Сестра-близнец Сакуры Харуно

Глава 1. Мио

— Мио, вставай! Сакура давно уже ушла! Опоздаешь!

— Еще пять минуточек… — пробормотала я, накрывая голову одеялом.

— Мио Харуно! Пять минут до начала занятий Академии!

— Что?! — тут же подскочила я.

Надо мной, руки в боки, стояла мама.

— Сакура, в отличие от тебя, всегда уходит вовремя. И учится на самые высокие оценки. Не то, что ты…

— Ой, Сакура то, Сакура се, — передразнила я, натягивая штаны. — Я тебе не Сакура! Меня зовут Мио!

Сакура любит розовый? Ненавижу розовый. Хожу в темном.

— Не забудь взять бенто, Мио-чан… — вздохнула мама, когда я побежала на кухню.

— До вечера! — закидывая в рот онигири, вылетаю из дома и бегу в Академию. Вот опаздывать мне нежелательно. Не люблю выслушивать выговоры сенсея. Больно нудный.

Пробегая по улице, обнаружила вальяжно идущего Наруто. Он никуда не спешил, медленно шел и чему-то улыбался. Заметив меня, улыбка его стала шире:

— Доброе утро, Сакура-чан!

Сакура-чан?! Какая, к черту, Сакура-чан?!

Я аж остановилась.

— Отличная сегодня пого…

— Ты идиот, Наруто?! — взвизгнула я. — Ты что, слепой?!

Глаза Наруто вмиг стали круглыми, точно монеты.

— ...М-Мио-чан?

— Именно! Не смей меня путать с Сакурой, придурок!

— Вы похожи, ттебайо, — возразил Узумаки, моментально насупившись. — У вас одинаковые лица…

— Разумеется, мы же близнецы! — едко приметила я.

— …но характер у тебя точно хуже, чем у Сакуры-чан, — закончил предложение Наруто. Я закатила глаза.

— Рада, что ты это заметил. Еще я терпеть не могу розовый.

— О, Сакура-чан любит розовый? — голос Наруто стал каким-то мечтательным. — Надо будет оставить ей послание на какой-нибудь стене, вдруг, ей понравится?

Я, представив эту картину, фыркнула.

— Обязательно напиши и не забудь сердечки нарисовать.

— Зачем сердечки?

Он тупой?

— О, Сакура просто очень любит сердечки, можно сказать, это ее знак, и чем больше, тем лучше, — вдохновенно сочиняла я. За моим виртуозным враньем мы неожиданно быстро добрались до Академии. Я грустно подумала о том, что надо бы поторопиться, но тут Наруто задал новый вопрос касательно Сакуры, и я принялась радостно придумывать все новые и новые «пристрастия» моей сестры.

Мы зашли в класс.

— Простите за опоздание, Ирука-сенсей! — громко провозгласила я.

— Привет, Сакура-чан! — одновременно со мной расплылся в дурацкой улыбке Узумаки. Нет, ну какой Наруто все-таки дурак, Ируку же сейчас прорвет…

Три, два, один…

— Где тебя носило, Наруто?! И ты, Мио! Занятие началось десять минут назад!

— История скучная, Ирука-сенсей! — выдал Наруто, выходя в центр и, получается, закрывая меня от гнева учителя. Наруто — конченый идиот, но сейчас он неосознанно помогал мне, чем грех не воспользоваться. И я потихоньку принялась отходить к партам.

— Вы двое! Сегодня остаетесь на дополнительные занятия по истории!!!

— Что-о-о?! — возмутился Наруто. Я решила промолчать, но мысленно вопила от несправедливости.

— Наруто, еще слово, и ты останешься до вечера!

Узумаки наконец замолк и фыркнул, после чего рванул на самую верхнюю парту. В аудитории повисла тишина. Ирука-сенсей, словно ни в чем не бывало, принялся рассказывать про Вторую Войну Шиноби. Я зевнула.

Занятие прошло мимо меня словно в тумане — все же история явно не мое.

На математике, когда у меня невольно появился интерес к формулам расчета, Наруто сорвал урок. Вот неймется ему. Решительно проигнорировав его поведение, я погрузилась в расчеты. Кажется, сенсея больше волновал Наруто, поэтому ни на какие допы я не осталась — про меня или забыли, или Ируке понравились мои расчеты и он решил отыграться на Узумаки за два сорванных занятия. Во всяком случае, меня это мало волновало, и я пошла домой.

Вечером мы с Сакурой сидели на кухне. Я читала книжку по теории физики, пытаясь подтянуть программу Академии, а Сакура уже полчаса расчесывала волосы и не планировала останавливаться. Я невольно засмотрелась на ее старания выглядеть всегда и везде красивой. По мне так все это было бессмысленно. Мы учимся в Академии шиноби, а Сакура, по-моему, просто выскочка, которая и пошла туда ради того, чтобы поглазеть на Саске. Как и многие другие девчонки. Ах, Саске, Саске!

Я скривилась. Со стороны это смотрелось по меньшей мере тупо.

— Чего кривляешься? — заметила мою рожицу сестра.

— Да так, — хмыкнула я. — Думаю, чем тебе так Саске нравится?

— Пф, — она фыркнула. — Он и тебе нравится, так что не бесись, пожалуйста.

Эта фраза моментально меня взбесила.

— Он мне не нравится!

— Ага, конечно, — скептически посмотрела на меня Сакура, проводя рукой по гладко расчесанным длинным волосам. — Именно поэтому ты постоянно язвишь и всячески пытаешься обратить на себя внимание.

— Я пытаюсь? — подскочила. — Чтоб ты знала, я просто не такая дура, как все девчонки, чтобы томно вздыхать и смотреть на Учиху! Его, наверное, тошнит от одного вашего вида.

— Поэтому всегда небрежно выглядишь и общаешься грубо? Тогда странно, что Саске, которому мы мешаем, до сих пор на тебя не обращает никакого внимания, ты ведь такая другая.

— Сдался мне твой Саске! Меня просто раздражают ваши оханья и аханья вокруг него.

— Мм, знаешь, когда человека что-то раздражает в других людях, то это означает, что именно это он прячет глубоко внутри себя, — заметила Сакура и поднялась. — Так что я тебя насквозь вижу, Мио. Ты хочешь его внимания, но из-за той нашей ссоры ведешь себя как дура.

— Сама дура! — воскликнула я, тоже поднимаясь.

Наши крики услышала мама, и почти тут же послышался ее звучный голос:

— Девочки! Не ссорьтесь!

— У тебя даже друзей нет, — фыркнула Сакура и картинно взмахнула своими длинными локонами. — Ты прямо как Наруто.

Само имя Узумаки вызвало на лице у сестры гримасу отвращения. Это меня малость рассмешило.

— Даже странно, что у Саске не бывает такого выражения, как у тебя сейчас. Уверена, ваши приставания его раздражают.

— Я не могу его раздражать! — фыркнула Сакура. — Думаю, в глубине души я ему нравлюсь, просто он стесняется.

— Ага, Наруто тоже так думает, — саркастически усмехнулась я, но сестра то ли не услышала, то ли проигнорировала. Гордо вскинув подбородок, Сакура капитулировала с места сражения, оставив меня бесноваться от ее твердолобости.

И что этот идиот Узумаки нашел в моей противной сестре?

***

Утро порадовало. Во-первых, я проснулась вовремя, и, во-вторых, лишь мы с Сакурой вышли на улицу, я заметила, как резко меняется в лице сестра, сначала заливаясь пунцовым оттенком, а потом бледнея.

— На-ру-то! — буквально прорычала она и рванула, что только пятки засверкали. Я недоуменно посмотрела в спину убегающей сестренке и, пожав плечами, собралась последовать за ней, как вдруг мой взгляд упал на главную достопримечательность Конохи — каменные профили Хокаге. С секунду постояв в глубочайшем шоке, я громко захохотала.

Гигантские серые лица были измазаны ярко-розовой краской и в прямом смысле кричали о своей любви. Начиная носом Первого и заканчивая губой Четвертого, на их лбах и щеках значилось следующее:

«Милаярозовая Сакура, люблю тебя». Завершали картину огромное количество сердечек, разместившиеся на подбородках, повязках профилей великих шиноби.

От хохота я согнулась пополам. Наруто, ксо, я тебя почти обожаю!

И замерла от пронзившей меня чудной мысли.

Сакура терпеть не может Наруто, так почему бы не позлить ее еще больше?

***

Я долго думала, как бы незаметно осуществить задуманное, но каждый раз момент был неудачным. К тому времени, когда я пришла, Сакура уже избила Наруто и тот грустно сидел за предпоследней партой, отсвечивая фингалом. Я села прямиком за ним.

— Саске-кун! — раздался восторженный вопль девчонок. Среди них, конечно же, была и Сакура.

— Саске, Саске, — передразнил Наруто. — Что в нем особенного?

— Наруто, как я тебя понимаю! — воскликнула я и принялась за свою задумку. — Что они все в нем нашли, в этом Саске? Да по сравнению с ним, ты однозначно лучше.

— Ты правда так думаешь? — несколько смущенно полюбопытствовал Узумаки.

Я неистово начала кивать головой.

— Давай дружить, Наруто-кун!

Честно говоря, его реакция на мои слова меня удивила. Узумаки внезапно остолбенел, словно я ему сообщила грандиозную новость. Потом на его лице расцвела широкая улыбка, просто до ушей.

— Давай, даттебаё!

Радость в его глазах была просто неподдельной.

Мне на мгновение стало стыдно, но я побыстрее отбросила эти чувства прочь. Это же Наруто. Подружу с ним какое-то время, чтоб позлить Сакуру, а потом все вернется на круги своя.

К концу занятий, когда Наруто уже хотел уходить, я его остановила.

— Эй, ты куда? Не хочешь погулять?

— Ну, — он почесал затылок. — То есть ты правда хочешь со мной дружить!

— А то! Я от своих слов не отказываюсь! — если честно, прозвучало это как-то наиграно.

И мы пошли. Между нами повисло неловкое молчание — Наруто явно не знал, о чем со мной можно разговаривать. Я тоже на разговор не навязывалась — все-таки, идти рядом с Наруто было немного странно. Мы никогда не общались прежде, за исключением вчерашнего разговора. На нас все оглядывались. Хотелось привычно отойти от него подальше и изобразить, что мы незнакомы. Это же Наруто…

— Может, зайдем в магазин? — предложила я.

Узумаки странно посмотрел на меня.

— А это точно надо?

— Конечно, надо! Давай купим чипсы! — настояла я на своем и потащила его в ближайший магазин. Правда, что странно — в магазин Наруто заходить не хотел. Он даже сказал, что подождет меня снаружи, но я решила, что не знаю, какие ему чипсы нравятся, и повела за собой.

Едва мы зашли, я словно почувствовала злые взгляды на себе. Мы подошли к чипсам. Оставив Наруто выбирать чипсы, пошла за сухарями. И, не успела я взять их, раздался шум.

— Какого демона ты опять явился сюда, гаденыш? — услышала я чей-то явно недобрый голос.

Обернулась. Владелец магазина, он же продавец, держал Наруто за грудки.

— Я всего лишь выбирал чипсы! Мне что, нельзя этого делать?

Опять Наруто что-то натворил. Вечно на него срываются, вот балбес. Так, Мио, ты теперь с ним дружишь. Так что вперед, а то кто поверит в твою дружбу?

— Извините! — подошла я. — Мы покупаем эти чипсы. И вот эти сухари.

Продавец нахмурился, но деньги, протянутые мной, взял. Супер, не придется с ним спорить.

Вежливо поблагодарила, взяла Узумаки за руку и потащила прочь. Ноги сами вывели меня к детской площадке, где я обычно проводила время под сенью деревьев. Села, приглашающим жестом позвала моего нового друга.

Наруто уселся рядом и виновато посмотрел на меня исподлобья.

— Даже спрашивать не буду, что произошло, пока я ходила за сухарями, давай есть, — небрежно сказала я и разорвала пачку. Наруто молча последовал моему примеру. Между нами снова повисло молчание, нарушаемое хрустом чипсов.

Так, ну и как с ним начать разговор? Это же Наруто…

Проблему решил сам Наруто.

— Как здорово, ттебаё! — внезапно воскликнул он. — Всегда мечтал поесть чипсов вместе с другом! Хотя, вообще-то, рамен в Ичираку гораздо лучше.

— Ну, как-нибудь сходим и туда… — неуверенно предложила я.

— Ух ты, ты такая классная, Мио-чан! Ты тоже любишь рамен! — от Узумаки буквально летело осязаемое счастье. Мне стало неловко. Идея с дружбой стала мне казаться не такой уж и хорошей. Но не могу же я просто взять и сказать: «извини, Наруто, это была шутка, пока»?

— Кстати, Сакуре не понравилось мое послание, — вдруг заметил Узумаки. — Она меня побила, опять.

— Да? — я попыталась придать голосу как можно удивления. — Странно, я была уверена, что она в восторге!

— Вот как, ттебаё? — голос мальчика звучал задумчиво. — Видимо, я нарисовал мало сердечек.

— Да, надо было больше, — Ксо, что я несу? Я хотела подсказать ему пару идей для еще сногсшибательных признаний, но почему я так отвратительно себя чувствую?

Неприятно.

Почему? Это же просто Наруто, ему-то что, поругают его, да и все. Ну ладно, Сакура еще раз побьет. Да это с ним постоянно происходит, чего он только не вытворял!

— Может, ты сможешь узнать у Сакуры-чан, что она еще любит? — Наруто посмотрел на меня огромными голубыми глазами.

— А, да, конечно, этим и займусь, — закивала я. — Я пошла, встретимся завтра, ага?

И поспешно убежала прочь, чувствуя на себе странный взгляд Наруто. Вот черт, забыла сухари… Нет, не буду возвращаться. Пойду придумывать очередные пакости, которые бы Наруто смог воплотить в жизнь. Пусть Сакура побесится.

Мне вдруг снова вспомнился взгляд Узумаки, когда он услышал мое предложение о дружбе.

Ксо, Мио, выкинь его из головы! Это же Наруто, ну подумаешь, немного обманула?

Глава 2. Срывать занятия — весело?

Вечер в нашем доме прошел с возмущениями Сакуры по поводу поведения моего нового друга. Буквально за столом она принялась отчитывать его — мол, что за поведение, что он себе позволяет, и так далее. Особенное возмущение звучало по поводу признания на лицах Хокаге.

— А по-моему, это романтично, — расплылась я в широкой улыбке и положила себе еще салат.

— Мио, ты в своем уме?

— Определенно, — кивнула.

— Пф, — фыркнула Сакура, и на этом разговор закончился.

Чуть позже, когда я мыла посуду, услышала, как Сакура спрашивает маму, есть ли у нас дома красивая фольга.

— Зачем тебе? — удивляется мама.

— Ох, ма, я делаю бенто для Саске-куна.

— А, тот самый Учиха…

Фольга не нашлась, и Сакура решила использовать цветастую ткань. Делала она это за моей спиной, на кухонном столе.

— И что ты ему приготовила? — полюбопытствовала я.

— Рисовые шарики! — гордо улыбнулась Сакура и показала мне свое творение. Я удивленно поморгала.

— А цветок ты зачем туда впихнула? Он съедобный?

— Ксо, Мио, это же красиво, как ты не понимаешь?

— Хорошо-хорошо, трави своего Саске, сколько душе угодно, — помахала я руками.

Сакура фыркнула и всем своим видом показала, что мое мнение ее не волнует. Больно надо! Чем она только занимается, бредятина такая.

В голове промелькнула шальная мыслишка и я зависла вполоборота, осознавая, что идея имеет право на существование.

И уже собралась убежать, пока еще не слишком темно, как снова зависла. Я же не знаю, где живет Наруто!

Вот же…

Придется отложить до завтра. Эх, а такая идея классная!

***

Утро Академии порадовало меня спектаклем. Сакура, Ино и еще две девчонки, словно сговорившись, приготовили для Саске бенто и торжественно хотели ему преподнести, но, правда, не смогли организовать очередь и едва не подрались. Саске посмотрел на них печальным взглядом (как я подумала) и снова уставился куда-то в точку. Наруто пытался сделать комплимент Сакуре, но в процессе междоусобчика с девчонками его опять побили.

— По местам! — в аудиторию зашел Ирука-сенсей, и занятие началось. Наруто приземлился рядом со мной и шепотом спросил прямо в ухо:

— Ну что?

Я так же тихо ему ответила:

— У меня есть просто потрясающая идея, но обо всем после Академии.

— Что? Почему? Мио-чан, давай сейчас! — воспротивился Узумаки.

Я цыкнула на него и уставилась на Ируку.

— Сегодня мы займемся уравнениями движения...

— После занятий пойдем в Ичираку Рамен?

Ась?

Я обернулась и посмотрела на него.

— Я угощаю, — неправильно понял мой взгляд Наруто.

— Максимальная дальность полета куная будет наблюдаться при…

— Ладно, — бросила я и снова попыталась сосредоточиться на Ируке-сенсее. Надо сказать, это мне не очень удалось — Наруто явно вошел в раж.

— Рамен очень вкусный, тебе точно понравится, тебаё!

— Да-да, — меланхолично отозвалась я.

— Такое движение по криволинейной траектории рассматривают как сумму двух движений, протекающих независимо…

— А еще там бывают скидки постоянным клиентам! А знаешь, тебе могут дать двойную порцию! Ты с чем любишь, с наруто или менмой?

— Что? — я снова потеряла нить разговора. — Ты о чем?

— Но лучше конечно оба сразу, — с видом профессионала закончил Наруто.

— Вот как? Физика тебе совсем не интересна?

Узумаки бросил мимолетный взгляд в сторону сенсея.

— Скукота, вот бы лучше дали кунаи побросать, ттебаё.

— У тебя же не получается бросать кунаи, — припомнила я. — Мне казалось, ты не любитель.

— Просто надо больше тренироваться! — воскликнул Наруто. — И я обойду этого придурка Саске, вот увидишь, Мио-чан!

— Умоляю, заткнитесь и дайте поспать, — перед нами высунулась голова сонного Шикамару.

Упс.

— Сладких снов, — пожелала я.

— Шикамару тоже считает это бесполезной тратой времени, ттебаё!

— Хорошо, тогда что ты хочешь от меня? — повернулась я к Наруто, окончательно поняв, что лекцию мне послушать Узумаки попросту не даст.

Лицо мальчика приобрело предвкушающий вид.

— Ты когда-нибудь срывала занятия?

Я — что?

— Это весело, поверь, — заверил меня малолетний нарушитель спокойствия. — Смотри, я его отвлекаю, а ты сбегаешь в окно!

— Наруто, я…

— Или наоборот, ты отвлекаешь, а я сбегаю в окно?

Мне кажется, или я поспешила с этой дружбой? Наруто чересчур активный для тихой язвительной меня!

— Ирука-сенсей! — завопил Наруто. — Я выучил иллюзорное клонирование!

— Наруто…

— Клонирование!

Бах! Это мой активный друг использует дымовую бомбу, и где только взял? И пока я сижу с открытым ртом, чья-то рука хватает меня и тащит к окну. Я отчаянно сопротивляюсь.

— На-ру-то! — по слогам кричит Ирука, дым рассеивается.

— Ксо! — кричит Наруто, все это время толкавший меня к форточке. — Вперед, Мио-чан!

И меня пинком выпихивают в окно.

Что.

За.

Черт.

Я валяюсь в траве под окнами Академии и потираю ушибленную пятую точку.

— А теперь мое новое изобретение — Секси-дзюцу!

— НАРУТО!

— Хаха, попались, сенсей!

Наруто оказывается рядом со мной, хватает за руку и снова куда-то тащит. Я уже не сопротивляюсь и послушно бегу вслед за ним. Останавливаемся мы спустя пять минут около небольшой палатки с красноречивой надписью «Ичираку рамен».

— Я же говорил, срывать уроки весело, ттебаё!

Я вздохнула.

— Так что там любит Сакура-чан? — Наруто тем временем уселся на стульчик и мимоходом заказал две тарелки рамена. Мне же ничего не оставалось, как сесть рядом.

С ума сойти… Я сорвала урок. Вместе с Наруто? Я сделала что?

Как там говорит иногда Сакура? Шаннаро? Вот именно, это полное шаннаро.

— Мио-чан?

Я тряхнула головой, собираясь с мыслями.

— У меня есть идея. Подари Сакуре бенто!

— Бенто? — Наруто несколько удивился. — Но я умею делать только рамен.

— Так подари ей рамен, — вдохновилась я. — И как можно больше острого, она любит острое, но тщательно скрывает.

— Сакура-чан любит острое… — Наруто шумно хлюпнул лапшой.

— Да, как можно острее, — и снова это неприятное чувство. Соберись, Мио! Ты же сама хотела позлить Сакуру, используя Наруто? — И не забудь воткнуть в рамен какой-нибудь цветок, она такое любит.

— Какой цветок подойдет Сакуре-чан?

— Не могу знать, — развела я руками.

Тут я действительно не знала.

Наруто внимательно посмотрел на меня, и я невольно поразилась чистой голубизне. А глаза у него красивые, между прочим.

— Вы же сестры?

— Ага, сестры, — я отвернулась лицом к тарелке.

— А почему вы не дружите?

— Сестры должны дружить?

— Но вы же сестры, ттебаё!

Логика непрошибаема.

— Сестры тоже могут ссориться, — пожала плечами.

— Что случилось? — Наруто был почему-то серьезен.

— О, не думаю, что тебе будет интересно знать. Кстати, приятного аппетита! — и я решительно завернула разговор на нет. Настроение снова испортилось. Вот напомнил о той несчастной ссоре.

Правда, упасть в тяжелые мысли я не успела. Доесть порцию — тоже.

— Кушаете, голубки? — сладкий голос Ируки я ни с кем не перепутаю.

Мы с Наруто, как по команде, сглотнули.

— А ну марш на занятия, живо!!!

Стоит ли говорить о том, что в этот день меня ждали допы на пару с Наруто?

***

Домой я пришла жутко уставшая и голодная. Мама устроила выговор за плохое поведения и опять сравнила меня с Сакурой.

— Посмотри на свою старшую сестру! Учится прилежно, одевается как девочка! А ты?

— А я младше всего на полтора часа, — глядя в потолок, ответила я. — Ты хочешь сделать из меня вторую Сакуру?

Мама поджала губы.

— А еще Мио стала дружить с Наруто, — едко приметила Сакура.

— Наруто? — голос матери посуровел. — Мио, я, кажется, говорила тебе, чтобы ты тщательнее выбирала друзей. Присмотрелась к той же девочке Яманаке.

— И чем тебя не устраивает Наруто? — обиделась я. — Он нормальный мальчик, ну может, активный только слишком…

— Мио! — воскликнула мать. — Я не хочу, чтобы ты дружила с этим мальчиком!

— Я хочу знать, почему это?

— Ой, Мио, это же Наруто... — протянула Сакура так, как будто что-то очевидное.

— Да, признаю, имя неудачное, ну и что? Почему я не могу с ним дружить?

— Твое знакомство мне очень не нравится, — продолжала мама.

— Знаешь, мне даже интересно, отчего к Наруто все так относятся, — резко отозвалась я, и внезапно осознала: а ведь это действительно странно! — Почему все его сторонятся? Что он не так сделал? Это преступление — иметь имя, такое же, как у добавки к рамену? Я не понимаю!

— Мио, не язви! Я не хочу это обсуждать.

— Да почему?! — моему возмущению не было предела. — Ты не хочешь чтобы я с ним дружила, так объясни, почему?!

Мама промолчала.

— Наруто — идиот, — как-то неуверенно заметила Сакура. — Он же тупой как…

— Это повод его сторониться? Сакура, ладно — мы, дети, но почему его сторонятся взрослые? Ты замечала? Ты со своим Саске ничего не замечаешь!

— Не вмешивай Саске…

— Я иду спать! — громко оповестила я и как можно сильнее хлопнула дверью. И без разницы, что до полуночи еще три часа. Буду сидеть в гордом одиночестве.

Уселась на кровать, и мыслями снова возвратилась к только что произошедшему разговору. Как мне смеют запрещать с кем-то дружить? Почему мне нельзя дружить с Наруто? Что он сделал?

А ведь тогда, в магазине, на него наорал продавец. Я подумала, что это Наруто виноват, но, в самом деле, что он мог натворить за несколько секунд? Почему я тогда не поняла, что это продавец наезжает на него без причины?

Если подумать… В детстве нам с Сакурой запрещали играть рядом с Наруто. Всегда, если он появлялся рядом, родители тут же забирали нас домой.

Почему мне никогда не казалось это странным?

Почему я считала это нормой?

Это же Наруто — что за отговорка? Тот, кого зовут Наруто, заслуживает такого отношения?

Несправедливо!

А ведь всего день назад я точно так же говорила — это же Наруто…

Мне снова стало стыдно.

...

Спустя несколько часов в комнату зашла мама.

— Мио, — мягко произнесла она. — Возможно, я была слишком строга. Я не запрещаю тебе с ним дружить, просто я за тебя беспокоюсь, понимаешь? Этот мальчик…

— Почему Наруто не любят? Что он сделал?

Мама снова замялась.

— Я расскажу тебе обязательно, но не сегодня.

— А когда?

— Когда ты повзрослеешь, девочка моя. Спокойной ночи.

— Это не ответ… — буркнула я, забираясь под одеяло. И я еще долго ворочалась, прогоняя в голове мысли о несправедливости по отношению к Наруто. Заснула я сама не заметив как... И приснилось бы что-нибудь нормальное, так нет…

Зря Наруто сегодня спросил меня про отношения с Сакурой. Сам того не заметив, он всколыхнул мои воспоминания.

***

Весна. Цвели вишневые деревья. Кружась, бледно-розовые лепестки медленно опускались на траву.

— Саске-к-кун, — я топталась на месте, мысленно коря себя за собственную стеснительность. — Т-ты мне нра-нра-нравишься.

Увы, до моих переживаний мальчишке не было никакого дела. Черные глаза смотрели на меня без особых эмоций. Я почти уловила в его взгляде эту мысль — уверена, он даже не помнил моего имени! Хотя в то время я даже не могла об этом подумать. Мне казалось, что уж меня-то Саске точно запомнил!

— Вот как.

И все. Учиха больше ничего не сказал, просто засунул руки в карманы и пошел в другую сторону. А я… А я осталась просто стоять.

Как так-то?

Просто взял… и проигнорировал.

Впрочем, как и остальных.

— Мио? — услышала я голос Сакуры. Она выглядывала из-за дерева. — Отказал, да?

— Угу.

Я пнула ногой камешек. Почему-то мне было неприятно. Я чувствовала себя ничтожеством.

— Думаю, ты поторопилась.

— Просто сказала ему, что он мне нравится! — вспылила я. — А что?

— Ну, зато я теперь точно знаю, что ты ему не нравишься, — пожала Сакура плечами. — Жаль, не сказал, что ему в тебе не нравится, может, челка? Надо будет сделать открытый лоб…

Только не говорите мне, что она это сейчас для себя так говорит?

Мы — близнецы.

У нас у обеих короткие розовые волосы, над которыми смеются ребята с соседних улиц.

«Розовые волосы! Дурацкая челка!»

— Может, Саске нравятся длинноволосые девочки… — задумчиво продолжала Сакура. — Слушай, а ты можешь догнать, спросить?

— Ты. — я неверяще смотрю на сестру, самого близкого мне человека. — Ты сама и спрашивай!

Отвернулась. По щекам катятся слезы.

Почему так больно-то?

Глава 3. Я тоже люблю острый рамен

Проснулась я, как ни странно, рано. И еще долго лежала в кровати, обдумывая разные вещи.

Сон напомнил мне о событиях шестилетней давности. То, когда я, как и все девочки, была влюблена в Саске. Забавно. Сейчас, думая об этом, любовь ли это была? Особенно для девочки пяти лет.

Я признаю — наша ссора с Сакурой глупа. Ссориться из-за мальчика, когда у вас обеих молоко на губах не высохло? Но в то время меня это не волновало. Меня поразила реакция сестры. Воспользоваться моей неудачей, чтобы понравиться Учихе?

Тогда я твердо решила для себя — больше никаких признаний! Не влюбляться! И не рассказывать никому о своих секретах.

Я так и не смогла простить ее за тот случай. А потом все накатывалось, словно снежный ком. Сакура училась на хорошие отметки, ходила в любимчиках у учителей и знакомых, а я… А я просто все делала наоборот! Сакура отращивает волосы и оставляет лоб открытым? Обрежу волосы покороче и сделаю густую челку! Сакура строит из себя пай-девочку? Буду грубиянкой и язвой! Сакура до утра учит теорию? К черту, буду спать и больше уделять время практике!

«Сакура терпеть не может Наруто, так почему бы мне не подружиться с ним?» — вспомнилась недавняя мысль.

