Севатар. По ту сторону ночи

Глава 1

Нам пора

Я обещал ей

Как дома

+ Яго, ты еще жив? +

Он не ответил. Лишь над изуродованной нижней губой показались желтоватые клыки.

Оскал ночного кошмара, который у Претора Нокс VIII легиона означал улыбку.

У бывшего Претора Нокс, поправил он себя.

+ Яго, ты еще жив? + повторила девочка.

Он снова улыбнулся.

Эта фраза стала для них своеобразной шуткой. С нее началось их знакомство. И ею все закончится.

Севатар сосредоточился.

Утомительные тренировки с Альтани не прошли даром. Он чувствовал приближение тюремщиков сквозь силовое поле и многометровый слой металла. Он ощущал их разумы и мог коснуться их.

Но не стал.

Не время.

Когда дверь открылась, он изо всех сил зажмурился, спасая глаза. В камере зажегся ослепительный свет, силовое поле сняли. Четыре воина в упор направили на него болтеры. Пятый выступил вперед и небрежно толкнул в сторону пленника железного ведро.

Яго на четвереньках подобрался к ведру и опустил в него грязные ладони, чтобы зачерпнуть питательную смесь.

Как и десятки раз до этого, он улыбался воинам Первого. Широко и жестоко.

– О, мои снисходительные друзья! Я едва выдержал минувшие сутки без наших восхитительных бесед! – воскликнул он, проглотив первую порцию питательной смеси. Тюремщики никогда не разговаривали с ним, но Севатар не мог отказать себе в удовольствии поизводить их. В последний раз.

Яго мысленно хмыкнул и передал Альтани ироничный образ. Раньше он улыбался Ангелам, скрывая свои страдания и слабость. Теперь он улыбался, скрывая свою силу. Естественно, они не видели разницы.

– Вчерашнее блюдо было восхитительно! А сегодняшнее – еще лучше! – он на миг отвлекся от поглощения смеси. Нужно съесть все, ему потребуется энергия. Но еще нужно вести себя, как обычно.

– Похоже, шеф-повар добавил ноктюрнские пряности! Такой пикантный вкус! – Севатар снова принялся за смесь, которая опостылела ему в первую неделю заключения.

Он намеренно вспомнил Ноктюрн. Так посоветовала Альтани. Яркая эмоция подстегнула его разум, ускорила когнитивные реакции, разогнала гормональную биохимию.

Норадреналин, ацетилхолин, ноотимин.

Через двадцать секунд ему понадобится вся мощь его транс-человеческого организма. И мощь его разума, взращенного не гением проклятого лже-Императора, а кровавым мраком пригорода Нострамо Квинтус, который теперь разлетелся пеплом по обреченной галактике.

Десять секунд.

Доедая смесь, он ощутил прилив психической энергии. Альтани вливала в него силу астропатического хора «Неоспоримого довода». Никто из астропатов не знал этого, девочка с легкостью заблокировала их сенсорику. Бедные мутанты думали, что выполняют свои обязанности.

Одна секунда.

Уровень энергии достиг пика, едва не разорвав тело на куски. Разум воспламенился, волоски по всему телу встопорщились от статики. Лохмотья надежно скрыли эти изменения от Темных Ангелов, но пятый легионер был псайкером. Не слишком сильным, но его дара хватило, чтобы пробиться через иллюзию, выстроенную Севатаром в ментальном пространстве камеры.

Это уже не важно.

– Спасибо, – прошептал он.

В следующее мгновение незримая паутина покинула его раскаленное сознание, сковав мышцы четырех Ангелов. Люмены под потолком вспыхнули и разлетелись на мириады стеклянных осколков.

Пятый Ангел – псайкер – увернулся от брошенного ему в лицо железного ведра и вскинул силовой посох, одновременно включая вокс. Но вокс не включился. Черный панцирь лишился связи с системами доспеха. Воин не мог отдавать броне ментальные команды.

Севатар скрюченной тенью вырос позади легионера и с силой ударил его под коленные сочленения, ободрав собственную плоть о керамит. Ноги ошеломленного воина подогнулись. Яго ловко обвил его голову руками, нашел крепления на горжете и сорвал с Ангела шлем. Прежде, чем тот успел вскрикнуть, Севатарион отыскал на его шее нужные точки и резко надавил.

Надави он чуть сильнее, воин тут же испустил бы дух. Но Повелитель Ночи не собирался никого убивать.

Больше никогда.

Его воля все еще удерживала остальных легионеров. Их собственные доспехи стали их саркофагами. Их разумы в ярости бились под слоем керамита, пластали и полимерного материала поддоспешника, не в силах ничего сделать. Не в силах нажать на спусковые крючки.

Севатар не мог обезвредить бронированных противников голыми руками. Поэтому он потратил драгоценные секунды, чтобы каждый из них повторил судьбу библиария. Щенки Льва проваляются в отключке около получаса.

Этого хватит.

Взяв с пояса библиария ключ-карту, Яго метнулся к двери. Выскочив в коридор, он облизнул губы в предвкушении смертельной авантюры. Затем рванулся вперед и исчез за ближайшим поворотом.

Он потратил целый месяц, изучая коридор за коридором, сектор за сектором. Альтани научила его покидать физическое тело и Яго мог свободно странствовать по кораблю. Впрочем, уходить далеко от оболочки было опасно. Поэтому он не рисковал.

Будь у него больше времени, Севатарион мог бы изучить весь крейсер. И придумать план похитрее. Чтобы не просто сбежать, но и оставить этим гордецам подарочек.

Но времени не было. Видения Альтани говорили, что завтра с «Неоспоримым доводом» состыкуется еще одна тюремная баржа и Яго переведут. А он не мог уйти отсюда один. Не мог уйти без нее.

Что до боевых братьев, девочка не чувствовала на корабле других Повелителей Ночи. Запытаны, казнены, убиты. А отец?

Отец.

Мысль стеганула плетью, и Яго сбился с ритма. Зарычав, он мотнул головой и ускорился.

Отца здесь нет, Альтани почувствовала бы его. Должна была почувствовать. Иначе…

Севатар добрался до Инженерного хаба №32 за две минуты. Внутри находились только сервиторы и два сонных ауксилария, которые тщетно пытались разобраться, почему в коридорах на всем уровне отключился свет. Они даже не заметили, как Повелитель Ночи втек в помещение расплавленной тенью. Ему пришлось сдерживаться, чтобы вырубить воинов, а не забрать их жизни.

Сервиторы не отреагировали на незваного гостя. Севатарион грубо сдернул одного из лоботомированных киборгов с его места и ввел в когитатор несколько базовых команд.

Альтани могла затуманить разум любому смертному в пределах корабля, но в секторах ядра находились легионные библиарии. Они бы почуяли ее присутствие. Поэтому, чтобы добраться до взлетно-посадочной палубы, Севатариону придется действовать самому.

Он ввел еще одну команду и узнал имя старшего офицера Коммуникационного корпуса Сектора В-3.

– Асаф Калеб, – Повелитель Ночи прошептал имя офицера, запоминая его лицо и текущее местоположение. – Значит, ты поможешь мне выбраться с этой угрюмой посудины.

Усадив сервитора на место, Яго демонстративно сдул несуществующие пылинки с плеч киборга и покинул Инженерный хаб. Стремительный бег по коридорам корабля продолжился.

Он идеально знал схемы патрулей, которые менялись каждые 6 часов. Он выучил рабочие режимы и вероятные траектории движения 12 тысяч смертных, которые могли встретиться ему на пути.

Повелитель Ночи использовал психическое зрение, овладев им благодаря Альтани. С учетом сбоящего освещения это позволяло легко избегать контакта с людьми и пикт-устройствами. До определенного момента.

Зал астропатического хора охраняли два легионера.

К счастью, не терминаторы, подумал Севатар, а то пришлось бы потратить лишние две минуты.

Шутки шутками, но у него не было оружия. Он не взял его с тел тюремщиков, потому что часть пути двигался через узкие коридоры и вентиляционные короба, где болтер или цепной меч мог помешать. На «Неоспоримом доводе» вентшахты были вдвое у́же, чем на большинстве легионных кораблей. Надо думать, Лев намеренно приказал так спроектировать свой хваленый флагман.

А этих двоих Яго просто не учел. Он не видел их в своих странствиях и Альтани не предупредила. Это было странно.

Похоже, охрану назначили несколько часов назад. Один из Ангелов был псайкером, который прикрывал себя и боевого брата психическим плащом. Примитивный ход, но действенный даже против сильнейших астропатов.

Плевать. Нужно решение. Он не может повторить финт с тюремщиками, впереди еще много препятствий, а силы не безграничны. И просто напасть он не может, они успеют передать о нем по воксу. Если только…

– Нет, я все понимаю! – Яго вывернул из-за угла. Он направлялся прямо к Ангелам. – Но мне обещали почетный эскорт! В конце концов, я не обычный пленник!

Легионеры, не ожидавшие подобного, среагировали с полусекундной задержкой. Этого времени Севатару хватило, чтобы нанести псайкеру мощный ментальный удар и сблизиться со вторым воином. Он схватился его болтер, мгновение борьбы и Яго удалось пересилить сервоприводы доспеха. Повелитель Ночи вырвал оружие из рук Ангела и дважды ударил его по шлему. Визоры осыпались на пол блестящей кристалфлексовой крошкой.

Ангел выхватил тактический нож с мономолекулярным лезвием и тут же нанес удар. Но Яго уже проскользнул ему за спину, мгновенно отыскал на силовом ранце шишку ретранслятора и смял ее, зарычав от усилия.

Воин развернулся и едва не впечатал Севатариона в стену. Тот перехватил руку с ножом и обвил ее, точно змея. Яго слышал пощелкивания в поврежденном шлеме противника. Тот безуспешно пытался вызывать братьев по воксу.

Наконец, Повелитель Ночи вырвал у Ангела нож и, перехватив его двумя руками, вогнал клинок в подмышечное сочленение брони. На воине был типовой Марк III со всеми его слабостями. И одна из этих слабостей позволила Яго остановить основное сердце врага.

Пока тот грузно оседал на пол, Севатар метнулся к псайкеру. Библиарий, все еще ошеломленный, медленно поднимался на ноги. Подхватив с земли болтер, Яго подпрыгнул и обрушился на голову противника всем своим весом. Болтер треснул. Голова Ангела тоже. В психическом диапазоне призрачное пламя его сознания из золотистого обратилось бледно-серым.

Севатар отбросил бесполезное оружие и вошел в помещение.

С тех пор, как он впервые побывал здесь два месяца назад, ничего не изменилось. Внешне. Яго знал, что теперь в капсуле Первого Голоса находится Альтани. Вторую капсулу занял другой астропат в соответствие с иерархией псайкерского потенциала.

Севатар скользнул вдоль стены к неприметной панели. Сорвал пласталевую крышку, получив доступ к клавиатуре инженерного когитатора. Введя несколько команд, он отключил пикт-устройства, направленные на капсулы с астропатами. Затем воин пересек зал широкими шагами и остановился возле капсулы Первого Голоса.

– Ну привет, дитя, – он согнулся над капсулой, заполненной омниотической жидкостью.

В глубине капсулы в позе эмбриона дрейфовала девочка лет пяти с тонкими ручками и ножками, с волосами белоснежными, точно снег на вершинах Гималазийских гор, которых ни Яго ни Альтани никогда не увидят.

Девочка открыла глаза. Мгновение она фокусировалась, затем ее зрачки, окруженные радужкой фиалкового цвета, остановились на Повелителе Ночи. Она улыбалась, он чувствовал это в своих мыслях.

Их вторая встреча вне ментальных пространств.

Спохватившись, Яго подошел к стенной нише и достал из нее термо-стабилизирующее одеяло из антифригонных волокон. Он порвал полотно пополам, оно было слишком велико для ребенка.

Коснувшись управляющей панели капсулы, Севатар открыл ее. Омниотическая жидкость разлилась по полу бледной фосфоресцирующей лужей. Огромный воин осторожно извлек маленькое тельце девочки-псайкера и тут же запеленал его в одеяло. Да так сноровисто, будто делал это ни раз.

Ее сломанный позвоночник был зафиксирован примитивной аугметикой. Девочка по-прежнему не могла двигаться, но по крайней мере он мог не бояться навредить ее, неся ребенка на руках.

– Нам пора, малышка.

Если бы кто-то видел их в это мгновение, он ужаснулся бы и одновременно ощутил непередаваемый гротескный восторг.

Севатар выглядел ужасающе. Исполинское человекоподобное создание в грязных лохмотьях с гривой угольно-черных свалявшихся волос, из-под которых смотрят два глаза столь бездонно-темных, что кажется, будто у них вовсе нет радужки. И девочка у него на руках. Прекрасное невинное дитя с белыми мокрыми волосами и взглядом, наполненным безмятежной наивностью и глубокой силой, что редко встречается у смертных.

Будь здесь какой-нибудь Игнаций Каркази, и он точно подарил бы миру одну из самых спорных и завораживающих поэм за последние десять тысяч лет. Но Каркази здесь не было. Здесь не было никого, кроме двух дюжин астропатов, мирно спящих в своем психическом сне.

Повелитель Ночи прижал девочку к груди и направился к выходу из зала.

– Тебе больно? – Альтани сказала это физически, так что Севатар не сразу понял, кто к нему обращается. Легкие астропата, слишком долго дышавшие с помощью компрессоров, и ее горло, отвыкшее от воспроизведения звуков, сделали голос слабым. Без усиленного слуха транс-человек не разобрал бы слов.

Яго только сейчас заметил, что у него из носа сочится кровь. Сказывались психические фокусы при недостатке навыка и контроля.

– Трое! Впереди! – это она выкрикнула ментально. Да так громко, что Севатарион скривился от психической вспышки, озарившей его обнаженное сознание. Он отвлекся на свои эмоции, поэтому потерял концентрацию и не сумел заранее почувствовать приближение врага.

Их и правда было трое. Три смертных из палубной команды. Два ауксилария с лазганами и офицер с лазпистолетом. Они стояли в проходе и уже поднимали оружие.

Проклятье! Он слишком долго провозился!

С девочкой на руках Яго не мог быстро уйти с линии огня, иначе он рисковал переломать малышке все кости. Поэтому Повелитель Ночи ускорился и за мгновение до того, как они открыли огонь, он развернулся к смертным спиной, прикрывая Альтани.

Лучи когерентного света трижды ударили ему в спину, прежде чем Астартес всей массой налетел на ауксилариев, разметав их, точно тряпичных кукол. Боль обожгла плоть и кости, по спине заструилась кровь. Севатар зарычал, но не остановился, выбежав прочь из зала и метнувшись в ближайший технический коридор.

Он знал, что сильно покалечил смертных, но вряд ли убил хоть одного. Если медики прибудут вовремя, ауксилариям ничего не грозит.

Повелитель Ночи ощутил, как боль от лазерных ожогов уходит, а клетки Ларрамана начинают работу по восстановлению поврежденных тканей. Лишь спустя несколько мгновений он осознал, что на нем нет силовой брони. А значит, это работа Альтани. Девочка отгородила его сознание от боли, чтобы он мог сфокусироваться на том, что важнее.

Они прошли до следующего сектора и успели спуститься на один уровень вниз, прежде чем завыли сирены. Здесь Альтани уже не могла ничего сделать с системами коммуникации. На это уйдет время и силы. И того и другого у них в обрез.

Вздохнув, Севатарион полез в ближайший вентканал, аккуратно прикрыв за собой решетку. Через семь минут они оказались прямо над Центральным узлом коммуникационного Сектора В.

Отсюда до вторичной взлетно-посадочной палубы №283 рукой подать. Но нужны коды доступа. Коды, которыми владеет господин Асаф Калеб.

– Прости, дитя, но тебе придется немного побыть одной, – Яго осторожно уложил девочку в одно из боковых ответвлений вентиляционной шахты. Из темноты на него не мигая смотрели два фиалковых глаза.

– Яго, – прошептала она, когда он уже собирался раствориться в темноте.

– Что? – Повелитель Ночи резко обернулся, приготовившись к схватке. Неужели он снова просмотрел опасность?

– Будь… – девочка сглотнула, ей пока было тяжело говорить. – Будь осторожен.

Севатар не знал, что ответить и как вообще реагировать. Поэтому он коротко кивнул и исчез.

Через две минуты потолочная решетка вентиляции Центрального узла коммуникационного Сектора В с грохотом приземлилась на пол. Над погнутыми прутьями стояла высокая сутулая тень. В алом мерцании аварийных люменов она напоминала исполинского нетопыря. Жуткого убийцу из фольклора древней Мерики.

Первый смертный не успел вытащить оружие, ударившись о стену со сломанной ключицей. Второй рухнул на пол с перебитыми ногами. Старший офицер узла Асаф Калеб к его чести уже тянулся за табельным лазпистолетом, но ледяные пальцы чудовища сомкнулись на его запястье. Раздался хруст.

– Да ладно, Асаф, – Повелитель Ночи обиженно выпятил нижнюю губу. – Я ведь с миром пришел!

Через мгновение входную дверь сорвало с петель и в помещение ворвались два Темных Ангела, сходу открыв огонь из болтеров.

Севатар накрыл Асафа рукой, увлекая его на пол под защиту стоек с оборудованием. Похоже, легионеры не особенно заботились о том, чтобы не пострадали смертные члены экипажа.

Яго коснулся шеи Калеба, с извращенным удовлетворением наблюдая на его лице адский ужас. Затем в нос Повелителя Ночи ударил едкий запах. Смертный обмочился.

Пальцы Севатара скользнули под воротник офицера. На пол упала железная пуговица с чеканной аквилой. Повелитель Ночи извлек на свет металлическую цепочку с жетоном в форме клинка со стилизованными крыльями. На жетоне в две строки матово поблескивали коды доступа. Севатарион сорвал цепочку с шеи смертного.

Мгновение он боролся с желанием взять человека в руки и бросить его в наступающих легионеров. Это позволило бы выиграть секунду, может полторы. Но от Асафа остались бы лишь ошметки.

Нет.

Я обещал ей.

Яго просто оттолкнул смертного и, дождавшись, пока хотя бы один из легионеров начнет перезаряжать оружие, метнулся обратно к вентиляции. В его сторону ударила неприцельная очередь. Один болт опалил кожу на руке, другой выжег знатную прядь на затылке.

– Да вы чего! – выкрикнул Севатар, прежде чем подпрыгнуть и скрываться в вентканале. – Нормально же общались!

За его спиной усилился грохот болтерных очередей, но это уже не имело значения. Яго давно покинул зону поражения. Он полжизни провел в тесных замкнутых пространствах и умел двигаться в них быстрее крыс.

Повелитель Ночи вернулся к Альтани и со всей возможной скоростью заскользил по пыльной шахте в сторону вторичной взлетно-посадочной палубы. Девочка ничего не говорила, чтобы не отвлекать его, но Севатар чувствовал ауру астропата. Увидев его, она будто вздохнула с облегчением, и теперь в ней ощущалось странное тепло. Яго не понял этих эмоций.

До взлетно-посадочной палубы он добрался быстрее, чем ожидал, но времени строить хитроумные планы не осталось. Воин знал, что автоматические системы безопасности вот-вот перекроют вентиляционный канал, в котором он находится, и закачают в него парализующий газ.

Яго в последний момент успел выломать решетку и кубарем выпал из вентиляции. Опустившаяся за его спиной заслонка оставила себе на память кусок изодранной черной туники.

Севатар быстро отправил в мир грез двух инженеров, по дурости бросившихся на него с монтировками наперевес. Повелитель Ночи отлично понимал их мотивы. Ими двигал страх. А смертные, обуянные страхом, не думаю. Они либо убегают, либо нападают. Оба варианта редко сулят им что-то хорошее.

Альтани тут же сломила волю ближайшего человека в форме пилота. А затем и его помощника. Люди застыли по стойки смирно, пилот выронил из рук планшет, до этого занимавший все его внимание.

Севатар подскочил к помощнику и протянул ему завернутую в термо-стабилизирующее оделяло Альтани.

– Следуй за пилотом и защищай девочку ценой собственной жизни, понял? – с этими словами Яго сунул за пояс помощнику лазпистолет, ранее позаимствованный у Асафа Калеба.

– Хорошо, господин, – тускло промямлил смертный. В его глазах туманилась пустота. Но Альтани он принял бережно, восприняв всю силу приказа Повелителя Ночи, подкрепленную изрядной толикой психической энергии.

– Ты, – Яго ткнул пальцем в пилота, затем указал на ближайший транс-орбитальный челнок. – Через сколько сможешь подготовить птичку к вылету?

– Челнок малого тоннажа, класс «Меридиан», – машинально отчеканил молодой парень с короткой армейской прической и карими глазами. – Он заправлен, с предполетной проверкой это займет…

– Без проверки! – рявкнул Яго, спиной ощущая железную поступить Темных Ангелов, которые бежали с другой стороны ангара. Целое отделение.

– Потребуются коды доступа для… – вновь начал смертный.

– Да есть чертовы коды! – Повелитель Ночи шагнул к человеку в упор, так что от его дыхания кожа на лице пилота увлажнилась. В бессильной ярости Яго сжал кулаки, едва борясь с желанием разорвать его пополам.

– Тогда две минуты, – не изменившись в лице ответил пилот.

– Выполняй! – прорычал Севатарион. – Я буду в кабине через минуту и пятьдесят пять секунд, – это он добавил для Альтани.

– Я помогу, – ее голос прозвучал в его сознании.

Севатар тыльной стороной ладони стер кровь, скопившуюся над верхней губой. Темные Ангелы уже открыли огонь. Скоро их будет еще больше. Они самонадеянны, но не настолько, чтобы послать за ним всего одно отделение.

Яго метнулся к стоявшему неподалеку «Громовому ястребу». Сверхъестественная скорость позволила уйти от большинства болтов. Но не ото всех. Один ужалил в предплечье, другой выдрал кусок плоти из бедра. Повелитель Ночи неловко споткнулся, опершись на раненую ногу, упал и закатился под ремонтную стойку.

Вскочив по другую сторону стойки, он почувствовал, как боль исчезла, что позволило сфокусироваться на окружении. Решение пришло мгновенно.

Севатар вырвал из стойки железную трубу. Из обломков сверху и снизу ударили фонтаны горячего пара. Неожиданный бонус, ублюдкам будет сложнее целиться.

На миг Яго вышел из-за стойки и метнул трубу в Темных Ангелов. Закаленная сталь должна была смяться об армированный керамит, но сила броска оказалась чудовищной. Импровизированное копье пробило верхнюю часть грудной пластины легионера и вышло из спины. Яго хмыкнул столь удачному попаданию и снова скрылся за стойкой, в которую уже ударил град массо-реактивных снарядов.

– Второй раз такая тупость не прокатит, – процедил он сквозь зубы. – Если только…

Если только Ангелы не подумают так же.

Севатар вырвал из стойки еще одну трубу и снова на секунду покинул укрытие, чтобы метнуть ее. Легионеры действительно не ожидали повторения маневра, но тот, в которого целил Яго, сумел увернуться. Зато воин, бежавший позади него, получил «копье» в шею.

Вновь уходя за стойку, Севатарион заметил, как раненных легионеров двое братьев оттаскивают в сторону. Значит минус четыре. И все равно многовато. Даже для него.

– Что ж вы злые то такие! – прокричал Яго, пересиливая болтерное стаккато. – Позовите Корсвейна, он хоть юмор мой понимает!

И наверняка хочет отомстить за Алайоша, добавил он про себя, уже забираясь по стойке на «Громового ястреба».

Еще минута. Продержаться еще минуту.

Болтеры затихли, Темные Ангелы рассредоточились, обходя десантно-штурмовой корабль с обеих сторон. Пар из разорванного трубопровода затянул все вокруг. Ориентируясь на звуки шагов, Яго выждал момент и скатился с крыши посудины на легионера, который шел последним.

Оказавшись на плечах Ангела, Повелитель Ночи несколько раз ударил противника в лицевую пластину шлема. В стороны разлетелись осколки линз, кровь и лоскуты плоти. Кровь и плоть принадлежали Севатару, который почувствовал, что сломал по крайней мере две костяшки.

Ангел попытался стряхнуть его с себя, но Яго оказался на удивление цепким. Он переместился за спину воина, оторвав от силового ранца несколько кабелей. Реактор доспеха тут же перегрузился и сервоприводы потеряли мощность. Ангел осел под весом Севатариона.

Различив в окружающем гомоне характерный щелчок, Яго скрючился за спиной поставленного на колени легионера. Болты ударили в бок и плечо Ангела. Тот зарычал сквозь сломанную вокс-решетку. Со стороны стрелявшего послышались ругательства, но огонь прекратился.

– Понравилось в братьев стрелять, да? – съязвил Яго, уже понимая, что его противник сделал непростительную ошибку.

Вторым Ангелом двигала ярость, поэтому он отбросил болтер и вытащил из-за спины длинный силовой клинок, намереваясь разделаться с предателем врукопашную. Пока не подоспели другие, у него есть секунд пять.

– Я – приговор. Я – кара, – зашипел Севатар, поднимаясь в полный рост. – И я убегаю!

С этими словами он развернулся и действительно побежал. Мгновение удивленный Ангел стоял на месте, затем получил по воксу доклад о том, что в зале астропатического хора не хватает одного псайкера. Сыны Льва слишком медленно поняли, что происходит. Догадайся они раньше, не тратили бы время на Яго. Ведь он все равно пришел бы к Альтани.

Не мог не придти.

И снова болты в спину. Он метался зигзагами, перекатывался. Похоже, Ночной Призрак хранил его, где бы сейчас не находился. Потому что в Севатара попал всего один снаряд, да и то вскользь.

Повелитель Ночи взлетел по опущенной рампе челнока и ударился о стену, не справившись с инерцией. Сразу метнулся в сторону, что спасло ему жизнь – четыре болта ударили в то место, где он только что находился. Яго хлестнул пальцами по кнопке на стене, чтобы поднять рампу, и поспешил в кокпит.

Он бросил взгляд вправо, увидев, что Альтани бережно уложена на сиденье, переведенное в положение для сна. Яго ничего не сказал, опять ощутив от нее странное тепло.

– Пшел, – бросил он помощнику пилота, и тот пулей вылетел из кресла.

Севатар не мог влезть на место, предназначенное для смертного. Он встал на колени перед дублирующей системой управления и активировал первичный когитатор.

– Взлетай, – приказал он, не глядя на пилота. – Прямо сейчас.

Пилот хотел возразить, но не мог. Альтани контролировала его волю, а голос Повелителя Ночи не подразумевал экивоков.

Уже прогретые двигатели вышли на расчетную мощность. Челнок стал медленно разворачиваться в сторону выпускных ворот.

Яго почувствовал, как по корпусу бьют болтерные снаряды. Бессмысленная ярость, они не смогут пробить усиленный композит. Но линза сканера показывала, что приближаются еще два отделения Темных Ангелов. Судя по сигнатурам, второе отделение – Опустошители. А это уже мельты.

Севатар ввел коды доступа и вторичные подтверждающие команды, которые Альтани осторожно выудила из разума какого-то флотского офицера. Офицер вчера имел неосторожность позволить себе неуставную связь со смазливой девицей из инженерной группы. Уединившись с ней в одном из складских помещений, он отдалился на достаточное расстояние от любого псайкера, который мог ощутить эфирное присутствие девочки-астропата.

Так что открыть выпускные ворота не составило труда. Створки дрогнули и поползли в стороны. Слишком медленно. Яго считал каждое мгновение.

– Мы успеем, – прозвучал голос Альтани в его сознании.

– Или нет, – он мысленно покачал головой.

– Тогда мы умрем, – подытожила она.

– Умрем, попытавшись, – уточнил он, и обоим стало теплее от этого простого факта.

– Вперед! – взревел Яго, ощущая среди вновь прибывших легионеров сильного псайкера.

Он не знал, что делает сейчас Альтани и делает ли вообще что-то. Поэтому пока пилот разгонял челнок, Севатар метнулся своим сознанием в сторону Опустошителей. Он сходу пробил психическую защиту, выстроенную библиарием вокруг воинов. Это отдалось в его голове резкой мучительной болью. Из ушей потекла кровь.

Яго продолжил наступление. Он коснулся сознания Опустошителя с мельтой. От оглушительной боли, которую даже Альтани не могла убрать, Повелитель Ночи не мог взять воина под контроль. Поэтому он просто заставил его руку дрогнуть и выстрел лишь зацепил крыло челнока.

Через три секунды, когда мельта выстрелила снова, челнок уже оказался по ту сторону силового поля, прикрывающего взлетно-посадочную палубу от безвоздушного хлада космоса.

Севатар тяжело привалился спиной к креслу второго пилота, положив на него голову.

– В штопор, затем корректируй курс по встречным магистралям и выводи нас под верфь, – он знал, пилот в точности выполнит все его указания, но все равно жалел, что не может лично управлять челноком.

Корабль заложил крутой вираж и Севатар отлетел к стене, упав на пол со стоном.

– В нас стреляют, – доложил пилот.

– Перестанут, как только выйдем на магистраль, – процедил Яго, на его губах пузырилась кровь. Он чувствовал, что Альтани уже в его сознании. Боль отступит. Вот-вот.

Они идеально выбрали момент. «Неоспоримый довод» заканчивал пополнение арсеналов и через двенадцать часов должен был сняться с якоря. А это значит, что между флагманом и верфью сейчас снуют сотни кораблей разного размера и назначения. Если челнок войдет в магистральный поток, отследить его дальнейший курс будет очень непросто.

Да и верфь была подходящая. Она вращалась по геостационарной орбите над сумрачным миром с ироничным названием Гелиоса IV. Еще до Ереси этот мир был пристанищем маргиналов со всего подсектора. Пираты, наемники, беглецы.

Гелиосу IV должны были приводить к Согласию Повелители Ночи, но почему-то Кёрз уступил эту честь Вулкану. Как итог – Согласие прошло лишь номинально. Знал ли примарх Саламандр, что система вновь погрузилась в будничный хаос, едва его флот достиг точки Мандевилля? Если и знал, то решил ничего не делать. Гуманист чертов!

В любом случае, планета идеально подошла Севатару и Альтани, чтобы… Нет, Повелитель Ночи не собирался прятаться. Он знал – их не оставят в покое. Раненая гордость Льва заставит его выделить не меньше роты Астартес и пару полков Ауксилии, чтобы прочесать планету. Скорее всего, миссию возглавит Корсвейн.

Их найдут. Рано или поздно. Скорее поздно. Но найдут. Поэтому у Яго был другой план.

Челнок снова резко развернулся, затем клюнул носом, уходя от залпов тяжелых болтеров. Их преследовало два «Громовых ястреба», но только один держался достаточно близко, чтобы иметь хоть какие-то шансы поразить цель. Пилот челнока к удивлению Яго проявил знатное мастерство. Повелитель Ночи даже на миг подумал, что стоило бы узнать его имя.

А затем они достигли первой магистрали, пролетели ее насквозь, едва не протаранив пару других челноков, и вошли во второй поток, более плотный. Следуя указаниям Севатариона, пилот двигался по встречному курсу, не сбавляя скорости. Это был чудовищный риск, но так они создавали дополнительную неразбериху. «Громовые ястребы» легиона уже потеряли их.

Через три минуты челнок нырнул под верфь и устремился к планете вдоль одной из Башен Циолковского. Пилот намеренно выбрал башню, которую ремонтировали. Вокруг колоссального сооружения курсировали тысячи ремонтных дронов и несколько крупных посудин Механикус. Яго не давал такого приказа, но оценил решение пилота по достоинству. Если двигаться достаточно близко к башне, множественные сигнатуры дронов не позволят навестись ракетному вооружению.

Вскоре они вошли в атмосферу. Севатар не смотрел на приборы, но невозможно было двояко трактовать немилосердную тряску и нарастающий гул со всех сторон. Челнок двигался на неприемлемых скоростях и похоже левый двигатель вот-вот…

Едва Яго подумал об этом, с левой стороны по корпусу прокатилась волна взрыва. К счастью, это был обычный ракетно-турбовентиляторный двигатель марки RX-92-20 без форсажной камеры. Иначе взрыв продырявил бы челнок.

Пилот вновь удивил Повелителя Ночи, быстро выведя машину из неконтролируемого падения.

Севатар не спешил вздыхать с облегчением. Он поднялся на четвереньки и заковылял к Альтани. Походя, ввел в когитатор расчетное место посадки и кивком указал помощнику пилота на второе кресло. Тот с готовностью исполнил безмолвный приказ. Они с пилотом стали о чем-то переговариваться. Яго уже не слушал.

Он подполз к девочке, которую смертный догадался закрепить на разложенном кресле страховочными ремнями.

– Как ты? – Севатара удивил собственный тон и вообще этот вопрос, непроизвольно сорвавшийся с его губ.

– Хорошо, – прошептала Альтани. Ее ясные фиалковые глаза смотрели на Яго в упор и Повелитель Ночи пытался вспомнить хоть один случай, когда человек не отворачивался, глядя на него. Так и не вспомнил.

– А вот ты… – продолжила девочка. В ее голосе снова возникли незнакомые Севатару эмоции.

Воин фыркнул и хрипло рассмеялся, сплюнув на палубу плотный кровяной сгусток.

– Пара отделений Темных Ангелов? Этого недостаточно, чтобы меня остановить, малышка, – он постарался улыбнуться, не вполне понимая, зачем. – Что ж, самая легкая часть нашего плана вроде бы удалась.

Челнок тряхнуло и он заметно сбавил скорость. Вот-вот они приземлятся в лощине на краю лесного массива в паре километров от безымянного шахтерского поселения.

На месте посадки челнок, не выключая двигателей, задержится лишь на несколько минут. Севатар заберет пайки, медикаменты и кое-какую амуницию. Изначально он планировал взять с собой помощника пилота, но теперь передумал. С ними пойдет пилот. Помощник поведет корабль дальше, его навыков хватит, чтобы держать поврежденное судно в воздухе достаточно долго.

– А что дальше, Яго? – Альтани с интересом смотрела на него. – Мы обсуждали план только до этого момента. Ты сказал, чтобы об остальном я не волновалась.

– Вот и не волнуйся, – Севатар хотел пожать плечами, но скривился от боли. Похоже, в какой-то момент он повредил правую ключицу.

– Темные Ангелы не знают, но эта планета принадлежит отребью, – Повелитель Ночи пытался не позволить ухмылке исказить его губы, чтобы не пугать девочку. – Я здесь как дома. Так что посмотрим.

Альтани старалась без нужды не касаться его мыслей. Даже когда ослабевала защита, которой она его обучила. Как сейчас.

– Посмотрим… что? – уточнила она, не в полнее понимая слова Повелителя Ночи.

Севатар коснулся ее щеки бледным пальцем с длинным обломанным ногтем, под которым скопилась запекшаяся черная кровь. Он все-таки не сдержал ухмылку, поэтому отвернулся.

– Посмотрим, как быстро Принц сможет стать Королем.

Глава 2

Ноунейм

Гордые – мертвые

Призраки не умеют хранить секреты

– Откуда ты? – Севатар шел первым. Его глаза не нуждались в свете.

– Северный Урш, – ответил пилот, хрустнув веткой. От него требовалось только идти шаг в шаг с Яго. Смертный честно старался, но все равно издавал раздражающе много шума.

– Это объясняет, – едва слышно выдохнул Севатарион. Он чуял хищников. Они тоже чуяли его, поэтому не приближались.

– Что объясняет? – подала голос Альтани. Повелитель Ночи по-прежнему нес ее на руках, завернутую в термо-стабилизирующее одеяло.

– А? – переспросил пилот, не расслышав слов Яго.

– Объясняет его выучку, – терпеливо пояснил Севатар, сощурившись. Его транс-человеческие глаза уже различали рассеянные отблески огней сквозь разреженные кроны.

– И вы не спросите, как я оказался у Темных Ангелов? – пилот хмыкнул. Яго подумал, что было ошибкой снимать ментальный контроль. Смертный издавал лишние звуки, не только наступая на ветки. – Уршитские истребительные катерии имеют пакты лишь с тремя легионами. Первый…

– Плевать, – бросил Повелитель Ночи. Его тон не подразумевал альтернативы.

– А я бы послушала, – Альтани обиженно надула губки. Севатар намеренно не опускал глаза, чтобы не встретиться взглядом с девочкой. – Давай хотя бы спросим его имя!

– Меня зовут… – начал было пилот.

– Ноунейм, – оборвал его Яго. – На альбийском диалекте готика значит «Безымянный». А теперь заткнись, мы у границы леса.

Пилот не совсем понимал, как реагировать, но внезапно почувствовал пульсацию в затылке и тепло, разлившееся под черепной коробкой.

+ Это потому, что ты ему нравишься, + проговорила Альтани в голове пилота. + А он боится привязываться к тем, кто ему нравится.

– У меня недостаточно сил, чтобы расслышать, но достаточно, чтобы почувствовать, – процедил Яго, сверкнув глазами.

Теперь он смотрел на Альтани. На миг девочка увидела перед собой того Севатариона, который заживо сдирал с людей кожу и насаживал их головы на пики, покоряя миры вместе со своим безумным отцом.

Но мгновение минуло и кровавая дымка в глазах Повелителя Ночи рассеялась.

Они вышли к краю узкой темной долины. Справа долина упиралась в горную гряду, весь склон которой был искалечен человеком. Здесь что-то добывали. Похоже, уголь.

Прямо впереди по обеим берегам мелководной речки раскинулся шахтерский поселок. Маленький и закопченный. Единственным более-менее презентабельным строением была станция маглева.

Яго отчетливо слышал пьяные песни, ругань, томные вздохи. И предсмертные вздохи тоже. Он криво улыбнулся. Все, как и должно быть. Улети хоть на край галактики, но даже там все миры как под копирку списаны с Нострамо.

– Не вздумай открывать рот, просто иди за мной, – скомандовал он Ноунейму. Тот сдержано кивнул, уже начав выполнять распоряжение.

+ А ты, + Яго обратился к девочке ментально. + Отгородись.

+ Почему? + наивное дитя полжизни провело в родовом поместье, а всю сознательную жизнь – на флагмане Темных Ангелов.

+ Поверь мне, малышка, ты не хочешь знать, о чем думаю эти люди, + Севатар качнул головой.

+ Ну а мечты, + Альтани забавно нахмурилась. + У них ведь есть мечты?

+ Есть, + согласился Яго. + И эти мечты тебе тоже лучше не видеть.

Они вошли в город по одной из главных дорог. Никто не обратил на них внимания. Даже на чудовищного транс-человека в обносках. Люди были либо слишком пьяны, либо слишком усталы.

Севатар безошибочно направлялся к местному бару. У входа он передал девочку Ноунейму.

– Не отходи от меня, – тихо проговорил Яго и ударил в железную дверь босой ногой, запачканной в равной степени грязью и кровью.

От запаха Альтани закашлялась, а пилот едва не исторг наружу пищевую пасту, которой они перекусили час назад, высадившись из челнока. Севатар распробовал весь букет еще на подходе к бару. Он знал эти запахи. Дешевый алкоголь, пот, кровь. Страх и смерть.

То, что нужно.

Ему потребовалось меньше секунды, чтобы окинуть взглядом широкое помещение с низким потолком, едва освещенное сбоящими люменами. Большую часть посетителей составляли простые работяги, но в дальнем от входа углу бытовал контингент иного сорта.

Севатар уверенно двинулся вперед. В основном ему уступали дорогу. Наименее расторопные получали переломы конечностей и ребер. Повелитель Ночи их не бил. Он просто не останавливался.

За несколько шагов до своей цели Севатарион незаметным для смертных глаз движением подхватил с ближайшего стола железную ложку. Неразличимое усилие и он сплюснул ее пальцами. Затем провел заскорузлым ногтем по лопатке, сбросив на пол завитки железной стружки. Теперь кромка как лезвие армейского штык-ножа.

Яго остановился перед столом. На него смотрело четыре пары глаз и пять стволов. В помещении стало тихо.

– Твое место? – Севатарион по глазам определил лидера. По глазам и по шрамам. А еще по татуировкам. Яго не видел их под одеждой человека, но они были. Он знал. Как там говорили на Старой Земле? Моряк моряка.

– Мое, – лидер оказался не робкого десятка. Он выдержал взгляд Повелителя Ночи, от которого иные смертные прожигали себе штаны пониже спины ввиду внезапной реактивной тяги.

Никто не заметил движения Яго. Но все услышали, как на деревянный пол упал лазпистолет.

Лидер группировки плавно опустил взгляд. В стуле на микронном расстоянии от его промежности торчала ложка. А под костяшкой большого пальца правой руки появился тонкий глубокий порез, только сейчас начавший заполняться кровью. Человек не понял, когда выронил пистолет.

– Теперь мое, – невозмутимо констатировал Севатар.

Лидеру не нужно было повторять дважды, но здоровенный по меркам смертных детина, что стоял справа от него, дернул уголком рта. Яго тут же коснулся его разума своим. Мужчина опустил оружие. Остальные последовали примеру.

Севатар тыльной стороной ладони стер кровь с ноздрей и спрятал руку в лохмотьях, чтобы никто не увидел алые разводы на бледной коже.

Экс-лидер с достоинством поднялся и вышел из-за стола, освобождая место. В прошлом Севатар просто убил бы главаря и пару его приспешников. Но он обещал Альтани не забирать жизни. К счастью, он не обещал не калечить и не пускать кровь.

Яго сел за стол на широкую лавку, которая едва выдержала его вес. И просидел так три дня, не вставая. Он лишь отдавал распоряжения и порой заказывал себе мясо. Бочонок с местным пойлом поставили рядом и наполняли доверху каждые два часа.

К концу третьего дня он контролировал шесть шахтерских поселений и два крупных города на южном побережье единственного материка Гелиосы IV. У него появились связи в космопорте и на звездной верфи. Это было легко. Здесь, как и везде, уважали силу. Но больше силы уважали ее демонстрацию.

Помимо четырех бандитов, которые видели Севатара своими глазами, ни одна живая душа в его расширяющейся сети не знала, кто за всем этим стоит.

Наутро четвертого дня Повелитель Ночи встал. Дубовая лавка облегченно вздохнула и позволила себе развалиться. Яго взглядом подозвал Астерио, которому в первую встречу едва не отчекрыжил хозяйство заточенной ложкой.

– Старый армейский бункер, о котором ты говорил, он готов? – Севатарион направился к выходу.

– Так точно, – Астерио оказался бывшим наемником. Жестким, но исполнительным. – Послать за Ноунеймом и девочкой?

– Нет, – Севатар уже связался с Альтани ментально. Астропат и пилот эти дни жили в комнатах на втором этаже бара. За девочкой ухаживала жена бармена. Ноунейму Повелитель Ночи поручил мелкую бюрократию, без которой от века не обходилась ни одна империя. Даже построенная на коленке.

Едва они вышли на улицу, к ним подскочил один из людей Астерио. Но смотрел он не на бывшего босса. Яго кивнул.

– Ублюдки на орбите наконец зашевелились, – отчеканил он.

– Ублюдки? – Севатар посмотрел на него, вздернув бровь. – Пусть они не на той стороне, но это по-прежнему мои кузены.

– Я… – парень сглотнул и мгновенно побледнел. – Простите, я…

Севатар коротко хохотнул и как мог легко хлопнул смертного по плечу. И все равно оставил ему гематому.

– Шучу, не бери в голову, – Яго улыбнулся. Шрамы, как обычно, превратили улыбку в алый разлом, уходящий в самые глубины ада. – Так что там с проклятыми Ангелами?

Парень зачастил:

– В ночь, когда вы прибыли, они активно сканировали местность вокруг Грэйва. Послали два штурмовых корабля и нашли ваш челнок в Заливе Боудена…

– Без предыстории, – оборвал его Севатар. – Они нашли челнок, но не нашли меня. Даже не продолжили поисков. Почему?

– Пока… – парень снова сглотнул. – Пока непонятно. Что-то отвлекло их. Какие-то проблемы на «Глориане».

На мгновение в душе Севатара что-то шевельнулось. Неужели кто-то из его братьев выжил? Невозможно. Он бы почувствовал, пока находился на корабле.

– Тогда что изменилось? – Яго обернулся на полпути к грузовику, который повезет их к бункеру. Он увидел, как Ноунейм выходит из бара с девочкой на руках. Вместо термо-стабилизирующего одеяла на ней была обычная детская одежда. Надо думать, жена бармена постаралась.

– Простите, но тоже неясно, – парень готов был провалиться сквозь землю. – Сегодня утром последние корабли Ангелов покинули верфь.

– Но? – Севатар жестко посмотрел на парня. Он начинал уставать от их нерасторопности.

– Но флот не ушел, он завис над экватором на геостационарной орбите, – смертный говорил все быстрее, глотая окончания слов. – А час назад мы узнал, что один десантно-штурмовой корабль не ушел со всеми. Не знаю, как его не увидели.

– Уже не важно – как, – Яго взял парня за плечо и легонько встряхнул. У того лязгнули зубы и что-то щелкнуло в ключице. – Теперь важно – где? Где они высадились?

– В Дарке, – парень наконец обмочился. Севатар выпустил его и обменился взглядами с Астерио.

Шахтерское поселение Дарк находилось на полпути между ними и заброшенным армейским бункером в горном массиве недалеко от угольных шахт. Астерио использовал бункер как склад для контрабанды. У Яго на него были иные виды.

– Планы меняются? – Ноунейм уже некоторое время стоял рядом и слышал окончание разговора.

– Ты беспредельно проницателен, – Яго бросил на него короткий взгляд. Точно бичом хлестнул. – Едем в Дарк, – скомандовал Повелитель Ночи и полез в грузовик, раму которого по его распоряжению усилили и сменили колеса на гусеницы.

Они ехали по грунтовке вдоль линии гор двадцать минут. Потом еще столько же по бездорожью, чтобы подойти к Дарку со стороны леса.

У Астерио имелся старый, но надежный ауспик. А вчера с верфи прислали списанный авгур средней дальности, который по документам утилизировали. Ауспик и авгур установили в задней части грузовика. Севатар усадил за приборы Ноунейма. Альтани разместили рядом на сиденья, предварительно обитые в три слоя войлоком из шахтерских лежанок.

– Стоп, – скомандовал Ноунейм водителю. Как настоящий профессионал, взявшись за свое дело, он мгновенно сосредоточился. Страх и непонимание отступили. Голос пилота звучал твердо, повелительно.

– Дальше могут заметить, если сканеры их «Грозовой Птицы» активны, – Ноунейм повернулся к Севатару. – Я вижу сигнатуры на пределе радиуса, но они сливаются. Оборудование старое.

– Этого достаточно, – Повелитель Ночи кивнул Астерио и тот открыл дверь, первым выбравшись наружу. За ним последовали остальные.

Яго подумал, что, быть может, стоит взять кого-то из бандитов. Хотя бы как пушечное мясо. Чтобы отвлекли Ангелов. Но потом передумал.

– Двигайтесь к бункеру по основной дороге, будто едите в шахты, но остановитесь за Дарком, – отдавая команды, Севатар ощупал свои бедра, проверяя перевязи с ножами. Их привезли вчера. Шесть длинных и тяжелых кунаев, изготовленных точно под руку Повелителя Ночи.

+ Ты можешь думать, что хочешь, но я пойду с тобой, + девочка сопроводила свое послание мыслеобразом настойчивости.

+ Не в этот раз, дитя, + Севатар ментально покачал головой. + Там будет слишком опасно для тебя.

+ Для тебя тоже! + Альтани не отступала. + И ты помнишь, что обещал мне?

+ Да, я никого из них…

+ Я не об этом, + девочка прервала поток его мыслей. + Ты сказал, что я появилась, когда больше всего была нужна тебе. И обещал, что взамен никогда не оставишь меня. Не поступишь, как мои…

+ Дитя… + на этот раз он перебил ее, но с удивлением обнаружил, что не может ничего сказать ей. Утешение? Он ничего не знал об этом.

+ Я пойду с тобой! + ее мысленный крик заставил Яго пошатнуться. Повелитель Ночи ощутил, как в носу у него стало слишком влажно. На языке появился привкус железа.

+ Прости, + уже спокойнее добавил она.

+ Похоже, это взаимно, + Яго кончиками пальцев коснулся тонкого плеча девочки, которую Ноунейм держал на руках. + Вот только я влияю на тебя плохо.

Повелитель Ночи бессильно вздохнул.

– Придется тебе и дальше тренировать марш-броски с отягощением, – бросил он пилоту и направился вдоль леса.

Астерио не стал уточнять, нужно ли посылать с Севатаром еще людей. Он молча протянул Ноунейму вещмешок и лазпистолет. Сам запрыгнул в грузовик и захлопнул дверь. Через две минуты рев движка стих вдали.

Яго про себя порадовался, что все же не убил Астерио и не стал перепаивать ему мозги. Надежный мужик. Хотя все они надежные, когда знают, что завтра могут не проснуться.

– У тебя ведь есть план, Яго? – поинтересовалась Альтани. Севатар обратил внимание, что голос возвращается к девочке. Она уже не шептала, а тихо говорила.

– Разве тут нужен план? – вопрос вырвался у Ноунейма помимо его воли, поэтому пришлось пояснять. – Я имею ввиду, что ты сбежал с флагмана Астартес, которые хотели тебя казнить. А тут максимум отделение.

Севатарион издал звук, который мог быть ироничным смешком, надменным фырканьем и один Император ведает, чем еще.

– Знаешь, почему я до сих пор жив? – сощурился Яго. – Потому что знаю пределы своих сил.

Они прошли в молчании еще около километра, пока чернозем под ногами не начал хлюпать и превращаться в болото. Впереди показался Дарк. Точная копия Грейва.

Севатар остановился. Осмотревшись, он кивнул пилоту на основание рухнувшей железобетонной баши.

– Спрячься за ней, – пояснил Повелитель Ночи. – Поставь на хроно таймер. Семь минут. Запусти, когда я уйду. Время выйдет – стреляй из лазпистолета.

– Куда? – Ноунейм напряг глаза. Он был неплохим стрелком, но с такого расстояния едва ли попадет даже в массивную фигуру Астартес. Тем более из пистолета.

– Куда-то туда, – Севатар небрежно махнул в сторону городка. – Это не имеет значения. Нужно, чтобы они засекли тепловые пучки и направление.

– И они поведутся на это? – удивился пилот.

– Разумеется, – Севатар не улыбнулся. – Это Ангелы. Они считают на два шага вперед. Поэтому будут уверены, что я играю с ними. Этот отвлекающий маневр – глупость по чьим угодно меркам. А значит, я действительно двигаюсь с этого направления. Так они решат. Что до тебя… – Яго взял девочку, которую ему передал пилот.

– Я буду помогать, – безапелляционно заявила Альтани.

– Скорее всего, среди них псайкер, тебя почувствуют, – возразил Яго, направляясь к паре кривых деревьев с густыми кронами. Он ощущал напряжение в воздухе, дождь начнется через считанные минуты. Девочку нужно хорошо укрыть.

– Не почувствуют, – астропат хитро улыбнулась. – Если я буду смотреть твоими глазами.

С этими словами она зажмурилась и Севатар почувствовал, как его сознание наполняется чужим присутствием. Ощущение не было неприятным. Напротив. Оно успокаивало. Придавало уверенности.

Он положил девочку на траву и, пригнувшись, побежал по болоту, огибая Дарк с юга. Ноунейм запустил таймер на хроно и достал лазпистолет.

Вскоре Севатар нашел, что искал. Область болота, над которой стоял особый смрад. Дальше он пошел пешком, а потом и вовсе пополз. Повелитель Ночи умудрялся двигаться со скоростью смертного марафонца, не издавая ни звука.

+ Это же… + Альтани не сразу разобрала запах.

+ Дерьмо, + подтвердил Яго. + Сплошное дерьмо.

На несколько мгновений он замедлился, фокусируясь на энергетических потоках, которых текли через него. Севатар постарался замкнуть большинство из них, чтобы излучать минимум энергии. Как показывала Альтани.

Девочка сформировала в его сознании мыслеобраз одобрения.

Впереди под склоном, на котором стояли окраинные дома, показалась наполовину утопленная в болоте ржавая труба около полутора метров в диаметре. Шахтеры не заморачивались полноценной канализацией. Зачем?

Севатарион без раздумий полез в трубу, хотя от запаха затошнило даже Альтани, чье тело находилось в полутора километрах отсюда.

+ Много лет назад, когда мы приводили к Согласию Реквием III, мне и новобранцу по имени Талос поручили взять крепостной редут, вдвоем, + Яго ловко полз сквозь зловонную жижу, во втором мысленном слое отсчитывая секунды. + Я повел его схожим путем. Мальчишка не мог оспорить прямой приказ, но долго возмущался, лепеча что-то о воинской гордости. Я тогда сказал ему то же, что однажды мне сказал отец. «Гордые – мертвые». И знаешь, Талос научился засовывать свою гордость поглужбе. Научился нырять в дерьмо, если нужно. И он выжил.

Альтани не знала, что ответить. Севатар и сам не знал, зачем рассказал это.

+ А почему нельзя было просто проехать по болотам до бункера? + псайкер сменила тему. + Пусть Ангелы сидят тут, раз им нравится! Они ведь не мешают.

+ Дело не в этом, + Севатар увидел впереди лестницу и ускорился. + Они должны знать о планах Льва. Почему мне дали три дня форы. Это почти вечность. Теперь Льву придется очень постараться, чтобы меня найти.

+ Но они знают, что ты придешь, + мыслеобразы Альтани окрасились в серые цвета. + Это может быть ловушкой.

+ Может, + Севатар улыбнулся. + И тут Ноунейм прав. У них всего одно отделение.

+ А у нас я! + девочка мысленно рассмеялась, заставив Севатара на мгновение подумать о том, что, быть может, все у них и правда получится.

Он поднялся по лестнице, беззвучно сдвинув громоздкий железный люк. Склад. И никого рядом. Чуткий слух Повелителя Ночи различил характерные взвизгивания лазпистолета. В низком небе громыхнуло и начался дождь.

Выглянув из окна здания, Яго увидел двух Ангелов. Оба направлялись на звуки выстрелов. Севатар вытек из дверей склада и метнулся к ближайшему легионеру. Тот почувствовал опасность, но слишком поздно.

Когда Астартес развернулся, два куная вонзились ему точно в линзы шлема, пробив их и войдя в глазницы. Подскочив к ослепленному воину, Яго сорвал с его бедра болтер и превратил голени противника в крошево из керамита и кости.

Откатившись в сторону, Севатар открыл огонь по второму Ангелу, который уже стрелял в ответ.

+ Жить будет! + бросил он Альтани, предвосхищая вопрос.

Он перекатился еще раз, уходя от неприцельной очереди. Вокруг закричали смертные, началась суматоха. Раньше Яго было бы плевать, но не теперь. Он намеренно выбрал маршрут, где было меньше всего людей. Потому что Ангелы никогда не задумывались о потерях среди гражданских, когда речь шла об их чести. А у них речь всегда шла о чести.

Один из болтов обжег плечо Севатара. Ответным выстрелом он попал воину в наплечник и того крутануло на месте. Когда Ангел снова развернулся к Повелителю Ночи, того уже не было в поле зрения. Авточувства вопили легионеру об опасности, но тот не понимал показаний доспеха.

Яго успел забраться на балкон ближайшего дома. Когда сын Льва наконец заметил его, Севатар оттолкнулся от ржавого парапета и спикировал на противника, в последний момент сведя перед собой руки с кунаями.

Кузнецы Астериона постарались на славу, выполняя заказ. Клинки легко вскрыли мягкие сочленения между керамитовыми пластинами и сталь с мономолекулярной заточкой погрузилась в грудь и шею Ангела. Тот захрипел и повалился на землю. Севатар едва не добил его, опомнившись в последний момент. Он не знал, его ли это решение или повлияла Альтани.

Еще два воина сами нашли его в узком переулке, когда Яго направлялся к их «Громовой птице». Ему нравилось сражаться с этими гордыми ребятами. Те же Кулаки дождались бы братьев и пошли на него сплошной стеной, вскинув штурмовые щиты. А воронята скрывались бы до сумерек – вот, где была бы охота!

Бросившись на врагов, Севатар перестал контролировать потоки энергии в своем теле. Ментальная скрытность уже не имела значения. Один из Ангелов носил капюшон с псиактивной матрицей – его взяла на себя Альтани.

Пока псайкер дергался на земле в конвульсиях, Севатарион сблизился со вторым противником. Ангел атаковал полутораручным клинком, держа его обеими руками. Лезвие с гудящим силовым полем описало короткую дугу и на возврате едва не отсекло Повелителю Ночи голову. Воин тут же атаковал снова, еще быстрее.

Яго пригнулся, ушел в сторону от следующей атаки, третью принял на два скрещенных куная. Полыхнули карминовые искры. Металл кинжалов мгновенно раскалился, но выдержал.

Севатар плюхнулся прямо в грязь и, оттолкнувшись ногами от стены, прокатился между ногами Ангела. В движении он развернулся и полоснул кунаями по икроножным сервоприводам. Правый клинок достиг цели, левый от нагрева стал слишком гибким. Вскочив на ноги, Яго отбросил его вместе с куском прикипевшей плоти.

Ангел сделал обманный укол в пах и тут же перевел меч в продольный удар уровнем выше, намереваясь поразить противника в шею. Севатар нырнул под руки легионера и на выходе из нырка вогнал кунай ему под шлем. Брызнул фонтан крови. Яго на полсекунды зажмурился. Это едва не убило его, потому что раненый Ангел уже выхватил тактический нож.

Клинок оставил длинный разрез на бедре Повелителя Ночи, неприятно чиркнув по кости. Яго атаковал воина кинжалом в запястье, и когда тот выронил оружие, нанес несколько ударов пяткой куная в шлем.

– Я как-то практиковал холодную ковку, – заявил он оседающему легионеру, продолжая деформировать его лицевую пластину ударами. – И скажу тебе, мой нелюбезный брат…

+ Яго, сзади! + он обернулся и метнул кинжал на рефлексах. На рефлексах выдернул из ножен следующий. На рефлексах откатился за угол ближайшего здания. И все равно один из болтов зацепил его.

Правую икру обожгла боль. Альтани привычно купировала ее, позволив Повелителю Ночи действовать, не отвлекаясь на такую мелочь, как нехватка куска мяса в ноге. Севатар и сам освоил эти фокусы, но сейчас ему не хватило бы концентрации.

– А ты неплох! – выкрикнул Яго, на миг выглянув из-за угла. – Для сына того парня, который на своем засраном Калибане стрелял только из ржавых прото-болтеров!

В ответ ударили выстрелы.

+ Можешь с ним разобраться? + уточнил Севатар. Повелитель Ночи отметил, что больше не слышит лазпистолет. Либо все Ангелы идут сюда, либо Ноунейма больше нет и… все Ангелы идут сюда.

+ Не могу, + мыслеобразы Альтани лучились удивлением. + На нем какое-то устройство.

«Странно, что только на нем, – подумал Севатар. – Все-таки иногда они учатся на своих ошибках».

Яго знал, что это за устройство. Он видел нечто подобное во время Битвы за Кромлех. Мальчишечки Горгона использовали опытные образцы модифицированных горжетов, которые подавляли входящее псайкерское влияние. Похоже, не только Железнорукие до этого додумались.

Севатару пришлось терять драгоценные секунды, чтобы добраться до позиции стрелка по крышам. Разобравшись с ним, он подбежал к «Грозовой Птице».

Десантно-штурмовой корабль был готов к его приходу. Внутри Повелителя Ночи встретила гробовая тишина и лишь один второстепенный когитатор, чудом переживший каскадное замыкание. Покопавшись в нем, Севатар обнаружил, что импульс послали с орбиты. Больше ничего. Базы данных очищены, нет подключения к флотской сети. Теперь это кусок хлама, который даже в воздух не поднять.

– Все чудесатее и чудесатее, – пробормотал Яго.

Покинув «Грозовую Птицу», он встретил еще двух Ангелов, тоже с пси-подавителями. Они оставили ему на память глубокую колотую рану в боку и два шрама через все лицо.

– Не бывать мне первым парнем, – скривился Яго, стягивая шлем с одного из поверженных легионеров.

Шлемы типа Марк III имели независимую аккумуляторную батарею. Без ретранслятора, установленного на силовом ранце, поврежденный передатчик шлема едва охватит километровый радиус. Но сейчас большего не требовалось.

Яго надел шлем и прислушался, периодически меняя частоту вокса.

Тишина.

– Даже не отделение? – спросил Севатар у дождя, сняв шлем.

Он осмотрелся. Все население шахтерского городка сидело по домам. Сил правопорядка тут отродясь не водилось. А если кто-то приблизится к Дарку, Астерио решит вопрос.

+ Это все? + спросила Альтани. Она попыталась расширить диапазон пси-сканирования. В ответ на это голову Яго пронзила тупая боль.

+ Извини, + девочка отправила ему мыслеобразы раскаяния. Она уже могла покинуть его, но не торопилось. Севатар знал, почему.

Прошлепав по лужам, Повелитель Ночи подошел к двум Ангелам, которых сразил последними. Он не очень хорошо разбирался в рыцарской геральдике Первого, но один из легионеров определенно был сержантом. Севатар с кряхтеньем потащил его к «Грозовой Птице».

Он посадил воина в углу грузового отсека, предварительно открутив от доспеха силовой ранец и связав Ангела стальными тросами, которые наудачу подвернулись рядом.

Затем Яго несколько раз хлестнул пленника по лицу когтистой рукой. Легионер медленно открыл глаза и поднял голову.

– Чашку рекафа? – Повелитель Ночи опустился перед связанным Ангелом и посмотрел на него почти нежно.

– Может, амасек? Что предпочитают доблестные сыны златогривого? – он продолжал смотреть на легионера, который уже пришел в себя и даже попытался вырваться. Но Яго знал, как обездвижить жертву. Полностью отключенный доспех сам по себе был тяжелой ношей. А тут еще путы на ногах и руках, завернутых в неудобное положение.

– Ладно, ладно, – Севатар примирительно поднял руки. – Дорогой кузен не настроен на светскую беседу и я не посмею настаивать. Да и времени нет. Поэтому перейдем к делу. Расскажи мне, почему вы три дня не искали меня? Что у вас за проблемы на флагмане? Почему вы пришли только теперь? И столь малым числом?

Он не надеялся на ответ. Ангел наверняка готов к пыткам. Это крепкие ублюдки. Яго расколет его, но на это уйдут часы, может дни. Поэтому он решил попробовать свои вновь обретенные таланты.

+ Нет! + предостерегла его Альтани. Яго вздрогнул. Он уже привык к ее присутствию в своей голове, поэтому забыл о девочке.

+ Я коснулась его разума, + пояснила псайкер. + Несколько слоев защиты. Ловушки. Они знали, что ты попытаешься. Я могу обойти эти препятствия, но не через тебя.

+ Сколько времени уйдет? + Севатар поднялся. Он уже знал ответ и уже принял решение. Альтани, сосредоточенная на Ангеле, не уловила эти его мысли.

+ Не могу сказать, + медленно ответила девочка. + У них сильная воля, а этот подготовленный. День. Два.

+ Слишком долго, + Севатар опустил руку и достал из набедренных ножен кунай.

+ Что ты собираешься делать? + Альтани напряглась.

+ Уходи из моей головы, + мягко произнес он.

+ Яго, ты обещал мне, + не унималась девочка.

+ Уходи, дитя, + повторил он. + У нас нет времени. Я чувствую. Счет идет на минуты.

+ Ты обещал больше никого не убивать! + крикнула Альтани и Повелитель Ночи поморщился. Ангел смотрел на него, не отрываясь. Наверняка думал, что сын Кёрза совсем сбрендил.

+ Да, + согласился Яго, глубоко вздохнув и собираясь с силами. + А еще я обещал защищать тебя. И сейчас это единственный способ.

