Серая скука будней

Глава 1

В вертолёте Настя уснула. Сказались две бессонные ночи. Поэтому, не смотря на рокот винтов и гул двигателя, Настя повисла на ремнях и закрыла глаза, а там и сама не поняла, когда смогла уснуть. Разбудили её перед самой посадкой. Настя вскинулась, заполошно попыталась командовать, но самый старший по званию жестом показал ей, чтобы она не вмешивалась. Как только аппарель откинулась, все взялись за работу и быстро, но аккуратно выгрузили мешки на поле аэродрома. Всё делалось привычно и без суеты. Видно было, что у всех большой опыт в этом деле. Настя бы только мешалась.

Тем не менее, Насте тоже пришлось поучаствовать. Встречающие, выгруженные мешки пересчитали, она расписалась в ведомости. Потом мешки перегрузили в самолёт, и она снова расписалась в том, что претензий к погрузке не имеет. Вспомнив про томограф, она приказала мешок, в котором он лежал, поставить крайним. Ей указали, что всё уже сделано и посоветовали поговорить с пилотом. Настя дождалась закрытия всех люков, и только после этого направилась в кабину пилотов.

-Добрый день, - поздоровалась она, войдя и с любопытством осматриваясь. - Мне сказали, что вы сядете в Смоленске...

-Ты Настя? - спросил её довольно пожилой лётчик. Не дожидаясь ответа на вопрос, продолжил. - Мы сейчас рулёжку начнём. У тебя десять минут максимум, до полосы. Звони и договаривайся. Мы через полчаса будем в Смоленске. Сядем на северный аэродром. Там нас должны ждать. Мы сядем, развернёмся и взлетим. Груз будешь на ходу выкидывать. Если встречающих не будет, то это не наши проблемы. Мы взлетим, а потом сама думай, как груз в Смоленск передать. Всё понятно? Свободна.

Он занялся приборами, начисто игнорируя Настю. Второй пилот жестом показал, чтобы Настя выметалась из кабины. Настя вышла. Непонятно почему, но пилотам она не нравилась. Впрочем, это сейчас не имело значения. Настя быстро достала телефон, достала бумажку с номером и набрала цифры. Ответили после первого же гудка, как будто звонка ждали.

-Я слушаю? - с вопросительной интонацией сказал кто-то.

-Здравствуйте. Это Настя. Я вам томограф везу...

-Настенька! Мы вас ждём! - обрадовался невидимый собеседник. - С утра стоим на аэродроме. Прилетайте скорее! Мы всё понимаем. Как только сядете, мы всё заберём. Я уже бланк приёмки заготовил. Обменяемся. Вы мне томограф, а я вам бумажку. Вам так удобно?!

-Да, конечно, - сказала Настя. - Только я хочу уточнить. Вы на каком аэродроме стоите?

-На основном.

-На южном, или на северном?!

-На основном! Там, где все самолёты и вертолёты садятся.

-Мне сказали, что мы сядем на северном аэродроме!

-Так он же закрыт! Как вы там сядете?!

-Минуточку, я уточню, - сказала Настя и бросилась в кабину.

-Северный аэродром закрыт! - выпалила она, как только ей открыли дверь.

-Так полоса там всё равно есть! - крикнул ей командир. - Посадка незаконна, поэтому диспетчеров мы беспокоить не будем. А твои друзья пусть мчатся на аэродром и полосу нам освободят. Если будет занята, то хрен мы сядем. Сама потом будешь доставлять... что у тебя там. Три минуты до взлёта! Говори, что должна и выключай мобилу! Взлетаем!

-Вы слышали? - спросила Настя в трубку. - Нет? Так вот... Вам нужно ехать на северный аэродром. Подготовьте полосу. Через полчаса мы должны прилететь. Если полоса будет занята, то мы не сядем, а мне потом придётся вам из Москвы как-то томограф передать. Надеюсь, этого не случится. До встречи!

Настя малодушно сбросила звонок, не слушая, что скажет ей собеседник. Секунду подумала и выключила телефон. Зашла в пассажирский салон и заняла оставленное для неё место. Пристегнулась. Она первый раз летела на самолёте, поэтому ей хотелось смотреть в иллюминатор, но её место было в проходе. Сидящий у окна военный, в звании капитана, как-то уловил её желание и уступил ей место. Они поменялись. Настя благодарно кивнула, и с жадностью приникла к иллюминатору.

Самолёт уже вырулил на полосу и стоял, готовясь взлететь. Двигатели загудели сильнее, ещё несколько секунд самолёт стоял, а потом резко сорвался с места и начал набирать ход. Когда шасси оторвались от земли, а сама земля резко ушла вниз, Настя невольно ахнула и отстранилась от стекла. Потом вновь приникла к нему и стала смотреть как, теперь уже неспешно, земля уходит вниз, а самолёт поднимается к редким облакам. С резким креном самолёт сделал правый поворот, потом ещё один. На каждом повороте у Насти захватывало дух. Земля была прямо под нею, но казалось, что она встала на дыбы, и на самом деле не самолёт изменил положение в пространстве, а само пространство причудливо изогнулось, поменяв всё местами, поэтому теперь они летят как раньше, а земля теперь стенкой ограничивает их полёт. Это было весело и страшно одновременно. Настя не удержалась от восторженного визга. Это вызвало смех в салоне. За ней наблюдали и реагировали на то, что она делает.

После второго поворота в иллюминатор начало светить солнце. Осеннее солнце не такое яркое и сильное, как летом, но Настя поняла, что отвыкла от солнца за время пребывания в Зоне и оно ей неприятно. Она вновь отстранилась от стекла и закрыла шторку. Это её действие рядом сидящий капитан принял на свой счёт, поэтому счёл необходимым оправдаться.

-Настя, вы уж простите наш смех, но вы так забавно реагируете. Как маленькая девочка. Вы до этого летали?

-Нет, - призналась Настя, - не летала.

-А Михалыч ещё и виражи свои крутит, - проворчал капитан. - Вы не волнуйтесь. Михалыч опытный пилот. Довезёт куда надо. С ним можно не бояться.

-Я и не боюсь, - фыркнула Настя. - Просто так классно... Сначала вверх! А потом вот так!..

Настя рукой изобразила, как именно летел самолёт и многие вновь рассмеялись. Капитан улыбнулся, но видно было, что с трудом сдержал смех.

-Я, наверное, кажусь вам очень глупой? - спросила Настя.

-Нет, - всё-таки засмеялся капитан, - не кажитесь. То есть, не глупой. Просто смешно смотреть на вас. Мы все были такими. Весёлыми, жизнерадостными... - Капитан вдруг помрачнел. - А как вам удалось остаться такой после Зоны?

Настя пожала плечами.

-А какой я должна была стать? Всё, что было в Зоне - осталось в Зоне. Я не собираюсь предаваться угрызениям совести, или вспоминать, как я чуть не умерла и страдать от этого. Что-то во мне изменилось, но я - по-прежнему я.

-Вам повезло. Многих Зона меняет. Или ломает.

-Мне об этом рассказывали, но сама я такого... Нет, вру. Я тоже видела, как люди ломаются. Но в этом была виновата не Зона, а другие люди.

-А какая разница? - с досадой процедил сквозь зубы капитан.

-Есть разница, - не согласилась Настя. - Зона людей меняет, а люди людей только ломают. Пирс например, изменился. Он после смерти почти сразу живым покойником стал. Я изменилась. А вот Алексей не изменился. Его просто обломали. Он из человека в бомжа превратился. Зона что-то у тебя забирает, но если ты захочешь и сможешь понять и принять, то она тебе что-то даст. А люди ничего тебе не дадут. Только заберут. Вернее, отнимут.

Несколько секунд все обдумывали то, что сказала Настя.

-Это и есть, та самая философия сталкеров? - спросил кто-то.

-Это просто мои рассуждения, - ответила Настя сразу всем. - Я сама это придумала и вам сказала. Никакой философии сталкеров я не знаю.

-Но вы ведь сталкер? - спросил капитан. - Про вас такое рассказывают. Говорят, что вы химеру завалили. У вас даже её хвост в трофеях есть.

Настя уловила невысказанный вопрос, но хвастаться не стала, хоть вполне могла пройти к рюкзаку и из кармашка вытащить уже немного свалявшийся помпон.

-Потом покажу, - отмахнулась она. - Скажите, а вам, наверное, не нравится, что меня поставили командовать вами?

Все рассмеялись.

-Настя, - проникновенно сказал капитан, - то, что тебя поставили ответственной за груз - нам равнофиолетово. Мы свою работу делаем, а ты свою. Просто... Как тебе объяснить? И почему тебе не объяснили?.. Ты отвечаешь за груз, и мы тебе подчиняемся. Ты нам приказываешь, а мы выполняем. Но если на нас нападут, то ты... твои приказы идут лесом, а командовать начинаю я. И на погрузке и выгрузке командую тоже я. Ты только смотришь за грузом и расписываешься в актах. Извини, что правду тебе открыл.

-Да нет, ничего, - пробормотала пунцовая от стыда Настя. - Я, наверное, очень глупо выглядела, когда командовала вами на погрузке.

-Ты всё правильно командовала, хоть и не по уставу. Наша зона ответственности - это как раз полоса отчуждения вокруг Зоны. Если на нас напали там и похитили артефакты, то нас бы всех... Поэтому там строго с обеспечением безопасности. А теперь уже не наша зона ответственности...

-Что-то не так? - спросила Настя, так как капитан вдруг резко замолчал.

-Что? А, нет... Просто вспомнилось...

-На вас нападали? - сочувствующе спросила Настя.

-Нет, не напали... А Говорун тебе не рассказывал?

-Что? - удивилась Настя.

-То, что было. Всё понятно. Ну, слушай. Только не принимай на свой счёт. Мы как-то груз везли, а на переброске в Минске одного мешка не досчитались. Нас всех в первый отдел... Сама понимаешь... И светило нам, не по одному пожизненному, если бы не Говорун. Он предположил, что артефакты в Зону вернулись, а потом сбегал в Зону и нашёл мешок. И даже доказательства нашёл, что это тот самый мешок. Так что, мы ему очень должны остались. Поэтому на эту посадку и согласились.

-Я не совсем поняла, - призналась Настя, обдумав всё сказанное. - При чём тут посадка? Разве Говорун не договорился о ней с вышестоящим начальством? И разве меня вам навязали? Точнее, разве Говорун вам меня навязал? Я думала, что он просто сделал так, чтобы я не грузом до Москвы ехала. И я не претендую на командование... Я запуталась.

-Настя, вы так наивны, - поразился капитан. - Неужели вы не понимаете?.. Впрочем, вы, возможно, действительно не понимаете. Вы знаете на какую сумму мы везём артефактов? Вам лучше и не знать. А тут приходит Говорун и просит совершить незапланированную посадку. И отказаться нельзя, он долг требует. А теперь поставь себя на наше место. Да ещё он и своего человека к нам подводит, и нам его, как командира навязывает. Мы думали, что это подстава. Вроде как, Говорун решил нас гробануть.

-Да вы что?!! - возмутилась Настя. - Не может такого быть! Чем хотите поклянусь, нет ничего такого. Мне действительно надо отдать томограф. Вернее, артефакты для него. Меня Доктор попросил. А вас никто грабить не будет. Я только отдам рюкзак, и мы сразу взлетим.

-Я вам верю, - сказал капитан, - но Говоруну не доверяю, поэтому меры приму. Простите, но Говорун мог играть вас в тёмную. То есть, вы об ограблении ничего не знаете.

-Не может быть такого! - категорично возразила Настя. - Я его знаю. Не мог он такого... Но меры всё равно надо принять. Тут вы совершенно правы. Мало ли что. Я в этом не очень разбираюсь, но двух человек с пулемётами вон там бы устроила. Они будут аппарель контролировать.

-А зачем её контролировать? - удивился капитан. - Она ведь закрыта будет.

-А мы груз через неё выкинем. Откроем и выкинем. А если кто-то подумает, что мы тут дураки и полезет в самолёт, то его пулемётчики встретят. Дверь ведь контролировать будет не проще? А если нас ждут, то они явно ждут, что мы через дверь будем груз выкидывать. А мы их удивим, а значит, выиграем время.

-Как бы нам такое удивление боком не вышло, - засомневался капитан.

-Говорун меня учил, что всегда надо делать что-то неожиданное.

-Согласен, но... А ещё что-нибудь можешь придумать?

Настя дала ещё несколько советов дилетанта. Советы забраковали, но основываясь на них, выработали свою тактику сдачи груза после посадки. Аппарель решили опустить. Причём сделать это ещё в воздухе. Пулемётчиков положить не в пассажирском салоне около двери, а в грузовом трюме, рядом с аппарелью, чтобы они контролировали не только трюм, но и пространство за самолётом. Мешок должна будет вынести Настя, но двое будут её прикрывать с автоматами. В кабине пилотов будут закрыты шторки на окнах, чтобы исключить прицельную стрельбу снайперов. Если начнётся бой, то Насте советовали уходить от самолёта, пока её будут прикрывать. На Настин вопрос капитан ответил кратко и зло. И только после этого Настя поняла, что эти люди действительно опасаются предательства со стороны Говоруна, и что они действительно предполагают возможность боя, и что они прекрасно знают - этот бой им не пережить. Или их убьют во время боя, или их казнят потом за утерю груза. Но при этом они честно платят Говоруну по долгам, ведь для них слово "честь" - не пустой звук.

Как только капитан прошёл в кабину, чтобы согласовать выработанный план с пилотами, по громкой связи было приказано пристегнуться, а ещё через пару десятков секунд самолёт резко рухнул носом вниз. Настя прижалась к иллюминатору и с восторгом смотрела, как быстро приближается земля. Когда ей стало немножко страшно, казалось, что самолёт сейчас воткнётся в землю, машина выровнялась и пошла над землёй. Уши заложило, по салону загулял ветер. Настя догадалась, что аппарель открылась, а значит план начал выполняться. Они ещё не сели, а парни начали отстёгиваться и вставать с кресел. Настя тоже хотела встать, но ей не позволили. Только когда самолёт коснулся земли, и под ногами загрохотало, Насте жестом показали, что она может встать.

Пулемётчики уже лежали на своих позициях. Аппарель была открыта, но ещё не была опущена. Однако, как только все бойцы вышли из пассажирского салона, кто-то взял пульт и нажал кнопку открытия. Настя думала, что он опустит её до конца, но он сделал так, чтобы она остановилась на высоте человеческого роста от земли. Настю пристегнули страховочным фалом, дали в руки рюкзак и отправили вперёд. Настя осторожно вышла наружу. Самолёт как раз разворачивался в конце полосы. Настя осмотрелась и не увидела никого из встречающих. Она испугалась, что они не успели. Когда самолёт развернулся и начал движение вперёд, она решила, что они сейчас взлетят и заметалась, не зная, что делать. Солдаты крикнули, привлекая её внимание, а потом показали на рацию и показали жестом, что всё в порядке. Настя немного успокоилась, но окончательно успокоилась, когда увидела на краю полосы машину скорой помощи, полиции, толпу зевак, и человека, подающего ей знаки.

Знаков она не поняла, поэтому жестом показала, чтобы он подошёл к ней. Больше всего она боялась, что пилоты сейчас взлетят и она не успеет переговорить с тем, кому должна отдать груз. Сама она спрыгнуть на землю и подойти не могла. Аппарель почти на два метра возвышалась над бетоном полосы. Спрыгнуть ещё бы получилось, но залезть обратно Настя бы не смогла. Подающий знаки мужчина это понял, поэтому сорвался с места и побежал к самолёту. Машина скорой помощи тронулась и поехала за ним. Вот только бойцы отреагировали на бегущего человека и на машину немного нервно. Они навели на них стволы автоматов и дали предупредительный выстрел. Мужчина остановился в растерянности, поднял руки вверх. Самолёт вдруг загудел двигателями и через несколько секунд сорвался с места, начиная разгон. Настя вновь запаниковала, а потом заставила себя успокоиться, вспомнила, что артефакты в рюкзаке не слишком боятся ударов, да к тому же хорошо упакованы, подняла рюкзак и скинула его на бетон. Солдаты подхватили её и затащили в самолёт. Аппарель за их спинами быстро закрывалась. Когда грузовой трюм был задраен, Настя вытащила из кармана телефон, включила и набрала последний набранный номер.

-Алё?! Это Настя! Вы забрали рюкзак?!

-Да, спасибо! А чего вы так быстро?.. И зачем вы стреляли? Наши полицейские недовольны...

-Очень хорошо, что вы всё получили, - перебила собеседника Настя. - Инструкция по сборке стола и установке артефактов - в пакете, в одном из карманов рюкзака. Дополнительное оборудование вам самим надо будет сделать. Инструкция тоже есть...

-Не волнуйтесь, я в курсе! - в свою очередь прервал её собеседник. - Большое вам спасибо! Приезжайте к нам! Но только не как пациентка!

-Возможно, приеду! До свидания!

-До свидания!

Настя выключила телефон.

-Получили посылку? - спросил один из бойцов.

-Да, всё в порядке, - ответила Настя.

-А у тебя не будет неприятностей? Что ты так кинула груз... Ты ведь бумажку никакую не взяла.

-А этот груз нигде не учитывается, - пояснила Настя. - Это мой личный груз.

-Тебе разрешили взять с собой артефакты?! А ты их отдала... Слушай, расскажи нам о своих приключениях. Пойдём, сядем в кресла...

-Нам всем интересно будет послушать, - поддержал второй боец.

-Я всё не успею рассказать. Давайте, я на вопросы отвечу. И действительно, давайте пройдём в пассажирское отделение. А это ничего, что мы не пристёгнуты при взлёте?

Вместо ответа на её вопрос, парни дружно рассмеялись.

Слушали Настю очень внимательно. Она старалась подробно отвечать на вопросы, поэтому не рассказала даже трети своих приключений, когда они приземлились в Москве. Парней помоложе интересовали её приключения и рассказы о Зоне и мутантах. У мужчин постарше был более меркантильный интерес. Их интересовало, заработала ли Настя хоть какие-то деньги на продаже артефактов? Настя честно призналась, что получила больше пяти миллионов долларов, а потом немного слукавила и завысила свои траты. Получилось так, что Настя все пять миллионов отдала за оказанные ей в Зоне услуги, при этом, чуть не оставшись в долгах. Делала это специально. Уж очень задорно горели глазки у некоторых парней, когда они слушали рассказ о её приключениях.

До Москвы летели чуть меньше часа. За это время Настя никак не смогла бы рассказать о своих приключениях, да и на вопросы ответить смогла бы только кратко. Впрочем, к середине полёта о ней немного забыли. Начался спор среди бойцов о возможности заработать в Зоне. Кто-то хотел идти на контракт и работать в Зоне, а кто-то говорил, что об этом не стоит и думать, и приводил какие-то примеры. Только что сказанные Настей слова, как будто бы забыли. И спросить у неё, как у знающего человека, никому и в голову не пришло. Настю эта ситуация немного забавляла. Она хотела прервать спор и рассказать, как всё происходит на самом деле, но потом решила не вмешиваться. Вмешавшись, она развеяла бы чью-то мечту о богатстве и лёгком заработке, а она хорошо помнила о том, что нельзя лишать человека мечты. Она села к иллюминатору и смотрела, как мимо медленно проплывают редкие облака, а потом смотрела, как приближается земля и наконец, как самолёт касается бетона полосы.

При выгрузке Настю попросили не мешать и не командовать. Бойцы всё сделают сами и правильно, а Насте надо будет только расписаться в бланках. Настя не возражала. Ей было непонятно, что она будет делать, когда сдаст груз, но она не терялась. В конце концов, прямо отсюда она может отправиться домой. Автомат разберёт и спрячет в рюкзак. Костюм "Латник" тоже запихнёт в рюкзак, а вещи из рюкзака запихнёт в купленную сумку. У неё возникла только одна проблема. Настя никак не могла представить, куда пристроит на теле кобуру с пистолетом, когда переоденется. Об этом она и думала всё время выгрузки.

Все её размышления были напрасными. Оказалось, что Настя должна сопровождать груз вплоть до сдачи его в хранилище. С одной стороны, она была рада, что всё разрешилось. С другой, она была недовольна, что её отъезд домой откладывается на какое-то время. Однако, Настя понимала, что она теперь встроена в структуру, а просто так сказать ей "до свидания" и помахать ручкой - не получится. Ей придётся подписать кучу бумаг, что-то заполнить, что-то сдать и принять, а вот только потом она может быть свободна, как говорят военные. Хоть Говорун и обещал, что это всё её минует, но Настя подозревала, что он не слишком хорошо знаком с бюрократией, и не очень хорошо представляет себе, что это такое.

Так и оказалось. Насте пришлось сдать по описи все мешки с артефактами, потом написать отчёт о полёте, а потом за ней пришёл Андрей, сын генерала Ерёмина, и отвёл в небольшой кабинет, где за столом сидел полноватый военный, чуть не носом водящий по раскрытой папке.

-Товарищ подполковник, - вытянулся Андрей при входе, - лейтенант Говорун по вашему приказанию доставлена!

-Вольно Андрей, не тянись, - мирно, совсем не по военному, сказал полковник. - Присаживайтесь. И ты, и лейтенант Говорун. Поможешь мне с бойцом поговорить. Старый я стал, забываю всё. Вот, ты мне и напомнишь, если я что-то забуду.

-Так точно! Напомню! - вновь вытянулся Андрей.

-Да ты садись, садись, - замахал на него рукой подполковник. - Чего ж ты, у девушки рюкзак не забрал, не помог донести?

-Не дала, товарищ подполковник!

-Такому бравому парню, и не дала? Простите мне Настенька мой грубый солдатский юмор.

-Зачем вы устроили эту комедию? - спросила Настя. - Мне совсем не смешно. И уж тем более - я не расслабилась. И доверительной атмосферы тоже не возникло. В Зоне меня следователь из СБУ допрашивал, так он тоже добреньким притворялся. Хочу заметить, что гораздо хуже вас.

-Так ведь, сколько я служу и сколько он. - Подполковник развёл руками. - Послужил бы он с моё... Оставим это. Но всё-таки, можно мне называть вас Настей. Лейтенант Говорун - слишком официально, а беседа у нас совершенно не официальная.

-Славик тоже так говорил, - кивнула Настя.

-Славик? Какой Славик? - Подполковник взял в руки папку и принялся её перелистывать, как будто ища сведения.

-Переигрываете, - заметила Настя. - Про следователя СБУ вы помните, а про Славика не знаете? Бред!

-Поймала ты меня, - засмеялся подполковник, - поймала. Правильно тебя Славик к нам рекомендовал.

-А вы действительно подполковник? - поинтересовалась Настя. - Позвольте объяснить. Вы с Андреем если не друзья, то, как минимум, хорошие знакомые. Это заметно. И меня вы разыграть решили, а постороннего человека вы бы к этому привлекать не стали. А как вы могли познакомиться? Варианты есть, но мне кажется, что вы дружите с его отцом. Вы друг семьи. А Андрея знаете с детства.

-Я поражён, - показал аплодисменты подполковник. - Настя, вам в нашем отделе самое место. Вы всё правильно сказали. Кроме одного. Вы не угадали. Я действительно подполковник. Хотелось бы звание повыше, но... Не сложилось. Хорошо, оставим пустую болтовню, и поговорим серьёзно. Настя, как вы собираетесь жить дальше?

-Сначала я поеду к маме...

-Это понятно. Я не это имею в виду. У вас есть оружие, которое вам совершенно не нужно. Где вы собираетесь его хранить? Как вы собираетесь с ним ходить по улице? Что вообще вы собираетесь с ним делать? Это первый вопрос.

-А есть ещё какие-то вопросы? - показательно удивилась Настя.

-Не перебивайте старших. Это не вежливо. Встретитесь вы со своей мамой. Вылечите её. Что дальше? Вы пойдёте учиться? Работать?

-Я пока не знаю, - немного растерялась Настя. - У меня есть деньги...

-А вот деньги светить я вам очень не рекомендую. Если вы наша сотрудница, то выполняете наши приказы и учитесь в нашем учебном заведении, закрытого типа. Если вы не наша сотрудница, то вы сами по себе.

-Я выберу последнее, - перебила Настя.

-А вот не спешите, - вскинулся подполковник. - Если вы не с нами, то у вас на руках три незарегистрированных, совершенно запрещённых законом, ствола. Как далеко по Москве вы пройдёте обвешанная оружием.

-Оч-шень далеко, - разозлившись, прошипела Настя. - И убью любого, кто мне пройти не даст.

-Настя, вы у меня не первая, кому я после Зоны мозги вправляю, - устало сказал подполковник. - Все эти психологи... Прыгают вокруг вас... Настя, вы что, хотите стать маньяком-убийцей? И не уйдёте вы далеко. Как только вы начнёте стрелять, вас подразделение антитеррор выследит и ликвидирует. Поверьте, есть такое. И повторюсь, вы будете не первая. У них... Короче, я вам предлагаю следующее!

-Разрешите спросить? - снова перебила Настя.

-Во, ты глянь, - удивился подполковник, - не "можно", а "разрешите". Спрашивайте, товарищ лейтенант.

-Вот, как раз об этом я и хочу спросить, - кивнула Настя. - Моё звание что-нибудь значит? Я имею в виду...

-Об этом я и говорю! - в свою очередь кивнул подполковник. - Послушайте меня и всё поймёте. Говорун надавил на начальство и выхлопотал вам звание. Оно ничем не обеспечено. По сути, это пустые корочки, хоть и абсолютно подлинные. Я вам предлагаю учиться у нас. После выпуска вы будете соответствовать своему званию, и работать у нас в конторе.

-Но мне надо вылечить маму! - возмутилась Настя.

-А вы уже опоздали! - рявкнул в ответ подполковник. - В смысле... Вы опоздали, и занятия уже начались. Поступите вы только на следующий год. Этот год вы будете числиться в бессрочном отпуске. Или должность вам какую-то дадим, где вашего присутствия не требуется. Это решаемо. За это время, вы вылечите маму, поживёте для себя и всё решите. Решите, хотите ли вы работать на нас, или найдёте себе другое дело.

-Я без Говоруна решать ничего не буду, - открестилась Настя.

-А он тоже у нас будет работать, когда из Зоны вернётся, - подал голос Андрей. - Его никто не отпустит. У него выбора не будет.

-У него выбор будет, - отрезала Настя. - Ему никто не указ.

-Есть человек, которого он послушает, - покачал головой подполковник. - И это вы. Нам хотелось бы, чтобы вы работали на нас. Тогда и с ним проблем не возникнет.

-Кто знает Говоруна? - пожала плечами Настя. - Я без него решать ничего не буду.

-Хорошо, оставим это, - согласился подполковник. - Давайте решим то, что нужно решить в ближайшее время. Андрей, будь добр, изложи легенду, а то у меня уже горло болит, столько говорить.

-Да, конечно, - кивнул Андрей и повернулся к Насте. - Настя, если ты сейчас от нас уедешь и не вернёшься, то нам бы хотелось, чтобы ты оставила здесь оружие, снаряжение, а также удостоверение. Также, нам хотелось бы, чтобы никто не знал о том, что ты была в Зоне.

-А как же? - удивилась Настя. - Я ведь и письма писала и звонила.

-Твоё письмо мы перехватили и немного изменили, а во время своих звонков и переписки с подругой, ты не сказала где ты. Ты могла быть где угодно, поэтому мы просим тебя, нигде не упоминать о Зоне.

-А где тогда я была? - снова удивилась Настя.

-На этот случай заготовлена легенда. Если вкратце, то тебя продали в бордель, а ты сбежала и познакомилась с хорошим парнем, который сделал тебя своей женой и даже дал свою фамилию.

-Почти правда, - согласилась Настя.

-Ну вот, - обрадовался Андрей, - тебе нужно только выучить детали легенды и всё будет в порядке.

-Не совсем, - проворчал подполковник.

-Ах да, - спохватился Андрей. - Деньги. Настя, нам надо сейчас решить один вопрос. Вы с нами? Вернее, ты будешь работать на нас?

-На вас - это на кого? - уточнила Настя.

-МОИЗ, - кратко пояснил Андрей. - В нашей стране это государственная структура. У тебя звание лейтенанта внутренних войск при МОИЗ. Выслуга лет, ранняя пенсия, прочие блага. Однако, тебе придётся сначала учиться, а потом служить...

-Говорун мне рассказывал, - перебила Андрея Настя. - И советовал так и поступить. В смысле, идти к вам. Э-э-э... Не советовал, но очень прозрачно намекал.

-Вот и замечательно, - обрадовался Андрей.

-Подождите, я ещё ничего не решила, - осадила его Настя.

-У тебя больше полугода будет на принятие решений, - вставил подполковник.

-Совершенно верно, - кивнул Андрей. - Нам сейчас нужно только принципиальное согласие.

-Мой ответ - нет! - сказала Настя.

Андрей даже отшатнулся от неё, а подполковник закашлялся.

-Зачем же так категорично? - первым пришёл в себя подполковник. - Может быть, вы подумаете...

-И мой ответ не изменится, - категорично отрубила Настя. - Я не хочу работать на МОИЗ. По крайней мере, сейчас. Если мне попробуют помешать доехать до мамы, то я начну убивать и плевать, что потом будет. Скажите, а как сильно вам нужен Говорун? Что он сделает, когда узнает, что меня убили?

-Так, вон отсюда! - внезапно взорвался подполковник. - Андрей, забери её и уведи отсюда... Всё, оба выметайтесь!

-Товарищ подполковник... - начал Андрей.

-Вон!!! - рявкнул подполковник.

Андрей спешно вскочил и подхватил Настю. Настя вырвалась, не торопясь подняла рюкзак и только потом развернулась и вышла из кабинета, начисто игнорируя подполковника. Андрей вышел следом. Он закрыл дверь, Настя отстранила его и прочитала надпись на табличке: "Подполковник Прохоров Г.А.". Ниже шла поясняющая надпись: "Отдел контроля средств операций прикрытия".

-Чего ты там читаешь? - спросил её Андрей.

-Фамилию человека, к которому мне больше никогда не стоит заходить, - ответила Настя.

-Зря ты так, - с укором сказал Андрей. - Он для тебя старался...

-Что старался?! - взорвалась Настя. - Меня на службу затащить?! Чтобы я приказы выполняла?! Чтобы мне приказать можно было?!

-Да никто тебя никуда не тащит! - тоже повысил голос Андрей. - Не хочешь - не надо! Говорун твой тебе такую свинью подложил, а ты этого не понимаешь, да ещё и посылаешь тех, кто тебе помочь хочет.

-Так ты объясни, - просящим тоном сказала Настя. - Не ходи вокруг да около. Прямо скажи.

-Нельзя! - шёпотом прокричал Андрей. - Нам с тобой даже разговаривать сейчас нельзя! Надо приказ выполнять, а приказ чётко сформулирован. Тебя отпустить на все четыре стороны и ничего тебе не объяснять. Они Говоруна хотят мордой в... это самое... ткнуть. Для этого тебя используют. Там, в кабинете может прослушка стоять, а после твоего категорического отказа мы не имеем права тебя как-либо задерживать.

-Что у вас за подковёрные игры? - возмутилась Настя. - И чего вы все от меня и Говоруна хотите?

-От Говоруна хотят, чтобы он подчинялся приказам... Пойдём в безопасное место, я тебе всё объясню.

Безопасным местом оказался тир. Настя наотрез отказалась расстаться с рюкзаком и оружием, поэтому до тира шла, провожаемая недоумёнными взглядами встречных людей. Андрей настойчиво предлагал оставить вещи в его кабинете, но Настя не решилась на это. Ей казалось, что стоит только оставить рюкзак на минуточку без присмотра, как его тут же откроют и растащат всё содержимое. Она понимала, что это психоз, но ничего не могла с собой поделать.

В тире их встретил пожилой человек в форме, но надетой не по уставу. На ногах были тапочки шлёпки, а китель был застёгнут не на все пуговицы. Да и знаков различия на кителе не было. Он сидел в огороженном стеклом закутке, но увидев Андрея, встал и прошаркал навстречу. Судя по всему, этот старик был здесь охранником, смотрителем и прислугой за всё. Настя немного удивилась такой безалаберности на весьма важном объекте, но ещё больше удивилась, когда Андрей поздоровался со стариком, а пожимая руку, чуть не раскланивался, как будто этим пожатием старик оказал ему большую честь.

-Я смотрю, вы со своим пострелять пришли, - кивнул на Настин автомат старик.

-Не совсем, - тихо и немного смущённо сказал Андрей. - Нам бы поговорить.

-Ну что ж... Проходите, поговорите. Любая кабинка свободна. А вам что-то помешает стрелять, в перерывах между словами?

-Скорее уж фразами, - засмеялся Андрей.

Они оба улыбнулись.

-Вам патроны нужны? - спросил старик.

-Нет, спасибо, - ответила Настя, когда Андрей взглядом переадресовал вопрос к ней. - Мы немного постреляем...

-Идите уже! - махнул рукой старик. - Не нужны - так не нужны.

Он ушёл обратно в свой закуток. Настя и Андрей прошли в тир и встали в одной из ячеек. Рюкзак Настя всё-таки сняла, но оставила так, чтобы увидеть его, как только обернётся. Андрей сходил за мишенями, а Настя проверила оружие. Ей действительно захотелось пострелять. Захотелось выплеснуть свою неуверенность и агрессию, продырявив несколько мишеней. Она припомнила количество патронов в рюкзаке и решила потратить не меньше половины запаса. Тут же себя одёрнула, вспомнив, что отсюда, возможно, придётся уходить с боем, и тогда патроны понадобятся. Несколько секунд обдумывала эту мысль, а потом сама себя испугалась.

-Ну что, - спросил подошедший Андрей, - готова пострелять?

-Готова, - кивнула Настя.

-Тогда, я вешаю мишень. Вот наушники... Надень.

Настя надела наушники, ещё раз проверила оружие и приготовилась к стрельбе. Андрей повесил мишень, нажал кнопку, отводя её на несколько метров, отодвинулся и сделал жест, предлагая Насте стрелять. Настя выпустила в мишень обойму. Андрей снова нажал на кнопку и мишень вернулась. Оба сняли наушники и склонились, считая попадания.

-Ну вот, теперь можно и поговорить, - тихо сказал Андрей.

-Почему только теперь? - спросила Настя. - И почему именно это место ты считаешь безопасным?

-Сюда микрофоны не поставить. Если и поставишь, то всё равно, после выстрелов они выйдут из строя. На некоторое время, но нам и этого хватит.

-И что такого тайного ты мне хочешь сказать? Говорун в опасности?

-Ты лучше о себе подумай, а не о нём. Он в безопасности, а вот насчёт тебя я не уверен.

-И что мне грозит? - напряглась Настя.

-Ты сама себе грозишь. Ты для себя сейчас самый первый враг.

-Поясни, - коротко бросила Настя.

-Объясню, только прострели ещё раз эту мишень.

-Легко, - ответила Настя, и когда мишень отъехала, выпустила в неё ещё одну обойму.

-Так вот, слушай, - начал Андрей. - Говорун твой, задействовал все свои каналы и напряг очень много высоких чинов, чтобы вытащить тебя из Зоны. А они не любят напрягаться. Поэтому, когда Говорун сказал им, что хочет, чтобы тебя оставили в покое, они и приказали, оставить тебя в покое. Короче, отпустить на все четыре стороны и не мешать делать то, что хочется. Это понятно?

-Понятно, - кивнула Настя. - Я только не понимаю...

-Слушай дальше! - перебил Андрей. - Я не знаю, возможно, эти высоко сидящие дяди хотели так щёлкнуть Говоруна по носу. Мол, мы твою просьбу уважили, а девка сама подставилась...

-Но я не подставилась! - возмутилась Настя.

-Ты подставишься! - рявкнул Андрей, и вновь перешёл на громкий шёпот. - Ты не первая, кто из Зоны выбрался. Ты думаешь, зачем их в санаторий на три месяца отправляют? Подлечиться? Да, это тоже, но самое главное, их лечат от... Я даже не знаю, как назвать... Нервы им лечат. От рефлекса во всё стрелять, лечат. От неправильных реакций на обычные вещи. Понимаешь? Ну вот... А тебя было приказано не задерживать и сразу отпустить. И даже без надзора. Возможно, что это какая-то интрига вышестоящего руководства, но я думаю... я уверен, что это просто... недопонимание со стороны вышестоящего начальства, а также глупость Говоруна.

-Он приказал меня не трогать и сразу отпустить... - начала Настя, но Андрей её перебил.

-Вот именно! При этом, тебя было велено отпустить с деньгами, оружием, артефактами и без легенды. Без легенды ты бы всем рассказала, где была. С оружием... Ну, ты же не дура. Спрятала бы до дома. Вот только, что бы ты дома с ним стала делать? А ведь с теми рефлексами, что у тебя сейчас, ты бы кого-нибудь, рано или поздно, но подстрелила бы.

-Да не собираюсь я ни в кого стрелять! - снова возмутилась Настя.

-Нет, но будешь! - снова рявкнул Андрей. - Ты не первая, пойми это. Только три процента людей, после Зоны сдерживались и не применяли имеющееся оружие. Остальные на любую опасность реагировали выхватыванием оружия. При этом у них ещё и нервный тик начинался, если оружия под рукой не было. Это у всех, даже тех, кто за оружие не хватался. Настя, тебе психолог нужен...

-Да, мне говорили, - согласилась Настя, вновь перебив Андрея. - Я даже готова ходить к психологу, но только после того, как выздоровеет мама.

-Можно отправить ей лекарство...

-Нет, - твёрдо сказала Настя. - Я сама к ней приеду и буду рядом с ней до выздоровления. Пойми, ей уход нужен будет. Ты сейчас скажешь, что можно нанять медсестру, но ты пойми, что я... мне... моё присутствие...

-Я понимаю. И я не возражаю. Только ты нас тоже пойми. Отец очень нуждается в Говоруне. Говорун для него должен сделать что-то очень важное...

-Это опасно? - перебила Настя.

-В Зоне везде опасно, - вздохнул Андрей.

-Для Говоруна Зона - дом родной, - усмехнулась Настя. - Ему там не так уж и опасно.

-Вот именно поэтому он отцу и нужен. Ты пойми, если с тобой что-то случится и Говорун об этом узнает, он всех пошлёт далеко и надолго, а сам кинется тебя спасать. Спасёт или нет - не знаю, - но миссию провалит точно. А эта миссия очень важна. Честное слово, я ничего не знаю, поэтому ничего тебе не расскажу. Знаю только, что Говорун должен собрать команду из лучших сталкеров. Майор Утёсов уже в команде. Про кого-то ещё - я ничего не знаю.

-Хорошо, я всё поняла, - сказала Настя. - От меня вы чего хотите? Говори конкретно. Хватит словоблудием заниматься.

-Если конкретно, то у меня такое предложение. Ты сдаёшь свои вещи нам. Себе оставляешь необходимый для лечения артефакт и едешь к маме. Там ты её лечишь и возвращаешься сюда. А да... Ты ведь хочешь ещё с ней побыть. Тогда так... Ты живёшь в Рязани. Стараешься как можно меньше выходить из дома. Когда твоя мама выздоравливает окончательно, ты возвращаешься к нам, а мы тебя отправляем на лечение. Потом, э-э-э... после лечения, ты поступаешь в академию... Да не важно куда! Это обсуждаемо. Главное, что при выпуске, у тебя будет подтверждено твоё звание, и ещё для тебя будет готово место в штабе. Скорее всего - аналитический отдел, но возможно, и боевые операции. По-моему, это самый лучший вариант.

-А, по-моему - нет. Мне это не слишком нравится. Что будет, когда вернётся Говорун? Что за лечение? Если я вам все вещи оставлю, то домой я что, голой отправлюсь?

-Не все вещи, а только те, что не вписываются в легенду, - пояснил Андрей и продолжил. - Вот зачем тебе костюм? На стенку повесить? С автоматом и двумя пистолетами? Чтобы вспоминать о славных днях? А если у тебя их украдут? Отвечать ведь тебе придётся. И дело даже не в этом. У тебя их украдут, чтобы кого-то убить. Ты хочешь иметь на совести чью-то жизнь?

-Ну, з-знаешь ли! - немного разозлилась Настя. - Мне моя совесть, после Зоны, даст спокойно спать, даже если я сама пару сотен убью. Хотя, ты прав. Если кого-то убьют из оружия, которое у меня украли, мне будет неприятно.

-Только неприятно? - язвительно спросил Андрей, и тут же стал серьёзен. - Настя, ты понимаешь, что тебе лечиться надо. Ты уже... У тебя серьёзные нарушения психики.

-Оставим мою психику в покое, - поморщилась Настя. - Что за легенду вы мне придумали?

-Я тебе уже говорил. Вкратце. Тебя обманули, увезли, продали в бордель. В Турции. Там ты познакомилась с молодым человеком... Богатым молодым человеком, который безумно в тебя влюбился, женился и даже дал свою фамилию. А также деньги на лекарство для твоей мамы. История почти подлинная. Вернее, списана с настоящей. Была такая девушка, был влюблённый мужчина. Тебе только надо будет запомнить названия и даты, а сама история вполне себе...

-А почему я не могу рассказать, что была в Зоне?

-Чтобы у тебя проблем не было. За теми, кто побывал в Зоне, охотятся. Нет, не спецслужбы, а мафия. Точнее... Ну, зачем тебе об этом знать? Кстати, будешь работать с нами - узнаешь. Короче. Никому о том, где ты была на самом деле, знать не надо. И насчёт денег сразу скажу. Если кто-то узнает, что у тебя есть деньги, то сразу возникнет вопрос, откуда. Впрочем, вопроса может и не возникнуть. У тебя деньги просто отберут.

-Да, счаз! - покивала Настя.

-Отберут. - Категорично подтвердил Андрей. - Не те, так эти. У тебя ни связей, ни покровителей. Друзей и родственников толком нет! Кто тебе поможет, если что?

-Говорун, - ответила Настя, как само собой разумеющееся.

-Говорун нам нужен, - покачал головой Андрей. - Вот поэтому нам и надо, чтобы ты под контролем была.

-Под контролем я не буду, - отрезала Настя. - Давай так. Я отдам оружие на хранение. Костюм, и кое-какие вещи тоже. Я сама выберу, какие, и ваши возражения не принимаются. Деньги я светить не буду. Буду жить скромно и без излишеств, пока не вернётся Говорун. Легенду посмотрю. Если понравится, то выучу. Если нет, то сама попробую придумать легенду. Про Зону обещаю не рассказывать специально, но ничего не обещаю. Устраивает вас такое предложение?

-Если другого не будет, - вздохнул Андрей, - то я согласен. А насчёт учёбы?

-Я подумаю, - отмахнулась Настя. - Посоветуюсь с мужем. С мамой тоже посоветоваться надо. С учёбой ведь не горит? И кстати, мы заболтались, а я не знаю, который час. Мне ещё до Рязани ехать!

-Не сегодня, - покачал головой Андрей. - Сегодня ты должна сдать вещи и оружие, выучить легенду... Заночуешь, а утром поедешь домой. Ну не возвращаться же тебе домой заполночь. Сейчас уже четвёртый час. Пока сдашь вещи, пока выучишь легенду...

-Я поняла. Согласна. Пойдём.

-Пойдём, - кивнул Андрей.

Они вышли из ячейки, и Настя направилась к рюкзаку. Андрей попытался обогнать её и схватить рюкзак, чтобы нести его вместо Насти, но она не позволила. Однако, он не отступил, и они начали перетягивать рюкзак, отбирая его друг у друга. Так их и застал вышедший из своей будочки пенсионер.

-Андрей, что происходит? - сурово спросил он. - Я понимаю, если бы ты девчонку привёл похвастаться и дать пострелять. Я бы понял, если бы вы перепихнулись там, в кабинке. Но я действительно не понял... Вы что, сюда только поговорить пришли? Что же это у тебя за тайны, если ты такую девчонку не приласкал и не произвёл на неё впечатления своей стрельбой?

-Я сталкер. На меня стрельба впечатления не производит, - процедила Настя. - Я сама стрелять умею.

-Да неужели, - усмехнулся старик. - Покажешь?

-Настроения нет, - вновь процедила Настя.

-Конечно-конечно, - покивал старик. - Не умеешь, поэтому на настроение всё и валишь.

-Андрей, подведи сюда мишень, - приказала Настя.

Она дождалась пока мишень подъедет, сняла её и предъявила старику.

-Вот! И это я ещё не целилась.

-Ужас! - усмехнулся он. - Просто ужасный результат. Даже на новичка не тянет.

-Чего вы хотите? - спросила Настя.

Старик явно её провоцировал. Хотел, чтобы она стреляла. Вот только, зачем ему это нужно Настя понять не могла.

-Ну, ты сказала, что умеешь стрелять. Я хочу, чтобы ты показала, как ты стреляешь. Пока я не впечатлён.

Настя задумалась. Она не видела никакого вреда для себя от того, что постреляет по мишени, показав пенсионеру, что умеет стрелять. Скосила глаза на Андрея. Тот стоял молча, с каменным выражением лица, но в глазах у него было видно недоумение. Он явно не был в сговоре со стариком. Действия старика для него тоже стали неожиданностью.

-Хорошо, я покажу вам, как стреляю, - согласилась Настя. - Но вы дадите мне патроны.

-Без проблем, - кивнул старик. - Я тебе ещё и пару стволов дам, чтобы ты из них тоже постреляла.

-Лев Яковлевич, - вмешался Андрей, - мы немного торопимся.

-Ой, да што вы говорите?! Андрей, ну куда ты так спешишь? Сначала у вас тайные разговоры, а затем вы куда-то спешите. Вы случайно не задумали свержение правительства? Нет? А зря. Наше правительство давно пора немножечко свергнуть. Впрочем, как всегда. И если вы таки вспомнили мне за мои семитские корни, то не будете ли так любезны, сходить до стеллажика и принести патроны, ведь где это видано, чтобы еврей работал, если рядом есть русский. Таки я вас умоляю.

Немного растерянный Андрей направился к стене. Там он что-то сделал и то, что Настя принимала за декоративную панель, вдруг выдвинулась вперёд, а за ней из стены начал выползать стеллаж с маркированными ящиками из полупрозрачного пластика, в которых были видны пачки патронов. Настя заметила, что вся стена состоит из таких панелей. Она прикинула, сколько там может быть патронов, и уважительно хмыкнула.

-А какие патроны брать? - спросил Андрей.

-Андрюша, ты что, не помнишь, какие патроны идут к её пистолету? - ехидно поинтересовался Лев Яковлевич.

-А я не посмотрел калибр. А на "Глок" идут три калибра.

-Два Андрей, два. И у неё девять миллиметров. Ты что, по отверстиям не мог этого увидеть. Совсем ты на штабной работе закис. А ведь одним из лучших был... Да-а-м... Вот что штабная работа с людьми делает.

Последняя фраза была сказана для Насти. Старик явно ждал её реакции, поэтому Настя не отреагировала на его слова, чем его немного удивила и озадачила. Андрей принёс патроны, и Настя повернулась, собираясь зайти в ячейку.

-Нет-нет, не сюда, - подхватился старик. - Вам в первую ячейку. Ну, или во вторую.

-Они на сто метров, - заметила Настя. - Вы хотите, чтобы я из пистолета на сто метров стреляла?

-Нет, что вы? - возмутился Лев Яковлевич. - Из автомата. А пистолет - только так, для начала. А вы смогли бы из пистолета попасть на сто метров?

-Вряд ли, - покачала головой Настя. - Я не так хорошо стреляю.

-Но мы ведь можем попробовать, - заговорщицки предложил Лев. - Если вы промахнётесь, то ни я, ни Андрейка, никому ничего не расскажем.

Настя распаковала коробку с патронами и начала снаряжать обойму.

-Скажите, всё-таки, зачем вам надо, чтобы я стреляла? - спросила Настя.

-Лев Яковлевич лучший инструктор по стрелковой подготовке, - вмешался Андрей. - Возможно, его заинтересовало то, как ты стреляешь.

-Меня многое заинтересовало, - усмехнулся старик. - Ты привёл очень необычную девочку. Она с оружием. Судя по всему, неплохо умеет с ним обращаться. Тайны у вас какие-то... Пусть постреляет, а я посмотрю, что она за человек.

Настя, пока он говорил, успела снарядить обойму и принялась за вторую. Первую загнала в рукоять и сунула оружие в кобуру. Андрей повесил мишень и нажал кнопку, отводя её на десяток метров. Как только мишень встала, Настя выхватила пистолет и сделала десяток выстрелов по мишени. Поняла, что ни разу не промахнулась. Показала Андрею, чтобы привёл мишень обратно. Когда мишень вернулась, с гордостью продемонстрировала старику десять дырок в центре нарисованной фигуры.

-Какие у неё ошибки? - спросил Андрея старик.

-Она стрелять начала, когда я перед ней стоял, - возмущённо, чуть не прокричал Андрей.

-Ты стоял в стороне, - парировала Настя. - И у меня нет ошибок. А если даже и есть, то это не важно. Главное, что я в цель попала.

-Попала, не спорю, - кивнул старик. - Но такое ощущение, что ты сначала на другом пистолете училась, а потом себе этот взяла. Хват у тебя неправильный. Поддерживаешь рукой не снизу, а спереди.

-Главное, что попала, - напомнила Настя.

-Да, но в долгом бою ты быстрее устанешь, а значит, будешь промахиваться. Каждое оружие требует к себе индивидуального подхода. И вообще, кто тебе такое оружие дал? У тебя запястья слабые. Ты долго им пользоваться не сможешь. Чего тебе объяснять? Давай так. Повесим десять мишеней, а потом ты по каждой отстреляешь по обойме. Да и не надо десять. Пяти будет достаточно. На пятой ты будешь мазать так, что дай бог, чтобы в мишень попала. Кстати, ты на каком пистолете стрелять училась?

-На пистолете Макарова, - ответила Настя.

-А автомат, какой первый осваивала?

-Вот этот, - указала Настя на свой автомат, лежащий на стойке.

-Понятно, - кивнул старик. - Андрей, принеси сюда ПМ и калаш... Сотку. Захвати ещё двенадцать миллиметров. ШАК. И ещё снайперку. Только маленький калибр. Девять уже не надо.

Андрей ушёл к стене и стал поочерёдно выдвигать и задвигать стеллажи.

-Вы хотите, чтобы я из всего этого стреляла? - спросила Настя.

-А почему нет? - удивился Лев Яковлевич. - Только не надо про то, что вы спешите. Не надо спешить, когда вам предлагают пострелять. Эту мудрость мне рассказывал мой покойный папа.

-Вы забыли добавить, "Чтоб ему на небесах было также хорошо, как при жизни". Или что-то подобное. Евреи всегда так говорят, когда поминают кого-то.

-Вы таки знаете за евреев? - удивился Лев Яковлевич, а потом стал серьёзным. - Вы меня раскусили. Я на самом деле с рождения русский. Просто меня всё время достают моим именем и отчеством. Я отшучиваюсь. Привык уже, но не всегда получается соответствовать.

-Скажите, а мои ошибки, они очень заметны? - перевела тему Настя.

-Для профессионала, и только для профессионала. Ну и сами вы со временем заметили бы их. Если бы стреляли каждый день по часу, как минимум. Сейчас проверим вас на ПМ, а потом на автоматы перейдём. Чувствую, с автоматом у вас полный завал.

-Почему? - удивилась Настя.

-Сложно объяснить. Я лучше покажу.

Настя ещё секунд пять подумала, а затем показала свой ПМ. Лев Яковлевич обрадовался и попросил Настю пострелять, не дожидаясь пока Андрей принесёт патроны. Настя согласилась. Лев Яковлевич повесил мишень и сдвинул её на тридцать метров. Настя только фыркнула и постаралась показать всё, на что способна. Когда мишень вернулась, она поняла, что не сплоховала. Все выстрелы попали в силуэт, и разброс был не так уж велик.

-Очень неплохо, - сказал старик, меняя мишени. - Даже хорошо. Я так и понял, что тренировались вы с этим пистолетом. Но могло бы быть и лучше. Вы позволите?

Он протянул руку к пистолету. Настя немного заколебалась, но потом отдала оружие и подала обойму.

-Я сам с этого оружия начинал. Как и вы, в стрелковом клубе... Сколько вы стрельбой занимаетесь?

-Я первый раз оружие в руки взяла, меньше трёх месяцев назад.

-Что-о-о? - искренне удивился Лев Яковлевич. - Вы серьёзно? Вы шутите?

-Нет, - покачала головой Настя, - не шучу.

-Тогда у вас талант. Для такого срока - очень хороший результат, но можно и лучше. Смотрим.

С этими словами он развернулся и выпустил обойму в уже отъехавшую метров на пятьдесят мишень. Стрелял медленнее Насти, но не намного, а когда Настя увидела результат, то была немного шокирована. На мишени были прострелены два глаза, а под ними кривая улыбка. И не важно было, что глаза не симметричны, а отверстия улыбки располагались вкривь и вкось. Для пятидесяти метров это был великолепный результат.

-Видишь, к чему надо стремиться? - с гордостью спросил пенсионер.

-Слов нет, - ответила Настя. - Я так никогда не смогу.

-Какие твои годы? Если будешь выделять по часу в день, то вполне можешь...

-Я автоматы зарядил, - вмешался Андрей. - Простите Лев Яковлевич, но мы не можем надолго задерживаться.

-Ладно. Давайте быстро проверим и разойдёмся. Настя, покажи со своим, что ты можешь.

Настя взяла свой автомат и прицелилась в мишень на ста метрах. Сделала три выстрела. Потом переключилась на очередь и сделала выстрел на десяток патронов. Потом ей дали знакомый, как она думала, автомат на двенадцать миллиметров. Но оказалось, что это не знакомый ей "шёпот", а нечто совсем другое. Из этого оружия она попала, разве что в стенку тира. Её водило при стрельбе, автомат скакал в руках при каждом выстреле. Настя осталась недовольна. Заметила, что "шёпот" ведёт себя по-другому и гораздо лучше. Андрей и Лев тут же заинтересовались, где и как она стреляла из "шёпота". Настя рассказала.

-И как долго вы ходили с тем оружием? - спросил Лев Яковлевич.

-Не долго, - призналась Настя. - Но, то оружие гораздо лучше этого. Удобнее держать...

-Если бы вы дольше тем оружием пользовались, вы бы узнали его недостатки и не восхищались бы им. Настя, поймите, универсальное оружие всегда проигрывает специализированному. "Шёпот" вообще не хотели принимать на вооружение. Он понравился одному генералу, и он пробил выпуск этих стволов мелкими партиями. Кончится срок эксплуатации у станков, которые его выпускают, и закончится их выпуск. Они никому не нужны. В армию они не годны. Слишком капризны и требуют ухода. Спецслужбам тоже не нужны. Как автомат плох потому, что с ним не развернёшься в помещении из-за длинного ствола, а как снайперская винтовка он слишком массивен и тяжёл. Да, эргономика продумана, сделано... качество великолепное, но он дорогой. Его одного на три вот таких автомата можно поменять, а служить он будет столько же. Так, хватит лекций! Настя, попробуйте ещё АК-100, но мне в принципе уже всё ясно.

-Что вам ясно? - спросила Настя, отстреляв несколько очередей из АК-100.

-То, что с тобой стоит заниматься. У тебя, может быть, талант к оружию. С пистолетами ты хорошо обращаешься, но тебе нужны тренировки. С автоматами всё очень плохо, но это не твоя вина, а того, кто тебе этот автомат в руки дал. Ты теперь другие долго будешь осваивать... Ты у нас кем работаешь? Даже так? После Зоны? Ну, как отдохнёшь и придёшь в себя, так сразу ко мне. Постараюсь научить, чему смогу.

-Спасибо, но...

-Мы пойдём, - перебил Настю Андрей. - Мы и так уже задержались.

-Идите, - разрешил Лев Яковлевич.

-А оружие почистить? - вспомнила Настя.

-Идите, - махнул рукой старик. - Я тут ещё долго сидеть буду. Вычищу потихоньку.

-А моё личное? Если я его сдавать буду, то мне его перед этим вычистить надо.

-Вот, Андрей, учись, - наставительно сказал Лев Яковлевич. - Девочка, в отличие от тебя, про оружие помнит и ухаживать за ним умеет.

-От оружия твоя жизнь зависит, - проворчала Настя. - Как за ним не ухаживать?

-А находятся такие, - усмехнулся пенсионер, насмешливо глядя на Андрея.

Андрей смутился и покраснел, как девица, уличённая в чём-то неприличном.

-Как можно, - с пафосом начала Настя, - как только можно не почистить оружие после стрельбы?! Андрей, вы сильно упали в моих глазах.

-Да один раз всего было, - начал оправдываться Андрей, но тут же пришёл в себя. - Нечего вспоминать, что когда-то было! Лев Яковлевич, вы мне это что, до конца жизни поминать будете? Нам идти надо. Мы торопимся. Настя, оставь всё оружие здесь. Лев Яковлевич его почистит и сдаст на хранение. Не волнуйся, я прослежу, чтобы все документы на тебя составили.

Возник спор. Настя никому не доверяла и оружие оставлять не хотела. Лев Яковлевич за это на неё обиделся и ушёл в свою каморку. Настя продолжила ругаться с Андреем. Он требовал отдать оружие, а она отказывалась. И всё же, Андрей смог настоять на своём. Настя согласилась оставить автомат и "Глок", а ПМ решила забрать с собой. Про пистолет Коровина Андрей не знал, и Настя не стала заострять внимание на его наличии.

Потом Настя просила прощения у пенсионера и уговаривала его принять у неё автомат и пистолет, а также патроны к ним. Лев Яковлевич кокетничал и отказывался, но когда к уговорам присоединился Андрей, согласился и забрал у Насти оружие и всё, что принадлежало к нему. Кобуру, патроны, набор для чистки, смазку, и даже немного ветоши, которая была у Насти в запасе. Всё обещал вычистить, смазать и сдать на хранение, а Насте только принести бумаги на подпись и ключ от шкафчика, где оружие будет храниться. Настя попробовала уточнить, где находится сам шкафчик, но Андрей сказал, что потом всё ей покажет, а сейчас им надо двигаться дальше.

Они покинули тир и двинулись куда-то по коридорам. Настя хотела уточнить, куда именно они идут, но Андрей выговаривал ей за то, что она не оставила ПМ, и прерываться, а тем более отвечать на вопросы, не хотел. Через пару минут они пришли в какое-то помещение, с множеством дверей в одной из стен. Андрей открыл одну из них, и за ней оказалась маленькая комната со столом. Андрей показал на стол и велел Насте вываливать все вещи из рюкзака, а потом они вместе отберут то, что надо оставить и Настя переоденется. Настя вызверилась на него и выгнала из комнаты. Перебирать свои вещи в присутствии кого-то она не собиралась, как не собиралась переодеваться при Андрее. Однако, вещи действительно следовало перебрать. Выгнав Андрея, Настя нашла камеру, направленную на стол, и отключила её. Только после этого начала перебирать вещи.

Рюкзак для неё собирал Говорун. Он знал, что ей нужно и чего ей всё равно не позволят взять. В рюкзаке не было артефактов, кроме "дум-мумиё", а также не было никаких вещей из Зоны. Настя ещё удивлялась тому, что её рюкзак немного похудел. Оказалось, что все вещи, приобретённые в Зоне и для Зоны, из него исчезли. В нём были Настины украшения, платья, спортивный костюм, халат, обувь, но не было футболок, не пропускающих радиацию штанишек, мягких толстых носков. Если бы Настя захотела вернуться в Зону прямо сейчас, то сменной одежды у неё не было, пришлось бы ходить в том, что сейчас на ней.

Немного поругав Говоруна за самоуправство с её рюкзаком, Настя попыталась из оставшейся одежды и обуви подобрать что-то, что сочетается, и смотрится не слишком вызывающе. Мужчины об этом не задумываются, а выглядеть прилично - на самом деле очень сложно. В конце концов, Насте пришлось надеть футболку, поверх неё кожаную куртку, джинсы и туфли на каблуке-шпильке. Зеркала не было, но Настя представляла, как она выглядит, и поминала Говоруна, надеясь, что ему икается. Однако, ничего лучше сейчас не придумывалось, поэтому Настя готовилась выйти в свет именно в этом.

Уже запихивая костюм "Ратник" в рюкзак, она вспомнила про многочисленные кармашки рюкзака. Не могла вспомнить, убирала ли туда что-то, поэтому решила тщательно их проверить. В одном из кармашков нашла пакет с теми пустячками, дорогими её сердцу, с которыми когда-то пришла в Зону. Значки, привезённые отцом, подарки одноклассников. Говорун сохранил их для неё. Тащил на себе по Зоне, отстоял в лаборатории, где их наверняка хотели изучить, уничтожив в процессе. Всё же он не был циником и понимал, что такое памятные вещи. Настя даже немного всплакнула, но взяла себя в руки и принялась за переборку вещей.

В одном из кармашков рюкзака, в пакетике обнаружилась банковская карточка. Арабская вязь, цифры номера и номер телефона. На бумажке, в которую была завёрнута карточка, был повторно написан номер телефона и внизу приписка: "Позвони, если будут нужны деньги. Код - число нашей первой встречи. При снятии денег я пойму, что ты в беде". Настя немного удивилась и задумалась. Деньги у неё были, поэтому пользоваться этой карточкой не было необходимости. Странно было, что Говорун про эту карточку ничего ей не рассказал. Настя вообще могла не найти её. Впрочем, логику Говоруна понять было невозможно. Настя убрала карточку рядом со своей и продолжила убирать вещи в рюкзак.

Когда она выглянула из комнатки, её встречал встрёпанный Андрей, пара хмурых мужиков и рассерженный военный, в немалом чине. Увидев Настю, военный немного смутился, но тут же снова стал агрессивным и начал требовать от Насти отчёта, с каких таких .... она сломала камеры наблюдения, и кто ей это позволил. Андрей попытался уладить конфликт, хоть и было видно, что ему досталось, пока он стоял под дверью насмерть, и ему очень не хочется начинать конфликт снова, но военный его просто отодвинул в сторону и начал орать на Настю. Настя секунду смотрела, как он всё больше распаляется, а потом вытащила оружие и выстрелила так, чтобы пуля прошла поверх головы орущего. Вопли тут же смолкли.

-Андрей, ты говорил им, что я только что из Зоны? - спокойно спросила Настя.

Андрей кивнул.

-Вы это слышали? - также спокойно поинтересовалась Настя у троих незнакомцев.

Двое закивали, а тот, который орал набычился и не шевельнулся.

-Надеюсь, инцидент исчерпан? - спросила Настя сразу всех и не стала дожидаться ответа. - Позвольте пройти.

Она двинулась прямо на оравшего, и он вынужден был отойти с её пути. Настя пошла вперёд и услышала, что Андрей двинулся за ней.

-Я рапорт подам, - погрозил оравший.

-Хоть два, - беспечно отмахнулась Настя.

Андрей догнал её и чуть подтолкнул, направив к двери выхода.

-Ничего он не подаст, - фыркнул он, когда они уже были в коридоре, - но по мелочи гадить будет. Вот именно это я и имел в виду! Чуть что, и ты сразу за оружие схватилась! Настя, представь свои проблемы, если ты также будешь в повседневной жизни реагировать на всё подряд. Что не по тебе, и ты тут же стреляешь.

-Я что, дура? - спросила Настя. - Я знаю, где можно, а где нельзя стрелять. Здесь ещё можно.

-А где нельзя? - уточнил Андрей.

-Меня Говорун учил, что если ты достала оружие, то ты должна кого-то убить. Просто так оружие доставать нельзя. Разве что, в тире, на тренировке. Я нарушаю это правило. Иногда. Но если я выйду отсюда на улицу, то оружие я буду доставать только, когда должна буду убить. Причём именно убить. Не напугать, не поугрожать, а убить. Понимаешь? И я не маньяк. Меня сложно довести до такого состояния, когда я убивать захочу.

-У тебя сейчас критерии размыты... - начал Андрей, но Настя перебила.

-Критерии у меня те же. Просто раньше я не могла применить оружие, поэтому плакала и убегала, а теперь могу.

-Вот именно это я...

-Закончили этот разговор, - отрезала Настя. - Куда мы идём?

-За легендой и документами. - Андрей показал своё недовольство паузой перед ответом. - У тебя ведь только удостоверение и бланк с вписанным оружием. Тебе нужен паспорт, нужны отметки в паспорте, согласно легенде. Вернее, тебе нужен документ... Ай, сейчас придём, там всё узнаешь.

Они поднялись на несколько этажей вверх. Прошли по коридору, и зашли в просторное помещение. Всё это помещение было заставлено техникой, в одном углу была фотостудия. У окна стоял стол, а за столом сидел невысокий, полноватый молодой человек, во что-то увлечённо играя на компьютере. Увидев вошедших, он с сожалением прекратил игру, снял наушники и выбрался из-за стола.

-Ну, наконец-то! Андрей, ты обещал, что задержусь не больше часа, а тут уже второй час идёт. А у меня, между прочим, личная жизнь есть.

-Извини, нас Лев Яковлевич задержал.

-Ай, ладно, прощаю. Кто эта чудесная, великолепная, ослепительная... и не накрашенная... красавица. Это ей я должен сделать документы?

-Это Настя. Документы нужны ей. А также легенда...

-Настя, да? - перебил Андрея толстячок. - А меня зовут Субатом. Я вам сделаю документы, но только, вы уж меня простите, не буду делать вам фото с тех, которые мне прислали. Я вас сам должен сфотографировать. И знаете, вы бы немного косметикой воспользовались. Глаза там... Губы...

-Антон, - перебил его Андрей, - Настя хочет всё побыстрее сделать. Ей ещё легенду учить, а утром она хочет домой поехать. Давай всё побыстрее сделаем.

-Побыстрее, побыстрее... Хорошо, через пять минут всё будет готово. Но может быть, мы всё-таки сфотогафируемся? Это много времени не займёт, а на сделанных мной фото вы будете выглядеть гораздо лучше, чем на других.

-У вас тут зеркало есть? - спросила Настя, скидывая рюкзак.

-Конечно! - обрадовался толстячок. - Вот, пожалуйста. Зеркало, столик. Даже косметика осталась... Ну, то, что забыли. Я ничего не выбрасываю.

-У вас тут и женщины фотографируются? - удивилась Настя, разглядывая карандаши для подводки, тюбик помады, наверняка пустой, и какую-то пудреницу.

-А как же? Я всем документы делаю. То есть, не документы, конечно же, а фотографии. Ко мне все фотографироваться ходят. Сейчас, я ещё и заколки принесу. Вы ведь захотите волосы уложить.

-У меня всё есть, - сказала Настя, доставая косметичку из рюкзака.

-Вот и отлично, - обрадовался Антон. - Я пока аппаратуру разогрею.

Настя привела себя в порядок, воспользовавшись косметичкой, а Андрей, пока она была занята, заглядывал в её рюкзак. Он так хотел посмотреть, что она отобрала, что Настя не выдержала и дала ему разрешение покопаться. Он тут же этим воспользовался и начал перебирать вещи. Действовал осторожно и корректно, но Настя всё равно морщилась. По результату осмотра Андрей решил, что Настя правильно сложила вещи, и похвалил её за это. Предложил ей оставить рюкзак, купив для вещей чемодан.

-А я уже всё сделал, - вмешался Антон.

-Что сделал? - не понял Андрей.

-Чемодан купил. То есть, не купил, а взял из запасника... Ей ведь для легенды чемодан нужен. Вот, я и подсуетился. Легенда должна быть продумана до мелочей. Как она легализуется без чемодана с таможенными наклейками?

-А можно мне легенду посмотреть, а то я ещё ни на что не согласилась? - вмешалась Настя.

-Вот, - обрадовался Антон, - совсем другое дело! Вы выглядите просто сногсшибательно. Будьте моей женой!

-Я замужем, - засмеялась Настя.

-Конечно, глупо было думать, что такая красавица и не замужем. Опередили меня, опередили. Ну ладно, что поделаешь. А насчёт легенды... Вот. Коротенькая брошюрка. Я сделал распечатку. Также здесь фотографии отеля, где вы работали. Билеты на самолёт и отметки паспортного контроля. Однако, легенда не пройдёт проверку, если начнут копать. Вы не летели на самолёте, не проходили таможенный контроль, ваш загранпаспорт - унылая липа. Только паспорт я вам сделал настоящий, плюс, водительское удостоверение и открытый лист на мед. страховку. Если нужны будут ещё какие-то документы...

-Нет, спасибо, - покачала головой Настя. - Мне и водительское удостоверение не нужно. Я водить не умею. А медицинская страховка от кого? Я ведь нигде не работаю.

-Как? - удивился Антон. - А у нас? Ой, ошибочка. У нас вы работаете, но по легенде не работаете. Тогда вам страховка не положена.

-Положена, - вмешался Андрей. - Делай. Настя, только не показывай эту страховку никому, если заболеешь. Сразу иди в нашу поликлинику. В Рязани она есть. Кстати, там и оборудование лучше, и психолог есть хороший.

-Андрей! - выразительно посмотрела на него Настя.

-Молчу, молчу, - поднял он руки. - Но полис нигде не показывай, как и удостоверение.

-А удостоверение у неё есть? - уточнил Андрей. - А то, я уже делать собрался. Так, садись сюда. Сейчас я тебя сфотографирую.

Антон оказался увлечённым фотографом. Фотографирование заняло не пару минут, как он обещал, а не меньше двадцати. Однако, результат того стоил. Если раньше на паспортной фотографии вместо Насти была страшненькая девочка, то теперь Настя с удивлением увидела довольно взрослую женщину. Она удивилась этому вслух, и Антон тут же с энтузиазмом принялся объяснять ей установку света, игру тени, плюс небольшое вмешательство с помощью корректирующих программ. Настя слушала с удовольствием, беря на заметку некоторые приёмы фотографов, которые потом помогут ей выглядеть лучше, но вмешался Андрей и прервал столь увлекательную беседу.

Дальше Настя просмотрела легенду. Согласно легенде получила документы о пересечении границы, билеты и чеки из магазинов. Потом ей выдали то, что она могла использовать в повседневной жизни. Медицинский полис, справку о бессрочном отпуске, разрешение на оружие, справку о взятии на сохранение её вещей и закреплении за ней складской ячейки. Удостоверение у Насти уже было, поэтому больше бумаг ей не потребовалось. Единственное, что ей нужно было сделать - утром зайти в бухгалтерию и отдел кадров. Выдать бумаги этих ведомств Антон отказался наотрез.

-Ты понимаешь, что со мной в бухгалтерии сделают, если я их бумаги подделаю? - спрашивал он Настю. - Даже не проси. Завтра сама всё у них подпишешь, а сегодня учи легенду. У кадровиков только печать поставишь на справке...

-Справку никому не показывай, - вмешался Андрей.

-Я уже поняла, - с раздражением огрызнулась Настя. - Эти документы я показываю, ели меня спросят, а эти, только если что-то случится.

-Да, - кивнул Андрей, - и выучи легенду. Ты должна знать, где ты работала в Турции, фамилию того, кто сделал тебе документы, справку об утере документов ты брала в полицейском участке...

-Я всё выучу. Ой, здесь даже фотографии есть.

-Легенда без проводки, но основана на реальных событиях, с реальными людьми, - вмешался Антон, - поэтому я сделал сканы и добавил к легенде. Кстати, фотки можешь показать знакомым. Они реальны. В смысле...

-Я поняла, - кивнула Настя. - Только мне не нравится, что я проституткой работала...

-Не проституткой, а танцовщицей, - указал на страницу легенды Антон. - Почитай, прежде чем говорить.

-Хорошо, почитаю, - кивнула Настя.

-Мы здесь закончили, - сказал Андрей. - Пойдём, сдадим твои вещи.

-Чемодан не забудьте, - подхватился Антон. - И это... Если будешь в сети, то меня Субатом зовут. Я на викингах сижу, но и на конфетах бываю. Если что, то помогу на первых порах.

-Твои сетевые игры никого не интересуют, - фыркнул Андрей.

-Ну, а вдруг, - пожал плечами Субатом.

-Спасибо вам большое, - сказала Настя. - Я вам очень благодарна.

-Ха, "спасибо", - презрительно скривился Антон. - Спасибо не булькает...

-С меня пиво, - кивнул Андрей.

-Да? Ну, ладно. Замнём для ясности. Всё, всем покедова. Идите, куда вы там собирались. А у меня тут дела ещё...

-До свидания, - кивнула Настя.

Уже закрывая дверь, посмотрела и увидела, что Антон вновь уселся за компьютер и с довольным видом надевает наушники. Она закрыла дверь и встретилась взглядом с Андреем.

-Я думала, что мне придётся кучу инстанций оббегать, кучу бумаг подписать. Легенду у меня проверять будут, и пока не выучу, не отпустят. А это оказывается так просто. И документы...

-Мы тебе всё на свой страх и риск выдаём, - пояснил Андрей. - У тебя реально только паспорт на руках и удостоверение, а остальное... Завтра в бухгалтерии поймёшь. Ладно, давай я чемодан повезу.

-Нет уж. Рюкзак возьми, он тяжелее. И не удивляйся. Я стала тебе немного доверять. Куда нам теперь?

-Сдать твои вещи и оружие на хранение, а потом я тебя на ночь в общежитие устрою. Или, если хочешь, то поехали ко мне. Утром я тебя отвезу сюда, но попозже.

-Почему попозже? - спросила Настя.

-Выспаться хочу, - признался Андрей. - Я уже три дня твою легенду готовлю и воюю с начальством. Утром хочу поспать подольше и приехать сюда часам к одинадцати.

-А бухгалтерия со скольки работать начинает? - спросила Настя.

-С восьми, или девяти. Как главный бухгалтер придёт. Она тётка строгая. Всю бухгалтерию держит. Первой приходит и последней уходит. Не ходила бы ты к ней без меня. И оружие доставать в бухгалтерии даже не вздумай, хоть уверен, что тебе очень захочется эту тётку убить.

-Почему? Она такая злая? - спросила Настя.

-Да не злая, - поморщился Андрей. - Просто строгая и дотошная. Если у неё что-то до копейки не сойдётся, будет тебя долбать... Я постарался сделать так, чтобы у неё к тебе претензий не было, но кто её знает. Ну, так как, со мной, или в общагу?

-Я лучше в общежитие. Если с бухгалтерией не получится, то тебя дождусь, а если всё будет в порядке, то уеду к маме. Ты меня пойми, мне поскорее надо.

-Да я не спорю. Вот, мы пришли. Здесь ты вещи оставишь, а оружие Лев Яковлевич уже должен был принести.

Они вошли в помещение и застали там Льва Яковлевича, распивающего чай с каким-то мужчиной не слишком военной выправки. Мужчина оказался кладовщиком. Он принял у Насти костюм по описи, а всю электронику, маску и всякие мелочи предложил сложить в контейнер и опломбировать. Насте тоже тык было удобнее, поэтому она согласилась. Патроны тоже легли в контейнер, а оружие вновь было принято по описи. Андрей склонял Настю к тому, чтобы она оставила всё оружие, но Настя не смогла преодолеть себя и оставила только автомат и "Глок", а ПМ взяла с собой. Андрей только вздохнул и отступился.

Сдав вещи на хранение, и лично заперев шкафчик в котором они были сложены, Настя почувствовала себя как-то странно. Как будто часть её жизни перестала существовать. Очень захотелось вновь вытащить всё из шкафа и убедиться, что вещи не растаяли как дым, а продолжают существовать. Это длилось всего секунду, но Настя отчётливо поняла, что Зона не отпустила её, хоть установка под названием "комната" очень сильно ослабила её влияние. Как бы там ни было, но говорить о своих чувствах она никому не стала и сама тоже не стала задумываться над этим.

Андрей повёл её устраиваться на ночь. Лев Яковлевич немного проводил их. Он агитировал Настю обязательно приходить к нему в тир, для тренировок в стрельбе. Советовал приезжать хотя бы раз в две недели. Настя неопределённо ему пообещала, но сама была неуверенна, что у неё получится. Когда они расстались, Настя облегчённо выдохнула. Обещать что-то, а потом не выполнять - для неё было сложно. Мамино воспитание всё ещё довлело над ней. Впрочем, Настя не считала это чем-то плохим.

В общежитии Насте выделили комнату с четырьмя кроватями, но Андрей заверил, что она в комнате будет жить одна. Он показал ей куда идти и оставил. Ему ещё надо было до дома добираться. Он спешил, а Настя уже не была маленькой девочкой и вполне могла сама о себе позаботиться. Они обменялись номерами телефонов, и он уехал. Настя попрощалась с ним у лестницы, а потом поднялась на третий этаж. День был насыщенным. Хотелось лечь и полежать.

То, что полежать не получится, Настя поняла, когда заходила в комнату. В холле собралось много народу. Занимались кто чем, но оставили все свои дела, как только увидели Настю. Общежитие было мужским, а Настя была девушкой. Неудивительно, что она вызвала здоровый интерес у сильной половины человечества, проживающей на этаже. Тем более, что это были молодые, горячие парни. Насте было лестно такое внимание, но она понимала, что от него надо избавляться. Поэтому, когда к ней в комнату сунулся какой-то парень, якобы что-то спросить, его встретило дуло пистолета, которое было направлено точно ему между глаз.

-Чего тебе надо? - процедила Настя.

-Я... А я... Да я спросить только... И познакомиться. Мы ведь теперь соседи.

-Я Настя. Будем знакомы. Выметайся.

Парень юркнул обратно за дверь, а Настя вышла вслед за ним. В холле её встретили напряжённым молчанием.

-Прошу прощения, - сказала Настя, - но я только что из Зоны. Нервы ни к чёрту, поэтому, сначала стреляю, а потом думаю куда. Пожалуйста, не надо ко мне заходить и тем более без стука. И стучать не надо. Я могу и на звук выстрелить.

-А ты была в Зоне? - спросил кто-то.

-Да, была, - кивнула Настя, - но это военная тайна, поэтому рассказать не могу. Если сами что-то в сети нароете, то могу подтвердить, или опровергнуть. Только если зайти захотите, то стучите в дверь и отклоняйтесь. Я, если спать буду, то спросонья могу выстрелить на звук.

-А чего тебя к нам на этаж заселили? - спросил ещё кто-то.

-Не знаю, - пожала плечами Настя. - Мне всё равно. Это только на одну ночь. Утром я уеду.

-В санаторий, - с пониманием сказал кто-то.

-Нет, но это не важно, - поправила его Настя. - Пожалуйста, не беспокойте меня.

Её нестройно заверили, что беспокоить не будут. Настя поблагодарила и ушла в комнату. За дверью загомонили, заспорили, но Настя не стала прислушиваться. Она застелила кровать, разделась и легла под одеяло. Вместо книжки на ночь, взяла брошюрку с легендой и стала её читать.

Постепенно увлеклась. Ей понравилась история, которая действительно была похожа на женский роман. Только история с Настей должна была окончиться свадьбой, а история девушки, которая была прототипом Настиной легенды, была не такой радужной. Девушку действительно вывезли в Турцию, а потом заставили работать проституткой. Её заметил один богач и помог выбраться из рабства. Или выкупил, или похитил - Настя не поняла. Потом она сама добиралась до России, попутно зарабатывая проституцией. Настина история была не так грязна, но в ней тоже хватало двусмысленных моментов.

Прочитав всё, Насте захотелось вымыться. Она почувствовала себя грязной, как будто действительно выбиралась из чужой страны, торгуя собой потому, что больше нечем было торговать и никак не заработать. Немного подумав, она выбралась из-под одеяла и поискала полотенце, мыло и губку. Прихватив пистолет и завернувшись в полотенце, отправилась в конец коридора, в душевую.

Возвращаясь из душевой, она вновь увидела собрание жильцов в холле. Все смотрели на неё. Настя посмеялась про себя, но ей захотелось пошутить, и она прошла мимо собрания, старательно виляя попкой. Вслед ей засвистели, замычали, приветствовали её одобрительными возгласами. Настя хотела ещё и сделать так, чтобы у дверей с неё соскользнуло полотенце, как будто случайно, но вовремя одумалась. Тогда бы ей точно спать не дали.

И всё равно, через несколько минут в её дверь постучали. Настя уже лежала под одеялом, вставать и одеваться, ей было лень, поэтому она просто разрешила войти. После разрешения прошло несколько секунд, прежде чем в дверь сунулся парень.

-Там это... - неуверенно начал он. - Мы там собрались. Нам бы что-нибудь о Зоне узнать. Ты... Вы... это... Рассказать нам можешь?

-А который сейчас час? - спросила Настя.

-Так это... Десятый. Время детское. Нам бы рассказать...

-Сейчас оденусь и выйду, - сдалась Настя.

И вновь она отвечала на вопросы. Она отказалась обсуждать то, как попала в Зону, и то, как из неё выбралась, но ответить на вопросы согласилась. И вопросы посыпались со всех сторон. Она рассказывала о жизни в Зоне. Рассказывала всё, что знала об аномалиях и ловушках. Для многих откровением стали её слова, что мутантов вовсе не обязательно убивать сразу, как только увидишь. Ей даже не поверили, но она продемонстрировала хвост химеры, завалявшийся случайно среди всякой мелочёвки, и рассказала об обстоятельствах, при которых его получила. Также рассказала, как ездила на псевдогиганте, и почему смогла к нему подойти. Рассказала и о том, сколько убийств видела за своё недолгое пребывание в Зоне. И как в Зоне новичков загоняют в долги. Рассказала и о своих метаниях, когда очень не хотела оставлять свои вещи, но оставила, ведь иначе не смогла бы унести то, без чего ей было бы не выжить.

Её рассказ получился мрачным и сильно повлиял на всех присутствующих. Потом её стали уверять, что в Зоне не так уж всё плохо, что это только ей не повезло. Настя на эти заявления только смеялась про себя. Она вновь наглядно убедилась, что люди живут мифами. Ей ничего не оставалось, кроме как согласиться со всеми и сказать, что они правы. Она припомнила, как хорошо живут солдаты Долга. Сказала, что Зона не так уж и опасна, если её знать и научиться чувствовать. Напомнила, что они будут ходить в Зону в составе групп, при поддержке техники, с оборудованием, и в скафандрах. Их будущее она постаралась нарисовать в радужных тонах. Ведь они не будут ничего не знающими одиночками. Их будут учить. О них будут заботиться. На этом она оставила всех обсуждать её слова, а сама вернулась в комнату и легла спать. Ночью её никто не беспокоил.

Спала она некрепко и постоянно просыпалась. Окончательно проснулась, когда за окном ещё было темно. Чувствовала себя выспавшейся и готовой к бою. Посмотрела на часы. Спала она чуть больше четырёх часов, но ей этого хватило. Пожалев, что у неё ничего нет пожевать, она вытянулась на кровати, раздумывая, что бы ей сделать. Лежать просто так не хотелось. Тело требовало действия, а сна не было ни в одном глазу. Размявшись, Настя отработала несколько связок и проверила часы. Прошло всего сорок минут. До открытия бухгалтерии оставалось ещё три часа. Настя задумалась, а потом приняла решение и закопалась в чемодан, ища всё необходимое.

Пока все спят, она решила вымыть голову. Да и самой ещё раз вымыться не помешает. Вчера она совершенно забыла о том, что у неё есть набор для ванной. Сегодня, вспомнив об этом, она может привести себя в порядок так, как надо, а не просто ополоснуться под душем. Надев халат, Настя с пакетом прошествовала в душевую по пустому коридору. Там она занялась собой и провела в душевой, по её прикидкам, не меньше часа.

Когда она выходила из душевой, то встретила парня, одетого в рабочий комбинезон. Наверное, уборщика, так как он был с ведром и тряпкой, а в коридоре стояла тележка с моющими приспособлениями. Пареньмельком глянул на неё, а потом уронил челюсть и уставился, как на привидение. Он никак не ожидал увидеть здесь девушку. Настя сделала бесстрастную морду лица и прошествовала мимо. За этим выражением она скрывала то, что ей очень стыдно. После неё вся душевая была влажной, а с потолка капало. Уборщику придётся потрудиться, убирая всё это.

Настя не считала себя виноватой в этом. Ну, почти. Просто она включила кипяток и встала под струи, когда вода немного нагрелась, а потом забыла убавить напор и включить холодную воду. Поняла, что что-то не так, только тогда, когда от пара в душевой не смогла увидеть собственных рук. Только тогда обратила внимание, что стоит под струями кипятка и не чувствует какого-либо дискомфорта. Кипяток она разбавлять не стала, так и продолжила мыться. Только потом переключила воду на холодную, и вновь не испытала никаких негативных ощущений. Какая-то аномальность её организма сохранилась после Зоны, но Настя не собиралась об этом кому-либо рассказывать.

Впечатлив уборщика чуть не до потери сознания, Настя зашла к себе в комнату и только там рассмеялась. Подхихикивая, она пристроила на столе у стенки зеркало, до того висящее у двери и занялась собой. Вчера она всё делала второпях, кое-как, а сегодня решила привести себя в порядок вдумчиво, благо времени ей хватало. Минут сорок она потратила на макияж, а потом ещё какое-то время подбирала себе одежду из того, что у неё было. Ругала себя за то, что покупала всё подряд, не думая, как это сочетается. Наконец подобрала комплект из платья, жакета и спортивных тапочек. Просто и неброско. Вот только это всё было на лето, а сейчас была осень, но Настя надеялась, что с температурой у неё теперь свои отношения, и она не замёрзнет.

-Подъё-ё-ём!!! Подъё-ём!!! Выходи строиться!!! - заорал вдруг кто-то.

Более того, кто-то начал с грохотом распахивать двери комнат и орать прямо туда.

-"Не общежитие, а казарма какая-то", - подумала Настя и подошла к двери, чтобы посмотреть, что случилось.

Открыв дверь, она нос к носу столкнулась с коренастым мужиком, который как раз проходил мимо её двери. Он как раз набрал в грудь воздуха, чтобы снова заорать, но увидел Настю и подавился. Несколько секунд он безумным взглядом смотрел на неё и пытался откашляться, а потом просто вытаращился и смотрел, постепенно наливаясь багрянцем. За его спиной, в холле выстроились парни, с которыми Настя вчера беседовала. Мужик повернулся к ним и, тыча в Настю пальцем, заорал.

-Это что такое?!! Это что такое, я вас спрашиваю!!! Баб сюда водить?!! В учебное время!!! Вам дибилам выходных мало?!! Вы мне что тут себе позволяете?!! Кто?!! Чья это баба?!!

-Я не баба, - сказала Настя, пнув мужика пониже спины. Очень уж удачно он к ней повернулся.

Мужик тут же развернулся к ней всем корпусом и замер, пуча глаза, потея, краснея и дыша, как загнанный. Настя не стала ждать развития событий, а ушла в комнату и захлопнула дверь у мужика перед носом. Халат скидывать не стала, мужику могло хватить дурости ворваться в комнату, но сразу вооружилась, и только потом принялась доставать запрятанное в чемодане удостоверение. Тем временем мужик отмер и вызверился на парней. Его речь была полна эпитетов, сравнений и откровенной лести, превозносящей половые достоинства парней и Насти на недосягаемую высоту. Настя открыла дверь и, прислонившись к дверному косяку, с упоением слушала это произведение ораторского искусства.

Закончив свою речь, мужик развернулся, собираясь зайти в комнату и пресечь безобразие. Наткнулся на спокойно стоящую Настю, взглядом сытой кошки взирающей на него, и немного сдулся. Через секунду у него начали работать мозги. Гнев ушел, и осталась растерянность.

-Ты кто? - задал он глупый вопрос.

-Лейтенант Говорун, - выпрямившись, отчеканила Настя. - Вот мои документы. Представьтесь!

-Старший прапорщик Пилипенко, - неуверенно представился мужик. - А дайте-ка мне ваше удостоверение посмотреть.

Он протянул руку к Настиному удостоверению и отдёрнул, когда в другой руке у Насти увидел направленный на него пистолет.

-Может быть, вы сначала покажете ваше удостоверение? - ледяным тоном произнесла Настя.

-Э-э-э... Виноват, товарищ лейтенант, но я его не захватил... Но меня тут все знают!

-Я вас не знаю, - напомнила Настя. - Что вы себе позволяете?! Как вы выглядите?! Что у вас надето вместо формы?!

-Так вы тоже не по форме одеты, - попытался оправдаться прапорщик.

-Чш-тх-о-о? - прошипела Настя. - Что вы себе позволяете?! Я в отпуске и одеваюсь так, как захочу. Тем более, что я в своей комнате и не обязана носить форму каждую минуту. А если вы будите всех ни свет, ни заря своими криками, то обязаны выглядеть соответственно и иметь при себе соответствующие документы. Пока что, я вижу какого-то хама, который своими воплями всех разбудил. Как это расценивать? Как хулиганство, или несоответствие служебным...

Настя забыла, чему нужно соответствовать и прервалась. Прапорщик принял её заминку за суровую недосказанность, обещающую для него все муки ада, поэтому вытянулся и браво отрапортовал.

-Виноват, товарищ лейтенант! Разрешите исправить?!

-Разрешаю, - кивнула Настя. - Исправляйте. Докладывать необязательно.

-Разрешите идти?!

-Идите, - кивнула Настя.

Смотреть, как старший прапорщик, печатая шаг, направляется к лестнице, Настя не стала, а ушла в комнату и захлопнула за собой дверь. Не знала, чего ей ждать дальше, поэтому быстро переоделась и села ждать развития событий. События не заставили себя ждать. Через пару минут к ней постучались.

-Войдите, - разрешила Настя.

-Товарищ лейтенант, это мы, - осторожно просовываясь в дверь, сказал какой-то парень.

-Вы? - удивилась Настя. - Я пока только одного человека вижу.

-Виноват, товарищ лейтенант. - Парень распахнул дверь. За ним стояли ещё двое. - Разрешите войти!

-Ну, войдите, - разрешила Настя, не очень понимая происходящее.

Парни вошли и выстроились перед ней. Настя почувствовала себя обязанной встать, но подавила в себе это чувство и осталась сидеть на кровати.

-Товарищ лейтенант, мы, староста потока, а также старшины отделений, просим вас не подавать рапорт на товарища старшего прапорщика, - на одном дыхании выпалил парень.

-Вольно, - дала команду Настя. - Да вы садитесь... Здесь четыре кровати. Занимайте вон те. И объясните мне, что вы имеете в виду?

Парни остались стоять, и староста потока попытался объяснить.

-Товарищ лейтенант, не подавайте, пожалуйста, рапорт на товарища старшего прапорщика. Он не знал, что вы здесь. Он не хотел вас будить или... Ну...

-Шлюхой назвать, - подсказала Настя.

-Да, - кивнул парень, но тут же понял, что сказал и испугался. - То есть, нет. Товарищ лейтенант, он неплохой человек. Просто старается, чтобы мы учились и дисциплину поддерживает.

-А вы тоже ревнители дисциплины? - удивилась Настя.

-Нет, но...

-Слушайте, а вы вообще кто? - заинтересовалась Настя. - Вы к каким войскам относитесь?

-Мы курсанты, - удивлённо ответил парень. - А вы что, не знаете?

-Представьте себе, нет, - развела руками Настя. - Меня сюда вчера привезли, заселили, чтобы ночь переждать, а к кому, не сказали.

-Странно, что на наш этаж и в наше крыло, - проворчал парень, стоящий справа.

-Мне всё равно куда, - отмахнулась Настя. - Значит так... Я никаких рапортов подавать не буду. О вас у меня только хорошие впечатления, так и скажу, если спросят. Прапорщику вашему объясните, что я бы на него не злилась, если бы он меня бабой не назвал. Он назвал, я его пнула. Инцидент исчерпан. Вопросы?

-Никак нет! - вскочили парни. - Разрешите идти?!

-Идите уже. Ой, маленькая просьба. Где у вас тут можно поесть? Расскажите, а если можно, то покажите, пожалуйста.

-Мы сейчас соберёмся и на пробежку пойдём, а потом в столовую, - сказал староста. - Если вы нас с пробежки подождёте, то можем вместе пойти.

-Это было бы замечательно, - честно сказала Настя. - Я с вами пойду. Через минуту буду готова. Только чемодан... С собой его можно взять?

-В столовую? - не понял староста.

-Да, в столовую. Но сначала на пробежку. Вы ведь сюда не вернётесь, а я не хочу его оставлять.

-Я пришлю бойца, он вам поможет, - кивнул староста.

-Буду ждать его в холле, - в свою очередь кивнула Настя. - Сюда пусть не заходит.

Парни ушли, а Настя кинулась к чемодану, чтобы достать спортивный костюм и убрать платье. Переоделась, как будто сдавала норматив Говоруну, упаковала чемодан. Проверила, чтобы никаких своих вещей не оставила в комнате, застелила кровать и вышла с чемоданом в холл. Там к ней сразу подбежали двое и начали чуть не силой отбирать у неё чемодан. Пришлось на них прикрикнуть. Парни пришли в себя и быстро поделили ответственность. Один взял чемодан за ручку, другой снизу, вместе они подняли чемодан и понесли, как носилки. Настя пошла за ними. Их догоняли и обгоняли задержавшиеся, но на лестнице обгонять было неудобно, поэтому за Настей собралась небольшая толпа. Возглавляемая чемоданом толпа вышла в холл первого этажа.

Разумеется, они тут же привлекли к себе внимание. Зрелище было забавным, и кто-то даже рассмеялся, но Настя ничего смешного в ситуации не находила. Натренированным на опасности взглядом, она тут же выхватила троих, внимание которых грозило ей какими-то, возможными, неприятностями. Старший прапорщик, не сумев справиться с Настей самостоятельно, привлёк тяжёлую артиллерию. Стоящий рядом с ним мужичок не внушал Насте опасений, но третий рядом с ними был птицей совсем другого полёта. Судя по выправке, взгляду, излучаемой этим человеком уверенности, это был немалый чин, и не просто клоун в погонах, а человек с реальной властью, имеющий право решать чужие судьбы. И сейчас, все трое, рассмотрев Настин чемодан, перевели взгляды на неё.

Старший прапорщик что-то негромко сказал, а потом начал быстро что-то говорить начальнику, то и дело указывая на Настю. Начальник прервал его, а потом глянул Насте прямо в глаза и негромко, но на весь холл произнёс:

-Лейтенант Говорун, подойдите. Остальные, продолжайте следование на стадион.

Никаких возражений, никаких заминок, никто даже не глянул на отдавшего приказ. Приказу подчинились все и моментально. Настя тоже почувствовала, как от командного тона её тянет вытянуться по стойке смирно и подойти, чеканя шаг. Она поборола в себе это чувство и подошла своей обычной походкой. Однако, перед начальником встала не просто так, а почти вытянувшись в стойку.

-Я полковник Нечаев, - первым заговорил начальник. - Документы предъявлять надо?

-Никак нет! - отрапортовала Настя.

-Вольно, - хмыкнул полковник. - Не тянись так. Давай просто поговорим. Скажи, как ты оказалась на этаже курсантов, в мужском крыле, да ещё и голая?

-Я не голая, - показала на себя Настя.

-Была она голая, товарищ полковник, - вмешался старший прапорщик. - Голыми ногами сверкала, халатик на ней был, а под халатиком точно голой была. Развращала ребят...

-Хам трамвайный, - без эмоций сказала Настя.

Старший прапорщик обиделся, замолк и потерял мысль. Мысль он так и не нашёл, но решил напомнить начальству о своих заслугах.

-Я, товарищ полковник, о моральном облике курсантов забочусь. Только так. Ведь если что, так разложение начнётся. Если они баб будут водить, так ни о какой учёбе они и думать не будут.

-Про баб мы потом поговорим, - чуть более строгим тоном сказал полковник. - Сейчас меня интересует, как лейтенант Говорун оказалась там, где оказалась. Кто ответит мне на этот вопрос?

Он повернулся к невзрачному мужичку.

-Да не знаю я! - помотал он головой. - Меня капитан Ерёмин попросил пристроить человека. Я посмотрел, что семнадцать лет, ну и пристроил. Нужна была отдельная комната, а такая была только у третьекурсников. Вот и выделил. Мне не сказали, что это... ну... женщина.

-С этим разобрались, - кивнул полковник. - А почему охрана её пропустила?

-Не могу знать, товарищ полковник, - развёл руками мужичок.

-Разрешите? - вмешалась Настя. - Андрей меня провёл, но... Так случайно получилось... Он от охранника меня собой закрыл. Они с охранником договаривались, а я прошла. Охранник и не заметил.

-Понятно, - кивнул полковник. - С этим тоже разобрались. Лейтенант Говорун, вы голой по общежитию ходили?

-Никак нет! - вновь вытянулась Настя.

-К товарищу старшему прапорщику у вас претензии есть?

-Никак нет!

-Что, совсем? - немного удивился полковник.

-Так точно!

-Парни над вами не подшучивали? Может быть, кто-то позволил себе какие-то высказывания?

-Никак нет! Благодаря проводимой товарищем старшим прапорщиком воспитательной работе, воспитание курсантов находится на высоком уровне.

-Так это, получается, его заслуга? - усомнился полковник.

-Так точно! - отрапортовала Настя. - Мне сами курсанты об этом сказали. Ещё хочу отметить высокое качество работы обслуживающего персонала в общежитии. Моя комната была подготовлена к моему приходу, а сегодня рано утром уборщик выполнял свои обязанности так тихо, что никого не разбудил, и никому не помешал.

-Ты смотри, - повернулся Нечаев к мужичку, - и тебя выгородила. Стоило меня звать, если наказывать никого не надо? Лейтенант... Вы куда сейчас шли?

-На физподготовку, для поддержания формы.

-После занятий и столовой, загляните ко мне. Догоняйте курсантов. Свободны.

-Есть, - отчеканила Настя, развернулась и побежала к выходу.

Выскочив из здания, она осмотрелась и облегчённо выдохнула. Парни, с её чемоданом, плелись нога за ногу и делали вид, что чемодан неподъёмный. Настя бегом догнала их, и они сразу ускорили шаг.

-Вот не думали, что Пилип может товарищу полковнику стукануть, - проворчал один из парней и покосился на Настю.

Настя намёк поняла и тут же отозвалась.

-Он не стуканул. Они не могли понять, почему я в вашем корпусе оказалась и на вашем этаже, поэтому спорили и ругались, а полковника вызвали третейским судьёй. Слушайте, а этот полковник, он кто?

-Начальник, - многозначительно сказал один из парней.

-Никто не знает, - вместе с ним сказал второй, и счёл нужным пояснить: - Он вроде как ректор академии, но сам делами не занимается, а на замов сваливает. Сам же, только вопросы решает. Разные. И к нему такие люди приезжают... Я как-то видел, как к нему зам министра приезжал, и перед ним чуть не кланялся. Говорят, что ему непыльную должность подобрали, а на самом деле, он какая-то крупная шишка.

-Врут, - заспорил первый. - Мало ли, что ты видел. Мало ли, кто к нему приезжает. Он начальник здесь. Вся академия под ним. Вспомни, как что случается, так он сразу тут. А, что текучку на замов сваливает...

Он не договорил. Они зашли в корпус крытого стадиона. Там их встретил мужчина в форме и очень удивлённо на них посмотрел. Удивление сменилось на ехидство и он, растягивая слова, чуть не пропел.

-Ба-а-а! О-па-азда-ав-шие! Опаздываем на тренировку? Чем это вы так были заняты, что решили на тренировку не приходить?

-Носили тяжести и занимались бегом! - отрапортовала Настя.

-Чего? - посмотрел на неё мужчина.

-Убегали от полковника Нечаева, и носили чемодан, а он тяжёлый, - вновь отрапортовала Настя.

-Ээ-э-э... - не нашёл, что сказать мужик.

-Мы можем пройти? - преувеличенно вежливо спросила Настя.

-Да, - ошарашено кивнул мужик.

-Спасибо, - поблагодарила Настя и двинулась вперёд.

Мужик был вынужден уйти в сторону. Настя пошла прямо на него. Парни сделали каменные лица и двинулись за ней. Шли с такими лицами, что казалось, они несут не чемодан, а гроб. Пройдя мимо мужика, они оказались в коротком тёмном коридоре, и пройдя его, вышли на небольшой крытый стадион. Настя остановилась, осматриваясь, и парни остановились за ней.

-Опоздавшим по четыре лишних круга, а если не догонят уже стартовавших, то ещё по четыре, - крикнул из-за двери мужик.

-Чего встали?! Слышали, что вам сказано?! Живо бросили, чего вы там принесли и бегом по кругу!

Это кричал кинувшийся к ним парень с погонами сержанта. Настя почему-то вспомнила про три полоски. Проигнорировав сержанта, она повернулась к парням.

-Вы охраняете мой чемодан. Найдите место, чтобы его было видно с любой точки зала, и поставьте чемодан там. Можете провести разминку, но от чемодана далеко не отходите. Если что, подайте сигнал тревоги. Вопросы? Выполняйте.

-Товарищ лейтенант, а нам бежать надо. Товарищ сержант приказал.

-Отменяю приказ. Займитесь чемоданом.

"Ну что я делаю? Ну, зачем мне нужен этот конфликт?" - мелькнуло у Насти в голове.

-Не, я не понял, - встрял сержант. - Чего это, малолетки охамели?

-Смирна! - рыкнула Настя, повернувшись к нему.

Было наверное что-то в её голосе, так как сержант непроизвольно выполнил команду и только потом понял, что подчиняется неизвестно кому. Он чуть расслабился, но потом вновь подобрался. Видимо решил, что непонятное существо лучше не сердить. Если Настя та, за кого себя выдаёт, то она имеет право им командовать, а если нет, то с самозванкой пусть начальство разбирается. И начальство не замедлило прибыть.

-Старший сержант Кольцов! - Подошедший парень сразу представился, и только потом задал вопрос. - Что здесь происходит?

-Товарищ старший сержант, нюбы отказываются заниматься, - пожаловался сержант.

-Товарищ старший сержант, - повернулась к подошедшему Настя. - Мы пришли заниматься, но есть проблема. Мой чемодан нужно охранять. Эти два бойца обеспечивают его охрану. Если у вас есть помещение, где чемодан можно закрыть, то для охраны хватит одного бойца. Если вы своими силами можете обеспечить охрану, то я буду только рада.

-А вы... - многозначительно не закончил старший сержант.

-Лейтенант Говорун. Только что прибыла из Зоны. Поэтому оставить вещи без охраны не могу. Бзик такой у меня появился. Кто-то гранатами кидается, а я только за вещи волнуюсь и стреляю, если что-то не нравится. Но у меня это уже проходит. Сегодня утром я никого не убила. Вот, ребята подтвердят. Я и чемодан им доверила. Правда, только на пару минут, но теперь даже готова чемодан оставить под их присмотром. Видите, насколько мне лучше.

Сержант и старший сержант стояли и чуть трясли головами, пытаясь вытряхнуть из неё лишнюю информацию, полученную от Насти, и привести в порядок ту, которая останется. Все в зале прекратили тренировку и слушали их разговор, с интересом наблюдая. Старший сержант смог переварить то, что вывалила на него Настя, и задумался, а сержант вытряс из головы всё до последнего бита и завис. Через секунду он заметил непорядок и принялся следовать предыдущей программе.

-Почему не занимаемся?! Лишние круги хотите побегать?! - взревел он. - Живо построились и побежали! Первый курс, вы воще ох...

-Сержант молчать! - рявкнула Настя, и мягким тоном пояснила. - Я не люблю, когда при мне ругаются. Сразу хочется кого-нибудь убить.

-Да мне... - начал сержант.

-Сержант молчать! - рявкнул Кольцов. - Всем, продолжать занятия! Товарищ лейтенант, можно вас на пару слов? Ваш чемодан никуда не убежит. Скажите, а вы мне его доверить можете? Я его покараулю, а курсанты будут заниматься. И вы тоже сможете заниматься. Вам ведь хочется позаниматься. Вы ведь за этим сюда и пришли.

Он говорил с ней, как с буйнопомешанной. Тихим, доверительным, увещевательным тоном. Осторожно поддерживал под руку. Старался поймать взгляд, а своим взглядом выразить всю степень своей безобидности и спокойной уверенности. Насте стало смешно и обидно. Впрочем, быть немного сумасшедшей ей понравилось.

-Хорошо, товарищ старший сержант, я вам верю. Большое спасибо, если присмотрите за вещами. Чемодан не открывайте. Я растяжку поставила. Но если можете её снять, то разрешаю вам его открыть. Сможете посмотреть, какое замечательное платье я купила. Представляете, я увидела это платье и подумала, что оно очень дорогое, но не смогла не померить. И представляете, оно на меня село тютелька в тютельку. И швы там прострочены идеально. Нигде не трёт, хоть ткань кажется довольно грубой...

-Вы заниматься хотели, - перебил её Кольцов. - Идите, я ваш чемодан посторожу.

-Ой, спаси-ибочки-и! - пропела Настя и примерилась, как лучше вклиниться на беговую дорожку.

Сначала Настя встала между двумя группами. Парни бежали плотной толпой, каждый курс отдельно. Кольцо вокруг стадиона было небольшим, но позволяло так бежать, хоть ещё одну толпу втиснуть было бы сложно. Настя бежала не торопясь, пока не услышала, как сзади её догоняют. Она ускорилась, но оторваться не смогла. Сзади продолжали догонять. Настя побежала быстрее и вдруг поняла, что догоняет курс, который бежал перед ней. Немного подумав, она ещё ускорилась и пробежала сквозь толпу. Через минуту поняла, что и от этой толпы убежать не может, а догоняет ту, что впереди. Через эту толпу она тоже проскочила. Через пять минут можно было увидеть, как по стадиону бежит девушка, а её старается догнать толпа парней. Насте очень захотелось завизжать и притвориться жертвой маньяков, чтобы было совсем правдоподобно, но она одумалась и не стала превращать занятие в балаган. Самое смешное, что ещё через пять минут, остались только самые выносливые, а отставших, на закольцованной дорожке, Настя начала догонять и обгонять, и они вновь бросались за ней в погоню.

Свисток раздался, когда Настя заканчивала восьмой по счёту круг. От неё уже отстали даже самые выносливые, не в силах поддерживать её темп. Несколько парней даже пошли шагом, делая дыхательные упражнения. Свистел немолодой мужчина, по-видимому, тренер, или преподаватель физкультуры. Настя заметила его, ещё когда он вошёл в зал. Потом к нему присоединилась молодая девушка, тоже в спортивном костюме. То, что они переговаривались и смотрели прямо на Настю, не слишком её обеспокоило. В зале на неё смотрели все. Но когда мужчина после свистка подозвал её к себе, Настя только поморщилась. Никак у неё не получалось жить не привлекая внимания. А ведь раньше она жила такой тихой мышкой.

-Всем делать дыхательную гимнастику! - приказал мужчина. - Оля, проследи, чтобы никто не садился.

Девушка кивнула и побежала по стадиону, где криками, а где уговорами, заставляя парней подниматься с пола, или просто ходить и делать разминку. Мужчина удовлетворённо кивнул и посмотрел на Настю.

-Новенькая? Где раньше занималась? Лёгкая атлетика? Плавание? Сколько бегаешь? Стаер?

-Сколько вопросов, - поморщилась Настя. - Старенькая. Нигде не занималась. Бегаю чуть больше двух месяцев. Стаер, наверное. В Зоне особо не бегала, но марши на несколько километров с грузом ходила постоянно.

-Ты из Зоны? Как интересно. А можно спросить? Вот ты за два месяца такую форму набрала. Сама, или артефакты поработали?

-Не знаю, - пожала плечами Настя. - Может быть, что и артефакты. Скорее всего - они.

-Понятно, - сразу поскучнел мужчина. - А можно узнать, какой сборкой артефактов можно так улучшить спортивные результаты?

-Это не ко мне. Это моего мужа надо спрашивать, но он сейчас в Зоне.

-М-да-м... Жаль, жаль. А когда он из Зоны прибудет сюда?

-Знаете, я вам уже и так кучу военных тайн выдала. Вы хотите узнать ещё какую-то, чтобы я могла вас со спокойной совестью пристрелить?

-Нет, я не настаиваю. В конце концов, я могу направить запрос научникам. Да, я так и сделаю. Вы будете разминаться? Оля сейчас начнёт занятие.

-Да, буду, - кивнула Настя, - только старшего сержанта Кольцова поставлю так, чтобы свой чемодан видеть. Разрешите идти?!

-Идите. Да... и простите, что сразу не сказал, но я не военный, а наёмный специалист. Передо мной тянуться не надо. И с сержантом вы не ссорьтесь. Он может вам, как курсанту, устроить много мелких неприятностей.

-Я учту, спасибо, - кивнула Настя.

Занятия были не слишком сложными. Аэробика, растяжка, немного силовых комплексов. Настя легко, вслед за Олей, повторяла движения на аэробике. Растяжку они делали вместе, шокируя парней. Силовые упражнения были только для парней, но захотев себя проверить, Настя запрыгнула на турник. Подтянулась десять раз. Могла бы и больше, но была настолько удивлена, что после десятого раза разжала пальцы и упала. Раньше она не могла подтянуться ни разу, а теперь, даже среди парней была не последней. Некоторые из них подтянулись только три раза.

После занятий, Настя не чувствовала усталости. Более того, она даже не вспотела. Идти в столовую, как парни, в тренировочном костюме она не захотела и была немного растеряна, не зная, что делать. Оля очень ей помогла, дав переодеться в комнате с инвентарем. Настя быстро переоделась и собралась догонять парней, но Оля её задержала.

-Подожди, я тоже в столовую. Пойдём вместе. Слушай, объясни, как ты в мужском крыле оказалась?

-Заселили. Там путаница произошла. Думали, что заселится парень, а приехала я. А здесь что, есть женское общежитие?

-Есть, - улыбнулась Оля. - Здание одно, но два крыла. А середина для семейных. Ты сегодня на занятия пойдёшь, или заселяться будешь? Когда заселишься, то осмотрись. И к нам в гости приходи. Ко мне и Боре. Мы в центральном здании. Комната двенадцать на четвёртом этаже.

-Я сегодня уезжаю, - сказала Настя.

-Куда? - удивилась Оля. - Разве ты не... А-а-а... Ты квартиру решила снимать. Зря. Здесь хоть и общежитие, но очень хорошие условия. Мы с Борей тоже хотели снимать, но потом, как увидели, так сразу передумали. Ты сейчас поживёшь с девочками в одной комнате, а на третьем курсе замуж выйдешь и в семейное крыло переедешь.

-Я уже замужем, - проворчала Настя.

-Да-а-а? - ещё больше удивилась Оля. - А сколько тебе лет?

-Семнадцать, и не надо удивляться.

-Тебе семнадцать?

-Скоро восемнадцать будет. Да! Я замужем. Да! Я лейтенант. Да. У меня хорошая физическая подготовка.

-Достали тебя, - понимающе сказала Оля.

-Да, достали, - выдохнув, ответила Настя. - Мне рассказывать нельзя, а отмолчаться не дают. И всем надо, чтобы я слушалась, или не слушалась... Постоянно вокруг меня какие-то интриги. И самое главное, что не из-за меня. Я никому не нужна. Всем мой муж нужен. А что мне или ему нужно, - всем побоку.

-Понимаю, - кивнула Оля. - Меня знаешь, как доставали, чтобы Боря спорт не бросал. Он ведь на всех сборах и соревнованиях первые места брал. А потом упёрся... И ушли его. Потом вернуть хотели, но он... Хорошо нас сюда взяли. Тренерами. Зарплата высокая, расходов почти нет. Мы уже на квартиру накопили. Года через два купим, и ребёнок будет. Боря достаточно получает, чтобы меня содержать. А ты с мужем как?

-Секретная информация, - отрезала Настя, но тут же постаралась смягчить ответ. - Нет, ничего особо секретного, но я действительно не могу говорить. Да и, не хочу. Слушай, а где тут можно наличные с карточки получить?

-Банкомат около столовой, - ответила Оля. - Вон он стоит.

-А в столовой, что и почём?

-Ты что? В столовой всё бесплатно. Как и на всех объектах МОИЗ. Говорят, что на один из секретных объектов какой-то бродяга пробрался. Получил форму, комнату ему выделили, в столовой кормили, и он стал на объекте жить. Только через год заметили, что кто-то лишний появился. Байка, конечно...

-Мне этого человека показывали, - перебила Олю Настя. - Но байка это или нет, я так и не узнала. Не смогла с этим человеком поговорить.

-Правда?! Ты меня постоянно удивляешь. Скажи, а ты в Зоне не была?

-Секретная информация, - многозначительно ответила Настя.

Банкомат был незнакомым. Обычно на банкомате есть логотип банка, но тут был обычный серый ящик с надписью "банкомат", вырастающей из крыши. Экран был самым обыкновенным, но когда Настя коснулась его, высветилась надпись: "Выберите свой банк", и список банков. Настя растерялась, вытащила карту, осмотрела. Потом сунула карту в банкомат и прошлась по списку. Выбрала платёжную систему "Мир". Банкомат это принял. После введения пин-кода машина задумалась и выдала надпись о том, что если Настя хочет снять больше миллиона, то ей надо обратиться в ближайшее отделение Сбербанка. Сумма более десяти тысяч может быть обналичена в любом банке. Банкомат выдаст Насте не более десяти тысяч. Настю всё вполне устраивало. Она попросила тысячу рублей и получила её мелкими купюрами.

Оля увидела у неё в руках пачку денег и отругала за то, что сняла так много. Узнав сколько Насте лет, она стала опекать её, как старшая сестра. И поэтому, Насте пришлось выслушать лекцию о бандитах, которые обязательно ограбят Настю, стоит ей только выйти за периметр территории. Потом они вместе доставали из чемодана Настину сумочку и укладывали в неё деньги. Оля и тут высказала Насте за то, что приличные девушки без сумочки не ходят. Настя была согласна, но в Зоне привыкла к тому, что ничего на тебе не должно болтаться, а руки должны быть свободны. Сумочка воспринималась, как посторонний предмет, а не часть организма, как было раньше.

С Олей они вместе позавтракали. Девушка была немного шокирована Настиным аппетитом, но, не смотря ни на что, она не перестала поучать Настю. Насте была приятна такая забота, и она делала вид, что внимательно слушает Олины поучения, хотя в душе посмеивалась над немного наивной девушкой. После завтрака они расстались. Оле надо было на занятия, а Настю ждал полковник Нечаев. Узнав, как к нему пройти, Настя тепло попрощалась с Олей и договорилась созваниваться. К Оле подошёл тренер Боря и они ушли к стадиону, обнявшись и прижимаясь друг к другу. Настя только завистливо вздохнула.

-К вам посетитель, - сказала в микрофон секретарша.

-Пусть войдёт, - ответил полковник Нечаев, причём его голос был слышен через дверь, а не только по интеркому.

-Вы можете пройти, - сказала девушка Насте. - Чемодан рекомендую оставить тут.

-Нет уж, я с ним, - пробормотала Настя и прошла в кабинет.

-Ну, конечно же, с чемоданом, - со вздохом сказал полковник. - Оставила бы его в приёмной. Не украдут его.

-Я понимаю, но у меня бзик такой. Но я от него уже избавляюсь.

-Слышал я, как ты от него избавляешься. Доложили уже... У тебя там действительно гранаты?! - проорал он вопрос.

-Нет у меня там гранат, - проигнорировала крик Настя. - Сказала, чтобы желания посмотреть содержимое не было.

-Ты, своей гиперзаботой, только ещё больше внимания к чемодану привлекаешь. Ладно. Хватит поучений. Слушай внимательно. Я поговорил о тебе с несколькими людьми. В частности, с подполковником Прохоровым и генералом Ерёминым. Впечатление о тебе у меня неоднозначное. Но я люблю трудные дела, поэтому ты будешь учиться в нашей академии. По индивидуальной программе, но и общие лекции будешь посещать. Прохоров считает, что тебе надо дать год, для того, чтобы прийти в себя. Я так не считаю. У тебя месяц на то, чтобы поставить маму на ноги. Через месяц я жду тебя здесь, и ты приступишь к занятиям. Говоруна мы зачислим сразу на третий курс, и если ты сдашь экстерн, второй курс, то сможешь учиться вместе с ним. Если нет, то будешь на курс младше. Вопросы есть?

-Меня специально в мужское крыло определили? - спросила Настя.

-У тебя паранойя, - ответил Нечаев. - Мы же с тобой разбирались и выяснили, как это произошло. Кто-то не глядя подписал бумажку, кто-то не проверил, кто-то не посмотрел. Случайность. У тебя с этим проблемы были? Курсанты приставали? Или ещё что?

-Нет, всё в порядке, - сразу ответила Настя. - А вот старший прапорщик там зачем? Это у вас общежитие, или всё-таки казарма?

-Общежитие, - улыбнулся полковник, - но для первых трёх курсов - такая казарма!

Он рассмеялся, а потом сразу посерьёзнел.

-Настя, я люблю порядок. Курсанты должны учиться. У них мысли должны быть только об учёбе. Для этого и поддерживаются такие строгие порядки на первых трёх курсах. И среди парней, и среди девушек. Потом вожжи отпускают, но они уже привыкли работать и не мешают отдых и развлечения. Женятся, детей рожают, но без ущерба для учёбы. И вовсе у нас тут не казарма. По выходным можно погулять, попрыгать на дискотеке, даже бар на территории есть. Можно встретиться с девушкой в номере. Это не поощряется, но и не преследуется. Ты ведь работала с нашими психологами? Я следую их рекомендациям. Всё! У меня ещё много работы. Жду тебя через месяц.

-Вы думаете, что мне месяца хватит, чтобы маму... Чтобы мама выздоровела?

-Прохоров сказал мне, что месяц назад у твоей мамы было улучшение. Химиотерапия помогла. Так что, у тебя ещё есть время.

-А откуда он знает?.. - удивилась Настя.

-Как только ты попала в зону его интересов, он начал о тебе сведения собирать. Позвонить лечащему врачу твоей мамы не так уж сложно. Ещё вопросы есть? Свободна.

-Ещё один вопрос, - решилась Настя. - Как пройти в бухгалтерию?

-Наташа, - нажал на кнопку селектора полковник. - Прикрепи к Насте бойца из знающих. Пусть проведёт её по территории.

-Хорошо, - не по-уставному отозвалась секретарь.

-Разрешите идти? - встала Настя.

-Идите.

Настя вышла в приёмную и хотела идти дальше, но её окликнула секретарь.

-Подождите, пожалуйста. Сейчас подойдёт дежурный курсант и проведёт вас по территории.

Настя присела на стул в приёмной и стала ждать. Девушка занималась своими делами, и не обращала на неё внимания, но в какой-то момент встрепенулась, посмотрела на Настю и предложила кофе, или чай. Настя хотела отказаться, но тут вошёл курсант, которого ждали, и вопрос отпал сам собой. Настя попрощалась с секретарём, и вышла в коридор. Курсант получил краткие указания от секретаря и вышел вслед за ней.

-Новенькая? - спросил он в коридоре, осматривая Настю.

-Курсант, проводите меня в бухгалтерию. Пожалуйста. И не задавайте вопросов, а то я буду давать на них ответы, а потом вас пристрелит Нечаев, для сохранности секретных сведений.

Вряд ли курсант ей поверил, но то, что Настя по фамилии назвала товарища полковника, произвело на него впечатление. Он был умён и решил не связываться. Больше вопросов не задавал и вёл себя предельно корректно. До бухгалтерии дошли без проблем.

Бухгалтерия ещё была закрыта. Согласно расписанию, открывалась она в девять, но курсант подтвердил, что главного бухгалтера можно застать и раньше. Просто сегодня она припозднилась, не придя к восьми. Пришлось ждать. Настя утешалась тем, что стоять под дверью долго не придётся. В девять кто-нибудь, но придёт.

Неожиданно зазвонил телефон. Настя даже не сразу поняла, что звонок раздаётся из её сумочки. Спохватилась только через несколько секунд и судорожно начала искать аппарат в сумочке.

-Алё! - крикнула она, едва нажав кнопку.

-Настя? - недоумённо спросил Андрей.

-Да, да, это я! Уф... Хорошо, что ты позвонил.

-Прости, я проспал, - покаялся Андрей. - Ты уже проснулась?

-И проснулась, и много чего успела, - со смехом ответила Настя. - Ты куда меня поселил, негодяй?

-В общежитие, - недоумённо ответил Андрей. - На третий этаж. К третьекурсницам.

-К третьекурсникам, - уточнила Настя. - Именно к ним.

-У тебя проблемы были? - утвердительно спросил Андрей.

-Нет, но они будут у тебя. С комендантом и старшим прапорщиком Пилипенко. Представь, как им было, когда они утром меня на этаже нашли. Ты им это устроил, тебе они уши отрывать и будут.

-Ой, бли-и-ин, - протянул Андрей. - Я теперь им... Они мне теперь это всю жизнь помнить будут.

-Да сколько, той жизни? - цинично пошутила Настя. - Спасибо, что позвонил. Со мной всё в порядке. Ты когда здесь будешь? Я к тому, что ждать мне тебя, или нет? Если ты не скоро, то я тебя не дождусь. Мне ехать надо.

-Прости, но я только часа через два буду.

-Я сейчас в бухгалтерии. Сколько мне тут?.. Если раньше освобожусь, то ждать не буду. Ладно, всё. Давай, пока!

-Ага. Я тебе ещё позвоню. Вдруг ты задержишься.

-Без шансов. Сюда кто-то уже идёт. Подпишу бумажки и убегу. Всё. Ещё раз, покедова.

Настя сбросила звонок и посмотрела на подходившую женщину. Как она и ожидала, женщина шла в бухгалтерию, а через пару минут выяснилось, что женщина главный бухгалтер и что, она ждала Настю, но не так рано с утра. Курсант остался за дверью, а Насте женщина предложила присесть и подождать. Сняла пальто, включила чайник и компьютер, достала чашки, и выставила на поднос. Настя ожидала, что ей предложат чай, или кофе, но женщина села за стол, дождалась пока закончится загрузка компьютера и быстро принялась щёлкать клавишами старенькой клавиатуры.

-Итак, Анастасия Кирилловна, нам с вами следует утрясти денежный вопрос.

-Простите, - перебила Настя, - но мне было сказано, что со мной не должно возникнуть никаких денежных вопросов.

-Кто вам такое сказал? - чуть надменно спросила бухгалтер. - Милочка, в моём отделе не может быть неучтённых денег и материальных средств. Вы ведь не расписывались в ведомостях: за зарплату, за выданные материальные средства, а также за их утрату? Вот сейчас нам с вами придётся всё это оформить. Вы проходите через отдел подполковника Прохорова? У вас там вечный бардак, поэтому я с вас всё вытрясу. Вы у меня все бумажки подпишете. И только попробуйте не подписать.

Настя даже отпрянула, испугавшись того напора, с которым женщина требовала от неё подписей на документах. Она хотела возразить, что не состоит в отделе подполковника, но вовремя прикусила язык. Кто знает, как её назначение проводили, через какой отдел? Ляпнешь, а потом разбирательств на целый день. Оно ей надо? Проще подписать всё, что дают, но предварительно внимательно читая. Настя промолчала.

Это молчание женщина приняла, как Настину покорность и принялась высыпать на неё горы цифр, дат и номеров документов. Настя с трудом понимала, о чём ей говорят. В какой-то момент она прекратила следить за тем, что говорит женщина и стала анализировать то, что уже услышала. Получалось очень интересно. Оказывается, Настя получала зарплату, как лейтенант, плюс надбавки за звание, плюс командировочные в Зону, плюс премии за сданные артефакты. И что-то ещё, но Настя не разобрала что именно. Это было в плюс. А из минусов состояла речь бухгалтера. У Насти вычли за всё. За одежду, за оружие, за пользование установкой "Комната", за купленную без наценки одежду в магазинах научного центра. Настя всё поняла и жестом остановила речь женщины.

-Позвольте мне самой взглянуть на бумаги, - строго попросила она.

Бухгалтер прервалась и отдала ей пачку листов. Фыркнула при этом, сомневаясь, что Настя хоть что-то поймёт в этих бумагах. Настя и не поняла. Но каким-то чутьём рассортировала бумаги, а потом быстро перебрала каждую стопку. Понять снова ничего не смогла, но уловила какую-то закономерность и правильность составленных бумаг. Она несколько секунд думала, а потом осознала эту закономерность.

-Здесь не хватает одной бумаги, - сказала она. - Выписку прихода и расхода средств.

-Если вы посмотрите на имеющиеся документы, то вы увидите, что...

Настя вновь прервала её жестом.

-Я не вижу, - веско сказала она. - За всем этим ворохом бумаг я не вижу итог. Суммы довольно большие. Как на приход, так и на расход...

-Вы неправильно применяете термины. Если дело касается счёта...

-Вы меня поняли, - вновь перебила Настя. - А теперь я задам вопрос и прошу вас ответить честно. Каков баланс? Я вам что-нибудь должна?

Женщина отвела взгляд. Немного поколебалась и призналась.

-Мне приказали всё свести к нулю. Вы ничего не должны, но вся ваша зарплата, все премии - всё уходит на покрытие расходов. Единственное, что могу предложить - сдайте костюм "Ратник" и оружие. Получите девятнадцать тысяч на руки.

-Секундочку! Простите, я вынуждена кое-что проверить.

Настя полезла в чемодан и из пакета мелочёвки, с которой она пришла в Зону, вытащила свой старый кошелёк. В одном из его отделений так и лежали те тысячные купюры, с которыми Настя когда-то пришла в Зону. Мелочи и нескольких рублёвых бумажек не было, а эти тысячи остались. Настя не знала, что ей делать. Или смеяться, или ругаться. Пока что, она решительно убрала кошелёк в сумочку.

-Простите, но я вспомнила кое-что очень важное, и мне пришлось отвлечься. - Повинилась она перед бухгалтером. - Я согласна подписать все ваши бумаги, но только если вы потом кое-что сделаете для меня.

-Что именно? Кстати, вы понимаете, что подписав эти бумаги, вы останетесь без денег?

-Да, разумеется, но пусть вас это не беспокоит. Что касается просьбы, то поверьте, она вас не затруднит.

-Хорошо, подпишите бумаги. И простите, если вы хотите попросить меня об авансе, то мне дали распоряжение вам денег не давать.

-Кто дал? - жёстко задала вопрос Настя.

Бухгалтер показала на потолок.

-Подполковник Прохоров? - вновь спросила Настя.

Женщина посмотрела на неё, как на глупую девочку. Во взгляде явно можно было прочитать, что подполковник ей вовсе не начальство, а всего лишь подчинённый. Начальство, отдавшее приказ, сидит так высоко, что Настя даже думать о нём не должна, не то что допытываться фамилий.

-Я подпишу бумаги, но просьбу вы выполните, - повторила Настя и взяла ручку.

Возникла маленькая проблема. Документы были выписаны на лейтенанта Говоруна, а подписываться Настя умела только своей старой подписью. Она как-то не задумывалась до этого, что сменила фамилию. Не сразу поняла, почему бухгалтер недовольна, ведь расписывалась, как обычно, и только после объяснений до неё дошло. Сразу же её заинтересовало, какая подпись стоит в паспорте. Каково же было её удивление, когда и в паспорте, и на документах она увидела весьма разборчивую подпись, но с забавными завитушками букв. Ещё больше её удивило, что когда попыталась эту подпись повторить, подпись получилась у неё с первого раза. Рука как будто выводила что-то привычное, хоть Настя готова была поклясться, что расписывается так первый раз.

Удивление не помешало Насте ставить подпись везде, где указывала бухгалтер. Минут через десять всё было подписано и женщина незаметно, как ей показалось, выдохнула с облегчением. От Насти она ждала скандала, но никакого скандала не случилось. Она выполнила приказ начальства и закрыла все составленные бумаги. Её радость была так велика, что она даже пригласила Настю попить чаю. Настя поблагодарила и отказалась. У неё ещё одно дело появилось. Она спешила его выполнить.

Выйдя из бухгалтерии, Настя подхватила ждущего её парня под руку и чуть не силком поволокла по коридору.

-Скажи, - на ходу, тихо спросила она, - здесь есть научный отдел?

-Да, конечно, - ответил парень. - При академии есть научный отдел. Только туда не пропустят. Пропуск нужен.

-Веди туда, там разберёмся, - приказала Настя.

Научный отдел располагался в отдельном корпусе. Настя и курсант вошли в холл и замерли, когда на них нацелились два автоматических пулемёта.

-Цель визита? - автоматическим голосом сказали динамики.

-Я лейтенант Говорун. Пришла в научный отдел для сдачи артефактов из Зоны. Со мной сопровождающий.

-Ждите, - сказал динамик и отключился.

-Лейтенант Говорун, предъявите удостоверение в раскрытом виде в камеру перед вами, - уже живым голосом сказал динамик через несколько минут.

Настя достала из чемодана удостоверение, совершенно игнорируя отслеживающий каждое её движение пулемёт, и предъявила его камере.

-Вы можете пройти, - вновь ожили динамики, - а ваш сопровождающий должен покинуть помещение.

Настя подхватила чемодан и вслед за парнем выскочила на улицу. Парня пришлось догонять и останавливать силой. Он только, что не бежал, но вполне готов был сорваться на бег, удаляясь от здания.

-Куда? Стой! Ты что забыл? Ты должен меня сопровождать! - попыталась вразумить его Настя.

-Товарищ лейтенант, да нас там чуть не пристрелили! - взвыл парень.

-Ну и что? Не пристрелили ведь. Чего теперь паниковать? Давай сядем вот там и подождём.

-Чего подождём?

-Да чего-нибудь, - неопределённо ответила Настя. - Нам надо... У нас стресс. Нам надо посидеть и подождать пока стресс пройдёт.

Парень неохотно, но сел на скамеечку, которые стояли в небольшом скверике перед научным корпусом. Несколько секунд он приходил в себя, а потом осмотрелся, и в его взгляде Настя увидела явную попытку сбежать от сумасшедшей девки. Чтобы его отвлечь, Настя завела разговор о том, что провела ночь среди парней третьего курса. Тема оказалась к месту. Парень забыл о страхах и заинтересовался Настей. Настя преподнесла себя в наиболее выгодном ракурсе, чтобы парнишка полюбовался, и позволила себе чуть-чуть приврать о том, что было ночью. Она сказала, что в душ и из душа шла голой. У парня тут же загорелись глаза, и о своих страхах он забыл окончательно.

-Лейтенант Говорун, что вы себе позволяете?! - услышали они недовольный голос, когда парень взглядом уже раздел Настю, а Настя прикидывала, как будет избавляться от него, если её идея не выгорит.

-Я всё себе позволяю, - встала Настя навстречу полноватому мужчине с бородкой. - Ты кто такой?

-Вы мне не тыкайте. Я старше вас по званию, и старше по возрасту. Вы сказали, что хотите сдать артефакты и сбежали. Как вас понимать?

-Меня надо понимать так, что я не пойду туда, откуда не могу выйти. Если вам нужны артефакты из Зоны, то я могу продать их вам прямо здесь.

-Прямо здесь, - с сомнением сказал мужчина. - У меня может не оказаться такой суммы. Сколько грамм вы хотите продать?

-Грамм? - удивилась Настя. - Я что-то говорила о граммах? Вы знаете, какой артефакт у меня есть? А откуда вы это знаете?

-Это не важно, - отмахнулся мужчина.

-Это важно! - рявкнула Настя, вытаскивая из под платья пистолет и взводя. - Вы владеете секретной информацией. Я хочу знать откуда! Я буду стрелять вам по ногам, пока вы не скажете!

-Настя, прекратите! - испугался мужчина. - Я старший... Я подписывал вам разрешения на провоз этих артефактов. То есть, этого артефакта. Я в курсе, что вы везёте!

-Кто ещё знает?! Ну! Живо отвечай!

-Никто. Я никому... Только высшее руководство... Говорун сказал, что убьёт любого, кто у вас артефакт попробует забрать.

-И тогда вы придумали план, чтобы оставить меня без денег.

-Каких денег?! Настя, насколько я знаю, вам оставили все ваши средства. Вы миллионерша! Я не знал, зачем вам нужно продавать артефакт, но так обрадовался... А вы убежали.

В последней произнесённой фразе Настя услышала укор.

-Вам этот артефакт нужен для личного пользования? - спросила она, опустив пистолет.

-Ну, да, - замялся мужчина. - Вы только не подумайте, я не для продажи! Мне просто нужно... Понимаете, есть один человек. Он очень болен, но у него очень... Это великий ум! Такие рождаются, раз в сто лет, а может быть, реже. Спасти его нельзя никак. Он очень стар. Поэтому ему отказали в предоставлении артефактов для лечения. Но ваш артефакт даст ему несколько месяцев полноценной жизни. Он всё равно умрёт, но в сознании, не гадя под себя...

-Достаточно, - прервала Настя. - Я всё поняла. Пробирка у вас с собой?

-Да, вот! - подхватился мужчина. - Мне хватит одного грамма. Сколько вы за него хотите? Я понимаю, что вы не отдадите его за государственную цену, но поймите, у меня нет больше двухсот тысяч. Если вы готовы будете подождать до вечера, то я соберу примерно миллион...

-Я не собираюсь продавать вам что-либо. Дайте сюда пробирку.

Настя выхватила из руки мужчины пробирку, отошла в сторону и открыла чемодан. Пистолет раздражённо бросила поверх вещей, очень уж он ей мешал, и закопошилась в вещах, выкапывая заветную банку. Щедро зачерпнула из банки шпателем и заткнула пробирку. Убрала банку и закрыла чемодан.

-Вот, возьмите. Я очень надеюсь, что вы меня не обманули, а если обманули, то я об этом не узнаю. Если я узнаю, то я вас убью. Вы можете идти. Хотя нет, стойте! Я чуть не забыла. У меня был кошелёк с деньгами, когда я попала в Зону. Теперь денег там нет...

-Мы вам компенсируем, не беспокойтесь!

-Я не об этом, - покачала головой Настя. - У меня в кошельке потайное отделение. Там лежали деньги. Они там и остались. Я не знаю, что с ними делать. Хотелось бы отдать их вам, но за аналогичную сумму.

-А сколько у вас там?

-Двадцать две тысячи.

-Разумеется, я вам их компенсирую! Прямо сейчас! Вот, возьмите! Я крупными дам, ничего? Интересно, как мои... Впрочем, это сейчас не важно. Спасибо вам, что проявили сознательность. Настя, если вам что-то понадобится, то приходите в любое время. Давайте я вам свой контакт дам. В любое время! Если я вам смогу помочь, то обязательно помогу, а если нет, то помогу найти того, кто сможет. Скажите, вы у нас учиться будете?

-Я ещё не решила, - ответила Настя.

-У нас лучшие методы преподавания. Прекрасный коллектив преподавателей. Немного казарменное положение, но и для отдыха есть место и время. Наши выпускники работают не только... Э-э-э... простите, но это я вам сказать пока не могу. В общем, как надумаете, так сразу к нам. Мы вам индивидуальную программу подготовим, отдельную комнату выделим... Ах да, вы же с мужем. Тем более, вы с ним будете в отдельном коттедже жить. И квартиру вам недалеко отсюда купят. В общем, приезжайте. Ждём вас.

-Спасибо, - поблагодарила Настя, - и до свидания.

-До свидания, - кивнул мужчина.

Настя развернулась, и подхватив одной рукой чемодан, а другой пребывающего в ступоре парня, пошла по дорожке, сама не зная куда.

-Эй ты, давай приходи в сознание, - ткнула она парня метров через пятьдесят. - Мы идём, а я не знаю куда.

-Ты... Вы... А вы... - только и смог выдать парень.

-Начинай соображать! - Настя ткнула сильнее. - Где выход с территории? Проводи меня туда.

Парень окончательно в сознание не пришёл, но двинулся в каком-то направлении весьма уверенно. Настя надеялась, что туда, куда ей надо, и действительно, так и оказалось. Через несколько минут они вышли к воротам и зданию проходной. Настя остановилась и развернула парня к себе лицом. Посмотрела в глаза.

-Если я узнаю, что ты разболтал о том, что сегодня видел, я ничего тебе не сделаю. Не успею. Тебя служба безопасности раньше примет. Понял?

-Не дурак, понял, - сказал парень.

-Вот и хорошо, - кивнула Настя. - Это проходная? Как мне отсюда добраться до трёх вокзалов?

-Выходите и налево. Переходите дорогу и там остановка автобуса. Две остановки и метро. Или можно пройти эти две остановки. Там на самом деле близко.

-Спасибо. Я пойду. Помни, никому ни слова. Особенно про артефакт. До свидания.

-До свидания, - выдохнул ей вслед парень.

Вопреки ожиданиям, пройти через проходную не составило труда. Настя предъявила удостоверение и спокойно вышла на улицу. Видимо, центр МОИЗ в Москве располагался на территории бывшего завода. Жилых домов в округе не было. Не было ни одного деревца. Улица была с обеих сторон закрыта бетонными заборами, с колючей проволокой поверх. Настя осмотрелась и пешком пошла вдоль забора. Не смотря на промышленный район, тротуары здесь были идеальными.

Настя только тогда испугалась, когда рамка металлоискателя в метро зазвенела в то время, как она её проходила. Сразу вспомнились два пистолета, банка с артефактом. Настя замерла на секунду, а потом посмотрела на пост охраны. Там ей махнули рукой, показывая, чтобы проходила. Никто и представить не мог, чтобы у такой милой девочки было что-то запрещённое. Настя прошла, но сильно задумалась. На вокзале система контроля не в пример лучше. На автовокзале тоже. Оружие заметят. Насте придётся объясняться. Всю дорогу она думала, но потом решила посмотреть на месте. В метро она прошла, может и на вокзал пройдёт?

На вокзал пройти не получилось. Охранники почему-то проверяли всех и вся. Скопилась очередь на вход и Настя сделала вид, что не торопится и не хочет стоять в очереди. Она развернулась и вышла. Постояла на площади, решая, что делать. Варианты были. Можно было на метро доехать до Котельников и там попытаться остановить проходящий на Рязань автобус. Можно было сесть на электричку на какой-нибудь станции, где нет такого контроля. Можно было просто пройти нахрапом, размахивая удостоверением. У каждого варианта были свои минусы. И как бы то ни было, но Настя доезжала до Рязани только к вечеру.

Позвонил Андрей. Настя поговорила с ним, пожаловалась на свою проблему. Андрей просмотрел расписание поездов и посоветовал идти на автовокзал. Электричек до вечера не будет. Впрочем, билеты на автобус тоже раскупили. Ближайшее время, на которое можно забронировать билет, только половина четвёртого. Настя поблагодарила его и сказала, что пойдёт на автовокзал, а там сама выкупит билет и ничего бронировать не надо. Андрей пожелал ей удачи и советовал звонить сразу, как только потребуется помощь.

Настя посмотрела на часы в телефоне. Ждать автобуса ей предстояло ещё чуть больше пяти часов. Это время надо было где-то скоротать. Настя пошла по Москве, без цели и направления. Можно было погулять, погода позволяла, можно было поехать на автовокзал и сидеть там. Настя в задумчивости шла по улице, и вдруг её взгляд наткнулся на вывеску салона красоты. Настя замерла, а потом прикинула, в каком она виде. Сразу стало понятно, что ей делать. У неё есть деньги. Ей нужно купить кучу вещей. Она пробежится по магазинам, но сначала, она зайдёт в салон красоты. Мама должна увидеть её во всём блеске, чтобы сразу поверила, что у неё всё хорошо.

Настя открыла дверь и у неё над головой негромко заиграла музыка. Около конторки в холле стояли несколько женщин. Они все повернулись и посмотрели на Настю. Настя почувствовала себя, как рабыня на торге. Её осмотрели, оценили и, сделав выводы, вернулись к прерванной беседе. Настя подошла к конторке.

-Здравствуйте, - произнесла она, ни к кому конкретно не обращаясь.

-Здравствуйте, - поздоровалась с ней сидящая девушка. - Что вы хотели?

-Я и сейчас хочу, - проворчала Настя. - Это салон красоты? Я хочу быть ещё красивее.

-Да, это салон красоты, - подтвердила девушка, улыбнувшись. - Мы делаем всех красивее. Вот только цены у нас... Самая дешёвая процедура стоит около тысячи рублей. Да и записываться к нам нужно заранее. Вас на какой день записать?

Последнее девушка сказала с откровенно издевательской улыбкой. Настя поразилась тому, как красиво девушка указала ей её место. Когда она не закончила фразу про цены в салоне, то в конце так и напрашивалось окончание: "не для таких, как вы". Потом ей указали на её бедность, сообщив минимальную цену процедуры. А потом дали возможность красиво уйти отсюда, сообщив, что свободного времени у специалистов сейчас нет. И немного поиздевались, уточнив, на какой день Настя хочет записаться.

Настя оказалась в неловком положении. Ей действительно не нужно было записываться на другой день, но сказать сейчас об этом, значило бы расписаться в собственной несостоятельности, а начать объяснять было бы глупо. Настя быстро всё обдумала и придумала ответ.

-К сожалению, я не знаю, что будет в другой день. Тем более, что выглядеть превосходно мне нужно сейчас. Вы не могли бы посоветовать мне какой-нибудь другой салон, где меня примут сразу.

-Боюсь, ничем не могу вам помочь, - ответила девушка.

-Что ж... - вздохнула Настя. - Тогда мне придётся самой искать... До свидания.

Она направилась к выходу, но тут дверь распахнулась и с улицы вошла тётка в шубе, крепко пахнущая духами.

-Девочки, почему не работаем?! - спросила она с порога.

-Так ведь клиентов нет, Анжелика Васильевна, - ответила девушка, которая разговаривала с Настей.

-А это кто?! - ткнула пальцем в Настю Анжелика.

-А я уже ухожу, - вместо девушки ответила Настя. - Я не записана, да и ваши цены... Я с собой столько наличности не ношу. Хотя, вру. Ношу. Только не сегодня.

-Ношу, не ношу, - проворчала женщина. - Никто не носит. Карточка есть?!

Настя только хмыкнула.

-Сделаем скидку, - решила Анжелика. - Что вы хотели?

-Всё, - призналась Настя. - Я хочу быть просто супер!

Анжелика с сомнением её оглядела. Больше всего времени уделила лицу, но потом осмотрела с головы до ног.

-Много времени не займёт. Алла, посчитай девушке полный комплекс. Скидку сделай. Процентов двадцать. Нет, тридцать. Так. Маникюр, педикюр, причёска, стилист. Депиляция, отбеливание зубов. Нет, отбеливание зубов вычеркни. Впиши солярий. Семь минут. Сколько всё? Со скидкой.

-Двадцать семь пятьсот, Анжелика Васильевна.

Анжелика посмотрела на Настю.

-Это надо оплатить наличными? - спросила Настя.

-Нет, можно карточкой, - ответила Анжелика.

-Тогда давайте так, - предложила Настя. - За все процедуры я оплачу сейчас, а если я захочу что-то ещё, то вы посчитаете мне это без скидки. Я не хочу воспользоваться вашей добротой и ограбить вас.

Анжелика рассмеялась.

-Боже мой, какая наивность, - сквозь смех произнесла она, и продолжила, немного успокоившись. - Нет, за такое я тебе всё со скидкой посчитаю. И даже, если не хватит, из своих добавлю...

-Анжелика Васильевна, - строго произнесла Настя. - Вы не поняли. Да, я немного наивна, но это не мешает мне быть стервозной клиенткой. Я готова платить, но я также требую, чтобы оплаченное мне отработали. Делая мне скидку ни за что, вы ставите меня в неловкое положение. Я уже не могу требовать. Я могу только просить. Вам понятна моя позиция.

-Да, я понимаю, - кивнула Анжелика, больше не улыбаясь. - Может быть, вы тогда оплатите полную сумму за всё?

-Да, оплачу, - кивнула Настя. - Но и спрошу за это. И если мне что-то не понравится, я на вас мужа натравлю.

-Ну, пугать меня не надо... - отмахнулась Анжелика.

-А я и не пугаю. Я говорю, что будет. Итак, мы заключили сделку? Скажете нет, и я уйду.

-Сделка. Ты платишь за всё и полную цену. Алла, сколько в первом приближении?!

-Тридцать шесть тысяч, Анжелика Васильевна.

-Плати, - указала на терминал Анжелика.

Настя достала из кармашка сумочки карточку и вставила в терминал. Набила пин-код и через несколько секунд Алла с удивлением посмотрела на Настю и Анжелику Васильевну.

-Оплата прошла, - сказала она. - Алла Васильевна, а деньги уже у нас на счету. Как это так?

Настя только пожала плечами, решив, что вопрос относится к ней.

-Банк очень крутой, в котором карточку сделали, - проворчала Анжелика. - Девочки, чего стоим?! У нас клиент! Работаем, работаем!

Все сразу засуетились. Настю обступили, стали тормошить и чего-то спрашивать. Когда у неё попытались забрать чемодан, Настя не выдержала и зарычала. От её рыка все отшатнулись и серьёзно испугались. Анжелика пришла в себя первой и начала командовать.

-Алла, ты первая встречаешь клиента. Действуй, как обычно. Первая процедура - педикюр. Потом депиляция, потом маникюр и причёска. Лицо делаем последним, а потом поправляем причёску.

-Сколько времени это займёт? - спросила Настя.

-Не меньше трёх часов. А вы куда-то спешите?

-Я хотела ещё по магазинам пройтись, а в четыре мне надо уезжать.

-Насчёт магазинов не знаю, а к поезду вы успеете. Девочки! Бегом! Делаем всё быстро!

-Прошу вас, - подошла к Насте Алла, - вы можете оставить свой чемодан в гардеробе.

-Чемодан будет со мной и у меня на виду. Всегда! Это моё требование!

-Хорошо. Но куртку вы ведь можете оставить в гардеробе? Также вам будет выделена комната для вещей. Она запирается на ключ. Вы же не хотите проходить процедуры в одежде? Вам выдадут халат и тапочки, а вещи вы оставите в комнате. Комната закрывается. Там ваш чемодан никто не украдёт.

-Тогда я в комнате могу оставить и куртку? - уточнила Настя.

-Конечно, но обычно верхнюю одежду оставляют в гардеробе. Нет, если вам хочется, то никто настаивать не будет.

-Мне хочется, - кивнула Настя. - Куда идти?

-Прошу за мной. Я лично отведу вас. Прошу вас, возьмите ключ от комнаты. В комнате вы найдёте халат и тапочки. Будьте добры, переоденьтесь.

-Алла, зайди, пожалуйста, со мной, - попросила Настя.

-Как вам будет угодно, - вежливо ответила девушка, но заметно напряглась.

В комнате Настя открыла чемодан, достала пистолет и показала Алле. Девушка испугалась, но постаралась не показывать страх.

-Это пистолет, - пояснила очевидное Настя. - А в чемодане граната. Я сделаю растяжку, и если кто-нибудь откроет чемодан, здесь будет большой бабах. Ой, нет. Я растяжку на дверь поставлю. Так что, сюда заходить без меня нельзя. Я понятно объясняю? Кивни, если поняла. Хорошо. Если ты захочешь кому-то сообщить о психушке с оружием, то учти, я не одна. Если меня закроют, то ты с этим салоном не сгоришь, но будешь завидовать тем, кто сгорел. Это понятно? Вопросы ко мне есть? Вот и хорошо. Свободна. Я говорю, можешь идти! Вот ведь, тормознутая.

Настя отомстила за то, что Алла унижала её. Мстительность никогда не была ей свойственна, а тут вдруг проявилась. Настя задумалась об этом. Подумав, она сделала нелестный для себя вывод. Раньше она тоже хотела отомстить, но ей не хватало смелости и безрассудства. Теперь у неё есть и то, и другое. И всего этого ей хотелось бы не так много. Именно из-за этого она постоянно попадает в неприятности. Там, где раньше она отступила бы, теперь она наоборот разжигает конфликт, совершенно не думая о том, чем этот конфликт может кончиться.

Пока она это обдумывала, её проводили в кабинет и усадили на удобное кресло. Две девушки занялись её ногами, а Насте дали в руки журналы с причёсками, и порекомендовали выбрать, какую она бы хотела. Настя просмотрела причёски и прикинула, что с её короткими волосами ничего вычурного не получится. Ничего лучше, чем простое каре не придумала и отложила журналы. Посмотрела, что делают с её ногами. Девушки чем-то натирали её стопы, а пальцы были закрыты тканевыми колпачками. Настя уточнила, и девушки охотно стали рассказывать. На несколько минут Настя погрузилась в обратную сторону мира красоты.

Оказалось, что у Насти прекрасная кожа. Без мозолей, натоптышей и отмершей кожи. Ногти не обработаны, но мягкие и здоровые. Вмешательство было минимальное, но Насте сделали ещё и лечебную процедуру. Просто так, на всякий случай, но ещё эта процедура нужна была, чтобы лак на ногти лёг лучше и дольше держался. Лак ей посоветовали бесцветный, или самого мягкого телесного оттенка. Настя выбрала бесцветный. Лечебная процедура долго не продлилась. Пока Настя выбирала цвет, девушки уже всё сделали, и оставалось только промыть ногти и нанести лак. Так что, Настя не долго их слушала. Только пока они лак наносили. Потом они распрощались, и Настя прошла на депиляцию.

Первым делом Настя поинтересовалась, есть ли здесь депиляция пирогелем? Женщина в кабинете очень удивилась тому, что Настя знакома с этим способом депиляции, и принялась отговаривать Настю от этой процедуры. Осмотрела её внимательно и порекомендовала воск на ноги и руки, депиляцию лазером зоны бикини и подмышек, а также чуть проредить брови по трафарету. Настя заметила, что воск это больно. Женщина только пожала плечами и гарантировала, что на руках и ногах больно не будет. Настя не поверила, но согласилась.

Больно действительно не было. Перед процедурой ей нанесли какую-то жидкость, и она перестала чувствовать поверхность кожи. Настя так расхрабрилась, что и зону бикини согласилась обработать воском. Там она чувствовала, но слабо. Вполне можно было потерпеть. Подмышки были намного болезненнее, но Настя, хоть и шипела, но вытерпела. Женщина не переставала хвалить её, попутно рекламируя старый добрый воск и поругивая новомодные лазеры и пирогель. Набралась смелости и высказала Насте за то, что она очень долго пренебрегала депиляцией, но похвалила за то, что не побоялась так ходить и не побрила ноги. Сбритые волоски удалять было бы сложнее. Тут, она признала это, нужен был бы лазер. А от него тоже есть неприятные последствия.

С этой женщиной они тоже расстались в хороших отношениях. Потом был солярий, где Насте немного добавили загара. Настя вспомнила, что по легенде должна была приехать из Турции, поэтому попросила степень загара увеличить. Ей подобрали самый лучший загар, аккурат подходящий к её легенде. По крайней мере, женщины в солярии уверяли, что это именно так. Они несколько раз помогали тем, кто приехал с юга, выравнивая загар по всему телу, удаляя следы купальников, или лямок маек. Насте ничего не оставалось, как довериться им. Сама она не представляла, каким должен быть южный загар.

На маникюре к ней подошла Анжелика и спросила о причёске, которую Настя выбрала. Настя указала на страницу журнала и Анжелика ушла. Маникюр занял больше всего времени. Насте тщательно обработали не только ногти, но и каждый палец. Втирали крема, лосьоны, какие-то жидкости с резким химическим запахом. По окончании всех процедур, Настя не узнала своих рук. Руки были мягкие, нежные, с ровным цветом кожи со всех сторон. Немного отличались от кожи выше запястий, но если не приглядываться, то незаметно. Настя восхитилась работой мастериц, а в ответ получила комплименты в свой адрес. Расстались они тоже весьма довольные друг другом.

Её лицом тоже занимались две женщины. Накладывали крема, маски. Это продолжалось дольше, чем маникюр, а результат Настю не впечатлил. Правда, когда нанесли макияж, стало понятно, что и зачем делали. Настя с удивлением смотрела на красавицу с естественным макияжем, без какой-либо косметики на коже. Сама Настина кожа светилась здоровьем и выглядела на все сто. Когда одна из женщин предложила чуть подправить скулы, Настя остановила её. Совершенство ей было ненужно. Недостатки должны были показать естественность. Она попросила только немного выделить переносицу, чтобы прибавить пару лет. Её пытались отговорить, но Настя настояла на своём.

Мастер по стрижкам неожиданно оказался суровым, брутальным мужиком. Он был не выше Насти, но заметно шире в плечах и мускулистее. Насте он молча указал на кресло, а когда она села, долго осматривал и ощупывал её голову. Вращал во все стороны то голову, то кресло, а потом забраковал выбранную ею причёску. Достал какой-то журнал и открыл картинку.

-Будет так, - сказал он таким тоном, что возражать ему не хотелось.

-А можно спросить? - решилась Настя.

Мужик уставился на неё. Его лицо ничего не выражало. Он застыл каменным изваянием, и это его молчание Настя приняла за разрешение спросить.

-Скажите... Я не нашла в ваших журналах этой причёски... Понимаете, меня муж стриг...

-Он стилист? - удивился мужик.

-Он дурак! - не сдержавшись, рявкнула Настя. - Я его потом чуть не убила! Но дело не в этом. Меня потом подстриг Женя... стилист... Так вот, там такая причёска. Каждая прядь отдельно и во все стороны. Он ещё лаком закрепил. Мне очень шло. Вы можете такую сделать?

Мужик задумался. Через минуту, не меньше, он прошёл к полке, на которой лежали журналы, покопался там и вытащил журнал. Полистал, раскрыл на странице и показал Насте.

-Так? - кратко спросил он.

-Не совсем, - с сомнением сказала Настя, - но очень похоже. Стиль... Но у меня немного по-другому было.

Мужик вновь ощупал её голову, проверил длину волос, покрутил кресло в разные стороны.

-Я могу вам так сделать, - вынес он вердикт. - А вы сможете каждый день приходить сюда на стрижку и укладку? Сами вы такую причёску не сделаете. После той стрижки вы потом в шапке постоянно ходили, пока у вас волосы не отросли. Теперь ещё раз так хотите? Я вам отличную причёску сделаю. Сутки продержится, а потом расчесать волосы и сделать что-нибудь попроще. Ну, или опять к нам, но вы ведь уезжаете? Могу вам посоветовать. Отрастите волосы. Когда отрастут, придёте к нам, я вам их срежу и сделаю причёску, какую вы хотите. А потом, когда волосы начнут отрастать, или вы захотите поменять причёску, я вам ваши же волосы наращу. Так будет правильно, а сейчас я вам сделаю вот эту причёску.

-Всецело полагаюсь на вас, - сдалась Настя.

После всех процедур у Насти возникла серьёзная проблема. Ей нечего было надеть. Она металась по комнате, раскидывая вещи из чемодана, и не могла ничего подобрать. Наконец, она сделала попытку влезть в платье, купленное ещё в борделе. С трудом, но смогла это сделать. Туфли у неё тоже остались. Настя порадовалась, что не выбросила их. Одета она была не по погоде, но выглядела прекрасно. Платье было тесновато, но это можно было потерпеть.

В холле она произвела фурор. Весь персонал прибежал посмотреть. Кто-то попросил сделать снимок, чтобы показывать как рекламу салона. Настя была довольна. Она приготовилась оплатить остаток суммы, но Анжелика махнула рукой.

-Не надо. Если позволишь использовать твои фотографии, то не надо. Ты не думала о карьере модели? С твоим ростом и природной красотой. У меня есть связи, могу устроить просмотр.

-Нет, благодарю, - ответила Настя. - Думаю, муж будет против. Деньги возьмите, а фотографии использовать нельзя. Уж простите. По крайней мере, пару месяцев точно нельзя. У меня договор с... В общем, нельзя.

-Понимаю, - кивнула Анжелика. - Деньги возьму, но если что, то всегда рады тебя видеть. Я вызову тебе такси. Ты не так одета, чтобы по улице ходить.

-Такси? - переспросила Настя. - А куда оно меня отвезёт?

-На вокзал, или куда тебе надо? - удивилась Анжелика.

Какая-то идея забрезжила у Насти в голове. Какая-то мысль. Несколько секунд она пыталась ухватить ускользающую мысль, а потом идея оформилась у неё в голове.

-Подождите! Не надо такси! Позвоните в прокат лимузинов.

-Я готова заказать тебе лимузин... - начала Анжелика.

-Не лимузин, - возразила Настя. - Мне нужна машина... Как такси, только высокого класса. Мне рассказывали, что в прокате лимузинов можно такую заказать.

-Аллочка, займись, - приказала Анжелика Васильевна. - Девочки, почему не работаем? Сейчас должна приехать Римма Львовна. Её надо встретить и быть готовыми. Настенька, пока лимузин не приехал, давай попьём чаю у меня в кабинете. Да брось ты свой чемодан!

-Не могу. Это бзик у меня. Всё время кажется, что оставлю на минутку и его украдут.

-Да никто его здесь не украдёт! Ай, ладно... Хочешь носить чемодан - твоё право. Пойдём ко мне.

Они поднялись на второй этаж, и зашли в небольшой кабинет. Кабинет служил для представительских функций, а как рабочий не использовался. Сложно было объяснить почему, но Настя чувствовала это.

-Что у тебя в чемодане, что ты так за него трясёшься? - спросила Анжелика Васильевна.

-Обычные вещи. Я показать могу. Просто бзик у меня. Навязчивая идея.

-Кто же ты такая? Вроде не из богатых, но деньгами швыряешься направо и налево. Если бы была из этих... скоробогачей, то персонал бы третировала, а ты со всеми, как благородная графиня общалась. Ты случайно не из-за границы к нам приехала? Нет? Тогда может расскажешь, откуда ты такая.

-Я обычная девушка, нашла себе богатого парня, окрутила и вышла замуж, - выдала легенду Настя.

-Замуж?! За богача?! Не смеши меня! Тебе злобы на это не хватило бы, чтобы конкуренток давить.

-Вы меня совсем не знаете, - немного обиделась Настя.

В кабинет постучалась и заглянула Алла.

-Анжелика Васильевна, простите, но тут хотят уточнить, какую машину подать. Есть "Бентли", "Мерседес" и "Каддилак". Все машины прибудут в течении тридцати минут.

-Мне нужна только одна, - вмешалась Настя. - Это у тебя трубка? Дай сюда. Да, здравствуйте. Мне нужна машина с водителем. Доехать хочу до Рязани. Я одна, плюс у меня чемодан. Мне всё равно, какую машину вы пришлёте, главное, чтобы был вежливый водитель, и машина не поломалась по дороге. Да, "Бентли" меня вполне устроит. Это ваши проблемы. Мне нужна только сумма. Да, хорошо. Когда ждать машину? Оплату произвести на месте? Перевести?.. Простите, я обычно этим не занимаюсь... Да, думаю, мне подскажут. Да, всего хорошего. Обязательно позвоню. Да, жду.

-Мне нужен номер по которому ты звонила, - потребовала у Аллы Настя.

-Он последний из набранных, - подсказала девушка.

Настя вытащила телефон из сумочки и завела в него последний набранный с трубки номер. Отдала трубку Алле и поблагодарила кивком.

-У вас есть банкомат? - спросила она Анжелику Васильевну.

-Перевести деньги? - уточнила та. - Да есть, но у тебя нет реквизитов...

-Сейчас перезвоню, и будут, - ответила Настя.

-Аллочка, займись этим, - попросила Анжелика Васильевна. - Спиши деньги за машину с нашего счёта. С Настей мы потом разберёмся.

-Хорошо, Анжелика Васильевна, - кивнула Алла и ушла.

-Вы так хотите вручить мне какую-то сумму, что я даже нервничаю. Не могу понять, зачем вам это надо?

-Да? А я вот не могу понять, кто ты такая и откуда взялась? - взвилась женщина. - Меняемся? Я тебе расскажу, а ты мне. Сказочки про принца можешь оставить для дур, таких как ты. Согласна?

-Хорошо, я расскажу, - согласилась Настя. - Это не такой уж секрет. Я действительно вышла замуж за богатого парня, но его семья... Сами понимаете. Теперь мы с ним расстались. Он обещал... А деньги. Это так получилось, что я смогла заработать. Благодаря ему, конечно, но эти деньги мои.

-И у тебя их никто не потребует назад? - уточнила Анжелика.

-Всё, что могли, у меня уже забрали, - развела руками Настя.

-Верю, - кивнула Анжелика. - История такая невероятная, что может быть правдой. Только ты бы деньги так не тратила. Они тебе ещё пригодятся. Тебе ещё жить, а парень твой не вернётся. Скорее всего, ты по почте получишь бумаги о разводе. Поверь, я богатеев знаю.

-Он вернётся. Он всегда возвращается. И он не такой, как все.

-Все они... - вздохнула Анжелика. - Богачи. Думают, что наворовали, так теперь все им должны. Вот ты. Ты мне сегодня трёхдневную выручку сделала. Что ты там говорила, про то, что ты привередливая клиентка? Ты ещё привередливых не видела. Девочки от тебя без ума. Не дёргалась, не капризничала, все просьбы выполняла без пререканий. С тобой работы было совсем немного, а оплатила ты полную цену и всем осталась довольна. А придёт какая-нибудь кикимора старая, обхамит всех, затуркает, а потом ещё и недовольна останется, да ещё и скидку потребует. С ней возишься весь день. Из кикиморы человека делаешь, а она возмущается, что принцессой не стала. А скидки? Ты думаешь, что кто-то платит полную цену? Да никогда! Им всем подавай скидку. И не меньше тридцати процентов, а то и семьдесят. И мы эти скидки делаем, потому что иначе они к нам больше не придут, да и ославят так, что и других клиентов у нас не будет. А ты, наивная, нам всё свои деньги пихаешь. У тебя их что, не меряно? Те, у кого денег больше, чем нужно им и их внукам, деньги просто так никому не отдадут. И душу из тебя вынут за свои деньги, требовательные клиенты... Не сравнить с тобой.

Анжелика как-то обмякла в кресле, расплылась. Из красивой и энергичной женщины как будто выкачали воздух. Она сидела, и казалось, что сейчас расплачется. Раньше её возраст не был заметен, а теперь Настя увидела, что ей далеко за сорок, а то и больше пятидесяти. Несколько секунд Настя думала, а потом встала, подошла и обняла женщину.

-Прекрати, - попросила Анжелика. - Я ведь расплачусь, а мне нельзя плакать.

-Иногда можно, - сказала Настя и отстранилась. - Но не сегодня! Сегодня у тебя праздник! Ты сегодня получила прибыль за три дня! Ты радоваться должна! И не трать деньги на дуру клиентку. Лучше своим работникам премии выпиши. Хватит хандрить! Соберись! Ты успешная бизнес-леди! Ты здесь самая главная и от тебя куча народа зависит. Незачем киснуть! Соберись и вперёд!

-Со мной это уже не работает, - улыбнулась Анжелика. - Я слишком стара для этого. Но надо собраться. Расклеилась я... Прости, вывалила на тебя...

-Я понимаю. Тебе надо было выговориться. В себе это держать...

-Ты теперь к нам больше не придёшь?

-Не знаю, - пожала плечами Настя. - Если буду рядом, то может быть и зайду. Но потребую скидку! И не меньше тридцати процентов. И буду очень капризной клиенткой.

Они рассмеялись. Гнетущая атмосфера рассеялась. Они допили остывший чай, Анжелика заметила, что сумочка не подходит к Настиному платью, поэтому дальше они перешли на обсуждение магазинов, и где и что можно купить. Время пролетело незаметно. Как показалось Насте, они только что начали разговор, как в дверь постучала Алла и сказала, что машина подъехала и шофёр ждёт внизу. Настя встала попрощаться с Анжеликой. Попросила обязательно выписать Алле премию, так как чувствовала себя немного виноватой перед ней. Анжелика пообещала и вызвалась проводить Настю. Они спустились на первый этажи Настя замерла. У дверей стоял Вадим, которого она убила в Зоне.

-Здравствуйте, меня зовут Вадим, - поклонился парень, - я ваш шофёр. Позвольте ваш багаж?

Настя судорожно зашарила по поясу, ища кобуру. Когда сообразила, что пистолет в чемодане, с визгом бросилась вверх по лестнице, сбив Анжелику с ног. Это её немного отрезвило, и она успела подхватить падающую женщину. Через несколько секунд, она увидела, что парень очень похож на Вадима, но не он. Это ей просто показалось сначала, а теперь она видела, что этот человек и ростом повыше, и в плечах шире. Всё равно, он так напоминал ей Вадима, что Настя невольно передёрнулась и поднялась на второй этаж, таща за собой Анжелику.

-Я не могу ехать с этим человеком, - ответила она на немой вопрос женщины. - Он похож на одного человека, который пытался меня убить. Я не могу ничего рассказать. Мне надо что-то сделать.

Настя достала телефон и быстро набрала номер.

-Служба проката лимузинов, чем могу вам помочь? - услышала она после первого же звонка.

-Это клиентка. Я заказывала машину из салона красоты в Рязань.

-Да, машина уже подошла. Водитель вас ожидает.

-Я не могу ехать с этим водителем. Мне нужен другой.

-Простите, я немного не поняла. Вы хотите заменить водителя?

-Да! Я хочу заменить водителя! У вас есть другой водитель?!

-Наш водитель нагрубил вам, или вас не устраивает что-то ещё?

-Послушайте. Я задам вам простой вопрос. У вас есть сейчас свободные водители? Ответьте: да, или нет.

-Одну минуточку. Да, свободные водители есть.

-Вы можете прислать другого водителя, чтобы он отвёз меня в Рязань?

-Вас чем-то не устраивает присланный водитель?

-Да, или нет! - рявкнула Настя.

-Да, - немного растерянно ответила девушка. - Если водитель вас не устраивает, то мы пришлём другого, но вам придётся подождать...

-Я подожду. Я готова ждать. Только, пожалуйста, не заставляйте меня ждать слишком долго.

-Вас устраивает машина? - спросила девушка.

-Я машину не видела, - ответила Настя. - Мне и водителя хватило.

-Простите, но поясните пожалуйста, чем водитель вам не подошёл? Он был груб, он вёл себя вызывающе?

-Девушка, вы вместо того, чтобы выяснять всякую ерунду, лучше побыстрее направьте ко мне другого водителя. Я ведь могу и отменить заказ.

-Водитель уже к вам отправлен, но он подъедет только через пол часа не раньше.

-Хорошо, я его жду, - сказала Настя и повесила трубку.

-А ты умеешь быть жёсткой, - с одобрением сказала Анжелика. - Я в тебе это заметила, но потом как-то не придала этому значения. Что случилось? Неужели этот человек так похож на того, который тебя убить хотел?

-Очень похож, - ответила Настя, раскрывая чемодан, - да ещё и зовут его "Вадим". Жуткое сходство.

Она вытащила пистолет, и ей сразу стало спокойнее. Единственная проблема была в том, что пристроить его на теле было некуда.

-Ты что, стрелять собралась? - испугалась Анжелика.

-Нет, - ответила Настя, - но оружие хочу иметь под рукой. Чёрт, ведь не влезет в сумочку.

-Подожди, я тебе другую дам, - сказала Анжелика. - Одна клиентка забыла. Только она к твоему платью, ещё больше не подойдёт, а другой у меня нет.

-Придётся переодеться, - без сожаления сказала Настя.

-Пойдём снова ко мне, - предложила Анжелика. - Там переоденешься. Слушай, но неужели ты так испугалась? Ты от страха меня по лестнице вверх одной рукой затащила.

Зазвонил Настин телефон. Номер был незнакомый, но Настя сняла трубку.

-Я слушаю, - настороженно сказала она.

-Здравствуйте, - раздался в трубке незнакомый мужской голос, - вас из компании по прокату лимузинов беспокоят.

-Значит так! - рассердилась Настя. - Я никаких претензий к водителю не имею. Я готова оплатить замену водителя, но в разумных пределах. Машину я не видела, но думаю, что она меня вполне устраивает. Водителю можете премию дать, в размере недельной зарплаты, я компенсирую. В конце концов - моя вина в том, что я не хочу с ним ехать. У вас есть ещё вопросы?