Наруто… Я ведь, по сути, подставляю его в угоду собственной выгоде. Все, только бы насолить Сакуре. Но… сейчас, мне кажется странным отношение всех к нему. Почему его не любят? Дело ведь вовсе не в его хулиганском характере, я уверена!

Его сторонятся взрослые. Взрослые! Они его боятся? Но почему? В чем причина?

— Мио-чан! — передо мной, когда я выходила из дома, вдруг возник Наруто.

— Доброе утро, — удивилась я. — Ты решил польстить Ируку-сенсея приходом вовремя?

— Нет, даттебаё. У меня проблема, Мио-чан…

— Проблема? Какая? — чтобы Наруто говорил кому-то о своих проблемах? Это на него не похоже… Он, скорее, будет вопить, что у него все путем!

— В общем… Я хотел спросить, такой подарок ей понравится? — Наруто по-быстрому огляделся и, убедившись, что никто не смотрит в нашу сторону, достал из-под куртки сверток. Это была ярко-оранжевая фольга, сбоку к которой скотчем была приклеена веточка только распустившейся сакуры.

— Но сакуры еще не цветут! Где ты ее достал?

Наруто засмеялся и смущенно почесал голову.

— Внутри рамен с острой приправой, и чтобы его видно не было, обернул фольгой. У меня другой не было, и я подумал, Сакуре-чан очень подойдут цветы сакуры, ттебаё…

Звучало комично — Сакуру ведь назвали в честь вишневого дерева. Я хихикнула.

— Я так и знал, что тебе понравится, Мио-чан! — воскликнул Наруто и уже собрался умчаться вперед, но я его остановила.

— Ты куда?

— Дарить Сакуре-чан бенто, ттебаё!

Ками. Зачем я только вообще подала ему эту идею?

— Подожди, Наруто, — я отчаянно пыталась придумать какое-нибудь оправдание. — Такая обертка не подойдет, нужно что-то более… ээ… изящное, да!

— Изящное? — Узумаки почесал голову, прищуриваясь. — Это как?

— А… — как назло, в голову ничего не приходило. — Ух ты, смотри, это же Шикамару идет! Вот это сенсация, он не спит на ходу! Эй, Шикамару-кун!

Да, Шикамару крупно не повезло встретить меня в это утро… Он всю дорогу смотрел на меня печальным глазами, всем своим видом пытаясь сказать, чтобы мы отвалили от его персоны, но я упорно не замечала его намеков и не давала вставить и слова, болтая все, что приходило в голову. У ворот Академии мы встретили Кибу, который тут же о чем-то завел спор с Наруто, а я пыталась выяснить, отчего у Нара волосы колючками стоят в хвосте; может, он использует какой-то гель?

Шикамару удалось отвязаться от меня в классе — заметив своего большого друга по имени Чоджи, он быстренько смылся к нему и улегся на парту. Я старалась не терять из вида Наруто, и вовремя успела удержать его от припадания к коленям Сакуры. Еще чуть-чуть, и было бы поздно. Схватив Узумаки за шкирку, потащила его на самую дальнюю парту.

— Что ты делаешь, Мио-чан? — возмущался Наруто. — Я собирался подарить…

— Сейчас не время! — цыкнула я, пытаясь придумать какую-нибудь отговорку. — Да, Сакура не любит, когда ей дарят подарки перед лекциями, вот!

— Чего? — Наруто тоже прифигел с моих слов, впрочем, как и я сама.

— Ну… Э… Понимаешь, она сейчас морально подготавливается к занятиям… — вопреки моим сладким речам, Сакура делала все ровно наоборот: стояла со сложенными на груди руками и что-то лепетала своему «Саске-ку-у-уну». Ага, вот она, моральная подготовка к занятию… Достать Саске Учиху, да.

Наруто тоже заметил некую несогласованность в действиях и уставился на меня подозрительным взглядом. Я решила пойти ва-банк и схватила его бенто с раменом, собираясь убрать его или выкинуть. Узумаки, видно, почуяв неладное, тоже вцепился в бенто.

— Отдай! — шикнула я.

— Это мой подарок, а не твой, ттебаё! — шипел Наруто. Я поперхнулась — он решил, что я сама собираюсь его Сакуре подарить?

В этот момент зашел Ирука-сенсей.

— Всем доброе утро!

— Доброе утро, сенсей! — мы поднялись, умудрившись спрятать под партой предмет нашей битвы. При этом Наруто продолжал пытаться вырвать его из моих рук, но я держала крепко.

— Наруто, Мио, что с вашими лицами? — Ирука, как назло, смотрел прямо на нас. Я попыталась изобразить улыбку — это оказалось немного трудно, Наруто все еще пытался выцепить злополучный бенто.

— Мы просто нервничаем, сегодня же тест по бросанию кунаев! — выдала я первое, что пришло в голову.

— Тест по меткости бросков через два дня, Мио, — покачал головой Ирука. — Садитесь. Сегодня мы…

Фу-ух. Пронесло. Я наконец вырвала из рук Наруто бенто, что не могло не радовать. Тот смотрел на меня очень подозрительно. Так, надо быстро утопить его великолепный подарок моей сестренке. Вопрос только — где?

Ну разумеется, в туалете!

Ага, только как я его пронесу мимо сенсея?.. Надо дождаться перерыва…

Покосилась на Узумаки — тот явно что-то придумывал. Не сомневаюсь, Наруто сейчас думает над тем, как забрать у меня несчастное бенто. Ксо, надо срочно что-то предпринять. Только, что?

— Ирука-сенсей! — я засунула подарок Узумаки себе под футболку и, обхватив руками живот, подскочила подальше от Наруто. Следом применила искусство ниндзя номер четыре — "актерская игра"! Жалобные глаза, неуклюжие движения и немного наклониться.

— Ирука-сенсей, у меня живо-о-от болит…

— Мио, — вздохнул сенсей. — Что с тобой сегодня?

— Н-не знаю, — стукнула я зубами. — Кажется, я отравилась…

— Иди к ирьенину, он на втором этаже, — наконец услышала я официальное разрешение покинуть класс, и поспешила побыстрей уйти из аудитории, дабы утопить злополучное бенто.

Я была наивна. Когда я проходила мимо сенсея, который уже уткнулся лицом в доску и принялся что-то строчить, то оглянулась назад и посмотрела на Наруто. Тот смотрел на меня с непередаваемым выражением лица и жестикулировал мне, по всей видимости, сигналы остановиться. Я изобразила недоумение и поплелась к выходу. Как вдруг обо что-то споткнулась и, чтобы не упасть, я вытянула вперед руки. Бенто, больше не придерживаемое мной, выпало из-под футболки.

— Мио Харуно, — прозвучал над моей головой голос Ируки-сенсея, который и поставил мне подножку. — Что это такое?

В руках он держал ярко-оранжевый сверток.

Я отчетливо почувствовала, как яростный взгляд Наруто прожигает меня.

Сглотнула.

— Это мой подарок, сенсей! — гордо подняла я голову.

— Вот как? — Ирука-сенсей прищурился. — И кому же ты его несешь?

— О, я, — лихорадочно стала придумывать себе алиби. — Я несу его, чтобы подарить… моему лучшему другу и возлюбленному, единственному и неповторимому… Он будет очень рад…

— И кто же этот твой возлюбленный? — голос сенсея звучал даже насмешливо.

— Мой желудок, кто же еще? — выдала я. Ирука-сенсей поперхнулся. Я похлопала ресницами. — А вы о ком подумали, сенсей? Мой любимый не ел сегодня с самого утра, он будет та-ак рад!

Первым тишину нарушил хохот Кибы. За ним громко засмеялся Наруто, а следом взорвалась вся аудитория. Я стояла и кусала губу — чужой смех был заразителен.

Не смеялся только Ирука Умино. Он спокойно ждал, пока истерика утихнет, после чего отправил меня обратно на заднюю парту. Бенто он конфисковал, и я была рада такому исходу событий — топить не пришлось.

В довершение всех событий, когда я возвращалась обратно за свою парту, мой желудок издал громкое «буль». Я покраснела под громкий смех одногруппников и поспешила поскорее занять свое место.

Наруто бросил на меня взгляд, полный различных эмоций. Тут было все — и гнев, и радость и жалость.

— Мио-чан, — спустя некоторое время, сказал он. — Ты не говорила, что тоже любишь острый рамен.

Я посмотрела на него, и меня посетило нестерпимое желание побиться головой о парту.

Глава 4. Данго не виноваты

Суббота обещала быть прекрасным днем: во-первых, не надо было в Академию. Во-вторых, Сакура ушла с папой по магазинам выбирать себе новое платье (в отличие от остальных отцов, наш находил походы в магазины чем-то очень интересным), а в-третьих, мама решила приготовить данго.

Я знаю много вкусных десертов: моти, дораяки, нагамаши, золотые рыбки…

Но если бы меня попросили выбрать любимое блюдо, то я бы однозначно выбрала данго. Мое любимое — это палочка с рисовыми шариками под теплым сладким соусом.

В нашей семье никто не любил данго так же сильно, как я. Кроме, может, нашей покойной бабушки. Когда я была маленькая, мама готовила данго только в поминальные дни, в честь бабушки, пока однажды я втихую не съела всю корзинку с десертом. Ох, ну и зла же была мама! Правда, потом она стала готовить данго куда чаще.

Она и меня пыталась научить, но получалось у меня всегда как-то не так. И шарики всегда выходили не круглыми, а какими-то помятыми и побитыми. То ли дело у мамы — я не знаю как, но она лепила идеальные данго.

Но мама все еще не оставляла попыток научить меня делать красиво. И в этот раз тоже. «Практика, практика и еще раз практика», — приговаривала она, пока мы замешивали тесто. И разумеется, именно в этот момент она решила поговорить со мной об учебе.

— Твои оценки ухудшились. Ко мне приходил Ирука-сенсей. Он попросил, чтобы я поговорила с тобой о твоем поведении.

Я пыталась сложить в ладошках шарик, но вместо это получалось, как обычно, побитое нечто.

— А еще он сообщил, что ты слишком сильно сдружилась с тем мальчиком, — понизив голос, добавила мама.

— А, ты про Наруто? — пробурчала я, задумчиво рассматривая многоугольное жалкое подобие шара из клецки.

— Да, именно. Мио, мы же с тобой разговаривали на эту тему, я думала, мы пришли к взаимопониманию…

— Я буду дружить с кем хочу, — отрезала я и бросила шарик в кипящую воду.

— Мио, послушай мать. Он не тот мальчик, с которым можно общаться, вот, посмотри, ты даже стала срывать уроки! Ками-сама, он на тебя ужасно влияет!

Я закатила глаза.

— А Киба, что, другой? Да такой же сорванец, но вроде как ты была не против моего с ним общения. Даже когда он мне поцарапал руку тогда, в детстве.

— Мио, ты не понимаешь, Киба — это Киба, а мальчик Наруто…

— Да объясни уже, что не так! Я же не слепая! Обещаю, я все пойму! — взмолилась я. — Что не так с Наруто?

Мама замолчала. Нахмурилась.

— Я расскажу. Но это останется между нами. И ты ни в коем случае не должна рассказывать никому о том, что я тебе сейчас скажу. Ни Сакуре, ни кому-то еще, ни, в особенности, самому Наруто.

Я заинтригованно кивнула.

— Что ж, надеюсь на твое благоразумие… Помнишь историю про Девятихвостого лиса, который напал на нашу деревню?..

***

Солнце радостно припекало макушку. Деревья шелестели, словно бы тихо нашептывали старые сказки. Где-то вдалеке, скрытые от глаз, цикады исполняли свою монотонную песню, и каждый их звук пронзительно вибрировал в воздухе. Лето не просто вступило в свои права — оно царствовало в полной мере, обещая бесконечные дни беззаботности и радости.

Вот только мысли у меня были совсем не беззаботные. Я в прострации брела по парку, медленно размахивая бенто с данго, и все никак не могла прийти в себя после утреннего разговора.

Наруто — это Кьюби. Тот самый Кьюби. Тот, из-за которого умер брат моего отца и наша бабушка. Да быть этого не может!

Мама только была отчего-то слишком уверена. И ее уверенность и страх коснулись и меня тоже, обретя наконец в моих глазах смысл. Вот почему все обходили стороной Наруто, вот почему на нем постоянно срывались, вот почему он всегда один…

«Кьюби, кьюби, кьюби», — набатом билось в моей голове, когда я выбежала из дома и крикнула, что просто пойду прогуляюсь.

Я не смогла… Я не знала, что мне ответить. Я не понимала ничего.

И зачем я только побежала к нему навстречу? О том, что мы договаривались сходить погулять, я вспомнила слишком поздно.

— Мио-чан! Привет! — Наруто сиял, словно новенький кунай, который только что принесли из оружейного магазина. — Идем в раменную? Я обещал тебе показать самый классный бульон!

— Послушай… — слова не клеились, а смотреть на радостного Наруто было настолько тяжело, что я уперла глаза в пол. — Я… не могу сегодня.

Нет, как Наруто может быть Кьюби? Как? Не понимаю!

— Тогда куда? — Наруто пытливо заглянул мне в глаза.

— Я… Прости, не мог бы ты оставить меня одну? — тихо попросила я.

— А… Да, конечно, — уголки губ Наруто опустились вниз, он как-то весь сгорбился. — Я не буду тебе мешать.

Сердце жалобно сжалось, когда я увидела, как Наруто медленно пошел прочь.

Я… я не верю. Нет, я не верю. Как Наруто может быть Кьюби? Разве он может быть тем самым существом, чудовищем, уничтожившим половину Конохи? Разве мог из-за него погибнуть Четвертый Хокаге?

Наруто не способен никого убить, я в этом уверена. Да, он шалит, привлекает внимание… Но разве он может в любой момент превратиться в огромное чудовище?

Что-то тут не так. Не складывается.

С этими мыслями я врезалась в кого-то и, от неожиданности, упала на пятую точку. Бенто с данго упало и едва не раскрылось: хорошо, что я всегда завязываю его покрепче…

— Малявка, ты обнаглела? — передо мной стоял мальчик, на голову выше меня. С повязкой генина. Рядом с ним — еще двое ребят. Тоже генины.

— Сам по сторонам смотри, — фыркнула я. — Надел повязку генина, соответствуй!

— Ах ты, мелкая, давно не получала? — один из них подошел ближе. — А ну быстро извинилась перед Аоем!

— Вот еще! — вздернула я нос, поднимаясь с земли. — Это ты извинись!

— Все, щас получишь, мелкота! — рявкнул генин и, неожиданно, схватил меня за волосы. После чего развернул и пнул под зад. Его товарищи засмеялись.

Я разозлилась. А злоба, она всегда с чакрой у меня приходит. Я сжала кулак и с разворота ударила наглого парня по лицу, заставив того упасть от силы удара.

Ирука-сенсей говорит, что удар правой у меня лучше всех. Даже лучше чем у Сакуры.

Правда, надолго меня не хватило. Генины все же посильнее меня будут. Я успела раздать еще пару ударов, от последних они увернулись, как вдруг один внезапно оказался сзади и подхватил меня за подмышки, а второй ударил прямо в живот, и я согнулась пополам.

Последовало еще несколько ударов, полностью выбивших из меня дух.

А потом держащий меня парень внезапно отлетел в дерево.

— Стыд и позор, а не шиноби, — холодно заметил чей-то знакомый голос.

— А ты че, самый умный, что ли?!

Еще два мощных и быстрых пинка, и теперь уже все они нашли себе по дереву.

— Я слышал о нем… это же последний Учиха… Валим… — с этими словами генины испарились, словно бы их тут и не было.

Последний Учиха смотрел на меня с ничего не выражающим лицом, а я лежала на земле и пыталась поймать дыхание. Наверное, Сакура бы на моем месте успела бы упасть в обморок от такого неожиданного внимания любви всей ее Академии, но я не собиралась падать так низко (куда уж ниже — я и так на земле).

Дыхание возвращаться не собиралось.

— Ты в порядке? — Саске протянул мне руку, помогая подняться.

— Я… я… — тяжело дыша, подошла к так удачно расположившейся рядом лавочке и села. — Я…

— Это твое? Кажется, ты уронила, — Саске поднял с земли мой бенто.

— Да, спасибо… И за помощь тоже… спасибо, — я закашлялась. — Не знаю, что бы я… без тебя…

Я замолчала и уставилась на бенто. Вот черт, я же хотела его Наруто отдать! Данго ведь вкусные, и я уверена, что они бы ему точно понравились…

Интересно, а Кьюби бы понравились? Или он больше предпочитает разрушать мирные деревни?

Я зажмурилась и помотала головой. Да что за мысли мне такие в голову лезут… Совсем все перемешалось, Наруто, Кьюби, данго…

— Думаю, тебе надо в больницу. У тебя, возможно, сотрясение мозга, — вдруг сказал Саске.

Последний Учиха выглядел, как обычно, сосредоточенным, отстраненным. Кто бы мог подумать, что он может быть внимателен к кому-то кроме себя? Обычно от него больше двух слов и не услышишь…

К черту. Плевать, что подумает.

— Саске… А что ты будешь делать, если вдруг, человек, который казался тебе добрым и хорошим, оказывается чудовищем?

Реакция Учиха мне не понравилась. Он внезапно побледнел и нахмурился. На какой-то момент мне показалось, будто бы в его глазах мелькнул красный оттенок. Я моргнула — нет, кажется, показалось.

— Я бы убил его, — процедил сквозь зубы Саске. Кулаки у него сжались, а я поежилась от почти осязаемого холода.

...Неужели Саске знает о том, что Наруто — это Кьюби? Я закусила губу.

— А если он — не чудовище? — тихо спросила. — А если все это — лишь одно большое недопонимание?

— Если бы он убил всю мою семью, я бы сделал все, чтобы отомстить.

Саске сказал это так уверенно, будто бы и правда собирался кого-то убить.

— Но что если… что если все говорят, что этот человек — чудовище, а на самом деле это не так?

— Да что ты знаешь! Я сам видел, как… — Саске внезапно замолчал, взгляд его стал более осмысленным. — Погоди, о ком ты говоришь?

— О Наруто… — тихо сказала я.

— Почему ты решила, что Наруто — чудовище? — спросил Саске, усаживаясь рядом. — Кто тебе такую глупость сказал? И почему ты поверила?

— Я… я не могу тебе рассказать, — опустила я голову. — Но мне так сказали…

— Выкинь из головы: Наруто — всего лишь одинокий мальчишка без семьи. Странно называть его чудовищем. Разве он сделал что-то действительно плохое? Только дурака постоянно валяет, разве что, — пожал плечами Учиха.

— И я… И я также думаю! — подскочила я. — Ведь он ничего плохого не сделал! Я считаю, что все они ошибаются, и Наруто — это просто Наруто! Ты знаешь, он так обрадовался, когда я сказала ему, что хочу с ним дружить… А я вообще не думала, что это его так сильно обрадует! И я даже не задумывалась раньше, ты понимаешь? Я заметила то, как к нему относятся, только потом, когда мы чипсы покупали… И еще мама мне говорила не дружить с ним, а я, понимаешь, я привыкла все назло делать… Сакура носит длинные волосы, а я буду носить короткие! Сакура в длинных розовых платьях ходит, а я буду в черных шортах! И тут тоже решила: все говорят не дружить, а я вот возьму и буду!

Саске смотрел на меня, взгляд у него был слегка ошарашенный. Видимо, не ожидал от меня подобной проповеди. А я почему-то говорила и говорила… И сама не заметила, как открыла бенто и достала оттуда данго.

— Будешь? — протянула ему палочку. — У меня тут еще три штучки есть, нам всем хватит.

Он осторожно взял палочку и задумчиво уставился на разноцветные шарики. Казалось, он о чем-то усиленно думал. Нахмурился.

— Ты странная, Мио Харуно, — выдал Саске и, наконец, попробовал данго. — Хм, неплохо.

— Еще бы! — воскликнула я. — Их готовила моя мама! Я вообще люблю данго! Могу его есть каждый день! А в нашей семье никто их так сильно любит, и я даже не знаю никого, кто бы их тоже любил… Вот ты, например, знаешь?

— Да, знаю одного, — сказал Саске, поднимаясь с лавочки.

— Ого, познакомишь? — я схрумкала темный шарик. Ммм, вкуснотища…

— К сожалению, этот человек предал Коноху и стал нукенином, — неожиданно добавил Саске. — И я собираюсь его убить.

Я поперхнулась. Сама того не зная, я наступила в какую-то опасную тему.

Саске больше не ел. Долго-долго смотрел на покусанные шарики, после чего, одним резким движением съел их все, словно бы данго отчего-то стали виноваты во всех бедах. Да и кто их так вообще ест… Нужно же медленно, покатывая на языке…

— Больше не давай мне такое данго — не понравилось, — бросил он и, засунув руки в карманы, медленно пошел прочь.

И это я странная? Это Саске странный! Сначала говорит, что неплохо, а потом заявляет, что не понравилось!

Понятия не имею, что все девчонки нашли в нем. Наверное, потому что он с ними не разговаривает, он им и симпатичен.

Глава 5. Сакура. Предательство

Со стороны Сакуры...

С некоторого момента занятия в Академии шиноби стали для Сакуры более раздражающими, чем обычно. И было дело вовсе не в том, что на носу были выпускные экзамены, и даже не в ежедневных соревнований по захвату парты с лучшим обзором на Саске. Уж расталкивать локтями остальных Сакура давно научилась, и в этом состязании давно одерживала только лидирующие позиции.

Все началось, вероятно, с того дня, когда ее младшая сестра, Мио, вдруг начала общаться с Наруто. С тем самым Наруто, которого Сакура не выносила едва ли не больше, чем Ино.

Наруто Сакуре не нравился.

Ну, а кому он вообще нравился? Все в классе его сторонились. К тому же, он всегда вел себя не так, как остальные, и как будто бы не знал границ. Да и откуда знать-то? Ведь он же беспризорник, а таких никто не любит. Ничего дельного от него не услышишь, только покривляться да побездельничать.

Вот, к примеру, Саске… Он, в отличие от Узумаки, — образец для подражания. Красивый, способный, все его ставили в пример. Ах, если бы только он обратил на нее, Сакуру, внимание, она была бы так счастлива!

— Саске-кун, можно сесть с тобой рядом? — на всякий случай спросила Сакура у своего объекта обожания, но тот, как обычно, проигнорировал ее, словно бы Сакуры не существовало.

Холодный и неприступный… Как и всегда. Сакура лелеяла надежды, что однажды он по-новому посмотрит на нее и увидит, какая она. Но нет… Пока что Саске видел кого угодно, но не ее.

Внезапно в голову Сакуре врезалось что-то нетяжелое. Это оказалась тетрадка, на которой размашистым почерком было написано «Мио Харуно».

— Извиняй! — крикнула младшая сестра, что сидела на задней парте, и скорчила рожу. — Мы не специально.

— Не специально, Сакура-чан… — добавил сидящий рядом с Мио Наруто и тут же замолчал, глупо улыбнувшись.

Сакуру передернуло от раздражения. «Как же это очевидно, Мио-нее-чан. Ты даже не пытаешься выглядеть так, словно бы это не ты делаешь все мне назло. И эта дружба с Наруто…» Сакура гордо хмыкнула. Нет, ее таким не проймешь. Уж она отлично знала, насколько Мио не любит Наруто… как и все в классе.

Наруто просто терпели, как неизбежное зло.

Мио подружит и перестанет. Если игнорировать ее поведение, то Мио быстро все надоест. А она, Сакура, старшая, и не должна позволить себе отвлекаться на ее выходки.

Впрочем, выходки парочки Мио-Наруто стали в последнее время слишком уж заметны. Наруто словно бы осмелел, а Мио и вовсе перестала изображать примерную дочь семьи Харуно (ладно, раньше она хотя бы пыталась). Ирука-сенсей постоянно оставлял этих двоих на дополнительные занятия, которые они также умудрялись срывать.

Сакура только удивлялась, как сведения о недостойном поведении младшей дочери еще не достигли ушей Харуно-старшей.

Впрочем… не ее это дело.

Так думала Сакура, пока однажды не увидела Мио вместе с Саске.

Вообще-то это была обычная суббота. И день начался хорошо: они с папой с утра походили по магазинам и выбрали ей красивое платье. В примерочной она даже встретилась с Ино (и почему они всегда сталкиваются в таких местах?), но той не удалось испортить Сакуре настроение. А дома Сакуру ждали вкусные сушеные сливы… Насладиться вдоволь не удалось: мама почему-то переживала, как бы Мио не натворила глупостей, и отправила Сакуру присмотреть за ней.

Мио вообще часто глупости творила.

Впрочем, оказалось, что Мио не только глупости умеет творить, но даже и на что-то способна. Например, привлечь внимание Саске Учиха, а это вообще очень сложно, Сакуре так до сих пор и не удалось этого сделать!

Саске всегда игнорировал девочек, и Мио в том числе! От шока и удивления Сакура только и додумалась, что спрятаться в кустах, и издалека наблюдать за мило воркующей парочкой.

Сакура совершенно не понимала логику младшей: сначала сдружилась с Наруто (как она вообще додумалась до такого), а теперь вот, с Саске… И вопрос «как» моментально накрылся нарастающей злостью. Ее Саске, это ее Саске, а никак не Мио! И это Сакура должна была с ним беседовать в парке, а не Мио! Мио пусть со своим Наруто гуляет, Сакуре вообще до этого дела нет. Но Саске…

Нет, это уже перебор. Такое игнорировать уже нельзя, никак нельзя!

«Все, Мио! Ты сама напросилась!» — подумала Сакура и решительно направилась на поиски Наруто.

Искать долго не пришлось. Узумаки обнаружился на качелях у Академии.

— Эй! — крикнула Сакура, подходя ближе.

— Сакура-чан? — невесть чему обрадовался Наруто.

— Если ты думаешь, что Мио — хорошая, то ты ошибаешься! — сразу же начала с козыря Сакура.

— Что, даттебае?

— Мио — обманщица! Знаешь, почему она ни с того ни с сего решила с тобой подружиться?

Ошарашенный Узумаки покачал головой.

— Потому что она хотела меня позлить, понятно?! Дай угадаю, подарить мне бенто с раменом и цветочком сакуры было ведь ее идеей? Так вот, к твоему сведению, я ненавижу острый рамен!

(Изначально злополучное бенто отобрал Ирука-сенсей, но Наруто так просто не отступает от своих целей, а то какой же из него Хокаге получится? Узумаки сделал второй, благо рамена у него завались, и, пока Мио не видела, вручил Сакуре).

— ... А признание в любви на лицах Хокаге? Думаешь, я хотела такого позора?!

— Тебе… не понравилось? — до Наруто, кажется, не доходило.

— Мне не «не понравилось»! Я ненавижу такое, шаннаро!

— Ненавидишь… Но… Но ведь…

— Эта Мио — двуличная обманщица! Вот ты знаешь, что она сейчас делает?! Она гуляет под ручку с Саске! А между прочим, я сама слышала, как она говорила тебе: «Что они все в нем нашли, в этом Саске? Да по сравнению с ним, ты однозначно лучше», — Сакура старательно передразнила Мио.

— Мио не такая, — покачал головой Наруто.

Сакура почему-то разозлилась еще больше. Такая, такая, еще как такая!

— Я тебе все сейчас покажу, Наруто-бака! — она схватила его за руку и потащила за собой.

Наруто плелся за ней, видимо, так и не определившись, как ему поступить в этой неловкой ситуации. С одной стороны, девочка, которая ему нравилась, впервые за все время взяла его за руку, а с другой — говорила вещи, от которых ему почему-то было больно и неприятно.

«Мио не такая» — билась одна-единственная мысль.

— Вот! Видишь? — резко прошептала Сакура, усаживая Наруто рядом с собой за деревом. — Сидят, голубки!

И действительно… На лавочке сидели двое хорошо знакомых Наруто человека: Мио и… Саске.

Где-то над их головами едва слышно шептала листва, подпевая летнему ветерку. Солнце заливало светом поляну, словно бы наводя прожектор на открывшуюся сцену.

Мио застенчиво улыбалась, на щеках у нее сиял румянец. Саске же, который всегда игнорировал всех, внимательно смотрел на нее. А между ними лежала розовая коробочка бенто, откуда Мио достала палочку с данго и протянула Саске.

«Да быть этого не может, ттебае!» — подумал Наруто и протер глаза. Но нет, видение никуда не исчезло. Более того, Саске даже взял палочку…

— Вот! Видишь? Что я и говорила! — шептала Сакура. — Она тебя предала, она — предательница, вот кто она! Никто с тобой не будет просто так возиться и, тем более, дружить.

— Почему? — тихо спросил Наруто.

— Ками, ну что ж ты такой тупой-то, — Сакура закатила глаза. — Ты вообще видел себя в зеркале? Все время неопрятно выглядишь, постоянно срываешь уроки, да с тобой даже говорить не о чем! Думаешь, Мио стала бы просто так с тобой дружить? Ха! Все это время она лишь пыталась привлечь мое внимание! Она даже внимание Саске привлекла! Интересно, как ей это удалось? Почему Саске с ней разговаривает? И ему, что, нравятся данго? Я не знала!..