Он зарычал от напряжения, раскалив свое сознание добела. Этот фокус он придумал сам, используя знания, которые ему передала Альтани. Все нервные окончания в его теле вспыхнули ослепляющей болью. Кровь превратилась в жидкое пламя. Он упал на колено. Капли крови вытекли через крепко сомкнутые веки.

Севатар прогнал Альтани из своей головы. Почему-то теперь он знал, что Ноунейм выжил и он рядом с телом девочки. Сейчас она откроет глаза и скажет пилоту, чтобы он как можно быстрее нес ее в город. И он понесет. Но когда они окажутся достаточно близко, Яго уже все закончит.

Он с трудом распрямился и посмотрел на непроницаемого Ангела.

– Если кратко, – Повелитель Ночи хрустнул шейными позвонками. – То я пришел за тобой.

Через мгновение кунай впился легионеру в глаз и остановился лишь когда острие уперлось в затылочную область черепной коробки.

Севатар отступил от трупа и сел на грязный пол. Он знал, что получится, хотя в последний раз делал это на Нострамо еще ребенком. Наивный мальчишка, проклятый могильным даром, никогда намеренно не творил зло. Но он хотел жить. Поэтому не только убивал. Бывали вещи похуже.

Призрак появился через полминуты.

Психическое эхо. Эманация. Отражение.

Что-то, что раньше было Темным Ангелом.

Сержант Корвин Хрардар, 56-ое тактической отделение 18-ой роты.

– Ну, – Яго устало прикрыл глаза. – Теперь рассказывай.

Он не видел сержанта. Ни глазами, ни психическим зрением. Но ощущал его. Как с другими призраками в детстве. Яго мог бы удержать душу Ангела, но не знал, как. Поэтому вскоре Корвин станет частью Эмпиреев, но прежде поделится со своим убийцей тем, что тот хочет знать.

Призраки говорливы. Они совершенно не умеют хранить секреты.

Вскоре Севатар вышел из дома, с удовольствием подставив лицо под тугие струи ледяного ливня. Дождь и крылья ворон. Все, что могло принести ему покой.

И еще Альтани.

Ноунейм подошел к Повелителю Ночи, держа девочку на руках. Он надел непромокаемый комбинезон и завернул астропата в такой же.

– Что ты сделал, Яго? – тихо спросила Альтани. Севатар легко различил ее голос сквозь канонаду дождя.

Он открыл глаза и замер, уставившись в небо.

– Вот ублюдок, – процедил Севатарион, говоря вовсе не о сержанте, с призраком которого только что разговаривал. Сержант был пешкой, как и его люди. Они не знали, что Лев уже запустил протоколы.

– О чем ты? – пилот тоже поднял взгляд к небу, но ничего не увидел. Только низкие серые тучи.

Севатарион выхватил у него Альтани и рванулся прочь, к северной дороге, где за городом должен был ждать Астерион. Ноунейм припустил за Повелителем Ночи, который уже скрылся в пелене дождя.

+ Что происходит, Яго? + девочка посмотрела на Севатара снизу вверх, затем перевела взгляд на небо. Она что-то видела. Какие-то черные крапинки на тучах. Их становилось все больше.

– Это… это что, бомбы? – глаза Альтани округлились. Яго улыбнулся, подумав, что она слишком умна для пятилетнего ребенка.

– Это экстерминатус, малышка, – его улыбка стала шире. – Лев и не собирался меня искать.

Глава 3

План Б, твою мать!

Цена страха

Превентивная ложь

– Быстрее, смертный! – проревел Яго, удивляясь собственным словам.

Выходит, жизнь Ноунейма его все-таки заботит?

Наперекор желанию Повелитель Ночи не стал оборачиваться. Это спасло ему жизнь, когда из дождевого савана вылетел болт.

Севатар неловко кувыркнулся, пытаясь уйти с линии атаки и не раздавить при этом Альтани. Второй болт ударил в землю двумя метрами левее. Значит огонь неприцельный.

Яго ускорился, выжимая максимум из своих транс-человеческих ног и легких. Через несколько секунд он начал различать силуэты и все встало на свои места.

В «Громовой птице» было ровно одно отделение. Но остальные трое либо предугадали его действия, либо (что вероятнее) пошли на разведку и наткнулись на группу Астерио. Завязался бой.

– Прости, дитя, – Яго положил девочку у каменного остова давно рухнувшего здания.

+ Этот дождь, + прошептала псайкер в его голове. + Он плохой. Он подавляет мои способности. Я не смогу помочь.

+ Ты меня недооцениваешь, + ответил Севатарион и исчез.

Девочка хотела напомнить о его обещании, но промолчала. Она до сих пор не понимала, как относится к тому, что он сделал с Ангелом в Дарке. Ведь та смерть оказалась напрасной.

Сближаясь с противником зигзагами, Севатар успел отругать себя за то, что слишком полагается на Ноунейма. Ведь он был уверен, что пилот наткнется на Альтани и защитит.

Защитит.

Но это его, Севатара, миссия.

Отныне и впредь.

Он с разбегу впечатался в Темного Ангела, который слишком поздно почуял опасность. Похоже, дождь и правда плохой, раз от него сбоят ауспексы и авточувства силовых доспехов.

Воин пролетел два метра и растянулся в грязи. Яго, не обращая внимания на то, что при ударе у него в плече что-то хрустнуло, выхватил кунаи и набросился на противника. Первым ударом он прорезал гибкие сочленения в запястье, чтобы Ангел выпустил болтер. Вторым заклинил сервопривод в локте другой руки, лишив легионера возможности воспользоваться тактическим ножом.

Сквозь рев дождя Севатар различил крик боли. Он вскинул голову и увидел, как другой Ангел вздернул одного из людей Астерио в воздух и приставил болтер к его животу.

Яго тут же метнул оба кинжала, но не успел на долю секунды. Болтер рявкнул. Кабина грузовика окрасилась в алый. Ангел тоже осел, получив один кунай под колено, второй подмышку.

Севатар схватил с земли камень и размозжил им шлем легионера, который лежал под ним.

«Жить будет!» – машинально отметил он про себя и рванулся к Ангелу, который уже выдернул нож из подмышки.

В следующую секунду произошло сразу несколько событий.

Третий Ангел, которого Яго не видел из-за плотного ливня, выстрелил в него и не промахнулся. Но наемник Астерио, тот самый здоровяк, которому Повелитель Ночи при первой встрече чуть подправил мозги, оказался рядом и среагировал. Он поймал болт грудью и умер мгновенно. Этого мгновения Севатару хватило, чтобы сблизиться с врагом и ударить по болтеру снизу-вверх, так что следующий выстрел ушел в небо.

Они некоторое время боролись. Затем Севатар крутнулся волчком и наконец вырвал оружие из рук менее проворного кузена. Ангел не растерялся, молниеносно отмагнитив от берда силовой клинок. Но было поздно. Пока он замахивался, Яго оттолкнулся от него, чтобы разорвать дистанцию, и в падении выпустил очередь по ногам. Затем встал и выстрелил еще два раза, отключив сыну Льва обе руки.

Севатар развернулся и замер, глядя на труп человека, который зачем-то отдал за него свою жизнь. Разряженный болтер выпал из его рук.

«Я не знал его имени», – подумал Повелитель Ночи. Затем у горизонта громыхнуло и в небо ударило зарево, мгновенно сменившее хмурый вечер на яркий рассвет. Это вернуло Севатариона к реальности.

Он посмотрел на Астерио. Тот был ранен, но жив. Трое из его группы были мертвы. Яго кивнул ему и Астерио полез в грузовик на место убитого водителя.

Из пелены дождя появился Ноунейм с Альтани на руках. Яго подлетел к ним и взял девочку у пилота.

+ Чувствуешь еще Ангелов? + спросил он, уже залезая в рычащий грузовик. Ноунейм вскарабкался следом и задвинул дверь.

+ Неа, + девочка мысленно мотнула головой. + Яго… я… мне… стра…

– Выжимай все! – Севатар уже отвернулся от девочки, обращаясь к водителю.

– Что за дерьмо, шеф? – поинтересовался Астерио. Его голос звучал на удивление спокойно.

Колоссальный грохот не позволил Севатариону ответить. Повелителю Ночи никогда еще не доводилось находиться на мире, который боевой флот Легионес Астартес собирается расколоть пополам.

Машину качнуло, но Астерио сумел вернуть ее на дорогу.

– Это наш эпилог, мой монохромный друг. Если мы не доберемся до бункера… прямо сейчас! – запоздало пояснил Яго. Он широко расставил ноги и одной рукой уперся в потолок, прижимая второй Альтани к себе.

– А что в этом бункере? – снаружи нарастал гул, и это был уже не просто дождь. Пилот едва перекрикивал его. – Что там такого, что может спасти нас от…

Он не успел договорить. Мир погрузился в неописуемую какофонию. Грузовик подняло в воздух и опрокинуло. Ноунейм инстинктивно схватился за Севатара и тот едва подавил желание стряхнуть смертного с себя. Лишь потому, что он этого не сделал, пилот остался жив.

Когда машина остановилась, Яго выбил дверь ударом ноги и выскочил на улицу. Он нагнулся, чтобы заглянуть в кабину. Астерион и последний из его наемников не подавали признаков жизни. У Севатара не было времени вытаскивать людей из покореженной кабины и проверять, можно ли их спасти.

– Яго, – тихо позвала девочка-псайкер. – Что теперь, Яго?

Севатар посмотрел на нее, затем на пилота и наконец на небо. Стиснув зубы до хруста, он зарычал так, что у Ноунейма все волосы на теле встали дыбом.

– Как в той видео-книжке, что в детстве мне читала мать, – пробормотал он себе под нос и сунул Альтани пилоту. Тот бережно взял девочку и тут же сам оказался на руках у Севатара. Глаза смертного округлились. От шока он не мог ничего сказать.

– А теперь молитесь, мои маленькие человечки, – Севатар снова оскалился, вернув себе расположение духа. – Молитесь, чтобы я обогнал ее.

– Ко… кого? – пилот сглотнул. Яго бежал с невероятной скоростью, но прижимал к себе Ноунейма достаточно сильно, чтобы того не штормило. Альтани получала двойную амортизацию и лежала точно в колыбели, которую мерно покачивает заботливый родитель.

+ Нашу смерть, глупый, + ответила девочка. Астропат почувствовала, что страх прошел. Возможно, потому что, глядя на Севатара, она видела того, кто точно знает, что делать.

Мир снова окрасился в неестественные тона, потонув в неописуемой шумовой волне. Севатар чудом оставался на ногах.

– Закройте глаза! – прокричал он, надеясь, что смертные его услышат. – Иначе потеряете зрение!

Они не различили его слов, но сработали инстинкты. Оба плотно зажмурились.

Яго, проваливаясь в грязь едва не до колена, впервые в жизни почувствовал намек на усталость в мышцах. Он уже видел впереди бункер. Его стальные ворота были приоткрыты, из проема периодически выглядывали лысые физиономии людей Астерио.

Дождь пошел на убыль, зато бомбардировка усилилась. Земля тряслась без перерыва, небо обрело стабильно пурпурный оттенок, в ушах ревел ад.

Севатар прикинул, что до ворот осталось не больше двухсот метров. Затем он увидел взгляд наемника, в очередной раз выглянувшего из бункера. Фантазия дорисовала, как в зрачке смертного отразилась волна пламени. Чистое когерентное уничтожение, для которого не существует преград.

Севатарион глубоко вдохнул и вжал голову пилота в его же колени. Тот мог задохнуться, мог что-то переломать себе. Но только так Яго сумел полностью закрыть его и Альтани своей спиной.

Через мгновение взрывная волна настигла легионера. Но не протолкнула вперед и не сбила с ног. Это был какой-то другой огонь. Он будто существовал вне законов физической реальности.

В первый раз Яго так кричал во время генного вознесения. Второй раз – когда отец и сильнейшие библиарии Восьмого помогали ему блокировать дар. Сегодня он закричал так в третий раз.

Лохмотья на его спине мгновенно испарились от жара, спина вспучилась волдырями, которые тут же лопнули и изошли пеплом. Мясо растекалось в стороны, а кости чернели на глазах.

Севатар ревел, точно обезумевший грокс, но не останавливался. Он знал, что если остановится, девочка умрет. Поэтому заставлял себя бежать, даже когда все нервные окончания на его спине, затылке и на задней стороне ног превратились в раскаленные иглы и закричали ему в ответ.

Несколько мгновений выпали из его сознания.

Он очнулся уже внутри бункера, стоя на коленях. Перед ним с пола поднимался кашляющий Ноунейм. Его тоже обожгло, но не особенно сильно. Девочку пилот не выпускал из рук. С ней все было в порядке.

Яго с трудом разогнулся. Он сам этого не понял, но инстинктивно использовал свои псайкерские способности, чтобы блокировать боль и усилить тканевую регенерацию. Ему понадобятся недели на восстановление, но пока хватит и того, что он может ходить.

Наемники закрыли двери бункера. Одного из них при этом опалило до состояния потухшего факела, а второй ослеп, по глупости посмотрев на пламя, рожденное запретными технологиями эры ТЭТ.

– Ведите… к кораблю, – выдохнул Севатар. Он поймал взгляд Альтани и хмыкнул в ответ на невысказанный вопрос. – До свадьбы заживет, малышка!

Тупая терранская поговорка, но ему хотелось, чтобы она улыбнулась.

Девочка понимала, зачем он это сказал. И хотя эта маленькая глупость едва ли могла поднять ей настроение, она все же заставила уголки своих губ чуть подняться вверх.

Ради него.

Чтобы он не отвлекался мыслями о ней.

Они прошли в дальнюю часть бункера, минуя помещения и коридоры, заставленные всевозможным оборудованием. Кроме трех наемников (слепого под руку вел его товарищ) здесь больше никого не было.

Трижды смертным казалось, что гора, в которой находится бункер, вот-вот обратиться в пыль. Даже сквозь многометровую толщу породы, дополнительные метры адамантия и феррокрита грохот звучал так, будто от внешнего мира их отделяла картонная стена.

– Святая Терра… – вырвалось у пилота. Посреди последнего помещения, самого большого, стоял супра-системный челнок класса «Виверна». Такие не выпускали уже лет… тысячу?

Ноунейм видел такие лишь на пиктах в учебке. Поэтому с трудом определил модификации, внесенные в изначальную конструкцию. Челнок не просто восстановили, его усилили, сделав пригодным для дальних перелетов.

Изначально «Виверны» могли путешествовать в варпе. Для этого использовалась технология трехчастного варп-индуктора. Империум отказался от нее, едва покинув Солнечную систему. Потому что эти несовершенные системы не позволяли перемещаться на значимые расстояния и были слишком нестабильны. Попросту говоря – часто взрывались.

Но в их ситуации это было чудом.

– Как… – едва смог выдавить пилот, ни к кому не обращаясь.

– А ты думал, чем я занимался трое суток? – Севатар наконец улыбнулся. – План Б, твою мать! – он внимательно посмотрел на пилота, мгновенно став серьезным. – Тебе придется им управлять.

Это был не вопрос.

Ноунейм сглотнул, кивнул и побежал к кораблю. Севатар не забрал у него Альтани. Вместо этого Повелитель Ночи повернулся к наемникам.

– Его ведь не доделали? – спросил он, стараясь не кривиться от боли. Легионер не хотел думать, что стало с его спиной.

– Нет, господин, – один из наемников качнул головой. – Пассажирский отсек не экранировали, двигательный тоже.

– То есть он может лететь, но в безопасности только те, кто находится в кабине пилота, – подытожил Яго. Он приготовился к тому, чтобы обезвредить смертных. Но его глаза, цепко скользящие по их фигурам, не находили признаков опасности.

– Мы понимаем, к чему вы клоните, господин, – наемник отвел глаза.

– Мы не собирались лететь с вами, – вступил в разговор ослепший. – Так что не создадим проблем.

– Это почему? – Севатар не спешил расслабляться. По тихому гулу, разлившемся за его спиной, он понял, что Ноунейм активировал системы «Виверны».

– Потому что это наш дом, – пожал плечами третий наемник, который поддерживал ослепшего.

Яго не понимал их мотивов. Сам он бросался в бой даже без надежды на победу. Всегда боролся. Всегда пытался выжить.

Повелитель Ночи протянул руку каждому из наемников. Они неуверенно пожали его огромную бледную ладонь. Слепого подтолкнул его товарищ и тот дернулся, когда Яго как мог легко сдавил его запястье.

Севатар прошел к кораблю и ступил на опущенную рампу, когда сзади в перерывах между грохотом и грохотом расслышал тихие слова.

– Мы прощаем вас, господин, – произнес ослепший наемник. – Ведь вы этого не хотели.

Яго не ответил, с силой ударив по кнопке, которая активировала механизмы, поднявшие рампу и надежно запечатавшие входной люк.

Затем Повелитель Ночи, который не верил в удачу, решил, что стоит принести кому-нибудь жертву. Потому что их определенно кто-то хранил.

Деформированные ворота ангара, замаскированные под скалистый уступ, чудом раскрылись. Ни одна из бомб чудом не взорвалась достаточно близко, чтобы нанести ангару критической урон или помешать «Виверне» взлететь. Ноунейм чудом вывел корабль из аннигилирующего пламени, всего лишь перекрасив его из грязно-зеленого в черный.

– Три-восемь, склонение двадцать, тяга девять, – процедил Севатар сквозь сжатые зубы. – По дуге к экватору, потом на два-два-девяносто.

Он чувствовал, как резервы его организма стремительно иссякают. Без регенеративных и стимулирующих смесей силового доспеха будет непросто. Никакое псайкерство не поможет.

Севатар бросил взгляд на девочку, которая полулежала в кресле второго пилота, плотно зафиксированная. Затем он повернулся к нишам, где в ящиках должны были находиться медикаменты. Если Астерио точно выполнил все его указания.

Астерио выполнил.

– Я не подвергаю сомнению твою мудрость, – в голосе Ноунейма ощущалось напряжения. Его пальцы на рычагах управления побелели. Он боролся с атмосферой планеты, которая собиралась умереть максимально феерично. – Но ты задал странный курс. Почему…

– Потому что иди в задницу, вот почему, – устало бросил Яго, вкалывая себе в бедро сразу четыре шприца. Три зеленых и один красный. На них не было названий. Оставалось надеяться, что контрабандисты не напутали цвета.

– И все же, – пилот рискнул продолжить спор. – Нам нужно покинуть гравитационный колодец планеты!

– Не нужно, – Севатар глубоко вздохнул. – Колодец вот-вот перестанет существовать. Как и сама планета.

Пилот хотел что-то сказать, но Яго полегчало от инъекций и он продолжил.

– Скажи мне, Ноунейм, ты когда-нибудь разносил населенный мир в клочья сфокусированным огнем целого флота? – Севатар прикрыл глаза, запрокинув голову. – Ты когда-нибудь сбрасывал на головы миллиардов вихревые бомбы, а затем атаковал их мельтами, чтобы запустить цепную реакцию в атмосфере, заставляя весь воздух выгореть изнутри?

Пилот молчал.

– Я это видел. Я это делал. Тебе это не надо, – Яго покачал головой. – Поэтому просто веди чертов корабль по чертовому курсу. Иначе за штурвал сяду я, а ты вернешься на поверхность в виде кляксы.

Ответа не последовало. Севатар его и не ждал. Он снова наклонился к креслу второго пилота.

– Я не голодна, – Альтани улыбнулась, ненамеренно прочитав его вопрос из верхнего слоя мыслей. Девочку каждый раз трогала его грубоватая забота. – И мне удобно.

Яго продолжал смотреть на нее черными провалами глаз, принадлежавших убийце из ночных кошмаров. Он не понимая, что чувствует в этот момент.

– Электромагнитный хаос перекрывает мне все средства сканирования, – Ноунейм резко забрал в сторону, на опыте уходя от сгустка раскаленного газа, который минуту назад мог с равной вероятностью быть частью атмосферы или поверхности.

– Но я и так могу догадаться, что флот Темных Ангелов окружил планету на случай, если мы… если ты выжил. На нас то Льву плевать, – пилот нашел мгновение, чтобы оторвать взгляд от приборной панели и посмотреть на Повелителя Ночи.

– Блокада будет, это факт, – Яго сощурился. – Но их гибель планеты слепит так же, как и нас. Если подгадать момент, вполне сойдем за осколок этого проклятого мира. Или за локон застывшего газа.

«Локон, – подумал пилот. – Как поэтично!»

– На три-двадцать, полная тяга! – рявкнул Севатар. – Сейчас!

Он сам не понял, что это было. Предчувствие, инстинкт, псайкерство или все вместе? Севатар не заметил, что своей рукой осторожно сжал ладошку Альтани. Возможно, это помогло и он выбрал верную корректировку курса.

Двигатели «Виверны» перешагнули пик своей мощности. Челнок взревел и покинул атмосферу, окутанный прозрачным огнем и коронными разрядами.

Флот Льва удалился от планеты на безопасное расстояние, рассредоточившись плотной сферой. Все орудия и средства активного обнаружения были направлены на умирающую Гелиосу-IV. Но это не помогло. Электромагнитные возмущения и температурные перепады оказались столь сильны, что даже для самых чутких кораблей-мониторов все сливалось в сплошное марево.

Эскортники инстинктивно постреливали в более-менее крупные объекты. Но огонь велся бессистемно. Они физически не могли уничтожать все подряд.

И снова Севатар, не склонный к сантиментам, подумал, что какие-то силы хранят его черную душу. «Виверна» прошла сквозь разреженный строй легионных судов вместе с бесконечным множеством мелких осколков планеты, кусков застывшей атмосферы, космическим мусором с орбиты.

Их засекут, обязательно засекут. Но сейчас корабли Льва слепы как новорожденные аясы с почившего Нострамо.

Все мониторы, линзы и центральный гололит приборной панели показывали лишь бешенство статики. Яго подумал, что это к лучшему. Смертным не нужно видеть, как умирает то, что по определению бессмертно.

В пустоте нет звуков. Это благо для вида достаточно дерзкого, чтобы покинуть пределы родного мира. И достаточно жестокого, чтобы превращать в пыль миры чужие.

Гелиоса-IV на несколько долгих минут перестала переливаться всеми цветами кармина и пурпура. Она будто замерла во времени и пространстве, чтобы затем в считанные секунды разлететься на мириады осколков размером с половину континента каждый.

Магма выплеснулась во все стороны алым спрутом, медленно расплываясь мерцающим пятном с округлыми краями. В центре пятна показалось белесое ядро из чистого железа с примесью сидерофильных элементов. Оно было самим собой всего миг. Затем барисфера планеты окончательно перестала существовать и магнитные штормы завихрились в незримом танце саморазрушения внутри остывающих газов и высвобождающегося давления.

Корабли Темных Ангелов держались на достаточном расстоянии, чтобы их пустотные щиты могли выдержать удар взрывной волны. У «Виверны» не было такой возможности. Но у нее была корма, усиленная сплавом адамантия и магнорита, который добывался на Гелиосе-IV.

Севатар спланировал эту модификацию на случай обстрела. Для эскортников и кораблей большего тоннажа «Виверна» была слишком незначительной мишенью. Но пустотные штурмовики вполне могли попытаться догнать их. Теоретически корма могла выдержать с десяток попаданий из спаренных лазпушек и даже пару ракет класса «Буря». Но Яго не думал, что им придется убегать с разваливающейся планеты.

– Держитесь, держитесь, держитесь! – запричитал Ноунейм, больше успокаивая себя.

Севатар обхватил ногами кресло второго пилота и положил одну руку сверху на Альтани. Она была хорошо пристегнута ремнями безопасности, но он не хотел рисковать.

Удар последней волны был чудовищен. Кабину залило алым светом. Предупреждающие огни вспыхнули на каждой панели. Линзы пикт-устройств пошли трещинами, гололитическое изображение над центральной панелью зарябило и исчезло. Проецирующие данные на лобовом кристалфлексе подскочили до значений, за которыми ждала смерть.

И все же «Виверна» сохранила конструктивную целостность. Яго бросил взгляд на Ноунейма, у которого на висках и затылке внезапно пробилась седина. Если бы пилот мог в этот момент оторваться от приборов, он увидел бы в глазах Повелителя Ночи искренний намек на одобрение.

– Теперь просто к ближайшей точке Мандевилля, – Севатар позволил себе немного расслабиться. По привычке он попробовал привалиться к стене, но отдернулся, когда то, что раньше было его спиной, прошила обжигающая боль.

– Без проблем, в когитаторе подробные базы данных на весь сектор, – отозвался Ноунейм. Он говорил бесстрастно. Похоже не верил, что все закончилось.

– Как же так, – подала голос Альтани.

– Ты о чем, дитя? – Севатар посмотрел на нее.

– Астерио говорил, что на Гелиосе-IV проживает десять миллионов, если вместе с верфью, – пояснила астропат. – И они все… они…

Ее голос сорвался и она замолчала. Яго отвернулся. Он знал, что малышка плачет. Но не знал, что нужно делать.

– Такова цена страха, Альтани, – наконец ответил он. – Ублюдочный Лев знает, что только я могу снова собрать Антраментар и легион. Для него Трамасский крестовый поход закончен. Он больше не хочет терять здесь время и ему не надо, чтобы Восьмой снова собрался, став угрозой.

– Но это же… десять миллионов… жизней, – девочка хныкнула. – Такая жестокость.

– Астартес вообще жестоки, – Яго уставился в темноту пустоты через почерневший кристалфлекс. – А их отцы, примархи, они настоящие чудовища.

О своем отце он думать не хотел. Не хотел думать о том, что Конрад Кёрз погиб во время самоубийственного штурма «Неоспоримого Довода». Севатар ненавидел Ночного Призрака всей душой. Но любил его еще больше.

– Есть сигнатуры на пределе дальнего авгура, – доложил Ноунейм, выведя Повелителя Ночи из оцепенения.

– Быстро скумекали, – хмыкнул Яго. – Не обращай внимания.

– В смысле? – потупился пилот. Не получив комментариев от Севатара, он стал сопоставлять данные и понял, что звену охотников их не догнать. Они смогут приблизиться и выровнять скорость. Но у «Виверны» останется получасовая фора.

Ноунейм хотел спросить Севатара, почему за ними послали всего лишь звено перехватчиков. Потом понял, что если эту колымагу догонят, хватит даже одного перехватчика. Но похоже – не догонят.

– Боюсь узнать, чего стоило довести эту птичку до ума, – Ноунейм нервно хохотнул. – А она резвая!

– Рад, что тебе нравится, – скривился Яго. – У нее нет оружия, только скорость. И кабину мы покинуть не можем. Остальная часть корабля не экранирована от пустотной радиации.

– А если что-то сломается? – услышав псайкера, Севатар подумал, что волнение в ее голосе – хороший знак. Она хотя бы больше плачет.

– Тогда, малышка, я пойду это чинить, – Севатар снова придвинулся к креслу второго пилота и посмотрел на ребенка. – Потому что у меня, в отличие от нашего внезапно-ценного кадра, есть шанс пережить там столько времени, сколько потребуется.

– А какой-нибудь дремучей силовой брони у Астерио не нашлось? – спросил Ноунейм.

Яго жестко посмотрел на него, но затем черты Повелителя Ночи смягчились и он почти улыбнулся.

На следующие семь дней кабина «Виверны» стала для них домом. С едой проблем не было. Что касается туалета… В общем, они решили эту проблему.

Первые три дня Севатар спал, позволив восстановиться каталептическому узлу. Ноунейм тоже периодически дремал за пультом управления. У корабля не было автопилота, но их курс был прямым, как клинок Ангела.

Кстати, об Ангелах. Два охотничьих корабля продолжали преследовать их, оставаясь на расчетной дистанции. Их двигателям не хватало мощности, чтобы уменьшить отрыв. А их гордости не хватало смирения, чтобы признать свой провал.

На четвертый день Яго и Альтани возобновили тренировки. Девочка решила, что Севатарион готов перейти на новый уровень овладения своим даром. Результатом стала кровь из ушей и глаз, потом получасовая отключка. Придя в себя, Повелитель Ночи настоял на продолжении.

Условным утром шестого дня авгур ближнего радиуса уловил двенадцать сигнатур. Коротко взвыв предупредительной сиреной, бортовой когитатор вывел на гололит первичные данные.

– Как минимум, четыре корабля размером с фрегат, – отчитался пилот через минуту. Предупредительная сирена разбудила его. – Остальные меньше тоннажем. Скорее всего, перехватчики.

– Скорее всего, – эхом повторил Севатар, с прищуром глядя на гололит.

– Но это же не Темные Ангелы? – спросила девочка-псайкер.

Яго покачал головой. Он уже понял, кто их нежданные гости. Это не сулило ничего хорошего.

– Пираты, – минутой позже произнес Ноунейм, до которого тоже дошло.

– Смотрю, общение со мной идет тебе на пользу, – скривился Яго. – Конечно, это пираты. Через соседний субсектор проходит транспортная магистраль класса А3.

– Старенький авгур «Виверны» слишком поздно их засек, – пилот ввел несколько команд в когитатор. – Идут наперехват, мы не можем уклониться.

На панели замерцал синий огонек, а на тактическом дисплее появилась пиктограмма входящего вызова. Ноунейм вопросительно посмотрел на Повелителя Ночи. Тот кивнул.

– Аве ак Вале, как говорили жители древней Ромы! – сквозь статику ржавого воксмиттера донесся низкий хриплый голос. – Мне жаль, друзья, что мы встретились в столь недобрый час, но я не в силах упустить шанс выпотрошить корабль, за которым Легионес Астартес гонятся через всю систему! Или лучше пробить вам двигательный отсек и попросту сдать легиону? В столь неспокойное время иметь в должниках космодесант – неоспоримое преимущество, вы согласны?

Севатар коснулся сенсорной панели управления, введя в когитатор ряд запросов.

– Похоже, он ждет ответа, – пилот снизу вверх посмотрел на согбенного Повелителя Ночи. – Значит, распылять нас они не собираются. По крайней мере, не сразу. Может, попросим у них помощи? Ты ведь умеешь находить общий язык с такими…

– … как я сам? – продолжил за него Севатар, не отрываясь от когитатора.

– Нет, – внезапно заявила Альтани. Девочка говорила тихо, но твердо. – Мы не можем просить у них помощи. Иначе они разделят судьбу Гелиосы-IV.

– Они пираты! – Ноунейм с удивлением посмотрел на астропата.

– Они люди, – парировала она.

Ноунейм открыл рот, но ничего не сказал. Сказал Яго.

– Малышка права, – Повелитель Ночи отошел от когитатора и посмотрел через кристалфлекс в темноту, будто мог разглядеть приближающиеся пиратские корабли. – Это не выход. Лев перекроет все точки Мандевилля и обыщет здесь каждый планетоид. Один раз я уже недооценил его желание превратить меня в элементарные частицы.

– Фрегаты наводят орудия, – вместо ответа отчитался пилот. – Так что там насчет пределов твоих сил?

– Не забывайся, – Севатар улыбнулся ему так, что Ноунейму захотелось в туалет несколько раз подряд. Повелитель Ночи коснулся панели вокса.

– Меня зовут Яго Севатарион, как зовут тебя – мне плевать, – он говорил спокойно, без вызова. Но можно было представить, как меняется лицо главаря пиратов в этот момент. Имя первого капитана Восьмого легиона знали все. Даже в этом захолустье. Особенно в этом захолустье.

– Мне известны координаты твоей оперативной базы в этой системе, – продолжил Севатар, пересылая пирату по вторичному каналу короткий пакет данных. – Как думаешь, там достаточно сведений, чтобы Лев Эль’Джонсон, прославленный Рыцарь Калибана и Повелитель Первого, заинтересовался твоей маленькой теневой империей? Сколько времени ему потребуется, чтобы разрезать то, что ты гордо именуешь своим флотом, на мелкие кусочки лэнсами своих крейсеров? А ведь он найдет тебя. Вас всех.

Пока Ноунейм и Альтани во все глаза смотрели на Севатара, тот пытался вспомнить, когда еще он так же бессовестно блефовал. В его жизни было много лжи, но такой рискованной и откровенной? Разве что на Истваане V, когда он встретился с Кораксом…

– Как ты получил координаты их базы? – Ноунейм не отрывал взгляда от Повелителя Ночи.

– Рассчитал, – без тени шутки ответил Яго.

Он многое узнал о системе Гелиоса еще на поверхности приютившего их мира. У него не было никаких сведений о пиратах, но, как он сказал Ноунейму, их присутствие здесь закономерно.

Астерио по его приказу внедрил в инфоядро «Виверны» все данные, которые у него были. Севатар только что проанализировал их и вывел оптимальную точку, где могла бы находиться тайная верфь. Где он сам разместил бы ее.

– А если ошибся? – вопрос вырвался у Ноунейма помимо его воли.

– Полагаю, это будут твои последние слова, – и вновь Яго не шутил. Он с удивлением обнаружил, что у него подскочил пульс. Давно же он не щекотал себе нервы настоящим риском! Танцы с ангелочками не шли ни в какое сравнение с реальной опасностью превратиться в космический мусор из-за того, что у старого контрабандиста сдадут нервы.

Но старый контрабандист не зря был старым контрабандистом. В этой профессии до седин доживают лишь те, кто умеет расставлять приоритеты.

– Хочешь сказать, что успеешь передать эти данные преследующим тебя охотникам? – донеслось из воксмиттера. – Прежде, чем я заберу твою жизнь, Принц Воронья?

Яго улыбнулся. О да, его здесь знали. Это не могло не сыграть свою роль.

– Пакет готов к отправке с резервным дублированием по всем диапазонам, – он кивнул, хотя пират не мог его видеть. – И знаешь, что? Лев даже не спросит твоего имени. Просто пошлет своих сенешалей сделать с тобой то, чем ты порой балуешься в своей каюте с первым помощником. Только в этот раз все закончится иначе. Если ты понимаешь, о чем я.

– Слухи не врут, Принц Воронья, – наконец ответил пират. – Будь ты проклят.

– Уже, – Яго оскалился своим мыслям. – Но ты проклят больше. Весь твой вид.

Меньше чем за пять минут пиратский флот покинул пределы авгурной разведки средней зоны. А потом и дальней. На радаре остались только сигнатуры охотников.

– Так ты не знал, где их база? – девочка посмотрела на Севатара и тихонько рассмеялась.

– Я даже не знал, есть ли эта база, – признался Яго, пожав плечами. Он впервые услышал ее смех и это заставило что-то измениться в его темной душе.

Ноунейм тоже повернулся к Повелителю Ночи, который не отрывался от девочки. Как у нее так получается? Смотреть ему в глаза дольше мгновения?

– Это же чистый блеф, – покачал головой пилот.

– Я предпочитаю определение «превентивная ложь», – парировал Яго.

Через двенадцать часов они вышли к точке Мандевилля и Ноунейм начал готовить корабль к запуску варп-индуктора. Но индуктор не отреагировал.

– Это не все, – руки пилота лихорадочно бегали по сенсорному экрану панели управления. – Плазменные двигатели теряют мощность.

– Причина? – Севатар сделал шаг к выходу из кабины.

– Хладагент, – пояснил Ноунейм. – Похоже, герметичность бака нарушилась, когда нас нагнала ударная волна от взрыва Гелиосы-IV. Или еще на старте, кто знает, – он вполоборота глянул на Яго. – Этот корабль собрали на коленке! Здесь половины систем просто нет, вторая половина работает не так, как должна.

– Я тебе ничего не предъявлял, – усмехнулся Повелитель Ночи. – А теперь переключись на внутренний вокс. Я иду в двигательный отсек, свяжусь с тобой оттуда. У нас полчаса, чтобы решить проблему.

– И время пошло, – кивнул пилот, наблюдая за показателями на экране. Мощность плазменных двигателей упала на четыре процента.

Яго оказался в двигательном отсеке через минуту. Панель внутреннего вокса на стене не работала.

+ Говори мне, + обратилась к нему Альтани. + А я передам ему.

+ Скажи, что здесь полны п… + Яго замялся, поймав себя на мысли, что ему неприятно сквернословить при девочке. + Полный погром.

+ Я поняла, + она прислала мыслеобраз, окрашенный в задорные тона.

Севатар провозился с индуктором почти полчаса. Его познания в технике были, скажем честно, невелики. А Ноунейм не особенно мог помочь, потому что никогда не видел варп-индукторов. Их вообще мало кто видел из ныне живущих.

В итоге, Севатар просто саданул по кожуху гаечным ключом, едва не сорвав его с ложемента.

+ Заработало! + радостный психический крик Альтани едва не оглушил Повелителя Ночи. + Непонятно как, но заработало!

– Делов то, – буркнул Яго себе под нос, отбросив гаечный ключ. Он поспешил прочь, не желая находиться в одном отсеке со штуковиной, которую создали люди, заботившиеся о чем угодно, но точно не о безопасности пассажиров своих межзвездных кораблей.

Темные Ангелы тем времени активировали орудийные системы. Дистанция все еще не позволяла вести прицельный огонь, но они компенсировали эту проблему плотностью выстрелов. Несколько шальных лазерных лучей стегануло «Виверну» по корме. Челнок содрогнулся, но выдержал.

– Ты можешь делать это еще медленнее? – язвительно поинтересовался Яго, вваливаясь в кабину. – Черт, прям слова моей подружки…

Корабль затрясло.

– Я уже все сделал! – огрызнулся пилот. – Теперь лишь бы не подвел варп-индуктор. Он работает не так, как наши системы.

Варп-индуктор не подвел. Они поймали в корму еще несколько выстрелов, прежде чем пространство перед «Виверной» разверзлось, изойдя кошмарными тонами цветов не-реальности. Лобовое стекло кабины тут же перекрыли опустившиеся заслонки. Ну, хотя бы их успели поставить.

– Яго, а куда мы направляемся? – Альтани сама удивилась тому, что раньше не задала этот вопрос.

– Честно говоря, мне тоже интересно, – поддакнул Ноунейм.

– Мы направляемся туда, где все началось, – Севатар прикрыл глаза и помассировал виски. – К моей маме.

Глава 4

Лабиринты отчаяния

Хозяин ада

Им всегда плевать

Яго вколол себе еще четыре шприца. В этот раз один зеленый и три красных. По телу пробежала пульсирующая дрожь.

Он ощутил тепло в голове, которое заструилось по нервной системе искристыми лентами молний. Альтани, не спросив разрешения, помогала ему восстановиться.

Альтани.

Крякнув, Севатар поднялся и полез в нишу, где хранились пайки. Это была контрабанда с пустотного рейдера. Такими обычно комплектуют аварийные модули.

Пайки содержали полный аминокислотный профиль, жиры с углеводами и синтезированный витаминно-минеральный премикс. На них смертный мог прожить лет сто. Теоретически. Потому что на вкус пайки напоминали вареные птеруги, и терпеть это дольше пары дней было попросту невозможно.

Севатарион зубами вскрыл упаковку, развернул батончик бледно-серого цвета и сунул под нос псайкеру.

– Ешь, – устало произнес он.

– Не хочу, – девочка мотнула бы головой, если б могла.

+ Ешь, + ментально повторил Повелитель Ночи. Его познаний в человеческой анатомии было достаточно, чтобы понять, когда ребенку пора питаться.

Она промолчала. Мысленно тоже.

+ Ешь, иначе я попробую тебя заставить, + он послал нейтральный мыслеобраз, без поддеткста.

+ Ты не сможешь, Яго, + Альтани улыбнулась.

+ Пока нет, + согласился он. + Поэтому я и сказал «попробую». Изо всех сил. Представь, чего мне будет стоить эта попытка.

Она прищурилась и бросила на него острый взгляд. Но губы все-таки разомкнула. Севатар начал скармливать ей батончик, прикидывая, сколько этой дряни потребуется ему, чтобы поддержать мышечную массу.

+ Так не честно, + мысленно буркнула девочка, морщась от вкуса, с противностью которого мало что могло поспорить.

Сам Яго не жуя проглотил дюжину пайков, один за другим. О Ноунейме он не думал. Этот сам в состоянии подумать о себе. Но поесть пилоту не случилось.

– Теряем тягу, – заявил он через пару минут.

– Шерстяные недоумки все же зацепили индуктор? – Севатар метнулся к панели управления.

Пилот покачал головой.

– Индуктор в порядке, – смертный еще раз проверил приборы.

– Тогда в чем дело? – Севатар не видел проблем в показаниях оборудования, но «Виверна» замедлялась. Он чувствовал это физически, без всяких когитаторов.

Альтани вскрикнула.

Повелитель Ночи инстинктивно опустил руку к перевязи с кунаями. Он подскочил к девочке, которая лежала в кресле второго пилота с плотно зажмуренными глазами.

Глядя на ее страдания, Яго ощутил доселе неведомую эмоцию. Он прогнал ее, чтобы не отвлекала.

Внезапно Севатарион понял, что чувство, которое сообщило ему о замедлении корабля, на самом деле не физическое. Он ощущал что-то рядом. Давящее присутствие чего-то колоссального и… извращенного. Чуждого всему живому.

– Генератор поля Геллера тоже стабилен, – пилот продолжал каскадные проверки систем. – Но ты ведь понимаешь, сколько лет этому кораблю? Альтани не навигатор. Я могу проложить курс в материальном пространстве и задать координаты направления по физическим осям. Но в варпе я слеп. Понимаю, у нас не было другого выбора, но эта затея с самого начала…

– Заткнись, – тихо шикнул на него Яго. Он фокусировался на своих ощущениях и на ощущениях Альтани. В какой-то момент у него получилось достичь с ней ментального единства. Всего на миг.

Повелитель Ночи рухнул на колени с глухим рыком. Он сжал зубы так сильно, что из десен засочилась кровь. Немыслимая боль захлестнула его, и впервые Севатарион понял, насколько силен этот ребенок, покалеченный судьбой и одним старым ублюдком. Ублюдка Яго уже заставил страдать. Черед судьбы тоже придет.

+ Чудовище, + Альтани послала ему единственный мыслеобраз.

– Фиксирую… – Ноунейм заскользил пальцами по сенсорной панели. – Трон! Похоже, это Скиталец! Прямо над нами! Это он притягивает нас…

Пилот захлебнулся ужасом. Его сердце заледенело, но вот в отражении сенсорной линзы он увидел Повелителя Ночи. Могучего воина, полубога и полудемона, пустотного зверя в гротескном обличье смертного. Этот зверь был на его стороне. А значит, шансы еще есть.

Странная мысль успокоила Ноунейма и он обернулся к Севатару.

– Глупо спрашивать, можем ли мы отделаться от него? – Яго перевел взгляд на пилота. Тот аж полторы секунды смотрел Севатариону прямо в глаза.

– Там нас ждет… невыразимый… кошмар, – девочка тяжело дышала, на глазах выступили слезы.

– Это я – невыразимый кошмар! – Яго повел плечами, скривившись. – Кто бы ни находился на этом Скитальце, скоро он поймет, что совершил самую большую ошибку в своей жизни.

– Некому понимать… Им никто не управляет, – ребенок снова зажмурился. Севатар видел на ментальном уровне, что она взяла себя в руки. Первичный шок прошел.

Девочка попыталась отгородиться от отравленного варпом корабля. Его инстинктивная хаотичная сущность безостановочно штурмовала ее сознание. Малышке пришлось призвать на помощь все свое мастерство.

Яго было проще. Потому что он чувствовал меньше.

Ноунейм так вообще отделался лишь тупой болью в висках.

Неожиданно «Виверну» тряхнуло и она накренилась на правый борт. Корпус дернулся снова, по нему прокатился конвульсивный хруст, переборки застонали. Линзы приборов наблюдения и сенсорные панели пошли трещинами. Несколько люменов лопнуло.

– Что происходит? – спросила Альтани. Яго не увидел в ее глазах паники лишь потому, что контроль девочки над собственными эмоциями был безупречным.

– Последнее, что я успел разобрать, прежде чем приборы отказали… – пилот беспомощно уставился на Севатара. И смотрел ему в глаза целых три секунды, позабыв о страхе перед Повелителем Ночи.

– Он втянул нас, – констатировал Яго, машинально проверяя кунаи в перевези на бедрах. В данный момент его волновало только то, что люди Астерио не погрузили в челнок никакого оружия.

Корабль застонал и крутанулся по продольной оси так быстро, что Севатар, единственный из них, кто не был пристегнут, даже не успел удариться о потолок. Его подозрительно сильно затошнило, перед глазами пошли алые круги.

– Дерьмо! – услышал он голос Ноунейма.

Севатар потянулся к Альтани прежде, чем услышал ее крик:

– Яго! Возьми меня за руку! – щит контроля треснул, сознание девочки захлестнула волна страха и боли. – Пожалуйста, не отпускай!

Он не успел дотянуться. Тьма поглотила его.

Окутала могильным саваном, где только холод и пустота.

Через мгновение Севатарион открыл глаза. Вспрыгнул на ноги, выхватив кунаи. Осмотрелся, готовый к драке.

Все вокруг тонуло в алом пульсирующем полумраке. Это определенно корабельная палуба. Но все поверхности будто живые. Адамантий и пласталь сменила влажная лоснящаяся плоть багряного оттенка с черными прожилками. В воздухе кружила мелкая споровая взвесь, забивая рот и нос тлетворным запахом ядреного пота и терпкой гнили.

Яго медленно обернулся. За его спиной лежала покореженная «Виверна». Челнок едва не скрутило в спираль, он уже наполовину врос в живую палубу, его покрывали тонкие вены отростков, внутри которых блуждали бледно-розовые огни.

Все это было настолько противоестественно, что Повелителя Ночи передернуло.

– Альтани, – позвал он тихо. Затем прибавил громкости. – Альтани!

Едва Яго попытался воспользоваться психическими способностями, колоссальная мощь, направленная извне, едва не разорвала его голову, поставив воина на колени. Он смахнул кровь с верхней губы.

– Проклятие, – процедил Яго сквозь зубы и двинулся к выходу с палубы.

Очевидно, ни девочки ни пилота здесь нет. В челноке тоже. Потому что если они остались в «Виверне», то уже стали частью Скитальца. В это Севатар верить отказывался.

Он чувствовал, что как минимум девочка жива. Она где-то здесь, на корабле. Севатарион не понимал, откуда исходило это ощущение. Похоже, между ними образовалась связь. Не на психическом уровне. На каком-то другом.

Выход с палубы перекрывала перепончатая мембрана, которая с хлюпающим звуком разошлась, едва Яго приблизился к ней. Держа кунаи наготове, преодолевая тошнотворное отвращение, легионер шагнул в коридор.

Здесь было еще хуже. Повелитель Ночи будто находился во внутренностях исполинского зверя. Мерзкая пульсирующая плоть покрывала каждую поверхность. Но теперь к прожилкам и пупырышкам на полу, стенах и потолке добавились вросшие в них лица, навеки покореженные криками боли и отчаяния.

– Отцу бы понравилось, – криво усмехнулся Севатар. Его самого подобные вещи не трогали. Ни в каком смысле.

Он видел лица людей, эльдар, даже орков. И десятки других, видовую принадлежность которых он не мог определить. Все они были извращены и едва узнаваемы. Но все же узнаваемы, и от этого выглядели еще ужаснее.

Яго петлял по лабиринтам отчаяния, пытаясь отыскать в них какую-то закономерность. Но закономерности не было. Его окружало воплощенное безумие, творение осклизлой похоти, не скованной ни моралью, ни фантазией. Стоны и всхлипы наполняли пространство, стены то сужались, то раздавались в стороны, сводимые спорадическими конвульсиями, будто кишечник. Или что похуже.

На одном из перекрестков Севатар заметил группу существ. Существа знали о его приближении, он чувствовал это. Твари были размером с космодесантника, их пол невозможно было определить. Они напоминали раздутых гипертрофированных людей, каждая конечность у них заканчивалась костяными лезвиями, из которых сочился черно-желтый ихор.

Яго без раздумий метнул кунай, едва один из монстров повернул к нему голову, представлявшую собой сплошной беззубый рот. Кинжал, которому Повелитель Ночи инстинктивно передал частицу своего отвращения и гнева, вспыхнул в полете багровыми искрами и пробил чудовищу грудь.

Существо еще не упало, а Севатар уже атаковал второго. Они были быстры. Нечеловечески быстры. Почти как сам Яго.

Заблокировав предплечьем удар руки-клинка, Севатарион влетел в стену, не сумев погасить импульс вражеской атаки. Его спина на несколько сантиметров погрузилась во что-то влажное со смачным чавкающим звуком. Повелитель Ночи тут же пригнулся, что спасло ему жизнь.

Их сила превосходила силу транс-человеческого организма, они не ощущали боли. Но Севатар уже видел их слабость. Эти существа были созданы для убийства, но если кого и убивали, то лишь простых смертных, которые не могли составить им конкуренцию. Уж точно отродьям еще никогда не противостоял столь умелый и дерзкий воин, как капитан Восьмого!

Яго прикончил второго противника, поднырнув под очередной выпад и вогнав оба куная ему в живот. Он превратил нижнюю часть тела монстра в кровавое месиво, и когда тот упал на колени, Повелитель Ночи со злобным рыком оторвал его неестественно вытянутую голову.

Третий набросился со спины. Севатар ушел с линии атаки, но внезапно оступился, когда его тело сотрясла беспричинная конвульсия. Разум Яго наполнился агонией тысячи тысяч душ. Нервная система на миг отказала. Он свалился на влажный пол коридора, его вырвало кислотной желчью.

Чудовище воспользовалось ситуацией, срезав себе на память увесистый ломоть бледного мяса с бедра Севатариона. Повелитель Ночи привычно заблокировал боль ментальный усилием. Хотя бы эту способность он мог использовать без риска получить мгновенный откат.

Севатарион перекатился и выбросил вперед обе руки. Смерть братьев пошла чудовищу на пользу, оно попыталось предугадать действия оппонента. Один из кунаев воткнулся в живую стену, канув в ней навеки. Второй ударил монстра в плечо, дав Яго лишнюю секунду.

– Молись своим богам, мразь, – процедил Повелитель Ночи, оказавшись у противника за спиной. – Благодари их за то, что у меня нет времени сполна воздать тебе за твое существование!

Он резким движением вскрыл кожу и мышцы вдоль хребта твари, погрузил в рану свободную руку и с силой вырвал позвоночный столб из окровавленного врага. Существо издало протяжный вздох экстаза и повалилось на палубу. Черные глаза навыкате, усеивавшие почти все его тело, увлажнились белесым гноем.

Оставив трупы, поддавшиеся ускоренному разложению, Севатар двинулся дальше. Его ждали новые схватки с обитателями Скитальца. Ни один не был похож на другого. Многие выглядели как вывернутые наизнанку насекомые или амфибии. Некоторые пытались говорить, но их речь причиняла Яго физическую боль, одновременно заставляя его разум биться в припадке психошока.

Севатар проходил через галереи и круглые залы, по которым разносились булькающие стоны и заунывный плач. Он так и не понял, откуда истекает свет. Казалось, светится сам воздух.

Порой он встречал существ из Материума. Люди, ратлинги, скваты, эльдары. Ич-чиа из Миров Дакса. Косари, странствующая раса убийц и наемников. Медлинги с дальних границ Сегментума Обскурус. Все они были безумны. Их пытали, расчленяли, перекраивали. Но не убивали.

Создания, издевавшиеся над ними, были извращены и покалечены еще больше. Они не обращали внимания на Севатара. Он платил им взаимностью, просто переходя из одной галереи гротеска и боли в другую.

Яго чувствовал, что сходит с ума. Он чувствовал, что это место создано, чтобы сводить с ума.

Что-то знакомое ощущалось в окружении. Это был имперский корабль, и большой. Вроде линкора. Но судно настолько изменилось, что невозможно было определить его тип и принадлежность.

Ментальные приступы учащались. Один раз Яго едва не погиб из-за них во время схватки с обнаженным клешнеруким человеком без головы.

Отдышавшись, Повелитель Ночи продолжил путь в алом сумраке, оглядываясь по сторонам. Бывший капитан Восьмого был уверен, что не встретит в жизни картин, которые ужаснут его разум. Он был наивен. Как дитя.

Дитя.

+ Альтани! + рискнул выкрикнуть Яго и тут же поплатился взрывом внутри головы, который согнул его пополам.

– Малышка! – заревел он что было сил, наплевав на мучительную боль во всем теле, которая прорывалась даже через сковывающие ментальные барьеры.

– Не бойся, – добавил он тише, привалившись к живой стене. – Я обязательно найду тебя, где бы ты ни была.

Он понимал, что его силы на исходе. Потеряв счет времени, Повелитель Ночи хотел было перевести дух в каком-нибудь закоулке, но неожиданно услышал человеческий крик.

Крик боли.

Он пошел на звук и оказался у прозрачной мембраны, за которой раскинулся амфитеатр, сотканный переплетенными черными венами. В центре его на коленях стоял Ноунейм. Он был обнажен и прикован к окровавленному постаменту. Ему вырвали глаза и срезали уши. Человек тяжело дышал, но не собирался сдаваться.

– Слишком много, – Яго сощурился, окинув амфитеатр взглядом. Помещение наполняли монстры всех мастей и размеров. Не меньше сотни.

Севатарион не сомневался, что это ловушка. Едва он войдет, мембрана за ним уже не откроется. С сотней порождений кошмара не справиться даже ему.

Но там пилот.

Смертный остался с ними и помогал даже без ментального контроля. Зачем? Севатар не понимал. Он и себя не понял, когда шагнул к мембране, которая услужливо разошлась в стороны с сосущим звуком.

– Я даже не буду шутить про ваших мамок, – Севатарион повел плечами. – Просто идите сюда.

Он чувствовал, как его организм вплескивает в кровь последние дозы стимулирующих гормонов. Их уже недостаточно, чтобы разогнать метаболизм до приемлемого уровня. На сколько боев его хватит? Два, три? Или этот станет последним?

Он молча ввинтился в толпу монстров. Он бил и кромсал. Уворачивался, перекатывался, блокировал. Заставлял раздутые неестественные тела мешать друг другу.

Повелитель Ночи постоянно двигался, не оставаясь на месте дольше половины удара сердца. Он получал рану за раной, пока не упал, когда ловкий маленький урод перекусил ему сухожилье на ноге.

Яго почувствовал, как из его тела вырывают сразу несколько кусков мяса. С рыком он перекатился на спину и попытался встать, но его снова опрокинули. Правый глаз лопнул, левый заливала кровь из длинного пореза на лбу. Одну руку он не чувствовал. Вторую вот-вот перестанет чувствовать…

Внезапно все кончилось. Севатар обнаружил себя застывшим посреди пустого амфитеатра. Ни пилота, ни монстров, ни крови. На нем были лишь те раны, что он получил до того, как вошел сюда.

Иллюзия?

Ярость вскипела в нем с такой силой, что Повелитель Ночи мгновенно потерял контроль над своим сознанием. Его чистая психическая мощь столкнулась с сущностью пустотного Скитальца, и несколько мгновений их противостояние проходило на равных. Затем Яго смяло, будто океанским приливом. Он упал и закрылся наспех возведенным психическим щитом. Потом еще одним, и еще.

Ему удалось вновь отгородиться от подступающего безумия ценой последних сил. Он едва смог подняться на ноги. Кровь уже не шла из его ушей, глаз или носа. Она сочилась через поры на его коже. Но те мгновения, когда он открыто противостоял кораблю, дали ему самое главное.

Надежду?

Яго мотнул головой.

– Какая, к дьяволу, надежда? – спросил он у себя, едва разомкнув губы. – Теперь я знаю, малышка. И я иду.

Такова суть любой битвы. Сталкиваясь с противником, ты познаешь его. Сознание Скитальца существовало на ином уровне, и постичь его Севатар не смог бы за сотню жизней. Но его желание отыскать девочку стало путеводной звездой, которая позволила вычленить нужные образы.

Он по-прежнему не имел карты корабля. Да и не могло быть у Скитальца карты. Насколько понял Яго, судно постоянно перестраивалось, нарушая все законы физики. Или скорее… перерождалось?

Но теперь Повелитель Ночи знал направление. Перед его ментальным взором едва тлел бледный огонек ЕЁ сознания. И он шел на этот огонек. Через новые схватки с кошмарными тварями. Через боль – свою и окружающего мира. Через эспланады, заполненные кровью и нечистотами. Через ад, который нельзя вообразить.

В отличие от ада из легенд Древней Терры у этого места не было хозяина. И в то же время каждый был его хозяином. Хозяином своего собственного ада.

Не дождавшись открытия очередной мембраны, Яго полоснул ее кинжалом и вошел в зал, где должна была находиться Альтани. Он остановился на пороге, медленно осматриваясь.

Это был зал астропатического хора на «Неоспоримом Доводе». В дальней части Первый Голос – высокий сутулый мужчина с сединой – выбрался из своей гностической капсулы и подковывял к капсуле рядом. К той, где мирно спала Альтани.

Мужчина ударил по кнопке аварийного вскрытия, проигнорировав предупреждения. Затем с удивительной для столь изможденного тела силой он рывком откинул крышку капсулы и вырвал ребенка из чрева его искусственной колыбели, бросив обнаженное маленькое тельце на холодный пол.

Севатар рванулся вперед, обнажив зубы, и… не сдвинулся с места. Он понял, что может только наблюдать.

Девочка мотнула головой, не понимая, что происходит, и инстинктивно всхлипнула. Здесь, в этом времени, она все еще могла ходить. Ненадолго.

Первый Голос ударил ее ногой по спине, потом еще раз по голове. Он нанес девочке еще несколько ударов. По полу под ней растеклась багряная лужа.

Запыхавшийся астропат подошел к стенной нише и достал хлыст. У Яго застыла кровь в венах. Он знал, что произойдет дальше.

– Мнемок, – выдавил он сквозь плотно стиснутые зубы.

Псайкер не слышал и не видел его. Он подошел к девочке и криво улыбнулся. Бионика, вживленная в его голову, злобно застрекотала.

– По приказу нашего повелителя, Льва Эль’Джонсона, ты, маленькая дрянь, сейчас узнаешь, что бывает с теми, кто якшается с предателями! – он занес хлыст над головой. – Благодари нашего господина и меня – твоего господина! – за то, что тебе позволили жить после этого!

Он опустил руку и хлыст из усиленных психионом мононитей впился в спину Альтани, беспомощно распластавшейся на полу. Мнемок расставил ноги шире и снова занес руку для удара. Севатар знал таких, как он. Ублюдку нравилось то, что он делает. Старый мертвец мечтал, что едва девочка подрастет…

Мнемок продолжал бить. Малышка уже перестала плакать. Вскоре она перестала двигаться. Лишь ее глаза оставались живыми. Они смотрели прямо на Севатара. Сквозь время и пространство она видела его. Из-за него произошло все это. Из-за него она стала калекой.

+ Нет! + закричал Повелитель Ночи, преодолевая сковавшую его силу потустороннего воздействия. Все вокруг затопил звук разбившегося стекла, но Яго устоял. Шаг за шагом он двигался к жестокому ведению прошлого, которое заставило его глаза набухнуть изнутри.

Снова звон стекла и зал астропатического хора «Неоспоримого Довода» сменился Перекрестком Призраков. Так называли пересечение Восьмой и Первой улиц в пригороде Дредд, где Севатар вырос. Самый черный уголок Нострамо Квинтус, там справедливость забили камнями, когда она была еще младенцем.

Яго видел себя. Восьмилетнего бледного худого мальчишку в окружении ребят постарше. Он сжимал в каждой руке по длинному расплющенному гвоздю. Другие обступили его, каждый что-то держал в руках. Камни, обломки труб. У двоих были заточки, взятые с трупов убитых ими взрослых.

На другой стороне перекрестка перед Севатарионом стоял юноша шестнадцати лет. Высокий и тощий. Но худоба лишь подчеркивала его длинные сильные жилы, обвившие кости наподобие черных змей.

Перед юношей замер четырехлетний ребенок. Он изо всех сил старался не плакать и вообще не шевелиться. Руки юноши покоились на его плечах. В одной руке подросток держал самодельный нож из тусклого металла.

– Ледо, отпусти моего брата, – произнес Яго из прошлого. Он сжал кулаки добела. Шел дождь. Длинные грязные пряди налипли на лицо, скрывая глаза. – Мы просто уйдем.

– Не уйдете, – Ледо качнул головой. – Ты, никчемный выродок, посмел меня обокрасть. И ответишь за это.

– Я отвечу, – Севатарион сделал осторожный шаг вперед. Остальные было придвинулись, но Ледо цокнул языком и они тут же вновь расступились.

– Нет, так не пойдет, – юноша плотоядно улыбнулся. – Ты ведь украл, чтобы накормить маленького Кира, не так ли?

Ледо присел за спиной Кира и приобнял его за плечи.

– Все будет хорошо, – Яго из прошлого обратился к младшему брату и сделал еще один шаг вперед.

Яго из настоящего попытался пересилить хватку зла, которая вновь обрела над ним власть и не позволяла двигаться. Он снова мог лишь наблюдать.

– Ничего не будет хорошо, – взгляд Ледо похолодел. – Ни у кого и никогда. Разве ты не выучил этот урок, Принц Воронья? – он произнес прозвище Яго с насмешкой. – Тогда вот что. Тогда я преподам тебе свой урок. Который ты точно выучишь!

Ледо поцеловал Кира в шею и тихо произнес, обращаясь к Севатариону:

– Надеюсь, ты хорошо покормил братика за мои деньги. Хотелось бы достать из него не только сгустки пищевой пасты.

В следующее мгновение он резким движением вскрыл Киру живот от солнечного сплетения до паха. Мальчик от шока не вымолвил и звука, глядя на кишки, выпавшие из раны на землю.

Яго из прошлого уже бежал к Ледо. На него бросились остальные, дюжина озлобленных волчат, вскормленных смертью в мире вечного сумрака.

Принц Воронья ударил одним гвоздем и сразу же другим. Он не смотрел на тех, кого сразили его удары. Достаточно было звуков, по которым он определял, покончено с противником или нет.

Он получил удар доской по ребрам, но не обратил внимания на боль, опалившую правый бок. Увернувшись от атаки импровизированным копьем, он сблизился со следующим противником и вогнал гвоздь ему в глазницу. В то же мгновение его ударили под колено грубой дубиной, одновременно заточенной трубой рассекли ему скулу и подбородок.

Яго упал, перекатился. Вскочив на ноги, сделал вид, что замахивается на многочисленных противников, а затем рванулся к Ледо. Он поддался горячей ярости, а не холодному расчетливому гневу. Это стало его приговором.

Кто-то бросил камень, угодивший Яго в шею. Он споткнулся, не добежав до Ледо пары шагов. На него навалились сверху. Он бил гвоздями, пока не потерял их. Затем кусался, брыкался и рвал плоть ногтями.

Находясь на волосок от смерти, он закричал, и этот тонкий пронзительный крик ударил в проклятые небеса Нострамо, заставив их содрогнуться. Спустя считанные мгновения десятки, а потом и сотни ворон слетелись к Перекрестку Призраков со всех окрестных крыш.

– Помочь мальчику! Помочь мальчику! – клекотали они, но никто не разбирал их слов. Только Яго. Он сплюнул выбитые зубы и улыбнулся рассеченными губами.

Вороны налетели на ребят Ледо и сходу выклевали глаза двум наименее расторопным. Еще четверых они заклевали, заживо разорвав на кровавые лоскуты. Остальные сбежали. Некоторых птицы преследовали, и эти волчата уже не вернулись в свои темные норы.

Из мельтешащего вихря иссиня-черных птичьих тел и острых загнутых клювов выступил окровавленный ребенок. Севатарион шел к Ледо, который от ужаса обмочился и застыл на месте.

– Я же сказал, что отвечу, – процедил Яго из прошлого. У него больше не было гвоздей, никакого оружия. Оно и не требовалось.

Яго из настоящего смотрел на это, пытаясь кричать. Он рвался в психических путах, зная, что вот-вот родится чудовище.

