела свою лошадь под навес и теперь пыталась сдвинуть с места вьючную, упирающуюся перед поворотом. Кассандра стояла боком к дороге, закрывая их щитом. Каменная крупа ударяла в контур и разлеталась по сторонам. Один край дрожал, с каждым порывом загибаясь внутрь.

– Ниже! – крикнул Варг.

Кассандра присела. Над её головой пронесло кусок слоистого камня и разбило о скалу. Варг подхватил повод вьючной лошади и потянул к укрытию. Айлин толкала животное с другой стороны.

Когда они оказались под навесом, по щиту прокатилась новая волна ударов. Химера уже стояла в глубине ниши. Свет под её шкурой освещал низкий потолок.

Кассандра отступила под навес, не опуская щита, и приложила печать к стене. Одна из линий сразу оборвалась на выщербленном участке.

– Сверху слишком рыхло. Дайте пластину из моего пояса.

– Какую?

– Узкую. Без знака.

Он нашёл её под плащом, вытащил из тесного крепления и вложил в протянутую ладонь. Пальцы Кассандры были холодными, хотя от напряжения на виске выступил пот. Она прижала пластину к камню.

– Держите здесь. Не двигайте.

Варг упёрся ладонью в металл. Кассандра провела по его краю пальцем, замыкая контур. Под кожей болезненно кольнуло, и он едва не отдёрнул руку.

– Предупреждать надо.

– Я сказала не двигать.

Край её капюшона касался его подбородка. Кассандра явно не собиралась извиняться.

Щит за спиной выровнялся. Стало тише. Каменные обломки по-прежнему били снаружи, но мелкая пыль перестала сыпаться им на плечи.

– Теперь уберите руку. Медленно.

Варг отнял ладонь. На металле остался тёмный след перчатки.

Айлин усадила Орина на свёрнутое одеяло. Тэм отвёл лошадей за внутренний выступ и успокаивал дрожащую кобылу.

Варг заметил под закреплённой пластиной трещину.

– Перенесите левее. Здесь скоро разойдётся.

– Оттуда я не перекрою весь вход.

– Правый край скала прикроет. Посмотрите, куда летит пыль.

Кассандра понаблюдала за порывами ветра и протянула ему вторую пластину.

– На высоте колена. Коротким краем вверх.

Варг приложил вторую пластину к стене. Кассандра перенесла на неё контур и только после этого освободила прежнее крепление.

Он сел на корточки у стены, прислушиваясь к буре. Свет за щитом стал мутно-жёлтым. Дорогу снаружи заваливало обломками, а мелкие камни тёрлись друг о друга с неприятным стеклянным скрежетом.

– И долго это продлится? – спросила Кассандра.

– Иногда полчаса. Иногда до темноты.

Она посмотрела на пластину.

– На такой срок заряда не хватит.

– Будем менять. У нас есть запасные.

Варг повернул голову. У скулы, под краем маски, у неё темнела тонкая полоска крови.

Он достал из кармана чистый платок и протянул.

– Вытрите лицо.

Кассандра коснулась щеки, посмотрела на пальцы и взяла ткань.

– Спасибо.

Она спустила маску под подбородок и осторожно промокнула порез. Из-под капюшона выбилась прядь и прилипла к влажному виску. Когда ткань задела рассечённую кожу, Кассандра поморщилась и чуть приоткрыла губы.

Варг задержал на них взгляд. Она стояла так близко, что ему вдруг захотелось убрать прядь с её щеки, провести большим пальцем там, где не было крови. От этого желания его бросило в жар. Он сжал пустую ладонь, чувствуя, как натянулась кожа перчатки.

Кассандра подняла глаза, и он не успел отвернулся.

Чёрт! Ещё несколько часов назад она стояла напротив него с Печатью Запрета. Деньги оставались в Лаверне, Дом – на краю разорения, а он смотрел на её губы и думал, что ему хватило бы одного шага.

Варг отодвинулся, зацепив плечом каменную стену.

– Оставьте себе, – сказал он, когда она протянула платок обратно.

– Постираю.

– Не утруждайтесь составлением акта передачи.

Кассандра убрала ткань в карман.

– Вы можете хотя бы несколько минут разговаривать со мной нормально?

– У нас разные представления о нормальном. Почему вы пошли с нами?

Кассандра не сразу посмотрела на него.