Когда Сакура закончила бормотать себе под нос, Наруто рядом уже не было.

***

Как ни в чем не бывало стрекотали цикады. В воздухе витали запахи свежей листвы и нагретой земли. Вдали, через просветы между деревьями, виднелись высеченные лица Хокаге. Они всегда смотрели на Наруто свысока, в этом каменные Хокаге никогда не менялись.

Он частенько усаживался на высокий лоб Четвертого и смотрел сверху вниз на распростертую перед ним маленькую деревню. На красные крыши домов, черные точки людей и иногда мелькающие смазанные линии — то были шиноби. Наруто казалось, что только здесь он может выговориться… И плевать, что те, кто его слушает, никогда ему не ответят.

Например, можно было пожаловаться на противных одноклассников, или же на старых пердунов с улиц, которые вечно были чем-то недовольны. А иногда — рассказать, как он обязательно всем утрет нос и они все еще припомнят имя Узумаки.

В этот раз Наруто плюхнулся на голову Третьего и еще долго не мог прийти в себя. Взгляд его бегал безостановочно, соскальзывая с песчаных носов Великих, перепрыгивая на темно-зеленые пятна густого леса и поднимаясь на белые перья облаков.

Он чувствовал себя… неприятно.

Наруто разрывало от какой-то пронзительной душевной боли, которой, он, наверное, никогда раньше не чувствовал. Это было что-то новое… Но Наруто не думал об этом, все его мысли занимала розоволосая короткостриженая девочка, с которой он недавно подружился.

То есть, думал, что подружился.

Наруто не мог поверить своему счастью, когда Харуно-младшая решительно заявила «Давай дружить!» Ему вообще никто и никогда подобного не говорил. Сколько бы Наруто не мечтал, но завести друзей ему так и не удалось. Ни разу никто не согласился. И уж тем более, не предлагал дружить.

Однажды, пару лет назад, Наруто пытался доказать мальчишкам, что он способен быть их другом, и ради этого нашел оружие шпионов. Но мальчишки всего лишь подшутили над ним. А шпионы оказались настоящими и едва не прикончили любознательного мальца.

С того времени Наруто решил, что наверное, друзей ему так и не найти… И забросил попытки. Чего стараться, если бесполезно? Вместо этого Наруто зацепился за другую мысль, которая каждый раз будоражила его и давала силы двигаться дальше. Что он еще утрет нос этим занудам и станет Хокаге. Что он всем докажет…

Что он — такой же, как и все они.

А потом одна девочка вдруг сказала: «давай дружить, Наруто-кун».

И все. И весь мир перевернулся.

Наруто прибегал в Академию теперь как можно раньше и старался сделать все, чтобы Мио смотрела только на него. Все, чтобы эта хрупкая дружба не разбилась о стекло реальности. Он старательно применял все свое умение в срыве лекций (о, в этом навыке он был джонин) и утягивал Мио с собой.

Пару раз Наруто просыпался от кошмара, в котором девочка говорила ему, что больше не хочет с ним общаться. А потом новый день смывал яркими красками его страхи. Правда в том, что Наруто боялся признаться самому себе, что он может быть другом для кого-то.

Мио, Мио, Мио.

Ее зовут Мио.

Неужели она никогда не дружила с ним по-настоящему? Неужели все то, что сказала Сакура — правда? Наруто не хотелось ей верить… Но Сакура была умная…

И ведь Мио говорила, что Сакуре понравятся его подарки, обязательно. А вот сама Сакура не выглядела довольной…

Неужели Мио его обманула?!

Наруто отказывался верить в это, но вместе с тем признавал, что такое возможно. И от этого ему было только больнее. Казалось, что кто-то рвет его на куски, а при мысли о Мио и ее словах о дружбе почему-то наворачивались слезы. Хотя вообще-то настоящие шиноби не плачут…

«Все тебя предадут»…

Наруто подскочил. Ему показалось, что он услышал зловещий шепот вживую… Но никого не было рядом. Он был один. Как и всегда.

«Она предала тебя… И еще раз предаст… Предаст…»

— Кто ты? — крикнул Наруто, но никто не отозвался. Лица Хокаге, как обычно, оставались безучастными ко всему происходящему.

И лишь зловещий хохот тихим эхом звучал на задворках сознания.

Глава 6. Хината

Утро понедельника началось странно. Я впервые проснулась ещё до будильника… с хорошим настроением. Такое было настолько редко, что можно было по пальцам пересчитать.

Проснулась, и тут же кинулась собираться на занятия. Ведь мне нужно увидеть Наруто и передать данго! А то Наруто как сквозь землю провалился после того, как я сказала ему, что мне нужно побыть одной. Надеюсь, он не воспринял это серьезно.

Вопреки летнему настрою, небо хмурилось и покрылось серым полотном туч. Казалось, вот-вот пойдет дождь, чему я тоже радовалась. Дожди в Конохе дело редкое, и дело всеми любимое.

Когда с неба упали первые капли, я стояла у Академии и восхищённо разглядывала предгрозовое небо. Где-то за горами, за головами великих Хокаге раздавался едва слышный гром.

— Привет, — раздался вдруг знакомый голос. Саске!

— Привет! — обернулась я.

Саске Учиха поздоровался со мной — наверное я бы раньше в обморок упала от такого, но сейчас это как-то ушло на второй план. Серьезно, я стояла и улыбалась Учихе, а он смотрел на меня, засунув руки в карманы. Обычная ситуация, будь мы по отдельности, но нет, мы стояли и пялились друг на друга. И нет, меня это не смущало. Я вообще думала о дожде и о том, как медленно мокнет моя голова.

Рядом с нами споткнулась Ино, увидев то, что, видимо, видеть лучше не стоило. Впрочем, наследница клана Яманака быстро справилась с шоком.

— Саске-кууун, — промурлыкала она и подошла к Учихе, закрыв его от меня. — Как дела? Пойдем скорее в класс, холодно же!

А дождь вовсю разошелся. Я стояла и вдыхала летнюю прохладу, и мне было абсолютно без разницы, промокну я или нет.

Когда я вошла в класс, Ирука-сенсей уже взял в руки мел и начал выводить на доске очередную историческую занимательность. Судя по всему, пропустила я не так уж много — класс еще не потерял интерес к происходящему. А по статистике, до конца истории заинтересованными оставались только Сакура да может быть Саске, если его вообще можно назвать заинтересованным к какому-либо предмету. Вид всегда у Учихи был донельзя отстраненный, но вот, в сравнении со мной, например, Учиха отвечал моментально и всегда правильно. Я же, имея вид такой же отстраненный, никогда не попадала в точку (потому что вообще не вникала).

Но не это было удивительным. Удивительным было то, что Наруто сидел за партой рядом с Саске, а за ними очень насупленные Сакура, Ино и вся девчачья компания. Вообще парта Саске всегда была окружена девчонками, и как Наруто удалось пробраться в эпицентр? И зачем?

Рядом с ним мне, естественно, места не нашлось, поэтому я поплелась назад, в гости к Шикамару, уже успевшему заснуть.

Ирука-сенсей что-то рассказывал про Вторую мировую войну, кажется, основные эпицентры сражений. Урок обещал быть скучным. Я с грустью покосилась на часы. До конца оставалось еще очень много времени…

На перемене поймать Наруто мне не удалось. Я даже не успела подойти! Наруто что-то крикнул, применил технику соблазнения, заставив всех девчонок сойти с ума и броситься на него с кулаками, а Ируку-сенсею — разбирать устроенный переполох.

— Вижу, у вас много энергии, — прорезюмировал взбешенный сенсей, — Значит, будем сегодня сдавать выживание на местности!

— Не-ет, — простонал класс.

Я ткнула Шикамару в бок.

— Ксо-о, — зевнул парнишка и повернул голову в другую сторону. — Я бы еще поспал…

Пожав плечами, оставила бедного Нара отдыхать на задней парте. Ненадолго. Вездесущий Ирука не дал тому отдохнуть.

Дождь уже закончился, но это вовсе не означало, что было сухо и тепло. Напротив.

Выживание на местности было (или, по-нашему, «сорви повязку»), пожалуй, одним из самых интересных и запарных занятий. Обычно всех делили по парам, и целью команд было, оставаясь незамеченными, найти другие команды и сорвать с них повязки. Мне катастрофически не везло. Один раз я была в паре с Чоджи, и тот не переставал есть свои чипсы, по которым нас и нашли. В другой раз я была с Шикамару, который умудрился заснуть на ходу, и вместо того, чтобы искать другую команду, я искала Шикамару.

На полигоне творился балаган. Девчонки прыгали вокруг Саске и вопили «выбери меня». Наруто стоял чуть поодаль и хмурился. Я тут же направилась к нему.

— Эй, Наруто… — начала я, но тут Наруто сказал:

— Эй, Хината! Хочешь со мной в команду?

Темноволосая девочка резко покраснела. Ооо, вот это опасный номер! Хината же всегда теряет сознание, когда… Ну вот. Глаза у нее закатились, и она почти упала в обморок, но тут Наруто проявил чудеса сообразительности и успел схватить ее.

А потом я упала прямо в лужу, обо что-то зацепившись. Это оказалась нога Ино.

— Ой, прости, не заметила, — проворковала первая красавица нашего класса и по ее взгляду я поняла — точно заметила.

— Нарываешься? — поинтересовалась, поднимаясь с мокрой земли. Хорошо, что я в черной одежде! Даже грязь не так заметна. Вот если бы Сакура упала — крику было бы…

— О чем ты? — похлопала ресницами Ино.

— Слушай сюда, еще раз сделаешь подобное — и просто так не отделаешься, — сказала я.

— Ой, страшно-то как! — Ино наклонилась к моему лицу и прошептала так, чтобы слышала только я: — Еще раз пристанешь к нашему Саске, и падением не отделаешься.

Чего?!

Какому Саске?!

Я — к нему?

Моему возмущению не было предела. Причем тут вообще, биджу побери, Учиха? Я вообще с Наруто хочу поговорить целый день!

Я собиралась высказать Ино все, что я думаю о ее навязчивых мыслях, но меня опередил предмет нашего разговора.

— Мио, будешь со мной в команде, — Саске Учиха стоял напротив нас и смотрел на меня. Лицо у него, как обычно, ничего не выражало, а руки он держал в карманах, всем своим видом показывая, что ему глубоко плевать на все и вся.

Будь это кто-то другой, решила бы, что весь класс сговорился против меня.

— Все разбились по парам? — спросил Ирука. — Отлично! Саске и Мио — вы идете первые.

***

Тренировочный полигон под номером восемь, на котором мы тренировались, был уменьшенной копией леса Смерти. Говорят, что его вырастил Первый Хокаге и там водились самые страшные и опасные животные. В нашем академическом лесу ничего такого не было (а то мало ли, убьет очередного малолетку, возомнившего себя генином).

Пронзительно пахло свежей зеленью, сосновыми иголками и мокрой землей.

— Почему я? — шикнула я тихонько, завязывая на предплечье красную повязку.

— Не задавай глупых вопросов, — отозвался Саске. — Нам нужно спрятаться. Предлагаю верхушку той сосны.

— Я вообще-то с Наруто хотела быть, — добавила.

— А мне показалось, он был в паре с Хинатой, — невозмутимо отозвался Саске.

Учиха как всегда был короток и немногословен, и бил прямо в цель. Не придумав ничего лучше, кроме как притвориться, что меня это не задело, я последовала за Учихой. Мы спрятались на верхушке сосны, и применили техники скрытности.

Пока мы сидели, выжидая соперников, в моей голове рылись мысли. Что с Наруто? Почему он избегает меня? Неужели мое «мне нужно побыть одной» он воспринял слишком уж буквально?

— Север, на три часа, — шепнул Саске.

Я увидела команду Кибы и Чоджи, они пробирались через заросли кустарника. Ха! Легкая добыча! Я уже собиралась спрыгнуть, но Саске остановил меня, и вовремя! Кибу и Чоджи преследовала команда Ино и Шибы Абураме. Недолго. Белый комок на голове Кибы тявкнул, а сам Киба с разворота отправил сюрикены, ловко сорвав повязки.

— Ну и кто тут самый сильный? — рявкнул Киба. С головы ему согласно тявкнул верный Акамару.

— Сейчас, — скомандовал Саске, и махнул вниз, на пронзительной скорости срывая уже повязки Кибы и Чоджи.

— Саске-кун! — восторженно воскрикнула Ино. Кажется, она ни капли не расстроилась, что выбыла из игры. — Ты такой крутой!

— Ты такой крутой, ты такой крутой, — передразнила я. — А я тоже ничего!

С этими словами я тоже спрыгнула, так как заприметила еще парочку красных лоскутов, мелькнувших по другую сторону поляны. А потом еще и еще. В конце концов мы сорвали повязки со всех, кто нам попался по пути.

Я тяжело дышала, когда Ирука-сенсей объявил, что игра окончена. А еще я впервые была среди победителей.

Только, кажется, никто этому не обрадовался. Зато Саске, как обычно, достались овации.

— Эй, Наруто! — решительно направилась к угрюмому Узумаки, который выбыл из игры на первых минутах, даже не успев зайти в лес. С ним неуверенно топталась Хината. Лицо у нее алело как у помидорки, а взгляд лавандовых глаз пытался спрятаться под землю. Безуспешно.

Внезапно Наруто широко улыбнулся Хинате и спросил:

— Эй, Хината, а может, сходим в раменную?

Меня точно ударило кунаем по голове, таким набатом прозвучали его слова. Почему-то мне стало очень обидно! Ведь это я, я обещала сходить за раменом с ним, это я сидела с ним на уроках, и это я, кто предложил ему стать друзьями!

Это я, а не Хината, должна была составить с ним команду на этой дурацкой игре «сорви повязку»!

Это я, а не Хината…

Да ну его, пропади оно пропадом!!!

— Ирука-сенсей, смотрите, я выучила новую технику! — воскликнула я.

Бедный Ирука-сенсей. Ему и так от Наруто постоянно достается со своей секси-техникой, а тут еще и я.

Хоп! Вместо меня красуется бревно под иллюзией симпатичной голенькой девушки, а сама я рванула прочь — уж больно хотелось рыдать. А позволить себе расплакаться перед всеми мне было никак, никак нельзя!

— Мио Харуно!!! — крик сенсея было слышно, наверное, по всей Академии, но моих ушей он едва ли достиг. Я была глубоко несчастна и расстроена, и тихо ревела в уголочке туалета, спрятавшись от всех.

Если вам понравилась эта история, будьте лапушками, оставьте этому блудному автору вкусняшку в виде отзыва!

Продолжение следует!

Глава 7. Перемирие

Со стороны Наруто

Мио Харуно не переставала удивлять Наруто. Хотя казалось бы — куда еще больше? Но, когда девчушка превратилась в высокую розоволосую красотку с аппетитными формами, кокетливо скрытыми белыми облаками, Наруто был готов апплодировать стоя и прыгая. Никогда он не видел, чтобы кто-то еще исполнял секси-дзюцу кроме него!

И так филигранно. Даже Ирука-сенсей оценил, вон как кровь фонтаном из носа захлестала.

— На-ру-то! — по слогам выдал Ирука и развеял технику. На поляну с глухим стуком упало бревно.

— Эй, а я тут причем? — запротествовал Узумаки. — Я тут вообще-то был.

— Что? — ошеломленно уставившись на него, Ирука, наконец, осознал произошедшее. — Мио! МИО ХАРУНО!

Но розоволосой девчонки уже и след простыл.

— Стыд какой! — закрыла руками лицо Сакура. — Это не моя сестра, я ее не знаю… Не знаю…

— Наруто-кун, — тихо сказала Хината. — Это же твоя техника?

— А? — Наруто обернулся к девочке, которая моментально покрылась дополнительным слоем краски. — Ты что-то сказала?

— Это… ведь… твоя техника? — пискнула Хината, зажмурившись.

— Э, да, ттебае, — почесал голову Наруто. — Но я никогда не учил Мио делать ее…

— Кажется, вы… поругались? — переведя дыхание, спросила Хината. И как только силы воли хватило! Казалось, она сказала и сама испугалась сказанного.

— Эм, вроде бы нет… — сказал Наруто. — Или да…

Он замолчал, нахмурившись. Это не укрылось от внимательной девочки Хьюга.

— Кажется, что Мио-чан грустно, — осторожно продолжила она. — Мне показалось, что Мио-чан расстроилась…

— Что?

Наруто был слишком близко! Слишком! Хината уже не просто цвела как помидорка, казалось, что она сгорает в собственном смущении. У нее даже уши были красные!

— Эм… Ну… — пролепетала маленькая наследница клана Хьюга и уже собиралась отправиться в спасительный обморок.

— А что, если она даже не собиралась со мной дружить? — такой странный вопрос остановил секретную операцию Хинаты по игнорированию проблем влюбленности, и породил в ее голове некое мысленное движение. Хината была умненькой, кто бы что там о ней не думал, и прозвучавшая нелогичность ее отрезвила.

— Это как? Вы же были так близки…

— Понимаешь, кажется, что со мной никто не хочет общаться, потому что я… потому что я один, ттебае. Оборванец, вот. И Мио лишь притворялась, чтобы заполучить внимание Саске и Сакуры… — сбивчиво пояснил Наруто. Зачем-то ему захотелось рассказать это Хинате. Она не выглядела как другие: казалось, была действительно заинтересована в нем.

— Это не так, Наруто-кун, — мягко сказала Хината. — Я бы хотела с тобой общаться, и я думаю, что Мио тоже хотела бы, и не потому что хочет привлечь чье-то внимание, а потому что ты интересный, Наруто-ку-у… — Глаза Хинаты округлились, превратившись в огромные плошки. До нее дошло, что она сказала что-то очень личное. Смущающее настолько, что сознание решительно покинуло ее в ту же минуту.

Узумаки подумал, что с Хинатой нужно общаться почаще. Способность в мгновение ока падать замертво показалась ему интересной. Кажется, Ирука-сенсей называл это тактикой номер пятнадцать шиноби-разведчика: "прикинуться мертвым, чтобы противник перестал обращать на вас внимание". Хинате можно было ставить высший балл, если бы она еще и маскировку делала.

Кроме того, девочка оказалась на удивление способной и не боялась его, Наруто. После Мио этот факт не так волновал, но тем не менее приятно отозвался в покалеченной душе Узумаки.

А с Мио, кажется, стоит поговорить. Слова Хинаты о том, что Мио-чан показалась ей расстроенной, задели Наруто. Он тут же забыл свои смятения и теперь думал лишь об одном: каким был идиотом. Ведь Мио единственная, кто ему небезразличен, и теперь, когда мысль о том, что он мог ее обидеть, пугала.

Наруто пойдет и все узнает.

***

Со стороны Мио

Вообще говоря, ситуация была крайне глупая и запутанная. Но это вовсе не отменяло моей обиды, хотя умом я и понимала, что причины весьма наивны. В конце концов, когда мне надоело сморкаться в платочек из-за слез, щедро выдавливаемых моей жалостью к самой себе, я решила пустить все на самотек. Нравится Наруто дружить с Хинатой? Так вперед, мне-то какое дело? Тем более что сама Хината девочка хоть и хорошая, но крайне закрытая, ей полезно, может, немного развеется. А я все же попытаюсь наладить отношения между мной и таким сложным Узумаки.

Только не сегодня. Сам виноват.

Гордо покивав самой себе — решение меня полностью устроило, я вышла из кабинки туалета и увидела трех девочек. То были: моя сестра, по лицу которой можно было однозначно понять, что она жуть как зла, Ино, с не менее говорящим лицом, и кудрявая Мисаки, еще одна наша одноклассница.

Я тут же поняла — речь пойдет о Саске. Если честно, это было последнее, о чем я бы хотела говорить. Я вообще не хотела ни с кем говорить! Я сегодня в печали!

Девчонки перегородили выход.

— Чего надо? — угрюмо поинтересовалась.

— Мио Харуно! — тоном, которым обычно изъяснялась только наша милая мамочка, воскликнула Сакура. — Ты что себе позволяешь?

— Мне нельзя ходить в туалет?

— Прекрати притворяться дурой! Ты поняла о чем я!

— ...А если у меня диарея? — добавила, наблюдая, как Сакура сильнее сжимает кулаки. О да, умею я выводить людей из себя.

— Мио, ты зарвалась совсем! — рявкнула Сакура, ударив кулаком по стене. Бедная стена. Аж трещины поползли. Ино и Мисаки с испугом покосились на мою сестру. Ха, а я тоже так умею. В смысле, кулаком бить до трещин.

— Ты наглая, невоспитанная, противная девчонка! — продолжала Сакура распаляться. — Мне стыдно видеть что ты делаешь! Мало того, что связалась с Наруто, так и совсем с катушек съехала! Что за непристойную технику ты продемонстрировала всему классу?! Теперь все будут на нас пальцем показывать и смеяться, а Саске, Саске, как ты могла показать ему «такое»? Это же отвратительно, я не смогу теперь ему в глаза смотреть!

— Так не смотри, — посоветовала я.

— И вообще, ты чего к нашему Саске прицепилась? — добавила Мисаки. — Саске то, Саске се…

— Вот это как раз вы обычно делаете, — вставила резонно.

— Ты даже встала с ним в команду сегодня! — обвинительно ткнули в меня пальцем. — А между прочим, сегодня была моя очередь!

— Нет, моя, — возразила Ино. — Ты с ним в прошлый раз за партой сидела.

— А ты ходила с ним до класса сегодня! — возмутилась Мисаки.

Разговор явно направлялся куда-то в другую сторону, но Ино быстро пресекла это. Все-таки наследница клана, ей положено быть чуть умнее остальных… Демонстрировала она это умение почему-то не в тех ситуациях, когда это было нужно.

— В общем, не мешайся под ногами! Саске — наш! Не лезь к нему! — прорезюмировала Яманака.

— Можешь и дальше со своим Наруто общаться, а к Саске не приставай, — добавила Сакура.

— Да что сразу Наруто? — спросила Мисаки, которая, видимо, почувствовала ко мне сочувствие. Она вообще девочкой была эмоциональной и эмпатичной, хоть и весьма недалекой… — Он туповатый, я тебя понимаю, Мио, я бы тоже Саске выбрала… но ты посмотри вокруг — столько еще красавчиков есть, конечно, не Саске, но и не Наруто…

— Вот именно, забирай того же Шикамару или Чоджи, — кивнула Ино. — Я не претендую. Они тоже наследники кланов. Но Саске не трожь!

— Да не трогала я вашего Саске! — взорвалась я. — По всем вопросам обращайтесь к нему, я тут каким боком? Я вообще с Наруто хотела быть сегодня, понятно?!

На трех лицах проступило удивление. Причем сразу. Ха, рекорд.

— А зачем? — Мисаки, как обычно, по глупости была в рейтинге первой.

— Потому что хочу! Потому что Наруто — мой друг!

— Ой, Мио, прекращай! — сморщилась Сакура. — Это уже даже не смешно. Какой он тебе друг? Он же неопрятный, оборванец, без семьи. Всем же понятно, что ты сделала это только из-за того, чтобы побесить меня. Так вот, у тебя получилось. Я взбешена! Так что прекрати вмешивать этого придурка в наши дела. Пожалей его. Он ведь подумал, что это было серьезно!

— Откуда ты… Ты что, ему что-то сказала?

Сакура поняла, что сболтнула лишнего, но идти на попятную было поздно.

— Да! Сказала! Потому что кто-то должен ему это сказать…

— Сказать что? Что ты себе надумала в голове?

— А что? Скажешь — я не права? Наруто — придурок, и над ним все потешаются. Ты бы никогда не стала общаться с таким, как он…

— Наруто не придурок! — оборвала я резко. — Он такой же, как и все мы. Ты даже представить себе не можешь, как ему одиноко одному. Наруто, в отличие от вас всех, ценит дружбу и искренен, он добрый и веселый. И не вам его оценивать, если вы даже не можете принять то, что мальчики и девочки могут просто дружить без каких-то подтекстов! Я считаю его действительно невероятным: его ненавидит вся деревня, а он не подает никаких признаков и улыбается, как ни в чем не бывало. Чтобы вы там себе не считали, я считаю Наруто своим другом, и не вам унижать его, когда сами вы никогда не бывали на его месте, — я подняла руку со сжатым кулаком. — И знаете что? Если кто-то из вас еще раз обзовет Наруто, получит от меня вот этим кулаком по лицу!

Я выскочила из туалета, оставив ошарашенных девиц за спиной.

И тут же увидела Наруто, который стоял и демонстративно смотрел прочь. Черт побери! Я с ужасом поняла: он все слышал. Все. От первого до последнего слова.

— Наруто! — натянуто улыбнулась я, слушая, как гулко стучит сердце в собственной груди. — Пойдем сегодня в раменную? А то на выходных я не смогла...

...Если он стоял тут от самого начала, то наверняка слышал то, что говорила о нем Сакура. И я боялась представить, как сильно обидные слова могут ранить, особенно сказанные от человека, который ему нравится. Одно дело, когда Сакура открыто ему что-то говорила, все это воспринималось не всерьез, шуткой. И другое, когда слышишь подобные откровения у себя за спиной...

Узумаки шумно втянул носом воздух и, неожиданно, бросился ко мне и сжал в цепких объятиях. Обнял так крепко, словно намеривался выдавить из меня последние минуты жизни, но я ничего не сказала и позволила ему это сделать… Потому что за секунду до того, как оказаться уткнувшейся лицом в его золотистые волосы, я увидела влажные дорожки на щеках.

Все-таки слова Сакуры не могли его не задеть.

— Эй, ты чего? Ты так обрадовался, что мы идем в раменную? — решительно продолжила я изображать, что совсем ничего важного не происходит.

— Спасибо… — услышала я тихий надрывистый шепот. — Спасибо тебе, Мио-чан…

Наруто прижался ко мне еще сильнее, и я почувствовала, как тихо дрожат его плечи. Он обнимал меня так, словно я была последним, что осталось в этом мире. Так нежно, словно бы я была чем-то, в чем он нуждался больше всего. И так крепко, будто бы в целом мире не было никого, кроме нас двоих.

Я растерянно погладила его по спине, совершенно потерявшись в собственных ощущениях. Целый мир вдруг остановился, замерев на месте, и вокруг не было ничего, кроме теплых сжимающих меня рук.

Наруто шмыгнул носом.

— Обещаю, раменная у Ичираку самая лучшая! Я так рад, что ты наконец согласилась! И это… прости за сегодня, даттебае.

Он сказал это будто бы случайно, без задней мысли, но я сразу почувствовала — это было самое настоящее, самое важное, что он когда-либо говорил. Тот самый маленький, но нужный кирпичик, которого не хватало нашим словам. И я тихо ответила — впервые честно произнеся то, что тревожило меня всё это время, с того самого дня, как я впервые подошла к Наруто.

— И ты меня… прости.

Мне вдруг стало так легко и свободно, что захотелось радостно засмеяться.

Я была слегка выше Наруто, а потому мой нос утыкался в его волосы над левым ухом. И нет, волосы вовсе не были колючими, как могло показаться издалека неопытному генину. На удивление, они оказались мягкими и пахли легкой смесью различных специй, а еще листвой и шишками. Аромат был такой необычный и приятный, что я даже принюхалась. Видимо, под влиянием момента.

Зря я это сделала. Идиллию нарушил кислый запах пота.

— В раменную, ага, — сказала я и добавила: — Но сначала сдадим твою куртку в стирку.

Глава 8. Сакура

— Мама, папа, это Наруто, мой друг!

Мама до сих пор относилась скептически к идее привести к нам в дом «того самого мальчика», но я проигнорировала ее скепсис и просто привела Узумаки к нам. На ужин.

Папа был рад. Он вообще часто был рад, иногда и без причины. Мама, кстати, постоянно на него ругалась, но он никогда не терял духа и в конце всегда говорил «милая, я люблю тебя». Мама, когда была особенно зла, устраивала ему мисо-санкции (иными словами, никаких мисо-супов), но и тут папа не унывал, и спустя пару дней мама сдавалась. Папа у меня вообще неисправимый оптимист, и это его лучшая черта.

Ну, не считая еще и розовых волос.

Наши с Сакурой шевелюры достались нам именно от него. Ах нет, вру. Еще и имена. Сакуре, как первенцу, досталось имя «Сакура», ибо наш папенька не стал заморачиваться. А вот надо мной он думал целых полчаса, после чего выдал: «Мио».

Оригинальности нашему папочке не занимать!

Так у семьи Харуно появилось двое детей: «Вишня» и «Вишневый цвет».

Впрочем, отвлеклась я.

— Извините за вторжение, — сказал Наруто, направленный моим ловким подмигиванием.

Мы зашли в дом.