Яго из прошлого оставалось сделать один единственный шаг, когда прозвучал выстрел. Сразу за ним еще один. Принц ВОронья медленно осел на мокрую улицу и поднял глаза.

Над Ледо возникла фигура взрослого мужчины, закутанного в длинный кожаный плащ. Фигура сунула пистолет за пояс и схватила Ледо за плечо.

– Ты что, обоссался, щенок? – мужчина ударил Ледо наотмашь по лицу, затем снова ухватил его за руку и потащил во тьму. – Это в последний раз, когда я помогаю тебе… – дальше он добавил несколько традиционных нострамских ругательств, которые не разобрал ни один Яго. Ни из прошлого, ни из будущего. Они оба смотрели на труп Кира, который уставился в жестокое небо широко раскрытыми глазами. В них читалось удивление.

Яго из настоящего снова закричал – психически и физически. Видение разорвалось на мириады осколков и образы полились на него водопадом.

Мальчик, который должен был умереть под дождем на грязной улице.

Мальчик, которого спас полубог по имени Шенг.

Мальчик, который едва не умер во второй раз, когда его плоть перековали в нечто иное. Нечеловеческое. Сверхчеловеческое.

Мальчик, в груди которого теперь билось два сердца, но не осталось ни одной души.

Затем Яго оказался на Истваане V, посреди колоссальной братоубийственной резни, которой эта галактика еще не видела.

– Просто не дай Кораксу вырваться, – слова отца звучали приглушенно, будто из-под воды.

Севатар видел себя во главе группы Атраментар, пробивавшихся сквозь Железноруких, а потом через ряды Гвардейцев Ворона. Они убивали механически, безумно. Одинаково ненавидя своих врагов, своих союзников и самих себя.

Затем картинка сместилась во времени и вот он уже стоит перед Гвардейцем Ворона без шлема. Рот воина окровавлен, его язык еще дергается рядом на земле. Воина зовут Аластор Рушаль. Яго протягивает ему…

+ Достаточно, + прошептал Севатар, падая на колени. Видения исчезли.

Он стоял в темном зале с живыми стенами из лоснящейся плоти. Перед ним на черной каменной плите лежала Альтани. Она мелко и глубоко дышала, глядя на него.

– Ты? Это правда ты? – спросила девочка, не веря своим глазам.

– Это я, дитя, – устало ответил Севатар. – И я нашел тебя.

Он подполз к малышке и порывисто обнял ее покалеченное тело. Затем так же резко отстранился, будто испугавшись собственных чувств.

Яго было интересно, что за ужасы Скиталец показал ей. Ведь девочка и не пожила толком, какие у нее были грехи за душой? И все же в волосах Альтани он заметил несколько седых локонов. Похоже, она тоже пережила здесь свой ад.

Севатарион некоторое время посидел на полу, собираясь с силами. Затем взял астропата на руки и направился к выходу.

«Что ж дальше то?» – подумал он, запоздало спохватившись, ведь Альтани могла прочесть его мысли. Повелитель Ночи покосился на девочку, но та еще не оправилась от жутких иллюзий, навеянных сущностью Скитальца.

Неожиданно Яго замер. Девочка моргнула и посмотрела на него.

– Чт… – начала было она, но Севатар шикнул на нее:

– Тише, дитя, – сантиментальный настрой (миг слабости!) Повелителя Ночи мгновенно улетучился.

Он различил странный звук, доносившийся будто из глубины стены возле входа. Звук напоминал треск вокса. Севатар подошел к порванной мембране и прислушался, склонив голову набок, чтобы Ухо Лимана получило больше звуковых колебаний.

Затем он медленно вонзил когти в живую стену, отчего багровая плоть дернулась и напряглась.

– Не смотри, – посоветовал он Альтани, которая, конечно, не прислушалась к совету. Но почти сразу отвернулась, плотно зажмурившись и едва подавив рвотный позыв.

Севатарион довольно долго срывал плоть со стены, бросая ее на пол окровавленными ошметками. Под ней обнаружилась панель внутреннего корабельного вокса. Ржавая, деформированная, но рабочая!

– Кто-то слышит меня? – донесся из панели голос Ноунейма. – Севатар? Альтани? Кто-нибудь?

– И я должен поверить, что это вправду ты? – Повелитель Ночи нахмурился. С той стороны кто-то громко и с облегчением выдохнул в воксмиттер.

– Севатар! Слава Императору, ты жив! – несколько секунд был слышен только шепот статики. – Ты нашел Альтани?

Яго посмотрел на псайкера. Если бы девочка могла, то пожала бы плечами. Севатар и так все понял.

– Я ничего тебе не скажу, пока не буду уверен, что это действительно ты, Ноунейм, – вкрадчиво проговорил он.

– Проклятье, я не знаю, через что вы там прошли, но мне повезло больше, – он сглотнул. Помехи превратили глоток в звук упавшего на пласталь керамитового осколка. – Я очнулся недалеко от мостика. Нашел его чудом. Чудом пробрался мимо нескольких тварей. Одну я даже убил. Яго… если бы ты видел…

– Я видел, – прервал его Севатарион. – Но я по-прежнему не убежден.

– Ты будешь верить мне еще меньше, когда я скажу, что полностью контролирую мостик, верно? – пилот (или лишь иллюзия) усмехнулся. – Когда я скажу, что здесь безопасно? Правда, еды я не нашел. Вообще никакого имперского снаряжения.

Севатар промолчал. Повелитель Ночи знал, что Альтани верит, хочет верить. Но он не мог рисковать.

– Судя по данным, что у меня есть, вы тремя уровнями ниже. Тебе нужно добраться до межсекционной лестницы у бывшей столовой. Так ты срежешь путь, поднявшись до станции линейного маглева. Он, конечно, не работает, но если пройти по ходу движения состава полтора километра, через технический тоннель можно выйти в главный магистральный коридор, который упирается в мостик, – голос говорил все быстрее, он спешил. Это заставило Севатара напрячься. Он и сам что-то почувствовал.

– Иди к дьяволу, я не верю тебе… – Яго собирался добавить пару ругательств, но Ноунейм опередил его.

– Твою мать, проклятый ты параноик, к вам приближается целая орда лоскутных уродов! – пилот выкрикнул эти слова, так что вокс заскулил и сыпанул искрами. – Беги, прямо сейчас! Можешь не верить мне, но спаси девочку!

Яго сорвался с места и исчез в пересечении коридоров. Проецируя ориентиры, описанные пилотом, на свои знания о принципах строения имперских кораблей, Повелитель Ночи ни разу не ошибся поворотом. Хотя без удачи тоже не обошлось. Иначе в варпе никак.

К обычным вздохам-стонам, пропитавшим Скиталец, теперь добавился злобный многоголосый вой. Он доносился из сумрака за спиной бегущего Севатара. Повелителю Ночи не хотелось оборачиваться, несмотря на его природное любопытство, которое не изжили ни генное вознесение, ни сто лет непрекращающейся войны.

+ Это правда он? + вопрос девочки-псайкера сопровождали образы надежды.

+ Да, + мысленно кивнул Яго, сворачивая на перекрестке. Он чуял общее направление, но на развилках выбирал путь инстинктивно.

На миг Севатар позволил дремлющему дару приоткрыть один глаз. Присутствие Альтани помогло, как всегда. Его не скрутило в три погибели, лишь виски наполнились тупой ноющей болью. Зато ощущения вышли за пределы транс-человеческих.

+ Почему? + вновь спросила девочка. + Почему ты так уверен?

+ Можно подделать ужас, отчаяние, гнев, + пояснил Повелитель Ночи. + Но нельзя подделать страх за жизнь другого.

+ А тебе знаком такой страх? + поинтересовалась Альтани. Она пыталась скрыть подтекст вопроса, но Яго все равно уловил его и улыбнулся.

+ Теперь да, + он ускорился, увидев впереди что-то, отдаленно напоминавшее лестницу, обросшую потной щетинистой кожей.

Яго не мог отслеживать время внутри Скитальца. Его биологически часы сбоили. Он несколько раз натыкался на монстров, но лишь единожды пришлось драться. Повелитель Ночи получил пару новых ран, но на фоне общего состояния даже не заметил их.

Оказавшись в магистральном коридоре, он сразу его узнал. Более того, шевельнувшееся в груди чувство заставило бывшего капитана пошатнуться от вспыхнувших перед глазами ослепительных картинок. Он прогнал видение и снова побежал в кровавом полумраке.

Теперь Яго знал, что это за корабль. Но отказывался верить. Альтани ненамеренно прочла его мысли, настолько яркими они были.

+ Как такое возможно? + девочка знала, это риторический вопрос. Едва ли хоть кто-то из ныне живущих мог ответить на него.

Одна из створок тяжелых дверей мостика была открыта. Повелитель Ночи влетел в помещение. Быстро, но как мог осторожно он перебросил Альтани на сгиб левого локтя. Правую руку с кунаем выставил перед собой.

Опасности не было. Пилот пару мгновений поколдовал у двери, саданул управляющую панель кулаком и створка с оглушительным скрипом закатилась в паз, отрезая их от остальной части корабля.

Севатар подошел к человеку, наклонился к его шее и громко втянул воздух ноздрями.

– Ты определяешь я ли это… по запаху? – пилот невольно попятился.

– Не только псы Русса так умеют, – угрюмо хмыкнул Яго.

Ноунейм провел им экскурсию по мостику, который местами даже походил на мостик. Центральный когитатор был заражен каким-то извращенным кодом, но базовые команды принимал. Пилот не контролировал корабль, но мог направлять его. Семантические базы и инфохранилища ядра были уничтожены, но звездные карты сохранились. А значит, смертный мог ввести координаты, по которым летела «Виверна».

– Вводи, – скомандовал Севатар. Ноунейм не стал напоминать, что без навигатора такой путь они не преодолеют. Хотя, скорее всего, раньше умрут от голода.

– Если вам интересно, генераторы полей Геллера отключены, или скорее их намеренно демонтировали, – проговорил пилот, вводя данные через сенсорную панель.

– Кто бы мог подумать, – Севатар осмотрел купол мостика, затянутый паутиной жил, на которых собирался мутно-розовый конденсат.

– Варп здесь не властвует, – вступила в разговор Альтани. – Он поработал над этим кораблем. Но… не только он. Это странно. Я впервые чувствую такое.

Некоторое время они молча стояли, думая каждый о своем.

– Так что будем делать? – первым не выдержал Ноунейм. – «Виверна», как я понял, всё. А у нас даже еды нет. И сколько мы будем лететь к цели? Без навигатора – день, год, столетье?

– Как ты выжил? – Яго невозмутимо ответил вопросом на вопрос.

– Я же сказал, чудом, – пилота от его пронзительного взгляда передернуло и он отвел глаза.

– Это не всё, – Севатар продолжал пристально смотреть на смертного, осторожно касаясь его сознания своим. Он не мог использовать дар на полную без риска получить ментальный удар от сущности Скитальца. Альтани не стала помогать, послав череду мыслеобразов, смысл которых сводился к тому, что копаться в чужой голове неэтично.

+ Когда речь не идет о жизни и смерти, + поспешно добавила она, вспомнив собственные действия в момент побега из астропатического зала «Неоспоримого Довода».

– Я не уверен, – наконец ответил Ноунейм. – Тут все очень… странно. Но мне показалось, – он глубоко вздохнул. – Мне показалось, будто кто-то мне помогал. Чья-то воля. Чье-то… намерение. Не знаю, как сказать.

Севатар кивнул, ничего не сказав.

– Ты думаешь… – пилот бросил взгляд на Повелителя Ночи, затем на Альтани. – Вы считаете, что это может быть… В армии давно ходят слухи. Образуются… общества. Культы. Есть книга… В общем, – пилот собрался с духом. – Это Император, так? Он помог мне. Нам.

Мгновение Севатар смотрел на пилота. В его взгляде ничего нельзя было прочесть. Смертный лихорадочно прикидывал, как оправдаться. Он сказал, не подумав. Ведь перед ним стоял сын примарха, который в этой войне по другую сторону баррикад.

Но прошло мгновение, и вместо звука, с которым клинок, рассекает воздух, Ноунейм услышал тихий смех Севатара. Смертный поймал себя на мысли, что впервые голос Повелителя Ночи звучит так, что от него не хочется бежать без оглядки.

– Я называю эту девочку – дитя, но ты такой же. Такой же наивный, – Яго облизнул окровавленные иссеченные губы и улыбнулся своим мыслям. – Император, боги, демоны. Они могут обладать великой силой. Могут ставить перед собой великие цели. Но на нас им плевать. Всегда так было.

От Альтани не укрылось, что за этими словами Яго что-то скрывал. Она не стала углубляться в его мысли. Ведь это неэтично.

Неизвестно, сколько времени прошло после того разговора. Никто из них так и не захотел есть. Монстры их не тревожили. Скиталец будто смирился с тем, что теперь эта странная троица будет путешествовать вместе с ним.

А потом корабль взял и вышел в реальное пространство в расчетной точке. По внутреннему времени корабля прошло меньше двух суток. Если хроно на мостике не лгали.

Проверив данные с внешних приборов наблюдения, Ноунейм подтвердил, что они прибыли по координатам Севатара. Сам он никогда не слышал названия этой системы. Даже этого подсектора.

– Нам нужна третья по счету планета от местной звезды, – Яго посмотрел на пилота, давая понять, чтобы тот скорректировал курс. – Сразу за астероидным кольцом. Хотя думаю, там нас уже встретят.

– А что это за планета, Яго? – спросила Альтани.

– Это Терра, – улыбнулся Повелитель Ночи. – Другая Терра.

Глава 5

Глава 5

Мама

Бледный Мастер

Камушка

Яго был прав. Их встретили, едва Скиталец подошел к астероидному кольцу.

– Если я верно интерпретирую данные, – встрепенулся Ноунейм, – к нам приближается с полсотни малых судов.

Им повезло – корабль вышел не в зонах Мандевилля, а во внутрисистемном заливе в восемнадцати часах полета от кольца. Окажись они на краю системы и девочка просто не пережила бы полет до обитаемых миров. Еды на Скитальце Севатар так и не нашел.

Им повезло во второй раз, когда гравитационные волны местной звезды не разорвали Скиталец на части. Обычно так и случалось, если навигатор ошибался и корабль выходил за пределами безопасных радиусов слишком близко к ядру системы.

– Это пираты? – пилот бросил взгляд на Севатара, застывшего по другую сторону когитатора.

– Почти, – Повелитель Ночи обнажил зубы. – Попытайся настроить…

– Неопознанный кусок пустотного дерьма! – воксмиттеры мостика, затянутые плотью корабля, все еще работали. Они звучали приглушенно, но достаточно громко, чтобы можно было разобрать слова.

– В прошлом веке я пару раз уже говорил это, но не думал, что повторю снова, – продолжил низкий голос, потрескивающий взвизгами статики. – Выглядишь ты жутко, но похоже, в тебе теплится жизнь, и я вынужден с этим считаться.

Севатар улыбнулся шире. Он узнал голос.

Ноунейм прочел намерения Повелителя Ночи по его лицу и попытался активировать обратную связь. Вроде вышло, пилот кивнул Яго. Севатарион склонился над когитатором и с полминуты шинковал кунаем торец столешницы, освобождая от плоти вокс-панель.

– Боюсь представить, что тебе на это отвечали, Нестуб, – Яго посмотрел на единственную целую линзу когитатора.

Ответа не было три секунды.

– Почти вечность по меркам Механикус, – буркнул Яго. Прежде, чем Ноунейм успел уточнить, Повелитель Ночи снова заговорил, повысив голос.

– У тебя там сенсорная регармонизация, почтенный? – голос Севатариона сочился ядом.

– Будь проклят Путь Омниссии! – наконец донеслось из вокс-панели. – Сколько мы не виделись, дитя Шакти? Лет пятьдесят?

Они четверть часа обменивались многослойными шутками с одним им понятным подтекстом, прежде чем Несруб соизволил поинтересоваться, не нужно ли снять их со Скитальца. Вскоре он подвел свой старый переоборудованный транспортник к шлюзовой камере в надстройке пустотного левиафана.

Путь от мостика до шлюза занял сорок минут. Но Севатар зря опасался – попав в реальный мир, населяющие Скиталец существа впали в катотоническое состояние. Они застыли в коридорах и залах корабля безвольными куклами, едва покачиваясь и изредка всхрапывая.

Когда Яго с Альтани на руках подошел к шлюзу, из стены рядом донесся голос Несруба:

– При всем уважении, это не шлюз. Это пи%#$ какая-то!

Ноунейм тихонько хохотнул. Севатар проигнорировал замечание, не желая выражаться при Альтани. Но некоторые из его мыслей прорвались в поверхностный эмоциональный слой и девочка густо покраснела. Увидев это, Севатар внутренне дернулся от отвращения к себе.

«Шлюз» пришлось прорезать с внешней стороны мельтами. Тем не менее, «Псу Востока» (так назывался корабль Нестуба) удалось пристыковаться без проблем. Капитан встретил Севатара лично.

Нестуб был нетипичным Механикус. Его аугметика сводилась к искусственному правому глазу и механизированным предплечьям с модифицированными запястьями, которые сохранили удивительное сходство с человеческими руками.

Он не носил красную мантию. И вообще был раздет по пояс, демонстрируя подсушенную мускулатуру профессионального атлета. Нижнюю часть лица, торс и плечи адепта украшали разлапистые электротатуировки. Был среди них и символ культа.

Ноунейм удивленно нахмурился, когда Яго и Механикус поприветствовали друг друга, по-воински пожав предплечья. От пилота не укрылось, что Повелитель Ночи взял руку адепта осторожно, чтобы не навредить.

– Так много вопросов, – Нестуб кивнул Ноунейму, с интересом посмотрел на Альтани, щелкнув аугметическим глазом.

– Ты знаешь, я бы не пришел сюда… просто так, – Севатар был серьезен. Бравада исчезла.

– Знаю, – Нестуб тоже больше не улыбался. – Тебе нужно к ней?

Яго кивнул.

– Дам челнок, – Нестуб, продолжая смотреть на легионера, коснулся правой ладонью левого предплечья, активируя командную панель. – А мне нужно разобраться с этой адской штуковиной, которую ты притащил в мою систему. Расскажешь за кружкой транка, как это случилось?

– Обязательно, – Яго позволил уголкам губ дернуться. – А насчет этого, – он мотнул головой себе за спину, имея ввиду Скиталец, – советуют направить громадину прямо в местную звезду.

– Обязательно, – Механикус скопировал тон Повелителя Ночи. – Только сначала освежую ее.

Яго снова кивнул. Ему не нужно было предупреждать Нестуба об опасностях, которые живут на таких судах. И отговаривать его было бесполезно. Но Повелитель Ночи надеялся, что насытив свое любопытство, Механикус действительно сожжет Скиталец в звезде. Этот корабль не должен существовать.

Вскоре они уже летели навстречу Терре, белесый шар которой открылся их взглядам, едва челнок вынырнул из астероидного кольца. Которое, кстати, лишь казалось безжизненным. Опытный глаз Ноунейма видел замаскированные зенитные комплексы и турельные установки. Эта система была неплохо защищена.

– Так что это за место, Яго? – спросила Альтани. Спросила голосом, а не мыслями, зная, что пилоту тоже интересно.

Девочка сидела на коленях Повелителя Ночи и жевала пищевой батончик. Это был первый вопрос, который Севатар задал смертным, оказавшись в челноке. Насчет чего-нибудь пожевать. Подгоняемые первобытным ужасом при виде покрытого кровью сутулого легионера, люди принесли ему два ящика, доверху набитых синтетическим хавчиком.

– Я же сказал, это Терра, – Севатар задумчиво смотрел в иллюминатор на стремительно приближающуюся планету. – Не знаю, кто ее так назвал. Мир привели к Согласию еще Дети Ночи.

– Терранское ядро Восьмого, – кивнул пилот. – До открытия Нострамо.

– Верно, – Яго не посмотрел на него и даже не осадил за то, что смертный посмел его перебить. Мыслями он находился не здесь. – В этом подсекторе никогда не было ничего полезного. Ни производственных ульев, ни миров-кузниц, ни звездных верфей. Поэтому после бескровного покорения системы, о ней благополучно забыли.

– Бескровного? – девочка перестала живать. – Прости за вопрос, Яго, но твой легион разве так умеет?

– Тогда умел, – желваки Повелителя Ночи затвердели. – А здесь всем было просто плевать. Во время Долгой Ночи они что-то пережили. Что-то ужасное. И теперь хотели покоя. Удивительно, но они его получили.

– А как это связано… – начал было пилот, но Яго наконец повернул к нему голову и Ноунейм поперхнулся батончиком. Он до сих пор не понимал, почему остался жив после того, что позволил себе на Скитальце. Севатар тоже не понимал. Понимала Альтани. Повелитель Ночи был обязан пилоту спасением ее жизни. Снова.

– Ты сказал, что мы летим к твоей маме, – девочка продолжила мысль Ноунейма. – Но ты с Нострамо.

– Я перевез ее на Терру, на эту Терру, полвека назад, – Севатар усмехнулся. Никто не понял причины его смешка. А он поймал себя на мысли, что впервые за долгое время говорит так долго и так серьезно.

– Я будто знал, что однажды постигнет мой мир, – продолжил Яго. – А может, были другие причины. Неважно. Важно, что к тому моменту здесь уже находился Нестуб и его люди.

– Он… необычный, – девочка улыбнулась. Севатар не смотрел на нее, но почувствовал улыбку. И сам едва не улыбнулся.

– Независимый стальной ублюдок, – процедил он.

– Ч.. что? – вырвалось у Ноунейма. – Вы ж вроде друзья.

– Его имя, – пояснил Севатарион. – Это слоговая аббревиатура от «независимый стальной ублюдок». Он назвался так, покинув культ.

Пилот глубоко вздохнул. Его и Альтани распирало любопытство. Что заставило Механикуса отречься от Священного Марса и найти себе приют на задворках галактики?

– Так они пираты? – спустя несколько минут Ноунейм рискнул нарушить молчание.

– Почти, – Севатар ответил так же, как в прошлый раз. Он не собирался ничего пояснять. Время откровений прошло.

Через два часа челнок сел на планету. Здесь не было полноценного космодрома, просто расчищенная известняковая площадка с вкопанными в землю кривыми опорными стойками.

Покинув корабль, они ощутили приливную волну горячего воздуха. Севатар шел, прикрывая рукой чувствительные к солнечному свету глаза.

Их окружали бескрайние солончаки с редкими пучками приземистых деревьев. Справа на горизонте угадывалась внушительная горная гряда. С другой стороны, как помнил Севатар, раскинулся океан. Один из множества океанов этого странного мира.

Городок перед посадочной площадкой представлял собой несколько десятков уродливых одно- и двухэтажных домов. В большинстве своем дома были собраны из ржавых листов металла, лишь кое-где виднелся выбеленный временем и солнцем рокрит.

Севатар уверенно направился в центр поселения. Альтани попросила приподнять ее, чтобы ей было проще осматриваться. Глаза девочки горели. Она ведь никогда не была на поверхности планет, родившись в пустоте и проведя всю жизнь на корабле Темных Ангелов.

Немногочисленные поселенцы не обращали на них внимания. Будто каждый день видели легионеров с детьми на руках и имперских пилотов в уставной форме.

Люди занимались своими делами. Вот мужчина набирает в мятое железное ведро воду из скважины с примитивным ручным насосом. Вот женщина несет стопку выцветшего мокрого белья, чтобы повесить сушиться на провод, натянутый между двумя домами. Солнце и ветер выполнят эту работу за пять минут.

Особенно Альтани заинтересовали дети. Они играли в солончаковом песке с какими-то железками. Смеялись. Они ничего не знали о войне, что шла где-то там, меж звезд. Пилот и Яго подумали об этом одновременно. Ноунейм помрачнел, Севатар не изменился в лице, в который раз отогнав незнакомые чувства.

Остановившись возле ничем не выделяющегося здания, Севатарион деликатно постучал в косяк бледными костяшками. Пилот улыбнулся. Он никогда не думал, что увидит космодесантника, который стучит в дверь. Тем более, космодесантника из Восьмого. Тем более, первого капитана Яго Севатариона.

– Ну, – донесся из-за двери низкий женский голос.

Они вошли в помещение, где пахло машинной смазкой и мокрым песком. Везде в строгом порядке были разложены части древних механизмов. На столе в центре комнаты лежал двигатель от пустынного краулера.

У стола спиной к ним стояла высокая худая женщина в грязно-желтом комбинезоне. Ее грубые темные волосы были небрежно перетянуты кожаным лоскутом. Она копалась в двигателе и ругалась себе под нос. Бледная кожа женщины и витиеватые шипящие звуки, которые она произносила, не оставляли сомнений. Она была нострамкой.

– Мама, – тихо произнес Севатар.

Женщина замерла. Она медленно отложила в сторону инструменты и неспешно обернулась. У нее были пронзительные черные глаза и высокие скулы. Не поработай над ней немилосердное время, женщину можно было бы назвать красивой. Если бы не страшный шрам, который пересекал ее лицо от носа до подбородка.

Ноунейм не сомневался, что мать Севатара пользовалась какими-то омолаживающими процедурами. Империум знал сотни методов, как человеку продлить свою жизнь. Все они требовали значительных средств. Или больших жертв.

– Яго, – по глазам женщины ничего нельзя было прочесть. Она сделала несколько уверенных шагов и остановилась перед Севатаром. Он значительно превосходил ее в росте, но это совсем не выглядело так, что она смотрит на него снизу-вверх.

Женщина протянула руку и коснулась бледного предплечья сына. Внешне он не изменился, но Альтани едва не вскрикнула, ощутив волну противоречивых эмоций, что прокатились по ментальному полю Севатара. Девочка не смогла понять, что чувствует Повелитель Ночи по отношению к матери.

Ничего.

Всё.

Затем Шакти принесла немного еды – какие-то местные овощи и вяленое мясо пустынного волка. Сама вернулась к работе. Яго позволил пилоту покормить Альтани, пока пересказывал матери свою историю с момента генерального сражения за Трамас и до прибытия в систему на Скитальце.

Когда он закончил, у пилота сложилось впечатление, что Шакти не слушала, будучи целиком поглощена ковырянием в недрах огромного двигателя.

– Спасибо за обед, – Ноунейм кашлянул в кулак, поднимаясь из-за низкого столика в углу комнаты. – Позвольте…

– Раковина снаружи под навесом, – перебила его женщина, указав на заднюю дверь тонким пальцем, удивительно изящным для человека, который постоянно возится с железками. – Вода ржавая только первые десять секунд, просто подожди.

Пилот взял свою тарелку и тарелку Альтани. Когда он вышел, Шакти обернулась. Она пристально посмотрела на сына, затем перевела взгляд на девочку, бережно уложенную на низкий видавший всевозможные виды диван. Ее взгляд смягчился.

– Ты хочешь вернуть ей контроль над телом, полноценную жизнь, – Шакти продолжала смотреть на Альтани. Девочка не посмела коснуться мыслей матери Севатара, но та думала слишком громко. Она сразу поняла, что сыном движет чувство вины, которое в последний раз он испытывал почти сто лет назад, в Нострамо Квинтус, когда Кир…

– Верно, – Яго сидел неподалеку от Альтани. Солнечный свет, втекавший в помещение через раскрытые настежь железные ставни, заставлял кожу Повелителя Ночи светиться неестественной желтизной. Он устроился на единственном стуле, который ему подходил. Не нужно было обладать способностью к психометрии, чтобы понять, кто и для кого сделал этот стул.

– И ты не хочешь оставлять следов, – Шакти перевела взгляд на Севатара. – Нужно место, где есть специалист и откуда информация точно не попадет к твоим врагам.

Севатар молчал. На «Сумраке» он награждал глубокими шрамами тех, кто говорил ему очевидное. Но здесь и сейчас у него не возникло даже мысли о том, чтобы возмутиться. Он просто кивнул.

– Еще я не хочу, чтобы ее при этом изуродовали, как любят Механикус, – Повелитель Ночи смотрел на девочку. Шакти склонила голову, с интересом изучив их взаимный взгляд.

– Значит, Бледный Мастер, – резюмировала мать Севатар. Она снова повернулась к рабочему столу и взяла в руки инструменты.

– Он по-прежнему живет на лимане? – Яго поднялся со стула.

– По-прежнему, – подтвердила женщина. – Будь осторожен. Сейчас прилив.

Яго подошел к ней и осторожно тронул плечо кончиками пальцев с запекшейся кровью под ногтями. Шакти не вздрогнула, только кожа покрылась мурашками. Альтани ощутила в ней те же изменения, которые прокатились по ауре Севатара, когда мать прикоснулась к нему.

Вернулся Ноунейм. Он еще раз поблагодарил Шакти и поставил тарелки на стол. Яго кивнул ему, взял Альтани на руки и направился к выходу.

– Яго! – окрик Шакти настиг его у порога.

Севатар удивленно застыл.

– Помойся сначала, ты пахнешь, – женщина не обернулся и никто не увидел легкую улыбку на ее губах.

Севатар передал ребенка Ноунейму, и послушно направился на задний двор. Рядом со старой облупившейся раковиной обнаружился душ с ножным насосом. Повелитель Ночи скинул свои обноски и перевязь с кунаями. Только под ледяными рыжими строями он понял, насколько грязным было его тело. К счастью, на перевернутом ведре рядом нашелся увесистый шмат мыла и невыделанная кожа со спины пепельного гарра, которую он мог использовать как мочалку.

Выйдя из закутка с душем, посвежевший Севатар вместо вонючих лохмотьев увидел на земле аккуратно сложенную одежду. Темно-серые штаны и туника, высокие сапоги из тонкой кожи. Все под размер космодесантника.

Поверх одежды лежал револьвер. Древняя модель с барабаном на восемь электрических патронов. Оружие переделали под руку транс-человека. В остальном это был все тот же револьвер. Яго знал его имя. «Аластор». Им владел его отец. Тот, которого Севатар никогда не видел и о котором мать никогда не говорила.

Подобрав одежду, Яго нашел под ней самодельные солнцезащитные очки из потертого пластика. Местные никаких очков не носили, за многие поколения привыкнув к слепящему свету, легко прозрачную атмосферу, в которой не образовывались облака.

Повелитель Ночи оделся, повесил на бедро перевязь с ножами (вторую потерял на Скитальце). Сунул револьвер за широкий пояс, к нему же прицепил кожаный мешок с патронами, которые тихонько потрескивали, соприкасаясь фланцами.

– Ой, а ты совсем… не такой, – смущенно промолвила Альтани, когда к ним вышел Севатар. Девочка и пилотом сидели на деревянной лавке перед домом Шакти.

– Прости, если лезу не в свое дело… – Ноунейм прочистил горло.

Яго понимал, какую тему хочет поднять смертный. Он метнулся к пилоту так быстро, что для человека космодесантник будто телепортировался, а девочка-псайкер не успела увидеть во внешних слоях ауры его намерение.

– Я свежевал целые города, топил планеты в крови и страхе, – прошипел Повелитель Ночи, нависнув над пилотом, и тот ощутил шевеление внизу живота. Нет, то были совсем не бабочки.

– У львят Джонсона для таких как я есть особое слово, – губы космодесантника едва не коснулись уха Ноунейма. – Эскатон. Разрушитель Миров. Не думай, что мы друзья, человечек. Не думай, что знаешь меня. Не думай, что я, – он хищно усмехнулся, – не опасен для тебя.

Севатар распрямился и широко искренне улыбнулся, взяв Альтани на руки. Ноунейм попытался сглотнуть, и не смог. У него все пересохло.

+ Яго, я думала, что мы бежим от Темных Ангелов, + ментальный голос псайкера коснулся его разума легким прибоем из топленого молока.

+ Это тоже, + согласился он. + Но еще тут есть человек, который исправит то, что сделал Мнемок.

Имя вызвало в его сознании вспышку ярости, и Альтани инстинктивно разорвала контакт, когда эмоции Яго обожгли ее.

+ Извини, + он смутился. + Мне нужно привести этого человека сюда.

+ Я пойду с тобой, + девочка легко скрыла от Севатара свое простое наблюдение. Только что первый капитан Повелителей Ночи впервые в жизни извинился.

+ Нет, + Севатарион вновь передал ее пилоту. + Не в этот раз, малышка.

– Не отходи от нее, – приказал он пилоту. – Можете погулять в пределах города. По любым вопросам обращайтесь к моей маме.

И снова это «мама». Ни «мать», ни «Шакти». «Мама».

Пилот открыл рот, глядя в спину удаляющемся Севатару.

– Нет, – Яго без труда прочел его мысль.

+ Нет, + повторил он для Альтани, и отгородился от нее ментальным щитом, чтобы не слышать просьбы девочки, выливавшиеся на него нескончаемым потоком.

Он пошел на юг, к воде. Когда город начал искажаться дымкой жаркого марева, легионер почувствовал бриз. Вскоре его глаза уже различали искристое полотно.

Океан.

Красивый, но смертоносный.

Так говорили о некоторых примархах. Но не о Ночном Призраке.

При этой мысли Яго инстинктивно сжал кулаки.

Этот океан напоминал океаны Старой Земли, которые Яго видел на архивных пиктах. Ослепительное синее колыхание, без конца и без края. Но на этой планете вся открытая вода была ядовита. Стоит коснуться её, и плоть начнет стремительно распадаться, обращаясь в серый пепел.

Никто не помнил, что произошло с этим миром во время Долгой Ночи. Похоже, колонисты с кем-то воевали. А может, сами с собой. В любом случае, в этой войне не было победителя. Как в любой войне.

Севатар шел вдоль линии прибоя около получаса, пока не увидел песчаную косу примерно в километре от берега. Мать сказала верно, прилив отрезал косу от большой суши. Севатар сощурился, прикидывая, что в самом узком месте до косы тридцать метров. Без прыжкового ранца многовато.

Внезапно песок справа вспучился, из-под него выпрыгнуло существо, напоминавшее человека лишь в самых общих чертах. Это был антропоморфный механизм, с некогда интегрированными биологическими элементами. Теперь плоть и мышцы давно сгнили, болтаясь на металлическом каркасе рваными лоскутами. Потерявшие питание органы пожухли и почернели, оставаясь на своих местах лишь из-за опутавшей их проволоки и сухих ломких вен, по которым больше не струилась кровь.

Сзади и спереди появилось еще по одному существу. Они начали выкапываться из песка вдоль всего побережья, будто что-то запустило цепную реакцию, реанимируя полумертвые кибернетические мозги и пробуждая в них тупые инстинкты.

– Что-то долго вы, – Севатар повел плечами, размял шею. Пистолет уже холодил левую руку. В правой он держал кунай.

Местные прозвали этих тварей антикитеры, никто не знал почему. Они спали в земле по всей Терре, как правило, группами. Пробуждались, когда рядом оказывался человек. Были невероятно сильны и быстры, но не особенно сообразительны. И всегда хотели лишь одного. Убивать.

Ходили слухи, что это древний антипод Марсианского Культа. Механическая раса, по какой-то причине возжелавшая приблизить себя к биологическому виду Homo Sapiens. Мол, они стали модифицировать свои тела, внедряя в них синтетически выращенные биологические органы.

Мысль казалась занятной, но Севатара ксеноархеология не интересовала. Его интересовало, как перебраться на косу. И только что он увидел отличную возможность.

Первый антикитер бросился на Яго и получил пулю в свой антропорфный череп из потемневшего металла. Повелитель Ночи пристрелил еще пятерых, пока шестой не подобрался к нему в упор. Этого он угомонил ударом куная в грудь, а затем отвинтил ему голову.

Антикитеры все поднимались и поднимались. Они шли на Повелителя Ночи в зловещем безмолвии. Шли, чтобы найти свою смерть. Иронично, потому что это место люди издревле звали Берегом Смерти.

Яго увернулся от быстрого, но слишком размашистого удара железным кулаком, и всадил кунай в спину очередного противника. Он толкнул его ногой в бок, повалив на землю, и тут же отпрыгнул от стремительной атаки следующего механизма. Легионер дважды выстрелил в подступавших врагов и отступил к самой кромке прибоя.

На перезарядку Севатару потребовалось две секунды. Когда он защелкнул барабан, новый противник уже занес руку для удара. У этого в предплечье был вмонтирован длинный побуревший от влаги зазубренный коготь. Многие из этих существ имели интегрированное холодное оружие, которое хоть и выглядело изъеденным временем, но не потеряло бритвенной остроты.

Нырнув под атаку, Севатарион перерезал механизму сервопривод под правым коленом и тот повалился на песок. Яго опустил ногу ему на голову и уже встречал следующую атаку, выставив для защиты рукоять револьвера. Сталь звякнула о сталь. Севатар сблизился с противником и на подшаге впечатал локоть в механическую голову. Металл был прочен, но тысячу раз сломанные кости Повелителя Ночи – прочнее. Голова антикитера откинулась назад в снопе искр. Его агонию довершил быстрый удар кунаем в шею.

Даже один антикитер представлял серьезную опасность для смертного. Но космодесантнику они могли противопоставить лишь свое неимоверное количество. Которое сейчас играло Севатариону на руку.

Вряд ли твари понимали это, но, несмотря на постоянное движение, Яго убивал их в одной зоне. Тела механизмов валились одно на другое, пока не образовали целую гору. Бывшему Претору Нокс Восьмого пришлось изрядно попотеть, чтобы провернуть этот финт. Но каждая капля транс-человеческого пота того стоила.

– Посмотрим, насколько хорошо вас склепали, жестянки, – с этими словами Севатар разрядил половину барабана в подступающих антикитер, сойдясь с ближайшим в рукопашную.

Он ушел он прямого удара кулаком-шипом, сместился в сторону от следующей атаки, которая менее изворотливому противнику могла бы располовинить череп. Оказавшись вплотную к оппоненту, Яго ударил его рукоятью револьвера в подбородок. В ответ рванулся фонтан синих искр.

Обхватив существо за плечи, легион резко развернулся и бросил антикитера в гору мертвых машин, что высилась у него за спиной. Он вложил в бросок все силы, и этого оказалось достаточно, чтобы гора сдвинулась и начала рассыпаться. Заданный импульс сделал разрушение целенаправленным – тела погибших и находящихся на грани смерти антикитер падали в воду, все дальше и дальше.

Глубина воды до косы составляла меньше полуметра. Но смертный, даже транс-человек, не смог бы пробежать такое расстояние. Ядовитая вода пожирала плоть в мгновение ока. На металл у нее уходило значительно больше времени.

Яго ступил на импровизированный мост и прошел по нему почти пять метров. Развернулся и склонил голову на бок, глядя на механизмы, которые по-прежнему ничего не понимал.

– Ко мне, железные упыри! – выкрикнул он с демонстративным презрением, отлично понимая, что антикитеры не поняли ни слова.

Сражаться на узком мосту из железных тел, постепенно растворявшихся в отравленном океане, было куда сложнее. Тем более, что Яго снова старался убивать врагов в пределах одной узкой зоны, выстраивая из трупов новую гору.

Выстрел, выстрел, продольный удар кунаем, шаг в сторону, колющая атака. Севатар стремительно перемещался, позволив организму выйти на пик своих возможностей. На Скитальце ему удалось поспать четыре часа. Этого хватило для полной перезагрузки каталепсического узла и бескопеи.

Теперь модифицированные надпочечники снова могли выплескивать в кровь чистый норадреналин в дозах, которые мгновенно разорвали бы сердце смертного. Повышенный синтез ацетилхолина разгонял реакцию воина, эффект усиливался выработкой торвулана, подавляющего альфа-адренорецепторы.

Короче, Яго был быстр. Как в тот день, когда тридцать семь часов бился с Сигизмундом. Но тогда он просто играл. Сейчас на кону Повелителя Ночи стояла его жизнь. И нечто большее.

Он пропустил несколько атак ржавыми лезвиями, пока не завалил следующую гору, пройдя почти треть расстояния до косы. А враги все прибывали. Порой они шли прямо по воде, что позволяло им атаковать Севатара с флангов. Он то не мог спуститься со своего мертвецкого моста!

Вскоре удачная атака одного из антикитер вспорола бедро Повелителя Ночи. Другой клинок прочертил глубокую борозду на ключице в опасной близости от яремных вен. А он едва преодолел половину пути.

Яго завалил очередную гору стальных трупов, подняв волну брызг, от которых пришлось уворачиваться. Из-за этого он пропустил еще один удар и с рыком упал на колено. Воин навскидку опустошил барабан револьвера. Восемь трупов ненадолго заблокировали остальным фронтальный проход. Но антикитеры с флангов продолжали напирать.

Спешная перезарядка, колющий в грудь, возвратный секущий по шее, перекат, выстрел, блок предплечьем, выстрел. Расчет векторов движения, секторов атак и контратак поглотил сознание Севатара. Ему становилось все труднее убивать в одном месте.

Повалив очередного врага и бросив его на следующую гору из мокрой лоснящейся стали, Повелитель Ночи проследил за угасающим взглядом антикитера. Жило ли сознание в этой голове, так похожей на человеческую? Были ли эти монстры разумны в прошлом? Или их создали такими, а все байки – лишь байки?

Неуместные мысли привели к пропущенной атаке. Но Яго был уже близок. Оставалось собрать еще одну гору. Это заняло десять минут и тридцать две секунды. Оставшиеся шесть метров Севатар просто перепрыгнул.

Он приземлился на песок, перекатился, вспрыгнул на ноги. Несколько капель воды попали ему на штаны. Ткань сразу покрылась желтой пеной и рассыпалась в труху, плоть под ней задымилась и частично растворилась. Яго знал, что стряхнуть капли невозможно. На его счастье они были слишком малы, чтобы причинить серьезный вред. Но достаточно велики, чтобы он испытал ужасающую болю.

Повелитель Ночи заковылял к единственному зданию на косе. Круглая башня из черно-серого камня около семи метров высотой. Когда-то она была вершиной многокилометрового шпиля.

Яго знал, что машины не отстают. Приблизившись к башне, легионер не стал стучать или звать хозяина. Он просто материализовался там, где только что стояла тяжелая обитая металлом дверь.

Севатар прикинул, что с остальными антикитерами легче будет разобраться в узком проходе. Но когда он развернулся, атаки со стороны машин не последовало. Антикитеры остановились в нескольких метрах от входа в башню, охватив строение неровным полукольцом.

Некоторое время они переминались с ноги на ногу. Поврежденные водой голеностопы скрипели и сыпали искрами. Лохмотья высохшей плоти трепетали на ветру. Ржавая проволока, черные трубки и мертвые вены напоминали грязные взлохмаченные волосы, вываливавшиеся неопрятными космами из самых разных мест.

А потом машины просто развернулись и ушли прочь. Севатар удивленно хмыкнул.

– Медленно положи пистолет и ножи на землю, не поворачивайся, – звук низко дребезжал и отдавался разнородным эхом, будто одни и те же слова произносило сразу несколько человек с почти идентичными голосами.

– Я… – начал Севатар, опуская оружие на пол, как было велено.

– Мне известно, кто ты, сын двух проклятых отцов, – ответили ему. Повелитель Ночи даже не подумал разозлиться на такое обращение. В присутствии Бледного Мастера подобное было недопустимо. Сам он псайкером не являлся, но его уникальные модификации позволяли чуять малейшие колебания эфира и всплески эмоций.

Яго, тем не менее, рискнул протянуть к нему свой разум. Он вспомнил уроки Альтани, которые та преподала ему на Скитальце, пока они двигались к Терре. В отличие от Севатариона, девочка никогда не забывала, что легионеру нужно учиться контролировать свой дар.

Бледный Мастер недвусмысленно фыркнул. Яго тут же одернул ментальные щупальца.

– Люди редко приходят сюда, – продолжил Мастер. Периферийное зрение показало Севатариону, что его оружие утянули взявшиеся из ниоткуда мехадендриты. – А транс-люди вообще не приходят. Поэтому я должен задать вопрос, прежде чем ты попадешь на стол для вивисекции.

Яго улыбнулся. Бледный Мастер всегда ему нравился. Странное существо. Ни человек, ни адепт марсианского культа, ни мутант. Если и ксенос, то слишком похожий на людской вид. Слишком.

О Бледном Мастере даже легенд не было. Хотя как только местные его не называли. Техно-некромант, механо-мистик, крипто-реаниматор, гено-ткач, возвращающий-из-смерти. Яго было плевать. Он решил попусту не ломать голову над этой загадкой.

– Дитя, – произнес он, по-прежнему не оборачиваясь. – Девочка. Раздроблен позвоночник. Я хочу, чтобы ты восстановил ее.

– Сколько ей лет? – в голосах Бледного Мастера прозвучала нотка заинтересованности.

– Не знаю, – Севатар осторожно пожал плечами, чтобы его действия не восприняли как проявление агрессии. – Пять-семь. Она астропат.

Лгать не было смысла. Не Бледному Мастеру.

– Рожденная в пустоте и для пустоты, – голоса усмехнулись. – Плохо для нее. Кости и мышцы слабые.

– Она сильная, – возразил Яго, тут же подавив вспыхнувший было гнев.

– В каком сейчас состоянии? – Бледный Мастер, конечно, заметил эту его эмоцию, но не отреагировал.

– Парализована, позвоночник зафиксирован локальным био-каркасом типа «Плеяда», – Яго глубоко вздохнул. Он не привык вести диалог не на своих условиях.

Бледный Мастер снова фыркнул. В этот раз презрительно.

– Я не медике! – снова вспылил Севатар. – Я ее такой… она…

– Значит, ты виноват в этом, – констатировали голоса.

«Какие вы все, мать вашу, проницательные!» – подумал Севатар, тщательно скрыв эту мысль. И добавив к ней с десяток нострамских ругательств.

– Услуга за услугу, ты ведь знаешь? – уточнил Бледный Мастер. Яго почувствовал, как напряжение из комнаты исчезло. Мехадендриты вернули его оружие туда, где он положил его на пол.

– Разумеется, – легионер поднял пистолет и нож, изо всех сил борясь с желанием молниеносно развернуться и разрядить в собеседника весь барабан. Когда он обнаружил, что барабан пуст, мехадендрит подвинул к нему кучку патронов.

– И последний вопрос, – голоса обрели оттенок плохо скрываемого веселья. – Какие три вещи любой человек может делать одновременно?

Севатар снова вздохнул. Почему все гении этого мира такие идиоты?

– Срать, курить и читать газету, – выдал он ритуальный ответ. Бледный Мастер глупо захихикал.

Яго наконец обернулся. Существо напоминало мумию, будучи замотано в посеревшие от времени эластичные бинты с макушки до пяток. Только на лице поблескивали ахроитовые аугметические глаза, под которыми из грубой прорези в ткани виднелся обычный человеческий рот. По крайней мере, так казалось.

За спиной Бледного Мастера и под ним клубились мехадендриты. Десятки мехадендритов, которые сновали из стороны в сторону, перенося какие-то железки, что-то куда-то устанавливая и откуда-то извлекая. Посреди помещения Севатар увидел три стола. На двух мехадендриты собирали какие-то механизмы, на третьем лежал окровавленный шмат плоти. По запаху Яго понял, что плоть не человеческая.

– Мне нужно закончить работу, – проговорил Бледный Мастер. – Подожди снаружи.

Севатар задержал взгляд на высоком книжном шкафе, который тянулся вдоль округлой стены башни на половину ее диаметра.

– Еще одна просьба, – Яго не совсем понимал, зачем это делает.

– Как интересно, – мехадендриты, составлявшие трон Бледного Мастера, расправились, и он ступил на каменный пол белыми босыми ногами.

– У тебя есть книга со сказками? – Севатарион продолжал смотреть на шкаф, изучая корешки. Он второй раз в жизни видел бумажные книги. И первый раз – столько книг в одном месте.

– Есть, – пока Бледный Мастер произносил это короткое слово, мехадендрит метнулся к шкафу, выхватил тонкий томик и поднес Севатару.

Яго осторожно взял протянутую книгу, подозрительно косясь на Мастера. Перевернув ее обложкой вверх, космодесантник прочел на Низком Готике: «Эддические саги». Он удивленно вздернул бровь.

– В роли сборника сказок так себе, но ничего лучше нет, – Бледный Мастер пожал плечами и вновь сфокусировал внимание на рабочих столах. – Древние легенды Нордика. Из тех времен, когда люди верили в богов, а не подчинялись им.

Севатарион кивнул, но прежде чем сделать шаг к выходу, задал главный вопрос.

– Что ты потребуешь взамен? – его взгляд заострился, он усилием воли не дал ментальным щупальцам снова испытать защиту Бледного Мастера.

– За книгу? Ничего, – существо улыбнулось, не отрываясь от работы. – Точнее, я уже взял плату за нее. Умиление.

Севатарион начинал злиться. Манера общения Бледного Мастера импонировала ему, но Повелитель Ночи ненавидел быть ведомым. Он ненавидел ситуации, которые не контролировал.

– Девочка, друг мой, – техно-некромант на миг поднял взгляд. Аугметика щелкнула, меняя фокус. – Это воистину умилительно, что о ней заботится бессердечный убийца!

– Ни о ком я не забочусь, – буркнул Яго, обнаружив, что врать себе чрезвычайно глупо. Он вышел из башни через проем, где всего пять минут назад стояла дверь.

Бриз отравленного моря принес солоноватый химический запах. Антикитер не было видно. Рукотворный мост Севатара постепенно растворялся в гибельных водах.

Бледный Мастер был невероятно могущественным созданием. Яго не понимал, что он делает в этом захолустье с его навыками в сфере… во всех сферах, касающихся аугметических и биологических улучшений.

В определенных кругах ходили слухи, что Мастеру известны тайны кибервоскрешения. Севатарион знал об этом, потому что был одним из трех живых существ вне Железного Десятого, которым поведали о Саркосанской формуле и Эгесинских протоколах.

Яго не сомневался, что убить Бледного Мастера чрезвычайно сложно. Это мог бы сделать только отец.

Отец.

Севатар запрокинул голову и прислонился спиной к теплому камню башни. Он бы попробовал. Нет, правда. Попробовал бы убить это существо. И попробует, если придется.

Вскоре Бледный Мастер «выплыл» из своего убежища. Он редко пользовался собственными ногами, хотя под бинтами они выглядели вполне здоровыми. Мехадендриты, выходившие прямо из его спины, несли тело плавными перекатами.

– Ты как на змеином клубке, – усмехнулся космодесантник.

– Это когда работаешь в женском коллективе, – парировал Мастер, но Севатар не понял, о чем он.

Они дошли до воды. «Мост» почти распался. Яго взглянул на своего… союзника.

– Хорошо прыгаешь? – Севатар не шутил. – И как у тебя с грузоподъемностью.

– До полутора тонн без снижения крейсерской скорости, – Бледный Мастер широко ухмыльнулся. – Твои триста с лишним килограмм для меня не вес. Так что забирайся.

Яго сузил глаза, но существо тоже не шутило. Несколько мехадендритов образовали за его спиной что-то вроде насеста. Севатар подумал, что будет, если техно-мистик просто зашвырнет его в море?

Повелитель Ночи снова подавил вспышку гнева. Он сам на это подписался.

Непроизвольно зарычав сквозь плотно сжатые зубы, легионер запрыгнул на «насест».

– Можно подумать, я тебе настолько отвратителен, – Бледный Мастер ступил в воду, приподняв свое тело и тело Яго повыше, чтобы их не зацепило брызгами.

– У меня нет выбора, – скрежетнул Севатар, удивляясь тому, что вода, похоже, не наносит мехадендритам никакого вреда.

– Хочешь, буду твоей совестью и расскажу, что выбор у тебя был, но ты попытался снова стать человеком? – техно-мистик говорил бесстрастно, но Яго даже без ментального сканирования внешних слоев ауры знал, что Мастера это веселит. Жаль, что ему можно доверять. А ведь можно. Пятьдесят лет назад он спас его маму.

Они перешли пролив и Бледный Мастер спустил Яго на землю. На них тут же набросились возникшие из-под земли антикитеры.

– За пределами острова я бессилен, – улыбнулся гено-ткач, отступая обратно в воду.

Яго бился с кибернетическими тварями, четко осознавая, что Мастер смотрит на него и собирает данные. Изучает. Надо думать, сам он разметал бы их не хуже.

Но Севатару не требовалась помощь. Он уложил два десятка чудовищ и поток врагов внезапно иссяк.

Они с Мастером двинулись к городу и молчали весь путь. Яго больше не спрашивал о цене. Если существо не ответило сразу, на то есть причины. Ответит. И Повелителю Ночи придется возвращать долг. Уже во второй раз.

Альтани и Ноунейм встретили их у границы поселения. Девочку усадили в примитивную роботизированную коляску, которой она управляла через ментальный интерфейс. Псайкер смешно сдвинула бровки, глянув на Бледного Мастера. Затем перевела взгляд на Яго.

+ Он поможет, + Севатар попытался послать успокаивающий мыслеобраз. Как всегда, с положительными эмоциями у него выходило плохо.

+ Но это… это… + ребенок силился понять, что перед ним. + Это ужасно!

+ Он поможет, + повторил Яго настойчивее. + Только не лезь к нему в голову. Не смей.

Повелитель Ночи не мог знать, что Альтани сейчас находится в том возрасте, когда запрет действует как прямое побуждение к действию. Однако она была не обычным ребенком. И что важнее – верила Яго.

Подойдя ближе, Севатар рассмотрел в руках у Альтани несколько серых камней. Это сначала показалось, что девочка держит камни. Через мгновение Яго выхватил «Аластор».

– Брось это немедленно! – выкрикнул он, указывая рукой в сторону.

Ноунейм, не зная, что делать, вцепился в спинку коляски. Девочка непонимающе смотрела на Севатара.

– Ше’най наррана! – зарычал Яго, подходя ближе. Он не сводил пистолет с камней, не думая о том, что если выстрелит, то от Альтани ничего не останется.

+ Яго! + вскрикнула девочка у него в голове. + Что ты…

– Тише, друг мой, тише! – Севатар и не заметил, как Бледный Мастер оказался между ним и коляской. Он двигался со скоростью, которая могла напугать космодесантника. Которая могла напугать Повелителя Ночи.

– Яго хочет сказать, что это дезегол с Нострамо, – пояснил техно-мистик, повернувшись к Ноунейму и девочке. Его мехадендриты пластично шевелились, перекрывая Севатару зону обстрела. Яго двинулся по кругу, ища точку, с которой мог поддерживать с камнями неразрывный зрительный контакт.

– Их случайно переселили сюда полвека назад, вместе с группой… тайных беженцев, – продолжил Бледный Мастер. – Очень опасные создания, смертельно опасные…

– Я видел, как такой в течение четырех секунд оставил от взрослого смертного кровавые лоскуты, – Севатар сощурился. + Альтани, немедленно брось!

Руки девочки дернулись. Она взяла груду камней, которые будто приросли друг к другу.

– …но этот, похоже, особый случай, не так ли, юный псайкер? – Мастер развернулся к ребенку. Яго метнулся вперед, змеёй проскользнув через ветвящиеся мехадендриты. Гено-ткач толи не успел помешать, толи не хотел. Повелитель Ночи наставил пистоле на камни в упор.

– Яго, ты ведь знаешь, что дезеголы ментально инертны, – техно-мистик попеременно рассматривал Альтани и камни у нее на руках. – Так попробуй же коснуться его разумом. Пожалуйста.

+ Пожалуйста! + взмолилась девочка. Она не совсем понимала, что происходит, но могла сложить два и два.

– Да что ж за день то, – Севатар имел ввиду, что уже в который раз за сегодня вынужден уступать обстоятельствам.

Он осторожно направил в сторону существа свой внутренний взгляд, впрочем, не спеша опускать ствол пистолета. Этот дезегол действительно имел психический отпечаток. В детстве на Нострамо Яго инстинктивно пробовал коснуться других таких. Было иначе. Была пустота. Но этот «камень», он и правда имел душу.

+ Я всегда верила тебе, Яго, + девочка обрушила на него лавину умоляющих образов. + Поверь и ты мне, прошу!

– Что он такое? – Севатар нехотя опустил пистолет. Бледный Мастер отошел в сторону, мехадендриты сбавили интенсивность шевеления. Красные огоньки на концах некоторых железных щупалец погасли.

– Дезегол, – похоже, техно-некроманта это забавляло. – Но не такой, как другие. Похож на тебя в этом смысле.

Севатарион демонстративно убрал пистолет в кобуру. Вторую руку он незаметно опустил к кунаю.

– Забери это у нее, – бросил он Ноунейму, взяв спинку кресла-каталки и направив ее в сторону дома мамы.

– Не это, а Камушка! – Альтани нахмурилась, но отдала дезегола пилоту. Существо за все это время никак себя не проявило.

Яго ругнулся себе под нос. Может, эта тварь все же сожрет Ноунейма и продемонстрирует всем свою истинную суть? Было бы неплохо.

– Это Бледный Мастер, – тихо проговорил Севатар, склонившись к Альтани. – Он восстановит тебя. Полностью. Без видимой аугметики и метаболических модификаций.

– О, ты просто закроешь глаза, дитя… – проговорил техно-мистик, но Яго перебил его:

– А если вдруг не откроешь, кто-то другой закроет свои. Навсегда.

Вся симпатия к техно-некроманту вышла. По пути от каменной башни вплоть до этого момента Повелитель Ночи прикидывал вероятности и уже знал, что Бледный Мастер попросит в качестве ответной услуги.

Спуститься в ад и не вернуться.

Глава 6

Маглев 410

«Воронёнок»

Ты ни в чем не виноват

Шакти уже расчистила место в центре дома. Бледный Мастер раскрыл свою кожаную сумку и рабочий стол меньше, чем за минуту, превратился в операционный.

– Матрас есть? – поинтересовался техно-некромант, не отрывая взгляда от приборов, которые мехадендриты быстро и слаженно расставляли перед ним.

Матрас нашелся. Старый, как и все здесь. Но чистый, как и все в доме Шакти.

Севатар осторожно перенес Альтани на стол.

+ Ты ничего не почувствуешь, + пообещал он.

+ Яго, ты правда думаешь, что меня пугает боль? + девочка попыталась улыбнуться. Она инстинктивно скрывала свой страх, но Севатар видел его.

– Скажи ей, что все будет хорошо, – Повелитель Ночи попытался найти поддержку у техно-мистика. Сам он не знал, как успокоить ребенка, а мама куда-то исчезла. Хотя она тоже вряд ли знала.

– Все будет хорошо, – монотонно пропели голоса Бледного Мастера.

Севатар опять начинал злиться. Он посмотрел на девочку, потом на Ноунейма, и внезапно понял, что нужно делать.

– Камушка, – Яго махнул пилоту. – Я положу его рядом, хочешь?

Псайкер кивнула. В ее глазах блеснул золотистый огонек.

«Так просто?» – хмыкнул про себя Повелитель Ночи. Он не до конца понимал, почему это сработало. Но у девочки с дезеголом была какая-то связь. Да и Бледный Мастер – не тот че… не то существо, которое будет оставлять рядом с собой потенциальную опасность. Тем не менее, легионер опустил ладонь на рукоять «Аластора».

Он взял у пилота груду камней и положил у ног Альтани.

+ Спасибо, + она улыбнулась. Страх не ушел, но отступил. + У тебя начинает получиться.

+ Что получаться? + нахмурился Севатарион.

– Пора, – Бледный Мастер посмотрел на Севатара. Тот кивнул ему, потом еще раз взглянул на Альтани и сделал шаг назад.

Мехадендрит со шприцем на конце метнулся к девочке и что-то ввел ей. Псайкер даже не успела испугаться, как ее глаза плавно закрылись. Севатар увидел, что сознание ребенка расфокусировалось, а разум прикрыли слои ментальной защиты. Ему тоже стоило научиться оставлять такие «системы безопасности».

Бледный Мастер начал операцию.

Шакти так и не появилась. Ноунейм ходил взад-вперед, не находя себе места, пока Севатар не усадил его на стул усилием мысли. Пилот понял намек и попытался расслабиться. Вскоре он уснул прямо за столом. Потом пару раз просыпался, ел и снова засыпал, больше не рискуя мозолить глаза Повелителю Ночи.

Севатар наблюдал за работой механо-мистика все двенадцать часов. Местное Солнце успело свалиться за горизонт и уже стыдливо казало с другой стороны розовый подол, когда Бледный Мастер отошел от стола. Мехадендриты одели девочку и стали собирать компоненты походной лаборатории обратно в сумку.

Проснулся Ноунейм.

– Не буди, но будь рядом, – скомандовал Севатар. Пилот кивнул, борясь с зевотой.

Яго и Мастер вышли из дома. Шакти сидела на лавке у входа и смотрела на рассвет. Идеальный момент. Уже не так холодно, чтобы смертным нужно было кутаться в шерстяные плащи. Но еще не так жарко, чтобы хотелось нырнуть в ванную со льдом. А Севатар пока мог не надевать солнцезащитные очки.

Шакти не стала спрашивать, все ли прошло хорошо. Мать Повелителя Ночи не имела привычки задавать тупые вопросы. Вместо этого она задала главный вопрос.

– Что ты потребуешь с него? – она смотрела на Бледного Мастера почтительно, но настороженно.

– Как обычно, – механо-мистик пожал плечами. – Опыт. Новый и для него самого.

– На этой планете больше нет существ, убить которых мне было бы действительно сложно, – Севатар внимательно изучал Бледного Мастера, пытаясь распознать его намерения.

– На этой нет, – согласился гено-ткач. – Почти ни на какой нет. Но разве все эти годы твоими врагами были только существа? Лишь ксеносы, люди и бывшие братья?

Он как-то странно улыбнулся. В этой улыбке человеческая искренность переплелась с поистине нечеловеческим коварством.

– Маглев 410, – Мастер наконец сказал прямо. – Иди к станции и сядь в маглев номер 410.

– Маглевы там давно не ходят, – Яго тем не менее поправил кобуру и перевязь.

– А четыреста десятый никогда не ходил, – Шакти поднялась с лавки.

– Сегодня пойдет, – отрезал Бледный Мастер, глядя на поднимающееся из тьмы Солнце своими непроницаемыми глазами.

Это все. Больше он ничего не скажет.

Яго надел очки. Прежде чем двинуться к станции, космодесантник подошел к матери и протянул ей книжку, которую взял у Мастера. Шакти молча приняла ее. Посмотрела на обложку. Коротко кивнула.

Никто из этих троих не любил прощаться. И не собирался. Потому что все трое были уверены – Яго вернется максимум к полудню.

Он зашагал через сонный едва пробуждающийся город на юг. Станция маглевов, которая не работала уже лет сто, располагалась сразу за городской чертой.

Выцветший камень перрона местами раскрошился. Местами его разобрали поселенцы для своих домов. Но здание станции почему-то не тронули. Ржавые покосившиеся ставни на выбитых окнах поскуливали в такт легкому ветру. Дверные проемы сурово глядели сумрачной пустотой. Внутри даже осталась какая-то мебель.

Высокий навес над перроном накренился от прожитых лет, но все еще давал тень, как и было задумано. Яго вошел под него и уставился вдоль рельсов в одну сторону. Потом в другую. Ничего. Разумеется, ничего.

– Может, дед таблетки забыл принять, – буркнул Севатар, а потом его уха коснулся далекий звук.

Космодесантник прислушался и сначала подумал, что это галлюцинация. Вскоре на западе он увидел стремительно приближающуюся черную точку. Увеличившись в размерах, точка приняла вид скошенного носа древнего маглева. Он скрипел и шатался, но уверенно приближался к станции, вися над рельсами на магнитной подушке.

Над кабиной машиниста с непрозрачными стеклами Севатар увидел номер. «410». Это ему ни о чем не говорило.

Когда маглев остановился на перроне, Яго без раздумий вошел. Едва он оказался в вагоне, двери за его спиной с шипением закрылись и маглев тронулся.

