Сет Мор: проклятье Даргвитара

Глава 1. Не тот концерт

1 лот — должен обеспечить безбедную жизнь, моральное и материальное благополучие граждан Азилума.

2 лот — должен обеспечить достаточное для нормального существования продуктовую базу.

3 лот — должен обеспечить Азилум необходимым количеством материалов.

4 лот — территория Рожденных. Нахождение лишенных возможно только с разрешения Совета.

Лот делить на номы, поставить над ними Ка-губернатора мага и Губернатора человека. Их тандем должен лучше всего понять потребности населения. Над ними поставить Ка-лота и Лота — они будут ведать проблемами лота и решать разногласия между номами. Чтобы не породить смуты, объединить их под началом Ка и Владетеля. Над ними, незримой рукой правосудия, власть иметь будет Верховный. Маг, единственный владелец лишенных, послушный Совету семей.

***

Середина первого триместра выдалась теплой и солнечной. Набережная, несмотря на раннее время, была забита народом. Люди тянули шеи и пихали друг друга в спины, стараясь разглядеть происходящее на теряющемся в мареве защитных куполов полуострове.

На это утро на полуострове Нейбос, единственном клочке запретного магического мира, видном с улиц Даргвитара был назначен концерт. Знаменитый тенор Макиа Арвени собирался спеть для рожденных магов на их территории. На таком расстоянии, да еще и сквозь нагромождение защитных куполов, растянувшихся над полуостровом, рассмотреть не то что певца, даже сам амфитеатр было невозможно, но толпа не отчаивалась. Не растянись вдоль купола цепь стражи Магического ведомства, лишенные дара граждане снесли бы и магический купол, и его бетонное основание, лишь бы хоть глазком взглянуть на запретный для них мир Солара и на великого певца. Но черные фигуры, затянутые в плотную форму закрывавшую все тело, действовали лучше любого заклинания. Зажатые в их руках автоматы заставляли держать дистанцию. Еще большее опасение вызывали фигуры безоружные. Маги МВ без колебаний пускали заклинания в ход.

Сверху на это безобразие взирали возбужденно кружащие птицы. Они старались заглушить идущий с земли гул хриплыми криками, но только добавляли безумия зарождающемуся дню.

Над Нейбосом прозвучал первый, пробный аккорд. Всего лишь проверка оборудования, но толпа дернулась, подалась вперед, надавив на растянувшихся в цепь солдат из войска лишенного.

Птицы могли рассказать, как выгнулась зеленая линия, очерчивающая пестрое море. Как дрогнуло оружие в руках черных точек, как вскинулись некоторые из них, сплетая пальцы для защитных и обездвиживающих заклинаний. Но птицы лишь примолкли, подозрительно глядя на пришедших в движение людей.

За спинами черных стражей показалась фигура в дорогом темно-синем, абсолютно неуместном в таком окружении, костюме. Толпа притихла, ослабив давление. Солдаты войска лишенного, в простой зеленой форме без какой-либо защиты, облегченно выдохнули, помянув явившегося Верховного недобрым, но при этом благодарным словом.

Сет Мор, Верховный маг и правитель безмагической части Азилума, осмотрел толпу холодными темно-карими глазами. Длинные черные волосы, заправленные за левое ухо, тонкими змейками тянулись за прохладным морским ветром. Сплетались в медлительном танце и ложились вновь на плечи, намертво сцепившись между собой.

Сет ждал.

Над рябью моря раздалась далекая, приглушенная музыка. Потянулся разбавленный расстоянием и магией голос, и толпа вновь потеряла рассудок, надавила на сцепивших руки солдат и опять отхлынула. На этот раз бездумно, испуганно.

Между черными фигурами пролетели несколько сфер. Полыхнуло. Вдавило барабанные перепонки грохотом взрыва. Замерцали защитные щиты. Визжащая толпа разделилась на два потока. Один с безумными криками ломанулся по набережной, прочь от происходящего. Второй слаженно и хладнокровно пошел вперед, в направлении перешейка к Нейбосу, поливая мвшников градом пуль и закидывая их гранатами.

Не все маги успели поставить щиты, и в защите образовалась брешь. Именно туда устремились нападавшие. Первые из них повисли на высоком бетонном основании щита. Закричали, выгнувшись от боли, и опали вниз скрюченной стонущей массой.

Но их жертва принесла плоды. Сектор купола, не выдержав, с хлопком погас.

Крики, выстрелы сплелись в безумную какофонию. Черные одежды МВ смешались с разнообразно-выцветшими нарядами атакующих и окрасились алым.

Часть нападавших не вступала в схватку. Щиты, окружившие их тела, игнорировали магические атаки. Крепкие мужчины, не обращая внимания на царившее безумие, целеустремленно подались к бреши в куполе. Подставляя друг другу спины, полезли вверх и зло заругались. Дыра в щите затянулась наспех слепленной, но мощной латкой.

Верховный оскалился в улыбке, заметив, с какой ненавистью посмотрели на него штурмующие. Его правая рука, вытянутая вперед, поддерживала защиту на куполе. Левая взлетела вверх, объятая голубым пламенем. Губы зашептали формулы, одну за другой.

Нападавшие огрызнулись выстрелами. Но пробить защиту Верховного пули были неспособны.

Еще через несколько минут все закончилось. Мертвенная тишина, сменившая недавнее безумие, резанула по ушам не хуже взрыва. Стражи МВ оглядывали поле боя, выискивая возможные оставшиеся в живых цели. Вскидывали руки, обнаружив такие у себя за спиной, и вновь опускали, разобрав, что враги захвачены заклятием Верховного.

Сет вытер освободившейся рукой кровавую дорожку над губами. Осмотрелся, не отпуская заклинания, и подошел к своим трем пленникам ближе. Комдесу, оказавшемуся рядом, велел:

— Приготовиться, сейчас я отпущу их.

Комдес кивнул и тут же отдал распоряжение своим бойцам. Те подступились к застывшим врагам ближе, приготовились заменить удерживающее их заклинание наручниками.

Сет, удостоверившись, что стражи готовы, с облегчением опустил руку.

Плененные мужчины дернулись в сжавших их руках. Разразились бранью.

— Ты все равно сдохнешь! — проорал один замершему с высокомерным лицом Верховному и внезапно обмяк, повиснув на стражах.

Второй захохотал и резко замолк, так же оседая на землю безвольной куклой.

Сет, заругавшись, бросился вперед. Оттолкнул ничего не понимающих стражей и запустил сканирующее заклинание.

Тело не отозвалось.

Мозг поманил затухающей искрой и окончательно умер.

Ругань Верховного стала еще злее, конкретнее.

Взвившись на ноги, он бешеным взглядом обвел окружающих. Стражи попятились, зная на что способен их руководитель в таком состоянии. Но Сет замер, остановив взгляд на последнем, третьем пленнике. Тот, бледный, с ужасом смотрел на своих мертвых приятелей.

— Этого в «коптерку»! — рявкнул Сет в пространство, не обращаясь ни к кому конкретному, и сорвался с места, желая выплеснуть злость хоть на что-нибудь.

***

Задержаться у купола пришлось еще на несколько часов. Его стражи были в курсе, что делать, но Сет хотел узнать о потерях. Проследил и за восстановлением купола, вплетая и свою часть силы, пусть от магического истощения в голове набатом стучала кровь. А еще он желал посмотреть на нападавших, попробовать отыскать среди них еще хоть одного живого, но даже обожженные куполом были мертвы. Защитное заклинание не способно убить. Парализовать да, но не убить. И следов на телах не осталось, что заставляло ругаться еще отчаяннее.

Между зелеными и черными фигурами мелькали пестрые восторженные человечки — телевизионщики. Для них выдался удачный день. Отправившись на скучное наблюдение за толпой, они внезапно заполучили эксклюзивный материал. Разбредшиеся по набережной, они как-то разом обернулись к хмурому Верховному, словно с того в момент спало маскирующее заклинание.

Сет сжал кулаки, стараясь не сорваться, но свободная информация была его инициативой, так что пришлось отдуваться.

Долго развлекать телевизионщиков он не стал. Отделался общими фразами и, понимая, что для него ничего интересного больше нет, позволил себе сбежать. Вернуться в МВ, оставив стражей, полицию и войска разбираться с последствиями.

Проблемы в безмагической части Азилума начались около квадрита, четырех декад, назад. Причем появились в основном в Даргвитаре, столице первого лота. Как подозревал Сет, виной было то, что главный корпус МВ, охранявший вход в Солар, а, соответственно, и он сам — Верховный, находились здесь же.

Группировки изводили Верховного мелкими, но болезненными укусами.

Первые: «Достойные» — как они себя называли. Маги из обычных людей — пробужденные. Требовали пустить их под купол, причислить к настоящим магам. Вторые: «Антимаги» — лишенные, хотели примерно того же. А именно, запереть всех магов под куполом Солара и запретить им влиять на жизнь за его пределами. Ни тем ни другим Сет в требованиях помочь не мог, отчего город страдал. Обе группировки не гнушались самых черных способов добиться своего: нападения, убийства, теракты. Сета злила невозможность добраться до них и свернуть шеи. Еще сильнее его выводила из себя необходимость отчитываться за эту невозможность перед Советом рожденных, теми, кто на самом деле управлял Азилумом.

Подозрительное шевеление у этой части ограды заметили еще в начале декады, а ночью, расставляя охрану, Сет просканировал участок и удостоверился в своих подозрениях. Кто-то отключил сектор от подпитки, а затем долго и упорно изводил щит, оставив ему самую малость, хватило бы двух-трех человечков для прорыва. Оттого и пошли на этот участок опытные бойцы в полном обмундировании под прикрытием своего начальника.

Магическое истощение умоляло Сета повременить с допросом. Но злость и желание узнать информацию толкали на необдуманный шаг. Перед дверью допросной он застыл, прикрыв глаза. Вытянул из прихваченного на всякий случай накопителя необходимое количество энергии. Позволил себе постоять минуту, пока боль от такого восстановления улеглась, свернувшись колючим комком в затылке, и только тогда шагнул внутрь помещения.

Небольшая, выкрашенная белым, допросная комната с зеркальной стеной, столом и единственным стулом, среди мвешников получила название «коптерка». Она неласково встретила вошедшего Сета запахом дезинфектанта и пота.

Привязанный к стулу мужчина, с диким, неконтролируемым ужасом глядел на слегка склонившего голову Верховного. На завесившие часть лица длинные черные волосы и темно-карие, кажущиеся провалами в бездну глаза, на кривую, злую ухмылку. Оказаться здесь пленник явно не планировал, надеясь, если не достичь цели, то умереть на подступах к ней. К присутствующим запахам добавился еще один, резкий и здесь неуместный, пускай и часто проявляющийся — коптерка никого не оставляла равнодушным.

Брезгливо поморщившись, Сет обошел стол и стал за спиной арестованного. Предстоящее действие не вызывало восторга и у него. Заклинание «Допрос огненным человеком» мерзкое, зато быстрое и действенное. В отличие от прочих ментальных техник, безопасных, но отнимавших моонгову кучу времени и не всегда оканчивающихся успехом, «человек» позволял беспрепятственно просмотреть чужую память за рухнувшими от боли блоками. Вот только допрашиваемый при этом погибал. Всегда. Сгорал, в прямом смысле, в огне. А пытающий, объятый тем же пламенем, получал незабываемые впечатления. Если маг недостаточно силен, был реальный шанс присоединиться к первому в посмертии.

Сет широко расставил ноги, на случай, если организм не выдержит напряжения, и тьма решит заглянуть в его сознание. Положил руки на виски вздрогнувшему человеку. Прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Скороговоркой прочитал заклинание, прикусив губу на последнем звуке. Пламя прозрачными языками, окрашенными оранжевыми сполохами лишь на самых кончиках лепестков, поползло вверх по рукам. В мгновение охватило Верховного полностью. С той же охотой и радостью оно спустилось и вниз, на визжащего от боли связанного человека. Проникло внутрь, охватывая каждую клеточку выгнувшегося тела.

Перед прикрытыми глазами заплясали картины: чужая жизнь, чуждые мысли, незнакомые лица.

Сет изо всех сил противился подступающей дурноте и слабости. Боль, казалось, стала неотъемлемой частью тела. Наконец, рассмотрев все, что его интересовало, он завершил заклинание. Со стоном оторвал руки от почерневшей головы, оскалившей белые зубы. Ладони жгло, но это нормально, плата за власть над стихией. Ожоги пройдут быстро. Хотелось выпить и присесть. Но первое пока нельзя, а второе не здесь, среди сладкого смрада, заполнившего небольшое помещение.

Нетвердой походкой добравшись до двери, Сет выглянул в коридор. Там ожидали окончания допроса слегка позеленевшие стражи.

— Уберите здесь.

Все также пошатываясь, он побрел к лифту. Нужно было поскорее добраться до своего кабинета.

Сет брезгливо скривился. Общую паршивость состояния, замешенную на магическом истощении и боли в обожженных руках, дополняло раздражение от испуганных рож. Каждый встречный выглядел так, словно успел обделаться при его приближении. Хотелось увидеть хоть одного человека, способного прямо смотреть в глаза. Чтобы разогнать плохое настроение, вечером можно, нет, нужно наведаться в «Розового бегемота». Сету жизненно необходимо было напиться и выпустить пар.

Осталось только дожить до вечера.

***

— Скучаешь? — страж дошагал до прозрачной будки часового и, сняв шлем, весело улыбнулся мрачному вахтенному.

Тот при звуке веселого голоса скривился еще сильнее.

— Угу, — буркнул он, бросив в оба конца коридора быстрый взгляд, — что разобрались с певцом?

— Ага, — подошедший потянулся, отставив руку со шлемом, и покрутил головой, разминая затекшую от неудобной штуковины шею, — еще полдня впереди, может, сыграем?

— С ума сошел? — недовольно глянул на возмутителя спокойствия вахтенный, — он еще внизу, огнем допрашивает.

— Мля-я, — теперь и новоприбывший бросил в коридор настороженный взгляд. После этого заклятия Верховный будет уставший и недовольный. А недовольный начальник — это тихие и запуганные подчиненные, сидящие на своих местах и усердно делающие очень занятой вид. — Пойду я тогда, — быстро проговорил страж, прихватывая шлем подмышку, но сделать и шага не успел.

Двери лифта с тихим шелестом раскрылись, выпуская наружу осунувшегося, недовольно нахмурившегося Верховного.

Неуставное действующее лицо посреди коридора приковало его внимание быстро и основательно. Не спуская глаз с занервничавшего подчиненного, Сет подошел почти вплотную и, оглядев лицо бойца, постаравшегося придать себе бравый вид, мрачно спросил:

— Певец где?

Как Сет умудрялся помнить всю тысячу в лицо, воины не знали, но всегда пугались такой его осведомленности.

— Закончил, сэр, отправился к рожденным, — щелкнул каблуками вояка, вызвав гримасу отвращения на лице мага.

— Не шуми, и так башка болит, — прошипел Сет поморщившись. Немного подумал, махнул рукой на идиота и медленно двинулся дальше по коридору.

Оба стража стояли молча, боясь пошевелиться и привлечь внимание. Облегченно выдохнули, когда за поворотом, где скрылась неуверенно бредущая фигура, щелкнула замком дверь кабинета.

— Пронесло? — испуганно шепнул вахтенный, с недоверием сверля угол глазами.

— Ага, — так же тихо прошипел второй. — Пойду я лучше.

И под невнятное, но согласное бормотание быстро, но беззвучно пошел к лестнице, чтобы не ждать лифта и не искушать судьбу.

***

Кабинет Верховного представлял собой словно два разных помещения, разделенные столом. Передняя его часть была пустая, лишь притаилась у дверей рогатая вешалка, да слева у стены стояли кожаный диван и его младший брат, кресло. Гостевой стул, мягкий, но неудобный, не имел своего места. Он передвигался по всему кабинету, зависело это лишь от настроения хозяина.

Вторая часть, по размеру не меньше чем первая, была личным пространством мага. Всю заднюю стену занимал разделенный на множество секций шкаф. В нем входом в бездну чернела дверь сейфа, и моонгом, выскочившим из этой бездны, огромная кофемашина. Между столом и шкафом оставалось достаточно пространства. Нарушало его только средство передвижения: удобный, эргономичный стул на колесиках, на котором Верховный добирался от рабочего места до кофемашины.

Несмотря на мощность и загруженность мебели, выглядела она строго и даже аскетично, поражая порядком.

Стол из темно-винного дерева, массивный, тяжелый даже на вид, непреодолимой преградой отделял Верховного от посетителей. Рабочей поверхностью для мага служила лишь треть его, оставшаяся часть тянулась к самой стене и была полностью закрыта «работой». Папки, отдельные документы, аккуратными стопками лежали вдоль его края, дальше стояли коробочки, ящички, россыпь драгоценных камней и заготовки артефактов. А в самом конце, взирая на все это богатство, стояла простая лампа на изогнутой черной ножке. Источник света в ней был направлен на угол между стеной и потолком, чтобы при включении не раздражал глаз.

Свет в кабинете Верховного горел постоянно: либо сиял, порожденный потолочными светильниками, либо, как сегодня, осторожно разгонял тьму мягким светом настольной лампы.

В кабинете не было окон. С боков они выходили бы в глухой забор купола и на шумную парковку — что Сету нравилось намного меньше, чем глухая стена, — а прямо — в здание статистики.

После допроса время потянулось смолой. Сет сидел, откинувшись на спинку стула, и, прикрыв глаза, ждал, когда закончится дневная смена — когда в МВ было больше всего дел, и чаще требовалось его непосредственное участие в них.

— До завтра, сэр, — знамением вечера прозвучал в наполненном тишиной кабинете голос дневного помощника.

— Добрый вечер, сэр! — тут же ознаменовал конец ожидания голос помощника ночного.

Дверь тихонько притворилась, показывая, что никаких свершений от Верховного не ждут.

Сет устало выдохнул. День был тяжелый. Залеченные руки саднило воспоминанием, изгнанная мигрень осторожно касалась мозга, явно намереваясь вернуться и разгуляться с новой силой. Посидев еще около десяти минут, прислушиваясь к ощущениям, Сет все же встал. Пошатнулся слегка: потраченная магическая энергия еще не восстановилась. Стиснул зубы и вновь сел и зарылся в верхний ящик стола. Зажал в руке найденную подвеску-накопитель с рубином, в который раз за день вытягивая из нее необходимые силы. Поморщился досадливо: такое восстановление вместо облегчения принесло лишь боль и открыло дверь обрадованной мигрени.

Сет ухмыльнулся, поднимаясь. Если еще несколько минут назад он колебался, решая, поехать ли домой и как следует отдохнуть или развеяться в баре, то сейчас четко знал, что ему необходимо: алкоголь притуплял боль, восстанавливал силы и отгонял дурное настроение.

Кабинет помощников отличался от кабинета Верховного, причем не в лучшую сторону. Хотя и некоторое подобие в них было: он также делился на две примерно равные части. По правую руку от входа стояли стеллажи. В их рядах не было единодушия, как и во всем облике кабинета. Расставленные по размеру, материалу и алфавиту папки и документы перемежались неопрятными, растрепанными кучами. Словно кто-то, не разобрав, куда стоит сунуть свою ношу, бросил ее на первое попавшееся место. Подчеркивала это легкое безобразие когда-то белая, а теперь покрытая толстым слоем пыли чашка, притаившаяся на самом верху крайнего стеллажа. Стоило войти в кабинет, и она притягивала взгляд своим несчастным одиночеством.

Левая часть также начиналась с вешалки — еще одна общая деталь. Затем шли: жесткий диванчик для ожидающих, обычный стул, с брошенной на него кожаной курткой, свесившей рукав до самого пола, и компьютерный стол.

За столом, словно очередная деталь интерьера, сидел Вольг, ночной помощник. Склонившись к экрану, он сосредоточенно, не мигая, следил за чем-то интересным. Напряженное тело и бегающие глаза выдавали насколько происходящее на экране важно для него. Подрагивающие руки, управлявшиеся с мышью и клавиатурой, намекали, что помощник занят вовсе не документами. Вольг играл в очередную игру.

Сосредоточенный, выбравшийся из своего кабинета Верховный заставил его только чуть выпрямиться, чтобы было удобно одновременно смотреть и в экран, и на начальника.

— Меня нет до утра, — едко хмыкнув, бросил Сет и, больше не обращая внимания на помощника, целеустремленно направился к выходу.

Вольг только кивнул, искривив губы в понимающей улыбке, и вернулся к почти выигранному бою.

***

Магическое население Азилума не позволяло расслабляться лишенным.

Противостояние высших магических семей закончилось шестьдесят пять лет назад уничтожением четвертого лота Бертраном Мором. Катастрофа, сделавшая из самого многолюдного материка безжизненную пустыню, разом уменьшила население Азилума на две трети. От магов остались лишь те, кто жил вне четвертого лота, а также те, кого успел вывезти с лота сам Бертран и его противник, Атом Скай.

В новых условиях магам пришлось спешно мириться и искать достойное жилье. Так и был создан Солар, мир под куполом, предназначенный только для рожденных магов.

Закрывшись в этом маленьком мирке за высоким глухим забором, маги, тем не менее, постоянно следили за порядком и соблюдением законов в лишенной части. Не лично, конечно. Великим было чем заняться и в своих владениях. В мир за куполом посылали своих детей, чтобы они могли научиться владеть и повелевать. При достижении совершеннолетия маги решали: остаться им в лишенной части и занять подходящий для одаренного пост, или вернуться к себе и строить карьеру в Соларе.

Для присмотра за куполом было создано Магическое ведомство. Карающий орган, призванный следить за порядком в лишенной части, выявлять пробужденных и обучать их. А главное — следить, чтобы лишенные не посмели нарушать покой Великих. Именно глава ведомства и становился полноправным владельцем Азилума.

Главой МВ уже девять лет был выходец из мира магов Сет Мор.

Сет — старший сын главы Совета Руи Мора, воспитанный по традициям великих магических семей. Мечта женщин и проклятье всех лишенных. Надменный ублюдок. Красивый, тонкий и высокий. Черные длинные волосы он предпочитал носить распущенными, только с левой стороны заправлял их за ухо, предъявляя миру рубиновую серьгу в виде клыка. Серебряная оправа ее, с вычурными письменами, намекала, что украшение далеко не простое.

Когда Сет, в свои неполные двенадцать лет, пришел из-за стены в лишенный мир, знающие люди сразу сообщили желающим услышать, но так, чтобы до мальчишки не дошло: «Умоемся мы кровью по велению этого щенка и по его высочайшему желанию».

Так и получилось. Тогда еще на службе МВ и Верховного состояли отряды «Жалящих». Набирали в них несовершеннолетних мальчишек, сильных, но еще неспособных справляться со своими желаниями и подростковой жестокостью. «Жалящие» прекрасно разбирались с провинившимися — теми, кто был недоволен мудрым руководством рожденных магов. При этом скрывали лица, порождая сонмы домыслов. Взрослые умные люди боялись сказать слово рядом с соседским сыном: отличником, спортсменом и гордостью родителей... которые также боялись его. Потому как никто не знал, кто из подростков может входить в группку «Жалящих». На улицах царил порядок, в душах хаос.

О том, что щенок займет место Верховного, уже не шептались, говорили открыто, и даже в поисках выгоды заискивали перед презрительно скалящимся мальцом.

Тем больше было удивление людей, когда Сет, все же получивший обещанный всеми пост, первым делом запретил «Жалящих». Расформировал уже существующие команды и направил на другую, менее эффектную работу. Но никого и не выдал, поместив все документы под гриф «секретно» и засунув в самую глубину архива, между никому не нужными метеосводками и магическими показателями, где их благополучно и потеряли.

На посту Верховного для лишенной части Сет Мор сделал столько хорошего, что про его бурное детство предпочли забыть, предав забвению и подвиги, и само участие в отряде.

Единственным недостатком действующего Верховного все еще являлся бурный нрав и пристрастие к алкоголю. Распивать его Сет отправлялся отнюдь не каждый вечер, как о том болтали любители сплетен, а лишь после тяжелого рабочего дня. К счастью, тяжелыми эти дни были всего один-два раза в пару декад.

Для расслабления Верховный выбрал стриптиз-бар «Розовый бегемот» на одной из старых улочек. Своим выбором маг поверг владельцев заведения в уныние, работниц в шок, а клиентов в пучину ненормативной лексики. Сочетание алкоголя и бурного нрава всегда заканчивалось одинаково. Сперва веселый посетитель требовал стриптизерш танцевать у его стола, затем желал рассмотреть и потрогать девушек поближе, а получая отказ, искал, на ком отыграться и выпустить пар. Выглядывал в толпе самого крепкого и здорового мужчину. Первое время, после обещания не обижаться на синяки, смельчаки еще находились, но быстро закончились. Оказалось, что наставить синяков только внешне худому магу, нужно еще умудриться, а вот лечить свои больно и дорого. Оттого появление мага в «Бегемоте» означало конец гулянки, и к моменту поиска противника Сет мог рассчитывать лишь на вышибалу. Тот тоже глупым не был и старался спрятаться снаружи двери, оставив бар на растерзание. Проблема была еще и в том, что жаловаться на произвол Верховного было некому. Полиция, призванная охранять покой обычных граждан, на звонки о бесчинствах Верховного, группу не высылала, отговариваясь некими мифическими приказами.

Глава 2. Не лучшее в жизни решение

— Я дома! — Марк не задумываясь, что делает, снял куртку и повесил ее на вешалку, туда же отправилась и фуражка. Бросил ключи и значок на полку и двинулся дальше к кухне. И пусть мозг от усталости отключился, глаза привычно осматривали все, на что падал взгляд.

— Привет, ужин? — веселая мордашка сестры появилась в дверном проеме.

— Да, давай, — несмотря на усталость, Марк не смог не улыбнуться в ответ.

Небольшая уютная кухонька встретила его разнообразием одуряющих запахов приготовленной еды. В полумраке, разбавляемом яркой полоской светильника над рабочей зоной, старая мебель выглядела по-домашнему тепло. Не бросались в глаза потрепанные углы да много раз перекрашенные поверхности. Наоборот, выделялись приятные мелочи, такие как россыпь цветных магнитиков на сером боку холодильника, мордочка уточки Даки на кружке Марка, наклеенные на шкафчики цветы и бабочки. Немного нарушал эту идиллию бубнеж телефона и мелькание цветных пятен, отбрасываемое им на стену.

Усевшись на свое любимое место, в самом углу кухни, Марк тяжело оперся на стол локтями и опустил на руки голову.

— Марк, — Мари поставила тарелки перед братом и осторожно села напротив. — Ты совсем вымотался.

— Есть немного, — грустно улыбнулся он, осматривая сестру. Такая милая, взгляд тревожный, понимающий. Марк хмыкнул, выпрямился, расправив плечи, и пододвинул к себе тарелку.

— Марк, может, сделаешь что-нибудь? — осторожно коснувшись его руки шепнула Мари, — это ненормально.

— Все хорошо, маленькая. Я в порядке.

— В порядке? — скептически хмыкнула Мари, — ты встаешь в четыре, а ложишься в двенадцать. Марк, с таким графиком ты не можешь быть в порядке. Давай я пойду работать?!

— Щас, блин! Я сказал никаких работ, пока ты учишься. Я не хочу, чтобы ты стала похожей на меня!

Марк грозно уставился на сестру. Та пережила налет «Жалящих» на их дом. На их родителей. Жива осталась и даже относительно цела. Но все равно получила страшную травму. Моральную. Из-за нее она поздно окончила школу, так же поздно пошла учиться дальше. Сейчас Мари хотела поступить на факультет клинической психологии в ГМУМ(Главный Медунивер Монтара). Психология — тяжелая специальность, подготовка нужна серьезная. Заставить ее отвлекаться на работу, по мнению Марка, было бесчестно и опасно.

— А может, я хочу быть похожей на тебя!

— Тебе не пойдет ни нервный тик, ни дрожащие руки, — усмехнулся Марк.

Хохотнув, Мари покачала головой и ласково улыбнулась брату.

— Спасибо, но мне больно смотреть на тебя.

— Все хорошо. Вот выучишься, найдешь хорошую работу, и я тут же уволюсь и сяду тебе на шею.

Мари расхохоталась и легко поднялась на ноги.

— Договорились.

Марк перевел взгляд на бубнящую коробочку телефона. Всмотрелся в сияющее лицо Верховного, с хищной, но при этом обаятельной улыбкой рассказывающего что-то телевизионщикам. За его спиной сиял радужными переливами купол над двухметровым бетонным забором-основанием. Бегали черные тени, словно собаки, обнюхивающие каждый сантиметр глухой преграды.

Марк прислушался, и к лощеной морде мага добавился его же глубокий, завораживающе-тягучий голос.

— Уважаемый Арвени обязательно даст концерт и в Даргвитаре, если не в этот раз, то в следующий точно. Это же выступление предназначено только для рожденных. Так что не стоит пытаться туда пройти.

— Ну, судя по уже собирающейся толпе, многие не оставляют надежд?! — возражала ему девушка-телевизионщица.

— Да, к сожалению, глупость и стадный инстинкт сильно мешают работе, — паскудно улыбнулся маг, бросив многозначительный взгляд в камеру.

— Блин, на кой ты его смотришь? — скривился Марк. Ощущение, что маг намекал именно на его уровень интеллекта, прочно поселилось в мозгу. — Хмырь высокомерный!

— Я смотрю новости, Марк, — с улыбкой возразила сестра, но намеку вняла. Сгребла телефон со стола, одновременно умудрившись заткнуть телевизионщицу. — Доедай и ложись, не буду тебя отвлекать. Спокойной ночи. — И, чмокнув брата в лоб, танцующей походкой вышла из кухни.

— Спокойной ночи, мелкая.

Марк проводил взглядом сестру и вновь перевел его в тарелку, так и зависнув, задумавшись. Он действительно очень устал и с нетерпением ждал выходных.

Утро привычно началось с пиликанья будильника. Марк, словно машина, даже толком не проснувшись, сел, протянул руку, прервав очередную трель. Поднялся, сделал несколько упражнений из рекомендуемой утренней зарядки и поплелся в душ.

Привычно нахлобучил фуражку на голову, накинул куртку на плечи и, схватив ключи и значок, вышел из дома. Утренняя прохлада позволила хоть немного прийти в себя, и в машину Марк садился уже вполне сосредоточенным. Попетляв по еще пустым улочкам, он все так же привычно припарковался на служебной стоянке и поплелся в управление, за порцией утреннего нагоняя.

— О, явился, а я думал, хоть сегодня опоздаешь! Неужели тебе действительно не у кого задержаться? Навестил бы какую девицу!

Все собравшиеся в большом кабинете обернулись с ухмылками. Френка они старались избегать, чтобы не стать объектом его шуточек, но посмеяться над другим были всегда готовы.

— Привет Френк, — ровно поздоровался Марк с разговорчивым напарником. — Я навестил... сестру.

— Пф, так вся жизнь мимо тебя пройдет! — хохотнул Френк. — Раз нет времени после работы, мог бы с коллегами замутить! Как тебе Биотрисс, а? Шикарная же баба, что ты нос воротишь? — разглядев скептическое выражение на его лице, возмутился Френк.

— Френк, блин, отстань.

Отмахнулся Марк, усаживаясь на свободное место рядом с напарником и пустым взглядом окидывая пока чистую доску для заметок.

— Ну а что? Смотри и эту уведут! — подмигнул Френк как раз вошедшей Биотрисс, женщине поистине широкой. — А я с такой кралей познакомился, ты не поверишь! — подпрыгнув на стуле, повернулся он к скривившемуся Марку.

— Френк, когда ты с ней познакомился, блин, я тебя вчера до самого дома доставил!

— А кто говорит про вчера? — сморщил лоб в наигранном удивлении Френк и выровнялся на стуле. В кабинет вошел Филл Амари, помощник шефа, по утрам раздававший особые указания патрульным.

— А если бы это было не вчера, ты бы мне уже все уши своей знакомой прожужжал, — криво ухмыльнувшись, прошептал Марк. Напарника он не очень любил, но выбора не было. Френк, шумный и общительный, при этом вызывал некоторое отторжение. Шутки его всегда были однообразны и крутились вокруг единственной темы.

В этот день время решило поиздеваться над патрульными. Когда Марку стало казаться, что он уже вечность за рулем смотрит на одинаковые улицы, прошло всего два часа от начала работы. Когда он готов был убить Френка и застрелиться, полчаса оставалось до обеда.

— Да это бред какой-то, блин, — остервенело потряс он рукой с часами и вновь приложил к ним ухо.

— Да уж, мать, что-то сегодня совсем невесело. Поехали к «Яблоне», а?

— Обед еще не скоро, — неприязненно буркнул Марк.

— Ну и хрен с ним, кому какое дело, где мы патрулируем. Проедем по одиннадцатой, мы там сегодня всего раз были. На ней постоим в засаде.

Марк фыркнул, но направо свернул. В словах Френка было рациональное зерно — какая разница, в каком квадрате стоять, здесь везде их территория.

— О, смотри какая сегодня Наблюдающая яркая, явно какую-то хрень заметила, — ткнул Френк в лобовое стекло. Стоило машине свернуть, там появилась луна, Сильва, видная в небе над первым лотом в любое время и являющаяся олицетворением богини, покровительницы обычных людей.

Вторая луна, Вестори, появлялась только ночью и была воплощением Карающего, покровителя магов.

— Угу, или сегодня ее день, — недовольно бросил Марк, уделив своей богине до безобразия мало внимания, предпочитая сосредоточить его на дороге.

Френк пожал плечом и переключил свой интерес на улицы города. Как думал Марк, не столько высматривая нарушения, сколько разглядывая легко одетых девушек.

«Яблоня» на самом деле была маленькой пончиковой и называлась «В саду Мирани». На вывеске ее красовалось медное дерево, украшенное пончиками, вот среди местных и прижилось название «Яблоня».

Владельцем ее, главным поваром, а иногда и продавцом был огромный мужик, больше походивший на шахтера с третьего лота: загоревший, крепкий, с длинными и тонкими, закрученными в спирали усами. Несмотря на грозный вид, Мирани был человеком добрым и отзывчивым, а полицейские в его магазинчике, могли рассчитывать на дополнительный, бесплатный пончик.

— Кто сегодня?

Стоило остановиться машине, повернулся к Марку Френк. На его лице явно читалась надежда, что Марк возьмет миссию по добыче пропитания на себя.

— Давай на фантиках, — разрушил надежды Марк.

— Давай, — не слишком радостно согласился Френк и полез в бокс для мелочи. Достал специально подготовленную перчатку, заполненную скрученными в шарики фантиками, и первым закричал, — зеленый!

— Ладно, оранжевый, — поморщившись, озвучил Марк второй из присутствующих внутри цветов и запустил два пальца в перчатку. — Вот, блин.

Фантик оказался зеленым.

— Мне два с яблоком и два с шоколадом, — радостно хохотнул Френк, разваливаясь на сиденье.

Марк досадливо выдохнул, но из машины полез.

Дверь «Яблони» отворилась легко, звякнув привязанным колокольчиком. Мирани, заметив Марка, несколько удивленно округлил глаза, но улыбнулся приветливо, и все это, не отрываясь от расхваливания своих товаров перед пожилой дамой. Та неуверенно переводила взгляд с одного подноса на другой и тихонько вздыхала. Дама оказалась очень нерешительной, даже у Марка стало заканчиваться терпение, после ее десятого вопроса, о том, действительно ли вот в этом пончике нет сахара, а вот в том он точно есть.

— Что-то вы сегодня рано, — облегченно выдохнул Мирани, когда миссис, наконец, удалилась, купив, все же, несколько наборов на пробу.

— Да день какой-то бесконечный, — пожаловался Марк, отступая на шаг от прилавка. Даже с его немаленьким ростом смотреть на Мирани удобнее было с некоторого расстояния. — Решили чуть ускорить его твоими вкусностями.

— Эт правильно, эт хорошо. Пончики у Мирани хорошие, как укусишь, не заметишь и как день закончится. Главное — взять достаточно, что б точно хватило. Но если не хватит, ничего, ты знаешь, где работает Мирани. А Мирани здесь до прихода Карающего, так что успеть можно, — безостановочно нахваливая себя, хозяин споро готовил уже ставшие привычными наборы: два яблока, четыре шоколада и две малины, плюс кофе, сладкий с пеной для Марка черный для Френка. Следом в коробки опустились и два дополнительных пончика с шоколадом. — Вот, держи. Ешь и нахваливай Мирани, — радостно улыбнулся усач, принимая от Марка деньги.

Марк поблагодарил и, попрощавшись, с едва скрываемым облегчением вышел наружу.

— Мать, я думал, ты там спать завалился, — встретил его возвращение возмущенный Френк. — У Мирани, что, новая продавщица?

— Нет, у Мирани новая покупательница, — буркнул Марк, усаживаясь на свое место, — бабулька, блин, полчаса его мариновала, про каждую добавку лекцию требуя.

Френк хмыкнул и, больше не отвлекаясь на разговоры, полез в свою коробку.

— Ничего не бормотала? — из-за занятых рук кивком указал Марк на рацию.

— Да, там ваще весело, — аж подпрыгнул Френк на сиденье, желая поделиться информацией, — слышал же у этих, запузырных, — пришел черед Френка указывать головой в сторону магической части. — Концерт певца известного, как бишь его там...

— Неважно.

— Ну да. Так вот, наши так на этого горлодера посмотреть хотели, что мвешников чуть не снесли. Вроде, даже постреляли.

Марк подавился кофе. Закашлялся, судорожно пытаясь вернуть себе возможность говорить.

— Ч-чего? — наконец прохрипел он, вытирая выступившие на глазах слезы рукой с зажатым стаканчиком.

— Ну, вроде как даже кого-то подстрелить сумели. Из этих, из великих, — хохотнул Френк, с налетом брезгливости глядя на приводящего себя в порядок напарника.

— Так какого ты меня не позвал, блин? — взвыл Марк, потянувшись к ключу.

— Потому что там и без нас хватает работничков, — жестко отрезал Френк, сверкнув на Марка сузившимися глазами.

— Блин, а помочь им не надо?

— Нет, твоя территория здесь, сиди и пей кофе. Там рядом и наших хватало и мвшников выше головы, и армейцев пригнали.

Марк посверлил напарника злым взглядом, но смутить того было не так просто.

— Тем более что все уже закончилось. Всех разогнали, мир и порядок восстановлен.

Марк резко отвернулся, едва удерживая себя от грубости. Нет, он давно знал, что Френк не из смельчаков, но его выходка покоробила.

К вечеру неприятное происшествие если и не забылось, то, по крайней мере, утратило яркость, выдавленное простыми буднями полицейских.

Марк с отвращением поглядел на часы, оторвав их от уха. Последний час рабочего времени полз так же неспешно, как и первый. Марк вновь на всякий случай послушал часы, решив, что это они сломались, а не его восприятие. Серебристый браслет отозвался тихим, едва различимым тиканьем, убив надежду на скорое окончание смены.

— Что, не терпится домой? — напарник ехидно проследил за всеми манипуляциями и скривившимся после провала эксперимента лицом.

Зачем самому Френку требовалось работать в две смены, Марк не знал. Тот постоянно рассказывал все новые версии, то винился в долгах, то описывал ожидаемую свадьбу, а иногда и берег моря у дорогого отеля. Но как подозревал сам Марк, одинокому напарнику попросту было скучно одному в казенной квартирке.

— Да, блин, сколько можно?! Такое ощущение, что время не собирается двигаться. — Марк устало потер лицо руками и, плюхнув их на руль, предложил, — давай покатимся в сторону твоего дома, проверим район, заодно и приблизим конец смены.

Френк безразлично пожал плечом, ему тоже надоело торчать в машине, вглядываясь в унылые, темнеющие улицы. Работа патрульных не впечатляла ни одного, ни второго, но, к сожалению, была их основной обязанностью.

Машина, заурчав нутром, тронулась с места. Развернулась и тихо покатила вдоль людной улицы.

Бродили под руку парочки, встретившиеся наконец после долгого рабочего дня. Выбегали из магазинов сосредоточенные безликие человечки, спешащие домой, кормить голодную ораву и старающиеся вспомнить, не забыли ли чего. Весело проносилась детвора на велосипедах. По-хорошему нужно было останавливать их и отправлять домой. Комендантский час для детей до сих пор не отменили, но более бесполезное занятие представить себе было трудно. Все равно стоит патрульной машине отъехать, они вновь понесутся на встречу друг с другом, если родители раньше уши не оторвут.

Тяжело вздохнув, Марк отвлекся от мыслей о телесных наказаниях наглых мальчишек и вернулся к не менее бесполезному созерцанию улиц. Со своим немаленьким ростом в полицейской машине он чувствовал себя запертой в банке рыбой. Причем сегодня эти ощущения были особенно сильными. В поисках развлечения, хоть какого повода покинуть машину, Марк свернул на один поворот раньше, на шестую. Всегда было любопытно взглянуть на эту улицу во время действия запрета.

Улица как улица. Людей только не слишком много. Зато машин хватало. Они заняли всю немаленькую парковку у крупного ночного клуба и расползлись дальше, пристроившись вдоль всей дороги.

— Смотри, что там?! — Марк сбросил скорость, кивком указывая напарнику на выбегающих из клуба людей, в основном мужчин.

— Твою, ты зачем сюда свернул? — Френк с легким испугом огляделся вокруг. Он отвлекся на собственные мысли и не заметил диверсии напарника, приведшей их в запретную зону.

На самом деле, эта часть входила в их территорию для патрулирования, но по настоятельной рекомендации начальства, заезжать сюда после шести вечера не стоило. Под страхом лишения премии, а то и увольнения. Печально известный всей городской полиции стрип-бар «Розовый бегемот» выплевывал из своих, освещенных тусклым голубым и собственно розовым светом, недр посетителей. С тоской и руганью они поглядывали в хлопающую деревом пасть двери, но возвращаться не спешили.

— Это же наш участок? — с наигранным недоумением посмотрел на Френка Марк, паркуясь у обочины.

— Поехали отсюда, твою, — зло процедил напарник, нервозно поглядывая на заметивших патрульную машину и направляющихся к ней людей. — Изверг тебя прибьет!

Изверг, он же Измаил Дробше, начальник городской полиции, как живой встал перед глазами Мрака: нахмурил густые брови, побагровев лысиной. Марк даже поежился от таких видений и неуверенно положил руки на руль.

— Я только гляну, — не смог пойти против себя Марк.

По ту сторону машины столпились добежавшие страдальцы и теперь с глубокой скорбью смотрели на спрятавшихся от укоров полицейских. Марк быстро, пока напарник не успел ему высказать все, что думает, вышел из машины. Неуверенно постоял под потоком просьб усмирить буяна и, качнувшись с носка на пятку, сорвал с головы фуражку и закинул ее в машину. Как показала практика, в таких случаях эта часть гардероба непременно страдала, а то и терялась.

Бар встретил его клубами дурманного дыма и слишком тихой музыкой. В правой части зала, среди столов, скопилось несколько десятков девушек разной степени раздетости. Слева, в небольшом закутке с помостом и тремя пилонами у стены стоял всего один стол. Эту часть планировалось отдать под ВИП-кабинет... ну, можно сказать, так и получилось. Один ВИП-клиент облюбовал столик для себя и сейчас с легким изумлением стоял возле него, опершись на столешницу бедром, и разглядывал вошедшего полицейского.

— Ух ты, доблестная полиция, наконец, ответила на нижайшие просьбы налогоплательщиков и явила им спасителя в лице... тебя как зовут, герой? — с ядовитой усмешкой осведомился худой, высокий мужчина, в дорогом костюме. Длинные черные волосы с одной стороны были заправлены за ухо, открывая взгляду бледное лицо с кривой, надменной ухмылкой и блестевшую во тьме серьгу. Марк с тоской и отчаянием узнал в говорившем Сета Мора. Причем в жизни маг казался ему еще более высокомерным хмырем, чем на экране телевизора.

— Сержант Милс. Марк Милс, — Марк судорожно размышлял, как уговорить буяна добровольно уйти из бара. — Прошу вас покинуть заведение. Вы ведете себя неадекватно и мешаете простым гражданам отдыхать.

— Мешаю? — Сет вздернул брови, изображая удивление. Улыбка не сходила с его губ, но Марк с легким напряжением заметил, как изменилось выражение его глаз. Сет рассматривал его изучающе, расчетливо и оценивающе. Ощупывал глазами каждый сантиметр тела и, похоже, счел приемлемым. — Так выгони меня, — голос Верховного понизился, а улыбка стала хищной, как и поза, сменившая расслабленную.

Он, подобравшись, стал в стойку для рукопашной. Напружинившись и слегка наклонившись вперед, убрал идеальную осанку для другого случая.

Сглотнув, Марк сделал маленький шаг назад: за драку с Верховным его точно по головке не погладят. Самой драки Марк не боялся, он имел хорошую подготовку, занимался борьбой с детства. Да и габаритами превосходил некрупного мага: высокий, крепко сложенный с бугрящимися под светлой кожей мышцами. Вот только поднять руку на мага, пускай и такого задиристого, было равносильно самоубийству.

— Что же ты, боишься? — презрительно протянул забытый за размышлениями Сет и, не желая терять противника, сделал первый ход.

Несмотря на некоторую неустойчивость, двигался маг быстро. Слишком быстро. Оказавшись рядом с полицейским за доли секунды, он ударил.

Марк увернулся, кулак Сета лишь скользнул по боку. Вообще, теперь можно было спокойно достать пистолет и заставить идиота убраться уже с помощью него. Даже шоковые патроны, которые выдавались полицейским, могли остановить человека. Но что-то Марку казалось, что такого Верховный не потерпит и сильно обидится. Ну, по крайней мере, он первый начал. Нападение на офицера при исполнении...

Больше не отвлекаясь, Марк принял вызов, отзеркалил стойку мага под его же довольное хмыканье. Противники закружились по залу, делая быстрые выпады и стараясь схватить соперника, или ударить посильнее. Марку приходилось тяжелее. Он, в отличие от Верховного, боялся нанести вред собственности бара. Постоянно зыркал по сторонам и менял траекторию в угоду оказавшихся на дороге столов.

Озверев после серии пропущенных ударов, Марк все же умудрился подобраться к противнику и взять его в клинч. Стараясь не потерять энергию, с разгону впечатал захваченного в стол, придавив собой. Несколько раз ударил освобождённой из-за неожиданного падения рукой по лицу и с облегчением выдохнул, когда противник обмяк, закатив глаза.

Марк выпрямился. Пошатнулся, но устоял, успев ухватиться за стол. Губа, судя по ощущениям, почувствовала себя воздушным шаром. Надулась и уже выглядывала далеко вперед, так, что даже глаза не приходилось косить и так заметно. Половина лица не чувствовалась, но при этом приносила незабываемые ощущения.

— Вот же блин, — облизнувшись Марк по привычке огляделся в поисках фуражки. Порадовался, вовремя вспомнив, что оставил ее в машине, и наконец заметил источник нарастающего шума.

Девушки аплодировали ему, улыбаясь одна ярче другой. Немногочисленные мужчины выкрикивали поздравления, высказывая восхищение.

— Спасибо вам, офицер. — Подлетела легкой бабочкой одна из девиц, блондинка в черном коктейльном платье. — С нас бесплатная выпивка! — зачастила она, умудрившись чмокнуть Марка в щеку. Заметила легкое напряжение: Марк все еще пытался проморгаться — и разогнала столпившихся вокруг людей, помогая присесть на стул. — С вами все в порядке? — с тревогой спросила она, вглядываясь Марку в лицо.

— Д-да, — тронул он ноющую щеку, — силен зараза. Что мне с ним делать?

Блондинка смущенно пожала плечом и робко улыбнулась, стрельнув глазками.

— Вы заберите его, пожалуйста! — попросила она задумавшегося Марка.

То, что нужно мага забрать, Марк и так понимал. Только что дальше, везти его в МВ? Столько времени потеряет. Смена-то наверняка закончилась. Бросив быстрый взгляд на часы, Марк убедился — пять минут, как закончилась. Туда-обратно, пока найдет, кому мага сдать, часа два точно выйдет. А если не найдет, так и торчать с ним до утра под конторой? А с машиной его что делать? Она ведь наверняка здесь, на стоянке, ждет загульного хозяина: он редко пользовался наемными экипажами.

Стараясь не глядеть на виновато хлопающую глазками девушку, Марк тяжело поднялся и взвалил Верховного на плечо. Побрел на выход, к машине, перебирая варианты.

Можно было еще завести его в участок и засадить на сутки, вот только такого самоуправства Изверг точно не вынесет. Не просто уволит, а прикопает где-нибудь под кустом.

— Ты псих? — выпучив глаза, хрипло засипел Френк вернувшемуся напарнику. Тот невозмутимо открыл дверь и пытался поместить на заднее сидение явно бездыханное тело, — на кой ты его притащил?

— Нужно отвезти его... куда-нибудь, — виновато оправдывался Марк, запихивая не желавшего лежать ровно мага в машину. «Террос» Сета он на стоянке рассмотрел — немаленькая машина отлично бросалась в глаза — но решил, что его эвакуация уже проблема мага.

Оказалось, что Сет гораздо длиннее ширины машины, пришлось сгибать ему ноги. Но стоило уложить одну из них, как вторая выпрямилась, зарядив по и так напоминавшему маску из фильма ужасов лицу. Кое-как приспособив сиденье для лежания бессознательного тела и даже закрыв дверь, Марк перебежал на свое место. По сторонам не смотрел, боялся наткнуться на сочувствующие взгляды.

— Куда? — продолжил допытывать напарник, когда машина сдвинулась с места. — Куда ты собрался его везти, в участок, мать?

— Нет, в участок нельзя, — упрямо мотнув головой, буркнул Марк, разглядывая в зеркало заднего вида принявшего более удобное положение и мирно засопевшего Верховного.

— Да ладно?! — протянул издевательски Френк, по-простому оглянувшись на зашуршавшего пассажира.

— Вот что, — не обращая внимания на пессимизм напарника, решил Марк, — я отвезу тебя домой, а затем решу, что делать. Возможно, нет точно, нужно отвезти его в МВ.

Несмотря на уверенность в голосе, Марк точно знал лишь одно, в МВ он не поедет.

— Ты идиот, мать, — покачал головой Френк, уставившись на мелькавшие за окном фонари. Его вполне устраивало решение Марка. Влезать в эту истории Френк не хотел и не собирался. Пускай идиот-напарник сам разбирается в заваренной каше.

Марк высадил Френка рядом с серой пятиэтажной коробкой установленного образца, из которых полностью состоял маленький спальный район для госслужащих, не имеющих собственного жилья. Сбросил скорость до минимально разрешенной и полз по прямой улице, вдоль таких же непримечательных домиков, мрачно размышляя, что делать дальше.

Пассажир, как будто издеваясь, хохотнул во сне и попытался повернуться. Свалился между сиденьями, яростно выматерился, но не проснулся и назад не залез.

— Так тебе и надо, — буркнул злорадно Марк, но это мало помогло, делать все равно что-то было нужно. — Ладно, моонг с тобой!

Выругавшись, Марк уверенно свернул налево и ускорился, пробираясь более широкими улочками к Изначальному шоссе, чтобы, объехав парк Величия, густой и заросший, добраться до своего дома, крайнего со стороны занимавшей обширные территории зелени.

— Как тебя отсюда выковырять, — тихо приговаривая, Марк пытался извлечь раскорячившегося сзади мага. Насколько плохой идеей было приволочь Верховного к себе домой, он старался не думать.

Дом словно состоял из двух частей: основная жилая — двухэтажная; и небольшая одноэтажная пристройка-гостиная, со стеклянной витриной вместо передней стены, прозрачной лишь изнутри.