— Привет, Сакура-чан, — пробормотал Наруто, впервые увидев Сакуру не в розовом платье, а в простой черной футболке и шортах. Волосы у нее были собраны в высокий пучок, и, не будь рядом меня, Наруто наверняка бы решил, что это я и есть.

Что ни говори, а мы с Сакурой были похожи как две капли воды. Наруто, наверное, не отличил бы нас, стой мы рядом и имей одинаковые прически. К счастью, этого обычно и не требовалось: мы всегда одевались так, чтобы быть максимально отличными друг от друга.

Кроме этого вечера. Ну, бывает такое.

Сакура гордо проигнорировала Наруто.

— Сакура, как некультурно! — высказалась мама тут же. — С гостями нужно здороваться.

— А я не хочу, — фыркнула Сакура, проходя на скромную кухоньку. — Я его к нам не звала.

— Сакура, так нельзя, — вставил свое слова папа.

Сестра передернула плечами.

— Мне все равно, — сказала Сакура, собирая в тарелку сушеные сливы. — Я сегодня поужинаю у себя.

— Сакура Харуно! Ты как себя ведешь? — воскликнула мама. — Положи обратно! И садись за стол!

— Как хочу, так и веду! — разъярилась Сакура, и со стуком положила тарелку на стол. — Ей можно, а мне — нет?

Проходя мимо меня, она резко толкнула меня плечом и вышла к выходу. Вслед ей раздался мамин крик, но Сакура и его проигнорировала. Она надевала обувь и, кажется, собиралась уйти из дома прямо так.

— Сакура-чан, — произнес Наруто, вконец обескураженный. — Ты куда?

— Оставьте меня в покое, все! — крикнула Сакура и громко хлопнула дверью.

***

Со стороны Сакуры

Сакура бежала прочь, не обращая внимания на дорогу. Ноги несли ее туда, где не будет ни Наруто, ни Мио. Мимо мелькали красные лоскутки крыш, мерцающие желтые фонари и множество лиц людей.

Харуно остановилась у склона, рядом с которым протекала холодная речка. Вечером здесь почти не было людей, только оранжевый закат полотном стелился на горизонте. Огненно-рыжие блики танцевали на зеркальной поверхности воды, золотистой накидкой укрылась трава.

Здесь было тихо, спокойно и так… красиво.

— В конце концов, какое мне дело до них? — спросила Сакура вслух у самой себя, усаживаясь на землю. — Пусть делают, что хотят…

Сказала, и сама почувствовала, что дело ей есть. А именно то, что Наруто стало слишком много в ее жизни. Он был везде! В Академии, рядом с Мио, теперь уже и к ним в гости ходил, как к себе домой! И Сакуру все больше и больше раздражал его вид. Раздражала и Мио, которая нарочито игнорировала сестру и неподдельно радовалась присутствию Наруто.

Сакуре было противно наблюдать за светящимися лицами Мио и Наруто. Еще и потому, что сама Сакура завидовала.

Но она ни за что себе в этом не признается.

Она, Сакура, лучшая. В классе, в семье — везде. Она не может признать, что для счастья ей нужно что-то еще. Дружба? Ха! Почему-то сердце тоскливо сжалось, когда Сакура подумала о том, что она-то ни с кем свободное время не проводит. В последнее время все ее внимание было сосредоточено на учебе и на Саске…

Обидно признавать, что, кажется, она что-то упустила. А Мио, которая только и делала, что все в противовес ей, Сакуре, теперь как будто забыла про старшую сестру.

Правда в том, что Сакура внезапно ощутила, что никому не нужна. Ни Саске, ни Мио… Ни уж Ино и всем остальным в их классе.

Сакуре стало так горько и так обидно… Ей было так жалко себя, что она тихо заплакала.

Что ж, такое иногда случается со всеми девочками…

— Что-то случилось?

Сакура хлюпнула носом, вытирая слезы со щек. Нельзя, чтобы ее видели такой. Она, Сакура, всегда должна быть красивой…

— Наруто обидел? — спросил все тот же голос, и Сакура лишь покачала головой. Соберись, тряпка! Она глубоко вздохнула, собираясь с духом, и обернулась. Каково же было ее удивление, когда она увидела Саске!

Саске! Учиха!

Прямо здесь! Перед ней!

Мамочки, да она же в таком ужасном виде!

Тем временем, Саске уселся рядом и сцепил руки в замок, как он обычно это делал.

— Я часто прихожу сюда, когда хочу побыть один, — сказал он зачем-то, а Сакура застыла, залюбовавшись его профилем. — Здесь так спокойно.

Что происходит? Он разговаривает с НЕЙ! С ней, с Сакурой!

Мамочки, еще немного, и она, подобно Хинате, упадет в обморок.

— Ты из-за Сакуры здесь? — снова спросил Саске, и Сакура, открыв рот, зависла.

Он решил, что она — МИО?

Если так подумать, то можно понять, почему. Она ведь одета по-домашнему, не накрашена, волосы разметались, выбравшись из-под пучка… Конечно, ее легко перепутать с Мио…

— Почему ты думаешь, что я здесь из-за сестры? — промямлила Сакура, не придумав ничего лучше.

Саске пожал плечами.

— Кажется, что с Наруто у тебя хорошие отношения, значит — из-за Сакуры. Насколько я могу судить, вы не слишком общаетесь.

–…

А он наблюдательный. Сердце Сакуры совершило кульбит, когда шальная мыслишка «он наблюдал за мной» проскочила на задворках сознания. Впрочем, ее тут же уничтожила другая, рациональная — скорее всего он наблюдал за Мио, а она, Сакура, так, рядом оказалась.

— Что ты думаешь о Сакуре? — спросила девочка, решив пойти напрямую.

Саске пожал плечами.

— Навязчивая. Такая же, как остальные.

— А… я?

Учиха бросил на нее странный задумчивый взгляд.

— Кажется, что тебя больше волнует Наруто, чем я, — после затянувшегося молчания наконец произнес Саске.

Получается, Мио заинтересовала Саске своей дружбой с Наруто? Кто бы мог подумать, что путь к сердцу Саске лежит через Наруто…

Впрочем, она обдумает все потом. А сейчас у Сакуры появился просто потрясающий шанс, который она не собиралась упускать.

— Верно, — кивнула Сакура. — Ты мне вообще не нравишься.

Левая бровь Учиха скакнула вверх. Он моргнул.

— Неожиданно.

— А что неожиданного? — Сакура распалялась. — Ты же весь из себя высокомерный. Тебе плевать на остальных, вообще не понимаю эту Сакуру.

План прост как редька. Сейчас она наговорит ему гадостей, и тогда Саске забудет про Мио. Ах, эта сладкая месть… Адреналин так и зашкаливает.

— Интересно, — Саске хмыкнул. — Тогда я специально буду с тобой общаться.

Подождите… ЧТО?

Если бы, если бы он только знал, что она — не Мио, то Сакура бы даже обрадовалась…

За Мио она радоваться не собиралась.

— Так и знала, что ты недалёкого ума, — сказала Сакура, поднимаясь. — Даже не вздумай ко мне больше подходить! Я буду только с Наруто общаться, вот!

Сакура резко развернулась, намереваясь позорно ретироваться с поля боя и оставить последнее слово за собой (а вернее, за сумасшедшей Мио), но умудрилась поскользнуться и упасть.

К счастью, Саске ничего не сказал. Сакура тут же поднялась и бросилась прочь.

Вот так. Это правильно.

Глава 9. Сакура. Такеши

Со стороны Сакуры

Мио, Мио, Мио! Что они все нашли, в этой Мио?

Женская половина класса пищала от шока, когда на следующий день Саске уселся прямо между Мио и Наруто, вынудив последнего завопить что-то типа «ттебае». Однако Саске не сдвинулся с места, прикрыл глаза, мол, эти идиоты меня не понимают, и успешно игнорировал попытки Наруто поставить (или посадить?) его на место. А когда Мио, ведомая Наруто, дернулась было пересесть, холодный сердцеед Учиха взял ее за руку. Тут же раздался дружный вопль девочек, и Сакуры в том числе.

Остановите этот мир, она совсем перестала понимать, что происходит. Кроме того, что виновата в этой сцене частично она сама, но большую часть виновата точно Мио. Не было бы Мио, не было бы проблемы, верно?

В общем, Сакура злилась. И так сильно, что на занятии по превращениям превратила себя в очень большого Ируку с кривым носом. Весь класс хохотал, кроме Саске. И пока красная как рак Сакура выслушивала от Ируки-сенсея наставления, в чем была ее ошибка, этот балбес Наруто показывал ей руками знаки на секретном коноховском шифре «какая ты молодец! это было превосходно! А сможешь ему брови сделать свисающими?»

Следующим после Сакуры был Такеши — тихий угрюмый мальчик, который умудрялся остаться незамеченным в толпе беснующихся недо-шиноби. И даже он смог превратиться в адекватного Ируку!

После занятий Сакура направилась в тренировочный зал, где принялась срывать злость на манекене. Отработанные до автоматизма удары заставляли манекен шататься из стороны в сторону, но не падать. Сакура вложила в кулак чакру, и манекен сложился пополам. Потом, повинуясь механизмам нитей чакры, собрался снова.

Сакура вкладывала в удары чакру. Раньше она делала это не целенаправленно, и то чаще по зову эмоций. Тут же она вдруг увидела, какой разрушительный эффект имеет чакра, собранная в кулаке. А что если в ногу вложить?

— Удары хорошие, но в реальности ты бы не продержалась и минуты против реального противника, — сказал кто-то за ее спиной.

Сакура обернулась — то был Такеши, ее одноклассник. Он всегда держался поодаль. И чего это он заговорил с ней? Такеши был подобен Саске — почти никогда не разговаривал. Внимание девочек только не заслужил: внешностью был не настолько красив, как Учиха. И из клана происходил малоизвестного. В общем, скучный.

— Откуда тебе-то знать? У меня в классе лучшие удары! — фыркнула Харуно.

— Сила есть, ума не надо, — пожал плечами Такеши и, поправив очки, направился к соседнему манекену.

Некоторое время они занимались молча. Наконец Сакура раздробила манекен в н-ный раз и, смахнув пот, посмотрела на Такеши. В отличие от нее, движения Такеши были куда более сдержанные и техничные, а чакры в ударах, судя по силе, было совсем немного.

— И в чем смысл? Ты даже не можешь разрушить манекен, — сказала Сакура.

— Как будто заучка может что-то понять, — фыркнул Такеши. Его высокомерная манера речи начинала раздражать. Сакура обиженно дернула плечами.

— Заучка посильнее тебя будет, — сказала она резко. И чего ее потянуло с ним поговорить? Соскучилась по нормальному общению? Так нашла с кем общаться — с Такеши. Он вообще одиночка, да и язва, что ни слово, так оскорбление.

Сакура было собралась уходить, но тут Такеши сказал:

— Ты против меня и минуты не продержишься.

— Ха! Что-то не заметно! — усмехнулась Сакура. — На всех занятиях я тебя всегда побеждала.

— Так вам, девочкам, уступать надо, — сказал Такеши. И вот вроде бы не оскорбил, но смотрит так насмешливо.

Ну, держись, Такеши. У Сакуры аж кулаки зачесались. А что? Вполне справедливо сможет выбить из него всю дурь…

Они встали друг напротив друг друга. Но, не успела Сакура и двинуться, как Такеши оказался за ее спиной и сильным ударом в поясницу повалил на пол. Земля перевернулась, и Сакура с громким «ох» упала на землю.

— Я же говорил, — улыбнулся Такеши и засунул руки в карманы.

— Да мы же даже не начали! — возмутилась Сакура. — А как же знак дружбы? Это обязательно!

— Сакура-чан, — протянул Такеши, — ну что ты, как маленькая? Думаешь, нукенин перед тобой расшаркиваться будет? Прям так и вижу эту картину: Сакура-сан, позвольте мне начать бой и убить вас.

— Еще раз! — рявкнула Сакура, поднимаясь с пола. — В этот раз я тебя…

Ее кулак пролетел аккурат мимо лица назойливого одноклассника, который подозрительно просто увернулся от удара. Как и от следующего. И еще. А потом земля снова поменялась местами с потолком, и Сакура больно бухнулась на пол.

— Ну, что я говорил, — скучающе протянул Такеши. — Ты слаба. Впрочем, что ожидать от заучки.

Сакура поднялась снова и закусила губу. Такеши пожал плечами направился к манекену. Тогда Сакура решила напасть изподтишка, и легко, как учили на занятиях, подпрыгнула к нему. Неслышно! Но Такеши как-то почувствовал ее, и моментально блокировал удар. Более того, Сакура почувствовала, словно бы ударила не в человека, а в сталь: собственная сила удара отразилась и болезненной волной окатила ее руку.

Больно! Очень больно! Сакура закусила губу, чувствуя онемение пальцев.

— Советую сходить к медикам. Вдруг перелом, — заметил Такеши, и, словно бы забыв про Сакуру, встал в стойку и принялся методично избивать манекен.

«Бесчувственный чурбан! Гад! Шаннаро, я тебе еще покажу!» — мысленно кричала Сакура, скривившись от боли.

В госпитале ей запретили напрягать руку, и Сакура, обескураженная, направилась в библиотеку. Там, закопавшись в книгах, она достала «искусства ближнего боя» и уселась изучать техники ударов. По всему выходило, что Такеши знал какой-то секрет, а Сакура вовсе не собиралась уступать какому-то там однокласснику в очках.

Через несколько дней она снова пришла в тренировочный зал и принялась отрабатывать удары. Когда пришел Такеши, Сакура тут же сказала:

— Давай проведем спарринг.

— Не хочу, — фыркнул Такеши, снимая со спины сумку и укладывая в угол. — Я пришел тренироваться, а не играть в подобие спаррингов.

— Слушай ты, шаннаро! — Сакура направилась к нему. — В тот день я была не в лучшем состоянии. Так что прошлый раз не считается.

Такеши закатил глаза.

— Ну, давай. Только не плачь потом.

От первых трех ударов парень легко уклонился, а на четвертый ударил Сакуру по руке, и та аж вскрикнула, так резко прошибло ее острой, режущей чакрой. Следующим движением одноклассник отправил Харуно в нокаут.

— Что это было? — сглотнув слезы, спросила девочка.

— Чакра, — протянул Такеши. — То, как ее следует использовать.

Сакура помотала головой.

— С твоей чакрой что-то не так.

— Все так. Я просто усилил концентрацию ян-составляющей, поэтому тебе так больно.

— Чего? — нахмурилась Сакура. — Ерунда какая! Чакру нельзя разделить!

— Заучка, ты разочаровываешь, — хмыкнул Такеши, отвернувшись. — А как же медики лечат? Они-то как раз и делят чакру, выпуская только инь- или ян-составляющую.

Такеши говорил странные вещи, и Сакура совсем не собиралась ему верить, но он задел ее гордость. Теперь Сакура хотела доказать ему, что она не такая слабачка. Все свободное время она проводила, практикуя разделение чакры. И казалось бы, зачем?

Но Сакура, сама того не осознавая, вцепилась в это. В реальности все было куда прозаичнее, Сакура пыталась доказать самой себе, что она — лучшая. Она всегда была лучшей, и на учебе, и в семье… но с недавнего момента все стало рушиться. Мио практически не обращала на нее внимания, Наруто — тоже, хотя раньше от него было не отлепиться. Даже Саске, и тот, предпочел ей Мио. Вот и оказалось как-то, что Сакура никому и не нужна, а Мио, внезапно, лучше нее. С этим Сакура не могла смириться. Как и с тем, что даже какой-то одноклассник лучше нее.

И она изо всех сил пыталась доказать, что это не так. Сакура — лучшая в классе, вот так-то!

Она даже записалась волонтером в госпиталь, где в свободное время тренировалась на рыбах в разделении чакры. Почему-то отделять инь-составляющую у Сакуры получалось куда лучше, чем ян, и первый же тест на состав чакры объяснил почему — у нее оказался сильный перекос в сторону инь. Впрочем, это была не проблема, научившись четко определять инь, получилось отделить и ян.

А вот концентрировать разделение чакры в момент удара — это было гораздо сложнее. Но Сакура подошла к задаче с умом — в конце концов, ей ведь не обязательно это делать именно в моменте. Можно заготовить чакру заранее.

Следующий спарринг с Такеши порадовал Сакуру. Такеши, сначала вальяжный и расслабленный, вмиг посерьезнел, когда увидел обновленную версию атаки Сакуры. «Что, не ждал, шаннаро?!» — мысленно съязвила Сакура, когда ее удар выбил у Такеши землю из-под ног. В следующий миг сама Сакура испугалась своей же силы — острое зрение заметило капли крови, которые сплюнул одноклассник.

— Беру слова назад, Сакура, ты способная, — сказал одноклассник. — Но все еще нетехничная.

Быстрое движение, и вот уже Сакура обнимается с полом. Последние слова Такеши сказал, возвышаясь над ней.

— Надо же, — протянул он ей руку. — Возможно, ты даже удивишь нукенина. Как ты так быстро научилась концентрировать чакру?

— Так я тебе и сказала.

Такеши ухмыльнулся.

— Хочешь, помогу с техникой нападения? Мне кажется, тебе не помешает взгляд со стороны.

— На себя намекаешь? — фыркнула Сакура. — А впрочем, давай.

***

Занятия с очкастым одноклассником-язвой, неожиданно, дали успех, и Сакура быстро обучалась новым техникам боя. То, что на уроках показывал Ирука-сенсей, считалось основами, а то, чему учил ее Такеши — были техники его клана. На вопрос, не посчитают ли его предателем, Такеши махнул рукой, мол, не твое дело. Потом Сакура выяснила, что клан почти выродился, и единственный соклановец Такеши — его мама, которой давно было все равно.

Когда Такеши был маленький, его родители ходили на миссии, и одна из этих миссий закончилась плачевно. Отец умер в муках и с пеной у рта, медики поставили диагноз: отравление. Чем отравили — неизвестно. Мама что-то знала, но после той миссии сошла с ума, и перестала разговаривать. Превратилась в эдакую бездушную куклу.

У Такеши была цель: стать джонином, и узнать, что случилось на той миссии. Ранг был «S», что значит — все засекречено. Его родители подписывали клятву о неразглашении, и даже Хокаге развел руками — прости, мальчик, но миссия все еще секретная и даже Такеши, их сыну, нельзя ничего было рассказать. Вместо этого он получал ежемесячное пособие и какие-то страховочные выплаты.

Профессия шиноби внезапно предстала перед Сакурой другой, более неприятной стороной; романтичный розовый ореол богатой девушки-шиноби подернулся дымкой. Сакура начала задумываться о том, что и она может умереть на одной из таких миссий.

Между тем, приближался выпускной экзамен на генина.

Глава 10. Экзамен

Третий Хокаге Хирузен Сарутоби раскуривал трубку и выпускал колечки. На столе, перед ним, стоял стеклянный шар, в котором можно было разглядеть небольшое изображение Наруто Узумаки — джинчуурики Конохи. Рядом с Хокаге стояли будущие шиноби-учителя, они составляли списки по способностям, навыкам и чакре.

— Наруто Узумаки в команде с Саске Учиха, — пробормотал Хокаге. — Джинчуурики Кьюби и последний из клана Учиха… это будет сильная команда… Им нужен кто-то для равновесия.

— Третий-сама, я предлагаю поставить к ним Сакуру Харуно — ее результаты достигли 99% по всем тестам — это лучший результат в группе. Кроме того, у девочки высокий контроль чакры — 95%.

Хокаге погладил подбородок, раздумывая. Шар показывал Наруто — тот плюхнулся на стул рядом с розоволосой девочкой, и те принялись о чем-то шептаться.

— Это она?

— Нет, Третий-сама. Это ее сестра-близнец, Мио Харуно, — отрапортавал учитель Мизуки.

— Каковы ее результаты?

— Хуже, чем у Сакуры: метание сюрикенов — 50%, базовые дзюцу — 70%, — зачитал шиноби. — Контроль чакры 75%. Мы наметили ее в команду к Такеши Оникуме и Мисаки Цуки; предполагаемая специализация — разведка.

Хокаге выпустил дымовое колечко.

— Как я погляжу, Мио и Наруто весьма сблизились. Разделять их, возможно, не лучшее решение: они уже составляют органичную связку. Кстати, как там результаты у нашего джинчуурики?

— Только что пришли результаты. Экзамен по технике клонирования не сдан.

— Нехорошо, — покачал головой Хирузен Сарутоби. — Наруто Узумаки нужен в рядах шиноби Конохи. Мизуки-сенсей, приступай к операции «Кьюби».

— Понял, Хокаге-сама! — отозвался беловолосый шиноби.

***

Со стороны Мио

— Поздравляю, девочки мои! — воскликнула мама, едва я вышла из Академии. Экзаменационная неделя наконец-то закончилась, и юные уже-почти-генины выходили из здания, чтобы встретить радостных родителей.

Сакура сдала все тесты на высшие баллы и гордо задирала нос. Я успешно сдала логику, физику и математику, споткнулась на истории (никогда ее не любила — скучно), с горем пополам осилила метание сюрикенов, и удовлетворительно закрыла базовые техники шиноби. Лучшего результата я достигла в иллюзорных клонах, Ирука сиял как начищенная монетка. «Превосходно, превосходно!» — сказал он, и я почувствовала себя настоящим генином.

Немного переживала за Наруто — почему-то иллюзорные клоны ему не давались от слова совсем. Но Узумаки вполне успешно сдавал все тесты — и под словом «успешно» я имею в виду, что он ничего не провалил. Даже историю, которую не любил больше всего — в этом мы нашли солидарность. Так что и иллюзорных клонов он, скорее всего, как-нибудь закроет.

Наруто вышел из Академии последним — выглядел он неважно. Но, заметив меня, поднял высоко большой палец и широко улыбнулся. У меня отлегло.

Мы — генины!

Родители потащили меня праздновать успешную сдачу экзаменов, я хотела позвать Наруто, но тот помахал мне рукой и уселся на качели. Странно, подумалось мне, но я не успела это обдумать, будучи утянутой в семейные восторги.

Новехонькая, синенькая повязка шиноби Конохи не давала мне покоя — мне постоянно хотелось на нее посмотреть. Сакура успела рассказать во всех подробностях, как она великолепно сдала все тесты, а папа с мамой не уставали задавать ей одни и те же вопросы. В конце концов мне это надоело, и я ушла в свою комнату — разглядывать повязку. Завтра важный день, когда нас поделят на команды, и я не могла этого дождаться. Интересно, с кем я буду в команде? Хотелось бы с Наруто.

Мы здорово сблизились за этот год. Раньше я не могла представить, что буду с кем-то дружить, и тем более, что это будет Наруто Узумаки. Непредскауемый, со странными шуточками и абсолютно отдельный от других, он никогда не казался мне человеком, с которым я вообще могу найти общий язык.

Но, внезапно… Это получилось.

Тук. Тук.

Я подскочила на стуле, испугавшись звука со стороны окна. Потом вспомнила, что я теперь генин, и набравшись храбрости, отворила створку. На подоконник ко мне прыгнула рыжая тень.

Наруто.

— Давай сравним наши повязки! — обрадовалась я.

— Мио, — прервал меня Узумаки. Взгляд был у него слегка потерянный. — Почему ты мне не сказала про секретный тест?

— Какой секретный тест? — не поняла я.

— Который вы все сдали, ттебае! Все, кроме меня! Я думал, мы друзья.

— Мы друзья… — пролепетала я, обескураженная. — Постой, какой такой секретный тест? Я не думаю, что у нас такой был. Все тесты мы сдавали вместе.

— Мизуки-сенсей мне все рассказал, — обиженно заметил Наруто. — В отличие от тебя. Так вот! Знай! Я сдам его и стану генином! А потом меня все признают, и я стану Хокаге! Вот так вот, ттебае!

Он спрыгнул с моего окна и растворился в вечерней тьме. Я для приличия крикнула его по имени, но, конечно, мне никто не отозвался.

Какой такой секретный тест? Что ему рассказал Мизуки-сенсей? Что значит, «я стану генином?»

— Да чтоб тебя! — выругалась вслух, и рванула за ним, пока еще могла уловить след. Бежать пришлось быстро, насколько это возможно. Кажется, последний раз я так бежала на экзаменационной полосе с препятствиями. Мимо мелькали смазанными тенями крыши домов и пятна магазинчиков.

Наруто явно сошел с ума — он исчез у резиденции Хокаге, чтобы минуты через три выбежать из окна и рвануть в лес. На спине у него я заметила огромный свиток.

Что ты творишь, Наруто?

Я чувствовала запах неприятностей. По-хорошему, мне бы сейчас остановиться, поискать кого-то взрослого и переложить эту проблему на его плечи… но и оставить Наруто я так не могла. С ним явно что-то было не так. Может, я пожалею об этом потом, но сейчас…

К черту.

Я побежала следом.

— Наруто! — наконец мне удалось его нагнать. В самой чаще темного леса, между прочим, и то, когда он сам решил остановиться. Откуда только столько энергии? Я едва его не потеряла.

— Мио? — удивился он. — Ты что тут делаешь?

— Нет, это ты что тут делаешь?! Еще и со свитком, который только что украл прямо из Резиденции Хокаге? Ты хоть понимаешь, что ты натворил?

— Я выполняю секретное задание! — гордо сказал Наруто и развернул свиток. — Смотри. Тут столько крутых техник!

— Какие секретные техники? — взвыла я. — Наруто, ты нарушаешь законы Конохи! После такого хорошо, если тебя не накажут!

— Мизуки-сенсей сказал, что это часть моего задания.

— Значит, Мизуки-сенсей — лжец!

Между нами воцарилась тишина. Наруто молча смотрел на меня, я — на него.

— Я не знаю, что он тебе наговорил. Но никакого секретного теста никто из нас не сдавал. И уж тем более, не крал свитки с запрещенными техниками. Наруто, я без понятия, во что тебя втянули, но…

В этот момент мой взгляд упал на развернутый свиток.

— Это что, техники Второго Хокаге?!

— Ты знаешь их? — спросил Наруто.

— Да! Их упоминали на истории, — пробормотала я, подходя ближе. — Множественная техника теневого клонирования… Техника моментального перемещения в пространстве?! Ничего себе! Ой, а это... воскрешение?! И такое можно делать?!

— Тут и тут я ничего не понял — слишком много всяких формул, — почесал голову Наруто. — А вот первая техника довольно простая. Клонирование!

Я не успела предупредить его, что техника запретная и не должна выполняться шиноби рангом ниже чуунина.

Наруто с громким хлопком размножился, оставив рядом со мной тысячи своих клонов. Мой рот сам собой захлопнулся. Видимо, запреты не распространялась на Наруто, привыкшего нарушать всевозможные правила.

— Ой, как меня много! — сказали они все одновременно, заставив меня поморщиться от нестройного хора. Хлопок!

Мы снова стоим вдвоем. Честно говоря, мне тоже захотелось повторить эту технику. Ну всего разочек ведь можно?.. Я сложила печати, как показано было на картинке… И тут же осознала, что техника съела больше половины моего резерва чакры. Больше половины! А еще пара раз, и я вообще останусь без чакры!

С громким хлопком на поляне появилась вторая я. Мне стало немного обидно. Больше половины резерва, и только на одного клона?!

— Хаха, а у меня получилось сразу сотню сделать, ттебае!

Вторая я покрутила пальцем у виска и закатила глаза.

— Вы серьезно думаете, что это лучшее время для проверки секретных техник? Мы теперь соучастники преступления!

— Ой, — хором сказали мы с Наруто. Вторая «я» покачала головой, после чего развеялась, оставив после себя легкий ветерок. Я почувствовала прилив чакры. Ее было значительно меньше, чем до исполнения техники, буквально крохи. Но эти крохи принесли с собой ощущения моего клона так, как будто бы я прожила ее жизнь за одно мгновение.

Странная техника.

— НАРУТО! — с характерным криком на поляне оказался уставший и явно злой Ирука-сенсей. — Мио? Что вы тут…

Ируке-сенсею не пришлось долго объяснять, что произошло. Услышав имя Мизуки, тот явно был ошарашен. Еще более он был ошарашен, когда на поляне появился сам Мизуки (*да простит меня читатель за максимально короткий пересказ первой серии первого сезона). С огроменным сюрикеном за спиной.

— Наруто, он тебе врал. Тебе все врали. Все потому, что ты — Кьюби, — сказал Мизуки-сенсей. Ирука попытался оправдаться, но был сбит огромным сюрикеном в попытке защитить Наруто.

Кровь! Он ранил Ируку. И эти ранения были настолько жуткими, что я оцепенела. Нам показывали на занятиях, как это выглядит. Мы, в конце концов, учились искусству шиноби. Но еще никогда это не было так... Страшно. Кроваво. И, черт побери, все это по-настоящему.