-Нет, что вы! Вы свою позицию изложили предельно ясно. Маленькое уточнение. Водителя мы, конечно, заменим бесплатно, но простой машины мы посчитаем по тому же максимальному тарифу. Если вы хотите дать не устроившему вас водителю компенсацию морального ущерба, то сделайте это сами, наличными. Мы не можем премировать своих сотрудников за несделанную работу. Благодарим вас за то, что обратились в нашу службу. Водитель к вам выехал. Будет через десять минут. Всего вам хорошего.

-И вам не хворать, - сказала Настя гудкам в трубке. - Странно. На машине сюда ехали пол часа, а водитель без машины приедет через десять минут.

-Так ведь это Москва, - фыркнула Анжелика. - На машине через пробки, а водитель без машины едет на метро.

-Да, я об этом не подумала. Надо водителю компенсировать... Как думаешь, сколько ему дать?

-Рублей двести хватит, - проворчала Анжелика.

-"Значит пятьсот", - подумала Настя.

Она переоделась. С сожалением сняла и убрала платье и туфли. Снова надела платье и куртку со спортивными тапочками. Анжелика поохала, но признала, что по-другому не получается, если Настя хочет иметь оружие под рукой. Про оружие тактично не стала спрашивать, а Настя не стала объяснять и оправдываться. Закончив переодевание, Настя решила спуститься вниз и поговорить с водителем. Заодно и отдать ему денежную компенсацию. Анжелика вызвалась составить ей моральную поддержку, и они вместе спустились вниз.

Чувствуя тяжесть пистолета в кармане, Настя была спокойна и уверенна. Осмотрев водителя с расстояния в пару шагов, она поняла, что на истерике сглупила. Вблизи водитель ничем не напоминал Вадима. Настя вполне могла бы ехать с ним. Она объяснила ему ситуацию. Извинилась и тайком от Анжелики вручила бумажку в тысячу рублей. Судя по тому, как расцвёл водитель, Настя полностью компенсировала ему все моральные и материальные потери. Через несколько минут прибыл водитель на замену. Оба водителя попросили Настю подождать, пока они передадут машину, и Настя возражать не стала. Она начала прощаться со всеми, а в особенности с Анжеликой. Прощание не затянулось, и уже через пару минут Настя вышла из дверей салона красоты.

Глава 2

Машина стояла немного поодаль. Настя направилась к ней. Водители увидели её и наперегонки бросились, чтобы забрать чемодан. Настя рявкнула на них, и они растерянно замерли. Пояснив, что чемодан она носит только сама, Настя отправила их к машине, чтобы открыли багажник. Уложив в багажник чемодан, поинтересовалась готовностью ехать. Её заверили, что всё готово и новый водитель распахнул перед ней дверь. Настина паранойя не вовремя обострилась. Показалось, что когда она будет садиться, водитель хлопнет дверью ей по ногам. В салон она запрыгнула, благо проём двери и сам салон это позволяли. Водитель прикрыл дверь. Настя тут же проверила, как она открывается, а потом захлопнула и расслабилась в роскоши и комфорте.

Салон этой машины никак у Насти не ассоциировался с машиной. Машина по её понятиям - должна быть тесной, шумной, с жарой летом и холодом зимой. Здесь же Настя окунулась в тишину и спокойствие, мягкую прохладу и ненавязчивый обдув системы климат контроля. Места пассажиров отделялись от водительского места перегородкой. Настя присмотрелась и поняла, что всегда может поднять стекло, окончательно отделяя себя о водителя. Даже водитель, когда садился в машину не вызывал никаких ассоциаций с такси. Он не плюхался на сиденье, не хлопал дверью, не гремел брелком ключей и не щёлкал передачами. Машина тронулась так плавно, что Настя даже не сразу поняла, что они едут.

-Сколько мы будем ехать? - спросила она, пододвинувшись к окошку.

-Там кнопка переговорного устройства есть, - вместо ответа сказал водитель. - Вы можете говорить, не подаваясь вперёд. Можете даже отгородиться. Также там есть мини бар, можно посмотреть какой-нибудь фильм, послушать музыку. А ехать нам, с учётом пробок, примерно четыре часа. Простите, но на этой машине нам не рекомендовано ездить быстрее ста километров в час.

-Четыре часа, - повторила Настя. - А сколько сейчас времени?

-Сейчас половина второго, - ответил водитель.

-Очень хорошо, - кивнула Настя. - Я и не надеялась быть дома раньше. Езжайте как вам удобно, но к шести будьте добры быть в Рязани.

-Да, конечно, - кивнул водитель.

Некоторое время Настя развлекалась тем, что проверяла кнопки в салоне. Очень интересно было, какая за что отвечает. Потом ей это наскучило, и она стала просто смотреть в окно. Это тоже оказалось не так уж интересно. Машина медленно выползала из Московских пробок, постоянно замирая на перекрёстках. Настя стала думать о том, как встретится с мамой, как будет просить у неё прощения. Чуть не расплакалась и решила думать о чём-нибудь другом. Подумала о деньгах. Вспомнила, что так и не позаботилась о том, чтобы узнать сумму на своём счёте, а также не узнала и номера счёта, и остальных необходимых цифр, о которых ей рассказывал Саша. Он ещё говорил ей, что эту информацию можно узнать в любом отделении, любого банка. Настя нажала на кнопку и попросила водителя остановиться около отделения любого банка.

Минут через пятнадцать он выполнил её просьбу. Настя попросила его пройти с ней в банк, но он отказался, сославшись на то, что ему нельзя покидать машину. Настя задавила свою паранойю и, оставив чемодан в багажнике, прошла в отделение Сбербанка.

Здесь она поняла, что человеку с оружием в реальности этого мира очень тяжело жить. Маленькая собачка, сидящая при входе, тут же залилась истошным лаем, как только Настя вошла. Сразу же появился охранник. Немного растерялся, увидев Настю, но потом грозно поинтересовался наличием у неё оружия. Настя отрицать не стала. Призналась, что оружие есть, и показала удостоверение. Вопрос был снят, но охранник тщательно просмотрел Настины данные и видимо хорошо их запомнил. Девушка администратор спросила Настю о причине посещения банка и указала на банкомат, сказав, что Настя всё может сделать через него, а распечатку с цифрами может получить в кассе, или у ближайшего оператора.

Настя не первый раз видела банкомат, но раньше она только получала и вносила деньги, а теперь ей пришлось разбираться в вопросах, которые раньше она никогда не затрагивала. Без помощи девушки, она ни за что бы не справилась. Девушка подсказала Насте, как узнать сведения по карточке и счёту, к которому карточка прикреплена. Оказалось, что у Насти какой-то защищённый счёт, с которого за обслуживание счёта списывается каждый месяц больше тысячи рублей. Также Настя не получает никакой информации о состоянии счёта через мобильный банк, не может переводить большие суммы частным лицам, и не может пополнять счёт. Увидев сумму Настиного счёта, девушка была немного ошарашена, но потом у неё включилась коммерческая жилка и она предложила Насте часть суммы перевести в сбербанк, на гораздо лучшие условия. Настя ничего не поняла, но сказала, что подумает. Получила от девушки распечатку реквизитов и покинула банк.

В машине она просмотрела лист с реквизитами. Немного подумала и решила пока ничего не менять. Счёт был надёжным. Банк МОИЗ не мог потерпеть крах, а плата тринадцать тысяч в год, для счёта в почти пятьдесят миллионов, была необременительной. Со временем, Настя собиралась проверить всё, что можно и если где-то ей предложат лучшие условия, то можно будет перейти туда. Но сейчас она ехала к маме, и ей было не до этого.

Машина, наконец, выехала из города и поехала ровно без остановок. Через несколько минут Настя не выдержала и вызвала шофёра.

-Почему мы так медленно едем? - спросила она.

-Мы едем со скоростью девяносто километров в час, - ответил водитель. - У вас там монитор. Вы можете вывести на него данные маршрута и скорость, а также узнать, где мы находимся. Простите мою многословность, но вы не первая, кто считает, что машина медленно едет. Это машина высокого класса. Скорость практически не чувствуется.

-Да? - усомнилась Настя. - Простите, но я проверю ваши слова.

-Да, пожалуйста. Кнопка прямо перед вами - откидывается панель. Как включить экран вы поймёте, а меню там не сложное.

-Спасибо, я уже знаю.

Настя отключила переговорное устройство и открыла панель, за которой был экран. Включила его и пробежалась по меню. Нашла раздел с отслеживанием маршрута и зашла. По данным геопозиционирования, машина действительно ехала со скоростью девяносто километров в час. Линия маршрута проходила по двум дорогам и в зависимости от того, по какой ехать, давала разницу прибытия в десять минут. Но получалось, что с такой скоростью и по такому маршруту Настя будет в Рязани примерно через два часа, что соответствовало скорости в девяносто километров в час.

-Скажите, а вы не могли бы увеличить скорость? - спросила Настя.

-Пристегнитесь, пожалуйста, - вместо ответа на вопрос сказал водитель.

Настя пристегнулась, и водитель сразу начал прибавлять скорость. Когда на экране высветилась цифра сто двадцать, Настя попросила сбавить скорость и ехать как раньше. Она не заметила особой разницы между скоростью девяносто и сто двадцать, а время прибытия, с увеличением скорости, изменилось всего на три минуты. Из-за этого не стоило что-либо затевать. В машине удобно, комфортно. Можно плавно катиться и наслаждаться комфортом.

Комфортом Настя наслаждалась ещё примерно час, а потом желудок напомнил, что он давно ничего не получал, а мочевой пузырь, что его надобно освободить. Настя могла бы потерпеть, но она подумала о том, что приехав домой, она будет думать не о встречи с мамой, а о туалете. Да и насчёт еды она сомневалась. Нет, мама её накормит, но учитывая нынешний Настин аппетит, в доме может не оказаться необходимого количества еды. Их семья всегда ела не так уж много, а тётка не любила копить продукты в холодильнике. Она считала, что всегда можно сходить в ближайший магазин и купить всё, что надо. Настя приняла решение.

-Скажите, не могли бы мы остановиться у какого-нибудь кафе? Я хочу пообедать.

-Как скажете, - ответил водитель, - но у вас есть холодильник, а в нём закуски.

-Я не хочу закусить, - сказала Настя. - Я хочу пообедать. Вы не знаете на этой дороге какое-нибудь хорошее кафе?

-Честно говоря, не знаю, но в любом селе такое кафе есть. Я могу вам посоветовать? Потерпите. Я буду ехать и смотреть. Если увижу кафе, или столовую, где стоит много машин, то остановлюсь. Вас не смутит компания дальнобойщиков? Если нет, то поверьте, дальнобойщики лучше кого-либо знают, где на трассе хорошо и вкусно кормят. За другие кафе я не ручаюсь.

-Вы правы, поэтому я спорить не буду. Поезжайте, как считаете нужным.

Минут через пятнадцать они остановились в каком-то посёлке у торгового центра.

-Простите, - сказал Насте водитель. - Я эту трассу не знаю, и где кафе дальнобойщиков располагается, тоже не берусь предсказать. Вон там кафе, а около него много машин. Возможно, кафе неплохое.

-Хорошо, пойдёмте со мной. Вам тоже поесть надо.

-Мне нельзя покидать машину и оставлять её без присмотра.

Настина паранойя вновь вышла на верхний уровень сознания. Показалось, что водитель хочет её оставить здесь и уехать. Или, пока её нет, залезть в её чемодан и покопаться там. Она позволила паранойе взять верх и настояла, чтобы водитель пошёл в кафе вместе с ней. Водитель очень этого не хотел, но Настя сказала, что позвонит его начальству и подаст жалобу. После этого водитель сдался. Единственное, о чём он попросил Настю, это подождать, пока освободится место на стоянке, которое видно из окна кафе. Настя не возражала.

-И охота было вам сидеть? - проворчал водитель, когда они запарковали машину и вышли.

-Не сдержались? - поддела его Настя. - Не обращайте внимания. Это у меня навязчивая идея. Мне кажется, что все хотят мой чемодан украсть. Я понимаю, что это психоз, но ничего не могу с собой поделать. Кстати, я от этого бзика избавляюсь. Я уже не беру чемодан с собой, а оставляю в машине.

Водитель промолчал.

Они вошли в кафе. Народу было мало. Из полутора десятков столиков, заняты были только два. За одним сидели двое мужчин, а за другим две семейные пары. По залу с шумом бегали дети. Место Насте понравилось. Запахи с кухни тоже были очень приятными. К ним из дверей вышла женщина. Одета она была в немного испачканный белый халат и поварской колпак. Вежливо поздоровалась. Предложила меню. Настя сразу сказала, что им нужно самое вкусное блюдо, в количестве четырёх порций. Женщина предложила шашлык, но сказала, что он будет готовиться минут пятнадцать. Настя согласилась подождать.

Настя и водитель заняли столик у окна. Ждать и не поговорить - Настя не могла. Она начала разговор, спросив, как водителя зовут, а потом, постепенно они разговорились. Гена оказался весьма компанейским человеком, но очень хорошо чувствовал грань, которую нельзя переходить с нанимателем. Насте тоже так было удобно, поэтому она тоже придерживалась определённых границ.

Поговорили о погоде. Настя объяснила, почему отказалась от предыдущего водителя. Гена сказал, что Вадим из Рязани и прекрасно знает город, поэтому его на заказ и отправили, а сам Гена в Рязани не был и города не знает. Настя немного обеспокоилась тем, что это может стать проблемой. Она тоже не знала города. Точнее, знала его хорошо, но только как пешеход. Как проехать, или доехать отсюда и туда - она не знала. Гена успокоил её, сказав, что у него есть навигатор. Поинтересовался конечной точкой маршрута. Настя назвала адрес, а потом посмеялась, когда Геннадий понял, что записать адрес ему некуда. Успокоила его, сказав, что в машине адрес ему напомнит.

Потом Гена стал рассказывать ей о том, чем Настя может пользоваться в автомобиле. Оказалось, что о большинстве возможностей Настя не знала. Гена признался, что большинство клиентов, которые пользуются автомобилем часто, если не сказать, что постоянно, тоже не знают всех его возможностей. Есть массаж спины, есть ванночка для ног, есть чистка обуви, есть микроволновка, сидения раскладываются в комфортный диван. По сути, в этой машине можно жить, как в квартире. Более того, как в комфортной квартире. Однако, большинству клиентов нужны только мониторы перед глазами, а детям ещё и джойстики для игр. О других возможностях они не знают, и знать не хотят.

Им принесли шашлык. Сразу было видно, что его не разогрели, а взяли прямо с мангала. Мясо было нарезано небольшими кусочками, но порция состояла из трёх шампуров. К блюду с шашлыком подали лепёшки с сырной нарезкой, горку маринованного лука, зелень, два соуса, аджику и простой кетчуп. Подавшая еду женщина, попросила позвать её, если соусов будет мало, и она тут же принесёт ещё. Настя только кивнула и, взявшись за шампур, стянула с него один кусок. Мясо было великолепным. Настя чуть не застонала от наслаждения, а потом стала есть шашлык, поочерёдно пробуя его с лепёшками, зеленью, соусами, или луком.

Все были шокированы Настиным аппетитом. Даже с кухни вышли посмотреть, как Настя расправляется с третьей порцией шашлыка. Настя не стала никого разочаровывать и съела последние кусочки с таким же энтузиазмом, с каким начинала есть первую порцию, хоть доедала через силу. Съев всё, она окинула стол голодным взглядом и задумчиво произнесла:

-Ну что ж... Начали мы неплохо. Повторим, или... А что у вас на десерт?

Женщина разносчица была в шоке. Впрочем, и другие посетители были удивлены. Даже дети, ничего не понимая, но видя, на ком сосредоточены взрослые, тоже внимательно смотрели на Настю. Повар в этой ситуации оказался на высоте. Видя, что разносчица не может собраться с мыслями и ответить, он вышел вперёд. Это был смуглый мужчина, явно с юга страны. Говорил он с нарочитым акцентом, от чего Настя мысленно поморщилась.

-Ай, красивая девушка. Так шашлык понравился. Ещё хочешь? Бесплатно для тебя принесу. Какой такой десерт? Съешь ещё шашлык - здоровый будешь!

-Благодарю, на здоровье не жалуюсь, - ответила на такую речь Настя. - А насчёт десерта я пошутила. Заедать такой шашлык десертом... Я даже сравнения подобрать не могу, как это плохо. Мы поедем дальше. Сколько с меня? И простите, но я бы хотела расплатиться карточкой.

-Конечно, - ожила подавальщица. - Вот здесь у нас аппарат. Сейчас, я всё посчитаю.

Кафе ожило. Все обсудили Настин аппетит и успокоились. Гена поднялся вместе с Настей и теперь стоял позади неё. Настя повернулась и взглядом указала ему на дверь. Он понял и вышел. Когда Настя увидела чек, то поняла, что к ценам ей придётся привыкать заново. За четыре порции с неё взяли чуть больше двухсот рублей. Для Насти это теперь были не деньги, поэтому, порывшись в сумочке, она нашла там сотенную купюру и положила на стойку.

-Мой комплимент повару. Всё было вкусно. Если буду проезжать мимо, то заеду к вам ещё.

Не слушая слова благодарности от разносчицы и повара, она вышла в коридорчик. Гена ждал её за дверью. Готов был идти к машине, но Настя указала ему на неприметные дверки, и приказала посетить сию комнату уединения. Гена уже понял, что когда она говорит таким тоном, то возражать бесполезно. Он безропотно подчинился, а Настя заняла соседнюю комнатку. Вновь обострилась паранойя и Настя хотела, чтобы Гена был, если не на виду, то на слуху, пока она в туалете.

Через пол часа они объехали Коломну, а ещё через сорок минут подъехали к Рязани. На въезде в Рязань пришлось постоять в пробке, поэтому к шести вечера они не успели, но в половину седьмого были в центре города. И тут Настя поняла, какую глупость сделала. Нужно было объехать город по северной окружной, а не тащиться через центр. Она повинилась перед Геной, но он сказал, что это и его вина. Адрес он знал, мог бы понять по карте, как нужно ехать.

Они проехали по центру города и выехали к родному Настиному району. У Насти заныло в груди, а на глаза навернулись слёзы. С трудом удержав их, она попросила остановить машину. Немного посидела, собираясь с силами, а потом сказала, что дальше не поедет. Ей хочется пройтись. Гена как-то понял её состояние и не стал навязывать свой сервис. Спросил только, не нужно ли Настю проводить? Настя отказалась и позволила ему вытащить её чемодан из багажника.

-Я вам что-нибудь должна? - спросила она.

-Нет, - категорично ответил он. - За всё уплочено, а чаевые мне давать не за что. Только, если в следующий раз вы вызовете лимузин, то попросите, чтобы меня дали вам шофёром. Вот моя визитка.

-Следующий раз будет не скоро, - вздохнула Настя.

-Те не менее... Вы очень хороший клиент. С такими приятно работать.

-Спасибо, - поблагодарила Настя. - Ладно, я пойду. Дорогу отсюда найдёте? Счастливого вам пути.

-До свидания, - чуть поклонился Гена и пошёл к водительской двери.

Настя не стала смотреть вслед отъезжающей машине. Это было бы глупо. Она вытащила ручку чемодана и пошла к дому. Ей надо было пройти чуть больше полукилометра. Она шла и вдыхала запахи осени. Останавливаясь, рассматривала такие знакомые места. К школе даже хотела специально пройти, но передумала. Уже было темно, и что она хотела там увидеть? С нешуточным волнением подошла к своему дому. С трепыхающимся в груди сердцем поднялась по лестнице. А когда нажала на кнопку звонка, то думала, что сердце выскочит из груди. С каждым щелчком замка её сердце проваливалось куда-то вниз. Дверь распахнулась, и Настю встретило хмурое лицо тётки.

-Здравствуйте тётя Катя. Я вернулась.

Настя попыталась сказать это спокойно, но голос дрогнул. Тётка осмотрела её с головы до ног и рявкнула:

-Пошла вон шлюха! Тебе здесь не место!

От неожиданности Настя впала в ступор, а тётка захлопнула дверь у неё перед носом. Настя не сразу отмерла, а потом позвонила в дверь.

-Тётя Катя! Тётя Катя, откройте! Тётя Катя, это же я! Мама! Мама!

Настя заколотила в дверь, зажала кнопку звонка, но дверь не открывалась. Настя стала звать маму. Мама не могла ей не открыть, но дверь не открывалась. Настя начала впадать в истерику. Она заколотила в дверь со всей силы, не жалея ног, и не чувствуя боли. Она звала маму, кричала, но дверь так и не открылась.

Зато на шум вышли соседи. Новых соседей Настя не знала. Только здоровалась при встрече. А вот Вера Алексеевна и её сын Коля прожили рядом всю жизнь и были чуть не роднёй. Именно Вера Алексеевна выглянула на шум, узнала Настю, ахнула и расплакалась.

-Настя, ох горюшко-то какое,- причитая, она попыталась обнять и успокоить Настю. - Ты вернулась. Ты живая. Ох, горюшко!

Уже догадываясь, что случилось, Настя всё же выдавила из себя невнятный вопрос.

-Вера Алексеевна, я... Почему мама не открывает?

-Настенька... Умерла она. Две недели как... Настенька, горюшко-то...

Дальнейшее для Насти было, как в тумане. Вера Алексеевна, стучала в дверь её квартиры, соседи возмущённо что-то выговаривали Настиной тётке. Тётка отгавкивалась из-за двери. В себя она пришла, когда Коля, уже на кухне их квартиры, влил в неё водку из стакана. Настя глотнула, закашлялась и пришла в себя. Слёзы хлынули потоком. Она обняла Веру Алексеевну, и они вместе зарыдали, сидя в обнимку.

-Как же так? - спросила Настя, немного успокоившись. - Как же так? Ведь ей не меньше трёх месяцев давали по прогнозам. Я знаю, что у неё небольшое улучшение было. Она должна была меня дождаться! Должна! Она не могла умереть! Не могла!

-Настя, она умерла, - тихо, проникновенно сказала Вера Алексеевна. - Она не от рака умерла. У неё сердце... Инфаркт. Когда ты пропала, она места себе не находила. Заявление написать хотела, да Катька её отговорила. Сказала, что раз ты с вещами ушла, значит, тебя не украли.

-Как меня украли?! - взвилась Настя. - Я сама уехала! За лекарством! Я ведь письмо оставила! Там всё объяснила.

-Я не знаю. Оля мне про письмо ничего не говорила. Не видел никто этого письма.

-Я же оставила на столе. Оно на самом видном месте лежало.

-Может быть, упало на пол и затерялось. Мало ли... Смахнули и не заметили. А потом пол подметали и с мусором... Оля тогда сама не своя была. Ходила, как мёртвая. А иногда вдруг как начнёт суетиться, тебя искать... Ей действительно лучше стало. Я с ней тогда к врачу ходила. Он объяснил, что стресс что-то в ней подтолкнул, и она стала бороться с болезнью. А потом она как-то... Всё дома была. Не выходила. А потом смотрю, скорая. Я к вам, а она уже мёртвая лежит. Две недели назад это было.

Настя плакала, коря себя на все лады. Что ей стоило сказать о том, что она собирается сделать. Боялась, что мама запретит? Боялась, что не сможет настоять на своём? Трусливо отделалась письмом. И телефон выключила. А письмо потерялось, а позвонить ей не могли. И мама умерла. Умерла не от болезни, а от переживаний за непутёвую дочь. А дочь даже на похороны не пришла. Правильно тётка её домой не пустила. Недостойна Настя жить там, где жила её мама. И никогда не станет достойной. Этот грех ей не искупить никогда.

Услышав, что слёзы немного поутихли, на кухню зашёл Коля. Тоже стал утешать Настю. Говорил что-то утешающее, потом начал внушать мысли о будущем. Говорил, что не всё потеряно, что надо жить дальше, что всё образуется. Вера Алексеевна эту тему поддержала. Они начали давать Насте советы. Сначала одинаковые, а потом, разные. Потом они поругались, решая, как Настя будет жить дальше. В одном они сошлись. Сегодня Настя ночует у них, а завтра они заставят Настину тётку пустить её домой.

-Спасибо, не надо, - прервала Настя их рассуждения. - Я не хочу туда возвращаться. Вера Алексеевна, вы покажете мне, где мама похоронена?

-Конечно, завтра с утра туда поедем. Место хорошее, но далеко. Катька решила в деревне Олю хоронить. Сказала, что денег нет, на похороны.

Настя снова заплакала. Коле это надоело, и он заставил Настю выпить водки. Потом налил ещё стакан. Когда в Насте было уже больше полулитра, её наконец повело. Она не удержалась на табуретке и Коля её подхватил. Отнёс в комнату и уложил на кровать. Настя безучастно смотрела, как он раскладывает диван, как Вера Алексеевна застилает его, и осталась безучастной, когда Коля начал её раздевать. Вера Алексеевна его отругала и прогнала. Она сама раздела Настю, помогла надеть ночную рубашку и уложила. Вошёл Коля и сел рядом. Что-то говорил, но Настя не слушала. Весь мир вращался, а стоило закрыть глаза, так ещё и проваливался куда-то.

Потом Настю рвало, потом она лежала в ванной, а Вера Алексеевна поливала её из душа. Потом она пила, потом её опять рвало, а потом она вдруг, как-то разом протрезвела. В голове была ясность, и боль от мыслей о маме. Но эта боль уже не была острой. Она стала тупой, ноющей, и если не думать о маме, то почти незаметной. Настя переоделась и вновь легла. Коля с трогательной заботой ухаживал за ней.

А ведь когда-то она была влюблена в него. Она тогда влюблялась во всех подряд и любила до того момента, как видела в объекте любви что-нибудь неприглядное. Колю она любила дольше всех, пока не увидела его мельком в дверях квартиры, в семейных трусах и с заметным животиком. Сейчас вспомнив об этом, она улыбнулась. Призналась Коле, почему улыбается. Он тоже посмеялся и признался, что никогда не думал о ней, как о женщине. Для него она навсегда останется маленькой симпатичной девочкой. Младшей сестрой.

Позвонил Андрей. Настя ещё не привыкла к звонку нового телефона, поэтому на посторонний звук отреагировал Коля. Он и принёс Насте телефон, который к тому времени перестал звонить. Николай беззастенчиво подсмотрел, кто звонил, и Насте пришлось объяснять, кто такой Андрей, так как это очень интересовало и Веру Алексеевну. Узнав, что Андрей всего лишь госслужащий, помогавший Насте оформить документы, Николай и тётя Вера были разочарованы. Настя попросила их не подслушивать её разговор и ушла на кухню. Там она перезвонила.

-Настя, привет. Извини, только со службы вырвался. Ты как? Добралась?

-Андрей, ты знал, что мама умерла? - тихо спросила Настя.

-Что? Умерла?! Умерла?!! Как?!! Когда?!!

-Две недели назад, - спокойно ответила Настя.

-Подожди! Как?! У неё ведь улучшение... Мы проверяли! Настя, мы сразу проверили! Её не надо было переводить в Москву. Она должна была дожить до твоего возвращения!

-Сердце, Андрей. У неё не выдержало сердце. Она умерла от инфаркта.

-Подожди, но мы бы... Мы бы... Настя, мы не думали, что всё так получится. Послушай, никто не мог предположить, что...

-Я могла, - перебила Настя. - Это моя вина.

-Настя, не вини себя! Ты не могла знать! Никто не мог. Это случайность. Приезжай к нам, мы обо всём поговорим. Тебе надо просто...

-Мне не надо, - снова перебила Настя. - Мне сейчас ничего не надо. Андрей, пожалуйста, не звони мне, пока я тебе не позвоню.

-Настя, ты должна...

Настя сбросила звонок. Вернулась в комнату. Её там ждали с нетерпением. Николай притворялся равнодушным, а Вера Алексеевна не скрывала своего любопытства.

-А что это за чиновник, который сначала тебе бумаги помогает оформить, а потом ещё и звонит, чтобы проверить, как ты? - с едва заметным ехидством, спросила Вера Алексеевна.

-А что в этом такого? - пожала плечами Настя. - Они с моим мужем работают в одном ведомстве.

-Мужем?!! - спросили её, чуть не хором.

-А, да. Я замуж вышла.- Настя сказала это, как можно равнодушнее. - Муж сейчас по работе занят. Вот и попросил коллегу помочь.

-Ты вышла замуж?! - не могла поверить тётя Вера.

-Да. И взяла фамилию мужа. Я теперь: Говорун Анастасия Кирилловна.

-Да-а-а... Дела-а-а... - протянул Коля. - Маленькая девочка замуж вышла. Какой я старый!

-Вот! Во-от! - повернулась к нему Вера Алексеевна. - Даже Настя уже замуж вышла. Один ты... Хоть бы раз о себе подумал. Мать умрёт, как один жить будешь?

-Тихо, мирно буду доживать. Ну, если Настя меня со своими подругами не познакомит.

Шутка была старая. Коля всегда просил Настю познакомить его с её подругами, или одноклассницами. Ничего такого он не имел в виду. Просто подтрунивал над Настей.

-Тебя знакомь, не знакомь, всё равно, долго ни с кем встречаться не будешь, - проворчала тётя Вера. - Настя, а как ты с мужем познакомилась?

Врать Настя не хотела, поэтому честно призналась, что встретила его в баре. Потом постаралась уложиться в рамки легенды, но ничего не получилось, поэтому она сделала вид, что ей неприятно вспоминать и отмалчивалась, или переводила разговор на другое. Постепенно от неё отстали. Настя поняла, что уедет отсюда как можно быстрее. Врать близким людям было для неё невыносимо, а рассказать правду она не могла. За Колю могла бы поручиться, но Вера Алексеевна обязательно по секрету рассказала бы подругам, а через неделю Настину тайну знал бы весь город.

Потом Настя и Николай снова стали вспоминать былые времена. Как оказалось, им было, что вспомнить. Хоть Николай и был старше Насти на двенадцать лет, но они часто пересекались по жизни. Вера Алексеевна легла спать, а Настя с Николаем ушли на кухню и там предавались воспоминаниям, попивая чай и хрустя сушками.

Вспомнили, как маленькую Настю оставляли с Николаем, и как он пытался справиться с непоседой. Настя пристыдила Николая за то, что когда-то он играл с ней в карты, и бессовестно жульничал, но Настя так хотела играть, что, даже видя это, молчала. Николай повинился, а потом припомнил Насте, как она разрисовала стенку парадной, а свалила всё на Николая. Настя возразила, что Коля тоже рисовал тогда на стенке, а точнее, он первым начал рисовать, а Настя потом последовала его примеру.

Им было что вспомнить. От этих разговоров Настя немного ожила. Душевная боль стала менее заметной. Жизнь продолжалась, и её надо было жить. Под разговоры, у Насти начали появляться мысли о будущем. Нужно было поставить маме памятник. Нужно было решить, что делать дальше. Саша велел отдыхать, и она вполне может себе это позволить, но Насте было стыдно получать какие-либо удовольствия. Она их не заслужила, ведь она не спасла маму. Сейчас Настя уже подумывала о том, чтобы надеть погоны и начать тащить службу в армии.

Глубокой ночью, закончив с разговорами, Николай и Настя легли спать. Настя заснула мгновенно, но спала чутко, просыпаясь от каждого подозрительного звука. Она была не в своём логове, рядом не было Говоруна, поэтому реакции на опасность у неё были, как будто она в Зоне, хотя в Зоне у неё таких реакций не было. Там был Говорун, а с ним она чувствовала себя в полной безопасности.

Под утро Насте приснился сон. Она знала, что это сон, но он был очень реальным. Она лежала на диване и смотрела на дверной проём и коридор за ним. Из коридора в комнату вошла мама. Осторожно села рядом с Настей и погладила её по голове. Посидела несколько секунд, а потом наклонилась, поцеловала в висок, встала и двинулась к двери. Настя хотела вскочить, побежать за ней, догнать, но на неё напало какое-то оцепенение, и она лежала, смотря, как мама выходит в коридор. В коридоре к ней подошёл мужчина, в котором Настя узнала молодого отца, обнял её, помахал Насте рукой, улыбнулся, а потом они вместе пошли к выходу из квартиры.

Настя открыла глаза. Сна как не бывало. Она вскочила и одним прыжком оказалась в коридоре. Там никого не было, но Настя чувствовала, что этот сон не простой. Она теперь знала, что мама встретилась с отцом, что они ушли куда-то дальше, и больше их нет в этом мире, а в другом мире они обретут своё счастье. Она вернулась на диван и, уткнувшись в подушку, дала волю слезам. Но плакала тихо, чтобы не разбудить Веру Алексеевну.

По звонку будильника Настя вскочила, оделась за несколько секунд, метнулась в ванную, и встречала Веру Алексеевну, которая только что поднялась, одетая, умытая и готовая к поездке. Старушка даже опешила, не ожидая от Насти такой прыти. Николай тоже не ожидал, что Настя уже проснулась. Он вышел из своей комнаты помятый после сна, потягиваясь, зевая и почёсываясь. Увидел Настю и тоже сильно удивился.

-А ты когда встала? - спросил он.

-Только что, - ответила Настя.

-А как будто не ложилась, - с сомнением сказал Николай.

-Настя вон, как быстро собралась, а ты каждый день встаёшь еле-еле. - На примере упрекнула Колю мать.

-Я нормально встаю, - проворчал Коля. - Сейчас соберусь и пойду за машиной. Приеду минут через тридцать. Завтрак мне приготовь. Э-э-э... Приготовьте. И пропустите в туалет... А нет, не надо. Я до автоколонны добегу. Пойду одеваться. Настя, хочешь со мной пройтись?

-Спасибо, но нет. А вот пробежаться с утра я бы не отказалась. Полчаса мне на пробежку вполне хватит.

-А ты теперь бегаешь по утрам? - удивился Коля. - А я, вот никак не соберусь начать...

-Одевайся! - перебила его мать. - Ведь только тебя ждём.

-В смысле? Вы что, уже готовы?

-Ты одевайся, и иди за машиной. Настя с тобой выйдет и побегает. А когда вернётесь, то я вас завтраком накормлю. И пустите в туалет меня! А то я сейчас лопну!

Настя спустилась вместе с Николаем. Он тоже решил начать здоровый образ жизни, вот прямо сейчас, поэтому решил до автопредприятия пробежаться. Настя согласилась составить ему компанию. Они пробежали всего метров сто, когда Коля начал задыхаться, сказал, что устал и что у него колет в боку. Настя тормошила его, заставляя бежать, но он только мотал головой и отмахивался от неё, как от летающего вокруг насекомого. Насте пришлось бегать вокруг него кругами, но ей быстро это надоело. Она извинилась и убежала, собираясь пробежаться по району.

Она бежала, любуясь городскими пейзажами поздней осени. Вспоминала свой район, как будто она уехала отсюда много лет назад. Всё казалось ей новым, незнакомым. Однако, Настя поняла, что это её восприятие мира сильно изменилось. Поняла после того, как навстречу ей поднялся небольшой смерч из опавших листьев, а она резко уклонилась в сторону. Вдруг возникший смерч она приняла за аномалию. Дальше она начала осознавать, что автоматически просматривает возможные укрытия мутантов, просчитывает пути отхода, пытается обнаружить аномалии. На свой район она теперь смотрела, не как молодая девушка, а как натренированный сталкер, каковым она теперь стала. Это не помешало Насте продолжить пробежку. Она решила сделать полный круг вокруг района, а не несколько маленьких кругов в своём микрорайоне. Прикинула свой маршрут так, чтобы в конце пробежать мимо круглосуточного магазина у торгового центра. Решила не объедать соседей, а принести им купленные продукты.

Когда она вернулась, Николай уже подогнал машину и ждал Настю около неё. Удивился, увидев пакеты, но сказать ничего не успел. Настя заговорила первой.

-Прости, пришлось задержаться. Продавщица в магазине меня узнала и начала выспрашивать, где я была. Я продуктов купила. Немного, но на сегодня хватит...

-Это немного?! - очень удивился Коля.

-Это? - Настя посмотрела на пакеты. - Это немного. Мы потом заедем в супермаркет и там купим ещё. Ты машину надолго взял?

-Пойдём домой. Давай пакеты понесу.

-Я сама, - отмахнулась Настя.

-А машину я взял на целый день. У меня уже и наряд на неё закрыт. Вечером только заеду и путёвку подпишу.

-И как у тебя получается так работать? - удивилась Настя. - И отпуск берешь, когда хочешь, и машину в любой момент для своих нужд получаешь.

-Так ведь, я же тебе рассказывал. Как ты людям, так и они тебе. Я ведь не просто так. Я ведь вовремя привожу, и отвожу. Если надо, то попутный груз всегда прихвачу. Да ещё и поинтересуюсь наличием этого груза. Знаешь, как начальники ценят это? Меня зам губернатора области к себе водителем звал. Здоровается со мной, если видимся. А всё почему? Я ему доски на дачу привёз и выгрузил, а потом мусор погрузил и на свалку вывез. Вроде мелочь, мне по пути, а он оценил. Теперь, если в управлении какой груз надо забрать, или привезти, так меня вызывают. А если мне машина на день нужна, то без проблем путёвку закроют. И таких должников у меня...

-Знаешь, - перебила его Настя. - Тебе бы и вправду бегом заняться надо. Ты еле на третий этаж поднимаешься. У тебя одышка, да и мокрый ты весь от пота.

-Ерунда, - отмахнулся Коля. - Я лучше свой тарантас буду грузить и разгружать. Это лучше любого бега.

-Как знаешь, - пожала плечами Настя.

Аппетит у Насти нисколько не уменьшился, поэтому за завтраком она съела всё приготовленное, да ещё и из принесённых пакетов достала к чаю нарезку, пирожные, шоколад и под конец запила всё кефиром. Вера Алексеевна и Коля только с удивлением провожали каждый кусок, который Настя отправляла в рот. Спросили про самочувствие, и нет ли у Насти глистов. Настя заверила, что ничего такого у неё нет. От неё вроде бы отстали, но когда Николай пошёл вниз к машине, Вера Алексеевна задержала Настю и спросила, не беременна ли она?

Вот тут Настя испугалась по-настоящему. Начала припоминать свой график, высчитывать. Потом поняла, что график у неё сбился и хорошо, если только встал на ноль, а ведь возможно, что в её организме произошли такие изменения, что теперь месячные у неё будут нерегулярно, или их совсем не будет. Ей нужно было обследоваться. Лучшее место для обследования - научный центр при МОИЗ, в Москве. Настя подумала, что сегодня же отправится туда.

Об этом она думала всё время, пока они ехали на кладбище. Невпопад отвечая на вопросы Веры Алексеевны, или неопределённо реагируя на её слова, она умудрялась поддерживать беседу, а сама всё больше увлекалась идеей возвращения в МОИЗ. Там её обследуют. Скажут, беременна ли она. Потом она может начать учёбу, или поехать отдыхать. Жить будет в общежитии, но можно покапризничать и ей дадут квартиру. А можно и самой квартиру купить. А самое главное то, что она будет под постоянной защитой и присмотром до Сашиного возвращения.

Как бы там ни было, но самостоятельно жить она не умеет. Ей дали кучу бумаг, для подтверждения её легенды, а заодно, чтобы не было бюрократических проблем, но она их свалила кучей и даже не просмотрела. Только сейчас осознала, как эти бумаги важны. Всю жизнь о ней заботились, её оберегали. Она не бывала в собесе, не получала справки, в поликлинику её водили за ручку даже к гинекологу. С бюрократией она не имела никаких отношений. Про полицию знает только то, что она есть. А про пожарных, что их можно вызвать. Справки для мамы собирала тётка, а не Настя. Настя ведь и с людьми общаться толком не умеет. Может быть, поэтому у неё столько проблем со всеми, с кем она знакомится?

До деревни было не так далеко, и ни к какому решению Настя не пришла за время пути. В деревне она отвлеклась от раздумий и стала вспоминать, как провела здесь два лета. Здесь был домик, который остался от бабушки и дважды Настя с мамой приезжали сюда. Потом почему-то перестали, хоть Настя и просила маму съездить в деревню на лето. Здесь было хорошо потому, что не было тётки. Строгая дисциплина, поддерживаемая тёткой дома, без неё заметно ослабевала. Мама многое позволяла Насте, что запрещалось в городе. Настя вспомнила, как мама хотела на пенсии перебраться жить в деревню. Даже деньги на ремонт дома откладывала, а Настя их так нагло присвоила, когда уезжала. Впрочем, у неё было оправдание. Мама умирала, и ей деньги были бы не нужны. А когда Настя привезла бы лекарство, то можно было бы вновь денег накопить. Сейчас она думала, как эти мысли были наивны.

Кладбище было красивым. Видно было, что за ним ухаживают. Огороженное покрашенным забором, небольшое сельское кладбище было засажено дубами. Кто-то, лет пятьдесят назад, высадил на кладбище дубы. Сажал с перспективой на будущее, широко рассаживая молодые деревца. Сейчас всё кладбище превратилось в дубовую рощу. Другие деревья тоже были, но они чахли в тени дубов, а кустарник кто-то весь вырубил, оставив местами кустики так, чтобы они вписывались в пейзаж и не портили вид.

Мамина могила была одной из трёх свежих могил. Её можно было заметить по тому, что на ней было всего два венка и немного искусственных цветов. Она была пустым холмиком, в сравнении с другими могилами. Те были просто обложены венками, цветами и траурными лентами. У Насти этот холмик ну никак не ассоциировался с мамой. Не могла понять и принять, что она лежит тут. Тело - да, но душа. Души здесь не было. Душа ушла дальше. Они с отцом встретились и ушли, а здесь всего лишь пустая оболочка, по которой не стоит проливать слёзы. Впрочем, место хорошее. Маме наверняка понравилось то, что её похоронили здесь.

-Ой! Цветы купить забыли! - подхватилась Вера Алексеевна. - Как же мы так? На кладбище и без цветов.

-Главное не цветы. Главное, что приехали, - веско сказал Коля.

-Но без цветов-то нехорошо, - возразила тётя Вера. - Настя, ты тут посиди, а я пойду веток наломаю, чтобы вокруг могилки подмести. А ты шалопай, в деревню сходи. Там купи цветов.

-Да где я там цветы куплю? - праведно возмутился Николай.

-У любого дома растут, - парировала Вера Алексеевна.

-А, живые. Так они же повянут. Сколько они простоят? День?

-Сколько бы ни простояли, а купи. Давай. На машине быстро обернёшься.

-Настя, поехали со мной, - попросил Коля. - Я в цветах не разбираюсь. Куплю чего-нибудь не того.

-Нет, не поеду, - покачала головой Настя. - И тебе ехать не придётся. Я смотрю, цветы сами к нам бегут.

От деревни к ним спешила женщина с букетом цветов. Возможно, она решила внезапно отнести цветы на могилу давно почившего дедушки, но Настя не бралась оценить вероятность данного события. Скорее всего, тётка увидела машину, сорвала цветы со своего огорода, и побежала к возможным покупателям. И Настя оказалась права. Тётка подбежала к ограде кладбища, быстро окинула взглядом могилу и вдруг заругалась.

-Это что же вы делаете?! Кто же к только что похороненному с искусственными цветами приезжает?! Сороковины не справили, только срезанные класть надо!

Тётка быстро прочапала до входа, перекрестилась трижды на надвратный крест и прошла к могилке.

-Вот, купите у меня. Пять рублей за такую красоту... Я и банку принесла, чтобы поставить.

-Коля, сходи, набери в банку воды, - приказным тоном сказала Настя.

Коля посмотрел на неё, но ничего не сказал. Взял банку и пошёл к недалёкому ручью. Зато возмутилась тётя Вера.

-Пять рублей за цветы?! Да что тут за цены?! Мы в городе вдвое дешевле купим!

-Вдвое дешевле, но цветочек, - парировала тётка, - а у меня целый букет. Да ещё и смотрите, какие красавцы.

-Да, цветы красивые, - признала Настя, не дав Вере Алексеевне продолжить спор. - Пять рублей. А за банку сколько?

-Банку я потом заберу, - призналась тётка, - но вы не думайте. Что мне, банки жалко? Просто если стоять будет, то на морозе лопнет и осколки будут на могилке. Оно вам надо? Скажите, а вы кем покойной приходитесь?

-Я её дочь, - ответила Настя.

-Внучка бабы Наташи? Маленькая сюда приезжала. Не узнала я тебя. Что ж ты, так мать и не проводила? Уезжала куда? Вернулась бы, для такого случая. Мать проводить - святое дело.

Настя расплакалась, Вера Алексеевна кинулась её утешать.

-Ой, прости, - тут же пошла на попятный тётка, - понимаю, всякое бывает. Не смогла, что поделаешь. Теперь то, как? За могилкой как присматривать будешь? Памятник ставить собираешься?

-Всё мы сделаем, - за Настю ответила Вера Алексеевна, - приезжать будем и памятник поставим.

Вернулся Коля с водой. Банку установили, цветы поставили в банку. Тётка с энтузиазмом раздвинула немного венки и уместила банку между ними.

-Вот так. Теперь смотреться будут... Видно издалека и простоят дня три. Хорошо.

-Да, спасибо, - поблагодарила Настя, вытирая слёзы и заставляя себя перестать плакать. - Вот ваши пять рублей. Скажите, а можно вас попросить? Когда цветы завянут, вытащите их и выбросите.

-Об этом не волнуйтесь. Вытащу и выброшу. И за могилкой присмотрю. К сороковинам приедете, а здесь всё в порядке будет. Если ещё пять рублей дадите, то я и цветов поставлю. И если вы не знали, то я вам сейчас скажу. Мы с мужем за этим кладбищем присматриваем. И за могилками, и за порядком. Муж все работы делает, какие надо, а я прихожу, прибираюсь. Если памятник будете ставить, то просьба есть такая. С мужем моим посоветуйтесь. Он вам плохого не предложит. Памятник ведь смотреться должен. Чтобы с оградкой гармонировал, чтобы не торчал на кладбище, как зуб в носу.

-Это ваш муж дубы посадил? - спросила Настя.

-Он самый. Ему тогда лет пять было. Он с отцом их сажал. А потом они за ними ухаживали. А потом люди стали просить, кто уезжал, или ещё что, чтобы присматривал он... муж мой... за могилками. Ну а потом он за всем кладбищем стал смотреть. С того и живём.

-И сколько вам платят? - спросила Настя.

-Пять тысяч в год. Но я понимаю, что у вас денег таких нет. Вы не волнуйтесь. Не надо нам лишнего. И так присмотрим, дело не хитрое. Но только памятник закажите у моего мужа. Поверьте, он чуть дороже возьмёт, но очень хорошо сделает.

-Что-то вы не то говорите, - с подозрением сказала Вера Алексеевна. - Пять тысяч вам каждый платит? Это ж вы тогда как сыр в масле должны кататься.

-Ну, не все платят, - стушевавшись, призналась тётка. - Не у всех такие деньги есть.

-Ни у кого таких денег нет, - категорично вставила Вера Алексеевна.

-Сколько вам реально платят? - спросила Настя.

-На каждую могилку по тридцать рублей приходится, - опустила глаза тётка. - Кто больше даёт, кто меньше. Некоторые вообще ничего не могут дать. Раньше мужу должность держали, а теперь сократили. Не могут платить в сельсовете смотрителю кладбища. Нет такой ставки, а раньше была. Да вы не думайте. Мне грех жаловаться. Живём неплохо. Люди ценят нашу заботу, платят хорошо.

Настя порылась в сумочке и вытащила пять тысячных банкнот.

-Вот, возьмите. Здесь и вам, и на памятник, я думаю, хватит. В ближайшее время я, наверное, не смогу приезжать, поэтому будьте добры, присмотрите за могилкой.

На кладбище опустилась тишина. Все замерли, поражённые суммой и тем, что Настя просто так таскает её в сумочке. Первой тишину нарушила тётка.

-Так это... Я это... Я... Вы не сомневайтесь, присмотрим... Только...

-Настя, ты что?! - ахнула Вера Алексеевна. - Ты такие деньжищи...

-Мать, - рыкнул Николай, - помолчи! Настя так хочет.

-Я так хочу, - кивнула Настя. - Мне нужно, чтобы за могилкой присмотрели и поставили памятник. Вот, возьмите деньги. Я не знаю, когда приеду в следующий раз, но думаю, что после зимы. Если денег не хватит, то добавлю.

-Хватит-хватит, что вы, что вы! - затараторила тётка. - Присмотрим со всем тщанием. Пока у меня цветы будут, я всегда здесь цветы свежие буду ставить. И зимой присмотрим, чтобы венки стояли. А весной памятник поставим, только фотография нужна будет. Памятник нужно весной ставить, когда земля осядет. Муж всё сделает. Если памятник выбирать, то весной приезжайте, но если нам доверяете...

-Памятник я выберу сама, - прервала тётку Настя. - Мама всегда хотела что-нибудь простое. Сейчас не будем об этом говорить.

-Не волнуйтесь, подберём памятник. Муж всю жизнь этим занимается. Уж он-то подберёт, не сомневайтесь. Я вам расписку должна написать. За деньги. И за оказание услуг...

-Не надо, - отмахнулась Настя, - я вам верю.

-Как же, не надо? - возмутилась женщина. - А налоговая нас потом трясти начнёт? Приход, расход. Это же всё в отчёт надо включать. Если с кого-то денег не берём, это не значит, что за деньги не отчитываемся. Мы же самозанятыми считаемся.

-Хорошо, - согласилась Настя. - Давайте заедем к вам, и вы мне напишите расписку.

-Я вам ещё и чек дам. И вы мне подпишите бумагу на подряд. Нам отчитываться надо.

Тётка всю дорогу до дома рассказывала, как ей сложно работать с налоговой, и какие отчёты у неё постоянно требуют. Настя подумала о том, что у знакомых людей, тётка не требовала бы расписаться в документах и чеки никакие оформлять не стала бы. Настю она не знала, поэтому подозревала, что она может работать в налоговой инспекции. Вот и старалась обелить себя, показывая, какая она законопослушная. После получения расписки, чеков и подписав договор на оказание услуг, Настя в машине поделилась с Колей и Верой Алексеевной этой мыслью. Коля рассмеялся и сказал, что подумал точно также. Тётя Вера согласилась с ними, а потом принялась высказывать Насте.

Настя узнала, что она глупая девчонка, не знающая деньгам цену. Что если она так будет разбрасываться деньгами, то быстро по миру пойдёт. Что прежде чем платить за что-то, надо узнать цены в других местах. Коля только хмыкал не возражая. Он не соглашался с матерью, но не возражал и не прерывал воспитательный процесс. Настя отговорилась тем, что присмотрят не только за могилкой, но и за кладбищем в целом. А потом, если денег больше у Насти не будет, то всё равно будут помнить эти пять тысяч и могут иногда прибраться на могилке, или цветы старые выкинуть. И вот тут Коля с ней однозначно был согласен. Даже похвалил за то, что Настя думает на такую дальнюю перспективу. Тем более, что это вполне согласовывалось с его философией отношений людей. До дома они доехали под его рассуждения об этой философии.

Потом Настя переживала маленькую бурю в квартире. Бушевали Коля и Вера Алексеевна. Они совсем не собирались отпускать Настю куда-либо. Коля считал, что Настя должна жить у них. Вера Алексеевна считала, что Настя должна отстаивать свои права и требовать, чтобы тётка пустила её домой. Настино мнение, что она хочет уехать, воспринимали как блажь. Приводили доводы за то, чтобы остаться и просто не отпускали Настю. Не давая ей выйти из кухни, поочерёдно наседая и давя авторитетом, не слушая никаких её доводов. Раньше это сработало бы, но теперь Настя только злилась, когда на неё начинали давить. Поэтому она вызверилась на всех и поругалась с Верой Алексеевной, а Колю даже ударила.

Она отвоевала себе право уйти, но радости от этого не испытывала. Скорее, ей было стыдно. Она быстро собрала свои вещи, оделась и холодно попрощалась. Коля был растерян, Вера Алексеевна в слезах. Настя не выдержала и тоже расплакалась. Её тут же простили, и она обнялась со всеми, но остаться не захотела, хоть Коля, на волне замирения, предлагал ей это. Через несколько минут, Настя умылась, быстренько сделала макияж, теперь уже тепло попрощалась со всеми и ушла. Напоследок взяла номера телефонов, как Коли, так и Веры Алексеевны. Обещала звонить если что, но сославшись на роуминг, сказала, что это будет не часто.

Из своего района ушла быстро. Ей не хотелось встретить каких-нибудь знакомых, разговаривать пустые разговоры, а потом объяснять что-либо, отвечать на вопросы. Когда поняла, что ушла достаточно далеко, села на первую же скамейку и задумалась. Опять встала проблема оружия. Как с ним доехать до Москвы? Да и не хотелось ей в Москву. Она сама не знала почему, но не хотелось. А ещё у неё была кипа документов, с которыми нужно было разобраться. А ещё, и это самое главное, у неё была банка с аномальным веществом Зоны, которая ей теперь была совершенно не нужна. У Насти промелькнула мысль просто выбросить банку, но от такой глупости она отказалась.

Те не менее, после недолгих раздумий, Настя решила отдать банку тем, кому она нужна. Даже думать не стала, кому именно. Когда она ходила с мамой в онкологический центр, то там, на территории, видела небольшой домик с табличкой при входе; "Детское отделение". Сейчас, когда Настя приняла решение, выбор был очевиден. Она должна отдать банку врачам детского отделения. Настя встала и решительно пошагала в сторону онкологического центра.

На территорию она прошла без проблем, также без проблем нашла домик отделения, но когда зашла внутрь, то немного растерялась. Здание показалось ей пустым и заброшенным. Настя прошлась по коридору из конца в конец, никого не нашла и начала заглядывать в двери. Только за предпоследней дверью она нашла людей. Несколько женщин сидели и пили чай. На Настю посмотрели с любопытством и лёгким неодобрением.

-Вы рано пришли, у нас тихий час, - сказала одна из женщин.

-Да? Простите, я не знала, - повинилась Настя. - Мне бы с врачом поговорить.

-С Андреем Борисовичем? - уточнила женщина.

-Я не знаю. С самым главным.

-Ладно, пойдём, - со вздохом поднимаясь, сказала женщина.

Они поднялись на второй этаж. Прошли мимо дверей кабинетов, и женщина постучала в дверь с табличкой "Зав. отделением". Войти им никто не разрешил, но через несколько секунд дверь открылась, и молодой мужчина жестом пригласил их зайти. Они зашли, и он тихо прикрыл дверь. Женщина покачала головой, глядя на это, а потом решительно распахнула дверь и вышла в коридор. Дверь прикрыла также тихо, как до этого врач, оставив Настю и доктора в кабинете наедине. Оба очень удивились такому повороту событий. Первым пришёл в себя врач.

-Здравствуйте, вы ко мне? - спросил он. - У вас здесь кто-то лежит?

-У меня здесь никто не лежит, - ответила Настя и спохватилась, - ой, здравствуйте! Я к вам по другому поводу.

-Вы всё-таки приехали, - расплылся в улыбке врач. - Садитесь, пожалуйста. Хотите чаю, может быть, кофе? Не стесняйтесь. Я вас ждал. Не верил, что вы приедете, но ждал.

Он чуть не силой усадил Настю, а сам сел через стол напротив.

-Так всё-таки, чай? Или кофе? Как хорошо, что вы приехали. Позвольте, я снова объясню вам наши условия. Итак, зарплата составляет восемь тысяч на руки. Это уже без налоговых вычет и без премий. Премии, к сожалению, бывают редко, но бывают. Знаю, это очень мало, но зато предоставляется место в общежитии. Там вас будут кормить бесплатными завтраками, а обедать вы будете на отделении. Работа у нас тяжёлая, но зато вам, если отработаете год, предоставляется место в нашем колледже, а потом и в институте. Пройдёте без конкурса и будете учиться сразу со второго курса. Как вам? Подумайте! Вам не надо будет тратиться на еду и плату за жильё, а это ведь почти три четверти зарплаты, по данным статистики. Если вы захотите, вы можете даже сэкономить.

Настя только открыла рот, чтобы сказать, что пришла не за этим, когда в коридоре послышался какой-то шум. Доктор переменился в лице, извинившись, вскочил, желая выйти в коридор, но не успел. Шум резко приблизился, дверь распахнулась и стукнула об ограничитель. В дверном проёме появился высокий полноватый мужчина с перекошенным от гнева лицом.

-А-а-а... Вот и доктор! Ты чего делаешь, эскулап?!

-Тише, пожалуйста, тише. Вы разбудите детей, - попытался успокоить мужчину доктор.

-А я ему говорила, Андрей Борисович, - сказала стоящая за мужчиной женщина.

-Детей?! - рявкнул мужчина. - Да срал я на твоих детей! Ты почему моему сыну лекарство назначенное отменил?!

-Пройдите, пожалуйста, в кабинет. Я вам всё объясню.

-Да уж объясни. - Недобро, угрожающе процедил мужчина. - Всё мне объясни. Вот я сейчас сяду здесь, и ты всё мне объяснишь. Ну-ка писюха, сдристни!

-Мне выйти? - спросила Настя врача.

-Нет уж, подожди! - схватил её за руку мужчина. - Ты кто такая?

-Эта девушка пришла к нам на работу устраиваться, - вместо Насти пояснил врач.

-Вот дура, - сказал мужчина, оглядывая Настю с ног, до головы. - С такой фигуркой и врачом пошла. Слышь, деваха, хочешь у меня в клубе поработать? Косарь за вечер гарантирую.

Настя промолчала.

-Не хочешь? Ну тогда постой здесь, посмотри, на какого козла работать будешь. Слышь, козёл, ты с чего моему сыну лекарство прописанное отменил?

-Владислав Альбертович, ваш сын умирает. Ему уже ничего не поможет. Это лекарство тоже не даст никакого эффекта. Однако, другим детям оно может помочь. Тратить его на вашего сына я не могу. У меня... К сожалению, я был вынужден прервать это лечение.

-Был вынужден прервать, - повторил мужчина и вдруг взорвался криком. - Ты тут доктор, или кто?!! Ты что, берега попутал?!! Может, денег хочешь?! Хрен тебе, а не деньги!!! У нас лечение бесплатное, вот и лечи! А не будешь лечить, так я такую жалобу в министерство накатаю, что тебя с треском отсюда вышибут! Понятно тебе?! Я спрашиваю, понятно?!!

-Владислав Альбертович, я могу дать вам бумагу и ручку, чтобы вы жалобу написали. Прямо здесь, за моим столом. Это не спасёт вашего сына. И никакое лекарство его не спасёт. Если вы хотите, чтобы я продолжал лечение, вам придётся купить лекарство самому, но это бесполезно.

-Я решаю, что полезно, а что не полезно моему сыну. Денег хрен тебе. У нас медицина бесплатная. Ни копейки не дам. Знаешь, сколько я дал, чтобы сына сюда устроить? Тебе столько и не снилось, поэтому отрабатывай. А не отработаешь, так я тебя на нары упеку. Чтоб сейчас же пошёл и назначил уколы.

-А если нет, то что? - вкрадчиво спросил Андрей Борисович. - Жалобу на меня напишите? Так я же вам даже ручку и бумагу предложил. Можете написать на меня хоть сто жалоб, но ни одна проверочная комиссия не найдёт в истории болезни вашего сына хоть одну неточность. Я использовал только рекомендованные препараты, я лечил его только так, как предписано. Когда я вам говорил, что необходимо провести операцию, но за неё нужно заплатить, вы платить отказались. Платить нужно было не мне, но вам было всё равно. Я подал заявление на операцию, и мне отказали. Когда я предложил вам приобрести лекарство, не рекомендованное нашим министерством, вы отказались, подозревая меня в... даже не знаю в чём. А тогда я бы смог обосновать применение нового, непроверенного препарата. Сейчас я ничего не смогу обосновать. И колоть вашему сыну дорогостоящие препараты я не буду. Это бесполезно. Ему осталось жить не более недели.

-Хорошо! Хорошо, я заплачу! - сдался Владислав. - Сколько ты хочешь?

-Простите, но это бесполезно. Сейчас я ничего не могу сделать. Даже за любые деньги.

-Есть ведь какие-то аномальные препараты. Не помню, как называются...

-"Дум-мумиё", - подсказал доктор, - но где вы его возьмёте? Оно стоит миллионы, и в продаже его нет. И боюсь, что оно не поможет вашему сыну. Болезнь очень запущена.

-Я ещё не прощаюсь, - сказал Владислав, встал и вышел из кабинета.

-Это тоже часть нашей работы, - повернулся к Насте Андрей Борисович. - И самая неприятная часть. Простите его. У него сын умирает, и он никак не может с этим смириться.

-Я понимаю, - кивнула Настя. - Я тоже не могла смириться.

-Вы кого-то потеряли? - спросил доктор.

-Да, но не будем об этом. Скажите, а разве препараты из Зоны не творят чудеса? Разве они не поднимут мёртвого на ноги? Я много читала, когда мама болела...

-Вы читали сказки, - отмахнулся Андрей Борисович. - На самом деле всё немного сложнее. Вы читали научные статьи об аномальных веществах? Я так и думал. Что ж, позвольте объяснить. Аномальные препараты, в большинстве своём - не лечат. Да, именно так. Дум-мумиё всего лишь повышает работоспособность иммунной системы человека. Получив препарат, организм начинает работать с такой отдачей, что давит болезнь, как бы сильно она не развилась. Однако при этом есть огромное количество проблем. Идёт нагрузка на печень, на сердце, на почки. Пока действие аномального вещества продолжается, этим можно пренебречь, но как только оно заканчивается, организм впадает в шок и отравляется продуктами самораспада, или токсинами уничтоженных бактерий. В случае этого мальчика, ему может помочь только два, три грамма аномального вещества Дум-мумиё, или не менее трёх суток использования лечащего артефакта. Артефакт никто не даст, а дум-мумиё достать за столь короткий срок - нереально.

-Значит, мальчик умрёт? - спросила Настя.

-Это наша работа, - вздохнул доктор. - Мы должны смотреть, как наши пациенты умирают. К нам обычно привозят детей, когда уже некуда больше обращаться, а мы не всесильны. На нашем отделении, по статистике, семьдесят пять процентов поступивших не проживают больше полугода. Но мы боремся! Двадцать пять процентов спасённых, безнадёжно больных - очень хороший результат. Простите, я не спросил, как вас зовут?

-Настя, - представилась Настя.

- Но по телефону вы вроде бы назвали другое имя.

-Дело в том, что я не та, с кем вы договаривались. Я случайно узнала, что вы ищете работника и предоставляете общежитие. У меня сейчас сложная ситуация, я осталась без жилья, поэтому ваше предложение меня вполне может устроить. Вот только, я не совсем уверена, что хорошо понимаю свои должностные обязанности. И есть ещё ряд моментов, которые мы должны будем обсудить.

-Ваши должностные обязанности будут весьма простыми. Вам нужно убираться в корпусе. Выучить санитарные нормы и готовить по ним растворы. Также вам нужно будет убираться в палатах, туалетах и ванных, процедурных...

-Где я не должна буду убираться? - перебила врача Настя.

-Вы должны будете убираться везде, - твёрдо ответил он. - Простите, но это действительно тяжёлая работа, иначе мы бы нашли кого-нибудь раньше. Большинство не выдерживают и недели. Зарплата минимальная. Работа тяжёлая. Место в общежитии - койка в комнате на четверых. Завтраки, обеды... Вкусные ли в больнице обеды? Простите, но я не умею врать человеку в глаза. Я пытался, но не могу. Давайте я вас провожу на выход.

-Присядьте, - остановила пытавшегося подняться врача Настя. - Давайте начистоту. Я готова принять ваше предложение, но у меня будет несколько условий. Условие первое. В любой момент, я подаю заявление на увольнение, и вы его подписываете задним числом. В любой момент я должна иметь возможность оставить эту должность. Второе, комната в общежитии на четверых меня никак не устраивает. На двоих, разве что... Третье. В любой момент, если я сделала свою основную работу, запланированную на день, я могу оставить рабочее место... Хоть до конца дня, и ко мне не будет претензий. Если у меня возникнут к вам какие-то требования, то мы их обсуждаем и стараемся прийти к согласию. Если не приходим, то я всегда могу уволиться. Как вам такое?

-Ну, учитывая, что никто кроме вас не пришёл, я думаю, что смогу принять ваши условия. У нас просто нет выбора. Подождите пару минут. Я позвоню насчёт общежития.

Андрей Борисович позвонил и договорился о предоставлении Насте комнаты с одной соседкой. Комендант была недовольна, но согласилась после недолгих уговоров. Потом Настя объяснила, почему должна иметь право уволиться в любой момент. Андрей Борисович с пониманием отнёсся к тому, что она, возможно, беременна. Даже хотел отказать ей в предоставлении работы, но Настя его уговорила, заметив, что беременность не болезнь, а онкология не заразна. По крайней мере, заразность онкологическими заболеваниями не доказана. Врач посомневался, но уж очень ему нужна была уборщица, и он согласился.

Настя получила разрешение отправляться в отдел кадров. Там ей должны были оформить бумаги, дать разрешение на заселение в общежитие и потом Настя могла заселиться в комнату, которая уже её ждёт. С утра она уже должна была выйти на работу. Андрей Борисович также дал Насте книжечку, которую надо было прочитать и хоть немного в ней ориентироваться. В книжке были приведены таблицы растворов моющих и дезинфицирующих жидкостей, в соответствии с которыми Настя будет делать растворы. Настя получила все наставления и отправилась в отдел кадров.

Все бумаги ей оформили за несколько минут. Даже чистый бланк трудовой книжки, как нарочно оказался в сейфе у кадровика. На Настю показательно не смотрели, но постоянно косились, кто сочувствующе, кто злорадно, а кто и с любопытством. Настина прописка вызвала заметный интерес, но Настя пояснила, что после смерти её мамы, тётка выгнала её из дома, поэтому в общежитии она нуждается. Неизвестно, что подумали в отделе кадров, но все документы были оформлены и больше вопросов к Насте не появилось. Ей дали направление в общежитие, оформили пропуск на территорию во внеурочное время, дали талоны на питание и выпроводили из кабинета. Настя была уверена, что как только за её спиной закрылась дверь, её принялись обсуждать всем отделом кадров.

В общежитии вновь возник вопрос о её прописке. Комендант сомневалась и даже звонила в отдел кадров. Однако после звонка вопросов больше не возникло, и Настя получила разрешение заселяться. Комендант лично проводила её до комнаты и познакомила с соседкой. Соседка вовсе не была счастлива от того, что делит комнату с Настей, но возражать не стала. Они познакомились, и Света поинтересовалась наличием у Насти вещей. Узнав, что все её вещи в чемодане, немного оттаяла и даже предоставила Насте половину шкафа, чтобы убрать вещи туда.

Потом они поговорили. Настя не очень хотела рассказывать о себе, поэтому ограничилась тем, что рассказывала в отделе кадров. Мама умерла, тётка выгнала, жить негде. Всё это очень тяжело и Настя не хочет об этом говорить. Света прониклась и перестала расспрашивать, но зато принялась рассказывать о здешнем житие-бытие. Рассказала о том, где и что находится. К кому обращаться, и по каким вопросам. Посоветовала ценные вещи сдать на хранение коменданту. Здесь не воровали, но всегда могли забежать в комнату и одолжить что-либо на пару минут, а потом год не отдавать. С какой-нибудь ерундой проблем не было, а с пропажей ценных вещей постоянно случались скандалы.

Перед Настей снова встал вопрос хранения оружия. Она понимала, что носить пистолеты с собой постоянно не сможет, но и оставить их в общежитии без присмотра - опасно. Сдача оружия коменданту тоже не была хорошим решением. Комендант сразу вызовет полицию и будет права. Допустим, что Настя отбрехается от претензий полиции, но тогда придётся предъявить удостоверение, что тут же сведёт на нет Настину легенду. Задачка перед Настей стояла нелёгкая, но вдруг решилась сама собой. Света сказала что-то вроде того, что все вещи надо в сейф запирать и Настю осенило. Она может купить сейф!

Разумеется, купит она не железный ящик, который не сдвинуть с места и можно открыть простейшей отмычкой. Когда-то она видела рекламу титановых чемоданов, с кодовым замком и несколькими уровнями безопасности. Настя спросила у Светы, где здесь компьютер с выходом в интернет? Света недоумённо посмотрела на неё, а потом указала на Настин телефон и спросила, почему Настя не может выйти в интернет через него. Здесь сеть бесплатная. Настя вспомнила, что теперь у неё не старенький мобильник, а весьма навороченный аппарат. Она попыталась подключиться к сети, но у неё ничего не получилось. Света забрала у неё мобильник и быстро всё сделала сама. Потом они вместе искали адрес магазина, торгующего сейфами, а потом рассматривали предложенные модели.

Насте глянулся небольшой чемоданчик. Судя по габаритам, пистолеты и патроны к ним вполне могли бы в него поместиться. Туда можно было бы убрать Настины украшения и документы. При этом, чемоданчик выглядел так, что Настя вполне могла бы его носить с собой постоянно и не выделяться в толпе. Она решила купить чемоданчик прямо сейчас. До закрытия магазина было полно времени, и Настя смогла бы до него добраться даже пешком. Она посмотрела, какой туда идёт транспорт, собралась, отдала чемодан на хранение коменданту и отправилась в магазин.

Сейф-чемоданчик она купила без проблем. Бонусом к нему шла цепочка, чтобы пристегнуть чемоданчик к руке при переноске. Также Насте установили специальный пенал повышенной безопасности. Что это такое было непонятно, но Настя поняла только одно - теперь чемодан лучше открывать только ключом и очень осторожно. В качестве средств открытия был ключ на механический замок, сканер сетчатки глаза, который отключался, если садился аккумулятор, и дактилоскопический сканер, который блокировал чемодан насмерть, если энергия в аккумуляторе заканчивалась. Настя подключила все три опции и теперь могла быть спокойна за свои вещи. Проходя мимо кафе, Настя вспомнила, что уже давно ничего не ела. Она поужинала, вновь шокировав всех своим аппетитом, а потом расслабилась за столом с чашкой чая и думая о том, что ей делать дальше.

Подумать было над чем. Этот мужик, Владислав Альбертович, очень хорошо прочистил ей мозги. Отдай она банку врачу, и он тут же, бесплатно начнёт лечить всех детей. В том числе, сына этого мерзавца. И что? Поймёт этот мерзавец что-нибудь? Поймёт, какой ценой досталось это лекарство? Ни в коем случае. Он понимает только цену того, за что отдал свои деньги. Если он что-то получит бесплатно, то не только не отблагодарит тебя, но ещё и обхамит, посмеётся. Ведь ты, по его понятиям, лошара. С такого обязательно нужно брать деньги. И не потому, что тебе денег надо, а потому, что таковы правила жизни, по которым живёт Владислав.

Что касается дальнейшей Настиной судьбы, то она с оптимизмом смотрела в будущее. Ей очень повезло сегодня. Нашла работу, устроилось с жильём. С едой пока непонятно. Непонятно, что у Насти с аппетитом, но это решаемый вопрос. Можно поэкспериментировать, подождать, посмотреть. А своей работой Настя попытается искупить свой грех. Не смогла поухаживать за больной мамой, так теперь будет ухаживать за больными детьми. Надо немного прикупить вещей, а в общем-то, ей много не надо. В Зоне она научилась обходиться минимумом для выживания. Она будет работать, ждать Сашу и жить, искупая свои грехи, мнимые или настоящие. Такое решение Настя приняла, и оно ей понравилось.

По дороге в общежитие, она купила сим-карту на свой загранпаспорт. В аптеке взяла набор мензурок и шпателей, а также, на всякий случай, тест на беременность. Продавщица решила, что Насте нужен не экспресс тест, ведь она брала мензурки, а полный тест с абсолютно точным результатом. Закидала Настю советами, какой из имеющихся выбрать. Настя утонула в обилии информации, но её спасла женщина, стоящая за ней в очереди. Она посоветовала взять экспресс тест, а если он что-то покажет, то тогда идти к врачу и проверять тщательно. Полный тест, в домашних условиях, часто даёт неверный ответ из-за неумения правильно им пользоваться, поэтому покупать его не стоит. Продавщица закричала, что она уже завела в кассу мензурки и отменять ничего не собирается. Настя сказала, что ничего отменять не надо, и вдобавок ей нужен обычный тест на беременность. Из аптеки она ушла довольная собой. Теперь никогда продавщица не вспомнит девушку, купившую мензурки. Ведь девушка не хотела их покупать, ей их навязали. А мензурки и были тем, за чем Настя зашла в аптеку.

Когда она подходила к общежитию, неожиданно зазвонил телефон. Номер был совершенно незнакомый, но Настя приняла вызов. Генерала Ерёмина она сразу узнала по голосу.

-Здравствуй Настя. Генерал Ерёмин говорит.

-Здравствуйте, Владимир Андреевич. Рада вас слышать. Какими судьбами?

-Звоню сказать, что мы ничего не знали о смерти твоей мамы. Это правда. Как только ты попала в наше поле зрения, мы начали наводить о тебе справки. То, что ты хочешь вылечить маму - мы знали. Мы проверили и убедились, что с ней всё в порядке. Относительно... Но, тем не менее, в порядке. Потом мы не проверяли. Она должна была тебя дождаться. Кто же знал, что у неё сердце... Это случайность...

-Я вас ни в чём не виню, - сказала Настя. - Если уж кого и винить, то только меня.

-Не вини себя! - чётко, чуть не приказом, сказал генерал. - Это жизнь и в ней никто не виноват. Люди умирают, и с этим ничего не поделаешь.

-Я это понимаю, - кивнула Настя.

-Где ты сейчас? - спросил генерал после паузы.

-Иду в общежитие, - ответила Настя.

-А чего ж не предупредила? - удивился Владимир Андреевич. - Андрей тебя бы встретил.

-Вы о чём? - уточнила Настя.

-Ну-у-у... Как о чём? Ты же в общежитие идёшь. Ты в Москву приехала.

-Я не приехала. Я осталась в Рязани. Здесь нашла работу. Мне дали место в общежитии.

-Подожди, а почему ты не дома живёшь?

-Там всё сложно, - неопределённо ответила Настя.

-Слушай, а почему ты к нам не приехала? Общежитие, работа... Это и тут есть. А уж работой я бы тебя завалил...

-Спасибо, но...

-Настя, прости, - перебил её генерал, - но я больше не могу с тобой разговаривать. И так на минутку вырвался. Тебе Андрей позвонит. Обсудите с ним всё. Пожалуйста, послушай его советов. И скажи ему, что на него не сердишься. Он очень переживает, что с твоей мамой так случилось. Ладно, прости, но мне пора. До свидания. Если что, то звони по этому номеру.

Генерал сбросил звонок, даже не выслушав Настиных прощаний. Видимо, действительно спешил. Уже в комнате общежития Настя занесла его номер в записную книжку и позвонила Андрею. Поговорили с ним несколько минут. Настя выслушала много советов и некоторые даже взяла на заметку, но большинство пропустила мимо ушей. Потом позвонила Вере Алексеевне. С ней проговорила ещё примерно час. Тоже выслушала много советов и, подивившись их наивности, также пропустила мимо ушей. Уже перед отбоем её позвали пить чай и знакомиться с коллективом.

Как рассказала Света, общая кухня была местом ежевечерних посиделок за чаем и болтовни ни о чём. Коллектив был целиком женский, из недавних школьниц, поэтому Настя возрастом не выделялась, но чувствовала она себя намного старше этих девочек, хоть и признавала, что лидерские качества у неё ниже, чем у некоторых из них. Заводилой и бесспорным лидером была Валя. Энергичная, бойкая на язычок, она напомнила Насте Кору. Была в коллективе и своя Заза, разве что, чуть менее нахальная, и не так сильно пытающаяся провоцировать всех подряд. Настя прикинула расклады, а потом спокойно влилась в коллектив, никого не подвинув, но никому не позволив подвинуть себя.

Этому способствовало то, что Настя рассказала о себе. Конечно же, легенду. Рассказала, как уехала для того, чтобы заработать денег на лечение мамы. Как её обманули. Как встретила своего будущего мужа и как его семья не приняла её. Для девочек это был романтический сериал, но наяву, поэтому Настю слушали с упоением. Потом рассказала о маминой смерти, и о тётке, выгнавшей Настю из дома. Ей посочувствовали и оставили в покое. Получилось, что Настя, как будто в коллективе, но отдельно, что ей и требовалось. До конца посиделок Настя не осталась. Ушла в комнату и легла спать.

Снова Настя проснулась затемно. Поняла, что так жить нельзя. До утра ей нечего было делать, а сна не было совсем. Самое обидное, что вчера она отдала коменданту свой чемодан, а забрать забыла. А там были все её вещи. Из хорошего было то, что Настя вчера, по привычке убирать вещи в шкаф, часть белья и спортивный костюм положила на полку. Сегодня она надела костюм и отправилась на пробежку.

Вахтёр не хотел её выпускать. Требовал, чтобы она шла спать, а заодно и ему спать не мешала. Настя настояла на своём, пригрозив разбудить коменданта и уже с ней разбираться, куда и когда ей можно ходить. Вахтёр сдался только тогда, когда Настя решительно затребовала телефон коменданта, а не получив его, пошла по этажу, колотя во все двери. Она видела, что все двери хозяйственных помещений, но дальше шли комнаты, и она к ним уже подходила. Что бы она делала дойдя до жилых комнат, она не знала, но вахтёр сдался первым и выпустил Настю. Настя поблагодарила его, уходя в темноту, за что получила порцию ругательного ворчания. Она не обратила на это внимания, прикинула маршрут и побежала.

Раньше Настя ни за что не пошла бы ночью в парк. Теперь же, она совершенно не задумываясь, свернула к темноте под деревьями и побежала по едва заметной дорожке. В лесу было совсем темно. Настя подумала о том, что может споткнуться и упасть, но всё равно не замедлила бега. Как-то так получилось, что она приноровилась видеть в темноте. Она угадывала, куда ставить ногу, по малейшему оттенку темноты, по звуку своих шагов, даже по запаху. Настя проверила это тем, что попробовала закрыть глаза. Вроде бы она и так ничего не видела, но закрыв глаза, тут же споткнулась, а с открытыми бежала. Она списала это на аномальное воздействие Зоны и успокоилась.

Когда она выбежала из леса на освещённую улицу, прошёл всего час. Настя не чувствовала усталости от пробежки, она даже не запыхалась. Общежитие открывалось в шесть утра. Насте надо было куда-то деть ещё два часа. Она подумала и развернулась и побежала по лесу обратно. За почти три часа бега она не устала и не запыхалась. Чувствовала, что ещё не один час может так бежать. Чем обусловлена такая её выносливость - она не знала, но Саша мог бы гордиться ею. Он всегда хотел, чтобы она была выносливой.

Общежитие, спор с комендантом, душ, скудный завтрак, а потом Настя бежит по дороге, чтобы не опоздать в свой первый рабочий день. С комендантом получилось плохо. Она потребовала, чтобы Настя прекратила свои ночные прогулки, а Настя в ответ накричала на неё. Настя не считала себя неправой, но понимала, что не должна была так реагировать. С комендантом нужно было договориться, а не повышать на неё голос. В конце концов, только от коменданта зависит комфорт Настиного существования в общежитии. Комендант уже намекнула, что Насте стоит самой купить постельное бельё. Никто не обязан ей его выдавать. Вечером Настя решила купить тортик и замириться с комендантом.

Первый рабочий день прошёл в суете. Настя не имела одежды, инвентаря, не знала, где и что находится. Тыкалась всюду, а её беззлобно гоняли. Сестра-хозяйка поставила ей конкретную задачу только во второй половине дня. Настя должна была привести в порядок лестницы в корпусе. Две лестницы Настя мыла весь остаток рабочего дня, и ещё два часа после окончания. Как ни удивительно, но три этажа каждой лестницы она отмыла до блеска. Работала быстро и нисколько не уставала, поэтому не делала перерывов. Её труд оценили очень высоко. Настю допустили в тесный круг врачей, более того, к вечернему чаепитию.

В коллективе уже откуда-то знали Настину историю. Знали, что она замужем. Теперь требовали подробностей. Настя старалась отмолчаться, говорила, что ей тяжело вспоминать, но от неё не отставали. Прекратили расспросы только тогда, когда Настя расплакалась. Тогда её стали утешать, давать советы. Хвалили за то, что так хорошо работает, но советовали сбавить темп, чтобы не надорваться. Начали расспросы о том, как они могут помочь Насте, и нужна ли ей помощь? Настя от всего отказалась, попросила разрешения уйти и сбежала в общежитие.

Тортик коменданта не умиротворил, но Настя получила разрешение зайти к ней в комнату. Комендант немного оттаяла только после того, как высыпала на Настю порцию нравоучений. Настя поплакалась, что привыкла бегать по утрам. Комендант поворчала, но дала разрешение выходить на улицу ночью, однако тут же предупредила, что выходить - не значит заходить, поэтому если Настя выйдет, то зайдёт только при открытии. Настя прикинула и сказала, что её всё устраивает. Тортик комендант вернула Насте и выпроводила, с наказом не нарушать правила. В сущности, она оказалась мировой тёткой. Настя поняла, что в будущем они поладят.

Потом Настя забрала чемодан из кладовки, поднялась на этаж и там отдала тортик на кухню к общему чаепитию. Тортик был принят на ура, и Настя покаялась, что купила такой маленький. Все заверили Настю, что всё в порядке, а потом, в немного торжественной обстановке, вручили Насте ключ от общей двери помещения, этим показав, что Настю приняли в коллектив. Настя поблагодарила и заверила всех, что с зарплаты обязательно накроет стол, а сейчас денег нет. Её заверили, что всё в порядке и ничего не нужно, но Настя настояла на своём.

Вечером, оставшись в комнате одна на несколько минут, Настя переложила в сейфовый чемоданчик оружие и ценности. Сам чемоданчик поставила в угол и пристегнула к батарее наручниками. Бумаги принялась тщательно изучать. Не всё поняла и позвонила Андрею. С Андреем проговорила не менее получаса, а потом нарвалась на допрос от Светы о том, кто такой Андрей? Узнав, что Андрей всего лишь коллега Настиного мужа, Света была разочарована, но потом насела на Настю, интересуясь, есть ли у неё ещё богатые знакомые? За разговорами скоротали вечер.

Утро Настя рассчитала так, чтобы проснуться, собраться, принять душ, а потом пробежаться до больницы, и сделав пару кружков по району, подойти аккурат к началу рабочего дня. Немного не рассчитала и пришла раньше срока, но дверь отделения уже была открыта. Настя зашла, поздоровалась со всеми присутствующими, а потом переоделась и начала работать. Сегодня она уже не металась по отделению, а прошлась тряпкой по лестницам, поддерживая порядок, а потом начала отмывать коридоры. До вечера Настя вымыла всё отделение полностью. Теперь ей надо было мыть палаты и кабинеты, а также процедурные и санузлы. Андрей Борисович выдал ей ключи от всех дверей и очень хвалил за старательность.

Так и повелось. Настя вставала утром ни свет, ни заря, приводила себя в порядок и бежала на работу. Бежала затемно, иначе ей было не успеть с уборкой. Убиралась она теперь по своему плану. Утром, придя на работу мыла лестницы и коридоры. Потом мыла палаты, пока дети были на процедурах. После обеда мыла процедурные кабинеты и убиралась, если где-то намусорили, пролили, или разбросали. Вымыв тщательно всё один раз, Насте не сложно было поддерживать чистоту, но на отделение у неё уходил весь день и за этот день Настя ни разу не делала перерыв, кроме обеденного.

С едой было плохо. Настя совсем не была довольна размером обеденной порции, а завтракать в столовой общежития не могла, так как убегала раньше. Ужин она должна была готовить сама, но тут тоже были трудности. Настя боялась показать, что у неё есть деньги, поэтому ограничивалась пустым чаем. Как ни странно, но выход нашёлся. Настя заметила ресторанчик по пути на работу, и что он работает круглосуточно. Она зашла туда и заказала поесть. Готовили там вкусно, а аппетит у Насти был зверский. На то, сколько она ест, пришёл посмотреть хозяин ресторана. Что ему пришло в голову - было непонятно, но он предложил Насте есть просроченные блюда за символическую плату. Например: разогретый шашлык, или повядший салат, давший воду. Настя согласилась. Питалась она теперь не так вкусно, но зато обильно.

Продавать артефакт она не передумала, хоть и получилось так, что первая её продажа сорвалась, она продолжила попытки. Первая продажа, за которую Настя получила деньги, произошла только через месяц после того, как Настя устроилась на работу. И не потому, что Настя не хотела продать, или у неё не хотели купить. Просто Настя подготавливала себе пути отхода и возможность обрубить концы, если придётся. Никто не должен был знать, что это она продаёт лекарство. Первая попытка продажи её многому научила.

Первую попытку она предприняла через четыре дня после поступления на работу. В магазине приколов она купила устройство, изменяющее голос говорящего. Также она разработала план и в соответствии плану купила ещё некоторые устройства и вещи. Имея ключи от всех кабинетов, она спокойно смогла пройти в кабинет заведующего и там найти папку с историей болезни Ромы, сына Владислава Альбертовича. А там отыскался телефонный номер отца, по которому Настя позвонила.

К этому звонку она долго готовилась. Сим-карта у неё уже была, купленная на липовый паспорт. Телефон она приобрела у какого-то алкаша за двадцать рублей. Телефон не стоил двадцать рублей и поэтому алкаш был счастлив поменяться. Обмен прошёл обезличенно. Алкаш нашёл на дороге пакет с бутылкой водки, а в нём записку с предложением обмена. Он оставил прямо на дороге телефон и забрал бутылку и деньги. Все расстались довольные.

Потом Настя подготовила место передачи денег. Обмен должен был пройти также обезличенно. Она уже хорошо знала лес около общежития, поэтому место подобрала очень хорошее. Издалека можно было увидеть, как оставляются деньги, и забирается артефакт, а после деньги можно было без проблем забрать и уйти. На всякий случай, приготовила смесь специй, чтобы посыпать след от собак, а также задействовала свой кейс, чтобы переложить деньги, подозревая в какой-нибудь пачке купюр спрятанный маячок. Нашла даже подвал, в котором можно будет пересмотреть и пересчитать купюры.

-Добрый день, - сказала она, с замиранием сердца надеясь, что устройство сработало и её голос искажён. - Я слышал, что вы ищите лекарство для сына.

-Кто это?! Ты кто такой?! Чего тебе надо?! - зарычал в трубку Альбертович. Настя разбудила его в шесть утра.

-Насколько я знаю, это вам нужно лекарство для сына. У меня есть один грамм препарата дум-мумиё. Я готов продать его вам за пять сотен тысяч рублей.

-Да ты гонишь! - выдохнул Владислав. - Я узнавал, за него не меньше двадцати миллионов просят.

-Стесненные финансовые обстоятельства. Мне срочно нужно полмиллиона наличными.

-Слышь, а как я узнаю, что ты мне не фуфло впарил?

-Никак, но для вашего сына это последний шанс. Ему осталось жить дня три, если я не ошибаюсь. И это будут три дня тяжелейшей агонии...

-Короче, я понял. Я тебе бабки скину, но если это будет твоё кидалово, я тебя найду и кишки выпущу. У тебя будет не три дня, а три месяца сплошной агонии. Понял?!

-Это справедливо. Что ж... Когда у вас будет нужная сумма?

-Да я сейчас тебе бабки привезу! Говори куда!

-Прекрасно. Я тоже не люблю волокиту. Через два часа вы привезёте деньги на Братиславскую улицу. От пересечения Славянского проспекта и улицы Старой Дубравы вы проедете ещё примерно пятьдесят метров со скоростью не более двадцати километров в час. Я вас наберу.

-Зачем такие сложности?! Давай встретимся, поговорим...

-Вы запомнили инструкции? - перебила Настя. - Я вас жду. Если вас вовремя не будет, то я вполне могу продать этот грамм кому-нибудь за двадцать миллионов.

Настя закончила разговор и отключила телефон. Ей ещё предстояло добираться до места встречи с другого конца города. Наверное, она перестраховалась, но Настя не хотела, чтобы её вычислили по мобильнику. Настя прекрасно понимала, что её страховки взяты из киношных детективов и против профессионального поиска не помогут, но если затруднят поиски, то уже хорошо. Возможно, благодаря глупым перестраховкам, если за неё возьмутся всерьёз, она успеет убежать.

Через два часа она ждала на нужном месте и с замиранием сердца следила за проезжающими машинами. Смотрела с крыши здания, стоящего неподалёку. В бинокль нужное место просматривалось просто великолепно. У неё сердце ушло в пятки, когда она увидела знакомую машину. Достала мобильник и набрала номер.

-Вы подъехали немного раньше срока, - сказала она вместо здравствуйте.

-Раньше, позже... Мы дело делать будем, или нет? - проворчал Альбертович.

-Остановитесь и выйдите из машины. Выйдите из машины и пройдите по дороге назад, до водостока. Стойте и ждите. В сумке у вас деньги? Вся сумма?

-Да деньги, но сумма не вся. Я ошибся и у меня не пятьсот тысяч, а четыреста восемьдесят.

-Будете должны. Долг отдадите на отделении. Двадцать тысяч отдайте сестре-хозяйке. Вам всё равно, кому отдавать, а тётке приятно.

-Ладно, ладно! Где лекарство? Долго ещё мне тут торчать?

Вместо ответа Настя нажала на кнопку. Судя по тому, как встрепенулся Владислав, всё сработало как надо, а через пару секунд Настя сама увидела небольшую игрушечную машинку, которая тащила на прицепе небольшую тележку.

-Положите деньги на тележку, прикрепите резинкой и отойдите.

-Э-э-э, нет! Мы так не договаривались! Где лекарство?!

-Выполнив инструкции, вы получите лекарство.

-Какие инструкции?!! Давай выходи! Поговорим, как реальные пацаны! Чё это за стрелка, если ты ссыш с человеком разговаривать?!

-Если вы хотите отменить сделку, то я не настаиваю на её продолжении. Всего вам хорошего.

-Э! Э! Э! Стой! Погоди! Вот! Я ложу деньги! Я положил! Резинкой сейчас примотаю! Вот! Всё! Где лекарство?

-Как только вы получите лекарство, вы тут же сядете в машину и уедите. Способ введения препарата вам расскажет ваш лечащий врач. Если препарат не поможет, я верну вам деньги. У машины наверху есть пластиковая фиговина. Потяните за неё, откроется лючок. В нём мензурка с лекарством. Нашли?

-Нашёл, - ответил Владислав и схватился за пакет с деньгами. - А теперь слушай сюда! Хочешь денег, выходи и поговорим. А если нет, то иди на...

-Владислав Альбертович, - строго сказала Настя. - Я настоятельно рекомендую вам оставить деньги и удалиться.

-А теперь послушай, что я тебе рекомендую! Сейчас сюда мои пацаны подъедут и всё здесь прочешут. Ты сам выйдешь, или они тебя найдут? Ты вооще понял на кого ты залупился, чморота? Да я таких, как ты, пачками на...

Настя не стала слушать дальше. Она сбросила звонок и нажала кнопку на пульте. Маленькое устройство дало искру и запалило петарду. Петарда взорвалась и разбила бутылочку с бензином, а потом пара искр превратила машинку в небольшой костёр. Тележка была куплена на рынке, а продавалась в любом магазине, поэтому по ней Настю отследить было невозможно. Настя ещё посмотрела, как мечется по обочине Владислав Альбертович, как подъезжает ещё пара машин и люди из них бегут в лес, а потом спустилась с крыши по лестнице на обратной стороне здания, и уничтожила телефон. Уничтожила очень просто. Здание было автосервисом. На заднем дворе стояла бочка, куда сливали отработанное масло. Именно в этой бочке Настя и утопила телефон, а заодно и пульт от машинки. Больше Настю с продажей ничего не связывало.

Ей было немного обидно, но урок был поучителен. В следующий раз нужно будет отработать схему передачи. Также ей нужна команда. Она не может одна делать всё. Например, устройство для уничтожения машинки Настя собрала сама, но не была до конца уверена, что оно сработает, ведь схему нашла в интернете. Также Настю можно отследить по тем предметам, которые она купила. Например, по устройству, дающему искру. При желании, можно обойти магазины и найти человека, который покупал детали для этого устройства. Тем более, если это был один человек. Ниточки, ведущие к ней, были тонкими, но они были. Большее количество людей должно было запутать эти ниточки намного сильнее, а то и оборвать их.

Настя обдумывала всё это, пока бежала до работы. Перед тем, как выйти туда, где её могли заметить знающие её люди, Настя ударила коленкой дерево, а потом окунула колени и локти в грязь. На работе отговорилась тем, что упала на пробежке и поэтому опоздала. Ей даже посочувствовали и посоветовали не перетруждаться сегодня. Ранку на колене обработали, компресс наложили и принялись обсуждать то, что Владислав где-то добыл грамм аномального препарата и сейчас ругается с Андреем, требуя применить этот препарат.

Настя удивилась, не понимая в чём проблема? Ей рассказали, как много обманщиков, которые под видом лекарства продают всякую гадость, а безутешные родственники покупают, надеясь на чудо. И хорошо, если платят за нейтральное к организму вещество, но ведь иногда им продают чистый яд. Андрей Борисович напрочь не верил, что Владислав достал именно то, о чём говорит, поэтому применять вещество отказывался. Развязку Настя наблюдала сама, как и всё отделение. Владислав лично растворил вещество в колбе с водой, а потом дал сыну выпить. Андрей Борисович не мешал ему, но постоянно твердил, что против, что не несёт никакой ответственности, что последствия предсказать не берётся. После того, как мальчик выпил воду, чуда не произошло.

Весь день Владислав метался по отделению. Срывался на всех, особенно на Насте. По его мнению, она должна была убираться только в палате его сына, присматривать за ним как сиделка, а также неотлучно быть рядом, если мальчику захочется в туалет. Настя терпела, кляня себя за то, что отдала этому человеку такую ценность. Несколько раз ей хотелось огреть его чем-нибудь тяжёлым по голове. Останавливало её только то, что она сама виновата. Прекрасно знала, с кем собирается иметь дело и не подготовилась. Хотя выбора у неё не было. Мальчик умер бы, пока она готовилась, а так будет жить.

На следующий день случилось чудо. Ребёнок проснулся и попросил поесть. Смолотил всё, что дали и попросил добавки. Срочно вызванный Владислав приехал почти мгновенно. Он был так счастлив, что Настя решила, что это самая лучшая награда для неё, гораздо лучше денег. Но потом её мнение сильно изменилось. Нет, деньги ей по-прежнему были не нужны, но отношение к ней счастливого Владислава Альбертовича нисколько не поменялось. Он всё также рычал на неё, гонял как свою прислугу, а потом, глядя на отца, её стал гонять и мальчик, что очень поощрялось отцом. Настя как-то услышала, как он учит сына, что прислуга должна работать, а не прохлаждаться. В данном отрезке времени прислугой была Настя. В конце дня, она искренне жалела, что спасла ребёнку жизнь.

На следующий день, Настя просто игнорировала Владислава и его сына. Также она игнорировала жену Владислава и их охранников. На неё тут же написали жалобу, и Андрей Борисович вызвал её к себе в кабинет и отчитал, а также лишил премии. Настя восприняла это совершенно спокойно, но игнорировать неприятных ей людей не перестала. Даже когда Владислав сдался и стал совать ей деньги, она просто развернулась и ушла. Для Владислава и его жены это было гораздо хуже, чем пощёчина. Они устроили грандиозный скандал, с требованием уволить Настю немедленно. Андрей Борисович пытался погасить конфликт, но это было невозможно. Единственное, чего он добился - оставить Настю на отделении, пока не соберётся дисциплинарная комиссия, а до этого времени считать Настю уволенной и не платить ей зарплату. Настя спокойно выслушала всё сказанное и спросила, может ли она остаток дня быть свободна? Андрей Борисович разрешил, и она ушла.

Андрей Борисович перезвонил ей через несколько минут. Очень извинялся, просил потерпеть. Ни о какой комиссии речи быть не могло. Настя всех устраивала своим трудолюбием и уравновешенностью, просто нужно было успокоить противных родственников больного. Он посоветовал Насте не показываться на отделении пару дней. Если всё будет в порядке, и мальчик Рома действительно получил то, что заявлено, то возможно, через неделю его выпишут. Даже если Владислав добьётся собрания комиссии, то максимум, что грозит Насте - строгое предупреждение. Он так расхваливал Настю, так уговаривал остаться, что сразу было ясно, он прекрасно понимает, что Настя не держится за эту работу, хоть и выполняет её на все двести процентов. Настя заверила доктора, что всё понимает и охотно подождёт, пока противный ребёнок не будет выписан.

Ночью, в отдельной палате маленького Ромы, разбилось окно. Вызванный наряд полиции, а также охрана центра никого не нашли. Приехавший Владислав Альбертович объяснял, что он публичный человек и что у него много врагов, но кто покушался на его сына, он точно сказать не может. А покушение имело место. Окно разбилось не просто так. Следователь установил, что кто-то кинул в открытую форточку окна мощную петарду. Упав между рамами, петарда взорвалась и разбила стёкла на обеих рамах. То, что это была угроза, стало понятно из оставленной записки на том месте, откуда петарду кинули. Записка была напечатана на принтере, и состояла всего из одного предложения: "В следующий раз - граната". Поскольку, когда закончились все следственные мероприятия наступило утро, Владислав Альбертович потребовал немедленно выписать сына. Так и получилось, что Андрей Борисович позвонил Насте и попросил выйти на работу уже в десятом часу утра. Настя не отказала.

Она нисколько не боялась, что её найдут. Объективы камер расположенных на территории, под утро покрывались росой, и в них ничего не было видно. Ботинки она также обменяла у алкоголика, как раньше телефон, поэтому по следам её найти было невозможно. Записку распечатала в кафе, подключившись к их принтеру, а забрала совершенно незаметно, прямо под носом у продавщицы. Всякие потожировые следы или банальные отпечатки пальцев на записке Настю не беспокоили. Следователь ещё получит сюрприз, когда из папки с делом высыплется труха, оставшаяся от записки. Настя учила химию в школе, а реагенты стоили дёшево и продавались везде. Приготовить раствор и полить лист - минутное дело. Настя больше проблем получила, пока сушила лист так, чтобы он не смялся. То, что она бегает по ночам - не вызывает ни у кого вопросов. Связать Настю с этим делом было невозможно.

Провернув всё это, Настя поняла, что больше так дело не пойдёт. Всё придумывается наспех. Срабатывается на коленке. Только то, что её не искали как следует, спасло её от поимки. Нужно прорабатывать планы, нужна команда, нужна база для работ по обеспечению операций. Только после этого Настя могла начать продавать аномальное вещество желающим. Выследить её будет невозможно.

Первый человек в её команде появился случайно, буквально через неделю. Настя заехала в гости к Вере Алексеевне. Они посидели, поговорили. Настя рассказала, как живёт, сказала, что хочет поступить учиться на врача. Посидев до вечера, Настя собралась уходить, но Вера Алексеевна принялась её уговаривать остаться. По её словам, в их районе стали грабить припозднившихся прохожих. Настя не стала говорить, что она вооружена и просто сказала, что не боится. Вера Алексеевна поохала, но возражать не стала. Попросила, чтобы Настя дождалась Николая, задержавшегося на работе, и он её проводит, но Настя отказалась. Когда на перехват ей вышла мужская фигура, Настя нисколько не испугалась.

-Ба-а-а! Кого мы видим?! - усмехнулся чем-то знакомый Насте парень. - Это же дочка училки. Давно не виделись, Училкина. Бабки гони.

Настя вспомнила этого парня. Он учился в её школе и был на несколько лет старше Насти. Был, мягко говоря, хулиганом. Отбирал деньги у детей, бил того, кто ему не нравился. Настю он постоянно задевал и организовывал её травлю среди детей. Ведь она была дочка училки и племянница директора. Сейчас Настя рассматривала этого парня и думала о том, что раньше он вызывал у неё безотчётный страх, а теперь она к нему абсолютно равнодушна.

-Чего в ступор впала? - прервал затянувшуюся паузу парень. - Деньги, говорю, давай! Или тебе помочь?

-Знаешь, - задумчиво сказала Настя, - а я ведь даже не знаю, как тебя зовут. У тебя была какая-то дурацкая кличка, но её я тоже не могу вспомнить.

-Блин, бабки гони! Чего ты такая тупая?! Нахера тебе моё погоняло?!

-Совсем не нужно, - призналась Настя. - Просто вспомнилось. Это ты тут по ночам прохожих грабишь?

-Да ты чё, совсем с прибабахом?! Чего я тебе отчитываться должен?! Ты чо, полицай?!

-Нет, - пожала плечами Настя, - но почему бы не спросить? Завязывал бы ты с этим делом. Доходов никаких, а срок реальный получить можешь.

-Да что ты меня учишь?! Училка хренова! Бабки гони, и разойдёмся по-хорошему!

-Чего ты заладил? Бабки, бабки! Я думала, ты уже где-то бандитствуешь, по крупному воруешь. А ты с прохожих мелочь трясёшь. Знаешь, как я тебя в школе боялась? А ты до такого опустился.

-Да ё-п-р-с-т... Заткнись! Не хочешь по-хорошему, так я тебе сейчас помогу...

Настя достала пистолет и щёлкнула затвором. Она теперь стала ходить в камуфляже, и поэтому стала носить оружие с собой. Парень осёкся и шарахнулся в сторону. В темноте он не сразу разглядел ствол, но когда услышал характерный щелчок, молча развернулся и побежал. Настя осмотрелась, а потом выстрелила ему в спину. Стреляла так, чтобы пули прошли над его головой и ударили в дерево перед ним. Увидев следы попаданий, парень, как и предполагалось, был так шокирован, что споткнулся и упал. Настя подошла к нему, смотря, как он пытается подняться, оскальзываясь на раскисшей опавшей листве и тихо ругаясь.

-Тебя добить? - спросила она.

-Не надо! - тут же отозвался парень. - Я не хотел... Я не знал... Настя, да? Настя, ты прости, я не хотел тебя... Ну... То есть, хотел, но я же не знал.

Он просил его не убивать, видно было, что боится, но, ни слёз в глазах, ни жалобы в голосе, Настя не замечала. Пару секунд она раздумывала, а потом убрала оружие. Парень шумно, облегчённо выдохнул. Настя развернулась и пошла дальше, по своим делам.

-Эй, Училка! Эй, подожди! Да постой ты!..

Настя остановилась и обернулась. Парень поднялся и похромал к ней. Когда он подошёл на расстояние вытянутой руки, Настя показала жестом, чтобы остановился. Её рука была в кармане, а дуло пистолета смотрело парню в живот.

-Я не нападаю, - поднял он руки. - Просто спросить хочу. Ты ведь теперь крутая? Со стволом ходишь и не паришься. Слышь, может у тебя какое дело есть? Или знаешь кого, у кого дело есть?

-Может есть, может знаю, - ответила Настя. - Тебе-то что?

-Слышь, мне бы дело какое. Я совсем... край. Уже вон, сама видишь, мелочь трясу.

-А чего бы тебе на работу не устроится? - вкрадчиво поинтересовалась Настя.

-Так судимость у меня. Никуда не берут. Работал летом на дистанции, так там бригадир проворовался, а на нас свалили. Хорошо, только уволили, но со статьёй. А с этим никто не возьмёт.

-Чего ты от меня хочешь? - спросила Настя.

-Дело какое. Я готов работать. На дистанции знаешь как впахивали. Мне теперь...

-Сейчас мне некогда с тобой заниматься, - перебила Настя. - У тебя телефон есть? Кинь номер, я позвоню. С деньгами у тебя как? Вот десятка. На пару дней тебе хватит. Водки не пить, баб не водить. Ждать звонка. Вопросы? Бывай! Да, и ещё... Если что, то я тебе не завидую.

-Всё понял. Буду ждать. Слышь, Училка, а меня Вова зовут.

Настя только фыркнула и убежала. Два дня ей понадобилось на то, чтобы собрать о Вове сведения. Получилось донельзя просто. Настя встретилась с маминой подругой, тоже учительницей преподававшей в Настиной школе. Посидели, вспомнили маму, поговорили о разном, а потом Настя перевела разговор на тех, кто учился в разные годы. Вспомнила мальчика Вову, известного на всю школу хулигана. Тема оказалась благодатной. Вову помнили и прекрасно знали, что сразу после школы Вова угодил в колонию. Была какая-то история со стрельбой и убийством, поэтому Вова сел надолго. Самое главное, что Настя получила прекрасную характеристику Вовы от человека, знавшего его долгие годы.

Получалось, что Вова вовсе даже не бандит какой-то. Хулиган - да, но не жесток и не подл. Рос он в семье алкоголиков. Ничего у него не было, а иметь хотелось, вот и крал, отбирал у слабых. Если ему давали какую-то работу, то выполнял беспрекословно, но зачастую пытался схалтурить. Если его в этом уличали, то переделывал всё без вопросов. За деньги работал честно, но часто просил премию. Если не получал, то расстраивался. Когда после школы он попал в историю со стрельбой и трупами, то все учителя очень удивились. Вроде бы к концу школы он взялся за ум и куда-то поступил, но потом странная история, и Вова сгинул где-то в местах не столь отдалённых.

Узнав у маминой подруги всё необходимое, Настя отправилась в отдел полиции района. Там она подкараулила показавшегося ей продажным полицейского и не ошиблась. Найдя у своей двери конверт с деньгами, просьбу ознакомиться со старым делом и сделать свои выводы на бумаге, полицейский не стал артачиться. На следующий день Настя получила конверт с письмом, а полицейский остаток суммы.

Полицейский честно отработал полученные деньги. Он просмотрел дело трёхлетней давности, кратко изложил его, а потом сделал свои выводы. Получалось, что Вову подставили. Полицейский не дал Насте ни имён, ни мест, но в своих выводах был однозначен. Вова совершил преступление и этим перешёл кому-то дорогу. Его подельников убили, а их смерть повесили на Вову. Полицейский также поинтересовался, где сейчас Вова и получил ответ, что он освобождён досрочно в связи с пересмотром дела. Имея такую информацию, Настя уже могла встречаться с Вовой.

Встретились они у него дома. Вова жил в почти развалившемся доме, оставшемся после смерти родителей. Сказать, что в доме было бедно - это ничего не сказать. Стол, табуретка, стул и кровать - вот и вся мебель. Обои ободраны, пол грязный. Да ещё и запах в доме был соответствующий. Насте показалось, что в логове Говоруна, которое рядом с посёлком Сидоровича, было лучше.

-Свински живёшь, - вынесла она вердикт.

-Так я откинулся всего-ничего. Сразу подписался на дистанцию. Думал денег срубить и всё в порядок привести, но вот... Кинули меня с деньгами.

-Кому ты так дорогу перешёл, что тебя упекли на двадцать лет? - спросила Настя.

-Да это не я, - помрачнел Вова. - Кореш один наводку дал, что есть лох, которого обобрать можно. А лох не лохом оказался. Приехала охрана и всех, кроме меня, положила. А мне сказали: или сядешь за мокрое, или ляжешь вместе с остальными. Я всё на себя взял. Мне восемнадцать лет дали. А потом малява пришла, что того, который не лох, завалили. Ну, я и подал на пересмотр дела. Там ничего на меня не было. Только признание. Вот и откинулся.

-Ладно, поверю, - кивнула Настя. - Тем более, что всегда проверить смогу. Что же мне с тобой делать, Вова? Вроде и не фраер ты, но ведь и не... Так, серединка на половинку. Узнавать о тебе... Долго это. Никто, конечно, не спешит, но ведь и замараться с тобой можно.

-Что-о-о!!! - взревел Вова. - Слушай ты!.. Да я с опущенными никогда дела не имел! Меня не по задротной статье приняли! Я среди уважаемых людей жил! И никогда понятия… не нарушал!

-Вова, если это не так, то ты лучше сейчас скажи. Потом тебя проще будет кремировать, чем похоронить.

-Гадом буду, я никогда!.. Я честно скажу, к мужикам подался, но...

-А почему к мужикам? - перебила Настя. - С твоей-то статьёй...

Выпалила наугад, но попала в цель. Вова смутился, отвёл взгляд.

-Ну, понимаешь. Ну... Да надоело мне! Вся эта блатная романтика, мать её! Я решил, что лучше отсижу, а потом буду честно жить. Вот, блин, вышел... Стал жить честно. Так тут же чуть на нары не загремел. А теперь что? Работы нет, денег нет, жрать нечего! Честная жизнь, мать твою етить.

-Не ругайся, - потребовала Настя. - Не люблю. Хорошо, мы поговорили. А теперь слушай внимательно. Контакт только со мной. Слушаешься меня, как родную маму.

-Да я мамку не больно-то слушал, - усмехнулся Вова. - Лучше уж, как училку. Училок я слушал больше.

-Слушаешься и выполняешь, - не сбилась с мысли Настя. - Если что-то сделаешь не так, то умрёшь. Расклад только такой. Не нравится, сейчас мы ещё можем распрощаться. Не перебивай. Потом дашь ответ, или задашь вопросы. Пьянки и гулянки - забудь. Ты можешь понадобиться в любой момент. Машину водить умеешь?

-Умею, но прав нет.

-Нужны права. Сам прикинь, что можно сделать. Насчёт денег сразу скажу. Много не будет, но на жизнь хватит. Если что-то пойдёт не так, ты должен будешь исчезнуть. Получишь сумму на обустройство в другом городе. Чистые документы не обещаю, но всё возможно. Если тебя всё же примут, то ты ничего не знаешь и не понимаешь. Садишься и сидишь от звонка до звонка. Если сдашь кого, то останешься жить, но долго будешь каяться в содеянном. Вопросы?

-Есть вопрос. Тут такое дело... Я думал, что будет одно дело, а потом соскочить можно будет. Мне бы так. А то задрало меня. Жить хочу спокойно. Дом в порядок привести, жена, дети.

-С женой я тебе не помогу. Сам ищи. - Пошутила Настя. - А насчёт дома... Мне кажется, что проще этот снести и новый построить. Впрочем, разговор не об этом. Ты в любое время сможешь уйти. Просто скажешь, что тебе хватит и уйдёшь. Никто тебя держать не будет.

-Но если дело серьёзное и долгое, то кто меня отпустит? Ведь я всех сдать смогу.

-Да, сможешь. Но проживёшь после этого только пару недель, а потом для тебя начнётся ад, и ты будешь каяться.

-Понятно, - кивнул Вова. - Ладно, я согласен. Что нужно делать?

-Здесь пять тысяч. Не вздумай их сразу тратить на себя. Твой вид, твоё состояние - никак не должно резко измениться. Реши вопрос с правами, реши вопрос с работой.

-Так если я работать буду...

-Устройся на свободный график. Сутки через трое. Придумай! Инициатива приветствуется. Отчитываться будешь мне. Я буду говорить тебе, что делать дальше. Возможно, в живую мы видимся последний раз. Дальше только обезличенная связь. В общем, живи и ожидай звонка. Сам не звони. Вопросы?

-А отчитываться как?

-Я тебе позвоню. Ещё вопросы? Нет? Тогда бывай. Встретимся или нет - я не знаю.

Настя сама не знала, какие задания будет давать Вове, но знала точно, что они будут. Собой она была довольна. Если не считать мелких огрехов, то вербовку она произвела хорошо. Однако, пока что ему доверять нельзя. Надо присмотреться, проверить в деле. Для начала посмотреть, как он пройдёт проверку деньгами. Для этого Настя наняла старушку, которая жила в пятиэтажке рядом с Вовиным домом. Наплела ей про дальнего родственника, семь вёрст, да всё лесом. Говорила так долго, что простоватая Галина Павловна чуть не впала в транс. Она так и не поняла, чего хочет Настя, пока та конкретно не объяснила, что просит старушку присмотреть за домом и сказать, если у родственника соберётся компания, или кто-то к нему придёт. Старушка обещала всё сделать.

Вторым в их банде стал тот самый полицейский, который искал для Насти информацию о Вове. Его углядела Галина Павловна. Он ходил вокруг участка с Вовиным домиком и очень им интересовался, хоть и не явно. Старушка выявила его интерес и доложила Насте. Настя пришла к ней домой и лично увидела в окно, что полицейский следит за Вовиным домом, да и за Вовой присматривает. Поскольку он был без формы, то старушка заподозрила в нём бандита, но Настя успокоила её и призналась, что это тоже её родственник. Только он самостоятельно, не зная о Настиной слежке, решил присмотреть за непутёвым пьяницей. Галина Павловна приняла это и одобрила. Поговорили со старушкой о пьянстве, о родственниках, о ценах, да обо всём. Расстались довольные друг другом. Старушка просила её навещать, и сказала, что бесплатно будет приглядывать за родственником. Настя ответила, что завтра же родственника перевезут поближе к семье, поэтому присматривать уже будет не за кем. Уйдя на несколько кварталов в сторону, она позвонила Вове и приказала немедленно искать себе новое жильё. Снять, дом, квартиру, комнату, но в своём доме не оставаться. Вова сказал, что всё сделает.

Через два дня Настя смотрела на то, как полицейский, уже в форме, колотит в двери пустого дома. Она подошла и поздоровалась.

-Добрый день, вы кого-то ищете?

-Да, вот... Хозяин этого дома... Не знаете, где он?

-Вова? Так он забухал, наверное, у какого-то своего товарища. А вы к нему по какому вопросу?

-По служебному, - проворчал полицейский.

-Да-а? А мне он сказал, что больше никогда не будет преступления нарушать... совершать. Обманул, значит.

-А вы кем ему приходитесь? - полюбопытствовал полицейский.

-Я? Да я ему никто. Так... Учились в одной школе, а тут встретились, разговорились. Я вон там живу. А он что-то серьёзное сделал? Украл что-то?

-Идёт следствие. Я не имею права разглашать информацию, - дежурными фразами отделался полицейский.

-Ой, расскажите! - попросила Настя. - Я никому не скажу! А он вам очень нужен? Если вы мне расскажете, то я могу проводить вас к одному его приятелю. Он у него часто бывает.

-Что за приятель? - оживился полицейский.

-А вы мне расскажете, что Вова сделал?

-Нет, не расскажу. А если вы не скажете, где находится гражданин Круглов, то я вас могу арестовать за препятствие следствию.

-Ну что мне делать? Я обязана помочь органам правопорядка. Пойдёмте, я вас провожу. Ой, нет! Мне так не нравится. Давайте вы меня проводите, а я буду говорить, куда нам идти.

Они под ручку вышли со двора, и пошли вдоль пятиэтажки. Настя пыталась разузнать, что натворил Вова, называя разные преступления, а полицейский только постоянно говорил: «нет». На углу их встретила Галина Павловна. Настя первая поздоровалась с ней и сразу вывалила на неё кучу информации, вгоняя в транс и не давая сказать даже слово. Когда старушка была нокаутирована информационным потоком, Настя сообщила, что они идут искать Вову и что знают, что его дома нет. Потом попрощалась и утянула полицейского за собой, подальше от Галины Павловны. Старушка так ничего и не поняла, а полицейский понял, что зря согласился на прогулку с Настей. Ему придётся долго терпеть её болтовню. Так и получилось. Настя старательно забалтывала полицейского, а он шёл рядом с ней и уже не соображал куда. Понял, что что-то не так, когда они дважды прошли один перекрёсток.

-Мы что, кругами ходим? - изумился он.

-Ага, - подтвердила Настя. - Вы в темноте это не сразу заметили.

-Вы! Вы! Вы вообще понимаете, что вы сделали?!

-Конечно, - кивнула Настя. - Я вела вас к приятелю моего приятеля, но поскольку я не знаю точно, где он живёт, то заблудилась. Вы это обнаружили и теперь сердитесь на меня.

-Сержусь?! Нет, я не сержусь! У вашего приятеля большие проблемы!

-Да? И какие? Расскажите мне, а я уже решу, стоит ли ему с вами встречаться. И почему мы стоим на улице? Пригласите меня в кафе. Деньги у вас есть. Вы недавно приличную сумму получили.

-А откуда вы знаете? - подобрался полицейский.

-А у меня пророческий дар есть, - фыркнула Настя.

-И что же говорит вам ваш пророческий дар о вашем ближайшем будущем? - оскалился полицейский.

-Что я буду в кафе кушать вкусняшки, а с вами мы будем говорить.

-У меня другое видение будущего, - с угрозой сказал полицейский.

-Оно у вас неправильное, - отмахнулась Настя.

Через несколько минут они сидели в кафе и ждали заказ. Разговоров не вели. Во-первых, они присматривались друг к другу, а во-вторых, в кафе было слишком мало народу, чтобы обсуждать какие-то дела. Настя вела себя как глупая, беззаботная девчонка, а полицейский был насторожен и подозрителен. Сейчас, в свете ярких ламп, Настя видела, что ему не меньше пятидесяти, а раньше она принимала его за тридцатилетнего.

-Так почему вы искали Вову? - спросила Настя, когда им принесли заказ и включили погромче музыку.

-Я искал не Вову, - твёрдо ответил полицейский.

-А почему вы искали не Вову? - спросила Настя.

-Я хочу найти того, кто платит деньги...

-Я не спросила "зачем", - перебила Настя. - Я спросила, "почему".

-Почему, - повторил полицейский. - Это так просто не расскажешь. Много времени займёт.

-А мы куда-то торопимся? - удивилась Настя. - Я сейчас доем и ещё порцию закажу. Всё равно вы платите.

-Если мы не торопимся... А вы уверены, что вам стоит знать о том, почему я ищу того, кого ищу?

-Угу, - кивнула Настя с набитым ртом. Жестом предложила продолжать.

-Тут так сразу и не объяснишь. Вы ещё молоды и не понимаете. Я уже почти тридцать лет на службе. Через три года получу капитана и на этом всё. Я всю жизнь перебирал папки, принимал заявления... Нет, сначала я горел энтузиазмом. Знаете, верил, что должен выполнять свою работу на отлично. А потом понял, что начальству только мешаю своим энтузиазмом, как зуб в носу. Меня обходили повышениями, от меня ушла жена. Я всю жизнь проработал на кого-то. Теперь я хочу поработать на себя.

-Вы бредите, - фыркнула Настя. - Вы преподносите мне какую-то дурацкую историю о ваших душевных порывах...

-Я думал, вы поймёте, - вздохнул полицейский.

-Нет, я могу понять. Я могу даже поверить. Но никто другой в такую историю не поверит. Чем вы можете подтвердить свои слова?

-Ничем. Но я готов работать на вас, кем бы вы ни были. Мне нужны деньги.

-Зачем, если не секрет? - полюбопытствовала Настя.

-Да какой секрет?! Дочь у меня травму получила. Теперь передвигается только на коляске. Ходить может, но с такой болью, что через пять минут сознание теряет. Нужна операция, а денег нет.

-Денег никогда нет, - хмыкнула Настя. - У меня тоже денег нет. За ваш счёт ужинаю. И вы думаете, что вам сразу дадут такое задание, за которое вы получите миллион?

-Мне бы и трёхсот тысяч хватило, - усмехнулся полицейский. - И на операцию, и чтобы сына пристроить. И на старость бы осталось.

-Хорошо, увольняйтесь с работы и открывайте детективное агентство.

-И что? - осторожно поинтересовался полицейский, после того, как пауза затянулась донельзя.

-Не знаю, - пожала плечами Настя, - а вдруг вам повезёт? У вас будет много клиентов. Вы будете грести деньги лопатой.

-Издеваетесь? - спросил полицейский.

-Совсем чуть-чуть, - призналась Настя. - Сколько вашей дочери нужно на операцию?

-Сто тысяч. Я понимаю, что немного, но у меня нет. Вы мне дали две тысячи, моя зарплата двадцать. Отложено у меня ещё тридцать. Не хватает ещё около сорока. Дело даже не в операции. Дело в том, что потом нужен послеоперационный период с реабилитацией. И вот он, стоит денег.

-Кредит, - сказала Настя.

-Я закредитован по уши, - фыркнул полицейский. - Жена тоже кредитами обвешена. Я искал деньги, где только мог, но никто не дал. На работе... Товарищи... Все пожмотились. Я ведь вряд ли смогу отдать.

-И вы готовы стать преступником, чтобы получить деньги, - закончила Настя. - Вы готовы убивать, насиловать, красть, только для того, чтобы спасти дочь. Что-то не верится.

-Может быть, насиловать и красть будут другие, а я пригожусь как-то по-другому?

-Может быть, - кивнула Настя. - Но пока вы на камеру не убьёте человека, доверия к вам не будет.

-Хорошо, я понял, - кивнул полицейский. - Что ж, я вынужден с вами попрощаться. Убивать кого-то, даже для спасения дочери, я не буду.

-За мой ужин заплати! - обиженно крикнула Настя. - Я тебе всё рассказала!

-А, да, - кивнул полицейский. - Сколько с меня?

Он рассчитался с хозяином кафе. Хотел уже выйти, но Настя жестом придержала его.

-А если я ещё что-то вспомню, как мне вас найти? - спросила она, не снижая голоса.

-Я на работе бываю с трёх до семи, - ответил полицейский.

-Ночи? - удивилась Настя.

-Разумеется, дня, - фыркнул полицейский и вышел.

Настя ещё немного посидела и тоже ушла. Проверилась на слежку и не обнаружила таковой, но это ни о чём не говорило. На субботу договорилась с Андреем и отправилась в Москву. План проверки полицейского был у неё достаточно хлипким, но хоть что-то. Настя надеялась, что у неё всё получится. Она встретилась с Андреем. Пожаловалась на манию преследования и попросила организовать ей встречу с психологом. Пока Андрей организовывал встречу, она сидела на его рабочем месте, около телефона и решалась сделать звонок. Потом подумала, что ничего не теряет и позвонила.

-Отдел полиции Советского района, дежурный, сержант Рыбаков, - выпалил дежурный на том конце провода.

-Ой, здравствуйте. Из МОИЗ вас беспокоят, - начала Настя. - Мне нужно связаться с начальником отдела, Шубиным, Андреем Геннадиевичем. Не могли бы вы сообщить ему, что нам нужно поговорить.

-По какому вопросу? - деловито осведомился дежурный.

-Дело в том, что у вас работает сотрудник и у него болеет дочь. У нас есть заявка на предоставление ей артефакта для лечения. Только непонятно, от кого оформлена эта заявка. Фамилия сотрудника не указана, да и заявка отправлена неправильно. Ой, то есть составлена. Но прислана от вас. С вашей почты, с указанием фамилии начальника отделения. Надо разобраться. Не могли бы вы помочь?

-Я могу перезвонить товарищу полковнику, а он перезвонит вам, - предложил сержант.

-Очень хорошо. Пусть он перезвонит на этот номер.

-Подождите, а какой у вас номер? Давайте я запишу.

-А у вас он не высветился? Ой, действительно, я ведь не на мобильный звоню. Сейчас, минутку. Так. Записывайте.

Настя продиктовала номер. Напомнила, что это приёмная генерала Ерёмина и повесила трубку. Следующие пять минут она провела, как на иголках. Звонок раздался ещё до того, как вернулся Андрей.

-Добрый день, вы хотели со мной поговорить? - раздался голос в трубке.

-Представьтесь, - чётко, по военному, рыкнула Настя.

-Полковник Шубин, начальник...

-Благодарю, - перебила Настя. - Лейтенант Говорун, второй адъютант генерала Ерёмина. Товарищ полковник, наша беседа пишется, поэтому во избежание недопонимания, постарайтесь не обсуждать личные темы и денежные вопросы. Я звонила вам по поводу глупой заявки на лечение дочери одного из ваших подчинённых. В заявке не указана... В заявке не указано никакой конкретной информации. При этом заявка отправлена на почту генерала Ерёмина с почтового адреса вашего отделения. Мне поручили разобраться с этим делом. Разрешите задать вам несколько вопросов?

-Спрашивайте, - разрешил полковник.

-У вас действительно есть сотрудник, у которого тяжело болен ребёнок?

-Да, старший лейтенант Назаров.

-Вы можете узнать, отправлял ли он заявку на лечение?

-Да, в понедельник, когда он выйдет на работу, я вызову его к себе и узнаю.

-Кто имеет доступ к электронной почте вашего отделения и может отправлять письма?

-Большинство сотрудников имеет доступ. Я затрудняюсь ответить.

-Скажите, вы получали список организаций и их адреса электронной почты?

-Вы имеете в виду ведомственные организации? - уточнил полковник. - Да, разумеется.

-Был ли там адрес генерала Ерёмина?

-Ну, этого я точно не скажу! Я все адреса наизусть не помню.

-Мне придётся приехать к вам. Вам нужны будут какие-то бумаги, подписанные генералом, подтверждающие мои полномочия? И вы сможете отметить мне командировку?

-Приезжайте, - сразу сказал полковник. - Всё, что нужно я вам подпишу, а подтверждающих бумаг мне от вас не нужно. Только привезите материалы дела. Хочу ознакомиться.

-Да, конечно. До свидания.

-До свидания, - ответил полковник и повесил трубку.

Настя облегчённо выдохнула.

Встреча с психологом прошла совсем не так, как Настя предполагала. Она познакомилась с приятным мужчиной, а потом рассказывала Андрею о своей жизни в Рязани, а мужчина сидел рядом и наблюдал. И о том, как узнала, что мама умерла, и о том, как потом устроилась на работу. Рассказала, что живёт неплохо, но не хочет показывать, что может жить лучше. Психолог потом задал вопросы о Настиной одежде. Спросил о физическом здоровье. Поговорили о новых телефонах и о лошадях. Потом перешли на то, что Настю беспокоит. Настя рассказала, как оставляет оружие в сейфе, а потом ей кажется, что за ней постоянно следят. Психолог выслушал её внимательно, а потом, ни с того ни с сего, рассказал о том, что летом отдыхал на Бали и на этом разговор как-то сам собой сошёл на нет.

Психолог заявил, что у Насти серьёзные проблемы с психикой. Впоследствии это может привести к срыву, но сейчас можно не беспокоиться. Порекомендовал стационар, отдых и обследование. Настя вспылила. Предложила ему заменить её в больнице и убираться, пока она в стационаре прохлаждается. Доктор возражать не стал, но потребовал от Насти, чтобы она обязательно пришла к нему через две недели. Договорились о времени и психолог ушёл.

Настя тоже собралась и отправилась обратно в Рязань. Вот только перед этим она зашла к Антону. Очаровав его, она получила командировочное удостоверение со всеми печатями, служебный список адресов электронной почты, подписанные генералом бумаги, подтверждающие Настины полномочия. Вдобавок взяла кучу пустых бланков с печатями и пару пустых бланков паспортов. В Рязань она уехала очень довольная. Было с чем идти к полковнику. Воскресенье Настя бегала по магазинам и подбирала себе одежду. В понедельник она была при полном параде у дверей отделения.

Разговор в кабинете.

-Что у нас по «Обрату»? Доложите кратко.

-Если кратко, то проект застопорился. В теории всё работает. Говорун собрал установку. Но она зависима от артефактов Зоны, а сделать установку только на собственной базе, мы не сможем ближайшие пятьдесят лет.

-Разрешите уточнить. С аномальными веществами установка работает?

-Да, но проект изначально был рассчитан не для этого...

-Хорошо, мы всё поняли. Спасибо, вы можете быть свободны. Что по Говоруну? Он согласен на сотрудничество?

-Он работает на нас, но сотрудничать не желает. Психологи очень тонко рассчитали его мотивацию и только этим мы его и держим. Говорун очень опасен. По заключениям психологов, если у него будет кнопка уничтожающая мир, он нажмёт её, чтобы посмотреть, что будет.

-Разрешите? В последнее время, Говорун стал более... взрослым... не знаю, как ещё сказать. Он уже не взорвёт мир просто так. У него есть, что терять в этом мире.

-Да, его девушка. Я помню ваш доклад. Но она ведь тоже не подчиняется вам?

-Она более контролируема. Плюс к этому, ей есть, что терять. Мы её пальцем не тронем, но её знакомых всегда можем привлечь к ответственности.

-Подставные дела?

-Ни в коем случае! Я ещё не докладывал, но девушка занялась подпольной продажей артефакта Дум-мумиё. Это грязное дело и рано или поздно она вымажется.

-Вы хотите её подставить?

-Вовсе нет. Она сама... Ваша договорённость с Говоруном не будет нарушена. Наоборот. Когда уже будет поздно что-либо предпринимать, мы поможем девушке. Она будет нам благодарна. Её люди будут нам благодарны. Следовательно, Говорун тоже будет нам благодарен.

-Говорун может провести своё расследование.

-Да ради бога. О том, что девушка занялась продажей артефакта, знает только три человека вне этой комнаты. Если их спросят, то они молчать не станут, но повернут всё в нужном нам направлении. Говорун будет работать на нас.

-Пока что, это отдалённая перспектива. Хорошо. Пусть девочка играется. Оставьте мне материал. Я посмотрю. У вас есть какие-либо вопросы?

-Никак нет. Разрешите идти.

-Идите. До свидания. Теперь господа, перейдём к другим вопросам.

Настя проверила, как на ней сидит форма и улыбнулась своему отражению в стекле двери. В отделение зашла весьма решительно. Вооружённая, с бронированным кейсом, пристёгнутым к руке цепочкой, Настя выглядела впечатляюще, а самой себе очень даже нравилась. Двое в холле здания удивлённо посмотрели на неё, но ничего не спросили и не сказали. Настя сделала пару шагов, осмотрелась и сама спросила этих двоих.

-Где дежурный?

-Там, - указал ей один.

Настя повернулась и прошла в небольшой коридорчик, а по нему в помещение дежурного.

-Добрый день, - подошла она к окошку дежурного. - Лейтенант Говорун. Вот моё удостоверение. Прибыла к полковнику Шубину. Где я могу его найти?

-А товарищ полковник ещё не приехал, - сказал дежурный.

-Вы не могли бы набрать его и сказать, что я его жду? И где я могу его подождать?

-На втором этаже, в приёмной, - ответил дежурный на второй вопрос.

-Благодарю, - кивнула Настя и пошла к лестнице.

-Подождите! - крикнул дежурный. - Я сейчас позвоню...

Настя вернулась. Дежурный позвонил. О чем-то недолго переговорил с полковником и повесил трубку.

-Подождите несколько минут, - попросил он.

Настя пожала плечами и осталась стоять. Ждала недолго. Через пару минут в дежурку вбежал молодой лейтенант.

-Здравствуйте! Вы, к товарищу полковнику?

-Да я, но вы не похожи на полковника. Возраст не тот.

-Ну, со временем возраста я прибавлю, - усмехнулся лейтенант.

-Со временем, вы и полковником станете, - в тон ему сказала Настя.

Все рассмеялись. Немного напряжённая атмосфера разрядилась.

-Товарищ полковник ещё не приехал. Просил меня с вами побыть. Ответить на вопросы, показать наше отделение.

-Очень хорошо, - кивнула Настя. - Мне действительно нужно задать несколько вопросов. Если вы на них ответите, то возможно, товарища полковника не придётся беспокоить.

-Вряд ли я отвечу на все вопросы, но спрашивайте. И давайте пройдём в кабинет. Чего нам здесь стоять?

Они прошли в кабинет. Видно было, что кабинет рассчитан на работу троих, но сейчас здесь были только Настя и лейтенант. Настя отказалась от чая и кофе. Не стала рассказывать о поездке сюда, а достала диктофон и начала задавать вопросы.

-Скажите, вы, в общих чертах, знаете, зачем я здесь?

-Не имею понятия, - поднял руки лейтенант. - Просветите?

-Не имею права, - отрезала Настя. - Но вопросы всё равно задам. Я лейтенант Говорун, МОИЗ. Вот мои документы.

-Лейтенант Кудряшов. Документ где-то есть, но я его давно не видел. Зачем так официально? Это допрос? Кстати, ты как давно лейтенанта получила?

-Три недели назад, - проворчала Настя.

-То-то я смотрю, форма новенькая. Ну, и как тебе лейтенантом?

-Не жалуюсь, - ответила Настя. - А форма новенькая потому, что на службе я полевую форму предпочитаю.

-Почему? - удивился лейтенант.

-Привычно, - пожала плечами Настя. - Я погоны в поле зарабатывала.

-А-а-а... Понятно, - протянул лейтенант, хоть было видно, что ему ничего не понятно.

-Про меня мы поговорили, - взяла нить разговора Настя, - давайте о вас поговорим. Вернее, о вашем отделении. Меня интересует то, что один из ваших сотрудников... у одного из ваших сотрудников очень болен ребёнок. Вы что-нибудь об этом знаете?

-А, так это у Назарова. Дочка у него выступала и упала. Травма позвоночника. Ушиб сильный, а потом что-то там образовалось и она теперь ходить не может. Ей надо операцию делать, а потом заново ходить учиться. Назаров всем уже об этом рассказал. Все у нас знают. Он денег искал на операцию, вот и рассказывал всем.

-Понятно, - кивнула Настя. - А он нашёл деньги? Ему их кто-нибудь дал?

-Не, никто не дал.

-А почему? - удивилась Настя. - Он такой плохой человек? Неужели здесь нет никого, кто мог бы ему одолжить денег? Вы могли бы скинуться отделением... Он мог бы кредит взять.

-Кредит, - фыркнул лейтенант. - Да он с этими кредитами, даже со званием пролетел. Сам он человек неплохой. Ему денег бы дали. Но жена у него... Бывшая. Та ещё стерва. Это из-за неё он в кредиты влез. А потом эта история, когда он вовремя кредит отдать не смог...

-Постойте, я не понимаю, - перебила Настя. - Давайте начнём сначала. Скажите, почему он всё ещё даже не капитан? Ведь работает он, без малого, тридцать лет.

-Так я же говорю. Кредит он вовремя не отдал, а банк на него дело завёл. Подал документы в прокуратуру, а тут ему как раз звание получать. И не получил. Ну, а потом ты же знаешь, как бывает. А, ну ты не знаешь. Начал он каждый раз со званием пролетать. Начальство смотрит, ага... Вот была какая-то история, не получил он тогда звание, значит и теперь ему не обломится. Это я придумываю, это не начальство так говорит. Ну и пролетает он... Как фанера над Парижем.

-Да, бывает же такое, - задумчиво сказала Настя.

-И не такое бывает, - отмахнулся лейтенант. - У меня на участке такое случалось... Хочешь расскажу?

-Нет, спасибо. Скажите, а сейчас этот Назаров тоже кредиты не выплачивает?

-Да он всегда всё выплачивает. Горбатится с утра и до ночи, чтобы заработать. Просто жена у него всё тратит. Он ведь нашёл деньги на лечение дочери. Отдал жене, а она себе чего-то там купила. Он её тогда чуть не убил, как говорят. Они, вроде бы, наконец-то порвали все отношения. Вот только денег ему пока опасаются давать. Вдруг снова жене отдаст?

-Ну, не дурак же он? - возмутилась Настя.

-Не дурак, - согласился Кудряшов, - но со своей женой совсем мозги теряет. Любит он её. Или любил? Могу его понять. Дочка у него вся в мать. Просто отпад!

-А он когда последний раз пытался денег собрать? - спросила Настя, уводя разговор от дочек и жён.

-Да недели две назад. Точно не припомню.

-Скажите, а он часто напивается на работе? Ну, или выпивает? Только честно! Мне нужно знать точно.

Лейтенант опустил глаза и посмотрел весьма выразительно. Настя выключила диктофон.

-Он, бывало, выпивал на работе, но только в конце рабочего дня. Напился он всего два раза, но его донесли до дома, и никаких последствий не было.

-Один раз, когда со званием пролетел, - вслух подумала Настя, - а второй... Второй не так давно, когда его дочь травму получила.

-Ну, да, - пожал плечами лейтенант. - Не нужно быть великим детективом, чтобы догадаться. Только не когда его дочь травму получила, а когда его жена деньги на лечение потратила.

-Что ж, это многое объясняет. Скажите, а вы отправляете письма в ведомственные организации?

-Разумеется, отправляем, - удивился Кудряшов.

-Нет, не вы, а... Не организация, а вы лично.

-Я? Ну, иногда отправляю...

-А адреса электронной почты вы где берёте?

-В компьютере. Из переписки.

-А если вам надо отправить письмо туда, куда вы ещё ни разу не писали, и не получали оттуда писем?

-Не знаю, - озадачился Кудряшов. - Найду у кого-нибудь. Или у Леночки спрошу. Она вроде секретаря при Андрее Геннадиевиче. Всеми адресами она ведает.

-А можно с ней поговорить?

-А почему нет? Нам скрывать нечего.

Они прошли в приёмную полковника. Леночка уже была на месте и ответила на Настины вопросы. Список адресов у неё был. Настя проверила список и не нашла того, который искала. Они просмотрели в компьютере и, Настя чуть не задохнулась от неожиданности, этот адрес оказался в списке. Адреса генерала Ерёмина не могло быть в списке адресов, Настя это придумала, но он был. С трудом сохранив спокойствие, Настя с умным видом покивала, как будто ей всё понятно. От расспросов её спас вошедший полковник.

После знакомства и взаимных расшаркиваний, полковник пригласил Настю в кабинет. От чая и кофе Настя отказалась и предпочла сразу приступить к делам.

-Я хотела бы уточнить, что никакого дела нет. Просто служебное расследование, очень даже закрытое. На почту генерала Ерёмина поступило весьма невнятное письмо. Содержание я передавать не буду и копию вам не покажу, уж простите, но поясню, что там писалось о больном ребёнке некоего сотрудника вашего отделения. Никаких фамилий, никаких данных, кроме почтового адреса. Адреса вашего отделения. Мне приказали разобраться.

-Что нужно от меня? - спросил полковник.

-Уже ничего. Ваш сотрудник ответил на все вопросы, а моё расследование завершено. Как я предполагаю, расстроенный болезнью дочери, старший лейтенант Назаров Михаил Александрович позволил себе, после окончания рабочего дня, немного выпить. Потом он написал письмо, вернее не письмо, а... Я не знаю, как назвать... Самое лучшее определение - крик души. Написал на компьютере в вашей приёмной. А потом стал отправлять на все адреса, среди которого оказался и адрес товарища генерала. А может быть, он знал, на какой адрес нужно отправить? Это не важно. Мне главное было узнать, как письмо было отправлено с вашего адреса. Адрес у вас в базе есть, а почему - это не моё дело.

-И никакого расследования? - уточнил полковник.

-Расследование завершено, а бумаг я никаких писать не буду. Нет бумаг, нет и дела.

-Тогда как вы оправдаете свою командировку?

-Вот теперь мы перейдём к другому вопросу. Скажите, товарищ полковник, как вы оцениваете старшего лейтенанта Назарова? Он много лет служит, а до сих пор не генерал.

-Я тоже не генерал, - развёл руками полковник. – Я полковник. И при таком звании сижу на отделении. В нашем городе звания дают, а соответствующих должностей не хватает. А по Мише… Мы с ним вместе начинали. Сначала все думали, что он меня по званиям быстро обгонит, а потом история с кредитами случилась. Вам рассказывали? Так вот... Потом его стали званиями обходить. У начальства он уже был на плохом счету, хоть работал он на износ. Галька у него, жена, всё его сбивала... Всю жизнь ему испоганила. Хоть сейчас он с ней окончательно расстался. Да... Так-то он очень хороший работник. Лучший из лучших.

-Скажите, вы бы поручились за него?

-Раньше да, не сомневайтесь. Сейчас... Знаете, он как-то сломался. Когда его жена деньги на лечение дочери просадила, он как-то... Другим он стал. Вот не могу сказать почему, а другим. Я его хочу отправить на проверку к мозгоправам. Отпуск ему дать, по состоянию здоровья. Вот не знаю почему, а не могу я ему доверять.

-Спасибо за честные ответы, - сказала Настя. - Мы навели справки, составили психологический портрет Назарова. Есть опасения, что, не имея денег, он начнёт брать взятки, а то и что похуже. Скажите, а вы не пытались помочь ему материально.

-Так я же сказал, помогли ему, а его жена все деньги потратила. Больше помощи я ему выбить не смог. Знаю, что он из шкуры вывернется и отдаст, но когда это будет? Поэтому ему никто в долг и не даст. Послушайте, я с вами разоткровенничался, но не кажется ли вам, что мне тоже пора задать вам пару вопросов?

-Да, разумеется. Спрашивайте, товарищ полковник.

-Я представлял вас старше. Как давно вы служите? И сколько вам лет?

-Мне семнадцать, а служу три недели.

-Ничего себе карьера, - удивился полковник, - три недели и лейтенант.

-Пройдите Зону из конца в конец и получите генерала, - рыкнула Настя и сразу извинилась. - Простите, товарищ полковник.

-Ничего, я понимаю. А потом вас взяли на тёплое место при генерале? Я не иронизирую. Просто понять хочу, как так получилось? Адъютант у него с такой же фамилией - совпадение?

-Андрей его сын, - немного сердито ответила Настя. - Намекать на кумовство не стоит. Андрей около года проработал в Зоне, а после ранения был переведён к отцу. Меня тоже после Зоны взяли, но только потому, что девать пока некуда. Начнётся учебный год и меня загонят учиться. Подождите, а откуда вы знаете фамилию Андрея? Вы ему звонили? И, наверное, всё решили по телефону? А надо мной вы сейчас просто смеялись...

-Нет, что вы! - возразил полковник. - Ни в коем случае! Но я ведь должен был проверить вашу личность. Я узнал телефон приёмной генерала по своим каналам и позвонил. Спросил о лейтенанте Говорун. Мне подтвердили, что такая есть. Очень долго выспрашивали, зачем она мне? Я ответил, что если они не знают, то я рассказывать не должен. Немного поругались, и я прервал разговор. Этот Андрей за вас очень переживает. А почему он не в курсе?

-Это моё расследование, - проворчала Настя, испытывая такое облегчение, что чуть не описалась.

-Эх, молодые вы, глупые. Поверьте, от товарищей своё дело скрывать не надо. Кто-то что-то всегда посоветует, или заметит твою ошибку, пока не стало поздно.

-Я это понимаю, но дело поручили мне. Я хочу сделать его хорошо. Скажите, а где сейчас Назаров?

-Работает с жалобами населения. Утром он в поле, а в отделении жалобы принимает с трёх часов.

-Хорошо, - кивнула Настя. - Скажите, а мне вот... Понимаете, генерал прочитал письмо. Он дал приказ помочь. Вы не могли бы обставить всё так, как будто это вы вытребовали для сотрудника артефакт. Поймите правильно, если узнают, что можно написать генералу и получить артефакт, нас письмами завалят.

-А у вас есть артефакт? - удивился полковник.

-Есть, - кивнула Настя. - Вы можете сами отдать его Назарову? Сказать, что это вы вытребовали для него...

-Я понял, - перебил полковник. - Я могу это сделать. Но почему вы сами не можете отдать артефакт?

-Я всего лишь курьер. Гораздо лучше будет, если вы сами отдадите артефакт и произнесёте небольшую речь, чтобы сотрудники знали, что вы о них заботитесь.

-Разумеется, я согласен, - сказал полковник. - Вы сейчас передадите мне артефакт?

-Артефакт я передам вам непосредственно перед тем, как вы отдадите его Назарову. Товарищ полковник, я прошу вас учесть, что попытка похитить артефакт приведёт к вашей смерти.

-А как я его смогу похитить? Впрочем, я вас понимаю. Такие деньги, кого угодно соблазнят. Давайте так, я соберу всех здесь в кабинете. Днём мало народа на месте, так что, поместимся. Маленькая торжественная часть, а потом вы отдадите артефакт Назарову.

-Вы отдадите, - уточнила Настя. - Я буду стоять за дверью и в щёлочку вести съёмку передачи. Давайте согласуем, что и как, чтобы потом не путаться.

В результате всех согласований решили провести передачу артефакта в актовом зале. Там были портьеры, за которыми Настя могла спрятаться так, чтобы её не было видно, а сама она прекрасно видела всё. Когда Назаров пришёл в отделение, его уже ждали. Сбор в актовом зале был событием неординарным, поэтому пришли не только те, кто был на службе, но и специально некоторые пришли, предупреждённые товарищами. В зале было довольно многолюдно. Настя стояла за портьерой, и никто не обращал на неё внимания.

Полковник сразу, как увидел Назарова в дверях, объявил о начале торжественной части, и пригласил виновника торжества подойти к нему. Назаров был удивлён, обескуражен, и подошёл со слегка напряжённой спиной. Полковник пожал ему руку, сказал небольшую речь, о долгой и весьма достойной службе Назарова, отметил его высокую работоспособность и ответственность. Все поаплодировали. Когда полковник объявил, что добился выделения для больной дочери Назарова лечащего артефакта, Назаров впал в состояние шока, а все присутствующие были крайне удивлены. Они снова поаплодировали, но как-то неуверенно. Когда полковник достал из ящика стола и отдал Назарову коробочку с пробиркой, а также инструкцией по применению, в зале повисла гробовая тишина. Никто не мог поверить в происходящее. Полковнику пришлось прерывать паузу и рассказывать о том, как он достал артефакт.

Эту историю они придумали и отрепетировали с Настей. Полковник рассказал, как сочувствовал Назарову, как писал в управление МОИЗ, не слишком надеясь на результат, как оттуда пришёл ответ и как к ним прислали курьера с артефактом. Под конец его рассказа в зале было шумно, все обсуждали и делились между собой мнениями, но окончание рассказа встретили овацией и в едином порыве встали со своих мест. Авторитет полковника, среди подчинённых, взлетел на недосягаемую высоту. Назаров даже прослезился, а когда шёл к выходу, то спотыкался и твердил только: "Спасибо. Спасибо", не находя других слов. Когда он вышел, Настя закончила съёмку, дождалась, пока в зале останется только полковник и вышла из-за портьеры.

-Вы довольны? - спросила она.

-Разумеется! - вскричал полковник. - Спасибо вам огромное! Я только боюсь, что меня теперь засыплют просьбами о том, чтобы я кому-то достал артефакт.

-А вы отвечайте, что пошли на служебное... простите... должностное преступление, чтобы получить артефакт. Я тут проводила расследование. Ваши подчинённые об этом будут знать через пару часов. Намекните им, что вам выговор влепили. Или ещё что...

-Да, я понял вашу мысль. Непременно воспользуюсь. Скажите, а зачем вы переоделись? Вы теперь выглядите, как школьница. И я так понимаю, что вы нас покидаете? Я мог бы приказать отвезти вас на вокзал.

-Благодарю, но нет. Я пройдусь. До поезда на Москву ещё два часа. Я лучше погуляю, чем буду сидеть на вокзале. А переоделась для маскировки. Никто не заподозрит спецкурьера в симпатичной школьнице.

-А зачем вам маскироваться? - удивился Шубин.

-Привычка, - ответила Настя. - До свидания, Андрей Геннадиевич. Позвольте дать вам совет. Отпустите Назарова сегодня до конца дня. Он сейчас в кабинете читает инструкцию по применению препарата, а как дочитает, так по потолку будет бегать, так ему нужно будет бежать к дочери.

-Конечно, я его отпущу! Какой из него работник сегодня? Неужели вы думаете...

-Простите, пожалуйста, - искренне попросила прощения Настя. - Я не должна была... Ваш опыт и ваше знание людей намного больше моих. Ещё раз, до свидания. Разрешите идти?!

-Идите с богом. И огромное вам спасибо.

Настя развернулась и выбежала из актового зала. По лестнице спустилась, чувствуя себя юной школьницей. Миновала холл, выскочила из дверей отделения, вприпрыжку побежала, не разбирая дороги, но сделав пару поворотов, притормозила и стала искать нужное место. Нужное место нашлось не сразу, но через пару кварталов, на углу, Настя увидела ларёк бистро. Достала телефон и набрала Назарова.

-Привет! - сказала она, когда он снял трубку. - Я тебя жду. Нам надо встретиться. У торгового центра на Попова есть ларёк. Жду тебя пятнадцать минут. Если не придёшь, то у меня есть бумага, на которой твоим почерком написано признание в служебном несоответствии. Не придёшь, оно окажется на столе у твоего начальства. Точнее, его копия.

Настя сбросила звонок и стала ждать. Заказала себе перекусить, взяла лимонаду. Заняла самый дальний столик, чтобы разговоры не были слышны повару, а посетителей в кафе не было. Назаров появился, когда она уже расправилась с двумя порциями салата с курицей, называемого шаурмой, и заказала третью. Он вошёл в кафе, осмотрелся, и пошёл к Насте так, как будто собрался её убить, но подойдя, растратил свой пыл и присел за столик напротив неё.

-Чего ты хочешь? - спросил он, без всяких предисловий.

-Заплати за мой обед, - приказала Настя.

Назаров нехорошо на неё посмотрел, но сдержался. Отошёл к стойке и расплатился. Вернулся с чашкой кофе. Сел и принял весьма независимый вид.

-Ну, так чего твоя душенька ещё желает?

-Артефакт получил? - спросила Настя.

-Не дам! - Назаров так схватился за грудь, как будто получил туда пулю и сейчас умирает.

Впрочем, он так побледнел, что Настя испугалась. Вполне могло быть, что он прямо тут получит инфаркт. Настя поспешила его успокоить.

-Да я и не прошу. На вот лучше, посмотри. Знаешь, как на телефоне видео включать? Оно там одно, не ошибёшься. А я пока доем.

Когда Назаров просмотрел запись вручения ему артефакта, он был ошарашен, растерян и потерян.

-Так это что же?.. Это как же?.. - только и смог произнести он.

-Да вот так, - развела руками Настя. - А теперь слушай. Ты теперь весь мой. С потрохами. Ты понял за какую цену я тебя купила? Цена - жизнь твоей дочери. Если ты когда-нибудь, не дай Бог, захочешь предать меня, то твоя дочь умрёт. Такова цена и таковы правила. Ты понял?

-Так это не Андрей? - пролепетал Назаров. - Я думал, это он...

-Нет, не он, - жёстко сказала Настя. - Я и только я. Ты теперь отработаешь мне всё потраченное.

-Хорошо, - взяв себя в руки, твёрдо сказал Назаров, - я отработаю. Что нужно делать?

-Сейчас ты пойдёшь и дашь лекарство своей дочке. Инструкцию помнишь? Сделай всё по инструкции. Растворять вещество лучше в дистиллированной воде, но можно и в обычной. Мгновенного эффекта не жди. Если не поможет, то клади дочь на операцию. На послеоперационный период получишь ещё один грамм. Жди моего звонка. Вопросы?

-Как хоть тебя зовут? А то не знаю, как обращаться.

-А как бы ты меня назвал? - поинтересовалась Настя.

-Выглядишь ты, как девчонка, но когда разговариваешь... Училку в школе напоминаешь.

-Так и зови: "Училка", - кивнула Настя, поднялась и вышла из кафе.

На улице тут же кинулась под колёса какой-то машины. Водитель затормозил, хотел вылезти, чтобы дать Насте по шее, но она сама запрыгнула к нему в машину, поцеловала в щёку и велела ехать. Мужчина был так обескуражен её поведением, что автоматически тронулся с места и только потом сообразил, что что-то не так. Вот только Настя не дала ему до конца прийти в себя и засыпала его словами. Из её потока слов, мужчина с трудом понял, что ей срочно надо ехать, а такси ждать некогда, и она остановила первую же машину, в которой оказался такой замечательный мужчина, который согласился её подвезти. Мужчина с трудом вклинился в этот поток, чтобы спросить, куда Насте надо? Она вновь засыпала его словами, из которых он понял, что ей нужно прямо, а если он свернёт направо, то она сразу же выйдет. Он вновь вклинился в поток слов, сказав, что на площади уйдёт направо. Настя попросила его остановиться и долго благодарила, осыпая комплиментами. Мужчине было приятно и он благодушно ворчал в ответ, что ничего такого он не сделал, а Насте надо быть осторожнее, когда останавливает машину. А то, под машину попасть можно... Настя сказала, что обязательно учтёт его совет, попрощалась и убежала. Через три дня она позвонила Назарову.

-Моя дочь начала ходить, - сказал он, когда они встретились. - Сегодня сама смогла встать, и пошла. Считалось, что ей нужно делать операцию. Ей два прокола делали и ничего. А тут... А если бы ей распилили позвонок, то потом она, без реабилитации, всё равно ходить могла бы с трудом. Я целиком и полностью ваш. Где мне надо подписаться кровью?

-Не шутите так, - поморщилась Настя. - Я вас не буду заставлять что-либо делать. Более того, у вас будет право принимать решения. Вы также сможете влиять на всё, как и я. В той же степени.

-Вы столько на меня потратили. Дело намечается серьёзное. Я с вами, но мне бы хотелось иметь представление...

-Мы будем торговать артефактом Дум-мумиё, - выпалила Настя.

-Поддельным? - удивился Назаров.

-Нет, настоящим. Просто мы будем торговать не по государственной цене, а назначать свою цену.

-В чём подвох? - не понял Назаров.

-Не знаю, - пожала плечами Настя. - Может быть, что подвох будет. Может быть, вам не понравится то, как мы будем торговать. Общие решения принимаю я, а мне плевать на ваше мнение.

-Слушай... те... Училка. Я не могу понять, зачем вы провернули такую операцию по привлечению меня на свою сторону? Вам нужно было только дать объявление, что вы продаёте артефакт и к вам сразу набежала бы куча желающих его купить.

-Купить, - засмеялась Настя. - Скажите, вы действительно так наивны? Забрать у меня всё - будет их единственным желанием! И поймите меня правильно. Я не хочу, чтобы кто-то даже подозревал, что у меня есть артефакт...

-У вас, или... - перебив, многозначительно не закончил мысль Назаров.

-Или, - кивнула Настя. - Я подставилась на вашей проверке. Теперь только "или".

-Простите, но зачем вы меня так проверяли?

-Страховалась, - ответила Настя. - Как видно - зря.

-Вы не скажете, на кого мы теперь работаем?

-Вы работаете на меня. Все приказы получаете от меня. Никаких самостоятельных действий не предпринимаете. Те, на кого мы теперь работаем, будут очень строго контролировать то, что мы делаем. И поверьте, наказать нас за неправильные действия они могут.

-Да, я верю, - кивнул Назаров. - Как вы в такую переделку попали?

-Это не важно. Давайте поговорим о деле. Сейчас я расскажу, как я всё наше дело вижу, а вы будете поправлять меня, если я начну говорить глупости.

Они до конца дня гуляли по парку и разговаривали, обсуждая будущие операции. Настя призналась, что у неё нет команды и нет даже кандидатов. Назаров обещал помочь. Потом обсудили способы связи, обсудили выплаты исполнителям, обсудили варианты получения денег. Обсудили также и варианты побега, если всё станет вдруг очень плохо. Также договорились, что полученные деньги не будут тратить, а сложат в надёжное место, что-то вроде клада, и будут иметь к нему доступ. Настя сказала, что не будет отчитываться перед Назаровым за то, кого она привлекает к операции. Он, в свою очередь, обязан будет проводить подбор исполнителей, но допускать их к работе, только после Настиного одобрения. Назаров не был доволен таким условием, но принял его.

А дальше всё завертелось. Назаров оказался действительно хорошим организатором. Дотошным, учитывающим каждую мелочь, въедливым. Он прорабатывал различные сценарии, подыскивал людей, оборудование. Он даже начал гонять Настю, как девчонку курьера, на что Настя немного обижалась, но не возражала. Несколько сценариев Назаров заставил отработать на холостую. Всё было максимально приближено к реальности, но не было артефакта и денег. Организованные им люди играли друг против друга, но не знали об этом. По результатам игры, Назаров выгнал несколько человек. С другими решил работать, но сначала снова повторил игру и только после этого дал добро на проведение операции.

Именно из-за этих учений Настя и познакомилась с Серёжей. Самым сложновосполнимым материалом были пробирки, в которые надо было поместить артефакт, и шпатели, которыми этот артефакт помещался. Непонятно почему, но стекло постоянно билось в руках исполнителей. Даже пластиковые пробирки умудрялись раздавить. Настя думала купить небьющиеся, но узнала их цену и отказалась. Выследить покупателя, получив в руки такую пробирку, было только делом времени. Частные лица такое не покупали, а украсть было невозможно. Поэтому Насте приходилось изыскивать способы, чтобы достать пробирки и не подставиться.

Девушка, скупающая пробирки по аптекам, неизбежно привлекла бы внимание. Рано или поздно, но на неё обратили бы внимание. Для покупки пробирок другими людьми не хватало времени. Надо было встретиться с человеком, уговорить купить пробирки, придумать историю, объясняющую, зачем они тебе нужны. Это можно было сделать, но у Насти была работа, была личная жизнь, учёба. Она находилась в постоянном цейтноте. У неё просто не было времени.

Контингент людей Назарова был таким, что сунься кто из них в аптеку, или магазин, и купи там пробирки, его запомнили бы надолго, да ещё и друзьям о таком чуде рассказали. Хороших исполнителей надо было ещё подобрать, а Настя спешила. Как раз сейчас умирал мальчишка тринадцати лет, и жить ему оставалось не больше месяца. Вот и приходилось Насте бегать по городу и выдумывать возможности купить пробирки. Она даже придумала способ, но всё упиралось в то, что её запомнят. Настя стояла перед магазином и тихо сатанела от всего этого, когда на глаза ей попался парнишка, лет тринадцати. Настя решила, что он ей подойдёт.

-Эй, мальчик! - позвала она.

Пацан испуганно дёрнулся, но увидев невдалеке от себя милую девушку, тут же надулся важностью и развернулся к Насте с барственной вальяжностью.

-Чёнадо? - процедил он сквозь зубы.

-Здравствуй, - подошла к нему Настя. - Перестань кривляться. Это не делает тебя взрослее, а выглядишь ты глупо.

-Че-во?! - искренне удивился пацан.

-Я говорю, что не стоит изображать из себя того, кем ты не являешься. Выглядит это глупо. Лучше будь самим собой. Обыкновенным мальчишкой.

-Учи-илка... - как-то неуверенно протянул мальчик. - Так надо чё? Или я пошёл?

-Конечно надо, иначе я тебя бы не позвала. Вот только я не уверена, что ты справишься с заданием.

-Так чего делать-то надо? - уже вежливее спросил мальчишка.

-Надо зайти в магазин и купить набор "Юный химик". Это кажется, что просто, но мне нужно, чтобы тебя ни в чём не заподозрили.

-А в чём меня могут заподозрить? - насторожился мальчишка.

-Ну, к примеру. Заходит в магазин весь такой из себя понтовый босяк, кидая на прилавок полтинник, требует себе набор, который ему явно ни на кой чёрт не сдался. Как ты думаешь, что подумают продавщицы?

-А не один ли... - начал мальчишка.

-Не ругайся! - прикрикнула Настя. - Не люблю. Да, можно наплевать на мнение продавщиц, но тогда будь готов к тому, что тебя запомнят ещё лучше. А в криминальных делах лишнее внимание кого-либо - не приветствуется.

-А ты чё, хочешь что-то взорвать? - удивился парнишка.

-Нет, с чего ты так решил?

-Ну... Набор... Химик.

-Что ты? - засмеялась Настя. - Этот набор для такого совсем не предназначен. Ты можешь попробовать изготовить с его помощью взрывчатку, но получишь столь малое количество, что даже на петарду не хватит. На спичку, разве что... Гораздо проще изготовить взрывчатку из бытовой химии, но там совсем другие ёмкости и другие цифры.

-А тогда зачем тебе набор? - снова спросил мальчик.

-А не кажется тебе, что ты слишком много вопросов задаёшь? Может мне поискать кого-то, менее любопытного.

-Ха! - презрительно бросил мальчишка. - Найди! Ты думаешь, что тебе никто вопросов не задаст?

-Тут ты прав. Что ж, было приятно познакомиться. Я сама куплю всё, что мне нужно.

-Э, э, э... Ты погоди. Я же не отказываюсь. А сколько ты заплатишь?

-Набор стоит десятку. Тебе три рубля.

-Фига?! - изумился мальчишка. - Мне пофиг, сколько набор стоит. Мне двадцать за работу.

-За пять минут работы - двадцать! Ах ты, вымогатель! Нет уж! Я сама всё куплю. Десять - много меньше тридцати.

-Чего ты сразу?.. - набычился мальчишка. - Я думал, тебе бабки... э-э-э... не нужны.

-Ну, ты сказал! - засмеялась Настя.

-Нет, я не так хотел сказать. Я думал, что для тебя, что полтинник, что десятка - не деньги.

-А для тебя? - серьёзно спросила Настя. - Ты хочешь по лёгкому денег срубить, а лёгких денег не бывает. Чтобы тебе в картах фарт шёл, надо долго руки разрабатывать, тренироваться. Чтобы быстро подрезать что-то, надо ловким быть и координацию развивать. Чтобы потом соскочить, надо бегом заниматься. Ты когда последний раз бегал? Сколько раз подтягиваешься?

-Да ладно, чо... - засмущался мальчишка. - Я быстрый. И бегаю хорошо. В школе у меня пять по физре.

-Кстати, а почему ты не в школе? - подхватилась Настя.

-Чего, да почему... - проворчал пацан. – Теперь ты много вопросов задаёшь. Мы дело делать будем?

-Будем, - кивнула Настя, - но не так, как ты думаешь. Я дам тебе полтинник, но ты мне его очень старательно отработаешь. А если не отработаешь, то мне плевать. Найду потом другого. А сейчас, начинаем работать.

Прежде чем начать работать, мальчишку пришлось покормить. Он не просил, но с таким голодным взглядом прошёл мимо пирожковой, что Настя тут же предложила зайти и перекусить. Мальчишка гордо отказался, но Настя настояла. В пирожковой они и познакомились окончательно. Мальчишка назвался Серёгой, но Настя тут же начала звать его Серёжа. Он морщился, но не возражал. Оказалось, что живёт Серёжа в неблагополучной семье хоть и близко к центру Рязани. Мать пьёт. Отец недавно вышел и теперь тоже пьёт. Ещё и мать по пьяни поколачивает. В доме никакой еды нет, поэтому Серёже приходится подворовывать, или каким-то образом зарабатывать на еду. Настя была в ужасе от его рассказа и от того, что он живёт с такими родителями, а Сергей их даже оправдывал.

-Ты не думай, мать у меня хорошая. Она меня одна поднимала. Если бы у неё запоев не было, то мы бы совсем хорошо жили. А батя, только после отсидки. С работой плохо. Но как только работу найдёт, так с выпивкой сразу завяжет.

Манерам мальчишку пришлось учить с нуля. Настя объяснила ему правила поведения за столом и потребовала, чтобы он их выполнял. Правила простые, которым учат детей с самого раннего возраста. Сергей сказал, что ему не платят за то, чтобы он выполнял правила. Настя выложила на стол сто рублей. Мальчишка очень удивился, но сто рублей взял. Через минуту он забыл о правилах, и Настя потребовала стольник назад. Сергей посмотрел на неё взглядом побитой собаки, но Настя была непреклонна.

- Я заявила о своём желании видеть, как ты ешь прилично. Ты дружок, заявил о своём желании денег. Я дала тебе деньги - ты взял. Этим ты подписался выполнять то, что нужно мне. Ты не выполнил. Верни деньги.

Сергей сделал попытку сбежать. Когда Настя не стала его ловить, а взялась за свою чашку кофе, он недоумённо посмотрел на неё от выхода. Настя его проигнорировала. Сергей помялся в дверях и вернулся. С невыносимой мукой во взгляде, он выложил на стол деньги. Настя деньги забрала и указала на недоеденное Сергеем. Он сел за стол и начал есть, старательно соблюдая приличия.

-Денег за это всё равно не получишь, - предупредила его Настя. - Хочешь сделать мне приятное - скажу тебе спасибо. На большее не рассчитывай.

Сергей насупился, а потом принялся старательно, напоказ чавкать. Настя только рассмеялась. Сергей смутился и стал есть прилично.

После обеда Настя проинструктировала Сергея и отправила в магазин. Перед продавщицами предстал подросток из бедной семьи, который очень хочет изучать химию, который с трудом накопил денег на набор "Юный химик", а сейчас он тратит эти деньги, понимая, какую ценность он покупает. Одна из продавщиц оказалась толстокожей, а другую проняло. Она не только показала Сергею набор, но и рассказала о каждом реактиве, который в нём есть, и добавила в пустые ячейки коробки ещё пару лишних, которые входили в комплект более дорогого набора. Настя видела всё это, так как стояла за спиной у Сергея. Она не контролировала его специально, но зашла в магазин перед ним. Просто, для моральной поддержки. Слушая продавщицу, она придумала ещё один план.

-Ой, вы так интересно рассказываете, - прервала она продавщицу. - Скажите, а я племяннику подарок хотела купить. Машинку. А как вы думаете, этот набор ему подойдёт?

-Конечно, подойдёт, - включилась в разговор более толстокожая продавщица. - Его очень рекомендуют для детей. Он заставляет их развиваться, увлекаться науками, и поддерживает тягу к учёбе.

Она ещё что-то говорила, а Настя с умилением слушала. Потом она купила набор для племянника, а Сергей купил набор для себя. Настя была довольна. Теперь у неё был небольшой запас шпателей и мензурок, а ещё можно было использовать флаконы для реактивов, предварительно хорошенько их отмыв. Отойдя на приличное расстояние от магазина, Настя и Серёжа встретились, и Настя получила оба набора.

-Хорошо, вот твои деньги, - сказала Настя. - Как ты думаешь, продавщицы тебя запомнили?

-Ну, не знаю. - Сергей замялся. - Наверное, да.

Он ждал, что Настя велит ему уходить и больше не появляться в этом городе, ну, или районе, как минимум, но Настя вновь удивила его.

-Очень хорошо, - сказала Настя. - Ты мне ещё понадобишься. Зачем? Через несколько дней ты придёшь в этот магазин и закажешь кое-что для набора. Скажешь, что потерял, или сломал. Вот тебе денег на пару недель. Через две недели я тебе позвоню. А у тебя телефон есть?

-Нету, - смущённо ответил Сергей.

Насте пришлось купить ему телефон. Потом они просто прогулялись и поговорили. Настя давала Серёже советы, учила его, но не навязывалась, не скатывалась в нравоучения. Когда пришло время расставаться, мальчишка смотрел на неё, как на добрую фею, с немым обожанием. Насте этого было не надо, но она обратила на это внимание слишком поздно. Что с этим делать - она не знала. А если честно признаться самой себе, то что-нибудь придумать можно было, но не хотелось. Восхищение мальчика льстило Настиному самолюбию. Она была довольна собой и немного собой гордилась. Всего за несколько часов знакомства, она стала для ребёнка идеалом женщины. Умная, волевая, властная, успешная. К тому же, не снисходит до сопляка, цедя слова через губу, а разговаривает, как с равным, только меньше знающим. Неудивительно, что когда она вновь позвонила, мальчишка снял трубку мгновенно, как будто ждал звонка.

Сергея она использовала часто, но только для своих собственных дел. Никто о нём не знал, и он тоже никого не знал. Настиных дел он тоже не знал, и знать не хотел. Он встречался с Настей, выполнял работу, получал деньги, и не задавал никаких вопросов. Вот только у них выработалось что-то вроде традиции. Они встречались, гуляли и разговаривали. Или сидели где-нибудь, если погода не позволяла гулять. Настя делилась с ним своим знанием жизни. Всё, чему её учил Говорун, она передавала Серёже. Он слушал её очень внимательно. Иногда спорил и не соглашался, но по большому счёту внимал её мудрости и не возражал.

По Настиному совету он начал бегать. Пытался делать растяжку. Как ни удивительно, он был очень умён. Настя даже подозревала, что намного умнее её. Не учился он просто потому, что не понимал, зачем ему нужна учёба. Когда Настя заинтересовала его учёбой, объяснив, как важно уметь разговаривать с людьми, писать без ошибок, знать алгебру, и уж тем более геометрию, он быстро подтянул свои оценки и вполне мог стать лучшим учеником, но постоянные отлучки из школы по Настиным делам сводили результаты на нет. Настя подумывала о том, что в будущем надо это как-то компенсировать.

В будущем, но не сейчас. Сейчас Настя была в жутком цейтноте. Она спала по четыре часа в сутки и всё равно с трудом всё успевала. Ночью она вставала и бежала на пробежку. Добегала до отделения и открывала дверь своим ключом. Там она мыла лестницы, процедурные и кабинеты врачей. Прямо на отделении принимала душ и бежала в ресторанчик, на завтрак. Она уже сделала корреляцию между количеством потребляемой еды и своей работоспособностью, поэтому ела, как не в себя. Потом она вновь бежала на работу и мыла уже палаты и коридоры. К полудню, или чуть позже, она заканчивала уборку. Далее она встречалась с Назаровым и работала по их общим делам. Обедала в городе и вновь бежала на работу. Там делала небольшую уборку и бежала в ресторанчик на ужин. После ужина возвращалась в общежитие, где занималась мелкими, но необходимыми делами. Около десяти вечера она шла спать.