Марк сгрузил не желающее просыпаться и передвигаться самостоятельно тело на диван в гостиной и, тяжело отдуваясь, оглядел получившуюся картину. Немного подумав, отодвинул кофейный столик — не хотелось проснуться от звука ломаемой мебели и ругани падающего тела — и пошел спать, завтра ждал тяжелый день.

Глава 3. Сам виноват

Такой грубости будильник, прозвеневший как обычно, в четыре тридцать утра, не видел уже давно. Приласкав медную коробку ударом, Марк мрачно сел на кровати. Он и так выматывался, работая в две смены, а вчерашняя потасовка с магом к усталости добавила еще и боль во всем теле. Болела голова, ребра тоже, общая паршивость состояния вообще не поддавалась описанию.

— Блин, а еще этот урод внизу!

Вспомнив о Верховном, Марк со стоном придал себе вертикальное положение и, быстро натянув мятую, брошенную вчера в беспорядке форму, спустился в гостиную. Мари, конечно, в такую рань разбудить было сложно, но на всякий случай стоило поскорее убрать Верховного из дома.

Представшая картина прекрасно дополняла особенность сегодняшнего утра.

Мрачный и помятый Сет тоскливо глядел сквозь витрину на стоящую перед входом патрульную машину, попивая что-то из веселенькой, разноцветной чашки с уточкой Дакки. Марковой любимой, между прочим. Всегда гладкие волосы были спутаны, но приглажены, словно расчесывался маг рукой. Но даже в помятом, расстегнутом костюме потрепанный Верховный выглядел гораздо лучше, чем сам Марк.

— Утро доброе, — осторожно поздоровался Марк, переступая порог собственной гостиной, как будто это кабинет Изверга.

Сет, оторвавшись от созерцания, развернулся, отсалютовал хозяину кружкой и так же медленно побрел к стоящим у дальней стены двум комодам, выбрав тот, на котором стояли снимки в аккуратных рамочках. Второй, с фигурками и кубками, маг лишь окинул презрительным взглядом.

— Завтракать будешь? — поведение гостя слегка нервировало. Чего молчит? Что там варится в этой отбитой башке?

— Я уже! — вновь приподнял чашку Сет, головы так и не повернув.

Пожав плечом, Марк пошел в основную часть дома. Через узкий коридорчик к входу в кухню.

«Уже он, блин, наглый урод».

Быстро соорудив себе бутерброд и заварив чай, Марк вернулся в гостиную: по его мнению, лучше было держать мага в поле зрения. Поставил тарелку, чашку на стол и, мрачно уставившись на мага, с интересом изучающего фотографии, сделал первый глоток. Поморщился, понимая, что забыл сахар. Пришлось вновь подниматься и тащиться на кухню — добавлять. Когда Марк — на всякий случай перебрав в уме, что еще можно забыть утром — вернулся за стол, бутерброда на нем не было.

— Эй! — возмущенно завопил он, уставившись на невозмутимо жующего Сета, все также молча изучавшего фото, — это мой бутерброд! Ты же не хотел!

— Да? — Сет с немалым удивлением уставился на зажатый в руке плод раздора. — А я думал, ты как хороший хозяин, не слушаешь вялое нет от гостей и угощаешь их через силу. — И, пожав плечом, вновь куснул бутерброд.

Возражать и обвинять себя в плохом гостеприимстве Марк не стал. Тихо бурча, в третий раз побрел на кухню. Чай на всякий случай взял с собой. И новый бутерброд все на тот же случай укусил сразу, как сделал.

— Сейчас умоюсь, и поедем, — непонятно зачем озвучил Марк. Верховный, похоже, ничуть не занимался этим вопросом, лишь вяло кивнув в ответ.

— Твоя девушка?

Сет взял один из снимков и повернул к Марку изображением. С фотографии весело улыбалась Мари, сжимающая в руках белого плюшевого зайца.

— Сестра, — Марк буркнул, переключая внимание с еды на стоящие фото. Действительно, можно перепутать, а он и не задумывался. На всех выставленных фото, кроме одной, они отдельно друг от друга, а на совместной уже взрослые и поза такая, что не поймешь. Да и непохожи они. Марк крепкий малый с ежиком светло-русых волос и бледно-голубыми глазами, Мари яркая девушка с карими глазами и каштановыми волосами.

— Красивая.

От той задумчивости, что проскользнула в голосе Верховного, Марку захотелось ему врезать. Чтобы не наделать глупостей пришлось схватить чашку и нести ее на кухню. Да и пора была выезжать, нужно ведь мага еще куда-нибудь довезти.

На этот раз в машину Сет садился самостоятельно. Не колеблясь, выбрал переднее сиденье и с удобством в нем развалился. Подумал мгновение, неподвижно глядя в крышу, и отодвинул сиденье на максимум. Откинулся, забросив ноги на панель, но быстро счел позу слишком неудобной и опустил.

Марк лишь вздохнул досадливо, опять Френк возмущаться будет, что он его настроенное место сбил.

— Куда тебе? — повернув ключ и послушав урчание двигателя, решился он на вопрос.

Вяло махнув рукой в сторону лобового стекла, Сет все же озвучил направление:

— В МВ давай.

— Пристегнись.

От взгляда, каким одарил его маг, захотелось утопиться, или застрелиться — столько ехидного веселья и сомнений в адекватности там было.

— Пока не пристегнешься, не поедем, — упрямо буркнул Марк, старательно не обращая внимания на кривую ухмылку, какой его одарили.

Как ни странно, спорить Сет не стал. Развел руками с видом: ты хозяин тебе виднее, — видно, имея привычку не спорить с идиотами, и легко защелкнул широкую серую ленту.

Молчаливый спутник нервировал и раздражал. За всю дорогу Сет произнес только одну фразу, указывая по какой улице в это время легче добраться. На прощание так же молча махнул рукой и, не оборачиваясь, направился к входу в МВ. Там его уже ждали две черные фигуры, застывшие по бокам от двери. При приближении начальника, да еще в таком потрепанном виде, бравые воины вытянулись по струнке, сложив руки по швам. Только начальник на них внимания обратил не больше чем на тараканов, даже не взглянув, скрылся внутри здания.

Отъезжая, Марк ощущал недоумение, коим одарили его два застывших мвешника, а может, и не два... к баракам-то он не приглядывался: ворота закрылись раньше, чем Марк успел обратить туда внимание.

Дорога до управы показалась Марку слишком короткой. Еще какое-то время он потратил на осмотр машины, поправление фуражки и одергивание куртки. Заходить в управление было откровенно страшно, но и мяться на пороге глупо. Коллеги, проходившие мимо его застывшей фигуры, глядели недоуменно. Поворачивали на него голову, пока не скрывались, или не врезались в кого-нибудь.

— Да что я, в самом деле, съест он меня, что ли?! — подбодрил себя Марк фальшивым заверением и, набрав в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, вошел в услужливо разъехавшуюся дверь. Бодро прошагал до конторки дежурного, но под сочувствующим взглядом последнего запнулся. Остановился и недоуменно уставился на Боба, полного лысеющего типа с маленькими заплывшими глазками.

Тот, правильно разобрав направление взгляда, охотно начал с самого своего восхищенно-сочувствующего тона.

— Ну, ты, Марк, храбрец! Это ж надо так вляпаться, и чего тебя потянуло в этого «Бегемота», а?

Марк поморщился, оправдались его страхи.

— Френк сдал?

— Не, — мотнул головой дежурный и, прижавшись объемной грудью к столу, склонился ближе зашептав, — Изверг выбегал, тебя спрашивал. Ругался сильно. Сказал, как явишься, чтоб к нему сразу шел.

— Бли-ин, — Марк бросил тоскливый взгляд вверх, в сторону кабинета шефа. Подленькая мысль сказаться больным и трусливо сбежать показалась не такой уж и нелепой. — Ладно, чем быстрее, тем лучше, — упрекнув себя в излишней мнительности, решился Марк и сделал первый шаг навстречу своей смерти.

— Удачи, — запоздало ударило в спину пожелание дежурного.

Драться с магом было не так страшно, как преодолеть не такой уж и длинный коридор, ведущий от лестницы к белой двери со стеклянным, непрозрачным окном, в его конце.

Стоило поднять руку в попытке постучать, как из-за последней преграды раздался резкий, нетерпеливый голос:

— Заходи!

— Доброе утро, шеф, — призраком просочился в едва приоткрытую щель Марк, но под взглядом начальника стушевался, чуть не бросившись обратно в коридор.

Маленький кабинетик, заставленный мебелью, сегодня был особенно неуютным. Шкафы и стулья давили, словно желая вжать глупого полицейского в дверь, продавить его сквозь щели, чтобы только лужица на выходе осталась.

— Доброе? — вскинув брови, переспросил Изверг, как бы уточняя, уверен ли подчиненный в своем заявлении.

Сглотнув Марк кивнул.

— Ты сегодня в зеркало-то смотрел? — ласково начал шеф, пригнувшись к столу, а в следующий момент, резко выпрямившись, саданул по нему рукой. Так, что подпрыгнул не только Марк, но и кактус в горшке, поставленный рядом с монитором «поглощать излучения». — Ты что утворил, идиот? Ты на кой хрен попер к «Бегемоту»?

Марку подумалось, что этот вопрос еще станет для него самым любимым.

— Срезать решил немного, как раз бы к концу смены с участка выехали.

Поразмыслив, Марк решил, что лучше пускай шеф считает его ленивым идиотом, чем идиотом, нарушившим приказ.

— Угу, конец смены, и ты к концу рабочего дня решил приключений поискать, да? — шеф сверлил Марка тяжелым взглядом. Создавалось впечатление, что сейчас он возьмет многострадальный кактус и запустит его в рожу идиоту-подчиненному.

— Да нет же, — смущенно буркнул Марк, под давлением недовольства начальника, все ниже опуская голову, — там люди были, бросились к машине, просили...

С каждым доводом кустистые брови Изверга ползли все выше, а выражение лица становилось все «добрее».

— Шеф, ведь обошлось же?!

— Ты уверен? — с таким тяжелым вздохом произнес Измаил, что Марк уже ни в чем не был уверен. Шеф еще немного посверлил непутевого подчиненного взглядом и с очередным вздохом выпрямился, помассировав лицо руками. — В общем, так, — как-то угрожающе начал он излагать, — только что звонил твой спарринг-партнер. Лично! — Измаил полюбовался на вытянувшееся лицо полицейского и лишь тогда продолжил, — новое распоряжение, бар «Розовый бегемот» отходит под твой личный контроль.

— Чего? — Марку казалось, он ослышался, но шеф быстренько развеял все сомнения, состроив зверскую рожу.

— Того! — издевательски округлил глаза Изверг, передразнивая Марка. — Каждый вечер, перед концом смены, будешь заходить туда и проверять отсутствие дебоша. А в случае обнаружения дебошира в твои обязанности входит его обезвреживание и передача заинтересованной конторе, то есть МВ. Уяснил? Свободен.

Такого оригинального наказания Марк точно не ожидал. Выпучил глаза, молча разевая рот, и напоминал Измаилу большого карпа, пару дней назад купленного женой на ужин.

— Но, сэр, — беспомощно начал Марк, справившись с потрясением, — я же патрульный, это не входит в мои обязанности.

— Об обязанностях нужно было вчера думать. Перед тем как переться в этот злополучный бар, — устало отрезал шеф и недвусмысленно указал на дверь.

Ошарашенный и подавленный Марк пополз на планерку. Сейчас еще какую-нибудь гадость там услышать, и день удался на сто процентов.

К счастью, на планерке никаких неожиданностей не перепало. Роли были известны и отработаны, задачи ясны и зазубрены. Головомойки страшнее похода в кабинет Изверга быть и не могло. А вот после общего сбора неожиданный и очень неприятный сюрприз не замедлил явиться, в виде листа-распоряжения, лишавшего Марка напарника. Френк не пожелал становиться мальчиком для битья и местным дурачком, упросив шефа заменить ему напарника. Шеф долго кочевряжиться не стал, прекрасно понимая чувства полицейского, и подписал бумаги.

Впору самому было идти в злополучный бар и надраться с горя. Останавливало лишь нежелание еще раз встретить Верховного, слишком болели воспоминания. К тому же рабочее время только началось.

— Вот же, блин, — досадливо поморщился Марк, заводя машину. Улыбнулся криво, отразившемуся в зеркале заднего вида опухшему мужику симпатичного сливового цвета и уже веселее нажал на педаль, выкручивая руль. Может оно и к лучшему, хоть какое разнообразие в жизни, а Френк его всегда раздражал. Ну его, напарника, которому не доверяешь.

Патрулировать улицы в одиночестве оказалось ужасным занятием. За всеми минусами Френка, он хотя бы развлекал неприличными комментариями и нытьем по поводу и без. Без него же в машине стало скучно, одиноко и досадно от необходимости уделять вдвое больше внимания улочкам.

— Так и с ума недолго сойти, — буркнул Марк, заметив, что разговаривает с радио, веселым мужским голосом вопрошавшее, какой стиль в музыке наиболее значим.

Сегодня конец смены приближался неотвратимо, не обращая внимания на все Марковы мольбы и просьбы. Проклятый «Розовый бегемот» радостно моргал вывеской, привлекая праздношатающихся и отпугивая самого Марка. Слишком настороженно заходили внутрь некоторые посетители, а большинство, только попав туда, спешили выйти обратно и довольно споро удалялись в темноту улиц.

Марк сидел в припаркованной у бара машине уже около пятнадцати минут. Боялся заглянуть внутрь заведения и увидеть причину такой переборчивости людей. Боялся, но понимал — это неизбежно.

Набравшись храбрости, он быстро, не желая передумать, вышел из машины. Фуражку загодя оставил на пустующем сиденье напарника и так же быстро, на одном дыхании, добрался до двери бара. Как мог незаметно вдохнул и под сочувствующим взглядом охранника зашел внутрь.

Стоило сегодня оказаться в зале, слева радостно заорали:

— Заходи!

— Ну, блин же, ну, — простонал Марк, всматриваясь в развалившуюся на стуле фигуру.

Отсутствие народа снаружи объяснялось просто: Сет еще не успел дойти до нужного состояния, пребывая в фазе любования танцующими у пилонов девушками. Не позволяя себе сменить натянутую улыбку на испуг, три танцовщицы старались отвлечь Верховного от стоящей перед ним бутылки. Выходило не очень хорошо.

— Проходи, чего застыл, — настырно продолжал зазывать дебошир.

Под сочувствующими взглядами окружающих, робко жмущихся к центру зала и выходу — чтобы успеть выскочить, когда произойдет смена фазы — Марк обреченно поплелся к магу.

— Пришел все же? Молодец! Присядь, выпей, — жестом радушного хозяина указал Сет на стоящий рядом стул.

Если прошлой ночью рассмотреть мага практически не удалось, слишком неожиданной была встреча, то сегодня каждая деталь его облика, казалось, сама бросалась в глаза. Темные, почти черные глаза изучали Марка с интересом и затаенным ожиданием. Улыбка мага тоже была пусть и насмешливой, но слишком уж предвкушающей и довольной. Темно-синий костюм идеально облегал тонкую, но крепкую, гибкую фигуру, помогая Марку вспомнить, насколько ловкими и мощными могут быть движения Верховного. Алая рубашка, казалось, отражалась в блестевшей серьге, словно специально выставленной напоказ. Весь вид Верховного говорил о довольстве и каком-то ожидании.

— Слушай, давай сегодня без мордобоя, а? — без всякой надежды на благополучный исход попросил Марк.

— Э, нет. Я хочу быть уверен, что сделал правильный выбор! — хохотнул Сет, наливая себе. Огляделся в поисках второго стакана, не нашел и, вскинув руку, заорал на весь зал, перекрикивая даже гремящую музыку. — Стакан полицейскому, живо!

— Я на службе, — смущенно зашипел Марк, робко оглядываясь вокруг — кто успел услышать призыв мага. Оказалось все, и сейчас с любопытством посматривали на них, ожидая дальнейшего развития событий. — Так давай ускоримся. Тебе обязательно драться? Тогда вперед, не хочу тратить свое время на рассиживание здесь.

— Э нет, так не пойдет. Во-первых, я еще не закончил, во-вторых, в таком состоянии я тебя уложу. — Сет влил в себя содержимое стакана и криво ухмыльнулся, разглядывая противника и, похоже, примеряясь.

— Еще кто кого, — буркнул Марк, проводив глазами все же подбежавшую с пустой посудиной девушку.

Сет лишь ехидно ухмыльнулся, показывая, кто и кого, и обвел Марка едким взглядом, отбив охоту что-либо доказывать.

— И долго ты еще надираться будешь?

В бутылке, изначально почти полной, осталось примерно на палец янтарной жидкости, а Сет не спешил переходить к активным действиям, разглядывая сменившихся в который раз девушек.

Верховный не ответил. Вылил остатки напитка в стакан, выпил и без предупреждения запустил пустой бутылкой Марку в грудь.

— Ах, ты ж, блин, — удар был неболезненный, скорее обидный и вскакивать пришлось сразу же, потому как Сет тут же дернулся в его сторону, пытаясь ухватить за одежду. — Козел!

Первый пропущенный удар, чуть не стал последним. Он пришелся на самую болезненную точку синяка, выбив слезы из глаз и грубое ругательство изо рта. Но именно благодаря ему Марк и победил, разозлившись на нечестного бойца и быстро смяв его массой. Марк, практически лежа на маге, долго и с особым удовольствием бил, куда мог достать.

На этот раз терять сознание маг не стал, но покорно висел, пока Марк нес его до машины.

— В МВ отвези, — гнусавя сквозь разбитый нос, буркнул Сет, стоило полицейскому сесть за руль.

Марку хотелось много чего ему сказать. Еще сильнее хотелось вышвырнуть его из машины и отправить пешком. Но он боялся, что маг вернется в бар и продолжит дебош или, что еще хуже, сядет за руль — случалось за ним такое. Выдающийся над ковром стоящих на парковке машинок черный монстр Верховного намекал, что и сегодня такая возможность есть.

Уже подъезжая к МВ Марк, решившись, буркнул обвиняюще:

— Какого, блин, ты так часто туда приходишь? Мне же сказали раз-два в квадрит.

— Хотел проверить трус ты или нет. Приказ ведь тебе передали? — хмыкнув, признался Сет, глядя в окно.

— Хотел он, — злобно запыхтел Марк, — а подумать, что не все как ты? Что мне, чтобы от синяков избавиться, этот самый квадрит (4 декады — 40 дней) просто необходим? Я не миллионер, чтобы каждый раз к медикам бежать! Я, блин, сам на уголовника теперь похож, а после сегодняшнего мне только в этом баре вышибалой работать, людей пугать.

— Ну, извини, — невозмутимо пожал плечом Сет, похоже, ни капли не раскаиваясь.

— Извини? — у Марка свербело и зудело желание высказаться — засунь свое извинение себе в... туда.

— Культурный? — весело расхохотался Сет, лишь подогревая бурлящую ненависть.

К счастью, для Сета, подъехали к воротам МВ. Неприятный пассажир оставил Марка наедине с собой, напоследок все же бросив:

— Так уж и быть, следующий раз, когда рожу подлечишь! — и невозмутимо, слегка покачиваясь, но оттого не менее целеустремленно, пошел в главное здание.

— Козел! — констатировал Марк, отъезжая.

Глава 4. Новая жизнь начинается

Утром Марка в очередной раз встретил любопытно-извиняющийся взгляд дежурного.

— Что, опять? — остановился Марк перед конторкой, наткнувшись на этот взгляд как на стену.

— Угу, — мотнул лысеющей головой Боб, — сказал, чтоб, как только придешь.

— Ну, блин.

Марк подозревал, что недовольство шефа могли вызвать его посиделки с Сетом.

«Нужно было сразу этого урода оттуда выпереть».

Коридор сегодня пронесся мимо совсем незаметно.

— Шеф, можно?

Просунуть голову отдельно от себя в дверь у Марка всегда плохо получалось. Ему казалось некрасивым торчать пятой точкой в коридор, а по-другому так извернуться не выходило. Оттого для шефского гнева обычно открывалась сразу вся фигура подчиненного.

— Да заходи ты уже, — буркнул Изверг, как ни странно, вполне добродушно. Дождался, пока дверь за Марком закроется, и протянул стоявшую до того прямо перед ним баночку. — Держи, тебе передали.

Повертев в руках презент, Марк потряс им у уха и посмотрел на шефа, моля взглядом дать подсказку.

— Ты ее еще укуси, — недовольно покачал головой Изверг, — мазь это. От синяков.

— Эм-м, спасибо.

Судя по выражению лица, шеф полностью убедился в умственных способностях подчиненного и отпустил его взмахом руки.

Толком вникнуть в разносы на планерке Марк не смог. Его мысли были полностью заняты Сетом.

«— Заботливый, мать его. Мазь прислал. Лучше б ты, ублюдок, пить бросил. Делом бы занялся, а то только и можешь, что налоги проедать, маг моонгов».

Даже одиночество не помогло времени идти немного медленнее. Рабочий день подходил к концу, а новая обязанность все ярче вырисовывалась в несколько подавленных мыслях.

К проклятому бару Марк подкрадывался за пять минут до конца смены. Медленно, словно увеличение скорости неминуемо приведет его к смерти. Он не сразу сообразил, что даже дыхание затаил, разглядывая: вон та толпа у входа только пришла или выскочила из-за проблем изнутри. Выдохнул, стараясь успокоить нервно скакавшее сердце, когда те все же вошли внутрь и обратно не появились. Припарковался и с обреченным вздохом отправился исполнять новые обязанности.

Уже привычный темнокожий охранник, квадратный как ланч-бокс Френка, и лысый, как макушка шефа, радостно оскалил в улыбке несколько растерянные ряды зубов, и приглашающе распахнул перед Марком дверь.

Хмыкнув слегка озадаченно, Марк благодарно кивнул. Неспешно, привыкая к тьме, заполненной яркими, бьющими по глазам пятнами, блуждающими по всему залу, вошел в клуб. Осмотрелся, неодобрительно остановив взгляд на излишне веселой компании ребят, шатающихся в недоступных простому человеку плоскостях. Но решил — раз их сюда впустили, значит, они уже вполне взрослые и самостоятельные. С трудом оторвав от них взгляд, Марк попал им на не менее притягательную картину: извивающуюся у пилона высокую брюнетку с ярко накрашенным лицом, в крохотном костюмчике черной кошки. Пока он делал над собой усилие, пытаясь, все же, вернуть рабочее настроение, подбежала девушка, так слезно умолявшая его забрать дебошира.

— Добрый вечер, — искренне улыбнулась она застывшему Марку, — сегодня у нас все хорошо!

— Отлично, не подскажете тогда, как часто этот... здесь появляется, — после заверения девушки Марку и самому стало очень хорошо и легко. Еще на один подвиг он был не готов, и так старался не делать резких движений, напоминая сам себе бабушку соседку. Но как-то развивать разговор пришлось.

— Знаете, — задумалась девушка, — как когда. Иногда и квадрит может не быть, а иногда несколько дней подряд заходит.

Поморщившись, Марк задумался. Ему рассказывали примерно тоже, да и сам Сет согласился бывать пореже, но как узнать день, который он выберет. Можно, конечно, заходить вечерком и ждать окончания смены здесь, наслаждаясь зрелищем и каким-нибудь напитком... безалкогольным. Но за напитки нужно платить, а зарплата патрульного на это не рассчитана, да и время жалко, захочешь досмотреть, а там еще и еще.

— Знаете, эм-м... как вас зовут? — немного подумав, Марк нашел гораздо более удобный выход из ситуации.

— Кэтрин.

— Так вот, Кэтрин, так как меня слезно умоляли взять ваш бар под присмотр, чтобы сократить число происшествий в этом районе, — самозабвенно соврал он, — а заезжать каждый вечер, теряя время, неудобно, запишите-ка мой номер. Когда Верховный вновь решит вас посетить, вы сможете мне набрать. Договорились?

— Здорово, — девушка просияла. До того дежурный в участке лишь вздыхал трагически при их вызовах.

Обменявшись номерами, оба остались довольны друг другом и ситуацией в целом.

— Может вам чего-нибудь выпить? — предложила Кэтрин, тут же быстро добавив, — за счет заведения. Мы вам обязаны.

— Нет, я еще на службе, — со вздохом отказался Марк. Смена-то уже закончилась, но он и так два дня не высыпался, хоть сегодня лечь пораньше.

— Жаль, но знайте, мы всегда вам рады! — сложив руки у груди, запальчиво заявила Кэтрин, сверкнув глазками, и, попрощавшись, умчалась обратно к своим обязанностям.

Из дверей бара Марк, переполненный хорошими новостями, выбежал счастливо улыбаясь. Внизу лестницы остановился, взглянув на обе луны, и от всего сердца поблагодарил Карающего, за то, что вложил в голову своего подопечного хоть немного гуманности.

Хорошего настроения ему хватило до машины, у которой он с ужасом вспомнил о своей новой внешности, и о том, что сестра такого счастья до сих пор не видела. В первую ночь бояться ее реакции Марк не мог, потому как, все его мысли занимал Верховный. Во вторую было слишком больно и обидно, а теперь, когда проклятый маг не появился, страх вылез на первый план.

Накрутив себя за дорогу домой сверх меры, Марк в дом проскользнул, словно вор. Разделся, стараясь не издавать ни звука, даже ключи на полку опустил осторожно, а не привычно бросил. На цыпочках подобрался к кухонной двери. Заглянул, убеждаясь, что Мари действительно там. К счастью, сестра уткнулась в какую-то книгу и больше никуда не глядела. Даже чашку брала на ощупь.

Вот только стоило поставить ногу на первую ступеньку лестницы, с кухни донесся удивленный голосок.

— Марк? Ты чего это крадешься?

— Извини, не хотел отвлекать, — пробормотал Марк.

Голос сестры заставил его дернуться и сжаться, повернув к ней правую, наименее пострадавшую часть лица, и надеяться, что из освещенной кухни на темной лестнице Мари толком его не рассмотрит.

— Отвлекать? С тобой все в порядке? — Мари, слишком хорошо знавшая брата, насторожилась и встала со стула, чуть склонив голову набок. Выбившиеся из короткого хвоста пряди подчеркнули округлые щечки, заставив Марка улыбнуться, несмотря на страх.

— Да, просто устал, — почти честно протянул он, старательно пятясь. Вверх по лестнице это было очень неудобно, и вид его стал еще более подозрительным.

— Ма-арк? — протянула Мари, прибавляя шагу.

Марк хотел броситься прочь. Уже и развернулся, делая первый шаг, но сестра оказалась быстрее. Схватила за руку и удивленно уставилась на подставленный взгляду затылок.

— Марк, да что случилось? — уже с явным оттенком паники спросила она.

Марк повернулся. Медленно, опустив взгляд в пол и рассматривая внезапно обнаруженную дырочку на носке. Дырка оказалась почти круглой, и совсем маленькой, не больше пяти миллиметров, но спасти от сестриного пораженного вздоха не смогла.

— Сотвори меня обратно, Наблюдающая, — потрясенно пробормотала она. — Это что за живопись времен Рассвета?

— Ну, это... так получилось, — сконфуженно просипел Марк, все еще не рискуя поднимать взгляд.

— Это из-за такой красоты ты два дня не показывался?

— Ну, д-да, и из-за нее.

— Расскажешь? — со вздохом спросила Мари, понимая, что дальнейшие расспросы на лестнице приведут только к тому, что Марк попросту сбежит.

— Да, пойдем, — немного подумав, решился Марк и пошел за оглядывающейся сестрой.

В тускло-освещенной кухне стало еще хуже. Пусть уютные, привычные тени от приборов и расставленной посуды дарили некоторое успокоение, острый взгляд сестры, рассмотревшей переливы синяка во всей красе, стал особенно нестерпим.

Сев на свое любимое место, Марк молча уставился на сомкнутые в замок ладони.

День, проведенный лишь в компании радио да иногда подававшей признаки жизни рации, сам по себе вымотал. К тому же заставил погрузиться в мысли, что оказалось не слишком хорошей практикой. Порадовать не могли ни предавший напарник, ни перспектива стать грушей для разбалованного ублюдка, ни необходимость обо всем этом рассказывать сестре.

Мари не торопила. Поставила перед братом ужин и, немного подумав, налила в стакан единственного найденного дома алкоголя — давно выдохшегося вина.

— Спасибо... в общем, я с магом подрался, — покрутив стакан в руке, Марк решил, что начать стоит с самой важной детали, грозившей ему длительными проблемами.

— О, Наблюдающая, тебя уволили? — в ужасе округлила глаза Мари: нет ничего хуже, чем перейти дорогу одаренному.

— Нет.

— Арестуют? — все тише становился ее голос.

— Да нет же, блин. Я теперь вроде как его спарринг-партнер.

— То есть, он теперь постоянно будет тебя избивать? — ужас в голосе Мари тут же сменился на гнев.

— Почему избивать? — наконец вскинул взгляд Марк на сестру, а вспомнив, провел рукой по щеке и буркнул, — а, нет. Я победил, и теперь он хочет иногда со мной драться.

— А... Ага, — неуверенно, но уже гораздо спокойнее проговорила Мари. — И он не будет злиться и требовать для тебя наказаний?

— Нет, но он... сильный зар-раза... — протянул Марк с невольно проскользнувшим уважением, — так что синим, думаю, мне еще долго ходить.

— О, Марк.

— Да ничего, маленькая, я это к чему — ты не пугайся, пожалуйста, когда я буду таким вот... — Марк запнулся.

Мари покачала головой и тяжело вздохнула.

— Завтра выходной?

— Да, пойду на тренировку. Буду готовиться к следующей встрече с этим ублюдком, — насупив брови, кивнул Марк, вызвав у сестры улыбку. Взволнованную, но все же улыбку.

***

Выходные всегда пролетали незаметно. Два дня отдыха на декаду — это мало. Марк пытался работать по графику пятидневок. Но за один выходной он не успевал даже выспаться, что уж говорить про отдых. Уже через три декады такой работы он стал напоминать себе восставшего мертвеца как видом, так и отсутствием мыслей и любых желаний, кроме сесть и отдохнуть. А ведь столько всего нужно было успеть. Тренировки, закупки, домашняя работа, личная жизнь, в конце концов.

Марк тоскливо вздохнул, поворачивая газонокосилку на очередной круг.

— Маркуша, это ты шумишь? — старческий голос умудрился достичь Марковых ушей, игнорируя рев газонокосилки.

Соседка, Ариадна Эрскин, маленькая, всегда подозрительно прищуренная женщина с пушистой ватой волос, говорила негромко, но ее голос пробивался сквозь любую преграду, будь то стена или ревущая машина. Удивляться такой способности Марк давно устал и лишь повернулся, приветливо улыбаясь.

Миссис Ариадна очень помогла ему, когда необходимо было находиться в нескольких местах одновременно. По мере сил своих смотрела за Мари, пока сам Марк учился и работал.

— Добрый день, бабушка, — заглушив косилку, поздоровался Марк.

Своих бабушек, как и дедушек он в живых не застал, и охотно согласился называть так Ариадну, когда та попросила.

— Молодец, — окинув взглядом небольшой участочек зелени между заборами, уже почти весь напоминавший коврик, одобрила Ариадна. — Хозяйственный. А вот бабушка — ленивая развалюшка, совсем заросла. Скоро до ящика посланий не дойду — заблужусь.

Марк едва сдержал стон. Уже давно, с тех самых пор, как остался в доме за хозяина, он всегда косил оба газона. Сначала свой и сразу за ним бабушкин. Но неизменно, стоило завестись косилке, Ариадна появлялась и строила брошенное одиночество, тяжко вздыхая и стеная о загубленной жизни.

— Бабуль, сейчас достригу и к тебе приеду, — как всегда клятвенно пообещал Марк.

— Ой, спасибо, Марк, а то сама-то я... — Ариадна не договорила, оборвав очередную жалобу на середине. Со стороны застройки раздалась сирена. Судя по коротким, въедливым сигналам МВ: опять провожают кого-то из рожденных, чтобы его высокомерие кто не обидел.

Из-за поворота и правда выскочили три черных служебных машины. Две проехали мимо. Последняя остановилась ровно напротив забора, между участками Ариадны и самого Марка. Вышедший маг не понравился Марку с первого взгляда. Пробужденный, об этом говорил черный ромб татуировки на правом предплечье, словно невзначай продемонстрированный ему и бабуле. Цифру Марк не видел, но этого и не требовалось. Сам-то он магом не был. Мвшник оказался высоким и крепким: черная майка и форменные штаны четко прорисовывали рельеф. Молодой, он между тем смотрел на Марка, как на гнилое нечто, залепившее ботинок.

— В дом, — коротко велел разом и старушке, и Марку.

Ариадна, не споря, посеменила к двери. Периодически бабушка оглядывалась и бросала на мвшника такой подозрительный взгляд, что тот не сдержался и зажег на пальцах желтые искры. Ариадна тут же юркнула в дом.

Марк уходил спокойнее. Вытирал руки о старые, линялые штаны и ругался, проклиная и магов, и МВ, и самого Верховного. Последнего просто по привычке. Терять время одного из выходных в ожидании, когда проедет неизвестный рожденный, очень не хотелось.

— Машину забери, — зло окликнул его мвшник, проводивший взглядом старушку и теперь всецело переключившийся на Марка.

— Да, блин, чем она тебе мешает? — не сдержался Марк. Убрать косилку несложно, но опять же лишнее время, газон-то он еще не достриг.

— Убрал машину! — зло рявкнул маг, поднимая руки выше.

Марк полюбовался игрой желтого пламени на пальцах мага и сплюнул, все так же медленно потопав обратно.

— Быстрее! — уже рычал тот, слушая шуршание в передатчике, надетом на правое ухо.

— Уже бегу, блин, — едва слышно буркнул Марк, даже не думая ускоряться.

Стоило коснуться ручки косилки, из-за поворота показалась другая машина. Последний в серии «Эльсир» темно-вишневого цвета без верха с тихим стрекотом подбирался все ближе.

Марк ощутил, как тело сковала чужая воля. Спина неестественно выгнулась, повинуясь сжимавшимся и застывавшим мышцам. Руки онемели, до боли стискивая металлическую рукоять. Даже вдох сделать не получалось. Марк невольно, не в силах смежить веки, наблюдал, как проезжает мимо красавица-блондинка, сидевшая за рулем «Эльсира», и мысленно молил ее ускориться. Боялся, что не выдержит пугающей пытки оцепенением.

Но машина скрылась между деревьев, и чужая сила отпустила. Марк судорожно, со слезами на глазах, вдохнул. Закашлялся и вновь резко выдохнул, сбитый невидимым ударом под дых. Пролетев несколько метров, он получил еще один удар. На этот раз от земли, не желавшей, даже ради хозяина, становиться мягче.

Следом полетела и рухнула в нескольких шагах газонокосилка. Звякнула, рассыпаясь набором деталей, и затихла.

— Если я получу выговор, то вернусь и соединю вас в единое целое, — прошипел виновник неплановых полетов, зло тыча в сторону Марка указательным пальцем.

— Урод! — простонал Марк в след удаляющейся машине, пытаясь сесть так, чтобы ничего не болело. В первый раз он вспомнил о Верховном с теплотой. Тот, по крайней мере, бил только руками-ногами, не подключая свою силу, к тому же ему и ответить можно было.

Вечер пришел неожиданно быстро и Марк, растягивая последние часы уходящего выходного и молча радуясь, что впереди еще один, сидел на диванчике в гостиной. Мари лежала рядом, умостив голову ему на колени, а ноги закинув на подлокотник. Читала учебник, от одного названия которого у Марка включался комплекс неполноценности. На столике перед ними стоял давно остывший чай и пустая тарелка от бутербродов. Может Марк и пошел бы уже спать, но по негласному правилу, кто первый встал тот и моет посуду, а это было выше его сил. Он даже начал подумывать, что пора давить сестре на жалость, но пока держался.

Висящий в свободном углу справа от лестницы телевизор монотонно бубнил о достижениях науки.

Марк мысленно пообещал себе, что когда закончится программа, он непременно встанет и пойдет спать. И верный своему слову зашевелился, стоило пойти титрам.

— М? — посмотрела на него Мари, не думая убирать голову с его колен.

— Спать пора, — со вздохом сознался Марк, невольно поморщившись. Высыпайся он в рабочие дни, не пришлось бы ложиться вместе с солнцем, столько еще сделать можно было.

— М-м, — согласно промычала Мари, освобождая брата.

Но даже встать с дивана Марк не успел. Вечерние новости начались с возбужденного лепета девушки-телевизионщицы и фотографий развороченного дома.

— Опа, — только приподнявшись над сиденьем, плюхнулся Марк обратно.

Фотографии сменились видеосъемкой и другим, не менее возбужденным парнем, стоящим с микрофоном напротив руин. За его спиной лениво, словно прогуляться вышел, прохаживался Верховный. Сет то и дело поднимал взгляд к остаткам здания, после чего его шаги становились шире, но притом размереннее, словно маг что-то проговаривал про себя, измеряя слова шагами.

Марк быстро бросил взгляд на часы: девять вечера. Посмотрел за окно, сравнивая увиденное в телевизоре с творящимся снаружи, и устало выдохнул. Сон откладывался, теперь нужно было ждать звонка из Бегемота. Навряд ли после такого Сет спокойно поедет домой.

Но время шло, а звонка так и не было. Мари давно вымыла посуду и ушла, оставив его в тишине и темноте. И наконец, Марк не выдержал, пошел спать и сам, проклиная про себя Верховного, от которого не знаешь чего ожидать.

***

Как оказалось, избавиться от неприятных мыслей непростая задача. Марк то и дело прокручивал в голове все свои обиды, с каждой минутой всё больше погружаясь в уныние. Два выходных пролетели слишком быстро. Проклятый синяк, восхитивший тренера даже намазанный подаренной мазью проходить не собирался, сделавшись мерзкого болотного цвета. Марк поймал себя на мысли, что боится завтрашнего рабочего дня.

Оттягивая сон, а, как следствие, и подъем на работу, он сидел в гостиной на диване, мрачно разглядывая любимую кружку с уточкой Даки, наполненную уже остывшим кофе. Свет он включать не стал, в темноте было проще перебирать свои неудачи. В доме стояла тишина, Мари уже спала. Снаружи, разбиваясь о стеклянную преграду окна, ярился холодный, морской ветер. Все в эту ночь старалось, создавая подходящую мрачным мыслям атмосферу. Даже улыбка мультяшной утки сегодня казалась ему глумливой и ехидной, и Марк, не выдержав, отвернул ее от себя.

— Марк, что случилось? Почему ты сидишь здесь, один в темноте, — Мари спустилась за водой и, бросив мимолетный взгляд в гостиную, удивленно остановилась. Понурая, съежившаяся фигура, освещенная алыми лучами Карающего, привлекла внимание не хуже яркой, предупреждающей надписи на магических накопителях в городе.

Марк вздрогнул, как будто проснувшись от спячки, огляделся удивленно.

— Извини, задумался. А ты чего не спишь? — не столько рассмотрев сестру в темном коридоре, сколько догадавшись, что она там, спросил Марк.

— Пить захотела, — Мари робко улыбнулась, подходя ближе. То, что с братом что-то не так, она прекрасно видела, осталось узнать причину и успокоить.

Ближе него у Мари никого не было. Марк долго вытягивал ее из небытия, в которое Мари погрузилась после того дня, когда к ним в дом пришли Жалящие, жестокие твари, не знающие снисхождения. Убили родителей, а с ней... что сделали с ней, она вспоминать не хотела. Мари больше двух лет провела в больницах, затем еще два года реабилитации и все это время рядом был Марк. Он вернулся в город, бросив учебу, и пошел работать в полицию, параллельно заканчивая академию. Для полицейских было много льгот, зарплата неплохая по сравнению с другими, да и учебу в своей академии оплачивали. А когда у тебя на руках требующая постоянного присмотра несовершеннолетняя сестра и больше никого нет — это самый лучший выход.

— Что случилось, Марк?

Жаловаться Мари на превратности судьбы Марк не хотел, но стоило произнести первое слово, остальные полились сплошным потоком, выплескивая наружу все переживания и обиды.

— Ну вот, мало тебе своих проблем, еще я тут нюни развесил, — невесело хмыкнул он, подставляя голову сестриной руке. — Хотя знаешь, высказался и все таким бредом никчемным показалось, — значительно веселее признался он.

— Так, может, спать пойдешь? Время-то уже недетское, — провела Мари по ежику волос и, не удержавшись, потянула за ухо.

— Да, пойду пожалуй, завтра все же на работу.

Мари озабоченно посмотрела вслед удаляющемуся с тихим напевом брату. Она давно не видела его таким. Наверное, с тех пор, как она поступила в колледж, ступив наконец на следующую ступень жизни.

Только преодолев половину лестницы, Мари вспомнила, что за всеми этими мыслями забыла о воде. Немного постояв, покачавшись и задумчиво глядя в сторону кухни, она все же развернулась обратно — там ведь и бутербродик сделать можно.

Глава 5. Слишком много за один день

— Можешь ехать, — бросил Сет водителю и выбрался из служебной машины.

Вчерашний день прошел слишком незаметно. Точнее, Сет настолько устал, разбираясь с докладами о нападении на купол, что не заметил, как пришел вечер, и невостребованный «Террос» остался ждать его у бара уже третью ночь. В «Бегемот» Сет второй раз подряд не собирался, только хотел забрать «Террос», оставленный на стоянке. Идея проверить смелость копа пришла внезапно и закончилась новым катанием на патрульной машине. Так что этим утром он первым делом взял служебную машину с водителем и поехал забирать своего монстра.

Можно было, конечно, послать кого-нибудь вместо себя, но Сету требовалось развеяться: три последние ночи он провел в МВ.

Сет выпрямился, расправил плечи до хруста, все же привык он к своему удобному монстру. Ухмыльнулся, невольно хмыкнув. Несмотря на то, что улочка была неширокой, у бара она казалась огромной. Все из-за того, что у самого здания, словно летное поле, ширилась стоянка. Одинокий совсем немаленький внедорожник Сета смотрелся на ней крохотной букашкой.

Сет приказал не заезжать на стоянку, высадить у дороги. Хотел пройтись. Но внезапно путь до машины показался бесконечным и... неуютным. Сет невольно добавил к постоянному, родовому, щиту дополнительный, более мощный. Что-то напрягало его в этой пустоте.

У машины он остановился, прислушиваясь к себе, и по привычке запустил сканирование. Удовлетворенно кивнул, не обнаружив магических вмешательств, и просканировал «Террос» на физические дополнения — то, чего никогда не делал пьяным.

Замер, рассматривая машину чуть прищуренным взглядом. Отступил на шаг.

Физическое сканирование принесло результаты.

— А не должно было, — тихо шепнул сам себе.

Стоять у одинокого монстра стало еще неуютнее, но Сет не позволял себе проявлять чувств. Опасался, что за ним наблюдают. Хотя, как подозревал, если кто и следил за ним, то уже убрался. Понял бы, что его подарок Верховный заметил.

Подспудное ожидание подлянки заставляло напряженно скалиться в улыбке. Голова работала быстрее компьютера. Сет прорабатывал действия и возможные результаты: хотелось и «подарок» исследовать, и целым остаться, и желательно никого лишнего в известность не поставить.

В конце концов, решение было принято.

Сет подошел к машине вплотную, положил руку на крышу, словно задумавшись, и выдохнул заклинание. Между пальцами и металлом на мгновение засветились голубые искры. По лбу побежали капли — распутывать силами невидимый сюрприз было сложно. Под днищем что-то тихонько щелкнуло. Сет улыбнулся и произнес следующее заклинание, одновременно открывая дверь машины. Из-под днища неторопливо выплыло нечто: толстая металлическая коробка без верхней крышки, а внутри «кирпич» от которого, сквозь небольшую прорезь в стенке коробки, выходил наружу красный провод, обматывающий «кирпич» несколькими петлями.

Сет дернул уголком губ. Находиться рядом с таким подарком ему не нравилось. Направленный взрыв такого устройства, да к тому же в ограниченном пространстве машины, может, и не пробьет щиты, но находящегося в них это не спасет. Еще больше не нравилось ему то, что придется ехать с приборчиком в МВ.

— Сэр? — раздался от бара взволнованный возглас. Охранник, видно, заметил подозрительное шевеление у машины и решил проявить бдительность.

Сет поднял руку, призывая не подходить. Завел коробку в салон, опустил на переднее пассажирское сидение, мягко закрыл дверь и только тогда обернулся, резко направляясь к застывшему на полдороге человеку. Нужно было забрать запись с наружных камер наблюдения.

Несмотря на опасения, до МВ добрался без происшествий. Заехал на территорию, остановившись не на своем обычном парковочном месте, а чуть в стороне. Там, где площадка пустовала, ожидая ночную смену работников с их транспортом.

Необычное поведение начальника заметили. От казарм отделились три тени и, нервно переглядываясь, пошли к машине.

Сет выбрался, облокотился на открытую дверь, дожидаясь охрану. Те, заметив, что Верховный в порядке и один, ускорились.

— Сэр? — спросил комдес, остановившийся перед своими людьми. Он прекрасно разобрал, что маг ждет именно их.

— В машине бомба. Лежит на переднем сиденье. Пусть ее исследуют на следы и магические отпечатки, а после обезвредят, — велел он и, потеряв к охранникам интерес, пошел к главному корпусу. Сегодня днем его еще ждал срочно созванный Ка Совет по безопасности, так что, нужно было закончить с делами до того, как туда отправляться.

Дружно шарахнувшихся от машины стражей он уже не видел.

***

Огромный белый зал приемов мог восхищать, если бы не вызывал у Сета такое отвращение.

Белые колонны, золото лепнины, массивные золоченые люстры и длинный стол из ярко-оранжевого, какого-то особо редкого дерева навевали на него скуку. Тихо переговаривающиеся рожденные маги из недружественных семей, приглашенные на совет, заставляли быть настороже. Заблокированная внутри сила болезненно рвалась наружу. Использовать заклинания в зале запрещалось. Каждому на входе надевали на шею артефакт-блокатор. Короткая заговоренная нить не позволяла снять его незаметно. Чтобы избавиться от артефакта, магу приходилось вскидывать руки и расстегивать замок, что давало другим время подготовиться к атаке. Конечно, надежнее было бы блокировать магию в здании, или в кабинете, но заманить рожденных в такое место не смог бы и весь Совет.

Радовало только одно, присутствующим было гораздо хуже — здание охраняло МВ — и этот факт очень нервировал почтенных рожденных. Доверять Сету, руководившему Магическим ведомством, многие из них не могли.

Сет сидел во главе стола, откинувшись на мягкую спинку стула. В левом ухе поблескивала рубиновая серьга-накопитель, державшая в себе двадцать уровней энергии. На тонком пальце, едва слышно отбивавшем ритм по столешнице, перстень из черненого серебра с крупным рубином. Этот накопитель был слабее, всего на десять уровней. Под массивным кругляшом подавляющего силы медальона, лежащего на груди поверх тонкой рубашки, пряталась инкрустированная все теми же рубинами серебряная цепочка, выдававшая суммарно десять уровней. Пятьдесят уровней, необходимых для активации самых сильных известных заклинаний. Сет был уверен, больше никто из присутствующих не выдаст, даже с накопителями. Сет имел свой десятый уровень, все остальные ниже, и управлять лично они могли только силой пятикратного размера.

Взгляд чуть прищуренных глаз Верховного изучал «противников». Кривая, насмешливая улыбка на красивом, высокомерном лице их злила, но маги молчали. Точнее, болтали друг с другом, ожидая, когда прибудут оставшиеся.

Сет остановил взгляд на Ка. Дарн Тарол, второй в Азилуме человек после самого Сета. Ка вместе с Владетелем был последней ступенью между повелителями лотов и Верховным. Этот маг тридцати пяти лет с первого взгляда вызывал опасения. Красивый, высокомерный и надменный, с короткими черными волосами, уложенными по последней моде. Синие глаза его с желтой искрой смотрели цепко, на тонких губах играла вежливая улыбка. Тарол слишком возрастной для Ка. Он занял эту должность, когда предыдущий маг отказался от нее и вернулся к семье, под купол. Других подходящих кандидатов на тот момент не было. Таролы поддерживали семью Скай, вторую по влиятельности в Азилуме... и главных противников Моров.

Пока Моры удерживали первую позицию... но их было в два раза меньше чем Скай. Уравновешивало их только то, что все Моры имели девятый уровень и выше, а средний уровень семьи Скай был около шести. У них даже лишенный родился — Корвин Скор, свою фамилию давать лишенному глава семьи не позволил. Знали об этом немногие, но факта это не отменяло.

Дарн, почувствовав интерес Сета, бросил на него быстрый взгляд. Искривил губы в надменной ухмылке и вновь отвернулся, возвращаясь к разговору с молодой особой.

Сет перевел взгляд на нее и улыбнулся более искренне. Девушка, заметив его внимание, скривилась, вздернула носик.

«Слишком ярко проявляешь эмоции, малышка», — хмыкнул про себя Сет.

Луиза Скай, младшая дочь главы семьи. Такое пренебрежение наверняка связано с тем, что старшей Сет отказал в браке. Луизе исполнилось семнадцать, но она казалась совсем ребенком, тонкая, бледная. Огромные глаза яркого зеленого цвета с неприятной белой искрой делали ее круглое личико удивленным. Волосы цвета хорошего виски, собранные в строго просчитанном беспорядке, и вовсе превращали ее в изящную куклу.

Как помнил Сет, ее просватали еще маленькой. Луиза обладала всего шестым уровнем, ждать при этом высокородного жениха было глупо, вот родители и подсуетились. Воспитывала ее семья жениха, в этом и скрывалась причина ее несдержанности. Девочка эта готовилась на роль матери, а не для работы в правительстве. Странно, что именно ее поставили Ка-губернатором. Ей больше пошла бы роль владелицы модного дома.

В зал, громко поздоровавшись, вошла другая женщина. Не такая молодая, но крепкая и прямая, словно статуя, со строгим пучком золотисто-медных волос на голове. Не красивая, но привлекающая внимание. Лицо простое, несколько массивное, квадратное. И главное, крупные зеленые глаза с едва заметной алой искрой, придававшей ей слегка инфернальный вид. При всей необычности внешности она притягивала к себе взгляд каким-то спокойствием и надежностью. Этой женщине Сет улыбнулся искренне, даже чуть склонил голову в поклоне. Та окинула залу надменным взглядом, задержала его на Сете и так же, улыбнувшись чуть более приязненно, прошла к своему месту.

Второй Ка-лот, Эмилия Лиес. Ее семья издавна поддерживала Моров.

Третьего Ка-лота не будет. Старик, давно занимавший эту должность, предпочитал не соваться в столь глобальные дела. Он полностью посвящал себя проблемам своего лота. И Сет об этом очень жалел. Старик был ему симпатичен, и, в отличие от других, плевать хотел на семьи и привязанности. Судил он людей только по их делам.

Сет невольно отыскал взглядом последнего — первого Ка-лота. Витольд Кроган, маленький, какой-то серый мужчина, не проявляющий эмоций и привязанностей. Семья его поддерживала семью Скай, и это заставляло Сета следить за Ка-лотом с утроенным рвением. Такой тихий враг настораживал его больше чем презрительно скалящиеся остальные. Забудешь, отвлечешься, а тихоня воткнет тебе нож в спину.