Я стояла, не смея пошевелиться от охватившего меня ужаса. Отчего-то я не понимала, что мне надо делать. Кровь на руках Ируки-сенсея, следом шокирующее осознание того, что Мизуки серьезно пытается нас всех убить…

— Они все тебя ненавидят, потому что ты — Кьюби, мальчишка! — распылялся Мизуки. Наруто попятился и побежал прочь, ошарашенный озвученной жесткой правдой. Это меня отрезвило. Почему-то все, что касалось Наруто, я воспринимала в штыки.

— Наруто! — я хотела побежать за ним, но тут помешал Мизуки. На каких-то инстинктах я увернулась от сюрикена (умирать мне не хотелось), прокатилась по земле, больно долбанулась коленкой, и едва не попала под еще один сюрикен.

Помощь пришла, откуда не ждали.

— Не смей трогать мою сестру, ты, белобрысый недоучитель, шаннаро! — из-за деревьев выскочила Сакура. Скользящей розовой молнией она с ноги ударила Мизуки в спину, и удар был настолько силен, что тот не выдержал... и растворился в воздухе.

— Иллюзорный клон, — сказал Ирука. — Мио, Сакура, оставайтесь тут. Я за Наруто.

И исчез.

Сакура была в домашней одежде, словно бы слишком торопилась, чтобы одеться. Она выглядела возмущенной, растрепанной и грозно смотрела на меня.

— Ты сбежала из дома, — она шагнула ко мне, — посреди ночи!

Еще один шаг.

— В лес!

— А ты следила за мной, — решила озвучить я.

— Да, шаннаро! Потому что ты явно напрашивалась на неприятности! — рявкнула Сакура и, к моему полнейшему удивлению, сжала меня в крепких объятиях. — И кто тебя защитит, этот Наруто, который даже генина не смог получить?!

Я почувствовала, что она дрожит, словно бы листик на ветру. «Ей было тоже страшно, как и мне», — вдруг осознала я. Но, в отличие от меня, Сакура не стояла истуканом и смогла перейти в нападение.

— Я подумала, что он тебя убьет, — прошептала сестра мне в ухо. Ее все еще била дрожь. — Я… я…

— Спасибо, Сакура, — сказала я, обнимая ее в ответ. — Что ты не бросила меня одну.

Она промолчала. Я тоже не знала, что сказать. Через какое-то время Сакура задрожала сильнее. Я было решила, что ее захлестнула паника, пока не поняла, что и сама дрожу. От холода. Ледяной ветерок игриво подул мне прямо в шею.

— Мио… — спустя несколько минут произнесла Сакура. — Как ты думаешь, Мизуки, то, что он говорил про Наруто… Это правда?

Ну и что мне ответить?

***

Мизуки-сенсея успешно победили. А Наруто так удивил Ируку-сенсея техникой клонирования, что тот подарил ему свою повязку.

Сакура хмуро наблюдала за очень довольным Наруто, но промолчала.

В общем и целом, все закончилось хорошо… не считая нашего побега из дома, который не остался не замеченным. Когда мы вернулись, получили два подзатыльника и выслушали огромную тираду.

— Как вы могли так поступить? — мать была вне себя от ярости. — Убегать посреди ночи, вы что, не думали о последствиях? Мы чуть с ума не сошли! Ладно Мио, но ты, Сакура! Я от тебя такого не ожидала!

— Я испугалась за Мио, кто ее защитит, если не я?! — огрызнулась Сакура.

— Я сама себя защи…

— А кто тебя защитит, милая? А если бы вы вдвоем пострадали?!

— Как будто вы бы помогли! — взорвалась Сакура. — Вы даже не шиноби!

Это был удар ниже пояса.

Никто из наших родителей не был шиноби. Клан Харуно — как гордо-то звучит — почти выродился, последней шиноби-джоунином была наша бабушка, Асами Харуно. Ее дочь — наша мать — Мебуки доросла до ранга генина, когда началась Вторая Мировая война. Там же она получила травмы чакросистемы, которые на всю жизнь сделали из нее инвалида. Впрочем, это не сломило нашу мать: она оставила карьеру шиноби и занялась торговлей.

Отец, Кизаши, был низкоуровневым медиком, но его жизнь также кардинально изменилась после войны. Все его родные погибли там, а сам Кизаши попал в плен и едва не умер, почти полностью истощив свои чакропределы.

Строго говоря, вопрос о становлении шиноби всегда был болезненным в нашей семье. Родители сначала не очень были довольны тем, что их дочери собираются стать шиноби, но, впоследствии, привыкли. Хотя раньше мы не убегали посреди ночи…

Мама побагровела и ударила стену — та отозвалась жалобным стуком. Папа покачал головой.

— Марш в свою комнату! Обе! Вы теперь под домашним арестом! Будете завтра в качестве профилактики мыть полы до дыр!

Сакура демонстративно хмыкнула и громко хлопнула дверью.

— Это все подростковый возраст, — пробормотал отец и посмотрел на меня. — Хорошо, что все в порядке. Мио, ты как?

— Я выучила новую технику, — зачем-то решила рассказать я. — Теперь я умею делать теневого клона!

— Ками-сама! Благоразумь этих детей! — мать закатила глаза. — Вот обзаведетесь своими, тогда вы меня поймете!

С этими словами родители ушли спать. Да и я тоже. Как соскучилась по подушке, слов нет! Едва я коснулась прохладной наволочки, как моментально провалилась в сон.

А весь следующий день мы с Сакурой на пару намывали полы. По несколько раз.

Мне не понравилось.

***

День, когда нас распределяли по командам и отдавали под руководство джоунина, волновал абсолютно всех. От того, кто возьмется за обучение команды, зависело многое, и, к сожалению, это был почти полный рандом. Как и в случае с командой: увы, распределение составлялось советом джоунинов, и редко менялось до достижения ранга чуунина. Команды старались сохранять в том же, первоначальном составе. Все это было сделано для того, чтобы как можно быстрее сделать из сокомандников шиноби-партнеров.

Я нервно ожидала распределения.

С кем же я буду в команде? Я бы не отказалась быть в команде с Наруто. Может быть, и с Саске было бы неплохо. Вот с Ино или Мисаки — не хотелось бы: я же просто не сработаюсь с ними! Насчет Сакуры тоже непонятно: после ночи, когда Наруто украл свиток, у нас с ней сложилось некое подобие перемирия. Довольно хрупкого, но все же, перемирия. Но, учитывая, как долго мы были в штыках, не удивлюсь, что скоро мы снова из-за чего-то поругаемся.

Хотела бы я быть в команде с Сакурой? Сложный вопрос. Наверное, скорее нет.

— Я хочу быть с тобой в команде! — Наруто, как обычно, ни в чем не сомневался. — И с Сакурой!

Сакура, увы, не хотела быть в команде с Наруто. По правде сказать, после новости о Кьюби, она перестала раздавать тумаки Наруто, но и желания общаться у нее не возникло: она старалась игнорировать его и как можно меньше пересекаться.

Кто-то вполголоса спорил о том, как скоро будут давать миссии ранга С. Наруто не мог усидеть на месте и поворачивался ко мне так и эдак, чтобы я точно еще раз рассмотрела его повязку.

Наконец, пришел Ирука-сенсей со списком, и принялся зачитывать команды. У меня сосало под ложечкой. Все это было так волнительно.

— Команда номер семь: Наруто Узумаки, Саске Учиха…

Наруто, услышав это, впал в отчаяние, и с громким стоном «не-е-ет» хлопнулся головой о парту.

— … и Мио Харуно.

Да ладно. Сегодня что, день исполнения моих самых мечтательных идей?

Ино сзади меня тихо фыркнула. Сакура бросила на меня хмурый взгляд из-под бровей — видимо, из-за наличия имени «Саске» в одном списке вместе с моим. Сам Саске никак не показал своих эмоций, зато Наруто ожил и, радостно завопив «да-а-а, даттебайо-о-о!», принялся показывать мне большие пальцы.

— Команда номер девять: Сакура Харуно, Мисаки Цуки, Такеши Оникума.

— Повезло Такеши: я тоже хотел быть с Сакурой, — пробурчал Наруто. — И зачем нам Саске, Мио-чан? Давай попросим его заменить. Сенсей!

— Вы были сбалансированы по навыкам, Наруто, — тут же отозвался Ирука. — Никакие изменения не принимаются.

Наруто что-то пробурчал и недобро посмотрел в сторону Саске. Мне оставалось лишь надеяться, что он не задумывает очередную шалость. Впрочем, зная Наруто…

Глава 11. Сакура. Команда номер девять

Со стороны Сакуры

Сакура была уверена, что произошла какая-то ошибка. Не могли же Мио поставить в команду вместе с Саске, правда же? Она, Сакура, подошла бы лучше.

— Смирись, подруга, — похлопала ее по плечу Ино. — Не повезло. Я и сама бы предпочла быть вместе с Саске, а не с Шикамару или Чоджи.

— Может, Мио как-то изменила распределение? — неуверенно произнесла Мисаки. — Все-таки они с Наруто часто нарушают правила…

Сакура покачала головой. Уж кому как не ей знать, что сестра не выходила из дому с той злосчастной ночи. Домашний арест, опять же.

— Хей, команда номер девять! — в класс зашел высокий парень с рыжими волосами. На вид ему было лет семнадцать-восемнадцать, что означало, что джоунином он стал совсем недавно. На лице у него была веселая улыбка, словно бы он пришел не в класс к генинам, а на увеселительное шоу. — Я буду вашим сенсеем. Предлагаю поболтать, скажем, в соседнем кабинете.

— Вау, — тихо прошептала Мисаки. — Вот это красавчик!

Сакура хмуро оценила своего нового сенсея. Ничего особенного! Саске в разы лучше него. Хотя и отмести привлекательность джоунина она не могла.

— А он горяч, — тихо шепнула Ино. — Я слышала про него: самый молодой джоунин, и весьма талантливый. Я надеялась, что он будет моим наставником…

Ну нет. Сакура не променяет Саске ни на кого, даже на этого рыжего джоунина. Она была уверена: это лишь очередное испытание ее чувств, которое она с легкостью преодолеет.

Мисаки бодро подбежала к сенсею. Такеши легко, одним прыжком, оказался рядом. Одна Сакура медлила. Она еще раз посмотрела на Саске, которому, казалось, было абсолютно наплевать на нее, и сердце у нее отозвалось глухой тоской.

«Я стану чуунином, и перейду к тебе, вот увидишь, шаннаро», — твердо решила Сакура.

***

— Хей, ну что, привет? Давайте знакомиться! — с белозубой улыбкой сказал рыжеволосый сенсей. Он уселся на подоконник, хотя вообще-то правилами Академии делать подобное было запрещено, и Ирука-сенсей всегда снимал баллы за это. — Меня зовут Назаки Ибура, я джоунин. Я люблю мясо, и не люблю морепродукты. Моя цель в жизни: жениться на любимой девушке и стать Хокаге!

— Как романтично, — прошептала Мисаки, во все глаза смотря на сенсея. Сакура поморщилась. Еще день назад Мисаки заявляла, что влюблена в Саске, а теперь — посмотрите сами! Вот это ветреность. Нет, только Сакура достойна Саске, и точка.

— Ваша очередь. Расскажите о себе что-то. Вот ты, например, — Назаки-сенсей кивнул Сакуре.

Что за невезение? Почему сразу она?

— Я Сакура Харуно. Кого я люблю, хм, а точнее что… овощи. Я люблю читать. А мечтаю я…

Быть с Саске Учиха, шаннаро! Но Сакура об этом не скажет, вот еще.

— Я следующая! — перебила ее Мисаки. — Я люблю читать тоже, а еще петь и танцевать! А мечтаю — встречаться с классным парнем! Назаки-сенсей, а у вас есть девушка?

— Кхм, пожалуй, нет, — засмеялся Назаки, ничуть не смутившись. — Но есть кое-кто, кто мне нравится. Но мы не об этом сейчас говорим. Такеши-кун, остался только ты.

— Меня зовут Такеши Оникума, — негромко ответил одноклассник, поправив очки. — Моя цель — стать шиноби АНБУ. Остальное значения не имеет.

Сакура вспомнила историю семьи Такеши: отца отравили, мать сошла с ума. Миссия ранга S, сведения засекречены. Становилось понятно, почему он хочет пойти в АНБУ: у них есть доступ к закрытой информации…

— Кхм. Ну что ж, раз мы познакомились, — Назаки-сенсей спрыгнул на пол. — Пойдемте посражаемся, что ли.

***

— Мне нужно оценить ваши навыки. Поэтому ваша задача — показать все, на что способны, — с хитрой ухмылочкой сообщил новоиспеченный сенсей и без предупреждения начал складывать печати.

Сакура приняла защитную стойку и приготовилась уклоняться. То же самое сделал и Такеши. А вот Мисаки… Мисаки была хорошенькой, как куколка, и такой же недалекой.

Сакура познакомилась с Мисаки еще на детской площадке — и знакомство это было не самым лучшим: они не поделили песочницу. Помнится, Мисаки разревелась, а Сакура еще и виновата оказалась. С тех пор Сакура ее недолюбливала — та была слишком надменная и самовлюбленная. Впрочем, сама Мисаки всегда была середнячком, что в учебе, что в битвах за Саске, лидирующие позиции в которых поочередно делили Сакура и Ино. Но если раньше это Сакуру не слишком волновало, точнее, было даже на руку, то теперь, когда Мисаки стала ее сокомандницей… Волноваться стоило. Потому что девчонка ожидаемо почти сразу оказалась вне сражения, потонув в грязевом болоте.

Сакура подумала, что они с Такеши бы прекрасно справились и без ее помощи.

Они вдвоем безуспешно пытались атаковать Назаки-сенсея, но тот, продолжая миленько улыбаться, не поддавался от слова совсем. Периодически он кидался грязевыми техниками, постепенно превращая свеженьких генинов в вонючие маленькие пародии на шиноби. Нет, Сакура, конечно, уворачивалась. Но броски были такими быстрыми! Один комок из десяти в нее попадал, и, надо заметить, это было не особенно приятно. Хуже всего было Мисаки — та отчаянно пыталась выбраться из трясины, а потому не могла уворчиваться от атак. Сообразив, что большая часть ударов летит в ее сторону, Такеши попытался сменить вектор сражения. Сакура ему помогла: она надеялась, что Мисаки удастся за это время выбраться и присоединиться к ним. Увы! Та безуспешно застряла.

«Почему никто не говорил, что сражения могут быть такими противными?» — размышляла Сакура, зажав нос. Ну и вонища! Внимание сенсея удерживал Такеши, блестяще уворачиваясь от хитрых атак вот уже тридцать секунд. Сакура еще раз посмотрела на Мисаки и закатила глаза.

Вот как она вообще попалась в эту дурацкую, очевидную технику?

— Я вся грязная! — плакала Мисаки, хватаясь за руку Сакуры. — Вытащи меня, скорее!

Что правда, то правда. Мисаки была похожа на болотного каппу (*каппа — японская разновидность водяных). Сакура испытала легкое отвращение, когда вытягивала ее за руку. От болота несло препротивным запахом тухлятины, и хуже всего то, что она постепенно начинала к нему привыкать.

Мимо пролетел Такеши, отправленный пинком сенсея в десятиметровый полет. Сакуре пришлось срочно уворачиваться от многочисленных каменных пуль, а Мисаки — бросить, иначе бы они вдвоем потонули. Сакура понадеялась, что Такеши поможет ей, а сама бросилась бежать, мысленно прикидывая, как бы так поудачнее напасть.

Назаки-сенсей улыбался. И вот вроде красивый парень, а от его улыбки у Сакуры холодило кровь в жилах. Все чувства девочки вопили: опасность, опасность, опасность, срочно бежать отсюда. Но кто она такая, если будет бежать от сенсея, шаннаро?!

Сакура сжала кулаки, заткнула свой страх куда подальше, и с полупрыжка зашла в атаку. Глаза Назаки слегка расширились — не ожидал, верно?

— Какая поразительная концентрация чакры! — восторженно воскликнул он, оказываясь за ее спиной. Сакура полетела в кусты — ее самым что ни на есть наглым образом пнули по попе, как какого-то ребенка. Обидно, между прочим!

— Еще что-то интересное сегодня будет? — поинтересовался Назаки-сенсей. — Я думал, что мне дадут генинов, а пока ощущение, что это кучка ни на что не способных детишек.

— Я устала! И почему ваши болота такие вонючие, Назаки-сенсей? — прогнусавила Мисаки, которая наконец-то выбралась из ловушки.

— Еще они отлично горят, — подмигнул ей рыжий сенсей.

Мисаки, наконец, включилась в бой. Ненадолго. Она попыталась атаковать Назаки-сенсея, но тот легонько отшвырнул ее в сторону.

Сакура снова метнулась к нему, краем глаза заметив, что Такеши сделал то же самое. Они синхронно выскочили с двух сторон, намереваясь провести несколько ударов по болевым точкам, но и тут сенсей оказался быстрее. Сакура почувствовала легкое натяжение волос на затылке, а потом ее голова встретилась со лбом Такеши. В ушах раздался пронзительный звон, и Сакура неловко осела на землю. Перед глазами танцевала трава.

— Сакура, ты цела?! — странно было слышать в голосе Мисаки обеспокоенность.

Повезет, если обошлось лишь ушибом!

— А вы думали, мы в шутки играем? — спросил Назаки-кун. — Вы — будущие шиноби. Вы всегда можете получить травмы, несовместимые с жизнью! Мы можете погибнуть, если будете недостаточно осторожны. Вас также могут взять в заложники! Вот сейчас например, что вы будете делать? — руку ей заломили, вынудив сложиться пополам. Сакура ощутила холодное лезвие у себя на шее. — Отдайте мне ваши протекторы, или я убью ее.

— Но… — Мисаки попала в ступор. — Вы же не серьезно, правда?

Резкая боль у шеи. Сакура пискнула — темная струйка крови потекла вниз по ключице, оставляя коричневый след на красном платье.

— Прекратите!!! — завизжала Мисаки. — Вы псих! Вас уволят!

— Уволят? — в голосе у Назаки плескался мед. — Я так не думаю. Максимум — лишат премии. И не дадут генинов на следующий год. Но я переживу. А вот Сакура может не пережить. Думайте быстрее, я ведь могу и рукой случайно дернуть.

Такеши решил все сам. Он резким движением сорвал повязку со своей головы и с головы Мисаки и подошел к сенсею.

— Готов пожертвовать своим будущим? — поднял брови Назаки-сенсей. — Ты знаешь, что это означает.

— Да. Отпустите Сакуру.

— Сначала протекторы.

Такеши протянул руку, ни секунды не сомневаясь. Назаки хмыкнул, забрал повязки и отпихнул Сакуру. Та упала на землю и зажала рану на шее — кровь все еще текла…

— А теперь отдай их, гад! — зарычал Такеши. Зубы у него удлинились, черты лица заострились. Движение получилось рваным и смазанным, словно бы кто-то стер Такеши ластиком. Руки у него удлинились, обросли шерстью и фиолетовой аурой чакры.

— О, так ты владеешь кеккей генкай! — радостно отозвался Назаки. В этот момент Сакура перестала видеть их движения — так быстро они двигались. К ней подбежала Мисаки — та дрожащими руками стала перевязывать ей рану. Повезло. Повезло, что класть аптечку в карман привили привычкой еще три года назад.

— Он псих, псих, псих, — бормотала Мисаки. — Я не верю, просто не верю. Я буду жаловаться!

Сакура вспомнила, как Такеши ей сказал как-то, что она не смогла бы одолеть нукенина. Какое там! Они собственного сенсея не могут одолеть!

Какой же она была самонадеянной. Среди всех них только Такеши действительно мог хоть как-то сражаться, а они были лишь обузами.

Обуза.

А ведь она тренировалась! Она, шаннаро, тренировалась! Она даже побила этого зануду Такеши в спарринге…

Правда, воспринимай бы он ее действительно всерьез, показал бы свое клановое дзюцу.

— Все понятно с вами, команда номер девять, — раздался веселый голос Назаки-сенсея. — Вы хорошо справились. Для генинов.

Такеши валялся неподалеку. В кулаке он сжимал две повязки: одну чистую, другую грязную. Неужели ему удалось их вырвать?!

— Помнится, в мое время Наори-сенсей растоптала нас в пух и прах, — хохотнул Назаки-сенсей. — Вы, похоже, получше справились. Это радует. Итак, результаты: командная работа — под вопросом, присутствуют две неплохие техники и, что самое главное, правильная оценка приоритетов. С этим можно работать.

— А если бы мы не отдали протекторы? — тихо спросила Мисаки.

— Тогда, боюсь, вы бы отправились обратно в Академию, — белозубо улыбнулся рыжеволосый сенсей и посмотрел на ясно-голубое небо. Сегодня там было ни облачка. — Я не буду работать с генинами, готовыми пожертвовать своими товарищами ради какого-то кусочка ткани.

— Но ведь… но ведь бывают задания, когда кусочек ткани может быть важнее… Это мог быть, например, свиток с секретными техниками, — возразила Сакура. — Шиноби должен быть готов пожертвовать собой…

Сакура сказала это, и почувствовала легкую дрожь. Смогла ли бы она в действительности так поступить? Слова-то красивые.

— В действительности, конечно же, ситуации могут быть разные, — согласился Назаки-сенсей, внимательно посмотрев на Сакуру. — Но нужно уметь думать головой. Не стоит оставлять товарища на смерть, если есть хотя бы мизерный шанс его спасти. И конечно же всегда стоит иметь запасной план. Мы с вами еще поработаем на эту тему. А пока… Не хотите ли сходить помыться? Если честно, от вас несет.

На мгновение на полигоне повисло молчание, а потом Мисаки заорала:

— Вообще-то это из-за вас мы в грязи!!!

***

Весь день Сакура была в понуренном состоянии. Она ощущала себя униженной, ведь Сакура почти ничего не смогла сделать против сенсея. Кроме того, ее новенькое платье, которая она специально купила для «особого» дня, воняло тухлятиной и покрылось калейдоскопом пятен желтого и коричневого оттенка.

Генинство оказалось делом не таким простым, как нарисовала себе Сакура в своих девичьих мечтах. Ведь, по ее мнению, все должно было быть не так. Во-первых, она должна была быть в команде с Саске, и они бы вместе, рассекая воздух быстрыми прыжками, неслись бы на помощь к обиженным горожанам, спасая их от воров. Волосы бы у Сакуры красиво развевались назад, а Саске обязательно бы улыбался и поймал ее, когда бы она вдруг случайно споткнулась.

Саске! В этот момент Сакура вспомнила, что, вместо нее, вместе с ним будет Мио. Это она будет вместе с ним лететь навстречу ветру и спасать мир… А миссии Сакуры, вероятно, будут вонять грязью, спасибо Назаки-сенсею. Какая ж тут, шаннаро, романтика?!

Еще и дура Мисаки, из-за которой пришлось добровольно вляпаться в болото. И… и Такеши, который совсем не похож на Саске, и кроме того, на целую голову превосходит Сакуру по способностям! А Сакура всегда была лучшей! Всегда! По ее мнению, только Саске достоин быть лучше нее, а не вовсе какой-то очкастый блондин-язва!

Короче говоря, горю Сакуры не было предела.

Одно только порадовало Сакуру, и то, ближе к вечеру: Мио вернулась уставшей и разозленной. Оказывается, их сенсей тоже тот еще фрукт — вынудил его ждать уйму времени, да и командный тест назначил на следующий день, ранее утро, и попросил никого не есть. Сакура злорадно надеялась, что Мио тоже искупается в грязевом болоте, хотя шансы на это были весьма близки к нулю. Техники у джоунинов чаще всего были уникальными.

Следующая неделя немного вернула Сакуру к жизни: Назаки-сенсей очень подробно расписал им их проблемы во время боя, после чего указал, на что стоит уделить внимание. Еще одной радостной новостью были миссии, которые команда стала набирать у Хокаге. Первые настоящие деньги! Пусть и мелочь, а приятно. Хотя вскоре Сакура первая же и взвыла — сложно было придумать более скучную работу, чем миссии ранга D. Воистину, что могло быть интересным в том, чтобы вспахать какой-то старушке поле? Или ловить кота, традиционно сбегавшего от хозяйки общественной бани по вторникам и четвергам.

Мио ее ощущения по поводу миссий полностью разделяла.

— У вас хотя бы сенсей нормальный, — сказала она как-то Сакуре. — Он вас чему-то учит. А Какаши-сенсей всегда опаздывает и читает дурацкую книжку в любой удобный момент!

— Зато ты в команде вместе с Саске! — фыркнула Сакура.

На этом моменте они поругались, и снова перестали общаться. А потом Мио надолго пропала — их команде досталась миссия ранга С! Сакура от зависти кусала губы. Прошло уже целых три дня… Три дня вместе с Саске, ну почему именно Мио повезло быть вместе с ним?!

Забывшись, она ударила стену, и та, не выдержав концентрации чакры, треснула. Боль на костяшках отрезвила, а паутина трещин на белой стене привела в ужас.

Если мама узнает, то Сакуру неминуемо ждет выволочка.

***

— Итак, генины, — Назаки-сенсей внимательно окинул взглядом команду. — Я решил, что пора нам взять задание поинтереснее.

— Наконец-то, — выдохнула Сакура. — Я уже устала от постоянной прополки полей.

— И от ловли котов, — добавила Мисаки, посмотрев на руку, покрытую сеткой мелких царапин. Подарок от потерявшегося кота, он был так счастлив возврату домой, что отблагодарил их уникальными кровавыми рисунками в виде ровных линий.

— Как вы знаете, шиноби занимаются различными заданиями: шпионаж, разведка, передача информации, сопровождение в качестве наемников… Наше с вами первое задание ранга С будет состоять в разведке.

— Какого рода? — тут же уточнила Сакура.

— Некоторое время назад на границе со страной Риса стало неспокойно. Время от времени там исчезают обозы с провизией. Наша с вами задача будет исследовать происходящее.

— Это могут быть проделки нукенинов, — недоверчиво сказала Сакура. — Разве в таком случае мы сможем с ними справиться?

— Я буду с вами, не переживайте, — улыбнулся Назаки-сенсей. — Но, между нами, если бы там было так опасно, нам бы не позволили взять эту миссию.

Сакуру одолевали сомнения. Впрочем, если так говорит сенсей, то, может, не стоит переживать? Действительно, что там может быть опасного? Тем более, разведка. Из всех возможных вариантов специализации разведка, по мнению Сакуры, была самой безопасной. Это же просто сбор данных.

Глава 12. Сакура. Тайна пропавших обозов

Раньше Сакура никогда не покидала деревню. Во всяком случае — надолго. В детстве они ездили всей семьей в страну Травы по каким-то торговым делам, но это было ужасно скучно. От родителей ни на шаг, причем Мио постоянно норовила влезть в неприятности, а Сакура всегда была старшей. А отец всегда говорил, что следить за проблемной сестрой — ее ответственность.

Сакуре, может, было бы в разы интереснее, если бы Мио ее слушалась. Но та корчила рожи и показывала язык. «Попробуй заставь!» — заявляла мелкая негодяйка. — «Мы родились в один день!» После чего убегала. И носилась без передышки до тех пор, пока Мебуки не впадала в гнев.

Злить маму в детстве было страшно. С возрастом — подростковым, конечно же — это уже стало делом принципа. Мамины наставления казались глупыми и навязчивыми, а Сакура уже была взрослая! К тому же — полноправный генин! А не какой-то студент Академии.

— Не забудь аптечку, — говорила Мебуки, подкладывая Сакуре бенто с рисовыми шариками. — И вот еще вода…

— Мам, — Сакура закатила глаза. — Я уже все взяла. Это всего лишь разведка.

— Мало ли что может случиться! Это все-таки ранг С!

— Сама знаю! Все, ушла.

Наконец-то она хоть немного побудет без дурацких советов!

Сакура посмотрела на небо — там было ни облачка. На улице стояла знойная жара, солнце нещадно палило макушку, несмотря на ранее утро. Сакура порадовалась, что большую часть времени дороги они проведут в лесу — высокие кроны деревьев создавали мнимое ощущение прохлады.

На место встречи у выхода из деревни все члены команды номер девять пришли вовремя, но почему-то не торопились отправляться в путь.

— Извините, я опоздал! — вскоре к ним подошел человек. Роста он был высокого, выше Назаки-сенсея, а лицо было совсем молодое. — Меня зовут Хару, рад знакомству!

Оказалось, что Хару был посыльным, который и заказал помощь в расследовании исчезновений обозов с провизией. У него также была лошадь, запряженная в пустую телегу, и Хару, усевшись за вожжи, пригласил шиноби составить ему компанию.

Серая кобыла, на вид сменившая уже первый десяток, покладисто отнеслась к незнакомцам и даже позволила Мисаки погладить ее бок. Сакура, которая тоже хотела потрогать шелковистую золотистую шерсть, решила не подражать Мисаки. А вот Такеши удостоился прижатых ушей и настороженного взгляда: лошадь посчитала его угрозой, но забраться в телегу позволила.