У Насти появился и круг общения. Как она ни старалась сохранять дистанцию, но девчонки из общежития всё равно разговорили её, вынудив быть откровенной. Настя делилась с ними деталями легенды, ей сочувствовали. Потом сама Настя начала сокращать дистанцию. Света, из соседки по комнате, превратилась в подругу. Насте было тяжело не выболтать ей все свои секреты, но помог опыт Зоны. Она разделила своё сознание, оставив на поверхности Настю, с тяжёлой судьбой, добрую, простодушную, и запрятав глубоко в сознании Асю, коварную, расчётливую, злобную. С девочками в общежитии общалась Настя, а она никаких дел с Асей не имела и ничего про эти дела сказать не могла. Настя этим даже психолога обманула.

По приказу генерала Ерёмина, с психологом она обязана была встречаться регулярно. Единственную поблажку Настя получила в том, что ей теперь не нужно было ездить для этого в Москву. Психолог МОИЗ передал её своему коллеге в Рязани. Коллега прочитал Настино дело и сделал выводы. На встрече с Настей он указал ей, что после Зоны она стала немного асоциальной. Плохо заводит знакомства, не вливается в коллектив на работе. По крайней мере, такое впечатление у него сложилось после просмотра отчёта коллеги. Попросил Настю развеять его сомнения. И Настя полностью его сомнения развеяла.

Она рассказывала о том, как она сейчас хорошо ладит с соседками в общежитии. Как ценят её на работе. А то, что на работе она не общается с коллегами, так только потому, что занята учёбой. У подруг берёт конспекты и учебники и занимается, готовясь поступать в медицинский колледж. Психолог внимательно её выслушал и явно был немного обескуражен. Следующую встречу не назначил, но просил быть на связи. Позвонил и пригласил Настю через два дня подойти к нему. Принял её с коллегой из МОИЗ. Они вместе поговорили с Настей и были поражены. Прогресс был настолько велик, что был невероятен. Проще было предположить, что психолог МОИЗ ошибся, ставя Насте диагноз. А никакой ошибки не было. Просто всё асоциальное забрала себе Ася, а разговаривала с психологами Настя. Обман удался. Настя получила разрешение встречаться с психологом не чаще раза в месяц.

Во всех этих заботах Настя не заметила, как пролетел месяц. Скоро уже был новый год. К праздникам Назаров назначил серию продаж артефактов. Настя уже давно отобрала кандидатов. Мальчик тринадцати лет, девочка восьми, мужчина из соседнего корпуса, а также трое детей, которые полгода назад отправились домой, чтобы не умирать в больничной палате, и до сих пор ещё не умерли.

Настя позвонила им всем. Выслушала о себе много нового. Родственники больных проклинали её за то, что даёт им ложные надежды. Они напрочь не верили, что кто-то готов отдать лекарство от смерти так дёшево. Настя сначала пыталась уверять их, что не врёт, и что лекарство действительно существует, но потом верх взяла Ася и просто говорила всем, что перезвонит ещё раз, скажет, куда приносить деньги и где получить лекарство. Если денег не будет, то и лекарства никто не получит. После этого вешала трубку.

Деньги приносили. И оставляли. Их забирали Настя и Назаров, и проверяли. За три дня они получили миллион. Если вычесть потраченное на обеспечение операции, то чистая прибыль составила восемьсот восемьдесят тысяч. Но для Насти деньги не были главным. Лучшей наградой для неё было то, что она видела с какой радостью люди выходили из палат больных детей. Как матери просто светились неземным светом, глядя на своих поправляющихся детей. Как искренне они благодарили Андрея Борисовича, подозревая его в том, что именно он похлопотал о дешёвом лекарстве. Срывов не было. Все дети уверенно шли на поправку.

Глава 3

После проведённой операции у Насти как-то резко появилось много свободного времени. Назаров приказал затаиться и выждать. Андрей Борисович серьёзно поговорил с Настей и чуть ли не приказал ей не оттирать всё до идеальной чистоты, а просто проводить уборку. Теперь Насте не нужно было прибегать на работу ночью. Она приходила к десяти и за четыре часа производила всю уборку. До вечера у неё было время, но идти ей было некуда, поэтому она пила чай с коллегами по работе, и занималась каким-нибудь из своих дел. Вечером она снова проводила уборку, но справлялась всего за пару часов и шла в общежитие.

Такой темп жизни не устраивал Настю. Ей хотелось движения. Организм требовал сжигать полученные калории. Настя подумала и пошла туда, где когда-то занималась танцами. Там, в разных залах, занимались не только танцами, но и шейпингом, йогой, рукопашным боем. Настя как-то видела тренировки рукопашников, и решила, что для неё это будет самое то. Силовые комплексы и растяжка, а выносливость она и так имеет неплохую. Настя так задумалась о том, как будет тренироваться, что не заметила, как по привычке зашла в зал, где много лет занималась танцами. Как назло, именно сейчас там занималась её группа.

-Настя?! - ахнула Катька.

-Катька?! - в тон ей ответила Настя.

-Ты откуда? - задала Катя глупый вопрос.

-Оттуда, - указала на дверь Настя. - А ты откуда?

-Так, ну-ка прекратите! - вмешалась Екатерина Павловна. - Катя, отрабатывай движения! Антон, помоги ей. Настя, сядь у стенки и жди.

Настя повиновалась быстрее, чем успела понять, что Екатерина Павловна больше не её учитель. А когда села, глупо было вскакивать и убегать, или вскакивать, а потом стоять и смотреть. Настя осталась сидеть и наблюдала за занимающимися. Многие смотрели на неё с любопытством. Кто-то презрительно не замечал. Катька была откровенно рада, как и Славик, но большинство смотрело с каким-то злорадством. Настя задумалась, не понимая причины злорадства. Пыталась понять, в чём дело? Ничего не поняла, но паранойю включать не стала. Не видела здесь для себя никакой опасности.

Минут через пятнадцать занятия окончились. Катька тут же подбежала к Насте, но Екатерина Павловна отправила её переодеваться, а Насте велела остаться. Когда вышел последний человек, Павловна закрыла двери зала и повернулась к Насте. Настя уже поняла, что её ждёт разговор, поэтому поднялась и ждала от Павловны указаний. Балерина махнула ей рукой, показывая, чтобы садилась обратно. Прошла, взяла стул и села напротив Насти. Получилось, что она нависла над Настей, ведь Настя сидела на низкой скамейке. Раньше Настя приняла бы такое с покорностью, но сейчас, почувствовав вызов, она только усмехнулась. Балерина её не пугала.

-Скольких ты убила? - спросила вдруг Балерина.

-Шестерых - точно, - ответила Настя. - А ты?

-Зачем ты сюда пришла? - проигнорировала вопрос Балерина.

-Заниматься.

-Да? - удивилась Павловна. - Не натанцевалась ещё?

-Нет, танцевать мне всегда нравилось, - ответила Настя.

-Что ж... Я тебя к себе в группу не возьму. Мне тебя поставить не с кем. Про Славика даже не вспоминай. Он теперь с тобой танцевать никак не сможет. Ты его вести будешь. Если хочешь участвовать в конкурсах, то я тебе в пару поставлю Арлина. Ты его придерживать будешь, а он тебя подогревать. Можете сработаться.

-С этим павлином?! - возмутилась Настя. - Да он придурок, каких поискать! А его придурочная мамаша? Одно только имя - Арлин, всё о её умственных способностях расскажет. И сынок весь в неё. Кстати, я его здесь не видела. Он ваши занятия стал пропускать?

-Выгнала я его, - призналась Балерина. - И его, и его мамашу. Он вернуться хочет, но пару ему не подобрать. Он всех девчонок мне перессорил. Устроил тут мексиканские страсти. Кобель малолетний.

-И вы его ко мне в пару определить хотите? И зачем, если выгнали, обратно хотите взять?

-Так он звезда. Что бы ни было, а танцует он великолепно. Красив, поганец. Вполне может первые места брать на конкурсах. Вот только с партнёршей ему сложно. Все писюхи текут, как только он на них посмотрит, а он этим пользуется. Ему нужна серьёзная женщина, а у меня таких нет. Не было, пока ты не появилась.

-А я серьёзная? - удивилась Настя.

-Если ты умудрилась из заграничного борделя сбежать и сюда вернуться, значит, характер у тебя есть. Если ты при этом шестерых убила, то сомневаться в этом не приходится.

-А откуда вы знаете про бордель и всё остальное? - спросила Настя.

-Про бордель Катя сказала. Откуда она знает - я не знаю. А всё остальное... Я когда-то тоже так из дома сбежала. С любимым... А потом сюда вернулась, двоих убив. Поэтому знаю.

-А то, что вы балериной были - правда? - спросила Настя.

-Нет, но я не препятствую этим слухам. Они хорошо скрывают правду. А правда в том, что я почти восемь лет была шлюхой в борделе.

-Я бы не выдержала, - призналась Настя. - Хотя, я даже не знаю. Может быть и... Нет. Скорее покончила с собой.

-Я пыталась, - призналась Павловна, - откачали. Дважды. Если бы у меня что-то режущее было...

Они помолчали, думая каждая о своём.

-Так как насчёт пары с Арлином? - прервала молчание Павловна.

-Нет, ни в коем случае. Если я захочу потанцевать, то только не с ним. Я же его прибью почти сразу.

-Если немного прибьёшь, то ему это только на пользу пойдёт, - заметила Балерина.

-Я его окончательно прибью. Он у меня раздражение вызывал и раньше. Теперь я не стараюсь сдерживаться. Он ко мне между ног полезет, и я его кончу.

-У меня нет для тебя пары, - повторила Балерина. - Может быть, попробуешь сдерживаться. Если его обломаешь, то прекрасная пара получится. Все конкурсы ваши.

-Я сюда не за этим пришла. Мне надо было в другой зал. Там рукопашный бой. Я к ним хочу.

-Там такие нагрузки, что не каждый мужик выдержит. Две девки, что там занимаются... Я как-то с ними поговорила. Они, как мужики. Не ходи ты к ним. Иди лучше в группу Барсика, на шейпинг. Он бывший десантник. Если попросишь, он тебя подучит.

-Подрючит, - передразнила Настя. - Он со всеми своими ученицами переспал, или только с половиной?

-Если не захочешь, он к тебе не полезет. У него таких, как ты... Только свистни, любая ножки раздвинет. А чему-нибудь он тебя может научить.

-Как ножки раздвигать? - наивно хлопая глазками, поинтересовалась Настя. - И я хочу научиться, а не подучиться. А для этого мне нужны постоянные занятия с профессионалом.

-Смотри сама. Только учти, тренер там псих. Он своих учеников просто уничтожает морально. Они у него в роботов превращаются.

-Посмотрю, - кивнула Настя, - спасибо за совет. Что ж, до свидания.

-Да, ещё один совет, - спохватилась Балерина. - С Катькой держи дистанцию. Она, вроде как, в неприятности влипла. Как бы тебя тоже не затащила. До свидания, Настя. Если надумаешь насчёт пары, то приходи.

-Я подумаю, - кивнула Настя.

Она вышла из зала. За дверью её поджидала Катька и стайка любопытных девиц, которые делали вид, что стоят просто так. Парни сделали умнее. Один стоял на стрёме, и когда свистнул, из раздевалки вышли все. Настю должны были засыпать вопросами, но Катька отстояла своё право задавать вопросы единолично, не подпустив к ней парней.

-Настя, привет,- зачастила она. - А я всё думала, почему тебя нет? А твоя тётка меня обругала. Я пришла, чтобы сказать, что ты нашлась, а она меня обругала и сказала, что ты её не интересуешь, и где ты - её тоже не интересует. А ты когда вернулась? А, правда, что тебя в бордель продали?

-Стоп! - прервала её Настя. - Откуда информация о борделе?

-Ой, ты знаешь, - немного испугалась Катька, - я тебе потом расскажу.

-И я тебе потом расскажу, - сделав такие же испуганные глаза, сказала Настя. - Иди, переодевайся.

Они рассмеялись. Парни вокруг разочарованно забурчали. Они надеялись на подробности. Кто-то даже попытался подойти к Насте и самостоятельно расспросить её, но наткнулся на Настин взгляд и предпочёл отойти. Больше желающих не было. Парни вернулись в раздевалку. Девицы, одарив Настю презрительными взглядами, тоже ушли переодеваться.

-Интересно, - громко, напоказ, произнесла заводила Ланка, - а её возьмут в группу? Заниматься со всякой швалью. Если её возьмут, то я точно уйду!

Настя промолчала, но вспомнила о том, что она всегда может купить Ланку и обрить налысо. Как бы Ланка ни строила из себя царственную особу, но Настя хорошо её знала. Она даже могла прикинуть цену, за которую Ланка продастся. Ожидая Катьку, Настя прикидывала, в какой ситуации, за какую цену продастся Ланка. Если всё будет в порядке, то купить её можно будет, только за новую квартиру. Если её жизненные условия изменятся, то она и за меньшее готова будет отдаться. А в совсем плохой ситуации будет торговать собой направо и налево. То-то она так старательно Настю осуждает. По себе судит.

Из раздевалки вышел Славик. Они обнялись. Славик так и остался смущающимся мальчишкой. Ему было очень интересно послушать о Настиных приключениях, но он корректно не стал задавать вопросов, а заговорил на нейтральную тему. Они разговорились. Настя рассказала, что сейчас работает в больнице, а на следующий год собирается поступать в медицинский колледж. Славик поступил на филологический факультет в институт имени Есенина. Признался, что старался не поступить, но там работает его мама. Она его протащила.

Оказалось, что Славик хотел в армию. Ему обрыдло существование под мамочкиным крылом и он хотел резких перемен в жизни. Настя подумала о том, что для Славика армия была бы очень полезна. С физической подготовкой у него очень неплохо, а в армии он вполне мог немного загрубить свой мягкий характер. Живя с немного деспотичной мамочкой, он привык к дисциплине и выполнению приказов. Год службы очень бы ему пригодился. Об этом она Славику и сказала. Славик был с ней согласен, но возражать маме пока не мог. Он приводил Насте доводы, которые сводились только к одному: у меня нет денег.

-А если бы у тебя были деньги? - спросила Настя. - Ты бы стал жить самостоятельно?

Славик только скуксился. Судя по гримасе, он готов был сбежать хоть прямо сейчас, но зачем мечтать о несбыточном? Настя взяла это на заметку.

В отличие от Славика, Катька, вылетев из раздевалки, засыпала Настю вопросами. Ей хотелось знать всё. Она готова была слушать прямо здесь, но Настя предложила зайти в кафе и там поговорить. В кафе Настя сделала заказ за всех. Катька призналась, что денег у неё нет, а у Славика денег никогда не было. Он хотел уйти, но Настя настояла на том, чтобы он остался. Легенду рассказывать не хотелось, но пришлось. Настя в который раз повторила, как её увёз Костя, как потом продал её, и как она выбиралась из стрипклуба, по дороге выйдя замуж.

Славик выслушал внимательно и без комментариев, а вот Катька так не могла. Она переспрашивала, перебивала, давала свои комментарии. Под конец рассказа вновь хотела засыпать Настю вопросами, но при Славике сдержалась. Вопросы, скорее всего, касались интимной части жизни Насти и Говоруна. Насте хотелось рассказать, поделиться с подругой, но она понимала, что всё здесь сказанное через месяц будут знать все, кому надо и не надо. Катька совершенно не умеет держать язык за зубами. А уж если напьётся, то выбалтывает все тайны. И свои, и чужие.

-Знаешь, - задумчиво сказала Катька, - а я всегда знала, что твой Костик козёл. Я хотела тебе сказать, но думала, что ты сама поймёшь. А потом ты пропала. Твоя мама приходила и искала тебя. Мы про тебя ничего не знали. А потом, когда ты мне написала, я к тебе пошла, чтобы твоей маме сказать, что ты нашлась, а там твоя тётка. Ты же знаешь, как она ко мне относится. Я и не ожидала от неё большой любви, но когда я сказала, что ты нашлась, она меня чуть с лестницы не спустила. Орала, что ты умерла, и тебя для неё больше нет. А твою маму я так и не увидела.

-Мама умерла, - дрогнувшим голосом сказала Настя. - Скоро сорок дней. Кстати, вы же её знали. Приходите.

-Как, умерла? - ошарашено спросил Славик.

-За две недели до того, как я вернулась, - пояснила Настя. - Сердце не выдержало. Тётка в её смерти меня винит. Вот и не хочет видеть.

-Подожди, а как же ты? - удивилась Катька. - Где ты сейчас?

-Живу в общежитии медицинского колледжа. Работаю в онкологическом центре, уборщицей.

-И сколько платят? - сразу спросила практичная Катька.

-Восемь тысяч получаю на руки. Но зато жильё и питание бесплатно.

-Не густо. Слушай, у меня к тебе дело есть. Заработаешь. Потом поговорим.

Катька выразительно покосилась на Славика.

-Потом, так потом, - пожала плечами Настя. - Мне идти надо. Я сюда пришла не только с вами встретиться. Я хочу заниматься на курсах самообороны. По расписанию у них как раз сейчас занятия начинаются.

-Ой, мне тоже идти надо, - подхватился Славик. - Меня мама просила её встретить. Она сейчас еле ходит. У неё нога болит... Ладно, потом расскажу. Настя, ты мой телефон помнишь? Нет? Ну, запиши. Давай созвонимся потом. Только звони мне после двух, когда у меня занятия заканчиваются. Всё, я побежал, до свидания.

-Ой, мне тоже надо бежать, - подхватилась Катька. - Давай созвонимся на днях. Дело у меня к тебе. Денег заработать можно. Потом расскажу. Всё, покедова.

Настя осталась за столом одна. Немного посидела и подумала, а потом встала и отправилась в зал, где занимались рукопашным боем. Подумать ей было о чём. С Катей они не были очень уж близки. У Кати были и более близкие подруги. Почему же она не предложила денежное дело им? Зачем ей нужна была Настя? Очень похоже было, что Катька планирует подставить Настю вместо себя. Интересно было, во что она вляпалась, но Настя приняла решение. Если Катька не расскажет всё с подробностями, то она откажется наотрез. Соглашаться на что-то, не зная на что, ей больше не хотелось.

В зале рукопашного боя было шумно. Полтора десятка парней и две девушки бегали, прыгали, подтягивались и отжимались. Все были в кимоно с белыми поясами. Самым сильным источником шума был толстый, низкорослый, бородатый мужик, который носился по залу и орал на всех.

-Выше! Выше ногу! Резче работай! Удар! Удар проводи, а не ногой махай! Вова, ещё пятьдесят отжиманий! Коля, не сачкуй! Тебе ещё двадцать подходов! Лена, это не кувырок! Это перекатывание дохлой беременной крысы! Резче работай! Все резче работайте!!! Что вы, как дохлые тараканы?! Додик, дохлые тараканы двигаются быстрее тебя! Ускоряйся! Ускоряйся!

Он заметил Настю и каким-то образом почти мгновенно оказался около неё.

-Чего надо?!

-Заниматься, - ответила Настя.

Мужик пальцем указал ей на несколько куч одежды, сложенных в углу на скамейке. Настя не поняла, но он уже потерял к ней интерес и двигался по залу, раздавая указания. Настя подошла к куче одежды. Здесь, скорее всего, были вещи занимающихся. Настя скинула куртку, кофту, сняла обувь и застопорилась. Она рассчитывала сегодня договориться, а заниматься в другой день, поэтому пришла даже не в камуфляже, а в обычной одежде. Заниматься в ней она никак не могла. Настина растерянность длилась недолго. Она увидела, что мужик идёт к ней и несёт ещё одно кимоно. Он подошёл и кинул кимоно ей в руки.

-Кимоно одевай на голое тело. Если после занятий ты будешь интересовать парней в сексуальном плане - значит, я их мало гонял.

Проворчав это, он вновь пошёл по залу, раздавая указания. Настя пожала плечами, быстро разделась и надела кимоно. Как ни странно, оно оказалось ей почти впору. Настя только успела завязать пояс, как над ухом у неё взревело:

-Не спать! Не спать! Работаем! Бегом! Бегом! Десять кругов по залу!

К концу тренировки Настя чувствовала, что устала физически. За последний месяц она часто выматывалась морально, но физической усталости не ощущала, а тут она чувствовала, как ноют мышцы, как болят суставы. Да и состояние было такое, что хотелось прилечь. Она такое уже ощущала, после тренировок с Говоруном, хоть там эти ощущения были намного сильнее.

Оказалось, что конец тренировки, ещё не означает конец занятий. Теперь парни и девушки начали отрабатывать удары и захваты в спаррингах. При этом у них не было ни перчаток, ни шлемов, а удары они наносили резко и сильно. Пары у Насти не было. Был один лишний парень, но он примкнул к паре других, и они дрались втроём. Настю учитель поставил в спарринг с собой. Как он объяснил, дозволялось всё. Настя просто должна была победить. Сначала Настя робела, а потом поняла, что причинить вред учителю - очень непросто, и перестала сдерживаться.

Если она когда-то думала, что против Говоруна у неё нет никаких шансов, то она ошибалась. Говорун был с ней, хотя бы приблизительно, в одной весовой категории. Против этого толстячка у Насти не было даже призрачной надежды на победу. Он был массивен, но при этом невероятно быстр. Силён как медведь, а может быть и сильнее. Настю о легко подкидывал вверх одной рукой. Легко справляясь, завязывал её конечности в узел. Как бы Настя не сопротивлялась, но если она попадала в захват, выбраться она не могла.

Она разозлилась. С холодной отрешённостью начала атаковать и отскакивать, пытаясь нанести удар и не попасться. Пыталась делать подсечки, бить по слабым точкам и выбивать суставы. Всё было бесполезно. Когда в очередной раз они вошли в клинч, а учитель, засмеявшись, сунул руку Насте между ног, Настя впала в холодную ярость. Она сумела вывернуться из его объятий и разорвала дистанцию. Затем повернулась и атаковала. Разумеется, всё было бесполезно, и через пару секунд Настя уже шипела от боли в вывернутой руке, скорчившись в три погибели. Дальше должен был последовать пинок, после которого Настя должна была оказаться на полу, но Настя изменила сценарий. Она выпрямилась, ломая себе сустав и всю боль, от которой потемнело в глазах, всю злобу, она вложила в один удар ногой.

Этот удар она придумала и подготовила за те мгновения, когда он заламывал ей руку. Выломав себе сустав, она выпрямилась, а потом повисла на руке, закидывая и распрямляя ногу. Используя руку, как рычаг, она распрямила ногу и со всей силы лягнула его пяткой куда-то в район головы. Она не видела куда. От боли в глазах потемнело, затошнило. Она только почувствовала, как её стопа попала куда-то, а потом, что падает. На пол она рухнула почти без сознания. Попыталась встать, но не смогла. Левую руку она просто не чувствовала, а правая почему-то тоже подламывалась. Настя попыталась повернуться, чтобы встретить напавшего ударом ног, но задела плечо и боль перерубила сознание.

Настя пожалела, что очнулась буквально через несколько секунд. Пять человек зажали её на полу, в зубы ей сунули кусок ткани, а учитель ощупывал её плечо, не особенно церемонясь. Потом он как-то нажал и дёрнул Настину руку. Настя взвыла, но поняла, что начала руку чувствовать. Тут же все отодвинулись от неё, оставив на полу приходить в себя. Настя с трудом встала и осмотрелась.

После спарринга у многих парней носы были разбиты. У кого-то оттопыривалось, наливаясь кровью, ухо. Кто-то потирал грудь и бока. Девушки выглядели приличнее, но тоже было видно, что не просто так стояли. Тренер ходил перед ними, тыкал в каждого пальцем и разбирал его ошибки. Когда закончил со всеми, повернулся к Насте и ткнул в неё пальцем.

-Ты! Подойди!

Настя встала и подошла.

-Хочешь с нами заниматься?

Настя кивнула.

-Как тебя зовут?

-Настя.

-Все слышали? - обвёл строгим взглядом всех присутствующих учитель. - Её зовут Настя! Всем всё понятно?! Занятие окончено. Девочки, помогите новенькой.

Девушки подошли к Насте и хотели взять под руки, но Настя отказалась от помощи. Вполне могла дойти сама. Около скамейки с одеждой было не протолкнуться, но девушкам освободили место. Парни переодевались и не вызывали у Насти никаких эмоций. На девушек парни тоже не обращали внимания. Они не переговаривались, не перешучивались, не подначивали друг друга. Видно было, что вымотаны до крайности. Девушки тоже никак на парней не реагировали. Переодевались, как будто так и надо. Настя чуть-чуть задержалась с переодеванием. Рука болела, и она прощупывала её, гадая, сможет ли одеться без боли. Переодевшиеся девушки помогли ей. Если бы не их помощь, то боли было бы не избежать. Рука у Насти не поднималась. Они последними покинули зал, и вышли из спортивного комплекса на улицу.

-Я Лена, - сказала одна из девушек.

-Ксюша, - представилась вторая.

-Моё имя вы слышали, но на всякий случай... Я Настя.

-Злая ты Настя, - сказала вдруг Ксюша.

-Почему? - удивилась Настя.

-Если себя не жалеешь, значит и других жалеть не будешь.

-Ничего это не значит, - вмешалась Лена. - Если бы она злой была, то Егор Владимирович её бы ни за что не взял. Как тебе первое занятие?

-А у вас всегда так? - спросила Настя.

-Нет, руки ломают редко, - ответила Лена. - Чаще всего носы разбивают. У нас спарринги проходят без защитных средств, чтобы лучше понимать, чем грозит удар. Бить только надо расслабленной конечностью, чтобы травм не нанести. Ты не ответила, тебе занятие понравилось?

-Тренировки очень понравились, а вот спарринги...

-Ты не каждый раз с учителем драться будешь. Тебя с кем-то из нас будут ставить. Потом приноровишься, без проблем будешь спарринговать. У нас уговор, по лицу не бить. Ну, только нас, а парней можно бить куда угодно. И все бои у нас без правил. Как в жизни. Какие-нибудь гопники не будут с тобой по правилам драться. Вот и у нас также.

-Я там кимоно оставила... - вспомнила Настя.

-Не волнуйся. На каждое занятие выдадут новое. Егор Владимирович их за свой счёт выдаёт и стирает.

-Я не спросила о цене за занятие, - вновь вспомнила Настя.

-Всё бесплатно. Егор Владимирович зал оплачивает и кимоно выдаёт за свой счёт. Только приходи и занимайся.

-Тогда бы все ходили, - усомнилась Настя.

Девушки рассмеялись.

-Да кто такое выдержит?! - сказала Ксюша. - Сюда приходят некоторые... Уползают посреди первого занятия и больше не возвращаются. Ты первая за... Ленка, за сколько?

-Весной Паша пришёл, - подсказала Лена.

-Точно! Прошлой весной у нас пришёл Паша, а потом никого не было. Нас тут за психов держат. Особенно после того, как парни троих в больницу отправили. Ты первая за год, кто к нам пришёл. И первая, кто тренировку выдержал и спарринг провёл. Да ещё и Егору Владимировичу по морде дал. Слушай, а я ведь тебя видела здесь. Ты вроде где-то занималась?

-На танцах, - подтвердила Настя. - Про вас слышала, но не такие ужасы. Говорили, что у вас тренировки зверские. Я убедилась, что это правда.

-То ли ещё будет, - фыркнула Ксюша. - Ты как, придёшь ещё раз?

-Приду обязательно, - кивнула Настя. - А когда следующая тренировка?

-Послезавтра, в девятнадцать тридцать. Не опаздывай. Да, у Ленки машина. Давай, мы тебя подвезём.

-Не надо, - отмахнулась Настя, - я пройдусь.

-А ты где раньше занималась, кроме танцев? - спросила Лена. - Я после первой тренировки пластом лежала.

-Меня муж тренировал. Но сейчас он в командировке, а я не хочу форму терять. Кстати, я после первой тренировки с ним, неделю, как зомби ходила. А может быть, дольше. Я не помню.

Девушки рассмеялись и распрощались с Настей. Сели в машину и уехали, а Настя отправилась пешком в общежитие. Рука висела плетью и с трудом сгибалась. Плечо болело, но боль была не острой, поэтому беспокоиться не стоило. Всё тело ныло, а связки и суставы особенно. Настя без проблем добралась до общежития, а там у неё появились проблемы.

Настя с трудом двигалась и старалась не делать резких движений. Это было замечено, и Насте устроили допрос. Подруги никак не могли поверить, что Настю не избили на улице. Плечо стало отекать и синеть, что только подтверждало эту версию. То, что Настя всё отрицает, только всё усугубило. Все решили, что она покрывает кого-то знакомого, избившего её, а то и изнасиловавшего. Добрая девочка Марина была паникёршей. Она сбегала к коменданту и неизвестно, что там наговорила. В результате комендант явилась с охранником общежития, вызвала скорую, и ультиматумом потребовала, чтобы Настя сказала, кто её избил, и написала заявление к приходу полиции.

Настя была в ужасе от происходящего. Ей совсем не нужно было, чтобы ею заинтересовалась полиция, но комендант была неумолима. Настя с трудом смогла убежать в туалет с телефоном и там, позвонив Назарову, быстро обрисовала ему ситуацию. Назаров посмеялся и дал парочку советов. Когда приехал дежурный наряд, Настя была готова.

Она рассказала полиции, как на неё напали трое, как она от них убегала, упала и повредила руку. Троих хулиганов спугнули прохожие и на этом всё кончилось. Заявление она писать не будет, претензий ни к кому не имеет. Троих она не разглядела, опознать не сможет. Даже не уверена, что гнались именно за ней. Возможно, что ей это всё показалось. Полицейским совсем не хотелось искать трёх несуществующих грабителей, поэтому они быстро ретировались, несмотря на все протесты коменданта. Настя этому только порадовалась.

От врачей скорой так просто отделаться не удалось. Немолодая тётка, напрочь не поверила в Настин рассказ. Она быстро доказала, что руку вывернули, а потом выбили сустав. Причём доказала при куче народа. Всех девчонок общежития пригласив посмотреть, как будущих медиков. У Насти диагностировали серьёзный вывих со смещением, а также растяжение связок и возможно, их разрыв. Предложили госпитализацию, но Настя отказалась. Никакие требования коменданта и уговоры врача не подействовали. Настя не поехала в больницу. Врачи уехали, на прощание, пожелав Насте скорейшего выздоровления, и ехидно добавив, что они скоро встретятся.

Что они имели в виду, Настя поняла утром. Плечо опухло и болело. Рука работала, но была, как не своя. Настя всё же не пошла к врачу, а вышла на работу. Там заметили её состояние, потребовали показать, а потом чуть не прибили за то, что с такой травмой она работает, а не лежит в кровати. Настю тут же отправили на рентген, назначили физиотерапию, сделали повязку и отправили домой. Настя домой не пошла. Принципиально домыла полы в отделении. Как ни странно, но к вечеру она чувствовала себя намного лучше. На следующий день Настя также вышла на работу, а вечером была в спортзале и переодевалась на тренировку.

Вновь пошёл размеренный ритм жизни. Настя не послушалась Назарова и организовала ещё одну продажу. Мужчина был отцом двоих детей, и Насте стало его жалко. Она без труда узнала телефон и позвонила. Через три дня она получила деньги, а мужчина лекарство. Назаров был против, но Настя настояла. В обеспечение операции она привлекла Серёжу. Он был ею загримирован и передал женщине лекарство. Деньги Настя ему ещё не доверяла.

Можно было подивиться, как разрастаются слухи. Буквально через три дня на отделение пришёл мужчина и попросил Андрея Борисовича на пару слов. Оказалось, что уже пошёл слух о том, что если поговорить с врачом на этом отделении, то потом тебе позвонят и предложат лекарство. Мужчине нужно было это лекарство не для себя. Его отец сбил мотоциклиста. Парень сам был виноват, но и вину отца никто не отрицает. Теперь мужчина хотел загладить вину отца, купив парню лекарство, которое может поставить его на ноги.

Андрей Борисович мужчину прогнал. Он не торговал сомнительным лекарством, и не знал, кому надо позвонить, чтобы лекарство достать. Однако мужчина ушёл, громко крича, что готов купить лекарство за миллион. Все посчитали его сумасшедшим, но только не Настя. Она очень насторожилась. Всё это походило на проверку, или ловушку от спецслужб. Генерал Ерёмин предупредил Настю, что он знает о её попытках торговать артефактом, и если что-то случится, то поможет, но больше об этом не знает никто, в том числе и МОИЗ в Рязани. Они вполне могут начать ловить Настю.

Жизнь снова заиграла красками. Снова надо было бегать, согласовывать, проверять. Назаров ворчал, но работал дотошно. Его люди взяли мужчину под наблюдение. Никаких контактов с органами правопорядка не выявили, но это ничего не значило. Настя же зашла с другой стороны и выяснила, что могла, о сбитом парне. Всё указывало на то, что мужчина не соврал, но парень не умирал, поэтому Настя отказалась предоставить ему артефакт, хоть на будущее взяла его на заметку.

Со всей беготнёй как-то буднично отметили сороковины. Посидели с Верой Алексеевной, Колей, маминой подругой с работы, да ещё и Катька со Славиком пришли. Съездили на кладбище. Жена смотрителя кладбища не соврала и честно отрабатывала полученные пять тысяч. К могиле был расчищен проход, а в снегу стояли свежие цветы. Потом посидели, помянули маму и разошлись. Катька всё пыталась остаться с Настей наедине, но Насте не нужны были её сомнительные афёры и она избегала Катю. Тем более что ей, как главному лицу на поминках, достаточно просто было это сделать.

Организовалась ещё одна продажа. Привезли мальчика на операцию. Шансов было мало. Ребёнок был истощён болезнью. Настя позвонила родителям и предложила повысить шансы. Ребёнок был благополучно прооперирован, и Настя снова получила деньги. Но на этом этапе выяснилась одна деталь. Если один грамм поделить на несколько мелких крошек, или просто ткнуть шпателем в массу, а потом поболтать им в воде, то даже в таких количествах дум-мумиё будет действовать.

Узнали это случайно. Андрей Борисович сомневался, что слабая иммунная система ребёнка, получив пинка и начав работать, не перегорит от такого напряжения. Он так напугал родителей, что они чуть не отказались от применения артефакта. Однако, Андрей Борисович и сам понимал, что без сильной иммунной системы, шансов у мальчика при операции, или после неё - нет. Он и предложил попробовать давать артефакт по крошке. Результат не заставил себя ждать. На операцию мальчик отправился со здоровым румянцем. Операцию перенёс без проблем, а послеоперационный период сократился до двух дней, после которых ребёнка было не удержать в кровати. Джин вылез из бутылки. О том, что в больнице торгуют артефактами Зоны, заговорил весь город.

Если твой друг приходит к тебе в гости - ты радуешься. Если твой друг приходит к тебе с официальным поводом, то тут всё зависит от ситуации. Андрей догадывался, по какому поводу пришёл к нему Женька, но всё равно был рад. Женька не стал начинать разговор с порога. Они прошли на кухню, сели и налили по стопочке. Потом налили ещё. Андрей, как радушный хозяин, организовал горячую закуску. Вспомнили школу, вспомнили своих школьных подруг. Поговорили о том, что оба ещё холостяки. Осудили за это баб, и выпили за них. К тому, зачем пришёл, Женька приступил, когда они открыли вторую бутылку.

-Андрей, ты знаешь, где я работаю?

-Знаю. И знаю, о чём ты меня спросишь. Нет, это не я.

-А кто?

-Я не знаю, - развёл руками Андрей. - А знал бы, так не сказал.

-А почему? - удивился Женька.

-А потому, что если кто-то там, в Москве, дознается, что тут у кого-то артефакты есть, то себе заберёт, а людям ничего не достанется. А ты зайди ко мне на отделение, посмотри в глаза больным детям, а потом скажи им, что ты хочешь у них последнюю надежду отнять.

-Последнюю надежду... За такие бешенные деньги?..

-Не такие уж бешенные. Кредиты, продажа имущества. Люди покупают жизнь, а её деньгами не меряют. А самое главное, что ещё ни разу покупателей не обманули. Да таким продавцам памятник при жизни надо ставить. А вы их ловить и за решётку... Жень, тебе самому не стыдно?

-Я тебя услышал, а теперь послушай меня. У нас приказ из Москвы. Найти того, кто торгует артефактом, и прикрыть его от бандитов. Никак не мешать торговле. Никак не пытаться отобрать артефакт, или ещё что-то сделать. Ты пойми, если до этого торговца доберутся бандиты, то они точно никому, ничего не оставят. И ещё. Я за тебя боюсь. Все слухи об артефакте связывают с тобой и твоим отделением. А если завтра тебя захватят и будут пытать, что ты им скажешь?

-То, что сказал тебе. Не знаю я ничего. На моём отделении это началось, но я тут ни при чём.

-А у тебя на отделении новых людей за это время не появилось?

-Санитаркой у меня девочка работает. Такая девочка, что просто зашибись. Представляешь, она всё отделение вычистила и отмыла. Зайди, посмотри.

-А что за девочка? Сколько лет? Где живёт?

-Лет ей восемнадцать. Живёт в общежитии. Я сам хлопотал, чтобы комнату ей выбить. Девочка скромная, живёт скромно. У неё что-то с мужем. Вроде как она за него замуж вышла, а семья её не приняла. Она назад вернулась, а тут её мама умерла, а тётка из дома выгнала. Я не вникал. Это надо у наших женщин спрашивать. Слушай, а зайди ко мне на отделение и поговори с ней сам. Она всё тебе расскажет, хоть и не любит об этом говорить.

-Да нет, если в общаге живёт... Разве что, она может клиентов подыскивать. Надо мне на неё посмотреть.

-Так приезжай! Хоть завтра. Она, правда, работает по своему графику, но зато у нас чисто всегда. Давай за это ещё по одной.

-Андрей, погоди. Что значит: "По своему графику"?

-Ну, она иногда днём уходит, а иногда пораньше отпрашивается. Но она всегда всю работу делает. Знаешь, когда она от нас уйдёт, я даже плакать буду. Ну где мы ещё такую уборщицу возьмём?!

-Очень подозрительная девочка.

-Не дам! Наследие КаГэБэ, сто мильёнов замученных! Всё бы вам под подозрение людей... А потом на каторгу отправлять! А у меня отделение, кто мыть будет? Я её на каторгу не отпущу! Она у меня и так, как каторжная пашет!

-Да ты подумай! С чего она за твоё отделение так держится?

-Я не думаю. Я знаю. Я у неё спросил. Тот же вопрос задал. С её трудолюбием, она куда угодно может устроиться. Она мне сказала, что хочет помогать детям. Она себя в смерти матери винит, поэтому своей работой свой грех искупает. Вроде её мать от инфаркта умерла, когда узнала, что её дочь пропала.

-А куда пропала?

-Да там история... Я даже не поверил. Мексиканские страсти. Девочка влюбилась и отправилась за любимым. А он подлец, продал её в какой-то стрипклуб. Там она познакомилась с богатым и молодым... б-р-р... Ой, прости. Всегда меня от такой мути блевать тянет. Ну, они поженились, а семья богача девочку не приняла. Дальше я тебе вроде рассказывал. Знаешь, что я тебе скажу. Если этот богатый мальчик от Насти откажется, то он конченый ублюдок. И дурак! Да я первый буду в очереди с предложением, если девочка станет свободной.

-Всё, она точно шпион! Если даже такой холостяк как ты готов ожениться, то с ней точно что-то не так.

-Приходи и посмотри. Приглашаю. Но учти, ты к ней, только после меня в очереди. А я первый.

Что-то было не так, но Настя не могла понять что. Интуиция вопила об опасности, а Настя привыкла ей доверять. На работе в перерыве, она села в кресло, откинулась, закрыла глаза и представила себе весь день поминутно. Память у неё сейчас была многократно лучше прежнего. Она могла дословно пересказать текст, мельком увиденный на экране или странице. Вспоминая весь свой день, Настя заметила одну неправильность. Белый фургон стоял рядом с общежитием, затем рядом с кафе, а когда она заходила на территорию центра, то он стоял недалеко от въездных ворот. Это был один и тот же фургон. Учитывая поднявшийся тихий шум вокруг онкологического центра и отделения в частности, Настя не удивилась тому, что за ней следят.

Назаров предвидел это. Весь компромат Настя отдала на хранение Вове. Канал связи был отработан. Несколько грамм артефакта Настя передала Назарову, чтобы он провёл несколько операций, прикрывая Настю. Нуждающиеся в лечении люди были заранее отобраны Настей и незаметно для них самих, подготовлены к необходимому Насте решению. Сама Настя приготовилась вести праведную жизнь. Вот только сообщить Назарову, что происходит, нужно было, как можно быстрее, чтобы он мог принять меры, или просто навести справки по своим каналам. На вечер Настя договорилась с Верой Алексеевной о встрече. Идя к ней в гости, была перехвачена Вовой.

Вова всё также оставался бомжеватого вида мужиком. Он получил почти четверть миллиона, но денег не тратил. Продолжал жить в полуразвалившемся доме. Ходил в старой одежде. Пил палёную водку со случайными друзьями. Менять что-то в своей жизни ему категорически не хотелось. В банде он занял очень важное место. Он общался с алкоголиками, бомжами, стариками. Мог слушать их излияния часами. А потом им отзванивалась Настя и просила приобрести на своё имя телефон, или просто сим-карту, за хорошее вознаграждение, разумеется. Благодаря Вове, банда была полностью обеспечена мобильной связью и могла менять телефоны, хоть после каждого звонка. Также на Вове лежала ответственная миссия проверки кадров перед вербовкой. В задушевных беседах он выявлял подноготную кандидата, и только потом Назаров вербовал его.

-Кого я виж-у-у?! - закричал Вова, перехватив Настю на улице. - Да никак это наша отличница идёт?! Сколько лет, сколько зим!

-Простите? - холодно удивилась Настя.

-Да ты чё?! Не признала? Вовка я! Погоняло Клич! В школе тебя доставал!

-А, да. Простите, но я вас не узнала. Позвольте пройти.

-Ой, какие мы вежливые! Ты куда пошла?! Стой! Ты ж меня не узнала! Я теперь богатым буду. Давай не будем нарушать приметы. Дай мне двадцатку.

-Пропустите, я спешу!

-Так дай двадцатку и иди! Слышь! Ну, хоть десятку. В память о нашей школьной... э-э-э... вражде.

Вова надвинулся на Настю, схватил за плечо.

-Тебе что?.. Десятки для хорошего человека жалко? Давай, раскошеливайся!

-Это что тут у нас происходит? - раздался строгий голос.

-Ничего, - сразу, ни секунды не раздумывая, ответил Вова. - Всё в порядке, гражданин начальник. Вот, со старой знакомой вспоминаем школу.

Мужчина был молод, спортивен и держался весьма уверенно, можно сказать, нагло.

-Какой я тебе начальник? - чуть заметно поморщившись, спросил мужчина. - А насчёт знакомой... Девушка, он к вам пристаёт?

-Я к тебе пристаю?! - повернувшись к Насте, и нависая над ней, рявкнул Вова.

-Нет! - присев от страха, пискнула Настя.

-Вот, гражданин начальник, всё в порядке. Мы просто разговаривали. Я денег хотел одолжить. Она ведь мне не откажет. Ты ведь не откажешь?!

-Нет, - вновь пискнула Настя, вся сжавшись, как будто ожидая удара.

-Я не начальник, - вновь повторил мужчина. - Думаю, будет лучше, если я девушку провожу.

-Как скажете, - сразу залебезил Вова. - Ваше право. Мне бы только денежкой одолжиться. Слышь, дай десятку, если двадцатки нет. Верну потом, честное слово. Я же знаю, где ты живёшь. Зайду к тебе и верну. Или просто зайду.

-Не надо! - От испуга Настя чуть не завизжала. - Вот, я сейчас дам! Вот! У меня и двадцать рублей есть.

-Достаточно будет десяти, а то и пяти, - вмешался мужчина.

-Э, ну чего! Ну, какие пять? Хочет она одолжить мне десятку, так не надо её на меньшее подбивать.

-Слушай, а давай-ка отойдём, - предложил мужчина.

-Зачем это? Не хочу я! Гражданин начальник, нет такого закона, чтобы нельзя было денег одолжить.

-А вот мы отойдём и поговорим о законах, - покивал мужчина.

-Не надо! - заплакала Настя. - Не деритесь! Вот! Вот, десять рублей. Не надо драться.

-Премного благодарен, - с поклоном принял деньги Вова. - Я верну. Я обязательно верну!

Последнее он выкрикивал уже на бегу. Получив деньги, он рванул с места в карьер и через несколько секунд сгинул в темноте. Настя расплакалась, а мужчина подошёл и немного неловко приобнял её.

-Ну, зачем вы ему денег дали? Он теперь вас постоянно будет караулить и деньги вымогать.

-Я... Я... - всхлипывала Настя. - Я не здесь живу. Он меня не найдёт. Зачем вы с ним отойти хотели? Он же вас побить мог.

-Не мог, - поморщившись, ответил мужчина, но свою удаль превозносить не стал.

-Ой, вы не знаете. Он же такой хулиган был в школе. У всех деньги отнимал. И всех бил. Он и вас бы побил... Ой! А вы ведь полицейский? Тогда он вас побить, конечно же, не смог бы.

-Давайте я вас провожу, - сказал мужчина, не отвечая на вопрос.

-Нет, что вы! - испугалась Настя. - Заметят, что я с кем-то иду, разговоры начнутся. Муж узнает. А я не хочу, чтобы он про меня что-то такое думал.

-А чего же он вас не встретил? - с лёгким раздражением в голосе, спросил мужчина.

-Он сейчас... Его сейчас здесь нет. Но когда он приедет, то ему ведь обязательно кто-нибудь расскажет. И даже если он не поверит, всё равно, я не хочу сплетен.

-А если вас снова кто-то встретит? Типа того... который убежал.

-Это случайность. Он меня узнал. В школе он у меня часто деньги отнимал. Да и сейчас... Да что бы он мне сделал? Я ему деньги дала, только чтобы он вас не побил. А так, не дала бы я ему денег, он бы и отстал. Не будет же он отнимать у меня деньги прямо на улице.

Мужчина промолчал, но всем своим видом выразил полное сомнение в наличии у Насти разума, и хоть какого-то понимания этой жизни.

-А вы, правда, полицейский? - задала Настя прямой вопрос.

-Я работаю в органах, - признался мужчина. - Вам далеко идти? Может быть, я прослежу за вами? Чтобы вы нормально дошли.

-Ой, спасибо, но не стоит. Мне вон в тот дом. А потом меня Коля проводит. Это сын Веры Алексеевны, нашей... моей... бывшей соседки. Я к ней в гости хочу зайти. Нам надо насчёт памятника на мамину могилку договориться. Вы знаете, у меня мама умерла...

-Простите, мне надо идти, - перебил её мужчина. - Если вы не хотите, чтобы я вас проводил...

-Нет, нет, ни в коем случае! Спасибо вам большое. Вы так храбро за меня заступились. Я сразу поняла, что вы полицейский. Спасибо вам. До свидания.

-До свидания, - попрощался мужчина, развернулся и быстро пошёл по улице, не оборачиваясь.

Настя посмотрела ему вслед и отправилась в другую сторону к Вере Алексеевне. Записку, где она мелким почерком написала все свои подозрения, она передала Вове вместе с купюрой. Вова должен был встретиться с Назаровым и передать записку ему. Свои подозрения Вова тоже выложит. Настя была довольна собой. Так сыграла простую девушку, что следящие за ней даже вмешались, когда ей угрожала опасность, чем себя и выдали. Если раньше у неё были только подозрения, то теперь она твёрдо была уверена, что за ней следят.

-Что у вас? Докладывайте.

-Товарищ полковник, пока никаких подвижек в деле нет. Мы провели разработку...

-Отставить канцелярщину! Вы мне потом отчёт представите, и там всё так и понапишите, а сейчас говорите проще. Что с девчонкой?

-Пустышка, товарищ полковник. Без внимания её не оставим, но не думаю, что она причастна. Пока мы отслеживаем все звонки с территории онкологического центра...

-А почему девчонка оказалась пустышкой? В смысле, с чего вы это взяли?

-Не похожа она на... Не может она торговать артефактом. Характер у неё не тот.

-А вы уже и характер её выяснили?

-Её на улице какой-то чмырь зажал. Я вмешался. Хотел этого... пугнуть слегка, чтобы...

-Он, товарищ полковник, вмешался. Хотел грабителя отвести в сторону и малость прибить. Так представляете, девчонка, чтобы его этот вымогатель не побил, дала вымогателю десять рублей.

-Я не очень понял, кто кого побить хотел? Кто грабитель, а кто вымогатель? Потом в рапорте укажите поточнее. А сейчас объясните, вы там слежку ведёте, или с объектом в обнимку гуляете?!

-Одно другому не мешает...

-Поговори у меня ещё, майор. Лейтенантом станешь. На ваше счастье, с меня не требуют скорейшего результата. Что странно, но объяснимо. Требуют выявить всех причастных к продажам и доложить. Настаивают на тщательно проведённой работе, а не халтуре. Работайте. Надеюсь, что вы там найдёте хоть какую-то зацепку к следующему сеансу связи. И ещё. Я тут по своим каналам узнал... В каком-то отделе полиции полковник достал для подчинённого один грамм вещества. Кажется, отдел находится на Фирсова. Попробуйте с этой стороны зайти. Всё. Вопросы, пожелания? До свидания, товарищи.

-До свидания, товарищ полковник.

-Жень, что делать будем?

-Вы по-прежнему, в фургоне, пишете разговоры. А я смотаюсь к этому полковнику. Попробую на него надавить и расколоть. Если не получится, то придётся тяжёлую артиллерию подключать из Москвы, но вдруг повезёт. Что-то там наверняка есть. Откуда-то он артефакт ведь достал.

-Так может сразу, вплотную им займёмся?

-Нет, пока рано. Отслеживайте звонки, пишите разговоры.

Эту операцию Настя готовила давно. И готовила не исполнителей, а клиентов. Здесь что-то рассказала, там уточнила. И всё это не самим будущим клиентам, а просто у них на глазах. В результате, когда люди Назарова позвонили и предложили купить грамм артефакта за миллион, люди уже были готовы к такому повороту событий. Один грамм вещества можно было растворить в двухстах миллилитрах воды, а потом напоить им двадцать детей. Гарантий излечения не было, но иммунитет повышался в разы, что с лечением в больнице, давало очень неплохие шансы. Поэтому очень быстро собралось двадцать человек, скинулись и выкупили грамм.

Возник небольшой спор о том, как разделить грамм на всех, но решение предложил Андрей Борисович. Он сам развёл вещество в воде, а потом набрал двадцать шприцев и влил лекарство детям. На следующий день отделение напоминало бедлам. Дети носились по коридору и лестницам, визжали, кричали. Угомонить их было невозможно. На кухне сбились с ног, таская еду в корпус, а на обед детей пришлось отвести в столовую. К вечеру детям сделали анализы, и Андрей Борисович схватился за голову. Органы детей работали на пределе.

Детей тут же загнали по палатам и в приказном порядке заставили лежать тихо. Назначили кучу лекарств, помогающих органам работать. Поставили на контроль состояние, а анализы стали делать два раза в сутки. По сути, для врачей и медсестёр ничего не изменилось. Они, как и раньше, ухаживали за тяжело больными детьми. Разве что, дети раньше были вялые и сонные, а теперь бойкие и шебутные. Настя чувствовала себя виноватой перед врачами. Именно из-за неё на отделении начался такой кавардак. Она вела скромный образ жизни, поэтому проводила дни на работе. Дел у неё было не много, и она взяла на себя заботу о детях.

С детьми самое сложное было то, что их невозможно было удержать в кроватях, а любые физические нагрузки для них были строго противопоказаны. Игровой комнаты, с какими-нибудь настольными играми, на отделении не было. Дети изнывали от скуки, а от этого начинали беситься, скакать по палатам, или придумывать ещё что-нибудь. Настя сходила в библиотеку, взяла там книжку, которую читала в детстве, вернулась на отделение, собрала всех детей в одной палате, и начала им читать. Сделала она всё правильно. Кроме двух мальчишек, все дети угомонились и с удовольствием слушали Настю. Для двух мальчишек Настя тоже придумала дело. Они тренировались показывать карточные фокусы. Разрабатывали пальцы и учились перекладывать карты. Вечером Настю вызвал к себе Андрей Борисович.

-А, Настя! Проходи сюда, - сказал он, когда она негромко постучала и сунулась в кабинет. - Я хочу с тобой поговорить. Ты не передумала поступать на медика? Тогда, вот что я тебе скажу. Ты для врача не годишься. У тебя не тот характер. Ты сочувствуешь пациенту, а этого делать нельзя. Сгоришь на работе. Тебе надо, или стать циничнее, или идти на другую специальность.

-Какую? - спросила Настя.

-Я просто вижу тебя учителем в начальных классах. Тебе надо на педагога учиться. Ты уняла детей, которых никто до тебя унять не мог.

-Никто и не пытался. Детей загоняли в палаты и оставляли. Им скучно, вот они и сходят с ума. Я просто заинтересовала детей и они стали вести себя тихо.

-Вот об этом я и говорю! - обрадовался Андрей Борисович. - Никому не пришло в голову детей заинтересовать, а ты сразу поняла, что надо делать. У тебя талант к воспитанию детей.

-К чему вы это говорите? Вы хотите, чтобы я ушла от вас?

-Боже упаси! - вскричал главврач. - Нет, вовсе нет! Я хочу, чтобы ты осознанно сделала свой выбор. Ты прекрасно ладишь с детьми, а врач из тебя получится, ты уж прости, весьма посредственный. Стоит ли тебе учиться на врача и быть одной из многих, если ты можешь стать знаменитым педагогом?

-Ну, так уж и знаменитым, - улыбнулась Настя. - Но я подумаю над вашими словами. Скажите, а что вы там пишите? Это ведь не карты...

-Это я работу пишу. По использованию Дум-мумиё... Не придумал ещё названия. У меня тут куча подопытных. Практика лечения артефактом ещё не отработана, а тут такой полигон для исследований.

-Вы ставите эксперименты над детьми?! - ахнула Настя.

-Нет, я не ставлю. Им их родители вещество приносят. Я всего лишь наблюдаю последствия приёма, и провожу проверку состояния детей. На основании этого делаю свою научную работу.

-Андрей Борисович, простите, я не могу не задать этот вопрос... Ходят слухи, что артефакт можно заказать через вас. Скажите, это не вы поставляете артефакт родителям, чтобы они давали его детям, чтобы вы потом могли написать научную статью? Простите.

-Я не очень понял, но мысль уловил. Нет, Настя, я никакого отношения к поставкам вещества не имею. Я бы не стал давать детям не проверенный препарат.

-Но ведь он проверялся? - удивилась Настя.

-Да, - согласился Андрей Борисович, - но на людях исследования не проводились. Основывались на том, что раны заживают быстрее, происходит полное излечение от некоторых болезней. Но даже то, что после приёма препарата идёт сильнейшая интоксикация организма - не знали. Что лечить можно только послеоперационных больных - тоже не знали. Я работу напишу, она для многих откровением станет. А ведь экспериментирую на детях. А случиться может всё, что угодно.

-Но пока ведь только положительные результаты, - напомнила Настя.

-Помнишь мальчика Рому? У него отец ещё, хам и свинья. Так вот, после покушения на мальчика, отец его забрал отсюда. Неделю всё было хорошо, а потом мальчик стал вялым, апатичным. Отец отвёз его в какую-то клинику, и там провели анализы. Полный отказ внутренних органов. Организм надорвался. Сейчас мальчик в коме и вряд ли из неё выйдет. А ты говоришь: "положительные". Применять это вещество надо очень осторожно, и только под наблюдением врача. Вроде бы, тебя зовут?

-Да, меня. Я побегу. Ой, мне же бежать надо! У меня сегодня тренировка.

-Беги, беги. До завтра!

-До завтра, Андрей Борисович!

Слова Андрея Борисовича заставили Настю задуматься, но долго раздумывать она не стала. Решила так: "Если бы препарата не было, то дети всё равно бы умерли, а так у них появился шанс". Она ведь предоставляла аномальное вещество только смертельно больным людям, у которых шансов не было. Вот только её последняя продажа выбивалась из этого списка. Она продала препарат многим людям и не факт, что дети всех этих людей умерли бы в ближайшем будущем. По статистике, у четверти из них был шанс выжить даже на обычном лечении. Впрочем, обычное лечение им продолжают проводить. Препарат только помог, укрепил иммунитет. Хотя пока нужно прерваться, сделать перерыв и не продавать никому ничего. Однако, сказать было проще, чем сделать.

Отделение начали осаждать разные люди. У каждого была проблема. Или больной родственник, или они сами были больны. Узнав, что можно скинуться и купить вещество вскладчину, люди почуяли запах халявы и теперь рвались к прилавку, боясь, что кто-то успеет купить первым, а на всех не хватит. Настя не успела дать отмашку на прекращение продажи, и Назаров провёл ещё две сделки. После этого у людей просто истерика началась. Отделение атаковали толпы страждущих, приехало телевидение. Какая-то тётка на камеру требовала себе лекарство потому, что у неё насморк никак не проходит. Кто-то плакал и просил спасти родственника. Многие люди даже не знали за чем они стоят, но стояли, так как им сказали, что здесь дают лекарство от всего и совершенно бесплатно.

Ко второй половине дня корпус оцепил отряд национальной гвардии. Приехало начальство из следственного комитета. Начали искать виновных, чтобы наградить, и непричастных, чтобы наказать. Настя была тут самая невиновная, поэтому попыталась тихо сбежать, но не получилось. Её поймали на выходе и представили пред грозные очи начальства. Андрей Борисович честно пытался отстоять Настю, но начальство его заверениям о Настиной невиновности не поверило. На допрос Настю отправили сразу после Андрея Борисовича.

Евгений не ожидал от полковника какого-либо содействия. ФСБ и МВД никогда не ладили. Но полковник принял его радушно. Выслушал внимательно, поделился своим видением ситуации. Немного подумав, рассказал Евгению о том, как к нему попал грамм вещества. История была настолько нелепой, что даже могла быть правдивой. Евгений поблагодарил и ушёл с уверенностью, что снова тянул пустышку, но каким-то невнятным чувством, что чего-то он упустил. Об этом он думал ещё пару дней, до того момента, когда в больнице начались беспорядки.

О беспорядках он узнал от Андрея. Можно сказать, что из первых рук. Андрей позвонил ему и рассказал о толпе у корпуса отделения, и что опасается штурма. Именно Евгений, своей властью, поднял по тревоге бойцов национальной гвардии. Хотел ещё привлечь курсантов военного училища, но тут ему немного "придавили хвост". Не в свой огород он залез. Впрочем, ему быстро стало не до курсантов и обеспечения охраны. Приехали журналисты. В вечерних новостях местные события должны будут показать на всю страну. Когда новости увидят большие начальники, они потребуют хоть каких-то зацепок по этому делу. Потребуют именно у Евгения, как старшего группы. И если не получат, то точно разжалуют в лейтенанты. А зацепок нет никаких.

Женя сел в фургоне, обложился материалами дела и начал просматривать их, ища хоть что-то. Звонки осуществлялись с разных телефонов, с разных номеров. Звонили разные люди, хоть голос, точнее его модуляции, всегда был один и тот же, кроме последних трёх раз. Деньги всегда забирали разным способом, потом они нигде не всплывали. Всё было не то. Банда обеспечила себе надёжное прикрытие. Но ведь как-то они должны были выходить на клиентов? У них должен быть свой человек в больнице. На роль этого человека подходит только одна девочка. Только она появилась одновременно с первой продажей. Вот только, после знакомства с этой девочкой, Женя никак не мог поверить, что она как-то причастна к чему-то криминальному. Он думал, сидя на стуле и разглядывая снимок девочки, сделанный с большого расстояния, прикидывал вероятность того, что она состоит в преступной группе. Ничего у него не получалось, но что-то, связанное с ней, цепляло его сознание. Он расслабился и попробовал поймать это что-то. Он уже отчаялся и вдруг его озарило.

Он быстро схватил с полки папку с бумагами, и отбросил. Это было явно не то. Он схватил вторую, потом третью. Только в пятой папке он нашёл нужную информацию. И не поверил своим глазам. Он точно помнил, как полковник Шубин не назвал фамилию курьера, но отметил, что она очень "говорящая". То же самое сказал подчинённый Евгению технарь, который собирал информацию о девчонке. Он сказал, что у неё "говорящая" фамилия. Тогда Женя не обратил на это никакого внимания, а сейчас вдруг вспомнил. И дело сразу связалось, хотя в нём были какие-то неточности, но это не имело принципиального значения. Появилась не просто ниточка, а канат, потянув за который можно было размотать весь клубочек.

Евгений уже взял в руки телефон, чтобы позвонить и доложить, но остановился в нерешительности. Вся эта группа весьма успешно скрывалась, тщательно, хоть и любительски, заметая следы. Иногда, даже излишне перестраховывались, но никогда не допускали проколов. А тут такой прокол. Как это возможно? Вполне возможно, что девочка в банде всего одна, но почему тогда она не сменила фамилию, когда шла к Шубину? И почему она работает в больнице под этой фамилией? Женя задумался. Фамилия, конечно, редкая, но вдруг это совпадение? Нужно было проверить, и Женя понял, как именно это можно сделать. Вместо Москвы он позвонил полковнику Шубину. Полковник принял вызов сразу, как будто ждал звонка.

-Здравствуйте, товарищ полковник. Это Евгений. Мы с вами вели неофициальную беседу, не так давно...

-Да, я вас узнал. Вы ещё что-то хотите спросить?

-Да. Точнее, не спросить, а попросить. Я вам сейчас фото пришлю. Не могли бы вы опознать девушку на фото? Сейчас, я сфотографирую и пришлю вам фото.

-У вас съёмку при разговоре телефон ведёт? - деловито спросил полковник. - Если да, то включите съёмку и покажите фотографию с разных ракурсов.

-Вы совершенно правы! Одну минутку, я включу видеосвязь. Вот так... Вам видно?

-Подсветку включи, - проворчал полковник. - Нет, я этой девушки не знаю. Похожа на кого-то... Где-то я её, может быть и видел, но не могу припомнить... Погоди! Вспомнил! Она у нас неофициально числится в розыске.

-Как это? - удивился Женя.

-Да там история... Сам толком не знаю. Просто она пропала пару месяцев назад. Или больше, я точно не помню. К нам приходили её мать и тётка. Заявление у них не приняли, но неофициально поискать попытались.

-А почему не приняли?

-Девчонка с парнем убежала. Все свои вещи забрала и смылась. Она совершеннолетняя, значит, мы не можем возбудить дело о пропаже ребёнка. Даже участковый ходил и проверял. Точно, никакого разгрома в доме. Видно, что сама тщательно вещи собрала. А искать пробовали потому, что один наш сотрудник учился в школе, где преподавала мать этой девушки. Он и попросил всех на планёрке, чтобы посматривали, да запросы подал с моего разрешения, но куда - я не знаю.

-Скажите, а вот курьер из МОИЗ и эта девушка, они похожи? - с замирающим сердцем спросил Евгений, всё ещё надеясь на чудо.

-А ты знаешь, - задумавшись, сказал полковник, - я бы сказал, что да. Да, очень похожи. По фотографии трудно определить, но сходство есть и немаленькое.

-Товарищ полковник, а вы не могли бы подъехать на опознание? Неофициальное. Мы потом, когда возьмём банду, обязательно о вашем содействии доложим.

-Кому вы доложите? Какую банду возьмёте? Майор, ты чего-то тупишь, прости за грубость. Пока их не за что брать. Они ничего не натворили такого, за что их можно привлечь.

-Мне не привлечь. Мне бы только выйти на них. Если вы опознаете девушку, то по её контактам я вытяну всю банду, а как только они...

-И тебя потом пропесочат за то, что ты знал и не предотвратил. Послушай меня. У меня опыт не чета твоему и я тебе сразу скажу, что надо быть последовательным. Пока они ничего не натворили - ты о них ничего не знаешь. Вот только тогда, когда они что-то натворят, ты должен начинать работу. Пока они не совершили преступление, ты по ним работать не должен. Это закон!

-Я знаю закон! Товарищ полковник... Мне бы только, чтобы вы девушку опознали, а там я сам всё понимаю и с докладами потерплю.

-Добро. Как ты думаешь это сделать? Если меня рядом с этой девчонкой увидят, то её сразу уберут. Если это она. Ты снова останешься без зацепок.

-Да вы просто из окна машины на неё посмотрите. У нас тут аппаратура, большой экран. Вы из нашего фургона можете на неё посмотреть. Издалека. Метров с двухсот.

-Когда к тебе подъехать и куда? - сдался полковник.

-Спасибо вам, товарищ полковник! - возликовал Женька. - Вы можете сейчас подъехать... Вы можете сейчас выехать в сторону больницы, а я вам перезвоню и скажу, где наша машина вас подберёт.

-Добро, выезжаю. За час управимся?

-Там только посмотреть. За час точно управитесь.

-До встречи, майор.

-До встречи, товарищ полковник.

Настю допрашивали просто потому, что нужно было изобразить видимость работы. Её ни в чём не подозревали, но давили и требовали признаться. Указывали, что продажи начались тогда, когда она появилась на отделении, что только у неё есть доступ ко всем помещениям и она вполне может узнавать телефоны, а потом звонить покупателям. Утверждения были верными, но доказать что-либо никто не мог. Настя плакала и не признавалась, поэтому следователь быстро отстал от неё. Для проформы спросил, подозревает ли Настя кого-то? Настя ответила, что нет. Следователь удивился и назвал самого главного подозреваемого - Андрея Борисовича. Настя призналась, что тоже подозревала его, но он сказал ей, что это не он, а больше она никого не подозревает. После такого признания вопросов к Насте больше не имелось. Её оставили в покое и занялись допросами других.

Настя отправилась к детям. Они были немного напуганы происходящими событиями. Взрослые им ничего не говорили, и вообще забыли о них. Что случилось - они понимали, но только в общих чертах, а хотелось конкретики. Не удивительно, что когда Настя пришла к ним, то её сразу окружили и потребовали всё рассказать. Настя сказала, что сама ничего не знает, но беспокоиться не надо. Со временем всё наладится.

Дети ей не поверили. Требовали подробностей, сами строили версии. Настя сама старалась не говорить, а самые сумасшедшие версии и предположения сглаживала, высмеивая и критикуя. Со временем дети успокоились. Настя предложила почитать им и все сразу согласились. Она только начала читать, когда в палату зашёл недавний знакомый, спасавший её от Вовы. Он попросил Настю пройти с ним. Настя безропотно подчинилась. Они вышли на крыльцо корпуса, и он стал расспрашивать о том, как она теперь живёт. Не пристаёт ли к ней Вова, не видела ли она его снова. Настя на все вопросы ответила весьма односложно. Знакомый равнодушно покивал на ответы и разрешил вернуться в корпус. Настя так и не поняла, что ему было нужно. Она была раздосадована. Только-только успокоенные дети вновь принялись строить версии и задавать вопросы. Насте снова пришлось их успокаивать.

-Знаешь, майор, мне жаль тебя расстраивать, но не она это.

-Товарищ полковник, вы хорошо посмотрели?

-Да уж не слепой! Увидел всё, что надо. Нет, это не она. Мне ещё тогда было непонятно. Как так, семнадцать лет, а уже лейтенант? Бред какой-то. Но я ведь до этого звонил в МОИЗ. По своим каналам проверял. Вроде бы всё сходилось. Списал всё на странности этой организации...

-Товарищ полковник, мне от вас нужны будут официальные показания.

-Рапорт подам, показания подпишу. За это не волнуйся. Надо же, как меня обвели вокруг пальца. Самое главное - я не понимаю зачем? Что они получили, передав артефакт Назарову? Он трудяга, каких поискать, но ничего из себя не представляет. Дел никаких серьёзных не вёл, к тайнам каким-то не допущен. Ты прости, я просто вслух рассуждаю.

-Ничего, товарищ полковник, я вас внимательно слушаю. Скажите, а почему вы так уверены, что девчонка не та?

-Да как тебе сказать? Вот ты мне показал именно девчонку. А в качестве курьера пришла взрослая женщина. Я только сейчас понял, что не было ей семнадцать лет. Минимум двадцать пять. Я тогда это тоже понял, но значения не придал. Ещё двигалась она, как боец. Чётко, выверенно, ни одного лишнего движения. Да и манера держаться... Ай, что там говорить? Облапошили меня. Как сопляка какого сделали. Но ведь грамотно сделали. Смотри! Мой телефон контролировали. Это раз! О том, что в МОИЗ есть генерал Ерёмин - знали. Два! Курьером прислали опытного психолога. Я и возразить ей ничего не смог, и никак не усомнился, что она курьер. Это три. Телефон приёмной генерала тоже знали. Четыре. Одно только непонятно. Зачем им это всё нужно было?

-Может быть, ваш Назаров теперь на них работает?

-Возможно. Ну и что? Зачем он им? Он работает на участке. Его клиентура - бомжи, наркоманы, алкоголики. Когда-то он участвовал в довольно интересных делах, но когда это было?

-А сейчас у него материальное положение не улучшилось? Я имею в виду...

-Нет, всё также, весь в долгах. Ещё и денег подыскивает. Дочь у него поправилась, но всё равно, ей ещё лечение требуется. Я ему даже путёвку в санаторий пытаюсь выбить. Бесплатную. Для жены и дочери. Правда, сейчас у него сын какой-то бизнес наладил. Вроде как намечается появление у него денег, но это ещё неизвестно. Так что, и здесь ничего нет.

-Странное дело. Всё указывает на девчонку, а связать с ней хоть что-то не получается.

-Да-а-а... Но ты не расстраивайся. Хочешь совет дам? Ты придумай версию с участием девчонки и разрабатывай её. И начальству эту версию доложи. Я так понимаю, что доклада от тебя скоро потребуют? Вот и представь им... Главное, чтобы версия была логически выверена. Я девчонку не опознал, но мало ли почему? А может быть, она главарь банды? Ошибёшься - не страшно. Главное, показать, что ты работал. Только я тебя очень прошу. Ты меня держи в курсе расследования. Это теперь личное, для меня. Меня же обманули.

-Товарищ полковник, вы ведь сами понимаете, что это невозможно. Я не имею права сообщать вам результаты расследования. Но если мы будем сотрудничать, то я вполне могу вас посвящать в общую картину, не вдаваясь в детали.

-Добро. Что от меня требуется?

-Записи камер наблюдения за тот день, когда приходила курьер. Слежка за Назаровым... Возможно, мне понадобятся ваши связи. Я в городе никого не знаю, а вы тут давно живёте.

-Записи тебе достану. За Назаровым присмотрю, но полноценной слежки не обещаю. На моё содействие всегда можешь рассчитывать. Что-то ещё?

-Да нет, всё вроде.

-Ну, тогда поеду я. Бывай майор.

-До свидания, товарищ полковник.

Настю обложили очень плотно. Выясняли её контакты, проверяли маршруты, куда она ходит. Посетили ресторан, где она завтракала и ужинала. С хозяином у Насти уже была договорённость. Он назвался давним другом её отца, поэтому и кормил Настю просрочкой. Взамен Настя вела страничку комментариев на сайте его ресторана. Комментировала ежедневно подаваемые блюда и не всегда её комментарии были лестными. Также она устраивала небольшие шоу для посетителей. В выходные ей приносили множество блюд, и она все их съедала, под изумлённые ахи посетителей. Хозяин ресторана был очень доволен, поэтому прикрыл Настю.

То, что Настя занимается в секции самообороны, удалось скрыть благодаря Екатерине Павловне. Она сразу опознала в пришедшем мужчине, задающим о Насте вопросы, сотрудника органов правопорядка. Не зная, зачем ему это нужно, она подтвердила, что Настя занимается у неё. Потом встретилась с Настей после её занятий, и всё ей рассказала. Настя поблагодарила и объяснила интерес правоохранительных органов событиями в больнице. Об этом уже знал весь город, поэтому Балерина не удивилась.

События в больнице закончились, так и не начавшись. Когда по телевидению на всю страну объявили о том, что в больнице продают артефакт, который лечит всё, власти не могли не отреагировать. Толпу нужно было успокоить. Поэтому журналистов, а также телеканал, привлекли к ответственности за распространение непроверенной информации. По версии правительства оказалось, что под видом артефакта Зоны продавали неизвестное вещество, которое вызывает временный прилив сил и бодрость, но никак не помогает. То, что все, получившие вещество, потом выздоравливали, объяснялось отличными действиями работников больницы, использованием новых препаратов, да и просто удачей. Андрей Борисович даже был приглашён на телевидение, где дал интервью.

В этом интервью он с жаром отстаивал своё видение ситуации, доказывая, что его пациенты получали именно Дум-мумиё, но ехидными вопросами его загоняли в угол и там разделывали под орех. Его спрашивали о мальчике Роме, который впал в кому. Его спрашивали, почему его пациенты, получившие лекарство, находятся в палатах под строгим наблюдением? Ответы ведущий как-то умудрялся не слушать и задавал новый вопрос. Под конец он добил Андрея Борисовича прямым вопросом. Неужели в его отделении такие плохие врачи, что не могут вылечить детей без всяких аномальных веществ и отправляют их по домам умирать? Конечно же, Андрей Борисович принялся с не меньшим жаром отстаивать честь своего отделения, чем загнал себя в логическую ловушку. Закончилось всё тем, что ведущий сделал вывод: мошенники давали детям какой-то наркотик, а выздоравливали дети только благодаря старанию врачей. На этом шоу закончилось.

Потом ещё были разговоры о свойствах артефактов Зоны, о том, что мошенников ловят и обязательно поймают. Выступали высокие чины МВД. Какой-то эксперт рассказал, что преступники использовали старую мошенническую схему. Суть её была проста. Даётся какой-то препарат, который вызывает временный прилив сил и бодрость. Человек его принимает, верит, что препарат ему помогает и готов платить деньги за ещё одну дозу этого препарата. Он платит, а потом платит ещё и ещё. А потом ему говорят, что цена увеличилась и если он хочет купить, то должен заплатить больше, а вдобавок, привести с собой ещё несколько человек, которые этот препарат купят по дорогой цене. Он приводит, они отдают деньги, а мошенники исчезают. После этого заявления страсти вокруг больницы утихли.

В версию этого эксперта укладывалось всё. И то, что принимавшие препарат дома дети, были потом отправлены в больницу чуть не в коме. И то, что при последних продажах цена существенно выросла. И то, что людям предложили скинуться и выкупить препарат совместно. Для успокоения населения даже частично выложили в сеть материалы дела, где всё это было указано. И население успокоилось. Люди поверили. Их слишком часто обманывали, поэтому в добрых людей, торгующих жизнью почти задаром, никто не мог поверить. Но только не врачи.

Врачи были циниками и реалистами. Они прекрасно понимали, что вылечить безнадёжно больных невозможно. Если и случается чудо, то не девяти случаях из десятка, а гораздо реже. Андрею Борисовичу звонили коллеги из разных городов. После разговора с ним, со всей страны детей везли к нему на отделение. Помещали в палату и через пару дней родственникам звонили. Родственники находили наличность, относили её куда сказано, и оставляли, а взамен им говорили, где забрать пробирку с веществом. Дети получали лекарство и шли на поправку. Дважды вещество не оказало нужного действия, болезнь была слишком запущена, тогда следовал звонок, и лекарство получали бесплатно. В узких кругах о больнице заговорили. Даже за границей узнали и начали приезжать. У Насти уже деньги девать было некуда, но артефакт начал заканчиваться.

Все попытки выйти на след Насти и её банды не дали никаких результатов. Мобильная связь осуществлялась через подставные номера и телефоны и только один раз с одного номера. Андрей Борисович честно показывал сотрудникам правоохранительных органов запертый сейф, где хранил истории болезней пациентов. Слежка за кабинетом ничего не дала. Слежка за Андреем Борисовичем тоже. Проще всего было поймать кого-то на передаче денег, но и тут возникали проблемы. Люди сами не хотели, чтобы за ними следили, боясь, что сделка сорвётся. Несколько человек согласились, но двоих по телефону вели так, что они оторвались от слежки, а остальные оставляли деньги и за ними никто не приходил. Лекарство люди не получили и в последствии ни за что не соглашались на повторный эксперимент. Со временем правоохранительные органы признали своё бессилие и оставили всех в покое. Дальше Настя могла работать, не опасаясь ничего. Её вызвал в Москву генерал Ерёмин.

-Ну что, Настя, - сказал он после взаимных приветствий, - много ты шуму наделала, но ведь не попалась. Молодец. Говорун делает вид, что ты ему не интересна. Прости его. Он пытается тебя уберечь от внимания сильных мира сего. Очень за тебя переживает. Когда узнал, что ты стала артефактом торговать, чуть всё не бросил и не побежал спасать тебя. Но ты сама справилась. Наладила торговлю, людей подобрала... Я ему рассказал, он был очень доволен. Подарок тебе сделал. Сам он не приедет. Я тебе подарок передам. Вот он.

С этими словами генерал выставил на стол тяжёлый стеклянный контейнер. За мутным стеклом проглядывала тёмная масса. На вид контейнер был литров на пятнадцать объёмом. Настя даже боялась предположить, сколько там артефакта.

-Это всё мне? - задала она глупый вопрос.

-На высшем уровне принято решение доверить торговлю артефактом тебе. Я слышал, что ты бесплатно отдавала артефакт, если у людей не было денег?

-Там другое, - поморщилась Настя. - Я никому бесплатно ничего не даю. Люди должны платить за всё и... Впрочем, это не важно. Эти люди не могли заплатить, но согласились работать на меня. Сейчас я их не трогаю, но потом обязательно привлеку к работе.

-Будешь расширяться? У тебя ведь там медсестра, врач, и кажется, какой-то чиновник. Они из других городов, поэтому мне только это приходит в голову.

-Я не думала расширяться. У меня артефакт заканчивался. Я хотела начать работу по улучшению диагностики заболеваний и внедрению новых препаратов при лечении. У меня несколько миллионов скопилось, от продажи артефакта...

-Настя, - со смехом перебил её Ерёмин, - да твои миллионы... Для того, что ты задумала - это капля в море.

-Я понимаю, но ведь стоило попробовать. Если бы я начала, то потом кто-нибудь меня бы поддержал. Наверное...

-Именно поэтому принято решение доверить продажу артефакта тебе. На самом высшем уровне! Ты теперь можешь работать, не опасаясь слежки и преследования. Живи, как знаешь, торгуй, как умеешь. Когда у тебя начнутся проблемы, можешь попросить помощи у меня, или привлечь свои силы. Ты не забывай, что так и осталась лейтенантом. Мы с тобой ещё поговорим, кого ты можешь привлекать, а сейчас послушай одну запись. Надень наушники. Эту запись посторонний слышать не должен.

-…Итак, по Рязанскому делу нам сделает доклад майор Пеструхин. Евгений Михайлович, прошу вас.

-Здравствуйте. Докладывать собственно нечего. Следствие пока идёт, и мой доклад...

-Простите, что перебиваю, но давайте вы расскажете всё своими словами. Вы ведь с самого начала вели это дело? Давайте вы ответите на наши вопросы. Скажите, вы выявили всех фигурантов дела?

-Не уверен. Преступники очень хорошо уходят от слежки, у них достаточно серьёзно законспирированная сеть. Главарей нам выявить так и не удалось, но работа продолжается. Рано или поздно, но преступники будут найдены.

-Хорошо. Скажите, кого именно вам удалось обнаружить?

-Мне бы не хотелось раскрывать детали следствия...

-Все здесь присутствующие более или менее знакомы с вашим делом. Изложите своё видение ситуации. То, что вы докладывали вашему непосредственному начальнику.

-Хорошо, но прошу учесть, что это только предварительные наработки следствия. Так вот... Неизвестно каким образом, кому-то удалось провести канал в Чернобыльскую Зону. Оттуда он стал получать артефакт Дум-мумиё, но продать его не мог. Вполне возможно, что попытался, но мы об этом случае не знаем. Скорее всего, это было в Москве. Денег при продаже он не получил, сам попал в поле зрения бандитствующих группировок, но смог уйти и бежал в Рязань. Там он стал подбирать людей и собирать банду.

-Как я понимаю, это всё ваши предположения?

-Так точно. Это предположения. Мы в этом направлении не копали. Нам было поручено следить именно за...

-Благодарю вас. Продолжайте.

-Да... Так вот... Выявить всех фигурантов дела мы не смогли, однако нами было установлено несколько человек, которые, так или иначе, работали на преступников. Это старший лейтенант Назаров, санитарка отделения Говорун Анастасия, а также некий Владимир Романович Клиничев. Под подозрение попал также и главврач отделения, но после тщательной проверки его участие было исключено.

-Скажите, то что вы с ним друзья детства, не повлияло на результаты проверки?

-Никак нет. Это наоборот, способствовало проверке. Андрей охотно шёл на сотрудничество, помогал следствию. Он сам оборудовал камерами свой кабинет, поставил сейф и сигнализацию к нему подключил. Также я сам обеспечивал ему алиби...

-Ну, это ни о чём не говорит. Он мог быть главой преступной группировки, дать заранее указания, а потом, с вашей помощью, обеспечить себе алиби. Вы можете предоставить хоть какие-то доказательства вашей версии?

-К сожалению, никаких доказательств у меня нет. Я могу предполагать, но доказать я ничего не могу.

-Интересно послушать ваши соображения. Смелее, молодой человек. Расскажите, как вы вышли на названых вами людей? Если вы использовали незаконные методы, то нам интересно, какие именно?

-На этих людей я вышел случайно. У меня не было никаких зацепок, но товарищ полковник узнал, что в районном отделении полиции кто-то получил грамм вещества. Я отправился туда и у полковника Шубина выяснил, что вещество привёз курьер из МОИЗ. Курьером была молодая женщина с фамилией Говорун в звании лейтенанта. Она также являлась вторым порученцем генерала Ерёмина из МОИЗ. По крайней мере, она так представилась.

-Что скажете, товарищ генерал?

-Лейтенант Говорун не является моим порученцем, - сказал Ерёмин. - Мне бы хотелось услышать историю до конца. Похоже, меня хотят обвинить в торговле артефактами.

-Я никого не обвиняю! Я просто хочу указать на степень осведомлённости преступников. Товарищ генерал, они знают о вас, они знают телефон вашей приёмной, они знают, что лейтенант Говорун работает у вас. Хоть с должностью и ошиблись. У полковника Шубина даже мыслей не было, что к ним приехал не лейтенант из МОИЗ. Он заметил мелкие неточности, но списал это на специфику вашего... вашей организации. Вполне возможно, что преступники - бывшие военные сталкеры. Вполне возможно, что они работали на МОИЗ.

-Это будем выяснять у товарища генерала. Продолжайте доклад по вашему делу.

-Да, конечно. Простите, товарищ генерал. Курьер привёз вещество для дочери старшего лейтенанта Назарова. Назаров это вещество получил от полковника Шубина, и вроде бы на этом история закончилась, но возник вопрос. Сын Назарова вёл мелкий бизнес. Дела у него шли не очень. Не хватало денег на развитие. А тут вдруг его дела резко пошли в гору. Возможно, это совпадение, а возможно, что сын Назарова получает деньги за работу, которую делает отец. Вы спросите, какую именно работу? Я отвечу, что не знаю. Но Назаров работает с весьма специфическим контингентом, а мы абсолютно точно установили источники получения бандой мобильников и сим-карт. Именно этот преступный контингент покупает телефоны, по которым звонят потом преступники.

-Доказательства этому есть?

-К сожалению, нет. Простите, уточню. Прямых нет, но косвенных сколько угодно. Мы собирались устроить засады у закладок. Нам просто не хватило времени на это.

-Хорошо. А вот этот третий. Как его?.. Клиничев.

-Тоже специфическая личность. Его мы начали подозревать, когда поняли, что со всеми неформалами продающими телефоны, а также хваставшими, что работали на Училку, он имел контакт.

-Училку?

-О, простите. Я не сказал самое главное. Есть подозрение, что главой банды является женщина, и что раньше она была учителем в школе. Но это только предположение. Никаких фактов найдено не было.

-Забавно. Что же получается? Слухи есть, а человека нет? Возможно, эта ваша санитарка и есть та самая Училка?

-Нет. Санитарка работает на отделении и по последним данным совсем не относится к членам преступной группировки. Она имеет ту же фамилию, что и прибывший в отделение курьер. Появилась тогда же, когда состоялась первая продажа. Мы предполагали, что она каким-то образом передаёт номера телефонов тех, кому потом звонят, но и это не подтвердилось. Мы предполагаем, что её подсунули нам как приманку, чтобы мы разрабатывали её, отвлекаясь от чего-то более значимого. На этом у меня всё? Если мы продолжим вести дело, то скоро мы выйдем на кого-то, кто более осведомлён о делах банды, а сейчас, пока, похвастаться нечем.

-Слушайте, а вы не пробовали показать эту вашу санитарку полковнику Шубину?!

-Он её не опознал. Сказал, что девушка похожа, но курьером была девушка старше, да и пластика движений у неё была другая. Я дал ему послушать запись голоса, но тут он высказался однозначно. Голоса похожи, но разные.

-Благодарю вас. Будут ли ещё вопросы к докладчику?

-Ерёмин, что скажешь? Ведь камень в твой огород прилетел.

-Майор Пеструхин провёл отличную работу, - задумчиво ответил Ерёмин, - но он не назвал ничего конкретного, только свои предположения. Если бы он не работал в ФСБ, то многое из того, что он узнал, он не смог бы узнать.

-Я поддержу Володю. Товарищ майор провёл прекрасное расследование, но фактов он нам не представил. А без фактов нам делать нечего.

-Некоторым фактов не нужно. Им бы только подозрение иметь, а дальше... Вы сами понимать должны.

-Я собираюсь на доклад к первому. Что мне ему сказать?

-Я предлагаю оставить всё, как есть. В конце концов, этим можно будет надавить на Говоруна. Генерал Ерёмин меня поддерживает. Нас уже двое.

-Трое! Я тоже вас поддержу, но товарищи, так всё оставлять нельзя. Что это за любительщина? Пусть этим занимается отдельное подразделение. Вот, у нас здесь майор без дела стоит. Пусть он этим и занимается. Тем более, что он в курсе всех дел.

-С таким подходом и я вас поддержу. Только вот деньги... Кому они пойдут?

-Вам бы только о деньгах думать! Никуда не пойдут. У девчонки останутся.

-Куда ей столько?

-Господа, с деньгами решать не нам. Итак, голосуем. Оставить всё как есть, или прикрыть? Кто за первый вариант? Так. Кто за второй? А вы что? Воздержались?

-Пока не будет решён вопрос с деньгами, я воздержусь.

-Хорошо. Товарищ майор, мы вас больше не задерживаем. Идите и готовьтесь получить новое назначение. Товарищи, о принятом решении я уведомлю вас послезавтра.

Настя сняла наушники. Беседа была весьма познавательна. Она прикинула, что выйти на неё должны были буквально через пару недель. Интересно, что было бы потом? Судя по всему, о ней знали и позволяли делать, что она хочет, пока это не выходило за определённые рамки. Чуть не случившиеся беспорядки в больнице за эти рамки выходили, что и послужило поводом для этого собрания. На этом собрании было принято решение, позволить Насте и дальше делать своё дело, но под чьим-то контролем. Если бы Настя прокололась на чём-то, то контроль ей навязали бы, а так, только осторожно уведомляли и просили принять.

-Что решили с деньгами? - спросила Настя генерала, сняв наушники.

-Ты будешь и дальше продавать артефакт. Цену на него устанавливаешь сама. Кстати, президенту очень понравилось, что ты не ломишь цены. Только теперь учитывай то, что за эти деньги тебе придётся кормить ещё два десятка дармоедов-мордоворотов. Зато, если у тебя возникнут проблемы с бандитами, они вмешаются и вынесут бандитов... Как пожелаешь, так и вынесут. Майор даст тебе смету на содержание отряда. Это теперь твои люди.

-Что мне делать с веществом? Я им могу торговать, и никто мне ничего не скажет?

-Никто и ничего, - заверил её Ерёмин. - Хочешь, завтра объявление в газету дай, что артефактом торгуешь. Слова не скажу. И никто не скажет. Мне лично президент звонил и велел тебе напутствие дать.

-Что, сам президент? - поразилась Настя.

-Да. Со своего личного номера, который не у каждого губернатора есть. Цени.

-Неужели ему так надо, чтобы я торговала артефактом?

-Ему Говорун нужен. Нужно, чтобы он на нас работал. И сейчас, и потом. Ты - всего лишь якорь, за который Говоруна привязать можно. Но и то, что ты за артефакт цену не ломишь, тоже весьма способствовало принятию решения. Там много факторов сыграло. Не бери в голову. Делай то, что делала, а там, будь, что будет.

-Хорошо, а если у меня закончится артефакт?

-Если президенту понравится, как ты распорядилась этим количеством, то ты получишь ещё.

-Да здесь килограмм тридцать! Я его за всю жизнь не продам.

-Тогда и вопроса не возникнет.

-Ладно. Владимир Андреевич, скажите, как там Саша? Почему он не приехал сам?

-Он очень боится, что ты здесь, без него, попадёшь... Он не хочет, чтобы тебя... Тут так просто не объяснить. Он делает вид, что ты ему безразлична, чтобы тебя не попытались захватить, спрятать, а потом его шантажировать. Это его логика и никто не знает, почему он решил, что мы хотим его к чему-то принудить. Нам его добровольное сотрудничество намного важнее. И тут его логику можно понять. Если кто-то поймёт, что ты ему не безразлична, он навяжется к тебе в друзья, и потом ты будешь просить Говоруна, чтобы он помог твоему другу, а он не сможет отказать. Так и получится, что он работает на кого-то не по своей воле, а он этого не хочет. Также не хочет, чтобы тебя использовали в каких-то политических играх.

-Это он вам всё это рассказал? - удивилась Настя.

-Нет, это выводы наших психологов. Но ты же знаешь, какие у нас психологи. Их словам можно верить.

-То есть, тем, что он на меня не обращает внимания, он меня защищает?

-По его логике - да. Я вижу, что ты хочешь возразить. Только ты не учитываешь, что Говорун всегда жил в окружении бандитов и негодяев. Чтоб хуже не сказать... Он всегда ждёт удара в спину. Даже от самого близкого человека. Да и жизни вне Зоны он толком не знает. Переносит отношения в Зоне, на отношения здесь и этим загоняет себя в логический тупик. Настя, тебе придётся смириться. Пока он не закончит работу, он не вернётся. Пока он не вернётся, он не будет... он будет делать вид, что ты ему безразлична.

-А что за работа? - полюбопытствовала Настя.

-Секретно. Извини, но сейчас сказать не могу. В Зоне что-то затевается, и мы пытаемся успеть это предотвратить.

-Понятно, - кивнула Настя. - А когда всё решится? Когда Са... Говорун освободится?

-Я думаю, что месяц, и всё закончится. Мы сейчас большую работу начинаем. Другими делами заниматься не сможем, поэтому закончили проект с тобой. Ты показала отличные результаты. Теперь ты сама по себе. Работай дальше как хочешь, но лучше ничего не меняй. Бандиты тобой точно заинтересуются. Для этого тебе и дают группу усиления, а также техников и оборудование. С майором Пеструхиным ты заочно знакома. Познакомитесь ещё раз. Контакты возьми у Андрея. Майор тебе подчинён, но своими людьми только он командует. В общем, договоритесь. Все инструкции получишь у Андрея. Вопросы есть?

-Никак нет! - отрапортовала Настя. - Разрешите идти?!

-Вольно, товарищ лейтенант. Идите.

От Андрея Настя вышла с кипой бумаг. До вечера пробегала по территории. Бумаги нужно было заверить в нескольких инстанциях, оформить на их основании дополнительные бумаги. Всё делалось быстро, но всё равно занимало время, а бумаг было много. Только в темноте Настя спохватилась, что сегодня уже не успеет вернуться в Рязань, а завтра ей на работу. Она немного запаниковала, но потом вспомнила и позвонила Гене, водителю. Он не отказался отвезти её в Рязань, но сказал, что прибудет только через два часа, а то и позже. Настю это устраивало. Пока ждала Гену, она посидела с Андреем и Антоном за парой чашек чая. Они были в курсе её дел, и она могла свободно обсуждать с ними свои победы и промахи.

Посидели хорошо. Когда подъехал Гена, парни проводили Настю до ворот. Контейнер с артефактом был не тяжёлым, но неудобным в переноске. Парни всё равно ничего не хотели слышать и по очереди несли контейнер. Они собирались ехать на метро, но когда увидели, на какой машине Настя поедет в Рязань, тут же напросились пассажирами. Андрею было по пути, а вот Антон жил на севере Москвы, но он всё равно поехал, так как больше случая может не представиться. Когда парней высадили у метро и отправились дальше, Гена извинился за своё любопытство и спросил, всё ли у Насти в порядке? Настя, в свою очередь, поинтересовалась причинами любопытства. Гена пояснил, что раньше на Насте была другая, недешёвая одежда, макияж, да и держалась она совсем по-другому. Если раньше он вёз леди, то сейчас он везёт симпатичную девушку, но весьма простецкого вида. Поэтому он интересуется, не связано ли изменение Настиного вида с тем, что у неё проблемы?

Настя могла бы поделиться с ним своими проблемами, но не стала, так как не могла понять, что можно рассказать, а что секретная информация. В рассказе ограничилась тем, что на неё свалились проблемы по работе, и теперь их придётся разгребать. Гена посочувствовал и не стал дальше расспрашивать. Настя занялась бумагами. Гена показал, как раскладывать стол, превратив салон автомобиля в крохотный кабинет, в котором очень удобно было работать. За время поездки Настя вдумчиво прочитала все бумаги и сложила их, рассортировав по необходимому порядку.

Получалось, что она имеет право почти на всё в Рязани и Рязанской области. Полномочиями её наделили сверх всякой меры. Некоторые бумаги были подписаны самим президентом. Чтобы осуществлять это всё, Насте в поддержку придали особый отряд под командованием майора Пеструхина. Настя прикинула, получалось, что майор идёт не столько ей в помощь, сколько для того, чтобы следить за Настей и пресекать её перегибы, если у неё от свалившихся полномочий закружится голова. Из бумаг этого не следовало, но Настя уже умела читать между строк, поэтому не обманывалась. В любой момент майор отдаст приказ и его люди скрутят Настю.

Работать придётся с новыми реалиями. Придётся отстёгивать немалую сумму на содержание собственных конвоиров. Настя не представляла, какую пользу ей может принести отряд обученных убийц, который посвящать в свои дела нельзя ни в коем случае, а значит, они будут выполнять только свои конвойные функции. Польза от них пока была только гипотетическая. Надо будет встретиться с этим майором и поговорить. Вроде бы он не был плохим человеком. От хулигана Вовы кинулся спасать Настю, хоть и не имел на это никакого права. Возможно, они сработаются, но кто знает?

Впрочем, Настя может вообще больше не иметь дело с продажами. Там и Назаров справится. Люди подобраны, сработаны, таиться от органов правопорядка больше не надо, конспирацию надо соблюдать в неполном объёме. Работать будет намного легче. Тем более, что с наличными деньгами больше иметь дело не придётся. Насте дали счёт в банке, на который можно переводить деньги. Счёт никто не отследит, а если попытается, то будет иметь дело с пресловутой командой Пеструхина. Теперь от Насти требуется только координировать работу, да выдавать людям заработанное. Да и сколько ей так жить? Всего месяц, а потом вернётся Говорун и возьмёт все проблемы на себя.

Настя задумалась о Говоруне. Вспоминала его, придумывала, как будет, когда он вернётся. Как ни странно, но мысли её были не сексуальными. Она вспоминала Сашу в Зоне, думала о том, как он вернется, и они будут жить вместе, строить свой собственный дом, путешествовать, находить новых друзей. Мысли были наивными, какими-то детскими. Настя поймала себя на этом и попробовала думать по-взрослому. С трудом загнала взрослые мысли обратно вглубь сознания. Сексуальное желание захлестнуло её. Одна только мысль о близости с Сашей заставила её тело затрепетать, предвкушая их встречу. Нет, её подсознание право. Она должна думать о Саше, как маленькая девочка, иначе от желания начнёт бросаться на всех мужиков подряд. Настя и не предполагала в себе столько страсти.

В Рязани Гена с сомнением высадил её на пустынной дороге и с лёгким удивлением смотрел, как она уходит в ночной парк, таща в руке контейнер. Настя даже думать не хотела, что случится, если её увидят выходящей из лимузина. Объяснить это она не сможет, поэтому и попросила отвезти её к другому концу парка. Пробежать по парку для неё было пустяком, а зато она получит гарантию того, что никто, ничего не узнает. Да и контейнер можно спрятать в лесу. У Насти были примечены парочка мест. К общежитию она прибежала уже после закрытия, но сторож сжалился и пустил её. Поругал, конечно, за то, что она так поздно ходит, но Настя показала ему бумаги в пакете, рассказала о разных сборах при их оформлении, на которые потратила все деньги, а также поплакалась на то, что от вокзала пешком шла, поэтому и опоздала.

Соседкам тоже выдала такую версию. Они поохали, посочувствовали. Заинтересовались бумагами, но Настя ответила, что это дела мужа, а она только подписала бумаги и забрала, так как имеет право подписи за мужа, а также имеет его негласное распоряжение хранить бумаги до его возвращения. И тут же огорошила всех радостной новостью, что её муж должен вернуться через месяц. Про бумаги тут же забыли и начали выспрашивать и советовать. Неплохо скоротали с девчонками вечер за столом с чаем и разговорами. Спать все отправились уже за полночь.

Утром Настя забежала к Вове, забрала свой кейс с оружием и отправилась на работу. Отработала без происшествий, посидела с детьми, посидела с врачами. Теперь, когда не надо было постоянно оглядываться, Настя могла позволить себе расслабиться, быть самой собой. Это отметили. Сказали, что Настя стала веселее, спросили, с чем это связано? Настя сослалась на то, что через месяц вернётся её муж. Её поздравили, расспрашивали о муже и о том, как она дальше планирует свою жизнь. Опытные женщины давали Насте советы, а Настя слушала и училась. В общем, организовался междусобойчик, на котором обсуждали мужиков и втолковывали бестолковой девочке мудрость жизни. Сидели долго, пока не пришёл Андрей Борисович и не дал всем нагоняя.

А потом Насте вновь пришлось крутиться. Ей пришлось заниматься людьми Пеструхина. Вроде бы боевое подразделение, а как дети малые, ничего сами решить не могут. Разместить их надо, накормить надо, договориться о тренировках надо. Причём всё это Настя делала по телефону. Личных встреч она не хотела. Но на встречу с Пеструхиным пришлось прийти. Только на этой встрече она вдруг поняла, что он специально заставлял её решать проблемы, которые должен был решать он. Поняла по нагловатому виду и смешинке в глазах. Это была его месть за то, что он не смог поймать её. Когда Настя поняла это, её переполнила холодная ярость. Она совершенно спокойным тоном высказала Евгению всё, что она думает о таких командирах, которые ничего не могут без указаний свыше. Также выразила надежду на то, что ей не придётся командира менять, ведь люди к Пеструхину уже привыкли. Пожелала благополучно устроиться на проживание и попрощалась. Через два дня он отзвонился ей и доложил, что подразделение определено на жительство и начинает тренировки на сыгранность. Настя поблагодарила, благословила и приказала доложить по мере готовности. Через неделю в её распоряжении было полностью сформированное и готовое к бою подразделение, но Настя не торопилась отправлять его в бой.

Собственно, для этого подразделения у неё не было никаких задач. Назаров работал и продавал артефакты, получая деньги. Его люди действовали по отработанной схеме. Менять что-то не было необходимости. Настя не вдавалась в подробности операций. Просто набирала сначала клиентов, а получив от них согласие на сделку, звонила Назарову и давала команду на начало операции. Деньги они уже не забирали сами, а доверяли это двум достаточно честным людям, или переводили на счёт в банке. Чтобы не попасться, они по старой памяти, какое-то время держали пачки денег в подвале снятого дома, а потом переносили и делили на доли. Большая часть шла Насте, остальное делилось между Вовой, Назаровым и исполнителями.

Когда возникли проблемы с одним из исполнителей, Настя тоже не стала привлекать спецов. Она предложила заработать своему учителю рукопашного боя. Егор Владимирович занимался с детьми бесплатно. Более того, он на свои деньги арендовал зал и закупал кимоно, а также стирал их после тренировок. Работал он в прачечной, и это ему ничего не стоило, но денег в прачечной платили немного, а аренда зала, даже такого паршивого в котором занимались его подопечные, стоила денег. Просить деньги с подопечных он не мог. Гордость не позволяла.

Настя выяснила его подноготную. Он когда-то убил троих полицейских. Шёл пьяный, они к нему пристали, начали бить. Он ответил. Не рассчитал силу удара и убил их всех. Поскольку он тогда сам работал в органах, дело не раздули, но по приговору он отправился в колонию строгого режима на восемь лет. По возвращении ему вновь предлагали вернуться на службу, не официально, но он отказался. Теперь работал в прачечной на перевалке мокрого белья, а также арендовал зал для тренировок и обучал подростков своему стилю. Жил бобылём в съёмной квартире, за которую тоже платил. Денег ему постоянно не хватало, и он брался за любые подработки. Настя предложила ему свою.

Нельзя сказать, что Егор Владимирович сразу согласился принять предложение голоса из трубки. Он только фыркнул и сбросил звонок. Но через два дня к нему опять пришли от руководства спорткомплекса и повысили арендную плату за зал. Егор плюнул на принципы и принял предложение. Из тайника он забрал пакет с фотографией и данными клиента, а также телефон для связи с нанимателем. Клиента он отправил на больничную койку всего за пару ударов. Получил деньги, Настя не поскупилась, и остался вполне доволен.

Настя ещё раз привлекла его, когда надо было получить деньги от строптивого клиента. Клиент мог взбрыкнуть при передаче денег, поэтому к нему на встречу отправился Егор Владимирович. Клиент взбрыкнул. Был аккуратно успокоен. Деньги Настя оставила Егору Владимировичу в качестве аванса. Судя по тому, что он не возражал, он готов был и дальше работать на неизвестного ему человека.

Таня вошла в Настину жизнь как-то плавно и незаметно. Однажды, Настя домывала лестницу и услышала, что под лестницей кто-то тихо плачет. Она, конечно же, заглянула туда и увидела маленькую девочку, которая поступила на отделение только вчера.

-Ты почему плачешь? - спросила она. - Тебя кто-то обидел?

Девочка не ответила, только отрицательно помотала головой.

-Что случилось? - продолжала спрашивать Настя. - Почему тогда ты плачешь? Расстроилась, что тебя здесь родители оставили? Не переживай так. Они обязательно к тебе придут. Просто здесь такие правила и родителям нельзя быть вместе с детьми.

Девочка вновь помотала головой.

-Тогда я не понимаю, почему ты так горько плачешь, - сказала Настя. - Должна же быть причина. Расскажи мне, пожалуйста.

-Я не хочу умирать лы-ысо-ой! - прорвало девочку.

-Да что ты такое говоришь?! - подхватилась Настя. - С чего ты решила умирать? И почему лысой? Из-за химиотерапии? Послушай, сейчас лечат по-другому. Тебе необязательно будут делать химию. Да точно не будут! Я тут уже долго работаю, а ещё ни разу не видела, чтобы кому-то химиотерапию назначали.

-Нет, не из-за этого. Меня просто на лысо подстригут. У меня вши и самый главный врач сказал, что с меня волосы срежут. А я скоро умру, и они не успеют отрасти. И я буду в гробу лы-ы-ысо-ой!

-Так! Не реви! - приказала Настя. - С чего ты взяла, что умрёшь? У нас тут многие выздоравливают.

-Нет. Мне в детдоме сказали, что тут лечат только тех, у кого деньги есть, а у меня денег нет, поэтому я умру. Нет! Не говорите! Я точно знаю, что умру. Но это не страшно. Сначала умерли папа и мама. Потом умерла бабушка. А теперь умру и я. Но я не хочу умирать некраси-иво-ой.

-Ну, подстриженная - это не значит, некрасивая. Многие красавицы стригутся коротко и всё равно остаются красавицами.

-Я не красавица. И меня не коротко. Меня совсем.

-Так! Знаешь что! Надоела ты мне! Разводишь тут сырость. Когда тебя будут стричь и кто?

-Я не знаю, - ответила девочка.

-Ты не знаешь и уже ревёшь! Может, ещё сто раз передумают.

-Главный сказал.

-Андрей Борисович? Так подойди к нему и скажи, что не хочешь стричься.

-А как же?.. У меня ведь вши.

-А пусть что-нибудь придумает. От вшей можно иначе избавиться.

-Иначе - никто не будет возиться. Там с главным тётка была. Она так и сказала. После этого он и велел меня подстричь... Наголо...

-Так, всё! Марш в свою палату и не реви там! Займусь я тобой. Изведём мы тебе вшей.

-Правда?!

-Правда. Только сейчас ты мне мешаешь. Не успею домыть, не успею тобой заняться.

-Я буду в палате. А вы знаете в какой?

-Найду. Иди и жди меня. Я к вечеру закончу всё мыть и приду.

-Хорошо, я буду ждать, - сказала девочка и радостная убежала.

В течение дня Настя выяснила об этой девочке всё. Оказалось, что она сирота. Её родители погибли в аварии, когда ей было три года. Воспитывала её бабушка. Сначала ещё было ничего, но потом бабушка слегла и не смогла ухаживать за внучкой. Органы опёки ничего со старушки получить не могли, поэтому и девочка их не интересовала. Ещё и соседка, гораздо более бойкая бабуля, считала, что ребёнку лучше с роднёй, чем в детдоме, поэтому работникам социальной службы всегда подтверждала, что с ребёнком всё в порядке.

А девочка не была в порядке. Она жила впроголодь, так как бабушка не могла приготовить поесть даже из тех продуктов, что приносила соседка. Сидела с умирающей старушкой в одной комнате целыми днями, так как на улицу выйти не могла из-за сложного замка. Она мало общалась с людьми, не знала элементарных вещей. В школу она не пошла и только тогда социальные службы забили тревогу. Но было поздно. Бабушка умерла, и девочка два дня просидела в квартире с разлагающимся телом. Соседка, как назло, куда-то отъехала. Девочку спасли и отправили в детский дом.

Сначала там не обратили внимания, что с девочкой что-то не так. Но через месяц она так и не набрала вес, да и ела без аппетита. Сначала её пытались заставить есть, потом её осматривал врач детского дома и поставил модный диагноз - анорексия. Неизвестно, чем и как девочку лечили, но когда она начал задыхаться, то на скорой её отправили в больницу. Там и поставили диагноз. Лейкимия. Чтобы не было скандала, что в детдоме ребёнка уморили, заведующая детдомом выбила девочке место в лучшей клинике. Так девочка и оказалась на этом отделении. А то, что у ребёнка вши - никого не удивило. Мало ли где ослабленный организм мог их подхватить. Возиться с девочкой никто не хотел, поэтому решили просто остричь ей волосы.

Настя выразила желание повозиться. Ей пошли навстречу и предоставили процедурную. Настя уже знала, как проводится обработка от вшей, но одно дело учебник, а совсем другое жизнь. Была масса моментов, которые не указывались в учебнике. Старшая медсестра взялась обучить Настю. Она всё Насте показала и рассказала. Также предоставила весь необходимый инструмент, который был в полном комплекте, и пояснила, как Настя будет сдавать его на обработку после процедуры, и как получать после обработки. Когда поняла, что Настя всё усвоила, разрешила приступать к процедуре.

Вечером Настя забрала Таню из палаты и отвела в процедурную. Таня боялась, что её будут стричь, до конца не веря в добрых людей, и до самого начала сидела прямая и напряжённая, но когда Настя начала расчёсывать её, а потом наносить уксус на волосы, расслабилась. Настя втянула её в разговор. Спрашивала совета, как и что лучше делать, постоянно интересовалась самочувствием. Девочка довольно быстро привыкла к ней и бодро отвечала, но потом устала и стала вялой, апатичной. Настя уложила её на кушетку, а потом прямо на кушетке, держа её голову на коленях, вычёсывала вшей и выбирала гнид. После этого, на руках отнесла в ванную, вымыла, и также на руках, отнесла в кровать.

С этого дня у Насти появился хвостик. Таня постоянно ходила за ней. Если Настя что-то делала, она тихо стояла в сторонке, не сводя с неё взгляда. Настю это раздражало. Она ругалась и гнала Таню. Таня уходила, но тихо стояла за углом и караулила. Когда Настя заканчивала уборку в этом месте и шла в другое, Таня следовала за ней и также тихо стояла в сторонке, наблюдая. Дети из-за этого смеялись над Таней и часто доводили до слёз, но не при Насте. О том, что Таню дразнят, Настя узнала от одной из медсестёр. А ещё она узнала, что весь персонал отделения её осуждает, за её заботу о Тане. Она не должна была давать надежду на любовь умирающему ребёнку, а теперь гонять его от себя. Настя проплакала весь вечер, а потом полностью изменила своё отношение к Тане.

Она приносила ей всякие лакомства. Всё свободное время проводила только с ней. Читала только для неё, а не для всех детей. Очень быстро Таня стала для неё родной. У них были в чём-то схожие судьбы, они потеряли всех близких. Вот только у Насти был Говорун, а у Тани совсем никого не было. А ещё Таня умирала. Настина забота, профессиональное лечение, намного отдаляли это, но препятствовать не могли. Тане оставалось жить не более трёх месяцев. Самое страшное, что маленькая девочка полностью осознавала неизбежность смерти. Она не один раз попросила у Насти прощения за то, что умрёт и оставит её одну. Совершенно спокойно просила не приходить на могилку и не тратиться на похороны, ведь у Насти не так много денег. Настю каждый раз при таких разговорах пробирало дрожью. Она решила, во что бы то ни стало спасти Таню.

И разумеется, спасла. От пяти грамм вещества, данных Тане в течение недели, болезнь улетучилась, как будто её и не было. Андрей Борисович вызвал Настю к себе и устроил допрос, но Настя всё отрицала. Дальше отделения это не пошло, но на отделении все уже знали, что Настя продалась за артефакт в вечное рабство к преступникам. Что именно она делает – никто не знал, но предположения были самые невероятные. Сама Настя всё отрицала. Даже когда коллеги-медсёстры зажали её в сестринской, устроив форменный допрос, она плакала, но ничего не рассказала. Обсуждали Настю из-за этого ещё сильнее, но только на отделении.

Таню выписали. Она плакала, уезжая обратно в детдом. Настя тоже плакала, но ничего сделать не могла. Дала себе слово, что когда вернётся Саша, обязательно уговорит его удочерить Таню. Сама же стала почти каждый день приезжать к Тане в детдом. За это её осудили на отделении ещё сильнее. Все считали, что Настя не должна давать девочке надежду на удочерение, которого просто не может быть. Настя одинокая, без жилья, с маленьким доходом. Никто не позволит ей удочерить ребёнка. Да и не нужен ей сейчас ребёнок. Вот только, когда она это поймёт, она легко сможет бросить ребёнка, а девочке пережить разрыв буде гораздо тяжелее.

Настя всё это выслушивала и не возражала. Она не забрала Таню только потому, что ждала Сашу и не хотела ставить его перед фактом. Прекрасно понимала, что поставленный перед фактом наличия ребёнка, он может и взбрыкнуть. А вот если она будет при нём каждый день мотаться в детский дом, то на третий раз он сам начнёт процедуру удочерения, а тогда никаких препятствий не будет. Попробуй кто-то выставить препятствие перед Говоруном. Сметёт! Об этом она Тане не говорила, но намекала, что скоро всё изменится к лучшему.

Жизнь, однако, текла своим чередом. Имея запас артефакта и разрешение с самого верха творить всё, что вздумается, Настя не стала зарабатывать огромные деньги, торгуя направо и налево. Она по-прежнему продавала артефакт только умирающим людям. Если человек имел шанс поправиться, то артефакт он не получал. Вот только, имея в своём распоряжении больше людей, Настя расширила свои торговые операции на другие больницы. Теперь сведения о потенциальных клиентах обеспечивал Пеструхин. Вова подбирал исполнителей. Назаров проверял их и вербовал. Настя была вроде как не у дел, но только у неё был артефакт, и только она принимала решения о его продаже тому, или иному человеку. Ей предрекали возможные осложнения из-за этого, но видимо она подобрала себе хороших помощников и проблем не возникало.

Единственное, что не нравилось ни Насте, ни кому-либо из её команды – содержание на своём балансе группы боевиков. Парни только сидели в казарме и тренировались, а денег на них уходило столько, что самим участникам продаж оставались сущие крохи. За две недели просиживания штанов парни требовали зарплату, сравнимую с двумя продажами артефакта, а ещё Настя платила за их питание, проживание, оплачивала их тренировки. Пеструхин только разводил руками и тыкал в ведомости зарплат таких специалистов в государственных конторах, которые достал по знакомству и только копии, ведь эти цифры являлись государственной тайной.

Он думал, что этим заткнёт всех недоброжелателей, но Назаров был не того склада характера. Он каким-то образом выяснил, что такие зарплаты получают бойцы в зонах конфликта, или те, кто постоянно работает, а не сидит в казарме. Настя проверила через генерала Ерёмина и получила подтверждение этому. После этого у них с Пеструхиным вновь состоялся разговор.

Настя не понимала, почему майор так ей мстит? Что такого она ему сделала? Она не смогла загнать майора в угол своими вопросами. Он отшучивался, отказывался отвечать, а потом вовсе ушёл, прервав разговор. Настя уже готова была жаловаться и менять командира отряда, но догадалась обратиться к знакомому психологу в МОИЗ. Тот узнал суть проблемы и сразу выдал заключение. Майор воспринимал своё назначение, под её командование, как понижение, или ссылку за то, что не смог её поймать. Проблема была глупой и легко решаемой. Настя вернулась в Рязань и чётким приказом отправила Пеструхина и весь его отряд к психологу в МОИЗ. По результату посещения, майор перед ней извинился и пообещал, что больше пакостить не будет, а весь отряд был доволен местом новой службы и готов к действиям. Тем более, что действовать пришлось почти сразу.

Отец мальчика Ромы ворвался на отделение в окружении охранников и каких-то мутных личностей. Они прошли по отделению, как торнадо, разрушая всё, до чего могли дотянуться. Разбили, сломали и уронили всё на своём пути. Утверждали себя хозяевами положения, запугивали и угрожали. Настю даже попытались затащить в пустой кабинет, но она кричала, вмешались медсёстры и Настю спасли. После приватного разговора с Владиславом, Андрей Борисович вышел из кабинета очень задумчивым. Ни с кем разговор обсуждать не стал, и на вопросы не ответил, но меньше чем через час Настя содержание разговора узнала и даже смогла услышать собственными ушами.

Она чуть не стала жертвой изнасилования, поэтому изображала истерику. Её постарались успокоить и не смогли, поэтому дали отгул и отправили домой. Едва покинув территорию больницы, Настя попыталась позвонить Назарову, но её опередил Пеструхин и позвонил ей. Потребовал объяснений, но Настя ничего объяснять не стала. Назначила срочную встречу на квартире и начала обзванивать всех. Через тридцать минут все собрались. Еще через пару минут Пеструхин представил разговор Влада и Андрея Борисовича всем желающим. Микрофоны, установленные ранее в кабинете врача, никто не озаботился снять, или отключить. Они исправно записали разговор.

Суть разговора была проста. Влад решил, что именно главврач сел на источник артефакта и выделяет его страждущим. Теперь Влад требовал, чтобы врач отдал источник артефакта ему. Напрасно Андрей Борисович уверял, что ничего про торгующих артефактом людей не знает. Срок ему на раздумья давали небольшой. До утра. Утром Влад должен был получить ответ, а самое главное, один грамм вещества для сына. Мальчик вышел из комы, но болезнь вернулась, и её снова нужно было лечить. Андрей Борисович не придумал ничего лучше, чем позвонить своему другу Жене и пожаловаться. Ну а Женя, в свою очередь, позвонил Насте.

-Что будем делать? – спросил Пеструхин, когда они прослушали запись до конца.

-В принципе, на основании этой записи, можно привлечь этого Владислава по статье… - начал высказываться Назаров, но его перебил Вова.

-И через сколько он выйдет? Он вообще до отделения дойдёт? Хоть ближайшего?

-До ближайшего точно не дойдёт, - сказал Женя. – Им о том, что он творит в больнице, трижды сообщали. Никто не почесался. Приехали тогда, когда уже никого не было…

-А я, почему не видела? – удивилась Настя.

-А ты уже ушла к тому времени. Кстати, тебя вызовут и мягко намекнут, что ты заявление писать не должна. Даже не ходи. Просто потеря времени.

-Не пойду, - кивнула Настя.

-А как так получилось, что ты не сопротивлялась? – спросил Вова. – Я тебя знаю. Ты крутая. Ты бы их всех положила. Даже голыми руками порвала.

Пеструхин только усмехнулся. Он был невысокого мнения о Настиной боевой подготовке.

-Так я же на работе была, - возмутилась Настя. – Что мне, из-за нескольких придурков засветиться?

-А теперь что, не засветишься? – ехидно поинтересовался Вова. – Начнёшь доктора спасать, вот и конец твоей маскировки. Или не начнёшь?

-Что значит «Не начнёшь»?! – возмутился майор. – Андрей мой друг. Я его и так защищать буду. Сам, если мне людей не дадут.

-Не дам, - сказала Настя. – У тебя своё задание будет. Узнай через свои служебные каналы, с чего бы это этот крендель так нагло себя вести начал?

-Да он всегда себя так вёл, - сказал Назаров. – Все знают, чей он зять. Хотя, действительно, раньше он таким наглым не был. Вернее, вёл себя потише. Надо мне по своим каналам поискать. Что-то тут не так.

-Я тоже поспрашиваю, - сказал Вова. – Вдруг кто что знает.

-Это всё хорошо, но как же Андрей?! – возмутился Евгений.

-Андрей Борисович мне тоже не чужой человек, - сказала Настя. – Я не хочу, чтобы у него были неприятности. Я думаю, что нам нужно прямо сейчас сделать первый ход и в зависимости от ответного хода, делать свои ходы.

-Чего-то я не понял, - сказал Вова.

-Согласен, я тоже не понимаю, куда ты клонишь, - поддержал его Назаров.

-Всё просто. Мы сейчас звоним этому Владиславу и предлагаем купить у нас один грамм вещества для сына.

-И он нас пошлёт, - закончил Назаров. – Настя, ты что, не поняла? Он на весь канал нацелился и его захапать хочет.

-А с чего вдруг? То ему этот канал совершенно был не нужен, а то вдруг он решил… Он это решил, или кто-то другой? Вот это нам и нужно выяснить. Пока мы это выясняем, нам его отвлекать надо. Вот и будем отвлекать его продажей ему грамма. А врача мы ему отдадим на растерзание, но у меня есть люди, которые будут его защищать. Они никак не относятся к органам правопорядка, поэтому никак ни на кого не укажут. На случай применения оружия, их будут страховать наши люди.

-Как-то всё сложно получается, - усомнился Пеструхин.

-Да нет, всё просто. Около Андрея Борисовича несколько человек ближней охраны. Ни к какой группировке не принадлежащие. Как только дело доходит до оружия, вмешиваются наши люди.

-Они могут не успеть, - сказал Пеструхин.

-Пусть не стесняются и работают на опережение, - разрешила Настя. – Главное, чтобы Андрей Борисович не пострадал. Если есть ещё предложения, то давайте обсудим побыстрее.

-Минуточку, - прервал Настю Назаров. – Женя, сделай доброе дело. Найди мне номер этого Влада. Личный.

-Точно, как я не догадался, - хлопнул себя по голове Женя.

Пеструхин позвонил своему технику и попросил выяснить все номера, по которым можно связаться с Владиславом. Нашли массу номеров. Охранников, секретарш, любовницы, жены, партнёров. Настя даже удивилась такому разнообразию, но позвонила на тот номер, который хорошо знала по прошлому разу. Звонила со специального аппарата. Звонок с него, без специального оборудования, отследить было невозможно. Для этого пришлось зайти в фургон техников, а потом немного подождать, когда второй фургон припаркуется недалеко от месторасположения Владислава.

-Здравствуй дорогой! – начала Настя. – Слышала я, что сын у тебя болеет. Сохнет, чахнет. Есть у меня для него лекарство заветное, наговоренное…

-Кто это? – недоумённо спросил Владислав.

-Ай, дорогой! Не узнал меня! Не узнал – богатой буду. Ай, богатой! На пять миллионов богаче!

-Что? Кто? Это ты?! Это ты лекарство продаёшь?

-Я дарагой, я. Продаю. Дорого продаю. Зато сын у тебя будет здоровым. Вырастет красивым. Старости твоей утешение будет. Внуков тебе подарит.

-Погоди, погоди. Ты дай там кого, кто говорить может.

-Да кто же говорить-то не может милый?! У нас все говорят. Я говорю, ты говоришь. Ай, что нам говорить? День тебе на сбор денег. Будут деньги, лекарство получишь. Не будет денег, не будет тебе лекарства.

-Так сколько денег собирать?

-Ай, мне говоришь, что говорить не могу, а сам слушать не можешь. Пять миллионов с тебя, золотой ты мой! Пять! Я тебе позвоню, куда их принеси - скажу. А ты уж постарайся. Всё принеси, не как в прошлый раз. До встречи, желанный мой!

-Стой! Погоди! – услышала Настя, прежде чем сбросить звонок.

-Как всё прошло? - спросила она Пеструхина.

-Супер! – вместо него ответил технарь. – Я ваш голос через модулятор прогнал. Совсем настоящая цыганка получилась. Теперь будем выяснять, кому он звонить кинется. Гриша уже там, и караулит. Намудрили вы, товарищ майор. С этого телефона можно откуда угодно звонить и не засекут. Могли бы прямо в том фургоне сидеть, а не…

-Это я не знала, - покаялась Настя. – Простите, если отвлекла вас от чего-то важного.

-Нет, ну что вы, - смутился технарь. – Ничего такого. Просто теперь самая работа начнётся, а нам придётся тут сидеть и результатов ждать. Скучно.

-Тебе платят. Значит, придётся поскучать, - высказался майор.

-Да я ничего такого… Вот отчёт о первом звонке. Сейчас он звонит вот по этим номерам. Устроил конференцию. Записи вам срочно нужны? Просто сейчас пересылать их не стоит. Лучше получить все записи, а потом переслать все вместе. Так проще и лучше. Видите ли, при пересылке информации задействуются ресурсы аппаратуры, и поэтому…

-Мы вам верим, - поспешила прервать технаря Настя. – Давайте подождём и послушаем записи.

Ничего удивительного и неожиданного Настя из записей разговора не узнала. Первым делом зять позвонил тестю. Разговор был коротким и ёмким. Тесть приказал действовать. Владислав тут же кинулся звонить своим людям. На продавцов артефакта собирались устроить засаду, но не как в прошлый раз, а настоящую, с профессиональной слежкой и захватом всех участников. Вопрос о том, кто является инициатором всего этого, отпал сам собой. Тесть понял, что кто-то действительно торгует лекарством и решил прибрать этот канал себе. Учитывая, что он был не последним человеком в городе, а также располагал весьма серьёзными ресурсами, противостояние с ним могло стать весьма опасным делом. Настя подумала и придумала план.

Утром следующего дня Настя была в Москве. Она прошлась по магазинам и ничего не смогла подобрать. Всё было банально и стандартно, а Настя хотела что-то вызывающе-скромное, но очень дорогое. Она подумала и позвонила Анжелике. Объяснила суть проблемы. Анжелика отругала её за то, что она сразу не обратилась к ней и велела подъехать к трём вокзалам. Там они встретились, и Анжелика отвезла Настю на какую-то квартиру, где Настя смогла подобрать себе очень дорогое, и очень красивое платье, а также обувь, бельё, и немного одежды на потом. Со всеми этими примерками и перебором платьев, Настя чуть не забыла позвонить Владиславу. Анжелика заверила её, что её тайны останутся тайнами в этой квартире, поэтому Настя не стала выходить куда-то, а также не стала просить оставить её на несколько минут.

-Здравствуй дорогой, - начала она, как только звонок был принят. – Всё для тебя готово, всё собрано. С утра нашептали на воду, снадобье верное в эту воду бросили, варили – парили, в церковь носили, благодати церковной испросили. Верное снадобье получилось. Сына твоего вылечит, на ноги поднимет. Будет сын твой здоровый. Будет расти сильным, умным, тебе послушным. Радостью твоей станет, в старости утешением. Ну а ты, готов ли на обмен? Собрал ли денежку малую, за жизнь сына своего любимого?

-Слышь, не успел я пять миллионов собрать. Только половину собрал. Давай я тебе половину занесу, а потом ещё половину. Мне полтора ляма через день поднесут. Ещё лям я соберу к тому времени.

-Вот как соберёшь, так и разговор будет, а пока…

-Слышь ты!!! У меня сын умирает!!! Ему жить осталось… Он в любой момент умереть может! Дай лекарство. Я тебе ещё пол миллиона сверху накину.

-Ай, уговорил, велеречивый! Два с половиной миллиона сейчас, и три после. Меня ты легко уговорил, но ведь не одна я тут. Я тебе всё бы отдала, уговорил ты меня, но ведь не меня надо уговаривать, а друзей моих.

-Слушай, как тебя… Дай трубку тому, с кем поговорить можно.

-Со мной говори, желанный. Со мной. А я, что надо передам. Расскажу, как сумею. Обскажу, как разумею.

-Да мне не надо… Слышь, ты пойми, не смог я за день пять миллионов достать. Половину достал, а больше не получилось. Я деньги достану, но только дня через три, или пять. Ты пойми, просто так это не делается…

-Вот через три дня я и позвоню…

-Да мой сын через пять минут может умереть!!! Слушай, я ещё у вас лекарство закажу. Ему одного грамма будет мало. Но грамм надо срочно. Я заплачу, сколько есть. Насчёт следующей поставки договоримся. Там я остальное занесу. Я готов ещё пять миллионов заплатить, но сейчас у меня таких денег нет.

-Ай, какие речи ты ведёшь. Заслушаться можно. Хорошо, дорогой, уговорил. Неси деньги, получишь лекарство. На то место неси, где раньше мы с тобой встречались. Там тебе позвонят и скажут, что делать.

Настя положила трубку, но телефон не отключила. Дальше вся работа ложилась на Назарова. Он должен был получить деньги и кинуть Владислава. Вместо дум-мумиё дать крашеную пищевым красителем водичку. Единственный телефон, по которому Владислав мог высказать свои претензии, был у Насти. Она стала ждать звонка. Звонок последовал, когда Настя и Анжелика, подобрав наряды, ехали в салон красоты.

-Ты сука!!! Ты меня кинул!!! Я тебя урою!!! Я тебя…

-Что, не нравится? – спросила Настя своим обычным голосом, без всяких изменяющих голос устройств.

-Что? Ты кто?! – смешался Владислав.

-Та, кто тебя кинула, - представилась Настя. – Я ещё не получила подтверждение о получении денег, но судя по твоей реакции товар ты уже получил, а значит деньги у меня.

-Ты!!! Твою!!! Да я тебя!!!

-Ничего ты мне не сделаешь, - спокойно сказала Настя. – Ты меня просто не найдёшь. Давай, поругайся, поугрожай мне. Мне так приятно это слышать.

-Слушай сюда, - взял себя в руки Владислав. – Я прямо сейчас начну искать тебя. И не только я, а ещё и другие люди. И мы тебя найдём.

-Больше ничего сказать не хочешь? – спросила Настя, когда пауза затянулась.

-Нет, - выплюнул Владислав.

-Ну, ладно. Тогда, наш разговор закончен. Только теперь ты сиди и думай, кто из нас лох.

Настя отключила телефон и выбросила на дорогу, разобрав на части.

-Не боишься так кидать людей? – спросила Анжелика.

-Этого чмошника я совершенно не боюсь, - отмахнулась Настя. – Но вот того, кто стоит за ним – стоит опасаться. И сегодня у меня с ним встреча, а для этого надо выглядеть на все сто. Как ты думаешь, мне надо делать макияж под платье, или под драгоценности?

Они обсудили платье, драгоценности, а также макияж. В салоне красоты Настя засиделась до вечера. Она бы ещё посидела на каких-нибудь процедурах, но время встречи зависело не от неё, поэтому пришлось завершать с наведением красоты и готовиться к выходу в свет. Гриша ждал её у входа в салон красоты на знакомой Насте машине. Он восхищённо замер, не в силах поверить, что видит Настю, что для Насти было лучшим комплиментом. Пеструхин договорился о сопровождении машиной ГИБДД, поэтому вместо трёх часов поездки до Рязани, ехали всего два часа. В нужное время они подъехали к клубу, где находился нужный Насте человек.

Машина подъехала прямо ко входу в клуб. Настя не стала дожидаться пока Гриша выйдет и обежит машину. Открыла дверь сама и вышла из машины. Осмотрелась, скорчила гримаску лёгкой брезгливости, и двинулась ко входу, даже не предполагая, что её могут задержать охранники клуба. Так и получилось. Охранники с поклоном открыли ей проход, и Настя прошла в клуб, под завистливыми взглядами ждущих в очереди. Внутри к ней сразу бросился кто-то из обслуживающего персонала.

-Простите, вы с компанией, или пришли к кому-то? – сразу задал он вопрос.

-Роман Михайлович у себя? – спросила Настя пространство, начисто игнорируя человека перед собой.

-Да, сегодня он ужинает у нас. Желаете пройти к нему? Вам назначено?

-Желаю. Не назначено. Сюрприз будет.

Настя бросила эти фразы, начисто игнорируя кого-либо, и двинулась вперёд. Она примерно знала, куда ей идти. Пеструхин нарисовал ей план, хоть сам точно знать не мог. Примерно на пол пути Настю обогнал администратор, и далее ненавязчиво указывал ей дорогу. Они прошли зал со столиками насквозь, обошли общий танцевальный зал. Поднялись на третий этаж, и здесь появилось первое препятствие в виде охранника при входе.

-Я не могу вас пустить, - категорично заявил охранник.

Настя посмотрела ему прямо в глаза.

-Я доложу, - смутился охранник. – Как вас представить?

-Представьте меня уходящей отсюда, - холодно произнесла Настя, и развернулась к охраннику спиной.

-Нет, подождите! Вы, конечно, можете пройти, но я обязан доложить.

-Я сама представлюсь, - повернулась к нему Настя. – Роман Михайлович будет рад меня вдеть. Или не рад, но тебе это без разницы. Я прохожу, или ухожу?

-Проходите, - сдался охранник. – Ожидайте Романа Михайловича в третьем кабинете.

-Благодарю. Выделите мне кого-нибудь, кто проводит меня к Роману Михайловичу. Я не буду его ждать. Сама к нему подойду.

-Простите, но это невозможно, - твёрдо сказал охранник. – Если Роман Михайлович вас не ждёт, то пройти прямо к нему вы не можете.

-Я жду его здесь три минуты. Потом ухожу. Если ему интересно со мной разговаривать, то он со мной поговорит. Если нет, то нет. Не стойте! Время уже идёт.

Охранник прошёл по коридору и заглянул в один из кабинетов. Рядом с Настей ненавязчиво встали ещё двое охранников. Настя их привычно игнорировала. Через минуту охранник вышел из кабинета и кивком пригласил Настю подойти. Настя подошла и попыталась с ходу пройти, но охранник просто перекрыл собой проход, и она вынуждена была остановиться. Чуть недоумённо Настя посмотрела на него.

-Я обязан проверить, что у вас нет оружия, - сказал охранник.

-Оно у меня есть, - сказала Настя, - но я не собираюсь его применять.

-С оружием нельзя… - начал охранник.

-До свидания, - сказала Настя и развернулась к выходу.

Она прошла по лестнице вниз, когда её догнал шустрый типчик.

-Эй, ну ты чего. Тебя Роман Михайлович ждёт…

-Ты кто такой? – холодно спросила Настя.

-Я при Романе Михайловиче…

-Впрочем, мне всё равно. Я готова вернуться, но только если больше никаких препятствий не будет.

-У вас оружие… - начал было охранник, но осёкся от Настиного взгляда.

-Трудно девушке без пистолета, - опустив глаза, вздохнула Настя. - Хамов вокруг много. Ещё раз обратишься ко мне на «ты», - впёрла она взгляд в типчика, - узнаешь, как хорошо я стреляю.

-Не стоит мне угрожать, - сказал типчик.

-Я не угрожаю. Я говорю, что будет. Мы идём, или я ухожу?

-Ну, пошли, - хмыкнул типчик.

Они вновь поднялись по лестнице и прошли по коридору. Типчик все двери проходил, не пропуская Настю вперёд и не придерживая ей дверь. За это перед кабинетом схлопотал по морде. Пощёчина была не сильной, но очень обидной. Тем более, что Настя отвесила ему пощёчину походя, не уделяя ему особого внимания. Он попытался было сунуться за Настей в кабинет, схватить, ударить, но резкая команда человека, сидящего за столом в кабинете, заставила его отступить. Несколько секунд Настя стояла почти в дверях, а все присутствующие в комнате её изучали. Настя, в свою очередь, изучала присутствующих.

Сам Роман Михайлович сидел за столом, в окружении двух девиц. Он был здесь самым старым, поэтому его легко было узнать. По бокам у стен стояли охранники, готовые в любой момент броситься и скрутить Настю. За столом также сидели ещё два человека. Один по виду был похож на бухгалтера, а другого Настя назвала бы начальником охраны. Начальник охраны был настроен враждебно, бухгалтер был ироничен, а взгляд Романа Михайловича трудно было понять. Он смотрел, вроде бы на Настю, но в тоже время, куда-то сквозь неё. Как сытый удав сморит на кролика. Пока удав сыт, кролик его мало интересует.

-Добрый вечер.

Настя без разрешения прошла и села за стол.

-Вот только от дел решил отдохнуть, так и тут дела нашли, - с лёгкой досадой в голосе сказал бухгалтеру Роман Михайлович.

-Вы не поздоровались со мной, - строго сказала Настя. – Вы проигнорировали моё приветствие. Неудивительно, что при таком начальнике, подчинённые тоже хамы.

-Вы только что назвали меня хамом? – повернулся к ней Роман Михайлович.

-Да, - кивнула Настя. – Назвать вас хамом впрямую, мне не позволяет воспитание. Но вот так, завуалировано… Где вас воспитывали, что вы так себя ведёте?

-А вы пришли сюда, чтобы обсуждать моё воспитание?

-Нет, но я обязана указать вам, что ваше воспитание оставляет желать лучшего.

-Училка? – после паузы задал вопрос бухгалтер.

-Как ни странно, но меня так называют, - кивнула Настя.

-Ты моего зятя сегодня кинула, - заявил Роман Михайлович.

-Когда-то он кинул меня. Мы в расчёте.

-Я так не думаю, - с угрозой в голосе сказал Роман Михайлович.

-Вам всё равно, что думаю я. Мне всё равно, что думаете вы, - парировала Настя. – Вопрос в том, что мы с этим будем делать?

-Выпьешь что-нибудь? – спросил вдруг Роман Михайлович. – Девки, идите, погуляйте. Охрана, свободна.

Девушки тут же вскочили и выбежали из комнаты. Охранники отошли и остались у дверей.

-Нет, благодарю. Я смотрю, у вас на столе только крепкие напитки и дешёвое шампанское. Ничего этого я не хочу.

-Это не дешёвое шампанское, - вмешался бухгалтер.

-Как скажете, - не стала спорить Настя. – Но я всё равно его не хочу.

-А чего ты хочешь? – поинтересовался Роман Михайлович.

-У вас есть вино?

-Денис, метнись, принеси сюда бутылочку из моих личных запасов.

Бухгалтер встал и ушёл. Пока он не вернулся, все сидели и разговоров не вели. Молча изучали друг друга. Настя уже хотела прервать молчание, но тут бухгалтер вернулся. Он принёс бутылку вина без этикетки. Поставил бутылку на стол и показал всем присутствующим этикетку, достав её из кармана.

-Вот, отклеилась. Старое вино, долго лежало в погребе.

-Да, вот это вино и надо было принести, - сказал Роман Михайлович. – У нас тут человек, разбирающийся в винах. Интересно, как он оценит вино за пятьдесят тысяч?

-Если вы намекаете на меня, то вынуждена вас разочаровать. Я не разбираюсь в вине. Просто мне нравится хорошее вино, а плохое не нравится.

-Вино за пятьдесят тысяч не может быть плохим, - фыркнул Денис.

-Спорное утверждение, - сказала Настя. – Мне обычное Молдавское вино тоже приятно, а стоит оно совсем не дорого. Проблема в том, что при перевозке и хранении вино теряет вкус. С вином нужно уметь обращаться.

-У меня отличный погреб для хранения, - сказал Роман Михайлович. – Вино там хранится правильно. Вот, сейчас попробуем. Всё-таки пятьдесят тысяч. Это вам не шмурдяк какой.

Он самолично взял штопор и откупорил бутылку. Тут же разлил по бокалам. Настя взяла свой, принюхалась. Вино ничем хорошим не пахло. Настя сделала маленький глоток. С трудом удержалась, чтобы не скривиться. Вино было противным. Кисленькая водичка с горьким послевкусием. Настя отставила бокал.

-Чего не пьёшь? – спросил Роман, проглотив своё вино.

-Благодарю, но такое дорогое вино вам стоит пить самому, наслаждаясь его вкусом. Я не претендую на большее, нежели вот этот бокал. На этот вечер мне его хватит.

-Видал? – кивнул Роман Михайлович Денису. – Вот, что значит воспитание. Как воспитанно она отказалась пить ещё. Что, вино не понравилось? Говори, как есть. Я приму любую правду.

-Что же, если вы настаиваете… Вас обманули. Это вино не стоит тех денег, которые вы за него заплатили.

-По крайней мере – правда. Денис, смотайся, принеси ещё бутылочку. Мне интересно, что вы скажете о другом вине. Оно не так дорого стоит, но мне обещали, что оно очень неплохое.

-Я вам уже говорила, что качество вина не зависит от его цены. Как я понимаю, вы специально дали мне бутылку плохого вина и назвали его невероятную цену, чтобы я восхищалась гадостью. Я смотрю на вкус, а не на цену. Цена меня не интересует.

-Ты первая за несколько лет, кто честно признался, что пьёт дрянь. Большинство восхищается вкусом. Некоторые, тактично молчат.

-Те, кто молчит, тоже хотели бы сказать вам, что пьют гадость, но им что-то от вас нужно, поэтому они молчат, чтобы вас не расстраивать.

-Выходит, что тебе от меня ничего не нужно?

-По большому счёту – нет. У меня к вам просьба. Не лезьте в мои дела. И если мои дела как-то касаются вас, то просто отходите в сторону и не пытайтесь урвать что-то для себя.

-Смешно. Это мой город. Я пока вами не занимался, но могу заняться. Здесь все должны работать на меня. Или не работать. Я вполне могу сделать так, чтобы вы не работали.

-Нет, не можете. Я всё равно буду работать. Ваше разрешение мне не нужно. Не вижу, каким образом вы сможете мне помешать. Если вы попытаетесь натравить прикормленных вами чиновников, то вас ждёт очень неприятный сюрприз. Всех ваших чиновников снимут, а взамен пришлют новых. Видите ли, я работаю на тех людей, которым платят те люди, которым платят люди, которым платите вы. Если мне что-нибудь понадобится, я могу и к премьеру на приём напроситься.

-Почему тогда вы работаете здесь, а не в Москве?

-Так получилось. Я начала проект здесь. Проект пошёл. Меня назначили главной и решили ничего не менять.

-Кто назначил?

-Понятия не имею, - искренне ответила Настя. – Просто сказали, что я теперь главная. А кто сказал – этого я не знаю. И даже не догадываюсь.

-Неужели у вас совсем нет догадок?

-Есть, но озвучивать их я не хочу. Земля слухом полнится. Кто знает, на кого ещё работают ваши люди и кому они перескажут наш разговор? Я не хочу пустых разговоров. А вы?

-Ну, где там вино?! – не ответил на вопрос Роман Михайлович. – Денис, тебя только за смертью посылать. Принёс? Пусть специальный человек разольёт. Ты его позвал?

-Я потому и задержался. Он ждёт за дверью. Позвать?

-Зови, конечно, - кивнул Роман Михайлович и обратился к Насте. – Вы знаете, что вино дожжен вскрывать специально обученный человек?

-Кто вам это сказал? – удивилась Настя. – Вино может открыть любой человек. Просто ему надо немного потренироваться, чтобы сделать это правильно.

-Мне тренироваться некогда, - поморщился Роман Михайлович. – Мне проще человека нанять.

-Это ваше право. Просто, к примеру… Я знала одного любителя вина, который вскрывал бутылки только сам. Официантов гнал в шею, если они осмеливались предложить ему открыть вино.

-Чего ты мне под нос пробку суёшь?! – вызверился на официанта Роман Михайлович. – Наливай, давай!

-Он предлагает вам понюхать пробку, - пояснила Настя, и протянула руку к официанту. – Вы позволите?

Официант передал ей пробку. Настя принюхалась. Постаралась вспомнить, что рассказывал о вине Борисов. Ей легко это удалось. Пробка пахла правильно. Пробкой и цветочным ароматом с лёгкой кислинкой.

-Благодарю вас, - кивнула Настя. – Разлейте вино.

Официант разлил вино по бокалам. Каждый взял свой бокал и все выжидающе посмотрели на Настю. Настя взяла вино, подержала в руке и пригубила, чуть подумала, а потом сделала глоток побольше. Подержала вино во рту и проглотила. Несколько секунд прислушивалась к послевкусию.

-Очень неплохо, - признала она. – Вино весьма приятно на вкус, с лёгкой горчинкой, видимо издержки перевозки, и очень приятным послевкусием.

-А откуда это вино, вы можете сказать? – вдруг спросил молчавший до этого охранник.

-Я не разбираюсь в винах, - напомнила Настя, - но судя по тому… Да, это не Франция. Но и не Кавказ. Я бы предположила Молдавию, но мне кажется, что вино из Италии. Или Греции… Подтвердите пожалуйста, или опровергните мои догадки.

-И вы ещё говорите, что не разбираетесь в винах, - сказал Денис.

-Признаться, я впечатлён, - покачал головой Роман Михайлович. – Это вино из Италии. Не помню, как называется виноградник, но стоило оно мне около тридцати тысяч рублей.

-Если вы намекаете, что виноградник должна назвать я, то вынуждена вас разочаровать. Я в вине не разбираюсь!

-Я ни на что не намекаю. Но в вине вы разбираетесь лучше любого из нас. О вине мы поговорили. Давайте поговорим о делах. Денис, поговори за меня.

-Да, Роман Михайлович, - кивнул бухгалтер и повернулся к Насте. – Мы собрали сведения о вашем бизнесе. Нашли его бесперспективным. Рано или поздно вами займётся МОИЗ. Канал в Зону – целиком их прерогатива. Они пресекают любые попытки на этом заработать. Или вы работаете на них, или вас скоро закроют. Я прав? Вы работаете на МОИЗ? С МОИЗ мы связываться не хотим.

-Я работаю на себя, - сказала Настя. – Однако с МОИЗ у меня есть связи. Часть денег я трачу на них.

-Мы так и думали. Поэтому ваш бизнес нам не интересен. Прибыль небольшая, а проблем немало.

-Тогда как понимать выступление зятя уважаемого Романа Михайловича? – показала удивление Настя.

-Только как его личную инициативу. Мы никакого отношения к нему не имеем.

-Давайте я предположу, - сказала Настя. – Вы поставили его тральщиком, и решили по реакции на его действия, понять мою степень возмущения вмешательством в мои дела.

-Это только ваши предположения, - заметил Денис. – Вы ведь не думаете, что Роман Михайлович так подставил своего зятя? Нет, это целиком и полностью инициатива, ослеплённого горем потери сына, отца. Мы к этому не имеем никакого отношения.

-Ну что ж, тогда вы не будете против, если я отреагирую так, как должна отреагировать на такой наезд. Скажите, а как бы отреагировали вы?

-Убьёшь его? – спросил Роман Михайлович.

-Не знаю, - пожала плечами Настя. – Я не люблю убивать. Мне достаточно будет того, что вы прикажете ему больше не попадаться мне на глаза. И сами тоже в мои дела не полезете.

-Не полез бы, но ты ведь сама пришла. Ты ведь меня опускаешь перед моими людьми. Как я должен на это реагировать? Проглотить и переваривать? А ты не думала, что меня после этого кто-нибудь другой тоже на прочность попробует? Как там?.. Акела промахнулся. Нет уж. Ты в моём городе, значит - на меня работаешь.

-Вы много работали, чтобы взять этот город под себя. Мне многое не нравится из того, что вы делаете, но я ничего не собираюсь менять. Однако, мои дела вас не касались и не должны касаться. Если хотите каких-то отступных… Я готова заплатить вам разовым платежом. Я дам вам лекарство для вашего внука.

-Ты меня кинула на бабки! Мы не о внуке говорим, а о деньгах. Ты мне деньги вернёшь и компенсацию выплатишь.

-Ваш зять кинул меня на деньги больше месяца назад. Вся сумма – компенсация за то кидалово. Я вам ничего не должна. Также я вам бесплатно предоставляю лекарство для внука. В знак своих добрых намерений и…

-Мне внук не нужен! Мне нужны мои деньги! Думаешь, у кого Влад взял деньги? Он обещал их вернуть. Сейчас он должен был сидеть здесь и отвечать за потерянные средства. Если денег не будет, то это кидалово. Его на меня повесят! Тут так. Или деньги назад… С процентами. Или какой-то доход, который окупит затраченные средства. Иначе меня не поймут мои партнёры и мои люди. Почему я должен тебе это объяснять?! Сама понимать должна!

-Я это понимаю, - кивнула Настя. – Я готова вернуть вам деньги. Только не подумайте, что я боюсь вступать с вами в конфликт. Моё желание… точнее нежелание войны – не признак слабости. Мне просто не хочется тратить на вас…

-Деньги ты мне вернёшь, - кивнул Роман Михайлович. – Также ты выплатишь мне компенсацию. Я потратил на тебя своё время…

-Роман Михайлович, - улыбнулась Настя. – Вы забываетесь. Прямо сейчас мои люди охраняют врача, которому угрожал ваш зять. Прямо сейчас я трачу деньги. Вы думаете, что это ваш город. Вы ошибаетесь. Я могу сделать так, что завтра же вы окажетесь в морге, а ваша организация перейдёт под контроль другого человека. Или вообще развалится. Вы хотите войны? Я не хочу. Поэтому готова отдать вам ваше и разойтись, но если вы хотите войны, то я готова воевать. Впрочем, я даже воевать не буду. Устраню вас и продолжу заниматься своими делами, а ваши люди пусть сами друг друга съедят.

-Если меня не будет, то в городе начнётся чёрт знает что, - сказал Роман Михайлович. – Думаешь, тебе позволят меня убрать?

-А я ни у кого разрешения спрашивать не буду. Я пришла сюда сказать, что мне не нравится ваш интерес ко мне. Я это сказала. Угрожать вам я не хочу, но наездов на себя терпеть не буду. Ваши условия неприемлемы. Я готова договариваться. Вам нужны ваши деньги? Я их верну. Вам нужно лекарство для внука? Я его вам предоставлю. Однако, лекарство для вашего внука будет стоить ту сумму, которую вы у меня требуете. Что вам нужно? Деньги, или лекарство?

-Разумеется, деньги! – не задумываясь, ответил Роман Михайлович. – Но также мне нужно как-то объяснить, почему я отдал эти деньги и почему они вернулись без прибыли.

-Кому объяснить? – удивилась Настя. – Разве вы обязаны кому-то что-то объяснять? Разве вы не главный в вашей организации? Давайте вы прекратите говорить глупости и скажете, наконец, что вы согласны на мои условия.

-Ваши условия для меня неприемлемы. Я ещё раз повторяю. Вы в моём городе. Вам только кажется, что я не смогу вам доставить проблемы. Вы молоды и наивны. Вы можете не работать на меня, но отстёгивать мне вы обязаны. И за это вы будете получать от меня помощь. Ваш канал будут прикрывать мои люди. Если ваши люди попадутся, я смогу их вытащить. Я буду следить, чтобы в ваш бизнес не лезла всякая шушера, а чиновники не ставили вам препятствия.

-За ваши услуги я готова платить. Но я не представляю, как вы можете быть мне полезны. Платить вам за то, чтобы вы мне не мешали - я не собираюсь. Мне проще ликвидировать вас. Я предлагаю остаться при своих. Вы забываете про меня. Я забываю про вас. Это мои условия и других не будет.

-Вы говорите, что не хотите воевать, а сами постоянно мне угрожаете, - засмеялся Роман Михайлович. – Так дела не делаются.

-Мы ходим по кругу, - вмешался Денис. – Вы должны уступить.

-Я уступила. Я готова вернуть деньги. Мой бизнес – мой бизнес. Никого в него я впускать не собираюсь. Вас не устраивают мои условия? Я не хочу войны, но я готова воевать. А вы?

Повисла пауза.

-Вы воевать - не готовы, - вынесла вердикт Настя. – Дело не в том, что у вас сил нет. Вы просто про меня ничего не знаете. Вы, вполне возможно, смогли бы прихлопнуть меня разом, но вы не знаете, куда вам надо бить. Я про вас знаю всё. Я могу отследить вас везде. Если мы начнём воевать, то вам останется только залечь в могилу, лежать и не высовываться, не сильно отличаясь от мертвецов, чтобы я не обратила на вас внимания.

-Какое образное сравнение, - пробормотал начальник охраны.

-Зато верное, - парировала Настя. – И теперь вопрос. Вы принимаете мои условия, или мы воюем?

-Это ультиматум, - кивнул Роман Михайлович. – Я не люблю, когда мне выдвигают ультиматумы.

-Что ж, если вы хотите воевать… - начала Настя.

-Я этого не говорил, - перебил её Роман Михайлович. – Такие вопросы так быстро не решаются. Надо обсудить это со своими людьми. Надо прикинуть расклады. Куда нам спешить? Давайте лучше будем сейчас пить вино и говорить о чём-нибудь другом. Вы замужем?

-Да, - кивнула Настя. – Но не стоит пытаться выведать что-то про меня. Моя личная жизнь вас не касается. А поскольку о моей личной жизни мы говорить не будем, а про вашу я всё знаю, давайте продолжим разговор о делах. Сейчас я расскажу вам, как я вижу сложившуюся ситуацию. Вы решили прибрать к рукам мой бизнес, но у вас были подозрения в том, что он принадлежит кому-то очень влиятельному. Вы отправили на разведку своего зятя, благо, повод у него был. Ваш зять привлёк моё внимание и взял у вас деньги, чтобы оплатить артефакт. Скажите, вы собирались взять кого-то из моих людей на передаче денег, или вещества? Второе, я правильно понимаю? А передача артефакта не состоялась. Вам деньги не особенно нужны. Такие потери для вас мелочь. Но вы были весьма раздосадованы тем, что ваша операция сорвалась. Возможно, придумывали новый способ, чтобы выйти на меня. И тут я прихожу к вам сама. И объявляю войну. А вы к войне не готовы. Теперь вы тянете время, юлите, чтобы не принимать мои условия. Я всё правильно рассказала?

-В общем – да. – Роман Михайлович чуть поморщился, выговорив признание.

-Но вы в кое-чём ошиблись, - сразу добавил начальник охраны. – Мы готовы… воевать. Как вы это называете. Выследить вас – дело нескольких часов. Мы просто этим не занимались, как следует. Снять наших людей в администрации - вы просто не успеете. Это ведь быстро не делается. Тем более, я уверен на сто процентов, всех наших людей вы не знаете. Отследить ваш канал поставки тоже не так уж сложно. Убрать ваших людей тоже не проблема. Если вы хотите воевать, то ваши потери будут намного больше, чем наши.

-Вам обо мне надо узнавать, а я про вас всё знаю. Мой удар будет весьма для вас неприятен. Если вы ответите, то сюда приедет мой муж и тогда здесь останутся только трупы.

-А кто ваш муж?

-Убийца, - просто ответила Настя, и добавила, - поэтому давайте договоримся раз и навсегда.

-Ладно, давай договоримся, - сказал Роман Михайлович. – Все деньги мне вернёшь. Зятя своего я отзывать не буду. Он теперь твоя проблема. Если тебе что-то от меня понадобится, то ты мне всё будешь оплачивать. В мои дела ты лезть не будешь, и мои интересы ты не затрагиваешь. Если мне что-то нужно будет от тебя, то у нас должен быть канал связи. Все проблемы мы будем решать по телефону, но иногда, при личной встрече. Тебе так годится?

-Вполне, - кивнула Настя. – Вот только у нас не должно быть проблем. По идее, эта встреча должна быть первой и последней. Наши интересы не должны пересекаться.

-Пересекутся, рано или поздно. Ты в моём городе бизнес ведёшь. Точно знаю, что моя помощь тебе понадобится.

-Если понадобится, то я обращусь к людям, стоящим намного выше вас.

-Ты глупа, или прикалываешься? Что те люди могут? Они что, сюда приедут? Будут здесь решать твои проблемы? Здесь проблемы решаю я. Могу их и создать, но мы ведь договорились, что я тебе проблем не создаю? Но поверь моему опыту, обращение к высокому начальству, чаще создаёт дополнительные проблемы, а не решает имеющиеся. Высокому начальству лучше не напоминать о своём существовании, а решать дела со мной.

-В ваших словах есть логика, - согласилась Настя. – Половина моих людей сказала мне тоже самое. Они выступали за то, чтобы договориться с вами и даже платить вам определённую сумму, но вторая половина была твёрдо уверена в том, что вас надо ликвидировать и тогда никаких проблем не будет. Я не могла решить, поэтому попробовала договориться. Рада, что у меня это получилось. Скажите, вы ведь не планируете обмануть меня? Я не прощаю предательства.

-Ох, куда же ты влезла, девочка? – вздохнул Роман Михайлович. – Кто тебя запихнул сюда, в эту богом проклятую жизнь? Совет тебе: вернись обратно в свою песочницу. Или ты так хорошо притворяешься? Я всё никак понять не могу. Ведь не могли тебя, такую наивную, поставить на такое дело.

-Да, я наивна, - согласилась Настя. – Мне об этом многие говорят. Но при этом, мне это не мешает быть главной в моём бизнесе. Наивность – ещё не значит глупость. Я наивна, поэтому пришла сюда, чтобы с вами договориться. Но неужели вы думаете, что я пришла сюда без прикрытия? Я вовсе не дура. Вы хотите от меня какого-то показа моей силы. Пустые угрозы вас не пугают. Что ж… Одну минутку, я позвоню. Смотрите. Я достаю телефон из сумочки… Продиктуйте мне любой номер. Любые цифры. Хотя, нет, наберите номер сами.

Настя протянула трубку начальнику охраны. Он взял телефон, повертел в руках, а потом набрал несколько цифр и протянул трубку Насте. Настя услышала в трубке гудки и как только они прекратились, сказала глупую фразу:

-Принесите мешок муки. - И сразу же сбросила вызов.

Меньше чем через минуту в дверь постучали, и Настя глазами указала Денису, чтобы он открыл дверь. Тот посмотрел на начальство, получил разрешающий кивок, встал и подошёл к двери. Как только он открыл дверь, из-за неё высунулась рука, держащая плотно увязанный мешок, сунула мешок ему в руки и исчезла за дверью. Дверь закрылась. Денис попробовал её открыть, но у него ничего не получилось. Он постоял немного в растерянности, а потом вернулся к столу, с мешком в руках. Попытался отдать мешок Насте, но она покачала головой и указала на Романа Борисовича.

-Этот мешок я возвращаю вам. В нём вся сумма, полученная моими людьми от вашего зятя. Мешок даже не открывали. Как мне сказали, он был опечатан. Печать сохранилась, можете проверить.

Денис внимательно осмотрел печать.

-Печать была сломана, - сказал он.

-Не может быть! – сразу сказала Настя. – Я полностью уверена в своих людях. Давайте вскроем мешок и пересчитаем. Если там будет меньше двух с половиной миллионов, я вам компенсирую разницу. Даже выплачу полмиллиона сверху…

-Погоди, прервись, - остановил её Роман Михайлович. – Разговор был о пяти миллионах. Мне Влад давал запись прослушать. Там о пяти миллионах речь шла.

-Ваш зять сказал, что пяти миллионов у него нет. Договорился о половине суммы. Поскольку я всё равно собиралась его кинуть, то мне было без разницы, сколько он заплатит. Я правильно поняла, он у вас всю сумму взял, а мне дал только половину?

-Вот крысёныш! И тут урвать попытался! У своих крадёт, гад! Володя, займись его похоронами. Теперь он нарвался.

-Роман Михайлович, - глянув на Настю, обратился к начальнику Володя, - может быть, не будем…

-Нет, Володя, мы будем действовать так, как должны. А ты, - Роман Михайлович посмотрел на Настю, - учти, что убийство моего зятя повесят на тебя. Вернее, на твоих людей.

-Каким образом? – спросила Настя.

-Сейчас объясню, - кивнул Роман Михайлович. – Только вопрос возник. Могут мои люди выйти из этой комнаты?

-Да, конечно, - кивнула Настя. – За дверью всё по-прежнему. Просто ваши люди были временно нейтрализованы направленными на них автоматами. Если никто из них не стал играть в героя, то с ними всё в порядке. Если нет, то они сейчас лежат без сознания, но никаких фатальных повреждений не получили.

-Володя, проверь. Денис, иди с ним и подготовь мне на завтра официальное заявление. Ты знаешь по какому поводу. Училка, прости, не знаю, как тебя по имени… Садись ко мне сюда. Поговорим. Давай я тебе вина ещё добавлю. Будем пить вино и разговаривать.

-Я так понимаю, мы договорились, а теперь знакомимся ближе, чтобы наша договорённость продержалась как можно дольше. Вас впечатлила демонстрация силы?

-Признаюсь. Да, впечатлила. Но не то, что твои люди здесь оказались, а то, что в своём городе я не заметил высадки боевого десанта. Иначе, я даже представить не берусь, что у тебя за люди, что так просто мою охрану прошли. Садись рядом. Я с тобой поговорить хочу. Нравишься ты мне. Вроде бы наивная, даже глупая, но ведь всё спланировала, и не на шару сюда сунулась. Слушай, признайся. Ты ведь меня на откровенность вызвала не просто так. Зачем тебе это было нужно?

-Простите, я не очень вас поняла. Что вы имеете в виду?

-Ну как же? Ты притворялась такой наивной девочкой… Я даже купился. Было полное ощущение того, что ты в наших делах вообще не шаришь.

-Роман Михайлович, ваши ощущения вас не обманули. Я в ваших делах не разбираюсь. Переговоры с вами – моя импровизация, которая не могла увенчаться успехом, как предсказывали мои люди. Я кстати, так и не получила от вас твёрдых гарантий того, что мы договорились. И я так же не услышала твёрдого обещания от вас, что вы не будете мне мешать.

-Ну, дам я тебе обещание, что изменится? Почему ты думаешь, что я его не нарушу? Зачем тебе моё обещание?

-Наверное, для того, чтобы потом иметь полное моральное право убить вас.

-Тебе для этого моральное право нужно? Хороший ты человек. Хорошо, я гарантирую тебе, что вмешиваться в твой бизнес не буду. Но и ты тоже не должна вмешиваться в мой. Все свои действия ты должна со мной согласовывать. Работать будешь на себя и со своими людьми. Деньги можешь оставить себе. Мне такая мелочь не нужна. Но отчитываться за свою работу передо мной будешь. Это не обсуждается. Во первых. Так мои люди будут думать, что ты работаешь на меня. А во вторых, так мы не будем задевать интересов друг друга. Также у тебя скоро появятся проблемы с людьми. Не с твоими, а с теми, кто захочет на твоём бизнесе заработать. Я такие проблемы буду решать, а ты мне за это будешь платить. Платить будешь по факту, но мои люди будут думать, что ты мне платишь отступные. Как тебе такой расклад?

-Что значит, отчитываться? Что вы понимаете под этим словом?

-Иногда ты будешь приходить ко мне, и мы с тобой будем разговаривать. Как, вот сейчас.

-Роман Михайлович, мне не нужны личные встречи. Если хотите, я могу к вам своего человека отправлять, якобы для отчёта, но он ничего знать не будет.

-Так мы ничего не решим, - покачал головой Роман Михайлович. – Хорошо, будем считать, что мы договорились. Оставляем телефон для связи и расходимся. Потом будем решать вопросы. По мере их возникновения. Я дам тебе свой личный номер. От тебя прошу тоже прямой номер для связи. Решать дела будем друг с другом, личными разговорами. Нормально, для первой договорённости?

-Хорошо, - кивнула Настя. – Для первой договорённости это нормально. Однако, свой личный номер я не дам. Для связи вам нужно будет позвонить диспетчеру, и я вам почти сразу перезвоню. Номер диспетчера я вам сообщу позже. На этом всё, или у вас ещё какие-то вопросы есть?

-Если не хочешь посидеть со мной и вина выпить, то тогда всё. Уходишь?

-Ухожу, - кивнула Настя. – До свидания, Роман Михайлович.

-Что ж… До свидания, - кивнул он в ответ.

Настя не торопясь пошла к выходу. У самой двери остановилась и обернулась. Роман Михайлович смотрел на неё со спокойным удивлением на лице. Как будто ему было непонятно, почему Настя не уходит. Настя поняла, что он её переиграл, и вернулась к столу.

-Я отдам вам лекарство для вашего внука, - сказала она. – Вы переиграли меня. Выдержали, не начали просить.

-А я и не собирался просить, - усмехнулся Роман Михайлович. – Мне лекарство для внука не нужно. У тебя такой обалделый вид. Да, вот такая я сволочь. Мне не нужно лекарство для моего внука.

-Но почему? – ошарашено спросила Настя.

-Потому, что мне не нужен мой внук.

-Но как? – совершенно растерялась и потерялась Настя.

-А вот так! – развёл руками Роман Михайлович. – Садись, расскажу.

Настя села. Она не понимала, что происходит, но хотела бы понимать.

-Вот, давай я тебе вина налью. Выпьем за упокой моего зятя. Ты ведь знаешь, какая он сволочь. Моя дочь, верь, или не верь, но воспитана в строгости. И она у меня просто королева. Я ведь, как был шпаной, так шпаной и остался, а ей я дал всё, что мог. Она красива, умна, образована. Я хотел её за хорошего человека отдать, но она встретила этого… Мразь эту встретила. Нет, для неё он делает всё. Понимает, что от счастья моей дочери зависит и его счастье. Но в остальном… Слов нет, одни матюги.

Из-за него я вынужден был порвать все отношения с дочерью. Не потому, что я свою дочь не люблю, а потому, что моя дочь при каждой нашей встрече, для этого козла пытается что-то с меня получить. И поверь, я бы дал, но он просирает всё, что ему ни поручи. Он сейчас формально моими клубами владеет. Если бы не постоянные денежные вливания от меня, клубы давно бы разорились. Вот ты мне объясни, как можно разорить прибыльные клубы? А он справился.

Моя дочь поняла, что он из себя представляет. Их отношения сейчас сильно изменились. Собственно, всё, что их сейчас держит – это ребёнок. Мой внук. Не будет его, дочь этого козла бросит. Для меня было счастьем, что внук заболел. То, что он умирает, тоже для меня радость. Осуждаешь? Вижу, что осуждаешь. А ты на моё место встань. Я смотрю на внука, а вижу этого козла. Ребёнок весь в него. Моего там ничего нет. А главное, характер у него такой же, как у отца. И повадки те же. Мне не нужно, чтобы всё, что я строил годами, мой внук развалил на раз. А он развалит. Весь в папашу пошёл.

Я думал о том, чтобы убрать этого гада, вместе с его ублюдком. Но понимаю, что моя дочь мне этого не простит. Если я попробую что-то этому гаду сделать… Мне остаётся только ждать. Мой внук умрёт, дочь разведётся. Я для неё уже хорошего человека подыскал. Поможет ей пережить потерю. Но чужой ребёнок ему не нужен, тем более от этого… Так что, мальчик должен умереть. Мне не нужно для него лекарство.

Да, чуть не забыл. Зятя мы на тебя не натравили. Он сам захотел на тебя выйти и меня к твоим поискам подключил. Я не хотел вписываться, но впервые за пару лет моя дочь меня умоляла… Я не смог отказать. Но этот козёл даже тут, когда решается его судьба, сыграл в крысу, и прикарманил себе половину выданных мною денег. Теперь мне придётся… И повешу я это на тебя. По моему плану, он должен был схлестнуться с тобой и умереть. Теперь мне с ним самому придётся разбираться, а повешу всё на тебя. Вот так вот всё и получается…

-Вы не правы и сами это понимаете, - сказала Настя. – Ребёнок не виноват, что у него такой отец. Вашу дочь я встречала. Она тоже не пример доброты и терпимости. Если вы хотите, чтобы из вашего внука выросло что-то стоящее, то заберите его к себе и воспитывайте сами.

-Дочь мне его не отдаст.

-Почему? Если в семье будут проблемы, то ваша дочь с удовольствием отдаст вам сына. Вам сейчас надо… Впрочем, я не могу давать вам советы. Вы старше меня, опытнее. Со своими проблемами вы сами разберётесь. Хотите, я порекомендую вам хорошего психолога? Вот он точно поможет вам разобраться. В первую очередь в себе. Вам ведь даже поговорить не с кем. Поэтому вы со мной так разоткровенничались.

-Может быть, и так. А какие проблемы в семье могут заставить дочь отдать мне сына?

-Если вы принесёте лекарство для внука, а потом расскажете, почему ваш зять не получил его, ваша дочь возненавидит мужа. Развод, переживания после развода, депрессия, другой мужчина. Пока всё это будет крутиться, ребёнок ей будет не особенно нужен. Если вы попросите отдать его вам, то она, скорее всего, согласится. Вам надо только подобрать правильные слова, и она отдаст вам сына.

-Правильные слова… А что, может сработать! Правильные слова подберу. У меня для этого специальные люди есть. И почему мне никто раньше такого совета не дал?

-Советую поинтересоваться и сходить к хорошему психологу, - напомнила Настя. – Он с вами поговорит и поможет. Даст вам несколько советов.

-Схожу, наверное. Слушай, а почему тебя так презрительно называют училкой? Что за погоняло такое?

-Так получилось, - пожала плечами Настя. – Кто-то назвал. Кто-то повторил. Так и прижилось. Я постоянно всех воспитываю. Характер такой.

-Да ну, нах… Не, фиговое погоняло. Так получается, что твои люди тебя не уважают.

-Простите, но ваше, как вы выразились, погоняло, совсем не лучше. Как вас называют? Таракан?

-Прусак! Так меня когда-то звали. Но уже давно так не называют.

-В глаза, - уточнила Настя. – А за глаза – сколько угодно. Простите, что я вам об этом напомнила.

-Учи-илка. Ладно, проехали. Давай допьём, что в бутылке осталось. Слушай, а как ты так научилась в вине разбираться? И не говори, что не разбираешься. Я, в своё время, несколько месяцев потратил на то, чтобы научиться разбираться, а так и не смог.

-Вам просто не попадалось мастеров… Увлечённых мастеров виноделия. Мне однажды встретился и научил. Но если бы вы знали, сколько мне это стоило…

-Сколько? – заинтересовался Роман Михайлович.

-Пол миллиона, - ответила Настя.

-Не слабо, - восхитился Роман Михайлович.