— Кого еще ждем? — нарушил Сет молчание. Терять время на этом фарсе, названном советом по безопасности, у него не было никакого желания. Слишком много еще дел и переносить их очень не хотелось. И так все дни расписаны до предела. Встречу с одним из Ка-губернаторов можно провести и здесь — он был приглашен на мероприятие. Но вот вторую, с городовым и жителями собственно города уже не стоило. Горожане требовали отстоять у городового дом стариков, на месте которого тот вознамерился построить игорный клуб. Если они, минуя всех и губернатора, и Ка добрались до Верховного, то выслушать их не мешало бы. Горожане требовали отстоять у городового дом стариков, на месте которого тот вознамерился построить игорный клуб.

— Еще два Ка-губернатора, — ухмыльнувшись несдержанности Верховного, произнес Ка.

Сет кивнул, так и не вынырнув из своих мыслей.

Дверь плавно разошлась, пропуская в зал двух опоздавших. Те суетливо поздоровались и торопливо прошли к своим местам.

— Что ж, можно начинать?! — не то спросил, не то утвердил Ка.

Сет кивнул ему, дозволяя.

— Тогда позволит ли Верховный поинтересоваться, что произошло два дня назад? — Дарн не сводил с Сета выжидающего взгляда и, видно, прочитал в его глазах, все, что тот думает о таком вопросе, потому как чуть торопливо добавил, — нападение на купол — это не шутка, Верховный!

— Вы же все всё прекрасно знаете, — насмешливо парировал Сет, изломив бровь, — не зря ведь столько кляуз родственничкам отправили.

Вольг, ночной помощник, еще в первый вечер показал Сету список писем от рожденных, находящихся за пределами Солара.

— Ты что же, читаешь наши письма? — возмущенно вскинулась Луиза Скай, сверкнув на Сета зелеными глазами.

Тот чуть склонил голову, не убирая с лица насмешливой улыбки, словно подтверждал девушке ее слова.

— Да как ты смеешь?! — взорвалась она возмущением.

Сет молчал, размышляя. Как он помнил, муж этой особы тоже по эту сторону купола. Если приложить немного усилий, показаться вместе перед телевизионщиками и газетчиками, можно было несколько расстроить пигалице будущее. После такого скандала ее наверняка заберут домой. К тому же, возможно, семья мужа затаит на семью Скай некоторую обиду. Сет сменил выражение, улыбнулся девушке тепло, добавив во взгляд задумчивого тумана. Об обиде на свою семью он даже не задумывался, она и так была достаточно большой.

Девушка смутилась, потупилась, резко побледнев.

— Не стоит так волноваться, леди, он не имеет доступа к нашим перепискам, — успокаивающе, но не без досады ответил ей Дарн Тарол. — Верховный, вас не должна волновать наша переписка. Зато нас волнует ваше нежелание признавать свои ошибки. Возможно, стоило бы поставить перед Советом вопрос о вашей компетентности.

— Ты ведь уже это сделал?! — Сет отвернулся от Луизы, возвращая на лицо насмешливое выражение. — Для этого мне не нужно читать писем. Моей некомпетентности? Вам не кажется, уважаемый Ка, что вы вешаете свои промахи на меня? Вы правильно заметили, я Верховный. В мои обязанности входит собрать с вас отчеты, перебрать их, проанализировать и отправить Совету, а, получив ответ, раздать необходимые указания. У Даргвитара семь хозяев: городовой, губернатор и его Ка, лот и его Ка, а также вы, уважаемый Ка вместе с Владетелем! Именно вы все должны были заметить и предотвратить не только само нападение, но и образование этих, вредоносных, структур. В городе появились две независимые террористические организации, а наши доблестные Ка даже не шевелятся. Нет, конечно, мы можем расширить МВ, ввести строгий надзор над вашей деятельностью. Но пока этого не произошло, вы обязаны следить не только за работой ночных клубов и игорных домов, но и над вашими подданными.

Сет говорил спокойно, насмешливо, но от его слов лица противников все сильнее вытягивались. Даже некоторые лояльные Ка-губернаторы пошли красными пятнами, словно желая вступить в дискуссию насчет своих обязанностей.

— О группировках нам известно, — змеей улыбнулся Ка. — Но вы забываетесь — не мы владеем самой влиятельной военной организацией. Мы могли бы поставить вас в известность, но вы и так все знаете. Дальше, Верховный, это только ваша забота. Но, боюсь, вы предпочитаете разносить бар, вместо того, чтобы разнести несколько обнаглевших преступников.

— Как я мог забыть, — вторя Ка, протянул и Сет, — ведь бары и клубы — это ваша вотчина. А я, видно, посмел перейти вам дорогу? Как, отыгрались седьмого дня?

Ка не изменился в лице, только разлившаяся бледность рассказала, что слова Сета достигли цели.

Более несдержанные Ка-губернаторы заворчали. Им тут же ответили лояльные Морам. Поднялся гвалт, втягивающий все новых и новых спорщиков. Только Дарн Тарол смотрел на Сета неотрывно, с насмешливым высокомерием.

Тот так же взгляд не отводил, но мыслями был далеко от надоевшего зала. Тарол задел несколько давно зревших сомнений.

Такого пустого, сверлящего взгляда Тарол не выдержал, отвернулся и громко велел:

— Тишина.

Ка-губернаторы нехотя притихали, возвращая внимание Верховному.

— Благодарю, — кивнул Сет Таролу, — как вы правильно заметили, уважаемый Ка, — Дарн удостоился легкого кивка. — Эти организации — мое дело. И вам соваться в него не стоит. Ваши очень важные собрания лишь отвлекают меня. Беспокойство ваше так же ни к чему, пока у меня все под контролем. Когда я этот контроль утрачу, Совет пришлет мне замену. И поверьте, справится в этом без вашей, определенно неоценимой, помощи!

Сет мгновение полюбовался злыми и кислыми рожами противников и закончил:

— Если больше ни у кого нет ко мне вопросов, претензий или советов, я предпочту откланяться. В отличие от вас, дорогие мои рожденные, у меня действительно много дел.

Сет еще несколько секунд молча сидел, вздернув брови: ожидал перечисленных обращений — но никто голоса так и не подал. Тогда он встал, приглашающе кивнув Мишелю, Ка-губернатору с которым необходимо было переговорить.

Шум в зале возобновился, когда Верховный вышел и продолжался столько, сколько он разговаривал с Ка-губернатором. Возможно и дольше, но Сет уже не слышал. Быстро сбежал по лестнице, прошел широкий церемониальный зал и под чуть испуганными взглядами стражей, пробивавшимися даже сквозь темные щитки, вышел из здания. Остановился, дожидаясь, пока парковщик подгонит машину.

Огромное пустое пространство, раскинувшееся от входа до ворот, заставляло его несколько напряженно всматриваться в окружение. Сет сам не заметил, как добавил еще один щит.

С места его «Террос» рванул с ревом.

По-хорошему, стоило взять на встречу охрану, но Сет и так опаздывал, чего не любил в других и уж тем более не собирался терпеть в себе.

Улочка была из старых, построенных сразу после уничтожения четвертого лота: широкая, мощенная диким камнем — добыча, как и производство, тогда надолго встали, породив тяжелые времена — с низкими, плотно стоящими бок о бок зданиями. Тротуары, намного более широкие, чем проезжая часть, радовали зеленью деревьев, чего в новых районах не встретишь — нерентабельно.

Двухэтажные домишки услаждали взгляд обновленными фасадами, цветастыми вывесками и украшениями. Из захолустной окраины эти улицы давно перешли в разряд элитных. Ветхий, облезлый дом стариков, с покосившимися окнами и осыпавшейся штукатуркой выделялся среди них, словно разложившийся труп на витрине кондитерской.

Перекрывшие дорогу полицейские без проволочек пропустили знакомый горожанам «Террос» Верховного. А вот подъехать к дому вплотную мешала собравшаяся толпа.

Не меньше пяти сотен горожан, некоторые с плакатами, кричали на стоящего у здания под охраной полицейских городового. Судя по красной роже, тот в долгу не оставался. Между ними сновал десяток фотографов, и пятеро телевизионщиков в сопровождении операторов.

Сет медленно выбрался из машины, на мгновение застыл под ненадежной защитой дверцы. Дернул досадливо головой: не любил он таких сборищ — и все же направился к городовому, поправляя выбившуюся из-за уха прядь. Толпа по давней привычке, замолчала, расступилась, позволяя Верховному пройти, куда тот хотел, и только тогда вновь сомкнулась. Единичные выкрики быстро переросли в безумный гул, мокрые, красные лица слились в одну сплошную массу. Сет едва удерживал на лице безразличное выражение. Некоторое время молча наблюдал за колыхающейся массой тел, а после развернулся к ним спиной, заставив потрясенно замолчать.

Здание вызывала одно желание, никогда не оказываться внутри. С такого близкого расстояния оно смотрелось еще хуже. Казалось, стоит чихнуть и эта коробка сложится, придавив своей массой глупцов, стоящих у ног. Красная лента, облепившая окна, добавляла какого-то потустороннего запустения. На двери она, оборванная, трепетала змеиным языком, вызывая необоснованные опасения.

— Давайте по существу, — попросил Сет, разворачиваясь к толпе. Вспышки фотокамер тут же взорвались фейерверком, ослепляя. Городовой подступился ближе, став справа и тихо рассказал:

— Сэр, вы же видите, это здание только под снос!

— Это здание тебя старше, — заорала полная тетка в ярко-красном спортивном костюме, перетянув внимание Сета на себя, — и столько же еще простоит. Куда стариков прикажешь? В бар ваш, пиво разливать? Или готовить?

— А может, смотреть за ними дома? — тихо и задумчиво уточнил Сет, заставив всех прислушиваться. — Зачем вы своих стариков в этот дом сдаете?

Толпа замялась и притихла. Повинуясь общему настроению, опустила взгляд, разом напомнив нашкодивших детей.

— Так ведь не у всех семьи есть?! — первой взяла себя в руки та самая полная женщина. — Им-то куда, бездетным?

Расслышав ее слова, подняли взгляды и остальные, будто она нашла им всем оправдание.

Сет кивнул, принимая слова. Он не хотел злить или стыдить толпу. Эта часть жизни как-то прошла мимо него. Он лишь догадывался, что такие заведения существуют, но никогда не интересовался ими. Финансировались они с городской казны, не затрагивая таких высоких личностей, как Верховный или даже Ка. К тому же магам на свои проблемы лишенные жаловаться не любили.

— Городовой? — чуть повернул он голову к тому.

— Да хватает мест в других, — возмущенно взревел он. — Видит Наблюдающая, не выкину же я их на улицу?!

Сет вновь кивнул, подтверждая, что услышал и эти слова. Сама необходимость его присутствия здесь все больше вызывала сомнения. Городовой, хоть и не маг, казался ему вполне толковым человеком. Сета начало раздражать, что этот день из загруженного важными делами обратился потраченным впустую.

От нарастающего недовольства сознание отвлекло ощущение какой-то неправильности. Знакомое чувство опасности, уже испытанное сегодня.

Думать и рассуждать Сет не стал. Резко развернулся к зданию, вскидывая руки для защитного заклинания. Взрыв прогремел через два удара сердца. Щит словно выдавило внутрь, ударив по вытянутым рукам. Сет едва устоял на ногах, когда его продвинуло назад, впечатав спиной в стоящий у дороги магический распределитель. Из носа хлынула кровь, ухо обожгло. Уровень защитного заклинания превысил двадцатку. Вверх взвилась пыль, во все стороны полетели обломки кирпичей. У Верховного они резко останавливались, врезаясь в невидимую преграду, и крошевом опадали на плитку.

Где-то вдали, на краю сознания, заорали. Зашлись лаем собаки. Застучали окна и двери.

— Да какого моонга? — зло спросил Сет у оседающей пыли, подождав достаточно, чтобы мог прогреметь и второй взрыв, имейся для него все необходимое.

Вторая бомба за день ему показалась излишней.

За спиной нарастал шум. Визжали и причитали женщины, щелкали затворы фотоаппаратов, а первыми оправившиеся телевизионщики спешили просветить зрителей о случившемся.

Ошарашенный городовой, выпучив глаза, все так же стоял справа — точнее, теперь, после разворота, слева. Он, не мигая, смотрел на порушенные стены спорного здания.

— Зато проблема решилась сама собой, — немного успокоившись и оглядевшись, оценивая ущерб, констатировал Сет вполголоса: чтобы лишние не услышали.

Городовой расслышал, перевел на него безумный взгляд.

Сет тыльной стороной ладони утер сбегавшую из носа кровь и велел городовому:

— Убери всех отсюда. Пусть полиция оцепит само здание и ближайшую территорию до приезда МВ. Толпу не распускать.

Полицейские, словно ждали команды Верховного, после его слов зашевелились, пытаясь привести хоть к какому порядку толпу.

Удостоверившись, что городовой не только услышал его слова, но и понял, и начал действовать, Сет достал телефон. Кажется, этот день будет гораздо длиннее, чем он рассчитывал.

Глава 6. Ну хоть один приятный вечер

В МВ Сет вернулся поздно, уставший и злой. Никаких следов найти не удалось. Видео с обычных камер передали специалистам. Камеры магические оказались выведены из строя, так же как и возле бара. Похоже, безгрешные «Антимаги» не гнушались пользоваться магическими изобретениями. Кто-то целенаправленно влил в технику не меньше десятка уровней — ни одна не подлежала восстановлению. Опрос жителей соседних домов поручили полиции. Оставалось только ждать результатов.

Сет сидел в своем кабинете. Закинул ноги на стол и развалился на удобном стуле, размышляя. Приятная полутьма — он не стал включать основной свет, ограничившись настольной лампой — убаюкивала. Приходилось напрягать последние силы, чтобы не закрыть глаза. В этой темноте, словно издеваясь, маняще поблескивал кожаной обивкой небольшой диванчик. Рядом, так же зазывая вздремнуть, сверкало сиденьем не такое удобное, но до моонга притягательное мягкое кресло. От этих соблазнов Сет и убрал взгляд на потолок где рассматривал порожденные лампой тени — произошедшее позволило мозгу сделать несколько выводов, и над ними нужно было подумать.

«Убрать хотят меня. Но зачем? Отвоевать себе три дня, пока Совет будет решать, кого прислать на мое место? Так ведь, такого не простят. Вместе с новым Верховным пришлют и десяток компетентных магов. Они быстро перевернут весь город, проверят и перетрясут каждого, но достанут виновника. Смерть рожденного, к тому же из высшей семьи просто так не оставят. Тогда что? Метят на мое место? Глупо. Это Ка-губернатора лишенные могут выбрать из предложенных Советом кандидатов. Верховного Совет назначает сам. Так что же они хотели этим показать? Не убить, а так, запугать? Глупо. Будь я немного более послушным сыном, и Совет уже стоял бы на ушах, отправляя мне все тех же компетентных магов».

Несмотря на все проблемы, что принесли ему, «Антимаги» и «Достойные» вызывали его искреннее восхищение. Не сами пешки-исполнители. Тот, кто их организовал. Как понял Сет из допроса, исполнители никогда не видели руководителя. Более того, отдельные группы не видели друг друга, а иногда и участников одной группы. Кто-то собирал их с помощью писем, отправленных по «Паутине». Координировал, давал задачи и посылал на убой. И они шли. Если задача была сложной, как нападение на купол, то этот кто-то еще и снимал подходящую площадь, для тренировки. На подставных лиц. А еще он обеспечил всех их капсулой с ядом, способным убить за мгновения. Сету несказанно повезло, что попавший к нему в руки мужчина боялся яда больше, чем чего бы то ни было на свете. Попасть в руки Верховного он при этом не рассчитывал, шел насмерть в прямом смысле.

— Так что же? — шепнул Сет, пытаясь прогнать наваливающуюся дрему.

«Запугать, запугать... А если этот кто-то слишком хорошо меня знает? Договориться! Показать мне, что моих сил не хватает для контроля ситуации. Я слишком явно высказывался о своем нежелании возвращаться за купол. Если меня достаточно довести, показать мою беспомощность, то можно ставить условия. Например? Например, передача управления из рук Совета в руки лишенным. Это ведь их задача? Передать власть в руки обычных людей. Закрыть магов в Соларе навсегда. И с моей помощью этого можно добиться».

— То есть, мне нужно просто ждать? И они сами объявятся, пытаясь наладить контакт?

Настораживало и одновременно подтверждало предыдущий вывод то, что организатор готов был тратить на своих кукол большие деньги. Помещения, накопители, артефакты стоили не дешево, а еще их было очень сложно достать. Вряд ли этот кто-то смог наладить производство магических предметов по эту сторону купола: слишком много энергии требовалось. Такую потерю МВ точно зафиксировало бы. А контрабанда из Солара просачивалась, несмотря на все меры. Да, достать все трудно, но не невозможно.

Все это говорило о положении человека. Против Верховного выступал кто-то не ниже губернатора, а может и сам Владетель.

Когда сменялся Ка — любой, хоть Ка-губернатор, хоть Ка — он менял и своего «напарника». Кому охота терпеть рядом с собой чужого соглядатая.

Стоило проверить всех губернаторов, чьи Ка уже объявили об уходе, или готовятся это сделать. На всякий случай проверить и Ка, которых хочет сменить Совет, но которые сами не хотят возвращаться в Солар. Ну и последним, нужно было проверить службу пересылки в поисках контрабанды.

Медитативное разглядывание потолка прервала открывшаяся дверь. В кабинет вошел такой же измученный Вольг: черноволосый крепкий и высокий пробужденный пятого уровня. Добродушное лицо его с квадратным подбородком, словно сошедшее с телеэкранов, всегда несло на себе какое-то хитрое, чуть лукавое выражение. Хотя Сету неоднократно удавалось увидеть и другого Вольга, того, что живет по ту сторону весельчака.

— Вольг, — как всегда задумчиво констатировал Сет, словно только и думал, как бы завалить подчиненного работой.

— Сэр? — поинтересовался тот, прекрасно зная привычки начальника.

— Сядь, — велел Сет, выпрямляясь на стуле, а после вообще нырнул под стол. Оттуда тут же раздался знакомый звон посуды.

Вольг понятливо хмыкнул. Прошел вглубь кабинета, легко переставил «гостевой» стул и опустился на него, наблюдая, как возникают на столе стаканы и бутылка. Последним вынырнул и сам Верховный. Быстро разлил по стаканам виски и один чуть подтолкнул, показывая Вольгу взять.

— Ну? — велел Сет, делая первым глоток из своего стакана.

— Пусто. Камеры у бара не зафиксировали никого подозрительного у вашей машины.

— Как я и думал. Что-то мне кажется, что и у дома стариков так же никого не было, — устало прикрыл глаза Сет, — Бомба?

— Пусто. Следов нет. Вещь полностью безмагическая, чистая.

Чистая, значит, лишена магических следов. Сет покивал своим мыслям и вновь задумчиво протянул:

— Вольг. Проверь работников службы пересылки... только без Рема.

Вольг понятливо хмыкнул — в нелюбви к дневному помощнику они с начальником сходились — а после осторожно посоветовал:

— Может, в «Бегемот»?

Сет на минуту представил себе покой в шумной атмосфере бара. Симпатичных девушек у пилона и выпивку, которая позволит хоть на пару часов выключить перегруженный мозг. Вздохнул, но с сожалением признал:

— Нет, не время. Работы до моонга.

— Вас эти моонги в Бездну и утащат, если не позволите себе хоть немного отдохнуть, — добродушно буркнул Вольг, но настаивать не стал.

Сет криво улыбнулся и, понимая, что скрывать усталость не получилось, прикрыл глаза, откинувшись на спинку стула.

Вольг сделал глоток из стакана, посмотрел, как расслабляется лицо Верховного, как склоняется набок его голова, хмыкнул тихо и, допив напиток, так же беззвучно вышел из кабинета. Работу ему подкинули, нечего расслабляться.

***

Сет дернулся во сне и распахнул глаза, вскидывая руку для атаки: приснилось, что за ним пришли моонги.

Тишина и полутьма кабинета успокаивающе огладила взвинченные нервы. Верховный, разобрав, что никаким моонгам он пока не нужен, устало растер лицо. Осмотрел натюрморт из бутылки и двух стаканов, пустого и с остатками напитка, и настороженно позвал:

— Вольг?

Ответом ему была все такая же полная, восхищающая усталый мозг тишина. Не хотелось даже шевелиться, только бы это благостное молчание не исчезло. Но Сет встал, плавно, стараясь не нарушить тишины. Таким же беззвучным, хищным шагом прошел к двери. Тело, реагируя на поведение, подключило все чувства. Верховный ловил спокойные потоки энергии защиты, видел дрожание прицепившегося к костюму волоса. Сквозь окружающее безмолвие стали пробиваться и едва различимые звуки коридора: там бродили, изображая цепных псов, охранники. Сет, досадуя на собственную выучку, мотнул головой, отгоняя настороженность, и рывком распахнул дверь.

Вольга на месте не оказалось.

Пока Верховный думал, стоит ли искать помощника, тот и сам явился. Осторожно открыл входную дверь и застыл, рассматривая стоящего напротив начальника. Вместе с ним в кабинет ворвались уже громкие и четкие звуки шагов и тихие разговоры, а также до тошноты аппетитный запах кофе и свежей выпечки.

— Сэр? — сообразив, что темная фигура напротив ему не привиделась, весело спросил Вольг и закрыл дверь.

— Ты где был?

— Так проверку делал?! — недоуменно округлил глаза он и понятливо протянул, — только проснулись? Проверку службы пересылки.

— Ах да, — Сет вновь устало потер лицо. — Зайди. — И маг, развернувшись, побрел к своему месту.

Вольг с понятливым смешком последовал за ним.

Садиться Верховный не стал. Дошел до кофемашины и словно обнял ее, на самом деле нажимая незаметные кнопки.

— Будешь?

— Сладенький!

Сет весело улыбнулся, он и так знал привычки помощника. Именно благодаря ему в машине постоянно не было сахара, а в шкафчике с «вкусным» — конфет.

— Говори пока, — велел Сет, наблюдая, как тонкой струйкой набегает в белую чашечку горячий напиток.

— А нечего говорить, сэр, — досадливо вздохнул помощник, делая круг по кабинету — к шкафчику для вкусняшек, — а после усаживаясь на дожидавшийся его стул. — Все у них в порядке.

— Официально ходил? — понятливо хмыкнул Сет, осторожно снимая чашку и устанавливая другой режим.

— А как по-другому? — скривился от досады Вольг, разворачивая первую конфету из горки одинаковых, лежащих перед ним. — Я только из кабинета вышел, они уже знали, что к ним иду!

Сет взял и вторую наполненную чашку. Молча прошел к своему месту, опустил обе на стол, пододвинув сладкий кофе Вольгу, и сел, задумчиво побарабанив пальцами по подлокотнику.

— Будем устраивать панику, — наконец констатировал он, а на недоуменный взгляд помощника спросил, — письма мои ты уже забрал?

Вольг утвердительно кивнул. Обычно послания из Солара для Сета забирал утром Рем. А уже остальное, прибывшее в течение дня, вечером забирал Вольг.

— Значит, отложим на завтра, — со вздохом решил Сет. — Перед тем как идти за письмами, зайдешь ко мне. Я тебе одну игрушку дам.

Вольг, наконец, понял, что имел в виду Верховный. Отставил уже пустую чашку к кучке фантиков и, лукаво ухмыльнувшись, побрел гонять монстров в свой кабинет.

Вернулся он слишком быстро.

— Сэр?!

Сет, тупо сверливший взглядом чашку, изумленно вскинул взгляд. Обычно с таким надрывным зовом к нему приходил дневной помощник, причем приходил весь, с прямой спиной и чуть согнутой шеей. Ожидать, что настолько паникерские вопли будет издавать торчащая из-за двери голова ночного помощника, он не мог.

— Вольг? — подозрительно уточнил Сет у пучившей глаза головы.

Голова дернулась вверх и обзавелась все же просочившимся в кабинет телом.

— Эмилия Лиес не покинула лот. У нее возникла какая-то проблема.

— Вот же... ясно, — Сет выпрямился, растер лицо рукой и уточнил, — где она?

— Идет сюда, вот-вот будет!

— Моонг, — рыкнул Сет, подрываясь со стула и хватая застывшую на столе бутылку, — так какого ты мнешься?

Следом за бутылкой под стол были упрятаны и стаканы. Сет покрутился, разглядывая кабинет на присутствие еще каких неучтенных слабостей и смахнул в урну оставленные Вольгом фантики. Больше ничего не нашел и успокоился. Вовремя, в дверь осторожно постучали, и на месте еще недавно торчащей головы помощника появилась другая, в черном шлеме с убранным щитком.

— Сэр, Эмилия Лиес в здании.

— Вышли вон, ведите сюда, — велел он разом и стражу и Вольгу.

Те метнулись прочь, а еще через минуту в кабинете помощников раздались голоса и осторожные шаги.

— Эмилия Лиес, сэр! — словно вышколенный мажордом объявил прямой как палка Вольг, отворивший дверь.

— Благодарю, — кивнула ему женщина, проходя мимо.

Дверь тут же притворилась, оставив рожденных наедине.

— Эмилия? — изобразив легкое удивление, подступился к ней Сет, расплываясь в приветливой улыбке. — Какие-то проблемы с порталом?

— Нет, губернаторы покинули лот.

Сет прикоснулся губами к ладони женщины.

— А я решила задержаться.

Взгляд над ладонью стал понятливым, хитрым и предвкушающим.

— Желаешь развлечься, погулять или отдохнуть?

Сет выпрямился, но женскую ладошку выпускать из рук не стал.

— Отдохнуть, — со вздохом сожаления проговорила Эмилия, и в зеленых глазах вихрями заплясали алые искры. — Я так устала на этом собрании. Давно я не видела столько глупости в одном месте. Не понимаю, как ты смог сдержаться? Тарол нарывается. Его, похоже, очень беспокоит, что власть Верховного так долго находится в руках Моров.

— Он что-то интересное высказал? — хмыкнул Сет, наконец отпуская крепкую, широкую ладошку. Извинившись, вернулся за стол, спрятал документы и, сдернув со стула пиджак, натянул его на себя.

— Нет, — проследив за всеми манипуляциями, поморщилась Эмилия. — Как обычно, заливал мед в уши. Но я бы на твоем месте была с ним настороже. Скользкий тип.

— Как и я? — хохотнул Сет, возвращаясь и вновь взяв женскую руку в свою.

— Как ты, — кивнула Эмилия, прекрасно помня свои слова насчет, тогда еще молодого Ка-губернатора, Сета Мора.

Сет довольно усмехнулся и повел свою гостью на выход: отдыхать они предпочитали у него дома.

У машины Эмилия остановилась, с укором глядя на Сета.

— Что-то не так? — он успел только взяться за ручку двери и теперь с интересом следил за женщиной.

— Ты пил сегодня, Мор, — с укоризной произнесла она, чуть поджав губы.

Сет усмехнулся, склонив голову, посмотрел на нее насмешливо из-подо лба: женщина стала напоминать строгую учительницу.

— У меня нет личного водителя, — наконец сдался он, расплываясь в еще более хитрой усмешке.

— Ничего, я готова и на наемного извозчика, — непреклонно заявила Эмилия, отворачиваясь от машины.

Сет хохотнул, стукнул ладонью по крыше своего монстра и все же отошел. Предложил женщине локоть и, тихонько посмеиваясь, повел к главным воротам: сюда наемный экипаж все равно не пропустят.

***

Когда объятья утомили, маги перешли в студию, освежиться. Огромное, как и все в квартире Сета, помещение освещалось лишь светом луны да едва заметными зелеными бликами от купола, забиравшимися внутрь через панорамное окно, занимавшее всю дальнюю стену. Этого света хватало, чтобы рассмотреть каждую мелочь в студии. Небольшой диванчик посередине, напротив входа, и низкий кофейный столик перед ним. Длинную барную стойку, отрезавшую от пустой обеденной зоны закуток с приборами и большой бар черного дерева.

Сет первым делом направился туда. Снял с рейлинга два бокала и, выбрав в баре подходящее настроению вино, наполнил их. Вышел из-за стойки и поднес один Эмилии, завороженно рассматривающей открывавшийся из окна вид: искрящиеся накопители у самого здания, черное безмолвие парка, отделявшего город от стен купола, и сам купол, переливавшийся зелеными волнами. Магия, защищавшая Солар и днем практически незаметная, ночью порождала великолепный эффект. Сам Сет прошел к диванчику и осторожно на него опустился, рассматривая застывшую женщину.

— Но ведь Тарол прав, Мор?! — Эмилия сделала глоток и чуть повернулась, позволяя луне обрисовать все изгибы. — Почему ты не желаешь уничтожить взбунтовавшихся людей?

Сет поморщился и чуть прикусил губу.

Крепкая фигурка женщины сияла в свете Наблюдающей. На фоне зеленоватых переливов купола она смотрелась соблазнительным моонгом. Крупные черты сгладила тьма, угловатое тело обрело чарующую гибкость, водопад волос подчеркивал то, что при свете дня скрывали одежды.

— Их нельзя уничтожить, — наконец выдохнул Сет, отгоняя от сознания колдовство ночи.

Эмилия удивленно обернулась. Пусть выражения ее лица было не разобрать, Сет четко знал, слова изумили ее.

— Почему? — неожиданно наивно спросила она.

Сет хмыкнул и, поднявшись с диванчика, медленно двинулся к окну. Прикасаться к стоящей женщине не стал, вместо этого уставился вдаль, куда-то за зеленые переливы магии, разделяющей два мира.

— Их слишком много, Эмилия, — на выдохе признался он.

— Значит, нужно оповестить Совет, — заговорила она напряженно. — Пусть пришлют тебе подмогу. Очисти мир от...

— От кого, Эмилия? — повернулся к ней Сет, и Эмилия невольно отшатнулась. В глазах его были и злость, и насмешка, и высокомерное пренебрежение. Но Сет тут же отвернулся обратно, глухо заговорив, — от половины населения? От всего? А они позволят?

— О чем ты? — неуверенно прошептала она, вцепившись в бокал двумя руками. Пальцы ее чуть дрожали, выдавая охватившее напряжение.

— О том, что наша власть в мире подходит к концу, — спокойно констатировал Сет, бросив на женщину быстрый взгляд. — Сколько нас? Тысячи полторы наберется?

— Больше, если учесть всех низкоуровневых потомков низших семей, то выйдет больше двух тысяч! — Эмилия не сводила взгляда с лица Верховного. Его слова злили и пугали, но кривая, какая-то грустная усмешка заставляла слушать дальше.

— Это не имеет значения, все равно мало, — хмыкнул Сет, и усмешка на доли мгновения стала совсем уж печальной, но Верховный быстро вернул ей первоначальный вид. Пробужденных уже около десяти тысяч, — зло выдохнул он, — а лишенных два миллиарда. Два миллиарда, Эмилия! — Сет полностью повернулся к женщине, всматриваясь в ее глаза цепким взглядом.

— Но, они ведь лишенные, — прошептала она потупившись. Слова дошли до нее, а главное, заставили задуматься.

— Да, — легко согласился Сет, отвернулся и пошел к диванчику, у которого ждала их бутылка вина. Подхватив ее, вернулся и наполнил бокалы себе и Эмилии. Поставил пустую бутылку у стекла и поднял взгляд к Наблюдающей, заливающей землю ровным серебристым светом. Кое-где были видны и алые пятна взора Карающего, но сам бог прятался от Верховного с другой стороны здания. — Но есть одна проблема — технологии. Мы следим за изобретениями, изымаем неугодные, истребляем опасных деятелей, но прогресс остановить нельзя, Эмилия. Уже сейчас некоторые изобретения готовы поспорить с магией. И люди об этом догадываются. Уничтожить новое мы можем только вместе с первым лотом. Да, так мы откатим прогресс лет на сто, и даже застопорим его на какое-то время. Но, сдается мне, это не выход. Недавно, — Сет повернул голову и улыбнулся хитро, — ко мне пришел человек. Ученый. Мне... хм, нам, очень повезло, что он оказался достаточно стар, чтобы сравнить меня и других Верховных, которых ему удалось повидать. Так вот, его изобретение способно не просто пробить щит, оно способно стереть Солар в пыль.

— Ты убил его? — со страхом и надеждой спросила Эмилия.

— Нет, конечно, — изумленно округлил глаза Сет. — Я выделил ему закрытую лабораторию, где он и работает в данный момент. Совершенствует свое изобретение и ищет защиту от него.

— Но, как же?..

— Эмилия, я же сказал, — устало выдохнул Сет и вернулся к дивану, где и расселся, запрокинув голову и прикрыв глаза. — Нельзя остановить прогресс. Я уничтожу его, а завтра кто-то другой сделает это открытие. Только на этот раз не придет ко мне, а продаст его тем же «Антимагам». Нет уж, я предпочитаю держать такое под контролем.

— Но, может, этот кто-то уже изобрел и... — в голосе женщины уже явно слышался страх.

— Поэтому ученый и работает сразу и над защитой от своего детища, — хмыкнул Сет.

— Твои слова кощунственны, — рвано вздохнула она и быстро подошла ближе. Опустилась рядом на диван и прижалась всем телом, положив голову Сету на грудь. — По ним выходит, что рожденным конец... Но что нам делать?

— Выходит, — согласно выдохнул он, перебирая пальцами свободной руки пушистые пряди, щекотавшие живот. — Поэтому нам нужно договариваться. Менять суть управления. Вливаться в новый мир, чтобы не остаться на его задворках вышвырнутым мусором.

— Они ведь не согласятся, — шепнула женщина, прижимаясь еще отчаяннее. — Фанатики...

— Поэтому, договариваться нужно не с фанатиками, а с имеющими власть. Поэтому, я прошу Совет дать больше воли лишенным правителям. Чтобы новые маги, присланные на службу, не меняли их под себя, а слушали и считались с их мнением.

Сет выровнялся, насмешливо рассматривая хмурое, чуть испуганное лицо женщины.

— И что Совет? — недоверчиво хмыкнув, спросила Эмилия.

— Ты правильно угадала, — в голосе Верховного сквозил смех, пусть и с оттенком грусти. — Мне мягко, пока еще, намекают не ломать устоев.

— Ох, Мор, — приподнявшись и вглядевшись в блестящую пропасть глаз Верховного, прошептала Эмилия. Поставила бокал на стол, перекинула ногу через колени мага, садясь на него сверху. Отобрала и поставила и его бокал, а после, медленно склоняясь к его лицу, прошептала, — надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Я предпочту не совать свой нос в твои дела, но если что, ты можешь рассчитывать на меня. Только... будь осторожен, Мор. — И она коснулась его губ своими, с нарастающим возбуждением ощущая, как поползли по спине теплые ладони.

Глава 7. Добрый начальник

— Доброе утро, — неприязненно буркнул вошедший Рем и прямо двинулся к кабинету Сета: поздороваться.

Общего у двух помощников Верховного были только должность и отвращение на лицах, направленное на своего сменщика. На фоне Вольга Рем выглядел юнцом. Худощавый и длинный, с растрепанными темно-русыми волосами и каким-то растерянным выражением на симпатичном лице он, тем не менее, больше подходил для такой должности.

— Его еще нет, — не отрывая взгляда от экрана, где завершал миссию по поимке преступника, буркнул Вольг.

Рем недоуменно посмотрел в его сторону, затем вновь перевел взгляд на дверь кабинета.

— А где он?

— Будет поздно. У него, — Вольг насмешливо хохотнул и отодвинулся от экрана, потянувшись на стуле. — Очень важная встреча с рожденным магом.

Рем стал совсем уж растерянным: ни о какой встрече его не предупреждали.

Но Вольг только рассмеялся, вызвав выражение досады на лице коллеги.

— Что за веселье? — с интересом спросил вошедший в этот момент Сет.

— Сэр, — Рем зло взглянул на Вольга, решив, что тот опять над ним издевается.

Но лицо ночного помощника скривилось, на начальника тот смотрел с явным укором.

— Ну и чего вы так рано явились? Будто заняться нечем?!

— Вольг! — насмешливо осадил его Сет, проходя через весь кабинет. Открыл дверь и заявил, — будешь совать нос, останешься на вторую смену! — и нырнул, захлопнув ее за собой.

— Пф, — высказал ей Вольг все, что думает.

***

Вечером, как и было велено, Вольг заглянул к Сету.

Верховный валялся на диване, закинув ноги в остроносых туфлях на его спинку, и разговаривал по телефону. Судя по жестким, отрывистым фразам — разговаривал по работе. На помощника он бросил быстрый взгляд, показав ему палец, в просьбе подождать немного.

Вольг кивнул — Верховный этого уже не видел — и огляделся в поисках стула. Обнаружился тот в самом углу сиденьем к стенам, словно Сет решил его наказать. С усмешкой подцепив стул, Вольг поволок его к столу.

Сет протяжно зарычал-застонал, сигнализируя о том, что разговор закончен. Под насмешливым взглядом помощника сел на диване, зло пригладил волосы, заправив за ухо непослушную прядь. Так же резко поднялся и пошел к своему месту. С какой-то брезгливостью осмотрел висящий на спинке стула дорогой, темно-синий пиджак, и рухнул в чуть закачавшееся кресло.

— Ненавижу! — сложив руки на столе, признался он Вольгу.

Кого Верховный ненавидит, тот предпочел не спрашивать, но ухмыльнулся еще лукавее.

— Так, — закатив глаза от такого проявления радости на чужом лице, выдал Сет, — ты у нас идешь за посланиями. Осторожно выдвинув верхний ящик, Верховный извлек оттуда небольшую серебряную пластинку с крохотным рубином в центре и паутинкой проволочек вокруг него. — Пристроишь там, где не найдут. Можешь даже за дверью, главное, как можно ближе к комнате распределения. Активацию проведешь за пять минут до этого. — Сет вновь запустил руку в ящик. На этот раз наружу показалась тканевая маска с нанесенными знаками. — Притаишься поблизости, наденешь маску и ждешь, когда сработает сигнализация, плюс пять минут. — Сет задумался, все ли сказал и на всякий случай добавил, — маску активировать не забудь!

Вольг хохотнул, потянул к себе выданное и спрятал, примостив в карманах брюк.

— А что будет?

— «Парализующий туман».

— В закрытом помещении? — потрясенно округлив глаза, хохотнул Вольг. — Жестоко!

— Ничего. Если ничего не найду, выпишу премию. Если найду, им это покажется довольно ласковым подходом, — жестко отрезал Сет, посмотрев на него из-подо лба, и Вольг тут же прекратил улыбаться. Такой Верховный шуток не понимал.

«Парализующий туман» — боевое заклинание для открытого пространства. Оно валило с ног врага, делая его тело непослушным. Это было несколько болезненным, но не слишком опасным. Но в закрытом помещении все было по-другому. Из-за продолжительного воздействия туман парализовал тело, напрягая мышцы. К концу действия мышцы сводило от боли. К тому же был большой шанс, что попавшие под заклинание люди не смогут не только шевелиться, но и дышать.

— Но, сэр, а если?.. — Вольг попытался воззвать к совести Верховного и тут же потупился, заработав еще один жесткий взгляд.

— Я буду ждать неподалеку. Так что подстрахую. Не перемрут же они за пару минут?!

Вольг кивнул, хотя пара минут показалась ему достаточно опасным перерывом, но не спорить же с Верховным.

— Разрешите идти?

— Иди.

Холодный взгляд Верховного сверлил спину, пока не закрылась дверь. Оказавшись наедине с собой, Вольг передернулся, скидывая приобнявший за плечи страх. Вздохнул поглубже, набираясь смелости подвергнуть сослуживцев пытке. Натянул на лицо беззаботную улыбку и вышел в коридор, тут же поздоровавшись с часовым.

Вытянувшийся в струну страж расслабленно выдохнул, поприветствовав Вольга облегченными ругательствами.

Чтобы попасть в службу пересылки, нужно было пересечь всю парковку, лавируя между машинами: потому как обходить по периметру очень долго. Затем войти в здание технических служб и, не заблудившись в его коридорах, найти лифт и спуститься на один уровень.

Вольг с содроганием вспомнил, как первый раз попал в это здание. Тогда он долго не решался отойти от двери. Бесконечная паутина коридоров пугала. Молчаливые, задумчивые человечки, заполнившие их, вызывали недоумение. В их руках можно было заметить все, чем радовал Азилум: документы, коробки, тележки, даже оружие, которое несли в какой-нибудь отдел усовершенствований. Тогда Вольг искал лифт не меньше получаса. И отлично запомнил довольное лицо Верховного, встретившего его в кабинете с часами в руках. И его фразу помнил до сих пор: «а ты не самый медленный, помощник». И свой обиженный ответ тоже: «карту нужно выдавать!» С тех пор много прошло времени, но с известного пути Вольг до сих пор старался не сворачивать.

Минус первый уровень больше походил на кают-компанию лайнера. Белые стены, бесконечный коридор и бессчетное множество одинаковых дверей, таблички на которых встречались хорошо, если один раз из трех. Белый свет потолочных светильников, работающих на магической энергии, постепенно сменился желтым тех, что жили за счет электричества. Все входы в Солар: главные врата, малые и врата пересылки — искажали работу магических приборов, наделяя их иногда довольно причудливыми способностями. Так что, несмотря на то, что почти все приборы в МВ запитывались от магии, поступавшей из Солара, в службе пересылки, и в двадцати метрах вокруг, они были исключительно электрические. Это доставляло некоторые неудобства, но зато добавляло безопасности.

Вольг открыл толстую, но легкую дверь, отделяющую сортировочный зал от коридоров. Здороваться не было смысла, в сортировке стояла та же атмосфера, что и во всем здании. Огромный зал представлял собой нагромождение столов, столиков и стеллажей. Все они были завалены бумагами, коробками и мешками. Люди сновали туда-сюда, перетягивая все эти сокровища с места на место. Для непосвященного это выглядело бессмысленным, но рабочие в процессе явно что-то понимали. На вошедшего обернулись лишь некоторые и так же молча продолжили свою работу. Только серый и неприметный парень по привычке кивнул на один из столов, самый чистый и свободный: на нем складывали послания для Верховного.

Вольг хохотнул понятливо и пошел в самое сердце хаоса, к дожидавшимся его письмам.

Свет мигнул. Дальняя стена растворилась, предъявив безэмоциональным сотрудникам радужные переливы барьера.

Вольг остановился, любуясь. Медленно и надеясь, что незаметно пристроился к одному из стеллажей. Сунул руку в карман, и, делая вид, что любопытно рассматривает происходящее, достал и спрятал под лежащими бумагами активированный артефакт.

Барьер тоже растаял, оставив после себя металл дверей. Со скрипом створки разошлись, спрятавшись в стенах и демонстрируя точно такую комнату за куполом. Рабочие зашевелились, принимая послания с той стороны и передавая скопившиеся по эту. Коробки, письма, непонятные связки мешков, скользили по гладкому полу туда-обратно, не подпуская близко к линии раздела никого из живых: только Верховный, на которого был настроен барьер, мог к нему приблизиться и прикоснуться... на самом деле он еще много чего мог. Если какая-то из коробок или связок останавливалась на запретном участке, включалось регулирующее заклинание, медленно продвигающее ее к ближайшей стороне.

Вольг еще минуту полюбовался слаженной работой и вернулся к своей. Забрал письма и покинул неприятно-напрягающий своими механическими действиями коллектив.

В коридоре, прислушавшись, не идет ли кто, нашел незапертую коморку, полную стеллажей — пыльную и темную, где и затаился до обещанной Верховным паники.

***

Сирена магической опасности взвыла по всему минус первому этажу, отобразившись на экранах статистических отделов алой вспышкой. На первом этаже слышались лишь ее отзвуки, но реагировать к этому времени было некому. Лабиринт коридоров опустел. Только группка медиков, под охраной десятки внутренней стражи, мялась у лестницы, ожидая приказа стоявшего рядом Верховного.

Сет выждал время, необходимое для распространения тумана, и велел:

— Маски активировать и за мной.

Медики послушно натянули на лица расписные тряпки и зашептали формулы активации.

Прогрохотали по лестнице шаги. Чуть слышно прошелестела входная дверь, пропуская на этаж группу проверки. Туман радостно бросился к ней, пытаясь найти себе еще жертв, но Сет быстро активировал амулет с заготовленным заклятием деактивации, и голубая вспышка поглотила хищные, зеленые щупальца.

— Маски можно снять, — хохотнул он и двинулся по пустому коридору, прислушиваясь к творящемуся впереди.

«Творящееся» со вздохом облегчения вывалилось из-за одной из одинаковых дверей по правую руку, и, отсалютовав остальным, сорвало маску.

— Сэр?!

— Молодец, — улыбнулся ему Сет не задерживаясь. — Присоединяйся.

Зале напоминал поле боя, даже немного крови было. Стражи невольно вскинули оружие, ожидая атаку. Тела служащих лежали там, где их застало заклятие. Не всем повезло упасть на чистый пол, некоторых встретили жесткие торцы столов и стеллажей, но медики не торопились им помогать, ждали команды.

Сет огляделся, довольно ухмыльнулся и, наконец, позволил заняться жертвами его желаний. Сам же, призывно кивнув Вольгу, прошел к только что принятым посланиям. Осмотрел достаточно объемную кучу и велел:

— Ищем любые магические вложения. Так же послания рожденным.

И не глядя на помощника, опустился у груды бумаг на корточки, протянув руку к первой стянутой веревкой стопке.

Через полчаса нашлись: десяток маленьких коробочек, к сожалению, имеющих при себе необходимые документы, странная коробка с адресом МВ, мешок фонящий магией и перевязанные веревкой письма высших семей. Последние Сет с сожалением откинул в сторону, прочитать их нечего было и надеяться, защищены не только родовой магией и шифром, но и чем-нибудь против вмешательства представителей других семей. Радовало только, что внутри никаких лишних вложений не было. Коробку и мешок он доверил Вольгу, сам же прошелся вдоль столов и стеллажей, рассматривая, что именно отсылают его подчиненные на ту сторону барьера.

— Хм.

Сет с неприятным удивлением снял связанную стопку газет, обнаружив под ними такую же, но в десять раз тоньше — эти газеты было запрещено передавать в Солар. Они были личными, то есть, касались только дел Даргвитара.

— Сэр, служба встанет. Завал, — Вольг устал стоять посреди этого поля сражения и присоединился к нему, толкая тяжелую коробку перед собой ногой.

— Если там что-то хрупкое, я могу и не успеть, — задумчиво предупредил Сет. Правда, задумчивость его объяснялась совсем не коробкой, а словами помощника. Очень хотелось отправить в допросную всех поголовно работников службы, но Вольг был прав — это парализует доставку и разгребать последствия будут очень долго.

Вольг опасливо оглядел картонный кубик, перетянутый скользкой лентой. Поморщился, но больше пинать его не решился.

— И камер здесь нет, — недовольно констатировал Сет, так же разглядывая коробку, точнее, выбрав ее за точку медитации.

Камеры, даже живущие за счет электричества, в зале сортировки не работали. Они могли снимать лишь серую рябь порожденных барьером помех.

Сет обернулся к медикам. Осмотрел скрюченные параличом тела и решил:

— Руководителя, его зама и трех рандомных служак в камеры. Остальным скажете, что произошла утечка из пересланной запрещенки. Понял?

— Есть, сэр, — грустно согласился Вольг, полными скорби глазами оглядев коробку и зажатый в руке пакет.

Сет недоуменно осмотрел то же и хохотнул.

— Так уж и быть, можешь передать добычу комдесу, пусть он сопровождает меня.

Вольг просиял, тут же поспешив выполнить приказ.

В коробке обнаружились те самые накопители, активаторы и артефакты с заложенными заклятиями. Все тщательно обезличенные: стерты даже следы чистящих заклинаний.

Адрес МВ подтверждал неприятный вывод: в его конторе все не так гладко, как хотелось бы. Кто-то из своих работает либо с контрабандистами, либо с заговорщиками. И если первое Сет еще мог понять и простить, то за второе готов был лично испепелить каждого. Осталось лишь найти кого.

Мешок пришлось вернуть — в нем были оформленные по всем правилам артефакты и несколько сильных накопителей, так же со всеми необходимыми документами. Только адрес Сету не нравился, они предназначались Ка, Дарну Таролу.

***

Со своими служащими пришлось действовать нежнее, чем с захваченными террористами. Заклинания, как бы ни хотелось решить все радикально, Сет подбирал индивидуально. Чтобы и информацию добыть и работника поберечь.

Начальник службы пересылки, невысокий крепкий пробужденный первого уровня, оказался на удивление приятным человеком. Сета он встретил, вежливо поднявшись и протянув руку для приветствия, словно не Верховный перед ним, а равный. Причем никакого испуга или раболепия, только уверенность в себе.

Сет с радостью пожал протянутое. Рука оказалась сухой, крепкой, и его ладонь сжала коротко, жестко, но в меру.

На вопросы Тони Довато отвечал так же спокойно, четко и по существу. Ничего не скрывал, не юлил, ни разу его голос не дрогнул, а глаза не убежали в сторону.

Проверка «мягким касанием» была скорее формальностью: Сет был уверен — этот человек не предатель.

Когда напоследок мужчина так же отрывисто пожал руку и вежливо склонил голову, Сет не выдержал.

— Скажи, Тони, не желаешь поменять место службы?

Тот посмотрел в глаза прямо, словно оценивая суть вопроса, помедлил минуту, но ответил все так же четко:

— Нет, сэр, мне нравится моя служба.

Сет кивнул, принимая ответ. Тони вновь чуть склонил голову и вышел. Вместо него в «коптерку» заглянул страж в шлеме.

— Следующего?

— Да, давай помощника, — все еще перебирая разговор с предыдущим человеком, велел Сет.

Шлем исчез. Еще через некоторое время в коридоре вновь послышались шаги, сопровождаемые испуганной, тихой речью. Сет хищно улыбнулся — что-то подсказывало, следующая попытка попадет в цель.

Помощник начальника оказался полной его противоположностью. Такой же невысокий, но весьма пухлый и рыхлый, он беспрестанно потел, испуганно стрелял глазами по сторонам, стараясь, чтобы они не попадали на Верховного, а страх был не просто написан на лице, он летел впереди человека, мигом заполнив помещение.

— Имя?

Сет еще до его прихода сел на краешек стола, закинув одну ногу на другую. Одну руку опустил на столешницу, где она сейчас пальцем выписывала знаки заклинания. Большой палец второй зацепил за карман узких брюк. Теперь же задумчиво, с пугающим интересом изучал усаженного на допросное место человека.

— Ма-марьян Дени, — проблеял тот и утер рукавом бежавший по лбу пот. На Верховного он все же посмотрел и теперь не мог оторвать взгляда. Словно темно-карие, почти черные глаза затянули его разум. Даже грудь закачалась мерно, вторя успокоившемуся дыханию.

— Марьян?! Вы помощник начальника службы пересылки? — голос Сета был мягким, участливым. От рисующего знаки пальца по столу, словно рябь расходилась.

Марьян удивленно дернулся, но все же ответил:

— Да.

С каждым последующим вопросом улыбка Сета все больше расцветала, тогда как Марьян становился все спокойнее и безэмоциональнее. Не все заклинания требуют личного прикосновения, тем более для мага десятого уровня. «Тихий воришка» вторгся в измученный страхом мозг незаметно и глубоко, доставая из недр разума даже те знания, о которых хозяин не догадывался.

К сожалению, с террористами он был не связан. А вот с контрабандой да.

Трое закрытых в камере работников между тем именно благодаря ему избавились от жестокой участи. Перед ними извинились, и ребята отправились на рабочее место. Зато трое других заняли нагретые лавочки в камере. Судя по мыслям Марьяна, ничего интересного в них не будет, но терпеть у себя предателей Сет тоже не собирался. После допроса всех троих ждал суд.

Сету же нужно было решить, что и как делать собственно с контрабандистами. То, что Марьян не попадет под суд, он уже знал: покупатель связывался с ним лично. Осталось решить, как заставить его работать и не выдать себя подельникам. Самым предпочтительным в этой ситуации Сету казалось использовать запрещенный «Вложенный приказ», но если кто-то это обнаружит, на одного Мора станет меньше, а так рисковать он не хотел.