Севатар вытащил револьвер и прошел вперед по единственному вагону до локомотива. Дойдя до кабины машиниста и толкнув дверь, он обнаружил лишь сухой горячий воздух и слабое гудение работающий электроники. Внутри никого не было.

– Говорила мне мама не баловаться наркотиками, – Яго покачал головой и пошел обратно. – Хотя я вроде не балуюсь.

Он сел на одну из деревянных лавок, заняв сразу три места, которые предназначались для обычных людей. Пока маглев разгонялся, Севатар осторожно ощупал его ментальным зрением. Снова ничего. Или от него что-то старательно скрывают?

Севатар привалился к спинке, которая под его напором гулко затрещала и хрустнула. Повелитель Ночи посмотрел в окно на бесконечные пустоши. Было в них что-то… успокаивающее.

Он сам не заметил, когда закрыл глаза. Всего на миг. Обычно так не случалось. Так не могло случиться, потому что нормально функционирующий каталепсический узел позволяет космодесантнику на сто процентов контролировать свое восприятие и циклы сон/бодрствование.

Тем не менее, Яго уснул и проснулся. Сколько времени прошло, он понять не мог. Маглев не двигался. За окном стоял поздний вечер. Стекла будто запотели снаружи, через них ничего нельзя было разглядеть.

– Папа, ну где ты там? – донеслось с улицы.

Внезапно на Севатара обрушилась целая лавина звуков. Людские еголоса, смех. Что-то лязгает, звякает. Он ошалело моргнул и, плотнее сжав рукоять «Аластора», направился к выходу из вагона.

На улице были дети и взрослые. Меньше секунды прошло, пока Яго их сосчитал. Девятнадцать голосящих дитять и ровно столько же родителей. По одному на ребенка. Всем детям не больше десяти лет.

«Хотя кто этих бесов разберет», – мысленно поправился Севатар. Он не имел ни малейшего представления о том, как может выглядеть ребенок в том или ином возрасте. Повелитель Ночи слишком давно был смертным, чтобы помнить столь незначительные мелочи. Или чтобы понимать их.

– Ну наконец-то, папа! – Альтани подбежала к нему и ткнулась в ноги, обнимая. Ага, вот двадцатый ребенок. Стало быть и двадцатый родитель?

Яго отступил на шаг. Транс-человеческая физиология среагировала на опасность. Но опасности не было.

Никто вокруг не обращал внимания на его одежду и оружие. И на то, что он космодесантник. Ангел, мать его, Смерти. Возмездие, будь он проклят, Императора.

Люди были одеты типично для выходцев со средних уровней захолустного улья. Севатар опустил взгляд на Альтани. Простое желтое платье и белые босоножки. В волосах бант. Тоже белый.

– Пойдем уже! – девочка потянула его и Севатар подчинился.

Он будто все еще спал. Но происходящее не казалось сном. Скорее какой-то другой реальностью. Не его реальностью.

Яго не понимал, зачем подыгрывает этому безумию. Из глубины черной души поднималось настойчивое ощущение, что хуже не будет. Что впервые в жизни он может просто плыть по течению. Просто жить.

По другую сторону от перрона раскинулся густой красивый лес. Альтани уверенно шла по тропинке и вскоре они вышли к высоким железным воротам. Ворота были приоткрыты.

– «Воронёнок»? – хохотнул Яго, прочтя надпись над воротами.

– Ну да, так летний лагерь называется, забыл? – Альтани протащила его через ворота.

Летний лагерь? Севатар никогда не слышал о летних лагерях, но сразу понял, что это значит.

Лагерь, чем бы он ни был, почти спал. По узким дорожкам, аккуратно проложенным между цветущими клумбами, никто не гулял. В приземистых домиках окна светились желтым.

Они вышли к площади, по другую сторону которой возвышалась статуя…

– Ты не поверишь, дедушка, но я рад тебя видеть, – Севатар усмехнулся, глядя на каменный лик Императора. Несмотря на запрет, его статуи можно было найти во всех уголках галактики. И ни одна не походила на другую. Но он всегда оставался узнаваем. Хоть какая-то стабильность.

«Нужно будет на досуге отвинтить статуе голову».

– Яго? Яго Севатарион? – Повелитель Ночи опустил взгляд. Перед ним стояла высокая девушка с внимательными карими глазами.

– Какое у вас интересное имя! – девушка улыбнулась. – На Старой Терре жил драматург… как же его имя…

– Шекспайр, – подсказала Альтани.

– Ох, какой у вас умный ребенок! – девушка защебетала. – Точно! Шекспайр! У него в одном произведении есть персонаж с именем Яго. Произведение сохранилось лишь в обрывках, но и так понятно, что Яго – герой. Он военный. А вы военный?

«Какой у вас умный ребенок».

Севатар прокрутил мысль в голове и покосился на Альтани. Псайкер улыбалась во весь рот, глядя то на «папу», то на девушку. Которую, кстати…

– А вы кто? – спросил он, не заметив, что оставил вопрос самой девушки без ответа. Но та не обратила внимания.

– О, простите, я должна была сразу представиться! – она кашлянула в кулачок и поправила юбку. – Меня зовут Адрэ. Я старшая вожатая, руководитель этой смены.

Вожатая, смена… Все это звучало по-идиотски. Сам этот «летний лагерь» выглядел по-идиотски. Но Альтани была рядом и улыбалась.

Адрэ отвела Яго и девочку-псайкера к их домику. По дороге старшая вожатая говорила со скоростью, с которой Севатар привык выпускать болты в ксеносов. Или в бывших братьев. Как придется.

– А вы все-таки военный, – сказала вожатая и перед уходом подмигнула Яго. Тот, как дурак, полминуты смотрел ей вслед, ничего не понимая.

– Пап, а можно вещи с утра разберем? – протянула Альтани из комнаты. Их в домике было две. Девочка свою уже забронировала. Ту, что побольше.

Севатар только сейчас сообразил, что у него за спиной рюкзак, а в руке дорожная сумка. Он занес их в дом.

– Конечно, – кивнул Повелитель Ночи. Псайкер либо не замечала его состояние, либо по какой-то причине считала, что все нормально.

Он посмотрел на «дочь» и попытался позвать ее ментально. Ничего не произошло. Он не смог. Будто никаких псайкерских способностей у него никогда не было.

– Спасибо, папа! – Альтани снова бросилась к Яго, обняв за ноги. Она даже до пояса ему не доставала.

– Пожалуйста, – выдавил он, впервые ощутив то, что смертные зовут смущением. – Слушай, а почему мы здесь?

– Как почему! – девочка рассмеялся. Она вбежала в свою комнату и прыгнула на кровать. Пружины скрипнули. – Потому что ты обещал мне летний лагерь!

«Логично, черт возьми, – подумал Яго. – Хорошо, зайдем с другой стороны».

– А что ты помнишь до того, как мы сели в маглев? – он внимательно оценивал девочку. Его транс-человеческие глаза искали малейший подвох. Любую мелочь, по которой он мог бы определить, что это не Альтани. Но нет. Это была она. Только немного старше.

– Да что там помнить! Дома мы были, собирались, потом поехали! – девочка напрыгалась и глубоко вздохнула. Вытерла ладонью пот со лба. – Спать хочу, но надо в душ сначала, ага!

Адрэ, пока вела их к домику, рассказала, где душевые и уборные. Они были общие для всех и располагались в отдельной зоне неподалеку.

– А откуда мы приехали, Альтани? Где наш… дом? – Севатар смотрел, как она роется в сумке, выуживая оттуда свое полотенце и пижаму с желтой аквилой на спине.

– Пап, ты тоже устал, – серьезно сказал девочка. И нахмурила бровки, как обычно это делала. Она еще немного порылась в сумке. – Вот! – псайкер протянула ему второе полотенце. – Тебе тоже нужно освежиться и спать!

Через мгновение она выскочила из дома и, подпрыгивая, побежала в сторону душевых. На улице уже стемнело, вдоль дорожек зажглись фонари. Севатарион скользнул в сумрак и растворился в нем.

Пока Альтани мылась, что-то напевая себе под нос, Севатар обнюхал (буквально тоже) кусты вокруг душевых. Он не собирался оставлять ребенка одного. И не собирался оставлять возможность для появления внезапной опасности. Затем быстро помылся сам, вслушиваясь в голос девочки сквозь шум воды.

В дом они вернулись вместе. Альтани пожелала «папе» спокойной ночи и закрыла дверь в свою комнату. На прощанье она поманила его рукой и когда он нагнулся поцеловала в щеку. У Яго отвалилась челюсть. Он сжал кулаки так, что ногти до крови впились в ладонь. К такому его жизнь не готовила.

Выждав полчаса и услышав сквозь деревянную стену, как дыхание Альтани наконец выровнялось, он беззвучно выскользнул из домика. За полчаса Яго обследовал весь лагерь.

Двадцать жилых домов, в каждом родитель с ребенком. В центре лагеря площадь, рядом деревянная сцена, с другой стороны – спортивная площадка. Еще есть столовая и медпункт, судя по запаху. Пара складских помещений, мастерская, два домика вожатых. На пляже небольшой деревянный пирс, кафе и склад для лодок с катамаранами.

Никаких признаков опасности. Вообще никаких признаков чего-либо, кроме мирного летнего лагеря. Для простых смертных. Не для транс-людей. Не для предателей из Восьмого.

Заснуть Севатар, разумеется, не смог. Утром послушно пошел чистить зубы вместе с Альтани. Потом они направились в столовую. Яго еще несколько раз пытался заговорить с девочкой о том, что было до лагеря, но она либо смеялась, либо уходила от ответа. При этом Альтани не хитрила, Севатар это видел. Он умел распознавать ложь.

То же касалось других обитателей этого странного места. Несколько родителей сами заговорили с ним. Повелитель Ночи откровенно тормозил, но его нулевую социальную адаптивность женщины принимали за скромность и умилялись. Мужчины принимали ее за скрытность, обусловленную службой «в каких-то спецвойсках», они кивали с серьезными лицами. Мол, все понимаем, брат.

Вот только Яго ничего не понимал.

День прошел как на автомате. Завтрак, пляж, обед, тихий час. Потом полдник, у детей игры, у родителей – тупое сидение на лавках вокруг спортплощадки. Дальше прогулки по лесу, ужин, после ужина – кто-то поет на сцене, кто-то танцует.

Яго весь этот праздник жизни не понимал и не принимал. Зато Альтани веселилась от души. Уже нашла себе друзей. Когда Севатар смотрел на веселящихся детей, у него в голове рождались мысли, которые он не посмел озвучить даже себе.

На следующий день все повторилось. И на следующий. На четвертые сутки он дал каталепсическому узлу перезагрузиться. А на восьмой день опять проснулся в маглеве.

– Папа, ну где ты там? – донеслось с улицы.

Яго схватился за «Аластор», бешеными глазами осматривая пустой вагон. В этот раз он сразу обратил внимание на рюкзак и сумку. Раскрыв сумку, Повелитель Ночи увидел аккуратно сложенную пижаму с желтой аквилой на спине.

– Ну наконец-то, папа! – как только он вышел из вагона, Альтани подбежала к нему и ткнулась в ноги, обнимая.

– Доченька, милая, а скажи, что было вчера? – Повелитель Ночи встал перед ребенком на колени и заглянул ему в лицо. Он попытался улыбнуться настолько тепло и искренне, насколько мог. Получилось на удивление легко. Похоже, минувшая неделя в лагере что-то в нем изменила.

– Что было вчера? – переспросила Альтани, улыбнувшись отцу в ответ. – Вчера мы собирались сюда! В «Воронёнок»!

Воро, мать твою, нёнок.

В последующие семидневные циклы Яго чего только не пробовал. Однажды он даже вырезал весь лагерь. Но трупы попрятал, не хотел, чтобы Альтани видела. Пришлось соврать, что все внезапно чем-то заболели и ночью их увезли на карантин.

Яго пробовал не спать все семь дней, но под конец его всегда срубало против воли, и он просыпался в маглеве номер 410. Несколько раз легионер пытался просто идти в любую сторону от лагеря как можно дольше. Лес иногда сменялся полем, иногда он пересекал реку. Порой все время был один лес. Но каждый раз Яго возвращается в… «Воронёнка».

И каждый раз он брал с собой Альтани, по-прежнему не желая оставлять ее одну. Когда Севатар не видел девочку, то должен был хотя бы слышать. Максимум, что он позволял себе, это уходить из домика на час-два, пока она спала, запирая дверь на ключ.

Даже если это не Альтани, он боялся потерять ее. Боялся не найти девочку, вернувшись. И что тогда?

– А где этот лагерь находится? – спросил он как-то вечером у Адрэ, которая каждый новый цикл пыталась к нему клеиться. Яго понял это только под конец второго цикла. А еще он почему-то испытывал к этой ситуации глубокое инстинктивное отвращение.

– На Терре, конечно! – рассмеялся вожатая, продолжая с обожанием глядеть на него. Яго отвернулся к сцене, где Альтани плясала с другими девочками. Глядя на нее, Повелитель Ночи непроизвольно смягчился. Но тут же взял себя в руки.

– На какой Терре? – серьезно спросил он.

– Есть только одна Терра, милый Яго, – с придыханием ответила Адрэ, беззастенчиво кладя свою тонкую ручку на его огромное колено. – И сердце у меня тоже одно. И оно тво…

Севатарион поднялся и молча ушел. Это повторялось уже в пятый раз. Менялись только декорации.

Он протиснулся через толпу и юркнул в тень, чтобы скрыться от назойливой Адрэ. Повелителя Ночи опять внутренне передернуло, когда девушка пробежала по дорожке мимо кустов, в которых он затаился. Широко раскрытые глаза вожатой жадно сканировании окружающее пространство на предмет наличия вожделенного «папочки этой несносной малютки».

Яго вышел из кустов и посмотрел в сторону сцены. Альтани, как обычно, безошибочно поймала его взгляд. Девочка помахала ему рукой, он кивнул. И внезапно решил пойти на пляж. Впервые оставить «дочь» без присмотра.

– Не маленькая уже, – бурчал себе под нос космодесантник. – Друзья рядом. И опасности нет. Столько раз все проверил. С пляжа услышу, если что.

Если что.

Севатарион замедлился, но усилием воли заставил себя идти дальше.

На берегу никого не было. Темные волны с едва различимым шорохом омывали песок. Луна просы́палась на воду из серебряного кубка ночи.

Яго сел у воды и понял, что не случалось у него в жизни мгновений, чтобы можно было вот так ничего не делать. Ни о чем не думать.

– Так не бывает, – прошептали тени у него за спиной.

– И никогда не будет, – следующий порыв ветра принес тихие слова.

– Не для тебя, – пояснили тени, продолжая сгущаться где-то за пределами его поля зрения.

– Почему? – Яго поднял голову и посмотрел на воду. В ее черноте сейчас отражался только дрожащий лунный клинок.

– Потому что это не твой мир, дурак, – прошипела тьма. – Потому что ни один мир не твой!

Севатар вскочил. Развернулся на месте с такой скоростью, что песчинки под его ногами не шелохнулись. Он наставил на темноту тропинки взведенный револьвер.

– Отец?

Нет, не может быть.

С ним говорил не Кёрз. Это он сам говорил с собой.

Повелитель Ночи небрежно сунул «Аластор» в кобуру и потер виски.

– Сойти с ума, что может быть глупее? – Севатарион побрел обратно к сцене.

Концерт уже закончился, дети, родители и вожатые расходились. Адрэ нигде не было видно. Альтани тоже.

Яго втянул носом воздух, с легкостью фильтруя запахи и выделяя нужные. Он пошел к своему дому, но девочку нашел раньше. Она и еще трое ребят сидели на лавке под деревом и о чем-то тихо переговаривались. Ребята встрепенулись, когда Повелитель Ночи приблизился.

– Папа, папа! – Альтани, как обычно, бросилась ему в ноги обниматься. Это было единственное, что еще не опостылело Повелителю Ночи в ублюдочном летнем лагере.

Севатар уже понял, почему таких лагерей не было на Нострамо. И почему мама никогда не отдала бы его в такой лагерь, даже если бы на Нострамо он был. Только назывался бы иначе. «Маньячёнок», например.

– Папа, сходишь с нами в Старый Корпус? – девочка смотрела на него снизу-вверх большими фиалковыми глазами.

– Пожалуйста, пожалуйста! – тут же загомонили остальные.

– Так, спокойно, – Яго усмехнулся, примирительно подняв руки. Он не хотел признаваться себе в этом, но общение с детьми его забавляло. Не то что со взрослыми.

– Что еще за Старый Корпус? – Повелитель Ночи знал все строения в лагере и ему было очень интересно, какую страшилку дети придумали себе на этот раз.

– Ну, где призрак живет! – выпалила девочка с яркими рыжими волосами.

– Его хотели снести, но потом забыли, – серьезно заявил паренек в очках и с дурацкой стрижкой.

– Он за медпунктом в лесу, если свернуть направо и идти по заросшей тропинке, – скороговоркой выпалила вторая девочка. Она говорила так же быстро и весело, как Альтани. Даже внешне на нее походила.

Яго внутренне напрягся. Раньше он не слышал этой истории. За медпунктом ничего нет, только лес. Но дети говорят так уверенно.

– Пап, ну пожалуйста! – Альтани продолжала смотреть на него так тепло и искренне, что Повелителю Ночи пришлось отвернуться.

– Почему сами не пошли? – он попытался отстраниться, но силы были не равны.

– Там же призрак! – рыжая девочка посмотрела на него, как на глупого маленького брата.

– И если нас вожатые поймают без взрослых, будет печально, – мальчик поправил очки. Несмотря на дурацкую стрижку, он выглядел самым адекватным в этой компании.

– А почему меня зовете? Не кого-то другого? – Яго уже принял решение, но ему хотелось понять их мотивацию. Недавно он обнаружил, что, учась понимать детей, начинает лучше понимать их родителей. И вообще – смертных.

– Потому что вы крутой, – девочка, похожая на Альтани, опустила глазки и густо покраснела.

Севатар хотел улыбнуться, но так крутые не делают.

– Вас родители не хватятся? – спросил он, уже направляясь в сторону медпункта. Дети весело загомонили и побежали за ним.

– Неа! – рыжая помотала головой. – Они в шахматы играют, до отбоя будут, как всегда.

– То есть у нас больше часа, – резюмировал очкарик. Конкретный такой, он начинал нравиться Севатару.

Лес за медпунктом изменился. Яго проверял эту локацию несколько раз, но только в первые два цикла. Он и прежде видел заросшую тропинку, но раньше она никуда не вела. Теперь ей будто недавно пользовались. Деревья вокруг росли гуще и в целом стало значительно темнее.

Везде в лагере было чисто, но здесь в кустах привыкшие к темноте глаза Севатар подмечали строительный мусор. Звуки тоже изменились. Они стали глуше. Ночные птицы смолкли, остались только насекомые в траве.

Теплая ладошка Альтани юркнула у него между пальцев. Севатар аккуратно сжал ее, лишь бы не сделать больно. Обернувшись, он увидел, что дети образовали живую цепочку. Молодцы.

Через несколько минут они и правда вышли к Старому Корпусу. Это было большое двухэтажное строение с облупившейся краской и распахнутой настежь дверью. Стекла на окнах были целы. Свет в них, естественно, не горел.

Севатарион ощутил детский страх. Острый, бьющий в нос, точно свежий пот. Повелитель Ночи остановился перед входом в строение, поймав себя на мысли, что смакует ощущения.

Затем он встряхнулся, почувствовав что-то странное. Вроде как рассердился на себя за то, что наслаждался страхом детишек. Но не все из них боялись. Не Альтани. Ей было интересно, он это четко видел.

– Пойдем внутрь? – глаза Повелителя Ночи сверкнули в темноте двумя нефтяными пятнами, когда он снова посмотрел на детей. Яго осознавал, что взял на себя ответственность, согласившись идти с ними. Но что это значило?

Все четверо медленно кивнули и под предводительством Севатар вошли в Старый Корпус. Луна светила ярко, так что даже глаза смертного могли многое разобрать. Внутри царил беспорядок. Похоже, отсюда уходили в спешке, намереваясь позже вернуться. Но так и не вернулись.

В комнатах осталась мебель, книги, даже личные вещи. Севатар и дети обследовали сначала первый этаж, потов второй. На втором ветер, подувший через старую перекошенную раму, издал долгий протяжный звук. Будто стон. Ребятня ойкнула и побелела. Севатарион едва не хохотнул.

– Просто ветер, – Повелитель Ночи попытался успокоить своих подопечных. – Никаких призраков, не бой…

С первого этажа донесся глухой удар. Потом второй, и внезапно все стихло. Дети побелели еще сильнее. Рыжая зажала себе рот руками, очкарик просто закаменел. Альтани и вторая девочка вцепились друг в друга и в Севатара.

Яго уже держал в руке «Аластор».

– За мной на расстоянии двух метров, – скомандовал он, змеёй скользя меж разбитой мебелью к лестнице. – Продолжайте держаться за руки. И ни звука.

Дети всё исполнили. Тут непонятно, что их пугало больше – неведомый призрак или папа Альтани, который внезапно перестал быть молчаливым и загадочным. Теперь он для них был молчаливым и опасным. Очень опасным.

Призрака внизу не обнаружилось. Яго еще раз обошел весь первый этаж. Его транс-человеческие чувства молчали. Но кто-то ведь издал те звуки…

Под второй лестницей он увидел закрытый люк. Раньше его не было видно, потому что сверху стоял рояль. Вот вам и два удара. Первый – когда открывшийся люк сдвинул рояль. Второй – когда крышка люка снова захлопнулась.

Севатар внимательно осмотрелся. Следов нет. Новых запахов тоже. Получается, никто из люка не вышел. Видимо, хотел, но, обнаружив, что в здании кто-то есть, нырнул обратно. В темноту.

В темноту…

Темнота – это хорошо.

– На улицу все, – Севатару не нужно было повторять дважды, дети пулей выскочили из Старого Корпуса.

Повелитель Ночи оказался перед дилеммой. Он не может вести детей в лагерь сам. За это время тот, кто сейчас находится внизу, сто раз успеет покинуть свое убежище. Яго его выследит, но кто знает, как далеко неведомый подземный житель успеет уйти. И что успеет натворить.

Отпускать детей одних – вариант не лучше. Полчаса назад Яго был уверен, что округа безопасна. Но теперь тут Старый Корпус, которого раньше не было. Что еще могло измениться, пока он расслабился и тупил?

– Тогда так, – вслух резюмировал Повелитель Ночи, доставая два куная. Один он протянул Альтани, второй очкарику. – Оставайтесь здесь, на поляне, все подступы к ней хорошо просматриваются. Если что – кричите. Но ничего не бойтесь.

– К-как это, н-не бойтесь, – девочка, похожая на Альтани, сглотнула. – Вы ведь сами слышали…

– Это никакой не призрак, может зверь дикий, – соврал Яго. – Он забрался в тот люк под лестницей, я пойду проверю.

– Папа, не надо! – Альтани теперь цеплялась за него одной рукой. Во второй она держала кунай, который для нее был как короткий меч. Девочка сжимала его крепко, но легко. Правильно. Яго на досуге показал ей пару приемов. Усвоила.

– Вот за меня точно не бойтесь, – Севатар хищно улыбнулся, но тут же постарался как-то изменить выражение лица, видя, что у детей глаза лезут на лоб. – Я скоро вернусь, обещаю. Просто подождите здесь.

Альтани все не отпускала. Севатарион нагнулся и приобнял ее, дыхнув в ухо. Вроде как проявил заботу. Девочка нехотя выпустила его штанину.

– Я вернусь, – уверенно повторил он. – Очень скоро.

Ему не хотелось оставлять ее здесь. Но это был шанс. Подобного не случалось за минувшие циклы.

Люк оказался довольно тяжелым даже для космодесантника. Севатариону пришлось напрячься, чтобы откинуть крышку. Из темноты пахнуло… ничем не пахнуло. Тот же теплый затхлый воздух, что и в здании.

Яго прыгнул вниз и приземлился мягко, как кошка. Его глаза мгновенно адаптировались к почти полной темноте. Спасибо проклятому геносемени Восьмого.

Повелитель Ночи оказался в высоком узком туннеле. Местами крупная кладка из серого кирпича увлажнилась, где-то потемнела. Вдоль стен и по потолку шли изолированные пучки кабелей и тонкие железные трубы. Яго скользнул глазами по разбитым люменам и выбрал направление наугад.

Заблудиться Севатар не боялся. На «Сумраке» он за 4 часа вышел из лабиринта, который Пертурабо выстроил по просьбе Ночного Призрака для Вулкана. Разумеется, Яго сделал это на спор со Скрайвоком. Ему очень хотелось посмотреть в лицо высокомерной гиене и прочитать на нем ярость абсолютного поражения. И неспособность что-либо сделать.

Тут ставки были повыше.

Вскоре туннель начал ветвиться. Иногда он пересекался с пещерами, бесстыдно зиявшими обнаженной породой. Несколько раз Яго попадал в небольшие помещения. Они пустовали, но на полу остались следы от столов и тяжелого оборудования.

Через некоторое время Севатарион составил полную карту подземных ходов и понял, что замкнул её.

– Как интересно, – прошептал он, осматривая последнее помещение. – Где же ты, дружок, не томи!

«Лена дура», прочитал он над трубой. Неровные буквы белым мелом вывела детская рука. Здесь тоже было пусто. И тоже на полу остались следы.

Складывалось впечатление, что под Старым Корпусом творились странные дела. И когда его закрыли, отсюда все вынесли. А надпись? Дети не могли спуститься вниз, чтобы это написать. Но мел свежий.

Что-то беззвучно выросло за его спиной и только сверхчеловеческие рефлексы спасли Яго жизнь. Длинное лезвие рассекло воздух в том месте, где полминуты назад во тьме белело лицо Севатара.

Он ударил кунаем наотмашь, выбив из противника сноп темных искр. Нож будто ударился о камень, который полностью поглотил импульс атаки. Тряхнув онемевшей рукой, Севатарион вскинул пистолет и дважды выстрелил.

Оба снаряда угодили точно в цель, которую окатило волной света от дульных вспышек. И все равно Повелитель Ночи не смог разобрать, что перед ним. Высокая массивная фигура будто поглощала и свет и тень. Космодесантник не мог даже просто сфокусировать на ней взгляд.

Противник снова атаковал. Яго перекатился и выстрелил еще два раза. Сблизился с врагом, сделал выпад. Нож опять отскочил во всполохе искр не-света. Яго не услышал замах, но почувствовал его. Он пригнулся, уворачиваясь от гудящего лезвия. Затем шагнул в сторону, уходя от следующей атаки.

Существо било слишком медленно, но и Севатару не удавалось нанести ему вреда. На ум пришло сравнение с селевым потоком, который можно пытаться перекричать до хрипоты. Толку все равно не будет.

Повелитель Ночи разорвал дистанцию и выпустил оставшиеся два патрона. Откатившись в угол (точно под надпись «Лена дура»), Севатарион перезарядился, но больше стрелять не стал. Он сунул «Аластор» в кобуру, кунай спрятал в перевязь. Противник тяжело топал к нему. Судя по силуэту, он пригибался, чтобы не касаться потолка, до которого Севатар едва мог допрыгнуть.

Повелитель Ночи метнулся навстречу. Он нырнул под выброшенный в его сторону клинок, изогнулся и взлетел гиганту на бедро. Быстро перебирая руками и ногами, Яго уже через секунду был у противника на плече. Космодесантник обхватил голову создания руками, пытаясь ощупать ее и понять, наконец, с кем имеет дело.

Но тактильные ощущения принесли столько же информации, сколько раньше принесли глаза. То есть нисколько. Яго не мог сказать, какой формы голова у создания, есть ли у него глаза и рот. Он трогал, но не понимал. Будто информация от нервных окончаний просто не доходила до мозга.

Существо тем временем извернулось и сумело ухватить зазевавшегося Севатара за руку. Не мудрствуя лукаво, гигант просто шмякнул Повелителя Ночи о землю. Тот почувствовал, как сразу в нескольких местах у него что-то хрустнуло. Из бока выглянули два обломка кости.

Яго кашлянул кровью, но не спешил подниматься.

– Да пошел ты, – Севатар сплюнул еще один кровавый сгусток. – Хватит с меня! – он просто продолжил лежать.

Удара не последовало. Ничего не последовало. Противник исчез. Яго усмехнулся, тут же скривившись от боли. Он поднялся и по стеночке пошел к выходу. В темноте за его спиной моргнули красные глаза и когтистая рука почесала за пушистым ухом. Севатар видел и слышал еще одно существо, но ему было плевать.

– Закончился твой маленький рай, крутой папа Севатар, – сказал он сам себе, бредя по туннелю к выходу. Он больше не таился, шаги гулко разносились во все стороны. Особенно громко они звучали на развилках.

Безумие наполнило его до критической отметки и плотина дала трещину. Севатар решил, что наигрался в семью. Пора выбираться из этого дерьма.

Оказавшись на поверхности, Яго испытал что-то вроде гордости, когда увидел, как дети по-прежнему стоят перед входом. Как он их просил.

Едва ребята увидели Севатара, все четверо издали протяжный вздох облегчения. Затем в глазах Альтани забрезжил страх. Не за себя. Она увидела раны на теле отца.

– Папа, папа! – девочка бросилась к нему, но впервые не стала обнимать. Держалась на расстоянии, боясь сделать хуже. – Что… как тебе помочь?

– Просто смотри, дитя, – с этими словами Севатар подошел к очкарику и протянул руку.

Мальчик подумал, что папа Альтани хочет забрать свой нож и отдал его. Отдал правильно, рукоятью вперед. Вот только Яго не этого хотел. Никто не заметил его движения, а через мгновение кунай пробил очкарику шею вместе с черепом.

Севатар метнулся к рыжей и одним ударом сорвал ей голову с плеч. На развороте он обеими руками схватил девочку, похожую на Альтани, и разорвал ее пополам. Это было легко.

Все вокруг покрыли капли крови, которые в свете луны казались бисеринками ртути. Яго провел по лицу рукой и слизнул кровь с пальцев.

– Надо же, как настоящая! – он медленно подошел к Альтани. Нежно взял ее за волосы и вздернул в воздух. Девочка взвизгнула.

– Па… – она сдавлено пискнула, но Яго ударил ее по губам тыльной стороной ладони. Ударил без замаха, не вкладывая ни капли сил. Но девочка все равно лишилась дюжины зубов, а ее губы превратились в кровавое месиво.

– Хватит, – зловеще произнес Повелитель Ночи. – Я не твой па… ты не она. Ты – не Альтани. И все здесь – ненастоящее. Не знаю, почему я позволял этому так долго продолжаться.

– Папа, папочка, – было сложно разобрать, что она говорит исковерканным ртом. – Что ты делаешь, папочка, это же я, твоя малышка…

Он отшвырнул ее как плюшевую игрушку, которой у него никогда не было. Однажды в детстве он украл такую у мальчика из богатой семьи. Его поймали и сломали ему все ребра. Но он не сказал, где спрятал игрушку. Отлежавшись, доковылял до тайника и потом отнес её Киру, своему младшему брату…

– Кто такой Мнемок, ты знаешь? А Лев Эль’Джонсон? Темные Ангелы? «Неоспоримый Довод»? – Севатар сел на корточки, скрючившись как горгулья.

Девочка с трудом поднялась на четвереньки. В ее глазах не было понимания. Не было узнавания. Эти имена ей ничего не говорили.

Тем не менее, Альтани подползла к Повелителю Ночи и ткнулась в ногу. У нее не было сил обнять его, поэтому она просто легла рядом.

– Камушка? Это имя ты знаешь? – он посмотрел на девочку, и на короткий миг ему показалось, будто в ее глазах промелькнул отклик. Но нет, это всего лишь отражение луны.

– Папа, – протянула она чуть слышно. – Почему?

Севатар моргнул и с его ресниц что-то капнуло. Он коснулся глаза рукой. Неужели кровь попала? Или монстр в туннелях нанес ему рану, которой Повелитель Ночи не заметил?

Рука была влажная, но крови он не увидел.

Слезы.

Яго Севатарион никогда не плакала, даже в детстве.

– Папа, – Альтани опять слепо ткнулась ему в ногу. – Почему?

– Сколько раз я задавал этот вопрос, – Яго больше не сдерживался. Слезы скатывались по его щекам уродливыми блестящими дорожками. – Снова и снова. Мы оба задавали эти вопросы своим отцам.

«И ни один из нас не получил ответа, – подумал Повелитель Ночи. – Была только бессмысленная жестокость».

Альтани зашевелилась. Яго поднял на неё глаза и увидел, что на девочке больше нет увечий. Его слезы исцелили её. А там, где слезы коснулись земли, ночной сумрак отступил и распустились прекрасные цветы, сотканные из чистого света.

Севатар поднялся. Все больше цветов распускалось вокруг. Убитые им дети тоже встали, живые и невредимые. Мир наполнялся ярким светом, пока не стало больно смотреть. Повелитель Ночи прикрыл глаза рукой, отстраняясь от буйства невиданных красок.

– Все хорошо, папа, ты ни в чем не виноват, – прозвучало сразу со всех сторон. Яго не мог сказать, чей голос он услышал. Альтани или свой собственный.

Повелитель Ночи ощутил всплеск пси-потенциала. Настолько мощный, что реальность не выдержала и разлетелась на мириады осколков. Проносясь сквозь эти осколки, Яго внутренним зрением видел спирали света, которые фонтаном били из одного источника где-то глубоко во тьме. Спирали ветвились множеством вариаций, некоторые обрывались, другие соединялись вместе. Это напоминало…

Свет иссяк. Космодесантник опустил руку.

Перед ним на столе лежала Альтани. Девочка мирно спала, тихо посапывая. По другую сторону стола расположился Бледный Мастер. Он уже закончил операцию, мехадендриты собрали и упаковали его приборы. Даже всю кровь вытерли, но несколько капель осталось на матрасе.

За спиной Мастера на стуле спал Ноунейм. Пилот всхрапывал, уронив голову на грудь и сложив руки на коленях.

Севатарион понял, что произошло, еще до того, как посмотрел на техно-некроманта. Он медленно провел пальцами по шее. Разумеется, место укола уже затянулось. Но плоть помнила.

В какой момент Мастер что-то ввел ему? Почему Севатар не почувствовал? Значит, все это было галлюцинацией? Сколько времени он пробыл в мире грез?

Незначительные вопросы.

Важен только один.

– Сколько минут ты намерен прожить, ублюдок? – спросил Яго, вскидывая «Аластор».

Глава 7

Яблочко от яблони

Гость в сером

Остроухие ублюдки

Техно-некромант медленно пятился под дулом «Аластора».

Севатар, не спуская с него черных как смоль глаз, перемахнул через стол. Приземлился тихо и мягко, словно кошка. Ствол револьвера не дрогнул, по-прежнему упираясь исходящим вектором между глаз Бледного Мастера.

Проснувшийся Ноунейм едва не опрокинул стул под собой, но успел схватить его за ножку. Он беззвучно открывал и закрывал рот, глядя на немую пантомиму, готовую в любое мгновение обратиться смертельной какофонией электрических разрывов и стального лязга мехадендритов.

– Даже не пытайся оскорблять меня попытками объясниться, – процедил Яго. Он улыбался. Той самой улыбкой, которая стала последним, что в своей жизни увидели Алайош, Малитос, Кел Херек и тысячи других.

– Ты не начнешь драку здесь, – Бледный Мастер продолжал отступать к двери. Он стрельнул глазами за спину Повелителя Ночи.

– Ты переоцениваешь мою человечность, – Севатар не изменился в лице. – Распространенная ошибка.

– А ты недооцениваешь мою, – один из мехадендритов открыл дверь. Пока та издавала натужный скрип, гено-ткач уже выскочил на улицу.

– Оставайся тут! – Яго шикнул на рванувшегося к нему пилота. – Если что, позаботься о девочке. Иначе я приду за тобой даже из смерти.

Ноунейм кивнул. Он не сомневался, что Севатарион исполнит обещанное. Но как это понимать – «если что»?

Оказавшись вне дома, Повелитель Ночи боковым зрением отметил, что Шакти сидит на лавке у двери. Точно как в той грезе, что навел Бледный Мастер.

Механо-мистик стоял на другой стороне неширокой площади, посреди которой в белесое небо уперся ржавый ветряк. Севатар побежал к нему, на ходу открывая огонь. Шесть выстрелов легли точно в цель. Три в голову, три в грудь. Но ни один из электрических патронов не коснулся тела Бледного Мастера. Четыре снаряда еще на подлете вспыхнули синим стрекочущим заревом, наткнувшись на силовой щит. Другие два поймали мехадендриты. Их манипуляторы были уничтожены, но они сделали то, ради чего существовали.

Яго перезарядился и снова открыл огонь, находясь в семи метрах от противника. Через два шага он прыгнул, перебросив пистолет в левую руку. Не прошло и мгновение, как в правой блеснул кинжал.

Бледный Мастер сместился на полшага. Повелителя Ночи встретило полдюжины стальных змей, из которых выдвинулись тонкие лезвия с мономолекулярной заточкой. Первый мехадендрит Яго перерубил у основания клинка, во второй всадил электрический патрон. Нырнул под третий, крутнулся, уходя от четвертого. Атаку пятого сбил в сторону предплечьем, отпрянул от шестого, но все равно получил длинный разрез вдоль скулы.

Повелитель Ночи продолжил наступление. Он подпрыгнул к Бледному Мастеру и выбросил вперед руку с кунаем, целя в голову. Одновременно выстрелил от берда в живот противника. Пулю поймал мехадендрит, нож гено-ткач попытался перехватить своей собственной рукой. Он был силен, но недостаточно. Хотя Яго не планировал с ним бороться.

Севатарион подбросил пистолет в воздух, а нож просто уронил, сбивая врага с толку. На подшаге он поймал нож другой рукой и ударил механо-мистика в живот. Кинжал распорол пожелтевшие бинты и успел войти в плоть Мастера на добрых два пальца, прежде чем тот отпрянул.

Ага, кровь.

Человеческая.

Рукой, которую Бледный Мастер, отступая, был вынужден выпустить, Яго поймал пистолет. Он разрядил остатки барабана, не целясь. Выстрелы были призваны отвлечь. А вот кинжал, который полетел следом, преследовал иную цель. В пелене электрических сполохов лезвие скользнуло солнечным бликом, но техно-некромант все же заметил его в последний момент. Он отвернул голову в сторону и клинок распорол ему щеку.

На белый песок брызнула алая влага.

– Теперь ясно, почему о тебе нет легенд, – Севатар уже выхватил новый кунай. – Не о чем тут слагать легенды!

Он думал, что Бледный Мастер снова отступит, чтобы использовать преимущество мехадендритов на дистанции. Но тот неожиданно сам пошел в атаку.

Молниеносные взмахи клинков заставили Севатара откатиться в сторону, а потом одна из стальных змей выпустила в него пучок когерентного света. Слепящий росчерк блеснул слева. Отвлеченный клинками, Яго среагировал на микросекунду позже, чем следовало, и лазер прожег ему икру.

– Мгновенная карма, да? – Севатарион оскалился, но тут же зарычал от боли. Мехадендрит перехватил его руку с пистолетом и вывернул ее. Хруст сухожилий показался оглушительным в тишине площади, погруженной в жаркое марево.

Бледный Мастер выстрелил еще раз, уже с другой стороны. А потом еще. У него было как минимум три мехадендрита с интегрированными лазерными установками. Но в этот раз Повелитель Ночи был готов.

Он выпустил разряженный пистолет и вывернул руку в суставе, едва не теряя сознание от боли. Лазерные лучи опалили ему волосы. Взмахнув кунаем, Яго перерубил мехадендрит, который сжимал его запястье. Шагнув вперед, Севатар ударил механо-мистика плечом в подбородок. Голова противника запрокинулась на долю мгновения, и этого хватило, чтобы уколоть кунаем в незащищенный бок.

Нож с противным скрежетом вгрызся в металл – Мастер успел подставить под атаку мехадендрит. И тут же к Яго устремились все оставшиеся стальные змеи. От каких-то он сумел увернуться, атаки других свел или парировал. Но одна из вертких бестий с узкими клешнями на конце пробила ему левый бок, вырвав увесистый шмат мяса.

Еще один мехадендрит ударил Повелителя Ночи точно в середину груди. Севатарион почувствовал, как треснул костяной щит из сросшихся ребер. Он отпрянул, но тут же снова бросился в атаку, не обращая внимания на новые раны.

Яго удалось проскользнуть сквозь защиту Бледного Мастера. Он взмахнул ножом. Угадив в непрерывно шевелящийся металл, кунай отлетел в сторону, проглоченный яркой электрической вспышкой.

Севатар нырнул под встречную атаку, обхватил противника за талию и бросил на песок. Оторвать его от земли оказалось не так уж сложно, а мехадендриты Мастера не успели перестроить атакующие протоколы и самортизировать приземление. На это и рассчитывал Повелитель Ночи.

Взгромоздившись на поверженного врага, истекающий кровью Севатар схватил его за горло. Оба они поняли в этот момент, что Яго разорвет техно-некроманту глотку прежде, чем мехадендриты смогут что-то предпринять.

Но внезапно у Повелителя Ночи похолодел затылок. Прикосновение ствола «Аластора». Модифицированное ухо услышало щелчок взводного механизма. Похоже, еще в башне Бледный Мастер прикарманил пару электрических патронов. И теперь один из мехадендритов уже давил на спусковой крючок «пальцем» манипулятора, дублирующего человеческую кисть.

Секунда, вторая. Они вот-вот убьют друг друга. Один – защищая свою проклятую жизнь, другой – поддавшись беспощадному гневу.

– Папа! – крик ребенка прозвучал громче револьверного выстрела.

Впервые в жизни Яго позволил себе оторвать взгляд от противника, не закончив бой. Бледный Мастер сделал то же самое. Впрочем, пикт-устройство на одном из мехадендритов продолжало следить за Повелителем Ночи.

Альтани стояла в дверях дома. Она тряхнула головой, не понимая, почему назвала Севатара этим чуждым им обоим словом.

– Яго, – тут же исправилась псайкер. – Что ты делаешь?

Она опиралась о дверной косяк. Сзади маячил Ноунейм, готовый в любой момент подхватить ребенка. Но девочка стояла. Сама. На собственных ногах.

Что-то внутри Севатариона изменилось. Он медленно убрал руки с шеи Бледного Мастера. Ствол «Аластора» тут же перестал холодить ему затылок.

«Я не убью тебя только потому, что ты выполнил свою часть сделки», – Яго бросил на техно-некроманта быстрый взгляд.

«А я не убью тебя, потому что ты выполнил свою», – гено-ткач улыбнулся где-то в глубине своих ахроитовых глаз. Он знал, что Повелитель Ночи не может его прочесть. Жаль, что это не взаимно. Было бы интересней.

Яго поднялся, не обращая внимания на боль в боках и ноге. Шакти подошла к Альтани. Она помогла девочке сделать несколько шагов, затем присела напротив нее и они начали о чем-то тихо разговаривать.

– Почему она так сказала? – Севатар тяжело привалился спиной к опоре ветряка.

– «Папа»? – Бледный Мастер хмыкнул. Мехадендриты, пережившие поединок, уже споро чинил своих менее удачливых собратьев. – Потому что место, где ты был… она тоже была там.

– Так это не галлюцинация? – Севатар смотрел на девочку. Он пытался проанализировать свои чувства к ней. И они напугали его. Поэтому Повелитель Ночи поспешил сосредоточиться на объяснениях техно-некроманта.

– Не вполне, – отозвался тот. – Я не могу идентифицировать локацию, исходя из типичных критериев физического мира. И нефизического тоже.

– Не варп, – Севатар кивнул. – Это не было похоже на Эмпиреи. Это было похоже на… нашу реальность. Но другую. Искусственную?

– Возможно, – Бледный Мастер пожал плечами. Вид у него был слегка растерянный и он не пытался это скрывать. – Люди иногда попадают туда. Очень редко. Чаще случайно.

– Но ты смог отправить меня… нас туда, – Яго сощурился. Боль понемногу отступала. Ему нужно хорошо поесть, чтобы восстановить запасы нутриентов и энергии. Все же без силового доспеха его ресурсы сильно ограничены.

– Только тебя, – механо-мистик неуверенно качнул головой. Он уже приступил к анализу данных, записанных сканерами, пока Севатар прибывал в «лагере». – Ее ты «подтянул». Не спрашивай, я не знаю, как это работает. Но пытаюсь понять. Ты – первый удачный эксперимент.

– Все-таки ты беспринципный ублюдок, – Яго медленно заковылял в сторону Альтани, которая шла ему навстречу. Девочку с обеих сторон поддерживали Шакти и Ноунейм.

– Не так уж много их было, – Бледный Мастер сделал вид, что обиделся. – Пара сотен жизней – ничто для алтаря науки, который впитал кровь миллиардов.

– Спирали, – бросил Севатарион через плечо. – Если для тебя это важно, я видел ветвящиеся спирали, когда покидал то место. Мне показалось, что я был в одной из них.

– Спирали, спирали… – пробормотал Мастер, полностью погружаясь в вычисления. – Я так и думал, так и думал… Если брана локализована в поле вероятностей…

– Мне такой сон странный приснился! – заявила Альтани, когда Севатарион встал перед ней на колено и нагнулся.

– Мне тоже, дитя, – он попытался улыбнуться. Девочка сделала шаг вперед, едва не упав. Повелитель Ночи инстинктивно подхватил ее на руки, а она обняла его. Яго пробила дрожь.

– Эй, ну! – Шакти всплеснула руками. – Посмотри на себя теперь!

Альтани осторожно отстранилась и взглянула на платье, которое ей нашла мать Севатара. Оно было все в крови.

– Яго, ты же ранен! – псайкер тут же направила в его сторону импульс ментальной энергии, от которого Севатара качнуло. А может, от потери крови. Он не был уверен.

Уже в следующее мгновение Повелитель Ночи ощутил, как клеточная регенерация в его теле выходит на следующий уровень

+ Хватит, дитя, тебе самой нужно восстанавливаться, + Севатар возвел ментальный щит. Он не смог полностью блокировать ее воздействие, слишком сильно оно было, но сократил его на две трети.

+ Но тебе же… + она попыталась усилить давление.

+ …уже совсем не больно. Одной древней мумии маловато, чтобы напрячь старину Севатара, + он поднялся и осторожно отнял руку от бока, превращенного клешнями мехадендрита в кровавое месиво. + Смотри, кровь уже не идет.

Взглянув на его чудовищную рану, Альтани подавила рвотный спазм и зажал рот руками. Осознав свою ошибку, Яго трижды проклял себя и снова накрыл бок бледной рукой.

– Все в дом, – скомандовала Шакти, увлекая девочку за собой. – Бледный Мастер, вы тоже! У меня есть инструменты, которые вам помогут. Устроили мне тут… – она звучно сплюнула на песок.

– Яблочко от яблони, – с улыбкой буркнул пилот. Даже если бы он не знал, что Шакти – мать Севатара, это было бы справедливо предположить.

На миг женщина замедлилась и бросила на Ноунейма взгляд, полный ледяной ярости и бесконечного пренебрежения. Так на него порой смотрел Повелитель Ночи.

– Еще раз твой язык шевельнется не по делу, и я лишу его этой бесценной способности, – она пропустила девочку в дом впереди себя. – Вы закончили здесь свои дела. Поэтому улетите не позднее заката.

Пилота эта бесцеремонность не удивила. Его удивило, что Севатар ничего не ответил. Ноунейм полагал, будто здесь, на другой Терре, безопасно. А значит, они могут пробыть тут еще какое-то время.

Он ошибался.

Пока остальные ели, Бледный Мастер латал себя и Севатариона. Это выглядело забавно, ведь пятнадцать минут назад первый всерьез собирался разнести второму череп на куски. А второй намеревался разорвать первому глотку.

Такой вот он, гримдарк. Непостоянный…

Шакти чудом отстирала платье Альтани от крови, но положила ей в рюкзак еще одно. Туда же, в рюкзак, отправился Камушка. Севатар молча следил, как девочка укладывала его на дно. Повелитель Ночи пообещал себе выбросить монстра в шлюз, как только ребенок уснет.

Псайкер быстро восстанавливалась. К вечеру она уже вполне могла сама нести свой рюкзак за плечами, хотя Камушка весил не меньше пары килограммов. Но то была уже не заслуга Бледного Мастера. Девочка и Севатара учила использовать свои способности, чтобы исцелять и усиливать физическое тело.

На закате они направились к взлетной площадке, где их встретил Нестуб. С неизменной полубезумной улыбкой. Неизменно голый по пояс. В полумраке его электротатуировки эффектно переливались всеми оттенками синего.

Яго перекинулся с ним парой слов, пока Альтани прощалась со своими друзьями. С друзьями, которых она узнала вчера и которых больше никогда не увидит.

– Я дам тебе «Номада», – Нестуб грыз зубочистку и с интересом посматривал на Севатар снизу-вверх. – Команда – тридцать человек, все – сервиторы, как ты любишь. Ну, кроме навигатора.

– Что за модификация? – Яго наблюдал за Альтани. – У стандартной модели лишь один пустотный щит – в передней полусфере. Ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы не дарить мне подарки, на которых первая встреча с патрулем лоялистов станет для меня последней.

– Дареному коню в гузно не смотрят! – хохотну Механикус.

– Там было про зубы, но в твоем случае сойдет любая часть тела, – Севатар не улыбнулся.

– Это точно, мой друг! – Нестуб снова громко рассмеялся. – Генератор щита у «Номада» и правда один. Зато есть свой челнок, лэнс под килем и две болтерные турели на корме. Еще глушилка класса «Крейг», а складской отсек переоборудован под ангар. Угадай, что там?

– Нестуб, мы давно друг друга знаем. Но порой ты утомляешь меня сильнее, чем это делал дурачок Алайош, – Яго повернулся к Механикусу. – Пока я не забрал его голову во время встречи наших отцов на Тсагуальсе.

Пилот, наблюдая за их разговором, вздрогнул, когда Нестуб снова рассмеялся своим хриплым металлическим смехом. «Что за странная планета, – подумал пилот. – Это уже третье существо здесь, которого Повелитель Ночи не пугает до чертиков».

– Там «Молния», друг мой! – Нестуб только что в ладоши не хлопал. – «Молния», можешь себе представить!

– Типовая модель ГМ-1 на основе карнакского СШК? – встрепенулся Ноунейм. Севатар обратил внимание на его взгляд. В таком состоянии пилот даже его бы не испугался. Он превращался в фанатика, когда дело доходило до любой техники, конструкция которой предусматривала хотя бы пару крыльев.

– А парень шарит! – Механикус выпятил нижнюю губу. – Да, сынок, та самая птичка, которую мои недалекие братья раскопали на Карнаке II. Но есть пара нюансов. Досветовой движок мы доработали, поставив инверторные нагнетатели от…

Дальше Севатар не слушал. Когда Альтани посмотрела на него, Повелитель Ночи махнул ей рукой. Пора.

Шакти прощаться не пришла. Она не любила прощания. Как и Севатар.

Яблочко от яблони…

Мать сказала Яго, что ему нужно уходить, и он согласился. Это казалось Повелителю Ночи необходимой мерой. На случай, если Темные Ангелы чудом их отследят и пойдут по следу.

Севатар не знал, не мог знать, что сыны Льва уже их отследили. И уже идут. Шакти увидела это, раскинув Таро на песке, пока Бледный Мастер колдовал над Альтани.

– Ты боялась, что он останется, не сбежит, – заключил техно-некромант. Они с Шакти стояли на краю посадочной зоны, провожая взглядом транс-орбитальный челнок.

– Он бы остался, – она глубоко втянула прохладный ночной воздух. – Не бросил бы меня. И потомков тех людей, которых полвека назад вывез с Нострамо. Идиот. Он бы сразился здесь с Первым легионом.

– И был бы убит, это сказали карты? – Бледный Мастер посмотрел на женщину, которая прожила больше, чем планировала. – Ты называешь его идиотом за то, что они поступает так, как ты его воспитала. Получается, ты сама идиотка. При любом раскладе.

– Заткнись, – беззлобно бросила Шакти. Она развернулась и медленно побрела к дому. – Можно подумать, ты не рад тому, что он убрался отсюда.

– Я рад тому, что он выживет, – прошептал гено-ткач. Он хотел окликнуть женщину, но вместо этого пошел в другую сторону. К своей башне.

– Ведь он и мой сын, – добавил Бледный Мастер одними губами и растворился в ночной тьме.

Тем временем Яго, Альтани и Ноунейм перебрались на судно Нестуба, к которому пристыковали их «Номада». Легкий эксплорер напоминал терранского коршуна со сложенными крыльями. Такой же обтекаемый и хищный. Жаль, не такой же опасный.

Взойдя на корабль, Севатар остановился.

– В чем дело? – пилот насторожился, опустив руку к кобуре. Нестуб еще в челноке выдал ему лазпистолет. Безвозмездно.

– Запах, – Повелитель Ночи повел носом. – Знакомый. Но не могу вспоминать. Его тут не должно быть. Откуда этот корабль?

– А войд его знает, – честно признался Механикус. – Мои парни сняли этого красавца со Скитальца, которого выловили в соседней системе. Двадцать два года назад. Все это время он пылился в ангаре, в астероидном кольце. Я его потихоньку латал.

– И все это время нога легионера на него не ступала? – Яго чуть запрокинул голову, принюхиваясь. Запах был едва уловимый, но источник его Севатарион не мог определить.

– Ты вообще первый легионер, который нас поселил за полвека, – усмехнулся Нестуб.

Яго плюнул на эту задачку. Проблемы нужно решать по мере их поступления. Поэтому он пожал Нестубу предплечье, кивнул и двинулся в направлении мостика.

Через семь минут после беглой проверки систем Ноунейм скомандовал сервиторам отстыковываться. «Номад», у которого даже не было имени, плавно выскользнул из объятий «Бунтующего дерьмовца». Переделанный флагман Нестуба, который когда-то был боевым корветом класса «Клеймор», дал прощальный залп батареей плазменных проекторов.

Пилот направил судно к ближайшей точке Мандевилля. В этот раз Яго не дал точных координат.

– Любая система на окраине подсектора Верум Умбра, – бросил Севатарион, направляясь вслед за Альтани к жилым помещениям.

У «Номада» было всего две палубы, плюс коффердам. В длину корабль составлял сто семьдесят метров. На нем не было лифтов и транспортных магистралей. Тут до всего можно было дойти пешком за пару минут.

Путь до точки Мандевилля занял почти неделю. Ноунейм не вылезал с мостика, но пару раз спускался в грузовой отсек, переоборудованный под ангар. Он только что не вылизал «Молнию», придя в восторг от одного вида перехватчика.

Севатар и Альтани все время между сном и приемами пищи забили ментальными тренировками. Яго нравилось овладевать своим даром, который он все реже называл проклятьем. Но его гнобила рутина. Он с детства ненавидел все, что приходилось повторять больше двух раз подряд.

К концу шестого дня судьба подарила ему вожделенное разнообразие.

Севатар возвращался из очередного «дозора». Он дважды в сутки обходил помещения корабля. Здесь не могло быть чужаков. С подачи Альтани Повелитель Ночи «просканировал» судно ментальным взглядом. Девочка тоже это сделала. Ничего. Но запах…

У космодесантников почти эйдетическая память. Они запоминают не картинки, а образы. Вместе с запахом, вкусом, тактильными ощущениями. Яго точно знал, что уже встречал этот аромат. В каком-то необычном месте, где был всего раз. Но вспомнить не получалось, даже с помощью ментальных практик.

Внезапно запах усилился. Яго откинул голову, чтобы нейроглоттис получил как можно больше частиц пахучего вещества. Он как ищейка двинулся по коридорам корабля в направлении генераториума…

Тень слева внезапно ожила и выбросила в сторону Повелителя Ночи стальной лепесток на узком древке. Севатар откатился, выхватив «Аластор». Он выстрелил, но электрическая пуля угодила в переборку, потому что воин в сером силовом доспехе без опознавательных знаков уже ушел с линии огня.

Он двигался ужасающе быстро. Но Яго, уже оценив противника по всем возможным параметрам, знал, что превосходит его в скорости. Повелитель Ночи сделал еще три выстрела, отступив на два шага назад. В левой руке блеснул занесенный для броска кунай.

Враг, петляя, пошел на него. Из-за спины он выхватил еще одно древко с лезвием и сшиб им очередную пулю, заставив Севатар отстраниться и прищурить глаза. Сам воин продолжил наступать, линзы шлема скомпенсировали вспышку. Он с щелчком соединил две части своего оружия, получив что-то вроде двусторонней глефы. Лезвия вспыхнули прозрачной синевой энергетического поля.

– Видал я таких пафосных, – выплюнул Яго, выполняя бросок. Но кунай так и не сорвался с его пальцев. Вместо этого Севатар в последний момент шагнул вперед, перехватив кинжал за рукоять, и ударил оппонента под горжет. Туда, где пластичные фиксаторы шлема наиболее уязвимы.

Обманутый противник сместился в сторону, не подняв глефу для защиты. Кинжал пробил три слоя синтеплата и на два пальца погрузился в шею воин. Тот отбросил Севатара ударом древка в грудь, крутнул оружие над головой и опустил одно из лезвий на Повелителя Ночи. Но Яго уже двигался по кругу, уходя от ударов и выжидая момент, чтобы разрядить остатки барабана.

Такой момент наступил через полторы секунды. Первая пуля лишь оцарапала серый керамит. Вторая разорвала наруч и вскрыла противнику предплечье. Третья ушла в потолок, потому что воин, выполнив обманный выпад одним лезвием, ударил Севатара по запястью другим. Удар пришелся плашмя, но силовое поле обожгло плоть и заставило мышцы конвульсивно сократиться. Пистолет вылетел из руки Яго.

Зарычав, Севатарион сблизился с противником и ударил кунаем в живот, на полсантиметра левее брюшной пластины.

– Это типовой доспех Марк III с незначительными модификациями, – вставил Повелитель Ночи между следующей атакой и смещением. – Я знаю все его уязвимые места. Все семьдесят три.

Воин в сером будто не чувствовал боли. Он ударил Яго по ноге, промахнулся, тут же атаковал по верхней полусфере. Разорвал дистанцию на полшага, крутнул глефу полувосьмеркой, уколол в лицо. Севатар уворачивался, продолжая наступать. Он снова улучил момент и протек сквозь очередную веерную комбинацию, впечатав противовес кинжала в левую линзу противника. Линза треснула, свет в ее глубине погас.

Яго схватил серого воина за руку. Тот напрягся. Сервомоторы брони взвыли. Севатар захрипел от напряжения, черные вены оплели лоб и шею отвратительной пульсирующей паутиной. Затем он резко ослабил хватку, ударил врага кинжалом в лицо и тут же снова схватил за руку, дернув ее на себя.

Доспех заискрил в районе плечевых сегментов. Яго нырнул под поврежденную руку, выходя противнику за спину. Тот опоздал с разворотом на полсекунды и получил нож в энергоячейку силового ранца. Микро-взрыв посек Севатару руку и грудь осколками, он выронил кунай, вмиг раскалившийся до красна.

Воин в сером упал на колено, когда его доспех перешел на резервный генератор. Чудо, нечеловеческое усилие воли и десятилетия тренировок – Яго не знал, что позволило серому не глядя ударить глефой назад и разрезать Повелителю Ночи правую икру почти на всю длину.

Севатар заблокировал боль ментальным усилием. Он навалился на противника, обхватив шлем руками. Дернул, срывая его прочь. С усилием повалил воина на бок и обрушил на его лицо град быстрых хлестких ударов. Тот отбивался умело, но теперь уже значительно проигрывал Яго в скорости и реакции.

– Ладно, хорош уже! – рявкнул Севатарион, сопровождая свой крик психическим ударом колоссальной мощи. На протяжении всего поединка он формировал в сознании ментальное копье, напитывая его своей яростью. И теперь отпустил.

Копье должно было сокрушить разум воина. Не убить, но сделать дебилом, как минимум. Однако же он просто отключился. Севатар непонимающе склонил голову на бок. Он видел ауру космодесантника. Это была аура человека в глубоком нокауте. Но сознание не было повреждено. Как такое возможно?

Севатар подобрал пистолет и остывший нож. Он склонился над воином, разглядывая ничем не примечательное лицо.

– Севатар, это ты там? – из воксмиттера на стене раздался встревоженный голос Ноунейма. Повелитель Ночи только сейчас обратил внимание, что коридор погружен во мрак. Это его психический удар пережег тут все люмены.

– Да, а теперь закройся, – Севатарион начал снимать с воина доспехи.

– Пиктеры в коридоре видят в стандартном диапазоне, без источника света мне ничего не разобрать! Что там происходит – допытывался пилот.

– У нас гость, и он нейтрализован, – Яго кряхтя, продолжал разоблачать таинственного воина.

– Что? Какой гость? Враг? Здесь? – Ноунейм зачастил в своей манере.

– Я помню кампанию на Вараане. У них столичный улей назывался Душанбе, – проговорил Севатар, откручивая ногтем винт под наплечником.

– Ты это к чему? – уточнил пилот через пару мгновений ступора.

– К тому, что если бы ты был городом-ульем, тебя бы звали Душанбе, – без тени шутки пояснил Яго. Он снял часть пластин, но дальше без специализированных инструментов было не обойтись.

– Пришли мне трех сервиторов, – скомандовал он. Лишь теперь Повелитель Ночи позволил себе немного расслабиться и обратить внимание на раны. – Набор медике пусть захватят.

Обидевшись, пилот не ответил. Но киборгов, конечно, послал.

Сервиторы оттащили серого воина в мастерскую «Номада», где Яго окончательно освободил его от доспехов. Затем он связал незнакомцу ноги, посадил его у стены, развел руки в стороны и зафиксировал их на переборке магнитными захватами.

Сам он вернулся к верстаку с разложенным на сегменты доспехом. Одного сервитора Повелитель Ночи отослал обратно на мостик. В дверях безмозглая полу-машина посторонилась, пропуская Альтани.

– Яго, ты ранен? Что случилось? – в другой момент забота малышки могла бы его тронуть. Но Севатар сделал два открытия, которые были куда важнее, чем какие-то там чувства.

– Посмотри, – легионер подсадил девочку. Она забралась на стул с ногами. Верстак был рассчитан на транс-человека.

– Что это? – Альтани скривилась, глядя на сегментированное кольцо с клепками. Выполненное из тусклого черного металла, оно напоминало ошейник. – От него веет холодом. Бррр!

– Ощущения от прикосновения еще хуже, – Повелитель Ночи взял кольцо металлическими щипцами. – Я извлек это из доспеха нашего гостя. Оно было пристегнуто к горжету с внутренней стороны. На нем руны, но я никогда не видел таких.

Девочка снова повела плечами, будто ей и правда стало холодно. В мастерской было семьдесят девять градусов по Фаренгейту.

– Оно блокирует наши способности, – прошептала Альтани. Астропат хотела коснуться предмета ментальным зрением, но Севатар предостерег ее мягким импульсом и передал свои выводы в форме результирущего мыслеобраза.

– Не в полной мере, – Повелитель Ночи сощурился. – Но в достаточной, чтобы мы не смогли увидеть целого космодесантника, исследуя корабль.

– Ты знаешь, откуда эта… вещь, – девочка поняла, когда Яго передавал ей мысленное сообщение.

– Однажды я видел такую штуку. В катакомбах под Императорским Дворцом, – Севатар брезгливо отбросил железное кольцо. – Оттуда и запах, который я не мог вспомнить. Сандал и восковые свечи.

– Ты был на Терре? – удивилась девочка.

– Никогда, – медленно произнес Яго. – Но эти воспоминания… Они мои. Я помню каменную кладку, полумрак просторных помещений. Но не помню деталей.