-Евро, - добавила Настя.

-Охренеть, - только и смог выдать собеседник. – Не удивительно, что ты теперь в винах разбираешься.

-Я не разбираюсь. С вашим вином я угадала. На самом деле, я не умею различать вина. Я разбираю только вкус и послевкусие, а настоящий сомелье различает ещё и содержание спирта, сахара, выдержку. Мне до таких высот ещё тянуться и тянуться.

-Всё равно, ты лучше меня в вине разбираешься. Неудивительно, если ты столько за обучение заплатила.

-Там всё немного не так получилось… - задумалась Настя, припоминая, но тут же вернулась в реальность. – Роман Михайлович, мы пока не настолько близкие друзья, чтобы предаваться воспоминаниям. Возможно, в будущем мы сможем поговорить о чём-то личном, но сейчас нам стоит завершить наш разговор. Вот лекарство для вашего внука. Еще один совет. Поместите мальчика на то отделение, где он уже лежал. Там главврач уже знает, как лечить с помощью аномального вещества. Этим он для нас и ценен, поэтому мы его охраняем. Да, и ещё… Для вашего внука будет лучше, если на отделении он останется без родителей и без вас. Приходите к нему раз в неделю, чтобы он ваш приход воспринимал, как праздник. И если хотите, чтобы он привязался к вам, то приходите без его родителей. Всё, я ухожу. До свидания, ещё раз.

-До свидания. Там за дверями должны ждать… Если вы скажете им, кому позвонить, то вам вызовут вашу машину.

-О, не стоит. У вас здесь микрофоны стоят, а мои люди слышат то, что мы говорим. Они уже дали команду на подачу машины.

-Училка, стой!!! – рявкнул Роман Михайлович. – Какие микрофоны?! Кто их поставил?!

-Кто поставил – не знаю, - сказала от дверей Настя. – А стоят у вас два направленных микрофона и один где-то около стола. Не волнуйтесь, как только я сюда вошла, мои люди перехватили управление микрофонами, и запись с них шла только на мои носители. После разбора моей беседы, запись будет уничтожена. Я ведь не собираюсь компромат на себя оставлять. И ещё раз, до свидания.

-Да, до встречи, - кивнул Роман Михайлович. – А номер для связи?

-Я сама вам позвоню. Для меня, узнать ваше местоположение и ваш номер – пустяк. Ждите моего звонка.

Сказав это, Настя вышла из отдельного кабинета. По коридору, мимо ошарашенной охраны Романа Михайловича, почтительно перед ней расступающейся, она дошла до лестницы и спустилась на первый этаж. Там она ввинтилась в толпу танцующих, и танцуя, продвинулась по залу из конца в конец. Вышла к столикам. Хотела уже свернуть на выход и замерла от увиденного. За одним из столиков сидел Костя с какой-то девицей.

Настя не могла перепутать. Это был именно Костя. Его движения, его причёска, даже одно ухо больше другого. Когда-то ему его сломали. Настя не могла не узнать его. Она двинулась к столику. Подошла и аккуратно села напротив Кости. Судя по его слегка растерянному взгляду, он её не узнал. Девица осмотрела Настю. Оценила макияж, причёску, одежду. Поняла, что Насте она не конкурентка и придвинулась к Косте, всем своим видом показывая, что без боя она его не отдаст.

-Здравствуй Костя! - прокричала Настя, так как в зале было невозможно говорить из-за звучавшей музыки.

-Здравствуйте, - неуверенно ответил он.

-Ты всё продолжаешь свой бизнес? Зачем? Тебе что, денег не хватает?

-О чём вы? – удивился он.

-Ну как же… Я о продаже девушек. Как твой бизнес? Доходный? Сколько в месяц получается? Раньше ведь ты из-за брата этим занимался, а теперь, когда я его убила, ты ведь за деньги работаешь? Так сколько выходит? Сколько девушек ты уже продал?

-Не понимаю, о чём вы говорите…

-Милочка, - повернулась к девушке Настя. – Если он будет зазывать тебя в далёкие дали, обещая светлое будущее, не ведись. Я когда-то была дурой и повелась. Поверь, только чудом выжила.

-Настя?! – узнал её Костя.

-Я она самая, - кивнула Настя в ответ. – Чего ты так вылупился? Не бойся, не буду я тебя убивать. Просто встань и беги. Как только я дойду до своих людей, я за тобой кого-нибудь отправлю. Они тебя не убьют, только ноги переломают.

-Настя, я хотел перед тобой извиниться…

-Извиняйся, - кивнула Настя, – но лучше потрать эти секунды на то, чтобы убежать подальше. Я ведь не шутила, насчёт моих людей.

-Костя, что происходит? – спросила девица.

Костик не ответил. Он встал, повернулся к выходу и быстрым шагом, почти бегом, направился туда. Настя встала и двинулась вслед за ним. Шла неспешным шагом, поэтому девица легко догнала её. Догнав, попробовала вцепиться в волосы, но Настя ждала этого, поэтому перехватила её руки.

-Отпусти меня, дрянь! – взвыла девица. – Кто ты такая?! Что ты с Костей сделала?!

Настя залепила ей пощёчину. Заметив непорядок, подоспела охрана клуба. Из зала подтянулись страхующие Настю люди. Настя жестом указала всем, что надо идти на выход. Девицу взяла на болевой и аккуратно повела вслед за своими людьми, подчинившимся приказу. Её люди также вытеснили к выходу охрану клуба. Охранники уже поняли, что Настиных людей больше и подчинились без возражения. По сравнению с залом, при входе была тишина. По крайней мере, кричать было не нужно.

-Парень, только что вышел, - негромко сказала Настя. – Догоните его и сломайте ноги. Сделайте так, чтобы он остался инвалидом.

Её люди сразу рванулись к выходу.

-Костя! – пискнула девица. – Отпусти меня, ты!.. Психованная дура!

-Дура здесь ты, - спокойно сказала Настя, отпустив девицу. – Он бы тебя попользовал, а потом продал. Или как меня, не попользовал. Девственницы стоят намного дороже. Ты девственница?

-Не твоё дело! – фыркнула девица.

-Это точно, - кивнула Настя. – Беги домой. Я тебя спасла. Благодарить не нужно.

-А как же Костя? – жалобно спросила девица.

-Забудь, - посоветовала Настя. – Или тебе нужен в мужья инвалид?

-Простите, - вмешался один из охранников, - но мы вынуждены будем вызвать полицию.

-Вызывайте, - разрешила Настя. – Не знаю, что вы им скажете. Да мне, собственно всё равно. Я ухожу. Или вы хотите меня задержать?

Вопрос Настя задала с доброй улыбкой маньяка. Охранник понял, что нарывается на неприятности и предпочёл отступить. Настя кивнула, прощаясь, и пошла к выходу.

-Стой! Подожди! – кинулась вслед за ней девица, но хватать Настю за руку поостереглась. – А ты, правда, с Костей была знакома?

-А зачем мне врать? Он был моей первой любовью. Он меня «котя» называл. Тебя тоже? Он не изобретателен.

-А он действительно тебя продал? А как? Почему ты согласилась?

-Садись в машину, - кивнула на подъехавшую «Бентли» Настя. – Там и поговорим. Сестра по несчастью.

Они сели в машину. Девица была в шоке от того, что Настя дождалась, пока Гена выйдет и откроет пассажирскую дверь, и только потом разрешила девице сесть и села сама. В салоне она впала в лёгкую прострацию, понимая, насколько шикарна обстановка. Крутя головой и осматриваясь, она совершенно забыла о теме разговора.

-Это твоя машина? – спросила она.

-Нет, конечно, - ответила Настя. – Я её нанимаю. Гена, пожалуйста, провези нас по городу. Нам нужно поговорить. А потом высадишь меня там, где высаживал раньше и отвезёшь девушку домой. Где ты живёшь?

-Ой, я живу сейчас в общаге. К нам туда не проехать. Нет, проехать можно, но не на такой машине. Такую машину пачкать не хочется, а у нас там снегу… Ой, я куртку в гардеробе оставила.

-Гена, разворачиваемся и едем назад. Сходишь в клуб, заберёшь куртку.

-Да мы ещё и не тронулись, Анастасия Кирилловна. Я схожу за курткой, но позвольте, я проеду вперёд и припаркуюсь чуть дальше.

-Делай, как удобно, - разрешила Настя.

Гена припарковался, взял у новой Настиной знакомой номерок из гардероба и ушёл за курткой. Девушки начали знакомиться. Новую Настину знакомую звали Юля. Она познакомилась с Костей уже больше двух месяцев назад. Насте стало стыдно. Вполне возможно, что Костя действительно увлёкся этой девушкой. Возможно, у них всё бы получилось. Однако, подумав, она перестала испытывать чувство стыда. Костя получил по заслугам, а остальное не важно. Тем более, что Юля, узнав вкратце Настину историю, разумеется, легенду, сама сказала, что жить с таким человеком не смогла бы, и хорошо, что Настя открыла ей глаза на этого подлеца. Она стала выспрашивать у Насти подробности, и Настя уже готова была рассказать, когда в машину нагло влез Пеструхин.

-Ну, и что это было? – с ухмылкой спросил он. – О твоём поведении мы потом поговорим, а сейчас объясни, что это за парень, которому мои ребята ноги переломать должны были?

-Переломали? – спросила Настя.

-Нет, он к полицейским бросился. Прямо в патрульную машину влез. Сейчас его в отделение повезут. Если надо, то ему можно потом ноги переломать, когда его выпустят из отделения.

-Отправь пару человек… Хотя, нет. Я этим сама займусь. Что ты делаешь у меня в машине? Ты о конспирации что-нибудь слышал? А если тебя здесь заметят?

-Не боись, всё учтено. Никто нас не увидит. А эта твоя подружка будет молчать. Ты ведь будешь молчать?

-Буду, - кивнула Юля, - а о чём?

-Обо всём, - сказала Настя. – Всё, что происходит в этой машине, ни с кем не обсуждается.

-Иначе она и тебе прикажет ноги переломать, - добавил Пеструхин.

-Прикажу. Или сама переломаю. Тебе первому. За несоблюдение конспирации. И за то, что так нагло ввалился в мою машину.

-Ну, интересно же мне посмотреть, как ты на наши деньги шикуешь.

-На ваши? – с сарказмом спросила Настя. – Ты бы лучше молчал. Даже ноги парню переломать не смогли. Сейчас придёт Гена, отъедем немного, и выметайся из машины. Я бы тебя сейчас выгнала, да…

-Не надо меня выгонять. Я сам уйду. А насчёт того, что нас заметят вместе - можешь не волноваться. Улица полностью контролируется, камеры отключены. Я же всё предусмотрел и подстраховался. Не то, что ты.

-Мы с тобой об этом потом поговорим, - пообещала Настя.

-Жду тебя в доме, - сказал майор и вышел.

-Это мой начальник охраны, - пояснила Настя Юле. – У нас с ним сложные отношения. Я не хочу вдаваться в подробности. А ещё ему нужно было проверить, чем мы тут занимаемся.

-А чем мы тут?.. Да ты что?!! Я не такая!!! Я не собираюсь…

-Я тоже, - перебила её Настя. – Нет, он думал, что я решила тебя прикончить. В общем-то, он сюда сунулся тебя защищать.

-А ты могла меня убить? – ошарашено спросила Юля.

-Да, - кивнула Настя, - я теперь иногда людей убиваю. Просто так, под настроение. После того, что со мной было, у меня нервы ни к чёрту. И в этом, кстати, Костик виноват.

-Ой, да! Расскажи. Ты ведь как раз собиралась.

-Расскажу, конечно. Только давай дождёмся Гену. Он вернётся, мы поедем, и я всё расскажу.

Настя рассказала Юле легенду. Пока Гена не торопясь ехал по городу, Настя вспомнила и пересказала заученное, при этом вставив в рассказ смерть Вадима. Юля охала, ахала, сочувствовала, и целиком поддерживала Настю. Из всего рассказа ей только было непонятно, как Настя так разбогатела? Этот вопрос она старательно пыталась выяснить, а Настя старательно переводила разговор на другое. В конце концов, стало просто неприлично замалчивать факт Настиного богатства, и ей пришлось признаться, что она вышла замуж за богатого парня. Юля сразу начала выяснять подробности. Настя рассказала. Рассказала о том, как теперь ей приходится соответствовать своему статусу, как приходится разбираться с делами мужа, как её постоянно пытаются убить. Врала, разумеется, но это было нужно для того, чтобы у Юли не появилось желания, тоже отправится на поиски приключений, за мнимым богатством.

Пока машина ехала, они успели обсудить Настины приключения, немного выпить чего-то весьма дорогого из бара в машине, осудить Костика, простить его, а потом осудить весь мужской род скопом, кроме Костика и Говоруна. Юля упросила Настю, раз уж она простила Костика, не ломать ему ноги, а она с ним поговорит и заставит его раскаяться в содеянном. Настя не слишком поверила в возможное раскаяние Костика, но согласилась оставить его в покое, пока он является парнем Юли, и не смотрит в сторону других девушек. Время от времени Настя будет проверять, и если Костя бросит Юлю, то сразу окажется в больнице.

Разумеется, Настя понимала, что Юля обязательно расскажет об этом Косте. Также она понимала, что теперь у Кости не останется выбора. Ему придётся жить с Юлей, или бежать и надеяться, что его не найдут. Если он любит Юлю, то пусть они будут счастливы. Настя им зла не пожелает. А вот если он её не любит, то это была весьма изящная и коварная месть с Настиной стороны. Жить с нелюбимым человеком... У Насти ещё осталась какая-то романтичность в душе, поэтому она не могла придумать чего-либо хуже.

Когда сзади пристроилась машина охраны и подала сигнал, что слежки нет, Настя переоделась в спортивный костюм, приказала Гене ехать на знакомое ему место, и там покинула машину, приказав доставить Юлю домой. Свои вещи закинула в машину охраны, а сама побежала к деревьям парка. В парке, в темноте, смыла с лица макияж и привела причёску в лёгкий беспорядок. Как ни удивительно, а такой насыщенный событиями вечер закончился для Насти в десять часов вечера. Ровно в десять она зашла к себе в комнату, а ей казалось, что уже глубокая ночь. Даже её соседки по общежитию, в большинстве, ещё не вернулись с гулянок.

Перед сном, Настя вспомнила весь прошедший день, проанализировала его. Серьёзных ошибок она не совершила. То, что раскрыла своё инкогнито перед боссом мафии, вряд ли повлияет на её жизнь. Даже если он примется её искать, то не найдёт, даже если будет стоять в метре от неё. Искать он будет женщину. Резкую, властную, немного капризную. Светскую леди, с неимоверным апломбом и богатством. За этой маской никто не увидит Настю. Также, как не увидит её за маской уборщицы в больнице. Впрочем, даже если её каким-то образом опознают, что с того? У Насти теперь есть постоянная охрана, которая не даст её в обиду. Сама она кое-что тоже может. Вдобавок ко всему, с этого дня ей надо ходить вооружённой. Приняв такие решения, Настя успокоилась и уснула.

Глава 4

Все уже привыкли к тому, что Настя спит по четыре часа в сутки. Поэтому Пеструхин уже был одет и ждал Настю, когда она зашла к нему на съёмную квартиру. Подловить его в трусах и заспанным Насте не удалось. Не то, чтобы ей очень это было нужно, но Настя подозревала, что её ждёт разнос за разговор с Романом Борисовичем, а устраивать разнос человеку, который только что видел тебя в трусах не слишком удобно. Как бы там ни было, но ничего не получилось, и Настя получила разнос по всей форме.

-Ты как вела беседу?! - рычал на неё майор. - Ты почему от сценария отклонилась?! Ты что, думаешь, что он такой добрый и хороший, если тебе таким показался? И как ты с ним себя вела? Он ведь мог тебя в любой момент убить. Не понравилось бы ему что-то и всё. И мои люди ничего не смогли бы сделать. Ты должна была вежливо выдвигать свои требования, немного угрожать. Ни в коем случае ты не должна была идти на прямой конфликт!

-И что бы мы получили, если бы я этого не сделала? Я вовсе не так беззащитна, как ты думаешь. Твои люди были только на подстраховке. Если бы дело дошло до стрельбы, то неизвестно, кто бы там лежать остался.

-Не переоценивай себя! Ты пока ещё молодая и глупая. И этот мафиози прекрасно это понял. Он тебя расположил к себе, вызвал на откровенность слезливой историей, а взамен показал себя с самой выгодной стороны. А ты и поплыла, уши развесила, слушала его... Ты ничего о себе не должна была говорить. Зачем ты сказала, что замужем? Зачем ты про Андрея ему напомнила?

-Про какого Андрея? - вскинулась Настя и тут же вспомнила. - А-а... Про Андрея Борисовича. Видишь ли, нужно было объяснить его ценность для нас. Если он не в нашей банде, то почему мы его охраняем? Теперь на этот вопрос есть ответ. Потому, что он умеет лечить с помощью артефакта. Его это обезопасит от внимания определённых лиц.

-Хорошо, поясни мне ещё одну вещь. Зачем ты сказала, что ты встречалась с его дочкой? Он теперь может попросить её посмотреть твоё фото, а она вспомнит тебя. Твоя фотография у него уже есть, и он уже повёз её, чтобы дочери показать.

-То, что я попала на фото - недоработка твоих людей. Впрочем, я предусмотрела такую возможность. Как ты думаешь, узнает его дочка меня в виде санитарки на отделении? Они будут вспоминать, где могли меня видеть в Москве, но никак не подумают, что я у них под носом.

-А если всё-таки подумают? И найдут? Нам тебя придётся круглые сутки охранять. И каким образом мы сможем обеспечить твою безопасность при твоём образе жизни? Нам придётся тебя...

Настя показала ему свой пистолет, вытащив его из кобуры на поясе.

-Я вооружена. То, что я хожу в военном камуфляже, объясняется тем, что на другую одежду у меня не хватает денег. А если пистолет кто-нибудь увидит, то я заявлю, что это муляж. Хулиганов пугать. С девочками в общежитии это сработало. И да! Посмотреть они попросили. Я купила муляж и показала. Теперь интереса к моему оружию у них нет.

-Главное, чтобы у полиции не появилось интереса, - проворчал Пеструхин.

-А вот от полиции меня прикроешь ты! - сказала Настя. - Твой телефон у меня есть. Если что, то я позвоню.

-Пусть тебя Назаров прикрывает, - снова проворчал майор.

-Михаил Александрович выполняет в нашей организации немного иные функции, - светским тоном пояснила Настя. - Операции прикрытия - твоя прерогатива. Мне и так постоянно вопросы задают о том, что на нашем горбу два десятка дармоедов сидят.

-Учи-илка, - протянул Евгений. - Кстати, тебя под этим прозвищем уже знают в городе. Подозреваю, что это от твоего любимчика Вовы пошло. Он пьёт со всеми подряд и язык за зубами держать не может.

-Ну и что? - пожала плечами Настя. - Выболтать он много не может. Не так уж много он знает. Прозвище? Надо ведь меня как-то называть. И не он один дал мне такое прозвище... Слушай, а это правда, что я часто на училку похожа?

-Почти всегда, - усмехнулся Пеструхин.

-Тогда чему удивляться? Прозвище мне очень подходит. А насчёт Вовы волноваться не стоит. Он скоро исчезнет. На его место уже есть несколько исполнителей...

-Ты что, хочешь его убить?! - изумился майор.

-Нет! Ты что?.. - в свою очередь изумилась Настя. - Просто он хочет уехать отсюда. Он к тебе ещё не подходил? Он хотел попросить у тебя чистые документы. Чтобы без судимости...

-Не сделаю, - сразу сказал майор. - Это я решить не могу. Да и не советую ему скрывать судимость. Зачем? Пусть устроится куда-нибудь на первое время, а потом, со своими деньгами, войдёт в какой-нибудь бизнес. Тут я ему помогу. Подскажу хорошее дело, чтобы всё было легально. Короче, мне надо с ним поговорить.

-Разумеется. Я просто думала, что вы уже поговорили.

-Нет, не говорили. И ещё... Я, возможно, отговорю его уезжать. Это твои планы не затронет?

-Нет, - ответила Настя. - Мне бы хотелось, чтобы Вова остался. Он очень хорошо свою работу выполняет.

-Вот и поставим его бригадиром. Пусть нескольких людей контролирует, которые будут его работу выполнять.

-Мне бы не хотелось вовлекать большое количество людей...

-Поздно спохватилась, - перебил её Пеструхин. - Тебе Назаров ещё не докладывал? У нас появились клиенты из других городов и других больниц. Врачебная мафия не дремлет. Наш алгоритм работы выявили и теперь Андрея заваливают делами смертельно больных. Я боюсь, что ты не сможешь их все прочитать. Нужно будет доверить кому-то право принимать решение о выдаче артефакта.

-Я сама справлюсь, - отрезала Настя. - Если на этом всё, то мне надо продолжать пробежку. Встретимся все вместе дня через три. Обсудим всё и решим, что нам делать дальше.

-Согласен. Слушай, а как ты ночью по сугробам через лес пробираешься? Не видно же ни черта.

-А я хожу с закрытыми глазами. Ориентируюсь на запах, - пошутила Настя. - Ладно, бывай.

Работа стала ощутимо отнимать у Насти время. Дело было не в том, что приходилось работать, а в том, что приходилось высиживать время до конца рабочего дня, когда все дела уже сделаны. Это бесполезное сидение сводило Настю с ума. Она искренне жалела, что в сутках всего двадцать четыре часа. Особенно жалела, что восемь надо провести на работе. А дел у неё была уйма. Нужно было звонить, договариваться, ездить за деньгами, решать споры между своими людьми. Из личной жизни у неё была Таня. К ребёнку надо было съездить хотя бы три раза в неделю и провести с ней часть выходных. При этом у Насти были тренировки по самообороне, а также Пеструхин потребовал, чтобы она стреляла из пистолета не реже раза в неделю, чтобы не потерять навык. А тут ещё Катька позвонила и попросила помочь.

-Настя, выручай! - сказала Катька после взаимных приветствий. - Мне очень нужна твоя помощь. Давай встретимся в том кафе у нашего клуба. Я угощаю. Жду через час.

Катька бросила трубку, не слушая возражений. Настя не стала перезванивать и говорить, что не придёт на встречу. Конечно, она могла бы не прийти, но в память о былой дружбе она всё же решила встретиться. С Катей они не были близкими подругами. У Насти вообще не было близких подруг. Просто Катька была единственной Настиной подругой долгих пять лет. И вот ради этих пяти лет Настя отменила все свои дела и отправилась на встречу с Катей.

Катя встретила Настю у входа в кафе. Они поприветствовали друг друга, и зашли внутрь. Заняли столик и Катька начала рассказывать, как хорошо у неё сейчас идут дела, как она купается в деньгах, какие классные мужики окружают её. Чтобы доказать это, она принялась заказывать в кафе всё самое дорогое и угощать Настю. С прежней Настей это бы прокатило, но теперь Настя не была так наивна. Она прекрасно поняла, что Катьке что-то от неё нужно, и это что-то весьма сложно сделать. Только вдоволь похваставшись своим богатством, и посчитав, что впечатлила Настю, Катька перешла к делам.

-Слушай, Стаська, а хочешь заработать? Мне надо на пару дней уехать, а ты можешь меня подменить.

-Что именно я должна делать? - спросила Настя.

-Танцевать, - ответила Катька. - Покрутиться на пилоне, потрясти сиськами, чтобы мужики в экстазе были, повыгибаться там... Короче, ты ведь танцевала в Турции? Вот, всё то же самое надо делать.

-Стрип? - удивилась Настя. - Не, я не хочу. Мне и Турции хватило.

-Да ладно тебе! За одну ночь можно тысячу баксов заработать. Меня не будет пару дней. Просто, понимаешь, если я сейчас уеду, то моё место в шоу отдадут... могут отдать той, кто меня подменять будет. А так, ты меня подменишь, я через пару дней вернусь, и ты мне место уступишь.

-Каком шоу? - насторожилась Настя. - Я не знаю своей роли. Я не знаю, как двигаться. Я музыки не слышала, а ты меня в шоу пихаешь. Я там буду, как слон... Нет, хуже. Как бегемот среди балерин...

-Да послушай меня! - перебила её Катя. - Там только название от шоу. На самом деле девочки выходят по очереди. Каждая под свой трек, но треки сменяются так, чтобы не было паузы в музыке. Понимаешь? Я выхожу пятой. Это почти что самое доходное место. Мужики уже возбуждены, но ещё все деньги не просадили. Если я уеду, то это место потеряю, а уехать мне надо. А насчёт танца и музыки можешь не волноваться. Я тебе всё покажу. Ты легко всё повторишь. Настя, всего на пару дней.

Катька что-то не договаривала. Явно дело было не в том, что ей нужно срочно уехать. Настя хотела спросить её об этом и потом посмотреть, как она будет выкручиваться, но не стала. Ей вспомнилось, как она сама танцевала, как смотрели на неё мужики. Ей захотелось вновь испытать это чувство полной раскрепощённости, захотелось почувствовать себя вожделенной самкой, снова получить знание того, что все самцы в округе, при желании будут принадлежать ей.

-Я согласна, - кивнула Настя. - Где, когда и как? Надо отработать танец, надо чтобы я познакомилась с местом...

-Прямо сейчас можем пойти! - обрадовалась Катька. - Здесь, недалеко... И прямо сейчас можно прорепетировать... Клуб закрыт до десяти вечера. Прямо сегодня и отработаешь. Пойдём?

-Пойдём, - решилась Настя.

Катькин трек Насте не подошёл. Катя была пониже Насти и чуть более полной. Её движения у шеста были плавными, обволакивающими, а Настя двигалась более резко, порывисто. При этом Катя отрабатывала программу, а Настя представляла, что в зале сидит Говорун и она танцует для него. Ей совершенно не нравилось, как составила Катя свой танец. Места для импровизации не оставалось, а импровизация была нужна. В конце концов, Настя настояла на смене трека и отработала так, как сама хотела. Судя по аплодисментам немногих техников и уборщика, Настино выступление должно было понравиться и другим. Катька была недовольна, и видно было, что хочет возразить, но смолчала, чем ещё больше усилила Настины подозрения.

Вечером Настя собралась и ушла в клуб. Соседкам призналась, что подменяет подругу, а вахтёру, с которым у неё никак не складывались отношения, сказала, что заночует у своего парня. Тот пожелал ей не возвращаться, и захлопнул за ней входную дверь. Настя отправилась в клуб. Сами танцы шли весь вечер, но стриптиз, где должна была выступать Настя, начинался с часу ночи. Однако, нужно было прийти заранее, чтобы подготовиться, познакомиться со всеми, дополнительно обговорить с техническим персоналом музыку и свет во время танца. Катька договорилась с Настей встретиться около клуба и не пришла.

-Ну Настя, - канючила она по телефону, - ты ведь и сама можешь справиться. Подойди к Руслану Равилевичу, это хозяин клуба, он всё сделает. Он на втором этаже. Помнишь, я тебе дверь его кабинета показывала?

-Хорошо, - сказала Настя и сбросила звонок.

Неприятности чуялись нешуточные. Насте вдруг стало нестерпимо весело. Ей теперь постоянно нужно влипать в неприятности. Жизнь без такой щекотки нервов стала для неё пресной и скучной. Она даже была благодарна Катьке за то, что втянула её в неприятности.

Руслан оказался весьма представительным мужчиной. Красив, силён, властен. Настя невольно залюбовалась им и пропустила мимо ушей всё, что он ей сказал. Впрочем, говорил он всякую чушь, в свою очередь, присматриваясь к Насте. Когда начался более конкретный разговор, Настя уже насмотрелась и стала более адекватной. Они обсудили музыку, под которую Настя будет танцевать, обсудили деньги, которые она получит за выступление. Поспорили насчёт одежды, в которой Настя будет выступать, и Насте пришлось уступить. Руслан заверил Настю, что на сцене ей нечего бояться, охрана бдит, однако, если клиент полезет на сцену, то нужно попытаться уйти, а если не получится, то стоять и ждать, пока вмешается охрана. Сопротивляться клиенту нельзя, и уж тем боле, его бить. Но обычно не приходится. Охрана вмешивается моментально.

Настя так поняла, что неприятности будут ждать её после выступления. Она попыталась намёками выяснить у Руслана, во что её втянула Катька, но Руслан совершенно не хотел понимать намёков, а спрашивать прямо Настя не стала, хотела, чтобы ей был сюрприз. Однако, после Настиных вопросов, Руслан стал жёстче и заявил, что раз Настя пришла вместо Катьки, то она отработает до конца, и уйдёт только с разрешения хозяина клуба, то бишь Руслана. Настя согласилась с этим, хоть и посетовала на то, что хотела уйти сразу после танца.

Танец прошёл великолепно. Публика была в восторге. Насте тоже понравилось. Руслан поругал её за то, что она не давала трогать себя разгорячённым танцем клиентам, и за это лишил её всех денег, которые ей должны были засунуть за резинку трусиков, но так как Настя не позволила этого, просто кидали на сцену. Также уточнил, согласна ли Настя выступить ещё раз по завершении вечера, но услышав отказ, настаивать не стал, и о следующих выступлениях не заговаривал. Ушёл, а Настя пошла переодеваться, а точнее, одеваться.

Неприятности ждали Настю после клуба. Она это поняла, когда общалась с девушками в гримёрке. На Настю смотрели так, как смотрят на человека с тяжёлой болезнью. Вроде бы он ещё с нами, но скоро его не будет. При этом Настю все уверяли, что в клубе с ней ничего случиться не может. После танца и разговора с Русланом Настя не выдержала и отловила одну из девушек в туалете. Зажав ей рот и пробив пару ударов по болевым точкам, она запугала девушку до икоты. Не прошло и минуты, как она всё Насте рассказала.

Оказалось, что на девушек охотится маньяк. Причём этот маньяк хорошо известен всем людям определённого круга. Он богат, занимает высокую должность где-то в администрации города, меценат искусств, благодетель сирот, утешитель вдов и прочая и прочая. А ещё он импотент. Почти. Чтобы у него получилось, ему нужно изнасиловать девушку. Раньше он охотился на девушек прямо на улице, но потом был скандал и он теперь начал остерегаться этого, однако нашёл выход. Он приходил в клуб, смотрел на девушек, а потом подкарауливал какую-нибудь около клуба. Охрана затаскивала девушку в машину и там хозяин её насиловал. Девушки могли бы смириться с изнасилованием, но он считал, что изнасилования без сопротивления не бывает. Если девушка сопротивлялась, то он её бил, а если не сопротивлялась, то у него ничего не получалось и девушку била охрана. Руслану он компенсировал временную потерю девушки определённой суммой. Что-то перепадало и девушке, однако никакой девушке не хочется быть избитой и изнасилованной, но деваться им было некуда. Девушки договорились, что к маньяку будут выходить по очереди. Сегодня была очередь Катьки, но она подсунула вместо себя Настю.

Настя с благодарностями отпустила девицу, сказав ей, что если она расскажет кому-нибудь о произошедшем в туалете, то Настя лично порежет ей лицо, оставив только шрамы. Девица обещала молчать, но Настя не обольщалась. Впрочем, девицу Настя выкинула из головы, как только перестала её видеть. Проблема оказалась пустяком, но решение этой проблемы пустяком не было. Настя созвонилась с Пеструхиным. Она никак не могла решиться, но приказ на сбор сведений об объекте отдала. Когда ей разрешили выйти, она отправилась к задней двери клуба не без колебаний. До этого она посмотрела на объект сама и не сказать, чтобы он ей понравился, но это не помогло ей с принятием решения.

На её пути встал автомобиль, и распахнулась дверь, а сзади появились два типа, Настя чуть ускорила шаг и сама нырнула в салон. Сидящий там мужчина был немного удивлён этим, но быстро собрался и засмеялся.

-А ты чего это?.. Вот так просто к незнакомым людям в машины садишься?

-Почему же незнакомым? - показала удивление Настя. - О вас уже хорошо всем известно. Вас многие знают. Знают, чем вы занимаетесь с девушками, что вы с ними делаете. Как вам не стыдно, Вениамин Семёнович?

-Ты мне ещё тут будешь морали читать! - взвился Семёнович. - Сама шлюха!.. Кстати, а почему я тебя тут первый раз увидел? Тут другая должна была быть. Вы ведь сговорились, чтобы меня обмануть. Очередь соблюдаете...

-Куда мы едем? - перебила Настя.

-В одно тихое место, где нам никто не помешает.

-Я знаю одно, - проявила инициативу Настя. - И ехать далеко не надо.

-Ой, какая инициативная! - восхитился Вениамин. - Нет уж, мы поедем туда, куда ездим обычно. Володя, слышал? Вот и поезжай. А с тобой, девочка, мы сейчас займёмся тем, для чего ты на свет родилась.

-А откуда вы знаете, для чего я родилась? Впрочем, это был риторический вопрос. Если вы пошутили...

Вениамин не дал ей договорить и навалился на неё. Он был силён, тяжёл и противно мягок. Настя не могла его сильно ударить или оттолкнуть из-за слоя жира, который гасил удары и разъезжался под руками при надавливании. Несколько секунд Настя терпела сопящую и елозящую по ней тушу, а потом высвободила руку и ударила Вениамина пальцем в глаз. Он взвыл и отшатнулся. Настя закрепила успех ударом в нос, а потом повалила безвольное тело на пол салона и начала вбивать в него каблуки.

Машина остановилась. Охранник, сидящий рядом с водителем, выскочил и распахнул заднюю дверь. Он хотел вытащить Настю, но Насти уже не было на заднем сидении. Она змеёй пролезла вперёд и избивала водителя, стараясь ошеломить количеством ударов, заставить раскрыться, а потом вывести из строя одним нокаутирующим ударом. У неё не получилось нокаутировать, но водитель раскрыл дверь и вывалился на дорогу. Настя вывалилась за ним. Нанесла ещё пару ударов и вскочила. От второй машины к ней бежали ещё двое, не так давно отрезавшие ей путь к бегству около клуба. Настя поняла, что с двумя сразу не справится и перекатом через капот попыталась уйти. Ей помешал охранник, который пытался вытащить её через дверь. Настя впечатала ему каблуки в грудь, и он сложился за машиной. Однако, это дало время двоим подбежать и схватить Настю.

Её стащили с капота. Настя попыталась брыкаться, но туфли с каблуками слетели, и её удары не причиняли ощутимого вреда. Один из державших попробовал ударить её. Настя уклонилась, а когда он подался вперёд вслед за ударом, атаковала его головой. У неё в голове разорвались миллионы петард, но и охранник взвыл и отпустил Настю. Она осталась один на один с ещё одним охранником. Несколько секунд они обменивались ударами, и Настя вдруг поняла, что успешно сдерживает противника, а при желании вполне может и победить. Она уже прикидывала, как это сделать, но заметила краем глаза движение сбоку и не раздумывая упала на асфальт. Грохнули выстрелы. Настя не ошиблась. Именно замеченным ею движением выхватывают оружие.

Лежать и ждать прицельного выстрела не стоило. Настя рванулась вперёд и сбила того с кем дралась с ног. Проползла по нему, впечатывая в него все свои выступающие части тела, открыла дверь машины и забралась в салон. Там до сих пор пытался прийти в себя Вениамин. Настя пару раз его ударила, а потом прикрылась им, как щитом, но без всякой пользы. Вооружённый охранник уже обошёл машину, и с его стороны Настя вся была на виду, а переместить Вениамина так, чтобы прикрыться им Настя не могла, сил не хватало. Она вжала палец Вениамину в глаз и уже хотела начать выдвигать требования, но тут подъехали два микроавтобуса с её людьми.

Выучка бойцов была великолепной, в этом майор Пеструхин не соврал. Бойцы мгновенно выскочили из микроавтобусов. Ещё через пару секунд скрутили всех, кто был в машине и около машины, в том числе и Настю. Ещё через несколько секунд все пленники с мешками на голове были закинуты в микроавтобусы. Меньше чем через пол минуты все машины стартовали и поехали. На дороге о произошедшем здесь напоминала только одинокая Настина туфля, лежащая в стороне, поэтому не подобранная.

-Настя, - сняв с её головы мешок, обратился к ней Пеструхин, - разрешение на ликвидацию объекта получено, но решение должна принимать ты. Мы можем сейчас всё переиграть...

-И тогда этот насильник останется безнаказанным, - закончила Настя. - Нет уж. Всех их надо ликвидировать. Вот ты мне скажи, есть шанс на то, что он прекратит свои изнасилования? Сейчас мы его напугаем и он немного притихнет, но потом ведь снова начнёт. Есть хоть какой-то шанс привлечь его по закону? Нет?

-Нет, - покачал головой майор. - По закону его не привлечь.

-Тогда, я решаю его убить. Его, и его людей.

-Ребята это сделают, но стоит ли...

-Ребята? - удивилась Настя. - Нет, это сделаю я сама. Я тебе даже больше скажу. Я в глаза ему буду смотреть, когда убивать его буду. Что, не ждал от меня такого?

-Не ждал, - признался Пеструхин.

-А вот такая я! - развела Настя руками. - Если я кого-то приговорила, то сама должна его убить. А перед этим я должна ему в глаза посмотреть, чтобы... Не важно зачем... Но я должна! Меня так учили!

-Тише, - обнял её майор, - не надо так себя накручивать. Ты вовсе не должна...

-Должна! - перебила Настя. - Ради тех девчонок, которых он изнасиловал и которые никакой правды в суде не нашли. Ради тех, кого он пока ещё не убил, но уже готов убить во время своих постельных игр. Если не я, то кто?

-Мои ребята прекрасно справятся.

-Но приговорила его я! А значит, и убивать должна я!

-Товарищ майор, приехали, - сообщил водитель.

Тихими мышками сидящие в автобусе бойцы как-то неожиданно ожили, и через секунду выскочили из автобуса. Рассредоточились, беря под контроль периметр. Из второго автобуса тоже выскочили бойцы и вытащили пленных. Настя, как была босиком, вышла на снег. Машины стояли на какой-то просёлочной дороге у опушки леса. Прямо перед Настей в темноту уходило ровное поле, освещённое фарами машин. Снег был чистым и белым. В городе такого не бывает, поэтому Настя поняла, что они за городом, хоть и не так далеко.

-Нам здесь не помешают? - спросила она майора.

-Ночью здесь никого нет, - ответил он. - Днём тут устраивают прогулки на аэросанях, поэтому дорога расчищена. Сейчас здесь только сторож, но он спит, и будет спать. Когда мы их убьём, то закинем в машины, выгоним машины на лёд и на глубине под лёд отправим. К утру полыньи затянутся, и до лета их никто не найдёт. А может быть, что и летом не найдут... Анастасия Кирилловна, вам не холодно? Босиком, в лёгкой курточке...

-Мне не холодно, - покачала головой Настя.

Она хотела сказать что-нибудь ещё, но тут Вениамин Семёнович понял, что говорят о нём, а также понял, что именно говорят. Как он заорал, как он начал угрожать, какие кары он сулил, если его вот прямо сейчас не отпустят с извинениями. Настя даже заслушалась. Когда с голов пленных сняли мешки, и они увидели, кто главный, то к угрозам добавились ещё и сочные комментарии на тему того, что Вениамин сделает потом с Настей. Говорил только Вениамин Семёнович. Охранники молчали. Видимо понимали, что им не просто так сняли с голов мешки. После того, как они увидели лица тех, кто их пленил, о пощаде не может быть и речи.

-Как начнём? - спросила Настя. - И как будем всё проводить?

-Я думаю, что надо распихать их по машинам и расстрелять. Только надо это моим бойцам поручить. Они всё сделают так, чтобы не запачкаться и машины не повредить, чтобы они потом на лёд заехали.

-Нет, я должна сама...

-Сама! Сама! - не дал ей сказать майор. - Ты мне, по большому счёту, не начальник. Мои люди тебе не подчиняются. Как я скажу, так и будет.

-В смысле? - не поняла Настя.

-В смысле... Привал, Трость, этих в машины и пристрелите нафиг. Ларин, обеспечь отправку машин под лёд. Всем остальным приборка. Выполнять!

-Товарищ майор, а может быть, лучше в машинах ножами работать? - подошёл к Пеструхину один из бойцов.

-Тфу ты... Совсем я... Конечно, работайте ножами.

-Нет, стойте! - крикнула Настя. - Я хочу сказать, что вы не должны этого делать. Я этих людей приговорила. Я должна их убить. Я, а не вы!

На Настю посмотрели, как на блаженную.

-Да вы что, все тут с ума посходили! - завопил Вениамин. - Прекратите сейчас же! Это уже не смешно! Я требую, чтобы вы это прекратили!

-Этого сюда, - приказала Настя.

Майор жестом подтвердил её приказ.

-А те девушки, которых ты насиловал, они тебя умоляли, или требовали? Может быть, ты прекратишь требовать и начнёшь умолять? А ты последовал их мольбам? А как ты думаешь, я твоим последую?

-Я не собираюсь вас умолять! Я вам приказываю отпустить меня и моих охранников! Вас за такие ваши поступки судить будут! У меня в друзьях генеральный прокурор области. Я специально попрошу, чтобы вам максимальный срок дали.

-Имя и фамилия прокурора? - ухватилась Настя. - Это он тебя отмазал в суде?

-Ничего я вам говорить не буду. А тебе скажу, что ты до суда не доживёшь. Я тебя сам прикончу. Только вначале хорошо с тобой позабавлюсь.

Настя даже отпрянула. Невозможно было понять, сошёл Вениамин с ума сейчас, или всегда таким был. Несколько секунд она размышляла над тем, что если Вениамин Семёнович сумасшедший, то его нельзя судить и казнить за то, что он сделал, а потом представила, как попытается сдать его в сумасшедший дом и решила не заниматься ерундой, а вылечить сумасшествие радикальным способом.

-А он всегда такой? - обратилась она к одному из охранников Вениамина.

Тот пожал плечами и кивнул.

-Но вы ведь видели это. Почему вы никому ничего не сказали?

Охранник снова пожал плечами. Жест можно было толковать по-разному. Настя не стала об этом задумываться. Она жестом отдала приказ, охранников и шофёра потащили к машинам. Один молчал, двое орали, ещё один плакал и просил не убивать его. Их дотащили до машин. Короткие вскрики, хрип, потом ещё живые тела закинули в машины и бойцы вынырнули из нутра машин, вытирая ножи об одежду убитых. Только теперь Вениамин Семёнович испугался.

Как же он испугался. С каким животным ужасом он заорал, как принялся молить о пощаде. Он ползал по земле и клялся, что больше не будет. Тянул руки к Насте и отдёргивал их, едва она одним движением лицевых мышц выражала недовольство. Он смотрел Насте в глаза, и в его глазах было столько мольбы, что не простить его было бы невозможно, если бы где-то в глубине глаз не проскакивало иногда обещание всех мук ада Насте и всем, кто сейчас грозится его убить. Настя очень внимательно смотрела ему в глаза. Ей дали небольшой нож. Настя испугалась.

-Ой, я не умею ножом работать. Мне бы пистолет...

-Но тогда тут всё кровью и мозгами будет забрызгано, - возразил ей боец протягивающий нож. - Ножом работать не сложно. Давайте, я вам покажу.

Он встал за спиной у Насти. Ещё двое подхватили Вениамина Семёновича и подтянули к Насте поближе. Вениамин уже не визжал. Настя никак не могла поймать его взгляд. Он смотрел в никуда, губы его беззвучно шевелились. Похоже было, что он молится.

-Вот сюда надо бить, - боец показал точку на шее Вениамина, - снизу вверх и под углом. Потом надо сделать внутренний рез, чтобы точно разорвать жилу. Давайте, я буду направлять вашу руку.

-Благодарю вас, я сама, - отказалась Настя. - Меня немного учили, поэтому я понимаю, что вы мне сказали.

Она взяла у бойца нож, приставила к горлу Вениамина, другой рукой обхватила его затылок и вогнала нож в горло. Он довольно легко вошёл по самую рукоять. Лишь тихий хруст и слабое сопротивление сопровождали его движение. Вениамин очнулся и вполне осмысленно посмотрел Насте в глаза. Его взгляд сулил Насте все муки ада, но через секунду взгляд стал каким-то удивлённым, а ещё через неуловимое мгновение совершенно пустым. Вениамин был мёртв. Настя отпрянула назад, бойцы тут же поволокли тело к машинам, а Настю обнял сзади Пеструхин.

-Вот зачем тебе это было нужно? - начал он выговаривать. - Теперь в кошмарах будет сниться. Бойцы прекрасно могли бы справиться и без тебя.

-Мне это было нужно, чтобы потом у меня были кошмары. Чтобы я в следующий раз, когда захочу кого-то убить, помнила о том, что мне будут сниться кошмары, что за чью-то смерть я буду расплачиваться.

-Было бы за кого расплачиваться, - хмыкнул майор. - Пустой был человечишко. Своим меценатством только пыль в глаза пускал. Как говорится, воровал тоннами, а отдавал граммами.

-Может быть, его можно было привлечь за это и посадить? - спросила Настя.

-Пытались, - ответил майор. - Сели другие люди, а он остался чистеньким. Он был в Рязани тем, кто для богачей доставал произведения искусства. Или то, что ими считалось. Я этого современного искусства не понимаю.

Евгений принялся рассуждать об искусстве, чтобы отвлечь Настю. Настя слушала его невнимательно, иногда поддакивая, но основное её внимание было сосредоточено на том, как бойцы выгоняют машины на лёд, возятся около них, а потом бегут назад. Когда они добежали до берега, около машин что-то негромко бухнуло и через минуту машины провалились в свежие полыньи.

-Товарищ майор! - подбежал один из бойцов. - Операция закончена. Можем ехать.

-Ещё нет, - сказала Настя. - Есть ещё кое-что. Для легенды я должна быть избита. Соберите четырёх бойцов. Прямо здесь мы проведём спарринг. Учтите, я сдерживаться не буду.

Бойцы только рассмеялись.

В больнице у Насти диагностировали перелом двух рёбер, множественные гематомы лица, сотрясение мозга, вывих тазобедренного сустава и растяжение связок, вывих плечевого сустава и растяжение связок на запястье. Дежуривший в приёмном покое полицейский требовал, чтобы Настя написала заявление, врачи не хотели её отпускать, но Настя отказалась от госпитализации, отказалась писать заявление и в разорванной одежде, босиком, села в такси и назвала адрес общежития. Бойцы сдерживались, когда били Настю, но всё равно ей досталось. Один из бойцов угнал в городе машину и на ней отвёз Настю к воротам приёмного покоя ближайшей больницы. Там он её выкинул, в прямом смысле этого слова, а потом Настю заметили и оказали помощь.

Операция прошла успешно. Операция прикрытия тоже прошла без проблем. Теперь Настя всего лишь невинная жертва маньяка, а что стало потом с маньяком - она знать не может. Также Настя проверила свои навыки рукопашника. Против четырёх подготовленных бойцов она продержалась не меньше трёх минут, что в общем-то неплохо, учитывая то, что она была в платье, босиком, а они были в берцах и бронежилетах. Настя была довольна собой, довольна проведённой операцией, где смогла показать себя перед бойцами, а также радовалась тому, что избавила мир от мрази.

Последствия от операции прикрытия не заставили себя ждать. Девчонки не могли не заметить Настиного состояния. Сначала они пытались сами внушить Насте, что ей надо в больницу, но когда поняли, что ничего не выйдет, кто-то донёс коменданту. Эта тётка сразу развила бурную деятельность. Отругала Настю, вызвала скорую, до приезда скорой прочитала воспитательную лекцию для всех на тему: "Вот что будет с вами, если будете шляться по ночам неизвестно где", используя Настю, как наглядное пособие. Настя не возражала. Этой женщине бесполезно было возражать. До приезда скорой она только и успела, что вымыться под душем и переодеться.

На скорой сразу приняли решение госпитализировать Настю. Настя отозвала врача скорой в сторону и попросила отвезти её на работу. Пояснила это тем, что там её точно не оставят и вылечат. Врачи посомневались, но отвезли Настю туда, куда она просила. Вот только оставить её у дверей отделения отказались наотрез. Конвоируя, отвели до кабинета Андрея Борисовича. Когда он увидел Настю, то Настя впервые узнала, что Андрей Борисович умеет орать. Он орал на Настю, обзывал её дурой, сравнивал её умственные способности с умом моллюска. На его крик сбежалось всё отделение, от персонала, до больных. Дети искренне посочувствовали Насте, некоторые даже плакали, глядя на неё, а персонал присоединился к Андрею Борисовичу и потребовал, чтобы Настя отправлялась на больничную койку немедленно. Под таким напором Настя сдалась, и её отвезли на отделение травматологии. Там, по просьбе Андрея Борисовича, её поместили в отдельную палату, где Настя сутки просто отсыпалась, а когда проснулась, чувствовала себя очень даже неплохо.

Разумеется, её лицо было изжелто-зелёным, но отёков не было. Запястье и тазобедренный сустав болели, но Настя вполне могла пользоваться рукой и ходила, только чуть-чуть прихрамывая. Рёбра ныли, но дышать это не мешало. Есть хотелось страшно, поэтому Настя сразу стала искать кого-нибудь, кто мог бы её выписать. Оказалось, что всё не так просто. Настя должна сдать анализы. Её уже записали на томограмму. Её должен проконсультировать невролог, а также хирург-ортопед. К тому же, её лечащий врач - сам Андрей Борисович, и он строго-настрого велел никуда не отпускать Настю, и уж тем более, не выписывать её.

Уйти в ресторан и поесть не получилось. Настя отправилась искать источник пищи в стенах больницы. Поскольку её вещи куда-то делись, она прихватила из сестринской медицинский халат, накинула на голое тело и в таком виде пошла по больнице. Она прекрасно знала, где находится столовая. У неё там были знакомые. Зайти туда и потребовать себе большую порцию любой еды не составило труда. Еды ей навалили от души, а потом поражались её аппетиту, когда Настя всё съела и попросила добавки. В столовой Настя задержалась. Поговорила с кухарками о разном, помогла мыть посуду. Там её и нашли.

Оказалось, что во время Настиного отсутствия, к ней пришёл Андрей Борисович и не нашёл лежачую пациентку на месте. Поднялся страшный скандал. Настю начали искать везде, где только можно, и наконец, нашли в столовой. Вернувшись на отделение травматологии, Настя выслушала о себе много разного от персонала отделения и от Андрея Борисовича в частности. Ей долго объясняли, что она не осознаёт своего состояния, что только что вышла из комы, что вставать с кровати, а уж тем более куда-то ходить, ей категорически запрещено. Всё это, и ещё кое-что, Настя выслушала стоя в коридоре по стойке смирно. Когда ругань начала стихать, она указала на это обстоятельство и удостоилась новой порции ругательств. В конце концов, её отправили в общую палату, чтобы там за ней приглядывали соседки. О выписке Андрей Борисович велел даже не заикаться.

После осмотра врачей Настю оставили в покое. Велели лежать и ждать результатов анализов, а также возможного окна на аппарате томографии, в каковое собираются впихнуть Настю. Лежать было невозможно скучно. Настя занялась уборкой в палате. Соседки возражали, грозились позвать врача, но Настя сделала сальто с места, потом прошлась колесом, села на шпагат и сделала стойку на руках, которая у неё не очень хорошо получилась. После этого поинтересовалась мнением соседок о своём здоровье. Тут же всеми была признана здоровой и оставлена в покое. До прихода Андрея Борисовича Настя успела прибраться, где и как возможно, провести разминочный и силовой комплекс упражнений.

-Ну, как мы себя чувствуем? - спросил Настю Андрей Борисович, после того как поприветствовал всех в палате.

-Ужасно, - честно ответила Настя. - Я умираю. К утру я умру, и в моей смерти будете виноваты вы.

-Почему я? - нахмурился Андрей Борисович. - И от чего ты к утру умрёшь?

-Умру от скуки. А виноваты вы, потому, что заперли меня тут.

-Настя, у тебя сотрясение мозга, несколько переломов. У тебя ужасные анализы. Ты вчера весь день лежала и ни на что не реагировала. Как в палате на кровать легла, так и отключилась и мы тебя разбудить не могли. И теперь ты хочешь, чтобы мы тебя вот так взяли и выписали? Ты в своём уме?

-Разумеется, - фыркнула Настя. - Я вообще в больницу ехать не хотела. Это наша комендант скорую вызвала. Паникёрша.

-Да ты себя в зеркале видела?! Да если бы не комендант, то я бы тебя точно сюда отправил! Хорошо, врач на скорой - мой знакомый. Увидел, что ты неадекватна и настаивать не стал. Ко мне привёз. Я кстати знаю, что ты уже один раз от госпитализации отказалась. У тебя бы хватило ума и второй раз отказ подписать.

-Андрей Борисович, ну поверьте, со мной всё в порядке.

-С ней точно всё в порядке, - вмешалась соседка по палате. - Она тут такие номера выделывала.

-Какие номера?! - вскинулся Андрей Борисович. - Настя, ты понимаешь, что тебе лежать надо?!

-Я сутки лежала! - рассердилась Настя. - Куда больше?! Кстати, я есть хочу. Если не хотите, чтобы я вновь объела столовую, выписывайте меня.

-Да, кстати, а у тебя всегда такой аппетит? Мне в столовой сказали, что ты чуть не четверть кастрюли пюре съела и котлет штук двадцать.

-У меня всегда такой аппетит после того, как я поправлюсь. Видите, это доказывает, что я здорова. У больных такого аппетита не бывает.

-Ты как маленький ребёнок. Придумываешь какие-то детские отговорки, чтобы тебя выписали. Давай поговорим серьёзно. Хотя... Пойдём, поговорим в кабинете... Нет... В общем, найдём, где поговорить. Идём.

Они зашли в отдельную, теперь уже пустующую палату. Андрей Борисович заинтересовался Настиной походкой и устроил ей внеплановый осмотр. Вынужден был признать, что на Насте всё заживает с невероятной скоростью. Выписывать всё равно отказался. Попросил дождаться невролога и проконсультироваться у него. К тому же, у Насти были очень странные анализы. Судя по ним, Настя уже должна умереть, а она живёт. Попросил сдать анализы повторно и дождаться результатов. Настя согласилась провести в больнице ещё одну ночь, но потребовала за это вернуть ей одежду. К тому же, у неё не было необходимых вещей, поэтому, либо завтра её выпишут, либо Андрей Борисович будет покупать ей всё необходимое, что очень его компрометирует. Андрей Борисович сказал, что не боится этого, а потом перешёл к тому, что хотел сказать.

-Настя, я так понимаю, ты не хочешь подавать заявление на того, кто это с тобой сделал. Думаешь, что бесполезно. У меня старый друг недавно сюда в Рязань перевёлся. Он работает в органах, но не в милиции. Я его попросил... Поговори с ним, пожалуйста. Он сможет добиться того, чтобы сделавшего это посадили.

-Андрей Борисович, вы не понимаете. Я не могу ничего сказать. Меня убьют. Если я буду молчать, то мне, возможно, дадут денег... У меня выбор между могилой и деньгами. Как вы думаете, что я выберу?

-Но ты всё равно, поговори с ним. Я давно хотел вас познакомить. Поверь мне, он не твой муж. Он сможет тебе помочь и защитит. И не надо так на меня смотреть. Да, я вас сватаю. А вдруг получится?

Настя рассмеялась. Подошла к Андрею и обняла его.

-Андрей Борисович, спасибо вам... Вы для меня так много делаете. Но иногда слишком много.

-Да ладно, - смутился врач. - Ничего такого... Мы с Евгеном придём где-то около шести...

-Ой, а я не причёсана, не накрашена. Да ещё и в таком виде! Андрей Борисович, вы меня сватать хотите, или показать, чтобы потенциальный жених сразу убежал в ужасе?

-Ох, Настя, - вздохнул Андрей Борисович. - Одежда твоя у сестры-хозяйки, как и все вещи. Сама могла бы догадаться. У нас на отделении также.

-Точно! - хлопнула себя по лбу Настя. - Видимо, вы правы и у меня ещё не все шарики и ролики в голове на место встали. Пойду я. Прилягу и полежу. А то вдруг у меня началась прогрессирующая умственная деградация.

-Не ёрничай, - посоветовал Андрей Борисович. - Отдохни. Мы скоро к тебе придём. Подумай пока насчёт того, что Евгену скажешь. Ему можно всё рассказать. Он поможет.

-Я подумаю, - кивнула Настя.

Майор Пеструхин был деловит и официален. После того, как Андрей Борисович познакомил его и Настю, он потребовал место, где сможет поговорить с Настей без свидетелей. Андрей Борисович тут же предложил палату, в которой не так давно сам разговаривал с Настей. Майора это устроило и они с Настей остались наедине.

-Ну и устроила ты!.. - в сердцах сказал он, после того, как проверил помещение на возможную прослушку. - Твоя подруга стоила этого?

-После того, что она сделала, она мне больше не подруга, - сказала Настя. - И сделала я это не ради неё, а ради тех, кого эта сволочь ещё не убила. Что, у нас серьёзные проблемы?

-Нет, серьёзных проблем нет. Этого типа ищут, но пока без фанатизма. Есть непредвиденные обстоятельства. Он брат одного человека... Весьма влиятельного человека. Возможно, тот сделает всё, чтобы найти брата, или его убийц. Ты - единственный след. Тебя он точно допросит. Давай потренируемся. Что ты ему скажешь? Представь, что он - это я. То есть, наоборот...

-Я поняла. Ты прав, я уже думала об этом и репетировала. Моя история будет такая. Меня затащили в машину и попытались изнасиловать. Я сопротивлялась, поэтому меня отвезли куда-то, вытащили из машины и там начали бить. Били не долго. Подъехали какие-то машины, всех скрутили и куда-то отвезли с мешками на головах.

-У всех были мешки? - спросил майор.

-Не знаю, но у меня точно был. Потом нас куда-то привезли и Вениамин с кем-то разговаривал. О чём - я не знаю. У меня было сотрясение мозга, и я ничего не слышала из-за звона в ушах. Потом кто-то приказал всех убить. Потом стреляли, кто-то кричал...

-Не стреляли, - вставил майор. - Не стреляли, и ты должна понимать почему.

-Да, я поняла. Не стреляли. Потом кто-то кричал... А потом меня подняли, кто-то сказал, что деваху жалко. Ему разрешили меня не убивать, но сказали, что тогда он сам должен со мной что-то сделать. Потом я ехала в машине. Кажется в багажнике. Я несколько раз сознание теряла... А потом меня вытащили из машины, ударили по голове, и очнулась я уже в приёмном покое больницы.

-Почему ты никому не рассказала о произошедшем?

-Мне сказали, что если я буду молчать, то получу деньги...

-Кто сказал?! - прорычал майор.

-В клубе сказали. Нет, я неправильно выразилась. Не сказали, а намекнули. Кстати, после того, как я выберусь отсюда, мне надо будет навестить хозяина клуба и потребовать с него денег. Меня ведь избили.

-И думать забудь. Пообщайся на эту тему со своей подругой. Бывшей... В клуб больше ни ногой.

-Жаль, мне так понравилось танцевать.

-Парням тоже понравилось. Они теперь ходят впечатлённые по самое не могу.

-А они что, в зале были?

-Двое на подстраховке. Один из них снимал видео. Посмотрели все. Ты теперь звезда. Поздравляю. Но парней впечатлило не это. Знаешь, не каждый может убивать человека, спокойно смотря ему в глаза. Я не могу. И большинство парней - тоже не может, хотя они после горячих точек на всю башку отмороженные. В общем, тебя признали достойным командиром. Теперь за тобой пойдут просто так, а не по приказу сверху. Ты этого добивалась?

-Нет, не этого. Я вообще не хотела его убивать. Никого не хотела... Просто понимаешь, у меня после Зоны такая способность появилась... Я сама не знаю, правда ли это, но я убийц вижу. Вот понимаешь... Те бойцы, что охранников убивали. Они все убийцы, но двоим из них нравилось убивать, а двое просто выполняли работу. И я это вижу. И когда я в глаза этому гаду посмотрела, я увидела, что он псих. При этом ему нравится убивать, и он будет убивать, а имея какую-то власть, он будет убивать много и долго. Поэтому я его убила. И охранников его тоже. Если ты посчитаешь, что я сумасшедшая, то я пойму. Я даже сама подумывала о том, чтобы проверится у психиатра. Просто как-то всё откладывала...

-Настя, скажи, а я убийца?

-Да, ты убивал. Но ты страдаешь от этого. Тебе плохо, когда ты об этом вспоминаешь. А у того типа даже ничего не мелькнуло в глазах, когда я изнасилованных девушек упомянула.

-Скажи, а вот твой муж... Говорун... Он ведь тоже убийца. Тебе с ним жить приятно? Я не так сказал...

-Я поняла, не оправдывайся, - прервала его оправдания Настя. - Да, Говорун убийца. Убивает он легко и не сожалеет об убитых. Но он не любит убивать. Для него это, как в туалет сходить. Действие необходимое, но малоприятное. Если бы он наслаждался, когда убивает, я бы с ним рядом находиться не смогла.

-Понятно, - кивнул майор. - Прости, но я должен буду включить в отчёт и твоё психическое состояние, и твои откровения о Говоруне. Я раньше не воспринимал тебя серьёзно, поэтому не всё тебе рассказывал.

-Кстати, - вспомнила Настя, - а кому ты сдаёшь отчёты? Генералу Ерёмину?

-Я не работаю в МОИЗ. Я майор ФСБ. А бойцы - спецназ ГРУ, списанные со службы, но в запас пока не уволенные. Это совместная операция нескольких ведомств. А курирует её сам...

-Президент? - ахнула Настя.

-Нет, - засмеялся Пеструхин, - премьер. Но они с президентом друзья, поэтому сама понимаешь...

-А почему президента я так интересую?

-Не ты, а твой муж. Всем нужен Говорун. Деталей я не знаю. С тобой хочет поговорить генерал Ерёмин. Звал приехать, как можно быстрее. Может быть, он тебе что-то расскажет? Впрочем, мы отвлеклись. Давай о делах поговорим. Пока ты здесь, дела идут. Наша встреча, всем вместе, откладывается, но надо определиться, как мы будем работать дальше. У всех есть планы, но решение должна принять ты. Подумай над тем, чтобы расшириться. У меня есть идеи, как это сделать. И ещё... Есть вероятность, что тебя скоро отзовут в Москву. Подумай над тем, на кого оставишь всё дело. Загрузил я тебя? Ну, тогда пойду. До встречи. И подумай над тем, что я сказал.

Майор ушёл. Настя сидела в палате и думала, пока в палату не заглянул Андрей Борисович. Поругал её за то, что она ничего его другу не рассказала. Напомнил об анализах и консультациях, которые будут у Насти с утра. Отдал ей кое-какие вещи. Настя удивилась, но оказалось, что пока она беседовала с Пеструхиным заходила Света и принесла её вещи. Сама Настю увидеть не смогла, поэтому передала вещи через Андрея Борисовича. Ещё немного поагитировав Настю за то, чтобы полежала в больнице подольше, Андрей Борисович распрощался и ушёл. Настя отправилась в общую палату, где поговорила с соседками, а потом, под бормотание телевизора с каким-то сериалом, уснула и проспала до утра.

Проснулась она, как привыкла, в три часа. Оделась, вышла из палаты и прошла мимо дремавшей медсестры. Через служебный вход без проблем вышла на улицу. Пробежалась по больничному парку. Зашла на детское отделение и привычно вымыла лестницы и коридоры. Вернулась в палату и стала ждать времени пробудки. Неожиданно для себя уснула. Ела она мало, вот и не хватило организму сил на привычную работу. Впрочем, проснулась Настя со всеми весьма бодрой и готовой к свершениям.

Сданные анализы выявили у Насти кое-какую аномальность организма, но Настя настояла, чтобы на это не обращали внимания. Сказала, что у неё всегда так было. Тем более, что благодаря учебникам за первый курс медицинского колледжа, она знала, что нужно говорить. Андрей Борисович посомневался, но не нашёл, что возразить. Невролог был немного удивлён и сказал, что не видел более здорового человека, чем Настя. Травматолог не поверил результатам первого Настиного обследования. Он долго смотрел снимки и с сомнением осматривал Настю. Сказал, что первый раз видит такое быстрое заживление и восстановление после растяжения и вывиха. Андрею Борисовичу ничего не оставалось, кроме как выписать Настю. Однако, больничный ей дал на неделю, велев высидеть его до конца и на работе не появляться. Благодаря этому Настя была совершенно свободна и могла заняться своими делами.

Дел накопилось немало. Настя не забрасывала учёбу, и ей надо было побегать по колледжу и договориться с преподавателями о принятии у неё экзаменов, ведь официально она не училась. Нужно было встретиться с Серёжей и погулять с ним. Нужно было встретиться с Таней. К Вере Алексеевне Настя тоже давно не заходила. При этом и остальные дела никто не отменял. Однако, когда не надо было высиживать время на работе, Настя со всеми делами начала справляться. Подчинённые заметили это и нагрузили её дополнительным делом.

На Настю обрушились горы писем, в которых люди писали о своей беде и просили лекарство за любые деньги. Письма теперь перехватывались людьми Назарова на почте и через Вовиных людей переправлялись Насте. Эти письма было очень тяжело читать. Ещё тяжелее было писать в ответ на эти письма отказы. Многие люди хотели вылечиться, но не умирали, и Настя отказывала им. На этой почве у неё произошёл первый серьёзный конфликт с Назаровым. Он хотел, чтобы Настя помогала всем, а не только умирающим. После этого Настя вспомнила о своих намерениях и созвала всех на большой совет.

Собрались Назаров, Вова, Пеструхин и Настя. Все, кто начинал это дело и тот, кто представлял тех, кто прикрывал Настино дело в верхах. Собрались на конспиративной квартире, недавно снятой Вовой по поддельному паспорту.

-Нам давно уже надо было собраться и решить, как мы будем жить дальше, - начала Настя. - Мне бы не хотелось что-либо менять. Система работает и улучшая её, мы можем всё испортить.

-Теперь скажу я, - выдвинулся вперёд Назаров. - Я не согласен. Мы должны развиваться. Мы должны организовать доставку лекарства в другие города, ведь не каждый может приехать сюда. Некоторые больные нетранспортабельны. Мы не должны ограничиваться только умирающими. И у меня вопрос. А на кой чёрт мы собираем так много сведений о людях, которым продаём лекарство? Это неоправданные расходы. При стоимости лекарства в двести тысяч, мы едва сводим концы с концами. Я не возражаю, но хотел бы понять.

-Я объясню, - кивнула Настя. - Видите ли, я не хочу давать лекарство просто так, кому ни попадя. Если этот человек - скотина, каких поискать, то зачем мы будем спасать его жизнь?

-Но мы ни разу не отказали, - напомнил Назаров. - А ведь были среди обратившихся к нам откровенные... негодяи.

-Да, - согласилась Настя. - Но когда мы собирали о них сведения, то многие люди говорили о них хорошее. Значит, что-то хорошее в этих людях есть. Поэтому мы им помогали.

-Настя, ты меня поражаешь, - вмешался Пеструхин. - Ты что, веришь, что людей можно узнать... Я даже не знаю, как сказать. Ты веришь, что есть какой-то человек, о котором никто не скажет ничего хорошего?

-Не совсем, - призналась Настя. - Я провожу проверку не для этого. Просто мне не хочется тратить лекарство на того, о ком никто ничего хорошего сказать не может.

-Это бред какой-то! - взорвался Назаров. - Я не понимаю, зачем это нужно!

-Я тоже, - кивнул Пеструхин. - Настя, это какая-то твоя блаж. Прости, но я согласен с Михаилом Александровичем. Ты проводишь излишнюю проверку и тратишь на это необоснованно большие средства. Нет, не спорь! Я могу проводить проверку людей гораздо быстрее и проще. По своим каналам. И стоить это будет не в пример дешевле, чем содержать армию шпионов. Кстати, где ты их берёшь?

-Она через меня людей вербует, - подал голос Вова. - Я людей нахожу, а она потом их вербует по телефону. Кстати, ещё ни разу не ошиблась. Всегда отличных людей подбирает.

-Не всегда, - фыркнула Настя.

-Ну, было пару раз, - согласился Вова. - Но когда она Васильевну к нам затащила... Вот уж прирождённый шпион! Всё вынюхает. Если бы не её сволочизм, так цены бы ей не было.

-Вот и хорошо, - кивнул майор. - Васильевну оставим. Если ещё кого можно оставить, то будем держать на примете и подкармливать изредка. А с этого дня все проверки... излишние проверки прекращаем. Кто за?

Руки подняли все, кроме Насти.

-Вам что, денег больше хочется? - проворчала она.

-Дело не в деньгах, - тут же возразил Назаров.

-Просто твои проверки излишни, - подхватил Пеструхин.

-Я тоже согласен, что не надо так всех проверять, - сказал Вова. - Я не возражал, но всегда считал это...

-Блажью, - подсказал Назаров.

-Во! Точно! Ты Училка прости, но нефиг это. Нафиг не надо. Фигня это.

-Надо же, сколько производных от слова фига в одной фразе, - изумилась Настя.

-Училка, - проворчал Вова, и все рассмеялись.

-Хорошо, с этим решили, - сказал Назаров. - Теперь по поводу того, что мы продаём вещество только тем, кто умирает. Настя, ты можешь объяснить, почему мы делаем только так? Какова причина?

-А почему вас это не устраивает? - спросила в свою очередь Настя.

-Всё просто, - пожал плечами Михаил Александрович. - Я вспоминаю свою дочь, а потом думаю о тех, кто также мучается, а мы ему лекарство не продаём.

-Кстати, а как она? - спросила Настя.

-Сейчас проходит реабилитацию. Врачи пока не делают прогнозов, но возможно, она даже выступать сможет. А ведь считалось, что она даже после реабилитации ходить сможет с трудом. Вот поэтому я и считаю совершенно необоснованным то, что мы кому-то отказываем в лекарстве. И хочу знать причину. Почему?

-Причины есть, - сказала Настя. - Я назову самую главную. Когда человек умирает, ему даже в голову не придёт продать лекарство на сторону. А вот если он не умирает, то получив лекарство, может задуматься о том, чтобы его продать. Мне совсем не надо, чтобы кто-то нажился на артефакте.

-Ну, знаешь ли! - возмутился Назаров.

-Знаю! - отрезала Настя. - Поэтому я не хочу начинать продавать артефакт всем. И поэтому я не хочу, чтобы мы расширялись. Вернее, я не хочу, чтобы мы отправляли вещество в другие города. За каждый грамм этого вещества кто-то рисковал жизнью в Зоне. А если этот грамм потеряется при перевозке? А если что-то с ним случится? Я требую, чтобы передача вещества контролировалась, вплоть до принятия его больным. И это не блаж. Это необходимость. И именно поэтому, в том числе, я требую полной информации о том человеке, которому мы продаём вещество. Если у него вдруг появятся какие-то непредвиденные контакты с какими-то неустановленными лицами, то можно успеть и отменить сделку, до разъяснения ситуации.

-И ты поэтому остаёшься работать на отделении? - спросил майор.

-В том числе... - кивнула Настя. - Возможно, моя излишняя проверка... - излишняя. Но контроль передачи вещества должен быть по-прежнему полным. Если вы хотите расширяться, то в других городах нужно найти людей, которым мы будем доверять абсолютно.

-Так не бывает, - сказал Пеструхин. - Настя, а ты нам полностью доверяешь?

-Разумеется, нет, - честно призналась Настя. - Но я вас контролирую, хоть вы об этом не знаете.

-А как ты нас контролируешь? - удивился Назаров.

-Вову через вас, - указала Настя. - Вас, через завербованных Вовой людей, да и свои люди у меня есть. Вас Женя, я контролирую через ваше начальство. Я с вами честна и верю, что вы честны со мной, но контроль всё равно необходим, а доверять вам полностью я не могу. У нас ведь есть разногласия.

-Обалдеть, - сказал Пеструхин. - Эта девочка не перестаёт меня поражать. Я даже представить себе не мог, что она наладила за нами слежку. Я считал её слишком наивной и доброй.

-Я тоже, - признался Назаров.

-А чего вы хотели? - удивилась Настя. - Чтобы я вас не контролировала и полностью вам доверяла? Деньги портят людей. А большие деньги портят людей очень быстро.

-Одну минутку! - вскинулся Назаров. - А те, кто за нами следит... Они из каких средств оплачиваются?

-А вам денег мало?! - разозлилась Настя. - Вы когда-то только три сотни тысяч хотели, а теперь вам надо больше? Вас не устраивает получаемая вами сумма?

-Настя, меня всё устраивает, - тут же пошёл на попятный Назаров. - Просто я хочу понять нашу бухгалтерию. Ведь это ты у нас бухгалтер.

-Я? - удивилась Настя. - Я всегда думала, что деньги считаете вы. Вы ведь мне бумажки с расчётами давали.

-Какими расчётами? Я учитывал только приход средств и отчитывался о своих расходах. Общий расчёт должна была вести ты, как куратор проекта.

-Но я ничего не вела, - испугалась Настя. - Я складывала деньги в тайник и брала оттуда, когда мне было нужно.

-И я брал, - признался Вова.

-Я тоже брал, - сказал Михаил, - но мне даже в голову не пришло вести учёт расходов. Я говорил, сколько беру и брал эту сумму. Я думал, что учёт ведётся тобой, а ты мне доверяешь.

-Я тоже, - потерянно сказал Вова.

-Коммунисты, - засмеялся Пеструхин. - Вы хоть знаете, сколько потратили и на что? Лично я готов за каждую копейку отчитаться. У меня бухгалтерия баланс сводит...

-Нам нужен бухгалтер, - сказал Назаров. - И надо пересчитать, сколько денег у нас в тайнике.

-И осталось ли там, хоть что-то, - подхватил веселящийся Пеструхин.

-Там много было, - задумчиво сказал Вова. - Я последний туда лазил. Там уже больше половины...

-Вова, помолчи! - рыкнул Назаров.

-Нет, нет, мне очень интересно, - продолжал веселиться майор. - Продолжай Вова. Скажи мне, а где ваш тайник находится? И сколько там? Половина чего? Ящика?

-Ничего я тебе не скажу, - насупился Вова.

-Нет, скажешь! - рявкнул вдруг майор. - Почему в Насте Училку опознают?! Кто проболтался, что у неё такое прозвище?! Как получилось, что её прозвище в городе знают?!

-Вова, молчи, - вмешалась Настя. - А вы, товарищ майор, прекращайте провокации. Сболтнул человек по пьяни. Так работа у него такая. Ему пить надо со всеми, а напившись, чего только не сболтнёшь.

-Ты сама постоянно твердишь о конспирации, - напомнил майор, - а твои подчинённые тебя закладывают. Роман Борисович тебя ищет. Не слишком рьяно, но... Пока, ты была права, он ищет тебя среди местного бомонда. Проверяет дорогие дома и квартиры на предмет их недавней покупки, или аренды. Если мы ему дорогу переходить не будем, то искать рьяно он не будет, но исчезновение одного человека из его свиты не может его не насторожить. Он обеспокоился и начал копать.

-Исчезновение, - сказал Назаров. - Это случайно не исчезновение Вениамина...

-Да - это оно, - кивнул майор.

-Чем он вам не угодил? - повернулся Назаров к Насте.

-Он девушек насиловал. Собирался начать убивать. Я приговорила его и убила.

-То есть, к нашим делам он не имеет никакого отношения? - уточнил Назаров. - Тогда делаем вид, что мы ни при чём. На нас как-то могут выйти?

-Только косвенно, - поморщился Пеструхин. - Могут аналитиков задействовать и методом исключения...

-Я не собираюсь скрывать то, что я сделала, - сказала Настя. - Если меня спросят, я честно скажу, что убила гада. Если Роман Михайлович начнёт войну...

-Настя, мы не в кино. Никакой войны не будет. Просто тебе нужно будет жить и постоянно оглядываться.

-Да, Настя, - подтвердил Назаров, - ты очень рискуешь. И самое обидное, что рискуешь зря. Подведём итоги. Настя, ты прекращаешь так тщательно проверять клиентов перед продажей. Деньги надо как-то учитывать. Надо придумать что-то для этого. Расширяться пока не будем, но вещество будем продавать всем, кто может заплатить.

-Тогда я хочу, чтобы цена была повышена, - сказала Настя. - Если человек не умирает, то пусть платит рыночную цену. Тогда я буду уверена, что лекарство не перепродадут.

-Не у каждого есть такие деньги, - с сомнением сказал Назаров.

-Вот и Настина проверка пригодилась, - сказал Пеструхин. - Только теперь пусть при проверке выясняют не то, какой человек, а насколько он платёжеспособен. И будем назначать максимальную цену.

-Всё равно, могут продать, - с сомнением покачал головой Назаров. - Так даже вероятнее, что продадут.

-Я же говорю, что плохая идея, - проворчала Настя. - Давайте оставим всё, как есть.

-Меня это не устраивает, - покачал головой Назаров. - Пойми Настя, люди живут и мучаются. Мы можем им помочь и не помогаем. Как это назвать?

-Бизнес, - вместо Насти ответил Пеструхин. - Кстати, вы знаете, что нами заинтересовалась одна фармацевтическая компания? Возможно, скоро у нас с ними будет война.

-А им, мы чем помешали? - удивилась Настя.

-Они хотят выкупить у нас весь запас вещества для исследований. Если не смогут сделать это по закону, то будут действовать бандитскими методами. Они уже отправили грозную бумагу в министерство здравоохранения. Требуют прекратить выдачу препарата. Он якобы не прошёл все исследования, и применять его на людях негуманно.

-А министерство? - спросил Назаров.

-Министерство, а также всё правительство, с честным видом говорит, что знать не знает о том, кто продаёт артефакт. Мы теперь сами по себе. Я уволен из органов. Мои ребята тоже отправлены в отставку. Технари работают на нас, но формально они проводят здесь секретную операцию. Правительство от нас открестилось.

-Это всё меняет, - сказал Назаров. - С этого надо было начинать. Расширяться нам нельзя. В таких условиях...

-Слушайте, а может поделим деньги и заляжем на дно? - предложил Вова. - Даже если мы не считали сколько у нас, там всё равно не меньше двух миллионов. Нам на жизнь хватит.

-Хочешь соскочить? - спросил Назаров.

-Хочу, - признался Вова. - Вы уж простите, но я вообще не хотел в серьёзные дела впутываться. Мне сейчас денег хватает. Дом отстрою, устроюсь на работу. На чёрный день у меня припрятано. Раз тут начинают такие дела закручиваться, может лучше нам всем соскочить, пока не поздно.

-Поздно, - развёл руками Пеструхин. - Мои бойцы выведены за штат. Их кормить надо. Значит, мы должны продавать, чтобы иметь деньги. Официально о нас не знают, но неофициально мы под колпаком. Не будем делать то, что от нас хотят - нас сдадут. Пока что, от нас хотят, чтобы мы продавали. Настя должна в ближайшее время с генералом встретиться. Может быть, там она узнает что-то ещё.

-Хорошо, - кивнула Настя. - Давайте так. Мы продолжаем продавать. Продавать будем не только умирающим. Для вас это важно Михаил Александрович, я уже поняла. Но соблюдение конспирации и проверку покупателей я хочу оставить на прежнем уровне. Если нами заинтересовались какие-то фармацевтические гиганты, то воевать с ними придётся всерьёз. И чем позже эта война начнётся, тем лучше. Что касается тебя, Вова, то соскочить ты можешь в любой момент, но вспомни, о чём мы с тобой говорили. Если соскочишь, то должен будешь уехать и не возвращаться.

-Ну, если в любой момент, то я ещё с вами потусю. Меня прикалывает, что бабки можно брать, сколько хочешь.

-Вот уж нет, - вскинулся Назаров. - Я такого больше не потерплю. Нам надо чтобы кто-то учитывал средства. Настя, ты почему этого не делала?

-Я думала, что вы ведёте учёт. Да и какая разница? Все брали сколько нужно. Никаких вопросов не возникало.

-Я не понимаю, - развёл руками Назаров. - Сама говоришь, что нам не доверяешь. Слежку за нами организовала. А с деньгами так опростоволосилась. А если бы кто-то все деньги из тайника выгреб и сбежал? Что бы ты тогда делала?

-Это ты на кого намекаешь?! - взвился Вова. - Да я никогда крысой не был!

-Действительно, Михаил Александрович, зря вы так на Вову, - с укором сказала Настя. - Он не образец порядочности, но никогда у нас не крал. Прости Вова, но я тебя проверяла. Если у него и были какие-то траты сверх необходимого, то это была такая мелочь, что о ней не стоит и говорить.

-Я не крысячил!!! - рявкнул Вова.

-Разумеется, - кивнула Настя. - Ты просто не следил за своими расходами. Например, на одной из пьянок ты потерял почти тысячу рублей. При покупке телефонов ты тоже тратил немного завышенные суммы.

-Это чтобы люди не болтали! - крикнул Вова.

-Прости, но ты добился обратного эффекта.- Назаров усмехнулся. - О твоей щедрости заговорили. Вова, ты из нас самый видный. В смысле, весь на виду. Надо тебе на время уехать.

-На заработки! - тут же предложила Настя. - На три месяца. Когда вернёшься, сможешь объяснить появление средств. Отдохнёшь где-нибудь...

-Если он отдыхать будет, то сопьётся, - со смешком сказал майор. - Вова, а не хочешь действительно поработать пару месяцев? Платят мало, но тебе это не важно. Работа тяжёлая, но зато полностью легальная.

-Я уже так поработал, - проворчал Вова. - Чуть снова не присел.

-Археологическая экспедиция, - продолжал майор. - Один мой приятель собирается. Им разнорабочие нужны. Работать будешь почти за харчи, но зато на всём готовом.

-Поезжай, - сразу сказала Настя. - У меня знакомая моей мамы была в археологической экспедиции. Потом рассказывала, что это так здорово!

-Действительно, тебе стоит поехать, - кивнул Назаров.

-Чего это вы меня прогоняете? - настороженно спросил Вова.

-Мы не прогоняем, ответил майор. - Только если будут искать того, кто аномальное вещество продаёт, то первым на тебя выйдут. На пару месяцев тебе стоит исчезнуть, чтобы от себя подозрения отвести.

-Так может мне вообще уехать? - спросил Вова.

-А если ты нам понадобишься? - задала вопрос Настя. - Как мы без тебя?

-Кто за то, чтобы отправить Вову в экспедицию? - спросил Назаров. - Так. Трое. Кто против? Ни одного. Вова, ты воздержался от голосования?

-Погодите, я затупил.

-Поздно. Большинством голосов Вова отправлен в археологическую экспедицию.

-Отлично! - обрадовался Пеструхин. - Завтра с Настей поедете в Москву. Настя к генералу, а ты к моему приятелю. И попробуй только сотворить какой косяк в экспедиции. Я тебя замордую!

-Э-э-э!!! - возмутился Вова. - Ну... Ну воще... Ну ладно. Поеду я в вашу экспедицию. Настя, я на тебя могу деньги оставить.

-Нет, - сразу ответила Настя. - Деньги положишь в банк на анонимный счёт. Мало ли, что со мной случится.

-Тогда я лучше деньги не в банк, а рядом с нашим тайником прикопаю. Так будет надёжнее.

-Как хочешь, - пожала плечами Настя. - Всё обсудили? Разбегаемся?

-Вроде всё, - задумался Назаров. - Только деньги теперь надо пересчитать и учитывать. После встречи с генералом соберёмся снова и всё решим. А сейчас обсудим текущие дела. Мамоновы нам не заплатили. Говорят, что у них денег нет. Настя, ты их проверяла. У них действительно денег нет?

-Есть. Они вполне платёжеспособны. Я думаю, что надо вернуть им сто тысяч, а пятьдесят взять за беспокойство.

-Вернуть надо всё и больше с ними дел не иметь. - Жёстко сказал Назаров. - Если не хотят платить, то не продавать им ничего. Умрёт их дочка - мы не виноваты.

-Жалко её, - вздохнула Настя.

-Мы должны пресекать попытки давить на нас. Нужно быть жестокими. Такая ситуация появилась потому, что мы кое-кому давали скидку, а они растрезвонили об этом. Теперь кто-то считает, что нас можно кинуть. Их дочку конечно жалко, но сделка должна быть честной. Нас обманули. Что ж, мы вернём деньги обратно и никакого лекарства. Взять деньги за беспокойство мы не можем. Лишившись денег, они поднимут шум, который нам совсем не нужен. Вместо них у меня есть клиент, который не умирает, но болен и готов заплатить. И готов заплатить больше, чем мы просим. Давайте обсудим его кандидатуру.

В Москву Настя и Вова поехали вместе. Настя хотела ещё и Таню взять с собой, но в середине недели её никто не разрешил бы забрать, поэтому не получилось. Во время поездки, Вова упросил Настю забрать и сохранить его деньги. Также попросил присматривать за домом, а в Москве они зашли в нотариальную контору и Вова оформил на Настю доверенность на ведение всех дел. По сути, доверив Насте всё своё имущество. Настя возражала, но Вова не принимал никаких возражений. Объяснил своё решение тем, что Настя самый честный человек, которого он когда-либо знал. Настя не могла не согласиться.

Они вместе отправились в институт, где работал профессор, приятель Пеструхина. Вместе поговорили с профессором и выслушали условия работы. Потом вместе отправились оформлять Вове загранпаспорт, чтобы он мог отправиться в экспедицию. С оформлением возникли проблемы, и Настя вспомнила об Антоне. Позвонила ему, и они встретились. Оформление паспорта из не решаемой проблемы сразу стало пустяком. Антон не делал фальшивку, как можно было бы предположить. Он просто позвонил, а после этого сказал Вове, куда ему завтра надо заехать за документом. Размер благодарности он тоже назвал, но для Вовы это были не деньги.

Со всей беготнёй Настя чуть не опоздала к генералу. Она совсем забыла о времени, а генерал должен был принять её в четыре часа. В заботах, день пролетел незаметно и только без четверти четыре Настя спохватилась. Повезло, что далеко бежать не нужно было. Ровно в четыре она поздоровалась с Ерёминым младшим. Вова остался с Антоном. Они обсуждали, что Вове лучше взять в поездку, и как пользоваться кредиткой не зная ни слова на любом языке, кроме русского. Антон уверил Настю, что если она задержится, то он сам выведет Вову с территории и до гостиницы его доведёт. Они распрощались, на всякий случай, и Настя их оставила.

-Здравствуй Настя, - поприветствовал её генерал. - Прости, но раньше я не мог освободиться. Меня вызвали и продержали... Ну, это не важно... У меня к тебе серьёзный разговор. Даже не знаю, как начать. Давай немного подождём. Сейчас должен подойти полковник Нечаев. Он лучше тебе всё объяснит.

-Нечаев, - задумалась Настя, - это ректор академии?

-Да, - кивнул Ерёмин, - но он не только ректор академии. Он ещё кое-что курирует... Я пока не могу тебе ничего рассказать. Давай подождём. Чаю? Или, может быть, кофе?

-Чаю, пожалуйста. И с чем-нибудь... Я вспомнила, что не обедала сегодня.

-Сходи тогда с Андреем, пообедай. Он тоже ещё не обедал. Если за пол часа справитесь - будет очень хорошо. А мы пока вас здесь подождём. - Генерал потянулся к интеркому. - Андрей, сходите с Настей пообедать. У вас пол часа.

-Есть, товарищ генерал, - с подчёркнутой субординацией отозвался Андрей.

С Андреем Настя не смогла поговорить. Он быстро довёл её до столовой, отвечая на заданные по пути вопросы, невпопад. В столовой они взяли блюда и быстро их съели не разговаривая. На обратном пути Андрей извинился за свою молчаливость. Отговорился занятостью и отсутствием времени. Настя поверила ему. Очень уж вид у него был отрешённым. Он явно думал о каком-то деле. Она поинтересовалась этим делом. Рассчитывала на то, что он скажет о секретности, но он вдруг стал рассказывать ей суть его дела, и Настя жадно впитывала в себя информацию.

Оказалось, что в Зоне подходит к завершению проект, который должен снизить количество выбросов и аномалий в Зоне. При этом, количество артефактов должно возрасти. К тому же, эти артефакты будут лежать кучами, как в кладовой. Подходи и бери. Вроде бы всё прекрасно, но по некоторым расчётам в результате проекта Зона может взбрыкнуть и сделать что-то, неизвестно что. Андрей сейчас занимается эвакуацией научного персонала и оборудования от границы Зоны. На нём весит логистика, размещение на местах, соблюдение тайны, а также финансы управления. Конечно, он не сам всем этим занимается, но он подготавливает отчёты для вышестоящих, а данные отчётов ему приходится перепроверять, поэтому он так и занят. В приёмной Андрей указал Насте на дверь, а сам сразу сел к монитору и больше не обращал на Настю внимания. В кабинете Настю уже ждали.

-Настя, мне очень не нравится, что ты не начала занятия в этом году, - сказал Нечаев, как только они закончили приветствовать друг друга. - На будущий год я жду тебя. Будешь поступать на второй курс, а Говорун на третий.

-А он тоже будет учиться? - удивилась Настя.

-Да, он будет учиться. По индивидуальной программе, но со всеми вместе. Об этом мы и хотели с тобой поговорить. Настя, как ты представляешь себе своё будущее с Говоруном.

-В каком смысле? - насторожилась Настя.

-Как вы собираетесь с ним жить? Вы будете жить в Москве? Или, может быть, уедете куда-нибудь в глушь? Чем вы будете заниматься? Как на жизнь зарабатывать?

-А вы не в курсе моих дел? - удивилась Настя.

-Я в курсе, - кивнул Нечаев. - Настя, твоё дело - это возня детишек в песочнице. Вам надо расширяться, но для этого у тебя не хватает образования. Вы очень хорошо начали, но продолжить не сможете. Я объясню на примере. Скажи, ты сможешь проверить бухгалтерскую отчётность ваших людей? Ты сможешь самостоятельно просчитать социальный аспект вашей деятельности? Вам мало того, что вы чуть бунт не устроили под стенами больницы? Ты не задумываешься о последствиях вашей деятельности. Ты не предполагаешь последствий. У тебя знаний не хватает, чтобы их спрогнозировать. Нам бы очень хотелось, чтобы вы продолжили начатое вами дело, и расширили его, но для этого тебе надо изучить: социологию, психологию, финансы, медицину. Есть ещё несколько непрофильных дисциплин, но не будем сейчас об этом говорить.

-А при чём тут Говорун? - спросила Настя.

-Минуточку, я как раз к этому подхожу. В нашем учебном заведении вас будут готовить именно к выполнению поставленной задачи. Вы получите именно то образование, которое будет нужно вам в вашей деятельности. Ты самостоятельно начала изучать медицину. Это похвально. Но кроме медицины тебе нужно изучить ещё несколько дисциплин. Под руководством наших преподавателей это можно будет сделать гораздо быстрее и проще.

-Я поняла, вы хотите, чтобы я училась у вас.

-Не совсем. Ты не особо нас интересуешь. Нам интересен Говорун. Как видишь, я полностью откровенен. Нам нужно, чтобы Говорун учился у нас. Ты имеешь на него влияние. Уговори его учиться.

-Как я его уговорю? Его здесь нет. Он в Зоне.

-Говорун через неделю заканчивает проект и возвращается сюда, - вмешался генерал. - Но есть с ним проблема. Он вбил себе в голову, что мы хотим его заставить что-то сделать. Сделать его чуть ли не своим рабом. Глупость несусветная. Нам нужно его добровольное... заметь, добровольное, сотрудничество. Он сейчас делает вид, что тебя для него не существует. Чтобы мы, через тебя не воздействовали на него. Он думает, что мы тебя украдём и спрячем, а потом начнём его шантажировать. Нам надо, чтобы через неделю ты встретила его здесь, и вы вместе уехали отсюда в Рязань. Там вы поживёте вместе до начала учебного года, а потом переберётесь сюда в наше учебное заведение.

-От себя могу гарантировать, - снова начал разговор Нечаев, - что у вас будет свой дом. Вы сможете посещать занятия вместе, хоть и не все. Развлечения на нашей территории тоже есть, но если захотите, то сможете посещать клубы Москвы. Говоруна мы сразу, помимо учёбы, подключим к работе. Твоё дело ты тоже будешь контролировать отсюда. Поверь, мы подскажем вам способ, который в разы упростит придуманные вами схемы.

-А что взамен? - спросила Настя.

-Ваше добровольное сотрудничество, - пожал плечами Нечаев. - Есть проекты, которые может потянуть только гений уровня Говоруна. Твоя деятельность тоже вызывает у многих восхищение. Говорун будет работать над сложным и интересным проектом. Ты, со временем, будешь работать в системе медицинского обеспечения населения... Нет, не так... Я забыл, как это называется. В общем, у тебя тоже будет сложная и интересная работа. Вы сами должны понимать, что это лучше, чем стать каким-нибудь продавцом, или официанткой в кафе.

-Я могу выучиться в Рязани и стать врачом, - напомнила Настя.

-Ради Бога! - с максимальной искренностью заявил Нечаев. - Я буду только рад за вас. Более того, если Говорун поступит в какое-нибудь учебное заведение Рязани и выучится, ему никто слова не скажет. Даже если не выучится, а просто займётся каким-то бизнесом, никто не будет возражать. Но ты сама ответь себе. Ты можешь представить Говоруна-бизнесмена? Он будет постоянно лезть вверх, уничтожая всё и вся на своём пути. Он захочет быть самым главным. И мы бы не возражали. Но у него нет образования, и вокруг него будет слишком много трупов, когда он поднимется наверх. Нет, самое лучшее для него - сложная научная работа. На неё уйдёт вся его энергия, все амбиции. А от тебя, Настя, нам нужно, чтобы в домашней обстановке он расслаблялся и не помышлял о захвате власти, или убийствах. Теперь ты понимаешь нашу мотивацию?

-Понимаю, - кивнула Настя. - Вы боитесь Говоруна, но хотите, чтобы он на вас работал. А я - тот сдерживающий фактор, которым вы будете его контролировать. За это я получу много плюшек в виде...

-Настя, - перебил её Ерёмин, - а что плохого в том, что ты будешь Говоруна сдерживать? Ты хочешь, чтобы он начал убивать?

-А он начнёт, - подхватил Нечаев. - Он свои отношения и привычки из Зоны перенесёт в обычный мир. Если ему что-то не понравится, он будет убивать. Настя, наши психологи разработали прекрасный вариант жизни для вас. Мы тебе его озвучили... Предложили. Есть другие варианты, но они не так хороши. У тебя неделя до возвращения Говоруна. Подумай. Кстати, до нового учебного года вы будете жить в Рязани. У вас будет семейный совет, на котором вы решите, как дальше жить. Надеюсь, что вы мой совет примете. Совет простой. Работайте на нас и живите счастливо! Всё, меня ждут. До свидания. Настя, встретимся через неделю.

Нечаев вышел из кабинета. Настя сидела и думала о том, что он сказал. Ерёмин не торопил её, давал подумать.

-Возможно, вы правы, - сказала Настя, - и для нас самым лучшим вариантом будет тот, который придумали психологи. Но ведь именно от такого и пытается увернуться Говорун. Он хочет жить сам по себе, а не по чьей-то подсказке. Он не примет ваш вариант. Даже если я его об этом попрошу.

-Не попросишь, а намекнёшь, - уточнил Ерёмин. - Я с тобой о другом поговорить хочу. Говорун заигрался в своём отношении к тебе. Он может приехать сюда и заявить, что знать тебя не знает. Для того, чтобы ты не влияла на него, а через тебя, не влияли мы. Сама подумай, как после этого будешь действовать. Психологи...

-Да к чёрту психологов! - рявкнула Настя. - Если он только заикнётся... В третий раз я в него точно попаду, и на этот раз убью! Пусть только попробует что-то такое сказать!

-Так и надо, - одобрительно покивал генерал. - Если он только попробует... Я тебе даже подержу его, чтобы тебе было удобнее целиться. Настя, я ещё кое-что хочу сказать. Или Говорун будет работать на нас, под мягким контролем с твоей стороны, или не будет вообще. Ему не позволят жить самостоятельно. Он слишком для всех важен.

-Чем он так важен? - спросила Настя.

-Он за неделю собрал установку, над проектом которой целый институт бился пару лет. Когда он её собрал, то стало понятно, что они ещё сто лет могли эту установку проектировать. У них изначально неправильная концепция была. Говорун гений. Что будет, если гений будет работать на кого-то другого? Да даже на себя!.. Этого никто не допустит. Внуши ему, что он должен работать на нас. Тогда всё будет хорошо.

-Вы не оставляете мне выбора, - пробормотала Настя, но генерал её услышал.

-Да, не оставляю. Выбора нет! Все игры в независимость - мальчишество Говоруна. Объясни ему, что надо повзрослеть. Или он занимается интересным делом и живёт хорошо в своём доме, с тобой и возможными детьми. Или он не живёт. Рано или поздно, но его убьют. Или здесь, или в Зоне. Я всё понятно объяснил?

-Да, я понимаю. А с Говоруном вы об этом говорили?

-Ещё нет, но поговорю. Я не собираюсь ему лапшу вешать. Кратко и чётко обрисую ситуацию. И пусть только попробует... А он попробует... Характер у него такой. Вот поэтому и нужно, чтобы ты ему тихонько напела. Ты сама должна понимать, что невозможно жить в обществе и никому не подчиняться.

-Говорун это тоже понимает, - кивнула Настя. - Я с вами согласна, но решение Говоруна поддержу. Если он не захочет работать на вас, я буду его уговаривать, но выполнять буду его приказы.

-Что с вас взять? - развёл руками генерал. - Учиться хоть у нас будете? Можете даже заочно.

-Подумаем, - сказала Настя.

-Подумайте, - кивнул генерал. - В общем, у меня всё. Как Говорун будет отправляться из научного центра при Зоне, я тебе позвоню. Он закончит с формальностями, а тут и ты его встретишь. Жди моего звонка, а сейчас, товарищ лейтенант, можете быть свободны. Да, в следующий раз, ко мне, приезжайте в форме.

-Разрешите идти? - встала Настя.

-Идите, - кивнул генерал.

На этот раз Настя не стала вызывать машину. Поехала на электричке. За время пути о многом успела подумать, но так и не приняла какого-то решения по отношениям с Говоруном. Вернётся Говорун, они встретятся, а там будет видно. Сейчас ей стоило подумать о текущих делах. Осмыслить то, что она осталась без Вовы. Прикинуть, как вести себя с Назаровым и Пеструхиным. С работой тоже нужно было что-то решать. Вернётся Говорун - будет не до работы. По крайней мере, Настя так думала. Ещё нужно было как-то познакомить Говоруна и Таню. Да и Серёжа не чужой Насте человек. Его судьбой тоже нужно заняться. С такими мыслями Настя приехала в Рязань.

Как ни удивительно, но на следующий день ей позвонила Катька.

-И хватает же у тебя совести, - выпалила Настя, приняв звонок.

-Стаська, ну прости-и, - заныла Катька. - Кто же знал, что всё так получится?

-Все знали, - припечатала Настя. - Весь клуб знал. От его хозяина, до последней танцовщицы. Только я ничего не знала. И ты ещё звонишь мне после такого?!

-Стаська, не сердись. Знаешь, сколько ты заработала? Приезжай в клуб, тебе деньги отдадут.

-Никаких дел с твоим клубом я иметь не хочу. Всё! Кончено! И ты мне больше не звони. Не нужна мне подруга, которая меня так подставляет.

-Подожди! - закричала Катька. - Прости меня! Прости! Ну, пойми, нельзя мне было к нему попадать. У меня выступления, а с синяками разве можно выступать? Я с тобой заработком поделюсь. Честное слово. Прямо сейчас тебе деньги привезу. Ты где сейчас?

-В больнице, - соврала Настя.

-А, ну да, ты ведь там работаешь. Выйди к воротам. Я на машине подъеду и в машине тебе деньги передам.

Настя слишком хорошо знала Катьку и по голосу и интонации поняла, что она в беде. От её слов веяло такой подставой, что даже предыдущая Настя должна была насторожиться, что уж говорить о нынешней. Вариантов Катькиных проблем было немного, всего один. В возникновении этой проблемы была виновата Настя, поэтому она сразу приняла решение помочь, но не могла себе позволить не поиздеваться над Катькой.

-Как я выйду? - возмутилась она. - Меня из травматологии не выпустят. Не могу же я зимой в тапочках до ворот добежать. Тут метров триста по снегу.

-А почему ты в травматологии? - наивно спросила Катька.

-А ты как думаешь?! Или мне со сломанными рёбрами надо на работу выходить? Меня четыре мужика избивали. Думаешь, я после этого могу куда-то пойти?

-Почему четыре? - удивилась Катька. - Где тебя так избили?

-Угадай с трёх раз! Дать подсказку?

-Настя, да ты что?! Он никогда сильно не бил. Только если... Ты что, отказалась ему дать? Сопротивлялась?

-А что я должна была делать? Ты меня не предупредила... Когда я... Он меня... А потом они меня били-и-и...

-Настя, не плачь. Послушай. Я к тебе приеду. Деньги тебе привезу. Где ты находишься? Давай встретимся. Тут ещё один человек хочет с тобой поговорить. Но он не хочет заходить в больницу. Ты совсем ходить не можешь? Если можешь, то давай я тебе одежду принесу, и мы к этому человеку выйдем. Он тебе ещё денег даст. Ему нужно просто поговорить с тобой. Я приеду? Настя, ну пожалуйста.

-Ну, приезжай к моей работе. Я просто в другом корпусе. Если буду одета, я выйду к воротам.

-Вот и отлично! - обрадовалась Катька. - А как ты без одежды оденешься?

-Так ведь ты мне одежду принесёшь, - уточнила Настя. - Позвони, как подъедешь. Я объясню, куда идти.

Настя сбросила звонок и тут же позвонила Пеструхину. Тот только ругнулся, но пообещал, что Настю будут прикрывать во время разговора. Отпросившись у Андрея Борисовича, Настя бегом побежала в отделение травматологии. Там уговорила персонал не выдавать её. Потом с помощью косметики сделала себе желтоватый цвет лица, нарисовала синяки, а потом небрежно их закрасила. На один глаз нанесла немного жгучего перца, чтобы он слезился и распух. Второй глаз закрыла повязкой. Когда вышла из сестринской, все изумились и даже стали подозревать, что Настя только что сама себя избила. Настя объяснила свои действия тем, что встречается со следователем и хочет показать, как сильно была избита. Ей пожелали удачи и дали пару бесполезных советов. Советы долго выслушивать не пришлось. Позвонила Катька.

Настя встретила Катьку в палате, в которой и лежала пару тройку дней назад. Соседки тоже обещали её не выдавать. С трудом поднявшись с кровати, играя сильно избитую, Настя подошла к Катьке, стоящей в дверях и залепила ей пощёчину. Двигалась с трудом, медленно, и Катька вполне могла бы уклониться, но она не уклонилась.

-Прости, - сказала она, получив пощёчину. - Настя, прости. Я должна была...

-Не здесь, - перебила Настя. - Пойдём, я оденусь у выхода. Там есть пустое помещение.

Всё время, пока они шли до ворот, Настя ждала, что Катька заговорит с ней о том, кто её ждёт в машине и почему. Катька не сказала. Она проявляла сочувствие, фальшивую заботу, но о ждущих Настю неприятностях не сказала ни слова. О том, кто и почему её избил, тоже не спрашивала. Позвонил Пеструхин. Дал Насте необходимую информацию. Настя в ответ несла всякую чушь о свидании и о том, что она не сможет прийти. То, что Катька не заинтересовалась тем, что у Насти кто-то есть, очень точно показало, что Настю она уже вычеркнула из мира живых.

У ворот машина не стояла. Катька показала на стоящий вдали фургон и попросила Настю дойти до него. Настя поворчала для проформы, но пошла. Фургон стоял у обочины. По дороге часто, но не слишком, проезжали машины. Казалось, что бояться нечего, но Настя в очередной раз убедилась, что профессионалам посторонние люди не помеха. Настя сама не поняла, как очутилась в фургоне, а водители на дороге даже заметить ничего не смогли. Фургон поехал.

Настя слышала, как мычит сквозь зажавшую рот ладонь Катька. Сама она тоже должна была бы кричать и возмущаться, но унижаться не хотелось. Сделала вид, что замерла от страха. Катька пыталась что-то сказать, но ей заклеили рот. Настя повернулась посмотреть, так ли это. Это движение кому-то не понравилось и Настю саданули кулаком в бок. Настя вспомнила, что у неё сломаны рёбра, поэтому взвыла и обмякла, как будто потеряв сознание.

-Эй, ты что с ней сделал?! - спросил кто-то.

-Да ничего, - растерянно ответил кто-то. - Она повернулась и я её... Да не сильно я её бил!

-Ты придурок! Мы её из больницы забирали! Сдохнет она, сам шефу будешь всё рассказывать. Что было, и чего не было. Давай, приводи её в чувство.

-А как? По морде бить? У неё вон, глаз с повязкой. Давай её так донесём. Пусть шеф сам разбирается.

-Вот сам и понесёшь. И осторожно. Чтобы волосок с её головы не упал. И учти, я твой косяк покрывать не буду.

-Да ты чё?! Какой косяк?! Я знал, что она такая малохольная? Счас я её... Средство верное.

Насте в рот влили водку. Она закашлялась и сделала вид, что очнулась. Завизжала и вцепилась в рожу того, кто был перед ней. Он, от страха, ударил её, и Настя сделала вид, что вновь потеряла сознание.

-Да что вы ржёте?! - искренне возмутился тип с расцарапанной рожей.

Судя по смеху, в машине было четыре человека, не считая водителя.

-Боевая девочка, - сказал кто-то. - Не удивительно, что её никто не смог трахнуть.

-Ты помалкивай, - приструнил главный говорившего, - а то тебя за такие слова вместе с этими шмарами оттрахают.

-А с девчонкой что делать?

-Запакуй, как эту и оставь. Донесём до шефа, а там пусть он сам разбирается.

Когда Настю начали вязать, она закричала, якобы от боли, а потом вновь потеряла сознание. Бандиты растерялись. Связать Настю, как они хотели, не получилось. Ей скрепили руки и ноги стяжками и оставили. Настя не возражала. Если руки спереди, то порвать стяжки не проблема. А разорвать стяжки на ногах - только вопрос времени. Плохо было только то, что Насте на голову надели мешок. Дышать в нём было трудно.

Их куда-то привезли. Сначала проехали ворота и остановились во дворе, потом заехали в гараж. Все вышли из машины, и судя по звукам, ушли. Настя удивилась и попробовала освободиться. Ей никто не помешал. Она попробовала ещё раз и вновь успешно. Настя удивилась, но тем не менее, разорвала стяжки на руках и через пару минут освободилась. В машине никого не было. В гараже тоже никого не было. По крайней мере, в маленькое окошко с решёткой Настя никого не увидела. Она невероятно удивилась, и попробовала открыть дверь. Ожидала воя сигнализации, или того, что её схватят, но вновь ничего не произошло.

Настя вышла из машины. Осмотрелась. Камера в гараже была, но судя по всему, она была отключена. Смотрела в пол и никакими лампочками не мигала. Инструмента в гараже было столько, что хватило бы на вооружение подразделения спецназа. Ключи от машины были в замке зажигания. Настя не могла поверить, что это не ловушка. Она заметалась по гаражу, пробуя всё и ища выход. Можно было выскочить во двор, дверь в дом тоже была открыта. Вентиляционный короб был узким, но Настя могла бы в него протиснуться. Во дворе никого не было, за дверью никто не караулил, вентиляция в качестве средства побега не рассматривалась. Никак не могла Настя поверить, что её оставили так беспечно и без охраны, поэтому не знала, как себя вести и что делать.

Однако, план выработала быстро. В доме подвал использовали не только как гараж, но и как место, где стоит стиральная машина и бойлер. Около стиральной машины стояла корзина с грязным бельём. Настя порылась и нашла два полотенца. Она разделась, обернулась одним полотенцем, накрутила на голову другое и в таком виде вышла из гаража в дверь дома. Тихо прокралась по коридору и поднялась по лестнице. Как ни удивительно, но и тут её не ждали. Она прислушалась и услышала голоса где-то впереди. Прокралась вперёд и попробовала дверь справа. Ей повезло, это была ванная. Настя включила свет и зашла. Закрыла дверь на защёлку, включила воду и смыла с себя всю косметику. Хотелось встать под душ самой, но сдержалась. Вышла из ванной и спокойно прошла по коридору, никого в коридоре не встретив.

Как и ожидалось, одна из комнат оказалась спальней. Настя уже поняла, что в этом доме была хозяйка, поэтому не удивилась, что в спальне было трюмо с кучей косметики. Настя без зазрения совести воспользовалась ею. Косметика была неплохой и в большом количестве. Настя легко смогла подобрать всё на свой вкус. Воспользовалась халатиком хозяйки. С удовольствием заметила, что он был ей, мягко говоря, велик. Сунула ноги в тапочки и вышла из комнаты.

Пошла на голоса. Зашла в комнату. В комнате было шесть человек. Четверо смотрели телевизор. Один сидел за столом и что-то читал, а самый главный дремал в кресле. Самого главного Настя определила по тому, что он один был в костюме. Несколько секунд Настя оценивала обстановку, а потом развернулась и пошла на кухню. Странно было бы не найти на кухне нож. Настя нашла два подходящих. Потом пошарила в холодильнике и нашла несколько яблок. Порезала яблоки и разложила дольки на тарелки. Сама с удовольствием съела пару долек. С тарелкой, хрустя яблоками, направилась в комнату.

Прошла так, чтобы выйти за спиной читающего. Видимо, этот проход был сделан для прислуги, чтобы она могла прислуживать за столом. Теперь Настя появилась за спиной единственного вооружённого человека в этой комнате. Поставила рядом с ним тарелку с яблоками, а когда он поднял на неё глаза, улыбнулась и воткнула нож ему в шею. Не сильно. Только чтобы выступила кровь. Продолжая улыбаться, вытащила пистолет из кобуры и взвела. Никто ничего не заметил.

-Кто ты такой? - спросила Настя.

-Я? - изумился читавший. - А кто вы?

-Я первая спросила. Ты Семёныч?

-Нет, я его телохранитель. Владимир Семёнович сидит в кресле.

-Плохой ты телохранитель, - резюмировала Настя. - Сейчас я твоего начальника убивать буду. Из твоего пистолета.

-Он газовый, так что у вас не получится.

-Да? - удивилась Настя.

Пользуясь тем, что Настя отвлеклась, телохранитель попытался отвести от своей шеи нож. Настя ожидала этого, поэтому позволила ему захватить свою руку, а потом ударила рукояткой пистолета в висок. Телохранитель был на удивление не профессионален. Осторожно высвободила руку из захвата и потом повозилась, доставая нож. С лёгким беспокойством проверила пульс и облегчённо выдохнула. Оставила телохранителя и подошла к Владимиру Семёновичу. Захотелось пошутить. Она вернулась, взяла блюдо с дольками яблок, и, хрустя долькой, подошла к креслу. Как и ожидалось, Семёныч не спал так уж крепко. Когда Настя ткнула его в губы долькой, он проснулся, а когда долька ткнулась ещё раз, он послушно взял её в рот и стал жевать.

Несколько секунд он осмысливал произошедшее. Настя предложила ему ещё одну дольку. Он взял дольку у неё из руки и сам положил себе в рот, предварительно рассмотрев, как будто хотел что-то на ней увидеть. Настя сама взяла с блюда дольку и захрустела. Встала и подошла к смотрящим телевизор. Поставила блюдо перед ними, собрав полные недоумения взгляды. Несколько секунд Настя с восторгом ощущала, как все пялятся на неё, всё больше недоумевая, а потом кто-то догадался выключить телевизор.

-Здравствуйте! - радостно воскликнула Настя. - Как вам здесь?

-Простите, а вы кто? - удивился Семёныч.

-Как, вы меня не узнали? Я Даша! Внучка Сергея Степановича. Я приехала сюда на пару дней. Дедушка сказал мне, что вы тут, и я решила заехать и с вами поздороваться. Вы помните, как мы встречались? Я тогда с мамой и папой была и мне тогда, кажется, пять лет было.

-Даша, простите, но я вас совсем не помню. Ваш отец сказал, что вы сейчас в Берлине... Мы не ожидали вас здесь встретить. Вы давно здесь?

-Только что приехала. В душ и к вам. А вы к нам из Москвы приехали? Знаете, я тоже хочу в Москву перебраться. Меня зовут в одно модельное агентство. Как вы думаете, я могу стать моделью?

Настя встала так, чтобы показать себя, как можно выгоднее. Хотелось скинуть халатик, но тогда все увидели бы припрятанные ножи и пистолет. Судя по присутствующим, они и без этого оценили Настю. У многих мужчин в глазах появился охотничий азарт.

-Вы вполне подходите для модельного бизнеса, - вежливо кивнул Владимир Семёнович. - Но ваши родители не одобрят это. Не лучше ли вам отучиться и продолжить семейное дело?

-Вы говорите, как папа! - обвинила Семёныча Настя. - Он тоже всё время твердит, что нужно работать. А я не хочу работать! Я хочу блистать! А он мне денег на раскрутку не даёт. Говорит, что я не должна... Ой, что это там?

Покидая гараж, Настя приоткрыла наружные ворота. Машина так и осталась открытой. Лежащая в машине Катька поняла, что замерзает и это заставило её звать на помощь. Рот у неё был заклеен скотчем, но это не мешало ей громко выть. Её вой был услышан в комнате.

-Это в гараже! - воскликнула Настя и кинулась туда.

-Даша, подождите! - крикнул Владимир Семёнович, но Настя и не подумала остановиться.

В гараже всё было вполне ожидаемо. Катька смогла выползти из машины и теперь ползала по полу, то и дело издавая громкий вой. Настя замерла в дверях, как громом поражённая. Именно такую картину и застали догнавшие её. Семёныч сразу попытался увести Настю.

-Дашенька, пойдёмте. Вам не надо тут быть.

-Владимир Семёнович, а что это у вас там? - немного ехидно спросила Настя. - Вы любите такие игры?

-Ну Дашенька, ну вы ведь взрослая девушка. Вы должны понимать...

-О, я всё понимаю. Я никому не скажу. Но, может быть, мы поговорим о финансировании моей раскрутки? Вам эти деньги вернутся, когда я стану звездой.

-Мы потом обязательно об этом поговорим, - заверил её Семёныч.

Он уже почти увёл Настю из гаража, но тут один из его людей всё испортил.

-Она сбежала!!! - рявкнул он. - Одна из них сбежала!

Владимир Семёнович побледнел. Несколько секунд стоял в растерянности, а потом скомандовал:

- Живо за ней!

Все бросились бежать и выскочили из гаража через ворота. На улице кто-то взялся командовать, и все разбежались в разные стороны. Владимир Семёнович взял себя в руки и вполне спокойно обратился к Насте.

-Дашенька, давайте пройдём в дом. Там мы обсудим сумму, которая нужна вам на раскрутку.

-Ой, вы такой душка! - завизжала Настя. - Только давайте мы эту женщину с собой возьмём. Если она будет тут лежать без охраны, то тоже сбежит.

-Вы правы. Только у меня спина болит и мне наклоняться тяжело. Не могли бы вы сами её поднять и привести в дом? Я вам буду очень благодарен.

-Конечно! Я всё сделаю. Вы идите. Я сейчас её приведу.

Как ни странно, но Семёныч ушёл. Настя подошла к Катьке, взрезала стяжки и подняла её на ноги. Подержала, пока Катька не смогла стоять на ногах. Стянула мешок с головы и хлопнула по щеке.

-Очнулась? Привет, я Даша. Внучка Сергея Степановича. И тебе лучше не забывать об этом. А сейчас пойдём. Будем пить чай.

Катька, как сомнамбула пошла, подталкиваемая в спину Настей. Они дошли до комнаты, и там Настя увидела, как Владимир Семёнович приводит в чувство своего телохранителя.

-Игорь, очнись! Игорь! Кто это сделал?! Игорь, скажи, кто это сделал?!

-Это сделала я! - крикнула Настя.

-Что? - повернулся к ней Владимир.

-Это она, - выдавил из себя Игорь.

-Что? - повернулся к нему Семёныч. - Игорь, ты как себя чувствуешь? Тебе что-нибудь нужно?

-Вам нужно перенести его на диван, - посоветовала Настя. - Если он ляжет, ему станет лучше.

Как ни удивительно, но Владимир Семёнович попытался поднять своего телохранителя и перетащить его на диван. У него не получилось, но телохранитель сам поднялся и дошёл до дивана. Владимир Семёнович помог ему улечься поудобнее. Настя ткнула Катьку в бок.

-А ты чего стоишь?! Быстро метнись на кухню и принеси лёд из холодильника!

Катька дико на неё посмотрела, но отправилась выполнять приказ.

-Что здесь происходит? - спросил Владимир Семёнович.

-Это вы мне объясните, - сказала Настя. - Что здесь происходит?

-Прекратите! Я уже понял, что вы не Даша. Кто вы? Вы та девушка, которая сбежала? То есть, не сбежала?

-Я та девушка, которая не сбежала. Катя тоже не сбежала, но она не та девушка. Она не девушка, насколько я знаю. Я тоже не девушка. И эту тайну вы можете рассказать всем. А почему? Спросите меня об этом. Ну, спроси-ите.

-Почему? - покорно задал вопрос Владимир.

-Потому, что я замужем! У меня муж есть! А у Катьки нет! И поэтому я мужняя жена, а она шлюха! Ой, Катя! А мы тут о тебе говорим. Принесла лёд? Ну, так не стой! Заверни в тряпочку и приложи к виску раненого. Давай швидче! Швидче давай!

-Вы веселитесь, но сейчас вернутся мои люди...

-Они не вернутся. Их уже переловили и упаковали. Здесь только мы с вами. Вернее - вы со мной. И сейчас мы повеселимся! Что вы хотели со мной сделать? Иголки под ногти? Утюг на живот? Паяльник? Ой, как мне будет весело, когда я проделаю всё это с вами! Кстати, как насчёт денежной компенсации? Вам деньги больше не понадобятся, а мне в самый раз.

-Вы нас убьёте?

-А что мне вас, живыми оставлять? Чтобы вы потом мне отомстили? И как вы думаете, стоит ли оставлять в живых человека, который похищает, пытает и убивает женщин?

-Мы не собирались вас пытать и убивать! - подал голос телохранитель.

-Тихо там! На галёрке... - прикрикнула Настя.

-Это вы убили моего брата? - спросил Владимир Семёнович.

-Я, - призналась Настя, - своими собственными руками. Сначала я должна была разыгрывать перед вами святую невинность. Даже легенду отработала. Но потом передумала. Сама не знаю почему.

-Я приготовил вам небольшую сумму компенсации, - сказал Владимир Семёнович. - Думал, вы всё расскажете, возьмёте деньги, и мы разойдёмся. Теперь всё так закрутилось... Кто вы такая? Уж скажите мне напоследок.

-Училка. Вам это о чём-нибудь говорит? Кстати, а где компенсация?

-Вон там лежит сумка. Значит Училка... И мой брат перешёл вам дорогу?

-Катька, чего ты сидишь? Иди, проверь сумку. Владимир Семёнович, вы знали, что ваш брат сумасшедший? Вижу, что знали. И как долго вы готовы были покрывать его? Скольких он должен был убить, прежде чем вы отправили бы его в психушку?

-Он никого не убивал! Я точно знаю! Среди его охранников был мой человек.

-Тем хуже для него. Отправился вслед за вашим братом. Значит, после первого же убийства вы бы отправили его в сумасшедший дом. А ведь нет... У нас нет принудительного лечения. Вам пришлось бы сообщить о нём в полицию. Брат - убийца! Как бы это сказалось на вашей карьере? А ведь вам совсем немного осталось до кресла министра.

-С братом-убийцей, или без него, но я всё равно это кресло занял. У нас не Европа. У нас назначение от общественного мнения не зависит.

-Не заняли бы вы это кресло. Брат убил бы вас. Скажите, у вас дети есть?

-Есть, двое. Судя по вашей информированности, вы это знаете. Вы будете угрожать моим детям?

-Если вы их не любите, то угроза бесполезна. Вы их любите?

-Сейчас я должен сказать, что не люблю. Но я честно признаюсь, что люблю своих детей. И свою жену тоже люблю. И любовницу. И своих домашних животных.

-А свою секретаршу? - заинтересовалась Настя.

-Моя секретарша - моя любовница, - проворчал Владимир.

-Как удобно, - восхитилась Настя. - Так вот представьте, что ваш брат изнасиловал бы меня. Об этом узнал бы мой муж. Он убил бы меня, а потом он убил бы вас, ваших детей, ваших родителей, ваших друзей и друзей вашего брата. Просто так, чтобы его душе не было больно. И убивал бы он медленно. С чувством, с вожделением. Вы слышали о Говоруне? О, я вижу, что слышали. Он мой муж.

-Сколько вы хотите? - после недолгой паузы спросил Владимир. - За то, чтобы мои жена и дети жили.

-Сколько там, в сумке? - повернулась Настя к Катьке.

-Я не считала, - пролепетала Катька.

-Там сто тысяч, - сказал Владимир.

-Всего? - удивилась Настя. - За моё похищение этого мало. Миллион - будет вполне достойной суммой.

-У меня нет миллиона, но я могу достать его в течение года.

-У вас есть миллион! - припечатала Настя. - Просто вы надеетесь, что за год, пока вы выплачиваете мне деньги, я про вас забуду, и пытаетесь торговаться. Впрочем, я передумала. Мне не нужен миллион. Вы будете работать на меня. Вы согласны?

-Работать на вас? Нет, не согласен. Работать с вами я буду.

-А есть разница? На меня, или со мной.

-Я готов вложиться в ваш проект. Вам понадобятся люди, а у меня они есть.

-Да что же это такое?! - возмутилась Настя. - Я ещё ничего не решила, а меня уже готовы финансировать! Вы хоть знаете, какой у меня проект?

-Развитие отрасли медицины. Настя, вам не стоит об этом говорить даже близким людям, а тут есть посторонние.

-Вот же, ёшкин кот! И тут конспирация. Что с того, что они что-то узнают?

-В бизнесе нет мелочей. Я готов вложить деньги в вас. Вернее, я готов доверить вам мои средства, как и другие, весьма серьёзные вкладчики. Чем меньше говорят о том, куда эти средства идут, тем выше вероятность того, что эти средства не исчезнут по пути. Вам я верю, но другим людям верить не могу.

-А почему вы мне верите? Вы до сегодняшнего дня ничего обо мне не знали.

-Я читал отчёт о вашем бизнесе и читал комментарии к нему весьма высокопоставленных лиц. Они вам доверяют. Значит, и я вам могу доверять.

-Ничего это не значит, - проворчала Настя. - Ладно. Я хотела сделать на вас какой-нибудь компромат, но раз вы знаете Говоруна, то понимаете, что на меня гавкать опасно. Я оставляю всё, как есть и ухожу. Да, я убила вашего брата и его охрану. Если вы что-либо предпримете для мести, я убью вас. Или Говорун убьёт.

-Мне бы тело брата забрать, - сказал Владимир.

-Нет тела, - развела руками Настя. - Забудьте, что у вас был брат. Не было у вас брата. Не было. Живите дальше и не вспоминайте прошлое. И помните, я оказала вам услугу, убив этого маньяка. До встречи. Арриведерчи!

Уже из гаража Настя покричала и дозвалась Катьку. Катька прибежала сама не своя, но сумку с деньгами крепко прижимала к груди. Настя только посмеялась про себя. Переоделась в свою одежду. Выходя из гаража, вновь позвала Катю. У Кати был шок, и она неадекватно реагировала на обстоятельства. Но команды выполняла, как робот. Выйдя за ворота особняка, Настя пошутила и велела ей идти первой и выискивать мины. Катька замерла на пару секунд, потом у неё начал работать мозг, обдумывая нетривиальный приказ, а потом у неё началась истерика. Так её и подобрал микроавтобус с бойцами, визжащую и брыкающуюся, в слезах и соплях. Настя прошла, и села в автобус технарей.

-Настя, - сразу повернулся к ней Пеструхин, - хочешь услышать, что сейчас в том доме происходит?

-Конечно, хочу, - кивнула Настя.

-Включи на громкую связь, - приказал майор технику.

...-И как она смогла развязаться? Игорь, я думал, что тебя на тех курсах хоть чему-то учили.

-Учили, - подтвердил Игорь. - Я всё правильно делал. Их надо было оставить на некоторое время перед допросом. Они должны были бояться и от этого придумывать страшные пытки, которым мы их подвергнем при допросе. Психология.

-Психология! А охрану поставить ты не мог?! А контролировать местность?

-Да кто же знал, что она такой профессионал, что сможет стяжки порвать? Мы её из больницы забрали. Она от любого удара в обморок падала. И избита была... Слушайте, а может быть, нам другую девчонку подсунули?! В больнице была одна, а когда мы её сюда привезли, нас проследили и её забрали, а пришла другая.

-Может быть, но это не отменяет того, что ты не расставил охрану. Ты не проверил, что машина заперта. Ключи в зажигании остались! Игорь, ты мой родственник, поэтому я не буду тебя, за всё это, закапывать, но ты теперь отправишься в армию. Год службы пойдёт тебе на пользу.

-Владимир Семёнович, но у нас ведь получилось. Мы вышли на того, кто вашего брата убил.

-Да, армия - это твоё. Ты с такими мозгами там карьеру сделаешь. Ты понимаешь, что мы чудом живыми остались?! Девчонке просто так захотелось! А захотелось бы не так, мы бы уже были покойниками! Ты не знаешь, кто её муж. А об Училке я сам только позавчера узнал. И не вздумай говорить о том, что здесь произошло. Никому! Сегодня же, собираемся и уезжаем. Сейчас же!

-Если вы за брата не отомстите, то...

-Тихо!!! Ты ещё тут имена покричи. Я придумаю что-нибудь. Можем сказать, что отомстили. Нет, не получится... Это не твоя забота! Ты отправишься в армию! У тебя ещё не прошёл призывной возраст.

-Эй босс, вы в порядке? - послышался ещё один голос. - Нас скрутили... Профи работали. Мы даже не знаем кто.

-И не надо вам знать! Все живы? Собираемся и уезжаем. Закрываем дом и в Москву. Я сразу знал, что это плохая идея, пытаться отомстить.

-Владимир Семёнович, - подал голос Игорь, - а разве я виноват, что девчонка таким спецом оказалась? Вы лучше меня знаете, что она за спец. И муж её... Против неё мне даже армия не поможет.

-Армия и не таким помогала! Это не она спец. Это вы дурни. Всех вас на год под ружьё отправлю. Армия - лучше глупых курсов. Собирайтесь! Уезжаем!

Ещё какое-то время были слышны какие-то звуки, а потом всё стихло. Через пару минут из ворот выехал фургон и ещё одна машина.

-Машины отслеживать будем? - спросил технарь.

-Нет, - ответил майор, - без надобности. Разве что... Проверь, чтобы эти машины не появлялись вблизи Прусака. И если Владимир Семёнович ему позвонит, запись разговора должна быть у меня сразу же по окончании разговора. Настя, ну почему ты призналась, а не следовала легенде? Что на тебя нашло? Почему ты так глупо рисковала в доме? Мы могли не успеть. Ты не могла знать, что мы на позициях.

-Я верила в вас, - с пафосом заявила Настя. - А если серьёзно, то я была в шоке от того, что было в доме. Меня оставили без охраны, сами уселись к телевизору... Мне захотелось довести абсурд до кульминации.

-У тебя получилось, - сказал техник. - Слышала бы ты, как наши парни ржали. Чуть маскировку не нарушили.

-А как ты услышал то, что в доме говорилось? - вдруг спросил майор. - Окна молчат, стены каменные...

-Там щель между занавесками. Окна с чистым стеклом. Луч пропускают почти без искажений. В щель видно стекло книжного шкафа. Вот с него я и считывал звук.

-А, понятно, - покивал Пеструхин.

-Мне не понятно, - призналась Настя.

-Лазером считываются микроколебания на поверхности, и воспроизводится звук, - сказал Пеструхин. - Я тебе потом объясню. Сейчас мне нужно знать, что делать с твоей подругой? Ты при ней очень много чего наговорила.

-Она мне не подруга. Она меня два раза подставила. Выкинуть её на улице и всё. А нет... Перед этим её надо сильно напугать. Смогут наши бойцы её напугать? Чего я спрашиваю?! Не смогут! Чем они будут её пугать? Только изнасилованием. Другое - просто не придумают. Открою страшную женскую тайну. Женщину изнасилованием не запугаешь. Неприятно, но не смертельно. Некоторые даже удовольствие получают.

-А ты лучше сможешь запугать? - уточнил майор. - Тогда флаг тебе в руки. Она в другой машине. Машина едет за нами. Сейчас остановимся. Иди. Пугай.

-Не хочу, - поморщилась Настя. - Просто высадим её где-нибудь... Она сама себе такого напридумывает, что и пугать не придётся.

-Пугать придётся, - возразил Пеструхин. - Она должна понимать, что ей грозит, если она кому-то что-то расскажет. Иначе первому кто спросит, выложит всё. Я понимаю, она твоя подруга...

-Она не моя подруга! - повысила голос Настя. - Знать её не хочу! Но убивать тоже не хочу. Может дать ей денег и отправить в Москву?

-Ты её лучше знаешь. Сама решай.

-А можно её где-нибудь запереть на пару недель? - спросила Настя.

-А что изменится за пару недель? - удивился майор.

-Говорун приедет и тогда мне будет всё равно, кто и что обо мне узнает. Говорун любую проблему решит. У меня отличная идея. Пусть она с парнями живёт.

-В смысле? - удивился майор.

-Бойцы теперь не в казарме живут. Ты говорил, что их за штат вывели, поэтому...

-Они на съёмных квартирах живут. Точнее, в снятых домах. По пять человек в доме. Представляются бригадами разнорабочих. Их Назаров прикрывает. Они на его участке поселились.

-Вот именно! Пусть Катька живёт с кем-нибудь из них. Пару недель всего. Родителям скажет... Что-нибудь придумает...

-Хорошо, я понял, - перебил майор. - Что делать с твоей бывшей подругой - решать придётся мне. Мы уже полчаса по городу крутим. Кто там за рулём?! Валера? Давай к воротам больницы. Высадим Настю.

-Минуточку вашего внимания! - вмешался техник. - Прослушайте один разговор.

...-Рома, ты мне скажи, что в твоём городе делается?! - вопрошал Владимир Семёнович.

-Володя, приезжай сюда и мы всё обсудим, - спокойно ответил Роман Михайлович. - Где ты?

-В Москву еду. Твои люди к тебе ещё не вернулись? Ничего тебе не рассказали? Ты обещал мне профессионалов! А на самом деле твои люди оказались лохами.

-Они мне отчитались, что девочку грамотно упаковали. Руслан тоже тебе помог, выполнил мою просьбу. И шалаву расколоть тебе мои люди помогли. Что-то случилось?

-Ты про Училку знаешь?

-Встречались.

-Почему ты мне о ней ничего не сказал? Твои люди против неё... Она нас всех могла положить в доме! Играла, как кошка с мышами. Развлекалась. Или ты специально моего брата Училке подставил, чтобы он ей дорогу перешёл?

-Погоди, как перешёл? О чём ты говоришь? Не мог он ей дорогу перейти. Они никогда не встречались.

-Да? А ты знаешь, что ту девку, которую мой брат трахать должен был, Руслан заменил?! В последний момент. И не проверил, на кого. А знаешь, где другая девка работает? Санитаркой на отделении детской онкологии. Сложи два и два. Твои люди её взяли, а ко мне тут же Училка пришла на разборки.

-И что? - настороженно спросил Прусак.

-Да ты знаешь, кто она?! Да ты знаешь, кто у неё муж?! Мне велели молчать и ничего тебе не говорить. Я тебе ничего не говорю. Но я тебе немного должен, поэтому предупреждаю. Не думай даже, чтобы что-то Училке сделать. Пока она в твоём городе, реагируй на неё, как на неизбежное зло. Возможно, муж скоро увезёт её в Москву. Понял?

-Понял. Учту твои слова.

-Вот-вот, учти. А я сматываюсь из города. Не знаю, может быть, эта санитарка ей сестрой приходится, а может быть - никто, но теперь я подумаю, и на пару месяцев свалю из страны. Тебе советую сделать также.

-А может быть, ты просто зря паникуешь?

-Может быть. Но лучше я буду живым паникёром, чем спокойным покойником. От мужа Училки никого никто не защитит. И не гадай, кто он. Не угадаешь. Да! Ты уж извини, но если это подстава от тебя, то...

-Зачем мне тебя подставлять?! Да я вообще ничего не знал! Твой брат пропал. Ты приехал разобраться. Я тебе людей предоставил... А ты выяснил, что с твоим братом?

-Училка его убила. Его и его людей. Сказала, что сама. И знаешь, я ей верю. Наверное, та девчонка успела сигнал какой-то подать. Училка приехала и убила Веньку.

-Я даже не знаю, что сказать, - прервал молчание Роман Михайлович. - Надеюсь, ты не винишь в этом меня, и наши договорённости останутся в силе?

-Договорённости в силе. Но если я узнаю, что это твоя подстава... Сам понимаешь.

-Понимаю. Я к смерти твоего брата отношения не имею. Кстати, а почему ты поверил, что он мёртв. Может быть, уехал куда-то? А Училка соврала, что его убила.

-Я ей вопросы задавать не рискнул. Я очень удивлён, что жив остался. Наверное потому, что... Впрочем, это не важно. Наберись смелости, задай ей вопросы. Про моего брата заодно спроси.

-Мне она не показалась такой уж страшной. В вине разбирается, детей любит... Со мной вежливой была...

-Со мной тоже. Рома, она из новых. С воспитанием, обучением, образованием. Она вежливо попросит тебя встать к стенке и вежливо убьёт. Это мы когда-то комерсов трясли, по фене ботали и в кабаке квасили. Теперь: рестораны вместо кабаков, вместо фени, иностранные языки и правильный выговор, вино вместо бормотухи, и убивают теперь совсем по-другому. Твои люди тебе расскажут, что эта Училка в доме делала, как развлекалась. Она развлекалась, а я в её глазах свою смерть видел. И я не шучу. Рома, я про её мужа не так много знаю, но того что знаю мне достаточно. Я свалю из страны и буду молиться, чтобы Училка обо мне не вспомнила. Совет я тебе дал. Бывай Рома.

-Будь, Володя.

-Это прямой диалог, - сказал техник. - Мы перехватили звонок, и я сразу вам включил. Это не запись.

-Странно, что тебя никто опознать не может, - сказал Пеструхин Насте. - Все тебя видят, но как будто видят разных людей. Девочка, которая работает санитаркой - твоя сестра. И полковник так предположил, и сейчас Владимир Семёнович подтвердил. Удивительно.

-Что тут удивительного? - удивилась Настя. - Есть Настя, а есть Ася. Это две разные личности. Когда смотрят на Настю, то не видят Асю, и наоборот.

-У тебя что, шизофрения в тяжёлой форме? - насторожился Пеструхин.

-Нет, совсем нет. Просто в Зоне я научилась раздваивать сознание. А потом эти два сознания слились. Теперь я - это я, но могу быть разной. Вот, например... О, кстати! Мы стоим у больницы? Нас не видят камеры? Прекрасно. Сейчас я Настя и буду общаться с бывшей подругой, как Настя. А потом я буду её пугать и буду Асей. Если вы сможете увидеть перемену во мне, то возможно, у меня действительно раздвоение личности. Проверим?

-Подожди, - придержал её майор, когда она уже приоткрыла дверь, - мы сделаем запись и потом покажем психиатру. Он лучше скажет, есть у тебя раздвоение, или нет.

В машину к бойцам Настя залезла с осторожной робостью. Робко попросила разрешения пройти в салон и сесть около Кати. Бойцы посмотрели на неё с подозрением, но ничего не сказали. Катька сидела зажатая между двух бойцов, и один из них уступил Насте место. Настя села рядом с Катей и порывисто обняла её. Катька прижалась к ней и дала волю слезам. Все в машине смотрели на её рыдания, недоумевали, но вопросов Насте не задавали.

-Катя, ну что ты? - начала Настя. - Ты испугалась, да? Не надо бояться. Тебя возможно совсем не убьют. Я сказала, что ты ничего не расскажешь, поэтому тебя отпустят. И разрешение на твою ликвидацию им вряд ли подпишут. Ты ведь ничего не знаешь, а значит, никому ничего не расскажешь. Они это поймут и убивать тебя не будут.

После этих её слов Катя вцепилась в неё ещё сильнее и зарыдала громче.

-Катя, - с досадой сказала Настя, - ну зачем ты так? Я же говорю тебе, что волноваться незачем, а ты волнуешься. Тебя просто отвезут в тихое место и зададут там несколько вопросов. Ты ответишь, и всё закончится.

-Я не хочу в тихое место! - провыла сквозь рыдания Катя. - Не надо меня никуда везти!

-Я тоже думаю, что не надо. Можно прямо здесь обо всём тебя спросить. Расскажи, как ты в этом всём... во всей этой истории оказалась?

-Я не виновата! Меня Руслан заставил тебе позвонить. Он сказал, что хочет с тобой договориться о том, чтобы ты танцевала в клубе. Он сказал, что ты классно танцуешь. А потом... Я даже не знала, что тот, который насильник, Вениамин, что он пропал. И не знала, что с Русланом в кабинете его брат был...

-Конечно, не знала, - перебила Настя. - Но ведь подозревала. А когда они заставили тебя за мной поехать - точно была уверена. И не предупредила меня. Подставила. Второй раз, между прочим. Плохая ты подруга, Катя.

-А что мне было делать?! - пошла в атаку Катя. - Я просто хотела денег заработать. Парень меня привёл к Руслану. Он у него денег одолжил, а я должна была отработать танцами. Я потом узнала, что он меня так продал, а тогда я его любила, козла. А потом уже сама хотела денег. Ведь ничего такого нет в том, что я танцую. Я с мужиками не сплю. У Руслана приличное заведение. Там поэтому можно богатого папика подцепить, не то, что в дешёвом стрип-клубе.

Настя не ожидала, для неё было удивительно, но Катька попалась точно также, как она сама. И хоть Настя сделала большую глупость, которую Катька никогда бы не сделала, суть того, что с ними произошло, была абсолютно одинаковая. Каждую предал и продал любимый человек.

-Настя, я не хотела тебя подставлять, - продолжила Катя. - Просто пойми меня. У меня сейчас с одним намечается кое-что, а если бы меня избил и трахнул Вениамин, то на этом бы всё и закончилось. Тебе после Турции, разве не всё равно, с кем спать? Я и не думала... Ты должна была поплакать, он бы тебя немного побил и поимел, а потом Руслан бы тебе заплатил. Он всегда платит. Тебе бы денег перепало. Я не знала, что этот Вениамин пропал. Меня Руслан вызвал. Сказал, чтобы я с тобой договорилась, что он хочет, чтобы ты в клубе выступала. А там этот сидит... Руслан сказал, что он с тобой только поговорить хочет. Честное слово. Я сама не ожидала, что нас в машину затащат и увезут.

-Почему в больнице ты мне ничего не сказала? - спросила Настя.

-Они мне микрофон на одежду повесили. Сказали, что каждое моё слово будут слышать.

-Где микрофон? - тут же встрял в беседу один из бойцов. - Где он? Покажи.

Катька заёрзала, пытаясь расстегнуть пальто. Настя помогла ей. Катька залезла за пазуху и пару секунд что-то там нащупывала, нашла и вытащила небольшую горошину с антенной. Боец осторожно принял у неё горошину на ладонь, зажал в кулаке, отсел в дальний конец машины и забормотал в микрофон личной связи. Через минуту в салон влез техник. Он и боец склонились над микрофоном и начали что-то с ним делать. Буквально через минуту тыканий в горошину какими-то приборами, техник облегчённо выдохнул и отклонился назад.

-Это муляж, - пояснил он. - Пластиковая штуковина сделанная из наушника и проволоки. Даже если бы это был микрофон, то при такой конструкции он бы ничего не мог...

Боец кинул микрофон на пол и не дал технику договорить. Схватил, тряхнул и выставил за дверь. Сам тоже вышел, взял техника за грудки и принялся что-то ему объяснять, периодически встряхивая. Потом пару раз ударил по голове и пинком отправил в его машину. Техник пролетел до своей машины пол пути и рухнул в сугроб. Тут же вскочил и парой прыжков достиг машины, а там ужом просочился в едва только открывшуюся дверь. Боец проследил за этим, а потом со зверским выражением на лице вернулся в салон с бойцами.

-Ты! - прорычал он, указывая на Настю. - Поговорила с подругой?! Теперь прощайся и выметайся! Она с нами поедет. Мы о ней позаботимся.

-Как вы о ней позаботитесь? - осторожно спросила Настя.

-Известно как, - хмыкнул боец. - Свидетелей остаться не должно.

-Не надо! - взвизгнула Катька и попыталась сбежать.

Её быстро зажали на сидении и подождали, пока успокоится, поняв, что вырваться не сможет.

-Это что же, её убьют? - очень натурально удивилась Настя. - Она ведь всё рассказала и про нас она ничего не знает. Не надо её убивать. Она ничего про вас не расскажет.

-Она про тебя расскажет. За тобой придут. Нам придётся и тебя чистить. Тут два варианта. Или мы зачищаем её. Или мы зачищаем вас обеих.

Он сказал это так, что даже Настя ему поверила, не то, что Катька. Бедная девушка попыталась закричать, но боец, который её контролировал, мгновенно зажал ей рот, и она только промычала из-под его ладони. Ещё пару раз она пыталась что-то сделать, крикнуть, или вырваться, но потом её нервы не выдержали, и она потеряла сознание. Настя не ожидала такого от Кати, поэтому среагировала не сразу. Когда она бросилась к Кате, один из бойцов уже вколол ей в шею что-то из шприц-тюбика. Катя расплылась по сидению.

-Теперь в отключке будет, - кивнул боец. - Настя, у тебя наушника связи нет? Почему? Ладно - не важно. От товарища майора приказ пришёл. Эту мы усыпили и заберём с собой. Поживёт с нами. А ты должна вернуться в больницу, пока тебя не хватились.

-Хорошо, - кивнула Настя. - Но сначала я должна поговорить с Евгением. И почему вы так техника жестоко избили? Что он такого сделал?

-Он при посторонних начал делать выводы вслух, - ответил боец. - И не бил я его. Со зверским выражением лица объяснил, как он должен мне подыграть. Он и подыграл. Твоя подруга теперь потише будет, когда очнётся. По плану товарища майора, она пару недель с нами проживёт.

План того, как действовать дальше придумал Назаров, а не Евгений. Настя в этом плане не участвовала. Всю работу должны были проделать люди майора. Катька должна была исчезнуть. Её родители получат убедительные доказательства того, что дочь не пропала без вести, но вести себя будут так, как будто это не так. Будут думать, что Катя стала свидетелем преступления и теперь её держат под охраной. Через пару недель, когда всё успокоится, Катя окажется в Москве с квартирой и небольшой суммой денег. Имея такое в Москве, она вряд ли захочет вернуться в Рязань. Блудная дочь сообщит о себе родителям. Проблема будет решена.

Чтобы у мафии не возникло желания разыскивать Катю, будет проведена операция прикрытия. Здесь возникло множество вопросов, ведь Катя рассказала Насте не всё и весьма сумбурно, но основу операции составит то, что Катю похитили те, кто убил Вениамина. Конечно, некоторые будут знать правду, но проводя поиск, мафия сохранит лицо, даже если никого не найдёт. Постепенно горячка поисков сойдёт на нет, и через год Катя безопасно сможет вернуться в Рязань, если захочет.

Настя согласилась с этим планом. Своего у неё не было и что делать с много узнавшей Катей - она не знала. Жизнь снова начала возвращаться в налаженную колею. Вот только пришлось поговорить с Романом Михайловичем и поругаться с ним, доказывая, что не влезла в его сферу деятельности. По итогам разговора Настя рассталась с некоторой суммой, компенсируя затраты Прусака.

Затраты быстро вернулись к ней через продажу артефакта. Теперь, только умирающим пациентам лекарство предоставлялось за сравнительно небольшие деньги, а все остальные платили не меньше, чем пол миллиона. Для Насти было странно, но люди соглашались платить даже за то, чтобы быстро вылечить вполне излечимую болезнь. Клиентов находил Назаров. Он же контролировал получение денег. Вербовкой людей занималась Настя, но под его руководством. В какой-то момент Настя осознала, что она всего лишь рядовой боец под его командованием.

Настю не оттёрли от дел. Ей по-прежнему сообщали всё, что она хотела знать. Вот только она вдруг узнала, что Назаров уволился из МВД и открыл свою фирму, через которую отмывает полученные деньги. Это было хорошо и правильно, но Настю очень покоробил тот факт, что она узнала об этом последней. Также её теперь не спрашивали, может ли она выдать вещество, а ставили в известность, где и когда это произойдёт. О вербовке некоторых людей ей сообщали "пост фактум", а операции вообще проводили без неё. Формально люди Пеструхина должны были подчиняться ей, но фактически майор работал с Назаровым без посредничества Насти. Меньше чем через неделю, Настя стала этаким эфемерным начальником, который вроде бы главный, но без которого все обходятся.

Кто-либо другой, желающий власти и нуждающийся в том, чтобы тотально всех контролировать, испытал бы нешуточное беспокойство, но Настю всё устраивало. Её паранойя зудела где-то на периферии сознания, но Настя только отмахивалась от неё. Она вполне готова была отдать партнёрам весь этот бизнес и была уверена, что если они этого захотят, то скажут ей об этом, а не попытаются её ликвидировать. Вот только, потакая своей паранойе, Настя вновь стала ходить с оружием, хоть это доставляло ей массу проблем.

На тренировках приходилось стараться, чтобы не показывать кобуру при переодевании. Раньше это было бы невозможно, но получив деньги от Насти, Егор Владимирович тут же арендовал другой зал, с раздевалками, где можно было переодеться, скрывая своё оружие. При встрече с Таней, когда девочка её обнимала, Настя молилась, чтобы она не нащупала кобуру, и не пришлось ничего ей объяснять. Возможно, Таня кобуру нащупала, но вопросов задавать не стала. В общественных местах на Настю реагировали служебные собаки, и только удостоверение спасало её от долгих разбирательств в отделениях. На работе ей тоже было сложно. Чтобы скрыть оружие, Настя под халат надевала безразмерный свитер и с ужасом думала о том, что будет делать летом.

Бросить работу она не могла. Ей теперь совсем не нужно было узнавать телефоны потенциальных клиентов. И выяснять их подноготную тоже не требовалось. Всё это гораздо быстрее и проще выяснял Пеструхин со своими людьми. Настю ничего не держало на отделении, кроме чувства долга и находящихся на отделении детей. Если она уйдёт, то отделение некому будет убирать, а с детьми никто не будет заниматься. Теперь, когда все дети на отделении получали аномальное вещество, на отделении появилась комната для игр, небольшой класс для школьных занятий, а также планировалось устроить маленький спортзал. Выздоравливающие дети были весьма активны.

С активными детьми надо было заниматься, и Настя взяла это на себя. Она с утра мыла отделение, затем собирала детей в классе и пыталась заниматься с ними по школьной программе. После обеда она делала небольшую уборку на отделении, а потом вновь занималась детьми, читая им, или занимая их настольными играми. Как ни странно, но дети, получившие аномальное вещество, становились гораздо более компанейскими и уже не могли просто сидеть и играть во что-нибудь на планшете или телефоне. Им нужна была компания, они если и делали что-то, то старались делать это вместе, а не поодиночке. Андрей Борисович выслушал Настины наблюдения об этом и потребовал от неё записей наблюдений, чтобы включить их в свою работу по лечащим свойствам аномальных веществ. На Настю свалилось ещё и это, но она честно отрабатывала предложенное соавторство в работе.

Две недели пролетели незаметно. Первое сообщение о Зоне Настя услышала, но пропустила мимо ушей. Иногда о Зоне сообщали по телевизору, чтобы люди о ней не забывали. Реагировать на это не стоило. В течение дня в новостях говорили что-то невнятное, а в вечерних новостях грянула сенсация. В Зоне произошёл выброс невероятной силы. Зона разом расширилась на несколько десятков километров. С посёлками около Зоны и научными городками нет связи. Мутанты выбегают за пределы Зоны, хоть никто теперь не может понять, где у Зоны пределы. Граница постоянно смещается.

Всю ночь Настя просидела перед телевизором. Утром на отделении она включила новостной канал и спрятала пульт. Бежала к телевизору, как только появлялись какие-то новости, но особых новостей не было. Сообщали, что в Зоне постоянные выбросы. Были интервью с вышедшими из Зоны. Однако, они ничего не могли прояснить. В большинстве это были совершенно безумные люди, которые рыдали от счастья, что смогли выбраться. Только отряд под командованием полковника Лагутина (Настя опознала Лагутенко) вышел с относительно вменяемыми бойцами, но и они ничего не пояснили. Выбросы, нападения мутантов... Зона как будто сошла с ума.

Настин интерес невозможно было не заметить. Дети организовали посменное дежурство перед экраном и звали Настю, если появлялись какие-то новости. Персонал слушал радио, искал информацию в интернете. Они не задавали вопросов, но глупо было думать, что они ничего не понимают. К вечеру Андрей Борисович всё же спросил.

-Настя, кто у тебя там?

-Муж, - коротко ответила Настя.

Больше вопросов ей никто не задавал, и так всё было понятно, но Насте было всё равно. Она жадно всматривалась в экран при выпусках новостей, смотря в первую очередь на задний план, чтобы заметить там кого-нибудь знакомого. Она не однажды звонила в Москву всем своим знакомым, но никто на её звонки не отвечал. Или вне зоны действия сети, или звонок игнорировался. Настя сама готова была сорваться и поехать, но прекрасно понимала, что там не до неё, и что она будет только путаться под ногами.

Два дня она сдерживала себя. Два дня, сжав зубы, работала на отделении и бежала бегом, как только ей говорили, что что-то изменилось. На третий день она слегла с нервным истощением. По крайней мере, Андрей Борисович поставил именно такой диагноз. На самом деле, Настя просто загнала себя. Она работала в прежнем темпе, а поесть забывала. Вот организм и надорвался. Настю уложили в кровать прямо на отделении. И персонал и дети принялись ухаживать за ней. Новостей из Зоны не было.

Нет, новости были. Зона расширялась, мутанты нападали, власти начали подумывать об эвакуации Гомеля и Киева. Однако кардинально ничего не менялось. Мутанты, выбросы... Одно и то же день за днём. Через восемь дней прошло сообщение, что Зона исчезла. Сообщение было каким-то скомканным. Сообщающий сам не был уверен, что это правда. Ещё через день эта информация подтвердилась. По телевизору показывали мёртвых мутантов. Какая-то телевизионная группа рискнула на вертолёте пролететь в центр бывшей Зоны и заснять здание энергоблоков, а также разрушенную Припять и Чернобыль, который пострадал намного меньше. Весь кошмар и ужас кончился как-то обыденно. Никто не понимал почему, и что теперь делать? На десятый день после катастрофы МОИЗ выдала заявление.

Оказалось, что расширение Зоны было предсказано учёными. Его должны были предотвратить, но не успели. Однако, сборная группа сталкеров, под командованием майора Утёсова, смогла пройти по Зоне до её центра и там активировать устройство, которое сработало даже слишком хорошо, полностью ликвидировав Зону. При этом, на территории бывшей Зоны осталось большое количество мутантов и не все они с исчезновением Зоны начали вымирать. Достоверно известно, что такие мутанты как химера и кровосос, потеряли большую часть своих способностей, но по-прежнему остаются весьма опасными зверями. Бюреры лишились способностей к телекинезу, но учёные предполагают у них наличие разума, поэтому охота на них запрещена. Зона по-прежнему останется Зоной, и учёные просят посторонних не проникать на её территорию.

Настя несколько раз выслушала заявление в разных вариациях на разных каналах, а потом, не особо надеясь на что-то, позвонила генералу Ерёмину. Генерал трубку взял, но разговаривать с Настей не соизволил. Проворчал что-то, похожее на приказ приехать в Москву, и прервал разговор. Настя, чуть не прямо из палаты, в одной пижаме, собралась ехать на вокзал, но тут у неё включился рассудок, и она стала действовать осмотрительно.

Раздражение генерала было вызвано, как предполагала Настя, несогласием Говоруна с планами государства на его счёт. Он взбрыкнул, отказался подчиняться, от Насти тоже отказался, и теперь сидит под охраной в маленькой камере, или уже сбежал. Пока генерал, или психологи, пытаются его уговорить на сотрудничество, Настя им не нужна. Она раздражающий фактор. Неизвестно, как поведёт себя Говорун в её присутствии. Однако, держать Настю в неведении, становится просто неприлично, поэтому генерал и велел ей приехать, но энтузиазма в его приказе не было. Настя убедила себя, что эти её рассуждения правильны, а также в том, что Говорун не сбежал, а сидит в маленькой камере и ждёт её. А значит, Насте надо появиться во всём великолепии, чтобы сразить его наповал, чтобы он даже подумать не мог отказаться от неё. Настя покинула больницу и отправилась на квартиру, где хранила свои вещи, которые не должны были попадаться на глаза не тем людям.

Душ, плотный обед и ужин, десять часов сна. Утром Настя немного привела себя в порядок, взяла форму и спустилась к ожидающей её машине. Извинилась перед Геной за то, что ему пришлось выезжать из Москвы ночью, и попросила отвезти её в салон красоты к Анжелике. Гена попробовал поговорить с ней, коротая дорогу, но Настя волновалась, слушала его невнимательно, сама практически ничего не рассказывала, и он прекратил попытки разговора. Настя сочла нужным извиниться. Пояснила, что должна встретить мужа, а из-за этого очень волнуется. Гена посоветовал не волноваться, и уверил Настю, что всё будет хорошо. Настя такой уверенности не испытывала.

В салоне она попросила сделать всё тщательно, но быстро. Макияж должен быть лёгким и незаметным, но подчёркивать всё, что нужно. При этом Настя попросила, чтобы ей убавили возраст. Когда Настя прошла процедуры и оделась в форму, весь персонал сбежался посмотреть. Смешки сдерживали, но иногда смех прорывался. И было от чего. В военную форму оделась наивная школьница, девочка, ещё не вышедшая из возраста игр с куклами. И только Настин рост не позволял окончательно поверить в то, что Настя не ребёнок в маскарадном костюме. Анжелика предложила переделать макияж, но Настя наоборот была очень довольна и добивалась именно такого эффекта. Она должна показать Саше, что она так и осталась маленькой и слабой девочкой. А что лучше такого маскарада покажет это? Настя состроила умильную рожицу и все покатились со смеху. Анжелика смеялась громче всех.

Гена косился на неё, но ничего не сказал. Отвёз и высадил перед воротами базы МОИЗ. Настя не знала, насколько здесь задержится, поэтому отпустила Гену. На проходной её документы долго изучали, потом звонили Ерёмину и уточняли, потом заставили пройти полную проверку со снятием отпечатков пальцев и сканированием сетчатки глаза. От того, как на неё смотрели охранники, Настя поняла, что это не от какого-то усиления контроля. Просто её макияж вызывал у них когнитивный диссонанс, а значит, он получился просто великолепным. Маленькая девочка, которую нужно защищать... Говорун устоять не сможет.

Генерал встретил Настю неласково. Макияж не произвёл на него никакого впечатления. Он вышел из кабинета, глянул на Настю, буркнул "пойдём", и двинулся к выходу, не обратив внимания на то, что Настя вполне может не успеть за ним. Они шли по коридорам. Генерал ничего не говорил, на вопросы не отвечал, и Настю всё больше охватывало беспокойство. Когда они спустились на лифте вниз и оказались в каком-то бункере остро пахнущем больницей, Настя не выдержала и крикнула, чуть не срываясь в истерику:

-Где Саша?!!

Генерал развернулся на каблуках, посмотрел на неё и коротко ответил:

-Мёртв.

Настя замерла на секунду. Потом несколько раз тряхнула головой, как будто пытаясь вытряхнуть из сознания услышанное. Потом начала думать и тут же поняла, что будет дальше.

-Вы ведёте меня, чтобы показать его тело?

-Нет, - ответил Ерёмин, - но я уверен, что ты захочешь доказательств. Пойдём. Здесь уже рядом.

Он пропустил Настю вперёд и пошёл за ней следом. Контролировал её, ожидая, что в любой момент у неё начнётся истерика. Она могла бы начаться, но Настя была твёрдо уверена в том, что Саша жив. Ведь тело она не видела, а Говоруна сколько раз объявляли мёртвым? Слова - вовсе не доказательства Сашиной смерти. Он учил её, что волноваться из-за непроверенной информации бессмысленно. Настя должна быть достойной ученицей. Она не будет волноваться пока не получит абсолютно достоверных доказательств.

Но она всё равно волновалась. Они прошли в какое-то большое подземное помещение. Помещение было разделено на отсеки полупрозрачными перегородками. Сверху охрана могла просматривать весь зал, контролируя происходящее в нём двумя пулемётными турелями с камерами наблюдения. Сначала Настя не поняла, зачем это нужно, а потом увидела, что в отсеках содержатся мутанты Зоны, и всё стало понятно. Однако, после такого открытия, Настино волнение усилилось. Она решила, что Саша переродился и стал мутантом. Была ещё глупая вера в то, что увидев её, он вспомнит себя и вновь станет человеком, но Настя трезво оценивала шансы и знала, что таких чудес не бывает. Ещё она подумала, что для неё было бы лучше, чтобы Саша умер, нежели жил мутантом. Для неё будет невыносимо, если он будет жив и в тоже время будет от неё дальше, чем можно себе представить.

Пройдя санитарную обработку и получив герметичный костюм, Настя и генерал прошли к одному из отсеков. Зашли за прозрачную дверь. В помещении два врача помогли им загерметизировать костюмы и через шлюз они прошли в следующее помещение. Настя ожидала увидеть мутанта, но на кровати, под простынёй, лежал человек. По крайней мере, контуры тела были вполне человеческими. Настя подошла ближе, посмотрела на лицо, страшась узнать Говоруна, и в ужасе отшатнулась. Голова была вполне человеческой, но кожа на голове была чёрной, как уголь. При этом было впечатление, что человека высушили, так череп был обтянут кожей. Монстр открыл глаза и посмотрел на Настю.

-А Настя, - прохрипел он, - не могу сказать, что рад тебя видеть. Мне сказали, что ты придёшь…

Глаза была абсолютно чёрные, без зрачков. Монстр усмехнулся, и Настя заметила, что зубов у него нет. Каким-то чудом Настя вдруг опознала в монстре майора Утёсова.

-Здравствуйте, товарищ майор, - вежливо поздоровалась она.

-Уже полковник, - усмехнулся монстр. – Через звание перескочил… Теперь полковником умру.

-И ничего нельзя сделать? – спросила Настя. – У меня «дум-мумиё» есть…

-Ничего нельзя… Тут столько всего пытались сделать. Мне… Кажется, что я часть Зоны, поэтому, когда она пропала, пропадаю и я. Ничего тут не сделаешь. А как ты меня узнала?

-Не знаю, - пожала плечами Настя. – Просто как-то поняла, что это вы.

-Тебя ещё не зазывали на эксперименты? Тебе самой ничего не мерещится?

-Вы о чём? – удивилась Настя.

-Не важно, - ответил Утёсов. – Если не понимаешь… Ты хочешь знать о Говоруне?

-Да, конечно, - кивнула Настя. – Что с ним?

-Он умер. Все умерли. Мы взяли собранную установку. Мы называли её бомбой. Она не бомба, Сашка мне объяснял, но я ничего не понял. Когда всё это началось, мы взяли бомбу и пошли в центр Зоны. Надо было её там взорвать, чтобы всё прекратилось. Нас восемь человек было. Восемь сталкеров. Плюс, ещё несколько смертников. Добровольные отмычки… Мы бы не прошли без них. И аномалии, и от мутантов они нас огнём прикрывали. Вышли к порталу в логово Говоруна. Помнишь, там, где мы вас поймали? Нас уже осталось всего дюжина… А вышли почти четыре десятка. Логово у Говоруна было в самом центре Зоны. Под землёй, но выход наверх был. Мы не ожидали, что он будет засыпан. Всё логово было обвалено… Знаешь, мы тогда выкапывались, а он мне рассказывал, как мечтал, что вы с ним будете жить в этом логове. Он думал, что Зона там вас не достанет. А она достала…

Утёсов сбился, задвигал кадыком. Секунду Настя не понимала, что происходит, а потом осмотрелась и подхватила стаканчик с водой, стоящий рядом с кроватью. Дала Утёсову напиться. Он выпил воды, перевёл дух.

-Там вместо логова сплошь завалы были, - продолжил он. – Мы выкапывались, как кроты, почти трое суток. Сашка тогда разоткровенничался. Всё про тебя говорил. Любил он тебя…

-Он умер? Это точно? – спросила Настя.

-Мы, когда выбрались на поверхность… Нам там было не пройти. У нас были пара ребят из аномалов и Говорун. К нам ещё монолитовцы присоединились. Аномалии разогнали, мутантов перебили и двинулись к точке. Мы постоянно людей теряли. Там пройти всего пару километров… Говорун злился. Он ненавидит отмычками пользоваться. В какой-то момент он не выдержал и сам бросился в аномалию. Он не умер. Он стал зомби. Шёл за нами… Я видел, что он мёртв, что он живой покойник, но он от живых покойников отличался. Он мог что-то понимать. Мы его с собой взяли, думали, что с ним можно потом что-то сделать и вернуть… Сделать живым… Когда дошли, то там надо было через аномалию перебросить груз. Бомбу… Нас двое было. Я и монолитовец один… Мы решали, как будем её перебрасывать, а Сашка взял у нас бомбу и прыгнул в аномалию. Его на куски разорвало. В хлам. Мы ничего сделать не смогли, не успели… А потом всё закончилось. Вот только закончилось всё плохо. Там что-то, как будто взорвалось. Монолитовца приложило о камни… Меня тоже, но я покрепче буду. Был… Его насмерть, а я очухался. Полежал маленько, а потом меня подобрали. Оказалось, что Зона кончилась. А когда Зона кончилась, начал и я кончаться. Из всех, кто пошёл, никто не выжил.

-Вы не видели, что Саша умер, - сказала Настя. – Вы не видели тело.

-Видел, - возразил Утёсов. – Он был мёртв, когда за нами шёл. И когда он прыгнул с бомбой… Его на куски разорвало. Я кусок подобрал. Большой кусок. Здесь уже, определили, что это кусок от него. Прости, но надежды нет. Вся наша группа погибла. Ерёмин тебя специально сюда привёл, чтобы ты от меня всё узнала. Я тебе ещё сказать должен. Говорун мне о тебе рассказывал. То есть, говорил со мной о тебе. Он хотел, чтобы ты жила без него дальше, чтобы ты его не забывала, но и не жила прошлым. Он очень боялся умереть. Но только потому, что боялся за тебя. Что ты без него жить не сможешь. Он хотел бы, чтобы ты жила без него дальше. Помнила и жила.

-Я могу что-то для вас сделать? – спросила Настя.

-Я умираю. Что ты можешь с этим сделать? От себя тоже прошу. Настя, живи. Ты должна жить. Иначе получается, что там погибли не только мы, но ещё и ты, а это неправильно. Как я выдал? Это мне психологи велели так сказать. Чтобы, значит, тебя проняло. Тебя проняло? Эх, а я старался. А если серьёзно, то жизнь не кончается. Ты, со временем, Сашку забудешь. Постарайся забыть побыстрее и живи. Ладно, не будем сопли разводить. Я всё сказал. Уходи. Говорят, что рядом со мной вредно находиться. Бывай, Настя.

-До свидания, - сказала Настя, поднимаясь со стула.

-Э-э, нет уж. Прощай Настя. Мне больше недели врачи не дают.

-Как вы можете шутить об этом? – возмутилась Настя.

-А что мне, плакать? Будет забавно, если я вдруг поправлюсь, но шансов мало. Ладно, умру в комфорте. Всё, уходите. Устал я. Сил нет даже на то, чтобы поговорить. Прощай. Вряд ли увидимся.

Настя и генерал вышли из помещения. Прошли шлюз, сдали скафандры. Настя обдумывала всё услышанное. Она не могла не верить, но продолжала сомневаться. Ерёмин предлагал ей сходить к психологу, предлагал остаться в стационаре, пытался утешать, но очень неумело. Настя его не слушала. Она была погружена в свои мысли и отрешённо кивала на слова генерала, но о чём он говорил - не обдумывала. Какая-то мысль зацепила её сознание. Она нашла эту мысль, обдумала, а потом потребовала от генерала, чтобы ей показали тот кусок Говоруна, который вынес Утёсов. Генерал отказывался, но Настя настояла. Они прошли куда-то в здание института и там Насте показали то, что она просила. После этого надежды у Насти не осталось. В банке, как образец, плавала половинка Сашиного лица с частью скальпа. Этого зрелища Настя не вынесла и свалилась в лёгкий обморок.

Потом были крики, шум, попытки привести её в чувство. Всё это проходило мимо Насти. Она смотрела на то, как бегают вокруг неё Ерёмин, врачи, какие-то люди, смотрела и не реагировала. Ей вдруг стало всё равно. Весь мир стал пустым и безликим. Она жила только ради встречи с Говоруном. Только он оставался тем, ради чего ей стоило жить. Друзей у неё не было, мама умерла. У Насти больше не было родных и близких людей. Только Саша, но он умер. Жить Насте больше было незачем. И ей совершенно безразличны были люди вокруг. Все их усилия, чтобы привести её в чувство. Безразличие и абсолютное равнодушие ко всему этому миру. Но тут Настя почувствовала вибрацию и услышала мелодию звонка. Весьма специфического рингтона, стоящего только на звонок с этого номера. Она вытащила мобильник из сумочки, поднесла к уху.

-Да, - сказала коротко, без эмоций.

-Настя, - осторожно сказала Таня. – А тебя уже почти две недели нет. И ты трубку не берёшь. Ты ко мне приедешь?

И Настя почувствовала, почти увидела, как держа трубку у уха, стоя в полутёмном коридоре старого здания детского дома, Таня с ужасом ждёт того, что Настя на её вопрос ответит: «нет». И тогда для этой маленькой девочки весь мир перестанет существовать, как только что, меньше часа назад, он перестал существовать для Насти. И тогда… Впрочем, об этом думать не стоит.

-Я приеду, - ответила Настя. – Я далеко, но я приеду. Сегодня. Ты жди меня. Хорошо?

-Да, - обрадовалась Таня, - я буду ждать.

-Я буду к вечеру, - заверила её Настя и сбросила звонок.

Встала, и, не замечая никого вокруг, двинулась к воротам проходной. Ей есть ради кого жить, поэтому мир не кончается. У неё есть дочь. О ней надо заботиться. И что за глупости она думала час назад? Саша умер, но ей надо жить дальше. Мир с чьей-то смертью не кончается.

Настя собиралась сию же секунду мчаться в Рязань, но под напором психолога, генерала и ещё каких-то людей, сдалась. Да и предлагали они ей весьма дельные советы. Насте даже стало стыдно от того, что она какое-то время игнорировала эти советы, и совсем не обращала внимания на то, что ей говорят. Она извинилась и начала делать всё неспешно и последовательно.

Во-первых, сняла форму и сдала на хранение, а сама оделась в привычный уже камуфляж. Во-вторых, подписала бумагу о том, что не собирается кончать жизнь самоубийством или делать подобные глупости. Настя считала, что это совсем ненужная бумажка, но психолог очень настаивал. Также подписала ещё несколько бумаг, которые ей подсунул Андрей. Разобравшись с бумагами, в-третьих, она вызвала машину, чтобы не добираться до Рязани на общественном транспорте.

Пришлось поговорить с генералом Ерёминым и заверить его, что теперь у неё есть цель в жизни, и она действительно не собирается делать глупости, хоть и призналась честно, что ей хотелось умереть. Рассказала про Таню и этим полностью успокоила генерала. Он заверил Настю, что поможет ей с удочерением Тани. Настя поблагодарила и ответила, что постарается справиться сама. Генерал только хмыкнул, но возражать не стал.