***

Ничего придумать Сет не успел. Марьяна Дени обнаружили утром в камере. Мертвым.

Сет, стиснув зубы, стоял у решетки и не мог простить свою самоуверенность. Как можно было оставить подозреваемого в камере, под охраной стражи, если сам не верил в лояльность половины из них.

Провинившиеся воины без шлемов стояли рядом, сжавшись, словно щенки под занесенной для удара ногой.

Комдес и комсот застыли за спиной. Шлемы они так же сняли, понимая, что Верховный захочет видеть их глаза, а не отражение своего лица в щитке. Рем, еще больше раздражая, мялся чуть в стороне так, что взгляд улавливал его суетливые движения.

— Этих двоих в «коптерку», — резко разворачиваясь к командирам, зашипел Сет.

— Но, сэр, к стражам...

Слушать Сет не стал, наконец обнаружив точку выхода для бешенства.

Комсот дернулся, отступив на шаг. Голова его мотнулась, получив короткий удар в челюсть. Второй удар он парировать не решился, но встретил уже приготовившись.

— В «коптерку», — проникновенно повторил Сет, не мигая глядя комсоту в глаза.

— Я понял, сэр, — сквозь зубы процедил тот.

— Сэр, вы уверены? — уже в коридоре прошелестел за спиной нервный голос Рема. Помощник почти бежал за ним следом.

Сет резко остановился, всем корпусом разом развернувшись к испуганно замершему помощнику.

— Рем, ты уверен, что выдержишь? — зло прошипел он.

— Сэр, я не хотел вас злить, — отступив еще на шаг, пролепетал тот, но все же продолжил, — но ведь в такой ситуации настраивать против себя стражу опасно! Если еще допрос они как-нибудь приняли бы, то нападение на комсота. Это уже перегиб.

Сет ядовито ухмыльнулся, смерив помощника злым взглядом.

— Утрутся, — бросил он и вновь, резко развернувшись, понесся к «коптерке». Больше откладывать такие дела он не собирался.

В этот раз удержаться от использования «Человека» помогло не самообладание, а перепуганный до трясучки Рем. Доводы не сразу достучались до разума Верховного, но все же переубедить его удалось.

И не зря.

В головах служивых была пустота. Черный, холодный вакуум, попытавшийся засосать разум гостя. Сет с проклятьями выдрал себя из ловушки и застыл, загнанно дыша. Минус двое, обреченные медленно угаснуть от расползающегося в голове запретного заклятия, стирающего их разум. Но кое-что он уловить успел. Какой-то тонкий флер силы, оставляющий ощущение чего-то знакомого, даже родственного. Словно с обладателем этой силы Сет не только общался, но и имеет какие-то отношения. На всякий случай этот безликий, но знакомый след Сет скопировал, запечатав в припрятанном в кармане камне.

— Этих медикам. Держать в одиночках. Распоряжения я пришлю позже, — сухо велел он дернувшемуся помощнику. Осмотрел того цепким взглядом. Мотнул головой, отгоняя глупую мысль, и вышел вон.

Посвящать Рема в происходящее он еще не хотел, так что распоряжения либо позже сам до медиков донесет, либо Вольгом передаст.

Мимо застывших у выхода комсота и комдеса он прошел, даже не взглянув на них.

— Сэр? — окликнул его комсот, когда понял, что никаких распоряжений не будет.

Сет остановился, но поворачиваться не стал. Ждал.

— Что с моими ребятами? — зло, дерзко продолжал комсот, подавшись на шаг вперед и сжав кулаки до хруста пережатых толстыми перчатками пальцев.

— Подавай на добор, — сухо проинформировал Сет, чуть повернув к стражу голову. Выдохнул, выпуская вместе с воздухом все неуместные комментарии, и пошел прочь.

Тихое, зло ругательство, описывающее его личность, он проигнорировал.

Тайный отдел получил новые указания, и Сет очень надеялся, что это поможет. Если не найти виновного, то, по крайней мере, не позволить ему отправить в небытие еще кого-нибудь.

К вечеру Сет, наконец, смог просто сесть и подумать. И это стало не слишком приятной практикой, как минимум потому, что удалось сопоставить некоторые факты и усомниться в своих собственных действиях.

***

В дверь стукнули и, не дожидаясь разрешения, распахнули ее. Довольный Вольг, обнимая прижатые к груди коробки, сделал несколько широких шагов и замер, словно попав под действие заклятия.

— Сэр?

Сет, собственно сыгравший роль этого заклинания, все так же задумчиво опустил руку с зажатым листком. Посмотрел на помощника пустым взглядом и вновь перевел его на лист бумаги, уже лежащий на стол.

— Кто доставил это послание? — тихо и задумчиво проговорил он вроде бы в никуда.

— Такс, — Вольг смущенно кашлянул, отмирая и все же подбираясь к шкафу для вкусненького. Сгрудил коробки на пустую полку, прикрыл дверцу и почесал нос, заглядывая начальнику через плечо. — Было среди обращений, значит, вкинули в ящик, — наконец припомнил он.

— В ящик, — все так же задумчиво проговорил Сет, но бумага под его пальцами начала чернеть. Сет отдернул руку, не желая уничтожить зацепку. — Проверь камеры. Найди того, кто бросил именно это обращение.

— Сэр, это же...

Сет резко обернулся, опалив Вольга взглядом.

— Я постараюсь, сэр, — сглотнул Вольг, растеряв всю уверенность и веселость. — Я могу идти?

— Иди, — с намеком велел Сет и вернулся к посланию. Отчего-то его не оставляло ощущение, что защищать полуразваленное здание пришло людям в голову неспроста. А еще, что приглашать на разборки его лишенные не собирались, желая ограничиться разговором с городовым. Участием Верховного они были обрадованы, но и смущены...

***

— Ну?

Задумчивый Вольг, только успевший шагнуть внутрь кабинета, дернулся, едва не сбежав обратно. Вовремя вспомнил, что далеко все равно не убежит, и со вздохом прошел к столу, опустив перед Сетом стопку бумаг.

— Боюсь, у меня плохие новости, — признал он, провожая взятый Сетом верхний листок взглядом.

Сет молча вздернул бровь в просьбе продолжать, и потянул следующий листок.

— Из ящика достали пять обращений, — после тяжелого вздоха признал Вольг. — Я проверил, к нему подходили пять человек. Рассмотреть, действительно ли у них было по одному конверту тяжело, но, опять же я проверил, два разом в щель не лезут... во избежание.

Сет подбадривающе кивнул, разложив перед собой все пять фотографий.

— Но мне передали шесть писем...

— Забавно, — хмыкнул Сет зло, откинувшись на спинку стула и уложив руки на подлокотники, стал крутиться туда-сюда размышляя. Слишком много оказалось проблем в МВ. И очень неприятно было осознавать, что контрабанда не самая худшая из них.

Глава 8. Снова им купол не угодил

Сет сидел, откинувшись на спинку стула. Голова раскалывалась, мешая сосредоточиться на деле. В углу стола аккуратной кучкой лежали послания, требующие личного участия Верховного. Отдельно, у ближнего края, соприкасаясь боками, лежали два, нуждающиеся в особом внимании.

После взрыва «Антимаги» подарили ему и МВ две декады тишины и покоя. За это время Сет смог немого навести порядок в МВ. Провел проверки в некоторых отделах, выявил еще несколько любителей легких денег и улучшил присмотр за заступающими на службу.

Допрос контрабандистов, имена которых удалось узнать в мозгу погибшего Марьяна Дени, ничего не дал. Лишь несколько имен тех, кто готов был продать свою совесть за достаточную сумму.

Зато с посланием вышло интереснее. Допрос вахтенного, который и передал Вольгу письма, привел к комсоту. Память его, одного из десяти командующих внутренней стражей, легко и радостно рассталась со знанием, убеждая в предательстве. Никакой другой информации. Только ненависть к Верховному и воспоминания о подкинутом приглашении на встречу с горожанами у злополучного дома стариков. Но даже этого хватило, чтобы приговорить комсота... того, кого сам Сет считал одним из вернейших людей.

Под прикрытыми веками замелькали картинки. Воспоминания не хотели отпускать, подбрасывая пережитое вновь и вновь. Словно что-то в той ситуации было неправильным, словно Сет совершил ошибку.

Комсот сидел на стуле спокойно. Ни грана страха, лишь уверенность в себе.

Сет на мгновение даже усомнился в собственных способностях. Чуть не приказал стоявшему у двери Вольгу привести заново вахтенного. Но, тряхнув головой, отогнал все глупые мысли. Зашел комсоту за спину, уложил руки ему на виски и потянулся к воспоминаниям.

Перед закрытыми глазами привычно заплясали чужие воспоминания, эмоции. Быстрые, злые ощущения. Ненависть к нему лично и к магам в общем. Белый конверт, с запечатанным листом. Короткая фраза, отвлекшая вахтенного. Стопка писем, незаметно пополнившаяся еще одним.

Сет отнял руки от головы комсота. Шагнул в сторону, желая заглянуть в глаза. Но страж уже сам обернулся к нему, бледный, с расширившимися, полными безумного недоверия глазами.

— Это не я, — шепнул он, мотая головой. — Клянусь вам, сэр, я не делал!

Сет смотрел на него и хотел верить. Если бы не только что лично просмотренные воспоминания. Все знают — воспоминания подделать нельзя. Можно их скрыть, поверив в придуманную замену. Можно спрятать за блоком. Можно, в конце концов, забыть произошедшее самостоятельно или с помощью мага. Но следы останутся в любом случае, заменить одно другим полностью, нельзя.

— Вольг, — сдавленно, почти не разжимая зубов, произнес он. — Вина Лекса Авари доказана. За предательство МВ и Верховного приговор лишенному — смерть. Без огласки, — все же не сдержался он, отвернулся. Предательство всегда тяжело, предательство того, кому верил, тяжело вдвойне.

— Я не делал, — все еще недоверчиво прошептал Лекс, оборачиваясь уже к Вольгу.

Тот побледневший, переводил круглые глаза с комсота на Сета.

— Вольг! — рявкнул Сет не сдержавшись. Хотелось поскорее закончить с настолько мерзким делом.

Вольг дернулся, выскочил в коридор и тут же вернулся в сопровождении еще троих стражей. Под щитками не было видно лица, но это и не требовалось. Их неуверенность читалась и так, по медлительным, скованным движениям. По попыткам заглянуть приятелям в лицо и по тому, как старательно они не глядели на самого Сета.

— Я не делал! Сет, это не я! — наконец поняв, что все на самом деле, заорал Лекс, не вырываясь, но и не позволяя увести себя.

— Вон! — рявкнул Сет. Стражи прибавили сил, вытолкали виновного в коридор. Следом вышел и Вольг, не способный смотреть начальнику в глаза.

Сет рухнул на стул обвиняемых, облокотился на стол и закрыл лицо руками застонав. Крик Лекса еще долго стоял в ушах.

Сет застонал уже в настоящем, распахнув глаза, и постарался все же вникнуть в дела.

Сегодняшнее утро разбило в дребезги тишину последних дней. Свою акцию провели «Достойные». Огненный шторм в торговом центре лишил Сета трех стражей из внутренней части. Это не считая шести погибших мирных и еще десятка пострадавших, доставленных в больницу с ожогами.

Он в очередной раз поднял руки, читая заклинание от мигрени, но избавиться от боли своими силами не получилось. Никогда не выходило. Словно моонгова мигрень отключала что-то, мешая концентрироваться.

Сет взял в руки письмо без конверта — все, что осталось от сгоревшего мага. Второе требовательно жгло взгляд. Конверт цвета кофе с молоком, темная клякса печати на нем. От отца. И отвечая на это письмо, нужно иметь трезвую и здоровую голову.

Сет зло скомкал исписанный мелким почерком лист. Достойный оставил это одному из парализованных охранников торгового центра, с чьего телефона и вызвал МВ. В записке не было ничего толкового, только повторение требований отдать власть простым людям. Пафосное: я умру, но цель наша будет достигнута.

Тихо выругавшись, Сет отправил бумагу в корзину и с нажимом помассировал виски.

К сожалению, следов после заклинания не осталось... словно кто-то лично подтирал их за всеми преступниками. Хотя так, похоже, и было. Примени «Достойный» собственную силу, это смогли бы считать. Но заклинание словно пришло само по себе, из ниоткуда, а изъятая в службе пересылки контрабанда как раз вся была обезличена. Кто-то не только чистил следы заклинаний, но и давал приборам вылежаться, чтобы развеялись даже нестираемые остатки.

Сет медленно, осторожно сделал глубокий вдох, голова радостно отозвалась переливами боли. Так же неторопливо он отодвинул послание отца к другим и вновь прикрыл глаза, расплываясь по сиденью.

К сожалению, до проверки медицинской службы руки у него еще не дошли. Хотя по-хорошему с этого нужно было начать.

В висках запульсировало, ломая решимость. Сет нажал кнопку вызова, вновь замерев с болезненной гримасой на лице.

— Сэр?

Глаза Сет не открывал, но прекрасно представил чуть испуганную рожу вошедшего помощника.

— Рем, — едва шевеля губами, протянул он, — вызови мне Вольга.

— Но, сэр, — неуверенно возразил тот, — Вольг только в два уехал?!

Сет внутренне застонал. Вспомнил, что сам лично оставил ночного помощника разбираться с последствиями утренней атаки. К тому же Вольг с мигренью все равно справиться не мог — не хватало знаний.

— Вызывать? — напомнил о себе помощник дневной, заставив Сета вновь внутренне поморщиться. Рему он не доверял. Работал с ним все девять лет, а довериться так и не смог.

— Нет, — едва слышно велел он. Подумал и все же решился, — кто сегодня из врачей на смене?

Рем нахмурился, обычно Сет помнил всех и всё, но бросил взгляд на болезненно-бледное лицо начальника и, выдохнув, перечислил:

— Анита Сарвиети, Андрей Шилини, Таиса Карнован и стажерка, Анастасия Ретан.

— Последнюю позови, — немного подумав, велел Сет.

— Но, сэр, она же стажерка?!

Сет распахнул глаза, и Рем замялся, потупился. Слишком много всего было в этом взгляде.

— Есть, сэр.

Помощник скрылся, и Сет позволил себе поморщиться с легким стоном.

— Идиот, — шепнул он. От любого движения, даже губ, голова взрывалась новыми переливами боли, но сдержать эту мысль внутри Сет не смог.

Через целую вечность, наполненную единственным мыслью — как лишить себя головы безболезненно — дверь распахнулась.

— Анастасия Ретан, — доложил Рем и дверь захлопнулась.

Сет с отвращением к помощнику открыл глаза. Девушка оказалась миленькая: тонкая, с хвостиком рыжих волос и россыпью веснушек на лице. Смотрела, конечно, испуганно. Да и как иначе, когда сам Верховный вызывает.

— Мигрень лечить умеешь? — глядя сквозь девушку пустым взглядом, спросил Сет.

— Да, — кивнула та, сжав одной ладошкой другую. Глаза при этом стали еще шире.

— Сюда иди, — велел Сет, указав рукой на правый край стола, ближе к которому сидел и подьехал туда на стуле.

Девушка, словно кукла, двинулась ближе. Остановилась перед Сетом и робко спросила, указывая за перегородивший дорогу стул:

— Можно пройти?!

— Отсюда, — все так же отрывисто велел Сет.

— Но со спины проще...

— Отсюда! — рыкнул Сет и тут же поморщился. Мигрень не прощала вспышек гнева. Допускать незнакомую, непроверенную девицу к своей спине Сет не собирался. В таком состоянии заметить атаку он может с запозданием, а так хоть оттолкнуть ее сумеет.

Девушка дернулась, но послушно потянулась руками к его голове, склоняясь вперед.

Висков коснулись горячие, мокрые ладошки. Будь ему не так паршиво, непременно выказал бы отвращение. А так промолчал. Перед глазами мелькнули голубые искры, заставляя чуть растянуть губы в улыбке — его сила так же имела голубой цвет. От висков к затылку хлынул прохладный, щекотный поток. Боль под его натиском дрогнула и отступила, оставляя измученного Сета облегченно улыбаться.

Девушка отошла, все также испуганно, но уже с некоторым интересом поглядывая на него.

Избавившись от боли, Сет, наконец, смог оценить стажерку по достоинству. Не симпатичная — красивая, тонкий острый носик, чуть пухловатые губы, бледная кожа, на которую не ложится загар, зеленые глаза, веснушки аккуратные, словно художник несколько раз коснулся лица кисточкой.

— Спасибо, Солнышко, — улыбнулся Сет, глядя ей в глаза.

Смутилась. Потупилась, но тут же выпрямилась и посмотрела даже с легким вызовом.

— Я могу идти?

Сет расплылся в лукавой ухмылке, делая себе мысленную пометку проверить лояльность рыженькой в ближайшее время и по возможности познакомиться поближе.

— Иди, Солнышко.

Заметив каким возмущением Анастасия встретила его последнее слово, Сет довольно хохотнул. Проводил ее взглядом до выхода и только тогда вернулся к ожидающим письмам. Поднес руку к бежевому конверту, задержал на мгновение и потянулся дальше, к сложенным стопкой. Отцово оставил напоследок.

Но, похоже, за полторы декады у противников накопилось слишком много энергии. Сет не успел даже разобрать всю корреспонденцию, когда в кабинет влетел полностью экипированный боец.

— Сэр, атака на ограждение.

Передавать информацию через всяческих помощников и конторных крыс, он не рискнул, справедливо решив, что добежать до Верховного будет быстрее и точнее.

За его спиной мялся испуганный Рем, желая оградить начальника от глупого стража, но не рискуя, все же сказанные им слова были слишком серьезными.

— Где? — Сет, резко вскинувшись от зажатой в руке бумаги, уставился на стража пытливым взглядом. Похоже, долгие дни относительной тишины закончились.

Доку, комдесу, даже показалось, что этот взгляд пробил затемненный щиток и видит испуг в его глазах.

— Западная сторона, двести километров от Даргвитара, — оттараторил он, по привычке вытягиваясь в струну.

— Кто там?

Получив данные о месте, Сет больше не стал терять время. Резко поднявшись со стула, подцепил пальцем висящий на его спинке пиджак. Указал комдесу двигаться и вышел вслед за ним, уже на ходу уточняя подробности. Возможно, стражи справились бы и без его помощи. Но было одно но. Портал сам по себе серьезное заклинание, доступное далеко не каждому сильному магу. А уж движущимся порталом, помогающим переместить машины в пути, и вовсе владели всего девять человек.

— Только стандартный патруль. Охрану застали врасплох, но прорваться не удалось, защита сработала. Правда... пятерых все равно потеряли.

Несмотря на хорошую подготовку стражи, за Сетом комдесу приходилось бежать. Шаг Верховного был широким и быстрым, мало кто мог идти с ним наравне.

Вместо замечаний и ругани, Сет лишь зло скривился, дернув уголком губ, но бойцы от такого проявления неодобрения, наоборот, покрылся холодным потом. У Сета были разные стадии недовольства. Одна, ехидные фразы, заставляющие провинившихся почувствовать себя убогими идиотами. Другая, неприятная, когда он молча бил, показывая свое недовольство вполне ощутимо. И третья, самая непонятная, когда он вот так молча кривил губы. Иногда при третьем состоянии виноватые исчезали и больше никогда не появлялись, но чаще даже не узнавали, чем начальство недовольно.

— Подмога?

— Ушли пять машин, последняя ждет нас.

Док сделав рывок, вышел вперед, открывая Верховному дверь.

— Еще есть что рассказать?

Машина стояла напротив выхода, призывно распахнув дверь. Стоило запрыгнуть внутрь, она тронулась с места, зло взревев движком. Сидящие у стен бойцы дернулись от рывка, Док едва устоял на ногах, а Сет лишь ухмыльнулся презрительно, даже волосы не шелохнулись, как будто он составлял одно целое с железным монстром. Дверь, тихо зашипев приводами, аккуратно встала на место, закрываясь.

— Есть, — выдохнул Док, опустившись на сиденье и пристегнувшись. — Нападающие обычные люди. Много. Наши насчитали около двух десятков.

— И они не смогли пройти? — удивленно изломил бровь Сет, усаживаясь на свободное место. — Бездари.

— Не смогли, но насчет бездарей я не согласен.

Док, как и большинство из внешней части был обычным человеком, и обида за едкие слова начальника всколыхнула в нем старательно запрятанные чувства.

— Все же против вашей силы у них нет средств. Если бы не ваша защита, они бы прорвались.

— Да-да, — кривая ухмылка на лице мага стала еще более неприятной, — если бы они прорвались, бездарями я обозвал бы защитников.

Док зло стиснул зубы. Хорошо размышлять о чужих способностях, имея в подчинении такие силы, как у этого мага, а попробовал бы с одним автоматом, да против такой же вооруженной толпы. Хмырь.

— Мне нужен живой, так что постарайтесь, — не желая портить себе нервы глупыми спорами, велел Сет.

— Эм, Сэр, есть проблема, — неуверенно протянул Док. Докладывать о провалах, когда Верховный находится в таком настроении себе дороже, но лучше сейчас, пока он не успел устать, потратив кучу сил на врагов.

— Я слушаю, — голос того заледенел, показывая, что Док опасался не зря.

— Они не выживают, — сглотнул капитан, вжимаясь в спинку кресла.

— Что значит — не выживают? — резко вскинулся Сет, зло скривившись.

— Сэр, им удалось взять двоих раненых, — облизав пересохшие губы, начал Док, — но они скончались, не дождавшись помощи. То есть, раны были не смертельными, но они все равно умерли, — зачастил Док, понимая, что предыдущая фраза прозвучала как признание в некомпетентности медиков.

— Вот как? — к удивлению комдеса, Сета эта информация успокоила. Он откинулся в кресле, резко выдохнув, и задумчиво уставился в бронированный потолок.

Стражи бросили друг на друга настороженные взгляды, но прерывать тишину не рискнули. Прикрыли глаза и постарались настроиться на предстоящие события.

Бронеавтомобиль выехал за город, аккуратно свернув с кольцевой дороги на широкую трассу. Завидев за своими машинками черного монстра, остальные водители живо перестроились в крайнюю полосу и притормозили, сбрасывая скорость и пропуская гиганта вперед. Никому не хотелось попасть в неприятности, оказавшись рядом с этой машиной не вовремя.

Еще через несколько километров к стальному гиганту присоединились выехавшие раньше пять автомобилей, выстроившись в колону.

— Сэр, пора! — проорал сидящий вторым номером, слегка повернув голову.

Сет резко выпрямился на сиденье, прикрыв глаза и сложив перед собой руки. Пальцы прижались тыльной стороной друг к другу. Большие сошлись, вместе указывая в крышу машины. На их кончиках едва заметно дрогнул голубой огонек, словно на зажегшейся свечке. До того сидевшие молча бойцы постарались затаить дыхание, чтобы не сбить сосредоточившегося на управлении силами мага.

Перед первой машиной зависла маленькая черная точка, поглощавшая солнечные лучи и слегка коверкавшая пространство, возле нее искривлявшееся и принимавшее причудливые формы.

Сила Сета пробежала по миру, нащупывая подходящую для выхода точку. Да, очень мало даже рожденных десятого уровня могли создать такой портал. Тот, что двигался вместе с магом, перемещая и точку входа, и точку выхода. Сету такое знание стоило нескольких лет унижений и боли от обучавшего его отца.

Вместе с выдохом Сета точка резко растянулась, в долю мгновения заняв всю полосу в ширину и около четырех метров в высоту.

Машины, даже не стараясь притормозить, одна за другой скрывались в черной пустоте, схлопнувшейся за последней из них.

В двухстах километрах от точки входа раскрылся такой же черный выход, выплюнув на трассу шесть машин. Спешащие по своим делам люди едва успевали отвернуть, убраться с дороги неожиданно появившихся мвшников. К их счастью, от возникновения точки выхода до появления первой машины прошли три секунды, подарив необходимое для маневра время, но без проклятий и ругательств не обошлось.

Спешащие монстры, не сбавляя скорости, перестроились в первую полосу и так же, колонной, свернули на поле, удаляясь к едва видневшемуся от трассы высокому ограждению. Оно отделяло обычный тусклый, пускай и солнечный мир, от радужного сияния, растянувшегося над Соларом.

Вдоль стены, на несколько километров, раскинулись технические территории. Приземистые низкие бараки, небольшие однотипные домики, служившие жилищем сменам вахтовых. Разрушенные остовы караулок. Изрешеченные пулями останки нескольких грузовиков. Один, сплющенный до самого кузова впечатан в ограду, окрашенную неприглядными брызгами.

— Почему такая тишина? — Сет, не дожидаясь, пока стражи отстегнут ремни, а дверь откроется достаточно широко, выпрыгнул на землю и прищуренными глазами оглядел изменения в планировке поселения.

Док, до сих пор не привыкший к подобной беспечности от начальника, судорожно дернул ремень. Вскочил и, снимая оружие с предохранителя, поспешил прикрыть мага собой. Формальность, вдолбленная с первых дней учебки. Маг должен быть прикрыт и спасен, пускай ценой жизни, пускай ценой всего отряда, но маг должен жить.

А маг плевать хотел на эти правила и с кривой ухмылкой вышел вперед. Защиту на прибывших он набросил, как только машины замерли.

Рядом встали и остальные пять магов, по одному на десятку.

— Назад! Назад! — из-за руин караулки вынырнул запыленный шлем. Боец заорал во всю глотку, замахав руками на прибывших стражей, и тут же рухнул обратно, спасаясь от свинца, выбившего пыль и крошку из его укрытия.

Стражи, окружившие магов, дернулись к машине. Округлив глаза, с руганью кинулись обратно к стоящему со скрещенными руками Верховному. Остальные маги, не обладавшие выдержкой рожденного, попятились.

В щит, напротив груди Сета, впечатался заряд, ослепительной вспышкой отреагировавший на такую встречу и распластавшийся огненным смерчем по дернувшейся реальности. По щиту прошла легкая рябь. Раскаленный воздух, взметнув вверх клубы пыли и камней, рванул от стоящего человека прочь. Очистил от лежащих обломков и крошева несколько метров дороги, высыпав их чуть дальше.

Сет, хмыкнув, оглядел плечи на предмет неучтенных пылинок. Не нашел и, ехидно ухмыльнувшись, перевел взгляд на обломки, из-за которых прилетел снаряд.

— Еще попытки будут?

Обломки безмолвствовали.

Стражи, тихо ругаясь и облегченно вздыхая, поднимались с земли. Взять себя в руки после такой демонстрации оказалось тяжело не только им. Маги, бледные и взмокшие, занимали свои места возле Верховного. Из-за караулки вынырнул сразу пяток шлемов. Сету показалось, что он видит белые лица сквозь пыльные темные щитки. За обломками тоже послышалась какая-то возня. Судя по звукам, нападающие решили сменить позиции, убравшись как можно дальше от магов.

— Достать их! — слегка повернув голову к замершему за плечом комдесу, бросил Сет.

Тянуть время нельзя. Нужно взять этих ребят, пока они не отошли от демонстрации. Что-то Сету казалось, что люди, решившиеся на штурм магической части, хотя бы догадываются о его реальных способностях, а это может кончиться весьма неприятно... для него.

— Постарайтесь взять живым хоть одного. Вперед!

Разделившись на группы, стражи бросились к укрытию противника. Из наставления каждый из них помнил — десять минут. Время, которое действует щит, накинутый магом на отдельную группу. Сейчас их немного и щит есть на каждой. Так что терять время глупо.

Сет накладывал щиты на группы в порядке их подхода к зданиям. Монотонно бубнил заклинание и выделывал зазубренный до автоматизма пасс. Он боялся не успеть. Повесить щит слишком поздно, потеряв группу. Пускай для бойцов он казался бесчувственным ублюдком, но терять людей по своей вине было больно и плохо.

Маги рядом пока молчали, их работа — поддержка Верховного.

Воодушевленные подмогой и показом сил мага, из укрытий повылазили пострадавшие караульные, так же разбиваясь на группы и прочесывая стоящие у ограды здания.

Треск автоматных очередей возникал то тут, то там. Но кто это нападающие или свои Сет сказать не мог. Его раздражала необходимость торчать у машин. Маг должен следить, контролировать ситуацию, а не сломя голову нестись впереди всех. Пускай пользоваться любыми видами оружия Сет умел не хуже этих вояк и уж явно лучше тех, что сейчас беспорядочно убегали, поддавшись панике.

— Сэр, близлежащие территории зачищены, — незнакомый комдес не скрываясь, по дороге, подошел ближе.

— Выжившие? — слегка дернув бровью, спросил Сет.

— Нету, — отрицательно мотнул головой комдес и, обернувшись, указал на низкий серый ангар. — Там нам удалось взять двоих лишь оцарапав, но не прошло и минуты как они скончались.

— Проклятье! — Сету хотелось рвать и метать. Пришлось стиснуть зубы, чтобы не наговорить гадостей.

— Наши думают что-то вроде яда. Лучше сможет ответить эксперт.

Сет кивком отпустил бойца и, немного подумав, пошел к ангару. Нужно было самому поглядеть на мертвецов.

— М-да, — тяжело выдохнув, Сет поднялся на ноги, вытирая руки платком. Люди, без способностей. Смерть от яда. Если он правильно понимал, подтвердить это эксперты не смогут. Мозг мертв и на касания не отзывается. — Кто же вы? Что вам нужно, ради чего вы все готовы подохнуть, даже не достигнув цели? — задумчиво шепнул он, прикусив губу. Оглядел сложенные рядком трупы и зло скривился, но тут же сощурил глаза, всматриваясь во что-то понятное только ему. Сделал несколько шагов, переступая через конечности разложенных, словно через щели в асфальте, и, склонившись, достал из руки мертвеца блеснувшую металлом пластинку. Осмотрел и, задумчиво хмыкнув, сунул в карман.

Настроение портилось, стремительно падая вместе с желанием что-либо делать. Несмотря на вытянутые из других магов силы, он устал, потратил слишком много энергии, а еще домой добираться. Можно, конечно, своим ходом, но трястись в неудобном кресле несколько часов, нет уж. Лучше потом в баре расслабиться.

Пока Сет ковырялся с трупами, вокруг стало гораздо многолюднее. В управлении получили сообщение и отправили сюда новую смену — вместо пострадавших стражей — экспертов и рабочих. Они должны будут оценить разрушения, подсчитать убытки и решить, что лучше сделать и как восстановить.

— Сэр, мы готовы, — Док, прекрасно осознавая в каком сейчас состоянии должен быть Верховный, близко подходить не стал, остановившись на почтительном расстоянии.

— Тогда грузитесь, — мотнув головой, Сет развернулся и побрел к своей машине. Торчать у всех на виду ему надоело.

Стражи молча забирались в машины и рассаживались по местам. Многие грязные, в белых повязках, приковывающих взгляд своей чистотой. Дверь закрылась, машина загудела, завибрировала, заложив уши нестерпимым шумом. Одно место осталось свободным. Спрашивать о судьбе сидевшего там не было нужды: стражи старательно отводили от кресла глаза, глядя куда угодно лишь бы не на него.

Сам Сет на бойцов не смотрел, он крутил в руках довольно крупную латунную пластинку с грубо припаянными креплениями, где поблескивали гранями несколько бледно-голубых камней и небольшая прозрачная сфера.

— Сэр? Рискнул подать голос Док, не нравился ему слишком озабоченный вид мага.

— Ничего, — мотнул тот головой и сунул пластинку в карман. Но стал еще более хмурым. Верховный повернулся к едва видному с его места лобовому стеклу и не мигая смотрел куда-то вдаль.

Глава 9. Теперь это твое Солнышко

— Ну, блин, ну. Что тебе дома не пьется? — зло прошипел Марк, разглядев согбенную фигуру, к которой его вызвали. Они встречались с магом всего три дня назад, и залечить ушибы Марк еще не успел. Несмотря на то что Сет «выбил» ему скидку в медцентре, чем заработал искреннюю ненависть — лучше бы прекратил пить.

К удивлению, сегодня Сет вел себя как-то странно. Он еще не искал противника, но и женщины у пилона не танцевали. Да и вообще вид Верховного оставлял желать лучшего.

Марк подходил аккуратно, медленно, но чем ближе он был, тем меньше хотелось ругаться. Маг пустым взглядом, не отрываясь и не обращая внимания на окружающих, буравил спинку стула напротив. Марк уже полностью уверился, что сегодня Верховному не до него, когда, сделав последний глоток прямо из бутылки и опрокинув ее при попытке поставить, Сет встал. Марк невольно сглотнул: глаза Верховного полнились холодной яростью.

Сет, сделал один неуверенный шажок. Пошатнулся, едва удержав равновесие — да и то с помощью стола, а в следующий миг уже дернулся вперед с сомкнутыми в кулаки руками. Жалеть его Марку сразу же расхотелось. Чуть увернувшись от первой атаки мага, он покатился по полу, не заметив, когда Сет, припав к полу, сделал ему подсечку.

Сегодня Сет был страшен. Пропускать удары от такого противника Марк совершенно не желал. С застывшим лицом и стеклянными глазами маг работал руками и ногами с неутомимостью автомата. Не терял контроль над телом ни на мгновение, пускай под столом и скопилось достаточно бутылок, разлетевшихся фейерверком во время очередного полета, точнее, длительного скольжения Марка по полу. Стол был не настолько податлив, больно врезавшись ножкой Марку в поясницу. Встать и выкарабкаться из-под него быстро не удалось, и еще несколько минут они играли в догонялки: Марк ползал под столом, а Сет бегал вокруг, пытаясь поймать резво перебиравшего конечностями противника. Пока Сету не надоела эта канитель. Он, расставив ноги пошире и взявшись за столешницу обеими руками, отправил стол в полет, несказанно удивив и Марка, и девушку-администратора, и посетителей: столы в бегемоте были прикручены к полу.

— Да ты псих, — простонал Марк, торопливо поднимаясь на ноги.

Убеждать его в обратном Сет не стал, все с той же неутомимостью и невозмутимостью автомата пошел в атаку.

Тяжело вставая с пола, опираясь на разъезжающиеся, трясущиеся руки, Марк с ужасом понимал, что проиграть ему не позволено. Либо он отключит этого долбаного мага, либо тот убьет его. Сет, такой же измученный и шатающийся, стоял немного в стороне, покорно ожидая, пока противник сможет водрузить себя на ноги.

— Давай же, коп, поднимайся, — зашипел он, когда пауза, взятая Марком между движениями, показалась ему слишком длинной.

— Я проиграл. Давай закончим, дай мне уйти, — предпринял еще одну попытку отвязаться Марк.

— Ты не можешь проиграть! Ты должен меня победить, — неподкупно мотнул головой Сет, едва устояв на ногах после такого опрометчивого действия.

Марк со стоном, одним рывком на пределе возможностей поднял себя на ноги, расставив их как можно шире и, прикрывшись руками, стал ждать участи.

— Нет, нет мать, так не пойдет! Нападай, — Сет не желал избивать манекен, возникший перед ним вместо полицейского. В попытке расшевелить его, он подошел вплотную, надеясь ткнуть в грудь.

Не вышло. Качнувшись вперед, Марк обхватил мага руками, повиснув на нем всем своим весом. Сет, зло матерясь, попытался вырваться, но не смог. Конструкция из двух измученных мужчин беспорядочно попереставляла четыре, оставшиеся свободными ноги, запинаясь одна за одну и за ровный пол, и с грохотом, пробившимся через довольно громкую музыку, рухнула на пол. Марку повезло, он упал сверху, пускай и больно стукнувшись руками. Извернулся, стараясь не дать Сету выпутаться из получившейся куча-малы, и нащупал на поясе наручники. Защелкнул один браслет, надеясь, что попал куда надо, и резко сел. Получил кулаком в скулу. Дернул, переворачивая, приплющенное тело и, повозившись, все же извлек вторую руку мага, со злорадным удовольствием защелкнув на ней второй браслет.

— Все, блин, ты арестован! — не в силах вспомнить заученную фразу, сообщил Марк зарычавшему Верховному.

Тянуть взбешенного мага пришлось задом наперед. Нормально передвигаться он не желал, стараясь пнуть побольнее. Привычно на плече также, так въехав вздумавшему закинуть его туда Марку коленом, что тот еще долго отдувался.

— Да смирись ты уже. Ты проиграл! — злобно шипел Марк, за волосы вытягивая Сета на свежий воздух.

— Ты урод, мать твою. Ты должен был драться, а не с объятьями ко мне лезть... пидор гребаный, — вспомнил он слухи о пристрастиях магов.

Тяжело вздохнув на очередную порцию добрых слов, Марк с тоской взглянул на все приближающуюся машину. Как усадить взбешенного Верховного внутрь, он мало представлял.

Оказалось, запихивать упирающегося мага в нутро патрульной машины не так страшно, как об этом размышлять, так что не прошло и пятнадцати минут, как Марк рухнул на свое место. Ненадолго позволил себе опустить гудящую голову на руль. Только после этого достал телефон и набрал уже ставший привычным за последнее время номер помощника Сета.

— Что опять? — не дожидаясь приветствия, раздался из трубки стон.

— Угу, его к вам?

— Да, давай.

— У него машина здесь.

— Вот моонгово семя, сейчас ребят отправлю. Ты его сильно, того...

— Угу. Он сегодня вообще нервный какой-то.

— Да у нас неприятности. Ладно, вези, будем разбираться.

Марк положил замолчавшую трубку на соседнее сиденье и, с мстительным удовольствием послушав возню и кряхтенье сзади, провернул ключ в замке зажигания.

— Привет!

К машине вышли ночной дежурный главного отделения МВ и двое вооруженных ребят.

В последнее время Вольг, когда встречал Сета, всегда подходил к машине вплотную, сам открывал дверь магу, и всегда его сопровождали стражи. Всегда в полной экипировке со снятым с предохранителей оружием. Да и территория МВ пугала Марка мрачными фигурами в черном обмундировании, расставленными по периметру и остальным важным точкам.

— Привет, — Марку пришлось выйти из машины, на что ребята отреагировали с возмутительным спокойствием, — нужно с него наручники снять.

Вольг удивленно округлил глаза: такого еще не было.

— В зад себе запихать их не забудь, — едко прокомментировал такой благородный порыв Сет, вполне самостоятельно выбираясь с сиденья. Криво ухмыльнувшись, он швырнул Марку звякнувшие браслеты.

Резко вскинув руку, Марк успел поймать летящий снаряд. Удивленно уставился на беспрепятственно врезавшиеся в грудь браслеты, осыпавшиеся на асфальт зазвеневшей на разные лады кучкой деталей, и на болтающуюся в руках короткую цепочку, с которой, медленно соскользнув, падало одно из звеньев.

— Ну, блин же ну! Козел, они же на меня записаны.

Сет, не оборачиваясь, поднял руку в прощальном, отнюдь не вежливом, жесте.

— Ублюдок! — констатировал Марк, присаживаясь на корточки и собирая детали в ладонь.

Вольг сочувствующе вздохнул, но помочь ничем не мог и, смущенно попрощавшись, пошел вслед за начальством.

***

Дольше откладывать с посланием отца было невозможно. Сет и так переделал все, что мог. Отвлекся на все, что могло его отвлечь. Но проклятый конверт таять не собирался, приковывая взгляд к столу, где выделялся пролитым на белую сорочку вином.

Сет тяжело выдохнул и сделал еще круг по кабинету, в тщетной надежде, что войдет Вольг и переключит его внимание на более насущные проблемы. Поставил пустой стакан, сверля взглядом послание и наконец решившись, взял его в руки. Осторожно надломил сургучную печать, вызывавшую стойкое отвращение, и расправил аккуратный до болезненного, белый лист.

— Да будьте вы прокляты! — простонал он минуту спустя. Скомкал послание и с особым наслаждением превратил его в пепел. — Вольг, зайди! — зажав кнопку коммуникатора, велел в пространство и со стоном рухнул в кресло.

— Сэр? — недоуменно позвал Вольг, разглядывая пустой кабинет. Долго гадать, куда унесло начальника, не пришлось, он вынырнул из-под стола с бутылкой и стаканом.

— Сядь, — буркнул Верховный, не глядя на вошедшего и, плеснув виски в обе посудины, придвинул один стакан Вольгу.

— Проблемы? — с понимающим вздохом кивнул на вскрытый конверт и крохи пепла на столе Вольг.

— Послезавтра я уеду. Постараюсь вернуться в ту же ночь, но есть шанс, что задержусь на... неопределенное время.

— Сэр? — на этот раз вопрос прозвучал несколько испуганно.

Сет поморщился и заговорил, так и не поднимая взгляда. Странное чувство вины перед помощником не позволяло смотреть на него прямо.

— Послезавтра юбилей, Совету шестьдесят пять лет. В честь такого рожденные решили закатить пир. Созывают всех мало-мальски важных особ. Так что, по-хорошему, проблем возникнуть не должно. Но! Я набросаю тебе план, на случай, если меня задержат, — глухо говорил он стакану, покачивая его в руке, — если же... не вернусь, будь добр, копу этому, Марку, помоги. Повышение там, премии какие.

— Сэр, все так плохо? — уточнил Вольг сглотнув.

— Не думаю, — все же взглянув ему в глаза, признался Сет, но Вольга, знавшего начальника слишком хорошо, это не успокоило. — Знаешь что, пока я еще здесь... Нужно, наконец, проверить медиков.

— А что их проверять, сэр, — расплылся тот в улыбке и, немного подумав, потопал к шкафчику с вкусняшками. — Я вам и так расписать могу, кто за, кто против.

Прервав уверенный голос помощника, зашуршал первый фантик.

— Архон Тарол, сколько вы его ни проверяйте, за вас не станет!

Сет хохотнул, откинувшись на спинку стула и растянувшись подобно большому коту. Сложил руки за головой, уставившись на темный прямоугольник потолочного светильника. Отчего-то привычная безмятежность помощника успокоила и его, значительно подняв настроение.

— А кто будет?

— Анита Сарвиети, — не задумываясь прочавкал Вольг. — Ее семья вас боготворит. Анастасия моя тоже.

— Какая такая, твоя Анастасия? — с искренним удивлением переспросил Сет, выравниваясь на стуле и подозрительно изучая помощника, заталкивающего в рот очередную конфету.

— Анастасия Ретан. Стажерка, рыженькая такая.

— Так ты ее знаешь?

С интересом подался вперед Сет.

— А то! — под прямым взглядом начальника Вольг шуршать фантиком постеснялся. Отвернулся. — Я ее лично на эту должность ставил.

— Ты? — Сет пораженно хохотнул от такой наглости. — А как же мое утверждение?

— Так, вы и утвердили! — сунув конфету за щеку, Вольг повернулся обратно, глядя на Сета честными-пречестными глазами.

— А почему не помню?

— Ну, вы того, — скривил нос Вольг и уже тише, виновато, продолжил, — перебрали тогда. Но я вам честно рассказал, что девушка она умная, хорошая, вы и одобрили.

Помощник невозмутимо пожал плечами, заставив Сета пораженно рассмеяться.

— Кто она хоть?! Дело ее дай! — отсмеявшись, попросил Сет с улыбкой.

— Да не вопрос, — Вольг быстро исчез за дверью, громыхнул там чем-то, прошуршал и явился обратно, опустив на стол перед Сетом слегка помятую папку.

— Коротко, — по-деловому велел Сет, открывая документы.

— Анастасия Ретан, двадцати пяти лет от роду. Отец — лишенный, мать — пробужденная четвертого уровня. Сама имеет пятый. Экзамены на высший балл, но слишком рьяно защищала лишенных. Итог: направление в спецмед.

Сет даже оторвался от просмотра бумаг, вскинув удивленный взгляд на помощника.

— Мать ее отпускать туда побоялась и воспользовалась связями.

— И каким же образом ты стал этой связью? — хохотнул Сет и сложил руки на груди, выпрямившись на стуле. На Вольга он смотрел с насмешливым прищуром, и тот потупился виновато. Осознавал, что не просто переступил черту, еще и потоптался по ней, пытаясь стереть.

— Она дочь подруги матери Лили, — на выдохе признался он.

— Подруга матери, ты уверен?

— Дочь подруги... сэр! — возмущенно возопил он, разобрав, что Сет попросту издевается.

— Мы с тобой еще поговорим про всех этих друзей-подруг, а сейчас, будь добр, привести сюда свою подопечную, — насмешливо велел Сет, возвращаясь к просмотру личного дела. — Чего ты вообще его у себя-то держал? — пробормотал он в спину уходящему Вольгу.

Тот на мгновение остановился, обернувшись, но отвечать не стал, сочтя вопрос риторическим.

Вернулся он слишком быстро, явно не собираясь лично бегать до медотдела. Бесшумно прокрался в кабинет, а, поймав на себе насмешливый взгляд Сета, брошенный поверх бумаг, безмятежно поинтересовался:

— Кофе?

— Нет уж, давай сначала с девушкой разберемся, — мотнул Сет головой.

Вольг кивнул, хотя начальник уже не мог его видеть, и плюхнулся в кресло, расслабленно прикрыв глаза.

— Звали? — прерывая тишину кабинета, сунулась в приоткрытую дверь рыжая головка.

— Заходи, — велел Сет, отложив папку в сторону. — Иди сюда.

Девушка робко пробралась внутрь, остановившись у самой двери. Бережно прикрыла ее, стараясь не издать ни звука. Покосилась на выпрямившегося в кресле Вольга и лишь заметив, как тот подмигнул ей, подошла к столу. Застыла испуганной куколкой, только руки беспокойно сплетали и расплетали пальцы.

— Скажи, Анастасия, — мягко заговорил Сет. — Тебе нравится работать в МВ?

— Д-да, сэр, — от неожиданности слишком резко махнула она головой. Рыжий хвост радостно прыгнул на плечи, разукрасив скучный белый халат.

— А что ты собираешься делать после стажировки, думала уже? — Сет не сдерживал улыбки, наоборот, старался показать себя с более доброй и безмятежной стороны.

— Да, — на этот раз девушка отвечала сдержаннее, да и поза стала более скованной, напряженной. — Если меня не оставят, пойду в центр Сильвы.

— Почему не медмаг? — удивленно дернул бровями Сет. Центр Сильвы был создан лишенными для лишенных. Да, там работали одаренные, но мало, в основном низких уровней.

— Я... — девушка запнулась, внезапно смущенно опустив взгляд.

— Так, давай договоримся, — разобрав, отчего Анастасия смутилась, резко выпрямился Сет, крутанувшись несколько раз на кресле. Дождался, пока она поднимет глаза, и продолжил, — говоришь только то, что думаешь. Ненавижу, когда мне врут.

Анастасия медленно, неуверенно кивнула, но спину выпрямила и взгляд опускать больше не стала. Смотрела Сету в глаза.

— Я не люблю рожденных. Воспоминания не позволяют.

— Вот как, — прошептал Сет довольно. — Любопытно. А ко мне ты как относишься?

Анастасия не ответила, прикусила губу задумавшись.

— Ладно, давай не так, — Сет поднялся с кресла и вышел из-за стола, заставив девушку попятиться. — Ты хочешь работать в МВ?

— Да, — кивнула Анастасия.

— Хорошо, тогда сядь, — Сет кивком указал на свой стул. — Пройдешь проверку и ты в штате.

Девушка расширенными глазами осмотрела предложенное сиденье. Кинула испуганный взгляд на притихшего Вольга. Получила от него осторожный кивок и выдохнула. Уверенно обогнула стол и села на краешек стула.

— Хорошо, — расплылся в хитрой улыбке Сет. Неторопливо зашел ей за спину и коснулся руками висков.

Анастасия рвано вздохнула и притихла, открывая досмотру мысли.

Сет прикрыл глаза, просматривая мельтешащие картинки и ощущения.

Улыбающуюся женщину, маму, на ее сорок пятый день рождения. Добродушно-неуклюжего отца за работой. Смешливого Вольга, обнимающего радостную Лили. Ощущение защищенности рядом с ними. Себя он увидел тоже. Серая фигура его маячила где-то на заднем фоне, периодически мерцая яркими красками. Безразличие с чуть проскальзывающими теплыми чувствами. Чернота. Портрет дедушки в золоченой рамке.

Сет невольно поморщился разобрав. Дедушка ее из политических, убит «Жалящими». Бабушка ушла с ним.

Он зациклил мысль, пробуждая воспоминания и чувства. Бессилие, ненависть, жажду мести. Но все они утихли, сменившись тихой грустью и желанием сделать лучше.

Сет отступил, пораженно рассматривая рыжую макушку. Редко он встречал людей, желающих не мстить, а изменить происходящее.

Вольг дернулся, желая поддержать девушку, слишком резко вспомнившую все. Но Сет бросил на него быстрый взгляд, показывая не вмешиваться.

— Что ж, — он вышел из-за ее спины и сел на стол напротив. — А теперь дай мне руку.

Анастасия робко протянула вперед ладошку. Вложила ее в сухую, прохладную руку Сета. Тот легонько погладил ледяные, мокрые пальцы. Приподнял рукав халата, посмотрев на медный ромб татуировки с цифрой пять. Вновь прикрыл.

— Страшно? — едва слышно спросил он.

— Нет, — девушка мотнула головой. — Волнуюсь немного.

Сет улыбнулся.

— Я видел твои чувства к Вольгу и Лили. Они твои друзья? — Сет спрашивал мягко, не поднимая взгляда от соединившихся рук. Нужно было настроить заклинания на ее мысли.

— Нет, мы общались только один раз. Моя мама им ближе.

— Но это не мешает тебе быть им благодарной?!

— Конечно, благодаря Вольгу я здесь.

— Хорошо, — тихо хмыкнул Сет и продолжил едва слышным голосом. — А теперь все же скажи, как ты относишься ко мне?

Ручка потеплела, не то от смущения, не то от страха.

— Ровно, — наконец выдавила из себя девушка. — Не скажу, что не слышала слухов о вас. Но и верить им безоговорочно не собираюсь.

— Хорошо, — резко встал Сет, отпустив руку. — Можешь быть свободна. Вольг, переделай документы.

— Есть, сэр, — вскочил с места и Вольг.

Поддавшись атмосфере, встала и Анастасия. Замялась, не зная, что ей делать.

— Иди, — мягко улыбнулся ей Сет и, дождавшись, пока девушка выйдет из его маленького закутка за столом, прошел к кофемашине.

— Между прочим, она свободна, — задумчиво проворковал Вольг, как только закрылась дверь.

— Иди работай! — со смехом рявкнул Сет.

— Есть, сэр! — гаркнул Вольг, стукнув кулаком в грудь, и бодрым маршем вышел из комнаты.

— Клоун, — покачал головой Сет и с легкой улыбкой положил руки на машину.

***

Настроения хватило до утра. Улизнуло оно вместе с коротким, рваным и муторным сном.

Сет устало растер лицо руками, пытаясь понять, сколько он поспал. Словно желая облегчить ему задачу, в дверь по очереди просунулись помощники. Вольг попрощался, Рем поприветствовал и оставил на столе не слишком толстую папку. Яснее от их присутствия количество сна не стало — в кабинете часов не было, так что время он узнавал лишь от помощников.

Сет проводил Рема неприязненным взглядом.

Папку отодвинул даже не посмотрев. Первым делом стоило узнать о жизни от людей, лучше всего о ней осведомленных — от телевизионщиков. Он аккуратно достал из столешницы небольшой экранчик встроенного телевизора. Тот радостно замельтешил яркими образами, вызывая резь в уставших глазах.

Голос улыбчивой девушки заполнил комнатку и ввинтился в мозг, подогревая раздражение.