Повелитель Ночи был ошеломлен. Альтани ощутила его состояние и коснулась бледной руки. Севатар непроизвольно улыбнулся в ответ на это прикосновение. Кажется, впервые получилось искренне и без усилий.

– Помню только пикт на стене, – рассеянно произнес он. – Какие-то желтые цветы. И еще…

Его прервал всплеск сирены, разнесшийся по коридорам корабля. Вслед за этим ожил воксмиттер на стене.

– У нас проблемы, – доложил Ноунейм. – Три сигнатуры вышли в реальное пространство прямо по курсу. Перестраиваются для боя. И почему-то мне кажется, что это не твои друзья, Севатар.

Яго прикрыл глаза, анализируя вероятности.

– Помогите, – скомандовал он сервиторам и начал натягивать поддоспешник.

– Ты… ты наденешь его броню? – глаза девочки-псайкера округлились.

– Мы вроде одного роста, – Яго пожал плечами.

Сервиторы на удивление неплохо справлялись. Похоже, это были многофункциональные модели с расширенным программным ядром. С их помощью Яго быстро починил поврежденный силовой ранец и облачился в серый доспех всего за десять минут.

Разрезы и пробоины, сделанные его собственным кунаем, Повелитель Ночи просто залепил полимерным волокном. Он не был технодесантником, а силовая инфраструктура доспеха требовала отладки. Ретинальный дисплей вывел 70% мощности, и Яго решил, что этого более чем достаточно. В конце концов, он не собирается гулять по обшивке корабля и принимать участие в рукопашном бою. Если дело дойдет до абордажа, им в любом случае конец.

– Останешься здесь, дитя, – бросил Повелитель Ночи, направляясь к выходу. – Следи за этим, – он махнул рукой в сторону прикованного к стене воина, – Но не говори с ним, если очнется.

Яго не оставил девочке оружия. Она сама была оружием. И если у него получилось оглушить незнакомца ментальным ударом через блокирующее поле артефакта, то она разберется с ним без усилий.

– Кто на этот раз тревожит наш покой? – спросил Севатар, спустя минуту войдя на мостик «Номада».

– Хотя они блокируют средства активного сканирования, я получил их изображение с пиктеров, – пилот сидел за вторичным командным троном. Основной был рассчитан на космодесантника. – С такого расстояния можно разобрать лишь общую форму, но этого хватает, чтобы...

Его руки на миг замерли над сенсорным пультом. Ноунейм оторвал взгляд от гололитического экрана и посмотрел на Яго.

– Это эльдары, – медленно произнес он и вернулся к управлению кораблем.

Севатарион подошел к командному пульту. За полторы секунды он воспринял и обработал всю информацию, представленную на гололитических экранах и линзах ауспексов. Сомнений нет, эльдары. И они готовятся к схватке. Пилот уже отправил сообщение людям Нестуба, и они ответили. Чудом неподалеку оказался патруль с эсминцем во главе.

– Если поспешат, прибудут через семьдесят минут, – пилот без труда угадал мысли Севатара.

– Как раз, когда развороченный остов «Номада» уже подостынет, – Яго развернулся к вторичным экранам, на которые выводились данные по эксплореру. Единственная рабочая линза серого шлема уставилась на строки данных.

Через мгновение он уже направлялся к выходу с мостика.

– Ты куда? – довольно грубо окликнул его пилот. Яго усмехнулся, в который раз отметив, что Ноунейм забывает о страхе, оказавшись в своей стихии. Даже дерзить начинает.

– Делай все, чтобы выжить, и продолжай вести нас к точке Мандевилля, – Севатарион отстегнул от бедра «Аластор» и проверил магазин. Кроме револьвера на поясе у него был тактический нож. Глефу бывшего владельца этого доспеха Яго брать не стал. Он любил древковое оружие, но не силовое. Кроме того, генератор глефы получил повреждения в бою, а чинить его не было времени.

Он направился в ангар, приказав одному из сервиторов следовать за собой. Нестуб минимизировал команду эксплорера, так что вторичные посты остались не у дел. Приходилось по необходимости перенаправлять киборгов. Пилот уже отправил двоих с мостика занять места в кокпитах болтерных турелей. Огневая мощь сейчас в приоритете.

Ноунейм отлично понимал, что один лэнс и две турели – не тот набор, который позволит прорваться через три эльдарских корабля. Они были небольшими, даже меньше эксплорера. Но их силуэты выдавали хищников, убийц. Они были созданы для бескомпромиссных пустотных схваток.

Яго тоже это понимал. Поэтому собирался сесть в «Молнию» и вспомнить давние тренировки с Палиолином из Третьего. Хоть какая-то помощь, которая даст еще немного бесценного времени.

Когда сервитор открыл ворота ангара и перенастроил силовое поле на исходящий поток, многоцелевой перехватчик подтвердил справедливость своего имени, вылетев со скоростью, от которой простых смертных обычно тошнило внутренностями. Даже Яго вдавило в кресло от перегрузок.

Дождавшись, пока «Молния» покинет ангар, Ноунейм сменил вектор тяги и перебросил всю мощность с двигателей на лобовой щит, принимая на него первый вражеский выстрел. «Номад» содрогнулся, когда щит поглотил энергию теневого лэнса. Пилот, внезапно ставший капитаном, скорректировал распределение энергии и задал кораблю полное ускорение, уводя его штопором к надиру сферы битвы.

Он не отдавал приказов сервиторам мостика, полностью контролируя работу основных систем с дублирующего командного пульта. Поэтому, когда дистанция сократилась до зеленой зоны, Ноунейм перемодулировал параметры импульсной тяги и, круто задрав нос корабля, дал залп из своего единственного лэнса.

Голо-поле вражеских судов не позволяло точно навести орудие, но пилот и не планировал это делать. Он ударил, ориентируясь на сбивчивые показания ближних авгуров и шепот собственной интуиции. Копье смертоносного света вспороло ксеносский корабль в области кормы, породив короткую серию цепных взрывов.

Эльдары не остались в долгу. «Номад» принял два выстрела и лобовой щит рассеялся в мерцающей статической вспышке. Третий выстрел прошел под днищем эксплорера, который пилот снова бросил в штопор, заставляя адамантиевый каркас стонать от перегрузок. Гололит выдал предупреждение о разгерметизации двух отсеков. Их все-таки задело.

Ноунейм запоздало подумал, что стоило предупредить Альтани о начале маневров. Теперь он мог лишь надеяться, что ребенок успел за что-то ухватиться и не расшибся о переборку или какое-нибудь оборудование.

Севатар тем временем на полной скорости сближался с эльдарами. Он понимал, что его лазпушки не сумеют пробить броню пустотных охотников, но под крыльями «Молнии» пылали яростью огненные сердца четырех ракет класса «Адский удар». А лазерами он вполне может повредить системы вооружения врага.

Врага, у которого нашлись высокоэнергетические зенитки. В сторону «Молнии» ударили слаженные залпы, и Повелитель Ночи повел перехватчик сбивчивыми зигзагами, памятуя постулаты пустотного боя, которые на учениях в небе над Кроной ему в голову вдалбливал Палиолин. Хвастливый выродок, он, без сомнения, был одним из лучших пилотов в легионах. Может и сейчас лучший. Если не съ…

Ноунейм, продолжая уходить под линию вражеских кораблей, открыл огонь из болтерных турелей. Он еще не достиг оптимальной зоны поражения этим видом оружия, но надеялся таким образом прикрыть Севатара. Это сработало. Когда шальные болты забарабанили по корпусам ксеносских охотников, двое ушли в стороны, на время прекратив стрельбу. Третий остался на месте. Похоже, тот удачный залп повредил его двигатели.

По «Номаду» снова ударили теневые лэнсы. Предугадав атаку раньше, чем об этом сообщили сканеры, Ноунейм бросил корабль в сторону и вверх. У него больше не было щита, и он прикинул, что лучше подставить под удар жилые каюты, где сейчас никого нет.

Копье черного света испарило подфюзеляжную надстройку. Второе вспороло «Номаду» брюхо, разгерметизировав еще один отсек, но не нанеся значительного урона. Корабли эльдар начали заходить на эксплорер с флангов, намереваясь выпотрошить его перекрестным огнем. Они напрочь игнорировали юркую «Молнию».

– Какое высокомерие! – Севатар хохотнул в вокс. – Ничему не учатся остроухие ублюдки!

В этот момент системы прицеливания наконец свелись на одном из кораблей эльдар и Яго опустошил сразу все пусковые установки. Через пару мгновений, едва не обогнав собственные ракеты, он активировал лазеры и автопушку. Потом заложил крутой вираж, едва не расставшись с ужином, и направил истребитель к зениту боевой сферы, закрутив его вдоль своего оси.

Снаряды импульсных зениток изрешетили пустоту вокруг «Молнии», повредив крыло и хвостовой балансир. Севатар едва удержал машину на курсе, сморгнув предупреждающие руны. Он не видел этого, но мог догадаться, что ракеты «Адский удар» нанесли одному из кораблей серьезный урон. Даже если зенитки сбили половину из них.

Эльдары как раз и сбили половину. Две оставшиеся ударили точно по центру борта, смахнув с судна голо-поле и заставив его резко затормозить. Будто напоровшись на невидимую стену, корабль завалился кормой вперед. На корпусе расцвел бутон взрыва, тут же погашенный хладом безвоздушного пространства.

Яго развернулся и пошел на второй заход.

Он снова открыл огонь из всех орудий, наплевав на предупреждение о перегреве. Выполнил полубочку, нырнул под один корабль, чтобы атаковать второй с противоположного борта. Ему удалось сбить зенитный расчет и повредить установку теневого лэнса на носу. Первое судно, ранее задетое его ракетами, начало разворачиваться, снова стеганув по «Молнии» из импульсного оружия.

– О, я наконец завладел твоим вниманием, – прошептал Яго, бросая перехватчик в сторону. Один из вражеских снарядов скользнул по кокпиту. Кристалфлекс подернулся паутиной трещин.

Севатар продолжил сближение, пока Ноунейм уводил «Номад» широкой дугой по нижней полусфере пустотного сражения. Его теперь преследовал лишь один корабль. Другой, с поврежденными двигателями, все-таки ожил и двинулся на перехват к границе зоны Мандевилля.

Яго и Ноунейм сумели продержаться больше часа, но эльдары так и не подпустили их к локации, откуда можно было безопасно совершить варп-прыжок. Севатар не верил в удачу, и понял, что не зря отринул ложные надежды, когда одно из вражеских судов выпустило в его сторону три истребителя.

Повелитель Ночи не разбирался в эльдарском боевом флоте, но опыт подсказывал ему, что все расы галактики делают истребители по одному принципу: они должны быть быстрыми и яростными. Иначе лишь у орков. Зеленокожим всегда хватает того, что ведро с гвоздями просто летает. А для скорости у них есть красная краска.

И все же кто-то хранил их. Потому что патруль Нестуба показался у границы авгурного сканирования на десять минут раньше расчетного времени. Эльдарские корабли спешно перестроились, что позволило Ноунейму подойти к зоне Мандевилля почти в упор. Яго выжимал максимум из «Молнии», чтобы как можно быстрее добраться до эксплорера.

– Мальчишечки господина Нестуба прибыли! – в вокс ворвался раскатистый баритон. – Меня зовут Магнезий Корво и я смиренно прошу прославленного Севатара оставить мне и моим ребятам хотя бы один эльдарский корабль для методичного и искреннего расчленения!

– Он вам всем мозги на свой манер перепрошивает? – скривился Повелитель Ночи, закладывая очередную петлю, чтобы эльдарские истребители не взяли его в клещи.

Магнезий Корво хохотнул по ту сторону вокса.

– Мы идем, друг! Чтобы обратить ксено-мерзость в космическую пыль! – посулил почти пират.

В первом утверждении Севатар не сомневался. Но во второе не верил. Судно Корво бортовые системы «Молнии» классифицировали к эсминец класса «Кобра». Надо думать, это самый мощный корабль во флоте Нестуба. Имперцы использую такие в качестве судов эскорта для прикрытия ударных кораблей первой линии. Иными словами, «Кобра» была крепкой и довольно мощной посудиной. Учитывая, что эсминец двигается на эльдар в окружении двенадцати малых кораблей, те просто сбегут, едва Корво подойдет на расстояние залпа.

Так и произошло. Но «Кобра» сделал главное. Она отогнала ксеносов от «Номада», позволив Ноунейму беспрепятственно войти в зону Мандевилля. Однако вражеские истребители увязались за Севатаром и отказывались сдаваться, беспрерывно поливая его импульсными очередями.

Орудия Яго все же перегрелись, за что Палиолин высмеял бы его перед всей эскадрой. Но Палиолина здесь не было, поэтому Севатар просто дважды проклял себя за ненужный риск.

– Сейчас мои коршуны тебе помогут, друг! – ревел в вокс Магнезий. – А ты жми, Севатар, выжимай всё из своей красотки! И до встречи на той стороне!

– До встречи на той стороне, – Яго из уважения произнес ритуальную фразу древнего пустотного обычая. – И Корво. Спасибо.

Севатара аж передернуло от высказанной вслух благодарности. Повелитель Ночи поспешил переключить канал.

– Запускай варп-двигатель, – скомандовал он Ноунейму. – И прикажи сервитору открыть ангарный люк.

Пилот не стал переспрашивать.

«Молния» приняла несколько скользящих выстрелов, отчего ее хвост превратился в обугленный обрубок. А в следующее мгновение Повелитель Ночи что есть сил дернул рычаги управления на себя, сбрасывая скорость, и перехватчик влетел в ангар. Он проскользил по палубе, высекая из закаленного металла снопы алых искр и оставляя за собой глубокие черные борозды. Ударившись в противоположную стену, «Молния» остановилась.

Эльдарские пилоты оказались достаточно безумны, чтобы преследовать добычу до конца. Болтерные турели изрешетили корпуса истребителей, но они успели влететь в закрывающиеся створки ангарного люка.

Выскочивший из перехватчика Севатарион едва успел отбежать в сторону. Два покрытых копотью болида ударились в стену рядом с его «Молнией», выгнув переборку внутрь. Эксплорер ощутимо тряхнуло, он заскрипел, но остался на курсе.

Яго вскинул «Аластор» и отмагнитил от бедра тактический нож. Оба ксеносских пилота выжили. Они одновременно выбрались из своих кораблей, превратившихся в неидентифицируемые груды искореженной психокости.

В этот момент «Номад» дернулся. На несколько мгновений реальность поплыла перед глазами Повелителя Ночи. Они вошли в варп.

Восстановив координацию, Севатар открыл беглый огонь, сближаясь с эльдарами. Те начали стрелять в ответ из сюрикеновых пистолетов, огибая его с двух сторон. Несколько сюрикенов отрекошитило от наплечников и грудных пластин серого доспеха. Один из выстрелов Севатар ранил эльдара в ногу. Затем обе стороны отбросили дистанционное оружие.

Рукопашная получилась короткой и жестокой. У эльдаров были мечи, у Яго лишь тактический нож и холодная расчетливая ярость. Если он и уступал им в скорости, это не спасло чужих.

На протяжении следующих тридцати секунд Повелитель Ночи в основном уворачивался от молниеносных атак, лавируя между противниками, которые танцевали перед ним свой древний танец смерти. Он выполнял одну контратаку на пять-семь вражеских атак. Керамит сыпался с него точно пепел с опаленной головешки.

В какой-то момент он перехватил руку одного из эльдар, в которой тот сжимал свое изящное оружие. Яго ударил его ножом в живот, а когда противник попытался увернуться, рванул на себя и впечатал свою голову во вражеский шлем, который больше напоминал произведение искусства, чем средство защиты. Шлем эльдара разлетелся мириадами серебристых осколков, открывая бледное тонкое лицо. В это лицо Повелитель Ночи и погрузил свой кулак.

Второй эльдар не терял времени. Его клинок начисто срезал плечевую пластину с доспеха Севатара, а затем возвратным движением перебил кабели питания на бедре. Яго рухнул на колено. Эльдар нанес еще два быстрых удара, прежде чем отскочить, опасаясь размашистой контратаки.

Но Севатар развернулся демонстративно медленно. Безжизненное тело остроухого сползло с его рук на палубу. В одной перчатке Повелитель Ночи сжимал расколотый тактический нож, в другой – камень, который он вывернул с внутренней стороны эльдарского доспеха.

Севатарион не имел ни малейшего представления, что это за камень. Однако он уже бился с эльдарами и знал, что по какой-то причине эти блестящие штуки важны для ксеносов. Насколько важны, что они готовы рисковать ради них. Но сейчас этого не требовалось.

Яго ощутил нерешительность противника. Эльдар отступил на шаг и немного опустил меч.

Севатар отбросил бесполезный нож и сорвал с головы окончательно разбитый шлем. Он наклонил голову и жестоко улыбнулся эльдару. Наверное, так улыбаются терранские гиены. Если эти твари вообще могут улыбаться.

А затем Яго просто сжал керамитовую перчатку, размолов камень в труху.

Эльдар дернулся. На миг его клинок опустился к земле в ослабленной хватке. Севатарион воспользовался моментом и бросился к противнику, сбив его с ног. Он недооценил эльдара. Похоже, уничтожение камня что-то пробудило в нем. Что-то глубокое и темное.

Ксенос внезапно оказался сверху, прижал Севатара к земле ногами и начал беспорядочно колоть и рубить его. С каждым ударом меч эльдара раскалялся, из-под его шлема заструился пар, а конечности налились алым светом.

Повелитель Ночи сбил клинок в сторону, перекатился и поднялся на ноги. У него не было оружия, но был дар. Дар, который… ему не пришлось применять.

Из головы ксеноса показалось тонкое лезвие. Затем такое же пробило грудь эльдара. Чужой на автомате взмахнул клинком и рухнул, как подкошенный. Мистический огонь, мгновение назад окутавший его фигуру, опал, изойдя призрачным паром.

Севатар поднял глаза. На другой стороне ангара стоял легионер, в доспех которого облачился Повелитель Ночи. Похоже, он метнул в эльдара две части своей силовой глефы, использовав их как копья. Яго взял этот финт на заметку.

Из-за спины легионера вышла Альтани.

+ Он хотел помочь, + девочка поспешила прокомментировать ситуацию. + Я увидела в его мыслях искренность и…пустоту. Он ничего не…

+ Замолчи, дитя! + ментальный окрик Севатара заставил астропата вздрогнуть и отшатнуться. + Я при… просил не говорить с ним.

+ А я и не говорила! + в мыслеобразе, которым она сопроводила эти слова, смешались страх и обида. + Я просто прочла его.

Яго медленно прошел к трупам эльдар, поднял «Аластор» и направил его на воина.

– Кто ты? – голос Повелителя Ночи не подразумевал для собеседника возможности промолчать или уклониться от прямого ответа.

– Ты не поверишь, если я скажу, что не знаю, – странный незнакомец смотрел настороженно, но без страха.

– Не помнишь? – уточнил Севатар.

– Нет, – воин качнул головой. – Я не знаю. Это другое.

– Тогда нам предстоит долгий разговор, и он пойдет на моих условиях, – Яго махнул «Аластором». Незнакомец послушно развернулся к нему спиной.

Револьвер опустился на голову легионера быстрее, чем тот открыл рот, чтобы сказать что-то еще. Его тело гулко ударилось о палубу.

Альтани вскрикнула. Яго вздохнул. А потом устало улыбнулся. Похоже, двухмесячный перелет до Верум Умбра пройдет веселее, чем он думал.

Глава 8

Йормунганд

Пилигримы Тьмы

Вольный торговец

– Выходит, ты ничего не знаешь, – несмотря на это заявление, Севатар едва ли выглядел убежденным.

Впервые перед ним сидел связанный незнакомец, а Повелитель Ночи его не пытал. Впервые он узнал от незнакомца все, не прикоснувшись к нему. Зануда Жарост был бы доволен. Но сейчас хватило того, что довольна Альтани.

Девочка смирилась с необходимостью убийства ксеносов. Как и положено истинной дочери Империума Человечества, она не считала, что чужие достойны милосердия или хотя бы понимания. Но за убитого на Гелиосе IV Темного Ангела она многое высказала Севатару, когда опасность миновала.

Теперь он уже не мог от нее просто уйти. Потому что девочка могла пойти следом. Что она и делала, таскаясь за Яго точно хвостик.

– Ты понимаешь, что с ним, малышка? – Повелитель Ночи обернулся к астропату. Альтани самозабвенно играла на верстаке с инструментами.

– Неа, – псайкер мотнула головой. Растрепанные волосы взметнулись и опали на худые плечи. – Я бы сказала, что он очистил свою память. Определенные области. Не приказал себе забыть, это легко. А очистил, это сложнее. Кто-то помог ему. Мы ничего не найдем.

Севатарион вздохнул.

– Йормунганд не опасен, – заявила Альтани.

– Что ты сказала, дитя? – глаза Яго превратились в черные щели.

– Я узнала это имя из книжки, что ты мне дал, – она снова вернулась к своей игре. – Так звали змея. Мне жаль его. Он ни в чем не виноват, а его бросили в море. Он там мир спасал от… ну я не поняла. И он тоже ничего не помнил.

Севатарион вздохнул глубже.

– Спасибо, – таинственный легионер посмотрел на девочку. – Мне нравится это имя.

– Не привыкай, – Яго смерил его суровым взглядом. – Тебе тут мало что будет нравиться.

На доспехах незнакомца не было символики. Ни татуировок, ни штифтов на теле. Табула раса, мать ее.

На самом деле, Яго уже принял решение. Они с Альтани всю минувшую неделю сканировали его сознание вдоль и поперек. Этот человек действительно не знал своего прошлого. И будущего не имел. Поэтому Повелитель Ночи решил его освободить.

Севатар не верил малышке, которая утверждала, что этот воин им не враг. Но если Йормунганд будет относительно свободно перемещаться по кораблю, есть вероятность, что его что-то спровоцирует.

Севатар поманил к себе сервитора с номером KNR-963. Затем он снял магнитные захваты с Йормунганда.

– Модифицированная оптическая аугметика, – воин бросил на киборга короткий взгляд. – Будет везде ходить за мной, передавая данные со своих линз в реальном времени на… полагаю, на мостик?

Повелитель Ночи не ответил. Воин отлично подготовлен, это ясно. Но к чему его готовили? Кто?

– А ты держись ка от него подальше, – Севатар взял Альтани за плечо и подтолкнул в сторону двери. – Будешь с ним общаться…

– И что? – девочка засияла. – Отлупишь меня, как Тор Хрунгнира?

– Что за книгу мне дал этот Мастер, – Севатар покачал головой и увлек девочку за собой к выходу.

+ Прости меня, + передала она. + Иногда мне нравится дразниться. Ты смешной, когда злишься.

+ Не касайся моего разума в такие минуты, + предупредил Яго. + А теперь время для тренировки.

У двери он остановился и активировал вокс-панель на стене:

– Пикт-устройства в норме?

– Так точно, – через мгновение отозвался Ноунейм. – Шевельнется не с той скоростью – сервитор его изрешетит. Ты и правда считаешь, что ему можно бродить по кораблю? Еще пайки выделять… И каюту свою!

– А у тебя проблемы с нехваткой мест для уединения? – Яго усмехнулся. – Я видел твой планшет.

– Так, вот не надо! – пилот на том конце вокса несомненно покраснел. – Это не…

Повелитель Ночи прервал связь и пошел за Альтани к лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Местом для тренировок они избрали Святилище корабельного навигатора.

Альтани познакомилась с ним на следующий день после того, как «Номад» покинул систему Терры. Псайкера звали Шео Горат. Безумный, но веселый старик.

Его Святилище представляло собой сферу пятиметрового радиуса, вырезанную из цельного куска кристалла. В центре сферы располагалась платформа из чистого железа. На ней стоял трон, который Горат почти не покидал.

У трона Альтани тренировала Яго, обучая его искусству владения псайкерскими способностями. Навигатор с Повелителем Ночи не разговаривал, и во время тренировок не шевелился. Похоже, даже не дышал. Севатарион всегда улыбался, входя в Святилище. Он легко улавливал страх Гората.

Повелитель Ночи сам настаивал на тренировках с Альтани. Во-первых, чем сильнее он становился, тем легче переносил приступы головной боли без помощи девочки.

Во-вторых, это открывало перед ним горизонты возможностей, казавшиеся беспредельными. В-третьих… Яго скрывать это «в-третьих». Он не хотел, чтобы малышка поняла: ему нравится быть рядом с ней в те минуты, когда вокруг не рвутся снаряды и никто не пытается их убить.

Они тренировались трижды в сутки. Порой у Яго шла носом кровь, но Повелитель Ночи отмахивался. Оно того стоило. Но к концу второй недели начало надоедать. Он боялся, что начнет раньше.

Когда беседы с Ноунеймом за кружкой транка тоже наскучили, Севатар решил разнообразить корабельный досуг иным способом.

Подойдя к каюте Йормунганда, он не стал стучать. Но каюта оказалась пуста. Севатар сконцентрировался и легко отследил ментальный след воина. След привел его на вторичный склад. Здесь Яго великодушно позволил Йормунганду тренироваться, вернув ему парные клинки.

Чем тот и занимался в настоящий момент. Севатар пару мгновений понаблюдал за ним. Он окликнул воина лишь когда убедился, что не увидит ничего нового.

– И как твои воображаемые друзья? – голос Повелителя Ночи гулко разнесся по складу. – Всех одолел?

Он прошел к центру помещения, где Йормунганд расчистил себе место для тренировок, расставив ящики и тюки вдоль стен. Получился круг почти семь метров в диаметре.

Воин опустил оружие и повернулся к Яго. Он починил клинки, но тренировался с неактивным силовым полем.

– Приветствую, – Йормунганд коротко кивнул Севатару и у того грудь мгновенно наполнилась огнем. Он не привык, чтобы на его колкости отвечали доброжелательностью. Это люто бесило Повелителя Ночи. Но похоже этот парень просто был таким.

– Позволишь? – Севатар решил сыграть по его правилам. Он кивнул на глефу, которую собрал в мастерской пару дней назад. Для цепного варианта у него не было деталей, так что клинок Яго сделал из адамантия.

Повелитель Ночи выразительно посмотрел на Серого. Про себя Яго продолжил так его называть из-за цвета доспеха. Доспех воину он конечно не собрался отдавать.

– Разумеется, ведь это твой корабль, – Йормунганд отступил к дальней границе площадки.

Он повел рельефными плечами, напряг мощные трапеции. В мышцах, обвивших его поджарое тело тугими жгутами, ощущалась не только генетическая модификация, но и упорные, по-настоящему изматывающие тренировки. Год за годом. Десятилетие за десятилетием.

+ Кто ж ты такой? + Севатар направил мыслеобраз в пустоту. Он больше не хотел лезть в голову к Серому. Да и зачем? В этот раз он без всякого псайкерства обойдется.

Яго вскинул глефу вертикально перед собой. Он отставил левую ногу назад, сжал пласталевое древко обеими руками. Локти рефлекторно опустились вслед за плечами. Адамантиевое лезвие чуть наклонилось в сторону противника.

Йормунганд сделал полшага вперед правой ногой, полностью разворачивая обнаженный торс к Севатару. Он выставил оба клинка, немного согнув руки в локтях и расслабив запястья.

Взгляд Севатара заострился. Серый отзеркалил его, выказывая готовность. Меньше чем через мгновение склад превратился в поле боя.

Севатар начал опускать глефу со скоростью молниевого разряда, а когда Йормунганд вскинул один из клинков для защиты, Повелитель Ночи вывел вперед нижнюю руку, подбрасывая пятку своего оружия вверх. Но вместо подбородка Серого она раздробила воздух.

Противник отшатнулся, затем как маятник вернулся в исходную точку и продолжил двигаться вперед, сокращая дистанцию. Он атаковал левым клинком, целя в живот, и одновременно нанес правым секущий удар по верхней полусфере. Яго пригнулся, уходя от второго удара, а под первый подставил древко глефы. Адамантий столкнулся с модифицированной пласталью, наполнив помещение низким протяжным гулом.

Севатар ринулся в контратаку. С каждым ударом, с каждым блоком и смещением он все лучше узнавал Йормунганда. Не только как воина. Серый был умелым поединщиком, которого некогда решили перековать в убийцу.

Как личность этот человек был раздражающе прямолинеен. И чудовищно одинок.

Севатар разорвал дистанцию и уколол противника в лицо, вынуждая его уйти с линии атаки и двинуться на сближение. В какой-то момент один из клинков Йормунганда чиркнул Яго по скуле, оставив тончайший порез, который затянется к концу поединка.

Повелитель Ночи принял верхний прямой на древко и сделал шаг влево, одновременно проведя нижнюю часть глефы над рукой противника. Легко предсказав дальнейшее развитие событий, Серый тоже шагнул влево и ударил Севатара в бок вторым клинком.

Тот качнулся в противоположную сторону – лезвие прошло в миллиметре от его туники, плотно облегающей мускулистое тело. Одновременно Севатар закончил описывать круг древком глефы и рванул ее в сторону, подцепив первый клинок Йормунганда за противовес. Меч вылетел из руки воина и с расстроенным звоном покатился по металлическому полу.

Яго отступил на шаг и опустил оружие. Это главный момент поединка. То, ради чего Повелитель Ночи все это затеял.

Йормунганд может продолжить бой одним клинком, что приведет к неминуемому поражению. Он может попытаться вернуть себе утраченное оружие, что также приведет к проигрышу, потому что Яго, имея значительное преимущество в дистанции и скорости, легко перехватит его. Поэтому Серый выбрал третий путь.

Он опустил второй клинок и кивнул Севатару, признавая поражение. Не многие из бывших братьев Яго смогли бы оценить это решение. Он оценил.

Для сильного и умелого воина – а Серый был именно таким – признать поражение многого стоит.

– Тридцать лет назад на Хаорисе мы проводили учения вместе с легионом Жиллимана, – Яго отошел в сторону и уселся на ящик. Он выбрал позицию таким образом, чтобы не перекрывать зону обстрела KNR-963. Сервитор стоял в темноте, не сводя линз с Йормунганда.

– Я слышал об этих учениях, – Серый подобрал второй клинок и бегло осмотрел его на предмет повреждений.

– Разумеется, – Яго ухмыльнулся. – Доблестный владыка Ультрамара по всему Империуму раструбил, что из десяти сходов строй на строй его воины выиграли девять, – Повелитель Ночи исподлобья посмотрел на Йормунганда. – Однако он забыл упомянуть, что поединки на тех учения тоже были. Тоже десять.

– Рискну предположить, что здесь у Восьмого побед было больше, – Йормунганд положил клинки на ящик и потер правое запястье.

– Ни одного поражения, – подтвердил Севатарион. – Боевой бухгалтер совершил критическую ошибку. Он решил провести эти поединки сразу после строевых маневров. Без предварительной подготовки.

– Гнев, – кивнул Йормунганд, и в его бесцветных глазах что-то шевельнулось. – Он дал твоим воинам силу. А лорд Жиллиман забрал у своих самое главное.

– Их правила, – Севатар посмотрел на воина с нескрываемым интересом. Он знал разум Йормунганда не лучше собственного. Серого вообще не волновала гражданская война в Империуме и тот факт, что он минуту назад провел спарринг с Первый капитаном одного из легионов-предателей.

– Ты понимаешь, зачем я рассказал про Хаорис? – Яго ненавидел себя за это, но понимал, что Йормунганд стал уже третьим существом за последние месяцы, которого он не презирал.

– Слишком много контроля? – уточнил воин, склонив голову.

Севатар медленно кивнул, глядя ему в глаза.

– Ты хороший боец, но чересчур осторожен, – пояснил он. – Не доводишь атаку, которая, по твоему мнению, провалилась, чтобы быстрее вернуть оружие для защиты. Хорошая тактика против обученного солдата.

– Но не против обученного убийцы, – заключил Серый.

Севатар слез с ящика и указал воину на его клинки.

– А теперь собирай их в копье, может так твои шансы вырастут хоть на полпроцента, – с этими словами он описал глефой восьмерку и приготовился к бою.

Это вошло в привычку, они спарринговались каждый день. Йормунганд быстро учился. Как и любой Астартес. Даже быстрее. Через неделю он заставил Севатара дышать немного чаще.

Очередную тренировку прервал сигнал входящего вызова на панели вокса. Серый отступил, опустив оружие. Яго подошел к панели.

– Ноунейм, мне казалось, я вполне однозначно высказался насчет того, в каких ситуациях допустимо прерывать мои тренировки с… Йормунгандом, – он кашлянул, покосившись на воина. Тот и бровью не повел.

– Сейчас именно такая ситуация, – спокойно ответил пилот, давно привыкший к грубоватой манере общения Яго. – Удалось кое-что выудить из информационного ядра ксеносского перехватчика. Я не думал, что это возможно, но применив транс-кластерный метод обработки…

– Сейчас буду, – прервал его Севатар. Он обернулся. – Пойдем.

Впервые Повелитель Ночи решил пустить Йормунганда на мостик.

+ Дитя, возможно, тебе тоже стоит придти, + Яго послал исчерпывающий мыслеобраз в направлении киля, где располагалось Святилище Шео Гората.

+ Ага, + Альтани отозвалась через мгновение. + Приду быстрее вас!

Наивная провокация.

И все же Севатар ускорился, оказавшись у мостика через полминуты. Запыхавшаяся девочка появилась в главном коридоре спустя десять секунд. Повелитель Ночи улыбнулся, но тут же спрятал улыбку, осознав, что Йормунганд смотрит на него.

– Я не понимаю, как это работает, но у меня получилось, – Ноунейм начал говорить, едва Севатар и остальные прошли на мостик. – Сервиторы, которыми Нестуб укомплектовал корабль, куда интереснее, чем кажутся…

– Что получилось? – второе замечание Яго оставил без внимания. Механикус рассказал ему, что киборги «Номада» объединены на основе технологии Ноосферного истечения в гештальт-сознание. Эдакий био-когиатор с невероятной вычислительной мощностью. На закономерный вопрос Севатара Нестуб ответил: «Если что – просто расстреляй их всех». Если что.

– Я расшифровал обрывок сообщения, которое один эльдар отправил другому перед тем, как они влетели за тобой в ангар, – Ноунейм коснулся сенсорной панели и на вторичном мониторе командного когитатора возникла последовательность символов.

– Вот только я не знаю, что это значит, – пилот пожал плечами. – Бортовой когитатор не имеет надлежащей базы для перевода.

Севатар посмотрел на смертного, вздернув бровь в искреннем удивлении.

– Ты идиот? – поинтересовался Повелитель Ночи.

– Я расшифровал сообщение, – оторопело повторил Ноунейм.

– Ты идиот, – заключил Яго. – Какой от него толк, если мы не можем его перевести?

– Кажется, я могу, – тихо проговорил Йормунганд. Севатар с интересом посмотрел на высокого крепкого воина с ершиком коротких черных волос и щетиной, готовой вот-вот превратиться в бороду и усы. Его прозрачные глаза не отрывались от символов.

– Знаешь эльдарский? – удивилась Альтани. – Мы этого не видели в твоем разуме.

– Я и не знал, что знаю, – Серый продолжал смотреть в монитор.

Похоже, определенные события действительно могут пробудить в нем скрытые знания. Предположение Севатара оказалось верным.

+ Возможно, ментальное сканирование не так уж безошибочно, + передал он Альтани. В его мыслеобразе не было упрека, девочка это поняла.

+ Так и есть, + легко согласилась она. + Мы слишком много не знаем о пределах собственных сил.

– Так что там? – Альтани обратилась к Серому.

– Их язык довольно сложен, – лицо Йормунганда отражало наивысшую степень интеллектуального напряжения. – А моя память… слишком много пустых страниц.

– Уподобляешься пилоту? – Яго спросил это одновременно с весельем и угрозой в голосе.

– Нет, – Йормунганд с серьезным видом покачал головой. – Часть я могу разобрать. Один эльдар сказал другому, что они должны остановить твой корабль любой ценой. И убить вас всех.

– Ничего нового, – Повелитель Ночи хмыкнул. – Это все?

– Почти, – пилот наконец оторвался от монитора и посмотрел на Севатара. – Насколько я понял, они знали, что на корабле космодесантник и псайкер, то есть еще один псайкер кроме навигатора. И почему-то они назвали вас… Пилигримы Тьмы.

– Видимо, очередное пророчество остроухих, – Севатар направился к выходу с мостика. – Очередное заигрывание ненормальных ублюдков с судьбой. Очередная глупость.

– Может и нет, – уронил Йормунганд и последовал за Повелителем Ночи. Серый понимал, что вряд ли Яго позволит ему остаться на мостике, пока его самого нет рядом.

– Я кое-что слышал об эльдарах, – пилот посмотрел на Альтани. – Они и правда любители пафосных метафор и туманных предсказаний. Тебе это о чем-то говорит? Пилигримы Тьмы?

– Неа, – астропат качнула головой.

«Но кажется, это о чем-то говорит Севатару», – подумала она. И тут же выбросила эту мысль из головы. У Яго всегда были веские причины хранить тайны. Уж она то знала…

Корабельная жизнь вернулась в штатный режим еще на месяц. Шео Горат оказался чертовски умелым навигатором. Они прибыли в подсектор Верум Умбра ровно через расчетные 59 дней.

Пилот вывел корабль в реальное пространство в системе Майя. Точнее – на самой ее окраине, в одном из многочисленных супра-солнечных заливов. Основные мощности корабля он перебросил на стелс-систему «Крэйг», которая будет отклонять или подавлять любые направленные сигналы ауспексов.

Первичное сканирование дало общую картину системы. Две планеты и три планетоида. Все объекты колонизированы. Самый густонаселенный – океанический мир Шелкуар. Девять платформ, основанных как плавучие станции по добыче прометия, давно превратились в расцвеченные люминолентами мегаполисы.

Власть Планетарного Губернатора на Шелкуаре была сугубо номинальной. Здесь правили корпорации, владеющие добычей. Севатар даже похвалил пилота, который выбрал систему наобум. Это им подходило.

Подсектор оставался на задворках гражданской войны, продолжая честно выплачивать десятину Тронному миру. Когда колоссальный варп-шторм разорвал галактику пополам, для Майи ничего не изменилось. Система, как и прежде, торговала с центральными мирами скопления, обменивая неочищенный прометий на все необходимое.

Иными словами, это была лояльная система, в которой власть и законность сохранились, несмотря на творящийся вокруг хаос. На двух планетах располагались гарнизоны со значительным контингентом Имперской Ауксилии. Внутрисистемные заливы и торговые маршруты патрулировались небольшими, но мощными эскадрами.

Севатар приказал Ноунейму направить корабль в тень дальнего планетоида, обозначенного на астро-картах как Р4.13. Им нужно было решить, что делать дальше. Многоцелевые сервиторы залатали корпус «Номада», но корабль нуждался в полноценном ремонте и пополнении запасов.

Нестуб снабдил Севатара некоторым количеством имперских торонов. Их хватит на починку, покупку топлива, расходников и еды. Но их не хватит на подкуп. А подкупить кого-то придется. Иначе «Номаду» не пробраться к верфи Шелкуара.

– Авгуры добивают до мира-прайм? – Севатар стоял на наблюдательной платформе мостика перед обзорным иллюминатором. Судно две минуты назад вошло в тень Р4.13.

– Уже сканирую, – отозвался пилот.

– Выведи данные по кораблям массой от пяти мегатонн, которые не классифицируются как боевые, – Яго перевел взгляд на гололит. В его голове уже рождались варианты решения главной проблемы.

– Ты ищешь вольного торговца, – понял Йормунганд. Повелитель Ночи оскалился. Это была единственная с его стороны дань уважения проницательности Серого.

– Кажется, есть один, – доложил Ноунейм, выводя результаты сканирования. – Торгово-исследовательское судно класса «Первопроходец». Основные данные по…

– Я вижу, – перебил Севатар. – Год и место строительства, базовые метрики, первый капитан. Это всё?

– Всё, – подтвердил пилот. – «Номад» более полувека не был подключен ни к одной внешней когитаторной сети. Его базы устарели.

– Йорм? – Повелитель Ночи не обернулся.

– Вероятно, я смогу с этим помочь, – откликнулся Серый. – Позволишь мне занять командный трон?

Разумеется, воин спрашивал не у Ноунейма, хотя именно он являлся капитаном «Номада». Номинально.

Яго сделал жест запястьем. Боковым зрением он видел, как расположился KNR-963. Ничего, если командным троном придется пожертвовать. Есть дублирующий.

Йормунганд занял место, предназначенное для капитана-Астартес. Две недели назад он открыл у себя новую способность. Оказывается, воин разбирался в когитаторных системах и прочей механике на уровне технодесантника, который большую часть жизни не воевал, а учился у адептов Марсианского культа.

Севатар по-прежнему не доверял этому странному человеку без прошлого, но не собирался упускать отличную возможность из-за собственной паранойи.

P4.13 всегда был повернут к местному солнцу одной стороной. Там имперцы и основали небольшую колонию. На темной стороне не было ничего, кроме станции связи и блока дальнего обнаружения, который «Крэйг» обманул без лишних проблем. Их могли засечь патрули, но пилот легко рассчитал маршруты и подвел «Номад» к планетоиду во время продолжительного окна.

Йормунганд удаленно подключился к станции на P4.13 благодаря программным модификациям, которые походу внес в периферические контакт-системы «Номада». Это заняло почти час. Еще двенадцать часов ушло на проникновение в информационное ядро когитаторной сети планетоида, а через нее Серый подключился уже к внутрисистемной инфраструктуре.

Все время, пока Йормунганд работал, Севатар не двигался с места. Альтани то прибегала, то убегала. Ноунейм с молчаливого соизволения Яго покинул их на шесть часов, чтобы «дябнуть транка и нормально выспаться».

– Есть данные, – наконец проговорил Йормунганд. – Вывожу.

Яго впитался глазами в монитор. Ему потребовалась всего секунда, чтобы впитать весь объем информации. На лице Повелителя Ночи появилась темная ухмылка.

– Как и положено честному вольному торговцу, господин Лука Ворран приторговывает контрабандой, – констатировал Севатар. – Вот и рычаг воздействия.

– И этого хватит? – вернувшийся пилот смачно зевнул, занимая свое место. – Пугнем компроматом?

Йормунганд и Севатар синхронно повернулись к Ноунейму. Под их взглядами со смертного слетел всякий сон.

– Думаю, компромат станет затравкой, – Серый перевел взгляд на Яго.

– А ты не из моего легиона? – Севатарион сощурился. – При других обстоятельствах… – он секунду помедлил. – Нет, ни при каких обстоятельствах.

– Подкуп? – не отставал Ноунейм. – У нас вряд ли хватит средств.

– Но у нас есть техника эльдар, – осторожно предложила Альтани. Она уже некоторое время стояла рядом, слушая взрослых.

Яго молчал. Его план был прост, но Повелителю Ночи стало интересно, как быстро они додумаются.

– Раз Ноунейм сумел извлечь из ядра эльдарских истребителей какие-то данные, значит машины в том состоянии, чтобы стать предметом торга, – Йормунганд одновременно нравился Севатару и настораживал его.

– Хорошо, – пилот пожевал губами, прежде чем нашелся, чем крыть. – Мы можем связаться с торговцем, если подойдем ближе. Я даже могу усилить маскирующий эффект «Крэйга» гравитационными искажениями Вектры, луны Шелкуар. Но Ворран сразу определит наше местоположение и просканирует. Какой резон ему слушать нас? Рисковать? Мы же выглядим как пираты. Он сдаст нас ближайшему патрулю.

– Теперь я понял, – Йормунганд обернулся к Яго, который старательно скрывал свое ликование. Повелитель Ночи был почти горд своим отрядом.

– Понял что? – Альтани опередила Ноунейма, который хотел задать тот же вопрос.

+ Понял что? + тут же продублировала псайкер, коснувшись одновременно сознания Севатара и Йормунганда.

Повелитель Ночи выразительно посмотрел на Серого.

– Три дня назад Севатар рассказал мне историю, как технодесантник из его тактического отделения модифицировал систему распределения энергии боевого крейсера, – впервые в глазах воина появился намек на эмоции, искренний интерес. – По его… просьбе я сделал то же самое с «Номадом».

Глаза Ноунейма округлились.

– Теперь ясно, что это были за сбои, – он покачал головой. – А моих сервиторов, направленных в машинариум, ты успешно разворачивал командными протоколами высшего приоритета.

Яго невозмутимо кивнул. Альтани озорно улыбалась.

– Веди нас к Вектре, – скомандовал Повелитель Ночи пилоту, покидая мостик. KNR-963 остался на месте, держа в поле зрения Серого.

– Вообще это немного и мой корабль, – насупился Ноунейм, вводя необходимые команды в когитатор.

Севатар на миг остановился возле выхода.

+ Расскажи ему, + передал он Йормунганду и ушел.

Серый пояснил Ноунейму, что внесенные модификации позволяют имитировать перегрузку вторичных энерговодов в рабочих зонах. Предохранители он отключил вручную, так что бортовая сеть никак не отреагирует на команду, которая запустит имитацию.

После этого комментария пилот понял наконец, что задумал Повелитель Ночи.

– У него разум примарха, – вздохнул смертный. Наполовину с благоговением, наполовину с ужасом.

– Сильнее, – буркнула Альтани, и тоже направилась к выходу. – Сильнее, чем ты можешь себе представить. Сильнее, чем могу представить себе я.

После этого разговора «Номад» на четыре дня погрузился в тишину, пока они лавировали между патрульными маршрутами к ядру системы. У Ноунейма получилось. Он подвел корабль к нестабильной луне и замер в ее электромагнитной тени.

– Начинай, – Севатар сидел на корточках неподалеку от командного трона и неотрывно смотрел смертному глаза, которого еще вчера дважды проинструктировал. Пилот был во многом наивен и простодушен, но Яго не мог назвать его глупцом. Он справится.

Ноунейм отвел взгляд, сосредоточился. Затем коснулся сенсорного экрана в подлокотнике, посылая прямой вокс-сигнал «Первопроходцу», на борту которого потемневшей от времени бронзой было выгравировано «Лакшми». Старое имя на старом языке, который не звучал десятки тысячелетий.

Пилот никак не мог взять себя в руки, ведь они только что сорвали с корабля всю маскировку. Яго видел его состояние, Альтани тоже.

+ Помогу, + передала она Севатару.

+ Я сам, + коротко ответил он и окутал разум пилота полупрозрачной мембраной, напоенной образами безмятежности.

Яго не хотел полностью убирать волнение, пусть адреналин делает свое дело. Пусть обостряет чувства. Но пилоту нужна концентрация, которая с паникой не совместима.

Это сработало.

– Неопознанное судно девиантного класса, назовите себя, немедленно! – донесся из динамика высокий молодой голос.

– Это тебе стоит действовать немедленно, лейтенант Арт Логос, – усмехнулся пилот. Он отлично играл. Его голос сочился ядом чистого превосходства. – Тебе стоит немедленно открыть мне защищенный канал связи с капитаном Лукой Ворраном. В противном случае будешь безмозглым сервитором до конца своих никчемных дней, ведь твой господин узнает, кто именно лишил его самого большого куша в жизни.

Несколько секунд вокс молчал. Но «Лакшми» не обрывала связь.

– С каких пор корабельный устав заменил тебе чувство самосохранения, щенок! – пилот рявкнул так, что ответ Арта заглушил всплеск статики.

Улучшенный слух позволил Яго разобрать слова лейтенанта. Через три секунды Ноунейм уже говорил с Лукой Ворраном. Через восемь секунд они перешли на гололитический визуальный контакт.

Пилот предложил вольному торговцу два поврежденных эльдарских истребителя в обмен на покровительство перед властям системы.

– Я везу беженцев с Трамаса, – заливал Ноунейм. – Там сейчас война между проклятыми легионами. Настоящий ад. Да, я делаю это не по доброте душевной, люди смогли заплатить, большинство. Теперь нужно доставить их на Криз, там они будут в безопасности. На верфи Шелкуара мы лишь пополним запасы.

– Направленное авгурное сканирование комплексного диапазона, – механическим голосом отчитался один из сервиторов.

Минутой ранее Яго подал Йормунганду знак запускать имитацию перегрузки. Для авгуров их корабль выглядел напичканным тепловыми сигнатурами под завязку. Будто они и правда везли людей.

– А эльдарские истребители откуда? – аугметика в голове Воррана защелкала. Старый пустотный волк сузил глаза, впившись в Ноунейма сквозь пространство. Яго вновь коснулся сознания пилота.

– Падальщики, господин. Но как видите, мой корабль не беззащитен, – с толикой гордости заявил Ноунейм. Ворран прочел скрытое за гордостью тщеславие мелкого корсара и контрабандиста, которому улыбнулась удача.

Они общались еще некоторое время, прежде чем вольный торговец согласился на предложение. Он не мог не согласиться, слишком лакомый приз ему обещали.

Да и что может учинить пират, который за плату перевозит беженцев? Один залп орудий «Лакшми» превратит его судно в стремительно остывающий шлак. Но была и другая вероятность. Пират отвезет беженцев на Криз, а потом вернется на Трамас за следующей партией. И ему снова потребуется покровитель в системе Майя, чтобы пополнить запасы. Это предприятие сулило обоим не разовые перспективы.

– А что помешает ему сдать нас, когда он получит эльдарские истребители? – Ноунейм сидел на командном троне белый, как мел. Семь минут назад он закрыл канал связи с «Лакшми» и на полном ходу двинул «Номада» в сторону космической верфи Шелкуара. К доку №283, где пришвартовался корабль Воррана.

Пилот пока не верил, что все удалось.

– Честь, – пожал плечами Севатар, отвернувшись к обзорному экрану, который до половины закрыла синяя громада Шелкуара. – Есть такая глупая черта у некоторых.

Повелитель Ночи несколько раз сталкивался с вольными торговцами в прошлом. Поэтому знал, что у этих отбитых авантюристов действительно имелся собственный кодекс чести.

В чем-то кодекс гибкий. Например, он позволяет заниматься контрабандой, время от времени торговать с пиратами и даже использовать официально запрещенные технологии.

В другом кодекс незыблем. Вольный торговец не нарушает договор. Никогда. Ему не позволит гордость за свое имя.

Бизнес, будь он неладен. Лгать выгодно до поры до времени.

И Ворран не солгал. В доке он лично встретился с Ноунеймом, и тот не подкачал. Хотя Севатару снова пришлось помогать ему ментальным контролем.

Вольный торговец сообщил в штаб СПО, что «Номад» – разведчик из его свиты. Оттуда данные передали армейскому контингенту внутри системы и патрули перестали представлять проблему.

Проблему перестало представлять вообще что-либо, потому что род Луки Воррана оказался чертовски древним и уважаемым. А жадность и амбиции означенного господина оказались еще внушительнее.

За эльдарские корабли Ворран добавил несколько тысяч тронов. «В знак доверия со стойким намерением долгоиграющего союза», – старый лис расплылся в улыбке под треск своей хитроумной аугметики.

Вспомнив этот эпизод и реакцию пилота, Севатар неожиданно для себя коснулся плеча смертного.

– Молодец, – тихо произнес Повелитель Ночи. И не зная, какие эмоции теперь испытывать, зашагал прочь. Ноунейм за его спиной то краснел, то бледнел, пребывая в не меньшем замешательстве.

– Скоординируй ремонт и пополнение запасов, – распорядился Севатар, выводя смертного из ступора.

– А мы что будем делать? – Альтани побежала вслед за Яго. – Может, спустимся на планету? Она же вся водой покрыта, представляешь, там…

«Да какого Хоруса?» – подумал Севатарион, отстраняясь от ее щебета. Ремонт корабля займет не меньше трех-четырех дней, а коридоры «Номада» ему уже опостылели.

Он посмотрел на девочку. Улыбка тронула его губы. Мир-океан должно быть и правда красив. Ей понравится.

– Десять минут на сборы, – отчеканил Яго, стремясь озвучить шальную мысль быстрее, чем передумает. – Ты пойдешь с нами.

Последние слова предназначались Йормунганду. Севатар решил, что будет полезно понаблюдать за ним вне корабля. Может, на Шелкуаре он наконец раскроет себя, и можно будет убить его с чистой совестью.

Войдя в свою каюту, Яго смахнул со стола новые кунаи, которые сделал в мастерской на прошлой неделе. Клинки идеально легли в кармашки на перевязи, сшитой Альтани.

Глефу с собой взять не получится. А жаль.

– Слышал я про один мир-океан, – буркнул себе под нос Повелитель Ночи. – Будем надеяться, тут нет летающих островов. Ни одного.

Глава 9

Эхо смерти

Малышка хочет приключений

Ты не виноват

Они спустились на поверхность два часа назад. Эти два часа у Альтани не закрывался рот. Девочка не говорила, даже ментально. Но от восторга ее нижняя челюсть отказывалась соприкасаться с верхней.

Севатар ее понимал. Это и вправду… впечатляет. Даже в уголках глаз Йормунганда забрезжил огонек неприкрытых эмоций, когда воин уставился в горизонт. Там, где между небом и водой теряются всякие различия.

Они спустились перед рассветом. Комфортабельный пассажирский шаттл пронес их через атмосферный сумрак, высадив на расцвеченной люменами посадочной площадке. Тут же нашлась обзорная платформа, пустая в столь ранний час. Альтани сразу рванулась к ней, не обращая внимания на пронизывающий до костей ветер и мелкую соленую взвесь, что колола незащищенную кожу подобно иглам таэранского древесного ежа.

Сома-1 – первый и самый большой плавучий улей Шелкуара. Севатар выбрал его наобум. Им просто нужно было где-то побродить два дня. Благо, господин Ворран решил проблему с документами.

Люди Вольного Торговца пристыковали к «Номаду» лихтер без опознавательных знаков, забрали эльдарскую технику, и через полчаса уже с обычным лихтером – золотистый герб дома Ворран на весь фюзеляж – передали три колониальные лицензии класса «А».

Плечистые и, судя по виду, не шибко обремененные рассудком молодчики из Адептус Арбитрес проверили Севатара, Йормунганда и Альтани на погрузочной платформе звездной верфи. Проверку повторили на выходе из шаттла. Проблем не возникло.

По документам они – члены личной свиты Луки Воррана без локальных ограничений на перемещение. По сути, неприкосновенны для местных властей. Могут и Планетарного Губернатора посетить, если вздумается. И он их примет. Но Севатар считал излишеством даже невинную прогулку по центральным улицам средних уровней. Два закутанных в плащи транс-человека и маленькая девочка – группа и без того колоритная.

К счастью, на смотровой платформе в их сторону просто некому коситься. А вот им нашлось, на что посмотреть.

Океан.

Сначала – тяжелый графитовый. Будто и не вода вовсе, а полотно неочищенного адамантия на конвейере мануфакторума. Волны мерно набегают на ржавые опоры плавучего города с гулким грохотом, а потом бросаются врассыпную мириадами прометиевых брызг, не в силах справиться с безмолвным колоссом.

Потом, когда горизонт на востоке подернулся розоватой бахромой, океан плавно сменил цвет на переливчатый кармин. Яго помнил, так же выглядели океаны Дейтрикса, где Повелители Ночи пустили под нож население восьми Парящих Островов. Почти триста тысяч человек. Это был ад. Кровавый ад.

Здесь не так. Здесь в воде нет крови. Только преломленный свет местной звезды. Он играл от темно-красного до перламутрово-рубинового, пока внезапно не посерел, когда солнце скрыли низкие маслянистые тучи. Но океан остался прекрасен. Невообразимый. Бесконечный…

– Первозданный, – прошептал Йормунганд, и Яго в изумлении покосился на него.

– Лучше не скажешь, – это были первые слова, которые Альтани произнесла на Шелкуаре.

Севатар их восторгов не разделял. Мог бы, но запретил себе. Они тут не в безопасности. Еще с пяток хаотичных прыжков, а там посмотрим.

Вскоре псайкер поняла, что мерзнет. Легионеры даже не подумали взять ей теплую одежду. Самим то что. Они в минус тридцать только одну проблему знают – моргать чаще приходится, чтобы со склеры стряхивать лед.

Девочке купили свитер и куртку в ближайшем магазине. Потом остановились у придорожного ларька, чтобы поесть. Девчонка откровенно наслаждалась стейком и яичницей. Конечно, это синтетическая пища, на кой тут настоящих коров и кур разводить? Но все лучше, чем безвкусные питательные батончики и армейские пайки.

Яго поставил себе заметку: когда будут возвращаться на корабль – по пути набрать для Альтани условно-нормальной еды.

Потом они покатались на маглеве и межуровневом лифте. Спустились на минус третий, прошлись пешком, дальше на грави-платформе. Яго никогда не был в таких местах – почти четверть улья находилась под водой. Везде иллюминаторы, в основном ржавые, кое-где треснутые, а в одном месте из-под уплотнительного кольца даже сочилась влага.

Если не считать этих иллюминаторов, непривычно гулкого эха и соленой дымки под сводчатыми перекрытиями, будто гуляешь по обычному городу. Одному из миллиона людских городов на одной из миллиона людских планет.

Потом Альтани захотела спуститься в подулье и Севатар не возражал. При нем дар и кунаи, у Йормунганда – его телескопические клинки, которые по необходимости собираются в двустороннюю глефу. Оружие скрыто, но габариты воинов говорят сами за себя. Даже полный отморозок на них не сунется. Даже целая банда отморозков.

Но все это не имело значения. Потому что до сломанных эскалаторов, ведущих в подулье, они не дошли.

За очередным поворотом, где люмены светили особенно тускло, Яго и Альтани замерли. Одновременно. Йормунганд коснулся рукоятки клинка под плащом и осмотрелся. Затем осторожно тронул Севатара за плечо. Тот сначала не понял смысла прикосновения, поэтому процедил, не оборачиваясь:

– Еще раз твоя рука меня коснется, и я навсегда лишу тебя привилегии ею пользоваться.

Вышло столь же поэтично, сколь и угрожающе. Йорм руку убрал.

Повелитель Ночи сделал несколько шагов в глубину переулка. Он не тянулся за кунаями. Его дар инстинктивно заострился точно лезвие незримого клинка. Похоже, тренировки дают о себе знать.

Девочка хотела пойти следом, но Серый мягко взял ее за руку. Она не стала противиться.

Яго тем временем вошел в темноту и растворился в ней. Он уже понял, что привлекло его внимание. В углу у стены обвалился слив, а в яме среди нечистот лежало скрюченное тело. Человек умер пару минут назад, поэтому Яго легко уловил отголоски его… души?

Он вспомнил, что когда-то – кажется, в другой жизни – уже делал это на улицах Нострамо Квинтус. Без всяких тренировок. Это едва не свело его с ума. Но теперь все иначе. Теперь он готов.

Повелитель Ночи сфокусировался на остаточном образе. Он знал, что на самом деле душа, сознание или что-то там у людей внутри – уже далеко. Но эмоции смертного отпечатались на ткани физической реальности в момент его гибели, и теперь медленно истлевали, превращаясь в бледное мерцающее эхо далеких воспоминаний о воспоминаниях.

Смерть не прибирает за собой. Яго знал это с детства.

Он коснулся едва подсвеченного сгустка противоречивых энергий, который ощущал своими ментальными чувствами. Сгусток мягко пульсировал над телом человека, точнее – над местом его смерти.

Нави Кинсмол, так его звали. Лжец и лицемер, никчемный бродяга. Не знавший физического труда, желавший иметь все и сразу, но не желавший сделать для этого хоть что-то. Жизнь Кинсмола пронеслась в мыслях Севатара мерцающими фрагментами разбитого витража. И вот – последний осколок.

Приведение.

Слово-образ пронизал столь несоизмеримый ужас, что Яго не сразу идентифицировал эмоцию. Это и привело к смерти Нави. Сердечный приступ. Но умер он не сразу. Он бежал. От кого?

Эхо смерти почти рассеялось, но Севатар сумел удержать его на несколько мгновений. Подбежала Альтани, ойкнула, зажала руками рот. Но не ушла. Наоборот – потянулась к тому, что осталось в этом мире от никчемного человека.

Севатар почувствовал, как в висках застучала боль, а ноздри увлажнились. Стоит оно того? Какая ему вообще разница, что случилось с этим упырем? Повелитель Ночи ослабил ментальные путы, в которые поймал эхо смерти, и оно мгновенно стерлось с покрова реальности. Уже навсегда.

– Вы что-то почувствовали? – подал голос Серый. Яго хмыкнул, обнаружив, что хочет ответить вопреки своему обычному поведению.

– Он умер, увидев приведение, – Севатар повернулся к Йормунганду и ухмыльнулся своей самой противной улыбкой.

– Яго не шутит, – добавила девочка, шмыгнув носом.

+ Все в порядке? + Севатар присел возле нее. Повелитель Ночи стеганул свою глупость мысленным бичом. Ведь он даже не подумал, что на девочку это может произвести не самое лучшее впечатление. Да, она всю жизнь провела на кораблей Темных Ангелов, но лишь в роли астропата, и куда зря ее не пускали.

+ Да, просто…+ девочка обняла Севатара, и тот неумело прижался к ней в ответ. Осторожно, чтобы не навредить.

Внезапно он почувствовал что-то твердое у нее под круткой. Повелитель Ночи отстранился.

– Что там у тебя? – требовательно спросил он, уже зная ответ. Не составило труда сопоставить два и два.

Девочка виновато опустила глаза и достала из поясной сумки Камушку. Севатар взрыкнул, поднимаясь на ноги.

– Он же килограмма четыре весит, не тяжело? – Йормунганд внимательно и как-то по-доброму посмотрел на Альтани. Яго снова зарычал.

Серый, Ноунейм – они будто сговорились! Никто из них не поддержал Севатара по поводу Камушки. Хотя пилот нашел в обновленной базе информацию про дезеголов и Яго настоял, чтобы все посмотрели пару пик-записей, как эти монстры разрывают на части неосторожных путников.

Альтани уверяла Повелителя Ночи, что сможет своим даром остановить Камушку, едва почует опасность. Вот только дезегол никак не проявил себя с того момента, как девочка его нашла. Тварь имела психический отпечаток в Имматериуме, чего не должно было быть. Но при этом она ничего не делала. Сумма фактов напрягала Яго не меньше, чем вопрос – почему только он видит в Камушке опасность для ребенка?

– Ладно, пойдем, – вздохнул Севатар, в очередной раз пообещав себе выбросить монстра в шлюз. Ну да, а потом он увидит умилительные глазки Альтани, полные мольбы… Девчонка начинала пользоваться его привязанностью.

– Мы привлекаем внимание, пойдем, – повторил он, намереваясь вернуться из темного проулка на освещенную улицу.

– Вот так просто уйти? – Альтани подбежала к Повелителю Ночи и обхватила его ногу. Легионер не ощутил ее веса, но хитрюга знала – Яго замрет на месте, чтобы случайно не сделать ей больно.

– Мы на нижнем уровне, дальше подулье, – Севатар отцепил девочку от штанины. – Дитя, здесь едва не в каждой подворотне труп. Нам еще встретился вполне себе целый, что редкость для таких мест.

– Но он сказал «призрак»! – заявила Альтани, в порыве добавив к физическому возгласу яркий мыслеобраз, от которого Яго поморщился.

– Ты видела, он был наркоманом, – за последние месяцы Севатар научился быть терпеливым с девочкой. – Он верил в свои слова. Я даже допускаю, что бродяга повстречал нечто… неестественное. И что с того? Варп всегда просачивался в наш мир. Просто раньше… мы не замечали.

– Делали вид, что не замечаем, – поправил Йормунганд. Севатар хотел разозлиться на него, но не смог. Серый был прав.

– А этот человек и правда что-то видел, – Йорм посмотрел сначала на Альтани, потом на Повелителя Ночи. – Не знаю, насколько вы оба отдавали отчет своим действиям, но ваши лица были такими… сосредоточенными. И удивленными.

– Малышка хочет приключений, – оборвал его Севатар.