Сама не зная зачем, но соблюдая конспирацию, Настя доехала с Гришей только до центра Рязани. Там отпустила машину, добежала до вокзала и на вокзальной площади взяла такси. До детского дома тоже не доехала. Остановила машину за несколько кварталов и пробежалась. Около детского дома оказалась поздно вечером, но Таня её ждала. Она выскочила в холл как раз тогда, когда в него с улицы зашла Настя. Без радостного визга, но с огромным обожанием в глазах, замерла в двух шагах от Насти, а когда она раскрыла объятия, бросилась к ней и прижалась. Через несколько секунд обе рыдали. Таня, уткнувшись Насте в шею, а Настя, прижимая её к себе.

-Ну вот, встретились, ревут... - проворчала воспитательница, спускаясь по лестнице вслед за Таней. - Весь день от окна не отходила. Всё твердила: "Приедет мама. Приедет мама". Эй, мама! Ты её забирать будешь?

-А можно? - спросила Настя.

-Нельзя, - отрезала воспитательница, - но так уж и быть - можно. Только вернуть надо завтра до двенадцати. Удочерять будешь?

Вопрос она задала утвердительно.

-Да, - кивнула Настя.

-Тогда завтра, как Таню привезёшь, тебе к директору надо зайти. Он тебе бумагу подпишет. С ней по инстанциям пойдёшь. Ох, намаешься ты... Смотри, не передумай.

-Я не передумаю, - сказала Настя. - Сейчас холодно уже. Я не могу её в таком виде забрать.

-Вот там её одежда, - указала воспитательница на гардероб. - Одевайтесь и идите. Она сама оденется. Не мешайте ей. Таня, ты должна быть самостоятельной. Иди, одевайся.

Таня неохотно оторвалась от Насти и убежала в гардероб.

-Чего ж ты, такая молодая, ребёнка усыновить решила? - спросила воспитательница у Насти. - Своих ещё нарожать можешь.

-Могу, - согласилась Настя, - но мой муж умер, а от другого я детей не хочу. Тем более, что у меня со здоровьем проблемы... Могу и не родить.

-У тебя муж умер? Как так?

-Он военным... был... - Настя проглотила комок в горле.

-Ты это, не волнуйся, - всполошилась воспитательница. - Успокойся. Ты, видать, недавно об этом узнала...

-Сегодня, - ответила Настя на незаданный вопрос.

-Понятно, - покивала воспитательница. - А как родственники твои отнесутся к тому, что ты ребёнка удочеришь?

-Отец умер давно, а мама недавно. Я сирота.

-Понятно, - вновь кивнула воспитательница. - А вот и Таня! Таня, ты почему так долго одевалась? Чего молчишь? Ладно. Идите уже. Завтра можете вернуться до шести вечера, но не позже. Я предупрежу. И удачи вам в удочерении.

Под напутствие воспитательницы Настя и Таня, держась за руку, вышли на улицу.

-До свидания! - крикнула в закрывающуюся дверь Настя и Таня за ней повторила.

Они остались на улице вдвоём. Несколько секунд Настя соображала, что делать дальше, а затем они пошли к воротам территории. Настя собиралась отправиться на одну из квартир, где и переночевать, но её планы резко поменял телефонный звонок. Он раздался очень не вовремя, когда Настя только-только разговорила Таню. Настя не стала бы на него отвечать, но звонила комендант общежития. Звонок от неё мог быть только важным. Не такими они были подругами, чтобы она просто так звонила Насте.

-Аллё, - сказала Настя банальность.

-Анастасия Кирилловна, вы уже четвёртые сутки не ночуете в общежитии. Вам уже не нужно место? Мне выселять вас? По правилам общежития, если вы не ночуете здесь больше недели подряд...

-Я поняла, - перебила Настя. - Но неделя ещё не прошла. Я могла бы сегодня вернуться, но возникла проблема.

-Какая? - голосом презирая Настину проблему, спросила комендант.

-У меня дочь. Я могу приехать с ней, или мне искать жильё? Как вы скажете. Я послезавтра могу освободить место.

-Откуда у вас дочь? - озадаченно спросила комендант.

-Мой муж умер. У меня теперь дочь, - ответила Настя, не вдаваясь в подробности.

-Понятно, - озадаченно сказала комендант. - Вы сейчас где? Давайте вы приедете сюда, и мы всё решим. У нас есть комнаты для семейных пар... В общем, приезжайте.

-Да, я уже еду, - сказала Настя. - До свидания.

Настя убрала трубку в карман.

-Я проблема? - спросила Таня.

-Что ты! - возмутилась Настя. - Проблемы у меня есть, и их много. Но ты, ни в коем случае не проблема. Хотя... У нас с тобой сейчас есть проблема. Нам надо добраться до общежития. Я могла бы добежать бегом, но ты не сможешь поддерживать мой темп. Значит твоя не тренированность - проблема. Придумай решение этой проблемы.

Таня чуть не расплакалась. Видно было, что ей никак не придумать решение. Она до ужаса боялась, что сейчас Настя её вернёт назад. Настя не стала над ней издеваться.

-Проблема решается просто, - наставительно сказала она. - Нам нужен транспорт. Общественный транспорт нам не подходит. Уже поздно и неизвестно, как долго нам ждать автобус, поэтому нам нужно такси. Ты знаешь, где-нибудь здесь стоянку такси?

-Знаю! - обрадовалась Таня. - Тут, недалеко. А мы, правда, поедем на такси?!

-Конечно, - кивнула Настя, - как только дойдём до стоянки.

Настя не ожидала того, что Таня знает, где есть стоянка такси. Хотела вызвать машину по телефону. Тем не менее, с удовольствием прогулялась до стоянки, под неумолкающую Танину болтовню, которую слушала очень внимательно. Точнее, делала вид, что слушает, а сама просто любовалась тем, как мгновенно изменилась девочка, оказав помощь в решении сложной проблемы.

На стоянке даже стояла машина. Настя узнала водителя, который вёз её сюда. Оказалось, что он остановился на стоянке перекусить, уже поел и теперь был рад клиентам. Настя и Таня сели в машину, и водитель повёз их к общежитию. Таня была в таком восторге от того, что едет на такси, что Настя попросила водителя прокатиться по городу, а не ехать прямо к адресу. Водитель расстарался и объехал весь город, попутно рассказывая о достопримечательностях. Через полтора часа они всё же доехали до общежития. Таня была в восторге, а глядя на нее, радовалась и Настя.

Появление Тани в общей комнате общежития вызвало нездоровый ажиотаж. Все девушки хотели её потискать и чем-нибудь угостить. Таня испуганно замкнулась и постоянно бросала на Настю испуганные взгляды, проверяя, что она рядом. Настя была рядом, но в стороне, и спасти Таню не могла, так как сама была взята в плен комендантом. Тётка устроила ей форменный допрос. Жёстко, не считаясь с Настиными чувствами, спрашивала насчёт смерти мужа, появления ребёнка, и о дальнейших Настиных планах. Настя рассказала всё, что могла, о смерти Говоруна. Призналась, что ребёнок не остался от мужа, а просто ставшая родной девочка. В дальнейшем призналась, что планирует удочерить девочку, а на ближайшее время, хочет снять квартиру и съехать из общежития.

Последнее возмутило коменданта до глубины души. Насте было высказано всё, что о ней думалось. Оказывается, она самая проблемная постоялица за всё время работы коменданта, с ней больше проблем, чем с кем бы то ни было, она добавила много седых волос на голове коменданта, а теперь хочет добавить ещё. После того, как комендант накричала на Настю, она немного успокоилась и поставила Настю перед фактом своего решения. Настя остаётся жить в общежитии. В комнату к ней и Светлане будет поставлена раскладушка, на которой Таня будет спать. Пока Настя на работе, за Таней будут присматривать её соседки, или сама комендант. Также была высказана мысль о том, что Настя, теперь уже мать, прекратит свои выкрутасы, и будет вести себя прилично.

Высказав всё это, комендант заставила Настю принести раскладушку, получить матрац и бельё. Пожелав спокойной ночи, ушла домой, она и так уже задержалась на работе. Настю атаковали подруги, выспрашивая подробности. Посидели, поговорили, выпили, поплакали. После посиделок Насте стало легче. Она выплакала горе, поняла, что не одна, что её готовы поддержать. Потом она в комнате долго вела разговоры с Таней и Светой. Уснула Настя со спокойной душой, обнимая прижавшуюся к ней Таню.

Утром Настя проснулась, как никогда поздно. Однако, до открытия магазинов было ещё не меньше трёх часов. По её прикидкам, как раз всё успеть. Она подняла Таню, после душа окатила её холодной водой из ведра, и сама окатилась. Потом они бодрые и весёлые отправились в кафе на завтрак. Аппетит у Насти уменьшился, но был всё же большим. Настя подумала о том, что ей нужна будет энергия и поэтому ела через "не могу". Хозяин ресторана вышел к Насте поприветствовать её, узнал, что Таня - Настина дочь, подивился этому, но вопросов задавать не стал. Угостил Таню мороженным, а Настю попросил на пару слов. Признался, что договорённость с Настей стала ему не по карману. Настя удивилась такому обороту, и он признался, что с него начали брать повышенный налог за безопасность. Настя понятливо покивала и оплатила свой завтрак, а также кинула на счёт ресторана небольшую сумму, оплачивая себе полный пансион на месяц вперёд. Хозяин ресторана рассыпался в благодарностях, но Настя отрезвила его, злым голосом сообщив, что она с ним сделает, если он кому-нибудь, хоть пол слова... Он проникся и обещал молчать.

Весь день Настя и Таня ходили по магазинам. Настя покупала вещи для Тани. Себе она тоже кое-что присмотрела, но купить решила потом. Таня сначала неохотно выбирала вещи и не хотела ничего покупать. Настя удивлялась, списывала всё на Танину стеснительность, но потом поставила вопрос ребром. Оказалось, что старшие девочки отнимут у Тани всё купленное. Возьмут на время, а потом не вернут. Настя хотела объяснить Тане, что за своё надо драться, но потом сама испугалась того, чему её учит. Думать о том, что Таню побьют - было невыносимо.

-Знаешь что, пусть отбирают, - сказала она, - я тебе ещё куплю.

-А у тебя денег хватит? - спросила Таня.

-Хватит, - засмеялась Настя. - У меня хватит денег, чтобы купить весь этот магазин.

После этого Таня покупала всё, что ей нравилось. Вернее, хотела купить, но некоторые вещи Настя ей не позволила. Таня не обиделась. Настя очень подробно объяснила ей, почему нельзя купить выкидной нож, или Барби с домиком, машинкой и Кеном. Однако, когда Таня сказала, что у них на этаже сломался телевизор, Настя тут же купила новый. Всю дорогу до детского дома они обсуждали то, что можно купить и потом отдать другим, а что нельзя. Например: телевизор могут смотреть сразу несколько человек, споры, что смотреть - будут, но их будет не так много, а домик Барби захотят все девочки и растащат его на части. А уж нож Тане - совсем не нужен. Ведь она не умеет им пользоваться. Также они рассматривали и другие вещи в том же контексте. Потом уже Таня сама придумывала, что могла бы купить и почему ей нельзя этого. Настя её только поправляла, если она придумывала что-то вовсе несуразное.

Так прошёл день. Вечером Настя и Таня расстались. Обе немного поплакали, но Настя обещала, что как можно быстрее оформит все бумаги, и Таня будет жить с ней. С директором детского дома Настя поговорить не смогла, но на следующий день собиралась приехать к нему. Именно с него надо было начинать хождение по инстанциям.

Следующий день обрушился на Настю лавиной проблем. С утра позвонил Андрей Борисович и осторожно поинтересовался Настиным самочувствием. Настя извинилась за прогулы и заверила его, что завтра обязательно выйдет на работу. Андрей Борисович заверил Настю, что она вполне может погулять ещё, а на отделении без неё пока обойдутся. Настя ему возразила. После долгих взаимных расшаркиваний, пришли к тому, что Настя выйдет завтра на работу и закончили разговор.

Потом позвонил Пеструхин и сказал, что нужно встретиться. Дело важнейшее и срочное. Договорились встретиться во второй половине дня на квартире. Потом позвонил Назаров по тому же делу. Сказал, что всё обговорят при встрече. Не телефонный разговор. Как назло, позвонил Серёжа. Сказал, что "почтовый ящик", используемый для контакта с Прусаком не пустой. Сообщение он не смотрел, ждёт Настю в условленном месте. Пришлось срочно мчаться к нему. Прочитав сообщение, Настя поняла, что Роману Владимировичу нужно срочно позвонить, а для этого надо мчаться и доставать из тайника одноразовый телефон, или вызывать техников с их оборудованием. Да ещё и Серёжа ждал, что Настя проведёт с ним время. К директору детского дома Настя попала уже под вечер.

Директор, пухленький мужичок с бородкой, принял Настю вежливо. Похвалил за то, что она купила детям телевизор. Спросил, чем ещё она хочет помочь учреждению? Узнав, что Настя помогать учреждению не хочет, а хочет удочерить Таню, заметно скис. Полистал Танино дело. Задал Насте вопросы о её работе, жилье, планах на будущее. Получил невнятные ответы, скуксился, но потом с энтузиазмом заявил, что не возражает против удочерения. Потряс Насте руку и попытался выставить из кабинета. Настя, думая о разговоре с Прусаком, чуть не ушла, но на пороге спохватилась и потребовала какое-нибудь материальное доказательство непротивления, вроде подписанной бумаги. Директор скривился, некоторое время отнекивался, но Настя настаивала и он сдался. Из кабинета Настя вышла с первой бумагой из того вороха бумаг, который ей нужно было собрать для удочерения. Где брать остальные, она не имела понятия.

Сейчас она не могла забрать Таню с собой, поэтому погуляла с ней, просто пройдясь по улице. Таня рассказывала ей, как её встретили в группе, как ей завидовали, что у неё теперь есть мама. Как они и предполагали, у Тани отобрали игрушки и некоторые вещи, но благодаря Насте, Таня совсем не переживала по этому поводу. Настя ещё вчера настроила её не обижаться. Ведь Настя ей ещё купит и вещей, и игрушек, а у других детей мамы нет, и их надо жалеть. Гораздо больше Настя хвалила Таню за то, что та не отдала свой новый телефон, как ни просили старшие девочки дать позвонить. Тане даже пришлось подраться, и она с гордостью рассказывала, как победила. Настя тоже ей гордилась. Они расстались в холле детского дома. Таня обняла Настю и убежала наверх. Настя вышла на крыльцо и начала спускаться по ступенькам.

-Извините, - раздался голос. - Можно вас на минутку.

Настя обернулась. Девочка, лет четырнадцати, вышла из тени крыльца. Настя видела её, когда заходила в здание, но не думала, что она ждёт её.

-Это вы Таньку удочерить хотите? - с некоторым вызовом спросила девочка, глядя Насте прямо в глаза.

-Я, - ответила Настя.

-Вот, - девочка протянула Насте двойной исписанный тетрадный листок. - Здесь порядок получения документов, все справки, все учреждения по порядку их обхода.

Настя взяла листок. Было темно, но она видела в темноте не хуже кошки, поэтому разобрала написанное.

-Откуда у тебя это? - изумилась она.

-Узнала, записала... - пожала плечами девочка.

-Но зачем?

-А меня тоже удочерить хотели. На документах срезались, - зло, почти крикнула девочка, развернулась и убежала в здание.

Настя даже не успела её поблагодарить. Был порыв догнать, но Настя одумалась. Будет только хуже. Сейчас она ничего не сделает для этой девочки с тяжёлой судьбой. Самое лучшее, что Настя может сделать - удочерить Таню. Тогда и эта девочка порадуется, что хоть у кого-то сбылось то, о чём она мечтает. Настя спустилась с крыльца и пошла в общежитие. По дороге мысли крутились вокруг последних событий и разговора с Романом Владимировичем.

События были не катастрофическими, но весьма неприятными. Майор Пеструхин получил приказ на возвращение в Москву. Он встретил Настю на квартире, где уже ждал Назаров и сообщил им принеприятнейшее известие.

-Я получил приказ на возвращение в Москву, - сказал он. - Остаться здесь я могу, но не хочу. Если останусь, то потеряю карьеру.

-Тебе надо больше денег? Или может быть, ты хочешь долю? - спросил Назаров.

-Нет, - ответил майор. - Я хочу продолжить карьеру в Москве. В ваше дело я, простите, не верю. Рано, или поздно, но вас зажмут. Или те, или эти. То, что меня отозвали - уже звоночек. Настя, ты сорвалась в Москву. Что там произошло? Может быть, ты знаешь, почему меня отозвали?

-Мой муж умер, - сказала Настя. - А без него мне никто не позволит резвиться так, как мне хочется. Сейчас меня не трогают, но потом поступит приказ, и я обязана буду уехать на учёбу. А может быть, не поступит. Может быть, про меня забудут. То, что тебя отозвали - тонкий намёк на то, что мне надо сворачивать дело.

-Чёрт, а я перед самой пенсией уволился, - ругнулся Назаров.

-А не надо было, - указала Настя. - Может быть, сможешь назад вернуться?

Назаров только рассмеялся.

-Ладно, - сказал Пеструхин, - я вам сообщил о своём решении. Завтра я уезжаю. Простите меня, но я уезжаю не один. Мои бойцы получили такое же предложение и тоже уезжают. С вами остаются только трое. Настя, ты их помнишь. Они самые отмороженные. Их, по результатам психологических тестов, обратно не взяли. От себя прошу, прими их и пристрой. Они, если без дела будут сидеть, то или сопьются, или сядут.

-А мне, куда их девать?! - вспылила Настя. - Мне ясно указали, что дело сворачивать надо.

-Я на старость накопил, - вздохнул Назаров. - Вот только, на нас надеются. У меня сейчас двенадцать человек в разработке. Трое уже деньги приготовили.

-Я ничего не хочу знать, - встал с кресла Пеструхин. - Я теперь посторонний человек. Будете вы заканчивать, или продолжать - мне не интересно. Я ухожу. Всем до свидания. Да, чуть не забыл. Вот контакт человека. Настя, позвони ему и договорись. Он в курсе твоей ситуации и кое-что тебе предложит. Но я об этом ничего не знаю. Я ухожу. Ещё раз прощаюсь.

Майор ушёл. Настя и Назаров сидели и думали каждый о своём. Когда Настя хотела прервать молчание, майор поднял палец в предостерегающем жесте и заговорил сам.

-Нам надо все квартиры сменить. Пеструхин знал о них, а если не знал, то мог найти.

-Квартиры очень легко найти. Меняй, не меняй... - заметила Настя.

-Пойдём, Настя, прогуляемся. Что-то мне здесь нравиться перестало. Возможно, тут насекомые завелись.

-Какие насекомые? - не поняла Настя. - А-а-а! В смысле, жучки. Вряд ли...

-Бережёного, бог бережёт, - кивнул Назаров. - Пойдём, погуляем.

Во время прогулки они решили продолжить дело. Действовать также осторожно, а возможно, ещё осторожнее. Трёх маньяков Настя решила взять на себя. Для силового прикрытия у Насти был Егор Владимирович, в его подчинение она и направит трёх маньяков. Ещё у неё было твёрдое убеждение, что учитель скоро попросит своих учеников помочь ему и ученики ему не откажут. По крайней мере, девчонки из секции сказали Насте, что за учителем в огонь и воду пойдут. Парни, как Насте казалось, сделают также. С такой командой можно горы свернуть.

Настя не сказала об этом Назарову. Но вспомнила о разговоре с Романом Владимировичем. Своими словами пересказала телефонный разговор. Собственно, разговора, как такового, не было. После Настиного приветствия, был только монолог Прусака.

-Здравствуй Училка. Послушай меня внимательно. Я очень перед тобой виноват, но своего зятя я... Ничего я ему сделать не смог. Он выкрутился, сволочь. Примазал к себе мою дочь, поэтому всё дело мне пришлось спустить на тормозах. Не могу я свою дочь убить. Старый стал. Ты прости, но я зятя на тебя спустил. Он теперь твоя проблема. Будет землю рыть, чтобы тебя найти. Таковы условия, на которых он жив останется. В общем, я тебя предупредил. Надеюсь, ты первая ему голову оторвёшь. Да, за совет тебе спасибо. Твой психолог очень мне помог. Дочь с внуком сейчас живут со мной. Я это ценю, поэтому предупреждаю. До свидания. Надеюсь, не увидимся.

Назаров, услышав пересказ разговора, очень взволновался, но Настя была спокойна. Она заверила его, что контролирует ситуацию. Они договорились о том, что нужно сделать пару продаж и посмотреть на реакцию мира. Если будут подозрения на слежку, или случится какой-то сбой, то тогда они будут действовать жёстко, обрубая концы и прекращая всякую деятельность. По крайней мере, пока не разберутся в происходящем. Договорились о дне проведения сделки и разошлись. Назаров по своим делам, а Настя в детдом к директору за первой бумагой.

Вечером в общежитии, вместе с девочками сидели и прикидывали, как побыстрее пройти все инстанции и удочерить Таню. В принципе, всё было довольно просто, но были и сложности. Самая главная сложность была в том, что у Насти не было собственного жилья, а без этого ребёнка усыновить не было никакой возможности. Также была проблема в решении комиссии, которая могла не подписать Насте разрешение, так как она одинока. Но самое главное было то, что суд мог также отказать Насте, несмотря на все собранные бумаги. Весь вечер девочки решали и обсуждали, но так ни к чему не пришли. Настя ложилась спать с лёгким удивлением от того, как она изменилась. Раньше, она тоже не смогла бы найти решение, а теперь решение вопросов она нашла за несколько минут раздумий. Засыпала она с твёрдой уверенностью, что всё у неё получится.

На работе Настю встретили похоронным молчанием. Каждый подходил и выражал соболезнования. Через некоторое время, Настю это стало бесить и она наорала на всех, высказывая, что не стоит ей напоминать о её горе каждые пять минут, что она знает, как ей все сочувствуют, что она держится, но от постоянных напоминаний нервы сдают. Её выслушали, успокоили, дали попить воды и оставили в покое.

Настя домыла коридоры и палаты, а потом зашла к Андрею Борисовичу. Покаялась за то, что сорвалась. Он её немедленно простил и порадовал тем, что добился увеличения ей зарплаты. Настя вяло порадовалась и попросила походатайствовать о том, чтобы ей помогли пройти врачей. Ей нужна была справка о состоянии здоровья, для удочерения. Андрей Борисович её выслушал, усомнился, что Насте стоит сейчас обзаводиться детьми, но увидев её взгляд, сразу пошёл на попятный и позвонил главному врачу центра. Мафия врачей сработала великолепно. К вечеру Настя, не выходя с территории отделения, получила все справки и анализы за подписью таких врачей, что никакой суд не смог бы предположить у неё хоть какую-то болезнь, мешающую взять на воспитание ребёнка.

Вечером, когда Настя домыла лестницы и процедурные, и уже собиралась уходить домой, её вызвал к себе Андрей Борисович. Настя удивилась, что он не сделал этого раньше. Разговор пошёл как раз о том, о чём она и думала.

-Настя, я хотел бы понять, зачем тебе оставаться на отделении? Я рад, что ты у нас работаешь, я бы не хотел, чтобы ты ушла, но мне нужно понимать... Ты работаешь на тех, кто поставляет людям вещество?

-Что вы!.. - возмущённо кивнула Настя. - Андрей Борисович, да как вы могли подумать такое?!

-Да-а... как я мог? Настя, у меня вопрос несколько меркантильный. Со смертью твоего мужа и исчезновением Зоны, поставки вещества прекратятся?

-Я думаю, что запас вещества есть. Его из Зоны должны были килограммами перевозить, а не каждый раз по грамму. Вот только исчезновение Зоны - самая малая проблема. Есть ещё правительство, бандиты, просто люди, которым больше всех надо. Всё сложно. Я не могу ничего предсказать.

-Понимаю. Но ты ведь от нас не собираешься уходить?

-Не знаю, - вздохнула Настя. - Пока нет, но возможно, что придётся. Пока меня всё устраивает.

-Что ж, будем надеяться, что тебя и дальше всё будет устраивать.

-Андрей Борисович, я за вас беспокоюсь, - сказала Настя. - Продажу артефакта связывают с вами. Если вас поймают, то вы не играйте в героя и говорите сразу всё, что знаете.

-Кто меня поймает? - удивился Андрей Борисович.

-Ну, мало ли, - пожала плечами Настя.

-Да, разумеется, - покивал главврач. - Настя, посмотри, что мне прислали коллеги из Ростова, Москвы, Смоленска. Всем этим людям нужно лекарство. Они готовы заплатить...

-Пусть приедут в город, - перебила Настя. - Может быть, им позвонят.

-Они больны, - вздохнул Андрей Борисович.

-А есть у них родственники, которым они могут доверять? Тем, которые не перепродадут грамм вещества за двадцать миллионов?

-А что, нет таких людей, которые... Да, - прервался Андрей Борисович, - нет таких людей. Любого можно подозревать в том, что он хапнет деньги и сбежит. Но многих людей никак нельзя перевезти. Настя, а я могу получить несколько грамм вещества под честное слово? Я передам их коллегам, они передадут их именно тем людям, которые больны, а взамен ты получишь деньги.

-А почему вы меня спрашиваете? Это вам надо искать тех людей, которые вещество продают.

-Да, конечно. Настя, я всё понимаю, но вот за этих двух людей я могу ручаться. Хотелось бы, чтобы им позвонили.

-Кто знает? Вдруг позвонят? - ответила Настя, даже не взглянув на то, куда показывал Андрей Борисович.

-Что ж, ладно. Мы с тобой поговорили. Очень рад, что ты с нами. Да, кстати, я сегодня поговорил с главным администратором нашего центра. Он сказал, что если для удочерения тебе нужно будет повысить зарплату, то он это сделает. Сорок тысяч - будет в самый раз.

-Это за что это? - удивилась Настя.

-За работу санитарки, уборщицы, воспитателя, и помошницы сестры-хозяйки. Санитарка - шесть сто, уборщица - девять семьсот, как ты сейчас получать будешь, воспитатель - пятнадцать тысяч, помошница сестры хозяйки - девять тысяч. Чуть меньше сорока, но это очень неплохо. Любой суд признает, что денег у тебя хватает на содержание ребёнка. Только это на время. На пару месяцев. Потом снова вернёшься на прежнюю зарплату.

-Можно сделать проще. Я могу взять справку, что эти должности я получу, как только пройду аттестацию. Плюс, надо чтобы кто-нибудь, подтвердил, что я сейчас эту работу делаю бесплатно.

-Насчёт последнего я не знаю, но думаю, что справку тебе дадут.

-Я пойду, Андрей Борисович. Таня ждёт звонка. Она не звонит мне на работу, а я не звоню ей днём, но теперь она ждёт. Я буду разговаривать с ней, пока буду идти до общежития.

-Да, конечно, я тебя больше не задерживаю. Беги. До завтра.

-До завтра, Андрей Борисович.

На вечер у Насти была запланирована куча дел. С ней захотели встретиться оба техника. Сказали, что не телефонный разговор. Она должна была встретиться с Пеструхиным. Он утром уезжал, а сегодня хотел передать ей все свои дела и тройку подчинённых, которых не взяли обратно на службу. Назаров тоже настаивал на встрече. С уходом Пеструхина на него навалилось больше дел, и он требовал, чтобы Настя часть дел взяла на себя. Встречу с ним Настя перенесла на следующий день. Пеструхин был важнее.

Она встретилась с ним на одной из квартир. Он передал ей дела. Указал на разработанные схемы контактов, схемы получения денег наличными, дал контакты людей, у которых Настя могла бы тренировать своих бойцов, если они у неё будут. Обрадовал её тем, что техники решили остаться с ней, но огорчил тем, что всё их оборудование он забирает. Настя сначала не поняла, зачем он в разговоре постоянно поминает ту бумажку, которую дал ей при их прошлой встрече, но потом до неё дошло и она мысленно обругала себя за глупость. Когда Пеструхин ушёл, она выгнала бойцов на кухню, а сама набрала номер, написанный на бумажке.

-Настя? - спросили её вместо приветствия.

-Да, - подтвердила Настя, - а как вы узнали?

-Незнакомый номер. А с незнакомого номера я только от тебя жду звонка. Значит так, сразу к делу.

-Значит так, - перебила Настя, - сразу представьтесь.

-У тебя есть техники, но нет оборудования. Я уступлю тебе два фургона с оборудованием за пять миллионов.

-И где я достану такие деньги? - спросила Настя.

-Не мои проблемы. Порешай с партнёром. Жду твоего ответа завтра. Да. В это же время.

Настя прослушала короткие гудки и в задумчивости, автоматически разобрала трубку. Злость мешала мыслить объективно. Настя постаралась унять злость. Когда решила, что достаточно успокоилась, позвала с кухни бойцов.

Бойцы были из тех, кому нравится убивать. Кто получает удовольствие от мучений жертвы. Настя видела это в их движениях, видела по тому, как они смотрят на неё. Она подумала о том, что эти парни ей особо не нужны, и она вполне может от них отказаться, но тут же упрекнула себя за малодушие. Если не она, то никто другой не будет с ними заниматься, не попытается помочь вернуться в норму. Дождутся срыва, а потом запихнут в психушку до конца жизни. Стало интересно, понимают ли это парни?

-Майор Пеструхин просил за вас. Я согласилась вас взять. Но теперь учтите, что мы будем работать без прикрытия и если что, нас никто не будет вытаскивать. Поэтому, мы должны будем работать тихо и без трупов. Если трупы получатся, мы должны будем скрыть трупы и все следы того, как они получились. Я требую от вас реальных планов по сокрытию совершённых нами преступлений. Скажем, через неделю. Также, каждый из вас должен снять в городе жильё, продумать легенду для соседей. Это нужно сделать, как можно быстрее. Все квартиры, в которых вы были, и все квартиры в которых был Пеструхин, считаются засвеченными. Больше вы ни к одной из них подходить не должны.

-Мы не дети, всё понимаем, - сказал самый старший. - Нам только квартиры снять и разрабатывать планы? Или ещё какие-то задания будут?

-Сейчас у нас некоторая неразбериха. Задания вам будут выдаваться за пять минут до того, как их нужно будет выполнять. Я понимаю, что это плохо, но так уж получилось.

-Да я не об этом, - отмахнулся старший. - У нас ничего не осталось. Оружие, оборудование. Всё Пеструхин забрал.

-А вы без оружия ничего не можете? - ехидно спросила Настя.

-Можем, конечно, но с оружием спокойнее.

-Тем не менее, пока вы обойдётесь без оружия. Смените жильё, разрабатывайте планы. Завтра в девятнадцать часов вы будете ждать меня по этому адресу. У вас будет тренировка. Меня вы не должны узнать. Просто следуйте за мной. Вопросы?

-Никак нет! - вскочили все разом. - Разрешите идти?

-Идите. Да, и последнее. Ты Старший, ты Младший, ты Средний. Простите, но на большее у меня фантазии не хватило.

Парни засмеялись и оставили Настю одну. Настя несколько минут сидела в раздумьях. Уже хотела позвонить техникам и пригласить их на встречу, когда в дверь позвонили. Настя насторожилась. Приготовила оружие и подошла к двери.

-Кто там? - спросила она.

-Участковый, откройте, пожалуйста.

-Я вас не вызывала, - сказала Настя.

-Меня ваша соседка вызвала. Поступил сигнал, что у вас притон.

-Что? - удивилась Настя.

Она не стала слушать, что объясняют ей из-за двери. Метнулась в комнату и осторожно осмотрела двор из-за чуть отодвинутой занавески. Ничего опасного, или неправильного во дворе не обнаружила. Чувство опасности упорно молчало. Настя вернулась к двери и накинула цепочку. После требовательного звонка она открыла дверь.

-Простите, - сказала она, увидев в щёлку молодого парня в форме, - а не могли бы вы предъявить удостоверение?

-Посмотрите на неё! - возмутилась, стоящая рядом с участковым, женщина в халате. - Шалава, а ещё права качает.

Полицейский, молча, вытащил и раскрыл удостоверение.

-Надя квартиру сдавала не всяким там, - продолжала женщина. - А с виду такой приличный человек. А он притон открыл. Публичный дом!

-А вы соседка? - спросила Настя. - Случайно не Зинаида? Простите, не знаю, как вас по отчеству.

-Ишь! Вежливая какая! Ну, я Зинаида. И что?!

-Вы-то мне и нужны! - обрадовалась Настя. - Подождите минутку.

Она закрыла дверь, скинула цепочку и распахнула дверь на распашку.

-Я вас жду! Я вам должна отдать ключи от квартиры. Для Нади. Чтобы вы передали.

-А чего это ты меня ждёшь? Я дома, никуда не ухожу. И не уходила. А к ней мужики ходят! Я видела. У неё там притон.

-Простите, я могу пройти и посмотреть? - вмешался участковый.

-Да, конечно. Проходите, пожалуйста. Ноги вытирайте, а то квартира не моя...

-Вежливая, - проворчала тётка, но уже без прежнего напора. - Вот мы сейчас посмотрим, что тут у тебя.

-Как хорошо, что вы зашли, - снова сказала Настя. - Я ждала вас, чтобы отдать ключи от квартиры. Видите ли, человек, который у вас эту квартиру снял, вынужден был срочно уехать. Он вас тут ждал, а потом меня вызвал, чтобы я вам ключи передала. Он больше ждать не мог.

-А чего же? - насупилась тётка. - Чего меня ждать? Я дома. И весь день дома была.

-Он звонил, но вы не отвечали, и он стал вас ждать, а потом меня позвал.

-Ну, может быть, я в ванной была и звонка не слышала, - засомневалась тётка.

-Я проверил, - вышел в коридор участковый. - Никаких следов притона нет.

-А к ней мужики ходили. Трое. Я сама видела.

-Это по работе, - пояснила Настя.

-Знаем мы эту работу, - бросила Зинаида.

-Так! - рассердилась Настя. - Ситуация неоднозначная, поэтому я прощала вам то, что вы меня называли шлюхой, но больше я терпеть это не намерена. Сейчас вы пройдёте по квартире, проверите, что все вещи на месте, а потом в присутствии представителя власти я передам вам ключи от квартиры. Больше в ней жить не будут.

-А как вы хотите деньги вернуть? - удивилась Зинаида. - Надя уехала...

-Деньги возвращать не надо. Договор порвите.

-Так ведь не было договора, - удивилась Зинаида и тут же замолчала, но тут же встрепенулся участковый.

-Сдача жилья без договора... - начал он.

-Вот ключи! - рявкнула Настя, перебивая его. - Вот квартира! Здесь нет притона. Все вещи лежат на своих местах, ими почти не пользовались. Деньги возвращать не надо, мы уходим. До свидания!

Настя схватила участкового за руку и потянула к выходу. Он был так ошарашен, что не сопротивлялся. Около лифта попробовал возразить, но Настя глянула на него и он замолчал. Тётка высунулась на лестничную клетку, не глядя не них, захлопнула дверь. Как раз открылись двери лифта, и Настя затолкала в него участкового. Выйдя на улицу, она села на скамейку у входа в подъезд, и усадила рядом участкового.

-Давно служишь? - спросила его.

-Шесть месяцев, - ответил он.

-Понятно, - кивнула Настя.

-Что вам понятно?! - возмутился участковый.

-Твой энтузиазм. Зачем ты сделал стойку на сдачу жилья без договора?

-Но это незаконно!

-Это... Вот, как тебе объяснить? Вот составишь ты акт, будет суд, штраф. Кто от этого пострадает?

-Ну-у-у... - растерялся участковый.

-Ты! В первую очередь. Эта тётка тебя на весь район ославит. Как ты честных людей обираешь, взятки берёшь, притоны покрываешь. Всё про тебя расскажет.

-Но, это не правда!

-Тише. Куда ты вскакиваешь? Конечно - не правда. Только, кто разбираться будет? Все будут повторять, как попугаи, а там и до твоего начальства дойдёт. А когда все говорят, то тебе никак не оправдаться. И будешь ты вечным лейтенантом.

Они помолчали.

-Думаешь, как быть и что делать? - прервала молчание Настя. - Мой тебе совет. Ты эту тётку на горячем поймал... А, нет, не её, а её соседку. Это почти одно и то же. Теперь иногда заходи к ней. Якобы проверить сигнал, уточнить. Первый раз она тебя на пороге держать будет, что ты не делай. А на третий, или четвёртый в дом пустит. Смотря, как себя поведёшь. Во-первых, она про тебя не будет гадости говорить. Во-вторых, она тебя кормить и поить будет, если ты будешь о криминальной обстановке в районе интересоваться и её мнение выслушивать. А в-третьих, иногда она тебе очень верные сведения давать будет. Процентов пять её трёпа будут очень важной информацией, надо только уметь слушать. Как тебе мой совет?

-А откуда вы всё это знаете?

-А вот этого тебе знать не надо. Бывай, "полиционер". Желаю тебе дослужиться до майора.

-А почему не генерала?! - крикнул ей вслед участковый.

-Генералы толстые и старые. Не надо тебе становиться генералом, - со смешком ответила Настя и убежала.

"Вот денёчек", - думала Настя, спеша на встречу. - "А ведь он ещё не кончился. Надо ещё с техниками поговорить".

Поскольку квартирой пользоваться уже было нельзя, из-за вредной соседки, Настя встретилась с техниками в парке. Оба сразу принялись заверять её, что никоим образом не хотели, чтобы их отозвали. Что очень хотят работать с Настей, ведь Настя делает хорошее и правильное дело. Что готовы на неё работать, но хотели бы получать какие-то деньги за свою работу, и вдобавок ко всему, хотели бы иметь оборудование, на котором можно работать.

-А оборудование забрал Пеструхин, - закончила за них Настя. - Всё забрал? Или что-то осталось?

-Тут дело такое, - смущённо сказал один из техников. - Он ничего не забирал. Мы сами обязаны вернуть это оборудование. Завтра мы перегоним машины в Москву.

-Понятно, - кивнула Настя. - Скажите, заменить это оборудование можно? И сколько это будет стоить?

-Заменить? - переглянулись техники. - Заменить можно. Но если только на гражданский вариант, а он намного хуже. Программное обеспечение - тоже денег будет стоить. По деньгам так сразу и не скажешь, сколько будет, но не меньше двух миллионов. А такое же оборудование, как сейчас у нас, миллионов на пять потянет, плюс пара миллионов на программное обеспечение. Можно и дешевле, но качество работы будет никакое.

-Понятно, - кивнула Настя. - Значит так. Денег у меня нет. Я с вами буду разговаривать жёстко. Завтра вы отгоните машины в Москву. Там моего звонка, вот по этому номеру, ждёт человек, сильно меня оскорбивший. Ваша задача: до пяти часов вечера нарыть на него компромат. Чем убойнее - тем лучше. Справитесь - останетесь со мной при оборудовании. Не справитесь - можете оставаться в Москве. На кой чёрт вы мне без оборудования? Вопросы?

-От этого человека зависит наличие оборудования? - задали техники вопрос.

-Он требует с меня пять миллионов за то, чтобы оставить оборудование мне.

Мужчины переглянулись.

-Тут что-то не так, - сказал один другому и повернулся к Насте. - Мы сегодня поедем в Москву. Завтра всё выясним. Звонить не надо. В смысле, ни нам, ни ему. И между прочим, мы и без оборудования кое-что можем, поэтому мы к вам обязательно приедем.

-Простите, я сорвалась, - покаялась Настя. - Я случайно, я не хотела вас обидеть. Простите.

-Угу, - кивнули техники и повернулись, чтобы уйти. - Мы послезавтра сами позвоним, - бросил один из них через плечо.

"Все-таки, они обиделись", - подумала Настя. - До свидания! - крикнула она им вслед.

Раньше Настин круг общения сводился всего к нескольким людям. Мама, тётя, соседи, продавцы в магазинах и друзья в школе и на танцах. Вот только в школе с ней никто не общался, так как она была дочкой училки, а на танцах у неё был только один партнёр и Катька, которую Настя, как оказалось, совсем не знает. Настя задумалась об этом, когда шла к общежитию и с ужасом поняла, что общаться с людьми толком не умеет. В общении с людьми она копирует манеры Говоруна.

То, что когда-то ей не нравилось в нём, она теперь использует при общении. Это ведь он всегда кратко и чётко отдавал приказы; это он мгновенно впадал в безрассудное бешенство и также мгновенно успокаивался; это он постоянно завуалировано указывал людям, какие они тупые скоты по сравнению с ним, насмехаясь над ними. Он мог себе это позволить, а Насте надо быть сдержаннее. Говорун мог быть одиночкой, а Настя без команды не справится. Если она будет так общаться со своей командой, то скоро команды у неё не останется. Настя думала об этом весь вечер и половину ночи, но так ничего не надумала. Решила, что будет общаться со всеми по-прежнему, но постарается сглаживать некоторые резкие моменты.

Глава 5

Следующим днём Настя разрабатывала операцию по обману суда и органов опёки. Ей нужны были документы о наличии у неё жилья. Покупать квартиру она не планировала. По крайней мере, пока. Она придумала план получше. Нужно было проникнуть в квартиру тётки и сделать копии документов о том, что она владеет долей в квартире. Конечно, она не будет на эту долю претендовать и по наследству всё отойдёт тётке, но в суде об этом знать не будут, а документы будут самыми что ни на есть настоящими. Настя покараулила на улице и выяснила, что привычки у тётки не изменились. Можно было провести операцию.

Вечером она встретилась со своими подчинёнными у входа в спортивный комплекс. Они её не узнали, как и было велено, и проследовали за ней до спортзала. Егор принял их не ласково. Осмотрел, опросил, посомневался, но к первому занятию допустил. Если Настины подчинённые и попытались задирать парней в раздевалке, считая их сопляками, не знающими жизни, то после первых минут занятий преисполнились к ним уважения и даже почтительности. Сами они держались, но видно было, что давно не занимались так интенсивно. Им было удивительно то, что парни по доброй воле так напрягаются, и за это они их уважали.

Настя давно поняла тактику учителя. Он заставлял человека выкладываться на пределе его сил и ещё немного сверху, но никогда не требовал от человека больше, чем он мог. Марату, хилому парню, он никогда не давал силовых комплексов больше необходимого, но гонял на скорость, ловкость и быстроту реакции, выматывая напрочь. В то же время, Боря, качок, с виду не перегруженный интеллектом, получал необходимый минимум растяжки и работы на скорость, но долго проводил упражнения на силу и выносливость. И так было со всеми, кроме Насти. Она была выносливой, ловкой и быстрой. После изменений в организме, она не испытывал усталости выполняя эти упражнения, поэтому Егор ставил её на силовую подготовку. Сначала осторожничал, а потом грузил Настю по максимуму, чего ни в коем случае не делал с другими девушками. Настя сама чувствовала, что ей это нужно, поэтому не возражала.

Новичков Егор гонял на первом занятии по полной программе, выматывая сразу, проверяя на всё, чтобы выявить сильные и слабые стороны. Старший, Средний и Младший этого сразу не поняли и не сэкономили силы, поэтому относительно быстро выдохлись. Для них было удивительно, что простые ребята, некоторые даже школьники, перещеголяли бойцов-ветеранов. Они уже падали с ног, а ребята продолжали бегать, прыгать, проводить упражнения, и не выказывали никаких признаков усталости.

Потом были спарринги. Каждый мог вызвать каждого. Настя вызвала Старшего. Он попытался в спарринге отомстить ей за то, что привела их сюда, но был уставшим, поэтому Настя легко его победила. А потом, с молчаливого разрешения Егора, ученики по очереди начали вызывать новичков на спарринги и мстить им за насмешки в раздевалке. К концу занятия, трое элитных бойцов, напоминали трёх загнанных волков, которых окружили собаки. Они стояли спина к спине и отбивались от нападавших на них парней. Егор вмешался и прекратил безобразие.

Как ни удивительно, но Егор взял новых учеников. Настя думала, что он откажется, но ошиблась. После занятий, когда они выходили из здания с Леной и Ксенией, новички попытались их закадрить. Это было так неожиданно, что девушки растерялись, и Ксюша даже согласилась, но потом они пришли в себя и Настя с Леной её отговорили. Парни сказали, что ещё ничего не закончилось и будут ещё занятия, выразили надежду, что когда-нибудь их предложение будет принято. Настя посоветовала им сначала морды от синяков вылечить. Лена её поддержала. Парни не стушевались и до Лениной машины они дошли, перебрасываясь острыми фразочками и пикировками. Около машины они расстались. Лена и Ксюша уехали, а Настя осталась с парнями.

-Вам тренировки не хватило? - спросила Настя, как только машина выехала со стоянки. - Вам приключений мало? Я могу вам устроить приключения.

-Подожди, - прервал её Старший. - А у этой Лены парень есть?

-Она моя подруга, - процедила Настя.

-Да я ничего такого... Просто мне интересно, она действительно так удар отрабатывает, или подруга ей подставляется? Если отрабатывает, то меня её реакция... Короче, отпадная у неё реакция.

-Да и остальное у неё тоже в самый раз. Есть за что подержаться, - сказал Младший.

-Да ну тебя, - отмахнулся Старший. - Я её хочу пригласить. Спарринг с ней провести. А если у неё парень есть, то мне потом с ним разборки не нужны. Мало ли, лицо ей попорчу.

-Да мы верим, - покивал Младший. - Нормальную отмазку придумал.

-Да иди ты, - снова отмахнулся Старший.

-Пошутили и хватит, - прервала болтовню Настя. - Лена моя подруга и если что, то я вас сама поубиваю. Её изнасиловали, поэтому она мужчин ненавидит. Шансов у вас нет. Перейдём к делам. Завтра вы мне нужны. Задание будет простое. Нужно проследить за человеком и сообщить мне, если он пойдёт не по своему обычному маршруту. Маршрут узнаете завтра. В десять тридцать встречаемся по этому адресу. Вопросы?

-Нам бы деньжат. Мы квартиры сняли. Поиздержались.

-Завтра деньги будут. Кстати... Я больше не буду платить вам за сделанную работу. Вы будете у меня на зарплате. Премии будут, но не слишком на них рассчитывайте. И я буду оплачивать вам психолога. У него есть допуски, поэтому с ним можно говорить обо всём. Шесть раз в месяц вы обязаны его посещать.

-А сколько будет зарплата? - спросил Старший.

-Не более шестидесяти тысяч, - ответила Настя.

-Ну, нормально. Жить можно. А премии, надбавки?

-Так! Идите отсюда! Мне сейчас надо ещё думать, где вам оружие найти. Вы разработали план по сокрытию улик?

-Прорабатываем. Через пару дней представим полностью работоспособный вариант. Теперь надо ужиматься по деньгам? Я думаю, что на этом экономить не надо.

-Я тоже так думаю, - кивнула Настя. - Ладно, на сегодня всё. Завтра в десять тридцать. Не опаздывайте.

-Может, мы вас подвезём? - спросил Младший.

-Нет, я пробегусь.

-У тебя что, ещё и на пробежку силы остались? Ты что, двужильная?

Разумеется, до общежития Настя не побежала. Пошла быстрым шагом. Ей нужно было позвонить, поэтому общественным транспортом она тоже не воспользовалась. Звонила она Егору Владимировичу. Пора было откровенно с ним поговорить и расставить все точки и запятые.

-Егор Владимирович? - уточнила она, когда он принял звонок. - Добрый вечер. Как вам новые ученики?

-Они от вас? - уточнил Егор. - Я так и думал. А вы знаете, что они психи? Они мне чуть двух учеников не убили.

-Вы будете с ними заниматься?

-Буду. Только вы должны понять, что с ними не заниматься надо. Их надо лечить.

-Они посещают психолога. Егор Владимирович, мне бы хотелось обсудить с вами кое-что ещё. Вы работаете на нас, и мы очень довольны вашей работой. Скажите, как вы смотрите на то, чтобы и ваши ученики работали на нас?

-Плохо смотрю. Я не хочу, чтобы ребята ввязались в криминал.

-И тем не менее... Насколько я знаю, все ваши ученики ведут весьма праведный образ жизни. Праведный, но бедный. Все они ищут приработок на стороне. Если к ним подойдёт незнакомый человек и предложит поучаствовать в деле, результатов которого они не знают, то они наверняка откажутся. Если это им предложите вы, то они примут предложение. Наши просьбы неплохо оплачиваются. Вы имели возможность в этом убедиться.

-И какие у вас будут просьбы? - поинтересовался Егор. - Сначала какая-нибудь мелочь, а потом и до убийств дойдёт. Всю жизнь ребятам поломаете участием в бандформировании.

-Для убийств у вас будут три новых ученика. Остальные на подстраховке операций. Не буду скрывать, убийства будут, но ваши дети не будут в них замешаны.

-Я не верю. Всё равно, если ты состоишь в банде, то по закону отвечают все за одного. Суду без разницы. Знал, догадывался. Если не сообщил - виновен.

-Я прошу вас озвучить вашим ученикам моё предложение. Ещё раз повторюсь. Убийств мы будем избегать всеми силами. Именно для этого мы и хотим нанять вашу сплочённую группу, а не каких-нибудь отморозков. Ваши ученики, после минимальной подготовки, смогут работать группой по захвату объектов, а также...

-А подготовку будут проводить три новых ученика? - перебил Егор.

-Если они войдут в группу, заработают авторитет, смогут поставить себя так, чтобы им подчинялись...

-Не смогут, - категорично возразил Егор. - Они ещё очень долго не смогут этого. Они одиночки, убийцы. Работать в группе им сложно, а командовать и держать группу в повиновении - это для них запредельная планка.

-Вот поэтому нам и нужны вы. Вы справитесь с ними, а потом ваш авторитет заставит их действовать так, чтобы их таланты пошли на пользу делу.

-Они из спецназа ГРУ? - уточнил Егор. - Знакомая школа боя.

-Вы знакомы с их школой? - удивилась Настя.

-Да, знаком. Хорошо, я попробую работать с ними по вашей схеме. Ученикам озвучу ваше предложение. Но если мне покажется, что вы не выполняете условия сделки...

-Простите, уточните условия, - перебила Настя.

-Ну... - растерялся Егор. - Мои ученики не вмешиваются в прямой криминал. Никаких убийств. Ещё... Ну...

-Сформулируйте свои условия и при следующем нашем разговоре мы их обсудим. В свою очередь, нам бы хотелось выставить своё условие. Ваши ученики получают информацию об объекте ликвидации, и если сами захотят его убить, вы им запрещать не будете.

-Вот уж нет! - рявкнул Егор. - Они ещё сопляки! Сами решать не могут!

-Тем не менее... Я настаиваю на этом условии. Полученную информацию они могут проверять. Вы можете апеллировать к их совести, моральным аспектам и закону, но прямо запрещать не имеете права. Отговариваете, но не запрещаете.

-Я подумаю, и мы ещё это обсудим, - сказал Егор Владимирович.

-Хорошо. На сегодня наш разговор окончен. Подумайте, придумайте аргументы для нашего следующего разговора. Он состоится после следующего занятия, когда вы озвучите ученикам наше предложение.

-Я сразу должен получить у них ответ?

-Нет, дайте им время подумать. Если согласятся, то количество занятий увеличится. Будут ещё тренировки на сыгранность подразделения.

-Хорошо, там будет видно. Но я хочу уточнить, в чём будут заключаться наши обязанности?

-Захват объектов, ликвидация преступников, получение денег и передача товара.

-Наркотики? - уточнил Егор.

-Сами узнаете и удивитесь. Да, кстати! Преступник человек, или нет, а также, надо его ликвидировать, или нет - вы будете определять сами. Вам никто не прикажет убить первого попавшегося человека. На всех будет досье, с которым можно будет ознакомиться.

-Всё-таки, убивать придётся, - сказал Егор.

-Думаю, что да, но никто этого не хотел бы. Если будет много трупов, то нами займутся и мало никому не покажется. Егор Владимирович, от вас никто не будет скрывать информацию. Если вам что-то не понравится, то вы будете иметь право голоса. И ещё раз повторю, ваших детей никто специально не заставит убивать. Для этого есть другие люди. Ваши ребята будут только обеспечивать прикрытие операций.

-Хорошо, закончим пока разговор. Мне надо подумать. Если я что решу, то озвучу ученикам ваше предложение.

-До свидания, Егор Владимирович.

-Тогда уж, "до связи". Мы ведь с вами так и не виделись ни разу.

-До связи.

Настя сбросила звонок и сняла с трубки скремблер. Она сомневалась, что Егор согласится озвучить её предложение ученикам. А значит, придётся работать с каждым из них по отдельности. Она была уверенна, что получив такое предложение, процентов восемьдесят из её группы согласятся. Остальные тоже подтянутся. Они уже привыкли быть командой. Однако, им надо будет дать толчок к принятию решения. Какое-нибудь дело, где они будут действовать на грани закона, а лучше чтобы за гранью, но при этом не чувствовали себя преступниками, а считали себя борцами за справедливость. Настя весь вечер обдумывала, какое бы дело им предложить, но так ничего не придумала.

Следующий день Настя начала рано. Сделав часть работы, она отпросилась на пару часиков по делам и в десять тридцать была у торгового центра. Там её уже ждали. Настя показала бойцам маршрут до её дома. Как раз в одиннадцать тётка вышла из дома за покупками. Настя указала объект и велела проследить. Сама подбежала к красной малолитражке, за рулём которой сидел неприметный паренёк.

-Здравствуйте, - поздоровалась она с пареньком. - Вы Дима? Вы меня ждёте. Пойдёмте скорее, а то я всего на пару часиков отпросилась с работы.

-Если замок не сложный, то вскроем за пять минут, - сказал парень, выходя из машины. - Только мне нужен ваш паспорт и присутствие соседей, как понятых.

-Да, конечно. Мне девушка по телефону всё объяснила. Соседка дома должна быть, а паспорт у меня с собой. Пойдёмте быстрее.

-Никаких проблем, - отозвался парень. - Какой у вас этаж?

На этаж он поднимался неспешно. Настя обогнала его и позвонила в квартиру Веры Алексеевны. Та открыла дверь, увидела Настю и обрадовалась.

-Настя, это ты? Проходи. Я не ждала тебя, а то бы чайник уже поставила, блинчиков тебе напекла.

-Я ваши блинчики очень люблю, но я здесь по другому поводу. Мне из дома нужно кое-какие документы забрать, но чтобы тётя не узнала. Мы сейчас дверь вскроем, и я их быстренько заберу, а потом верну на место.

-Подожди. Так вскрой дверь и живи дома. Чего тебе по углам ютиться. А Катька тебе ничего не сделает. Я первая заявлю, что ты тут полное право имеешь жить.

-Вера Алексеевна, не начинайте, - с укоризной сказала Настя.

На этаж поднялся парень.

-Здравствуйте, - обратился он к Вере Алексеевне, - вы соседка? Мне нужно будет и ваш паспорт посмотреть.

-Зачем? - удивилась Вера Алексеевна.

-Ну, не ломать же мне замок? - сказала Настя. - Вот, я вызвала молодого человека из службы по вскрытию замков.

-А что, есть такая служба? - удивилась Вера Алексеевна. - А зачем вам мой паспорт?

-Мне надо удостовериться, что квартиру вскрывает хозяйка, а не посторонний человек. Что соседи его знают. Вообще-то, мы работаем под присмотром участкового, но девушка сказала, что он не сможет прийти вовремя и мы пошли ей навстречу.

-А-а-а, понятно, - протянула Вера Алексеевна. - Сейчас я паспорт принесу. А вообще у меня раньше ключи были от Настиной квартиры, но потом Катька их забрала. Она ещё, кажется, замок сменила, но я точно не знаю.

Вера Алексеевна ушла вглубь квартиры. Дима с подозрением посмотрел на Настю.

-Какая Катя? Вы мне паспорт покажите, пожалуйста. И вы простите, но мы не можем вскрывать замки в случае каких-либо семейных ссор.

-Ой, нет, что вы, - возразила Настя. - Я не хочу ссор, поэтому вас и позвала. Я могла бы выломать дверь. Я являюсь хозяйкой квартиры. Просто там живёт моя тётя. Я перед ней очень виновата, поэтому... В общем, она теперь живёт в квартире, а я не хочу её выгонять. А мне очень нужны кое-какие документы из квартиры. Я не хочу, чтобы тётя нервничала из-за меня. Поэтому тихонько зайду, возьму, выйду и она не узнает.

-Так, - твёрдо сказал Дима. - Я не имею права вскрыть эту дверь. Ситуация запутанная. Откуда я знаю, какие документы вы заберёте из квартиры?

-Но я тут живу, - растерялась Настя. - У меня в паспорте написано... И Вера Алексеевна меня знает.

-Простите, но имущественные и наследственные вопросы самые спорные. Здесь мы обязаны оповестить власти. В вашем случае мы можем вскрыть квартиру только в присутствии участкового, под протокол.

-Но это долго, а у меня работа, - застонала Настя.

-Простите, но нет. Если вы хотите, то я могу позвонить нашему диспетчеру, и она сама позвонит в отделение, попросит прислать участкового не позже чем через пол часа. Обычно нам не отказывают. Участковые приходят в течении получаса. Вы можете подождать?

Настя заметалась, не зная на что решиться.

-Настя, у нас новый участковый, - подала голос Вера Алексеевна. - Молодой мальчик, шустрый. Давай ему позвоним. Он быстро придёт. А Катька, если вернётся, то пусть хоть облезет. Ты имеешь полное право забрать из этой квартиры всё, что угодно.

Настя подумала и решилась. В конце концов, почему она должна заботиться о душевном спокойствии тётки?

-Хорошо, я согласна. Только пусть ваш диспетчер позвонит на отделение. Действительно, просьбу организации выполнят быстрее, чем просьбу частного лица.

-Я сейчас позвоню диспетчеру и буду ждать в машине, - сказал Дима.

-Зачем в машине? Посидите у меня. Я вас чаем напою.

-Нет, я буду в машине, - ответил Дима.

-А мне на работу нужно позвонить, - сказала Настя. - Разговор затянется, так что я тоже пойду на улицу. Но потом я поднимусь к вам.

-Я пока быстренько блинчики... тесто сделаю. Поешь блинчиков? А вы, молодой человек? Не надо стесняться.

-Нет, мне нельзя... Вы простите, но у меня судимость и мне нельзя... Я социально ограничен.

-Это как это? - не поняла Вера Алексеевна. Настя тоже заинтересовалась.

-Пока у меня условный срок, мне нельзя знакомиться, нельзя принимать приглашения посторонних людей... чаю, например, попить. Нельзя посещать некоторые места. У меня браслет с датчиком.

-И что же, если я вас пригласила, то вам даже чаю нельзя попить? - возмутилась Вера Алексеевна.

Дима пожал плечами, всем своим видом выразил сожаление.

-Простите, время, а меня на работе ждут, - не дала развиться теме Настя.

-Да, я сейчас позвоню, - сразу сказал Дима и, достав телефон, быстро стал спускаться по лестнице.

-Неудобно получилось, - тихо сказала Настя. - По-моему он расстроился.

-Ну, хоть ты зайди, посиди.

-Сейчас, я позвоню и приду к вам.

Настя вышла на улицу и позвонила своим бойцам. Обрисовала ситуацию. Попросила, по возможности, задержать тётку в магазине. Бойцы сказали, что сделают. Настя не стала уточнять, как именно. Она хотела позвонить Назарову и попросить его, чтобы замолвил словечко нынешнему участковому, но одумалась. Если бы он сам служил и пришёл сюда, то вопросов бы не было. А так, если бывший полицейский просит за какую-то девчонку, то могут возникнуть вопросы и пойти разговоры. Разговоры могут дойти до начальника отделения, а полковник Шубин вполне может связать Настю, Назарова, и продажу аномального вещества. Информация разойдётся, а это никому не нужно. Настя решила действовать самостоятельно.

К чести полицейских, Настя только успела сесть за стол у Веры Алексеевны в квартире, как раздался звонок в дверь и молодой человек за дверью представился участковым. С ним были ещё двое, но они стояли в стороне и изображали манекены. Дима, с виноватым видом, тоже стоял в сторонке. Участковый представился, показал удостоверение, напомнил, что не так давно ходил по участку и принимал жалобы от проживающих граждан. Оказалось, что Вера Алексеевна его прекрасно помнит. Отчуждение первого знакомства немного растаяло, и участковый зашёл в квартиру Веры Алексеевны.

Там он подробно расспросил Настю о том, для чего она хочет вскрыть квартиру. Тщательно проверил её паспорт и переписал с него данные. Также переписал данные с паспорта Веры Алексеевны. Предложил дождаться проживающую на данный момент в этой квартире гражданку, но Настя отговорилась работой, своей занятостью и он пошёл ей навстречу. Однако сказал, что обязан уведомить жильца о том, что дверь его квартиры вскрывали. Настя принялась уговаривать его не делать этого, Вера Алексеевна её поддержала, а когда участковый выслушал Настину историю, то сдался и сказал, что не будет никому ничего говорить. Они прошли на лестничную площадку и там, при свидетельстве Веры Алексеевны и соседки с первого этажа, вскрыли Настину квартиру.

Настя быстро забежала в дом. Не глядя по сторонам, пробежала к шкафу. Достала папку с документами. Быстро нашла нужные и уже готова была уйти, когда в комнату зашёл участковый.

-Я смотрю, вы знаете, что ищете, - заметил он.

-Я не ищу, - возразила Настя. - Я знаю, где лежит.

-Почему вы не хотели меня вызвать? - спросил участковый, глядя, как Настя быстро укладывает папку обратно в ящик и закрывает шкаф.

-Время, - ответила Настя и пояснила, - я уже должна бежать на работу.

-Вы работаете в больнице? Скажите, вы действительно хотите оставить квартиру тёте?

-Да, хочу. Она здесь всю жизнь прожила... Пойдёмте скорее, я не хочу, чтобы она меня здесь видела.

-А как вы хотите вернуть документы? - снова задал вопрос участковый.

-Также! - рыкнула Настя. - Могу ещё раз вас вызвать, если надо.

-Желательно, - кивнул участковый. - Что-то вы мне не договариваете. Зачем вам документы на квартиру? Вы не ответили на этот вопрос. Перевели разговор...

-Да, перевела! - шёпотом прокричала Настя. - У меня муж умер. Погиб. Никто пока об этом не знает. И не хочу, чтобы знали. А я хочу удочерить ребёнка. Для этого нужна жилплощадь. Но наследство от мужа я получу только через много дней, а ребёнок должен быть со мной сейчас. Понятно?

-Да, простите, я всё понял. Но почему вы не хотите рассказать об усыновлении? Вы думаете, что вас не поймут?

-Я не думаю. Я знаю. Мы так и будем здесь стоять, или выйдем?

-Да, конечно, простите. Пойдёмте. Я попрошу взломщика помочь вам ещё раз, чтобы вернуть документы. Мы можем подвезти вас до работы. Ещё мы можем отвезти вас к нам в отделение. Там есть ксерокс. Вы сделаете копии и прямо сегодня их вернёте.

-Здесь есть ксерокс в торговом центре. Если мы сейчас туда съездим...

-Давайте не будем терять время. На машине мы управимся минут за десять. Вот только потом мне всё равно придётся составить протокол, но до работы мы вас довезём. Вы не опоздаете.

Всё прошло быстро и без проблем. Настя и участковый спустились к машине, доехали до торгового центра, сделали копии и вернулись назад. Настя вернула документы в шкаф и покинула квартиру. Потом она, участковый, Дима, Вера Алексеевна и соседка с первого этажа пили чай, ели блинчики, разговаривали и писали протокол. Настя сказала, что с работы её отпустили и она не спешит, поэтому участковый больше налегал на блинчики с вареньем, чем занимался протоколом. Дима и Настя в этом от него не отставали. Пожилые соседки только умилялись, глядя на такой аппетит молодёжи.

Наконец, блинчики были съедены, протокол составлен и подписан, Дима получил свою сотню рублей и все стали прощаться. Вера Алексеевна, как и соседка снизу, были впечатлены тем, как быстро Дима открыл сложный с виду замок. Дима успел прочесть им лекцию о замках и пообещал подъехать и поставить замок, который не так просто открыть. Женщины поохали дороговизне замков, но согласились. Дима был доволен. Участковый имел при себе протокол, как доказательство его работы, наелся блинчиков, завязал хорошие отношения с подопечными. Он тоже был доволен. Соседки отправили молодёжь и сели поболтать о разном, перемыть косточки всем, кого могли вспомнить. Они тоже были довольны этим днём. Настя имела на руках нужные копии документов, и не сказать, как была счастлива. Недовольна этим днём была только Настина тётка. В магазине у неё нашли неоплаченный товар, который неизвестно как попал в корзину. Остаток дня она провела в отделении полиции при торговом центре. Но Настя узнала об этом только поздно вечером, когда позвонила бойцам, чтобы узнать о судьбе тётки. А пока она спешила к Тане. Конец дня она хотела провести с ней.

На следующий день Настя планировала отправиться в суд и посетить органы опёки. Как ни удивительно, но все документы, необходимые для удочерения, у неё были в наличии. В суде она походила по кабинетам, пока над ней не сжалилась какая-то девушка и не объяснила, что она должна подать заявление на рассмотрение с копиями документов и ждать решения о рассмотрении дела. Только после этого ей назначат дату суда. Настя возразила. У неё в шпаргалке было написано не так. Девушка объяснила, что порядок поменялся. Настя надавила на жалость. Объяснила девушке, что хочет удочерить ребёнка, и в органы опёки обязана прийти с документами на руках и датой слушания дела. А если что-то будет не так, то процесс затянется, а ребёнок будет страдать в детском доме. Девушка вошла в положение, забрала у Насти документы, ушла, и через некоторое время, вернулась со справкой о дате слушания дела. Настя, от избытка чувств, даже обняла её, а потом помчалась в органы опёки.

-Нет, я не дам вам разрешение на удочерение, - сказала женщина в органах опёки. - Вы одинокая, у вас малооплачиваемая работа. Вам всего восемнадцать лет и вы совершенно не имеете времени заниматься ребёнком.

-Но вы поймите, Таня уже зовёт меня мамой. Мы с ней уже совсем родные.

-Что вы мне рассказываете? Сегодня она вас мамой зовёт, а завтра другую будет звать. Они же детдомовские, все такие. Кто приласкал, тот и мама. А вы сами подумайте. Ну что вы можете ребёнку дать? У девочки хороший потенциал удочерения. Её может какой-нибудь богатый олигарх удочерить. Девочка вон, какая симпатичная.

-Так, знаете что! Вы мне тут ещё будете намёки...

-А что я такого сказала? Скажите, вы хотите ребёнку счастья?

-Да, хочу, - кивнула Настя.

-Ну, так вот. Для этой девочки счастье - не вы. У меня уже есть запрос. Вот, пара из Испании. Как раз на такую девочку. И будет девочка жить в Испании, у тёплого моря, в своём доме. Разве это плохо? Она там счастлива будет. И не волнуйся. Забудет тебя, как будто тебя не было.

-Значит так, - твёрдо сказала Настя. - Я вам документы принесла. Потрудитесь принять. Выдайте мне документ о том, что я вас уведомила и до встречи в суде.

-Ишь ты! До суда не дойдёт. Я прямо сейчас позвоню. Скажу, что я против удочерения и твоё дело даже рассматривать не будут.

-Я обращусь в высшую инстанцию. Подпишите мне документ, и я уйду.

-А если не подпишу? Так и будешь тут сидеть?

-Нет. Я обращусь к Веронике Павловне. Ей будет интересно узнать, что её подчинённые не выполняют свои прямые обязанности.

-Ой-ой-ой, как мне страшно. Ты своего положения не понимаешь. Только от меня зависит, будет ли ребёнок у тебя. Я тебе сейчас бумажку подпишу, а когда ты придёшь в суд, то окажется, что ребёнка давно уже удочерили. Сколько там до суда? Месяц? Даже больше. А я за неделю ей новую семью найду. И никогда ты её больше не увидишь.

-Чего вы хотите?

Женщина написала на листке цифру и показала Насте.

-Ну и откуда у меня такие деньги? - спросила Настя.- У вас совесть есть?

-Нет, так нет, - сказала женщина, сминая в руке бумажный шарик. - Денег нет, нечего детей заводить. Иди отсюда.

-Да, я уйду, - кивнула Настя. - Но сначала подпишите мне документ.

-А ты настырная. Да без проблем. Но в суд можешь даже не приходить. Нет у тебя шансов.

Настя получила бумагу и вышла из кабинета. Её всю трясло от бешенства. Только осознание того, что убийство женщины не даст Насте ничего, кроме проблем, сдержало Настю, и она не пристрелила гадину. Она подумала о том, что обязательно похвастается, в узком кругу, своей выдержкой. Потом она посидела на скамеечке, успокоилась и обдумала произошедшее. Обдумав, даже рассмеялась. Эта мерзавка даже не знает с кем связалась. Нужно устроить ей весёлую жизнь на фоне сплошных неприятностей. Настя встала со скамейки и отправилась на встречу с Назаровым, полная злости, энергии и боевого задора. Она забыла о своём прошлом. Она думала о своём будущем и хотела за него драться.

Следующая неделя прошла чередой событий. Настя обговорила с Назаровым своё видение дальнейшей их жизни, назначила несколько продаж вещества и позвонила новым клиентам. В том числе и тем, кого ей рекомендовал Андрей Борисович. Заказов набралось на месяц работы. По итогу они должны были получить больше тридцати миллионов. Деньги с Назаровым Настя делила равными долями, но с такими доходами она предложила другую схему. Себе они решили оставить треть, а остальное пойдёт на развитие бизнеса, безопасность и прикрытие. Их предприятие ждало прекрасное будущее. Перспективы были весьма радужными.

Такими они могли считаться потому, что Настя с самого верха получила одобрение своим действиям. Ещё в самом начале недели, в Рязань вернулись технари со всем оборудованием. Оказалось, что оборудование для контрслежки Насте должны были оставить без всяких условий, а весьма нечистый на руку чиновник, решил нажиться на этом. Теперь он отправлялся в места не столь отдалённые. И не за вымогательство, а по другой статье. Так получилось, что он узнал то, что знать был не должен, а с Настиной подачи технари это случайно выяснили. Глупый чиновник даже не скрывал то, что знает. Был уверен, что его никто не будет проверять. Настя получила благодарность за бдительность и заверения в полной поддержке всех её начинаний.

При продаже вещества технари сразу выявили слежку. Слежка велась не за товаром, или деньгами, а за людьми. Персонал отделения отслеживался. Зять чесал широким гребнем, пытаясь что-нибудь зацепить, и не вспугнуть добычу. Насте было интересно, кто же такой умный появился в его окружении, и даёт ему столь ценные советы? Пока такая проверка не опасна, но со временем даст результат. Исключив всех возможных кандидатов, когда-нибудь зять сможет выйти на Настю. Но это будет ещё не скоро и поэтому Настя на время выкинула Горбылёва из головы.

У неё были проблемы гораздо серьёзнее. В частности, с персоналом. Егор Владимирович отказался озвучить ученикам предложение неизвестного ему работодателя. Не хотел он, чтобы его ученики хоть как-то были связаны с криминалом. Теперь Насте пришлось придумывать схемы, для того, чтобы переговорить с каждым учеником. Все, кого она агитировала перейти на сторону зла, согласились. Да ещё и друзей позвали. В общем, теперь вся секция была готова работать на Настю. Осталось только самое сложное. Сообщить об этом Егору Владимировичу.

Егор Владимирович, когда на занятии не сообщил ученикам о возможном заработке, ждал кары от неизвестных и даже от новых учеников. Время шло и ничего не происходило. Он волновался, не знал, что думать. Попробовал через новичков выяснить хоть что-нибудь, но наткнулся на стену непонимания с их стороны. Решил, что от его услуг отказались, и перестал об этом думать. Теперь Настя не знала, как он воспримет новость. Звонить боялась, сама не зная почему, а встречаться и заявлять о себе не хотелось из-за осторожности. И так о ней много народа знает.

Их банда стала испытывать проблемы со связью. С уходом Вовы новые телефоны доставать стало сложнее. Хоть технари и клялись, что решат этот вопрос, но в ближайшее время ничего путного не обещали, а левые трубки и карточки подходили к концу. Некоторым клиентам Настя звонила несколько раз с одного телефона. Давать новые трубки своим работникам каждый раз, после продажи - стало невозможно.

Одно у Насти было хорошо. Разведка. Набранные Вовой, проверенные Назаровым, заинструктированные Пеструхиным, Настины солдаты невидимого фронта добывали любую информацию, самыми невероятными способами, причём без каких-либо сложных технических средств. За пару дней о любом человеке могли собрать столько информации, что Пеструхин, в своё время, за голову хватался и сетовал, что такие кадры во времена своей молодости в разведке не работали. Сейчас бы в стране ни одного шпиона не осталось.

Настя пошла на должностное преступление и задействовала эти кадры в своём личном интересе. Отправила следить за тёткой, которая вымогала у неё деньги за удочерение. К концу недели выявилось столько грехов, что удивительно было, почему она ещё на воле? Шантаж, вымогательство, похищения детей, продажа детей, кражи в особо крупных размерах. Это был основной список, а был ещё и список мелких грешков, который не особенно и скрывался, но надо отдать должное, по крупным грехам никаких доказательств найти не удалось, а свидетели были запуганы и не желали давать показания.

Впрочем, Насте не нужны были доказательства. Она знала, кто эта тётка. Она знала, как тётка продаёт детей и за сколько. Самое главное, что эта очень нехорошая женщина, выставила на продажу Таню, и сейчас рассматривала предложенные цены. Технари нашли эту информацию на домашнем компьютере этой тётки. Узнав об этом, Настя несколько минут сидела без мыслей и эмоций, а потом поняла, что вся перегорела и по отношению к этому существу не испытывает ничего. Теперь она сделает всё, чтобы это подписало ей все необходимые документы, даже то, на что никогда бы не решилась, даже по отношению к врагу. Она отдала приказ Старшему, Среднему и Младшему.

В понедельник Настя стояла у нужного дома и ждала. Существо вышло из подъезда, ведя за руку своего ребёнка. Девочку, примерно Таниного возраста. Оно вело ребёнка в школу. Из машины вышли двое. Удар и существо падает. Ребёнка подхватывают, заклеивают рот, руки и ноги стягивают стяжками и кидают в багажник машины. Укол в шею и ребёнок обмякает. Багажник закрывается, двое садятся в машину, машина неспешно трогается с места и уезжает. Меньше половины минуты по времени и почти в абсолютной тишине. Ни свидетелей, ни улик.

-Здравствуйте, - сказала Настя, подойдя к существу и помогая подняться. - Я к вам. Вы хотели денег. Я принесла вам деньги. У меня нет той суммы, которую вы хотели. У меня здесь всё, что я смогла набрать.

-Вы... Вы... Ты видела, что случилось?! - завопила женщина.

-На вас напали, - сказала Настя.

-Надо звонить в полицию! Боже мой! Моя девочка! Боже мой!

-Клава, что случилось?! - крикнули сверху.

-Наденьку украли! Звони скорее в полицию! Её на машине увезли!

-Как украли?! Кто?! Я сейчас позвоню! Что им сказать?!

-Надю украли!!! Меня ударили и забрали её!!! На машине увезли!!! Звони скорее!!! Скажи, тёмный "Форд"!

-Звоню!

-Что случилось? - спросил ещё кто-то. - Кого украли?

-Дочку мою украли! Наденьку! Господи, кому она понадобилась?!

-Может быть, её какой-нибудь олигарх захотел удочерить, - подала голос Настя. - Она у вас красивая.

Тётка дико на неё посмотрела.

-Ты-ы-ы!!! Это ты её украла! Я убью тебя!!!

Она бросилась на Настю, но Настя легко уклонялась от её неумелых ударов. Из парадной выскочил толстенький мужичок.

-Я позвонил, полиция уже едет!

-Это она Наденьку украла!!! - завопила тётка. - Хватай её!!!

Мужчина не стал спрашивать и думать. Он бросился на Настю, раскрыв объятия. Настя взвизгнула, как будто от испуга, и сделала так, чтобы бегущий, всей своей массой, налетел на выставленный ею локоть. При этом, чтобы локоть попал туда, куда нужно. Локоть попал, и мужчина скорчился у её ног.

-А-а-а!!! Она Борю убила!!! - завопила тётка.

Из подъезда стали выскакивать люди. Настя сделала испуганный вид и сжалась рядом с лежащим мужчиной.

-Хватайте её!!! - вопила тётка. - Это она Наденьку похитила!!! Она Борю убила!!!

У неё началась истерика, и она уже не понимала, что говорит. Настю окружили, но хватать не стали. Видели, что она сама в ужасе, никого не убила, и похищенной Наденьки рядом с ней нет. Клаву тоже окружили и пытались успокоить, но ничего не получалось. Бессвязные выкрики, слёзы и ругательства никакой связанной информации не давали. Мужчина тоже не мог ничего толком сказать. Он с трудом пытался отдышаться. За информацией обратились к Насте, как самой адекватной.

-Что здесь произошло? - строго спросил её мужчина в очках.

-Я не знаю, - залепетала Настя. - Я деньги принесла за дочку. Смотрю, а она лежит. Я подошла, помогла подняться, а она на меня напала и стала бить. А потом он выскочил и тоже стал меня бить. Я его оттолкнула, а он упал.

Информации было мало, она была несвязанной, но главное, как Настя и надеялась, мужчина из её слов вычленил.

-Какие деньги? За какую дочку?

-За... - начала Настя и осеклась. - Это не важно. Я пойду.

-Никуда ты не пойдёшь. Будешь ждать полицию. - Настю окружили и схватили. - Что у тебя в сумке?

-Ничего, - быстро сказала Настя.

-А вот мы сейчас посмотрим! - сказал мужчина. - Ну-ка, отдай сумку!

-Там ничего нет! - крикнула Настя, но её никто не стал слушать.

Сумку отобрали и раскрыли. Кто-то присвистнул. Настя разрыдалась.

-Сколько там? - спросил кто-то.

-Много, - ответили ему.

-Откуда у тебя деньги? - строго спросил мужчина в очках, тряся перед Настей раскрытой сумкой.

-Я собрала. Хотела ей отдать, чтобы она мою дочку не продала! Она сказала, что меньше чем через месяц её продаст! Просила полмиллиона за то, чтобы не продала! Я только пятьдесят тысяч собрала! Почти. Хотела побыстрее ей отдать, поэтому к ней домой пришла!

Настя говорила в полный голос, почти кричала, изображая истерику. Ожидала вопросов, но тут приехала полиция и Настю от расспросов избавили. Мужчина передал сумку полицейским. Толпа передала полицейским Настю. Потом Настя плакала в багажнике полицейского УАЗ-а, а потом её отвезли в отделение полиции. Несколько часов её продержали в камере, а потом перевезли куда-то ещё и уже там начали допрос.

На допросе Настя изложила почти правдивую историю о том, как её шантажировала Клава, и как она собирала деньги, чтобы сделать первый взнос и чтобы шантажистка не продала её дочку. Следователь внимательно её слушал, задал несколько уточняющих вопросов, а потом спросил, почему Настя всё время плачет? Настя пояснила, что теперь её посадят за дачу взятки и о своей дочке она может даже не вспоминать. И что она это переживёт, а вот бедная Танечка жить после такого не сможет. Только-только обретя маму, вновь её потеряет.

Следователь долго смотрел на Настю. Настя под его взглядом прекратила рыдания и уставилась на него, как кролик на удава. Какое-то время они просидели так, глядя друг другу в глаза. Следователь сдался первым и отвёл взгляд.

-Вы понимаете, что предъявляете серьёзные обвинения. Клавдия Васильевна пострадавшее лицо. У неё дочку украли. А вы обвиняете её в торговле детьми. Причём бездоказательно.

-Я не обвиняю! - испугалась Настя. - Я ничего не говорю!

-Да неужели? - показательно удивился следователь. - А вы мне тут историю рассказывали. Это что, не правда?

Настя понурилась на стуле, как будто не зная, что сказать.

-Вы видели похищение ребёнка? - спросил следователь.

-Не видела я, - ответила Настя. - Там везде кусты растут, а я шла и смотрела на номера квартир над подъездами. Я ведь не знала точного адреса.

-Вы долго стояли около дома. Почему?

-Я не могла решиться дать взятку, - снова расплакалась Настя. - Я всё думала, правильно ли поступаю. Но вы поймите меня. Это моя девочка! Она моя дочка! А она её хотела продать.

-Так! - хлопнул ладонью по столу следователь. - Или вы даёте показания, и мы заводим уголовное дело. Или даже не заикайтесь о продаже детей! Мы заводим уголовное дело?

-Не надо, - простонала Настя.

-Тогда придумайте, зачем вы находились у этого дома. Клавдия Васильевна обвиняет вас в похищении своего ребёнка! Это тяжёлые обвинения. Что вы ей сказали, после того, как подняться помогли?

-То, что когда-то она сказала мне. Что она радоваться должна. Возможно, что её дочь захотел удочерить какой-нибудь олигарх. Она у неё красивая.

Следователь вновь очень долго смотрел на Настю. На этот раз Настя первая отвела глаза. Но это не было победой следователя, и он это понимал. Также он понял, что ничего не добьётся от Насти. Настя будет играть дурочку до конца, что бы он ни делал. Через неё он на похищенного ребёнка не выйдет.

-И что мне с вами делать? - вновь спросил он.

-А почему со мной? - спросила Настя. - Вам надо похитителей ловить. Кстати, я слышала, что похитители собирают информацию о жертвах, подключаясь к их домашнему компьютеру. Вам надо забрать домашний компьютер этой женщины и тщательно его проверить на предмет взлома и вирусов. Также вам надо проверить переписку этой женщины. Вдруг она, сама того не зная, переписывалась с преступником. Я такое в кино видела.

-Жизнь - это не кино, - возразил следователь. - Хорошо, я вас отпускаю под подписку о невыезде. В ближайшее время не покидайте город.

-Куда же я поеду? - удивилась Настя. - У меня ведь работа... Ой, я же сегодня пропустила... Меня Андрей Борисович ругать будет.

-Не будет, - усмехнулся следователь. - Он как узнал где вы, так сразу сюда примчался. Уже звонил в Москву, какому-то своему приятелю. Тот уже мне перезвонил и потребовал, чтобы я даже не думал... В общем, крутые у тебя знакомые.

-Это, наверное, Женька Пеструхин. Он старый друг Андрея Борисовича. Он действительно наглый тип. Я ему постоянно говорила, что замужем, а он всё время меня на свидания приглашал.

-Мне это не интересно, - отрезал следователь. - Вот пропуск. Сумка с деньгами уже у Андрея Борисовича. Идите, но помните о подписке. Ваши показания, вполне возможно, мне понадобятся.

-До свидания, - сказала Настя от двери.

-Нет уж. У нас говорят - прощайте.

-Тогда прощайте, - согласилась Настя и вышла из кабинета.

Андрей Борисович ждал её в холле здания. Как только она прошла пост охраны, сдав пропуск, тут же бросился к ней. Обнял. Настя не особо хотела, чтобы её обнимали, но по ситуации поняла, что именно так и должно быть. А ещё поняла, что должна плакать, и разрыдалась в объятиях доктора. Андрей Борисович подхватился и постарался поскорее вывести Настю на улицу. Настя не возражала. Они сели в машину к Андрею Борисовичу и как только поехали Настины слёзы мгновенно высохли. Больше притворяться не было нужды.

-А я не верил, что ты к этому причастна, - прервал молчание Андрей Борисович. - Зачем ты это сделала? Что с ребёнком?

-Мне кажется, что с ребёнком всё в порядке, - сказала Настя. - Никто просто так ребёнка убивать не будет.

-Господи! А ты могла бы убить ребёнка?!

-Нет, не могла бы. Я не эта Клава. Я детей не убиваю.

-А она детей убивает? - спросил Андрей Борисович.

-Она их продаёт. Красивых девочек продаёт взрослым дядям. Нет, она их не убивает. Она их просто продаёт...

-Ты специально такой шум подняла? Чтобы дело замять не смогли?

-А вы как думаете?

-Не важно, что думаю я. Важно, что думает следствие. Сейчас уже областной отдел ФСБ подключается к расследованию. Киднеппинга в городе уже несколько лет не было. Ты уверена, что они не найдут людей похитивших ребёнка?

-Я уверена, что с ребёнком всё в порядке, - сказала Настя.

Разговор на какое-то время прекратился.

-Куда мы едем? - заинтересовалась Настя.

-Ко мне, - ответил Андрей Борисович. - Я решил, что тебе не стоит сегодня возвращаться в общежитие.

-Вы неправильно решили. Одно дело говорить, что меня задержали в полиции по подозрению в похищении ребёнка. Совершенно необоснованно, к слову. А совсем другое, завтра объяснять, где, с кем, и почему я провела ночь... Короче, отвезите, пожалуйста, меня в общежитие.

Андрей Борисович ничего е ответил, но перестроился в другой ряд. На перекрёстке собрался уйти налево. Почти до общежития они не разговаривали.

-Настя, пойми, я тебе не враг, - нарушил молчание Андрей.

-Вы меня тоже поймите. Я к вам отношусь, как к отцу. У меня отца не было, поэтому к любому мужчине старше меня я отношусь именно так.

-А твой муж был младше тебя? - чуть жестковато спросил Андрей и тут же извинился. - Прости, я не должен был...

-Я понимаю. А насчёт мужа... Да, иногда мне казалось, что он младше меня. Не моложе, а младше. Хотя зачастую я рядом с ним чувствовала себя маленькой девочкой. Он всегда больше меня знал, умел, но иногда я что-то знала намного лучше него. Он мог быть для меня и отцом, и старшим братом, и мальчишкой за которым надо присматривать. Но при этом он всегда был сильнее меня. За его спину я всегда могла спрятаться от всех. А потом повиснуть у него на спине и держать, чтобы он не поубивал тех, от кого меня защищал. Мы приехали? Спасибо вам большое. Вы хороший человек. Может быть, когда-нибудь у нас с вами что-то получится, но сейчас я всё ещё люблю мужа.

-Иди отсюда! - с показной злостью прикрикнул Андрей Борисович. - Нужна ты мне! Ишь, чего надумала. Ты мне нужна, как работник на отделении, а не как грелка в мою постель. И только поэтому я о тебе забочусь.

-Как скажете, Андрей Борисович, - улыбнулась Настя. - До встречи. До завтра.

-До завтра. На работу приходи не в шесть, а в восемь, как все. Поняла?

-Как скажете, - повторила Настя и захлопнула дверь машины.

В общежитии всё развивалось так, как Настя и предполагала. Её засыпали вопросами, комендант прочла ей лекцию о недопустимости нарушения закона, потом ей долго сочувствовали и, успокаивая, говорили, что всё образуется, что она обязательно удочерит Таню. Настя всех благодарила, всем, у кого одалживала деньги, обещала вернуть долг. Самое забавное, что Настя даже и не думала о деньгах, пока её не спросили. Сумка так и осталась на заднем сидении машины Андрея Борисовича. Настя призналась в этом и списала такую забывчивость на стресс. Кто-то предложил стресс запить и организовался небольшой сабантуй с вином и разговорами, чего Настя не планировала, однако, пришлось поучаствовать.

На следующий день Настю ждала выволочка от Назарова. Она была ожидаема, но Настя действительно не ожидала от этого, всегда такого спокойного человека, такой бури эмоций. Он чуть не час орал на Настю за её самоуправство. Более того, он пригласил не только её, но и её подельников, и им тоже вставил пистон, за потакание прихотям глупой девки. Настя признавала его правоту, но согласиться с ним не могла. Когда он немного выдохся, она нашла возможность возразить.

-Михаил Александрович, скажите, а если бы я не подняла шум, а просто заявила о факте вымогательства, кто-нибудь начал бы разбираться с этим делом?

-Конечно, начал бы! - вскричал Назаров. - По факту заявления проводится проверка! По каждому факту!

-И через месяц мне бы пришла отписка, что никаких фактов вымогательства найдено не было. А Таня уже была бы продана. А по факту продажи детей тоже ничего не было бы найдено. И жила бы эта нехорошая женщина дальше. Продолжала бы продавать детей, вымогать взятки и шантажировать одиноких матерей угрозой отъёма ребёнка. А сейчас, ну... Посмотреть приятно. Интересно, следователь уже изъял компьютер? А на нём столько информации о противозаконных делах...

-А ты откуда об этом знаешь? - мрачно поинтересовался Назаров.

-Так я проверила. Вернее, технари проверили. И даже копию сняли. Если эта дрянь успеет до изъятия информацию потереть, то технари зальют копию обратно и жёнщина сядет.

-Но ребёнка, зачем надо было похищать?! - рявкнул Назаров.

-Я же объяснила. Чтобы торговка детьми была в расстроенных чувствах. Чтобы думала о том, как ребёнка своего вернуть, а не о компромате на жёстком диске. Думаю, что через пару дней ребёнок к ней вернётся. Или, может быть, не возвращать? Продать кому-нибудь. Есть пара из Испании...

-Чтобы вернули ребёнка сегодня же!!! - заорал Назаров. - Вы что, с ума посходили?! Прямо сегодня чтобы вернули!!! Я на многое готов пойти, но похищение детей - не для меня! Настя, ты же сама говорила, что...

-Я говорила?!! Я даже представить себе не могла, что встречусь с торговлей детьми! Что самое весёлое - почти законной торговлей! А ведь у неё своя дочь есть! А она мою продать решила! Пусть теперь полной ложкой своего дерьма пожрёт! Как она мне сказала? Девочке лучше будет в Испании, чем со мной? Я вот тоже думаю, что девочке будет лучше в Испании, чем с такой матерью! Всё вы правильно сказали, Михаил Александрович, не буду я ей ребёнка возвращать. Продам испанцам.

-Я этого не говорил!!! Где вы ребёнка держите?!! Я сам пойду и заберу её! Прямо сейчас пойду! Настя, ты соображаешь, что говоришь?!

-Материнский инстинкт, - многозначительно сказал Старший. - Мозги напрочь отключились. На её ребёнка покусились. Она неадекватную реакцию даёт.

-А ты видишь, что она неадекватна, чего выполняешь её команды? - вызверился на него Назаров.

-Она мне платит, - пожал плечами Старший.

-Я тоже тебе плачу. Значит так. Теперь любой Настин приказ вы подтверждаете у меня, и только потом выполняете. Понятно?!

-Не будет это работать, - сказала Настя. - Сложная схема. Быстрой реакции не будет.

Старший, жестом остановил готового взорваться Назарова.

-Давайте так. Вы вместе разрабатываете и согласовываете планы, а потом, в рамках разработанного плана, мы действуем по приказу. Тогда никаких вопросов и проблем не будет.

-Нас двое, - заметила Настя. - Что делать, если я буду против плана разработанного...

-Тогда вы должны будете убедить нас в том, чей план лучше. Сейчас мы говорим о ребёнке. О его продаже. Настя убеди нас в том, что ребёнка надо продать. Приведи аргументы.

Младший наклонился к Среднему и громким шёпотом, так, чтобы все слышали, сказал:

-Во он задвигает, прямо как наш психолог.

-От него и научился, - огрызнулся Старший. - А вам ещё учиться и учиться. Так что насчёт аргументов?

-Нет у меня аргументов, - призналась Настя. - Но ребёнка вернём только после того, как следователь скачает и проверит всю информацию с компьютера. И не раньше. Я не хочу, чтобы дело закрыли.

-А почему? - спросил Назаров. - Выгоднее вернуть ребёнка и закрыть дело. Тётка будет знать, на что ты способна, и поостережётся тебе перечить. Стоит только намекнуть на повторное похищение, и она будет в суде всеми силами поддерживать твою кандидатуру.

-А потом снова начнёт торговать детьми? Нет уж. Я её посажу.

-А зачем? - вдруг спросил Средний. - Вернём ребёнка, всё устаканится, она за тебя проголосует... или что там... а потом убьём её и всё. Такой план должен всех устроить. И Настю и Михаила.

-Меня не устраивает, - сразу сказал Назаров.

-Меня тоже,- призналась Настя. - Если её труп свяжут со мной, то не видать мне удочерения...

-А как свяжут? Если мы правильно сработаем...

-Я не сомневаюсь в вашем профессионализме, но даже подозрений будет достаточно.

-А сейчас? - спросил Назаров. - Тебя не смутило то, что ты чуть под следствие не попала за дачу взятки? Стоил твой план такого риска? Хорошо, что Женя вмешался, а то тебе бы и деньги не вернули. Как бы ты объяснялась с теми, кто тебе деньги одалживал. Кстати, откуда, точнее, от кого ты столько денег получила?

-Там заняла, там отдала, - неопределённо ответила Настя. - Мы сейчас не об этом говорим. Михаил Александрович, я думаю, что вы правы. Ребёнка надо вернуть и держать тварь на крючке. Что с ней делать после суда - мы решим после суда.

-Я против убийства, - сразу сказал Назаров.

-У меня есть копия информации с её компьютера. Отправим куда надо. Мы пообещаем не убивать её, или её дочь. Не сажать её - мы не пообещаем.

-Отличный план, - одобрил Старший. - Нам с ребёнком особой возни нет, но всё равно, заниматься надо. Чем быстрее от него избавимся - тем лучше.

-Вот и договорились, - кивнула Настя. - Продумайте, как вернуть ребёнка, а мы пока с Михаилом Александровичем пообщаемся на определённые темы. Вам они не интересны.

Ребёнка вернули буквально через час. Оставили угнанную машину с ребёнком в багажнике на людной улице. Девочка очнулась, начала кричать, биться о крышку багажника, её услышали и достали. Через час она уже была дома. Но план Назарова не удался. Следователи уже изъяли всю оргтехнику из дома Клавы, на её компьютере нашли множество свидетельств её преступной деятельности и делу был дан ход. Клаву арестовали. Нельзя сказать, чтобы Настя не была довольна этим, но она понимала, что теперь ей придётся работать с другим человеком из органов опёки, а ещё неизвестно каким он окажется. Вдруг он будет хуже Клавы?

Работа, подготовка к новой продаже вещества, подбор клиентов, всё это снова затянуло Настю в круговорот жизни. Она была рада этому. Специально бралась за все возможные дела, чтобы не вспоминать. Забыть о Говоруне, забыть Зону. Вспоминать, как будто это было кино, в котором она не участвовала, но очень сильно сопереживала главной героине. У неё почти получилось, но всё равно, как только у неё выдавалась свободная минутка, мысли возвращались к Саше. Настя старалась постоянно быть занятой, чтобы не думать.

Такая работоспособность привела к тому, что дела начали выправляться. Настя организовала слежку за зятем Прусака. Теперь тот шагу не мог ступить без присмотра её людей, а технари писали все его разговоры. Она переделала схему обмена денег на вещество. Теперь она открыто встречалась с покупателем, отдавала вещество и получала деньги. Если ей задавали вопросы, то она объясняла, что отрабатывает долг, а сама к продажам не имеет никакого отношения. Дошло до того, что обмен она произвела прямо на отделении.

Назаров злился на неё за такой риск, но Настя чувствовала людей и прекрасно понимала, кому нельзя доверять, а кто будет молчать даже под пытками, и не скажет, кто передал ему вещество. Так и получалось. Дважды покупателей вызывали в районный отдел ФСБ и задавали вопросы, но Настю никто не сдал. Если Настя видела, что человек не надёжен, то обмен проходил по обычной схеме. Это нужно было ещё для того, чтобы люди зятя переключили своё внимание с Андрея Борисовича. Очень уж серьёзные волнения начались вокруг него в последнее время.

Настя так и не смогла признаться Егору Владимировичу, что завербовала всех его учеников. Ученикам тоже не разрешила говорить об этом. Они начали занятия по изучению оружия, тактике малых диверсионных подразделений, и всё это в тайне от учителя. За две недели достигли выдающихся результатов. По крайней мере, бывшие спецы ГРУ признались Насте, что никак не ожидали такого прогресса, хоть и считали, что бросать ребят в бой пока нельзя, и ещё долго такой возможности не будет, но если учёба продолжится такими темпами, то это "долго" закончится месяца через два.

С бывшими спецами тоже намечался прогресс. Психолог был в восторге. Двое из трёх демонстрировали положительную динамику, переставая быть отмороженными убийцами. Только Средний так и оставался букой, но психолог уверял, что со временем сможет его расшевелить. У Младшего завязались отношения с Леной из секции. Настя с Ксюшей поругали её за то, что спит с начальством, но Лена была так счастлива, что Настя решила не препятствовать. Тем более, что Лену когда-то изнасиловали и она стала ненавидеть мужчин. А если нашёлся мужчина, который смог преодолеть эту ненависть, то делать что-то, чтобы они расстались - просто подлость.

Региональный отдел ФСБ продолжал разыскивать продавцов аномального вещества, но делал это только для галочки. Курировал это всё Пеструхин, поэтому Насте нечего было бояться с этой стороны. Она всё равно отслеживала работу отдела, вдруг там появится энтузиаст, который захочет выслужиться, накрыв банду, но делала это время от времени. Гораздо больше её начинали беспокоить бандиты. За ними технари установили плотную слежку. В принципе, если бы Настя хотела избавиться от бандитов, ей достаточно было бы передать записи разговоров и результаты слежки в ФСБ. Бандитов бы закрыли надолго. Доказательств хватало. Назаров так и предлагал сделать, но Пеструхин посоветовал Насте сделать по-другому.

Чтобы в дальнейшем на Настю никто не покушался, Настя должна была показать себя жестоким человеком, который будет любыми способами защищать свой бизнес. Пеструхин предложил Насте убить всех, кто сейчас на неё охотится. Он даже разрешение от вышестоящего начальства получил. Мотивировал это тем, что Прусак не вечен. Может прожить ещё лет двадцать, а может завтра не проснуться. После его смерти начнётся делёжка власти и все, кто сейчас работает с зятем Прусака, будут убиты. Им так и так умирать, а если их убьёт Настя, то это пойдёт ей на пользу.

Настя отказалась наотрез. Владислава она уже приговорила, но остальные из его команды ей ничего плохого не сделали. Убивать их просто так - она не собиралась, даже для своей пользы. Она потребовала от Пеструхина информацию по преступным группировкам. Он отказал. Материалы нельзя было выносить за пределы здания, где с ними работали. Тогда она отправилась в Москву, встретилась с Пеструхиным, изучила информацию и предложила выход. По результатам её работы, Настю вызвал к себе непосредственный начальник майора.

-Настя! - встал он ей навстречу, как только она вошла в кабинет. - Наслышан, наслышан. Рад встрече. Артём Виталиевич. Должностью, званием козырять не буду, но являюсь начальником этого охламона и ещё нескольких таких. Давайте присядем и выпьем немного. Ах, да! Вы ведь не пьёте. Женя говорил. Тогда может быть, чаю? Или кофе?

-Ваше обхождение меня настораживает. Вам что-то от меня нужно?

-Ну, конечно же, мне от вас что-то нужно, но я просто стараюсь быть вежливым. Кстати, уже поздно. Где вы остановились? Или мне позволено будет пригласить вас на скромный ужин, а потом пригласить в гости? Не подумайте ничего такого! Я вас с женой познакомлю. Дочка у меня вашего возраста. Просто хотелось бы получше вас узнать.

-Дальше будет море лести, куча комплиментов, - улыбнулась Настя. - Вы меня пугаете.

-Вам совершенно нечего бояться! А что же мы стоим? Присаживайтесь, прошу вас. Женя, попроси Наташу подать чай. У меня две секретарши, - доверительно прошептал он Насте. - Одна для работы, а другая - кофеноска для секса. Сейчас вы увидите вторую. Оцените её, я доверяю вашему мнению.

С подносом вошла девушка. Модельная внешность, высокий рост, одета так, чтобы подчеркнуть всё, что можно. По виду - шалава. Но что-то Настю насторожило. Девушка поставила поднос на столик, томным голосом спросила, не нужно ли что-то ещё, и, после повелительного взмаха руки, вышла за дверь. Артём Витальевич подвинул к Насте блюдце, указал на сахарницу и вопросительно задрал бровь. Настя покачала головой. Некоторое время все в молчании пили чай.

-У вас прекрасный чай, - прервала молчание Настя. - Скажите, а это ваша жена, там на фотографии?

-Да, это моя жена. Конечно, сейчас она старше, а когда-то она была такой. А когда-то она была вашего возраста... Но не будем о ней. Как вам моя секретарша?

-Плохая актриса, - сказала Настя.

-В смысле? - удивился Артём Витальевич.

-Плохо играет шалаву. Скажите, а какое у неё звание?

-Я ей ничего не говорил, - удивлённо сказал Пеструхин.

-Уверен, что это так. Настенька, а почему вы решили, что у моей секретарши есть звание?

-Одеваться не умеет. Тут сложно объяснить, но... Вот понимаете... Она привыкла к форме... Нет, не так. Она всегда ходит в форме, одетой по уставу. У неё характер по уставу. Понимаете?

-Кажется да, - кивнул Артём Витальевич. - Как вы это поняли?

-Она одежду проститутки надела по уставу. В смысле, как форму.

-Настя, можно вас попросить? - серьёзно сказал Артём Витальевич. - Подумайте над этим вопросом. Изложите подробный ответ на бумаге и отдайте вашему непосредственному куратору. Майору Пеструхину. Он передаст мне, а я почитаю. Рад, что не ошибся в вас. Женя предоставил мне ваш проект по ликвидации банды Владислава Альбертовича Горбылёва, по кличке Горбыль. Скажите, если вы не хотите ликвидировать банду, зачем вам ликвидировать главаря? С вашей информацией вы вполне можете дискредитировать его. Тогда его свои же убьют.

-Есть несколько причин. Он охотится за мной. Если я его убью, то покажу себя, если просто сдам, то меня и дальше будут пробовать на прочность. Вторая причина - его смерти хочет Прусак. Он не говорил этого напрямую, но завуалировано намекнул, что хочет от меня голову зятя. Третья причина - Владислав мне просто не нравится. Из-за его слежки, я уже неделю не виделась с дочерью.

-А у вас есть дочь? - искренне удивился Витальевич. - Впрочем, сейчас не об этом. Хорошо, я вас понял. Даю добро. Действуйте так, как сочтёте нужным. Только маленькая просьба. Пишите отчёты и отправляйте Евгению, как вашему непосредственному куратору. Скажите, а вы не хотите после учёбы пойти на службу в мой отдел? Не торопитесь отвечать. Подумайте. У вас ещё несколько лет впереди. Да, и готовьтесь к переводу. МОИЗ, с исчезновением Зоны, будет реструктурирован. Если надумаете работать у нас, то я переведу вас к себе с сохранением звания.

-А если не надумаю? - уточнила Настя.

-Тогда вас заберёт себе другой человек. Звание не сохранит, посадит в душном кабинете и заставит перебирать бумажки. Вы ведь хотели заняться медициной? Развитие отрасли какого-то медицинского оборудования. Даже если вы вложите все свои деньги - это будет всё равно меньше, чем вложат другие. Вы будете младшим партнёром. На вас свалят всю текучку и похоронят в бумагах.

-Мне пока рано об этом думать, - после паузы сказала Настя. - Никто не знает, как жизнь повернётся.

-Да, никто не знает, но планировать жизнь всё равно надо. Женя вам расскажет о нашей работе. Подумайте и решите. Лучше сделайте это до реорганизации. Так! Все вопросы мы обсудили, кроме главного! Настенька, а где вы сегодня ночуете? Моё предложение о ресторане и моей роскошной квартире остаётся в силе. Если вы его примете, гарантирую вам незабываемую ночь... в кругу моей семьи. Каков ваш положительный ответ?

-Мой ответ положительно отрицательный. Я уже машину заказала. Переночую в Рязани. Утром хочу с дочерью встретиться. Мы с ней в цирк пойдём.

-Славно, славно. Что ж, не буду вас задерживать. Хотя, задержитесь на минутку. Какой номер у вашей машины? Такси, да? Нет? А что? Бентли?! Вы водите Бентли? А, у вас водитель. Как?! У вас Бентли с водителем?! Вы не перестаёте меня поражать. Я выделю вам машину сопровождения до границ Москвы, чтобы вы быстрее доехали. Спускайтесь по правой лестнице. Ваша машина стоит ближе к ней. Сопровождение сейчас подъедет. Теперь действительно, до свидания.

-До свидания, Артём Витальевич, - сказала Настя, уже выходя из кабинета.

В ответ он только махнул рукой.

Следующий день Настя провела с Таней и ни о чём не думала. Они ходили в цирк, потом на аттракционы. Потом они просто гуляли по городу. В это время к ним присоединился Серёжа, и они гуляли втроём. Настя про себя изумлялась. Детей стало в два раза больше, но проблемы увеличились в десять раз. Дети воевали за её внимание, даже дрались. Устраивали какие-то нелепые соревнования, которые продолжаясь, могли привести к печальным последствиям. Один раз умудрились даже потеряться. Настя только вечером поняла, как ей это было нужно. За весь день она ни разу не вспомнила о Говоруне.

Таня переночевала у Насти, а утром они вместе делали Танино домашнее задание. Таня была отстающей в классе, и Настя целый день занималась с ней, стараясь объяснить материал ребёнку так, чтобы она поняла. Таня действительно понимала и удивлялась, как это у Насти получается так понятно всё объяснять. Оказалось, что в школе, им объясняют, но если обычный ребёнок не понял, то ему стараются подсказать, пояснить, а детдомовских детей игнорируют. Да и дома им никто не объяснит. Настя разозлилась, когда узнала об этом, но потом поняла, что изменить это не сможет и смирилась. Она сама научит Таню всему, чему нужно.

В первую очередь, исправит Тане почерк. Её почерком никто не занимался, и писала девочка, как курица лапой. Прописные буквы соседствовали с печатными, а все буквы на строке стояли вкривь и вкось. Настя заставила Таню сесть и начала с палочек и крючочков. Таня старательно училась, но получалось у неё откровенно плохо. Тогда Настя вспомнила, как её учила мама. Почти до конца дня, Таня весело разрисовывала листы бумаги каракулями. Все посмеивались над такой учёбой, но к вечеру почерк у Тани заметно улучшился. Настя долго объясняла всем, почему так получилось. Все удивлялись и брали на заметку. Каждая уже прикидывала, как будет учить своих детей.

Выходные пролетели незаметно. Утром Настя отвезла Таню прямо в школу. Они расстались. При этом Настя предупредила Таню, что возможно не сможет даже позвонить, так будет занята. Взяла с Тани слово, что она не будет волноваться. Потом они расстались. И на Настю сразу навалилась куча дел. Пеструхин дал ей контакты торговцев оружием. Надо было связаться с ними, договориться и отправить к ним человека за товаром. Потом должны были состояться продажи вещества, а после продаж нужно было разобраться наконец с Владиславом Альбертовичем. На этой неделе Насте нужно было ещё раз сходить в органы опёки к новому работнику, подменяющему Клаву. А ещё нужно было признаться Егору Владимировичу. Настя начала с самого простого. Позвонила торговцам оружием.

-Вахтанг? Здравствуйте. - Настя не пользовалась скремблером и никак не меняла голос. - Я Училка. Мне ваш телефон дал один человек, но просил на него не ссылаться. Если вам нужны какие-то рекомендации, то Прусак подтвердит, что я это я.

-Вай, дэвушка! Как много слов! Да, я Вахтанг. Что ты говоришь? Кого ты училка? Не понимаю.

-Вы прекрасно всё понимаете. Вы приехали в Тулу из Астрахани. Вы русский, но отец у вас узбек. От него вы унаследовали внешность и манеру разговаривать. В Туле проживаете... Впрочем, вы сами прекрасно знаете, где живёте. Зарабатываете на жизнь мелкооптовой торговлей. А ещё вы торгуете не совсем законным товаром. Я имею в виду товар, принятый без накладных, а иногда пересёкший границу не совсем законным образом. Тот, что пересекает границу, меня нисколько не интересует. Мне нужен тот, что производится здесь. Самый дорогой и в больших количествах. Я за отечественного производителя.

-Так я овощи, фрукты торгую. Тебе фрукты нужны?

-Да, маслины. Если в коробках, то штук сто, а в штуках получается десять тысяч.

-Э-э-э! О чём говоришь? Маслины - заграничный товар.

-Мне нужны маслины местного производства. Причём особого сорта. Впрочем, это беспредметный разговор. Насколько я знаю, вы высылаете адрес электронной почты, и туда я скидываю пожелания и желаемые цены на товар. Вы сейчас можете мне скинуть адрес?

-Я всё могу. Только не понимаю. Какой адрес? Что ты хочешь купить? Кто тебе про старого Вахтанга сказал?

-Это не важно. Если вы меня не понимаете, то я очень извиняюсь...

-Это правильно, это хорошо. Хорошо, что извиняешься. Правильно тебя родители воспитали. Вежливой. Ошиблась ты, с кем не бывает? Не понимаю я тебя. Не понимаю, о чём говоришь.

-Простите Вахтанг, но если вы меня не поймёте, я должна буду приехать в Тулу сама.

-Приезжай, у нас красивый город. Много можно достопримечательностей посмотреть. Только если ты сама к Вахтангу придёшь, старый Вахтанг тебе не поможет. Не поймёт он тебя, даже при личной встрече.

-А я не к Вахтангу приеду, а к Земляку. Его телефонный номер я не знаю, но адрес у меня есть.

-Ну, он твой земляк, почему бы тебе к нему не приехать?

-Действительно, - с сарказмом сказала Настя. - Только я к нему домой не приеду. Там у него жена. Детей двое. Я к нему на работу приеду. Какой там адрес? Промзона. Ангар тридцать три? Там ведь он работает? А? Ворота номер семь. Мне туда заявиться, или не станем занятого человека беспокоить?

-Давай серьёзно, - сменил тон Вахтанг. - Кто нас сдал?

-Не знаю, но советую оставить всё как есть. О вас знают и держат под контролем. Как и ваших клиентов. Не смотря на это, я хочу стать вашим клиентом. При этом, если у вас есть законный товар, я его тоже возьму.

-А какой вас интересует больше?

-Незаконный. Незаконный и тихий. Я шума не люблю. Законный - может быть любым.

-Хорошо. Куда мне отправить прайс?

-Я выслала вам СМС. Там адрес почты. Дальше только переписка. От меня приедет человек за товаром. Заберёт там, где вы скажете.

-А доставка не нужна? - немного удивился Вахтанг.

-А вы доставите? - в свою очередь, удивилась Настя. - Пообщайтесь в переписке с моим человеком. Я доверяю ему в вопросах оружия. Как он скажет, так и будет. До свидания уважаемый Вахтанг. Было приятно с вами пообщаться.

-До свидания красивая Девушка. Звони Вахтангу если фруктов персиков захочешь.

-Ой, простите! Совсем забыла! Мой человек захочет набрать всего и много. Вахтанг, у меня бюджет только пять, и в рублях. Пожалуйста, учитывайте это. А то он наберёт, а я оплатить не смогу. Мне будет очень неудобно, а наши хорошие отношения сойдут на нет. Если пожелаете, то я вам кину деньги на счёт прямо сегодня. Мне вас рекомендовали, как исключительно честного человека.

-Не надо. Выберет человек товар. Сама список посмотри. Потом оплати. Потом получи. А ты наликом можешь заплатить?

Настя задумалась.

-Простите, мне нужно было подумать, - извинилась она за ожидание. - В теории да. Только мне бы хотелось, чтобы вы полученные наличные не тратили в своём регионе и не сразу всю сумму.

-Я тебе СМС-ку переслал. Свяжись со мной по этому адресу. Твой человек пусть товар смотрит, а мы с тобой за деньги будем разговаривать.

-Хорошо, - вздохнула Настя. - Теперь я понимаю, что не всё может мой человек решить.

-Э-э-э... О чём говоришь? Проведём первую сделку, дальше самой ничего не надо будет делать. Там уже свои люди между собой договорятся.

-Вы правы. Ещё раз, до свидания. Я вечером напишу вам письмо. Где-то после шести.

-Когда хочешь пиши, красавица. Твоё письмо ждать буду. Целую тебя на прощание.

-До свидания, - повторила Настя и сбросила звонок.

Немного посидела, прокручивая в голове разговор, а потом спохватилась и побежала на работу.

Подготовка к продаже вещества шла полным ходом. На среду были запланированы звонки. Покупатели были намечены, проверены и даже готовы были платить. Никаких проблем не ожидалось. Оставалось только позвонить и сделать предложение. Всё было как обычно, но случилась даже не проблема, а катастрофа. Настю вызвал к себе Андрей Борисович. В его кабинете сидела заплаканная женщина. Настя узнала в ней одну из своих потенциальных клиенток.

-Вот, Настя, познакомься. Нина Степановна. У Нины Степановны сын в нашем отделении лежит. Алёша, ты его знаешь. Так вот... Нина Степановна получила предложение купить аномальное вещество. Отдала деньги, а взамен ничего не получила. Представляешь, как она расстроена?

Настя стояла ошарашенная новостью и не знала, что сказать.

-Она все сбережения отдала. Ей по секрету сказали, что здесь её сына со стопроцентной гарантией вылечат. Они сюда приехали, к нам на отделение устроились. Им позвонили и они даже не думали сомневаться, а лекарство не получили. Интересно, как это понимать? М-м-м?.. Может быть, людей обманывать начали? Может быть, люди должны сходить в прокуратуру и заявление написать на плохих работников?

-Каких работников? - удивилась Настя.

-Которые лекарство вовремя не выдали! А потом прокуратура проверит наше отделение и накажет нерадивых работников...

-Лишением премий и тихим нагоняем, - подхватила Настя, придя в себя после шокирующей новости. - Андрей Борисович, вы так говорите, как будто я имею к этому хоть какое-то отношение.

-А ты не имеешь?! - с сарказмом спросил Андрей. - Все знают, что ты на тех людей работаешь.

-Я на них не работаю, - возразила Настя. - Я отрабатываю долг. Я всего лишь курьер. Беру пробирку там, где мне скажут. Несу деньги, куда укажут. К преступным делам не имею никакого отношения.

-Настя, я очень хочу понять, почему заплативший деньги человек не получил товар?

-Я не знаю, - развела руками Настя. - Может быть, накладка произошла...

-Пожалуйста, - вдруг вмешалась женщина. - Это все наши деньги. У нас больше нет... Мой мальчик умрёт без лекарства. Пожалуйста, попросите их дать нам лекарство.

-Кого? - искренне удивилась Настя. - Не я им звоню, они со мной связываются. Если свяжутся, то я им скажу о вашей проблеме.

-Пожалуйста, хоть что-то, - продолжала просить Нина. - Я не знаю, что делать. Я даже не знаю, как деньги отдавать тем, у кого занимала.

-Сколько вы отдали за лекарство? - подозревая страшное, спросила Настя.

-Миллион двести, - разрыдавшись, ответила Нина. - Они сначала просили полмиллиона, а потом сказали, что лекарства мало и стоить оно будет дороже. Мы последнее собрали. Кредит взяли. У всех родственников одолжились. Меня обманули-и-и!!!

У женщины началась истерика. Она повалилась на пол и начала кататься. Андрей Борисович бросился к ней. В комнату заглянула старшая сестра и тоже бросилась к женщине. Настя тоже присоединилась. Кое-как они подняли женщину, усадили на диван в кабинете, Андрей Борисович налил коньяка в стакан, подал Нине, но она не могла сама удержать стакан, так у неё тряслись руки. Выпить коньяк помогла ей Настя, удерживая стакан у её губ. Через пару минут, кабинет наполнился людьми, а Настя выскользнула из кабинета и сбежала в один неприметный закуток, который нашла, когда проводила уборку. Спряталась там и начала обзванивать всех подряд, не слишком соблюдая конспирацию.

Произошедшее было невероятно, невозможно, но оно было. Однако, весь масштаб трагедии Настя поняла, когда связалась с Назаровым. Ещё двух потенциальных клиентов перехватили и обокрали. Назаров был в ужасе. Он предполагал, что их вычислили, теперь за их счёт обогатятся, а потом сдадут властям как мошенников. Он требовал, чтобы Настя срочно бежала из больницы, а затем из города. Настя чуть вновь не поддалась панике, но потом паника Назарова наоборот, успокоила её. Настя чётко отдала приказы и сбросила звонок. Потом села и начала усердно обдумывать ситуацию.

Можно было предположить, что их вычислили и теперь сдадут, предварительно обобрав людей. Вот только, Настя не могла представить, каким образом на них вышли? Если уж спецы ФСБ не смогли сходу найти их, если бандиты уже которую неделю пытаются и не могут, то кто ещё смог бы сделать это? Что может быть известно постороннему человеку. Не совсем постороннему, если быть точным. Например, что к этому времени смогли узнать бандиты? Бандиты узнали, что люди приезжают в больницу и ждут. Им звонят и называют сумму. Люди готовят эту сумму. Потом ещё один звонок и деньги оставляются в определённом месте. А потом люди получают лекарство. Возможны вариации, но основная схема именно такая. Вот и всё, что выяснили бандиты. Но это не тайна. Это известно всем. А дальше этого они не продвинулись ни на миллиметр.

"Известно всем". Настю почему-то зацепили эти слова. Если всем известно - значит... Мысль на этом останавливалась. Настя никак не могла продолжить мысль, но что-то не давало ей покоя. Настя заставила себя успокоиться и пустить мысли на самотёк. Не думать, не рассуждать, а просто медитировать. И ответ пришёл чуть не мгновенно. Настя даже засмеялась от того, что сразу не поняла.

Кто-то, знающий, как работает схема, воспользовался ею, перехватив Настиных клиентов. Люди приехали и стали ждать звонка. Пока Настя выясняла подноготную будущих клиентов, некий мошенник позвонил и обобрал людей. Люди знали, что им позвонят, они знали, что надо доверять звонящему, они отдали деньги и ничего не получили взамен. Настя дискредитирована, а мошенник уйдёт в сторону и сделает вид, что ни при чём.

Настя восхитилась тем, как её переиграли. Она позвонила Назарову, и он подтвердил ей, что всех клиентов перехватили. Более того, купить артефакт предложили даже тем, кого Настя не планировала в клиенты. Многие уже отдали деньги и сейчас ждут обещанного лекарства. Настя быстро прикинула и спросила о тех, кто ещё не отдал деньги. Такие были. Настя объяснила Назарову ситуацию и перезвонила технарям. Они Настю выслушали внимательно, сделали свои замечания по её плану, но в целом приняли его. Настя довольная отправилась на отделение. Уже ночью, лёжа в подвале на ледяном бетоне, голая, избитая, Настя утешала себя тем, что в каждом плане возникают небольшие накладки.

Сначала план выполнялся просто великолепно. Как и ожидалось, обманутые люди отправились высказывать претензии Андрею Борисовичу. Никто не верил, что он не причастен к продажам. Тот уверял людей, что не имеет к продажам никакого отношения и отправлял их к Насте. Настя всех уверяла, что тоже ничего не знает, а всего лишь, пару раз, отрабатывая долг за вылеченного ребёнка, передала лекарство и забрала деньги; что если ей позвонят, то она обязательно спросит о том, почему люди не получили лекарство. Насте не верили, грозили полицией, а также расправой. Поскольку люди всё прибывали, обманутых было много, Настя сочла за лучшее сбежать. За территорией больницы её перехватили бандиты.

Разумеется, следя за Настей и отделением, они не могли не обратить внимания на происходящее. Настя знала, что они установили микрофон в кабинете Андрея Борисовича. Догадывалась, что микрофон записывает разговоры. Сейчас они уже прослушали записи последних часов и понимали, что случилось. Также у них появилась твёрдая уверенность, что Настя работала на разыскиваемых ими людей, что она точно что-то может знать, ведь очень правдиво врёт, что ничего не знает. Также у них была уверенность, что кинув всех, кого можно, Училка соскочит. Что это кидалово - её последний аккорд, и теперь отыскать её станет невозможно. Им стало жизненно необходимо захватить Настю. А тут она сама вышла к ним. Они не могли не воспользоваться этим шансом.

Единственное, чего Настя никак не ожидала, что затащив её в машину, её будут сразу бить, даже ничего не спрашивая. Бил её сам Владислав. Рот ей заклеили, руки стянули стяжками, и он наслаждался, избивая её. Настя сымитировала потерю сознания, но и после этого он продолжил её бить, пока ему не указали на то, что Настя никак на его удары не реагирует. Тогда только он успокоился.

Настя могла бы потерпеть избиение. В тесной машине удары Влада были не такими уж сильными. Но понятно было, что тот не остановится, пока не унизит её, не втопчет в землю. Такой у него мерзкий характер. Избиение продолжилось бы дальше, а Насте это было не нужно. Она притворилась, а бить безвольное тело Владиславу интереса не было. Машина куда-то ехала. Насте оставалось только ждать.

-Слушай, а если она ничего не знает? - спросил вдруг кто-то.

-И чё? - спросили его в ответ. - По любому чё-то знает. Верно шеф?

-Знает она, - лениво сказал Владислав. - А не знает, так пофиг. Я эту суку давно хочу вежливости поучить. Помнишь, как она меня посылала? Ну, тогда, в больнице.

-Да вы чё, шеф? Эта коза вас послала? Вам надо было её ещё тогда прикончить.

-Сейчас прикончим. Только сначала допросим, как следует. Едь аккуратнее. Не хватало сейчас на кого нарваться.

-Через пару минут будем на месте. Да нет здесь никого! - ответил ещё один человек, видимо водитель. - Ваши соседи только на выходных приезжают. А патруль сегодня не дежурит. У них там праздник...

-Мне это не интересно, - отрезал Владислав. - Рули давай. Не гуди у ворот. Выйди и сам открой.

-Понял шеф, сделаем, - ответил водитель.

Когда Настю вытаскивали из машины, она сделала вид, что пришла в себя. Огляделась совершенно безумным взглядом, увидела Владислава и принялась жестами умолять его отпустить её. Он пару раз её ударил и велел заткнуться, а потом приказал тащить её в подвал. Подвал, совмещённый с гаражом, не был завален всяким хламом, но кое-какой инструмент в нём был. Также там был тельфер для снятия двигателя, и несколько ёмкостей для слива жидкостей. Гараж, где можно провести качественный ремонт, если только добавить инструмента. Но когда Настю подвесили на крюке тельфера, а под ноги подсунули ёмкость, Настя поняла, что ремонтом тут и не пахнет. Скорее всего, сейчас начнут ломать. И можно даже догадаться кого.

Как она начала визжать, когда Владислав подошёл к ней с ножом. Как она выгибалась, отстраняясь, когда он её резал. Крики перешли в хрипы, а потом Настя описалась и повисла, не реагируя на тычки ножом. Владислав привёл её в чувство, ещё немного потыкал ножом, но видя, что она реагирует слабо, разозлился и ударил. Настя охнула и сделала вид, что отключилась.

-Шеф, не перестарайтесь, - встревожено сказал помошник Владислава. - Нам её допросить надо.

-Да, точно, - спохватился Владислав. - Эй, ты! А ну, приходи в сознание.

-У-у-уу! - провыла Настя, приоткрыв глаза.

-Давай, давай. Поняла, что мы можем с тобой сделать?

-У-у-у... - повторила Настя.

-Ты давай не укай! Ты рассказывай. На кого работаешь.

-Не надо... не надо меня... - забормотала Настя.

-Что? Не слышу. Ты что сказала? Ты на мой вопрос не ответила? А получи!

Настя чуть действительно не отправилась в обморок от очередного удара.

-Шеф, вы её убьёте, - вновь вмешался помошник. - Давайте я...

-Давай ты. Я пойду наверх. Подожду. А ты узнай у неё всё и мне всё перескажешь.

Владислав ушёл. С ним ушли и остальные. Остался только помошник и Настя.

-Эй, очнись, - похлопал помошник Настю по щеке. - Эй!

-У-у-у, не бейте-е-е ме-е-ня-а-а, - провыла Настя.

-Ну что ты. Не буду я тебя бить. А шеф ушёл. Знаешь, если ты всё сейчас расскажешь, то когда он вернётся, то не будет таким злым и не будет тебя бить. Давай, ты мне всё расскажешь.

-Я ничего не знаю, - пробормотала Настя.

-А, ну тогда ладно. Я пойду, а ты подожди. Шеф скоро придёт.

-Не надо! Я... Не надо!!!

-Тише, зачем ты так кричишь? Ты не кричи, ты лучше рассказывай.

-Я всё расскажу. Всё. Меня заставили. У меня денег не было, а мне предложили заработать. Передать ампулу и забрать чемодан. Я согласилась. Но я ничего больше не делала. Я деньги оставляла в укромном месте и уходила, а больше ничего не делала!

-Тише, я тебе верю. Это всё, что ты можешь рассказать?

-Нет. Я расскажу. Я так поняла, что лекарства, вещества, которое... ну...

-Я понял, - кивнул помощник.

-Да, так вот. Когда Зона пропала, то вещества не стало. Неоткуда его стало брать. Поэтому женщина, которая со мной разговаривала, решила собрать деньги и сбежать.

-Как ты это поняла?

-Она как-то сказала, что я ей долг не успею отработать. Что она на меня потратила слишком много.

-Вы с ней встречались?

-Нет, она по телефону так сказала. Отпустите меня. Не убивайте. Я вам всё расскажу. Я скажу, кто эта женщина.

-Ты знаешь? Откуда?

-Отпустите, я расскажу.

-Да ты и так расскажешь, - прошипел помощник. - Как шеф вернётся, так всё выложишь. Говори лучше сейчас, пока его здесь нет.

-А вот и я! - спустился в подвал Владислав. - Ну что, продолжим?

-Шеф, она знает женщину, которая отдавала ей приказы. Просит отпустить, тогда скажет.

-Отпустить? Нет, мы её не отпустим. Вдруг соврёт. Не получилось у тебя с ней разговора. Нагрейте-ка мне ножик. Горячим ножом резать лучше. Крови меньше.

-Не надо-о-о!!! - закричала Настя. - Я расскажу-у-у!!! Не надо ре-е-еза-а-ать!!!

-Не хочешь? - подошёл к ней Владислав. - Тогда говори.

-Я видела её. Она была рядом, когда я деньги оставляла. Она далеко была, но я её узнала. Она в больнице работает. Заведующий отделением в главном корпусе. Высокая, очкастая... На училку похожа.

-Это она! - рявкнул Владислав. - Как её зовут?!!

-Я не знаю, - заныла Настя. - Я ею не интересовалась, чтобы она не подумала... Я только знаю, что она зав. отделением и что она сегодня уезжает в отпуск.

-Сбежать хочет тварь! - рявкнул Владислав. - Живо за ней! Надо перехватить!

-Снимите меня, - умоляюще сказала Настя.

-Тебя? - повернулся к ней Владислав. - Я с тобой ещё не закончил. Ты у меня ещё будешь умолять...

-Я знаю, где лежат деньги! - выкрикнула Настя.

-Какие деньги? - опешил Владислав.

-Которые она собрала с людей. Я точно не знаю, но догадываюсь, в каком доме тайник.

-Ну, и в каком доме тайник? - нехорошо улыбаясь, спросил Владислав.

-Шеф, ребята говорят, что такой тётки на отделении нет, - подошёл один из мужчин. - Говорят, уехала.

-Сбежала!!! Пока мы с этой возились, она сбежала!!! Ищем её, живо! Вокзал, аэропорт! Нам надо её перехватить и вернуть деньги! Поехали, бегом!

-А что с этой делать? - спросил кто-то.

-Запри её здесь. Куда она денется?

Настю оставили подвешенной в подвале. Уходя, выключили свет. В полной темноте Настя слышала, как на улице рыкнул мотор машины. Было похоже на то, что все уехали, а Настю оставили одну. Несколько минут она прислушивалась, но вокруг была могильная тишина. Это было странно. Объяснение было только одно. Камера в подвале имеет режим ночной съёмки в полной темноте. За ней следят и ждут её действий. Настя уже могла бы освободиться, но пришлось ждать, изображая сломленную жертву.

С каждой минутой висеть становилось всё мучительнее. Мышцы деревенели. Шансы на освобождение таяли. Решив ещё подождать, Настя попробовала напрягать разные группы мышц. Помогало, но слабо. Настя решила висеть до предела, а потом, как будто случайно, освободиться. Пока она решала, не лучше ли "случайно" освободиться сейчас, наверху раздался шум, потом звук шагов и в подвале загорелся свет. Настя подумала о том, что за ней приехали её бойцы, но на всякий случай продолжила притворяться сломленной жертвой.

Никто её не окликнул, когда вошёл в подвал, поэтому она поняла, что это не её люди. Вошедший вообще никак на неё не прореагировал. Отошёл к стене и что-то там делал. Настя приоткрыла глаза и посмотрела. Удивилась невероятно. В гараже элитного дома стоял какой-то бомж. Настя растерялась, не знала, как реагировать. Пока она обдумывала ситуацию, бомж повернулся и пошёл к ней. В руке у него был нож, которым не так давно Владислав резал Настю.

-Вы кто?! Чего вы хотите?! - испугалась Настя. - Не трогайте меня!

Она ничего не успела сделать. Бомж подошёл к ней и начал срезать с неё одежду. Он отрезал кусочек халата, или делал длинный разрез, а потом чуть отодвигался и смотрел, как художник на мольберт. Превратив халат в лохмотья, он срезал его и взялся за остальную Настину одежду. Настя попробовала было рыпнуться, но получила такую плюху, что на несколько секунд выпала из реальности. Это был не Влад, с его слабыми ручонками и боязнью попортить себе маникюр. А ещё этот человек был совершенно невменяем.

Насте стало по-настоящему страшно. Она призналась себе, что если бы её привезли сюда, заперли бы с этим маньяком на часик в этом подвале, она бы призналась во всём. Всё бы рассказала, лишь бы больше никогда его не видеть. Страшно ей было до ужаса, но она понимала, что должна действовать. Когда маньяк закончит с её одеждой, вполне может приняться за неё. Вот только любые её действия жёстко пресекались. Настя даже шевельнуться не могла, чтобы не получить удар. И удары были равнодушно сильные. Дёргалась ли она от боли, когда с её тела срывали присохшую одежду, или пыталась освободиться, маньяк бил её одинаково.

И это равнодушие было ужаснее всего. Пугало до ужаса. Настю переполнило страхом. Она уже готова была впасть в неконтролируемую истерику, но тут маньяк сунул ей руку между ног. Страх мгновенно сменился яростью. Настя ударила его головой. Не попала, но он отшатнулся. Настя ухватилась за крюк, на котором висела, и впечатала ноги ему в грудь. Удар получился слабым, но он отпрянул и запнулся, а потом упал. Пока он вставал, Настя выгнулась, упёрла ноги в потолок и надавила. Стяжка сорвала кожу на кистях рук, но порвалась и Настя рухнула на пол. В последний момент успела отпрянуть, и удар ногой прошёл мимо её головы. Не обращая внимания на боль во всём теле, Настя отпрыгнула и закружилась по подвалу, пытаясь найти хоть что-то, для обороны.

Через несколько секунд она поняла, что за ней никто не гонится, что маньяк стоит на месте и смотрит на неё без всякого выражения на лице. Она остановилась, посмотрела на него. Несколько секунд они играли в гляделки, а потом он двинулся к ней. Какое-то время она от него убегала. Атаковать его не получалось. Он был с ножом и очень умело им орудовал. Несколько раз он догонял Настю, но нож не использовал. Бил её ногами, она с трудом отбивалась, и уходила не без потерь. Причём всё это он делал не произнося ни звука, не меняя выражение лица. Как будто Настю преследовал робот.

Неизвестно, сколько бы это продолжалось, но дверь открылась, и маньяк упал с простреленной головой. Настины бойцы пришли к ней на помощь. Точнее - один боец. Он снял маску и оказался Средним.

-А я Младшего ждала, - призналась Настя. - Ты должен Андрея Борисовича прикрывать.

-Там его и так прикрывают. Понаехало... Все заявление в прокуратуру написали. Там сейчас полицейских больше, чем на охране гей парада. Тебя ищут. Хотят пообщаться. Тебе не холодно? Ты голая, а здесь не выше десяти градусов.

-Мне не холодно. Кто ещё в прикрытии?

-Лена на машине ждёт в километре отсюда. С ней двое ребят. Их пока нельзя пускать в дело. Мы с тобой здесь одни. Они подтянутся, когда всё закончится.

-Долго им ждать. Всё может очень долго не закончиться. Пока Горбыль поймает "Училку", пока привезёт сюда. Пока узнает, где деньги.

-Деньги мы уже забрали. Сообщника Ларисы стукнули по голове и отвезли на его квартиру. Там его уже взял Горбыль. Сейчас с телами сюда едет. Будет их насчёт денег пытать.

-Он их не убил? - удивилась Настя.

-Нет, помучить хочет. Технари говорят, что всё готово. Назаров ждёт отмашки. Ты как решила? Тебя спасут, или сейчас уйдёшь?

Настя показала на себя.

-Как я объясню это, если уйду? Нет, меня должны спасти. Меня должны вынести, как жертву издевательств.

-Тебя могут вынести, как покойника. Обозлится Горбыль и прибьёт тебя.

-У него будут объекты поинтереснее.

-Тебе их не жалко?

-А людей им было жалко?! - взвилась Настя. - Тех, кого они ограбили?!

-Технически, они их не ограбили, а обманули.

-Что за разговоры мы ведём? - опомнилась Настя. - Что это за человек? - указала она на маньяка.

-Возможно, здешний сторож, - пожал плечами Средний. - Мне некогда было разбираться.

-Кстати, а почему ты так поздно сюда пришёл?

-Следы старался не оставлять. Долго искал возможность проникнуть на территорию. Тут камеры кругом.

-Сможешь спрятать этого?

-Позвоню ребятам. Они труп в багажнике вывезут.

-Каким... А Лене! Боюсь, что этот труп не влезет к ней в багажник.

-Разделаем и влезет. Вон пила лежит. Если в ней есть бензин, то никаких проблем.

-Здесь всё кровью будет заляпано, - напомнила Настя.

-Вон сток, а вот шланг. Я разделываю, а ты поливай. Забыл мусорные мешки. Погоди, я быстро.

Маньяка разделывал другой маньяк. Средний тоже действовал с отрешённым видом, когда резал труп. Бензопила оказалась совсем непригодной к разделке человечины. Она частицы тела закидывала на режущего. Хорошо, что средний это понял и не стал даже пробовать. Он нашёл топор и теперь работал сноровисто, отсекая покойному конечности, а потом потроша тело. В мешки части тела пришлось складывать Насте. Среднему пришлось бы раздеваться, чтобы не измазаться. Потом Настя помыла пол, окатила себя и стала ждать возвращения Владислава и его людей. И думала она о том, что все планы могут идти лесом. Да здравствует импровизация!

Владислав явился с компанией того же состава, но на двух машинах. Комната, куда сходились сигналы со всех камер, была рядом с подвалом, там караулил Средний, он предупредил Настю и ушёл. Настя осталась одна. Риск был невероятный, но Настя почему-то была уверена в своей победе. Она сидела на полу, голая, сжавшись в комочек и глядя в никуда отсутствующим взглядом. Так её и нашли приехавшие.

-Ты глянь. Чё это с ней? - спросил один из них, ни к кому не обращаясь.

-Татарин, наверное, развлёкся. После него всегда бабы такими становятся. Он колдун. Что-то с ними делает. Душу выпивает!

-Да иди ты! Нет, гляньте, она вооще никакая.

-Потом на неё посмотришь. Вешалку повесь. Нам двоих надо подвесить, - приказал Горбыль.

-Ага, счас. Только с ней-то что делать? Вдруг убежит?

-Куда? Давай живее, а не то я тебя самого подвешу.

В подвал втащили два возмущённо мычащих тела. В отличие от Насти, им на головы натянули мешки. Шустрик собрал нехитрое приспособление из валяющихся у стены металлических планок и повесил его на крюк тельфера. К этому приспособлению пристроили двоих привезённых и сняли с их голов мешки. Настя им позавидовала. Благодаря приспособлению они висели ниже и их ноги иногда касались пола.

-Ну, рассказывайте лишенцы, - обратился к подвешенным Владислав, - как и что вы устроили? Как вам в голову пришло, что меня можно кинуть? Сколько вы получили и где деньги? Тише! Я вижу, как вам хочется мне всё рассказать, поэтому введу элемент состязания. Кто первый мне расскажет то, что я хочу знать, будет на меня работать, а второй останется в подвале. Теперь начинайте говорить.

-Мы не хотели вас кидать, - сразу сказал мужчина. - Мы вернём вам деньги.

-Конечно, вернё-ёте. Ещё и от себя добавите. Это всё, или я ещё что-то могу услышать?

-Это он всё придумал! - почти выкрикнула Лариса. - Я не хотела этим заниматься! Это он придумал, как вас обмануть, а я всего лишь врач.

-Врать ты горазда, врач. Тебя ведь ещё Училкой называют. Очень погоняло тебе подходит. Вылитая Училка. Больше вы мне ничего не расскажете? Нет? Принт, подай мне мой нож.

-Не надо нож! Не надо! - завопили подвешенные на два голоса. - Я всё расскажу! Всё, о чём спросите!

Последнее добавила Лариса. Владислав поочерёдно посмотрел каждому из них в глаза, а потом обернулся.

-Ну, где нож?!

-Нету нигде, - растерянно ответил Принт. - Сейчас найду...

-Принеси другой. Татарин наверное забрал после того, как с этой позабавился. Во, гляньте! - Конструкцию с подвешенными повернули так, чтобы они во всей красе видели Настю. - С вами также будет, если говорить не начнёте.

Настя понимала, что выглядит неважно, но женщина чуть обмякла в обмороке, а мужчину стошнило. Тогда она поняла, что выглядит хуже, чем предполагала.

-Чёрт! Ты смотри куда блюёшь! - рявкнул Владислав отпрыгивая. - Ты мне чуть на брюки не попал, козёл!

Он начал бить мужчину и немного увлёкся. Если бы его не остановили, сам бы он не прекратил. После избиения мужчина тоже обмяк в обмороке.

-Шеф, ну в натуре, вы зверь, - сказал тот, кто допрашивал Настю. - Только нам ведь нужно, чтобы они говорили, а вы их нафиг завалите.

-Ничего, очухается, - отмахнулся Влад. - Давай, бабу в сознание приводи.

Ларису похлопали по щекам и она очнулась.

-Ну что, узнала? Кто тут сидит? - обратился к ней Влад. - Если ты говорить не будешь, то она заговорит.

-О чём? - удивилась Лариса.

-О делах ваших. Где мой нож?! Сейчас я с неё тоже буду стружку снимать, как с этой.

-Не надо! - завизжала Лариса. - Я её не знаю! Впервые вижу! Я не знаю, что она вам сказала!

-Не знаешь, - нехорошим тоном уточнил Влад. - А где деньги тоже не скажешь?

-Миша снял дом на три месяца. В нём мы спрятали деньги. Последние привезли сегодня днём. Дом по адресу...

-Шеф, если их ищут, то надо отправить людей, - перебил помощник. - Дом к утру найдут и плакали наши деньги.

-Поезжай сам. Сейчас. Всех с собой бери. Забери все деньги и привези сюда. Куда ехать сука?!! Куда ехать тварь?!!

-Шеф, пусть она вам и мне на ухо тихонько скажет, - вмешался помощник.

-Правильно. Не надо об этом кричать. Тихо скажи мне адрес Училка, и будешь жить.

Лариса прошептала адрес.

-Вот так. Ты слышал? Поезжай туда. Со мной останется... Пусть Принт останется. Остальных забирай.

-Шеф, вы увлекаетесь. Не допрашивайте их без нас. Убьёте ещё, а вдруг они соврали?

-Ничего, у нас ещё девчонка есть. Она всё расскажет.

-Может спросить у неё? Пусть подтвердит.

-Она никакая. Возиться с ней некогда. Поезжай и привези деньги.

-Хорошо шеф.

-Уф-ф... А я пока пойду наверх, отдохну.

Настю и пленников оставили в гараже. Свет не выключали. Функции съёмки в полной темноте у камеры не было. Несколько минут ничего не происходило. Настя обдумывала сложившуюся ситуацию. Сейчас в доме осталось два охранника. Настя вполне могла с ними справиться. Убить их и уйти. Но тогда она выпадет из образа милой девушки Насти и станет убийцей в глазах органов правопорядка. Лариса и её любовник обязательно расскажут, как Настя убивала Влада. Убивать их Настя не хотела.

Пленник очнулся. Повисел немного, а потом что-то невнятно спросил. Лариса вылила на него ушат упрёков и обвинений. Припомнила ему всё, до мелочей. И как она пошла у него на поводу и поверила, что никто ничего не узнает. И как он, желая хапнуть побольше, довёл их до того, что они не смогли увезти деньги за один раз. И что это именно он, когда она уже велела прекратить собирать деньги, хапнул ещё две суммы, из-за чего их и нашли. Кстати, это было правдой, Настя именно так велела искать, и именно так технари нашли, а дальше было дело техники. Дальше обвинения стали невнятными. Начались обычные женские слёзы.

Мужчина не возражал. Да и глупо было бы возражать в такой ситуации. Он дал Ларисе выплакаться, потом раскаялся и попросил прощения. Конечно, она его простила. Они помирились и заинтересовались Настей.

-Эй! Эй, ты! - обратился к ней мужчина. - Ты кто?!

Настя не ответила.

-Эй, сними нас отсюда. Сними, а потом мы выберемся отсюда.

-Отсюда никто не выберется, - ровным голосом сказала Настя. - Сначала пришли они. Я думала, что они делали мне больно, но потом пришёл он. Он не делал мне больно. Он делал мне... Больно!!! А потом я поняла, что это хорошо. Что он любит меня за то, что он делает мне больно. Скоро он сюда придёт, и тогда он будет любить нас всех.

-Сумасшедшая какая-то, - неуверенно пробормотал мужчина.

-Ой, она с ума сошла от пыток, - заныла Лариса. - Они её запытали до сумасшествия.

-Да нет. Это просто чокнутая. Её сюда специально посадили, чтобы мы боялись.

-Что, не узнали её?! - спросил входящий Горбыль. - Хорошо я с ней поработал. Это же ваша девчонка, которая на вас работала. Чего вы так уставились? Да, это она.

-Но мы её впервые видим, - сказала Лариса.

-Чего?! - вылупился на неё Горбыль. - Повтори, что ты сказала!

-Мы её не знаем, - повторила Лариса. - Не видели никогда.

-А почему она мне про вас всё рассказала?! А?! Вы меня за идиота держите?! Я вас нашёл по её наводке! Она вас сдала! Вы говорить будете?! Ты! Чего на меня вылупился?! А ну говори, ты моему сыну в окно петарду бросил?!

-Нет, не я, - растерянно ответил мужчина.

-А кто?! Она?! Или скажете, что она?! - Влад указал на Настю. - Вы мне всё расскажете! Всё! Я из вас, падлы, правду выбью! Кто моему сыну в окно петарду кинул?!!

-Я вспомнила! - крикнула Лариса. - Ваш сын у нас лежал, на детском отделении, с онкологией. Ему в окно кинули петарду и угрожали кинуть гранату. Тогда ещё приезжали из следственного комитета...

-Ты мне это не рассказывай! Это я и сам знаю! Ты мне скажи, кто приказал?! Ты?! Или ты?!

-Я вообще об этом не знаю, - открестился мужчина.

-Ах, не знаешь. А что ты знаешь? Начинай говорить, или я начну тебя резать!!!

-Да чего говорить?!! Я познакомился с ней! Она говорила, что у них в больничке продают вещество Зоны, которое всех лечит! Нехилые бабки получают! Ну, я и придумал, как к этому подмазаться. Они людей собирают и звонят им, а мы позвонили раньше и собрали весь мёд. Я же не знал, что вы такие крутые парни. Мы вам деньги вернём, не сомневайтесь.

Владислав долго смотрел на мужчину, потом ткнул его в шею ножом. Отодвинулся, чтобы кровь на него не попала. Посмотрел на умирающего мужчину, а когда он умер, повернулся к Ларисе. Она завизжала, когда встретилась с ним взглядом, начала выкручиваться, пыталась сорваться с крюка. Он взял её за лицо и заставил посмотреть в глаза.

-Слушай сюда. Я сейчас спрошу, и ты ответишь. Ты Училка?

-Я не Училка, я врач. Пожалуйста, я не понимаю, о чём вы говорите.

-Не хочешь признаваться, сука!!! - взревел Владислав.

Он ударил Ларису, а потом стал избивать её. Через несколько секунд в подвал забежал Принт.

-Шеф, шеф, не надо! Вы её убьёте!

Настя поднялась, сделала шаг и оказалась за спиной Принта. Ударом загнала ему нож в шею. Взяла Влада за шкирку и откинула назад. Он упал. Настя прыгнула к нему, села на него сверху и ткнула ножом в живот.

-Училка - это я, - с улыбкой сказала она, глядя ему прямо в глаза.

Она резанула поперёк. Нож оказался прекрасно наточенным. Разрезал и ткань одежды, и мышцы тела и брюшину. Настя успела отскочить, чтобы не перепачкаться кровью. Стояла и смотрела, как из глаз Владислава уходит жизнь. Потом осмотрелась и начала убираться.

-Что тут случилось? Свидетели есть?

-Одна женщина жива, но ничего сказать не может. Остальные все мертвы.

-Эксперты уже на месте?

-Да, работают. В гараж проходите. Мы ворота оставили открытыми, но можно через дом...

-Мы через ворота пройдём.

-Ну что, Рудольфыч? Что скажешь? Что здесь случилось?

-Ты следователь, ты и думай. Вот. Всё как было. Мы ничего не трогали. Только предварительную экспертизу провели. Здесь кровь вот этого, а тут вот этого. Следы крови тянутся сюда. Здесь следы есть, но мало. Ещё здесь есть кровь неизвестного. Крови много. Такое ощущение, что его тут разделывали, а потом кровь замыли. Тела нет. Вроде пока всё, добавить нечего. По девке наверху особо не работали, но там-то всё ясно.

-Там ещё и девка есть? Посмотрим. Значит, получается, что они убили друг друга?

-Вроде как да, но есть сомнения.

-Какие?

-Слишком тут всё правильно. Картина ясная, как будто её нарисовали. Смотри. Вот он висел с женщиной на этом крюке. Его били, а потом перерезали горло. Видишь разрез? Как-то мало с него крови натекло. Или наоборот, много.

-Так мало, или много? Что мне писать?

-Если он вот там висел, то много. А если он сидел так, как его нашли, то мало.

-Блин, поясни!

-Всё будет в отчёте. Но ты, глянь сюда. С такой раны столько крови не натечёт. Но если он сидел, то у него должны быть испачканы штанины вот здесь.

-Так они испачканы.

-Мало. Слабо испачканы. Всякое может быть, но не верю я, что так было.

-Со свидетелем можно поговорить?

-Увезли её на скорой. Шок, истерика. Закололи чем-то и увезли.

-Рудольфыч, у тебя опыт. Что мне писать? Что здесь случилось? Ты меня знаешь, но тут такое дело. Ты понимаешь, какого человека убили. Начальство, пресса... Что мне им выдать? Бандитские разборки?

-Странное это дело. Там следы на улице. Была ещё одна машина. Вот этого с выжившей сюда привезли и подвесили на тот крюк. Пытали. Девку наверху, тоже пытали и дольше, чем этих. Потом почти все уехали. С пленниками остались двое. Один сидел наверху и смотрел на экране, что тут происходит, а второй продолжал допрашивать. Этому горло перерезал, но не до конца. Тот жив остался, только сознание потерял. Пока этот пытал выжившую, этот освободился и напал на этого. Он ему в шею клинок загнал, а этот ему живот вскрыл. Вот так мы их и нашли. Этот лежит, а этот сидит.

-Так чего тут непонятного?

-Я тебе предварительную версию выдал? В отчёте всё укажу. Иди, не мешай работать.

-А что там по девке?

-Пытались изнасиловать. Вот этот пытался. А когда увидел, что начальство дерётся с пленником, оттолкнул и головой об угол приложил. А за ней уже не вернулся. Так она там и осталась.

-Пойду, гляну. Отпечатки сняли?

-Со всех, кроме трупаков. Трупаки никуда не убегут. Пальчики сам откатаешь, если хочешь быстрее.

-Да не, мне не к спеху. Пойду, не буду тебе мешать.

-Если что, то с девахой мы закончили. Там всё понятно. Можно забирать.

-Скажу, когда труповозка приедет, но сначала сам гляну.

-Здесь деваха мёртвая лежит, меня дожидается?

-Здесь, товарищ следователь, проходите.

-Фига, как её отделали? У кого на такую поднялся? Извращенцы.

-И не говорите. Что с красивой девушкой сделали, уроды? Смотреть страшно. Вся ножом порезанная.

-Да, порезанная... Но раны не глубокие. Она не от потери крови умерла. Умерла она от удара головой об угол пульта. Её хотели прямо на пульте попользовать, а потом торопились, и оставили. Наверное, даже не поняли, что убили.

-Так её что, изнасиловать хотели?!

-Ну, бывают извращенцы... Ты чего, сержант? Как будто вчера родился. Привыкай. По службе ещё насмотришься. Так и запишем. Убийство по неосторожности, при попытке изнасилования.

-Какой попытке? Она вон, вся порезанная. Её живую резали!

-Сержант, без истерик!!! Её не здесь резали. Здесь её только изнасиловать пытались. И убили. Случайно. А вот почему её пытали - это нам предстоит выяснить. Понимаешь суть?

-Понимаю. Только я всё равно... Плохо это, когда девушек молодых убивают.

-Плохо, но такова жизнь. Когда приедут труп забирать, я скажу им, чтобы сюда в первую очередь зашли. После этого можешь больше здесь не стоять.

Настя всё видела и слышала, но ничего не могла сказать. Точнее, могла, но не хотела. Она прибралась, устроив так, чтобы было похоже на двойное убийство. Пленник сорвался с крюка, схватил нож и набросился на палача. Палачу на помощь пришёл помощник и получил удар ножом, а потом и сам палач был убит, но пленник получил перед этим разрез через всю шею и истёк кровью. Конечно, всё было подстроено на скорую руку и при желании можно было бы дознаться до правды, но Настя надеялась, что никому это нужно не будет. Кому нужно расследовать простое и понятное дело? Он убил и был убит. Всё просто.

Проблема была в самой Насте и её месте во всём этом спектакле. Если она всё видела, то должна всё рассказать, а Настя не была уверенна, что расскажет всё так, чтобы никто ничего не заподозрил. Получалось, что её здесь быть не должно. А где она может быть? Только если в помещении охраны, где охранник будет с ней развлекаться. А как она представит себя полиции? При приезде полицейских, Настя должна быть без сознания, или хорошо притворяться, что она без сознания. Настя села на пульт и откинулась назад. Затылок коснулся металлического угла. Настя подалась вперёд, а затем с силой откинулась назад, затылком об угол. В глазах заплясали искры, в ушах зазвенели колокольчики. Настя почувствовала, как течёт кровь из раны на затылке. Она так и осталась на пульте, с разведёнными ногами, разбросанными в стороны руками и затылком на угле, надеясь, что полиция прибудет быстро.

Однако, полиция не торопилась. Как потом узнала Настя, они ждали разрешение на проникновение на частную территорию. Впрочем, ей было всё равно. Измученный организм требовал отдыха. Настя абстрагировалась от своего тела и впала в состояние медитации, которое испытывала когда-то в Зоне. Она больше не чувствовала боли, не осознавала себя. Она рассыпалась на миллионы маленьких частиц и каждая частица замирала, давая себе отдых, чтобы потом вновь начать работать.

Она видела и слышала всё, что происходит, но никак на это не реагировала. Это происходило далеко, где-то там, а она была здесь. Каким-то образом она поняла, что в таком состоянии может полностью контролировать своё тело, вплоть до молекул. Она проверила своё тело и начала вносить изменения, убирая то, что ей не нравилось. Точнее, только намечая, что нужно убрать, ведь сейчас она отдыхала. Она понимала, что должна подать сигнал, что живая, но ей так не хотелось выходить из состояния блаженного покоя, а организм просто кричал о необходимости отдыха. Настя плюнула на всё и стала потакать своим желаниям. Именно поэтому никто не усомнился, что Настя покойник. Она, в своей медитации, ничем от покойника не отличалась.

Настино тело погрузили в мешок для трупов. Потом везли в машине. Потом осматривали, вешали номерок на ногу, и наконец, оставили в покое. Настя подумала и занялась своим телом. На все исправления у неё не хватило бы сил. Она занялась своим лицом. Разогнала кровь по телу, залечила повреждённые ткани, убрала продукты распада. За несколько минут она привела своё лицо в порядок. Поняла, что больше так не может и вышла из состояния медитации. Пару секунд лежала, а потом порвала мешок и выбралась на свободу.

Теперь у неё была куча проблем. Она прокляла свою слабость, которая не дала ей возможности показать себя живой. Теперь ей придётся объяснять, как она была мёртвой, а потом ожила? И что сказать - она не знает. И что делать - она тоже не знает. Можно сейчас поднять крик и тогда её надолго запрут в больнице. Можно сбежать, но тогда последствия будут весьма неопределёнными. Настя подумала и решила сбежать. Слишком много у неё дел, чтобы тратить время на больницу и объяснения. А ещё Настя жутко хотела есть.

Она вышла из комнаты с трупами. Прошла по коридору, заглядывая во все двери подряд. За одной из дверей спали двое. Судя по перегару, проснуться от Настиных шагов им не грозило. Настя зашла и обыскала комнату. Деньги брать не стала, но куртку позаимствовала. В дальнейшем нашла раздевалку персонала и там разжилась спортивными штанами, старыми кедами и какой-то мятой футболкой. Разозлилась страшно, но найти что-либо лучше, чего не хватятся в ближайшее время, не смогла. Оделась и выбежала из здания.

Сориентировалась на местности. Она здесь никогда не была, но вдалеке увидела знакомые высотки. Понятно стало, где она находится. Непонятно было, куда бежать? Уже было утро. Раннее, но она обычно в это время бежала на работу. Все об этом знали, и дежурная сестра открывала дверь отделения примерно в это время. Настя знала, что её захватят бандиты, поэтому с территории больницы уходила в рабочей одежде, с надетым поверх пальто. Пальто осталось в машине бандитов, но вся её одежда должна была быть в раздевалке. Настя решила бежать на работу, но сначала ей надо было забежать кое-куда ещё. И ей очень надо было поесть. Настя побежала к ресторану.

Конечно, в таком виде она не могла бы даже зайти на территорию ресторана, охрана бы её прогнала, но Настя забежала с чёрного хода. Как раз уборщица должна была готовить залы к приёму посетителей, Настя подкараулила её, когда она выносила мусор и вместе с ней вошла в помещение. Разумеется, уборщица тут же начала звать охрану, но Настя именно этого и хотела. Охранников она знала и надеялась, что они её тоже узнают. Так и получилось. Охранник Настю узнал, ужаснулся её виду, всё-таки не все следы избиения ушли с лица, а потом категорически заявил, что не пустит её в зал. Там сидит компания, которая гуляет с вечера. Настя испортит им аппетит.

Настя не возражала. Она попросила принести ей поесть, и совсем без разницы, куда ей принесут. От запахов кружилась голова. В этот день Настя побила свой рекорд. Она ела, как не в себя. Всё, что осталось с вечера, она съела, чуть кастрюли не облизала. После такого обеда она даже чувствовала тошноту и с трудом сдерживалась. Поблагодарила всех и отказалась от вызванного такси, мотивировав тем, что надо пройтись и утрясти съеденное.

Пройтись пришлось. После такого обеда бежать Настя физически не могла. Хотелось сесть и посидеть, а лучше полежать, но Настя упорно шла, давясь съеденным. Она чувствовала, как уходит время. Непонятно почему, но она знала, что если в течение пары часов она не даст о себе знать, случится катастрофа. Она шла туда, где у неё был тайник. Там лежал контейнер с веществом, пачка денег и телефон на крайний случай.

С контейнером всё было в порядке. Настя оборудовала тайник в глухом месте парка, в развилке ветвей дерева, к которой подбиралась, как белка, по веткам других деревьев. Обнаружить тайник можно было только случайно, но и на случайность Настя подстраховалась. В ветвях дерева она установила несколько камер, срабатывающих на движение. Если кто-то украдёт вещество, камеры очень чётко его зафиксируют. Однако пока, камеры фиксировали птиц, белок, кошек, но ни разу не зафиксировали человека. Только Настя пробегала мимо во время своей ежедневной пробежки. Пробирки уже были готовы. Настя взяла их, захватила деньги и телефон, и отправилась в больницу.

-Нина Степановна? - спросила она, набрав по памяти номер. - Извините за ранний звонок. Сегодня вы можете забрать лекарство для вашего сына на отделении у санитарки Насти. Стоимость лекарства - двести тысяч. Разницу в цене мы вернём вам в ближайшее время. Вы всё поняли? До свидания.

Настя, пока шла в больницу, позвонила только трём своим клиентам. Больше было опасно. Даже по трём точкам можно было вычислить её маршрут. Последний звонок она сделала с номера милой девушки, у которой попросила телефон. Разумеется, звонила не клиентам, а технарям. Дала команду приехать к больнице и сбросила звонок. Сделала вид, что не разбирается в телефонах, не знает, что нажать и удалила все звонки, как будто случайно. Милая девушка ей ничего на это не сказала. Она до ужаса боялась страшную бомжиху, и только молилась, чтобы та вернула ей телефон. Насте понравилось быть хулиганкой, поэтому она немного попугала девушку, но потом вернула ей телефон и дала некрупную купюру. Расстались вполне довольные друг другом.

Технари подъехали как раз тогда, когда Настя домыла лестницы. Корочки у них были, и хоть был строгий приказ их не светить, они решили ими воспользоваться и проехали на территорию больницы. Подъехали прямо к дверям отделения. С ними был Средний. Настя вышла к ним и забралась в машину.

-Даю вводную. Сейчас надо обзвонить всех клиентов и сказать им о том, что они получат лекарство. Что хотите делайте, но сделайте. При этом не вздумайте хоть как-то вывести на нас полицию. Список клиентов у Назарова. Вот этим я уже позвонила. Мне нужен телефон для связи с Прусаком. У вас есть?

-Есть, - подал голос Средний. - У них всё есть. Ты как? Ходят слухи, что тебя убили в доме.

-Это только слухи, - ответила Настя. - Если вы всё поняли, то давайте мне телефон и бегом работать.

-Я останусь с тобой, в качестве телохранителя, - сказал Средний.

-И как я объясню твоё присутствие?

-Никак. Я буду в стороне, а если что, я вмешаюсь.

-Да! Послушай его, - вмешался один из технарей. - Здесь вчера такое творилось. Полиция приезжала, чтобы толпу сдерживать. Тебя искали, требовали вернуть деньги.

-Вы деньги мошенников забрали? Не вздумайте себе что-то оставить. Мы всё должны вернуть. Отсчитайте только нашу цену за лекарство.

-Все деньги мы возвращаем всем? А может быть, немножко поднимем цены? - со смешком спросил один из технарей, но увидев Настин взгляд, осёкся.

-Здесь я решаю, что мы будем делать, а что нет. Как вы думаете, если я сама под пытки подставилась, что я с вами сделаю, если вы мой приказ не выполните? Выпотрошу, как всех в том доме выпотрошила. На ваших кишках вас подвешу. Чтобы все деньги, до копеечки вернули.

-А как мы их вернём?

-Придумайте! Придумайте и доложите. Я начальник! Я не должна думать! Я должна одобрять, или не одобрять придуманный вами план! Всё! Где телефон?! Дайте сюда! Чтобы через минуту связались с Назаровым, взяли список клиентов и начали дозваниваться!

Настя вышла из машины. За ней выбрался Средний.

-Я посижу вот там, на скамейке. День будет солнечным. Не замёрзну.

-Я сама хотела там устроиться. Ну, ладно. Присядем там вместе.

Они присели на скамейку. Настя набрала Романа Михайловича. Трубку никто не взял. Настя удивилась, подумала, а потом позвонила на его домашний номер.

-Алё? - осторожно спросила на том конце женщина.

-Я далека от мысли, что у Ромы под боком спит секретарша, чтобы отвечать на звонки. Предположу, что ты его дочь. С Ромой всё в порядке? А то я позвонила, а он не ответил.

-Папа в ванной. Но он же никому не разрешает звонить ему домой. А вы кто?

-Это я скажу только твоему папе. Как у вас с ним дела? Вы помирились.

-Мы не ссорились. Слушайте, вы кто? У нас тут такая беда, а вы так бесцеремонно звоните.

-Да, а я думала, что у вас праздник. Ты, наконец, освободилась от этого козла...

-Что вы себе позволяете?!! Влад не такой!

-Я его толком не знала, поэтому думаю, что он и вправду не такой. Он ещё хуже. Ты, милочка, совсем его не знала.

-Я вам не милочка!

-С высоты моего возраста, ты для меня: милочка, деточка, девочка, лапочка, цветочек и солнышко. Или ты в его играх участвовала? Тогда, прости, но мне тебя жаль.

-Почему?

-Тот, кто этого козла завалил, до тебя тоже доберётся. Его ведь на даче кончили. Наверняка, кого-то пытал. Вот его на этом поймали и... Сама понимаешь, если человек одержим местью, то его очень трудно будет остановить. Тебя спасает только то, что ты, вроде как, совсем ни при чём.

Настя услышала в трубке сдавленные всхлипы.

-Он не такой! Он меня любил!

-Да счаз! - с издёвкой сказала Настя. - Он деньги твои любил. Ты ему... э-э-э... совсем не нужна была. И спиногрыз твой. Он так мечтал, чтобы твой отец сдох. Тогда бы он развернулся. А тебя и спиногрыза, он бы отправил, куда подальше. В Африку к людоедам.

-Это неправда! Он Рому любит!

-Любил. Говори точнее. А то, можно подумать, он не сдох и мне вас поздравлять не с чем. А спиногрыза твоего, он несколько раз пытался угробить. Особенно в больничке. И операцию сорвал, и лекарство не купил. Специально персонал доводил, чтобы они после на ребёнке отыгрывались. Тебе ребёнок на медсестёр не жаловался?

-Жаловался.

-Ну так, я же знаю, что говорю. Он и детей подзуживал, чтобы они его гнобили.

-Это неправда! Он Роме лекарство достал!

-Ага. Два раза. После первого твоему сыну в окно граната прилетела. А после второго он вас всех под монастырь подвёл. Тебе отец что, не рассказывал? Ой, дура-ак! Я толком не знаю, спроси у отца. Одно знаю, козёл твой тогда сам мишень на себя нацепил и тебя за собой потянул. Твой отец очень много отдал, чтобы тебя вытащить. А козёл за тобой, прицепом, тоже выехал. Но хорошо, что его наконец-то кто-то завалил. Я давно говорила Роме, найми киллера, а он всё за твоё спокойствие переживает. А я не переживаю. Я тебе всю правду скажу. Эй, ты там ещё не окочурилась?!

-Н-нет, я вас слушаю.

-Да мне больше говорить-то не о чем. Я тебе всё сказала. Если хочешь, у меня есть запись, как он развлекался на даче. Пришлю, посмотришь. Там есть на что посмотреть. Только пакетами запасись, куда блевать будешь. Там столько крови. Я бы давно эту запись передала, куда надо, но он на Рому компромат имел, а сдал бы его точно. Говно он был, а такая субстанция одна в слив не идёт, всех с собой тянет. Тебя бы тоже задело. Ой, заболталась я с тобой. Мне бежать надо. Я Рому только поздравить хотела. Когда похороны? Я приду, чтобы на его могилку плюнуть.

-В субботу... Не смейте приходить!!! Я вам запрещаю!

-Ой, запрещает она. Ладно, не приду. Не хочу его образину ещё раз видеть. Чао! Роме привет.

Настя сбросила звонок и тут же набрала технарей.

-Не отследили? - спросила она.

-Предупреждать надо, что поболтать захотите! Знаете, как мы старались...

-Нас... не засекли?

-Нет, но Анастасия Кирилловна, ваш телефон не предназначен для долгих разговоров. За минуту ручаемся, но больше он просто не может противостоять поиску. Да и никакой телефон в мире не сможет. Даже если его будут отслеживать стандартной аппаратурой.

-Я поняла. Скажите, а у вас есть телефон адвоката, которым... услугами которого пользуется Роман Михайлович.

-Он пользуется услугами целого адвокатского бюро. Работает через...

-У вас есть телефон самого главного человека в этой конторе? - перебила Настя.

-Я как раз хотел сказать, что есть. Запишите.

-Я запомню. Скажите, а вы можете сделать так, чтобы на его телефоне, когда я звоню, высвечивался номер Романа Михайловича?

-Да, это можно сделать.

-Делайте.

Через пару минут Настя набирала номер главного адвоката адвокатской конторы. Настя пропустила мимо ушей, как точно звучит его должность.

-Алло, - сказал в трубке чуть заспанный голос после четвёртого звонка.

-Здравствуйте Эмиль Рудольфович. Владелец этого номера телефона сказал, что вы самый лучший адвокат в городе, а возможно, что и в стране. Мне нужны ваши услуги.

-Простите, мы не знакомы, насколько я понимаю.

-Вы всё правильно понимаете. Эмиль Рудольфович, дело весьма деликатное. Сегодня, после открытия вашей конторы, ваша секретарша приняла звонок от девушки. Девушка была в истерике, плохо понимала, что говорит, однако стало понятно, что ей нужен адвокат. Вы, движимый любопытством, поехали и встретились с этой девушкой. Её история была такой невероятной, что вы решили совершенно бесплатно оказывать ей юридические услуги. Ну, за возможный процент, но для вашей фирмы это мизер.

-Я выслушал вашу историю и позвольте мне внести в неё небольшие поправки. Звонок от девушки принял мой помощник. Один из тех, кто дежурил в офисе этой ночью. Во сколько был сделан звонок?

-Без пятнадцати семь, плюс минус десять минут.

-Мой помощник отправился на встречу с девушкой. Девушка была неадекватна и могла что-то с собой сделать. Он хотел уберечь её от этого.

-Могла, ой могла-а! - подтвердила Настя.

-Девушка рассказала ему свою историю, и когда помощник пересказал её мне, я решил заняться этим делом.

-Вы лично? - уточнила Настя.

-Нет, но я буду его курировать. Простите, но я занятой человек. Вы слышали, что случилось в семье Романа Михайловича? Какая трагедия.

-Ваш помощник наверняка справится, - сказала Настя. - Он должен встретиться с девушкой, как можно быстрее. Также, он не будет отчитываться вам. Обращаться к вам будет только в сложных вопросах, не раскрывая сути дела. Вы, в свою очередь, будете помогать ему всеми силами. Девушку зовут Настя. Она работает уборщицей в онкологическом центре, в детском отделении. Ещё какие-нибудь данные вашему помощнику нужны?

-Думаю, что нет. Маленький вопрос по оплате. Вы знаете мою ставку?

-Нет, но не вздумайте её завышать. Платить будет Роман Михайлович. Сам, или я через него. И не вздумайте обсуждать с ним наш разговор. Насчёт его мобильника - не знаю, но его домашний телефон на прослушке.

-Вы уверены? Этого не может быть!

-Я уверена. Через час, не позже, ваш помощник должен встретиться с Настей. Если его не будет, я позвоню вам и уточню почему. Если ответ меня не устроит, вам придётся покинуть страну.

-Вот только не надо меня пугать!

-Я не пугаю. До свидания, Эмиль Рудольфович.

-Нет уж, прощайте!

-Как вам будет угодно, - ровным тоном произнесла Настя и сбросила звонок.

-Я должна вернуться на отделение, - сказала Настя Среднему. - Сейчас все будут приходить на работу... Я должна делать вид, что ничего не случилось.

-Ты в порядке? - спросил Средний. - Я тебя в подвале видел. Ты выглядела не очень. Да и сейчас тоже...

-Я в порядке. Порезы болят, но терпимо. Ты здесь будешь сидеть? А если тебя заметят, что скажешь?

-Покажу удостоверение. Если всматриваться не будут, оно сойдёт за настоящее.