Быстро пробежавшись по сводкам происшествий, прогнозу цен и предстоящим мероприятиям, телевизионщица свернула на тему неожиданную.

— Вчера нам удалось поговорить с Ка, Дарном Таролом и выяснить, что произошло на охраняемой территории у купола, в тридцать седьмом номе. Послушаем.

Сет, успевший обняться с кофемашиной, нахмурился и оттолкнулся ногой, вернув стул ближе к экрану.

Студию и милое личико телевизионщицы успел сменить широкий пустой двор Дворца Приемов и хищный оскал Ка. Дарн Тарол, выбравшийся из белого «Эльсира» высокомерно окинул взглядом невидимого собеседника, протянувшего микрофон, и неожиданно развернулся к камере всем корпусом.

— Да, действительно, сегодня была очередная попытка прорыва купола. К счастью, стражи МВ успешно отбили атаку.

— Говорят, ее отбил Верховный?

Улыбка Тарола стала снисходительно, а взгляд голубых глаз с едва заметной желтой искрой уставился в камеру. Тарол знал, что Сет будет смотреть новости, и говорил он сейчас именно для него. Сет это так же прекрасно знал.

— Мне кажется, Верховного вполне устраивают такие нападения. Они позволяют показать его силу. Показать, что нам нечего бояться, пока Сет Мор с нами. Не думаю, что именно он отбил атаку. Помните, чтобы добраться до тридцать седьмого нома, нужно время. А вот то, что поучаствовал, в этом нет никаких сомнений. Верховный любит показывать силу и, мне кажется, получает некое удовольствие в истязаниях. Вспомните только печально знакомый бар.

Сет сжал зубы до боли. Плохое настроение сменилось откровенным гневом. Слова Тарола были привычными, но на этот раз слишком яркими. В этот раз никаких намеков, Ка прямо говорил, что он не желал бороться с террористами. Ко всему прочему, слишком явно настраивал людей против него лично.

— ...совет такое позволяет?

Из-за бешенства Сет пропустил половину вопроса и тут же едва не сломал экран, приложив кулаком совсем рядом с ним.

— Не забывайте, Мор фамилия главы Совета.

— Вы хотите сказать, Совет поддерживает такое поведение Верховного?

— Без комментариев!

Тарол отвернулся, направляясь к Дворцу. Только хищно блеснувшие в улыбке зубы не оставляли сомнения о его мыслях.

Сет выругался. Ударил по столу еще раз. Посидел, дыша, словно после пробежки и, не сдержавшись, еще несколько раз впечатал кулак в столешницу.

Намек Тарола о причастности Совета был слишком откровенный. Сет посмеялся бы с этих слов. Да что там, сам Тарол бы посмеялся, скажи это кто другой. Но сейчас было не до смеха. Такое заявление, в расшатанной обстановке, когда в умах лишенных бродят посеянные «Антимагами» сомнения, было сродни искре, поднесенной к пуху тополиных деревьев. И Тарол не мог этого не понимать. А еще он прекрасно знал, что Совет этого выпуска, как и любого другого, не увидит. Если только Сет не захочет поделиться записью. А он не захочет. Это Тарол так же отлично знал.

Сет облокотился на стол, вцепившись в волосы. Желание порвать Тарола, показать Совету, как тот поддерживает их авторитет, было слишком сильным. Останавливала лишь причина такого заявления. Нежелание терпеть рядом с собой проверяющих Совета и откровенный страх отправится в Солар с приговором: не справился. Отец уже выказывал недовольство происходящим. Эта выходка может стать последней каплей и Верховного сменят.

Немного успокоившись, он потянул к себе принесенную Ремом папку: бумаги с опросом живущих у дома стариков.

Как ни странно, по ним выходило, что у дома видели подозрительных людей. Некоторые даже припоминали когда точно. Жаль, что все эти случаи были не меньше, чем за пятидневку до взрыва.

Одна бабушка породила надежду. Вспомнила кого-то заходившего в здание ночью перед взрывом. Описала одежду. Поведение... А также записала в подозреваемые половину соседей. Проверка ее памяти подтвердила выводы — старушка была не в себе.

Так что Сет вновь остался без ничего, зато с препаршивейшим настроением. И весь оставшийся день он распугивал мвшников то погруженным в себя видом, то яростными взрывами. Причем предсказать, в какой момент второй Верховный явится на смену первому не мог даже Луи, получивший свою порцию гнева.

Стражам так и вовсе досталось больше, чем за последние полгода. Сета бесило все: расхлябанный вид, неточно занятое место вахты и нерасторопность при ответах на вопросы.

К концу дня Сет вымотался гораздо сильнее, чем в конце триместра. Вышел во двор МВ, оглядел притихших, стоящих, словно куклы, стражей и, мотнув головой, пошел к машине: после такого рабочего дня просто необходимо было подлечить нервы хорошей дракой.

Глава 10. Дом, милый дом

Рожденные, приглашенные на юбилей, стали стекаться в МВ с самого утра. Сет встречал всех с улыбкой, пусть от нее одни поджимали губы, а другие высокомерно морщили нос. Но по-другому у Верховного не получалось: изображать из себя привратника и открывать проход каждому страждущему было тем минусом должности, смириться с которым он не мог до сих пор.

И стоять у этих врат ему пришлось почти до обеда, когда последняя фамилия из списка приглашенных была зачеркнута.

Наконец в четыре часа «Террос» замер перед воротами. Сет долго колебался, но все же решил ехать на своей машине. Отец наверняка прислал встречающего, но Сет хотел самостоятельно решать, куда и когда ему идти. А отсутствие личного транспорта сильно ограничит его в этом.

Стражи перекрыли проход между корпусами, чтобы Верховному никто не мог помешать. Вольг подпер одну из стен, с блуждающей улыбкой глядя куда-то мимо машины. Рем, как всегда суетливо, перебирал сжатые в руках бумаги — последнее наставление Верховного.

Сет тихо выругался, осмотрев всю эту прощальную процессию, и повернул ключ. Машина довольно заурчала и едва заметно покатилась вперед: барьер не позволил бы пройти слишком быстрому посетителю.

Ворота в последний раз за день разъехались, открыв взору яркую пелену купола. «Террос» уперся в нее капотом, обиженно рыкнул и плавно пошел вперед. Купол признал Верховного, позволив проехать без лишних выступлений. Стоило машине оказаться в Соларе, и ворота разом дрогнули, отрезая оба мира друг от друга.

По эту сторону купола тоже стояли здания. Иногда нужно было охранять переход и от рожденных... а еще от недовольных своей участью лишенных, вынужденных всю жизнь провести в Соларе, прислуживая хозяевам. Здания было всего три, прикрытых от внешнего мира магической оградой, держащейся на обычном металлическом заборе.

Сета встречали. Ярко-алый «Вингард» с откидным верхом, созданный специально для Солара, а точнее, для семьи Мор, стоял ровно посередине площадки. Стоило показаться «Терросу», из него вылез знакомый Сету с малолетства слуга. Пожилой уже лишенный, чьей выправке мог позавидовать и отец, с аккуратно уложенными седыми волосами и усами-щеточкой. Он невозмутимо проводил взглядом подъехавшую машину и так же безэмоционально склонился к открывшемуся окну.

— Езжай без меня, я своим ходом, — велел Сет и, закрыв окно, поехал к воротам.

Старик словно автомат, выпрямился, сел в машину и тронулся следом.

Солар, пусть и был частью первого лота, сильно от него отличался. Погода в нем была магически стабилизирована и расписана на триместр вперед.

По обе стороны от дороги сияла здоровой зеленью ограниченная в росте трава. Пушистое на вид море мягко переливалось под спокойным ветром. Кое-где из него торчали, сверкая боками, накопители и распределители энергии. Иногда пышно-зеленые поля прерывались настоящими лесами. Не такими, как по ту сторону купола, высаженными ровно, как по линейке, а хаотичными, можно сказать, дикими.

Только зданий среди этого неестественно умиротворенного пейзажа видно не было. Рожденные предпочитали селиться так, чтобы не попадаться на глаза «путешественникам».

Сет по сторонам не смотрел. Все свое внимание он сосредоточил на внутреннем мире, оставив внешнему лишь малую часть. Ему не нравился Солар. Никогда не нравился. Для него здесь было слишком тесно, скучно и предсказуемо. И внезапная возможность остаться здесь навсегда искренне пугала. Пусть он не показывал своих чувств до того, перед подчиненными, но сейчас играть было не перед кем.

Ровный, темный асфальт мягко ложился под колеса. Алая точка «Вингарда» давно растворилась позади. Встретить пешехода в Соларе можно было так же часто, как какого-нибудь волка в Даргвитаре. Так что Сет без страха вдавил педаль, не следя за показаниями приборов. Словно пытался сбежать от невеселых мыслей, захвативших голову, стоило вернуться домой.

Земли семьи Мор, как одной из десяти высших, прилегали к городу, но особняк прятался далеко от его границ.

Едва не пропустив поворот, Сет резко свернул на отходящую от основной трассы дорогу. «Террос» завихлял, едва не вылетев с асфальта, но выровнялся и, словно обидевшись, пошел еще быстрее.

За окном мелькали посаженные вдоль дороги тополя — один из показателей достатка семьи. Их семена когда-то вывезла с четвертого лота бабушка. Ей чем-то приглянулся сброшенный деревьями пушок. Теперь второй триместр каждого года такой пух украшал подступы к семейному гнезду, и прочие семьи съезжались посмотреть на чудо. Сет с отвращением вспоминал это время. Всем магам семьи Мор тогда полагалось ежеутренне проезжать вдоль дороги и накладывать специальное заклинание на летящий с неба пух, лишая его возможности прорастать. Потому как другие семьи каждый год пытались этот пух украсть и вырастить деревья у себя.

Выгнать скоростью злость и неуверенность немного удалось. Сет даже притормозил, чтобы подъехать к имению неторопливо, как полагается отпрыску благородной семьи.

За окнами, отражая высокое солнце, сверкало озеро Фульгидус. Искусственный водоем, воспоминание о котором у Сета было настолько же паршивым, насколько и об аллее. Именно на его берегах отец учил его магии порталов. И сколько раз Сету после заклинаний приходилось плыть до берега, он не смог бы пересчитать.

— Проклятье, хоть что-то может мне подкинуть хорошее воспоминание?! — с досадой тряхнул он головой, упрямо глядя на приближающиеся ворота в невысокой, ажурной ограде.

Те распахнулись, не дожидаясь, пока «Террос» остановится. Отец прекрасно знал его характер и наверняка предупредил, что молодой господин может прибыть на своей машине. А уж его монстра слуги знали.

Осторожно въехав во двор, Сет остановился в самом ближнем к воротам, и, соответственно, самом дальнем от входа в особняк углу парковки, неосознанно оттягивая встречу с родственниками.

Вышел из машины, огляделся — слуги незаметно сновали вдоль стен, чтобы не раздражать прибывшего господина — и неторопливо двинулся к дому. Над дверной ручкой рука задержалась, заставив Сета досадливо сцепить зубы, он не ожидал, что детская неуверенность вернется к нему настолько сильной. Выпрямившись и заправив за ухо не вовремя выбившуюся прядь, он растянул губы в насмешливой, раздражавшей всех улыбке и шагнул внутрь.

Широкий мрачный холл встретил его тишиной. Лишь из дальнего правого угла, из кухни, доносились тихие звуки и легкий запах еды. Семья картинно замерла напротив входа. Только отец, мать и сестра, остальных старший Мор, видно, не пригласил. Над ними, на дальней стене, вверху широкой лестницы, скалил зубы семейный герб: голова давно вымершего волка, нападавшая на кого-то за пределами изображения. Мертвое животное, не способное напугать даже ребенка.

Сам Руи стоял посередине. Бледное лицо с высоким лбом, черные волосы гладко зачесаны и собраны в хвост. Строгий черный костюм похож на современный, только белые рюши рубашки выбиваются из привычных рамок. Прямой и высокомерный, глава семьи картинно сложил руки на отставленной далеко вперед трости и изучал вошедшего холодным пытливым взглядом. Мать замерла у его правого плеча. Такая же прямая, только безразличная к происходящему, она смотрела сквозь Сета. Тяжелый зеленый бархат платья облегал все еще стройную фигуру. И только Исиль отличалась от этой картины времен Рассвета. Тонкая и прямая, как родители, между тем она блестела зубами в лукавой усмешке, глядя на Сета чуть суженными глазами. И костюмчик предпочла посовременнее: прямые брючки с высокой талией, приоткрывавшие острые носки туфель и белая маечка, широкая и короткая, пробуждающая воображение.

— Отец!

Сет подошел ближе и склонился в учтивом поклоне.

— Мама, — осторожно коснулся он руки матери поцелуем. Исиль! — вместо того чтобы коснуться руки сестры губами, он приподнял взгляд, лукаво усмехнувшись.

Сестра ответила возмущенно вздернутыми бровями и едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

— Поговорим, — бросил Руи, стоило Сету выпрямиться и вновь обратить внимание на него. Отвернулся и пошел к столовой, не желая знать, идет ли за ним сын.

Сет невольно хмыкнул, раньше отец не позволял себе поворачиваться к нему спиной, и оставалось лишь гадать, то ли он стал ему доверять, то ли, наоборот, перестал считать опасным.

— Оставьте нас, — уже в столовой обернулся он к шедшим следом женщинам. И вновь не обращая внимания, исполняют ли они приказ, ушел к стеклянному бару, стоящему у дальней стены.

Сет проводил лукавым взглядом возмущенно надувшуюся сестру и высокомерно-безразличную мать и огляделся. Ничего за прошедшие годы в «гнездышке» не поменялось. В этом и были все рожденные — застывшие во времени реликты. Мрачное помещение, едва освещенное стилизованными под старинные люстры магическими светильниками, выхватывающими из тьмы лишь пару метров возле себя — отец, как и сам Сет, не любил яркого света. Минимум мебели: тяжелый стол на двенадцать персон посередине да пугающий своим нелепым видом, но вместительный бар. Из украшений лишь портреты давно почивших Моров на стенах.

— А где все? Неужели от Моров на таком важном празднике будем только мы? — разглядывая одного из далеких дядюшек, хмуро глядевшего с портрета, уточнил Сет. Он старался спрятать ехидство поглубже, но не вышло, насмешка слишком явно прорвалась наружу.

— Я хотел поговорить с тобой наедине, — окинув сына взглядом из-под бровей, заявил Руи, наливая выбранный напиток.

«Все же в два бокала», — с едкой злостью подумал Сет, изобразив на лице полную участливость.

— Я слушаю!

Но отец не повелся. Неодобрительно качнул головой, отчего хвост разметался по плечам и сел во главе стола, отправив второй бокал по столешнице силой.

Сет послушно принял доскользивший до него напиток и опустился на краешек стола, заставив отца уже откровенно поморщиться.

— Что у тебя происходит? — больше не стараясь изображать ни отца, ни наставника, холодно спросил он, прямо глядя Сету в глаза.

Одновременно Сет почувствовал, как аккуратно скользнула к его защите чужая сила. Внутренне сжавшись, он ударил по ней ментальным хлыстом.

Отец даже не поморщился, но сила отступила.

— Смотря о чем ты говоришь? — насмешливо уточнил Сет, едва сдержав внутреннюю дрожь. Страх перед отцом неожиданно сильной волной прошелся по нутру, едва не заставив потупить взгляд, начать оправдываться.

— Решил вывести меня? — холодно уточнил отец, — не стоит. Не в твоем положении смеяться, сын. Мне все сложнее прикрывать твои промахи. Твое безразличие стоит нам слишком дорого! Еще немного, и Совет потребует твоей смены. Ты хоть представляешь, какой ущерб это нанесет семье?! Нам некого больше поставить на роль Верховного! Подходящих кандидатур попросту нет! К тому же следующий Верховный будет от Скай и прочих. Ты так хочешь доставить проблем лично мне?

Руи почти не менялся в лице, глядя на Сета сузившимися глазами. Словно высматривал слабость не только в его внешности, но и внутри. Собственно, так оно и было. Отец не зря стоял во главе Совета, умея чувствовать изменения в настроениях раньше, чем его могли понять сами оппоненты.

— И кого же прочат на мое место? — с насмешливым любопытством поинтересовался Сет. Держать себя в руках под этим взглядом было сложно, но у него получалось, сказывались долгие тренировки в детстве.

— Саймон Скай, Ка-губернатор, — спокойно проговорил отец, а после зашипел, не отрывая от Сета взгляда. — Если тебя снимут, Сет, я устрою тебе Бездну в мире! — и уже вновь спокойно поинтересовался, — присмотрел себе невесту?! После твоего отказа Анель, навряд ли кто-то из высших семей отдаст за тебя свою дочь.

— Анжей отдаст, — безразлично пожал Сет плечом. Гнев отца позволил ему полностью вернуть самообладание. Словно он опять на совещании в роли Верховного, а перед ним доставучие и ничего не смыслящие Ка.

Отец поморщился. Видя безразличие Сета, он внезапно расслабился. Не верил, что его сыну действительно настолько наплевать на свою судьбу.

— Эмилия твоя кузина, не слишком ли близкая связь? — насмешливо уточнил он. — Однако я не думал, что ты так рвешься вернуться в Солар.

— Ты прав, не желаю, — задумчиво проговорил Сет, покручивая бокал в пальцах. — Но мне нужно время.

— Время? Тебе и так слишком много его дали, Сет.

— Время относительно! И все же, наши желания сходятся, поэтому предлагаю договориться, — ухмыльнулся Сет, осторожно наблюдая за реакцией отца.

Руи посверлил его взглядом, резко выдохнул, словно выпуская пар, и велел:

— Говори!

— Пока я не могу уничтожить «Антимагов»...

— Не можешь, или не хочешь?

— Не могу! Банды как таковой нет, по крайней мере, мне так кажется. — Сет очень старался, чтобы голос его звучал уверенно.

— Кажется? — зло усмехнулся отец. — Сет, мне нужны факты, а не твои размышления.

— Факт в том, что я могу уничтожить нападавших. Потом уничтожить напавших снова и снова, и снова. Проблема в том, что они будут появляться вновь и вновь. Снова и снова будут наносить мне удар за ударом.

Отец нахмурился.

— Так уничтожь первопричину.

Сет улыбнулся, хищно, зло и одновременно насмешливо.

— Проблема в том, что первопричина — это вы! Точнее, мы — рожденные.

Отец резко вскинул голову, вперив холодный взгляд в насмешливые глаза сына.

— Пояснишь?

— «Лишенные» проблема только Даргвитара, но! Они пример. В первом лоте уже были несколько происшествий. Результат — семь мертвых магов.

— Что? — вновь распаляясь, холодно уточнил отец.

— Трое студентов решили последовать примеру «Лишенных», — не обращая внимания на гнев отца, продолжал говорить Сет. — Забили до смерти двоих преподавателей. Точнее, одного проректора и преподавателя. Первый потакал магам, позволял им унижать лишенных в стенах своего заведения и даже поощрял это. Второй позволял себе применять против лишенных студентов силы. Заклинание «Стоящее сердце» и «Быстрая пытка» то, что нужно для воспитания молодежи, не так ли?! — насмешливо спросил Сет, лукаво блеснув взглядом. — Приговор мальчишкам — смерть. Справедливо, правда? Результат, еще пять трупов. Страж МВ, обращавшийся с заключенными, как с мясом. Судья и прокурор, тут думаю, пояснений не нужно. Защита — как понимаешь формальная, и не сделавшая ничего, чтобы оправдать ребят. Ну и один из следователей МВ, маг. Все они маги. Пока виновных не нашли. Подготовились они на этот раз достаточно хорошо. Но, когда найдут, как думаешь, остановится ли это колесо?

— Что ты хотел этим сказать? — теперь голос отца был холодным и лишенным эмоций. От такого Руи можно было ожидать чего угодно.

— Лишенные узнали свою цену, отец. — Подобрался Сет, с подозрением следя за каждым движением отца и готовясь поставить щит, если эти движения появятся. — Они больше не серая, забитая масса. Они строят мир без нашей помощи. К слову, они изобрели машину, способную двигаться без магической энергии! Она использует электричество. Да, пока она смогла проехать всего около трех километров, но поверь мне, пройдет лет пять и она выдавит с рынка магический двигатель. Слишком дорого обходится людям магическая энергия. И я сейчас не про деньги. А оружие? Ты видел новые разработки, еще чуть-чуть и энергии его хватит, чтобы пробить родовой щит!

— И как же... остановить колесо? — с едва заметным интересом уточнил Руи.

— Я хочу дать лишенным волю. Выбор. Только это позволит убрать недовольных нашим правлением.

Руи не сдержался, фыркнул, помотав головой и тут же вновь застыл, сверля Сета заледеневшим взглядом.

— Уберут тебя. Даже мне не удастся защитить тебя в таком случае. Никто в здравом уме не позволит лишенным выйти из-под контроля. Это смерть для нас.

— Смерть для нас продолжать держать их в слишком тесном загоне. В конце концов, они снесут забор. Собственно, в этом и состоит суть договора. Я делаю так, что Совет и дальше будет править лишенными, пусть и не так явно, как это было до сих пор. А ты делаешь так, чтобы мне не мешали.

Руи задумался, молча глядя в свой бокал. Не позволяя ему уйти в своих размышлениях, застывших за годы правления, не в ту сторону, Сет заговорил.

— Давай поразмышляем. Меня снимают. Помимо твоего недовольства и огромных потерь, мы получаем нового Верховного. Саймон Скай плохой Ка-губернатор. Мне слишком часто приходится вмешиваться в его правление, слишком часто приходится просить Совет вложить щенку немного мозгов. Несколько фактов: в его номе правят старые порядки, комендантский час, запрет на выезд для молодых людей, выбор места учебы за детей. И вот он приходит к власти в Азилуме. Правила нома распространяются на весь мир. Люди не могут менять статус, не могут стать юристами, если родились фермерами. Они вынуждены работать по две смены, потому как лишенные обязаны только приносить пользу и ни в коем случае не отдыхать. Нельзя высказывать недовольства, за это смерть или работы. Как думаешь, они предпочтут молча слушаться или возьмут пример с тех студентов?

— Мне не нравятся твои слова. Более того, не будь ты моим сыном, я бы уничтожил тебя на месте. — Руи замолчал, давая Сету время, чтобы понять сказанное. — Поэтому я представляю, какую реакцию вызовет твое предложение в Совете. Но, что-то в твоих рассуждениях есть. Поэтому я хочу услышать твой план, — сдаваясь, выдохнул Руи, наконец расслабившись и приготовившись слушать.

— Ну наконец-то конструктивный разговор! — хохотнул Сет, внутренне расслабляясь. Да немного заранее, но сидеть перед отцом, словно ожидая удара, ему надоело. Пригубив вино, он пересел со стола на стул. Все же, нужно хоть немного расположить отца к себе.

Разговор затянулся. В результате, когда они с отцом вышли из столовой, времени на беседы с другими родственниками не осталось. К матери его не тянуло, а вот с Исиль поболтать было необходимо. Зато и большая часть дальней родни уже уехала в здание Совета. Лишь несколько ближайших из них лениво ходили по холлу, ожидая своего экипажа.

С Сетом они здоровались приветливо, никогда не знаешь, что ждет завтра и ссориться с действующим Верховным они не спешили.

— Я на своей, — тихо бросил Сет отцу, пока тот неодобрительно рассматривал прибавившийся народ. Его можно было понять, во время отсутствия всех этих магов дом и созданный в нем мир будут поглощать энергию из накопителей. А это потери, пусть восполнимые, но дорогостоящие.

— Нет, — коротко бросил отец, даже не повернув головы. Явно ожидал, что сын, как и раньше, беспрекословно подчиниться.

Но Сет лишь усмехнулся и пошел к выходу: он предупредил, дальше дело отца злиться или нет, но помешать он уже не сможет.

— Он тебя испепелит, — остановил его почти у выхода веселый голосок Исиль. Сестра, уже переодевшаяся в обтягивающее черное платье, подпирала плечиком стену, ожидая, когда отец позволит ей выйти. Рубины украшений, совсем не простых, притягивали взгляд несколько неестественным блеском.

Сет недоуменно обернулся туда, куда смотрела Исиль, где с нарастающим весельем увидел сверлящего его взглядом отца.

— Желаешь позлить? Давай со мной! — хохотнул он, склонив голову набок.

— Ну уж нет. Это ты завтра исчезнешь, а мне с ним еще жить и жить, — весело рассмеялась сестра, показывая ему легкими взмахами руки двигать дальше. — Там поговорим, ты же не зря на меня так смотрел?!

Сет хохотнул довольно и, изобразив шутливый поклон, вышел из особняка.

Глава 11. Осознай свое положение

На самом деле, являться на праздник раньше родственников Сет и не думал. Вместо этого он проехал по Солару, пытаясь найти те самые «хорошие воспоминания» хотя бы в нем. Выходило не очень. Вспомнились, конечно, и просаженные в казино украшения, и разнесенный в хлам бар, за который потом пришлось отдавать собственные деньги, так как отец наотрез отказался погасить долг. Хорошо, что происходило это в короткие декады побывки, когда Сет уже работал и зарабатывал. Других, более приятных, воспоминаний не явилось.

Широкие улицы. Низкие яркие дома, обвешенные вывесками, как дорвавшийся до украшений ребенок камнями, перемежавшиеся стеклянными «высотками» в десяток этажей. Ажурные мосты и цветущие клумбы. Яркие образы прохожих и дорогие машины. Все это отличалось от Даргвитара лишь ощущением. Осознанием того, что вокруг высокомерные рожденные. Что тебе придется кланяться встреченным знакомым и небрежно кивать незнакомцам. Что при виде тебя остальные будут вести себя так же. А лишенные будут опускать взгляд и опасливо прижиматься к стенам, а то и прятаться в подворотнях. Такое раболепие давно перестало радовать Сета и вызывало лишь раздражение.

Покружив по темнеющим улицам, он наконец выбрал наименее яркий бар. Машину припарковал поодаль, сам не понимая почему. Медленно прошелся до входа, разглядывая сверкающие всеми цветами радуги вывески.

Дверь перед его лицом услужливо распахнулась. Встречающий лишенный, спрятавшийся за створкой, чтобы не мозолить великому взгляд, согнулся практически до земли, заставляя Сета поморщиться. Навстречу тут же выбежал одетый в белоснежный костюм рожденный. Слабый, глаза почти сияли неудержимым желтым огнем. Сета он явно знал. Побледнел, склонившись лишь чуть выше лишенного и тихо, но отчетливо заговорил, предлагая Сету на выбор вип-кабинет или отдельный столик.

Устало поморщившись, Сет сделал шаг вперед, но опомнившись велел:

– Веди к столику, – и уже следом за хостесом побрел вглубь помещения.

Огромный зал разделялся ажурными перегородками, увитыми зелеными лианами. Скатерти, подсвеченные тусклыми магическими огнями в вышине, сверкали звездами во тьме зала. Немногочисленные посетители жадно провожали взглядом высокую фигуру Сета и шуршали за спиной, торопясь обсудить явление младшего Мора.

– Чего желаете? – не спеша оставлять гостя ждать своей очереди, спросил хостес угодливо.

– Виски и чтобы не мешали, – бросил Сет, продвинув по столу выхваченную не глядя банкноту.

Хостес побледнел, резво схватил деньги и, кланяясь, удалился. Виски принесли меньше чем через минуту.

В этот раз алкоголь требовался не для того, чтобы заглушить боль или быстрее восстановить энергию, сейчас он нужен был, только чтобы потянуть время. Так что стакан так и простоял практически полным, занимая лишь руки. Голова была увлечена другим, перебирала разговор с отцом и предстоящий, с сестрой.

Не сказать, чтобы позиция старшего Мора Сету понравилась. Тот, пусть и думал о выгоде, но слишком верил в основы. Но, по крайней мере, время он предоставил и кое-какие вольности позволил. Главное — не переступать черту, когда даже власть главы Совета не сможет уберечь Сета от расправы.

За окном то и дело проносились элитные машины, стекающиеся в одну точку города. Совсем стемнело, по небу, вернее, накрывшему этот мир куполу, волнами побежало зеленоватое сияние. Карающий окинул взглядом город, приглушив яркие краски алым светом. Наблюдающая пыталась противиться ему, заливая улочки серебром, но проигрывала мужу. Да и как не проиграть, этот мир принадлежал его подданным.

Сет тряхнул головой, заправил выбившуюся прядь за ухо и, выпив залпом почти весь оставшийся напиток, поднялся. Дорогие машины иссякли, показывая, что пришло и его время присоединиться к празднику.

Здание совета стояло на краю города, отгородившись от построек огромным парком. Широкие аллеи, аккуратно подстриженные кусты и даже деревья, прикрывали от взгляда большой белый дворец с порталами и горельефами.

Подъехать предлагалось к самой лестнице, ведущей к главному порталу, украшенному вычурным орнаментом из переплетшихся в смертельных объятьях зверей – символов магических семей – и растений. Машину тут же отогнали прочь, оставив Сета одиноко подниматься к исторгающему какофонию звуков входу. Желание сбежать усиливалось с каждой пройденной ступенькой.

К счастью, дверь зала не закрывали, позволив Сету незаметно скользнуть внутрь, не привлекая внимания лишними движениями.

Основная часть мероприятия пока не началась. Гости бродили по залу, останавливаясь возле знакомых, и переговаривались, кривя губы в вежливых улыбках. Справа, прикрывшись колонами, мучили инструменты музыканты, пытаясь создать расслабляющую атмосферу.

Стоило Сету пристроиться у одной из колонн, чтобы немного осмотреться и привыкнуть к происходящему, музыка прервалась. Отец, вместе с остальными девятью членами Совета, вышел к микрофону. Словно только и ждал, когда сын появится.

К пафосной, полной самолюбования речи Сет не прислушивался, осматривал гостей. Улыбался, столкнувшись с кем-нибудь взглядами. Получал в ответ приветливые взмахи или брезгливые гримасы и двигал взгляд дальше. Пока не наткнулся им на Исиль. Сестра насмешливо ждала, когда он соизволит на нее посмотреть и тут же кивнула в сторону выхода, намекая, что не прочь послушать более интересный разговор.

Сет усмехнулся и тихо скрылся за колонной, не желая злить выступающего отца – наверняка ведь заметит пропажу.

– Ну ты и гад! – устало плюхнувшись на притаившуюся между кустами кованую скамейку и вытянув ноги, заявила Исиль. На насмешливый взгляд брата пояснила, – знал ведь, что мы еще два часа будем по залу без дела ходить, да?

– Конечно, – тихо рассмеявшись, кивнул Сет и огляделся. Привычка не позволяла расслабиться, заставляла крутить головой и всматриваться в шевеление теней у деревьев. – Ка такие приемы минимум раз в квадрит устраивает.

– Мог бы и спасти сестру!

– Я пытался!

Сет улыбался искренне. Не сказать, чтобы с сестрой у них были совсем уж теплые и родственные отношения. Когда Сет уехал из Солара, ей было всего два года. Но каждый раз, возвращаясь домой, он обязательно вез девочке подарок. Украшения и наряды, сладости, а теперь лучшие камни для ее увлечения – артефактов. Мать и отец к дочери относились гораздо теплее, чем к сыну, тем более когда стало ясно, что это их последний ребенок. Но это не мешало Исиль помнить о брате и даже по-своему его любить.

– Держи, – Сет протянул ей бархатный мешочек, тихо звякнувший содержимым.

– Ух, какие, – восхищенно прошептала Исиль, заглянув внутрь. Вытянула один из рубинов, крупный, не ограненный, повертела в пальцах, рассматривая сквозь него Карающего. – Неужели это все, о чем ты хотел поговорить?!

– Нет, это так, взятка, – хохотнул Сет и протянул другой камень, крохотный, приделанный к грубой латунной планке и соседствующий с маленькой стеклянной сферой.

– Ого, – Исиль быстро затянула горло кошелька и сунула его в вырез платья. Схватила протянутый артефакт и углубилась в его изучение.

Сет молчал, поглядывая на выбравшихся подышать и растянувшихся по аллеям людей. Видно, Совет, наконец, закончил речь, позволив гостям размяться. Из входа то громче, то тише полилась мелодия, более живая, чем до того.

– Твоя работа? – оторвалась наконец от осмотра Исиль, уставившись на Сета с легким подозрением.

– А похоже? – насмешливо уточнил он.

– Вообще нет, – скривилась Исиль, посматривая на игру света в камне. – Что надо?

– Можешь сказать мне, кто это сделал и… как?!

– Ну, кое-что могу сейчас… хм, есть ощущение, что я такое плетение уже видела… – почесав кончик носа, как делал отец в минуты раздумья, заговорила она. – Следов нет, но сделано, как бы это сказать… грубо.

– Я заметил.

– Будешь перебивать, пошлю, – глянула на него из-подо лба Исиль. Дождалась покаянного хмыка и продолжила, – делал кто-то с низким уровнем. Кое-какие крепления кривые, с большой потерей энергии, наверняка делали инстинктивно. Да и вся работа грубая, даже то, что самые молодые артефакторы стараются сгладить. То есть, работа изначально планировалась одноразовой и должна была пережить любые потрясения до своего использования. Дальше заклинание. Не смотри я на это, сказала бы, что закрепить это заклинание невозможно! – она вгляделась Сету в глаза в надежде на объяснения, но тот лишь головой качнул. – Но оно здесь. Сет, никто никогда не использовал стекло так! Да, я пыталась закрепить заклинание в стекле, как в камне. Но вот это!

– Почему?

– Почему что? Почему не пробовали? Да такое даже в голову не приходило.

– И как оно должно работать?

– Пока могу лишь предположить. В сфере уже активированное заклинание. Стоит ее разбить, оно накинется на цель. За это отвечает вот это крепление, соединенное с этим, – Исиль провела острым алым ноготком по грубой линии напаянного проводка, присоединенного к малюсенькому ограненному сапфиру, закованному в гнездо из серебряной проволоки. – Но более детально смогу сказать лишь после разбора.

– Еще что-то?

– Да. Очень интересная идея, такое никто не пробовал, Сет! Вот этот блок явно отвечает за активацию, – на этот раз она ткнула ногтем в россыпь разноцветных камешков, на первый взгляд впаянных в плитку в произвольном беспорядке и сеточку тонких проволок из разных металлов и соединенных все с той же сферой. – То есть, кто-то не просто прицепил это заклинание, но еще и заставил его слушаться мертвую активацию.

Мертвой активацией называли активацию с помощью артефакта. Далеко не все заклинания слушались такого, многим из них нужна была живая сила владельца, постепенное повышение, чего активатор не давал, и начальное управление силами, тоже исключенное при мертвой активации.

– Это не похоже на работу ни одного из известных мне артефакторов, но я уже хочу познакомиться с ним! – заявила Исиль, протягивая игрушку Сету.

– Нет, – покачал он головой, чуть отступив, – мне нужно все. Вся информация, которую ты сможешь извлечь из него. Ну и, думаю, скопировать, а то и улучшить систему ты сможешь?! Такая игрушка будет не лишней в арсенале Моров.

– Ну как знаешь, братишка. – Исиль хохотнула, – меня удивляет твое поведение, то ты боишься открыть мне даже кроху своих тайн, а то доверяешь такое.

– Ну, хоть кому-то же мне нужно довериться, – улыбнулся ей Сет отворачиваясь.

Но Исиль уловила в его голосе и несвойственную досаду, и глубоко запрятанную усталость.

– Видно у тебя с делами совсем не очень? – хмыкнула она.

– Скажем так, я был бы не против вернуть тебя в Даргвитар, – чуть склонив голову, признался Сет, глядя ей в глаза.

– Совет не даст мне места, – хохотнула Исиль.

– Я и без Совета найду, куда тебя пристроить.

– Э нет, братишка, давай без меня, – уже серьезно замотала головой Исиль, грустно улыбаясь. – Это ты любишь быть в центре внимания лишенных и бегать с утра до утра по очень важным делам. Я предпочитаю тишину лаборатории и привычный мир.

– Ну как знаешь, – пожал плечом Сет, внутренне поморщившись от досады, – но с артефактом поможешь?

– Без проблем, более того, я тебе пару своих наработок хотела отправить. Пригодятся.

– Спасибо, крошка, – насмешливо поклонился Сет и предложил, – не присоединиться ли нам к мероприятию, а то, боюсь, отец меня испепелит.

– Уболтал, – Исиль вскочила с лавочки, оправила платье и, чинно приняв предложенный братом локоть, поплыла с ним рядом, высокомерно поглядывая на прячущиеся во мраке парочки.

В зале Сет тут же попал в оборот. Злой и раздраженный отец встретил его у входа и молча кивнул, требуя следовать за собой. Тяжело выдохнув, Сет простился с сестрой, изобразившей сочувствующее выражение на лице, и пристроился у правого плеча отца, пробираясь к застывшим в отдалении магам.

Глупо было наедяться, что члены Совета не воспользуются случаем лично отчитать надоевшего выскочку. Но высказывать неуважение собравшимся Сет не рискнул, отцу и так будет тяжело продвигать его идеи среди этих закостенелых стариков.

– О, какие люди. Сам Верховный почтил нас своим присутствием, – Деймон Скай насмешливо обвел наигранно удивленным взглядом остальных членов Совета. Старик тянул слова и причмокивал, пытаясь показать свою немощность. Но Сет, как и другие маги, знавшие главу семьи Скай, не обольщались. Стадевятилетний интриган, несмотря на все свои старания, выглядел поразительно молодо и крепко. Только седые волосы, аккуратно разложенные по плечам, да слишком глубокие морщины демонстрировали его возраст.

Сет криво улыбнулся и поклонился сразу всем. Отвечать на насмешку было глупо и опасно.

– Ну, рассказывай, малыш, что за игры ты ведешь? – все так же насмешливо велел старик, лишь взгляд колючих глаз показывал его настоящее отношение.

– Только те, что дозволил мне великий Совет, – учтиво склонил голову Сет, прямо глянув старику в глаза. Заметил блеснувший холод, показавший, что фраза не пришлась по душе, и не сдержался: губа чуть дрогнула, выдавая истинные чувства.

– Однако Совет не давал одобрения на стрельбу и порчу купола, – уже гораздо холоднее проговорил Деймон, обращаясь к отцу, но Сет ощущал его острый взгляд на себе, демонстрирующий, что последняя слабость не осталась незамеченной.

Внутренне Сет поморщился. Отвык он от общения с настолько сильными магами. Отвык держать эмоции в узде, наоборот, приучал себя реагировать, чтобы подчиненные видели в нем человека, а не машину.

– Конечно, – Сет заговорил раньше, чем отец успел обдумать правильный ответ и высказать его. Получил быстрый, возмущенный взгляд, но и едва дрогнувшую голову, разрешающую продолжать, заметил. – У Совета и так слишком много дел. Я не хотел беспокоить уважаемых магов по таким пустякам.

– Пустякам? – хохотнул стоявший по правую руку от Деймона полный мужчина с ярко-рыжими волосами – Виктор Кроган, ярый приверженец старика. Голос его, басовитый, раскатистый пробежал по залу, заставив оглянуться наиболее любопытных. Остальные маги постарались отойти: влезать в дела Совет – плохая примета. – Да ты издеваешься, мальчишка?! Кучка лишенных перестреляла охранников МВ, напала на магов, и ты считаешь это пустяком?

Сет перевел на Крогана показательно удивленный взгляд. Отметил, как безразлично посматривает по сторонам отец, давая разрешение на спор с магами, и заговорил, стараясь, чтобы голос звучал не слишком насмешливо:

– Уважаемый Виктор Кроган, мне кажется, вы ставите под сомнение силы Совета?!

Виктор дернулся, побагровел. Неодобрительно стали посматривать даже приверженцы семьи Мор. Только отец все так же безразлично улыбался стоящей поодаль матери, да Деймон смотрел холодно, подозрительно, не спеша осаживать ни его, ни своего прихлебателя.

– Совет знает все, – хмыкнув пояснил Сет. – И разрешение на свои действия я получил. Пусть они и звучали не так, как озвучили их вы. Но Совет точно дал мне разрешение действовать по усмотрению в случае необычных происшествий.

– То есть, по-твоему, нападение кучки лишенных на купол – это необычное происшествие, а не пустяк, как ты смел выразится? – холодно, но заинтересованно уточнил Деймон, перебив уже приготовившегося высказать свое мнение Крогана.

– Не совсем это, – чуть поклонившись в знак уважения не только к собеседнику, но и к вопросу, повернулся Сет к Деймону всем корпусом, сосредоточив внимание на глазах старика. – Их поведение. Оснащение. Способ коммуникации между собой, а также готовность идти насмерть в таких количествах.

В глазах старика мелькнул интерес.

– Подробнее?!

– Я оставил отцу полный отчет, – вновь поклонился Сет, пытаясь реабилитировать свое положение в глазах врага. – Там описано все до мельчайших подробностей.

Старик глянул на отца, и тот чуть кивнул, подтверждая. Сет внутренне улыбнулся, дальше не его проблемы, пусть отец показывает, что нужно или дополняет по своему усмотрению. К тому времени, как у старика возникнут вопросы или сомнения, Сет уже уберется обратно, и повлиять на него прямо Скай не сможет.

– Хорошо, но я все же надеюсь, что таких масштабных, – старик хмыкнул, растянув сухие губы в ухмылке, – происшествий, ты больше не допустишь.

– Если только совсем чуть-чуть, – позволил и Сет себе лукавую усмешку.

Деймон довольно кивнул.

– Иди, дальнейший разговор тебя не касается, – велел он уже привычно, по-стариковски, пошамкав ртом.

Сет вновь поклонился услужливо, но на этот раз сделал акцент на Деймоне, чтобы немного ему польстить. Выпрямился, получил от отца довольный кивок и, развернувшись, пошел к выходу. Теперь нужно бежать, пока сам глава семьи Мор не решил его задержать. Да и Деймон что-то уж больно лоялен, возможно, не потерял еще надежду отдать внучку за Сета. Нет уж, хватит, наговорился с рожденными уже по горло.

Задержался он лишь раз, у выхода, когда показалось, что спину сейчас прожжет чужой взгляд. Остановился, позволяя неизвестному отвернуться, медленно обернулся и наткнулся на насмешливо-высокомерный взгляд Анель Скай. Она стояла у противоположной стены, рядом с высоким, худощавым мужчиной, в котором Сет с некоторым любопытством узнал Ка, Дарна Тарола. Несколько мгновений Анель смотрела Сету в глаза, затем отвела взгляд и мило улыбнулась собеседнику. Больше от него женщина не отвлекалась.

Сет тихо хмыкнул, не совсем понимая, как трактовать этот взгляд, и наконец покинул неприятное сборище.

Террос мчался по темной дороге спущенной стрелой. Сет зло жал педаль, одергивал себя, немного сбавляя скорость, и вновь забывался, погружаясь в неприятные мысли.

Даже черные волны ночной травы, разбавленные звездами накопителей, казалось, спешили убраться подальше от раздосадованного мага. А сам маг пытался сбежать от мыслей и не мог. Перед поворотом к особняку Моров Сет резко затормозил, едва не впечатавшись в лобовое, о ремнях безопасности он даже не вспомнил. Покатил вперед со скоростью старухи, гуляющей в погожий денек, напряженно поджимая губы.

Хотелось побыть одному. Хоть на один день почувствовать себя свободным от семьи и должности. Злая, усталая мысль: да пошло оно все! – наконец повернула стрелку выбора в нужную сторону. Выкрутив руль, Сет прибавил газу.

Тополя, подсвеченные обеими лунами, походили на облитые кровью стелы. Свет фар словно обрезал мир до размеров коробки. Но сейчас Сету это не мешало, наоборот, ему нравилось осознавать, что вокруг нет никого, а значит, и отсутствуют проблемы, запросы и жалобы.

Вновь повернул налево, к сверкающим водам Фульгидуса. Заглушил машину, не желая портить ночь, сам же подошел к самой кромке воды. Прислушался.

Ночь, тихая и теплая, охотно приняла в себя человека. Окутала запахом цветущих трав и воды. Обласкала едва заметными касаниями ветра. Где-то недалеко стрекотал, заменяя ночных птиц и насекомых, невидимый накопитель, напоминая, что сбежать от сородичей не удастся.

Сет тоскливо улыбнулся своим мыслям, покачал головой и достал телефон. Оказалось, оставаться один на один с собственными страхами не совсем то, чего ему сейчас хотелось.

Какое-то время он молча глядел на мертвый, отражающий серебряный свет Сильвы, телефон. Связь в Соларе оставляла желать лучшего – купол обрывал внешние магические линии связи и искажал внутренние – здесь по старинке пользовались проводными телефонами. Зато маяк работал исправно. Активировав его, Сет отправил координаты единственному человеку среди жителей Солара, чья компания сейчас была ему приятна, и бросил коробочку на землю. Все равно после активации маяка она будет бесполезна. Сам замер, прикрыв глаза и наслаждаясь ветерком.

– Какое неожиданное место, – когда развеялось заклинание портала, проговорил удивленный голосок.

– Не нравится? – со смешком спросил Сет и, развернувшись, обхватил женщину руками.

– Наоборот, – с внезапной дрожью в голосе призналась Эмилия. – Но ожидать, что ты позовешь меня сюда, я точно не могла.

– Что ж, иногда нужно разнообразить чувства неожиданными поступками, – тихо рассмеялся Сет, а после жадно поцеловал всхлипнувшую женщину.

– Ты пугаешь меня, Мор! – когда завершился поцелуй, призналась Эмилия, прижавшись щекой к холодной ткани пиджака. – Что ты задумал?

– Ничего, – а на укоризненный взгляд женщины уточнил, – ничего сверх того, что уже было задумано. Я просто устал, Эмилия… поможешь мне отдохнуть?

– Ох, Мор, пугаешь ты меня, – возмущенно пробормотала Эмилия, но больше негодовать не желала. Редко можно было увидеть этого мужчину в таком настроении, и упускать момент она не собиралась.

– Ты сегодня странный, но мне нравится. – Эмилия всем телом прижималась к стоящему Сету. Она никогда не пыталась перевести их отношения во что-то большее, чем пара встреч в год, но всегда об этом мечтала. Сегодня же, несмотря на ту теплоту, что Мор ей дарил, она окончательно поняла, что вместе им не быть. Точнее, они когда-нибудь могут стать парой. Родители наверняка будут рады. Но Сет, даже сейчас блуждавший мысленно где-то далеко, никогда не станет принадлежать только ей.

– Я рад, – искренне признал Сет, хмыкнув, и зарылся носом в ее волосы.

– Что дальше? – как ни хотелось ей поддаться и расслабиться, продолжала Эмилия расспрос. Солнце уже просвечивало краешком у корней тополей.

– Могу отвезти тебя домой, но предлагаю возвращаться в Даргвитар, – все так же спокойно и умиротворенно шепнул Сет.

Эмилия вздохнула. Ей очень хотелось вернуться в Даргвитар на условии, что Сет предоставит ей свою квартиру, а точнее, ванную комнату, и сам останется рядом. Но стоит оказаться там, и Сет станет Верховным. Он будет обязан безвылазно сидеть в МВ, пока не вернуться все въехавшие в Солар маги. Но и воровать у него минуты спокойствия, требуя отвезти к родным, ей не хотелось.

Всю обратную дорогу Сет был задумчив и молчалив. На границе не стал даже выходить из машины, лишь опустил стекло, демонстрируя стражнику лицо и сообщив имя спутницы.

Проходить купол рядом с Верховным было совсем иначе. Когда человек шел через преграду один, то ощущал все давление силы, вложенной в защиту. Причем, чем сильнее был маг, тем хуже ему было. Сила словно желала показать себя, раздавить посмевшего в нее вторгнуться. Низкие уровни или вовсе лишенные, ощущали лишь сопротивление преграды, описывая это, как попытку пройти под водой на большой глубине. Рядом с Сетом же Эмилии досталась лишь легкая щекотка пробежавшей по каналам энергии.

– Теперь я буду заставлять тебя провести меня через купол за руку, – удивленно оглядывалась она на закрывающиеся ворота.

– Договорились, – голос Сета был веселый, но на лице застыла его знаменитая надменная ухмылка: Верховный приготовился к встрече с подчиненными.

Глава 12. А МВ-то не твердыня

Сет с тоской проводил очередную кучу бумаг, перекочевавшую из рук смущенного Рема на его стол. Проклинать все население Азилума, а особенно его руководящую часть, тянувшую всю отчетность до последнего дня триместра, Верховный устал и лишь выдохнул, рассматривая объем работы.

Рем, не желая стать отдушиной плохому настроению, быстро, а главное, тихо выскользнул за дверь.

— За что мне это? — поинтересовался Сет у кипы бумаг уже рассмотренных и переложенных в дальний левый угол стола. Эта куча оказалась раз в пять меньше новой. Сет, так и не дождавшись ответа на поставленный вопрос, тоскливо промычал и схватил самый верхний лист, уставившись в него и почти ничего не замечая.

Когда, наконец, удалось разобрать буквы, лист с очередным стоном был брошен на стол, а Сет, резко оттолкнувшись ногами, уехал на стуле ближе к кофемашине. Поднявшись и привычно нажав нужное сочетание кнопок, он получил в свое распоряжение исходящую паром и ароматом чашку. Вернулся к столу вместе со стулом. Сделал несколько глубоких вдохов, практически всунув нос в самую чашку и, довольно прищурив глаза, отставил ее на самый край стола.

Лист вновь был подобран и на этот раз внимательно изучен. К счастью, ничего сверхъестественного бумага от него не требовала, а всего-то просила утвердить квоты на вылов.

— Рем! — рявкнул Сет, едва сдержав стон.

Отчеты, кляузы, жалобы уже сидели в печенках. Из сотни бумаг достойной его внимания была лишь одна, от Ка-лота третьего лота. Старик Вилли писал, по мнению других, глупости, как, например, в этот раз жаловался на излишнюю активность птиц на одной из гор-вулканов и возросшее число мелких землетрясений. Если бы Сет не знал этого мага так хорошо, не знал, что тот любит третий лот безмерно и занимает эту должность уже долгие сорок лет, так же посчитал бы эти сведения тонкой издевкой. Но, просто так ничего не бывает. Оттого на лот отправится проверка, причем в ближайшие несколько часов.

— Да, сэр? — с таким же тоскливым выражением на лице зашел в кабинет помощник. Его смена заканчивалась через пятнадцать минут, и единственное чего он сейчас хотел это собраться и ждать последнюю минуту, а не отвечать на мозголомательные вопросы Верховного.

— Отчет экологов и иже с ними где?

— Так, нету его еще, — недоуменно пожал плечами Рем.

— Так какого моонга у меня на столе уже лежит запрос по квотам? — прорычал Сет, потряхивая бумагами.

— Так, вы же просили в этом триместре все документы сразу к вам, — не понимая гнева начальства, возмутился помощник.

— Моонг! Иди, — вспомнив, что действительно давал такое распоряжение, велел Сет, возвращаясь к рутине.

А ведь он давно хотел разделить две должности. Верховный с его делами отдельно, глава МВ с магическими проблемами отдельно. Не сделал. Теперь приходилось разгребать.

Жалоба из второго лота. В центральной части засуха, а маги на запросы отвечают отговорками. Это ж как их достало, что они до Верховного добрались?

— Рем!

— Да, сэр?

— Держи, — Сет протянул грустному помощнику бумагу. — Разобраться, послать необходимых специалистов. Записать в мой график посещение лота.

— Есть, сэр.