«Звериный кекке-генкай», — поняла Сакура. Лошадь, очевидно, считала Такеши хищником или кем-то вроде.

— Спасибо, что согласились помочь нашему селению, — сказал Хару, когда они тронулись в путь.

— Не стоит, — улыбнулся Назаки-сенсей. — Может быть, вы расскажете подробнее о сложившейся ситуации? Как давно пропадают обозы? Были ли свидетели? В общем все, что знаете, будет полезно.

Хару согласно кивнул.

Страну Риса и страну Огня соединял торговый путь Инэкайдо, в былые времена самое широкое и популярное направление. Поселок Инаба, что расположился на границе, быстро развивался и обрастал постоялыми дворами. Еще не город, но уже и не деревня: обретя гордое название «села» Инаба остановилось в росте из-за политических проблем в стране Риса. Несколько лет назад там разразились военные конфликты между кланами шиноби, из-за чего торговый поток изрядно поутих.

Упадок торговли моментально повлиял на жизнь в поселке: лишенные денежного потока, люди стали переселяться в другие города, глубже в страну Огня. Мигрировали чаще те, кто моложе — им нечего было терять; старики же предпочитали оставаться в насиженных гнездах и надеяться на лучшее. Кроме того, у многих семей здесь были свои гостиницы и участки земли, и бросать нажитое годами они не хотели.

Сестра Хару и ее муж были одни из первых, кто покинул поселок. Сам Хару остался со старыми родителями: у матери болела спина, а отец имел недуг быстро все забывать и теряться в родных стенах.

Раз в неделю жители ездили в соседний город Таку: продавать выращенный рис и ягоды, и закупаться товарами. Беда наступила там, где не ждали: участились нападения на обозы. Если быть точнее, нападений не было, обозы просто исчезали. Со слов Хару, жители Инабы сначала решили, что это разбойники орудуют, и такое бывало. Но, наняв охрану, обозы так же продолжали исчезать, а сама охрана заявляла, что никого не видела.

— Что значит исчезали? Растворялись в воздухе? — спросила Мисаки.

Хару пожал плечами.

— Что-то вроде. Когда никто не видел, исчезали обозы. Когда жители нанимали охрану, то обозы оставались нетронутыми, а мешки с провизией в какой-то момент пустели. Я и сам стал жертвой такого нападения, отправился в Таку с мешками риса, приехал, оттащил мешки, а когда открыл, понял, что там внутри пустота.

— Неужели вы не почувствовали, что мешки пустые? — недоверчиво спросила Сакура.

— На ощупь: один-в-один были заполнены.

— А если перевозить провизию открыто? — спросила Мисаки.

Сакура фыркнула. Сразу понятно, что однокашница ни разу не ездила на торговлю.

— Во-первых, товар может испортиться. Во-вторых, можно привлечь ненужное внимание. В-третьих, где ты видела рис, который не рассыпался бы на ухабистой дороге?

— Я же просто предлагаю варианты, — обиделась Мисаки.

***

К вечеру они добрались до Таку. Поскольку надо было где-то переночевать, они остановились на постоялом дворе. Когда Хару ушел спать, они сели обсуждать план.

— Ну, команда, ваши идеи? — спросил Назаки-сенсей.

— Я думаю, что на людей накладывают гендзюцу, — заметила Сакура. Мисаки согласно закивала: мол, она также думает. Да, конечно. Мисаки скорее всего даже не думала, а просто поддакивала, пытаясь обратить на себя внимание. Сакура заносчиво вздернула нос и продолжила:

— Возможно, имеет смысл поспрашивать местных, как часто, в какие дни, часы проходят кражи? Сколько торговцев было обворовано, кто они были, кому повезло. Может быть мы увидим какую-то закономерность.

— Или например, какая именно провизия чаще всего подвергалась нападениям, — добавила Мисаки.

Назаки-сенсей одобрительно кивнул.

— Отличные предложения. Завтра утром мы разделимся и начнем опрашивать жителей и торговцев. Наша цель — собрать как можно больше информации. Сакура, Мисаки, Такеши, вы пойдете вместе и будете спрашивать людей, желательно торговцев. Я завтра буду встречаться с главой гильдии торговцев и местной стражей, чтобы получить их отчеты и записи о кражах.

Ночью Сакуре не спалось, она постоянно ворочалась, и в итоге заснула только к утру. Снилось ей что-то абсурдное: кажется, что ее платья взбунтовались против хозяйки и не давали их надевать, а Сакура с криком бегала за красным платьем, и в таком виде ее увидел Саске и принялся громко хохотать. От ужаса девочка проснулась. То, что она во сне приняла за хохот Саске, оказалось лишь гоготом за стенкой.

Торговцы, остановившиеся на постоялом дворе, вставали рано.

***

Город Таку славился своим богатым рынком и разнообразием товаров, которые сюда привозили из разных уголков страны.

Основная улица города, Торий-до, вела к центру, где располагался большой рынок. Улицы были украшены фонариками и флагами с изображением рыб. Со слов прохожих ребята поняли, что в городе, начиная с этого дня, проходит недельный фестиваль сайры.

— Я хочу сайру-гриль! — Мисаки тут же подбежала к прилавку, где на столах разложили жареных рыбок.

Сакура фыркнула. Она и сама была не прочь попробовать, но соглашаться с Мисаки ей не хотелось.

— Бывали у вас случаи краж обозов? — спросила Мисаки, купив себе вкусняшку.

— Что-то не припомню, — продавец почесал затылок. — Вы можете спросить у других. Кстати! Скоро будет конкурс на лучшую рыбу-гриль, там соберутся лучшие кулинары. Если вы за меня проголосуете, я могу подарить немного сайры бесплатно.

— Он из местных. Нужно спросить именно тех, кто прибыл из Инабы, — вставил Такеши, сверкнув стеклами очков на солнце.

Однако проще сказать, чем сделать. Из-за праздника людей было слишком много. И все, как один, были из других мест, но не из Инабы. Ближе к полудню ребята нашли целый квартал продавцов риса, и вот тут уже удача им улыбнулась: все были из Инабы.

Вот только…

— Охранники воруют, — говорил высокий мужчина в возрасте. — Вот я ни разу никого не нанимал и никто у меня не воровал!

— На один дюйм впереди — тьма (*Яп. пословица: будущее непредсказуемо, и удача может измениться в любой момент), — сказал торговец помоложе. — Меня вот дважды обокрали, и каждый раз по дороге из Таку. Что же скажешь, я сам себя обворовал?

— Я в чужие дела не лезу, кто ж тебя знает, — прищурился высокий.

— Может быть, что-то необычное видели? — спросил Такеши. — Нам любая информация пригодится.

Тут-то и выяснилось, что у почти всех торговцев болела голова в те дни. Но больше — ничего. Никаких подозрительных людей, ни следов краж. Обозы просто исчезали, словно по щелчку пальцев.

Они поспрашивали еще людей, но никаких новых вводных не получили.

— Мой кошелек! — вдруг охнула Мисаки. — Его украли!

Такеши повел носом:

— Мальчишка в черной майке, на три часа.

— Вот я ему сейчас! — только и крикнула Мисаки, моментально скрывшись в толпе.

— Надеюсь, она найдет нас, — пробормотала Сакура. Не хватало только потерять несносную Цуки. Впрочем, все они (кроме, может, Наруто) умели ориентироваться в незнакомых местах и находить направление. Иначе бы они не были шиноби.

— Идем! — вдруг сказал Такеши и побежал следом за Мисаки. Сакура удивилась, но последовала его примеру. Они выбежали в переулок и увидели сокомандницу: кудрявая девочка схватила мелкого сорванца за шиворот и, потряхивая его, приговаривала «воровать кошельки нехорошо».

— Отпусти-и-ите, я больше не буду, — ныл мальчишка, строивший жалобные глаза.

— Отпустим, — к нему подошел Такеши. — И даже заплатим.

— Такеши, ты чего? — удивилась Мисаки. — Он же вор!

Такеши тем временем протянул мальчику монету.

— Заплачу, если поделишься слухами о происшествиях по дороге в Инабу. Было ли что-то необычное? Или может, знаешь, кто обозы обчищает?

— Так сразу бы и сказали, господин, — заискивающе улыбнулся парнишка. — Вам про кражи? Так Акира-кун все-все расскажет. Кражи проходят раз в три дня, и наши ребята даже не хотят туда суваться — дело ясное, что дело темное. А необычное… ну, до того как торговцев стали обворовывать, там была история про одного господина, у которого умер работник как раз на этом тракте!

— Что за господин — в Таку живет?

— Его зовут Югито-сама, он владелец онсенов (*отелей на горячих источниках) в Таку. После того случая он ни разу не выезжал из города. Поговаривают, что его работника забрал злой дух за грехи господина. Ведь вернувшись, Югито-сама стал пожертвования храмам делать и бедным помогать! Видно сразу, грехи очищает, смерти боится.

— И причем тут кража обозов? — фыркнула Сакура.

— Онее-чан (*с яп. дословно «сестрица»), вы сами спросили что-то необычное. Я могу теперь идти?

— Иди-иди, и только попробуй еще что-то своровать! — Мисаки погрозила сорванцу кулаком. Тот хитро улыбнулся и исчез в галдеже улицы.

— Что ж, думаю, самое время попариться в онсене? — предложил Такеши. — Узнаем заодно, что там случилось.

— А если и правда злой дух?

Такеши закатил глаза.

— В таком случае я — биджу. Бу!

***

В онсен их не пустили. Оказалось, что на сегодняшний день все забронировано заранее. На просьбу Такеши встретиться с хозином онсенов, работники ответили, что Югито-сама не желает никого видеть. На вопросы про странный случай и вовсе не стали отвечать, закрыв дверь перед самым носом.

Тогда Мисаки предложила пробраться скрытно. Такеши принял облик мужчины, который собирался зайти в онсен, но «случайно» потерял билет. Сакура превратилась в его жену (она даже выбрала образ очень недовольной женщины, взяв за основу свою мать). Мисаки превратилась в работника онсена, благо это было не сложно: форму одежды они уже видели. Гостиница при онсенах была большой и популярной, а значит, скорее всего, здесь была текучка кадров, и всех работников в лицо никто не знал.

Хорошо владеть искусством перевоплощения!

К ним отнеслись как к почетным гостям. Сакура увидела фотографию на стене с Югито-сама и женщиной в цветастом кимоно. Она предположила, что это его жена, и, отпросившись в туалет, быстро перевоплотилась.

Стоило выйти из туалетов, как ее тут же все узнали. Почти каждый работник останавливался и в благоговении смотрел на Сакуру, словно она была какой-то богиней, спустившейся к ним с небес.

— Ками-сама услышал молитвы нашего господина, — шептались они, пока Сакура горделиво вышагивала по коридору. — Срочно передайте Югито-сама: госпожа вернулась! Все как он и говорил! О, Ками-сама, чудеса все же случаются!

Сакура начала подозревать неладное, когда одна из сотрудниц грохнулась в обморок.

— Ну вот, а ты не верила! — шептала одна горничная другой.

— Сегодня же пойду в храм и помолюсь Ками-сама и за свои грехи!

Из-за переполоха, который устроила Сакура, про безбилетника-Такеши все тут же забыли, и тот, воспользовавшись моментом, отправился в онсены.

Саму же Сакуру отвели в комнату, усадили на диванчик. Горничная принесла ей чай и сладости и попросила подождать Югито-сама, на что Сакура только покивала. Говорить боялась: мало ли, какой у нее должен быть голос. Раскусят сразу. Она и так переживала, что ее раскусят и без этого, но спасало кимоно и деревянные туфли: она семенила мелкими шажками, как и следовало любой богатой госпоже. Мимику Сакура держала нейтральной, чтобы не вызывать лишних подозрений.

Уходя из комнаты, горничная воровато огляделась и шепотом спросила:

— Госпожа, я никому не расскажу, но там — откуда вы пришли — было страшно?

Сакура молчала.

— Вам, наверное, нельзя рассказывать! — тут же стушевалась горничная и вышла из комнаты. Не успела Сакура облегченно выдохнуть, как расслышала за дверью глухое:

— Вот бы и моя мать вернулась с того света!

Глава 13. Сакура. Вор обозов

Скоро появился и сам хозяин онсенов Югито-сама. Он вбежал в комнату, тяжело дыша, и, закрыв дверь, воскликнул:

— Мы же договаривались, что ты вернешься через неделю!

Брови Сакуры подскочили вверх. То есть она — не умершая. Что ж, хорошо. Но почему все сотрудники онсенов так благоговейно на нее смотрели?

— Прости, дорогой, — сказала Сакура.

— Милая, что у тебя с голосом? Он какой-то низкий.

— Да? — Сакура взяла тональность чуть повыше и несколько раз произнесла «а», пока наконец не увидела на лице Югито-самы узнавание. — Я просто долго молчала.

Объяснение так себе, но лучшего она не придумала. Впрочем, хозяину онсенов не нужны были ее оправдания, он уселся рядом и взял ее за руку.

— Милая, ты вернулась слишком рано. И посмотри на свой наряд! Мы же договаривались, что за тобой приедет паланкин, а ты будешь в одеяниях и гриме.

— Я испугалась, потому что от тебя не было вестей, — наугад сказала Сакура. Югито нахмурился. — Все же после того случая с работником в лесу мне страшно.

— Я отправлял к тебе Минако. Тот не доехал?

— Нет, — «Кто это вообще?»

— Это плохо, — Югито-сама встал и принялся вымеривать шагами комнату. — Он был самым верным из всех. Придется все переигрывать. Черт бы побрал Ягиру, и так работал спустя рукава, так еще и умер так не вовремя. Мог бы сделать это попозже, когда пройдут фестивали! Мне не нужна дурная репутация. Из-за него пришлось весь этот спектакль с духами придумывать.

«Ах вот оно что», — подумала Сакура. — «Видимо, его жена должна была сыграть роль смертницы, стараниями и молитвами вернувшейся с того света. В таком случае ситуация со смертью работника Ягиры просто замялась бы на ее фоне. Но почему этот Югито так этого хочет? Только ли из-за репутации?»

— Дорогой, расскажи мне еще раз, что произошло тогда, в ту ночь. Есть ли шанс, что Ягира выжил?

Югито недоуменно уставился на нее.

— Я же тебе рассказывал, что он пропал в середине пути. А на следующий день я нашел только его останки, и это было похоже, как будто бы кто-то выпил из него всю кровь. На его теле не было ран, одежда была потрепана и пожевано. Непонятно, что его убило. До сих пор думаю, как же мне повезло. Больше в Инабу ни ногой. Дорогая, не переживай. Про Ягиру почти все забыли, даже его мать поверила в слухи. Мы обрядим тебя в белое платье, и ты выйдешь и расскажешь всем, что и тебя забрали духи. Скажешь что-нибудь вдохновляющее, что мол, все благодаря упорному труду и моим молитвам. Духи тебя отпустили. И благословили мои онсены.

«Какой же ты мерзкий», — подумала Сакура. — «Хорошо, что я все узнала».

Ей стоило усилий отвязаться от надзора подозрительного Югито, и, дождавшись, когда он оставит ее одну, Сакура вышла из комнаты и направилась в сторону онсенов. Проходя по коридорам, она услышала крики. Любопытство взяло вверх, и девочка решила узнать, что там такое.

Оказалось, что одна горничная избивала другую.

— Ты украла мою шпильку! — приговаривала одна из них. Вторая плакала.

— Что тут происходит?! — гневно спросила Сакура.

— Госпожа! — моментально вытянулась в стройку работница. — Эта девчонка новенькая, и уже занимается воровством!

— Неправда, — всхлипнула вторая. — Я не делала ничего такого! Поверьте!

— Значит так, — нахмурилась Сакура. — Мне некогда с вами разбираться. Вы обе будете здесь намывать полы, мне плевать, кто из вас виновен, а кто нет. Красть — недопустимо! Избивать — тоже недопустимо! Чтобы пол сиял дочиста, понятно?!

Когда же Сакура в конце концов добралась до бань, то обнаружила возмутительную картину: Такеши все в том же образе пузатого мужчины лениво развалился в горячей воде, а Мисаки, в образе прислуги, держала над ним зонтик, закрывая от солнца.

— Вы что, все время были тут? — вскипела Сакура.

— Мы просто не выделялись! — радостно сказала Мисаки. — И даже кое-что узнали! Представляешь, здесь все молятся перед входом, потому что боятся, что их тоже заберут духи!

— Подай полотенце, — прервал Такеши, поднимаясь. Мисаки протянула, не обратив внимания. Сакура подняла бровь в вопросительном жесте. — Ой! — Мисаки смутилась. — Рабочая привычка! Я уже привыкла всем тут помогать. Такеши-кун, ты и сам можешь взять, что тебе надо.

— Будешь плохо работать, я пожалуюсь на тебя администраторам, — хмыкнул Такеши.

— Эй! Не переигрывай!

Сакура закатила глаза. Ну что за балаган. Сакура столько работала, чтобы достать информацию, а эти двое счастливо проводили время в онсенах! Могли и бы помочь!

***

— Скорее всего, история «онсенового» Югито вряд ли связана с нашей проблемой. Хотя тот факт, что произошла она на том же тракте до начала краж, стоит взять на заметку. Ты молодец, Сакура, — кивнул ей Назаки-сенсей, и девочка почувствовала гордость.

Следующим днем они направились по направлению к Инабе, изображая семью торговцев. Судя по данным Назаки-сенсея, последние три дня никто не ходил по этой дороге, а значит, велика была вероятность встретить вора.

— Смотрите в оба, — сказал сенсей. — Если это гендзюцу, постарайтесь не попасться.

Было жарко. Дорога Инэкайдо была ухабистая, повозка ехала медленно, и вскоре всем троим наскучило. Они ехали где-то часа три, и не происходило ничего.

— Я устала, — бормотала Мисаки.

— Мы на задании, — не терпящим возражений тоном ответила Сакура. Мисаки ее раздражала.

Интересно, как бы вел себя Саске, будь они в одной команде? Наверняка бы показывал пример, всё-таки он был лучшим из них всех. Сакура вздохнула. Она бы все отдала, чтобы занять место Мио. Она даже готова была терпеть несносного Наруто, лишь бы быть рядом с Саске.

Но увы, советом Хокаге им достались совсем разные команды. Оспорить это разделение не было возможности, Сакура проверяла. Во всяком случае, до момента как она станет чуунином, команды старались не менять без исключительной на то причины.

Они даже немного сблизились с Ино на фоне общего «горя». Белобрысая девчонка Яманака снова показалась Сакуре адекватной, стоило их общей цели исчезнуть из вида. И их обеих окружали совсем не те, с кем бы они хотели быть.

Сакура посмотрела на Такеши, который провалился к боку сонной Мисаки. Как их быстро разморила жара! Сакура снова разозлилась: почему это они спят, а она должна бодрствовать! Ей тоже хотелось поспать, между прочим! В сон клонило со страшной силой.

— Гендзюцу: кай! — Сакура сбросила сонливость печатью концентрации.

Всё-таки гендзюцу. Они были правы.

— А ну проснитесь! — тихо рявкнула Сакура, раздавая оплеухи своим сокомандникам. Увы, гендзюцу было слишком сильным. Сакура дотронулась до Такеши и Мисаки, передавая им чакру и вырывая из сна.

— Что произошло? — Мисаки, как обычно, не догоняла. Сакура оглянулась: Назаки-сенсей тоже заснул, сидя на повозке. Мда. Вот тебе и сенсей.

— Тсс, сейчас мы увидим вора, — пояснила Сакура. — Притворитесь, что спим.

Сакура ожидала чего угодно. Она ждала бандита, нукенина на крайний случай. Но вовсе не ребенка, на вид лет семи. Черноволосый чумазый мальчик вышел из-за деревьев и, нервно озираясь, подошёл к обозу. Дальше — больше: тоненькими ручонками он стал вытягивать мешки из повозки, так легко, словно бы это был, по меньшей мере, сильный взрослый мужчина.

Такеши внезапно оказался за его спиной и схватил мальчонку за шиворот.

— Не двигайся, иначе побью, — пригрозил он. Ребенок замахал руками и стал вопить «выпусти!», но Такеши держал крепко. Внезапно он расслабился, нахмурившись, и в следующий момент Такеши, а следом и Мисаки, дружно упали ничком, потеряв сознание. Одна Сакура держалась, вцепившись в тот единственнно доступный вид чакры, который она контролировала: в руках. Но было тяжело: сознание упорно намеревалось ее покинуть.

Когда мальчик подошел к согнувшейся Сакуре и заглянул ей в глаза, девочка окончательно потеряла остатки контроля и упала в темноту.

«Это была наша первая серьезная миссия, и мы ее провалили», — только и успела подумать Сакура.

Когда она снова пришла в себя, по внутренним часам прошло не более получаса. Солнце скрылось за тяжелым грозовым облаком. Ребенок сидел рядом с Назаки-сенсеем и с аппетитом поедал рисовый пирожок.

— Проснулись? — полюбопытствовал Назаки-сенсей. — Сильное гендзюцу, не правда ли? Этого мальчика зовут Рю.

— Так вы не спали, — поняла Сакура. — Вы выжидали.

— Да, мне было интересно, как вы себя поведете в такой ситуации, — белозубо улыбнулся сенсей. — Вы хорошо справились, хотя при встрече с противником, чей стиль боя заключается преимущественно в контроле чакры, имеет смысл нападать с целью лишить его этого преимущества. Впрочем, Рю — особенный мальчик, он умеет создавать гендзюцу невербально и без зрительного контакта. Так что вам не повезло.

— Это было слишком сильное гендзюцу, как вы смогли устоять против него? — нахмурилась Сакура.

Назаки-сенсей хохотнул.

— Все просто, моей наставницей была Учиха, она меня натренировала. К тому же, мы с Рю быстро нашли общий язык, верно, Рю?

Мальчик кивнул.

— И зачем ты крадешь обозы у торговцев, Рю-кун? — полюбопытствовала Мисаки. Такеши сложил руки на груди и выглядел недовольно: ему явно не понравилось, что какой-то мелкий пацан победил его в бою.

— Это для меня, — тихо ответил мальчуган. — Я очень извиняюсь.

— Сколько же ты сьедаешь, если ты столько крадешь? — удивилась Мисаки. Мальчик промолчал и отвел взгляд.

— Я предложил Рю отправиться с нами в Коноху: у мальчика явно талант к гендзюцу. Рю, тебя там будут кормить каждый день и даже дадут жилье, — дружелюбно произнес Назаки-сенсей. Рю кивнул и потянулся за следующим пирожком. Сакура в очередной раз поразилась его худобе, выглядело так, словно малыш не ел по меньшей мере неделю.

Как же такой маленький малыш оказался на улице? Почему он жил в лесу все это время?

Оказалось, что родители Рю погибли некоторое время назад. Он их едва ли помнил, а обстоятельства смерти и события, предшедствующие этому, и вовсе отстуствовали в его памяти. Кажется, у мальчика была амнезия. Неудивительно, что он не знал куда идти.

— Я встретил Асакуру, и он, как и я, был голоден. Он показал мне, как нужно охотиться, но я не мог делать так же, как он. Поэтому я стал воровать еду у проезжающих повозок, — тихо пояснил мальчик.

— Асакура — твой друг? — уточнила Мисаки. Рю кивнул. — А где он сейчас?

Мальчик неопределенно махнул рукой.

— Его убили? — предположила Сакура, и мальчик вдруг громко заплакал. Сердобольная Мисаки обняла мальчонку и гневно посмотрела на Сакуру, мол, чего детей обижаешь. Сакура сложила руки на груди. Вот не удается ей с детьми ладить, совсем!

***

В Таку царствовала паника. Оказалось, слухи о жене Югито-сама, спустившейся с небес, распространились по городу. Но мало того, что она спустилась, так она же и вернулась обратно на небеса, потому что была недовольна работой сотрудников. «Я глубоко опечалена», — сказала она, когда увидела, что сотрудники работают спустя рукава, после чего засияла белым светом и распалась на множество серебряных бабочек. «Вернусь только тогда, когда все онсены будут сиять от чистоты, а перед входом будет стоять очередь в тридцать тысяч человек».

Сакура только поражалась фантазии Югито. Хозяин онсенов нашел выгоду даже в ее внезапном исчезновении и все обернул в свою пользу! Теперь все будут стремиться работать не покладая рук на благо бизнесу!

— Значит, ты умеешь превращаться в бабочек? — хмыкнул Такеши, обращаясь к Сакуре.

— Специально репетировала, — буркнула в ответ Сакура.

На ночь они остановились все на том же постоялом дворе. Сакуре показалось, что с наступлением вечера Рю начинал все больше нервничать. Мисаки предположила, что это из-за того, что он никогда так далеко не уходил и не был долго среди других людей. Разумеется, его это пугало.

Ночью Сакура лежала ближе всех к Рю. Она снова не могла уснуть, а мальчишка к тому же постоянно ворочался. В какой-то момент он повернулся к Сакуре лицом, и тихо попросил:

— Асакура беспокоится. Он голоден. Сходи в лес и накорми его.

И Сакура послушно поднялась с кровати и бесшумно пошла прочь.

Гендзюцу Рю было действительно очень сильным. Будучи целый день начеку, Сакура устала и уже не ожидала такой подлянки от ребенка посреди ночи. Это станет для нее уроком потом, ведь шиноби никогда не должен ослаблять бдительности во время миссии, даже если кажется, что все закончилось.

***

Гендзюцу слетело, когда Сакура была уже глубоко в лесу. И не одна. К своему ужасу Сакура обнаружила себя на поляне поблизости от гигантского паука. Ноги Сакуры опутала либкая белая нить, из-за чего она не смогла отскочить и неуклюже упала. Паук плюнул в нее куском белой субстанции, но Сакура откатилась вбок.

— Ах ты тварь! — крикнула Сакура и кинула камень. Паук моментально увернулся, и, перебежав по нити вверх, снова плюнул. В этот раз удачно: липкая нить прижала запястье девочки к торчащему из-под земли корню дерева. Сакура попыталась вырвать руку, но, кажется, паутина была напитана чакрой. Замешкавшись, она не смогла отразить еще несколько плевков, и через мгновение оказалась намертво прибита к земле паутиной.

Обездвижив свою жертву, паук подобрался к Сакуре вплотную.

— Только не говори мне, что ты и есть тот самый Асакура, — прошептала она.

Что делать? Что делать? Сакура пыталась, но не могла пошевелиться. Неприятная липкая субстанция полностью сковала дивжения, превратив Сакуру в беспомощную еду для чудовища.

Вот так Рю. Вот так «Асакура».

И как она могла оказаться в такой тупой ситуации?! Не Мисаки, а именно она?!

Паук, казалось, не торопился. Он медленно создавал новые нити и вытягивал их между деревьями. Наконец Сакура поняла, что хочет сделать тварь: тот создавал паутину, и с помощью нитей, наподобие рычага, поднимал девочку вверх с земли.

Сакура не могла выбраться из ловушки, нити уже обвили ее со всех сторон, растянув ту в воздухе наподобие куклы. Злобная тварь терпеливо обматывала девочку слой за слоем.

Сакура не хотела думать о том, каково это: умереть от яда паука. Она не сомневалась, стоит пауку спеленать ее в кокон, и спастись уже не выйдет.

Она вспомнила историю Югито про работника, которого он нашел на следующий день. «Это было похоже, как будто бы кто-то выпил из него всю кровь. На его теле не было ран, одежда была потрепана и пожевана». Вот и причина смерти. Гигантский паук, который растворил беднягу в коконе из паутины и в итоге полакомился человеческим супом.

Сакуре вовсе не хотелось становиться таким же супом. Умереть по собственной тупости от яда паука, что могло быть ужаснее!

Ужас заставлял Сакуру работать мозгами. Паника наступала волнами, но вместе с тем, девочка понимала, что ей стоит что-то придумать, и как можно скорее, пока она еще жива. Неизвестно, как скоро Назаки-сенсей заметит ее пропажу. Может быть, ее не успеют спасти.

Именно эта мысль заставила Сакуру хотеть жить еще отчаяннее. Она принялась дергаться, раскачивая паутину, но толку от этого было мало. Скованная, без возможности двинуться, Сакура решила использовать чакру. На уроках в академии их учили выпускать чакру, а когда-то давно Ирука-сенсей рассказывал, что открытая чакра при должном обращении может даже ранить.

В обычном виде прозрачно-голубая чакра едва ли могла причинить вред. Так и сейчас, толку от чакры почти не было, за исключением того, что ладонь смогла сдвинуться: кажется ее чакра конфликтовала с чакрой в паутине. Обрадованная этим фактом, Сакура попыталась усилить концентрацию, но эффекта это едва ли дало. Девочка попыталась сфокусироваться на чакре как можно сильнее, и это помогло, так как внезапно Сакура обратила внимание, что с тыльной стороны ладони образовалась ямка. Почему именно с тыльной?