-Ладно, я пошла.

Настя вернулась на отделение. Продолжила уборку. Приходили сотрудники. Здоровались с Настей и рассказывали, какой скандал был вчера на отделении. Хвалили Настю за то, что сбежала. Иначе её могли бы побить, или арестовать. Обрадовали её тем, что ей приказано явиться в отдел полиции для дачи показаний. Каждый замечал, что Настя плохо выглядит, но Настя неизменно отвечала, что всё в порядке.

Адвокат приехал почти одновременно с Андреем Борисовичем. Адвокат зашёл на отделение первым, но остановился, не зная куда идти и у кого спрашивать о Насте. Так они и встретились с Андреем. Адвокат задал вопрос, Андрей поинтересовался, кто именно задаёт ему вопрос? Адвокат представился. Они разговорились и вместе стали искать Настю. Нашли на рабочем месте. Настя как раз домывала коридор.

-Настя, тут к тебе адвокат пришёл, - сказал Андрей Борисович. - Как ты догадалась адвоката нанять? И на какие деньги?

-Я не нанимала адвоката, - сделав испуганное лицо, сказала Настя.

-Ой, что с тобой? - поразился Андрей Борисович, увидев её лицо.

-Я... Я... Я не могу сказать, - пролепетала Настя.

-Возможно, вы захотите переговорить со мной? - вмешался адвокат. - Меня наняли, чтобы я выслушал вашу историю и представлял ваши интересы. Я так понимаю, что вы меня не нанимали? Возможно, это сделал ваш друг, или хороший знакомый.

Настя быстро глянула на Андрея Борисовича и вновь опустила взгляд.

-А что вы хотите от меня услышать? Мне, наверное, действительно нужен адвокат...

-Здесь есть какое-нибудь помещение, где мы могли бы присесть и пообщаться? Не стоит обсуждать в коридоре...

-Давайте сделаем так, - перебил адвоката Андрей. - Настя здесь закончит, а мы пройдём в мой кабинет. Нам с вами надо поговорить, а Настя потом к нам присоединится.

-Да, я закончила. Сейчас, я воду солью и приду.

-Мы ждём тебя в кабинете. Прошу вас...

Адвокат прошёл вперёд, а за ним, конвоиром, двинулся Андрей Борисович. Он не ревновал Настю, он заботился о ней. Наверняка, сейчас адвокату будет устроен настоящий допрос. Настя не сомневалась, что при допросе адвокат ответит только на те вопросы, на которые захочет ответить. Слишком скользкий тип. Андрею не по зубам. Так и оказалось. Когда она слила воду, убрала инвентарь и подошла к двери кабинета, разговор уже шёл на повышенных тонах. По крайней мере, со стороны Андрея Борисовича. Настя не удержалась от того, чтобы подслушать и приникла ухом к двери. Так она слышала и адвоката.

-...И я ещё раз повторяю вам, что не уполномочен разглашать сведения о заказчике.

-Но кто-то же должен был оплатить ваши услуги! Кто это может быть?! Настя одинока и сирота!

-Девушка думает, что оплату производите вы.

-Я-а??! Но у меня нет таких денег! И с чего вы решили…

-Она так на вас посмотрела… Хорошо, признаюсь честно, я сам не знаю, кто и как оплачивает моё время. Мой старший партнёр дал мне приказ немедленно приехать в больницу, найти уборщицу Настю и оказывать ей всемерное содействие, он не сказал в каком вопросе. Возможно, выслушав девушку, я это узнаю. Вы предоставите нам кабинет для разговора, или мне провести с ней беседу в машине?

-Я предоставлю кабинет, но выходить из него не буду!

-Так у нас с вами ничего не получится...

-Можно? - сунулась в кабинет Настя, решив, что спор надо прервать.

-Заходи, - кивнул Андрей Борисович. - Настя, я хочу знать, во что ты вляпалась. Я твой друг и должен понимать, как тебе помочь. Ты должна всё мне рассказать. Как я понимаю, речь идёт о продаже вещества?

-Да, но я не виновата.

-Давайте начнём с начала, - вмешался адвокат. - О каком веществе идёт речь?

-Аномальное вещество Зоны. "Дум-мумиё". Лечит любую болезнь. Имеются последствия, но они не критичны. В нашей больнице кто-то продаёт это вещество умирающим пациентам.

-Благодарю вас, - кивнул адвокат, и повернулся к Насте. - И вы каким-то образом ввязались в это дело.

-У меня умирала дочь. Я несколько раз сказала на отделении... Да я всем говорила, что не пожалею никаких денег, чтобы спасти её. Мне позвонили и предложили вещество, но за это я должна была отработать.

-И что вы делали?

-Мне звонили и я забирала пробирку с веществом. Пару раз приносила деньги.

-Кому приносили?

-Никому. Оставляла и уходила. Один раз просто на улице сумку бросила, другой в багажник старой машины положила. Он был открыт.

-Так, продолжайте, пожалуйста.

-А вчера оказалось, что много людей было обмануто. Они приехали и ждали, что им позвонят. Им позвонили, забрали деньги и обманули. Все люди бросились сюда. Знали, что я на людей, продающих вещество, работаю. Грозились меня побить. Заявление написали в полицию.

-Понятно. Теперь полиция имеет к вам ряд вопросов. Что ж, сложно будет доказать, что вы работали под принуждением. Возможно, вам как-то угрожали? Заставляли работать на них? Вы боялись их мести?

-Они сказали, что Таню убьют, если я не буду делать то, что они прикажут.

-Так, угрозы есть. Таня это кто?

-Моя дочка. Они сказали, что спасли её, но если я не буду на них работать, то они её убьют.

-Записи этого разговора у вас нет? Я понимаю. Просто так спросил. Что ж, думаю для начала вам самой нужно обратиться в полицию и написать заявление. Что вам угрожали, что вас принуждали. Я составлю, а вы перепишете. У меня есть знакомый. Он зарегистрирует заявление задним числом. Потом вы должны будете явиться по повестке. Повестку я заберу сегодня, а завтра мы вместе сходим. Конечно, на допросе вы будете говорить всё, что знаете. А вы ведь ничего не знаете? Вот именно. Характеристика с работы, трудное материальное положение... По сути, вас можно привлечь только за недоносительство. Вы знали о преступных действиях, но не донесли. Самое вероятное, вас просто переведут из подозреваемых в свидетели. Только над этим надо немного поработать. В общем - пустячное дело. Отделаетесь лёгким испугом.

-Подождите, - сказал Андрей Борисович, - а о каких преступных действиях идёт речь?

-Ну, как же? - удивился адвокат. - Обман людей, присвоение неких сумм... мошенничество - одним словом.

-Но при чём тут Настя? Она честно передавала лекарство и деньги. Насколько я понимаю, никто из обманутых её в глаза не видел. Настя, тебе что-нибудь приходилось забирать последние три дня?

-Да, я забрала, - сказала Настя.

-Что?! У кого?! - изумился Андрей Борисович.

-Ампулы забрала. Мне сегодня утром в морге... около морга, отдали ампулы и велели раздать по списку.

-Какому списку? Что?.. Какой морг?

-Я не знаю, какой морг. Я сегодня очнулась в морге... Я думаю, что в морге. Там мёртвые везде лежали. Испугалась и побежала. Меня поймали и велели одеться. А потом дали ампулы и велели раздать. Потом отпустили. Я бежала, а потом упала. Мне некуда было идти, и я пошла на работу. У меня тут одежда была. Я зашла в душ и переоделась, а потом начала работать. Мне надо людей дождаться и лекарство им отдать.

Настя говорила с лёгкой истерикой в голосе. Подпустила немного слёз.

-Настя, подожди, успокойся. Как ты оказалась в морге?

-Я не знаю! Я вчера испугалась, что меня побьют. Или, что полиция заберёт. А тут мне позвонили и велели выйти с территории. Мне обещали дать лекарство, чтобы я его раздала. Я побежала туда, а там меня схватили.

Настя расплакалась.

-Кто вас схватил? - поторопил её менее чувствительный адвокат.

-Я тогда не знала... Но я его сразу узнала. Это был... Помните, у нас его сын лежал? Рома, кажется. Ему в окно взрывчатку бросили.

-Владислав, я его помню, - кивнул Андрей Борисович.

-Вот, это был он. Он меня сразу бить начал и я сознание потеряла. А потом меня куда-то привезли. Там было какое-то помещение. Меня подвесили на крюк и этот меня снова бил. А потом он взял нож и втыкал его в меня. Спрашивал о чём-то. Если я соглашалась, то он вытаскивал нож. А если я не соглашалась, то он его проворачивал. Было так больно.

Настя снова разрыдалась.

-Почему же тогда у вас следов никаких нет? - спросил адвокат.

Настя встала со стула и задрала свитер и футболку. Она знала, что там будет. Когда она мыла полы, то наклонялась. Некоторые ранки разошлись и кровили. И хоть ранок было не так много, окровавленный живот выглядел ужасающе. Что и подтвердил адвокат. Он застонал, согнулся и его вырвало. Андрей Борисович побледнел, бросился к Насте, осторожно попытался захватить её в объятия, но Настя не дала ему этого сделать.

-Не надо! У меня рёбра сломаны!

-Ещё и рёбра. Господи, Господи. - Бормотал Андрей. - Настя, ляг на диван. Ляг, пожалуйста. Елизавета Павловна!!! - заорал он вдруг и продолжил бормотать. - Настя, ты приляг вот сюда. Давай помогу. Ты лежи, лежи. Сейчас я тебя осмотрю. Всё будет хорошо.

В кабинет заглянула старшая медсестра.

-Вызывали, Андрей Борисович?

-Перекись, бинты, тампоны сюда! Подготовьте операционную!

-А что случилось? - заходя, спросила Павловна, увидела Настю и осеклась. - Я мигом. Вторую операционную готовлю. Сейчас кого-нибудь пришлю.

-Не надо! - попыталась возразить Настя.

-А ну, лежи! - прикрикнул на неё Андрей Борисович. - Не смей даже шевелиться! Господи, кто с тобой всё это сделал? Как же так? Во что ты ввязалась?

-Простите, я плохо переношу вид крови, - подошёл к дивану адвокат. - Такое неожиданное зрелище. Но я уже пришёл в себя. Больше такого не повторится. Я вам там пол испачкал. Вы уж простите.

-Ничего, - сказала Настя. - Я уберу.

-Лежи! - вновь прикрикнул врач. - Настя, ты сама учишься на врача. Неужели ты не понимаешь, как опасны ножевые раны? А сломанные рёбра? А если у тебя смещение? Да где там Лизка? Нам тут её сто лет ждать?

-Со мной всё в порядке, - подала голос Настя.

-Ты в шоке и не осознаёшь, как сильно ранена. Настя, на тебе живого места нет! Кто это сделал?!

-Одну минутку, - вмешался адвокат. - Пусть Настя продолжит рассказывать свою историю. Возможно, тогда мы всё и узнаем. Вы можете продолжить свой рассказ?

-Могу, - кивнула Настя. - Я продолжу? Да? Так вот. Этот Владислав меня пытал. Спрашивал о чём-то, а я кивала, что согласна. Потом он заорал, что нужно ехать и ловить кого-то и они уехали. Потом пришёл какой-то человек. Он с меня одежду начал срезать. Долго срезал, пока всю не срезал. Знаете, он был сумасшедшим. Он срезал кусочек одежды и с-смотрел, а потом ещё срезал и снова смотрел. Отходил и смотрел. А потом срезал. И смотрел.

-Вот, вот, я всё принесла. Господи, что с Настей.

-Со мной всё в порядке, - сказала Настя и улыбнулась.

Она постаралась, и получилось у неё просто великолепно. От её улыбки медсестра шарахнулась и перекрестилась, а адвоката чуть снова не стошнило.

-А что было дальше? - осторожно спросил Андрей Борисович, намачивая бинт перекисью и начиная обрабатывать Насте живот. - Ты не зацикливайся на сумасшедшем. Тебя изнасиловали? Этот сумасшедший? Не думай об этом. Расскажи, как ты сбежала?

-А я не сбежала, - удивилась Настя. - Я там осталась. Оттуда сбежать было нельзя. Там был дух этого сумасшедшего. Он там всё охраняет и живых не выпускает. Ой, стихи получились. Я там умерла. Наверное... Ведь очнулась я среди трупов. Там были мёртвые, и там воняло.

-Лиза, носилки и вызови Катю с отделения... Ну, ты поняла. У нас тут её случай.

-Поняла, сейчас сделаю.

-Настя, - вмешался адвокат. - Расскажи, что было дальше?

-Тише вы! - рыкнул Андрей. - Вы сейчас её до срыва доведёте.

-Эй! Я тут! Не надо говорить так, как будто меня нет. Меня это очень раздражает.

-Ну, что ты Настенька. Всё будет хорошо.

-Андрей Борисович, вы это сейчас как-то неискренне сказали.

-Всё будет в порядке.

-Это ещё хуже получилось. Да, так вот. Он меня совсем раздел, а потом снял с крюка и начал за мной по помещению гоняться. Если догонял, то бил. Я не знаю, сколько от него убегала, но тут вернулся этот... как его? Шеф. Вернулся шеф и начал на него кричать. Я тогда уже совсем забитая была. Плохо слышала. Но вроде как он сам меня избить хотел перед тем, как убить. Ему не понравилось то, что я его тогда игнорировала. Помните, вы мне за это выговор обещали и лишили премии?

-Помню. Ты можешь не шевелиться?

-Перекись щиплет. Я из-за этого дёргаюсь.

-Потерпи.

-Она, как я посмотрю, очень терпеливая, - хмыкнул адвокат. - Я бы с такими ранами лежал не вставая. Простите, можно я сфотографирую? Для протокола. Я смотрю, ещё и гематомы есть. Настя, а вы не могли бы снять одежду? Мне вас обязательно надо сфотографировать.

-Зачем? - спросил Андрей Борисович, опередив Настю.

-Как вы думаете, кто-нибудь усомнится в том, что она пострадавшая, если увидит эти раны? Ноги, руки - сплошной синяк, как я понимаю. Вам повезло, что вас по лицу не били.

-Били, но не сильно. У шефа кастета не было, а руки портить он не хотел. А когда я висела, то к моему лицу тянуться нужно было, а ему было лень. Но он меня почти не бил, когда я висела. Только ножом тыкал.

Настя расплакалась, как будто именно это воспоминание причиняло ей наисильнейшую боль.

-Тише, Настя, тише, - попытался успокоить её врач. - Всё кончилось. Ничего уже не будет.

-Мне интересно, как всё кончилось, - вмешался адвокат.

-Да! Так вот. Приехал шеф и убил этого, который меня раздел. Я слышала выстрел, а потом его утащили. А назад двоих притащили. Их повесили на моё место и тоже что-то с ними стали делать. Они ругались, кричали, что-то говорили. А потом шеф приказал всем куда-то срочно ехать. Орал так, что даже я услышала. Им нужно было срочно забрать деньги. Все уехали, кроме шефа и ещё одного. И вот этот, который остался, захотел меня изнасиловать. Шеф ему разрешил, но сказал, чтобы не в этом помещении. Он меня потащил и затащил в комнату. Там были экраны. Комната наблюдения. Он начал меня пристраивать на пульте. Я сопротивлялась. Он рассердился и несколько раз меня ударил. Не сильно. А потом посмотрел на экран. Вытаращился. Толкнул меня и всё. Больше я ничего не помню. Очнулась в морге, а дальше вы всё знаете.

-Вот это история, - восхищённо сказал адвокат. - Скажите, а когда вы очнулись, почему вы крик не подняли? Почему в полицию не позвонили?

-У меня сначала голос пропал. Я даже говорить не могла. Потом пыталась выход найти. Ничего не соображала. Там вроде бы живые были, но лежали как трупы. А потом меня перехватили. Дали одежду и велели передать лекарство.

-Но потом-то вы могли в полицию обратиться.

-Я боюсь. Я сейчас оформляю удочерение. Если что-то будет не так, мне дочку не отдадут. Если я попаду в полицию, меня даже до суда не допустят. Послушайте. Вы ведь адвокат. Помогите мне с удочерением. Я вам буду очень обязана. У меня от мужа небольшое наследство осталось. Я деньги получу и рассчитаюсь с вами.

-Посмотрим, что можно сделать. Простите, я не сказал, но я вёл запись нашего разговора. Ваш рассказ я прослушаю внимательно, оформлю на бумаге в виде показаний, вы их подпишете, и всё будет хорошо. Вас всё равно вызовут для дачи показаний. Но вы пока болеете, и будете болеть ещё... Доктор, сколько она ещё будет болеть?

-Две недели. Минимум две недели. К кровати прикую, если только попробует уйти.

-Вот! Не меньше двух недель. За это время вас на допрос не имеют права вызвать, или забрать под конвоем. Даже если придут, чтобы перевезти в тюремную больницу, вы звоните мне, и я тут же примчусь вам на помощь. Если к вам в больницу придёт следователь, то разговоры с ним вы должны вести только в моём присутствии. Сразу ему об этом заявляйте. Ничего не подписывайте. Ничего, и ни у кого. Если заставляют, изображайте неадекватную дурочку. Лучше быть дурой, чем преступницей. Телефон у вас всегда должен быть под рукой. Мой номер должен быть на быстром наборе. Звоните в любое время дня и ночи. С телефоном не расставайтесь. Вроде всё сказал. Может быть, у вас есть ко мне вопросы?

-Вы мне с удочерением поможете?

-Это вообще не проблема. Но сначала разберёмся с вашими делами. Сейчас я отправлюсь в офис и по своим каналам выясню, что сегодня ночью произошло. Узнаю версию следствия, если оно проводится, а потом посмотрю, что мы будем делать. А вам надо лежать и болеть. Слушайтесь доктора и выздоравливайте. Вот мой номер телефона. Перепишите его с визитки на телефон. Завтра обязательно позвоните. До встречи.

Адвокат отправился к себе в офис. Теперь Настя могла быть спокойна. С законом у неё проблем не будет. С таким прохиндеем в адвокатах, любое дело против Насти будет перевёрнуто с ног на голову, и Настя из преступника станет в нём пострадавшей, или свидетелем. Адвокат стоил своих денег. Однако, Настя не могла доверять ему, поэтому брать его на постоянную работу она не станет. Разобравшись с возникшей кризисной ситуацией, адвокат получит деньги и будет уволен. Надо будет уточнить размер гонорара. Также нужно будет оформить какую-то официальную бумагу... Впрочем, пусть об этом голова болит у адвоката. Не оформит правильно бумаги - ничего Настя ему не заплатит.

Принесли носилки. Андрей Борисович потребовал, чтобы Настю на них несли в операционную. Также потребовал, чтобы к дверям подали скорую, чтобы перевезти Настю в другой корпус. Настя обозвала его перестраховщиком. Сама поднялась и прошла на осмотр. Весь персонал желал посмотреть, что случилось с Настей. Даже некоторые дети умудрились пробраться в операционную. Большинство Андрей Борисович выгнал, но несколько человек смогли обосновать своё присутствие на осмотре. Настя раздевалась на глазах у целого консилиума.

Многие были в ужасе, когда увидели что сделали с Настей. Настя и сама пришла в ужас. До этого она не обращала особого внимания на то, как выглядит. Были дела поважнее. Сейчас она не видела своего лица, но она видела свои руки и ноги. Конечности были изжелто-синие и отекли. Сплошной синяк. Кисти рук в ссадинах от разорванной стяжки, на запястьях полосой синяк от того, что стяжка врезалась, когда она висела. На руках местами синяки были чёрные. Два сломанных ребра справа. Одно слева. Похоже было, что печень тоже пострадала. Настя только теперь поняла, что силой воли не допускала в сознание боль. Чуть-чуть ослабив барьеры, задохнулась от ощущений, а потом свалилась в обморок.

Обморок был кратковременным. Но его хватило для того, чтобы все Настины возражения были пресечены на корню. С ней теперь обращались, как с мыльным пузырём, который надо перенести из пункта А, в пункт Б. Ей позволили переместиться на носилки, а потом осторожно понесли к машине. Перевезли в другой корпус на рентген. Там её осмотрел другой врач и долго с Андреем Борисовичем что-то обсуждал, осматривая Настины снимки. Потом Настю отвезли в операционную. Перед началом операции она попросила поговорить с Андреем Борисовичем наедине.

-Андрей Борисович, меня искать будут...

-Не волнуйся, не найдут. Я уже обо всём договорился...

-Я имею в виду, что меня будут искать те, кому я должна отдать лекарство. Помолчите! Если я не выполню то, что мне приказали, они убьют Таню. Андрей Борисович, список у меня в кармане был. Вы сможете его найти. Лекарство в моём шкафчике. Пожалуйста, раздайте лекарство строго по списку. Мне сказали, чтобы никому другому я лекарство не давала.

-Хорошо, я всё сделаю. Настя, ты теперь понимаешь, что чуть не умерла.

-Я вообще ничего не понимаю. Я только теперь понимаю, что меня сильно избили. А зачем нужна операция?

-Тебе сделают несколько надрезов. Некоторые гематомы могут воспалиться, если кровь не выпустить. Мы решили немного перестраховаться. Ранки твои промоют и зашьют. Это можно было бы сделать под местной анестезией, но решили тебе сделать наркоз. Ты и так уже настрадалась.

-Ну что? Поговорили? А то у нас уже всё готово, - сказал подошедший хирург.

-Мой телефон, - напомнила Настя.

-Здесь моя знакомая с тобой останется. Она твой телефон покараулит и в палате с тобой посидит. Там тебе телефон и отдаст.

-Всё! - приказал хирург. - Андрей выйди. Начинаем операцию. Подавайте наркоз.

-Здесь же не стерильно! - возмутилась Настя, но на лицо ей легла маска и через пару секунд её сознание поплыло.

Очнулась Настя в четырёхместной палате, но она в ней лежала одна. Рядом с ней сидела незнакомая ей женщина. По-видимому, знакомая Андрея Борисовича. Сознание после наркоза было сумрачным, но вспышками мелькали правильные мысли. С женщиной надо было заговорить. Сама она, почему-то молчала.

-Как прошла операция? - спросила Настя.

-Без осложнений, - ответила женщина. - Вам поставили два дренажа. Зашили несколько ран. Теперь вам нужно лежать и не двигаться.

-А как же пролежни? - удивилась Настя.

-А вы не слышите? Аппарат работает...

-У меня после наркоза ещё не всё в порядке... Где мой телефон и сколько сейчас времени?

-Сейчас первый час. Операция длилась меньше часа. Володя отличный хирург. Ваш телефон... Вот он, возьмите.

Настя взяла телефон. Согнула руку и поднесла его к глазам. Сфокусировать взгляд на экране не смогла и опустила руку. Ей нужно было быть на связи, но не получалось. Её затруднения стали понятны женщине.

-Последствия наркоза пройдут часа через два. Телефон вы увидите минут через сорок. Вам так нужно позвонить?

-Мне нужно иметь возможность позвонить в любой момент, - ответила Настя.

-Зачем? Вы чего-то боитесь?

-А вы думаете, что мне нечего бояться? Вы психиатр?

-Психолог, - ответила женщина.

-Это одно и тоже.

-Не скажите. Психолог работает с людьми...

-Психологов и психиатров готовят на разных кафедрах, но в одном институте. Программы у них схожи. Разницы нет никакой. Только психологи назначают меньше лекарств, а психиатры закармливают таблетками. Простите, что так резко выразилась, но я раздражена тем, что вы мне врёте.

-В чём я вам вру?

-В том, что вы здесь как психолог. После того, что со мной случилось, мне нужнее психиатр.

-Да? И почему же?

-То, что я делала, иначе как сумасшествием не назвать. Боже мой, какая я была дура. Мне бы... Хотя, я не знаю, что мне надо было бы делать. Хорошо то, что хорошо кончается.

-А вы думаете, что всё кончилось?

-Я хочу, чтобы всё кончилось, - расплакалась Настя. - Я хочу, чтобы про меня забыли. Мне надо сегодня встретиться с представителем органов опёки, а я тут лежу. Меня похитили, а теперь меня ещё хотят сделать виновной в преступлении, которое я не совершала.

-Расскажите мне всё. Я вас очень внимательно слушаю.

Настя рассказала. Врала, конечно, безбожно, но выстроила непротиворечивую версию своей жизни. Женщина внимательно слушала. Задавала наводящие вопросы. Выказывала живейшее участие. В общем, вела себя, как настоящий психолог. Настя выговорилась и даже почувствовала облегчение. Это была одна сторона её жизни, и рассказать кому-то об этой стороне было приятно. Было приятно видеть искреннее сочувствие, услышать совет. Настя давно так ни с кем не говорила. Времени нет, близких подруг нет. Да и с подругами приходилось быть настороже. Вдруг Ляпнешь что-нибудь не то. А здесь она рассказывала потому, что знала, проверки не будет. Психолог даёт ей выговориться, а проверять её слова ей не нужно. Она забудет большую часть Настиного рассказа, как только покинет палату.

Наконец Настя начала повторяться. Женщина прервала её и сказала, что всё поняла. Посоветовала Насте отдохнуть. Они обменялись ничего не значащими фразами, а потом женщина распрощалась и ушла. Настя осталась в палате одна, но ненадолго. Пришёл тот врач, что делал ей операцию. Они поговорили о Настином здоровье. Он рассказал ей о перспективах лечения. Сказал, что проведёт ещё несколько операций по удалению шрамов. Останутся только чуть заметные полоски. Добавил, что обязан был сообщить в полицию о характере Настиных травм. Завтра с ней хотят пообщаться представители органов правопорядка, а сегодня Настя должна лежать, отдыхать и набираться сил. Если ей что-то понадобится, она может смело вызывать медсестру. Кнопка у неё под рукой. Настя поблагодарила за заботу, сказала, что хочет спать и попросила до вечера её не беспокоить. Как только она осталась одна, зазвонил телефон.

-Да? - осторожно сказала Настя в трубку, приняв звонок.

-Анастасия Кирилловна, мы премию хотим, - услышала она голос одного из технарей. - Нет, мы требуем премию!

-Это за что же вам премию давать? - развеселилась Настя.

-А за телефон у вас в руке. У нас получилось просто произведение шпионского искусства. Причём мы собрали его, по сути, на коленке. Требуем с вас миллион!

-Получите сто тысяч, - отрезала Настя.

-Так и знал, что не оцените, - вздохнул технарь. - Высылаем вам инструкцию по пользованию этим телефоном. Может быть, прочитав её, вы смените гнев на милость. Представляете, вас не отследили, когда вы на прослушиваемый номер звонили. Даже район не засекли. Тут, конечно и мы помогли, но основная заслуга на телефоне. Теперь вы можете звонить кому угодно. Ваш телефон никак не отслеживается. Есть программа замены голоса. Вам не нужно носить с собой приспособление. Телефон может работать, как детектор микрофонов и камер, а также датчиков движения и... В общем, почитайте инструкцию. Да, на ваш новый телефон мы привязали ваш старый номер, но номер вы можете менять по желанию...

-Я прочитаю инструкцию, - перебила Настя. - Какие новости?

-Новостей столько, что все не расскажешь. Ваш адвокат развил бурную деятельность. Он вам сам расскажет всё, что сделал. Похоже, что он пойдёт на сделку со следствием. Он выдаст им информацию о пропавшем из морга теле, а они вас не будут привлекать к делу о мошенничестве. Та женщина, что с вами в подвале была, уже показания даёт. Похоже, что именно её виновной и сделают. Анастасия Кирилловна, вас просил позвонить Назаров, но лучше подождите до завтра. Он сейчас не в себе. Среднего побить пытался. Тот сказал ему, что с вами всё в порядке, и он не знал, как с вами всё плохо.

-Со мной всё в порядке. Если бы пришлось... Я вполне могла бы просто отлежаться, и со мной всё было бы в порядке дня через два. Просто врачи перестраховываются.

-Телефон сейчас работает, как микрофон. Прочитаете инструкцию, узнаете, как это отключить. Мы слышали, как ваш Андрей говорил с какой-то женщиной. Он честно рассказал ей о вашем состоянии. Анастасия Кирилловна, мы всё слышали. У вас действительно всё плохо, а вы этого не осознаёте. Пожалуйста, слушайтесь врачей и не надо геройства. Мы ваш подвиг оценим, но вы нам живой нужны, а вы ведь можете стать инвалидом.

-Хорошо, я вас услышала. И вполне с вами согласна. Я не буду геройствовать. Буду болеть. Только слушайте внимательно. Я сегодня должна была встретиться с представителем органов опёки. Пусть Назаров узнает, с кем именно и отправит наших людей всё об этом человеке разузнать. Я сама ему позвоню, но и от вас жду всех возможных усилий. Вы ведь понимаете, как для меня это важно.

-Мы всё сделаем, не волнуйтесь. Но сегодня Назарову не звоните. Хорошо?

-Не обещаю. Ладно, до встречи.

-До связи. Созвонимся мы раньше, чем встретимся.

После звонка Настя взялась читать инструкцию к телефону. Это действительно оказалось произведение искусства. Телефон выглядел, как обычный смартфон, но имел множество дополнительных функций. В большинстве это были программные продукты, которые могли бы работать при установке на обычный смартфон, однако, были произведены и кое-какие изменения аппаратной части. В частности, теперь телефон мог выдавать на вышку данные любой сим карты. Также он аппаратно переключался не на ближайшую точку связи, а менял точки подключения в хаотичном порядке. Учитывая, что он принимал сигнал намного лучше любого мобильника, то подключаться он мог к любой вышке в радиусе полусотни километров. Мог автоматически, а можно было подсоединиться вручную.

Настя увлеклась чтением и не заметила, как пролетело время. Спохватилась только когда медсестра зашла и спросила о её самочувствии и голодна ли она? Настя призналась, что готова съесть слона и заинтересовалась временем. Оказалось, что уже почти шесть вечера. Насте срочно нужно было позвонить. Однако она, как только ей напомнили о еде, не могла думать ни о чём другом. Хотела бежать на ужин, но медсестра сказала, что ужин принесёт в палату, а Насте нужно лежать, она - не ходячий больной. Настя не стала возражать.

Пока медсестра ходила за ужином, Настя позвонила в отдел опёки и смогла связаться с женщиной, которая сегодня должна была с ней встретиться. Покаялась за то, что не пришла. Обрисовала ситуацию. Женщина, судя по голосу достаточно молодая, заверила Настю, что всё в порядке. Сказала, что займётся Настиным делом. Документы, поданные Настей, остались ещё с прежнего инспектора. Пожелала здоровья и попросила позвонить через пару дней, уточнить, если возникнут вопросы. Настя пообещала и обнадёженная сбросила звонок. Эта женщина была не чета прежней.

Когда Настя увидела принесённую порцию, она поняла, что на две недели задержаться в больнице не сможет. Просто умрёт с голоду. Привыкнув есть помногу, она съела размазанную по тарелке кашку и поняла, что не наелась. Затевать скандал не стала, но на вечернем обходе намекнула врачу, что не наелась. Он удивился. Сказал, что диета стандартная, но обещал увеличить порции. Ещё Настя потребовала халат, для возможности выходить в коридор. Врач только посмеялся. Предложил Насте попытаться встать. Когда Настя поднялась и встала, он в ужасе потребовал, чтобы она легла, и потом долго ругал её, указывая на разошедшиеся раны и пугая возможным внутреннем кровоизлиянием. Они немного поругались. Настя настаивала, что должна иметь возможность пройтись.

Сошлись на том, что утром Настя будет себя чувствовать хуже, чем сегодня. Так всегда бывает при гематомах. Если она тогда сможет встать и пройтись, то запрещать прогулки ей не будут. Врач ушёл, а Настя позвонила Тане. С удовольствием поговорила с ней около часа. Выслушала то, что с ней произошло в школе. Пообещала сама зайти в школу и поговорить с учительницей, которая высмеяла Таню, когда та сказала, что её скоро удочерят. Сказала, что не сможет прийти в ближайшее время и возможно, не сможет забрать Таню на выходные. Таня заметно расстроилась, но Настя потребовала, чтобы она перестала расстраиваться и была весёлой, а то Насте тоже становится грустно. В болтовне пролетел час. После разговора с Таней, Настя подумала и позвонила Свете, соседке по общежитию.

Света поведала Насте, что комендант уже в курсе, что с Настей случилось. Попросила всех девушек ходить к Насте в гости, как только врачи это разрешат. Они уже составили график, по которому будут ходить. Настя посмеялась и попросила приходить просто так, без графика. Со Светой тоже мило поболтали. Позвонила Лене. Лена была немного не в себе. Настя сначала пыталась окольными путями выведать, что происходит, а потом прямо спросила, куда они дели труп? Лена несколько секунд молчала в трубке.

-Откуда ты знаешь? - спросила она.

-Я этот труп помогала разделывать, - сказала Настя.

-Не надо о таком по телефону, - сказала Лена.

-Нас не прослушивают, - заверила её Настя. - Так куда вы его дели?

-Отвезли на пустырь и сожгли. Парни сожгли, но я недалеко стояла и запах чувствовала. Настя, а ты уверена, что мы правильно всё делаем? Нам говорили, что придётся убивать, но вот так сразу... А кто его убил?

-Поверь мне, я не могу сказать. Но если хочешь убедиться, что это был плохой человек, зайди завтра ко мне на работу. Там есть врач, Андрей Борисович. Попроси его проводить тебя ко мне. Доказательства будут самые основательные. Не поверить - невозможно.

-А ты сейчас где? - заинтересовалась Лена.

-Завтра, ближе к вечеру, сделай, что я сказала. Да! И ещё. Пожалуйста, купи еды. Мясо, колбаса, рыба, фрукты, овощи. Всего и много. И запить обязательно. Соки, лимонады. Сколько можешь унести - неси. Я в больнице, а меня здесь не кормят. Кстати, можешь с собой ребят, как носильщиков взять. Им тоже надо будет убедиться, что это был плохой человек. Жду вас завтра. До встречи.

-Подожди! С тобой...

Настя сбросила звонок. Отключила телефон. Организм требовал отдыха. Держась на резервах, он удивился количеству поступивших питательных веществ и теперь готовился впасть в голодную кому. Настя не стала ему препятствовать. Она вновь погрузилась в состояние медитативного сна. В этом сне она чувствовала свой организм и могла им управлять. Она прикинула, что было сделано за день. Удивилась и попыталась немного придержать восстановление своего организма. У неё получилось. Теперь организм восстанавливался со скоростью, как у обычного человека. Питательные вещества тратились намного медленнее. Также Настя вдруг поняла, что шлаки в её организме идут на повторную переработку, и даже не один раз. Ей стало противно, и она попыталась изменить это. Не сразу, но у неё получилось. Потом Настя выгнала из организма всё лишнее и проснулась.

Чувствовала себя бодрой и жизнерадостной. Жутко хотелось в туалет. Все синяки и переломы болели намного сильнее, как ей и обещали. Настя вызвала медсестру. Медсестре предложила сделку. Настя получает халат и тапочки, а медсестре не придётся выносить за ней утку. Предложение было заманчивым, и медсестра согласилась. Потом они ещё посидели, за беседой коротая ночь. Настя с удовольствием попила чаю и лишила медсестру пакетика сушек. Уже в палате, Настя поняла, что в состояние транса может войти почти мгновенно, и за несколько секунд может изменить состояние своего организма в соответствии со своими желаниями. До утреннего обхода она экспериментировала с этим, а потом её закрутило водоворотом событий.

На утреннем обходе она с трудом, но встала. Володя, её лечащий врач, ехидно поинтересовался, стоит ли получение халата таких усилий. Настя немного вспылила и высказалась. В отместку врач сказал, что слово своё держит, но теперь на процедуры Настя будет не ездить на каталке, а ходить пешком. Настя согласилась. Получив одежду, она прошла до туалета и обратно. Поняла, что согласилась зря.

Ноги у неё не гнулись в коленках и были, как деревянные. Любое резкое движение вызывало боль. Кисти рук распухли, пальцы гнулись плохо. Запястья налились чернотой. Давящая повязка не помогала. Стоило Насте повернуться немного резче, чем можно, и боль от сломанных рёбер простреливала от копчика до затылка. Она вернулась в палату и принялась проверять свой организм, загнав себя в состояние медитации. Однако, разобраться так и не успела. Её вызвали в процедурный кабинет.

В процедурной было полно народу. Настя даже испугалась, но Володя успокоил её, начав представлять присутствующих, и объяснил, зачем они здесь. Оказалось, что это приехали медики из следственного комитета, чтобы засвидетельствовать побои. Также приехал следователь, который должен был допросить Настю об обстоятельствах получения этих побоев. Настя сказала, что не будет ни с кем разговаривать без адвоката. Володя сказал, что своей властью разрешает коллегам присутствовать при Настином осмотре. Попросил Настю не возражать, а то придётся повторно вызывать Настю в процедурный кабинет и снимать повязки. Это звучало логично. Настя согласилась, но всё равно позвонила адвокату.

Адвокат обрадовался её звонку. Сказал, что обо всём договорился, и что после обеда будет в больнице со следователем из прокуратуры, а также судебным медиком, для фиксации побоев. Настя сказала, что медики уже здесь, а также за дверями процедурной её ждёт следователь. Адвокат выругался. Сказал, что прибудет минут через сорок, а пока чтобы Настя ничего не говорила и ничего не подписывала. Настя привела ему доводы лечащего врача и спросила насчёт фиксации побоев. Адвокат задумался на несколько секунд, а потом дал разрешение, но ещё раз добавил, чтобы без него Настя ничего не подписывала. На том и порешили.

Настю долго осматривали и фотографировали. Задавали вопросы Володе, и он давал пояснения. Ему немного попеняли, что он не сделал фотографии перед операцией, но согласились на то, чтобы он написал подробный отчёт. Насте тоже задавали вопросы, но она извинялась и отвечала, что без адвоката говорить что-либо не имеет права. Все искренне изумлялись тому, что ей нужен адвокат. Никто не сомневался, что она не преступник, а жертва.

Наконец осмотр и фотографирование закончилось. Насте обработали дренажи, наложили давящую повязку и отпустили в палату. В коридоре её встретил Андрей Борисович. Он был в ужасе от того, что Настя ковыляет по коридору и поругался с Володей. Потом он помог Насте дойти до палаты, по пути ругая уже её за... Да за всё, что мог припомнить. И за излишнее трудолюбие, и за то, что себя не бережёт, и за то, что связалась с плохими людьми, а не обратилась к друзьям за помощью. Насте была очень приятна его забота.

Следователь хотел сунуться в палату вслед за Настей, но Андрей его выгнал, с полного Настиного согласия. Ей надо было лечь под одеяло. Для этого надо было снять халат, а она не желала устраивать стриптиз. Тем более, что выглядела она так, что показываться кому-либо на глаза было стыдно. Врачи - исключение. Андрея Борисовича она тоже стеснялась, но он никак не желал уходить, и Настя смирилась с его присутствием. Тем более, что с его помощью, ложиться было не так больно. Настя только сегодня утром поняла, зачем сверху над кроватью нужна штанга. Не зацепившись за неё, она не смогла бы подняться с кровати. И то, её прострелило болью.

-Видишь Настя, тебе лежать надо, - наставительно сказал Андрей Борисович. - Понимаешь ведь. Зачем ты себя мучаешь? Это из-за смерти твоей мамы?

-Что? - удивилась Настя. - При чём тут мама?

-Ты себя мучаешь потому, что винишь себя в смерти мамы и таким образом наказываешь себя за это. Мне так Катя сказала. Психолог, который с тобой вчера беседовала.

-А ещё что она сказала? - нехорошим тоном спросила Настя.

-Что ты не сошла с ума после того, что с тобой случилось. Она сказала, что у тебя появились изменения в психике, характерные для людей переживших...

-Я с ней больше не заговорю! Она не имела права вам что-либо говорить!

-А кому она имела право говорить? Настя, я твой друг. Я беспокоюсь о тебе.

-Вы вчера лекарство раздали? По списку?

-Да, раздал, - вздохнул Андрей Борисович. - Настя, с тобой полицейские хотят поговорить. Если Володя разрешит, то им хотелось бы поговорить с тобой сегодня. У тебя адвокат есть. Ты не могла бы его вызвать? Они должны к двенадцати приехать. Кстати, а этот человек... Он ведь из органов. Он что, раньше приехал?

-Знаете, мне кажется, что тут будет большой скандал. На меня вышли через вас, и хотят поговорить. Мой лечащий врач вызвал полицию, и они хотят со мной поговорить. Адвокат тоже приедет не один, и они тоже хотят со мной поговорить. Я боюсь, что ещё кто-нибудь тоже захочет со мной поговорить. Интересно, а не передерутся ли они у дверей моей палаты.

Не передрались, но скандал получился занятный. Никто не мог понять, кому первому допрашивать Настю. Каждый приводил свои доводы, и не желал слушать доводы оппонентов. Наконец, с помощью Настиного адвоката, все смогли договориться и все вместе зашли к Насте в палату. Вопросы задавали по очереди, после того, как выслушали Настину версию событий. Потом ругались между собой и с адвокатом. Наконец, пришли к решению никак не преследовать Настю, но потребовали, чтобы она дала официальные показания.

Адвокат на это взвился так, как будто его кольнуло снизу. Он требовал прекратить незаконное преследование, намекал на заключённую сделку и указывал на временную Настину недееспособность, в результате которой она не может принимать осмысленных решений. Вновь возобновилась ругань, но тут пришёл Володя и попросил всех покинуть помещение, иначе завтра все здесь присутствующие будут писать объяснительные в отделе внутренних расследований. Все тут же успокоились, попрощались с Настей и ушли. Настя удивилась этому, но тут вернулся адвокат и всё ей объяснил.

-Вы, Анастасия Кирилловна, не понимаете, в какую ситуацию угодили. Вас живую, приняли за мёртвую и отвезли в морг. Вы, после пыток, очнулись среди покойников. Да если газеты об этом узнают, вас завалят предложениями об интервью. А после вашего интервью, начнётся обильный "погонопад", а то и головы полетят. Я договорился, чтобы вас не привлекали ни по какому делу. Органы правопорядка забывают о вас, вы забываете о том, что с вами произошло. Вы ведь этого хотели? Я правильно вас понял?

-Да, всё правильно, - кивнула Настя.

-Я даже позволил им получить ваши показания. Конечно, ваш лечащий врач мне немного помешал, вызвав полицейских из другого ведомства, но это не должно было стать проблемой. А теперь они хотят изменить условия сделки и всё-таки включить вас в дело в качестве свидетеля. Но сначала вы свидетель, а потом, если у них не будет козла отпущения, они вас в подозреваемые переведут, а после могут и обвинения предъявить. В этом деле всё очень сложно, запутано и шатко. Но зато - какое дело! Мне очень нравится им заниматься. Обычно дело - возня с кучей бумаг в кабинете, а здесь... Такая интрига, такие... Анастасия Кирилловна, мне от вас нужны будут показания по всем эпизодам вашего сотрудничества с Училкой.

-А кто это? - спросила Настя.

-Это женщина, которая артефакт Зоны продаёт. Кличка у неё такая. Есть ещё несколько спорных моментов, по которым вас хотят допросить. Вы пока отдыхайте, а когда вы будете поправляться, я к вам зайду и мы поработаем над вопросами и ответами, которые будут на допросе. От допросов уклониться не получится. Но потом следствие забудет о вашем существовании. Главное, пройти первую серию допросов.

-А допрос будет не один? - удивилась Настя. - А сегодня что было?

-Это был просто опрос свидетеля. К сожалению, допросы будут продолжаться, пока не убедятся, что вы больше ничего по делу сказать не можете. Не волнуйтесь. Я с вами, поэтому всё будет хорошо.

-Ладно, я вам верю. А почему все так быстро ушли, когда Володя их об этом попросил?

-Закон о препятствовании в оказании врачебной помощи. Володя врач и он здесь царь и бог. Если люди в погонах не выполняют приказы врача, то их вполне могут уволить из органов.

-Понятно, - кивнула Настя. - Вы простите, но я действительно устала. Не могли бы вы оставить меня.

-Всё-всё, я удаляюсь. Но буду по первому вашему звонку. В любое время дня и ночи. До свидания.

-До свидания, - кивнула Настя.

Она осталась одна. Забежала медсестра и поинтересовалась, не нужно ли Насте что-нибудь? Настя ответила, что ничего не нужно и её оставили в покое. Настя лежала и думала. А подумать было над чем. Что-то ей не нравилось в происходящем. Было такое ощущение, что что-то она упустила. Какую-то мелочь, но при этом очень важную. Она позвонила технарям, включив на телефоне шифрованную связь. Пока только у них была возможность пользоваться зашифрованным каналом. Потребовала от них, чтобы к вечеру обеспечили ей шифрованную связь с Назаровым и Прусаком. Также поинтересовалась возможностью связаться по шифрованному каналу с Пеструхиным и Ерёминым.

Технари обещали, что вечером связь с Прусаком будет установлена, а с Назаровым Настя может связаться прямо сейчас. У него такая же, как у Насти трубка и он примет её звонок. Насте было немножко страшно, но она позвонила. Конечно же, нарвалась на скандал. Назаров ругал её за необдуманные действия. За то, что подняла на ноги всю полицию города и поставила привычный всем уклад с ног на голову. Сейчас город напоминал разворошенный муравейник. Проходили обыски, аресты, задержания. Училку искали все. И МВД и бандиты.

-Настя, ты понимаешь, что ты умудрилась плюнуть одновременно на тех и других? Прямо на глазах у полиции передала вещество; умыкнула деньги бандитов, да ещё и повесила на них убийства, которые они не совершали; к тому же очень сильно подставила Прусака, он первый подозреваемый в смерти зятя. Настя, сиди в больнице и носа оттуда не высовывай. Пока ещё бандиты не сообразили, но скоро поймут, что ты единственный свидетель. Они с удовольствием тебя выкрадут и допросят, а как они допрашивают - ты уже знаешь.

Настя поняла, что её мучило. Именно то, что только что озвучил Назаров. Она не обдумала то, как будут действовать бандиты. А ведь они гораздо опаснее, нежели полиция. Настя поблагодарила Назарова и попросила не отменять её приказов, отданных ранее. Также она попробовала объяснить ему, где именно находится тайник с веществом, но не преуспела в этом. Назаров только понял, что где-то в парке. Он сказал, что ещё поговорит с Настей, когда она выпишется, они распрощались и прервали разговор. Всё, что нужно - было сказано.

Переговорив с кем хотела, Настя решила заняться медитацией и своим организмом. Как ей казалось, что-то в нём разладилось. Она не успела. К ней пришли Лена и парни. Под конвоем Андрея Борисовича они в белых халатах и тапочках, с двумя большими сумками в руках, зашли в палату. Зашли робко, ожидая увидеть на койке умирающую Настю. Видимо Андрей нагнал на них страху. Но когда Настя их поприветствовала радостным криком, расслабились и даже заулыбались.

-Как я рада вас видеть! А уж как я рада видеть вот эти сумки! Там ведь еда, я не ошибаюсь?

-Мы всё купили, что ты просила, но нас заставили оставить часть еды. - Джамал покосился на Андрея Борисовича.

-В палату нельзя проносить скоропортящиеся продукты, - наставительно сказал Андрей Борисович.

Настя и Лена начали болтовню ни о чём. Парни сидели молча, временами косясь на Андрея. Наконец он понял, извинился и вышел из палаты. Оставшись одни, парни тут же начали расспрашивать Настю. Настя коротко пересказала им то, что произошло. Показала, как её избили. Лена ахала, а парни скрипели зубами от злости. Настрой у них был как раз такой, какой нужен был Насте, и она невинно заметила, что не все бандиты остались в доме. Некоторые до сих пор гуляют на свободе и ищут возможность добраться до Насти. Парни аж подпрыгнули и пообещали, что начнут искать бандитов прямо сегодня, а когда найдут, то убьют без колебаний. Насте пришлось сдерживать их пыл, но у неё плохо получилось.

К ним заглянул Андрей Борисович и напомнил, что он договорился всего на получасовое посещение. Парни встали и начали прощаться с Настей. Лена задержалась.

-Скажи, а тебя изнасиловали? - спросила она, когда в палате кроме неё и Насти никого не осталось.

-Пытались, - ответила Настя. - Не успели. А к чему этот вопрос?

-Просто... - неопределённо ответила Лена.

-Как у тебя отношения с Младшим? - задала Настя вопрос в лоб.

-Мы с ним не спали. Я боюсь, - призналась Лена. - Боюсь, что с ним у меня будет, как тогда...

-Лена, скажи, ты его любишь? Нет! Не отвечай. Скажи, ты хочешь доставить ему удовольствие? Очень хочешь? Приди домой, возьми огурец, надень на него презерватив, а потом засунь в себя до самого конца. Я не издеваюсь. Честное слово. Когда засунешь, ты не почувствуешь никакого удовольствия, но не вытаскивай, а возьми книжку и почитай, или кино посмотри, или ещё что-нибудь поделай. А через пару часов вытащи огурец и подумай о том, что ощущения были не очень, но ничего страшного с тобой не произошло. И если ты позволишь мужчине взять тебя, то ничего страшного с тобой не произойдёт, но мужчине ты доставишь удовольствие. Честно тебе признаюсь, первый раз у меня было без моего согласия, но я его любила, и он был таким... В общем, мне очень понравилось. А пару раз мне не нравилось, но нравилось ему, поэтому я была довольна.

-Ты никогда не рассказывала... - начала Лена.

-Потом об этом поговорим, - перебила её Настя. - Парни ждут. Иди к ним. Приходите с Ксюшей. Поговорим, обсудим. Нам есть о чём поговорить.

-Хорошо, - обрадовалась Лена. - До встречи.

-До встречи, - кивнула Настя.

Ребята ушли. Настя с кряхтением сползла с кровати и принялась перебирать то, что они принесли. Хлеб, мясо, лимонад, соки, фрукты. Во второй сумке были вещи. Видимо Лена знала, как плохо лежать в больнице без вещей и позаботилась. Настя с удовольствием примерила бельё и спортивный костюм. Также были мыло, мочалка, пакетик шампуня и туалетная бумага. Настя испытала чувство огромной благодарности. Хотела позвонить Лене прямо сейчас и поблагодарить, но одумалась, ведь сейчас Лена должна была быть за рулём. Вместо Лены, она позвонила Егору Владимировичу.

Может быть, Егору Владимировичу кто-то проболтался, но новость о том, что все его ученики работают на Училку - он воспринял философски. Сразу уточнил, как их будут использовать, и как теперь действовать ему? Настя искренне обрадовалась такой его покладистости и попросила присматривать за учениками. Было у неё подозрение, что от успехов у них закружится голова, и они натворят глупостей, если их кто-нибудь вовремя не одёрнет. Егор подходил для этого идеально. Он имел почти непререкаемый авторитет и очень серьёзный жизненный опыт. Выложив все свои мысли о дальнейшем существовании их, теперь уже, банды, Настя скомкано попрощалась и малодушно сбросила звонок. Выслушивать возражения от Учителя - она не хотела. Чувствовала свою перед ним вину и боялась показать слабость, согласившись с чем-то, что он предложит. Да и стыдно ей было. Хотя бы за то, что разговаривая, изменила свой голос с помощью программы телефона.

До вечера Настя несколько раз вставала с кровати, и не смотря на боль во всём теле, ковыляла по коридору из конца в конец. Все на неё смотрели, как на мазохистку. Настя и сама не понимала, почему не лежит, но вот чувствовала, что лежать ей нельзя. Организм требовал хоть какого-то движения. В коридоре её поймала психиатр Катерина. Настя её проигнорировала, но Катерина оказалась хорошим психологом. Уже в палате она втянула Настю в разговор, а расстались они чуть не подругами, при этом Настя не могла понять, как так получилось? Настя дала себе слово, обязательно прослушать в институте курс психиатрии. Полезное умение.

Ночью Насте никто не мешал и она, погрузившись в транс, начала методично изучать свой организм. Такое умение давало ей огромное преимущество перед любым человеком. Вот только знаний, чтобы пользоваться этими умениями ей не хватало. Она научилась переводить свой организм на разные энергетические уровни. На первом она была обычным человеком. На втором уровне её выносливость повышалась многократно, но есть хотелось пропорционально. При этом шло ускоренное восстановление сил, и появлялась регенерация. Третий уровень был пока для Насти закрыт. Настя вышла на него, но сразу почувствовала себя ужасно. Тут же вышла из транса с невероятной слабостью. Только выпив сладкого лимонаду, смогла немного прийти в себя. Оставила третий уровень в покое и взялась за изучение второго.

Второй уровень тоже делал из Насти сверхчеловека. Восстановление можно было ускорить в несколько раз. Можно было усилием воли проводить питательные вещества туда, где в них возникала необходимость. Например, в мышцы ног при приседаниях. На втором уровне у Насти улучшалась координация и чувство равновесия. Настя прошлась по штанге над кроватью и поставила на ребро три тарелки. К утру Настя закончила эксперименты и даже подумывала поспать, но сна не было.

Видимо, Настя перестаралась, когда очищала свой организм и вычистила что-то лишнее. То, что отвечает за сон и бодрствование. Настя была бодра, весела и готова к трудовым подвигам. Вот только пока подвигов ей совершать не стоило. Настя исправила проблемы с отбитой печенью и отбитыми почками, но все синяки и ссадины оставила без изменений. Странно было бы, если бы она за один день стала полностью здоровой. Насчёт неё могли бы появиться подозрения. К тому же, у такого быстрого излечения был весьма серьёзный побочный эффект.

Настя убрала функцию расщепления и повторного использования шлаков в организме, но случайно поняла, что на втором уровне не сможет нормально без этого существовать. Организм просто умрёт от аутоинтоксикации, не успевая выводить шлаки. А при быстром излечении, шлаков становится в миллиарды раз больше. Поэтому, Настя может лечить себя быстрее обычного человека, может лечить какой-то отдельный орган. Однако, как только она попытается залечить столь обширные повреждения, организм надорвётся. Поэтому Настя за несколько часов вылечила внутренние органы, а всё остальное оставила, да ещё и перешла в режим обычного человека, чтобы не выделяться среди других пациентов.

И весь день хвалила себя за это. Она привлекла слишком много внимания, а значит, теперь всех интересовало её здоровье. Во-первых, её лечащего врача. Во-вторых, постоянно интересовались следователи, чтобы сразу по выздоровлении пригласить на допрос. Также все Настины друзья и знакомые постоянно звонили ей и интересовались её здоровьем. Напоследок, пришли девчонки из общежития, но не как к подруге, а как будущие врачи. На примере Насти они учились хирургии, тому, как ухаживать за дренажом, как его снимать и как ставить. Настя была их наглядным пособием, но потом всё же они провели какое-то время с ней просто подругами.

Их тоже интересовало Настино состояние. Не как врачей, а как подруг, но это не мешало им осматривать Настю и выносить свои прогнозы её выздоровления. Настя поняла, что если эти прогнозы не сбудутся, то ей придётся очень долго объяснять, почему и как это получилось? Выполняя прогнозы, ей придётся оставаться в больнице ещё не менее десяти дней. На таком сроке сошлось большинство.

Также Настя заинтересовала психиатров. Каким-то образом, основываясь только на Настином рассказе, Катерина диагностировала у Насти редкую форму кататонии, напоминающую летаргический сон. Она привела коллег, и они долго осматривали Настю, непонятно, что желая найти? Сошлись на том, что пока у Насти не пройдут синяки, говорить о чём-либо рано. Возможно, она еле ходит из-за проблем с двигательными функциями, а возможно ей просто больно. Настя утверждала, что второе, но врачи ей не верили. Они врачи - они знают лучше.

В общем, Насте скучать не приходилось. Кроме посетителей у Насти ещё был и телефон, по которому ей тоже звонили. И хоть в большинстве звонков не было ничего важного, но некоторые звонки требовали от Насти принятия серьёзных решении и заставляли её напряжённо обдумывать дела. Например, звонок от Вахтанга. Старший приехал к нему, набрал оружия на десяток миллионов, а теперь Вахтанг ждал, или перевода денег, или отказа от части оружия. Потом был звонок от Старшего и много ругани. Потом Настя звонила Назарову. Кое-как разобравшись с этой ситуацией, она должна была решать новую. Бандиты серьёзно взялись за Настю.

Бандиты поступили совсем не так, как предполагала Настя. Они не искали Настю, они просто слили всю информацию по Училке следственному комитету и ждали, чем это закончится. Или МВД найдёт и посадит Училку, или сможет усложнить ей работу так, что она не будет составлять никакой конкуренции. В смерти зятя Романа Михайловича, бандиты склонны были видеть попытку Училки отхватить хороший кусок пирога, а то и занять место сегодняшнего хозяина города. Для Насти это не было бы проблемой, но преступный элемент продолжал сотрудничать с полицией. На Училку начали вешать дела, к которым она никак не была причастна. Пришлось звонить Прусаку.

-Здравствуй Прусак! Скажи мне, пожалуйста, а что твои люди делают? Почему моё доброе имя мелькает в сводках МВД? Если так пойдёт дальше, то я твоих людей, которые против меня показания дают, зачищать начну.

-Ты не боишься, что мой телефон прослушивают? - спросил Прусак вместо того, чтобы поздороваться.

-Нет, не боюсь. Я знаю, что он не прослушивается. Разве что, ты сам нашу беседу пишешь. Ой, зря ты меня злишь! Я ведь отвечу неадекватно. Я ведь женщина. А ты знаешь, как тебе может ответить разозлённая женщина?

-А почему ты на меня злишься? Ты на моих людей злись. Я теперь не могу их полностью контролировать. Благодаря тебе, между прочим. На кой чёрт тебе нужно было моего зятя таким образом устранять?

-Мне устранять?! - возмутилась Настя. - Это ты его голову заказывал! Только что-то у тебя не так пошло. И ты должен был следить за ним, чтобы он глупостей не наделал. Ты сам виноват, что он умер. И сходи в церковь. Свечку поставь за то, что моего человека он не убил. Если бы убил, я бы и тебя и твою родню на тот свет отправила. И я не шучу. Своих людей придержи, иначе появятся трупы. Я на твоё место не претендую, но своего не отдам, и любое посягательство на него будет караться. Эту запись можешь отнести туда, где она будет кому-то интересна, но чтобы больше никакого сотрудничества с органами не было. И все дела, которые на меня повесили... Они должны быть закрыты в недельный срок. Виновные по этим делам должны сесть. Чтобы больше никому даже в голову не взбрело что-то своё на меня вешать. Всё понятно?

-Я всё понял. Но и ты учти. Я тебе не мальчик. Если я тобой как следует займусь...

-То мне будет очень просто избежать вашего внимания, а вот вам моего... Я уже говорила, что не хочу войны, но готова воевать. Пока я предупреждаю вас, но после следующего вашего выпада я просто начну войну. У меня есть силы для этого, у меня хватит на это средств. Я понятно объяснила?

-Да, мне всё понятно.

-Вы хотите воевать? Ты хочешь воевать?!

-Нет, не хочу.

-Чудесно! Рада, что мы договорились. Надеюсь, вы не хотите нарушить договор?

-Нет, не хочу.

-Совсем хорошо! Роман Михайлович, ваш зять был глуп и упрям. Он плохо кончил. Не делайте такую же глупость. Иначе однажды вас найдут с перерезанным горлом, а ваш внук будет лежать рядом с ножом в руке.

-Я всё понял, - чуть напряжённо произнёс Прусак.

-До свидания, Роман Михайлович. Надеюсь на нашу нескорую встречу.

Прусак сбросил звонок не попрощавшись.

Конечно, Настя прекрасно понимала, что разговаривая с этим человеком в таком тоне, она непременно вызовет в нём ненависть, желание противодействовать. Она ждала от него немедленной реакции, но он не поддался на провокацию. До утра он не проявлял никакой активности. Технари отслеживали все возможные каналы передачи информации от него к его людям и не заметили ничего. Настя была готова к самому неблагоприятному развитию событий, но Прусак утром позвонил своим людям и дал команду на прекращение травли Училки. Война не состоялась.

Глава 6

Настя всю ночь не спала и боялась, что война начнётся. Легко было угрожать, но у неё не было сил, привести угрозы в исполнение. Из убийц были только трое и она, а остальные ребята ещё не были готовы. Да и сама Настя не имела нужного опыта, чтобы подготовить и осуществить убийство. Самое главное, что начав войну, она непременно выдала бы себя и свою банду. Технари давали почти восемьдесят процентов такого развития событий. А как только о ней узнают, то ликвидировать её и всех её людей - вопрос времени. Бандитов банально больше. Однако, решать вопрос с Прусаком нужно было сейчас, а не потом. Даже ценой начала войны.

Весь следующий день Настя лежала и болела. Скучать не приходилось. К ней постоянно кто-то приходил. То подружки из общежития, то медсёстры с отделения. Пришли и ребята из секции. Даже Егор Владимирович заглянул. При этом они приходили, как будто по очереди. Настя ни разу за день не осталась одна надолго. Поговорить по телефону стало невозможно. Вечером она позвонила Лене и потребовала отчитаться. Лена пыталась уйти от ответа, но Настя потребовала ответ в категорической форме и Лена призналась.

Оказалось, что психиатр решила, что Насте сейчас нельзя оставаться одной. Что у неё посттравматический синдром. В любой момент Настя может впасть в буйство, или моментально скатиться в такую депрессию, что руки на себя наложит. Диагностировали такие ужасы у Насти по тому, что она не интересуется, как выглядит. Хоть выглядит ужасно, не страдает от этого и не пытается как-то скрыть синяки. В разговорах совершенно не вспоминает, что с ней было, а когда вспоминает, то выдаёт неправильную психологическую реакцию. Были ещё какие-то признаки, но Лена их не запомнила. Одно стало понятно, Настю ни в коем случае нельзя оставлять без присмотра.

-А как же ночью? - удивилась Настя.

-А ночью ты спишь, - ответила Лена. - И медсестра имеет насчёт твоей палаты особые инструкции.

Настя долго уверяла Лену, что не испытывает никаких суицидных наклонностей. Лена ей поверила, но сказала, что всё равно придёт к ней ещё не раз. Настя искренне обрадовалась и просила приходить, но только всем вместе, а не по очереди. Объяснила, что ей тяжело постоянно принимать гостей и постоянно отвечать на одни и те же вопросы. Лена обещала, что больше они не будут дежурить у постели больной, а придут все месте и надолго не задержатся.

Потом они с Леной поболтали, перемыли косточки знакомым и незнакомым людям. Потом поговорили о Лениных отношениях с Младшим. Настя вспоминала свои отношения с Говоруном и давала Лене советы. Потом вспомнила, что Саша умер, и они вместе с Леной поплакали. Вечер прошёл хорошо. Было только обидно, что разговор шёл по телефону. Было бы лучше и приятнее, если бы они сидели рядом с бутылочкой чего-нибудь некрепкого. Договорились, что потом как-нибудь обязательно соберутся и посидят именно так.

Утром, ещё до обхода, Настя нагло заняла процедурную и сама удалила себе дренажи. Володя, когда узнал об этом на обходе, только пожал плечами и сказал, что сам собирался дать команду сегодня их убрать. С количеством продуктов Настя не угадала. Перейдя в режим обычного человека, она стала есть намного меньше и теперь ей вполне хватало больничных порций. Выздоровление шло не шатко не валко, но Настя не видела в этом ничего плохого. Ей всё равно не нужно было срочно покинуть больницу. Старые дела были закрыты, а новые ещё только образовывались. Настя вполне могла поскучать в палате.

Тем более, что скучать ей не пришлось. К ней в палату подселили двух соседок. Одна женщина упала и сломала три ребра, а вторая сломала шейку бедра и была не ходячей. Настя, как могла, а могла она много больше соседок, помогала им. Женщине со сломанными рёбрами помогала вставать с кровати, а лежачей больной выносила утку и помогала в уходе за телом. Старалась не сближаться с этими женщинами, но в небольшой палате это сложно было сделать. В какой-то момент Настя поняла, что может считать этих, уже не молодых женщин, если и не близкими, то всё равно подругами. Впрочем, дистанцию она всё равно сохраняла.

Психолог Катерина весьма одобрила то, что к Насте поместили соседок. У неё так и не прошло подозрение на то, что Настя хочет покончить жизнь самоубийством. Ей очень нравилось, что Настя теперь под наблюдением. Настя только удивлялась её наивности. Если бы она хотела покончить жизнь самоубийством, то сделала бы это, и никакие соседки ей бы не помешали. Но разуверять Катерину в её заблуждениях она не стала. Впрочем, с Катериной она вообще не хотела поддерживать контакты, случайно узнав от Андрея Борисовича, что Катерина поставила ей диагноз, а после выписки хочет забрать к себе на отделение и понаблюдать. А это, если станет известно органам опёки, навсегда закроет для Насти возможность удочерения.

Нет, Настя сама себе признавалась, что с психикой у неё не всё в порядке. Она перестала быть женщиной. Она не думала о том, как выглядит, как её видят окружающие? Она стала менее эмоциональной, более раздражительной, а временами просто злой. Сохранилось ещё какое-то чувство стыда, но и оно сильно атрофировалось и проявлялось только временами, зачастую совсем не к месту. В её душе стала преобладать Ася, а это было хорошо для Зоны, но совсем не годилось в повседневной жизни. До выходных Настя думала об этом, и думала, как вернуть свою психику назад, разбудив в душе Настю? Но в субботу это произошло само собой.

Женщина из органов опёки взяла Таню из детдома и привезла к Насте в больницу, чтобы они смогли встретиться. Увидев Таню, Настя тут же размякла, расплакалась, и они с Таней несколько минут плакали обнявшись. А потом Настя попросила Таню подождать в палате, убежала в ванную и там быстро привела себя в порядок, а потом ещё долго пыталась сделать что-то с синяками, чтобы Таня их не видела, но не преуспела. Потом они с Таней сидели, обнявшись, и разговаривали ни о чём. Потом просто сидели рядом. Настя разговаривала с женщиной из опёки, а Таня просто радовалась тому, что Настя обняла её и гладит по голове.

-Ваше дело немного сложнее, чем вы думаете, - говорила женщина из органов опёки, - но удочерение вполне реально. Вы ведь вдова? Я отправила запрос. Ваш муж погиб во время...

-Прошу вас, не надо! - воскликнула Настя.

-Да, простите, - смешалась женщина. - Я к тому, что вам полагаются какие-то выплаты, а значит, вы не будете нуждаться. Хотя бы первое время. Ваши жилищные условия являются проблемой, но скоро и они будут разрешены. Вы вполне можете удочерить ребёнка. Я целиком и полностью на вашей стороне, поэтому суд - только формальность. В большинстве случаев, суд руководствуется мнением органов опёки при вынесении решения.

-Спасибо, - сказала Настя.

-Да, и ещё. Я конечно далека от мысли... Но если вы хотите удочерить девочку для того, чтобы получить увеличенные выплаты по смерти кормильца, а потом сдать её обратно, то у вас ничего не получится. Я уже отправила все документы...

-Да кх-хак вы с-смеетьс-се?!! - прошипела Настя.

-Простите, но я обязана была... Нет!!! Я вижу, что это не ваш случай! Просто поверьте, я таких случаев много знаю...

Они проговорили до вечера. Женщина рассказывала разные случаи. Настя, Таня и соседки по палате слушали. Потом соседки вспоминали, как сами слышали что-то похожее и тоже рассказывали. День получился не очень весёлым, но Настя всё равно была довольна, ведь с нею была Таня. Вечером Настя сбежала из больницы, чтобы проводить Таню в детдом. Проводила до дверей, решив все проблемы с помощью такси. Ещё и женщину из опёки подбросила до дома, перед тем, как вернуться в больницу. С этого дня Настя начала усиленно выздоравливать.

В понедельник Володя осмотрел Настю и был несказанно удивлён. Рёбра зажили, синяки разошлись. Даже шрамы после операции стали почти незаметны. Настя потребовала выписки, но врач поостерёгся немедленно её выписывать. В понедельник Настя ещё оставалась в палате, но во вторник удержать её в палате стало невозможно. Настя была переполнена энергией. Ей хотелось бегать и прыгать, как маленькой девочке. Она попросила подруг принести ей вещи и косметику. С утра привела себя в порядок и отправилась пробежаться по больничному парку. На обходе она имела настолько здоровый вид, что некоторых врачей можно было признать больными, если сравнить с ней. Однако, её вновь не выписали, впрочем, режим сменили и позволили гулять по больничному парку.

Это давало какую-то степень свободы при разговорах по телефону. До этого Настя не могла нормально обсудить не совсем законные дела из-за соседок по палате, а также из-за боязни того, что её случайно подслушают в больничном коридоре. Теперь же, выйдя в парк, Настя могла в полный голос обсуждать всё, что угодно. Весной по парку никто не гулял, поэтому некому было подслушивать. Настя вклинилась в поток дел и всё, что можно решить по телефону, решала. Всё остальное свалилось на Назарова.

Впрочем, дел было не много. Рутина в основном. Привычная работа по подготовке к новой продаже. Это стало возможным потому, что следственный комитет оставил разработку Училки на потом. Бандиты перестали давать информацию. Открытые дела закрывались, так как по этим делам находились виновные, и это не была Училка. Конечно, дело с убийством нескольких человек на даче продолжало оставаться открытым, и к Училке были вопросы в связи с этим делом, но искать её, чтобы задать вопросы, никому не было интереса. Ещё и из Москвы немного прижали энтузиастов. Да и Настин адвокат очень помог.

Все знали, что их адвокатская контора работает на очень богатых людей, за очень большие деньги. При этом отрабатывает эти деньги со стопроцентной эффективностью. Любое дело эти адвокаты могут развалить, поэтому брать Училку нужно, когда она с оружием в руках, среди десятков трупов, и с абсолютно чётким видеоматериалом, где записано, как она этих людей убивала. В любом другом случае, дело будет закрыто, не начавшись. Ещё всех очень впечатлило, что Училка для какой-то девчонки наняла такую контору. После допроса Настю даже спросили: кого Училка наймёт, если сама попадётся? Настя на этот вопрос не ответила.

Правоохранительные органы ей были не страшны, но вот с Прусаком всё было намного сложнее. Настя позвонила ему и наговорила кучу комплиментов, а потом долго извинялась за то, что очень грубо с ним разговаривала. Вела себя, как будто он её уже нашёл, поймал, а сейчас держит за горло и она у него прощение вымаливает. Прусака это озадачило так, что он даже не стал сильно давить на Настю. Поругал, потребовал денег, но больше ничего требовать не стал. А Настя бы и не дала, но с деньгами ей пришлось расстаться.

После того, как прошли допросы, Настя решила расстаться с адвокатом и не нанимать адвокатскую контору на постоянное ведение её дел. Выплаты она решила провести через Прусака. Когда он потребовал с неё денег, она предложила ему пять миллионов, с условием, что он расплатится из этих денег с адвокатом. Прусак узнал сумму за адвокатские услуги и согласился. Настя отдала ему наличку, а он со своего счёта расплатился с адвокатами. Все остались довольны, кроме Назарова, который предрекал скорый крах их предприятия, так как денег после закупки оружия и выплаты Прусаку, а также расчёта с нанятыми людьми, практически не осталось. Для пополнения кассы нужно было сделать новые продажи.

И сделали без проблем. По уже отработанной схеме провели более тридцати продаж в городе и попробовали продавать вещество в другие города, через друзей Андрея Борисовича. Только от безденежья Настя пошла на этот шаг, но вопреки её опасениям, всё прошло хорошо. Все люди получили лекарство, все пошли на поправку. Настя на этих продажах заработала ещё восемнадцать миллионов. Касса пополнилась. Предприятие ждало светлое будущее. Началась подготовка к новым продажам.

При этом Настя вернулась на свою обычную работу. Более-менее свободный график вполне её устраивал, не мешая заниматься своими делами. С детьми она теперь не занималась, только мыла и чистила, но Андрей Борисович и этому был рад. Детское отделение стало самым чистым среди отделений города. При своей гиперактивности, и нуждаясь в малом количестве сна, Насте вполне хватало часов в сутках, чтобы делать все свои дела и делать их хорошо.

А дел навалилось. Настя занималась продажей вещества. Рассчитывалась с людьми, которые на неё работали. Проверяла вновь появившихся работников на лояльность. При этом она ещё ходила на тренировки, а также тренировалась с ребятами на сыгранность подразделения в качестве простого бойца. К тому же, Настя сдала экзамены и поступила на учёбу в колледж, договорившись, что учиться будет сама, а с группой будет только сдавать экзамены. Жизнь крутилась и вертелась, но была довольно однообразной. Если бы не постоянный цейтнот, Настя заскучала бы. Впрочем, были моменты, которые иногда заставляли её поволноваться. И одним из них стал суд. Перед заседанием Настя всю ночь места себе не находила.

Судья оказалась немолодой женщиной, слегка за восемьдесят килограмм весом. К Насте отнеслась спокойно, выслушала внимательно и доброжелательно. Выслушала представителя органов опёки. Благосклонно покивала в конце речи представителя и занялась изучением бумаг. Бумаги изучала въедливо, не обращая внимания ни на кого в зале суда. Настя, пока судья перебирала бумаги, чуть в обморок не свалилась от переживаний, но сказать что-либо, или заговорить с женщиной из опёки, побоялась.

-Ну что я могу сказать? - проверив бумаги, сказала судья. - В принципе мне всё понятно, но хочу заметить, что у вас не все документы собраны. У девочки есть дальние родственники, и они имеют преимущественное право опёки. Тем более, что вы подаёте на удочерение, поэтому...

-Родственники не принимали в...

-Не перебивайте меня! - прикрикнула на представителя опёки судья. - По закону, родственники должны отказаться от преимущественного права удочерения. Документ об этом должен быть в деле. У вас этого документа нет. И представитель опёки может помолчать! Я не с вами разговариваю. Анастасия Кирилловна, вас должны были уведомить о наличии родственников и о том, что вы должны взять у них отказ от удочерения. Это необходимо, чтобы решить имущественные претензии в будущем. Поскольку в деле не собраны все необходимые документы, я переношу заседание суда на месяц. Вам за этот срок необходимо получить с родственников необходимую справку, и отдать её секретарю суда для внесения в дело. Вам всё понятно?

-Мне понятно, - ответила Настя. - Понятно всё, кроме одного. Почему на такой долгий срок откладывается дело?

-Простите, а вы считаете, что за месяц сможете получить необходимый документ? - удивилась судья.

-Думаю, что завтра я его получу и послезавтра принесу, - сказала Настя, начисто игнорируя жесты, которые делала женщина из органов опёки.

-Вы весьма самоуверенны, - поджала губы судья. - Хорошо, следующее заседание через три дня. А, нет... Там же выходные... Следующее заседание состоится во вторник. До этого вам надо принести необходимую бумагу. Если точнее, то бумагу вам надо принести до пятницы. Заседание закрыто! Суд удаляется.

Уже на улице женщина из опёки выговаривала Насте.

-Я так надеялась, что она не заметит, что бумаги нет. Ещё и уболтать её надеялась, а ты всё испортила.

-Что это за бумага? - спросила Настя.

-Да это дурацкая придумка... Считается, что ребёнок должен жить с близкими родственниками и если они... Долго объяснять. В твоём случае получилось так, что после смерти бабушки твоей Тани осталась квартира. Ребёнок ею владеть не может, поэтому нашлись какие-то дальние родственники. Родственники оформили опёку, а потом отказались от опёки в связи с трудным материальным положением. Ребёнка сдали государству, а сами хапнули квартиру. Однако по закону, они имеют преимущественное право на то, чтобы удочерить свою родственницу, а также не позволить кому-то удочерить ребёнка, если этот человек чем-то их не устраивает.

-Что за бред? - удивилась Настя.

-Все знают, что бред, но таков закон. Он, вроде как, направлен на защиту ребёнка, но на самом деле... Была я у этих родственников. Жлобы, за копейку удавятся. Не подпишут они бумагу. Пока они её не подписали, имеют право жить в квартире и никому ничего не должны. Если подпишут, то новые родители ребёнка могут потребовать причитающуюся ребёнку долю от квартиры, а то и всю.

-Ничего не понимаю, - призналась Настя. - А сейчас что получается? Кому квартира принадлежит?

-Квартира принадлежала Тане, как наследнице, но завещание не было оформлено надлежащим образом, поэтому, когда девочка осталась одна, и вдруг нашлись ещё какие-то наследники, то они, оформив опёку, получили квартиру в свою собственность. Нет, не собственность, а скорее, в долгосрочную аренду от государства. А потом, да там практически сразу, сдали ребёнка в приют, как материально не обеспеченные. И после этого захапали квартиру себе. Пока они не отказались от преимущественных прав на удочерение, государство позволяет им жить в квартире, как малообеспеченным. Вдруг они разбогатеют и заберут ребёнка из детдома? А если они откажутся от ребёнка, то квартиру получат новые родители девочки.

-А они об этом знают? - спросила Настя.

-Конечно, знают! Не они первые такие. Этот закон многим подгадил. Государству тоже. Ведь по закону, если жилплощадь занята, то государство должно выделить ребёнку квартиру.

-Тогда я не понимаю... - начала Настя.

-Никто не понимает. Но приняли такой закон и ничего с этим не сделать. Нужно как-то получить отказ. Судьи обычно на это не смотрят, но эта въедливая оказалась. С тебя за эту бумажку могут денег потребовать, а могут просто не подписать и всё. А ты ещё и сказала, что за три дня эту бумагу получишь. Тут разборов на пол года. Скорее всего, придётся в суд подавать, чтобы получить эту бумагу. Прости, но теперь быстро не получится.

-Можно я скажу, что я поняла? - задала Настя вопрос, и не дожидаясь ответа, продолжила. - Танины дальние родственники получили квартиру от государства с условием, что будут заботиться о Тане. Так? Они завладели квартирой и заявили, что не в состоянии содержать Таню. Таню отправили в детдом. Теперь, если я удочерю Таню, то, как мать, смогу распоряжаться имуществом дочери, то есть квартирой. Они этого не хотят и поэтому не откажутся от своего права преимущественного удочерения. Вопрос: что если я откажусь от квартиры? Не буду на неё претендовать?

-Ты не можешь. Пока ты не мать, ты ничего не можешь делать с Таниным имуществом. И если ты пообещаешь им, что после удочерения откажешься, то маловероятно, что они тебе поверят. Допустим, что поверят. Что им мешает заодно с тебя денег потребовать?

-Это уже вымогательство, - заметила Настя.

-А ты факт вымогательства сможешь доказать? Прости, Настя, но единственная возможность - подать в суд. Если выиграем дело, то вновь соберёшь документы и подашь на удочерение. Но они, разумеется, будут дело затягивать...

-Ты не учитываешь, что можно просто попросить, и они подпишут, - сказала Настя.

-Они не подпишут. Я в людях разбираюсь. Эти тебе снега зимой не дадут.

-Смотря как просить, - хмыкнула Настя.

-Ты задумала что-то незаконное?

-Не знаю, насколько это законно, но есть у меня идея. Ты мне поможешь?

-Помогу. Только если уж что-то совсем незаконное...

-Мне нужно от тебя получить все возможные сведения об этих людях. Думаю, что при твоей минимальной помощи я смогу сегодня получить необходимую бумагу.

Раньше Настя никогда не додумалась бы до того, что сейчас пришло ей в голову практически мгновенно. Раньше она могла бы только просить, а теперь она думала как преступник, поэтому решила не просить, а сделать так, чтобы просили её. При этом, закон Настя почти не нарушала. Только по-другому расставляла акценты и утаивала кое-какую информацию. Вечером в бывшую Танину квартиру позвонили две женщины.

-Кто там? - спросил женский голос из-за двери.

-Гражданка Никанорова? Из службы опеки беспокоят. Откройте, пожалуйста.

-А что вам надо? - обеспокоенно спросила Никанорова.

-А вы откройте, тогда узнаете. Если не откроете, то в следующий раз мы придём с постановлением, приставами и участковым. Кстати, если хотите дать делу официальный ход, то можете прямо сейчас позвонить в отделение и вызвать участкового сюда. Будем разговаривать в его присутствии.

-Подождите, - сказала Никанорова и отошла от двери.

Настя слышала, как она зовёт мужа. Несколько секунд они переговаривались, а потом муж распахнул дверь и недружелюбно посмотрел на Настю и Тамару, женщину из органов опёки.

-Ну, чего надо? - пробасил муж.

-Мы уполномочены провести осмотр жилого помещения. Поскольку вы не являетесь владельцами, а только...

-Это почему это мы не являемся владельцами? - сразу ухватил главное мужчина.

-Эта квартира принадлежит двоюродной племяннице вашей жены. Вы являетесь её опекунами, поэтому проживаете здесь. Поскольку вы не исполняете свои обязанности опекунов надлежащим образом, опёку над ребёнком в любой момент может получить другой человек. Тогда он станет распоряжаться имуществом ребёнка.

-А мы, тогда, как? - удивился мужчина.

-А вы будете обязаны выселиться из квартиры...

-Да как же это?! - воскликнула подслушивающая Никанорова. - Да куда же мы денемся?! Мы ведь старый дом продали, чтобы в этой квартире ремонт сделать! Куда же мы пойдём?!

-Напишете заявление, и вам будет предоставлено жильё от государства. Простите, вы пустите нас в квартиру? Или мы должны составлять бумаги здесь на лестничной клетке.

-Входите, - распахнул дверь гражданин Никаноров. - Проходите на кухню. Там на столе все бумаги и напишем. Только мне непонятно. Какие опекуны могут появиться? Адвокат в конторе уверял, что без нашего разрешения...

-Это действительно так, - кивнула Настя, проходя на кухню, - но вы не исполняете своих обязанностей, как опекуны. Вы ни разу не навестили ребёнка. Ни разу не взяли его на выходные. У меня есть докладная записка от заведующей детского дома. Вы что думаете, что государство вам просто так квартиру подарило?

-Мы также имеем право на наследство! - агрессивно щерясь, выступила женщина. - Часть этой квартиры моя!

-Меньшая часть, - уточнила Настя. - А если рассматривать по закону, то вообще ничего. Первая наследница - девочка. Вас в адвокатской конторе, наверное, уверяли, что вы вполне можете получить квартиру в своё владение. Это не так. Государство заботится о сиротах и их имуществе. Если хотите, то можете подать в суд на раздел имущества. Возможно, даже получите какую-то долю, но никак не всё. Как только девочка получит опекунов, вам придётся отсюда съехать.

-Подождите! Но мы ведь в эту квартиру вложились. Ремонт сделали... Вы бы видели, что с этой квартирой раньше было. Это ведь должно учитываться.

-Совершенно верно, - кивнула Настя. - Для этого мы здесь. Мы должны провести осмотр, составить акт состояния имущества, а потом вышестоящие инстанции будут решать, что и как делать. Разрешите нам пройти и провести осмотр. Предупреждаю, в случае отказа мы уйдём, а потом вернёмся с ордером и приставами.

-Подождите, постойте, - замахал рукой мужчина. - Дайте подумать. А если мы возьмём эту... Таньку... на выходные? И будем её навещать...

-Делу уже дан ход. Вот, наш сотрудник, была у вас не так давно, и не сделала всего необходимого. Теперь у неё проблемы на работе. Я себе проблем не хочу. Вы разрешите приступить к осмотру?

-Ну... Да... - растерянно сказал Никаноров.

Никанорова с растерянным и потерянным взглядом, в котором чётко читалась паника, смотрела, как Настя проходит по квартире, то и дело делая пометки в блокноте. Сам Никаноров тоже был растерян, но на его лице иногда проскальзывала решимость отстаивать своё имущество, которое вновь сменялось растерянностью. Видно было, что супруги выбиты из колеи, чего Настя и добивалась. Осмотрев квартиру, Настя вновь вернулась на кухню.

-Ну что ж, - сказала она, сев за стол, - квартиру вы содержите в хорошем состоянии. В принципе, с хорошим адвокатом, вы можете получить треть от стоимости имущества...

-Подождите, - перебил Настю мужчина, - так что получается? Я делал ремонт, тратил силы, деньги и время. А теперь всё это отдать? С чего вдруг?!

Обдумав всё и собравшись с мыслями, он стал агрессивен. Страх, агрессия, а потом апатия. Всё, как по учебнику психологии. Примитивный тип обывателя.

-А вы думали, что сдали ребёнка в приют, и теперь будете спокойно жить и пользоваться его имуществом? - с иронией спросила Настя. - Тем более, что вы, как я вижу, вполне неплохо зарабатываете...

-А вы мои деньги не считайте! - рявкнул Никаноров. - Я справку предоставил, и нас сочли малоимущими, а всё остальное - нас не касается! И вас тоже! И вообще, выметайтесь отсюда!

-Как скажете, - пожала плечами Настя, - мы уйдём. Но в следующий раз к вам придут судебные приставы с ордером на выселение.

-Нельзя же так, - укорила Настю Тома. - У них двое детей. Зачем дело раздувать?

-Тамара, ты уже получила нагоняй? Хочешь ещё? Мы не обязаны им помогать. Более того, мы обязаны передать дело в суд. Ты и так уже затянула с этим. Всё, мы уходим.

-Подождите! - всполошилась Никанорова. - Зачем суд? Не слушайте моего дурака! Давайте поговорим. Мы ведь действительно вложились в эту квартиру. Может быть, можно как-то решить всё по-другому?

-Нельзя, мы уходим, - отрезала Настя.

-Можно, - негромко сказала Тамара.

-Что нужно сделать? - тут же повернулась к ней Никанорова.

-Да денег они хотят, - проворчал муж.

-Тихо ты! - прикрикнула на него жена. - Так что можно сделать?

-Ничего, - отрезала Настя. - Мы уходим.

-Можно, - возразила Тамара. - Послушай, у них двое детей. Зачем нужно, чтобы они по общежитиям мыкались?

-А ты возьмёшься им помогать? - с иронией спросила её Настя. - Оно тебе надо?

-Мы заплатим, - тут же нашлась Никанорова. - Десять тысяч. Хватит?

-О! Они тебе взятку предлагают, - усмехнулась Настя. - Ну что, взяточница, как выкручиваться будешь?

-Да не надо мне ничего! - смутилась Тамара. - Я просто так помогу. Вам надо написать отказ от преимущественного права на удочерение, а я найду ребёнку новых родителей, и они подпишут отказ от всех имущественных претензий.

-Подождите! - вмешался муж. - Мне адвокат сказал, чтобы я ни в коем случае не подписывал эту бумагу.

-Не хотите - не надо, - отрезала Настя. - До свидания!

-Нет, подождите, - встала у неё на пути Никанорова. - Объясните нам, пожалуйста, что надо делать.

-Вы напишете отказ, а я нахожу ребёнку родителей, - начала объяснять Тома. - Они подписывают отказ от имущественных претензий, удочеряют девочку и автоматически она лишается всех прав на прежнее своё имущество. Удочеряя, они тем самым снимают ответственность за имущество ребёнка с государства. А отказавшись от него заранее, не могут на него претендовать.

-Где ты найдёшь таких дураков? - спросила Настя. - Кто захочет удочерить взрослую девочку? Тем более, что вокруг полно младенцев. Не слушайте вы её, - повернулась она к супругам. - Если вы подпишете отказ, то скорее квартиру потеряете. Адвокат вам правильно говорил.

-А как они её потеряют, если никто ребёнка не удочерит? А если опёку оформит, то они точно квартиру потеряют. Ты сама им только что это объясняла. Послушай, у них самих двое детей. Что плохого в том...

-Плохо то, что ты на нас дополнительную работу наваливаешь! - повысила голос Настя. - Мы должны всё сделать по закону, а ты на должностное преступление идёшь и меня на него толкаешь! Тебе одного раза мало?! Один выговор у тебя уже есть. Ещё хочешь?

-Давайте не будем горячиться, - добродушно прогудел Никаноров, расплываясь в фальшивой улыбке. - Ну, какое тут должностное преступление? Мы напишем бумагу...

-Делай что хочешь, - отмахнулась Настя и демонстративно уселась на табуретку.

Тамара заставила Никанорову, под диктовку, написать отказ. Затем они с Настей распрощались и ушли. На улице Тамара счастливо рассмеялась и смеялась, не переставая, несколько минут. Потом предложила зайти в кафе и чего-нибудь выпить, празднуя победу. Они зашли в ближайшее кафе, заказали кофе и коньяк, а потом обсуждали произошедшее и посмеивались над глупыми обывателями, которые сами себя перехитрили, по сути, отдав своё имущество им в руки.

-Настя, а ты действительно не хочешь забирать у них квартиру? - спросила Тома.

-Не хочу. Мне нужна Таня, а квартира... У них ведь двое детей. Да и видно, что не живут богато. Пусть...

-Да, пусть живут, - согласилась Тамара. - Но как ты придумала! И как хорошо сыграла этакую стерву. Ты ведь совсем не такая, а как у тебя получилось быть такой... Знаешь, я бы лучше не справилась.

-Может быть и нет, - пожала плечами Настя. - Просто тебе сложно было бы быть самой собой в данной ситуации. А я, как будто смотрела на себя со стороны. Мне было проще.

-Я ничего не поняла, но и ладно. Слушай, а зачем ты в конце на взятку намекала?

-А как иначе? Такие люди ни за что не поверят в то, что кто-то просто так что-то для них делает. Если бы не намёк на взятку, то уже утром они бы подняли всех на уши, разыскивая нас, чтобы забрать подписанную бумагу. Обдумали всё, засомневались и захотели бы забрать. А так всё в порядке. Кто-то делает для них что-то, но не просто так, а за взятку. Они ещё и рады, что так легко отделались. Ведь взятку не дали, а только пообещали. Теперь им даже в голову не придёт разыскивать нас. Ведь если разыщут, то взятку давать придётся.

-Откуда ты всё это знаешь? - удивилась Тома.

-Учебники психологии прочитала. Я сейчас усиленно психологией занимаюсь. Очень полезная наука.

-Надо будет тоже почитать. Ты завтра отнесёшь бумагу в секретариат? Хорошо, но на следующее заседание не рассчитывай. Только на третьем заседании можно на что-то рассчитывать. Слушай, знаю, что у тебя мало денег, но может быть тебе проконсультироваться с адвокатом? Подумай, хуже не будет.

-Я подумаю, - кивнула Настя.

Консультироваться у адвоката не стала. При этом натравила своих людей на сбор информации по судье, которая вела её дело. Ничего компрометирующего не нашла, но не отчаялась. Дала задание технарям тоже поискать, по своим каналам. Технари нашли. Мелочь, но при желании эту мелочь можно было раздуть так, что у судьи вполне могут возникнуть проблемы. И все усилия пропали даром. Судья, прямо на первом же заседании, проверив соответствие всех документов, убедилась в отсутствии каких-либо возражений от органов опёки, удалилась и через десять минут огласила приговор. Так Настя стала матерью.

Потом она плакала от счастья, сидя в коридоре. Потом плакала, когда получала решение суда в секретариате. Благодарила всех и каждого, а особенно Тамару, подозревая, что именно её усилиями всё прошло так просто и быстро. Уже вечером она забрала Таню из детдома, а потом закатила праздник в общежитии на половину ночи. Утром её отругала комендант, но узнав, по какому поводу праздник, простила. Даже предложила сменить комнату, но Настя отказалась. Света не возражала против раскладушки в комнате, а Таня с удобством могла спать на раскладушке из-за своего маленького роста.

Появление ребёнка очень ограничило Настю. Не хотелось посвящать Таню в свою преступную жизнь, поэтому появились проблемы. Однако, Настя спокойно решала проблемы, подкидывая ребёнка то соседкам по общежитию, то Вере Алексеевне. Иногда она оставляла Таню в фирме Назарова под его присмотр, или присмотр его секретарши. Таня оказалась очень спокойным и неконфликтным ребёнком, всегда старающимся не доставлять взрослым проблем, поэтому с ней охотно соглашались посидеть.

Жизнь вновь пошла своим чередом. Наступило лето. Настя сдала экзамены первого курса и перешла на второй. Из Москвы её пока не беспокоили, казалось, что про неё забыли. Насте так было лучше, поэтому она не навязывалась. Скрыть свои занятия у Егора Владимировича от Тани никак не получалось, но скрыть тренировки по тактике боя Настя вполне была способна, но не стала этого делать. Наоборот, она привлекла Таню к занятиям. Да ещё и Серёжу в это втянула. Дети воспринимали тренировки, как игру и были весьма довольны тем, что с ними занимаются. Особенно Серёжа.

Сергей вообще был счастлив. Доказав на полигоне, что что-то может, он стал равным в отряде, среди довольно взрослых парней. В спаррингах его щадили, но всё равно работали без поддавков. И Сергея было за что хвалить. Он спарринговал отчаянно и зло, но в то же время, не пытался добить, или провести подлый приём, мстя за то, что кто-то сильнее его. Егор Владимирович однажды даже похвалил Настю за то, что привела парня в секцию. Сказал, что из Сергея со временем вырастет правильный человек. А когда Сергей получил в руки оружие и смог пострелять, счастью пацана не было предела.

-Что у нас по Рязани?

-Училка собрала себе команду. По докладу инструкторов это вполне работоспособное подразделение, с возможностью работы в городах...

-Это я понял. Вы мне лучше скажите, где мы можем их использовать?

-На данный момент мы их использовать не можем. Но терять такой потенциал недопустимо. Я предлагаю вывезти всех на месяц на дополнительные тренировки. Также я рекомендую присвоить всем воинские звания...

-Снова вы торопитесь. Я думаю, что пока всё нужно оставить, как есть. Наблюдение ведётся? Вы контролируете ситуацию? Пусть дети играют в свои игры и не знают, что их держат на поводке. Скажите, если ситуация пойдёт в разнос, вы сможете взять их на короткий поводок?

-Так точно, в любой момент!

-Вот видите...

-Разрешите спросить, а что можно считать неординарной ситуацией?

-Если они будут действовать в рамках проекта, то никаких претензий. Пусть делают, что хотят. Но если кто-то из них сорвётся, то вы должны немедленно взять его под контроль, а если это невозможно, то убить. Кстати, вы подготовили что-либо для того, чтобы дети почувствовали вкус крови?

-Пока это не нужно. Вкус крови они должны почувствовать, только когда будут подчинены нам. Есть проект, который отстранит Училку от командования и переведёт всех в нашу зону ответственности. Подразделение будет работать на Училку, но подчиняться нам. Пригласить Егора Владимировича к нам?

-Это их тренер? Да. Сделайте это сейчас. Обрисуйте ему перспективы. Заручитесь согласием, и пусть он проведёт подготовку среди своих бойцов. Вы хотите его поставить главным?

-Отзывы о нём от инструкторов только превосходные.

-Так уж и превосходные. Хорошо, работайте с ним. Восстановите, присвойте внеочередное звание. Если не захочет, намекните, что тогда его ребята будут работать на нас без него. И не давите. Если захочет подумать, дайте ему время. Его ребят оформите через военкомат... Ну, не мне вас учить.

-Вас понял. Разрешите идти?!

-Идите. Доклад мне через неделю.

-Что у Вас по Училке?

-Продажи вещества продолжаются. Собрана команда для силовых операций и операций прикрытия. Она начинает продавать вещество в другие города, но делает это неохотно.

-Почему?

-По её словам, она опасается перепродажи вещества на сторону. И эти опасения весьма обоснованы.

-Я смотрел подборку её людей. Скажите, есть вероятность того, что она готовится к захвату власти? Я неправильно выразился. Есть вероятность того, что она займётся политикой?

-Такая вероятность есть. Сейчас она далека от политики, но со временем всё может измениться. Сейчас мы принимаем меры по переподчинению её людей нам. Действуем не торопясь. В конце концов, мы в любой момент можем прекратит все эти игры.

-Нет, зачем же. Пусть молодёжь резвится. Нужно только направлять их в нужное русло. В окружении Училки есть наши люди, которые её направляют? Интересно, она сама понимает это?

-По докладу психологов...

-Я читал этот доклад. Простите, что перебил. Оставьте проект ещё на год. Через год будем решать, продолжим или нет. Пока всё идёт так, как нам нужно. Но какова девчонка?! Я уже не уверен, что будь с ней Говорун, мы бы смогли их контролировать.

-Когда вам представить следующий доклад?

-Через месяц составьте докладную, если не случится ничего экстраординарного. И докладную каждый месяц. Работайте не торопясь. Решение будем принимать через год. Я повторяюсь, а значит, мы с этим закончили. Что у вас по проекту "Астроном"?

Лето проходило и незаметно уходило. Настя получила две недели отпуска на работе и решила посвятить это время Тане. Таня теперь постоянно была с ней. Она наотрез отказалась уезжать в лагерь и хвостиком ходила за Настей. Настя беззлобно её за это поддразнивала, а Таня на это только улыбалась. Проблема с психикой была видна во всей красе, но Настя не поднимала тревоги. Скорее всего, такое поведение пройдёт со временем. Таня сейчас просто боится потерять вновь обретённую маму. Именно постоянного, близкого контакта и не хватало им, чтобы Таня пришла в норму. Поэтому Настя и выбрала тихий дом отдыха где-то в лесах у Оки.

Отдохнули прекрасно. Сначала Таня так и не отходила от Насти ни на шаг, но потом Настя осторожно ввела её в компанию детей и Таня начала пропадать ненадолго, играя с ребятами. Настя сама тоже оттаяла немного, играя с детьми, занимаясь с ними. Взрослые с удовольствием скидывали ей детей на вечер, а Насте это было только в радость. Она увлекала их играми, читала им на ночь книжки. Таня ходила и гордилась тем, что у неё такая мама. Настя радовалась тому, что в компании детей Таня перестала выглядеть затравленным зверьком. Когда они вернулись в город, то Таню было не узнать.

У неё появились увлечения. Заниматься с Настей у Егора Владимировича ей было сложно, и Настя вдруг подумала о том, что можно отдать её на танцы. Как ни странно, но танцы Таню увлекли. Также у неё образовался круг подружек. Теперь Таня не была молчаливой девочкой. В конце дня она бойко тараторила, пересказывая Насте весь свой день, чуть не по минутам. Настя только улыбалась, слушая, сколько всего интересного произошло за день. Потом Таня рассказывала всё, то же самое, соседкам по общежитию. Вечером смотрела какие-нибудь мультики или просто сидела с Настей на диване, пока не засыпала и Настя относила её на раскладушку.

Для самой Насти мир обрёл гармонию, стал прост и понятен. Всё было спокойно, ровно. Дела делались неспешно, авралов не случалось. Настя задумывалась о покупке квартиры, но не торопилась с этим. Думала о том, что надо расширять своё дело, но и с этим не спешила. Спокойная жизнь - вот что ей было нужно. Также ей нужен был тот, о ком она могла заботиться. Стабильная работа, ребёнок, дом - простое женское счастье, тихая жизнь без особых забот и тревог. Настя целый месяц была счастлива.

Идиллию нарушил звонок от Николая. Звонил он не вовремя и был очень взволнован.

-Настя, ты где?! Настя, я сейчас за тобой выеду! Ты где?!

-Что случилось? - испугалась Настя.

-Ты должна сейчас срочно приехать сюда к нам! Я еду за тобой! Где ты сейчас находишься?!

-Не едь, я сама приеду! Что случилось?! Что-то с Верой Алексеевной?!

-Что? А! Нет. Нет. С мамой всё в порядке. Тут тебя ищут...

-Кто ищет?! - запаниковала Настя.

-Адвокат по наследственным делам. Настя, куда мне ехать?! Пока едем, я тебе всё объясню!

-Я сейчас Таню забираю с танцев. Ты помнишь, где я танцами занималась? Вот. Подъезжай сюда.

-Отлично, через пять минут буду!

Оказалось, что нотариус по наследственным делам искал Настю, чтобы оформить наследство, оставшееся после Настиной мамы. Тётка сказала, что Настя пропала без вести, сбежав с любовником, но для очистки совести, молодая девочка из нотариальной конторы, горя энтузиазмом, заглянула к соседям, чтобы проверить данные сведения. И с удивлением узнала, что Настя не пропадала, а точнее, уже нашлась. Теперь она ждала Настю в квартире Веры Алексеевны, чтобы вручить бумагу о том, что Настя должна прийти на получение наследства.

-Но простите, - возразила Настя. - Всё наследство получает моя тётя.

-Наследство получаете вы, - возразила в ответ девочка. - Если вы отказываетесь от наследства...

-Да, я отказываюсь.

-...То вам следует подойти к нам в контору и подписать соответствующие бумаги. Ваша тётя уже почти три месяца не может из-за этого вступить в права наследования.

-Хорошо, когда можно к вам подойти? - сдалась Настя.

-Завтра, к одиннадцати часам, вас устроит?

-Вполне. Куда подходить?

Девочка назвала адрес, распрощалась и довольная ушла. Настя ещё немного поговорила с Верой Алексеевной и Николаем, поужинала у них, а потом они с Таней распрощались и отправились домой в общежитие. Настя задумалась, вспоминая прошлое, и не заметила того, что Таня как-то необычно молчаливая. Спохватилась только тогда, когда они шли от автобуса к общежитию.

-Чего ты такая грустная? - спросила она.

-Ты не говорила, что у тебя мама умерла, - сказала Таня.

-Да, мама умерла, - кивнула Настя. - Но грустить не стоит. Все умирают. От этого никуда не деться.

-Ты тоже умрёшь? - спросила Таня.

-Я тоже умру, но это будет ещё очень не скоро.

-Я не хочу, чтобы ты умирала.

-Это сейчас. А потом ты будешь занята собственными детьми, у тебя будут свои дела. Ты даже не заметишь, как меня не станет. И этого не надо бояться. Таков закон жизни.

-Я никогда! Я никогда!!! - закричала вдруг Таня, захлёбываясь рыданиями. - Я никогда не замечу... Я... Я всегда буду замечать тебя!!! Я никогда!..

-Тише, тише, - прижала её к себе Настя. - Что ты? Не надо плакать. Таня, мне будет плохо, если ты будешь всё время рядом со мной. Если ты будешь рядом со мной - значит, ничего не добьёшься в жизни. А я этого не хочу. Я хочу... Впрочем, давай не будем загадывать. Давай будем просто жить и не думать о смерти. Хорошо?

-Хорошо, - кивнула Таня, почти моментально успокоившись.

-Ну вот и договорились. Ой! Ну вот, ты своими слезами меня до слёз довела. А мне плакать нельзя. У меня косметика размажется. Как я выгляжу? Сильно размазалась?

-Нет, не сильно, - ответила Таня.

-Значит размазалась? Ну и как же я пойду дальше? Люди меня увидят - испугаются.

-Не испугаются. У тебя совсем чуть-чуть, почти незаметно.

-Ладно, пойдём, но мимо вахтёра пробегаем быстро-быстро.

-Ага, - развеселилась Таня, - чур я первая бегу!

На следующий день, ровно в одиннадцать, Настя зашла в офис нотариальной конторы. Таню она с собой брать не стала. Хотелось быстро подписать бумаги и сбежать, но Настя понимала, что с бумагами быстро не получится. И действительно, быстро не получилось. Для начала пришлось подождать в приёмной примерно полчаса. Для Насти это было тяжёлым испытанием. Тётка тоже сидела в приёмной и ждала, сверля Настю взглядом. Рядом с ней был типчик неопределённой наружности. Он не сверлил Настю взглядом, как это делала тётка, но весьма пристально рассматривал, раздевая в процессе осмотра. Наконец их попросили зайти в кабинет, и там Настя поняла, что всё будет дольше, чем она ожидала.

Желчная тётка нотариус, казалось, невзлюбила Настю ещё до её рождения. Она всем своим видом демонстрировала своё к ней презрение и желание унизить. Смотрела на Настю, как на мерзкое насекомое, которое хочется раздавить, но мараться не хочется. Слова она тоже цедила через губу, как будто делая всем присутствующим одолжение тем, что говорит с ними. Начала с представления всех присутствующих. Перечислила поимённо каждого. Типчик оказался тёткиным адвокатом. Потом долго выясняла, действительно ли Настя - Настя, а не кто-либо другой. Затем потребовала объяснений от Насти по поводу того, что она отсутствовала при оглашении завещания. Внимательно выслушала сбивчивый Настин рассказ и надолго задумалась.

-Простите, но я спешу, - попробовала поторопить её Настя.

-Женщина! Не мешайте мне работать! Я обязана принять во внимание все обстоятельства дела.

-Прошу прощения, но моя клиентка тоже спешит, - вмешался адвокат. - Племянница моей клиентки готова подписать все необходимые бумаги. Зачем затягивать?

-Вы будете учить меня, как мне нужно работать? - презрительно спросила нотариус.

-Ни в коем случае! - вскричал типчик. - Я просто недоумеваю. Какова необходимость так затягивать подписание?

-Я не затягиваю. Я обязана предоставить наследникам всю информацию по наследству. Вы здесь уже не в первый раз, а эту женщину я вижу впервые. Что ж, мы разобрались и теперь нам ясно, что это действительно наследница. Итак, в виде наследства вы можете получить квартиру...

Она принялась перечислять всё, что было указано в завещании. Перечисляла с указанием метража, веса, рыночной цены, габаритов. Настя её не особо слушала. У неё в голове была только мысль о том, что эта пытка когда-нибудь кончится. Она зациклилась на этой мысли, чтобы не вспоминать, не думать. Не думать о том, что серёжки и браслет маме подарил отец, что тётка наверняка продаст домик в деревне, а ведь Настя могла бы жить там с Таней летом. Наконец пытка прекратилась.

-Вам всё понятно? - спросила её адвокат.

-Да, мне всё понятно, - кивнула Настя.

-Вы осознаёте, что подписав бумаги, вы полностью утрачиваете право на наследство?

-Да, осознаю.

-Вы действуете без принуждения со стороны других наследников? Физического, или морального...

-Это возмутительно! Моя клиентка не принуждала...

-Помолчите. Это обязательная процедура. Я обязана задать этот вопрос.

-Меня никто не принуждает.

-Может быть, вам нужно время, чтобы подумать?

-Давайте сюда бумаги! - рассердилась Настя. - Я их подпишу и пойду!

-Что ж, если вы так настаиваете, то вот эти бумаги, составленные адвокатом вашей тёти. Ознакомьтесь с ними и тогда можете подписывать.

Настя начала быстро читать, пролистывая страницы. Не всё поняла, но суть ухватила. Подписав эти бумаги, Настя отказывалась от наследства.

-Да пусть подписывает, - не выдержала тётка. - Ей вообще было бы лучше здесь не показываться. А то убегают с любовником, а потом возвращаются с ребёнком на руках.

-А есть ещё и ребёнок? - встрепенулась нотариус. - Он тоже является наследником? Почему о нём не было...

-Тётя шутит, - сказала Настя. - Я подпишу бумаги. Дайте ручку, пожалуйста.

-Вот-вот, подписывай, - проворчала тётка. - Хоть что-то хорошее сделаешь. А то убежала из дома, только глупое письмо на столе оставила. Матери сердце разбила, в гроб загнала.

Настя медленно, осторожно отложила ручку в сторону. Посмотрела тётке в глаза.

-А откуда ты знаешь о письме? - выделяя каждое слово, спросила она.

-Ты подписывай, давай! - прикрикнула тётка. - Потом вопросы задавать будешь!

-Мама о письме не знала, - продолжила Настя, - она бы тёте Вере сказала. Я думала, что письмо потерялось, а это ты его спрятала! Ах ты ж, тварь! Ты письмо спрятала, маме ничего не сказала, а потом её изводила. Неудивительно, что ей с сердцем плохо было. А ты над ней издевалась, пока в гроб не загнала.

-Да как ты смеешь?!! - завизжала тётка.

-Смею! - отрезала Настя. - Ты ведь всю жизнь нам завидовала. Маме, что у неё есть я, а мне, что у меня есть мама. Тебя тогда из милости в дом взяли, а как ты отплатила? Отца выжила из дома. Маму на правах приживалки держала. Меня чуть не рабыней воспитала. А теперь мать убила, да ещё и меня хочешь ограбить. Вот уж хрен тебе.

-Попрошу не оскорблять мою клиентку! - взвился адвокат.

-Что мне причитается из наследства? - спросила Настя, начисто его игнорируя.

-Да в общем, всё, - ответила нотариус. - Квартира была записана на вас, и досталась вам от отца. Дом в деревне и участок записаны на вашу мать, и по завещанию полностью переходят к вам. Золотые украшения были получены у вашей родственницы по описи и сданы на ответственное хранение. По предъявлению бумаг, которые я вам дам, вы сможете их забрать в любой момент.

-Вы не имеете права! - взвизгнула тётка. - Это мои драгоценности!

-То, что ты их носила и не позволяла носить маме, еще не делает тебя их владелицей, - спокойно сказала Настя. - Чтобы завтра освободила квартиру. Послезавтра я вскрою её с приставами и выкину тебя на улицу.

-Вы не имеете права угрожать моей клиентке! - снова вступил адвокат. - Она прописана в квартире и имеет право там жить!

-Она вообще не имеет права жить, - глядя ему в глаза, сказала Настя.

-Это угроза! Все слышали?! Это угроза! Она угрожает моей клиентке!

-Это не угроза. Это факт, - сказала Настя. - Где и что мне нужно подписать, чтобы вступить в права наследования?

-Вот здесь подпишите, - сидящая за соседнем столом девочка, не намного старше Насти, встала и поднесла Насте несколько бумажек. - Вот здесь поставьте подпись и свою фамилию с инициалами...

-А ничего, что у меня фамилия сменилась? - уточнила Настя.

-Мы вас поэтому найти не смогли. Не волнуйтесь, я вчера перепечатала все бумаги. Там правильная фамилия указана. Вот здесь вы должны указать ваши паспортные данные, место прописки и адрес проживания. Здесь тоже.

-Это заговор против моей клиентки! - неуверенно выкрикнул адвокат.

-Замолчи уж, - снисходительно бросила Настя. - В твоих бумагах мои данные неправильно указаны. Что же вы, тётя, такого плохого адвоката наняли? Денег пожалели?

-Да ты, тварь неблагодарная, последние деньги из дома выгребла, когда сбежала! Мне Олю хоронить было не на что. А теперь ты, шлюха, меня из дома хочешь выгнать?!

-Что ж, тётя, вы правы. Предоставьте чеки, и я всё оплачу. Долги надо возвращать. Поскольку вы похоронили маму, я позволю вам собраться и уйти без спешки. Неделя вам сроку, а потом я въезжаю в квартиру.

-Вот уж нет! - возразил адвокат. - Мы подадим в суд! И мы выиграем дело! Моя клиентка живёт в этой квартире всю жизнь...

-Врёте, - перебила Настя. - Это я живу всю жизнь, а тётя всего чуть больше двадцати лет. Эту квартиру купил мой отец на свадьбу с мамой, а тётка тогда в какую-то афёру влезла и осталась без жилья. Потом мама пустила её пожить на время, а она осталась навсегда. Да ещё и отца выжила, сука.

-Как ты смеешь так говорить?! - по привычке взвилась тётка.

-Я теперь и не так смею, - отмахнулась Настя. - Всё, я всё подписала. Где моё наследство? Куда с бумагами идти?

-Я вам всё расскажу, - сказала нотариус, - задержитесь, пожалуйста. А вы, будьте добры, покиньте помещение!

Когда тётка со своим адвокатом вышла, нотариус по наследственным делам повернулась к Насте и весьма дружелюбно улыбнулась. Настя вдруг поняла, что была несправедлива к этой женщине. Вся её чёрствость, сухость и презрительность относились не к Насте, а к ситуации в целом. Ей просто не нравилось, что на её глазах тётка грабит племянницу-сироту. Её показная стервозность была просто защитной реакцией.

-Леночка, сделай нам чаю, - обратилась она к девочке.

-Да, Софья Карловна, - ответила девочка, и обратилась к Насте: - Может быть, вы хотите кофе?

-Нет, чай меня вполне устроит, благодарю.

Леночка вышла из кабинета.

-Пока Леночки нет, я хочу с вами поговорить. Вы ведь понимаете, что ваша тётя так дело не оставит. Она подаст в суд и вполне может отсудить у вас часть наследства. Вам нужен адвокат. Я не думаю, что вы имеете достаточно средств на наём адвоката, однако, без адвоката вам в суде делать нечего. Леночка только что окончила институт и работает у меня помощником. Она вполне может взять ваше дело под свой контроль. Дело пустяковое, но бумаг нужно будет подготовить очень много. Как раз для неё. Очень вам рекомендую её нанять. Об оплате сами договоритесь.

Вошла Леночка и поставила на стол поднос с чаем. Софья Карловна взяла с подноса чашку, и как ни в чём ни бывало, продолжила говорить совершенно другое.

-Что касается ваших драгоценностей, то вы можете пока оставить их на ответственном хранении. Это будет намного дешевле, чем снимать ячейку в банке. Документы на недвижимость вы можете оформить в любой момент, но лучше с этим не затягивать. Если вам что-то непонятно, то Леночка вам даст дополнительные пояснения.

-Мне непонятно, что мне делать, если тётка подаст в суд. Разве эти бумаги можно оспорить?

-Оспорить их нельзя, но суд может встать на сторону бедной родственницы и присудить ей часть наследства. Вам придётся выплатить вашей тёте какую-то долю.

-Мне нужен адвокат, - задумчиво сказала Настя, - но у меня нет денег, чтобы оплатить его услуги.

-А Леночке как раз нужна практика, - обрадовалась Софья Карловна. - И она ещё не доросла до того, чтобы брать огромные гонорары.

-Софья Карловна... - смутилась девушка.

-По-моему, вы нашли друг друга. Только избавьте меня от торгашеских споров в моём кабинете. Выметайтесь обе и договаривайтесь в приёмной. Надеюсь что вы, Анастасия Кирилловна будете достаточно щедры, а ты Леночка не будешь обуяна алчностью. Всё. Идите. Бумаги не забудьте! Вот молодёжь.

Настя вышла из кабинета, едва сдерживаясь, но как только закрылась дверь, не сдержалась и рассмеялась. Рядом хихикала Леночка. Они посмотрели друг на друга, смутились, и от этого снова рассмеялись.

-Слушай, а тебе ведь действительно нужен адвокат, - отсмеявшись, сказала Леночка. - Твоя тётка точно в суд подаст. Я могу попробовать, но я только что закончила университет... У меня опыта нет... В общем, если тебя устроит адвокат без опыта, то я готова работать.

-А как же оплата? - уточнила Настя.

-Ну, я могу работать за процент. Ой, нет, в твоём случае это не работает. Можно работать за лист бумаги... Нет, ты тогда разоришься. Вообще наследственные дела идут как консультации и составление бумаг, а если гонорар, то не менее двухсот тысяч. Наймёшь меня за двадцать тысяч? Тебе дёшево, а мне практика.

-Ничего себе, дёшево, - удивилась Настя. - Один раз в суд сходить...

-Да ты что?! - удивилась Леночка. - Суд - это только самая малая часть. Я буду вести твоё дело. Буду составлять необходимые бумаги и получать их, если понадобится. Я буду твоим личным адвокатом и всё это за двадцать тысяч.

-Согласна, я тебя нанимаю. Что мне нужно подписать?

-Ой, у меня необходимых бумаг нет. Давай завтра встретимся. Я составлю все бумаги, и мы поговорим обо всём.

-Хорошо, встретимся завтра. Поскольку ты теперь мой адвокат, то встречаемся в то время, которое удобно мне. Мне удобно встретиться завтра в двадцать ноль ноль, в спортивном комплексе вот по этому адресу. Приезжай со всеми необходимыми бумагами.

-Хорошо. А где мы там встретимся?

-Давай в кафе. Оно там одно, не ошибёшься.

-Хорошо, тогда до встречи.

-До встречи.

Настя поняла, что вчера совершила глупость только тогда, когда после занятий не нашла в кафе Леночку. Что мешало обменяться телефонами? Паниковать не стала, повода особого не было. Быстро собрала ребят, тех, кто ещё не покинул здание, и попросила помочь отыскать. То, что Леночка не пришла, верилось с трудом. Скорее всего, просто перепутала адрес, или место, и тогда её вполне можно найти, пробежавшись по округе.

Так и оказалось. Леночка сидела в здании под вывеской кафе, но в зале для самых маленьких, о котором Настя даже и не вспомнила, так как даже предположить не могла, что тут можно встретиться и обсудить что-то серьёзное. Когда Настя вошла в зал, то невольно улыбнулась. Леночка, недоумевая, сидела на детском стульчике, рядом с детским столиком. Смотрелась, как великанша в стране лилипутов. Ещё забавнее смотрелся рядом с ней Средний, который её нашёл. Он стоял с мрачным лицом, немного нависая над ней, готовый в любой момент броситься и обездвижить. Настя ведь не сказала, зачем нужно искать Леночку. Леночка косилась на него, постепенно начиная паниковать. И на всю эту картину с любопытством смотрели дети, оставив все свои дела. Они понимали, что происходит что-то странное, но не понимали что.

-Хватай её! - не сдержавшись, приказала Настя.

Средний не стал долго думать, а мигом навалился и скрутил завизжавшую Леночку. Дети радостно завизжали, а персонал кафе забеспокоился и собрался звать охрану. Настя жестом их успокоила. Среди персонала были те, кто знал её. Она подошла к Среднему, подняла выроненную Леночкой сумку и приказала:

-Неси её за мной.

Увидев Настю, Леночка перестала визжать, и теперь недоумённо смотрела на неё. Средний перехватил её удобнее и понёс за уходящей Настей. Дети пошли за ними, но Настя повернулась и шуганула их. С визгом они разбежались, но потом снова начали преследование. До выхода из детского зала они продолжали преследование, но потом их позвали родители и дети отстали. В холле к ним подошёл охранник. Он знал, кто такие Настя и Средний, и знал, чем, и у кого они занимаются, но не отреагировать не мог.

-Э-э-э... - информативно сказал он, подойдя.

-Мы идём в кафе, - ответила ему Настя.

-Ага, - кивнул охранник.

Он совершенно ничего не понимал. Когда мимо него проходил Средний, то встретился взглядом с ничего не понимающей Леночкой. Она не могла понять, визжать ей и сопротивляться, или просто ехать на руках у симпатичного мужика. Увидев этот взгляд, охранник подумал и отправился следом, проследить, чтобы безобразия не нарушались.

В кафе Леночку ссадили с рук на стул. Настя заказала ей рюмочку коньяку, чтобы снять стресс. Себе и Среднему заказала молочный коктейль. Охранник увидел, что всё в порядке и ушёл, но зато в кафе начали приходить ребята из секции. Настя отправила всем сообщение, что девушка нашлась, и теперь все желали посмотреть, что за девушку они искали. Парни сдвинули столики, и организовался небольшой сабантуйчик.

Леночка как-то легко влилась в компанию. Живой характер, хорошее чувство юмора очень ей в этом помогли. Тем более, что она была не намного старше всех присутствующих, а некоторые были старше неё. Насте пришлось рассказать о своей проблеме и все устроили мозговой штурм, придумывая, как эту проблему решить. Вопреки Настиным опасениям, предложений просто прибить тётку и прикопать где-нибудь, не прозвучало, но призывы к решительным мерам были.

Леночка отвергла все планы и выдала свой план. Видно было, что она готовилась к этому разговору. По её плану Настя должна была делегировать ей право подписания некоторых бумаг, а потом она через суд выселит тётку из квартиры. Бумаги у Насти железные и она в суде может не волноваться за своё имущество, но суд может пойти навстречу родственнице и присудить какую-то часть наследства, которую Насте придётся выплачивать деньгами. Чтобы этого не произошло, Леночке придётся побегать, собирая справки и заверяя бумаги.

И вот тут ей нужна будет помощь. Она не сможет получить все бумаги одновременно. И какие бумаги понадобятся, будет известно только после первого заседания суда. Повторное заседание тёткин адвокат будет просить организовать, как можно быстрее. Ко второму заседанию нужно будет успеть собрать все справки и выписки, а Леночке не разорваться. Здесь нужно задействовать как можно больше людей, чтобы они ходили по архивам и организациям, брали справки и выписки.

Тут же все собравшиеся выразили желание помочь Насте. Договорились, кто куда пойдёт. Некоторые документы можно было заказать уже сейчас. Пока что это перестраховка, они могут не понадобиться, но вдруг станут нужны? Пусть лучше будут, чем их не будет, когда они понадобятся. Ребята тут же разобрали, кто какой документ будет получать. Лена сказала, что будет на своей машине возить Настю туда, где нужна будет её подпись. Старший сказал, что готов возить по учреждениям Леночку на своей машине, но наткнулся на взгляд Среднего и вдруг вспомнил, что давно хотел сдать машину в ремонт.

-Послушай, - обратилась к Леночке Настя, вдруг кое-что вспомнив, - а когда ты будешь выселять тётку через суд из квартиры, тебе ведь тоже какие-то бумаги понадобятся?

-Нет, все бумаги у меня уже есть, - ответила Лена.

-Я вот подумала, - с сомнением сказала Настя, - а если мы сейчас не выселим тётку, то потом, когда она проиграет дело, нам сложнее будет это сделать?

-Да нет, не сложно. Да и выселим мы её. Это очень просто сделать.

-Но ведь всё равно нужен будет суд, - уточнила Настя.

-Я не думаю, что твоя тётя добровольно откажется от наследства и захочет выезжать из квартиры. С ней всё придётся делать через суд.

-Настя, к чему ты ведёшь? - спросила Ксюша.

-Я думаю, что сейчас не надо выселять тётку из квартиры. Пусть живёт, - сказала Настя. Насладилась повисшей паузой и продолжила. - Ты подашь заявление в суд, о принудительном выселении, но сделаешь какую-нибудь глупость, и суд не удовлетворит ходатайство.

-Ты путаешься в терминах, - заметила Леночка, - но я тебя поняла. Зачем это надо?

-Чтобы тёткин адвокат расслабился. Он не должен воспринимать тебя всерьёз. Ты для него должна быть глупой девочкой, которая ещё ничего не умеет. Если ты провалишь всего лишь выселение, то он и думать не будет о том, что ты ему опасна при рассмотрении иска о наследстве.

-Не иска, а... Впрочем, я поняла. Но тогда получится, что тебе негде будет жить.

-Почему? - удивилась Настя. - Сейчас-то я где-то живу. И живу неплохо. Вот, ребёнка смогла оставить под присмотром. А если жить буду в своей квартире, то няню придётся нанимать.

-Таньке няня не нужна. Она совсем не дура, - влез Серёжа.

-Ой, - подхватилась Настя, - я с вами засиделась, а у меня там ребёнок один, хоть и под присмотром. Спасибо всем, что согласились помочь. Лена, давай-ка обменяемся номерами. Звони в любое время. Действуй по своему плану, но подумай и над моим. В ближайшее время квартира мне не нужна. Если нет ко мне вопросов, то я убегаю.

-Подожди, я тебя подвезу, - встал Старший.

-Меня потом подвезёшь? - спросил Серёжа.

-Поехали, подвезу.

-Тогда разбегаемся? - спросила Ксюша. - Телефон Лены только запишите. Лена, можешь нам всем звонить в любое время. Мы Насте всегда готовы помочь.

-Разбегаемся! - скомандовала Лена и повернулась к Леночке, - А ты со мной поедешь, или...

-Она поедет со мной, - безапелляционно заявил Средний.

Настя только порадовалась за него.

Ходить по учреждениям и собирать справки и необходимые бумаги - было скучно и утомительно. Времени много не занимало, но всё равно требовало. Если бы не помощь ребят, Настя не справилась бы. А без знаний адвоката Лены она даже предположить бы не смогла, что для суда ей нужно столько бумаг. В некоторые учреждения надо было ехать в один день и в разные концы города. В какие-то подавать бумаги, а в каких-то забирать. Настя недоумевала. Ладно она, со своим скользким графиком работы и неполным трудовым днём, а как же другие люди справляются? Этот вопрос она задала Лене и заставила ту смутиться.

Оказалось, что Лена, в порыве трудового энтузиазма, погнала Настю по всем инстанциям. Причём решила прогнать в весьма сжатые сроки. На самом деле, никакой спешки не было. Тётка уже подала в суд, но даже дату первого слушания ещё не назначили. При этом, все уже собранные бумаги вполне могли пригодиться, когда Настя будет выселять тётку из квартиры. По этому делу Лена уже добилась даты слушания. Настя напомнила Лене, что хочет, чтобы она провалилась в этом деле. Лена заверила её, что Софья Карловна одобрила Настин план и если Настя не возражает, то Лена завалит своё первое дело. Причём сделает это так глупо, что никто больше не будет принимать её всерьёз.

И действительно сделала. Судья даже удивилась такой ошибке. Дело было с треском проиграно. Адвокат тётки веселился и издевался над Леной и Настей. Даже судья, не стесняясь Лены, посоветовала Насте взять другого адвоката. Настя поблагодарила за совет, и они с Леной ушли из зала суда. Лена прекрасно разыграла убитую горем молодую девочку, которая провалила дело и подвела клиента. Однако на улице она преобразилась и стала прежней Леной, весёлой и язвительной.

-Я завтра буду весь день здесь сидеть и уговаривать судью, чтобы она наше дело взяла, - сказала она Насте. - Вряд ли судья мне откажет.

-Знаешь, у меня есть подозрение, что тёткин адвокат прямо сейчас это делает, - сказала Настя.

-Послушай, - подхватилась Лена, - а ведь это вполне возможно. И наверняка, будет просить устроить слушание, как можно быстрее. Он уверен, что у нас ещё ничего не готово. А ведь мы через неделю все необходимые документы соберём. Знаешь что, я тоже буду просить устроить слушание, как можно раньше. Слушай, а сколько у твоей тётки денег? Я имею в виду, хватит ли ей, оплатить подачу жалобы, или пересмотр дела, в вышестоящей инстанции? Хватит ли у неё денег, оплатить адвоката, чтобы он этим занимался?

-А тебя не интересует, хватит ли денег у меня?

-Мы же договорились на двадцать тысяч... Слушай, я с тобой ещё хотела поговорить... Что у тебя с Сергеем?

-Что? Каким Сергеем? - удивилась Настя.

-Ну, Сергеем. Вы его ещё Средним зовёте. Кстати, а почему?

-Мы всей группой занимаемся в стрелковом клубе. Там у нас три инструктора. Старший, Средний и Младший. Он Средний. Я как-то даже забыла, что его Сергеем зовут.

-А тебя как зовут? И что между тобой и Сергеем? Я же вижу, что между вами что-то есть.

-Ничего нет, - недоумённо ответила Настя. - Занимаемся вместе у Егора Владимировича. Он меня... Он нас всех стрелять учит, и отрабатываем тактику спецназа...

-А зачем? - перебила Лена.

-Нам нравится, - пожала плечами Настя. - Не просто физическая подготовка, а ещё и командный дух. Видишь, как мы все, друг за друга стоим?

-Да, я вижу. Так вы с Сергеем... Между вами ничего нет? Почему же он тогда так на тебя смотрит?

-Как он на меня смотрит? - удивилась Настя.

-Ну, как-то так... Не знаю, как объяснить. Как будто между вами что-то было, а потом вы расстались. И со мной он почему-то всегда о чём-то думает. А как-то раз мы были вместе и тут звонок от тебя. Так он так быстро ответил. Я вот и подумала, что между вами что-то есть.

-Погоди. Вы были вместе? Давай-ка поподробнее.

-Да не о чем рассказывать, - отмахнулась Лена. - Он зашёл ко мне. Я его попросила мне шкаф отодвинуть. У меня заколка упала и за шкаф залетела. Представляешь, расстегнулась, спружинила и под шкаф. Видимо, застёжка ослабла. Я её хотела шваброй вытащить, а тут такой повод Сергея пригласить. А тут ты позвонила, и он сразу ушёл.

-Теперь мне всё понятно, - кивнула Настя. - Пригласи его ещё раз. Я звонить не буду, и у вас всё получится.

-Знаешь, я даже не знаю... - засомневалась Лена. - Он такой молчун. Ничего мне не рассказывает. Я даже не знаю, кем он работает. Ты не знаешь?

-Знаю, но не скажу, - ответила Настя. - Он тоже не расскажет, поэтому не спрашивай.

-А почему он не расскажет?

-Потому, что ты не в нашей команде.

-А можно к вам в команду?

-Почему нет? Занимаешься с Егором Владимировичем месяц. Потом месяц с нами на полигоне отрабатываешь тактику и взаимодействие. Ну а потом ты начнёшь узнавать тайны.

-Ой, вы что, работаете на секретную правительственную организацию?

-Да. Совершаем заказные убийства, взрываем логова террористов, ровняем с землёй виллы наркобаронов. Ты об этом теперь знаешь, поэтому или ты начинаешь заниматься с нами, или... Одно из двух.

Лена неуверенно рассмеялась.

-Приходи к нам на занятия, - сказала Настя. - Если месяц выдержишь, то... Не будем загадывать. У меня даже дочь с нами на стрельбу ездит. Тебе тоже понравится.

-Я подумаю, - серьёзно сказала Лена.

До суда Лена побывала на трёх занятиях. Егор Владимирович выжимал из неё все соки и давал максимальные нагрузки. Лена не сломалась и не прекратила занятия. Но она отчаянно боялась спаррингов. Как только кто-то вставал перед ней, она начинала бояться, а при первом же ударе визжала, зажималась, а потом плакала из-за этого, но не могла себя преодолеть. Стойкость у неё была, но страх перед противником был сильнее, и очень не хватало злости. И ни у кого не получалось эту злость у неё вызвать. Может быть, именно поэтому они сошлись со Средним. Как говорится - противоположности сходятся.

Прочитанные учебники психологии дали Насте массу знаний и Настя постепенно начала их применять. Например, составила психологические портреты всех, кто работал на неё. От некоторых пришла в ужас. Например, у Среднего в душе было невероятно много злобы. Непонятно на кого, но он именно злился, и эта злоба делала его нелюдимым. Лучший Настин добытчик сведений - Наталья Степановна, стервозная старушенция, - в ближайшем будущем, из-за душевных проблем, вполне могла окончательно оскотиниться и остаться среди людей в абсолютном одиночестве. Также проблемы были ещё у нескольких человек. Настя не считала себя высококлассным специалистом, поэтому попросила своего психолога подтвердить то, что она диагностировала. Когда всё подтвердилось, Настя оплатила консультации психолога на пол года вперёд и загнала к ней наиболее одиозных личностей, в добровольно-принудительном порядке. Так у банды появился собственный психолог.

На первом заседании суда, разумеется, никакого решения по Настиному наследству принято не было. Судья только приняла к рассмотрению поданные сторонами документы. Настя и Лена развлекались, глядя на адвоката, когда по требованию судьи Лена подавала тот, или иной документ, а в дополнение давала ещё один, или два, предвосхищая требование судьи. Тётка вдруг предстала не просителем, а скорее вымогателем, который хочет получить часть наследства племянницы просто так, потому, что хочет. У Насти были собраны все справки и выписки, которые доказывали, что тётка не делала ничего ради племянницы, не вложила в квартиру и деревенский дом ни копейки денег. Настя сама не поверила, когда выяснилось, сколько тётка потратила на похороны сестры. Судья тоже была под впечатлением. Она даже не удержалась и задала нетактичный вопрос.

-Простите, а вы свою сестру, хоть в гроб положили?

В общем, судья целиком и полностью встала на сторону Насти. У тётки был ушлый адвокат, поэтому он ещё пытался как-то спасти положение, но видно было, что судья его почти не слушает. По окончании заседания судья объявила, что суд принял документы к рассмотрению и на следующем заседании собирается выслушать обе стороны, а также готов принять от сторон ещё какие-либо документы на рассмотрение, если они появятся. По вопросу второго заседания, а точнее, на какой день его назначить, возник спор. Лена просила назначить, как можно раньше. Тёткин адвокат, как можно позже. Лена сделала ошибку, сказав, что её клиентка не может воспользоваться имуществом, пока не будет получено решение суда. Судья тут же напомнила ей, что она сама провалила дело. Посчитав, что Лена пыталась ею манипулировать, судья назначила следующее заседание через месяц, удовлетворив просьбу адвоката.

Лена извинилась за это перед Настей, но Настя осталась равнодушной. Сейчас её волновал другой вопрос. Таню надо было отдавать в школу. Как ни удивительно, но через полтора месяца должны были начаться занятия. И вот тут Настю накрыло. Она хотела для Тани всего самого лучшего. И школу для неё она хотела самую лучшую. Поскольку Настя была прописана в своей квартире, то Таня должна была пойти в ту школу, в которой училась Настя. Настя не могла сказать о своей школе что-либо плохое, но и хорошего о ней сказать не могла. Деньги у неё были, поэтому она решила отдать Таню в частную, привилегированную школу. И теперь все её мысли были только об этом. Тем более, что сегодня она должна была встретиться с директором этой школы.

Внешне школа Насте понравилась. Приличного размера особнячок, стоящий на окраине города. Территория огорожена, есть охрана, а значит, за детей волноваться не стоит. На территории есть игровые площадки, окружённые кустарником, пара аллей со скамейками. Среди невысоких деревьев были видны несколько беседок. Всё это Настя увидела от входа на территорию. Почему-то у неё включилась паранойя и она отметила про себя, что здесь можно устроить неплохую снайперскую позицию, а из окон здания вся территория просматривается, а следовательно простреливается, идеально. Настя задавила паранойю и напомнила себе, что тут не Зона и в детей никто стрелять не будет.

Уточнив у охранника, куда ей пройти, Настя направилась к кабинету директора. И внутри здания она начала испытывать дискомфорт. В её представлении школа выглядела не так. Вернее, это здание ничем не напоминало Насте школу. Она не могла понять, есть ли в здании классы. Она не видела учебных пособий. В любое помещение можно было заглянуть, так как дверей нигде не было. Настя специально не заглядывала, но посматривала, и всё больше недоумевала. Как здесь могут учиться дети?

Роскошь, помпезная роскошь - первое, что приходит на ум, когда ты заходишь в здание. Вторая мысль, что здесь музей, а не школа и ты ошиблась адресом. Стиль викторианской эпохи с позолотой, лепниной, спадающим бархатом и дорогими драпировками. При этом роскошь явно избыточная, нарочно лезущая в глаза. Узорчатый паркет, отделка стен деревом, мраморная лестница с позолотой. На второй этаж Настя поднялась совершенно растерянная и потерянная. Она ничего не понимала.

-Я к директору, - сказала она, зайдя в приёмную.

-Вам назначено? - мерзким голосом поинтересовалась девица, мгновенно оценив Настину одежду и то, как она выглядит.

-Да, на пять часов, - ответила Настя.

Девица с сомнением оглядела Настю, но всё-таки сняла трубку стилизованного под старину телефона. Тонким пальчиком с идеальным маникюром она потыкала кнопки.

-Анатолий Давыдович, к вам по поводу работы уборщицей. Да. Да. Хорошо, я её вызову.

Девица бросила трубку на рычаги. Не глядя на Настю, процедила:

-Ждите, за вами подойдут.

-Я не по поводу работы, - сказала Настя.

Девица соизволила посмотреть на неё. В её глазах явно читался вопрос. Вопрос был явно непечатный, но если его перевести, то девица интересовалась у Насти, для чего же Настя тогда здесь находится? Настя не стала томить девицу ожиданием.

-Я здесь для того, чтобы устроить ребёнка в школу.

Девица Насте не поверила. Подумала, но всё же сняла трубку телефона.

-Анатолий Давыдович, к вам пришла девушка... Хочет ребёнка устроить в школу.

Директор выскочил из кабинета так быстро, как будто бы стоял прямо за дверью. Девица ещё не успела опустить трубку на рычаги. Он быстро осмотрел Настю и расплылся улыбкой.

-Анастасия Кирил-лов-на! А почему вы без вашей очаровательной дочки? Мы вас так ждали.

-Мы договорились на семнадцать часов, - напомнила Настя. - Сейчас двенадцать минут шестого. Простите, что заставила вас ждать.

Директор засмеялся, как будто Настя сказала невероятно смешную шутку. Настя удивилась тому, насколько этот человек фальшив. Девица, вторя директору, тоже хихикала. У Насти появилось желание развернуться и уйти.

-Прошу вас в мой кабинет, - распахнул двери директор. - Наденька, сделай нам кофе. Но, может быть, вы желаете чего-нибудь покрепче?

-Я желаю обсудить вашу школу, и понять, будет ли моя дочь учиться здесь, - ответила Настя, желая перевести разговор в деловое русло.

-Разумеется! - вскричал директор. - Но ведь обсуждать что-то лучше всего за кофе, с капелькой коньяка. Вы такая красавица, что я просто не могу перейти с вами к делам, не выпив чашечку кофе и не поговорив о чём-нибудь постороннем. Прошу вас, проходите в кабинет. Как добрались? Где ваша машина?

-У меня нет машины, - сказала Настя. - Я доехала сюда на автобусе.

Вообще-то, Настя сюда добежала, благо для неё такая пробежка не была какой-то серьёзной нагрузкой, а тело требовало движения, но говорить об этом она не стала. И когда сказала про автобус, поняла, что зря. Директор как-то очень настороженно на неё посмотрел.

-И как в автобусе? Народу много было? - со странной интонацией спросил он.

-Никого, - ответила Настя. - В моём автобусе был только водитель.

-Вы ездите на автобусе? - искренне удивился директор. - На своём, личном автобусе?

-Нет, зачем? - в свою очередь удивилась Настя. - Я подошла к остановке, там стояли автобусы. Я зашла в тот, который мне понравился, и доехала сюда. Рязань маленький город. Ехать далеко никуда не приходится. Можно воспользоваться и автобусом. Нет комфорта, зато всегда под рукой.

-А почему вы не купите машину? - спросил Анатолий Давыдович.

-Я водить не умею, - пожала плечами Настя.

-Понятно, - как-то задумчиво, без прежней глупой улыбочки сказал директор.

Что ему было понятно - Настя понять не могла. Разговор был совершенно бредовый. Ей всё меньше нравилось здесь, и она не могла понять, неужели этот человек действительно глава учебного заведения? Она ещё надеялась, что разговор примет деловой оборот, но с каждой секундой надежды на это таяли.

-Что ж, вот мы всё и выяснили! - вдруг снова оживился директор. - Давайте же мы поговорим о вас! Сколько лет вашей прелестной девочке?

-Тане восемь лет, - ответила Настя.

-Я восхищён! - вскричал директор. - Без преувеличения, я в восхищении! Вы не выглядите на свой возраст. Я бы сказал, что вам не более двадцати. Может быть, двадцать пять, но их я могу вам накинуть, только зная возраст вашей дочери. Вы выглядите невероятно молодо!

-Мне восемнадцать, - сказала Настя, и добавила, - у меня было трудное детство.

Директор стушевался. Он не знал, что ещё можно сказать. Все комплименты, которые он делал, ушли в никуда. На лесть Настя не велась. Настя ждала, что теперь-то он перестанет притворяться и начнёт нормальный деловой разговор. Но видимо он слишком привык общаться с дурами. Секретарь внесла поднос с кофе, и директор вновь завёл свою шарманку.

-А вот и кофе! Вам добавить в него коньяк? Коньяк у нас самый лучший...

Его прервал шум в приёмной. Топот и стервозный выкрик.

-Надька, ты куда подевалась?! Опять вы с Толиком шашни крутите?!

Секретарша пулей метнулась в приёмную. Директор снова переменился в лице, но всего на мгновение. Меньше чем через секунду он вновь сиял слащавой улыбочкой.

-А сейчас я познакомлю вас с хозяйкой нашей школы, - сказал он. - Сегодня она сама проведёт для вас экскурсию по школе. Я всего лишь буду вас сопровождать.

-Толик, ты с клиенткой? Выходите сюда. Мы вас тут ждём.

Директор подскочил к Насте, протянул руку, чтобы помочь встать с кресла. Настя руку проигнорировала и встала сама. Директор услужливым поклоном показал ей, что ей нужно выйти в приёмную. Настя вышла. Вышла и на мгновение замерла от удивления. Секретарь стояла около стола, посреди приёмной стояла расфуфыренная дамочка, а за ней стояла дочка Романа Борисовича с сыном. Настя сильно удивилась, встретив её здесь, но никак своего удивления не показала.

-Вот, Анастасия Кирилловна, - выскочил из-за Настиной спины директор, - позвольте представить вам Людмилу Альбертовну, хозяйку нашей прекрасной школы. Людмила Альбертовна, эта, без сомнения, молодая девушка, хочет, чтобы её маленькая дочка училась в нашей школе.

-Я хочу для начала узнать всё о школе! - чуть раздражённо сказала Настя. - Не забегайте вперёд.

-А как вы узнали о нашей школе? - спросила хозяйка заведения.

-Вышла в интернет. Там на первой строке была ваша школа, - ответила Настя.

-А ведь работает это продвижение в рейтинге интернета! - повернувшись к дочке Прусака, сказала Людмила. - Мы уже на первом месте. Не зря я столько денег в это вбухала. Хорошо! Толик, веди нас и всё показывай. Сейчас я вам покажу, какая у меня тут школа.

Экскурсия заняла больше часа. Уже через десять минут Настя поняла, что тут нечего делать и хотела уйти, но ей было интересно, неужели маленького Рому всё-таки отдадут в эту школу? Настя шла в конце и слушала, как Людмила рассказывает, что и как она сделала и сколько на это потратила. Директор, то и дело встревал и рассказывал, где столовая, где классы для занятий. И эти пояснения были нужны, потому что классы не выглядели как классы. Прошли по территории, заглянули в другие здания. Одно из зданий было даже похоже на школу, но оказалось, что тут помещения для прислуги, которая работает вахтами, не уезжая каждый вечер домой.

-Ну, как вам моё хозяйство? - спросила Людмила, когда экскурсия закончилась.

-Знаешь Людмила... - неуверенно сказала Ромина мама.

-Для тебя я просто Мила, называй меня так. И я понимаю, что для тебя это всё банально, но давай спросим вот эту девочку. Дорогуша, что вы скажете? Скажите, стоит отдавать сюда ребёнка?

-Нет, - категорично ответила Настя.

-Не-е-ет? - невероятно удивилась Людмила. - И что же вам тут не нравится? А, понимаю. Вас эта роскошь шокирует. Дорогуша, эта школа для богатых. И вам не...

-Эта школа для идиотов! - припечатала Настя. - Я не знаю, кто может отдать сюда своих детей на учёбу, но эти люди явно глупее меня. Сколько у вас учеников? Есть ли среди них выпускники с золотой медалью? Есть ли среди них победители олимпиад и сколько их? Как у вас проводится физ. подготовка? Кто у вас занимается социализацией детей? Где у вас грамоты и награды ваших педагогов? Вы мне показали роскошь, но что стоит за этой роскошью?

-А ты-то сама, кто такая?! - взвилась Людмила. - Пришла откуда-то... Кто тебя знает?! Ты вообще кто...

-А я знаю эту тётку! - вдруг сказал Рома. - Когда я в больнице лежал, она там убиралась.

Немая сцена. Все смотрели на Настю. Людмила ошарашено, директор с ужасом и восхищением, а дочка Прусака смотрела, как будто старалась вспомнить, и вдруг вспомнила, и взгляд стал удивлённым.

-Так ты сюда просто так пришла?! - вдруг взвизгнула Людмила. - Поиздеваться?! Охрана!!! Охрана!!!

-Охрана!!! - подхватил директор.

Через несколько секунд подбежали два запыхавшихся охранника.

-Вышвырните её отсюда! - указала на Настю Людмила. - Вышвырните вон!

-Э-э-э, пройдёмте, - подошёл к Насте охранник.

-Нет!!! Вышвырните!!! Возьмите и вышвырните!!!

Охранник взялся было, но посмотрел Насте в глаза и отступил. Второй Насте в глаза не смотрел. Он подошёл, схватил её одной рукой сзади за шею и упал на землю, воя и перекатываясь, держась за ушибленное колено. Настя даже не смотрела, куда била, но попала правильно. Сказались многочисленные тренировки. Короткая расправа впечатлила всех, кроме Людмилы. Она продолжила вопить, созывая охрану. Охранники подбегали и останавливались, не зная, что делать.

-Что вы стоите?! Хватайте её! - дала указания Людмила.

Охранники двинулись к Насте, но их задержал тот охранник, который на Настю не напал. Настя порадовалась, что нашёлся хоть один умный человек, но тут охранник достал дубинку. И все остальные тоже достали дубинки. И начали окружать Настю. Настя подумала о том, что вновь попала в неприятности. Охранников она покалечит и ей придётся как-то из этого выпутываться. Спасла её дочка Романа Борисовича.

-Вы что, хотите драться на глазах у Ромочки? - спросила она с искренним возмущением. - Немедленно прекратите!

-Ой, дорогуша, тебе и Ромочке лучше уйти, - подхватилась Людмила. - Не стоит ему смотреть, как охранники с этой девкой разберутся.

-Да, мы на это смотреть не будем, но почему мы должны уйти? Пусть уйдёт она! И вообще, почему мы тратим на неё своё время? Мы вообще не должны обращать на неё внимания.

-Людмила Альбертовна, - вмешался Анатолий, - позвольте, я сам разберусь. И кстати, вы ещё не осмотрели живую изгородь, которую вы привезли из Бельгии.

-Да, дорогая, пойдем, я покажу тебе. Так цветёт, так пахнет! Я как увидела, не смогла себе такую не заказать. А с этой, пусть Толя разбирается. А ты, девочка, - обратилась она к Насте, - благодари бога за то, что я полицию не вызвала. Ты бы у меня на десять лет отправилась в места не столь отдалённые.

-Пойдём, ты мне покажешь свои розы.

-Ах, дорогуша, это совсем не розы. Я даже не знаю точно, как называется...

Они ушли. Настя осталась одна против директора и охранников. Усмехнулась, осматривая их. Охранники всем видом выражали готовность наброситься и порвать Настю на куски, но с уходом начальства их энтузиазм заметно угас. А когда Настя быстро наклонилась и подобрала дубинку уроненного охранника, их энтузиазм совсем пропал.

-Этого не нужно! - указал на дубинку в Настиной руке директор. - Я вас провожу до ворот, и вы уйдёте. Мы не хотим причинять вам вред.

-Вы? Мне? - усмехнулась Настя. - Это я не хочу вам чего-нибудь причинить. Идёмте на выход. Слушайте, а удовлетворите моё любопытство, унитазы у вас здесь из золота, или для детишек это посчитали слишком шикарным.

От ворот территории школы до ближайшей автобусной остановки совсем не близко. Настя подумала, позвонила и вызвала такси. Машину обещали подать через несколько минут. Уточнив номер автомобиля, Настя не спеша пошла к шоссе. Попросила, чтобы водитель остановился на съезде. Очень удивилась, когда через несколько минут её обогнала машина и остановилась метрах в пяти впереди. Настя приготовилась бежать, но из машины вышла дочка Романа Борисовича с Ромой и направилась к ней.

-Ещё раз здравствуйте, - сказала она Насте. - Простите, я не помню, чтобы мы с вами знакомились... Меня зовут Маша, а это мой сын Рома.

-Настя, - представилась Настя. - Как вам удалось сбежать?

-В каком смысле... - растерялась Маша. - Ах, вы об этом. Это было сложно, но у меня получилось. Пришлось имитировать аллергию на пыльцу тех кустов, которые она хотела мне показать. Но это не важно. Мы с ней всё равно разругаемся. Она очень хочет, чтобы я Рому к ней в школу отдала, но я никак не могу этого сделать. Вы бы своего ребёнка в такую школу отдали?

-Меня из этой школы выгнали, - усмехнулась Настя.

-Да, Люда помешана на богатстве. Общается только с людьми своего круга.

-С быдлом? - уточнила Настя.

-Ну, нельзя же так прямо... - смутилась Маша. - Ну, в общем, да.

-Чего вы от меня хотите? - спросила Настя.

-Да... Собственно... - Маша вытолкнула вперёд Рому. - Что надо сказать?

-Простите меня за то, что я назвал вас тёткой, - прогундосил мальчик.

-Ты неправильно сказал, - одёрнула его Маша.

-Простите меня, пожалуйста, за то, что я назвал вас тёткой, - снова повторил мальчик.

-Вы его прощаете? - спросила Маша.

-Нет, - покачала головой Настя.

-Почему? - удивилась Маша, и даже пацан выказал удивление.

-А за что мне его прощать? Он для меня пустое место. Как бы он меня ни назвал, мне от этого ни холодно, ни жарко. А если вы хотите, чтобы он воспитывался в уважении к другим людям, то за каждое его высказывание, вы должны сразу пробивать ему подзатыльник.

-Детей бить нельзя, - наставительно сказала Маша. - Вы свою дочку бьёте?

-Нет. Но если бы она позволила бы себе такой тон при разговоре со взрослыми, то моментально получила бы по заднице. Стимуляция кровообращения ниже спины, приводит к просветлению ума и...

-Это какое-то варварское воспитание. Методы дикарей.

-Проверено веками, работает безотказно, - пожала плечами Настя.

Беседа зашла в тупик. Настя была уверена, что сейчас Маша развернётся, сядет в автомобиль и уедет, но Маша почему-то медлила.

-Скажите, а вы действительно медсестра из того отделения, или Рома ошибся?

-Я не медсестра, - ответила Настя, - я уборщица. А так, он не ошибся.

-Но тогда, что вы делали тут... В этой школе.

-Это очевидно. Мне нужно устроить дочку в школу. Я тоже хочу для неё самого лучшего.

-Да, простите, - немного смутилась Маша, - но я не могу понять. У вас есть деньги на такую школу?

-На такую, - указала Настя за спину, - нет. Я повелась на рекламу. Эта школа была первой в списке. Написано было, что лучшая. Теперь я буду осмотрительнее.

-Но я снова не понимаю. У вас есть деньги на частную школу?

-Да, я богатая. Очень богатая. Богаче многих.

-Я понимаю вашу иронию. Простите. Я не только из-за Ромы остановила машину. Я перед вами тоже хочу попросить прощения. Я была слишком... Поймите меня правильно, у меня ребёнок умирал. Мне казалось, что все вокруг в этом виноваты. Особенно врачи. Ну и вам тоже досталось.

-Вам так важно моё прощение? - с усмешкой спросила Настя.

-Да, важно, - посмотрев ей прямо в глаза, ответила Маша. - Я не хочу, чтобы вы считали меня заносчивой...

-Какое вам дело до моего мнения? - удивилась Настя. - Вы богаты. Я нищая. Вы можете не обращать на меня внимания, или поплёвывать сверху. Вот, как ваш муж, или сын.

-Не надо думать, что я такая! - чуть не крикнула Маша. - Вы обо мне ничего не знаете!

-Знаю. Мы с вами общались в больнице.

-Поймите, я тогда была не в себе! И я прошу у вас прощения за то, как я разговаривала тогда с вами. Вас кажется, по моей вине премии лишили? Я могу вам компенсировать.

-Мама, - вмешался Рома. - Чего ты перед ней извиняешься? Пойдём.

-Подожди, мне надо с тётей поговорить. Иди в машину.

Рома убежал.

-Не умеешь ты детей воспитывать, - покачала головой Настя.

-А ты, можно подумать, умеешь?

-Умею, - кивнула Настя. - Хорошо, я тебя прощаю. Зла на тебя не держу. Что-нибудь ещё?

-Как-то ты это не искренне сказала, - усомнилась Маша.

-По-другому не умею, - развела руками Настя.

Несколько секунд Маша мялась, не зная, как продолжить разговор, да и стоит ли это делать.

-Может быть, тебя подвезти? - предложила она.

-Хорошо, - кивнула Настя. - Для успокоения твоей совести, я согласна, чтобы ты меня подвезла.

-Это не для успокоения совести. Тебе здесь до остановки идти далеко...

-Ну, вот до остановки меня и довезёшь, - согласилась Настя и пошла к машине.

Настя не сразу заметила, но оказалось, что в машине за рулём сидел шофёр. Когда Настя открыла дверцу рядом с ним, он посмотрел на неё с таким удивлением, что Настя захлопнула дверь и подошла к задней двери. Маша, не чинясь, сама открыла дверь. Предложила Насте первой сесть в машину. Настя кивком поблагодарила, чуть наклонилась и оценила внутренности машины издалека. Не найдя там ничего опасного, нырнула в салон. Следом села Маша.

За сегодняшний день Настя сделала столько ошибок и была такой невнимательной, что в Зоне она уже давно была бы мертва. Она упустила ситуацию в школе, она не обратила внимания на машину и не заметила, что в ней сидит водитель, а по совместительству охранник. Она очень сильно расслабилась. Для человека, который живёт в тени - недопустимо сильно. Вполне возможно, сейчас за ней ведут слежку, а она об этом не подозревает, ведь уже давно не проверялась. Настя поругала себя за это. Чтобы оправдаться перед собой, она начала изучать салон автомобиля.

Автомобиль был шикарен. Такой же, как нанимаемый Настей Бентли. Только Бентли был рассчитан на одного, максимум двух пассажиров, а в этой машине можно было разместиться небольшой компанией. Это был не лимузин, но что-то близкое к этому. Маша смотрела, как Настя изучает салон и ждала, что она скажет.

-А почему мы не едем? - удивилась Настя.

-Я не приказывала, - ответила Маша. - До остановки - это не серьёзно. Куда тебя действительно отвезти?

-До остановки. Меня там будет ждать такси.

-Ой, такси! Мне для Люды надо машину вызвать, - подхватилась Маша.

Настя смотрела, как она судорожно роется в сумочке, ища телефон.

-Подожди, - прервала её Настя. - Давай к ней мною заказанную машину перенаправим.

-Ты что? Она не поедет на обычном такси. Ей надо специальную машину вызвать.

-Понимаю, - кивнула Настя. - Тогда мне всё равно надо остановиться у поворота на шоссе. Там таксист будет ждать. Надо ему заказ оплатить.

-Ренат, ты слышал?! - обратилась к водителю Маша. - Поезжай до поворота. Там выйдешь и оплатишь такси.

-Я выйду и оплачу, - сказала Настя.

-Ренат. До поворота, пожалуйста, - глянув на Настю, сказала Маша.

Машина плавно тронулась. Настя смотрела в окно, но краем глаза следила за тем, что происходит в салоне. Маша звонила в прокат автомобилей и заказывала машину. Рома с удивлением и тщательно скрываемым интересом поглядывал на Настю. Машина подъехала к выезду на шоссе. Настя заметила машину такси, стоящую на обочине, с номером, указанным в СМС на её телефоне.

-Ренат, остановите, пожалуйста. Там стоит машина, которая меня ждёт.

Водитель беспрекословно остановился. Настя выскочила из машины, добежала до такси, быстро переговорила с шофёром, сунула ему деньги и вернулась обратно. Села в машину.

-Ренат, будьте добры, мне нужно на Братиславскую улицу, - сказала она.

-Поезжайте Ренат, - приказала Маша.

Некоторое время они молчали.

-Ты зря думаешь, что я хочу как-то перед тобой оправдаться, - прервала молчание Маша. - И не надо быть такой колючей. Я тебе помощь предлагаю от чистого сердца, хоть ты в это не веришь.

-Почему? Я верю. И я вовсе не колючая. Просто не вижу смысла тратить эмоции на человека, с которым больше никогда не увижусь. Тебя это оскорбляет?

-Да, оскорбляет. Возможно, я действительно привыкла к тому, что все передо мной...

Маша замялась, не в силах подобрать определение.

-Лебезят, - подсказала Настя.

-Нет, не только, - возразила Маша. - Просто ещё никто не был ко мне равнодушен. Знаешь, что меня тогда, в больнице, задело? То, что ты меня игнорировала. Я тогда считала, что вокруг меня все должны, чуть не танцевать, а какая-то уборщица даже внимания не обращает.

-Это защитная реакция. Лучше пусть твой муж меня ненавидит, чем зажмёт в каком-нибудь тихом местечке.

-Мой муж умер, - всхлипнула Маша. - И не надо при ребёнке...

-Хорошо, молчу, - пожала плечами Настя и стала смотреть в окно.

-Ренат, я передумала, - через пару минут сказала Маша. - Отвези нас в то детское кафе, где мы были на прошлой неделе. Прямо сейчас! Настя, я хочу, чтобы мы с тобой посидели в кафе, и выпили кофе. Я настаиваю, и я не приму отказа. Надеюсь, ты можешь уделить мне час времени?

-Об этом надо было спросить до того, как настаивать, - проворчала Настя. - Хорошо, ты меня заинтересовала. Я посижу с тобой в кафе.

Детское кафе оказалось совсем не детским. Просто в нём был зал только для детей, где они могли побегать и поиграть, пока взрослые пьют кофе и разговаривают. Ренат увёл Рому в детский зал, а Настя и Маша заняли столик в углу. Заказали кофе и пирожные. Настя не особенно рассчитывала на то, что они только попьют кофе и поедят пирожных. Маше надо было выговориться. Настя, как едва знакомый человек, с которым больше не увидишься, подходила на эту роль лучше всего.

-Ты извини, - немного нервно начала Маша, едва официант отошёл, - но я не хотела говорить в машине, при Роме... Да, мой муж был не самым лучшим человеком, не без недостатков, скажем прямо, но для меня он был любящим мужем и хорошим отцом. И я до сих пор не могу поверить в то, что говорят о нём после его смерти. Ты говоришь, что он тебя мог где-то зажать, но ведь он же этого не делал. Ты, как и все остальные, просто завидуете богатым людям и поэтому придумываете о них всякие гадости. Он мог на тебя ругаться, мог грозить, но он ничего бы тебе не сделал. И со мной сейчас ты потому так разговариваешь, что завидуешь мне. Тому, что я богата, что могу потратить на себя много денег...

-Подожди, - прервала Машу Настя. - Твой муж... Слушай, а ты знаешь, как он умер?

-Его убили в нашем загородном доме. Какие-то бандиты ворвались и убили. - Маша всхлипнула, едва сдерживая слёзы. - Я не знаю точно, что там было. Не интересовалась...

-Если я тебе расскажу, как всё было, ты мне не поверишь. Мой тебе совет - узнай сама. А потом ты поймёшь, почему я так с тобой разговариваю. Пойду я. Пей сама свой кофе.

-Нет уж, подожди, - схватила её за руку Маша, не давая уйти. - Расскажи мне всё. Откуда ты можешь знать, что там было?

-Я там была, - просто ответила Настя. - Сейчас нам кофе подадут. Я всё тебе расскажу, но когда официант уйдёт.

-Ты там была?! Как такое может быть?!

Настя промолчала. Официант подал кофе и тарелочку с пирожными. Хотел что-то спросить, но Маша нетерпеливо замахала на него рукой и он ушёл.

-Рассказывай, - приказала Маша.

-Я расскажу тебе только то, что хочу. Учти, это может быть выдумкой, от начала и до конца. Потом сама проверишь. Итак, твой муж получил лекарство для твоего сына и не заплатил за него. Лекарство стоит на чёрном рынке не менее двадцати миллионов, а твой муж должен был заплатить всего пять сотен тысяч. И он не заплатил. В результате в окно палаты твоего сына влетела граната. Только не взорвалась.

-Это я знаю. Расследование ничего не дало. Влад говорил, что там целая банда работала.

-Нет, всего один человек. По крайней мере, полицейские так говорили. Впрочем, это не важно. Важно, что твой муж забрал ребёнка из больницы. Ребёнок вроде как выздоравливал, но потом начались проблемы с почками, печенью. Ребёнок впал в кому.

-Да, это было ужасно. Я всё время с ним проводила, а он в сознание не приходил. Лежал и... Как мёртвый.

Маша расплакалась. Расплакалась искренне, и Настя посочувствовала ей. Представила, что так лежит Таня и сама чуть не заплакала. Встряхнула себя и продолжила.

-Ребёнок умирал, а твой муж ничего не делал, чтобы его спасти. Я этого точно не знаю, но предполагаю, что в кому ребёнок впал недели через две после выхода из больницы, а визит к Андрею Борисовичу твой муж сделал более чем через месяц.

-Неправда! Он искал лекарства, договаривался, чтобы к Роме лучшие врачи приезжали на консультацию. Если бы Роме не дали плохое лекарство...

-Ему дали хорошее лекарство. Оно помогло, но его было мало. Нужен был ещё грамм. А твоему мужу никто лекарство продавать больше не собирался. Лекарство для твоего сына нашёл твой отец. Ты знала, или тебе не сказали?

-Знала. Папа сам врачам лекарство принёс. Рома на следующий день в себя пришёл.

-Ты знала, что лекарством торгуют? Что его можно не так дорого купить?

-Ходят слухи, что умирающим людям предлагают купить лекарство, но предлагают не всем. Нам не предложили.

-Теперь поняла, почему?

-Хорошо, допустим. А при чём тут смерть моего мужа?

-Да при том, что он захотел сам получить источник лекарства. Зашёл к нам на отделение, перевернул всё вверх дном и его люди меня чуть не изнасиловали. Хорошо, врачи и медсёстры помогли отбиться. А потом он стал следить за мной. Видишь ли, у меня дочка тоже умирала от рака. Мне, чтобы оплатить лекарство, пришлось работать на тех, кто это лекарство продавал. Я была курьером. Носила лекарство тому, кто платил деньги. Потом твоему мужу надоело ждать, он меня похитил, избил, отвёз в ваш загородный дом и там пытал. Потом он привёз кого-то ещё и там был мужчина. Он смог освободиться во время пыток и убил твоего мужа. Вот и всё. Можешь верить, а можешь не верить, но за то, что он меня пытал, я тебе ручаюсь. Не он один, но в основном он.

-Подожди, так ты там была? И видела, как его убили?

-Я... - Настя осеклась. - Я тебе не о том рассказываю, как он умер, а о том, что он меня пытал.

-А когда его убили, ты что делала? Что было потом?

-Не знаю, что было потом. Я без сознания была, поэтому меня за труп приняли, а очнулась уже в морге. А потом меня в больницу отправили. Две недели на обезболивающих и антидепрессантах. Ну, и как я после всего этого должна к тебе, или твоему сыну, относиться?

-Ты всё врёшь, - расплакалась Маша. - Все вы врёте! Славик был не такой!

-Знаешь, я тебя вполне понимаю. У меня тоже недавно муж погиб. Только в отличие от тебя, я точно знала, что он убийца и психопат. Но он меня любил, и я его тоже любила. Мне все говорили, что он... да я и сама это видела и знала. Но со мной он был любящим мужем. Поддерживал меня, подарки дарил, терпел мои выходки. Я за ним была, как за каменной стеной. И всё, что мне о нём говорили - мне было абсолютно равнофиолетово.

-А я привыкла не обращать внимания на то, что говорят. Мой отец, он занимается не совсем честными делами. Но я об этом узнала, только когда мне было лет семнадцать, а до этого я не знала и не верила. А со Славиком также получается. Мне не хочется знать, что он был плохим человеком.

-Хорошим, плохим, - повторила Настя. - Ты как ребёнок. Он был такой, какой был. Или ты его таким принимаешь, или понимаешь, что он тебя обманывал, скрывая свою жизнь от тебя. Скажи, ты отца простила за это? Если да, то почему не можешь простить мужа?

-Папа скрывал всё от маленькой девочки. Когда я узнала, он от меня ничего не скрывал. А Слава меня обманывал. Как я теперь могу верить в то, что он был хорошим?

-А раньше как верила?

-Раньше мне ничего про него не рассказывали.

-Не рассказывали? Или ты не хотела слушать? Для меня твой муж был той ещё скотиной. А кем он был для тебя?

-Он был хорошим, но мне рассказали, что он хотел убить и меня и Рому. Если так, то кому мне верить, если я себе верить не могу. Я ни в чём не уверена!

-Тише, успокойся, - сжала Машину руку Настя. - Верить надо фактам. Кто тебе сказал, что муж тебя хотел убить? Доказательство своих слов он предоставил? Не верь. Был твой муж плохим человеком? Да, был. Но для тебя он был хорошим, так что сохрани о нём добрую память. Сына воспитай. Причём воспитай так, чтобы он по стопам отца не пошёл. Отдай его на воспитание деду. Судя по тому, что я вижу, он неплохо с воспитанием справлялся.

-Да. Ты права, конечно. Я вот думаю, как он будет без отца? Дед ему отца не заменит.

-Почему? Главное, чтобы не сильно баловал. И мой тебе совет. Отдай его в школу, где с ним будут обращаться так же, как с другими детьми, не выделяя.

-Кстати, насчёт школы. Я завтра поеду ещё одну школу посмотрю. Там тоже частная школа... В общем, хочешь со мной? И дочку свою возьми. Там без ребёнка тебя не примут.

-Что за школа? - заинтересовалась Настя.

Только вечером Настя поняла, какую глупость сегодня сделала. Нужно было сразу отказаться садиться к Маше в машину. Не нужно было пить с ней кофе и разговаривать. И уж вовсе не нужно было соглашаться на следующий день ехать с ней смотреть ещё одну школу. Последнее – самая большая глупость. Но Насте очень хотелось дать Тане всё самое лучшее. А ведь продолжение общения с Машей, рано или поздно выдаст Настю. Прусак - отнюдь не дурак. Вполне в состоянии сложить два и два, стоит ему хоть мельком увидеть Настю. Да и без этого вполне может догадаться, стоит только Маше рассказать ему о новой подруге.

Впрочем, Настя уже сама хотела заявить о себе и перестать прятаться. В конце концов, у неё самая сильная и хорошо оснащённая команда в городе. Сравнивая с бандитами, разумеется, но в чём-то превосходящая выпускников Рязанского училища. По крайней мере, устраивая состязания с десантниками на полигоне, её банда побеждала не намного реже, чем проигрывала. Десантники брали только выучкой командиров, и отчаянным напором, который Настина банда не сдерживала и сливала соревнование. Настя подозревала, что Старший, Средний и Младший специально так делают, но доказать пока не могла.

На следующий день Настя с Таней стояли на улице и ждали машину. Машина подъехала аккурат к тому времени на которое они с Машей договорились. Водитель был весьма вежлив, остановившись дверью прямо напротив Насти, а охранник выскочил из машины и распахнул перед Настей и Таней дверь, прежде чем Настя успела понять, как эта дверь открывается. Настя заглянула в салон, прежде чем сесть в машину. После вчерашнего её паранойя вновь набрала силу. Настя даже вооружилась, хоть и испытывала дискомфорт от кобуры под юбкой.

-Плохо выглядишь, - после взаимных приветствий заметила Настя.

-Я не спала, - поморщилась Маша. – Потом поговорим.

-Потом, так потом, - согласилась Настя. – Таня, смотри в окно и запоминай дорогу. Возможно, что ты будешь каждый день по ней ездить.

-Только всяким нищим нужно дорогу запоминать, - с презрением высказался Рома. – У богатых водители есть.

Настя его выпад проигнорировала. Таня дёрнулась, но видя реакцию Насти, тоже проигнорировала слова Ромы. Мальчишку это задело сильнее, чем что-либо.

-Мам! – дёрнул он Машу за руку. – А зачем мы этих нищих с собой везём?

-Не смей так говорить! – вдруг истерично выкрикнула Маша.

Даже охранник с переднего сиденья обернулся, а машина чуть вильнула. Видимо раньше Маша никогда не устраивала истерики.

-Знаете что, - повернулась к водителю Настя, - здесь ресторанчик через сотню метров будет. Остановите на стоянке. Нам надо выпить немножко коньячку.

-Мы не опоздаем? – усомнился водитель.

-Ничего, нас подождут. Мы быстро выпьем и поедем дальше.

Водитель ничего не сказал, но автомобиль стал замедляться и через несколько метров свернул к ресторану.

-Таня, - повернулась к дочери Настя, - зайди в ресторан и закажи там коньяк для нас. С лимончиком и сырной закуской. Пока будут готовить, съешь мороженое. И охранника с водителем обязательно угости. Как расправишься с мороженым, сама принесёшь нам коньяк. Хорошо?

-Хорошо, - кивнула Таня. – А этого мальчика тоже мороженым угощать?

-На твоё усмотрение. Он богатый. Сам себе мороженое купить может. Всё. Беги. Вы, идите вместе с ней.

-Рома, вот тебе деньги, - спохватилась Маша, - купи себе тоже мороженое. И угости всех. И будь вежливым.

Рома Машу не дослушал. Он выхватил деньги и выскочил из машины. Охранник побежал за ним. Водитель задержался и подождал Таню. Они вместе пошли ко входу в ресторан.