Рем исчез, и Сет вновь остался наедине с проблемами. Хотелось швырнуть опостылевший стол, погребая под ним настолько же доставшие бумаги. Часы — выведенные на весь экран телефона — на которые Сет с каждой прошедшей минутой смотрел все чаще и дольше, показывали пятнадцать минут седьмого. У дневных работников смена закончилась пятнадцать минут назад, у Рема в том числе. Вообще, если верить бумажке, подписанной Сетом при вступлении на должность, его рабочий день так же заканчивался в шесть. Он на секунду позволил себе помечтать о нормированном рабочем дне. Хохотнул, представив, что будет, если Верховный, послав всех страждущих, взмахнет рукой и отправится домой, и с выражением крайней брезгливости вернул взгляд документам.

Издевкой над его мыслями показалась в дверях довольная физиономия дневного помощника, немного задержавшегося из-за поручений.

— До завтра, сэр.

Сет кивнул, посверлив Рема завистливым взглядом. На месте исчезнувшей головы дневного помощника появилась довольная до неприличия голова ночного.

— Добрый вечер, сэр! — улыбаясь во все тридцать два, поздоровался Вольг. Мрачный взгляд начальства неожиданностью для него не стал. Вольг прекрасно помнил и про конец триместра, и про любовь к этому времени Верховного.

— Вольг, — задумчиво констатировал Сет, уставив в подчиненного пустой взгляд.

Рем, пусть довольно умный и шустрый, нагонял на мага тоску своим вечно поглощенным работой видом. Да и сам он Верховного побаивался, и оттого рядом с ним был дерганый и нервный. Вольг же полная его противоположность. Даже габаритами он больше походил на бойца охраны. Всегда улыбался и спокойно сносил крики начальства, умудряясь иногда под эти крики и сверкание взгляда делать самый виноватый вид и отхлебывать кофе из зажатой в руке чашки. Причем, как мог судить по запаху сам Сет, приготовлен тот был в его кофемашине.

— Сэр?

— Вольг, — наконец отмерев, Сет уставился на помощника тоскливым взглядом. — Рем уже ушел?

— Да, — на всякий случай обернувшись посмотреть, правда или нет, ответил Вольг.

— Отлично. Прошу тебя, разбери эту макулатуру и изыми оттуда то, что может обойтись без моего непосредственного внимания.

Мысли, заполнявшие голову не сумев найти выход, поселились в висках, сверля их сильной, постоянной болью.

— Сделаем, — улыбнувшись Вольг подошел к столу и сгреб в охапку разом все лишнее.

— Спасибо. Ох, Карающий, голова раскалывается.

Сет тоскливо окинул помощника взглядом. Вольг, как и любой пробужденный, имел неравномерный дар. В его случае со склонностью к лечению. Но не обучался и был довольно слаб для некоторых заклинаний. От похмелья он еще мог излечить, чем постоянно и занимался с таким-то начальником, а уже на мигрень его не хватало. Обращаться же к медикам Сет не желал, слишком неприятной была сегодняшняя их смена.

Еще раз взглянув на часы, он убедился, что после прихода Вольга время так и не удосужилось пойти быстрее.

— Знаешь, что еще, — задумчиво протянул он в спину уходившему помощнику, а когда тот обернулся, готовый внимать, добавил, — если меня будут спрашивать, я уехал по очень, слышишь, очень важному делу!

Встав, Сет сдернул со спинки стула пиджак и, поморщившись от накатившей боли, прошел мимо помощника на выход.

— Понял, — хохотнул Вольг, провожая Верховного лукавым взглядом.

Сет вышел из двери конторы и остановился на мгновение, прикрыв глаза от сверлящей боли, постепенно переместившейся от висков к затылку. Резко выдохнув, проводил взглядом выехавшую за ворота машину Рема и дернувшиеся створки, стремящиеся как можно быстрее закрыть от лишенных территорию МВ. Мотнув головой в тщетной надежде вытрясти боль, нашел взглядом своего монстра, но отойти успел всего на несколько шагов, когда его догнал взволнованный голос.

— Сэр, — глухой и далекий он донесся из только что закрывшейся двери главного корпуса, откуда вышел сам Сет и, судя по всему, ему же и предназначался.

Пришлось ждать, что же такое важное вспомнил Вольг, что кинулся догонять его бегом.

— Сэр, — взволнованный помощник выскочил на улицу, чуть не сорвав дверь с петель. — Важное послание!

Что за важность заключалась в послании, Сет узнать не успел. Ворота, только сомкнувшиеся за выехавшим Ремом, с лязгом и грохотом вмялись внутрь. Разлетелись и грудой покореженного металла осели по бокам от несущегося уже по двору грузовика. Мгновенно выбрав целью стоящего у входа Верховного, тот на всей скорости двинул к нему.

Сет успел расслышать и крики охраны, стоявшей у ворот, и испуганные возгласы тех, что стояли у входа в корпус, и даже ругань Вольга, выронившего важную бумагу и выделывающего пассы руками. Помощник имел неплохой для пробужденных пятый уровень и главное, умело им пользовался.

Сет завершил пасс, и грузовик, словно врезавшись в стену, смялся, останавливаясь. Возникшая тишина, разбавляемая возгласами и командами мвшников, была какой-то неприятной, напряженной. Задумываться над этим Сет не стал, доверившись ощущениям. Забормотал заклинание, вскидывая руки. Накрыл груду покореженного металла, бывшую только что машиной, куполом и замер, напряженно ожидая и поддерживая.

Два удара сердца ничего не происходило, Вольг удивленно повернулся к начальнику, желая что-то спросить, и вот тогда прозвучал взрыв. Металл швырнуло, залепив купол изнутри. Следом взметнулось пламя, смертельным ураганом взвихрившееся внутри и облизавшее невидимую преграду.

По коже, из носа к губе, прокатилась теплая капля. Мало того что щит вышел за пределы его уровня, так и проклятая мигрень подгадила, нарушая концентрацию и заставляя тратить дополнительные силы.

Пыль в куполе осела, показав желающим увидеть то, что осталось от огромной машины, обрамившее дыру в асфальте с оплавленными краями.

— Твари, — зло выругался Сет, вытирая тыльной стороной ладони неприятно щекочущую дорожку.

— Сэр, — взревел Вольг, указывая рукой на ворота, но Верховный и так уже видел вынырнувших из укрытия нападающих. Много.

— Тварь, — протянул зло Сет, прикусив от напряжения губу. Прядь выбилась из-за уха и так и норовила попасть в рот или прикрыть глаза. — Какого их так много?!

Одетые в камуфляж и черную одежду люди лезли через ворота, словно муравьи из потревоженного муравейника. Много, слишком много для обычного укуса, так полюбившегося антимагам. А маги, предпочитавшие удобство и соответственно дневную смену, разъехались по домам.

Сзади нарастал шум. Вооружившиеся бойцы бежали к воротам, лязгая автоматами и перекрикиваясь.

Вольг, не дожидаясь приказа, накинул щиты на оставшихся у ворот охранников и тех, что были рядом. Ребята безбоязненно вышли вперед, защищая магов. Один, опустившись на колено, на другое опер локоть и стрелял по нападавшим. Второй замер над ним таким же смертоносным изваянием, не позволяя врагам подобраться ближе. О себе они не думали, привыкли доверять Верховному. Знали, каким бы плохим начальником ни был Сет, своими людьми он дорожил. Пуля, расплющившаяся о воздух в двух шагах от них и прозвеневшая об асфальт, подтвердила эту уверенность.

Сет, довольно кивнув своим мыслям, прикрыл одним щитом всех бегущих, чтобы позволить им добраться до укрытия. Отделявшиеся группы получали индивидуальную защиту.

По размазанной дорожке над губой побежала тонкая струйка, поселив во рту неприятный металлический привкус. Прощекотала по подбородку и забралась за шиворот, расплываясь противным, холодящим пятном.

Наконец, во дворе появились и дежурные маги, облегчая немного задачу самому Верховному.

Один из нападающих оказался слишком самоуверенным, выскочил под пули всем корпусом и поливал все вокруг свинцом, словно насмотревшийся боевиков ребенок. Наверное, хотел умереть красиво, но вместо этого попал в захват заклинания, замерев с тем же идиотски-героическим выражением на лице. Еще несколько секунд солдаты пытались расстрелять замершего врага, но пули отскакивали от него, как от заговоренного. Наконец до бойцов дошло, что произошло, и от застывшего отстали.

— Вольг, перехвати, — просипел Сет, пытаясь проморгаться. Боль в голове усилилась, забирая все внимание на себя. — Не давай ему шевелиться.

Механическая работа по навешиванию защиты на своих позволила немного отвлечься от туманящей разум мигрени.

— Сэр, все цели уничтожены, — словно через вату, донесся до Верховного чей-то голос. Обернувшись и облизав пересохшие, соленые губы Сет даже обнаружил источник голоса в виде браво вытянувшегося комсота.

— Отлично. Приберите здесь, — едва справившись с не желавшим слушаться языком, пробормотал Сет и, пошатываясь, побрел обратно в корпус. Почти сразу же наткнулся взглядом на застывшего, побледневшего Вольга, — этого не размораживать. Нужно найти капсулу. Медикам его поручи, — едва шевеля губами, велел он.

Вольг слабо кивнул.

В дыру, оставшуюся на месте ворот, въехала недавно покинувшая территорию машина. Выскочивший из нее Рем круглыми глазами оглядывал побоище.

— Вот и помощь, — хохотнул Вольг, подтягивая застывшего врага к себе. — Будет на кого организационные моменты спихнуть.

— Зря он вернулся, — с таким же смешком шепнул Сет отворачиваясь. Нужно было все же заняться собой. Потеря сил усугубляла мигрень и неизвестно во что могла вылиться.

***

Сет полулежал в своем кресле, сжимая в руках стакан, и довольно прислушивался к успокоившейся голове. Усталость никуда не делась, но теперь, по крайней мере, не приносила неудобств.

— Сэр, — Вольг вошел тихо, едва прошуршав дверью, и голос старался не повышать. Он и сам был не в лучшей форме и не знал, в каком состоянии Сет.

— М?

— Капсулу извлекли. Этот ждет вас в «коптерке».

— Отлично.

Открывая глаза, выровнялся Верховный на стуле.

— И еще...

— М?

— Там эти, телевизионщики. Хотят подробностей.

— Пусть с ними Рем разбирается.

— Так он же не видел ничего? — чего больше было в голосе насмешки или недоумения, Сет понять не смог.

Не любил его ночной помощник дневного. Не нравился Вольгу Рем. Чем именно объяснить он не мог, но показать это никогда не забывал.

— Того, что он увидел и услышал, будет достаточно. — Отмахнулся Сет поднимаясь. — Пойдем, послушаем, что нам скажет наш гость.

— Сэр, можно кое-что еще, — как-то бодро и излишне весело для сегодняшней ситуации спросил Вольг, шагая таким же быстрым, размашистым шагом по коридору рядом с Сетом.

— Что?

— У меня свадьба через три декады, можно я вас приглашу? Невеста будет в восторге.

Сет весело хохотнул.

— Что, уговорил, все же?

— А куда она от меня денется, в таком-то положении?

Девушка Вольга, под стать ему, была веселой и своеобразной. Шумная парочка ссорилась и мирилась по сотне раз на декаду, но Вольг никогда не унывал, рассказывая об этих происшествиях со смехом. Выходить за этого «тупого, шумного жителя глубинки» красавица отказывалась категорически, но, судя по всему, маг выход нашел.

— Что, уже? — неподдельно изумился Сет. Он думал, девушка так просто на эти грабли не наступит. Но, возможно, ей самой надоели эти игры, и она решилась перейти на другой, более высокий, уровень.

— Ага! — самодовольно улыбнулся Вольг.

— Ладно, можешь записывать меня в добровольцы.

Сет хлопнул довольного помощника по плечу и первым нырнул в небольшое, дурно пахнущее помещение.

Оптимизм Сета иссяк, стоило взглянуть на сидящего с издевательской улыбкой мужчину. Крепкий, чуть мельче Вольга, лет сорока на вид, на лице неопрятная щетина. Создавалось ощущение, что ему глубоко плевать на свой вид. В подтверждение этих мыслей Сет отметил и грязный ворот рубашки и поношенную форму. Вот форма и привлекла его внимание, протертая до дыр, выгоревшая добела, она сидела на мужчине как вторая кожа, сросшись с его привычками и положением. На плечах характерные дыры от снятых знаков различия, а на рукаве и груди от нашивок. Бывший военный. Судя по форме чуть более темного пятна на плече из активных, ПроМаг, Охр или что-то наподобие, а значит, терпения у него много.

— Ну что ж, здравствуйте, — криво ухмыльнувшись, Сет уселся на стул напротив заключенного.

Удостоить мага ответом мужчина и не подумал. Ухмыльнулся еще более неприятно и, положив скованные руки на столешницу, обратился к Вольгу.

— Долго меня здесь мариновать будут? Я, между прочим, помор!

ПоМР — получивший магическое ранение при несении службы. Сет откинулся на спинку стула, ядовито ухмыляясь и изучая противника сузившимися глазами. Такая демонстрация не была чем-то новым или из ряда вон выходящим, но всегда одинаково бесила.

— Вы не помр, а преступник и отсюда уже не выйдете, — взглянув на Верховного и получив кивок, подтверждающий, что можно говорить, ответил Вольг.

— Вы не имеете права держать меня здесь. Я обычный человек, и моим делом должен заниматься человеческий суд.

Сет ядовито хохотнул, Вольг же посмотрел на захваченного как на запевшую рыбу.

— Вы осознаете, где находитесь? — осторожно спросил он.

— Конечно. В плену у захватчиков и тиранов!

— Мать твою, ну и чудо, — не сдержавшись, весело высказался Сет. — Ладно, моонг с тобой, я безумно устал и не хочу сейчас с тобой играть, и уж тем более не хочу слушать этот бред.

Мужчина, наконец, удостоил взглядом, полным ненависти и злобы, Сета.

— А я и не играю. Ты, вместе со всеми остальными выродками, сдохнешь. И пусть я уже ничего для этого сделать не смогу, но нас достаточно. Ты обречен, маг!

— То есть, говорить с тобой по-хорошему не имеет смысла? — с сожалением констатировал Сет. — Хорошо. Вольг, этого в камеру. В охрану поставь кого-то из доверенных, не хочу лишиться радости. Сегодня я поиздержался, но завтра его с самого утра сюда. Поговорим по-другому. Да, помор?

Рассмотрев на лице сидящего гримасу отвращения и ненависти, Сет издевательски расхохотался.

Вольг досадливо кивнул, пропуская Верховного на выход. Не любил он допросы, и людей жалко, и Сета, а главное, ребят, которым потом с уставшим Верховным в конторе день сидеть.

Глава 13. Не самое разумное решение

Марк лениво проследил за подростком, пронесшимся мимо машины на скейте. Он видел, как, подпрыгнув, тот налепил что-то на вывеску маленького магазинчика, притаившегося между двумя точками, предлагающими одна, кофе и пончики, вторая, брендовую одежду. Вылезать и ловить мелкого хулигана было откровенно лень, и Марк лишь зевнул, выбирая из оставшихся двух пончиков тот, что казался вкуснее.

Рация, нервно зашипев, прогавкала несколько слов, к счастью, относившихся к другому патрулю, и вновь замолчала.

По тротуару, соблазнительно покачивая бедрами, прошли две девушки. Они весело смеялись и довольно живо что-то обсуждали. В какой-то момент обе повернулись к машине Марка, одарив сидящего внутри полицейского лукавыми, заинтересованными взглядами. Марк даже выпрямился, стараясь придать себе более выгодную позу. Девушки захихикали, отворачиваясь, и больше внимания ему не уделили.

Марк досадливо поморщился, не вовремя вспомнив о своей цветной роже и, вздохнув, откусил от пончика кусок побольше, обсыпав колени сахарной пудрой.

Радио, резко оборвав веселую танцевальную мелодию, популярную лет десять назад, заговорило деловитым голосом девушки диктора.

«Здравствуйте, экстренный выпуск новостей, с вами Элен Риад. По данным наших работников, час назад на здание МВ было совершено нападение. Грузовик, под управлением «Антимагов», снес центральные ворота и ворвался во внутренний двор. После этого из МВ был слышен взрыв и последовавшие за этим выстрелы. Сейчас у ворот скопились машины скорой помощи. На данный момент известно о более чем двух десятках пострадавших.

Вслушиваясь в слова женщины, Марк даже забыл дышать и жевать и по его подбородку протянулась слюна, набежавшая из-за пончика.

— Твою ж мать, — выругался он, вытирая подбородок рукавом.

Нападение было час назад, а значит, время у него еще есть. Сет для начала должен навести порядок в МВ, разобраться с потерями и с останками врагов, а вот потом он придет в «Бегемот». И в каком состоянии будет маг, Марк мог только догадываться.

Дожидаться звонка он не стал. Подъехал к «Бегемоту» за пятнадцать минут до конца смены. Даже если его еще попытаются вызвать, отбрехаться своей важной миссией он сможет спокойно. Остановившись, огляделся вокруг. Отчего-то с тоской отметил отсутствие возбужденной толпы. Конечно, у входа, как всегда, дымили несколько человек, но это не те. Это обычные, не испуганные. Вздохнув, Марк зачем-то напялил фуражку, хотя перед входом в «Бегемот» всегда оставлял ее в машине. Неудобно было потом и ее искать, и Верховного держать. Вышел, медленно полной грудью вдохнул вечерний воздух. Сегодня идти внутрь было необычно страшно. Причем, как понял Марк, пугала его не новая стычка с магом, а то, что он может увидеть вместо него.

Стоять и мяться у машины было глупо, тем более охранник и кое-кто из курильщиков уже недоуменно поглядывали в его сторону, и Марк чеканным шагом отправился в бар. Опомнился почти сразу и сменил бравый марш на обычную свою походку. Чуть не запнулся о бруствер, сосредоточившись на ногах. Поздоровался с охранником. Тот понимающе улыбнулся при его приближении, а значит, Верховный действительно там.

Проморгавшись, Марк оглядел веселящуюся толпу и наконец перевел взгляд в пустующую часть зала. Согбенная фигура была на своем месте. Верховный сидел, сложив перед собой руки, удерживающие стакан, и, завесившись волосами, вглядывался в замерший в нем напиток.

— Привет, — осторожно подступившись к злополучному столику, поздоровался Марк. Не ожидая приглашения, сел напротив мага. — Ты как?

Сет поднял на полицейского усталый взгляд и, попытавшись ехидно улыбнуться, спросил:

— А что, незаметно?

— Заметно, оттого и спрашиваю.

Марк старался разглядеть в маге хоть что-то, что подскажет его дальнейшее поведение: злость, ехидную неприязнь, желание действовать, но перед ним сидел обычный уставший человек. Человек, который хочет напиться, и чтобы его оставили в покое.

Идея, конечно, показалась соблазнительной, но отчего-то Марк разозлился на себя, стоило ей прийти на ум.

Сет хохотнул. Оттолкнувшись от столешницы, чуть выпрямил спину и немного покачнулся. Марк с ужасом понял, что маг уже пьян.

— Паршиво! Я устал как последняя шлюха после ночи с толпой шахтеров!

— Откуда ты знаешь, как чувствует себя шлюха после такой ночи? — невольно хохотнул Марк.

Сет оглядел его враз повеселевшим взглядом и, чуть запинаясь, ответил:

— Я не знаю, но уверен, что не хуже, чем я!

Посмеявшись вместе с магом, Марк внезапно понял, что очень, очень не хочет сегодня с ним драться.

— Много твоих... того?

— Достаточно, чтобы с нетерпением ждать завтрашнего дня! — Верховный говорил зло, горячно и взгляд вновь опустил в стакан. Словно видел там ненавистные лица нападавших.

— Слушай, если ты так устал, так, может, мы сегодня обойдемся без мордобоя? — затаив дыхание, робко спросил Марк.

Расхохотавшись, Верховный выпрямился, откинувшись на спинку стула.

— Что, трусишь?

— Блин, за тебя боюсь! — язвительно прошипел Марк, — пришибу еще, как мы без Верховного-то?

— Не бойся, долго скучать не придется, нового в течение трех дней пришлют, но спасибо, — ядовито протянул Сет и задумчиво замолчал. — А знаешь, пожалуй, и правда сегодня обойдемся. — Кет, — заорал он, перекрывая криком музыку, — еще бутылку и стакан!

— Блин, чего ты орешь?! — замотал головой Марк, отшатнувшись от безумца.

— Будем сегодня пить! И ни звука про работу, твоя смена уже почти, а мне завтра еще допрос проводить, нужно быть в форме.

Сопротивляться Марк не стал, уговорив с магом бутылку, а за ней еще одну и, кажется, еще.

— Да ребятам повезло! — запальчиво вещал Марк, размахивая стаканом, как флажком на футболе. — Если бы ты не вышел, их бы всех раскатало взрывом!

Сет замер, уставившись невидящим взглядом куда-то вглубь себя.

— Э, ты чего, сдаешься? — помахав перед носом мага рукой, пьяно удивился Марк.

— Нет, — Сет схватил руку собутыльника и со шлепком впечатал ее в стол, не обратив внимания на обиженный ойк, — случайно ведь, — задумчиво протянул маг, глядя Марку в глаза.

— Чего, блин?

— Долбаный грузовик ехал в стену не случайно! Они хотели завалить выход, чтобы замуровать меня внутри. Да я им на хрен не нужен был, — шептал Сет, горячечно блестя глазами. Марк даже лоб ему потрогал, получив шлепок по руке. — Эти суки не за мной пришли, понимаешь ты! Я должен был сидеть внутри и слушать, как истребляют моих людей. Их было до хрена, настолько много, что... маги не успели бы, Марк! Дежурные попросту не успели бы! А я, дебил, думал, что они ради меня расстарались. Ты понял?

— Нет, — честно ответил Марк, помотав головой. Из всего этого бреда он понял только то, что Верховный в первый раз за все время назвал его по имени.

Сет застонал, схватившись за голову. Он очень жалел, что напоил копа. Сейчас ему требовался трезвый слушатель, способный подтвердить его выводы, ну, или опровергнуть.

Судорожно встрепенувшись, он захлопал руками по карманам, силясь вспомнить, куда сунул телефон. Нашелся тот под стулом.

— Вольг?

— Да, сэр.

— Я сейчас немного перебрал, поэтому ты: подумай, как пошло бы дело, если бы мы не вышли на улицу! Понял?

— Так точно, сэр, — хохотнули с той стороны трубки. — Еще приказы?

— Нет, все, завтра расскажешь!

Переложив не дающие покоя мысли на другого, Сет позволил себе расслабиться, отдавшись хмелю.

***

Проснулся Марк с неприятным ощущением, что вчера с Сетом все же подрался. Болело все и везде. Неудобное, короткое ложе стало причиной боли в ногах, и руках. Его форма в спине. Голова... а вот голова болела справедливо, за дело.

— Бли-ин, — простонал он, пытаясь придать себе более удобную для существования позу.

Огляделся вокруг с удивлением и неодобрением. Офис какой-то. Мебель дорогая. Диван, зря он про него так плохо думал. Хороший диван, кожаный, удобный, вот только далеко не для того, чтобы на нем спали. В кресле, близнеце-карлике дивана, сидел, распластавшись по доступной поверхности, Сет. Глаза Верховно бегали под прикрытыми веками, показывая, что тот не спит, но и подавать признаков жизни он тоже не спешил.

— Где я? — прохрипел Марк, пытаясь хоть немного смочить горло отсутствующей слюной.

— В МВ, — мрачно, словно сообщая о смертельной болезни, буркнул маг.

— Блин, какого я здесь делаю?

— До этого момента спал, — ядовито процедил Сет, — а теперь мешаешь другим жить.

— Правильно, не одному же мне мечтать сдохнуть!

Сет все же не поленился и приоткрыл один глаз, опалив буйного собутыльника многообещающим взглядом.

— Который час? — спохватился Марк, тоскливо взвыв. Голова отозвалась на неосторожное движение бурей ощущений.

— Если сейчас в дверь войдет Вольг, еще нет шести, если Рем, уже есть.

— Охренеть у тебя часы, — буркнул Марк, к счастью, вспомнив, что у него-то они есть, причем нормальные.

Поднять нещадно покалывающую и не желавшую шевелиться руку он не успел. В дверь без стука, но очень тихо вошел крепкий чернявый мужчина, весело прокомментировавший представшую его взору картину:

— О, проснулись уже?

— Вольг, — констатировал Сет, не открывая глаз. — Вольг, сделай из этого копа человека, или я его убью!

— Боюсь, это вне моих способностей, — весело хохотнул Вольг, но к Марку подошел. Обхватил его голову руками и тихо что-то зашептал.

От нахлынувшего облегчения, легкости, а главное, избавления Марк чуть не прослезился.

— А теперь меня, — все таким же ровным голосом велел Сет.

Вольг повторил маневр и Верховный, резко распахнув глаза, выровнялся в кресле.

— Блин, какого ты меня сюда притянул? — взглянув все же на часы, недовольно буркнул Марк.

— Неблагодарный козел, — констатировал Сет, поднимаясь и потягиваясь до хруста. — Вольг, сделай кофе. Этому... тоже.

Вольг кивнул, еще раз окинул обоих насмешливым взглядом и отправился выполнять приказ к огромной, пугающей машине.

— Конечно, неблагодарный, — тоскливо послушав урчание желудка, вновь недовольно заговорил Марк. — Если бы не ты, я бы еще спал! Целых десять минут, между прочим. Да и проснулся бы в своей, удобной кровати, под уютным одеялком. Выпил бы, ну ладно, кофе ты все же не пожалел. Но съел бы бутерброд!

Сет окинул полицейского насмешливым, полным издевки взглядом, но от комментариев отказался, принимая из рук помощника горячую чашку.

— Спасибо, — не желая униматься, недовольно буркнул Марк, обнимая руками точно такую же чашечку.

На самом деле настроение было хорошим, и Марк лишь дурачился, прекрасно понимая, что Сет это тоже разобрал. Добираться из МВ до управы было столько же, сколько и от дома. Марк встрепенулся, вдруг вспомнив об одной детали.

— А машина моя где?

Сет невозмутимо пожал плечом, отпивая глоток кофе, и довольно зажмурился. Ответил ему Вольг.

— У нас на стоянке. Я вчера, когда вы явились, отправил ребят, и они пригнали обе. Твою даже зарядили, и заметь, абсолютно бесплатно!

— Спасибо, блин, — буркнул Марк, но тут же округлил глаза: вспомнил свою щедрость, — обе? А как мы тогда вернулись?

Марк был не против узнать, что умудрился уговорить Сета не садиться пьяным за руль. Вот только отчего-то не сильно верил, что действительно смог.

Сет так же удивленно вскинул брови, вдыхая ароматный пар.

— Не знаю, — развел руками Вольг, — к воротам вы вообще пешком подобрались.

Сет и Марк изумленно переглянулись, но ничего толком вспомнить не смогли.

— Блин, совсем ты меня с пути сбиваешь!

— Ага, просто грустненько, — издевательски скривив губы, пролепетал Сет, мерзким голоском. — Ладно, коп, вали. Мне еще с вчерашним уродом разбираться!

Марк зло зыркнул на резко вскочившего с кресла мага, едва удержавшись, чтобы не показать ему неприличный знак. Хлебнул оставшуюся в чашке жижу и поднялся, собираясь, как и приказали, убраться.

— А фуражка моя где? — вспомнил он еще один момент, и заозирался, растерянно изучая каждую представшую взору поверхность взглядом.

Оба мвшника синхронно пожали плечами, и Марк все же не удержался от тихого комментария:

— Ублюдок! — и вышел вон.

Машина действительно обнаружилась на стоянке: открытая, и ключи призывно на панели лежат, а фуражка на пассажирском сиденье, хотя Марк точно помнил, что из машины вылезал в ней.

— Все вы здесь такие, — прошипел Марк, усаживаясь на свое место.

С территории МВ его выпустили без вопросов. То ли, дело заключалось в том, что он выезжал, то ли в радостно-улыбчивых лицах охраны, умудрившейся ему приветливо помахать. Марк недовольно фыркнул и повернул вправо, выбирая для движения самые пустые в это время улочки.

***

Сет подождал, пока возмущения копа выйдут вместе с ним в коридор, а после еще и удалятся достаточно далеко и лишь тогда повернулся к застывшему Вольгу и вопросительно вздернул бровь.

Вольг послушно заговорил:

— Луи спроектировал ваш запрос. — На недоуменный взгляд Верховного уточнил, — о последствиях атаки в случае, если бы мы остались внутри.

— И? — нетерпеливо подался вперед Сет.

— Потери должны были перевалить за два десятка

Сет замер, задумчиво прикусив губу. Плохие выводы, неприятные. Похоже, размышления о попытках показать его беспомощность были верны. Потому как другой причины тратить ресурсы на разгромную, но бесполезную акцию нападения на МВ Сет найти не мог.

— Еще что-нибудь, сэр? — спросил Вольг, когда надоело ждать реакции.

— Нет. Пусть этого в «коптерку» приведут, — дернувшись, велел Сет и, пока помощник не успел выйти, добавил, — и, Вольг.

— Да, сэр, — остановился тот, лишь чуть повернув ручку двери.

— Останешься до конца допроса? Не хочу тратить время и объяснять Рему детали.

— Как прикажете, сэр, — покорно согласился Вольг.

— Можешь сегодня опоздать за это, — благодарно кивнул маг.

— Спасибо, — расплылся помощник в улыбке. — Но мне на самом деле несложно. Все равно Лили вчера смотрела новости и до ее ухода мне лучше дома не появляться... но за разрешение опоздать спасибо! — заметив лукавый блеск в глазах начальника, поспешно добавил он, и под его же смех выскочил за дверь.

Сет, продолжая улыбаться и качать головой, бездумно переложил несколько бумаг. Желание перетасовать по времени помощников было все сильнее.

***

Сет с силой зажмурил глаза. Полчаса боли от огня не принесли результата. Этот человек, Петр Брод, был таким, как и предыдущий. Ничего не знает, ни о чем не думал. Дали цель, пошел.

Грудь Верховного тяжело вздымалась, повинуясь редкому, хриплому дыханию. В дополнение к боли от допроса «человеком» возвращалась мигрень. Сет понимал, что ему нужен отдых. За последнюю пятидневку он спал всего два десятка часов, из них большую часть в эту ночь, с больной головой. Такой себе отдых.

Извечный стакан с виски приятно холодил обожженные ладони. Шевелиться не было ни сил, ни желания, а нужно. Отчеты Вольг разобрал и необходимо вникнуть в те, что остались обязательными к прочтению.

Тишина в коридоре как никогда радовала. Рем, трусливый червь, так же не спешил доставать начальство глупостями. Сет криво ухмыльнулся мыслям и тут же вновь нахмурился. Его бесило сложившееся положение дел. Второй взят живым, а толку ноль. Зато эти твари умудрились укусить его достаточно ощутимо. Один факт нападения на твердыню МВ, на оплот Верховного, чего стоил. Громкое заявление — мы не боимся тебя, и с этим заявлением нужно что-то делать.

Будь на месте Сета другой рожденный и в городе уже ввели бы комендантский час. Пустили бы бродить по улицам неприметных серых человечков, вслушивающихся в сплетни. Наверняка вернули бы практику «Жалящих». Вот только Сет этого не хотел, ему нравился город, который он создал своими руками. Нравились, пусть неодобрительные, но весьма доброжелательные взгляды граждан. Заинтересованные — женщин. Нравилась свобода и легкость. Сет помнил атмосферу ненависти и общего недоверия, что царила на Азилуме до его назначения Верховным. Возвращать эту серость и угрюмость он не желал и готов был за это спорить даже с собственным отцом. Вот только, если он не решит эту задачу, никто его и слушать не станет. А если при этом еще и потеряет кого-нибудь из рожденных, можно сразу забыть о своей жизни. Больше его никогда не выпустят из отцовского мира. Разве что на свадьбу с какой-нибудь непривередливой женщиной. Нормальная на него после такого провала и не взглянет. Или, если взглянет, заключит с отцом контракт на полное подчинение.

Сет невольно передернул плечами, представив себе перспективы. Нужно достать этих тварей. Вырвать им сердца и сжечь останки, чтобы никто больше не мог и помыслить о сопротивлении. И сделать это нужно как можно быстрее, пока он в этой части мира еще царь и бог. Иначе его... их, ждут большие проблемы.

Глава 14. А волк все же недоволен

За последние несколько декад Сет узнал о Даргвитаре больше, чем за свою бытность Верховным.

Вводить из-за нападений комендантский час или еще что-то подобное он не стал. Но среди толпы появились улыбчивые, разговорчивые люди, интересующиеся сплетнями, слухами и вообще всем происходящим. Чаще они стали посещать и общую столовую в самом МВ, зал для тренировок и комнаты расслабления. Об этом не знал даже Вольг. Сет полностью доверял ночному помощнику, но отделаться от мысли, что кто-то подслушивает каждое их слово, не мог. Поэтому с «весельчаками», сотрудниками тайного отдела, беседовал лично и не в МВ. Просматривал их мозг от самого детства, и только убедившись, что там нет ничего подозрительного, посвящал в проблему. Информацию «весельчаки» несли уже не ему. С Верховным они больше вообще не встречались, чтобы не привлекать внимания. Все сведения они посылали сразу Луи, в виде все тех же, бесивших самого Сета, посланий по «Паутине». Но происходящее заставляло его мириться с отсутствием привычных, подтверждающих, что сведения настоящие, бумаг. Не зря ведь неизвестный противник выбрал именно этот способ связи со своими пешками.

К сожалению, пока ничего толкового «весельчаки» не нашли. Удалось схватить всего несколько человек, готовивших нападение. Один успел воспользоваться ядом. Еще двое оказались даже не пешками, а скорее самородками. Подражателями. Сами спланировали, сами подготовились, лишь реализовать не удалось.

Утром Луи передал ему очередной прогноз, на основании тех самых писем. И по нему выходила очень неприятная картина, кто-то о «весельчаках» догадался, по крайней мере, в МВ. Судя по отчетам статистика, напряженность в МВ повысилась разом до восьмидесяти процентов. Туда же скакнуло и недоверие к сослуживцам, и подозрительность. Зато подтянулась дисциплина. Работники меньше стали тратить времени на походы друг к другу.

Сет устало скомкал отчет Луи и брезгливо стряхнул пепел в корзину. Оставлять такие бумаги он больше не рисковал. С тяжелым вздохом нырнул под стол и вернулся на место уже со стаканом. Виски поблескивал лишь на самом дне, Сет больше желал занять руку чем-то привычным, чем выпить.

Письмо от отца — то самое, из-за которого выбежал на улицу Вольг — ровно лежало на столе перед ним. Сет взял его двумя пальцами свободной руки. Поднял на уровень глаз, рассматривая гербовую печать на сургуче. Прошлое, давно потерянное и с остервенением воскрешаемое. Проклятый немертвый конструкт, рассыпающийся от любого дуновения. Давно уничтоженный магами, едва узнаваемый на печати волк укоризненно смотрел на Сета кривым глазом, скаля в усмешке такие же никчемные, едва различимые зубы.

И главный хранитель этого конструкта требовал действий, прямо говоря об убегавшем времени. Злился, холодно и насмешливо, и уничижительно намекал сыну о его неспособности вести столь важные дела.

Сет зло скривился и, в очередной раз прошептав заклинание, легко смахнул оставшийся пепел со стола и брюк. Жаль, так легко избавиться от проблем было нельзя.

К досаде, даже отдохнуть ему не дали. В кабинет вошел Рем с очередными бумагами в руках. На застонавшего начальника он посмотрел испуганно-понимающе, но обратно не вышел. Целеустремленно приблизился к столу и выложил перед Сетом толстую стопку скрепленных листов с датами и аккуратными рядами имен и фамилий.

— Вот, Владетель прислал список мероприятий на следующий триместр. Я отметил наиболее важные и те, что попадают на свободное время.

Сет, быстро пробежав глазами всего пару дат, застонал и отпихнул бумагу подальше от себя. Жаль, совсем убрать ее было нельзя.

Рем понятливо хмыкнул и выложил следующий лист.

— Запросы на телефонные разговоры на декаду.

В эти бумаги Сет вгляделся уже внимательнее. Личный номер его знали немногие. Рабочий телефон хранился в кабинете. И если в случае чего-нибудь срочного найти Верховного можно было через тех же помощников, то в случае важных, но терпящих разговоров, руководство Азилума предпочитало донести свое желание пообщаться заранее.

— Еще есть что? — не отрывая взгляда от номеров и следующих за ними причин звонка, спросил Сет.

— Список Ка-должностей, — выложил Рем очередную стопку бумаг. — И список претендентов от Совета.

Сет с досадой бросил взгляд на все еще многочисленные документы, зажатые помощником в руках, и потянул списки. Быстро изучил количество предлагаемых мест и отложил бумаги на стопку с мероприятиями: утвердить телефонные разговоры было пока важнее. Получил еще несколько бумаг и так же мрачно засунул их в самый низ стопки.

— И последнее, сэр, — Рем протянул в подрагивающей руке одинокий лист с рукописным текстом. Вид его стал излишне виноватым, а взгляд опустился, сверля столешницу.

Сет бумагу брать не спешил. Изучил помощника долгим, подозрительным взглядом и застыл, вопросительно приподняв бровь.

— Комсот, Артер Мартони, просит дать ему три дня выходных, — не поднимая глаза, проговорил Рем, затихая с каждым произнесенным словом.

— Артер Мартони получил выговор, какие выходные? — вкрадчиво спросил Сет.

— Сэр. Я все понимаю, но у него и правда уважительная причина. Чисто по-человечески...

Сет не знал, что злило его сильнее: просьба провинившегося командира или глухое мямленье помощника.

— Чисто по-человечески? А когда в следующий раз из-за него кто-нибудь погибнет, отвечать будешь ты, Рем?

— Так, ведь просчет его совсем мелкий, ну, сглупил человек, — вскинулся тот и осекся, напоровшись на полный злости взгляд Сета. — Простите, сэр...

— Ладно, — зло оборвал Сет, выхватив бумагу из дрожащих пальцев. — Я подпишу, но, Рем, — Сет уставился помощнику в глаза, — эти три дня оплатишь ты.

Рем дернулся, побледнел, но кивнул согласно, вновь потупившись.

— Все?

— Все, — глухо подтвердил помощник, принимая подписанное прошение.

— Иди. Зайдешь через час, заберешь телефоны.

Помощник кивнул и молча вышел вон, осторожно прикрыв за собой дверь.

Как ни странно, за бумагами день пролетел совсем незаметно. Сет удивленно оторвался от них, когда сунувшийся в кабинет Рем, вместо того, чтобы выдать новую порцию работы пожелал:

— До завтра, сэр.

Вошедший следом Вольг радостно подтвердил, что Сет заработался:

— Добрый вечер, сэр!

Но назад по примеру коллеги исчезать не стал, остался внутри, прижимая к себе серую папку.

— Дай мне пару минут, — замотав головой, взмолился Сет. Даже отъехал от стола, показывая уровень своего желания.

Вольг понятливо хохотнул и сел на диванчик, а после и вовсе развалился на нем, закинув ноги на подлокотник.

Сет благодарно вздохнул, отодвинув бумаги и, немного подумав, приподнял из ниши в столе прятавшийся там экран телевизора, погрузившись в просмотр вечернего выпуска новостей.

На маленьком экране блестел ровными зубами Дарн Тарол. За его спиной сверкали позолотой люстры дворца приемов, виднелись несколько затянутых в черную форму стражей МВ и мелькали дорогие костюмы губернаторов. Закончился очередной очень важный совет, на который Сет отказался являться.

Ка этого не простил.

На лицо телевизионщика он смотрел предвкушающим взглядом и было отчего. Зажимавший микрофон молодой бойкий парень с хищной жадностью подался вперед, желая услышать ответ на свой вопрос: где же Верховный?

— Верховный слишком молод для такой должности. Его не интересуют такие никчемные дела, как общее собрание. Мы должны быть немного снисходительны к его юности и желанию провести вечер в более приятной компании... Мы ведь все знаем о его новом увлечении?

— Но ведь собрание касалось безопасности лота?! — с наигранным недоумением подбрасывал огня в топку Дарнового желания мести телевизионщик.

— Не забывайте, что Верховный не только юн, но и еще принадлежит к высшей семье, сын главы Совета — это вам не шутка. Он уверен в своих силах справиться с любой напастью.

— Однако нападения происходят, ни предотвратить их, ни предупредить нас о возможности, пока никто не пытался?!

— Конечно. Разве можно предотвратить то, о чем не имеешь представления? — недоуменно дернул бровями Ка.

— Но вы же сказали?.. — глаза мальчишки сверкали, ему явно нравилось то, какой тон приобретал разговор.

— Да, я говорил про уверенность... самоуверенность, — хмыкнул Дарн, бросив в камеру быстрый острый взгляд, словно видел по ту сторону Сета. — А еще я говорил, что Верховный юн. Результаты сегодняшнего собрания будут отправлены в Совет, как и дополнения от меня лично и остальных участников. Но я не думаю, что это что-то изменит.

— То есть, вы хотите сказать, что... — мальчишка подался вперед, чтобы не упустить ни одного заявления Ка.

— Пока я ничего больше не хочу сказать, — усмехнулся Дарн и, чуть кивнув, попрощался.

Парень еще пытался задавать вопросы, кричать в спину, но стража аккуратно оттерла и его, и оператора, не позволяя бежать со своими расспросами за Ка.

Сет смотрел в экран, но Ка не видел. Потерялся и дворец приемов. Ка нарывался слишком откровенно. Одно заявление о причастности Совета можно было списать на оговорку. Два — нет. Оставалось решить, что с этим делать. Идти к отцу и получить громкие разборки: Таролы не оставят такие обвинения без внимания. Либо ждать, что произойдет дальше. По крайней мере, можно будет понять, имеет ли Дарн отношение к происходящему или решил укусить под шумок.

— Зачем вы это слушаете?

Сет едва не вздрогнул, оборачиваясь к диванчику. О Вольге, развалившемся там, он напрочь забыл.

— Чтобы быть в курсе, — уже веселее хмыкнул он, разглядывая нагло раскинувшегося по короткому ложу помощника.

— А не проще было пойти на это сборище? — Вольг попытался рассмотреть Сета не вставая, но болезненно зашипев, дернулся обратно и потер шею.

— Следующий раз я обязательно приму приглашение... и возьму тебя с собой, чтобы ты точно знал, проще или нет.

Вольг дернулся уже испуганно. Сел, опустив ноги на пол, и возмущенно уставился на начальника.

— Не надо! Я понял!

Сет хмыкнул и вновь вернул внимание экранчику.

«Опять одаренный возомнил себя лучше других. На этот раз пострадала семья из трех человек. Отец семейства, двадцативосьмилетний Джереми Дол, находится в реанимации, его жена и маленькая дочь в больнице с магическими травмами разной степени тяжести».

— Вольг?! — зарычал Сет, изучая встрепенувшегося помощника злым взглядом.

— Так, я про то и хотел, — пожал плечом тот, оборачиваясь, чтобы найти выпущенные из рук документы. — Вот, — он поднес тонкую, всего на пару листиков, папку Верховному, а сам вернулся к диванчику.

Сет изучил документы и зло швырнул их на стол. Папка проехала по столешнице, сдвинув один из кристаллов, отчего-то выкатившийся из общего упорядоченного рисунка ближе к рабочему месту Сета.

— Как же я устал, — зло хмыкнул Сет и вдавил экран в столешницу, возвращая на место.

Вольг вопросительно вздернул брови, но уставившийся в потолок Сет этого интереса не заметил.

— Сэр? — любопытство жгло, и Вольг рискнул подать голос. — Вы же не бросите нас?!

— Да вы вроде не дети, чтобы вас бросать, — невесело хохотнул Верховный, прокручиваясь на кресле, и для удобства подложил руки под голову.

— И все же?

— По своей воле нет, — устало выдохнул Сет. — Но что-то мне подсказывает, скоро меня спрашивать перестанут.

— Отец? — понятливо спросил Вольг. Он отлично знал, что обращать внимания на нападки Ка Сет не стал бы. Посмеялся бы, может, позлился, но не более. Такое состояние Верховного говорило о чем-то более опасном.

— Угу, — недовольно протянул тот и кивнул в сторону папки. — Несмотря на то, что таких документов становится все больше, он не желает меня слушать. Говорит, что я и так дал вам слишком много свободы. И дальше закапывать себя и семью он мне не позволит. Мне удалось выторговать себе время тогда, на праздновании, на попытку... одну попытку. Но отец дал его неохотно, и сейчас довольно неприятно намекает, что мои методы не действуют.

— А что вы просили? — любопытно уточнил Вольг, чуть повернув голову набок и изучая его пристальным взглядом.

— Все то же, пока что. Чуть больше вольности губернаторам и лотам, и чуть меньше ее магам.

— Ну, тогда ответ ожидаемый, — с восхищенным смешком констатировал Вольг: начальник вновь подтвердил свой высокий статус в его глазах.

— Да уж, — тихо хмыкнул и Сет, но, помолчав, уже довольнее добавил, — но пока что время у меня еще есть.

Вольг расплылся в хитрой усмешке, а Сет, бросив на него быстрый, лукавый взгляд выпрямился на стуле и нырнул под стол.

— Сэр, вам бы поспать?! — понимая, что воззвание останется проигнорированным, все же сказал Вольг.

— Посплю, — согласно кивнул тот, выставляя на столе еще один стакан и бутылку. Здесь. Все равно надолго не усну.

Вольг потянулся до хруста. На внутренней стороне предплечья обнажилась татуировка МВ: медного цвета ромб с такой же цифрой пять внутри. Хмыкнул недовольно, но к столу перебрался.

Глава 15. О вреде алкоголизма

Водитель вцепился в руль, словно голодный в котлету. Руки его тряслись, что было видно даже через охватившее человека напряжение. На лице маской застыло выражение крайнего ужаса и сосредоточения.

Вчера Сет вновь встречался с копом и «Террос» опять остался дожидаться его у бара. Или, что скорее всего, Вольг доставил машину к МВ. Так что, чтобы добраться до работы, пришлось использовать наемный экипаж. Отчего перевозчик ведет себя так дергано, Сет прекрасно понимал — не каждый день ему выпадало возить рожденных магов — но побороть отвращение к трусу не мог. Невольно поморщившись, отвернулся к окну.

Там уныло тянулись вверх мрачные высотки респектабельного района. На темных, тоскливо-серых улицах не было никого. Чуть красок добавляли только накопители и распределители, выросшие вдоль улицы сверкающими кочками. Солнце еще не вышло, лишь намекнув на свое появление чуть посветлевшим небом. Даже морские птицы, поднимавшиеся раньше всех в Азилуме, носились в вышине не слепящими росчерками, какими представали днем, а тусклыми, серыми полосками.

Сет досадливо дернул уголком губ. Утро было таким же паскудным, как и его настроение.

Он поспал всего три часа. Никто его не будил, просто сон отступил, как бывало довольно часто, оставив пялиться в высокий потолок. Пялиться Сет не пожелал и поспешил на работу. Успеть бы сделать что-то до того, как ненормальная жажда действий отступит, сменившись разбитой апатией.

Регуляторы на выбранном пути стояли часто, вынуждая извозчика едва тянуться по пустой дороге. Сам Сет пролетел бы улицу, не обращая внимания на запреты приборов — все равно в это время пешеходы были сродни певчим птичкам: редкими и быстрыми, — но в чужой машине свои желания сдерживал. Лишь морщился досадливо от необходимости все это терпеть.

— Ну куда ты?.. — возмущенно и при этом испуганно заговорил извозчик, привлекая внимание задумавшегося мага.

Сет обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть одинокую фигуру посреди дороги, развернувшуюся к ним лицом. Скрывшуюся под машиной штуковину, безмятежно, а оттого вдвойне подозрительно лежавшую на асфальте он рассмотреть не успел. Но щит вскинул, укутывая машину целиком — слишком неприятным казался ему застывший человек. Предвкушающая улыбка на его губах легко дорисовывалась воображением.

Взрыв подбросил машину вверх. Сет слишком поздно сообразил, что источник оказался внутри купола вместе с ними. В следующий миг его, словно бетонной стеной приложив, швырнуло вверх и в сторону, бросило обратно. Родовой щит выдержал взрыв, но не уберег бы жизнь Верховного, не потеряй тот концентрацию. Внешний щит развеялся, и тело мага выбросило наружу. Несколько раз подбросило и прокатило по асфальту.

Ни скрежет покореженного авто, ни стук окон и дверей, ни тихие шаги незнакомца, покинувшего место происшествия, до мага не дошли. Мир полнился только надоедливым, вгрызающимся вглубь черепа звоном и гулом.

Не обращая внимания на боль, Сет попытался подняться. Упал, но даже не ощутил новых ран на содранных ладонях. В глазах все плыло и шаталось. Звон в ушах сменился болью и тишиной.

В мозгу настойчиво крутилась лишь одна мысль: не подставиться под удар нападавшего. Что человека на дороге уже нет, до покалеченного мага не доходило. Как не замечал он и нарастающего шума: взволнованных голосов и испуганных криков.

Один из подбежавших попытался подойти, помочь залитому кровью, судорожно дергавшемуся в попытке встать на ноги человеку. Но тот так резко вскинул руку с хорошо заметными в предрассветной полутьме голубыми искрами, что мужчина передумал и других не пустил, заорав:

— Маг! Он не соображает, что произошло!

Собравшиеся люди причитали, строили различные предположения, но помощь свою больше не предлагали, ожидая скорую.

Вой сирены и мельтешение ярких огней словно включили разум. Сет замер, прекратив бесплодные попытки рассмотреть напавшего в безумном хороводе красок, что видели его глаза. Моргая, пытался удержать ускользающее сознание. Оглядел собравшуюся толпу, машину скорой помощи и бегущих от нее медиков в алых одеждах, набор покореженного металла, бывшего еще недавно машиной.

— Сэр, вы слышите меня?

В узкий, так и норовивший схлопнуться кусочек реальности внедрилось молодое мужское лицо. Губы на нем шевелились, но что они пытались произнести, Сет не разбирал.

— Место оцепить! Вызвать МВ. Гражданских не пускать! — едва ворочая языком, велел он лицу и оттолкнул его с дороги. Точнее, попытался, медик — обладатель этого самого лица — так просто сдаваться не собирался, удержав его за руку.

К постоянной, перемалывающей все тело боли, добавилась ее резкая вспышка в предплечье. Застонав сквозь зубы, Сет со злостью уставился на обхватившие его руку пальцы. С нарастающим удивлением перевел взгляд выше, на алый рукав, на нашивку в виде двух перекрывающих друг друга лун и наконец все на то же молодое лицо, озабоченно что-то повторявшее.

— Сэр, вам лучше прилечь. Вот сюда, на носилки, — медик указал пальцем на стоящую рядом каталку.

Слов Сет вновь не расслышал, но суть требований понял.

— Нет. Мне нужно быть здесь, — зло мотнул он головой...

Когда он очнулся, небо и дорога исчезли. Вместо них появился низкий беленый потолок, несколько шлангов над головой, проводов разной толщины и громоздкий прибор, к которому эти шланги присоединялись.

Попытка пошевелить рукой, чтобы убрать эти трубки, а после сесть, успехом не увенчалась. Зато перед глазами появилось испещренное морщинами лицо, наполовину прикрытое медицинской маской.

— Сэр, вам не стоит шевелиться.

Однако слушать медика Сет не желал. Чувствительность постепенно возвращалась к телу, невольно порождая мысль, что лучше бы он не просыпался. Но лежать без дела, когда сознание вернулось, маг не желал. С усилием, которого от него раньше требовали разве что тренировки, поднял руку. Широким неконтролируемым движением снес половину трубок.

— Сэр, прекратите!

В голосе медика слышался неподдельный испуг, но до зацикленного на решении проблем мозга он достучаться не мог.