В этот момент липкая нить коснулась лица Сакуры. Она завизжала от неожиданности, чем вынудила паука ускориться.

Сакуре усилила концентрацию чакры на тыльной стороне ладони. Чакра прорвалась синим огнем, раскрошив белую паутину на куски. Обрадованная, она тут же принялась бить ладонями по ловушке. Многочисленные удары прорвали паутину.

Сакура постаралась выпустить ток чакры со всего тела, но с непривычки это оказалось не так просто, к тому же, запас чакры стремительно сокращался. Тогда девочка сосредоточилась на ключевых местах: стопы, коленки, спина, локти. Это сработало: всего несколько движений, и кокон разорвался окончательно. Паук был настолько рядом, что Сакура в порыве испугалась, что он ее снова замурует и принялась бить его чакрой. Ярко-синие всполохи не только испугали паука, но и оставили раны, откуда хлынула бесцветная жидкость. Тварь беззвучно закричала, но было поздно: Сакура била и била, пока паук не умер окончательно.

Ее нашли, когда она, подрагивая от пережитого ужаса, тихо плакала, прислонившись к дереву. Пережитый ужас накрыл ее с головой. Все тело горело, отказываясь двигаться. Сакура потратила всю чакру, причем она никогда еще не использовала ее так интенсивно. В довесок ко всему, она впервые столкнулась с дыханием смерти, и выжила.

В голове у Сакуры крутилась только одна мысль: как это прекрасно — просто быть живым.

Глава 14. Мио. Все дороги ведут в Таку

…Со стороны Мио… (четыре дня назад, до начала миссии Сакуры)

Я завидовала Сакуре белой завистью, потому как сенсей им достался что надо. Он их хотя бы тренировал! Какаши-сенсей, предложи ему выбрать между нами и книжкой, выберет второе.

Даже во время испытания «на выживание», которое он устроил на следующий день после распределения команд, Какаши-сенсей умудрялся читать свой «приди-приди рай». Вообще не такой я ожидала мою гениновскую жизнь. Судя по историям в Академии, генинов берут под опеку опытные джонины и учат их быть мастерами своего дела.

Какаши ничему учить нас не хотел. При любой удобной возможности он мечтал слинять. Всегда опаздывал, придумывая абсурдные оправдания, чем выводил нас из себя. В общем, как сенсей он был так себе. Но может мы просто еще не успели о нем многого узнать? По слухам, Какаши едва ли не самый известный джонин деревни Листа.

А может, Какаши-сенсей был разочарован… в нас. Еще бы! Среди нас самым способным, наверное, был только Саске.

К слову об Учихе, он тоже периодически заносчиво давал понять, что мы с Наруто для него обуза. Хотя после испытание на «командность» (которое мы успешно прошли, изобразив вместе с Наруто какое-то подобие командной работы, а Учиха к нам просто присоединился), с Саске стало чуть полегче взаимодействовать. Но легче — не значит легко.

Учиха все еще был занудой, каких свет не видывал.

— И что тут сложного, — выдал он, держа в руках победный трофей в виде кошки, которую мы усердно ловили уже второй день.

Кошка Тора, которую мы наконец поймали, выглядела разочарованно. В ее взгляде так и читалось «вот дебилы».

Кошка меня взбесила ещё в первый раз, когда исцарапала мне руки. Я клянусь: она сделала это назло. Во второй раз досталось Наруто. В третий я была умнее: попросила Саске разобраться с проблемой, и тот, пафосно хмыкая, согласился, чем вызвал шквал эмоций от Наруто. Они едва не подрались, пока я не оттянула Узумаки за шиворот.

Саске успешно справился с заданием и поймал кошку, предупредительно схватив за загривок. Когда мы под нудные вопросы Хатаке «опознали» Тору по бантику на правом ушке, я с гадкой ухмылкой достала из рюкзака кошачий набор «принцесса на выгуле» и нарядила кошку в трехслойный розовый бронежилет с рюшечками.

Тора явно записала меня в злейшие враги. Наруто хихикал, Саске ухмылялся. Какаши и вовсе проигнорировал, уткнувшись в свою книжечку.

В общем, миссия ранга Д была завершена.

У кабинета Хокаге нам встретилась команда Ино, Чоджи и Шикамару во главе с чернобородым Асумой-сенсеем.

— Саске-ку-у-ун! — издала знакомый приветливый визг Ино и бросилась к Учихе. Тот отодвинулся подальше, уклоняясь от нее. Я вот иногда думаю — может ли быть так, что гениальные навыки уклонения у Саске развились благодаря бесконечным приставаниям девчонок в Академии? Избегает он их прямо-таки профессионально.

— Нам уже досталась миссия ранга С, — похвасталась Ино Учихе. — А вы уже бывали на таких?

Наруто аж перекосило от зависти.

— Нам тоже скоро достанется миссия ранга С! Я ведь будущий Хокаге!

— Мендоксе-е, — протянул Шикамару, привалившийся к стене. — А я бы лучше поспал еще немного…

— Почему именно им досталась миссия! — буйствовал Наруто.

— Потому что мы долго возились с Торой, наверное, — буркнула я. Кошка в моих руках согласно мяукнула и снова попыталась спастись, но я не собиралась ей поддаваться. Мы сдадим эту заразу на руки жене дайме, и точка. И тоже возьмем себе миссию поважнее! Чем мы хуже Ино, Шикамару и Чоджи?

Перед кабинетом Хокаге мы встретили старика в странной шляпе в форме лука. Он держал бутылку саке в руке и двигался, покачиваясь. От него за версту несло алкоголем. Наруто зажал нос.

— А ну свалили, шкеты, — выдал пьянчуга и направился следом за командой 10.

Только не говорите мне, что это — и есть их миссия. Зависть меня моментально покинула. Не хотела бы я заниматься охраной подобных субьектов.

— А что вы хотели, — развел руками Какаши-сенсей, догадавшись о наших мыслях по выражению лиц. — Работа шиноби — она такая. Это только в историях ниндзя спасают принцессу от злодея.

***

Наруто, едва зайдя в кабинет Хокаге, тут же крикнул:

— Старик, дай нам миссию ранга С!

Надо сказать, что Хирузен даже не удивился почти. Только левая бровь взлетела вверх. Впрочем, о чем это я. Наруто побывал в кабинете Хокаге столько раз, сколько я ссорилась с Сакурой. То есть — очень часто. Особенно ему доставалось за раскрашенные лица великих лидеров Конохи.

— Наруто, миссии Д-ранга очень важны…

— Мы уже не маленькие! Мы уже шиноби! Почему тогда другой команде досталась миссия С-ранга, даттебае?!

Хокаге выпарил несколько колечек из трубки, после чего вздохнул.

— Что ж, раз вы такие самостоятельные, я дам вам миссию. Ваша задача — помочь писателю Усаги добраться до города Таку, защищая его от разбойников и других писателей.

— Что значит — от других писателей? — не поняла я.

Хокаге хитро улыбнулся.

— Думаю, более подробно вам расскажет Усаги-сан. Приведите гостя!

Что ж, надо сказать, что это было неожиданно. Потому как вошедший гость оказался девушкой. В кимоно, красивом таком, цветастом. Она двигалась так, словно бы перед нами была как минимум знатная госпожа.

— А я думал, женщины писателями не бывают, — тут же выдал, прямолинейный как палка Наруто.

Лицо нашей гостьи неуловимо изменилось. Она вежливо улыбнулась, хотя у меня возникло ощущение, что подобный вопрос вызвал у нее раздражение.

— Действительно, это так. Но в стране Огня нету правила, по которому женщина не могла бы писать. И я действительно писатель, и довольно популярный. Я пишу детективы.

— Кажется, я видел ваши книги в магазине, — припомнил вдруг Какаши. — «Убийца в тени» — это же вы написали?

Усаги зарделась.

— Ах, так приятно, когда мои книги узнают! Вот видите! Даже шиноби их читают, что уж говорить об остальных людях? Так вот, моему успеху позавидовали многие, особенно всякие деды, которых я подвинула с книжной полки. В Таку проходит книжный фестиваль, участие свободное. Я хочу в нем участвовать и показать всем, что даже женщины могут быть мастерами своего дела!

— А разве никто не знает, что вы — женщина? — спросила я.

Усаги хмыкнула.

— Нет, разумеется. Иначе бы мои рукописи даже не приняли бы в издательство. Поверьте, я пробовала! Но все без толку. Только когда заменила свое имя на псевдоним, мою историю пустили в печать. И это был небывалый ажиотаж! Я направляюсь на литературный фестиваль, чтобы всем доказать, что даже девушки способны хорошо писать! Но до тех пор никто не должен знать об этом. Писатели вообще завистливые люди, и поэтому я боюсь, что нам меня могут напасть по дороге.

— Что ж, миссия ясна, — улыбнулся одним глазом Какаши. — Тогда я провожу Усаги-сан к воротам деревни, а вы, детишки, отправляйтесь по домам, собирайте рюкзаки. Встречаемся через час у выхода из Конохи.

— Есть! — сложенно отозвались мы хором.

***

Дома была только мама, она занималась обедом. Услышав, что я иду на миссию в другой город, она тут же поспешила запечатать меня в объятия и одарила поцелуем в лоб.

— Будь аккуратна, моя милая. Не лезь в неприятности.

— Ну мам, ну я же шиноби! — вырвалась я из цепких рук. — К тому же со мной будет Какаши Хатаке, ты же его знаешь. Копирующий ниндзя и все такое. Я не пропаду. Да и миссия у нас так… защищать писателя от возможных нападений.

— Писателя? — удивилась мама. — А кто это?

— Эм… Усаги, вроде.

— О боже! Сам Усаги-сан?! — воскликнула мать. — И он — в Конохе?! Мне очень срочно нужен автограф!

— Ты читаешь его?

Мама закатила глаза.

— Ками, Мио, я думала, ты знаешь. Его серия «убийца в тени» просто невероятна. Там такие персонажи! А какой злодей, о! Ты обязана взять мне автограф. Без автографа не возвращайся! Ками, сам Усаги заказал у вас миссию… А успеешь мне взять автограф сейчас? Я тебе дам книжку, а ты быстро — туда и назад?

Я поглядела на часы. До встречи оставалось двадцать минут.

— Мам, может потом?

— Мио, пожалуйста, ради меня! Я всегда мечтала взять у Усаги-сан автограф, но он такой загадочный! Ни одной встречи с фанатами еще не было! Никто не знает, кто он! Вот, возьми книжку!

Я хотела отказаться, а потом подумала, ну ладно, что я в самом деле.

Схватила книжечку и рванула из дома, вверх по улице. Вообще-то без причины бегать по улицам было нельзя, поэтому я подпрыгнула и побежала по крышам. Скользящий шаг никогда не был моей сильной стороной, но я мчалась как могла, перескакивая с проводов на черепичные красные верхушки. Один раз чуть не упала, но вовремя сообразила приложить чакры к ногам и сделала прыжок более длинным. Перемещаться сразу стало легче.

Мимо меня мелькнула тень — это какой-то шиноби обогнал меня, продемонстрировав тот самый, идеальный шуншин.

В академии у нас никогда не уделяли много внимания на шуншин. Была парочка вводных занятий на эту тему, мы немного потренировалась, и все. Остальное — на собственное усмотрение. Чтобы выпуститься, вовсе не обязательно было уметь бегать по деревьям и стоять на воде, а Ирука-сенсей говорил, что мы научимся позднее, когда повзрослеем, и вообще: у нас будут целые джонины для этого.

Так что из «базы» я умела только балансировать на всяких неустойчивых предметах, совершать долгие и длинные прыжки, и применять чакру. Шуншин же базировался именно на прыжках, скорости передвижения и виртуозном владении чакрой. Контроль чакры должен был быть идеальным для таким маневров.

У ворот академии я оказалась просто таки в рекордное время, и, ошарашив Усаги-сан до такой степени, что она дернулась и тут же вцепилась в руку заботливого Какаши. Вот уж кого мое появление не удивило от слова совсем.

— Усаги-сан, я… автограф! Маме! Пожалуйста, можете?.. Ее зовут Мебуки Харуно.

Девушка снова вспыхнула как маков цвет.

— Да-да… конечно, — она достала из сумки ручку и принялась что-то записывать на первой странице книги. Я же стояла, пытаясь отдышаться. Кажется, все-таки потратила больше чакры, чем планировала: почти четверть резерва.

По школьным показателям, мой уровень чакры был едва ли чуть больше необходимого минимума. В этом мы с Сакурой были на потолок ниже клановых детей. Я как-то мельком видела измерения по классу, так вот, наша фамилия расположилась в самом низу списка, разделив три последних места вместе с Шикамару. Первым же среди всех был Наруто, продемонстрировав количество чакры, на три нуля превышавшее мое с Сакурой вместе взятые.

— Постарайся распределять чакру по поверхности стопы равномерно, — вдруг сказал Какаши. — Самая распространенная ошибка новичков — неравномерный приток чакры, из-за чего прыжки получаются спонтанными.

Усаги протянула мне книжку обратно.

— И поторопись, — улыбнулся Какаши, когда я открыла рот, чтобы спросить его еще про шуншин. — У тебя осталось всего тринадцать минут.

Ксо!

Я влетела домой ураганом, захватив заботливо приготовленный мамой рюкзак, и рванула назад. К моменту, когда я снова оказалась у ворот, мой резерв чакры заботливо помахал мне белым платочком. Чакра стремительно исчезала, оставив жалкие крохи на всякие мелочи, типа одной замены тела. Что было не очень хорошо, учитывая, что наша миссия только начиналась. С другой стороны, наша дорога вела нас в Таку, к тому же, я сомневаюсь, что Усаги умеет быстро бегать. Да и Коноха не зря именуется деревней, скрытой в листве. Никто досконально не знал ее расположения (не считая других шиноби — уж что-что, а расположение деревень шиноби давно уже не было секретом для нас), а значит, мы в безопасности как минимум рядом с поселением. Бандиты, воры, и прочие нехорошие люди начинались скорее в больших городах и иногда на широких трактах, хотя именно нападения на трактах были редкостью. Все опять же, из-за нас, из-за шиноби. Дайме страны Огня вполне неплохо раскошеливается на охрану у Хокаге. Поэтому страну Огня можно было считать относительно безопасной страной для переезда. Это я как-то услышала от матери, когда она рассказывала про поток беженцев из страны Тумана: вот уж где в последнее время было совсем не безопасно.

— Вы успели вовремя, молодцы, — сказал Какаши, окинув нас внимательными взглядами. Среди всех самой уставшей была я, что не укрылось от его внимания, хоть он и ничего не сказал. — Выдвигаемся!

***

Тем временем, команда 10 под руководством Асумы Сарутоби направлялась в сторону страны Волн. Палило нещадное солнце, стрекотали цикады. Ребята бодро шли по песочной дороге, а старик, цель их миссии, то и дело выпивал саке и выругивался неприятным словцом.

Чоджи на ходу поедал чипсы (иногда Шикамару задавался философским вопросом — кончается ли вообще еда у его лучшего друга?).

Неподалеку, спрятавшись под видом лужи, за ними наблюдали двое шиноби-отступников, братья демоны Тумана. Они собирались напасть исподтишка на отряд и быстро избавиться ото всех, как вдруг один из них, заметив повязку на поясе Асумы, прошипел:

— Черт! Это бывший ниндзя-защитник дайме. Мы не справимся.

— Нужно доложить Забузе и Гато, — кивнул второй.

Братья Демоны бесшумно скрылись в тени леса.

А команда 10 также продолжала свой путь в страну Волн, не подозревая об обмане Тазуны. Старик же запивал свою совесть алкоголем и только надеялся на хороший исход. Сказать же о том, что он обманул их и соврал о ранге миссии, язык не поворачивался.

Чем же это обернется для них?

Глава 15. Забуза. Мио

Когда-то Забуза состоял в элитном отряде АНБУ и участвовал в организации переворота против Йондайме Мизукаге. Переворот не удался, и ему пришлось бежать из Кири.

Забуза не ненавидел Ягуру Каратачи, но небезосновательно считал, что тот выпивает все соки из бывшей когда-то известной деревни Кири. Под его гнетом деревня обрела дурную славу Кровавого Тумана, во время его правления преследовались пользователи кекке генкаев. Политика это хоть и была жесткой, но по факту вела в никуда. Тот же кровавый экзамен, через который прошел Забуза, убивший всех своих одноклассников, лишал деревню стабильной военной силы, а вырезание под корень кланов и вовсе не способствовало успешному росту.

Деревня загибалась.

Тогда-то Забуза и вступил в отряд заговорщиков, но, как уже было сказано, переворот не удался. Ягура был силен — обладая полным контролем над Биджу, он легко расправился со всеми противостоящими. Забуза подозревал, что Ягуре кто-то помогает, так как Мизукаге оказался готов к сражению. Вполне возможно, что среди них был предатель, вот только в живых не остался никто, кроме самого Забузы.

Чтобы организовать повторный переворот, требовались деньги, чтобы спонсировать людей оружием. Много кто не любил Ягуру, но только далеко не каждый был готов выступить против него. Забуза также рассматривал наем отступников, чтобы свергнуть Мизукаге.

На окраине страны Воды он встретил мальчика, который вдруг напомнил Забузе его самого. «Вот оно, мое оружие», — подумал Забуза. Имей он под своим крылом несколько таких верных шиноби с кекке генкаем, можно было бы быстро обрести влияние.

Увы, его преследовали, так что даже один, пусть и способный мальчишка, оказался весомым грузом. И хотя Хаку учился быстро, но морально он совершенно не был готов к трудностям жизни шиноби-отступника. Он все еще был ребенком… но Забуза гнал подобные мысли прочь. Нельзя привязываться к мальчику, никак нельзя. Он всего лишь оружие.

Бизнесмен Гато, прогнувший под себя страну Волн, оказался вполне неплохим вариантом для временного пристанища. За убийства Забуза получал вполне неплохие суммы. На некоторое время они вместе с Хаку вполне комфортно здесь устроились.

Забуза периодически поддерживал связь с другими из Кири: он знал, что в последнее время конфликты стали происходить чаще. К заговорщикам присоединился Ао и печально известная лавовая Мей, чей клан который был почти подчистую вырезан. После Третьей Мировой она исчезла: поговаривали, Мей убили незадолго до избрания Ягуры как Мизукаге.

Забуза давно перестал удивляться странностям бизнесмена. Последний заказ на убийство строителя моста было абсурдней не придумать: Гато нанимает его для устранения одного единственного старика-строителя. Денег Гато отсыпал много, а это было самое важное. Хаку подрос достаточно. Они готовы вернуться в Кири и присоединиться к революции.

Осталось лишь одно последнее задание.

***

По дороге в Таку, со стороны Мио

— А что за фестиваль-то хоть? — полюбопытствовала я, когда мы миновали несколько деревушек и вышли на главный тракт. Путешествие проходило относительно спокойно, и, что меня радовало, так это то, что моя чакра уже полностью восстановилась.

— Местный летний фестиваль, в это время в Таку проходит множество развлечений, в том числе, и литературный конкурс, куда я везу свое произведение на анонимную оценку, — ответила Усаги. — До этого этапа были еще и предварительные, которые я уже прошла, и это последний, заключительный этап. Но вот в чем дело… Несколько дней назад я уже отправляла рукопись, и ее сожгли по дороге, хорошо, что я послушалась совета служанки, и отправила фальшивку. Я убедилась, что кто-то хочет избавиться от моего участия, поэтому мне пришлось нанять вас и самостоятельно отправиться в Таку, ведь оригинал я везу с собой. Именно в Таку будет проходить награждение, где все узнают мое имя. Ну и потом я планирую различные встречи с фанатами.

— Вы так уверены, что победите… — пробормотала я.

— На самом деле не столько важно победить, сколько пройти в финал. Все авторы будут представлены в живую, но победителям, конечно, достается приз. Я собираюсь победить и занять первое место. Тогда я точно всем покажу, чего стоят женщины.

— Не боитесь, что читатели вас не примут? — хмуро спросил Саске.

И тут Усаги засмеялась.

— Примут или не примут: не важно. Главное, чтобы мое имя прогремело среди читателей и писателей. Хотя я лично считаю, что не так уж важно, кто пишет: шиноби или гражданский, богатый или бедный, женщина или мужчина. На мой взгляд, творчество безлико: будь то художник-портретист или же служащий дайме. Оно — творчество — говорит само за себя. Ничто не расскажет о человеке лучше, чем то, чем он занимается в свободное время.

Некоторое время мы ехали молча. Ну хотя как — молча… Наруто снова разругался с Саске по какой-то идиотской теме и тот, до этого гордый сидевший и пафосно смотревший в даль, в итоге не выдержал. Перепалка набирала обороты, Какаши-сенсей с каждой минутой все сильнее утыкался в свою книжку. Усаги, решив, что влезать в разборки малолетних шиноби себе дороже, сказала:

— Это же книга Джирайи, да? Я слышала, он довольно популярен. Кстати, мне кажется, он тоже участвует в литературном конкурсе.

— Вот как? — хоть по нему не скажешь, но мне показалось, что глаза у Какаши заблестели. — И… много ли у него голосов?

— Ах, если бы… Я удивлена, что он вообще прошел в заключительный этап, — фыркнула Усаги. — Его книги это же сплошное непотребство и разврат.

Выражение лица Какаши в этот момент было бесценно: таким смущенным его еще никто из нас не видел.

***

Мой первый настоящий бой случился внезапно и без предварительного крика «начали!» от сенсея.

На тракте перед Таку мы внезапно попали в небольшую очередь: зеленая повозка впереди нас застряла колесом в яме, и, судя по всему, случилось это относительно давно, так как рядом скопились люди и еще одна телега с провизией, и все так или иначе пытались проехать. Кто-то безуспешно помогал вытащить застрявшую повозку (она была большой и, кажется, едва держалась). Кто-то ругался. Кто-то устроил перекус. Кто-то пытался объехать (телега), но из-за растущих близко друг к другу деревьев и кустарников, сделать это не удалось.

Перекинувшись дежурными фразами с людьми, Какаши отправил Наруто и Саске помогать (видимо, они ему надоели: всю дорогу мальчишки в голос спорили). Сам сенсей остался стоять рядом, уже обыкновенно перечитывая свою книжицу. Впрочем, и ему пришлось отвлечься: повозка впереди внезапно тряхнулась, и почти сразу же по покрывающей ткани побежали ярко-рыжие язычки пламени. Началась паника: пожар! А ведь воды, чтобы потушить его, ни у кого не было.

Стоит заметить, что все это время Усаги несла сумку на спине. И момент был весьма удачный, чтобы залезть к ней в сумку. Не то чтобы я это заметила! Я вообще, как и остальные, отвлеклась на шум и пожар, а потому едва не проворонила вора.

— Что-то потеряли? — мило улыбнулась я, схватив мужчину за руку, которая утонула в сумке Усаги. Тот выпучил глаза и отпихнул меня, бросившись бежать.

Ну и пусть бежит. Наша задача — охранять.

— Моя рукопись! — вдруг закричала Усаги, заглянувшая в сумку и ни нашедшая ничего. Вот это ловкость рук! Я даже не заметила, что он что-то взял!

— Вперед, Мио, — подпихнул меня Какаши. И я — что же мне оставалось? — бросилась следом за вором, который уже прилично так убежал. Кажется, он обладал базовыми навыками управления чакрой, потому как перемещался очень быстро. Но и я не промах. Спустя каких-то пару минут вор был пойман.

К счастью, он не успел ничего сделать с рукописью Усаги (хотя, будь я на его месте, первое, что бы сделала, так это уничтожила бы ее). Сделаем скидку мужику: он не шиноби, а лишь наемник из банды Донсу. Это кстати не он даже рассказал, а его татуировка на все плечо. Но самое важное, это то, что мы узнали: его банду нанял некий писатель по имени Кусаги Бансай.

— Вот противный дед, — высказалась Усаги. — Он мне прохода не давал, когда я пришла к ним в издательство. А сколько говорил, что женщинам не место среди писателей… И посмотрите! Теперь он меня испугался? Как смешно!

Она гордо вскинула подбородок и, кажется, всю оставшуюся дорогу шагала увереннее.

***

Прибыв в Таку, мы разделились: Саске остался присматривать за нашими вещами, а я и Наруто отправились сопровождать Усаги на передачу рукописи. Выглядело это уморительно: девушка приклеила накладные усы и надела парик, превратившись в худощавого паренька. «Никто не должен знать о моем облике до того, как объявят победителя», — сказала она напоследок.

— Но ведь тот наемник знал, как вы выглядите, Усаги-сан, — вставила я. — То есть тот заказчик знает о том, кто вы…

— Ну и что? — пожала плечами Усаги. — Даже если он объявит об этом вслух, никто не поверит. Главное, чтобы организаторы относились ко мне непредвзято, вот и все.

Аргумент.

К счастью, больше на нас никто не нападал, если не брать в расчет местных продавцов: некоторые продавали свои товары весьма агрессивно. Наруто даже собирался что-то купить, но я остановила его: сначала миссия, а потом развлекаться. Хотя сама тоже с любопытством поглядывала в сторону симпатичных данго, нанизанных на шпажечки.

Усаги сдала рукопись, и глубоко выдохнув, она решила сходить в местный кабак и чего-нибудь выпить. Я с тоской посмотрела на соседнее кафе с теми самыми данго… и все-таки решила порадовать себя вкусняшкой (голод победил). Наруто хотел было возмутиться, но я сказала, что ему тоже куплю. Добавила, что «неужели ты боишься оставаться с ней наедине?». Ха. Наруто тут же приосанился: как-никак, такой шиноби как он (на минуточку, будущий Хокаге), ничего не боится.

Данго были хороши. Я, не стесняясь, тут же съела крохотный шарик. Мм, красота, жизнь прекрасна. Город симпатичный. Миссия хорошо идет.

Так что да, я была совсем не готова, что, отлучившись всего на пять минут, обнаружу очередные разборки с Наруто в главной роли. Тот громко переругивался с высоким беловолосым стариком, периодически вставляя любимое «даттебае» и новенькое «извращенец».

Надо заметить, Наруто обладал удивительной способностью притягивать к себе различного рода неприятности.

Оффтоп вопрос: кто победит - Асума team или Забуза team?

И спасибо, что читаете:)

Глава 16. Мио. Гонщик

— Мио-чан, не подходи! — замахал руками Наруто. — Это — извращенец!

Надо сказать, не так я представляла извращенцев. Стоящий передо мной мужчина выглядел достаточно солидно.

— Сам ты извращенец, — возмутился широкоплечий мужчина с длинными белыми волосами. — Я — отшельник с Жабьей Горы, Джирайя! Известный писатель!

Его громкий, глубокий голос привлек внимание окружающих женщин. Некоторые из них, не скрывая подозрительности, поглядывали в нашу сторону.

— Да вы просто прикидываетесь! Я видел, как вы собирались заглянуть под юбку той девушке! Вы извращенец!!!

Надо сказать, что своими словами Наруто сделал приговор бедному (или не очень) старику. Потому что женщины оказались недовольны. А злить женщин — себе дороже. Особенно тех, что слегка пьяны. Короче, они решили вдарить старику по пощечине.

Желающих было много.

— Я же всего лишь собирал материал! — крик Джирайи потонул в унесшей его толпе.

Усаги тем временем стояла рядом и держала в руках стаканчик крепкого алкогольного.

— И это — писатель? Стыд и позор!

Она осушила стакан, и мы неторопливо направились обратно в гостиницу. Судя по всему, алкоголь развязал ей язык, потому что Усаги стала невероятно разговорчивой.

— Ненавижу таких. Вечно считают себя выше женщин. Думают, что имеют право вести себя как последние козлы. Между прочим, это из-за них ни одна благоразумная девушка не выйдет ночью без охраны! Потому что таких прудом пруди. Из-за них я всегда оглядываюсь по вечерам и закрываю окна. Однажды в онсенах за мной подглядывали аж трое извращенцев…

Усаги задумалась, будто бы вспоминая детали. Наруто спросил:

— И что случилось дальше?

— …Хорошо, что среди нас была женщина-шиноби. Те мужланы потом лежали в госпитале! Им переломали десять позвонков и одну коленную чашечку. Так им и надо!

Наруто явно пожалел, что спросил. Я же согласно кивнула.

— И откуда такие только берутся, Усаги-сан! Я бы им тоже хорошенько треснула, если бы за мной подглядывали! Это отвратительно!

Вопрос извращенцев волновал Усаги аж до самой гостиницы. Я услышала еще три животрепещущих истории. Постепенно от извращенцев Усаги переключилась на всех мужиков, заявляя, что все они эгоисты и относятся к женщинам, как к мусору. Писательница с каждым словом становилась все более эмоциональной, ей явно не терпелось высказать все, что она думает.