-Теперь мы одни, - сказала Настя. – Я думаю, минут пятнадцать у нас есть. И ещё мне кажется, что ты сейчас расплачешься, и что тебе не хотелось бы плакать у всех на виду.

Маша действительно расплакалась.

-Прости меня, прости! – кинулась она к Насте. – Я всё прочитала и узнала. Я такая дура!

-Почему? И за что я должна тебя простить? За то, что твой муж меня пытал?

-Нет. Не за это. За то, что… Что… Какой же я была дурой! Он мне врал, а я ничего не хотела знать. Мне папа про него всё время говорил, но я не слушала. Если бы я тогда его послушала, то он бы тебя не пытал.

-То есть, ты его разлюбила? – уточнила Настя. – Сразу и навсегда?

-Прости меня! Я не знала! Если бы я знала!.. Он мне цветы дарил. Всегда говорил, что просто так, а оказывается, он мне цветы покупал каждый раз после того, как с какой-нибудь шалавой кувыркался. Папа мне вчера к тому делу, ещё и своё добавил. Какого же мерзавца я любила!

-Ты ведь не знала, что он мерзавец, - напомнила Настя. – А внешне он был очень даже ничего так. Мускулистый, сильный…

-Он мне постоянно изменял! Он всех девок в своих клубах перетрахал! Как я могла не замечать этого?

-Вот это мне тоже удивительно, - согласилась Настя. – Как ты такого мужика могла одного в клубы отпускать? Там ведь столько молодых и на всё согласных. Да ещё и красивее тебя…

-Они все были красивее меня! Я для него была на последнем месте! Он с девками - каждый день, а со мной раз в пару недель. Какая же я была дура!

-Вот поэтому я тебя и простила. – Наставительно сказала Настя. – Мы, женщины, когда влюбляемся, начисто соображать перестаём. По себе знаю.

-Да что ты знаешь?!! Ужас! Мне даёт советы девчонка восемнадцати лет! – Маша схватила Настину руку и сжала кисть своими руками. – А знаешь, что самое страшное? – лихорадочным шёпотом продолжила она. – Мне ведь некому рассказать об этом. Не с кем поговорить. У меня подруг нет! Все мои подруги – богатое быдло, с которыми свёл меня мой муж. Альбертовна – отличный пример. А настоящих подруг у меня не осталось. Совсем. А эти твари, выслушают, а потом всем растреплют. При этом ещё и выгоду свою попробуют урвать. Только одно хорошо. Они тупые и снобы. Или снобки? Как правильно сказать?

-Они со снобизмом, - подсказала Настя. – А теперь я тебе скажу. Помолчи. Я тебя выслушала. Если можешь простить мужа… бывшего… то прости. Прости и забудь. У тебя был плохой опыт. Ты его пережила и можешь жить дальше. Теперь ты уже не будешь выбирать себе мужа… Ну, как ты его выбирала? Ты молодая, красивая. Богатая, что немаловажно. Ты можешь начать всё заново. Можешь даже замуж не выходить. Найми себе мальчика и пользуйся.

-Знаешь, меня поражает твой цинизм. Тебе действительно восемнадцать?

-Давай не будем сейчас обсуждать мою жизнь. Тебе сейчас не стоит ничего знать…

-Я уже один раз пошла замуж, ничего не зная! Чем это для меня кончилось…

-Я тебя замуж не зову, - усмехнулась Настя. – И в подруги к тебе не набиваюсь. Ты мне что-то рассказала. Я тебя выслушала и дала совет. Но мне советов не надо, поэтому рассказывать что-либо я сейчас не хочу. Послушай, я понимаю, что у тебя есть чувство вины передо мной, но не стоит… Ты ни в чём не виновата. И не надо делать для меня что-то через силу. Я тебе неприятна. Давай расстанемся прямо сейчас.

-Ты?! Мне?! – с горечью рассмеялась Маша. – Да ты моя лучшая подруга! Хотя бы потому, что в подруги не набиваешься. И ничего у меня не просишь. И не богаче меня, поэтому не говоришь со мной через губу. Господи, а ведь я тогда в больнице с тобой именно так говорила.

-И я тебя уже давно простила за это, - подхватила Настя. – Хватит страдать! Сейчас дети вернутся. Что они подумают увидев тебя в таком виде?

-В каком виде?

-Косметика размазалась, морда опухшая…

-У меня не морда, а лицо!

-Нет уж. Сейчас у тебя именно морда. Давай-ка тебя в порядок приводить.

До возвращения детей, как раз хватило времени на то, чтобы привести Машино лицо в порядок. Настя, как умела, восстанавливала макияж, а Маша продолжала жаловаться ей на свою жизнь. Насте это немного надоело и она, не выдержав, рявкнула, а потом рассказала Маше про свою жизнь. И как её продал любимый человек, и как она потом жила с этим, и как познакомилась с будущим мужем. Рассказывала, разумеется, легенду, но ведь в основе были реальные события. Маша, когда Настя закончила рассказывать, признала, что по сравнению с Настиными, её беды - ничто, поэтому стоит перестать страдать, взять себя в руки и жить дальше.

-А я тебе об этом и говорю, - согласилась Настя. – Что было – то прошло. Живи дальше и не думай о прошлом.

-Теперь я понимаю, почему ты такая циничная. И я ещё думала, что у меня проблемы! Свалились бы на меня твои проблемы, так я бы просто померла. Я ведь наивная, хоть и кажусь такой опытной стервой.

-Ну, я не всегда умной была, - призналась Настя. – Я и сейчас наивная, хоть кажется, что это не так. Всё, я закончила. Посмотри в зеркало и оцени.

-Да-м… - сказала Маша, посмотрев в зеркальце. – Нет, для тёмной машины, и работая только одной косметичкой… У тебя талант, честное слово. Но всё-таки, как я покажусь людям в таком виде?

-Ничего, опознают, - успокоила Машу Настя.

-Этого и боюсь, - призналась Маша. – Завтра вся тусовка будет обсуждать, что я явилась на первое собеседование в школу с непрофессионально наложенным макияжем.

-А тебе не всё равно, что тусовщики о тебе скажут? Если они о тебе говорят гадости, найди другую компанию.

-Да, теперь я вижу, что ты наивная, - усмехнулась Маша. – Где я, среди богатых, другую компанию найду? Мы там все такие.

-И ты? – уточнила Настя.

-С кем поведёшься… - пожала плечами Маша.

-Так не водись с ними, - в свою очередь пожала плечами Настя.

-Уже не водилась, - поморщилась Маша. – Ты думаешь, где я с мужем познакомилась?

-Ты мне потом об этом расскажешь, а сейчас я вижу, что сюда идут дети. Прекращаем разговоры.

Дети возвращались порознь, не глядя друг на друга. Таня несла поднос с коньяком и нарезкой. За ней шёл официант из ресторана, наверняка, чтобы забрать поднос после того, как коньяк будет выпит. Охранник и водитель шли чуть сзади, и видно было, что чуть не смеются, когда их взгляды проходят по идущим детям. Таня совершенно не замечала Рому, а Рома, в свою очередь, показательно игнорировал Таню.

Настя открыла дверь, приняла у Тани поднос и попыталась занести его в салон. Рома, начисто игнорируя Настю, сунулся в салон одновременно. В результате коньяк Настя спасла, а вся нарезка оказалась у Ромы на голове и спине. Рома выскочил обратно на улицу и возмущённо запыхтел, не в силах высказать всё, что думает о Насте. Выглядел он при этом так забавно, что все рассмеялись. Это ещё больше унизило Рому. Он несколько раз открыл рот, а потом вдруг разревелся.

-Я же говорила, что он плакса, - тут же сказала Таня. – Маменькин сыночек.

-Таня, как тебе не стыдно?! - отреагировала Настя.

-Мне стыдно? – изумилась Таня. – Стыдно мне было там, в ресторане. Он себя вёл, как пьяный бабуин. Мне было стыдно, что я с ним в ресторан зашла.

-Рома, подойди сюда, - позвала Маша. – Давай почистимся. Это правда, что ты себя плохо вёл?

-Ничего я не плохо-о! Это всё она-а! Она меня обзывала-а!

-Он к Виктору Степановичу на «ты» обращался и пальцем в него тыкал, - наябедничала Таня. – А потом требовал, чтобы людей из-за столика выгнали и его усадили. Барин, мелкий. Хорошо, с ним охранник был. А не то, нас бы выгнали. Мама, я с ним дружить не буду!

-А я тебя не заставляю, - пожала плечами Настя.

-Рома, ты действительно так себя вёл? – спросила Маша. – Как тебе не стыдно?

-А чего мне стыдно? – перестав плакать, спросил Рома. – Папа всегда требовал себе лучший столик. Чтобы уважали. Вот! Это плохой ресторан. Я на них дедушке пожалуюсь.

-А он ещё и ябеда! – обрадовалась Таня. – Плакса и ябеда!

-Я не ябеда, - возразил Рома. – И не плакса. И вообще… Это вы в моей машине едете! Вы должны меня уважать!

-За что? – спросила Настя.

-За то, что это моя машина.

-Ты её купил? Сколько она стоила? Где ты на неё денег заработал? Долго зарабатывал?

-Это машина моего дедушки, а значит – моя.

-Знаешь, - секунду подумав, сказала Настя, - я лучше буду уважать твоего дедушку.

-А значит и меня!

-Вовсе не значит, - покачала головой Настя. – Что ты сделал, чтобы тебя уважали?

-Это всё потому, что вы мне завидуете! Папа всегда говорил, что бедные завидуют богатым! Вы мне завидуете, поэтому не уважаете.

-Таня, ты ему завидуешь? – спросила Настя.

-Плаксе и ябеде? Вот ещё! И никакой он не богатый! У него денег не хватило, чтобы дяде Ренату и дяде Володе мороженое купить.

-Они прислуга! Я не должен им ничего покупать!

-Рома, как ты можешь так говорить?! – ахнула Маша. – Немедленно извинись!

-Не буду я извиняться! Это потому, что папа умер! Был бы он жив, он бы вас всех сейчас заставил меня уважать! Пошли вон из моей машины! Я не хочу с вами ехать!

-Я тоже не хочу с ним ехать, - сказала Таня. – Мама, давай вызовем такси. Или пешком дойдём…

-Ромочка, послушай, но так нельзя, - попыталась урезонить сына Маша.

-А-а-а!!! Я не хочу с ними ехать! Они плохие!!! Они меня не любят!!!

У Ромы началась форменная истерика. Он упал на асфальт, и вопя, начал кататься. Маша выскочила из машины и попыталась его поднять, но он вырывался и не позволял ей себя ухватить. Начал действовать охранник. Он как-то ловко ухватил пацана, одним движением поднял и закинул в машину.

-Садитесь в машину. Уезжаем. – Отрывисто скомандовал он.

Настя хотела было остаться, но охранник также ловко как Рому закинул в машину Таню. Пришлось сесть следом. Как только дверь охранника закрылась, машина рванула с места. Рома зажался в углу и показательно плакал, страдая, и отвергая любую помощь с Машиной стороны. Таня смотрела на это с невероятным изумлением и прижималась к Насте. Судя по всему, она никак не ожидала от мальчишки такой реакции. Охранник и водитель были чем-то взволнованы и то и дело смотрели в зеркала заднего вида.

-Кажется, никто нас не заметил, - сказал охранник. – Повезло, что людей на парковке не было. Простите, Анастасия, да? Скажите, официант никому не расскажет?

-О чём? – удивилась Настя.

-Ну, что у внука Романа Владимировича истерика была.

-Нет, не расскажет. Но я не понимаю, что тут такого? У мальчика только что отец умер. Он вполне может выдать неадекватную реакцию.

-Сама ты неадекватная, - выдал Рома.

-Мама, можно я его стукну? – спросила Таня.

-Нельзя, - сразу ответила Настя. – У него мама есть. Пусть она его стукнет.

-Я вас сейчас обеих стукну, - проворчал Рома.

-Ну, попробуй, - прищурилась Таня. – Мало того, что ты плакса и ябеда, так я тебя ещё и побью.

Рома бросился на Таню и получил в лоб кулачком. От неожиданности шарахнулся обратно, и дальше у него не было шансов. Таня уселась на него, зажав на сиденье, и быстро лупила ладошками по тем местам, до которых могла дотянуться. Рома прикрывался и вопил. Маша попыталась ему помочь, но её перехватила Настя.

-Пусть дети сами разберутся, - сказала она. – Если ты сына не бьёшь, то лучше пусть он сейчас получит трёпку за свой длинный язык, чем потом будет за базар конкретно отвечать.

-Но твоя девочка его покалечит! – воскликнула Маша.

-Ничего она ему не сделает. Ты лучше узнай, куда мы едем. Или ты хочешь сегодня в школу заехать?

-В школу? Господи, да какая сегодня школа? Я с утра ехать не хотела. Как чувствовала. Позвоню и перенесу. Ренат, будьте добры, поезжайте домой.

-Только остановите где-нибудь тут, - продолжила Настя. – Мы выйдем. Нам домой здесь недалеко…

-Ой, мы вас отвезём, - спохватилась Маша. – Ренат…

-Остановите прямо тут! – закончила Настя. – Таня, перестань бить мальчика. Мы выходим. Попрощайся со всеми.

-До свидания, - вежливо сказала Таня, прекратив бить Рому.

Рома тот час этим воспользовался и перешёл в контратаку. Дети снова сцепились. Настя не вмешивалась, раздумывая над тем, что зря брала Таню на свои тренировки. Маша тоже не вмешивалась, не зная толком, как реагировать. Судя по тому, как назад смотрели охранник и водитель, они тихо радовались тому, что маленький барчук получает за всё от маленькой девочки. Наконец Рома сдался. Зажался и только плакал, не пытаясь что-либо сделать. Настя оттащила от него разошедшуюся Таню.

-Таня, прекрати! Ты уже разошлась. Что ты должна помнить? Умей вовремя остановиться. Почему ты себя не контролируешь?

-Мама, прости, - покаялась Таня, - но ты же сама видела, что я его отпустила, а он…

-Вижу, что он. У тебя что, синяк? Маша, твой Рома моей дочке синяк поставил. Знаешь, возьмись за его воспитание, или я больше Таню не буду сдерживать.

-Настя, но ведь это она его била.

-Она его била ладошкой, а не кулаком. А он кулаком ответил. Да ещё и ударил подло, когда она отвлеклась. Слушай, отдай его мне на пару недель. Станет тихим и послушным мальчиком.

Рома, услышав такое, взвыл и бросился к матери в объятия, ища у неё защиты. Маша обняла его и растерянно начала гладить по голове. Он уткнулся ей в грудь и разрыдался. Так Настя с Таней и оставили их, выйдя из машины и захлопнув дверь. Машина ещё немного постояла, а потом двинулась и вошла в поток. Отъехав немного, мигнула аварийным сигналом, но непонятно было, Насте с Таней, или благодаря водителей за то, что пустили в поток.

Настя с Таней вернулись в ресторан. Сели за столик, заказали ещё по мороженому. Им нужно было многое обсудить. Настю немного пугало то, что Таня из тихой девочки становится такой оторвой. Таню интересовало, кто такие Маша и Рома и почему сегодня Настя и Таня оказались в их машине? Настя, как могла, объяснила. Они ещё долго сидели и разговаривали. Так Настя вдруг поняла, что Таня умела разговаривать со взрослыми, бабушка её научила, но совершенно не умела общаться со сверстниками. И Настя могла бы понять это раньше, но она ещё ни разу не могла себе позволить вот так просто сесть и поговорить с дочерью.

Оказалось, что Таня довольно рассудительна для своего возраста, наблюдательна, умеет сопоставлять и делать выводы. Про Машу и Рому она поняла гораздо больше, чем хотела бы Настя, и с точностью выдала психологический портрет каждого, кто был в машине. Насте оставалось только изумляться. Обсуждали совсем не детские вопросы. Обсудили будущую Танину школу. Таня сама сказала, что не хочет учиться среди богатых, так как там она будет бедной. И сама помогла Насте, назвав номер школы в которой хотела бы учиться. Туда из детского дома ушла воспитательница, а Таня до этого слышала, как воспитательница эту школу очень хвалила. Это была очень хорошая воспитательница, и Таня не могла ей не верить.

Они просидели в ресторане до обеда, а потом выбрались в город, просто погулять. Провели вместе день, и Таня была счастлива. Настя тоже осталась довольной. В суете дней, этот день выпал, и стал значим своей простотой и беззаботностью. Настя никогда раньше не подозревала, что когда она станет взрослой, таких дней у неё будет мало, и она будет их ценить. Вспоминая свою жизнь, ей казалось, что все её дни были несуетными и бездельными, но возможно, такие дни просто лучше сохранились в памяти. Молодости свойственно забывать то, что не доставляет удовольствия, особенно скуку суетных дней. Вечером Настя подумала о том, что по закону подлости за такой день ей придётся расплачиваться.

Следующий день начался как обычно. Настя отправилась на работу. И только она собралась пообедать, как ей позвонил Назаров и попросил о срочной встрече. Пришлось оставить Таню на отделении и бежать через половину города на конспиративную квартиру. Там её ждал Назаров и, как ни странно, Егор Владимирович. Настя почувствовала приближение неприятностей.

-Настенька, как мы тебя ждали! – неискренне обрадовался Назаров. – Ты мне ничего не хочешь рассказать? Например, о том, как ты четырёх человек убила.

-Это вас никак не касается, - сказала Настя.

-Да неужели? – изумился Назаров и рявкнул. – Это очень сильно меня касается! Я с тобой повязан! Если ты попадёшься, мы вместе ответим! И вообще, ты не думала, что в последнее время слишком много трупов вокруг тебя образуется? Трупы – это след! И все следы на тебя указывают!

-Вот уж нет, - скривилась Настя. – Я в этих делах только жертва. Я никого не убивала.

-Настя, я не знаю от кого получили информацию в Москве, но Егор твоё досье сам видел. И всё, что ты делала - там зафиксировано. В любой момент этому могут дать ход. Ты сама понимаешь, как подставилась?

Настя промолчала. Сказать было нечего. Если раньше она могла сказать, что ей плевать, то теперь, с появлением Тани, она не могла себе такого позволить. После недолгого молчания, Настя решила сменить тему.

-Егор Владимирович, что вы тут делаете?

-Я вновь работаю на государство. Я не хотел, но там, в Москве, меня… уговорили. Теперь я курирую силовые операции моей группы, тобой собранной. По званию я капитан, так что ты в моём подчинении. Ты больше не имеешь никакого права привлекать кого-либо для своих разборок.

-Что касается найма персонала, - сказал Назаров, - то теперь этим занимаюсь я. Через пару недель вернётся Вова и будет заниматься он. Я возьму на себя поиск клиентов и финансы. Ты передашь нам вещество и будешь привлекаться, как простой боец. Это не моё решение. Так решили в Москве.

-И ещё, - теперь говорил Егор Владимирович, - тебе придётся вновь ходить к психологу. И не от случая к случаю, а регулярно. Все ходят, и ты будешь ходить. Это приказ из Москвы. Твое душевное состояние вызывает опасения.

-У кого? – мрачно уточнила Настя.

-У меня, например, - развёл руками Егор Владимирович. – Я охренел, когда узнал, сколько человек ты убила! Настя, чему я тебя учу на тренировках? Или ты почувствовала вседозволенность и решила, что можешь выбирать, кому жить, а кому умереть?

-Ничего я не решила! – огрызнулась Настя. – И если в моём досье этого не написано, то знайте, что я по всем убитым запрос делала и получала разрешение. А по последнему делу я только двоих убила, а разрешение получала чуть не на десяток.

-И, тем не менее, тебе не стоило… - начал Назаров.

-Чего мне это стоило - можно было увидеть в больнице, всю следующую неделю. Кто информацию в досье передал?! Я никому не рассказывала!

-Группа криминалистов со спецоборудованием. – Нехотя проворчал Егор Владимирович. - Не здешних. Из Москвы. Я в деле прочитал. Они приехали и всё восстановили. Ты плохо следы затёрла. Да и Средний не молчал. Ты что, не знала, что они следят за тобой?

-Я знаю, что и вы за мной следите.

-Следим, - кивнул Назаров. – Но я на тебя досье не держу, и никому о тебе не рассказываю. Я за тобой присматриваю, как за собственной дочерью. Чтобы ты глупости не делала… Но видно, плохо присматриваю. Теперь с Егором будем присматривать на пару.

-Спелись против меня? – усмехнулась Настя. – Значит так. Вещество я вам не отдам. Деньги будут идти мне, а вам буду выплачивать зарплату…

-Настя, это не наша прихоть. Так приказали из Москвы. Ты теперь наша подчинённая, а не наоборот. Единственное, что тебе оставили – право одобрять, или не одобрять клиентов.

-Оставили? Как это мило! Оставили. Да мне плевать на их разрешения! Я это дело начала…

-И ты его продолжишь, - кивнул Назаров, - но только после того, как получишь образование, научишься себя контролировать... Сейчас ты не готова…

-Настя, что с тобой происходит? – перебил Назарова Егор Владимирович. – Я сразу увидел, что ты себя ненавидишь. Ещё на первом занятии. А теперь мне кажется, что ты и других людей начинаешь ненавидеть. Ты в спаррингах каждый раз кидаешься так, как будто убить хочешь. Ты заметила, что я тебя к девчонкам нашим не ставлю? Тебя уже бояться начали. Тебе надо разобраться в себе. А пока ты разбираешься, не смей отдавать ребятам приказы за моей спиной. Понятно?

-Егор Владимирович, я вас очень уважаю, - осторожно начала Настя, - но поймите меня правильно. Я создала эту…

-Структуру, - подсказал Назаров.

-Банду, - припечатала Настя. – А теперь вы хотите, чтобы я ушла на… Даже не вторые, а второстепенные роли.

-Никто этого не хочет, - возразил Назаров. – Я буду держать тебя в курсе всех дел. Ты будешь участвовать в обсуждении нашей стратегии. По сути, для тебя ничего не изменится. Ты и раньше уделяла нашим делам не так много времени. Я работал с персоналом и деньгами. Пеструхин с боевой частью и прикрытием операций.

-Я не знаю, как было раньше, но сейчас я не могу тебе позволить командовать моими учениками. Ты их угробишь. Ещё раз повторю. Разберись в себе.

-Поживи немного для себя, - добавил Назаров.

-Как будем деньги делить? – спросила Настя.

-Также, как и раньше. Я уже подсчитал, - протянул ей листок Назаров. – Вот наши планируемые доходы. Вот расходы. Вот итоговая сумма. Вот столько мы должны теперь переводить на вот этот счёт. Вот что у нас остаётся. С этих денег мы делаем выплаты тем, кто работает на нас. Вот эта сумма – резервный фонд. Распоряжаюсь им я. Если деньги из него нужны тебе, то ты спрашиваешь у меня разрешение.

-А этот счёт… Это мы кому платим?

-Никому, как я понял, - пожал плечами Назаров.

-Деньги будут копиться, а потом будут задействованы в каком-то проекте, - сказал Егор Владимирович. – Я так понял. Не спрашивайте. Мне никто не объяснял. Просто упомянули какой-то проект в будущем.

-Настя, тебе надо съездить в Москву, - сказал Назаров. – Самой там встретиться со своим куратором и поговорить.

-Так бы сразу и сказали, что хотите меня в Москву отправить, - проворчала Настя. – Ведь специально на меня всё вывалили, чтобы я туда, как можно быстрее поехала.

-Мы люди подневольные, - развёл руками Назаров. – Егор привёз приказ, а мне, как бывшему работнику МВД, осталось только выполнять, и до тебя этот приказ донести.

-Так. А где этот приказ? – спросила Настя.

-Вот он, - передал ей бумагу Назаров. – Как сама видишь, лейтенант Говорун подчиняется теперь…

-А где здесь написано, что я вам что-то должна отдать? Где здесь написано, что я отстраняюсь от дел?

-А это я так решил, - усмехнулся Егор.

-А я согласился, - поддакнул Назаров.

-Пока не придёшь в норму, мы тебя до дел не допустим. Если хочешь, можешь жаловаться. Я на тренировках вижу, что ты злишься. Тебе надо с этим что-то делать. Но пока в тебе есть злость, ты не можешь участвовать в делах. Ты любое дело делаешь шумно, а нас это не устраивает. Ты и сама погибнуть можешь, и ребят за собой потащишь. Давай, ты отдохнёшь от дел?

-Кстати, ты так и будешь уборщицей работать? – спросил Назаров. – И что там с твоей квартирой? Ты её собираешься покупать? Почему до сих пор живёшь в общежитии?

Настя рассказала о тётке и наследстве. Мужчины на минуту задумались.

-С твоим наследством вопрос решим… - начал Назаров, но Настя перебила.

-С моим наследством я разберусь. Этот вопрос закрыт. Давайте лучше решим всё с нашими делами. Я и так позволила вам, Михаил Александрович взять всё управление на себя, а теперь вы хотите большего? Вы хотите стать главным в банде? У меня есть люди, которые вам не известны и если что, то я вполне могу вас прикончить.

-Настя, что ты такое говоришь?! – с настоящим изумлением воскликнул Назаров.

-Я всё правильно говорю! – жёстко сказала Настя. – Вы прекрасно знали условия игры. Проигравший - умирает. Если вы будете играть против меня, то проиграете. Вам понятно?

-Я не собираюсь играть против тебя. Настя, ты сама себя послушай. Ты же неадекватная. Ты свихнулась от власти.

-Я не свихнулась. Я нормальная. Но это не значит, что я вам позволю всё, что вам захочется.

-Тогда тебе придётся искать новых людей на наше место, - пожал плечами Егор Владимирович. – Я не думаю, что соглашусь работать с психопаткой. Миша тоже не согласится.

-Хорошо! Настя, ты хочешь иметь иллюзию контроля. Ты продолжаешь выдавать вещество, я согласую с тобой подобранные кадры, но ты не решаешь, кому мы выдаём, или не выдаём вещество и за какую сумму. Для тебя почти ничего не изменится. Ты и раньше не особо в эти дела вникала.

-А почему вы решили ставить мне условия? Чем вас не устраивает то, как мы работали раньше?

-Этот вопрос надо было задать самым первым, - усмехнулся Егор Владимирович. – Меня не устраивает то, как ты действуешь. Много шума из-за ерунды. Если я буду работать силовиком в твоей банде, то только я буду командиром своих людей, и только я буду отдавать приказы. Настя, без всех убийств, которые ты совершила, можно было обойтись. Поэтому, пока не проветришь голову, ты от командования отстраняешься. Это моё окончательное решение. И в Москве это одобрили.

-А меня не устраивает, - подхватил Назаров, - что ты слишком много времени уделяешь делам. Ты должна развлекаться, гулять, влюбляться. В твоём возрасте…

-У меня траур, - перебила Настя. – Мама умерла. Муж умер. У меня только Таня и дела, которыми спасаюсь, чтобы не думать. А веселиться… Что-то не хочется. Может быть, потом… Мужики только брезгливость вызывают… Ой, я вас не имела в виду! Только те, которые ко мне клеятся.

-Настя, с этим надо что-то делать, - сказал Назаров.

-Время лечит, - глубокомысленно оборонил Егор Владимирович. – Настя, скатайся в Москву. Встреться там с кем надо. Пусть они решают, а мы примем их решение.

-Как будто вы - люди маленькие. Ничего не решаете.

-Мы всегда можем уйти, - напомнил Назаров. – Это будет наше окончательное решение. Настя, давай не доводить до крайностей. Мы понимаем, ты вспылила. Но ты нас тоже пойми. Мы за тебя волнуемся. А Егор ещё и за своих ребят. Мы боимся… Я боюсь, что ты начнёшь принимать неверные решения. Поэтому хочу тебя на время отстранить. Пойми, когда решения будут приняты и выполнены, а исправить ничего уже будет невозможно, ты возненавидишь себя ещё больше, озлобишься, и я даже не берусь предсказать, что будет дальше. Сбрось принятие решений на меня. Поверь, я справлюсь. А если не справлюсь, то переживу. А вот в тебе я не уверен.

-Я тоже, - подтвердил Егор Владимирович.

-Я поеду в Москву и там поговорю… После этого приму решение. Скажите, у нас всё по плану? Клиенты копятся? Мы собираем по ним информацию? Успешно?

-Ты снова пытаешься командовать? Хорошо, мне не сложно ответить…

Весь остаток дня Настя прикидывала варианты. Не верила она, что такой демарш Назарова возник вдруг из неоткуда. Раньше его всё устраивало, и вдруг разом устраивать перестало. Он восстал против Насти, но когда она потребовала у него отчёт по делам, он спокойно отчитался, как младший перед старшей. С его стороны не было никакого недовольства, а значит, он вовсе не хотел возвыситься. Его нападение на Настю является следствием не его желаний, а желаний кого-то другого. И произошло оно как раз после того, как из Москвы вернулся Егор Владимирович.

В противоположность Назарову, Егор Владимирович хотел отстранить Настю от дел. Это было именно его желание. И причина была на поверхности. Он действительно опасался того, что Настя, своим безрассудством, доведёт всех до гроба. И Настя признавала, что его опасения не напрасны. Её опыт сравнительно мал, её умение командовать ещё не на высоте. В группе проявились лидеры, и Настя в их число не входила. Возможно, всё дело было в том, что она привыкла жить в тени и не выставляться, но скорее всего дело было именно в самой Насте. Чего-то ей не хватало для того, чтобы стать признанным лидером, таким, как Егор Владимирович.

Вечером Настя подвела итог своим размышлениям. Кто-то в Москве хочет, чтобы Настя оставила Рязань и перебралась в Москву. Непонятно, зачем этот кто-то этого хочет, но он выживает Настю из Рязани. Отбирает её дело, её людей. Возможно, с её наследством тоже возникнут проблемы. Этот кто-то ждёт, что получив плюху от Назарова, Настя бегом побежит в Москву, чтобы выяснить, кто и почему отдаёт такие приказы. Там Настю встретят и заставят остаться. Кто-то почему-то в ней заинтересован. Настя приняла решение не ехать в Москву. По крайней мере, прямо сейчас. Через недельку, может через две… А пока ей надо подумать о том, как связаться с Андреем и под каким соусом можно выудить из него информацию?

Так и получилось, что Настя не поехала в Москву ни на следующий день, ни на следующей неделе. У неё и без того было много дел. Работа, тренировки. К тому же, надо было заниматься устройством Тани в школу, а для этого нужно было собрать кучу справок. Настя начала забег по инстанциям. Справки для неё не лежали в готовом виде, поэтому приходилось в каждое учреждение забегать минимум два раза. К тому же, Таня была удочерённым ребёнком и с неё ещё не сняли надзор от органов опёки. Пришлось бегать ещё и по инстанциям этой организации, собирая одобрения и разрешения. Причём чиновники не собирались просто так давать справки, они ведь должны показать свою работу, и выдавали иногда совершенно абсурдные требования. Например, у Насти требовали согласие от умершего мужа на то, чтобы Настина дочка посещала именно ту школу, которую выбрала для неё Настя. Со всеми этими проблемами можно было разобраться, но всё это требовало времени и нервов. Неудивительно, что Настя начисто забыла про Москву.

Но Москва о себе напомнила. Суд о Настином наследстве состоялся в начале августа. Должны были огласить приговор. Судья поскучала, слушая, как переругивается тёткин адвокат с Настей и Леной, потом выслушала речь адвокатов, потом удалилась на совещание. Вернувшись, она зачитала приговор. С каменным лицом, судья вынесла решение в пользу тётки. Всё имущество, кроме драгоценностей оставалось ей. Такого решения не ожидал никто в зале. Кроме Насти. Для неё решение суда не стало сюрпризом. Лена была в шоке. Тёткин адвокат не верил своим ушам. Тётка тоже, но когда поверила, раздулась от важности и вновь стала смотреть на Настю, как раньше, свысока.

-Я подам апелляцию! Я обжалую решение суда! – бушевала Лена, когда они вышли из здания суда. – Судья даже слушать меня не захотела! Я ей устрою! Мои родители не последние люди в этом городе!

-Тебя она слушать не хотела, - согласилась Настя, - но заметь, тёткиного адвоката она тоже видеть не пожелала и ничего от него не приняла. Не надо ничего устраивать судье. Она тут не при чём.

-Ты что-то знаешь? – насторожилась Лена. – Нет, даже если так, почему судья не при чём? Это ведь она составила приговор. Не вздумай забрать драгоценности с ответственного хранения! Если заберёшь, то признаешь приговор. И платить за их хранение не вздумай! Они пока не твои! Я подам на обжалование… Короче, это не твои заботы. Я ещё посоветуюсь и потом скажу тебе, как ты себя должна вести.

-На обжалование подай, - разрешила Настя. – Думаю, без толку. Хотя…

-Настя, я твой адвокат. Я должна знать всё. Кто-то хочет, чтобы ты наследство не получила? При этом он может влиять на решение суда? Может запугать судью? Расскажи мне всё.

-Не могу. Не хочу тебя вмешивать. Сама всё узнаешь. Возможно, даже очень скоро. Ты извини, мне идти надо. Советуйся, подавай документы… В общем, работай. Я всё оплачу…

-Какая плата? Мы ведь подруги. К тому же, это моё первое дело. Я не собираюсь его проигрывать. Господи! Меня ведь родители ждут! Они… Я же им сказала, что сегодня своё первое дело выиграю. Они же праздничный стол уже накрыли! Ой, как сты-ыдно-о!

-Чего тебе стыдиться? – спросила Настя. – Ты всё сделала правильно. Если бы на судью не надавили, то дело было бы выиграно ещё на первом заседании.

-На первом заседании решение суда никогда не оглашается. Как правило. Настя, что у тебя за недоброжелатели? Подумай, мы ведь все тебе помочь можем. Нас ведь Егор Владимирович… и инструктора тренируют. Мы любого гада запинаем…

-Даже не думай! – чуть не в голос закричала Настя. – Нас готовят не для того, чтобы мы свои дела решали! Если мы что-то сделаем без приказа, нас просто расстреляют! И я не шучу! Ты ещё новичок. Только второй раз выехала на полигон. Ты ещё всех нюансов не знаешь. Поверь, ты подписалась на службу. И это до конца жизни.

-Я не видела документа, под которым ставила подпись, - отшутилась Лена.

-Здесь достаточно устной договорённости, - мрачно парировала Настя. – Лена, если не хочешь, то сейчас ты можешь сказать Егору Владимировичу и сойти. Будешь с нами заниматься, будешь ездить на полигон, но не будешь в команде. Если останешься, то обратного пути не будет.

-А ты зачем согласилась? – спросила Лена, после паузы на раздумья.

-Я согласилась потому, что… Не важно почему! Впрочем, ты и сама можешь понять. У меня серьёзные враги и мне надо уметь как-то за себя постоять.

-Это связано со смертью твоего мужа?

-Не вздумай что-либо выяснять, - веско сказала Настя. – Со временем узнаешь, если останешься.

-Тогда у меня есть веское основание, чтобы…

-Это не основание, - перебила Настя. – Это повод. Обдумай всё и реши, хочешь ли ты остаться. Поверь, потом уйти будет сложнее. Знаешь, лучше согласись работать адвокатом, если тебе сделают такое предложение.

-Ну почему ты мне ничего не говоришь?! – заныла Лена. – Ну, расскажи. Ну, мне так хочется.

-Ой, я с тобой тут заболталась. Мне бежать надо. Ты моим делом продолжаешь заниматься? Тогда созвонимся вечером. Ты мне всё расскажешь. Всё, я побежала. Пока!

-Пока, пока. Настя, ты позвони мне сама! Я забуду, если заработаюсь!

Настя только рукой махнула. Когда Лена скрылась из вида, Настя на несколько секунд задумалась, а потом свернула совсем не туда, куда собиралась идти. Она приняла совершенно безумное решение и сейчас собиралась воплотить его в жизнь. Сделать это она должна была именно сейчас, пока зла и потому безрассудна. Стоит ей только на мгновение задуматься и подумать спокойно о том, что она хочет сделать, как её решимость испарится. Для того, чтобы сделать это, ей нужно было открытое место, с отсутствием людей. Настя такое место знала и сейчас бежала именно туда.

-Владимир Андреевич? – уточнила она, когда генерал Ерёмин принял звонок.

-Да, это я, - после небольшой паузы сказал он. – Здравствуй Настя.

-Да, здравствуйте. Владимир Андреевич, а я сегодня в суде дело проиграла. Представляете? Совершенно беспроигрышное дело, а я проиграла. И моё наследство получила тётка.

-Настенька, ты не расстраивайся. Приезжай к нам. Мы тебя тут встретим, устроим. Зачем тебе это наследство? Мы тебе тут квартиру предоставим. Да ты и сама можешь себе квартиру купить.

-Владимир Андреевич, скажите… А вам когда-то президент звонил со своего личного номера. Вы номер удалили?

-А тебе зачем? – с подозрением спросил Ерёмин.

-Хочу у вас номер попросить. Хочу позвонить президенту.

-Зачем? – судя по голосу, генерал был в оторопи от такого признания.

-Видите ли, мне пришла в голову мысль, что я не просто так проиграла дело. Кто-то повлиял на решение суда. Это значит, что у меня есть весьма могущественный враг. Я девушка слабая, беззащитная. Мне нужен высокий покровитель. Кто может быть выше президента?

-Настя, давай ты приедешь в Москву, и мы обо всём поговорим, - предложил генерал.

-Продиктуйте мне номер телефона, пожалуйста.

-Нет! Даже не проси. Я не такой сумасшедший как ты. Я в твоей безумной затее участвовать не желаю.

-Очень жаль. Прощайте Владимир Андреевич.

-В каком смысле «прощайте»? – удивился Ерёмин.

-Я сейчас закончу разговор с вами, выкину телефон и исчезну. Здесь меня ничего не держит. Я миллионерша. Мне будет хорошо где-нибудь на тропическом острове, или…

-Настя, подожди! Не сходи с ума! Приезжай в Москву, это приказ!!!

-Номер, или я сбрасываю звонок и исчезаю! Три, два, один. Ещё раз, прощайте.

-Нет!!! Стой!!! Подожди!!!

-Вы согласны продиктовать мне номер?

-Настя… Чёрт… Послушай…

-Номер! Или вы думаете, что я шучу?! Я не собираюсь плясать под вашу дудку! И не думайте, что можете меня чем-то задавить! Я лучше буду жить где-нибудь в Африке, чем терпеть ваши намёки на то, что вы можете сделать со мной всё, что угодно! Ничего вы не можете! Ясно! Номер мне! Быстро! Десять секунд или больше вы меня не увидите! Десять, девять…

-Записывай номер, - сдался генерал. – Запомни его и уничтожь. Если этот номер от тебя кому-то ещё уйдёт, то я тебя спасти не смогу. Записываешь?

-Диктуйте. Всё, я запомнила. Сейчас я позвоню…

-Этот номер мог измениться. Я имею в виду, президент мог номер поменять. Настя, я прошу тебя, приезжай сюда. Если ты позвонишь, и тебе не ответят, то это не моя вина. И в том, что случилось в суде, тоже моей вины нет. Мы поговорим и если ты, потом захочешь, я обещаю, что достану тебе действующий номер президента.

-Я позвоню и подумаю, - ответила Настя. – До свидания. Надеюсь, что не прощайте.

Настя сбросила звонок. Она не очень верила, что генерал дал ей действующий номер. Скорее всего, просто продиктовал несколько цифр. Насте не хотелось уезжать неизвестно куда, но она понимала, что уехать придётся. Непонятно, на кого работал генерал; непонятно, что этим людям нужно было от Насти; непонятна была степень их могущества, но понятно было только то, что Настя не будет с ними работать. Если сотрудничество начинается с угроз, то, о каком сотрудничестве можно говорить? А рабыней Настя не будет.

Впрочем, Настя, в качестве рабыни, этим людям не нужна. Слишком для них это мелко. У них добровольных рабынь навалом. Может быть, Говорун жив и они держат Настю, как живца, поэтому хотят, чтобы она перебралась в Москву, чтобы контролировать её было удобнее? Бред, но вдруг это так? То, насколько Настя нужна этим людям, можно проверить одним звонком. Если припёртый ультиматумом генерал назвал ей действующий номер, то даже думать не хочется, как Настя необходима кому-то в какой-то игре. Настя набрала продиктованные цифры.

-Я слушаю, - раздался в трубке немного удивлённый голос, который Настя много раз слышала по телевизору.

-Здрав-ствуй-те. – Настя так разволновалась, что не сразу смогла выговорить приветствие из-за вставшего в горле кома.

-Здравствуйте, - сказал президент так, как будто намекал на то, что это Настя ему звонит, и он ждёт продолжения разговора от неё.

-Да, здравствуйте, - справилась с собой Настя. – Простите, что я вас беспокою. Вы меня не знаете. Я Настя Говорун. Я вам звоню с небольшой просьбой…

-Простите, что перебиваю. Настя Говорун. Случайно не жена Александра Говоруна?

-Да, я его жена, - немного растерянно ответила Настя, - но Саша умер.

-Да, умер. Примите мои соболезнования. Вы будете присутствовать на вручении наград?

-Каких наград? – удивилась Настя.

-Вам не сказали? – удивился президент. – Вашему мужу присвоили третью звезду героя. Как жена… Простите, вдова. Вы можете получить награду за него. Вы можете забрать все его награды. Неужели вам не сказали?

-Я… Нет, мне ничего не сказали. Но понимаете, у меня столько дел. Я почти не бываю в Москве. А когда бываю, то не всегда встречаюсь с начальством…

-Вам надо с ним встретиться. В смысле, с начальством, - судя по тону, президент веселился, поддевая Настю.

-Да, конечно. Я встречусь. У меня сейчас дел стало меньше…

-Так какое же дело заставило вас мне позвонить? – президент вернул разговор в конструктивное русло.

-Я хочу вас попросить, чтобы в Рязани судьи выносили приговоры честно, не взирая на то, что им что-то велели, или приказали.

Пауза затянулась. Президент обдумывал то, что Настя сказала. Настя понимала, что сказала глупость и теперь думала о том, как президент отреагирует.

-Настя, судьи и так должны выносить справедливые и честные приговоры. И никто не имеет права как-то влиять на решение суда. Вы просите меня о том, что и так должно выполняться. Если я дам такой приказ, то тем самым признаю, что суды у нас судят неправильно. Расскажите, что у вас случилось. Я постараюсь помочь.

Настя быстро пересказала, что произошло в суде.

-Нет, Настя, тут я вам не помогу, - признался президент. – Не моя компетенция. Но вы не думайте, что я ваше дело так оставлю. Это ваш номер телефона? Да? Завтра вам позвонят на этот номер. И не волнуйтесь. Всё будет хорошо. А сейчас, до свидания Настя. У меня действительно много работы. Если захотите, позвоните мне когда-нибудь вечером. Мне понравилось с вами беседовать.

-Хорошо, когда-нибудь позвоню. До свидания.

Насте показалось, что президент сбросил звонок ещё до того, как она закончила говорить. Видимо, был очень занят. Она была немного шокирована тем, что так просто говорила с президентом. Несколько минут она просто шла по улице, без всяких мыслей, и не смотря куда, но потом чуть не попала под машину и очнулась. Вновь начала думать и подумала о том, что это мог быть вовсе не президент. Может быть, кто-то сымитировал его голос, чтобы Настя поговорила с президентом и не исчезла из города. Но Настя никак не могла понять, зачем она кому-то так нужна, чтобы он так напрягал усилия для её контроля? Она решила выключить телефон, взять Таню в охапку и исчезнуть до завтра. Как бы там ни было, а хуже от этого не будет. И только она собралась выключить телефон и взяла его в руку, как позвонил Ерёмин Андрей. Настя секунду подумала, а потом приняла звонок.

-Настя? Ты что делаешь?! Ты зачем отца так подставляешь?!

-И тебе здрасте, Андрей, - сказала Настя. – Чем я твоего отца подставляю?

-Ты зачем у него номер президента вытребовала? Ты с ума сошла? Не вздумай звонить!

-Уже позвонила.

-И как? – Тон Андрея стал растерянным и немного испуганным.

-Поговорили. Он обещал мне перезвонить. То есть, что мне перезвонят. Просил звонить ему, но только когда он будет не так занят.

-Не вздумай больше звонить! Что ты наделала? Зачем ты ему звонила?

Настя оставила вопросы без ответа.

-Чего молчишь? – спросил Андрей. – Ты отвечай.

-Что отвечать? Знаешь Андрей, а давай-ка лучше ты мне на вопросы ответишь. Что за проект, в котором я должна участвовать? Почему вам так важно, чтобы я оказалась в Москве? Кто именно повлиял на судью, что она такой приговор вынесла?

-Не приговор, а решение, - проворчал Андрей, – не путай термины. Слушай, а ведь ты ничего не знаешь. И поэтому надумала себе, чёрт знает что. Я только сейчас догадался… Ты должна была приехать в Москву и тебе бы всё объяснили. Давай так… Завтра в одиннадцать часов я буду ждать тебя… Помнишь то место, где мы с тобой расстались, когда ты нас ещё подвозила, когда в Рязань ехала? Вот там и встретимся, только на другой стороне. Поняла?

-Поняла, - ответила Настя, - но завтра я не могу. Во-первых, жду звонка от президента. Во-вторых, я завтра с дочкой должна быть на собеседовании в школе. И неужели это какая-то тайна, которую нельзя рассказать по телефону? Расскажи мне всё сейчас.

-Хорошо, как знаешь, - с показным равнодушием сказал Андрей. – Я думал, что если у тебя вопросы возникнут, то мы сразу их обсудим… Обсуждение вопросов – не телефонный разговор. Короче. Тебя хотят выучить и поставить на проект. Разработка аппарата, который по воздействию на человека будет, как артефакт Зоны. Пока ты учишься, проект готовят, а потом ты его возглавишь.

-А почему именно я? – удивилась Настя.

-Ты просто попала в нужное время и нужное место. Рекомендации от психологов, Говоруна, Доктора. Если есть ты, зачем искать тебе замену? Видишь ли, люди хотят вложить деньги и чтобы деньги тратились именно на то, на что нужно, а не списывались на счета в заграничных банках.

-Но зачем нужно, чтобы я была в Москве?

-Защита вложений. Если ты будешь учиться не где-то, а в нашем учебном заведении, то тебя проще будет выучить всему нужному. Неужели ты думаешь, что ты изучишь медицину, и больше тебе ничего не понадобится? Тебя на руководящую должность готовить будут, а это совсем другое обучение. Всё! Я и так сказал тебе слишком много. Если хочешь, то звони мне, и мы встретимся. До конца недели я на работу к полудню еду. В одиннадцать могу подхватить тебя где-нибудь в Москве. И не вздумай звонить президенту! Больше, не вздумай. И не надо думать, что тебя наследства лишили из-за каких-то интриг, или чтобы что-то тебе доказать. Просто, так получилось. Работники на местах перестарались. Всё понятно?

-Нет, не всё, - призналась Настя, - но ты меня успокоил. Хоть и чувствую, что ты мне не всё сказал.

-Всё я тебе расскажу при встрече. До встречи. Звони, как только поедешь в Москву. До свидания.

-Да, до свидания. Я позвоню, когда…

Настя не договорила. Андрей сбросил звонок. Видно он действительно был зол на Настю. Настя задумалась и думала довольно долго. Андрей её успокоил, но не до конца. Настя нужна была не только для какого-то проекта. Если бы только проект, то Насте бы не простили звонок президенту и сейчас с ней разговаривал бы не Андрей, а какой-нибудь весьма высокий чин, который высказал бы Насте всё, что он о ней думает. Есть что-то такое, где Настю заменить не сможет никто, но что это - Настя не имела ни малейшего понятия. Подозревала только, что это связано с Сашей. Можно было предположить, что Саша жив.

-Вот ведь зараза такая! И как у неё хватило наглости звонить президенту?!

-А кому ещё ей звонить? Девочка решила, что у неё очень могущественный враг. Ей нужен очень могущественный покровитель…

-У меня такое желание прибить её, что аж потряхивает всего. А вы тоже хороши, товарищ генерал. Зачем вы ей номер дали?

-Она грозилась исчезнуть. Где бы мы потом её искали?

-Да уж нашли бы!

-Товарищ генерал всё правильно сделал. Мы бы её нашли, взяли, в Москву доставили. А что потом? Она ни за что не стала бы с нами сотрудничать. Она с врагами не сотрудничает. Это ваша вина, что она теперь нас за врагов держит. Зачем вы вмешались в дела с её наследством?

-Я хоть что-то делал, а вы сидели на задницах и ждали! А она там связями и отношениями обрастала. Стала бы она потом в Москву перебираться?

-Вы читали отчёты психолога? Да она оттуда к нам бегом бы побежала, если бы мы предложили. И училась бы с удовольствием. И за ребёнка была бы рада. Вы знаете, как она искала школу для дочери? Там такое кино…

-Мне кина и в других делах хватает. Мы оставили девочку в покое. С ней пытались связаться?

-Никаких контактов. Похоже, никто не собирается что-либо предпринимать.

-Да-м, просчитались мы. Говорун умер, Говоруна теперь не боятся.

-Взять её сюда и допросить! А потом пустить слух, что она у нас. Сразу станет понятно, если её спасать будут.

-Только она потом с нами даже говорить не захочет. И даже не намекайте насчёт ребёнка. Я, в отличие от некоторых, Говоруна хорошо знал и до сих пор его боюсь. Если он жив…

-У нас сто процентные доказательства его смерти. Или вы хотите сказать, что Утёсов врал?

-Я ничего не хочу сказать. Но если Говорун жив, если есть такая вероятность, то я даже пытаться не буду как-то навредить его жене.

-Да вы что, с ума посходили?! Вы вообще, о чём говорите? Нам нужна сотрудничающая с нами Настя. Давайте исходить из этого. Пусть она приедет сюда, и встретиться с сыном генерала Ерёмина. Володя, твой сын в курсе всех наших дел? Что он знает?

-Ну, он много знает, но основное я ему не рассказывал. Он всё ей расскажет, объяснит. Она не глупая девочка. Свою выгоду поймёт и переедет в Москву.

-А если она не захочет? Вы можете дать гарантию того, что она вообще с ума не сошла, там, у себя, в Рязани? Одна только просьба к президенту чего стоит!

-А вот тут вы не правы! Просьба была очень продуманной. Президент теперь не скоро забудет и уже дал приказ…

-Кстати, а что теперь будем докладывать президенту? Насколько он в курсе наших дел?

-Полностью в курсе. Такие дела от президента утаивать не стоит. Только раньше он относился к девочке обезличенно, а теперь она для него стала кем-то. И не надо в этом винить товарища генерала! Это целиком и полностью ваша вина. Надо было читать отчёт психолога. Если на девочку давить, девочка находит совершенно нестандартные ходы противодействия. И на её сотрудничество мы теперь можем не рассчитывать. По крайней мере, пока не завоюем её доверие.

-Делать нам больше нечего, как доверие завоёвывать. Она подчинённая! Её надо в казарму на годик, чтобы подчиняться научилась! Чтобы приказы выполняла, а не потиводействовала!

-Этим займётся Родин Егор Владимирович. Но это в перспективе. Мы ведь собирались этот проект отложить на год? Пусть так и будет. Поставим её перед выбором. Обрисуем условия жизни в Москве, а потом она сама решит. Не дура же она? Выберет то, что лучше.

-А мне своих людей так и держать в Рязани?! У меня кадры не бесконечные!

-А не надо никого держать в Рязани. Да. Да. Если на девочку выйдут, то она сама придёт к нам. При этом за ней и так постоянно наблюдают. Для чего вам там ещё людей держать?

-То есть, я могу наблюдение снять?

-Да, снимайте. Все её звонки и так пишутся, все разговоры отслеживаются. За мистером Смитом мы и так следим. Что ещё? Вот только Володя, я тебя попрошу кое о чём. Засвети информацию перед своим сыном и пусть он её по секрету сообщит Насте.

-Тогда она точно сбежит! Ты рехнулся?!

-Уверен, что не сбежит. А к Андрею у неё доверия будет больше.

-Но к нам меньше.

-Ну и что? Главное, чтобы мы курьера перехватили, а потом девочку обработаем… Да хоть через ребёнка… И всё будет наше.

-Фу, блин… А я уж испугался, что ты размяк на старости лет.

-Я против! Нам нужно, чтобы кто-то работал над проектом. Давить нельзя. Она будет нам противодействовать. Такой характер.

-Характер воспитывается. И это ваша задача сделать так, чтобы она согласилась на нас работать.

-Тогда дайте мне все полномочия и не вмешивайтесь! Ещё одна такая помощь, как с наследством, и я ничего не могу гарантировать. Я буду работать с товарищем генералом. Ваше вмешательство не нужно. Президент ведь тоже…

-Президента я возьму на себя. Хорошо! Вы товарищ генерал непосредственный куратор. Вы - куратор проекта. Наши роли не меняются. Прикрытие и силовое прикрытие. Президент не скажет лишнего при встрече с объектом. Это я беру на себя.

-А можно сделать так, чтобы они вообще не встречались?

-Можно, но это понизит степень доверия. Вы мыслите правильно, но прямолинейно. Оставьте интриги мне.

-Да я не претендую…

-Вот и хорошо. Потом обязательно извинитесь перед девочкой. Вам с ней вместе работать. Кто знает, лет через пять, она может стать вашим начальником.

Школа, в которой захотела учиться Таня считалась частной, но бумаг туда нужно было собрать едва ли не больше, чем в государственную. Обучение в школе было платным, но предоставлялась система скидок и поощрений. Причём скидки и поощрения зависели не только от родителей ученика, но и от самих учеников. Учась на отлично, проводя какую-то общественную работу среди одноклассников и других учеников школы, ученик мог рассчитывать на существенное снижение цены за обучение. Участвуя в жизни школы, родители тоже снижали оплату. Настя не совсем поняла систему, но уточнила, может ли ученик учиться вообще бесплатно? Над её вопросом не зло посмеялись, но потом прикинули и ответили, что да, ученик, вместе с родителями, вполне может добиться такого. Настю это удивило, но устраивало, поэтому она согласилась сделать первый взнос и теперь пришла с Таней на собеседование.

По результатам этого собеседования, Таню вполне могли не принять. Более того, за плохое поведение её вполне могли отчислить. Оплата при этом не возвращалась. Настя уточнила этот момент и потом долго разбиралась с уставом школы. А потом ещё дольше пыталась объяснить, что поняла, Тане. Не преуспела, и просто посоветовала особо сильно не шалить. Таня не очень её поняла, поэтому теперь сильно волновалась.

Глава 7

У ворот школьной территории Таню совсем выбило из колеи то, что она увидела Рому с Машей, а Настя совершенно не удивилась. Ведь именно эту школу обсуждали они с Машей в кафе, именно сюда Маша хотела отдать Рому. Настя вновь подумала о том, что Рязань – маленький город. Хороших школ тут не так много. Что выбило из колеи её, так это то, что с внуком и дочкой в школу приехал Прусак. Настя совершенно не хотела встречаться с ним, но Маша уже заметила её и позвала. Прусак посмотрел на Настю. Насте ничего не оставалось делать, кроме как подойти.

-Это что, я с этой буду учиться?!! – первым подал голос Рома.

-Как ты себя ведёшь?! – тут же повысила на него голос Маша, а дед попросту дал несильную затрещину.

-Здра-аавствуйте! – тут же протянул Рома, оглядываясь на деда.

-Добрый день, - поздоровалась со всеми Настя.

-Здрасьте, - поздоровалась Таня.

-Здравствуй Настя, - чуть кивнула Маша. – Вас тоже на сегодня вызвали? Я уже узнала. Рома и Таня будут учиться в одном классе.

При этом дети одновременно поморщились и застыли с одинаковым выражением брезгливости на лице.

-Рома старше на год, но он много пропустил. Мы решили, что лучше пусть он нагонит. Потом его можно будет в другую школу перевести, а там устроить сразу в класс с программой уровнем повыше. Здесь такой уровень обучения, что в любой другой школе он за вундеркинда сойдёт. Ой! Прости, я тебе не представила. Это мой отец. Роман Михайлович. Он взялся за воспитание Ромы, и теперь всё время с нами…

-Здравствуйте, Настя, - чуть поклонился Роман Михайлович. – Вы мне очень напоминаете училку… мою… школьную. Только она была старше и носила очки.

-Возможно, вы знали мою бабушку? – сказала Настя. – У нас династия учителей в семье.

-Вот как? – сделал вид, что удивился Роман Михайлович. – Вы тоже учитель?

-Я выбрала карьеру врача, но мне все советуют бросить и всерьёз заняться учительством.

-Нет такого слова, - поймала Настю Маша.

-Я думаю, что вы были бы неплохим учителем, но я советую вам начать всё же карьеру врача. Профессия уважаемая, не слишком опасная и более высокооплачиваемая. Хотя, я не могу вам советовать. Решать, конечно же, вам.

-Да, решать мне, но совет от мудрого человека я всё равно с удовольствием выслушаю.

-Настя, папа! Потом поговорите! – вмешалась Маша. – Мы в школу приехали, а вы тут о себе, да о себе. Папа, если бы я тебя не знала, то решила бы, что ты Настю охмуряешь.

-А почему бы и нет? – задумчиво сказал Прусак. – Я ещё совсем не стар.

-Папа! Стыдись! Она тебе в дочки годится.

-Скорее во внучки, - развеселилась Настя, - но я согласна. Роман Михайлович, давайте мы с вами уединимся, и вы будете меня охмурять. Маша, как ты отнесёшься ко мне, в качестве твоей новой мамы?

Маша так растерялась, что ничего не смогла ответить. Только ошарашено переводила взгляд то на Настю, то на отца. Таня тоже была удивлена, а вот Рома явно был в ужасе. Немую сцену прервал негромкий скрип калитки, и выглянувшая женщина спросила, почему все стоят у калитки и не заходят, или не уходят? Настя пояснила ей, кто и зачем подошёл к калитке. Женщина пропустила их во двор и предложила присесть на скамейку и подождать. Все расселись на довольно большой скамейке и стали ждать.

Ждать долго не пришлось. Маша только начала выговаривать Насте за её несмешные шутки, когда к ним подошла женщина. Глядя на эту женщину, нельзя было бы усомниться в её профессии. Она была вылитая «училка». Обведя компанию суровым взглядом, она потребовала отдать ей детей для собеседования. Собеседование с детьми должно проводиться без взрослых. Таня мужественно оставила Настю и подошла к женщине, а вот Рома ни за что не захотел оставить маму. Он испугался суровую женщину, но признаться в этом не захотел. Вместо этого он обвинил Таню в том, что она бешенная и если рядом с ним не будет его мамы, то Таня может его покусать. Никакие уговоры не помогли. Рома наотрез отказался уходить куда-то без мамы, деда, или охранника.

Охранник на территорию заходить не имел права по уставу школы, поэтому с Ромой и женщиной отправилась Маша. И вот тут Настя каким-то чутьём поняла про систему скидок и штрафов. Поняла, что сейчас Таня получила какие-то бонусы, а вот Рома эти бонусы потерял. Что суровая женщина вовсе не суровая. Просто это тест для поступающих учеников, ещё до собеседования. Таня его прошла, а вот Рома – нет. И так будет во всём. Учеников здесь не столько учат, сколько воспитывают. Ей захотелось, чтобы Таня училась именно в этой школе. Она ещё не знала об этой школе ничего, но ей уже тут нравилось.

Маша ушла следом за суровой женщиной, которая вела за руку детей. Насте тоже хотелось пойти за ними и узнать, что же там будет, но она осталась с Прусаком. У неё были более важные дела и разговоры. Понимая это, Роман Михайлович отослал охранника к машине, за ворота. Настя и Прусак остались во дворе одни. Настя вытащила телефон и проверила окружающее пространство на прослушивающие устройства. Ничего не нашла.

-Хороший аппарат, - опередил её Прусак. – Где взяла?

-Подарили, - ответила Настя. – Рассказывай.

-А мы уже на «ты» перешли? Помниться, при прошлой нашей встрече ты была намного вежливее. Да и потом, по телефону, очень вежливо со мной разговаривала. Дерзко, но вежливо.

-Вы знали, кто я? Или сейчас сказали просто так, а я попалась?

-О? Снова на «вы»? Как быстро у тебя всё меняется. Я знал, кто ты. Я это знаю точно уже недели две. Хочешь знать, что я предпринял по этому поводу? Ничего. Меня убедили, что тебя лучше не трогать. Но у меня есть к тебе разговор. Настя, сколько ты получаешь за продажу вещества?

-Цена договорная. С некоторых беру сто тысяч, с некоторых, миллион.

-А в месяц у тебя сколько получается?

-Хотите, чтобы я вам платила?

-Если бы хотел, ты бы платила. Может и без радости, но всё, до последней копейки. Я тебе о другом говорю. Твои доходы можно утроить. Ты продаёшь вещество за сущую мелочь, а я могу вывести тебя на очень богатых людей за границей. Они будут платить тебе в десять раз больше, а то и в сто.

-Нет! – сказала Настя. – И этот вопрос не обсуждается! Всё будет делаться так, как я хочу и никак иначе.

-Захоти по-другому.

-Нет! Не вы первый мне такое предлагаете, поэтому поверьте, я не только вам отказываю.

-А кто тебе ещё предлагал?

-Мои партнёры. Я отказала им, а также ещё некоторым людям. Вы не единственный, если вас это утешит.

-А твои партнёры, или люди, которым ты отказала, не угрожали тебе?

-А вы хотите мне поугрожать? Не стоит. Это будет просто бессмысленное сотрясение воздуха. Я вам тоже угрожать не буду. Я не получила разрешение на вашу ликвидацию.

Они помолчали.

-Но всё же подумай, - прервал молчание Прусак. – Это ведь такие деньги!

-Роман Михайлович! Вы в начале нашего разговора в одном предложении… В нескольких предложениях указали на степень нашего сотрудничества. Вы сказали, что мои доходы утроятся, увеличившись в десять, а то и в сто раз. Оговорочка очень показательная. Как после такой оговорки я могу вам доверять? А если я вам не доверяю, то о каком партнёрстве может идти речь?

-Я завидую твоей молодости и наивности, - вздохнул Роман Михайлович. – Как ты вообще в этот бизнес влезла? Почему тебя твои партнёры до сих пор не прикопали? Я был уверен, что знаю о тебе всё.

-А что вы обо мне знаете? Ну-ка, расскажите. Только честно и откровенно. Поверьте, у меня есть возможность узнать, если вы мне сейчас соврёте.

-Вы жили в Рязани всю жизнь. Потом тебя завербовали для отправки в Зону. Настя, как можно на такое попасться?

-Сейчас сама удивляюсь, - призналась Настя. – Как вы узнали про Зону?

-Твой друг Костя. Он сбежал очень далеко. Мы его на другом конце страны нашли. Во Владивостоке. И он ещё дальше собрался бежать. В Японию, а потом ещё куда-нибудь.

-Если вы с ним говорили, то он должен был вам рассказать, почему и как я оказалась в Зоне.

-Я с ним не говорил. Отправленный за ним человек удовлетворился тем, что он рассказал, а подробности не выспрашивал. Да и задерживать его никто не посчитал нужным. От него мы не так много сведений получили. Всё, что нам было нужно - нам рассказала твоя подруга.

-Какая подруга? – удивилась Настя.

-Катя. Она твоя единственная подруга, насколько я понимаю? И, как я понимаю, была ею, а теперь ты её ненавидишь. Она тебя подставила тогда в клубе. И потом ещё, когда сдала Володе. Мы её, когда нашли, долго успокаивали, что не от тебя пришли. Тебя она теперь боится до ужаса.

-А где вы её нашли? Она должна была в Москве оказаться.

-Она мне сказала, что её привезли в Москву и заперли в квартире, а она оттуда сбежала.

-Мне об этом ничего не сказали, - задумчиво сказала Настя. – Да я и не спрашивала. Скажите, а где она сейчас?

-Хочешь найти? Убить? Она в Москве. В одном борделе. Когда сбежала, то вернуться в Рязань побоялась…

-А она точно там? Может быть, после вашего разговора, она оттуда сбежала?

-А кто же её отпустит? Нет, она теперь там… Отрабатывает. Адрес я тебе дам. Навести её. Если заплатишь, сможешь убить каким-нибудь извращённым способом.

-Мы немного отклонились от темы разговора. Что ещё вы про меня выяснили?

-Ты попала в Зону. Каким-то образом соблазнила там сталкера. Он тебя вывел и заодно оплатил твою реабилитацию от воздействия Зоны. Оплатил, своей работой на дядю. А когда в Зоне случилась заваруха, то сунулся куда-то не туда и погиб. Я удивлён, что после этого с тобой ещё какие-то дела продолжают вести. У тебя, как видно, есть очень высокий покровитель, но дознаться до него я не смог.

-Вы правы, очень высокий, - кивнула Настя. – Сейчас я ему позвоню. Думаю, что вы узнаете его голос.

Настя набрала номер и включила громкую связь. После десятка гудков из динамика раздался голос президента.

-Настя, я же просил звонить в нерабочее время.

-Простите, просто проверка связи!

-Ты что, по громкой связи говоришь? Ты там с кем-то?!

-Да, я не одна, - призналась Настя. – Только не надо сердиться! Это не просто хвастовство перед друзьями. Со мной человек, которого мне надо или убить, или запугать. Я его пугала портретом президента. Но портрета он не боится. Может голоса испугается?

-А если не испугается? – рассмеялся президент.

-Тогда буду пугать чучелком президента. Или выкраду президента и буду пугать живым…

-Настя, хорошо, что мой начальник охраны тебя не слышит. Извини, я не могу говорить. Надеюсь, твой человек достаточно напуган. До встречи.

Президент положил трубку, даже не выслушав ответное пожелание Насти. Настя убрала телефон в сумочку.

-Это был президент? – спросил Прусак.

-Можете верить, а можете не верить, но у меня есть его прямой номер, который не у каждого губернатора есть.

-Откуда?! – ошарашено спросил Прусак.

-Достала по случаю. Надеюсь, теперь вы не будете устраивать какие-либо поползновения в мою сторону?

-Я и раньше не хотел… Настя, а почему ты здесь, а не в Москве? Почему торгуешь веществом, а не получаешь деньги из бюджета? Почему тебя ещё не поставили тут губернатором? Что за проект ты будешь вести?

-Как много вопросов, - покачала головой Настя. – Всех смущает мой возраст. А когда я избавлюсь от молодости, от этого недостатка, то тогда мне начнут поручать серьёзные дела. Теперь вы понимаете, что не надо лезть ко мне. Пусть наши отношения сохранятся на прежнем уровне. И ещё… Если иностранец приедет сюда лечиться, то вполне возможно, ему позвонят и предложат лекарство. И мне без разницы, сколько вы с него возьмёте. Я заберу только свою цену.

-А критерии этих иностранцев? Чтобы лишних сюда не везти.

-Какой-нибудь бандит не будет иметь шансов. Какой-нибудь бизнесмен вполне…

-Сколько у тебя вещества и на сколько его хватит? – перебил Прусак.

-Я затрудняюсь ответить. Пока я использовала всего двадцатую часть запаса.

-Понятно, почему ты его так дёшево отдаёшь.

-Я отдаю не дёшево. Я отдаю за те деньги, которые люди могут собрать.

-Я понял принцип. У меня есть парочка клиентов из Европы. Не самые лучшие люди, но и не самые плохие. У них СПИД. Их можно вылечить. Они заплатят по полмиллиона фунтов. Тебе сто тысяч.

-Двести. По сто тысяч с каждого. И я проведу их проверку. Если мне что-то не понравится, я не дам им ничего.

-Я предоставлю тебе материалы. Проверишь по своим каналам. Я тебе точно говорю. Люди не самые хорошие, но ничего такого за ними нет.

-Это мне решать. Кажется, наши дети возвращаются. Ну что, шокируем их нашим возможным бракосочетанием?

-Не надо. Маша и так сейчас, вся на нервах. Это ты ей тогда позвонила?

-Я звонила вам, а попала на неё.

-Понятно. Всё, они идут.

Разговор прекратился, но дети прошли мимо и ушли. Таня о чём-то спорила с учителем, а Рома шёл и явно был раздосадован. Маша шла за ними и выглядела ошеломлённой. На Настю и Прусака никто не обратил внимания.

-Тебе Маша про эту школу рассказала? – задал вдруг вопрос Прусак.

-Да, - кивнула Настя, - но я не поэтому сюда дочку привела. Я кое-что узнала про эту школу, и вижу, что узнала правду. Здесь детей не только учат, но и воспитывают.

-Мне об этом тоже говорили, - согласился Роман Михайлович. – У Ромы с воспитанием полный песец, чтобы хуже не сказать. Боюсь, его отчислят из этой школы. Или платить придётся столько, что не потяну.

-А вы можете мне объяснить подробнее про оплату? А то я не поняла.

-Я и сам не до конца понял, - поморщился Прусак. – Знаю только, что если твоя дочка здесь будет плохо себя вести, ты за её косяки будешь отстёгивать.

-А что значит, «плохо вести»?

-Надеюсь, сегодня нам это объяснят. Сам я этого не понимаю.

Они помолчали какое-то время. Потом Прусак предложил Насте сигарету. Настя отказалась, а он закурил, проигнорировав её недовольный взгляд. Настя справедливо считала, что на территории школы курить не стоило. Докурив, Прусак выкинул окурок и осмотрелся. Не увидев никого рядом, он рискнул задать Насте вопрос.

-Настя, ты как свою дальнейшую жизнь в этом городе представляешь?

-В каком смысле? – уточнила Настя, и тут же отмахнулась от ответа. – Не надо отвечать. Я поняла. Я собираюсь заявить о себе. У меня есть команда убийц, есть прикрытие сверху, мне нет нужды таиться. Буду работать более открыто. Если кто-то полезет в мой бизнес – я его прикончу. Вы боитесь, что я задену ваши интересы?

-Я знаю, что ты заденешь мои интересы, - веско ответил Прусак. – И не уверяй меня, что это не так. Всегда молодые лезут туда, куда не надо. А ты ещё идеалистка. Точно полезешь.

-Ну, вы меня предупредите, если я уж очень нагло…

-Предупрежу, а толку? Настя, если ты меня скинешь, то должна будешь встать на моё место. Оно тебе надо? Если ты начнёшь войну со мной, я тебе такую подлянку кину, всю жизнь помнить будешь.

-Да не хочу я воевать! – возмутилась Настя. – Роман Михайлович, вы мне скажите, если что. Я постараюсь вам уступить. Мне просто непонятно, в чём наши интересы могут пересечься. У меня своё, маленькое, дело.

-Я не полностью контролирую своих людей, - признался Прусак. – На тебя у некоторых зуб имеется. Могут самостоятельно начать тебя прощупывать. Тебе придётся их кончать, а мне нужно будет воевать с тобой, чтобы свою репутацию удерживать. Ты войны не хочешь, я не хочу, но воевать нам всё равно придётся.

-Тогда будем воевать, - пожала плечами Настя. – Только будем согласовывать между собой боевые действия, поэтому жертв не будет, а ущерб как-нибудь переживём.

-А ведь может получиться, - удивлённо сказал Прусак. – Ты предупреждаешь меня, а я тебя. Нашим людям об этом знать не надо. Кое-кого я на тебя выведу…

-А вот этого не надо! – жёстко сказала Настя. – Киллером я подрабатывать не буду!

-Тебе ведь это нравится? – усомнился Прусак.

-Нисколько. Я… Я, последнее время, действительно много убиваю. Но стараюсь избавиться от этой привычки.

-Привычки, - засмеялся Прусак. – Ну ты сказанула! Я курить бросаю уже десятый год! Вот это привычка. А то, что ты убиваешь – не лечится. Ты теперь навсегда такая!

-Неправда! – выкрикнула Настя.

-Я таких, как ты, много раз видел. Взгляд у вас такой… Вы на людей, как на жертв смотрите. Не на всех… Ты иногда, когда на меня смотришь, смотришь именно таким взглядом. Ты убийца и с этим ничего не поделаешь.

-А вы не убийца?! – тихим шёпотом выкрикнула Настя. – Я убивала только тех, кто пытался убить меня, а вы?

-Венька тоже тебя убить пытался? Его охрана? Или ты скажешь, что их твои люди убили, а ты не при чём?

-Нет, я отдала приказ. А Веньку убила сама. Убила, глядя ему в глаза. До самого конца смотрела. Пока его не уволокли. А вы думаете, что он меня убить не хотел? А его охранники, которые в его развлечениях участвовали, ни в чём не повинные люди?

-Не оправдывайся, - поморщился Прусак. – С твоей крышей ты могла Веньку и Вовку в пыль стереть. Ты хотела убить и убила. Ты убийца. И да! Я тоже убийца. Я тебя не осуждаю. Я только хочу, чтобы ты приняла себя…

Настя рассмеялась, не дав Прусаку договорить.

-Ой, простите, но вы не знаете… Я когда-то о том же с мужем говорила. Он меня убеждал почти теми же словами, что и вы. А ещё я сама с одной девочкой примерно о том же говорила. До слёз её довела. Давайте не будем философствовать. И не будем загадывать. Жизнь покажет, что и как.

-Да, не будем загадывать, - согласился Роман Михайлович.

Они сидели молча, до возвращения детей. Ждать пришлось недолго и молчание не стало тяготить ни Настю, ни Прусака. Дети вернулись в сопровождении учительницы, но без Маши. На немой вопрос Прусака женщина пояснила, что Маша сейчас придёт и присмотрит за детьми во дворе, а Настя и Прусак должны пройти по школе и теперь собеседование будет проводиться уже с ними. Настя и Роман Михайлович оставили детей во дворе и отправились за женщиной. Подходя к зданию, увидели, как со стороны во двор заходит Маша.

-Прежде всего, - сказала женщина, едва они расселись в кабинете, - я хочу сказать, что дети вполне соответствуют своему возрасту в плане психологического развития. У Ромы заметна некоторая инфантильность, но это вполне можно исправить. Что касается Тани, то я приятно удивлена. Ничего в ней не показывает, что она взята из детского дома. Скажите, вы водили её к психологу?

-Простите, но я не думала, что это нужно. Тем более, что Таня жила с бабушкой, а в детском доме была всего ничего. Нужно было только показать ей, что она не одинока и за неё есть кому заступиться, а дальше она вновь стала обычной девочкой.

-Теперь у вас возникнет новая проблема. Девочка будет проверять границы дозволенного, поэтому начнёт вас провоцировать.

-Таня знает границы дозволенного. А если и пересекает их, то моя реакция моментальная, жёсткая… Я не прощаю её оплошностей, и она это знает.

-Вы воспитываете её в строгости? Не позволяете ей…

-Я ей многое позволяю, но не всё. К чему весь этот разговор?

-Видите ли, в нашей школе существует система поощрений и наказаний…

-Наказывать мою дочь могу только я! – тут же отреагировала Настя.

-Я не это имею в виду, - успокоила её женщина. – У нас всё измеряется деньгами. Ваш ребёнок шалит – вы за это платите. Обижает других детей – вы платите. Не выучил уроки – вы платите. Если вы думаете, что можете платить, и ваш ребёнок будет делать всё, что ему захочется, то вы глубоко заблуждаетесь. Если мы видим, что родители только платят и не пресекают, то такого ребёнка исключают из школы. Учителя не имеют права применять к ребёнку физическое наказание. Это должны делать родители. Также, некоторым родителям мы рекомендуем посещать семейного психолога. Если это не делается, то ребёнка тоже исключат из школы.

-А если у ребёнка нет одного родителя? – задал вопрос Роман Михайлович.

-Вашей дочери нужен психолог. Не семейный. Просто, психолог. Она сейчас весьма уязвима в связи со смертью мужа. Не знает, что делать и как быть. Ей нужна поддержка. Как я поняла, у неё почему-то нет подруг. Она даже выговориться и поплакать с кем-то не может. Простите, ничего, что я при Анастасии Кирилловне всё это говорю?

-Я об этом знаю, - сказала Настя. – Она сама мне это говорила. Вы работаете здесь психологом?

-Я директор, - немного обиделась женщина. - Психология – моё хобби.

-Поговорим о деньгах, - сменил тему Прусак. – Мы платим первый взнос за пол года. Потом платим помесячно…

-Простите, но это не совсем так, - перебила директор. – Вашего Рому мы не можем взять без предварительной оплаты. Он кандидат на исключение. Если он не будет поддаваться воспитанию, если с вашей стороны не будет предпринято каких-либо действий по его воспитанию, то боюсь, мы его исключим. Тогда вся сумма первого взноса останется нам. Это указано в договоре.

-Как будет определяться то, что он не поддаётся воспитанию? – спросил Прусак.

-Если его поведение не изменится в течение месяца учёбы, то боюсь, что мы не в силах будем что-либо сделать. Предвижу ваш вопрос. Рома грубит взрослым, считает себя особенным и выпячивает это, считает всех вокруг ниже себя и думает, что может купить любого. Завышенная самооценка, неправильный подход к собственным проблемам… У него целый комплекс проблем, которые надо решать. Самое страшное, что он нисколько не уважает маму. Она для него не авторитет. А то, что она потакает всем его капризам – делает ситуацию с каждым разом всё хуже.

-Я ей, то же самое говорила, - кивнула Настя.

-Вот поэтому я и не пригласила её сюда. Роман Михайлович, вы должны повлиять на дочь и начать воспитывать внука. Как я поняла, деньги платите вы? Вы должны понимать, на что и почему потратите деньги.

-Я займусь внуком, - задумчиво кивнул Роман Михайлович. – И дочке мозги вправлю. Послушайте, мне не в лом заплатить, но поймите меня правильно, я не могу вот так отдать такие деньги под ваше честное слово.

-Мы можем прописать в договоре то, что нужно исправить в характере ребёнка и если это будет исправлено, то ребёнок будет учиться в нашей школе. Поймите и нас. Мы не можем допустить, чтобы в классе учился ребёнок, не слушающийся учителя. Это может подорвать дисциплину. У нас учатся дети не последних людей города. Конфликты персонала и детей нам не нужны.

-Дети, которые у вас учатся, никогда не грубят учителям? – удивилась Настя.

-Это дети, - вздохнула директор. - Они могут нагрубить просто потому, что у них плохое настроение. Могут честно высказать своё мнение учителю и отстаивать его вплоть до крика. Это понятно, объяснимо и в целом, вполне нормально. Мы говорим о систематическом игнорировании просьб учителя. О выставлении себя за счёт унижения одноклассников, или грубости учителю. Если ребёнок случайно разбил окно, то родители заплатят за окно. Если он сделал это специально, то родители заплатят штраф. Сначала мы штрафуем, потом вызываем родителей и даём рекомендации. Если нет эффекта, то ребёнок отчисляется. У нас учится мальчик, который по характеру - грубиян. Так просто это не исправить, поэтому мальчик продолжает учиться, а мы с ним работаем, но это исключение, которое подтверждает правило. Грубость к кому-либо, в нашей школе, недопустима.

-Хорошо, скажите, а если учитель не прав, что тогда? – спросила Настя после небольшой паузы. – Дети очень к этому чувствительны…

-Я поняла вас. Ребёнок всегда может пожаловаться на учителя. И мне, и родителям. Конфликт между мной и родителями, если возникает, то никак не должен касаться учителя, или ребёнка, но обычно конфликтов не бывает. Или родители принимают мою сторону, или я принимаю сторону ребёнка. Последнее происходит не так редко, как вы думаете. Но и конфликтов, которые требуют моего вмешательства, у нас почти не бывает. Все наши педагоги имеют очень хорошее образование, опыт работы и призвание быть учителем. Мы специально таких подбираем.

-Даже из детского дома увели, - вставила Настя.

-А, так вот как вы о нашей школе узнали, - улыбнулась директор. – Вера наше лучшее приобретение за последний… за последние два года. Она ведь даже уходить из детского дома не хотела. Учитель по призванию! От Бога! Нам повезло, что у неё возник конфликт с директором детского дома.

-Не боитесь, что у неё возникнет конфликт с вами? – спросил Прусак.

-Нисколько! У нас с ней одинаковые взгляды на жизнь и воспитание детей.

-Хорошо, меня устраивает ваша школа, - сказала Настя. – Деньги за обучение я готова перевести. Только один вопрос. Если мне придётся уехать из Рязани, мне вернут часть суммы?

-Вы можете платить помесячно. И нет, деньги за месяц вам не вернут.

-Угу, - кивнула Настя. – Простите, но мне нужно три дня на принятие решения. Через три дня я сообщу вам о принятом решении.

-Мне тоже нужно три дня, - кивнул Роман Михайлович. – За эти три дня я постараюсь повлиять на внука и посмотрю, что из этого выйдет.

-Это ваше право, - развела руками директор. – Я зачислю ваших детей без оплаты, и если к первому сентября оплата пройдёт, то ваши дети могут приезжать на торжественную линейку.

-Меня это устраивает, - согласился Прусак.

-Меня тоже, - кивнула Настя.

-Тогда, не смею вас задерживать.

-До свидания, Людмила Фёдоровна, - встала Настя.

-До свидания, - встал и чуть поклонился Прусак.

-До свидания, - кивнула в ответ директор.

Настя и Роман Михайлович покинули кабинет директора, и вышли во двор. Во дворе застали расстроенную Машу и, демонстративно не обращающих друг на друга внимания, детей. Прусак только хмыкнул, а Настя подозвала Таню и предложила попрощаться со всеми. Маша хотела предложить подвезти их, но потом поняла бесперспективность такой идеи. Дети никак не хотели дружить, а Настя также не демонстрировала желания к общению. После скомканного прощания, они расстались. Одни сели в машину и уехали, а другие отправились домой пешком.

-Знаешь, эта директор такая странная, - рассказывала Таня, пока они шли. – Мне разрешила покататься на таких качелях… Там, в спортзале они были… А Роме не разрешила. Сказала, что он ещё маленький. А ведь он старше меня. А вообще этот Рома такой глупый. И маменькин сынок. Он меня боится. Ну, и правильно. Я, если захочу, легко его побью. А директор сказала, что маленьких бить – нехорошо. А он не маленький. Он старше меня. А она всё время говорила, что он маленький.

-Я поняла, - перебила Таню Настя. – Рома тебе нравится. Ты мне лучше скажи, тебе школа понравилась? Хочешь в ней учиться?

-И вовсе мне этот Рома не нравится! Он слабак и маменькин сынок! Да ещё воображает о себе. Но бить я его не буду. Тут директор правильно говорит. В детдоме таких тоже не били. Они чуть что, так сразу жаловаться бежали.

-И что же с ними делали? – полюбопытствовала Настя.

-С ними не водились, - отмахнулась Таня и замолчала, припоминая что-то.

-Ты мне про школу расскажи, - напомнила Настя. – Хочешь тут учиться?

-Да, хочу, - ответила Таня. – Здесь директор строгая, но добрая, хоть и странная. А у нас денег хватит, чтобы тут учиться?

-Если будешь хорошо учиться и хорошо себя вести, то хватит, - сказала Настя.

-Я буду хорошо учиться, - пообещала Таня. – Вот только… Если этот Рома будет на меня жаловаться, то ты не верь. Я первая его трогать не буду.

-Даже если будешь, я всё равно не поверю, как бы он на тебя не жаловался. Ему веры нету. Гниловатый мальчик.

-Какой?! – рассмеялась Таня.

-Гниловатый. Впрочем, не будем о нём. Всё решится в ближайшие дни. Или мы останемся в Рязани, или переберёмся в Москву.

-А почему нам надо в Москву? – осторожно поинтересовалась Таня.

-Нам не надо, - вздохнула Настя, - но прикажут и поеду. Дело в том, - Настя понизила голос, - что я секретный шпион. И должна подчиняться приказам.

-Правда?! – засмеялась Таня.

-Правда, - вздохнула Настя. – Поэтому завтра мы отправляемся в Москву. Там всё и решится. Давно нужно было, а я всё откладывала. Знаешь, там, в Москве, тоже есть хорошая школа для тебя. Даже лучше этой. Там и работа для меня будет…

-Ты не хочешь туда ехать? – осторожно поинтересовалась Таня.

-Не знаю, - пожала плечами Настя. – У нас тут уже всё устроилось, а там всё неопределённо. В общем, завтра надо туда поехать и всё решить.

-Куда, в Москву? – спросила Таня.

-Да, в Москву, - ответила Настя.

-А я с тобой поеду? – спросила Таня.

-Да, мы поедем вместе, - ответила Настя.

-А если тебе придётся остаться в Москве, то я с тобой останусь? – вновь спросила Таня.

-А как иначе? – удивилась Настя. – Меня только тем и соблазняют, что для тебя там будет лучше. И жильё, и школа… Мне там будет совсем не так интересно, как здесь.

-Если тебе будет хуже, то давай лучше тут останемся, - рассудила Таня. – Мне и тут хорошо. Не надо, чтобы из-за меня тебе стало хуже.

-Из-за тебя мне хуже не будет, - успокоила её Настя. – Главное, чтобы тебе хуже не стало из-за меня.

Их разговор прервал звонок телефона. Настя приняла звонок, несмотря на незнакомый номер.

-Анастасия Кирилловна? Из администрации губернатора области вас беспокоят. Олег Владимирович может выделить вам некоторое время сегодня с пятнадцати, до семнадцати часов. Вы можете подъехать сюда к этому времени?

-Олег Владимирович, это кто? – уточнила Настя.

-Олег Владимирович – губернатор Рязанской области, - пояснила женщина из администрации.

Настя посмотрела на часы. К трём часам она вполне успевала подъехать, но хотелось бы зайти с Таней в какое-нибудь кафе, да и непонятно было, стоило ли с ребёнком ехать к губернатору?

-Я согласна встретиться с Олегом Владимировичем сегодня в шестнадцать тридцать. Поскольку у вас я ни разу не была, объясните, пожалуйста, как мне найти вас в здании, чтобы мне не шарахаться по всем кабинетам.

-Спросите на охране и вам всё объяснят, - после небольшой паузы сказала женщина.

-Хорошо. Пропуск, как я понимаю, уже меня ждёт?

-Совершенно верно. Вам с собой нужно иметь паспорт.

-Да, конечно. До свидания.

-До свидания, - ответила женщина и повесила трубку.

-Кто это был? – спросила Таня.

-Ай! – отмахнулась Настя. – Не важно. Пойдём в какое-нибудь кафе. На работу я к вечеру загляну… Ох, увольняться нужно, а не хочется. Где ещё они уборщицу найдут?

-А если ты уволишься, на что мы жить будем? – серьёзно спросила Таня.

-Об этом не волнуйся. Деньги у нас есть. Проживём. Ты сама на такси доберёшься до общежития?

-Конечно, доберусь, - немного удивлённо ответила Таня.

-Ну и хорошо. Тогда в кафе посидим подольше.

Идя по коридорам районной администрации, Настя думала о том, что хорошо, когда есть знакомый таксист. Он без вопросов примет ребёнка и отвезёт куда нужно, а там сдаст с рук на руки. А всего-то и нужно было, сделать несколько комплиментов мастерству вождения, поговорить о жизни во время поездки, дать чуть большие чаевые. Вежливость, внимание, сочувствие – такая мелочь, которая ничего Насте не стоила. А теперь у неё есть собственный водитель, который готов бросить всё и примчаться по первой Настиной просьбе. В приёмную губернатора Настя вошла с отрешённым лицом, так и продолжая обдумывать эти свои мысли.

-Вы к кому? – спросила её секретарша.

-Губернатор ждёт меня? – спросила в ответ Настя. – Я сказала, что приду в шестнадцать тридцать, но меня задержали на входе. Что-то там у них звенело… Я опоздала на три минуты. Меня ждут, или мне уйти?

Секретаршу от Настиных слов аж передёрнуло.

-Вы Анастасия Кирилловна? Ждите. Я сообщу Олегу Владимировичу о вашем приходе.

-О том, что я пришла, - уточнила Настя. – Так говорить будет правильнее.

Секретарше Настя очень не понравилась. Интересно было, понравится ли Настя губернатору? Когда Настя вошла в кабинет, то на мгновение показалось, что губернатор действительно рад её видеть. Он не держал её в приёмной, что очень удивило секретаршу; встал ей навстречу, чуть не распахнув объятия, как будто встретил давно потерянную родственницу; улыбался широко, открыто. Всё портили глаза. Они смотрели на Настю настороженно, как на опасного дикого зверя. Да и скрывалось в этих глазах что-то такое, отчего Настя насторожилась и очень захотела достать из сумочки пистолет. Или, хотя бы держать оружие поближе.

-Анастасия Кирилловна, как я рад вас видеть! Президент столько о вас рассказывал!

-Не верьте ему. У него нет никаких доказательств, - отшутилась Настя.

Олег Владимирович засмеялся, как будто Настя сказала нечто невероятно смешное. Настя ждала со скучающим выражением на лице, и он оборвал смех.

-Итак, президент сказал мне, что у вас проблемы с жильём. Эту проблему мы сможем решить. Действительно, плохо, когда жена трижды героя…

-Вдова, - поправила Настя.

-Тем более! – подхватил губернатор. – Плохо, когда вдова трижды героя России живёт в общежитии. Мы дадим вам квартиру. Сейчас построили дом на…

-Простите, но возможно президент вам неправильно всё объяснил, - перебила Настя. – Мне не нужна квартира.

-Мы дадим вам дом… - тут же поправился губернатор.

-Мне не нужен дом! – повысила голос Настя. – Я вполне неплохо живу в общежитии. Однако, моя проблема заключается в следующем. Я не могу получить своё наследство. Суд, совершенно необоснованно, решил, что моя тётка имеет на него больше прав, чем я. Мне нужно, чтобы при апелляции суд руководствовался не какими-то своими соображениями, а действовал строго по закону, не смотря ни на что.

-Но наши суды и так действуют строго по закону!

-Возможно, - согласилась Настя, - но в моём случае законность моих притязаний была почему-то проигнорирована. Почти всё получила тётка.

-Возможно, её притязания показались суду более законными? – осторожно спросил губернатор.

-Суду не должно казаться, - возразила Настя. – Суд должен руководствоваться законом. Вот я и просила президента, чтобы он повлиял на судей и они…

-Простите, но на суды не может влиять президент и, конечно же, на суды не могу влиять я.

-А я не прошу вас влиять! Я хотела бы, чтобы суды были беспристрастны и руководствовались только законом, а не своими желаниями. Вы можете указать судьям именно на это?

-Собрать судей и указать им на это – я могу. Обещать, что они это исполнят… Повторюсь, я не контролирую судебную систему.

-Если вы скажете – этого будет достаточно. Большего я от вас не требую. Что ж… На этом мы закончим. Мне пора идти. Прощайте. Надеюсь, мы больше не увидимся.

-Подождите! Но я думал, что вам нужно ещё что-нибудь! То есть… Простите, а вы не хотели бы со мной поужинать? Мы могли бы поговорить…

-О президенте я говорить не буду, - перебила Настя, - а других тем для разговора я придумать не могу. У нас нет точек пересечения, которые мы могли бы обсудить.

-Ну, почему же? Меня интересуете, в первую очередь, вы. Мне интересно узнать что-нибудь о вас.

-Например, - в тон подхватила Настя, - как я познакомилась с президентом. Я уже сказала, что не собираюсь это обсуждать. Ещё раз, прощайте. Да, если вам захочется выяснить что-нибудь обо мне, то я вам запретить не могу, но вот помешать… Надеюсь, вы умный человек.

Настя вышла из кабинета. Не глядя на секретаршу, прошла приёмную насквозь и вышла в коридор. Ждала, что её попробуют перехватить, но без проблем покинула здание. Звонить президенту и ругаться сочла глупым. Он ведь действительно пытался ей помочь. Не виноват он в том, что подложил Насте такую свинью. Теперь у неё во врагах губернатор области. Впрочем, она сама виновата. Вела бы себя по-другому, не было бы у неё нового врага. Но Настя понимала, что с этим человеком она не могла бы по-другому себя вести. Слишком он двуличный, слишком привык к своей власти, слишком давит на собеседника во время разговора, хоть и кажется, что он весьма мягок.

Настя припомнила свой разговор с Говоруном. Действительно, ей стало сложно общаться с людьми, наделёнными властью. Она реагировала на попытку давления неадекватно, воспринимая любое давление как вызов. Властным людям тоже некомфортно было с ней общаться. Они привыкли, что их власть уважают и перед ней преклоняются, а Настя не уважала и не преклонялась. В результате, Настя получала нового врага. Пусть и не деятельного, но злопамятного. При случае ей припомнят то, что когда-то она не была вежлива и смела иметь своё мнение, отличное от мнения власти; то, что она не признавала их власти над собой. Жить ей действительно стало сложнее.

Впрочем, вполне возможно, Настя завтра поедет в Москву и там останется. Тогда ей будет наплевать на отношения с губернатором. А если нет, то тогда Настя возьмёт губернатора в разработку. Если не накопает компромат, что маловероятно, то будет пугать портретом президента. Ну а потом, можно будет занять место губернатора, если по-другому никак не получится. У Насти нет желания становиться самой главной в области, но оставлять за спиной такого врага ей тоже не хочется. Лучше сделать так, чтобы врагов у неё не было. Если она будет самой главной, то и врагов у неё не будет. Не будет деятельных врагов, поправила себя Настя, а злобу на неё затаит гораздо больше народа.

Возник парадокс. Чтобы не было могущественных врагов, надо было самой стать самой сильной. Однако тогда появится множество врагов из слабых. Настя долго обдумывала этот парадокс и не пришла к какому-либо выводу. Ей не нравилось ни так, ни так. Решив, что жизнь сама скорректирует планы, Настя выкинула свои раздумья из головы. Позвонила Андрею и договорилась встретиться с ним завтра в Москве. Заказала машину из Москвы, чтобы доехать с комфортом. Вечером собралась так, как будто уезжала навсегда. Девчонки заметили это и засыпали Настю вопросами, но Настя неопределённо ответила, что возможно найдёт для Тани лучшую школу, поэтому есть вероятность того, что придётся переехать в Москву, чтобы не оставлять Таню в интернате. Вечер прошёл в обсуждении дальнейшей Настиной жизни в Москве. Девчонки строили планы.

Утром Настя легко встала сама и с трудом подняла Таню. Они тихо, стараясь никого не разбудить, собрались и ушли. Перед тем, как встретить Геннадия-водителя, Насте нужно было зайти на квартиру и забрать все свои документы. Таня немного удивилась, когда Настя забирала чемоданчик, но была такой сонной, что отреагировала на это слабо. На встретившую их машину, она не отреагировала совсем. В машине сразу уснула и проспала до Москвы.

С Андреем Настя встретилась на той остановке, где когда-то высадила его, уезжая в Рязань, только на другой стороне дороги. Гена просто остановился на остановке, и Андрей запрыгнул в машину. После взаимных приветствий и знакомства Андрея и Тани, Андрей поднял шторку, отделяя пассажирский салон от водителя, и всем видом показал, что настроен на серьёзный разговор.

-Плохо, что ты не меняешь привычки и заказываешь один и тот же автомобиль, - сказал он Насте. – Здесь вполне могут установить прослушку.

-Кому это надо? – небрежно бросила Настя.

-Действительно, что-то я паранойей заболел. Классная машина. Двигатель совершенно не слышно. Вообще не слышно, что мы движемся. Здесь наверное… Ого! Какая тут система! Слушай, давай послушаем вот эту композицию! Всегда хотел послушать её на таком чистом звуке. Всего пять минут. Я включу? Спасибо!

Андрей набрал что-то на экране, и салон наполнился звучанием композиции: «The show must go on». Таня заткнула уши и с удивлением посмотрела на Настю. Андрей придвинулся к Насте поближе и заговорил прямо в ухо.

-Слушай внимательно. Я кое-что узнал. У Говоруна были деньги. Я не знаю точно сколько, но очень много. Ты наследница и все ждут, что с тобой встретятся и передадут тебе эти деньги. Никто не собирается у тебя эти деньги забирать, но хотят уговорить, чтобы ты их вложила у нас. Поэтому тебя и хотят придержать под присмотром, чтобы ты с деньгами не сбежала.

-У Говоруна было около трёх миллиардов, - сказала Настя. – Неужели из-за этого столько усилий…

-Трёх?! – удивился Андрей. – Я выяснил, что не меньше трёх сотен. Всего я тебе не расскажу, чтобы ты потом себя не выдала, но учти, что и про три сотни я тебе не рассказывал. Ты уверена, что Говорун тебе не передал никаких контактов, чтобы связаться с тем, кто хранит его деньги?

Настя вспомнила про лежащую в кармашке рюкзака кредитку.

-Нет, - сказала она. – Да я даже не представляла, что у него есть такие деньги. Я и в три миллиарда не очень-то ему поверила. Слушай, а может быть, все ошиблись? Может быть, у него нет таких денег?

-Я не знаю, - ответил Андрей. – Может быть, что и нет. Но ты учти, что тебя тоже хотят задействовать в проекте. Даже без денег ты для них ценность. Всё, композиция заканчивается. Говорим о чём-нибудь другом.

-Класс! – с чувством сказал Андрей, когда композиция закончилась. – Такое звучание – редкость. Я так и не смог позволить себе купить стереосистему с таким звуком. Дорого. Спасибо, очень было приятно.

-Ужас! – сказала Таня. – Грохочет и воет. Как такое может нравиться?

-Ты что, старая бабка? – спросил Андрей. – Чего ты как они говоришь? Классная музыка!

-Да, музыка отличная, - согласилась Настя, - но действительно, не стоило так громко её включать.

-Это ещё не громко, - возразил Андрей. – Вот помню, я был на концерте…

Они доехали до ворот центра МОИЗ, говоря о совершенно обыденных вещах. Даже Таню втянули в разговор. О работе не говорили, но вскользь коснулись этой темы. Андрей рассказал Насте, куда и зачем ей нужно будет зайти. Рассказал новости, которые Настю не особенно интересовали. Перед воротами они вышли из машины и прошли на территорию. Гену Настя отпустила. Неизвестно, сколько она должна была провести здесь времени.

Теперь порядок пропускного режима изменился, и по удостоверению пройти стало невозможно. На Настю и Таню нужен был пропуск. На территории пропуск нужно было держать при себе. Он являлся документом для предъявления, и удостоверением личности при наличии иного документа, указанного на бланке пропуска. Ребёнок не должен был оставаться без взрослых на территории. Такие строгости ввели в связи с тем, что МОИЗ реорганизовывали, и слишком много народу сейчас было на территории.

Настя забрала форму с ответственного хранения, переоделась и получила оружие. Оружие перебрала и кое-как почистила. Зарядила. В магазине на территории купила кобуру под глок. Также Андрей посоветовал ей забрать всё своё имущество, сданное на хранение, поэтому Настя оформила бумаги и забрала всё необходимое. До этого ей пришлось снять комнатку в гостинице, чтобы было куда положить вещи. Генерал разрешил ей заниматься всем этим, а встречу с ней назначил ближе к вечеру. Ночевать Настя должна была здесь.

Таня ходила за ней тихим хвостиком, и только когда Настя получила снаряжение и несла его в снятую комнату, рискнула спросить.

-Мама, а ты действительно шпион?

-Нет, что ты! – засмеялась Настя. – Просто вляпалась по глупости, теперь расхлёбываю. Сама подумай. Ну какой из меня шпион? Что мне разведывать?

-А откуда у тебя тогда автомат и пистолеты?

-Купила. А ещё я лейтенант, с правом ношения оружия. Так уж получилось. Таня, никому об этом не говори. Это не секрет, но лучше никому об этом не знать. А то знаешь, как бывает. «У тебя оружие есть? Дай пострелять!» А я никому не имею права давать пострелять. Вот и начнутся обиды.

-А когда мы стреляли на тренировках? – спросила Таня. – Тогда ведь ты нам оружие раздавала.

-Так это было на тренировках. Да и оружие я только раздавала, а за каждым закреплено его личное оружие, и он лично за него отвечает. И если он даст кому-нибудь из этого оружия пострелять, и, не дай бог, что-нибудь случится, то вся ответственность будет на нём, а не на мне.

-А ты мне давала пострелять, - вновь поймала Настю Таня.

-На срельбище, - напомнила Настя, - и постоянно тебя контролируя. А сейчас я несу всё оружие и снаряжение на себе, а тебе ничего не даю. Понимаешь почему?

-Но я ни в кого стрелять не буду! – возразила Таня.

-Но ты ещё и не умеешь обращаться с оружием. Стрелять – совсем не значит уметь обращаться. А в неумелых руках оружие обязательно выстрелит. Я тебе потом расскажу почему. Вечером мне напомни, перед сном.

Они оставили все вещи в комнате и отправились в научный корпус. Настю попросили сдать анализы. В научном корпусе Настя нашла того, кому когда-то подарила несколько грамм вещества. Он обрадовался встрече. Они немного поговорили, и Настя объяснила, зачем собственно пришла. Ей хотелось бы, чтобы Таню тоже проверили, а потом дали рекомендации по профилактике болезней и тренировкам. Настю уверили, что всё будет по высшему разряду и их обеих взяли в оборот.

Как ни удивительно, но с медкомиссией Настя закончила намного быстрее Тани. У Насти брали анализы и проверяли на приборах для отчётности, поэтому спустя рукава, а Таню взяли в работу по полной программе. Насте пришлось оставить Таню у врачей. Она не могла больше ждать, ей нужно было идти. Её вызывал генерал Ерёмин, а у Тани ещё должно было быть МРТ, а потом её должен был посмотреть ортопед. Настю заверили, что с Таней всё будет в порядке, и она, с тяжёлым сердцем оставив её, отправилась к генералу.

У генерала в приёмной Андрей взглядом указал ей, чтобы она привела себя в порядок. Настя посмотрелась в зеркало, поправила волосы, одёрнула форму. Андрей официально сказал ей, что её ждут, и она может войти в кабинет. Настя вошла и с порога чётко отрапортовала:

-Лейтенант Говорун по вашему приказанию прибыла! - Чем вызвала смешки и улыбки у присутствующих.

В кабинете генерала сидели четверо. Сам генерал, декан здешнего университета, и ещё два человека, которых Настя впервые видела. По непринуждённой атмосфере в кабинете было видно, что все здесь присутствующие давние знакомые, если не друзья.

-Вольно! – махнул рукой генерал Ерёмин. – Не тянись, Настя. Садись к нам за стол. Нам надо о многом поговорить.

-Я слышал, что вы поступили в институт, - сказал декан, едва Настя уселась. – Насколько я знаю, сдали экзамен за первый курс.

-Это было не так сложно, - сказала Настя. – Первый курс – в основном повторение школьной программы. Профильные предметы – сплошное зазубривание. На память я никогда не жаловалась. Поэтому сдать экзамен, учась заочно, не составило для меня большого труда.

-В дальнейшем вы планируете выучиться на врача?

-Для того, чтобы что-то планировать, мне надо знать степень моей свободы. Меня немного пугает ваше желание оставить меня в Москве. Зачем вы так поступили с моим наследством?

-Настя, - обратился к ней один и неизвестных, - зачем вам это наследство? Маленькая квартирка в провинции и домик – развалюха. Мы готовы предоставить вам квартиру в Москве.

-Зачем вам это?! И на будущее, уясните одну вещь: мне чужого не надо, но своё я не отдам. А теперь, я повторю вопрос. Зачем вам надо, чтобы я бросила всё в Рязани, и перебралась в Москву?

-Всё просто, - тут же ответил декан, - мне нужно, чтобы вы учились здесь, в Москве. Поймите нас правильно, мы хотим поручить вам сложный проект. Для работы над этим проектом, вы должны получить всеобъемлющее образование. В принципе, нас устраивает, что вы учитесь на врача в Рязани. Если вы не хотите переезжать в Москву, то у меня нет возражений, но желательно, чтобы обучение вы заканчивали здесь. Хотя бы, последние два курса…

-У меня есть возражения, - перебил генерал Ерёмин. – Настя, я хочу, чтобы ты переехала в Москву. Меня кое-что беспокоит. По докладам ты всё больше становишься неадекватной. Ты убиваешь людей, ты начинаешь работать так, что раздражаешь всех вокруг. Органы правопорядка мы пока придерживаем, поэтому они тебя ищут, но не найдут. Возможно, на тебя скоро выйдут бандиты…

-Уже вышли, - перебила Настя. – Вчера я с Прусаком договорилась.

-Прусак – не самый главный в городе. Он не контролирует всех преступников, - вмешался другой незнакомый Насте мужчина. – На вас может попытаться выйти кто-нибудь ещё, с кем вы не договорились. И неужели вы можете полностью доверять Прусаку? Настя, вы сейчас в большой опасности, но сами этого не осознаёте. То, что вы звонили президенту – не делает вас для бандитов какой-то особенной. Вам сейчас нужно затаиться. Мы для этого предлагаем вам прекрасные условия. Здесь вы будете учиться и получать за это зарплату.

-И не маленькую, - вставил Ерёмин.

-Здесь прекрасная школа для вашей дочери. Территория закрыта, поэтому вам не стоит о ней волноваться, здесь за ней присмотрят. Обучение у нас идёт по индивидуальной программе. Вы за четыре года станете великолепным администратором и сразу сможете занять должность, которая вам уже подобрана.

-Четыре года обучения и год практики, - вставил декан. – Таков порядок.

-Хорошо, - вклинилась в поток благих обещаний Настя, - вы меня убедили. Здесь очень хорошо и мне всё нравится. Я готова сюда переехать, но у меня есть последнее сомнение. Всё, что вы мне рассказали – хорошо для меня. Чем это хорошо для вас? Я раньше верила в альтруизм, а теперь нет.

-Видишь ли, Настя, - немного задумчиво сказал декан после паузы, во время которой все повернулись и посмотрели на него, - не так давно, лет двадцать назад, мы начали проект «Кадры». Проект начали на свой страх и риск. Никто не ждал от него отдачи. Суть проекта была в том, чтобы отбирать детей со способностями и воспитывать их. Не учить, а именно воспитывать. И растить из них чиновников для государственного аппарата. Через пять лет проект дал такие результаты, что нам дали всё возможное финансирование, и теперь помогают по мере сил. Но это всё ерунда. Самое сложное в нашем проекте – найти для него людей. Людей с определённым складом характера. Нам не нужны умные, не нужны способные. Даже одарённые не нужны! Нам нужны люди с правильным характером и воспитанием. Учить детей с пелёнок – слишком дорого. Мы, пока, это не тянем. Во и приходится искать среди закончивших школу. Психологи, астрологи, чёрт знает кто ещё, но они из десятка тысяч выпускников находят одного или двух, не более. При таком раскладе, терять вас просто недопустимо. Вы правильно воспитаны Говоруном, талантливы, работоспособны…

-А в чём я талантлива? – заинтересовалась Настя.

-У вас очень хорошее чувство людей. По научному это называется… Впрочем, название занимает две строчки текста. Чувство человека – самое точное обобщение. Вы ведь ни разу не ошиблись, когда подбирали людей себе в команду. Да и вещество вы продавали только тем, кто мог заплатить и потом не сдавал вас полиции. Думаете, просто так? Нет. Вы очень хорошо людей чувствовали. В будущем проекте это вам пригодится.

-Вот, кстати, - вспомнила Настя. – Продажа вещества. Как быть с ней?

-Вам жаль отдать этот бизнес? – удивился один из незнакомцев. – Настя, работая на проекте, вы будете получать совершенно другие деньги, и у вас будут совершенно другие интересы. Вы будете со смехом вспоминать то, что делали, как глупости молодости.

-И всё-таки, - покачала головой Настя, - я не хотела бы отдавать Назарову, или кому-то ещё, своё дело. Видите ли, есть определённые правила, по которым я продаю вещество. Без меня они не будут соблюдаться. И раз уж я здесь… Что это за счёт, на который я перечисляю деньги? Кому я плачу и за что?

-Это не плата, - сразу ответил Ерёмин. – Это откладывается на твой будущий проект. Пока ты не можешь контролировать этот счёт, но как только возглавишь проект, тебе дадут доступ к счёту.

-А что за проект? – уточнила Настя. – Хотелось бы подробностей. Вы так говорите, как будто я уже согласилась.

-А вы откажетесь? – удивился один из незнакомцев. – Суть проекта в том, чтобы найти способ заменить артефакты Зоны оборудованием. Создать такое оборудование с нуля. Проект не на один год. Вы будете контролировать финансы проекта. Чтобы правильно распределить финансы вам надо иметь представление о том, на что они требуются, поэтому вам надо иметь профильное образование. Учёные будут работать, а вам надо хоть немного иметь представление, чем они занимаются. Сейчас мы подбираем команду учёных, ищем помещения под исследовательский центр. Дело неспешное, но мы пока никуда не торопимся. К началу проекта вы как раз и выучитесь.

-Но почему именно я? Разве у вас нет других людей?

-Есть, но людей у нас как раз нехватка. У вас хорошие рекомендации от Говоруна, от Сидоровича. Генерал Ерёмин собрал о вас достаточно подробный материал. Вы нам подходите. Сроки вашей учёбы нас устраивают. Что ещё?

-И только поэтому вы так стараетесь перевести меня в Москву? – с иронией спросила Настя.

-Вам нужна ещё какая-то причина? – удивился декан.

-Что-то вы мне не договариваете, - сказала Настя. – Не верю я, что только из-за моих положительных качеств вы так стараетесь…

-Вы можете верить, а можете не верить – это всем здесь присутствующим совершенно безразлично. Настя, сейчас вы можете спокойно жить в Рязани. Нет, с вашим характером у вас не получится жить спокойно. Тем не менее, вы можете там жить. Но через два года вам придётся выбирать. Все здесь присутствующие считают, что вы должны сделать выбор в нашу, и в свою в том числе, пользу. Кое-кто, слегка переполненный энтузиазмом, решил подтолкнуть вас к этому выбору, лишив вас наследства. Он получил выговор и извинится перед вами, если вы пожелаете. Впрочем, мы все его не осуждаем. Нам было бы лучше, если бы вы остались здесь, под нашим контролем. Было бы жаль потерять вас, ведь вы ведёте такой рисковый образ жизни.

-У меня так получается, - пожала плечами Настя. – Я не виновата.

-Настя, а ты психолога посещаешь? –спросил Ерёмин. – Ты следишь за собой? За тобой замечали склонность к излишнему риску.

-Психолога посещать буду, но пока у меня на него нет времени. Это с вашей подачи меня мои партнёры от дел отстранять начали?

-С нашей, - признался Ерёмин, - но пойми нас правильно. Дело в том, что мы начали за тебя волноваться. Ты стала какой-то невменяемой. Мы боялись, что ты дело завалишь.

-А не надо бояться, - сказала Настя. – Я в деле главная. Это моё дело. Я не хочу, чтобы моё дело, под моей ответственностью, и вдруг пропало. Кстати, если хотите ровных отношений, то дайте мне доступ к счёту. Я и так на ваш счёт большую часть денег перевожу и там держу.

-Настя, это твой счёт. Мы тебе его только открыли, - сказал Ерёмин, и тут же насторожился. – А с каких это пор ты стала так к деньгам относиться? Раньше тебя деньги меньше волновали.

-Раньше у меня их забрать не пытались, - огрызнулась Настя. – Откуда я знаю, правду ли вы мне говорите и не снимете ли завтра все деньги? После истории с наследством, я вам доверять не могу.

-Что мы должны сделать, чтобы вернуть ваше доверие? – вновь задал вопрос один из незнакомцев.

-Я буду работать сама по себе. Вы в мои дела не лезете. Контроль за финансами осуществляю только я. Вы меня никак не контролируете.

-Настя, вы ставите неприемлемые условия, - покачал головой декан. – В принципе, мы готовы отпустить вас на вольный выпас, но тогда мы всё равно желаем иметь доступ ко всем вашим средствам, которые вы получите. Не забывайте, что вещество вы получили от нас.

-И я готова отдавать все деньги за него вам, - кивнула Настя, - но тогда, оплачивать расходы тоже должны вы. Плюс, платите мне зарплату. И не забудьте, что вы брали деньги и тогда, когда я продавала своё вещество.

-Какая ты стала меркантильная, - заметил Ерёмин.

-Нет, всё правильно, - сказал декан. – Она должна защищать свои интересы. К тому же, все наши договорённости существуют только на словах. Есть вероятность, что кто-то изменит условия и…

-Я условия не меняла! – высказалась Настя.

-Согласен. Мы немного заигрались. Давайте сделаем так. Сейчас мы ничего не решим. На сегодня разговор закончим. Юрий Михайлович, вы сможете подготовить к завтрашнему дню договор с Анастасией Кирилловной? Настя, завтра мы подпишем договор. Там укажем все права и обязанности сторон. Дальше будем следовать договору.

-Не получится, - покачала головой Настя. – Если я вам не доверяю, то всегда буду думать о том, что вы в любой момент подотрётесь договором, а я останусь ни с чем.

-Да, такое возможно, - кивнул декан. – Хорошо. Мы постараемся вернуть твоё доверие. Назови условия, и мы их примем. Только, мы волнуемся о том, что оставшись без нашей поддержки, ты долго не продержишься, поэтому выдвигай условия, которые не помешают нам присматривать за тобой. Всё же, опыта у тебя нет.

-Егор Владимирович работает на вас? Техники работают на вас? Все мои люди работают на вас, или передают вам сведения обо мне. Как ещё вы хотите меня контролировать?

-Мы хотим, чтобы ты не действовала, как киношный диктатор, а слушала, что говорят тебе твои люди. Чтобы согласовывала с ними свои действия. Чтобы нам докладывала о своих операциях. Если бы мы знали о том, как ты хочешь убить Горбылёва. Настя, зачем ты так рисковала?

-Так получилось, - передёрнуло Настю. – Я всё равно не успела бы вам доложиться. И не рисковала я…

-Настя! – рыкнул генерал. – Обязательно ходи к психологу! Это приказ! У тебя совершенно отсутствует инстинкт самосохранения. Такое бывает после Зоны. У тебя проявилось не сразу, но сейчас это видно без сомнения.

-Пойду, - согласилась Настя. – У меня сейчас время освободилось. В общем, схожу обязательно. Сама чувствую, что надо. Очень я последнее время изменилась… Впрочем, это моё дело.

-Хорошо, давай так, - прервал её рассуждения декан. – Все деньги твои. Делай с ними всё, что хочешь. Считай, что вещество мы тебе подарили. Сама командуй своими людьми и решай с ними вопросы. Вот только если попадёшься, то ты будешь преступницей. Мы тебе помочь не сможем. По крайней мере, не в ближайший год.

-Ты имеешь в виду… - начал и осёкся один из незнакомцев.

-Да, именно это. Настя, нас ждёт реорганизация. Я останусь на своей должности, но остальные подразделения МОИЗ прекратят свою работу. Мы будем вынуждены отчитываться… Впрочем, это вам не интересно. А вы будете выведены за скобки, и у вас останутся деньги. Это была моя идея, брать с вас большую часть денег. Если мы лишимся финансирования, то ваши деньги помогут начать проект. Но если вы желаете оставить деньги себе…

-Не делайте меня крайней! – рассердилась Настя. – Я сохраню ваши деньги, можете не волноваться. В конце концов, это действительно ваше вещество. Моего вещества там всего треть. Но почему вы так уверены, что я справлюсь с проектом? За время моей учёбы мой характер может поменяться.

-Именно поэтому мы и хотели, чтобы вы учились здесь. Здесь, мы бы вас контролировали.

-Ужас! – поёжилась Настя. – Не хочу, чтобы меня контролировали. Кстати… А вот если будет реорганизация, то разве ваше учебное заведение не закроют?

-Нет, - рассмеялся декан, - не закроют. Учебное заведение – отдельный проект. К МОИЗ не имеет отношения, хоть и считается, что состоит при нём. Настя, нам уже пора расходиться. Давайте подведём итог. Вы теперь работаете сама, на свой страх и риск. Вам даётся полный доступ к деньгам, но и мы такой доступ имеем. Если с вами что-то случается, то мы все деньги выводим на свои счета, но лучше бы вам никуда не влипать. Поймите, вы будете держать наш резервный фонд…

-Маленькое уточнение, - встряла Настя, - вы имеете доступ только к деньгам от продажи вещества. Мои деньги неприкосновенны.

-Да, разумеется, - кивнул декан. – Связь для экстренных случаев будете осуществлять через генерала Ерёмина…

-Через Андрея, - перебил генерал. – Будет лучше, если девочка будет созваниваться не со мной, а с приятелем из Москвы. Настя, не теряйте контакта с Андреем. Звоните и рассказывайте новости. И вам хорошо, и нам спокойнее.

-Связь через Андрея, - кивнул декан. – Кодовые таблицы мы вам дадим. Ничего сложного. Просто, если у вас возникают проблемы, вы в разговоре произносите кодовую фразу. Определённая фраза соответствует определённой ситуации. Вы нас информируете, но учтите, что помочь мы вам не сможем. Повторяю, вы работаете на свой страх и риск. Вроде бы всё?

-Нет не всё! – сказал один из незнакомцев. – Настя, вы с ума сошли, когда звонили президенту. Причём два раза. И второй раз вы грозили набить из него чучело! О чём вы думали? Мне с начальником охраны президента пришлось целый бой выдержать, отстаивая вас. Он уже собирался арестовывать вас, как террористку. Чтобы больше никаких звонков! Хотя бы потому, что мы вас теперь не прикроем.

-А что, личный телефон президента прослушивается? – показательно удивилась Настя.

-А вы как думали?! Он ведь президент! Настя, прекращайте рисковать. Ведите себя тихо. Вы, в конце концов, лейтенант, и я вам просто приказываю: Не смейте больше влипать в авантюры! Ваши операции должны проходить тихо, также, как тогда, когда вы только начинали. Если вы будете, пользуясь имеющимися у вас средствами, понапрасну рисковать и проводить какие-либо операции сверх необходимого, я вас этих средств лишу. Заберу у вас аппаратуру слежения и техников. Будете крутиться сами. Вам понятно?

-Так точно, - отрапортовала Настя. – Разрешите проведение операции по спасению заложника?!

-Какого заложника? – опешили все, хоть вопрос озвучил только один из присутствующих.

-Мою подругу держат в борделе. Ту, которую из Рязани в Москву перевезли и тут упустили. Кто этим занимался?

-А ваша подруга не была пленницей. Она захотела уйти и ушла. Денег ей дали, документы у неё были…

-А у меня другие сведения. Если вы так говорите, то как она в борделе оказалась?

-Она ушла. Мы за неё больше ответственности не несём. Она взрослый человек. А вам мы не сообщили о её решении потому, что она нас об этом попросила. Она очень вас боится. Вы считаете, что её нужно спасать? А может быть, она не хочет, чтобы её спасали?

-Хочет, - уверенно сказала Настя, глядя спросившему в глаза. – Никакая женщина не хочет заниматься проституцией. Я не знаю, почему она оказалась в борделе, но я собираюсь её вытащить.

-Предоставьте план операции по спасению. Мы его рассмотрим…

-План простой, - перебила Настя. – Я вхожу и забираю. Всех, кто мне помешает, я калечу. К сутенёрам у меня жалости нет. Потом я увезу Катю в Рязань. Пусть на меня работает.

-Интересно кем? – хмыкнул декан. – Настя, действуйте как хотите, но учтите, что прикрытия у вас теперь не будет. Вы не должны попадаться. Сегодня вы ночуете здесь. В общежитии. Завтра вы с утра в научном корпусе, а потом зайдёте к Андрею за шифрами и инструкциями. Кстати, вас ещё в бухгалтерии хотели видеть. Вам не сказали? Дальше работайте с Андреем. Все контакты через него. Вопросы?

-Никак нет! – вскочила Настя. – Разрешите идти?!

-Иди уж, - махнул рукой генерал.

Настя вышла в приёмную. Андрей желал знать новости, но поговорить им не дали. Андрея почти сразу вызвали в кабинет. Быстро договорившись встретиться вечером около столовой, Настя и Андрей расстались. Настя побежала за Таней, а Андрей зашёл в кабинет.

Таня не скучала. За неё взялись основательно. Уже когда Настя пришла за ней, она ещё не освободилась. Немного скучающие лаборанты использовали её как лабораторную мышь и назначали всё новые и новые тесты. Таня была слишком доброй девочкой, чтобы возражать. Только Настя смогла прекратить издевательства, порычав на увлёкшихся учёных. Результаты Таниных анализов и тестов обещали обработать сегодня и выдать завтра. Настю это устраивало, и с замученной Таней она покинула научный корпус.

Отдохнули в парке перед учебным корпусом. Таня жаловалась на то, что её заставляли делать. Настя успокаивала её, говорила, что Таня должна была без стеснения сказать, что устала, а не слушать учёных и делать всё, что они говорят. Приятно было посидеть и вот так просто поговорить с дочкой. Отдохнув, решили пройти и посмотреть на местную школу. Конечно, классы в этой школе были прекрасно оборудованы. Помещения для детей, чтобы они развлекались на переменах, были просторными. Однако, это была школа-интернат и Таня начала подозревать, что Настя может её тут оставить, поэтому она чуть не с истерикой начала требовать, чтобы они вернулись в Рязань. Настя не стала возражать, и они ушли из школы. Как раз наступило время ужина. Они отправились в столовую.

Андрей подсел к ним за столик. Они молча поели, потом вышли в парк. Таню отправили на игровую площадку при школе, а сами сели на скамеечку, чтобы поговорить. Обсудили будущую совместную работу. Пришли к выводу, что менять ничего не будут. Только будут созваниваться чуть чаще, да ещё выучат несколько кодовых фраз, которыми будут передавать сведения и приказы. Андрей тоже просил Настю быть осторожнее. Они даже немного поругались на этой теме. Потом Андрей рассказал о реорганизации МОИЗ.

Оказалось, что с исчезновением Зоны саму организацию не распускают. Остались артефакты, остались аномальные вещества. Всё это надо изучать и именно в МОИЗ есть учёные и оборудование для этого. Однако, пошли разговоры о том, что МОИЗ нужно расформировать. Всем хотелось растащить научные отделы по своим организациям и ведомствам, чтобы именно у них делались научные открытия. А открытия обещали быть. Несколько человек сопротивлялись этому. Чтобы сломить их сопротивление, им урезали финансирование, замучили проверками, начали переманивать персонал. К ранее секретным проектам начали пристраиваться организации со стороны. Президент занял выжидательную позицию и не вмешивался в спор ведомств. И чем это всё должно было кончиться – никто не мог предсказать.

Настя припомнила, что её тоже хотели переманить. Начальник Пеструхина звал её к себе. Также вспомнила, что уже несколько человек сказали, что готовы участвовать в её проекте. Андрей долго объяснял ей, как именно решили её использовать и почему. Настя поняла намного больше, чем он пояснил. В частности, она поняла, почему её сейчас не трогают, но поняла, что потом за её деньгами начнётся настоящая охота и лучше будет, чтобы к тому времени денег у неё не было. Или, хотя бы, чтобы она могла на кого-то сослаться, если у неё будут просить денег. Хотя, может так случиться, что наоборот, все понесут деньги ей, если сейчас она покажет себя рачительной хозяйкой.

Сложная, совершенно запутанная политика, и игры ведомств, ввели Настю в состояние меланхолии. Она впуталась во всё это не по своей воле, но теперь ей нужно было из всего этого выбираться. Одно она поняла точно. Самостоятельно, в одиночку, она ничего не сможет. Ей нужны покровители сверху и команда поддержки снизу. И сейчас ей дали время на сбор команды, а потом она, если не сделает глупость, получит покровителей и займётся интересным и важным делом. Да и сейчас её незримо опекают, не давая погрязнуть в интригах и политике, чтобы она начала работать с иллюзией полного благополучия в межведомственном существовании.

-Андрей, а что там с деньгами Говоруна? – спросила она. – Со мной об этом никто не говорил. Может быть, ты ошибся, и ничего такого нет?

-Деньги есть. Я это точно знаю. Сколько – этого не скажу, но много. Говорун когда-то очень помог одному американскому финансисту. И деньгами, и своим анализом ситуации. С помощью Говоруна тот заработал миллиарды. Он сейчас один из самых богатых людей мира.

-А как он смог заработать с помощью Говоруна? Саша что, разбирался в финансовых вопросах?

-Кто разбирался? А-а, Говорун. Нет, он не разбирался. Разбирался финансист, а Говорун был при нём как живой компьютер. Анализ и просчёт информации. Они вдвоём дважды обрушили рынок США и Европы. Ты не знаешь, а наши финансисты у научного отдела всеми силами пытались Говоруна выцепить. Он не только считал, но и анализировал, поэтому выдавал анализ со стопроцентной вероятностью. Обрушивать рынок никто не хочет, но понять, как этого можно избежать – хотят все.

-Подожди, но если деньги у этого финансиста, то зачем ему их мне отдавать? Говоруна нет, а мои притязания на наследство весьма спорны.

-Тем не менее, они есть. Говорун о тебе финансисту сообщил. Возможно, что тот решил всё себе оставить, но вдруг он поступит честно. Или, может быть… Говорун точно тебе ничего про деньги не говорил?

-Ничего, - твёрдо ответила Настя. – Мы с ним об этом не говорили. Он как-то упомянул, что у него примерно три миллиарда есть, но ничего конкретного не сказал, а я не спрашивала.

-Ну, в общем, пока будем посмотреть, - пожав плечами, сказал Андрей. – Только, если на тебя выйдут, ты не вздумай сама принять эти деньги. Тебя могут обмануть. Тебе, с такими деньгами, нужен будет финансовый советник. Адвокат… Ещё какой-нибудь консультант…

-Спасибо за совет. Я всё это понимаю…

-Нет, ты не подумай! Я только о тебе забочусь. Пойми, что… Ай, ладно. К чему гадать? Кстати, проект, в который тебя хотят ввести, уже имеет неплохой задел и обещает прибыль. Потому в него хотят войти все, потому в него выгодно вкладываться. Понимаешь, к чему я веду?

-Ты хочешь, чтобы я в проект вложилась? Если у меня будут деньги… Но ведь работа начнётся только лет через пять. Когда же ожидается прибыль?

-А это только от тебя будет зависеть. Сумеешь построить учёных и обеспечить их необходимым – прибыль будет быстрее. Сейчас тебе ещё не нужно знать всего. Не грузи себе голову. Начнёшь у нас учиться – постепенно во всём разберёшься. Поймёшь, почему на проект тебя ставят, а не кого-то другого. Нет! Сейчас я тебе это не объясню. Сложно, долго, а мне домой пора. Завтра я к девяти приду на работу. Зайди ко мне после обеда. Обсудим всё… Да, твоё оружие и костюм. Придумай что-то и забери с собой. Здесь он может потеряться. Всё, пойду я. До завтра.

-До завтра, - кивнула Настя.

Андрей ушёл. Он ещё попрощался с Таней, но потом быстро скрылся за деревьями. Настя осталась размышлять на скамейке. Таня познакомилась с какими-то детьми на площадке и теперь играла с ними не торопясь уходить. Для Насти так было лучше. Ей стоило о многом подумать, а посидеть просто так у неё получалось редко. Настя думала долго. Уже все дети разошлись, и стемнело, а она всё сидела и думала. Обдумывала будущее, вспоминала прошлое. Таня не беспокоила её, играя сама с собой, но потом ей это надоело, и она потрясла Настю за плечо. Настя очнулась, извинилась перед Таней, и они пошли вместе ужинать, а потом отправились спать. Утром у Насти было много дел.

К утру, Настя успела не только выспаться, но и перебрала снаряжение, вычистила оружие, сделала гимнастику и ополоснулась в душе. А также успела сделать множество мелких, но необходимых дел. Таню она подняла не слишком рано, но и не поздно, учтя, что вчера Таня рано уснула. Привычно привела Таню в порядок и в восемь утра они уже были у дверей бухгалтерии. Главный бухгалтер не подвела и пришла пораньше. Увидела Настю, обрадовалась и отругала её за то, что только сегодня соизволила заявиться. Оказалось, что Насте полагается маленькая зарплата и выплаты, как ветерану Зоны. Настя эти деньги не получала и у бухгалтерии не сходилась отчётность. Настя, не вникая, подписала ведомости, а потом попила с главбухом чай. По результату чаепития, Настя получила консультацию о том, в каком банке лучше открыть счёт и как сделать так, чтобы об этом счёте было очень трудно узнать, даже если переводишь на него деньги. Поблагодарив за чай, Настя отправилась в лабораторный комплекс.

В лаборатории Настю ждали. Какой-то типчик усадил Настю за стол и начал задавать весьма странные вопросы. О том, как Настя спит, о том, что она ест. Настя сначала думала, что он психолог, но потом вопросы пошли и вовсе неприличные и непонятные. Настя задала прямой вопрос, а типчик стал юлить. На Настю это подействовало, как красная тряпка на быка. Через несколько секунд она осознала себя сидящей на ком-то стонущем и фиксирующей этому кому-то конечность на болевой приём. Она испугалась того, что не контролирует себя, но тут к ней пришло понимание того, что она перескочила на третий уровень деятельности своего организма, проанализировала ситуацию, выбрала оптимальное решение и привела его в действие.

И это решение было действительно самым правильным. Типчик сразу перестал юлить и всё Насте рассказал. Оказалось, что Настины анализы чем-то отличались от анализов обычных людей. В обычной лаборатории этого бы не заметили – всё в пределах нормы, но здешние учёные уже имели опыт работы с выходцами из Зоны и заинтересовались. Точнее, заинтересовался типчик и пара его молодых коллег. Они хотели доказать, что у Насти не прошли все последствия пребывания в Зоне и заполучить её себе в разработку, как личную подопытную. Настя быстро доказала физически, что не будет подопытной, а заодно припугнула типчика и его коллег, чтобы они не вздумали распространяться о своих подозрениях. Один из молодых пытался воззвать к Настиному разуму, доказывая, что исследования пойдут на пользу самой Насте, но добился того, что к нему тоже был применён физический метод убеждения. Запугав очкариков, и получив данные по Таниному обследованию, Настя ушла из лаборатории и отправилась к Андрею.

Андрей обрадовался Насте. Они посидели и вместе с Таней попили чаю. Потом Андрей посадил Таню за компьютер, включил ей игрушку и оставил поиграть, а они с Настей отправились в кабинет генерала, где Настя получила таблицу кодовых фраз и слов, а также способы связи и кучу других бумаг. Она даже не представляла, что деятельность тайных агентов настолько бюрократизирована. Андрей помог ей разобраться с бумагами и, поставив все подписи, Настя вдруг поняла, что она уже не сама по себе, а часть чего-то большего. И пусть она плевать хотела на это «большее», а «большее» готово было не замечать её, но теперь Настя осознала, что должна от себя что-то кому-то, а если что-то случиться с ней, то ей помогут и попытаются прикрыть. Из всех подписанных ею бумаг следовало именно это.

И именно это смогло убедить её, что все договорённости с ней будут выполнены. Если бы её хотели обмануть, то придумали бы способ. На словах заверяли бы её о своей бесконечной любви к ней, а сами лишили бы всего и выкинули, как отработанный материал. И подписание договоров не избавило бы Настю от такой участи. Какой бы грозной, красивой и заверенной любыми подписями не была бы бумага, всё равно, в любой момент её можно было бы выбросить, забыв, что на ней написано. А вот такая обыденная бюрократия защищала Настю лучше любого договора, и связывало с организацией крепче стальных тросов.

Ведомости, разрешения, запросы, договоры – от всех этих бумаг невозможно было бы отмахнуться. Настя даже представить не могла, сколько могло понадобиться сил, чтобы уничтожить все бумаги, доказывая, что Настя никогда не работала на организацию. Это вам не одну бумажку порвать. Тут придётся рвать целую кипу. Однако, теперь и Настя имела перед организацией ряд обязательств, которые сочла не слишком обременительными, поэтому подписала все бумаги. Некоторые бумаги были сомнительны, но Настя подписала и их, решив, что показать немного доверия будет не лишним.

Когда разобрались с бумагами, день клонился к вечеру. Андрей поинтересовался дальнейшими Настиными планами. Настю больше здесь ничего не держало, поэтому она сказала, что возвращается в Рязань. Андрей предложил ей остаться сегодня в снятой комнате, а ехать с утра, но Настя отказалась. Распрощалась с Андреем, забрала Таню, по дороге в комнату позвонила и заказала машину. В комнате собрала вещи, упаковала, они с Таней успели даже пообедать, а потом сдали пропуска и вышли с территории, аккурат к подъехавшей машине.

Гена, увидев Настю с огромным рюкзаком за спиной и двумя сумками, бросился к ней, чтобы помочь, но Настя так на него посмотрела, что он отшатнулся. Быстро всё поняв, он открыл Насте багажник, не покушаясь больше на её вещи. Багажник был достаточно большим, но рюкзак в него не поместился. Нужно было, либо перекладывать вещи в рюкзаке, либо брать рюкзак в салон и ехать с неудобствами. Настя выбрала второе. Когда они с Таней устроились в салоне, Гена занял своё место и поинтересовался пунктом назначения. Настя попросила отвезти их в Рязань, но сначала заехать по одному адресу в Москве, повинившись, что даже не представляет, где это. Гена заверил её, что примерно знает, куда ехать, а на месте поможет Насте найти то, что ей нужно. Искать не пришлось. По данному адресу был особняк, и Настя сильно сомневалась, что там есть что-то, кроме того, что ей нужно.

-Ты долго? – спросила Таня, когда Настя уже вышла из машины.

-Нет, - ответила Настя, - не долго. Быстренько убью кое-кого и вернусь. Минут десять, если получится быстро.

-Не надо убивать, - попросила Таня. – Убивать – нехорошо.

-Тогда не убью, - пожала плечами Настя. – Но тогда дольше получится.

-Ничего, я подожду, - серьёзно глядя на неё, сказала Таня.

Настя потрепала её по голове и пошла к воротам особняка. Территория вокруг него была небольшой, но даже такое количество земли было удивительно, учитывая то, что особняк находился в черте города. Огорожен он был высоким забором из кованых прутьев, обвитых каким-то вьюнком, что делало невозможным увидеть то, что происходит за забором. Было сделано ещё кое-что, чтобы никто, заинтересовавшись, не смог подсмотреть сквозь листву. Впрочем, вряд ли кто-нибудь заинтересовался бы тихим особнячком. Невзрачное здание не привлекало особого внимания.

Ворота открылись, едва Настя к ним подошла. Настя, не сбавляя шага, прошла через двор и поднялась на крыльцо. Дверь перед ней распахнулась, и она зашла в помещение. Осмотрелась. Холл помещения был выполнен в старинном стиле. Много резного дерева, подделки под хрусталь, паркет и некоторая вычурность. Справа был проход в комнату, а прямо перед Настей поднималась вверх лестница на второй этаж.

-Где проход? – указала Настя налево, не удостаивая встретившего её мужчину ни каплей внимания.

-Там нет прохода, - указал на очевидное мужчина.

-Почему? – показала удивление Настя. – Справа дверной проём есть, а слева нет. А-а-а… Я поняла. У вас там есть проход, но он замаскирован деревянными панелями. У вас дом с тайными комнатами?

Теперь Настя посмотрела на встретившего её мужчину.

-В том числе и с тайными, - кивнул он. – Вы к нам по рекомендации?

-Нет, я просто так… Мимо шла, дай, думаю, загляну. Что вы можете предложить?

-А что вас интересует? Вы можете посидеть в баре, а можете немного потанцевать с интересными и обходительными кавалерами.

-Нет, нет! Я спешу. У меня пятнадцать минут для того, чтобы ограбить вас и уйти. Давайте не будем терять времени. Представьте мне всех ваших девочек. Мне нужна одна из них.

-Простите, но чтобы посмотреть девочек, вы должны зайти в бар и чего-нибудь выпить, - с неизменной вежливостью сказал мужчина. – Пройдите сюда.

Он чуть посторонился и весьма вежливо показал Насте на вход в комнату. Настя подумала и прошла, куда показали. Эта комната была намного более современной. Никакой вычурности. Всё строго и выдержано. Особых украшений нигде не было, но Настя сразу поняла, что здесь роскошно. Мебель из очень дорогих материалов. Стенные панели из дорогих пород дерева. Кажущаяся простота обоев была обманчива. Обои были из ткани, а не картона, а то, что Настя приняла за рисунок жёлтой краской, на самом деле было золотым шитьём.

-Богато, - сказала Настя осмотревшись. – Строго. Не бросается в глаза, но богато. Почему при входе у вас такая напыщенная роскошь?

-Клиентам нравится, - пожал плечами мужчина. – Так что вас привело к нам?

-Хочу вас ограбить, - призналась Настя.

-Вам нужны деньги? – показал удивление мужчина.

-Нет, что вы! – возмутилась Настя. – Мне нужна одна из ваших девочек. Я её заберу.

-Странно, - помолчав, сказал мужчина. – Я слышал и видел многое, но вы смогли меня удивить. Скажите, а как вы себе представляете… Как вы собираетесь забрать девочку?

-Она придёт. Я её возьму и унесу, - беспечно ответила Настя. – У вас есть возражения?

-Простите, но мне не хочется лишаться чего-либо, - развёл руками мужчина.

-А вы хозяин заведения? – спросила Настя.

-Я распорядитель, - ответил мужчина. – Вы можете меня так и называть. Учитывая ваш возраст, я настаиваю, чтобы вы добавляли «господин» перед тем, как обратиться ко мне.

-В «Господина и рабыню» вы поиграете с кем-нибудь другим. Сколько у вас охраны? Человек семь? Десять?

-Вы почти угадали. В доме семь охранников. Ещё двое на улице. Однако, есть ещё и персонал. Вы не сможете ничего здесь украсть. Но если вам это удастся, то претензий к вам не будет. Просто вы больше ни разу не посетите наше заведение.

-Я вижу, что у вас тут всё не так просто, - с уважением сказала Настя. – Если вы распорядитель, то мне интересно, кто хозяин этого заведения?

-Боюсь, что никто вам этого не скажет, - с улыбкой ответил Распорядитель.

-Ничего, сама узнаю, - отмахнулась Настя. – Итак, я тут уже минут десять, а до сих пор не начала вас грабить. Вы сами покажете мне всех своих работниц, или мне начать искать?

-В этом нет необходимости. Прошу вас, сядьте на диван. На столике альбомы. Уверяю вас, там все наши работники. Если кого-то выберете, дайте мне знать. Вам чай, или кофе?

-Пива, - фыркнула Настя. – У меня мало времени. Где альбом с девочками?

-Розовый, как вы могли бы догадаться. Рекомендую посмотреть синий альбом.

-Обойдусь без вашей рекомендации, - поморщилась Настя.

Она быстро просмотрела розовый альбом. На мгновение загнала себя в третью степень работы организма и проанализировала ситуацию. Задумчиво, укладывая в голове то, что поняла, отложила на столик альбом. Третья степень работы была весьма впечатляюща. Настя мгновенно проанализировала и поняла то, до чего в обычном состоянии додумывалась бы не один час.

-Скажите, я могу рассчитывать на правдивые ответы, если задам вам вопросы о работе вашего заведения? - спросила она.

-Спрашивайте, - просто ответил Распорядитель, ничего не обещая.

-Мне интересна одна девушка. Я хочу знать, как она к вам попала. Вы ведь не берёте сюда кого ни попадя, с улицы. Должны быть определённые гарантии, рекомендации от третьих лиц.

-Чтобы начать у нас работать, вы должны быть представлены кем-нибудь из клиентов, либо кем-нибудь из работников, проработавших у нас не менее года и не имевших взысканий. Вы хотите получить работу?

-Что?! Нет! Да как вы смеете?! Нет, я бы… Впрочем, сейчас это беспредметный разговор. Представьте мне сюда всех девушек. Мне нужна одна и я не хочу, чтобы вы сказали, что её сейчас нет.

-Девочки подойдут через пару минут. А пока… Вот ваше пиво. Я взял на себя смелость предложить вам светлое пиво из одной областной пивоварни. Они наши прямые поставщики. Мы выдаём их продукцию за привезённую из-за границы. Пока никто нас не поймал на лжи. Пиво соответствует стандарту качества.

-Я пошутила, - призналась Настя. – Я пиво не пью. Но я попробую. Вы так это пиво хвалили…

Настя взяла кружку и сделала маленький глоток. Поморщилась от послевкусия и одобрительно кивнула.

-Замечательное пиво. Чуть с горчинкой и в носу щиплет. Знаете, я не эксперт, но мне кажется, что это пиво переплюнет все заграничные аналоги.

-Вполне возможно, - смеясь глазами, чуть улыбнулся мужчина. – Мне сказали, что девочки уже готовы. Заводить?

-Да, всех разом, - кивнула Настя.

Открылась дверь и в комнату вошло одиннадцать девушек. Все они были разными, но каждая выглядела ослепительно красивой. Настя, на их фоне почувствовала себя замарашкой и очень пожалела, что не заехала к Анжелике в салон. Девицы выстроились перед диваном. Каждая смотрела зазывающе и чуть смущённо. Да и всем видом девицы демонстрировали лёгкое смущение. Все, кроме одной.

-Все вон, - приказала Настя. – Катенька, а ты куда? А ну-ка, вернись! Как я рада тебя видеть! Неужели ты думала, что я тебя не найду?

-О-о-он ск-казал, что не найдёшь, - выдавила Катя.

-Он ошибся. Что же ты, Катенька, сбежала от меня? Чем же я тебе так не угодила? Один раз ты меня подставила, и меня чуть не убили. Второй раз ты меня откровенно сдала. А теперь? Зачем ты здесь?

-Я… Я… Я тут работаю.

-Работаешь? Интересно, кем? И кто тебя на эту работу устроил? И зачем? Ты мне на эти вопросы ответить не хочешь? Или мне тебе по-другому вопросы задавать? Иголки, утюг, пассатижи.

-Простите, - вмешался распорядитель, - но нельзя портить товарный вид…

-Можно! – перебила Настя. – Можно, но дорого. Впрочем, я вас собиралась ограбить, так что, платить не буду. Катенька, у тебя здесь есть вещи, которые ты хотела бы забрать? Нет? Вот и чудно. Помаши дяде ручкой. Мы уходим.

Катька заметалась взглядом по комнате. Она не знала, что делать, и искала выход. Настя её пугала до ужаса, но злить Настю ещё больше и просить помощи у распорядителя – она тоже боялась. Хотела сбежать, но понимала, что это тоже не выход. Ничего не придумав, она рухнула на пол и разрыдалась.

-Вставай, - приказала ей Настя. – Я тороплюсь, поэтому ты тоже торопишься.

-Я так понимаю, что вам нужна эта девушка, - указал на Катю Распорядитель. – Тогда вам придётся за неё заплатить. Она немного должна заведению.

-Интересно, когда и сколько она успела вам задолжать? Просветите меня. Только учтите, что я против рабства. Меня как-то хотели продать в рабство. Теперь я очень не люблю работорговцев, чем бы они не прикрывались.

-Никакой работорговли! – Распорядитель выставил руки перед собой открытыми ладонями вперёд. – Мы эту девушку купили. Нам её продали…

-И как, по-вашему, это называется? – уточнила Настя.

-У девушки был долг. Она выразила своё добровольное согласие на отработку этого долга у нас в заведении. Как она попала в долги – мы не знаем. Подумайте сами, разве в нашем заведении могут работать рабыни? Рабство непродуктивно.

-Мы сейчас в такие философские вопросы полезли… - поморщилась Настя. – Сколько вы за неё заплатили?

-Мы перевели некоему Мансуру почти пол миллиона рублей.

-Это Мансур вам её продал? Или, может быть, рекомендовал?

-Нам рекомендовал её, один наш клиент. Мы приняли девушку по его рекомендации.

-Прусак? – спросила Настя.

-Мы не обсуждаем клиентов, - с лёгкой, едва заметной угрозой, сказал Распорядитель.

-Пусть так, - кивнула Настя. – Допустим, у меня есть враг. Он не может со мной справиться. Тогда он берёт то, что мне нужно и дарит его кому-то третьему. А потом говорит мне, где это нужное есть. Точнее, у кого оно. А потом. Или я, или меня. Он в любом случае в выигрыше.

-А он вам сказал? – небрежно спросил Распорядитель.

-А как вы думаете, могла бы я иначе вас найти? Вы сердитесь? Пренебрегите. Я не выплачу вам полмиллиона. Двести тысяч. Катю я забираю. Простите, но по-другому я не могу. Меня не поймут, если я выплачу вам больше.

-Хорошо, - кивнул Распорядитель. – Вы забираете девушку и выплачиваете двести пятьдесят тысяч. Двести - её долг. Пятьдесят – за наше беспокойство. В этом случае заведение не будет иметь к вам претензий.

-Согласна, - кивнула Настя. – Куда переводить деньги?

-Подождите! А я?! – подала голос Катя. – Павел Ва…

-Никаких имён!!! – рявкнул распорядитель. – Всё, считай себя уволенной!

-Господи-ин Распорядите-ель, - завыла Катя, - пожалуйста, не отдавайте меня ей. Она меня убьёт. Я буду работать, я буду стараться…

-Павел, вы не могли бы подвинуться, - прервала Катю Настя. – Мне надо подойти…

-Это всё из-за тебя!!! – завизжала Катя, бросаясь к Насте. – Ты должна была сдохнуть в том борделе! Тебе просто повезло! Ты перед нужным парнем ножки раздвинула и теперь вся такая крутая! А где теперь твой парень?! Бросил он тебя! А ты, дура, по привычке из себя крутую корчишь! Тебя всё равно кто-нибудь натягивать будет! Не такая ты крутая! Такая же шлюха, как и все!

-Я такая крутая потому, что когда-то не стала перед всеми ножки раздвигать, - холодно парировала Настя. – И ни в чём я перед тобой не виновата. Ты вполне могла бы всё мне рассказать и тогда мы бы решили вопрос по-другому. А ты промолчала. Но тогда я тебя простила. Потом ты меня сдала. Я и за это тебя простила. Даже хотела тебе помочь устроиться в Москве. Но ты и тут мне подгадила и снова сдала меня. Это Прусак тебя сюда устроил?

-Да! Да! А ты чего хотела?! Ты знаешь, как мне было у Мансура работать?! Мне предложили сюда перебраться. Это как из нужника переехать жить в комнату. Почему я не должна была соглашаться?! Ты мне никто!

-А я думала, что мы подруги, - удивилась Настя.

-Да какие мы подруги?! Виделись всего три раза в неделю, и за ту же неделю пару раз поговорили по десять минут. Это только ты могла после такого считать меня подругой. Над тобой из-за этого все ржали. Ты же всегда была…

-Замолчи! – прикрикнула Настя и тут же перешла на спокойный тон. – Я не буду с тобой спорить. Но тогда – было тогда. А сейчас – сейчас. Я изменилась. Не надо меня злить.

-А что ты сделаешь? Убьёшь меня? Здесь твоих охранников нет. Тебе самой придётся ручки запачкать.

Настя выхватила из сумочки пистолет. Взвела, щёлкнула предохранителем.

-А думаешь, что не запачкаю? Зря ты так думаешь. Я простила тебя дважды. А насчёт третьего раза ничего не сказала. И теперь я решила.

Настя подошла к замершей Кате и несколькими лёгкими ударами по нужным точкам поставила её на колени. Упёрла пистолет в затылок.

-За то, что ты предала меня в третий раз…

-Прошу прощения, но я должен вмешаться, - подал голос Павел. – Вы оплатите замену мебели в этой комнате? При выстреле будет много крови, а отмывать её сложно.

-Пожалуйста, - чуть не простонала Катя, - спасите меня. Я буду на вас работать. Хоть всю жизнь…

-Я оплачу вам замену мебели, - кивнула Настя.

-Тогда, можете стрелять, - разрешил Павел.

-На чём я остановилась? Ах, да… Я приставила тебе пистолет к затылку… Кстати, вы правы. Зря я так сделала. Мне его потом отмывать. И руки тоже. Лучше сделаю я шаг назад. Не промахнусь. Итак, за твоё третье предательство я тебя… Прощаю.

Настя выстрелила. Катя рухнула вперёд. Судя по тому, как безвольно это произошло, сознания у неё не было. Настя этого и хотела. Она подошла к Катиному телу, достала из сумочки маленький шприц из аптечки сталкера и сделала укол, не особо заботясь, куда именно уколола. Доза препарата всё равно будет действовать столько, сколько нужно.

-Вы вновь меня удивили, - сказал Распорядитель. – Зачем вы это сделали?

-Мне нужно, чтобы она до утра была без сознания, - ответила Настя.

-Нет, - возразил Распорядитель, - я не это имею в виду. Зачем вы стреляли? Вы хотели её наказать?

-И это тоже, - кивнула Настя, - но есть и другие соображения. Вы не поможете мне завернуть её во что-то? Не хочу, чтобы она простудилась, пока ехать будет.

-А у вас в машине холодно? – удивился Распорядитель.

-В машине тепло, а в багажнике я никогда не ездила. Как там – не знаю.

-Присядьте, пожалуйста, - указал на диван Распорядитель. – Тело сейчас упакуют и отдадут вам. Успокойтесь, допейте пиво, оно ведь вам очень понравилось.

В комнату зашли двое и подхватили тело. Унесли. Настя села на диван, взяла кружку и сделала глоток. Распорядитель взял стул и сел напротив неё. Посмотрел очень серьёзно и очень внимательно.

-Расскажите мне всё, - совершенно другим тоном приказал он. – И о себе, и о том, как вы узнали о нашем заведении, и вашу версию истории с подругой я тоже хотел бы услышать.

-Мы вместе… - начала Настя и осеклась. – Впрочем, вас это не касается.

-Позвольте это мне решать, - вновь обманчиво мягко сказал Распорядитель.

-Не позволю! – повысила голос Настя. – Здесь я решаю, что и когда вам …

-Здесь? – перебил Настю Павел. – Здесь – да. Но мы можем оказаться совсем в другом месте…

-И тогда я подумаю, и, скорее всего, вообще ничего вам не расскажу. Может быть, вы мне что-то расскажете?

-Когда вы только вошли сюда, я решил, что вы дочка какого-нибудь богатого отца, которая сбежала к нам в заведение, чтобы развлечься. Всё говорило мне об этом. Но я ошибся, а я так редко ошибаюсь. К тому же, мы вас проверили. Вас нет ни в одной нашей базе. Вы не из бомонда, но ваше поведение говорит об обратном. При этом у вас есть враг из наших клиентов, но этого тоже не может быть. Вы слишком молоды для этого. Вы называете нашу работницу подругой, а она этого не признаёт, хоть и логичным было бы признать богатую подругу. Ещё, вы явно богаты, но одеты в самые простые и дешёвые вещи. Косметика у вас из дешёвых, и вы явно сами её накладывали, но вы пользовались услугами дорогого салона красоты, и почему-то не сделали этого сейчас. И приехали вы на нанятом, но весьма дорогом автомобиле. Развейте мои сомнения.

-А вы помните, что я спешу? – уточнила Настя.

-Чем быстрее расскажете, тем быстрее уйдёте.

-То есть, если не расскажу, то не уйду, - констатировала Настя, с лёгкой угрозой в голосе.

-Не уйдёте. Как только вы сказали об ограблении, я вызвал дополнительную охрану. Они вооружены лучше вас и их больше. Давайте, вы не будете говорить и делать глупости. Расскажите мне всё. Мы умеем хранить тайны клиентов, иначе не продержались бы в этом бизнесе.

-Да нет особой тайны, - пожала плечами Настя. – Жила девочка. Выросла. Попала в неприятности. – Настя жестом дала понять характер неприятностей. – Встретила мальчика. Богатого мальчика. Пожила с ним, вышла замуж, но потом они расстались. Мальчик внезапно умер, и девочка стала его наследницей. Только она ещё не привыкла к богатству и ходит в обносках. А бывшая подруга девочки пару раз подставила её тем, кто тоже хочет стать наследником мальчика. Вот и всё. Я развеяла ваши сомнения? Да, кстати. Если вы хотите меня напугать вашим спецназом в машине, то у меня людей больше. Мне нужно будет только пошуметь, и они будут здесь.

-Ну, что я могу сказать? – вздохнул Распорядитель. – Если всё вами рассказанное правда, то мне многое стало понятно. Скажите, а как вы пересеклись с нашим клиентом? Он тоже охотится за наследством?

-Его зять охотился, хоть и не имел никаких прав на него. Впрочем, это наши с ним проблемы. Прошу вас не вмешиваться в конфликт. Теперь мне очень хочется познакомиться с владельцем этого заведения. Вы мне его назовёте, или мне самой начать искать?

-Ищите сами. Скажите, вы будете нашей клиенткой? Не отказывайтесь сразу. Подумайте. У нас профессионалы работают. При этом есть ещё массаж, баня. Вы можете взять на ночь двух мужчин, и они будут просто согревать вас ночью. За ваши деньги – любой каприз.

-Любой? – показала удивление Настя. – А если мне захочется убить несколько человек?

-Любой, на который у вас хватит денег, - уточнил Распорядитель. – Боюсь, у нас слишком высокие цены и некоторые услуги вам будут не по карману.

-Тогда не стоит меня сюда зазывать, - поднялась с дивана Настя. – Где Катя? Я ухожу.

-Вам помочь донести тело до машины?

-Нет, я сама справлюсь.

-Тогда, я надеюсь, до свидания. Вот на этот счёт переведёте пятьдесят тысяч. Тело я вам дарю.

-С чего такая щедрость? – удивилась Настя.

-Я уверен, что вы к нам ещё приедете. Даже уверен, что вы захотите у нас подработать.

-Вы с ума сошли! – ахнула Настя.

Распорядитель только пожал плечами.

-Прощайте. Так будет лучше и для меня и для вас, - сказала Настя и вышла из комнаты в холл.

Здесь её ждали двое, держа на руках свёрток. Настя осмотрела свёрток, а потом взяла его на плечи. Безвольное тело легко устроилось на плечах. Весила Катька не больше, чем весил рюкзак у Насти в Зоне. Настя легко приноровилась к дополнительной массе. Легко прошла по холлу, вышла из дверей и прошла до ворот. Ворота перед ней открылись, и Настя пошла к машине. Гена с Таней, увидев, что она идёт, вышли её встречать.

-Гена, открой багажник, - приказала Настя.

-Вы что, действительно кого-то убили? – немного испуганно спросил Гена.

-Ага. Только меня попросили тело с собой забрать. Им оно не надо. Гена, что за глупый вопрос? Разумеется, она жива. Но без сознания и я на неё злюсь. Поэтому она поедет в багажнике. Не волнуйся. Я ей кое-что вколола. Не проснётся ещё часов десять. Долго мне ещё её держать?

-Да-да, конечно. Вот только простите, но в багажнике людей перевозить нельзя.

-Людей нельзя, а тело можно. Гена, я тебе ещё тыщу сверху дам. Не зли меня. Делай, что сказано. Если что, то все проблемы я решу.

-Хорошо. Только я к телу прикасаться не буду. Вы как-нибудь сами её уложите.

-Ты багажник откроешь, или нет?! – рыкнула Настя.

Гена открыл багажник. Настя сгрузила в него тело. Грузила не слишком осторожно, но стараясь специально ничего не повредить. Захлопнула крышку и села в машину, предварительно закинув туда Таню. Таня ничего не понимала и была немного напугана. Гена сел за руль и с каменным лицом спросил, куда ехать. Настя на секунду задумалась, а потом просто дала указание ехать в Рязань. Нужно было завезти Катю, а Настя не знала её адреса. Решила, что дорога долгая и каким-нибудь образом она адрес найдёт. Гриша кивнул и они поехали.

Настя пристегнула Таню, пристегнулась сама, устроила рюкзак так, чтобы он мешал, как можно меньше. Затем извинилась перед Геной и закрыла шторку, отделяющую пассажиров от водителя. Несколько секунд проверяла телефоном наличие жучков, а потом пристроила телефон к заднему стеклу, чтобы выявить слежку. Через минутку поняла, что это глупо и работает только в кино. Тогда позвонила технарям и дала задание на контр слежку в пределах Рязани. Технари подумали, и уверили её, что справятся. Настя переоделась. Таню переодеть было не во что, но Настя решила, что немного переделает её одежду за время пути. Выполнив всё это, она решила, что сделала достаточно для отсечения слежки и успокоилась.

Успокоившись сама, вспомнила, и стала успокаивать Таню. Рассказала ей, как узнала о подруге, томящейся в плену у злых работорговцев. Как пришла и спасла её. Только пришлось подругу усыпить потому, что она не хотела уходить от работорговцев, ведь они посадили её на очень сильный наркотик, без которого Настина подруга теперь не сможет жить. Тут же уверила Таню, что жить подруга сможет, но только после долгого и тяжёлого лечения. Таня в придуманную историю поверила, и совершенно успокоилась. Даже развеселилась. Вспомнила, что Настя обещала рассказать ей сказку про оружие. Настя опустила шторку, чтобы Гена тоже мог слушать и начала рассказывать историю, на ходу придумывая продолжение.

История понравилась и Гене, и Тане. Таня совершенно успокоилась, а поскольку день у неё был волнительным, успокоившись, она начала засыпать. Настя вновь извинилась перед Геной, закрыла шторку и постаралась устроить Таню на сидениях, чтобы ей удобнее было спать. На детей здесь не было рассчитано, но Таня устроилась и почти сразу заснула. Настя начала медитацию.

В состоянии медитации думалось лучше. Настя проанализировала прошедший день и нашла кучу ошибок в своих действиях. Поругала себя за излишнюю импульсивность. Из-за этого у неё теперь появились новые враги. Точнее, не враги, а просто люди, интересующиеся ею, что в Настином положении опасно. Эти люди могут без проблем найти её, а она ничего про них не знает. Это не Прусак, с его провинциальностью. Эти люди найдут Настю быстрее, и действовать будут жёстче. И не факт, что их удастся запугать даже тушкой президента. Теперь, первоочередная задача для Насти – найти этих людей. Огласки они тоже боятся, поэтому собранный на них материал будет хорошим поводом для нейтралитета. Воевать Насте не хотелось.

До Рязани ехали пять часов. Приехали уже почти в полночь. Гена не верил, что Настя вновь попросит высадить её в малонаселённом районе, но Настя попросила высадить её, ещё не доезжая до Рязани, на трассе. Потом попросила Гену проехаться по городу, делая остановки в малонаселённых местах, и только потом отправляться в Москву. Гена был недоволен таким заданием, но пообещал сделать. Они распрощались и Гена уехал. Настя и Таня остались на дороге с сумками, рюкзаком и Катиным телом.

-Таня, слушай меня внимательно, - строго сказала Настя. – За нами охотятся очень плохие люди. Сейчас мы должны от них убежать. Нам надо пробежать километров пять. Тебе будет очень тяжело, но ты должна выдержать. Должна! Понимаешь?

-Хорошо, мама. Не волнуйся, я выдержу, - ответила Таня.

Настя кивнула и ничего больше говорить не стала. Они перешли через шоссе, и пошли по полю. Когда свет от фонарей на дороге перестал разгонять тьму, Настя вновь переоделась, но в привычный «Ратник» без шлема. Обула свои проверенные ботинки. Оружие взяла наизготовку. Не потому, что боялась нападения, а потому, что так было проще его нести. Катино тело сложно было закинуть поверх рюкзака, но оно удобно легло на рюкзак, поэтому нести его было не так тяжело, как представляла себе Настя. Одну сумку взяла Таня, а другую, за ручку, потащила за собой Настя. По полю это было не так уж и легко, но и не сложно.

Что росло на поле – Настя не посмотрела, когда был свет от фонарей, а сейчас, в темноте, тем более не могла разглядеть. Она только радовалась, что это что-то не имеет длинных стеблей, или высокой ботвы. Под ногами шелестела трава и Настя подозревала, что это сорняки, хоть и странно было, что на поле ничего не растёт. Относительно быстро они дошли до железной дороги и пересекли её. И вот тут начались проблемы. Здесь были склады, которые хорошо освещались, а вдоль ограды были увешаны камерами наблюдения. Настя не хотела попадаться хоть какой-то камере. Женщина с ребёнком, да ещё и с таким грузом, да вдобавок обвешанная оружием привлечёт к себе внимание даже самого невнимательного охранника складов. Пришлось склады обходить.

Для Насти это не было проблемой. Она больше волновалась за Таню. Но Таня держалась молодцом. Она была немного напугана, поэтому сосредоточенно-серьёзна, но не выказывала никаких признаков усталости. Настя похвалила себя за то, что заставляла её бегать со всеми и записала на танцы. Видя, что Таня в порядке, Настя решила обойти склады. Они сделали круг, и вышли к Промышленной улице совсем не там, где хотела Настя. Впрочем, разницы особой не было. Настя посмотрела на Таню.

-Таня, слушай меня внимательно. Мы здесь одни, поэтому говори спокойно, но постарайся не повышать голос. Сейчас мы с тобой поиграем. Ты, как будто, звонишь вызвать такси, а я диспетчер и спрашиваю тебя. Хорошо? Давай начнём. Служба заказа такси. Слушаю вас.

Таня сначала растерялась, но потом поняла и приняла игру. Они отрепетировали вопросы и ответы, которые могут возникнуть во время разговора диспетчера и Тани. Когда Настя поняла, что Таня не теряется и готова, она настроила телефон и дала Тане. Таня дозвонилась. Заказала машину, сказав диспетчеру, что мама сейчас занята, а машина нужна по вот этому адресу. Диспетчер без вопросов приняла заявку и сказала, что машина будет в течение часа, так как в это время трудно найти машину большой вместительности. Насте и Тане ничего не оставалось, как только ждать.

Настя позвонила технарям. Они заверили её, что за машиной слежки не было, но в сети возникло много запросов связанных с делом Горбылёва. Также, Прусаку позвонили и поинтересовались Настей. Настя поблагодарила за информацию. Попросила, по возможности, отследить, откуда ею интересуются. Дала наводку на заведение в Москве и попросила тоже им заняться. Технари заверили её, что всё сделают. Настя сбросила звонок.

Немного подумав, она отправила Таню в магазинчик в полусотне метров от места, где они прятались. Попросила купить ей лимонад и что-нибудь пожевать. Как только Таня ушла, Настя позвонила Прусаку. Очень вежливо попросила его не рассказывать о ней никому, а с претензиями тех, кого он ей подставил, разобраться как-нибудь самому, без её участия. Прусак попытался возражать и отнекиваться, но Настя не поддалась на давление и не смягчила ультиматум. То, что Прусак не стал ей угрожать – лучше всего показывало то, что он виновен. Разговор закончился, оставив некую недоговорённость для постороннего наблюдателя, но для Насти и Прусака всё было предельно ясно. Прусак Настю подставил, но теперь сам попался в свою ловушку. Чтобы выбраться из неё, он снова должен подставить Настю, а Настя просит его этого не делать и намекает, что теперь она его не простит.

Закончив разговор с Прусаком, Настя зашла за придорожные кусты и переоделась в обычную одежду. Когда убирала костюм в рюкзак, заметила, что от магазинчика на заправке Таня идёт не одна. За руку её ведёт какой-то мужчина. На всякий случай, Настя не стала далеко убирать оружие, а пистолет вообще оставила в руке, скрыв за спиной.

-Добрый вечер! – крикнул мужчина, едва разглядел в темноте силуэт Насти.

-Вот моя мама! – почти одновременно с ним крикнула Таня.

-Добрый вечер, - поздоровалась Настя. – Что происходит?

-Это ваша дочка?

-Моя, - ответила Настя и сразу спросила, - а почему вы в этом сомневаетесь?

-Простите, но ребёнок в такое время гулять не должен. Мы подумали, что она потерялась.

Мужчина подошёл ближе. Настя рассмотрела, что он одет в форму охранника.

-А разве она вам не сказала, что всё в порядке? – удивилась Настя. – Я отправила её в магазин. Пить очень хочется.

Настя забрала бутылку лимонада у Тани. Поморщилась, ведь просила купить минералки. Сделала пару глотков и отдала бутылку Тане.

-Она нам ничего не сказала. Я её спросил, а она только молчит, а потом сказала, что её мама ждёт, и не сказала где. А как вы тут оказались?

-У моего приятеля машина сломалась. Что-то с подвеской. Он нас с грузом взять не мог. Он уехал на ремонт, а мы его ждали, но починиться он так и не смог. Пришлось вызвать такси.

-А я чего-то не видел тут сломанной машины, - без подозрения, скорее недоумённо, сказал охранник.

-Так мы с вещами его на складе ждали. - Настя неопределённо махнула рукой в сторону складов. – А как поняли, что он не сможет приехать, так вызвали такси. Но адреса склада у них в навигации не было, поэтому я указала адрес вашей заправки, сказала, что будем ждать на повороте. Вот. Ждём. Вы не могли бы отпустить мою дочь?

-Да… Вот… Вы уж извините, но она нам ничего не сказала. Только твердит, что её ждёт мама. Мало ли что…

-Спасибо вам большое, - почти искренне сказала Настя. – Просто я её учила не разговаривать с незнакомцами.

-Это правильно, - одобрил охранник, - а то мало ли что. Вот помню, мне рассказывали…

Охраннику явно было скучно на пустой заправке в пустом магазине. Он был доволен таким маленьким приключением, хотел поболтать и явно готов был стоять тут, пока не подъедет такси. В другое время, Настя только порадовалась бы этому, но сейчас, имея на руках тело и кучу оружия, посторонние рядом ей были не нужны. До приезда такси нужно было тщательно упаковать оружие и проверить, как хорошо закрыты сумки и рюкзак. Катю упаковали так хорошо, что проверять тюк не было необходимости. Настю спасло то, что на заправку подъехали сразу две машины.

-Извините, я вас перебью, - прервала она охранника. – Там машины подъехали. Мало ли что, а вас нет. У вас не будет неприятностей?

-Да, я с вами заболтался. Послушайте, может вам помочь? Ну, с вещами. Подождёте такси у нас. Позвоните и попросите, чтобы приехали к нам.

-Нет, не стоит. Вещи переносить надо… Не стоит. Мы лучше здесь подождём. Спасибо вам за всё.

-Да не за что, - отмахнулся охранник. – Если что, то я там. Зовите.

-До свидания! – крикнула ему вслед Настя.

-Мама, а ведь ты всё-таки разведчица, - сказала Таня, когда охранник почти дошёл до магазина.

-Ага, - с сарказмом подтвердила Настя, - шпион местного значения. А ты не думала, что может быть, я бандитка, которая людей убивает. Или грабит старушек и убивает. Или…

-Мама! Между прочим, я серьёзно! – с обидой в голосе крикнула Таня.

-Да с чего ты взяла, что я разведчица? – серьёзно спросила Настя.

-А то, что мы делали сегодня? А машина, как у разведчика из кино? А автомат? А мёртвая женщина?

-Как мёртвая? – испугалась Настя. – Что ты такое говоришь? Катя жива.

-Ага, просто спит! - Теперь уже с сарказмом говорила Таня. – Так крепко спит, что даже не дышит.

-Она не дышит потому, что я ей специальный препарат вколола, который все процессы в организме замедляет.

-Тоже шпионская штучка, - сразу заметила Таня.

-Да ничего она не шпионская, - сказала Настя и осеклась.

Объяснить происхождение препарата она не могла. Таня не дура и не поверит, что такой препарат можно купить в аптеке. Любая другая версия подтверждала то, что Настя шпион.

-Хорошо, - сдалась Настя, - я разведчица. Не говори никому.

-Ага! – обрадовалась Таня. – Ты призналась! – Она бросилась к Насте, обняла, прижалась. – Мама, я никому не расскажу. Честное слово. А ты научишь меня ничего не бояться, также как ты?

-В каком смысле? – не поняла Настя.

-Ну, когда меня тот мужчина за руку взял, я так испугалась. И я совсем не знала, что ему говорить. Ну… откуда я? Кто я? А ты так просто придумала. И кто мы, и как тут оказались. А я ничего придумать не могла. Я очень испугалась, а ты вообще не боялась. Научи меня также.

-Уже учу, - сказала Настя, гладя Таню по голове. – Ты этого пока не замечаешь… Ой, кажется наше такси едет. Быстро, проверяем вещи!