Запиликал на разные лады прибор, потерявший связь с пациентом. Зашипела сорванная с лица маска, впустую растрачивая кислород. Тихо загудело поле поддерживающей капсулы, столкнувшееся с беспокойной плотью.

— Палата четыре ноль семь, — быстро затараторил медик, одной рукой зажимая кнопку экстренного вызова, а второй пытаясь удержать на кровати Верховного. — Живо!

— Отпусти! — зло, но спокойно велел Сет, сверля медика взглядом.

— Нельзя! — отгавкнулся тот, отключая раздражающие звуки оборудования. — Вторые сутки без сознания! Вы в себя-то пришли, только потому, что в поддерживающей капсуле лежите. Попытаетесь встать, и откачивать вас будут дольше, чем после самого взрыва! Помогите мне! — зло велел он уже ввалившимся в палату коллегам.

Те немедля подскочили ближе, вцепившись крепкими руками во все еще непослушное тело мага.

Но геройствовать Сет не собирался. Слова медика достигли его мозга и сумели найти дорогу к сознанию. Верховный расслабился, позволяя медикам вернуть на место большинство трубок.

— Как я? — осмотрев свое, но какое-то чужое, безвольное тело спросил он.

— Плохо! — рявкнул главный медик и заговорил зло, но уже гораздо спокойнее. — Переломы, внутренние травмы, ушибы, Карающий прости, а вы скачете, как заводной!

— Сколько времени?.. — Не обращая внимания на ворчание пожилого медика, продолжал допрос Сет. Тот взглянул на него из-под нахмуренных бровей.

— Дней пять минимум, — правильно разобрал он суть вопроса. — Если позволите ввести вас в сон, три.

— У вас сутки. Можно и со сном. Но сначала мне нужен телефон, — отрывисто велел Сет, не позволяя себе расслабиться. Знал, стоит отвлечься, и медики подло решат его судьбу самостоятельно.

Пожилой медик взвился, словно током ударенный.

— За сутки вы даже ходить не научитесь!

— Телефон! — спокойно велел Сет, неотрывно глядя медику в глаза.

Тот выдохнул сквозь зубы, но по карманам пошарил и приборчик протянул.

— Пять минут! — процедил он, и намеренно игнорируя прижавшего телефон к уху мага, велел помощникам: — готовьте блокаторы.

— Вас слушают, — раздался в трубке усталый голос Вольга.

— Вольг, что удалось узнать по взрыву? Быстро!

— Сэр? — в первое мгновение опешил невидимый помощник, но быстро справился с собой и заговорил четко по делу. — Магических компонентов нет. Следов нет. Водитель, скорее всего, невиновен — это вывод Луи. Детальнее он сможет сказать, изучив ваши повреждения и информацию.

— Слухи?

— Слишком много свидетелей. Мы не сможем стереть всех. Телевизионщики уже раздувают историю. Письма от одаренных полетели в Солар еще позавчера.

— Проклятье. Держи информацию сколько сможешь. Завтра я сам с ними буду говорить.

— Сэр? — возмущенно возопил Вольг, прекрасно зная характер начальника и при этом изучив предварительный отчет медиков о его состоянии.

— Время! — процедил медик, вводя в прибор необходимые данные.

— Все, Вольг, отбой. До утра меня нет... из МВ не уходи.

— Понял, сэр, — с тяжелым, понимающим вздохом попрощался помощник.

— Лягте и расслабьтесь, — все так же недовольно велел медик, пододвигаясь ближе к кровати с маской в руках. Смотрел он при этом на показания прибора. — Ирвин, вводите весталамин.

Сет прикрыл глаза, с усталой отрешенностью отмечая все нарастающую боль в теле, легкие касания рук, обтянутых тонким полимером перчаток, укол и неприятное жжение в правом локте.

На лицо опустилась мерзко-холодная маска, носа коснулся сладковатый запах препаратов, а следом пришло темное безмолвие сна.

***

Из черной бездны, заполненной бордовым туманом, лезли вверх сонмы моонгов. Их тонкие, вывернутые под неестественным углом конечности с неприятными, ритмичными щелчками цеплялись за камни, ограничивающие мир проклятых от Сета. Моонги пищали, тихо и так же ритмично, и упорно карабкались вверх, не сводя с застывшего на краю Бездны мага взгляда черных глаз. Сет пытался прочитать заклинание, воззвать к своим силам, но не мог. Магия не отзывалась, оставаясь глухой к любым мольбам и попыткам. Даже простой «светляк» создать не получалось. Сет рычал, не понимая своего состояния, бил поднявшихся тварей по плоским рожам, стараясь сбросить обратно во чрево Бездны. Но против такого количества устоять без магии был неспособен.

Моонги вцепились в ноги, повалили его на землю, прижав тело к поразительно ровным камням, повисли на руках, не давая отбиваться.

Одна из тварей устроилась на груди, заглядывая в лицо Сету огромными глазами без радужки, полными затягивающей тьмы. Широкая, безгубая улыбка обнажала многочисленные острые зубы. Тварь потянулась к голове мага когтистой лапой, вдавил ее в лицо, закрыв нос и рот. Дышать стало невозможно, Сет дернулся, пытаясь сбросить моонга. Вскинул руку: к удивлению, это получилось — и попытался врезать твари по морде.

— Тише, держите! — внезапно внятным, злым голосом зарычала тварь, отбиваясь.

Моонг побледнел, сделавшись практически полностью белым. Широкая, от уха до уха, улыбка вместе с двумя дырами носа расплылись в медицинскую маску, а черные провалы глаз обзавелись блеклой, серо-зеленой радужкой и желтоватым белком с тонкими нитями сосудов.

Вместе с трансформацией моонга нашли свое объяснение и звуки. Писк и ритмичные щелчки шли от стоявшего рядом с кушеткой прибора. Бездна вместе с моонгами растворилась, оставив тихую палату медмага.

— Сэр? Вы меня слышите?

Сет пораженно кивнул. В горле пересохло, язык словно бы распух, заняв все свободное пространство во рту.

— Что?.. — едва шевеля этим бревном, прошипел Сет, оглядывая палату и застывших медиков.

— Вы в больнице, после взрыва, — заговорил медик. Разобрав, что пациент пришел в себя и больше не собирается нападать, он посвятил свое внимание прибору, изредка отдавая короткие распоряжения помощникам. — Вы под блокаторами, ради нашей безопасности.

— Руки...

— Это последствия ускоренного лечения. В течение получаса все функции восстановятся. Думаю, вы даже встать сможете, — не оборачиваясь, говорил медик.

Сет выдохнул. Видение с моонгами было слишком реальным, чтобы так просто от него избавиться. К тому же фигуры врачей то и дело расплывались, словно сном была как раз палата.

— Глаза?!

Медик нахмурился, обернувшись, подозрительно изучил откинувшегося на подушку. Быстро достал из кармана фонарик и, склонившись, развел пальцами веки, посветив лучом в глаза.

— Все в порядке, — помедлив, констатировал он. — Побочка от весталамина. — Резко отвернувшись, он велел проверяющему капельницу помощнику: — поднять магический поток на единицу.

Помощник кивнул, присел у кушетки, скрывшись от взгляда. Что он там делал, Сет не видел, но поле над кроватью загудело на полтона выше. По телу прокатилась приятная волна щекотки. Задержалась в местах, где боль была наиболее отчетлива, и как показалось растворилась. Хотя, на самом деле, тело просто привыкло к повышенному уровню магических потоков.

Вместе с этим пришло в норму и зрение. Четкость предметы еще не приобрели, но и перестали колебаться, словно мороки пьяного.

Как и обещал медик, через полчаса все неприятные последствия лечения улетучились, оставив только боль и слабость. После долгой ругани и многозначительных угроз врач все же согласился выпустить Сета из больницы. Но с одним условием, что к шести часам он вновь вернется и позволит провести полную диагностику. Вылечить такие серьезные травмы за трое суток не мог ни один маг, даже с поддержкой последних достижений медицины.

Вошедший в палату Вольг, словно сын старого медика, смотрел на Сета с тем же злым недовольством.

— Добрый вечер, сэр, — буркнул он, сваливая вещи на кровать и стараясь не смотреть на обнаженного начальника.

Стесняться тот и не думал, наоборот, довольно ухмыльнулся, услышав из шлюза восхищенные перешептывания. К счастью, женские. Поморщился, осмотрев привезенную помощником одежду: ему не нравилось сочетание серой рубашки и светло-синего костюма, но выбора не было.

— Сэр, слухи все равно уже поползли. Может вам отлежаться? — неуверенно предложил Вольг, проследив, как медленно и сосредоточенно справляется Верховный с запонками.

— Нет, — неподкупно мотнул тот головой. — За мной. — И сорвался с места, стараясь поскорее выбраться из пропахших дезинфектантами помещений.

Держать темп удалось до лифта. В нем пришлось ухватиться за поручни, чтобы не шататься так откровенно. Холл Сет практически не запомнил, ему хотелось лишь одного, лечь и больше никогда не вставать. Дорога до машины растаяла подобно туману.

Вольг посмотрел, с каким выражением на лице расплывается начальник по сиденью, как бегают его глаза под закрытыми веками и как старательно удерживает он губы сомкнутыми, и отвернулся, зло стиснув зубы. Ему слишком много хотелось сказать Верховному, но даже от своего помощника таких слов тот терпеть не стал бы.

Глава 16. Дают больничный? Бери!

У ворот МВ ожидала чего-то толпа. Упорядоченная, разбившаяся на крохотные группки, половина с громоздкими камерами на плечах, другие с микрофонами.

— Простите. Пришлось сказать, что вы утром лично заявление сделаете, — виновато пробормотал Вольг, ощутив укоризну, исходившую от повернувшегося к нему начальника.

Сет только вздохнул тяжело.

Ворота разъехались, пропуская машину. Толпа пришла в движение, вытянув шеи в сторону внутреннего двора. «Террос» Сета, словно специально оставленный напротив входа, привлек их внимание, породив волну ропота. Въезжающей в этот момент во внутренний двор машине Вольга интереса досталось совсем чуть-чуть.

Зато стоило воротам закрыться и скромная «Мера» стала центром происходящего. Стражи, стараясь делать вид бдящих псов, все ближе стягивались к стоянке. Из корпусов, словно вездесущие муравьи, выползали работники. Отворились окна, открывая вид тем, кто поленился или попросту не смог выйти.

Сету до стиснутых кулаков захотелось остаться в машине. Послать всех в Бездну и велеть Вольгу отвезти его обратно в больницу. А там лечь на кушетку, прикрыть глаза и расслабиться, позволив себе небольшой отпуск. Дней пять, не больше.

Только сейчас он осознал, как на самом деле устал от всего этого. От постоянного внимания, окружающих людей, ответственности, а также от боли.

— Сэр? — взволнованно позвал Вольг. Бледное лицо и сжатые руки Верховного бередили его совесть. Все же, стоило настоять или даже подкупить медиков, чтобы на пару дней отключили мага от реальности, позволив вылечиться. Он готов был развернуться и ехать обратно, когда Сет все же подал голос.

— Идем.

Прохрипев короткое слово, Сет нацепил на лицо надменную ухмылку, выпрямил спину и полез наружу.

Приветственные крики, а также недовольные шепотки, старательно игнорировал. Бросил несколько распоряжений, намечая вектор работ, и широким шагом отправился в главный корпус, к себе. Ему нужно было хоть немного времени в привычной обстановке, наедине с собой, чтобы настроиться на неприятную работу.

Когда заходил в корпус, был уверен, что отпустит Вольга отсыпаться. Но стоило увидеть Рема, уставшего, осунувшегося, а оттого еще более раздражающего, передумал. Оставил ночного помощника до конца пресс-конференции. В таком состоянии ему жизненно необходим был рядом кто-то, кому можно доверять и на кого в случае чего можно скинуть обязанность разговаривать с надоедливыми телевизионщиками.

На вопросы телевизионщиков отвечал привычно, со смешками и шутками. Пытался показать, что Верховный в норме, а радостные вопли, в ожидании его развеивания, преждевременны. Но стоило ступить под крышу корпуса, скрываясь с глаз наглых людей, все напускное спокойствие улетучилось, оставив только боль и усталость. На короткое время Сету даже пришлось упереться рукой в стену, пережидая накатившую дурноту.

Вольг стоял рядом. Говорить ничего не говорил, но стискивал кулаки так, что даже Сету было немного не по себе.

— Идем, — когда тьма отступила, прохрипел Сет, словно пытаясь успокоить помощника.

Тот кивнул, но судя по невнятному шелесту, высказаться не преминул.

Удобное кресло в этот день показалось пыточным приспособлением, не желая принимать форму тела и облегчать страдания. Голова не болела, но будто была набита кубиками металла: тяжелая и словно бы квадратная.

Вольг не ограничился просовыванием головы. Явился целиком, осторожно прикрыв за собой дверь.

— Может мне остаться? — поинтересовался тихо. Тяжело вздохнул, до последнего надеясь, что Верховный передумает, хотя в глубине души этого боялся. Но не признавался даже себе. Слабость не то, что сейчас стоило показывать. А отоспаться можно и на диванчике. Заодно и Сета уговорить немного пожалеть себя и вздремнуть.

— Не нужно, — на мгновение задумался Сет. Приятнее было осознавать, что на помощь в случае чего придет Вольг. Но был шанс, что до оказания помощи тот сам не доживет. Слишком ярко говорили о его состоянии красные, воспаленные глаза. — Иди.

Вольг кивнул и вышел. Тут же на его месте нарисовался помощник дневной. С виноватым лицом подошел ближе и опустил на стол бумаги.

— Что? — со вздохом спросил Сет, стараясь сесть прямо, а не крениться набок, словно подтаявший торт.

— Прибыла партия оружия. Накладные.

Страдальческий стон Сета пропал втуне. Рем лишь состроил наиболее виноватую рожу из своего арсенала и неумолимо пододвинул бумаги ближе.

Сет тоскливо потянул их к себе. Вчитался в прыгающие, расплывающиеся буквы. Три раза перечитал поставщика и назначение груза: «СКОРпио», технические детали — и долго пытался сообразить, что не так.

— Сэр? — вырвал его голос Рема из странного оцепенения. Словно мозг что-то видел в этих «деталях», но что понять не удавалось.

— Идем, — устало тряхнул он головой — кубики металла в ней перевалились на другой бок, тяжело стукнув по черепу изнутри — и поднялся.

Рем понятливо пристроился за плечом, неизменно раздражая мельтешением. Да и в таком состоянии держать кого-то за спиной Сету не нравилось, но приходилось терпеть.

Машина стояла у военного корпуса. Большой, бронированный грузовик с зарешеченными окнами и дверями.

Сет едва не застонал. Идти к нему предлагалось через всю немаленькую парковку. В усталом мозгу даже зародилась мысль завести в МВ что-нибудь вроде мини-кара, как на вокзалах для более быстрого и удобного перемещения к цели. К тому времени, как он все же дошагал до машины, мысль стала целью.

Заметив Верховного, из грузовика вылез экспедитор. Водитель, как и положено перевозчикам опасных грузов, остался на месте.

— Добрый день, сэр, — чуть склонил голову экспедитор, разом намекнув на свое происхождение.

Сет окинул его взглядом, но к какой семье принадлежит этот рожденный, не вспомнил, паршивое состояние помешало. Зато рассмотрел горящие зеленым огнем глаза — маг был совсем слабым.

— Добрый, — подавив желание высказать, где он видел настолько добрые дни, поздоровался и Сет, а затем махнул ожидавшим команды стражам.

Те тут же кинулись открывать ворота. Машина заурчала и покатилась, скрываясь внутри корпуса. Сет вместе с гостем молча зашли следом. Дождавшись пока закроется дверь и зажгутся дополнительные светильники, позволившие не щурить глаза, в попытке разобрать буквы в бумагах, экспедитор приложил руку к замку на кузове грузовика. Зеленое сияние окутало пальцы и впиталось в замок. Щелкнуло, дверь медленно отошла на несколько сантиметров, позволяя уже людям показать, что за ней спрятано.

В носу защипало от запаха смазки. Вороненые стволы матово вспыхнули, отражая яркий свет магических ламп. Ровные ряды автоматов в держателях привлекали строгим, мрачным порядком. Притаившиеся вдоль бортов ящики чинно ждали своего часа.

Сет даже забыл на секунду о боли. Нравился ему вид оружия, особенно такого, нового. Пусть он сам и предпочитал им не пользоваться, но умел прекрасно. Забравшись в кузов, он достал из захвата первый попавшийся автомат, просканировал его магически, и, не найдя отклика, спрыгнул на пол. Прошел к зоне стрельбы. Осмотрел внешний вид оружия, проверил отсутствие патронов, щелкнул затвором, предохранителем и потянулся за, словно из ниоткуда появившимися рядом, учебными патронами. Подавший их страж тенью отступил прочь, подпуская ближе экспедитора. Тот остановился за плечом Сета, но так, чтобы тот мог обращаться к нему, не поворачиваясь.

Закончив с этим оружием, Сет потребовал следующее. Проверял он обычно три случайных ствола, этот раз исключением не стал. Закончив, кивнул стражам, позволяя начать разгрузку, и передал накладные комсоту — сверять наличие. По-хорошему нужно было остаться и обсудить с экспедитором возникшие вопросы, но Сет их уже не помнил. Он даже имя свое почти забыл и, коротко извинившись перед рожденным, пошел к себе, отдыхать.

Раны не желали прощать Сету такого безголового отношения к своему телу. Уже к середине дня находиться в вертикальном положении стало невыносимо. Даже сидя маг чувствовал себя растаявшим желе, пытающимся стечь на пол. От суетливого, постоянно маячившего где-то рядом Рема воротило, от буковок отчетов тошнило. В голове сидела лишь одна мысль: убраться из МВ подальше. Причем место этого подальше менялось по десять раз на час. То Сету хотелось уехать в «Бегемот» и напиться, то домой — отоспаться, то в больницу или вообще в семейный сад Развеянных.

К мучающей боли и слабости добавлялась досада. Луи, статистик, на рабочем месте отсутствовал. Если бы прогуливал, был бы повод выпустить пар. Но нет, старик забрал пятерых сильнейших магов и отбыл на место происшествия. Что он там надеялся найти, тем более через столько времени, Сет не знал. Знал он лишь одно — сегодня поговорить с Луи не удастся.

В конце концов, он не выдержал. Оставил Рема на ночное дежурство — Вольг и так переработал, дежуря в МВ почти трое суток подряд — и вернулся в медмаг, даже не подумав ехать куда бы то ни было еще.

Утром Сет и сам уже думал последовать совету Вольга и остаться в больнице. Тем более что телевизионщиков он угомонил, предъявив себя живого и вполне здорового.

На самом деле, после вчерашнего дня здоровье откровенно намекало о необходимости поберечь себя. Раны разошлись, сковывая движения неприятной, ноющей болью. Слабость накатывала волнами в ураганный день: высокими, стремительными и частыми. Магическая энергия, словно в Бездну, вытекала в поврежденные места, где и исчезала, пытаясь залечить тело неблагодарного носителя. Так что к слабости от ран прибавлялась еще и слабость от магического истощения. К счастью, мигрени не было, но ее прекрасно заменяли боль от сотрясения и сопутствующее ему головокружение.

— Надо было размяться перед попыткой, — досадливо пробормотал Сет, судорожно сжимая поручень кровати.

Если бы не любопытство и желание поскорее поговорить со своим статистиком, возможно, он послушал бы тело, а так пришлось одеваться.

В палату с улыбкой зашел старый медик, так и оставшийся для Верховного безымянным. Рассмотрел шатающегося пациента, уже нацепившего на себя костюм, лишь пиджак еще на кровати лежал.

— Куда?! — улыбка тут же слетела с его губ, оставив выражение крайнего бешенства.

Сет только застонал. Неаккуратно схватил чужеродно-выделяющийся на белых простынях пиджак и, отодвинув старика в сторону, вышел в коридор.

— Вы хоть понимаете, что делаете? — выскочил следом и медик. — Вы на себя посмотрите, да вы же едва стоите!

Злые и одновременно беспомощные звуки разбивались о стены пустых коридоров, вызывая лишь досадливые гримасы на лице Сета.

— Да остановите вы его! — медик перенес попытки докричаться до совести на застывших у выхода стражей. Но те лишь потупились, напоровшись на полный решимости взгляд Верховного.

Дверь мягко закрылась за спиной Сета, разбив прощальные ругательства, направленные на его голову. Но тут же открылась. Сет шагнул обратно в коридор, вспыхнувшую в медике радость загасил его задумчивый вопрос к одному из стражей:

— Ты водить умеешь?

Вчера он сел за руль сам, слишком устал и терпеть еще кого-то рядом не хотел. Но сейчас не был уверен, что сможет добраться до МВ самостоятельно.

— Да, сэр, — растерянно, с заминкой, кивнул страж.

— За мной!

На этот раз Верховный покинул этаж, а после и больницу окончательно.

***

Судя по ощущениям, настроение в том взрыве погибло... или дезертировало. Не зря ведь его не было с Сетом в это утро.

Страж, ведущий машину, слишком сильно напоминал ему погибшего извозчика. Такой же нервный, напряженный и точно так же тянулся по улице, не смея обогнать неторопливых стариков, выбравшихся в это время в супермаркеты.

В МВ царило несвойственное, радостное возбуждение, оборвавшееся стоило «Терросу» вкатиться во внутренний двор. Радовало, что многочисленные зеваки, до того заполнявшие огромное пространство МВ, тут же разбежались, только караульные застыли изваяниями на своих местах.

В коридорах корпуса стояла тишина. Никто не ходил, не хлопал дверями. Лишь запах кофе намекал на недавнее оживление.

Рем при виде недовольного начальника вскочил, оттолкнув стул. Тот заскрежетал по полу, подарив Сету еще толику уже переполнявшей его ненависти.

— Добрый день, сэр! — запинаясь поздоровался Рем.

Отвечать Сет не стал. Лишь кивнул, сдерживая в себе эмоции. Быстро прошел кабинет помощников и скрылся в своем, замкнув дверь.

Время и одиночество. Ему нужно было немного времени в одиночестве.

Разбудил, или скорее пробудил его все более настойчивый и нетерпеливый стук в дверь.

Сет осторожно приподнялся с дивана. Осмотрелся. Вспомнил, что шел к нему, чтобы лечь и успокоить боль, но тело, похоже, решило за него и попросту отключилось.

— Сэр, с вами все в порядке? — наконец не сдержался Рем.

— Да! — рыкнул Сет в отшатнувшееся от открытой двери лицо. — Что хотел?

— Ваша медкарта доставлена, — проблеял помощник, протягивая тонкую белую папку в трясущейся руке.

Сет выдернул бумаги, пробежал взглядом по страницам и вновь вручил ее Рему.

— Луи на месте?

— Да, сэр.

— Идем, — больше не глядя на помощника, Сет пошел к выходу. Пора было получить оставшуюся информацию.

В корпусе статистики, как всегда, стояла абсолютная тишина. Даже приборов, заполнявший каждый кабинет в здании было неслышно. Да и живых не было видно, как собственно и мертвых, и каких-либо других. Только стражи застывшими изваяниями стояли у выходов и значимых кабинетов.

На четвертом этаже, у лестницы, тоже стояли двое. Один, как и положено, изображал безликую статую. Второй с выражением ужаса на лице дернулся, зажимая подмышкой снятый шлем.

Сет остановился напротив стушевавшегося стража, вытянувшегося в струну. Изучил его холодным взглядом верху вниз, наклонил голову набок и снова прошелся по черной фигуре.

— Где шлем, боец? — с ядовитым смешком спросил он.

Рем, остановился рядом и прижал папку к груди, словно пытаясь отгородиться от гнева Верховного.

— Прошу прощения, сэр... я снял его, — пророкотал боец, еще сильнее сжимая вышеупомянутый шлем подмышкой.

Сет вновь едко хмыкнул и склонил голову на другой бок.

— Зачем?

Боец все больше нервничал, мялся, кусая губы, но отвечать начальнику пришлось.

— Голова зачесалась, сэр.

Сет дернул бровями, изображая изумление.

— Этого наказать. Комдесу выговор, — повернув голову к застывшему помощнику, велел Сет и, резко развернувшись, схватил стража за волосы и несколько раз приложил затылком об стену.

Отпустил сжавшееся тело и отступил на шаг, изучая результат.

— Услышал? — никто так и не понял, к кому он обращался, поэтому ответили оба и боец, и Рем.

— Да!

— Хорошо, — хохотнул Сет и, повернувшись, пошел дальше.

Дождавшись, когда начальник скроется за поворотом, Рем тихо заговорил:

— Сейчас тебе пришлют замену. Сам иди к комдесу, расскажи ситуацию. Пусть поставит тебя на пару декад куда-нибудь подальше от Верховного. Сам пусть не беспокоится, но и радостно не скачет, и... пусть с кем поменяется. Пусть вся десятка пару декад подальше отсюда дежурит. Понял?

Страж осторожно кивнул, щупая затылок.

— Сильно досталось?

— Привычно, — отмахнулся он и тихо поблагодарил, — спасибо вам, сэр.

— Сочтемся, — ухмыльнулся Рем и поспешил за Верховным, еще не хватало и ему попасть под горячую руку.

— О, явился, — встретил вошедших ядовитый дребезжащий голос. Луи, его обладатель, сухонький и невысокий старик с лохматыми волосами и торчащей козлиной бородой, стоял у окна, рассматривая на свету какую-то мелкую металлическую штучку. — На четыре часа позже расчетного времени.

— Не дорос ты еще мое поведение предсказывать, — со смешком отгавкнулся Сет, рассматривая заваленный хламом кабинет. Проходить внутрь, в этот рассадник мусора и заразы, ему очень не хотелось. Но еще сильнее ему не хотелось торчать в дверях. Выдернув из рук Рема папку, он подошел к единственному более-менее чистому столу — то есть тому, где бумаги лежали всего в три слоя — и шлепнул ее поверх уже имевшихся. — Медицинская карта. Читай и выдай мне какую-нибудь версию.

Луи изучил Верховного сузившимися глазами, пожевал губами, но перепалку продолжать не стал, полез в документы.

— Не будешь слушаться медиков, закончишься раньше, чем разгадаешь эту головоломку, — через десять минут молчания заявил Луи.

— Ты мне по аварии говори, — хмыкнул Сет, изучая сморщенное лицо.

Молчаливый Рем так и мялся у закрытой двери.

— Сказать, — проворчал старик, перелистывая страницы, словно выискивал там что-то упущенное. — Ты мне скажи! Щит ставил? Какой? Как устройство-то выглядело?

— Стой, — оборвал Сет, чувствуя, как от ворчливого блеяния вновь разгорается пожар в голове. — Проще показать.

— Пустишь меня в свой мозг? — чуть не подпрыгнул Луи, впившись куда-то в лоб Сета предвкушающим взглядом.

— Обойдешься, сам покажу.

Творить заклинания в таком состоянии не лучшая идея. Расход энергии и так был слишком велик, а восстанавливать его с помощью накопителей — это гробить себя еще быстрее. Но и пускать статистика в свой мозг, в свои воспоминания, Сет не собирался.

— Расход энергии увеличен на шестьдесят три процента, накопление замедленно на тридцать семь, — подтверждая его мысли быстро заговорил Луи. — Такими темпами ты до вечера на своих двоих не дотянешь.

— Не твое дело, — огрызнулся Сет. Вредный старикашка начинал раздражать. — Смотришь?

— Давай, — пожал тот плечом и подступился ближе, позволяя Верховному коснуться своих висков.

Оторвав руки от сухонькой головы, Сет осмотрелся в поисках ближайшего места, куда можно безболезненно рухнуть, но все стулья, как назло, были вне зоны доступа. Пришлось развернуться и опереться пятой точкой на стол. Папки податливо смялись, некоторые сдвинулись и, судя по звуку, предпочли оставить тесное ложе, переместившись на пол.

Луи окинул взглядом побледневшего Верховного, бросил быстрый на взволнованного Рема и вздохнул тяжело, покачав головой.

— Говори, — практически не разжимая зубов, велел Сет.

— В твоих травмах виноват ты сам, — подобрав медицинскую карту, заговорил Луи. — Выводы экспертов верны: силы устройства хватило бы максимум покалечить водителя. Тебя, может, тряхнуло чуть сильнее, возможно, отделался бы сотрясением.

— Но я поставил щит, — констатировал Сет, уже сообразив, к чему все это.

— Но ты поставил щит, — подтвердил Луи, опуская папку на высокую и явно неустойчивую стопку других, высившуюся от пола до его плеч. Стопка пошатнулась, завихлялась, но постепенно успокоилась и пришла в шаткое равновесие. — И бомба оказалась внутри. Твой щит многократно отразил взрыв, и, как следствие, усилил последствия. Отсюда и травмы, полученные с непривычных направлений. Тебе повезло, что ты быстро потерял концентрацию. Еще пара ударов и Верховного нам бы меняли.

— Хорошо, это я понял, дальше, — поморщившись, попросил Сет. Информация не порадовала. Одно дело, попасть под подготовленный, рассчитанный на уничтожение удар и совсем другое, пострадать по своей глупости. Привык решать все просто: вскинул щит и готова защита от всех и от всего. Получил по голове и самолюбию. Еще неприятнее было от осознания, что извозчик погиб из-за него. Не просто оказался не в то время и не в том месте, но конкретно получил удар от безмозглых действий Верховного.

— Дальше? — Луи словно мысли его прочитал, тон его стал мягче, без постоянных язвительных ноток. — А нечего мне дальше сказать. Тень ту, что ты краем глаза заметил, я раскручу. Но не надейся. По таким данным хорошо, если возраст тебе скажу и телосложение. Знаю одно, бомбу он оставил буквально за секунды до вашего появления. Скорее всего, ты его уже мог видеть, но внимания не обращал. Приказ он, похоже, по телефону получил: мы нашли там трубку. Пустая, без следов, куплена была почти год назад. Естественно, никто уже не вспомнит кем. Записи с камер того времени уже уничтожены. — Луи пощипал тощий подбородок. — На месте я был сразу после аварии. Следов не нашел. После тоже был, когда записи камер изучил. Ничего. Ничего, Сет.

Сет прикрыл глаза, стараясь держать в себе эмоции. Усиленные общей паршивостью состояния, они рвались наружу с небывалым воодушевлением.

— Какие шансы, что действовали обычные люди? — сквозь зубы процедил он и не мигая уставился на Луи.

Старик замялся. Не столько подбирая ответ, сколько перепроверяя данные в своей голове.

— Низкие, — бросил он, скривив и так сморщенное лицо. — Факт участия рожденных — не менее девяноста одного процента. Факт участия высших чинов — не менее девяноста трех процентов.

Сет все же выругался. Он и сам это знал, давно понял. Но услышать подтверждение оказалось неприятно. Махнув старику рукой, он молча побрел к выходу. Ему очень хотелось оказаться в кабинете, подальше от людей.

Глава 17. Проблемы приходят с родственниками

— Сэр?!

Сет устало оторвался от накопившихся бумаг. Последние дни ему приходилось беречь себя, ограничивая работу.

— Ну? — массируя глаза, чтобы не видеть испуганного помощника, велел он.

Рем быстро подошел к столу и опустил на него бежевый конверт.

— Иди, — сквозь зубы процедил Сет, разглядывая кривого волка, отпечатанного в сургуче. Как исчез помощник, он не заметил, перебирая в мозгу все причины, по которым мог написать отец. Не нашел. Свое недовольство, связанное со взрывом и соответственно последствиями, отец выслал практически сразу. Других слишком ярких, способных вызвать очередную волну гнева отца, проблем пока не подвернулось.

Хмыкнув, он все же разломил сургуч и извлек на свет спрятавшийся внутри лист бумаги.

— Да ладно?! — откинувшись на спинку стула, он пристально рассматривал короткий текст, веление встретить прибывающую сегодня сестру. — Рем, который час, — не отпуская письма, бросил он в коммуникатор.

— Одиннадцать двадцать семь, — на мгновение запнувшись, прошипел голос невидимого помощника.

— Почти вовремя, — улыбнулся он, отпустив кнопку. Письмо и конверт отправил в корзину и встал. Потянулся, небрежно сдернул со спинки стула пиджак и, на ходу его натягивая, пошел из кабинета. Сет надеялся получить от сестры информацию, а в таком случае злить ее, заставляя себя ждать, было глупо.

Машина с той стороны купола показалась за пять минут до назначенного времени. Все тот же вишневый «Вингард» семьи. Исиль в алом брючном костюме, поддерживая честь Моров, вылезала медленно, с достоинством. Так же плавно, покачивая бедрами, подошла к куполу и насмешливо вздернула бровь, намекая встречающему Сету, что уже можно и открыть проход.

Сет улыбнулся, мотнув головой. По привычке вскинул руки, словно упираясь ладонями в преграду, и сделал шаг вперед, застыв внутри купола. Чтобы уменьшить неприятные последствия перехода, протянул ладонь Исиль и, дождавшись, пока она возьмется, медленно потянул на себя, вытаскивая на сторону Даргвитара.

— Фу, как же меня бесит эта гадость, — раздраженно сдула упавшую на лоб прядь Исиль и, тут же расплывшись в широкой улыбке, повернулась к Сету всем корпусом. — Привет, братишка!

— Солар покинут, можно стать собой? — насмешливо дернул тот бровями и предложил сестре локоть.

— Ой, не занудствуй ты, а! — Сморщила Исиль носик, хватаясь за предложенное.

— В гости?

— Ага, но не к тебе, — хитро ухмыльнулась она, разглядывая стоящих по обе стороны прохода стражей.

— А к кому же? — понимая, что все его удивленные гримасы нагло игнорируют, уточнил Сет.

— Меня подруга на день рождения позвала. Но тебе я тоже кое-что привезла! — не давая Сету задавать лишних вопросов, похвасталась она.

Сет ухмыльнулся, но тряхнул головой недовольно. Заправил выбившуюся из-за уха прядь и пригласил:

— Тогда прошу быть моей гостьей.

— Ой, какой же ты зануда, — удивленно покосилась на него Исиль. — Прошу быть...

Тихо рассмеявшись, Сет пояснил:

— Мне, вообще-то, положено быть вежливым и учтивым с рожденными. Особенно перед моими подчиненными.

Исиль фыркнула, но спорить не стала. Дальше шли молча и только когда дверь кабинета Верховного закрылась за их спинами, а по стенам побежали линии дополнительной защиты, Исиль весело заговорила, зарывшись в крохотную сумочку, висевшую на плече.

— А где твой красавчик-помощник? Не этот хмырь, а другой, черненький.

— Этот тоже черненький, — насмешливо парировал Сет, устроившись на краешке стола и наблюдая за возней сестры. Что можно потерять в таком миниатюрном объеме, он понять не мог. — Вольг ночной помощник. И, будь добра, не цепляться к нему, если увидишь, его невеста мой друг.

— Ну вот, и здесь опоздала, — наигранно округлив глаза и уставившись на Сета, выдала Исиль и удовлетворенно вскрикнула, — Ага! Вот, это тебе.

На стол лег маленький мешочек, который Сет до того передал ей в Соларе.

Сет вздернул бровь, не сводя с сестры взгляда.

— Что, даже не проверишь? — поморщилась она и, закатив глаза, прокомментировала, — пара артефактов. Новые, кое-что из дневников деда. А вот это, — она протянула крохотный блокнотик, — заметки по твоему презенту.

Сет осторожно взял блокнот. Открыл и вчитался в мелкие буковки, перемежавшиеся схемами и рисунками.

— Скажу я тебе, тот, кто это сделал, гений! — голос Исиль стал серьезный и чуть более восторженный, чем необходимо, явно показывая, что сестра прониклась неизвестным.

Сет вздернул брови, не столько поражаясь восторженности в голосе сестры, сколько ее выводам на бумаге. Похоже, ему стоило благодарить Карающего, что этот человек жил в Даргвитаре. Потому как, имей он доступ к магической энергии Солара, и трепыхания Сета давно бы прекратились. Человек нашел способ обойти неприязнь заклинания к кристаллу и отложенной активации, вложив его в стеклянную сферу. А вот она уже была подпитана от кристалла. Просто, но никто никогда о таком даже не думал. Уже активированное, подвешенное в воздух заклинание при повреждении капсулы, выходило наружу, подпитываясь задействованной энергией, находящейся собственно в стекле. Словно зажигательный снаряд, только магический.

— Я сделала несколько таких, — следя за лицом брата, проговорила Исиль. — Сложно, скажу я тебе. Сноровка нужна. Но зато я даже бытовую «Липучку» туда запихала.

Сет, не поднимая головы, из-подо лба посмотрел на сестру, и она охотно затараторила.

— Получилось! Костюм почистила. За его пределы ничего не вышло. Все, как и при обычном использовании. С размерами я долго экспериментировала. Тут, конечно, под каждое заклинание отдельно подбирать нужно. Но, проклятье, Сет, оно работает!

— Я смотрю, у тебя новый кумир, — со смешком проговорил он, стараясь не выдать охватившей тревоги. Исиль, как и любой из Моров, увлекалась. И всегда ставила свои интересы выше других.

Исиль весело рассмеялась.

— Пожалуй. Надеюсь, ты не убьешь его и позволишь нам поговорить?

— Его? — все с той же насмешкой уточнил Сет.

— О, какой же ты зануда, — простонала Исиль. — Человека! Ладно, братишка, мне пора. Не скучай и далеко не убегай, через пару дней я уезжаю, так что надеюсь ты меня впустишь обратно?

И она быстро и ловко поправила костюм и прическу, покрутилась, взглядом спрашивая у Сета, хорошо ли выглядит. Получила одобрительный кивок и легко выбежала из кабинета, отказавшись от сопровождения.

— Какие подружки, крошка? — пробормотал Сет, когда дверь за Исиль закрылась. — Ты же их всех презираешь?!

Постучав пальцами по плечу, он тряхнул головой и досадливо поморщился. Уровень Исиль был десятым, к тому же она всегда носила с собой несколько артефактов «облегчающих жизнь и позволяющих спать спокойно» — как сама она говорила. Это не давало прицепить к ней заклятие слежки, как собственно и какой-нибудь технический приборчик для той же цели.

— И куда же ты рванула, сестренка? — Сет резко оттолкнулся от стола, вставая. Вытянул из кармана телефон и, быстро пробежав пальцами по экрану, набрал номер статистика.

— Луи, — бросил в трубку так, что в ней с готовностью проблеяли: да, сэр? — В ближайшие минуты из МВ выедет Исиль Мор. Я хочу знать, какие места она посетит в городе.

— Я... сделаю что смогу, сэр, — тоскливо пообещал Луи и положил трубку.

Сет зло выдохнул, судя по неуверенному голосу его статистика, ничего он не узнает.

***

Сет согнулся, опершись руками на стол, чтобы не снести все в кабинете к моонгам в Бездну. Непослушная прядь выбилась из-за уха и повисла перед лицом, еще больше раздражая. Исиль исчезла. Какое-то время Луи, поставив на уши все МВ и вообще всех магов Даргвитара, умудрялся вполне сносно выдавать ее маршрут. Благо отследить такую яркую девушку, разъезжающую на столь же броском авто — ее ярко-желтый «Эльсир» стоял на общей стоянке, рядом с МВ — было несложно. А потом Эльсир остался на одной из стоянок мегамаркета, а вошедшая туда девушка растворилась.

Именно в такие моменты Сет жалел, что отказался от развития спутникового слежения. Он, когда пришел к власти, вложил немало денег в развитие космической программы, и та давала результаты. Человека в космос, конечно, не отправили, но телефон обещали в ближайшие пару лет сделать независимым от магических потоков. А вот разработки по слежению за этими самыми телефонами он лично запретил. Сета пугала даже мысль о том, что кто-то сможет отследить его местоположение без его ведома: магический маяк, по крайней мере, можно почувствовать.

— Да чтоб вас всех, — выругался он, выпрямляясь и, быстро заправив прядь за ухо, зашагал к кабинету помощников. — Рем, — хлопнув дверью, позвал он.

Помощник, что-то быстро чиркавший ручкой в аккуратно разложенных бумагах, подскочил от неожиданности, заставив неприязненно поморщиться.

— Д-да, сэр?

— Вызови мне Вольга и можешь быть свободен.

— Есть сэр.

Сет хотел выпустить пар, а заодно и подумать. Для этого ему нужен был нормальный помощник, способный составить компанию начальнику и в первом начинании, и во втором. Рем на эту роль годился слабо.

Вольг был в МВ уже через час. Совсем невежливо постучал в кабинет и, сунувшись хмуро уточнил:

— Вызывали?

Сет ехидно ухмыльнулся, другой реакции от этого помощника он и не ожидал. Вольг не боялся проявить недовольство при начальнике, а сейчас было отчего расстроиться — до начала рабочего дня самого Вольга оставался еще час.

— Вызывал, — протянул Сет довольно, оглядывая помощника с ног до головы.

Вольг из недовольного тут же сделался тоскливым. Отчего Верховный может так на него смотреть, он прекрасно знал, и Сет не дал ему разочароваться в собственных выводах, поднимаясь со стула.

— Идем в зал.

Хмурого Верховного и бредущего за ним понурого Вольга провожали десятки глаз. Обладатели их на всякий случай притаились за преградами неспособными пропустить взгляд Сета. Но стоило начальству скрыться, они тут же выбирались. На всякий случай какое-то время сверлили взглядом дверь, поглотившую мага. Убедившись же, что возвращаться тот не думает, веселели, отправляясь к приятелям, чтобы выпить кофе и поболтать. Все давно выучили: если Сет вместе с Вольгом вот в таком настроении идет в сторону военного корпуса, значит, минимум час свободного времени им обеспечен. Потому что шло туда начальство в тренировочный зал, сбросить пар.

Огромный зал с мягким полом, поделенный на сектора толстыми канатами, в это время пустовал. Высокий потолок взирал на двоих сражающихся холодными глазами круглых светильников. Далекие, грязно-зеленые стены словно отодвигались от происходящего. Все это вместе дарило Вольгу ощущение, что он маленькая букашка, которую сейчас раздавят тапкой. Это ощущение усиливалось, когда Верховному удавалось проделать особенно болезненный прием.

Сет с веселой усмешкой смотрел на сидящего на полу помощника. Тренировка помогла, настроение его поднялось достаточно для того, чтобы переключить внимание с неудач на стонущего человека.

— Я на больничный! — кряхтя немного поменял позу Вольг, подтянув ноги к животу. Посидел, подумал, слушая издевательские смешки начальника, и со стоном стал подниматься. — На декаду-другую, — уперев руки в бока, запыханно пробормотал он, уставившись на прищуренного Сета.

— Хватит плакать, детка, пора возвращаться к работе.

Сет отлепился от канатов, заправил выбившуюся прядь за ухо и, не глядя на помощника, пошел в сторону душа.

— Я уже отработал, — крикнул Вольг ему в спину, — пострадал на рабочем месте и имею полное право на отдых.

Сет, не оборачиваясь, показал ему многозначительный знак и скрылся за дверью.

Вольг, ругаясь под нос и ворча, побрел следом.

К сожалению, выгнанные дружеским боем и прохладным душем мысли вернулись в голову уже в лифте, поднимающем Верховного из подвалов к казармам. Понимая, что просто так от них не избавиться, Сет досадливо поморщился, мотнув головой.

Жест не остался незамеченным. Стоявший до того с несколько отсутствующей улыбкой Вольг осторожно уточнил:

— Сэр?

— Ничего. Достало все, — буркнул маг, пододвигаясь к двери остановившегося лифта. — Твою мать!

Вместе с первой буквой вырвавшихся слов Сет толкнул Вольга к стенке кабины, а сам дернулся к противоположной. Практически одновременно с этим громыхнула серия выстрелов, и зеркало, занимавшее всю заднюю стенку лифта, со звоном осыпалось на пол.

— Какого? — прошипел Вольг, круглыми глазами глядя на Верховного, и зашептал заклинание щита.

В коридоре слышались ругань и стрельба уже с нескольких стволов.

Первый этаж казарм представлял собой лабиринт коридоров и решеток, перемежавшихся простенками. Решетки служили стенами комнатам, клетушкам и закуткам, в которых либо стояли нагромождения ящиков, либо стеллажей или стульев. В одной так и вовсе стоял лишь стол, упиравшийся краями столешницы в решетку. Причем двери между металлическими прутьями не было. Сет не знал, что за сакральный смысл скрыт в этой мебели, но командир внутренней части очень просил его не трогать оригинального заключенного и не пытаться его освободить.

Затеряться в этих лабиринтах можно было легко, но восставший против своих страж стоял прямо напротив лифта и короткими очередями стрелял по местам, где, по его мнению, могли прятаться противники.

Сет не стал отвечать Вольгу. Вскинул руки и выступил наружу, быстро оценив обстановку. Несколько пуль осыпались к его ногам. Маг хмыкнул и прочитал еще одно заклинание, обездвиживая вооруженного автоматом стража.

На полу лежало трое бойцов, встретивших безумца первыми. А из-за поворота выглядывали еще три ствола. Когда стрельба из автомата прекратилась, они сделали еще по одному выстрелу, прежде чем оттуда же высунулись головы, а после и все бойцы целиком. В просвете решетчатых стен замелькали силуэты остальных охранников из дежурной десятки.

— Выходите, смелые стражи МВ, — ехидно позвал Сет, подходя ближе к замершему с выпученными глазами стрелку.

— Сэр? — кашлянув позвал Вольг.

— В «коптерку» его, — рассматривая обездвиженного стража, одетого в форму МВ, велел Сет, разворачиваясь к подошедшим охранникам.

Осмотрел с ног до головы остановившегося чуть впереди своих бойцов комдеса и без предупреждения, без замаха ударил его кулаком в солнечное сплетение.

Комдес согнулся, выпучив глаза и раскрыв рот. Закашлялся, наконец хлебнув воздуха. Выпрямился. Красный, со слезящимися глазами он испуганно глядел на Верховного, но отходить не стал, знал, дернется — прилетит сильнее. Бойцы его десятки не менее испуганные, чем их командир, мялись, не зная, как себя вести.

Вольг только хмыкнул, скручивая послушному как марионетка нападавшему руки.

— Скажи мне, боец, — начал Сет чуть улыбаясь. Если бы не глаза, холодные и колючие, можно было бы подумать, что все только что произошедшее лишь иллюзия. — Где ваша броня?

Сет, не мигая, смотрел в глаза комдесу, гипнотизируя его несоответствием тона, слов и действий. Лицо стража из бордового сделалось белым.

— Сэр, броня тяжелая и душная. Дежурить в такой день очень тяжело, — врать страж не стал, знал — опасно. Юлить или как-то еще пытаться избежать наказания тоже.

— Ну да, им теперь легко, — со смешком указал Сет на лежащих на полу.

В разных концах помещения послышались команды, топот ног и лязг оружия — наконец на произошедшее отреагировали и остальные стражи.

— Сколько прошло с начала нападения? — прислушиваясь к нарастающим звукам, спросил Сет.

— Не больше двух минут, сэр, — сдавленно проговорил комдес.

— Тогда ладно, — на выдохе произнес Сет и повернулся к как раз появившимся бойцам. — Комдеса и комсота вот этих героев ко мне, — велел он и не глядя ни на кого пошел прочь.

***

Сет вновь сидел в кабинете. Только на этот раз согнулся над парящей чашкой кофе, которую сжимал в руках. Прядь вновь выбилась из-за уха и назойливо болталась перед лицом, но убирать ее маг не спешил.

Все хорошее настроение, выбитое из Вольга в зале, растаяло без следа. Такие глупые потери выводили из равновесия, а разборки с командирами довели до бешенства.

Напавший боец оказался жертвой. Заклятие «Вложенный приказ» — сильное, жестокое, заставляющее человека верить, что все происходящее его решение. Найти такое заклинание на обязательной проверке, которую проходят все заступающие на смену, невозможно — не тот уровень. Даже Сет нашел его не сразу, а ведь он искал специально. Самое паршивое, что вложить его в голову можно довольно быстро. Достаточно в толпе прижаться к жертве минут на пять. Заметить вмешательство человек не может — оно постепенное. Маг вкладывает лишь импульс, зачаток мысли, а дальше, с течением времени, она разрастается, вживается в мозг, заставляя прокручивать вложенную мысль вновь и вновь. Верить, что она своя собственная, что ты сам желаешь сделать это. И последним пунктом человек совершает задуманное.

Заклинание запрещено. За его использование — лишение. Но отследить его хозяина практически невозможно. За время, что нужно заклятию, исчезает личный след. Вот и у виновного никаких следов не осталось, лишь тонкий след, уже встреченный Сетом однажды.

Сет выпрямился, взял со стола два светло-розовых кристалла, с запертыми отпечатками из памяти своих бойцов, и покрутил их перед лицом. Понять, чьи они, можно было, только встретившись с заклинанием носителя в полной мере. Но отчего-то тот не спешил предоставлять Верховному такую возможность. Досадливо вздохнув, Сет поднялся и спрятал кристаллы в сейф, тщательно заперев замок.

Для службы страж больше не годился — он слишком сжился с мыслью. Как не годился он и для жизни в обществе — неизвестно, как заклинание отразилось на его мозге. Жить этот человек обречен лишь в камере или комнате спецмеда.

Почти рухнув на стул, Сет прикрыл глаза, запрокинув голову, и зло оскалился. Терять своих людей он не любил.

Глава 18. Цветы, птички, ночь

Посетить второй лот получилось не так скоро, как на то рассчитывал Сет.

Узнав о его намерении, в миссию вписались и Ка с Владетелем. К этим двоим прилагалась необходимая охрана — своя и из МВ. Если прибавить второго Ка-лота, Ка-губернаторов пострадавших номов, а также их неодаренных протеже, телевизионщиков и владельцев земель... Сет готов был рвать и метать от необходимости тащить с собой всю эту толпу, а главное, соблюдать все сопутствующие церемонии и условности. Зато удалось оказаться рядом с Ка без свидетелей.

Портальная площадка находилась в самом дальнем углу МВ. Довольно большой пустой участок притаился за стенами казарм и корпусов. Вел туда только узкий проход между зданиями и еще один, совсем крохотный закоулок, вдоль дальней стены, прикрытый мощной металлической дверью. Также здесь находились и малые врата в Солар, закрытые и почти невидные сейчас.

Маги МВ готовили портал. Вливали необходимые силы в рисунок, проверяли настройки и пока никого не подпускали. Лишенные из свиты Ка толпились у глухой стены, отделявшей грузовые врата в Солар от портальной площадки. Владетель, делая независимый вид, притаился в тени портальной стены. Рядом с ним был лишь его помощник.

Дарн Тарол остановился у самого входа на площадку, оглядывая собравшихся раздраженным взглядом.

Сет, лично проверявший работу своих магов, не уделил Ка и толики внимания. Только закончив с проверкой, он медленно, лениво подплыл ближе и, безразлично кивнув, стал чуть в стороне.

— Долго еще? — раздраженно бросил Тарол, понимая, что Верховный сам ничего говорить не собирается

— Еще пара минут, и отправляемся.

Сет медленно переплел руки перед грудью и наблюдал за магами не отрываясь.

— Однако я бы на вашем месте не спешил, — через долгую минуту молчания с некоторой заботой произнес Сет.

Тарол удивленно повернул к нему голову, с явной насмешкой в глазах.

— Возможно, вам придется задержаться у нас на дольше, чем вы рассчитываете, — улыбнулся Сет, наконец отрывая взгляд от портала и переводя его на Дарна.

— И отчего же?

— Думаю, вам стоит лучше рассказать Совету о недопустимости такого ко мне отношения.

Губы Тарола дрогнули, расплываясь в едкой ухмылке. Но в глазах ясно блеснуло бешенство, скрещенное со страхом.

— Думаю, Совет и без меня это понимает, — хохотнул он отворачиваясь.