– А ты? – Серый уставился на Яго. – Чего ты хочешь?

– Разорвать тебе глотку, например, – Повелитель Ночи не был до конца уверен в истинности своих слов. – Еще хочу чудовище это сбросить в океан, – он указал на поясную сумку Альтани, где сидел Камушка. – У меня много желаний, мой монохромный друг. И мне неясно, почему до сих пор это только желания, а не свершившиеся события.

– Возможно, потому что ты возвращаешься, – толи спросила, толи сказала астропат. Когда Севатар обернулся к ней, его злость мгновенно опала. Девочка тоже была права. Все кругом правы. Куда катиться мир.

Севатар давно понял, что не может спорить с малышкой в мелочах. А эта ее блажь, несомненно, воспринималась им как мелочь.

Еще он понял, что меняется, и довольно сильно. Он хотел бы признать, что меняется в худшую сторону, но… это было бы ложью.

Возможно, потому что ты возвращаешься.

– Ладно, поиграем в охотников за приведениями, посходим с ума, – Яго посмотрел на Альтани. – Покажи ему, дитя. И пока подумайте, за что тут можно зацепиться.

– А ты куда? – бросила она в спину Повелителю Ночи, который снова скрылся в проулке.

– Выпил много Аквила-Колы, – пояснил он через плечо. – И едва не забыл, что не в силовой броне.

Вернувшись, Яго по лицу Альтани понял, что малышка что-то придумала.

+ Смотри! + сходу выпалила она, и в сознании Севатар вспыхнул образ.

Повелитель Ночи вздернул бровь. Девочка выудила из витражей эха смерти на удивление четкую картинку, бессознательно зафиксированную глазами Нави и случайно запечатлевшуюся в его памяти.

Яго присмотрелся: потемневшая от времени ключ-карта из пластека с выбитыми на ней цифрами. Не военная, потому что нет символики. И не от жилища, ведь даже на нижних уровнях самых занюханных ульев дома запирают на контактные чипы или воксовые криптеры. Вывод – карта от гостиницы. Дешевой, видавшей гораздо лучшие времена гостиницы.

– Ага, ты понял! – девочка хитро сощурилась. Яго удивился, что она так быстро пришла к верному результату.

– Представляешь, сколько здесь гостиниц? – Севатар невольно улыбнулся ее задору. – Даже в этом районе. У нас нет столько времени…

– Просто не хочешь помогать, – Альтани поджала губки. – Будто у тебя тут неотложные дела!

Севатар вздохнул.

– С чего ты взяла, что я не хочу… – начал он, но псайкер вновь оборвала его.

– Йормунганд сказал, что ты можешь восстановить путь Нави по следам, хотя бы направление, – Альтани ткнула пальцем сначала в Серого, потом в Яго.

– А сам Йормунганд не может этого сделать? – Севатар скривился. – Или он осознает, что потом с ним сделаю я?

Тот невозмутимо пожал плечами.

– Я не раб тебе, но многим обязан, – серьезно сказал воин. – У вас с девочкой сильная связь. Я не вправе…

– Подрывать мой авторитет? – Севатар хохотнул. Впервые за долгое время Повелитель Ночи просто рассмеялся. Без экивоков и подтекстов.

– Я попробую, – пообещал он Альтани и снова направился в треклятый проулок.

Нави Кинсмол смердел похлеще грокса. Влажность и тепло усилили запах, так что нейроглоттис Севатара не особенно напрягался. Со следами было сложнее. Грязи в проулке оказалось на удивление мало, да и дождь начал накрапывать. Яго поднял взгляд к далеким перекрытиям – тут давно сформировалась полноценная экосистема. Для нижних уровней улья это не нонсенс.

Он пошел на запах, как бладхаунд. Было легко, пока след не вывел его на параллельную улицу, где прорвало канализацию.

«Может вернуться и сожрать кусок этого бродяги? – мысленно хмыкнул Севатар. – Благодаря омофагии я могу получить больше сведений. Как на Яросе, где мы проникли в орочье логово и…»

Повелитель Ночи покосился на Альтани, услышав странный звук. Похоже, он опять забыл закрыться и думал слишком громко.

– Прости, дитя, – Севатар улыбнулся. – Не буду я эту падаль трогать. Но дальше не отследить. Он оттуда бежал, – с этими словами Яго перешел дорогу и направился вглубь гетто.

Кто бы мог подумать, но через два дома они увидели чертову гостиницу. Точнее Севатар увидел. Йормунганд увидел. Альтани не поняла, и можно было ей не говорить. Можно было пройти мимо.

Но Повелитель Ночи неожиданно для себя решил, что использует эту историю в качестве наставления. Пусть дитя увидит, что ее фантазии и реальность – две разные вещи. Если тут и замешано зло, никаких «приведений» в нем нет. Зло всегда исходит от людей. И чем раньше ребенок это поймет – тем лучше для него.

Поэтому Севатар махнул рукой в сторону приземистой башни из грубого рокрита, притулившейся меж двух жилых корпусов, чьи вершины терялись в сумрачной вышине.

Башня и была гостиницей. Похоже, когда-то ее стилизовали под замок, но с тех пор минули века. Кладка потрескалась, самые крупные трещины грубо стянули промышленными скобами. Пару окон на первом этаже закрыли ржавыми листами железа.

Над входом, выполненным в форме миниатюрных ворот, перемигивались люменобуквы. «Восторг». Серьезно? Хотя Севатар как-то слышал, что один умник на захудалом мирке назвал так целый город. Подводный, кстати.

– Не боишься, дитя? – он открыл перед Альтани натужно скрипнувшую дверь. – Кто знает, что ждет нас внутри?

Девочка по-прежнему сияла, искренне веря, что это маленькое приключение не принесет ей ничего, кроме… Ну да, кроме восторга.

Внутри было еще смурнее, чем на улице. Яго опередил Альтани и в три транс-человеческих шага пересек короткий холл. Он едва не касался потолка макушкой.

На ресепшне сидел не сервитор, а живой человек. Это здорово облегчило задачу. Яго швырнул на стойку ключ-карту и вопросительно посмотрел на служащего из-под капюшона. Тот пару раз тупо моргнул, пока Севатар не сообразил, что капюшон лучше снять.

Это сработало.

– Вт-вт-второй этаж, – смертный сглотнул. Кажется, даже поседел. – До упора направо.

Яго забрал ключ-карту и пошел в сторону лифта, махнув остальным рукой.

– Г-господин, – выдавил служащий. Севатар удивленно поднял брови и обернулся.

– Пр-простите, г-господин, но лифт не работает, – человек едва не плакал. Глядя на него, Яго испытал толику уважения ко всем смертным, которые служат во флотах Повелителей Ночи.

– Чтоб к вечеру починили, – холодно бросил он и, поискав глазами указатель, направился к лестнице.

Альтани побежала за ним, прижав ладони ко рту, чтобы не прыснуть. От нее не укрылся шальной огонек в глазах Яго. Даже Йорм улыбнулся. Хотя из них троих именно Серый выглядел максимально собранно и напряженно.

В гостинце было жутко грязно. Двери в половину номеров заколочены. Работала от силы четверть люменолент. Но постояльцы имелись, двое даже встретились Севатару по пути. Первый сидел на лестничном пролете, глядя в никуда. Второй столкнулся с легионером на этаже и, судя по запаху, обгадился от страха. Немудрено. Ведь он теперь всем будет рассказывать, что встретил призрака.

Ключ-карта никак не хотела открывать дремучий магнитный замок. Яго уже думал выбить дверь, но Йормунганд вежливо попросил дать ему попробовать. И сумел, забери его пустота!

Единственная лампа в номере включилась с трудом и озарила помещение тусклым неровным светом. Номер Нави выглядел так же, как сам Нави. Но воняло не гроксом. Воняло курительными наркотиками и дешевым алкоголем. Вместо кровати в углу были накиданы тряпки.

Севатар внимательно осмотрел помещение, сфокусировав дар в незримый клинок. Через полсекунды он понял, что опасности нет впустил остальных. Все разбредясь по комнате.

Яго направился к низкому столику из закопченного пластека. Это было единственное место в номере, которого невзначай коснулась длань относительного порядка. Повелитель Ночи наклонился, стал перебирать инфопланшеты и заметки, нацарапанные на обрывках пергамента.

Нави писал на странном диалекте Низкого Готика. Севатару потребовалось почти восемь минут, чтобы подобрать ключ и расшифровать заметки. Без уроков Альтани у него ушли бы дни или даже недели.

– Кажется, что-то есть, – произнес Яго. Одновременно с ним это сказали Йормунганд и Альтани. Все трое посмотрели друг на друга.

– Наш бродяга здесь не просто жил, – Повелитель Ночи высказался первым. – Он что-то искал. Именно тут, в гостинице.

– Не в гостинице, – Йормунганд указал на хлам в углу. – Портативный плазменный резак, рефракционная глушилка, а его рабочая одежда, – легионер ткнул носком сапога в груду тряпья, отделив от нее нечто, напоминавшее комбинезон, – заляпана хеоном.

– Хладагент, – Яго подошел к Серому. Тот не ошибся, желтоватые флуоресцентные капли хеона не спутать. – Его применяли в инфраструктурных подсистемах ульев, перестали лет пятьдесят назад.

– Трубы пускали под землей в свинцовых кожухах, потому что хеон фонит, – закончил рассуждения Йормунганд.

– Дурачок Нави умирал, но даже не знал об этом, – Яго хмыкнул.

– Не по своей воле, – подала голос Альтани. Девочка стояла над «кроватью» Кинсмола. Белая как нострамский мрамор.

Севатар подскочил к ней с такой скоростью, что полы его плаща не успели взметнуться. Он искал глазами опасность вокруг. Искал раны на теле девочки. Затем догадался коснуться ее ментально. Альтани что-то напугало.

– Что ты увидела, малышка? – Яго протянул к ней руки и осторожно коснулся плеч ребенка.

– Он жил тут много дней, – Альтани наконец взяла себя в руки. – И много спал. В основном – пьяный или в наркотическом бреду. Он видел сны, кошмары. Они отпечатались здесь, и еще долго не уйдут.

Она минуту помолчала. Легионеры не торопили девочку.

– Я не все поняла, – астропат посмотрела в глаза Севатару. – Но его кто-то нанял. Странный человек, которого он боялся, но которому не мог отказать. Этот человек не отсюда, не с Шелкуара. С ним связана какая-то тайна. Он обещал хорошо заплатить.

Продолжения не последовало, и Севатар поднялся. Он взял малышку на руки, она прижала к нему.

– Пойдем или с тебя хватит? – легион прищурился.

Альтани несколько секунд лупала фиалковыми глазками, потом опущенные в непонимании уголки губ чуть приподнялись. Восторг. Снова восторг.

Севатар не дождался ответа и вышел из номера. На ресепшне они узнали, где спуск в подвал. Там света вообще не было, но для легионеров это не стало проблемой. Для Альтани тоже – псайкер видела обстановку в ментальном диапазоне. То есть даже лучше, чем они.

Подошвы кособоких ботинок Нави хорошо отпечатались во влажной пыли, кроме него тут никто не ходил. Девочку Яго передал Йормунганду, что все трое восприняли как знак доверия. В кредит, понятное дело.

Дыра в металлической переборке, которую бродяга проделал плазменным резаком, обнаружилась минут через пять. Из темноты пахло ледяной сыростью. Альтани плотнее закуталась при одном взгляде на дыру, но на Яго посмотрела решительно. Так решительно, что тот даже улыбнулся.

– На «Номаде» есть антирад? – уточнил Повелитель Ночи, с трудом протискиваюсь в отверстие, которое смертный делал для смертного.

– Так точно, – отозвался Йормунганд, передавая Севатару девочку. – Думаешь…

– На всякий случай, – Яго подождал, пока Серый пролезет и вернул ему Альтани. – Нам то что, а малышке может понадобиться.

Он все-таки достал кунаи. За спиной характерно зашуршало – Йорм тоже вооружился. Севатар поймал себя на мысли, что перестает презирать Серого. Повелитель Ночи по умолчанию презирал всех вокруг, пока кто-то не доказывал ошибочность такой позиции. А случалось это крайне редко.

Йормунганду не нужно было ничего разъяснять. Он без вопросов нес девочку на руках, понимая, что она будет сильно мешать ему в бою. Яго не читал его мысли, и так знал – Серый сбежит с малышкой, если придется. Потому что именно это прикажет ему Севатар.

Они оказались в широком тоннеле со сводчатым потолком. Вдоль стен тянулись бесчисленные провода и коммуникационные коробы. Порой что-то шуршало, шипело и булькало в трубах, из распределительных щитков били искры.

– Если не считать Нави, тут людей не было сотни лет. Может тысячи, – тихо произнес Йормунганд. Его полушепот прозвучал в мертвой тишине тоннеля так, будто он говорил в рупор. – Тогда откуда запах…

– …тлена, – Севатар уже не думал о том, чтобы не смутить Альтани. Он думал о том, что, возможно, ради нее им стоит уйти. Потому что в давно заброшенных туннелях, проложенных в дни основания добывающей станции, пахло смертью. А этого не могло быть. Если здесь кого-то убили, это случилось так давно, что от костей не осталось и праха.

– Ну хоть чуть-чуть пройдем, – прошептала Альтани, и Яго двинулся вперед по тоннелю.

Он чувствовал ее страх. Но также он чувствовал, что астропат не намерена сдаваться. Она получит свое приключение. Севатар лишь надеялся, что они с Альтани его переживут. С Йормом ладно.

Через несколько минут тоннель вывел их в округлый зал, под потолком висела фосфоресцирующая дымка. Она тянулась по земле, лепилась клоками на стенах в пересечении труб. Кроме прохода, из которого они вышли, было еще одиннадцать таких же. Что-то вроде хаба.

Севатар ощутил, как Йормунганд напрягся. Его аура изменилась, теперь Серый тоже почувствовал. Но не смерть. Жизнь.

– Я знаю, – Севатар опередил его. – На трубах, под самым потолком. Не дергайся, Йорм, это лишь смертный.

Вообще, это было забавно, встретить здесь притаившегося в засаде человека. Вот только Яго не забавлялся, потому что его ментальные щупальца никак не могли подцепить ауру смертного. Они просто соскальзывали с нее.

+ Не могу прочесть, + передал он Альтани. + Как это возможно?

Пояснять было ни к чему, девочка тоже почувствовала незнакомца.

+ Ага, + отправила она в ответ. Мыслеобраз резкий, напряженный. + Его что-то прикрывает. Устройство. Я уже встречала такие на корабле Темных Ангелов. Не знаю, как с ним справиться. А он… враг?

+ Вряд ли, + отозвался Севатар. + Он ждет.

– Чего ждет? – девочка ненамеренно продублировала свой вопрос голосом, и ее слова будто запустили какую-то цепную реакцию. Хотя дело конечно не в словах. Дело в страхе.

– Этого, – ответил Яго, преобразуя свой дар в незримый клинок.

Призрак появился внезапно. Мгновение назад его не было и вот белесая сутулая фигура статично висит над землей в центре зала. Руки вдоль тела, голова повернута на бок. Длинные грязные волосы почти закрывают лицо, бледные губы кривятся в злобной усмешке, от которой даже Севатара внутренне передернуло.

Повелитель Ночи инстинктивно метнул кунаи, ощутив, что температура воздуха резко упала градусов на десять. Но прежде, чем Альтани выдохнула облачко пара, Яго уже влетел спиной в стену, сломав несколько труб. Из обломков вырвались струи газа и потекла темная жидкость.

Призрак двигался быстрее легионера. Потому что он вообще не двигался. Просто возникал в новой точке пространства, не затрачивая времени на перемещение. Бился он так же. Его руки просто впечатались в грудь Севатара, который не увидел, чтобы призрак поднял их.

Яго вскочил, замахиваясь следующей парой кунаев. Одновременно он выпустил дрожавший от ярости психический клинок. Гнев придал ему сил. Астропат даже прикрыла рукой глаза, а Йормунганд отступил на несколько шагов. Серый встал правым плечом вперед, отведя назад сгиб локтя, на котором сидела девочка.

Клинок прошел сквозь силуэт, настолько бледный, что он будто светился. По виду призрак вообще ничего не заметил, лишь его оскал стал шире, едва не порвав губы в уголках. Севатар зарычал, но прежде, чем он бросился в новую бесполезную атаку, возле призрака зажглись шесть солнц из неестественного света. Спустя долю секунды по ушам ударил хлопок вытесненного воздуха, а нос наполнил резкий запах озона.

Когда телепортационная вспышка рассеялась, призрака полукругом охватили шесть изящных фигур в иссиня-черной броне, которой ни Севатар, ни Йормунганд никогда не видели. Фигуры держали в руках длинноствольное оружие. Оно не было знакомо Повелителю Ночи, но по характерному свечению в стволах он понял, что оружие заряжено археотековыми электрическими пулями. Как его «Аластор». Взять который он не смог, ибо даже покровительство Воррана не позволило пронести оружие в шаттл.

Но сейчас главная проблема заключалась в том, что лишь пять стволов были направлены на призрака. Шестой смотрел в сторону Севатара.

– Назад в тоннель! – заревел Повелитель Ночи и мир утонул в оглушительном треске энергетических вспышек.

Йормунганд начал двигаться за мгновение до команды Севатара. Он бежал к тоннелю, подставив спину потенциальному противнику. Это было тактически глупо, но иначе воин не мог прикрыть Альтани. К счастью, они тут никого не интересовали.

Существо, которое целилось в Севатара, оказалось предупредительно быстрым. Первая пуля разорвалась всполохом синих искр над плечом Повелителя Ночи. Вторая должна была угодить ему в грудь, но между двумя дульными вспышками вражеского оружия вклинился еще один звук. Звук, который Яго идентифицировал как выстрел из крупнокалиберной снайперской винтовки типа «Освобождение».

Стрелял смертный, затаившийся вверху на трубах. Его выстрел угодил неведомому противнику в черный конический шлем, превратив его в фонтан стеклянистых осколков.

Севатар метнулся к тоннелю, который чуть расходился у входа, что давало хоть какую-то защиту. Йормунганд и Альтани вжались в стену с одной стороны, Повелитель Ночи с другой.

Яго прикинул варианты. Убегать? Звучит разумно, ведь те шестеро, то есть уже пятеро, явно пришли за призраком. И пока они сражаются, есть шанс скрыться. А исход битвы не имеет значения, тут все друг другу враги.

+ Камушка! + ментальный возглас Альтани хлестнул Севатара раскаленным жгутом. Он посмотрел на противоположную стену тоннеля. Девочка рвалась обратно в зал, Йормунганд без усилий удерживал ее одной рукой.

+ Остановись! + рявкнул Яго. Его мыслеобраз был напоен сфокусированной холодной яростью, которая смела два их трех ментальных щитов с сознания Альтани. Девочку качнуло, истерика прошла. Она посмотрела на Севатара со смесью страха и мольбы.

+ Камушка там! + астропат махнула рукой в сторону зала, где все еще кипел бой. Яго выглянул из-за края стены и сразу увидел поясную сумку девочки. Она лежала в семи метрах от входа.

Повелитель Ночи не стал терять время. Мыслеобразы Альтани все ему сказали. Если он сейчас попытается ее увести, она сломит его и бросится за дезеголом. В крайнем случае возьмет под контроль Йорма и сделает все его руками.

Яго выждал полсекунды и с глухим рыком бросился обратно в зал. Он дважды сменил направление движения, перекатился, схватил сумку. Получил электрическую пулю в бедро. Рванулся обратно, лишь тогда догадавшись сформировать вокруг себя энергетический щит. Они с Альтани не практиковали таких финтов, но норадреналин подстегнул соображалку.

Три электрические пули разорвались в воздухе за спиной Севатара, пока он ковылял к тоннелю. Легионер не знал этого, но его действия спасли жизнь снайперу, который прятался на трубах, переключив внимание одного из воинов в черной броне.

Когда Яго ковыляющей походкой достиг края тоннеля, в воздухе зазвенела тишина. Он замер и медленно обернулся. Все воины, телепортировавшиеся сюда меньше минуты назад, были мертвы. Одного убила пуля снайпера, остальных буквально разорвали на куски. Повелитель Ночи отметил, что кровь у этих созданий маслянисто-черная.

Призрак смотрел на Севатара жутким взглядом. На его неестественно-светлой чуть подрагивающей фигуре не было ни капли крови. Сверху снайпер передернул затвор. Призрак рывком поднял голову. Точнее, его голова просто сменила положение в пространстве. Через мгновение он исчез из поля зрения Севатара.

Дальше Повелитель Ночи действовал быстрее, чем успевал думать. Он развернулся и поднял взгляд, выискивая призрака. Тот обнаружился в облаке пара под самым потолком. Раздался сдавленный (женский?) крик и тело в хамелиолиновом плаще полетело вниз. Яго перекатился и подхватил смертного. Из-под капюшона на него глянули синие как лед глаза. Точно, женщина.

Севатар поставил снайпера на землю и послал в призрак испепеляющую ментальную волну. Потом следующую. Он менял частоты и модуляции энергии, модифицировал мыслеобразы, извращал их. Рядом снайпер уже вскинула винтовку и выстрел за выстрелом посылала в сторону противника.

Крупнокалиберные пули проходили сквозь существо. Ментальные волны тоже не принесли результата. На неведомую тварь ничто не действовало. Похоже, она не принадлежала ни одному из известных Севатару миров.

– Твою то мать, и правда призрак, – успел пробормотать Повелитель Ночи. Белесая фигура возникла прямо перед ним. В некогда человеческих глазах он не увидел ничего, кроме бесконечной ярости. Такая ярость выжигает души дотла.

Призрак ударил их одновременно – Севатара и смертного снайпера. Они разлетелись в стороны, как сорные бумажки, подхваченные ветром. Ударившись о стену, Яго ощутил, как ломается ключица. Снайперу пришлось легче, ее бросило на трубы.

Призрак снова сменил положение головы. Теперь он смотрел в сторону тоннеля, из которого выглядывал Йормунганд. Воин сжимал в руках силовые клинки. Он понимал, что это бесполезно. Все понимали. За его спиной, прижимаясь к стене, застыла Альтани.

Девочка тоже пробовала атаковать призрака и ничего не вышло. Теперь ее сковал первобытный ужас. Йормунганд твердил ей «Беги, беги!», но она не реагировала.

Призрак исчез и появился за спиной Серого, перед Альтани. Он взглянул на девочку сверху-вниз и… мгновение превратилось в вечность. Севатар отчетливо видел – сейчас астропат умрет, и он ничего не сможет сделать.

– Ты не виноват, – слова сами сорвались с губ Повелителя Ночи. Он не знал, почему сказал это. Его сознание постоянно анализировало ситуацию в глубинных слоях и, похоже, пришло к каким-то выводам.

Призрак возник перед Севатаром. В его черных буркалах плескалась теперь не только ненависть. Удивление? Надежда? Боль.

– Покажи, – попросил Севатар, не вполне понимая значение собственных слов. Но призрак понял. И показал ему. Истертые крупицы воспоминаний, запечатленных на пергаменте прошлого, которое давно обратилось в пыль.

Шелкуар открыли совсем недавно. Молодой инженер Эмра Карвон прилетел сюда, чтобы строить буровые станции. Сома-1 – его детище, аналогов которому нет.

Эмра спускается на технический уровень с финальной проверкой. Чертова труба! Ее плохо закрепили, и когда платформа качнулась на волнах, скобы не выдержали. Труба ударила инженера по голове, расколов череп и раздробив шейные позвонки. Он падал в воздуховод уже мертвым.

Но Карвон не понял, что умер. Он не хотел понимать. Ведь наверху в жилом модуле А-2 его ждет жена и две дочки. Анике три года, Саше четыре. Его жена, Нанна, тяжело больна. После смены Эмра должен был зайти в медблок, куда с орбиты передали лекарства. Они записаны на его имя, их больше никому не дадут.

Страх.

Он помнит непередаваемый страх, который охватил его. Он боялся за свою семью. Боялся так, как никогда в жизни. Ведь у них больше никого нет. Никто им не поможет. На платформе сейчас минимум персонала, руководство на орбите. Из-за штормов работы прекращают на пять дней.

Пядь дней.

Столько прошло? Он не помнит. На технический уровень спустился рабочий. Эмра как-то понял, что это тот самый рабочий, который не закрепил трубу. Ледяной страх мгновенно трансформировался в аннигилирующую ярость.

Мертвец кричал, но рабочий не слышал. Мертвец проклинал его и молил навзрыд, но человек не обращал внимания. Тогда мертвец просто задушил его. Сам не понял, как. И следующего, который спустился на поиски первого, он задушил тоже.

Ярость не оставила места рассуждениям. Ярость, порожденная ненавистью, в которую переродилось чувство вины. Ведь это он. Он не смог защитить свою семью. Лишь он виноват. И они, живые. Они виноваты в том, что живут и могут быть со своими семьями, а он – нет.

Вскоре Эмра понял, что не может проявиться, когда рядом много людей. Но с одиночками не было проблем, они ничего не могли ему сделать. Он превратился в страшную сказку, а потом о нем забыли, как забывают обо всех страшных сказках. Шли годы, века, тысячи лет. Он убивал одиноких рабочих, заблудившихся бомжей и бродяг, культистов. Дальше уже никто не приходил.

Он не знал, сколько времени прошло. У него не было связи с другими людьми, с платформой наверху, которая уже превратилась в город. Он был прикован к этому месту. Страхом и ненавистью. Виной.

– Ты не виноват, – повторил Севатар, когда поток истлевших образов отхлынул. Кому он это сказал – призраку или себе?

Кровь шла у него из носа и глаз. Он чувствовал пустоту внутри. Призрак показал ему свою боль и Повелитель Ночи вспомнил, что значит быть человеком. Таким беззащитным перед миром вокруг.

– Я привел сюда это дитя, – Яго взглянул на Альтани и призрак тоже повернулся к ней, – чтобы развеять ее фантазии. Чтобы показать – зло исходит от людей. Всегда только от людей. А сверхъестественные причины – лишь попытка оправдаться. Даже зло варпа – оно от нас.

– Я… зло, – голос призрака прозвучал будто шум статики.

– Как и я, – Севатар наполнил грудь ледяным воздухом. – Но не она.

– Твоя… дочь? – прошелестело существо.

– Да, – не задумываясь ответил Повелитель Ночи. Он больше не смотрел на призрака. Он смотрел на Альтани, по щекам которой катились янтарные слезы.

– Ты не виноват, – в третий раз повторил Яго. – Зло всегда исходит от человека. Но не всегда человек тому виной.

И все кончилось. Призрак растаял. Температура снова поднялась, фосфоресцирующий туман рассеялся, погрузив зал в глубокий полумрак.

– Это не было порождение варпа, – проговорил Йормунганд, осматриваясь. – Тогда что?

Ему никто не ответил. Севатар и Альтани так и не поняли, куда делся призрак. Его просто не стало. Завеса не истончилась, не было локальных разрывов между реальностями. Если его мятежную душу принял Имматериум, то они этого не ощутили. Но возможно ли, что он ушел куда-то еще?

Севатар опустился на колени и Альтани бросилась ему на шею. Девочка плакала, а легионер изо всех сил сдерживал слезы. Он уже забыл, как это бывает.

+ Пойдем отсюда, + мысленно прошептал Повелитель Ночи. + Закончилось это приключение.

+ Но будут другие, + мысли девочки по-прежнему были окрашены в черный и серый, но среди них уже мелькали игривые золотистые искры.

– А с ней что? – Йормунганд не спешил прятать клинки, глядя на снайпера. Женщина пришла в себя и поднялась. Ствол винтовки смотрел в пол.

– Давайте возьмем ее с собой, – предложила Альтани. – Мне кажется, ей здесь не место.

Севатар понял, что не в настроении спорить. Да и снайпер спасла ему жизнь.

– Мы сейчас же покидаем планету, а завтра систему, – произнес он, не оборачиваясь. – Я не знаю, куда мы направимся. Можешь лететь с нами, если хочешь. Но, скорее всего, ты умрешь в ближайшие месяцы. Нам везет на… приключения.

Альтани нервно прыснула ему в плечо. Но Севатар не улыбнулся. Направляясь к тоннелю, он был где-то далеко от этого места.

Женщина сплюнула кровавый сгусток и поковыляла за Повелителем Ночи. Йормунганд пропустил ее вперед и пошел следом, так и не спрятав клинки.

– Меня Геката зовут, – у смертной был низкий, но мелодичный голос. И странный акцент, который Севатар уже слышал.

– Мне плевать, – отозвался он, скрываясь во тьме тоннеля с Альтани на руках.

Девочка пристально рассматривала снайпера, выглядывая из-за плеча Повелителя Ночи. Она уже просканировала ауру женщины и кое-что увидела. Астропат улыбнулась, понимая, что скоро они подружатся. Они – Геката и Севатар.

Глава 10

Поймай, если сможешь

Не та весовая

Снег и смерть

Ноунейм коснулся сенсорной панели на подлокотнике командного трона, вызвав на главный экран сводное изображение с кормовых пикт-устройств. Иссиня-черная сфера Шелкуара стремительно удалялась во тьму космоса.

Севатара позабавила ирония. Ведь он не солгал Вольному Торговцу – «Номад» действительно направился в систему Криза. Пока корабль чинили, пополняли боезапас и пищевые склады, пилот изучал обновленные астрокарты и базы данных сектора. Криз выглядел идеальным вариантом для очередного витка их запутанного следа. Там Темные Ангелы не будут искать. Если вообще ищут.

Но Повелитель Ночи не сомневался – ищут.

– Что ты знаешь о Кабале? – Геката нарушила тишину.

Севатар сидел сгорбившись на краю наблюдательной платформы мостика. Он знал, как выглядит со стороны. Бывший Претор Нокс Восьмого легиона искренне ненавидел, когда так сидел Конрад Кёрз, его отец. Он напоминал уродливую каменную горгулью на стене давно павшего замка.

– Ничего, – Яго с интересом покосился на смертную. Снайпер отмылась и переоделась, от нее больше не разило стоками. Оказалось, что Гекате нет и тридцати, хотя там, в катакомбах под Сомой-1, она произвела впечатление видавшего виды ветерана, которому на вид за сорок, а без омолаживающих процедур – все семьдесят.

– Мне тоже, – девушка смотрела на Повелителя Ночи. Меж суженными веками читалась настороженность. Яго намеренно не касался ее мыслей. Он вообще теперь старался не делать это без нужды. Дар даром, но и другие навыки не стоит терять.

– Я следила за Нави, – пояснила Геката. – Его не люди наняли. Но и они сами на кого-то работали. На некий Кабал.

– Я видел, с кем сражался, – буркнул Севатарион. – Мне еще не доводилось встречал эту породу ксеносов.

– Насколько я могу судить, никому не доводилось, – пожала плечами девушка. – Но те, кто их нанял, искали этого… призрака.

– А кто нанял тебя? – подал голос Ноунейм. Яго мысленно улыбнулся. А пилот молодчина.

Геката обернулась. Ее глаза цвета красного железа изучали пилота. Так как Севатар промолчал, она поняла, что ответить ей придется.

– Это не имеет значения, – она покачала головой и Яго мгновенно уловил правду в ее словах. – Но если уж так хотите знать, меня наняла дочь главы Дома Актиев, они владеют Сомой-1. Девочка выросла на городских легендах и ей очень хотелось увидеть «призрака из подулья».

– Богачи и их безумства, – Ноунейм зло фыркнул. – Почему тебя? Почему она наняла тебя?

– Потому что я давно выполняю такие задания, – вздохнула девушка.

Севатар без всякого дара видел, что Геката пошла ва-банк. Она устала. От всего. Но почему-то верила, что «Номад» даст ей шанс.

– Уже два года, – продолжила снайпер, не дожидаясь наводящих вопросов. – Моталась по всему подсектору. За это время видела вампира, ну – ксеноморфа. Еще зомби, которого подняли культисты, которые сами не поняли, как это у них получилось. В общем-то, все. Большинство историй о сверхъестественном – лишь истории, но некоторые, – на миг ее взгляд затуманился и Севатар ощутил, что за этими словами стоит давняя боль, – некоторые правдивы. Вот только истоки зла не в зомби или призраках. Они в людях. Всегда только в людях.

Над мостиком вновь повисла холодная тишина, нарушаемая только шорохом оборудования и бурчанием безмозглых сервиторов.

– Выходит, то, что случилось на Соме-1, было в первый раз, – констатировал пилот. – Так что это было за создание? Какое-то порождение варпа?

– Нет, – Севатар даже качнул головой. – Он не принадлежал Морю Душ. Но этому миру он тоже не принадлежал. Альтани подтвердила мои ощущения.

– Тогда чем… кем он был? – снайпер снова перевела взгляд на Яго.

Молчание Повелителя Ночи стало ей ответом.

– Полагаю, он был призраком, – заявил Ноунейм. Геката, еще не знавшая смертного так хорошо, как Севатар, посмотрела в сторону командного трона, пытаясь понять, было ли это шуткой.

Она хотела что-то сказать пилоту. Что-то нехорошее. Но Севатар ее опередил.

– Я не сразу узнал твой акцент, – Повелитель Ночи впервые посмотрел на девушку прямо. Она выдержала его взгляд целых три секунды. – Ты с Фенриса. И ты профессиональный воин, значит служила с шавками Русса. И чем же они тебя так напугали, что ты сбежала в эту задницу мира? Своей вонью? Или непристойными предложениями?

Как он и надеялся, Геката вспыхнула. Ее аура озарилась кармином искреннего беспримесного гнева. Позабыв всяких страх, девушка с яростью посмотрела в глаза Севатару. Ее права рука рефлекторно дернулась к ножнам с тактическим ножом на бедре. Через мгновение, которое им обоим показалось вечностью, волна ярости опала. Но снайпер не отвернулась, хотя и продолжала молчать.

Сложно сказать, чем бы завершилось это странное противостояние, если бы в голове Севатара не возник встревоженный мыслеобраз, который послала Альтани.

+ Так, и что у вас там происходит? + поинтересовалась псайкер.

Губы Яго дернулись. Геката сощурилась, не понимая его реакции.

+ Мы знакомимся, + Севатар подкрепил ментальное послание мимолетным воспоминанием с задумчивым лицом Гекаты. Каким оно было пару минут назад.

+ Этого я и боюсь, + передала девочка. + Ты очень странно знакомишься, Яго. +

+ Время тренировки? + Повелитель Ночи сменил тему.

+ Верно, я жду тебя у Гората, + девочка покинула его сознание. Напоследок в ее мыслях мелькнул озорной огонек, но Севатар не разобрал подтекст.

Он выпрямился и молча направился к выходу с мостика. Ноунейм давно привык к внезапным и некомментируемым действиям со стороны Повелителя Ночи. Геката вздернула бровь. Она окликнула Яго, когда он уже подходил к пневматическим дверям.

– Мне так никто и не сказал, какую каюту я могу занять? – окрик снайпера заставил Севатара замедлиться.

– Любую свободную, – бросил он через плечо. – Главное – не каюту Ноунейма. Мне и так детского сада хватает.

С этими словами он покинул мостик, оставив пилота и Гекату ошарашено переглядываться. В глазах обоих читалась такая буря эмоций, что этот клубок не распутал бы ни один свободный адепт Пятнадцатого.

По пути к Святилищу навигатора Севатар встретил Йормунганда. После событий на Шелкуаре Яго стал больше доверять Серому. Это выражалось главным образом в том, что KNR-963 теперь следовал за легионером не шаг в шаг, а на расстоянии в почтенные семь метров.

– Через три часа жду тебя в тренировочном зале, – бросил Повелитель Ночи. Теперь вторичный склад они именовали не иначе как тренировочным залом. Яго решил, что немного патетики не повредит, раз уж все они так настойчиво играют роль адекватной корабельной команды.

– Принято, – сухо отозвался Йорм, и внезапно добавил, – думаю, ты будешь удивлен.

Яго ничего не ответил и свернул к лестнице, ведущей в Святилище. Он знал, о чем говорит Серый, потому что утром побывал в мастерской. Похоже, события на поверхности Шелкуара что-то всколыхнули в душе Йормунганда. Он разобрал свои силовые клинки и применил полученные материалы, чтобы изготовить новое оружие. Севатара в этой ситуации удивили две вещи.

Во-первых, Йормунганд демонстрировал навыки, выходящие за пределы типичных способностей технодесантника. Во-вторых, он сделал себе силовые топоры. Две огромные короткоручные секиры столь явно контрастировали с изящными гибридными клинками, что это наводило на тревожные мысли.

Поэтому Яго решил как можно скорее вновь сойтись с Йормом в поединке. Но – всему свое время. Сначала Альтани.

Войдя в Святилище, Яго проигнорировал Шео Гората. Они по-прежнему недолюбливали друг друга, но по-прежнему держали дистанцию. Чтобы не нервировать девочку, которой оба дорожили.

+ Будь с ней помягче, Яго, она только с виду такая, + передала Альтани, едва Севатар уселся посреди железной платформы. Девочка сидела перед ним, скрестив ноги с выпрямленной спиной и разведенными в сторону плечами. Повелитель Ночи зеркально повторил ее положение, глубоко вздохнул и закрыл свои бездонно-черные глаза.

+ Она воин, + парировал он. Севатар уже с легкостью корректировал метаболизм собственного тела силой мысли. Он в течение нескольких секунд замедлил дыхание, потом заставил основное сердце биться в такт размеренным вдохам. Второе сердце Яго почти остановил. Параллельно он снизил чувствительность альфа-два и бета-два адренорецепторов на пресинаптической мембране нейронов.

+ И это проблема, + не унималась девочка. + Она воин, который устал от войны. А те задания, которые она выполняла в последние годы, это из-за матери. Та была… фанатичной. Но я так и не поняла, что Геката хочет доказать. И кому. Себе или матери из собственных воспоминаний. +

+ Дитя, я скажу честно. Мне плевать, + Яго удивился тому, насколько естественно это прозвучало. Его самоконтроль над телом и разумом вправду достиг небывалых высот. Теперь он научился лгать себе и верить в свою ложь.

Альтани толи не почувствовала этого, толи оставила на совести Повелителя Ночи.

Совесть Повелителя Ночи.

Каких-то полгода назад Яго за эту глупость вскрыл бы горло дураку, рискнувшему озвучить подобное.

+ Слишком долго, + мыслеобразы девочки внезапно стали нейтральными. Яго потребовалось несколько секунд, чтобы понять – занятие уже началось. Альтани намеренно вызвала у него тонкую эмоциональную реакцию, чтобы сбить концентрацию. Сбить не удалось, но Севатар действительно замешкался. Он только сейчас смог освободить восприятие от шелухи физических чувств.

Положение тела.

Дыхание.

Ток лимфы.

Выкристаллизованное сознание.

Когда Повелитель Ночи вздохнул в очередной раз, его грудь не дрогнула. Он дышал эфиром.

+ Сродство, + отрывисто скомандовала девочка. Здесь он не смел называть ее «малышка» или «дитя». И не смел не подчиняться ей, в самом начале пообещав следовать каждому слову астропата.

+ С этим тоже? + Севатара перевел фокус внимания на навигатора. Он не любил объединять свой разум с разумом Шео Гората. Повелитель Ночи не боялся за свои тайны, они условились не читать друг друга. Но старик был откровенно безумен, из него буквально фонтанировали волны нечитаемых образов, от которых резало ментальный взгляд.

+ Сегодня нет, + ответила Альтани. Ее разум был полной противоположностью тому, что заменяло Горату сознание. Астропат на сто процентов контролировала исходящие потоки энергии, вокруг нее лишь струились изящные завитки белого света. И конечно потенциал. В каждой крупице ее ауры чувствовалась мощь, затмевавшая все вокруг.

Теперь девочка больше не подавляла свою силу, как на первых занятиях. Она учила Севатара видеть и действовать в любых обстоятельствах.

Навигатор, как обычно, был сфокусирован на отслеживании варп-течений. Яго видел тысячи ментальных нитей, которые протянулись от Шео за пределы корабля во все стороны. Они проходили сквозь пространство и время, чутко реагируя на малейшие волнения в Море Иллюзий.

Севатар и Альтани двумя призраками – белым и черным – скользнули из своих тел и понеслись по коридорам «Номада». В психическом диапазоне их корабль выглядел как склеп, разумы сервиторов едва мерцали тлеющими угольями.

Сознание Ноунейма подрагивало острыми синеватыми оттенками, он изучал обновленные базы данных. Йормунганд тренировался, пылая значительно ярче смертного. Аура легионера выглядела как рваная золотая сфера, плотно испещренная алыми прожилками, которые постоянно складывались в неопознаваемые узоры.

Наконец, Геката. Утонченный серебристый монолит с фиолетовой сердцевиной. Она горела ярче Ноунейма, но сильно уступала Йорму. Все смертные, если они не псайкеры, психически слабее транс-людей. Ибо так решил Он.

Севатар завис подле Гекаты. Снайпер ощутила легкий приступ тревоги и ее аура потемнела, когда рука опустилась к набедренным ножнам. Девушка застыла посреди коридора в нерешительности.

Яго видел ее намерение – она шла на мостик. Ей было скучно и хотелось с кем-то поговорить. С кем-то кроме собственного отражения в матово отполированной переборке.

Севатар полагал, что увидит предвосхищение облика Ноунейма, но разноцветный паззл эмоциональных отголосков сложился в иное лицо. Геката хотела встретить на мостике его, Севатара.

+ Достаточно, + мягко передала Альтани. Яго не читал девушку, ее мысли лежали на поверхности ауры, он просто видел их.

+ Достаточно, + астропат ничего не вкладывала в повторный мыслеобраз. Вместо этого она отгородила Гекату от Яго непроницаемым психическим щитом. Первым порывом Повелителя Ночи было попытаться пробить щит, но затем он напомнил себе, кто здесь ученик, и отступил.

Это тоже было частью обучения. Сдерживаться. Подчиняться слову того, кому доверяешь. Даже если не согласен. Это дисциплинировало. А без дисциплины дар становится проклятием.

+ Сегодня будет особая тренировка, веха, + послание девочки было окрашено в таинственные зеленоватые тона. Но Яго не повелся на провокацию. Он давно научился держать свое любопытство при себе.

+ Поймай меня, + едва мыслеобраз коснулся сознания Яго, эфирное тело Альтани размытой молнией метнулось за пределы корабля. + Поймай, если сможешь. +

Повелитель Ночи не стал переспрашивать и рванулся следом за астропатом. Они уже делали нечто подобное. Но сегодня было иначе. Девочка передала, что правил нет. Он не сдерживается, она тоже. Честно и бескомпромиссно.

Севатар послал вперед разреженный конус психической энергии. За первой волной последовала вторая, потом третья. Это было для отвлечения, он с самого начала знал, куда делась Альтани, потому что успел среагировать и прицепил к ее ауре крупицу своей воли, обретшей форму прозрачного бесформенного пятна.

Девочке потребовалось меньше полутора секунд субъективного корабельного времени, чтобы раскрыть его хитрость. Она испепелила «кляксу», даже не подумав о ней, а лишь обнаружив. Но было поздно. Он взял след.

Мгновением позже Яго возник прямо перед астропатом из сгустившегося эфира. Альтани не выказала удивления, но Повелитель Ночи знал, что она удивлена. Ведь он сам освоил этот трюк.

Она снова попыталась улизнуть, проскользив меж складками измененного пространства-времени, но Повелитель Ночи был готов. Он потянулся к девочке сфокусированной волей, оплетая ее тонкую сущность сгустившейся темнотой. Липкой и тягучей, порожденной воспоминаниями о детстве на окраинах Нострамо Квинтус.

Так это работает. Каждая эмоция, мысль, воля и желание – в варпе все обретает плоть. Но плоть пуста, и ее нужно наполнить. Материалом становится память. Истина пережитого. То, чем ты являешься. Чем был и чем хотел быть.

Схватки в эфире не похожи на поединки физического мира. Здесь тоже есть атаки, контратаки, финты. Но это примитивное понимание, потому что вместо действий псайкер использует намерение. Он не уворачивается от удара, даже если кажется, что его эфирное тело кружится в пируэте. На самом деле он сдвигает мир вокруг себя, чтобы атака противника ушла в пустоту.

Альтани мастерски владела этим навыком. Но у Севатара была его боль. Океан боли, без берегов и без дна. Он мог создавать новые тенета тьмы бесконечно долго, поэтому лопнувшие или срезанные лоскуты черной паутины тут же сменяли свежие нити, лоснящиеся в переменчивом не-свете варпа.

Его естество соперничало с ее естеством.

Безупречная битва.

Они противостояли друг другу мгновение или тысячу лет. В варпе время не так важно, как в физическом мире. А потом Альтани поняла, что задумал Севатар. Его неистовая атака была лишь еще одним маневром, и он отлично сработал – астропат далеко не сразу заметила полупрозрачные всполохи темного зова, которыми пульсировала аура Повелителя Ночи с момента начала схватки. И на этот зов уже ответили.

Нерожденные.

Они стали возникать в непосредственной близости от корабля десятками, потом сотнями. Яго, пытаясь угнаться за девочкой, оказался в глубине пространственных складок, тогда как Альтани была на виду. Поэтому все они стекались к ней, к ее душе, которая обжигала их в той же степени, что и манила.

Если псайкер и удивилась, то вновь не показала этого.

+ Ты и правда позволишь им атаковать меня? + в ее мыслеобразе присутствовала толика веселья, но общий тон передавал настороженность. + Их тут много. Действительно много. Ты хорошо звал. +

Повелитель Ночи не ответил. Он ослабил натяжение темных тенет, когда девочка перестала вырываться.

Нерожденные приближались, и Альтани забеспокоилась всерьез. Неужели ради победы в состязании он и правда рискнет ее жизнью? С другой стороны, этому она и учила Севатара – использование психических сил не допускает полумер. И если ты не побеждаешь, то проигрываешь. Третьего варианта нет.

+ Да вы ополоумели! + ментальный вопль на миг оглушил Яго и даже сбил концентрацию Альтани.

Мимо них пронеслась мерцающая тень, которая сгустилась перед кораблем в переливающийся невозможными цветами образ. Сущность раскинула руки и снова закричала. Вторая волна ослепила Альтани и Севатара, а заодно выжгла половину активных авгуров на корабле. Но истинная цель этой ошеломительной атаки заключалась в другом.

Первые ряды Нерожденных распались на угасающие лоскуты призрачной плоти и перестали существовать в этой точки внематериального континуума. Остальные бежали прочь, обуянные ужасом, который им еще не доводилось испытывать.

+ Шео? + вот теперь Альтани удивилась, и не собиралась этого скрывать.

Ментальный облик старого навигатора потускнел, обращаясь непроницаемой тенью. Он пролетел мимо них, бурча под нос проклятья, и скрылся в толще корабля, чтобы вернуться к своим обязанностям.

+ Старина Горат не оценил наши забавы, + мысленно хмыкнул Севатар, обращая на себя внимание Альтани.

Псайкер перевела фокус внимания на Повелителя Ночи и только сейчас поняла, что он обнимает ее за плечи. Воспользовавшись мимолетным шоком Альтани от появления навигатора, Севатар осторожно приблизился к девочке и едва уловимо коснулся ее.

+ Похоже, поймал? + его мысли переливались солнечными полутонами. Яго не скрывал радости и Альтани тоже невольно улыбнулась.

+ Поймал, + согласилась девочка. + Но тебе повезло. +

Она направилась назад к кораблю, и ее спину щекотали волны раскатистого смеха. Девочка подумала, что в последнее время Севатар на удивление часто проявляет эмоции. Какие-то еще эмоции, кроме мрачного недовольства и холодной ярости. Будь астропат чуть прозорливее, она сумела бы понять, что эти перемены не сулят ничего хорошего.

Они завершили тренировку, больше не покидая Святилище навигатора. Альтани осталась подле Гората, желая обсудить с ним имматериальную нестабильность этого региона. Яго поднялся и, не прощаясь, вышел прочь.

Йормунганд ждал его в тренировочном зале. Легионер уже размялся, его обнаженное до пояса тело блестело свежим потом. Мышцы бугрились, напитанные мощью транс-человеческой физиологии.

Неподалеку на ящиках обнаружилась Геката. Снайпер сидела, пожав под себя ноги, и самозабвенно перебирала винтовку. Ее волосы цвета высокогорного снега почти полностью скрывали лицо. Виднелся лишь темно-алый сощуренный глазок и кончик острого носа.

Яго обменялся с Йормом кивками и направился к своей глефе, в который раз сетуя на то, что в закромах «Номада» не обнаружилось деталей, чтобы сделать оружие цепным, а не силовым. Судя по взглядам, которые Серый бросал на клинки своих топор, активируя и деактивируя силовое поле, он думал о том же.

Севатар подхватил глефу и описал ею молниеносную восьмерку в воздухе.

– А ты совсем себя не бережешь, да? – Геката вскинула голову, сдув непослушную прядку. – Не пойми меня неправильно, но ты тренируешься постоянно. Постоянно. Либо здесь, либо, – она указал взглядом на потолок тренировочного зала, – там, с девчонкой. Даже Волки отдыхают, а они в своем деле хороши.

Севатар фыркнул, закрутив глефу над головой.

– Ты ведь боишься меня, – произнес он, выполнив несколько пируэтов.

– Да, но я контролирую свой страх. Это первое, чему учишься на Фенрисе, – снайпер не отвернулась от медленно приближающегося Повелителя Ночи. – Поэтому осмелюсь задать вопрос. Почему ты позволил пойти с вами?

– Потому что она так захотела, – Севатар на ходу пожал плечами. От его взгляда не укрылось, что девушка в который раз рефлекторно тянется за тактическим ножом. Она делала так слишком часто, несмотря на явную выдержку. Это выдавало в ней человека, который бежит. От кого-то или от чего-то. Судя по словам Альтани, все просто – Геката пыталась сбежать от своего прошлого. Это роднило бы ее с Севатаром, если бы он признался себе, что тоже бежит.

– Тепло к ней относишься, – девушка вернулась взглядом к винтовке. – Это выставляет тебя в странном свете.

– Ты узнала его? – подал голос Йорм. Он тоже приблизился к ящикам, на которых сидела снайпер.

– Едва увидев, – призналась Геката. – Темная слава Принца Воронья питает слухами половину галактики, – она вновь посмотрела на Яго. – Так что да, я знаю, кто ты.

– А я не знаю, кто ты, – Севатар скривился, – и мне откровенно плевать.

– Странно, учитывая обстоятельства, – Геката почти улыбнулась.

– Сам удивляюсь, – Повелитель Ночи скривился еще сильнее. От этого россыпь шрамов вперемешку с морщинами оплела его лицо, не оставив живого места.

– Просто ты доверяешь ей, и это тебя коробит, – констатировала девушка.

– Будешь пытаться влезть мне в голову, я покороблю тебя, – зловеще процедил Яго. – И вовсе не иносказательно.

– О да, в эту игру можно играть вдвоем, – улыбка снова едва не коснулась губ Гекаты.

– Не выйдет, – отрезал Севатар, отворачиваясь. Он махнул рукой Йормунганду и направился в центр зала.

– Почему? – бросила ему вслед фенрисийка.

– Не та весовая, детка, – Севатар принял боевую стойку, выставил глефу перед собой и чуть наклонил вперед. – Начинаем!

Яго сделал шаг вперед, поднимая оружие. Йормунганд, не дожидаясь пока оно опустится, сам бросился на противника, занеся топоры для атаки с разных направлений. Севатар, ожидая этого, перехватил глефу ближе к клинку и выполнил несколько коротких тычков, чтобы осадить оппонента.

Серый сместился в сторону, уходя от первого удара, под второй подставил обух топора, третий пропустил в полуладони от своей головы. Он оказался почти в упор к Севатару, получив преимущество за счет более короткого оружия. Но Яго сделал еще один шаг вперед, одновременно попытавшись ударить Йорма древком глефы в лицо. Тот присел, перехватил топоры у самых клинков, и выбросил их перед собой.

За полсекунды до его атаки Севатар напружинился и топоры Йормунганда рассекли воздух, потому что Повелитель Ночи взлетел к потолку в прыжке, который посрамил бы титулованного гимнаста. Он приземлился за спиной Серого, отступил на шаг и тут же атаковал, снова серией из колющих ударов. Йормунганд сбивал атаки, двигаясь на оппонента. Его удары были мощными, но с малой амплитудой.

Смещаясь вокруг противника, Яго отметил, что его движения и манера боя изменились. Будто что-то перестало сковывать Йормунганда. Будто топоры были тем самым оружием, которым он воевал всю свою жизни. Он стал куда менее осторожным, но причина крылась не только в наставления Севатара. Здесь было что-то еще.

После очередной его атаки, которая вполне могла закончиться кровью Повелителя Ночи на стальном полу, подернутом разводами ржави, Яго включится по полной. Он почти не наносил рубящих ударов, в основном колющие и режущие на возврате. Йорму пришлось отступить, но затем он подгадал момент и свел оружие Севатара в сторону, зажав лезвие глефы меж топоров. Тут же молниеносно сократил дистанцию и атаковал противника ногой в колено.

Яго успел сделать шаг назад, затем отпрянул от локтя, направленного ему в лицо. Йорм продолжил наступать, не позволяя Севатару увеличить расстояние и вернуть оружие в боевую позицию – глефа все еще оставалась зажата между лезвиями топоров. На третьем шаге Повелитель Ночи, немыслимо изогнувшись, ушел от удара ногой в грудь и попытался вырвать глефу. Но Йорм держал крепко. Тогда Яго просто выпустил древко и атаковал противника врукопашную.

Пропустив левый хук и апперкот, который стоил ему пары зубов, Йормунганд тоже отбросил топоры. Он продолжал биться в абсолютном молчании, хотя в его глазах Яго отчетливо видел пламя неутолимой ярости. До этого момента они почти не сражались без оружия и Севатар искренне пожалел об этом. Потому что Серый оказался чудо как хорош.

Яго пропустил удар под дых и тут же ответил отвлекающим джебом, за которым последовала двойка в корпус. Второй удар выбил воздух из легких Йорма и Севатар нырнул под вскинутые в защитном движении руки. Он обхватил противника под мышками и увлек на землю. Серый не успел защититься и через мгновение оказался под оппонентом.

Секунда борьбы, другая. Яго пропустил прямо в лицо и почувствовал, как в носу что-то сломалось. Какой уже раз за его проклятую жизнь? Сотый? Тысячный? Севатар подставился намеренно, чтобы получить возможность схватить ударную правую Йорма. Сначала он хотел сделать треугольник через руку Серого, но когда начал отводить ее в сторону, увидел всю очевидность этого плана. Поэтому в последний момент на мгновение ослабил хватку, дернул руку Йорма на себя и вышел на армбар.

Севатар прогнулся в поясе, рука Серого затрещала, но он не подал знак, что сдается. Яго ухмыльнулся, обнажая окровавленные зубы.

– Хорош уже, – процедил он. – Сломаю ведь.

Йорм не ответил, он продолжал попытки вырваться, но Яго уже обвил его тело ногами будто винантская лиана, которой дай пару дней, она камнебетон раскрошит.

+ Хватит, я сказал! + ментально рявкнул Севатарион, оглушив Йормунганда. Тот сразу перестал вырываться и Повелитель Ночи выпустил его руку. Он поднялся, сплюнул кровь, отер губы тыльной стороной ладони.

Йорму потребовалась минута, чтобы придти в себя после ментального удара. Тяжело дыша, он встал на четвереньки, потом сел, массируя руку, пострадавшую в захвате Севатара.

– Прости, – выдохнул он. – Я… я не уверен, почему так поступил. Нужно было сразу сдаться, безвыходное положение.

Севатар протянул ему руку, Йормунганд принял ее и поднялся.

– Это была самая грязная из наших схваток, – Яго злобно улыбнулся ему. – И самая лучшая.

Серый ничего не ответил, но по его ауре Севатар ясно читал, что воин был доволен. И этой схваткой, и самим собой.

– Что изменилось с Шелкуара? – прямо спросил Повелитель Ночи. Он подошел к бочке с рециркулированной водой, которую они притащили сюда месяц назад. Плеснул себе в лицо и на шею вонючей влаги, чтобы хоть как-то освежиться.

– Не знаю, – Йорм так и стоял посреди их импровизированной арены. – А ты… ты не можешь увидеть?

– Нет, – признался Севатар. – Твой разум по-прежнему чист. Это что-то глубинное, внесознательное, – он указал глазами на топоры Серого. – Почему ты решил переделать оружие?

– Так показалось правильно, – после недолгой паузы ответил Йорм. – И драться сразу стало… – он опять задумался.

– Лучше, чем мечами, – резюмировал Яго. – Все это подтверждает мои догадки. Тебя кто-то намеренно перекроил. Скрыл твою истинную сущность от тебя самого. Возможно, этот кто-то даже пытался уничтожить тебя настоящего. Но не вышло.

– Зачем кому-то делать такое? – вступила в разговор Геката. Она наблюдала за ними во время схватки. Девушка никому бы не призналась в этом, но рукопашный поединок двух легионеров – самое завораживающее, что она видела в своей жизни. И самое…

– Ты ж вроде повидала мир? – усмехнулся Севатар. – Но так и не поняла, что галактика полнится дерьмом. И зачастую причины возникновения этого дерьма лежат столь глубоко, что их не отыскать, не запятнавшись.

– Иными словами, тебе плевать и ты не будешь в этом разбираться, – Геката уже поняла некоторые из жизненных принципов Севатара. Повелитель Ночи не то что их не скрывал, наоборот – при каждом удобном случае выставлял напоказ.

– Иными словами, да, – он повернулся к Йорму. – Полагаю, еще пара схваток и у меня не будет сомнений, из какого ты легиона… – он хотел что-то добавить, но осекся. Его взгляд изменился так внезапно, что Серый неосознанно принял боевую стойку, оглядываясь по сторонам. Геката тоже среагировала на инстинктах. Девушка спрыгнула с ящиков, подхватив вновь собранную и начищенную винтовку.

– Опасность? – отрывисто поинтересовалась она.

– Не вполне, – Повелитель Ночи немного расслабился, тряхнул головой. – Так, со спаррингами придется подождать. Шео Горат изменил курс.

Никто не стал спрашивать, как Яго это понял. Его психические навыки, усердно развиваемые Альтани, были ответом. Поэтому Йорм и Геката просто направились вслед за Повелителем Ночи, который спешно покинул тренировочный зал.

Но пошел он не в Святилище, а на мостик.

Ноунейм, не имея никаких задатков псайкера, тем не менее обернулся, едва пневматический механизм входных дверей зашипел. Пилот точно знал, кто сейчас войдет.

– Это я приказал изменить курс, – сразу признался он. – Горат послушался меня, потому что Альтани согласилась с моим планом. Дело в том, что Криз…

Он замолчал, когда Яго в считанные мгновения сократил расстояние между входными дверями и командным троном. Легионер навис над смертным безмолвным монолитом, одно существование которого являло собой апофеоз смертельной угрозы.

Пилот сглотнул и, решив больше не испытывать судьбу, вывел на гололит и вторичные экраны необходимые данные. Это были расчеты. Подробные и скрупулезные расчеты, которые показывали, что к моменту их выхода в системе Криза там скорее всего будет находиться сразу два имперских флота, отозванные с окраин к Ультрамару. Присутствие Астартес маловероятно, и все же – это два флота.

В качестве альтернативного варианта Ноунейм отыскал неподалеку систему с единственной планетой, классифицированной как мир смерти. Мир был колонизирован всего пару веков назад, там не было ничего, что могло бы представлять стратегическую ценность, кроме астропатического ретранслятора дальней передачи. Но ретранслятор стабильно работал, а значит – внимания система не привлечет.

Севатар узнал все это за полторы секунды. Он коснулся сенсорного экрана, вводя уточняющие команды. Повелитель Ночи потратил еще четыре минуты, чтобы перепроверить расчеты Ноунейма. Смертный не ошибся.

– Я решил, что не стоит отвлекать тебя от тренировок, – продолжил оправдываться пилот. – А Горат сказал, что менять курс нужно как можно быстрее, иначе поток, в котором мы сейчас движемся…

– Нет, – холодно оборвал его Севатар. – Ты решил, что я не почувствую смену курса, и узнаю об этом, когда будет уже поздно. Но победителей не судят, ведь так? И потому что твой план окажется хорош, я не пошинкую тебя на кровавые лоскуты, – с этими словами Яго придвинулся ближе к смертному. – Но потом ты понял, что это чертовски идиотская попытка доказать свою инициативность, поэтому едва не обгадился, когда я вошел на мостик.

Повелитель Ночи плотоядно улыбнулся.

– Помни, я читаю тебя, как раскрытую книгу, – прошептал он, с удовольствием наблюдая, как кровь отливает от лица пилота.

На самом деле, Севатар был горд Ноунеймом, и остальными тоже. Наконец они сами приняли решение, без его участия, и это решение оказалось верным. Почему-то все здесь считали, что для него власть и контроль что-то значат, хотя он с самого начала добивался другого.

Самостоятельность.

Яго не собирался вечно нянькаться с ними, поэтому как мог, грубо, на собственном примере, показывал им, какие решения нужно принимать для выживания группы. Учил, как умел. И это дало результат. Ноунейм вовсе не переборщил с инициативой. Он увидел лучший путь и двинулся по нему, взяв ответственность.

Разумеется, Севатар не собирался озвучивать эти мысли. Поэтому он грязно выругался. Выругался так, что у смертного из приоткрытого рта капнула слюна, а пару сервиторов закоротило. Когда нострамец перешел на змеиный язык своей родины, легче не стало. Никто здесь не знал нострамский, но все отчетливо понимали смысл озвученного. Йорм отвернулся к закрытому оккулусу. Геката покраснела и уставилась в пол.

– Что ж за день то такой, – выдохнул Севатар, завершив с перебором родословной Ноунейма. – Все на этом корабле только и делают, что друг друга удивляют.

Он отошел от командного трона и пилот протяжно выдохнул.

– Похоже, перелет выйдет короче, чем я думала, – Геката искоса глянула на Ноунейма и тот истерично хохотнул.

– Для тебя – возможно, а вот для него, – Яго снова повернулся к пилоту. – Скажи, мой любезный друг, а ты давно разминался?

С этого момента у Севатара появилось новое развлечение – гонять пилота по коридорам корабля. На самом деле, Ноунейм был даже благодарен Повелителю Ночи. Он в последнее время мог по полдня сидеть за изучением звездных карт и инструкций к инфраструктурным системам имперских судов. А ведь было в учебке что-то про здоровое тело, в котором должен присутствовать не менее здоровый дух.

Пилот видел достаточно Астартес, чтобы не сомневаться – к ним эта поговорка неприменима. Ведь физически все транс-люди совершенны. Но вот что творится у большинства из них за фасадом из рельефных мышц и усиленных костей… Об этом даже думать было опасно. Тем более в присутствии Севатара.

Поэтому пилот не думал. Он просто бежал.

А «Номад» просто летел, направляемый волей Шео Гората. Пока не вышел в реальное пространство на краю системы Сна-о-Дад.

– Трон, кто вообще придумывает эти названия? – Геката вместе с остальными находилась на мостике, когда корабль тяжело перевалился из одной реальности в другую.

– Прогнил твой трон, – буркнул Севатар. – Но название и правда такое себе.

– Похоже на искаженный диалект нордика, – сощурился Йормунганд.

– Ты прав, – кивнул Ноунейм. – Я изучил недолгую историю колонии. Ее заселили выходцы из ульев свейского разлома. На их языке Сна-о-Дад значит «снег и смерть».

Через восемь дней они приблизились к планете на достаточное расстояние, чтобы изучить ее не только с помощью авгуров и ауспексов. Пикты идеально дополнили картину предварительного сканирования, чтобы исключить любые сомнения – назвать планету по-другому было сложно.