Водитель такси, вполне ожидаемо, был не русским. Только эмигранты брались за работу в такси, особенно в ночную смену. Обычно, они были вежливы, услужливы, добродушно-веселы и немного навязчивы. Однако, Насте сегодня попался исключительный тип. Всем своим видом он выражал презрение к Насте, Тане, своей работе, а также всему миру, и конкретно сегодняшней ночи. Он сразу заявил, что грузить вещи не обязан и сидел в машине, пока Настя сама всё грузила. Если бы он знал, как этим помог Насте, то его настроение упало бы вниз на недосягаемую глубину. Настя ведь так и не смогла придумать, как избавиться от навязчивого сервиса и не нагрубить таксисту. За это Настя даже решила дать ему увеличенные чаевые.

За время поездки мысли о чаевых сменились на мысли об убийстве, с особой жестокостью. Водитель ныл всю дорогу. Постоянно спрашивал, куда ехать, как будто сам этого не знал. Жаловался на плохую жизнь и плохую работу. При этом Настя, в конце концов, начала подозревать, что он действительно не знает дорогу, а жалуется не ей, а самому себе. Когда они уже подъезжали к нужному адресу, Настя догадалась, что прикрываясь незнанием дороги, водитель просто накручивает счётчик, ведь с диспетчером сумма за поездку не оговаривалась. Настя сама точно не знала, куда они поедут. Разразился жуткий скандал. Водитель обвинял Настю, Настя обвиняла водителя. В конце концов, водителю пришлось уступить, когда Настя пригрозила позвонить диспетчеру. Они быстро доехали до нужного адреса. Здесь водитель потребовал плату по счётчику, а потом возмутился отсутствию чаевых. Вновь получился скандал.

Настя на крики водителя отреагировала равнодушно. Сказала, что не заплатит ни копейки больше, нежели по счётчику. Водитель кричал, что она его грабит, призывал людей посмотреть на это. Наверняка, действовал по привычной схеме. Никто не захочет, чтобы ночью, в его дворе, все соседи слышали, что ты кого-то грабишь, что ты ворюга, который отнимает честно заработанное у несчастного человека. Дают деньги, только чтобы он уехал и не кричал. Настя только посмеялась про себя. Она была не в своём дворе, поэтому на мнение соседей ей было плевать.

Своими криками водитель поднял весь двор. Он всё громче и громче кричал, видя, что Настя не реагирует. Потом показал, что хочет ударить Настю. Прыгнул на неё и свалился. Настя воспользовалась ситуацией и встретила его ударом в грудь, чтобы остановить, и в горло, чтобы прилёг. При этом всё выглядело так, что он напал на Настю, а она только выставила вперёд руки и так неудачно попала. Чтобы подтвердить это для свидетелей, Настя завизжала и упала. Закричала Таня. Из подъезда выбежали несколько человек. Насте помогли подняться. Водителя схватили.

Не смотря на ночное время, во дворе собралась толпа. Всем хотелось знать, что произошло. Очень быстро приехала полиция. Мнение толпы уже сформировалось и водителя выдали, как преступника. Он затравленно озирался и с трудом сглатывал ушибленным горлом. Настю вежливо допросил полицейский, поинтересовался наличием денег на оплату по счётчику, сказал, что ему всё понятно, и больше вопросов к Насте не было. Вежливо, но настойчиво, полицейский посоветовал Насте не писать заявление по факту нападения. Водителю и так грозят неприятности за вымогательство, а так начнётся разбирательство и неизвестно, что выяснят. Ведь на Насте нет ни царапины, а водитель говорить толком не может. Настя пообещала, что от неё никаких жалоб не будет.

Во дворе Настя заметила Антонину Степановну, Катину маму. Не долго думая, она подошла и напомнила женщине о себе. Антонина Степановна не сразу её узнала даже после напоминания, а потом долго извинялась, что не узнала с первого взгляда. В свою очередь, поинтересовалась у Насти, что, собственно, она тут делает. Настя объяснила, что приехала к ним, с сюрпризом. Попросила позвать Катиного отца, а то ей сюрприз одной не дотащить. Катин отец спустился сам, звать не пришлось. Настя нагрузила его рюкзаком и одной сумкой. Вторую сумку взяла Катина мама. Саму Катю собиралась нести Настя. Когда она вытаскивала тело из машины, к ней подошёл один из полицейских.

-Это что у вас там? – спросил он.

-А на что похоже? – спросила его Настя.

-Похоже на труп, - с сомнением ответил полицейский.

-Да, - согласилась Настя, - моя дочка тоже так говорит. Вы не поможете мне взять труп на руки? А давайте так! Я вам скажу что это, а вы мне донесёте это до квартиры.

-Я не могу, я на службе, - ответил полицейский.

-Вот и отлично! – обрадовалась Настя. – Вы должны помогать людям. Вот вы мне и поможете.

-А если меня позовут? Нет, я должен быть здесь.

-А если вас позовут, то вы скажете, что проверяли версию с трупом. Давайте вдвоём возьмёмся…

-Нет, нет, меня уже зовут, - отмахнулся полицейский и как-то умудрился разом оказаться шагах в пяти от Насти, как будто умел телепортироваться.

Настя только пожала плечами и, взяв Катю на руки, позвала Таню и отправилась к подъезду, а потом по лестнице наверх. Таню звать было необязательно. Она и так старалась быть, как можно ближе к Насте. Когда они зашли в подъезд, она тихо спросила Настю:

-А если бы он согласился?

-Он? - удивилась Настя. – Да никогда! Ты видела его живот? И это ему ещё тридцати нет. Нет, такие как он, ни за что не захотят делать что-то лишнее. Особенно помогать кому-то просто так. Ему даже не любопытно, что у нас в свёртке. Нет, любопытно, но делать что-то, чтобы выяснить это, он не будет. Ленив, не любопытен… Я тебе про него потом расскажу. Мы уже поднялись.

В квартире их встречали. Конечно же, не как дорогих гостей. Встречали настороженно, с опаской. Сначала супруги были шокированы переполохом у дома. Затем Настя принялась ими командовать, и они автоматически начали подчиняться. Сейчас они, в своей квартире, одумались, посовещались и встретили Настю с явным желанием получить ответы на вопросы. Настя приказным тоном велела им освободить проход и внесла Катино тело в квартиру. Приказала закрыть дверь. Супруги вновь подчинились.

-Настя, я не понимаю, что происходит, - начала Антонина Степановна.

-Сейчас всё поймёте, - сказала Настя, сгружая тело на диван. – У вас нож есть? Упаковку надо срезать.

-Я принесу, - сказал Катин отец.

Настя не помнила, как его зовут, поэтому, скорее всего, она этого и не знала.

-Настя, ты пропадаешь куда-то, а потом Катя звонит мне и говорит, чтобы мы тебе о ней ничего не говорили. И она не хочет возвращаться домой. Она действительно в Москве?

-Да, была, - подтвердила Настя, - но теперь она будет дома, с вами. Видите ли, она подсела на новый наркотик. Жуткая вещь. Удовольствия море, но одновременно галлюцинации, навязчивые идеи. Вот, пожалуйста!

Настя сорвала упаковку и Антонина Степановна ахнула. Через секунду она уже рыдала над телом дочери.

-Да что вы!.. – возмутилась Настя. – Жива она. С ней всё в порядке. Я вколола ей препарат, замедляющий все процессы в организме. Она очнётся к полудню. Вот только, вы учтите, что она не адекватная. Она, возможно, захочет сразу же сбежать. Будет всякие истории вам рассказывать. Например, что я инопланетянка и хочу ставить над ней опыты. В общем, вы понимаете. Не советую вам говорить о ней, кому-либо. Завтра я принесу лекарство из больницы, и мы её стабилизируем, а потом я её в больницу устрою. Пролечится и будет в порядке.

-А вы врач? – спросил Катин отец.

-Нет, я только учусь. Но одновременно в больнице работаю. Я там на хорошем счету и мне пойдут навстречу. Устроят на лечение анонимно. Нет, если хотите, можете всё сделать официально. Но тогда все будут знать, что Катя наркоманка. Врачи вызовут полицию. На Катю заведут дело. У неё и так нервы ни к чёрту, а ещё допросы в полиции. Её и привлечь могут… В общем, сами решайте. Да! Если она очнётся, а меня рядом не будет, то никуда её не выпускайте, ни с кем говорить не давайте. Поговорите с ней сами. Пусть она вам всё расскажет. Только не верьте ни одному её слову. Она наркоманка, помните об этом.

-Настя, подождите! А вы что, не останетесь у нас? И кто эта девочка?

-Это моя дочь. Нет, я у вас не останусь. И ждать не могу. Мне ещё на работу надо успеть. Я вам всё рассказала. Дальше вам самим решать.

-Подождите! Но как вы нашли её? Где? Что случилось? Почему она уехала? Почему стала наркоманкой?

-Вы это всё у неё спросите. Только не давите. Если сама захочет – расскажет. Нет – значит, нет. Если будет рассказывать, помните про бред и галлюцинации, но делайте вид, что всему верите. Строго пресекайте её попытки с кем-нибудь связаться… Ой, я повторяюсь. Вы взрослые люди. Решайте сами. Нам пора. До завтра.

-Нет, подождите!..

-До завтра, - веско сказала Настя.

Супруги не посмели настаивать. Настя накинула рюкзак, подхватила сумки и вышла на лестничную площадку. Таня шла за ней, Настя контролировала это краем глаза. Они спустились на первый этаж и вышли на улицу. На улице их ждали. Полицейские уже собирались идти по квартирам и искать Настю. Им зачем-то были нужны её паспортные данные. Настя удивилась этому, но ей туманно пояснили, что таков порядок. Полицейский, переписывающий Настины данные, ненавязчиво допрашивал Настю.

-А почему вы с ребёнком ночью на такси ездите?

-У моего друга машина сломалась. Он не смог нас довезти до дома.

-А откуда вы с другом ехали?

-С дачи. Он заехал на сервис. Мы всё ждали, что машину починят, а потом он нам помог вещи донести до дороги, а сам остался машину чинить. Она ему завтра очень нужна. То есть, уже сегодня.

-А сюда зачем приехали?

-Завезти родителям подруги кое-что с дачи. Там одежда, кое-какая… Они потом на благотворительность её отдадут. Или кому-то пристроят… Я точно не знаю…

-Понятно, понятно… А почему так поздно ночью?

-А когда ещё? – удивилась Настя. – Нет, если бы машина не сломалась… Понимаете, мне никак нельзя было оставлять этот свёрток. Он большой, много места занимает. А отвезти его потом, это надо снова такси. А у меня денег нет. Я думала, что этот таксист нас подождёт. Мы свёрток закинем и дальше поедем. А он начал кричать, что я ему денег должна, что я ему должна заплатить сверх счётчика за ночную поездку. А у меня и так денег мало…

-Ну, ну, не надо плакать. Сейчас, как вы без такси? Куда вам надо ехать?

-Мне до больницы. Я там работаю. Таню я в боксе уложу, а сама работой займусь.

-А когда же вы спать будете? – удивился полицейский.

-Так я выспалась, пока ждала, что приятель машину починит.

-Понятно. Ну, что ж… Трофимов! Довезём гражданочку до больницы?

-Так точно!

-Давайте я вам помогу вещи в нашу машину поставить. Да что вы. Мне не сложно. Домчим с ветерком. Вот, садитесь на заднее сидение. Пристегнитесь. Детских кресел у нас нет, но хоть как-то…

-А мне не нужно кресло, - пренебрежительно сказала Таня. – Я уже большая.

Все посмеялись, расселись и поехали.

Утром Настя закончила отмывать лестницы и коридоры. Андрей Борисович увидел это и вновь отругал Настю за то, что она работает не вовремя. Потом вспомнил что-то и с лёгким испугом спросил у Насти, не случилось ли с ней чего-нибудь? Настя выдохнула и призналась, что хочет уволиться. Андрей Борисович завёл её в кабинет и начал спрашивать о причинах увольнения, и всё ли у Насти в порядке. Выслушав неопределённые ответы, спросил прямо о поставках препарата.

-Вот об этом я с вами и хотела поговорить, - сказала Настя. – Я вместо себя вам девочку оставлю. Все контакты будут осуществляться через неё. При этом я вам вполне доверяю, а ей ни капли не верю. Поэтому я вам дам схему, по которой будет осуществляться связь. Девочка будет работать ничего не подозревающим передатчиком.

-Зачем всё так усложнять? – спросил Андрей Борисович.

Настя только улыбнулась такому вопросу.

С увольнением у Насти должна была высвободиться куча времени. Так и произошло. Однако, высвободившееся время было занято другими делами, которые раньше никто не делал потому, что времени не хватало. Теперь, когда у Насти появилось время, эти дела свалили на неё. Встречи с агентами, вербовка людей, заказ и покупка оборудования. Настя вдруг стала связующим звеном между боевиками, технарями, бухгалтерией и привлечённым персоналом. В организованной Назаровым фирме, она заняла скромную должность курьера, чтобы иметь повод целый день мотаться по городу.

А побегать приходилось. Нужно было не только найти человека и завербовать, но ещё и придумать, как именно это сделать. Завербовать человека обезличенно не всегда получалось. Например, Дима, который так легко вскрыл Настину квартиру, ни за что не хотел вступать в преступную организацию, а Настя решила, что ей очень пригодится слесарь его квалификации. Он отвергал анонимные письма, оставлял подложенные деньги, игнорировал предложения о работе. В конце концов, Насте пришлось с ним встретиться лично, и лично гарантировать, что в случае чего его будут вытаскивать всеми возможными способами, поэтому потеряет он не так много, а приобретёт намного больше. Она добилась того, что на своих условиях Дима согласился войти в её банду. Настя купила ему ангар, в котором он, на её же деньги, оборудовал себе мастерскую. Контакты с ним имели только Настя и Назаров.

Но такие встречи были редкостью. По сути, из привлечённых сотрудников, в лицо Настю знало всего несколько человек. Это были долго и плодотворно работающие на Настю люди, или те, кто был связан с ней лично, и кому она предложила вступить в банду. Дима, Славик, Юля и, конечно же, Катя. Дима стал механиком банды. Славик был весьма красив и стал этаким ловеласом по приказу, соблазняя нужных женщин. Юля выполняла роль курьера, заменяя Настю и ни во что противозаконное не ввязываясь. Ну а Катя теперь стала приманкой для тех, кто мог бы заинтересоваться Настиным бизнесом. Она этого, конечно, не хотела, но хотела Настя, поэтому у Кати не было выбора.

В тот день Настя закрутилась с увольнением. Потом надо было отвести в общежитие Таню, по дороге зайти и оставить на квартире оружие, вещи и документы. Не удивительно, что было далеко за полдень, когда она позвонила в дверь Катиной квартиры. Открыла ей Антонина Степановна. Судя по заплаканному лицу и очень настороженному взгляду на Настю, Катя ей всё рассказала. Бедная женщина даже не сразу позволила, когда Настя попросила разрешения войти, но потом пропустила Настю в квартиру.

Катя откровенно Настю боялась. Разговаривать с ней не хотела и накричала на мать за то, что та вообще пустила Настю в квартиру. Насте всё это было не интересно. Она подождала пока Катя прокричится и приказала следовать за ней, чтобы поговорить без посторонних. Этому попробовала помешать Антонина Степановна. Она потребовала у Насти ответов и объяснений. Настя заперла Катю в её комнате и отвела Антонину на кухню.

-Антонина Степановна, что вам рассказала ваша дочь? – спросила она. – Впрочем, дайте я угадаю. Я инопланетянка? Нет? Я наёмный убийца и Катя об этом узнала? Что-то близкое? Вы понимаете, что ваша дочь может сорваться и вновь убежать из дома? И любя её, вы её дома не удержите. Чтобы её удержать дома, нужно чтобы там, на улице, её что-то, или кто-то пугал. Пугал до ужаса. Так, как её запугала я.

-Катя сказала, что она не наркоманка, - сказала Антонина. – Предложила в больницу сходить. Проверить. Предложила в полицию сходить, но я не согласилась, пока с тобой не поговорю. Настя, кому мне верить? Что с Катей?

-Верьте мне. Я Кате зла не желаю. Просто запугала её, чтобы она не сорвалась. Теперь я буду её… держать… по-другому не скажешь. Она будет работать, а заодно лечиться. Я договорилась. Жить будет у вас. Год, как минимум…

-Мы хотели, чтобы она училась…

-Будет учиться, - подтвердила Настя. – Она меня боится, поэтому я могу заставить её делать всё, что угодно. Если она выучится на врача, вас устроит?

-Да, но она хотела в театральное поступать…

-Сейчас ещё ничего не решается. Этот год она пропустила, но в следующем поступит куда захочет. Да, кстати, вы не должны напоминать ей о том, что она была наркоманкой. Только если сорвётся… Но за этим я буду следить. Но ваша помощь тоже не будет лишней.

-Настя, ты очень изменилась, - заметила Антонина. – Стала взрослее… Откуда у тебя дочь?

-От мужа. Он погиб… Давайте не будем об этом. Сейчас я поговорю с Катей. Завтра ей нужно быть в больнице. Возможно, сегодня она захочет съездить туда и посмотреть, что и как. Так что, мы пойдём, погуляем.

-Хорошо, идите. Знаете, Настя, а вы очень изменились. Мы с вами сколько не виделись? Год?

-Никаких воспоминаний. Времени нет. Где Катя? Катя! Выходи! Одевайся и пойдём, погуляем.

Катя одевалась неохотно. Очень ей не хотелось с Настей куда-то идти. На улице Настя ей обрисовала ситуацию. Теперь Катя бывшая наркоманка, которой веры нету. Тот препарат, который Настя ей вколола, чтобы усыпить, ещё месяц будет давать эффект, как от неоднократного приёма лёгких наркотиков, поэтому доказать что-либо, Катя не сможет. Поскольку Настя Катю простила, то больше держать не будет и готова расстаться с ней прямо сейчас, но за то, что Настя вытащила её из борделя, Катя ей немножко должна, поэтому будет свой долг отрабатывать. Отрабатывать будет в больнице на должности уборщицы. Год, а потом свободна. Если захочет немного заработать, то потом Настя подкинет ей непыльную работёнку. Не сказать, что у Кати был выбор. Она покорно согласилась.

Согласие Славика получить было довольно просто. Настя встретила его после тренировки, в спорткомплексе. Сначала даже не узнала. Просто отметила красивого мальчика и только потом поняла, кто это. Окликнула, разговорились, посидели в кафе. Оказалось, что Славик ушёл от мамы и теперь пытается заработать на то, чтобы снять комнату. Признался, что живёт с женщиной старше себя, и она его содержит. Настя осторожно поинтересовалась его изменившимися моральными принципами. Когда поняла, что Славик готов спать хоть с крокодилом, лишь бы ему за это платили, с легкой брезгливостью, завербовала его.

С Юлей, бывшей Костиной девушкой, было совсем просто. Настя позвонила и спросила, не хочет ли она подработать? Юля тут же согласилась и стала курьером в фирме, получая задания непосредственно от Насти. Ни к чему криминальному Настя Юлю не привлекала.

Серёжа стал расти ввысь, и теперь был высоким нескладным подростком. Настя устроила его в ту же школу, в которую устроила Таню. Привлекать его к делам Настя не хотела, но он знал, что школа не бесплатная и требовал себе дела, чтобы компенсировать Насте затраты на его обучение. И напрасно Настя пыталась сказать ему, что от него ничего не требуется. У мальчика была своя гордость, и он наотрез отказался учиться, если Настя будет за него платить. Школьный психолог посоветовал Насте давать мальчишке хоть какие-то задания. Насте пришлось уступить требованиям ребёнка.

Конечно, она не давала ему заданий связанных с криминалом. Он ездил и покупал то, что легально может купить ребёнок. Следил за людьми, Настиными клиентами. Забирал деньги, отвозил вещество. Однако, этого ему было мало и он, в какой-то момент, представил Насте сеть своих осведомителей, завербованных из детей. Настя только и смогла, что обругать его, но потом разобралась и поняла, что Серёжа действовал в лучшем жанре шпионского детектива, так, как когда-то действовала она.

Он не учёл того, что у детей нет такого понятия, как ответственность, и они не предполагают последствий своих действий. По секрету, они рассказали об организации всем. Настя узнала об этом от учителей, которые узнали раньше, чем Серёжа завербовал последнего человека. Настя отправилась к директору школы каяться, но та со смехом объяснила Насте, что Серёжа молодец, а тайная организация – гораздо лучше, чем увлечение детей чем-нибудь ещё, более социально опасным. В отместку Сергею, Настя приказала собрать организацию и провести уборку территории городского парка, чтобы Настя могла там устроить тайник. Ей было интересно, сколько человек после такого останутся в Серёжиной организации?

Дима вошёл в фирму Назарова так, как будто всегда в ней был. Имея судимость и условный срок, он был никому особо не нужен на работе, а тут бывший полицейский сам попросил перевести его под свою опёку. Полицейскому пошли навстречу и Диму перевели в фирму Назарова. Там он получил ангар и был невероятно счастлив, постоянно что-то в нём мастеря. Также он взялся чинить машины. Насте он был не нужен со следящим устройством на ноге. Она дала команду Лене и та добилась снятия браслета. Дима предложил ей отремонтировать машину, и как-то так получилось, что у них закрутился роман. Настя пожелала им удачи и на время, пока не понадобятся их услуги, оставила в покое.

Лена ушла на вольные заработки. Она уже не работала в нотариальной конторе, а была вольнонаёмным адвокатом. Настя готова была давать ей деньги просто так, но Лена сама этого не хотела. В состоявшемся между ними телефонном разговоре, она прямо сказала, что адвокат без практики очень быстро теряет связи и навык, поэтому Лена будет работать на Настю, когда той понадобится, но также будет работать и на других людей. Настя не нашла, что возразить, поэтому и не возражала.

Тем более, что пока услуги Лены Насте были не нужны. Пересмотр дела она выиграла. Судья оставила без комментариев предыдущее решение суда и на первом же заседании признала Настю полной наследницей. Однако тётка, получив исполнительный лист, имела полное право освободить квартиру только через три месяца, а с помощью адвоката затянуть переезд до года. Лена обещала помочь, но Настя отказалась. Её вполне устраивало, что она живёт в общежитии.

Со всей суетой, месяц выдался на удивление спокойный. Не возникало проблем с клиентами. Не было проблем с персоналом. Настино дело никого не интересовало. Ни бандитов, ни органы правопорядка. Спокойная работа со своими авралами, но без особой нервотрёпки. Настей начали интересоваться в связи с похищением Кати, но технари сработали грамотно и через неделю выдали результат. Настя отправила на электронную почту пакет с фотографиями и документами, а также пожеланием, чтобы о ней забыли. Её пожелание выполнили. Местные бандиты тоже не трогали Настю, а в органах правопорядка у неё тоже был свой информатор, который даже не знал, что через него уходит на сторону секретная информация. Информатор был не молод, одинок, а Славик был приятным молодым человеком. Крайне простая схема.

Но вот конец месяца порадовал Настю приключениями. Началось всё с того, что у общежития Настя заметила стоящую машину. Машина подъехала рано утром, когда Настя уже закончила пробежку. Настя заметила её в окно, когда готовила завтрак. Можно было не обращать внимания. Мало ли, кого машина ждёт. Вот только Настя почему-то была уверена, что ждут её. Так и оказалось. Когда она вышла с Таней, чтобы отвезти её в школу, дверь микроавтобуса открылась и оттуда вышла Калька. Настя на секунду опешила, а потом медленно подошла и обняла её.

-Ты чего? – удивлённо спросила Калька.

-Я так рада тебя видеть, - сказала Настя.

-А меня? – высунулась из микроавтобуса Шпилька.

-Ты тоже жива?! – обрадовалась Настя. – А кто ещё?!

-Только я, - сказала с сидения водителя Негра.

-Нас только из Зоны вывезли, - сказала Калька. - Только мы втроём живые.

-А остальные? – задала Настя глупый вопрос.

-Все погибли. Они не дождались на базе. Пошли на прорыв и все погибли. Из Свободы только четыре человека спаслось, да и те сейчас… До сих пор лечатся.

-А вы, как уцелели? – спросила Настя и спохватилась. – Нет, вы не подумайте… Я так рада, что вы живы.

-Мы в опытах участвовали. Тебя Говорун не дал после обеззонживания обследовать, а умникам подопытные были нужны. Ну и вызвали нас. На нас трёх никаких статей не висит, поэтому мы и отправились. Слушай, вы куда-то ехать собрались. Давай мы вас подвезём.

-А давайте, - решила Настя. – Заодно мне всё и расскажете. Кстати, а здесь вы как оказались?

Они расселись в машине. Настя представила Таню девчонкам. Девчонки удивились, потребовали подробностей. Калька и Негра приняли рассказ об удочерении спокойно, а Шпилька умилилась и принялась Таню тискать. Настя отдала ребёнка на расправу, а сама отсела в конец салона с Калькой. Та недвусмысленно подала ей сигнал о необходимости этого. Ей явно нужно было поговорить с Настей.

-Настя, тебе Говорун деньги не оставлял? – прямо спросила она.

-Нет, - немного растерянно ответила Настя. – У меня только свои, которые я в Зоне заработала. Правда, он мне сохранил их в том виде, в каком они были в Зоне, без перерасчёта, но больше у меня денег нет. А ты какие деньги имеешь в виду?

-Понимаешь, мы все давали деньги Доктору. Сумма получалась не маленькая. Мы не думаем, что Доктор мог потратить столько…

-Мог и потратил, - припечатала Настя. – Он очень много тратил на свои исследования. Его средствами снабжал Говорун. Ведь только сталкеры Свободы скидывались Доктору, а этого не хватало. Доктор тоже погиб?

-Никто не знает. На месте дома ничего не нашли. Так говоришь, что денег нет?

-Я не знаю, - развела руками Настя. – Может быть, есть, но там не так много, как хотелось бы. А у вас что, нет денег? Разве вы не накопили?

-Накопили, - передразнила её Калька. – Это тебе всю сумму засчитали, а с нас вычли. И за лечение, и за переаттестацию, и за содержание… За всё! Выпихнули, чуть не голыми. Вру, конечно. Кое-что кинули на бедность. Но ты пойми, нам теперь жить надо, а мы уже забыли, как на гражданке живут. Хорошо, что кошмары сниться перестали и зов больше не мучает. Нам бы денег поднять…

-Так в чём проблема? – удивилась Настя. – Я думала, что вы ко мне как раз за работой пришли.

-А у тебя есть работа? – спросила Калька.

-Слушайте, а от кого вы обо мне узнали? И что вам обо мне сказали? Мне кажется, что то, чем я занимаюсь, знают все, а вы вдруг не знаете. Или вы придуриваетесь?

-Мы не придуриваемся. А чем ты занимаешься?

-Это большой секрет, который вам, пока, знать не надо. Таня, не надо подъезжать прямо к воротам школы! Негра, сверни налево и встань на стоянку. Таня, сегодня вернёшься с Серёжей. Вас подвезёт Ромина мама.

-Не хочу с Ромой ехать, - заныла Таня. – Он обзывака!

-Нет такого слова, - строго сказала Настя. – А при Серёже он тебя обзывать не будет. И чему я тебя учу? Он обзывается, а ты дай ему в нос.

-А учителя говорят, что драться не хорошо, - парировала Таня. – И вообще, это не я должна его бить. Это мой кавалер должен за меня заступаться.

Все рассмеялись.

-Иди уже, - сказала Настя. – Тёте Маше от меня привет!

Таня убежала в школу, а Настя с девчонками отправилась в небольшое кафе, где скромно посидели и помянули тех, кто не с ними. Потом, в машине, Настя рассказала о своей работе, но чуть сместила акценты, и получилось, что не на неё работают, а она на кого-то работает. Предложила вступить в банду. Все сразу согласились. В результате Насте пришлось снова задействовать технарей, чтобы устроить девушкам проверку, да и самой побегать, устраивая девушек в Рязани. Но получить трёх убийц в свою команду – стоило того, а то и гораздо большего.

Из экспедиции вернулся Вова. Вернулся женатым. Его жена Насте с первого взгляда не понравилась, и это было взаимное чувство, но потом они познакомились поближе и приняли друг друга. Вова наотрез отказался от какой-либо преступной деятельности и стал ремонтировать свой дом. Нанимать никого не стал и делал всё сам, чтобы не светить наличие больших денег. Одновременно он подыскивал себе работу. Брать бывшего преступника никто не хотел и через месяц Вова пришёл на поклон к Назарову. Назаров обсудил всё с Настей. Они решили выполнить просьбу Вовы и не вовлекать его во что-либо преступное. Прикинули, что Вова вполне может работать в ангаре у Димы и теперь прикидывали, какую должность ему дать и как это оформить на бумаге. Назаров гарантировал Вове место, но почему-то только в ноябре. Что-то не сходилось у него в отчётности, если он раньше ноября возьмёт работника в штат. Вова не возражал, но попросил устроить ещё и жену. Назаров только руками развёл. И так их фирма была переполнена людьми, а это уже становилось опасным.

В фирму устраивали тех, кому надо было выплатить деньги более или менее, но официально. Тех, кому было необходимо устройство на работу для легализации доходов. При этом сама фирма занималась непонятно чем. Назаров уже подумывал купить какой-нибудь легальный бизнес и вести двойную бухгалтерию, но тогда их доходы снизились бы ещё, и к тому же, намного. Пришлось бы поднимать цену на вещество, против чего выступала Настя. Из этой ситуации она нашла выход. Она съездила в Москву и получила заказ на разработку научного оборудования. Что за оборудование - нигде не указывалось, но на возможные вопросы теперь можно было дать ответ. А если кто-то захочет копнуть глубже, то всегда можно направить его в научный отдел при МОИЗ, а там всё закончится, ведь секретность организации никто не отменял.

К концу сентября вся работа вошла в привычную колею. Жизнь тоже наладилась. Настя заскучала. Психолог, которого Настя теперь посещала регулярно, замечал за ней повышенную раздражительность, нервозность. Посоветовал увеличить нагрузки. Но больше Настя увеличить нагрузки не могла. Ей просто не хватало времени в сутках. На тренировках она работала так, что загоняла всех остальных, даже парней, но после тренировок была бодрой и свежей. При тренировках на полигоне её ребята выносили десантников, и при атаках, и в обороне. Тренировать их далее не было смысла. Только отправлять на полигон, чтобы поддерживали форму. Настя готова была учиться дальше, но однажды поняла, что переросла своих инструкторов, а других не было.

Конечно, можно было перейти со своего второго уровня на уровень обычного человека, но к хорошему быстро привыкаешь. Теперь, если Настя становилась обычным человеком, для неё это было, как будто она со света зашла в тёмную комнату и теперь почти ничего не видит. Настя привыкла воспринимать мир объёмно, а в режиме простого человека видела его плоским. Поэтому Настя оставалась в режиме сверхчеловека, и от этого страдала, не получая нужного количества информации и ощущений.

В начале октября она стала вновь подрабатывать в больнице, помогая Кате. Трудилась волонтёром. Надеялась, что если что-то начнётся, то начнётся именно в больнице, как месте, где продают вещество. Она не ошиблась. Вот только случилось не совсем то, на что она рассчитывала. В начале октября у ворот территории больницы Настя заметила машину с дагестанскими номерами. Она немного удивилась, но не особо придала этому значения. В центр съезжались со всей страны, хотя Настя не могла припомнить, чтобы в течение пары дней сюда поступали пациенты с Кавказа. Когда из машины вышли двое и один направился к ней, Настя искренне обрадовалась начинающемуся приключению.

-Настя, да? – спросил подошедший.

-Да, - кивнула Настя.

-Ай! Иди сюда! Мой отец с тобой поговорить хочет.

Настя пошла к машине. Опасности от мужчины она не ощущала. Точнее, она чувствовала, что он опасен, но не предавала этому значения. Около машины стоял довольно пожилой мужчина, очень похожий на того, кто звал Настю к машине. Должно быть, он действительно был отцом. Настя подошла и поздоровалась. На всякий случай сыграла обыкновенную девушку.

-Ты Настя, - сказал мужчина так, как будто приговорил Настю к этому имени. – Мы тебя искали. Ты убила этого гада? Его в Зоне Фархадом звали.

-Фархада не я убила, - призналась Настя. – Я не знаю, кто его убил. Там перестрелка была.

-Но ты ведь видела его мёртвым? Поехали с нами. Мы дом сняли. Все родственники собрались. Он нашу девочку убил. Мою племянницу, любимую сестру моего сына брата. Мой брат приехал, племянники приехали, мать моя приехала, отец приехать не смог, но мы ему видео отдадим, где ты рассказываешь, как этого гада убила. Уважь людей. Съезди с нами. Все родичи ждут.

-Как вы меня нашли? – спросила Настя.

-Награждение в кремле смотрели. Про тебя узнали. Потом спросили в Москве, а нас сюда отправили. Всей семьёй приехали. Уважь семью. Съезди с нами. Расскажи. Сегодня надо, сейчас. Билеты на завтра куплены. Мама моя не может долго ездить. У брата бизнес, у дяди работа. И так уже три дня в дороге. Давай сейчас с нами поедем.

-Поехали, - почти приказал молодой. – Вечером тебя домой отвезём. Не бойся, всё нормально будет.

-Простите, а вы родственники Фархада? – наивно поинтересовалась Настя, разыгрывая дурочку.

-Ай! Не напоминай мне об этом шайтане! – вскричал молодой. – Не родич он нам, после того, что сделал. Он на свою кровь руку поднял!

Он выругался на своём языке. Настя сделала вид, что задумалась.

-Мы тебя не долго задержим. – Принялся уговаривать старший. – Приедем, за стол сядем, выпьем. Ты расскажешь, как умер этот… Родичи послушают. Им знать надо. А потом ещё посидим и тебя отвезём до дома. Мы тебя только сегодня нашли, иначе бы пришли раньше. А на завтра поезд. Надо с нами поехать. Иначе никак не получается.

-Но мне надо дочку забрать из школы, - как будто только сейчас вспомнила Настя.

-Сейчас поедем, заберём и к нам поедем. Потом вас с дочкой домой отвезём, вместе. Родственники ждут. Все собрались. Расскажешь, как убивала, и надолго не задержишься.

-Но я не убивала! – возмутилась Настя.

-А надо сказать, что убивала. Маме моей приятно сделаешь. Брат порадуется. Ведь кроме тебя живых не осталось. Никто не скажет, что ты соврала. Поехали. Садись в машину. Придумай по дороге, как его убила.

-Мне надо позвонить, - сказала Настя. – Предупредить, чтобы дочку из школы забрали. С собой я её не возьму. Нечего ей на пьянке присутствовать.

-По дороге позвонишь, да! Садись в машину, времени нет.

Настя не знала чеченского, но уже много позже извлекла разговор двоих из памяти и перевела. Они сели в машину, поехали и начали переговариваться. Настя слышала и запоминала всё, хоть и делала вид, что возится с телефоном, выбирая, кому позвонить, чтобы сказать о дочке.

-С дочкой её было бы веселее, - сказал молодой.

-И так сойдёт, - ответил пожилой. – Нам за эту платят, а за её дочкой можно будет потом съездить, если о цене договоримся. Ты хочешь слишком многого сразу. Аллах не одобряет такого.

-С ним мы бы договорились. Что ему за дело до белой шлюхи и её отродья? Тем более, что мы за родича мстим. Аллах это одобряет.

-Не прикрывайся всевышним. Нам платят, поэтому мы здесь. А месть за родича это так… Пусть эта белая коза думает, что у нас родственные чувства взыграли.

Настя в это время позвонила адвокату Лене.

-Алё, Светочка? Светочка, забери Таню из школы. Она заканчивает занятия через полтора часа. У тебя ведь машина не сломалась? А то я кому-нибудь другому позвоню.

-Настя, это Лена. У тебя всё в порядке?

-Ну конечно, это ведь ты! – обрадовалась Настя. – Ты ведь всегда меня выручишь.

-Настя, у тебя проблемы? Ты не можешь говорить?

-Ну, да. Конечно же. Нет, у меня сейчас дела. Я за город еду. К вечеру буду. Ну, конечно же, я на телефоне.

-Телефон надо отследить? – спросила Лена.

-Да. Егору Владимировичу об этом расскажи. Нет, забирать меня не надо. Меня привезут. Всё, целую! Если что, то звони. Да, но лучше я сама позвоню. Да. Пока!

-Ну вот, я и позвонила, - сказала она мужчинам. – Нам далеко ехать?

-Нет, тут совсем рядом. За городом. Быстро доедем, да.

Это его «да», очень напомнило Насте о другом человеке. Она прикинула и ни к какому выводу не пришла. Вернее, не получила доказательств своим выводам. А выводы получались очень интересными. Похоже было, что это были родственники Фархада. Те самые, дядя и двоюродный брат, которые и сделали из него маньяка. Но Настя сомневалась, что они действуют самостоятельно. Не стали бы они мстить за родственника. Что-то тут было ещё. Настя приготовила оружие и взялась за телефон.

-Я позвоню? – спросила она и, не дожидаясь ответа, набрала номер. – Алё? Бася? Да. Здравствуй. Да. Послушай, мне нужно, чтобы вы завтра с утра, все втроём были дома. Я к вам зайду. Нет, не телефонный разговор. Что? Да, но не стоит волноваться. Пока да. Нет, я от помощи не откажусь. Тем более, что тут всё неоднозначно. Да, привет им передай. Всё, до завтра. Нет, я кладу трубку.

О том, что у Насти неприятности уже все знали и поднимали всех в ружьё. Настю уже отслеживали и вот-вот за ней должна начаться погоня. Бандиты ехали не торопясь, соблюдая правила. Гнаться за ними будут на полной скорости с сиреной и мигалками. Скорее всего, Настю везут в лесной массив Солотчинского парка. Учитывая, что они ещё не переехали Оку, у погони есть все шансы догнать Настю ещё до того, как они прибудут на место. Настя включила на телефоне режим микрофона и активировала режим пеленгации, чтобы технарям было проще её найти.

Как она и предполагала, её привезли в лес. Едва они свернули с трассы, как Настя выразила беспокойство.

-Простите, а куда мы едем? Тут разве есть дома?

-Есть, - ответил мужчина помоложе. – Мы к посёлку с другой стороны подъедем. Здесь дорога хуже, но ближе.

-Да? Странно, я не знала, что здесь есть посёлок. Куда вы меня везёте?! Остановите сейчас же!

Как ни удивительно, но машина остановилась. Настя даже растерялась, и на секунду усомнилась в своих выводах, но тут молодой мужчина вышел из машины, быстро открыл заднюю дверь, сунулся в салон, схватил Настю и выволок её из машины. Настя могла его убить в любой момент. Даже голыми руками. Но она визжала, брыкалась и всем видом показывала перепуганную жертву. Мужчина уронил её на землю и пару раз пнул, особо не утруждаясь вкладывать силу в удары.

-Что вы делаете?! – визжала Настя. – Не надо! Не бейте меня!

-А ну, заткнись! – рявкнул мужчина. – Ты что думала, что за моего брата с тебя никто не спросит? Я за своего брата тебя на куски рвать буду.

-Какого брата? – заныла Настя. – Что я вашему брату сделала?

-Из-за тебя его убили. Его Фархадом в Зоне звали. Помнишь, да?

-Я его не убивала! И я не знаю, кто его убил! Я оттуда убежала и ничего не видела!

-Это не важно, - сказал старший, выйдя из машины и подойдя. – Нам за тебя заплатили. Из-за тебя кое-кого другого убили, и родственники хотят отомстить.

-Кого убили? – глупо спросила Настя.

-Через несколько минут узнаешь. Сама пойдёшь, или поедешь в багажнике?

-Сама она пойдёт, или я её порежу, - сказал молодой и достал из-за пояса нож. – Видишь ножик? Если ты не пойдёшь, я тебя на кусочки резать буду.

Настя сделала вид, что у неё подкосились ноги, и завалилась на спину.

-Не надо, не надо, - твердила она в ужасе, отползая от машины.

-Куда?! – развеселился молодой, схватил её за ногу и подтащил обратно. – От нас не убежишь. Ты смотри, как вывозилась. Теперь точно пешком пойдёшь, а не то всю машину нам перепачкаешь. Или поедешь, но голой. А давай, раздевайся.

Старший и младший переговорили о чём-то на своём языке. Отец выговаривал сыну, а тот оправдывался, без особой, впрочем, вины в голосе. Переговорив, сынок снова повернулся к Насте.

-Ты всё ещё одетая? Ай-ай… Надо делать то, что я говорю. Сейчас я объясню почему.

Он ударил Настю по лицу. Ответа не ожидал, поэтому Настя легко поднырнула под руку, чуть повернулась и выстрелила снизу в челюсть основанием ладони. Попала хорошо. Он без вскрика рухнул на спину. Отец дёрнулся было, но замер, так как в лоб ему смотрело дуло пистолета Коровина. Чтобы закрепить успех, Настя выстрелила ему в колено. Не промахнулась. Он упал, ещё не поняв что происходит, не начав кричать. Настя бросилась и зажала ему рот, поэтому вопль боли был едва слышен.

-Вот так, - кивнула Настя. – А теперь ты мне ответишь на вопросы. От кого ты узнал, где я и кто я? Отвечай! Не хочешь отвечать? – Настя пнула его по колену. Переждала вопль. – Отвечай, или я буду бить туда, пока ты не сойдёшь с ума от боли. Говори! Не хочешь? А вот тебе ещё.

Настя несколько раз пнула мужчину по ране, даже не задавая вопросов. Мужчина стонал, кричал, цедил сквозь зубы ругательства, но из его глаз так и не ушла ненависть и злость на врага. Он не сломился, поэтому допрашивать его было бесполезно. Когда он попытался укусить Настю за руку, которой она зажимала ему рот, Настя поняла всю бесполезность экспресс допроса. Держать его до подхода помощи она не могла, да и не хотела. Отпускать врага, причём идейного врага, не видела смысла. Настя приставила дуло к глазу мужчины и выстрелила. Тело несколько раз дёрнулось под ней и затихло.

Настя встала. У неё был ещё второй пленник, и у него Настя хотела получить больше информации. Нужно было продумать тактику допроса. Настя посмотрела на машину и решила заглянуть в багажник. Не удивилась, когда нашла там моток верёвки, канистру с бензином, топор, лопаты, несколько жутко выглядящих, старых инструментов. Для допроса это было то, что нужно. Видно было, что готовили знающие люди. Настя обрадовалась. Придумала сцену и отправилась связывать пленника, пока он без сознания.

Разочарование было невероятным. Пленник был мёртв. Ударом Настя сломала ему шею. Как ей объяснял Егор Владимирович, такое случается у одного из ста и этот оказался именно сотым, а попался Насте первым. Получить информацию было больше не у кого. Настя припомнила, как часто ей говорили о том, что она слишком кровожадная, что людей убивать нельзя. Ей даже Говорун об этом говорил. И вот теперь она очень раскаивалась в том, что убила. Ведь при достаточно долгой пытке начинают говорить все. Ей надо было всего лишь потерпеть и подождать, а теперь мёртвого не вернуть и информацию получить неоткуда.

Настя подумала и осмотрела машину. Осмотрела внимательно, ища самые мелкие детали, которые могли бы ей дать хоть какую-то информацию. Нашла несколько чеков с заправок. Судя по ним, машина приехала сюда с юга, но нигде не было чеков, которые указывали бы на то, что машина была в Москве. Возможно, что их не было, а значит, что и машина в Москве не была. Ещё Настя заметила, что в машине прибрались. Наспех и без тщательности, оставив много мусора, но при этом не оставив никаких вещей, которые указали бы на хозяев машины. Возможно, от машины хотели избавиться. И понятно было, что у этих двоих должна быть какая-то база, где они оставили на хранение свои вещи. Вряд ли снятый дом, но хотя бы, номер в гостинице.

Настя обыскала убитых. Никаких ключей от номера, или рекламных буклетов гостиниц не нашла. А хоть какие-нибудь ключи в карманах должны были быть. Настя вспомнила и взяла документы на машину и водительское удостоверение. Сравнила фотографию и оригинал. Было очень похоже, но всё-таки, фотография и человек отличались, хоть с первого взгляда это не было заметно. Больше никаких документов не было. Отсюда следовало, что приехав в Рязань, эти двое оставили где-то вещи и документы, а потом с поддельными документами отправились похищать Настю. Здесь они остановку не планировали. Хотели везти Настю дальше. Настя посмотрела на лесную дорогу и решила дождаться ребят. С ними будет проще и безопаснее.

Ждать долго не пришлось. Буквально через десять минут на дорогу выскочили Старший, Средний и Младший. Они были вооружены и насторожены. Увидев Настю и два трупа Старший что-то сказал в гарнитуру. Через минуту подъехали два автобуса. Из автобуса вышли технари, Егор Владимирович, Назаров, Лена, Калька, Ксюша и Лена-адвокат. Во втором автобусе ехали Джамал и Боря, ребята из секции.

-Никому здесь не ходить! – тут же прикрикнул Назаров. – Не оставлять лишних следов! Парни, останьтесь в автобусе. Лена, адвокат тут тоже никому не нужен. В автобус! Настя, что здесь произошло?

Настя быстро рассказала. Высказала свои выводы. Трое переглянулись и растворились в лесу.

-Ну, куда? Куда они отправились? – высказался Егор Владимирович. – Там наверняка никого уже нет.

-А я думаю, что есть, - сказал Назаров. – Они не знают точного времени, когда им Настю привезут. Выстрелы были тихими. В лесу их не слышно. Думаю, до сих пор ждут.

-Тогда нам надо туда, - подхватилась Настя.

-Куда?! – рыкнул Егор Владимирович. – А ну, живо в автобус! Дальше мы без тебя разберёмся. Ты и так уже дел наворотила. Зачем ты этих убила?

-Этого случайно, а этого пытать не хотела, а без долгих пыток его не сломать. Да и живыми они мне не нужны были. Но сейчас я понимаю, что сглупила.

-Это хорошо, что понимаешь. В автобус иди!

-Мы пробили машину и документы, - подошли технари. – У них два штрафа за превышение скорости, пока сюда ехали. Машина и документы принадлежат не им. Их остановили в Ростовской области. Вот их настоящие документы, а машиной пользуются по доверенности.

-Ищите, где у них тут лёжка. Где-то ведь они вещи оставили.

-Очень сложно, - признались технари. – Результат будет только к полуночи, а то и к утру, если будем всю ночь работать, да и то не факт. Нам бы ещё каких улик.

-Нет больше улик! – почти крикнул Назаров. - И у нас не следственная бригада с экспертами. Как будем действовать? Может, вызовем экспертов из управления?

-Ты свои ментовские привычки брось, - сказал Егор Владимирович. – Ты не забывай, кто мы. И не забывай, кто этих убил. Нам надо думать, как трупы прятать и что с машиной делать? Их лёжку нам самим искать придётся.

-Хорошо, убираем трупы. Крови почти нет… Настя, ты ещё не в автобусе? Ладно, ты и так уже тут натоптала. Обойди тут всё и собери все улики. Девочки, вы не вздумайте выходить. Парни, аккуратно занесите трупы в свой автобус и накройте чем-нибудь. Я сяду за руль машины и отгоню её на разборку. Хотя, нет. Пусть это лучше сделает Джамал. Он больше похож на молодого угонщика.

-Впереди обнаружена группа подозрительных лиц, - высунулся из автобуса технарь.

Настя всё поняла и тут же начала командовать.

-Все по машинам! Джамал, сядешь за руль легковушки. Быстро, трупы в автобус! Меня связать и положить в багажник легковушки. Джамал, ты племянник этих… Привёз меня ты, потому, что родственники не доверяют тем, кому меня везут. Так при встрече и скажешь. Автобусы останавливаются за пятьдесят метров до точки и дальше все идут по лесу пешком. Меня и Джамала прикрывают те, кто уже наблюдает противника. Вопросы?

Видя, что никто не торопится выполнять её распоряжения, сочла нужным пояснить.

-Ну, подумайте сами. Это наш шанс получить информацию. При передаче пленника можно много чего узнать.

-Опасно это, - с сомнением сказал Назаров.

-Ничего опасного, - возразила Настя. – Не убьют ведь меня, как только увидят. Обязательно поговорить захотят. Тут я всё и выясню. Давайте скорее. И свяжите меня не очень крепко, чтобы если что, то я освободиться могла. И не возражайте! Времени нет! Можете возражать, если придумаете план лучше.

Лучше никто план не придумал и стали действовать по Настиному плану. Трупы забрали, прибрались, Настю связали и уложили в багажник. Джамал сел за руль и поехал. Чтобы Насте не было скучно, он комментировал дорогу. Настя тоже комментировала дорогу и всё больше непечатно. В багажнике нещадно трясло, и Настя постоянно обо что-то ударялась. Однако, рот у неё был заклеен и попросить Джамала ехать осторожнее она не могла.

Только когда Джамал вышел из машины, Настя поняла, что рисковала не только она, но и он. Никто не знал, что за люди хотели видеть Настю. Вполне возможно, что сейчас Джамала просто убьют, как ненужного свидетеля. Пока не открылась крышка багажника, Настя с ужасом вслушивалась в неразборчивые слова переговоров и ждала выстрела. Хоть и понимала, что у Джамала есть прикрытие, но всё равно боялась за него. Но Джамал сыграл свою роль хорошо. Крышка багажника откинулась, и какой-то мужчина вытащил Настю. Протащил по земле, поставил на ноги. На Настю с любопытством и лёгкой брезгливостью смотрела довольно молодая женщина.

-Так вот ты какая, - сказала она. – Выглядишь ужасно. Ты что-то хочешь сказать? Снимите скотч.

С Настиного рта сорвали ленту.

-Попробовала бы ты выглядеть хорошо после того, как проехалась в багажнике, - сказала Настя.

-А ты дерзкая, - усмехнулась женщина. – Это хорошо. Мне так больше нравится.

-Кто ты такая? – спросила Настя. – Ты жена Фарика?

-Какого Фарика? – удивилась женщина. – Я не жена, я дочь. Дочь того, кого твой Говорун убил.

-Говорун много кого убил. У многих были дочери. Ты конкретизируй.

-Фамилия Костенко говорит тебе что-нибудь? – усмехнулась женщина. – Вижу, что вспомнила. Говорун умер. Ему уже не отомстить. Но ведь это с тебя всё началось. Это ты во всём виновата. Знаешь, я не любила развлечений брата, но иногда смотрела, как он развлекается. Ты думала, что избежала всего этого? Нет. Тебе это ещё предстоит. Я буду долго тебя пытать. Ты будешь умолять меня о том, чтобы я тебя убила. Брат был нетерпелив, а я очень терпеливая. Ты будешь мучиться до-о-олго. Тебе не страшно?

-Нет. Как ты меня нашла? Понятно, что смотрела награждение в кремле…

-Да, смотрела и увидела. Фамилия у тебя, очень говорящая. Я как услышала, так сразу поняла, что это ты. А потом… У меня, конечно, меньше денег, чем у моего отца. Я по твоей вине почти всё потеряла. Но кое-что у меня есть. И ещё у меня есть друзья в Москве. Деньги и связи - найти тебя так просто. В вашем МОИЗ тоже люди работают. И тоже любят деньги.

-Очень хорошо, - кивнула Настя. – А Чеченцев ты зачем привлекла?

-Чтобы искали их, а не меня. Они как услышали, что могут за родственника отплатить, так сразу сюда приехали. Теперь искать будут похитивших девушку чеченцев, а я, пока ищут, буду с тобой развлекаться.

-Ты просто умница, - одобрила Настя. – Только ты кое о чём забыла. В кино, когда главный злодей объясняет жертве свой коварный план, жертва освобождается и убегает.

-Мы не в кино, - сказала женщина.

-Но я освободилась, - показала Настя свои свободные руки.

Секундное замешательство стало для женщины фатальным. Если бы она мгновенно отпрянула назад, Настя не смогла бы её ухватить. Ноги у неё так и были спутаны. Но женщина оторопела, и Настя ухватила её, а потом прикрылась ею от удара охранника. Её рука легла на горло женщины и Настя рявкнула ни к кому не обращаясь.

-Назад! Пять шагов назад! Или я ей кадык вырву! Скажи, чтобы отошли!

-Отойдите, - просипела женщина.

Охранники отошли. Не на пять шагов, но пару шагов назад сделали. Настя пыталась распутать ноги.

-И что ты собираешься делать дальше? – спросила женщина. – Если ты со мной что-нибудь сделаешь, мои телохранители тебя убьют. Давай так, ты меня отпустишь, а я тебя убью быстро.

-Вы меня убьёте? – спросила Настя телохранителей.

Один из них кивнул.

-А зачем? – спросила Настя. – Если я её убью, то вам никто не заплатит. Зачем тогда меня убивать? Вы можете сейчас сесть в машины и уехать. И никто ничего не узнает.

Двое заколебались, но трое продолжали стоять наготове. Видимо они были верны хозяйке, а двое были новичками. Ситуация сложилась патовая. Стоило Насте сделать хоть одну ошибку и её тут же скрутят, но стоит телохранителям броситься и Настя тут же убьёт женщину. Но тут вмешались Настины бойцы. Они спокойно вышли на полянку, держа под прицелом всех находящихся на ней.

-Просим всех лечь, - сказал Назаров, - а не то я дам приказ и все здесь лягут не по своей воле.

-Ха! – презрительно усмехнулась Настя. – Вы думаете, что я поверю в это? Да стреляйте, мне всё равно. Я ею прикроюсь…

Дальше Настя ничего сказать не успела. Кто-то подкрался к ней сзади и взял её шею в захват. По запаху она узнала Егора Владимировича, а потом потеряла сознание.

-Настя, ты снова убила, - сказал Егор Владимирович, едва она открыла глаза. – Это не нормально… То, что ты так просто людей убиваешь.

-Зачем вы меня отключили? – спросила Настя.

-Чтобы ты ещё кого-то не убила. Настя, пойми, всё можно решить без убийства.

-Можно, но не всё, - возразила Настя. – Я эту тварь всё равно в живых не оставлю. Если бы вы видели, как её братец развлекался… А она мне призналась, что тоже так развлекалась. Тем более, что если её отпустить, то мне тогда нужно будет постоянно ходить и оглядываться. Ведь у этой твари есть деньги и связи.

-Ничего этого у неё скоро не будет. Мы заставим её дать показания. Она сядет надолго, а все её связи оборвутся.

-Неужели? – с сарказмом спросила Настя. – Лена в другой машине? Жаль. Она бы вам объяснила, как легко адвокат может отмазать любого человека от любых обвинений. Кстати! Если Лена здесь, то кто заберёт Таню?

-Я позвонил Серёже. Он привезёт её в общежитие. Настя, не уходи с темы. Мы о тебе говорили. Мы твои партнёры, и запрещаем тебе убивать.

-Не смейте мне запрещать! – взвилась Настя. – Не смейте! Вы думаете, что мне это приятно?! Вы думаете, я кайф ловлю, когда кого-то убиваю?! Просто я когда-то поняла, что есть люди, которым жить нельзя. Просто, нельзя! И если я вижу такого человека, то я его убиваю. Я согласна, что двух телохранителей можно не убивать. Ещё насчёт троих я ничего не решила. Но эту тварь убить нужно. И я её убью!

-Но, почему ты так уверена, что эту женщину нужно убить?

-Потому, что она умеет и любит убивать. И не остановится. Для неё решение об убийстве не вызывает никаких противоречий в душе. Ей даже нравится. Чувствовать свою власть над беззащитной жертвой, давать ей надежду на жизнь, а потом отнимать эту надежду. Пытать убиваемых. Я, в отличие от неё, пытать не люблю. Как только я поняла, что пытки не дадут результата, я сразу чеченца убила.

-То есть, ты не будешь её пытать? Скажи, а тебе нужно самой её убить, или тебе достаточно будет того, что она умрёт? Я имею в виду, что… Если её кто-то другой убьёт, тебя это устроит?

-Да, конечно. Но вам я теперь не доверяю, поэтому убить её должны на моих глазах. А правильнее будет, если я её убью. Я приговорила – я убиваю.

-Мне понятна твоя логика. Сейчас мы едем в одно место. Там можно долго держать пленников. Будем таскать их на допрос по очереди. Потом решим, нужно ли их убивать.

-Нас не отследят? – забеспокоилась Настя.

-Технари сказали, что все камеры на дороге нас не видят. Место выкуплено одной подставной фирмой и приведено нами в порядок. Им никто не интересуется. Считается, что всё ценное оттуда уже спёрли. Мы там сторожа посадили. Сама сейчас увидишь. Да, чуть не забыл. Ты мною обезврежена и ты моя пленница. Так себя и веди.

-Как скажете. Знаете, я не хочу, чтобы кто-то убивал по моему приказу. Я вообще не хочу, чтобы кто-то кого-то убивал. И сама не хочу убивать. Но если не я, то кто? И я не убиваю просто так. Я убиваю людей в виновности которых у меня нет сомнений.

-Молодая ты ещё, глупая, - со вздохом сказал Егор Владимирович. – Потом поймёшь, что даже виновных людей… Всех не перестреляешь.

-Патронов не хватит? – пошутила Настя.

-Это тоже, - кивнул Учитель, - но главное, что ты потом должна будешь в глаза тем людям посмотреть…

-А я готова, - перебила Настя. – Я готова прямо сейчас отправиться к Маше и сказать ей, что я её мужа убила. Я готова приехать в Чечню и всем родственникам этих чеченцев сказать, что убила их родных. Я им в глаза посмотрю, и мне стыдно не будет. Я убивала тех, кто хотел убить меня. За каждое моё убийство я могу оправдаться.

-Я когда-то также как ты думал. Ты думаешь, что я тех ментов просто так убил? Нет, я их выслеживал. Они до этого моего друга убили. Забили в камере насмерть, а потом выкинули на мороз. Утром акт составили, что он сам замёрз. И они так продолжали бы делать. Я их выследил и убил. Якобы в пьяной драке, а на самом деле очень расчётливо. Знаешь, мой командир узнал всё. Я сам ему рассказал. И он тогда сказал мне то, что я сейчас говорю тебе: для родных и близких убитых тобою, ты станешь убийцей, и никакие твои оправдания этого не изменят.

-А мне плевать! – рявкнула Настя. – Если им что-то не нравится, то я убью и их!

-Я тоже самое сказал, - с горечью рассмеялся Егор Владимирович. – Только сейчас я понимаю, что это тупик. Потому, что рано или поздно, за тобой станет охотиться вполне приличный человек, для которого ты будешь мерзкой убийцей. Ты и его убьёшь?

-Нет. Я возьму его, посажу перед собой, и объясню, почему я приняла решение убить кого-то. Его родственника, например. Если он после этого будет желать меня убить, то я отпущу его и буду жить дальше с оглядкой. Вы сейчас спросите, почему я не могу отпустить эту женщину. Отвечаю. Она не только меня хочет убить. Она кого-нибудь хочет убить. Любого, ей всё равно. Любой человек имеет право на месть. И я готова жить с оглядкой. Да я последний год так и живу! Но я готова простить мстящего, только если он будет мстить только мне, не вмешивая никого другого. И если он нормальный человек, то поговорив со мной, он примет мои доводы и больше не будет мстить. Если я когда-нибудь убью, и у меня не будет на это веских оснований, то тогда…

-Тогда тебя убью я, - глухо сказал Егор Владимирович. – Прости, Настя, но я не вижу другого пути. Если тебе понравится убивать, то я даже не представляю, кто, в будущем, кроме меня, сможет тебя остановить.

-Вы меня переоцениваете, - сказала Настя. – Что ж… Желаю вам удачи. Я надеюсь, что вы предупредите меня, если будете недовольны моим поведением.

-Я уже недоволен.

-Я вам свои доводы привела. Дайте мне хоть какое-то опровержение. Только разумное и логичное. Такого нет? Извините, я эту тварь убью.

-Посмотрим ещё, - проворчал Учитель. – Я ещё с Назаровым посоветуюсь.

Настя не хотела, но пришлось устроить суд. Лена адвокат, Настя обвинитель. В качестве судей выступали все работники фирмы, посвящённые в тайну. Как ни удивительно, но голоса разделились почти поровну. Половина была за убийство, половина против. За убийство было всё же большинство, и Настя привела приговор в исполнение. Убила не сама. Назаров посоветовал повязать телохранителей кровью, прежде чем отпустить их. Настя дала им ножи и приказала порезать бывшую хозяйку. Что было удивительно, ни один не отказался. Настя даже пожалела, что их ребята оправдали и не захотели убивать.

Настя и сама признавала, что телохранители ни в чём не виноваты. За неделю допросов они не дали противоречивых показаний и на них не было собрано никаких улик. Наняты были недавно. В развлечениях хозяйки участия не принимали. Лена, как адвокат, не нашла в их действиях состава преступления, а Назаров не верил в их невиновность, но всё равно был против того, чтобы вешать на себя лишние трупы. Единственное, что он одобрил – повязать телохранителей кровью, прежде чем отпустить. Они должны были убить бывшую хозяйку.

В отличие от телохранителей, их подопечная пела птичкой. Сначала возмущалась и требовала адвоката, звонка прокурору, вызова журналистов, но потом поняла, что ничего этого не будет, и испугалась. А когда её положили на пыточный стол и начали раскладывать инструменты, она начала признаваться во всём. И в планировании убийства Насти, и в развлечениях с пытками людей, и в убийствах, и в торговле наркотиками в особо крупных размерах. За неделю она наговорила столько, что её вполне можно было отпустить. Все, кого она сдала, убили бы её как можно быстрее и по возможности, наиболее болезненным способом. Однако Настя хотела быть уверенной в её смерти, поэтому заперла её в комнате, и запустила туда мужиков с ножами.

Последняя из Костенко умирала долго. Никто не решался нанести фатальный удар. По сути, она умерла от потери крови из многочисленных порезов. Назаров забрал у бывших телохранителей ножи и одежду, в качестве улик, а потом выплатил им по пятьдесят тысяч. За деньги он взял с них расписки, да ещё и заставил подписать признания. После этого их всех вывезли в Москву и там оставили, с наказом, как можно быстрее покинуть страну. К утру технарям стало известно, что наказ они выполнили. На этом история закончилась.

Все собранные показания Егор Владимирович передал Пеструхину. Показания были голословными, без доказательств, но они могли помочь, связав людьми какие-нибудь дела, или разрозненные преступления. Судя по тому, что переписка между Назаровым, Пеструхиным и Егором Владимировичем сильно активизировалась, это действительно было так. Настю в это не посвящали, но она не врала, когда говорила, что следит за своими партнёрами. Сторонний хакер не смог влезть в переписку, но трафик отследил без проблем. Впрочем, Настя и не хотела влезать во всё это. Она занималась своими делами.

Её дела были примерно и из той же области, но немного другими. Настя искала того, кто слил о ней информацию. Генерал Ерёмин, ссылаясь на нехватку людей, поручил это ей. Съездив в Москву, Настя под расписку получила диск с делами сотрудников МОИЗ и теперь выискивала среди них подходящую кандидатуру. Она прочла и запомнила все дела. Прочла показания Костенко. Запросила и получила материал на того, кто передал Костенко Настины данные, но дальше продвинуться не смогла. Подозрения у неё были, но не было доказательств, а обвинять человека голословно она не хотела.

Она уже чуть не ошиблась один раз, и теперь зареклась от поспешных победных реляций. Тогда она приехала к Кальке, Негре и Басе, и потребовала у них сдать того, кто им про неё рассказал. Девушки отнекивались и не говорили. Настя воззвала к их разуму. Ведь тот, кто рассказал им про Настю, выдал её и Костенко. Девушки только посмеялись над такой версией, и наотрез отказались выдавать кого-либо. Настя составила докладную прямо генералу, и только увидев эту бумагу, Насте сказали, кто её выдал.

Оказалось, что это был шутник и весельчак Антон. Он составлял девушкам пакет документов для гражданской жизни, припомнил, как когда-то делал документы для такой же красивой девушки, а потом выяснилось, что Настю девушки знают и очень хотят с ней увидеться. К чести Антона надо сказать, что он до последнего сопротивлялся и не выдавал Настю. Но его подкараулили у его дома, захватили около квартиры, а потом все выходные втроём насиловали, кормили всякими домашними вкусностями, а самое главное, не пускали к компьютеру. Он всё это выдержал и не сломался. Но девушки пошли по проверенному пути и заявили, что ославят Антона, как импотента, который не может удовлетворить всего трёх женщин. И вот тут он сдался.

Настя выслушала историю от девушек. Не поверила и позвонила Антону. Тот отнекивался, но потом признался, что всё так и было. Рассказал свою версию, которую Настя слушала, стараясь не расхохотаться. Антон так уморительно рассказывал о своих мучениях; о том, что в его квартирке сделали уборку; о том, что ему приносили еду в постель и кормили с ложечки; о том, что ему не давали смотреть телевизор и не пускали надолго в туалет. Любые попытки покинуть девушек пресекались фразой: «Тебе с нами скучно?», и взглядом прекрасных глаз, полных печали и страданий. Рядом с ним постоянно находилась одна из них. Даже в душ он не смог сходить без сопровождения. Под конец разговора Антон воззвал к Насте, вопрошая, представляет ли она, какой ад он пережил? А потом, непосредственно поинтересовался, не приедут ли девушки к нему на следующие выходные? Этого Настя не выдержала и сбросила звонок, а потом чуть не задохнулась от смеха. За то, что девушки сразу ей не признались, она отомстила им, приказав отправиться в Москву, захватить там Антона и все выходные пытать его, чтобы узнать, не проболтался ли он кому-то ещё. Девушки не были в восторге от задания, но согласились его выполнить.

Девушки были самым лучшим кадровым приобретением. Они были не брезгливы, работящи, нетребовательны, ненавязчивы, готовые выполнить любой приказ. Пожив в Зоне и привыкнув довольствоваться малым, они жили скромно. На те деньги, что им дали, когда они покинули научный центр, они вскладчину смогли купить микроавтобус и квартирку на две комнатки в Рязани. Теперь тихо жили там втроём. Настя могла бы быть довольна такими сотрудницами, но она считала девушек своими подругами и такая их жизнь ей категорически не нравилась.

Ей не нравилось то, что Калька так никому не назвала своего настоящего имени и ничего не рассказывала про свою прежнюю жизнь. Шпилька теперь требовала, чтобы её называли Басей, а услышав свою прежнюю кличку, приходила в ярость. В отличие от Кальки, она могла часами рассказывать о Польше, о прекрасном местечке Пиш и озёрах около него, но возвращаться туда почему-то не рвалась. Негра вообще замкнулась в себе и с Настей никак не откровенничала. Также Настя заметила, что девушек не интересуют мужчины, а побывав у них в квартире, поняла, что спят они на одной кровати втроём. Со своими выводами она пошла к психологу. Требовать раскрыть врачебную тайну не стала, но выложила ему свои выводы и выразила беспокойство.

Психолог заверил её, что у девушек действительно есть отклонения в психике и очень серьёзные, но они быстро идут на поправку. То, что они не интересуются мужчинами со временем пройдёт. Просто сейчас они воспринимают мужчин, или как противника, или как источник материальных благ, и никак иначе. Слишком многого они от мужчин натерпелись. То, что они спят вместе – это даже не проблема. У них нет сексуальной близости. Их близость, скорее духовная. Они привыкли в Зоне доверять друг другу, а теперь, когда обстоятельства изменились, ищут друг у друга поддержки. Это всё равно, как если маленький ребёнок берёт с собой в постель плюшевого мишку. Они друг для друга являются плюшевыми мишками.

Про индивидуальные отклонения в психике психолог говорить отказался. Заметил только, что Негра действительно сложный пациент, который не хочет ни перед кем раскрываться. Как врач, дал Насте некоторые рекомендации, чтобы она, со своей стороны тоже предприняла меры для помощи Негре в обновлении жизненных критериев. Ведь в Зоне вся её прежняя мораль, все понятия, все критерии, всё рухнуло в одночасье. Она справилась и приняла новую жизнь в Зоне. Теперь же, когда она вернулась в нормальный мир, она никак не может прийти к пониманию того, что возврат к прежним нормам жизни - невозможен, как бы ни хотелось, а нормы Зоны не годятся. Объяснив Насте всё это, врач ехидно поинтересовался, не находит ли она какого-либо сходства?

-Намекаете на меня? – прямо спросила Настя.

-Настя, я вам не намекаю. Я вам прямо говорю. У вас почти такие же проблемы с психикой. Почти! Я подозреваю, что ваши проблемы гораздо глубже. Вы более интересный случай, но намного более опасный. Знаете, я подумываю о том, чтобы отправить вас в стационар на пару недель. Мне бы хотелось, чтобы вас понаблюдал психиатр.

-Ни в коем случае! – сразу сказала Настя. – У меня куча дел! Некогда мне по стационарам разлёживаться.

-Простите, Настя, но я буду настаивать. Видите ли, я отмечаю проблемы у вас в психике, но никак не могу поставить диагноз. У вас не паранойя, не шизофрения… Возможно, вы со мной не совсем откровенны…

-Я сразу вам сказала, что не буду с вами откровенна, - перебила Настя. – Вы так и не поняли, что обсуждая что-то с вами, я тоже получаю информацию о себе. Я отмечаю вашу реакцию и потом анализирую, на что именно вы реагировали. Это помогает мне обращать внимание на свои проблемы. Я ведь книжки по психологии читаю и даже понимаю, что именно прочитала.

-Боже мой! Вы занимаетесь самолечением! Настя, с вашими проблемами, вам нужен комплекс мер по их ликвидации. В вашем случае, вы находите у себя какую-то проблему, скажем так, лечите её, но одновременно у вас усиливается другая проблема. Тем более, что вы со мной не откровенны, и моя реакция на вашу не откровенность может быть совершенно неверной. А вы на этом своё лечение выстраиваете.

-Я ничего не выстраиваю. Я не лечусь. Я просто фиксирую изменения в своей психике и придумываю, как мне с ними жить. Это то, что вы должны были мне дать. И вы мне это дали, хоть и не тем способом, который вы считаете правильным. Что касается психиатра, то у меня нет голосов в голове, я не выдумываю посторонних сил, которые говорят мне, что делать. За все свои поступки я несу ответственность сама. Я делаю – я отвечаю. Иногда я делаю то, что вас может шокировать, но…

-Главное, чтобы это не шокировало вас, - перебил психолог. – Давайте поговорим об убитой Костенко. Вам было её жалко, когда её убивали?

-На сегодня мы закончим наше общение, - сказала Настя.

-Да, пожалуйста. Но не думайте, что я забуду. На следующей встрече я вновь подниму этот вопрос.

-Я подумаю. Возможно, наша следующая встреча не состоится, - сказала Настя, выходя из кабинета.

Кому пожаловался на Настю психолог - было совершенно не важно. Важно, что Настю вызвал в Москву Ерёмин и долго на неё орал, требуя, чтобы она посещала психолога. Видимо дела у него шли не слишком хорошо, раз он начал срываться на подчинённых. Причём срываться так, что переставал себя контролировать. Пока ругался, он выдал Насте планы научного отдела на её счёт. Кто-то там заметил всё-таки отклонения в Настиных анализах и сейчас требовал Настю на обследование. Да и с её психикой кому-то кроме психолога хотелось поработать. Если назвать вещи своими именами, то Настю требовали в научный отдел, как подопытную крыску.

Настя выслушала ругань генерала. Учла то, что он сказал. А потом выдала ему результат своего расследования. Настя выяснила, что утечка информации прошла через консультации психолога. Именно поэтому информация была такой не полной. Что касалось конкретной информации, то Настя сдала психолога и его приятеля, которые эту информацию раздобыли и продали. Схема была неочевидной, но через интернет Настины технари смогли добыть доказательства. Это разом заткнуло генерала. Настя уезжала в Рязань довольной. Разумеется, она бы не решилась на такой демарш с психологом, не будь у неё туза в рукаве. Зато теперь, она могла не посещать психолога с разрешения генерала. Она просто поинтересовалась обеспечением сохранения тайны, и генерал не нашёл, что возразить.

Глава 8

А дальше начались проблемы. Как будто убитая Костенко начала вредить с того света. Настя сказала об этом партнёрам, но Назаров только посмеялся, а Егор Владимирович сказал, что у них был долгий период затишья, а теперь начнётся период волнений. Началось с того, что в парке, где Настя хранила вещество, появилось слишком много людей. Парк облагораживали, и тайник вполне могли заметить. Насте пришлось искать другой тайник. А потом, взбунтовалась лучшая шпионка, требуя больше денег.

Наталья Степановна ни с кем своими подозрениями не делилась, но предполагала, что работает на бандитов. Она была шпионкой по призванию, к сожалению, или к счастью, не раскрыв свой талант в юности. Для неё не составило труда выследить, кто и как передаёт ей указания и оставляет в тайниках оплату за выполнение. Постепенно, она собрала все возможные сведения об организации. Она узнала точно, чем занимается организация, о чём, в принципе, не сложно было догадаться, но не узнала, кто и какие роли в организации выполняет. Она предположила, что Настя всего лишь курьер и направилась к ней, чтобы привлечь на свою сторону и потребовать от главарей банды справедливую долю.

Когда к Насте на улице подошла её лучшая шпионка, Настя совершенно растерялась, не зная, что делать. Но когда шпионка предложила Насте дать против организации показания и дала полный расклад по сотрудникам и всем делам, у Насти был шок. То, что не могли раскрыть сотрудники ФСБ и бандиты, легко раскрыла старая пенсионерка. Степановна приняла Настино шоковое состояние за удивление от новости, что она работает на бандитов, и стала уговаривать её дать показания и не думать о том, на кого она работает, а просто потребовать денег. Она объяснила Насте свой план и показала собранный материал.

Сведения были убойными. Настины показания должны были связать эти разрозненные сведения вместе, и тогда материал получился бы таким, что его можно было бы сразу предъявлять следователю, а потом и в суд. И на предложение откупиться пришлось бы ответить согласием. Иначе вся организация могла бы получить кучу мелких, но досадных неприятностей. Уклонение от уплаты налогов, создание бандформирования, незаконная предпринимательская деятельность– это только те статьи, которые вырисовывались при первом просмотре материалов. А ведь можно было копнуть и получить гораздо больше. Степановна много чего не узнала, но намёки на совершенно незаконную деятельность в материалах были, правда, бездоказательные. Но кое-какие доказательства у Степановны были. Несколько показаний, и пара распечаток втащенных из мусорных баков, стоящих около офиса Назарова. На их основании можно было начинать следствие. Это уже были не рассказы полусумасшедшей старухи.

Настя попросила себе день на размышление и убежала от вредной старушки, как та ни уговаривала её остаться и дать показания. Убежав, Настя собрала Назарова и Егора Владимировича на окраине города в кафе. Обрисовала им ситуацию. Убийство исключили сразу, но Настя отправила к дому Степановны парочку своих агентов, которых старуха не знала, чтобы следили. Слежка ничего не дала. Со своей квартиры Степановна съехала. Были привлечены все наличные силы на её поиски, из тех, кого Степановна не могла опознать, хоть таких было немного. Как ни удивительно, технари Степановну нашли. Она решила пожить какое-то время у подруги. Утром Степановну тихо похитили из квартиры подруги и доставили на базу, где не так давно уже держали пленников.

Допрашивать старуху собиралась Настя, как человек, который рекомендовал её, и как руководитель организации, в которой появилось такое слабое звено. Назаров сказал, что будет допрашивать сам, но Настя возразила. Они с Назаровым поругались, но в конце он уступил. Сказал, что когда у Насти не получится, то за дело возьмётся он. Нужно было выяснить, с чего вдруг Степановна стала такой жадной и как додумалась шантажировать тех, кто её кормит? Было ещё несколько моментов, которые надо было прояснить.

Когда Настя зашла в помещение, в котором сидела старуха, она была весьма сильно удивлена. Степановна не выглядела испуганной или сломленной. Она смотрела на Настю с иронией и гаденько улыбалась. Настя села на принесённый с собой стул и стала смотреть на Степановну. Степановна в ответ разглядывала её. Первой нарушила молчание Степановна.

-А старой бабушке стул предложить? Или воспитания не хватает?

-При вашем характере, не удивлюсь, если я вам предложу присесть, а вы мне стулом голову проломить захотите.

-Почему, только захочу? Я и сейчас хочу тебе голову проломить. Как же я ошиблась с тобой, девочка.

-Вы меня по голосу опознали? – спросила Настя, стягивая маску.

-А как же ещё? Донесла на меня? Сразу к главному побежала? Что он тебе за это обещал? Денег больше даст? А для этого ты меня убить должна? Или пытать будешь, чтобы выслужиться?

-Сколько вопросов, я даже сомневаюсь, кто кого допрашивает, - с иронией сказала Настя. – У меня к вам всего несколько вопросов. Два самых главных. Зачем? Почему?

-А нечего! - завелась Степановна. – Лекарство они за такие деньжищи продают. Лекарство бесплатно надо раздавать. А вы с людей последнее дерёте.

-А вы знаете, сколько стоит это лекарство? Сколько человек погибло, добывая его?

-А вы его себе захапали! Теперь на людях наживаетесь. Ничего, у меня всё записано. Я всё узнала. И что, и за сколько. Всё у меня есть. Убьёте вы меня, так вас тут же всех и повяжут.

-Кто повяжет? Кто узнает? Скажите, вы не боитесь? Вы влезли в такие дела, где живых не оставляют.

-А мне всё равно! Я уже старая и мне терять нечего. А вас всех посадят. Вы все у меня записаны.

-Я читала ваши бумаги, - сказала Настя. – Вы проделали прекрасную работу. Жаль, что работали против нас. А я так вам доверяла. Хотела уже вас на повышение отправлять.

-Мала ты ещё, чтобы меня куда-то отправлять. А если и отправишь, то я не пойду. Кто тебе, пигалице, дал что-то читать? Не ври. Да и не знает никто о моих бумагах, а они в надёжном месте лежат. И если со мной что-то случится, то они сразу окажутся на столе у кого надо.

-А у кого надо? – спросила Настя, но тут же поправилась. – Впрочем, мне это не интересно. Скажите, сколько вам надо дать, чтобы вы забыли всё в этих бумагах написанное?

-Сто миллионов, - сразу ответила старуха, и добавила, - евро.

-У меня таких денег нет, - развела руками Настя. – Если вы всё знаете, то должны понимать, что как бы мы ни ломили цены, но собрать такие деньги мы бы не смогли никак, даже если бы у нас трат не было совсем. И скажите, зачем вам такая сумма? Вам жить осталось всего ничего. Потратить не успеете, завещать некому. Или вы просите только затем, чтобы попросить? Или хотите торговаться?

-Моё дело, куда потрачу! – разозлилась вдруг Степановна. – И торговаться я не буду. Не с тобой, соплячкой, ни с твоим главным… Как он у вас называется?

-А никак он не называется, - сказала Настя. – Потому, что нет никакого его. Есть она. Училка. И сейчас она сидит перед тобой. Тебя подвело то, что ты даже представить себе не могла, что глава организации носится по городу очумелым зайцем, чтобы лично отдавать приказы. В твоём представлении главарь должен сидеть в кабинете, или ещё где, и руководить всеми одним движением пальца. А я вот, не такая. Уж, извините. Теперь ты узнала, кто главный. Что дальше? Кому ты сможешь сообщить об этом?

Степановна немного смутилась. Сразу не нашлась с ответом. Однако потом оправилась от такого удара и немного нагло заявила.

-А кто спросит, тому и расскажу, если не заплатите. А если меня убьёте, то мои бумаги пойдут в дело…

-Никакого дела не будет, - категорично отмела Настя. – У вашей подруги мы бумаги забрали. Из банка мы их ещё не успели достать, но работаем в этом направлении. Вы думаете, что мы вас убьём. Это не так. Мы вас отпустим и свернём всю деятельность, а вы можете потом хоть до посинения твердить, что мы убийцы, вымогатели… ну, кто там ещё… Кончится всё тем, что доживать старость вы будете в дурке. Мне очень жаль, но будет именно так. А я вас так хвалила, так на вас надеялась. Что ж, будет мне урок на будущее. Счастливо вам оставаться. Как только мы заберём бумаги из банка, вас отпустят.

Настя вышла из помещения. В соседней комнатке её ждали Назаров и Егор Владимирович. Также там сидел Старший. Они о чём-то тихо переговаривались, а когда вошла Настя, закончили разговор. Настя присела на свободный стул и посмотрела на каждого поочерёдно. Когда посмотрела на Старшего, он начал говорить.

-Настя, нам преподавали психологию допроса. Ты отлично провела допрос. Даже я не смог бы лучше. Откуда у тебя такие навыки?

-Я отлично провела допрос? – поразилась Настя. – Я наоборот думала, что вы меня ругать будете.

-Нет, не будем, - покачал головой Старший. – На первом допросе нужно вывести пленника из состояния уверенности. Посмотри на Степановну. Она растеряна, потеряна и не знает, что делать. На следующем допросе из неё можно будет верёвки вить. Но я не об этом. У меня есть идея. Знаешь, она тебе соврала, когда говорила, сколько хочет получить. Я думаю, что она ничего не хочет получить. Ей хотелось красиво умереть, а не просто сдохнуть в одиночестве. Стать героем невидимого фронта. Вот и заварила она эту кашу. Я думаю, что нам надо ей свои удостоверения показать. Тогда она снова на нас работать будет.

-Почему? – удивилась Настя.

-Если мы представляем государство, то тогда она причастна к чему-то великому и…

-Не растекайся мозгами по деревьям, - сказал Назаров. – Короче, есть мнение, что на государство она будет работать. И с прежним энтузиазмом, если не сильнее. Может быть, что он прав, но я сильно сомневаюсь.

-А я думаю, сможем ли мы ей, потом доверять, если она согласится вновь на нас работать? – сказал Егор Владимирович. – Если мы сейчас ей удостоверения засветим, то потом она нас своими показаниями в порошок сотрёт.

-Не она, - сказал Назаров. – Но кому стереть – всегда найдётся. Удостоверения – это улика железная.

-Почему только удостоверения – улика? – удивилась Настя. – Она на нас столько раскопала…

-Это всё мелочи, - поморщился Назаров. – Ты сама сказала, что все её слова никто и слушать не станет. В крайнем случае, нас задолбают проверками. Но ты можешь не волноваться. Я тут нанял человечка. Он всё сделал. Теперь по бумагам у нас совершенно законный бизнес. Разработки научных проектов, научного оборудования и инвестиции в науку. Я потом вам всё подробно рассажу. Сейчас думаем, что делать со Степановной. Выкидываем, или оставляем?

-Я за то, чтобы оставить, - сразу сказала Настя. – Если есть хоть шанс…

-Ты предвзята, - сказала Назаров, - и не объективна.

-Я согласен с Настей, - высказался Егор Владимирович. – Эта бабка неплохо на нас поработала. Если есть шанс на то, что она и дальше на нас будет работать, надо им воспользоваться.

-Но если не получится, то надо будет действовать жёстко, - напомнил Назаров.

-Вы хотите её убить? – удивилась Настя.

-Нет. Вколем кое-что и выпустим на улицу. Через пару часов окажется в психушке, а потом её рассказам никто не поверит. Мы ведь с тобой это обсуждали. Забыла?

-Я сейчас зайду к ней и поговорю. Это должен быть её выбор. Если она нам не оставит ни одного шанса, тогда, и только тогда мы пойдём на крайние меры. Ох, хорошо бы, чтобы получилось.

И получилось. Увидев Настино удостоверение, Степановна не поверила, что оно настоящее. Увидев ещё два удостоверения, начала сомневаться. Окончательно и бесповоротно она поверила, когда увидела пакет бумаг, которые Настя подписывала не так давно в МОИЗ. Правда и тут не стала испрашивать поручений и тянуться перед начальством в преданнейшем восторге. Потребовала отчёта о действиях, целях организации. И только когда Настя всё подробно ей рассказала, она прослезилась и начала извиняться, одновременно просясь обратно и прося не держать на неё зла. Ей действительно хотелось под конец жизни разоблачить банду преступников. Пусть даже и ценой этой жизни. Она просто не знала, что это не преступники, а государственная контора. Настя не стала её ни в чём разубеждать.

Настя ждала насмешек от Назарова. Ведь это её подчинённая устроила такой переполох. Однако насмешек не последовало. И было отчего. Когда-то Настя спасла племянницу медсестры из Казани. Это была очень добрая и хорошая женщина. Насте она сразу понравилась, поэтому для неё лекарство было бесплатным. Точнее, для её племянницы. Однако, Настя взяла с женщины слово, что та будет работать на неё. Медсестра уехала в Казань и Настя про неё забыла. Но когда Назаров решил расширяться, он напомнил Насте о медсестре. Кандидатура была идеальная, но Настя сомневалась, что ей можно поручить продажу вещества. Назаров отмёл все возражения и задействовал медсестру.

Месяц всё шло нормально. Продаж было немного, но они были. А теперь выяснилось, что медсестра, по доброте душевной, дважды отдала вещество бесплатно. И это не было бы проблемой. Настя могла такое понять и принять. Однако медсестра, не получив денег, не смогла заплатить нанятым агентам, поэтому ещё пару сделок провела сама, без мер конспирации. Назаров выяснил это случайно. У бухгалтера не сошёлся отчёт, и она пошла с этим к нему. Он сначала не понял, почему отчёт не сходится, но потом вычел затраты на обеспечение операции и всё сошлось. Вдобавок, стало понятно, что денег на обеспечение не хватило потому, что дважды вещество отдали бесплатно.

Это было ЧП! Настя, как узнала, хотела немедленно ехать в Казань. И вот тут наткнулась на полное непонимание со стороны партнёров. Как ей объяснили, она руководитель, а не затычка во всех дырках. У неё есть подчинённые, которые должны справляться с такими ситуациями. Иначе получается, что их готовили и обеспечивали зря. Поэтому в Казань Настя не поехала. Поехали ребята во главе с инструкторами и одним технарём с оборудованием.

Успели как раз вовремя. Медсестру уже искали органы правопорядка, но бандиты успели первыми. Её похитили прямо с места работы, ворвавшись в больницу и даже кого-то ранив. Органы правопорядка искали медсестру именно поэтому, но технарь быстро выяснил, что вопросы про вещество ей тоже хотели задать. Впрочем, органы правопорядка интересовали ребят постольку поскольку. Они думали, что через них можно выйти на бандитов. Когда поняли, что про бандитов никто в органах не знает, начали самостоятельные поиски. Поиски увенчались успехом. Медсестру нашли. При штурме дома, где её держали, даже жертв не было.

Операция была проведена блестяще. Отключение связи, одновременное проникновение на территорию с трёх сторон, окружение здания, штурм и спасение заложника. Всё это не раз отрабатывалось на полигоне, и ребята действовали спокойно и слажено. Трое бандитов даже не поняли, что в дом ворвались, пока их не уложили мордами в пол. Дальше можно было забирать медсестру и тихо отходить, но с Леной возникла проблема. Медсестра философски отнеслась к тому, что её изнасиловали, а Лена, помня свои мучения, возжелала мести и наотрез отказалась уходить, пока не покарает насильников. Никто не смог её переубедить и группа задержалась, ожидая, пока подъедут те, кого не было в доме.

Операция по захвату снова прошла без проблем и потерь. Все бандиты были взяты без единого выстрела и почти бесшумно. Потом их отволокли в подвал, где жёстко допросили. Насильников допрашивала Лена. Точнее, не допрашивала, а просто отбила им промежности, потом кастрировала, а потом переломала руки в нескольких местах. По сути, она оставила насильников калеками. Зато другие бандиты, увидев такое, говорили не запинаясь, вываливая все возможные сведения, которые знали и о которых только догадывались. По результату допроса, Старший принял решение о ликвидации одного человека в администрации города. Очень уж он много знал, курируя и МВД, и бандитов одновременно. Группа задержалась ещё на день, а потом всем составом вернулась в Рязань, с медсестрой в качестве багажа.

Настя очень жалела, что все эти недельные приключения прошли без неё. Впрочем, у неё и своих проблем было много. Едва удалось разобраться со Степановной и отправить группу в Казань, как панику поднял оставшийся в городе технарь. Он сообщил, что в город приехали шпионы и скорее всего по их души. Настя очень удивилась и спросила его, с чего он так решил? Технарь начал высказывать какие-то технические термины и махать руками, показывая их наглядно. Настя прервала его и потребовала конкретики. В результате она поняла, что в город приехали иностранные журналисты, интересующиеся продажей вещества. Они уже задавали вопросы на отделении, где работала Настя. Ходили и по инстанциям в администрации города. И всё бы ничего, но технарь заметил у них работу очень специфического оборудования, которого у простых журналистов быть не могло. Вывод был однозначным. Это не журналисты, а шпионы, которые хотят выяснить всё о продажах и забрать вещество себе.

Разумеется, в шпионов Настя не поверила, но просто так технарь не поднял бы панику. На иностранцев стоило обратить внимание. Это задание как раз подходило Степановне. По Настиному плану она должна была почти открыто вести наблюдение за журналистами. Сведения никому не передавать, но записи вести. Так она привлекала к себе внимание и отвлекала внимание от основной группы слежения. При этом, сведения о передвижениях иностранцев Степановна должна была оставлять в тайниках за которыми внимательно следили другие люди. Вдобавок, Младший организовал слежку за теми, кто мог бы следить за Степановной, а ещё за теми, кто мог следить за теми, кто следит за журналистами. И такую возможную слежку нужно было ещё выявить, ведь не было никаких сведений, что такая слежка есть.

Неделю шли запутанные шпионские игры. На Настю вышли сразу. Потребовали дать интервью. Предложили такие деньги, что простая девушка, живущая в общежитии и работающая на малооплачиваемой работе, ни за что бы не отказалась, а если бы отказалась, то это было бы очень подозрительно. Настя и не отказывалась. Она рассказала, как работала на людей, которые продавали вещество, какие у неё из-за этого были неприятности. Как жила раньше, как попала в бордель и выбралась оттуда. Очень боялась, что её легенду раскроют, но накрученные генералом Ерёминым, сотрудники МОИЗ сделали невозможное. Вся Настина легенда подтвердилась.

В группе из четырёх человек, только одна девушка была журналистом, а не шпионом. Да и то, на её счёт Настя не была уверена. Шпионы выдали себя тем, что начали проверять Настину историю. На этом интересе люди Ерёмина их и подловили. Вернее не их, а совсем других людей, но генерал позвонил Насте и спросил, не интересовался ли ею кто-то за последнюю неделю? Согласовав информацию, они вместе пришли к выводу, что продажей вещества заинтересовался кто-то за границей. Также Младший выявил тех, кто заинтересовался Степановной, а потом ещё и тех, кто должен был выявить интерес к тем, кто заинтересовался теми, кто заинтересовался Степановной. Настя была на виду и ей не докладывали, но потом она узнала обо всём этом и долго пыталась разобраться во всех шпионских хитросплетениях. Но пока она этого не знала и разыгрывала простую девушку.

Быть простой у неё получалось плохо. Журналистка села ей на хвост и сопровождала почти всюду. Её очень поразила Настина история, и она постоянно выспрашивала подробности. Настя отговорилась тем, что не хочет вспоминать об этом. Тогда журналистка попросила Настю рассказать и показать её жизнь теперь, после всех испытаний, что ей пришлось пройти. Настя рассказала, и журналистка не поверила. Но потом провела с Настей пару дней и была впечатлена до того, что предложила Насте продать её историю Голливуду.

История со злой тёткой, которая хотела обобрать племянницу, была похожа на сказку, как выразилась сама журналистка. Ещё больше на неё произвело впечатление то, что Настя, сама находясь в трудном материальном положении, добилась удочерения чужого, по сути, ребёнка, который так быстро смог стать ей родным. Настино расписание на день вызвало у неё оторопь. Она даже представить себе не могла, что за день можно сделать так много, а самое главное, не имея машины. Она не могла понять, как Настя учится, работает, занимается с Таней, да ещё и для развлечений время находит. За развлечения она приняла Настины тренировки у Егора Владимировича. Но когда один раз сама сходила на эту тренировку, стала смотреть на Настю, как на сверхчеловека.

Егор Владимирович журналистку немного загонял и на спарринге приласкал чуть сильнее, чем требовалось. Журналистка не смогла сама выйти из зала и Настя её вынесла. При этом журналистка видела, что сама Настя провела спарринг намного жёстче и получила от Учителя гораздо больше ударов. Потом они сидели в кафе, и журналистка всё не могла понять и выспрашивала Настю, зачем она ходит на тренировки к этому садисту, и почему не подаст на него в суд за издевательство? На следующий день журналистка не смогла сопровождать Настю. Вместо неё никто с Настей не пошёл и слежки за собой Настя не выявила. Это означало, что её списали в отработанный материал и шпионы переключились на кого-то другого.

Разумеется, этим кем-то был главный врач отделения, Андрей Борисович. Степановну тоже списали, как полоумную старуху, помешанную на шпионах. Она почти открыто шпионила за журналистами, а когда те поинтересовались таким её поведением, со всей своей склочностью обвинила их в шпионаже. Они только посмеялись, но сигнал подали и на интересе к Степановне, Младший выявил всю шпионскую сеть. Но и тут никаких попыток к захвату не предпринималось. Шпионы работали, но ничего не могли зацепить. Их выявили, не трогали и делали свои дела. Состоялась ещё одна продажа вещества, а шпионы никак не приблизились к выявлению продавцов. Андрей Борисович был их единственной ниточкой.

Когда из Казани вернулись Настины боевики, то Назаров предложил отправить в Москву отчёт и попросить разрешения разобраться со шпионами своими силами. Как бы там ни было, но ему приходилось корректировать свои планы из-за того, что ими интересуются. Настя согласилась отправить отчёт, но разобраться с непрошеными гостями решила на свой страх и риск. План был разработан и проработан. Денег он стоил уйму, но Настя надеялась, что после такой демонстрации силы никто больше не будет столь нагло интересоваться её делом.

За одну ночь, все выявленные шпионы были схвачены, заколоты спецпрепаратом, и в виде почти дохлых тушек, отправлены в разные концы мира. Там их должны были встретить и переправить дальше. По плану Насти, все шпионы должны были очнуться в какой-нибудь глубинке, какого-нибудь государства, без денег, документов, знания языка. Она не думала, что с ними произойдёт там что-то плохое. Ну, побудут они в роли клоунов и деревенских дурачков, так от этого не умирают, а урок им будет на всю оставшуюся жизнь.

Если судить по журналистке, то у Насти всё получилось. Та была отправлена в Кемь. Дальнобойщик ехал в Петрозаводск и согласился подвезти тюк, не интересуясь его содержимым. В городке у него этот тюк должны были забрать, а потом отвезти в какую-то глухую деревню и там оставить у дальней родственницы. В принципе, так поступили и с остальными шпионами, только транспорт был разный. Журналистку Настя пощадила. Оставила в России и не сослала далеко.

Когда та через неделю пришла в себя, стала требовать адвоката, консула и ещё много чего. Люди её послушали и отправили в отделение полиции в городе. Там её немного подержали, но потом, всё же отправили в сумасшедший дом. Ведь гражданочка не могла объяснить, как она попала туда, куда попала, почему, и зачем кому-то надо было её туда отправлять? Однако, запрос на удостоверение личности был отправлен.

Ждать долго не пришлось. Журналистку спасли. Из посольства приехал человек, подтвердил её личность и забрал с собой. Настя узнала всю историю от самой журналистки. Та позвонила ей перед отлётом на родину. Просила держать с ней связь. Ей хотелось написать о Насте книгу, или сценарий для кино. От Насти ей нужно было согласие на публикацию. Настя подумала о том, что возможно, журналистка действительно не шпион. А ещё, что она по-своему честна с Настей. Ведь вполне могла написать что-то без Настиного участия, но ведь позвонила, попросила разрешения. Впрочем, адвокат Лена спустила Настю на грешную землю, указав, что журналистка просто побоялась судебных исков от Насти, если без её разрешения будет опубликована история о ней.

Из Москвы позвонил Пеструхин. Очень хвалил Настю. Сказал, что ей сейчас хотят выхлопотать орден за раскрытие шпионской сети. И даже не за раскрытие, а за то, как она поступила с раскрытыми агентами. Сказал, что все в недоумении от такого поступка. Ликвидировать было бы проще. Похитить и допросить – разумнее. То, как поступила Настя, было совершенно непонятно и невероятно. Теперь все разведки мира, разбирая этот случай, гадали, кто же такой богатый, чтобы позволить себе такие траты, без какого-либо результата? Реноме Российской разведки взлетело к самым небесам. О Насте уже должны были бы узнать, но она числилась за МОИЗ и к разведке не имела никакого отношения, как и её команда.

Потом звонил генерал Ерёмин. Благодарил Настю за то, что она поддерживает родную организацию. Благодаря ей, было выявлено несколько иностранных агентов и целых два резидента. Своей любительщиной Настя спутала карты очень многим. Никто не мог понять, кто так действует и почему. А когда они попробовали разобраться, или срочно получить сведения, то попались и теперь взяты под наблюдение. От себя Ерёмин тоже обещал Насте орден, но потом признался, что Настя может рассчитывать только на медаль, хотя и это не точно. Однако генерал твёрдо пообещал, что всех Настиных людей, причастных к операции, так или иначе, отметят, а Назаров точно получит майора, хоть и считается сейчас гражданским человеком.

Настя порадовалась за Назарова. В конце концов, именно он обеспечивал организацию мероприятий. Настя была у него только на подхвате. Именно он делал всё, чтобы организовывались продажи, а банда имела средства на Настины абсурдные проекты. Так Настя генералу и сказала. Генерал ответил, что принял Настины слова к сведению и распрощался. Настя же отправилась к Назарову и повторила ему то, что рассказала генералу. Михаил Александрович растрогался, хоть и постарался не показать этого. Растрогавшись, намеренно стал злым и высказал Насте за её безумные проекты, на которые она потратила очень много денег. Настя только отмахнулась. Деньги можно было без проблем заработать.

В принципе, это действительно было так. Система была уже отработана, и вещество продавалось без помех. Появились богатые клиенты, которым Настя продавала вещество по весьма высокой цене. Прусак выискивал иностранных клиентов, с которых тоже можно было получить достаточно большие деньги. Иностранные клиенты приходили и от знакомых Андрея Борисовича. С них Настя брала ту же цену, что и с соотечественников. Теперь продажи шли потоком. Постоянно были клиенты, и постоянно требовалось вещество. При всей суетности происходящего, жизнь вновь стала размеренной и спокойной. Спокойствие разрушилось однажды утром.

На утренней пробежке в лесопарке Настю встретили трое. После глупых вопросов и недолгого запугивания, напали. Это были молодые парни, только что закончившие школу. Настя без проблем разобралась с ними, а поскольку у них были ножи, то Настя каждому из них, его же нож, воткнула в ногу. Объяснила, что если они нож вытащат, то истекут кровью, поэтому до больницы должны добираться, не вытаскивая ножей из ног. Также сказала, что если её найдут по их наводке, то до суда они не доживут, скончаются в больнице, даже если Настю при этом закроют. Говорила всё это мягким, спокойным, увещевательным тоном, так, чтобы парни ей поверили.

Парни поверили, но на следующий день, на том же месте, Настю остановил полицейский и прочитал лекцию о том, что бегать надо на стадионе, а не в парке, где всякое может случиться. Читал он лекцию весьма злым голосом, сверля Настю злым взглядом. Под конец лекции он чуть не прямым текстом сказал Насте, почему так на неё злится, заявив, что никакие происшествия на его территории ему не нужны. Тем более, ему тут не нужен жуткий маньяк, который вчерашним школьникам ноги режет. Настя заверила его, что больше такого не повторится. А если она встретит маньяка, то убежит от него. Полицейский возразил, считая, что лучше вообще не встречаться, чем убегать. Настя с ним не согласилась. Они поспорили и разошлись. Каждый остался при своём мнении, а скрытую просьбу полицейского Настя проигнорировала.

Через пару дней, почти на том же месте Настю вновь встретили трое. На этот раз это были не мальчишки, а тёртые жизнью мужики. Они без всяких предисловий атаковали Настю ножами. И не теми игрушками, которые были у мальчишек, а довольно приличными изделиями кустарного производства. Настя вполне могла бы попасться, пропустив первый удар, но когда она подбегала к мужчинам, ей очень не понравилось то, как они на неё смотрели. Точнее, не смотрели. Настя привыкла, что на неё заглядываются мужчины. Она знала, что красива. А тут на неё кинули взгляд и отвернулись, как будто никому из троих до неё не было дела. Настя насторожилась, поэтому удары двух ножей заблокировала, а от третьего увернулась.

Мужики оказались бывалыми. Ножами действовали умело и слаженно. Настя получила массу удовольствия, крутясь и уклоняясь. При её тренировках, эти мужчины не были ей противниками. К пробежке у неё появилась дополнительная тренировка. Когда мужики поняли, что справиться с Настей не смогут, они прекратили нападать и матом разрешили Насте уйти. Настя искренне рассмеялась. Предложила мужикам самим порезать друг друга, иначе Настя сделает это больнее и возможно, насмерть. Мужики ей не поверили. Настя сама напала на них. Буквально сразу лишила одного из них, не ожидавшего атаки, ножа и вывела из строя. Мужчины, поняв, что им не спастись, вновь атаковали.

Теперь они действовали решительнее, безрассудней и с отчаянием обречённых. Пару раз они достали Настю, оставив ей разорванную одежду и рану с обильным кровотечением. Теперь Настя поняла, почему Егор Владимирович всегда требовал, чтобы поединок не затягивался. Если против тебя трое, то как бы силён и опытен ты не был, а тебя всё равно достанут. Даже один на один, отчаянный противник, получив от тебя смертельную рану, всё равно, сможет тебя достать. Настя взвинтила темп и вывела из строя двоих, но третий снова достал её, задев сильно, но по касательной. Настя подумала о том, что в их банде не хватает своего врача и начала мысленно подбирать кого-нибудь.

Драку прекратила женщина, выгуливающая собак. Она закричала, что спустит собак, собаки залаяли. Мужчины бросились бежать. При свидетеле Настя не стала их останавливать, или преследовать. Мужчины убежали, а Настя с трудом отвязалась от заботливой женщины. С трудом уговорила её не вызывать скорую, полицию, мужа и соседей. Попрыгала, показывая, что с ней всё в порядке, поблагодарила за помощь и убежала в общежитие. По пути остановила кровь и немного затянула раны во время медитации. Со злостью думала о том, что теперь придётся забыть о пробежках в лесу и ходить для пробежек на стадион.

Проблема с врачом для банды решилась просто. У них без дела сидела опытная медсестра. Немного подучить её и она вполне может справиться с ранами. Главное, нужно организовать ей кабинет. Настя быстро придумала, как это сделать и озадачила этим Назарова. Он Настину идею поддержал, но предложил сделать кабинет передвижным, на подобии скорой помощи. Они так долго обсуждали и прикидывали, что Настя даже успела подзабыть о том, что случилось с ней утром. Потом вспомнила и рассказала.

До прихода Егора Владимировича они успели обсудить произошедшее, но ни к каким выводам не пришли. Списать всё на случайное нападение в парке - не получалось. Один случай – это может быть случай. Дважды – это закономерность. Причём, и в первый раз, и во второй, всё происходило как-то глупо. Настю пытались убить не профессиональные убийцы, а какие-то любители. Назаров и Настя перебирали тех, кто мог бы попытаться убить Настю, при этом наняв бандитов, и никак не могли понять, кто это мог быть и почему. Все Настины враги не стали бы нанимать любителей. От их убийц Настя не спаслась бы никак. Получалась какая-то ерунда, и Настя с Назаровым не понимали, что происходит.

Их сомнения разрешил Егор Владимирович. Он выслушал Настю, немного подумал, а потом предложил спросить у тех пацанов, которые первый раз напали на Настю. Если Настя им нанесла увечья, то сейчас они должны лежать в какой-нибудь больнице. Через пару часов Настя знала, в какую больницу их увезли по скорой, а ещё через два часа, зная больничный распорядок, легко прошла к ним в палату под видом медсестры.

-Здравствуйте мальчики! – радостно поздоровалась она. – А я вам вкусненького принесла!

Парни лежали все в одной четырёхместной палате. Соседей у них не было. Увидев Настю, они сначала не поняли, кто это, а когда поняли, то очень захотели закричать. Настя только погрозила им пальчиком, и они захлебнулись своим криком. Настя поставила пакет на столик в палате, выставила на середину табурет и села на него.

-Хорошо ли вам меня видно? – спросила она.

-Да, - кивнули парни вразнобой.

-Хорошо ли вам меня слышно? – спросила Настя, стараясь не рассмеяться.

-Да, - снова кивнули ей.

-Ну, вот и хорошо, - сказала Настя. – Знаете, я в недоумении. Я долго думала, кто мог вас отправить убить меня, но так и не смогла придумать. Просветите?

-Да не… Мы это… Мы не хотели убивать. – Парни говорили вразнобой, но общий смысл был понятен. – Нам только деньжат отжать. Мобилу ещё…

-И поэтому вы меня решили ножиками потыкать? Действительно, с трупа ценности брать проще. Он не кричит, не плачет. А потом ему не будет обидно, что его обобрали. Лежит себе… И показаний он против вас не даст. Нет, в общем, правильный подход. Я одобряю. Мне только непонятно, вы меня первую так упокоить хотели, или у вас уже десяток покойников на счету? А может и не один? В смысле, десяток. Что-то я не слышала, чтобы последнее время из-за мелочи и мобилы людей на тот свет отправляли. Серьёзные люди так не работают. Хотя я вижу, что вы не серьёзные. Так с чего мне такая честь, что на меня сразу трое, да не с кулаками, а с ножами полезли?

-Ну, ты ведь крутая, - сказал один из парней, наверное, самый храбрый.

-Я-а?!! – показала удивление Настя. – Да я милая девочка, которая мухи не обидит. По крайней мере, так думают правоохранительные органы. И мне надо, чтобы они продолжали так думать. А вы мне так подгадили… Как вам не стыдно? А ещё вам должно быть стыдно за ваше враньё. Я просмотрела ваши истории болезней. Там есть ваши адреса. И вы мне хотите сказать, что вы в половину восьмого утра, прогуливались в лесу, где нет ни одного человека, с целью отжать у кого-нибудь мобилу и стрясти мелочи? Да, при этом вы ещё собирались этого кого-то убить, порезав ножами. Да вы знаете, что вашими ножиками даже колбаску сырокопчёную нарезать сложно? Молчите? Давайте вы мне расскажете всё, как есть, а я уйду и больше вас не побеспокою. Или вы молчите, а я ухожу. Но тогда вас потом встретят другие люди и будут задавать вопросы по-другому. Ну, так как?

-Слышь, а ты вообще, по жизни кто? – задал вопрос самый глупый.

-Я? Я та, кто задаёт вопросы. А ты… Или отвечающий на вопросы, или кусок мяса. Вы в полицию меня не сдали. Поэтому я сейчас с вами разговариваю. Но моё терпение имеет предел.

-Слышь, а ты можешь нас отсюда вытащить и куда-нибудь отправить? – спросил смелый. – Если мы расколемся, нам не жить.

-Вам не жить, если вы не расколетесь. Неужели вы не знаете, что после убийства, исполнителей всегда убирают. Палач надевал маску не просто так, а чтобы его не убрали после казни те, кто выносил приговор. Это позже палач стал презираемой, но профессией. А после упадка римской империи, палач выходил на встречу с заказчиком в маске. Палача ненавидели так, что опознав, сразу же убивали. Причём те, кто заказывал казнь, а отнюдь не родственники приговорённого. Так что, не нами это заведено, не нами и закончится.

-А чего его прямо после казни не убивали? – спросил глупый.

-А где тогда новых палачей брать? После казни палач уходил спокойно, но не дай бог ему где-то проболтаться о том, кто он. Забьют насмерть сразу. Ладно, отвлеклись от темы. Ты Смелый, ты Глупый. А ты молчишь и молчишь. Ты молчун, или умный?

-А ты Училка? – спросил молчавший до этого парень.

-С чего ты взял? – удивилась Настя.

-Слухи ходят, - уклончиво ответил парень. – Слышь, вытащи нас. Мы не хотели, нас эта тварь заставила. Директором у нас в школе была. У неё связи в РОНО. Сказала, что устроит нам вылет из училища. Денег обещала, но мало. Твою фотку показала, сказала, где живёшь. Мы тебя весь день пасти собирались, а тут видим, ты в лес убежала. Ну, мы и пошли. Думали, что ты обратно возвращаться будешь, мы тебя перехватим. Перехватили, мать итить.

-Да ребятки, вляпались вы… - задумчиво сказала Настя. – А зачем меня убивать вы не знаете?

-Не знаем. Мы вообще ничего не знаем. Поэтому и живы. И про тебя мы ничего не рассказали не потому, что тебя испугались, а потому, что нам так один человек велел. Он нас от ментовки отмазал, но вместо этого велел молчать обо всём. Мы дали показания, что на нас мужик с ножом напал…

-Стоп, я запуталась. Что за человек вам что-то велел?

-Адвокат. Знаем его. Сволочной мужик. На него трое работают. Могут запугать, могут убить. Он так дела клиентов решает. Свидетелей запугивает, или шантажирует. Может на адвоката… ну, того, кто против него… может на адвоката наехать. Я так понял, что тётка ему платить не хотела и нас наняла. А как у нас сорвалось, так она к нему пошла.

-Мне всё понятно, - кивнула Настя. – Вовку Клича знаете?

-А чё? – спросил глупый.

-В больничке вас не тронут. Как из больнички выйдете, Клича найдите. Будете его держаться, там видно будет.

-Так Клич в завязке, - сказал глупый. – На кой нам с ним тусить?

-Думайте сами, - отмахнулась Настя. – Я вам тут фруктинок принесла. Пожевать кое-что. Сумочка небольшая, но чем богаты, как говориться. Надеюсь, до встречи, мальчики.

Настя уходила со смешанными чувствами. С одной стороны, эти парни хотели её убить. С другой, они ещё никого не убили. Им вполне можно дать шанс, что Настя и сделала, отправив их к Вове. Она сомневалась, что Вова сможет вправить парням мозги, но если вдруг у него не получится, то никто из-за этого расстраиваться не будет. Никто не может прожить жизнь за этих ребят. Их выбор – это их выбор. Никто не имеет права решать за них. А если подумать, то парни уже выбрали по какому пути пойдут. Ведь не на что-то подписались, а на убийство. Нужно будет очень внимательно следить за ними, прежде чем что-то им поручить, если представить, что они будут работать на Настю. А то, ведь расколются и сдадут всех при первом же грозном окрике. Можно их запугать так, чтобы Настю боялись больше всего на свете, но это было бы неправильно. Настя была вся в сомнениях, пока не выкинула парней из головы.

Насчёт тётки она не сомневалась. Тётку надо было отправлять куда подальше. Можно и на тот свет, но лучше в какую-нибудь колонию. Ей там самое место. Надо же, что удумала. За квартиру убить племянницу. Интересно, откуда она взяла деньги на киллеров? Этот вопрос Настя постаралась выяснить в первую очередь. Как ни удивительно, но выяснила быстро. Лена достала контакты тёткиного адвоката. Технари пробили по базе и выяснили всю подноготную. Дальше было всё просто. Адвоката похитили и привезли на базу.

Оказалось, что тётка продала Настину квартиру, как свою. Двухкомнатную поменяла на однокомнатную с доплатой. Деньги отдала адвокату, чтобы он нанял убийц. Адвокат, когда понял, кто его взял, испугался до ужаса. Оказывается, у Училки, среди знающих людей, есть определённая репутация на всю голову отмороженной психопатки. Он умолял не убивать его. Клялся, что вернёт деньги и добавит от себя. Сдал несколько своих заначек с материалами на весьма высокопоставленных чиновников Рязани. Обещал работать на Настю бесплатно днём и ночью, в любой час и любую погоду.

Настя не смогла сама принять решение. Убивать не хотелось, но и оставлять этого типа в живых тоже. Она решила подержать пленника немного взаперти, а за это время собрать на него материал. Все свои шпионские силы бросила на это, во главе со Степановной. Степановна взялась за дело рьяно и через пару дней принесла чуть не книгу, о жизни адвоката. Были воспоминания его одноклассников, рассказы друзей, соседей. По его учёбе прошлись мельком, так как он учился в Москве, но выяснили, что закончил учёбу он в Рязани. Рязанские преподаватели его даже не помнили, а одногрупники вспомнили, но как-то неприязненно. Всем своим людям Настя раздала это досье и попросила проголосовать. Большинство проголосовало за убийство.

С этими результатами Настя пошла к Назарову и Егору Владимировичу. Они посмотрели на всё это, посмеялись, а потом всех молодых, кто проголосовал за убийство, вызвали на базу. Там их привели к пленнику и предложили исполнить приговор. Пленнику объяснили, что сейчас его будут убивать, и он тихо скулил на полу камеры, стоя на коленях и умоляя взглядом, каждого, кто на него посмотрит, не убивать его. Энтузиазм убийц сразу сошёл на нет. Они готовы были приговорить человека, но не готовы были убивать. Трое взялись было, но пленник так плакал и умолял, ползая перед ними на коленях и корчась на полу, что они отступили. На этом убийство пленника закончилось.

Настя провела ещё одно голосование. Теперь уже по настоянию Назарова. В этот раз, подавляющее большинство было против убийства. Назаров отчитал Настю, как маленькую девочку. Он не часто имел такую возможность и теперь искренне наслаждался моментом. На данном примере он объяснил Насте, как плоха демократия. Особенно там, где нужно принимать взвешенные и правильные решения. Посторонний человек не знает всей подоплёки ситуации, не знает всех возможностей и вариантов. Он принимает самое простое решение, а оно не всегда самое правильное. Тем более, что проголосовав, он думает, что ему не придётся отвечать за принятое решение. Все ребята думали, что проголосуют, а убийство совершит кто-то другой. А когда их самих заставили отвечать за свой голос, тут-то они и переменили своё мнение. Теперь они будут злиться на командира за то, что он не придумал иного пути решения проблемы, или не решил её сам, ведь на то он и командир. Всё это Назаров и высказал Насте. Попросил больше в демократию не играть. Настя с ним согласилась, пошла и убила адвоката. Вечером она убила трёх убийц, которых ей сдал адвокат.

Тётка специально подобрала таких людей, которых Насте стыдно было бы выселять из квартиры. Молодая семья с ребёнком. Муж работает на складе и получает не так много. Жена в декрете и получает совсем копейки. Сами они сироты. В новую квартиру вложили накопленное и материнский капитал. Прощелыга адвокат уболтал их так, что они даже квартиру смотреть не ходили, а в подписываемые бумаги им даже в голову не пришло посмотреть. Для них было шоком узнать, что квартира, которую они купили, на самом деле принадлежит Насте, что все документы - подделка, а деньги они отдали мошенникам. Правда, отдали только часть денег, но всё равно, сумма была не маленькая.

Даже сейчас, когда эти люди ещё не жили в квартире, Насте было их жалко. Ей хотелось вот прямо сейчас пойти и купить им квартиру, а лучше особняк. И ещё ей хотелось отдать им потерянные ими деньги, но она не знала, как это сделать. А ещё ей хотелось убить тётку за то, что она сделала. Только для того, чтобы насолить Насте, она обрекла этих людей на жизнь в нищете. Но тут у Насти возникли совсем другие мысли. Если тётка хотела её убить, то зачем она затевала всю афёру с переездом и обменом?

-Скажите, пожалуйста, - осторожно начала Настя, боясь вспугнуть мысль, - а вы можете показать мне те бумаги, которые вам дали на подпись?

-Да. У нас есть копии. Сейчас я принесу, - сказала женщина.

Настя не очень много поняла из бумаг. Несколько листов текста договора не содержали никакой конкретной информации. Она уже хотела звонить Лене, чтобы та приехала и помогла разобраться, но понимать написанное не пришлось, и Лену звать не стоило. На последней странице, подпись покупателя была верной. Это был стоящий перед Настей мужчина. А вот в продавцах числилась какая-то фирма с непроизносимым названием и смазанной печатью. Настя только за голову схватилась.

-Да как вы могли это подписать?! – со справедливым негодованием воскликнула она. – Если вам сказали, что квартиру продаёт женщина, то почему здесь в продавцах указано какое-то «ООО»?! Вы деньги отдали наличностью, или перевели со счёта?

-Мы наличностью отдали, - пролепетала женщина. – Всё, что накопили…

-Он ещё сказал, что нам материнский капитал нужно обналичить и тогда отдать. А иначе будет много хлопот…

-Поня-я-ятно, - протянула Настя, - нашёл лохов. Вот ведь скотина. Всё ему мало было.

-Вы его знаете? – спросил мужчина. – Скажите мне, где он! Я его… Я ему морду набью!

-И жена будет воспитывать ребёнка одна, - закончила Настя. – Потому, что папа будет сидеть. Он адвокат. Его только тронь, он тебя на пожизненное упечёт. Вы отдали пятьдесят тысяч. Считайте, что их больше нет. Не вздумайте что-либо предпринимать! Сидите и ждите. Если кто-то появится и будет требовать остаток денег… Ни в коем случае не показывайте, что вы в курсе того, что вас обманули! Возмущайтесь, требуйте обмена, укажите, что уже вещи собрали и готовы переехать. Если будут требовать ещё денег, то говорите, что материнский капитал нельзя обналичить, но перевести вы его готовы хоть сейчас. Не возражайте! Слушайте. Смело переводите деньги, куда вам скажут. Деньги не пропадут. Просто мошенников надо ловить на передаче денег. Я напишу заявление в полицию… Ой, простите, я всё неправильно сказала. Вы завтра пойдёте в полицию и напишите заявление… Снова я неправильно говорю. Вы будете ждать. От меня к вам придёт адвокат. Вы с ней пойдёте в полицию и напишите заявление. Поскольку вы будете с адвокатом, то в полиции не положат ваше заявление куда подальше. А дальше вы действуете, как я вам и говорила. Ждёте, пока к вам не придут, переводите деньги и тут же, с адвокатом, идёте в полицию. Мошенников ловят, вам возвращают деньги. Об оплате адвоката договаривайтесь с ней сами. Вам всё понятно?

-А если деньги не вернут? – спросил мужчина.

-Ваш материнский капитал? Заявление в органы опёки и они там землю рыть будут. Вспомните, сколько было скандалов с похищением материнского капитала. Скандал и тишина. Скандал и тишина. А тишина потому, что материнский капитал - святое. Никакому мошеннику органы опёки не позволят покуситься на святое. Эти деньги, отнятые незаконно, всегда возвращаются.

-Вот вы так говорите… - с сомнением сказала женщина. – А если не получится? А если деньги не вернут? Мы лучше не будем связываться. Деньги мы ещё накопим, а можем и всё потерять. Тогда уж, точно накопить не сможем. Бог с ними, с этими мошенниками. Пусть они нашими деньгами подавятся.

-Ваше право, - пожала плечами Настя. – Тогда, у меня к вам просьба. Когда к вам придут, и будут просить денег, не упоминайте меня. Скажите, что сами обо всём догадались. Только прошу вас, не делайте глупости. Ругаться можете, но не дай вам бог, хоть пальцем мошенников тронуть. Они вас посадят, а ваш ребёнок будет расти в детдоме.

-Вот, блин, государство, - высказался мужчина. – Никакому гаду в морду не дать.

-Я вам предложила вариант, чтобы их посадить. Вы отказались. А в морду… Знаете, вот придёт к вам старушка и попросит остаток денег. Вы её тоже в морду? А она всего лишь просьбу недавней знакомой выполняет. Попросила та её сходить и о долге напомнить. Старушка ведь не при чём, а вы её ударили. Я упоминала, что против вас адвокат? Он из этого такое дело раздует, что Раскольников, по сравнению с вами, будет просто святым.

-Ой, а как же тогда? – подхватилась женщина. – Что же нам теперь, из дому не выходить? Ведь он же может нас подставить. Я такое в кино видела.

-Да какое кино?! - возразил ей муж. – В полицию надо идти. Пусть они этих мошенников поймают.

Ещё долго муж и жена решали и прикидывали. Сомневались во всём. Насте несколько раз хотелось встать и уйти, хлопнув дверью, но она оставалась, чтобы узнать, чем всё закончится. Всё закончилось вполне закономерно. Настин план был принят полностью. Только теперь супруги считали, что это их план, и они его придумали и проработали. Насте с трудом удалось убедить их: что с адвокатом нельзя спорить; в его присутствии рот можно открывать только с его разрешения; бумаги можно писать только под его диктовку и никак иначе; говорить тоже лучше только то, что до этого сказал адвокат. Настя представила, как с ними будет мучиться Леночка и ей стало её жалко.

К супругам она уже не испытывала прежней жалости. Это были такие люди, которые даже если их возьмут за руку и подведут к воде, не напьются, а будут ждать, когда напьётся кто-нибудь другой. Ведь источник может быть отравлен. Они из тех, кто боится рисковать даже по мелочи, но если их убедить, что риска нет, то с радостью влезают в любые авантюры. А поскольку они невероятно глупы, то убедить их не составляет труда, хоть и занимает какое-то время. Боясь рисковать, они теряют, теряют и теряют. Ведь отвоёвывать потерянное – риск. Да и не хватает им ума, чтобы что-то отвоевать. Мелкие ничтожества. Разменная монета в любой игре.

Впрочем, в Настиной игре они не должны были быть разменной монетой. Будут отвлекающим фактором, а заодно пострадавшей стороной, которой достанется вся слава разоблачителей мошенников. Настя даже помечтала о том, что при правильной подаче материала, можно с этой историей выйти на областной уровень вещания телепрограмм. Тётку это ославит так, что с ней никто больше здороваться не будет. Настя получит квартиру, а бедная семья, вполне возможно, вернёт свои деньги, а то и с прибытком останется.

Настя собрала молодёжь и предложила им свой план. Через несколько часов мозгового штурма и выпитого ящика пива, а также пары бутылок водки и нескольких мартини, Настин план приняли, но со своими доработками. Лена сразу сказала, что не имеет достаточно связей в определённых кругах, поэтому им нужен Назаров. Парни не смогли стать наёмными убийцами в силу возраста. Пришлось привлекать Вову. Также нужны были показания троих из больницы. Нужно было гарантировать им неприкосновенность, и проработать для них легенду.

Настя удивилась, но Паша поставил вопрос о том, чтобы закупить ещё пару фургонов со следящим оборудованием. Технари уже не могут тянуть все Настины проекты, а так им помощь от ребят будет. Ребята вполне могут освоить технику. Посыпались и другие предложения. Предложили организовать гримёрку, чтобы проще было маскироваться при слежке. Врача и медкабинет тоже кто-то предложил, а ведь и Настя думала об этом. Предложили купить автобус и зарегистрироваться, как какой-нибудь стрелковый клуб, чтобы можно было с оружием разъезжать по городу.

Не только Настя думала о будущем. Ребята тоже болели за дело. Под конец вечеринки ребята записали наиболее интересные предложения и распределили, кто за что отвечает. Каждому из ребят потребовались подчинённые. Организация моментально расширилась вчетверо, а в перспективе ещё раз в пять. Настя прикрыла всё веселье, объявив, что на всё это им просто не хватит денег. Ей не поверили, но Настя по памяти назвала конкретные цифры прихода и расходов. Единственное в чём соврала - деньги, откладываемые на будущий проект. Сказала, что не имеет к ним доступа. Тогда ей поверили и не стали громоздить планы, урезав свой энтузиазм. Тем не менее, расходились весьма воодушевлённые, получив темы для размышлений и надежды на возможные перспективы.

То, что ребята отвлеклись, не помешало им начать осуществление Настиного плана. Назаров поругался, но ничего опасного в нём не нашёл и отправился к своим бывшим сослуживцам. Лена направилась к обманутым покупателям квартиры, а технари стали готовить оборудование к отслеживанию средств, готовые помочь программистам из управления, если они умудрятся потерять деньги. Некоторые организационные вопросы со следователями тоже пришлось решить Назарову, а наёмных убийц решили сыграть Старший, Средний и Младший. Настя только попросила их, быть не слишком убедительными. С подачи заявления о мошенничестве всё началось, а дальше Настя стала действовать сама, разыгрывая для тётки убедительную мизансцену.

-Добрый день. Я следователь по особым делам. Кудрявцев, моя фамилия, - на одном дыхании, но очень медленно сказал мужчина, которому Николай открыл дверь. – Простите, что так поздно. Вот моё удостоверение.

-Ну, и что вам надо? – чуть настороженно спросил Николай.

-Видите ли, я пришёл к вашей соседке, а её почему-то дома нет…

В этот момент соседняя дверь щёлкнула замком и открылась. Настина тётка выглянула на лестницу.

-Вы кто? – спросила она. – Что вам надо?

-Я к вам… Вот моё удостоверение… Простите, я уже сутки не спал. Вы являетесь родственницей Говорун Анастасии Кирилловне? Вы ведь её тётя?

-Знать её не хочу, - фыркнула тётка. – Она что-то натворила?

-А почему вы решили, что она что-то натворила? – спросил следователь.

-А иначе вы бы ко мне не заявились. Я ничего не желаю о ней слышать! И я не имею к ней никакого отношения!

-Я вас понял, - кивнул следователь. – Дело в том, что она умерла. Вам надо приехать на опознание и подписать некоторые бумаги. Простите, что сообщаю вам сейчас, но вам бы лучше, как можно быстрее подъехать на опознание.

-Мне надо ехать прямо сейчас? – удивилась тётка.

-Нет, но завтра с утра мы вас ждём по этому адресу. Подъедете, наберите этот номер и вас встретят. А сейчас я пойду. Надеюсь, до завтра.

-Подождите, - остановил его Николай. – Что с Настей?! Как это она умерла?!

-Отпустите меня, пожалуйста, - со спокойной усталостью попросил следователь. - Её убили в парке. Она бегала по утрам. Её, наверное, хотели ограбить, или изнасиловать. Она сопротивлялась и её зарезали.

-Да как же?.. – опешил Николай. – Вы уверены, что её?

-Почти, но поэтому мы и просим ближайшую родственницу опознать тело. Если хотите, можете тоже завтра подъехать в морг. Вот адрес, вот номер телефона. Скажете, что тоже на опознание. Вы хорошо знали покойную?

-Да с детства! Подождите, но ведь это не точно? В смысле, это может быть не она?

-При ней не было документов. Её дочь мы не можем привлечь к опознанию. Её опознал охранник общежития, где она жила, а он не может быть абсолютно уверен. Вы можете завтра подъехать и убедиться. А теперь, позвольте… Имейте совесть, у меня сутки выдались… Я до смерти хочу спать, а мне ещё до дома добираться.

-Я вас довезу, - кивнул Николай, – если вы со мной до автопарка прогуляетесь. Минут десять ходьбы максимум, а потом домчу, куда скажете.

-Хорошо, - кивнул следователь. – За такое, я согласен с вами поговорить, и даже выдать вам тайну следствия.

-Спускайтесь вниз и ждите. Я через пару минут спущусь.

-Ещё раз спасибо, - поблагодарил следователь.

Настя специально попросила направить к тётке самого заморенного следователя, который ничего не знает о планах по поимке. Он должен был быстро сказать о Настиной смерти, и ничего не объясняя уйти. Тётка должна была провести ночь в сомнениях. Но тётка долго не открывала, и следователь решил позвонить к соседям. Мало того, что он сказал о Настиной смерти тем, кому не нужно, так он ещё и поговорил с Николаем, рассказав ему подробности Настиной смерти. Рассказал то, что сам знал из слухов, но знал он много.

Увидев утром около морга, кроме тётки, ещё и Николая с Верой Алексеевной, Настя удивилась и растерялась. Ей нужно было сыграть труп, и она загоняла себя в состояние замедленной жизнедеятельности. Вот только, увидев своих соседей, Настя потеряла контроль и стала слишком краснокожей, для трупа. Из ран, которые ей сделали, полилась кровь. Настя только и успела, что ругнуться и прижать к телу халат, в который была одета. Медсестра, которая была с ней, только ахнула и заполошно засуетилась, не зная, что предпринять. Настя с трудом восстановила контроль над своим телом и на ходу скорректировала планы.

Чтобы убедить тётку в Настиной смерти, нужен был труп. В полиции предлагали пару трупов в весьма неприглядном виде, которые невозможно было бы опознать, или предлагали опознание по вещам покойной, но Настя всё забраковала. Она сказала, что сама будет трупом. Ей объяснили, что на трупе должны быть раны, да и сам труп должен быть трупом, а не как в кино. Настя сказала, что всё берёт на себя. От полицейских требовалось только предоставить место в морге, где будет лежать тело, да не пускать никого к Насте, кроме её личной медсестры. Настя отговорилась тем, что стесняется, ведь труп должен быть голым. На самом деле, ей не хотелось, чтобы много людей знало, что она без проблем может сыграть труп.

В прозекторской она просидела два часа в одном халатике. Учитывая, что в комнате было не более десяти градусов, её тело стало остывать. Настя не чувствовала этого, но в состоянии медитации она ещё и отогнала кровь от кожи, что сравняло температуру её тела с окружающей. Потом Настя попросила медсестру нанести ей несколько ран ножом. Та отказывалась, но когда Настя сама ткнула себя, и из раны не вытекло ни капли крови, медсестра согласилась сделать несколько ран. Конечно, она задала кучу вопросов, но Настя отговорилась тем, что сейчас нет времени на вопросы отвечать. Подготовив всё, они вышли в кабинет, чтобы проверить Настины вещи. Правильно ли на вещах расположены пятна крови и дырки от ножа. И вот тут Настя увидела в окно, как из машины выходят тётка, Николай и Вера Алексеевна.

В план пришлось посвятить здешнего патологоанатома. Старичок получил указания сверху, встретил Настю и медсестру, заперся в своей каморке и предоставил морг в полное распоряжение новых хозяек, как ему и предписывалось. Медсестра бегом бросилась к нему, но не успела. Ей позвонил Николай. Тогда за врачом побежала Настя, велев медсестре задержать приехавших. Как ни удивительно, но патологоанатом никак не удивился, увидев на Насте халат, весь перемазанный кровью. Настя быстро объяснила, что он должен показать приехавшей тётке труп и сделать запись об опознании. Врач только хмыкнул. Для него это было привычным делом.

Получив согласие врача, Настя добежала до стола, легла, а потом включила душ и полила себя водой, смывая свежую кровь. Поняв, что вытереться, или ещё что-то сделать не успевает, легла и притворилась трупом. Загнала себя в состояние медитации и задушила все процессы организма. Представила, как плохо ей будет, когда она «воскреснет». Ведь даже отток крови от поверхности кожи, а потом её обратный возврат сопровождался весьма болезненными ощущениями. А теперь она почти умерла, с трудом сохраняя сознание.

-Мариночка! Почему тело не готово к представлению?! – раздался вдруг голос врача. – Вы что, только сейчас его мыли? Я же сказал вам, что это нужно было сделать раньше.

-Так вы дадите мне пройти? – раздражённо спросила тётка.

-Ой, простите, - начала оправдываться Марина, - я сейчас простынь найду и накину…

-Да дайте мне пройти! Я мертвецов не боюсь. Меня им не напугаешь.

Судя по всему, тётка прорвалась через врача и подошла к столу. Настя подумала, что так даже лучше. Если тётка увидит все её раны, то сомнений у неё не останется. Настя почувствовала, как её руку поднимают. Поскольку она была трупом, то её тело начало подниматься вместе с рукой. Руку тут же отпустили.

-Да, это она, - сказала тётка. – Где и что я должна подписать?

-Пойдёмте, я вам всё покажу, - сказал врач. – Мариночка сейчас подготовит тело, и ваши родственники смогут пройти на опознание.

-Они мне не родственники. Просто соседи. Они знали мою племянницу, поэтому тоже приехали на опознание.

-Как скажете. Пойдёмте. Знаете, а вы неплохо держитесь. Вы работали в меди…

Дверь закрылась и голоса утихли. Настя с трудом начала возвращаться к жизни. Это оказалось совсем не так просто. Чтобы запустить сердце, потребовалось невероятное усилие. А когда оно забилось, то Насте показалось, что она сейчас вновь умрёт. Боль была невероятная. Кололо так, что Настю скрутило бы, но тело её не слушалось. И эта колющая боль расходилась по телу вместе с током крови. Настя с трудом заставила сердце не биться так часто и сильно. Тогда боль уменьшилась.

Сделать вдох стоило ещё больших усилий, а первый глоток воздуха продрал Насте горло наждаком, и взорвался в груди огненным вихрем. Всё внутри заполыхало болью. И вот теперь Настю выгнуло дугой. Она захрипела, закашлялась. Из глаз полились слёзы, рот наполнился слюной. Неизвестно сколько она себя не контролировала, но этого оказалось достаточно, чтобы забрызгать всю комнату кровью из вновь начавших кровоточить ран, а потом Настя взяла себя под контроль. Её тело перестало биться. Настя свернулась на полу в позу эмбриона и затихла, пережидая боль от возвращающегося в клетки кислорода.

-Настя! Настя! – звал её кто-то. – Настя, очнись, пожалуйста! Настя!

-Я в порядке, - просипела Настя. – Где моя одежда?

-Какая одежда?! Настя, что с тобой случилось?! Ты можешь говорить?! Скорая уже едет!

-Никакой скорой, - увереннее сказала Настя. – Я сейчас буду в порядке. Мне надо горячего чаю и согреться.

-Боже мой! Она уже говорит! – Настя узнала голос врача. – Я думал, что она себе что-то вколола. Но позвольте! Она же была мертвее мёртвого. Я столько трупов видел, что ошибиться не могу. Вы должны мне всё объяснить.

-Мы ничего вам не должны, - почти нормально сказала Настя.

-Неужели? – немного ехидно поинтересовался доктор. – А кто будет комнату от крови отмывать? Мне обещали, что вы крутите свою афёру тихо. Я ни во что не вмешиваюсь и ничего не приобретаю. Но заметьте! И ничего не теряю. А теперь? Пластырь на вас тратил? Комнату мыть мне? Или мне нужно будет объяснять санитарам, что за труп я разделывал и как, если там всё заляпано кровью? И два халата кровью измазаны. А я, между прочим, материально ответственное лицо…

-Слышь, лицо, - рыкнула Настя. – Сколько ты хочешь?

-Я хочу понять, как можно на время стать покойником, а потом воскреснуть.

-Я тебе объясню, - пообещала Настя. – Потом сделаю покойником. Если всё правильно поймёшь, то воскреснешь.

-Не шутите так, девочка… Нет, нет!!! Вы потеряли слишком много крови! Вам ни в коем случае нельзя вставать! Сейчас приедет скорая и вы отправитесь в больницу.

-Чего я там забыла? – проворчала Настя, вставая. – Блин, я голая! Где моя одежда?!

-Сейчас принесу, - подхватилась медсестра Марина, - только как ты её наденешь? У тебя раны… Из них кровь течёт.

-Сейчас перестанет, - пообещала Настя. – Я пойду, смою кровь. Кроме одежды, захвати, чем вытереться.

-Вы собираетесь куда-то идти? – возмутился доктор. - Вам лежать надо! И я требую объяснений! Хорошо, пока будете мыться, вы мне всё объясните.

-Там твои соседи, - напомнила Марина. – Я их предупредила, но будет странно, если они не зайдут на опознание. Твоя тётка может что-то заподозрить.

-Боже мой! – вскричал врач. – Это всё, только чтобы разыграть тётушку?

-Нельзя их сюда вести, - не обращая на врача внимания, сказала Настя. – Здесь всё в крови. Николай выдержит… наверное… а Вере Алексеевне точно станет плохо. Да и не должны они видеть меня в таком виде. Задержи их. Скажи, что скопившиеся газы взорвали труп, и вы проводите уборку.

-У нас тут не так жарко, - заметил врач. – Газообразование может проходить, но не в таком количестве, чтобы скопиться и взорвать труп. Вообще, таких случаев было так мало, что можно…

-А тётка это знает? – спросила Настя. – Марина, придумай что-нибудь. Задержи их ещё.

-Хорошо, я придумаю, - кивнула медсестра.

-Снова импровизировать, - пробормотала Настя, но доктор её услышал.

-Проясните мои сомнения. Вы что, не первый раз изображаете труп? Кстати, у вас действительно больше не идёт кровь. При таких ранах - очень странно…

-Смойте с меня кровь, - приказала Настя.

-Я вам что, санитар? И сейчас приедет скорая. Что мне им сказать?

-Скажите, что вызвали для впечатлительной женщины, которая увидела мёртвую соседку. Вера Алексеевна сыграет обморок. Мойте меня. Я пока вам кое-что расскажу.

-Ничего, что вода только холодная?

-Я не чувствую, - отмахнулась Настя. – Учтите, если вы кому-то расскажете о том, что сейчас от меня услышите, вас убьют. Меня убьют первой, но вас сразу после меня. Как и того, кому вы расскажете.

-Таки не пугайте мою старость. Мне и так осталось не совсем много.

-Проболтаетесь – не проживёте и этого.

Настя быстро рассказала о том, что была в Зоне. Там получила некоторые способности по контролю своего организма. Пока она рассказывала, врач ополоснул комнату от крови и вымыл Настю. На всё ушло не более пяти минут. Выключив воду, врач задумчиво прошёл к шкафу и достал из него кусок материи. Настя наблюдала за ним, ожидая реакции на свой рассказ.

-Вот что я вам скажу, моя дорогая, - сказал врач. – Да, вытритесь, кстати… Сейчас я вам принесу халат. Так вот… Послушайте меня внимательно. Может быть, я не имею никаких способностей и думаю медленнее вас. Может быть, вам не нужны мои советы. Но я прожил жизнь. И прожил её хорошо. Я постараюсь вам объяснить… Вы говорите, что не хотите быть подопытной мышкой, но вы всё равно экспериментируете над собой. Только здесь вы экспериментируете на свой страх и риск. Случись что, и вам не помогут. Просто не успеют. А вот в лаборатории, под присмотром, ваши эксперименты, даже если закончатся неудачей, не будут иметь катастрофических последствий. Вероятность вашей смерти будет намного меньше. Мой вам совет. Поезжайте в Москву, сдавайтесь там в лабораторию, и проводите ваши эксперименты под наблюдением. Так будет лучше для всех, но в первую очередь для вас.

-Вы мне халат дадите? – сменила тему разговора Настя.

-Да, сейчас принесу. Скажите, а вам обязательно нужно перед вашими соседями изображать покойницу?

-Нет, - ошарашено сказала Настя. – Наоборот, они должны знать, что я живая.

-Тогда, я принесу вашу одежду и позову их. Вам не будет стыдно одеваться при них? Нет? Ну, тогда подождите минутку. Кстати, вы мне так и не объяснили ваш гениальный план по розыгрышу вашей тёти. Надеюсь услышать, когда вы будете рассказывать его вашим соседям.

Насте пришлось рассказать всё Николаю и Вере Алексеевне. Врач демонстративно остался и тоже слушал. Вера Алексеевна так разволновалась, что у неё действительно прихватило сердце. Как раз скорая подъехала и Николай побежал встречать врачей. Настин план был всеми одобрен и все согласились играть свои роли, чтобы Настина тётка ничего не заподозрила. Врачи скорой получили по сотне каждый за ложный вызов, а заодно сделали укол Вере Алексеевне, чтобы у неё точно не было плохо с сердцем. Когда врачи ушли, все, кроме Насти, собрались в холле морга.

-Итак, - начал патологоанатом, - опознание произведено и в личности гражданки Говорун сомнений ни у кого нет.

-Ой, Насте-е-еньк-а-а! - заплакала Вера Алексеевна. – Ведь такая молодая. Ей бы жить и жить! Ой, да как же это?!

-Мама, успокойся, - вмешался Николай. – Подожди, сейчас доктор всё скажет… Ну, успеешь ты ещё поплакать.

-Ты бесчувственный чурбан! – высказалась мать. – Настенька такая молодая была…

-Вам накапать ещё успокоительного? – спросил врач. – Вы знаете, у меня неплохой коньячок есть…

-Нет, спасибо, - покачала головой Вера Алексеевна.

-Может быть, прекратим балаган и продолжим? – сварливо сказала тётка. – Скажите, доктор, а где мне получить бумаги о смерти племянницы?

-Здесь, у нас, - кивнул патологоанатом. – Я как раз хотел вам всё рассказать. Итак, пока идёт следствие, вы не сможете забрать тело. Это от трёх, до десяти дней. Однако, справку о смерти вы можете получить дня через два. Она будет вам нужна для оформления захоронения, или кремации.

-А мне обязательно это оформлять? – спросила тётка. – Мне только справка нужна, а всё остальное… У неё муж был. Пусть его родственники эту шалаву и хоронят.

-Да как тебе не стыдно?! – возмутилась Вера Алексеевна. – Это же твоя племянница! Ты просто обязана её похоронить по человечески!

-Знать её не хочу! – возопила тётка. – Она из дома сбежала, с прохвостом каким-то связалась, деньги из дома унесла, да ещё и меня на улицу хотела выгнать! Нет у меня больше племянницы, и не было никогда!

-Да это ты её на улицу выгнала! – напомнила Вера Алексеевна. – Катька, ты в своём уме?! Племянницу не похоронишь?! Да как ты потом людям в глаза смотреть будешь?!

-Она сама из дому сбежала! – закричала тётка. – От семьи отреклась! А теперь мне её хоронить?! Фигушки!

-Послушайте, - вмешался врач, - давайте вы эти вопросы решите не здесь, и не сейчас. Я вам хочу напомнить, что три дня у вас есть, на решение, а может быть, больше. Сейчас от вас требуется подпись здесь и здесь. От вас. И от вас. Большое спасибо. О том, когда вы сможете забрать тело, мы вас известим. До свидания.

-А справку? – возмутилась тётка.

-Зайдите послезавтра, - кивнул врач.

Настя и Марина подслушивали из коридора. Едва разговор начал подходить к концу, они быстро пробежали и заперлись в прозекторской. Напрягая слух, услышали, как тётка и Настины соседи вышли из морга. Через несколько минут в дверь прозекторской постучали. Врач зашёл и сообщил, что через несколько минут можно будет уйти. Он проверил. Настина тётка не уехала с соседями, разругавшись с ними на стоянке у морга, но сейчас, по видимому, ждёт такси, так как никуда не уходит, а до этого куда-то звонила. Настя довольно кивнула и начала приводить в действие вторую часть плана. Вот так и получилось, что около дома к тётке подошли трое.

-Ну чё, коза, где наши бабки? – спросил самый старший из них, когда ещё двое зажали тётку с боков.

-Что? Какие бабки? Что вам надо?! – начала тётка.

-Тихо! Ты знаешь, что любой труд должен быть оплачен? Мы твою девку замочили. А этот козёл свалил и нам не заплатил.

-Какой козёл? О чём вы? Пустите меня, или я закричу!

-Слышь, объясни ей, - бросил старший тому, кто стоял справа.

Тот разом саданул тётку в живот. Тётка задохнулась, вся извилась. Если бы её не придерживали, она бы упала. Некоторое время, она хватала губами воздух, пытаясь вдохнуть, а старший всё это время предлагал ей покричать, а также поиграть в игру «Я не понимаю», где после каждого непонимания, ей будут выдавать ещё один приз, равный предыдущему.

-Хорошо, я всё поняла, - сказала тётка, когда вновь смогла дышать и немного выровняла дыхание. – Но у меня нет денег. Я всё отдала. С вами должен был рассчитаться…

Новый удар вновь заставил её скорчиться и повиснуть на удерживающих её руках.

-Слушай сюда. Нам плевать, о чём вы там договорились и кто из вас кому должен. Мы сделали работу. Нам нужны наши бабки. Этого козла нет. Значит, бабки с тебя. И не говори, что у тебя их нет. Ты квартиру продала. Ему ты только четверть суммы отслюнявила. Мы деньги видели. Короче. Мы сейчас уйдём и через пару дней вернёмся. Нам плевать, что и как ты сделаешь, но если ты с нами не рассчитаешься, то мы тебя, как твою племянницу, только дольше. Ты поняла? Дай ей, чтобы запомнила. Ходу!

Тётку оставили на земле, медленно поднимающуюся на ноги, с трудом дышащую, в слезах и соплях. Полицейские наотрез отказались участвовать в этой провокации, поэтому и пришлось Насте привлекать своих боевиков. Но когда провокация сработала, органы правопорядка смогли начать свою работу. По заявлению потерпевших проводилась проверка. Проводилась не шатко не валко, но когда с потерпевшими связалась какая-то женщина и начала просить остаток денег, следователи засуетились, ведь появилась возможность поймать мошенников на горячем.

Дальше всё шло по плану. Деньги были переведены на тёткин счёт, откуда она отправилась их снимать. Сняла и тут же была схвачена с поличным. Скандал был феерический. Директор школы участвует в афёре с продажей квартиры и обманывает семью малоимущих. Настя не пожалела денег и наняла репортёров местного канала, чтобы осветили событие. Тётку тут же уволили из школы. Соседи и знакомые перестали с ней здороваться. Да ещё и Настя, используя скандал как ей нужно, получив предписание суда и пару приставов, явилась перед тётушкой, чтобы выселить её из квартиры. Тётка попыталась не открывать дверь, потом кричала, что никуда отсюда не уйдёт, но добилась только того, что приставы сменили замки и дали ей сутки на сборы. Через сутки она должна была покинуть квартиру с вещами и отправляться на все четыре стороны, или покинуть квартиру без вещей и отправиться до суда в тюремную камеру. Тётка выбрала первый вариант.

До появления Насти, тётка и не думала что-либо предпринимать для выезда. Наверное, надеялась, что Настя не придёт. Настя появилась минута в минуту. Приставы были с ней. Пока грузчики выносили мебель, Настя услышала о себе столько интересного, что будь она впечатлительна хоть немного как раньше, то упала бы в обморок от количества проклятий павших на её голову. Но теперь Настя смотрела, как беснуется эта женщина и не испытывала ровным счётом никаких эмоций. Она позволила тётке забрать из квартиры всё. Потом зашла в квартиру с приставами.

За сутки тётка сделала многое. Её специально предупредили, что она не имеет права нанести непоправимый ущерб имуществу. То есть, она не имеет права сжечь квартиру, залить водой, взорвать, или снести кувалдой стены. Однако, тётка нашла лазейку. Унитаз был расколот. Раковины в ванной не было. Обои были оборваны, на полу не было ничего кроме голого бетона. По сути, от квартиры остались только голые стены. Приставы только присвистывали изумлённо, обходя каждое помещение. Тётка смотрела на это и злобно щерилась.

-Будем составлять акт? – с обречённостью спросил один из приставов у Насти, закончив осмотр квартиры.

-Оставьте меня в квартире одну, - потребовала Настя. – Я подумаю и решу.

-Хорошо, мы подождём за дверью, - кивнул пристав.

Они вышли. Настя медленно прошла по квартире. Она помнила, где и что стояло. Помнила, как это выглядело. В ободранной бетонной коробке она видела свой прежний дом. Несколько раз пройдя квартиру из конца в конец, она вспоминала и пыталась вызвать в себе какие-то тёплые чувства, но у неё не получалось. И тут она поняла, почему не так уж сильно хотела вернуть квартиру себе. У неё не было тёплых воспоминаний о доме. Здесь была мама, но здесь ещё была и тётя Катя, которая отравляла все хорошие Настины воспоминания.

Вот они с мамой купили на ярмарке красивую шапочку с помпоном. Вот здесь стояла вешалка, где шапочка висела. А потом тётка, как будто бы случайно уронила вешалку и прошлась по шапочке, вытирая об неё ноги. Вот здесь стояла кровать, на которой сидела мама, когда Настя рыдала у неё на коленях, оплакивая шапочку. А вот тут стояла тётка и требовала прекратить истерику из-за какой-то ерунды. А вот тут стоял стол, за которым Настя провела большую часть своей жизни. Тётка полностью подавляла мать и та ни в чём ей не перечила. Если Катя сказала, что Настя должна учиться – значит, Настя будет учиться. Настя делала все домашние задания, которые ей задавали в школе.

И ей это нравилось. Действительно нравилось. Ведь если она что-то не понимала, то к ней приходила мама и объясняла. Объясняла долго, подробно, а потом смотрела на Настю и гладила её по голове. Даже иногда обнимала, когда тётя не видела. Ведь тётка ненавидела эти нежности и постоянно ругалась, если видела Настю у мамы в объятиях.

Настя смотрела на комнату, где они с мамой жили. Смотрела и понимала, что изменилась. Что теперь ей не нужны эти воспоминания. Вернее, воспоминания нужны, но совершенно не нужны вещи связанные с этими воспоминаниями. Впрочем, вещей уже нет, благодаря тёте Кате, а вот квартира… Не нужно Насте то, что будет напоминать. Она уже не та замкнутая и наивная девочка, и не стоит вспоминать, что она такой была. Вспоминая, она будет сравнивать, и ей всегда будет казаться, что в этой квартире до неё жила какая-то другая девочка, у которой Настя квартиру отобрала, и которая имеет на эту квартиру гораздо больше прав. Ведь это её дом, а не Настин. Настя развернулась и вышла на лестницу.

-Никаких актов и протоколов мы составлять не будем, - сказала она. – Меня всё устраивает.

-Да? – искренне удивились приставы. – Ну, тогда мы пойдём? У нас ещё дел много… Вы останетесь? Здесь в квартире ничего не осталось…

-Я благодарю вас, - кивнула Настя, - вы можете идти. До свидания.

-До свидания, - почти убегая вниз по лестнице, ответили приставы.

-Слушай, я краем глаза заглянул… Как ты там жить будешь? – спросил Николай.

-А я не буду, - ответила Настя. – Квартиру я продам. У вас теперь будут новые соседи.

-Подожди. Ты чего? – возмутился Николай. – Что значит, «продам»? Кому?

-Ты телевизор смотрел? – спросила Настя. – Та семья, которую чуть не обманула моя тётка. Как ты думаешь, они будут хорошими соседями?

-А ты где жить будешь? – грозно спросил Николай. – Настя, давай ты не будешь делать глупости…

-А чего вы на лестнице стоите? – выглянула Вера Алексеевна. – Я вам блинчиков нажарила. Идите, поешьте.

-Вера Алексеевна, я от ваших блинчиков никак не могу отказаться, - улыбнулась Настя.

-Мать, прикинь, что она удумала, - начал жаловаться Николай.

Николай и Вера Алексеевна не смогли убедить Настю не продавать квартиру. Настя попросила Лену подъехать, и они составили договор о внесении первого взноса и последующей рассрочке выплат по беспроцентному кредиту. Лена тоже попыталась заставить Настю назначить процент, но почти сразу отступилась от этой идеи. Квартира переходила семье за две трети своей стоимости, да ещё и с выплатами рассрочкой. Условия были шикарными. Николай только за голову схватился, когда узнал какие, а потом долго уговаривал Настю изменить их и продать квартиру дороже. На таких условиях у Насти её и за полную стоимость купят. Настя осталась непоколебима.

Самый настоящий шок она испытала, когда они с Леной приехали к покупателям, озвучили им условия покупки, а те отказались подписывать бумаги. Выйдя из состояния шока, Настя вкрадчиво поинтересовалась мотивами, которые не позволяют им поставить подпись. Оказалось, что Насте не верят и скорее всего то, что она им предлагает – афёра. Напрасно Настя и Лена совали им под нос бумаги и договор. Читать супруги ничего не хотели, а верить кому-то, после того как их чуть не обманули, они не собирались. Настя напомнила им, что именно благодаря её заботе их не обманули. Тогда её обвинили в том, что она пришла и помогла слишком поздно, поэтому пятьдесят тысяч были потеряны по её вине. После этого Настя поняла, что дальнейший разговор бесполезен, и они с Леной ушли.

А потом Настя напилась. Впервые в жизни она ушла в запой. Сначала она пила с Калькой, потом с Негрой, потом пришли парни из секции, и Настя выпила с каждым из них. Потом оказалось, что прошло два дня. А потом пришёл Егор Владимирович и избил Настю. А может быть, Настя его избила? У Насти в голове всё перемешалось. В пьяном угаре она видела какие-то лица, куда-то пыталась уйти, но её не пускали, что-то пыталась делать, но у неё не получалось. А потом Настя вдруг увидела Танюшку. Таня смотрела на неё и плакала. Сначала Настя подумала, что это тоже пьяная фантазия, но потом потрогала Таню и поняла, что та совершенно реальна. С этого мгновения Настя начала трезветь.

Протрезвела она быстро. Контрастный душ не слишком помог, как ей сначала показалось, но потом она поняла, что под струями горячей воды проще ускорить метаболизм. Она ускоряла метаболизм, потом пила холодную воду, потом снова включала горячую и трезвела на глазах. Из душа вышла так, как будто и не пила всё это время. Обняла Танюшку и попросила у неё прощения. Таня её сразу простила, и они вместе расплакались. Потом Настя привела себя в порядок и весь день не расставалась с Таней, всю себя посвящая ей. Вечером Таня сказала, что у неё самая лучшая мама, но попросила больше не пить водку, а если Насте плохо, то прийти к Тане и Таня будет её обнимать, пока Насте не станет хорошо. Настя только посмеялась, но пообещала, что больше на водку даже смотреть не будет.

Настино отсутствие не сказалось на продажах. Теперь и Назаров знал, где лежит вещество. Однако, Настя была связующим звеном и без неё механизм забуксовал. Оказалось, что именно Настя организует работу всех систем в связке. Без неё всё работало, но работало несогласованно, что приводило к курьёзным, или серьёзным проблемам. Проблемы решались, но лучше бы их не было. Именно об этом сказал Насте Назаров, когда она набралась смелости явиться пред его грозные очи.

Вообще, он был с ней излишне мягок. Настя ожидала куда более серьёзного разноса. Но, не смотря на всю мягкость, он не позволил Насте приступить к работе без разрешения психолога. Пришёл Егор Владимирович и полностью поддержал его. Более того, они вызвали психолога прямо в офис. Тот приехал так быстро, как будто ждал за углом. Они с Настей закрылись в пустом кабинете, где психолог начал выговаривать Насте, действуя так же мягко, как до этого действовали Егор Владимирович и Назаров.

-Настя, вы должны, наконец, понять, что со мной вы должны быть полностью откровенны, - мягко выговаривал психолог. – Я видел, что вы не откровенны. Я видел, что у вас копится нервное напряжение. Я всё ждал, когда вы начнёте откровенничать, а дождался срыва. Моя вина. Я не учёл, что на вас навалилось слишком много. Я слышал, что вам пришлось убить человека. Даже не убить, а казнить…

-И вы хотите знать, что я испытывала, когда его убивала? – перебила Настя.

-Если только вы хотите мне это рассказать! – напомнил психолог.

-Да, хочу. Хочу! Я чувствовала отвращение. Гадливость. Мне было противно. Как будто я голыми руками слизняка раздавила. А хотите знать, что я чувствовала, когда потом троих убила? Ничего. Совсем. Не было никаких чувств. Я пришла, увидела их троих в усмерть пьяных. Двоих зарезала, а ещё одного задушила, подвесив на вешалке. Один в пьяном угаре убил двоих, а когда понял, что сделал, повесился. Я сознательно убила этих троих и ничего не испытываю. Я чудовище. Скажите, вам не страшно со мной в одной комнате находиться?

-А вам не страшно находиться в одной комнате с тем, кого вы зовёте «Средний»? – с усмешкой спросил психолог. – Я говорю вовсе не о том, что вы кого-то убили. Я говорю о том, что вам пришлось убить. Вам постоянно приходится делать выбор, решать всё и за всех. Это ломает и более… опытных людей, а вы ещё и держите всё в себе, ни с кем не делясь. Настя, вы помните, что делали, когда были пьяной?

-А я ещё что-то делала? - удивилась Настя. – Мне казалось, что я напивалась и засыпала, а потом просыпалась и снова напивалась.

-Нет, не только, - покачал головой психолог. – Настя, у вас был срыв. У вас был серьёзнейший срыв. Я могу разложить поминутно все те события, которые привели к этому срыву, но проблема глубже. Настя, вы ни с кем не откровенны. У вас нет подружки, с которой вы можете обо всём поболтать. Вы сторонитесь мужчин. Настя, вам надо оставить прошлое и жить будущим. Я не дам вам разрешения для работы. Подождите возражать! Настя, вам надо отдохнуть. Вам надо не решать проблемы фирмы, а погулять с подружками в клубе. Не проводить спарринги, а потанцевать с парнями. От стрельбища я вас на две недели отстраняю. Тренировки у Егора запрещаю. Если хотите поддерживать себя в форме, то я вас записал на фитнес. Занятия в любое время.

-А почему вы думаете, что я не пошлю вас с вашими советами? – мрачно спросила Настя.

-А не пошлёте вы меня потому, что ваша дочь теперь полностью на моей стороне. Она будет вас просить делать то, о чём попрошу её я. Вы сможете отказать дочери? Нет? Я уверен, что нет. Особенно после того, что вы сделали.

-А что я сделала? – насторожилась Настя.

-Я вам не скажу, - усмехнулся врач. – Узнаете сами. А сейчас, вы можете быть свободной. С вашим общежитием все дела улажены, насколько я знаю. А у всех, кто вам хоть немного дорог, я рекомендую вам попросить прощения. Надейтесь, что вас простят. Всё. Идите.

-Мне никто ничего не сказал, - удивилась Настя. – За что я должна просить прощения?

-Зайдите к вашим подругам, у которых вы напивались и спросите. Повторяю, я вам ничего не скажу.

-До свидания, - кивнула Настя и вышла.

-Поговорили? – спросил Назаров.

-У меня отпуск, - сказала Настя. – Мне надо в себе разобраться.

-Если вам нужна будет помощь, то вы всегда можете обращаться ко мне, - сказал психолог из-за её спины.

-Может быть, и обращусь, - задумчиво сказала Настя. – Михаил Александрович, если я вам буду нужна, то я на телефоне. Звоните. Егор Владимирович, вас я пару недель не увижу. Пойду, погуляю. Всем до свидания.

Настя вышла из офиса и отправилась куда глаза глядят. Ей действительно нужна была передышка. Психолог прав, она должна разобраться с тем, что на неё навалилось. Ведь не от того, что ей что-то сказали она начала пить. Сказанное, послужило камушком, сдвинувшим лавину копившихся проблем. Насте просто нужно было отдохнуть. Она прогулялась по улицам города, вспомнила, что скоро окончатся занятия у Тани в школе, и сегодня лучше бы забрать её пораньше, прямо после занятий. Отправилась в общежитие, чтобы узнать, не натворила ли чего там, пока была «под мухой».

В общежитии выяснилось, что Настю искали, чуть не подав в розыск. На пять дней она исчезла с дочерью, никого не предупредив и оставив вещи. Не удивительно, что на следующий день соседка Света подняла тревогу. Если бы не приехала Бася с Таней, то Настю уже разыскивали бы все полицейские страны. Соседкам Бася сказала, что Настя поживёт пока у них и уладила дела с комендантом. Соседки предупредили Настю о том, что кроме коменданта ею интересовались в деканате и просили зайти. Поскольку Настя взяла отпуск, она решила плотнее заняться учёбой. Впрочем, в деканат спешить не стала. Решила сходить туда завтра, а сегодня встретить Таню, да и Серёжей она давно не виделась.

В школе Настю попросили зайти к директору. Настя думала, что из-за Тани, или Серёжи, но речь пошла о её поведении. Директор выговаривала Насте за то, что всю неделю Таня как следует не училась, не играла с подругами, постоянно ходила чуть не плача. Директор не знала почему. Таня ей ничего не рассказала. Однако, попросила Настю, чтобы больше такого не повторялось. Для ребёнка, что бы там ни было, это очень большой стресс. Настя пообещала. Потом они поговорили об учёбе детей, об их поведении. Хорошо посидели, не заметив, как прошёл час.

Таня за этот час не скучала. Она бегала по территории с другими детьми, играя во что-то. Серёжа тоже ждал Настю. Он был серьёзен и молчалив, впрочем, как обычно. Ничего не говоря, он пристроился к Насте и директору и стал сопровождать их, пока они решили пройтись по территории. Директор указала на то, как Таня бегает и веселится, и сказала, что это самый лучший индикатор того, что в семье всё хорошо. Спросила у Насти, почему целую неделю всё было плохо? Настя уклонилась от ответа.

-Да бухала она по-чёрному! – вдруг высказался Серёжа. – Всю неделю квасила, а Танька всё это видела. Она её ещё и за бутылкой посылала. Хорошо хоть не била.

-Да ты что? – опешила Настя. – Серёжа, да я никогда бы Таню не ударила.

-Да ты всех била! Твоя подруга, та, что на китаянку похожа, сейчас с переломом в больнице. Егор три ребра заращивает. Хорошо, я Таньку к тебе не подпускал. Ты бы и её…

-Серёжа! Да я из запоя вышла, когда Таню увидела. Только она меня и держит. Да, я сорвалась! Но ты ведь знаешь, что было последнее время.

-А что было?! – закричал Сергей. – Что было?! Вы всегда, чуть что не так, за бутылку хватаетесь! Что вас всех ханку жрать тянет?! «Ой, на меня навалилось». И в запой! Как будто то, что навалилось, после запоя исчезнет.

-Серёжа, я все дела завершила и только потом в запой ушла.

-Да, это оправдание! – с сарказмом выкрикнул ей в лицо Серёжа. – И для тебя я Сергей! Серый! Серёга! Но никак не Серёжа. Понятно тебе, коза!

Серёжа развернулся и убежал. Настя явно видела у него слёзы. Все во дворе смотрели на Настю. Директор взяла её под руку и чуть не потащила за собой в помещение.

-Вы должны простить его, - сказала она, когда за ними закрылись двери, отделяя их от улицы. – Мальчик с детства ненавидит алкоголь. Он даже представить себе не мог, что у вас может быть запой. Отреагировал, как подросток, весьма категорично. К тому же, вы для него были идеалом. Он постоянно ссылался на вас, упоминал вас довольно часто только в превосходной степени. Для него произошло крушение идеалов, вот он и сорвался.

-Только бы не запил, как я, - пошутила Настя.

-У вас часто бывают запои? – осторожно спросила директор.

-Это было первый и последний раз в жизни, - сказала Настя. – Просто знаете, как бывает. Наваливается на тебя всё… А ты, вместо того, чтобы свои проблемы решать, чужим людям помогаешь. А потом они тебе, вместо благодарности, говорят, что ты мало им помогла, поэтому во всех их бедах виновата. Ты им пытаешься всё компенсировать, а они тебя в мошенничестве обвиняют, ведь не могут поверить, что ты им что-то хорошее просто так делаешь. В общем, сложно всё.

-Да, я вас понимаю. Но алкоголь не выход. А вы действительно кого-то избили?

-Вы не поверите, я ничего не помню. Но если я Егору рёбра сломала, то значит одно из двух. Или я в пьяном виде стала мастером спорта, или он меня боялся прибить, поэтому подставился. Боже мой, я только сейчас поняла, что мне придётся извиняться перед всеми, а я даже не помню перед кем.

-Вам надо будет извиниться перед Сергеем. Таня, я смотрю, вас уже простила. Ещё вам надо будет долго набирать очки, но прежним Серёжиным идеалом вы теперь не станете.

-Никогда не хотела быть чьим-то идеалом, - покачала головой Настя. – Ладно, я смотрю, дети уже не играют. Пойдём мы с Таней. Нам надо с ней отношения налаживать. Да и уроки мы с ней вместе давно не делали.

-Таня на это учителям жаловалась, - улыбнулась директор. – Всё время говорит, что мама ей лучше объясняет.

-Запустила я дочку. Буду исправляться. До свидания. Пойдём мы.

-До свидания, - кивнула директор.

Остаток дня Настя провела с Таней. Всех своих соседок по общежитию почти откровенно слала подальше, не желая объяснять, где и с кем она провела пять дней. На Настю обиделись, но ей было наплевать. В ближайшее время она решила покупать квартиру. С соседками можно было и разругаться. С кем нельзя было разругаться, так это с теми, от кого ты зависишь. Настя узнала, в какой больнице лежит Калька и отправилась к ней, извиняться.

Калька на неё ворчала, но простила. Рассказала, как Настя буянила, когда напивалась. Как её втроём не могли утихомирить, и даже Егор Владимирович справился с трудом. Настя, не переставая, просила прощения. Калька, в конце концов, рявкнула, требуя прекратить извиняться. Когда Настя была пьяной, она рассказывала, почему именно напивается. Девушки ещё тогда поняли и простили её. Только Негра теперь запретила Насте называть её Негра. Только Джейн и никак иначе. Калька отказалась сказать почему. Зашедшие проведать подругу Негра и Бася, тоже отказались говорить на эту тему, но Джейн подтвердила, что Настя её больше Негрой звать не должна.

Настя попросила прощения. Что бы она ни сделала, это наверняка было ужасно и за это стоило прощения попросить, хоть Настя совершенно не помнила сделанного, или сказанного. Негра только поморщилась, а Калька и Бася улыбнулись. Настя была ужасно заинтригована, но ей так никто ничего не рассказал. Вместо этого ей рассказали, у кого она должна просить прощения. Список получился не маленький. Настя прикинула, что только по телефону сможет быстро покаяться перед всеми. Ей ехидно напомнили, что она в отпуске и вполне может побегать по городу и извиниться перед каждым. Будет не так быстро, но время у неё есть. Настя согласилась с этим.

Бегать по городу не пришлось. На следующий день она отвела Таню на танцы, а потом заглянула в секцию и извинилась перед всеми разом, благо там были почти все, перед кем ей нужно было извиниться. Её простили. Простили искренне, наговорив много хорошего в ответ. Ей искренне желали счастья, здоровья, всех благ. Говорили, что Настя самая лучшая во всём, и каждый рад, что дружит с нею. И что Настя не одинока, и у неё есть много друзей. Друзей, которые не предадут её, которые готовы в любой момент прийти на помощь. Что все здесь присутствующие готовы заботиться о ней, также, как она заботится о них.

Из их слов Настя примерно поняла, что и кому наговорила в пьяном угаре. Ей стало стыдно, но от того, что она выговорилась, ей стало легче. Теперь все знают разные стороны её характера и приняли их. Теперь ей не надо притворяться с друзьями и можно быть самой собой. Когда шла на выход из спортивного комплекса, встретила Славика. Перед ним тоже извинилась. Он сказал, что Настя сама дура и ничего не понимает. Если он и живёт по Настиному приказу с женщиной, это вовсе не означает, что он не может её любить, хоть она и старше его. Настя ничего не знает об их отношениях, поэтому не имеет права их критиковать. Настя с ним согласилась, покаялась. Славик тоже простил её.

Серёжа её не простил. Настя предложила ему погулять на выходных, но он гордо отказался. Таня выдала его с головой, сказав, что в школе он постоянно интересуется Настиным здоровьем и спрашивает, не начала ли она снова пить? Настя оставила попытки примирения с ним на неопределённый срок. Пусть перегорит. Когда поймёт, что делает глупость, так сам подойдёт мириться.

Всю неделю Настя посвятила учёбе, Тане, и простым мелочам быта. Простое женское счастье на кухне. Никуда не бегала, ни с кем не воевала, не ругалась. Соседки в общежитии ругали её за то, что она им каждый день готовит. Каждая считала, что из-за этого поправилась на пару килограмм. Настя знала, что они это придумывают, но не обижалась, понимая, что им проще обвинить её, чем признать, что сами виноваты в поедании булочек на обед и запивке их лимонадом. Как бы там ни было, но приготовленное Настей девушки съедали с удовольствием и просили добавки. Насте почему-то от этого было как-то радостно и спокойно на душе. Она действительно душой отдыхала всю неделю.

Никаких неприятностей не предвиделось, но в пятницу вечером, когда девушки уже сели за стол ужинать, в прихожей раздался звонок. Настя не заметила, кто пошёл открывать. В этот момент она вся была поглощена тем, что разливала по тарелкам суп. Вот только звуки в коридоре заставили её на мгновение замереть, а потом начать действовать. Настя открыла ящик с ножами, поставила тарелки так, чтобы их было проще хватать и кидать, вооружилась крепкой, тяжёлой поварёшкой и крепкой крышкой от кастрюли, которая, Настя не сомневалась, сможет отвести пистолетную пулю. Когда кто-то прошёл коридор и зашёл в кухню, Настя была готова.