— А если нет? Нельзя так рисковать, Дарн. — Сет тоже отвернулся, устремив взгляд на магов, только видел он все равно Тарола. Видел, как тот вздрогнул. — Или... именно это вы и хотели показать? Раз не доходят намеки, предъявить решение?

— Я не понимаю, о чем ты, — сквозь зубы процедил Тарол обернувшись. Все самообладание и лоск с него слетели. Глаза слишком явно горели ненавистью, а губы кривились далеко не в улыбке.

— Я о помощи Совету, — улыбка Сета сделалась хищной, а взгляд зло сверлил застывшего Ка. — Раз они не могут решиться и сместить меня, можно ведь помочь и освободить место.

Тарол рассмеялся. На первый взгляд искренне. Запрокинул голову и провел ладонью по безупречно уложенным волосам.

— Проклятье, Мор, ты что же, обвиняешь меня в том взрыве? — успокоившись, почти весело посмотрел он на Сета.

Если бы не ненависть в глазах, Сет поверил бы.

— Всего лишь уточняю, — пожал он плечом, хитро прищурившись. Реакция Тарола была предсказуема. Найти в ней подтверждение своим словам и мыслям не удалось. Но Сет надеялся, что его слова заставят Ка нервничать. Не сейчас, перед его лицом. Позже, в действиях... если он и правда причастен. — Нам пора.

Он кивнул на магов, доложивших о готовности и, не дожидаясь Тарола, пошел к порталу. Полный ненависти взгляд еще долго сверлил его спину.

Сет еще раз проверил все настройки. Доверять в сложившейся ситуации он никому не собирался. И только удостоверившись, что портал в порядке, послал последний импульс, открывая проход.

Портал раскрылся перед зданием МВ в Монтаре, столице второго лота. Площадка была гораздо меньше, чем в Даргвитаре, а от столпившихся встречающих и вовсе казалась узким колодцем. Колодцем потому, что здания здесь так же отличались, возносясь над головой и стараясь прикрыть палящее солнце.

Сет выходил последним. Стоило ноге коснуться бетона, он вскинул дополнительный щит, не желая незащищенным стоять под таким количеством взглядов.

Вспышки фотокамер нервировали. Злили гудящие голоса, восхвалявшие его и остальных прибывших. Раздражала невозможность дышать нормально: климат второго лота отличался высокой температурой и влажностью. Они пришлись по вкусу растениям и животным, но гостей с других лотов, при таких быстрых переходах, прочно выводили из равновесия. Ко всем раздражителям добавлялось зло выглядывающее из-за зданий солнце.

Эмилия Лиес, второй Ка-лот, чинно прошествовала к нему мимо расступившихся гостей. Сет растянул губы в вежливой, холодной улыбке, как подобает Верховному, и очень надеялся, что никто не заметит захвативших его эмоций.

Уделять внимание остальным прибывшим Эмилия не стала, аккуратно взялась за предложенный Сетом локоть и побрела рядом с ним к стоявшим поодаль машинам.

Ка лишь улыбнулся такому отношению и пристроился за парой.

— Куда? — коротко поинтересовалась она, стоило машине тронуться с места. Взгляд на Сета при этом не переводила, высматривая что-то в мелькавших за окном лицах.

— Я смогу избавиться от этого балагана? — поинтересовался Сет, так же изучая медленно поползшие в сторону МВ и его главные ворота.

В машине слишком сильно и навязчиво пахло фруктами. Искусственный запах раздражал, вызывая боль. Только работающий кондиционер, отогнавший прицепившуюся снаружи дурноту, помогал мириться с ним.

— Не думаю. Вряд ли они просто так ко мне пришли.

Сет кивнул задумчиво, на мгновение позволив себе прижать к губам костяшки пальцев, в попытке ослабить, словно прошивающий тело насквозь, запах.

— Давай тогда сначала во дворец, а ты мне пока расскажешь, что сможешь.

Настал черед кивать Эмилии. Она чуть склонилась, нажала неприметную кнопку на перегородке, отделяющей водителя от пассажиров, и велела:

— Во дворец. — Отпустив кнопку, женщина вновь выпрямилась и на этот раз посмотрела Сету прямо в глаза. — Скажу откровенно — я удивлена. Я допустила ошибку, небрежность и...

— Эмилия, — жестко оборвал Сет, — давай самобичеванием ты займешься, когда я уберусь из этой бездны. А сейчас, будь добра, по делу.

Ка-лот поджала губы, изучая его лицо недовольным взглядом, но кивнула согласно, возвращая внимание тому, что творилось за окном.

А творилось там многое. Горожане вышли поглазеть на собравшуюся в их лоте верхушку и заняли все тротуары. Даже на растущие у его края деревья забрались: из-за жары и духоты деревья в городе были жизненно необходимы. Полицейские и солдаты недовольно переговаривались по рациям и пытались этих умников снять. Из окон свешивались другие любопытные, иногда в их руках мелькали стяги с гербами старших семей, иногда наоборот, карикатуры на Верховного и Ка.

— По делу, — медленно повторила она и заговорила четко и безэмоционально. — Сет, Ка-губернаторы скрывали от меня случившееся. Ты видел карту пораженных номов? — Эмилия полюбовалась на короткий утвердительный кивок Верховного: — Я понимаю, для тебя эта карта не слишком информативна, но... Сет, засуха не поражает земли квадратами номов!

— О чем ты? — Сет действительно не понял, что Эмилия имеет в виду, но ему это заранее не нравилось.

Женщина на мгновение потеряла контроль. Сквозь строгую, холодную маску проступила растерянность.

— Поражена центральная часть лота, и очертания этой части повторяют границы крайних номов.

— То есть, засуха искусственная, — констатировал Сет.

— Да, но я не понимаю. Кому понадобилось такое. Ведь это удар по всему Азилуму! Нехватка пищи в первую очередь коснется лишенных, но даже рожденные ее почувствуют. Да и, я не понимаю еще один момент. Сам знаешь, семьи постарались разделить номы. Поставить на соседние противоборствующие семьи. Да, это получилось не слишком успешно, но в большинстве своем ты не встретишь Лиес рядом с Морами.

— Короче.

— Не перебивай! — строго попросила Эмилия, вызвав на губах Сета улыбку. — Я к тому, что в пораженных номах правят и ваши сторонники. Почему же они не сообщили тебе о проблеме?

— Спросить не пробовала? — уточнил Сет отрешенно.

Его мысли уже перебирали информацию.

— То, что они сторонники Моров не значит, что они поддерживают Лиес, — поджав губы, сказала Эмилия.

Сет понял, спросила, но внятного ответа не получила. А это значит, что страх перед кем-то сильнее, чем страх оставить должность за халатность.

— Еще одно, — осторожно прервала женщина мысли Сета.

Тот дернул бровями, показывая внимание.

— Понимаешь, Мор, — замялась она и, резко выдохнув, продолжила, — Я не уверена. Связано ли это. В центре лота есть один сорняк... — Сет в полном недоумении уставился на женщину, но та подняла руку в просьбе не мешать и продолжала, — он цветет, только когда наступает засушливый сезон.

— Эмилия!

— Мор! Дай мне развить мысль!

Сет стиснул зубы. Такая неспешная манера беседы его раздражала, дополняя уже полную чашу терпения.

— Так вот, — не обращая внимания на тихое рычание, рассуждала Эмилия, — во время длительной засухи этот сорняк захватывает территории. Заглушает посадки и цветет. Цветет и цветет. Растение это — чедера.

Сет впервые за разговор показал свою заинтересованность.

— Яд?

— Да, из него делают запретный яд — чедерин. Который...

— Убивает практически мгновенно и который невозможно обнаружить в организме?!

Сет расплылся в хищной улыбке. Яд, от которого умирали пленники, найти не удалось. Луи, статистик, высказывал вариант, где звучало название чедерин, но подтвердить его до сих пор не удавалось.

— Да, — наблюдая за изменениями в Верховном, кивнула Эмилия. — Он не поддается магическому поиску...

— Да, я знаю, — улыбнулся ей Сет, взяв за руку. Затем медленно склонился, не отрывая взгляда от глаз, и коснулся губами запястья. — Спасибо тебе, — шепнул он, задержав крепкую кисть у лица.

Эмилия улыбнулась, возбужденно сверкнув глазами.

Маги не любили, когда их отвлекали. Маги не любили, когда их жизни угрожали. Поэтому рожденные уничтожили в Азилуме практически всех опасных животных, растения и насекомых. Затем, конечно, выяснилось, что природа такого вмешательства не любит. Одни животные, потеряв хищного врага, стали бесконтрольно размножаться и пожирать оставшиеся растения. Другие, лишившись пищи — дохнуть. Гибли растения, что вновь приводило к последствиям. В конце концов, стабилизировать систему удалось. Но биологическое разнообразие оставляло желать лучшего. Особенно когда был стерт четвертый лот. Именно на нем была самая интересная природа, а также находились зверинцы с остатками выбитых животных. Спасти удалось очень мало, да и то, в основном благодаря запасу семян на День конца. Но некоторые растения приспосабливались к любым изменениям, и оказались устойчивы к любым магическим воздействиям. Несмотря на все старания магов, они выжили. Не только выжили, но и заполонили освободившиеся от конкурентов земли.

***

Сета бесила необходимость тратить время на ужин и разговоры. Ка и Владетель, наоборот, не торопились приступать к осмотру пострадавших номов. Эмилия, как хозяйка территорий, улыбалась всем, но со все большим напряжением поглядывала на ставшего резким и несдержанным Сета.

В результате Верховный не выдержал. Оборвав телевизионщиков на очередном важном вопросе, он велел всем садиться по машинам и везти его в пострадавшие номы.

Маги взглянули на него с явным неодобрением, но противиться не решились.

Номы выглядели плохо. Цветущие и пахнущие, даже пришлось прикрыть лицо платком, они мало походили на остальные номы лота. Вместо овощей или фруктов, потрескавшуюся землю заполонили небольшие розовые цветочки на коротких цветоножках, торчащих прямо из трещин. Из-за их обилия казалось, что земля покрыта розовым пухом. Только под самыми ногами можно было разделить это благоухающее облако на отдельные растения. Едва заметные, кружились над ними опылители: крошечные бросовые артефакты в виде редких пчел.

Сет мрачно разглядывал границу между двумя номами. Здания стояли, словно выровненные по линейке, расходясь от центральной прямой в разные стороны. Магические накопители, вытянутые вверх на метр от земли колбы с драгоценным содержимым, покрытые металлической решеткой, мерцали, отмечая границу и уходя к горизонту. Рядом с ними стояли стабилизаторы погоды, распределяющие влагу в атмосфере и генераторы щитов. На первый взгляд все рабочее. По крайней мере, один из стабилизаторов отчетливо зажужжал, отщелкивая установленное по таймеру время.

За спиной слышались важные голоса Дарна Тарола и Владетеля, Викрама Стода. Они холодно обсуждали увиденное и явно сходились во мнении, что засуха вызвана естественными причинами. Сет так не считал, но спорить счел ниже своего достоинства. К тому же что зря сотрясать воздух, если доказательств нет.

Объехали все пострадавшие номы, проверив работу приборов, но везде картина была та же: все работало в стандартном режиме.

— Пора возвращаться, Верховный, — устав давить модными туфлями пахучие цветы, насмешливо позвал Дарн.

Сет лишь кивнул согласно, осматривая в очередной раз устеленную нежным покрывалом землю. Дернул головой от досады и побрел за всеми к ожидавшим машинам, сегодня эту загадку ему не разгадать. Но он будет стараться, добавив ее к остальным задачам.

***

Ночь во втором лоте была поистине черной. Дворец приемов стоял у края города, повернувшись к нему тылом. Фасад был обращен к садам. Фруктовые деревья подходили к самым дверям и тянулись вдаль, насколько хватало взгляда. Ни один фонарь не осквернял первозданную тьму. Свет был лишь над разлитыми чернилами земли. Он уходил в бесконечность огнями далеких миров.

Карающего видно не было. Его свет озарял город, и со стороны садов можно было лишь догадываться о его появлении. Наблюдающая никогда не заходила в южное полушарие.

Сет ядовито хохотнул: верить в богов, когда ему показывали снимки пустого космоса, было глупым, но привычка укоренилась прочно. Он полусидел, облокотившись спиной на поставленную на попа подушку, прислоненную к резному изголовью кровати. На его груди, приобняв его белой рукой, лежала Эмилия. Золотисто-медные кудряшки ее волос закрыли плечи и часть спины, разметались по черной простыне, которой женщина прикрыла наготу.

За окном, разорвав ночную тишину звонкими переливами, запела какая-то уцелевшая пташка. Сет тихо хмыкнул, внимая новым для него звукам.

Озвучив несколько взысканий к провинившимся Ка-губернаторам, а также разобрав, что метать громы и молнии Верховный пока не собирается, делегация покинула лот. Ка не желал находиться в душном безумии дольше необходимого. Сет задержался, отговорившись личными мотивами. Ему нужна была информация, а не вид иссушенных растений. И он ее получил.

Ночь с Эмилией шла бонусом, приятным и необременительным.

Женщина лежала тихо, щекоча едва заметным дыханием кожу, а Верховный думал, не желая упускать посетившие голову мысли.

Среди шести пострадавших номов один принадлежал младшей семье, поддерживающей Моров, второй семье Цнех. Официально — эта старшая семья так же выступала за Моров. Реально — они являлись третьими по силе в Соларе. То, что они промолчали наравне с остальными, с приверженцами Скай, вызывало опасения и неприятно намекало на причастность к происходящему в Даргвитаре не только противоборствующих семей. Оставалось разобраться, кто. Сами Скай решили действовать, заручившись поддержкой остальных, или более слабые семьи собрались потеснить разом и их, и Моров. Или акция направлена конкретно против действующего Верховного? Пусть этот вариант и казался самым нелогичным. Еще мучил вопрос, сообщать ли об открытии отцу. Как отреагирует глава Совета, узнай он о зарождающихся перестановках, даст ли сыну закончить начатое?

Сет тяжело вздохнул, растрепав рукой волосы. Безумно не хватало виски. Криво ухмыльнувшись собственным мыслям, он заправил за ухо выбившуюся прядь и прикрыл глаза. Нужно было хоть немного поспать, ведь следующие сутки это, скорее всего, не удастся. Он прибудет в свой лот в разгар рабочего дня, и отдохнуть вряд ли получится — нужно ведь разобраться со скопившимися делами.

— Что-то не так?

Движения пробудили уже задремавшую Эмилию, и она приподняла голову, с тревогой вглядевшись ему в лицо.

Сет почувствовал ее взгляд, улыбнулся, но глаз открывать не стал. Лишь прижал женщину чуть сильнее.

— Птица поет, слышишь?

— Да, иногда они еще встречаются, хотя чем дальше, тем реже. У вас птицы не поют?

— Нет, морские в основном противно кричат, — хмыкнул Сет.

— Но ты ведь не поэтому такой? — с сомнением проговорила «такой» Эмилия.

Сет хохотнул, отгоняя резко накинувшиеся на него подозрения.

— Да, не поэтому... думаю.

— О чем? — женщина не удовлетворилась кратким ответом, видно, решив, что пришло ее время задавать вопросы.

Сет хмыкнул, провел рукой по шелковистой коже. Эмилия была одним из, уже пяти, человек, кому он доверял... насколько мог. К тому же довольно умной женщиной, так что таиться, юлить и отговариваться он не стал, признался:

— О твоих Ка-губернаторах и растениях.

— Они добавили тебе проблем?! — устав держать голову на весу, она пристроила острый подбородок у Сета на ребрах.

От болезненного укола тот вздрогнул, распахнул глаза. Наткнулся на насмешливый взгляд зеленых глаз с едва заметными красными искрами и на лукавую улыбку и понимающе хмыкнул. Способ обратить на себя внимание он оценил. Расслабился, отвел взгляд, но глаз уже закрывать не стал.

— Скорее, наоборот, — признался наконец.

— Вот как. Тогда о чем же ты так думаешь? — задумчиво прошептала Эмилия, рассматривая бледное лицо. Останавливала взгляд на каждой, уже давно изученной детали: тонком, остром носу, поджатых губах, черной бездне глаз. Она знала, что никогда не станет для Мора ближе, чем есть, но ее это устраивало. Эмилии хватало того, что этот мужчина доверял ей и готов был помогать. Это многого стоило, тем более что именно ему когда-нибудь предстоит возглавить сильнейшую семью.

— О следствии этого: яде и беспорядках, — признал Сет, и на губах его вновь появилась тонкая улыбка, словно он прочитал ее мысли.

— Думаешь... все твои проблемы связаны? — дернула бровями Эмилия, мысли забегали в голове, прогоняя томную негу. — Кто-то из высших семей затеял... но что он затеял, Мор?

— Пока не знаю, но... Скажи, Эмилия, сколько продержатся твои номы без губернатора?

Эмилия вновь вскинула голову, пытаясь заглянуть Сету в глаза, но тот не позволял.

— Что ты задумал, Мор? Хочешь обойти Совет?

— Всего лишь, не хочу ставить его в известность прямо сейчас.

— Но... это предательство, Мор?! — тихо, неуверенно прошептала она.

— Ты меня сдашь? — вопрос прозвучал игриво, насмешливо, но Эмилия не обольщалась.

— Нет, конечно, — со вздохом призналась она, вновь укладывая голову Сету на грудь. — Управление там неплохое, но если заметят соседи? Хотя их общение сводится к посланию через меня. Думаю, декады три, возможно, пять, но не больше. И вообще, давай спать, Мор. Не хочу лезть глубже в эти дела... по крайней мере, пока это возможно.

Сет понятливо хохотнул, но от ехидного вопроса не удержался:

— Спать?

— Мор!

***

Сет мерил кабинет неторопливыми шагами, заложив руки за спину. После возвращения со второго лота шел третий день, а он никак не мог решиться написать отцу.

Причина была в Ка-губернаторах, обвиняемых в «диверсии», то бишь в засухе. Пока обвинения выдвинул лишь он. Ка осторожно намекал, что это природное явление. Виновные твердили, что так и есть, а они доблестно с этим явлением сражались, а Ка-лоту не сообщили, потому как верили в свои силы.

Сет слушал их и мысленно метался, словно вспугнутая курица. Если он официально предъявит обвинение, придется ставить в известность Совет. Если промолчит — не сможет допросить виновных. Совет в известность ставить не хотелось, потому как, дело закрутилось, и рожденные наверняка решат поручить его спецкомиссии. А это, в свою очередь, застопорит работу всего: комендантский час, тотальные проверки, задержания. На такой произвол непременно последует реакция прессы: они слишком привыкли к свободе при его правлении. Любая статья, обвиняющая магов, поставит крест на возвращении его к должности Верховного. Одно дело, когда лишенные балуют по его разрешению, и совсем другое, если они посмеют подать голос при другом правителе.

Сет остановился, зажмурился, стараясь сдержать рвущиеся наружу ругательства. Но не смог, выплеснул короткую волну энергии, смевшей со своих мест документы, ручки, стул и забытую на диване папку.

Оглядев учиненный беспорядок, Сет все же не сдержался, выругался, но Рема звать не стал. Побоялся сорваться на тихом помощнике. Поднял несколько камней, стул и застыл, опершись руками о его спинку. Дернул головой, отгоняя непрошеные мысли, и резким шагом пошел прочь. Если не можешь работать, нужно сменить обстановку, заодно и проветриться немного.

Глава 19. Слабоумие и отвага

Патрульная машина медленно катилась по двенадцатой улице. Мимо проплывали знакомые домики, неторопливые, гуляющие горожане, «Яблоня» с приветливой вывеской. Марк сглотнул, старательно сосредоточившись на дороге: до обеда еще далеко, а на лишние траты денег уже не осталось.

Словно желая позлить его еще сильнее, радио с грустинкой, но все равно слишком радостно оттараторило красивым женским голосом новостного диктора: «Владетель сегодня после внеурочного собрания выступил перед телевизионщиками. По его словам, в следующем триместре следует ожидать подъема цен на продукты. Виной всему засуха во втором лоте. К сожалению, на вопрос, по чьей вине эта засуха, нам не удалось получить ответа».

— Спасибо, блин! — сквозь стиснутые зубы поблагодарил Марк далекую девушку-диктора. — Лучше бы ты вместо пьянок делами занялся! — эта фраза уже была обращена к не менее далекому Верховному.

К сожалению, передача слов на таких расстояниях без какого-либо прибора была еще неизвестна, и они остались тяжелым грузом давить на возмущенного полицейского. Чем дальше, тем сильнее Марк ненавидел магов. Проклятый Верховный стал появляться в баре все чаще. Скидка в медцентре давно перешла в абонемент, но радовало это мало. Как минимум потому, что жалование улетало к последователям Наблюдающей слишком быстро: медики давно уже отделились от жречества и предпочитали продуктовым подношениям «звонкую монету».

Марк криво улыбнулся — современные жрецы так же могли за пачку риса вместо обряда по морде съездить — и свернул на пятнадцатую. Ехать в сторону дома оказалось еще невыносимее, чем мимо еды, и Марк, не удержавшись, свернул на шестую — к «Бегемоту».

— Не думал, что добровольно к тебе приеду, — буркнул он проплывающему за окном зданию.

Очнулся от задумчивости Марк только тогда, когда понял, что едет знакомой дорогой — к МВ и, выругавшись, вновь свернул, тут же затормозив. Неширокая улица постепенно останавливалась, заполняясь машинами. Собравшиеся вокруг эпицентра происшествия зеваки что-то живо обсуждали, хватались за головы и рты, но стояли. Марк отчетливо скрипнул зубами. Отчего люди могли себя так вести, он догадался.

Быстро собрав себя по машине — особенно тяжело было найти смахнутую в досаде фуражку — он выбрался наружу. Захлопнул дверь, высматривая самый свободный путь. Нашел. Быстро, почти бегом стал продвигаться к месту зарождающегося шума. Пока еще робкий, тот постепенно набирал градус. Стали слышны причитания отдельных женщин, умолявших оставить бедолагу в покое.

Высматривать того самого бедолагу резко расхотелось. Марк ускорился, распихивая плечами особо несдвигаемых раззяв.

— Разойдись! — когда толпа стала совсем уж непроходимой, рявкнул он и едва сдержал ругательство.

На дороге, возле двух, будто слипшихся машин, ползал на коленях немолодой мужчина: рваная рубашка; грязные, словно облитые маслом, брюки липли к ногам; суетливые руки с переломанными пальцами перебирали воздух, словно пытаясь что-то поднять. Марк сглотнул, внезапно сообразив, что за масло было разлито по брюкам. В крови была и лысеющая голова и неузнаваемая маска вместо лица, и показавшийся черным асфальт.

— Что здесь происходит? — Марка трясло. Причем он сам уже не мог сказать от гнева или страха.

— Не лезь, коп, — вальяжно велел второй, застывший в центре людского моря человек.

Из-за обилия эмоций Марк лишь отметил его присутствие не присматриваясь. Сейчас пришлось перевести на него взгляд: молодой, лет двадцати на вид, высокомерный, как и любой из их братии, тонкие губы кривятся в покровительственной улыбке, а в глазах презрение. На глазах Марк и запнулся. В яркой зелени их переливались розовые искры, выдавая в человеке рожденного мага.

— Вызовите скорую! — едва совладав со страхом, велел Марк в пустоту.

— Не сметь! — холодно отрезал маг, но Марк слышал тонкое пиликанье: кто-то все же оказался достаточно храбрым, чтобы не послушать рожденного. — Коп, свали, по-хорошему! Или желаешь к нему присоединиться?

Отчего-то обращение коп придало Марку смелости. Он вдруг вспомнил о Верховном — не справился с засухой, так хоть здесь, может, пригодится — не станет же этот щенок ломать любимую игрушку Верховного.

— Прошу прощения, но я не могу. Я вынужден просить вас оставить человека в покое и сказать мне ваше имя, и...

— Чего? — парень округлил глаза в натуральном удивлении. — Коп, ты не понял, кто я?

— Я понял кто вы, поэтому прошу по-хорошему выполнить мои требования.

Внутри расползался холод. Казалось, сердце сейчас выдавит изнутри желудок, но отступать Марк не думал. Попытался принять более грозную позу, нахмурился и положил руку на пистолет, словно намекая, что не по-хорошему действительно возможно. Хотя какой вред могут нанести парализующие пули рожденному, представлял слабо.

— Как твое имя? — выделив второе слово, зло спросил маг.

— Сержант Марк Милс, к вашим услугам, — Марк едва удержал себя от шутливого поклона и с каким-то радостным ужасом подумал: «Совсем Сет мне мозг отбил, такие шутки с рожденными проворачивать».

— Милс? Любовник Верховного?

Рожденный резко сник, пусть и пытался не подавать виду. Скривил губы в презрительной усмешке. Глаза из-под нахмуренных бровей уже не блестели, искрили розовыми вспышками.

Марка от вопроса парализовала: такого определения он не ожидал. Только резко махнувший рукой рожденный заставил его промолчать.

— Ладно, коп, твоя взяла.

Мальчишка медленно развернулся, вразвалочку отошел от избитого человека и сел в машину, стоявшую первой. Толпа тут же разбежалась, не желая становиться на пути разозленного мага.

— Блин, — едва слышно простонал Марк, но тут же очухавшись, взревел, — медиков вызвали?

— Да, сэр, вызвали, — откуда-то из толпы прокричал женский голосок.

Марк сидел в машине, сжав руками руль. Улица давно опустела, разъехались машины, разошлись зеваки, и только он сидел и не мог ничего сделать. Скорую он дождался и отправил, порядок навел, в контору отчитался, а уехать не мог. После вынужденной суеты оцепенение вернулось, но не парализовало тело, а лишь заставило его обратиться дрожащим желе. Сердце гулко билось в сдавившие его ребра, зато голова работала за всех. Перебирала и произошедшее, и странную смелость, и интересный вывод мага, и вновь возвращалась к залитому кровью мужчине.

Немного прийти в себя Марк смог не меньше чем через час. К этому времени он не просто ненавидел магов, он готов был присоединиться к упоминаемым Сетом «Антимагам», лишь бы избавить себя и остальных от подобных зрелищ в будущем.

После звонка из «Бегемота» настроение, и так весь день пребывавшее в самом низу, испортилось окончательно. Нянчиться с паскудным магом не было никакого желания, получать синяки тоже. К тому же Марк словно винил в произошедшем сегодня Сета. Понимал, тот не мог приехать и убрать рожденного щенка. Не может Верховный пасти каждого мага, да и не станет. Но от этого его вина казалась еще больше, сильнее. Да еще и рабочее время подходило к концу, и смена закончится задолго до окончания конфликта. Марк сперва даже малодушно хотел сделать вид, что не слышит звонка, но быстро передумал: работа ему была нужна.

Рядом с «Бегемотом», предпочитая не нарываться, мялась, держа в губах тонкие палочки, небольшая толпа. Патрульную машину они встретили дружным ревом и взмахами рук.

— Угу, конечно, рады они мне, собрались бы и начистили морду этому скотскому магу в каком темном переулке, — ворчал Марк нехотя и от этого, очень медленно выбираясь из машины.

Дымные палочки в руках толпы — расслабляющие травы. Сам Марк относился к ним с откровенным неодобрением, именно с них когда-то начинала Мари, но в мире они были популярны. Самыми востребованными были легкие «шутка Вестори» и «колыбельная Сильвы». Названия походили от основных особенностей: первые вызывали эйфорию, вторые красочные сны наяву.

Дежурная улыбка, натянутая на мрачное лицо, выглядела скорее издевательством над окружающими. Однако те благостно не заметили несоответствия, ожидая, когда доблестная полиция освободит бар от захватчика и можно будет продолжать гулянку.

По мере приближения к бару злость разрасталась. Ликование толпы и виноватый взгляд охранника лишь усиливали неприязнь: и к этим людям; и к Верховному, назначившему Марка своей личной игрушкой; и к Измаилу Дробше, не способному отстоять подчиненного и спокойно наблюдающему за его проблемами. Сегодня Марк решил, вопреки всем им, разобраться с магом не дожидаясь, когда тот сам это позволит. Тем более, оплаты сверхурочных в полиции нет. Внутрь он вошел уверенным в своей правоте и гневно навис над магом. Тот вскинул удивленно брови, рассматривая его с явным интересом.

О том, что погорячился, Марк понял уже после первого удара мага. Недовыпивший Сет был до одури быстрым и точным. Получив справа по лицу, а следом по ребрам Марк ушел в глухую защиту и очнулся, уже лежа на полу. Довольный маг с выражением почти искреннего участия сидел на корточках рядом.

— Ну, ты как, в порядке?

— Блин, — простонал Марк, вслушиваясь во все переливы боли. — Ну ты и урод.

— Я надеюсь, урок ты усвоил? — все с той же искренней заботой поинтересовался Сет. Вот только забота скорее относилась к возможности и дальше отдыхать без идиотов.

— Да понял я, понял.

— Ну, озвучь.

— Да блин, я ж сказал, что понял. — Марк с тоской посмотрел в холодный, нетерпеливо-задумчивый взгляд мага. — Да не буду я тебе больше мешать отдыхать, не буду, блин.

— Вот и молодец. — Улыбнулся Сет почти искренне, поднялся и протянул Марку руку. — Вставай.

Помедлив мгновение, Марк схватился за мага, и тот рывком вздернул его на ноги.

— У-у, — выдохнул Марк, хватаясь за ребра.

— Присядь, выпей, — хохотнул Сет, возвращаясь на свое место и, поманив кого-то невидимого Марку, велел, — стакан копу принеси.

После устроенного посетители не спешили радоваться, опасались, что расстроенный маг будет искать другого бойца. Музыка, пусть все еще давила на уши, но была слишком тихой для этого заведения. Бьющие по глазам голубые и розовые прожекторы, сменились ровным полумраком.

Марк огляделся в поисках сочувствия, но окружающие отводили взгляды, не желая привлекать внимания Верховного. Выдохнув пару ругательств, описывающих всех посетителей разом, полицейский с кряхтеньем доковылял до стола и сел напротив Сета.

— Я на работе, — буркнул он, разглядывая того из-подо лба.

— Нет. Твоя смена закончилась, так что единственная твоя работа на сегодня — это я, — невозмутимо ответил Сет, забирая у подбежавшей девушки стакан и наливая в него виски. — Держи.

— По-моему, с тобой я на сегодня тоже закончил.

— Э нет, коп. Это была твоя глупость.

Марк с ужасом уставился на ухмыляющегося мага, пытаясь разобраться, шутит он или издевается. Третий вариант, предполагающий, что все сказанное правда, Марк трусливо не рассматривал.

— Ты ж меня убьешь!

— Я буду осторожен и нежен, ты даже не почувствуешь. — Наклонившись к столу, томно прошептал Сет, вознаградив отшатнувшегося Марка громовым хохотом.

— Да иди ты, — тоскливо выдохнул тот и еще грустнее добавил, — можно я домой пойду, а?

— Нет уж, коп, раз ты испортил мне отдых, так хоть компанию составь.

Марку ничего не оставалось, как тяжело выдохнуть и сделать еще глоток, побольше — в попытке ускорить время.

Оказалось, проводить время с магом, когда драться не нужно весьма приятно. Пусть Верховный относился к Марку как к некому не очень умному, но забавному существу, поговорить с ним было о чем. И вскоре, набравшись смелости, да и попросту поднабравшись, Марк решился на вопрос:

— Слушай, я тут мага... рожденного... встретил.

Сет закатил глаза, чуть приоткрыв рот, показав, как ему нравится такая манера разговора.

— Говори прямо — помешал рожденному творить самосуд.

— Так ты в курсе? — подавившись очередным глотком жгучего пойла, просипел Марк.

— Издеваешься? — Сет хохотнул и выпрямился. Заправил выбившуюся прядь за ухо, на секунду задержав руку на сережке. — В городе какой-то наглый лишенный мешает отдыхать уважаемому рожденному, и я буду не в курсе?

— И что? — осторожно уточнил Марк, когда понял, что продолжать Сет не намерен.

— Что, что? Это же ты начал рассказывать, так продолжай, — паскудно ухмыльнулся маг.

— Да блин, — взревел Марк, отшатнувшись, а затем огляделся, словно последний преступник, и вновь наклонился. — Меня накажут?

Лицо Сета резко закаменело, спина выпрямилась, а в глазах поселился холод.

— Конечно. Ты думал, можно просто так перейти дорогу рожденному и ничего тебе не будет?

Марк резко протрезвел, заливаясь холодным потом.

Сет договорил, опалил его взглядом и, не дождавшись понимания, вновь закатил глаза.

— Ну, ты и дубина, в самом деле, — выдохнул он досадливо. — Марк — ты коп, ты обязан пресекать такое! Мальчишка Гекти завтра же отправится за купол, с запретом на въезд в ближайшие пару лет. Мужику тому помощь окажут бесплатно. Это все, что тебя интересовало?

Марк медленно выдохнул. Хмель, сжавшийся от страха неизвестно где, растекся волной по телу, сметая и так настрадавшийся разум.

— Все, — расплываясь в глупой улыбке, заявил Марк и тут же дернул головой, — Не все!

Сет застонал, прикрыв глаза рукой. Даже басы, гремевшие вокруг, умудрился заглушить.

— Этот... маг, назвал меня, нас... — голос Марка, изначально громкий и радостный, все больше утихал. Сету даже пришлось наклониться вперед, пытаясь уловить теряющиеся слова. — Любовниками, — почти прошептал Марк и потупился, чувствуя, как заливает его краска стыда.

Маг недоуменно откинулся на стуле, оценил смущенную физиономию собутыльника и расхохотался, запрокинув голову.

— Что ты ржешь? — зашипел Марк, бросая по сторонам осторожные взгляды.

Отдыхающие посматривали на них с любопытством, но и только. Никто не смеялся, вторя магу, и не пытался подойти поближе, влиться в беседу.

— Так это то, что тебя интересовало на самом деле? — не переставая хохотать, спросил Сет.

— Нет! Не только! Но, блин... тебя это совсем не волнует? — возмущенно нахмурился Марк, понимая, что беспокоят эти слова только его.

— Нет, не волнует, — резко перестав смеяться, улыбнулся Сет и потянулся за стаканом, — это самое безобидное, в чем меня обвиняли.

Марк только руками развел, принимая объяснение мага, но еще от одного вопроса не удержался:

— Слушай, у него глаза так... искрили.

Сет недоуменно изломил бровь, не понимая, к чему такое долгое начало.

— И у остальных ваших того, тоже светятся. А чего у тебя нет? — Марк пошевелил пальцами, что, видимо, должно было изображать икры силы.

— Я достаточно силен, чтобы контролировать свои силы, — хмыкнул Сет, как-то резко увядая. Сила его не слишком как-то помогала в последнее время.

Неприятным завершением дня было желание Сета во что бы то ни стало доехать домой самостоятельно. Марку пришлось под довольно обидные и едкие комментарии оттягивать его от «Терроса» и заталкивать в экипаж, вызванный Кэтрин. Сет же в благодарность со всей дури зарядил забравшемуся следом Марку локтем под ребра и радостно скалился, пока тот отдувался и потирал ушибленное.

Испугавшись, что вздорный маг, стоит оставить его без пригляда, отправится искать приключения на свою задницу, Марк и в подъезд вел его чуть ли не за руку. Вежливо поздоровался с аккуратно одетым старичком-консьержем, уточнив куда дальше вести баламута. Сет, не желая облегчать задачу, с самой ехидной своей улыбкой следил за переговорами.

Старичок понятливо вздохнул и пошаркал вперед, указывая Марку дорогу до лифта.

— Ну что, коп, составишь мне компанию? — едва дотянувшись до уха Марка, шепнул перегаром Сет, когда им наконец удалось с грохотом и руганью выбраться из лифта и разразился пьяным хохотом, когда Марк отшатнулся, брезгливо скривившись. — Иди уж, коп, до завтра.

— Да пошел ты, блин, — зло сплюнул Марк, ныряя в лифт и судорожно жамкая на кнопки. Он очень надеялся, что про завтра Сет пошутил.

Глава 20. Некролог

Выспаться опять не удалось. Алкоголь, как всегда, позволил провести в кровати на несколько часов больше, но отогнать бессонницу полностью не смог. Обстоятельством этим Сет был очень недоволен. Еще хуже стало, когда из припаркованной у МВ машины — серой и неприметной — вылезла Исиль. Улыбнулась ярко и перекрыла ему путь.

— Братишка, ты не спешил!

Шутливым жестом протянула она руку для поцелуя.

— Правила читать не пробовала? — насмешливо, но со слишком явным раздражением бросил Сет. Не прикасаясь к руке, словно бы оплел ее своим локтем, заставляя положить ладонь на холодную ткань пиджака, и потянул за собой к разъезжавшимся воротам. — Проход в Солар до шести часов утра закрыт!

— Какой ты зануда, — надулась Исиль, отворачиваясь и отрешенно рассматривая застывших стражей в черной форме. — К тому же раздражительный.

— Бывает, — немного более грубо, чем хотел, ответил Сет и, даже не пытаясь подойти к главному корпусу, повел Исиль к выходу в Солар.

Понятливые стражи уже бежали туда. Грохот тяжелых ботинок отражался от стен, породив в центре многоголосое эхо.

— Даже на кофе не пригласишь? — попыталась еще раз вызвать у брата улыбку Исиль.

— Не сейчас. Слишком много рядом тех, за кем нужно следить не отвлекаясь. Так что лишня морока мне ни к чему.

— Это что же, ты намекаешь, что за мной нужно следить? — весело округлила глаза Исиль, пытаясь на ходу заглянуть брату в лицо. Только ее похолодевший голос показывал истинные чувства.

— Как твои подруги? Где праздновали? — вопросом на вопрос ответил Сет и криво ухмыльнулся, чуть покосившись на все так же улыбающуюся всему двору МВ сестру.

— Скучные они, — протянула Исиль и добавила ядовито, — как ты.

— Что ж, я надеюсь, твоя поездка сюда стоила тех проблем, что ты можешь заполучить, — холодно, уже без ехидства шепнул Сет. Они подошли к проходу между зданиями, и был шанс, что стражи услышат перепалку.

Исиль вздрогнула. Резко повернула голову, изучая невозмутимый профиль брата прищуренными глазами.

— Ты не посмеешь! — наконец прошипела она.

— А что мне остается, Исиль. Я доверил тебе тайну, ты решила поиграть за моей спиной.

— Я не играю против тебя, Сет, — Исиль, похоже, поняла, что шутить брат не намерен. Вся язвительность и холод из голоса исчезли, остались только напускная усталость и виноватые нотки. — Я приехала по своим делам и очень не хочу, чтобы ты в них совал нос. — Она недовольно поморщилась и вновь попыталась заглянуть брату в глаза, только уже виновато. — Ну, прости меня!

Сет глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Очень хотелось поверить Исиль, и, может, он бы это сделал, если бы фамилия ее была не Мор. Он прекрасно помнил, как маленькое чудо с широко распахнутыми невинными глазами управляло холодным и беспринципным отцом.

— Ладно, промолчу, — нехотя выдавил он.

— Спасибо, братишка, — вновь повеселела Исиль.

На прощание сестре руку он все же поцеловал. И даже ответил скупым взмахом, когда по ту сторону купола она повернулась и послала ему воздушный поцелуй. Только лежавший в кармане конверт, оставил при себе. Лучше отправить его пересылкой.

Послание Сет отправил не Совету — отцу. Надеялся, что интересы семьи тот ставит пока выше интересов рожденных. Не ошибся. Разрешения на допрос Ка-губернаторов он дал: в обход остальных. Как он сам будет с этим разбираться уже не проблемы Сета, но вот в чем его проблемы, так это в условии. Отец «просил» ставить его в известность о происходящем и время на решение ограничил, намекнув, что будет, если Сет не справится.

***

Это была не «коптерка». Знай об этом Ка-губернаторы, наверняка насторожились бы и говорили по-другому. Но они не знали.

Те, кто строил главное отделение МВ, прекрасно понимали, что закон нарушают не только лишенные. Для рожденных в здании была отдельная часть, доступ к которой имел лишь Верховный и тот, кому он сообщит ключ.

Пусть эта комната была не знаменитой пыточной Магического ведомства, но нужную атмосферу она создавала. Такие же белые стены искрили бледно-голубыми разрядами, показывая уровень активной защиты. Простой стол из белого мрамора больше походил на какой-то жертвенный камень, а два стула из того же материала, дарили понимание, кого именно на этом жертвеннике будут разделывать.

Привязанный к стулу вытягивающими силы браслетами Ка-губернатор сидел в комнате уже около получаса и достаточно успел прочувствовать атмосферу. Наконец, дверь отворилась, пропуская внутрь Верховного. Мор выглядел недовольным и на пленника воззрился с какой-то досадой, словно не понимал, зачем тот расселся. Дверь за ним закрыли с той стороны.

— Ну, здравствуй, Мирон, — с кривой ухмылкой поздоровался Мор и уселся на второй стул, расплывшись по нему, словно это удобный диван. Руки маг сунул большими пальцами в карманы брюк и хмуро изучал связанного.

— И тебе не хворать, Мор, — в тон ему ответил Мирон. — Чем обязан такому вниманию?

— А я думал, это ты мне расскажешь? — ухмылка его стала хищной, а глаза сузились, словно пытаясь пронзить Мирона насквозь.

— Я? — изумленно хохотнул Мирон. — Ты похитил меня, Мор! Удерживаешь силой в каком-то подвале. Это превышение полномочий, Мор. Даже Верховному нельзя просто взять и украсть рожденного.

— Ах да, — встрепенулся Мор, щелкнув пальцами, словно и правда мог что-то забыть. — Давай, для начала ты кое-что посмотришь.

И он поднял руку вверх, будто поманив кого-то пальцами. Часть стены за его спиной дернулась, пошла разноцветными пятнами, а затем на ней появилась картинка. Мирон заозирался, пытаясь понять, откуда показывает проектор — ни один телевизор в таком месте работать не станет — но найти не смог. Звук так же раздался, словно со всех сторон.

Там, на экране, с печалью в глазах стоял на фоне своего кабинета Сет Мор. Мор настоящий улыбнулся и развернулся на сиденье, чтобы видеть картинку и реакцию пленника одновременно. Другой Мор, полным скорби голосом начал говорить.

Мирон, чем дольше слушал, тем сильнее бледнел. Проклятый Верховный высказывал сожаление семье Цнех и младшей семье Сток в связи со смертью их представителей в автомобильной аварии.

— Ты не посмеешь! — резко осипшим голосом прошептал Мирон, с ужасом глядя на улыбающегося ублюдка.

Экран погас, с ним исчез и проклятый голос.

— Если это вскроется, тебя лишат, ты понимаешь?!

— Тише ты, — хохотнул Мор довольно, разглядывая паникующего Ка-губернатора. — Если это вскроется, боюсь, лишение мне уже будет не страшно. Так что поговорим?

— Что ты хочешь? — сглотнув, прошептал Мирон, опуская взгляд. Его предупреждали, что с Мором могут быть проблемы, готовили к «нестандартным» подходам, но к такому подготовиться невозможно.

— Что хочу? — Мор резко посерьезнел, стал слишком задумчивый, будто уже все знал, осталось только удостовериться. — Твой дружок мне уже многое показал, я хочу, чтобы ты подтвердил... или опроверг, — жестко выговорил он, подтверждая выводы.

Мирон похолодел, сердце, казалось, остановится от волнения. Ладони резко взмокли, а в горле пересохло. Подтвердить. Значит... все получилось?

— Я не знаю, с чего начать, — просипел-прошептал он.

Мор, не говоря ни слова, встал, заставив Мирона вжаться в кресло, выглянул наружу, что-то бросив солдатам, а вернулся уже с бутылочкой воды. Медленно подошел, отвинчивая крышку. Протянул горлышко бутылки к губам пленника, но перед тем как дать напиться замер, чуть склонившись вперед и уставившись гипнотизирующим взглядом в самую душу.

— Начни с начала, — вкрадчиво проговорил он и наконец позволил влаге коснуться губ.

Попив, Мирон с облегчением вздохнул и немного поколебавшись, словно вспоминая, а на самом деле набираясь храбрости, чтобы врать в лицо Верховному, заговорил, глядя в стол:

— Сначала были письма. Осторожные, с намеками. Предлагали все больше и больше. Я не выдержал, рассказал Ка-лоту. Она и спросила: почему бы и нет? И вроде так с насмешкой, но глаза как у вас, серьезные. Ну, я возьми и реши, а правда, почему бы и нет? Согласился. Дальше была пара встреч с другими Ка-губернаторами. Разговоры. А перед тем как все делать, было еще одно собрание. Вот там-то я и узнал, что вопрос был неспроста. Эмилия Лиес все это и придумала. Объяснять что-то, рассказывать, для чего все, не стала. Сказала не мое дело. Да и пути назад уже не было. Все равно вляпался, по самое не балуй. Я ведь не делал ничего?! Ну, подумаешь, пару номов без урожая остались, остальные-то всегда с запасом производят! — с досадой признался Мирон и поднял взгляд на Верховного.

Тот сидел с доброжелательной улыбкой, словно и не слушал сейчас признания в предательстве одного из Ка-лотов, причем из верных семей.

— Что ты должен был сделать? — когда пауза затянулась, спросил Мор.

— Поставить отражатели на систему стабилизации. Чтобы вся энергия ушла в стороны, а ном остался без контроля. Облака обходили отраженные в небо лучи и шли в другие номы, а наши оставались без дождей.

— Там не было отражателей, — задумчиво шепнул Мор, только холод в голосе показывал, как близко Мирон к проблемам.

— К прибытию проверки мы их сняли.

— Десятки?

— Да.

— Дождь...

— Простите, я не знаю, — похолодел Мирон, понимая, что зарывается. Оказалось, Мор слишком хорошо знал работу отражателей.

Мор задумчиво кивнул.

— Кто помогал?

— Мои люди. Отражатели есть в каждом номе, их используют для отдельных хозяйств. Всегда с запасом поставляются. Так что даже заметить пропажу никто бы не смог.

— Роль Ка-лота, помимо организации губернаторов? — вопросы Мора были сухими и деловитыми, но Мирон слышал едва скрытую в них ярость. Чуть более отрывистые, чем обычно фразы, более длинные и раскатистые буквы — Мор был в не себя, а значит, цель достигнута. Ка-лота он после такого не оставит.

— Как я понял, она скрывала все от других и... договаривалась. Были несколько Ка-губернаторов в центре, которые не хотели действовать. Их земли все равно остались бы без дождей, запертые по краю. Но, они могли пожаловаться уже не Ка-лоту, а вам. Она как-то уговорила их.

— Как-то уговорила, — задумчиво повторил Мор, сверля столешницу пугающим взглядом. — Кто эти Ка-губернаторы? — резко вскинувшись, спросил он.

Мирон невольно отшатнулся, ударившись спиной о камень стула. Сейчас в молодом Море слишком сильно видно было силу старшей семьи, чтобы безбоязненно сидеть под его недовольством.

— Рик Кроган и Эван Сток, об остальных не знаю.

Мирон с надеждой следил за вновь задумавшимся Верховным. По всем расчетам выходило, что Ка-губернатором ему уже не быть. Но от Мора зависело, останется он в Даргвитаре под его наблюдением или вернется в Солар, на суд семьи. В Солар Мирон не хотел. Не желал он скучного существования под крылом отца, и поэтому осторожно перебирал мысли: как и что можно еще рассказать Мору, чтобы выторговать себе заключение по эту сторону купола.

Верховный поднялся, вырвав Мирона из его мыслей, осмотрел того задумчиво и выдохнул устало:

— Расскажешь все то же самое моим людям под запись. Поставишь подпись и магическую метку.

И Мор развернулся к двери, явно собираясь уйти.

— Стой! — остановил его Мирон. — Меня депортируют?

Сет взялся за ручку. Постоял так мгновение. Обернулся, вновь окинув Мирона задумчивым взглядом. Причем таким, что тому очень захотелось все же попасть в Солар.

— Нет, — коротко бросил он, отворачиваясь, и вышел вон.

Мирон облегченно выдохнул. Все складывалось как нельзя лучше.

Сет вышел из допросной и застыл, уставившись на дожидающихся стражей и Вольга пустым взглядом.

— Сэр? — осторожно позвал Вольг, отвлекая начальника от глубин сознания.

Тот встрепенулся, изучил подозрительно три безликие черные фигуры — Вольг поручился за них, но из-за последних событий вера Сета сильно пошатнулась. Но выбора не было, пришлось озвучивать решение для всех. Не самому же выполнять свои поручения.

— Запишите показания Цнеха и обоих в машину.

— Сэр, вы уверены? — осторожно спросил Вольг, покосившись на застывших ребят. — Смерть рожденных привлечет слишком много внимания.

— Если вы все сделаете правильно, никто ничего не поймет, — покачал головой Сет, вновь погружаясь в свои мысли, — а если и поймет, то разберет и мой посыл.

— И все же, смерть сразу двух рожденных, — настаивал Вольг.

Сет вскинулся зло.

— Я не собираюсь оставлять за спиной предателей. Они предали не только меня, но и всех рожденных.

— Я понял, сэр, — кивнул Вольг, уже в спину удаляющемуся магу.

***

Сет вернулся в кабинет и запер дверь: он практически никогда так не поступал. Но сейчас ему было жизненно необходимо побыть одному, разобрать клубящиеся, переплетающиеся в страшный, спутанный клубок мысли. Слова Мирона Цнех выбили его из равновесия, подтвердив чуть зародившиеся после допроса первого Ка-губернатора подозрения.

Осторожничать и нянчиться с Мэтом Стоком, Ка-губернатором из младшей семьи Сет не стал. Допрос проводил жестко, заклинанием. И получил подтверждение мерзким, бьющим по самообладанию подозрениям. Память Ка-губернатора была подчищена. И след остался. Едва заметный — более слабый маг не увидел бы его. А Сет рассмотрел и едва не разнес допросную. След принадлежал Ка-лоту, Эмилии Лиес. По всему выходило, что единственная женщина, которую Сет считал своим другом, действительно предала. Причем не просто предала, но еще и врала в лицо. Допрос Мирона Цнех это подтвердил. Пока тот рассказывал свою версию событий, Сет аккуратно коснулся его памяти и нашел все то же, доказательства.

Сет осторожно извлек из сейфа давно запечатанные следы из умирающего мозга стражей. Сейчас у него были новые знания, и, возможно, что-то можно будет обнаружить.

Положив один из камней перед собой, он соорудил над ним пирамиду из ладоней. Потянулся силой к застывшему внутри следу. Яркое голубое сияние тонкой нитью слетело с пальцев, затанцевало вокруг кристалла, словно неуверенный в себе пес, тронуло аккуратно чуждую силу. Сет открыл глаза, с безумным видом опустил руки и не сдержался. Вскочил со стула, поднял его над столом и швырнул через весь кабинет. Тот врезался в дверь, чуть отскочил и рухнул на пол. Останавливаться Сет не стал. Следующим в стену полетела заготовка под артефакт. За ней папка с бумагами и еще одна. Только сейчас Сет вдруг пожалел, что не держит в кабинете достаточное количество тяжелых предметов. Легкие папки, не долетавшие даже до стены, не помогали выпустить пар.

Теперь, зная, что ищет, Сет отчетливо разобрал, чей именно след запечатан в кристалле... Эмилии Лиес.

Зло пнув скрипнувший стол, Сет подошел к поломанному стулу, выдернул из-под него прижатый пиджак. Рванул дверь. Та не поддалась и Верховный коротко, зло ударил в нее ногой. Крепкая, усиленная заклинанием преграда рванула от него, врезалась в стену и полетела обратно. Но Сет этого уже не замечал, он шел прочь из кабинета, прочь из МВ.