– Химера под моей ответственностью.

– Могли передать другому дознавателю.

– Не за несколько минут.

– Могли вызвать старшего. Дождаться специалистов. Вы умеете ждать, когда хотите.

Она подтянула перчатку, поправляя шов на пальцах.

– Я видела след, которого не обнаружила моя печать.

– Вы это уже сказали.

– А вы опять спросили.

Кассандра прислонилась плечом к стене.

– Я могла остаться и написать, что увидела необъяснимый отклик. Потом отправить запрос. К тому времени пластину убрали бы, разобрали, передали кому-нибудь ещё.

– Вот именно.

Она подняла на него глаза. Варг уже пожалел, что не сумел сдержаться. Не из-за неё – из-за собственного голоса, в котором прозвучало слишком многое.

– Сегодня я здесь, – сказала Кассандра.

– А два года назад?

– Мы сейчас не будем разбирать ваше дело.

– Моё дело вы уже разобрали.

Кассандра проверила нижнее крепление и присела рядом.

– Если на пластине то же самое, я должна это увидеть.

– А если ваша печать снова ничего не покажет?

На этот раз она ответила не сразу.

– Тогда придётся выяснять, чего она не умеет различать.

Он хотел потребовать, чтобы она повторила это перед Орином и Тэмом, но вместо этого Варг спросил:

– Заряд ещё держится?

– Держится.

Постепенно треск снаружи стал реже. Сквозь пыль стало пробиваться солнце, и ветер теперь дул короткими порывами. Тэм подошёл с водой. Варг передал флягу Кассандре, дождался, пока она попьёт, затем сделал несколько глотков сам.

Химера поднялась. Свет от её шкуры скользнул по потолку. Она прошла мимо лошадей и остановилась у открытого края щита, прислушиваясь. Дорогу засыпало. Возле поворота пыль ещё скрывала склон, и химера смотрела именно туда.

– Я проверю выход, – сказал Варг.

– Дождитесь, пока пыль осядет.

– Нужно посмотреть, куда выводить лошадей.

Он подтянул маску и вышел, держась возле стены. Под ногами скользили обломки. Варг проверил носком сапога ближайшую плиту, перенёс вес, сделал ещё шаг. Химера обошла его и остановилась у внешнего края площадки. На дороге проступала свежая трещина.

Варг остановился.

Она шла поперёк их следов и скрывалась под осыпью. Раньше здесь был ровный камень – он помнил, как тащил вьючную лошадь к укрытию.

– Назад, – негромко сказал он химере.

Та повернула голову. Слева посыпался песок. Каменный пласт, на котором стоял Варг, медленно отходил от скалы.

– Валлар!

У входа в укрытие Кассандра уже подняла руку. За его спиной погас защитный щит. Серебряная линия ударила под ноги, пересекла трещину и закрепилась на выступе возле укрытия. В ту же секунду площадка просела. Варг упал на одно колено. Под ладонью пополз камень; он успел ухватиться за край плиты и услышал, как внизу рассыпаются обломки. Химера удержалась рядом, распластав лапы. Её грива скользнула по его руке. Между ними и входом раскрылась щель.

– Не двигайтесь! – крикнула Кассандра.

Она стояла на коленях у порога. Одну ладонь прижимала к закреплённой на стене пластине, другой удерживала знак над трещиной. Тэм бросил Варгу конец верёвки, но порыв ветра отнёс его в сторону. Он шагнул ближе для второго броска, и Орин схватил его за пояс, оттаскивая от осыпающегося края.

Варг посмотрел вниз. Оторвавшийся пласт держался на узкой перемычке и серебряном контуре. Под ним уходил в глубину гладкий склон, по которому уже бежали первые ручейки каменной крошки. Он мог бы перепрыгнуть щель, если бы сумел встать. Но стоило перенести вес, как передний край опускался ниже. Контур затрещал.

– Вард, отойдите от края.

– Не двигайтесь, я сказала!

Под её ладонью погас знак заряда. Кассандра прижала к пластине обе руки, и серебряная линия снова натянулась. Она держала их своей силой. Варг увидел, как трещина подбирается к её колену.

– Кассандра. Отпустите.

Она подняла голову.

– Нет.

Химера прижалась плечом к его плечу. Варг чувствовал её дыхание у своего виска, а через щель смотрел на женщину, которая ещё могла отойти.