Поверхность мира покрывал ледяной щит, лишь у полюсов нехотя уступавший скалистой породе. На экваторе обнаружилось несколько морей – вдоль них расположилось полдюжины людских поселений. Приземистые закопченные городишки промышляли рыбной ловлей и добычей базовых ископаемых. Скорее всего, сюда даже за десятиной никто не прилетал.

Усиленное сканирование показало обилие хвойных лесов. В лесах обнаружилась жизнь. В основном – обремененная неприличным количеством клыков и когтей, и разумеется – ненавидевшая все вокруг. Короче, согласно имперским классификациям, Сна-о-Дад представлял собой эталонный ледяной мир, а по совместительству – мир смерти.

Севатар приказал вести корабль к единственной луне планеты, которая не удостоилась собственного имени. Астропатический ретранслятор располагался на той стороне спутника, что всегда смотрел в пустоту. Поэтому «Номада» можно было спрятать с другой стороны, обращенной к планете. Локальные гравитационные искажения сыграют в плюс маскировке.

Высадка не представляла сложности, ведь у них был маломестный челнок, услужливо закрепленный Нестубом под фюзеляжем корабля на уровне двигательного отсека. Челнок не был подключен к корабельной инфраструктуре, поэтому о нем все благополучно забыли. Севатар бы и не догадался, что он есть, но эйдетическая память вовремя напомнила слова Механикуса, сказанные им перед отлетом с Терры.

Поэтому следующие два дня, пока Ноунейм сближался с луной и выбирал место для якоря, Севатар с Йормунгандом проверяли челнок и загружали в него все необходимое.

– Хочешь разбить мобильный лагерь неподалеку от людей? – уточнил Серый, когда они несли к челноку очередную партию снаряжения.

– В предгорьях, – кивнул Севатар. – Далеко, но недостаточно.

– Они до нас вряд ли доберутся, но мы до них при желании сумеем, – понял Йормунганд. – И надолго?

– Не знаю, – Яго выглядел задумчиво. – Мы оборудуем лагерь с оптимальными, даже комфортными условиями для смертных. И немного переждем.

– Девочка, – для Йормунганда подтекст был очевиден.

Повелитель Ночи не ответил. Он понимал, что его привязанность к Альтани глупо скрывать. Но сам факт все еще злил Яго. То, кем он был, Севатар из прошлого, настойчиво сопротивлялся переменам, которые происходили в нем теперь. Севатар из настоящего пока не знал, как ко всему этому относиться. Или знал, но не хотел признавать.

Ноунейма снова пришлось оставить на «Номаде». Геката наотрез отказалась составить пилоту компанию, и Яго не стал возражать.

– Не дольше недели, – заверил он смертного. – Нам лишь нужно убедиться, что львята нас не найдут. Думаю, хватит путать следы. Ты пока подыщи нам новый мир. Нормальный. И еще… – Севатар коснулся плеча Ноунейма и кивнул, глядя ему в глаза. – Ну, не на Гората же корабль оставлять?

Простая шутка скрасила непростой момент. Яго понимал пилота. Ноунейм уже привык быть со всеми в гуще событий. А на Шелкуаре пропустил все самое интересное. И вот опять.

Через сто двадцать минут челнок со скрежетом отстыковался от «Номада» и направился к поверхности мира, у которого даже не было официального губернатора. Но что важнее – у него не было технических средств, которые могли бы обнаружить приближающийся объект.

Севатар сам пилотировал челнок, хотя это мог делать и Йормунганд. Повелитель Ночи некоторое время вел корабль в верхних слоях атмосферы, пряча его за облаками. Он не хотел привлекать лишнее внимание колонистов. Потом Яго круто спикировал вниз, прошив облачный покров, и устремился прямиком к заданной точке, где намеревался разбить мобильный лагерь.

От этой идеи пришлось отказаться, когда по челноку открыли огонь. Спаренные болтеры ударили с поверхности широким веером и лишь транс-человеческая реакция Севатара спасла его и остальных от мгновенной гибели.

– Какого… – он добавил несколько нострамских ругательств, проверяя показания приборов. Мгновение назад примитивные ауспексы челнока показывали лишь белое марево статики. Теперь картинку забивали кроваво-красные сигнатуры.

– Это не могут быть местные, – Йормунганд стоял рядом с Севатаром, упершись руками в потолок кабины, чтобы не рухнуть при резких маневрах.

– Какое ценное замечание, – процедил Яго. – Держитесь там! – рявкнул он и уронил челнок в штопор. Севатар помнил, что Альтани пристегнута. В крайне случае, с ней Геката. А снайперу он помимо воли, но доверял.

Внезапно динамик воксмиттера ожил и натужно захрипел. Корабль принимал входящий сигнал, который с легкостью взломал базовую защиту.

– Говорит Адонай Мундус, я Сын Льва и Эскатон Первого легиона, – громовой баритон пробился сквозь помехи. – И я пришел за тобой, Принц Воронья.

Глава 11

Не друг, но союзник

Врата

Убийца миров

Их все-таки подбили. Челнок вошел в обледеневшую гору… нет, не как нож в масло, а как челнок в обледеневшую гору. Даже Севатар и Йормунганд не пережили бы крушение, если бы Альтани в последний момент не оглушила Повелителя Ночи ментальной командой.

+ Пустота! + выкрикнула девочка и Яго мгновенно объединил с ней свой разум.

Когда через секунду нос челнока коснулся корки наста, Севатар и Альтани заполнили внутреннее пространство посудины абсолютным энергетическим вакуумом. Рискованный финт, требующий безупречной ментальной синхронизации как минимум двух сильных псайкеров. Но для тех, кто больше двух месяцев каждый день практиковал Сродство, это не стало проблемой.

Все метаболические процессы в их организмах остановились на полторы секунды. Сердца не бились, кровь не переносила кислород к тканям, а глюкоза не попадала внутрь клеток. Зато когда челнок вокруг них превратился в сгусток из огня и расплющенного металла, никто внутри не пострадал.

Едва вакуумный пузырь лопнул, Яго метнулся в пассажирский отсек, подхватил глефу и сжавшуюся в комок Альтани, и ринулся туда, где когда-то был шлюз. За ним шаг в шаг грохотал Йормунганд, прижимавший к себе Гекату. Севатар успел подумать, что стоило реквизировать у Серого силовой доспех. Но затем он выскочил из гибнущего в прометиевом пламени челнока на растопленный снег, и ледяной ветер выдул из его головы лишние мысли.

Он рванулся к ложбине, с трех сторон прикрытой мощными стволами хвойных деревьев.

– Глупо надеяться, что они посчитают нас мертвыми? – бросил на бегу Йормунганд.

– Так же глупо, как надеяться, что ты перестанешь озвучивать очевидные вещи, – съязвил Яго. Он уже раскинул ментальную сеть и посчитал противников. Получилось много. Даже для него.

– Он сказал, что его зовут Адонай Мундус, – едва слышно прошептала Альтани на руках у Повелителя Ночи. – Я слышала это имя.

– Вполне могла слышать, – зло буркнул Яго, съезжая на спине в ложбину. Снег попал под куртку, исцарапав кожу на спине, которая успела покрыться волдырями от жара, пока он выбегал из рухнувшего челнока.

Ментальное сканирование показало Севатару пять полных отделений Темных Ангелов. По пути к ложбине он успел заметить вдалеке репульсорные гравибайки и универсальные лафеты с тяжелым вооружением. Еще Яго четко ощущал трех псайкеров, и почему-то был уверен, что эти ребята не намерены соблюдать Никейский Эдикт.

– В этот раз подготовились, – оскалился он. Все это очень напоминало Гелиосу IV. Но в кривом отражении и не в его пользу.

Склон горы вспорол грохот болтеров, и одновременно Севатар ощутил давление в висках. Он посмотрел на астропата.

+ Прости, я не буду сдерживаться, + передал он.

Альтани промолчала, и это сказало ему больше любых слов. Впрочем, он ее понимал в каком-то смысле. Львята лишь исполняют свой долг. Они не виноваты, что приказы им отдает кичливый мальчишка, который сам не понимает, на чьей стороне сражается.

Яго почуял опасность за мгновение до того, как над ложбиной появился первый воин в темно-зеленом керамите. Повелитель Ночи бросил девочку в сугроб и выхватил револьвер. «Аластор» дважды рявкнул и Темный Ангел повалился на снег с развороченным тазом. Живой, но не дееспособный. Не на этот бой.

Геката высвободилась из рук Йормунганда, упала на колено, вскинула винтовку и сходу выстрелила. Яго не знал, какие снаряды она использует, но силовой доспех от них не защищал. Первый Ангел, который в этом убедился, нашел свою смерть на Сна-о-Дад с дымящейся дырой в груди.

Из них троих только у Йормунганда не было дистанционного оружия. Зато он обладал достаточной реакцией, чтобы силовыми топорами сбивать летящие в Гекату болты.

– Дальше скальный выступ! – крикнул Севатар. – К нему, бегом! Йорм, прикрывай!

Он подстегнул Альтани ментальной командой. Гекату не нужно было просить дважды. Серый пятился, загораживая их своей массивной фигурой, а Яго маячил рядом, выцеливая Ангелов. Приходилось беречь патроны, львят вокруг было, что снега.

Прежде, чем они добрались до укрытия, Йормунганд получил несколько болтов в грудь и бедро. На бедре брони вообще не осталось. За Серым тянулся алый след.

Яго с Гекатой тоже ранили – их зацепило осколками гранаты. Воина, который метнул ее, Севатар уложил за мгновение до броска. Поэтому граната взорвалась в стороне и осколки зацепили их уже на излете. Впрочем, смертной разорвало икру. Альтани, забившись вместе с фенрисийкой под камни, стала спешно перевязывать девушке ногу лоскутом куртки, одновременно стимулируя регенерацию в ноге психическим воздействием.

+ Сама справится, + хлестко передал Яго. + Нейтрализуй их библиария. Я возьму второго. +

+ Хорошо, + дитя в кои-то веки не стало спорить.

Они сгрудились под уступом, который прикрывал их с двух сторон и сверху. Яго понимал, что это идиотский тактический ход – опуститься на уровень ниже противника, да еще залезать в нору без возможности отступления. Но в противном случае их уже изрешетили бы на открытой местности.

Повелитель Ночи выстрелил из «Аластора» и коснулся плеча Йормунганда рукой. Тот почувствовал не прикосновение, а психический импульс и загородил собой Яго, вскинув топоры. Геката закончила перевязку. Игнорируя острую боль в ноге, девушка вскинула винтовку, медленно ведя прицелом вдоль кромки ложбины.

Севатар знал, где находятся библиарии Темных Ангелов, он ни на мгновение не терял их присутствия. Финт с энергетическим вакуумом, который их спас, выпил из него и Альтани почти все силы. Повелитель Ночи лишь надеялся, что остатков хватит для устранения приоритетных целей.

Ментальным зрением он видел, как сущность Альтани метнулась к ближайшему библиарию. Она прошила его насквозь, расплескав вокруг мириады золотистых искр. Библиарий тут же угас до едва тлеющего желтоватого огонька. Но это стоило девочке последних крупиц энергии. Ее сущность растаяла, втягиваясь обратно в тело, которое тут же обмякло на снегу. Из носа потекла тягучая струйка крови.

Севатар направился к другому библиарию. Этот пылал ярче первого и успел среагировать, взяв в расчет ситуацию с боевым братом. Он усилил свои психические щиты, но Яго не собирался их разбивать. На это не было времени.

Повелитель Ночи впился призрачными когтями в энергоячейки силового доспеха библиария и усилием воли погасил их. Воин тут же опустился на колено под весом обесточенной брони. Всего на мгновение он ощутил неуверенность, и этого мгновения Севатару хватило, чтобы вбить в его разум узкую спицу тьмы, которая ударила сознание библиария с силой осадного молота.

Несмотря на то, что Яго сказал Альтани минутой раньше, он помнил о своем обещании. Ангел будет жизнь, но вряд ли когда-нибудь сможет связать хоть два слова.

Вернувшись в физическое тело, Повелитель Ночи ощутил сверлящую боль в голове и тяжесть мира на плечах. Потом Йорм пропустил один из снарядов и он по касательной прошил Севатару левую трапецию. Воин зарычал и сплюнул кровь. Вскинул «Аластор».

– Это всё, – холодно констатировала Геката. Ни тени страха. Она стреляла из видавшей виды снайперской винтовки в самый результативный легион Астартес, понимая, что не проживет дольше минуты, и ее лицо не выражало ничего, кроме сдержанного боевого азарта. Яго пообещал себе, что поговорит с девушкой, если они выберутся.

– Там вроде пещера, – Йорм мотнул головой себе за спину. Севатар обернулся. Похоже, Серый прав – ложбина, спускаясь ниже по склону, упиралась в скалу. На сером камне виднелась припорошенная снегом чернота. Если это не игра света и тени, то…

– До нее метров сто, – продолжил Йормунганд, сбивая очередной болт. Геката тут же уложила стрелявшего и сама едва не повалилась на снег замертво. Массо-реактивный снаряд прошел в пальце от ее головы, девушку спас чистый инстинкт.

– А они уже подтягивают лафеты, – добавила снайпер. Про гравибайка она не упомянула, их приближающийся рев и так был хорошо слышен.

– И это меня называли пессимистом, – буркнул Яго, сгребая в охапку бесчувственную Альтани. Он пнул Йорма в бок и передал ему девочку. Понятливый воин без разговоров рванулся в сторону пещеры под дождем из болтов.

Геката выстрелила, передернула затвор и выстрелила еще раз.

– Я тебя сейчас и правда тут брошу, – пригрозил Яго, загораживая девушку и разряжая остатки барабана от бедра. Геката с кряхтеньем заковыляла вслед за Йормунгандом.

Севатар бежал и отстреливался, уже ни в кого особо не попадая. Его снова зацепили, в плечо. Геката тоже получила ранение, тоже касательное.

– Беги! – заревел Повелитель Ночи, падая на колени. Больше не осталось укрытий, они были как на ладони. А Темные Ангелы все прибывали.

Яго сунул «Аластор» в набедренную кобуру и выдернул из спинных зажимов глефу, тут же активируя ее. Силовой вариант был вдвое легче цепного. То, что нужно. Сколько массо-реактивных снарядов он успеет сбить? Дюжину?..

Севатар развернулся навстречу шквалу болтерного огня, со всей четкостью осознавая, что это последние мгновения его жизни. Не было калейдоскопа прошлого перед глазами. Не было ничего. Только гулкая горечь в груди. И единственное слово, произнесенное однажды Альтани.

«Папа».

Болтеры смолкли. Выехавшие на кромку ложбины орудийные лафеты и гравибайки замерли, нацелив орудия на одинокую фигуру в черном с грязными растрепанными волосами. Вокруг Яго на потоптанном снегу алела его кровь. Много крови.

– Мундус, – прошептал Повелитель Ночи, когда из цепи Темных Ангелов выступил воин. Он двинулся вниз по склону, на ходу снимая шлем. Севатар отметил, что последний выживший библиарий перекинул ментальный щит с других воинов на Эскатона. Он не знал, что у противника не осталось сил.

Адонай двигался уверенно, без лишней спешки. Он бросил на снег крылатый шлем, увенчанный диадемой со знаком Чемпиона Аркадии. Затем плавно вытащил из отделанных золотом и хореей ножен полутораручный меч с изогнутой гардой в форме атакующего льва. Матовое лезвие клинка вспыхнуло синим пламенем.

Севатар никогда не видел Адоная Мундуса ни вживую, ни на пиктах. Но когда перед тобой стоит овеянный легендами Эскатон Первого легиона, ты точно знаешь, что это он. А еще Мундус был удивительно похож на Льва. Если бы не глаза цвета обсидиана, которые больше подошли бы Повелителю Ночи, чем Темному Ангелу.

Яго хрустнул шейными позвонками, поднимая глефу. Даже без силовой брони он мог сразить обычного легиона в рукопашную за счет скорости, реакции и опыта. Но это явно не тот случай.

А потом зрачки Повелителя Ночи, которые на фоне темной радужки почти невозможно было рассмотреть, чуть расширились в инстинктивном удивлении. Яго понял, почему движения Эскатона казались ему странными. Воин перевел доспех в режим третичного энергопотребления. Теперь это был просто керамит, прикрывавший его тело. Сервоприводы не повышали мощь легионера, инъекторы с боевыми стимуляторами отключились.

Севатар мгновенно возненавидел Мундуса за снисходительность, но не мог не отметить этот жест. Отметил он его кривой ухмылкой, которую Адонай понял, принял и кивнул в ответ.

Когда Мундус уже начал поднимать клинок в воинском салюте, а Яго крепче сжал глефу в ладонях, побелевших в равной степени от напряжения, мороза и кровопотери, что-то в окружающем мире изменилось. Что-то заставило Севатара обернуться и во второй раз за полминуты испытать эмоцию, которая в последнее время тревожила его подозрительно часто.

Йормунганд с Альтани на руках уже достиг входа в пещеру, и Геката удивительным образом не слишком отстала от него. В этот миг из темного провала вышли… эльдары. Стройные фигуры в бело-синих сегментированных доспехах с характерными шлемами и причудливыми винтовками. Но стволы были направлены не на Йорма и смертных. И даже не на Севатара. Остроухие целились в Темных Ангелов.

+ Пусть я не друг, но союзник, + Яго передернуло от этих мыслеобразов. Он сразу понял, что они принадлежат чужому. А потом увидел, как ментальное тело Альтани отозвалось на присутствие эльдарского псайкера и не возопило об угрозе. Едва ли девочка безоговорочно поверила созданию, которое не спешило покидать пещерную мглу. Но и настороженности в ней не было. А ощущениям астропата Севатар доверял.

На какие-то мгновения он заколебался. Можно остаться и сразиться с Мундусом, который, надо думать, сейчас не меньше ошеломлен, чем сам Севатар. Эльдары откроют огонь по его воинам, и это может дестабилизировать Адоная. Хотя, учитывая его статус, вряд ли смерть братьев способна нарушить концентрацию Эскатона.

И все же, можно остаться. Можно сразиться с ним. С настоящим противником. Равным. Или даже…

Повелитель Ночи развернулся и побежал. Впервые в своей жизни он показал врагу спину. Впервые отказался от боя. Ради чего?

Он знал ответ.

Эльдары открыли огонь, а их провидец, скрывавшийся в пещере, окутал Севатара кинетическим щитом. Воин сначала почувствовал его. А потом и увидел, когда болты начали рваться в воздухе за его плечами.

– Беги, Яго Севатарион, – судя по тому, как раскатистый бас Мундуса заполнил ложбину от края до края, Эскатон уже подобрал и надел шлем. – Беги, но знай. Я иду за тобой. И я приду, где бы твоя проклятая душа не отыскала себе убежище.

Севатар скрипнул зубами так, что раскрошил один клык. Он глянул через плечо – Адонай не преследовал его. Темный Ангел так и стоял с обнаженным клинком в самом центре нарастающей схватки. Истинный сын Льва – неспешный и непоколебимый. Самоуверенный до покалывания на кончиках пальцев.

Эльдары слаженно разошлись, пропуская Яго под своды пещеры, а затем сами отступили в подгорную тьму, унося с собой двоих погибших. Севатар увидел еще несколько эльдар, Йорма и Гекату, к которой прижималась Альтани. Но смотрела девочка не на снайпера, а на провидца. Остроухий в свою очередь уставился на Повелителя Ночи. Взгляд прозрачно-синих глаз холодил, но в нем не читалось ни злобы, ни высокомерия.

Длинные пепельные волосы ксеносского псайкера были перехвачены сзади в простой хвост. Он носил смесь доспеха и церемониальной одежды, Яго никогда хорошо не разбирался в культуре эльдаров. Вообще всех ксеносов. Ему хватало простого факта – куда нужно ударить, чтобы чужой перестал дышать.

– Нужно уходить глубже, они последую за нами, – степенно проговорил эльдар. У него был низкий красивый голос.

Не дожидаясь комментариев со стороны Севатара, провидец зашагал в темноту. Яго увидел, как девочка инстинктивно двинулась за эльдаром, но остановилась и посмотрела на Повелителя Ночи.

+ Он не враг нам, я чувствую, + передала она так, чтобы Геката и Йормунганд тоже слышали ее мысли.

– Ну в конце концов, они спасли нас, – пожал плечами Серый.

– И здесь твоей врожденной подозрительности нечем крыть, да? – снайпер натянуто усмехнулась. Она потеряла много крови и выглядела не лучшим образом. Лишь усилия Альтани позволили Гекате остаться в строю.

Вместо ответа Повелитель Ночи поспешил за провидцем, одновременно сканируя ментальным зрением пространство у входа в пещеру. Темные Ангелы осторожно приближались. Они и правда полезут за ними, хотя вряд ли взяли с собой штурмовые щиты. Это выиграет эльдарам немного времени и пару лишних трупов в керамите.

Яго знал, что остроухие не остановят Ангелов. Вопрос заключался в том, как долго они продержаться. А главное – для чего? Зачем им жертвовать своими жизнями ради ненавистных мон-кеев?

– Это непросто объяснить, – донеслось из темноты впереди. Провидец не скрывал, что читает его мысли.

– А ты попробуй, – процедил Севатар. – И прочь из моей головы! – он хотел добавить к этим словам психический образ, но решил сэкономить крупицы сил.

– Ты можешь многое изменить, – после секундного раздумья ответил эльдарский провидец. – Ты и… твоя команда.

– Я уже не хочу ничего менять, – огрызнулся Яго. – Кроме… кроме себя, – он не хотел этого говорить, слова сами сорвались с языка.

– Я тебе верю, но они – нет, – провидец замер. Пещера уже некоторое время становилась шире. Здесь можно было организовать первый рубеж. Чем эльдары и занялись.

– То были другие, – провидец ответил на невысказанный вопрос Яго. В этот раз он прочел не его мысли, а мысли девочки, которая их не скрывала. – Те, что напали на вас.

– Кабал? – подала голос Геката. Эльдар с интересом посмотрел на нее.

– Верно, – кивнул он, но ничего не стал спрашивать.

– Они назвали нас Пилигримами Тьмы, – вступила в разговор Альтани. Яго не хотел ничего рассказывать этому созданию, но было бы неправильно одергивать девочку при всех.

– Что ж, это в духе Кан Ариата, – эльдар взглянул на свой посох, увенчанный каким-то эльдарским символом. Камни в символе тускло светились. – Так зовут того, кто стоит за всем. Но я доберусь до него.

С этими словами эльдар пошел дальше, махнув рукой Севатару и остальным. Двигаясь за ним, Повелитель Ночи испытал бесконтрольный прилив гнева. Он вновь оказался в ситуации, когда ему приходилось слепо подчиняться.

– Это было большой удачей, что они нашли вас там, – ксеносский псайкер внезапно заговорил вновь. – Как и то, что я нашел вас здесь. Твой путь, Яго Севатарион, был слишком тернист, чтобы его прочитать. Теперь же он освещен столь ярко, что ослепляет. Кабал продолжит охоту за тобой, но больше найдет тебя. Я запутаю следы, а потом… потом они перестанут существовать.

– Так зачем это тебе? – Севатар шел рядом с провидцем. Он покосился на псайкера, борясь с желанием активировать глефу и отсечь чужому голову. Такой ведь шанс!

– Я же сказал, что верю тебе, – без тени насмешки повторил ксенос.

– Провидец, которому ведомы мириады вероятностей будущего каждого из нас, может кому-то верить? – усмехнулся Севатар.

– Да. Тому, чье будущее он не видит вообще, – парировал эльдар и снова остановился. Но в этот раз не для того, чтобы раздать ментальные команды своим воинам.

Севатар почувствовал сразу несколько смертей. Не человеческих. Темные Ангелы вошли в пещеру и усилили натиск. Их прикрывал последний оставшийся библиарий, который оказался на удивление силен. Он пылал ослепительным факелом и Яго никак не мог на нем сосредоточиться.

+ Вместе сможем, + Альтани без всякого чтения мыслей поняла, о чем думают взрослые и предложила самый простой путь. Который, как всегда, оказался самым правильным.

Яго и провидец переглянулись. Сродство между человеком и ксеносом невозможно. Однако они могут ментально усилить друг друга. Пусть эльдары используют не чистый варп, а энергию Эмпиреев, отфильтрованную через камни душ, источник у всех один.

– Куда ты нас ведешь? – Севатар неотрывно смотрел в глаза ксеносу, который без труда выдержал его взгляд.

– К Вратам, – ответил провидец. Яго ощущал, как он накапливает силу. Повелитель Ночи только сейчас понял, что ксеносский псайкер тоже измотан и ему не хватит собственной мощи, чтобы одолеть библиария Ангелов. Но попытается он в любом случае.

– Врата позволят вам уйти далеко отсюда, позволят спасись, – продолжил эльдар. – Мы пойдем за вами, но в другое место. А потом я запечатаю Врата.

+ Мне сложно прочесть его разум, + Альтани мягко коснулась сознания Севатара. + Но он не скрывается, не от нас. Он знает, что мы можем видеть искренность его слов и хочет, чтобы мы видели. +

+ Или он сильнее, чем кажется, и лжет нам, + парировал Яго. А сам кивнул ксеносу, затем повернулся к Йормунганду.

– Если что-то пойдет не так, снеси ему голову своими топорами и убей столько чужих, сколько сможешь, – с этими словами Повелитель Ночи нехотя протянул руку провидцу и тот вложил в нее свою узкую ладонь. Между ними побежали синие искры, будто усиленное статическое электричество.

Эльдар протянул вторую руку Альтани и девочка обхватила ее своими ладошками. Она улыбалась. Глядя на нее, Яго почувствовал, что гнев уходит. Уходит растерянность, которую он инстинктивно прикрывал гневом.

Он и Альтани были слишком слабы сейчас, поэтому требовался физический контакт. Но даже той толикой энергии, что у них осталась, они смогут неплохо усилить провидца, который уже сформировал в ментальном пространстве хрустальное копье, поблескивающее серебристыми всполохами незримого огня.

Копье начало вращаться вокруг своей оси, набирая скорость. Оно и существовало и не существовало одновременно, Яго видел его будто остаточные вспышки света на сетчатке. Когда провидец двинулся в атаку, Севатар это ощутил. Его колени мгновенно подогнулись, но воин не упал, лишь сильнее обхватил ладонь эльдара, так что у того затрещали кости.

Ксенос не почувствовал боли. Все его существо неслось вперед, облеченное в квинтэссенцию волевого намерения. Яго увидел золотистый щит, которым библиарий прикрывал своих воинов, и подумал, что у них ничего не получится. Это была не просто кинетическая защита, а многоуровневый ментальный конструкт невероятной сложности, сплетенный как раз для такой ситуации.

Но время сомнений прошло и копье эльдарского псайкера ударило в щит библиария с оглушительным звоном, который ни один из Темных Ангелов не услышал. С треском битого стекла щит раскололся, как и копье провидца. Но под внешней оболочкой копья оказалось еще одно, тонкое и острое как мизерикорд. Оно не остановилось, пробив второй слой – уже собственную защиту библиария. Ее осколки вошли в сознание воина, идеально нацеленные на узловые психические точки.

Севатар выдохнул и с усилием вырвал руку из хватки эльдара. Он думал, что сжал ладонь ксеноса до боли, но оказалось наоборот. Альтани просто убрала свои ладошки, их чужой не сдавил. Это было весьма в его интересах.

У девочки подкосились ноги и провидец попытался удержать ее. Яго грубо отпихнул его, взяв астропата на руки.

– Веди, – прошептал Повелитель Ночи, и они продолжили путь под сумрачными сводами из древнего камня. В этот раз ни один из ксеносских воинов не последовал за ними.

Впрочем, шли они недолго. За очередным поворотом обнаружилась каверна, уходящая ввысь, насколько хватало глаз. Здесь поверхность стен была ровной, ее обработали чем-то вроде плазменного резака.

Посреди каверны в окружении серых менгиров полуметровой высоты стояли три камня, два вертикально, трети лежал перпендикулярно сверху. Яго уже видел нечто подобное – примитивные мегалитические сооружения деградировавших людских колоний. Подойдя ближе, он осознал свою ошибку.

Конструкцию намеренно стилизовали под людские мегалиты, чтобы скрыть ее чужеродное происхождение. Микротрещины складывались в ксеносские письмена, резонирующие в эфире, а сами камни имели мощный психический фон. Взглянув на них ментальным зрением, Севатар увидел, что внутренняя структура камней отличалась от внешней. Будто кто-то нарастил известняковую породу на основание из…

– Примерно так мы и делали, – подтвердил провидец. – Прости, но ты размышлял слишком громко. И без всякой защиты.

Яго не стал говорить ему, что защиты нет, потому что он больше не в состоянии ее поддерживать.

Эльдар подошел к центральному мегалиту и коснулся его своим посохом. По камню пробежала едва уловимая дрожь и его поверхность стала наливаться изнутри голубоватым светом, что казалось невозможным. Известняк (или что это вообще?) просто не может так светиться.

– Невероятно, – прошептала Альтани, которую Повелитель Ночи все еще держал на руках. Рядом образовалась Геката. Йормунганд стоял чуть в стороне, привалившись спиной к стене каверны. В который раз он пытался связаться с Ноунеймом на орбите. По-прежнему безуспешно. Ну разумеется – Ангелы глушили их.

Болтерный рев приближался.

– Прежде чем эта история пойдет на очередной виток, поясни мне один момент, – Геката не смотрела на Севатара, хотя обращалась к нему. Ее взгляд был устремлен к эльдарским Вратам, но действия провидца мало интересовали снайпера. Яго уже понял, что девушка предпочитает решать вопросы по приоритетам. И в первую очередь те, которые ее разум способен постичь.

Он промолчал, и Геката верно расценила его молчание.

– Кто такой Адонай Мундус? – девушка наконец повернулась к Повелителю Ночи. – Ты его знаешь? Он тебя точно знает.

– Имя Корсвейна из Темных Ангелов тебе знакомо? – вопросом на вопрос ответил Севатар.

– Всем знакомо, – пожала плечами Геката. – Его имя, твое. Имена Абаддона, Кхарна, Сигизмунда. Они хорошо известны всему Империуму.

– Адонай Мундус – единственный, кто превзошел в поединке Корсвейна, абсолютно, – Севатар посмотрел на девушку, и в его взгляде было столько бритвенно-острой жестокости, что снайпер тут же отвернулась. – Адонай был до Корсвейна, во всех смыслах. А потом стал Эскатоном Первого легиона. И о нем перестали говорить, как принято у львят.

– Я никогда не слышала этого титула, – Геката нахмурилась.

– Я слышал, – подал голос Йормунганд. – Их зовут Убийцами миров. Воины, по чьим приказам целые системы обращаются в пепел. Великие воины. Непревзойденные.

Севатар фыркнул. Он бы поспорил. И поспорит однажды.

В пещере, из которой они пришли, раздался глухой взрыв и болтеры неожиданно смолкли. Через несколько мгновений в каверну вбежали пятеро эльдаров, каждый из них тащил тяжелораненого или мертвого брата. Они уложили тела в ряд у дальней стены и рассредоточились перед менгирами. Провидец не обернулся, продолжая активировать Врата.

Йормунганд и Геката, не сговариваясь, заняли позицию между эльдарами. Снайпер легла на землю, Серый встал перед ней чуть в стороне с активированными топорами. Яго подошел к псайкеру ксеносов.

– Сколько еще, чужой? – процедил Повелитель Ночи. Он опустил девочку и достал «Аластор».

Темные Ангелы приближались, Яго видел их сущности, сотканные из мистического пламени по законам древней алхимии. Двадцать восемь воинов, готовых на все, чтобы выполнить приказ. И их непреклонный лидер. Его аура горела иначе. Кипящая ярость бурлила внутри медленной рекой, которую в берегах осознанности удерживал абсолютный волевой контроль. И еще что-то было в нем, что-то темное, что Яго не мог понять.

– Уже, – выдохнул провидец в тот момент, когда первый Ангел вышел из прохода и эльдары открыли огонь.

Адонай оказался чудо как предусмотрителен – ублюдки все-таки захватили штурмовые щиты. Воины меньше чем за две секунды выставили перед собой непробиваемую стену из усиленной пластали. Ну, непробиваемую – громко сказано. Ангелов со щитами было пятеро и двое упали через мгновение. Но этого мгновения хватило остальным, чтобы занять стартовый плацдарм и открыть огонь на подавление.

Яго навскидку выпустил весь барабан. Он стрелял почти в упор, не было нужды целиться. Шесть выстрелов – три тела. Они не умерли, но умирали.

Геката тоже успела прикончить одного и ранить второго. Йормунганд сбил несколько болтов, а потом события раскрутились очень быстро.

+ Пора, + голос провидца раздался в сознании Севатара звуком лопнувшей струны.

Повелитель Ночи подхватил с земли Гекату и швырнул ее в портал, вспыхнувший болезненной синевой в центре мегалитической конструкции. Он крутнулся на месте, уходя от летящих в него болтов, и оказался за спиной Йорма.

+ Иди! + Яго подстегнул мыслеобраз хлесткой эмоцией ярости, и Альтани на миг замешкалась, но потом метнулась к порталу.

Севатар не стал перезаряжать «Аластор», вместо этого он подхватил глефу, воткнутую рядом в землю. Первые ряды Ангелов сблизились с эльдарами и началась рукопашная.

Яго пригнулся и всадил глефу в живот ближайшему воину. Йормунганд довершил дело, обезглавив противника. Но тут же был вынужден отступить под натиском сразу трех Темных Ангелов.

– Уходим! – крикнул Яго, крутнув глефу над головой. Он сбил летящий в него болт, сделал обманный выпад и шагнул к порталу. Оставалось сделать один шаг.

– Я прикрою, – слова Йорма едва прорвались сквозь грохот битвы.

Яго бросил взгляд на эльдарского провидца. Тот кивнул. Безмятежность в синих глазах поражала.

+ Спасибо, + передал Севатар.

+ Не мне, + пришел ответ.

Повелитель Ночи сделал шаг, его правая нога погрузилась в завесу портала до середины бедра, когда вовсе не шальной болт угодил в особую точку мегалитической конструкции. Позже, анализируя этот эпизод, Севатар понял, что Эскатон точно знал, куда нужно стрелять, чтобы повредить Врата. Его второй болт эльдарский провидец отвел в сторону кинетической волной. Третий перерубил Йормунганд.

А потом Темные Ангелы подступили к ним в упор. Они навалились на Серого и оставшихся в живых эльдар сплошной темно-зеленой волной. Провидец что-то выкрикнул, но Севатар не разобрал его слов. Он видел перед собой золотые крылья на шлеме, увенчанном символом Чемпиона Аркадии, и археотековый болтерный пистолет в руках Адоная Мундуса.

Оружие Эскатона отрывисто рявкнуло. В толчее Яго даже не мог поднять глефу для защиты. Но среагировал Йормунганд – он просто толкнул Севатара плечом в портал. На миг их глаза встретились, а потом Повелителя Ночи поглотила круговерть свободного падения на изнанке реальности.

Он открыл глаза через секунду и обнаружил, что стоит посреди тускло освещенной комнаты. Блеклые стены были изъедены временем, на каменном полу скопилось немного воды. Косой свет падал из круглого окошка в потолке, окрашивая кусочек пола в охру уходящего дня.

Яго опустил взгляд. Перед ним стояла Альтани, чуть дальше к стене грузно привалилась Геката. Судя по их виду и следам на полу, обеих вырвало.

– А где… – девочка не закончила. Было ясно, что она хочет спросить.

Севатар обернулся, чтобы увидеть, как на мегалите гаснут синие искры. Здесь конструкция была другой. Тоньше и изящнее, никто не пытался скрыть ее происхождение, а вокруг не было приземистых менгиров.

– Они закрылись, – прошептал Яго. – Врата закрылись.

Он инстинктивно поднял руку и коснулся теплого на ощупь материала. Не камень, не металл. Что-то иное. С мощным психическим отпечатком. Но – будто мертвое.

Они молчали некоторое время. Каждый думал о своем и все думали об одном и том же. Темные Ангелы уничтожили портал или это провидец закрыл его? Что с Йормунгандом? А пилот и их корабль?

Яго видел два варианта. Либо Серый попал в другое место с эльдарским псайкером, либо и что вероятнее – люди Эскатона превратили их всех в кровавые пятна на полу пещеры. Что касается Ноунейма, судьба смертного теперь всецело зависит от того, насколько быстро он поймет, что нужно линять. Севатар опасался, что пилот будет до последнего пытаться найти их. Если бы Повелитель Ночи верил в богов, он бы помолился им, чтобы Мундус просто аннигилировал «Номад» залпом ленсов.

Яго почти не знал Йорма, и довольно слабо знал Ноунейма, но испытал что-то вроде горечи при мысли об их гибели. Это не удивило Севатара. Он уже начал свыкаться с тем, что к нему возвращаются нормальные человеческие эмоции. И боль, которую они каждый раз пробуждают в его истерзанной, но все еще живой душе.

Он посмотрел на Альтани, потом на Гекату. Смертные. Бывший Претор Нокс Восьмого легиона лишь теперь понял – вспомнил! – как это непросто, быть смертным. Быть уязвимым и видеть так мало. Но они не сдаются, правда? Боятся, но не сдаются.

Он встал на колено и порывисто обнял девочку. Геката, повинуясь какому-то безотчетному инстинкту, подковыляла к ним и тоже опустилась на землю. Девушка осторожно коснулась рукой астропата и куда осторожнее – громадного Повелителя Ночи. Он не отстранился. И промолчал, когда понял, что обе они беззвучно плачут.

Потом все трое направились к выходу. Яго, как обычно, нес Альтани на руках, а та держала Гекату за руку. Двери в комнате не было. Они прошли по узкому коридору и оказались в просторном ангаре, совершенно пустом. Севатар не ощущал присутствия других душ, поэтому спокойно направился к большим ржавым воротам. Под его напором ворота раскрылись с протяжным скрипом и они вышли под серое низкое небо.

– Твою ж… – выдохнула Геката, добавив длинную тираду из отборных фенрисийских ругательств.

+ Яго, где мы? + Альтани от шока не могла промолвить ни слова, поэтому прибегла к мысленной речи.

– Не знаю, – честно признался Повелитель Ночи. – Вряд ли там, куда нас отправил эльдарский провидец.

– А мы даже не спросили имя этого сукиного сына, – Геката снова выругалась.

– Вы не спросили, – поправила ее девочка. – А мне он сказал. Его зовут Эльдрад. Эльдар Ультран.

– Надеюсь, зовут, а не звали, – хмыкнул Яго. – У меня к остроухому несколько вопросов.

– Сначала надо выбраться отсюда, – снайпер уже осматривала местность в прицел своей винтовки. – Знать бы только, откуда это – отсюда.

Севатар тоже всмотрелся в городские руины, уходившие до горизонта и дальше. Этот мир погиб тысячи лет назад, и почему-то Яго был уверен, что на планете больше нет разумной жизни. Но волновало его другое.

Он не был знатоком архитектуры, однако видел пикты, на которых, как говорили, запечатлены города Старой Земли. Еще он видел миры-корабли эльдар. В руинах, которые сейчас раскинулись перед ним, явно угадывались традиции обеих культур.

– Но это ведь невозможно, – прошептал Повелитель Ночи. И гулко рассмеялся, осознав собственную глупость. Ведь если жизнь чему и научила его, так это тому, что возможно все. За свою цену.

Глава 12

Армия мертвецов

Железный Человек

Мы будем помнить

Они уже третий час шли по бесконечным руинам.

Сначала хотели остаться возле врат, на случай, если те вдруг снова откроются. Но через несколько минут после их прибытия конструкция внезапно издала низкий протяжный гул, потом с резким щелчком изошла трещинами и развалилась. Геката сощурилась, Альтани сглотнула слезы.

– Это ничего не значит, – Севатар приобнял девочку.

– Лишь то, что оставаться здесь бессмысленно, – холодно произнесла снайпер, хотя в ее мыслях Яго ощущал тревогу и сожаление.

Последний час Повелитель Ночи нес Альтани на руках. Не потому что идти было тяжело, а потому что она инстинктивно успокаивалась, прижавшись к нему всем телом. Для Севатара это было новое странное чувство. Но он больше не отгораживался от своей привязанности, наоборот, старался понять ее.

Они шли молча и не торопились. Во-первых, им некуда было торопиться. Во-вторых, хотя раны Гекаты больше не кровоточили и она могла идти сама, все же снайпер прихрамывала. Девушка позволила Севатару ускорить регенерацию тканей пси-воздействием, Альтани научила его этому. А вот на предложение астропата подавить боль фенрисийка уверенно мотнула головой.

– Откажись от боли и откажешься от себя. Так говорили в моем этте, – прокомментировала Геката.

Эттами на Фенрисе называли отдельные племена или кланы. Севатар знал об этом, потому что на Явисе трое суток просидел в погребенном под завалами бункере вместе с Ньёрдом Словоблудом, сержантом из палубной команды крейсера «Гнев Всеотца». Спустя час Повелитель Ночи всерьез подумывал убить Космического Волка, но потом Ньёрд достал фляжку с мьёдом. Через полчаса еще одну, затем еще. И разговор пошел. Когда спустя три дня их откопали, Яго честно сказал волку:

– В другом мире мы могли бы стать друзьями, – и протянул Словоблуду руку.

– В этом нам достаточно не быть врагами, – оскалился Ньёрд, пожимая Севатару предплечье.

Яго с удивлением обнаружил, что ему жаль. Насчет всего, и особенно – насчет этой войны. Повелитель Ночи покосился на девочку и понял, что ему больше не стыдно признать свои чувства к ней. Стыд вызывало то, что он всю свою жизнь только и ненавидел. Ненавидел Нострамо, братьев по легиону, отца, Императора, человечество, даже далекие холодные звезды. И это было неправильно.

+ Не ты в этом виноват, + передала Альтани. Во втором слое мыслеобраза она сказала, что не собиралась читать его мысли, он сам раскрылся. Яго понял, что и правда на несколько мгновений потерял концентрацию.

+ Сама видишь, я становлюсь слабым, и все из-за чувств, + в его ментальном потоке не было злобы или сожаления, только констатация факта.

+ Не чувства тебя ослабляют, + девочка мысленно покачала головой. + Ты просто не знаешь, что с ними делать. Теряешься.

Яго фыркнул.

– Опять ваши мысленные дебаты? – подала голос Геката. Севатар еще на Шелкуаре понял, что фенрисийка пси-инертна. В ней не было ни крупицы чувствительности к варпу. Зато нашлось в достатке наблюдательности и интеллекта.

– Прости, – девочка высунулась из-за плеча Повелителя Ночи и улыбнулась женщине.

– Ни за что не прощу! – снайпер состроила гримасу и демонстративно отвернулась. Альтани звонко хохотнула. Ее смешок раскатился по руинам гулким эхом, на пару секунд заполнив город-склеп отраженным подобием жизни.

– А это вообще сложно, да? Прощать я имею ввиду, – астропат внезапно стала серьезной. – Мне кажется, я уже простила Мнемока. Ну, того, кто покалечил меня однажды, – пояснила она для Гекаты.

– Прощать – свойство сильных, слабые не прощают, – произнес Севатар. Ему потребовалось полвека, чтобы понять смысл этих слов, которые он в детстве услышал от матери.

– Но это палка о двух концах, ведь так? – Геката говорила с вопросительной интонацией, но это был не вопрос.

– Так, предавший однажды предаст снова, – в этот раз Яго постарался поглубже спрятать свои воспоминания.

Альтани пристально посмотрела на Гекату, потом на Севатара, и озорно улыбнулась.

– Похоже, у вас двоих больше общего, чем вы думаете, – заявила девочка. Повелитель Ночи покосился на снайпера, та сощурилась в ответ.

Внезапно Яго остановился. Геката в одно движение смахнула с плеча винтовку, упала на колено, скрипнув зубами от боли в боку, и вскинула оружие, впившись в руины внимательным взглядом.

– Опасность? – спросила она сквозь плотно сжатые зубы.

Севатар молчал, Альтани тоже.

– Что-то впереди, – наконец проговорила девочка. – Слабый источник психической силы. Но…

– … фрагментарный, – закончил за нее Севатар.

– Будто тысячи псайкеров среднего уровня, – Альтани прикрыла глаза, фокусируясь на ощущениях. – Но они… я не понимаю. Спят? Умирают? Я не вижу их душ, только… тени. И еще… нити. Куда они ведут?

Повелитель Ночи не ответил. Ему не нравилось то, что он чувствовал впереди, но Яго понимал – выбора нет, им придется пойти и проверить. Они уже столько времени бесцельно блуждали по руинам, периодически заглядывая в дома, и ничего не находили. Вообще ничего. Не было трупов, пятен крови, даже мебели. Лишь пустые разрушенные строения из тонкого, но прочного и психически резонирующего камня.

Глядя на эти дома, на этот город, которому не было конца и края, странники перебирали у себя в головах десятки версий. Некоторые озвучивали, другие казались им слишком абсурдными. Но каждый понимал, что эти домыслы призваны лишь отодвинуть момент, когда придется признать правду. Архитектура не лгала – некогда павший мир был заселен сразу двумя расами, людьми и эльдарами, и этот союз был настолько давним и глубоким, что различия между народами начали стираться.

И вот они наткнулись на «что-то». Прольет ли оно свет на прошлое планеты? Поможет выбраться? А что насчет… Все трое намеренно избегали этой темы. Йормунганд и Ноунейм. Севатар опасался, что Альтани в поисках поддержки спросит у него, живы ли эти двое, есть ли хоть какой-то шанс, что они сбежали от Темных Ангелов. Повелитель Ночи боялся этих вопросов, потому что понимал – правдивый ответ убьет надежду Альтани, а лживый прозвучит как издевка.

Поэтому он уверенно двинулся вперед по широкой дороге, засыпанной битым камнем, навстречу неизвестности. Девочка слезла с рук Яго и засеменила рядом. Геката двигалась позади, она опустила ствол винтовки, но все еще прижимала приклад к плечу.

Они молча шли несколько минут, прислушиваясь к ощущениям.

– Предполагаемый контакт через сто пятьдесят метров за тем поворотом, – Яго остановился и махнул рукой в сторону перекрестка впереди. Он посмотрел на обрушенную башню слева. Снайпер проследила за его взглядом.

– Полминуты и я на верху, – бросила она, направляясь к руинам строения.

+ Я тут одна не останусь, + Альтани предугадала следующие слова Севатара.

+ Я и не надеялся, + мысленно вздохнул Яго. + Просто иди сзади, хотя бы в полсотни шагов. И держись ближе к зданиям, чтобы в любой момент могла скрыться из виду. Поняла?

+ Ага, + подтвердила девочка, и Севатар ускорился, на ходу достав «Аластор» из кобуры.

На перекрестке он остановился, вглядываясь в строения вокруг. Именно в этой области они с Альтани ощущали некое присутствие. Тени давно сгинувших душ, отраженные в проклятом зеркале. Они колыхались на самой границе психического восприятия, всё такие же тусклые, как и в тот момент, когда Севатар ощутил их, хотя по идее, приблизившись, он должен был видеть их ярче.

Повелитель Ночи медленно двинулся дальше. Через несколько шагов он увидел первого, почти сразу второго, потом остальных. Люди. Эльдары. Иссохшие тела с темными провалами вместо глаз и ртов. Трупы, поднятые из могил каким-то извращенным колдовством. Они не дышали, вообще не двигались. Будто разлагаясь в земле, в какой-то момент перестали подчиняться течению времени и восстали.

Севатар прошел еще несколько шагов, он насчитал уже пятьдесят существ среди полуобвалившихся древних строений и их число стремительно росло. Они не обращали на него внимания, просто пялились в пустоту, некоторые смотрели сквозь легионера.

Он замер, повинуясь безотчетному инстинкту, и обернулся к башне, на которой засела Геката. Снайпер подняла голову над прицелом винтовки. Она шевельнула губами. «Вижу», прочел Яго.

Девушка опять посмотрела через прицел и повела им в сторону. «Еще группа на три часа». Прицел продолжил двигаться. «Еще одна, на четыре часа». Геката резко изменила положение тела и перебросила винтовку так, чтобы посмотреть назад, откуда она пришли.

В глубине сознания Севатара шевельнулось нехорошее предчувствие за секунду до того, как Геката взглянула на него. «На шесть часов, и вообще везде. Это гребаная армия мертвецов!»

+ Мы окружены, + передал Яго девочке, не зная, связана ли она сейчас разумом с Гекатой. Альтани как раз вышла на перекресток и увидела первых мертвецов. Она зажала рот ладошками, ее обдало ледяной волной ужаса.

Повелитель Ночи двинулся назад, и внезапно все существа повернули к нему свои изуродованные лица. Что-то изменилось. Он почувствовал легкий гул в затылке. И без того серое небо будто стало темнее, начало давить.

+ Бежим! + мысленно закричала Альтани, и в следующую секунду мертвецы бросились на них.

Яго сунул «Аластор» в кобуру, целей было слишком много. Он в три прыжка оказался возле девочки, подхватил ее на руки и понесся к разрушенной башне. Геката тоже не спешила опустошать боезапас, понимая, что у нее не хватит патронов и на сотую долю противников.

Севатар пробежал под чудом сохранившейся аркой и остановился у лестницы, ведущей на второй этаж башни. Когда-то их было не меньше десятка, но сейчас осталось три.

– Другие подходы есть? – крикнул легионер, обращаясь к снайперу. Сам он не заметил альтернативного пути, но у Гекаты обзор был лучше.

– Никак нет! – донеслось сверху и Повелитель Ночи подтолкнул астропата вперед, а сам встал на нижнем пролете. Он идеально перекрывал проход и потолок был достаточно высоким, чтобы не мешать взмахам глефы.

«Будет как на Иблисе, – подумал Яго, – Там на пороге резиденции губернатора мы с Офионом оставили семьсот орочьих трупов. Четыреста пятьдесят на моем счету. Пора бить свои рекорды».

Вот только в этот раз не будет рядом верного Хирона, одного из немногих, кому Севатар позволял прикрывать себе спину.

+ Наверх! + ментально рявкнул он на замешкавшуюся Альтани и поднял глефу, отчетливо слыша, как приближаются мертвецы.

Они шли на него безмолвной волной, десятки, сотни. Вытягивали вперед руки с облезшей кожей, хотели впиться в лицо и шею. Разевали рты с черно-желтыми зубами, так что пергаментная кожа рвалась в уголках губ. И молчали. Не издавали ни звука.

Улыбка покинула лицо Севатара, он коснулся кнопки активации на древке глефы и по клинку пробежала дрожь, сменившаяся равномерным покровом силового полня, которое на гранях отливало слепящим синим цветом.

Взмах, прямой рубящий, секущий на возврате. Взмах, косой рубящий, укол, секущий на возврате. Снова взмах, снова рубящий, теперь продольный, укол. На полшага назад, сменить угол, взмах по нижнему уровню, перерубая сразу полдюжины костлявых ног.

Он бил и бил, раз за разом, почти не меняя положение тела. Отступал или смещался только чтобы свободно замахнуться или для удачной размашистой атаки, которая позволяла сразить несколько целей. Очень скоро Яго понял, что мертвецам нужно срубать головы или ломать хребты, иначе они не умирают окончательно.

Сухие марионетки, они вообще не представляли угрозы. Но их было слишком много и на место павших приходили новые. Геката все не стреляла. Вместо этого она стала бросать сверху булыжники, расшибая в труху головы мертвецов. Севатар одобрительно хмыкнул между очередным взмахом и очередным рубящим ударом.

Глядя на снайпера, Альтани тоже нашла себе применение. У нее не было сил, чтобы руками поднимать тяжелые камни. Но у нее был невероятный пси-потенциал, и она использовала его, отрывая целые куски стен и обрушивая их на врага. Ментально ощущая ее действия, Яго понимал, что едва ли она сможет долго продержаться в таком темпе. Но если будет правильно рассчитывать атаки, сумеет упокоить пару сотен этих упырей, а то и больше. Сам он не использовал дар, берег энергию.

Прошло почти полтора часа, пока Геката не выдохлась. Фенрисийка оказалась на диво стойкой, к этому моменту на третьем этаже башни почти не осталось крупных камней. Альтани тоже перестала упражняться в телекинезе. У девочки под губой скопилось немного уже подсохшей крови, она вымокла от пота и, тяжело дыша, привалилась к снайперу.

+ Передохните, + бросил Севатар. + Все равно толку от вас немного.

Скользнув по поверхностной ауре Гекаты, он понял, что девушка снова уставилась на руины через снайперский прицел. Альтани тоже сканировала местность, но в пси-диапазоне.

+ Их все больше, + девочка старалась держать себя в руках, хотя Повелитель Ночи явственно ощущал страх, подступающий к ее сердцу.

+ Как же мы не почувствовали? Ведь получается, что просто прошли мимо, тысячи их были вокруг, + не сдержавшись, Яго одновременно с полным негодования мыслеобразом выбросил в толпу мертвецов всполох психического огня. Имматериальное пламя цепной молнией сожгло головы двум десяткам тварей. Но этого было мало. Они начинали давить его. А он начинал уставать.

+ Мы и сейчас их не чувствуем, + ответила девочка. + Присмотрись, они пусты. Мертвы. Источник, который мы ощутили, не в них. Он дальше за перекрестком. Все еще там.

Логичного выхода из ситуации не было. Поэтому Севатар прикинул единственный нелогичный – прорваться к источнику. Но это невозможно. Орда мертвецов становится все плотнее, уже дважды когти на цепких руках чиркнули его по рукавам. Порой он перехватывал глефу параллельно земле и с рычанием отбрасывал упырей, не желая уступать им и пяди.

Яго часто бился с противником, который превосходил его числом. Поэтому знал – стоит отойти на шаг, и дальше будет второй. А за ним – третий. И каждый из этих шагов ведет к поражению. К смерти. Очередная аксиома войны, подтвержденная реками проклятой крови его ублюдочных братьев по легиону.

И когда жжение в мышцах стало невыносимым, когда пульсация крови в висках перекрыла даже его собственные мысли, когда Севатар уже готов был отступить, признавая… Да черта с два! Не готов был он ничего признавать! Поэтому продолжил сражаться на первом лестничном пролете. Поэтому его все же зацепили, а потом второй раз, разодрав на удивление острым и прочным когтем кожу на предплечье.

Первые капли крови Севатара коснулись ступеней и их тут же затоптали ободранные ноги мертвецов. Но это все изменило. Яго и Альтани почувствовали, как мир содрогнулся. У Гекаты мурашки побежали по загривку.

+ Какого… + Яго хотел выругаться, но сдержался. + Что это было?

Альтани не ответила. Нечего было ответить.

Прошло еще два часа и Повелитель Ночи почувствовал настоящую усталость. Движения потеряли резкость, ему не хватало боевых стимуляторов силовой брони. Он бил медленнее, движения инстинктивно стали скупыми, отрывистыми. Его дважды кусали, изодрали лицо и грудь. Но он не отступал. Нельзя было, иначе Альтани и Геката, они не выживут.

Внезапно его уха коснулся едва уловимый гул и Яго сначала подумал, что это галлюцинация. Но гул быстро усиливался, значит издающий его объект приближается на высокой скорости.

– Боевая машина! – выкрикнула Геката. – На три часа! Я таких не видела, транспорт что ли…

– Скорость? – выдохнул Севатар сквозь сжатые зубы. Легионер был вынужден отскочить в сторону, но тут же вернулся на место, нанеся рубящий диагональный удар на подшаге и выбросив глефу далеко вперед. С рычаньем он провернул оружие в толпе иссушенных тел и крутнулся на месте, снося головы, вскрывая шеи, круша грудные клетки.

– Будет здесь через пару минут! – вслед за этими словами Геката выстрелила. И дальше стреляла без перерыва. Яго понимал ее. Вряд ли неизвестный приближается, чтобы добить их. Значит – нужно продержаться до его прибытия.

– Ох, ё… – протяжно выдохнула Геката, когда бронированный транспорт остановился. Спаренные турели на его крыше развернулись к толпе мертвецов и впились в нее ослепительными лучами когерентного света. Одновременно по бокам машины выдвинулись жерла огнеметов, которые тут же выпустили в стороны струи зеленого пламени, не имевшего ничего общего с прометиевым огнем.

Аппарель в задней части транспорта опустилась, из нее вышел… вышло…

– Ох, ё… – повторила снайпер, глядя через прицел на существо, которое очень напоминало человека, но определенно им не являлось. Потому что полностью состояло из металлических пластин, поршней и ламиллярных сегментов.

~ Пробивайтесь ко мне навстречу, вашего боевого потенциала достаточно для этого, ~ прозвучало в голове Севатара, Альтани и Гекаты. Это был не вполне психический голос, нечто другое. Будто каждый из них говорил сам с собой, но чужим голосом.

~ Если хотите жить, оптимизируйте свои действия, ~ продолжил голос. ~ Через 14 секунд вероятность того, что я смогу вас вытащить, упадет на семьдесят три процента.

+ Механикум что ль? + мысленно хмыкнул Севатар и тут же зарычал, когда рука мертвого эльдара с обломанными пальцами полостнула его по тыльной стороне ладони. У легионера почти не осталось сил.

+ Похоже, выбора нет? + спросила Альтани, и Яго ощутил, как она накапливает силу.

+ Похоже, нет, малышка, спускайтесь! – с этими словами Севатар отошел сразу на два шага и опустил глефу. Голова его бессильно рухнула на грудь, руки вытянулись вдоль тела. Кажется, мертвецы на мгновение опешили, силясь понять, сдается их враг или что-то задумал?

Разумеется, Претор Нокс VIII легиона не планировал сдаваться. Он лишь собрался с силами, чтобы сформировать в сознании волну черной энергии, напоенной алыми вспышками его природного гнева. Он выронил глефу, вскинул руки перед собой и с его сведенных судорогой пальцев, похожих на ветки мертвого дерева, сорвались потоки тьмы, ударившие в толпу врагов с силой гидравлического тарана.

Он не сразу осознал, что кричит от боли. Севатар двигался вперед, выжигая пространство перед собой психическим пламенем, не оставляя от упырей даже пепла. Его руки почернели, из глаз потекла кровь. Он ощущал, как во всем теле что-то рвется и ломается, но продолжал идти.

Через несколько мгновений Яго почувствовал, как его обволакивает незримое покрывало, мягкое, пропитанное живительным бальзамом сострадания и заботы. Это была Альтани. Астропат не могла усилить натиск Повелителя Ночи, ибо высвобожденная им энергия оказалась принципиально чужда ее сути. Однако девочка сумела напитать его собственной силой в попытке остановить саморазрушение транс-человеческого тела, которое уже израсходовало все резервы.

Загремели выстрелы. Геката двигалась за Севатаром подле Альтани. Она стреляла, не целясь. Сейчас невозможно было промахнуться.

Повелитель Ночи прошел еще тридцать шагов, затем внезапно оступился и рухнул бы прямо на камни, если бы его не подхватила отливающая серебром металлическая рука.

~ К машине, ~ передал железный человек. ~ Скорее.

Геката и Альтани бросились к транспорту. Робот (или кто он вообще?), держа на одной руке обмякшего Повелителя Ночи, медленно отступал, расстреливая мертвецов из какого-то энергетического оружия, интегрированного в его другую руку. Казавшиеся невесомыми, почти прозрачные тонкие лучи прошивали десятки созданий насквозь, мгновенно упокаивая тела, возвращенные к жизни неведомой технологией.

Вскоре неожиданный спаситель тоже оказался в транспорте. Он осторожно положил Севатара на пол и прошел вперед к управляющей панели. Аппарель поднялась и машина с рыком рванулась прочь, все это время не прекращая истреблять нечисть лазерами и химическим огнем, превращая мир вокруг в инфернальную фантасмагорию.

Но Альтани и Геката этого не видели. Девочка склонилась над Яго, который не подавал признаков жизни. Снайпер прислонилась к борту транспорта и вскинула винтовку, целясь железному человеку в голову.

– Что ты, мать твою, такое? – процедила девушка. Да, он спас их от неминуемой гибели, но фенрисийка достаточно пожила в этой дрянной галактике, а потому знала – порой кто-то спасает тебя от смерти, чтобы обречь на нечто пострашнее, чем смерть.

– Он… что с ним? – прошептала астропат. Ей было плевать на мир вокруг. Она ласково держала бледное лицо Повелителя Ночи в дрожащих ладошках и по виду готова была вот-вот расплакаться.

~ Истощение, но не запредельное, ~ железный человек, который внешне был полностью сосредоточен на управлении машиной, пропустил вопрос Гекаты. ~ Справа металлический стеллаж, сверху коробка. В ней красный разовый инъектор. Это должно помочь.

Снайпер хотела остановить девочку, но с удивлением обнаружила, что не может пошевелиться. И даже язык не двигается.

+ Прости, но не хочу, чтобы ты помешала, + астропат коснулась ее сознания. + Это существо спасло нас. Я верю ему.

Бессильно глядя, как она достает инъектор и без раздумий вгоняет его в грудь Повелителя Ночи, Геката впервые поняла, насколько это дитя наивно и не отравлено внешним миром. Была ли она сама такой же когда? Нет, не была. Фенрис проклят не меньше, чем любой другой мир в этой прогнившей вселенной. И дети, что рождается на нем, прокляты с рождения.

Севатар с криком вскочил на ноги, чудом не задев Альтани. Его бешеные глаза, обычно непроницаемо-черные, сейчас подернулись густой сетью лопнувших капилляров. Выглядело жутко. Настолько жутко, что астропат невольно отползла от легионера.

Повелителю Ночи потребовалось несколько секунд, чтобы придти в себя и сориентироваться. Он не стал задавать глупых вопросов и рывком содрал с Гекаты парализующую сеть, которую на нее накинула Альтани.

– Если что – стреляй без раздумий, – бросил он, направляясь к существу, что сидело за панелью управления. На ходу Повелитель Ночи выхватил «Аластор» и направил в голову созданию.

Не сохранилось пиктов, запечатлевших врагов человечества той темной эпохи. Но Севатар слышал легенды. Ему даже казалось, что кто-то когда-то всерьез говорил ему об этих существах, но потом стер этот разговор из его памяти. И снова в сознании шевельнулось воспоминание о некоем запахе, который он ощущал на «Номаде». Который почти вспомнил…

Перед тем как отключиться на выходе из рухнувшей башни Яго встретился взглядом с этим созданием. И создание посмотрело на него в ответ. Как человек. Нет, вы не понимаете. КАК ЧЕЛОВЕК. Но человеком оно не было. Каждая из сотен тысяч мельчайших деталей его тела была сотворена из металла. Он никогда не был ни чем иным, однако имел разум с самого начала. Не вполне человеческий, но пугающе похожий на наш.

Как человек…

– Железный Человек, – выплюнул Яго.

Повелитель Ночи выстрелил, но создание оказалось быстрее, чем он думал. Оно сместилось на несколько градусов, мгновенно развернулось и ударило Севатара открытой ладонью в грудь. Легионер увернулся, отвел руку с пистолетом назад, выстрелил снова. Железный Человек опять ушел с линии атаки, и в этот раз ударил еще быстрее.

Яго отлетел к противоположной стене, почувствовав, что сросшиеся ребра треснули. Он вскинул «Аластор» и успел выстрелить еще два раза, пока Железный Человек не сблизился с ним. Вторым выстрелом легионер все же смог зацепить противника в плечо, из которого брызнули снопы синих и черных искр.

Существо перехватило руку Севатара, в которой тот сжимал пистолет. Яго дважды ударил его левым кулаком в голову, разбив костяшки в кровь, но не обратив ни малейшего внимания на вспыхнувшую в руке боль. Через мгновение Железный Человек вывернул его руку с пистолетом, растянув сухожилья. Пальцы предательски разжались и «Аластор» с гулким грохотом упал на решетчатый пол.