— Они считают, что женщины только и годятся, чтобы готовить, убирать и быть красивыми! — воскликнула Усаги, сжав кулаки так, что костяшки побелели. — Нам загнали в узкие рамки, будто мы какие-то куклы на витрине!

— Знаете, я думаю, времена меняются, — осторожно заметила я. — Посмотрите на тех же женщин-шиноби. Мы можем быть сильными, умными и независимыми, несмотря ни на что!

— Хочется верить, — пробормотала Усаги, чуть смягчившись. Но через секунду снова заговорила с пылом: — А эти мужланы, которые шутят, что «женщине место на кухне»? Да я бы им показала их место! Мио-чан! Я надеюсь, что, когда ты станешь Хокаге, то запретишь подобное обращение с женщинами!

Я поперхнулась.

— Усаги-сан, Хокаге стану я, ттебае! — воскликнул Наруто.

— Верно, Усаги-сан, я вовсе не…

— Что, по-вашему, женщина не может стать Хокаге?

— Дело не в этом! — запротестовала я. — Это мечта Наруто, а не моя!

Усаги сложила руки на груди, насмешливо поджав губы.

— Ну конечно, «это мечта Наруто». А ты? Ты вообще задумывалась, что могла бы? Или ты просто согласилась, что за главными ролями всегда будут стоять мужчины?

Я растерялась.

— Эй, Усаги-сан! Хватит наезжать на Мио-чан! Она не обязана становиться Хокаге только потому, что ты этого хочешь! — заявил Наруто, упрямо вскинув подбородок.

Усаги бросила на него недовольный взгляд.

— Спасибо, Наруто, — выдохнула я. — Усаги-сан, я уважаю ваше мнение, но быть Хокаге — это не мой путь.

Она открыла рот, явно намереваясь что-то сказать, но не успела. Мы стояли уже около гостиницы, как вдруг откуда-то сверху раздался оглушающий грохот. И, кажется, он доносился как раз из нашего номера.

***

Мы опоздали.

По комнате были разбросаны опрокинутые предметы мебели. В углу виднелся сломанный стол.

На полу валялись связанные наемники с татуировками все той же печально известной банды Донсу.

Посреди всего это косметического хаоса стоял довольный Саске. Он смотрел на нас с видом человека, который выполнил сложное задание с минимальными усилиями.

— Это что, опять они?! — ахнула Усаги, увидев бандитов.

— Не переживай, мы тебя ото всех защитим, ттебаё! — тут же сказал Наруто. — Ведь в этой команде — будущий Хокаге!

Саске, разумеется, не мог не смолчать на такое громкое заявление.

— Вообще-то всю работу сделал я, пока ты прохлаждался на прогулке. Будущий Хокаге-сан, — нарочито саркастично протянул Учиха.

— Что сказал?! Мы с Мио-чан защитили Усаги от злого извращенца, между прочим!

— Да-а, достижение.

— Нарываешься?

Я уже даже не обращала внимания на их пререкания. Видимо, привыкла к тому, что мальчишки, как коты, вечно шипят друг на друга.

Какаши-сенсей обнаружился сидящем на диване и увлеченно читающим книжку. Вернее сказать, читавшим. Появление Наруто внесло хаос и крики в некое подобие тишины, царившей до этого в номере. Уверена, пока Саске был тут, они даже словом не обмолвились!

— Даже эти Донсу так сильно не шумели, — тихо пожаловался самому себе сенсей, захлопывая рыжую книжицу. — Эй, ребятня. Не хотите пообщаться где-нибудь снаружи?

Я скептически посмотрела на мальчишек, схвативших друг друга за грудки.

— Так, — Какаши-сенсей встал на ноги, — Наруто, Саске, у меня для вас задание! Очень-очень большой важности.

Его слова оказали просто-таки волшебный эффект, потому что Узумаки тут же забыл все свои претензии и обернулся на сенсея, восторженно ожидая описания их очень важного задания. Саске возмущенно одарил Наруто многообещающим взглядом.

— Сходите на базу банды Донсу и объясните им, чтобы не думали снова сюда приходить. Или Коноха примет ответные меры.

— Отлично! Я пошел! — радостно воскликнул Наруто и рванул за дверь. Правда, не прошло и секунды, как всклокоченная блондинистая голова снова показалась в проеме двери. — А где у них база, кстати?..

— Для этого у нас есть эти ребята, усуратонкачи, — пояснил Саске надменно, указывая взглядом на связанных бандитов. — Которых поймал я.

— Раз такой умный, то почему ты до сих пор не узнал, где у них база?

Тут уж Саске не выдержал.

— Потому что приперся ты, добе!

***

Громко переругиваясь, Наруто и Саске отправились на «очень важное задание» от Какаши. Я же осталась вместе с Усаги. «Кто-то должен ее защищать, пока других нет», — пояснил сенсей, после чего сообщил, что у него появилось некое тоже очень важное дело, и ему срочно нужно исчезнуть в неизвестном направлении.

Подозреваю, он просто хотел почитать книжку в одиночестве.

Усаги уселась на диванчик и достала из сумки блокнот, после чего сосредоточенно принялась что-то записывать. Иногда она утыкалась взглядом в потолок и начинала грызть кончик карандаша. Пару раз ходила по комнате туда-сюда. Один раз Усаги спросила, как выглядит удар по боковой, и я даже продемонстрировала.

Мы спокойно и мирно существовали в гостинице, пока вдруг не раздался грохот срывающейся с петель двери. Это был высокий худощавый человек в спортивном костюме. Я его видела впервые.

— Писательница Усаги! Последним, что ты узнаешь, будет имя человека, который тебя убьет!

Я закатила глаза. Да сколько можно! Что за бесконечный наплыв наемников?! Почему в номер не врывается случайная доставка еды, например?

— Мы уже дважды побеждали банду Донсу, неужели вы еще не поняли, что не стоит с нами иметь дело?!

— Донсу? — человек хохотнул. — Это — неудачники! Мы так и сказали заказчику, и он был весьма ими недоволен! Вами займется клан Кагеторы-кай!

Я тут же закрыла Усаги за собой, встав в боевую стойку.

— Имя мне Хаято, по прозвищу «Гонщик»! Отойди, мелкая девчонка, и я не трону тебя.

— Многовато хочешь.

— Не смей дерзко говорить со мной, великим бандитом Гонщиком! Иначе я тебя прибью!

Мало того, что крикливый, так еще и с легкими признаками сумасшествия. Я бросилась к нему, собираясь покончить с этим, но…

Банда Донсу действительно уступала в способностях клану Кагеторы-кай. Гонщик двигался в разы быстрее. В один момент он был там, у двери, а в следующий я уже летела в стену от полученного удара под дых. «Мио-чан!» — слышу я встревоженный крик Усаги, пока спина отзывается болью.

Ксо-о-о…

Я прогнала чакру по телу. Этому нехитрому трюку нас учил еще Ирука-сенсей. «Естественная защита от сильных ударов». Следом пустила чакру в ноги и выпрыгнула вперед.

— О, ты ускорилась, — одобрительно хмыкнул Гонщик. — Но этого недостаточно!

Два удара я успела заблокировать, третий же снова попал мне в живот, выбив дыхание. Несколько неудачных атак, и меня снова ударили. В тайдзюцу я ему не уступала. Он превосходил меня в скорости.

Я тупо не успевала.

Что за дурацкий бой, в котором я — квалифицированный шиноби-генин, уступаю в навыках какому-то бандиту с улицы?!

Если так пойдет и дальше, я буду просто девочкой для битья. Что делать? Прямо сейчас мне не хватает скорости…

Совсем как в шуншине.

«Распределяй чакру равномерно по стопе», — вспомнились мне слова Какаши. Но шуншин быстро лишит меня чакры. Скачки, хоть и быстрые, на широкие расстояния, могли бы мне помочь, но так я быстро останусь без чакры. Более того, мы в замкнутом помещении, и с шуншином я просто врежусь в стену.

Мне нужно стать быстрее, но не так, как в шуншине. Мне нужно сделать это, не растрачивая чакру. Тогда мое движение будет контролируемым.

Это вообще возможно?

Я одна. Мне никто не поможет. Здесь нет ни Наруто, ни Саске, ни Какаши. Только я и Усаги, которую нужно защищать. Неужели я не справлюсь с каким-то бандитом?

Я должна быть быстрее.

Быстрее.

Еще быстрее.

Так, чтобы чакра меня не замедляла, а давала прирост в силе и скорости. У меня, может, и не такие бешеные объемы чакры, как у Наруто, или может, у Саске. Моей чакры мало, но зато у меня идеальный контроль. Так уж вышло, что контролировать пересыпание риса из чашки в чашку гораздо проще, если этого риса всего лишь один стакан. В случае Наруто, это были бы рисовые мешки, которые всегда просыпались. Я постоянно замечала голубые отблески чакры на свету, когда он делал теневых клонов.

Я, увы, такое позволить себе никогда не смогу.

Но в этом есть и преимущество.

Контролировать маленькие объемы гораздо легче.

Я выдохнула, концентрируясь.

Заставить чакру двигаться быстрее. Активировать чакру на ногах, также, как я иногда делала, собирая ее в кулак. И циркулировать, не давая ей растворяться в воздухе.

Лишаться сейчас чакры — очень-очень плохо.

Мое следующее движение было значительно быстрее: я сама не ожидала такого быстрого перемещения. Удар вышел не сильным, но засчет инерции очень даже внушительным.

— Поиграем теперь в догонялки? — ухмыльнулась я.

Должно быть, со стороны мои движения из-за возросшей скорости казались смазанными. Но теперь я очень четко видела перемещение Гонщика. Циркуляция чакры решает! Я словно превратилась в резиновый мячик, отскакивающий от всех поверхностей.

— Как ты смогла адаптироваться?! — возмутился Гонщик. — Я учился этой технике несколько лет!

Мы снова перебросились ударами. Гонщика отчетливо перекосило, когда я успешно отразила все его атаки.

В один момент фокус я все-таки потеряла, и на миг лишилась реакции. Он этим воспользовался, оказавшись в непозволительной близости. Еще мгновение и мне был бы конец!

Но я успела снова сконцентрироваться.

— Мелкая тварь из Конохи! Ты меня достала! Я покажу тебе всю мощь клана Кагеторы-кай! Ты умрешь в муках!

Я услышала треск, характерный, какой бывает при электрических разрядах. Краем глаза заметила несколько вспышек. Движения Гонщика вдруг стали стремительнее, теперь я снова за ним не успевала.

«Он добавил чакру Молнии», — сообразила, когда руку пронзило разрядом от удара. Его кулак я отразила предплечьем, и тут же вскрикнула от боли. Удар железным клинком прошелся мимо, я каким-то чудом успела увернуться.

Черт побери!!!

Я не умею преобразовывать чакру в стихийную!

Я и делала это только один раз, в Академии, когда нам давали листочки для определения типа чакры. Результаты теста занесли в журналы, для статистики, и на этом знакомство с природной чакрой закончилось.

Значит, буду работать хитростью. С этой мыслью выбросила цветную дымовую бомбу. Мышцы сжало болью, когда я заставила чакру еще чуть-чуть ускорить ток. Но хоть так! Схватила Усаги и пинком вылетела с ней в открытую дверь на небольшой балкончик, а оттуда — за угол дома. Затем, присев, сделала прыжок шуншином, уводя нас в сторону на несколько кварталов.

Живот свело мышечной болью. Кажется, организм не был готов к таким нагрузкам.

Надо срочно найти Какаши-сенсея! Я не справлюсь в одиночку…

— Куда собралась?!

Меня впечатало в каменную кладку, подбородком я пропахала асфальт. В нос ударил запах озона, который бывает во время грозы. От взмаха устрашающего размера железным клинком я смогла увернуться, но это не сильно помогло: меня снова впечатали в землю. По лбу потекла струйка крови. Волосы натянулись, заставляя мою шею выгнуться.

— Тварь, тварь, тварь! — рычал Гонщик, тряся меня за волосы. — Как ты посмела освоить мою технику?! Я тебя в порошок сотру, твой труп порежу на кусочки и сварю суп!

— Не смей! Ты психопат! — кричала Усаги. Она бросилась ко мне, но внезапно ее задержали две темные тени.

— Усаги-сан, да? — ласково спросил мужской баритон. — Нам поступил заказ на тебя. Ух, а ты хорошенькая! Вообще-то нам надо тебя устранить…

— Но сначала мы с тобой поразвлекаемся! — пискляво хихикнула коротенькая фигура.

— Отпустите, уроды!

— А ты симпатичная, когда злишься…

— Отойдите от нее! — заорала я, и снова попыталась вырваться. Меня ударили щекой в холодный камень. Кожу обожгло — кажется, я порезалась обо что-то.

— Не дергайся. Лучше скажи, какую ногу тебе отрезать первой. Или я решу сам!

Гонщик замахнулся. Я стыдливо подумала о том, что не успею увернуться в таком положении, и позорно зажмурилась.

Вдруг раздался звон металла.

— Ты еще кто?!

Давление спало. Распахнув глаза, я обнаружила стоящего надо мной мужчину в зеленом жилете. Он кунаем закрывал меня от режущего удара железякой.

— Ты не пострадала, Мио? — спокойно спросил Какаши-сенсей. — Надеюсь, я не сильно опоздал.

— Нет… — пролепетала я. Внутри что-то сжалось от пронзительного ощущения нереальности происходящего. Я тут же выкинула обескураженное собственное «я» прочь и обернулась к Усаги, которую все еще держали двое бандитов сомнительной наружности.

— Отпустите ее!

— Малышка показала зубки? — гоготнул один. — Усаги-чан согласилась провести с нами время. Будет весело!

— Я не соглашалась, гад!!!

— Уй, кто это раскрыл свой очаровательный ротик… И эти губки… м-м-м…

Я уже хотела как следует врезать этим бандитам, но меня опередили. Что-то быстрое, длинное и розовое обмоталось вокруг их тел и подбросило вверх.

— Таким ничтожествам не следует приближаться к прелестным девушкам.

Уже виденный мной ранее старик-“извращенец», как окрестил его Наруто, сидел на гигантского размера жабе, сложив руки в печать. Белые волосы развевались на ветру, демонстрируя на лбу нестандартный протектор с кандзи «масло».

А дед с сюрпризом-то оказался.

В этом городе что, только ленивый не умеет пользоваться чакрой?..

Глава 17. Шикамару. Забуза

От автора: мне нужна была передышка с веткой Мио, и я решила больше не держать вас в неведении насчет команды Асумы. Небольшое отступление!

Страна Волн встретила команду Асумы тихим шелестом воды и сильным туманом, сквозь который не было видно ничего дальше, чем на три метра. Чтобы направиться через пролив на другую сторону, они арендовали лодку. Красота! Теперь можно полежать и отдохнуть. Стоило Шикамару плюхнулся в внутрь, как он тут же прикрыл глаза. Но неугомонная Ино решительно стукнула его локтем.

— Дай поспать, а, — проворчал Шикамару, отодвигаясь.

— Мы на миссии, лентяй.

— Да, да…

Было настолько тихо, что был слышен только шум волн от движения весел.

— Я хочу есть… — сообщил Чоджи.

— Потом поешь! — вскипела Ино. — Мы на миссии!

— Это миссия ранга С, шиноби на нас не нападут. Кроме того, ты видела когда-нибудь воров и разбойников посреди воды?

— Но мы на миссии! Мы должны быть очень внимательны!

— Ино права, Чоджи, — вмешался Асума. — Шиноби всегда должны быть ко всему готовы. Да, даже когда единственная ожидаемая угроза — воры и разбойники…

Сквозь полуприкрытые глаза Шикамару заметил, как пьянчуга и по воле случая — объект их охраны, отвел глаза в сторону.

— Расскажите побольше о себе, Тазуна, — добродушно сказал Асума. — Вы строите здесь мост? Зачем?

— Чтобы соединить нашу маленькую страну с большой. Тогда мы сможем восстановить пострадавшую экономику и выйти из-под гнета обнаглевшего бандита.

— И как же его зовут?

— Кхм… А почему вы спрашиваете? — замялся Тазуна.

— Да так… кажется, что этот “обнаглевший бандит” решил вас убить, — улыбнувшись, Асума затушил сигару. В тот же миг из воды рванули две фигуры, похожие на буры, они прыгнули на лодку. Асума, тут же став стремительным, отбил их атаки гудящими лезвиями в руках. Ино закрыла собой Тазуну. Шикамару и Чоджи подскочили, готовые атаковать.

Их помощь не потребовалась. Стоило Шикамару отсчитать четыре секунды, как оба шиноби — а это были именно они — оказались схвачены Асумой и обезврежены. Лодочник испуганно икнул, когда тех усадили, связанных, прямо за его спиной.

— Плыви быстрее к берегу, — приказал Асума и посмотрел на пленников. — Итак… за кем же вы охотились? За кем-то из нас или же за стариком?

— Мы — братья-демоны! — начал первый. — И вы пожалеете, что…

— Заткнись, — перебил его второй. — Я же говорил, что не надо было лезть так рано.

— Сам заткнись, — рявкнул первый. — Ты тоже хотел первым прибить старика.

— Идиот, ты все рассказал.

— Сам идиот!

— Так, понятно. Все-таки старик. Итак, Тазуна-сан, не хотите ли вы нам ничего рассказать?

Архитектор отвел взгляд в сторону. Асума жестко продолжил:

— Вы намеренно умолчали о ранге миссии, не так ли?

Старик кивнул.

— Зачем? Вы же понимаете, что это нарушение договора?

— Я лишь бедный архитектор, у меня мало денег… а Гато сделает все, чтобы убить меня…

— Гато — это тот бандит? — хрустнул чипсиной Чоджи.

— Полагаю, что речь идет о том Гато, который основатель “компании Гато”. Он один из самых богатых людей в мире, — сухо пояснил Асума.

Шикамару подпер подбородок кулаком.

— Итак, самый богатый человек в мире нанимает шиноби, чтобы избавиться от простого пьянчуги-архитектора… Похоже, что вы ему очень сильно мешаете, Тазуна-…сан. И наверняка, это даже не единственные шиноби, которых он нанял. Ранг этой миссии должен быть не меньше B.

"И с такой мы не справимся".

Чоджи бросил на деревянный пол пустую пачку чипсов и вскрыл следующий пакет.

— Прекрати уже есть, Чоджи! — воскликнула Ино.

— Пусть ест, — одернул ее Шикамару. — Если я прав, силы нам пригодятся…

— “Если я прав”, — передразнила Ино. — Ты что, командир у нас?

— Шикамару дело говорит, — вмешался Асума. — Скорее всего, на нас скоро нападут. Вот что, дети: как только мы выйдем на сушу, бегите к другой лодке.

До причала оставалось всего несколько десятков метров. Как вдруг Шикамару, Ино и Чоджи содрогнулись от пронзившего их безумного чувства страха.

— Туман, — произнес Асума. — Он напитан чакрой.

Чье-то желание убить буквально вдавливало их вниз. Лодочник не выдержал: сел, руки у него дрожали. Одно весло почти упало в воду, но его схватил Шикамару. Тазуна, кажется, не боялся: но тут стоило благодарить алкоголь в его крови, который он беспробудно хлебал на протяжении нескольких суток.

Перед лодкой, уперевшись стопами о водную гладь, стоял человек. За спиной у шиноби с перебинтованным лицом виднелся огромный меч, по форме напоминавший тесак. А повязка на лбу такая же, как и у братьев-демонов.

— Ты — Асума, бывший ниндзя-защитник дайме.

— Дайме?! — шепотом воскликнула Ино, но ей никто не ответил. Сам Асума спокойно выпрыгнул на воду и также встал на водную гладь.

— А ты — нукенин Забуза из деревни Скрытого Тумана. И что же тебе нужно?

Человек ухмыльнулся.

— Убить вас.

***

Бой между двумя шиноби высокого уровня приковывал взгляд, но Шикамару тут же опомнился и, взяв одно весло, тут же принялся грести. Очнувшийся от ужаса лодочник присоединился к нему, лепеча:

— Нас убьют…

— Нас убьют, если мы и дальше будем торчать на месте.

Вдвоем им удалось направить лодку к берегу. Там уже ребята спрыгнули на причал и снова обернулись в сторону сражения. Плотный туман мешал, но даже сквозь него было видно золотые проблески чакры.

Все атаки Забузы проходили мимо. Ярко сияющие потоки энергии, похожие на эфемерные кулаки, держали его на длинной дистанции.

— Это что за техника такая?! — восхищенно уставился на Асуму Чоджи. — Да с ней же он непобедим!

И правда, противостоять гигантским кулакам было сложно. Они били Забузу, каждый раз появляясь из ниоткуда. Сам Асума стоял на месте и не двигался.

— Кажется, я слышал что-то о какой-то секретной технике из храма Будды. Не знал, что удастся вживую ее испытать!

Забуза провел еще несколько ударов, но противостоять технике Асумы было невозможно. Упав на воду, он ухмыльнулся. И резко отпрыгнул в сторону, стремительно приближаясь к Ино, Шикамару и Чоджи.

Схватив меч поудобнее, он явно собирался оставить от команды десять троицу трупов. Ино вскрикнула. Шикамару зажмурился, отмечая спрятавшегося за спиной Ино старика Тазуну. И только Чоджи закричал:

— Не позволю!!!

И раздувшись, завертелся, превращаясь во вращающийся шар с оружием. Шикамару подумал: против тесака Забузы Чоджи не выстоять. Как вдруг перед ними возник Асума. Кастетом, объятым голубым ореолом, он легко отбил тяжеленный меч. Вторым кастетом ударил в горло Забузы, но вместо этого противник распался дождем. Явление второго Забузы сбоку стало неожиданностью для Шикамару, но не для Асумы, тот был к этому готов. Он быстро заблокировал атаку, но… Забуза и тут не обошелся без клона. Он снова рассыпался дождем, а прятавшийся за ним оригинал завершил серию печатей. Вода под ногами Асумы взбунтовалась и вцепилась в него, создавая вокруг плотную водяную сферу.

Забуза хрипло рассмеялся.

— Я помню тебя, ты был одним из лучших воинов Конохи. И что теперь? Ты умрешь в водяной тюрьме, а за твою голову мне заплатят внушительную сумму! Или может, вы сможете мне что-то показать, малявки?

— Что нам делать… — прошептала Ино, схватившись за голову от ужаса.

— Шикамару, что нам делать? — спросил Чоджи друга. — У тебя ведь есть план?

— Убегайте! — кричал Асума из водяной тюрьмы. — Пока у вас есть шанс!

— Бежим? — неуверенно уточнила Ино. — Шикамару?..

Шикамару зажмурился. Выдохнул. Твердо взглянул в лицо Забузе.

Бежать нельзя — тогда Асуму убьют. И их тоже, просто позже.

Сражаться, чтобы спасти Асуму? Но что они, трое только выпустившихся генинов, могут сделать?!

Коленки у Шикамару предательски тряслись: жуткое ки все еще продавливало кости. “Ты умрешь”, — шептало навязчивое желание смерти.

“Я умру”, — покладисто согласился Шикамару. — “Но сейчас или позже, зависит от меня”.

Стоило ему мысленно себе это выговорить, как дышать стало легче.

Шикамару сделал шаг вперед.

— Забуза-сан, вы ведь хотите убить архитектора? Так забирайте.

— Что?! — закричал Тазуна. — Я, бедный старик, нанял шиноби, чтобы вы меня предали?!

— Ты первый нарушил условие договора с Конохой, Тазуна-...сан, — невозмутимо ответил Шикамару.

Забуза ухмыльнулся.

— Мне, конечно, старик нужен… И я убью его, не сомневайтесь. Но я также убью и Асуму. Видели, сколько стоит его голова на черном рынке?

Ино сглотнула. В глазах у нее защекотало. “Не реви, Ино-свинина”, — прошептала она про себя голосом Сакуры. Они обязательно что-нибудь придумают!

— Забуза-сан, вам так нужны деньги? — ни капли не испугавшись, спросил Шикамару.

— Малыш, деньги всем нужны,— захохотал Забуза.

— Тогда — для чего вам деньги?

Брови у Забузы подскочили вверх, но в его взгляде мелькнул интерес.

— Вы наверняка собираете их на что-то, иначе бы не выглядели как последний бандит, — продолжал Шикамару. — Что, если Коноха могла бы вам помочь в этом?

— Малец, не смеши. Что может предложить деревня шиноби отступнику?

— Вы не отступник, — возразил Шикамару. — Ваша повязка. Вы не перечеркнули символ Тумана.

— Может, мне просто лень?

— А может, вы все еще преданы Кири, несмотря на то, что были объявлены отступником?

Забуза ошарашенно хохотнул.

— Малец, а ты умеешь удивить. Да, ты прав. Я храню верность деревне Скрытого Тумана. И? Что это меняет?

— Либо работа на Гато — лишь прикрытие и вы здесь выполняете какую-то миссию. Либо же…

— Либо же ты хочешь провести государственный переворот снова, — закончил Асума за Шикамару.

— Переворот?! — пискнула Ино.

— Снова?! — вторил ей Чоджи.

Забуза недовольно уставился на водяную тюрьму. И мрачно сказал:

— Да, я планирую устроить революцию. Но это не ваше дело, коноховцы. Это дело только мое и других людей Кири.

— Слышал, Четвертый Мизукаге совсем стал неуправляемым.

— Заткнись, Сарутоби. Или я убью тебя раньше, чем это сделает вода.

Пока Забуза отвлеченно ругался, Шикамару тихо прошептал: “Сейчас, Ино”. И слегка наклонившись в сторону, он дал ей прямой контакт для взгляда на Забузу. Сложенные руки Ино были направлены на нукенина. В следующий миг она упала на спину Шикамару.

Не ожидавший подставы Забуза пошатнулся. Водяная тюрьма распалась, выпуская Асуму на волю. Тот размял руки.

— Спасибо, ребята. Вы молодцы. Ино, возвращайся.

Девчонка отмерла, обнаружив себя в руках словившего ее Шикамару. Одновременно с этим Забуза шумно упал на землю... и остался лежать безвольным кулем.

— Мы что, его завалили? — неверяще спросил Чоджи.

— Ага... И второй раз так уже не прокатит, — добавил Шикамару. — Да и техника Ино будет действовать недолго.

Ино-Шика-Чо работала вместе три поколения. И, если Ино и надеялась, что будет в команде с Саске, то Шикамару надежд не питал. С другой стороны, это было и хорошо — они знали техники друг друга, спасибо родителям.

И как оказалось в очередной раз, знание — это незаменимый бонус. Даже для таких неопытных генинов, как они. В ситуации, когда они все еще были не самой проработанной командой, Шикамару мог рассчитывать на Ино. И она не подвела.

— Но второго раза и не будет, — сказал Асума. — Мы возвращаемся в Коноху, немедленно.

— А как же архитектор?

— Он уже и так сбежал, — фыркнул Шикамару. Ино тут же поняла, что он прав. На берегу, кроме них, больше никого не было! Тазуна, стоило ему понять, куда ветер дует, поспешил исчезнуть из поля глаз шиноби.

Надолго ли ему это удалось? Кто знает.

Вдруг что-то вонзилось в шею Забузе. Брызнула кровь. Три сенбона вошли под кожу нукенину, четко попав по сонной артерии.

— Спасибо вам. Я давно охотился за ним.

Подняв голову, Шикамару заметил еще одного шиноби, в маске с меткой Кири. Он стоял на ветке дерева. В его руке Шикамару заметил еще несколько сенбонов.

— Ты оинин? — уточнил Асума.

— Верно.

— Оинины — это те, кто охотятся за отступниками, да? — шепотом уточнила Ино. Шикамару пожал плечами. Яманака вспыхнула:

— То есть как это ты не знаешь?! Почему?

Шикамару закатил глаза. И почему девчонки иногда такие твердолобые? Он что, должен все на свете знать? Пусть лучше Сакуру спросит, вот уж кто был всегда заучкой у них в классе!

Шиноби спрыгнул на землю, после чего поднял застывшее тело Забузы.

— Подожди-ка, — голос Асумы заставил оинина застыть на месте.

— М?

— Разве оинины не должны оставлять тело на месте? И забирать только голову?

— А вы умны, бывший защитник дайме, — мягко сказал шиноби и тут же растворился в шуншине. Ни его, ни Забузы больше здесь не было. Асума недовольно цокнул.

— В этом Кири определенно что-то не так, — пробурчал он, доставая сигарету. — Но, как нам уже сказали, это не наше дело.

Асума подумал, что, пусть миссия и закончилась не так хорошо, как начиналась, плюсы все-таки были. К примеру, информацию о готовящемся перевороте в Кири можно было считать как достаточно полезную. Зная советников, они не упустят такой выгоды запустить руки по локоть в чужую внутреннюю политику. И кто знает... может, это знание им очень даже пригодится.

Насколько Асума знал, Четвертого Мизукаге недолюбливали даже в Конохе.