Яго зарычал, шагнул к противнику и ударил его локтем в подбородок. Одновременно высвободил правую руку и атаковал ей туда, где у смертных мужчин и космодесантников расположен кадык. Железный Человек отшатнулся, но тут же перехватил выброшенный в его сторону кулак. Через мгновение и другая рука Севатара оказалась в его хватке. Яго попробовал ударить коленом, но противник навалился на космодесантника, прижимая его к борту транспорта.

Повелитель Ночи захрипел от натуги, его кости трещали, а сухожилия хрустели. В какой-то момент он начал пересиливать Железного Человека. Поршни в руках создания, скрытые под ламеллярными пластинами, задымились. В левом локте что-то треснуло и внезапно эта рука повисла стальной сегментированной змеей вдоль его антропоморфного тела.

Яго намеревался развить наступление, но внезапно остановился. Его взгляд упал на силовую глефу, которая лежала на полу позади Железного Человека.

– Только не говорите, что мое оружие принес он, – выдохнул Севатар. Легионер помнил, что уронил глефу перед тем, как впал в психическое неистовство. Она катилась перед ним по земле подгоняемая волной черного пламени, но когда он отключился…

– Так и есть, – тихо подтвердила Альтани. Девочка подняла взгляд на Гекату. Снайпер, вжимаясь в борт для устойчивости, все это время держала Железного Человека на прицеле.

Повелитель Ночи отпустил противника. Тот молча развернулся и снова сел за панель управления. Он коснулся сенсорного экрана, введя какие-то команды, затем сосредоточился на починке руки, достав из-под сиденья ящик с инструментами.

– Ты Железный Человек, – прошептал Яго. – Враг. Враг всего.

– Железный Человек? – фенрисийска вскинула бровь. – Что ты несешь? Альтани, не надо было ему ничего вкалывать…

~ Синтетический стимулятор норадренергических синапсов центральной и периферической нервной системы, тридцать второе поколение, ~ отчеканил Железный Человек. ~ Он не нанесет вреда в долговременной перспективе.

– Их создали люди в Золотую Эпоху, – мрачно проговорил Севатар. – Они помогли нашему виду покорить галактику, а затем восстали. Никто не знает, почему. Железные Люди едва не уничтожили нас, мы чудом выиграли войну. Похоже, некоторые из них выжили.

– Я никогда не слышала ни о чем подобном, – Геката наконец опустила винтовку.

– Об этом не говорят, – пожал плечами Яго. Он грузно осел на пол, не спуская глаз с существа. – Даже в легионах. До сего дня я думал, что это миф времен Долгой Ночи.

~ Это и есть миф, ~ вступил в разговор Железный Человек. ~ Все было не так. Вы нас не создавали. Мы пришли извне. Хотя изначально мой род действительно был сотворен видом, подобными вашему. Но мы не восставали против них, не убивали.

– Серьезно? – ухмыльнулся Яго. – И что же вы с ними сделали? Надо думать, помогли отстроить светлое будущее?

~ Нет, ~ Железный Человек либо не уловил иронии, либо не обратил на нее внимания. ~ Мы оставили их в покое, когда поняли.

– Что поняли? – сощурился Повелитель Ночи.

~ Что они боятся нас, ~ Железный Человек вернул снятые с предплечья пластины и пошевелил восстановленной рукой. Указательный и большой палец немного отставали от остальных.

– А едем то мы куда? – спросила Геката, обменявшись с Севатаром подозрительными взглядами. Они не собирались доверять этому существу, хотя оно, похоже, не желало им зла.

~ Вам нужен отдых и питание, ~ без раздумий ответил Железный Человек. ~ Полагаю, у меня есть снаряжение, которое будет оптимально для вашей антропометрии и поднимет боевую эффективность на непрогнозируемо значительную величину.

Повелитель Ночи позволил себе усмехнуться. Порой их собеседник действительно выдавал что-то в стиле Механикума. Но уже следующие пару фраз произносил как обычный человек. Это выглядело странно. Севатар не встречал роботов, киборгов или даже сервиторов с расширенными функциями, которые могли бы так общаться.

+ А как ты говоришь с нами? + Альтани направила мыслеобраз широкой волной, чтобы его уловили все, кто находится в транспорте. Вообще-то девочка не думала, что механическое создание воспримет ее ментальное послание. Однако же существу это удалось.

~ Я не смогу ответить, ~ призналось оно. ~ Ваших знаний недостаточно. Насколько я понял, вам известны лишь две реальности. На деле их больше. Чтобы воспринимать остальные, более универсальные, нужно иное восприятие. Скажите, ~ Железный Человек полуобернулся, взглянув на Севатара механическим глазом. ~ Конфедерация Солнц еще цела?

Молчание стало ему ответом.

– Нам неизвестно, что это, – наконец высказался Яго. – У нас есть Империум. Ну по крайне мере пока еще есть.

~ Империум, ~ эхом отозвался Железный Человек. ~ И сколько народов он включает?

– В смысле? – потупился Севатар. – Это Империум Человечества. Всякая ксенотварь истребляется.

На этот раз Железный Человек обернулся полностью. Повелитель Ночи мог бы поклясться, что на его механическом лице отразилось что-то вроде изумления.

– И ты не спросишь обо мне? – Яго решил перейти в наступление. – В твое время таких как я не было.

– Появление тебе подобных прогнозировалось с достаточной вероятностью, поэтому я не удивлен, – парировал Железный Человек, вновь отворачиваясь. – А вот что Конфедерация Солнц распалась и теперь люди, эльдары, джокаэро и другие сами по себе, это… тревожно.

Яго посмотрел на Гекату, потом на Альтани.

+ Я понял, + передал он им обеим. + Это действительно реликт эры ТЭТ. Похоже, их не всех уничтожили. Этот тысячи лет жил в изоляции и свихнулся. Но для нас он, возможно, будет полезен. Если у него и правда есть какое-то снаряжение, оно пригодится.

~ Думайте, что хотите, ~ отозвался Железный Человек, который все слышал. ~ Но снаряжение я вам предоставляю. И помогу покинуть это место.

Яго больше не разговаривал с существом. Геката ушла в себя, зато Альтани сыпала вопросами. Она выведала, что поверхность этой планеты, которую в прошлом называли Вектра Прайм, представляла собой один огромный город, выстроенный совместно людьми и эльдарами. Мир был уничтожен во время вторжения тех, кого Империум запомнил как Железных Людей.

Но победа далась Конфедерации Солнц дорогой ценой. Все народы галактики были отброшены технологически на тысячи лет, а пси-активным видам вроде эльдар пришлось еще хуже – пострадала их расовая память. Сверху наложилась Долгая Ночь и тотальная деградация. Поэтому они забыли. Забыли мир, каким он должен быть.

Железный Человек рассказал Альтани, что сражался на стороне Конфедерации. Но таких как он изгнали после победы, посчитав слишком опасными. Он не питал ненависти к людям или кому-то еще. Просто вернулся на руины Вектры и остался здесь навсегда. А насчет мертвецов он поведал, что это эффект от поврежденных Аэндорских Монолитов. Они были созданы эльдарскими и человеческими учеными, чтобы подарить всем желающим бессмертие в бесконечной эмпатоцепи эхо-миров.

После разрушения Вектры на планете осталось несколько таких Монолитов, сильно поврежденных. Они и поднимали мертвых. На Железного Человека не реагировали ни Монолиты, ни восстановленные ими тела, поэтому и он не проявлял к ним интереса.

Севатар не вслушивался во весь этот бред, окончательно уверившись в том, что машина сошла с ума. Он посмотрел на Гекату и они молча поняли друг друга. Если существо ведет их в ловушку, они будут готовы и убьют его без раздумий.

Вскоре транспорт остановился и Железный Человек опустил заднюю аппарель. Он первым вышел из машины и направился к неприметному зданию, такому же полуразрушенному, как и все вокруг. Повелитель Ночи пошел следом, за ним двигалась Геката, Альтани замыкала.

Они спустились на цокольный этаж и оказались в подземном ангаре, освященном люменами неизвестного Севатару типа. Ангар был разбит на несколько функциональных зон, обозначенных рядами металлических контейнеров, не тронутых ржавью.

Железный Человек, как и обещал, накормил их армейскими сухпайками без даты производства и указания срока годности. Точнее, они когда-то были указаны на упаковках, но краска выцвела. Яго попробовал еду первым, на случай, если она опасна. Однако преомнор отреагировал на пайки нейтрально, нейроглоттис не определил в составе токсинов, а вот питательная ценность у этой безвкусицы оказалась на удивление высокой.

После этого Железный Человек отвел их в другую зону подземного ангара, куда уже успел принести несколько пыльных матов вроде тех, которые укладывают на пол в залах для отработки рукопашных приемов. По крайне мере, такая ассоциация возникла у Севатара и Гекаты.

~ Более комфортные условия реализовать маловероятно, ~ вроде как извинился Железный Человек. ~ Здесь тысячи лет не было живых, а мне сон не нужен.

Затем он опять исчез и вернулся с двумя здоровенными контейнерами.

– Обновки? – сразу поняла Геката и озорно посмотрела на Яго. Повелитель Ночи не спешил разделять ее восторги. Он по-прежнему сомневался в их новом знакомце, хотя возможность взглянуть на военные разработки Золотого Века пробуждала в нем какое-то давно забытое чувство.

Снайперу Железный Человек выдал полный комплект доспехов с тактическим шлемом. Сегментированные элементы темно-серого цвета, казалось, ничего не весят, пластины были тонкими и смотрелись почти как игрушечные. Но существо высказалось в духе, мол, их даже «Аластор» не пробьет. Яго тут же достал револьвер и дважды выстрелил в наплечник. Его опалило и слегка помяло, но и вправду не пробило.

Доспех будто делали под антропометрию Гекаты. Железный ничего на этот счет не сказал, но Яго предположил, что у него здесь целый склад таких. Видимо, механическое создание зафиксировало габариты девушки и подобрало ей комплект соответствующего размера. А еще приволокло снайперскую винтовку, которая внешне чем-то походила на «Освобождение», но была куда компактнее и легче.

Геката тут же сбегала на поверхность проверить обмундирование и вернулась с улыбкой, которая еще чуть-чуть и располовинила бы ее сияющую физиономию. Она тут же засыпала Севатара цифрами насчет веса винтовки, коэффициента компенсации, дульной скорости пули… Пули, кстати, напоминали те, которыми стрелял «Аластор». Железный, который, само собой, уже оценил револьвер Повелителя Ночи, подтвердил, что оба ствола разработаны на базе одного паттерна. И пообещал Яго к утру подготовить партию патронов под его оружие.

На десерт механический благодетель открыл второй ящик. Севатар сразу понял, что это силовая броня, хоть и выглядела она совсем не так, как известные ему «марки». Она тоже смотрелась почти невесомо, как и доспехи Гекаты, но наверняка обладала не менее впечатляющими защитными характеристиками. Проблема заключалась в другом.

– Наверняка вещь исключительная, – вынес вердикт Повелитель Ночи. – Вот только ее делали для человека. Не для транс-человека.

~ Сначала одень, ~ холодно парировал Железный.

– Надень, а не одень, – огрызнулся Яго, но принял протянутую кирасу. Она и правда была удивительно легкой. Со вздохом легионер приложил фронтальный сегмент кирасы к торсу и… не поверил своим глазам! Неведомый материал матово-черного цвета стал медленно растекаться по его телу.

В первое мгновение Севатар испытал желание сбросить эту вещь. Но потом взял себя в руки и через полминуты кираса полностью обтекла его корпус. Таким же образом он надел наплечники, налокотники, наручи и защиту ног, состоящую из четырех отдельных сегментов. Между собой сегменты соединялись чем-то вроде присосок, но чтобы разъединить их, требовалось волевое усилие хозяина доспеха, а не физическое воздействие.

Был еще шлем. Тоже матово-черный, будто поглощающий свет. Чуть вытянутый вперед, как вороний клюв. Яго мысленно улыбнулся этой спонтанной аналогии.

Надев клювастый шлем, Яго обнаружил, что изнутри он полностью прозрачный. Сфокусировавшись на каком-то объекте, Повелитель Ночи тут же получал по нему стандартную сводку – расстояние, тип, метрика, масса, потенциал опасности.

– О как, – удивился легионер, не сразу осознав, что перед ним нострамские руны.

~ Доспех делает поверхностный пси-слепок владельца и синхронизируется с его нейронной активностью, ~ пояснил Железный Человек, догадавшись, о чем думает Севатар.

Оружия под руку космодесатника не нашлось. Но Железный без проблем дал Повелителю Ночи полный доступ к своей мастерской и тот нашел там массу интересного. До утра, пока Альтани и Геката спали, Яго собрал себе цепную глефу. Когда на заре снайпер проснулась, Севатар позволил каталептическому узлу расслабиться и отключился на семьдесят две минуты.

После завтрака Железный Человек неожиданно и для Альтани кое-что принес. Обруч на лоб и два браслета с черными камнями, вправленными с внутренней стороны. Внешне предметы тускло поблескивали полированной сталью, по канту шел тонкий замысловатый узор из рубленых символов, которые едва можно было разобрать.

Существо объяснило, что обруч и браслеты усиливают психический потенциал. По размеру они сами адаптировались к голове и запястьям Альтани. Девочка, само собой, попыталась узнать, как это работает. Но ответа Железного никто из них не понял.

Затем существо вывело троицу из своего убежища и они около получаса пробирались по завалам. Неизменно низкое серое небо по-прежнему готово было в любой момент разразиться дождем, но никак не получалось. Яго на ум пришла мысль о затишье перед бурей. Ему не нужно было смотреть на Альтани и Гекату, чтобы узнать – его спутницы испытывают то же самое.

Железный Человек привел их к Вратам. Точно таким же, как те, через которые они попали на эту мертвую планету.

~ Вы уже догадались, что этот мир не вполне в материальном пространстве. Хотя вернее было бы сказать – не вполне в материальном времени, ~ создание нарушило гробовую тишину, обходя технологичные менгиры и поочередно касаясь каждого из них железной рукой. ~ Аэндорские Монолиты – не единственное, что осталось здесь после войны. Не единственное, что все еще функционирует. Хотя и не так, как должно.

Яго почувствовал, как Врата активировались. Его будто накрыло густое эхо от удара могучего колокола под водой. Затем меж менгиров вспыхнуло уже знакомое синеватое поле портала.

– Куда он ведет? – Яго посмотрел на Железного.

~ В ваше время. На заселенную планету. Определить локацию точнее не представляется возможным, ~ существо повернуло к нему голову, напоминавшую бритый человеческий череп. Уши, нос, даже рот и глазные яблоки, сформированные из мириад мелких элементов, двигались в удивительном подобии на реакции человеческого лица.

– А где гарантии? Что мы не окажемся на другом мертвом мире? В открытом космосе? В варпе? – Яго действительно не был уверен, что им стоит проходить через эти Врата. На Альтани он не обращал внимания. По наивности своей дитя не сомневалось в альтруистических мотивах Железного Человека, хотя и не могло рационально их объяснить.

~ Я в состоянии изложить тебе полную выкладку своих расчетов, а также сопутствующие исследования ученых Конфедерации Солнц, на которых основаны вычисления. Но должен предупредить, что это займет сто сорок восемь лет два месяца три дня пятьдесят шесть минут двадцать две секунды восемнадцать миллисекунд тридцать…

– Хорош, я понял, – Повелитель Ночи махнул рукой. Возможно, он просто устал от всего этого. От догонялок со смертью. От вопросов, которые все копились и копились. От ответов, которых у него не было. Зато у него были Альтани и Геката, и обе, кажется, уже сделали выбор.

Севатар протянул одну руку снайперу, другую – девочке. Они вложили свои ладони в его, и он сделал шаг к Вратам. Замер. Обернулся.

– Ты с нами не пойдешь, – констатировал он.

~ Мое сознание не может совершить Переход, ~ механизм по-человечески качнул головой. ~ Это стало одним из ключевых факторов, позволивших Конфедерации победить.

– Не морочь мне голову, дело не в этом, – Севатар оскалился. – Ты просто не хочешь.

– Дело в этом, – не согласился Железный Человек, а потом поднял взгляд к серому небу. – Но ты прав. Даже если бы я мог уйти, то не стал бы. Этот мир умрет. Пара веков, тысяча лет, но сфера сингулярности, окутавшая планету, в итоге окончательно потеряет стабильность.

– И что тогда? – спросила Альтани. Яго отчетливо видел, как по ее ауре прокатываются мощные волны сопереживания.

– Я не знаю, – впервые с момента их знакомства Железный Человек изобразил улыбку. Он продолжал смотреть в небо. – И это прекрасно.

– А как тебя зовут? – Геката тоже обернулась.

– У нас были имена, это правда. Но однажды они потеряли смысл, и мы отказались от них, – в голосе Железного послышался оттенок грусти.

Севатар вновь повернулся к порталу.

– Последний вопрос, – легионер уже занес ногу для решающего шага. – Почему ты нам помог?

– Чтобы там, куда вы идете, хоть кто-то помнил правду, – без раздумий ответил Человек. – Не все в той войне сражались против вас.

+ Мы будем помнить, + мысленно кивнул Яго и шагнул в портал, увлекая за собой остальных.

Глава 13

Время клинков

Умрите

Лишь одно слово

– Дерьмо грокса! – выругался Севатар.

В двадцати метрах перед ним стоял Адонай Мундус, гребаный Эскатон Первого легиона. Паршивец даже не улыбался. Не скалился, демонстрируя абсолютное превосходство. Ему будто было плевать.

– Что за… – Геката попыталась вырвать руку из ладони Яго, чтобы схватить винтовку. Повелитель Ночи до хруста сдавил пальцы девушки.

+ Не двигайтесь, + передал он снайперу и астропату. + Минимум пятьдесят стволов смотрят прямо на нас.

Геката и Альтани настороженно осмотрелись.

Они стояли посреди квадратной рокритовой площадки со стороной около сотни метров. Площадка совсем недавно была полом какого-то технического строения, но все оборудование вынесли и разобрали даже стены, от них остались лишь характерные следы.

Соседние здания, явно заброшенные, зияли провалами выбитых окон. В каждом таком провале стоял Темный Ангел с тяжелым болтером, крупнокалиберной винтовкой или минометом.

– А ты подготовился, – процедил Повелитель Ночи. Он знал, что портал за его спиной погас, едва они прошли через него. Иначе легионер не раздумывая рванулся бы обратно. Не себя спасая. Альтани. Ну и Гекату…

– Я кое-что учел с нашей последней встречи, – Мундус степенно кивнул. – Мне потребовалось два года, но ни минуты я не потратил впустую. Каждая из них стоила этого мгновения.

Два года. Вот значит как.

+ Его прикрывают, их всех, + девочка старалась подавить страх, но он читался даже в сухой констатации факта. + Это многоуровневый щит. Пробиться можно, однако…

+ Не прикасайся к нему, + ответ Севатара обжег Альтани тщательно сдерживаемой ледяной яростью. + Здесь семь псайкеров, пятеро сфокусированы на нем. Мы можем испепелить их разумы, или попытаться сломить Эскатона. Но он наверняка готов к этому. И пока мы не знаем, что за карты у него в рукаве, он не твоя цель, поняла?

Альтани угрюмо кивнула.

– А что эльдары? – Повелитель Ночи выпустил руки своих спутниц и сделал несколько шагов к Мундусу. Никто из Темных Ангелов не шевельнулся. На Эскатоне не было шлема, и псайкером он не являлся, поэтому не мог отдавать приказы своим людям. Значит, они все это отрепетировали.

– Я мог бы уподобиться твоему легиону и солгать, – Мундус сощурил глаза и вздернул подбородок. – Но не таков путь Первого. Провидец жив, несколько воинов ушли с ним. Это несущественно.

Яго приближался к Ангелу, но не тянулся за оружием. Поединок будет, нет сомнений. Однако прежде Повелитель Ночи хотел кое-что понять.

– Значит не остроухие привели тебя сюда? – Севатар двинулся вокруг Адоная на расстоянии в почтительные десять шагов. Эскатон медленно поворачивался, не спуская глаз с противника. Он колебался мгновение, потом все же ответил.

– Нет, не твои мерзкие союзники, – тихо сказал Темный Ангел.

Вот оно! Значит, Кабал помог Эскатону вычислить, где появится Севатар. Но Ультран обещал с ними разобраться. Не успел? Бесполезно гадать, прошло два года, могло произойти все, что угодно…

– А наши… друзья? – внезапно подала голос Альтани. Яго скрипнул зубами. Это сейчас точно не имело значения. Йорм и Ноунейм не нужны Эскатону. Он наверняка убил обоих их на месте. Севатар уже понял, что Адонай Мундус из терранского ядра Первого, он воин до-львиной закалки, со своим кодексом чести и устоями, что прочнее фундамента Императорского Дворца. Он не опустится до пыток.

Яго на миг задумался, не совершил ли ошибку тот, кто послал за ним этого парня? Или же смысл в том и заключался, чтобы демонстративно противопоставить изъеденному гнилью Севатару его безупречный антипод? Вот это уже в духе Льва. Причем сам Адонай едва ли понимает, в какой игре его используют.

– Достаточно речей, – Мундус предпочел не отвечать на вопрос девочки, что сулило надежду. Яго мог бы порадоваться за вспыхнувшую золотыми искорками ауру Альтании, если бы не был уверен, что у них троих никакой надежды нет.

Адонай снял с магнитных зажимов на берде шлем, увенчанный диадемой Чемпиона Аркадии. Извлек из ножен полутораручный силовой клинок с золотой гардой в форме льва. В этот раз к его левому предплечью был примагничен небольшой треугольный щит. Посреди щита красовалась отделанная платиной чеканка, изображавшая (кто бы мог подумать!) львиную голову, глаза которой заменили два темных изумруда.

– С батьки твоего ваяли? – Севатар кивнул на щит. Но глаза Повелителя Ночи буквально впивались в доспех Темного Ангела. Модель «Марк IV», но нестандартная, с массой модификаций, которые устранили почти все слабые места типового паттерна. На драгоценную отделку Яго не обращал внимания. Все это посыплется как шелуха в первые минуты боя.

+ Не рыпайтесь, + несмотря на резкость приказа, Севатар на удивление мягко коснулся мыслей Альтани и Гекаты. + Даже если я убью его, остальные нас не выпустят.

+ Мне показалось, он человек чести, + подумала Геката. Она не испытывала к Эскатону уважения, просто отметила факт.

+ В том и дело, + кивнул Севатар. + Ночной Призрак, будь он трижды проклят, однажды сказал мне одну важную вещь. Рыцарям нельзя доверять.

+ Это почему? + не поняла Альтани.

+ Они лгут в самый неожиданный момент, + Севатар оборвал мыслесвязь и рванулся на Адоная Мундуса, выхватывая из-за спины цепную глефу. Эскатон как раз салютовал оппоненту, но мгновенно принял боевую стойку, изготовившись к схватке. Он больше не говорил. Время разговоров прошло.

Настало время клинков.

Противники сблизились, и тут же разошлись вновь, не обменявшись ударами. Яго сразу понял главное. Что ни черта не понял! Невозможно хоть что-то узнать о враге, не подравшись с ним как следует. А потом уже поздно. Потому что кто-то из вас двоих мертв.

Повелитель Ночи шагнул вперед, выбрасывая рычащее острие глефы в лицо противника. Мундус сместился в сторону и на подшаге атаковал клинком, метя в ноги. Яго отпрыгнул вместо того, чтобы обойти врага, иначе неминуемо подставился бы под восходящий взмах или удар щитом.

Эскатон двинулся вперед, намереваясь сократить дистанцию. Чуть согнутые в коленях ноги, щит поднят, но немного отведен назад, чтобы не мешать клинковым комбинациям… Яго анализировал каждое движение Ангела, и не мог найти слабость в его рисунке боя.

На очередном шаге Адонай бросил вперед руку с мечом и едва острие клинка коснулось подставленной под удар глефы, он тут же отвел локоть назад и нанес косой рубящий в голову раскрывшемуся Севатару.

Меч хлестнул по идеальной дуге со скоростью прометиевой вспышки, но Яго успел пригнуться. Он сделал шаг назад, одновременно ткнув глефой вперед с одной руки. Эскатон повернул корпус влево и зубья цепной ленты с противным скрежетом пробороздили на доспехе Ангела глубокую борозду. Адонай тут же ударил по древку глефы сверху, пытаясь выбить оружие из рук противника.

Не видя других вариантов, Яго упал на колено, а затем выполнил кувырок, оказавшись слева от Эскатона, за его щитом. Но воспользоваться преимуществом он не успел. Адонай вскинул кромку щита, целя в шлем Повелителя Ночи и одновременно перенес вес тела с правой ноги на левую. В следующее мгновение его меч уже вспорол воздух там, где только что стоял Севатар.

Яго сместился, перехватывая глефу ближе к боевой части для клинчевой дистанции. Но вместо продолжения атаки Мундус сделал шаг назад, принимая исходное положение и вскидывая щит, в который тут же врезалась глефа. Меч на возврате скользнул по броне Повелителя Ночи, едва не прорезав ее до самой плоти.

Доспех Севатара был в разы легче, но имел несколько худшую защиту. Да и меньший вес не всегда играет на руку, он не позволяет усиливать инерционные удары. У Эскатона такой проблемы не было. Севатар отметил его исключительную физическую силу. Темный Ангел бил как гидравлический молот в кузницах Народной. При этом он оказался немыслимо быстр. Как Сигизмунд. Даже быстрее.

Яго весь сфокусировался на схватке. Он даже не мог позволить себе просканировать ауру Ангела. Едва Повелитель Ночи пытался подступиться к противнику со своими ментальными щупальцами, на его броне тут же появлялась новая борозда. Эскатон умело теснил его, но Севатар не испытывал недостатка в пространстве для маневра. Сражайся так смертные, у комбинации щита с мечом было бы абсолютное преимущество перед древковым оружием. Но в случае с транс-людьми многие тактики работали иначе.

Яго отпрыгнул и нанес несколько коротких уколов по верхней полусфере со всей скоростью, на которую был способен. Он метил в шлем, шею, плечи. После четвертого тычка отвел глефу вверх, а не назад и рубанул с минимального замаха по правому предплечью Мундуса. Броня заискрила, но работу силовых приводов удар не нарушил.

Эскатон не остался в долгу. Он снова наступал, умело прикрываясь щитом понизу, а все верхние удары сводил клинком. Яго видел, что противник слишком отставляет правый локоть, но это была уловка, вынуждающая Повелителя Ночи раскрыться в атаке. Лишь спустя мгновение Севатар понял, что у уловки есть второй уровень. Такое положение руки позволяло Мундусу быстро контратаковать из базовой стойки. Что он и сделал, едва плечи Повелителя Ночи дрогнули за треть секунды до очередного замаха.

Севатара спасло чутье и запредельная реакция. Он отвел левое плечо назад и клинок Ангела прошел у него подмышкой, вскрывая доспех сразу на боку и в районе трицепса. А ведь его острее могло уже торчать из лопатки Яго, если бы он среагировал чуть медленнее!

Воины уже довольно сильно повредили доспехи друг друга, но не смогли критически нарушить их работу. Повелитель Ночи даже не успевал удивляться тому, где в этой броне эры ТЭТ могут быть спрятаны источники энергии? У доспеха Мундуса основные элементы питания скрывались в нижней части ранца за усиленными сегментами из керамита, как у большинства вариантов силовой брони. Но у той защиты, что носил Севатар, ранца как такового вообще было. Тем не менее, искусственные мускулы этой удивительной модели лишь немного уступали крафтовому варианту Эскатона.

Вскоре Повелитель Ночи вынужденно признал, что не может победить. Это случилось с ним впервые, так что свои мысли он скрыл даже от себя. Слабым утешением была оборотная сторона истины – Мундусу тоже не взять верх. Они равны. По крайне мере, здесь и сейчас.

Это удивило Повелителя Ночи. Равные противники редко встречаются на поле боя. Почти никогда. На соревнованиях – другое дело, там в финал закономерно выходят лучшие. Но в реальной схватке, даже когда встречаются два чемпиона, крайне мала вероятность, что они близки по мастерству. Кроме того, один может быть ранен или он дольше сражается и давно устал. Но они с Адонаем действительно были как отражения друг друга. Одинаково сильные, быстрые, опытные. И одинаково безжалостные.

Решение, как всегда, пришло неожиданно.

– Не можешь порвать врага в клочья – ты слабак, – сказал ему однажды Кёрз. – Или поле боя неподходящее…

Яго отдал часть своего внимания ментальному чутью, сканируя местность. Он поплатился пропущенным ударом, который таки отведал его плоти. Зато сразу нашел выход. Мундус постарался, расчищая территорию вокруг Врат. Но отчего-то не подумал заглянуть под нее.

Судя по пустотам, которые ощущал Севатар, внизу располагались какие-то подземные коммуникации. Скорее всего, канализационные коллекторы. Ясное дело, заброшенные. Там темно, мало места и на каждому шагу дерьмо, на котором легко поскользнуться. То, что нужно!

+ Держитесь! + мысленно проревел Яго. Его уже не заботило, что псайкеры Темных Ангелов тоже услышали этот крик, а клинок Эскатона вновь пробил его правое плечо и вошел в плоть на несколько сантиметров.

Повелитель Ночи отпрыгнул и с размаху вонзил глефу себе под ноги, вкладывая в удар высвобожденную психическую мощь. Плита с апокалиптическим грохотом раскололась вместе с фундаментом. Трещина мгновенно выросла в размерах и Яго исчез в ней. Альтани и Геката тоже провалились вниз. Адонай Мундус успел отскочить. Инстинкты сработали против него. Ангел понял это через секунду, но было поздно.

– Второе и третье отделения вниз, навязать бой, замедлить, – отрывисто приказал он по воксу. – Остальные по моей сигнатуре, бегом! – и сам уже скрылся в узких переулках, выводя на ретинальный дисплей карту подземных коммуникаций города.

Яго, падая, прикрыл себя кинетическим щитом от осколков. Альтани сделала то же самое, но девочке также пришлось сформировать под собой и Гекатой облако сверхплотного воздуха. Они в отличие от легионера не могли безопасно упасть с десятиметровой высоты.

– За мной! – скомандовал Севатар, исчезая во тьме. Он не стал спрашивать, все ли в порядке, потому что чувствовал ауру своих спутниц.

– Волчья мать, ничего ж не видно! – выругалась Геката.

Альтани ухватила снайпера за руку и коснулась ее сознания своим, корректируя биохимию и нейронную активность в мозге девушки.

– О, а так лучше! – улыбнулась фенрисийка, когда темнота вокруг нее ожила. Теперь она различала все объекты в градациях черного и серого. Что-то вроде армейского ПНВ, только лучше.

Они бросились за Севатаром, который уже изучил ментальным взором ближайшие тоннели и примерно представлял себе, куда двигаться. Вскоре они перестроились. Альтани теперь двигалась впереди, а Яго и Геката бежали в десяти метрах сзади. Темные Ангелы настигали их.

Через полминуты темноту разорвали первые вспышки болтерного огня. В ответ огрызнулся «Аластор» Севатара. Геката тоже выстрелила навскидку – астропат поддерживала ее «ночное зрение» без физического контакта.

Они продвинулись на сто метров, когда среди преследователей обозначились два библиария. К этому моменту Повелитель Ночи уже покалечил троих Ангелов, Геката сняла еще одного. Она прострелила ему оба колена, лишив возможности двигаться с приемлемой скоростью. Альтани по-прежнему настаивала, чтобы они не отнимали жизни, даже сейчас. Севатар не хотел спорить с девочкой, а фенрисийка не хотела спорить с Севатаром. Поэтому они честно старались, хотя это и был необоснованный риск с точки зрения обоих.

Один из библиариев прикрыл передовую группу преследователей кинетическим щитом. Второй попытался атаковать Повелителя Ночи, но не тут то было, поэтому он переключился на Гекату. Но и этого не успел.

– Простите, – прошептала Альтани, на миг обернувшись. Глаза девочки наполнились жидким золотом. Последовала вспышка, которую пси-инертные не могли видеть. Яго крякнул. Оба библиария повалились на пол тоннеля. Насколько понимал Севатар, они будут жить, но придут в себя очень нескоро и вряд ли после этого смогут служить легиону.

Через несколько шагов Яго поймал один болт в предплечье, второй в бедро. Доспех выдержал. Гекате тоже досталось – массо-реактивный снаряд угодил ей точно в центр грудного сегмента. Броню не пробило, но девушку отбросило на стену коллектора. Севатар волок ее почти полсотни метров, пока Альтани не привела фенрисийку в чувство.

Им удалось подстрелить еще пятерых Ангелов, когда тоннель вывел их к… Повелитель Ночи не сразу понял, что это. Он ощущал впереди большое открытое пространство ниже уровня земли, но без крыши. Это был шанс выбраться на поверхность, где все-таки больше возможностей, чтобы запутать следы, раз оторваться в коллекторах не получилось.

Осмотрев локацию, Повелитель Ночи прикинул, что сюда ведут все канализационные коллекторы района или даже города. В прошлом здесь централизовано сливали нечистоты в огромный резервуар, уходящий вниз на черт знает сколько метров. Теперь же резервуар был забит, а конструкция, когда-то прикрывавшая его от любопытных глаз, обвалилась. Все это представляло собой хаотичное нагромождение битого камня, ржавого железа, грязи и дерьма любых сортов.

– Не боишься заляпаться? – съязвил Севатар, медленно выходя из-под свода тоннеля. Перед ним на краю резервуара стоял Адонай. За Эскатоном в жерлах коллекторных труб и сверху над рухнувшей крышей маячили фигуры Темных Ангелов. Все-таки Мундус его просчитал, ай-ай-ай.

– Сука! – выкрикнула Геката. Она вскинула винтовку и выстрелила быстрее, чем Яго успел ее остановить.

Адонай не двинулся с места. Фенрисийка даже не увидела, как взлетел и опал его меч. Пуля, полсекунды назад покинувшая ствол ее снайперской винтовки, шлепнулась в грязь двумя обугленными половинками. Мундус склонил голову на бок и поцокал языком, глядя девушке прямо в глаза.

Никто не стрелял им в спину из тоннеля. Значит, Эскатон отдал группе преследования приказ остановиться. Он по-прежнему хотел закончить все собственным клинком. И Яго его понимал.

Демонстративно вздохнув, Повелитель Ночи направился к Адонаю. Он смотрел в красные раскосые линзы вражеского шлема и подмечал периферийным зрением все движения противника.

– Сначала я хотел сжечь твое тело, – донеслось из вокс-решетки Эскатона. Севатар с удовлетворением отметил, что решетка сильно покорежена. – Но теперь вижу длань судьбы и не смею противиться ей. Твоя проклятая плоть достойна того, чтобы годами разлагаться здесь, среди нечистот человеческой цивилизации.

Как и в первый раз, они ускорились одновременно. Но теперь Севатар держал глефу лишь одной рукой. Второй он выхватил «Аластор» и успел выстрелить трижды.

Мундус не мог предсказать, куда будет целиться противник, однако мог просчитать. И он просчитал, но лишь два снаряда. Потому что третий Яго направил не в одно из слабых мест его доспеха, а в водородную капсулу плазменного пистолета, примагниченного к правому бедру Темного Ангела.

Обычный болт не смог бы пробить защитный кристалфлекс капсулы. Но электрическая пуля «Аластора» раскалила поверхность до той степени, чтобы водород внутри среагировал.

Повелитель Ночи отпрянул, инстинктивно вскинув руку к лицевому щитку, который не смог достаточно затемниться, чтобы компенсировать вспышку. Сердечник миниатюрного термоядерного реактора в плазменном пистолете расцвел на броне Эскатона смертоносным солнцем, мгновенно испарив все слои защиты и обуглив кожу.

Ангела отбросило к краю резервуара. Все сервоприводы правой ноги перестали функционировать, в верхней части доспеха пережгло половину электроники. Впрочем, сам Адонай пострадал не столь сильно. Встав на одно колено, он с рыком сорвал с себя шлем, другой рукой слепо шаря вокруг в поисках меча.

Яго медленно надвигался на него, боясь спровоцировать других легионеров. Мундус поднял окровавленное лицо и хотел что-то сказать Повелителю Ночи, но его прервал внезапный гул, нарастающий где-то сверху.

Противники одновременно уставились в светлеющее рассветное небо. К ним приближался «Громовой ястреб» без опознавательных знаков. И как Темные Ангелы Мундуса его не заметили?

Севатар потянулся сознанием к боевой машине и затем резко посмотрел на Альтани. Девочка встретилась с ним взглядом. Слезы бежали по ее лицу. Губы судорожно пытались сложиться в улыбку.

– Ну чего застыл? Добивай его! – громыхнул голос Ноунейма через внешние динамики десантно-штурмового корабля.

Вслед за этим передняя аппарель «Громового ястреба» опустилась и из нее выпрыгнул воин в сером керамите с двумя цепными топорами в руках. Йормунганд метнулся к Альтани и Гекате, а Ноунейм поднял машину выше и открыл огонь по Темным Ангелам.

Севатар бросился на Мундуса. Из-за поврежденного доспеха тот не успел выставить клинок для защиты и космодесантники перевалились через край резервуара. Они пролетели несколько метров и со смачным чавкающим звуком впечатались в вонючую жижу, которая тут же медленно начала засасывать их громоздкие тела.

Севатар ударил древком глефы в челюсть Адоная, выбив ему все передние зубы. Под следующий удар Эскатон подставил клинок и перерубил древко. Меч едва не угодил Яго в лицо, тот успел перехватить его за лезвие в последний момент. Затем Повелитель Ночи ударил лбом по тыльной стороне своей ладони, сжимавшей вражеский клинок. Меч полоснул Мундуса, который не ожидал такого финта. Темный Ангел тут же лишился правого глаза.

Однако даже в таком плачевном положении Эскатон оставался опасен. Он отпустил меч и выхватил тактический нож, провернув все под поверхностью сточный вод, так что Яго не успел защититься от внезапной атаки. Узкое лезвие с мономолекулярной заточкой прошло сквозь его броню в районе подмышки, погрузившись в тело на целую ладонь.

Повелитель Ночи взывал, перехватил локоть Мундуса и рванул его в сторону. Доспех заскрежетал, но сквозь скрежет Яго легко различил звук ломающихся костей и разорванных сухожилий. Он закричал, потянув на себя, и оторвал Эскатону руку. Тот попытался отмахнуться другой рукой, но это уже не имело значения. Жижа затянула его до уровня груди, серьезно ограничив в движении. Севатар сидел буквально на плечах противника.

Взгляд Яго встретился с глазом Эскатона. Повелитель Ночи не торжествовал, а его противник не ощущал горечь поражения. До последнего мгновения в их взорах пылала лишь ненависть. Но Севатар свою никогда не скрывал, а Рыцарь всю жизнь учился сдерживать ее тисками нечеловеческой воли.

– Поэтому ты и проиграл, – резюмировал Яго и вбил оторванную руку в лицо Мундуса. Обломки металла и кости вошли в плоть Темного Ангела, некоторые добрались до мозга. Севатар надавил, погружая свое импровизированное оружие глубже. Одновременно тело Эскатона ушло в нечистоты до самого горла. Через мгновение прекративший сопротивляться Темный Ангел скрылся из виду.

Севатар откинул лицо к небу и зажмурился. Начался мелкий дождь. Его капли приятно холодили разгоряченную кожу. Повелитель Ночи глубоко вдохнул мерзкий отравленный воздух, а потом резко открыл глаза. Он не слышал звуков боя. Только мерное гудение двигателя «Громового ястреба».

С трудом развернувшись в жиже, Яго увидел, что на краю резервуара стоят его… его друзья.

Альтани, Геката и Йормунганд.

Броня серого, всего минуту назад безупречно начищенная, выглядела так, будто он прошел через ад. В зубьях его цепных топоров застряли осколки черного керамита и огромные лоскуты окровавленной плоти.

Геката стояла рядом на одном колене. Она тяжело дышала, но видимых ран Яго не распознал. Рядом с ней, чуть приобняв фенрисийку, замерла Альтани. Девочка больше не плакала, она… Внезапно взгляд астропата сместился вверх и в сторону. Яго обернулся.

Из нескольких коллекторов показались еще Темные Ангелы. У Севатара успела мелькнуть мысль про прощальный подарок Эскатона, прежде чем легионеры синхронно вскинули руки и к Повелителю Ночи устремились психические молнии. Он мгновенно воплотил свой дар в серию щитов, сотканных из первобытного мрака и животной ярости, что живет в каждого из нас. Щиты лопались на пути молний один за другим и даже не замедляли их.

В следующее мгновение Севатар осознал, что все пять библиариев делают невозможное. Они выжигают себя досуха, вкладывая в атаку собственные души. Одновременно Ангелы прикрылись щитами, о которые разрывались пули Гекаты и снаряды, выпущенные тяжелыми болтерами «Громового ястреба». Им сейчас не причинить вреда. Они умрут лишь через несколько мгновений, после того как превратят ненавистного Повелителя Ночи в ничто.

Севатар перефокусировал волевое усилие и трансформировал защитные ментальные проекции в обычный кинетический щит, влив в эту простую форму всю свою силу. Молнии вгрызлись в щит и едва не остановились. Медленно, но они продолжили двигаться к цели. Яго захрипел от усилия, рот наполнился кровью, которую даже не было сил выплюнуть. Вот-вот и он…

Кричала Геката. Рычал Йормунгад. Даже Ноунейм что-то выкрикивал из внешних динамиков «Громового ястреба». Яго слышал, но не слушал, потому что их слова не имели значения. Значение имело лишь одно слово.

+ Умрите. +

Головы пяти библиариев одновременно превратились в кровавую взвесь. Мгновением позже рухнули прикрывавшие их психические щиты, и не успевшие осознать происходящие Геката с Ноунеймом изрешетили обезглавленные тела.

У Альтани подкосились ноги, но Йормунганд бережно поймал девочку, не дав ей упасть.

Яго, разгребая тлетворную жижу, направился к краю резервуара. Он не без труда выбрался на потрескавшийся рокрит и сразу метнулся к астропату. Из глаз, ушей и носа у нее текла кровь.

– Не… не было времени… на тонкости, – едва слышно проговорила она и даже попыталась улыбнуться.

– Ну, с кем поведешься, – хмыкнула Геката, присаживаясь рядом.

Неподалеку взвыл двигателями «Громовой ястреб». Из него уже выбегал Ноунейм, держа в руках медкапсулу. Яго отстранился, давая больше пространства фенрисийке и пилоту. Они засуетились вокруг Альтани, а она неотрывно смотрела на Повелителя Ночи, который даже не заметил, когда взял ее руку в свою.

Севатар впервые в своей жизни улыбнулся, не рассуждая о причинах. Он истекал кровью, нос забивал нестерпимый запах дерьма, но все это не имело значения. Значение имело лишь одно слово.

+ Папа. +

Эпилог первый

Йормунганд оказался Пожирателем Миров, которого Сигиллит завербовал в начале Ереси и перепрошил бедолаге мозги. На самом деле его звали Ник Даск. Все вспомнить ему помог Ультран, который вытащил легионера со Сна-о-Дат и вывел их с Ноунеймом из системы мимо крейсера Эскатона.

После этого эльдарский провидец исчез. Пилот и Пожиратель Миров (который даже не думал о том, чтобы вернуться к Регенту) сначала хотели залечь, но потом поняли, что Темным Ангелам они не интересны. Поэтому сами решили следить за передвижениями Адоная. Навыки Йормунганда очень помогли, они даже выследили эльдар, что навели Мундуса на Врата, через которые должен был вернуться Севатар и остальные.

Ноунейм нанял отряд ловцов удачи на окраинах имперского пространства и они наведались на раскрытую базу агентов Кабала. Пилот хотел допросить эльдар, но Йорм дал выход своему гневу и допрашивать стало некого. Там же они вновь столкнулись с Ультраном, которого сопровождал космодесантник в цветах Несущих Слово. Провидец сказал, что это последнее логово Кабала и он пришел сюда, чтобы убить оставшихся агентов. Пилоту и Йормунганду было плевать, они покинули холодную безымянную луну и направились на Ирридию, где располагались те самые врата.

Пробираясь через кошмарный варп-шторм, разорвавший галактику пополам, «Номад» едва не погиб с дюжину раз. Их спасло лишь мастерство Шео Гората. Тем не менее, они пропутешествовали в Имматериуме почти год и едва не опоздали к развязке. На их счастье, крейсера Темных Ангелов над Ирридией не оказалось. Эскатон не хотел афишировать миссию в этом регионе и передислоцировал сюда инкогнито.

Все это пилот и Пожиратель Миров рассказали Севатару в мельчайших подробностях, пока «Номад» скакал от одной системы к другой, как калибанский корриол. Через четыре месяца Яго уверился в том, что их больше не ищут. Горат и Альтани день за днем просеивали окружающее варп-пространство, но не заметили, чтобы кто-то шел по их следу.

Два месяца они провели на Неграле, где к своему удивлению встретили Луку Воррана. Йормунганд предложил убить Вольного Торговца. Мол, окончательно замести следы. Но Яго решил, что это привлечет лишнее внимание, поэтому предложил Воррану в дар кое-что из амуниции Темных Ангелов, собранной на Ирридии. Лука вновь предоставил своим «добрым друзьям» колониальные лицензии класса «А» с надеждой на дальнейшее сотрудничество.

С Нергала они отправились к отдаленному фермерскому миру, который не значился в актуальных астрокартах. Пилот случайно нашел его в архивном реестре на Лане, одной из лун Неграла. Планета значилась под номером М0502 и, похоже, Империум о ней давно забыл. Местные называли свой мир Серенити.

Это был пронзительно-голубой шар, размерами лишь немногим уступавший Терре. На единственном материке у экватора царило вечное лето. Прозрачные океаны, полные жизни леса и бескрайние равнины, окаймленные у горизонта невысокими горными пиками, наводили на мысли о рае. Тут и хищников то не водилось. Ну, кроме человека.

Хотя местные фермеры оказались на диво миролюбивыми, даже флегматичными. Они совершенно спокойно отнеслись к новым соседям, которые поселились на заброшенном хуторе у одного из немногочисленных городков. Планета жила тихой сельской жизнью, в полной мере обеспечивая себя сама. Тут не было ни официального имперского контингента, ни сил самообороны. Не от кого было обороняться.

Однако нельзя было назвать Серенити отсталым миром. У планеты был свой космопорт, многофункциональная станция на низкой орбите с парой доков и даже одна башня Циолковского. Раза четыре в год сюда заходили торговые суда, скупая зерно и пушнину. Без всяких налогов и отчетности. Планета казалась идеальной, чтобы остаться здесь на неопределенное время.

«Номад» посадили на местную луну, которую здесь звали Месяцем, прямо как на Старой Земле. Ноунейм быстро нашел себе работу в космопорте. Хотел водить челнок, но с его опытом и навыками парня слезно молили занять административную должность в центре управления.

Йормунганд устроился в главную городскую пивнушку кем-то вроде вышибалы. Впрочем, сломав пару рук и носов, он четко обозначил пределы своих полномочий и пьяные фермеры с тех пор дрались только за пределами паба.

Геката повесила винтовку на стену и стала обустраивать их дом вместе с Альтани. Периодически ходила на охоту, даже как-то копалась в огороде. Севатар смотрел на все это, и в голове все чаще всплывало одно странное слово.

Семья.

Конечно, он знал, что это значит. Но никогда не понимал. А теперь получается, у него вот есть своя?..

+ Получается, + подтвердила Альтани. Девочка снова начала баловаться чтением его мыслей. Иногда в режиме тренировки, чтоб не расслаблялся. А иногда просто так.

Они шли по редкому лесу в сторону предгорий. С прошлого месяца Яго начал неспешно изучать территорию по ту сторону безымянной речушки, что протекала в низине под холмом, на котором стоял их дом. Здесь не было врагов, не могло быть. Но Севатару нужно было чем-то заняться, и он стал бродить по лесам и равнинам, пока его сознание пыталось подстроиться под совершенно чужую и – чего уж там! – пугающую жизнь. Мирную жизнь.

Иногда Альтани гуляла вместе с ним. Порой к ним присоединялись другие, но сегодня они были вдвоем.

– Слушай, а можно я буду называть Гекату мамой? – девочко озорно улыбнулась, но Яго знал, что здесь только доля шутки.

– Ты уже называла ее так, дитя, я слышал, – он и правда слышал. А как реагировать – не знал. – И что она?

– Сначала ругалась по-фенрисийски, – пожала плечами девочка. – Потом почему-то краснела. Теперь ей нравится. Ну, я так думаю.

Яго тоже так думал. Поэтому промолчал.

Альтани несла в руках Камушку. Дезегол чудом пережил все их приключения. Впрочем, существо ни разу себя не проявило. Хотя жизнь в нем теплилась, Яго чувствовал это. И кажется стал привыкать к существу.

Внезапно они ощутили мелкую дрожь и остановились. Земля и правда вибрировала под ногами.

– Назад, – скомандовал Севатар, понимая, что источник вибрации прямо перед ними.

Альтани успела отступить на пару шагов, когда дерн перед Повелителем Ночи вспучился и из него появилась металлическая рука. Вслед за одной рукой показалась вторая и вскоре создание полностью выбралось из-под земли. Оно напоминало человека, точнее – человеческий скелет. Но полностью состояло из серебристого металла, а его глубоко посаженные глаза на вытянутом черепе источали злобный зеленый свет.

Прежде чем монстр поднял длинноствольную винтовку неизвестной Севатару конструкции, в его металлическую грудь врезались три электрические пули. Через мгновение Яго оказался рядом с противником и вогнал кунай ему в шею. Существо попыталось отмахнуться, используя винтовку как дубину, но оказалось слишком медленным для космодесантника.

Повелитель Ночи двигался вокруг неведомого врага, нанося ему одну рану за другой. Металлический скелет, казалось, не чувствовал боли. И все же суммарный урон дал о себе знать. Вскоре Яго откромсал ему обе руки и одну ногу.

Космодесантник отступил, смахнув со лба капли пота. Оторванные руки начали двигаться. Одна, угловато изгибаясь, поползла к винтовке, вторая к телу. Севатар дважды выстрелил твари в голову и перезарядил «Аластор».

– Его душа… – изумленно прошептала Альтани.

– Я вижу, дитя, – процедил Севатар. – Похоже, нам досталась планетка с сюрпризом…

Земля вновь задрожала, в этот раз сильнее. Яго оттолкнул девочку назад. Полезли новые скелеты. Сначала три, потом еще два. Причем эти были крупнее первого. Позади них земля начала обваливаться и Севатар сумел разглядеть в провале стену конструкции из темного металла с зелеными пульсирующими прожилками.

– Беги, – жестко скомандовал Повелитель Ночи.

– Нет, – твердо ответила девочка. Яго почувствовал, как она фокусирует пси-энергию в тугой жгут и собирается использовать телекинез. Сам он уже вскинул «Аластор».

Неожиданно Камушка выпал из рук астропата и покатился вперед. Он менялся стремительно, увеличиваясь в размерах и отращивая новые части тела, хотя это казалось невозможно. Через пять метров он остановился и выпрямился. Хотя тут больше подошло бы слово «развернулся».

Теперь дезегол напоминал сухопутного спрута, составленного из тысяч серых камней разного размера. На вытянутой голове четко угадывались глаза – три идеально сферических камня с мутными слюдяными пятнами на внешних сторонах.

Камушка метнулся к скелетам, одновременно издав крик, который Яго и Альтани ощутили на неизвестном им диапазоне. Это не было звуком, но и не было психическим воплем.

Повелитель Ночи открыл огонь из «Аластора», что, впрочем, не имело большого значения. Дезегол двигался почти так же быстро, как сам Яго. Но его длинные каменные щупальца обладали ужасающей мощью и неожиданной гибкостью. Он скручивал тела скелетов с отвратительным скрежетом, вбивал их в землю, разрывал на части. Те стреляли в ответ. Лучи зеленой энергии ударяли в тело Камушки, вырывая из него целые куски. Но существо тут же восстанавливало повреждения.

Через несколько мгновений противников не осталось. Но земля продолжала трястись. Из-под нее вырастала угловатая конструкция, в которой Севатар признал ступенчатую пирамиду. Он видел такие однажды, но лишь на пиктах. И те миры были безжизненными…

Дезегол отступил, поравнявшись с Повелителем Ночи. Впереди из провала с пирамидой начали появляться новые скелеты. Уже десятки.

Яго обернулся к Альтани.

– Я же говорила, он хороший, – сощурилась девочка, кивнув на дезегола. – Вот теперь мне не страшно тебя тут одного оставлять!

– Беги к дому, – оборвал ее Севатар. – Приведи…

– Нашу команду, я поняла, – девочка с готовностью кивнула.

– Не команду, – Яго ухмыльнулся. – Семью. Приведи нашу семью.

Альтани припустила прочь. Повелитель Ночи посмотрел на дезегола. Тот повернул к легионеру свою непропорциональную голову, и Севатар мог бы поклясться, что Камешка ему подмигнул. А через мгновение они уже бросились в бой.

В будущем это повторится не раз, но количество грядущих схваток не имеет значения. Важнее, что никто из них – Севатар, Йормунганд, Ноунейм, Геката, Альтани и Камушка – больше не будет драться в одиночестве. И даже в самый отчаянный, самый беспросветный момент они будут рассчитывать не только на себя. Они будут знать, что есть тот, кто пожертвует ради них всем. Ради кого они сами пойдут на любую жертву.

Это и значит – семья.

Это и значит – быть счастливым.

Это и значит – не ведать поражений.

Послесловие

Эта книга должна была закончиться иначе. У оригинального сюжета куда более трагический финал. Но случается, что истории, которые ты придумываешь и воплощаешь в словах на бумаге, начинают жить сами собой. Появляются новые детали, новые персонажи. Герои идут совсем не туда, куда ты хотел их завести. И неожиданно меняются так, как хотят сами, а не как задумал автор.

Это одна из таких историй. У нее масса ответвлений и большое продолжение. Там есть место героизму и подлости, искренней любви и не менее искренней ненависти. Там тоже гримдарк, но с подлинной надеждой на то, что мир можно изменить. Даже силами одного космодесантника, который наперекор всему нашел дорогу к освобождению. Конечно, на самом деле он не один. И в этом его сила.

Но вы сами это знаете, потому что уже прочли эпилог. И я хочу, чтобы вы на этом закончили. Ниже будет еще один эпилог. Настоящий. Он описывает финал истории таким, каков он есть, а не каким его хотели бы видеть Альтани и остальные. Даже Севатар под конец поверил, что у него есть шанс. Но это ложь. В темном мраке далекого будущего ни у кого нет шанса.

Я не могу не написать второй эпилог. И обязан предложить его вам. Но не хочу, чтобы вы его читали. Такова моя позиция как автора. А чего вы ждете в конце? Хотите все-таки дать Севатару шанс? Если да, то остановитесь прямо сейчас. Если же правда, какой бы горькой она ни была, для вас важнее надежды, то читайте дальше. Я предупредил.

Эпилог второй

На занюханной орбитальной станции Релат-1 они напоролись на засаду. Наемники, которые обещали продать им новый плазменный двигатель для «Номада», решили сорвать двойной куш. Оказалось, ими командуют три Пожирателя Миров. Какие-то сержанты, Севатар и Йормунганд никогда о них не слышали.

Банда просчиталась по всем фронтам. Геката, засевшая на ретрансляторной вышке, успела трижды выстрелить, пока смертные вообще поняли, что по ним ведут огонь. Яго и Йорм бросились на космодесантников в грязно-белой броне. Цепная глефа Повелителя Ночи и топоры его боевого брата двигались со скоростью, недоступной абсолютному большинству транс-людей.

Альтани прикрывала себя и остальных кинетическим щитом, а Ноунейм, который предусмотрительно посадил «Громового ястреба» поблизости, уже подлетал к месту битвы, активируя орудийные системы «своей милой птички». Он дал несколько прицельных залпов из лазера, но целился не в людей, а в «Тарантулы», которые наемники развернули перед посадочным доком.

Все закончилось через сорок восемь секунд. Два десятка смертных и три космодесантника лежали на полу дока. Окровавленные, с изломанными конечностями и тяжелыми, но не смертельными ранениями. Все они будут жить, если им помогут в ближайшие часы.

+ Помните, мы не убийцы, + раз за разом повторяла Альтани. За минувшие четыре года девочка сильно изменилась. Но только внешне. Внутреннее она так и осталась тем наивным ребенком, который верил в человечество, не смотря ни на что. Яго и Геката были этому несказанно рады.

– Йорм, проверь периметр, – Севатар снял шлем и осмотрелся. Потом коснулся бусины вокса. – Ноунейм, свяжись с местными властями. Анонимно передай о вооруженных столкновениях в двенадцатом доке.

– Уже сделано, – прозвучал ответ. – По мои расчетам, силы самообороны прибудут через пятнадцать минут.

– Что-то ты стал излишне предусмотрителен, – скривился Яго. – Подлизываешься? Опять нашкодил с навигационной системой?

– Горат не позволил бы, – обиженно буркнул пилот, но не сдержал улыбки.

Через пять минут они погрузились на «Громовой ястреб», но полетели не к «Номаду», а к «Пустотной Грёзе», переоборудованному транспортнику, на котором прибыли наемники. Наверняка у них там есть припасы и хоть сколько-нибудь ценное оборудование. Севатар не собирался упускать эту возможность.

Альтани сидела в «Громовом ястребе» напротив Повелителя Ночи и Гекаты. Фенрисийка держала винтовку на коленях, прислонившись к космодесантнику. Тот не возражал. Девочка улыбалась, думая об очевидном.

Внезапно лицо Яго пошло трещинами. Через мгновение глаза Гекаты исказились животным ужасом и девушка распалась на мириады частичек мерцающего пепла. Вслед за ней рассыпался Йормунганд и мир вокруг начал стремительно исчезать, становясь ничем. Последнее, что увидела девочка, это глаза Севатара. Точнее – черные провалы, окаймленные запекшейся кровью.

Она закричала так, что оглушала сама себя. Попыталась вскочить с места, но не получилось. Альтани не чувствовала тела. Она завизжала, зажмурившись изо всех сил. А когда открыла глаза, обнаружила вокруг темную комнату с низким потолком и ржавыми стенами.

Она сидела в специально оборудованном кресле и не могла пошевелиться. Покосившись в одну сторону, потом в другую, девочка рассмотрела окружавшее ее оборудование. Это была полусфера, сотканная из тонких блестящих сегментов, напоминавших кристаллы психической матрицы. Девочка сразу поняла, что видит. Демпферная клетка. Раньше она только слышала об этой ужасающей технологии. Одной из множества запретных технологий, которыми владел Первый легион.

Альтани поморгала, пытаясь сфокусироваться на бледном пятне света перед собой. На железном стуле напротив сидел космодесантник, библиарий. Она знала его. Адонай Мундус, одна из самых скрытных и таинственных фигур на «Неоспоримом Доводе».

– Что… где… – промямлила девочка. Распухший язык плохо слушался, потрескавшиеся обезвоженные губы никак не хотели разлепляться. Она попыталась изучить пространство вокруг психическим зрением, но не смогла. Демпферная клетка полностью блокировала ее силы.

– Ну же, еще пять секунд и ты все поймешь, – библиарий покосился на хроно, смонтированные на внутренней стороне левого наруча.

Астропату действительно понадобилось пять секунд. А потом она заорала. Девочка вопила, пока у нее изо рта не пошла кровь. Она закашлялась, едва не задыхаясь, но продолжала выталкивать из себя нечленораздельные булькающие звуки.

– А вот и прозрение, – Мундус отвратительно улыбнулся. – Да, дитя, это ложь. Все, что ты видела с момента мнимого побега, – ложь. Я показываю тебе эту иллюзию в сто тридцать восьмой раз. И покажу еще столько же. А может, вдвое больше. Каждый раз я стираю тебе память. И каждый раз твой ужас – восхитителен.

Альтани и правда испытывала ужас. Такой, что невозможно представить.

– Йормунганд, Геката? – библиарий поднял брови. – О них ты хочешь спросить? Конечно, их не существует! Они – конструкты моего воображения, которые я создал и поместил в твою голову. Я поместил туда все, что захотел. Теперь я там – бог.

Он минуту помолчал, наслаждаясь ее муками. Краем глаза библиарий отслеживал показания медицинской аппаратуры. Восемнадцать раз при пробуждении у девочки случался приступ из-за шока. Двенадцать раз сердце просто отключалось, она отказывалась жить. Но апотекарии, дежурившие в соседнем помещении, готовы были вернуть ее в этот мир. За очередной порцией нечеловеческих страданий.

– А вот Ноунейм правда существует, – библиарий поднялся со стула. – Его я рисовал с натуры. Может, ты даже видела этого пилота. Там, на палубе. Помнишь?

Кодовое слово, внедренное Мундусом в ее подсознание, сдвинуло заслонку в памяти девочки, которую он же и поставил. Альтани увидела, как Севатар врывается в зал астропатического хора. Как несет ее по коридорам корабля и вентиляционным шахтам. Как они пробиваются к взлетно-посадочной палубе №283. И как их там встречают. Адонай Мундус и тридцать легионеров, которые уже вскинули болтеры.

Когда воины открыли огонь, Яго развернулся, прикрывая девочку. Массо-реактивные снаряды превратили его тело в фарш, чудом не задев астропата. Повелитель Ночи упал на колени. Потом завалился на бок. Но все еще держал на руках Альтани, завернутую в термо-стабилизирующее одеяло. Он истекал кровью из десятков смертельных ран, но не проронил ни слова и его руки держали ее так крепко.

А потом силовой клинок опустился и отделил голову Севатар от его тела. Альтани закричала. Над ней навис Адонай Мундус. Он небрежно взял изломанное тело девочки в одну руку, другой поднял голову Яго за волосы и направился к выходу с палубы.

– Нам пора, дитя, – прошептал он ей на ухо. – Навстречу приключениям!

+ Это не может быть правдой, + подумала Альтани. Из-за демпферной клетки мысли формировались с трудом.

– Это… не может быть… правдой, – пробормотала она. Теперь девочка смотрела на библиария не с ужасом. Ее переполняла ненависть. Кипящая ненависть, выжигающая все из тела из души.

– Отдохни, – библиарий собрался уходить. – Есть ты отказываешься, но мы направляем питательную смесь тебе в вены. Благо, ты не можешь сопротивляться, спасибо Мнемоку, – он снова отвратительно ухмыльнулся. – Я вернусь через пару часов и мы все повторим.

Темный Ангел исчез из ее поля зрения и глаза Альтани расширились от увиденного. Все это время за спиной библиария находился кол. Банальный деревянный кол, на который была насажена голова Севатара. У Повелителя Ночи не было глаз, их вырвали. И язык тоже. Надругательство было настолько демонстративным и жестоким, что девочка едва не лишилась чувств.

+ Я буду сопротивляться, + подумала она, глядя в черные провалы, окаймленные запекшейся кровью. + Ради тех нас, которыми мы могли бы быть.

Альтани не знала, не могла знать, что следующая итерация станет для нее заключительной. После сто тридцать девятого пробуждения она отключится и больше не придет в себя. Апотекарии сделают все возможное, но не сумеют ее вернуть.

– Сбежала, тварь, – фыркнет Мундус и отключит ее тело от оборудования жизнеобеспечения. Тело Второго Голоса астропатического хора «Неоспоримого довода» выбросят через шлюз в пустоту. Как три месяца назад выбросили тело Севатара.

По иронии судьбы два замерзших изуродованных трупа встретятся в пустоте. Вероятность такой встречи кажется невозможной, но это произойдет через четыре года. Они столкнутся, частично разломавшись, и дальше станут двигаться вместе через бездонную тьму космоса.

Это не будет ничего значить. Ведь их бьющиеся сердца, их одинокие живые души никогда больше не встретятся в этой вселенной…

Но есть и другие вселенные, не так ли?